Дочь

Глава 1 Все началось вечером 25 июня

Все началось вчера вечером. 25 июня 1995 года. За окном стояло жаркое, знойное лето, которое даже к вечеру не собиралось остывать.

Вироса-де-Кута в своей излюбленной манере сидела в кресле, забравшись в него с ногами, держала раскрытый старый талмуд на коленях, медленно водила пальчиком по строчкам. Древние рукописные письмена под воздействием времени превратились из черных в выцветшие серые чернила.

Девушка частыми вечерами приходила в мамин кабинет, чтобы посидеть у открытого окна, глубоко вдыхая ароматы цветов, что кустарниками росли прямо перед домом. Несмотря на то, что Вироса-де-Кута была уже совершеннолетней, по меркам волшебного мира, она продолжала находить общество своей матери интересным и достаточно веселым. Хотя, по-сути, это было единственно общество, кроме домовиков, которое могла себе позволить девушка.

Амараморта Дасадити - так звали мать юной волшебницы - выглядела просто чудесно для своего возраста - 65 лет. И, хоть болезнь с каждым годом давала знать о себе все больше, Амараморта продолжала держать голову высоко, а спину идеально прямой, как и пристало благородной чистокровной волшебнице.

Дама любила бесшумно перемещаться по своему богатому дому, общаться с живыми портретами предков, раздавая указания парочке эльфов, которых звали Эл и Джерси. Домовоки знатно побаивались хозяйку, потому что Амараморта не гнушалась применять физические наказания к своим подчиненным за любую, даже незначительную провинность.

Совсем другой ведьма была в обществе своей единственной дочери. Дама любила Виросу всем сердцем и позволяла ей гораздо больше, чем может потребоваться молодой колдунье в ее возрасте. Миссис Дасадити ни дня не была замужем, но представлялась именно миссис и требовала называть ее только так. Дама не носила обручального или хотя бы помолвочного кольца, что вызывало вопросы у малознакомых с ней людей. А те, кто был в курсе, что у чистокровной ведьмы есть дочь, не могли взять в толк, о кого же вся из себя благородная миссис Дасадити родила столь необычную дочку.

В связи с тем, что о грозном и твердом нраве Амараморты знали многие не понаслышке, в знатных кругах начали гулять различные слухи. Кто-то считал, что дама просто не успела выйти замуж за (разумеется чистокровного) волшебника, и он скончался. А кто-то же шептался о том, что миссис Дасадити была и вовсе бездетной, а девочка, что была ни капли не похожа на свою мать, была лишь приемной (естественно чистокровной) волшебницей.

О том, что Вироса-де-Кута была словно белая ворона в семействе Дасадити, кажется, знала даже самая последняя почтовая сова. Амараморта была светловолосой с яркими голубыми глазами, среднего роста дамой в годах (хоть по ее бледному, как выстиранная скатерть, лицу сложно было угадать ее истинный возраст). В то же время, ее единственная наследница древнего рода Дасадити мисс Вироса-де-Кута Дасадити, которую мама ласково звала Виросочка, была высокой, кареглазой девушкой с необычайными волнистыми волосами. Их необычность заключалась в том, что слегка вьющиеся волосы юной особы были темно-каштановыми в загадочную белую крапинку.

Небольшие, идеально белые, пятнышки, словно нанесенные белилами, на ее волосах, казались яркими планетками в темном и пустынном космосе. Эту нехватку пигментов невозможно было понять до конца. Удивительные локоны росли порой с абсолютным отсутствием каштанового цвета, рассыпаясь белыми звездами на длинных волосах.

Однако Вироса-де-Кута, как и ее мать, прекрасно знали в кого девушка пошла внешностью. Миссис Дасадити отдала дочери единственную колдографию своего возлюбленного, чьей девичьей копией являлась Виросочка.

Девушка везде носила с собой единственное колдо отца, словно оберег или амулет на счастье. Вироса-де-Кута могла часами рассматривать приятное лицо отца, что с легкой ухмылкой смотрел на нее со старой бумажки. У папы были темные глаза и каштановые чуть кудрявые волосы, высокие скулы, немного впалые щеки.

Отцу на фото было не больше тридцати лет, мама так и не смогла вспомнить точный год, когда эта колдография была сделана. Но Амараморта рассказывала, что это она запечатлела папу во время их поездки в Албанию. Отец ухмылялся и складывал руки на груди, слегка удивленный тем, что его без предупреждения решили запечатлеть на снимке.

Как бы Вироса-де-Кута не расспрашивала мать о том приключении, и почему отец на фото выглядит таким довольным, миссис Дасадити не вдавалась в подробности. Рассказывала про Албанию, о том, как они с отцом забирались на горы и бродили по лесам, каких редких животных и растительность они там находили, но не о том, что было целью данного приключения. Поэтому Вироса-де-Кута приняла для себя решение считать эту поездку самым обычным подобием медового месяца у волшебников.

О самом отце Вироса знала достаточно многое, но далеко не все. Мама много говорила о том, каким непревзойденным магом он был, как легко и красиво управлялся с волшебной палочкой. Амараморта часто упоминала о талантах отца к зельеварению и чарам, приписывая Виросе отцовскую любознательность и легко-обучаемость. Мама присуждала отцу такие качества как чистоплотность, исполнительность и бесконечная тяга к темным искусствам. Вироса-де-Кута пристрастилась к темной магии как раз после очередного рассказа своей матери про бесконечную широту этой стороны волшебства, не забывая уточнить, что отец Виросочки был чуть ли не самым знающим в этой сфере колдуном.

Однако за столько лет миссис Дасадити ни разу не упомянула имени отца Виросы, оправдывая это тем, что ее возлюбленный терпеть не мог своего истинного имени Поэтому юной девушке не оставалось ничего, кроме как называть его просто “отец” или “папа”. В те моменты, когда Вироса-де-Кута особенно ярко ощущала отсутствие второго родителя, она брала в руки ту самую колдографию и шепотом звала его “папочка”.

Пусть Амараморта и говорила об отце Виросы только теплые слова и всегда улыбалась счастливой и мечтательной улыбкой, вспоминая о нем, девушка знала, что ее мать безумно скучает по этому человеку. Эту тоску нельзя было услышать или заметить кому-то чужому, никто никогда бы не догадался, как сильно миссис Дасадити не хватает любимого. Только Вироса-де-Кута знала, почему мама часто ни с того, ни с сего подходит к ней вплотную, заглядывая в карие глаза дочери, молча гладя ее по щеке, и смотря все это время затуманенными какими-то воспоминаниями голубыми глазами.

Пока юная мисс Дасадити была совсем маленькой, она не могла понять таких нападков матери, однако с возрастом ей стало очевидно, что мама высматривает в ней черты и линии того самого человека, которого Амараморта держала в своем сердце все эти годы, лелея воспоминания.

Однажды, в меру своей юной наивности, Вироса имела неосторожность предположить, что отец погиб. Нужно было видеть лицо матери в этот момент. Его исказила ярость, губы, несвойственно гордой представительнице рода Дасадити, изогнулись, а в светлых глазах плескалась обида и злость. Амараморта сжала кулаки, оставляя на своих ухоженных ладонях глубокие отметины в виде полумесяцев. Ее голос был сухим и непривычно низким, таким тоном мать не разговаривала даже с провинившимися домовыми эльфами. Вироса-де-Кута на одно мгновение подумала, что мама ее ударит звонким шлепком по лицу за такие слова, однако этого не последовало. Был лишь голос, что никак не мог принадлежать маме: “Никогда. Поняла меня? Никогда не смей даже предполагать такое. Твой отец жив. Всегда жив.”

С этими словами Амараморта послала перепуганной дочери свирепый взгляд и оставила маленькую Виросу в комнате одну со своими мыслями. Больше девочка ни разу не пыталась поднять эту тему. Ее мучали вопросы, если папа жив, то почему они не живут вместе? Где же он? Почему оставил свою дочь одну? Но Виросе хватило одного раза, чтобы никогда не спрашивать об этом единственного человека, который мог дать ей такие необходимые ответы.

Время для молодой наследницы рода текло медленно, года сменяли друг друга неторопливо. Вироса-де-Кута училась на дому, поэтому все ее общение сводилось к редким званым ужинам, во время которых не было ни одного ее ровесника, только колдуны-снобы и их наглые пожилые ведьмы спутницы. Вироса не знала, специально ли мать не приглашает молодых магов и волшебниц, что могли бы составить ей компанию и разбавить тоскливые разговоры о политике. А может, дело было в том, что все юные чистокровные представители все время в школах, а на рождество и лето не желают покидать родные стены.

Однако Вироса находила чем себя занять. Ей было позволено свободно колдовать с тех пор, как только у девочки открылся дар. В ее распоряжении была целая библиотека, в которой книг было столько, что и за всю жизнь невозможно прочитать. Большинство из литературы посвящалось темным искусствам, поэтому девушка с упоением зачитывалась любимой темой, находя новые, ужасающие проклятья и заговоры, которые, также спокойно, как и другую магию, практиковала на поляне у дома, когда позволяла погода, или в зале на нижнем этаже, если тренировкам на воздухе мешал дождь или снегопад.

В этот поздний вечер девушка сидела в кабинете мамы, с упоением зачитывалась “Древней и ужасной историей тьмы” написанной каким-то забытым всеми колдуном. Древние рукописи, которые состояли в основном из рунических символов читались с трудом, и приходилось часто подглядывать в такой же старый сборник “Руны и их ключи”, но от этого чтиво не становилось менее интересным.

Миссис Дасадити сидела за большим деревянным столом, рассматривала какие-то свитки. Амараморта искала дополнительную информацию по определенным видам волшебных существ, о которых собиралась рассказывать своей дочери во время завтрашнего урока.

На противоположной от Виросы стене висел большой живой портрет ее пра-прадедушки мистера Онуе Дасадити. Чаще всего дедушка спал в своем кресле, а в те редкие моменты своего бодрствования, предпочитал общаться на невыносимо скучные темы, о которых сам же очень быстро уставал, возвращаясь ко сну. Вот и в этот жаркий июньский вечер предок мирно спал, чуть посапывая, от чего его смешные редкие усики забавно шевелились.

Вдруг Вироса-де-Кута наткнулась на один причудливый символ на ветхой страничке. На руну он был не похож, да и в сборнике среди подсказок его не нашлось. А без точного перевода девушка никак не могла понять смысла предложения. Вироса глубоко вздохнула, сводя темные брови к переносице, пролистала книгу на несколько страниц вперед, пытаясь обнаружить несчастную закорючку в каком-нибудь другом предложении, однако нигде она более, как на зло, не попадалась на глаза.

Девушка глубоко вздохнула, поднимала глаза на занятую маму. Миссис Дасадити заметила пристальное выжидающее внимание своей дочери, не поднимая головы подала голос:

-Не можешь что-то перевести?

-Я встретила символ, которого нет в рунах, ты можешь мне подсказать? - девушка хотела уже было передать книгу матери, но та приподняла ладошку в останавливающем жесте.

-Дорогая, я бы с удовольствием помогла тебе, однако я сейчас сильно занята подготовкой твоего завтрашнего занятия. Извини, - помедлив секунду дама все таки подняла на дочь взгляд, устало выдыхая. - Разбуди дедушку, возможно, он сможет тебе помочь. Онуе был хорош в рунах.

С этими словами мама вернулась к своим делам, а Вироса-де-Кута медленно и грациозно опустила ножки на пол, поднимаясь с кресла. Будить родственника ей казалось некультурным, но и медлить с разгадкой никак не хотелось. Поэтому сделав несколько шагов в сторону посапывающего портрета, девушка слегка прокашлялась, нежно коснулась ладошкой позолоченной рамы. Мистер Дасадити сонно приоткрыл глаза, переводя на юную нарушительницу спокойствия свой прохладный взгляд.

-Дедушка, - примирительно начала Вироса, - прошу прощения за то, что потревожила, не могли бы вы мне оказать услугу?

Онуе чуть выпрямился на своем стуле, непринужденным движением руки поправляя дорогую мантию. Он слегка подался вперед, внимательнее вглядываясь пра-правнучке в лицо. И только после этих манипуляций, наконец-то, произнес:

-О чем таком важном и срочном ты захотела у меня спросить, Вироса-де-Кута?

-Я читаю “Древнюю и ужасную историю тьмы”, - на этих словах мистер Дасадити одобрительно кивнул, чем вызывая у девушки крупицу гордости за такое немое одобрение со стороны пожилого мага. - Эта литература кажется мне действительно интересной и познавательной, все незнакомые руны, я искала в справочнике от мадам Люли, - услышав знакомую фамилию Онуе вновь кивнул. - Однако здесь мне встретился некий символ, с которым мне не удается разобраться. Не могли бы вы мне помочь с переводом?

-Покажи мне, что это за руна, - потребовал мистер Досадити, наклоняясь к девушке, заглядывая в предложенную книгу. - Ах.. да, - маг пожевал губами, складывая руки на груди. - В свое время я так же, как и ты сейчас, ломал голову над этим знаком. Все потому, что эта руна встречается только в самых древних книгах о темных искусствах и более нигде я ее найти так и не смог.

-Позвольте поинтересоваться, - Вироса отложила талмуд, мягко складывая руки на животе, - вам удалось раскрыть тайну этого загадочного символа?

-Я потратил долгие годы на то, чтобы понять его значение, - хмуро произнес волшебник, поудобнее откидываясь на спинку своего кресла, предаваясь воспоминаниям. - В конечном счете я нашел ответ там, где и не ожидал его найти.

-Вы поделитесь со мной вашим открытием?

Вироса-де-Кута почувствовала неладное в поведении дедушки, немного напрягаясь, непроизвольно задержала дыхание. Если на разгадку такой ценной руны ушли годы жизни другого волшебника, сведущего в символике лучше всех известных ей магов, то почему же он не поделился своим потрясающим открытием? Не вписал свое имя в историю?

Что ж, возможно, на это найти ответ достаточно легко - колдуны не отличаются своей болтливостью и хвастовством знаниями, однако не оставить такое важное наследие своим потомкам - вот, что было очень странно. Ведь Вироса часами штудировала работы мистера Онуе Дасадити, и в них не было ни слова об этом загадочном древнем символе. Неужели тайна оказалась настолько ценной, что даже своим родственникам Онуе не смог ее доверить?

Пока девушка размышляла над поведением своего пра-прадедушки, тот перевел взгляд с ее лица в открытое окно и отчего-то разочарованно покачал головой. Вироса было подумала, что таким жестом Онуе отказывается отвечать, однако тот заговорил спокойным, но очень серьезным тоном:

-Видимо, мне не придется отвечать на твой вопрос, Вироса-де-Кута. Скоро тебе представится возможность самостоятельно отыскать ответ.

Как только мистер Дасадити закончился предложение, со стороны окна послышались хлопающие звуки. На подоконник аккуратно, как и подобает воспитанной почтовой сове, приземлилась незнакомая серая птица. Сова таращила свои желтые глаза, крутя головой из стороны в сторону.

-Это еще от кого? - встрепенулась миссис Дасадити, неторопливо поднимаясь со своего места, подозрительно осматривая серые перья нежданной гостьи.

Дама аккуратно отвязала от лапки совы письмо, и птица, не желая больше задерживаться, ударила крыльями, вылетая обратно в темнеющий вечер за окном.

Амараморта проводила сову внимательным взглядом, словно ожидая, что та может передумать и вернуться. Затем размеренным шагом прошла к своему столу и опустила на него полученное письмо. Конверт был абсолютно черного цвета, без каких либо обозначений и подписей, поэтому ведьма не торопилась его вскрывать, внимательно осмотрела твердую бумагу со всех сторон и вытащила из поясной кобуры свою палочку.

Несколько взмахов и.. ничего. Конверт оказался самым обычным, однако даже это не убедило даму, поэтому она вскрыла восковую печать и вытащила сложенный пополам такой же черный плотный лист при помощи волшебства. Письмо взмыло вверх, раскрываясь прямо перед лицом Амараморты, из-за чего Вироса не могла видеть реакцию мамы на то, что открылось ее взгляду.

Однако в следующее мгновение миссис Дасадити вновь взмахнула палочкой, но в этот раз уже чуть резче, словно еле сдерживая вмиг нахнувшие эмоции. Послание тут же сгорело, осыпаясь на столешницу мелким пеплом. И только в этот момент Вироса смогла во всех красках оценить состояние мамы.

Ее голубые глаза сияли пуще люмоса, а на губах дрожала нервная улыбка, больше напоминающая затравленный оскал. Такое противоречивое выражение лица необычно ярко контрастировало с окаменевшей фигурой Амараморты. Дама застыла, пялясь невидящими глазами куда-то перед собой.

Вироса-де-Кута хотела было уже позвать свою маму, проверяя, что с ней все в порядке, но миссис Дасадити не дала дочери сделать и вздоха, резко щелкнув пальцами.

-Хозяйка хотела меня видеть? - перед Амарамортой появился эльф Эл, низко склонив голову, и его длинные ушки почти коснулись пола.

-Соберите наши вещи и подготовьте все к длительной поездке, - скомандовала Амараморта, резко опускаясь на свое место за столом.

Дама трясущимися руками нервно шарила по столу, выискивая чистый лист бумаги и перо.

-Как прикажете, хозяйка, - эльф еще раз поклонился и с хлопком исчез из кабинета.

Амараморта, наконец-то, смогла справиться с дрожью в руках, выхватила из стопки бумаги лист и принялась быстро что-то скрести по нему пером. Послышался тяжелый вздох со стороны портрета. Пожилой мистер Дасадити поудобнее уселся на своем месте, возвращаясь к своему излюбленному занятию - сну.

Вироса-де-Кута наблюдала за тем, как мама все делает рывками. Заканчивает записку, резко складывает бумагу, что та чуть было не порвалась от такого неаккуратного движения. Хлопает дверцами, выхватывая с полочки конверт. Также нетерпеливо запечатывает письмо и одним быстрым движением ставим на еще горячий воск печать Дасадити с помощью перстня.

Все происходило с такой скоростью, что Вироса даже не успела осознать того, как мать шумным ураганом вылетела из кабинета, оставляя дверь распахнутой настежь. Никогда раньше девушка не видела свою маму в таком возбужденном и напряженном состоянии. Что же такого было в том черном конверте, что заставило вечно сдержанную аристократку миссис Дасадити наплевать на все нормы поведения и сорваться с места?

Девушка, за неимением ничего другого, отправилась вслед за мамой, терпеливо ожидая объяснений. Было во всем этом что-то такое, что подсказывало, что мирной и долго тянущейся жизни в ее родном доме пришел конец. Шелестя длинной юбкой Вироса, сдерживая желание перейти на бег, прошествовала по коридорам, боковым зрением замечая недовольство живых портретов на светлых стенах. Предки активно переговаривались, обсуждали неприемлемое поведение Амарамотры, которая уже успела унестись в другую часть дома, чтобы отправить кому-то письмо.

Своих трех сов Дасадити держали на верхнем этаже, в небольшой открытой башенке, в которую птицы возвращались ранним утром после ночной охоты. Сейчас же был поздний вечер, отчего вероятность найти свободную от своих птичьих дел сову значительно снижалась. Почему-то эта мысль совсем не понравилась Виросе. Если мать в таком странном, нетипичном для нее состоянии не отправит послание сею же секунду, явно быть беде.

В маленькой башенке никаких портретов уже не было, поэтому девушка позволила себе немного ускорить шаг, чтобы побыстрее добраться до взбудораженной матери и узнать у нее, что же происходит.

Стоило девушке попасть на продуваемую со всех сторон площадку, она встретила там Амараморту, в руках у которой уже не было конверта, а голубые, все так же сияющие глаза, следили за удаляющейся от дома птицей. Совятня была рассчитана только на одного человека, поэтому Вироса, как могла, сжалась, стараясь удержать развивающееся платье, чтобы даже ткань не касалась взвинченной Амараморты. Однако такие жертвы были ни к чему, дама, кажется, даже не замечала присутствие кого-то еще на каменной площадке.

Вироса чуть подождала, сминая ткань юбки в руках, приводила голос в порядок и только после этого решилась все же привлечь к себе внимание:

-Прошу прощения, мама, - спокойно было начала девушка, однако следующие слова так и застыли на языке.

Амараморта повернула голову к девушке, продолжая светиться, словно солнце в ясный день. На лице уже не было того дикого оскала, вместо него губы растянулись в слегка сумасшедшей улыбке.

-Дорогая моя, - мать словно только заметила девушку, отмерла, делая к дочери крохотный шажок, - милая моя Виросочка! - с этими словами дама обхватила девушку руками со всей силы сжимая ее в объятиях.

-Мама, - робко произнесла Вироса-де-Кута, пораженная такой резкой нежности, - ты расскажешь мне, что происходит?

-Моя любимая доченька! - продолжала причитать миссис Дасадити. - Наконец-то! Я так счастлива, Виросочка!

-Мам, ты меня слегка пугаешь, - девушка немного отстранилась, осторожно заглядывая в голубые родные глаза.

-Виросочка! Забудь все свои страхи! Тебе больше не о чем переживать! Мы, наконец-то, отправляемся в Англию!

На лице юной волшебницы отразились все ее истинные эмоции. Смятение. Шок. Недоверие. Но по большей степени, конечно же, шок. Темные брови поползли вверх, а нижняя челюсть вниз.

-Зачем нам в Англию? - только и смогла выдавить из себя девушка.

-Все потом! Милая моя, все потом! - жарко зашептала мама. - Сейчас отправляйся к себе и собирай все, что тебе захочется с собой взять. Нужное соберут эльфы, поэтому не зацикливайся о пользе, думай только о своих желаниях!

С этими словами Амараморта разорвала объятия и почти бегом отправилась вниз по ступенькам. Вироса ошарашенная и сбитая с толку все же последовала совету матери, отправилась в свою комнату, чтобы подготовиться к незапланированному путешествию.

В голове у девушке резко опустело. Будто все существо отказывалось работать с теми крохами информации, что Вироса получила за последние полчаса. Ее настолько выбило из равновесия ненормальное и совершенно неадекватное поведение матери, что теперь оставалось только водить стеклянным взглядом по родной комнате, пытаясь сосредоточиться на тех вещах, что юная волшебница хотела бы взять с собой.

В аккуратную дамскую сумочку с незримым расширением пространства первым делом отправилась колдография отца, за ней последовали любимые книги, туда же угодил и недочитанный рунический талмуд, который девушка магией призвала из кабинета матери. Следом Вироса собрала небольшую коллекцию амулетов, зачарованных колец и боевых медальонов. На последние девушка долго и внимательно смотрела, но все таки решилась отправить их в шкатулку, которая также поместилась в сумочку.

Что ей вообще может понадобиться в этой Англии? Что она вообще знала об этой дождливой стране, кроме списка чистокровных семей и того, что местные волшебники предпочитают магическому бизнесу работу в Министерстве?

Единственным более-менее надежным источником информации о стране-морской державе выступала крестная Виросы. Мисс Тенеба Навелюкс была пожилой чудаковатой ведьмой, которая в одиночестве (не считая домашних эльфов) сидела в своем маноре, перемещаясь лишь с помощью каминов или аппарации, которую, между прочим, использовала даже в доме, так как колдунья считала вершиной глупости не использовать магию во всем, что ее окружает.

Мисс Навелюкс не всегда была такой затворницей. Дама всю свою жизнь посвятила путешествиям и исследованиям разных краев света. О своих открытиях пожилая колдунья могла вещать часами напролет, вдаваясь даже в самые мельчайшие подробности. Вероятно, именно ее дух авантюриста не давал ей засиживаться на одном месте по долгу, поэтому мисс Навелюкс так и не обзавелась собственной семьей, а когда опомнилась, было уже поздно.

Однако бездетность не пугала матерую колдунью, она нашла свою отдушину в Виросочке, которую любила и лелеяла словно свою собственную доченьку. То, как именно английская чистокровная ведьма стала крестной Виросы, девушка узнала, как только смогла полноценно разбирать речь взрослых и запоминать то, что ей доносили.

Все дело было в том, что в одном из своих приключений мисс Навелюкс встретилась с Амарамортой. Как выяснилось, двух волшебниц свела счастливая случайность в каких-то, Мерлином забытых, тропических лесах Новой Гвинеи. Обе выискивали там смеркута. Безбашенная крестная желала изловить существо, чтобы проверить, как сможет смеркут прижиться в каких-нибудь других флорах планеты. То есть, она целенаправленно хотела таскать опасный, смертоносный летающий черный плащ за собой повсюду, куда занесет ее судьба, лишь ради научного интереса. Амарамотра же, в свою очередь, хотела проверить, способны ли смеркуты подчиниться волшебнику при помощи найденного древнего артефакта.

Их удивительный союз (а удивительным он был от того, что обе дамы были совершенно разными по характеру. В то время как миссис Дасадити была спокойной и рассудительной, мисс Навелюкс отличалась пылким и вздорным нравом, что часто заводил ее в ситуации, из которых Тенеба спасалась лишь чудом. Но не смотря на такое яркое различие, волшебницы, ни разу не поссорившись, имели превосходные отношения, с пониманием относились к странностям друг друга.) продлился почти полгода. За время их путешествий ведьмы сдружились настолько, что даже после окончания совместных приключений, продолжали переписываться и, по мере возможностей, навещали друг друга. А когда родилась Вироса-де-Кута, у Амараморты не было никакой другой мысли о том, кто станет для ее дочери крестной матерью.

Мисс Тенеба Навелюкс, хоть и считалась чистокровной английской волшебницей, провела в родной стране не так уж и много времени, по сравнению с тем, сколько она выживала за ее пределами. Поэтому считать ее образцовой британкой Вироса не решалась. А следовательно, и рассчитывать на то, что все маги чужой страны будут такими же, как и ее крестная, не приходилось. “Возможно, это и к лучшему.” - подумалось Виросе.

Девушка любила свою крестную всем сердцем и считала ее невероятно интересной и сведущей во многих областях превосходной колдуньей. Однако, если в Англии оказалось бы больше одной такой дамы, Вироса-де-Кута начала бы понемногу сходить с ума от непрекращающихся удивительных происшествий, что преследовали мисс Навелюкс даже в ее собственном доме. То обнаружится целый рой пикси в одной из заваленных комнат манора. То на, казалось бы безопасной, лужайке у дома, прорастут прыгающие поганки, которых вывести, ой, как сложно.

Вироса-де-Кута посещала крестную всего несколько раз за всю свою сознательную жизнь, и во время того, пока она гостила у мисс Навелюкс, девушка ни разу не выходила из манора. Просто в связи с тем, что и в доме у сумасбродной крестной было чем себя занять. Чаще всего Тенеба гостила у Дасадити, развлекая любимую крестницу в родных для девушки стенах.

За всеми этими воспоминаниями о мисс Навелюкс, Вироса-де-Кута не заметила, как затолкала в свою сумочку почти все, что находилось в ее комнате. На месте остались лишь кровать, письменный стол и стул на высоких ножках.

-Молодая хозяйка, - посреди комнаты появился домовой эльф Джерси, который низко поклонился волшебнице, привлекая ее внимание.

Девушка повернулась к эльфу, сложила руки на уровне живота, посмотрела на существо сверху вниз:

-Слушаю тебя, Джерси.

-Хозяйка просила пригласить вас в гостиную на первом этаже, если вы закончили сборы, - произнес эльф, не поднимая головы.

-Хорошо, я уже готова, - размеренно произнесла Вироса, передавая в руки Джерси свою сумочку.

Юная волшебница последний раз окинула взглядом свою спальню, прощаясь с дорогим сердцу местом. Она надеялась, что вернется домой как можно скорее, но предчувствие, что напряженным облаком витало вокруг, подсказывало, что девушка ошибается в своих надеждах. Под ложечкой засосало, и Вироса поспешила несколько раз моргнуть, резко развернулась в сторону выхода, покидая свою комнату.

Глава 2 Даме чудилось, что время ускользает

Амараморта нетерпеливо крутила в руках волшебную палочку, сидя на диване в гостинной на первом этаже. Даме чудилось, будто время ускользает, испаряется, и она опоздает. Ей хотелось вскочить на ноги и бежать сломя голову. Плевать, что это было совершенно не под стать чистокровной аристократке из древнего рода. Абсолютно все равно на то, что подумали бы прочие волшебники, узнав о таком поведении знатной дамы. Ее сердце металось по грудной клетке, силясь вырваться наружу от переизбытка чувств, которые захлестнули миссис Дасадити с головой, не оставляя в ней ни единой здравой мысли. Дама глубоко вздохнула, еле сдерживая себя, чтобы не начать подпрыгивать на месте от дрожи, что пробивала исхудавшее тело.

Последние месяцы Амараморта чувствовала себя хуже некуда. Не было боли или даже ночных кошмаров, что должны сопровождать настолько больного человека, однако из года в год волшебница замечала, как ее состояние ухудшается. Все началось с простого отвращения к еде. Желудок отказывался принимать необходимую для жизни пищу, и миссис Дасадити делала над собой немыслимые усилия, чтобы играть за обеденным столом роль нормальной, здоровой дамы. Потому что так было нужно. Потому что единственная и такая драгоценная дочка не должна видеть, как ее мать медленно умирает.

Из-за недоедания Амараморта буквально таяла на глазах, руки исхудали, на впалый живот приходилось накладывать несколько слоев дополнительной ткани, сложенной в пару раз, чтобы не выглядеть, как ходячий скелет. Но хуже внешнего состояния, которое еще можно было стерпеть, было состояние внутреннее. Миссис Дасадити начинала терять то, что ей дано было от природы - волшебство. И нет, она не превращалась в Сквиба, жалкого не обладающего волшебством представителя магической семьи, просто теперь ее палочка казалась невероятно тяжелой, будто сделанная из металла. Все сложные заклятья получались далеко не с первого раза, будто дама разучилась правильно двигать кистью.

Она просто медленно угасала, как волшебница, как женщина. Единственное, в чем она не позволяла себе потухнуть - это в материнстве. Ее милая Виросочка не должна прощаться с матерью в таком юном возрасте. Амараморта еще не всему ее научила, еще не все успела рассказать и объяснить. Именно за эту ниточку и держалась миссис Дасадити все эти семнадцать лет.

“Чертово проклятие, будь оно неладно!” - прорычала про себя Амараморта. Да, во всем, что происходило с ведьмой, было виновато лишь это ненавистное проклятие, наложенное на их род много (даже слишком много) веков назад. Умудрился же один из предков накликать на семью такую беду! Проклятье, словно тлеющие угли, выжигало носителя изнутри, заставляя его умирать медленно и неотвратимо.

“И в чем это, скажите на милость, в своей жизни я была так не права?!” - продолжала мысленно гневаться миссис Дасадити, в немой злобе сильнее сжимая свою волшебную палочку тонкими пальцами. То, что проклятие было разумным, было ясно, как день, и известно всем представителям рода Дасадити. Порча, которую схлопотал один из предков за ужасный проступок так и работало - если представитель рода Дасадити совершал непоправимый, умышленный грех, проклятие приходило в действие. Что именно эта дрянь считала грехом, только ей и было известно. Из рассказов своих ныне покойных родителей Амараморта слышала, что эта чернь прицепилась к их роду, потому что в каком-то лохматом году один из Дасадити осмелился приравнять себя к высшим силам, возжелал пободаться с законами самого мироздания.

С наказанием для такой провинности Амараморта могла согласиться, однако что же в своей жизни натворила она, что проклятие решило изжить грешницу со света? На этот вопрос дама искала ответ долгие годы, однако оставила попытки понять природу своего недуга, когда родилась Вироса-де-Кута, которая отвлекла Амараморту от тяжелых дум, овладевая ее вниманием целиком.

Впрочем, сейчас это все уже не важно. Сегодня миссис получила письмо, которое изменило привычное течение ее жизни. Как бы Амараморта не грела в груди свою любовь, как бы не верила в то, что сможет встретить его еще раз, надежда на воссоединение таяла с каждым годом, превращаясь в блеклую тень на границе сознания. Но сегодня все чувства вспыхнули с новой силой. Призрачная надежда обрела новые яркие краски, ведь теперь Амараморта точно знала - он снова в этом мире. И она сделает все, чтобы как можно скорее воссоединиться со своим возлюбленным, которого так нелепо в свое время потеряла.

Миссис Дасадити не сразу заметила, как в гостиную спустилась Вироса-де-Кута. Дочь молча ожидала, когда Амараморта обратит на нее свое внимание, выныривая из глубоких дум.

-Ты готова? Ничего не забыла? - произнесла дама, поднимаясь с дивана.

-Да, мама, я все собрала, - уверенно кивнула дочь. - Скажи, пожалуйста, как мы отправимся в Англию?

-Эл нас перенесет, - ответила Амараморта, и рядом с ней тут же появился домовой эльф, готовый выполнить предстоящую задачу. - Мы отправимся прямиком к твоей крестной мисс Навелюкс, я ранее отправила к ней сову, уверена, что она успеет доставить послание.

Вироса-де-Кута кивнула, подходя к маме ближе, и вставая по левую руку от Эла.

-Перемещение будет в несколько трансгрессий, поэтому, пожалуйста, приготовьтесь, - произнес эльф, беря хозяек за руки.

Вжих. И они втроём уже стояли посреди какого-то поля. На черном небе умиротворенно сияли яркие звездочки, чуть подмигивая неожиданным гостям. Вжих. Сумрачный пролесок, от стволов деревьев тянулись длинные темные тени, а где-то далеко виднелась круглая луна, что висела совсем низко к горизонту. Вжих. Вечерняя улочка. И мир тут же заполнился звуками волшебного маленького городка. Тут и там были слышны разговоры, мимо неспешно прогуливались колдуны, жарко что-то обсуждая. Никто не обращал внимание на двух волшебниц и эльфа, что тут же трансгрессировали дальше. Вжух. Прохладный влажный воздух обхватил лица прибывших, а с бледного неба падали редкие мелкие капли подходившего к концу дождя.

Троица стояла прямо перед высокими коваными воротами в старинный манор. Сквозь ограждение виднелась небольшая лужайка перед домом, на которой неторопливо прогуливались парочка кошек. Зачарованные факелы подсвечивали темную каменную кладку двухэтажного широкого дома.

-Эл, проследи за домом, пока нас не будет, - произнесла миссис Дасадити, вглядываясь в окна манора. - Когда мы соберемся обратно, я тебя позову.

-Конечно, хозяйка, - эльф низко поклонился, тут же с хлопком исчезая из вида.

Стоило домовому аппарировать, кованые ворота распахнулись, приглашая гостей пройти. Как только обе ведьмы оказались на каменной дорожке, которая вела прямиком к манору, дверь в дом медленно распахнулась, и на улицу полился теплый манящий свет.

Вироса-де-Кута шла чуть позади своей матери, размышляя о том, что ей предстоит делать дальше. После такого количества трансгрессий в животе слегка покалывало, а в горле неприятно запершило, однако это все, чем отделалась девушка. Юная волшебница с малых лет привыкла к аппарации, поскольку мать предпочитала именно такой способ перемещения по средствам эльфов, а дорогая крестная, и вовсе, только и делала, что аппарировала, вместо всего прочего. Были моменты, когда мисс Навелюкс было элементарно лень пройти из одного конца комнаты в другой, поэтому она туда перемещалась, обуславливая это тем, что так она экономит драгоценное время.

Стоило Амараморте и Виросе переступить порог на них с объятиями накинулась, непонятно откуда появившаяся, мисс Навелюкс. Дама пребывала в весьма приподнятом настроении, несмотря на сгущающиеся сумерки и свое одеяние для сна. Волшебницы Дасадити явно выдернули пожилую Тенебу из кровати.

-Как же я рада вас видеть! - причитала крестная, расцеловывая Веросочку. - Что же вы так долго?! Я получила твое письмо, Амара, еще пять минут назад! Думала, вы уже передумали ко мне отправляться!

Амараморта тепло смотрела на свою дорогую подругу принимая от нее новую порцию объятий. Мисс Навелюкс была полной противоположностью миссис Дасадити не только в плане характера, но и внешне они были словно инь и ян. Тенеба была очень низкой, полной дамой, с добродушным круглым личиком (однако не стоит воспринимать ее внешнюю миловидность и доброту за чистую монету, помимо своей необычной натуры, мисс Навелюкс была грозной темной ведьмой, с которой далеко не каждому под силу справиться). У крестной Виросы были черные густые волосы, которые лишь слегка тронула седина, она любила заплетать их в сложную косу, а глаза ведьмы напоминали своим цветом вязкое болото. В них темно-зеленый оттенок смешивался с грязно карим блеском, от чего дама могла смотреть так, что пробирали мурашки по коже.

Однако Виросе никоим образом не грозило почувствовать на себе такой взгляд этой пышной ведьмы. Чтобы не выдумала девушка, как бы она себя не повела, крестная всегда вставала на сторону своей любимицы, поддерживая ее в любых начинаниях. А как же яро колдунья помогала крестнице изучать темные искусства! Не было ни одной встречи, чтобы Тенеба ни разучила с девушкой новое сложное заклинание.

-Докс! Лика! - вскрикнула мисс Навелюкс. - Живо ко мне!

В прихожей тут же возникли две домовухи, которые склонили головы в поклоне, приветствуя гостей и ожидая приказа своей хозяйки. В отличие от Дасадити, мисс Навелюкс не останавливалась только на физических наказаниях, дама не стеснялась применять к эльфам различного рода проклятия, швыряя палочкой разноцветные лучи направо и налево. Поэтому домовух заметно потряхивало, стоило хозяйке появиться в поле их видимости, а уж когда мисс Навелюкс была в непосредственной близости, то начинало казаться, что несчастных созданий и вовсе хватит удар.

-Значит так, - начала раздавать указания пожилая ведьма, - вещи Амары отнесите в покои, что справа от моих, приготовьте горячую ванну и через час накройте нам на стол. И чтобы не как в прошлый раз! - на этих словах мисс Навелюкс послала Докс испепеляющий взгляд. - Поклажу Виросочки доставить в угловую комнату на втором этаже, и разложите вещи так, как она любит! Все! За дело!

Эльфы вновь низко поклонились, шаркая длинными носами по паркету, и с хлопком аппарировали выполнять свои задачи.

-Ну, мои хорошие, идем, идем! - Тенеба вновь обратилась к своим гостям, с нежным и радостным выражением лица, словно не она только что кричала на домовух. - Я уже все подготовила. Чай на веранде, хоть выдохните после такого долгого путешествия ко мне.

С этими словами мисс Навелюкс подхватила Амараморту и Виросу под руки и аппарировала на летнюю веранду. Прохладный вечерний ветерок тут же подхватил легкую юбку Виросы, развивая ткань в разные стороны. Не смотря на это, погода стояла приятная, не было того зноя, что преследовал девушку во всех уголках ее собственного дома. Вблизи от крытой веранды шумели деревья, а от теплых зачарованных факелов прыгали по каменному полу желтые блики.

Вироса, следуя примеру матери, опустилась на плетеное кресло, глубоко вдохнула аромат травы после дождя, чуть откидываясь на маленькую декоративную подушку. Рядом с родными и близкими можно было немного расслабиться и не держать осанку идеально прямой, а от лица легко отклеивалась вежливая улыбка, которая словно маска, цеплялась за губы девушки во время общения со всеми, кроме этих двух статных дам.

Мисс Навелюкс, как и подобает хозяйке, разлила по фарфоровым кружечкам хорошо заваренный чай (с помощью волшебной палочки, разумеется), открыла поднос со сладостями (используя магию, естественно) и, удостоверившись, что ее дорогие гости сидят удобно и им кроме чая и угощений ничего не хочется, опустилась на свое место. Крестную хватило лишь на пару секунд молчания, Вироса не успела даже пригубить чашку с горячим чаем, как дама шумно вздохнула, обращаясь к девушке:

-Виросочка, ну, как ты, моя дорогая? Как началось твое лето? Мы давно не списывались!

Вироса-де-Курт тут же вспомнила, как буквально три дня назад отправила небольшое письмо, в котором описывала свои успехи в зельеварении, и интересовалась, может ли крестная прислать ей такие редкие плоды Мимбулуса мимблетонии. На следующий день девушка получила небольшой сверток, в котором находился маленький молодой росток этого чрезвычайно необычного растения и записка от крестной, которая желала поскорее узнать, какое зелье пытается приготовить девушка.

Получалось, что общались они совсем недавно, но Вироса лишь улыбнулась этим мыслям, списывая такое поведение пожилой ведьмы на ее одиночество и тоску по любимой крестнице. Все таки виделись последний раз они на рождество, когда Тенеба привезла с собой в подарок Виросе зачарованную миниатюрную статуэтку елочки, которая меняла цвет в зависимости от настроения в помещении, в котором деревце находилось.

-Последнее время я углубленно занимаюсь изучением старинных фолиантов и манускриптов, связанных с историей темных искусств, - ответила Вироса, посылая крестной теплый взгляд.

-И как успехи?

-Не без трудностей, - хмыкнула девушка, припоминая злополучный символ, который ей так и не удалось перевести. - Думаю, мне просто необходима твоя помощь, дорогая крестная, для решения очередной головоломки.

От этих слов мисс Навелюкс заулыбалась еще сильнее, гордо выпрямляя спину. Ведьма уверенно закивала, радуясь возможности быть полезной своей крестнице.

Волшебницы пообщались еще немного, говоря в основном обо всякой бытовой ерунде. Вироса-де-Кута прекрасно понимала, что мисс Навелюкс в курсе всего, что произошло несколько часов назад, и явно знала, почему миссис Дасадити сорвалась из дома и в ночь отправилась в Англию. Однако эту тему старшие не поднимали от слова совсем. Юная волшебница изо всех сил старалась услышать хоть что-нибудь в словах матери и крестной, однако никаких скрытых посланий те друг другу не посылали, радушно общаясь на безопасные темы.

Виросу просто съедало любопытство и смятение, почему же она одна единственная, кто все еще не знает, зачем они наспех покинули дом. Однако и спросить об этом напрямую было бы неправильно. Не зря же старшие всеми возможными способами избегали этого момента в разговоре.

Вскоре Тенеба завершила чаепитие, аппарируя со своей подругой в другую часть дома, провожая ту до спальни. Вироса-де-Кута решила не задерживаться, и по примеру своей крестной также трансгрессировала сразу в свою новую спальню.

Каждый раз, когда девушка гостила в этом доме, она занимала именно эту комнату. Помещение было небольшим, но очень уютным. Напротив входа располагалось большое окно и точно такое же находилось на правой стене. Из обоих виднелся окружающий манор лес, поэтому девушка с удовольствием просыпалась в местной кровати, наблюдая за тем, как ветер шевелит кроны деревьев, и как над ними кружат птицы. А перед сном Вироса забиралась с ногами в мягкое кресло у письменного стола, поднимала створку окна и наслаждалась вечерней прохладой, с упоением читала книги, найденные в библиотеке крестной.

Девушка поборола в себе желание и сейчас устроиться на своем излюбленном местечке, отправилась в душ, чтобы освежиться и сменить одежду.

Спускалась на очень поздний ужин (“Потому что ложиться спать ничего не поев, самое настоящее преступление” - постоянно приговаривала мисс Навелюкс) Вироса в чистом легком домашнем платье, а еще немного влажные волосы, она перехватила серебряной заколкой на затылке.

Виросе не хотелось аппарировать сразу в столовую, тело требовало небольшой прогулки по дому. За это решение девушка многократно поблагодарила саму себя, стоило ей приблизиться к обеденному залу.

Внутри горело всего несколько зачарованных факелов, от чего помещение приобретало загадочный, мрачный вид. Длинный стол был накрыт на троих персон, однако уже сидевшие на своих местах две дамы, не торопились приступать к ужину, тихо о чем-то переговаривались. Мисс Навелюкс, что сидела во главе стола, и миссис Дасадити, которая была по правую руку от хозяйки манора, держали в руках бокалы с вином, общались, порой переходя на жаркий шепот. Со стороны две знатные особы выглядели так, словно замышляют что-то противозаконное, сидя в дорогущем доме, неторопливо потягивая высококачественный алкоголь.

Вироса-де-Кута прижалась к арочному проему, скрываясь в тени, вслушивалась в беседу двух ведьм, почти не дыша, внимая каждому слову. Благо в доме стояла гробовая тишина, и разобрать то, что говорили колдуньи не составило труда.

-Ты точно уверена, что это правда? - мисс Навелюкс нахмурила черные брови, внимательно вглядываясь в свою подругу. - Это не может быть чьей-то глупой шуткой?

-Я уверена, - кивнула миссис Дасадити. - Там был его знак. Зачем кому-то, кто не вкурсе того, кто я такая, присылать его мне?

-Ты, конечно, в этом права.. Но кто? Кто мог бы послать тебе такую весточку?

-Вот здесь я и теряюсь в догадках, дорогая, - Амараморта шумно выдохнула, нервно поджимая губы. - Возможно, что кто-то из тех, кто бы с нами знаком в то время, все еще живы?

-О том, кто ты такая на самом деле, не считая его, знали, от силы, три человека! - нервно закачала головой Тенеба. - Одна из них - я. Но я не могла прислать тебе это письмо, потому что и сама узнала о том, что он вернулся только от тебя..

-Да, но остаются еще Аманити и Диспара..

-Нет, Аманити уже как десять лет лежит в могиле, ты забыла? - цокнула языком пожилая ведьма, откидываясь на спинку стула. - А что касается Диспара.. Ох не знаю.. Этот пройдоха пропал, Салазар его задери, и не понятно, что с ним сталось.

-Он может быть жив. Есть возможность с ним связаться? - Амараморта чуть наклонилась вперед, заглядывая своей подруге в глаза и покусывая нижнюю губу.

-Не думаю, милая моя. Все мои старания его отыскать заканчивались тщетными попытками.

-Давай попробуем вместе, это сейчас единственная ниточка к нему! - взмолилась миссис Дасадити.

-Не неси чепуху! Тебе сейчас нужно думать о другом! - Тенеба угрюмо нахмурилась, прихлопнув ладошкой по столу. - Ты себя со стороны видела? Эта зараза тебя почти извела, Амара! Да ты, того и гляди, прямо на моих глазах в пыль превратишься! Как прикажешь смотреть на то, как скоротечно умирает моя лучшая подруга?

У Виросы больно кольнуло в груди. Конечно, она знала, что мать чем-то болеет, но то, что это ведет ее к гибели, девушка и не предполагала. Мама всегда в меру жизнерадостная и вечно в заботах, когда бы тут промелькнула мысль, что с ней может быть до такой степени что-то не так? Пальцы задубели, и Вироса сжимала и разжимала ладони, вновь обращаясь в слух.

-..знаешь, что это не лечится, - устало выдохнула мама, делая большой глоток вина. - Мы столько лет потратили на то, чтобы победить проклятие. Да, мерлин с ней, с победой, хотя бы просто разобраться в том, почему оно сработало на мне?

-Значит мало старались! - фыркнула на это крестная, тоже пригубив бокал. - Давай-ка, вот что сделаем. Ты никого пока не ищи. Мало ли, что с тобой может, вдруг, случиться.. Правильно я поняла, что даже палочка тебя слабо слушается теперь?

Миссис Дасадити достала из поясной кобуры свою волшебную палочку и положила ее на стол перед подругой. Дамы несколько секунд молча рассматривали древко, а после Тенеба продолжила:

-Значит так! Отправляйся-ка ты завтра к Олливандеру, пусть глянет на нее, может все дело в палочке. Возможно, он и подскажет тебе чего дельного. А глупости эти, с поиском Диспара, из головы выкинь! Сначала о себе нужно позаботиться, дорогая моя.

Амараморта неуверенно кивнула, соглашаясь с тем, чтобы сначала посетить магазин волшебных палочек перед тем, как предпринимать следующие шаги. Сил уже не было на самокопания и терзания. Дама обреченно выдохнула, опуская взгляд на свои мелко дрожащие руки.

Смысла прятаться больше не было, поэтому Вироса-де-Кута крадущимися движениями вернулась к лестнице и, несколько раз мотнув головой, прогоняя лишние домыслы, достаточно шумно зашагала в сторону столовой, давая ведьмам понять, что она направляется в их сторону.

Жуткие догадки нещадным роем кружили в голове, а девушка, как могла, мысленно от них отмахивалась, желая обдумать все в одиночестве. Она уже и так изрядно задержалась к ужину, нельзя было рисковать и подслушивать дальше.

Как только юная волшебница появилась на пороге обеденного зала, ведьмы уже повернулись в ее сторону и растянули губы в улыбках. Если у крестной получилось сыграть достаточно убедительно, и даже пару раз блеснуть глазами, словно и не было сложного разговора с миссис Дасадити. То вот у Амараморты актерская игра сегодня получилась скверно. Или же это Вироса начала подмечать больше мелких деталей, после услышанного. Слегка влажные, покрасневшие глаза, будто мама сдерживала слезы, излишне вздернутые уголки ее губ, напряженная поза, которую миссис Дасадити скрывала изо всех оставшихся у нее на сегодня сил.

Вироса-де-Кута проследовала к своему месту, аккуратно опускаясь за стол. Тут же со всех блюд пропали металлические крышечки, представляя взору аппетитные, горячие яства.

И вновь завязались невинные разговоры ни о чем. Такой резкой смене настроя Вироса могла только позавидовать. Как легко взрослым ведьмам удавалось скрывать то, что их на самом деле беспокоит. Девушка внимательно следила за движениями и взглядами дам, но ни в одной из них она не заметила даже намека на предыдущее напряжение. Словно ничего и не было. Будто бы они только что не обсуждали пугающие, непонятные Виросе вещи.

Когда с ужином было покончено, Тенеба и Амараморта аппарировали к своим комнатам. Вироса отчего-то была уверена, что сегодня они больше не станут обсуждать ничего, из того, что ей удалось так нагло подслушать. Поэтому и смысла шпионить больше не было. Девушка поднялась из-за стола и трансгрессировала в свою комнату, упала на кровать.

Ей было нужно о стольком поразмыслить. Столько всего обдумать, найти ответы в своей умной голове. Но стоило девушке коснуться мягкой подушки, мысли скрыла ватная пелена, и юная волшебница тут же уснула. А проснулась только к обеду следующего дня.

На ней так сказались все эти тайны и спешные перемещения в другую страну, что Вироса и не успела осознать, как же сильно на самом деле устала всего за один прошлый вечер.

Закончив с умывальными процедурами, юная волшебница аппарировала к столовой, намеренно пристраиваясь у стены, в надежде услышать что-то еще, однако в обеденном зале была лишь мисс Навелюкс, что в гордом одиночестве восседала на своем месте во главе стола и читала “Ежедневный пророк”.

Вироса-де-Кута уверенно шагнула в помещение, шествуя к кому же месту, что занимала вчера вечером - по левую руку от крестной. Дама услышала приближение девушки, сложила газету пополам и подняла взгляд на юную волшебницу:

-Виросочка! Ты проснулась, - защебитала она сладким голосом. - Я велела никому тебя не будить, чтобы ты хорошо отдохнула сегодня.

-Большое спасибо, Тенеба, - кивнула девушка, аккуратно опускаясь на стул. - Лика, подай мне завтрак, - позвала домомуху Вироса, и тут же перед ней появился тот самый знаменитый “английский завтрак”.

Чего здесь только не было: жареный бекон, омлет, от которого все еще шел густой пар, помидоры, грибы и даже несколько тостов с маслом и колбасой. И, разумеется, на столе появились два металлических графина, в одном был черный чай, а ко второму с кофе прилагался еще и небольшой молочник.

Девушка вдохнула приятные вкусные запахи поглубже и с легкой улыбкой взмахнула палочкой, приказывая графину налить ей кофе, а молочнику придать черному густому напитку нежный оттенок молочного шоколада.

-Как спалось, милая? - мисс Навелюкс вновь вернулась к чтению местной газеты.

-Спасибо, крестная, все, как всегда, замечательно, - ответила Вироса-де-Кута, приступая к завтраку.

Пожилая волшебница больше не мешала девушке есть, усердно читая какую-то статью. На белой бумаге двигались несколько фотографий, с одной из которых на читателя смотрел серьезный пухлый мужчина в шляпе-котелке. Тенеба фыркнула, ударяя тыльной стороной ладони по газете, оставаясь совершенно недовольной тем, что только что закончила читать. Дама небрежно откинула листы в сторону и с шумным выдохом откинулась на высокую спинку.

-Что-нибудь интересное? - произнесла Вироса, взглядом указывая на “Ежедневный пророк”.

-В этой стране не происходит ничего интересного последние лет пятнадцать, - снова разочарованно фыркнула ведьма. - Однако наш министр продолжает удивлять своей глупостью народ. Можешь себе представить, эти тупые авроры будут проводить выборочные рейды по чистокровным семьям, чтобы проверять литературу и артефакты, которые хранятся в наших домах!

-Для каких целей?

У юной волшебницы округлились глаза от полученной информации. Никогда ранее она не слышала о том, что министерство позволяет себе вмешиваться в дела чистокровных семей, а чтобы они возымели наглость сунуться прямо в дома, рыскать там и изучать драгоценные экземпляры литературы, что у всех настоящих магов передавалась из поколения в поколение, как наследие - верх кощунства и наглости.

На одно мгновение, Вироса-де-Кута представила, как какие-то люди (пусть даже в министерских мантиях) без приглашения входят в ее дом и начинают шастать по коридорам, лазить своими ручонками по библиотеке, трогать древние фолианты, многие из которых были написаны представителями рода Дасадити, шарить по комнатам, выискивая амулеты рода - у девушки сжались кулаки, а в голове замелькало единственное желание - вышвырнуть мерзких (пусть и ею же вымышленных) людишек из семейного особняка!

Не успела молодая ведьма начать вспоминать все известные ей проклятия, которыми она бы закидала незваных гостей, крестная подала голос, отвечая на вопрос:

-Наше Министерство считает темную магию опасной до такой степени, что трясется от страха от одного лишь упоминания об этой стороне волшебства, - лицо крестной исказилось в гримасе отвращения и презрения. - А кто владеет несчетной кучей темных знаний?

-Чистокровные семьи, - тихо ответила девушка, аппетит был испорчен, поэтому она взмахнула палочкой, заставляя посуду исчезнуть со стола.

-Верно, милая! - кивнула мисс Навелюкс. - Мы - единственные хранители истории, те у кого все еще можно свободно обучиться любой магии, становясь настоящей ведьмой или истинным колдуном.

-Как же чистокровные семьи Англии отреагировали на такое заявление вашего министра?

Крестная хихикнула, посылая девушке многозначительный взгляд.

-А ты как думаешь? Начали хорошенько прятать свое достояние, чтобы ни одна министерская шавка, которая посмеет явиться, не смогла ничего найти!

-А ты, крестная? Как же тебе удастся скрыть такую обширную библиотеку? - распереживалась девушка.

-Любимая моя Виросочка, - хитро улыбнулась пожилая дама, переходя на заговорщический шепот, - думаешь, я столько лет зря притворялась сумасшедшей? Я провела за границей столько времени, что Министерство Магии Великобритании уже и забыло о моем существовании. К тому же, я уже давным давно все продумала. Еще семнадцать лет назад.

На этих словах дама чуть помолчала, внимательно осматривая крестницу. Взгляд ее темно-зеленых глаз был до того теплый, что юной волшебнице показалось, будто ее укутали в мягкое воздушное одеяло, обнимая.

-У меня нет своих детей, - продолжила пожилая ведьма, - ты - моя крестница и входишь в род Навелюкс по всем правилам. Поэтому все, что моя семья столько веков бережно собирала, достанется тебе в наследство.

Вироса-де-Кута и так знала, что все состояние рода Навелюкс достанется именно ей, потому что девушка является крестницей последней представительницы древнего рода, следовательно, она - часть этой семьи, и по всем законам - последняя молодая представительница Навелюкс - наследница. Однако крестная никогда ранее не поднимала с ней эту тему, от чего сейчас это прозвучало достаточно обескураживающе. Пока Вироса размышляла над этой мыслью, Тенеба продолжала:

-А ты не являешься британкой, моя дорогая, собственно поэтому, никто из местных министерских крыс не посмеет вломиться в этот дом и забрать то, что принадлежит ведьме-гражданке другой страны, - уверенно поставила точку пожилая ведьма, отправляя очередную лучезарную улыбку своей крестнице.

Завтрако-обед плавно превратился в чаепитие. Мисс Навелюкс делилась некоторыми подробностями местных законов, постоянно переходя на личности и оскорбляя отдельных персон грубыми словами. Вироса-де-Кута внимательно слушала крестную, стараясь во всех подробностях запомнить то, как дела обстоят в этой чужой для нее стране.

-Тенеба, а где же моя мама? - когда предыдущая тема для разговора себя понемногу исчерпала, спросила юная волшебница.

-Ах, да, совсем забыла тебе сказать! Амара отправилась в Косой Переулок. Ей захотелось прикупить каких-нибудь сувенирчиков. Твоей маме не терпелось, поэтому она не стала дожидаться твоего пробуждения. Но не переживай, мы с тобой обязательно посетим эту улочку, чтобы и ты смогла выбрать себе что-нибудь на память.

Соврала и глазом не моргнула. Вироса-де-Кута прекрасно помнила вчерашний разговор двух ведьм о том, что маме необходимо посетить Олливандера и показать ему свою палочку. Однако мисс Навелюкс даже носом не повела, пока выдумывала совершенно другие обстоятельства того, где сейчас миссис Дасадити, и чем она на самом деле занята.

К чему было все это вранье, Вироса-де-Кута не понимала. Юной волшебнице и так было известно о болезни матери, можно же было и рассказать подробнее, тем более, если во всем этом замешано проклятие их рода. Видимо, молчание двух колдуний связано еще с чем-то. Тут же в мыслях девушки всплыл черный конверт, с которого, собственно, и начались все странности.

Но и в этот раз девушка лишь кивнула, принимая ответ крестной, решив, что задавать лишние вопросы слишком рискованно. В этом случае ей пришлось бы раскрыть то, что юная волшебница нагло подслушала разговор взрослых. Если ведьмы об этом узнают, они не перестанут обсуждать такие важные вещи, однако отныне будут делать это за закрытыми дверьми и с наложенными заклятиями, чтобы Вироса больше не смогла ничего узнать. А это было против ее планов.

Если нельзя спросить напрямую - можно все узнать другими путями. Мысленно кивнув самой себе, Вироса поблагодарила крестную за завтрак и отправилась в библиотеку, чтобы скоротать время за поисками того самого не выходящего у нее из головы символа, что она встретила в “Древней и ужасной историей тьмы”. Возможно, в богатой коллекции литературы у Навелюкс, юная ведьма сможет отыскать хоть что-то, что сможет дать ей подсказку. Не зря же пра-прадедушка мистер Онуе Дасадити сказал, что Вироса-де-Кута скоро сама сможет разгадать значение этой странной руны.

Глава 3 Так больно еще никогда не было

Миссис Амараморта Дасадити трансгрессировала с помощью эльфа в Косой Переулок ранним утром. Ей всю ночь не спалось и чудилось, что темное ночное небо слишком быстро озаряется рассветными лучами. Дама не ворочалась в постели, не заставляла веки сомкнуться, чтобы хоть немного отдохнуть после всего, что она успела пережить за последние несколько часов. Амараморта неподвижно лежала на мягких простынях и смотрела в белый потолок. Она так глубоко окунулась в собственные думы, что иногда ей приходилось одергивать себя, проверяя, не забывает ли она дышать.

Тяжелые мысли кружили словно стая голодных стервятников, которые так и норовили заклевать волшебницу, не оставляя от нее ни следа. Перед глазами вновь и вновь чудилась его метка на черном листе письма. Жуткий череп, из которого медленно, извиваясь, выползла плотоядная змея. Ведьма не видела этот знак уже очень много лет. Словно привет из прошлой жизни, которого Амараморта так ждала, наконец-то, улыбнулся ей хищной улыбочкой. Она бросилась в погоню за призрачной надеждой, не обдумав ни одного плана действий.

Если он вновь здесь, в этом мире, это значит лишь то, что она должна была отправиться туда, где он не закончил свои дела. Туда, где он наверняка вновь объявится - в Англию. И вот она здесь. В сырой стране, в которой чествуют маглорожденных, в которой всячески стараются изжить благородные древние чистокровные дома. Амара притащила сюда свою дочь, ни секунды не подумав о том, как ее любимая малышка воспримет всю правду. Но главная проблема заключалась даже не в том, как объяснить Виросочке, кто ее отец и за что он сражается, а в том, как его сейчас найти.

Тенеба четко дала понять, что не было еще ни одной новости о том, что Темный Лорд вернулся. Дорогая подруга ни на секунду не сомневалась в правдивости слов Амараморты. Навелюкс бранила во всем местное правительство с их правилами и законами. Она убеждена, что официальное объявление о возвращении Волан-де-Морта, если вообще появится на страницах Пророка (что являлся голосом Министерства, которое боялось темной магии, как огня), то появится еще ой как не скоро.

Собственно, это был тупик. Вот она идет среди волшебников и волшебниц на улице для магов, и ни один из этих людей не может ей помочь с поиском дорого человека, единственного, кроме дочери и ее подруги, о ком Амараморта думала денно и нощно.

Ведьма глубоко вздохнула, толкнув черную дверцу с маленькими мутными стеклышками, проходя в помещение. Внутри стоял полумрак и пахло старыми коробками и пылью. Вокруг виделись только бесконечные высоченные стеллажи, набитые под завязку волшебными палочками. Над головой звякнул колокольчик, извещая местного продавца о новом клиенте.

Миссис Дасадити шагнула к прилавку, сложила руки у живота, выпрямилась по стойке смирно, превращая свою спину в идеально ровную линию, и стала смиренно ожидать появления мастера волшебных палочек.

Благо хозяина магазинчика долго ждать не пришлось. Седая улыбающаяся голова тут же возникла среди бессчетных стеллажей, и к колдунье вышел приятного (правда не очень опрятного) вида волшебник.

-Добро пожаловать в лавку “Волшебные палочки от Олливандера”, - хрипловатым голосом произнес мистер, подходя к прилавку. - Меня зовут Гаррик Олливандер, приятно познакомиться, мадам.

-И мне очень приятно, сэр, - ведьма слегка склонила голову, присаживаясь в реверансе. - Мое имя миссис Амараморта Дасадити.

-Как необычно видеть представительницу такого древнего рода в наших краях, - мистер Олливандер очаровательно улыбнулся, добродушно кивая. - Чем я могу быть полезен, мадам?

-Не могли бы вы взглянуть на мою палочку, мистер Олливандер? - дама достала из кобуры древко и аккуратно опустила его на столешницу перед мастером. - Последнее время она меня плохо слушается.

-Давайте взглянем.

Мистер Олливандер бережно поднял палочку, поднося ее к глазам. Он вглядывался в нее несколько секунд, поворачивая волшебное древко в разные стороны, затем слегка надавил на палочку большими пальцами, проверяя прочность и следом медленно поднес ее к левому уху, прислушиваясь.

-Ах, вяз. Вам, мадам, очень подходит! Сердечная жила дракона, тринадцать дюймов, достаточно гибкая, - спокойно произносил мастер, возвращая палочку хозяйке. - Только вот дело в том, что она в полном порядке, миссис Дасадити. Вашу палочку заботит ваше благополучие, поэтому, порой, она отказывается подчиняться, дабы не вредить вам.

-Вот оно что.. - пораженно выдохнула Амараморта, - Благодарю вас, мистер Олливандер, сколько я вам должна за консультацию?

-Что вы, мадам! - хрипло засмеялся мастер. - Если бы я брал за такие обращения деньги, то вся волшебная Англия пошла бы померу.

Миссис Дасадити низко поклонилась, попрощалась и вышла из магазинчика на свежий воздух. Дама продолжала держать в руках свое родное древко, легонько погладила его пальцами, ощущая шероховатости. “Оказывается, ты все это время заботилась обо мне, не давая колдовать, чтобы не тратить оставшиеся крупицы моих сил.”-подумала ведьма, мысленно обращаясь в палочке. Возможно, Амараморте лишь показалось, но после ее безмолвной речи древко слегка потеплело, словно отвечая на немое обращение.

До обеда было еще далеко, поэтому миссис Дасадити решила немного пройтись, в конце-концов, раз она уже все равно на Косой Аллее, почему бы не заглянуть в местные лавки. С этими мыслями ведьма отправилась на незапланированную прогулку. Переулок пестрил своим разнообразием. Чего здесь только не было: мантии, травы, метлы, совы, кафе и пабы, книжные лавки. Амараморта задержалась у последней, читая название вывески: “Флориш и Блоттс - лучший книжный магазин в Косом Переулке. Основан в 1654 году.” Дама отправилась внутрь, желая присмотреть что-нибудь интересное для пополнения личной коллекции ее дочери.

Внутри было целое море книг, шкафы от пола до потолка ломились от количества всевозможной литературы. Амараморта прошествовала среди огромного цветастого разнообразия, неторопливо осматривала огромные тяжеленные талмуды и миниатюрные подобия блокнотов в кожаных переплетах. Однако ничего цепляющего дама так и не смогла обнаружить. Не успела ведьма разочарованно выдохнуть, как перед ней появилась миловидная девушка в фирменной одежде, с приятной вежливой улыбкой на лице.

-Я могу вам что-нибудь подсказать, мадам? Вы, должно быть, ищете что-то особенное? - быстро защебетала продавщица.

-Вы очень проницательны, - Амараморта хитро улыбнулась, подмечая как приятно засветились глаза юной волшебницы от незатейливой похвалы. - Я бы хотела посмотреть книги о темных искусствах. Что вы можете мне предложить?

-Э..Эм, - замялась девушка, хлопая большими удивленными (хотя скорее слегка испуганными) глазами. - Боюсь, что наша коллекция литературы по данной области очень скудна, мадам..

-Вот как, очень жаль.

Амараморта разочарованно вздохнула, собираясь уже покинуть книжный, как вдруг продавщица встрепенулась, раздосадованная тем, что не смогла помочь такой статной ведьме:

-Мадам, - отчего-то девушка перешла на шепот, - похоже, что вы приехали к нам по делам из-за границы и еще не знаете, где можно уточнить.. эм.. найти то, что вам необходимо..

-Продолжайте, милая, - миссис Дасадити тоже понизила голос. - Вы абсолютно правы, я не местная и мне не известны ваши порядки, поэтому, прошу вас, подскажите мне, где мне стоит поискать ответ.

-Обратитесь за помощью в лавку Коффина, что находится чуть дальше, на прилегающей улочке, - еще тише произнесла юная продавщица, - в Лютном Переулке, мадам.

-Что ж, - Амараморта окинула девушку взглядом и благодарно улыбнулась, - вы меня сильно выручили, мисс.

Туда миссис Дасадити и отправилась. В мрачный, дурно пахнущий отходами, Лютный Переулок. Тут и там шастали подозрительные личности, скрывающие свои лица за черными капюшонами. Многие, завидев аристократку, делали несколько шагов назад, прячась в тени кривых обшарпанный кирпичных стен. Однако ни в одном наглом, изучающем в темноте взгляде миссис Дасадити не находила узнавания, гордо вздернув носик вверх, вышагивала по указанному ей направлению.

Улочка была узкой и до того темной, что тут хочешь, не хочешь начнешь изредка поглядывать себе под ноги, чтобы не наступить на лужу или, того хуже, какую-нибудь гниль. Дама уже была у входа в “Лавку Коффина”, как вдруг краем глаза заметила резкое движение справа. Амараморта повернула голову, успевая заметить шмыгнувшую в небольшую щель между домами грязную мантию. Что-то в этом было подозрительно знакомое. Ведьма сделала несколько небольших шагов в сторону закутка, заглядывая во мрак.

В зловещих тенях между зданиями пряталась высокая широкоплечая фигура. Человек замер у самого тупика, выжидательно и неподвижно стоял, кажется, лицом к миссис Дасадити. Ведомая предчувствием, дама сделала несколько неуверенных шагов в темноту, приближаясь к незнакомцу. Его лицо полностью скрывал длинный измазанный в грязи и плохо заштопанный капюшон. Подолы мантии чуть разошлись в стороны, представляя вниманию ведьмы такие же чумазые старые одежды волшебника.

Амараморта мысленно окрестив человека бездомным колдуном, собиралась уже было развернуться и отправится дальше по своим делам, как, вдруг, фигура зашевелилась, поднимая ладони в черных перчатках к голове.

-Я и не думал, что ты на самом деле явишься, - прохрипел человек знакомым до жути голосом.

Ведьма напряглась, вглядываясь в скрытое тенью лицо, пытаясь понять, кто же перед ней. Было в фигуре и в голосе этого волшебника что-то давно забытое. Будто очень далекое прошлое замаячило где-то на горизонте, демонстрируя сначала свои опасные рога, не торопясь показываться полностью. Амараморта приказывала уставшему и не отдохнувшему мозгу работать, анализировать происходящее. Кто этот человек? Стоит ли его бояться?

-Я уж было решил, что ты живешь себе припеваюче, где-то на другом конце этого мира, - вновь подала скрипучий голос фигура, а худощавые руки откинули капюшон.

-Мерлин! Диспара! Педриус Путипер Диспара! - охнула Амараморта, резко прислоняя ладони к широко открытому рту.

Это был точно он. Постаревший, поседевший и исхудавший, заросший неухоженно бородкой, но точно он! Знакомый из того светлого прошлого Педриус, которого она повстречала во времена своих путешествий с Волан-де-Мортом. Еще когда ее возлюбленный представлялся другим людям, как Том Реддл, еще когда они были молоды и искали новые знания в других странах, во всю знакомясь с темной магией этого мира.

Диспара кивнул, посылая старой знакомой уставший и слегка мутный взгляд серых глаз. Он переступил с ноги на ногу, ожидая, когда дама придет в себя, после такого потрясения. Колдуну нужно было о многом спросить и еще больше сказать Амараморте, и он нервно ждал, покусывая губы, когда ведьма, все же выдохнет и даст ему начать свою речь.

-Где ты был все это время? Почему не выходил на связь? Мы с Тенебой боялись, что ты мертв! Что с тобой случилось, Педриус? - полилась первая волна вопросов из уст Амараморты, которая непроизвольно сделала несколько шагов в сторону колдуна.

-Это все не важно, Амара! - шикнул на нее Диспара и как-то недобро улыбнулся. - Меня, например, больше интересует, чем ты занималась все года, после нашего расставания? Идиот Аманити мертв, зазнайка Навелюкс заперлась в своем маноре, тратя драгоценное время на игру в сумасшедшую. А ты? Что делала ты?!

Тут же миссис Дасадити вспомнила, каким человеком был Диспара. Озлобленным на весь мир, агрессивным, жадным до денег и нетерпеливым. Его род был молодым и не особо известным, так и не вошедшим в список чистокровных, потому что сестра Педриуса умудрилась связать свою жизнь с маглом, перечеркивая этим все старания семьи Диспара встать в один ряд с другими чистокровными волшебниками. Это сделало Педриуса (у которого и без того был взрывной характер) совсем не управляемым. Пока остальные члены их небольшой группки занимались изучением древностей, Диспара искал грязные способы очистить свою фамилию от позора. И вскоре он пропал.

-Готовилась к тому дню, когда он вернется.

Амараморта знала, что Педриус был не в курсе того, что у нее есть дочь, на которую ушли все эти годы, ради которой миссис Дасадити просыпалась по утрам и отправлялась ее обучать и воспитывать. И ведьма не собиралась раскрывать этот секрет тому, кого жизнь явно лишила последних капель рассудка.

-Так он ведь вернулся! - хохотнул Диспара, и от этого его лицо приобрело какие-то животные черты. - Что теперь планируешь делать?

-Лучше скажи мне, откуда тебе известна такая информация? Как ты выяснил, что он снова здесь? - Амараморта прищурилась, следя за дергаными движениями своего старого знакомого.

Ведьма слегка повернулась боком, незаметно опуская ладонь на рукоять палочки. Вид у Диспара был нездоровый, и он явно хотел не просто поболтать. Нужно потянуть время, выяснить у него необходимую информацию, а затем.. И что же она собирается делать потом? Поблагодарит и удалится? Пригласит на чай? Шмальнет в него каким-нибудь проклятием? Убьет?

“Спокойно, Амара, будешь действовать по ситуации. Это больше не твой хороший знакомый Диспара! Это просто спятивший темный колдун, что ни разу не давал врагам уйти живыми.” - подумала про себя миссис Дасадити, поудобнее вставая на кривой брусчатке. Теперь только бы вовремя понять, считает ли Педриус ее врагом.

-Я мог бы сейчас долго тебе объяснять, где я был и что делал после нашего расставания, Амара, - прошипел Диспара, поворачиваясь к собеседнице боком. - Только у меня нет на это времени. Поэтому скажу так, когда я потерпел фиаско в своих попытках добиться лучшей жизни для моей семьи, я решил воспользоваться помощью нашего общего знакомого, - на этих словах темный маг хитро сверкнул своими серыми глазами. - Покинул дом, отправился в эту смердячую Англию, - Педриус звучно плюнул себе под ноги. - Благо о его успехах было слышно во всех уголках Земли. Только вот я малость опоздал! Нашего “непобедимого”, - с насмешливой интонацией произнес колдун, заставляя свой голос звучать выше и более скрипуче, - победил ребенок, отправляя “великого темного мага столетия” в небытие!

Диспара чуть отдышался от жаркой речи, заглядывая Амараморте в глаза. Ведьма делала тоже самое, следя за тем, как беснуются черти в серых радужках, придавая, некогда привлекательному лицу, пугающее выражение. Тем временем Педриус продолжил:

-Я знал, что он не умрет, а лишь затеряется где-то. Поэтому ждал. Очень долго ждал. Почти уже отчаялся, как вдруг, наш старый знакомый вновь дал о себе знать. С тех пор я следовал за ним по пятам, ища встречи. И, тада-ам! - Диспара развел руки в стороны, изображая свою победу над жизненной ситуацией. - Наконец-то, смог его нагнать! Правда толку оказалось мало, этот паршивец меня даже не вспомнил, можешь себе представить!? Хотя, чего удивляться. В его состоянии, я бы тоже лишился рассудка и памяти.. - Педриуса передернуло от неприятных воспоминаний, и он слегка прикрыл глаза, восстанавливая дыхание. - И тут меня осенила гениальная идея! Раз он не помнит меня, то уж наверняка вспомнит свою дорогую Амараморту, которая чуть ли не в рот ему смотрела.

Миссис Дасадити сжала челюсти, всем своим естеством отрицая данное описание ее отношений с Темным Лордом. Да, она им восхищалась, следовала, куда бы он не отправился, но никогда не робела высказать свое мнение и отстаивала свои решения, чем часто вызывала гнев Волан-де-Морта. Но бывали и времена, когда он прислушивался к ее советам, шел по проложенному ею маршруту, доверял.

-Что ты от меня хочешь? - совладав с эмоциями, бросила миссис Дасадити.

-Отправляйся-ка ты к нему и уговори его помочь мне, так сказать, по старой дружбе, - жутко хихикнул Диспара.

-С чего бы ему помогать тебе? Наш кружок по интересам давно распался, если ты забыл, и первым его покинул именно ты, Педриус!

-Значит, не хочешь по-хорошему? - прошептал себе под нос колдун, слегка отворачиваясь. - Придется заставить тебя помогать.

Диспара резко развернулся к ведьме всем телом, вскидывая руку, в которой уже была палочка. Он двигался с феноменальной скоростью, занимая боевую стойку:

-Империо!

Амараморта дернулась в сторону, уклоняясь от непростительного заклинания, тут же выхватила свое волшебное древко, швыряя ей парочку замедляющих и связывающих проклятий в сторону Диспара. Миссис Дасадити сжала в ладони рукоять мысленно моля родную палочку не сопротивляться и помочь ей сразиться. Битва не должна затягиваться, иначе ведьма потратит слишком много сил, поэтому “Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Работай, как много лет назад, не пытайся меня сейчас пожалеть!” - обратилась к палочке Амараморта.

Древко подчинилось, будто чувствуя всю серьезность ситуации. Сложные проклятия летели одно за одним, выстреливая с кончика древка в агрессивного Педриуса. Диспара успевал защищаться, глуша чужую магию, и бить в ответ замысловатыми цветными лучами. Жуткие боевые и очень черные заклятия ударялись друг об друга, рикошетили в стены. Те осыпались серой пылью, обваливались кусками кирпича. Брусчатка под ногами трещала и дрожала под тяжестью темной магии, которую не жалел ни один соперник, обильно швыряясь в другого самыми изощренными и сложными видами проклятий, стараясь пробить щиты, достать до врага.

-Будь ты проклята, Амара! - выкрикнул Педриус, которого было плохо слышно через весь этот шум и грохот, который они тут устроили. - Я хотел приберечь это для другого, но, похоже, выбора нет! Каттобуре-Зансу!

Диспара крутанул кистью сложную, незнакомую руну, отправляя в Амараморту серебряный молниеносный луч. Рефлексы сработали быстрее, чем ведьма успела осознать свои действия. Она поставила усиленный щит, одновременно с этим уворачиваясь от летящего заклятия. Сверкающая лента прошла сквозь полупрозрачную призму защиты, словно ее и вовсе не было, врезалась в плечо миссис Дасадити, разрезая плоть, проходя ключицу насквозь, ломая ее пополам.

-Да чтоб тебя! Не крутись ты! - взвыл Диспара, делая шаг на сближение. - Это заклинание должно было отрезать тебе голову!

-Как был мазилой, так и остался, - грубо выплюнула Амараморта, хватаясь на почти отрезанную руку.

Кровь булькала, выливаясь из тела со скоростью водопада, а наложить хотя бы самые элементарные кровоостанавливающие чары времени не было. Взбешенный Педриус зарычал, вновь вскидывая руку, готовясь сколдовать очередное сложное заклятие. А Амараморта знала, что сил защищаться, а тем более нападать, уже нет. Сражение истощило ее настолько, что начали отказывать ноги, предательски подкашивались, не давая стоять ровно. Прическа разлохматилась, и светлые волоски прилипли ко лбу и щекам, с острого подбородка капал пот, быстро впитываясь в дорогую ткань платья.

Шанс был всего один, и Амара это знала. Либо она сейчас победит, либо погибнет. Всего одно, простое по своей структуре заклинание, которое она научилась колдовать невербально уже очень давно. Еще в те времена, когда ей ни разу не приходилось поднимать палочку против своих знакомых.

Амараморта хлестко дернула палочкой в воздухе, выстреливая в Диспара ядовито-зеленым лучом. В последнее мгновение перед тем, как непростительное заклинание ударило Педриуса прямо в лицо, миссис Дасадити успела увидеть его широко раскрытые глаза, в которых читались шок и недоверие, словно он так и не смог поверить в то, что старая знакомая бросила в него убивающее проклятие.

Бездыханное тело с грохотом рухнуло на землю, и тут же наступила мертвецкая тишина, в которой было едва различимо слабое рваное дыхание темной ведьмы, которая пошатнулась, приваливаясь здоровым плечом к стене, сползла по ней на влажную покоцанную брусчатку.

Боль в разрезанном теле жгла и пекла, а кровь продолжала выливаться из почти оторванной руки. Амараморта еле смогла поднять ослабевшими пальцами палочку, направляя ее кончик в свою сторону. Тело пробивала крупная дрожь, и в мыслях все плыло, глаза начала застилать бледная пелена, и ведьма ощущала себя будто в ледяном тумане.

Остановить хлеставшую кровь остановить никак не выходило. Палочка отказывалась слушаться свою хозяйку, от чего Амараморта издала несчастный жалостливый звук, наклоняя голову, прислонившись виском к кривой шершавой кладке немытой стены.

-Докс, - голос был слабый, едва слышимый.

Губы отказывались шевелиться, а язык мокрой тряпкой еле двигался, превращая хрипящий шепот в имя домовухи, что должна была явиться на помощь лучшей подруге своей хозяйки.

-Докс, - еще раз позвала Амараморта, чувствуя, как сквозь пальцы утекает ее время.

Такие необходимые секунды для ее выживания, быстро скатывались по плечу, вниз скользя по бледной тонкой руке, скапливаясь в ладони и, наконец, срываясь на темную кладку Лютного Переулка.

-Ну, же, - одними лишь губами произнесла Амараморта, устало прикрывая бледнеющие голубые глаза, - Докс.

Последнее, что услышала миссис Дасадити, это хлопок трансгрессии прямо рядом с ней, и тут же упала в кромешную темноту. Мрак схлопнулся, проглатывая ведьму целиком.

***

Докс появилась в прихожей через пару секунд после того, как пропала из комнаты Виросы. Девушка хотела было возмутиться таким поведением домового эльфа, думая о том, как наказать наглую домовуху, что посмела аппарировать во время того, как чистокровная ведьма давала ей поручения.

Вироса-де-Кута услышала хлопок аппарации только благодаря открытой настежь двери своей комнаты. Девушка была уверена в том, что это переместилась Докс, поэтому резко поднялась со своего места и сделала несколько уверенных и громких шагов в сторону выхода. Как вдруг. Визг. Короткий, но пронизывающий до костей. И он шел с первого этажа, как раз оттуда, где только что появилась домовуха. Девушка замерла, ощущая, как резко ухнуло куда-то в живот сердце, а кровь в жилах похолодела, ведь она узнала этот голос, пусть не сразу, но сознание подсказало ей, что кричала крестная.

Сглотнув вязкий ком, девушка выхватила волшебную палочку из поясной кобуры и аппарировала на первый этаж, тут же вставая в боевую стойку. Вироса-де-Кута уже было взмахнула палочкой, чтобы швырнуть заклятием, однако не обнаружила никого чужого. Юная ведьма часто заморгала, фокусируя взгляд, пытаясь понять, что же произошло.

А произошло следующее. Докс стояла у входной двери, схватившись руками за свои длинные уши, и что было сил тянула их вниз, словно пытаясь оторвать. Рядом с ней на коленях сидела, согнувшись в три погибели, мисс Навелюкс, активно выводя палочкой сложные чары над бездыханным телом..

Вироса-де-Кута задохнулась, резко остолбенев. Сердце упало гораздо ниже живота, оно вылетело из тела, падая девушке под ноги, заходясь жалобными редкими толчками. Пальцы похолодели, превращаясь в обезображенные искаженные древесные крючки, а на шею опустилась холодная тонкая леска.

-Это.. это что?.. М-мама? - слова не шли, застревая в горле, раня язык и щеки изнутри.

Девушка сделала крохотный шаг и чуть не свалилась на паркет. Ей открылось бледное худое и такое родное лицо. Блондинистые волосы влажными нитями облепили холодный лоб. Закрытые веки, длинные светлые ресницы, от которых на впалые щеки ложились длинные полупрозрачные тени.

Зашумело в ушах, а в голове кто-то маленький и очень тяжелый начал бросаться в череп изнутри, пытаясь проломить твердую кость. Леска на шее затянулась, сдавливая горло.

-Она же.. она жива? Так.. т-так ведь? - хрипел и скулил кто-то, сквозь губы юной девушки.

Темное жуткое пятно расползалось во все стороны от худого тела на полу, превращаясь в кровавую лужу посреди светлой прихожей. Вироса опустила взгляд на мамину грудь, пытаясь различить дышит ли она, стучит ли ее сердце. Но вместо этого, девушка зацепилась на левое плечо Амараморты. Почти отрезанная от тела рука, лежала неправильно, неестественно повернута ладонью вверх. Из плеча, которое, словно разрубили огромным топором, все еще сочилась кровь, но тоже как-то не так, как должно быть у еще живых людей. Медленно. Почти лениво.

-Что п-п-пр-произошло? - хлюпнула Вироса, делая последний крохотный шажок к телу своей мамы.

-Докс, - послышался глухой и непривычно пустой голос крестной, - перенеси меня туда, где ты ее нашла.

Домовуха кивнула, дотронулась до плеча мисс Навелюкс. Они обе тут же пропали из прихожей, оставляя Виросу лицом к лицу с мертвой матерью. Девушка с грохотом рухнула на колени, роняя волшебную палочку, та пару раз ударилась об пол, чуть откатываясь в сторону. Юная ведьма протянула дрожащие руки, касаясь ладонями неправильно холодной кожи мамы. Девушка чуть потянула ее пальцы на себя, будто ждала, что мама как раньше, сейчас повернется к ней лицом и улыбнется своей теплой улыбкой.

Как было в детстве, когда Вироса-де-Кута просыпалась раньше своей мамочки, тихонько проникала в ее спальню и подходила к широкой кровати, на которой мирно спала миссис Дасадити. Маленькая ведьмочка подходила к матрасу вплотную, аккуратно брала маму за руку, чуть потягивая ее красивые ровные пальцы на себя. В этот момент Амараморта сначала улыбалась, и только потом открывала глаза, сонно прищуривалась, фокусируя взгляд на дочке, что уже во всю хихикала, довольная своей выходкой.

Мама потом, обычно, медленно потягивалась, незаметно подвигаясь поближе к маленькой нарушительнице спокойствия, а затем быстро хватала дочку, поднимая ее к себе на кровать. И начинала обнимать, целовать, вызывая этим бурный, звонкий детский смех у Виросочки.

-Маам, - пролепетала девушка дрожащими губами, - мамо-очка-а-а.

По щекам лились слезы, застилающие взгляд, от чего девушке приходилось сильно зажмуриваться, только бы убрать пелену, что мешала увидеть худую даму, что никак не хотела открывать глаза и просыпаться.

-Мамулечка! - взвыла Вироса, нагибаясь над холодным телом. - Мама, пожалуйста! Мамочка, ну же, очнись!

Леска на шее впилась в горло, разрезая его, надавливая с такой силой, что девушка начала задыхаться, кашлять, содрогаясь в нервных припадках. Перед глазами все плыло и рябило, искажалось и кривилось, заворачиваясь в калейдоскоп цветной мозаикой. Живот скрутило спазмом и на языке ощущался мерзкий привкус желчи.

Как из-под толщи воды послышался хлопок аппарации. Чьи-то теплые руки опустились Виросе на плечи, с силой сжимая ее бьющееся в припадке тельце. Ладони сместились, оттягивая девушку на себя, заключая рыдающую юную волшебницу в объятия.

Мисс Навелюкс сидела на полу рядом со своей крестницей, как могла, прижимала ее к себе, только бы удержать девочку рядом, позволяя ей прорыдаться, хоть немного оттянуть на себя всю ту боль и отчаяние, что ломали ей кости, душили своими силками. Тенеба смотрела на свою мертвую лучшую подругу, чувствуя, как крошится сердце, из темно-зеленых глаз падали крупные слезы, а с губ срывались резкие колючие всхлипы.

Так больно ведьме, что на своем веку повидала больше, чем стоит увидеть любому человеку, еще никогда не было.

Глава 4 Наступил июль

Со дня похорон прошло чуть больше недели, наступил июль, который радовал жителей Англии своими теплыми деньками. Вечерами приятный летний зной сменялся на живительную прохладу, а ветер с особым рвением метался сквозь кроны деревьев, шумя листвой и распугивая непоседливых птиц.

В маноре Навелюкс все это время стояла непривычная для дома тишина. Эльфы незримыми тенями перемещались по этажам, молча выполняя свою непосредственную работу. Даже обычно громогласная мисс Навелюкс совсем зачахла, сменив свой волшебный способ перемещения на магловский - своими собственными ногами. Дама облачилась в черное, часто пропадала из дома, занимаясь какими-то загадочными делами, до которых убитой горем Виросе не было никакого интереса.

Крестная и юная волшебница пересекались всего пару раз в день, встречаясь за обеденным столом. Вопреки привычкам во время обедов и ужинов ведьмы молчали, не поднимая друг на друга заплаканных глаз. Мисс Навелюкс не заставала свою крестницу на завтраках, потому что сама предпочла сменить долгие утренние посиделки за столом на более быстрый перекус и тут же отправлялась в город, чтобы выяснить мало понятные ей моменты смерти лучшей подруги.

Тенеба сразу после того, как Докс перенесла истекающую кровью Амараморту в дом, пыталась ей помочь, однако тщетно - миссис Дасадити была мертва. Поэтому не теряя времени, мисс Навелюкс отправилась в Лютный Переулок, где перед ее глазами открылась жуткая картина остывающего места битвы. Маленький закуток между домами был истерзан различными боевыми заклинаниями, а в самой темной части этого закоулка валялось тело ее старого знакомого - Педриуса Путипере Диспара. Маг словивший убивающее проклятие, бездыханной куклой лежал на холодной грязной брусчатке.

Ведьма забрала тело колдуна, аппарируя с ним в свою подземную лабораторию. На следующий день Тенеба принялась изучать мага всеми возможными магическими способами. Было понятно несколько вещей: Диспара действовал по своей воле, напал на Амараморту по собственному желанию. Во-вторых, теперь мисс Навелюкс была уверена, что именно Педриус отправил к миссис Дасадити ту сову с посланием. И последнее, что тоже теперь не могло ставиться ни под какие сомнения - Темный Лорд вернулся.

Тенеба сожгла своего старого знакомого, предварительно обшарив его карманы, однако кроме волшебной палочки, у Диспара ничего при себе не было. С этого и начались каждодневные вылазки в магическую часть Англии. Мисс Навелюкс всеми силами пыталась выяснить, знает ли кто-то о возвращении Волан-де-Морта или о том, где был замечен темный маг Диспара. С первой частью проблемы начались сразу. Нельзя было выдавать другим семьям свои козыри и показывать уверенность в том, что Тот-Кого-Нельзя-Называть вернулся, приходилось играть словами, вытаскивая жалкие крупицы информации у знакомых ведьм, которые знали ровно столько, сколько и вся остальная волшебная Британия - ничего.

Со второй частью собственного задания мисс Навелюкс справлялась еще хуже. Диспара был немцем, и в Англии его совсем не знали. А в связи с тем, что Диспара так и не смогли войти в список чистокровных семей мира, Тенеба и вовсе не могла никого найти, кто был бы, хотя бы шапочно знаком с данным человеком. Педриус оказался призраком, скрывающимся в тенях, ни с кем не выходивший на связь и не имевший знакомств. Но он как-то же смог выследить самого Лорда! Если старый знакомый, конечно, окончательно не сошел с ума, и не решил просто напросто таким извращенным способом повидаться с Амарамортой и убить ее.

Повидаться - хоть и притянуто за уши, но все таки, возможно. Но вот убийство - совсем нечем было оправдать, учитывая, что у них завязался нешуточный бой. Диспара мог бы просто отравить свою старую знакомую, пригласив ее в кафе или придумать еще какой-нибудь способ проще, чем встречаться в подворотне, ныкаясь в самых потаенных местах.

Значит, Педриус не собирался убивать Амараморту, и вышло это скорее случайно. Это наводит на мысли о том, что магу что-то было нужно от миссис Дасадити. И опять же круг замыкается на Темном Лорде, с которым Амара была близка. Да и понятно дело, какой помощи мог хотеть от Волан-де-Морта повернутый на жажде денег и титулов темный колдун. Вот так пазл и сложился, однако здесь же все опять заходило в тупик. Не было ни одной ниточки к Темному Лорду. В этом случае игра в сумасшедшую и нелюдимую ведьму сыграло с Тенебой злую шутку. Ее мало кто воспринимал всерьез, поэтому и общались в основном с толикой пренебрежения, не видя в даме ничего, кроме старинной чистокровной фамилии.

Ведьма скрипнула зубами, откладывая от себя письмо с ответом от давнего знакомого из Германии. Там еще не успели прознать про то, что Тенеба притворялась неадекватной, а следовательно и некоторые связи с другими чистокровными семьями у нее остались. К счастью, нашлись и те, кто смутно, но все же помнил род Диспара и готов был подсказать, где проживал Пердриус перед тем, как покинул страну. Мисс Навелюкс надеялась найти в старых вещах или записях Диспара хоть что-то, что указало бы ей на то, где искать его убежище здесь, в Англии.

Тут же появилась и другая проблема. Тенеба не могла взять с собой крестницу. Ведьма вообще не собиралась втягивать ее в дела их старой компании, из-за которых погибла Амараморта. Мисс Навелюкс не могла бросить Виросу в доме одну, девочке все еще нужно было учиться и искать свое место в магическом мире, к тому же она теперь единственная хозяйка в своего родного дома, последняя наследница семейства Дасадити. И, к тому же, девушке предстоит взять на себе заботу и о роде Навелюкс в будущем.

Все это лишь усугубляло ситуацию - объяснить все детали произошедшего, углубить юную волшебницу в вереницу событий - слишком рискованно, мало ли, что взбредет Виросе в голову, особенно после того, как она только что потеряла маму. Вдруг, девочка бросится на поиски Темного Лорда, ожидая, что таким образом сможет обрести отца? Наверняка отправится его искать, а это сулит еще большие опасности, которые создает Волан-де-Морт одним своим существованием. И откуда уверенность, что темный маг признает в Виросе свою дочь, а не убьет ее при первой же попытке приближения?

Вот и получалось, что девушке рассказывать все как есть - нельзя, оставлять одну в Англии - не вариант, а таскать повсюду за собой - опасно и глупо. Выход, как говориться, есть всегда, пусть он и совершенно не нравился чистокровной аристократке мисс Навелюкс.

Дама тяжело выдохнула, взмахнула палочкой и начала надиктовывать прыть-перу послание. Закончив, аккуратно сложила его и запечатала в конверт, оставляя на восковой кляксе свою личную печать с помощью старинного родового перстня.

Ведьма нахмурила брови, крутя в руках письмо. С большим трудом пересиливая себя, привязала послание к лапке своей любимой почтовой совы. Птица моргнула своими шарообразными зелеными глазами и выпорхнула в окно, уносясь в сторону Шотландии. Так, как казалось мисс Навелюкс, она подписала своей единственной и любимой крестнице приговор. Теперь об этом осталось только сообщить самой девушке.

***

Вироса-де-Кута все дни после похорон матери не могла заставить себя подняться с утра с постели. Она не находила веского повода вставать и проживать каждый новый день. Девушка сдавалась лишь к обеду, когда желудок уже совсем скручивало от голода. Она носила черное простое платье в пол, заплетала волосы в простенькую косу, а измученный взгляд устремляла в пол, чтобы, не дай Мерлин, случайно не встретиться глазами с крестной. Такого она бы не выдержала, и наверняка тут же разрыдалась, бросаясь на пол, разбивая ладони о прохладный паркет.

Вечера юная волшебница предпочитала проводить на свежем воздухе, выходя на летнюю веранду. Домовухи приносили туда свежезаваренный чай, который очень любила Вироса-де-Кута. Лаванда и мята, что тут же заполняли своими ароматами воздух, помогали девушке дышать. Становилось совсем немного спокойнее, легкие в эти моменты не так сильно сжимались в спазмах, а глаза не застилала пелена непрошенных слез.

Когда ночь брала мир под свой контроль, на летней веранде становилось прохладно, и Вироса-де-Кута поднималась с плетеного кресла, делая несколько шагов к окружающему манор пролеску. Она шла по траве, рассматривая темные коры деревьев, слушала шуршание листвы, а как добиралась до крохотной полянки посреди леса останавливалась и опускалась на землю.

В этот таинственный момент, когда манора не было видно, вокруг был лишь лес, где-то вдалеке щебетали все еще бодрствующие птички, а о цивилизации напоминал еле видимый свет со стороны дома, Вироса выдыхала, позволяя внутреннему зверю взять над собой контроль.

Юная волшебница открыла в себе способность к анимагии два года назад. Поначалу это было жутко и болезненно, словно все ее кости выворачивались наизнанку, мышцы рвались, срастаясь вновь в совершенно неправильных местах. Зрение поначалу полностью покидало девушку, а потом резко картинка становилась слишком четкой и детальной, будто яркость выкрутилась на максимум. Слух также менял свое привычное состояние. Звуки переставали быть общим шумом, теперь Вироса могла различить, казалось, даже как трепыхают крылья бабочки над далеким цветком.

После долгой, изматывающей практики и пары лет тренировок, Вироса могла обратиться в совершенно любой, нужный ей момент, не испытывая при этом ничего, кроме прилива адреналина и бурлящей в жилах животной крови.

Точно так же происходило и каждую ночь, после того, как мамы не стало. Девушка пряталась среди деревьев, перекидываясь в лисицу. Ее шерсть была темной, почти бурой, а мелкие белоснежные крапинки по всему телу, создавали ассоциацию с крупными хлопьями снега, что засыпали мех молодой лисички. Пушистый хвост, с мягкой белой кисточкой на конце, длинные ушки, вытянутая мордочка с черными глазками и аккуратным треугольником-носиком.

Свою расцветку Вироса-де-Кута понять могла - ее анимагическая форма полностью скопировала ее человеческие волосы, но вот выбор животного для нее был не до конца понятен. Лисы славятся своей хитрой натурой, в себе же девушка такой черты не наблюдала, хотя мама и крестная в один голос твердили, что зверек ей подходит, как никому лучше!

В своем втором теле девушка разгуливала по пролеску, перепрыгивая через корни деревьев, залезая на редкие валуны, идя по следу какого-нибудь шустрого мелкого зверька. Обычно эта прогулка заканчивалась, когда солнце начинало показывать свои самые первые лучи, слегка подкрашивая небо светлыми тонами. Но не в этот раз.

Вироса-де-Кута в своем обыкновении петляла среди деревьев, по животному смахивая свои следы пушистым хвостом, как вдруг сбоку хрустнула ветка. Девушка дернула головой в сторону звука, прижимаясь к земле и готовясь, либо атаковать, либо бежать.

-Не пугайся, милая, это я.

Сквозь тени деревьев девушка различила знакомую фигуру. Пухленькая, пожилая ведьма, с долгим шумным выдохом опустилась на валун, предварительно смахнув с него природную грязь. Мисс Навелюкс смотрела прямо в черные глаза лисицы, терпеливо ожидая, когда крестница подойдет ближе, потирая ладони друг об дружку.

Вироса-де-Кута неторопливым шагом, бесшумно добралась до Тенебы, не меняя свою форму, опустилась на задние лапы, присаживаясь перед ведьмой, поудобнее закрывая лапки теплым хвостом.

-Виросочка, - начала ведьма, слегка подаваясь вперед, чтобы быть ближе к лисьей мордочке, - нам нужно поговорить.

Вироса кивнула, внимательнее вглядываясь в лицо крестной. По болотным глазам сложно было определить в каком настроении находится дама, однако ни грусти, ни напряжения девушка не находила, облегченно выдохнув.

-Милая, хоть по законам волшебного мира ты уже совершеннолетняя, это не означает, что ты являешься полноправным представителем нашего немногочисленного общества, - голос ведьмы был спокойным и рассудительным, а лицо все так же не выражало ни единой эмоции. - Для того, чтобы стать ведьмой, у которой есть все права и обязанности, нужно получить образование и сдать необходимые экзамены. Я знаю, что твоя мама готовила тебя по всей строгости, и по всем правилам, как лучшую волшебницу своего рода, - на упоминании Амараморты взгляд Тенебы слегка помутнел, но она быстро взяла себя в руки, продолжая важную речь. - Ты должна была сдать все необходимые экзамены у себя дома, получив документ об окончании обучения.. Однако в нашей с тобой ситуации, осуществить это будет проблематично, к тому же у тебя остался еще один год учебы.

Лисица внимательно слушала монолог своей крестной, периодически уверенно кивая, подтверждая слова ведьмы. Девушке, действительно, оставалось пройти еще один учебный год, после чего ее ждали тесты, а по их результатам можно было думать о дальнейшей судьбе. Юная волшебница все еще не могла определиться, чем она хотела бы заниматься по жизни и оттягивала момент принятия такого важного решения как можно дальше, рассчитывая на то, что разберется в своих желаниях во время последнего учебного года дома.

-Как ты, разумеется, понимаешь, - продолжила Тенеба, - вернуться к тебе домой мы не можем, а обучать тебя я не имею права, так как не имею преподавательской лицензии. Из этого получается, что и при мне сдать экзамены у тебя не получится, - крестная немного помолчала, собираясь с мыслями, чтобы перейти к самому неприятному. - Поэтому мной было принято решение снять тебя с домашнего обучения и отправить на последний курс в школу Чародейства и волшебства Хогвартс.

Ведьма замолчала, кривя в отвращении губы. Ей это затея совершенно не нравилась, но и выхода другого она не видела. Пусть, по ее мнению, Хогвартс и был самым ужасным вариантом для такой талантливой чистокровной волшебницы как ее Виросочка, но там девушка будет в относительной безопасности и действительно сможет без труда получить документ, подтверждающий, что она официально окончила обучение.

Пока мисс Навелюкс еще раз обдумывала свое решение, находя в нем все больше минусов, чем плюсов, бурая лисичка начала увеличиваться в размерах, меняя свой внешний вид на человеческий. И через пару мгновений перед Тенебой на земле в легком черном платье сидела ее крестница, которая вопросительно хмурила брови, даря даме недовольный взгляд карих поблескивающих в лунном свете глаз.

Пожилая ведьма вытащила из рукава палочку, легко ей взмахнула, колдуя невербальное заклинание трансфигурации, и из воздуха на плечи Виросочки опустился теплый плотный плед. Мисс Навелюкс продолжала сохранять молчание, позволяя девушке немного осмыслить то, что ведьма ей наговорила. Однако долго ждать не пришлось, Вироса-де-Кута вновь внимательно посмотрела на лицо Тенебы, еле заметно дернув щекой.

-Почему мне кажется, - уверенно произнесла девушка, - что моя крестная очень недовольна своим решением?

Ведьма хихикнула, слегка подпрыгивая на валуне, и ее лицо вмиг озарилось той самой милой добродушной улыбкой.

-Ничего от тебя не скроешь, дорогая моя, - сквозь редкие смешки произнесла Тенеба. - Верно. Я бы очень не хотела тебя отправлять в этот Хогвартс, и это решение далось мне не легко.

-Объясни мне, почему ты так негативно настроена в отношении этой школы?

Юная волшебница знала про Хогвартс, как, наверное, все волшебники мира, однако ни разу его не видела и не встречала людей (кроме мисс Навелюкс), кто там учился. Во время ее домашнего обучения были несколько лекций, посвященные магическим школам. Про учебное заведение в Британии девушка помнила, что его основателями являлись четыре могущественных мага и ведьмы древних времен: Салазар Слизерин, Кандида Когтевран, Годрик Гриффиндор и Пенелопа Пуффендуй. В их честь были названы четыре факультета, на которые распределяются все поступающие в школу волшебники. Эта школа представляет из себя огромный замок со своими тайнами и загадками, у которого есть собственное озеро, и совсем близко - Запретный Лес, в котором, если верить книгам, живут всевозможные опасные волшебные существа.

На этом знания девушки о школе Чародейства и волшебства иссекали. С крестной она тему учебы поднимала редко, а если разговор и заходил, то он всегда перетекал в экспресс-обучение юной ведьмы новому интересному заклинанию.

-Хорошо, я расскажу все, что думаю по поводу этой несчастной школы, - мисс Навелюкс тяжело выдохнула, устраиваясь на валуне поудобнее. - В мое время там все было не так, как сейчас. Обучение было детальным, преподаватели строгими и требовательными. Замок можно было исследовать сколько угодно, однако никогда не стоило бродить по нему в одиночку, потому что древние стены хранили в себе опасностей больше, чем ты можешь вообразить. Нам преподавали не только основы магии и волшебства, в ходу был этикет, классические танцы и иностранные языки, в которые входили и мертвые языки, на которых не говорят. Также много времени посвящалось дополнительным занятиям, на которых мы учились взаимодействовать с магическими животными, на некоторых из них можно было научится ездить верхом или даже летать! - теплые воспоминания мелькали в сознании ведьмы, растягивая ее губы в нежной улыбке. - Обширно и очень углубленно нам объясняли темные искусства, благодаря которым и познается вся глубина и сложность магии как таковой. Ежегодно проходили соревнования с другими школами волшебства, из-за чего у студентов складывались крепкие дружественные взаимоотношения с магами по всему земному шару, - ведьма чуть помолчала, а ее лицо исказило раздражение, темно-зеленые глаза блеснули яростью. - Я рада, что училась в том Хогвартсе, сейчас же с моей горячо любимой школой сотворили непонятно что!

Колдунья фыркнула, сжимая ладони в кулаки, сильно тряхнула головой, отчего ее длинная черная коса пару раз шевельнулась, змеевидно изгибаясь. Мисс Навелюкс набрала в легкие побольше воздуха, для нового потока (в этот раз уже гневных) слов:

-После моего выпуска я начала узнавать страшные новости от бывших знакомых из школы! Там упразднили добрую половину важных предметов, сменили педагогический состав, меняя форму преподавания на более лояльную! Прошерстили замок от и до, снимая большинство ловушек и загадок, лишая Хогвартса его волшебных тайн! - все время пока дама говорила ее голос становился грубее, а интонация повышалась, отдаленно напоминая грозный рык разъяренного зверя. - А уж когда Дамблдору, этому старому самодуру, удалось взять замок под свой контроль, там вообще началось черти знает что! Факультеты вдруг превратились в заклятых врагов, ушли в небытие древние клубы, по типу дуэльного, формат преподавания начал быть таким, что даже, Салазар прости, магл сможет обучиться магии! Что уж там говорить! В школу начали принимать всех без разбора, не утруждаясь даже провести элементарное собеседование с первокурсниками, для просмотра их возможностей! Дурдом, а не школа магии!

В конце-концов мисс Навелюкс выдохлась, начала хватать пухлыми губами холодный воздух, стараясь восстановить дыхание. Ее черные брови были глубоко сведены к переносице, а болотные глаза метали молнии, так и гляди, грянет гром. Плечи ходили ходуном от быстрой пламенной речи, а ладони смяли черную юбку дорого платья.

Вироса-де-Кута слушала жаркую исповедь своей крестной, округлив глаза и слегка приоткрыв от удивления рот. Конечно, девушка понимала, что на дому получает куда более углубленный и продвинутый формат обучения, но чтобы ее уроки настолько разнились с тем, что преподают в школе волшебства, она и подумать не могла. Что же будет, если она и правда отправится в этот Хогвартс? Ей предстоит жить среди других подростков-волшебников, которые, похоже, в разы глупее и далеко не такие талантливые и образованные, как юная Дасадити. Ее начнут бояться из-за ее любви и глубоких познаний в темных искусствах? Или будут избегать, считая странной? Возможно ли то, что ей предстоит носить ярлык зазнайки? А может, все будет совсем наоборот, и с ней захотят все подружиться, прося обучить их сложным проклятиям и редким чарам?

Водоворот одних вопросов сменялся другим, и Вироса-де-Кута не успела заметить, как крестная вывела ее из пролеска, отправила в комнату, отдыхать. Уснуть девушке так и не удалось, она ворочалась на кровати, кусая губы в нервных думах, хмурила лоб, размышляя над тем, как ей правильнее всего будет вести себя в школе, да еще и на последнем курсе, где все уже между собой подружились, а по рассказам крестной, так вообще еще и имели некую идеологию, которая не позволяла кому-то с кем-то общаться, только потому что волшебники находились на разных факультетах. А на какой же попадет она сама? И как вообще проходит это распределение?

Голова так и пухла от переживаний, поэтому махнув на сон рукой, девушку зажгла небольшой прикроватный светильник и приказала домовухе принести ей в комнату книгу из громадной библиотеки мисс Навелюкс, которая хоть немного смогла бы рассказать о Хогвартсе. Лика подала девушке “Историю Хогвартса” написанную Батильдой Бэгшот. Автора Вироса знала по другой ее работе - “Закат языческой магии”, которую девушка прочитала, когда была еще совсем девчонкой, и маленькая волшебница осталась довольна несложным литературным языком ведьмы-писательницы. Поэтому Вироса-де-Кута уверенно распахнула первую страницу толстенной книги и принялась жадно поглощать информацию о школе, в которую ей совсем скоро предстоит поступить.

На следующий день, ведьмочка вышла из своей комнаты с красными от бессонной ночи и безостановочного чтения глазами, но вполне довольная собой. Она, ближе к ужину, смогла одолеть ветхий талмуд, напитавшись информацией по самое горло (наверное, именно поэтому весь день и не чувствовала себя голодной, вгрызаясь в новые неизвестные до этого факты).

В столовой уже было накрыто на двоих персон, а во главе стола, на своем неизменном месте, сидела мисс Навелюкс, что хотела было уже приступить к ужину, но заметив крестницу на пороге, радостно заулыбалась, приглашая девушку скорее присоединиться. Ужин не предвещал ничего необычного, пока Вироса-де-Кута не обмолвилась, о том, что уже изучила “Историю Хогвартса”.

Пожилая ведьма округлила глаза, с выражением всемирного удивления и такого же количества гордости взглянула на свою крестницу, а потом произнесла то, что девушка никак не ожидала услышать:

-Права была Амара, когда говорила, что ты унаследовала все лучшие качества своего отца, - мисс Навелюкс как ни в чем не бывало, вернулась к еде, а вот Вироса застыла, переваривая брошенную фразу.

Вироса-де-Кута знала, что Тенеба когда-то была знакома с ее пропавшим отцом, но со своей крестницей ведьма никогда его не обсуждала. То ли дело было в том, что юная волшебница получала и так много информации от своей матери, то ли из-за того, что с мисс Навелюкс всегда находились другие интересующие девушку темы. Однако сейчас это была та самая ниточка, за которую девушка поспешила ухватиться, чтобы разузнать о том, каким ее отца запомнила всеведущая пожилая ведьма.

-Ты хорошо его знала? - начала нащупывать почву Вироса-де-Кута, пытаясь не выдать своего волнения.

-Конечно, - мисс Навелюкс улыбнулась, посылая девушке теплый взгляд. - Твой отец - великий маг, который всегда знал себе цену, имел невероятный багаж знаний, но при этом никогда не отказывался научиться чему-то новому. Он читал древние тексты с такой скоростью, что впору было переживать писателям, что они не успеют выпустить новые книги, - ведьма засмеялась, вызывая своей шуткой мечтательную улыбку на лице юной волшебницы. - Кстати, ты же знала, что твой отец тоже учился в Хогвартсе?

-Нет, мама об этом никогда не рассказывала, - Вироса ошарашенно выдохнула, удивляясь тому, что миссис Дасадити упустила такую важную часть истории.

-Он был лучшим студентом, - продолжала Тенеба, - превосходно окончил школу, а позже хотел преподавать там Темные искусства, но не сложилось.. да, - на последних словах взгляд пожилой колдуньи ожесточился, и он был адресован кому-то конкретному, но кому, Вироса не успела подумать. - Надеюсь, теперь ты чуть больше захочешь побывать в месте, которое много значило для твоего отца. Он, в свое время, даже называл Хогвартс домом.

Вироса-де-Кута не просто захотела побывать в этом замке, ее затопила жажда, как можно скорее туда отправиться. Хогвартс мог помочь ей понять, каким был ее папа. Возможно, там даже сохранились его награды, раз он был лучшим студентом. А вдруг получится отыскать какие-нибудь старые колдографии, где отец в школьной мантии совсем молодой, такой же подросток, какой являлась юная волшебница сейчас. Девушку захлестнули эмоции, и она прикладывала все усилия, чтобы не начать подпрыгивать от возбуждения и счастья, которое на нее так неожиданно свалилось. “Почему же лето длится целых три месяца? Побыстрее бы наступил сентябрь!” - все, о чем могла думать в этот момент Вироса, как вдруг ее мысли прервала мисс Навелюкс:

-Все, милая, отправляйся, отдыхать, а завтра мы с тобой аппарируем на Косую Аллею, чтобы прикупить тебе все необходимое для школы.

Девушка уверенно кивнула, а с губ все не сходила радостная улыбка, которую Вироса еле держала под контролем, чтобы та не начала расползаться до ушей. Юная волшебница поднялась из-за стола и неторопливо покинула обеденный зал. Но стоило ей попасть в полумрак коридора, она почти вприпрыжку отправилась вверх по лестнице в свою комнату, чтобы уже поскорее наступило завтра, а за ним и послезавтра, а там, глядишь, и до августа недалеко, а уж сентябрь себя не заставит ждать!

Глава 5 В этом была какая-то логика

(С этой главы нам начинают встречаться персонажи из вселенной ГП. ВНИМАНИЕ! Описание внешнего вида я брала НЕ книжное! Мои персонажи выглядят также, как АКТЕРЫ серий фильмов по Гарри Поттеру! Поэтому есть несостыковки с оригинальной версией описания внешнего вида персонажей. Обращаю на это ваше внимание!)

Следующий день от предыдущих отличался своей позитивной атмосферой и жизнерадостным настроем. Вироса-де-Кута даже спустилась на завтрак, встречаясь в столовой со своей крестной, что по своему обычаю читала “Ежедневный Пророк” и громко фыркала на какую-то очередную статью, которой оказалась недовольна.

-Доброе утро, - с улыбкой произнесла юная волшебница, опускаясь на свое место.

-Сложно назвать добрым то, что начинается с таких вот новостей, - буркнула мисс Навелюкс, отшвыривая газету на пол. - Министерские псы выпустили новый список запрещенной литературы! И, разумеется, в него попали только книги по темным искусствам и боевой вредоносной магии! Если судить по их меркам, вся моя библиотека - сплошная нелегальщина!

-Но если все подобные книги под запретам, тогда как молодым волшебникам изучать темные искусства?

Вироса-де-Кута все еще была очень удивлена подобным решениям местного Министерства, но уже начала понимать, что сопротивления здешние чистокровные волшебники не оказывают. Во всем этом была какая-то логика, хоть девушке пока и не удавалось ее понять. С одной стороны, можно предположить, что таким способом правительство пытается уменьшить преступность среди волшебного населения, но с другой - полная отмена черной магии грозит сразу несколькими вытекающими из этого проблемами. Первое - элементарное отсутствие защиты волшебников. Мир заполонен миллиардами древностями, которые были созданы с помощью черной магии или могут быть уничтожены только ей же. Второе - невозможность спастись от темного проклятия, а значит увеличение смертности в тысячи раз, ведь если не знаешь с чем имеешь дело, не сможешь найти контр-заклинание для отмены или хотя бы временной нейтрализации. Ну, и последнее, на земле еще куча мест, помимо Великобритании, в которых продолжают изучать темные проклятия, чем будет защищаться молодое поколение, если иностранцу взбредет в голову напасть? Глупым и почти бесполезным заклинанием щита - Протего?

-Хороший вопрос, милая, - произнесла Тенеба, выводя девушку из раздумий. - Думаю, некоторые чистокровные семьи, все таки, смогут научить хоть чему-нибудь своих потомков. Но и то, это будут далеко не все. Есть те, кто предпочитает слепое и глухое подчинение этим идиотам.. Скоро из разрешенного останется только Люмос, и то, если Министерство не посчитает, что им можно ослепить!

Во время завтрака Вироса-де-Кута продолжала размышлять над положением вещей в новой для нее стране, стараясь додуматься хоть до какого-нибудь более-менее внятного объяснения. Однако девушка имела в своей голове еще слишком мутное и отрывочное представление о том, что на самом деле здесь происходит, поэтому так и не смогла решить полученную загадку, решив оставить ее на потом.

Прямо из столовой мисс Навелюкс со своей крестницей трансгрессировали в Косой Переулок. И стоило им только оказаться на этой шумной улице, у юной волшебницы начали разбегаться глаза от количества цветов и звуков, что заполонили все пространство вокруг нее. Здесь было очень оживленно, тут и там разгуливали волшебники всех возрастов. Кто-то просто прогуливался, неторопливо разглядывая цветастые витрины, в которых то и дело обновлялся ассортимент товаров. Другие шагали быстро, торопливо скупая необходимые предметы, громко обсуждали список покупок. Большая группа детей толпилась у прилавка с названием “Все для квиддича” и наперебой обсуждали новую метлу, которая зачарованная висела в воздухе у стекла.

С другой стороны что-то булькало и характерно лопалось, приглашая прохожих зевак в магазинчик “Зелья Дж. Пиппина”, который, по всей видимости, торговал разными эликсирами и готовыми зельями. Заколдованные котелки подпрыгивали, от чего их содержимое периодически разбрызгивалось по каменной кладке улочки всякими цветами, порой шипя и бурля.

Мисс Навелюкс взяла Виросу под руку и потащила в глубь Косого Переулка, давая девушке возможность насладиться яркой волшебной улицей во время движения. Юная ведьмочка крутила головой во все стороны, изредка вспоминая о правилах приличия, проверяла закрыт ли ее рот, что так и норовил охать и ахать от разнообразия чудес, что топили девушку, накидываясь на нее со всех сторон.

-Виросочка, вот, возьми, - Тенеба сунула крестнице тяжелый мешочек, в котором звякнули монетки. - Зайди-ка к Мадам Малкин в ее ателье, пусть подготовит для тебя школьную форму. А я быстренько схожу в Гринготтс, мне нужно снять побольше галлеонов, чтобы ты сегодня себе ни в чем не отказывала. Я только туда и обратно, как закончишь, подожди меня здесь, будь добра.

Ведьма быстро проговорила свою речь, явно спеша отправиться в банк за наличкой. Мисс Навелюкс коротко огляделась по сторонам, пробегая подозрительным взглядом по местной толпе народу, а затем поспешно кивнула и двинулась в самый конец улицы, оставляя Виросу одну.

Юная волшебница не сразу осознала смысл всех сказанных крестной слов, все еще находясь под впечатлением от непривычного гомона и яркости окружающей ее обстановки. Девушка пару раз моргнула, наконец, замечая, что Тенеба уже ушла совсем далеко, а ей было поручено самостоятельно заняться своей новенькой школьной формой. Поэтому Вироса-де-Кута шумно выдохнула, повернулась лицом к ближайшему магазинчику, вглядываясь в вывеску “Мантии на все случаи жизни”. Похоже, сюда ей и нужно. Ведьмочка выдохнула, распрямила плечи, сложила ручки на животе и не спеша поднялась по ступенькам, заходя внутрь помещения.

В нос тут же ударил приятный запах чистой и выглаженной одежды. По магазинчику летали рулоны ткани, украшения для платьев и костюмов, а рядом со входом располагались волшебные манекены, что вежливо кланялись и присаживались в реверансах, приглашая пройти в глубь магазинчика. У стен высились стеллажи, на которых в аккуратных стопках лежали уже готовые мантии, брюки, юбки на любой вкус, а в зале нашлись вешала, на которых ровным рядом висели белоснежные рубашки различного размера.

-Добрый день, мисс, - из-за прилавка вышла приятная невысокая седовласая дама в миниатюрных очках. - Я - мадам Малкин, рада видеть вас в моем ателье.

-Здравствуйте, мадам, - Вироса-де-Кута вежливо поклонилась, слегка приподнимая подол черного платья для приветственного реверанса, - меня зовут Дасадити, Вироса-де-Кута Дасадити, приятно с вами познакомиться.

Портниха на секунду остолбенела от такого представления. Похоже местные волшебники, что посещают лавку мадам Малкин не отличаются воспитанием, подумалось вдруг Виросе, но потом ей пришла в голову другая мысль. Вероятнее, что все другие ее клиенты, это либо уже очень давно ей знакомые колдуны и ведьмы, которым нет нужды каждый раз вести себя насколько вежливо. Либо совсем молодые волшебники, которые еще не успели понять, что такое хорошее поведение.

-Что вас привело ко мне, мисс Дасадити? - улыбнулась портниха, делая небольшой шаг к своей потенциальной покупательнице.

-Мадам, мне необходима школьная форма, - произнесла девушка, указывая на один из наряженных в униформу манекенов. - В сентябре мне предстоит отправиться в школу чародейства и волшебства Хогвартс, поэтому я буду признательная, если вы поможете мне подобрать все необходимое.

-Вот значит как! - ахнула дама, радостно хлопая в ладоши. - Новая ученица из-за границы! Какая радость!

Мадам была в таком восторге, что Виросе на мгновение показалось, что пухленькая ведьма сейчас разрыдается от счастья. Однако вместо этого дама поспешно поводила девушку на небольшое возвышение в центре магазинчика, подзывая к себе измерительную ленту, бумагу для записей и прыть-перо, которое самостоятельно записывало все данные юной волшебницы.

-И так, мисс, вам нужен весь комплект школьной формы или только что-то определенное? - говорила мадам Малкин, продолжая порхать вокруг юной посетительницы, замеряя ее со всех сторон.

-Весь комплект, пожалуйста.

-Замечательно! - вновь воскликнула дама, сверкнув глазами. - Стандартная школьная форма для девочек это: тёмная средней длины юбка, белая блузка, джемпер, гольфы светлых тонов, темные чулки или колготы и галстук. Также вам понадобятся три простых рабочих мантии, остроконечная шляпа, пара защитных перчаток, зимний плащ. Также, я смотрю, вы предпочитаете длинные платья, поэтому могу предложить вам подготовить и длинную юбку в пол.

-Если это не запрещено правилами школы, я бы предпочла именно такой вариант.

-Разумеется, - мадам улыбнулась и, закончив с замерами, подозвала к себе плотную темную ткань в рулоне, длинные швейные ножницы и пару десятков булавок.

Вироса-де-Кута предпочитала носить классические платья в пол, а по праздникам броского цвета наряды, поэтому с удовольствием приняла предложение о длинной юбке. Не пристало благородной деве разгуливать, показывая всем свои ноги, пусть даже облаченные в колготы.

Спустя какое-то время работа над новой одеждой юной волшебницы закипела с удвоенной силой. Мадам Малкин невербальными заклинаниями заставляла ножницы вырезать правильные выкройки, а иглы с нитями быстро сшивать лоскуты ткани воедино. Так, буквально за несколько минут, Вироса уже получила свои новенькие вещи, примеряя их и проверяя ткань на недочеты, которых так и не нашлось.

Вироса-де-Кута вежливо попрощалась с портнихой, расплачиваясь с ней монетами, которые ей оставила крестная. Мешочек знатно опустел и стал в разы легче. Однако теперь девушка была уверена, что один из пунктов необходимых для школы предметов “с собой” она выполнила, хотя этот список даже в глаза не видела, надеясь на осведомленность мисс Навелюкс, которая, кстати, почему-то еще не успела вернуться из банка.

Юная волшебница, как и договаривались, стояла около магазинчика “Мантии на все случаи жизни”, жадно рассматривая людную улицу. То тут, то там бегали и веселились гости Корой Аллеи, в некоторых девушка смогла распознать студентов Хогвартса. Молодые люди гордо (и почему-то вне школы) носили форменные мантии, на которых были видны их отличительные знаки. Пока Вироса-де-Кута ожидала крестную, она смогла увидеть пару мантий, на которых были красные полосы и нашивки со львом. Тройка мантий, звонко смеющихся девушек, были окрашены в желтый, а на груди встретился барсук.

-Вот, что скажешь? - совсем близко раздался голос юноши, что указывал на одно из зданий.

-Не знаю, Джордж, глянь лучше туда! - так же звонко ответил другой молодой человек, указывая на другой дом.

Вироса чуть повернулась в сторону двух молодых волшебников, что стояли к ней достаточно близко. Девушка не смогла побороть свое любопытство, начиная разглядывать юношей, стараясь делать это как можно незаметнее. Сложно удержаться от того, чтобы хоть немного понять, как же общаются молодые люди ее возраста (именно так идентифицировала Вироса двух рыжеволосых магов, что крутили головами во все стороны, придирчиво рассматривая окружающие их здания).

Первое, что удивило и еще больше заинтересовало девушку, так это то, что молодые люди были близнецами, с очень яркими рыжими волосами. Она еще никогда не видела близнецов в живую, только читала о двух девушках-близняшках, которые в почтительном возрасте изобрели эликсир для роста волос.

Рыжеволосые братья постоянно весело друг другу улыбались и хитро стреляли карими глазами в проходящих мимо знакомых подростков. Хоть юноши были очень похожи между собой внешне - оба высокие, светлокожие с миллиардами крохотных веснушек на лицах, шеях и руках, но, все же, Вироса смогла найти некоторые различия между близнецами. Один из них был на полтора дюйма выше своего брата, а также имел более дерзкий и открытый взгляд, в то время как у его брата глаза были немного уже, а также нос с небольшой горбинкой. К тому же брат, что был пониже говорил немного спокойнее, чем его более резкий близнец. За своим (не слишком пристойным) занятием девушка и не заметила, как эта парочка начала двигаться в ее сторону, продолжая обсуждать месторасположение какого-то магазина под названием “что-то там вредилки”.

Когда близнецы были совсем близко, Вироса чуть прищурилась, замечая еще одно очень важное различие между ними - родинки. У того, что был ниже, была одна темная капелька прямо под левым глазом, у второго же такой находки не обнаружилось, поэтому девушка решила было поискать какую-нибудь другую отличительную черту брата повыше, что стало ее ошибкой. Парочка молодых волшебников заметили ее пристальное внимание.

Оба синхронно хмыкнули, почти индентично кривя губы. Вироса моментально смутилась, ругая себя за ужасное поведение и неосторожность. Она поспешила отвести взгляд, но было поздно, братья сделали уверенный широкий шаг прямо к ней, становясь напротив, тем самым не оставляя юной ведьме возможности сбежать. Удобная тактика.

-А кто это у нас тут? - нараспев произнес тот близнец, что был повыше.

-Мы, кажется, еще не знакомы, красавица? - с такой же интонацией произнес второй брат.

-Добрый день, - Вироса-де-Кута быстро собралась, слегка присела в реверансе, представляясь. - Мое имя Дасадити. Вироса-де-Кута Дасадити.

-Вот это имечко у тебя! - хохотнул тот, что пониже.

-Иностранка что ли? - второй брат.

-Все верно, - кивнула девушка, удивленная такой хамской реакцией. - В этом году я поступаю на последний курс обучения в школу волшебства и чародейства Хогвартс.

-Вот так новости! - улыбнулся тот, что с родинкой под глазом.

-И мы на том же курсе в этом году, - добавил второй.

-Меня зовут Джордж, - сказал близнец с глазами поуже.

-А я Фред, - тут же представился его брат.

-Уизли! - хором закончили молодые волшебники.

-Приятно познакомиться, - ответила Вироса, у которой уже начинало слегка звенеть в голове от их громких голосов.

Однако шум не помешал ей вспомнить фамилию - Уизли. Девушка была знакома со списком всех чистокровных семей мира, и в перечне волшебников Англии как раз был и этот род. Вироса начала судорожно вспоминать любые факты об этой чистокровной семье, но суматошная обстановка, что царила на улице, никак не давала ей сосредоточиться на своих мыслях. Не способствовало работе мозга и то, как молодые люди неприкрыто ее разглядывали с головы до ног (хотя жаловаться на это девушка не имела никакого права, сама ведь пару минут назад делала тоже самое).

-А что с твоими волосами? - вдруг выдал Фред (Вироса легко отличила его от брата по высокому росту, широкому взгляду и отсутствию родинки под глазом).

-Сколдовала неправильное заклинание по смене цвета? - тут же подхватил Джордж.

Сказать, что это было крайне некультурно и максимально невоспитанно - ничего не сказать. Неужели у всех местных чистокровных семей напрочь отсутствует чувство такта? Вироса-де-Кута не подавая вида, быстро выбирала линию поведения. Ответить спокойно или также что-нибудь сострить? Победило аристократическое воспитание.

-Это не результат чар, это мои естественные локоны, - для наглядности девушка слегка коснулась своей прически.

-Заливай! - фыркнул Фред.

-Расскажи, что ты пыталась применить, что получился такой результат? - у Джорджа даже глаза засверкали каким-то ненормальным огоньком интереса.

-Прошу прощения, но вы ошибаетесь, - сдерживая порыв изогнуть бровь и скривить губы, произнесла юная волшебница.

-Ну и не говори, - произнес Джордж, складывая руки на груди. - Мы то хотели предложить тебе сотрудничество, - на этих словах братья обменялись хитрыми взглядами.

-Какое сотрудничество? - удивилась Вироса, отгоняя от себя мысль, что лезет прямо в расставленный капкан двух рыжеволосых аферистов.

-Да разве благородной даме по чину раскрывать свои секреты и рассказывать о том, как она так смешно покрасила свои волосы? - выпалил Фред, неприятно кривя губы в усмешке.

-Вы абсолютно правы, - это заговорила задетая гордость, - ни одной благородной даме не придет в голову выдумывать какие-либо темы для продолжения бесполезной, не имеющей никакого такта, беседы.

С этими словами Вироса-де-Кута чуть приподняла носик, поворачивая голову в сторону от наглых близнецов, давая тем самым понять, что разговор окончен. Однако глупо было рассчитывать на то, что невоспитанные (хотя, вообще-то, чистокровные) волшебники так легко от нее отстанут. Братья переглянулись, посылая друг другу многозначительные улыбки, синхронно сделали небольшой шаг в сторону девушки, заставляя ее непроизвольно сжаться.

Вот это уже было точно перебор! Вироса-де-Кута тут же прошлась по ехидным нависшим над ней лицам острым, как бритва, взглядом. Рука сама легка на рукоятку палочки. Юная волшебница уже голова была выхватить древко, молниеносно произнося какое-нибудь больно отталкивающее заклинание, такое, чтобы и приземление могло припечатать эту парочку к брусчатке на пару часов. Как вдруг братья приобрели серьезный вид, и взглянули на девушку совсем другими опасно блестящими взглядами.

-Острый язык и благородное происхождение, а? - произнес Фред.

-Видимо, Слизерин ждет пополнение, - почти выплюнул Джордж.

С этими словами рыжеволосая парочка сделала несколько резких шагов прочь, смотря на Виросу, как на прокаженную. Юная волшебница все таки взяла в руку палочку, готовясь к чему угодно. Уизли пару секунд буравили девушку взглядами карих глаз, а потом произошло удивительное. Они улыбнулись, отправляясь дальше по улице.

Кажется оба совсем не любили, когда им грубят, останавливая поток нескончаемых подколов. И братья точно не могли позволить, чтобы последнее слово осталось не за ними. Вот уж блеск. Учеба еще не началась, а с парой студентов своего курса Вироса-де-Кута уже успела познакомиться. Интересно, Уизли сами-то на каком факультете? Учитывая, как агрессивно они говорили о Слизерен, наверняка на каком-то другом. Крестная же упоминала, что сейчас факультеты, почему-то, устраивают настоящую войну между друг другом. Стоит ли надеяться на то, что будущие одноклассники вступятся за новенькую, если близнецы решат опять с ней повзаимодействовать? Или есть шанс, что Вироса сама угодит с ними на один факультет? Вот это был бы самый, наверное, плохой сценарий, учитывая, что большинство из тех подростков, кто прогуливался по Косой Аллее улыбались при виде рыжеволосых братьев. Похоже, что Уизли пользуются крайне положительной популярностью в школе.

Что ж, вряд ли, нападки станут проблемой, учитывая уровень образования (если опять же верить словам крестной). Местные студенты в своем арсенале имеют очень скудный запас заклинаний, поэтому, даже будь их десяток, Вироса-де-Кута сможет справится с местными задирами. Скорее всего.. Девушка тяжело выдохнула, провожая Уизли взглядом.

Вскоре к ней вернулась запыхавшаяся мисс Навелюкс, дама была крайне недовольна тем, что ей пришлось так много двигаться, используя для передвижения не привычную ей аппарацию, а свои собственные ноги. Да, трансгрессировать в таком плотном потоке людей было бы крайне опасно, поэтому от такого способа перемещения на сегодня пришлось отказаться.

В течении всего дня Вироса-де-Кута и мисс Навелюкс занимались закупкой всякой всячины. Начали они, по известному только Тенебе списку школьных принадлежностей, неторопливо перемещаясь из магазинчика в магазинчик, а закончили самым банальным дамским шоппингом. К вечеру за ведьмами медленно плавали все их покупки. Зачарованные пакеты и коробки образовали целую гору разноцветных свертков и упаковок. Не по списку были куплены, разумеется, книги, которые, к сожалению для Виросы, касались не темной магии; несколько нарядов для сна; зачарованный личный дневник (о котором юная волшебница давно мечтала, однако никак не выдавалась возможность приобрести подобный); несколько склянок полезных зелий для сна, бодрости, от простуды, несварения и прочего (собрали, так сказать, мини аптечку первой необходимости); амулеты-безделушки, которые способны, разве что, красиво светиться, если рядом появляется сильный источник магии и прочее по мелочи.

Мисс Навелюкс хотела предложить найти подходящую сову для крестницы, но так как ни одна местная сова не отвечала заданным параметрам пожилой ведьмы, было принято решение, что Виросочка возьмет с собой в школу одну из птиц Тенебы.

Длинный насыщенный день, в конце концов подошел к концу, и ведьмы вместе с покупками аппарировали домой, обе вымотанные и уставшие, но довольные своим подвигом.

***

Июль для Виросы тянулся медленно, будто время сопротивлялось приближению многообещающего учебного года. Девушка скиталась по дому в поисках того, чем можно было бы себя занять. Чаще всего она пропадала в библиотеке, выискивая в древних текстах хотя бы намек на тот странный символ, что она встретила в “Древней и ужасной истории тьмы”. Однако пока ее поиски были тщетными. Юная волшебница даже успела расспросить об этой руне все живые картины в доме, ища у семейства Навелюкс помощи. Однако и здесь было глухо. Некоторые колдуны и ведьмы просто пожимали плечами, другие начинали строить свои беспочвенные и необоснованные догадки. Лишь один из самых старых портретов, на котором был изображен очень пожилой представитель рода Навелюкс, смог привлечь внимание Виросы своими загадочными ответами.

-Зачем тебе, девочка, лезть такие черные жути? - прохрипел старик, с трудом шевелясь на своем кресле-качалке.

Сэр Ноджибл Ресечер Навелюкс - так звали седого колдуна с портрета. Мистер Навелюкс был облачен в длинную зеленую мантию, что при движении поблескивала серебряными нитями, а его невероятно длинная борода, словно белый водопад, текла от его морщинистого лица на пол, слегка заворачиваясь подобно диковинной змее. Глаз колдуна было не видно из-за густых и пышных седых бровей, но пронзительный взгляд, прячущийся под копной этих волос все равно ощущался, и от него юной волшебнице было слегка не по себе. Не иметь возможности смотреть кому-то в глаза, при этом четко знать, что тебя видят чуть-ли не насквозь, было малость нервозно. Но Вироса быстро смогла справиться с этим напрягающим чувством, продолжая свои расспросы:

-Сэр, я понимаю, что эта литература посвящена темным искусствам, которые я с большим рвением изучаю. Не могли бы вы помочь мне, с расшифровкой данной руны? - девушка чуть помедлила, рассудив, что получить ответ на блюдечке с голубой каемочкой будет неправильно, произнесла следующее. - Или просто подскажите мне, где стоит начать мои поиски?

-Думаю, даже в нашей библиотеке, ты не сможешь найти правильного перевода этой руны, - проскрипел старческий голос. - Это древняя чрезвычайно сложная магия, которую глупцы извратили на свой лад, выдавая желаемое за действительное.

Колдун закашлялся, с трудом приводя дыхание в норму. Вироса-де-Кута спокойно ожидала, когда маг решится продолжить свою речь. Однако Сэр Ноджибл Ресечер Навелюкс лишь устало махнул рукой, показывая, что ему нужно отдохнуть в одиночестве.

-Если вы позволите, сэр, я приду к вам в другой раз, чтобы продолжить наш разговор.

Девушка низко поклонилась, получая в ответ согласный кивок, и тут же по коридору прокатился грохот нового приступа старческого кашля. Юная волшебница поспешила удалиться, чтобы дать колдуну время отдохнуть.

Как бы сильно Вироса-де-Кута не старалась развеять свою скуку чтением и тренировками заклинаний на стареньких потрепанных манекенах в зале на подземном этаже, у девушки не получалось достаточно загрузить свой мозг, чтобы он не так часто вспоминал о потере дорогого человека. К вечеру сопротивляться всплывающим под веками картинкам становилось совсем невыносимо сложно. Поэтому юная волшебница вновь и вновь пряталась в лесу, обращаясь в свою анимагическую форму - бурой лисички с белоснежными пятнышками по всей шерсти.

Такому тяжелому переживанию утраты мамы не способствовало и одиночество девушки. Ее единственными собеседниками стали живые портреты на стенах и замкнутые домовухи-эльфы, с которыми диалога совсем не получалось. Лили и Докс совсем не шли на контакт, отвечая короткими и очень простыми фразами, по типу “Как прикажете”, “Все, что скажете” и “Как пожелаете”. А все это происходило из-за того, что мисс Навелюкс где-то постоянно пропадала.

Ведьма аппарировала из дома утром сразу после короткого завтрака и возвращалась к позднему ужину. И все то время, что она проводила дома была донельзя необщительной. Тенеба не отвечала на вопросы о том, куда она уходит каждый день, отмахиваясь и отделываясь банальными фразами. Мисс Навелюкс слабо поддерживала беседы, что старательно пыталась завести ее крестная, все время отвлекаясь на какие-то свои серьезные думы. Порой Тенеба насколько уходила в себя, что могла и не заметить, как остывает еда во время ужина, к которой она так и не притронулась.

Нестандартное поведение своей крестной сильно беспокоило юную волшебницу, однако и сделать с этим она ничего не могла. Не применять же к ней легилименцию, в конце-то концов! Да и даже, если бы Вироса-де-Кута решилась попробовать применить к мисс Навелюкс чтение мыслей, вряд ли бы ей удалось обойти щиты окклюменции своей крестной. Ведьма была слишком хороша в сокрытии своего сознания, и именно она в свое время научила Виросу защищать свои мысли и нападать на чужие. Поэтому тягаться с собственным учителем смысла не было, да и Тенеба тут же бы ощутила вмешательство в свою голову. Собственно, из-за этого девушке пришлось смириться с новыми порядками, завтракать и ужинать в тишине, а обедать в гордом одиночестве.

Хоть Вироса-де-Кута этого и не знала, но весь июль мисс Тенеба Навелюкс занималась поисками ниточек, что вели бы к Волан-де-Морту или хотя бы к какому-нибудь его приближенному, который мог знать, где скрывается Темный Лорд. Это занимало очень много времени, учитывая, что многие связи были утрачены за столь долгое пребывание Тенебы в чужих странах, а также из-за игры в самодурство последние годы.

Пожилая ведьма помимо того, что была занята выискиванием тех самых бывших (оставшихся на свободе) Пожирателей Смерти, пыталась найти схрон в Англии своего старого знакомого - Пердиуса Диспара, что посмел смертельно ранить (да и, Салазар его задери, словить Аваду и молча умереть) ее лучшую подругу.

Если первая часть дел двигалась со скрипом и очень медленно, но все таки двигалась, то со второй дела обстояли из рук вон плохо.

Из живых и вполне себе известных Пожирателей, что могли бы знать о возрождении Волан-де-Морта, Тенеба нацелилась на знатных Малфоев. Древний влиятельный род волшебников, которые последние пару поколений служили своему Темному Лорду, стоял чуть ли не на вершине всей магической Англии, из-за чего пообщаться с нынешним главой семейства - Люциусом Абраксасом Малфоем - становилось практически нереально. Поэтому весь июль мисс Навелюкс искала поводы и возможности встретиться с этим человеком, собирая о нем всю информацию, какую могла с огромным трудом нарыть.

Что же касается Диспара, то дело вообще не двигалось с мертвой точки, оставалось только ждать сентября, когда крестница уедет в Хогвартс, и тогда появится шанс отправиться в Германию в старый дом Диспара, чтобы поискать ответы там.

Время неумолимо быстро бежало, никак не желая дать пожилой мисс Навелюкс хотя бы немного передохнуть и поразмыслить о следующих шагах. Июль вот-вот закончится, а она так и не смогла решить ни одной из навалившихся на нее скопом проблем.

Глава 6 Так прошел последний месяц лета

-Ох, - тяжело вздохнул сэр Ноджибл Ресечер Навелюкс, продолжая объяснять девушке, как работает черная магия, - вы, юная леди, должны осознать, что это очень сложная древняя магия, которая создавалась из лучших побуждений. Для защиты другого волшебника. Ее можно было сколдовать только при наличии самого светлого чувства и безвозмездном желании помочь тому, кто находится на самой грани.

-Почему же это заклинание находится в разделе с самой темной магией? - нахмурилась Вироса, складывая руки на груди.

Девушка уже привычным размеренным шагом двигалась от стены к стене перед портретом старика. Юная волшебница полюбила короткие, но очень познавательные беседы с колдуном, проводя почти все свое свободное время (это были те моменты, когда девушка не занималась в библиотеке, не прогуливалась по пролеску в облике лисы, не спала и не принимала пищу) у картины самого древнего (из тех, чьи портреты сохранились в доме) представителя рода Навелюкс.

Колдун был весьма и весьма в почтенном возрасте, отчего их диалоги длились не более получаса, под конец которых сэр Ноджибл Навелюкс заходился жутким старческим кашлем, разрывая этим пугающим звуком тишину коридоров. Но не смотря на то, что беседовать удавалось всего один раз в день, Вироса-де-Кута смогла представить себя в хорошем свете перед магом, зарекомендовав себя замечательным и терпеливым слушателем, который с удовольствием поглощал любые крупицы новой информации. Благосклонность сэра появилась и благодаря превосходной образованности и смекалистости юной волшебницы. Перед тем, как начать рассказывать хоть что-то о загадочном символе, что никак не давал Виросе покоя, старый маг потребовал от девушки демонстрации ее способностей во всех видах волшебных искусств.

После этого колдун прошелся по теоретическим знаниям, даже выяснил, насколько хорошо у девушки обстоят дела с зельеварением и травничеством. И только после такой неслабой проверки (которая заняла весь июль, ведь долго общаться престарелый сэр просто не мог), Виросу сочли достойной древних знаний.

-Думаю, - прохрипел старик, - тот, кто придумал это заклинание, не планировал отправлять его в список самых опасных темных проклятий. Однако оно оказалось там не просто так..

Сэр Ноджибл Ресечер Навелюкс чуть повернул голову (вроде бы, внимательно смотря на девушку, хоть под густыми бровями различить его взгляд просто не представлялось возможным), давая Виросе самой развить мысль.

Это была вторая особенность их диалога. Маг никогда не выкладывал все с полной готовностью, он предоставлял юной волшебнице шанс самой определить, куда должна завернуть ее мысль и в каком ключе ее правильнее будет развивать. Таким образом заставляя извилины ведьмочки работать с удвоенным старанием. Вироса-де-Кута, не замедляя своего размеренного марша туда-сюда перед портретом, приложила ладошку к подбородку, высказывая предположение:

-Любая магия требует определенных затрат, - задумчиво начала девушка. - Какие-то траты мы даже не замечаем, поскольку заклинание слабое по своим свойствам. Другие же могут потребовать значительную плату за свое верное применение. Самыми большими требованиями обладают темные заклинания, в частности, те же самые, так называемые, непростительные проклятия.

Пока волшебница рассуждала вслух, старый маг изредка кивал, довольный тем, что ему попалась очень сообразительная и интересная собеседница.

-Например, заклинание Круциатус, что вызывает боль и страдание у того, к тому его применяют, забирает в оплату здравое мышление у колдующего, и чем чаще маг или ведьма им пользуются, тем быстрее они сами теряют рассудок, оставляя при себе лишь инстинкты, словно дикие животные, - продолжала рассуждать Вироса. - Из этого можно сделать вывод, что это древнее заклинание, о котором вы мне рассказываете, сэр, запросило очень большую плату. И, как я понимаю, плата была настолько высока, что заклинание тут же попало в разряд самых темных проклятий.

-Все верно, - подал хриплый голос мистер Навелюкс. - Саму по себе магию нельзя делить на светлую и темную, потому что любые чары требуют жертву. И, как бы забавно это сейчас не прозвучало, но если рассматривать магию именно в таком ключе, то получается, что любое заклинание является темным искусством, ведь они все что-то отнимают у колдующего.. кхах.. кхааах, - плечи старика затряслись, а сам он начал неистово кашлять, почти задыхаясь.

-Спасибо вам за беседу, сэр, - девушка прекратила свой ход, останавливаясь лицом к портрету. - Я приду к вам завтра, пожалуйста, отдыхайте.

Вироса-де-Кута вежливо поклонилась, прощаясь на сегодня с древним магом. В ответ старик устало пару раз махнул рукой, отворачиваясь в сторону, начиная кашлять все громче.

Было еще раннее утро и девушка поспешила спуститься в обеденный зал, чтобы позавтракать в компании вечно чем-то занятой крестной. “Жуткая цена за использование сложнейших чар” - размышляла про себя юная ведьма, прикидывая, что может быть самой страшной платой за спасение чужой жизни, - “Вероятно, это смерть того, кто решается использовать заклинание. Однако это не объясняет почему старинное колдовство покрыто такой непроглядной пеленой таинственности. Если бы за чужую жизнь нужно было бы заплатить своей жизнью, это заклинание действительно считалось бы темным проклятием, однако не было бы таким уж загадочным и скрытым от всех.”

Во всем этом крылось что-то другое, Вироса нутром чувствовала, что здесь было что-то еще. Что-то гораздо страшнее обычного обмена “жизнь за жизнь”. Однако представить другое юной волшебнице пока не удавалось. Вариант с тем, что один живет, а другой попросту становится проклятым, Вироса отмела сразу же. Не может быть все так просто. За своими мыслями, она незаметно быстро оказалась в столовой.

Длинный стол, как и обычно (кроме обедов, на которые Вироса-де-Кута ходила одна) был накрыт на двоих персон. Мисс Навелюкс уже успела занять свое место во главе стола, читая свеженький выпуск “Ежедневного Пророка”. Ведьма по своему обычаю фыркала и недовольно чмокала губами, водя взглядом по текстам в газете. Однако сегодня крестная делала все свои нападки на провинившейся перед ней клочок бумаги с каким-то особым остервенением.

-Доброе утро, - произнесла Вироса, неторопливо опускаясь за стол и приступая к завтраку.

Девушка уже привыкла к тому, что мисс Навелюкс последний месяц насколько занята своими тайными делами и постоянными вылазками из дома, что уже не рассчитывала на хоть какие-нибудь разговоры со своей крестной. Но это утро явно чем-то сильно отличалось от всех предыдущих, потому что в этот раз Тенеба заговорила сама:

-Август только начался, а они уже умудрились меня в очередной раз разочаровать, - ведьма хмыкнула, ударяя тыльной стороной ладони по газете. - Вот, послушай! Мальчик-который-лжет. Скитер, как всегда не блещет воображением на заголовки, - не удержалась от ехидного комментария Тенеба. - Было зафиксировано, что известный Гарри Поттер использовал заклинание Патронуса при магле. Молодой человек утверждает, что дементоры напали на магла с целью одарить несчастного прохожего своим смертельным поцелуем. Столь вопиющей глупости и самонадеянности еще не видел магический мир! Поттер решил, что после его чрезвычайной удачи на Турнире Трех Волшебников уме теперь все дозволено? Или это взыграли жажда славы и популярности? Молодой человек этим своим безрассудным поступком открыто заявляет всей магической Великобритании о том, что ему закон не писан! Однако наше Министерство Магии не станет делать поблажек никому, в том числе и Гарри Поттеру. Двенадцатого августа состоится дисциплинарное слушание в Министерстве магии над учеником школы Чародейства и Волшебства Хогвартс. Мы уверены, что волшебный суд “Визенгамот” не допустит попустительского отношения к данному вопиющему нарушению Статута о Секретности!

Мисс Навелюкс с размаху ударила газетой об стол, возводя глаза к потолку, протяжно и шумно выдыхая.

-Разве это не правильно, что несовершеннолетнего ученика собираются наказать за такое серьезное преступление? - неуверенно спросила Вироса-де-Кута, не находя в статье ничего, что могло бы резать слух, кажется, написано было все правильно, с точки зрения действий Министерства.

-Дорогая моя, - дерганно произнесла Тенеба, - да пусть они хоть каждый день кого-нибудь наказывают, мне все равно! Вопрос в том, что они не пытаются найти первопричину таких нарушений. Этот случай уже не первый и, поверь мне, далеко не последний. Как думаешь, могут ли все поголовно врать? Этот несчастный Поттер всего лишь мальчишка, которому очень не повезло в жизни. Эти коршуны продолжают на него нападать, пытаясь заткнуть мальчику рот. А элементарно проверить насколько правдивы его слова никто не решается. И знаешь почему?

-Почему? - выдохнула юная волшебница, ошарашенная таким длинным разъяренным потоком слов своей крестной.

-Потому что они все боятся понять, что все это правда! Ведь, если начнут копать, выяснится, что мальчик не лжет, и здесь откроются проблемы, которые придется решать, - продолжала распаляться пожилая ведьма. - А кто же захочет марать руки о всю грязь, которую проще не замечать, пока она не мешает ходить! Министерство начнет шевелиться, только когда само будет захлебываться во всем этом.. во всем этом.. этом..- мисс Навелюкс так и не смогла подобрать слова, фыркнула, махнув рукой, приступила к завтраку.

После того, как крестная вновь покинула дом, аппарировав в неизвестном для Виросы направлении, девушка взяла в руки немного помятую от нападок Тенебы газету, принялась бегло знакомиться с последними новостями. А ведь мисс Навелюкс была абсолютно права. Статьи писали о том, чего делать нельзя, кого наказать, кого схватить, но нигде не было ни слова о том, что Министерство принимает хоть какие-нибудь меры по проверке полученной от граждан информации. Правительство с удовольствием занималось тем, что, буквально, обкрадывало чистокровные семьи, конфискуя у них ценные артефакты и книги. На этом активные действия контролирующих ситуацию в стране органов заканчивались.

После такой громкой статьи о Гарри Поттере, который, как было сказано в газете, учился в Хогвартсе, девушке стало интересно узнать о мальчике чуть больше. Почему же его называли местной знаменитостью? Только из-за того, что юноша каким-то образом умудрился участвовать в Турнире Трех Волшебников и победить, хотя еще не достиг совершеннолетия, что было обязательным критерием участия?

Вироса смогла найти только лишь небольшие крупицы информации. Как оказалось, юноша был знаменит многими своими необычными свершениями. Год назад юноша смог призвать патронуса, спасаясь от огромного количества дементоров, что должны были защищать школу. Пару лет назад Поттер победил какого-то ужасного монстра, что почти убил нескольких студентов Хогвартса. Еще годом раньше мальчик защитил какой-то ценный артефакт, что хранился в замке, от сошедшего с ума преподавателя. Но самое главное достижение Поттера было в том, что мальчик смог выжить после применения на нем убивающего заклятия - Авада Кедавра. Однако, что это был за темный маг, что пытался убить годовалого ребенка, информации не нашлось.

-Теперь понятно, почему этот мальчик такой известный, - прошептала Вироса-де-Кута откладывая выцветшую газетку за одна тысяча девятьсот восемьдесят первый год. - Хотя называть Поттера “мальчиком” будет не очень красиво, - задумалась девушка, прикидывая, что юноша всего на пару лет младше ее самой.

Юная волшебница даже немного включилась в происходящие в Англии события, также, как и крестная, начиная по утрам читать “Ежедневный Пророк”. В особенности девушка ждала двенадцатого числа, чтобы узнать, чем же закончится слушание по делу о незаконном применении Поттером заклинания Патронуса перед маглом. С одной стороны, местную юную звезду не должны серьезно наказать, но с другой, Поттер явно начал серьезно мешать Министерству какими-то своими заявлениями и действиями. Вот только, что именно “заявлял” студент Хогвартса, Вироса так и не поняла. Ни в одной статье волшебной газеты не упоминались слова молодого человека. Что еще раз доказывало, что Гарри Поттер был очень неудобным правительству, и его, как могли, очерняли и затыкали по всем фронтам.

Дни тянулись, ничего в жизни Виросы Дасадити не менялось. Продолжались только диалоги с живым портретом старика сэра Навелюкса, который все не сдавался, всеми силами усложняя юной волшебнице поиск ответа на ее вопрос, который все так же касался руны из древней рукописи. Девушка приняла правила игры, и старалась как можно больше успеть проговорить за то небольшое время, что ей выделял седовласый маг.

-Я много размышляла о ваших словах на счет цены за использование этого старого заклинания, - произнесла юная волшебница, после короткого приветствия. - Однако ничего кроме варианта “жизнь за жизнь” не смогла придумать.

-Давай на некоторое время отойдем от той руны и старого проклятия, - прохрипел старик, откидываясь в своем кресле-качалке. - Как ты считаешь, что является самым ценным в этом мире, и в тоже время тем, чем не может обладать ни одно живое существо в полной мере?

“Загадка под стать сэру Навелюкс” - подумалось девушке, однако она тут же принялась искать ответ на поставленный вопрос. Было в этом что-то такое простое, лежащее прямо на поверхности, но при этом никак не позволяющее схватить себя за хвост. Думать пришлось логически, по порядку. Чем не может обладать ни одно живое существо в полной мере? Это точно не предмет, ведь любым предметом можно полноправно обладать, кроме, разве что, смерти. Туда материальное не заберешь. Но в эту степь развивать мысль нет нужны, колдун же сказал - живое существо. Следовательно, это то, чего нельзя коснуться. Что может быть самым ценным в мире? “Власть? - тут же мелькнуло первое предположение в голове у Виросы. - Вряд ли, я бы променяла любую силу на то, чтобы быть рядом с любимыми людьми.” В голове всплыло добродушное лицо крестной, и тут же появилось другое. Худое с яркими голубыми глазами, со сдержанной улыбкой. Мама смотрела на Виросу мягко, словно тоже, как и сэр Навелюкс, терпеливо ожидала, пока девушка сама найдет решение загадки.

“Значит, самое ценное, что есть в этом мире - это любовь”, - грустно предположила девушка, однако тут же в голову ворвалась другая, более жесткая мысль. - “А какой смысл в этой любви, если близкого человека нет в живых?!”

-Самое ценное в мире, чем невозможно обладать в полной мере - это сама жизнь, - произнесла юная волшебница вслух, хмурясь, наблюдала за тем, как одобрительно кивает ее вымышленная мама, а следом за ней и старый колдун на портрете.

-Именно так, - сиплым голосом подтвердил сэр. - Жизнь начинается и в свое время должна заканчиваться. Однако ведьмы и волшебники нашли пару способов, как видоизменить могущественную силу.

-Колдуны нашли способ обмануть смерть? - Вироса пораженно хлопнула глазами, уставившись на длиннобородого старика.

-Нет. Маги смогли лишь чуть договориться с Жизнью. Смерть переиграть невозможно. Жизнь куда добрее и снисходительнее к шалостям всех живых существ, а вот Смерть.. Споры и пререкания с ней всегда заканчиваются.. так сказать, в ее пользу, - усмехнулся старик, начиная раскачиваться чуть сильнее.

-Хорошо, - неуверенно кивнула юная ведьма. - Как же волшебники могут обхитрить Жизнь?

-Как я уже сказал, есть два способа. Оба - две стороны одной медали. Потому что и в том и в другом случае волшебник что-то теряет. Более молодой вариант - это философский камень. Что ты о нем знаешь, Вироса?

-Хмм. Философский камень - это алхимический элемент, который изобрел Николас Фламель, способный превращать предметы в золото, а также производить эликсир жизни, - отчеканила девушка, по памяти пересказывая то, что читала еще в детстве.

-Да, именно так, - кивнул сэр Навелюкс. - Эликсир жизни, как раз один из способов чуть обойти законы природы. Однако, пусть эта магия и позволяет существовать на этом свете неприлично долго, все же это не избавляет от некоторых.. моментов.

-Волшебник все равно будет стареть, со временем почти превращаясь в скелет, - произнесла Вироса.

-Да! - колдун поднял сухой морщинистый указательный палец вверх. - Эликсир позволяет жить душе, но не защищает тело, на которое воздействует.

-Значит, другая сторона медали работает наоборот? - предположила юная волшебница, внимательно следя за реакцией портрета. - Второй способ помогает телу оставаться в своей молодой форме..

Вироса-де-Кута не успела закончить мысль, как вдруг сэр Навелюкс опять изошелся диким кашлем, слегка хватаясь за горло своими длинными костлявыми пальцами. Кажется, что частые разговоры начали совсем утомлять и без того старое, больное горло мага. Девушка чуть поджала губы, вежливо попрощалась с стариком, отправилась в библиотеку, чтобы поискать название того самого заклинания, что являлось вторым вариантом почти бессмертия для волшебников. И почему только старый колдун вдруг решил заговорить об этом, если изначально их диалоги были о загадочном символе из древней книги. Наверняка это как-то между собой связано, остается только разобраться как именно!

За своими поисками девушка совсем потеряла счет дням, и очнулась только на тринадцатое число августа. Вироса-де-Кута резко вспомнила о юноше, дело которого собирались разбирать на суде. Каким же наказанием отделался Мальчик-который-выжил? Юная волшебница взяла в руки “Ежедневный Пророк”, быстро бегая взглядом по строчкам. Она уже научилась отделять мусор от более-менее вменяемой информации. И каково же было ее удивление, когда девушка поняла, что никакой очередной громкой статьи о Гарри Поттере нет. Нашлась лишь малюсенькая заметка о том, что несовершеннолетнего волшебника оправдали, отпустив на все четыре стороны. Вот тебе и самые сочные и горячие новости волшебной Великобритании.

Спустя еще пару дней безрезультатных поисков второго варианта относительного бессмертия для волшебников в библиотеке, Вироса-де-Кута вновь обратилась к портрету, виновато опустив голову, признавая свой провал.

-Заклинание, что оставляет тело, но уничтожает душу, - прохрипел сэр Ноджибл Ресечер Навелюкс. - Это как раз то проклятие, которое получилось из-за неправильного применения чар, о которых мы с тобой говорили изначально.

Девушка так и замерла на месте. Получается, что кто-то очень и очень давно хотел изобрести заклинание, что способно спасти другого человека, который находится на грани смерти, и даже, собственно, изобрел такое волшебство. Однако оно запросило невероятную цену - душу самого мага, что решает выхватить из лап Смерти своего любимого. А потом кто-то, еще более сумасшедший, узрел в этом возможность обмануть Смерть (которую, по словам сэра Навелюкс, обмануть нельзя, можно лишь кое-как договориться с Жизнью) и исказил заклинание, создавая при этом новое проклятие, что даровало бессмертие колдующему. Невероятное, просто удивительное, но в тоже время самое жуткое и пугающее открытие, которое удавалось сделать девушке в своей жизни. Вироса поспешила высказать свои мысли портрету, на что получила утвердительный, но очень нервный кивок.

-Моя юная чародейка, - обратился к ней сэр после некоторого напряженного молчания, - если вы решитесь копать в этом направлении дальше, то рано или поздно вам все таки удастся найти и сами заклинания. Что то, которое способно даровать жизнь другому, что то, другое, искаженное, что способно выторговать для вас самой дополнительные годы, - старый волшебник замолчал, легонько касаясь своей груди сухой жилистой ладонью. - Однако я вам настоятельно рекомендую, хорошо подумать над тем, стоит ли использовать такие чары на практике. Если вам, в меру вашей юности, до сих пор кажется, что нет ничего непоправимого, то я спешу вас расстроить.

Как раз таки так Вироса-де-Кута не считала. В этом мире есть кое-что, что точно никак исправить нельзя - это смерть. Девушке казалось, что сколько бы времени не прошло, а она все также остро будет ощущать утрату матери, ее отсутствие. Если бы у нее был бы шанс спасти маму, пусть и за счет собственной души - она точно бы это сделала, не раздумывая ни секунды. Только вот тогда Вироса и понятия не имела, что существует способ такого спасения умирающего человека. Теперь же, пусть и запоздало, но она узнала, что можно сыграть с Жизнью и даже, в какой-то степени ее победить, выторговывать у нее еще времени для другого человека.

Юная ведьма для себя точно решила, что продолжит искать. Перечитает все библиотеки мира, если придется, но найдет это древнее темное заклинание, что однажды может спасти близкого для нее волшебника. Вироса-де-Кута подумала о крестной, которая последнее время где-то пропадает, возвращаясь домой уставшая и бледная. А что если она занимается чем-то очень опасным и однажды вернется в манор также, как последний раз вернулась мама? Виросе точно нужно было знать, как применить эти жуткие чары.

Словно догадавшись, о чем так глубоко задумалась юная ведьма, старик немного погладил свою бороду, обращаясь к ней сочувствующим мягким голосом:

-На счастье или же на свое горе, я знаю лишь искаженный вариант заклинания, который продлевает жизнь тому, что его колдует. Вам оно пока не нужно, поэтому и предлагать вас обучить ему я не стану.

-Но если я вас попрошу, вы расскажете мне? - неожиданно для самой себя произнесла Вироса.

Ее, действительно, мало интересовала кривая версия первоначальных чар, потому что необходимости продлевать себе жизнь, девушка не видела. По крайней мере пока. Но на вопрос сэр Навелюкс все таки ответил положительно. Старого мага явно не радовало то, что придется кого-то обучить этому темному искусству, но и слов своих назад он не попросил.

Так прошел последний месяц лета. Мисс Навелюкс безустанно преследовала свои цели, заново налаживая свои старые знакомства и связи с другими чистокровными семьями. Вироса-де-Кута же читала литературу за седьмой курс в школе, прогуливалась в своей анимагической форме по пролеску недалеко от дома, и болтала с портретом сэра Ноджибла Ресечера Навелюкс. Однако теперь их диалоги были далеки от предыдущих тем и концентрировались в основном на прочих темных заклинаниях, о которых мудрый маг продолжал говорить, лишь подталкивая девушку к самостоятельному поиску всех ответов.

Наконец, наступило первое сентября. День, который и для Тенебы и для ее крестницы означал новый виток в их резко изменившихся жизнях. Пожилая ведьма уже собралась в свою поездку, разумеется держа ее в тайне от Виросочки, и готова была выдвигаться, как только посадит девушку на поезд.

Вироса-де-Кута вышагивала по платформе, стараясь держать неторопливый темп, ничем не выдавая свое внутреннее волнение. За девушкой плавно летели все ее вещи: крупный, зачарованный расширением пространства и облегчением веса, новенький чемодан, в котором она собрала все нужное (и не очень) для школы; клетка, в которой мирно спала черная сова Фува, одна из тех, что были в доме мисс Навелюкс; а также пара чемоданчиков поменьше - в одном хранились книги, которые Вироса хотела почитать как дополнительную литературу, во втором были принадлежности для занятий по зельеварению. В едва-заметно подрагивающих руках девушка держала свою дамскую сумочку.

На платформе было шумно. Нет. Там было просто дико громко. Толпа волшебников и волшебниц всех возрастов, родители, маленькие первокурсники, совы, жабы, кошки, метлы, крохотные фейерверки, которые взрывались то тут то там. Все разговаривало, пыхтело, гудело, взрывалось, лопалось, смеялось и радостно плакало. Такого разнообразия звуков и цветов, кажется, не было даже на той же Косой Аллее, которая достаточно впечатлила Виросу. Девушке было жутко непривычно находится в самом центре этого торнадо красок, галдежа и запахов, и в тоже время невероятно любопытно.

На путях стоял центр притяжения всех прибывших на платформу девять и три четверти людей - Хогвартс-экспресс. Поезд, что должен был с минуты на минуту отвести новую студентку школы чародейства и волшебства в другое королевство, в котором ей предстояло учиться и жить вплоть до рождественских каникул, во время которых было позволено вернуться домой, а затем, в новом году, опять приступить к учебе в Хогвартсе и уже быть там до конца июня.

В кровь хлынул адреналин, что чуть ли не заставлял девушку подпрыгивать на месте, предвкушая свою новую жизнь в школе. Вироса сдерживалась, силясь не крутить головой во все стороны, не вытягивать шею, разглядывая людей и животных, что толпились на перроне.

-Что ж, милая, - произнесла мисс Навелюкс, останавливаясь недалеко от входа в последний вагон, - пиши мне почаще, уж не забывай крестную за всеми своими делами в новой школе.

-Ты же сама говорила, что нынешний Хогвартс уже совсем не тот, что раньше, - хмыкнула девушка, следя за тем, как крестная смахивает подступающие слезы, - значит, и заняться там особо будет нечем, кроме учебы.

-То, что современное руководство избавилось от большого количества опасностей замка, это не значит, что их там совсем не осталось, - слегка хихикая произнесла пожилая ведьма. - Ох, дорогая, я буду очень по тебе скучать!

-И я буду по тебе очень скучать, - голос дрогнул, выдавая девушку с головой.

Мисс Навелюкс резко махнула рукой, видимо махнув таким образом на правила приличия, рывком обняла свою крестницу, жарко ее расцеловывая. Вироса-де-Кута немного смутилась от таких нежностей, выставленных на всеобщее обозрение, однако и сама не смогла сдержать чувств, также крепко обняла любимую крестную, прижимаясь к ней всем телом.

Пришло время отправляться. Мисс Навелюкс протянула улыбающемуся проводнику золотой билет. Вироса зашла в вагон, тут же заходя в ближайшее купе (удивительное везение - в нем ни одно место еще не было занято), прикоснулась ладонью к окну, наблюдая за тем, как активно ей на прощание машет крестная. Девушка постаралась запомнить этот момент во всех подробностях - не часто увидишь, как пожилая чистокровная ведьма ведет себя так оживленно в присутствии большой толпы чужих ей людей.

Поезд с небольшим толчком тронулся, заставляя всех провожающих сделать несколько шагов следом по направлению экспресса, провожая своих детей в новый учебный год. Очень быстро лицо Тенебы пропало из вида, а под окном замелькали прочие взрослые, что с улыбками и небольшой тоской смотрели на поезд, быстро набирающий скорость.

Глава 7 Хогвартс-экспресс

(С этой главы вам будут встречаться знакомые описания и диалоги из серии книг “Гарри Поттер”, Дж.К. Роулинг. Самые преданные поклонники, точно найдут эти вставки из любимых волшебных текстов. Приятного чтения :) )

Хогвартс-экспресс разрезал своим металлическим телом теплый воздух первого сентября, несся через пространство на очень высокой скорости. Однако за окном открывающиеся пейзажи текли не так спешно, позволяя в полной мере насладиться красотой природы.

Вироса-де-Кута рассматривала зеленые долины и леса, которые показывались на склонах и редели, уступая место нежной травке, что сияла в лучах солнца и блестела от дуновений игривого ветра. Умиротворение - вот, что ощущала девушка, сидя в купе и наблюдая на чудесной картиной за окном.

Уединение было нарушено, стоило о нем подумать. Дверь в купе резко открылась, заставляя юную волшебницу повернуться на звук, а рука на инстинктах дернулась к палочке. Девушка отругала себя за такое поведение. Разве что-то может представлять угрозу в поезде, где едут студенты в школу?

В проеме показался высокий и мускулистый молодой человек, что громко разговаривал со своим другом. Второй юноша был куда ниже ростом, темноволосый, с высоким прямым лбом и маленькими темными глазками. Молодые волшебники не сразу заметили, что в купе уже находился кто-то помимо них, поэтому сделали небольшой шаг внутрь, жарко обсуждая квиддич.

-Тебя поставили загонщиком, Кас, потому что у тебя красивые глаза, - хохотнул темноволосый юноша. - Как ты собираешься совмещать тренировки и подготовку к ЖАБА?

-Знаешь, что, Эдриан.. - второй студент хотел уже было сказать что-то резкое, однако попридержал слова, наконец, замечая Виросу. - Добрый.. день?

Вироса-де-Кута поспешила подняться со своего места, подстраиваясь под движения плавно раскачивающегося поезда. Она, на сколько это было возможно в сложившейся ситуации, элегантно придерживая подол платья, присела в реверансе, слегка поклонившись новым знакомым.

-Добрый день, - ответила девушка.

Хоть так делать не полагалось, молодая леди взяла знакомство в свои руки, видя растерянность юношей, и то как они удивленно хлопали глазами, рассматривая незнакомку.

-Мое имя Дасадити, Вироса-де-Кута Дасадити, - произнесла девушка.

-Здравствуйте, - первым очнулся темноволосый волшебник, вежливо кланяясь, - Пьюси, Эдриан. А это мой друг - Кассиус Уоррингтон.

Высокий юноша моргнул (у него действительно были невероятно чистые и красивые голубые глаза), заторможено поклонился, наконец, возвращая себе способность говорить:

-Приятно познакомиться, - он смущенно завел ладонь за голову, приглажевая русые короткие волосы. - Вы не против, если мы к вам присоединимся? Остальные купе уже заняты.

-Разумеется, прошу вас, - Вироса улыбнулась, осталась стоять, ожидая, пока молодые люди займут одну из лавок, и только после этого опустилась напротив.

-Вы, должно быть, новая студентка? - произнес Эдриан, не уверенный, что перед ним не молодой преподаватель.

-Верно. В этом году я поступаю на последний курс в Хогвартс, - девушка указала ладонью на свой багаж на верхней полке.

-В таком случае, вы не против, если наше общение перейдет на “ты”? - со всей вежливостью и небольшой улыбкой предложил Пьюси.

-Разумеется, - юная леди с готовностью кивнула, всей душой радуясь воспитанности своих новых знакомых.

-Отлично, - облегченно выдохнул Кассиан, - а то я уж было подумал, что мне придется молчать всю дорогу. Я не силен в правилах этикета.

Юноша смущенно прикусил губу, пряча взгляд, чем вызвал смешок у своего друга, и нежную улыбку Виросы.

-Ты же еще не прошла распределение на факультет? - Эдриан вернул свое внимание к спутнице, немного оттягивая свою мантию. - Мы со Слизерин, буду очень рад, если ты попадешь к нам!

На форменной мантии Пьюси красовался ярко-зеленый символ его факультета, а посередине нашивки извивалась чудная змейка, что от движения ткани слегка блестела серебром. На Уоррингтоне была точно такая же школьная форма, однако почему-то без джемпера. Юноша натянул мантию прямо на белую свеже выглаженную рубашку.

-Я была бы очень рада, мне нравится зеленый цвет и я хорошо отношусь к змеям, - улыбнулась Вироса, чем вызвала ухмылки молодых людей. - Я что-то не так сказала?

-Прости, - тут же среагировал Эдриан, - просто мне вдруг подумалось, что девочки - такие девочки.

Молодой человек не удержался и все таки слегка засмеялся. Уоррингтон же поспешил вмешаться, чтобы не ставить новую знакомую в неловкое положение, однако было заметно, как он сдерживается, чтобы не вторить смеху друга:

-Эд имел в виду, что факультеты отличаются не только цветами и символическими животными. Нас распределяют в соответствии с талантами, способностями и предрасположенностью.

-Да, я читала об этом в “Истории Хогвартса”, - улыбнулась Вироса, понимая, чем именно вызвала смех новых знакомых. - Храбрость, благородство, честь для Гриффиндор. Трудолюбие, верность, честность - Пуффендуй. Мудрость, остроумие, творчество - Когтевран. И хитрость, амбициозность, находчивость - для Слизерин.

-Так ты в курсе! - восхитился голубоглазый Кассиус. - Как считаешь, каких качеств в тебе больше?

Девушка не успела ответить, дверь в купе аккуратно открылась, и на пороге появились еще двое студентов-Слизерин. Юноша, что был немного младше Виросы с удивительными волосами, цвета жидкой платины, и его ровесница низкого роста молодая волшебница с довольно грубыми чертами лица. На их мантиях был прикреплен отличительный значок - небольшой щитовидный бейджик, на зеленом фоне с заглавной буквой “С”.

Светловолосый юноша внимательно осмотрел всех присутствующих в купе, останавливаясь на незнакомом для себя лице. Холодные глаза чуть сощурились, а на худое лицо легла маска отстраненности. “Явно представитель влиятельной чистокровной семьи” - вдруг подумалось Виросе, которая успела слегка улыбнуться, вежливо приподнимаясь со своего места.

-Добрый день и, видимо, добро пожаловать в Хогвартс, - сухим голосом произнес молодой волшебник. - Мое имя Малфой, Драко Люциус Малфой. Я староста мальчиков на факультете Слизерин, - на последних словах юноша слегка коснулся того самого значка на своей мантии.

“Значит, Малфой.” - в голове девушки тут же завращались шестеренки, подкидывая все известные факты о этом древнем могущественном роде английских аристократов. Эта семья была очень богата и известна, насколько поняла из прочитанных текстов юная леди.

-Здравствуйте, мистер Малфой, - девушка слегка поклонилась, приветствуя волшебника. - Дасадити, Вироса-де-Кута Дасадити. Поступила на последний курс в Хогвартс.

Услышав имя новой ученицы молодой староста даже на мгновение растерял свое слегка надменное выражение, глаза расширились, а светлые брови дрогнули вверх.

-Мисс Дасадити, - тут же совладав с эмоциями, произнес Малфой. - Рад приветствовать вас как новую студентку школы волшебства и чародейства.

Юноша вежливо поклонился, а за ним повторила и вторая гостья этого купе, видимо, такая же староста факультета, только от девочек:

-Пэнси Паркинсон, - представилась волшебница.

“Паркинсон, - промелькнуло в голове Виросы, пока она отвечала на приветствие, - вроде, один из их семьи был министром магии в начале восемнадцатого века.”

-Мы зашли проверить, что у вас все в порядке, - произнес мистер Малфой с легкой улыбкой. - Если будут какие-либо вопросы или, не приведи Салазар, проблемы, обращайтесь либо ко мне, мисс Дасадити, либо к мисс Паркинсон. Мы с удовольствием вам поможем.

Юная леди благодарно кивнула, после чего старосты удалились, прикрывая за собой дверь.

Виросе все больше и больше импонировал змеиный факультет. Похоже, на нем учились только образованные и хорошо воспитанные волшебники. Больше всего на свете Виросе хотелось бы оказаться в более-менее привычной для себя атмосфере. Вокруг теперь будет целая толпа подростков (и со спокойным одиночеством точно придется попрощаться), так пусть, хотя бы эта толпа будет из тех же кругов, что и сама Дасадити - вежливые чистокровные аристократы.

Не прошло и получаса после того, как студенты, оставшиеся в купе, возобновили разговор о школе, факультетах, старостах и прочих тонкостях подростковой жизни, в которую Виросе в скором времени придется окунуться с головой, дверь в их купе снова открылась, и в образовавшемся проеме показались две рыжие головы.

-Уляля, - пропел один из братьев близнецов, встречая взглядом сокурсников-слизеринцев. - Эд! Кас!

-Как неприятно вас видеть, - хором сказали Уизли, громко рассмеявшись.

-Кто это у нас здесь! - хмыкнул Фред. - Не успела пройти распределение, а уже сидит в компании змей, - на этих словах юноша сложил руки на груди, насмешливо смотря на Виросу сверху вниз.

-Добрый день, - сдержанно поздоровалась юная волшебница.

Единственное желание, что у нее сейчас возникало, это выхватить волшебную палочку и бросить в братьев хлесткое заклинание, чтобы эта парочка вылетела из купе, желательно проходя стену поезда насквозь, оставаясь за бортом. Однако воспитание не позволяло ей этого сделать, поэтому (пока что) обошлось без лишних жертв. Хотя, похоже было, что не у одной Виросы эти двое вызывают такие неприятные ощущения. Юноши слизеринцы тоже быстро подобрались, стирая с лица улыбки, смотрели на Уизли нервными напряженными взглядами.

-Чего надо, болваны? - выплюнул Эдриан, скаля зубы.

-Да не волнуйся ты так, - хихикнул Джордж, поднимая руки в жесте капитуляции. - Мы лишь гуляли по вагонам.

-Проверяли, все ли наши дорогие друзья на месте, - слащавым голоском продолжил Фред.

-Вы ошиблись купе, - фыркнул Кассиус. - Здесь нет идиотов, которых вы ищите.

-Как это? А кто тогда перед нами? - не унимался Фред.

-Давай-ка выйдем, рыжий! - Уоррингтон встал на ноги, угрожающе стреляя молниями из голубых глаз.

Следом со своего места начал подниматься и Пьюси. Обстановка знатно накалялась, и Вироса-де-Кута наверняка знала только одно - вмешиваться во внутренние конфликты студентов нельзя. А уж тем более, когда эти студенты - юноши, ростом и габаритами больше даже некоторых взрослых мужчин. Стараясь держаться, как можно спокойнее, но при этой случайно не попасть под горячую руку, Вироса продолжала сидеть на своем месте, рассматривая взбешенных Слизеринцев и наглых братьев-близнецов, которые судя по мантиям учились на Гриффиндоре.

Если верить рассказам Кассиуса и Эдриана, все факультеты между собой были в напряженных соревновательных отношениях, однако это ни в какое сравнение не шло с тем, что происходило между змеями и львами. Эта была не просто неприязнь, а самая настоящая ненависть. Война. И, кажется, именно сейчас военные действия разворачивались прямо посреди купе, в котором сидела Вироса-де-Кута, имеющая лишь образное представление обо всех внутришкольных разборках.

-А чего это ты так напрягся, Уоррингтон? - даже не дрогнув от нападка молодого парня, выдал Фред. - Решил повыделываться перед новой подругой? - юноша стрельнул карими глазами в Виросу, хитро ухмыляясь.

Вот вам и попытка переждать бурю молча. Не оставалось ничего, кроме как ответить на внимательный, почти прожигающий взгляд Фреда Уизли точно таким же своим, добавив в него каплю предупреждения. Однако это не сработало на молодом волшебнике. Вопреки ожиданиям, юноша не отвел взгляд и даже не смягчил его, продолжая грубо разглядывать лицо Виросы.

-Моим новым друзьям нет необходимости в показательных выступлениях, - уверенно подала голос юная леди, слегка кивая Эдриану и Кассиусу. - За них говорит их прекрасное воспитание.

Слизеринцы быстро смекнули, как тонко Вироса-де-Кута намекнула им на то, чтобы юноши не подождали бессмысленный конфликт с невоспитанными Гриффиндорцами, и с легкими ухмылками победителей опустились на свои места, вальяжно откидываясь на спинку лавки.

-Радуйтесь, джентльмены, - пропел Джордж Уизли, весело кивая в сторону новой студентки.

-В ваших рядах скоро официально появится новая пятнистая змейка, - закончил за брата Фред, кривя губы в неестественной ухмылке.

-Я рада, что вам так нравятся мои волосы, - игриво улыбнулась Вироса, чуть дотрагиваясь до прически, непринужденно поправляя выбившийся завиток.

-Как не жаль тебя расстраивать, но нелепое заклинание для волос вовсе не вызывает у нас восторга, - фыркнул высокий близнец, пихая брата в бок.

Рыжие братья тут же скрылись из вида, во второй раз оставляя последнее слово за собой. Вироса-де-Кута на это лишь приподняла брови, чуть покачав головой. И что ей теперь, целый учебный год придется поддерживать эту словесную дуэль с неприятными молодыми волшебниками? Вариант - промолчать - точно не подходит, как минимум, потому что нахалы пытаются задавить собеседника числом, а как максимум, потому что леди Дасадити никому не позволит с собой так разговаривать. Хорошо бы найти какой-нибудь способ остудить пыл Уизли и подрезать им длинные языки. Возможно, единственный рабочий вариант будет в прямом смысле применить на них пожизненное Силенцио.

За своими грозными мыслями девушка не заметила, как Пьюси и Уоррингтон посматривали на нее с неприкрытым уважением, явно прикидывая, как на ней сидела бы зелено-серебристая форма их родного факультета.

-Ты извини, пожалуйста, за это, - подал голос Кассиус, привлекая к себе внимание Виросы. - Уизли уже всех достали. Мало того, что их семейство просто оккупировало школу, так еще и на нашем курсе самые неприятные представители этой фамилии.

-Я уже давно поняла, что эти близнецы не самые воспитанные молодые люди, - с вежливой улыбкой ответила девушка, продолжая вспоминать знакомые ей проклятия немоты.

-А когда вы успели познакомиться? - удивился Эдриан, хмуря темные брови.

-Мы встретились на Косой Аллее в июле.

Вироса коротко пересказала молодым людям ее первую встречу с братьями Уизли, на что Слизеринцы фыркали и закатывали глаза, а Уоррингтон пару раз прошипел, что-то вроде: “Жаль меня там не было, я бы им..”. В эти моменты юной волшебнице становилось особенно тепло на душе. Слышать, что кому-то также неприятна эта рыжеволосая парочка, было приятно, и маленький червячок злорадства хихикал где-то в груди. Конечно, стравливать однокурсников между собой в планы Виросы совсем не входило, но чем Мерлин не шутит. Если ей придется, то девушка не побрезгует развернуть какую-нибудь хитрую игру против своих недругов.

Хотя, изначально, у юной ведьмы были совершенно другие планы на школу, и в них не входили конфликты и стычки между студентами. Девушка первоочередной задачей для себя поставила отыскать в Хогвартсе любые упоминания о своем отце. Больше всего ей бы хотелось понять, каким папа был в детстве, как он учился и какое положение занимал в школьной иерархии. Возможно, это приблизит ее к ответам на более сложные вопросы, такие как: где отец сейчас; почему оставил свою дочь; или, хотя бы, как его зовут.

С последним были самые настоящие проблемы, потому что у Виросы не было даже намека на то, какую фамилию носил ее отец. Разумеется, девушка была уверена, что папа происходил из какого-то древнего чистокровного рода волшебников, иначе откуда у него было бы столько великолепных качеств и такие навыки к магии (о чем многократно рассказывала мама). Поэтому Вироса до мутных пятен перед глазами шерстила всю литературу посвященную волшебным семьям и их описаниям. Однако не было тех, в которых появлялись бы колдуны подходящие по возрасту и описанию внешности. Девушка непроизвольно дотронулась до своей дамской сумочки, в которой бережно хранилась сейчас единственная колдография ее папы.

Придется хорошо постараться, чтобы найти всю информацию о нем, которая может храниться в Хогвартсе. Если отец и правда был лучшим студентом и старостой школы, как говорила крестная, то в замке точно должно было статься много упоминаний о нем. По крайней мере, Вироса-де-Кута на это очень надеялась.

Остаток пути до школы прошел (на радость всем присутствующим в купе) без казусов и без посторонних нарушителей спокойствия. Один раз к ним, конечно, заглянула приятная пожилая дама, что приторговывала различными сладостями, чтобы ученики доехали до замка не свалившись замертво от голода. Слизеринцы купили себе какие-то леденцы, а Вироса-де-Кута угостилась шоколадным пончиком. Все время молодые колдуны рассказывали своей новой однокурснице о преподавателях, уроках и дополнительных занятиях, которые ее ждут в Хогвартсе. В то время как более бойкий Эдриан много шутил и часто вспоминал забавные события прошлых лет, Кассиус принимал участие в разговоре менее активно, осторожно рассматривая девушку. Внимание со стороны одногодки для Виросы было в новинку, поэтому она предпочла вежливо не замечать робких взглядов со стороны голубоглазого слизеринца, вкрадчиво внимая рассказам Пьюси.

За окном начало темнеть. Вечер окрашивал мирные пейзажи за окном сначала в розовые и фиолетовые тона, а затем по небу разлились насыщенно-синий и темно-бордовый оттенки. И вот поезд начал замедлять движение, сбавляя ход, гудел и свистел, оповещая всех о своем прибытии на станцию. Это было словно неким сигналом к началу большого урагана в поезде. Подростки стали шумно хлопать дверьми, покидая свои купе. В узких коридорчиках началась небольшая толкучка, и оттовсюду были слышны звонкие голоса. Виросу тоже пробила всеобщая волна энергии, и она, слегка прикусив нижнюю губу, заставила свое сердце успокоиться.

-Все вещи можешь оставить здесь, - произнес Эдриан, поднимаясь со своего места. - Их отнесут в твою комнату. И даже свою сумочку, - юноша смешливо улыбнулся, взглядом указывая на дамскую поклажу, в которую Вироса вцепилась, как в спасательный круг.

-Разве я не могу взять ее с собой? - сделала единственную попытку юная леди для того, чтобы не выпускать из рук свою ношу с очень личными вещами.

-Не волнуйся, - мягко произнес Кассиус, - все доставят без проблем.

Девушка еще раз прикусила губу, быстро размышляя. Хоть вещи в сумочке были действительно личными, но не было ничего критичного в том, чтобы их в замок отправили с помощью эльфов. Кроме разве что..

-Я сейчас иду, одну секундочку, - кивнула Вироса юношам, что терпеливо ожидали ее у выхода из купе.

Юная волшебница на скорую руку вытащила из своего клатча небольшое колдо отца, и пряча его в ладошке, незаметно засунула руку в карман мантии, перекладывая карточку туда. Это было слишком ценной вещью в единственном экземпляре, которую она ни в коем случае не могла доверить кому-то еще.

Вскоре все трое новых знакомых вышли на перрон (Кассиан учтиво подал юной леди руку, помогая спуститься по высоким металлическим ступенькам). У поезда было настоящее столпотворение, казалось, что людей было даже больше, чем во время отправления Хогвартс-Экспресса. Вокруг были студенты разных возрастов, в одинаковых черных мантиях, но с совершенно разными выражениями лиц. Кто-то был счастлив вновь прибыть в школу, кого-то клонило в сон от долгой поездки, кто-то жаловался на грядущую учебу, а кто-то продолжал перекусывать сладостями, что купил в поезде, увлеченно жуя.

-Идем с нами, - чуть повысив голос, чтобы быть громче всего этого шума на перроне, произнес Пьюси. - Старшие курсы добираются до замка с помощью зачарованных карет.

Вироса-де-Кута послушно отправилась следом за юношами, услышав за спиной громогласный низкий голос:

-Первокурсники! ПЕРВОКУРСНИКИ! - девушка обернулась, замечая на другом конце перрона огромного лохматого мужчину, укатанного в несколько одежд, отчего его внешний вид отдаленно напоминал форму неправильного, помятого со всех сторон шара. - ВСЕ СЮДА! - Мужчина продолжала вопить, размахивая фонарем над своей черезчур волосатой головой.

-Это наш лесничий - Хагрид, - скривился Эдриан, представляя полувеликана девушке. - Не обращай внимания, - молодой человек небрежно махнул рукой, продолжая свой путь.

-Почему он не использует заклинание Сонорус вместо крика? - Вироса поспешила за слизеринцами, чтобы как можно скорее перестать слышать этого Хагрида.

-Потому что он не умеет колдовать, - язвительно фыркнул Пьюси, - его вышвырнули из школы за какое-то нарушение правил.

-Однако он продолжает работать при Хогвартсе? - поразилась юная волшебница.

-Это наш добродушный директор Дамблдор ему помог, - пожал плечами Кассиус бросая в сторону здоровяка такой же презрительный взгляд, каким того только что одаривал Эдриан.

Вскоре в темноте показались высокие кованые кареты, в которые никто не был запряжен. Вокруг толпилось много студентов старше первого курса, желая поскорее забраться в повозку. Различия между характерами факультетов были и здесь хорошо заметны. Гриффиндорцы сначала отправляли к школе младших, помогая детям забраться в кареты. Пуффендуйцы действовали на опережение, кто первый сел, того и место. Когтевран же занимал места в порядке живой очереди. А вот Слизерин отличился уважением (или может быть страхом) перед старшими курсами. Сначала в школу отправились старосты, затем все по старшинству.

Вироса-де-Кута вместе с Эдрианом и Кассиусом неторопливо проследовали к карете, и перед ними покорно расступались младшекурсники, спокойно пропуская молодых людей вперед. Девушке это однозначно понравилось. Совершенно не хотелось бы топтаться у изрядно потемневшего пролеска лишние минуты, которые уже можно было провести в пути.

Когда карета тронулась, краем глаза юная волшебница заметила рыжие волосы. Она чуть повернула голову, желая проверить поведение наглых близнецов в такой толпе, однако это был другой юноша. На пару лет младше Виросы, с более округлым лицом и с большим количеством на нем ярких веснушек. У молодого человека на мантии окрашенную в цвета Гриффиндора показался похожий (только красный) значок старосты, что она видела у Драко Малфоя и Пэнси Паркинсон.

Теплое освещение с платформы резко затерялось за стволами темных деревьев, и приходилось довольствоваться бледным огоньком, что тускло освещал лишь лица сидящих рядом с ней молодых людей. Пока они ехали сквозь темноту, никто не спешил заводить новых разговоров. Долгое путешествие вымотало даже старших студентов, заставляя их задумчиво рассматривать пол под ногами или мрак, что окружал со всех сторон. Как вдруг..

Яркий свет, словно тысяча зачарованных теплых звезд, осветил невероятный замок, который стало видно, стоило карете выехать из леса и начать спускаться с небольшого пригорка. Башни. Большие и маленькие. Высокие витражные окна, широкая каменная кладка. Массивные открытые и закрытые переходы между огромными корпусами. Блестело, отражая свет исходящий от замковых факелов, и непостижимых размеров озеро, на котором виднелись крохотные лодочки, что медленно плыли от маленькой пристани к подножию замка. Если и существует хоть одна возможность попасть в сказку, то Вироса, по всей видимости, ее только что использовала.

Держать рот закрытым оказалось очень сложной задачей. Взгляд так и метался по невообразимой картинке, стараясь навечно запечатлеть под веками эту волшебную красоту старинного места. Девушка от восхищения даже слегка вытянула шею, сдерживая порыв подняться на ноги (словно от этого она начнет лучше видеть).

-Так вот, как мы все выглядели в первый раз, - мягко произнес Пьюси, наблюдая за реакцией новой студентки Хогвартса.

-Прошу меня простить, - прошептала Вироса, не имея никакой возможности перевести взгляд на юношей. - Я просто не могу оторваться сейчас..

-Не знаю, как ты, Эд, - умиротворенным голосом произнес Кассиус, - а я все не перестаю удивляться этому месту. Каждый раз как в первый.

-Не знал, что ты такой романтик, Кас, - дружелюбно подколол Эдриан, но и сам перевел взгляд на замок, любуясь пейзажем.

Как бы девушка не растягивала момент, он торопливо подходил к концу. Карета в своем темпе добралась до самого замка, останавливаясь. Первыми спустились слизеринцы, а Вироса-де-Кута, вновь при помощи широкой ладони Уоррингтона, сошла на брусчатку следом.

Юноши, со знанием дела, повели ее внутрь, не давая времени налюбоваться древним строением. Эдриан отмахивался, причитая, что девушка еще успеет насмотреться на все здешние красоты в течении учебного года. Но ей казалось, что юноша сильно заблуждается. Каждая секунда, пребывания в замке была бесценна. И всей жизни не хватит на то, чтобы внимательно рассмотреть все статуи и фрески, а уж, когда девушка заметила сколько живых картин только лишь у парадного входа, подумала, что ей даже не удастся выспаться, чтобы успеть познакомиться со всеми этими движущимися магами и волшебницами на старинных полотнах, что мило улыбались и приветственно махали руками, стоило студентам попасть в их поле зрения.

Пока девушка, ни о чем не подозревая, продолжала сдерживать пораженные вздохи, лица ее сопровождающих быстро менялись с приятно-задумчивых, на сдержано-серьезные. Их троица, как раз подходила к высоким дверям, когда Вироса-де-Кута, наконец, заметила на кого направлены взгляды слизеринцев. Прямо перед входом в Большой Зал, в котором расположились длинные четыре ряда столов для всех факультетов, стояла высокая сухая дама в почтенном возрасте. Ведьма была облачена в строгую темно-зеленую мантию и в красивую шляпу с широкими полями, из которой торчало пушистое черное перышко.

-Рада вас снова видеть, мистер Пьюси, мистер Уоррингтон, - дама внимательно осмотрела студентов, бросая придирчивые взгляды на внешний вид Кассиуса.

-Добрый вечер, профессор МакГонагалл, - синхронно ответили юноши натянуто доброжелательным голосом.

-А вы должно быть, мисс Дасадити? - ведьма перевела свой холодный, изучающий взгляд на юную волшебницу.

-Да, профессор, - Вироса присела в реверансе, уважительно поклонившись ведьме. - Вироса-де-Кута Дасадити.

-Рада с вами познакомиться, - однако в голосе ведьмы не мелькнул даже намек на радость. - Я попрошу вас, мисс Дасадити, остаться рядом со мной. Вы войдете вместе с первокурсниками, и пройдете распределение вместе с ними. Мистер Пьюси, мистер Уоррингтон, вы можете быть свободны, - дама кивнула старшекурсникам, отворачиваясь в сторону.

-Скоро увидимся, - с улыбкой произнес Эдриан и задорно подмигнул. - Будем ждать тебя за слизеринским столом!

У Кассиуса слов не нашлось, поэтому он просто ободряюще кивнул, проходя вслед за другом в Большой Зал. Вироса же осталась, как и приказала профессор, стоять рядом с ней, слегка прикусывая нижнюю губу размышляя над тем, как же пройдет церемония распределения. Девушка уже знала, что для этой процедуры используют зачарованную шляпу, которая слегка читала мысли того, на кого была надета, тем самым определяя, каких качеств в юном волшебнике больше. После чего объявляла о своем решении, куда отправится учиться тот или иной первокурсник.

Вот только Вироса уже давно не являлась первокурсницей. У девушки уже ясно и четко сформировался характер, предпочтения и цели. Это облегчит Распределяющей Шляпе задачу или наоборот усложнит, учитывая еще и то, что юная ведьма прекрасно владела Окклюменцией, защищая свое сознание от любого постороннего вмешательства. Или все таки нужно ослабить ментальные щиты, чтобы волшебная шляпа могла попасть к ней в голову? Нет. Этого Вироса-де-Кута точно делать не станет. Как никак это школа, в которой учатся и преподают маги. Мало ли кому взбредет в голову познакомиться с новенькой поближе через такой извращенный способ, пока она сидит со шляпой на голове.

Мысли текли подобно шумной и бурной реке, а девушка, не замечая никого и ничего, продолжала тонуть в своих же предположениях. Очнулась она только в тот момент, когда тишина вокруг стала практически физически ощутимой. МакГонагалл так и стояла поджарая жуткой каменной статуе, а перед ней робко мялись дети одиннадцати лет, заметно дрожа всем телом.

-И так, - подала голос профессор, разрезая своей интонацией похолодевший в миг воздух, - сейчас вы зайдете в Большой Зал и остановитесь перед столом профессоров. Когда услышите свою фамилию, выходите вперед и садитесь на табурет, надеваете на голову Распределяющую Шляпу, а после того как артефакт назовет ваш факультет отправляетесь к своему столу.

Вироса-де-Кута видела, как у многих детей в отчаянной попытке все понять с первого раза расширялись глаза, а губы начали мелко дрожать. Умеет же профессор запугать малышей одним лишь своим грозным видом. Однако МакГонагалл, закончив свою речь, перевела взгляд на свою взрослую подопечную, и Вироса поспешила кивнуть, обозначая, что она-то точно запомнила всю последовательность действий.

И, наконец-то, вся процессия двинулась в Большой Зал. Первокурсники ахали и охали крутя головой во все стороны, рассматривали зачарованный потолок, под которым висели свечи; длинные столы, за которыми сидели студенты, что с интересом рассматривали новоприбывших и, разумеется, центром притяжения всего внимания была она - взрослая новенькая, что замыкала колонну малышей, шла с прямой как игла спиной, аккуратно сложенными у живота руками и смотрела только перед собой, стараясь не поддаваться соблазну и не начать также как одиннадцатилетние детки рассматривать убранство Большого Зала.

Стоило новым ученикам остановиться напротив стола преподавателей, МакГонагалл, не теряя времени, начала называть фамилии:

-Аберкромби, Юан, - громко произнесла профессор.

Вперед, спотыкаясь, вышел охваченный страхом мальчик. Он надел Шляпу, голова не утонула в ней целиком, лишь благодаря большим оттопыренным ушам. Шляпа на мгновение задумалась, потом разрез в нижней части тульи снова зашевелился, и прозвучало:

-Гриффиндор!

Юан улыбался от уха до уха, а зал взорвался аплодисментами. Громче всех шумели, приветствуя нового члена факультета, гриффиндорцы. Виросу же слегка оглушил этот резкий взрыв свиста, топота и хлопков, что даже когда все успокоилось, она продолжала ощущать легкий гул в ушах, из-за чего пропустила имя следующего юного волшебника, который точно так же, как и первый мальчик, вышел вперед, опускаясь на табурет.

Вироса-де-Кута решила дожидаться своей очереди, которая, похоже, наступит только после всех первокурсников, с пользой - рассмотреть тех, кто восседал за преподавательским столом. Профессоров было действительно много, и девушка смогла узнать только некоторых из них, тех о ком больше всего рассказывали слизеринцы во время их поездки в Хогвартс-Экспрессе. С самого левого края сидел полугоблин с густыми и пышными седыми волосами почти по всему лицу, не считая глаз и лба. В чудоковато улыбающемся профессоре Вироса распознала Филиуса Флитвика. Следом восседал бледный, как мел, и угрюмый, как грозовая туча, профессор зельеварения - Северус Снейп. Вироса-де-Кута скользнула взглядом, стараясь не встречаться с ним глазами, по директору школы - Альбусу Дамблдору. Старый маг, точно почувствовал внимание к своей персоне, посмотрел на свою новую подопечную через очки-половинки. Юная волшебница поспешила продолжить визуальное знакомство с другими профессорами. Девушка знала, что директор владел магией в совершенстве и мог забраться в чужую голову, не оставляя даже намека на то, что он успел прочитать чужие мысли.

С другой стороны от Дамблдора находилась тучная дама в ярко-зеленой мантии, украшенной различными цветочками и живыми расточками - профессор травологии Помона Стебель. Рядом с ней дергаясь, будто в нервном припадке сидела ведьма в огромных очках с толстенными линзами - преподаватель прорицаний Сивилла Трелони.

Других преподавателей Вироса не смогла распознать, однако была и одна незнакомая профессор, что привлекала к себе много внимания. Самая яркая персона за преподавательским столом - дама в ярко-розовом наряде. Низкая ведьма с пышными формами смотрела на маленьких детей с какой-то подозрительной, слегка хищной ухмылкой.

-Дасадити, Вироса-де-Кута, - громко провозгласила профессор МакГонагалл, вырывая единственную оставшуюся напротив преподавательского стола девушку из ее дум.

Сердце чуть ускорило стук, однако молодая ведьма мысленно на него шикнула, гордо и спокойно проходя к табурету. Юная леди аккуратно на него присела, поворачиваясь к Распределяющей Шляпе. Ладони едва заметно подрагивали и слегка вспотели, отчего Виросе захотелось срочно их протереть, чтобы не касаться влажными пальцами ценного древнего артефакта. Однако такой роскоши юная леди позволить сейчас себе не могла, поэтому уверенно выдохнув, аккуратно взяла Шляпу. И вдруг случилось то, чего не ожидали даже профессора. Стоило Виросе едва коснуться шершавой, потрепанной ткани, древняя Шляпа вскрикнула:

-СЛИЗЕРИН!

На миг девушка замерла, не понимая, что происходит. Зал, что так долго ждал распределения именно этой студентки, тоже на пару мгновений погрузился в мертвую тишину. Но стоило Виросе моргнуть, ее накрыло волной дикого восхищенного рева. громче всех свистел и извивался змеиный стол. Со стороны преподавателей так же послышались вежливые аплодисменты.

Заторможенно новоиспеченная студентка Слизерина поднялась с табурета, переводя взгляд на громко приветствующих ее учеников в зелено-серебристых мантиях. Разве Шляпа должна работать именно так? Кажется, волшебный артефакт нужно обязательно надевать на голову.. С чего бы она объявила о факультете сразу, стоило юной волшебнице еле его коснуться?

-Такое случалось раньше? - шепотом спросила Вироса-де-Кута, опускаясь рядом со своими знакомыми из поезда.

-На моей памяти, это впервые, - растерянно пожал плечами Кассиус, осматривая девушку с головы до ног, словно она только что сидела не на деревянном табурете, а прошла через смертоносные препятствия и могла быть сильно ранена.

-А я говорил, что наша новая подруга - особенная! - хитро улыбнулся Эдриан, ободряюще подмигивая Виросе.

Со своего места поднялся директор школы, и все разговоры моментально стихли. Студенты готовы были внимать словам главы Хогвартса, который мягко обвел взглядом усевшихся по своим местам студентов.

-Нашим новичкам, - звучно заговорил Дамблдор, сияя улыбкой и широко распахнув объятия, - добро пожаловать! Нашей старой гвардии - добро пожаловать в насиженные гнезда! Придёт ещё время для речей, но сейчас время для другого. Уплетайте за обе щёки!

Под общий смех и одобрительные аплодисменты Дамблдор аккуратно сел и перекинул длинную бороду через плечо, чтобы не лезла в тарелку. А тем временем в зале, откуда ни возьмись, появилась еда, и в таком количестве, что все пять длинных столов ломились от мяса, пирогов, овощных блюд, хлеба, соусов и кувшинов с тыквенным соком.

Глава 8 Там было на что посмотреть

Перед тем, как отпустить студентов, Дамблдор поднялся со своего места еще раз, представляя нового преподавателя Защиты от Темных Искусств - профессор Долорес Амбридж. Та самая ведьма в розовом поднялась из-за стола и, перебив директора, начала вещать своим высоким голосом о решении Министерства Магии заняться контролем обучения студентов.

Поток ее речи был схожим с очень сладким густым киселем, отчего слова воспринимались с большим трудом. Однако общий смысл Вироса-де-Кута поняла - с этого момента Британское Министерство Магии вмешивается в процесс работы школы, а хуже всего, что меняет и без того слабую программу по темным искусствам на ту, что предпочтительна правительству. Исходя из информации местных газет это означало лишь то, что никакой темной магии и защите от нее учить студентов никто не собирается. Новая студентка Слизерина выдохнула, тяжело покачав головой.

Из Большого Зала ученики хлынули в холл, растекаясь оттуда ручейками в разные стороны. Вироса держалась рядом с Пьюси и Уоррингтоном, которые проводили ее в гостиную факультета в подземельях замка. Перед тем, как отправиться спать, девушка успела познакомиться еще с парой студентов со своего курса. Это были двойняшки Винтербиры. Юноша по имени Паффиан и его сестра Паффина, которые являлись самыми молодыми представителями чистокровной семьи с крайнего севера Шотландии.

В то время, как Паффиан лишь коротко поприветствовал свою новую одноклассницу, его сестра была несказанно рада новой девочке на курсе. Паффина столько времени проводила в одиночестве, что даже прослезилась, осознавая, что хотя бы на последнем курсе ей не придется быть в окружении одних лишь мальчиков, и появилась возможность во вечерам болтать о девичьих делах с новой знакомой.

Следующий день был учебным, несмотря на выходную субботу. Поэтому долгих разговоров не случилось, все поспешили отправиться по своим комнатам и поскорее отдохнуть. Вироса-де-Кута была рада, что ей не пришлось делить одну комнату с большим количеством человек, а мисс Винтербир была приятной юной леди, которая (хоть и была несказанно счастлива новой соседке) держала дистанцию и не накидывалась на мисс Дасадити с навязыванием глубокой дружбы.

Утром Вироса-де-Кута внимательно изучила свое расписание занятий, с удивлением отмечая, что все уроки Слизерин были совмещены со студентами Гриффиндора. Паффина объяснила это тем, что количество учеников на потоке было небольшим и их решили объединить в две группы: змеи со львами и вороны Когтеврана с барсуками Пуффендуя.

На завтраке присутствовало куда меньше людей, чем было во время пира первого сентября. А сразу после того, как Вироса подкрепилась, она вместе с юной леди Винтербир отправились на первое занятие в этом году - зельеварение.

Кабинет находился в подземельях, поэтому девушкам пришлось вновь немного прогуляться по замку. Пока Вироса и Паффина шли по лестницам, они вежливо и неторопливо знакомились друг с другом поближе, делясь самыми незначительными фактами о жизни. В класс зельеварения юные волшебницы прибыли одни из самых первых, подходя к ближайшему рабочему столу.

В помещении пахло травами, сыростью, кислыми и резкими ароматами всевозможных компонентов для варки. Виросе были знакомы эти ароматы, потому что она и сама занималась приготовлениями зелий в специально отведенной для этого комнате в своем родном доме. Там не было так же просторно, как в школьном классе, однако котелки, ножи, доски и поварешки показались девушке совершенными копиями тех, что она сама использовала в своих заданиях, когда занималась с мамой..

Хорошо, что в этот момент Паффина отвлеклась на беседу с подоспевшими юношами слизеринцами и не видела, как бледнеет лицо ее новой знакомой. Вироса-де-Кута отчаянно и бесконтрольно начала проваливаться в воспоминания о тех теплых временах, когда она была рядом со своей матерью. Их уроки, как мама хитро улыбалась, кивком намекая на ошибки своей ученицы. Как мамочка одобрительно и нежно гладила свою дочку по голове, если та выполняла задание на “Превосходно”. И как мудрая ведьма углублялась в невероятно интересные и познавательные рассказы, когда слегка отходила от темы урока.

Под веками запекло и Вироса-де-Кута поспешила пару раз моргнуть, прогоняя из головы живые смеющиеся образы мамы. Не хватало сейчас разрыдаться на глазах у кучи студентов, которые ей даже не друзья. И словно услышав ее желание, в коридоре раздался спасительный громкий цокающий звук каблуков мужских туфель.

В класс залетел черный ураган под именем профессор Снейп, мантия которого развивалась во все стороны, словно мрачные крылья дикого ворона. Преподаватель шагнул за кафедру, словно не замечая своих студентов, опустился на высокий стул, поднимая со стола пергаменты. Все время, которое мистер Северус Снейп потратил на свое эффектное появление, в кабинете стояла гробовая тишина. Слизерин и Гриффиндор замерли, в ожидании слов профессора.

-И чего вы встали? - подал, наконец, голос педагог. - Название зелья на доске. Приступайте.

Профессор Снейп даже не удосужился оторвать взгляд от своих пергаментов, чтобы перепроверить все ли студенты явились на занятие. Вироса-де-Кута удивленная таким поведением педагога, осмотрелась по стороном, наблюдая за реакцией однокурсников. Однако юноши и девушки абсолютно точно привыкшие к такому положению дел, лишь спокойно принялись за работу, вставая напротив котлов.

Юной ведьме ничего не оставалось, кроме как также взяться за дело. Удачно, что на первом занятии студентам предстояло заняться всего-навсего Эйфорийным элексиром, который Вироса-де-Кута умела варить по памяти. Девушка взяла в руки волшебную палочку и начала левитировать к себе необходимые компоненты с полок. Она никогда не использовала собственные руки для того, что можно было сделать при помощи магии. А это, вообще-то, почти все на свете. Однако, кажется, другие студенты почему-то не пользовались волшебством, а самостоятельно подходили к стеллажам, доставали нужную баночку и возвращались к рабочему месту. Ровно также, как и Вироса была удивлена магловским поведением своих однокурсников, они в свою очередь поразились такому количеству использования волшебства со стороны новенькой. Но никто и слова не сказал, лишь изредка поглядывая в сторону слишком занятого своими старыми свертками преподавателя.

Юная ведьма также стрельнула взглядом в профессора, но тому, похоже, не было совершенно никакого дела до того, как именно работают его студенты. Мистер Снейп был полностью сосредоточен на своих бумагах. “Раз правил и ограничений нет, я буду делать так, как привыкла.”- мысленно кивнула себе Вироса, приказывая перечной мяте отправиться в котел.

Девушка слегка двигала волшебной палочкой, нарезая тонким ножичком сушеный инжир, и отправляя в толкушку семена клещевины. Простая магия взаимодействия с окружающими предметами отчего-то вызывала кучу шепотков и удивленных вздохов со стороны других студентов, не все из которых успели приняться за готовку. Многие однокурсники все еще судорожно листали учебник, чтобы найти правильные граммовки необходимых компонентов. Вироса-де-Кута легко выполняла поставленную перед ней задачу, успевая при этом поглядывать в сторону других учеников. И ее охватывал тихий ужас от того, с кем ей предстояло провести весь следующих учебный год.

То ли ей просто так “повезло”, что ее однокурсники были плохо образованы, то ли проблема была именно в предмете. Второе показалось юной ведьме более приближенным к правде, ведь за все время, сколько уже длился урок, профессор еще ни разу не удостоил своих подопечных даже взглядом. Что уж говорить о том, что и сами юные маги не торопились обращаться к профессору за помощью или подсказкой, мучаясь с взвешиванием и нарезкой компонентов. “Чудно,” - подумалось Виросе, когда она отправила в зелье иглы дикобраза. - “Первый же урок в новой школе, а уже стоит такая же атмосфера, как на кладбище..”

-Вироса, - послышался еле слышный шепот.

Девушка обернулась на звук, встречаясь с перепуганным взглядом Кассиуса. Юноша стоял у своего рабочего места, держа в обеих руках склянки, а на столе был полнейший хаос из наваленных друг на друга свертков, которые молодой человек успел открыть, рассыпая по столу совершенно ненужные ему для заданного зелья ингредиенты.

-Ты можешь мне помочь? - тем же шепотом взмолился Уоррингтон, щенячьими голубыми глазами смотря на свою новую подругу.

Вироса-де-Кута была не против подсказать и даже подключиться к работе молодого человека, однако она была не уверена, что имела на это права. Она еще ни разу не видела, чтобы кто-то из учеников подходил к другому, чтобы объяснить что-то вместо педагога. Поэтому юная волшебница слегка обернулась на профессора, проверяя, что он все так же увлеченно занят старыми бумагами, вернула взгляд к слизеринцу.

-Разве я могу к тебе подойти? - прошептала она, на что Кассиус печально и обреченно помотал головой. - Тогда, каким образом я могу тебе помочь?

-Скажи только, что нужно добавить для того, чтобы зелье окрасилось в золотой цвет?

У Виросы даже глаза округлились от такого вопроса. Процесс приготовления Эликсира радости заключался в том, что оно очень медленно меняло свой цвет от красного до желтого, при помощи большого количества манипуляций. Однако девушка не успела даже сообразить, с чего бы начать свои объяснения, как со стороны профессора Снейпа послышались подозрительные шорохи. Педагог встал со своего места, отправляясь на променад между рабочими столами студентов. Вироса-де-Кута грустно взглянула на Кассиуса, тот на это лишь поджал губы, отворачиваясь к своему котлу.

Когда Северус Снейп вышагивал рядом со столом Виросы, он мимоходом взглянул на ее рабочее пространство, на котором был идеальный порядок и чистота (девушка использовала очищающее заклинание каждый раз после того, как измельчала или нарезала какой-либо ингредиент), прищурился, бегло осматривая ухоженные руки студентки. В правой ладони юная волшебница продолжала держать палочку, используя ее для работы. “Неужели сейчас запретит пользоваться магией?” - мелькнула шокирующая мысль. Однако этого не последовало. Профессор с неизменным угрюмым лицом проследовал к следующему столу, оставляя работу девушки без комментариев.

Свое зелье Вироса-де-Кута закончила быстрее всех (потому что начала уверенно готовить раньше остальных), давая себе несколько мгновений на отдых. Цвет эликсира получился идеальным, консистенция и запах также полностью соответствовали задумке. Юная ведьма (с помощью магии, разумеется) отправила все склянки по местам, очистила рабочий стол, все ножи, поварешки и разделочные доски, также заставляя предметы вернуться на свои изначальные места. За ее педантичными движениями со своего места наблюдал профессор, слегка скривив губы, оценивая плавность взмахов палочкой.

Когда же остальные студенты (кто-то с горем пополам) справились с заданием, мистер Снейп начал дотошную проверку. Баллы слетали с факультета Гриффиндор с той же скоростью, с которой их выражения лиц из просто недовольных превращались в озлобленно-агрессивные. Тем временем со слизеринской половины студентов профессор баллы не снимал, ругая только словесно. И, наконец, подошла очередь Виросы. Девушка замерла, чувствуя, как пересохло во рту, от острого и внимательного взгляда профессора. Преподаватель подошел ближе, заглядывая в котел с золотистой жидкостью.

-Осторожнее профессор, - послышался знакомый голос.

Вироса, также как и мистер Снейп, обернулась на звук, тут же поняла, что совсем забыла, с кем именно находилась в кабинете. Уизли. Близнецы сложили руки на груди, с наглыми ухмылками смотрели на девушку. Их зелья даже не приобрели нужный цвет, за что оба лишились десяти баллов за раз.

-Хотите, что-то сказать, мистер Уизли? - холодным голосом обратился к одному из близнецов профессор.

-Мы уже догадались, что пятна на волосах нашей новой однокурсницы - результат взрыва какого-то зелья, - хихикнул Фред, кивая в сторону Виросы.

-Поэтому мы лишь беспокоимся, что и вас может не обойти эта участь, - продолжил за брата Джордж.

-Раз вы так обо мне заботитесь, - еще более ледяным голосом ответил им педагог, - прошу ко мне. Любой из вас. Пусть это будет мистер Фред Уизли.

Карие глаза высокого юноши широко распахнулись, а из-зо рта полились какие-то бессмысленные звуки, но под тяжелым взглядом профессора Снейпа рыжий гриффиндорец все таки сделал несколько шагов, останавливаясь недалеко от стола Виросы.

-Мисс Дасадити, прошу, - кивнул Северус Снейп, - угостите вашим эликсиром мистера Уизли.

-Конечно, профессор, - девушка кивнула, взмахивая палочкой.

Маленькая чашечка окунулась в теплую золотую жидкость, наполняясь, а затем отправилась прямо к лицу Фреда. Юноша неуверенно сжал в ладони эликсир, недоверчиво смотря на блестящую поверхность. Моргнул и резко осушил чашку. Пару секунд сохранялась тишина, а потом Уизли расплылся в широкой улыбке, весело сверкнув глазами.

-Двадцать баллов, мисс Дасадити за превосходное зелье, - начал было профессор, резко поднимая указательный палец. - Если! Вы сможете объяснить, зачем добавили мяту, которая не входит в книжный список компонентов.

Вироса на пару мгновений растерялась, пытаясь понять о чем говорит профессор. То есть как не входит в список? Перечная мята обязательный элемент зелья, иначе оно сработает неправильно.

-Если не добавить перечную мяту вначале, эликсир даст не качественный результат, - пожала плечами удивленная вопросом девушка. - Появляются побочные эффекты, такие как пение и дергание окружающих за нос.

Юная ведьма старалась вспомнить, как именно мама объясняла ей эффект плохо приготовленного Эйфорийного эликсира, и это все что пришло на ум, потому что девушка ни разу не готовила это зелье без использования мяты. Профессор сощурил глаза, осматривая студентку с головы до ног. После чего кивнул и молча вернулся на свое место за кафедрой. На этом урок зельеварения был окончен.

А стоило студентам покинуть класс, к Виросе тут же подоспели близнецы, навязчиво улыбаясь и сверкая глазами:

-Так мы были правы? - спросил Джордж.

-На счет чего?

-На счет того, что рядом с тобой взорвался котел с зельем, и твои волосы теперь из-за этого в белую крапинку, - с хохотом проговорил Фред.

-Вы ошиблись, - отрезала Вироса-де-Кута, слегка ускоряя шаг.

К своей однокласснице тут же подоспели Эдриан и Кассиус, загораживая ее от настырных близнецов, которые на ответ новенькой лишь хмыкнули, очевидно тем самым обозначая, что они продолжат поиски ответа на то, что же произошло с волосами Виросы на самом деле.

-Почему они не могут смириться с тем, что это мои натуральные локоны, и я их ничем не красила? - выдохнула девушка, двигаясь по коридору в другой кабинет.

-Они придурки, не обращай внимания, - закатил глаза Пьюси, разминая шею. - А ты молодец, справилась с заданием Снейпа и в первый же день заработала нам двадцать очков!

-Не думала, что у кого-то могут возникнуть проблемы с Эликсиром радости, - пожала плечами юная волшебница, с удовольствием ощущая на себе восхищенные взгляды однокурсников.

Следующим по расписанию стояла Трансфигурация с профессором МакГонагалл. Студенты небольшим красно-зеленым коллективом добрались до кабинета, останавливаясь перед дверью. Перерыва между первым и вторым уроками было достаточно только для того, чтобы дойти из подземелий до класса трансфигурации. Вироса-де-Кута начала было внимательно запоминать коридор, чтобы в будущем просто аппарировать прямо к двери в кабинет. Однако ей пришлось тут же отдернуть себя, вспоминая, что трансгрессия в замке невозможна, да и это было бы слишком рискованно - перемещаться с ее помощью по густо населенной школе.

К закрытой двери подошел один из студентов гриффиндора, уверенно постучав костяшками по деревянной поверхности. Тишина. Молодой человек, которого звали Ли Джордан, потянул дверь на себя, желая войти в кабинет. Однако стоило ему приоткрыть створку, как на него из помещения повалились всевозможные предметы. Юноша отскочил в сторону, натыкаясь спиной на подошедших однокурсников.

-Джордан! Ты чего творишь? - Эдриан Пьюси начал брезгливо отряхивать мантию, делая несколько шагов прочь от однокурсника.

-Да ты сам посмотри, Пьюси! - рыкнул ему в ответ темнокожий юноша, с кудрявыми пышными черными волосами.

А ведь там действительно было на что посмотреть. Из кабинета на каменную кладку коридора выпали книги, глобус, швабра, пара табуретов и даже тяжелый металлический горшочек.

-Мы кабинетом, что ли, ошиблись? Что за хлам? - фыркнула девушка в красной мантии, пиная носком туфли одну из пыльных книг.

-Если тебе на квиддиче в голову прилетел бладжер, Джонсон, то обратись к мадам Помфри в Больничное крыло, пусть проверит, на месте ли твои мозги, - как скороговорку выдал Пьюси, кривя лицо, смотря на высокую темноволосую девушку перед собой.

-Чего сказал? А ну повтори?! - зарычала студентка гриффиндора, напрягая челюсть.

-Вероятно, нужно проверить еще и слух, - фыркнул Кассиус, привлекая внимание бойкой девушки к себе.

-Уоррингтон, это тебе сейчас потребуется срочная медицинская помощь, если не заткнешь свой рот, - брюнетка стрельнула черными глазами в направлении слизеринца.

-Анджелина, остынь, - миролюбиво произнес Ли Джордан, опуская ладонь девушке на плечо. - Мы не перепутали кабинет, просто происходит что-то странное.

Анджелина Джонсон дернула плечом, скидывая с себя чужую руку. Девушка сделала несколько шагов в сторону близнецов Уизли, начиная тихо о чем-то с ними переговариваться. Виросе удалось заметить то, как выражение лица молодой гриффиндорки резко изменилось, стоило ей оказаться рядом с рыжеволосыми братьями. Девушка слегка надула губки, складывая руки на груди, стреляла миленьким взглядом то в одного юношу, то в другого. “Похоже, что бойкая мисс Джонсон с большим трудом различает кто из братьев кто.” - подумалось Виросе, пока она переводила взгляд с шепчущейся троицы на табличку у двери в захламленное помещение: “Класс Трансфигурации”.

Вироса-де-Кута сделала небольшой шаг поближе к хламу, что вывалился к ним под ноги, и внимательно осмотрела предметы. Кажется, что это были самые обычные старые вещи, которые давненько просились на покой. Единственное, на что не поднялась бы рука юной ведьмы - книги. Девушка вытащила палочку, приказывая ближайшей брошюрке взлететь, открываясь у нее перед глазами. Книжонка подчинилась. Ее обложка была какого-то грязного серого цвета, вообще без единой надписи, а листы внутри оказались совершенно пустыми, точно такого же оттенка, как и внешний вид подозрительной книги.

Девушка продолжала держать томик в воздухе, заглядывая в кабинет. Собственно, помещения она не увидела, потому что вход был завален хламом. Тут громоздились каменные статуэтки, стулья странной формы, какие-то пыльного цвета тряпки, перевернутые столы и всякая мелочь, типа пергаментов, которыми были закрыты щели между крупными предметами. Все это выглядело так, словно кто-то отчаянно, торопливо и очень неаккуратно пытался забаррикадировать дверь. Вот только какой в этом смысл, если дверь открывается наружу, а простеньким отталкивающим заклинанием прорваться через груду барахла займет меньше минуты.

Новой студентке слизерина не давала покоя вращающаяся перед ней абсолютно пустая книжонка. Девушка еще раз внимательно осмотрела ее со всех сторон, а затем перевела взгляд на табличку “Класс Трансфигурации”. В голове точно лампочка зажглась, и видимо свет пробился через карии глаза наружу, потому что тут же Вироса услышала голос Фреда Уизли:

-Кажется, наша новая звезда, сияющая белыми пятнами на черном волосяном небосводе, что-то придумала, - на уже надоевшую Виросе шутку тут же среагировала темноволосая гриффиндорка, неприятно захихикав.

-Вироса, есть идеи? - шагнул к ней Эдриан, обязательно при этом кидая в сторону близнецов уничижительный взгляд.

-Возможно ли, что профессор МакГонагалл специально перекрыла проход этими странными, явно трангресфигурированными из чего-то предметами? - предположила девушка, демонстрируя всем свою странную находку. - Это может быть приветствием на первое сентября для студентов?

-Вроде проверки, не все ли мы забыли за каникулы? - быстрее всех словила мысль Паффина.

-Думаю, можно использовать заклинание “Эванеско”, чтобы просто заставить эти предметы исчезнуть, - предложила Вироса-де-Кута, вновь взмахивая палочкой.

Книга, что она крутила перед собой до этого, испарилась в воздухе. Недолго думая, студенты Слизерина взяли в руки свои волшебные палочки, колдуя заклинание. Гриффиндорцы медлили несколько секунд, после чего все же присоединились к работе и дело пошло гораздо быстрее. Наконец, проход был свободен и все студенты смогли беспрепятственно попасть в кабинет.

На противоположной от входа стене висела широкая черная доска, около которой стояла профессор МакГонагалл. Ведьма смотрела на своих подопечных сквозь тонкие очки, обозначив легкую ухмылку на губах.

-Вы справились куда быстрее, чем я ожидала, - произнесла педагог, призывая всех опуститься на свои места.

-У нас появился неожиданно умный леопардовидный студент в этом году, - фыркнул Фред, а Джордж сдерживая смех уверенно закивал.

-Мистер Уизли, будьте добры, следите за выражениями, - приструнила близнецов ведьма. - А вы, мисс Дасадити, большая молодец. Десять баллов Слизерин.

-Благодарю, профессор, - Вироса-де-Кута вежливо склонила голову, опускаясь за парту рядом с юной мисс Винтербир.

Как это было неудивительно, но темой сегодняшнего занятия была массовая трансфигурация. Студенты тренировалась на маленьких горках камушков. Задача состояла в том, чтобы за один взмах палочки превратить всю свою кучку в какие-либо предметы. Вироса подумала, что и это было лишь повторением (она сама проходила эту тему года три назад вместе с мамой на их домашних занятиях), поэтому тут же исполнила приказ профессора, вызывая бурные эмоции у класса.

Как оказалось, это было не повторение. Тема для семикурсников была новой, и изучалась в конце прошлого года лишь в теории. Слизеринцы (кроме Виросы) и Гриффиндорцы весь урок мучались и пыхтели, заставляя несчастную горку камушков обратиться хоть во что-нибудь. Мисс Дасадити выразительно посмотрела на свою кучку разнообразных ракушек, покусывая нижнюю губу. И что вы прикажете теперь ей делать в этой школе?

Неужели крестная настолько ошибалась, когда говорила, что программа обучения в Хогвартсе очень посредственная? Ведь преподавание здесь не просто “так себе”, оно здесь упало на такое дно, что с уровня Виросы его даже не было видно. От нечего делать, девушка несколько минут (с разрешения педагога) помогала своим одногрупникам со своего факультета (потому что львы гордо задирали носы, отказываясь слушать ее советы) применить заклинание верно. Потом же отчаялась, начиная развлекать себя тем, что трансформировала свои ракушки в колечки, а те в серьги, а те в цветные камушки. Однако остановилась в тот момент, когда поймала на себе отчаянный и затравленный взгляд своей соседки по парте. Глаза у Паффины уже были на мокром месте от того, что ей никак не удавалось трансформировать все камушки за один раз. То ни один не поддавался заклинанию, то магия срабатывала лишь на половине горки.

Новую попытку помочь юная мисс Винтербир пресекла сама, упрямо возвращаясь к своим камушкам. Тем временем Вироса-де-Кута от скуки начала вспоминать то, как проходили ее уроки дома с мамой. Почему же она настолько опережала своих сверстников? Может быть все дело было в том, что у нее не было каникул, а уроки распределялись не по часам, а по дням в течении всего года. Или же потому что она была одной единственной ученицей в классе, перед которой лучший учитель - ее мамочка - раскрывала все тайные и подводные камни той или иной темы. А, возможно, дело было всего навсего в ее собственной любознательности, в жажде новых знаний. Вироса взахлеб читала книги, до хрипоты в голосе расспрашивала обо всем на свете у мудрых предков, что взирали на нее своими нарисованными глазами со своих живых портретов. “Ничего не поделаешь, гены!” - хихикала мама, отводя Виросочку от уставшей от нападок маленькой волшебницы картины пра-пра-пра-прабабушки. - “Твой папа был бы очень горд и рад, что ты такая умница. Вся в него!”

Вироса-де-Кута аккуратно скользнула ладонью к карману мантии, в котором лежала колдография отца. Пальцы нащупали плотную бумагу через ткань, и девушка тяжело вздохнула, прикрывая глаза. “Папочка, представляешь, я в Хогвартсе,” - мысленно обратилась девушка, представляя перед глазами ухмыляющееся худое лицо отца. - “Мне крестная рассказала, что и ты здесь учился. В твое время здесь тоже было так скучно, как мне сейчас?” - удивительно, но девушка словно почувствовала ответ на свой мысленный вопрос. Нет, папе точно не было тут скучно. Даже, если он был умнее всех, кто учился вместе с ним, он точно находил, чем себя занять. Да хоть изучить замок, выясняя все его тайны.

Вироса-де-Кута резко распахнула глаза, пораженная последними мыслями. С чего бы ей знать, как именно вел себя отец в школе? И откуда такая уверенность, что он не сидел целыми днями в библиотеке или не тренировался в магии в каком-нибудь дуэльном клубе? Откуда такая четкая идея о том, что папа исследовал Хогвартс, залезая своим тонким носом в каждую щель?

Девушка повела плечами, сбрасывая с себя паутинку странных мыслей и идей. Неужели она настолько отчаялась, после потери матери, что решила отвечать на свои же вопросы вместо молчаливой колдографии папы?

Кабинет трансфигурации вдруг начал казаться очень тесным, а воздух в миг стал сухим и слишком горячим. Захотелось выйти. Хотелось прямо сейчас сорваться с места и рвануть на улицу, на ходу оборачиваясь бурой лисицей. Шмыгнуть в Запретный Лес и носиться там, выбиваясь из сил. Пока в голове не проясниться, пока жалость к себе и тоска по родителям не отступит. Наверное, ей пришлось бы бегать всю оставшуюся жизнь, навсегда оставаясь в своей анимагической форме.

Остаток дня прошел словно в тумане. Хорошо хоть, что в первый учебный день было всего два урока, обед, а потом свободное время. Паффина уговорила свою новую подругу прогуляться с ней по замку. Однако Вироса-де-Кута скорее просто бродила рядом, растерянным взглядом рассматривала проходящих мимо людей, картины на стенах и редко встречающихся профессоров, при виде которых юная ведьма инстинктивно опускала голову, вежливо приветствуя преподавателей небольшим реверансом.

Леди Винтербир поначалу лишь удивленно смотрела на мисс Дасадити, однако очень быстро переняла поведение своей однокурсницы, начиная копировать ее движения. От чего теперь профессора начинали странно поглядывать на двух студенток (если действия Виросы списывали на ее воспитание и незнание местных порядков, то вот мисс Винтербир просто удивляла с детства знакомых людей).

Глава 9 Слизеринская змеюка!

Перед сном Вироса-де-Кута сидела на своей кровати, держа в руках колдографию отца. Девушка легонько гладила плотную бумагу пальцами, рассматривала уже выученное наизусть лицо папы. Ей было жаль, что мама не стояла рядом с ним, потому что сейчас девушка очень хотела увидеть и ее тоже. Вироса опустилась на подушку, не выпуская колдографию из ладони. Она чувствовала, как в уголках глаз скапливаются слезы, а в носу закололо. Какой бы невероятной, умной и умелой волшебницей она не была, Виросочка продолжала оставаться дочкой своих родителей. А точнее уже без них.

Мама погибла, оставляя после себя огромную зияющую пустоту в душе юной ведьмочки. А отец.. “Ты же жив, папочка! Мама мне точно дала понять, что ты где-то в этом мире,”- мысленно обращалась к колдографии Вироса-де-Кута, нежно поглаживая пальцами бумагу. “Помоги мне найти тебя. Совсем немного помоги! Дай лишь намек, а я разберусь со всем сама! Ты же знаешь, какая я сообразительная!” - соленые обжигающие слезы все таки сорвались из глаз, убегая по щекам на подушку. Виросочка прижала небольшую колдографию к груди, прикрывая веки.

Юная волшебница не заметила, как провалилась в удивительный и красочный сон. Ей чудилось, что она стоит у подножья высокой горы, а вокруг летний лес. Птицы громко перекрикивались, перелетая с ветки на ветку, а легкий ветерок обволакивал лицо, чуть шевеля распущенные длинные локоны. Пахло свежей травой и легкими ароматами ярких растений, которые, словно цветное покрывало, стелились под ногами девушки. Вироса-де-Кута наслаждалась обстановкой этого чудного места, пока в голове елозил подозрительный червячок. Юная ведьма словно уже видела эту местность, все было таким знакомым и родным, но в тоже время совершенно новым. Она повернулась вокруг своей оси, раскидывая руки в стороны, ловя пальцами теплый воздух. Пока перед глазами хороводом кружилась листва и зелень, к нежным краскам прибавился еще один оттенок.

Девушка замерла, вглядываясь в чащу. Чья-то фигура мирно стояла вдалеке, спокойно наблюдая за веселящейся Виросой. Юная волшебница напряглась, рефлекторно опуская правую руку на пояс. Волшебной палочки-то нет! Откуда бы ей взяться во сне! И стоило молодой ведьме это осознать, как сон начал темнеть, будто на местность, что окружала Виросу, плавно начал опускаться вечер. Девушка внимательнее осмотрела замершую темную фигуру. Кто бы это не был, он не спешил нападать или прятаться за стволами деревьев, спокойно ожидая, когда волшебница сама решиться приблизиться.

Под босыми стопами мялась трава, а ветер, что гладил лицо, вдруг усилил свой натиск, мешая девушке продвигаться в глубь леса. Вироса-де-Кута не сводила пристального взгляда с человека, который, как оказалось, стоял к ней спиной. Она плавно и бесшумно приближалась, рассматривая высокую широкоплечую фигуру. У гостя в ее сне были темные густые волосы, а облачен он был в плотную мужскую мантию. Еще шаг, и уже можно было окликнуть этого человека, оставаясь на безопасной дистанции. Вироса-де-Кута разомкнула губы, чтобы вежливо позвать мужчину, только она не успела издать и звука. Воздух резко стал шипастым комом в горле. Человек медленно обернулся, складывая руки на груди. На его губах растянулась такая до боли знакомая ухмылка, а темные карие глаза сверкнули любопытством. Юная волшебница замерла, а на ее побледневшем в миг лице отразилось выражение глубочайшего удивления и смятения.

-П..папа? - дрожащим голосом произнесла она, рассматривая своего молодого отца - точной его копии с колдографии. На нем даже мантия была того же цвета.

Он ничего не ответил, продолжая молча и внимательно смотреть на юную девушку теплым выжидающим взглядом. Вироса-де-Кута сделала еще один крохотный шаг вперед, уже гораздо увереннее повторяя:

-Папа! - отец чуть наклонил голову, не убирая мягкой ухмылки с лица, словно таким способом давая девушке понять, что она может подойти ближе.

Отец никогда раньше ей не снился. Еще ни разу он не появлялся в такой от нее близости, что она могла всего за несколько шагов преодолеть разделяющее их расстояние и, наконец-то, пусть даже только во сне, но обнять своего родителя. Слезы счастья подобрались слишком близко, туманя взгляд. Вироса быстро смахнула их, чтобы не смели мешать ей рассматривать, впитывать в себя такой живой образ папочки, который впервые откликнулся на ее зов и появился в ее голове.

***

-Давай сюда, - шепнул Джордж, кивая в сторону ближайшего закутка.

Близнецы выбрались из своих постелей совсем поздней ночью, удостоверившись, что все в башне Гриффиндора сладко спят в своих постелях. Братьям не терпелось проверить новое изобретение. Все было готово еще перед самым отъездом в Хогвартс, сейчас же оставалось только установить ловушку в одном из коридоров замка.

План был такой: быстро добраться до первого этажа, натянуть приспособу в арке, через которую чаще всего ходят студенты, не попасть на глаза ни одному из многочисленных привидений замка, бесшумно прошмыгнуть мимо храпящих во сне картин, не напороться на смотрителя Филча и/или его кошку миссис Норрис, безопасно вернуться в башню Гриффиндора, а завтра утром вернуться на место преступления и наблюдать за эффектом.

Фред улыбнулся, уверенно кивая брату, крадущимися движениями добрался до закутка, заглянул в следующих переход, проверяя его на наличие незваных гостей - никого. Рыжий юноша кивнул, первым отправляясь по сумрачному проходу. Брат бесшумно ступал следом, следя за их тылом. На удивление, пока им очень даже везло. Все таки хорошая идея - провернуть шалость в самом начале года, когда еще все только приехали, педагоги и сами отходят от каникул, приведения акцентируют свое внимание только на первокурсниках, а картины, отвыкшие за каникулы от шума, быстро устали сразу после первых учебных дней.

Единственной проблемой мог стать смотритель Филч, который вечно был в мрачном настроении и, словно озлобленный на весь мир, ходил по замку подобно грозовой туче, которая только и ждет, чтобы жахнуть кого-нибудь молнией. И самые ярые претенденты на роль обугленных уголков - близнецы Уизли, за которыми Филч охотился с особым рвением. Эта игра в кошки-мышки длилась все года, сколько братья учились в Хогвартсе, и превратилась уже в забавное подобие соревнования между братьями и завхозом с его кошкой.

Фред мягкой поступью подобрался к последнему рубежу - каменной стене, за углом которой начинался нужный им коридор. Юноша присел на корточки, аккуратно выглядывая из своего укрытия. Стояла приятная тишина, нарушаемая лишь сопением живых картин. Джордж опустился рядом, внимательно оглядываясь по сторонам - никого. Близнецы уже готовы были двинуться к своей цели, как вдруг, в противоположном конце небольшого коридора появилась хрупкая фигурка. Юноши замерли, задерживая дыхание.

К ним медленно приближалась девушка в легком ночном платье, бесшумно и мягко ступая по полу босыми ногами. Из высоких окон на юную фигуру лился чистый лунный свет, окутывая ее со всех сторон, превращая в нечто потустороннее и невероятно прекрасное. Красивое бледное лицо слегка отражало серебряный свет луны, создавая впечатление, что сама кожа девушки излучает легкое сияние. А волосы, которые было так непривычно видеть распущенными, мягкими немного волнистыми темными локонами, словно зачарованный водопад падали на ее плечи, слегка прикрывая грудь. И именно сейчас, эти самые волосы, что не давали Фреду покоя, заиграли совершенно новыми красками. Белоснежные пятна, разбросанные точками по каштановым локонам, сияли, будто звезды на ночном небе, будто девушка несла на себе новую галактику, с миллиардами ярких небесных тел.

Фред не мог оторвать взгляда от стройной фигуры, что медленно плыла по коридору с закрытыми глазами. Вироса-де-Кута будто силой заставляла на нее смотреть, не предоставляя возможности отвести глаз. Юноша шумно втянул воздух носом, чувствуя, как тело начинает дубеть от неудобной позы. Брат что-то шепнул, но смысл короткой фразы не торопился проявляться в затуманенном красотой сознании. Прекрасная босая леди тем временем приближалась, и Фред смог различить легкую улыбку на ее нежных губах. Кому же девушка так ласково улыбается? А самое главное, куда она так уверенно идет посреди ночи, явно движимая своим сном.

-Может ее разбудить? - наконец прорезался голос Джорджа, когда Вироса была уже совсем близко. - Она, похоже, в каком-то трансе..

Юная волшебница прошествовала мимо притаившихся близнецов, направляясь в переход, из которого и сами близнецы недавно вышли. Фред не мог решиться на то, чтобы перехватить сказочную нимфу, проплывающую перед его глазами, словно сон. А возможность остановить Виросу стремительно теряла шанс на осуществление. Пока близнецы пораженно следили за девушкой, не зная, что и делать, она скрылась за поворотом, оставляя братьев в одиночестве.

-Ладно, проблема сама себя исчерпала, - шепнул Джордж.

Фред заторможено кивнул, продолжая пялиться туда, где только что была Вироса-де-Кута.

-Продолжаем? - неуверенно поинтересовался Джордж, приподнимая бровь и вопросительно глядя на брата.

-Конечно, - тихо отозвался Фред, намереваясь осуществить задуманное.

***

Утро началось с тонкого писка в голове. Ощущения, словно мозг хорошенько взболтали, пропуская при этом через острые лезвия. Вироса-де-Кута медленно открыла глаза, приходя в себя. Воскресенье началось также, как и закончилась суббота - в спальне для девочек-слизеринок. На соседней кровати мирно посапывала Паффина, которая сжалась в клубочек на простынях, крепко прижимая к себе пушистое одеяло.

Вироса приподнялась на локтях, осматривая комнату. Ей снился такой приятный сон, подробности которого, как и подобает хорошим снам, быстро стирались из головы. Девушка силилась удержать ускользающие видения, вспоминая лишь то, что она впервые за все свои семнадцать лет видела во сне отца. Юная волшебница повернула голову в сторону своей прикроватной тумбочки, цепляясь взглядом за старенькую колдографию. И когда она успела ее туда положить? Вироса пожала плечами, решив, что убрала колдо отца перед самым моментом засыпания.

Юная леди поднялась на ноги и отправилась в ванную комнату, заниматься утренними процедурами. Освежившись и приведя себя в порядок, девушка заплела густые волосы в незатейливую прическу на голове, придавая себе более элегантный и опрятный вид. Выходя из ванной, Вироса столкнулась с Паффиной, что сонно моргнула ей вместо приветствия.

Дождавшись, когда подруга также подготовиться к выходу, обе юные леди отправились на завтрак в Большой Зал. Далеко не все студенты предпочитали подниматься также рано в свой первый выходной, поэтому замок был достаточно безлюдным, а за длинными обеденными столами сидели всего несколько представителей от каждого факультета. Стоило Виросе и Паффине приступить к завтраку, который появился перед девушками, стоило им только грациозно опуститься на лавку, в зал шумными ураганами влетели двое девушек одетые в мантии Пуффендуя. Парочка так громко и отчаянно ругались, что Вироса-де-Кута не сразу заметила высоких близнецов Уизли, которые почти вприпрыжку следовали за пуффендуйками.

-Два идиота - вот вы кто! - выкрикнула одна из девушек, размахивая руками в стороны. - Это же нужно было до такого додуматься! Растяжка посреди коридора!

-А если бы мы пострадали! - вторила подруге вторая студентка. - Вы своими приколами скоро сведете кого-нибудь в могилу!

-Да ладно вам визжать, - широко улыбаясь, говорил счастливый Джордж.

-Парочка взрывных хлопушек поутру еще никому не повредила, - продолжил за брата довольный Фред.

Пуффендуйки продолжали истерить, поливая рыжих гриффиндорцев самыми последними словами. Близнецы же выслушивали крики девушек с самодовольными ухмылками, уверенно кивали и хитро переглядывались между собой.

-Что могло произойти? - обратилась Вироса-де-Кута к Паффине.

-Не удивляйся, - слизеринка пожала плечами, возвращаясь к завтраку, - эти двое вечно что-нибудь устраивают. Экспериментируют со всякими взрывоопасными штуками, чтобы позабавиться.

-Они подвергают угрозе других учеников ради.. забавы? - удивилась Вироса, округляя глаза.

-Они, как и все гриффы, вообще не думают ни о чьей безопасности. Вечно втягивают других в свои проблемы, - фыркнула Паффина, слегка закатив глазки. - Знаешь, как у нас говорят: слабоумие и отвага - вот настоящий девиз гриффиндора.

Вироса-де-Кута почему-то тут же согласно кивнула. Умом красно-золотые еще ни разу перед ней не блеснули, а уж безрассудной отваги (судя потому, что она узнала об известном студенте гриффиндора - Гарри Поттере) им не занимать. В случае с близнецами, девушка вообще отказывалась применять к ним хоть какие-то положительные слова. Пока они доставляли только неудобства и вырабатывали в ней жгучее желание шмальнуть парой проклятий с рыжие головы.

Леди, закончив завтрак, двинулись к выходу из Большого Зала, рассуждая о том, чем можно заняться в свой первый выходной. Вдруг из-за Гриффиндорского стола поднялся один студент, делая уверенные широкие шаги по направлению к девушкам. Стоило Виросе осознать, кто именно так спешит с ними пообщаться, глаза стремительно устремились вверх. Сдерживая порыв отвернуться и продолжить заданное ранее движение, Вироса-де-Кута остановилась, с вежливой улыбкой наблюдала за подходящим Фредом Уизли.

-Доброе утро, дамы! - шутливо поклонился юноша.

-Не могла представить, что вы с братом умеете ходить по отдельности, - тут же остро стрельнула Паффина, изгибая губы в ухмылке.

-На ваше счастье, мы многое делаем по отдельности, - продолжал веселиться Фред, игриво строя глазки.

-Чего хотел, Уизли? - оборвала его слизеринка, сжимая челюсти.

Пока молодые люди обменивались любезностями, Вироса скользнула взглядом по другим студентам. Большинство из тех, кто сонно жевал свои блюда, оживились, переводя взгляды на троицу в дверях. Многие начали шептаться, а в глазах учеников сверкнула жажда зрелищ. Похоже, если Гриффиндор и Слизерин хоть когда-то начинали беседу, это обязательно заканчивалось разборками на потеху всем окружающим. Однако не все взгляды были полны лишь любопытства, одна пара темно-карих глаз смотрела на происходящее с особой внимательностью. За столом львов угрюмо сидела Ли Джордан, что буквально прожигала взглядом Виросу, того и гляди, черная мантия со змеиным значком сейчас вспыхнет.

-Да я так, - загадочно улыбнулся Фред, переводя внимательный взгляд на Виросу, - хотел поинтересоваться, как спалось на новом месте.

Девушка внимательно оглядела странное выражение лица молодого человека, который смотрел так, словно знал какую-то забавную тайну про свою новую однокурсницу. Он смотрел только в глаза, будто специально запрещал себе рассматривать Виросу.

-Благодарю за заботу, - юная ведьма легонько поклонилась, от чего на мгновение разорвала зрительный контакт, замечая, как юноша нервно сжимает пальцами ткань своей мантии. - Я замечательно выспалась, даже видела приятный сон.

-Вот как, - хмыкнул Фред, продолжая всматриваться в карие глаза девушки. - Что снилось? Говорят, что в Хогвартсе все сны вещие.

-Не неси чушь, Уизли, - перебила его Паффина. - Это неправда.

-Тогда, что на счет того, что некоторые сны заставляют волшебников разгуливать по замку после отбоя? - не унимался молодой человек, продолжая следить за лицом Виросы.

-С таким я здесь еще не успела столкнуться, - медленно ответила девушка, удивленная вопросом.

Фред сощурился, чуть хмуря брови. Он несколько секунд раздумывал над тем, что еще может сказать, словно изо всех сил пытался вывести новенькую на чистую воду. Только вот в ее глазах не мелькнуло даже намека на то, что она хоть что-нибудь помнит о том, как бродила по коридорам ночного Хогвартса. Вироса-де-Кута, если бы это случалось постоянно, точно была бы в курсе своей особенности, однако девушка явно раньше не страдала так называемым маггловским лунатизмом. Юноша прикусил щеку изнутри, принимая для себя новые обстоятельства. Похоже, и в этом году скучно совсем не будет, ведь он, как минимум, нашел новый объект для наблюдения.

-Игра началась.

Тихо произнес Фред, рассчитывая, что Вироса не услышит его слов, вот только у юной волшебницы со слухом проблем не было, и она чуть вскинула брови, удивляясь его фразе.

-Какая игра?

-Кто из нас быстрее разгадает загадку, - подмигнув, сказал Уизли, быстро разворачиваясь и направляясь обратно за длинный стол.

-И что это было? - юная волшебница пораженно хлопнула глазами.

-Не бери в голову, - махнула ладошкой Паффина, беря подругу под руку, потащила ее на выход из Большого Зала. - Эти рыжие вечно что-то несуразное болтают. Забудь.

Однако забывать о словах молодого волшебника Вироса-де-Куда не собиралась. Юноша четко дал понять, что знает что-то такое о прошлой ночи. Спросил про сон, в котором, между прочим, юная ведьма впервые встретила отца. Да и в конце, словно вишенку на торт, обозначил какую-то загадку. Проблемой было то, что он хотя бы знал, какую тайну нужно разгадать, Виросе же этой информации не досталось.

Все воскресенье семикурсницы провели прогуливаясь по замку. Леди Винтербир подробно рассказывала и показывала своей новой подруге школу, объясняя что и где находится. В обязательном порядке девушки заглянули в библиотеку, задерживаясь там на несколько часов, которые пролетели за изучением представленной ученикам литературы. К сожалению, Виросе так и не попалось ничего того, что могло бы заинтересовать темную колдунью, но Паффина намекнула, что можно постараться получить доступ в некую Запретную Секцию, в которой хранилось много книг по черной магии. Это не могло не радовать, оставалось только найти профессора, который подписал бы нужные разрешения для Виросы, а для этого необходимо было придумать внятный и обоснованный учебным планом повод.

Новая учебная неделя началась с урока профессора Флитвика - Чары. Студенты собрались в классе, рассаживаясь на места за два длинных ряда парт, что стояли друг напротив друга. По правую руку от преподавателя полу гоблина, что стоял у высоких окон, опустились слизеринцы, по левую же - гриффиндорцы. Занятие протекало медленно и все еще сонные студенты, с трудом воспринимали информацию, что радостным и бодрым голосом пытался донести до них профессор.

Вироса-де-Кута слушала требования к седьмому курсу вполуха, потому что сама была сосредоточена совершенно на другой, никак не относящейся к Чарам, теме. Сегодня ей снова приснился отец. В этот раз она не стала тратить времени на то, чтобы насладиться красотой окружавщей ее природы. Девушка сразу отыскала глазами высокую фигуру папы, который, как и в прошлый раз, стоял вдалеке, спиной к ней. А когда Вироса начала приближаться, он также, как на колдографии обернулся, ухмыляясь своей теплой улыбочкой. Но как и в первый раз, юная волшебница не могла вспомнить, удалось ли ей дойти до папы. Утром ее вновь ждала легкая головная боль, а на прикроватной тумбочке, лежала шершавая карточка с движущимся изображением отца.

Возможно, Фред все таки был прав, и Хогвартс каким-то образом влиял на сны своей новой студентки, заставляя ее проваливаться уже во второй раз в одно и тоже место, к одному и тому же человеку. Другого объяснения Вироса-де-Кута пока найти не могла. Какова вероятность, что замок обладает собственным сознанием, памятью, а своей древней магией может влиять на подсознания волшебников, находящихся в его пределах? Что, если школа узнала в новой студентке дочь того, кто когда-то здесь учился? Вдруг, замок каким-то образом почувствовал отчаянное желание девушки встретиться со своим отцом и таким необычным образом помогает ей достигнуть желаемого? Все чудесатее и чудесатее..

Из своих размышлений Вироса-де-Кута смогла вынырнуть, тогда когда услышала высокий слащавый голос нового преподавателя Хогвартса по Защите от Темных Искусств. В классе профессора Амбридж (дама и сегодня была во всем розовом с головы до ног) стояла напряженная тишина, которую, словно нож масло, разрезал ее неприятный слуху голос:

-Дорогие мои юные друзья! - лепетала профессор фальшиво улыбаясь. - Я так рада приветствовать всех вас в новом учебном году! Давайте будем дружно стараться, чтобы наша совместная работа была продуктивной и плодотворной!

Многие из студентов смотрели на преподавателя с легкой ироничной улыбкой, другие же и вовсе переглядывались между собой, посылая многозначительные взгляды. Это был первый урок, когда противоборствующие факультеты не швыряли друг в друга злобные ухмылки, теперь львы и змеи кивали друг другу, отмечая странности “розовой дамы”. В этот момент студенты разных факультетов превратились в обычных подростков, которые были знакомы уже много лет, свыклись с особенностями и странностями каждого присутствующего в кабинете, но вот профессор явно выбивалась из привычного хода их жизни. Поэтому позабыв о вражде на несколько минут, даже Эдриан Пьюси дернул бровью, посылая забавный взгляд Ли Джордану, который ответил однокурснику едва заметным кивком, еле сдерживая смешок.

-И так, вот ваши новые учебники, которые утвердило Министерство Магии, - Долорес Амбридж взмахнула палочкой, заставляя книги, что лежали на ее столе, проследовать к студентам.

“Теория защитной магии” Уилберта Склинхарда - небольшая книга с легким хлопком опустилась рядом с Виросой. Девушка пару раз сильно зажмурилась, чтобы проверить, точно ли ей это не снится. Но когда учебник так и не испарился, юная ведьма неуверенно и с очень круглыми от шока глазами открыла первую страницу содержания:

Глава 1. «Основы для начинающих»……………………………………………………...стр 5

Глава 2. «Общие теории защиты и их происхождение»…………………………….стр 19

Глава 3. «Основания для не агрессивного ответа на магическое нападение»...стр 34

-Прошу прощения, профессор, - подняла руку гриффиндорка Анджелина Джонсон, ухмыляясь. - Вы случайно не перепутали учебники? Это теоретические основы для.. хоть и написано для пятого курса.. но я бы сказала, что даже второму курсу будет известно все, что здесь написано.

-Да, профессор, - тут же поддержал подругу Ли Джордан. - Мы же студенты седьмого курса..

-О чем вы говорите, дорогие мои! - Долорес Амбридж осмотрела всех учеников по порядку. - Это именно то, что вам сейчас необходимо! Зачем вам изучать темные проклятия на практике? Достаточно будет лишь теории и общих знаний!

“Вот тебе и школа волшебства и чародейства..” - подумалось Виросе, пока она проверяла плотно ли закрыт ее рот. - “Образовательная программа здесь и так трещит по швам, выпуская никаких не магов, а лишь жалкое подобие! А теперь еще и это!”

Внутри все буквально бурлило от негодования и злости на отвратительную ситуацию, в которую Вироса-де-Кута умудрилась влипнуть! Ее самая большая страсть - темные искусства, мало того, что здесь вообще не преподавались как отдельный предмет, а были заменены на жалкую Защиту от них. Так даже этот предмет умудрились испоганить! Девушка начала дышать немного громче, и порядком участившееся сердцебиение стало отдавать набатом в тяжелой голове. “Куда ты меня отправила, Тенеба!?” - взвыла про себя Вироса, обещая сегодня же вечером отправить крестной сову с вежливым (или не очень) вопросом о том, как мисс Навелюкс представляет себе образование в Хогвартсе.

-А теперь, дорогие мои, - вновь подала голос профессор, - достаем чистые пергаменты, перья и чернила и приступаем к оформлению конспектов по первой главе.

Зубы скрипнули, а по классу этот звук раздался эхом. Абсолютно у всех студентов было идентичное выражение лиц - злоба, раздражение и разочарование. Лишь у близнецов Уизли моментально к прочим чувствам добавилось еще одно - жажда напакостить. Однако никто не решился возражать, послушно открывая книгу и принимаясь за дело. Вироса-де-Кута покрепче сжала в руке волшебную палочку, чуть резче обычного двигая кистью. Учебник раскрылся на первой главе, перо мягко опустилось в чернильницу и вернулось к пока что чистому пергаменту. Девушка начала про себя читать, легонько двигая древком, что заставляло кончик пера коснуться шершавой бумаги, для того чтобы начать самое бесполезное занятие в мире - переписывание предложений учебника.

-Что это вы делаете, мисс..-совсем близко от Виросы раздался (ставший уже совсем неприятным слуху) слащавый высокий голос профессора.

Юная волшебница оторвала взгляд от учебника. Рядом с ее партой стояла Долорес Амбридж, которая выразительно приподняла брови, вглядываясь своими бледными рыбьими глазами в лицо своей подопечной.

-Дасадити, Вироса-де-Кута Дасадити, профессор, - чуть кивнула Вироса, представляясь учителю.

-И чем же вы так заняты, мисс Дасадити? - повторила свой вопрос розовая дама.

-Выполню ваше задание, профессор, - девушка взглядом указала на раскрытый учебник и перо, что неторопливо выводило прописные буквы. - Конспектирую первую главу.

-Вы должны делать это самостоятельно, мисс Дасадити. Без. Помощи. Магии. Она вам тут ни к чему, - словно разъяренная гадюка, прошипела профессор. - Берите перо в руку и пишите.

-Хорошо, профессор..-только и смогла выдавить из себя юная ведьма, приказывая перу остановить свою работу.

-Вот и славно, - сладким голосом пропела профессор Амбридж. - Ведь совсем нетрудно, правда? Волшебные палочки убираем.

“Никакой магии, никаких волшебных палочек, никакого обучения. И все это в школе чародейства!” - кричал внутренний голос Виросы, пока она медленно возвращала палочку в поясную кобуру. - “Я что, магла какая-то, чтобы писать самостоятельно?!”

Никогда ранее ей не приходилось так сильно злиться и пыхтеть. Что же будет дальше? Чистокровных волшебников заставят чистить и штопать свою одежду руками, при помощи игл и нитей? Все естество Виросы протестовало, сопротивлялось и визжало от всего идиотизма, что происходил сейчас вокруг.

Полтора часа мучений закончились, и студенты буквально вылетели из кабинета, чтобы поскорее оказаться подальше от нового профессора и ее странностей. Львы и змеи направлялись в сторону Большого Зала на обед, держась неожиданно близко друг к другу. Стоило побывать всего на одном занятии профессора Амбридж, как Слизерин и Гриффиндор вмиг нашли общие темы для разговора.

-Что за это было за представление такое!? - первой взорвалась Анджелина Джонсон, ударяя руками себя по бокам.

-Министерство считает, что им больше не нужны авроры? - сквозь зубы выдавил Кассиус Уоррингтон.

-Кстати, да, - поддержала его Алисия Спиннет, темнокожая низкая девочка, слишком резко поправляя свою красно-золотую мантию. - Разве те, кто собирается поступать в Аврорат не должны хорошо разбираться в темной магии, иначе как мы сдадим экзамен на эту должность?

-И что нам теперь делать? - пролепетала Паффина Винтербир. - Я хоть и не собиралась становиться мракоборцем, но мне нравится ЗОТИ, я хотела сдавать по нему ЖАБА.

-С такой подготовкой, “Превосходно” тебе точно не светит, - рыкнул Ли Джордан, угрюмо смотря себе под ноги. - Никому из нас не светит.

-Мы, что так и будем весь год этот бесполезный учебник переписывать? - резко произнес обычно миролюбивый Паффиан Винтербир.

-А я сразу сказал, что мы с этой дамочкой не подружимся, - фыркнул Джордж Уизли.

-Уж лучше бы опять лже-Грюм нам преподавал, чем эта.. розовая ведьма, - проскрипел Эдриан Пьюси, на что несколько сокурсников согласно закивали.

-Как бы нам избавиться от нашей новой преподавательницы? - задумчиво произнес Фред Уизли, прикидывая, как заставить профессора попросту сбежать из школы.

-Начать с того, что она всего на всего проспит весь урок, а мы потом расскажем директору всю правду о непрофессиональном поведении нового учителя, - тихо произнесла Вироса-де-Кута Дасадити, складывая руки на груди.

-Вот это да! - ее все таки услышал Фред, весело заулыбавшись. - Наша новенькая змейка, оказывается, еще и кровожаденькая?

-Только в тех случаях, когда кто-то стоит между мной и темными искусствами, - выдала Вироса, оправляя юноше хитрую ухмылку и для пущей картины опасно прищурила глазки.

-Это не я, - молодой волшебник тут же поднял руки в знак капитуляции, кивая себе за спину, - это была розовая дама, помнишь? Не направляй на меня свой гнев, о Великая и Ужасная! - он шутливо несколько раз поклонился, вызывая легкий смех Виросы.

Девушка прикрыла рот ладошкой, отворачиваясь от рыжеволосого юноши. На душе тут же стало гораздо легче, а в голове значительно медленнее начали всплывать все известные молодой ведьме отравы, которые она умела варить. Приятно было осознавать, что факультетская вражда - всего лишь условность, для чего-то навязанная молодым волшебникам. Они же могли всегда вот так спокойно общаться между собой, не приплетая сюда свои знамена и флаги. Так почему же беседа получилась только когда появился общий враг мешающий сразу всем? Вироса-де-Кута обдумывала этот момент, не замечая, как стала объектом для досконального изучения.

***

Анджелина Джонсон сверкающими черными глазками следила за тем, как губы новенькой растягиваются в легкой улыбке после шутки Фреда. Гриффиндорка метала молнии, электризуя воздух. Ее буквально потряхивало от того, что Фред начал уделять этой девчонке со Слизерина слишком много внимания. То постарается как-то зацепить, то незатейливо пошутит, то подолгу смотрит, изучая. Юноша всячески пытался привлечь к себе внимание их новой звезды с нелепыми волосами. И как же это злило!

В прошлом году ведь у них почти получилось быть вместе. Разговоры, совместные прогулки, бал на Турнире Трех Волшебников, посиделки в гостиной по вечерам. А потом случилось это недоразумение - Анджелина перепутала близнецов. К ней всегда подходил Фред, сам приглашал вместе позаниматься домашними занятиями, заговаривал с ней только он (Джордж во время общих сборов не обращался к близкой подруге своего брата), поэтому девушка и начала с легкостью их отличать - Фред тот, кто рядом с ней, а Джордж - который с ней даже не разговаривает. А потом случился конец года. Чертов конец года, который все испортил.

Близнецы сидели в гостиной Гриффиндора весело о чем-то болтая, когда Джонсон захотелось обсудить с Фредом их планы на лето. Она ведь не думала, что ей придется утруждать себя тем, чтобы досконально изучить лица братьев, дабы их не перепутать! Тем более, Уизли часто носили разные предметы одежды со своими инициалами, что точно вытеснило любую возможность ошибиться. Точнее, почти любую.

“Фред, можно тебя на пару слов?” - пропела Джонсон, отходя к камину. Юноша тут же поднялся, с приятной улыбкой подходя ближе: “Что такое?”. “Я лишь хотела спросить у тебя, чем ты будешь занят летом?” - девушка игриво провела указательным пальчиком по его мантии на груди. “Мы с братом планируем заняться разработкой новых конфет, которые заставят того, что их съест моментально превратиться в лед!” - молодой волшебник мечтательно улыбнулся, с чувством рассказывая о задумке. “А мы с тобой встретимся на каникулах?” - Анджелина придала глазкам как можно более нежный взгляд, чуть ближе подаваясь к юноше. “Ты уверена, что хочешь со мной увидеться?” - с небольшим прищуром спросил волшебник, наклоняясь к девушке. “Конечно же, я уверена, что хочу с тобой увидеться!” - тут же выпалила Джонсон, чуть прогибаясь в спине.

В этот момент то все и рухнуло. “Как мы и думали..”- ласково прошептал Уизли, делая широкий шаг прочь от девушки, - “Ты в нас разницы вообще не видишь. Фред вон сидит, а я Джордж.” Анджелина перевела взгляд на второго близнеца, что остался ждать брата на диване. Фред следил за развернувшейся сценой с кривой ухмылкой, всем своим видом давая понять, как он не удивлен увиденным. Занавес.

Как бы девушка не старалась извиниться, но Фред ее и слушать не стал. Лишь смеялся, постоянно спрашивая, уверена ли она, что сейчас говорит именно с Фредом, а не с Джорджем.

Даже сейчас, когда братья идут рядом друг с другом по коридору она могла отличить их только по внешнему виду. Джордж надел джемпер и чуть ослабил красно-золотой галстук, в то время, как Фред был только в белой рубашке, а галстук свисал по разным сторонам от шеи двумя атласными ленточками.

Анджелина бросила раздраженный собственными переживаниями взгляд на Виросу, все еще видя, как нелепо та улыбается, посылая Фреду теплый взгляд. Интересно, эта новенькая хоть понимает с кем именно из близнецов она сейчас кокетничает? Слизеринская змеюка! Пусть возвращается туда, откуда приехала и не мешает ей - Анджелине Джонсон - заново выстраивать романтические отношения с милым и веселым Фредом Уизли!

Глава 10 Принесла нелегкая

После обеда у седьмого курса в расписании стояла История магии с профессором Катбертом Бинсом. Вироса-де-Кута была сильно удивлена, когда преподаватель вплыл в кабинет сквозь каменную стену. Профессор Бинс был привидением, которое стало несменным учителем Истории в школе. Первая мысль девушки заключалась в том, что ей повезло узнать исторические факты из уст того, кто многие из событий прошлого видел своими глазами. А следом за мыслью вопрос - почему все однокурсники устраиваются на партах поудобнее, приступая к после обеденному сну?

Ответ Вироса получила как только призрак начал свой монотонный рассказ на тему: Формирование, задачи и роль Министерства Магии. Мало того, что голос профессора был буквально потусторонним (звучал с небольшим эхом и не имел внятной интонации), так еще и преподаватель не желал делать над собой усилие, хотя бы для того, чтобы студентам было понятно когда заканчивается одно, и где начинается следующее предложение.

Вироса-де-Кута стойко держалась добрую половину урока, изо всех сил стремясь разобрать речь профессора Бинса. Однако даже юную леди начало накрывать сонной волной, поэтому, чтобы окончательно не свалиться на парту следом за остальными, девушка осторожно открыла учебник, листая хрустящие страницы. На глаза попалась довольно интересная тема “Старания и Тщетные старания волшебников мира”. В этой главе в общих чертах описывалось то, как группа колдунов древности желала остановить одну из войн маглов. Маги применяли различные уловки для того, чтобы оставаться в тени, но при этом всеми силами взаимодействовали с простецами, пытаясь их вразумить.

-Моя мама рассказывала, что один из наших предков участвовал в этих бесполезных попытках остановить маглов от их жажды убивать друг друга, - вдруг подала голос Паффина, заглядывая в книгу Виросы. - Когда волшебники совсем отчаялись, они начали применять непростительное заклинание подчинения воли, чтобы заставить лидеров маглов прекратить войну.

-Не думаю, что тогда Империус считался непростительным проклятием, - таким же шепотом ответила Вироса-де-Кута. - Зачем магам вообще было ввязываться в такую бесполезную затею? Маглы же только и делают, что воюют друг с другом.

-Разве в учебнике об этом не сказано? - удивилась леди Винтербир, на что новенькая слизеринка лишь отрицательно покачала головой, еще раз осматривая беглым взглядом текст параграфа. - Как мне объясняла мама, кто-то из магов того времени влюбился в какую-то местную маглу, что была на грани смерти. И этот волшебник применил к ней неизвестное никому заклинание и смог спасти ее, однако сам маг при этом погиб, - Паффина осуждающе покачала головой, цокая языком. - Эта группа волшебников пыталась найти ту самую маглу, чтобы разобраться в том, что произошло на самом деле. Однако, как обычно бывает у простецов, у них шла война, которая мешала поискам. Поэтому, чтобы допросить маглу, сначала пришлось остановить местный конфликт, к тому же война могла погубить единственную свидетельницу загадочной магии.

-Им удалось найти эту маглу? - все время, пока Паффина говорила, Вироса, кажется, даже не дышала толком, находя ее слова очень знакомыми.

-На сколько я знаю - да, - не слишком уверенно кивнула слизеринка. - И как я поняла, на самом деле тот волшебник применил к ней вовсе не заклинание спасения, а самую, что ни есть, черную магию..

-Тогда почему магла осталась жива, а сам колдун погиб? - ответ уже витал у Виросы в голове, оставалось только поймать его за хвост.

-Не знаю, - Паффина скучающе пожала плечами. - Может быть проклятие сработало не так, как должно было. Но лично я думаю, что заклинание было придумано самостоятельно этим колдуном, плохо проверено, не изучено другими волшебниками.. Вот и результат..

-Спасибо за то, что поделилась со мной, - с нежной улыбкой произнесла Вироса-де-Кута, получая в ответ точно такую же от своей подруги.

Значит проклятие, что спасло жизнь другого, но забрало при этом жизнь колдующего. А не то ли это заклинание, о котором она думала все лето? Загадочная руна из древней книги тут же всплыла перед глазами. Вот значит, когда появилась эта черная магия, и на кого была впервые истрачена волшебная жизнь - на маглу. Виросе очень захотелось поговорить с живым портретом сэра Ноджибла Ресечера Навелюкса, который первым помог ей разобраться с тайной найденного символа. Интересно, знает ли сэр Навелюкс эту часть истории? Про колдуна и маглу, ради которой и было придумано заклинание. Возможно, что сэр Ноджибл Навелюкс сможет рассказать Виросе еще несколько интересных подробностей о произошедшем.

А знал ли об этом.. папа? Как постоянно напоминала мама, он был самым начитанным и умным человеком из всех, кого она когда-либо знала. Девушка вдруг ощутила невероятное желание взглянуть на колдографию отца.

Воровато осмотревшись по сторонам, Вироса-де-Кута проверила, что никто из одноклассников не торопится просыпаться, даже Паффина, спрятавшись за книгой, незаметно зевала в ладошку. Поэтому юная ведьма, поддаваясь своему обострившемуся желанию, аккуратно вытащила из кармана длинной мантии старенькое колдо, пряча его за книгой, что левитировала перед девушкой у стола.

Отец, по своему обычаю, неторопливо повернулся, складывая руки на груди, посылал Виросе легкую самодовольную ухмылку. “Папочка, мне тут открылись интересные подробности об одном древнем заклинании. Я бы так хотела с тобой этим поделиться..” - мысленно обратилась девушка к шершавой бумаге, нежно поглаживая края колдографии пальцами.

К сожалению для юной ведьмы, которая за своим занятием ничего не заметила, далеко не все студенты мирно спали под звуки голоса призрачного профессора Бинса. Среди тех, кто сидел за близкой к Виросе парте, была одна гриффиндорка, что проснулась от тихого шепота слизеринок, чуть приоткрывая почти черного цвета глаза. Анджелина Джонсон не стала вслушиваться в треп двух однокурсниц, хотела было вернуться к своему теплому полуденному сну, когда краем глаза заметила, как Вироса-де-Кута, закончив разговор с подружкой, аккуратно окинула взглядом присутствующих. Джонсон резко закрыла глаза, ничем не выдавая то, что она следит за происходящим. “Так-так, что же задумала наша новенькая?” - мелькнуло в голове у Анджелины, а губы так и норовили расползтись в зловещем оскале.

Гриффиндорка медленно приоткрыла один глаз, всматриваясь в то, как Дасадити, не привлекая к себе внимания, бесшумно достает что-то из кармана. “Что это там такое?” - Анджелине пришлось таки открыть и второй глаз, чтобы получше рассмотреть, на что так внимательно смотрит Вироса, - “Колдография?”. Действительно, в руках новенькой змейки была всего лишь бледная карточка с движущимся на ней человеком. Джонсон применила все свои навыки, наработанные долгими годами практики игры в квиддич (не заметил бешеный мяч - бланджер - он прилетел тебе в лоб, не уследил за квоффлом - проиграл матч; поэтому зрение у капитана гриффиндорской команды по квиддичу было идеальным), внимательно всматриваясь в человека на небольшой колдографии в руках у слизеринки.

“Вот это да.. Что это за молодой человек на колдо? Неужели парень?” - Джонсон рассмотрела широкоплечую фигуру темноволосого волшебника, акцентируя внимание на том, как нежно Дасадити гладит карточку пальцами.

После Истории Магии студенты потирая глаза и открыто зевая, разошлись каждый по своим делам. На седьмом курсе ученики выбирали себе дополнительные занятия, по которым готовились сдавать экзамены, что будут необходимы для будущей работы. Вироса-де-Кута поначалу хотела взять еще один урок по Защите от Темных Искусств, однако после показательного урока у профессора Амбридж, желание как-то само собой отпало. Поэтому после основных занятий юная волшебница уверенным шагом отправилась в кабинет Изучения Древних Рун к профессору Батшеде Бабблинг. Вместе с новенькой на дополнительное занятие отправились сестра и брат Винтербир.

Первое занятие было всего лишь вводным уроком, на котором профессор напоминала о значении основных рун, их двойственных смыслах, и о символике в целом. Как уже успела догадаться Вироса-де-Кута многим студентам действительно была необходима помощь в освежении памяти после двухмесячных летних каникул. Сама девушка же буквально умирала от скуки, листая учебник наперед. Однако ничего стоящего в книге она не нашла. Волшебницу удивило, что учебник был написан обычным текстом, а не руническими символами, к которым она уже давно привыкла во время домашнего обучения. Многие древние книги (особенно литература по темным искусствам) были написаны рунами, поэтому Вироса уже вполне себе бегло читала символику, понимая рукописи простеньких книг даже без словаря. Проблемы могли вызвать только самые старинные записи, в которых многие руны выглядели иначе. Ведь за многие столетия изменились даже они, теряя некоторые черты или наоборот приобретая дополнительные завитки.

Таким монотонным и удручающим был весь сентябрь, который Вироса-де-Кута провела в Хогвартсе. Уроки, на которых не было для девушки ничего нового или хотя бы интересного; профессора, не все из которых действительно желали хоть чему-нибудь научить своих подопечных; однокурсники, что чувствовали единение только до, во время и немного после занятий по ЗОТИ с неприятной розовой дамой. Юная ведьма совсем бы отчаялась со скуки, если бы не несколько факторов, которые вносили хоть какое-то разнообразие.

Во-первых, вечно подкалывающий Фред Уизли. Юноша не унимался, стараясь выдумать что-то новенькое на каждый день. Утром он был особенно активным, закидывая девушку странными фразами о ночных кошмарах и безлюдных коридорах замка. Второй фактор (что все таки заставлял Виросу вступать с Фредом в диалог) - Кассиус Уоррингтон. Голубоглазый слизеринец стал слишком остро реагировать на выпады Уизли в сторону своей новой подруги, норовя превратить безвредные шутки в настоящий конфликт.

И последнее, но не по значению, это сны. Вироса-де-Кута изо дня в день видела один и тот же сон, в котором она просыпалась в летнем лесу, а вдалеке среди деревьев ее ждал отец. Каждую ночь девушка подбиралась к папе все ближе, однако так и не получая возможность встать к нему лицом к лицу. В ночь на первое октября загадочный мираж закончился, когда ведьмочке оставалась буквально пара шагов для того, чтобы иметь возможность протянуть руку и дотронуться до улыбающегося родного человека.

***

Красивая сова с большими зелеными глазами постучалась в окно кабинета директора во второй половине июля. Дамблдор был удивлен внезапной весточке от своей старой знакомой мисс Тенебы Навелюкс. Дама пропала сразу после блестящего окончания учебы, отправляясь в долгосрочное путешествие по миру (что сказать, чистокровные волшебники из очень древних и состоятельных родов могли себе позволить всю жизнь не работать, спокойно и бездумно тратя семейные накопления на свои желания и мечты).

Спустя почти полвека Тенеба вернулась в родную страну, однако ведьма не хотела никого видеть и не собиралась возобновлять общение со старыми знакомыми. Альбус Дамблдор как-то встречался с мисс Навелюкс после ее прибытия в Англию, однако ведьма, как ему показалось, была чуть не в своем уме. Похоже, далеко не все ее путешествия были безопасными для ментального здоровья. Поняв для себя, что Тенеба вернулась на родину только для того, чтобы в беспокойном бреде доживать свой оставшийся век, Альбус оставил ведьму наедине с ее тараканами в голове, никогда более не связываясь с домом Навелюкс.

И вот уж неожиданная радость - Тенеба сама решила написать директору Хогвартса с просьбой об одолжении. Как писала ведьма, ее юная крестница - Вироса-де-Кута Дасадити лишилась возможности получать домашнее образование, коим ранее занималась ее ныне покойная матушка, поэтому появилась острая необходимость устроить девушку на последний год в школу, дабы помочь ей получить документ об окончании курса волшебного обучения. Вместе с коротким письмом мисс Навелюкс приложила все необходимые документы, доказывающие, что юная мисс Дасадити закончила шесть курсов домашнего обучения и имела все нужные бумаги о сдаче ранее СОВ, а также список всех изученных ей дисциплин с оценками за все прошлые года.

Вироса-де-Кута была удивительным заграничным экземпляром, буквально бриллиантом, не имеющим ни одной оценки ниже “Превосходно”. Также девушка обладала высокими показателями к темной магии и чарам; удивил и превосходный письменный ответ на задания по древним рунам. Многие взгляды юной волшебницы сводились к тому, что колдуны обладают не только силой, но и достаточными знаниями, чтобы иметь возможность влиять на историю всего человечества, а не только на отдельный вид - самих магов, а главная проблема всего волшебного мира заключалась в малом количестве ведьм и чародеев, относительно численности маглов.

Альбус внимательно изучал письменные ответы девушки, отмечая в ее словах что-то очень знакомое, словно когда-то давно он уже слышал такие выражения от кого-то другого. Но в текстах молодой ведьмы не было ничего радикального или кардинально отличающегося от мнения самого директора, поэтому он так и не смог точно распознать, чьи слова он встречал в написанных речах.

Не отпуская мысль, что кого-то она ему напоминает, Дамблдор принялся изучать родословную молодой мисс Дасадити. Но и тут он не нашел всего, что было нужно старому магу. Древний род Дасадити всю свою историю находился в пределах своей страны, лишь отдельные члены семьи покидали свой дом ради исследований или приключений. Самое загадочное было в родителях Виросы. Как писала мисс Навелюкс, мать девушки погибла от расщепления во время неправильной аппарации. Во время трансгрессии ведьма зацепилась сразу за два разных места, что привело к тому, что ее тело разорвало в области плеча, а помощь не была оказана своевременно, поэтому несчастная мадам Дасадити скончалась.

Что-то в этом было неправильно. Разве ведьма в возрасте, которая много лет провела, скитаясь по миру, изучая различные проклятия и древних опасных существ, могла так глупо ошибиться? И где же была ее собственная палочка, что она даже сама себе не смогла оказать первую помощь? Альбус зачмокал губами, задумчиво поглаживая длинную седую бороду. “Что-то здесь не сходится.” - размышлял Дамблдор, рассматривая полученные бумаги от хорошего знакомого из Министерства.

Однако еще более таинственным был отец мисс Дасадити. Его просто не было. Ни в одном источнике не было указано даже имени или происхождения второго родителя девушки. Словно его и не существовало никогда, будто могла Амараморта Дасадити родить дочь без мужчины. Даже если предположить, что чистокровная ведьма из древнего рода родила от простого магла, то об этом все равно должна была остаться хоть какая-нибудь запись. А здесь - абсолютная пустота.

Все встало на свои места, когда молодая Вироса-де-Кута прибыла первого сентября в школу. Девушка спокойно следовала вместе с первокурсниками к преподавательскому столу, а Альбусу в этот момент казалось, что он проваливается в свои самые мрачные воспоминания. Перед глазами замелькали обрывки воспоминаний о том, как высокий бледный юноша, со впалыми щеками, темно-карими глазами и густыми вьющимися волосами входит в этот самый Зал, высоко подняв голову и держа спину идеально прямой.

Первого сентября одна тысяча девяносто пятого года среди первокурсников к столу преподавателей шла точная (пусть даже в девичьем обличии) копия Тома Реддла. Девушка с идентичным бесстрастным выражением лица плыла между столами, лишь изредка переводя взгляд с одного присутствующего на другого, величественно осматривая окружающую ее обстановку. Альбус подавил желание схватиться за сердце, быстро взял себя в руки. Перед ним стояла дочь Волан-де-Морта, не было никаких сомнений в том, кто являлся отцом юной мисс Дасадити. А если говорить правильно, перед ним была никто иная как мисс Вироса-де-Кута Томас Реддл. Даже первое имя девушки было прямым намеком.. Как же он сразу не догадался. Цикута Вироса - одно из самых ядовитых растений из Англии. А это ненавистное “де” между частями имени явная дань новому имени, которое себе придумал Том.

Очевидную разгадку подтвердила и шляпа, что даже не дала себя толком взять в руки, выкрикивая название факультета, на котором учился в свое время Волан-де-Морт, отправляя его дочь на Слизерин.

Альбус Дамблдор задался единственной целью на все празднество первого числа - выяснить, знает ли девушка, кто ее настоящий отец. Директор был так сосредоточен, аккуратно обходя великолепные ментальные щиты новой студентки, что даже никак не отреагировал на то, что прибывшая из Министерства, Долорес Амбридж перебила его обращение к студентам. Но старания дали свой результат - Альбусу удалось понять, что молоденькая студентка Дасадити понятия не имела даже о настоящем имени своего родителя. Остается надеяться, что девушка унаследовала от отца только тягу к знаниям, без жажды применять на людях черные проклятия. “Даже хорошо, что в этом году к нам заявилась Долорес,” - подумалось директору, - “Такое посредственное обучение темным искусствам не оставит девочке ни единого шанса дальше развивать свои мрачные таланты.”

Пир прошел спокойно, и все второе число сентября не приносило никаких опасных новостей, касающихся новой студентки. Пока не наступила ночь.. Хогвартс известил директора о трех нарушителях постельного режима. И если двум из них Дамблдор даже не удивился - близнецы Уизли решили начать свои забавы даже до нормального старта учебного года. То вот третий студент был настоящим открытием - никто иная, как мисс Дасадити.

Альбус скрыл себя чарами, наблюдал за тем, как девушка босиком прошествовала по первому этажу, развернулась и отправилась обратно в свою спальню. “Мисс Навелюкс ничего не писала о том, что ее крестница страдает ночными вылазками.” - припоминал директор, рассматривая плотно закрытые глаза Виросы. Молодая волшебница явно двигалась под воздействием своего сна, бесцельно бродя по замку. Вот только бесцельно ли?.. Дамблдору пришлось использовать свою директорскую силу, чтобы никто (приведения, завхоз Филч и его кошка миссис Норрис, а также живые портреты) не могли помешать юной волшебнице идти туда, куда ее вело подсознание.

Весь сентябрь девушка раз за разом поднималась со своей кровати, выходила из подземелий и отправлялась вверх по лестницам и коридорам. Под конец месяца Вироса-де-Кута в своих ночных шествиях добралась аж до восьмого этажа. Однако стоило волшебнице ступить на верхнюю ступеньку, ее тело замерло, будто она передумала двигаться вперед, и мисс Дасадити также плавно развернулась, отправляясь обратно в гостиную Слизерин. “Куда же ты пытаешься добраться, юная леди?” - раздумывал Дамблдор, нервно потирая сухие руки. Ему было жуть как интересно, куда ее ведет сон, а еще более интересным было, что это за сновидение такое. Вот только, как бы старый маг не старался, у него не выходило пробраться в глубины сознания девушки. Вероятность Империуса Альбус исключил сразу же, ведьмочка двигалась по собственной воле. Да и на Волшебный Сон это было не похоже, во время последнего человек, на которого наложено столь сложное заклинание, двигаться не может совсем, не то что спокойно разгуливать по территории.

Директору оставалось только ждать, наблюдая за ситуацией. Помимо дочери Волан-де-Морта, был и он сам, прячущийся где-то, собирающий армию. Это волновало гораздо больше, чем его молодая наследница, которая даже и не знает, кто является ее отцом. В начале октября Альбус получил доклад от своего человека из Министерства, со списком фамилий некоторых волшебников, которые могли бы знать, где находится Темный Лорд. Дамблдор не медля отправился на собрание Ордена Феникса, оставляя школу всего на два дня с надеждой на то, что во время его отсутствия ничего критичного произойти не успеет.

Но это же Хогвартс..

***

День выдался на редкость пакостным. Вироса-де-Кута едва смогла заставить себя встать с кровати утром, а за завтраком то и дело ловила на себе задумчивые взгляды Фреда. И если к его странностям девушка уже почти привыкла, то вот к бойкой и резкой Анджелине Джонсон слизеринка все еще не прониклась пониманием. Гриффиндорская студентка буквально не могла налюбоваться своей новой однокурсницей. Раз за разом бросала в нее колкие взгляды, так и подбивая ответить жестким словцом.

Затем случилось другое недоразумение - урок по Защите от Темных Искусств. Мало того, что профессор Амбридж находилась в каком-то необъяснимом прекрасном расположении духа, постоянно хихикая и улыбаясь каким-то своим мыслям, так она еще и заставила конспектировать сегодня не один, а сразу три параграфа от руки, а во время урока рандомно поднимала на ноги то одного, то другого ученика, задавая глупые вопросы по темам второго года обучения.

А вот то, что случилось после занятия, до сих пор не укладывалось у Виросы в голове. Розовая дама попросила Паффину и Паффиана Винтербир остаться после занятий, чтобы о чем-то лично побеседовать с глазу на глаз. Когда слизеринцы спустились в столовую, брат и сестра (и без того похожие друг на друга) выглядели абсолютно идентично - белая как мел кожа, перепуганный бегающий туда-сюда взгляд, и редко дрожащие пересохшие губы.

-Что произошло? Что она с вами сделала? - выпалил Эдриан Пьюси, опуская руки другу на плечи и слегка его покачивая.

-Пока что - ничего, - прохрипел Паффиан.

Вироса-де-Кута аккуратно приобняла свою подругу, помогая ей опуститься за обеденный стол, в то время как Пьюси и Уоррингтон пытались растормошить юношу. Паффина сжала подол юбки в кулаках, начиная слегка раскачиваться из стороны в сторону, словно в припадке. Ее брат выглядел не лучше, но юноша хотя бы не утратил способность говорить.

-Пафф, что эта розовая ведьма вам сказала? - Эдриан заглянул другу в глаза, покрепче сжимая его плечо, слегка поворачивая молодого человека к себе лицом.

-Я не могу.. - тут же замотал головой Паффиан, испуганно моргая глазами, - не могу.. ничего не могу..

Эдриан, Кассиус и Вироса-де-Кута переглянулись, считывая в глазах друг друга одинаковый испуг за друзей. Молодой представитель Винтербир был невменяем, дрожал всем телом, затравленно смотря в пол. Поэтому юная мисс Дасадити решила действовать по-другому. Девушка расправила плечи и придала лицу бесстрастное выражение. В ней забурлила чистая волшебная кровь, приказывая сохранять спокойствие и действовать согласно законам и правилам поведения одного из самых древних магических родов. Точно такой же была и ее подруга-слизеринка, которой сейчас очень нужна была помощь.

Пьюси и Уоррингтон заметили, как резко преобразилась Вироса, моментально беря под контроль каждую мышцу своего лица и тела. Ладони плавно опустились на колени, а шея словно удлинилась на пару сантиметров. Голос молодой леди был под стать главе своего рода:

-Мисс Винтербир, - четко произнесла Вироса-де-Кута, спокойно дожидаясь, пока подруга поднимет на нее глаза, и только после этого продолжила. - Вы знаете, кто сейчас находится рядом с вами? Это ваши близкие друзья, представители чистокровных родов - мистер Уоррингтон, мистер Пьюси и я, мисс Дасадити.

Слизеринцы слегка распрямились, услышав такое официальное начало речи. Юноши пока не понимали к чему ведет их новая подруга, однако уже были готовы подписаться под каждым ее словом, лишь бы это помогло их однокурсникам. Паффина пару раз моргнула, медленно приходя в себя, начинала вслушиваться в то, что ей говорит Вироса-де-Кута.

-Если вы считаете, что мы не готовы принять меры для того, чтобы оградить наших близких друзей от любого негативного воздействия - вы сильно заблуждаетесь, а также задеваете наши чувства, - продолжила юная ведьма с нажимом. - Мы не позволим никому, особенно какой-то полукровке из Министерства, каким-либо способом угрожать представителям древней чистокровной семьи. И мы готовы принять меры для того, чтобы повлиять на ситуацию и наказать виновную.

Про то, что Долорес Амбридж - полукровка, да еще и к тому же дочь какого-то бедного поломойщика из отдела технического обслуживания Министерства, Вироса-де-Кута узнала из первого письма от крестной. Юная ведьма раскритиковала преподавание ЗОТИ, ярко и детально описывая мисс Навелюкс все, чем была недовольна. На это дорогая крестная выслала небольшую записку о том, что ее любимая крестница может вести себя, как ей заблагорассудиться, а если потребуется, то Тенеба с удовольствием вмешается в учебный процесс, чтобы поставить жалкую полукровку на место. Вместе с запиской, крестная прислала небольшую сводку по биографии профессора Амбридж, в котором числился маг-отец, магла-мать и младший брат-сквиб, а также небольшое описание того, кто и чем занимается на данный момент.

Вироса-де-Кута тогда сильно удивилась возможностям крестной так быстро и легко найти всю подноготную министерского работника, однако не решилась вдаваться в подробности, благодаря Тенебу за такое красочное вмешательство.

-Спасибо, мисс Дасадити, - наконец-то ответила Паффина, слегка кланяясь подруге, перевела взгляд на серьезных и готовых хоть сейчас писать родителям Эдриана и Кассиуса, - и вам, мистер Пьюси, мистер Уоррингтон. Вот только.. В этом нет никакого смысла.

-Пожалуйста, леди Винтербир, расскажите нам подробно, что произошло? - Вироса чуть отпустила вожжи, мягко кладя ладошку на плечо подруги.

-Профессор Амбридж совершенно непрозрачно намекнула нам, что за любое наше с братом неповиновение будут отвечать наши родители, - Паффина сглотнула, опуская глаза в пол. - Она имеет очень большие связи в Министерстве и готова в любой момент спустить всех своих ищеек на нашу семью.

-Она знает, что в нашей семье хранятся очень древние и мощные артефакты времен шестнадцатого века, - подал голос Паффиан, помогая сестре рассказывать. - Винтербиры были одними из тех, кто пытался противостоять присоединению Шотландии к Англии несколько веков назад, поэтому к нам и так порой заявляются неприятные гости с разного рода проверками.

-Они говорят, что лишь хотят узнать, что у нас все в полном порядке, а сами рыщут то, чего у нас нет, - всхлипнула юная леди. - Последнее время они все чаще пытаются поймать нас на подстрекательстве, думают, что Винтербиры все еще не отказались от желания провозгласить Шотландию независимым королевством.

-Что за вздор! - фыркнул Пьюси, сжимая ладони в кулаки. - Все знают, что это история давно минувших лет, почему они продолжают лезть к вам?

-Вы же знаете, что Министерство запрещает любую темную магию? - обратилась к друзьям Вироса, те вразнобой закивали. - Если правительство знает, что у вас хранятся древние темные артефакты, они просто очень хотят их изъять.

-И изымут, если мы с сестрой хотя бы попробуем пойти против Долорес Амбридж, - Паффиан переглянулся с Паффиной, безмолвно о чем-то спрашивая, та лишь уверенно кивнула, позволяя ему рассказать. - Это не просто древний артефакт. Это защита рода, без которой любой, в ком течет кровь Винтербиров обречен на страшные мучения. Когда Шотландия вошла в состав Великобритании, Министерство не просто взяло с нашего рода обещание, что мы не посмеем восстать против Англии, оно укрепило это сложным магическим контрактом, который не может быть расторгнут. Артефакт служит чем-то вроде печати. Если она будет унесена из дома, все Винтербиры будут находиться под проклятием, схожим с Империусом, но только законным.. А если артефакт сломать, то весь род тут же прекратит свое существование.

-А это не слишком? - Кассиус округлил голубые глаза, знатно напрягаясь, у него даже на виске проступила венка. Паффиан лишь грустно поджал губы, неопределенно пожимая плечами.

-Допустим, - кивнул Эдриан, возвращаясь к первоочередной теме разговора. - Но зачем розовой даме вам угрожать? Разве вы как-то нарушали ее указания или срывали уроки?

-В том то и дело, - жарко выпалила Паффина. - Ничего такого мы не делали! Она словно.. словно..

-Словно играет в долгую, - закончил за сестру слизеринец. - Сказала это все нам, чтобы в будущем мы и не подумали идти против нее.

-Тогда что эта мадам задумала? Какую игру решила вести? - угрюмо спросил Пьюси, не ожидая ни от кого ответа.

За столом взгромоздилась тишина. Слизеринцы беспокойно переглядывались, прекрасно осознавая, что в данной ситуации они действительно ничем не могли помочь Винтербирам. Никакое влияние на Министерство не сможет его остановить, если тем взбредет в голову помучать целую семью, обосновывая это тем, что шотландцы решили поднять восстание (за ними не заржавеет написать очередную убойную статейку в “Ежедневном Пророке”).

А вечером, словно последний штрих для полной картины, пришло очень короткое письмо от мисс Навелюкс. Крестная писала, что на некоторое время ей необходимо уехать из страны, и убедительно просила не посылать к ней сову, и что она свяжется со своей любимой Виросочкой, как только сможет. “Блестяще!” - подумалось Виросе. - “Теперь я даже не могу просто написать домой и поделиться новостями!”. А ведь рассказать было о чем. Хотя о своем загадочном сне (который возникал перед ней каждую ночь) девушка так и не решилась передать Тенебе, но вот про то, что в школе организуется что-то напрямую касающееся чистокровных семей, Вироса-де-Кута очень хотела бы обсудить со взрослым человеком.

Поздний вечер густел, окрашивая небо в темные тона, а прохладный ветерок залетал в щель между полом и дверью спальни. Вироса-де-Кута сидела на своей кровати, опустив лицо на ладони и думала. Очень усердно и напряженно думала о том, что ей делать дальше. В голове замешивалась густая каша, от которой раньше спасало нежное прикосновение маминой ладони. По коже пробежали мурашки, потому что легкое дуновение коснулось распущенных волос в области макушки, напоминая о том, что некому больше ласково гладить ее и успокаивать.

К горлу подступил ком, а веки запекло. Юная волшебница слишком хорошо в такие моменты чувствовала ее отсутствие. Плечи предательски задрожали, а в животе закружился, заворачиваясь и затягиваясь вокруг органов металлический холодный жгут. Кровь отхлынула от пальцев, превращая их в ледышки. На деревянных ногах Вироса поднялась с кровати, пошатываясь поплелась в сторону выхода из спальни. Ей срочно нужно на свежий воздух. Скинуть напряжение. Пусть подкрадывающаяся ночь заберет все лишнее себе, не давая девушке окончательно утонуть в своих чувствах.

-Леди Дасадити? - подала голос Паффина, которая уже собиралась спать.

-Не волнуйся, я скоро вернусь, - быстро произнесла Вироса, скрываясь за дверью.

-Отбой уже был.. - произнесла слизеринка, оставшись одна в комнате.

***

Фред еле дыша стоял в одном конце коридора, наблюдая за тем, как брат впечатался в колонну, медленно обходя ее по кругу. Неугомонная кошка завхоза Филча, словно охотничья собака, преследовала их по пятам, кажется, унюхав запах сладостей, что они хотели подложить на стол профессора Амбридж. Розовая дама порядком подбешивала Уизли, поэтому близнецы приняли решение проверить на ней новые шоколадные конфетки с эффектом заморозки.

Вот только шерстяной комок по имени миссис Норрис, никак не хотела давать им эту возможность. И все бы ничего, если бы кошка не начала истошно вопить, вызывая прямо к нарушителям режима злобного Филча. Но беда, как известно, не приходит одна. Мало того, что миссис Норрис заставила их с братом разделиться, так она еще и загнала Джорджа в угол, из которого тот никак не мог выбраться, и тут-то на горизонте послышались шаркающие шаги приближающегося блюстителя порядка. Филч завернул из-за угла, следуя на зов своей кошки, как на спасительный маяк, пыхтел и бубнил какие-то ругательства себе под нос.

Вариант спастись оставался лишь один. Фред зыркнул на близнеца, указывая тому на лестницу, а затем показал на себя и на другой конец коридора. Джордж согласно кивнул, признавая, что их вылазка, похоже, закончится провалом, стараясь сильно не шуметь рванул по указанному направлению. Фред же, избегая возможного столкновения с Филчем, быстрым шагом отправился в другое крыло.

Юноша чуть остановился, чтобы отдышаться и перевести дух, прислонился к окну, выглядывая наружу. На улице уже совсем сгустились тени, окрашивая ближайшие деревья Запретного Леса в загадочный мрачный оттенок изумрудного цвета. Со второго этажа было хорошо видно, как медленно под влиянием ветра шелестят ветки, криво и жутко изворачиваясь в разные стороны. Сколько же раз Фред пытался убедить Джорджа, что им точно нужно как-нибудь изучить Запретный Лес! Ведь там, помимо удивительных растений, находится целая толпа волшебных животных.

Близнецы грезили фамильярами - питомцами, что станут верными компаньонами и помощниками в их веселых приключениях. Жаль, что каждый раз из года в год находились дела поважнее, чем поход в манящую запретную зону.

А на седьмом курсе, так и вообще, появилась самая главная задача - изжить с должности эту противную розовую даму. Вот только Филч, как чувствовал, всякий раз, стоило Уизли приблизится к кабинету ненавистного профессора, являлся, словно привидение, из-ниоткуда и разбивал все их планы в пух и прах. “Но нет же худа без добра!” - подумал Фред, замечая странное движение у самой кромки леса. Юноша присмотрелся, слегка прищуриваясь, внимательно вглядываясь в легкий туман, что медленно клубился у подножья леса.

Совсем близко к полянке, что разделяла чащу от школы, бродила лисица. Но, как и свойственно всем животным из Запретного Леса, плутовка была необычной - темно бурой, со странными светлыми пятнами на шерсти. “Навевает совсем другой образ..” - хмыкнул Фред, отгоняя от себя видение с длинными темными волосами, в которых сверкали белоснежные звезды.

Ведомый неясным порывом, молодой волшебник бросился на выход из замка. Ему, во что бы то ни стало, нужно было поймать это странное животное! Если удастся, то можно будет постараться и сделать из лисы фамильяра, а уж сколько новых подколов в сторону новенькой слизеринки тут же закружило в рыжей голове. Для начала он даст своему питомцу хорошее имя! Как на счет Кута-де-Вира? Смешок сорвался с губ, а в карих глазах заблестела безумная идея.

Юноша даже не заметил, как стрелой вылетел из замка, бегом пересекая полянку. Лисица была занята какими-то своими лисьими думами, не обращая никакого внимания на приближающегося к ней волшебника, который вытащил волшебную палочку из кармана, направляя ее на красивое пушистое животное.

***

Вироса-де-Кута заметила резкое приближающееся движение слишком поздно. Девушка бродила в своей анимагической форме у самого края Запретного Леса, не имея никакого желания лезть в его дебри. Ей всего-то было нужно сбросить пар, отойти от гнетущих мыслей о маме. Просто побыть одной. Подставить мордочку прохладному приятному ветерку, чтобы он запутался в ее густой шерсти, выдувая из головы и сердца боль и печаль. И ей даже почти удалось забыться на некоторое время, бездумно бродя вперед-назад около зловещих деревьев.

Как вдруг, совсем рядом возникла тень. Вироса не сумев быстро сориентироваться, метнулась в сторону, пытаясь ускользнуть от незваного гостя. Но тут же длинные передние лапы скрутило, а задние в чем-то запутались, и девушка попросту распласталась по траве, больно шмякаясь животом. Картина перед глазами чуть качнулась, и ей пришлось несколько раз мотнуть мордочкой, чтобы привести зрение в порядок после резкого падения.

Бежать! Нужно срочно бежать! Девушка ухватилась за единственную мысль, что яркими пламенными буквами горела у нее в голове. Она судорожно задергалась в разные стороны, пытаясь освободиться от волшебных пут, извиваясь, как уж на сковородке. Шерсть порядком извозилась во влажной от тумана земле, а к хвосту и морде приклеились несколько ссохшихся листьев и желтоватых травинок. Как бы Вироса не билась, заставляя свое тело двигаться, у нее не получилось сдвинуться ни на йоту, лишь сильнее пачкаясь, на радость нападавшему.

-Тиши-тише, я тебя не обижу, - этот голос! Обычно она слышала его лишь с издевкой в интонации, сейчас же звучал нежно, будто юноша пытался успокоить ребенка.

Фред наклонился, опускаясь на колени рядом с пойманной лисицей, заглядывая ей в глаза, совершенно не осознавая, кого он только что сбил с ног.

“ТЫЫ!!” - хотела выкрикнуть ему в лицо Вироса, но из горла вылетел лишь утробный грозный рык, и девушка угрожающе клацнула зубами в опасной близости от руки юноши.

Молодой волшебник ничуть не испугался, лишь резко отдернул ладонь. Одарив Виросу мягкой улыбкой:

-Не бойся, маленькая, - ласково зашептал он, - я только хочу с тобой подружиться.

“Да кто так дружиться-то!” - вновь протяжно зарычала девушка, посылая юноше самый испепеляющий взгляд из своего арсенала, надеясь, что Фред испугается. Но ни тут то было. Уизли еще раз широко улыбнулся, кивнул:

-Вот видишь, уже завязывается диалог.

“ДИАЛОГ?!!”- Вироса взвыла, выгибаясь, что было сил, стараясь цапнуть юношу острыми клыками.

-Не голоси, а то сюда сбежится вся школа, - хмыкнул Фред, нагло опуская теплую ладонь на спину лисе, начиная ее успокаивающе гладить.

“РУКИ СВОИ УБРАЛ! СОВСЕМ СОВЕСТИ НЕТ?!” - еще один агрессивный рыко-вопль. Но Уизли, конечно же, не понял ее возмущений, продолжая уверенно лапать своими ручищами пушистое тельце.

Этого юная мисс Дасадити стерпеть уже не смогла. Девушка начала извиваться, буквально подпрыгивая на месте, отталкиваясь от земли. В ход пошел даже хвост, которым она несчастно размахивала во все стороны, силясь избавиться от мерзкого заклинания, что связало ее по ногам.

-Эй! Эй! А ну перестань! - шикнул на нее Фред, сильнее придавливая к земле широкой ладонью.

“Я тебе сейчас перестану! Сейчас, только освобожусь, откушу тебе обе руки! Да как ты смеешь!?” - щелкала клыками девушка, изворачиваясь во все стороны.

-Хватит, я сказал! - юноша совсем отчаялся успокоить животное словами, придавил лисичку, всем телом навалившись сверху.

Длинная мордочка оказалась в опасной близости от его носа, намереваясь укусить тяжелого юношу прямо за лицо. Вот только Фред был сильнее и больше минимум раза в три, чем несчастная, распластавшаяся под ним, бурая лиса, к тому же связанная по лапам. Проблемой оставалась только пасть, из которой то и дело вырывался глухой угрожающий рык.

Вироса-де-Кута сражалась, как могла. Только вот ее маленькое пушистое тельце больше не могло сопротивляться чудовищному давлению сверху. И ведь хватило наглости у этого рыжего Уизли залезть на нее, вдавливая в землю, словно она была для него мягкой подушкой. Дышать становилось все труднее. Вместо рыка уже выходило сбивчивое фырканье вперемешку с короткими поскуливаниями. И что теперь делать? Этот дурак ведь уверен, что ловит какую-то волшебную лису с необычным окрасом! Откуда он вообще здесь взялся? Вот ведь, принесла нелегкая! “ И без тебя проблем хватало!” - подумала Вироса, принимая решение, которое всеми силами пыталась избежать. Девушка обернулась обратно человеком.

Глава 11 Я торопилась, как могла

Ради такого выражения лица не жалко было даже выдать свой секрет. Вироса-де-Кута вернула себе человеческий вид, тут же всем своим хрупким телом ощущая вес высокого спортивного игрока в квиддич. Лицо Фреда моментально вытянулось, а глаза стали удивительно широкими, блестящими чистым изумлением. Юной ведьме в этот момент очень захотелось смеяться, наблюдая за тем, как кожа на молодом веснушчатом лице белеет, а сразу за этим смущенно краснеет, когда до Фреда начало медленно доходить произошедшее. Юноша замер, не моргая, рассматривал появившуюся перед ним девушку.

-То-то я думал, что шерсть у лисы очень знакомая.

Все таки выдавил из себя Фред, чтобы хоть как-то перебить странную тишину, что сконцентрировалась вокруг них двоих. Вироса, все еще впечатанная в землю, связанная по рукам и ногам, не понимала, что именно она сейчас чувствует. В груди кололась дикая злость на то, как юноша себя повел: накинулся, связал, так еще и бросился сверху, не оставляя возможности выбраться. С другой стороны в носу щипало от осознания собственной глупости и неосторожности - сама ведь вылезла из школы и пошла бродить в своей анимагической форме, надеясь на чудо (что ее поход никто не заметит). И было во всей сложившейся ситуации что-то еще, что-то такое, на что Вироса-де-Кута раньше не обращала внимания.

То, как именно Фред смотрел на нее, медленно его шок сменялся интересом, и юноша принялся жадно рассматривать личико перед собой, оглаживая своим взглядом каждую черту девушки, все линии, которые ранее не мог заметить. Вироса и сама смотрела на Фреда во все глаза, делая для себя удивительное открытие - юноша был ей симпатичен. Широкие светлые брови, карие глаза, что при близком рассмотрении напоминали хорошо заваренный черный горячий чай. Слегка вытянутое лицо с тонкими губами, уголки которых все время (словно приклеенные) смотрели вверх.

Все это сильно путало, замешиваясь во взрывоопасный коктейль из эмоций и мыслей. Вироса-де-Кута сдерживалась, как могла, но все еще стучавший в голове адреналин разбил цепи самоконтроля, и с губ сорвался нервный смешок. Следом за ним еще один и еще. И вот девушка уже и не заметила, как звонко засмеялась, широко улыбаясь. Фред, не ожидавший такой бурной реакции на свою неподготовленную (и как он считал, достаточно банальную) шутку, пару раз хлопнул глазами, зачарованный открытым смехом Виросы. Он несколько раз видел, как она искренне радуется (а не вот это вежливое подобие улыбки, которое цепляют на свое лицо все аристократы), но даже в моменты, когда юная волшебница показывала милое выражение лица своим друзьям, она не позволяла себе растянуть губы слишком широко или хихикнуть, на какую-то глупость своих одноклассников-слизеринцев. А здесь. Он наблюдал настоящее волшебство - задорный, веселый, открытый смех. Девушка даже, насколько ей позволяла неудобная поза, слегка откидывала голову, хватая ртом прохладный ночной воздух.

Фред был по настоящему очарован. И ничего не мог с собой сделать, словно находился под каким-то странным (но очень мягким и приятным) заклинанием. Наверное, он мог бы еще очень долго любоваться открывшимся ему видом, если бы не почувствовал, как Вироса начала слегка задыхаться, потратив весь воздух в легких. “Если тебя это так смешит, я готов бросаться только самыми глупыми и не веселыми шутками.” - мелькнула мысль в голове юноши, пока он следил за тем, как в уголках темных карих глаз напротив его собственных появляются забавные блестящие капельки.

Вироса-де-Кута хотела смеяться и дальше, выпуская из себя все клокочущие внутри эмоции, но резко поняла, что не может сделать и вздоха, от того, что Фред все еще лежит сверху, лишая ее любой возможности вздохнуть поглубже.

-Пожалуйста, - прохрипела девушка, продолжая нервно улыбаться. - Слезь с меня.. Ты тяжелый.

-Ой. Да. Прости, - Фред тут же, как ошпаренный вскочил на ноги, кусая губы.

Кислород прохладной волной ворвался в легкие, наполняя тело живительными силами. Вироса-де-Кута сделала несколько глубокий вздохов, приводя дыхание в порядок, затем неуклюже села, держа склеенные руки у груди, и поджимая связанные ноги.

-Развяжешь? - девушка слегка потрясла кистями в воздухе, отправляя Фреду веселый взгляд (хотя и не планировала смотреть такими сверкающими глазами на юношу).

Молодой маг суетливо вытащил палочку из кармана брюк, тут же делая ей несколько взмахов. Странного вида веревка исчезла с ног, а руки разлепились, позволяя Виросе их чуть помассировать, возвращая в них кровоток. Фред молча наблюдал за тем, как девушка поправляет подол платья, приглаживает распущенные волосы, вытаскивая из них тонкие веточки и листочки. Юноша настолько увлекся осмотром хрупкой фигурки, что не сразу заметил, как Вироса-де-Кута закончила приводить себя в порядок и теперь выжидающе смотрела на него снизу вверх.

-Что? - смутился молодой человек, чуть отводя взгляд от светлого личика.

-В таких ситуациях джентльмену следует помочь даме подняться на ноги, - спокойно произнесла девушка, приподнимая тонкую ладошку и протягивая ее в сторону Фреда.

Юноша быстро сглотнул, справляясь с бушующими эмоциями, слегка наклонился, предлагая свою широкую ладонь, на которую Вироса с удовольствием оперлась, вставая с земли. Весь живой смех и настоящую улыбку, как ветром сдуло. Девушка вновь придала лицу вежливое выражение, аккуратно беря в свободную ладонь свою волшебную палочку, чуть двигая ей вокруг своего наряда, очищая налипшую грязь магией. Тем не менее, руку Фреда она отпускать не торопилась, уверенно заканчивая со своей одеждой, придирчиво осмотрела брюки и магловскую легкую кофту молодого человека, направила волшебство на него, убирая темные влажные крути с колен и локтей.

Фреду же все время, пока юная ведьма колдовала над ними, хотелось лишь одного - покрепче взять ее за плечи и немного потрясти, чтобы ненавистная аристократичная маска сползла с красивого лица, открывая его взгляду настоящие чувства Виросы, как было в тот момент, когда она звонко смеялась. Однако, помимо этих мыслей, в рыжей голове уже завращалась целая карусель из возможных вариантов того, как еще раз заставить девушку искренне ему улыбнуться.

Юная леди закончила с одеждой, убрала палочку в поясную кобуру, плавно перемещая свои пальчики с широкой ладони юноши, ему под локоть, аккуратно пристраиваясь у левого бока Фреда. Хорошо, хоть в этот раз юноше не нужно было объяснять, что ему (как следует этикету) нужно проводить девушку обратно в замок.

***

Джордж кое-как смог отделаться от навязчивой миссис Норрис. Красноглазая кошка бегала за ним по пятам и периодически мяукала, выдавая его местоположение. Верная подруга местного завхоза отстала только в тот момент, когда юноша забежал в башню, что вела в Гриффиндорскую гостиную. Провальная миссия, побег от смотрителя Финча, то как они разминулись с братом, все это заставило Джорджа скрипнуть зубами, кривя губы.

Молодой волшебник обреченно выдохнул, подходя к узкому высокому окну в башне, чтобы немного остыть, вглядываясь в ночной простор около замка. С этого места хорошо была видна небольшая лужайка у зловещего Запретного Леса. Джордж устало прислонился виском к прохладной каменной кладке, сонно зевая. Но стоило ему открыть рот, как закрыть он его уже не смог.

От кромки леса кто-то неторопливо шел к замку. Юноша, на сколько это было возможно, приблизился к стеклу, прищуриваясь, силясь разглядеть парочку, что появилась в темноте. С такого расстояния он мог бы перепутать кого угодно, любого другого человека, но только не своего близнеца. По лужайке шел, держа какую-то девушку (это Джордж понял по длинным распущенным волосам) под руку, никто иной, как Фред. Парочка сделала еще несколько шагов, затем брат взмахнул рукой, накрывая обе фигуры заклинанием невидимости. “На кого же это ты променял нашу задумку, Фредди?” - хмыкнул юноша, чуть подпрыгивая на ступеньках, принялся подниматься вверх, чтобы дождаться интересного рассказа брата в общей комнате Гриффиндора.

***

Когда Вироса-де-Кута бесшумно прошмыгнула в свою спальню, ее соседка Паффина Винтербир уже давно спала, свернувшись на кровати калачиком и обнимая мягкую подушку. Вироса на скорую руку переоделась и, все еще прокручивая в голове последние события, легка на мягкий матрас. Стоило телу опуститься на чуть прохладные простыни, а глазам устало закрыться, девушка тут же провалилась в царство морфея.

И снова этот сон. Лицо погладил ласковый ветерок, а в легкие попали чарующие сладкие ароматы цветов. Вироса-де-Кута тяжело вздохнула, находя фигуру отца вдалеке. Сколько еще ей будет сниться одно и тоже? Не смотря на то, что девушка была несказанно рада вновь и вновь встречаться со своим папой, ее начала раздражать эта неизменность: отец ничего ей не говорил, лишь оборачивался, складывая руки на груди и слегка ухмылялся, спокойно ожидая, когда юная волшебница сможет, наконец-то, приблизиться.

Вироса была так вымотана всей ситуацией с Фредом, что не нашла сил бежать к отцу сломя голову, как делала это во все предыдущие дни. Она, отражая позу папы, скрестила тонкие руки на уровне груди, чуть склонила голову и неторопливо направилась в сторону ожидающей ее фигуры. Какой смысл торопиться, если она все равно никак не может достичь своей цели, хоть с каждым днем и приближалась все ближе?

Девушка шла, ощущая босыми стопами прохладную, слегка влажную траву под ногами, лениво осматривала окружающую ее обстановку. Лес, что расположился около скалы никак не менялся из раза в раз демонстрируя высокие деревья, светлое небо, что по мере приближения Виросы к отцу темнело, наливаясь вечерними красками. Где-то слышались щебетания птиц, над головой шумели ветви, с которых порой срывались листья, начиная кружиться и плавно опускаться на землю.

Расстояние, разделяющее отца и дочь, стремительно сокращалось, и густой вечер уступил свое место спокойной беззвездной ночи, из-за которой стало трудно различить местность, которая превратилась в сплошное темное месиво. Лишь фигура папы была неприкосновенна, легко выделяясь на общем смазанном фоне. И вот, до родного человека остался всего один единственный шаг. Неужели, сегодня получится его коснуться? Позволит ли он его обнять?

Вироса-де-Кута слегка растерялась, останавливаясь лицом к лицу со своим папой - протяни руку и дотронься. Девушка несмело качнулась вперед, чувствуя на себе внимательный взгляд темных глаз, чуть прикрыла веки, набираясь смелости. В конце-концов, это ее сон! Значит, хотя бы здесь, она имеет право, единственный раз в жизни обнять своего папочку! Резкий выдох. Влажные глаза. Прямой серьезный взгляд. Влажные ладони. Рывок.

Девушка с небольшого размаха впечаталась в тело папы, крепко обнимая его за шею, чувствуя, как его скрещенные на груди руки упираются ей в ребра. Вот и все. Она так долго до него добиралась. Бесконечный месяц попыток дойти, добежать, ради одного единственного действия. Ради мимолетного счастья, которое пробежало от макушки, до замерзших пальчиков ног. Вироса замерла на носочках, крепко-крепко вжимаясь в, словно не живую, фигуру отца, чувствуя как с длинных ресниц срываются горячие слезы. Девушка зажмурилась, желая лишь одного - чтобы сон никогда не кончался, чтобы она могла стоять рядом со своим утраченным родителем всю свою жизнь. Все равно, что он ничего не говорил, не важно, что не ответил на объятие, только бы папочка не пропал, не исчез, позволяя насладиться всем этим волшебством еще немного.

-Долго же ты ко мне шла, - низкий приятный голос с легкой, едва заметной усмешкой, ворвался в сознание.

Вироса зажмурилась, задержала дыхание, запоминая интонацию, тембр, размеренность его голоса. Первых слов, что она услышала от своего папы. Навсегда оставляя в памяти, чтобы иметь возможность возвращаться к нему, чтобы представлять этот момент, когда ей будет нужна его помощь. Чтобы смотреть на старую колдографию и слышать.

-Я торопилась, как могла! - прошептала девушка, неуверенно открывая глаза.

Отец пропал. Ночного леса тоже не было. Из горла вырвался жалобный стонущий звук разочарования и боли. В груди нещадно кололо, а бедное сердце разрывалось на части, истошно вопило, умоляя вернуть его в прекрасный сон. Из глаз брызнули слезы, и девушка, не имея никакой возможности остановить себя, зарыдала. Падая на каменный пол, сильно ударяясь коленями, плакала, что было сил, сжимаясь в жалкую точку. Она прижимала руки к груди, пытаясь вновь ощутить то единственное короткое прикосновение к папе, но ощущала только режущую боль, которая пробивала насквозь, оставляя глубокие шрамы на теле.

Громкие всхлипы и стоны разносились эхом, медленно стихая, превращаясь в редкие тяжелые вздохи. Виросочка чувствовала себя раздавленным и размазанным по полу зверьком, об которого жизнь, ухмыляясь и смеясь уже во второй раз вытирала ноги. Точно такие же, опустошающие ее всю без остатка, ощущения поработили ее в момент, когда она потеряла маму. Но сейчас к этому прибавилась еще и дребезжащая злость: “За что? За что так со мной?” - вопило сознание девушки, пока она сама не могла сделать и вздоха, глотая горячие соленые слезы. - “Зачем давать мне возможность видеть папочку каждую чертову ночь?!”.

Спустя какое-то время, Вироса поняла, что эмоциональная боль в груди слишком сильно начала напоминать боль реальную, физическую. Девушка опустила мутный взгляд на свои прижатые к телу руки. Она с силой прижимала ладони к телу, обнимая себя за плечи, только сейчас замечая, что с неимоверным усилием впечатывала в свою грудь что-то блестящее в бледном свете. Острые концы незнакомого предмета впивались в худое тело, наверняка оставляя под легкой одеждой глубокие краснеющие отметины. Вироса чуть ослабила хватку, хлопала ресницами, пытаясь смахнуть излишнюю влагу, что мешала рассмотреть странную вещь.

Это была старая помятая корона, в главной части которой тусклым светом блестел темно-синий сапфир. Девушка аккуратно взяла в руки тиару, поднося поближе к глазам. По ободку были выгравированы мелкие, едва различимые, забившиеся грязью буквы: “Ума палата дороже злата”. Вироса погладила пальцами шершавое серебро, всматриваясь в некогда искусно выполненное украшение в виде раскинувшего крылья орла.

Вироса-де-Кута подняла заплаканные красные глаза, решившись, наконец, осмотреть место, в котором очнулась ото сна. Это был огромный пыльный зал, до потолка заваленный всевозможным хламом. Целыми горами (которые непонятно каким чудом не разрушились под собственной тяжестью) были сложены старые парты, стулья, школьные доски, сломанные шкафы и прочая непригодная для использования мебель. Повсюду были разбросаны древние, съеденные местной молью, книги, свитки, бумаги с неразборчивым почерком. Громоздились друг на дружке глобусы, отслужившие свое метлы, побитая посуда, телескопы. Где-то нашлась даже затхлая школьная форма, превратившаяся в старые рваные тряпки. По стенам расползались тонкие сеточки паутинок, а где-то вдалеке слышались трепыхание маленьких крылышек (то ли каких-то насекомых, то ли более волшебных тварей, что притаились в закоулках огромного, заваленного барахлом, зала).

Вироса-де-Кута прикрыла нижнюю часть лица ладонью, ощущая резкие запахи забытых всеми вещей, аккуратно поднялась на ноги. Судя по высоким колоннам и арочному потолку она все еще была в замке. Только вот.. где именно? Девушка, все еще прижимая тиару к груди, плавно двинулась между мусором, по подобиям проложенных здесь дорожек. Юная волшебница опасливо оборачивалась на каждый скрип, ожидая, что какая-нибудь из этих гигантских куч все таки рухнет ей прямо на голову, хороня ее здесь заживо.

Волшебной палочки с собой не было, девушка обнаружила себя босой в своем легком ночном платье, с распущенными волосами (собственно, так она и ложилась в свою кровать). В некоторых особенно темных местах странного зала приходилось идти на ощупь, осторожно переставляя ноги, выставив руку перед собой, чтобы не налететь здесь на что-нибудь носом. Вироса-де-Кута уже начала было думать, что никогда не сможет найти выход с этой помойки, как вдруг, за очередным поворотом показались большие деревянные двери. Девушка поспешила убраться отсюда подальше, выскользнула из пыльного помещения, сжимая в одной ладошке свою старинную находку.

Все было так, как она и предполагала. Вироса все еще была в Хогвартсе, очутившись в одном из коридоров замка, девушка облегченно вздохнула, оборачиваясь на тяжелые двери за своей спиной. Однако единственное, что она успела заметить, это исчезающий в каменной кладке рисунок. Через мгновение ставни испарились, словно их там и не существовало. Для уверенности, молодая волшебница пару раз похлопала по прохладному камню ладошкой - никакого эффекта. Заваленного хламом зала больше не было. Единственное подтверждение, что Вироса только что была там, это тусклая, старая, серебряная с крупным синим камнем тиара в ее руке.

Ничего не оставалось, кроме того, чтобы попытаться найти дорогу обратно в гостиную Слизерин. Пока Вироса бродила по молчаливым коридорам и лестницам замка, она крутила в руках загадочную находку, напряженно размышляя. Когда девушка во сне обнимала своего отца, в реальности же, она прижимала к себе эту корону. Значит ли это, что весь этот месяц, пока она пыталась в своей голове добраться до папы, на самом деле девушка раз за разом поднималась с кровати и отправлялась за помятой тиарой в волшебное измерение Хогвартса? Вероятно, так оно и было. Тогда возникает вопрос, почему за все эти дни ее ни разу никто не остановил, хотя бы тот же Филч, что обязан следить за порядком, особенно ночью? Разве никто не заметил, как она во сне бродит по коридорам?

“Как это никто?!” - тут же догадалась Вироса. - “Фред меня видел! Вот почему он часто говорил всякое про сны и ночные прогулки!” Девушка нервно огляделась по сторонам, проверяя, следит ли за ней сегодня Уизли. Никого. Слизеринка чуть ускорила шаг, желая в таком же одиночестве добраться до своей кровати, предварительно спрятав старую корону в своих вещах. Сил размышлять о том, как эта вещь может быть связана с ее отцом, уже не осталось.

На следующее утро Вироса-де-Кута первой шмыгнула в ванную комнату, приводя себя в порядок, пока ее соседка сладко потягивалась, сонно открывая глазки. На завтрак подруги спускались в приподнятом расположении духа. Точнее, такое настроение было у Виросы (ей предстояло решить очередную головоломку, что сейчас покоилась в ее чемодане, надежно скрытое заклинаниями, поэтому юная ведьма, чуть покусывая губы, мечтала о том, чтобы бесполезные уроки поскорее закончились, и она смогла побыть с тиарой наедине), а Паффина с удовольствием переняла приятно взволнованную ауру подруги, тоже начиная легко улыбаться.

В Большом Зале было совсем мало студентов, которые редкими группками сидели за своими столами, ковыряясь в еде. За гриффиндорским столом из седьмых курсов сидела только Анджелина Джонсон, которая прятала зевки за ладошкой, лениво читая “Ежедневный Пророк”. Вироса-де-Кута с прямой спиной и слегка приподнятым подбородком двинулась в сторону слизеринского стола, за котором в гордом одиночестве сидел Паффиан. Юноша, заметив сестру и подругу заметно оживился, чуть кивнул дамам в знак приветствия. Только девушки не успели и шагу сделать, как за их спинами раздался веселый бодрый голос:

-Доброе утро, лисичка!

У Виросы даже волоски на руках встали дыбом, и она очень медленно обернулась в сторону хорошо знакомого голоса, чувствуя как холодеют внутренности. К слизеринкам, добродушно улыбаясь, приближались близнецы Уизли. Фред смотрел на Виросу слегка сощурив глаза, с наслаждением следил за ее реакцией на его слова. Джордж же чуть нахмурил брови, бросая быстрый взгляд на брата, но тут же сделал вид, что все так и должно быть.

Вот только так быть не должно! Вироса-де-Кута совсем забыла вчера попросить юношу молчать о ее таланте к анимагии. Элементарная техника безопасности попросту вылетела из ее головы, пока они под заклинанием невидимости прогуливались от Запретного Леса до замка, по сути не разговаривая. Девушка была занята лишь тем, что старалась не обращать внимание на приятное тепло, что исходило от Фреда, чуть поворачивала голову, чтобы не чувствовать, как он сладко пахнет какими-то пряностями и фейерверками, делала вид, что не слышит, как он плавно дышит, мягко ведя ее обратно в школу.

И сейчас, замерев, как вкопанная, Вироса могла винить только себя за то, что Уизли может разболтать ее секрет вообще всем ученикам Хогвартса. И начать он, очевидно, решил прямо сейчас, во весь голос обратившись к ней “лисичка”. Как же хотелось бросить в него Силенцио, только бы запечатать ухмыляющийся рот, не давая юноше продолжить свою речь. А Фред открыто рассматривал ее лицо, буквально умываясь ее отчаянием, испугом и нервозностью, которые никак не удавалось взять под контроль. “Он буквально читает меня, как открытую книгу!” - промелькнуло в голове у Виросы, и девушка заставила себя принять более расслабленную позу, стирая с лица гримасу мимолетного ужаса.

-Что еще за лисичка, Уизли? - фыркнула сбоку Паффина, и к удивлению Виросы, ответ на этот вопрос ждал и Джордж тоже.

-Она же у нас самая умная в классе, так еще и хитрая, - тут же ответил Фред, кивая мол “я никому еще не говорил про твои скрытые возможности”, - так и получается, что лисичка.

-Какая же глупость, - бросила молодому человеку леди Винтербир, хватая подругу под руку и уводя ее к столу.

За завтраком Вироса не могла сконцентрироваться на еде или незатейливой беседе друзей, постоянно бросая взгляды за гриффиндорский стол. Фред часто наклонял голову, выглядывая из-за Анджелины Джонсон, которая, не умолкая, ему что-то рассказывала, посылал слизеринке ответные хитрые взгляды. Их переглядки прекратились только, когда в Большой Зал зашел широкоплечий, светловолосый Кассиус. Юноша задумчиво сводил брови к переносице, водя нижней челюстью из стороны в сторону, всем своим видом давая понять, что его что-то очень беспокоит.

-Привет, Кас, - улыбнулась Паффина, когда друг опустился напротив.

-Что-то случилось? Где Эд? - произнес Паффиан, оглядываясь на распахнутые входные двери.

-С ним разговаривает розовая дама, - угрюмо ответил молодой человек, резко скрещивая руки на груди. - Сразу отвечая на ваш вопрос, я не знаю о чем.

-У нас и так первым уроком будет ЗОТИ, почему она мешает людям завтракать? - недовольно фыркнул Пафф, демонстрируя свое отношение к преподавателю, идентичное выражение появилось и на лице его сестры.

-Не знаю я, - буркнул Кассиус, - она подлетела к нам вся такая счастливая и пропищала своим этим мерзким голоском: “Мистер Пьюси, пройдите со мной на минуточку!” - слизеринец передразнил даму, повышая тон и кривя губы. - И он ушел с ней.

-Неужели она собралась и Эду угрожать? - Паффина прислонила ладошки ко рту, испуганно расширяя глаза.

Слизеринцы переглянулись, ища друг у друга поддержки, однако находилась она слабо. А надежда на то, что это был всего лишь разговор об учебном процессе Эдриана, рухнула в тот момент, когда Пьюси появился в Большом Зале. Молодой волшебник шел очень медленно, слегка шаркая ногами, смотрел в пол, а на сером лице не было ни единой эмоции. Юноша был так глубоко погружен в свои мысли, что не заметив, задел плечами нескольких человек. Эдриан, не разбирая дороги, кое-как добрался до своего места за столом и рухнул на лавку, задевая ногой стол, отчего пара кубков качнулись, подпрыгивая на месте.

-Эд? - неуверенно позвал его Уоррингтон, чуть наклоняясь к другу. - Что с тобой?

Кажется Пьюси его все таки услышал, потому что в этот момент Эдриан зомбировано покачал головой из стороны в сторону, поднимая пустой взгляд на однокурсников. Выглядел юноша жутко, будто побывал на допросе с пристрастием, получив в при этом несколько проклятий прямо в бледное лицо, которое утратило любые, привычные для бойкого Пьюси, краски.

-Не сопротивляйтесь, - пожал плечами молодой человек, вызывая у присутствующих мурашки своим бесцветным голосом, - профессор Амбридж просто больная. Проще будет сделать так, как она просит и не идти ей наперекор.

-Она хочет, чтобы ты, так же как и мы с сестрой, плясал под ее дудку, выполняя любое ее желание? - сглотнув вязкую слюну, произнес Паффиан, Пьюси кивнул. - И чем она застращала тебя?

-Моя мама, отец, дядя и тетя работают в Министерстве, - юноша заговорил так тихо, что всем пришлось слегка наклониться к нему, дабы расслышать его речь. - Я и не знал, что Долорес Амбридж забралась там так высоко.. Она разложила передо мной дела всех моих родственников, и показала, что они совершали некоторые.. не совсем законные действия. В этом нет ничего особо криминального, но если сложить все их вместе, то получается, что семья Пьюси - это вдоль и поперек настоящие мошенники.. Профессор Долорес четко дала понять, что при моем отказе, она легко сможет добавить к уже существующим нарушениям все те, что были совершены всеми сотрудниками Министерства. Ведь у нее уже есть доказательства на счет настоящих дел, а правдивость остального даже проверять не станут, ведь ее слову доверяет сам министр магии.

Эдриан замолчал, опуская голову. Молодой волшебник был раздавлен, и никто из его друзей был не в силах ему помочь. Если дело касалось Министерства Магии Великобритании, то что могло стоить слово школьников против слова помощницы министра? Паффина тихонько шмыгнула, отворачиваясь в сторону, Паффиан же уронил лицо на ладони, тяжело дыша от переживаний за свою собственную семью и за семью близкого друга. Кассиус положил свою широкую ладонь Эдриану за плечо, безмолвно стараясь разделить волнения однокурсника. Вироса-де-Кута же больно прикусила нижнюю губу, проезжая по ней зубами. Это был очередной удар по старшекурсникам, которым простым детям нечем было отразить, лишь молча сцепив зубы, выполнять приказы взрослой ведьмы, что манипуляциями запугивала учеников, беря их под свой контроль. Однако все еще было непонятно для чего ей нужны запуганные школьники, готовые ради своей семьи следовать любым указаниям.

В этом, наверное, была единственная слабость любого чистокровного рода - в кровных узах. Семья для любого представителя древней фамилии была важнее всего остального. И в это понятие “семья” входило гораздо больше, чем мог бы себе представить маглорожденный или даже полукровка. Здесь была и честь с достоинством; правила поведения; древние артефакты, что связывали род; кровные проклятия, передающиеся из поколения в поколение; страшные тайны, которые грузом висели над каждым членом семьи; и самое главное - невозможность выйти из замкнутого круга обязанностей представителя своего рода. Дела и ответственность семьи висели, словно черные метки над каждым, кто рождался чистокровным волшебником, приказывая отвечать не только за себя, но и за весь род, даже после смерти. Все маги оставались в доме в качестве живых картин (кроме случаев, если колдун или ведьма умирали слишком рано - до того, как будет готов холст), помогая своим потомкам советами и напоминая все древние истории, что со временем стираются из памяти живых.

Из тугой петли, пусть даже украшенной драгоценными камнями, нет шанса выбраться. И леди Дасадити вдруг отчего-то четко ощутила, как на ее шее затягивается еще одна веревка рода Навелюкс, за чей род ей также придется взять ответственность в свои руки, потому что крестная ввела ее в семью как прямую наследницу. Вироса-де-Кута дотронулась до своей шеи, слегка растирая кожу ледяными пальцами.

Вскоре слизеринцы отправились на первый урок. Их гробовое молчание разрезалось шумными и чересчур веселыми голосами гриффиндорцев, которые следовали рядом, в шутливой манере обсуждая грядущее занятие по Защите от Темных Искусств. Спасибо Салазар, никто из красно-золотых не решил лезть к мрачным и тихим змеям, продолжая вести разговоры только между собой.

-Доброе утро, дети! - с отвратительной фальшью в голосе произнесла профессор Амбридж, приветствуя учеников в своем классе. - Проходите. Открываем следующий параграф и начинаем конспектировать новую тему.

Гриффиндорцы тут же недовольно зашептали, специально громко бросая свои сумки на парты, начали шумно рассаживаться по местам. Совершенно другими были студенты слизерина. Семикурсники молча опустились на лавки, тут же принимаясь за кропотливую работу. Никто из зелено-серебряных даже глаз не поднял, утыкаясь носами в раскрытые учебники.

-Мистер Уоррингтон, задержитесь на пару слов, пожалуйста, - пропела профессор, когда колокол оповестил об окончании урока.

Слизеринцы переглянулись, точно понимая, что ждет их одноклассника дальше. Друзья послали Кассиусу сочувствующие взгляды, видя, как высокий юноша нервно потирает руки, делая несколько шагов к розовой даме. Львы торопливо покинули класс, в то время как змеи пытались задержаться как можно дольше, не желая оставлять одного из своих наедине с пугающей их Долорес Амбридж.

Следующим уроком была травология, на которую Кассиус сильно опоздал. Профессор Помона Стебель услышав от слизеринца, что того задержала преподаватель ЗОТИ, грустно вскинула брови и быстро закивала седой головой, разрешая студенту занять место рядом с однокурсниками. Гриффиндорцы никак не отреагировали на чуть взвинченного Уоррингтона, продолжая усердно капаться в своих горшках, в то время как Слизерин во все глаза замечал изменения в лице своего друга.

Кассиус, в отличии от остальных не был бледен и его не потряхивало от страха, он был адски зол. Голубые глаза метали молнии, а от каждого резкого движения, того и гляди, разразиться гром. Юноша скрипел зубами и хмурил брови, постоянно дергая головой, словно отмахиваясь от назойливой мухи своим правильным носом.

-Эта розовая дама перешла все границы! - выпалил Уоррингтон, когда урок был закончен, и студенты отправились на обед.

Слизеринцы поплотнее обступили Кассиуса, внимательно его слушая, Паффина даже нежно погладила друга по плечу. Пьюси, как самый бойкий из всех, начал тут же поддерживать одноклассника, уверенно кивая и поддакивая. Паффиан и Вироса-де-Кута же аккуратно оглядываясь, проверяли, что никто их не подслушивает.

-Она сказала, что я вылечу из команды по квиддичу! - взорвался Кассиус, сжимая кулаки.

-Это не в ее власти! - тут же выпалил Эдриан, злобно сверкая глазами.

-И я ей так ответил! - от переизбытка эмоций Уоррингтон ударил себя руками по бокам. - Она на это лишь посмеялась и посоветовала мне не проверять ее возможности. А потом прямо сказала, что помимо квиддича, которым я увлекаюсь в Хогвартсе, мне не видать и места в Аврорате! Она четко дала понять, что в ее власти помешать мне сдать экзамены на госслужащего!

-Тебе она решила угрожать не семьей, а твоим личным будущим? - фыркнул Винтербир, складывая руки на груди.

-О! Розовая дама очень изобретательна в своих угрозах, как оказалось! - Кас скривился, пиная траву ногой. - Давно мы с вами не общались с нашими младшими! Она подмяла под себя почти всех со Слизерина! Даже наших мелких старост. Малфою, например, она напомнила о том, что его отец был связан с Сами-Знаете-Кем, а на Паркинсон она надавила через Драко, а сама Паркинсон заставила подчиняться Амбридж некоторых девочек, до которых не успела дотянуться розовая дама!

Кассиус шумно и рвано выдохнул, закрывая глаза. Остальные молча переваривали информацию. Получается, что целый факультет теперь находится во власти мерзкой профессорши, которая затеяла свою игру в Хогвартсе. Зачем ей столько детей в беспрекословном подчинении? И куда смотрят остальные профессора? Куда смотрит директор Дамблдор!?

Вироса-де-Кута потерла виски подушечками пальцев, быстро прикидывая, на что может надавить розовая дама, чтобы получить юную мисс Дасадити под свое крыло? Девушка была гражданкой другой страны, и как бы Амбридж не старалась, все таки ручки у нее будут коротки, чтобы достать так далеко. Единственное, что может стать болевой точкой Виросы - род Навелюкс. Однако крестная почти всю жизнь провела вне страны, а последние годы активно доказывала всем, что является недееспособной, сумасшедшей ведьмой, что у Министерства не должно найтись ничего компрометирующего на единственную живую представительницу древней семьи Навелюкс. Да и знает ли вообще розовая дама, кто является крестной Виросы?

В голове громко и протяжно загудело. Мозг, как по заказу, вынес на поверхность и другие проблемы, которые нависли над юной ведьмой нерешенными задачами. Одно из самых неприятных - это само обучение - скучное и бестолковое, в котором придется вариться еще много месяцев. Другое, загадочное и в меру пугающее - старая диадема, к которой девушку привел отец из сна. И самое незначительное на всем этом фоне - Фред Уизли, который знал про ее способность к анимагии.

-Хорошо, допустим, розовая дама получила весь факультет Слизерин под свое крыло, - произнес Паффиан, когда все расселись по своим местам в Большой Зале. - Дальше то что? Зачем ей армия из детей?

Очень скоро студенты получили ответ на свой вопрос. Долорес Амбридж - Генеральный Инспектор Хогвартса. Эта “чудесная” новость облетела всю школу, и если Гриффиндор открыто протестовал, Пуффендуй и Когтевран старались лишний раз не высовываться, чтобы не попасть под горячую руку, то Слизерин ощутил, как каждый из змеек в один момент превратился в личную безотказную игрушку новоиспеченного Инспектора.

Глава 12 Я сейчас задохнусь

Вироса-де-Кута была единственной из своих однокурсников-слизеринцев, кто не общался с розовой дамой лично и не получил от нее порцию угроз. Поэтому девушка была в относительной безопасности, но какая разница, если все друзья в один момент превратились в служащих Генеральному Инспектору Хогвартса.

Изменения в общей гостиной Слизерин были заметны в тот же день. Никто из студентов больше не собирался вместе для того, чтобы весело сделать уроки или позабавиться в волшебные игры. Никто даже не разговаривал громче шепота. С этого момента зелено-серебряная общая комната и правда напоминала гнездо маленьких детенышей змей, которые только и могли, что бесшумно перемещаться из одного угла комнаты в другой, тихо переговариваясь между собой. Тема розовой дамы всеобщим молчаливым согласием ни разу не поднималась, будто своими обсуждениями студенты могли накликать на себя еще большую беду.

Однажды вечером Амбридж вызвала Винтербиров к себе, чтобы дать двойняшкам какое-то поручение, поэтому Вироса осталась в спальне одна, решая заняться своим важным делом. Девушка аккуратно вытащила из чемодана диадему, крутя ее в руках в разные стороны.

Старая помятая корона не выглядела чем-то стоящим от слова совсем. Однако это именно та вещь, к которой ее целый месяц вел отец. Раз старинный артефакт был ему так важен, значит, стоило внимательнее с ним разобраться. Первым делом Вироса-де-Кута вытащила из кобуры свою волшебную палочку, проводя анализ на любую опасную магию, что могла быть заключена в диадеме. На одно из заклинаний, что-то внутри старого серебра откликнулось, однако то, что было запечатано не несет прямой угрозы для жизни. “Получается, это все таки что-то волшебное, а не просто старинное украшение,” - подумала юная ведьма, поднося корону ближе к глазам. - “В таком случае, как мне добраться до того, что спрятано внутри?”

Вироса-де-Кута попробовала еще несколько заклинаний, чтобы получить отклик от диадемы, однако, чтобы там не было внутри, на свет оно выходить не торопилось. Девушка поднялась на ноги, прошлась по комнате, задумчиво кусая губы и морща носик. На глаза попалась колдография отца, что лежала на своем месте около кровати. Вироса взяла в одну руку карточку с изображением отца, а в другую старую тиару, переводя взгляд с одного предмета на другой. К девушке совсем недавно пришла ошеломляющая мысль о том, что отец из ее сна был ровно в том же месте, среди тех же деревьев и цветов, рядом с которыми он был на колдографии.

Может ли быть такое, что диадема тоже как-то связана с этим местом? Мама ведь никогда толком не объясняла, что именно они с папой делали в Албании, зачем шастали по лесам, и что выискивали в таких странных краях. А что, если родители охотились за этой блеклой короной? Тогда, как она оказалась в Хогвартсе, и зачем отцу вести ее к этому артефакту, о котором даже мама ей ничего не рассказала? Здесь явно не хватает деталей.

Вдруг дверь в спальню открылась, пропуская внутрь уставшую Паффину. Вироса быстро спрятала тиару под подушку, делая вид, что аккуратно поправляет постель перед тем, как на нее сесть. Леди Винтербир опустилась на свое покрывало, тяжело выдыхая.

-Что от вас хотела розовая дама? - произнесла Вироса, вглядываясь в лицо подруги.

Той гримасы ужаса, что перекосила лицо слизеринки после первого разговора с Амбридж, не было. Глаза лишь устало смотрели в пол, а уголки губ были чуть направлены вниз.

-Она решила сформировать отряд из студентов, который будет помогать ей следить за порядком в школе, - выдохнула Паффина, потирая щеки ладошками. - При чем у ее подопечных будет больше прав и свобод, чем у тех же старост. Можно будет снимать очки с факультета за любое действие, что покажется нам неподобающим. Особо провинившихся можно будет отправлять за наказанием сразу к профессору Амбридж. Сегодня кроме нас с братом было еще несколько учеников слизерина с младших курсов. Нам сказали донести новость до остальных.

-Кого именно она пытается поймать? - тут же спросила Вироса, понимая, что вся эта сложная игра была затеяна ради кого-то конкретного.

Ясно было, что студенты способны дотянуться только до точно таких же студентов. А это значит, что тот, кого розовая дама так жаждет поймать за хвост, находится среди учеников. Другая очевидная мысль, что этот кто-то не из Слизерин. Возможно, что Амбридж выбрала именно этот факультет в качестве своих протеже не только из-за того, как ей было легко манипулировать чистокровными волшебниками, но еще более вероятно, что тот, кого Генеральный Инспектор хочет прижать, находится на Гриффиндор. Война между львами и змеями слишком яркая, поэтому большинство из ее отряда захочет насолить красно-золотым недругам, отнимая у них баллы ни за что.

В таком случае, кто из студентов гриффиндорцев на сколько не дает покоя представителю Министерства? Тут же в голове Виросы всплыл давний выпуск Ежедневного Пророка, в котором громко поносили молодого Гарри Поттера, который якобы видел дементоров и использовал заклинание Патронуса перед маглом.

Так-так-так, получается, что мальчик опасен для Министерства своими заявлениями, в которые некоторые граждане верят, потому что Поттер это Мальчик-Который-Выжил. Герой нации. Но что такого может заявлять студент, что пугало бы правительство? Единственное, что Вироса хорошо поняла, это то, что в Британии всеми силами запрещают темные искусства, даже урок в школе умудрились запороть. Значит ли это, что юный Поттер открыто заявляет о чем-то насколько темном и мрачном, что Министерство придумало такой изощренный способ его заткнуть, подсовывая в Хогвартс своего человека?

-Розовая дама не уточняла таких деталей, сказала действовать на свое усмотрение, - выдернула подругу из мыслей Паффина. - Так или иначе, всем, кто захочет присоединиться к ее отряду, нужно до конца октября получить в кабинете Амбридж специальную отличительную повязку на руку.

-Ты пойдешь?

-У нас с братом нет выбора, - девушка обреченно пожала плечами, - как и у большинства Слизеринцев. Нам придется вступить в этот отряд, иначе пострадает наша семья.

На такой печальной и гнетущей ноте девушки пожелали друг другу спокойной ночи, отправляясь спать. За сложными мыслительными схемами касающихся Министерства, Вироса-де-Кута забыла о том, что спрятала диадему под подушку, вспоминая о ней лишь в тот момент, когда в щеку больно уперлась острая часть старинного украшения. Юная ведьма медленно, стараясь не шуршать, вытащила тиару из-под подушки, зажимая ее в руках. Ничего не оставалось, кроме как, прикрываясь одеялом, засыпать в обнимку со старым артефактом.

И опять, открыв глаза, вокруг был летний лес, а под ногами теплая трава. Вироса-де-Кута уже хотела было взвыть от злости и разочарования, однако успела себя сдержать. Отец стоял совсем близко, сложив руки на груди, внимательно смотрел на девушку своими темными блестящими интересом глазами.

-Добрый вечер, - девушка присела в реверансе, слегка приподнимая подол ночного платья.

-Добрый вечер, мисс, - отец слегка поклонился, насмешливо ухмыляясь. - В этот раз вы не станете бросаться мне на шею?

Вироса слегка оторопела, замирая в замешательстве. Получается, отец все помнит, и весь этот месяц он, действительно, просто молча за ней наблюдал. А еще.. Папа говорит и смотрит так, словно совершенно не понимает, кто перед ним стоит. Он не осознает, что это за девушка, которая так отчаянно рвалась к нему весь сентябрь. От этих мыслей Виросе стало невыносимо грустно и обидно, но она не позволила эмоциям отразиться на лице, вежливо приподнимая уголки губ и складывая руки в замочек у живота. В тот же момент, отец прищурил глаза, прожигая молодую ведьму взглядом, словно смог прочитать ее истинные мысли.

-Прошу прощения, сэр, - спокойно произнесла Вироса, внимательно контролируя голос. - Я не подумала, что вы можете меня не знать.

-Ты так расстроилась, словно я просто обязан был тебя узнать, - тут же произнес он, слегка наклоняя голову в бок. - Кто мы друг другу?

-Вы мой отец, сэр, - ведьмочка улыбнулась чуть искреннее, заглядывая папе в глаза.

-Что? - кажется, он был настолько ошарашен этой новостью, что на пару секунд уронил свою непроницаемую маску. - И кто же, позволь уточнить, твоя мама?

-Амараморта Дасадити.

Отец задумчиво кивнул, чуть отворачиваясь от Виросы. Он хмурил брови, уходя в свои мысли. Его тело не казалось напряженным, он не пытался отгородиться от новоиспеченной дочери, не начал размахивать руками, отрицая ее слова. Лишь опустил взгляд, демонстрируя девушке свой точеный профиль. А затем медленно и довольно тихо произнес:

-И как тебя зовут?

-Вироса-де-Кута Дасадити, - уверенно произнесла девушка, инстинктивно распрямляя плечи и слегка приподнимая подбородок.

Отец одобрительно хмыкнул, скосив глаза на юную ведьму, оценивающе осмотрел ее с ног до головы.

-Мне нравится, - он кивнул, вновь поворачиваясь всем телом к названной дочери. - Но почему, если я твой отец, ты не называешь свое среднее имя?

-Моя мама, - девушка смущенно опустила голову, смотря на отца исподлобья, - никогда не называла мне вашего имени, отец. Поэтому я до сих пор не знаю свое настоящее.. полное имя.

-Вот как, - папа небрежно дернул носом, но затем, вдруг, вновь задумался, чуть хмуря темные брови. - Зачем ты искала встречи со мной?

-Я.. - Вироса запнулась, не ожидая такого вопроса (разве не очевидно, что любой ребенок будет искать своих родителей, чтобы быть рядом с ними?). - Я всю жизнь хотела с вами познакомиться, отец. Если вы согласитесь, то я бы хотела жить рядом с вами..

Папа рассмеялся, недобро сверкая глазами. На мгновение, Виросе почудилось, что в карих радужках промелькнула красная искорка. Девушка не успела понять, пугает ли ее странный кровавый цвет или же, скорее, восхищает, потому что отец тут же успокоился, заговорил томным голосом:

-Ты хоть понимаешь, с чем именно сейчас ведешь беседу, Вироса-де-Кута?

-Я уже догадалась, что это все как-то связано с тиарой, что я нашла в странной комнате..

-Где сейчас диадема? - гаркнул отец, сжимая челюсти.

На его щеках заходили желваки, а во взгляде полыхнул жуткий пожар. Кровавая искра вовсе не причудилась девушке. Сейчас этим багровым насыщенным светом окрасились радужки целиком. Возможно, имей отец в руках палочку, он, непременно, ею воспользовался бы в эту же секунду, бросая в Виросу что-нибудь колкое, заставляя ее немедленно ответить на вопрос.

-Я в Хогвартсе, как и корона, - спокойно ответила ведьмочка, отвечая прямым бесстрашным взглядом. - Я запечатываю диадему множеством сложных заклинаний защиты, так что никто, кроме меня, не сможет ни коснуться ее, ни даже просто увидеть артефакт.

-Почему это ты так уверена? - зашипел отец, не умаляя своего гнева.

-Вы давно не были в замке, сэр. Здесь, ни то что ученики, даже преподаватели мало знают о сложных чарах. Сейчас вместо Защиты от Темных Искусств нас заставляют переписывать учебник для детей возраста пяти лет.

Отец молчал, сканируя прищуренными глазами лицо Виросы. Но, видимо, не найдя в нем лжи или хотя бы лукавства, он сменил гнев на простое раздражение, слегка ослабляя полыхающие красные искры в своих радужках.

-В таком случае, - продолжил шипеть папа, - что же это за диадема, по-твоему? С чем ты сейчас ведешь беседу, Вироса-де-Кута?

-Если честно, - девушка пристыженно прикусила нижнюю губу, - я еще не успела разобраться с тем, что из себя на самом деле представляет тиара..

Отец вновь расхохотался, откидывая голову назад. Слегка кудрявые волосы качнулись, и одна каштановая прядь завитком упала ему на лоб. Папа хмыкнул, принимая свое изначальное положение, отправил девушке насмешливый карий взгляд:

-Как же так? Моя дочь! - он сделал сильный акцент на последних словах. - И не смогла разобраться? Ты уверена, что Амара родила тебя от меня?

-Уверена, - Вироса не заметила как ее взгляд ожесточился, а зубы скрипнули. Он нарочно оскорбляет ее и маму?

Девушка чувствовала себя униженной, но не так, чтобы броситься в слезы, а до той степени, что была готова перерыть все библиотеки мира, опросить каждого в мире сведущего в темных искусствах колдуна, и докопаться до ответа во чтобы то ни стало. Ее решимость отразилась на лице и в темном взгляде, направленном только на отца. Он наслаждался ее эмоциями, впитывая в себя плоды своих стараний. Девушку раззадорили его слова, заставляя включить мозг и нещадно искать ответ на новую загадку.

***

Темному магу это нравилось. Не только то, что девушка, назвавшаяся его дочерью, сама того не зная, делилась с ним силой, но и то, как она себя вела. Как смотрела и говорила, как ровно держала спину, и какой у нее был целеустремленный жестокий взгляд. Он, конечно, не видел в ней равную, но точно знал, что девушка способная черная ведьма, которая вырастет идеальной, опасной колдуньей, под стать его правой руке.

Волан-де-Морт точно знал, что эта юная девушка его дочь. Наследница его мощи и навыков. Это было видно невооруженным взглядом. Весь ее внешний вид был создан, словно под его копирку. Хоть, пока что, карие глазки не наливались кровавым цветом, как могли его собственные, в них уже читалась опасность, граничащая с ужасающей силой.

Часть души запечатанная в тиаре обладала теми же силами, что и Волан-де-Морт во время создания этого Крестража. Поэтому он легко различал эмоции и ложь (которой не было ни капли в словах юной волшебницы), а ее чувства буквально кричали о том, как девушка рада общаться со своим отцом, как благодарна за возможность с ним увидеться. Никогда раньше он не ощущал столько мощных теплых волн, исходящих от кого-либо в его сторону. На удивление, приятно..

Еще одним доказательством их кровного родства послужил парселтанг. Темный Лорд заговорил на нем, решив удостовериться, что кроме внешности Вироса-де-Кута получила и этот его дар. Шипение легко срывалось с его губ, обращаясь грозным змеиным языком. А девушка, не секунды не думая, отвечала ему тем же, словно молодая ядовитая рептилия, шипела шумно втягивая воздух сквозь зубы.

Дочь. С прекрасным ядовитым именем. Амара хорошо постаралась, выбирая их дочери такое чудесное и, главное, очень подходящее имя. Наверняка, для того, чтобы у Волан-де-Морта не было никаких сомнений по поводу их родства.

-Моя дочь с легкостью смогла бы разобраться с тем, что за вещь она получила в свои руки, - с ухмылкой произнес темный маг.

Ему не терпелось увидеть, как его родная кровь справиться с его загадкой. Он хищно оскалился, видя решимость в карих глазах перед собой (словно в зеркало глядел, видит Салазар!). Девушка уверенно кивнула, принимая вызов, однако было в ее эмоциональном фоне, что-то беспокойное. Кажется, молодая ведьма уже пыталась найти объяснение всему происходящему, но (если она говорит правду, и преподавание в школе совсем отвратительное) у нее правда ничего не вышло отыскать.

-Так и быть, - неожиданно для самого себя произнес Волан-де-Морт, - я дам тебе подсказку, где искать.

-Я вас внимательно слушаю, отец, - спокойно произнесла девушка, пытаясь скрыть от него свое счастье за маской вежливой отстраненности.

-Представь себе самую темную магию мира, - заговорчески произнес чародей. - А теперь попробуй разобраться, как она работает.

Волан-де-Морт усмехнулся, когда Вироса-де-Кута нахмурилась, в задумчивости отводя глаза в сторону. Он вытолкнул ее из Крестража, в последний момент считывая то, что заставило его удивиться. Догадку. Молодая ведьма успела о чем-то подумать, выдавая свое радостное волнение, перед тем, как пропала из летнего леса Албании.

***

Вироса распахнула глаза, жадно ловя ртом прохладный воздух спальни. Она словно пробыла под водой некоторое время, заливая легкие бурлящей жидкостью. Лоб покрылся ледяной испариной, а руки, прижимающие к телу старую диадему, мелко дрожали.

Это был не сон! Вироса-де-Кута теперь была точно уверена, что общалась со своим отцом, что видела его так же ясно, как Паффину, что по своему обычаю свернулась калачиком, и спала на своей постели. А еще девушка убедилась в том, что мятая серебряная тиара напрямую связана с ее папой, который ждет от нее решительных и обоснованных ответов.

Юная волшебница поднялась со своего места, пряча артефакт в сундук, не забыв плотно окутать корону всевозможными защитными чарами. Что в конце сказал папа? Самая темная магия мира? Вироса задорно хмыкнула, загораясь азартом, даже кончики пальцев закололо от предвкушения. Большую часть лета она только и делала, что выясняла, какое же черное проклятие скрывалось за старинной руной в книге “Древней и ужасной историей тьмы”. И по сути, ответ она получила от живого портрета сэра Ноджибла Ресечера Навелюкс. Оставалось, только собрать все, что она знала и придать этому более осмысленный и конкретный, определенный вид.

Первым делом, нужно было все таки получить название проклятия, которое она так и не решилась узнать у предка Навелюкс. “Но сэр и сам знал только видоизмененный вид заклинания, а не то, изначальное, что обменивает жизнь волшебника на жизнь другого человека.” - Вироса потерла лоб ладошкой, размышляя. - “Секунду. Хоть отец и сказал про самое темное заклинание, которое можно себе представить, точно ли он имел в виду то старинное проклятие? Оно ведь.. наверняка утрачено.. Или он настолько невероятен, что смог отыскать и его? Но зачем?” - мысли вертелись шумным ураганом, ударяя по стенкам мозга. - “Зачем отцу заклинание способное разменивать свою жизнь на чужую? Если бы он им воспользовался, я бы не смогла с ним встретиться даже с помощью тиары. Нет-нет-нет. Здесь что-то не так. Существует другое самое темного заклинание? Еще более древнее и таинственное? Тогда как же я смогу его отыскать?”

Ведьмочка с головой ушла в свои размышления, на автомате приводя себя в порядок к новому учебному дню. Она даже не заметила, как проснулась Паффина, желая ей доброго утра. Соседка не слишком расстроилась тем, что Вироса не ответила на приветствие, отправляясь в ванную комнату. А когда пришло время отправляться на завтрак, леди Винтербир, уже по привычке, взяла юную мисс Дасадити под руку, выводя подругу из комнаты.

-Я не хочу тебе мешать, прошу прощения, - нежно улыбнувшись, произнесла Паффина, - но у тебя все в порядке? Ты так сильно задумалась, что словно находишься где-то очень далеко отсюда.

Вироса-де-Кута пару раз хлопнула глазами, фокусируя взгляд на слизеринке. Девушка так провалилась, закапываясь в своих догадках, что и не заметила, как они поднялись в главный холл замка.

-Прошу меня простить, - покачав головой, ответила ведьмочка, - мне приснился удивительный сон, который я все утро пытаюсь вспомнить, - легко соврала Вироса, возвращая подруге улыбку.

-Ох, понимаю! -Паффина бодро закивала. - Мне тоже иногда снятся загадочные вещи, которые потом никак не хотят вспоминаться. Однажды я нашла небольшую заметку в газете, о том, что все сны волшебников на самом деле реальны, просто не всегда происходят в нашем мире. А еще..

-Доброе утро, лисичка! - раздался звонкий радостный голос с лестницы.

Слизеринки одновременно обернулись, уже зная, кого они сейчас увидят. Со ступенек к ним пружинистой походкой спускался Фред, сразу за ним шел Джордж, а чуть сбоку, недовольно кривя губы, плелась Анджелина Джонсон.

-Доброе утро, - вежливо ответила Вироса-де-Кута, слегка приседая в реверансе, за ней (очень неохотно) повторила леди Винтербир.

-Как радостно видеть, что змеи научились правильно приветствовать своих однокурсников, - съязвила Джонсон, кидая короткий взгляд на лицо Фреда, чтобы проверить его реакцию на шутку.

-Как спалось, лисичка? - юноша пропустив мимо ушей глупость гриффиндорки, встал напротив Виросы, внимательно всматриваясь в ее лицо и хитро улыбаясь.

-Ох, точно, - девушка сделала вид, что только что о чем-то вспомнила, приподнимая указательный пальчик вверх, - совсем забыла тебе сказать.

-О чем? - Фред наклонил голову вбок, смотря на ведьмочку словно кот на сметану.

-О нашей игре, которую ты затеял, - состроив максимально кокетливое выражение лица, хихикнула Вироса.

Юная ведьма догадалась о том, что Фред все это время был в курсе ее ночных прогулок по замку, в ту же ночь, когда уже в сознании возвращалась в свою гостиную, сжимая диадему в руках. Больше всего она радовалась тому, что в тот раз Уизли решил за ней не следить, видимо, отдыхая после их встречи около Запретного Леса. Молодой человек постоянно намекал на то, что знает, как она блуждает по Хогвартсу, предложил еще в начале сентября пари (ничего не понимающей Виросе) о том, кто из них быстрее догадается, куда же все это время пыталась добраться спящая девушка.

-Я, получается, победила, - уверенно произнесла Вироса-де-Кута, расплываясь в радостной улыбке.

-Неожиданно, - заторможено произнес Фред, очарованный мягким поведением девушки. - И какой у тебя был приз?

-Секрет, - хихикнула Вироса, хватая Паффину за руку и уводя в Большой Зал.

-О чем вы говорили? - удивленно прошептала слизеринка, оборачиваясь в сторону гриффиндорцев.

-Не обращай внимания, - отмахнулась леди Дасадити. - Я, всего лишь, отвязалась от настырного молодого человека, ничего более.

Как бы не так. Упертый Уизли, пусть ничего больше не говорил, но весь день не сводил своих глаз с Виросы, посылая ей многозначительные взгляды. То подмигнет, то вопросительно вскинет брови, то хитро улыбнется. Девушка, сама не замечая как, включилась в эти переглядки, каждый раз отвечая юноше разными выражениями лица: то подожмет губки, делая вид, что не понимает его немых намеков; то спрячет смешок за ладошкой; то закатит глазки, чуть отворачиваясь.

Во время обеда их молчаливая игра стала не такой осторожной, как в первой половине дня, привлекая излишнее внимание других студентов. И если Слизерин с чего-то решил, что их новой подруге угрожают, начал закидывать красно-золотой стол едкими и острыми взглядами (особенно старался прожечь лица однокурсников-львов Кассиус, впиваясь в них, словно коршун когтями, своими голубыми глазами). То вот реакция Гриффиндорского стола была совсем неожиданной. Старшекурсники заулыбались и заулюлюкали, обращая все свое внимание на Фреда.

***

-Фредди, ты активно пытаешься заманить змейку, мне даже страшно представить, что ты задумал, - хохотнул Джордж, ударяя брата по плечу.

-Это же наша мисс всезнайка ему глазки строит, разве не очевидно, - тут же включилась в обсуждение Алисия Спиннет, аккуратно подглядывая на свою близкую подругу.

Анджелина, конечно, оценила такой ход со стороны однокурсницы, но это спасало слабо. Джонсон прекрасно видела, что это Фред был инициатором всех этих противных переглядок. Зачем он вообще утром заговорил с этой новенькой зазнайкой? Что это у них за общие тайны, о которых, похоже, даже Джордж не знает?

Гриффиндорка скрипнула зубами, сдерживая злобный рык. Да, она ревновала. Да, бесилась только от одного вида этой пятнистой выскочки, которая заявилась к ним, как будто так и надо, и принялась пудрить ЕЕ Фреду мозги! Анджелина могла бы (наверное) принять, если бы Фред начал ухаживать за кем-то другим. Но только не за Слизеринкой! Да еще и такой.. такой.. грр! Оскорбительные слова подбирались плохо. Ведь обозвать ее уродиной, будет неправильно, эта Дасадити была невероятно красивой и женственной. Неумеха или лентяйка, криворукая или бестолковая - вообще не про эту змею. Дасадити была лучшей по всем предметам, отличаясь своими знаниями и навыками во время занятий. Но было одно слово, которое все таки прекрасно подходило ненавистной девушке.

“Вертихвостка!”-выпалила у себя в голове Анджелина, сжимая ладони в кулаки. - “Постоянно таскается с колдографией своего парня, который, похоже, еще и старше на несколько лет, и смеет строить глазки ничего не подозревающему Фреду!”. Раззадоренная гриффиндорка топнула ногой, стараясь отправить за стол, кишащий мерзкими змеями, гневный, убивающий взгляд. “Раз ты позволяешь себе так себя вести, бесящая выскочка, я открою Фреду глаза! Он поймет какая ты на самом деле легкомысленная и легкодоступная каждому встречному-поперечному!”

В голове созрел гениальный злобный план. Осталось только дождаться подходящей возможности. Хотя терпение было уже на исходе. Следующий урок с профессором Бинсом - История Магии. Призрак вообще никого не видит и не слышит, поэтому и мешать действиям Анджелины не станет! “Все увидят твою истинную натуру, гадюка!”

***

Профессор Бинс, по своему обыкновению, вплыл в класс через каменную стену, сходу начиная очередное повествование о делах минувших лет. В этот раз, как и во все предыдущие, многие ученики, опустившись на свои парты, занялись своими делами, не обращая никакого внимания на тихо бубнящего что-то себе под нос призрака.

Вироса-де-Кута уверенно открыла учебник, решая продолжить чтение на том моменте, где остановилась в прошлый раз. Хотя мысли постоянно убегали куда-то, рассеивая ее внимание, поэтому каждые пару минут приходилось нервно поджимать губы, возвращаясь к началу абзаца.

“После принятия в 1689 году Статута о секретности волшебники перешли на скрытный образ жизни. Внутри существующих поселений естественным путём возникали маленькие магические сообщества. В небольших деревушках зачастую селились по нескольку волшебных семей, поддерживая и защищая друг друга.” - Вироса скользила глазами по, и без того, известным ей фактам, (в отличии от других студентов) силясь занять себя хоть чем-то, кроме сна.

-Эй, Вироса-де-Кута, - раздался девичий шепот со стороны гриффиндорского ряда.

Юная волшебница обернулась на голос, встречаясь взглядом с темноволосой Анджелиной Джонсон. Девушка ей была абсолютно безразлична, несмотря на то, что сама львица Виросу явно за что-то недолюбливала, обильно выдавая ей всевозможные колкие взгляды. “Привычка выработанная с годами?”-размышляла как-то леди Дасадити, скидывая все на вражду факультетов.

Самой Виросе такими глупостями, вроде междоусобных разборок, заниматься было не по статусу, да и интереса в этом не было никакого. Поэтому юная ведьма лишь вежливо кивнула гриффиндорке, отправляя ей спокойно-вопросительный взгляд. Джонсон же смотрела так, будто сейчас все вокруг должно взлететь на воздух, и только у нее была возможность уцелеть в грядущем взрыве.

-Сильно занята? - необычным голосом произнесла красно-золотая, насмешливо кивая в сторону учебника. - Я хочу у тебя кое-что спросить.

Неожиданная беседа тут же привлекла внимание всех присутствующих (кроме профессора, естественно, он также и продолжил медленно летать из стороны в сторону перед доской, что-то монотонно рассказывая). Студенты заинтересованно поднимали головы, пытаясь по лицам однокурсниц определить характер разговора.

-Что ты хочешь узнать? - ради приличия немного понизив тон, спросила Вироса, аккуратно оглядываясь на педагога.

Слова слизеринки стали спусковым крючком, не иначе. Джонсон резко поднялась со своего места, вытаскивая палочку из рук. Вироса-де-Кута механически среагировала. Мама, да и крестная тоже, любили устраивать внезапные магические проверки. Это была далеко не теория. Ведьмы ни с того ни с сего выхватывали волшебные орудия, бросая в ничего не подозревающую Виросочку различные заклинания, наблюдая за ее реакцией. Сначала это было просто жалкое унижение слабых, после маленькая ведьмочка начала понемногу привыкать, успевая отбить второе-третье проклятье. Но, а позже и вовсе могла предчувствовать все внезапные нападки, тут же ставя щит, или вовсе ударяя первой.

Так и в этот раз. Вироса-де-Кута вскочила на ноги, выхватила палочку, делая резкое движение кистью. Вокруг ее тела появилось слегка поблескивающее, полупрозрачное заклинание защиты. У Джонсон даже глаза стали неприлично круглыми от такого выпада. Впрочем, все остальные шокированы были не меньше. Пару секунд в классе стояла тишина, нарушаемая лишь тихим бубнежем профессора. Как вдруг Джонсон зашлась звонким смехом. Студентку так развеселила сложившаяся ситуация, что даже в уголках глаз скопились забавные слезки, которые она торопливо смахнула.

-Ты чего какая зашуганная? - сквозь припадки смеха кое-как произнесла Анджелина. - Вот это реакция! Расслабься, никто тебя не обидит!

Вироса-де-Кута держала щит еще несколько мгновений, проверяя движения гриффиндорки, убедившись, что громогласная соперница нападать не собирается, сняла защиту, опуская руку с палочкой (но убирать древко в кобуру не спешила).

-Тебя в детстве били, что ли? - немного успокоившись, произнесла гриффиндорка.

-За языком следи, Джонсон, - на ноги вскочил Кассиус, гневно сжимая широкие ладони кулаки.

-Ты чего вскипел-то, Уоррингтон? - следом встал Ли Джордан, готовый защищать звонкую подругу.

-Ты и здесь решил прокомментировать? Это тебе не спортивный матч, шутник несчастный! - Паффина поднялась со своего места, выходя из-за стола.

-Сядь, Винтербир, тебя никто не спрашивал, - выкрикнула Спиннет, отдергивая свою мантию с красно-золотыми узорами.

-Ты мою сестру не затыкай, карлик! - гаркнул Паффиан, вставая на защиту Паффины.

-Вы чего вообще так орете, змеи, ваше дело тихонько шипеть и не отсвечивать, - усмехнулся Джордж Уизли со своего места.

-За своими делами следи, Уизли, - рыкнул Эдриан, скрипнув зубами.

В классе словно петарда взорвалась, опаляя всех жаром, разжигая и без того острый конфликт. Вироса-де-Кута глубоко вздохнула, переводя взгляд на единственного человека, который не стал влезать в перепалку. Фред осторожно поднялся со своего места, обводя оценивающим взглядом обстановку. Юноша был совершенно недоволен тем, что его послеобеденный сон прервали таким грубым образом. Молодой волшебник прошелся по Анджелине серьезным взглядом, чуть скривил губы, и повернулся в сторону Виросы. В момент, когда их взгляды пересеклись, девушка могла бы поклясться, что заметила в теплых карих глазах непривычную для этого юноши эмоцию. Он словно извинялся за поведение своей однокурсницы, совершенно не поддерживая то, что она первая заварила всю эту кашу.

Потеряла бдительность всего на одно мгновение, отвлекаясь на Фреда, за что тут же и поплатилась. Длинная школьная мантия странно шевельнулась, словно от короткого дуновения ветра. Вироса-де-Кута метнула взгляд на свое тело, проверяя, что происходит. Но она искала проблему совсем не там. Анджелина скалила зубы, крутила в свободной от палочки руке небольшую старенькую карточку, рассматривая ее со всех сторон.

Сердце у Виросы сделало кульбит, с треском проваливаясь под пол. Даже кровь застыла от ужаса, осознавая то, что сейчас произошло. Нахалка Джонсон с помощью простенькой магии вытащила у нее из кармана колдографию отца, и сейчас нагло лапала карточку своими пальцами, крутя ее у себя перед носом.

-Верни немедленно! - выкрикнула Вироса, справляясь с приступом страха, что облепил ее тело, не давая пошевелиться.

-Что? - Джонсон невинно похлопала глазками, глупо смотря на слизеринку. - А.. ты про это? - девушка подняла колдо над головой, чуть потрясла ей в воздухе, привлекая всеобщее внимание к карточке.

-Да, я про это, - сквозь плотно сжатые зубы прошипела Вироса, покрепче сжимая палочку в руках. - Немедленно верни!

-А кто это? - гриффиндорка намеренно повысила голос, как бы невзначай показывая всем колдографию. - Неужели твой парень? Красавчик то такой!

-Не твоего ума дела! Я сказала верни! - в висках колола кровь, а перед глазами показались красные пятна, мешающие четко видеть ехидно улыбающееся лицо мерзкой девицы.

-Палочку на пол положи, иначе не отдам, - слащаво пропела Джонсон. - Я тебя боятся начну, зачем в одноклассников целиться? Она и с вами также обращается? - наигранным, робким голоском спросила девушка у слизеринцев.

-Если сейчас же не вернешь мне мою вещь, я прокляну тебя, будь уверена! - резко ответила Вироса, увереннее занимая боевую стойку.

-Боюсь-боюсь! - хихикнула гриффиндорка, поднося свою палочку к колдографии. - Если сейчас же не опустишь палочку, сожгу твое драгоценное напоминание о твоем парне!

Слова ударили, словно молотом по голове. В ушах чуть засвистело, а во рту пересохло. Сожжет? Нет. НЕТ! Только не это! Это единственная колдография отца, которая у нее есть! Ее талисман, ее амулет! Мало того, что это было единственное настоящее доказательство того, что ее отец реален, и мать его не выдумала, и Вироса не начала бредить, видя его во снах. Эта старая карточка была и напоминанием о маме! Она же ее подарила! С помощью этой колдографии мамочка много рассказывала о папе, каждый раз, когда карточка попадалась на глаза. К горлу подступила тошнота от бесконечной серии картинок-воспоминаний, что быстро сменяли друг друга, напоминая все жизнерадостные моменты связанные с единственной колдографией отца.

-Не нужно! - воскликнула Вироса, быстро опуская волшебное древко на пол и поднимая руки в унизительном жесте подчинения. - Вот, видишь? Я опустила палочку, как ты и хотела. Пожалуйста, верни мне мою вещь..

-Долго думала! - выкрикнула Джонсон, взмахивая рукой.

Старенькая, уже изрядно потрескавшаяся карточка, с которой на Виросу смотрел отец, ухмыляясь и складывая руки на груди - было единственное, на что смотрела девушка остекленевшими глазами. Папочка, как обычно, выглядел чем-то очень довольным, оборачиваясь к ней лицом. А с другой стороны волшебной камеры, должна была стоять мамочка, которая, наверняка, мило улыбалась, а может быть даже смеялась, радуясь своей маленькой проказе - без предупреждения запечатлеть счастливый момент.

Края потертой плотной бумаги начали быстро тлеть, превращаясь в мелкий, едва различимый пепел. Темнота, нет, гораздо хуже.. Ничего. Пустота вбирала в себя красивое худое лицо, сжирая походную мантию и сложенные на груди руки.

Мгновение.

И ничего не осталось от дорогой сердцу вещички. Крохотные, меньше самых маленьких снежинок, черные точки пепла осыпались на пол рядом с туфлями гриффиндорки. Даже жалкой горстки не осталось, лишь пыль, которую тут же снес сквозняк, стирая последнее упоминание о том, что колдография вообще хоть когда-то существовала.

Кто-то что-то кричал. Кажется, какие-то люди даже пришли в движение, метаясь по помещению рваными, размазанными пятнами. Вироса ничего не видела и не слышала. Она, наверное, сгорела вместе с волшебным фото отца, не оставляя после себя даже призрака. Перед глазами были лишь какие-то почти бесцветные мазки, словно от масляных красок, мешавших разобрать, что происходило в окружающем мире.

“Да, а какая разница?” - вдруг подумалось молодой ведьме, когда она на ощупь нашарила руками свою волшебную палочку, поднимая ту с пола.

Ничего не хотелось. Не было никаких чувств. Сквозь мутную пелену, кое-как сумев сориентироваться, девушка разглядела дверь на выход из кабинета. Медленным шагом, она направилась прочь от белого шума и рябящий картинки. “Я не могу дышать.. Нужно на улицу. На свежий воздух. Иначе я сейчас задохнусь и окончательно потеряю сознание.” - из последних сил соображала Вироса-де-Кута, волоча свое тело по коридорам замка.

Глава 13 В ответ тишина

В классе сверкали разноцветные молнии. Семикурсники швыряли друг в друга яркими заклинаниями, наперебой выкрикивая названия проклятий. В таком хаосе Фред не сразу заметил, что Виросы нигде нет. “Неужели в нее что-то прилетело?” - шальная мысль заставила пригнуться, бегло осматривая потрескавшуюся плитку на полу в кабинете. Пусто. Похоже, что девушка успела куда-то деться, оставляя слизеринцев самостоятельно защищать честь подруги.

Фред, вообще-то, и сам был в бешенстве. Никогда раньше он не ощущал в себе такую яркую злость, которая колотила все тело, словно в лихорадке. И зачем только дура-Джонсон это сделала?! Одно дело поиздеваться над вечными врагами, перебрасываться пустыми угрозами со змеями, да пусть даже устроить какое-нибудь неприятное для соперников шоу (вроде взрывающихся пакетов с навозом или навечно прилипающих к полу башмаков), но совсем другое - сжигать личную вещь.

Юноша прекрасно понимал откуда у Джонсон такое отвратительно поведение в отношении Дасадити. Анджелина все лето писала письма, весь сентябрь не давала ему прохода, пытаясь наладить их отношения. Гриффиндорка просто бесилась из-за ревности, но заходить так далеко.. И самое главное, ради чего? Неужели прилипала-Джонсон думала, что унизив новенькую таким мерзким способом, сможет вновь завоевать его доверие? Теперь это даже хорошими дружескими отношениями не пахло. Гнева добавляло еще и то, что Фреду приходится перекидываться со слизеринцами заклинаниями, хотя был бы рад встать на их сторону, швырнув в идиотку-Джонсон чем-нибудь очень болезненным.

Магический бой закончился в тот момент, когда по школе раздался звон колокола, оповещающего о конце урока. Удивительно, что все семикурсники остались стоять на своих ногах, потные и злые, как черти, но ни один не словил что-нибудь зловредное. Взмыленные студенты, скаля друг другу зубы, как две стаи бешеных собак, отправились на последнее занятие - зельеварение. Факультеты были так напряжены, что любой неосторожный взгляд в любую секунду мог привести к еще одному столкновению. Однако уставшие и раздраженные враги предпочли не начинать все сначала, давая друг другу передышку.

На урок Вироса-де-Кута так и не явилась. Профессор Снейп выслушав бессвязное лепетание выдохшейся Винтербир, лишь молча уселся за кафедру, принимаясь за очередное исследование своих бумаг.

-Если бы кто-то из нас не явился, он не побрезговал бы снять пару десятков баллов с Гриффиндор, - шепнул Ли Джордан, принимаясь за готовку нового зелья.

Фред кивнул, хотя его волновало вовсе не то, что декан Слизерина в очередной раз демонстрировал свою лояльность к змеям, а то, куда пропала Вироса-де-Кута. Точнее, он был почти на сто процентов уверен, что лисичка убежала в лес, и от этого нервы шалили еще больше. Мало ли, что может случиться в Запретном Лесу, тем более, когда девушка в таком состоянии. Юноша слегка потер руки, желая поскорее закончить с заданием профессора и отправиться следом за исчезнувшей Виросой.

Удивительно то, как быстро могут проходить уроки зельеварения, когда вся концентрация зациклена лишь на том, чтобы максимально быстро и правильно следовать инструкции, не отвлекаясь на болтовню, задавшись одной целью - сразу после занятия броситься на поиски. К счастью, даже Северус Снейп в этот раз не стал излишне разглагольствовать, щедро распыляясь на оскорбления в адрес готовых зелий своих студентов. Поэтому стоило Фреду услышать “Все свободны”, он пулей вылетел из кабинета, чувствуя на спине удивленный взгляд брата.

Почему, когда он вместе с Виросой шел от леса до замка дорога заняла каких-то жалких пару минут, а сейчас, когда Фред буквально бегом пересекал лужайку, мрачные деревья приближались медленно, будто издеваясь?

***

Девушка обернувшись лисой, думала, что сможет немного побегать, погонять местных зайцев или, хотя бы, просто повыть, жалея себя и ругая за неосторожность. Но стоило ей опуститься на четыре точки, оставшиеся крупинки злости испарились окончательно. Вироса плюхнулась на брюшко, утыкаясь вытянутой мордочкой в передние палки, и прикрыла глаза. В образовавшейся темноте не было ничего, ни одного образа, которых ждала юная ведьма. Кажется, она провалилась в какой-то сон без видений на некоторое время.

Дремоту нарушил звук приближающихся шагов. Сухие веточки с треском ломались под чьими-то ногами. Вироса-де-Кута лениво приоткрыла глаза, косясь в сторону незваного гостя. Высокая фигура юноши показалась девушке чем-то невообразимо огромным, в сравнении с ее маленьким тельцем. На веснушчатом лбу проступили капельки пота от быстрого бега, а в теплых карих глазах метался обеспокоенный огонек.

-Эй, лисичка, ты чего на земле разлеглась? - выдохнул Фред, опускаясь на корточки.

Вироса лишь коротко фыркнула, снова закрывая глаза. Ей совершенно не хотелось компании, особенно в лице слишком яркого молодого человека. В лисьем облике нюх обострялся, поэтому стоило Фреду приблизиться, в нос ударили уже знакомые запахи свежей выпечки, меда и пороха для фейерверков.

-Ты пытаешься слиться с природой? - хихикнул молодой маг. - Получается так себе. Несмотря на темную шерсть, тебя очень выдают белые пятна, знаешь ли.

В ответ тишина.

-Серьезно, лисичка? - Фред наклонился ближе, всматриваясь в плотно сжатые веки. - Тут же грязно.. Всю шерсть себе испортишь!

Никакой реакции.

-Ладно, - твердо произнес юноша, закатывая рукава школьной мантии и рубашки, - ты сама напросилась!

Вироса-де-Кута уже почти смогла абстрагироваться от звонкого голоса Уизли, вновь проваливаясь в тяжелую дремоту, как вдруг, ее пушистое тело подхватили на руки, слегка подбрасывая в воздухе. Сердце замерло, а глаза резко открылись в диком испуге. Фред держал ее двумя руками под передними и задними лапами на вытянутых руках, слегка потрясывая лисье тельце перед собой.

“Ты браконьер что ли? Что за издевательство над животными?!” - заскулила Вироса, приоткрывая пасть и наклоняя голову, чтобы прикинуть сколько ей, в случае чего, лететь до земли. Как оказалось - прилично.

Фред лишь засмеялся, с размаху прижимая лисицу к себе, впечатывая ее в грудь. От быстрого движения, девушка не сразу поняла, почему у нее кружится голова, а лес вокруг превратился в скоростную карусель. Юноша, качаясь во все стороны, вращался то в одну сторону, то в другую, весело напевая незатейливый мотивчик. Вжууух. Ветер ударил в мордочку, заставляя сжать веки. Вжууух. Холодный порыв в хвост, заставляющий всю шерсть встать дыбом.

“Прекрати! Я же тебе не игрушка!” - заверещала Вироса, издавая полу визг, полу стон.

-Нравиться? - ухмыльнулся Фред. - Хочешь посильнее?

“НЕТ!” - но и в этот раз ее никто не понял.

Юноша закружился вокруг своей оси, быстро-быстро переставляя ноги. Вироса могла лишь гадать, как его самого все еще не мутит от таких поворотов. А потом мозг, пытающийся спасти хозяйку от стресса, подкинул простую мысль - Фреду вообще все равно, он же игрок в квиддич! Скорости на метле и то, какие пируэты они все там вытворяют - не идет ни в какое сравнение с этой детской забавой для не привыкшей к тошнотворным движениям лисички.

“Стоой.. Пожалуйстааа! Хватит!” - но хриплый сбивчивый скулеж Фред даже не услышал, заходясь задорным смехом, покрепче прижимая пушистое тельце к себе.

Вероятность того, что он мог так делать днями напролет росла с удивительной скоростью в голове Виросы. А вот уверенность в том, что она сможет выдержать еще хоть одно подобное дикое круговое движение, в то же время, стремилась к нулю. Хуже всего в этой ситуации было то, что она опять не могла пошевелиться. Выпрыгнуть бы из этой адской карусели, и дело с концом. Только юноша держал ее под лапами так, словно лиса была частью его собственного тела.

Ветер бил по глазам, заставляя их слезиться, залетал в пасть, не позволяя нормально дышать, ворошил мех, сбивая волоски в клочья, которые потом будет не расчесать. Пришлось во второй раз принять решение, которое опять виделось Виросе единственным спасением своей собственной жизни. Девушка обернулась в человека.

Фред (хотя именно этого и добивался) не ожидал, что Вироса сделает это так резко. Вес девушки тут же увеличился в пару раз, а человеческое тело, оказалось в достаточно неудобной для таких выкрутасов позе. Одной рукой юноша держал Висору поперек бедер, а другой он обхватывал ее за талию, от чего верхняя часть тела оказалась болтающейся в воздухе без всякой опоры. Фред резко затормозил, пытаясь не дать девушке свалиться на землю головой, быстро подтягивая ее выше. Только вот такие махинации не смогли пройти без последствий.

Юноша все еще был в повороте, когда случилось обращение, и мало того, приподнял ногу, чтобы переступить для следующего круга, из-за этого Фред потерял равновесие, с грохотом падая на землю. Последнее, что он успел сделать, это перенести вес назад, чтобы приземлиться на свою пятую точку, отправляя Виросу себе на грудь, силясь хоть как-то смягчить ее падение.

Со стороны казалось, что в этот раз они просто поменялись местами. Фред грохнулся на спину, в то время, как девушка с размаху впечаталась лбом в его плечо, распластавшись поверх его тела. Оба зашипели от острой боли в разных частях тела. Уизли зажмурился, скрипя зубами. Кажется, он упал на толстый корень, торчащий из-под земли. Вироса-де-Кута резко зашевелилась, доставляя еще больше боли:

-Ты о чем думал?! - выкрикнула она, ударяя ладошкой юноше в грудь.

-Весело же, - прохрипел Фред, осторожно приоткрывая глаза.

Прямо над его лицом нависли два сверкающих карих глаза, украшенные длинными ресницами. Девушка пылала злостью, а несколько разлохмаченных локонов каштановых волос, выбились из прически, обрамляя худенькое лицо мягкими волнами. Вироса хмурила темные брови, приоткрыла губы, опаляя Фреда горячим сбивчивым дыханием.

-Весело? - выдохнула она, еще раз заряжая по широкой груди ладошкой. - Я думала, что у меня уши оторвутся!

-Да.. мадам Помфри, вряд ли, смогла бы вернуть их на место, учитывая, как ты беспокоишься о том, чтобы никто не знал о твоей анимагической форме, - хихикнул Фред.

-Вот именно! - сама не зная почему, звонко согласилась Вироса.

Юноша ошарашенно хлопнул глазами, а губы чуть дрогнули, еле сдерживая накатывающий смех. “Стоп. Какое “Вот именно!” Что я сейчас сморозила?” - подумала девушка, смотря на то, как Фред изо всех сил старается не расхохотаться. Губы предательски дрогнули, и пришлось с силой прикусить нижнюю, чтобы тоже не начать истерично смеяться. Но такое близкое от лица движение Фред не мог не заметить, давая себе волю. Виросе по ушам ударил его заразный звонкий смех, а тело начало слегка потряхивать из-за того, что грудь юноши ходила ходуном. Сопротивлялась она, как могла. Но через пару мгновений и сама залилась смехом, позволяя злости испариться.

Успокоившись, молодые люди уселись на мантии Фреда, которую он расстелил прямо на холодной земле. Перед глазами открывался чудный вид вечернего величественного замка, в котором тут и там окна озарялись теплым светом. Их приятное молчание прерывалось лишь щебетанием птиц и размеренным движением ветвей деревьев, которые умиротворенно трещали от дуновения ветра.

-Как ты меня нашел? - спокойно произнесла Вироса, рассматривая башни Хогвартса.

-Показалось, что тебе захочется прогуляться после.. - Фред запнулся, подбирая слова, - после того, что случилось.

Юноше было очень любопытно разобраться в том, что же случилось на уроке Истории Магии на самом деле, но давить на девушку, которая чуть не разрыдалась у всех на глазах прямо в классе, не входило в его планы, поэтому он покорно ждал, любуясь точеным профилем молодой волшебницы. Девушка, словно почувствовала его интерес, грустно опустила глаза, прижимая к себе ноги. Вироса обхватила их руками, укладывая подбородок на колени. Было так необычно видеть в вечно стойкой и непробиваемой аристократке обычную девушку, у которой тоже, как и у всех других людей, болело из-за чего-то сердце. Фреду захотелось опустить ладонь на ее сгорбленную спину, аккуратно гладить, приободряя. Но стоило ему шевельнуть рукой, Вироса не дала ему осуществить задуманное, начала говорить тихим печальным голосом:

-Ты не знаешь, зачем Джонсон это сделала?

Конечно, он догадывался, зачем. Глупая ревность гриффиндорки. Фреда это злило так сильно, что он готов был прямо сейчас пойти и высказать однокурснице все, что он о ней думает. Во-первых, они даже и парой то настоящей никогда не были. А во-вторых, Анджелина не могла отличить их с братом, о каких отношениях вообще может идти речь? Вместо ответа юноша тяжело и шумно выдохнул, прикрывая глаза.

-Вот и я никак не думала, что ваша идиотская война факультетов может зайти так далеко, - печально продолжила девушка. - Это была его единственная колдография..

-Кого? - слишком быстро спросил Фред, тут же прикусывая себе кончик языка, ругая за несдержанность.

Юноша испугался, что Вироса-де-Кута не станет отвечать. Но еще больше он боялся услышать от нее подтверждение слов Джонсон, что на колдо было изображение парня девушки, с которым она была в отношениях. Сам же Фред в классе не успел рассмотреть небольшую карточку, услышав только то, что ехидно вещала гриффиндорка. Молодой человек даже задержал дыхание, приказывая сердцу биться тише, чтобы не пропустить ответ на свой вопрос, чтобы суметь различить правду сейчас скажет Вироса или попытается слукавить. Вот только спокойный и четкий ответ девушки не оставил сомнений в том, что говорила она искренне:

-Моего папы. Это была единственная колдография моего отца, которого я никогда не видела в живую.

В груди забились два совершенно противоположных чувства. С одной стороны, Фреду было нескончаемо жаль, что Вироса навсегда потеряла такую очень личную ценность. А с другой, по телу разлилось облегчение, от того, что Анджелина ошиблась. Юноша прикусил щеку изнутри, стыдясь своих мыслей, сжимая кулаки от злости на дуру-Джонсон.

-Прости, - выдохнул Фред, пряча лицо в ладонях, чтобы Вироса не смогла заметить в нем все то, что сейчас бурлило внутри. - Похоже, это случилось из-за меня.

-Не говори глупости, - девушка покачала головой из стороны в сторону, переводя взгляд на рыжеволосого юношу. - Ты же ее не заставлял сжигать колдо.. Так ведь?

-Ты что! - Фред тут же впялил в ведьмочку взгляд. - Я даже не знал, что у тебя такая есть!

Вироса-де-Кута и так знала, что гриффиндорец тут не причем, а увидев его растерянное и ошарашенное лицо с широко распахнутыми глазами, и вовсе хмыкнула, даря юноше ухмылку. Надо же было такому случиться - разоткровенничалась с Уизли! С озорным старшекурсником, который частенько ее доставал своими колкими фразочками и шутками. Ведьмочка улыбнулась своим мыслям, неосознанно заставляя молодого человека совсем успокоиться.

-У тебя совсем ничего не осталось от папы? - после недолгого молчания вдруг спросил Фред. - Ты никак больше не можешь.. ну.. увидеть его?

-Вообще-то, - яркая мысль, словно глоток свежей холодной воды, ударила в голову, - у меня есть кое-что..

Она так зациклилась на том, что потеряла колдографию, с которой не расставалась всю свою жизнь, что совсем забыла про реальную возможность не просто посмотреть на отца, а даже пообщаться с ним, дотронуться до него! Папа в диадеме ее не знал, но и не гнал от себя прочь, лишь намекая на то, чтобы Вироса сама разбиралась с загадкой его заключения в старой тиаре! Вот о чем сейчас нужно думать!

Девушка резко выпрямила ноги, всем телом поворачиваясь к Фреду. В ней бурлил азарт, будто кто-то сорвал со взболтанного шампанского пробку, заставляя жидкость пениться, взрываясь фонтаном вверх. Карие глаза заблестели, словно в них одновременно зажглись тысячи звезд, а губы растянулись в яркой счастливой улыбке, слегка демонстрируя белые зубки.

-Фред! - неожиданно звонко произнесла девушка. - Ты гений! Спасибо!

Вироса-де-Кута была в каком-то невидимом потоке, который нес ее, двигая ее тело, не давая осознать то, что девушка бесконтрольно творила. Она резко дернулась к юноше, легко целуя его в щеку, вскочила на ноги, бегом уносясь в сторону замка. А Фред, словно током ударенный, остался сидеть на месте, ощущая как по щеке, от того места, где его только что коснулись мягкие губки, разливается покалывающее тепло. Он мутными глазами смотрел на то, как слизеринка, сверкая пятками, уноситься прочь от Запретного Леса обратно к школе, вспыхнувшая какой-то безумной идеей, словно спичка.

***

Тенеба вышла из камина, грациозно перешагивая решетку, придерживая подол длинного темного платья. В Германии было раннее утро, и солнечные лучи лениво заползали в окна небольшой гостиной. Дом, в который прибыла мисс Навелюкс, был небольшим и густо заставленным различными предметами интерьера. Большой диван с кучей подушек и цветастым пледом в клеточку. Деревянные серванты с разными статуэтками, картинками и детскими поделками стояли у противоположной от окон стене. Над волшебным камином висел горшочек с магическим порохом для перемещения, а по разным от него сторонами в хаотичном порядке были навешаны движущиеся колдографии в пластмассовых рамках.

На колдо двигались и улыбались люди разных возрастов. Среди них Тенеба узнала Анджу - младшую сестру Педриуса Диспара. На движущейся картинке Анджа была уже совсем не такой молодой и симпатичной, как ее помнила пожилая ведьма, у Анджи все лицо было усеяно морщинками, а короткие волосы блестели сединой, кожа на шее была мятая и обвисшая. Красотка Анджи превратилась в дряблую старуху, вокруг которой стояли ее два широко улыбающихся сына, и три миловидные внучки. Магла-мужа старой знакомой Тенеба нашла на другой их совместной фотографии (именно фотографии, от чего темная ведьма скривила нос, испытывая брезгливость к вещам из мира простецов, особенно в доме магов). Тем не менее, мисс Навелюкс слегка прищурилась, вглядываясь в старую картинку. У магла были широкие голубые глаза и светлые прямые волосы, он чуть вздернул нос на фото и ухмыльнулся, отчего походил на какого-то наглого чинушу, которых Тенеба на дух не переносила. Дама фыркнула, отворачиваясь.

-Мисс Навелюкс, добро пожаловать, - в гостиной появился высокий мужчина средних лет, которого ведьма видела на колдографии. - Мое имя Эрих Рихтер. Я старший сын Анджи Рихтер.

-Она взяла магловкую фамилию мужа? - удивленно фыркнула Тенеба. - Интересно, что на это сказали родители Педриуса и Анджи.

-Дедушка и бабушка не препятствовали выбору своей единственной дочери, - добродушно улыбнулся Эрих.

-В отличии от ее старшего брата, да? - съязвила ведьма, закатывая глаза. - Где твоя мать, полукровка?

-Она ожидает вас в своей комнате, - Эрих Рихтер плавно повел рукой, указывая раскрытой ладонью на небольшую лестницу на второй этаж.

Мисс Навелюкс скривила губы, ненавистно стреляя болотными глазами в ступеньки. За столько лет она уже давно отвыкла двигаться на своих двоих, предпочитая перемещаться при помощи аппарации. Однако деваться было некуда, в доме Диспара колдунья никогда раньше не бывала, поэтому не могла использовать трансгрессию, а даже если бы была в курсе всех мест в этом жилище, не рискнула бы использовать свой излюбленный вид передвижения - в маленьком доме, похоже, живет слишком много детей, которые (не приведи Салазар) появятся из ниоткуда, мешая трансгрессировать.

Пожилая ведьма вообще была не в восторге от детей - шумные, непоседливые и непослушные создания. Задают кучу бессмысленных вопросов, ожидая, что взрослые все бросят и кинуться им отвечать, подыгрывая глупым детским забавам, участвуя в скучных играх для малышей. Тенеба терпеть не могла визг и упрямство, и когда встречала мамочек с их невоспитанными чадами, рука так и тянулась к палочке, чтобы накинуть на мешающего всем ребенка Силенцио, или вообще какое-нибудь заклинание подчинения, чтобы, наконец-то, заткнуть противное создание, которое не могла успокоить даже его собственная мать.

Совсем другое дело - это ее Виросочка. Девочка никогда не шумела, не мешалась под ногами и не создавала проблем. Все ее детские вопросы были связаны только с действительно важными для любимой крестницы задачами: Почему луна иногда круглая, а иногда выглядит, как серп? Или зачем идет дождь? Откуда появляются деревья? Вот тут сразу понятно - малышка познает мир, поэтому Тенеба с жаром бросалась в объяснения, доставая из закромов всевозможную литературу, аппарируя с девочкой на лужайку у дома и показывая многие вещи в живую с помощью магии.

А какие чудесные игры Виросочка придумывала, пока была малышкой! То спрячется в библиотеке, залезая на нижние полки стеллажей, то соберет букетик для своей крестной из всех цветов (что Тенеба выращивала в горшках по дому), прося ведьму отгадать, что это за растения. То притащит птичку в дом, умоляя пожилую колдунью научить девочку летать.

Тенеба улыбнулась своим воспоминаниям, радуясь, что ее дорогая Виросочка совсем не такая, как другие дети! Умнее! Красивее! Послушнее! В общем, самая лучшая девочка на свете!

Ступени слегка скрипели под тяжестью пожилой ведьмы, пока дама медленно поднималась вверх, опираясь на деревянные перила. Дом был неплохо зачарован на расширение пространства, вмещая в себя большое количество комнат для всех жильцов, кухню, столовую, подсобные помещения и даже чердак, хотя снаружи это был всего лишь небольшой двухэтажный домик, стоящий в одном ряду с точно такими же магловскими жилищами.

-Тенеба! Как же я рада тебя видеть!

Старушка, сидевшая в кресле у окна, бодро подскочила на ноги, делая несколько шагов в сторону Тенебы. Мисс Навелюкс все никак не могла привыкнуть к тому, как теперь выглядела Анджи. Старая, седая ведьма, с дряблой обвисшей кожей, но все с такими же серыми блестящими добротой глазами.

-Здравствуй, Анджи, - сдержанно произнесла мисс Навелюкс, смиряя знакомую колким взглядом. - Дурно выглядишь.

-Да-да, все так, - бывшая Диспара звонко рассмеялась, широко улыбаясь своими потрескавшимися губами. - Такой был прощальный подарок от моего любимого старшего брата. Пердриус так и не смирился с моим выбором.

Дама нежно кивнула в сторону трех девочек, которые сидели на полу возле ее кресла, во все глаза рассматривая гостью. Все девочки были примерно одного возраста, от пяти до семи лет, светловолосые, с голубыми глазами своего магловского деда, но миловидными вытянутыми личиками точно пошли в свою бабушку, что своим браком испортила им всю кровь. Малышки неуверенно улыбались темной ведьме, замирая под ее внимательным холодным взглядом. Тенеба лишь слегка скользнула взглядом по юным представительницам испорченного рода Диспара, возвращая все внимание Анджи.

-Я прибыла к тебе, потому что Педриус умудрился подгадить и моей семье тоже, - твердо произнесла мисс Навелюкс, злобно хмуря черные брови.

-Не удивительно, - миссис Рихтер пожала плечами, делая несколько шагов прочь из комнаты. - Пойдем, поговорим в его спальне.

Мисс Навелюкс двинулась следом, не удостоив оставшихся девочек даже прощальным взглядом. Вновь пришлось подниматься по лестнице. Зачарованных третий этаж представлял из себя узкий коридорчик, заканчивающийся одинокой старой пыльной дверью.

-Извини за беспорядок, - веселым голосом произнесла Анджи, - мы сюда совсем не поднимаемся. Здесь только комната Педриуса, поэтому этаж в таком плачевном состоянии.

-Ты же знала, что я прибуду, - пренебрежительно скривилась Тенеба, учуяв запах пыли и затхлости. - Почему не приказала домовухе прибраться?

-О, я уже очень давно освободила эльфов от службы Диспара, и они ушли, - улыбнулась Рихтер, гордая своим (как считала Тенеба - идиотским) поступком.

-Что на тебя наслал Пердиус, что ты выглядишь даже старше меня?

-Если честно, я не знаю, - спокойно пожала плечами Анджи, словно ее совсем не заботил ее внешний вид. - Мы с мужем некоторое время пытались снять проклятие, но после решили не тратить на это силы. В конце-концов, я просто выгляжу так, на самом же деле я остаюсь самой собой, нисколько не утратив свой разум, силу и выносливость.

“Какая глупая жертвенность! Да, ты прямо святая, Анджи. Нет, это твой магловский муженек слепой осел, раз остался рядом с такой жалкой каргой!” - подумалось темной ведьме, но вслух она лишь фыркнула. Все таки ее задачей было осмотреть комнату Педриуса, а не учить местных глупцов жизни.

-Что ж, прошу, - произнесла хозяйка дома, открывая скрипучую дверь в спальню.

Внутри было так пыльно, что свет, еле пробивающийся через слой грязи на стеклах, становился мутно-серым, словно окуная прибывших в комнату в кислое молоко с головой. Да и запах стоял соответствующий. Даже стены, на которых были развешаны рунические записи, зарисовки, чертежи и звездные карты, пропахли заброшенной старостью насквозь. На не аккуратно застеленной кровати были разбросаны вещи, будто кто-то очень торопливо собирался, забывая половину своих пожитков.

Тенеба двинулась внутрь, ощущая, как под ней гнется, скрипучий пол, от каждого осторожного шага крепло чувство, что ламинат вместе с гостьей с грохотом провалиться, осыпаясь на головы всем, кто сейчас находится этажом ниже. Некогда дорогой и красивый ковер кое-где покрылся зеленоватым мхом, а у большого шкафа для одежды отсутствовала одна створка, демонстрируя свои пыльные внутренности.

У дальней стены располагался широкий письменный стол, а котором пожелтевшими стопками громоздились бумаги, валялись перья, стояла маленькая чернильница, с засохшими пятнами, вместо специальной туши для письма. По обеим сторонам от рабочего места высились массивные книжные шкафы, с полупустыми глубокими полками. В тех книгах, что еще не успели окончательно потерять свои цвета и буквы на корешках, Тенеба узнала тома по темным искусствами, рунической истории и древней ритуалистике.

-Я не знаю, что ты здесь хочешь найти, - выдохнула Анджи, помахав перед лицом ладошкой, пытаясь отогнать от себя вонь. - Педриус много лет назад уехал, и ни разу с тех пор не появлялся дома. Вряд ли, тут может быть хоть что-то, что подскажет, где его сейчас искать..

-Когда ты видела его последний раз? - мисс Навелюкс умолчала о том, что Диспара мертв, сожжен ею лично, и на самом деле ищет она не темного мага, а то, чем он занимался последние года.

-Ох.. На моей свадьбе, - грустно произнесла миссис Рихтер, обреченно покачав седой головой. - Он тогда вломился в дом, кричал, что я предательница крови и все в таком духе. Когда понял, что я не изменю своего мнения, бросился в свою комнату. Пробыл здесь несколько минут, собирая вещи, а потом аппарировал. Хотя нет, перед этим он сказал, что самостоятельно исправит все мои ошибки, швырнул в меня каким-то проклятием, а потом испарился, - Анджи скривила губы, устало выдыхая. - Больше я его не видела. Но я знаю, что он был здесь лет двадцать - двадцать пять назад..

-Что? - Тенеба оторвала взгляд от документов на столе, пораженно уставившись на старуху в дверях. - Откуда ты знаешь, что он все таки возвращался?

-Мой младший сын - Эрнест видел его, но не сразу узнал дядю, - дама задумалась, склонив голову на бок. - Знаешь, у нас совсем не осталось колдографий Педриуса, поэтому дети знают, что у них есть еще один родственник лишь на словах. Вот Эрнест и перепугался, что в дом забрался вор. Мой мальчик.. Выхватил палочку, но ты же знаешь.. Педриус даже глазом не моргнул, швырнул в него Остолбеней и отправился в свою комнату, как ни в чем не бывало.. Когда я вернулась домой, нашла моего Эрнеста в таком состоянии.. Я была в ярости! Ладно я, он считает меня предательницей рода, но детей то зачем трогать? - Анджи с силой сжала кулаки, смешно фыркая от накативших воспоминаний.

-Твой полукровка запомнил что-нибудь из того дня? - нетерпеливо произнесла Тенеба, пытаясь ухватиться за единственную ниточку.

-Эрнест сказал, что слышал, как дядя громко использовал заклинание Акцио, пытаясь приманить к себе какую-то книгу под названием “Японское время”, - задумчиво ответила ведьма, с трудом припоминая события тех далеких лет. - Но я понятия не имею, что это была за литература. Никогда такую не встречала в нашей библиотеке, если честно..

-Брось шутить, Анджи, - Тенеба махнула рукой, разочарованно опуская уголки губ, - ты вообще никогда не отличалась любовью к чтению.

-Что правда, то правда, - задорно улыбнулась проклятая старуха, словно ее сейчас не пристыдили, а наоборот искренне похвалили. - В любом случае, это все, что мой сынок запомнил из того дня.

-Спасибо и на этом, - кивнула мисс Навелюкс, отправляясь на выход из затхлой спальни.

-Ты, если встретишь моего братца, дай мне знать, я бы хотела попробовать наладить с ним контакт, - со смущенной улыбкой торопливо проговорила Анджи, - уже столько времени прошло.. А мы все таки семья..

-Как скажешь, - Тенеба твердо кивнула, про себя отмечая, что Рихтер как-то не особо торопилась раньше найти старшего брата и помириться с ближайшим родственником.

“В другой жизни встретятся,”-подумала темная ведьма, уверенно шагая вниз по ступенькам. От приглашения вместе позавтракать мисс Навелюкс твердо отказалась, желая поскорее покинуть несчастный дом, в котором когда-то могла проживать сильная чистокровная волшебная семья. Подойдя к камину, Тенеба аккуратно зачерпнула летучего пороха в ладонь, оборачиваясь на провожающих ее Анджи и ее старшего сына Эриха, который был точной копией своего магловского отца. Парочка добродушно махала пожилой ведьме на прощание, вызывая у нее очередной брезгливый взгляд. Резкое движение рукой. Изумрудная вспышка. Пожилая ведьма переместилась в холл гостиницы, в которой сняла себе комнату на пару дней.

Даме нужно было хорошенько все обдумать. В доме Диспара, который теперь занимает семья Рихтер, не нашлось ничего полезного, кроме рассказа Анджи о странном визите Педриуса примерно двадцать лет назад. Он искал «Японское время», довольно современная литература (по меркам волшебников), с которой, к счастью, Тенеба была знакома. Как-то ей попалась эта тонкая книжечка, в которой некий Минаи Сакка рассказывал о возможностях страны восходящего солнца. Минаи утверждал, что, якобы, японские маги нашли возможность «откатывать» время вспять, позволяя влиять на прошлое.

Тенеба читала книжку достаточно небрежно, хихикая над тем, что японцы изобрели то, что уже давно существует - маховик времени. Ведьму знатно повеселила идея азиатов удивить мир. Однако сейчас, даме совершенно было не смешно. Похоже, в этом веселом чтиве было что-то еще, то, что она не заметила, пока забавлялась над текстом. Мисс Навелюкс приказала местной горничной доставить книгу ей в номер, как можно скорее.

Ближе к обеду тонкая книжка в ярко-розовой обложке появилась на кофейном столике у дивана, на котором сидела Тенеба, читая заказанный ранее “Ежедневный Пророк” из Англии. Отложив газету, в которой, как и всегда, не было ничего интересного, дама торопливо взялась за новое чтиво.

Также, как и в первый раз, ведьму смешила манера автора описывать элементарные вещи замысловатым и вычурным языком. Однако во время второго, более внимательного прочтения, мисс Навелюкс начала замечать подтекст, которым очень аккуратно и неторопливо делился Минаи Сакка. Все таки получалось, что в Японии маги придумали кое-что посерьезнее обычного маховика. В то время, как маховик лишь возвращал волшебника в прошлое на день назад, вынуждая его прятаться от своей первоначальной версии, не имея особой возможности поменять мир. Штуковина, над которой работали в стране крайнего востока, позволяла прыгать на несколько лет назад, стирая свою копию, занимая ее место - переписывая историю. Однако разработка такого пугающего артефакта была приостановлена из-за того, что были выяснены некоторые.. жуткие обстоятельства.

Все дело было в том, что колдуны несколько раз пытались применить свое изобретение, но у них ничего не выходило, хотя и был засечен огромный выброс магической энергии, что свидетельствовало о том, что артефакт все таки сработал. Однако оставить работу волшебников заставило совершенно другое. Магический взрыв, который происходил, каждый раз, когда созданную штуку использовали, был слишком большим. Количество выброшенных в воздух волшебных частиц тысячекратно превышало те числа, которые были в изначальных расчетах. Из-за этого открытия японцы пришли к выводу, что каждый раз происходил надрыв вселенной. А как следствие, возможно, что новый артефакт являлся вовсе не “перемещателем во времени”, а самым настоящим “исказителем реальности”, что способен создавать новые миры, дублируя этот в заданный магом промежуток времени.

-Сколько же раз эти сумасшедшие разорвали вселенную, создавая кучу других реальностей? - ахнула мисс Навелюкс. - Вдруг, артефакт сработал как нужно, отправил мага в прошлое, только в продублированной реальности? Что если колдун остается при своей памяти, и получает возможность воротить там все так, как ему вздумается при его то современных познаниях? Повезет, если эта реальность не является дубликатом какой-то другой вселенной..

Тенеба отложила книгу, потирая влажными пальцами лоб. Вопрос, зачем Педриусу нужна была эта книжка, отпал самим собой. Диспара все время пытался исправить ошибку своей сестры, не позволяя ей выйти замуж за магла. Скорее всего ему в свое время очень понравилась идея японцев, и он углубился в изучение, оставляя в книге свои пометки. “Допустим.. Значит, он точно отправлялся на восток, чтобы встретиться с теми, кто работал над этим изобретением. Пожалуй, и мне стоит отправиться на встречу с этим Минаи Сакка. Если отслежу путь Диспара, смогу выяснить зачем именно он прибыл в Англию, и из-за чего убил Амару,”- пожилая ведьма устала откинулась на мягкую спинку дивана, вознося взгляд к потолку и шумно выдыхая.

Глава 14 Кучка лентяев и глупцов

Все снова и снова сводилось к тому искаженному заклинанию, о котором Вироса-де-Кута узнала летом. Под каким бы углом она не смотрела на загадочное заключение отца в старинной тиаре, каждый раз убеждалась в том, что папа не знал о самой темной магии, либо не считал изначальное верное заклинание таковым. Пришлось перерыть всю доступную библиотеку в поисках второго проклятия, о котором знал сэр Навелюкс.

Вироса каждый раз возвращалась к началу - сэр Ноджибл Навелюкс говорил, что существует два способа продлить волшебнику жизнь: философский камень (сохраняет душу, но не тело), и заклинание, что как-то отрицательно воздействует на душу, но оставляет тело невредимым (которое является искаженной версией древнего заклинания для спасения другого человека за счет собственной жизни). Девушка была убеждена, что отец использовал именно второй вариант для сохранения своей жизни.

“Все сходится, не зря мама всегда говорила об отце так, словно он жив, просто недосягаем по каким-то причинам. И та ее злость и фраза, что он всегда жив.. Получается, что папа в самом деле использовал измененное проклятие для обмана смерти..” - Вироса прикусила губу, откладывая очередную книгу в сторону.

Доступная любому ученику литература в библиотеке Хогвартса не давала нужных ответов. Здесь не было даже упоминания о возможности как-то повлиять на душу, чтобы продлить себе жизнь. “Как же сейчас необходимо поговорить с портретом сэра Ноджибла Ресечера Навелюкса.. И почему я сразу не спросила его о том заклинании!?” - рыкнула Вироса, подсчитывая в голове месяцы до рождественских каникул. До конца декабря было еще очень далеко, больше двух месяцев, а разгадку хотелось найти как можно скорее.

С отцом из диадемы, которую юная ведьма тщательно ото всех скрывала, девушка поговорить о проклятии не решалась. В ней сейчас бурлила жажда доказать свою способность к самостоятельному решению проблем и загадок, поэтому Вироса-де-Кута (когда выпадала такая возможность) встречалась с духом (или что это такое) папы, заводя разговоры на отвлеченные темы. Отец тактично не спрашивал ее об успехах в познании необходимой темной магии, поддерживая ни к чему не принуждающие беседы. Чаще всего они обсуждали Амараморту, отец интересовался тем, как жила дама последние года и чем занималась, как воспитывала Виросу. На многие вопросы девушка ответить не могла, потому что понятия не имела о делах, происходивших до ее рождения. На ее смущенное пожимание плечами папа хмурил брови, уходя в какие-то свои размышления, но через пару секунд брал себя в руки, переводя тему.

Школьная же жизнь девушки становилась все мрачнее. После того, как Джонсон на виду у всех студентов сожгла колдографию слизеринки, отношения между факультетами на седьмом курсе стали хуже некуда. Юная леди Винтербир, что была почти неразлучна со своей новой (и похоже единственной) подругой, остро реагировала на Анджелину Джонсон, используя всевозможные способы, чтобы испортить гриффиндорке день.

Молодая наследница шотландской семьи вместе со своим братом одни из первых вступили в Инспекционную Дружину, основанную Долорес Амбридж. Студенты-дружинники имели право снимать баллы с других учеников за любую (даже незначительную) провинность. Однако двойняшки Винтербир пользовались своими новообретенными возможностями и для того, чтобы попросту позлить красно-золотых львов.

Вскоре выяснилось, что Уоррингтон и Пьюси также присоединились к отряду розовой дамы, из-за чего словесные конфликты на уроках переросли в открытое и жестокое противостояние. Каждый раз, когда седьмой курс был на занятиях по Истории Магии, которые вел безразличный ко всему призрак профессора Бинса, студенты хватались за волшебные палочки и не стеснялись использовать магию против друг друга. Вироса-де-Кута была даже рада (хоть старалась и не показывать этого) пошвырять в ненавистную лохматую Джонсон различные темные заклинания. Ведьмочке также очень льстило и то, как за нее вступаются все однокурсники-слизеринцы.

-Эта мерзкая девка позволяет себе открывать рот в сторону чистокровной представительницы древнего рода? - Паффина буквально плевалась ядом после очередной стычки с гриффиндоркой.

-Мисс Джонсон, похоже, не чувствует своей вины за содеянное, - кивнула Вироса, шагая в сторону Большого Зала на обед.

-Не волнуйся, - Кассиус скрестил руки на груди, злобно ухмыляясь, - не поймет сама, мы поможем. Тем более, что скоро матч по квиддичу, никто ничего не скажет, если одна неуклюжая девчонка случайно свалиться с метлы.

Вироса-де-Кута нервно рассмеялась, представляя, как весь состав слизерина гоняется за капитаном команды львов, всячески стараясь навредить одному единственному человеку. Это уже даже не кошки-мышки, а настоящее преследование, которое, очень маловероятно, что останется незамеченным. С другой стороны, девушка была совсем не против собственноручно покалечить наглую Джонсон. “Интересно, как хорошо следят за тем, чтобы зрители не использовали магию против игроков?” - задумалась юная ведьма, опасно сверкнув карими глазками.

-Эй, лисичка!

-Пошел вон, Уизли! - Кассиус резко развернулся, опуская руку на волшебную палочку.

-Не помню, когда я ласково называл тебя “лисичкой”, Уоррингтон, - с задорным смешком ответил Фред, подходя к их компании ближе. - Я звал Виросу, а не тебя.

-Захотелось отомстить за свою подружку Джонсон, не так ли? - скривилась Паффина, слегка скаля зубки.

-Анджелина была неправа, когда сожгла колдографию. И я не собираюсь ни оправдывать ее, ни защищать, - спокойно ответил гриффиндорец, смотря на озлобленных однокурсников уставшим взглядом.

-Тогда и разговаривать нам не о чем, иди к своим придуркам-грифам, - рыкнул Уоррингтон, закрывая своей широкой спиной Виросу.

-Все в порядке, Кассиус, - мягко произнесла Вироса-де-Кута, нежно касаясь плеча одноклассника ладошкой. - Я поговорю с Фредом и присоединюсь к вам за обедом.

Слизеринец слегка опешил от такого ласкового тона и аккуратного прикосновения в свою сторону, уставился на подругу, ошарашенно хлопая длинными светлыми ресницами. Девушка же, для полноты картины, слегка погладила его плечо, уверенно кивая юноше, мол “я с ним справлюсь сама”.

Кассиус покусал губы, переводя взгляд голубых глаз с Виросы на Фреда, наверное, оценивая шансы девушки противостоять высокому рыжеволосому гриффиндорцу в одиночку.

В это же время Фред молча замер, сильно сжимая челюсти. Юноша, не моргая, прожигал взглядом ладошку Виросы, которая мирно покоилась на широком плече слизеринца. Молодой волшебник нервно ждал, когда Уоррингтон испариться из его поля зрения, сдерживая закипающую ярость на шумного и агрессивного Кассиуса, который сейчас совершенно некстати терся между ним и лисичкой.

Наконец-то, Кассиус дернув щекой, согласно кивнул. Юноша отправил Фреду самый предупреждающий взгляд из своего арсенала, оповестил, что будет неподалеку, пригласил Паффину в Большой Зал, и только по завершению всех этих махинаций, соизволил оставить Виросу и Фреда наедине.

-И как ты только не устаешь от такого прилипалы-Уоррингтона? - хмыкнул гриффиндорец, провожая русую макушку взглядом.

-Так же, как ты не устаешь от своей прилипалы-Джонсон, - парировала юная леди, слегка закатив глаза.

-Не ревнуй, лисичка, - Фред игриво дернул бровью, расплываясь в самодовольной улыбке.

-Могу ответить тебе тем же.

-Раз самое важное мы обсудили, - хмыкнув, юноша сделал крохотный шаг в сторону юной волшебницы, - я хотел поговорить о другом.

-Внимательно тебя слушаю.

-Ты же пойдешь на матч Гриффиндор против Слизерин?

-Ты про тот, во время которого мы вас разгромим?

-Чего-чего? - Фред залился звонким смехом, слегка откидывая голову назад.

Вироса невольно залюбовалась открывшейся ей картиной. Широкая улыбка, сверкающие счастьем карие глаза, что напоминали горячий чай, едва заметные ямочки на щеках, и огненно-рыжие волосы, что шевелились от движения головы, переливались, словно пожар на ветру. Почему-то рядом с этим юношей ей было спокойно, несмотря на то, что Фред - гриффиндорец, озорной и звонкий молодой человек, который ищет проблем себе на голову на пару со своим братом. Вируса-де-Кута мягко улыбнулась, рассматривая добродушное лицо молодого волшебника.

-Я и не думал, что ты умеешь так здорово шутить, - тяжело дыша произнес Фред. - Слизерин победит, ага, как же!

-Не расстраивайся слишком сильно. После вашего поражения, я обязательно поддержу тебя добрым словом, - хихикнула Вироса, наблюдая за тем, как Фред кривит губы в усмешке.

-А если мы победим?

-Должно быть, начнется снегопад, - Вироса пожала плечами, уверенная в победе своего факультета.

-Приходи на матч, я тебе докажу, что ты болеешь не за ту команду, - Фред слегка прищурился, прикусывая губу. - А после того, как победим, выполнишь мое желание.

-Да разве я подписывалась на спор с тобой? - возмущенно вздохнула девушка, вскидывая бровь.

-А что, уже не так уверена в своих змеях? - с этими словами Фред подмигнул, быстрым шагом отправляясь в Большой Зал.

Всю неделю до матча Вироса провела в библиотеке, вылезая только на уроки и на перекусы, закапываясь все глубже в талмуды и манускрипты. Паффина не могла составить ей компанию, потому что была слишком занята своими новыми обязанностями в Инспекционной Дружине. И хоть большинство Слизеринцев, состоявших в “привилегированной” группе при розовой даме, были рады снимать очки с других факультетов, все таки это не было работой мечты. Долорес Амбридж умудрилась устроить соревновательную систему и внутри собственной Дружины.

Студенты должны были выполнять некий «рабочий план», в который входило минимум по пять выявленных нарушений в течении дня. Если студент не выполнял свою «рабочую норму» следовала система угроз и наказаний. Сначала профессор Амбридж вызывала к себе в кабинет, для выяснения, почему ее дружинник не смог обнаружить пять нарушений в день; если ситуация повторялась, розовая дама во всех красках напоминала студенту, почему тот находится в ее инспекционном отряде. До третьей стадии никто доводить не решался, потому что, наверняка, там ждало лишь одно - осуществление угроз. Слизеринские ученики, связанные по рукам и ногам чистокровными узами рода, за которые они были в ответе, не желали проверять, что будет, если розовая дама посчитает их работу неудовлетворительной или того хуже, поставит их верность себе под сомнение.

Виросу, участь быть одной из прихвостней Долорес Амбридж, обошла стороной, скорее всего по той причине, что помощница министра не смогла найти на иностранную гражданку внушительные точки давления. Поэтому девушка молча радовалась тому, что имеет право заниматься своими делами, не носясь по замку, выдумывая всякую глупость, чтобы снять с других учеников баллы. А личных дел, которыми неплохо было бы заняться, было достаточно.

Громадная библиотека Хогвартса содержала в открытом доступе любую литературу. Все, что может пожелать душа студента. Все, кроме того, что было нужно Виросе - книги по древней темной магии. Девушка разочарованно вздыхала, сдерживая порыв поругаться с местной блюдительницей порядка, библиотекарем - Ирмой Пинс. Дамочка ни в какую не позволяла Виросе, хотя бы взглянуть на список того, что хранилось в запретной секции:

-Доступ только с письменного разрешения любого профессора или декана вашего факультета.

В очередной раз сухо ответила мадам Пирс, вызывая у Виросы жгучее желание расчесать ладони, так сильно припекало изнутри, подбивая схватиться за волшебную палочку.

-Кто вообще придумал перекрывать доступ учащихся к знаниям? Большей глупости я еще не встречала! - жарко шептала Вироса-де-Кута, скрываясь между стеллажами с сотнями книг.

-Не могу не согласиться! Хоть я и уважаю школьные правила, с удовольствием бы поселилась в Запретной Секции.

Мечтательный голос принадлежал молодой девушке, немного младше самой Виросы. На незнакомке была школьная форма с красно-золотым отливом, а на груди блестел в желтом свете свечей значок Старосты Гриффиндор. Кудрявые волосы торчали во все стороны развеселой копной, а чуть вздернутый носик смотрел вверх, указывая на то, что девушка максимально уверена в себе и готова ответить, кажется, на любой вопрос.

-Добрый вечер, мисс, - Вироса, слегка придерживая длинную юбку, опустилась в реверансе, знакомясь с младшекурсницей. - Мое имя Вироса-де-Кута Дасадити. Прошу прощения, что мои громкие замечания помешали вашим занятиям.

-Ой, нет-нет, что вы.. ты.. эм, - девушка засмущалась, быстро наливаясь румянцем, неуверенно замирая, она прикусила губу, быстро размышляя стоит ли ей также вычурно поприветствовать новую знакомую. - Не будешь против говорить на «ты»?..

-Разумеется, если узнаю ваше имя, мисс, - хмыкнула Вироса, забавляясь над растерявшейся «Кудряшкой» (так про себя назвала гриффиндрорку ведьмочка).

-Гермиона.. Гермиона Грейнджер, - торопливо представилась староста. - Приятно познакомиться, Вироса-де-Кута, я рада, приветствовать тебя в Хогвартсе.. Прости, что с такой задержкой, никак не получалось познакомиться, у нас столько дел, ну, у старост, я имею в виду.

-И мне очень приятно, Гермиона, - дождавшись, когда Кудряшка закончит свою пламенную речь, снисходительно улыбнулась слизеринка.

-Так зачем ты хочешь попасть в Закрытую Секцию? - тут же выпалила мисс Грейнджер, ярко блеснув любопытными карими глазками.

-Я очень интересуюсь темной магией, однако в открытом доступе нет ничего конкретного, что могло бы дать ответы на мучающие меня вопросы.

-Вот как.. А какой раздел темных искусств ты сейчас изучаешь? - ничего не стесняясь, выпалила Гермиона, от предвкушения даже слегка подаваясь вперед, поближе к новой знакомой.

-Все, что касается древних черных рун и проклятий, которые волшебник может применить к себе, - аккуратно, обходясь общими словами, произнесла Вироса-де-Кута.

Девушке совершенно не хотелось продолжать этот разговор, и уж тем более, вводить в курс своих личных дет подозрительно активную Старосту-Гриффиндорку. Мисс Грейнджер глубоко задумалась, сводя брови и опуская взгляд в пол. Весь ее внешний вид кричал о том, как молодой студентке важно быть полезной и помочь новенькой ученице даже в таком странном вопросе, касающимся темных искусств. Такой напряженный мыслительный процесс слегка позабавил Виросу, и она поспешила натянуть на лицо непроницаемую маску, чтобы Гермиона не посчитала ее веселье грубым.

Пока Кудряшка размышляла над подкинутой ей неожиданно сложной задачкой, мисс Дасадити погоняла в своей голове любые воспоминания, касающиеся фамилии новой знакомой - Грейнджер. К своему величайшему стыду, Вироса не могла вспомнить абсолютно ничего, что касалось бы семьи Гермионы - звенящая пустота, будто юная леди даже ни разу не встречала такой английской фамилии.

-Темные руны можно найти и в этой части библиотеки, их, пока еще, не переносили в тот отдел, - неожиданно громко для создавшейся тишины произнесла Гермиона, вырывая собеседницу из ее дум. - А вот что касается проклятий, которые должны накладываться на себя самого.. Я такое встречала только в одной местной книге, но она и правда в Запретной Секции, к которой нужен письменной доступ от профессора.

-У тебя есть такой? - с замиранием сердца произнесла Вироса.

-Эм.. не совсем. Я - староста девочек от Гриффиндора, - Кудряшка гордо дернула носиком, двигая грудью вперед и вверх, демонстрируя свой блестящий значок. - А у всех старост и без дозволения есть доступ в закрытую часть библиотеки.

-Вот как.. Можете ли вы одалживать у библиотеки книги? Скажем, буквально на один вечер?

-Книги из Запретной Секции выносить запрещено.

-Даже сюда? В общую часть библиотеки? - надежда получить помощь от Гермионы таяла буквально на глазах.

-Прости, - Кудряшка грустно осмотрела новую знакомую, разочарованная своей беспомощностью. - Если тебе нужна литература из Запретной Секции, тебе необходимо получить разрешение от любого профессора..

-Хорошо, я тебя поняла.

-Однако ты должна будешь объяснить профессору зачем тебе этот доступ, - со знанием дела сказала Гермиона, поднимая указательный палец вверх. - Если довод окажется неубедительным, педагог может и не согласиться выписать тебе разрешение.

Вироса-де-Кута кивнула, скривив губы. И какой повод прикажете придумывать? «Мой отец, запертый в странной тиаре, дал мне задание самой разобраться в темной магии, которую он использовал. Пожалуйста, подпишите документ, чтобы я могла доказать ему свою профпригодность. Так, что ли?» - девушка прикрыла глаза, массируя пальчиками переносицу. Папа, вряд ли, оценил бы то, что она в этом вопросе говорит кому-то правду, выдавая его (похоже, очень страшный и опасный) секрет.

Дни протекали в жалких попытках выдумать подходящий предлог для какого-нибудь профессора, чтобы тот выписал разрешение. Однако все усугублялось тем, что по учебной программе студенты седьмого курса не проходили ничего хотя бы отдаленно напоминающее темные искусства, на которые можно было опереться и выпросить позволение изучить дополнительную литературу!

Все изменилось в один день, от которого Вироса и не ожидала получить такой подарок. День матча Слизерин против Гриффиндора. Над полем для квиддича на сумасшедших скоростях носились игроки команд, разрезая воздух словно красные и зеленые молнии. Вироса-де-Кута никогда особо не увлекалась данным видом волшебного спорта, считая что такими опасными увлечениями стоит заниматься только тем молодым людям, у которых нет способностей к настоящей магии, а лишь хорошая физическая форма. Так же и в этот день, Вироса-де-Кута собиралась остаться в гостиной или отправиться в библиотеку, но Паффиан и Паффина не дали ей такой возможности, буквально вытаскивая подругу из замка. Чему позже Вироса была очень рада.

Винтербиры взяли с собой зеленые флажки с изображением клыкастых змеек, выдавая один из них Дасадити. Слизеринцы громко скандировали имена своих друзей, которые, вряд ли, слышали хоть что-то, разрезая пространство на метлах, гоняясь за очками и рассчитывая на победу. По началу для Виросы следить за ходом матча было достаточно скучно, однако после того, как слизеринцы успешно закинули мяч в кольца соперников несколько раз подряд, азарт зашумел даже в голове чопорной сторонницы старых книг и древних рукописей.

Вироса-де-Кута хлопала в ладоши, даже пару раз громко похвалила Пьюси и Уоррингтона, когда тебе совершили очередной удивительный пируэт в воздухе, обводя соперников вокруг пальца. Но в тот же момент, девушка, как бы невзначай, посматривала на две рыжие макушки близнецов Уизли, кусая губы, пыталась понять кто из них под каким номером играет. Братья метались по полю с агрессивным желанием ударить битой по бешеному бланджеру, чтобы от отлетел в кого-нибудь из слизеринцев. А один из близнецов особенно старался отправить неуправляемый мяч в Кассиуса. «Фред, я и не знала, что ты отличается такой кровожадностью!» - хихикнула про себя Вироса, смотря за тем, как Кассиус в очередной раз уклоняется от быстрого бланджера, слегка меняя траекторию полета.

-ГАРРИ ПОТТЕР ПОЙМАЛ СНИТЧ! - заорал Ли Джордан, комментируя происходящее на поле. - Гриффиндор получает сто пятьдесят очков! И это однозначная победа львов!

Трибуны взорвались новой волной криков, которая поглотила все пространство на многие мили вокруг. Гриффиндорцы чуть не вывалились со своих трибун прямо на лужайку, всеми силами показывая свое счастье и гордость за любимых игроков. Слизеринцы же завыли, ругаясь и топая ногами, отказываясь принять поражение своей команды. Вироса резко закрыла ладонями ушки, краем глаза наблюдая, как Паффина от злости швырнула что-то в сторону пролетавшего мимо красно-золотого игрока.

Однако этим дело не закончилось. На смену радости одних и гневу других пришло всеобщее удивление. Все взгляды были направлены вниз, на мятую траву игрового поля. Вироса приподнялась на цыпочки, нагибаясь над поручнем, чтобы разобраться в том, что происходило внизу. А случилось там следующее, староста мальчиков слизерина - мистер Малфой, с которым Вироса была знакома лишь шапочно, валялся на земле, а сверху на нем сидел Джордж Уизли, который, что было сил, вбивал соперника в землю нанося ему один удар кулаком за другим. Рядом с ними, но уже на своих двоих дрались мистер Поттер и вратарь сборной Слизерина. Чуть дальше вопил и пинал траву краснолицый от злости Фред, которого держали Пьюси и Уоррингтон.

От такого зрелища у Виросы даже волосы стали дыбом, больше всего ее поразило искаженное ненавистью лицо вечно улыбающегося Фреда Уизли. Девушка даже представить себе не могла, что ее милый и веселый знакомый может так кричать и ругаться, стараясь поколотить окружающих его людей. В груди заворочалось странное чувство, которое Вироса даже боялась описать. Это было похоже на злобное удовлетворение, наслаждение тем, что, наконец-то, ей удалось узреть что-то кроме озорной улыбки на красивом веснушчатом лице. Что же такого произошло между студентами, что Фред, Вироса была уверена, была бы у него сейчас волшебная палочка в руках, начал бы швыряться проклятиями направо и налево.

Ей однозначно не хотелось находить под прицелом его гнева, но было кое-какое другое желание.. Стоять рядом, выхватив свое собственное древко, защищая от возможных заклинаний его тыл. Вироса поежилась, обхватывая себя руками,- «Это еще что такое?.. Мне же просто хочется попрактиковаться в темной магии? Или это я из-за злости Фреда готова..»

-Вироса! Не стой! - Паффиан схватил девушку за руку, утягивая ее к ступенькам, которые вели на выход с трибун.

Паффина бежала рядом, придерживая мантию, чтобы не споткнуться на деревянной лестнице. Они втроем выбежали на поле как раз в тот момент, когда жуткое представление было остановлено внезапным появлением профессора Долорес Амбридж. Розовая дама грубо взмахнула палочкой, приказывая Джорджу слегка отлететь от избитого Драко Малфоя.

-Поттер, оба Уизли,- инспектор приложила острый конец палочки к шее, в разы увеличивая громкость своего голоса,- вы трое отстранены от квиддича и более не являетесь игроками Гриффиндора! Я думаю, пожизненная дисквалификация будет вам наукой. Я потребую, чтобы ваши метлы были конфискованы; храниться они будут в моем кабинете, дабы не возникло искушения обойти запрет. Но я не фанатичка, остальные члены команды могут продолжать играть. Они не проявили склонности к насилию. Ну… всего хорошего.

Потные и злые гриффиндорцы пытались сказать что-то в свою защиту, однако после того, как розовая дама широкой рукой сняла несколько десятков баллов с факультета львов, громкие возражения быстро перетекли в нервные переглядки и ненавистный скрип зубами. Всех разогнали с поля.

Вироса чуть помедлила, всматриваясь в тяжело дышащего Фреда. Молодой человек кривил губы, шепотом высказывал все, что у него накопилось, подошедшему ближе Джорджу. Почувствовав чужой взгляд, юноша поднял глаза, стреляя во всех обжигающими стопками искр. Даже Вироса не стала исключением, получая свою порцию злости и усталости от молодого волшебника. «Я же тут ни при чем!» - подумалось девушке, и она слегка нахмурилась, не отводя взгляд от сверкающих карих радужек. Фред, словно услышал ее мысли, слегка прикрыл глаза, устало выдохнул, проводя ладонью по влажным рыжим волосам.

-Вот ведь безбашенные уроды! - рычал капитан слизеринской команды Грэхэм Монтегю.

Весь змеиный факультет находился в общей гостиной и громко обсуждал то, что произошло в конце игры. Мистер Монтегю, крупный, перекачанный юноша с чересчур громким и грозным басом, выработанным на должности капитана, кое-как объяснил, что Драко Малфой (разумеется, справедливо) высказался о семьях Поттера и Уизли, из-за чего «эти неадекватные кретины» набросились на старосту с кулаками «демонстрируя всем, что они именно такие, как и сказал Драко!».

Вироса-де-Кута так и не узнала, какие именно слова произнес мистер Малфой, что смогли так вывести из себя гриффиндорцев. Однако, что-то подсказывало, что там были отнюдь не самые приятные слуху выражения. «Если бы мою семью оскорбили, я бы, конечно, вряд ли, бросилась бы с кулаками. Но за палочку взялась бы очень быстро,» - девушка недоверчиво осмотрела бунтующих слизеринцев, молча поддерживая решение львов защитить достоинство своих родных.

Не найдя в других студентах того же согласия с ее безмолвными мыслями, девушка оставила слизеринцев поливать грязью всех, кого они только успевали вспомнить из красно-золотых, отправляясь прогуляться на свежем воздухе. Благо, погода пока еще позволяла обходиться без утепленной мантии, а ветер лишь приносил приятную прохладу, играясь с волнистыми волосами Виросы. Она неторопливым шагом направлялась к уже излюбленному местечку среди ближайших деревьев Запретного Леса.

Ноги сами несли туда, где она уже несколько раз сталкивалась с Фредом, пока мысли витали в спокойном беспорядке, подкидывая картинки из недавних событий. Вироса сложила руки на груди, рассматривая влажную траву, которая мялась под ее подошвами. Как вдруг, каким-то чудом, ее зрение уловило короткое движение яркого огненного цвета. Тело дернулось в сторону, желая избежать возможного заклинания, а в руке тут же появилась волшебная палочка, крепко сжатая пальцами. Мгновение. И ничего не произошло. Никто не отправлял в нее огненный шар, и все это лишь почудилось.. Или нет?

Вироса-де-Кута напрягла зрение, замечая знакомый цвет, что показался ей опасной вспышкой. Это были всего лишь яркие рыжие волосы, которые не мог скрыть даже туман, стелющийся у самых корней массивных деревьев.

-Фред? - девушка бросилась в сторону лежащего на земле тела, которое даже не шевельнулось от ее оклика.

Липкий испуг холодной волной прокатился по телу, а подсознание услужливо подкинуло похожее видение из воспоминаний. Мама, лежащая на полу, без движения, без дыхания, с закрытыми глазами и целым морем красной крови, что медленно покидала ее тело из разрубленного плеча. В горле встал ком, не давая сделать и вздоха. Фред лежал на спине, вытянув руки вдоль своего тела, кажется, не дышал, подставляя свое лицо сероватым лучам, которые с трудом проходили сквозь густые ветви деревьев.

Вироса с размаху упала на колени рядом с его телом, впечатываясь ледяными от страха ладонями в широкую грудь. Плечи задрожали, а в висках застучала кровь, словно горячая слизь, распространяясь по венам. Губы задрожали:

-Фред! Фред, что с тобой? - Вироса вскрикнула, нагибаясь над светлым лицом.

Вдруг, юноша резко распахнул теплые карие глаза, чуть хмуря рыжие брови, изогнул губы в усмешке:

-Не знал, что ты умеешь так кричать, - он тяжело выдохнул, сжимая тонкие ладошки, и отводя чужие руки в сторону, чтобы избавиться от резкой боли удара.

-Ты в порядке? - Вироса бегло осматривала юношу широко распахнутыми полными страха глазами. - Почему ты здесь так лежишь? Что произошло?

-Да я просто вышел подышать воздухом и поваляться на травке, - хихикнул Фред, даря дрожащей девушке игривую улыбку. - Хочешь присоединиться?

-Идиот! - взвыла Вироса, пару раз сильно ударяя юношу кулачками в грудь и плечи (собственно, куда придется). - Ты меня так напугал! Придурок! Совсем с ума сошел! Я подумала, что с тобой что-то случилось! Ненормальный! Псих!

-Неожиданное открытие. Юная леди умеет ругаться! - захохотал юноша, поудобнее перехватывая руки девушки. - Все, все! Лисичка, хватит! А то это ты будешь той, кто меня сегодня добьет. Или ты пришла отомстить за Малфоя?

-Да плевать мне на Малфоя! - тяжело дыша выплюнула Вироса, чуть ослабляя свои попытки поколотить молодого человека. - Никогда так больше не делай!

-Чего ты так перепугалась, будто помер кто? - Фред сел, продолжая сжимать в своих широких ладонях кулачки девушки.

Вироса замерла, переваривая услышанное. Если бы она не видела той жуткой картины, если бы мама не погибла бы таким чудовищным способом, то, наверняка, сейчас бы не было такой бурной испуганный реакции. Подумаешь, отдыхает юноша.. Девушка замолчала, выдавая ответ своим выражением лица. Скорбь и отчаяние тусклой пеленой застелили ее темные глаза, а уголки мягких губ резко упали вниз. Чужой тихий голос с обреченной интонацией смог произнести лишь одно словно:

-Мама.

Фред застыл вглядываясь в худое личико перед собой. Внутри что-то мелко задрожало, перед глазами все поплыло, а в его голове все встало на свои места. Очередная деталька паззла, под именем Вироса-де-Кута Дасадити заняла свое место, открывая девушку с новой стороны.

В то время, как Фред довольствовался обществом своего близнеца, каждый день видел шебутную младшую сестренку и вечно голодного младшего брата, знал, что может обратиться за помощью к своим другим старшим братьям, а дома его ждала любимая мама и добрый отец, у Виросы была только она сама. От папы не осталось даже старенькой колдографии, а мама (что стало только сейчас понятно по несчастному лицу девушки) рано и как-то слишком страшно погибла.

Фред сделал то немногое, что мог в сложившейся ситуации. Он потянул мелко дрожащие ручки на себя, заключая девушку в свои крепкие теплые объятия. Она не плакала, не сотрясалась в истеричном припадке, и даже не шмыгала носом, сдерживая эмоции. Лишь замерла, не до конца осознавая, что ее стараются подержать. Несколько секунд Вироса не шевелилась, тихо вдыхая прохладный воздух у его груди. Фред прижался щекой к мягким волосам, стараясь не спугнуть волшебный момент.

От девушки приятно пахло свежестью, которую можно было сравнить с запахом грозовых туч, неспокойного холодного океана и промерзшей, хрустящей под ногами травы. Фред закрыл глаза, наслаждаясь и запоминая нежные ароматы, пока, упавшая в свои тяжелые мысли девушка, позволяла себя нежно обнимать, прижимая к себе, в попытке разогнать пугающие воспоминания.

-Так почему ты здесь лежишь? - мягко отстраняясь, спросила Вироса.

-Просто думал о том, что случилось после матча.

-Я считаю, что мистер Малфой повел себя неподобающе..

-Мистер Малфой? - Фред хохотнул, откидывая голову назад. - А вы богатеи всегда так друг к другу обращаетесь?

-Знаете ли, мистер Уизли, это обычные нормы поведения и воспитания, - сдерживая улыбку, произнесла Вироса.

-О, Мерлин, нет! Никогда не называй меня мистер Уизли, звучит просто дико, - юноша рассмеялся еще громче, отрицательно замотав головой.

-Но ты же представитель достаточно древней чистокровной семьи волшебников, почему ты не ведешь себя.. подобающе? - Вироса склонила немного голову, наконец, задавая давно интересующий ее вопрос. - Или это некий бунт с твой стороны?

-Ха! Бунт? - Фред дернул бровями, снисходительно смотря на удивленную девушку. - Наша семья никогда не была среди аристократов, мы не учились этикету и, если честно, я этому очень рад. Не хочу быть скучной и занудной аристократичной задницей!

-Вот спасибо, - Вироса притворно надула губки, обиженно складывая руки на груди.

-Я говорю не о тебе! Хотя.. - молодой человек прикусил губу, оценивающе осмотрев девушку с головы до ног перед тем как продолжить.- Ты тоже иногда бываешь занудой.

-Да как же? Когда это?

-Да почти на всех уроках! Ты все время знаешь все лучше всех, умудряешься даже иногда спорить с профессорами, а уж как ты, с высоко поднятым носом, готовишь зелья на занятиях со Снейпом заслуживает отдельного рассказа!

-Эй! Я не виновата, что вы все такие неучи! - девушка чуть повела плечами, гордо отворачиваясь от развеселого лица юноши.

-Но мне нравится тебя слушать, ты действительно, удивительно много знаешь, - примирительным тоном произнес Фред, слегка наклоняясь, чтобы заглянуть Виросе в глаза. - Ты могла бы многому научить других.. неучей.

-О чем ты говоришь?

-После того, что случилось на поле.. То есть после того, как розовая жаба нас дисквалифицировала, в гостиной Гриффиндора творилось настоящее безумие.. Среди которого было очень много не аристократичных выражений, - юноша хмыкнул на то, как девушка чуть закатила глаза на его подкол. - Очень быстро все перетекло в обсуждение Амбридж и ее методы преподавания.

-Это сложно назвать обучением. Я даже в детстве не читала большей чуши о темных искусствах! Никогда бы не подумала, что в школе чародейства на старшем курсе будут заставлять зубрить теорию, в которой нет даже намека на то, как использовать волшебную палочку!

-Верно! - Фред щелкнул пальцами, одобрительно закивал. - Вот и мы такого же мнения. В итоге, многие пришли к выводу, что нам нужен другой учитель.

-Разве возможно в Хогвартсе сменить преподавателя? Учитывая, что профессор Амбридж поставлена Министерством.

-Нельзя сменить профессора, но можно учиться друг у друга, - юноша хитро улыбнулся, следя за реакцией собеседницы.

-Глупость. Кто из ваших студентов знает достаточно много о темных искусствах, чтобы суметь объяснить это другим ученикам?

Фред одарил Виросу очень выразительным взглядом, мол «А сама не догадываешься, о ком я сейчас говорю?». У девушки даже глаза на лоб полезли от такого неожиданного выпада с его стороны.

-Я? Ты сейчас серьезно?

-Да, а что такого? Ты много знаешь и, как я успел понять, хороша в боевых и темных искусствах! Почему бы тебе не помочь с этим остальным?

-Да кто меня будет слушать? Тем более, что я очень занята другим.. более важным делом, чем учить лентяев, которые не хотели учиться самостоятельно все года до сегодняшнего дня, - Вироса фыркнула, представляя, сколько ее драгоценного времени будет пропадать даром.

-Ладно, лисичка, подумай об этом еще позже, - Фред кивнул, поднимаясь на ноги и помогая встать девушке. - Мы хотим собраться на следующих выходных в Хогсмиде, чтобы обсудить этот вопрос. Ты тоже приходи, уверен, многие согласятся с тем, чтобы ты учила нас вместо этой розовой жабы.

Весь путь до спальни Вироса-де-Кута честно и упорно размышляла над словами молодого волшебника. Искала возможные выгоды в этой ситуации, и, к сожалению, не находила ни одной. Ей отчаянно нужно было попасть в Запретную Секцию в библиотеке, и занятия глупостями с другими подростками никак не вязались с ее главной миссией - выяснить, какое заклинание использовал отец, что он умудрился застрять с тиаре.

-Профессор Амбридж сегодня просто рвала и метала, - выдохнула Паффина, уставши растянувшись на своей кровати.

-Это из-за случившегося на матче она на вас отыгрывалась? - Вироса неторопливо расчесывала свои длинные волосы, готовясь ко сну.

-Все так, - слизеринка тяжело выдохнула, взбивая мягкую подушку под головой. - Она разозлилась, что никто из Дружины не смог раньше заметить то, насколько агрессивны Поттер и Уизли. Видите ли, мы должны были донести об этом раньше, чтобы она вышвырнула их из команды еще до матча! Мы что, должны круглые сутки быть рядом с этими придурками? И так постоянно приходится шпионить и выдумывать всякую чушь, только бы розовая дама не принялась исполнять свои жуткие угрозы, касающиеся наших семей, - девушка фыркнула, резко поворачиваясь к Виросе лицом. - Даже сегодня, ты же знаешь, что Драко наговорил все это лишь для того, чтобы взбесить Поттера и иметь возможность снять с них побольше баллов, которые они выиграли за счет квиддича?

-Зачем ему так рисковать своим здоровьем?

-Я случайно услышала, как Драко говорил с Пенси об этом. Оказывается, профессор Амбридж вчера угрожала ему каким-то наказанием за то, что на прошлой неделе у него было снятых баллов с других меньше обычного. Вот он и кинулся на амбразуру. Мне его очень жаль, если честно, - Паффина грустно вздохнула, поджимая губки. - У него и так сейчас какие-то семейные сложности, а тут еще и это..

-Амбридж давит на всех вас, - Вироса-де-Кута пожала плечами, отправляя подруге сочувствующий взгляд.

-Твоя правда.. Я рада, что хотя бы тебя она не стала стращать..

Все верно, у розовой дамы нет никаких рычагов, способных заставить девушку плясать под ее дудку. Вредная посланница Министерства перешла все границы, когда втянула в свои игры беззащитных студентов. Вироса покачала головой, и от этого движения на поверхность вышла странная необдуманная мысль.

Розовая дама не смогла сыграть с мисс Дасадити, однако сама девушка могла бы получить от неприятной профессора Амбридж то, что ей было сейчас так необходимо.. Стоило лишь обменять это на маленькую, ничего не значащую, совсем свежую информацию. Ведь Долорес Амбридж так любит доносы, а просто легкий намек, без указаний фамилий, мест и времени никому не навредит. «Так ведь?» - юная ведьмочка прикусила нижнюю губу, проверяя чаши своих внутренних весов, с одной стороны отец, а с другой рыжеволосый юноша и кучка лентяев и глупцов..

Глава 15 Прошу меня простить

За окном хлестал дождь, заливая стекло холодными струями воды. В классе, несмотря на предобеденное время, стоял мутный полумрак, разгоняемый зачарованными свечами и полыхающим огнем в небольшом жерле камина. Студенты молча нависали над очередной скучной главой одобренного министерством учебника по Защите от Темных Искусств. Слышен был только тихий скрип перьев по желтым пергаментам и то, как профессор Амбридж периодически прихлебывает чай из маленькой фарфоровой розовой чашечки.

Главный Инспектор с наслаждением наблюдала за тем, как послушно ученики склонились над ее очередным бессмысленным заданием, порой улыбаясь своим мыслям и тихонечко хихикая, поблескивая маленькими враждебными глазками.

Вироса-де-Кута, как и все ее однокурсники, с нетерпением ждала конца урока. Хотя ее нервное ожидание резко отличалось от того, почему остальные хотели поскорее закончить занятие. У девушки был план. Четкий и ясный. Он, словно назойливая муха, преследовал ее несколько дней подряд, формируясь из глупой идеи в осмысленную и точную мысль, к этому дню превращаясь в идею фикс. Ведьмочка, разумеется, искала и другие варианты, заставляя себя думать на пределе своих возможностей, но, в конце концов, не нашла ничего лучше. Добили и вчерашние слова отца, когда она перед сном обняла тиару, желая пообщаться с папочкой.

-Всегда на первое место ставить нужно самого себя. Нет ничего важнее собственных нужд, - словно зная, над какой проблемой мучается дочь, ни с того, ни с сего произнес он.

«Я все продумала и сделаю все аккуратно!» - убеждала себя Вироса, заставляя ноги стоять ровно на полу, не дергаясь от долгого ожидания. Звон колокола, что означал конец урока, стал свистком к началу действий. Девушка дрогнула всем телом, шумно выдыхая. Она заверила друзей, что скоро присоединиться к ним в Большом Зале, начала неторопливо собирать вещи в сумку, осторожно поглядывая по сторонам. К счастью, никто из студентов не желал задерживаться в компании розовой дамы, поэтому все быстро ретировались, оставляя класс пустым. Долорес Амбридж медленно отставила чашечку с недопитым чаем, принялась рассматривать какие-то документы на своем рабочем столе.

-Профессор, - Вироса сделала несколько небольших шагов к розовой даме, вежливо опускаясь в реверансе, - прошу прощения, что отвлекаю вас. У меня есть вопрос.

-Конечно, дорогая, - профессор Амбридж фальшиво улыбнулась, мягко складывая ладошки на столешнице, - я тебя слушаю.

-Скажите, пожалуйста, может ли студентка слизерина с седьмого курса рассчитывать на незначительную помощь от своего профессора, если она готова поделиться некоторыми сведениями о других студентах?

-Все будет зависеть от того, какую помощь ожидает студентка, и какие новости она готова рассказать, - маленькие глазки профессора блеснули предвкушением, а губы чуть дрогнули, демонстрируя верхний ряд острых зубов.

-Если честно, я бы даже не стала называть это помощью. Всего-навсего маленькая поддержка для любительницы старинных книг, - Вироса мило улыбнулась. - Скажем так. Литература в открытом доступе библиотеки познавательна и интересна, однако учебный год еще долгий, а книг в этой секции совершенно недостаточно для того, кто очень быстро читает.

-Что ж, - розовая дама махнула волшебной палочкой подзывая к себе чистый лист и перо, - это было бы действительно добрым и широким жестом в ответ на интересные новости о том, что на самом деле происходит в школе.

-Вы абсолютно правы, профессор, - девушка уверенно кивнула, следя за тем, как профессор Амбридж выписывает разрешение на доступ в Запретную Секцию на ее имя.

-И так, я вас внимательно слушаю, - розовая дама положила ладонь поверх подписанного листа, поднимая взгляд на сохраняющую безэмоциональное выражение лица девушку.

-Говорят, некоторые студенты недовольны новым курсом обучения по некоторым предметам, - Вироса расставила нужные акценты, выделяя важные слова, - поэтому появилось некое незарегистрированное движение среди учеников. Они считают, что могут справиться с обучением самостоятельно, назначая друг другу дополнительные занятия.

-Знаете ли вы тех, кто посчитал себя умнее профессоров?

-К сожалению, я знаю лишь день, когда эти наглецы собираются для обсуждения своих дел. Я уверена, что Инспекционная Дружина с легкостью сможет обнаружить подозрительных студентов, если устроит обходы по замку в назначенный день.

-Что ж, полагаю, вы готовы обозначить мне дату? - миссис Амбридж плотоядно улыбнулась, поднимая документ для Виросы над столом.

Девушка непринужденно выдала розовой даме день, в который было назначено собрание тех, кто хотел обучаться магии самостоятельно, протестуя против министерской системы образования. В тот же момент в ее ладошку легла заветная бумага с разрешением на посещение закрытой секции библиотеки.

Все прошло даже лучше, чем можно было ожидать. С одной стороны, Вироса-де-Кута назвала настоящую дату, но скрыла тот факт, что собрание недовольных программой ЗОТИ будет проходить не в Хогвартсе. Кажется, ей даже удалось слегка обезопасить студентов от Дружины, которая в этот день будет прочесывать замок, пытаясь найти тех, кого там в этот момент не будет.

Тщательно скрывая свою радость от совершенной маленькой подлости, Вироса покинула кабинет, легкой походкой направляясь в Большой Зал на обед. У громадных дверей ведьмочку ждал еще один небольшой подарок судьбы. Прямо у входа в зал она встретилась со знакомой кудрявой гриффиндоркой.

-Мисс Грейнджер, добрый день, - Вироса добродушно поприветствовала молодую старосту, отмечая, как забавно смутилась Гермиона, слегка краснея.

Кудряшка вновь не была уверена, как правильно реагировать на такое вежливое обращение, чуть поклонилась, бросая своим, идущим рядом, друзьям многозначительные взгляды. Справа от мисс Грейнджер стоял долговязый юноша с яркими рыжими волосами и светлыми серо-голубыми глазами. Он удивленно хлопнул длинными ресницами, не очень культурно уставившись на старшекурсницу-слизеринку. С другой стороны от старосты девочек стоял щуплый темноволосый лохматый молодой человек в круглых старых очках.

-Эм.. Да, привет, Вироса, - заметив удивление своих друзей, произнесла Гермиона. - Это Рональд Уизли - староста мальчиков Гриффиндора, - девушка указала ладошкой на рыжеволосого юношу, который продолжал ошарашено пялиться на мисс Дасадити. - А это Гарри Поттер, думаю, что ты о нем слышала.. Мальчики, это Вироса-де-Кута Дасадити, она перевелась к нам в этом году на седьмой курс.

-Очень приятно познакомиться, - улыбнулась слизеринка, поочередно кивая молодым людям в знак приветствия. - Мистер Уизли, я учусь с вашими старшими братьями Фредом и Джорджем на одном курсе. Мистер Поттер, я не британка, но и на моей родине найдется, я предполагаю, несколько статей о ваших подвигах.

-Спасибо, - Гарри быстрым движением поправил очки на носу, смущенно отводя глаза в сторону.

-Я не хотела вас задерживать, прошу прощения. Мисс Грейнджер, мы как то говорили об одной книге из Запретной Секции в местной библиотеке. Я получила туда допуск, - Вироса коснулась своей сумки, надеясь, что Кудряшка не попросит продемонстрировать ей документ (очень не хотелось бы показывать кто именно подписал разрешение). - Не могла бы ты подсказать мне, как именно называется та книга?

-Это замечательно!

Все таки мисс Грейнджер была самым настоящим книжным червем, ее лицо озарила яркая улыбка, как только Вироса упомянула библиотеку. Молодые люди же быстро переглянулись, слегка закатывал глаза. О страсти своей подруги они знали не понаслышке, и, похоже, не разделяли ее жгучую любовь к книгам и чтению. Вироса-де-Кута заметила, как юноши облегченно выдохнули, снимая с незнакомой слизеринки ярлык змеевидного врага.

-Ты сможешь ее найти на одна тысяча триста тринадцатом стеллаже, - пропела Гермиона сверкая карими глазками. - Название такое «Пути проклятий и дарований от тьмы до необходимости».

-Благодарю, мисс Грейнджер! - молодые люди попрощались, и Вироса двинулась в сторону слизеринского стола, чтобы все таки что-нибудь перекусить перед следующими занятиями.

Стоило всем урокам подойти к концу, Вироса-де-Кута торопливым шагом отправилась в библиотеку. Запретная Секция ничем особо не отличалась от основной. Те же стеллажи с разными старыми талмудами, такие же столики и кресла для чтения, даже освещение было обычным и комфортным для того, чтобы отыскать нужную литературу. Столько разговоров было про это “доступное только избранным” место в школе, а по итогу - ничего такого, что могло бы впечатлить юную мисс Дасадити.

Большинство книг, что здесь находились, она уже встречала и даже изучала в своем доме или же в доме крестной. Были тут и те экземпляры, которых назвать «очень опасными» даже язык не поворачивался. Все таки страх британцев перед темной магией был запредельным, что даже такие (почти невинные) книжечки хранились под замком.

Вскоре нашлась и та самая литература, о которой рассказывала мисс Грейнджер. Потрепанная кожаная обложка с выдавленными на ней аккуратными буквами. Позолота уже давно стерлась, оставляя после себя лишь грязные желтоватые полоски вместо прекрасного украшения. Жесткая сероватая пергаментная бумага была шершавой и пахла столетней пылью. Хорошо хоть чернила, которыми была написана данная темная литература, были зачарованными и смогли дожить до потомков.

Вироса-де-Кута, бережно держа фолиант в руках, опустилась на ближайшее мягкое кресло. Чтиво оказалось довольно интересным, однако написано было слишком сухо и просто, словно автор не желал делиться своими мыслями и писал из-под палки. Здесь приводился ряд проклятий, которые волшебник мог применить сам к себе, получая взамен различные свойства для организма. Начиналось все с достаточно безопасных заклинания, вроде пожизненного прекрасного тела, в обмен на голос, или храбрость, полученная вместо возможности искренне любить.

Над тем, что кто-то изобрел заклинание способное наложить вечную невидимость на колдующего, Вироса чуть слышно хихикнула, раздумывая, зачем кому-то может понадобиться всю жизнь быть невидимкой. Далее описывались более опасные заклинания, которые требовали некую серьезную жертву в обмен на свою работоспособность. Например, для того, чтобы получить «волшебное лицо» - то, что будет привлекательно абсолютно для всех людей, нужно было добыть кровь Двурога (рога этого животного используются в оборотном зелье) и умываться ей до тех пор, пока кожа не станет такого же багрового цвета. В тот момент, когда волшебник будет видеть лишь жуткое кровавое пятно вместо своего отражения, перед другими людям маг предстанет самым красивым человеком на земле.

Стоило Виросе действительно увлечься чтением, раздался голос смотрительницы библиотеки, которая напоминала задерживающимся студентам, что близится время отбоя. Изучение книги пришлось отложить на следующий день.

Так начали протекать дни: сон, учеба, Запретная Секция. Вироса-де-Кута искала в некоторых, описанных в книге, заклинаниях подтекст, скрытый смысл, но ничего даже похожего на то самое заклинание, которое заключило отца в тиару, не попадалось. Набравшись терпения, девушка тратила все свое свободное время на книгу, в которой оставалось все меньше и меньше непрочитанных страниц.

Неделя пролетела незаметно, пока юная волшебница вчитывалась в сухой текст, с головой уходя в поиск ответа. Утром в субботу Вироса отправилась на завтрак, радуясь выходному, который с легкостью будет потрачен на то, чтобы, наконец-то, дочитать «Пути проклятий и дарований от тьмы до необходимости». Но, как говориться, не стоило загадывать. Когда девушка летящей походкой покидала Большой Зал, ее догнал Фред, заговорчески блестя глазами:

-Ты идешь?

-Куда? - девушка от неожиданности быстро захлопала ресницами, вспоминая, говорила ли она юноше, чем занимается последнее время, и может ли он быть в курсе ее посиделок в компании древней книги.

-В Хогсмид, - Фред хмыкнул, чуть понижая голос. - На собрание.

-Ты уверен, что мне стоит там быть?

«Точно! Собрание тех, кто хочет учиться магии вне школьных занятий. Совсем из головы вылетело!» - Вироса прикусила губу, ища подходящий предлог, чтобы отказаться от нелепой детской затеи.

-Конечно! Идем вместе, - молодой маг подмигнул, делая шаг в сторону главной лестницы. - Я подожду тебя у выхода из школы.

Не дав девушке ответить, Фред ретировался также быстро, как и появился рядом, оставляя Виросу наедине со своими мыслями. К сожалению, выбор был небольшой, а учитывая то, что любопытство брало верх (да и книга никуда из Запретной Секции не денется), девушка отправилась в свою спальню, чтобы переодеться для прогулки. «Это будет полезно. Хотя бы потому, что я буду знать в лицо тех, кто был на злополучном собрании. Если прижмет, будет что рассказать розовой даме.» - размышляла Вироса-де-Кута, находя неплохой предлог для того, чтобы прогуляться с Фредом.

По пути до места встречи (в странном баре под названием «Кабанья голова») Фред безостановочно шутил и рассказывал всякие небылицы про свою семью. Вироса вежливо улыбалась, ощущая, как сильно юноша нервничает и переживает из-за грядущего собрания. Все таки Инспекционная Дружина и сама Долорес Амбридж сегодня с самого утра никому проходу не дают, рыскают по замку, пытаются найти что-то или кого-то.

-Вообще не понимаю, почему они так сегодня активизировались, - выдохнул Фред, потирая шею ладонью. - Будто знали, что мы в эту субботу собираемся для того, чтобы обсудить самостоятельное обучение.

Вироса-де-Кута лишь слегка пожала плечами, невинно улыбаясь, мол, все может быть. Узнай Фред, что это именно она - та, которая сдала их розовой даме, как бы он отреагировал? Стал бы кричать и злиться с той же яростью, какую девушка наблюдала на поле для квиддича? Или посмотрит разочарованно и обиженно и больше никогда не заговорит с Виросой? Получить в свой адрес что-то из этого юной леди совершенно не хотелось, поэтому она быстро накинула на лицо ничего не понимающее выражение, добавляя во взгляд нотки сожаления.

В небольшом помещении оказалось достаточно людно. На деревянных стульях, близко друг к другу сидели студенты Хогвартса всех возрастов и разных факультетов. Единственное, не было ни одного представителя Слизерина, и стоило Виросе вместе с Фредом приблизиться к остальным, ученики разом обратили все свое внимание на девушку. Некоторые смотрели с интересом, но большинство кидали недоверчивые и даже пренебрежительные взгляды, начиная тихонько перешептываться между собой. Ради собственной безопасности пришлось опуститься на свободное место рядом с Фредом и Джорджем (последний хитро заулыбался, кидая брату многозначительные взгляды).

Лицом к толпе учеников сидели те, кто, похоже, являлся организаторами сего мероприятия. В молодой троице Вироса узнала мисс Грейнджер и ее двух близких друзей: Рональда Уизли и Гарри Поттера. Гарри был явно не в духе. Юноша хмуро буравил взглядом пол, нервно сжимая ладони в кулаки и кусал сухие, потрескавшиеся губы. В прошлую их встречу юноша выглядел гораздо лучше, сейчас же Вироса заметила темные круги под яркими глазами, словно молодой человек очень плохо спал, лицо осунулось, и напряженные плечи мелко вздрагивали, стоило скрипучей двери резко закрыться.

Гермиона и Рональд тоже выглядели не особо свежо, но все же гораздо лучше, чем их друг. Мистер Уизли реагировал на каждое нервное движение мистера Поттера, добродушно похлопывая его по плечу и что-то тихо проговаривая. Мисс Грейнджер лишь отправляла беспокойные и сочувственные взгляды, не решаясь открыто выражать свои мысли.

-Так, - сказала Гермиона, от возбуждения ее голос звучал выше обычного. - Ну, значит…

Теперь всеобщее внимание было приковано к ней, хотя присутствующие то и дело поглядывали на Гарри.

-Так вот... хм... вы знаете, зачем мы собрались. Так вот... у Гарри возникла идея... То есть, у меня возникла идея, что тем, кто хочет учиться Защите от Темных Искусств, было бы полезно... То есть, по-настоящему ей учиться, а не той ерунде, которую преподносит Амбридж... - голос ее зазвучал сильнее и увереннее. - Потому что это никакая не защита, а пустые разговоры. Ну, и я подумала, что стоит взять это дело в свои руки, - искоса взглянув на Гарри, она продолжала. - В смысле, учиться защите как следует, не теоретически, а настоящим заклинаниям...

-Но сдать Защиту от Темных Искусств на СОВ ты, надеюсь, тоже хочешь? - резко перебил ее один из присутствующих юношей.

-Конечно хочу. Но не только. Я хочу действительно овладеть защитой, потому что... потому что... - она набрала в грудь воздуха, - потому что Лорд Волан-де-Морт вернулся.

Реакция была мгновенной и совершенно непредсказуемой для Виросы. Одна девушка резко взвизгнула, другой юноша вздрогнул, какая-то пуффиндука поежилась, а молодой человек с гриффиндора как-то странно тявкнул и попытался выдать это за кашель. Все при этом выжидательно уставились на Гарри.

Вироса-де-Кута лишь приподняла бровь, осматривая присутствующих удивленным взглядом. Конечно, она читала об этом загадочном темном волшебнике, который странным образом исчез, во время попытки применить убивающее заклинание к Гарри Поттеру. И вот, оказывается, что черный маг вернулся. Мало приятное известие, но чтобы реагировать так бурно.. «Что-то с этими подростками явно не в порядке.» - мелькнуло у девушки в голове, - «Вернулся древний колдун, и если об этом знают даже школьники, то Министерство-то уж его быстро поймает. Какие проблемы? Зачем детям об этом вообще волноваться?».

-Где доказательства, что Вы-Знаете-Кто вернулся? - воинственным тоном сказал светловолосый юноша из пуффендуя.

-Ну, Дамблдор в это верит, - ответила Гермиона.

-Хочешь сказать: ему верит? - юноша кивнул на Гарри.

-Слушай, вообще-то, мы не для этого тут собрались.

-Ничего, Гермиона, - сказал Гарри. - Почему я решил, что Сами-Знаете-Кто вернулся? Я его видел. Дамблдор рассказал всей школе, что произошло в прошлом году, и если вы ему не поверили, то не поверите и мне. А я не собираюсь тратить день на то, чтобы убеждать вас.

Гарри Поттер мгновенно изменился в лице. Вместо усталого и замученного выражения, в глазах сверкнула злость, и губы исказились. На пару мгновений показалось, что юноша намного старше своих лет, будто внутри молодого тела ожил кто-то очень взрослый, повидавший много ужасов и лишений.

-Если вы пришли послушать, как именно убивает Волан-де-Морт, то ничем не могу быть полезен, - грубо сказал Гарри. - Не хочу говорить о Седрике Диггори, ясно? Так что, если ради этого явились, можете убираться!

Юноша махнул рукой, отворачиваясь от толпы подростков, которые внимали каждому его слову. Виросе это выступление начинало надоедать. Она слегка поерзала на стуле, прикидывая, сколько полезного времени она уже потратила на глупости школьников, которые только и смогли, что нагнать тумана, чем сами себя и запугали. Этот Лорд Волан-де-Морт является проблемой (если какого-то пропавшего и вдруг появившегося вновь странного темного мага можно было назвать проблемой) только Великобритании, в которой юная ведьма оставаться навсегда не собиралась. Как только учебный год в Хогвартсе закончится, она сдаст все нужные экзамены и вернется домой. Замечательно было бы уговорить и крестную мисс Навелюкс тоже уехать из этой странной невзрачной страны.

-Это правда, что ты можешь вызвать Патронуса? - вдруг спросила девочка с длинной светлой косой.

-Да, - с некоторым вызовом сказал Гарри.

-Телесного Патронуса?

-Да.

Среди собравшихся поднялся удивленный восторженный шепот. А Вироса-де-Кута опять подняла брови (но в этот раз уже гораздо более ошарашенно и даже немного возмущенно). Почему все они так восхищаются Телесному Патронусу? Девушка умеет его вызывать лет с тринадцати, что в этом сложного? Ей потребовалось лишь около получаса, чтобы понять принцип работы заклинания, и вот перед ней уже крутилась веселая серебристого цвета лисичка с милым пушистым хвостиком. Однако все остальные студенты были взбудоражены тем, что юноша пятнадцати лет обладает Патронусом. Даже Фред смотрел на мистера Поттера с толикой гордости и восхищения.

-Ну, хорошо, - подала голос мисс Грейнджер. - Идем дальше. Мы согласны с тем, что хотим брать уроки у Гарри?

Собравшиеся ответили одобрительным шумом. Все кроме мисс Дасадити, разумеется, которая сидела, остолбенело хлопая длинными темным ресницами. Вот еще.. Учиться глупым фокусам, о которых она знает чуть ли не с рождения у юного Гарри Поттера, который еще даже свои первые экзамены не сдал!

-Так, - сказала мисс Грейнджер, обрадованная тем, что, наконец, до чего-то договорились. - Теперь второй вопрос: как часто будем заниматься? По-моему, реже, чем раз в неделю, не имеет смысла… Думаю, мы сумеем выбрать вечер, который устроит всех, - с легким нетерпением отозвалась Гермиона. - Все-таки это важное дело, мы хотим защищаться от Пожирателей смерти, слуг Во... Волан-де-Морта.

Больше Вироса-де-Кута терпеть этого не могла.

-Прошу прощения, - молодая ведьма слегка приподняла ладошку, привлекая к себе всеобщее внимание. - Вы абсолютно правы в том, что профессор Амбридж учитель, так скажем, слабый. Однако, со всем уважением мистер Поттер, я не считаю, что вы можете обучать меня. Мои способности ушли далеко вперед от простого Телесного Патронуса для распугивания Дементоров. Поэтому, прошу меня простить, но я не готова присутствовать на ваших занятиях.

Девушка аккуратно поднялась со своего места, вежливо поклонилась и спокойным шагом отправилась к выходу из помещения. Как вдруг за спиной раздался скрип стула, на ноги вскочила Анджелина Джонсон, задирая нос и складывая руки на груди.

-Эта высокомерная девица считает, что она тут умнее всех! - ядовито выплюнула гриффиндорка.

-Я не думаю, - Вироса медленно повернулась к девушке лицом, сдерживая окончание фазы «а знаю, что я талантливее и умнее вас всех вместе взятых».

-Эта дрянь - змеюка, кто ее вообще сюда пустил? Она сейчас все доложит Амбридж! Нельзя ее так отпускать!

-Успокойся, Анджелина! - Фред тоже встал со своего места. - Это я ее привел, и лисичка не состоит в Дружине, она ничего не скажет розовой жабе.

-Откуда такая в ней уверенность, я никак не пойму?! - Джонсон зарычала еще сильнее, обращая свой гнев в сторону скучающей у выхода Виросы.

-Мы еще ничего толком не обсудили, так что пусть идет, - подал голос Гарри Поттер. - К тому же, она не настоящая слизеринка.. ну, она же новенькая.. Я имею в виду, что ей не обязательно все докладывать Амбридж.. Ведь так, Вироса?

-Все верно, мистер Поттер, - ведьмочка кивнула. - Я просто отправляюсь по своим делам и к вам не хочу иметь никакого отношения. До свидания.

-Вот и катись к черту! - крикнула неугомонная Джонсон, плюхаясь обратно на свое место.

Слегка закатив глаза, Вироса-де-Кута еще раз сдержанно попрощалась и покинула «Кабанью голову». Потратив столько времени на бесполезную встречу с наивными подростками, она чувствовала раздражение, которое хорошо было бы чем-нибудь унять. А что помогает выпустить пар лучше всего? Практика темных заклинаний! Юная ведьма быстрым шагом отправилась обратно к замку, намереваясь немного затеряться в Запретном Лесу и от души поколдовать.

Среди мрачных старых деревьев было тихо и спокойно, слышны были лишь редкие птичьи голоса и шуршание полуголых кустарников. Вироса-де-Кута с удовольствием порхала среди стволов, изворачивая кисть в разные стороны, рисуя в воздухе сложные руны. С кончика древка слетали разноцветные лучи, искры, туманные дымки и прозрачные волны, ударяющиеся в массивные кроны деревьев.

Колдовство делилось на несколько типов. В первую очередь волшебник учил слово заклинания и символ взмаха. Однако, если каждый раз проговаривать проклятие вслух, быстро сбивается дыхание, да и это лишний повод дать сопернику возможность отразить заклинание. Поэтому ведьмочка с самых малых лет училась невербальной магии. Но и этого было мало.

Многие опытные маги могли распознать магию лишь по движению волшебной палочки в руках чарующего, поэтому высшим пилотажем являлось колдовство без руны. Чтобы вызвать заклинание одной лишь силой воли, нужно иметь безупречную выдержку и концентрацию. Нужно чувствовать магию в ее первозданном виде, искажая ее под свое желание. Именно так и рождаются все новые проклятия. Могущественные волшебники сливаются с потоком силы воедино, направляя магию в нужное русло, рождая новые чары.

Такой уровень волшебства подвластен лишь немногим уникальным колдунам, чьи имена навечно отпечатываются в истории магии. “Вот только, все же, не все фамилии стали известными..” - Вироса-де-Кута замерла, вновь вспоминая о темнейшей магии, которую кто-то придумал, чтобы даровать жизнь другому человеку, за счет собственной души. Девушка опустила палочку, чуть покручивая ее пальчиками. Брови свелись к переносице, а губы изогнулись в ломаной линии, выдавая крайнее недовольство юной леди.

Махнув на тренировки рукой, Вироса широким шагом отправилась в замок, чтобы сменить уличную одежду и вновь засесть в библиотеке. В школе было на удивление тихо и спокойно. Даже Инспекционная Дружина, кажется, плюнула на поиски подозрительных студентов, отправляясь по своим делам в Хогсмид. В Запретной Секции молодая ведьмочка опустилась на ближайшее кресло, приказывая нужной книге переместиться с полки к ней в руки.

Сконцентрироваться на чтении было сложно, и вовсе не потому, что мысли куда-то убегали, а из-за чересчур болтливых сегодня живых портретов. Пожилая седовласая ведьма упрямо, с остервенением спорила с (таким же как и она сама нарисованным) молодым человеком. Их перебранка эхом разлеталась по всему залу, заставляя Виросу скрипеть зубами, прикрывать глаза, читая одно и тоже предложение снова и снова.

-Как вы смеете, сэр! - с нажимом произнесла пожилая ведьма, разозленно дергая носом.

-Не обращайтесь ко мне “сэр”, уважаемая! - тут же огрызнулся волшебник. - Я не жил во времена хваленых рыцарей и не имею к ним никакого отношения!

-Да будет вам известно, сэр, что это всего лишь вежливое обращение к.. - дама задумалась на долю секунды, продолжая ядовитым голосом. - Хотя мужчиной вас назвать язык не повернется.

-Так не утруждайте себя, уважаемая. Не поворачивайте свой язык в мою сторону! - молодой маг закатил глаза, немного отворачиваясь в сторону.

-Не смейте от меня отмахиваться! - вскрикнула седая ведьма. - Я вас научу уму-разуму, сэр!

-Как это благородно с вашей стороны, уважаемая! - рыкнул в ответ молодой человек.

Ведьма с портрета хотела было сказать что-то еще, набирая в легкие побольше воздуха, однако Вироса-де-Кута не могла больше терпеть их бессмысленный спор, поднялась со своего места, прочистила горло, привлекая к себе внимание обоих:

-Прошу прощения, - девушка слегка присела в реверансе, старательно держа осанку ровной, а голос вежливым. - Я не хотела вас прерывать, но не могу не вмешаться..

-Не переживайте, красавица, - юноша с портрета игриво ей улыбнулся, небрежно махнул в сторону ведьмы-соседки. - Эта старуха, должно быть, вас ужасно утомила..

-Да как ты смеешь, щегол! - пожилая ведьма чуть не задохнулась от возмущения, сжимая жилистые ладони в кулаки. - Следи за словами, иначе я тоже перестану следить за своими!

-Вы и так за ними не следили, уважаемая, - фыркнул юноша, закатывая глаза. - Умудрились надоесть даже профессорам своими поучениями, от того вас и запрятали подальше от приличного общества!

-От чего же тебя, малец, повесили сюда? Не из-за твоего ли мерзкого воспитания? - дама зыркнула на юношу грозным взглядом, оскорбленно скривив губы.

-Никак нет! Я здесь был с самого начала, потому что я был тем, кто написал лучшую книгу из всех здесь представленных! Я и есть Запретная Секция!

-Скажешь тоже! - ведьма захохотала скрипучим старческим смехом. - Никто даже имени твоего не знает, жалкий писака!

-Милая, - юноша обратился к Виросе, которая никак не могла поймать момент, чтобы прервать этих двоих, - вы же знаете мое имя, не так ли?

-Прошу прощения..

Девушка растерянно забегала глазами, ища хоть малейшую подсказку того, кем мог бы быть этот звонкий молодой человек. Но портрет не был подписан, а на картине, кроме юного мага не было ни флагов, ни знамен. Даже его одежда не давала намека хотя бы на то, из какой эпохи был этот волшебник. Юная леди смущенно пожала плечами, отрицательно качая головой. Молодой маг разочарованно и ошарашенно открыл рот, округляя глаза. Выглядело это комично и слегка жалко. В момент того, как гордость молодого человека была растоптала, злорадство старой ведьмы взмыло до потолка. Старушка расхохоталась, демонстрируя свои желтые зубы.

-Мне очень жаль, сэр, - протянула Вероса, тут же получая недовольный взгляд с портрета.

-Не называйте меня “сэр”! - фыркнул юноша, поворачиваясь к ведьмочке спиной, демонстративно обижаясь.

-Не тратьте на этого недоумка свое время, юная леди, - все так же смеясь, произнесла старая ведьма. - Лучше просто согласитесь со мной, что разница между живыми портретами и картинами, написанными зачарованными красками слишком очевидна! Хотя бы взять этого юнца! Будь он настоящим портретом - не стал бы вести себя так ужасно!

-Да как вы смеете! - все таки не удержался юноша, вновь оборачиваясь в сторону старой ведьмы. - Я настоящий, уважаемая! И я убежден, что это вы, та из нас, которая была накалякана всего лишь волшебными масляными красками!

-Это не правда! Да будет вам известно, сэр, мой портрет живой! - хрюкнула старушка, складывая руки на груди.

Вироса-де-Кута наблюдала за их затянувшейся ссорой, а в голове подгорела небольшая каша из слов. Девушка не могла взять в толк, о чем, собственно, шла речь. Две картины на стене жарко спорили о том, кто из них настоящий, при этом обе являлись живыми портретами. И какая тут может быть разница? Разве не все живые картины по природе своей и способу создания одинаковые?

-Не хотелось бы вас вновь прерывать, но мне стало интересно, что вы имеете в виду под “живыми портретами” и “картинами, написанными зачарованными красками”?

Резко повисла тишина. Теперь уже и старая ведьма и молодой волшебник смотрели на девушку с неприкрытым удивлением, идентично странно хлопая глазами, будто Вироса спросила у них несусветную глупость. Первым вернул себе дар речи юноша:

-То есть, как это, вы не знаете такие простые вещи? Разве вам не рассказывали об этом на уроках чар?

-В мое время мы даже практиковали создание живых картин, был такой урок, как “Предметосоздание”.. Точнее, это был дополнительный курс, - ведьма задумчиво поднесла ладонь к подбородку, припоминая детали своей молодости.

-Эти занятия были и в мое время, - кивнул юноша, - скучнее урока никогда еще не встречал.. Однако уважаемая права. Этому обучают в школе.

-Мне очень жаль, но я не училась в Хогвартсе ранее, а сейчас “Предметосоздания” не существует в нашей программе, - произнесла Вироса. - Не могли бы вы мне рассказать, о каких картинах вы сейчас беседовали?

-Существуют два вида живописи, - тут же с умным видом начала ведьма, - первый - простой вариант - использовать волшебные краски. А второй - применение к готовой картине магии.

-Разница в том, что рисунки написанные при помощи зачарованных красок лишь баловство, а не настоящее волшебство, - пожал плечами юноша. - Картина будет двигаться, при очень дорогих красках будет даже издавать звуки, но это не является чем-то по настоящему живым.

-В то время, как применение специального заклинания заключает в портрет частичку волшебника, и оживляет картину, - старая ведьма вытянула руки вперед, демонстрируя свои худые костлявые пальцы. - То есть такие портреты не просто рисуночки, а действительно живые люди, которые имеют свои мысли, желания и.. свое мнение! - на последних словах дама зыркнула на молодого человека, посылая ему гневный взгляд.

-И, как оказалось, в Запретной Секции теперь не только я, но и эта уважаемая, являемся поистине живыми картинами, - волшебник коротко мотнул головой в сторону старушки, упирая руки в боки.

Вироса-де-Кута никогда особо не увлекалась живописью, поэтому и не интересовалась такими тонкостями создания волшебных картин. Ей нравилось с ними общаться, получать советы и наказы, но ни разу девушка не задавалась вопросом, как именно был создан тот или иной портрет, воспринимая эту магию как нечто обыденное и само собой разумеющееся. До этого момента.

-А какая именно часть волшебника заключается в картину? Как можно поместить в живопись сознание мага? - по телу пробежала горячая волна предвкушения, кое-какая мысль зарождалась в голове, повизгивая от восхищения и радости.

-Обычно это крошечная часть души.. - произнесла старая ведьма.

-Поэтому я и говорю, что вы, уважаемая, не можете быть живой! Ни за что не поверю, что у вас когда-либо была душа! - перебил молодой человек, начиная злобно хихикать.

БИНГО! Вироса-де-Кута даже слегка подпрыгнула на месте, с силой кусая щеку со внутренней стороны. Даже полумрак помещения, показалось, стал слегка ярче, а волшебные фонарики засветили с новой силой. “Вот оно! Заключение души в другую ипостась!” - молодая волшебница задышала чаще, со свистом выпуская горячий воздух из легких.

-Не могли бы вы мне так же подсказать, где я могу почитать про создание живых картин?

Срочно! Скорее! Ну, же! Быстрее скажите, где находится это злополучное заклинание, способное отделить часть души человека и перенести его в предмет! “Хоть диадема и не картина, не портрет отца, но он точно заключен там примерно таким же способом, что и все волшебники, кто передал часть своей души в картины. Иначе и быть не может!” - вопила про себя Вироса, бешено сверкая темными глазами.

-Так я же видел, как ты читала ту книжку, - удивился молодой человек. - В ней точно есть упоминание о том, как создать портрет.

-Однако я не советую делать это самостоятельно, - тут же произнесла старушка. - Пусть лучше хороший художник вас нарисует и он же использует заклинание..

-Да, да, спасибо вам огромное! - молодая мисс Дасадити спешно поклонилась портретам, убегая обратно к своему креслу, на котором осталась лежать старенькая книга.

Ведьма и волшебник продолжили свои споры, быстро забывая про молодую студентку. Однако Вироса-де-Кута их больше не слышала, торопливо листая жухлые страницы. В голове стучало набатом, и очень быстро этот бой курантов превратился в самолюбивый голос отца из помятой тиары. Папа усмехнулся, приговаривая, что девочка еще слишком мала, чтобы самостоятельно справиться с трудностями, но при этом воображение Виросы дорисовывало то, как одобрительно сверкают его глаза, что с гордостью будут смотреть на родную дочь, ведь в итоге она смогла найти разгадку! Выискать то самое заклинание, что он, наверняка, использовал на себе, чтобы заключить свою душу в тусклой диадеме!

Внутренний голос девушки взорвался злобным удовлетворенным хохотом, когда на глаза попалась небольшая глава посвященная созданию живого портрета. Кусая губы, Вироса поднесла страницы ближе к глазам, жадно вчитываясь в найденный материал:

“Создание картины не требует больших умений, однако запросит определенные навыки и готовность жертвовать…

Портрет будет наделен вашим разумом, повадками и даже голосом, если вы сможете правильно применить следующее заклинание..

нет необходимости в чрезвычайной затрате.. вы не сможете отменить действие заклинания никаким образом..

..меры предосторожности - не используйте старый холст, не используйте высохшие краски. Перед применением заклинания не ставьте не готовую картину среди завершенных портретов..

Вам понадобится завершенный портрет, написанный профессионалом, а также животное. Зверь может быть любым, однако чем ярче ваши эмоции и чувства к этой твари, тем точнее сработает заклинание. Эмоции могут быть любыми, подойдут как чистая любовь, так и слепая ненависть..

..наложите на себя и существо связь через следующее заклинание, а затем, разбейте ее через убивающее заклинание, которое отскочит в ближайший предмет - портрет..

..советуется использовать глупых/маловолшебных животных, исключите из списка фамильяров, а также кошек..”

“Вот оно.. жертва для расщепления собственной души, для заключения ее в предмет - жизнь другого живого существа.” - Вироса перелистнула еще одну страницу, натыкаясь на короткую запись в конце главы: “Данное заклинание было изобретено на основе проклятия Крестраж, однако таковым не является в силу слишком маленькой части души волшебника, которая не имеет возможности возродиться.”

Сердце в груди сжималось в маленькую крошку, и сразу следом раздувалось до невообразимых размеров, сдвигая, кажется, собой ребра и легкие. Прохладный пыльный воздух Запретной Секции застревал в горле, и Вироса перестала дышать, прожигая глазами одно единственное слово - “Крестраж”. Кровь хлынула от головы к ногам, заставляя девушку рвануть с места. Она хотела рассказать о своем успехе отцу, увидеть его лицо в живую, чтобы он подтвердил правильность ее догадок.. чтобы похвалил за то, что она все таки смогла найти решение его загадки. Последнее Вироса с надеждой грела в груди, мечтательно представляя то, как папочка добродушно ухмыльнется, наконец-то, признавая ее старания. Признавая то, что она достойна своего могущественного и всезнающего отца.

Вироса-де-Кута буквально летела по коридорам замка, и ее черная мантия развевалась за ее спиной, словно мрачные крылья, сошедшей с ума дикой птицы, которая неслась к своей цели, забывая все правила поведения и приличия. Виросочка почувствовала себя вновь маленькой девочкой, у которой, после изнурительных тренировок, все таки получилось очередное заклинание или, по истечении долгой недели, все таки правильно сварилось зелье из редких компонентов. Счастье било яркими, ослепляющими лучами, радостными потоками исходя от хрупкой фигурки. Вот бы и папа сейчас отреагировал так же, как это делала мамочка! Восхищенно заулыбался, закивал, звонко прихлопнул в ладоши, а затем обнял дочку, хваля ее старания и самостоятельно полученный, верный результат.

“Держи карман шире..” - подумала Вироса, стоило ей доложить отцу о своем открытии. Девушка стояла посреди ясной летней чащи, лицом к лицу со своим папой, с небольшой отдышкой и слишком громким тоном рассказывая ему о том, что смогла разобраться с тем, что он является частью души заключенной в тиаре.

-Продолжай, - кивнул отец, нетерпеливо выгибая бровь. - Как применить проклятие? Какие шаги ты должна применить, чтобы создать Крестраж?

-Я.. - Вироса-де-Кута запнулась, ощущая, как кровь отхлынула от лица.

Папа смотрел выжидающе, слегка небрежно скрестил руки на груди, превращая губы в тонкую ломаную линию. И когда дочь не смогла ответить на его вопрос, маг шумно выдохнул, раздраженно покачав головой. В ту же секунду Вироса поняла, как ощущается разочарование родителей. Стыд затопил с головой. Мама никогда не смотрела на нее так (“но стоило хотя бы разок, чтобы я сейчас не чувствовала себя вот так.. словно грязью облитая..” - мелькнуло у юной ведьмочки в голове.)

-Я уже понял, что за столько времени единственное, на что тебя хватило, так это лишь узнать название заклинания, - фыркнул отец, небрежно отворачиваясь от дочери. - Нужно быть более изобретательной, если хочешь чего-то добиться в этой жизни.

-Да, отец, я понимаю это, - Вироса угрюмо опустила взгляд в землю, до боли кусая губы.

-Возможно, тебе стоит оставить попытки и признать, что самостоятельно ты не способна выучиться?

-Нет, - задетая гордость забушевала в груди, и девушка резко подняла голову, встречаясь взглядом с насмешливыми карими глазами. - Не нужно списывать меня со счетов, я справлюсь с любой задачей!

Отец ничего не ответил, лишь продолжил буравить девушку взглядом, оценивая то, как ее темные глаза наливаются знакомыми ему яркими красными оттенками. Темному магу нравилось раззадоривать юную ведьмочку, наблюдать за тем, как она, сдерживая подступающую злость, плотно сжимает губы, шумно выдыхает через нос. В такие моменты Вироса-де-Кута становилась слишком похожа на него самого, того молодого волшебника, которым он когда-то был.

-Прошу меня простить, - прошипела ведьма, чуть кланяясь. - Пожалуй, мне стоит вернуться к более детальному изучению заклятия “Крестраж”.

С этими словами Вироса резко отпустила тиару, роняя ее на свою кровать. Девушка пыхтела, хлеще Хогвартс-Экспресса, прибывающего на станцию. Под кожей колола злость и обида, а в груди кто-то очень маленький и недовольный барабанил по костям своими кулачками, пытаясь выплеснуть все, чем была так распалена молодая леди. “Даже не притронусь к этой диадеме, пока не буду знать все от А и до Я про эти несчастные Крестражи!” - мысленно зарычала Вироса-де-Кута, быстро запихивая старое украшение поглубже в свой чемодан.

Глава 16 Декабрь наступил неожиданно

Декабрь наступил так же неожиданно, как и быстро закончились предыдущие три месяца. Однако в этот раз мисс Навелюкс было чем гордиться. Пожилая ведьма покинула Японию с огромным багажом всего сразу. Тут говорилось не только о новых вещах, артефактах, но и о знаниях, среди которых нашлось даже пару новых заклинаний из страны восходящего солнца.

Наконец-то, все встало на свои места. Как выяснилось Диспара побывал в Японии, нашел магов, которые работали над артефактом, что был способен разорвать пространство и время, создавая новую реальность. Однако, вопреки ожиданиям Тенебы, ее старый знакомый не стал красть и использовать механизм. Он лишь досконально его изучил, и, по истечении нескольких месяцев, покинул чужую страну, отправляясь к тому, кто смог бы создать нечто подобное, однако, чтобы оно работало правильно - на самом деле отмотало время, позволяя магу исправить прошлое.

Мисс Навелюкс смогла узнать, что Диспара отправился с таким невероятным предложением к самому могущественному известному ему магу - Волан-де-Морту. Однако это было в те года, когда великий и ужасный темный волшебник Великобритании бесследно пропал, после нападения на Поттеров. Исходя из всего того, что ведьма раскопала, ей оставалось одно - найти, наконец, вновь ожившего Волан-де-Морта. И именно для этого, она потратила, кажется, целое состояние на подарки, диковинки и редкости для знатного дома Малфоев, которые всем подряд хвастались своей коллекцией артефактов и древностей. Жадность этих аристократов должна проложить ей дорогу к темному Лорду. По крайней мере, таков был план пожилой колдуньи.

-Добрый день, мисс Навелюкс, - перед ведьмой в вежливом реверансе присела светловолосая волшебница в самом расцвете сил.

-Здравствуйте, миссис Малфой, - Тенеба кивнула, проходя в дорогой и прекрасно обустроенный светлый дом.

Хозяйка манора миссис Нарцисса Малфой была великолепно воспитанной дамой, с идеальными манерами и прекрасной внешностью, из-за которой сложно было понять истинный возраст волшебницы. Но как бы миссис Малфой не старалась, ее года выдавали светлые уставшие и слегка испуганные глаза. Мисс Навелюкс была настроена крайне дружелюбно, с удовольствием рассматривая приветствующую ее хозяйку. В миссис Малфой пожилая ведьма находила много схожих черт со своей погибшей подругой. Приятное худое лицо, ухоженные светлые волосы, даже аристократичная худоба была точь в точь, как у покойной миссис Дасадити. Невольно закрадывались мысли о том, что не могли бы эти ведьмы быть какими-нибудь родственницами по одной из линий? Но это было всего лишь приятное совпадение, от которого сердце жалобно скрипнуло.

-Прошу вас, располагайтесь. Мой муж сейчас освободиться и спустится к нам, - миссис Малфой дождалась, когда гостья присядет за стол, щелкнула пальцами, вызывая домашнего эльфа. - Подай нам чай и угощения.

Домовик низко поклонился и тут же исчез. Через пару минут на небольшом кофейном столике появился заварник, молочник, пиалы с конфетами, печеньями и маффинами. Миссис Малфой по-хозяйски (с помощью волшебной палочки, естественно) разлила по прекрасным маленьким фарфоровым чашкам горячий напиток, предлагая Тенебе продегустировать свежий травяной чай.

-На вкус чудесно, - улыбнулась мисс Навелюкс.

-Благодарю. Эти чайные листья нам поставляют из Китая, - аккуратно заметила волшебница, чуть отпивая из своей фарфоровой чашки.

-Одобряю ваш выбор, сама предпочитаю вкус Азии. Вам уже прибыли упаковки, что я послала из Японии?

-О да, благодарю за подарки, мисс Навелюкс!

И все таки задобрить Малфоев разнообразными дарами было хорошей идеей. Нарцисса смотрела на пожилую ведьму хоть и с удивлением, но без пренебрежения, коим одаривают сумасшедших (которой мисс Навелюкс прикидывалась много лет, только бы на нее обращали меньше внимания в родной стране).

Спустя некоторое время непринужденных разговоров “ни о чем”, к дамам спустился хозяин дома. Люциус Малфой был сдержанным человеком, однако даже его идеальная маска отчужденности не могла скрыть бледности лица и усталость, что плескалась в серых холодных глазах.

-Рад вас видеть, мисс Навелюкс, - Люциус слегка поклонился гостье, занимая свободное кресло рядом с женой. - Прошу прощение за задержку, дела не отпускали.

-И я вам рада, мистер Малфой, - Тенеба уверенно кивнула, внимательно рассматривая новоприбывшего. - Я вас прекрасно понимаю, бывают времена, когда дел становится слишком много, что мы не способны с ними разобраться самостоятельно.

-Я слышал, что вы недавно были в Японии, как, на ваш взгляд, местное волшебное сообщество?

-Из примечательного лишь несколько современных заклинаний, которые они смогли выдумать без чужой помощи, - небрежно отмахнулась ведьма. - Сами знаете, что возможности европейских магов куда шире, чем наших восточных друзей.

-Так было в прошлом, - кивнул мистер Малфой.

-Очевидно, вы уже слышали об их разработках. Я узнала о магии, которая не способна подчиниться никому, кроме самых могущественных волшебников.

-И на что нацелена такая магия? - удивилась Нарцисса, в то время как ее муж слегка прищурил глаза, напрягаясь всем телом.

-Якобы тот, кто достаточно силен, сможет изменить прошлое, - в той же спокойной манере ответила миссис Навелюкс, следя за реакцией хозяина манора.

-И вы знаете, как применить данное заклинание? - слишком быстро спросил Люциус, и его волнение не ускользнуло от цепких болотных глаз.

-Именно так, - Тенеба улыбнулась, понимая, что Малфой попался на крючок.

Если Люциус продолжает прислуживать темному Лорду (а иначе и быть не могло), то Малфой, наверняка, захочет чем-нибудь выслужиться перед своим господином, чтобы получить его милость и благосклонность. Одна из прекрасных возможностей, как считал сейчас мистер Малфой, плыла ему прямо в руки. Представь он заклинание, что способно изменить прошлое тому, кто буквально помешан на идеале, он гарантированно сможет проявить себя. А учитывая то, каким бледным и испуганным выглядел Люциус, можно было с уверенностью сказать, что Волан-де-Морт последнее время находится не в самом лучшем расположении духа. “Вот он - мой шанс!” - одновременно подумали мисс Навелюкс и мистер Малфой.

-Однако я давно не встречала достаточно могущественного мага, который смог бы использовать подобную магию, - играя роль расстроенной дамы, тяжело выдохнула пожилая ведьма. - Даже я недостаточно сильна для того, чтобы так колдовать..

-А вы бы хотели что-то изменить в прошлом? - чуть расслабляясь спросил Люциус, заискивающе наблюдая за гостьей.

-Да, - уверенно кивнула ведьма, плотнее закрывая ментальными щитами воспоминая о гибели подруги. - Поэтому я была бы очень рада тому, кто сможет вернуться в прошлое и помочь мне исправить кое-что..

-Как вы смотрите на то, что я вас познакомлю кое с кем? - серые глаза сверкнули жаждой наживы, в то время как на губах появилась очаровательная улыбка.

Миссис Малфой отправила мужу тревожный взгляд, стараясь не кусать губы. Даме явно не нравилась идея мужа. Как бы там не было, но Нарцисса не хотела втягивать посторонних людей в то, что происходило в их семье. И связано это было не только с благородством, но и с элементарным чувством безопасности. Миссис Малфой не была уверена, что пожилой странной ведьме, пусть даже такой же аристокраске, можно доверить самую страшную тайну их семьи. Но мистер Малфой был настроен очень уверенно, его ярое желание услужить читалось в блестящих глазах. Муж был намерен познакомить мисс Навелюкс с Волан-де-Мортом, чтобы выторговать своей семье еще немного времени на спокойную жизнь.

-Буду очень рада поприветствовать вашего знакомого, - самой добродушной улыбкой ответила Тенеба на вопрос Малфоя, получая новую порцию ужаса из глаз Нарциссы.

-В таком случае, я с вами свяжусь, как только смогу договориться об этой встрече! - счастливо произнес Люциус.

***

Вироса-де-Кута отложила в сторону короткую весточку от крестной, радостно призывая магией свежий лист бумаги и прыть-перо, чтобы надиктовать ответное письмо. Мисс Навелюкс сообщала, что она, наконец-то, вернулась домой и теперь они могут возобновить переписку. О том, где именно пропадала ведьма и почему нельзя было ее тревожить столько времени, разумеется, ни строчки. Однако Вироса была так рада, наконец-то, получить возможность связаться с крестной, что не стала акцентировать на этом внимания.

К тому же у девушки было кое-что гораздо важнее всего прочего - выяснить все о заклятии Крестраж! С этим точно мог помочь живой портрет сэра Навелюкс, который обещал ей рассказать про проклятье, способное продлить магу жизнь за счет его души. Момент настал! Вироса-де-Кута обратилась к своей крестной с просьбой прибыть на рождественские каникулы в манор Навелюкс и провести выходные там. Хотя декабрь только начался, юная ведьма не могла дождаться момента, когда она получит шанс разузнать все подробности страшного заклинания.

Тем временем жизнь в школе текла своим чередом. Уроки, на которых мисс Дасадити не узнавала ничего нового, кроме того, что нет предела человеческой глупости (ее однокурсники продолжали делать бестолковые ошибки на зельеварении, а на Чарах и вовсе умудрялись путать произношение элементарных магических словосочетаний). На занятиях ЗОТИ же стояла атмосфера траура, во время которого профессор Амбридж пила свой чай и с хищной улыбкой зыркала на студентов.

Общение с другими учениками было ограничено лишь редкими фразами. Вироса-де-Кута все свое свободное время проводила либо в библиотеке, либо в Запретном Лесу в образе лисы. Во время первого она продолжала искать любые упоминания о Крестражах, во время второго старалась развеяться и набраться сил, чтобы держать себя в руках и не начать просто напрямую допрашивать профессоров о том, почему в древней школе магии она не может найти ничего, что могло бы ей помочь стать умнее и талантливее.

Юная леди Паффина Винтербир, которую Вироса с удовольствием называла своей подругой, стала все реже проводить время в их общей спальне, пропадая на бесконечных собраниях Инспекторской Дружины. Юная представительница рода изо всех сил старалась не ударить в грязь лицом, чтобы не подставлять свою семью и не давать лишнего повода розовой даме для новых угроз в адрес Винтербиров. Паффиан же во время того, как сестра прикрывала их обоих перед Долорес Амбридж, все чаще стал появляться в тайной секции библиотеки рядом с Виросой. Как оказалось, юноша искал способы обезвредить или хотя бы обмануть древний артефакт, что мог навредить его роду.

Часто по вечерам оба слизеринца сидели в креслах среди высоких стеллажей с древними талмудами, с головой погружаясь в чтиво. Вироса-де-Кута аккуратно поделилась с другом тем, что она пытается найти (любую литературу связанную с душой и ее разделением). Так они на пару сажали зрение в тусклом свете зачарованных факелов, передавая друг другу книги, которые могли бы быть полезны хотя бы одному из них.

Кассиус Уоррингтон и Эдриан Пьюси днями напролет пропадали на квиддичном поле, возвращаясь в общую гостиную даже позже своих друзей - “книжных червей”. Оба взмыленные, уставшие и постоянно голодные. Юноши были недовольны новым распорядком тренировок, особенно их раздражало летать в такую мерзкую погоду.

Снег теперь валил не переставая, серые пушистые тучи застилали небо, пряча за собой бледное солнце. Даже в волшебном замке, в котором постоянно горели камины, становилось прохладно, а в некоторых кабинетах и вовсе стоял дубак. Как, например, на занятиях по Истории Магии с призраком профессора Бинса (которому было безразлично, жара или холод его окружает) студентам приходилось надевать зимние мантии и по очереди использовать согревающие чары, чтобы не превратиться в ледышки.

Однако было и кое-что неожиданное во всей этой постоянной картине учебных будней. Вироса-де-Куда, в связи с двумя важными факторами, а именно любовью к знаниям и тем, что она не желала участвовать в межфакультетских разборках, сблизилась со схожей по духу девушкой - мисс Грейнджер. Кудряшка проводила много времени в библиотеке, часто заглядывая в Запретную Секцию, чтобы почитать дополнительную литературу о интересующем ее заклинании. А интересовало девушку почти все на свете. Наверное, из-за этого слизеринка и староста девочек гриффиндора смогли найти общий язык.

Гермиона обладала хорошими знаниями как теоретическими, так и практическими, представляя из себя мудрую ведьму и, возможно, будь у нее побольше опыта, Вироса смогла бы назвать ее соперницей. Кудряшка тоже распознала в леди Дасадити близкого по натуре человека, с удовольствием проводила с ней те минуты, когда они пересекались в школе или среди книжных полок. В коридорах ее неизменно сопровождали мистер Поттер и мистер Уизли, поэтому девушки не могли тратить много времени на спокойную беседу. Но вот в библиотеке никто не закатывал глаза и не чмокал губами, стоило им заговорить о проклятиях или сложных рунических знаках или о переводе текстов или о нумерологии.

В конце концов, мисс Грейнджер начала периодически пробалтываться о том, как проходят их занятия, которые удалось тайно организовать где-то в школе. Гриффиндорка не вдавалась в подробности о том, где проходят эти встречи или кто на них присутствует, однако часто упоминала заклинания и чары, которым там пытаются обучиться. Вироса качала головой и добродушно хмыкала на названия тех чар, которые считала абсолютно бесполезными в реальном бою. А еще через какое-то время Гермиона начала аккуратно нащупывать почву, пытаясь заинтересовать старшую слизеринку тем, что она могла бы обучить других своим проклятиям. Вироса-де-Кута не поддавалась, вежливо уклоняясь от предложений присоединиться. Ей только не хватало сейчас в преподаватели заделаться, и засветиться как слизеринка-предательница, помогающая другим факультетам избежать гнева розовой дамы. Спасибо, пока обойдемся без этого.

С другой стороны, острее стали и без того накаленные отношения с другой гриффиндоркой - Анджелиной Джонсон. Девушка не упускала момента, чтобы как-нибудь колко сострить в сторону Дасадити, всячески стараясь вывести Виросу на открытый конфликт. И, разумеется, чаще всего это происходило на уроках Истории Магии, когда бестелесный профессор Бинс монотонно читал свои лекции, не обращая вообще никакого внимания на своих учеников. Почти каждый раз в кабинете начиналась настоящая магическая война. Слизерин и Гриффиндор уже даже в кабинет заходили с волшебными палочками в руках. Потому что, если Джонсон что-то скажет, а Дасадити ответит, подключатся и все остальные, поливая сначала друг друга оскорблениями, а затем переходя на магию.

Вироса-де-Кута тщетно старалась всего этого избежать. Несколько раз даже удавалось промолчать, утопая в чтении занудного параграфа ученика, однако, если на свою защиту не вставала сама девушка, на подмогу тут же приходила (взвинченная и измученная вечными претензиями Амбридж) мисс Винтербир или (агрессивный, и от чего-то считающий своим долгом защищать новую подругу) мистер Уоррингтон. И все начиналось сначала.

Больше всего в этой ситуации Виросу расстраивало выражение лица Фреда. Юноша медленно прикрывал глаза, тяжело выдыхая. Он каждый раз шел на урок Истории Магии с таким расположением духа, словно его отправляют на плаху. Фред брал палочку в руки самым последним, лишь отбивая брошенные в его сторону проклятия, самостоятельно ни на кого не нападая. И каждый раз этот взгляд - полный сожаления и отчаяния, которым он смотрел только на Виросу, словно извиняясь.

Немудрено. За последнее время Фред и Вироса-де-Кута стали, кажется, даже слишком близки. Вошло в привычку посылать записки к юноше, когда девушка собиралась выйти в Запретный Лес и побродить там в анимагической форме. Фред смотрел на превращение с неподдельным восторгом, прогуливаясь рядом с лисой. Молодой маг много говорил, сбивая Виросу с ее тяжелых мыслей об отце, шутил и находил разные забавы даже в таком туманном и влажном месте - то начнет играть в догонялки, то станет прятаться, проверяя нюх лисички, а в прошлый раз и вовсе ни с того ни с сего начал забрасывать ее зачарованными снежками, что без остановки летали за пушистым хвостом девушки.

Как бы Вироса ни приказывала себе сохранять равнодушие, ей все это нравилось. Отвлекаться от школьной рутины, от одинаковых монотонных предложений в старых книгах, от острой осанки и безэмоциональной маски на своем лице. Ей нравился Фред. Девушка даже перестала сопротивляться этому чувству. Тянуло к рыжеволосому юноше, как магнитом. Желая услышать еще один забавный рассказ, понаблюдать за новой хитроумной выдумкой, увидеть веселое выражение лица. Вироса-де-Кута не скрывала своего счастья в те моменты, когда они оставались одни среди толстых крон жутких деревьев.

Вироса-де-Кута честно себе признавалась еще и в том, что с легкостью бы оставила свою симпатию, если бы не реакция Фреда. Юноша ведь отвечал слишком ласково, улыбался слишком ярко и все время старался до нее дотронуться. То случайно погладит по длинным ушкам, то поймает во время догонялок и на несколько секунд прижмет к себе, не желая отпускать. Но самое волшебные моменты рождались в последние минуты их прогулок, когда Вироса-де-Кута возвращала себе истинный облик, наблюдала за тем, какими сверкающими могут быть карие глаза молодого человека, словно он каждый раз, как в первый, видел ее настоящую. С ее хрупкой фигуркой, с длинными слегка вьющимися каштановыми волосами, на которых рассыпались белоснежные звездочки, ее густые ресницы и темные радужки.

Но каждый раз, изо дня в день, все эти чудеса портила ненавистная Анджелина Джонсон. Ревность гриффиндорки начала переступать все мыслимые границы. Вплоть до того, что она насильно уводила Фреда за руку прочь от места, где стояла Вироса. Или то, как Джонсон язвительно выкрикивала при всех глупости в отношении слизеринки, заставляя Фреда молча все это переносить (если бы юноша выступил против, заработал бы презрение со стороны своего факультета и яростные нападки со стороны Слизерина. Красно-золотые бы не одобрили чувств льва к змее, а зелено-серебряные не поверили бы в искренность его намерений).

В один из предрождественских дней Вироса-де-Кута на пару с Паффиной шли по замку, уверенным шагом направляясь в кабинет по Трансфигурации. Профессор МакГонагалл обещала сегодня дать основы изменения человеческого тела, то есть анимагию для отдельных частей тела. В то время, как Вироса со скучающим видом двигалась на очередной бесполезный для нее урок, Паффина горела энтузиазмом. Давно слизеринка не выражала таких ярких эмоций (все силы забирала ненасытная розовая дама своими дикими поручениями и приказами), Винтербир буквально сияла, подобно елочным зачарованным шарам, которыми была украшена гигантская ель в Большом Зале.

-Как ты думаешь, какое мое животное? Я бы хотела обратиться в ворону или в какую-нибудь другу птицу. Нет! Знаю! Лучше в беркута! Вот было бы счастье, иметь возможность превращаться в национальную птицу своего королевства! - верещала Паффина, мечтательно возводя глазки к потолку. - Пафф уверен, что знает, каким животным он мог бы обернуться! Якобы это будет медведь - символ нашего дома, ты только подумай! Вот ведь захотел!

Девушка звонко засмеялась, чуть прикрывая ротик ладошкой. Все с седьмого курса слизерин уже были наслышаны о том, что Паффина грезит своей анимагической формой. Эд и Кас открыто потешались над девушкой, Вироса старалась поддержать подругу, а Паффиан лишь нервно кусал губы, молча переживая за свои собственные возможности.

-И чего это мы такие радостные? - раздался знакомый неприятный голос за спиной.

Вироса-де-Кута и Паффина обернулись на звук, встречаясь лицом к лицу с Джонсон. Гриффиндорка, по своему обыкновению, была в сопровождении своей однокурсницы - Алисии Спиннет, которая посматривала на Анджелину с удивлением, но старалась не подавать вида, готовая поддержать подружку в новой перепалке.

-Обсуждаем грядущий урок трансфигурации, - спокойно ответила Вироса, делая маленький шаг вперед.

Девушка знала, что Паффина может моментально вспыхнуть, как спичка, поддерживая очередной глупый конфликт. Поэтому леди Дасадити решила взять диалог под свой холодный контроль. С другого конца коридора показались близнецы Уизли и Ли Джордан, а за спиной уже слышались громкие голоса семикурсников со Слизерин. Если сейчас же не закончить перебранку - начнется очередное бессмысленное противостояние.

-А! - поднимая указательный палец вверх, произнесла Джонсон, словно только что, что-то осознала. - Обсуждаете то, в каких неказистых змеюк вы превратитесь? Напомню, что для этого трансфигурация вам не нужна.

-Тогда и я напомню тебе, что в змей могут превращаться только самые мудрые и хитрые ведьмы, - все с тем же напускным спокойствием произнесла Вироса-де-Кута, вспоминая о проклятии Маледиктус, что заставляет человека оборачиваться зверем.

Анджелина не знала, что ответить, и ее это злило даже больше обычного. Щеки надулись и покраснели, а глаза налились кровью. Кажется, девушка даже дышать на пару мгновений перестала, пялясь затуманенными яростью взглядом на слизеринку, которая чуть приподняла бровь, наслаждаясь унижением львицы.

-Никакая ты не мудрая, - выплюнула, наконец, Джонсон после небольшой заминки, - просто зазнайка!

-Никогда бы не подумал, что ты можешь быть против дополнительных знаний, Анджелина.

К девушкам приблизились близнецы Уизли, и Фред вышел чуть вперед, останавливаясь рядом с Виросой, своим неаккуратным движением, демонстративно вставая на защиту змейки.

-Я не против знаний, - гриффиндорка быстро захлопала длинными ресницами, теряя весь свой запал перед рыжеволосым юношей. - Мне просто не нравится поведение этой выскочки.

-Ты же сама все время начинаешь эти конфликты, - Фред изогнул бровь, складывая руки на груди.

Никто из присутствующих не знал, как на это реагировать. Джонсон тупо открывала и закрывала рот, словно не верила в то, что ее милый Фред встал не на ее сторону в новом противостоянии Гриффиндор-Слизерин. Паффина от неожиданности чмокнула губками, смотря на рыжеволосого льва с подозрением, не в силах осознать, что молодой волшебник в этот момент защищает ее подругу, вместо своей красно-золотой однокурсницы. Ли Джордан и Джордж Уизли в немом удивлении замерли за спиной Анджелины, во все глаза смотря на Фреда, становясь точным отражением Пьюси, Уоррингтона и Винтербира, которые подоспели в этот момент и сейчас высились за спинами слизеринок.

На несколько мгновений в коридоре повисла гробовая тишина. Все шокировано глазели на Фреда, который, как ни в чем не бывало, продолжал осуждающе смотреть на Джонсон, всем своим грозным видом давая понять, что он взаправду защищает Виросу.

Сама же Вироса-де-Кута потерялась в своих ощущениях. С одной стороны, ей было жутко даже подумать о том, что последует за тем, как все присутствующие осознают, что Фред принял ее сторону. Что бравые и храбрые, стоящие за правоту и честь львы сделают со своих другом за то, что тот осмелился выступить против своих же.. и ради кого? Ради змеи, которую, по местным законам жанра, он просто обязан обильно поливать подколами и разными обидными шуточками.

С другой же стороны, в груди медленно, прямо от сердца и дальше по венам, разливалось немыслимое тепло, словно любимый горячий травяной чай пустили прямо под кожу. Вироса, сдерживая улыбку, сделала небольшой шаг к Фреду, опуская ладошку на его предплечье.

-Большое спасибо за вмешательство, - ласковым голосом произнесла девушка, одаряя юношу теплым взглядом. - Надеюсь, тебе больше не придется останавливать мисс Джонсон, потому что сейчас, она, должно быть, наконец, осознала, что ведет себя по-детски.

Фред посмотрел в ответ, удивленно приподнимая брови. Он просто не мог оторваться от нежной улыбки, которая растянулась на губах девушки. Было в ней что-то пугающе-прекрасное, затягивающее в омут темных блестящих глаз, словно она играла с ним, а он знал об этом и, все равно, шел прямиком в расставленную ловушку, с удовольствием отдаваясь на милость красивой ведьмочке.

В конце коридора появилась профессор МакГонагалл, ступающая по плитке быстрым, но твердым шагом. Появление преподавателя отбило у студентов любое желание продолжать их странный, повернувший в неожиданное русло, разговор. Семикурсники пропустили статную ведьму (у которой, как обычно, были нахмурены брови и слишком сильно сжаты губы) в кабинет, а после зашли следом, занимая свои обыкновенные места за партами.

Большая часть урока ушла на очередное теоретическое объяснение того, как работает трансфигурация человеческого тела, и лишь после того, как каждый из студентов смог ответить на заковыристые вопросы профессора, МакГонагалл позволила достать волшебные палочки, приказывая для начала видоизменить любую часть тела. И в этот момент у подростков начались проблемы.

Хоть с теорией (некоторые и вовсе кое-как) смогли разобраться, то вот на практике у студентов получалось скверно. Многие размахивали волшебной палочкой так, словно пытались ей отрубить себе руку или ногу, другие же, напуганные возможными последствиями (что неправильно трансформированная часть тела навсегда может остаться таковой), боялись использовать эту сложную часть магии, еле двигая древком.

Профессор МакГонагалл много вздыхала и качала головой, пуще обычного поджимая свои тонкие губы, подходила к каждому из своих подопечных, снова и снова разъясняя азы заклинания, что должно превратить часть человеческого тела в животную составляющую.

Вироса-де-Кута, уже смирившаяся с тем, что ее одногруппники ни на что негодные волшебники, самая первая продемонстрировала то, как легко она может обернуть свою кисть в лисью лапку, тут же лишилась всякого интереса со стороны педагога. Девушка все свои силы тратила на то, чтобы помочь Паффине. И каково же было счастье леди Винтербир, когда под конец занятия у нее вышло обратить свою ногу в птичью лапу, а сразу после вернуть в первозданный вид.

В какой-то момент Вироса даже удивилась тому, сколько радости может вмещать в себя миниатюрная фигура ее подруги. Того и гляди сейчас засверкает пуще магических хлопушек, и искры забьют прямо из глаз, опаляя девичьи ресницы.

Нечего было удивляться тому, что после этого урока Трансфигурации Паффина буквально оккупировала свою единственную близкую подругу, не оставляя ей ни минуты свободного времени. С того момента и вплоть до рождественских каникул, мисс Винтербир брала частные уроки анимагии у мисс Дасадити.

Не сказать, что Вироса была этому сильно рада, но и против тоже не была. Хоть в связи с этими внеплановыми обстоятельствами девушка не могла больше проводить время в библиотеке или в лесу вместе с Фредом, Виросу вполне устраивало общество Паффины, к тому же это хорошо отвлекало от всех сложностей с Крестражами, которые на нее навалились.

После уроков девушки занимали первый попавшийся свободный кабинет в школе, и начинали свои тренировки. Идея Паффины - обрести анимагическую форму беркута - крупную, хищную и очень гордую птицу, встала во главе угла, поэтому девушка не жалея себя, работала над своей магией почти до посинения. Виросе импонировало такое поведение подруги, поэтому она с великим удовольствием отдавалась своему временному новому знанию - учитель.

Разумеется, не обошлось без того, что юной ведьме пришлось раскрыть свою маленькую тайну, что она легко умеет обращаться в бурую лисицу. Однако мисс Винтербир клятвенно пообещала, что никому не расскажет, даже сама предлагала принести подруге какой-нибудь обет молчания. Вироса-де-Кута недолго думая, все же отказалась от предложения, предпочитая брать не страхом, а уважением и доверием.

За день перед разъездом студентов по домам на праздники, Паффина настояла на финальном занятии, обещая, что в этот раз у нее точно получится обернуться в беркута. Леди Дасадити с улыбкой приняла приглашение на финальный урок, вежливо поддерживая боевой настрой подруги.

-По твоему совету, я прочитала “Собрание песнопений животных”, и ты была права в том, что в этой книге есть много полезного для тех, кто желает обрести анимагическую форму, - гордо произнесла леди Винтербир, вставая посреди пустого пыльного кабинета.

-Рискну предположить, что тебе понравилась идея “мыслить, как зверь, в которого хочешь обратиться”? - с хитрой улыбкой произнесла Вироса-де-Кута, беря в ладонь свою волшебную палочку.

Девушка навела кончик древка на глубоко дышащую подругу, чтобы, при необходимости, сколдовать отменное заклинание. Такая страховка была обязательна при изучении анимагии. Как и предупреждала профессор МакГонагалл, трансфигурация человека может быть опасна, Вироса ощутила это на себе, во время первых попыток обращения - тело тебе больше не принадлежит, оно начинает жить своей жизнью, а мысли затмевают животные инстинкты, позывы. Поначалу Вироса-де-Кута теряла контроль над своим пушистым хвостом, который без ее контроля бил по земле (наверное, пытаясь замести следы), а потом было сложно не ослепнуть или не оглохнуть от обострившихся звериных органов чувств.

Паффина уже далеко продвинулась в своих попытках обратиться в птицу, однако чаще всего случалось так, что появившиеся в миг крылья, били по хрупкому телу с яростью попавшего в сети ястреба. В другой раз, лицо слизеринки покрылось перьями, а нижняя его часть вытянулась, принимая вид серого клюва с острым крючком на конце, и тут же Паффина, без своего желания, разинула клюв и начала истошно по-птичьему вопить, да, так, что девушкам пришлось как можно быстрее уносить ноги из кабинета, стараясь не попасться на глаза подоспевшему завхозу Филчу (который, между прочим, нет-нет, да и сдавал непослушных, колдующих вне занятий студентов розовой даме).

-Мисс Дасадити, - на коротком выдохе произнесла Паффина, - я готова!

Вироса уверенно кивнула, занимая более удобную позицию, напрягла руку, приподнимая палочку чуть выше, целясь ей ровно в грудь своей ученицы. Момент перед попыткой обращения самый пугающий и напряженный. Мгновенная холодная тишина заполнила старенькое помещение, мисс Винтербир закрыла глаза, обращаясь внутрь себя, усилием воли держа эмоции и мысли под своим железным контролем.

И в следующую секунду Паффина чуть качнулась вперед, приподнимаясь на носочках, так, словно готова плашмя рухнуть на деревянный пол. Ее тело казалось расслабленным, однако Вироса знала, что каждая мышца подруги напряжена, сжимаясь под давлением магии, которую источала мисс Винтербир. Ее голова резко упала на грудь, а тело последовало следом, вытворяя в воздухе кувырок, сжимаясь в размерах. Четная школьная мантия моментально посветлела, покрываясь коричневыми и белыми перьями. Мгновение, и в воздухе, неистово ударяя широкими мощными крыльями, слегка нелепо трепыхалась крупная, опасная на вид птица с маленькими черными бусинками-глазками и когтистыми лапами.

-Паффи! Ты это сделала! - радостно выкрикнула Вироса-де-Кута, во все глаза рассматривая хищного беркута, который пытался не свалиться посреди кабинета. - Ты умница! Теперь постарайся аккуратно спуститься на пол!

Птица вращала головой, силясь подчинить себе собственные огромные крылья, которые били по прохладному воздуху класса невпопад. Получалось у Паффины так себе, если честно, не мудрено - первое полноценное обращение еще ни у кого не выдавалось идеальным. Беркут, словно подбитый каким-нибудь заклинанием, кидался из стороны в сторону, пытаясь разобраться где верх, а где низ. В конце концов, птица с грохотом упала на пол, серьезно прикладываясь крючковатым клювом о деревянную поверхность.

-Паффина! - страх за подругу заставил Виросу подбежать к беркуту, падая рядом на колени. - Ты как?

Птица издала какой-то неразборчивый жалобный писк, но все таки мотнув головой, предприняла попытку подняться на лапы. Спустя еще пару мгновений беркут стоял на своих двоих, распрямляя и складывая обратно крылья, будто проверяя, что все косточки целы.

-Дорогая, ты как? Все нормально? - осматривая пернатую подругу со всех сторон, беспокойно спрашивала Вироса.

К ее счастью, беркут уверенно кивнул на вопросы, спокойно рассматривая девушку своими маленькими глазками, в черной глади которых появилось маленькое отражение беспокойного бледного лица мисс Дасадити.

-Хорошо, - выдохнула Вироса-де-Кута, расслабляясь. - Теперь давай обратно. Хватит на сегодня.

Гордый беркут пару секунд о чем-то размышлял, после чего попрыгал немного в сторону (лететь в этот раз Паффина не решилась), замер, опуская голову. Птица принялась увеличиваться в размерах, сменяя коричневые перья на черную мантию, клюв на счастливую улыбку, а крылья на тонкие ручки.

И если Вироса думала, что уже видела предел счастья своей подруги, то тут она поняла, как далеко она была от истины. Вернувшая свой человеческий вид Паффина источала свет, а губки растянулись так широко, что им впору было начать трескаться и рваться от такой улыбки. Вироса-де-Кута полностью разделяла чувства слизеринки. Она не была так рада даже за саму себя, когда смогла обратиться в лису. Тут же, чужой человек получил свою анимагическую форму, а внутри колотило так, будто прямо на ее глазах свершилось самое долгожданное чудо.

От переизбытка чувств девушки бросились друг другу в объятия, слегка подпрыгивая на месте, смеясь и щурясь от эйфории. Получилось! У Паффины получилось добиться успеха. А у Виросы получилось быть хорошим учителем. Мама была бы ей очень горда, это точно!

Интересно, а был бы за нее рад папа? Вироса на одно мгновение допустила мысль о том, чтобы прямо сейчас рвануть в свою комнату, вытащить помятую диадему из сундука, и похвастаться перед отцом тем, каких успехов, благодаря ей, добилась подруга. Но в следующий же момент под веками встало скучающее лицо отца, который приподнял бы бровь и не поленился бы уточнить, что было сложного в такой магии и почему Вироса-де-Кута занимается ерундой, вместо того, чтобы искать ответ на поставленную им задачу.

Пришлось прикусить нижнюю губу, вырывая себя из нежных фантазий о похвале и признании. Не будет даже одобряющего взгляда с его стороны, пока не будет выполнено то, что просил сделать отец. В груди зарокотало от обиды, и ей даже причудилась капля злобы в собственном сознании. Некогда ей заниматься такими глупостями! Прошло уже столько времени, а она ни на йоту не приблизилась к тому, где сейчас может находиться ее настоящий отец! Не та его часть, что была заперта в старой короне, а живой, в собственном теле, могущественный маг, который мог бы ответить на мучившие ее с детства вопросы. “Какая же ты дура, Вироса!” - отругала себя девушка, еще сильнее кусая нижнюю губу. - “Обвиняешь своих однокурсников в детском поведении, а сама-то! Без зазрения совести пошла развлекаться с подругой, зная, что стоит на кону!”

Единственная мысль, что могла слегка утихомирить голодных псов, что грызли ее совесть, словно долгожданные сладкие косточки, заключалась в том, что вот-вот Вироса-де-Кута сядет в Хогвартс-Экспресс и отправится в манор крестной и сможет, наконец, получить ответы от живого портрета сэра Навелюкс. Он же обещал ей рассказать о темном проклятии, что способно разорвать душу, если юная ведьмочка об этом попросит. Не станет же он брать свои слова назад?

Глава 17 Крайне советую

Когда Тенеба прибыла на платформу девять и три четверти, там уже было не протолкнуться. Поезд прибыл всего пару минут назад, многие родители встречали своих чад из школы, чтобы провести с ними рождественские выходные. Дети всех возрастов буквально вываливались из вагонов, бросаясь в объятия родных так рьяно, будто они не виделись не пару месяцев, а несколько лет. Мисс Навелюкс фыркнула на подобное поведение, слегка закатывая глаза. Как можно так вести себя в присутствии толпы народа?

Тенеба неторопливо прошествовала по более-менее свободной части перрона, высматривая свою крестницу. Как и подобает воспитанной аристократке, Виросочка попросила разрешения остаться в гостях у мисс Навелюкс, проводя каникулы в компании своей крестной. Хотя последнее время пожилая ведьма была занята своими поисками Волан-де-Морта (и достаточно успешно, хотелось бы отметить, вот-вот Люциус Малфой должен был устроить ей аудиенцию с Темным Лордом), это никаким образом не помешает Тенебе принять у себя свою любимую Виросочку!

Красавицу-крестницу было видно издалека. Девушка стояла с идеально прямой спиной, высоко поднятой головой и с вежливо-отстраненным взглядом, чуть дальше от основной толпы волшебников. Виросочка спокойно ожидала, когда ее крестная появиться на перроне, чтобы забрать девушку в манор (явиться без сопровождения было бы грубостью). Длинные необычные волосы юной ведьмы были собраны в высокую аккуратную прическу, а школьную мантию сменила повседневная идеально выглаженная одежда - длинное темное платье в пол и украшенный декоративными камушками корсет, который выгодно подчеркивал тонкую талию молодой леди. “Вся в меня!” - подумала мисс Навелюкс, с неприкрытой гордостью оценивая внешний вид крестницы.

Заметив Тенебу, Вироса-де-Кута нежно улыбнулась, так, что даже ее светский взгляд потеплел, вежливо склонила голову, присаживаясь в приветственном реверансе:

-Рада тебя видеть, крестная, - произнесла девушка. - Я очень соскучилась.

-А я то как соскучилась, моя дорогая! - мисс Навелюкс бросилась к Виросочке, сжимая ее в своих пухленьких руках, целуя в обе щеки.

Тенеба никак не могла насмотреться на свою прекрасную девочку. Казалось, что она за эти несколько месяцев в школе слишком похудела, вытянулась и побледнела! Мисс Навелюкс тут же прокомментировала свои мысли, ворча на то, что в Хогвартсе теперь еще и морят детей голодом, заставляя их сидеть в замке, не давая видеть солнце и дышать свежим воздухом.

-Я такой скандал учиню! Считают, что имеют право плохо обращаться с моей Виросочкой? Думают, что я буду это терпеть? Забыли уже про то, каким могущественным был род Навелюкс? Или, может быть, рассчитывают, что я совсем выжила из ума и не замечу, как исхудала моя крестница? - тараторила Тенеба, распаляясь все сильнее с каждым словом.

Вироса-де-Кута испугалась, что мисс Навелюкс прямо сейчас сорвется с места, отправляясь прямиком к директору Хогвартса, чтобы высказать ему все, что она о нем думает. Поэтому девушка поспешила вмешаться в поток гневных слов Тенебы, всеми силами уверяя ее, что все в полном порядке, и они просто давно не виделись. Кое-как Виросе удалось успокоить пожилую ведьму, уводя ее к точке трансгрессии.

Сразу после аппарации в манор, мисс Навелюкс принялась грозно раздавать указания домовухам, подгоняя их с приготовлением ужина. Эльфы заранее прибрались в комнате Виросы, перемещая туда весь ее школьный багаж, тут же бросаясь на кухню и в столовую, кое-как прячась и уворачиваясь от жалящих заклинаний разгоряченной хозяйки, которая прекратила поток своих приказов только после того, как они с крестницей опустились за длинный стол, приступая к поздней трапезе.

-Как тебе Хогвартс, милая? Так плох, как я и думала? - ехидным голосом произнесла ведьма, наблюдая за тем, как аккуратно ест Виросочка.

-Ты была права в том, что обучение там.. оставляет желать лучшего. Даже седьмой курс проходит те темы, которые мне были известны года три-четыре назад, - обреченно выдохнула девушка, устало пожимая плечами.

-А что на счет друзей? Удалось найти хоть кого-нибудь близкого по духу?

-Да. Могу назвать своей близкой подругой Паффину Винтербир, - с теплой улыбкой Вироса заговорила о слизеринке. - Она и ее брат чистокровные волшебники из древнего рода Винтербир из северной Шотландии.

-Знаю о них, - кивнула пожилая ведьма, - Министерство пожало их под себя.. Жаль.. Сильная была семья, сейчас они и носа не покажут из своего дома, опасаясь пристального взора правительства.

Юная ведьмочка лишь кивнула на колкое замечание своей крестной, решая не уточнять, что выбора у Винтербир не было никакого, кроме как подчиниться или исчезнуть с лица земли.

-А что насчет других студентов? - выдернула из мыслей Тенеба. - Знакома ли ты с другими представителями чистокровных семей Англии? Например.. Малфои?

Мисс Навелюкс лишь качнула головой, переводя взгляд в свою тарелку, хотя внутри нее никакого спокойствия не было и в помине. Лишь выработанным за многие годы актерским мастерством, ведьме удалось скрыть свое волнение от собственных произнесенных слов.

-Я встречала в школе мистера Драко Малфоя, - ничего не подозревая, спокойно ответила Вироса. - Однако мы с ним мало пересекались. Мистер Малфой на два года младше, поэтому у нас не нашлось тем для бесед.

-Советую тебе присмотреться к этому молодому человеку, - все тем же светским голосом произнесла Тенеба. - Его семья очень влиятельна в волшебном мире Великобритании, а тебе будет полезно обзавестись подобными связями. Учитывая то, что вы учитесь на одном факультете, имеете схожее происхождение, будет не сложно завести дружбу.

-Если ты так говоришь, то я прислушаюсь к твоему совету и постараюсь подружиться с Драко Малфоем, пока учусь в Хогвартсе, - девушка лишь пожала плечами, прикидывая предлог, под которым смогла бы завести беседу с молодым аристократом после возвращения в школу.

Мисс Навелюкс согласно покачала головой, чуть слышно выдыхая через нос. Впутывать в свои игры крестницу могло быть чревато последствиями, однако, если все пойдет так, как она задумала, Виросочка, хочет она того или нет, скоро все равно будет во всех событиях. Рано или поздно (хотя из-за какого-то нервного и мрачного предчувствия хотелось бы, чтобы поздно) девушка узнает, чем все это время занималась Тенеба - как подставлялась крестная для того, чтобы найти Волан-де-Морта - отца юной мисс Дасадити.

Кроме Волан-де-Морта мисс Навелюкс волновал еще один могущественный маг - Альбус Дамблдор. Как-то раз старик отправил ведьме письмо со странным содержимым, которое Тенеба читала, перепрыгивая через слова от беспокойства:

“..рад, что мисс Вироса-де-Кута Дасадити учиться в Хогвартсе.. факультет Слизерин подошел ей как нельзя лучше..

..меня слегка беспокоит.. знали ли Вы, мисс Навелюкс, о том, что Ваша крестница обладает удивительной способностью.. заметил.. по ночам юная студентка.. и это касается ее удивительных перемещений.. из подземелий на второй этаж, затем на третий.. куда это приведет..

..мне пришлось покинуть замок на пару дней.. не обнаружил мисс Дасадити.. возможно ли, что юная леди достигла своей цели?

Свяжитесь со мной, если мисс Вироса-де-Кута Дасадити поделится с Вами.. не только интерес, но и волнение за юную студентку Хогвартса.. со смешанными чувствами, хотел бы поделиться с Вами.. таланты и внешность.. подсказывает, что я мог лично знать родителей..

Буду ждать Вашей совы,

С уважением, директор Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, профессор Дамблдор”

Старый хрыч точно догадался, чьей дочерью является Виросочка, и просто так он этого не оставит. Списать на его старую и плохую память на лица, вряд ли, удастся, слишком много времени и своего (никому не нужного) внимания Дамблдор уделил Волан-де-Морту, и ни с кем не перепутает его кровинушку, тем более, что девушка его точная копия, как не посмотри.

Вдруг в голове мелькнула мысль - все прекратить. Остановить свои попытки встретиться с Темным Лордом, позволяя драгоценной Виросочке оставаться в полном неведении. Пусть закончит эту дурную школу, получит все документы и возвращается к себе на родину. Зря Амара сорвалась с насиженного места по зову сумасшедшего Диспара, зря она притащила с собой ничего не знающую дочку! Также и Тенеба сглупила, когда полезла разбираться с тем, что произошло на самом деле! Она запустила слишком много процессов одновременно. Удалось же выяснить, чего хотел старый маразматик Педриус Диспара, какой дьявол дернул мисс Навелюкс искать Волан-де-Морта?

Вот только теперь уже слишком поздно. Слишком много действий было сделано, соскочить уже не получиться. Девочке еще полгода учиться в школе, а так хотелось бы сорваться и унестись к ней домой, оставляя за спиной подозревающего что-то Дамблдора, науськанного Люциуса Малфоя, который вот-вот устроит ей встречу с Темным Лордом.

Все.

Не выйдет уже сбежать. Тенебе хотелось рвать на себе волосы, причитая в полный голос о своей глупости. Во всем виновата ее страсть к опасным приключениям (которых не было уже очень.. ОЧЕНЬ много лет), вот она и не выдержала, не обдумала все возможные исходы, ломанулась, как и ее покойная подруга Амараморта, на встречу чернеющей с каждым днем неизвестности. И хуже всего было то, что за собой в бездну она утягивала ничего не подозревающую Виросочку..

“Соберись, что сделано, то сделано!” - шикнула на зарождающуюся панику пожилая ведьма. Действовать придется по ситуации. Во-первых, встреча с Волан-де-Мортом, на которой предстояло разобраться с тем, что намерен делать Темный Лорд, при этом не выдавая главный секрет - Виросу. Придется в очередной раз играть в дуру, притворяясь, что готова служить верой и правдой, а первой подачкой будет знания из Японии с этим механизмом, который призван вернуть мага в прошлое. Во-вторых, все таки придется придумать, как преподнести крестнице, кто ее отец на самом деле.

-Тенеба, ты не против, если я отправлюсь спать? - подала голос Вироса, заставляя крестную вернуть к ней взгляд. - Я очень устала с дороги, и уже довольно поздно. Мы можем продолжить нашу беседу о школе завтра?

-Конечно-конечно, дорогая, иди, отдыхай, - быстро заворковала мисс Навелюкс, замахав руками в сторону выхода из столовой.

Девушка выглядела даже слишком уставшей, медленно поднялась из-за стола, сделала несколько шагов прочь от своего места и аппарировала сразу на второй этаж, оставляя крестную наедине со своими размышлениями. Мисс Навелюкс, возможно, была бы даже рада такому, однако не в этот момент. Вина за свои необдуманные поступки давила на плечи и принялась делать это в разы усерднее, стоило Виросочке покинуть поле зрения. “Не время для соплей!” - рыкнула на себя Тенеба, с резким хлопком трансгрессируя в свою спальню.

***

Следующий день - 25 декабря - был буквально самым настоящим праздником. За ночь эльфы украсили весь манор, развешивая повсюду еловые веточки; блестящие шарики; гирлянды; зачарованные свечи, что парили по дому, меняя цвета; на всех горизонтальных поверхностях стояли миниатюрные фигурки Санты, оленей; в столовой с потолка, медленно кружась, падали крупные хлопья волшебного снега, который таял, стоило ему только коснуться теплого дерева столешницы. Помимо этого по всему манору были спрятаны небольшие вазочки с конфетами (Виросочка в детстве обожала искать сладости по всему дому, занимая себя этим на целый день, давая возможность своей маме и крестной спокойно беседовать под бокал-другой хорошего вина).

В парадном холле домовухи установили небольшую, но очень пушистую елку, украшая ее мерцающими игрушками, большая часть которых была зеленого цвета, или же сама по себе была в виде извивающейся змейки (так как Рождество из года в год принадлежало именно Виросочке, то и ель украшали в честь какого-нибудь знаменательного события для девочки из уходящего года).

В этот раз это было поступление на Слизерин. Когда же малышка обрела способность оборачиваться лисицей - украшения на елке были соответствующие (маленькие рыжие плутовки, пушистые хвосты, рыжие и бурые шарики с вытянутыми мордочками). Еще раньше, когда у Виросы за весь год не было ни единой оценки ниже “Превосходно”, ель украшали книги, свитки, золотые звездочки, кубки и даже миниатюрные медальки, на каждой из которых было выгравировано название дисциплины, которую изучила малышка в прошедшем году.

Тенеба с деловым видом осматривала работу своих подопечных, задумчиво улыбаясь, ожидая, когда девушка проснется и оценит ее старания и на это Рождество. Реакция не заставила себя долго ждать. Вироса-де-Кута с открытым (прямо как в детстве) ртом выбежала из своей комнаты, восхищенно крутя головой во все стороны, принялась смеяться и хлопать в ладоши, благодаря крестную за чудеса, каждое из которых создавалось специально для нее. (К счастью ставшей уже совсем взрослой девушки, крестная не заметила легкую наигранность в ее поведении, с удовольствием принимая похвалу).

Как оказалось, не одна Тенеба раздавала своим эльфам приказы, Вироса-де-Кута также поручила домовухам сделать кое-что. Девушка озаботилась тем, чтобы ее друзья обязательно получили подарки на Рождество. Для сестры и брата Винтербир девушка приказала подготовить одну из книг, что хранилась в библиотеке ее родного поместья. Вироса попросила эльфов принести ей один из древнейших томов, который был написан руническим сложным языком - “Сломать цепи кровавой клятвы” - в этой рукописи были собраны несколько десятков способов, как освободиться от той или иной клятвы. Юная мисс Дасадити надеялась, что такая темная древность может помочь роду Винтербир избавиться от гнета Министерства.

Для Эдриана Пьюси девушка заказала зачарованный кейс, который мог вмещать в себя метлу, все необходимые мячи для квиддича и спортивную экипировку. Посылку доставили к завтраку, поэтому Вироса-де-Кута успела перепроверить все кожаные ремешки и серебряные застежки, а также приложить небольшое письмо с поздравлениями.

Кассиусу Уоррингтону Вироса-де-Кута подобрала прыть-котелок и волшебные принадлежности для зельеварения. У юноши были с этим предметом знатные проблемы, поэтому такие зачарованные вещички должны были облегчить его жизнь: котел самостоятельно выплевывал из себя лишние ингредиенты (если маг по ошибке добавил не то, что было нужно), нож сам нарезал необходимое количество продукта, а поварешка сама мешала варево в нужном направлении для правильного приготовления. Юноше останется только выучить пару простеньких заклинаний, и дело пойдет, как по маслу.

Единственный, кому Вироса также хотела отправить подарок, но не могла решить, что именно подарить - Фред Уизли. В голове было столько всего - от самовзрывающихся светлячков (но юноша мог и сам их сделать, поэтому мысль была отметена), до защитных амулетов (вот только подобные украшения стоят приличных сумм, вряд ли, Фред примет подобный подарок, не имея возможности подарить что-то столь же дорогое в ответ). Муки выбора привели к тому, что Вироса просто-напросто сидела за своим рабочим столом, зарывшись пальцами в волосы, тупо пялилась на чистый лист бумаги, над которым висело прыть-перо, в ожидании текста для послания.

Ближе к вечеру юная мисс Дасадити отправила три совы с подарками для своих друзей в разные направления, так и не решившись послать письменное поздравление к Уизли. Настроение от этого упало ниже плинтуса, даже волшебные цветные свечи казались ей мутными и совсем не радостными.

Мисс Навелюкс заметила хмурый настрой своей крестницы во время ужина, когда Вироса отказалась от своих любимых сладостей. Тенеба пыталась аккуратно разузнать причины того, почему девушка поникла, однако та лишь вздыхала и отмахивалась в ответ.

-Единственное из-за чего юная леди может быть такой печальной - это юноша, - глубокомысленно произнесла пожилая ведьма, замечая, как розовеют щечки Виросочки, и как быстро начали бегать ее темные глазки. - Значит, я попала в яблочко! Ох, Салазар! Моя милая малышка стала совсем взрослой! Что же мне делать?

-Зачем же ты так? - проблеяла смущенная Вироса, кусая нижнюю губу.

-Получается, что ты рассказала мне далеко не обо всех своих друзьях, - ведьма хитро улыбнулась, ставя локти на стол и опуская круглый подбородок на ладони. - Кто же из чистокровных молодых людей со Слизерина умудрился очаровать мою крестницу? Неужели это мистер Пьюси? Вряд ли, он ростиком не вышел, - наблюдая за реакцией, медленно смакуя каждое слово, вещала Тенеба. - Неужто мистер Уоррингтон? Нет-нет.. Он глуповат. Возможно ли, что это мистер Винтербир, поэтому ты так сблизилась с его сестрой?

-Нет! - оборвала крестную Вироса, сжимая юбку под столом. - Он учится не на Слизерин..

-Вот так новость! Приглянулся какой-нибудь умненький Когтевранец? Дай-ка подумать, кто сейчас из чистокровных может там учиться..

-Нет.. Он с Гриффиндора..

-ЛЕВ? - гаркнула Тенеба, а ее брови взметнулись вверх, складывая несколько глубоких морщин на лбу. - Вот ведь правду говорят, глупость и отвага.. Кто в своем уме решится на то, чтобы близко подойти к леди твоего уровня, обучающейся на Слизерин..

-Да.. Это как-то само собой получилось, - еле слышным голосом произнесла Вироса, смотря куда-то в пол, девушке казалось, что даже уши горят от уровня неловкости, который она сейчас ощущала.

-Гриффиндорцы - сброд невоспитанных лентяев и самодуров! Ох, милая, не говори мне, что он еще и какой-нибудь полукровка! Меня удар хватит, Салазар прости! Мерлин! Не углядела! - Тенеба взвыла, вознося взгляд к потолку.

-Он чистокровный! - девушка нахмурилась, пораженная тем, что крестная осмелилась предположить, что юная аристократка из древнего рода Дасадити может влюбиться в кого-то с испорченной кровью. - Его имя Фредерик Гидеон Уизли.

-Уизли? - взвизгнула мисс Навелюкс. - Рыжие любители маглов! Все семейство от самых корней славится своими несносными шуточками и глупыми затеями! Единственное, с чем я не могу спорить, так это чистота их крови.. Но зная то, что Артур Уизли сейчас работает в Министерстве, изучая маглов, думаю, не долго им осталось быть в списке чистокровных волшебников Англии.

-Фред талантливый маг! Ты просто не видела то, какие неожиданные и чудные заклинания они с братом придумывают для того, чтобы развеселить окружающих, - неосознанно вставая на защиту юноши, произнесла Вироса, складывая руки на груди.

-Ты, что же, считаешь, что сможешь его перевоспитать? - фыркнула Тенеба

Вироса не ответила, сводя брови к переносице и напрягаясь всем телом. Лисья натура царапалась внутри и кричала, что стоило преподнести эту информацию другим, более хитрым и осторожным путем, и не давать крестной возможности рычать, бросаясь (в целом, достаточно правдивыми) обвинениями.

-Достаточно на сегодня потрясений, - выдохнула мисс Навелюкс, откидываясь на спинку своего стула. - Впереди рождественская ночь, я бы не хотела расставаться с тобой на такой.. агрессивной ноте. Знаешь, ты умная девочка, и я часто забываю, что ты уже достаточно взрослая, чтобы самостоятельно принимать решения.. - слова, словно сопротивляясь, с трудом озвучивались пожилой дамой. - Я хочу подарить тебе кое-что в честь праздника. Думала отдать тебе это завтра утром, как подобает традициям, но сейчас, кажется, это будет кстати.

Ведьма щелкнула пальцами, и в тот же момент перед ней на столе появилась крохотная шкатулочка. Коробочка была совсем небольшой, но старинной, с замысловатыми золотыми узорами, которые переплетались между собой, рисуя картину, что в одну секунду казалась веточками чудного дерева, а в следующую беспокойными морскими волнами.

-Красивая, да? - Тенеба ласково улыбнулась, заметив неподдельный интерес в карих глазах девушки.

Вироса-де-Кута медленно кивнула, зачарованная древним артефактом. От шкатулки веяло магией, загадочная, но, кажется, беззлобная аура легким шлейфом заполняла крохотное пространство вокруг себя.

-Однако то, что внутри гораздо интереснее, - чарующим голосом продолжила мисс Навелюкс, аккуратно левитируя коробочку к девушке.

Шкатулка плавно подплыла ближе, с легким скрипом открываясь. Вироса заглянула внутрь крохотного пространства, обнаруживая там, едва поблескивающее в блеклом свете цветных свечей, полупрозрачное кольцо.

-Это изобретение твоей мамы, - произнесла Тенеба, наблюдая за тем, как крестница аккуратно достает колечко из шкатулки. - Оно зачаровано так, что позволяет волшебнице, носящей его, вытягивать крупицы магии из воздуха. К сожалению, Амара не успела его закончить.. - дама тоскливо вздохнула, быстро справляясь с эмоциями. - Не хватает драгоценного камня, как видишь, - ведьма указала на пустые зубчики, которые должны, по задумке, держать малюсенький камушек. - Но от этого кольцо не будет работать хуже.

Вироса-де-Кута покрутила в ладони подарок, рассматривая его молочный цвет, решилась надеть на средний пальчик левой руки. Украшение скользнуло по коже, отдавая приятной прохладой. Чувствовалось, что это простенькое на вид колечко, без наружного украшения и гравировок, таит в себе массу сложного волшебства. Взгляд юной волшебницы упал на пустующие крепления. Интересно, какую драгоценность мама хотела добавить сюда?

Девушка спешно поблагодарила крестную, аппарируя вместе со шкатулкой к себе в комнату. Это был самый идеальный подарок. Крупицы магии и правда потянулись в сторону ведьмочки, слегка покалывая ее изнутри, добавляя уверенности. Мама была теперь вновь рядом, легонько придерживая дочку за руку. Энергия забила ключом, подталкивая, наконец, подписать поздравительную открытку для Фреда.

Черная сова вылетела из окна спальни Виросы через некоторое время, унося в когтистых лапах красивый конверт.

На следующий день в манор Навелюкс прибыло пять сов, три из которых несли небольшие свертки с подарками для юной мисс Дасадити из далека. Четвертая черная совушка Фува прилетела позже всех, грациозно опускаясь прямо на подоконник спальни девушки и держа в клюве маленькую записку из дома Уизли.

Пятая же сова предназначалась мисс Навелюкс. К лапке маленькой, но шустрой птички был привязан изящный конверт с восковой печатью, на которой родовым перстнем был выдавлен герб дома Малфоев. Тенеба угостила чужую сову печеньем и та благодарно ухнув, упорхнула прочь.

Дама взмахнула волшебной палочкой, закрывая дверь в свой кабинет и накладывая запирающее заклинание. Ведьма знала, что крестница сейчас занята распаковкой рождественских подарков от своих школьных друзей, однако матерая колдунья предпочитала перестраховаться. Сложно будет объяснить, почему вдруг Люциус Малфой решил написать старой ведьме письмо с поздравлениями, хотя они никогда не общались (на сколько известно Виросочке).

Мисс Навелюкс сломала печать, чуть подрагивающими руками доставая сложенный пополам белоснежный лист бумаги. Идеальный почерк с завитушками, герб Малфоев в начале письма, широкая подпись внизу пергамента - все как по инструкции образцовых аристократов. Сначала мистер Малфой вежливо поздравил мисс Навелюкс с Рождеством, желая ей благополучия и беззаботных праздничных дней, после напомнил об их последнем разговоре о чудном механизме, способном повернуть время вспять, далее рассказал о том, что человек, которого он упоминал, был крайне заинтересован находкой почтенной дамы. Далее последовала короткая радостная весть о том, что данный маг, в связи с некими событиями (которые носят исключительно положительный для него самого характер), последние несколько дней пребывает в весьма и весьма приподнятом расположении духа. В конце следовала запись о том, что почтенный волшебник распорядился освободить последний день рождественских каникул для того, чтобы прибыть в манор Малфоев и встретиться с мисс Навелюкс лично.

“Крайне советую не пренебрегать щедростью этого человека! Будем ждать Вас, мисс Навелюкс, в гости.

С уважением, Люциус Малфой”

-Крайне советуешь? - ведьма захихикала, поджигая письмо при помощи палочки. - Конечно ты будешь крайне советовать, когда и твоя голова зависит от того явлюсь я или нет.

Тенеба шумно выдохнула, делая широкий взмах рукой. Один из книжных шкафов завибрировал, томики на высокой полке покрылись рябью. Словно беспокойная водная гладь, медленно пропала иллюзия книг, демонстрируя то, что на самом деле стояло в шкафу - крупный медный сундук с массивными грубыми застежками.

Ведьма аппарировала к шкафу прямо со своего места за столом, протягивая пухлую ладонь к холодной, пыльной поверхности меди. Дама погладила сундук, приказывая ему открыться. Крышка с мерзким ржавым скрипом щелкнула, поднимаясь и демонстрируя то, что было спрятано внутри медного короба.

Сложный механизм, напоминавший своим видом огромный маховик времени, однако вместо песочных часов внутри трех мощных металлических колец был закреплен каменный круг, на котором были высечены руны. Мудрецы из Японии вбили в плиту древние руны луны и солнца, соединяя их с рунами чар и времени, а поверх были наложены знаки души, магии и человеческой сущности. Такой каши из полос и кругов Тенеба раньше не видела. Никто еще не решался так играться с древнейшими надписями, накладывая их друг на друга в таком пугающем количестве и разнообразии.

Даже мисс Навелюкс, к собственному стыду, не смогла разобрать некоторые из рун, увидев там лишь обрывки символов планет, божественного знамения и течения жизненного цикла. Многие из символов были отражены или перевернуты несвойственным им образом, от чего их чтение становилось еще сложнее. Сколько же времени японцы создавали этот круг? Десятилетия? Столетия? А сколько времени Тенебе потребовалось на то, чтобы выкрасть его, оставив заграничным колдунам подделку? Меньше месяца.

В этом плане нерасторопность японских магов сыграла ей на руку, позволяя обмануть чародеев качественной и сложной иллюзией. Повезло еще и с тем, что местные волшебники настолько отчаялись в том, чтобы заставить механизм работать правильно (точнее так, как они того хотели), что совершенно перестали им пользоваться, изучать его, убирая созданный артефакт на дальнюю полку в музей.

-Вот и проверим, - грозно шепнула ведьма, - насколько ты великий черный маг. Сможешь ли разобраться с тем, с чем не могли разобраться десятки других сильных чародеев?

***

Винтербиры подарили Виросе роскошное зачарованное платье, которое девушка тут же бросилась примерять. Это было нечто невероятное. Легкая черная ткань, которая приятно струилась по телу от самого горла к полу, закрывая руки легкой темной дымкой, сквозь которую с трудом, но вся же можно было разглядеть светлую кожу.

Два длинных разреза, которые открывали худые красивые ноги, позволяя соблазнительно двигаться, при этом не показывая ничего лишнего. Высокий твердый ворот был создан специально для светских особ, помогая держать голову высоко, слегка задирая подбородок. Грудь и талию стягивал идеальный по размеру кожаный корсет, украшенный драгоценными волшебными камнями, которые меняли свой цвет по желанию хозяйки (Вироса предпочла оставить их блестяще-черными, в тон к платью).

Девушка кружилась по комнате, любуясь тем, как прекрасно движется подол платья, слегка разлетаясь в стороны, словно дикий мрачный цветок распустил свои лепестки, подставляя их лунному свету (хотя за окном было светло, ощущения были именно такими).

Пьюси отправил подруге практичный подарок, объясняя в поздравительном письме, что это гораздо лучше книг, “которых у тебя и так целая куча, вон какая умная!”. Из небольшой коробочки девушка бережно достала новенькую кожаную поясную кобуру для своей волшебной палочки. Эдриан похвастался тем, что сам лично выжигал на ней рисунок миниатюрной змейки - “это символ нашего единства не только в школе, но и за ее пределами, пусть она тебя оберегает!”. Вироса с удовольствием застегнула подарок на бедрах, проверяя, как новенькая кобура смотрится вместе с шикарным платьем.

Чарующий образ юной чистокровной леди завершил подарок от Уоррингтона - небольшая серебряная подвеска, украшенная блестящими кристалликами, на каждом из которых были искусно выгравированы руны - здоровья, счастья, успеха, славы и богатства. Кассиус в своей короткой записке поблагодарил девушку за ее подарок и пожелал ей счастливого рождества.

Окрыленная, Вироса-де-Кута танцевала в своей комнате, плавно вращаясь из стороны в сторону, ступая босыми ногами по теплому полу спальни, благодаря мир за новых прекрасных друзей. Девушке было приятно осознавать, что у нее появились те, с кем она могла бы поделиться своей радостью или переживаниями, к кому она могла обратиться в случае нужды. Пусть Хогвартс, как образовательное учреждение - оставляет желать лучшего, но студенты Слизерина стали для нее поистине близкими людьми.

Вироса-де-Кута целый день порхала по дому в своем новом платье, украшенное новой кобурой и драгоценным ожерельем. Даже домовухи оценили внешний вид молодой хозяйки. Мисс Навелюкс же была в полном восторге, расхваливая друзей Виросочки так, словно они были ее родными внуками.

Однако жаркое пламя счастья значительно поумерилось, стоило девушке получить записку от Фреда:

“Привет, лисичка!

Большое спасибо тебе за поздравление!

Прости, что не прислал какой-нибудь подарок. Не было времени даже выдумывать что-то забавное. Дома случилась беда. На отца напали, он был в тяжелом состоянии, но, слава Мерлину, жив. Все это время мы навещали его в больнице, и я совсем забыл про Рождество.

Придумаю какой-нибудь подарок для тебя по возвращении в школу!

Фред”

Вироса-де-Кута приложила ладошку к губам, повторно перечитывая короткое письмо. Девушка знала, что мистер Уизли работает в Министерстве, но на сколько помниться, его служба не была связана ни с чем опасным. Он же занимался маглами, разве не так? Кто же мог напасть на сотрудника Министерства? Неужели простецы? Возможно ли, что неволшебный мир настолько жесток и опасен, что магам туда лучше не соваться, а работа мистера Уизли на самом деле связана с кучей рисков?

Эти вопросы Вироса поспешила задать своей крестной, на что та лишь фыркнула, разбивая ее предположения в пух и прах.

-Если где-то этот маглолюбивец Уизли смог бы получить ранения, то только в самом Министерстве, - парировала Тенеба, закатывая глаза. - Уверена, что мистер Уизли просто не умеет держать язык за зубами, вот и взбесил какого-нибудь чистокровного волшебника своими россказнями о важности и ценности простецов. Я бы и сама, маловероятно, что смогла бы удержаться от парочки проклятий в сторону того, кто высказывается в защиту маглов, - болотные глаза дамы зажглись недобрым огоньком. - А ты слышала, что некоторые, такие вот как Артур Уизли, выступают за то, чтобы смешивать волшебную кровь с неволшебной кровью маглов? Это же уму непостижимо! Я считаю, что на такое заявление любой уважающий себя маг имеет право отправить в болтуна заклинание Империо, чтобы мозги на место встали!

Вироса-де-Кута от такого жаркого заявления чуть вскинула брови, внимательно рассматривая исказившееся от злобы круглое лицо крестной. Не сказать, что девушка была не согласна со словами Тенебы, но порой ярость, с которой плевалась ядом пожилая аристократка в простецов, маглорожденных и полукровок, удивляла. Как у дамы в таком почтенном возрасте все еще находятся силы на столь горячий гнев.

Несмотря на протесты крестной и ее заверения о том, что мистер Уизли скорее всего просто получил по заслугам за свой длинный язык, девушка все же решила написать Фреду небольшое письмо, в котором желала его папе скорейшего выздоровления.

Вести о чужом отце заставили тут же вспомнить о своем собственном. Главные праздничные дни были позади, короткий отдых можно считать законченным, и теперь пришла пора заняться важными делами. Вироса-де-Кута широким твердым шагом отправилась к живому портрету сэра Ноджибла Ресечера Навелюкс.

Глава 18 Что было в ящике?

-И тебя с рождеством, Вироса-де-Кута, - выдохнул сонный сэр Навелюкс, медленно моргая, силясь сфокусировать взгляд на присевшей в реверансе девушке. - Как прошла первая половина года в Хогвартсе?

-Вполне сносно, - пожав плечами, ответила юная волшебница. - Преподаватели там слабые, студенты еще хуже..

Седовласый старик закряхтел, полу смеясь полу кашляя. Сэр сел поудобнее в своем кресле-качалке, погладил длинную бороду, и, наконец, кивнул, позволяя девушке высказать то, зачем она вновь его потревожила.

-Сэр Навелюкс, в последний наш разговор речь шла о заклинании, которое способно даровать бессмертие волшебнику, - напоминала Вироса-де-Кута, отмечая, как маг тяжело выдохнул, словно только что случилось то, чего он ждал и боялся.

-Я дал слово, что научу тебя этому заклятию, если на то будет твоя воля, - замученным голосом прохрипел старик.

-Настал момент, когда я вынуждена просить вас об этом, - молодая ведьмочка почтенно поклонилась, на что портрет снова шумно вздохнул.

-Быть беде.. не иначе, - тихо ответил сэр. - Если на то твоя воля, то пусть будет так. Это темное заклинание, называется - Крестраж, оно способно даровать бессмертие магу, за счет разделения его души. Для применения нужна жертва - человеческая жизнь, а также предмет..

***

-..в который будет помещена часть души колдующего. Чтобы заклинание сработало, достаточно применить проклятие Авада Кедавра и в конце руны убивающего проклятия добавить часть руны возврата, которая рисуется просто - нужно лишь резко опустить руку с палочкой в сторону предмета.

Вироса-де-Кута отчеканила свою речь на одном дыхании, держа спину прямой, как игла, подбородок чуть приподнятым, а взгляд спокойным и твердым. Отец же, по своему обычаю, слушал девушку, не перебивая, чуть дернув губой в одобрительной усмешке.

-Ты смогла меня удивить, - кивнул папа, прислонившись плечом к дереву. - А еще меня удивляет, что ты не смогла узнать всего этого в Хогвартсе. Неужели правда то, что даже из Запретной Секции вытащили всю качественную литературу?

-Я бы не стала вам врать, отец - уверенно ответила Вироса-де-Кута.

-В таком случае, - папа хитро улыбнулся, внимательнее всматриваясь в лицо дочери, - что ты хочешь в награду за свои труды?

-Раз вы создали Крестраж, значит, вы бессмертны, - юная ведьма слишком долго ждала возможности задать этот вопрос, что еле сдерживалась, чтобы не начать подпрыгивать на одном месте от нетерпения. - Я бы хотела встретиться с вами, отец, в реальном мире, а не в диадеме. Вы можете сказать мне, как я могу вас найти?

Папа прищурил глаза, превращая свое лицо в подобие каменного изваяния, по которому невозможно было определить, какие мысли кружат в его голове. Темно-карие глаза были настолько холодными, что становилось удивительным, как этот человек до сих пор не заморозил свой выдуманный, заключенный в старой тиаре летний лес.

-Я настоящий, - сквозь зубы прошипел отец. - А где другая часть души, которая осталась в теле, я не знаю. Если так сильно хочешь найти того, кто остался на свободе, а не стал куском старого металла, будь более изобретательна в своих попытках.

Он был.. обижен, кажется. Темные глаза сверкнули красным пугающим блеском, а губы сжались в тонкую бледную полосу, на щеках заходили желваки. Пусть это была всего лишь часть души, но и от нее Вироса чувствовала магическую мощь, которая пульсациями исходила от отца, сбивая с ног. Даже узнав о том, что кто-то нашел тиару, что он может быть в опасности - он не был так взвинчен и так агрессивен. Почему же услышав от дочери, что ей мало этих коротких и не совсем настоящих встреч, он разозлился, резко отворачиваясь, демонстрируя девочке свою спину.

-Если это все, что ты хотела - уходи, - бросил отец, насильно выталкивая Виросу из летнего леса.

***

Рождественские каникулы подходили к концу. Все то свободное время, которое было у мисс Навелюкс, она потратила на крестницу - болтала с ней, гуляла по припорошенному снегом пролеску, играла в волшебные шахматы, читала книги и обсуждала темные проклятия. Тенебу беспокоило то, как в Хогвартсе преподают ЗОТИ, и что на должности профессора находится заносчивая ищейка из Министерства Магии. Поэтому ведьмы много времени проводили в тренировочном зале или на улице, оттачивая боевую магию.

Пожилая колдунья не скупилась на опасные заклинания, заставляя девушку применять такую же темную магию в ответ, защищаясь, изворачиваясь, нападая. Все то время, пока она вращала кистью, зажимая палочку между пальцев, дама следила за тем, как ловко и быстро Виросочка реагирует на летящие в нее проклятия и, не стесняясь, посылает разноцветные молнии в ответ, стараясь достать заклинанием до крестной.

С каждым днем, приближающим ее к часу встречи с Волан-де-Мортом, Тенеба волновалась больше и больше. Темный Лорд вернулся. Эта мысль, словно только начала доходить, будто истинный смысл такой простой фразы лишь сейчас стал принимать четкие очертания опасности. Ведьму трясло от осознания, что самый могущественный маг Великобритании может узнать, что на этом свете он не единственный, в ком течет кровь Салазара Слизерина. Как бы Тенеба не старалась, ей не удастся вечно скрывать от него его же дочь. Пот, словно ледяная вода, стекал со лба на висок, вгоняя пожилую ведьму в ужас от собственных действий. Она же ведет крестницу в пасть к ядовитой змее. Продолжает дело Амараморты - собирается подарить девочку монстру.

Не получится скрыть от Волан-де-Морта Виросочку. Единственное, что может даровать ее любимой малышке выживание в черном страшном мире - ее отточенные навыки, ее обширные знания. Чтобы она была полезна Темному Лорду.. чтобы собственный отец счел ее достойной его тайн и его круга.

Вот, что поняла мисс Навелюкс, стоило ей впервые за столько лет встретиться с тем, кого она знала молодым и красивым, сильным и хитрым. С тем, кто носил когда-то человеческое имя - Том Реддл, с тем, кто отныне утратил свои прекрасные черты, превращаясь в чудовище, от которого за версту тянуло смертью и кровью, будто черная простая мантия была сшита из сгнивших жил его врагов.

Тенеба появилась в маноре Малфоев, как и было условлено, в последний день рождественских каникул, оставив Виросу дома одну, собираться в школу. Пожилую ведьму проводили в гостиную, усадили в кресло, предложили чай. Миссис Малфой была бледнее снега на улице, а мистер Малфой непривычно молчалив и холоден. Как только мисс Навелюкс оказали все необходимые по чину почести, ее оставили одну, дожидаться того самого сильного мага, который был заинтересован в возможности обернуть время вспять.

Спустя пару мгновений тишины, двери в помещение открылись вновь, пропуская внутрь высокую, скользящую по полу, словно ожившая тень, фигуру с неестественно бледной кожей и змеиным разрезом глаз, а вместо носа у него были два вертикальных отверстия. Будто неправильно сработало заклинание трансфигурации, и маг застрял где-то между обликом человека и гигантской рептилии.

Он ступал бесшумно босыми ногами по прохладному полу, напоминая крадущуюся змею прямо перед броском на мелкую мышь. Мисс Навелюкс выпрямилась, напрягая челюсти. Ведьма никому не позволит допустить мысль, что она какой-то жалкий зверек, которого можно запугать одним видом (хотя сердце истерично трепетало в груди, будто птичка, которую схватили за горло длинными ледяными пальцами).

У Волан-де-Морта были кроваво красные радужки с длинным вертикальным зрачком, который уловил эту перемену в настроении пожилой ведьмы. Белые тонкие губы едва заметно дрогнули, намечая снисходительную ухмылку, мол, храбрись, пока есть на это силы.

Он ее не узнал.

Темный Лорд не вспомнил Тенебу, с которой проводил несколько лет своей молодости. Хотя чему тут удивляться. Мисс Навелюкс сильно изменилась за последние десятилетия. Растолстела, постарела, черные волосы покрылись сединой, а колкий болотный взгляд притупился, теряя свою жгучесть.

Волан-де-Морт опустился в кресло напротив гостьи, плавно вытягивая длинные руки на подлокотники. Он чуть откинулся на мягкую спинку, последний раз смерив ведьму тяжелым изучающим взглядом, перед тем как начать:

-Добрый вечер, мадам.

-Здравствуй, - мисс Навелюкс хмыкнула, наклоняя голову. - Ты правда не помнишь меня?

Волан-де-Морт, не ожидавший такой наглости, слегка нахмурился, напрягаясь всем телом. От былой напыщенности ничего не осталось, теперь в воздухе сквозило предупреждение. Однако Тенеба без страха смотрела прямо в красные нечеловеческие глаза, проверяя, неужели, он и правда все забыл. Стер из своей памяти те года, которые принесли столько опыта, опасностей, веселья и пользы для небольшой компании темных волшебников, которые путешествовали по миру, изучая страшные магические тайны.

-Мое имя Тенеба Навелюкс, - произнесла пожилая ведьма, думая о том, что Темный Лорд не вспомнил Педриуса Диспара, когда тот заявился к нему со своими требованиями.

-Разве мы были знакомы, мисс Навелюкс? - тихо произнес Волан-де-Морт, превращая свои глаза в две щели.

-Вот значит как.. - дама шумно вздохнула, чуть отворачиваясь.

Это было неприятно. Конечно, они не были такими уж близкими друзьями, да и вообще друзьями назвать их было сложно. Однако, преодолев столько удивительного бок о бок, забыть друг о друге все.. даже имена.. Тенеба свела брови к переносице, скрипнув зубами. А не обманулась ли она? Разве перед ней сейчас сидит Том Реддл? Тот темноволосый красавчик, который был умен, словно ворон, и хитер, словно лис? Даже голосом, сидящий перед ней маг, больше напоминал большую змею, которая выучила слова людей, но никак не того, кто говорил когда-то твердым и жестким, приказным тоном.

Был всего один шанс проверить, что перед ней не самозванец, выдающий себя за могущественного темного мага, и Тенеба (о чем потом пожалела) сдуру решила им воспользоваться:

-Может, ты и Амараморту Дасадити забыл? - язвительно выплюнула ведьма, кидая в колдуна грозный взгляд.

На одно короткое мгновение, никто другой бы ничего не заметил, но мисс Навелюкс была превосходной боевой ведьмой, которая привыкла реагировать на малейшее изменение в обстановке моментально, увидела, как на этом подобии человеческого лица отразилось удивление. Это имя он помнил. Эту женщину он забыть не смог.

В следующую секунду Темный Лорд дернулся, выбрасывая ладонь вперед. Если бы не реакция, отточенная десятилетиями в смертельных ситуациях, мисс Навелюкс сейчас лежала бы на полу, впечатанная магической волной в мрамор, задыхаясь от сжимающихся на горле невидимых пальцев. Однако на выпад мага, ведьма ударила в ответ, заставляя проклятие отрикошетить в кофейный столик. Дерево взорвалось, разлетаясь щепками во все стороны, как фейерверк.

-Я знаю кто ты, - зашипел Волан-де-Морт, слегка подаваясь вперед. - Я вспомнил тебя, Тенеба, наследница рода исследователей, - его губы изогнулись в кривой ломаной линии. - Хотя я, скорее, назвал бы вас семейством воров, которые без зазрения совести крадут темные артефакты и присваивают их себе, легкой рукой убивая предыдущего хозяина.

-Я бы назвала нас, скорее, коллекционерами, - невинно улыбаясь, произнесла Тенеба. - А то, что те, кто не хочет продавать нам свои ценности, умирают.. Это всего навсего несчастные случаи, - ведьма пожала плечами, хлопая ресницами.

-Где Амара? - неожиданно резко спросил Лорд. - Вы же были не разлей вода. Почему сейчас она не с тобой? Боится показаться мне на глаза после того, как предала меня и сбежала?

Его радужки вспыхнули с новой силой, и в наэлектризованный воздух посыпались красные искры. За ехидной улыбочкой скрывалось слишком много всего. Тенеба, имея талант быстро распознавать эмоции людей, не успела перечислить все, что заметила: гнев, обида, злость, ярость, боль.. Всемогущего темного колдуна задело то, что женщина, которую он некогда считал своей, покинула его, не оставив намека на то, где ее искать. Жалкое зрелище.

-Амара погибла, - выдохнула пожилая ведьма, обмякая в своем кресле. - Летом она прибыла в Англию, с надеждой отыскать тебя, но не успела.

Волан-де-Морт молча слушал колдунью, разрезая ее пухлое лицо острым, как лезвие, взглядом. Его, и без того уродливое лицо, стало серой маской, с двумя живыми красными пятнами, которые то сильнее зажигались, то меркли на пару мгновений, словно Лорд уходил в какие-то свои воспоминания, пропуская их перед глазами быстрым цветным хороводом.

-Амара сбежала не потому, что разлюбила тебя. Что-то в ваших отношениях разбудило древнее проклятие, наложенное на ее род. Ей пришлось уйти, чтобы.. разобраться с этим.

Еще на несколько секунд повисла тишина. И в это время каждый думал о своем. Темный Лорд хмурился, силясь понять поступок некогда дорогой ему волшебницы, найти логичное объяснение тому, почему же Амара не рассказала ему, что проклятие активировалось. Они вместе могли бы что-нибудь придумать. Он нашел бы решение. Перевернул бы мир верх дном, но смог бы переиграть судьбу, как сделал для самого себя, так сделал бы и дня нее.

А вот Тенеба прикусила свой длинный язык. Амара ушла от Волан-де-Морта сразу, как поняла, что убивающая метка рода активизировалась, начиная пожирать ее изнутри. Гнев древней магии, который навлек на семью Дасадити один из предков, просыпался у того представителя рода, который совершил непоправимый грех. Близкие подруги пытались разобраться с этим проклятьем годами, искали противоядие, отменное заклинание, артефакты, которые могли бы спасти Амараморту. Все без толку. Однако ведьмы редко задавались вопросом, что именно послужило тем самым переломным моментом.

И сейчас, сидя перед Темным Лордом, от которого у мисс Навелюкс были тайны, она, сама того не осознавая, произнесла вслух причину болезни своей дорогой Амараморты - отношения с Волан-де-Мортом. А точнее - продолжение его темного, ужасного рода. Если Тенеба все еще была в своем уме, то она все правильно посчитала. Момент, когда ее подруга забеременнела, стал отправной точкой, а после рождения Виросочки, проклятие, словно гневаясь еще больше, порабощало чистокровную волшебницу, наказывая ее за рождение темного дитя. Убивая за то, что принесла в мир точную копию того, кто пил магию залпом, присваивая себе все волшебство мира. Амара принесла на свет ребенка, который принадлежал колдуну, что посмел бросить вызов законам Жизни и Смерти.

Таким жутким образом древние силы наказывали не только Амараморту Дасадити, но и Виросочку, которая явилась на этот свет против их воли. Это проклятие отразилось и на Волан-де-Морте, который еще не знал, что могущественное (в миллионы раз могущественнее его самого) нечто придет и за ним. Потому что Темный Лорд, как и предок Дасадити когда-то, решил обмануть смерть, превращаясь в подобие бога на земле. “Такое ему с рук не спустят..” - перестав дышать, подумала Тенеба. - “Древняя магия придет и за ним.. Проклятие, если еще не успело появиться, то точно ляжет и на его кровь.” Несчастная Вироса-де-Кута. Девочка стала наследником двух отравленных темной магией родителей. Вот какое наследство ей оставили самые близкие люди.

-Вернемся к этому разговору позже, - пожилая дама чуть дрогнула от неожиданно громкого голоса Лорда. - Ты ведь пришла не для того, чтобы трепаться о забытых всеми делах. Люциус сказал, что у тебя есть нечто, способное изменять прошлое.

-Да, - ведьма кивнула, легким движением руки приказывая большому коробу открыться.

В воздух поднялся сложный механизм с тремя кольцами и большим плоским камнем посередине, на котором древними рунами были выгравированы малоизвестные символы. Мисс Навелюкс поведала Волан-де-Морту все, что знала об этом японском артефакте, делая акцент на том, что у восточных волшебников он работал не так, как они изначально задумывали. Темный Лорд слушал заинтересованно, цепким взглядом всматривался в выбитые на камне рисунки.

-Очень хорошо, - кивнул колдун, когда ведьма закончила свой рассказ. - Все же твоя воровская кровь может быть иногда полезна.

-Дарю тебе эту вещицу из своей коллекции, - с нажимом на последнее слово ответила дама. - Думаю, ты сможешь с ней разобраться и заставишь работать корректно.

-Возможно, - Волан-де-Морт взмахнул рукой, отправляя артефакт обратно в короб. - И так, Тенеба. Если я правильно помню, ты всегда была согласна с моими взглядами на эту жизнь. Спустя столько лет ты все еще придерживаешься правильных ценностей?

-Ты говоришь с чистокровной ведьмой из древнего рода, - с ноткой пафоса размеренно произнесла мисс Навелюкс. - Разумеется, я, как и в прошлом, считаю, что маги должны отстаивать свои позиции. Однако последние несколько лет я была не у дел..

-Ты никогда особо у дел то и не была, - фыркнул Темный Лорд, расслабленно откидываясь на спинку кресла и вытягивая ноги. - Тебя больше заботило то, что находится вне Британии.

-Последние, почти двадцать лет, я живу в Англии и не перестаю удивляться нашей политике, - недовольно дернув губой, произнесла пожилая ведьма. - Министерство запрещает черную магию, навязывает общение с маглами, заставляет волшебников уступать свои дома этим.. жалким простецам, только бы продолжать сдерживать волшебников, поддерживая этот идиотский Статут о Секретности!

-Но при всем твоем недовольстве, ты продолжала все двадцать лет сидеть в своем теплом доме, не предпринимая никаких действий, - съязвил Волан-де-Морт.

-На то были свои причины, - мисс Навелюкс нежно улыбнулась, чувствуя, как колдун аккуратно проверяет ее ментальные щиты, желая попасть к ведьме в голову, “Вот уж хренушки тебе, Том. Даже ты так легко не обойдешь мою защиту,” - про себя хмыкнула Тенеба.

-Хорошо, - согласно кивнул маг, раскрывая руки в стороны. - Должно быть, ты засиделась на одном месте, моя давняя знакомая. Не пора ли возвращаться в игру?

-У тебя есть план?

Тенебе не терпелось узнать, что на этот раз придумал умнейший и хитрейший из всех людей, которых она когда либо знала. По венам побежал азарт, как много лет назад. Словно она вновь находится где-то среди скал или лесов или в пустыне, рядом сидит Амара, проверяя запасы еды. По другую руку, насупился Педриус Диспара, тихо бубня что-то о трате времени. Где-то маячит Ноксиус Аманити, проверяя местность на ловушки, а в центре стоит Том Реддл, четко раздавая каждому из них указания, объясняя план действий.

Его задумки всегда были опасными, дикими и непредсказуемыми. И всегда заканчивались успехом. Даже, если нетерпеливый и нервный Диспара умудрялся испортить план “А”, у Волан-де-Морта в рукаве находился запасной план “Б”. Их импровизированная команда всегда выходила сухой из воды, мало того, приобретая новые знания, навыки, а порой и что-то материальное (некоторые вещички до сих пор хранились в маноре Навелюкс, как ее доля за старания).

Тело требовало движения. Даже кончики пальцев на ногах закололо от желания сорваться с места и действовать. Вытащить палочку из кобуры, распустить волосы и броситься навстречу опасностям, неизведанным местам и черной магии, которая манила своей загадочностью и своими жуткими тайнами. Тенеба сглотнула, садясь поудобнее.

Темный Лорд одобрительно хмыкнул, отмечая блеск в болотных глазах пожилой ведьмы. Тут он вспомнил и это. В его памяти вспыхнули яркие большие зеленые радужки, которые горели жаждой новых знаний в далеком прошлом. Тенеба бросалась в бой яростно, безжалостно используя любую, даже самую черную магию, применяя новые и новые проклятия, удивляя своими знаниями и навыками даже его. Похожий запал Лорд наблюдал в своей подчиненной - Беллатрисе Лестрейндж (так вот кого ему все время напоминала безбашенная ведьма - Тенебу Навелюкс!) Только вот Белла была по большей части просто безумной - бросалась на добычу как дикий зверь, разбрасываясь цветными лучами бездумно, не оценивая риски и не прикидывая возможные результаты.

Тенеба Навелюкс была другой. Была лучшей версией Лестрейндж. Жаль, что версия теперь стала старой, дряблой и тучной. Хотя, вряд ли, матерая черная колдунья растеряла свои навыки, даже огонь в глазах пылал с тем же остервенением, как и много лет назад. Тенеба была умной, любопытной и умелой чистокровной ведьмой, которая хорошо бы вписалась в его кампанию по очищению волшебного мира.

-Для начала мне нужно вернуть моих людей к работе, - хитро улыбнулся Волан-де-Морт. - Всех, кто незаслуженно гниет в Азкабане.

-Из тюрьмы им просто так не сбежать, - тут же отреагировала Тенеба, прикладывая ладошку к подбородку. - Много из твоих людей умеют пользоваться дымной аппарацией?

-Ты про полеты без метлы в виде тумана? Все.

-В таком случае, нужно лишь отвлечь дементоров, которые охраняют Азкабан и сломать пару стен, чтобы твои люди могли просто улететь.

-”Просто”? - передразнил Темный Лорд. - Допустим, дементоров я смогу задержать, но сломать стены тюрьмы не так-то “просто”. Они построены не из простого кирпича, а из азоиского камня. Ни одно заклинание не сможет навредить этому материалу. Магия просто отскакивает.

-Все потому что это безжизненный камень, а волшебство по природе своей несет крупицы живой энергии мага, - отмахнулась ведьма, заставляя Тома знакомо прищуриться, как он делал в молодости, если кто-то говорил то, чего он сам не знал. - Можно использовать кое-что другое, вместо примитивной магии.

-Я тебя внимательно слушаю, Тенеба.

***

Крестная вернулась домой когда за окном стояла непроглядная ночь. Вироса-де-Кута уже давно поужинала, собрала оставшиеся вещи в школу, нашла в библиотеке очередную необходимую ей книгу (в этот раз про поиск человека), залезла с ногами в кресло в своей комнате, кусала губы, пытаясь вычитать хоть что-нибудь полезное среди предложенных вариантов:

“Отслеживающее заклинание через черное зеркало и слюну”......стр 13

“Кровавая магия поиска прокаженного”.........стр 18

“Проклятие притяжения при помощи полного имени человека”.........стр 25

“Зачарование клубка для поиска человека с его волосом”........стр 49

Толку от всего этого было ровно ноль. Вироса-де-Кута не имела ни слюны папы, ни крови, ни волос, даже имени его не знала. Девушка звонко захлопнула книгу, в сердцах откидывая ее на край стола. В этот же момент из парадного холла раздался хлопок трансгрессии, затем еще один на втором этаже и финальный в другом конце коридора - мисс Навелюкс, наконец-то, вернулась домой, сразу отправляясь в свою спальню.

-Где она пропадала сегодня весь день? - девушка прислушалась к тишине дома, напряженно размышляя.

Крестная сразу после гибели мамы начала вести себя до жути странно и не свойственно ей. Тенеба все свое время, сколько себя помнила Вироса, проводила дома в гордом одиночестве, даже за покупками отправляя домовых эльфов. А теперь ее словно подменили - появились секреты, о которых пожилая дама не рассказывает, постоянно уходя от прямых ответов. Она вечно где-то пропадает. С кем старая колдунья, которую все местные аристократы даже забыли как звать, могла встречаться?

В голове всплыл тот вечер, когда Вироса-де-Кута подслушала странный разговор двух дам. Они обсуждали непонятные вещи, называли незнакомые имена, упоминали какого-то таинственного “его”, ради которого мама прибыла в Англию. Ради кого, она могла бы бросить все и сорваться в другую страну?

Пугающая своей правдивостью и реальностью, самая вероятная догадка вспыхнула в голове. Мама могла бы рискнуть всем и отправиться в другой конец мира, ради очень маленькой горстки людей. Во-первых, это ее любимая дочь, которую она потащила с собой в путешествие. Во-вторых, риск оправдался бы, если на кону стояла жизнь дорогой подруги, но мама обратилась к ней за помощью, оставляя на плечах Тенебы свою Виросочку.

И последний человек, который занимал львиную долю маминого сердца - отец Виросы.

Девушка широко распахнула глаза, чуть размыкая губы, с которых сорвался тихий блеющий звук. Истинная причина того, что мамочка была так взволнована, бросая дом, ринулась в Англию, заключается в папе. То странное письмо, с которого все началось, неужели оно было от отца? “Нет, не похоже,”- Вироса качнула головой, быстро размышляя. - “Она не знала, где он, иначе мы бы сразу отправились к нему, это точно.. Тогда кто? Кто подсказал маме, где находится отец?”. Юная волшебница вскочила на ноги, начиная маршировать из стороны в сторону, силясь дословно вспомнить тот летний разговор двух взрослых дам. “Да плевать, кто отправил то письмо! Мой папа где-то в Англии!”

Вироса с размаху налетела на ножку кровати, звучно ударяясь об угол. С шипением девушка обхватила коленку, призывая палочку со стола. Юная волшебница аккуратно взмахнула древком, заставляя боль отступить, и кожа тут же вернула естественный оттенок вместо легкого покраснения.

-Молодая хозяйка поранилась? - в комнате появилась Докс, смотря на девушку своими огромными шарообразными глазами. - Хозяйка Тенеба приказала мне заботиться о молодой хозяйке Виросе! Простите меня, молодая хозяйка, что я не уследила за вами!

Эльфийка схватила себя за уши, начиная тянуть их в разные стороны, причиняя себе заметную физическую боль. Вироса-де-Кута лишь отрицательно мотнула головой, распрямляясь и складывая руки у живота.

-Скажи мне, ты знаешь, где сегодня была Тенеба? - девушка сдерживая эмоции, послала домовухе твердый взгляд.

-Хозяйка не говорила Докс, куда она отправлялась, - заблеяла эльфийка, сильнее оттягивая свои длинные уши тощими пальцами. - Не наказывайте Докс, она ничего не знает. Докс только выполняет поручения хозяйки.

-Тенеба приказывала тебе сделать что-нибудь, что было не связано с домашними делами? - надежда выведать хоть что-нибудь у дрожащего существа, таяла прямо на глазах.

Домовуха пуще прежнего округлила свои глазища, в панике силясь вспомнить последние поручения своей госпожи. Ее губы мелко задрожали, страх быть наказанной брал над Докс вверх, как вдруг эльфийка замерла, потупив взгляд. Идея мелькнула в ее глазах, которую домовуха поспешила озвучить:

-Хозяйка сегодня приказала Докс доставить какой-то ящик в дом Малфоев.

-К Малфоям? - Вироса-де-Кута удивленно приподняла брови, последнее время она слишком часто слышит эту фамилию. - Что было в ящике?

-Докс не знает! Простите, молодая хозяйка! Докс правда не знает! - залепетала домовуха, сжимая голову в плечи.

-Можешь быть свободна, - юная леди махнула рукой, приказывая Докс исчезнуть из ее комнаты. - Значит Малфои..

Что понадобилось мисс Навелюкс от богатейшей чистокровной семьи Великобритании? Что было в ящике, который доставляла Докс? И почему Тенеба на самом деле хочет, чтобы Вироса сблизилась с Драко Малфоем, который был на два года младше девушки? Теперь становилось ясно, что дело тут было не только в хороших связях с другими волшебными родами. Старая ведьма что-то замышляет, разворачивает какую-то игру, в которой Вироса-де-Кута (с какой-то стати) становилась одной из фигур.

Извилины, похоже, запутались еще сильнее, доставляя девушке головную боль от количества вопросов. Кажется, что она пусть и немного, но приблизилась к каким-то, ответам, вопросы на которые еще даже не успела правильно сформулировать. Но одновременно с этим открыла очередную горсть загадочных сложностей, с которыми никто не собирался ей помогать.

“Глупые взрослые!” - сжимая кулаки, мысленно зарычала Вироса. - “Так сложно, что ли, объяснить все нормально? Сначала мама с ее болезнью, которая, как оказалось, никакая не болезнь, а проклятье. Потом отец в тиаре, который на самом деле не совсем папа, а лишь часть его души, превращенная в Крестраж, со своими “догадайся сама, если так интересно”,” - по-детски кривя лицо пародировала девушка. - “Теперь еще и крестная с какими-то тайными вылазками к этим Малфоям, которая начала вести себя, словно она совсем другой человек.. Зачем нагонять столько тумана? Почему нельзя просто все рассказать как есть? В чем была проблема у матери сказать мне, что едем в Англию, чтобы найти папу? Разве у отца убыло бы, объясни он мне сам, что это за диадема? Неужели, я испорчу какой-то там план Тенебы, если она признается в том, что замышляет?”

Злость бурлила, взрываясь гнойниками внутри тела, обдавая органы непривычным гневом. “Я уже взрослая! Я уже совершеннолетняя! Я столько трудилась и работала, чтобы быть достойной своей фамилии, чтобы быть похожей на своего гениального отца! И что в итоге?! Даже после всего, после стольких лет, никто не собирается считаться со мной?!”

Магия, которая текла по чистокровным жилам, бесконтрольно начала отвечать на непривычную ярость хозяйки. Сила пульсировала, сдвигая мебель с места. Кровать со скрипом отъехала прочь от пыхтящей ведьмы, книги и листы на столе сорвались, отлетая в сторону, со шлепком ударяясь об закрытое окно. Мягкое кресло поелозило ножками по деревянному полу, торопилось отъехать в дальний угол. Даже дверцы шкафа плотнее вжались, скрипя петлями от натуги.

-Можете и дальше ничего мне не говорить! Я сама все выясню, и тогда посмотрим, что вы все скажете той, кого зря считаете маленькой, не способной понять взрослые проблемы, девочкой!

Вироса-де-Кута этого не поняла, но ее язык извивался, а губы неестественно гнулись под свирепым шипением змеиного языка. Парселтанг пугающим свистом разлетелся по комнате, жутким, ядовитым эхом отражаясь от стен спальни молодой разгневанной ведьмы.

Глава 19 им сейчас не до меня

Новый учебный семестр начался также, как и закончился прошлый. Учебой. Все было до того уже обыденно и скучно, что Вироса-де-Кута начала развлекать себя тем, что принялась внимательнее изучать студентов Слизерин. А что оставалось делать?

Все, что было возможно выяснить о заклятии Крестраж - она узнала, толку от этого было мало - отец из диадемы не знает, где сейчас находится его основное тело. За то та дама, которая, оказывается, в курсе дел, не сделала ни одного намека. Крестная за спиной Виросы проворачивает что-то, что тесно связано с отцом девушки - это было ясно, как чистое небо. Злило то, что мисс Навелюкс не соизволила рассказать крестнице правду о своих делах. Единственная оговорка, которую получила юная волшебница от дамы - это то, что стоит подобраться ближе к Драко Малфою.

Вироса-де-Кута именно этим и озадачилась, стоило вернуться в Хогвартс. Однако здесь одна проблема (то, что сложно было найти повод подойти к младшему студенту) столкнулась с другой (мистер Малфой-младший, словно влюбленная школьница, гонялся за Гарри Поттером, изо всех своих юношеских сил пытаясь тому насолить).

Как смогла понять девушка, конфликт между Малфоем и Поттером начался еще на первом курсе, и тянется сквозь все эти года, обрастая все большим презрением и даже какой-то ненавистью друг к другу. Сейчас же это было особенно ярко видно. Поттер стал руководителем этой детской шайки, которая где-то в Хогвартсе умудряется заниматься практикой магии, а Малфой, вступивший в Инспекционную Дружину, бегал по этажам, как ужаленный, все свое свободное время, пытаясь поймать кто-то из Золотого Трио (так, как случайно узнала Вироса, прозвали неразлучную компанию трех гриффиндорцев - Поттер - “который всех уже достал”, Грейнджер - “заносчивая заучка” и Уизли - “наглый обжора”).

За своими исследованиями чужой породы, девушка поняла, что не только Малфой-младший имеет нездоровую одержимость Золотым Трио, но и гриффиндорцы отвечают ему тем же. Во время своих игр в прятки, Поттер умудрился несколько раз насолить Драко и его близким дружкам-подпевалам. То направит наивного аристократа на неверный путь, то отправит его приближенных ребят в полет через какие-то исчезающие шкафы, то использует скользящее заклинание, чтобы бегущий за нарушителями по коридору Малфой обязательно поскользнулся и растянулся на полу.

Вироса-де-Кута в какой-то момент даже перестала себя сдерживать, закатывала глаза и цокала языком на детские глупости, которые устраивали эти двое, чтобы поиздеваться и унизить друг друга. Баллы слетали, кстати говоря, с обоих факультетов. С Гриффиндор широким взмахом руки улетали очки из-за Инспекторской Дружины, а со Слизерин из-за профессоров, которым надоело слушать жалобы юных волшебников и пустые обвинения, из-за которых все чаще начали срываться занятия.

В лучшей школе Чародейства и Волшебства творился самый настоящий бардак. Единственный участник, кто получал реальное удовольствие от происходящего - профессор Долорес Амбридж. Розовая дама приложила руку уже почти ко всем отраслям образовательной жизни. Главный Инспектор в свое свободное время, которого, на удивление, у нее было выше крыши, посещала все уроки всех курсов. Проверяла знания (внимание!) не студентов, а профессоров! Она напоказ унижала педагогов личными, никак не относящимися к обучению, вопросами, заставляя их отвечать на глазах у шокированных учеников.

Однажды в таком представлении поучаствовал и седьмой курс. Действия развернулись на уроке “Истории Магии”, когда профессор Бинс, местное привидение, читал очередную нудную лекцию, своим тихим, безэмоциональным голосом. Профессор Амбридж с радостной улыбкой влетела в кабинет (благо война львов со змеями в тот момент еще не успела принять свои обычные формы, как у них обычно бывало; похоже студенты все еще отходили от расслабленных рождественских каникул). Розовая дама принялась допрашивать призрака, устраивая настоящий град из вопросов, которые, по-сути, заключались в том, чтобы понять отношение профессора Бинса к действующему Министерству. Привидение даже не сразу сообразил, что происходит, не успев ответить ни на один из заданных вопросов, когда Долорес Амбридж довольно кивнула, расплываясь еще в большей гаденькой улыбке (от чего ее сходство с жабой стало в разы сильнее), что-то черкнула в своем блокноте, развернулась на каблуках, и так же быстро вышла из кабинета.

В начале января, сразу после возвращения в школу, среди студентов поползли интересные слухи. Во-первых, говорили о том, что Вироса-де-Кута уже и так знала - о нападении на сотрудника Министерства - мистера Уизли. Но вот вторая часть сплетен показалась девушке кое-чем действительно занятным. Говорили о том, что Поттер как-то предвидел это нападение, и лишь благодаря его предупреждению многодетный отец смог остаться в живых. “И почему все люди, с которыми у меня есть хоть какие-то дела, каким-либо образом связаны с этим мальчиком-который-выжил?” - нахмурилась Вироса, рассматривая стол красно-золотых во время обеда.

Для начала Малфой, который был нужен юной ведьме для того, чтобы выяснить какие связи могут быть у крестной с чистокровным английским родом, словно с катушек слетел, повсюду преследуя однокурсника. А теперь выяснилось, что Поттер знал про отца Фреда. И тут и там какая-то странная картина получается. Так как повода пообщаться с Драко Вироса-де-Кута, пока не нашла, выбор пал на второй фрагмент истории загадочного Поттера - что случилось с мистером Уизли.

Подойти к вопросу юная мисс Дасадити планировала сразу с двух фронтов. С одной стороны можно было выяснить все от очевидца - Фреда, наверняка молодой человек знает подробности того, что случилось с его папой и того, как Гарри это все предвидел. Другой жертвой Вироса выбрала мисс Грейнджер. Кудряшка повсюду хвостиком преследовала своего лучшего друга, да и тайн Золотая Троица хранила, кажется, даже больше, чем вся школа целиком.

Именно так девушка и начала действовать. С Гермионой Вироса встречалась, как и раньше, в библиотеке, но на этот раз эти встречи не были случайными. Молодая леди выяснила расписание пятого курса, подстраиваясь под дела старосты девочек, чтобы каждый день, как бы невзначай, сталкиваться с ней в читальном зале. С Кудряшкой приходилось играть вдолгую. Сначала нужно было заверить, что Виросе, на самом то деле, ничего от нее не нужно, чистосердечное желание подружиться. Медленно. Нет, ОЧЕНЬ МЕДЛЕННО Дасадити узнавала подробности жизни Золотого Трио.

Приходилось много кивать, улыбаться, пару раз даже сыграть натуральный смех, выслушивая всякие глупости про их детство, приключения прошлых лет и про “забавные” ситуации, которые постоянно случаются из-за Рональда Уизли. “Очень полезно” было также услышать о том, что Гарри - лучший игрок в квиддич, и ему сейчас так нелегко справляться с бездельем, потому что запрет от профессора Амбридж распространялся не только на участие в соревнованиях, но и на банальные тренировки. Так же приходилось постоянно переводить тему, чтобы разговоры двух девочек не превращались в допросы от Виросы.

Помимо этого ходить по замку, особенно около или в Большом Зале, становилось все сложнее. Теперь улыбаться и здороваться нужно было не только в библиотеке, но и каждый раз, когда слизеринка встречала свою “новую подругу” и двух ее друзей. На такие теплые взаимодействия начали обращать ненужное Виросе внимание. Первой высказала свое мнение Паффина:

-Когда это ты успела так сдружиться с гриффами? - девушка выгнула бровь, провожая Золотое Трио подозрительным взглядом.

-Не верь всему, что видишь, Паффи, - улыбнулась Вироса-де-Кута. - И я бы тебя попросила мне не мешать. Я доверяю тебе, однако пока ничего не решено, поэтому не хочу сглазить результат своих стараний. Я трачу много часов в день на то, чтобы сблизиться с этими ребятами.

-Вот оно как..

Леди Винтербир слегка нахмурилась, но больше расспрашивать не стала. Все таки мисс Дасадити возымела на нее особое влияние. Паффина дорожила своей единственной подругой, которая была, между прочим, в курсе главной проблемы рода Винтербир, и мало того, принимала активное участие в ее решении. Вироса, кроме того, что помогала Паффиану с поиском нужного заклинания для разрушения артефакта, через который Министерство контролировала шотландскую семью, в прошлом семестре, подарила друзьям на рождество ценную литературу, которая (как рассказали сестра и брат) дала неплохую подсказку, как можно было бы разорвать узы с правительством.

Также Паффина глубоко уважала Виросу за ее ум и годами отточенные способности ко всем видам магии. Особенно леди Винтербир была благодарна за помощь в анимагии, которой, к слову, теперь часто пользовалась даже в школе, чтобы отдохнуть за пределами стен, ловя широкими крыльями холодный воздух. О том, что Паффи теперь могла превращаться в беркута, знало всего двое - ее брат-двойняшка Паффиан и сама Вироса-де-Кута. Этот секрет также служил хорошим подспорьем для того, чтобы мисс Винтербир не посмела сунуть свой носик в личные дела своей подруги, в то же время готовая придти по первому зову мисс Дасадити.

Паффиан, который тоже заметил странно близкие отношения Виросы с Золотым Трио, не стал ничего комментировать, по своему обычаю предпочитая самостоятельно (и самое приятное - молча) обо всем догадаться. Конечно, юная ведьмочка была уверена в том, что Паффина провела некую беседу с братом, и они оба приняли решение не вмешиваться в дела подруги, пока та сама не попросит о помощи.

К сожалению, Пьюси подобными качествами не страдал, поэтому стоило ему заметить улыбку Виросы отправленную кому-то из гриффиндорцев, он незамедлительно вставлял свои два цента. Эдриан не был дураком, и прекрасно понимал, что Вироса-де-Кута затеяла дружбу не просто так, поэтому лишь улыбнулся, когда подруга завела с ним разговор-просьбу не отвешивать комментарии каждый раз, когда она здоровается с Золотым Трио.

-Ты думаешь, я не догадался, что ты все это ради чего-то делаешь? - хмыкнул Пьюси, отправляя Виросе мягкий взгляд, мол, “и кто здесь дурак?”. - Ты же с этого что-то поимеешь, правильно же? Не может быть, чтобы чистокровная ведьма водилась с грязнокровкой про доброте душевной.

-Мисс Грейнджер маглорожденная? -у Виросы даже глаза слегка округлились от удивления.

Провести столько времени вместе с этой девушкой и не узнать о ней самого основного! Вироса-де-Кута поборола желание ударить себя по лбу ладонью, чуть сильнее обычного сжимая челюсти. На утвердительный кивок Пьюси, юная леди лишь прикрыла глаза, медленно выдыхая. “Что ж.. Это объясняет, почему я никак не могла вспомнить ее фамилию. Потому что в ней нет и капли волшебной крови!” - все же мысленную оплеуху Вироса себе отвесила. - “Спокойно. Все это сейчас не так важно. Если грязнокровка будет полезна, то, потраченное на нее время, хотя бы оправдает мои старания. А если нет.. Я придумаю ей наказание. Не посмеет маглорожденная водить за нос чистокровную ведьму из древнего волшебного рода!” - мисс Дасадити быстро взяла себя в руки, чуть пожимая плечами, демонстрируя Эду, что для нее цель оправдывает средства.

-В таком случае, я продолжу отвешивать комментарии, каждый раз, когда буду замечать вас вместе, - как ни в чем не бывало произнес Пьюси.

-И зачем? - Вироса дернула бровью, не улавливая ход мыслей друга. - Я же сказала, что не буду портить с ними отношения. Мне они нужны.

-Поэтому я и говорю, что буду их подкалывать при удобном случае, - с той же интонацией произнес Эдриан, однако заметив смятение на лице девушки, поспешил продолжить. - Ты же у нас самая умная, Виросочка, думал, сама догадаешься, что я так пытаюсь тебе помочь. Совмещаю приятное с полезным, так сказать. Буду их задевать, а ты вставай на защиту, можешь меня поругать даже. Пусть думают, что ты всецело на этих стороне, - Пьюси скривил губы в змеиной усмешке, прищуриваясь. - Но мы то знаем, что наша дружба настоящая, в отличии от твоей с гриффами!

Вироса-де-Кута лишь пораженно хлопнула ресницами, удивленная такой жертвой друга. Хотя, жертвой это назвать было сложно. Эдриан действительно отрывался по полной. Вошел в кураж. Стоило Золотому Трио попасться ему на глаза в ход шли самые изощренные словечки, на многие из которых, даже у бойкого Рональда Уизли краснели уши. А в моменты, когда мисс Дасадити с важным видом, чуть поджав губы, останавливала слизеринца, делая ему замечания, смущаться начинал даже звездный Гарри Поттер.

Задумка Пьюси срабатывала блестяще. Кудряшка, как впрочем и ее оба друга, были приятно удивлены такой самоотдаче со стороны Виросы, и из-за этого отношения становились все теплее, и юная ведьма подкрадывалась к Золотому Трио все ближе, не вызывая никаких подозрений. Единственным абсолютно недовольным происходящим оставался лишь Кассиус Уоррингтон.

Юноша наотрез отказывался понимать, что дружба со львами всего лишь фарс ради личного дела Виросы. Кассиус тут же хмурил брови, складывал руки на груди, всем своим видом давая понять, что ему не нравится тайный замысел подруги. Но хуже всего бывало в те моменты, когда Уорренгтон замечал Фреда Уизли на горизонте. Кассиус буквально взрывался изнутри, превращаясь в извергающийся вулкан, изо рта которого, не переставая, лилась желчь в адрес красно-золотого.

Всем на седьмом курсе было понятно, что между их новенькой и Фредом что-то происходит. Вироса-де-Кута ни разу не направляла на него палочку во время столкновений на уроках Истории Магии, а Фред часто затыкал ненасытную Анджелину Джонсон, всецело вставая на сторону слизеринки. Видимо, это так сильно бесило Кассиуса, что с момента прибытия в школу на второй семестр он начал появляться рядом с Виросой каждый раз, когда та пыталась завязать разговор с Фредом. Уоррингтон, словно ястреб, кружил вокруг девушки, бросаясь на гриффиндорца, пытаясь отогнать его прочь (даже если леди Дасадити была инициатором разговора).

Юная волшебница сдерживалась сколько могла, однако Кассиус начал сильно раздражать и мешать ее планам - выяснить, что именно произошло с мистером Уизли, и какую роль во всем этом сыграл Гарри Поттер. Поэтому в один из дней она решила устроить личную встречу с Фредом у Запретного Леса, как они делали до рождественских каникул.

-Как себя чувствует твой отец? Он в порядке? - сходу начала Вироса-де-Кута, стоило юноше приблизиться.

-Не знал, что тебе это так интересно, - Фред хмыкнул, пытаясь держаться невозмутимым, однако огонек волнения в карих глазах тут же выдал его истинные чувства.

Юная леди отвела взгляд, складывая руки на груди. Признаваясь самой себе, девушка знала, что ей действительно хотелось бы, чтобы с отцом Фреда все было хорошо, чтобы он поправился и вернулся к своей обычной жизни. И эти мысли были вовсе не из-за доброты душевной. Вироса-де-Кута даже не знала мистера Уизли, никогда с ним не встречалась и таковым желанием не горела. Вот только само слово “отец” для нее было чем-то слишком личным, словно парализующее заклинание, которое заставляло на мгновение задерживать дыхание, и перед глазами тут же возникал образ собственного папы, затмевая все остальное.

Было глупо проецировать то, что происходило с чужими людьми на себя, однако она ничего не могла с этим поделать. Сложно справиться с собственными чувствами и глупыми идеями: хотелось, чтобы хоть кто-то, хотя бы один человек в этом мире, так же спросил у нее - как поживает твой папа? И больше всего хотелось иметь правдивый ответ на этот вопрос. Как у всех. Как у Фреда, который пусть и перепугался за отца, но точно знал, как тот себя чувствует, как у него дела, и чем тот занят. Вироса же такой роскоши была лишена.

-С ним все хорошо, - произнес юноша, вырывая девушку из ее мыслей. - Волноваться больше не о чем, его хорошо подлатали в больнице, а уж дома мама о нем точно позаботится.

Еще одно сложное слово. Теперь и “мама” вызывало схожие чувства. Вироса-де-Кута зажмурилась, с силой отталкивая от себя наваждение. Вымышленные образы родителей, как бы они смотрелись вместе, как бы улыбались ей или обнимали дочку, хваля за успехи и старания.

-Я слышала, что мистер Поттер помог мистеру Уизли, - девушка повернулась, возвращая лицу приемлемое выражение сочувствия и удивления.

-Да уж, в Хогвартсе новости расходятся быстро, - хмыкнул Фред, потирая пальцами лоб, словно размышляя, говорить или нет. - Но это так. Гарри предупредил о том, что на папу напали..

-Откуда он мог это знать? - перебив, Вироса сыграла чистейшее удивление.

-Ему, вроде как, приснилось.. - юноша замешкал, поджимая губы. - Если честно, я к нему с расспросами не лез, некогда было. Но я ему благодарен за спасение отца.

-Тебе совсем не было интересно, как этот мальчик смог узнать про нападение?

-Да.. как-то.. - Фред совсем растерялся, потоптался на месте, смущенно прикусил губу. - Знаешь, у Гарри много своих.. проблем. Я рад, что он узнал обо всем и рассказал. И очень ему за это благодарен. А то, как именно он это сделал, мне, если честно не так уж и интересно..

Юноша еще потоптался на месте, словно нашкодивший ребенок, который не может ответить за свой проступок. Вироса же шумно выдохнула, еле скрывая свое разочарование. Так и придется продолжать играть в близких друзей с Кудряшкой, пока та не расскажет о Поттере больше.

-Мы с Джорджем были другим заняты, - вдруг произнес Фред. - То есть, когда мы убедились, что с отцом все хорошо, мы продолжили заниматься своими делами..

-Что может быть важнее папы? - неожиданно для себя выдала Вироса-де-Кута, нахмурившись.

Сейчас она знает так мало о своем собственном отце, лишь, то, что часть его души заключена в тиару. Однако что-то должно было сподвигнуть его применить к себе такое жуткое заклинание, защищаясь от смерти. Неужели он боялся кого-то или чего-то, поэтому защитил себя таким извращенным способом? Вироса-де-Кута чувствовала как легкая волна паники, будто морской бриз, накатывает на нее, обволакивая переживаниями за родного человека. Нужно было как можно скорее во всем разобраться, раскрыть тайны этой страны, найти папочку, чтобы убедиться, что сейчас то с ним уже все в полном порядке.

-Мы открыли свой магазин с братом, - с мягкой улыбкой произнес Фред. - Мы много для этого работали и очень старались. Поэтому теперь я могу с гордостью сказать, что все получилось!

-Магазин? - девушка все еще витала в своих мыслях, поэтому слова юноши не сразу приобретали смысл.

-Да! Назвали «Всевозможные волшебные вредилки», - гриффиндорец с гордостью дернул носом. - Там здорово! Приходи, тебе понравится. Там есть все, что только захочешь! И любовные зелья, и дымовые камни, блювотные конфетки, башмаки-прилипалы, вонючие хлопушки и еще целая куча всего! Ты же тоже любишь разные волшебные штучки!? Хочешь что-нибудь?

Глаза цвета горячего чая горели рвением и любовью к своему делу. Фред даже чуть подался вперед, раскрывая руки. Еще немного и Виросе станет жарко от бешеного заряда энергии, что исходила от воодушевленного парня. В груди заворачивался странный коктейль из противоречивых эмоций. С одной стороны, девушка смотрела на Фреда и видела красивого и доброго парня, такого, с которым никогда не будет скучно, того, кто находит чем развлечь себя и других даже во время грусти и паники за близких.

Но к этой подростковой влюбленности добавилось что-то еще. Холодное, колкое взрослое чувство, которое девушка описывала фразой “есть дела и поважнее”. Этот ежик под ребрами был злым и бойким, защищавший остатки здравого смысла, перетаскивая на своих иголочках напоминания: у тебя полно своих забот; крестная тебе не рассказывает, что она знает про отца; в этом Хогвартсе твориться что-то странное; мама умерла не от проклятия, откуда у нее рваная рана; Малфои как-то связаны с отцом; почему Драко так глупо гоняется за Гарри; что скрывает популярный Поттер.

Все эти вопросы были куда важнее и первоочереднее романтичных отношений для мисс Дасадити. Девушка закрыла глаза, чтобы рыжеволосый юноша перестал так ослеплять своим жизнерадостным настроем и спокойно произнесла:

-Нет, спасибо. Если у тебя нет ничего полезного, то мне не особо интересны безделушки для детских забав.

-Безделушки? - Фреда слегка задело такое обесценивание его непомерных трудов.

Они с братом не просто потратили деньги Гарри, которые он им отдал после победы на Турнире Трех Волшебников. Они вложили в это дело душу, большую часть из своих товаров подготавливая собственными руками. Чистокровной аристократке, которая ни дня ни о чем не беспокоилась и ни над чем так не старалась - не понять, сколько братья работали для того, чтобы иметь возможность гордо сказать - Мы сделали это сами, без чьей либо помощи! А приз, что вручил им Гарри, близнецы не считали подарком, всю сумму они вернут, между собой договорившись, что любой товар для Гарри в их лавке будет бесплатным.

-Я бы не назвал это детскими забавами, - Фред чуть нахмурился, наблюдая за реакцией Виросы.

Девушка смотрела куда-то вдаль своими темными глазами, словно не слыша его, утопая в собственных мыслях. Прекрасная и безмолвная на краю Запретного Леса, юная леди замерла, еле дыша, пока вечерний свет заката плавно стекал по ее лицу, в очередной раз превращая хрупкую фигурку во что-то неземное. Фред, честное слово, хотел немного обидеться или даже чуть разозлиться на ее замечание, но любые слова вылетели из головы, стоило ему внимательнее всмотреться в точеное лицо перед собой.

“Наверное, в мире не существует ничего красивее,” - мелькнуло в его голове, стоило Виросе слегка наклонить голову, устало прикрывая глаза. Все, чем были похожи юноша и девушка, заключалось в чистоте их крови, которая не имела для Фреда никакого значения. Все остальное - отношение к учебе, воспитание, поведение, характер - все это не было диаметрально противоположным, было, просто.. разным. И разным настолько, что их странно было видеть рядом, общающихся. И от чего-то осознание таких банальных вещей мерзко крякнуло в рыжей голове. А еще послышался шепоток, тихий, в котором сложно разобрать слова, лишь общий смысл, что Вироса-де-Кута считает точно также, что Фред не подходит ей, они, как цвета, которые не сочетаются друг с другом.

Фред позже осознал, что его глупое желание исправить эту ситуацию, сгладить их различия, заставило произнести следующее (ведь иначе, скорее всего, после этого разговора другого бы не случилось, и их, какая-никакая, но совместная история, закончилась бы прямо там, на кромке Запретного Леса):

-А что для тебя не безделушка? Что тебе было бы интересно?

-Не знаю.. - пребывая все еще в неком задумчивом состоянии, медленно произнесла Вироса-де-Кута. - Есть у тебя в продаже что-то, что способно найти человека, если я не знаю как его зовут, у меня нет его крови и волос, нет его личных вещей?..

-Ээ.. - юноша слегка помедлил, в голове было пусто и тихо.

-Забудь.

Леди Дасадити очнулась, быстро хлопая ресницами. Она отмерла, приводя все окружение в движение. С лица пропала отчужденная маска, и с глаз слетела задумчивая пелена. Девушка нежно улыбнулась, делая вид, что просто пошутила, спеша вернуться в школу, махнула на прощание ладошкой. Это было добрым знаком для Фреда, ведь в этот момент он заметил легкое колечко на пальчике Виросы. Изящное украшение, в котором не хватало главного элемента - драгоценного камня.

***

-Как это вообще могло случиться?

-Не могу в это поверить!

-Где была стража?

-Да какая стража! Меня интересует, где прохлаждались дементоры?

-Разве возможно так просто сломать эти стены?

-Вот и я не понимаю, они же зачарованные!

-Не зачарованные, а там использован специальный камень, на который не действует магия!

-Да какая разница! Этот камень все равно кто-то смог сломать!

В Большом Зале была настоящая паника. Шум стоял такой, что слышно, должно быть, было по всему замку. Студенты переговаривались, крича и споря друг с другом, тыкали пальцами в заголовки газет. Некоторые ученики придирчиво рассматривали колдографию на первой странице “Ежедневного пророка”, строя глупые версии того, что колдо не настоящее. Другие же цокали и закатывали глаза, с пеной у рта доказывая, что первая газета Англии не может лгать о таких вещах.

В главной тюрьме для самых опасных преступников Азкабан случился массовый побег. Была проломлена одна из стен, и заключенные смогли выбраться наружу, помимо этого погибли несколько мракоборцев, которые должны были следить за порядком в тюрьме. В основном на свободе оказались худшие из худших - приспешники самого темного и ужасного волшебника Великобритании, чье имя нельзя было произносить в слух. Эти люди именовали себя Пожирателями Смерти.

Вироса-де-Кута заметила еще одно интересное отличие Слизерин от остальных факультетов. За змеиным столом студенты тоже активно переговаривались, ахали и охали, но, словно, спокойнее, в каких-то моментах даже немного наигранно, лишь для того, чтобы не выделяться из общей массы. Особенно фальшь была заметна у более старших курсов. Как после узнала Вироса, многие из зелено-серебряного факультета так или иначе были связаны с теми, кто совершил побег.

Среди Пожирателей Смерти оказались лишь чистокровные представители древних фамилий. И, как свойственно аристократам, многие были связаны друг с другом делами, бизнесами, кровными узами, договорами, обязательствами и тайнами. Чем старше становился аристократ, тем ближе его подпускали ко взрослым играм. Поэтому не удивительно, что начиная с курса пятого подростки силились удержать на лицах маски, скрывая за ними те секреты рода, до которых уже были допущены.

И, разумеется, во всей этой суматохе мисс Дасадити пристально следила за Драко Малфоем и его серыми холодными глазами, которые, словно два острых лезвия, разрезали газетную бумагу, выцепляя имена тех, кто сбежал из Азкабана. На его лице не отразилось страха или паники, лишь нижняя челюсть сильнее напряглась, вдавливая зубы друг в дружку (находись Вироса ближе, услышала бы, как стираются кромки эмали).

“Он точно что-то знает!” - думала молодая ведьма, наблюдая за юношей. Точнее было сказать, что он не знает, а догадывается, потому что в ледяных радужках читалось такое же удивление, как и у всех обычных людей, когда они сталкиваются с чем-то новым, пытаясь не подавать при этом вида.

Бурное обсуждение, пугающих многих, событий двигалось по замку, словно горная река. То поднимаясь, то опускаясь по этажам, заливая все кабинеты, аудитории и холлы. Даже живые портреты участвовали в разговоре, но они, по большей части, лишь причитали и ужасались, хотя находились и те, кто вспоминал преступников добрыми словами (говоря об их детстве, когда Пожиратели еще были самыми обычными студентами Хогвартса). Этот момент, кстати, привлек внимание и Виросы. Девушка много раз останавливалась в коридорах, чтобы послушать перепалки картин. Как оказалось, все из бывших заключенных были талантливыми, чистокровными и очень способными студентами этой самой школы. Ведьмы и колдуны, которых сейчас боятся не только дети, но и взрослые, в молодости тоже отличались от остальных - принципами и стремлениями. Их всех объединяли близкие и к леди Дасадити понятия - чистота крови, превосходство волшебников над маглами, важность детального изучения магии, несогласие со Статутом о Секретности, который запрещал магам колдовать без ограничений.

Вскоре по школе поползли новые интересные шепотки. То тут, то там Вироса-де-Кута улавливала одни и те же фамилии, и чаще всего звучал род Малфоев. Драко во время учебного дня она видела мало, на обед и ужин он уже не явился, предпочитая отсиживаться в общей комнате Слизерина. Молодой человек пытался избежать разговоров о своем отце - Люциусе Малфое, который был одним из Пожирателей Смерти в прошлом, однако после суда его оправдали и отпустили на свободу.

Спустя несколько дней волнение немного отпустило студентов и про сбежавших узников Азкабана перестали трепаться на каждом углу. Это послабление дало Виросе возможность приблизиться к Драко, не вызывая лишних подозрений. К тому же, ей не хотелось крутиться рядом с мистером Малфоем, когда тема с Пожирателями и его отцом была слишком актуальна. К юноше и так постоянно были прикованы почти все взгляды, даже зелено-серебряные кивали в сторону молодого человека, начиная тихо обсуждать положение дел.

Вироса-де-Кута все таки смогла уловить нужный момент (то ли судьба, то ли знак свыше). В один из вечеров она как раз собиралась отправиться на свежий воздух, побродить у кромки Запретного Леса в своей анимагической форме, чтобы обдумать дальнейшие шаги. В тот же момент из замка проветрить голову вышел и юный мистер Малфой.

***

Драко держался достойно все эти тяжелые для него дни. Так, как всю жизнь учил его отец. Бесстрастная маска, спокойный взгляд, прямая спина, ровное дыхание. Ни одной мышцей он не выдавал внутреннее напряжение, страх, который ежечасно колол его сердце.

Для Драко все началось еще в июне, в тот самый момент, когда Поттер выиграл кубок на Турнире Трех Волшебников. Когда шрамоголовый аппарировал перед трибунами с сотнями людей, держа в своих руках бездыханное тело Седрика Диггори - ученика Пуффендуя. Драко, честно говоря, было плевать на Седрика, на его сходящего с ума отца, на вопли и слезы студентов и профессоров. Ему было страшно совсем из-за другого -он вернулся. Тот-кого-нельзя-называть снова обрел тело.

Отец как-то рассказывал о Темном Лорде. Говорил мало и только общие, отвратительные факты. Отец говорил о тех ужасах, которые мог себе позволить сильнейший темный маг, и о том, какими были Пожиратели Смерти. Люциус Малфой был правой рукой своего господина, а крестная Драко - Беллатриса Лестрейндж - левой. И отцу лишь чудом удалось избежать участи Беллы, быть навечно замурованным в Азкабане. Из разговоров Драко сделал как-то (очень детский, и как потом выяснилось, глупый) вывод - Тот-кого-нельзя-называть исчез, и семье Малфоев больше нечего бояться. Однако со временем юноша начал больше разбираться в том, что происходило вокруг. Он замечал это в поведении мамы, в напряжении отца, подслушивал их редкие, тихие споры, когда родители забывали ставить заглушающее заклинание на комнату. По началу смысла разобрать не получалось, но позже..

Все вставало на свои места. Отец, как и много лет назад, все так же был предан Темному Лорду, мать, как и раньше, всеми доступными ей способами, пыталась уберечь единственного сына от грядущих событий. Драко не посвящали в подробности, не предупреждали об опасностях и не раскрывали ужасной правды. Но он был умным и смышленым ребенком, сам смог догадаться, к чему с таким страхом готовятся родители - к его возвращению.

Драко больше не был ребенком. С начала этого лета он утратил любой шанс на спокойную подростковую жизнь. В конце июня в его родной манор прибыл Темный Лорд. Юный мистер Малфой уже знал это, знал с того самого момента, когда Поттер в слезах, с искаженным от гнева перепачканным лицом, прокричал: “Он вернулся!”. И Драко был готов.

Готов вернуться домой, понимая, что теперь все будет иначе. Он был готов до того момента, пока Лорд не появился на пороге родного дома. Облаченный в длинную черную мантию, босой и с огромной змеей по имени Нагайна на руках. Когда Драко увидел Темного Лорда, он буквально заледенел. Все внутренности покрылись инеем, а язык онемел, становясь камнем во рту. Повезло, что черный господин в тот миг был в приподнятом расположении духа, потому что Лорд даже не заметил младшего Малфоя, проникая в дом бесшумно, сверкая своими отвратительными красными глазами.

Все лето Драко просидел в своей комнате. Изредка он видел мать, почти не замечал в маноре отца, никогда не встречался с Тем-кого-нельзя-называть. Хоть юноша его и не видел, он его ощущал. Постоянно. Каждой клеточкой своего тела он чувствовал ужасающую темную силу магии, которая исходила от величайшего мага. И когда август подходил к концу, Драко уже хотел было облегченно выдохнуть, но случилось то, чего он боялся все эти два месяца - Темный Лорд пригласил его для разговора.

-А! Драко! Проходи, - хищно улыбнулся черный господин, словно успел забыть, что сам же и приказал юноше прийти. - Присядь, я хотел у тебя кое-что спросить.

В гостиной помимо Лорда находилась его любимица, с которой он, кажется, вообще никогда не расставался - огромная плотоядная змея. Нагайна свернулась кольцами у ног своего хозяина, прикрыла глаза, отдыхала после плотного обеда. Драко чуть выдохнул, когда заметил стоящего по стойке смирно бледного, как школьный мел, отца за спиной улыбающегося (хотя его улыбка больше была похожа на животный оскал) черного господина.

-У меня есть к тебе просьба, мой дорогой, - чуть шипя произнес Лорд. - Все взрослые заняты, да и далеко не все мои люди пока способны свободно перемещаться по поручениям, - маг немного помолчал, размышляя о тех Пожирателях, которые были заперты в Азкабане. - Хотя это не так важно. Ни один из моих слуг не сможет выполнить то, о чем я хочу тебя попросить. Драко, в этом году ты должен чаще писать отцу. В письмах должно быть все, что ты узнаешь, услышишь, увидишь или заподозришь о Гарри Поттере.

Юный волшебник так и замер, услышав ненавистное имя. Шпионить за Поттером? Это и есть пожелание Темного Лорда? На этом моменте даже отец выдохнул, возвращая себе более-менее живое выражение лица. Драко кивнул. Золотое Трио во главе с этим зазнавшимся шрамоголовым не давали Драко покоя с самого первого курса, и, если Тот-кого-нельзя-называть желает избавить мир от рыжего придурка, зазнайки-грязнокровки и мальчика-который-выжил, помоги ему в этом Салазар!

Драко согласился.

Юному волшебнику ничего не стоило отправлять письма отцу каждую неделю, описывая каждый шаг Поттера. А уж вступив в Инспекторскую Дружину, у Драко появилось еще тьма возможностей не только безнаказанно следовать за шрамоголовым по пятам, так еще и снимать с идиотов-гриффов баллы за любой чих. Как же прекрасен был первый семестр пятого курса! И каким отвратительным явилось начало второго.

Во время рождественских каникул в маноре Малфоев началась странная суета. Драко не понимал, где постоянно пропадает отец, и чем так занята мать, зачем она приказывает домовым эльфам привести в порядок дом. Темный Лорд тоже часто попадался юноше на глаза, он проводил встречи с какими-то подозрительными личностями прямо в гостиной. Но, собственно, какая разница, если прямого влияния на Драко это все не оказывало? Рождество прошло вполне себе в духе прошлых времен, возможно, лишь чуть тише и чуть менее празднично, чем в прошлые года.

Перед тем, как вернуться в школу, отец провел с сыном короткую беседу, мол, теперь не отлипай от Поттера, не давай ему прохода, и выясни, где мальчик-который-выжил проводит собрания, кто именно участвует в этим тренировках, и какие заклинания они успели освоить. Драко хмыкнул, легко соглашаясь с указаниями отца.

Однако стоило вернуться в Хогвартс, и случилось это - кто-то устроил побег Пожирателей Смерти из Азкабана. Не кто-то, а Тот-кого-нельзя-называть. И у Драко открылись глаза. Вот, что за движения происходили в доме, вот почему мама так активно готовила комнаты, вот куда сбежали опасные заключенные - к нему домой! В манор Малфоев!

Под ложечкой засосало, а голова пошла кругом. Хуже всего было ощущать на себе чужие заинтересованные взгляды и слышать едкие шепотки. Хотелось бы осадить их, протестовать, указать на их место. Но разве получится идти против всех, когда и сам знаешь, что все правы на счет твоей семьи? Да, они не были уверены, да, они всего лишь вспоминали то, что Люциус был Пожирателем Смерти, да, они просто говорили то, что слышали от своих родителей. Но Драко знал больше. Знал, что его семья замешана. Что его отец опять стоит по правую руку от Темного Лорда, а крестная сейчас, похоже, вновь займет свое место с левой от черного мага стороны.

Всю неделю пришлось держать лицо. Хорошо, что после пяти лет в школе, у Драко уже было определенное влияние на студентов. Никто не посмел высказать ему в лицо свои мысли, а уж стоило Драко бросить в шепчущихся студентов ледяной взгляд сверху вниз, те тут же замолкали, пряча глаза. В таком режиме получилось продержаться несколько дней, запирая на замок все свои мысли, запрещая даже себе самому думать о том, что сейчас должно быть творится у него дома.

Стойко выдержав школьные шепотки, дождавшись, когда новость о побеге Пожирателей Смерти немного поутихнет, можно было, наконец-то, чуть выдохнуть и расслабиться.

Драко выскользнул из замка поздним вечером перед отбоем, чтобы побыть наедине с самим собой. Воздух был все еще холодным, но снег перестал сыпать, медленно тая. Молодой волшебник неторопливо ступал по еле различимой тропинке, которая змеилась у самой кромки Запретного Леса. Вечно-молочный туман тянулся из-за деревьев, скрывая их выступающие кривые кроны. Юноша бросал ленивые взгляды в темную густоту чащи, не придавая значения звукам и запахам. Все, что могло выползти из леса уже не сможет напугать его, потому что самое страшное чудовище пригрелось в его родном доме.

Он добрел уже до самого конца школьной территории, которую покрывал волшебный купол. Магическая защита играла не только роль отпугивателя для различного вида опасностей, но и чем-то вроде сканера для директора. С помощью купола Дамблдор знал кто вошел на территорию, а кто ее покинул. Поэтому студентом строго запрещалось покидать школу без разрешения (а те, кто пытался это сделать, тут же попадали к Альбусу Дамблдору).

Драко фыркнул, касаясь носком ботинка полупрозрачной, еле видимой пленки, которая отделяла его от открытого опасного мира. Юноша усмехнулся, думая, что старик директор слишком высокого мнения о себе, если верит, что такая слабая энергия способна сдержать Темного Лорда, не позволяя ему попасть внутрь. “Он разрушит ее одним лишь своим присутствием,” - подумал Драко, еще раз пиная волшебный щит. - “Магия исходящая от него слишком сильна, эту сеточку попросту сдует.”

Перед лицом что-то сверкнуло нежным серебристо-голубым светом. Юноша поднял глаза, внимательно вглядываясь в полумрак позднего вечера. Легкий призрачный огонек приблизился к молодому волшебнику, замирая перед его лицом, начал медленно опускаться, увеличиваясь в размерах. Спустя мгновение защитный купол отделял Драко от крупного патронуса-павлина. Важная птица секунду смотрела на юношу, словно проверяя, к тому ли человеку она прибыла. И следом телесный патронус заговорил размеренным отцовским голосом:

-Здравствуй, сынок, - Люциус всегда использовал такое обращение, когда хотел привлечь внимание Драко, не вызывая подозрений у окружающих (кто же знал, что юноша решит прогуляться в одиночестве). - У меня много работы, поэтому не успеваю отвечать на твои письма. Продолжай в том же духе, ты молодец. Мы все, - отец сделал акцент на слове “все”, четко давая понять, что говорит он не только про себя и маму, - очень довольны твоими успехами. Ближайшее время не жди от меня писем и сам не переводи зря чернила. Расскажешь о своих успехах мне позже.

Павлин замолчал, вновь внимательно смотря на Драко, как будто патронус мог оценить, правильно ли все понял юноша, а затем растворился в воздухе, выполнив свою задачу.

“Похоже, им сейчас не до меня,” - вздохнул молодой человек, роняя лицо на ледяные ладони. Не мудрено, дома собрались все Пожиратели Смерти, у которых накопилось больше важных дел, чем чтение однотипных докладов о золотом Поттере.

-И почему Лорд поселился именно у нас дома? - в сердцах, тихим шепотом произнес Драко, напоследок еще раз пиная слабо дрожащий защитный купол.

Молодой человек быстрым шагом отправился обратно к замку, а под его ботинками хрустел снег. Он шел, нахмурив брови, утыкаясь напряженным взглядом в тропинку, не замечая бурую лисичку, которая прижалась к земле всем телом, прятала ушки за маленьким кустиком совсем рядом с узкой протоптанной дорожкой.

Глава 20 Красные искорки

Февраль оказался на редкость теплым. Снег почти весь растаял, и показалась первая свежая травка. В замке тоже стало гораздо теплее, как и по температуре, так и по обстановке. После громкого побега Пожирателей Смерти из Азкабана ничего колоссального не происходило. Поэтому дети, обладающие удивительным талантом быстро переключаться с одного события на другое, нашли себе занятия поинтереснее, чем изо дня в день обсуждать тех, кого они в жизни даже ни разу не видели.

За прошедшие недели Вироса-де-Кута умудрилась сделать две вещи: первое - сблизиться с Гермионой Грейнджер, второе - отдалиться от Фреда Уизли. Девушка планировала лишь первое, а второе получилось как-то само. Подсознание заставило сердце молчать и подчиняться холодному расчету. Кудряшка могла рассказать о Поттере, который, судя по всему, был нужен Малфоям (пока не получилось выяснить зачем именно). В то же время Фред не мог дать Виросе ничего полезного, кроме слов, которые заставляли сердце биться быстрее, а рассудок мутнеть.

Юная леди знала, что рыжеволосый юноша действует на нее дурманяще, словно волшебный артефакт, который подчинял все ее мысли, заставляя душу изворачиваться, выбираясь наружу, навстречу молодому человеку. Сейчас было не до этого. Поэтому Вироса-де-Кута хлестнула по незримой нити острым ледяным ножом, отрывая себя от гриффиндорца.

Никто даже не заметил перемен. Никто, кроме Фреда, разумеется. Юноша был не в силах разобраться с тем, что он сделал не так, выяснить, чем мог обидеть девушку, что она перестала обращать на него внимания. Больше не реагируя на свое милое прозвище “лисичка”, не бросая на него коротких взглядов во время обедов или уроков. Он будто растворился в остальной туче студентов, по которым юная леди лишь скользила своим бесстрастным аристократичным взглядом, равняя всех в одну серую массу.

Все попытки подобраться к Виросе ближе, заговорить с ней, объясниться, заканчивались провалом. Рядом с девушкой вечно крутилась ее подруга Винтербир или же напыщенный Уоррингтон, который вставал широкой стеной, пряча за своей спиной хрупкую девушку.

Однако все это не мешало Фреду замечать изменения в кареглазой ведьмочке. Она бледнела. Ото дня в день точеное лицо становилось худее, светлела кожа, под глазами появились темные пятна, движения замедлялись, словно ей все вокруг наскучило и надоело, будто она ленилась даже просто ходить по замку, посещая уроки. Но вместе с тем ярче становились темные глаза. Фред видел, как в ее радужках все реже появлялась нежность или тепло, даже по отношению к друзьям с факультета. Карий взгляд леденел, колол, ожесточался, превращаясь в нечто другое.. в нечто темное, но очень живое, растущее само по себе.

Вироса-де-Кута “подружилась” с грязнокровкой достаточно для того, чтобы общительная и жизнерадостная девочка начала доверять слизеринке некоторые секретные подробности. В один из дней Грейнджер проболталась, что Поттер плохо спит, его часто мучают кошмары, из-за которых юноша всегда на взводе.

-Что-то уже случалось? - как бы невзначай спросила Вироса, листая книгу. - Зачем бояться своих снов?

-Гарри.. он кое-что видел перед Рождеством, - Кудряшка прикусила губу, пряча глаза за огромным талмудом. - Он видел, как змея пытается убить мистера Уизли..

Еле удалось подавить желание отбросить книгу и вцепиться в плечи гриффиндорки. Вироса-де-Кута, наконец-то, получила от подруги Поттера то, ради чего вся эта дружба и затевалась. Холодные пальцы вцепились в краешек тонкой ниточки, за которую теперь оставалось лишь аккуратно тянуть, лишь бы не оборвать единственную зацепку.

-Как это возможно? - леди Дасадити слегка округлила глаза, чуть приоткрывая рот. - И почему змея? Разве Гарри как-то связан со Слизерин? Я думала, ваше животное лев?

-Нет, нет.. дело не в этом, - гриффиндорка резко замотала головой, готовая разложить все по полочкам (Вироса уже вычислила ее дурную манеру всех поучать, играя на этой черте характера грязнокровки). - Во-первых, на мистера Уизли правда напала змея, это был не просто вещий сон, Гарри правда все увидел. Во-вторых, Гарри.. он.. он змееуст. Все знают это. И, в-третьих.. - староста резко замолчала, словно чуть не сболтнула лишнего.

-Если Гарри владеет парселтангом, разве он не должен учиться на Слизерин? Мне казалось, что такой редкий дар был у основателя нашего факультета. Я читала в Истории Хогвартса, - только бы кудрявая не переставала говорить, ведьмочка продолжала гнуть свою линию.

-Это, конечно, так.. - Грейнджер держалась, сколько могла, но внутренняя зазнайка больше не могла молчать. - В общем. Ты же знаешь, что Гарри называют Мальчиком-который-выжил? - Вироса кивнула. - Это из-за того, что Тот-кого-нельзя-называть применил к нему убивающее заклятие, когда Гарри был еще совсем маленьким, но оно отскочило в самого.. Темного Лорда, а Гарри остался жив. Дамблдор считает, что из-за того происшествия у Гарри могли появиться некоторые способности Того-кого-нельзя-называть. А он, как известно, тоже был змееустом.

Вот так новость. Вироса-де-Кута медленно моргала, проверяя, что ей это супер уверенное и даже слегка восторженное лицо не мерещится. “Это же безумие! Настоящая глупость!” - прокричала про себя ведьма. Да, случается всякое, магия сложная и непредсказуемая наука, но чтобы после использования убивающего проклятия часть сил мага переходила к тому, на ком использовалась Авада (которая еще и до кучи не сработала) - бред чистой воды!

Леди Дасадити долго, изучающе смотрела на грязнокровку, которая считала себя даже сверх умной, и сдерживала смешки. То есть, эта заучка серьезно верит в такой поворот событий?! Не может заклинание Авада Кедавра убить самого чарующего и передать его силы другому человеку! Но Кудряшка считала себя абсолютно правой - по сверкающим глазам видно. Что-то здесь было нечисто.

Вироса-де-Кута решила обратиться к единственному человеку, который мог дать хотя бы намек на то, что на самом деле произошло с магией в момент, когда Темный Лорд попытался убить младенца. Девушка отправилась к своему отцу.

После того, как юная ведьма разгадала суть Крестража, папа отчего-то разозлился на ее просьбу о помощи в поисках его настоящего тела, выкидывая ее из летнего леса. Однако это не стало последней их встречей. Девушка не смогла побороть желание видеть папочку, общаться с ним (путь он и не говорил с ней, как с дочерью, пусть не обнимал и не хвалил), Вироса все равно периодически брала диадему в руки, проваливаясь в этот зачарованный мир, поближе к части души своего папы.

Он быстро остыл, никогда не вспоминая их странную ссору, а ведьмочка взамен никогда больше не спрашивала его о том, где он-настоящий может находиться. Их встречи проходили спокойно, а иногда даже весело. Отец учил Виросу новым темным заклинаниям, которые девушка практиковала, прячась в пустых классах школы или уходя чуть вглубь Запретного Леса. Папа рассказывал истории из своего прошлого, о его приключениях, порой вспоминал о школьных годах, сплетничая о профессорах, которые уже не преподавали в Хогвартсе.

Вироса-де-Кута любила и сама делиться с отцом разными новостями. Часто речь заходила о ее жизни с мамой. Папа одобрительно кивал на то, какой принцип обучения для дочери выбрала Амараморта, любил задавать неожиданные вопросы, проверяя знания девочки о той или иной грани волшебства. Он вежливо выслушивал жалобы молодой волшебницы на преподавателей, особенно сильно его интересовал профессор Снейп, который (от слова совсем) не учил своих студентов зельеварению, а лишь фыркал и кривил губы. Забавляла отца и розовая дама, которую он так и не вспомнил по описанию Виросы.

Тому Реддлу нравилось проводить время с дочерью, хоть в тиаре он и не чувствовал этого самого времени. Он был заключен здесь по собственной прихоти, рассчитывая однажды вернуться в нормальный мир. Сколько уже прошло лет в реальности? Если его дочери (которую он уже давным давно принял и одобрил мысль о том, что Вироса-де-Кута его родная кровь) уже семнадцать, а расщепил душу он еще в те времена, когда они с Амарой ни разу не говорили о детях. Волан-де-Морту было безумно интересно узнать, как сложилась его собственная жизнь, но дочь мало что знала об Англии, живя с матерью слишком далеко от его родины.

Да и сейчас, хотя она была в Хогвартсе, девушка ни разу не упоминала, что в реальном мире, в том, который он всю жизнь мечтал очистить, хоть что-то изменилось. Будто все стало только хуже. Грязнокровки учились вместе с его прекрасной дочерью, маглорожденные занимали посты в Министерстве, а директором его дорогой школы все таки стал самодур полукровка, которого Том терпеть не мог. Значит ли это, что его замысел провалился? Скорее всего - да. У великого и всемогущего Волан-де-Морта ничего не получилось.

Хотелось вернуться. Больше всего ему сейчас же хотелось материализоваться в реальности и приняться за дело! Продолжить то, к чему он шел всю свою сознательную жизнь, завершить дело. И он, пожалуй, мог бы это сделать. Заклинание Крестраж - сложно по своей сути. В него входит не просто убийство человека и отделение части своей души, но и возможность вернуться. Для этого достаточно все лишь еще раз убить. Поглотить силы мага, который попадется в лапы Крестража. Том все продумал до мелочей. Даже эта тиара, спрятанная в Выручай-комнате, была ничем иным, как приманкой для какого-нибудь юного волшебника.

В голове Реддла все должно было произойти так: далеко не любой студент способен отыскать тайную часть Хогвартса, а тот, кто сможет - будет самым способным из всех чародеев в школе. С помощью этого волшебника Том хотел выяснить обстановку в мире - получилось у него все исправить, или же Волан-де-Морт проиграл в первый раз. Если бы студент поведал, что Темный Лорд не сумел избавить волшебный мир от грязной крови, то эта часть души принялась бы понемногу вытягивать из юного волшебника силы, обретая мощь - возвращая Волан-де-Морта к жизни.

Но, как это обычно и бывает, судьба громко посмеялась над всемогущим темным магом, в очередной раз доказывая свое главенство над всеми живыми существами. Летний лес внутри Крестража был вечнозеленым, вечно живым и вечно одинаковым. Ни одна птица здесь не умирала, ни одна травинка не начинала желтеть, не было дождя или тумана, даже солнце замерло на одном месте, играя лучами на камнях гигантских скал. Поэтому и времени здесь не было. Здесь ничего не было, и Том с этим быстро смирился. Он умел ждать.

Как вдруг, однажды лес изменился на пару мгновений. Кроны качнулись, горы дрогнули, а птицы сменили линии полета. Вдалеке появилась хрупкая фигурка. Том был удивлен, наблюдая за тем, как некая девочка веселиться в его лесу. Потом она пропала. Реддл мучился вопросами, была ли она настоящей или это лишь мираж, который начало рисовать его уставшее от однообразия сознание. Позже она появилась вновь, ровно на том же месте. Девушка, не тратя времени, бросилась к нему, словно узнала, но тут же исчезла.

И это повторялось, наверное, бесконечное количество раз. Том не был уверен в том, что именно происходит, но догадывался о магии замка. Возможно ли, что девушка, которая так отчаянно пытается до него добежать, еще не нашла Крестраж? Есть ли шанс, что тиара все так же спрятана в Выручай-Комнате, а юная волшебница неким загадочным образом прорывается сквозь толщи магии, проникая поближе к душе Волан-де-Морта?

Когда юной особе удавалось подобраться совсем близко, Том начал распознавать ее черты. Девушка кого-то ему напоминала. Кто-то очень родного и близкого. Ту, у которой был такой же нежный взгляд, та же приятная улыбка, точно такая же хрупкая худая фигурка. Движения и жесты, походка и мимика, все это было до боли знакомым ему. И распознать Амараморту Дасадити в молодой девушке получилось в тот же момент, когда волшебница, наконец, дошла до него, буквально падая на широкие плечи.

Дочь Амары с его чертами лица. Его дочь в его Крестраже. Дрожь пробила тело. Том принялся отрицать очевидное, до безумия желая увидеть девушку вновь. И когда она появилась, сердце, которого у части души быть не должно, застучало сильнее. Это точно была его кровь и плоть, его девочка, которая поддалась магии Хогвартса, смогла найти эту проклятую тиару, разрушая тем самым идеальный план Волан-де-Морта.

Он не мог ее убить. Даже взамен на свое воскрешение. А когда узнал, что Амара погибла, терзался жаждой приказать дочери отдать тиару кому-нибудь, чтобы поглотить другого волшебника, вылезти из этого осточертевшего леса. Чтобы явить миру гнев величайшего мага.. Чтобы присматривать за доченькой.

Вироса-де-Кута выглядела хрупкой, маленькой девочкой в его глазах, и у него никак не получалось преодолеть тягу к своему ребенку. Какая же это была глупость. Волан-де-Морт отрекся от любви, вычеркнул любую мысль о том, что эти чувства могут существовать. Однако именно эта часть души была, как оказалось, самой мягкой, самой податливой. Потому что именно в минуту создания этого Крестража он.. Том Реддл любил. Закрывал на это глаза, отмахивался, но сейчас, глядя на свою дочь, он скрипя зубами признал, что любил Амараморту. Ведьму, которая никогда не опускала при нем взгляда, которая искренне улыбалась ему и от души помогала. Он любил все ее черты, все проявления ее характера, просто никому и никогда, даже себе не позволял произнести эти слова.

“Дети - это продолжение любви” - однажды сказала Амара, и Том тогда не понял этой фразы. И злость брала от того, что осознать в полной мере смысл такого просто выражения получилось так поздно.

-Отец! - Вироса-де-Кута возникла неожиданно близко, вырывая своим голосом из раздумий. - У меня есть к вам вопрос.

Брови девушки были сведены, а челюсти плотно сжаты, словно юная леди вся была на нервах, но старалась этого не показывать. Том шумно выдохнул, всматриваясь в темные глаза дочери. Хоть девочка была точной его копией внешне, он все также продолжал видеть в ней Амару, каждый раз с трудом сбрасывая с себя оцепенение.

-Спрашивай, - Реддл кивнул, внутри тела пылала буря эмоций, но лицо оставалось спокойным.

-Возможно ли каким-нибудь заклинанием передать часть силы другому волшебнику?

Вироса уже перебрала в голове кучу вариантов: Этот темный маг Которого-почему-то-нельзя-называть использовал вовсе не Аваду на Поттере, а другое проклятие, чтобы специально передать ему часть силы. Но о такой магии юной волшебнице не было известно. Возможно, что Поттер изначально был змееустом, тот чародей просто не рассчитал силы и сам себя погубил. Или это вообще все вздор и провокация, и Поттером все это время управляет кто-то с помощью сложной магии или артефакта.

-Ты имеешь в виду личные силы волшебника? Такие как его таланты и предрасположенность к определенному виду магии? - отец дернул бровью, в своей излюбленной манере складывая руки на груди.

-Да, - Вироса-де-Кута кивнула, по одному лишь темному взгляду понимая, что не существует такого заклинания.

Подтверждая догадки, папа отрицательно помотал головой. Значит оставалось лишь два варианта: либо Поттер родился змееустом, либо им управляют. Вироса-де-Кута скрестила руки на груди, чуть прикусывая нижнюю губу. Она уткнулась взглядом в зеленую траву, начиная свой медленный ход. Девушка упрямо думала, силясь разгадать тайну Мальчика-который-выжил.

Со стороны это выглядело забавно, отчего даже кусочек души Тома Реддла хмыкнул, наблюдая, как его дочь принялась обходить его по кругу, словно рождественскую ель.

“Если бы Поттер родился змееустом, Распределительная Шляпа точно отправила бы его на Слизерин”, - быстро думала девушка. Хоть Грейнджер как-то упоминала, что Гарри попросил Шляпу отправить его на Гриффиндор, но это означает лишь то, что в нем нет крови Салазара Слизерина, иначе никакие уговоры бы не прошли. “Остается лишь вариант с одержимостью,” - Вироса скривила губы, совершенно не уверенная в том, что мальчиком кто-то управляет.

-В таком случае, у меня другой вопрос, - девушка остановилась, вновь обращаясь к отцу, который тут же скрыл свою мягкую ухмылку за непроницаемой маской.

-Спрашивай, - папа вновь кивнул, скучающе хлопая длинными ресницами.

-Возможно ли управлять человеком?

-Что за вопрос, - отец фыркнул, слегка закатывая глаза. - Ты и сама знаешь несколько проклятий имеющий нужный эффект.

-Да, но я не знаю ни одного, которое позволяло бы.. как бы вселяться в человека, позволяя использовать свои исключительные силы через проклятого.. - девушку, хоть она и понимала, что перед ней стоит великий и всемогущий маг, все еще смущало, что она далеко не на все знает ответ, и ей приходится (как же это низко звучит) вымаливать о помощи в разгадке у того, перед кем она хотела выглядеть безупречной.

Однако, на удивление, папа не был расстроен ее неведением, не закатил глаза, и даже не скривил губы. Он просто.. смотрел. Смотрел и думал. Молчание было коротким, после чего отец спокойно произнес:

-Либо такого заклинания не существует, либо оно мне не известно.

-Возможно ли, что используется некий артефакт?

-Не думаю. Хотя существует несчетное множество всевозможных проклятых предметов. И даже таких, что позволяли бы вселиться в другого человека, но ни один артефакт, ни одно зелье не способно переместить тебя, оставляя при тебе твои же способности. В чье тело ты попал, тем ты и будешь пользоваться, - закончил папа, отправляя Виросе внимательный взгляд, а затем неожиданно произнес. - В кого это ты хочешь переместиться, оставляя при этом свои способности?

-Вы неправильно поняли, - девушка качнула головой, поджимая губы. - В школе есть один студент, который обладает способностями, что никак не могут ему принадлежать. Вот я и пытаюсь разобраться.

-В таком случае, твое предположение на счет проклятия - ошибочно, - папа пожал плечами, приглашая девушку чуть прогуляться по лесу. - Человек способен оставить свои силы при себе лишь в том случае, если новый сосуд - это он сам.

-Вы имеете в виду..

-Да, Крестраж, - папа кивнул на догадку. - Хоть здесь заключена лишь часть моей души, я все равно остаюсь самим собой, все мои уникальные способности остаются при мне.

Вироса медленно шла рядом с отцом, глубоко вдыхая приятные ароматы леса. Теплое окружение успокаивало, даря умиротворение. Не удивительно, что папочка создал этот Крестраж именно таким, в этом волшебном мире не так уж и плохо быть заключенным. Птицы поют свои песни, шуршит листва и мягко светит золотое солнце. Юная ведьмочка наслаждалась неторопливой прогулкой, на несколько мгновений отпуская запутанные мысли о Поттере и его странностях.

-Отец, это ваш единственный Крестраж? - задумываясь о созданном прекрасном мире, Вироса вдруг ощутила, что здесь слишком прекрасно для первой попытки даже такого превосходного мага, как ее отец.

-Нет, - он улыбнулся, загадочно блеснув глазами.

В его каштановых волосах блестели солнечные лучи, рисуя яркие блики, словно у папы волосы окропились белыми звездами, точно так же как было и у Виросы. “Если это не единственный Крестраж, то есть еще.. Еще миры, созданные моим отцом для сохранности его души. Интересно, они столь же очаровательны, как и этот?” - девушка прикрыла глаза, медленно покидая летний лес.

***

-Сколько ты еще будешь меня избегать, лисичка?

Вироса-де-Кута обернулась, останавливаясь, так и не добравшись до Большого Зала. Фред был один, стоял опершись плечом на каменную стену, в тени колонны. У него был холодный, уставший взгляд, что девушка невольно поежилась, не веря, что перед ней и правда вечно задорный гриффиндорец. Он выглядел.. плохо. Помятая рубашка, мантия в пыли, на скуле желтоватый синяк, а рыжие волосы торчали во все стороны, словно юноша без конца зарывался в них пальцами, тормоша.. Это легко было представить.

Она много раз видела, как Фред запускает ладонь в волосы, откидывая челку назад. Огненные локоны струились сквозь пальцы словно остывающая лава. Было интересно, какие эти волосы на ощупь. Мягкие, словно шелк, или все же жесткие, как осенняя трава? Стоп! Вироса сжала челюсти, быстро опуская взгляд на уровень криво завязанного галстука. Ладошки чуть кольнуло от желания поправить эту красно-золотую ленту, аккуратно пригладить, попутно расправляя складки на белой школьной рубашке. Стоп!

Взгляд пришлось опустить еще ниже. Теперь она рассматривала мятые брюки и пыльные туфли. Спокойно. Вироса медленно дышала, отпуская образы того, как именно она бы поправляла одежду высокого юноши. Неопрятный вид нижней части одежды слегка отрезвил мысли. Да, не пристало молодому волшебнику расхаживать в таком виде. Он же чистокровный маг! А выглядит, как попрошайка из темного переулка.

Все. Теперь все в порядке. Навязчивые идеи ушли, взгляд можно вернуть. Теплые карие радужки, цвета горячего чая продолжали источать вселенскую усталость, но все также смотрели на лицо Виросы, спокойно ожидая ее реакции.

-Последнее время у меня много дел, - пожимая плечами, ответила девушка, ей хотелось поскорее закончить разговор, и отправиться в Большой Зал на поздний ужин.

-Я заметил, - Фред кивнул, чуть отталкиваясь от колонны, сделал небольшой шаг в сторону слизеринки. - На переменах не общаемся, на уроках на меня не смотришь, гулять не зовешь.

В его голосе не было обиды или злости, он просто перечислял факты, словно отвечал у доски на самый скучный вопрос в его жизни. Фред сделал еще несколько шагов, останавливаясь в метре от Виросы. С такого расстояния она смогла увидеть еще несколько выделяющихся деталей.

Юноша держал руки в карманах, и один рукав слегка задрался, оголяя кожу у запястья. И на этом участке тоже красовался красноватого оттенка синяк. Вироса нахмурилась, бегло осматривая все доступные ее взгляду части тела молодого человека. Почему он такой побитый? Из-за чего такой уставший? Что произошло за то время, пока она избегала юношу всеми возможными способами? Но вместо этих вопросов с губ сорвалось другое:

-У тебя, видимо, тоже много своих дел.

Фред моргнул, слегка поднимая бровь. Он не шевелился, лишь медленно дышал, всматриваясь в хрупкую девушку перед собой, словно не мог поверить, что она существует.. нет, не мог поверить, что она, наконец-то, вновь обратила на него внимание. Он проследил за ее взглядом, останавливаясь на своей раненной руке. Невесело хмыкнул, вытаскивая ладонь из кармана брюк, демонстративно поворачивая ее синяком к темным глазам, обрамленным длинными черными ресницами.

-Ты об этом? - Фред снова фыркнул. - Ерунда, всего лишь неудачная тренировка.

-Поэтому мне и не нравится квиддич, - Вироса слегка закатила глаза, цокая язычком, - слишком агрессивный спорт.

-Что? А. Нет. Ты забыла, что меня отстранили от квиддича? Это в меня прилетело отталкивающее заклинание, когда я отвлекся, - юноша махнул больной рукой, пряча ее обратно в карман.

-Ты о чем говоришь? - теперь уже девушка изогнула бровь. - У нас нет практики боевой магии. Или вы в своей гостинной гриффиндора нарушаете правила профессора Амбридж по применению волшебства вне классов?

-Ты и правда очень занята своими делами, что обо всем, что тебя не касается, и думать забыла? - Фред ухмыльнулся, слегка наклоняясь к девушке.

От этого его движения стало не по себе. Во-первых, юноша оказался слишком близко, так, что было слишком хорошо видно желтое пятно на скуле. Вироса гневно бурлила это место взглядом, почему-то ощущая нестерпимые уколы странных мыслей в голове: Кто это сделал? Кто кинул в него заклинание, что остался синяк на лице?

Другой причиной, почему девушке вдруг стало некомфортно, это запах. Фред пах сладостями, что даже во рту ощущался привкус карамели; пах фейерверками, которые, кажется, цветными искрами начали разрываться под ее кожей; пах летним солнцем, что щеки принялись пылать, от его резкой близости.

Из-за смеси эмоций, из-за всех противоположных чувств слегка закружилась голова. Вот это и было причиной, почему она от него закрылась, делая широкий шаг назад, впечатываясь в каменную кладку спиной. Получая в ответ удивленный взгляд. Карие радужки блеснули, но совсем не так, как обычно, озорством и весельем. Черный чай словно остыл, разбавляясь ледяной водой. Фреду было совсем непонятно, почему Вироса-де-Кута пытается от него сбежать, опускает взгляд. Он медленно выпрямился, делая крохотный шажок прочь от девушки.

-Ты же была на собрании, - холодно произнес юноша. - Нас не учат защищаться на уроках, поэтому мы тренируемся сами.

-И кто попал в тебя заклинанием?

Можно было промолчать или просто кивнуть и пойти на ужин. Сделать так, как требовала голова. Но стоило Фреду сделать еще один шаг назад, девушка не смогла сдержать слов, противореча своему же запрету на общение с рыжеволосым юношей. Вот так легко отмахнувшись от голоса подсознания, который набирая громкость твердил: “Тебе сейчас не до романтики! Некогда влюбляться! Этот волшебник тебе не подходит!”

-Анджелина, - бесцветным голосом произнес Фред. - Мы тренировались в паре, и я отвлекся.

-Вы там учите боевую магию и совсем не занимаетесь защитной?

Вообще-то, услышав ненавистное имя гриффиндорки, в груди вспыхнул горячий инквизиторский пожар. Кровь забурлила, а кончики пальцев заколола темная магия, до этого тихо сидевшая в теле. Вироса-де-Кута и не думала забывать о том, что мерзкая девица посмела сжечь единственную колдографию отца. У нее просто еще не было времени на то, чтобы как следует проучить Джонсон. К тому же ненависть и обида слегка притупились от того, что Вироса и без колдо часто видела папу, теперь у нее был Крестраж, который не просто смотрел на нее с ухмылкой, а мог разговаривать, даже касаться девушки.

Однако всего за одно мгновенье ненависть, складывающаяся в голове в знатные черные проклятия, забулькала под коркой мозга. Гриффиндорская дрянь навредила Фреду, оставляя на нем синяки. Самое время вспомнить все обиды, возвращая их в многократном объеме.

-Защитными заклинаниями мало кто владеет, - произнес юноша, поджимая губы. - Гермиона обычно приносит всякие книги, но веселее же изучать то, чем можно хорошенько жахнуть, чем то, что вообще не факт, что защитит от темной магии.

-Есть куча темных проклятий, которые сломают простой щит, да, - думая совсем о другом, отвечала Вироса. - Но так же существуют некоторые, так называемые, черные защитные чары. Они способны противостоять даже очень сложной магии. Но колдовать их сложно.. За пару взмахов не получится использовать.. Поэтому, лучше всего, накладывать такие перед битвой..

-Ты и правда слишком умная, лисичка, - впервые за весь разговор молодой волшебник искренне улыбнулся, рассматривая девушку сверху. - Может, все же поучишь нас?

Вот заняться то больше нечем - первая мысль. Но тут же перед глазами мелькнула кровожадная идея. Это сборище недоволшебников практикуется где-то в школе, прямо под носом у профессора Амбридж, которая науськала всю свою Инспекторкую Дружину на поимку этих самых студентов-нарушителей. Среди этих неучей ошивается и гадкая Анджелина Джонсон, которая должна заплатить за свои поступки! Можно согласиться с предложением, выяснить, где находится тайная база учеников, рассказать об этом Паффине или Кассиусу или вообще всем слизеринцам, чтобы те, наконец-то, доложили обо всем розовой даме. Это поможет друзьям (которые действительно страдают от нападок Генерального Инспектора) и навредит дуре-Джонсон.

Вироса-де-Кута уже было улыбнулась своим мыслям, как вдруг взгляд сфокусировался на желтоватом, почти исчезнувшем синяке. Среди нарушителей порядка есть тот, кого девушка не хотела бы так подставлять. Профессор Амбридж выдумывает ужасные наказания для просто-провинившихся студентов, что же будет с участниками этого отряда?

Жабья физиономия в воображении Виросы плотоядно ухмыльнулась, демонстрируя острые зубки. Долорес Амбридж может себе позволить не просто наказать студентов письмом (уже несколько месяцев, попадавшиеся на нарушениях декретов от розовой дамы ученики отправляются к ней в кабинет и несколько часов подряд с помощью волшебных перьев пишут извинения. Причем перья зачарованы так, что слова отражались вовсе не на бумаге, а на коже студента, оставаясь на теле кровавыми шрамами), Генеральный Инспектор имеет полное право (которое ей предоставило само Министерство) замучить детей чуть ли не до смерти.

Намеченная улыбка на нежных губах Виросы тут же пропала. Вариант «раскрыть, где засели нарушители» был резко вычеркнут из головы. Значит, остается одно - преподать заносчивой гриффиндорке урок своими собственными руками. Благо, Фред только что дал ей эту возможность.

-Хорошо, - ведьмочка аккуратно кивнула, - я помогу вам с освоением защитных чар. Но взамен, я бы хотела провести спарринг. Я давно ни с кем не сражалась, стоило бы размяться, - хотя Вироса и практиковалась в пустующих, пыльных, забытых всеми классах и в Запретном Лесу, этого было мало - нужен живой соперник, который хотя бы попытается успеть отреагировать на магию чистокровной ведьмы.

Вот только соперником Анджелину Джонсон даже назвать сложно. Эта дрянь заплатит сполна за то, что сожгла колдографию папы и за то, что попала заклинанием в Фреда! Темные глаза нездорово полыхнули, из мрачной глубины неторопливо, словно насмехаясь, всплывали красные искорки. Кровавый цвет был лишь мгновением, которое можно было списать на помутнение зрения, отмахнуться и забыть, в то время как алый блеск засел в карих радужках, терпеливо ожидая возможности вновь заполонить взгляд молодой ведьмы.

Глава 21 Здравствуй..те?

С разговора Фреда и Виросы о том, что она может присоединиться к тренировкам в отряде Дамблдора (что ж за название такое..) прошло достаточно много времени. За эти недели девушка несколько раз сталкивалась с Гарри Поттером. Молодой человек умудрился встретиться с репортером и дать интервью в местный журнальчик со смешным названием “Придира”, в котором убеждал журналиста и читателей за одно в том, что Тот-кого-нельзя-называть вернулся.

Эта новость быстро разлетелась по школе, в очередной раз будоража студентов и профессоров. “Придира” тогда попадался на каждом шагу, наверное, ученики Хогвартса скупили чуть ли не весь тираж этого выпуска. Новости, разумеется, дошли и до розовой дамы, которая ввела очередной запрет на чтение вредной и лживой литературы. Вироса, как впринципе и все вокруг, понимала, что под “вредной и лживой” подразумевается - неугодная и неудобная Министерству. С этого момента юный Поттер почти каждый день вызывался в кабинет Генерального Инспектора. На руки Мальчика-который-выжил было страшно смотреть - от кончиков пальцев и до плеч они были изуродованы шрамами с различными надписями.

Профессор Амбридж отрывалась на Герое Нации так, словно юноша был самым главным антигероем страны. Кудряшка-Грейнджер, с которой Вироса-де-Кута стала проводить немного меньше времени (пользы девушка больше не приносила, рассказав про мистера Поттера все, что знала), исхитрялась где-то готовить лечебные мази и бальзамы, всеми силами стараясь поспевать латать раны близкого друга. Толку от этого было мало, стоило старым шрамам чуть затянуться, в этот же день появлялись свежие.

На последней неделе февраля состоялся долгожданный студентами матч по квиддичу Слизерин против Когтевран. Вироса-де-Кута идти не хотела, но все же собралась и, покрепче ухватившись за руку Паффины, отправилась на гудящие, свистящие и вопящие зелено-серебряные трибуны, чтобы поддержать Эдриана и Кассиуса. Паффиан пристроился рядом с девушками, крутя в руках несколько монет.

-Вы опять ставки делаете? - Паффина грозно нахмурилась, недовольно поджимая губки.

-Не зуди, Паффи,- юный Винтербир фыркнул, отворачиваясь от сестры. - Все устали от гнета этой розовой жабы.. Дай хоть сегодня повеселиться.

Слизеринка вытянула губы в трубочку, надувая щеки. С братом она была согласна, но признавать этого не хотела. Генеральный Инспектор хоть и сбавила давление на свою Дружину, получив в свои загребущие лапы Поттера, но от этого напряжение среди змей меньше не стало. Больше всего на свете зелено-серебряные сегодня жаждали победы. Студенты кричали и вскидывали руки, изо всех сил поддерживая свой факультет. Единственная радость за такой долгий срок.

***

-И так, как продвигаются наши дела?

Волан-де-Морт бесшумно вплыл в большой зал, словно огромная мрачная тень, рядом с которой шурша, извивалась гигантская змея. За столом воцарилась напряженная тишина.

Мисс Навелюкс занимала одно из мест за столом, окруженная Пожирателями Смерти. Темная ведьма, слегка приподняв черную бровь, следила за реакцией присутствующих здесь колдунов. Все они дрожали от страха, тут же опуская глаза в пол. Стоило Темному Лорду появиться поблизости, воздух резко холодел, наполняясь могильным запахом. Разумеется, это не могло не пугать. В первую встречу (после многих лет) с Волан-де-Мортом мисс Навелюкс также, как и остальные, поддалась давлению, замирая, чувствуя, как сердце замедляет свой ход.

Однако спустя некоторое время Тенеба вспомнила эту магическую мощь. Том Реддл был таким и в прошлом - жутким, хитрым и опасным. Конечно, с годами его сила лишь возросла, становясь осязаемой, напоминающей ледяной океан, который в одно мгновение может казаться спокойным и обманчиво добродушным, а в следующее похоронить любого под толщей бушующей воды. Таким был Лорд Волан-де-Морт, наводящий ужас даже на своих собственных людей. На всех, кроме Тенебы Навелюкс.

Когда черной ведьме удалось понять, что ощущения беспомощности связаны лишь с ненормальной темной силой этого человекоподобного мага, она смогла выдохнуть. Давление на плечи и грудь было ничем иным, как силой волшебства, которую излучал знакомый ей много лет Том Реддл. Когда осознаешь чего именно боишься - страх сам по себе становится слабее, позволяя собственным силам начать сопротивляться. К тому же мисс Навелюкс была ни какой-то рядовой ведьмочкой, а чистокровной чародейкой из древнего рода. Поэтому Тенеба спокойно вздохнула, распрямляя плечи, аристократично и идеально поднимая подбородок.

Интересный факт, Волан-де-Морт за все время ни разу не пробовал завербовать мисс Навелюкс, предлагая ей свою уродливую метку на предплечье. Со своей старой знакомой Темный Лорд общался редко, но разница в отношении ощущалась (в то время, как на своих Пожирателей он смотрел сверху вниз, не позволяя им и слова поперек сказать, да и вообще все эти волшебники открывали рот лишь с его позволения, то с Тенебой он говорил иначе, словно.. со старой подругой?).

-Мой Лорд, - несмело залепетал мистер Малфой, - мне все еще не удалось выяснить, где именно находится то пророчество.. Однако у меня есть основания полагать, что оно все же в Министерстве Магии..

-Ах, Люциус, - Волан-де-Морт хищно улыбнулся, сверкнув красными глазами, - ты слишком расслабился за время моего отсутствия.

-Простите меня, мой Лорд! - Малфой согнулся в поклоне, на сколько это позволяло его сидячее положение.

-Какие-нибудь хорошие новости сегодня будут? - Темный Лорд со скучающим видом погладил Нагайну по голове, позволяя ей забраться к себе на колени.

-Нам удалось узнать, где прячутся тролли, - самодовольный голос принадлежал одному из Пожирателей с длинными седыми волосами.

-Мис-стер Нотт, как радос-стно знать, ш-што вы работаете не покладая рук, ш-штобы ис-скупить с-свои ош-шибки, - Волан-де-Морт зашипел, впиваясь взглядом в своего слугу, который посмел считать его мертвым все эти годы. - В таком с-случае, вы вмес-сте с-с таким же предателем мис-стером Гойлом отправитес-сь к троллям и приведете их на наш-шу с-сторону в грядущ-щей войне.

Названные Пожиратели быстро сглотнули вязкую слюну, решительно краняясь, приняли новую задачу. В конце-концов, заставить троллей воевать на стороне Темного Лорда было не такой уж и сложной миссией. Тупоголовые и достаточно медлительные создания волшебного мира могли похвастаться лишь своей физической формой, размахивая кривыми дубинами или просто своими ручищами, круша все на своем пути. Такие существа будут полезны Волан-де-Морту в качестве грубой разрушительной силы, ту, которую можно бросить на амбразуру, не беспокоясь о потерях.

-Антонин, - маг обратился к худощавому волшебнику с бледным и кривым лицом, - как продвигаются ваши тренировки?

-Никто из тех, кто ждал вас, мой Лорд, в Азкабане, не растерял своих навыков, но нам все еще нужно время на восстановление.

Колдун по фамилии Долохов обвел цепким ястребиным взглядом всех, кому не так давно удалось сбежать из тюрьмы. Это были самые верные сторонники Темного Лорда, которые не стали врать в суде, что находились под заклятием Империус, гордо принимая наказание, ожидали воскрешения своего правителя в самом злополучном месте волшебного мира.

Семейство Долоховых мисс Навелюкс знала не понаслышке. Во время своих давних путешествий Тенеба также изучала и магическую среду России. Тогда ее сильно интересовала одна из русских историй про некоего колдуна по прозвищу Кащей. Мисс Навелюкс так увлеклась поиском этого мага, что наткнулась на совсем другого внушающего уважение волшебника - товарища Дорохова. Он был сухим древним стариком, бледнолицым с длинным кривым носом. Чародей специализировался на заклинаниях связанных с животными.

Товарищ Долохов искал магию в живых существах, желая найти способ перемещения души в зверей. Было увлекательно наблюдать за тем, как старый маг создает странное подобие так называемой Матрешки - местной игрушки, в которой одна куколка вкладывается в другую - из пойманных животных. Так товарищ Долохов умудрился вложить еще плохо сформированную душонку яйца в утку, а саму же утку он запечатал в быстром молодом зайце. Весь процесс занял у него слишком много времени, что мисс Навелюкс уже не стала дожидаться того, куда же русский чудной маг спрячет шустрого зайчика.

Большую часть времени в России темная английская ведьма проводила в обществе беременной жены товарища Долохова. Волшебница не гналась за научными открытиями, предпочитая сложной палочковой магии не менее сложное зельеварение. Вот в чем ведьмы нашли общий язык так это в чудесах жидкого чародейства. Тенеба до сих пор пользуется некоторыми рецептами, которым ее научила Ягая Долохова.

Собственно, из-за своих знаний о чистокровной русской семье мисс Навелюкс могла сделать очевидный вывод, что мистер Долохов, что верой и правдой служит своему Темному Лорду - сильный и сведущий в черной магии колдун. Не удивительно и то, что сам Волан-де-Морт ценил Антонина как одного из своих самых верных соратников.

-Мисс Навелюкс-с, - лорд переместил взгляд на пожилую ведьму, вырывая ее из воспоминаний, - а как ваши дела?

Волан-де-Морт поручил колдунье разобраться с японским механизмом, который она принесла ему в качестве приветственного подарка. Вот уж чем Тенеба совсем не планировала заниматься, так это изучением артефакта, с которым не смогла совладать даже группа выдающихся магов из страны восходящего солнца. Мисс Навелюкс рассчитывала на то, что ее старый знакомый Том Реддл сам увлечется этой сложной волшебной головоломкой, однако не тут то было. У Темного Лорда нашлись какие-то дела поважнее, чем изучение странного механизма.

-Дальше предыдущих результатов уйти не удалось, - спокойно ответила ведьма.

Артефакт, что должен работать как громадный маховик времени, позволяя магу отправится в далекое прошлое, не желал поддаваться. Мисс Навелюкс только закончила с расшифровкой всех видоизмененных рун, отмечая для себя возможные ошибки в начертании. Все таки магия переноса во времени так и оставалась слишком мутной и сложной наукой, как бы ведьма не пыхтела над японской диковинкой, та поддаваться не хотела.

-Никогда бы не подумал, что такая зазнайка как Тенеба не способна разобраться с какой-то загадкой, - Лорд фыркнул, посылая пожилой ведьме насмешливый взгляд.

Это был очень серьезный укол в ее сторону, удар по самому нежному месту. Все таки в их прошлой кампании, когда пять молодых волшебников бороздили мир в поисках новых граней магии, именно мисс Навелюкс отвечала за расшифровку сложных артефактов, используя свой острый ум и предрасположенность к точным наукам.

Тенеба скривила губы, стараясь заглушить голос ужаленного достоинства, в то время, как Том едва заметно приподнял уголки губ, наслаждаясь своей выходкой. Однако он тут же вернул непробиваемую бестрастную маску на свое безносое лицо, скрывая ото всех посторонних свое особое отношение к пожилой ведьме.

***

-Это было даже слишком легко! - хвастался Пьюси, расползаясь по креслу, словно расплавленный сыр.

-Вы видели, как эти слабаки-вороны вздыхали и жаловались? Я думал, они разрыдаются! - хохотал капитан сборной слизерина Грэхэм Монтегю.

-Чжоу Чанг вела себя так, будто первый раз на метлу села, какой из нее ловец? - в очередной раз хвастался Драко Малфой, демонстрируя свои белоснежные зубы, растягивая рот в широчайшей довольной улыбке.

-Да, Драко! Ты сегодня выступил просто блестяще! - похвалил юношу Уоррингтон. - В следующий раз играем с барсуками.

-Уж мягкотелым пуффиндуйцам мы точно не продуем! - крикнули Крэбб и Гойл, занявшие вдвоем один диван у камина.

Буря радости от победы над Когтевран гудела в общей гостинной Слизерин почти до самого отбоя. Студенты никак не могли нарадоваться первому выигрышу в этом году. Несмотря на то, что в матче Слизерин-Гриффиндор победу одержали львы (хотя многих игроков красно-золотой сборной дисквалифицировали, и мистер Монтегю всю неделю обивал пороги у кабинетов розовой дамы и самого директора, чтобы результат аннулировали - ничего не вышло), змеи все еще могли побороться за победу в годовом турнире. Особенно рассчитывая на то, что Гриффиндор проиграет их оставшиеся матчи, не имея в своем составе бешеных близнецов Уизли и золотого Поттера.

Вироса-де-Кута, хотя и не была фанаткой данного вида волшебного спорта, тоже поддалась всеобщей атмосфере, весело поздравляя факультет с победой и расхваливая игроков. “Так вот каким задумывалось это место,” - мелькнуло у девушке в голове, пока она проводила взглядом по счастливым лицам толпы слизеринцев. Общая гостиная в подземельях никогда раньше не ощущалась такой теплой и живой. Все змеи были заняты своими проблемами, связанными, в основном, с давлением профессора Долорес Амбридж. Поэтому сегодня, впервые, все смогли почувствовать единение и хотя бы ненадолго побыть обычными подростками, детьми, что проживали свои самые главные годы в любимой школе.

Всеобщее зелено-серебряное счастье длилось неделю, заканчиваясь на матче Гриффиндор-Пуффендуй, во время которого новый ловец львов - Джинни Уизли (да сколько же их в семье детей?) вырвала победу в соревновании, поймав снитч.

С грохотом разбились теплые взгляды слизеринцев, когда розовая жаба вспомнила о своей Дружине, заваливая студентов новыми указаниями. Гарри Поттера ей пришлось все таки отпустить, потому что про его интервью в “Придире” все позабыли, и она решила продолжить издевательства над друзьями Мальчика-который-выжил через своих маленьких подчиненных. Больше в змеиной гостиной никто не улыбался.

После победы Гриффиндора на матче пуще прежнего обострились и взаимоотношения во время уроков. Активнее всех в перепалках участвовала Анджелина Джонсон, исходясь на колкие шутки, чем зарабатывала себе штрафные очки от представителей Инспекционной Дружины. Мисс Винтербир, чувствуя исходящую от Виросы злую ауру (которая концентрировалась исключительно на дуре-Джонсон), без раздумий снимала с гриффиндорки баллы, стоило той только открыть свой поганенький рот.

После очередного урока Истории Магии, где студенты расходились на оскорбления особенно жарко, Вироса-де-Кута выходила в коридор со слегка звенящей головой. Вот уж совсем не так она представляла свои учебные будни. Девушка тяжело выдохнула, прикрывая глаза. Она сжимала и разжимала задубевшие пальцы (весь урок ведьмочка провела с напряженными кулаками, так, что кожа начала белеть и ныть от натяжения), успокаивая дыхание. На сегодня можно было расслабиться, и провести время в библиотеке или в Запретном Лесу, стирая из головы очередной бесполезный день, внутри которого были лишь бессмысленные детские перепалки.

Аккуратной ладошки коснулись теплые длинные пальцы. Вироса вздрогнула от неожиданности, распахивая глаза. Рядом с ней, мягко касаясь своим плечом ее (будто случайно задевая), прошел Фред. Юноша, не замедляясь даже на мгновение, отправился вперед по коридору, поддерживая какую-то веселую беседу со своим братом и с темноволосым Ли Джорданом.

Молодой человек и раньше любил вытворять нечто подобное, то, что заставляло Виросу на пару мгновений потеряться в пространстве, концентрируясь только на рыжих волосах и широкой спине. Но в этот раз юноша дотронулся до нее не только с целью привлечь к себе внимание симпатичной девушки. В кулачке девушка сжимала крохотный клочок шершавого пергамента.

Удостоверившись, что никто на нее не смотрит, Вироса аккуратно поднесла руку к глазам, рассматривая короткую надпись: “Сегодня после ужина на восьмом этаже”. Должно быть, Фреду все же удалось договориться с Отрядом Дамблдора о том, чтобы юная мисс Дасадити посетила их кружок.

У Виросы даже глаза загорелись. Наконец-то! Дождалась этого часа! Хоть она и обещала научить этих бездарей парочке защитный заклинаний, ее главная цель - спустить с небес на землю мерзкую и доставучую Анджелину Джонсон, которая давно уже напрашивается на парочку злобных проклятий в свою глупую, пустую головушку. Сдерживая нервные злобные смешки, ведьмочка в весьма приподнятом расположении духа отправилась дожидаться ужина.

Ее отличное от всего остального факультета настроение тут же заметили сестра и брат Винтербиры. Паффиан, сидевший напротив девушек в Большой Зале, чуть приподнял брови, с неподдельным удивлением рассматривая жуткую ухмылку подруги. Паффина же молчать не стала:

-Дорогая моя мисс Дасадити, вы меня, признаться, слегка пугаете своим убийственным настроем, - слизеринка чуть наклонила голову, округляя глазки.

-Вы даже представить себе не можете, дорогая мисс Винтербир, на сколько же вы правы, - покусывая нижнюю губу, ответила Вироса.

-Случилось что-то пугающе хорошее? - Паффина поставила локоть на стол, опуская на ладошку подбородок, ее взгляд из взволнованного медленно превращался в сверкающе-масляный.

-Скоро случится, - кивнула ведьмочка, и уголки губ вновь слегка приподнялись.

-Мы можем тебе как-то посодействовать? - своим как всегда спокойным голосом произнес Паффиан.

Юные леди и лорд Винтербиры считали мисс Дасадити не просто своей подругой, начиная с рождества они начали относиться к ней, пожалуй, как к старшей сестре. Вироса-де-Кута заняла в их глазах определенное (высокое) положение своими действиями. Все начало складываться именно таким образом еще в тот самый момент, когда юная леди первая пришла на помощь сестре и брату, когда над ними нависла ужасная туча под именем Долорес Амбридж. Несвойственное другим чистокровным волшебникам со слизерина поведение, моментальное решение о помощи оказало обезоруживающее воздействие.

Закрепляющим фактором стал рождественский подарок Виросы - старинная редчайшая литература о том, как можно разорвать одностороннюю связь с Британским Министерством Магии, что могло бы принести долгожданное освобождение для шотландской северной семьи Винтербир. Когда Паффина и Паффиан получили в свои руки такую ценность, они не смогли сдержать эмоции, тут же сообщая о даре своим родителям.

Миссис Винтербир на пару со своей дочерью по настоящему разрыдались, роняя крупные блестящие благодарностью слезы на свои красивые платья. Мистер Винтербир же потерял дар речи, а когда вновь обрел способность говорить, серьезным тоном обратился к своему сыну, наказывая ему держаться к мисс Дасадити поближе, стараясь помогать девушке и поддерживать любые ее замыслы. Паффиан и без отцовских наставлений собирался это исполнять. Юноша был бесконечно благодарен Виросе не только за книгу, но и за ее теплую дружбу с сестрой (которая много лет была единственной девочкой на их курсе), за ее доброе отношение к Эдриану и Кассиусу (с которыми он дружил с самого первого года в Хогвартсе).

Паффиан для себя принял важное решение, что он, как старший наследник (к тому же Паффина не могла стать во главе рода из-за того, что она была девочкой) обязуется следовать за мисс Дасадити и помогать ей даже после выпуска из школы. Такими же мыслями была полна и голова его сестры, которая буквально души не чаяла в своей (по сути единственной) подруге, которая, к тому же, помогла ей обрести анимагическую форму.

-Спасибо, - Вироса-де-Кута кивнула слизеринцам, кожей чувствуя их готовность броситься в бой по ее просьбе, - в этот раз я сама. Вы можете помочь мне в другом, - на этих словах Винтербиры слегка напряглись, вслушиваясь в просьбу девушки. - Убедитесь, что после ужина меня никто не броситься искать. Я вернусь в гостиную Слизерин, когда закончу с одним делом.

Сестра и брат уверенно кивнули, принимая свою задачу. Вироса же чуть скосила глазки за спину Паффиана, аккуратно рассматривая шушукающихся за дальним столом гриффиндорцев. Стараясь не отвлекаться на рыжую копну волос, девушка смерила взглядом ничего не подозревающую дуру-Джонсон, которую сегодня ждет очень грубая и опасная тренировка.

***

Фред притаился за поворотом, что вел прямо к Выручай-Комнате, в которой Отряд Дамблдора во главе с их названным учителем - Гарри Поттером - тренировал боевые заклинания. Юноша верил в то, что Тот-кого-нельзя-называть вернулся, он сам видел несколько свидетельств того, что Темный Лорд воскрес. Во-первых, Турнир Трех Волшебников, который закончился смертью Седрика Диггори - капитана пуффендуйской команды по квиддичу. Другое - их лже-учитель Грюм, который в конечном счете оказался одним из приспешников Того-кого-нельзя-называть под оборотным зельем.

Юноша про себя бы не сказал, что он трус, но липкая пленочка страха все равно ложилась на тело, стоило увидеть родителей, особенно раненого отца. А уж стоило Гарри завести об этом очередную праведную речь.. так руки от кончиков пальцев и до плеч покрывались гусиной кожей, в частности от того, как бесстрашно, во весь голос Гарри зовет Темного Лорда по имени. Фред даже в мыслях не мог назвать его Вола.. Тот-кого-нельзя-называть.

Жуткое имя, которое являлось синонимом какого-нибудь черного проклятия, не иначе. Не хотелось бы накликать на себя беду, учитывая все то, что происходит в волшебном мире сейчас. В любом случае, Гарри был прав, и Фред ему точно верил. Фред вообще многим был обязан своему младшему другу: сначала мальчишка спас его маленькую сестренку Джинни, потом заботился о Роне, а уж то, что Гарри смог каким-то образом узнать о нападении на отца.. Да, Фред точно пойдет за ним, куда бы этот храбрый юноша не попросил бы его пойти.

Так случилось и в этот раз - тренировки, обучение прямо под носом у розовой дамы, только бы быть готовыми ко встрече с Темным Лордом и его приспешниками. Фред считал Гарри на удивление талантливым волшебником, юноша с легкостью овладел телесным патронусом и мало того, смог научить остальных этому сложному заклинанию. Парень не раз сражался с чудовищами, умудряясь выжить и хорошенько наподдать этой всякой черни.

Юноша улыбнулся, вспоминая то, с каким жаром Рон и Гермиона расхваливали своего лучшего друга, и как Гарри в это время краснел до самых ушей, отнекиваясь и умаляя свои заслуги.

В полумраке безлюдного коридора послышались неторопливые шаги. Фред еще не видел, но уже точно знал, кто направляется в его сторону с таким размеренным цоканьем небольших каблуков. Молодой человек мог представить идеально прямую спину, чуть вздернутый носик, цепкий взгляд карих глаз сверху вниз (и как она умудрялась смотреть так, когда ростом ниже на пару голов?). Воображение неотвратимо дорисовывало длинные каштановые локоны, которые в обычное время всегда были собраны в высокую прическу, и только во время ночных походов были распущены и ярко блестели пятнышки белоснежных звезд.

Хотя нет. Был еще один случай, когда Фред видел эти (не дающие ему никакого покоя) волосы вблизи. В момент, когда решил было, что поймал себе чудную лисицу-фамильяра. Каково же было его восхищение, когда девушка легко обратилась обратно! Сердце замерло от неожиданности и от красоты. Бледное лицо было слишком близко, так, что он мог рассмотреть каждую линию на нежных губах, все морщинки в уголках глаз, стоило ей весело засмеяться.

-Не думала, что вы практикуетесь в коридоре, - раздался спокойный голос, вырывающий из теплых воспоминаний.

Вироса-де-Кута остановилась рядом, отправляя юноше изучающих взгляд. Она осмотрела пустующее пространство вокруг Фреда, удивленно приподнимая бровь. И пока девушка изучала безлюдный коридор, молодой человек удовлетворенно отметил ее внешний вид. Черная юбка в пол, которая не стесняла движений, приталенная, заправленная белая блузка, аккуратно застегнутая на все пуговицы и зелено-серебряный галстук, на котором, словно живая, скрутилась кольцами ядовитая змея.

-Нет, мы нашли укромное местечко, в котором нас никто не найдет, - хмыкнул Фред, делая широкий шаг к стене.

Три шага в одну сторону, три шага в другую и еще раз в первое направление. Юноша уверенно выхаживал перед тайной комнатой, краем глаза замечая, как Вироса скрещивает руки на груди, недоверчиво наклоняя голову. Но стоило волшебным дверям проявить себя, темные глаза приобрели совсем другой взгляд. В карих радужках замелькали интерес и удивление, но вместе с этим там было.. узнавание? В любом случае, Фред не успел разобрать, какое именно выражение он заметил, потому что девушка тут же взяла свои эмоции под контроль, возвращая себе, ставшее уже привычным (но от этого не менее раздражающим) аристократичное, без эмоциональное выражение лица.

Большие тяжелые двери поддались, пропуская новоприбывших внутрь. Сегодня Выручай-Комната приняла вид обыкновенного тренировочного зала. Под высокими сводами потолка парили сотни свечей (точно так же, как это было в Большом Зале), а большая часть стен обратилась в мутные зеркала. Деревянный пол приятным стуком отзывался на каждый шаг большого количества присутствующих.

Внутри их тайного укрытия уже собрался весь Отряд Дамблдора в полном составе. Не на каждую тренировку являлись все без исключения, но сегодня был особый случай - пополнение (и Фред надеялся, что эта акция не разовая, и Вироса действительно станет одной из членов их сплоченного общества). Перед глазами мелькали разные цвета: красный, синий, желтый; здесь были представители всех факультетов.. кроме, разумеется, Слизерин. Вироса-де-Кута первая и, скорее всего, последняя студентка зеленого факультета, которой позволили присоединиться к тренировкам.

О том, что Фред хочет пригласить Дасадити знали, в общем-то, все. Он поднимал этот вопрос на их собраниях много раз. Приводя четкие и ясные аргументы в пользу того, чтобы девушка присоединилась к практике. Ярче всех протестовала Анджелина, которая Виросу на дух не переносила, многие сомневались (“Она же змея! Обязательно доложит розовой даме!”), но все таки, когда “за” выступила Гермиона, а ее поддержали Гарри и Рон, у остальных не осталось желания возражать основателям Отряда Дамблдора.

Собственно, поэтому стоило тяжелым дверям приоткрыться, допуская в Выручай-Комнату слизеринку (которая по своему обычаю шествовала, как королева, высоко подняв голову), в помещение воцарилась тишина и все взгляды были направлены только на Дасадити.

-Всем добрый вечер, меня зовут мисс Вироса-де-Кута Дасадити, - девушка с идеальной осанкой слегка присела в реверансе, приветствуя присутствующих.

-Привет..

-Здравствуй..те?

-Ээм..

-Да мы знаем, как тебя зовут..

-Добро пожаловать.. наверное.

Неуверенные тихие голоса заполонили большое помещение, и атмосфера в миг стала еще напряженнее. Вот надо было этой аристократке в очередной раз демонстрировать свой статус?! Нашла время! Почему не поздороваться, как все нормальные люди, “Привет” там или “Как дела”?

Ситуацию спасла подлетевшая к прибывшим Гермиона. Девушка дружелюбно улыбалась, сверкая своими большими глазами. Любимая всеми умница-Грейнджер была вне себя от радости, совершенно не скрывая то, как она счастлива пополнению в лице сильной, опытной и умной волшебницы.

-Привет, Вироса! - Гермиона звонко хлопнула в ладоши, оборачиваясь к остальным. - Вироса здесь, чтобы научить нас парочке мощных защитных заклинаний! Давайте все постараемся! Сами знаете, что нам нужно уметь не только нападать, но и обороняться!

Напряжение все же чуть спало, многие уверенно закивали, а кто-то даже пару раз одобрительно присвистнул.

-И так.. с чего начнем, Вироса? - гриффиндорка сделала шаг в сторону, позволяя слизеринке взять руководство в свои руки.

-Вы все знаете заклинание “Протего”? - Вироса неторопливо вытянула волшебную палочку из кобуры. - Кто еще не умеет ставить простой щит, поднимите палочки, я покажу.

Большинство студентов вышло вперед, занимая удобное положение. Вироса-де-Кута оказалась на редкость превосходным учителем. Хотя простенькое заклинание “Протего” не являлось одним из тех, которые колдовать сложно, все же, даже младшие школьники со второго-третьего раза сориентировались, справляясь с задачей.

-Отлично, - кивнула девушка, разминая плечи. - Теперь разбейтесь на пары и попрактикуйтесь отбивать простые ударные чары. Ваша задача научиться быстро реагировать. Как только почувствуете себя уверенно, присоединяйтесь к изучению более сложных щитов. Все, кто умеет ставить “Протего”, теперь ваша очередь.

Таких студентов оказалось в разы меньше. Фред занял место между Джорджем и Гарри напротив Виросы. Рядом оказались все ученики седьмого и шестого курса. Из тех, кто был младше (не считая Поттера) стояли лишь Рон и Гермиона. Новая группа поудобнее перехватили свои палочки, внимательно следя за движениями новоиспеченного учителя.

-Если вы и правда владеете “Протего”, то этот щит поставите легко, - Вироса-де-Кута обвела всех, кто остался перед ней, озорным взглядом, чуть дольше задерживаясь на пыхтящей от раздражения Анджелине. - Для щита от темной магии вам нужно изменить движении кисти, - девушка изящно повела ладонью, демонстрируя новую для других руну. - Заклинание произносится так: “Эс-сомба”.

Тонкие сероватые нити вырвались из кончика ее палочки, моментально создавая шарообразный кокон вокруг хрупкой фигуры. Это было похоже на старую паутину, которую паук сплел вокруг свежего яблока. Нити едва заметно светились, отдавая загадочным серо-зеленым цветом. Вироса плавно опустила руку, развеивая защитную магию.

-Конечно, “Эс-сомба” не защитит вас от непростительных заклинаний или высшей темной магии, - девушка невинно поджала губы, чуть наклоняя голову вбок, - однако от сложных чар - вполне.

-Так может, ты научишь нас чему-то более серьезному? - выплюнула Анджелина, кривя губы. - Зачем тратить время на то, что не защитит нас от опасности?

-Слишком мало чародеев владеет высшей черной магией, а на непростительные вы, вряд ли, успеете среагировать. Поэтому, для начала, освойте это. Если получится, покажу то, что можно наложить на себя перед сражением для более детальной обороны.

Гриффиндорка не нашлась, что ответить на такой спокойный и разумный ответ. Шумно фыркнула, слегка отворачиваясь, но все же вновь подняла палочку. Гарри принялся тренировать заклинание в тот же момент, активно размахивая древком. Рон громко и абсолютно неправильно произносил название щита, заставляя чересчур ответственную Гермиону постоянно на себя отвлекаться. Седьмой и шестые курсы также принялись за тренировку, периодически окликая Виросу, с просьбами о помощи.

Фред тоже не стал терять времени, заставляя себя оторваться от созерцания идеальных движений лисички (каждый раз, когда она использовала волшебную палочку, она словно начинала некий загадочный и легкий танец, чарующе двигаясь, будто все ее тело источало магию само по себе, приковывая его взгляд).

-Эс-сомба, - юноша расчертил воздух уверенным движением, сам не осознавая, как идеально скопировал изящный полу-танец Виросы.

Серые нити вырвались наружу, пряча молодого волшебника от окружающих. Изнутри заклинание выглядело необычно. Паутина была довольно плотной, но при этом прозрачной насквозь, лишь воздух слегка дрожал от крепкого давления чар, чуть искажая картину внешнего мира. Также приглушенными казались и звуки, звонкие аплодисменты доносились каким-то простенькими хлопками, будто Фред запихал в уши ваты. И было еще кое-что. Юноша не сразу это понял, но осознание пробило мозг, словно электрический разряд - все, что было вне его кокона двигалось чуть медленнее, чем должно на самом деле.

-Что это такое?! - Фред резко опустил руку, ошарашенно распахивая глаза.

-Ах, ты заметил, - Вироса хитро ему улыбнулась, от удовольствия чуть прищуривая глазки (из-за этого юноша еще раз про себя назвал ее лисичкой). - Это дополнительный эффект “Эс-сомба”, частицы магии не просто защищают тебя, они прячут тебя в пространстве. Это словно аппарация, но только ты никуда не перемещаешься, бесконечно быстро распадаясь и собираясь воедино внутри этого шара. Поэтому начинает казаться, что все вокруг слегка замедляется. Этот приятный бонус даст пару мгновений на передышку и позволит сообразить, какой шаг стоит сделать следующим.

-Серьезно!?

-Сейчас я тоже попробую!

-Так, Вироса-де-Кута, покажи еще раз, как надо?!

-Почему ты сразу не сказала?

-Крутяк!

-Давай заново! ЭСОМРА!

-Рональд! Нужно говорить ЭС-СОМБА, а не эсомра!

-Да понял я!

После ошеломительного успеха Фреда у всех моментально появились новые силы для того, чтобы пробовать снова и снова (в основном для того, чтобы почувствовать и увидеть все то, что пережил Уизли внутри волшебного щита).

-Хочешь попробовать отразить им удар? - обратилась к юноше хитро улыбающаяся лисичка.

-Да.

Как же хорошо, что Вироса-де-Кута идеально владела своей волшебной палочкой и собственной магией. Не будь она так искусна, большая часть ее заклинаний (скорее всего) прибила бы Фреда или оставила бы калекой. Первый успех с “Эс-сомбой” повторить было сложно. Особенно учитывая то, что девушка перед глазами не способствовала концентрации. Юношу отвлекало буквально все: ее идеально уложенные волосы, ее вежливая (и лишь в моментах нежная) улыбка, ее прекрасные движения рукой перед ударом. Вся она была один пылающим пятном, которое отвлекало все так необходимое сейчас внимание на себя.

В конечном счете, пару раз (из двух-трех десятков попыток) Фреду все же удалось правильно поставить щит, который глушил отправленное играюче в него заклинание. К тому времени многие из младших успели присоединиться к изучению Эс-сомбы, а у некоторых из старших курсов даже вышло сколдовать шарообразные серый кокон.

-Пора бы закругляться, - устало выдохнула Гермиона, вытирая потный лоб тыльной стороной ладони.

-Я бы хотела попросить провести дуэль, если это возможно, - Вироса-де-Кута сделала несколько шагов в центр зала. - Я говорила, о том, что это мое условие. Плата за обучение.

В тренировочном зале повисла тишина. Вновь все смотрели на девушку с удивлением и крупицей недоверия. Кто-то начал перешептываться, отмечая свой страх перед сильной волшебницей. Никто не решался выступить (пусть даже в разминочной дуэли) против молодой ведьмы. Даже вечно бойкий и готовый ко всему Гарри неуверенно почесал щеку, здраво оценивая свои шансы.

-Мы все устали, это будет нечестно, - шикнула Анджелина, сердито хмуря брови.

-Я подожду, пока ты отдохнешь, - Вироса приподняла уголки губ, отправляя гриффиндорке вызывающий колкий взгляд.

-Я? Ты хочешь сразиться со мной? - Джонсон фыркнула, отчего-то закатывая глаза.

-Неужели ты меня боишься?

-Чего-чего? - злость одногруппницы смешалась с задетым самолюбием, выливаясь румянцем на смуглые щеки. - Я тебя уже однажды обставила, думаешь еще раз не смогу?

-О чем ты, Анджи? - удивилась Гермиона, озвучивая всеобщую мысль.

-Когда сожгла..

-Раз ты готова - выходи! - громко перебила ее Вироса.

Ехидной ухмылки как и не бывало, вместо этого губы лисички плотно сомкнулись, превращаясь в тугую нить. Худое тело напряглось, и тонкие пальцы плотнее сжали волшебную палочку. Неужели никто больше этого не заметил? Фред обернулся по сторонам. Никто. Только он видит, как загораются ненавистью его любимые темно-карие глаза, как радужка медленно окрашивается в красный оттенок, пока дура-Джонсон нахальной походкой, медленно шествует в центр зала.

Вироса-де-Кута - аккуратная, хрупкая девушка, еле сдерживает яростную бурю, которая с каждым стуком каблуков Анджелины завывает все сильнее. Кажется, такого Фред еще не видел. Ядовитый, смертельный гнев, который волнами исходил от его нежной лисички, с размаху влетел в зеркальные стены, гудя, поднимаясь к арочным сводам. Левитирующие свечи дрогнули, пока все смотрели на то, как приветствуют друг друга две соперницы перед дуэлью.

Глава 22 Резкий, быстрый взмах

Поклон. Палочка перед лицом. Резкое движение наотмашь в сторону. Разворот. Десять шагов. Поворот. Стойка.

Этикет дуэли прививали с самого детства, как только Виросочка смогла правильно держать в руках волшебную палочку. Мама внимательно следила за каждым движением девочки, останавливая ее, поправляя, заставляя начинать сначала. Простой магический бой сильно отличался от дуэльного. В первом можно было ни о чем не заботиться, применяя все доступные проклятия, устраивая подлянки и перемещаться в любом направлении, используя все подручные средства. Во время дуэли же все было по правилам.

Движения сковываются определенной территорией, позволительно использовать только чары ближнего боя, не применяя силу к окружающему пространству. Нельзя колдовать сложную черную магию, нельзя пользоваться амулетами или пространственными чарами. Запрещены также фамильяры и некромантия. Использование щитов также контролируется - нельзя накладывать защиту до поединка или ставить так называемые “постоянные доспехи”, которые невозможно расколдовать во время короткого дуэльного боя.

Все эти правила и обязанности участников Вироса-де-Кута знала наизусть, ощутив на себе наказание за нарушение запретов. Мама была предельно строга в отношении магических боев. Она четко разделяла, когда Виросочке можно пользоваться всем своим арсеналом знаний, а когда она обязана соблюдать дисциплину. Дуэльная практика была каждую неделю, и занимала несколько часов чередующихся боев.

Таким образом Вироса, которая предпочитала темную магию обычной дуэльной, приучилась подстраиваться под ситуацию, моментально принимая верные решения для победы над своим соперником. Конечно, во время ее обучений чудес не происходило, и выиграть дуэль у мамы не представлялось возможным. Но девушка предпочитала думать, что ее проигрыши связаны лишь с тем, что она не в состоянии в полную силу сражаться против родного человека (хотя, кажется, маме или крестной этот момент никак не мешал).

Однажды, когда Тенеба гостила у Дасадити, Виросе выпала уникальная возможность - понаблюдать за дуэлью двух сильнейших темных ведьм. Это было завораживающее зрелище. Дамы двигались с такой скоростью, что глаза с трудом различали, кто и какое заклинание колдует. Цветные лучи разрывали воздух, заряжая искрящейся энергией все вокруг. Щиты трещали и разлетались полупрозрачными осколками в разные стороны, яркие магические молнии резали пространство, ударяя друг в друга. Но самое прекрасное во всем этом были лица двух волшебниц - они улыбались. Счастье и радость от короткой схватки полыхала румянцем на их щеках и лбах, блестящие глаза светились от удовольствия, будто прямо в момент дуэли у обеих дам сбываются самые заветные желания.

Сейчас улыбки на лице Виросы не было, как не было и счастья в глазах. Злой туман окутал всю ее фигуру, словно она готовилась не к дуэли, а к последнему бою не на жизнь, а на смерть. Начальный поклон приветствия дался с большим трудом, девушка не могла найти в себе даже крохотную каплю уважения к стоящей перед ней мерзкой особе. Джонсон была той, с которой хотелось провести совсем не дуэль, не поединок ради разминки, а самое настоящее боевое сражение. В котором не будет места правилам и рамкам, где она смогла бы использовать самую темную и ужасающую магию, что сожрала бы шумную, безосновательно зазнавшуюся гриффиндорку, сжигая ее душу изнутри.

Именно с такими чувствами мисс Дасадити подняла руку, наставляя острый кончик палочки на лохматую девушку в противоположном конце зала: “Уничтожить дрянь.”

-Остолбеней! - выкрикнула Джонсон, делая кривое, неказистое движение рукой.

Вироса изящно отразила глупую магию для детишек, тут же невербально бросая в девушку сложную замедляющую магию. Порядок ударов во время дуэли также очень важен, нельзя выкрикивать заклинания от балды, пытаясь хоть как-то достать соперника. “Сначала постарайся меня замедлить, следом идет блок, потому что я не глупа, легко отобью твое первое заклинание и тут же атакую,” - мамин голос прохладной целебной рекой влился в голову, - “Бей прямо из-под своего щита оглушающим, тут же бросая очередное связывание, и уже за ним можно попробовать обезоруживающее. Колдуй только те заклинания, которые умеешь использовать невербально, а еще лучше те, которые сможешь применить без рун, чтобы не тратить время на взмахи палочкой!”

Вот только ничего из этого не понадобилось. Нахалка Джонсон попалась на замедляющее проклятие, с трудом двигая ведущей рукой.

-Ээвеертии стааатуум, - еле шевеля губами, произнесла гриффиндорка, пытаясь начертить нужный символ в воздухе.

-Ты не победишь меня таким скудным набором заклинаний, - хмыкнула Вироса, легко отмахиваясь от кривого луча. - Зря я согласилась на дуэль с тобой.

Вся злость осыпалась под ноги, словно разбитое стекло. Джонсон способна лишь на то, чтобы громко орать, сидя верхом на метле, напустив на себя надменный вид. Волшебница из нее просто никакая. Вироса изящно провела палочкой перед собой, позволяя гриффиндорке вновь нормально двигаться.

-Да ты у нас гуру магии, как посмотрю, - Джонсон скривилась, словно проглотила что-то кислое. - Все что угодно сколдуешь?

-Я просто хорошо училась все эти годы, пока ты валяла дурака, гоняясь за мячиками на поле, - парировала юная леди, принимая скучающую, расслабленную позу.

-Что-то не хватило тебе ума восстановить колдо любовничка, которое я с такой легкостью у тебя отняла! - громко выплюнула Джонсон, исходясь ядом.

Только вот зря она об этом вспомнила. Да, у Виросы теперь была диадема вместо сожженной колдографии отца. Да, теперь она могла по настоящему общаться с папой в любое время, слышать его голос и видеть живые, различные эмоции. Но это не отменяло того, что колдо было ей дорого, что его когда-то подарила мама, что карточка служила оберегом, напоминанием о теплом детстве. И сука-Джонсон не знала, что теперь у Виросы не осталось ничего поистине ценного из вещей, а это, ой как (почему-то), развязывало руки. И как раз в момент того, как красно-золотая успела захлопнуть свой поганый рот, растягивая губы в мерзкой ухмылочке, одна из “развязанных” ладоней намертво сжала волшебную палочку.

Резкий, быстрый взмах.

Джонсон отлетела на несколько метров, падая на спину и звучно ударяясь своей пустой головой о деревянный пол. Рука поднялась вновь. Это было невербальное, жуткое заклинание, которое острым и горячим кнутом стегануло по лицу распластавшейся по полу жалкой мошке.

Виросе показалось, что зал качнулся, но на самом деле, это просто пришли в движение все, кто до этого, задержав дыхание, следили за боем. Поттер, Фред и, неожиданно, кудряшка-Грейнджер появились перед лицом, синхронно поднимая руки в успокаивающем жесте.

Темнокожий комментатор матчей Ли Джордан и Алисия Спиннет - лучшая подружка дуры-Джонсон кинулись к еле дышащей гриффиндорке на полу. У избитого тела не осталось сил даже самостоятельно подняться на ноги. Хлыст рассек лоб и правую бровь, из-за чего перекошенное от боли лицо залилось багряной кровью. Вироса-де-Кута смотрела на это со смешанными чувствами: отвращение отразилось на искривленных губах (не было в этом бое и капли той чарующей красоты, что девушка наблюдала во время дуэли мамы и крестной); собственное превосходство вместе с горячим воздухом в легких толкало грудь вперед и вверх; и жалость к ничтожному созданию, которое теперь уж точно не посмеет и шагу сделать в сторону молодой темной ведьмы, нашла выход через надменный холодный взгляд сверху вниз.

На этом все. Ей больше нет нужды появляться в этой загадочном зале, что в этот раз не был завален хламом (то ли студенты каким-то волшебным образом смогли прибрать странный зал и привести его в такой идеальный порядок, то ли само пространство служило одним из местных чудес и могло приобретать другой вид, в зависимости от желания студентов Хогвартса, то ли еще что-то), Вироса не стала сильно задумываться, мысленно благодаря отца за то, что она успела вынести отсюда диадему до того, как Отряд Дамблдора (кто же все таки придумал эту глупость?) занял чудо-зал, оккупируя его под свои детские глупости.

***

Фред ни с кем этого не обсуждал, хотя новость шепотком разнеслась далеко за пределы их (вроде как) коллектива - слизеринка Вироса-де-Кута отправила Анджелину Джонсон в больничное крыло на несколько дней.

Юноша знал, что между одноклассницами сложные, стреляющие в воздух электричеством, отношения, но он даже представить себе не мог, что хрупкая лисичка способна на нечто подобное. На такую чистую, слепую ярость, которая обернется кровавым.. и ведь даже не побоищем, а просто избиением. В голове кружил образ прекрасной нимфы, что плыла по коридорам Хогвартсе, преследуя какую-то свою загадочную цель, ведомая волшебным сном.

И этот образ покрылся мелкими трещинками, извращая нежное сияющее лицо. Длинные темные ресницы поднялись, демонстрируя ему ледяной, пугающий взгляд. Мягкие губы превратились в изломанную линию хищной усмешки, а весь идеальный аристократичный внешний вид неотвратимо менялся, превращаясь в надменную позу.

С девушкой определенно что-то происходило. Фред соврал бы, если бы сказал, что понял природу лисички, но он был уверен, что такой жестокости и ненависти в ней раньше не было. Как не было и кровавого блеска в радужках и бледного цвета кожи, темных кругов под глазами и скучающего безразличия к обычным людям вокруг нее.

Что-то или, не дай Мерлин, кто-то медленно, но верно превращает юную восхитительную волшебницу в пугающую черную ведьму. И Фреду хотелось верить, что он сможет остановить и обратить эти изменения вспять. Должно быть хоть что-то, на что лисичка сможет переключить свое внимание. После открытия их с братом магазина “Всевозможные волшебные вредилки” юноша узнал одно заветное желание Виросы - получить нечто, способное отыскать кого-то. Фред был уверен, что этот кто-то - отец девушки. Она не часто о нем говорила, но он определенно был жив и ей очень нужен.

В голове созрел безумный план. Фред хмыкнул на свою же формулировку: “А когда это мои планы не были безумными? Задачка под стать Уизли!” Расписывать где-то свои шаги было опасно, поэтому пришлось выдумывать и запоминать. “Как же непривычно использовать одну голову, вместо двух.” - юноша запустил длинные пальцы в волосы, чуть массируя кожу. Привычка полагаться на брата сейчас аукнулась, наконец-то, заставляя мозг работать в полную меру. И так, план:

“1.1 Я начну изобретать то, что способно отыскать ее отца. Для этого нужно как-нибудь, не вызывая лишние вопросы, поговорить с умницей Гермионой. Она то точно читала что-нибудь подобное в какой-нибудь очередной огромной книге (воображение нарисовало гигантский том с кучей сложных длинных слов, и в горле тут же образовался ком).

1.2 Про зачарованные предметы поиска можно спросить и у мамы. Часы, что стоят дома и показывают местонахождение каждого из членов семьи - ее идея. Никогда раньше не задумывался о том, как именно они работают. Возможно, получится сделать что-то подобное для лисички.

1.3.1 Все таки придется обратится к.. о, Мерлин, нет.. профессору Снейпу.. Этот грязноволосый тип меня и слушать не будет. Хотя он славится своими удивительными навыками. В конце концов, создание подобных артефактов напрямую связано с зельеварением. У всего есть основа. Следящие руны все равно нужно будет на что-то наносить, и лучше, если это будет что-то маленькое, вроде камушка. Простой камень зачаровать, вряд ли, получится, придется его создать из.. чего-то. Сам я с процессом кристаллизации не справлюсь. (Фред схватил волосы, оттягивая их в разные стороны, представляя то, как он пытается договориться с мерзким главой змеиного факультета о помощи). Да он и слушать меня не будет.. Придется попросить того, кого он хотя бы выслушает.

1.3.2 Найти кого-то, кому профессор Снейп соизволит объяснить процесс создания камушка. Лучше всего искать среди Слизерина.. Ох, великий Мерлин, помоги! И кому, скажи-ка на милость, я мог бы обратиться? (Шестеренки в голове завращались, подкидывая имена всех более-менее знакомых представителей зелено-серебряных.) Паффина Винтербир! Ну, конечно! Если я скажу ей, что готовлю подарок для лисички, она точно мне поможет! Еще и руку приложит, по любому, желая удостоверится, что я правда делаю нечто полезное, а не пытаюсь навредить ее дорогой подруге.

Поправочка 1.3.2 Уговорить Паффину Винтербир мне помочь (шумный выдох сквозь зубы вырвался наружу).

2.1 Подарить лисичке то, что в итоге получится. Хоть бы это “что-то” было рабочим..

2.2 Секунду, даже если она примет то, что у меня получится, не факт, что она сможет тут же им воспользоваться. Мы же все время сидим в Хогвартсе, изредка выбираясь только в Хогсмид.. В этом случае, нужно еще что-то. Что-то работающее здесь, на что лисичка смогла бы отвлечься..”

-Фредди, ты о чем таком думаешь? Сейчас без волос останешься, - Джордж с размаху ударил брата по плечу, выбивая из равновесия. - Неужели решил домашку делать? - близнец состроил испуганное лицо, выпячивая глаза.

В общей гостиной Гриффиндор было как всегда шумно. Студенты разбились на группки громко общались друг с другом, кто-то играл в магические плюй-камни, кто-то силился выполнить задания от преподавателей. Фред заметил в углу у камина играющих в волшебные шахматы Рона и Гарри, а рядом сидела Гермиона, хмуря брови, усердно что-то читала, периодически отрывая взгляд от книги и бросая колючие молнии в своих друзей-бездельников.

-Ну-ка, подожди, мне нужно у Герми кое-что спросить, - под удивленным взглядом брата, Фред поднялся со своего места, уверенным шагом направляясь к младшей подруге.

Заметив приближение юноши, Рон недовольно скривил лицо, а Гарри удивленно поправил круглые очки. Гермиона же, почувствовав на себе пристальный тяжелый взгляд, неуверенно опустила книгу на колени, вопросительно выгибая бровь.

-Обращаюсь к самой умной из присутствующих, - придав голосу максимально веселый перезвон, начал Фред. - Дорогая Гермиона, не могла бы ты проконсультировать меня в одном вопросике?

Рон и Гарри лишь фыркнули, перекинувшись задорными взглядами, спокойно отвернулись, возвращаясь к партии. А Гермиона шумно вздохнула, неторопливо поднимаясь на ноги. Она привычным движением махнула ладошкой в сторону закутка, в котором она уже ни раз давала близнецам советы. Гермиона пользовалась популярностью у всех, кому нужна была помощь с учебой, но для Уизли девушка стала кем-то вроде всезнающей энциклопедии. Фред и Джордж часто использовали ее обширные познания для своих проказ.

Хотя младшая гриффиндорка была не в восторге от того, что близнецы с ее помощью устраивают разные проказы, но после того, как она получила обещание, что “никогда, ни при каких условиях, даже в мыслях, близнецы не воспользуются ее помощью против самой Гермионы”, девушка все таки сдалась и стала порой объяснять братьям что случится, если смешать тот или иной компонент, или как можно добиться взрыва без звука, или какое растение может выдержать вес человека, если из него сплести ловушку.

Вот и в этот раз девушка, сложила руки на груди, чуть наклоняя голову, смотрела на Фреда тем самым взглядом, мол, удиви меня, что вам на этот раз взбрело в голову устроить? И (какое же счастье) без задней мысли, Гермиона ответила на все вопросы озорника, касающиеся создания поискового артефакта.

Как и предполагалось.. дальше дело за кристаллизацией камушка из экстракта белладонны, корня валерианы, листьев алихоции и сока имбиря - все эти компоненты могут использоваться в зельях привязанности, запоминания и работы волшебных частиц мозга магов - следовательно, скорее всего, если смешать все вместе выйдет неплохая основа для поискового артефакта (по крайней мере, так считала умница Гермиона).

Фред благодарно кивнул, получая в ответ насмешливую улыбку и слегка закатанные глаза (все таки гриффиндорка была уверена, что молодой человек разрабатывает очередную шалость). Следующий пункт - уговорить Винтербир помогать.

***

Паффина сидела за своим рабочим столом в пустующей комнате (Вироса-де-Кута опять куда-то ушла, сказав, что ей нужно немного проветриться). И чего ее вечно на улицу тянет? Хоть погода уже начала улыбаться ярким и теплым солнцем, а трава приятно позеленела, все же, чего веселого гулять в одиночестве? Девушка шумно вздохнула, поправляя выбившуюся прядь волос.

“Понятно, конечно, что Вироса расстроена из-за всех этих слухов, что она якобы ранила тупоголовую Джонсон, но я же всегда рядом. Могла бы хоть со мной обсудить, стало бы гораздо легче,” - слизеринка прикусила кончик пера, туманным взглядом скользя по исписанному листу. Подруга, вообще-то, не отрицала того, что это именно она отправила надоедливую львицу в больничное крыло, Паффина продолжала гадать, как Вироса смогла это провернуть в школе?

Вряд ли их перепалка случилась где-то в коридорах, на шум сбежались бы профессора, и подруга не избежала бы наказания. Значит, девушки сцепились где-то за пределами Хогвартса? - Да как бы не так! Они не смогли бы так легко покинуть территорию, и устроить драку где-то в другом месте. “Драку.. не похоже, что это вообще был бой,” - Паффина вспомнила идеально выглаженную одежду Виросы, высоко поднятую голову, без единой царапины (а по слухам у дуры-Джонсон пол лица было рассечено), даже худые руки подруги не дрожали, как обычно бывает после напряженного и долгого использования магии.

Странно все это. Слизеринка откинулась на спинку высокого стула, рассматривая полумрак потолка. Девушка не хотела лезть в дела подруги, насильно спрашивать ее о чем-то и допытывать, полагаясь на то, что леди Дасадити сама расскажет, если захочет. В конце-концов, Паффина волновалась о своем поведении, слишком уж она дорожила единственной подругой.

-Ну и ладно, - прошептала девушка, возвращая спине ровное положение, - главное, что Джонсон больше и носа не покажет! - легкий смешок вырвался наружу, и в мыслях слизеринка хвалебно похлопала в ладоши, представляя, как эффектно (скорее всего) ее подруга мисс Дасадити приструнивает наглую красно-золотую львицу.

Взгляд вернулся к столу, на котором все также лежал открытый учебник и неоконченное домашнее задание. Оставалось дописать доклад для профессора Снейпа, и на этом вечерние занятия можно считать завершенными! Паффи уверенно сжала перо, кивая себе в знак поддержки, принялась выводить следующее предложение на желтоватом пергаменте. До ужина еще есть время, поэтому хорошо бы ускорится и перед едой немного попрактиковаться в анимагии.

Ход мыслей нарушил сложенный самолетиком небольшой листик, что аккуратно приземлился около левой руки. Паффина несколько секунд удивленно смотрела на бумажное оригами, замечая свое имя на одном из “крыльев”, выведенное незнакомым почерком. Все же интерес взял верх, и девушка протянула было руку к необычной записке, но резко остановилась, вспоминая о том, как изящно и при любом удобном случае использовала магию Вироса-де-Кута. Паффи восхищалась этой легкостью и любовью к волшебству, стараясь перенять хорошую привычку - во всем полагаться на палочку (тут же закатывая глаза - как она раньше не вспомнила об этом, используя свои нежные ручки для написания доклада вместо магии!?).

Паффина взяла в руку свое волшебное древко, небрежно приказывая бумажному самолетику развернуться перед ее лицом. Все же это была записка. И кто бы мог подумать.. от Фреда Уизли. Девушка несколько раз перечитала небольшое содержание, состоящее буквально из пары предложений, пожевала губами, но все же поднялась из-за стола. Неторопливым движением поправила юбку, прошлась до зеркала, наколдовала себе новую аккуратную прическу, как и подобает леди, отдернула школьный жилет, бережно погладив змейку на груди, вышла из комнаты.

В гостиной Слизерин было тихо и спокойно. Редкие студенты разбились на маленькие группы, занимаясь каждый своим делом. Кто-то спокойно общался, греясь у камина, ученики помладше делали вместе домашнее задание, шурша страницами учебников, на центральном диване сидели старшие, читая газеты или дополнительную литературу. Паффиан, словно почувствовал присутствие сестры, оторвал взгляд от маленькой книги по рунам, вопросительно наклоняя голову.

Девушка лишь отрицательно мотнула головой, продолжая свое шествие на выход из общей комнаты в прохладные подземные коридоры Хогвартса. Брат сверлил взглядом до тех пор, пока ее фигура не скрылась за дверью. Никогда он не перестанет так делать. Заботиться. С самого их рождения, с разницей в пару минут, Паффиан был не братом-близнецом, он был старшим, главным наследником рода, в обязанности которого с первых секунд жизни входило беспокойство о сестре.

Сейчас они стали старше, и забот у брата прибавилось. Отец активно вводил его в курс семейных дел. Паффина тоже часто присутствовала на таких домашних “уроках”, но участи - быть цепями привязанной ко всем жутким и важным тайнам рода Винтербир - ей было позволено избежать. Ее растили принцессой, идеальной представительницей чистой волшебной крови, в чьи обязанности входит удачно выйти замуж, помогая этим своей семье. Чего нельзя было сказать о Паффиане. На его плечи ложилось целое семейство, постепенно прибивая юношу драгоценными гвоздями к роду. Совсем скоро отец позволит брату не просто участвовать в семейных собраниях, а иметь свой собственный голос, выбирать шаги, которые должна предпринять семья для дальнейшего успешного существования.

Стук маленьких каблуков эхом разносился по пустующим длинным коридорам, пока девушка уверенно продвигалась к назначенному месту встречи. Не то, чтобы ей было дело до задумок Фреда Уизли, но это касалось Виросы. Именно это и заставило отреагировать. Наверняка Паффиан, если узнает, опять нахмурится (как он всегда делает, стоит какой-то информации дойти до него позже, чем до сестры) и скажет, что-то вроде: “И почему ты не поставила меня в известность? Мы же договорились помогать леди Дасадити вместе?” Да, они договорились. Но Паффина знала кое-что, хотя сама еще толком не разобралась, что именно.

После того, как Вироса-де-Кута отправила им книгу, в которой были описаны варианты избавления от артефакта, что связывал род Винтербир по рукам и ногам, родители принялись за глубокое и серьезное изучение этой темной древней литературы. И после того, как сестра и брат вернулись в школу, похоже, родителям все же удалось вычитать там какой-то вариант решения главной головной боли целого рода. Отец прислал письмо Паффиану, в котором давал короткие, но очень точные указания к действиям. Паффина видела лишь конверт и лицо близнеца - глаза расширились, брови поползли вверх, а нижняя губа чуть дрогнула. Он тут же сжег лист, угрюмо складывая руки на груди.

“Что там было?” - Паффина встревоженно укусила щеку изнутри, внимательно следя за тем, как напрягаются плечи брата.

“Не волнуйся об этом, я сам разберусь,” - Паффиан глубоко свел брови, замирая в пол оборота.

В этот момент рядом с ними проходила Вироса-де-Кута. Девушка в очередной раз силилась объяснить Кассиусу порядок ингредиентов для нового зелья, что ждало их на занятии у профессора Снейпа. И тут же Паффина поняла, чье имя мелькнуло в письме отца, потому что взгляд брата стал слишком острым, внимательным, словно он проверял удаляющуюся подругу на наличие темных чар.

С тех самых пор Паффиан постоянно бросал на Виросу такие взгляды - оценивающие. Паффина не знала, что именно брат пытается найти в ее близкой подруге, но странное беспокойство дрожащими скрипучими мурашками поднималось от живота к горлу, стоило заметить, как близнец опускает взгляд, проваливаясь в свои сложные думы и расчеты.

Поэтому хватит с него волнений. Сейчас Паффина способна справиться самостоятельно, не ставя брата в известность о такой ерунде, как встреча с Уизли из-за какого-то подарка Виросе.

-Спасибо, что пришла! - раздался веселый голос.

-Когда я пойму, что это очередная глупая шутка, тебе не поздоровится, рыжий, - произнесла слизеринка, приподнимая подбородок.

-Ты обо мне не самого лучшего мнения, да? - юноша хихикнул, отталкиваясь от стены.

-Сложно быть хорошего мнения о тупоголовых гриффиндорских юмористах, - надменная ухмылка, как по заказу, тут же появилась на светлом лице.

-Будь у меня другой выбор, я бы не стал обращаться за помощью к ядовитой змее, уж поверь, - невинно пожимая плечами, произнес Уизли.

-Наш диалог и так уже затянулся, грифф, говори, что хотел или я пошла.

-Спокойно, мисс торопыга. Слизеринская команда по квиддичу доказывает, что никому из зеленых не свойственна скорость, поэтому и ты не нарушай традиции, не торопись.

-А я и без квиддича знаю, что на Гриффиндор учатся лишь тупоголовые идиоты, не способные и двух слов связать. Ты молодец, что не нарушаешь ваши традиции.

-Да.. уж, - красно-золотой фыркнул, складывая руки на груди, - разговор у нас затянется, похоже.

Глава 23 Профессор Альбус Дамблдор

Удивительное чудо, как спокойно могут протекать школьные будни, если никто (дура-Джонсон) не начинает новую перепалку из-за очередной ерунды в любой момент. И как же прекрасно и быстро могут проходить уроки, если никто (дура-Джонсон) не сверлит взглядом.

После (не совсем) дуэли в присутствии всего Отряда Дамблдора (может они все же сменят название?) вечно бойкая капитан гриффиндорской команды по квиддичу превратилась в незаметную, тихую тень, отсвечивающую только в те моменты, когда к ней напрямую обращались преподаватели. Больше Вироса-де-Кута поверженную слабачку нигде не замечала. Хотя, честно сказать, после того, как девушка хорошенько выпустила пар, проходясь по неприятному лицу (которое местная медсестра мадам Помфри смогла таки вернуть в норму) жгучим кнутом, Джонсон перестала хоть как-то волновать леди Дасадити.

Отец из диадемы, после того, как узнал подробности (не совсем) боя, расплылся в хищной улыбке, одобрительно сверкая темными глазами. “В следующий раз используй чужие руки, чтобы не марать свои о всякий мусор,” - только и сказал он, тихонько смеясь над описанием распластавшейся по полу гриффиндорки.

Вычеркивая свершившуюся месть из своего списка дел, Вироса-де-Кута вернулась к своей томной рутине - разобраться с тем, что же случилось с темным магом, что использовал убивающее заклинание на маленьком Гарри Поттере, но тот получил на память лишь шрам, а сам маг загадочным образом исчез, оставляя мальчику часть своих сил.

Собственно, одна идея у Виросы все таки была, поэтому девушка максимально долго и осторожно подходила со своим вопросом к папе, чтобы тот не решил расспрашивать подробности:

-Отец, когда вы создавали этот Крестраж, вы знали, что место получится таким прекрасным?

-На сколько я могу судить, при создании Крестража магия запечатывает не только часть души, но и ощущения мага в момент принятия такого решения.

Папа огляделся по сторонам, размеренно отвечая на вопрос. Девушка уже привыкла к его манере общения. Папочка был даже слишком многогранным, но при этом, его легко было понять, приноровившись к его настроениям. Отец мог раздражаться и даже злиться, когда заходила тема о диадеме (он гневался, стоило отцу почудиться, что тиара не находится в безопасности, и его дочь слишком небрежно с ней обращается) - “Не забывай, что здесь моя душа! Если тебе в голову взбредет что-то с ней сделать, поверь, тебя ждут немыслимые агонии и страдания, во время которых Круцио покажется тебе детской щекоткой!” - в эти моменты его глаза наливались кроваво-красным цветом, а лицо искажалось безумным гневом.

Папа мог быть и слишком задумчивым, устремляя взгляд за горизонт, утопая в собственных мыслях. В такие моменты девушке казалось, что даже если она закричит или начнет с силой трясти его за плечи, отец никак не отреагирует, продолжая глубоко уходить в себя. Вироса приноровилась быстро умолкать, давая отцу возможность побыть наедине с собой.

Редкостью было увидеть его улыбку или веселые искорки в карих радужках. Порой папу забавляли самые неожиданные вещи - чьи-то глупые ошибки, проступки, наказания, которые “заслуженно” получали другие студенты. Вироса часто делилась с папой различными короткими историями из школьных будней, надеясь, что его это заставит хоть немного улыбнуться.

Однако чаще всего девушка встречала уникальную черту отца. Ему легко удавалось объяснять сложные механизмы древних волшебных изобретений, чудесным образом раскладывая все по полочкам, при этом давая короткую (или не очень) историческую лекцию о том, откуда взялась та или иная магия. Это были лучшие часы, девушка словно проваливалась в теплое детство, когда проходили ее уроки с мамой, но теперь учителем выступал всезнающий отец, спокойно и неторопливо объясняя Виросочке все, что она хотела бы знать, подробно отвечая на любые ее вопросы.

-А ваши предыдущие Крестражи тоже были созданы в таких красивых местах? - улыбнулась девушка, с наслаждением поглубже вдыхая теплый воздух.

Вироса-де-Кута уже знала о том, что отец еще в юношестве планировал запечатать семь отделенных частей души, а диадема являлась пятой из них. Такой тонкой работе девушка могла лишь позавидовать. Какой же магической мощью должен обладать колдун, что способен многократно разделить свою душу, аккуратно разрезая ее на равные части!

-Совсем нет, - отец хмыкнул, явно вспоминая что-то забавное. - Если так подумать, первый Крестраж вообще получился так себе. Тогда я был студентом, как ты. Местечко выбралось, скажем прямо, не самое приятное и чистое. Но откуда я мог знать, что дневник скопирует в себя еще и окружающую обстановку?

Расспрашивать о том, где именно был сотворен первый Крестраж, Вироса не решилась, наблюдая за ухмылкой отца. Вспоминать собственные школьные годы ему нравилось далеко не всегда. Папа с удовольствием говорил о самом Хогвартсе, о его тайнах и секретах, но когда речь заходила о профессорах, он начинал бойко, однако взгляд быстро темнел, словно кто-то из далекого прошлого все еще не давал ему покоя.

-Вот как, - девушка кивнула, подготавливая себя к главному, интересующему ее вопросу. - Все ваши части души были запечатаны в предметах, которые вы тщательно отбирали для этой задачи. Но что насчет живых существ? Может ли зверь или, скажем, другой человек стать Крестражем?

-Вполне, - папа кивнул, неторопливо переступая через непуганых птиц. - Только это самая настоящая глупость. Слишком ненадежно. Во-первых, живые существа имеют свойство умирать, - на этом слове отец скривился, смотря себе под ноги. - Неразумно хранить свою душу в том, что само по себе может исчезнуть. Во-вторых, душа - это материя сложная, есть вероятность, что она частично срастется с душой этого зверя или человека. Поэтому и вернуться к жизни с помощью живого Крестража, вряд ли, получится, - папа неожиданно остановился, поднимая на дочку внимательный взгляд. - Когда решишь создать свой Крестраж, сначала посоветуйся со мной, чтобы я знал в какой именно предмет ты решишь поместить свою душу.

-Разве выбор предмета так важен? - девушка тоже замерла, удивленная таким заявлением (кажется, отец неправильно ее понял, посчитав, что эти расспросы начались из-за того, что Вироса хочет создать собственный Крестраж).

-Разумеется! Неужели ты станешь запечатывать себя в какой-то мусорной безделушке?!

-Я, конечно, очень извиняюсь, отец, но ваша тиара.. Как бы это сказать. Разве она не “какая-то безделушка”?

-И чему вас сейчас только учат?! - радужки мигнули красным. - “Безделушка”? Это диадема Кандиды Когтевран! Одной из основательниц Хогвартса!

-Вот как.. Прошу прощения, я не знала.

По большому счету, Виросе, на самом то деле, не было особо стыдно за свое неведение. Корона не выглядела особо ценной, а если это и правда украшение одной из великих волшебниц прошлого, то почему она в таком отвратительном состоянии? И вообще, какое дело, скажите на милость, иностранке приехавшей в Хогвартс всего на один учебный год, до странных (и по своей сути бесполезных) предметов, принадлежащих когда-то местным главам факультетов школы?

Все, что действительно хотела выяснить, девушка узнала - Крестраж и правда может быть человеком. Вот тут то все и встает на свои места. Некий темный маг, что терроризировал Британию, по собственной глупости и неосторожности создал Крестраж в виде человека - Гарри Поттера. Не таким уж великим, получается, был этот чародей, если не смог справится с собственной душой, случайно заключая ее в теле мальчика, которого намеревался убить. Вот вам, пожалуйста, и Авада Кедавра, которая (на самом деле) верно сработала, просто убила она не младенца, а тело мага, активируя тем самым заклинание Крестраж и отправляя часть души прямиком в Поттера.

Какая глупая ошибка! Быть таким могущественным, держать в страхе всю волшебную часть Великобритании, наводить ужас одним лишь своим именем, и погибнуть от собственной магии. Этот неосторожный маг не просто собственноручно спас того, кого намеревался погубить, но и подарил часть своей души, что похоже уже сплелась с душой мистера Поттера, даря тому некие особенности колдуна, например парселтанг (змеиный язык, которым гриффиндорец точно не мог обладать с рождения).

Вироса-де-Кута весело хмыкнула, пытаясь представить лицо могущественного и ужасного мага всея Британии, когда тот осознал, что сотворил: “Что же за самонадеянный глупец? Вот мой отец точно бы на такое не попался!”

***

Апрель встретил студентов горячим солнцем и нежным легким ветерком, что небрежно игрался с длинными черными мантиями учеников. Внутренний двор был многолюден, даже любители мрачных и прохладных подземных коридоров - слизеринцы - выбрались на свежий воздух, подставляя лица ярким лучам.

Вироса-де-Кута в обществе своей неизменной подруги мисс Винтербир заняли место на каменной скамейке, прикрыв глаза, улыбались прекрасной погоде. Рядом, постелив на траве зеленый плед в серебряную полосочку, устроились Кассиус и Пьюси, громко споря о стратегии на следующий квиддичный матч Слизерин-Пуффиндуй (хотя до него еще оставалось больше месяца ежедневных тренировок). Паффиан задумчиво вышагивал перед скамейкой, держа в руках учебник по нумерологии. Мистер Винтербир был одним из немногих, кто даже в такой прекрасный день предпочел учебу отдыху, хмуря брови и внимательно вчитываясь в заданный параграф.

Чуть в отдалении в компании своих.. друзей?.. сидел хмурый и мрачный, как одинокая туча на чистом небе, мистер Малфой. Драко недовольно пинал носиком кожаного ботинка зеленую траву, буравя землю ледяным взглядом. Вот у кого, кажется, жизнь никак не может наладиться - так это у младшего наследника чистокровной английской семьи.

После того случая, когда Виросе посчастливилось подслушать сообщения от отца Драко у кромки защитного купола школы, молодой человек никаких новых заметных или странных действий не предпринимал. То ли Малфою наскучило гоняться за неуловимым золотым Мальчиком-который-(теперь понятно как)-выжил, то ли он уже достаточно выяснил, чтобы, наконец-то, отстать от Поттера.

В любом случае, Вироса-де-Кута так и не смогла сблизиться со слизеринцем, как ей намекнула сделать крестная. Стоило вспомнить о Тенебе, в груди неприятно кольнуло. Девушка очень давно не писала писем, погрязая в своих школьных делишках, да и от крестной тоже не было вестей. Кажется, пожилая ведьма смогла найти для себя какое-то увлекательное занятие, кроме как бесцельно слоняться по огромному манору, от безделья крича на домовух и по сотому кругу перечитывая старые потрепанные книги.

“И что же это за дело такое?” - Вироса хмыкнула, начиная по новой прокручивать в голове все странности мисс Навелюкс за последние месяцы. Все началось со смерти мамы.. К горлу поднялся мерзкий тошнотворный ком, а под веками запекла ужасная кровавая картинка, которую девушка не смогла не то, что забыть, хотя бы сделать не такой яркой в своих воспоминаниях. Глубокий вдох через нос. Такой же размеренный шумный выдох. Так. Еще раз. Тенеба.

Крестная так и не рассказала, чем была занята до рождественских каникул, и зачем она отправлялась за границу. Все это, каким-то, помоги Моргана, местом в итоге было связано с семьей Малфоев, один из представителей которых сидит сейчас буквально в нескольких шагах от девушки. Драко точно что-то знает, не просто же так светловолосый юноша вечно находится в мрачном напряжении, скалясь и огрызаясь на своих.. друзей?..

Устроить ему, что ли, допрос? Вироса-де-Кута чуть сильнее откинулась назад, запрокидывая голову. Блестящий солнечный свет окрасил закрытые веки в ярко оранжевый цвет. О чем вообще может так волноваться простой пятикурсник? Неужели дела семейства Малфоев настолько плохи, что даже находясь далеко за пределами Англии, молодой волшебник продолжает волноваться и выполнять какие-то обязанности в отношении рода?

Даже Вироса (как бы не было стыдно это признавать) совсем забыла о своих прямых обязанностях единственного (теперь) представителя семьи Дасадити, оставляя дом на двух эльфов, а дела рода отпуская на самотек. Сейчас бы школу закончить, выбраться из этого Хогвартса, разобраться со странностями крестной и тайнами отца (найти его?) и только после этого можно будет подумать о том, что делать с семейным наследием.

Момент. В голове всплыло короткое воспоминание. Девушка же подслушала сообщение Люциуса Малфоя своему сыну. И что тогда пробурчал Драко? Он ведь сказал что-то очень странное.. очень страшное. “Почему Лорд поселился у нас дома?”. Вироса резко распахнула глаза. Лорд? Он же имел в виду Темного Лорда? Того самого Лорда Волан-де-Морта, о котором столько вокруг разговоров?

Не может этого быть! Просто не верится, что ужас магической Британии скрывается у самых известных аристократов. Малфои приютили у себя воскресшего черного мага, поручая Драко заниматься слежкой за Поттером. Значит ли это, что колдун наконец осознал, что мистер Поттер - его случайный Крестраж? Может ли такое быть, что этот Волан-де-Морт попытается все исправить, вытащить из мальчика часть своей души?

А это вообще возможно? Отменить заклинание Крестраж? “Нужно будет спросить у отца об этом..” - только и успела подумать Вироса-де-Кута, перед тем, как окружающие события вырвали ее из сложного мыслительного процесса.

Двери главного входа в замок резко распахнулись, выплевывая наружу нескольких человек. Все, кто до этого наслаждался апрельским деньком, удивленно повернулись на звук ругани. Во главе процессии, гордо задрав круглую голову, широким шагом двигалась Генеральный Инспектор Хогвартса - Долорес Амбридж. Розовая дама крутила в руках длинный, свернутый в трубочку, пергамент, на котором хорошо виднелась темная эмблема Министерства Магии.

Следом, на негнущихся ногах, ковыляла лохматая, странно наряженная, с нелепыми огромными очками, у которых линзы были толще, чем у телескопа, дрожащая всем телом ведьма. В странной особе Вироса узнала профессора прорицания Сивиллу Трелони. Девушка не питала особой любви к предсказаниям будущего, а узнав, что занятия ведет подозрительная любительница спиртного, которая не в состоянии следить за своей речью, не моргнув и глазом, вычеркнула из своих дополнительных занятий данный урок.

Профессор Трелони громко завывала, сквозь слезы и невнятные хлюпанья умоляла Долорес Амбридж остановиться, но та оставалась глуха к ее мольбам, упрямо продолжала идти вперед, лишь единожды обернувшись, проверяя поспевает ли за ней худой, большеносый Филч.

Хмурый и нелицеприятный завхоз Хогвартса торопился за профессорами, волоча по земле тяжелые, огромные (и, кажется, собранные в попыхах) чемоданы. Он что-то бубнил себе под нос, стаскивая свою ношу со ступенек.

Следом во двор выбежала разозленная, с непривычно широко распахнутыми глазами, профессор МакГонагалл. Ведьма буквально слетела по ступенькам, от чего, уставший от непомерной нагрузки, Филч слегка покачнулся, теряя равновесие. Дама пронеслась вперед смертоносным разъяренным ураганом, хватая несчастную преподавательницу прорицания за руки, торопливо прижимая ее к себе, словно маленькую, обиженную всеми, девочку.

-Вы что-то хотели сказать? - писклявый голос розовой дамы резал, как по живому.

-О! Я бы многое хотела вам сказать! - резко выпалила декан гриффиндора, покрепче прижимая жалкую коллегу к себе. - Вы не можете так поступать!

-Вообще-то, - Амбридж приподняла и помотала в воздухе пергаментом, - могу, - и гаденько улыбнулась.

Вдруг в дверях парадного входа появился директор. Профессор Дамблдор шел в развалочку (оберегая свои старые косточки), спустился по лесенке. Придерживая длинный серебристый подол плотной мантии, длиннобородый маг тяжелой походкой добрался до группы профессоров, обращая теплый взгляд к скручивающейся от страданий провидице.

-Профессор Трелони, отправляйтесь обратно в школу, - спокойный голос директора густым туманом облетел всех присутствующих. - Минерва вас проводит.

Учителя поспешили в замок, благодарно кивая директору за защиту. Сивилла Трелони, кажется, начала плакать еще жалостливее, сопя забитым носом.

-Дамблдор! - мерзкий голосок разрезал накаленный воздух. - Позволю себе напомнить, что, согласно декрету об образовании номер двадцать три, утвержденному Министром, я..

-Вы можете увольнять моих преподавателей, но изгонять их из Хогвартса вы не имеете права, - твердо прервал розовую даму профессор Дамблдор. - Это право остается за директором!

-Не на долго, - после короткой паузы произнесла Долорес Амбридж, бросая в старого мага нахальный взгляд своих рыбьих глаз.

На этом концерт был окончен. Розовая дама, выше прежнего, задрала голову, отправляясь обратно в замок. Альбус Дамблдор же обвел своих студентов взглядом, немым согласием позволяя вернуться к своим делам, бодро зашагал к школе (будто и не было никакой старческой боли в коленях).

***

-Это уже ни в какие ворота не лезет! Что она себе позволяет! - гортанно зарычал темноволосый маг, выходя из камина в кабинете директора.

-Сириус, будь добр, убавь громкость, - миролюбиво ответил на это Дамблдор.

Сириус Блэк, сходящий с ума от безделья, сильный боевой анимаг, которому чудом пару лет назад удалось сбежать из Азкабана при помощи маленькой, почти незначительной помощи Дамблдора. Стоило всего на всего потянуть пару ниточек, запуская процесс брожения в тюрьме, чтобы выиграть верному стороннику время на обращение, после чего подбирая несчастного, худощавого черного пса у самой кромки воды.

Директор, конечно, помог Сириусу сбежать, приказывая оставаться на Гриммо, 12 в старом доме семейства Блэков, но, кто же мог предугадать, что за столько лет в Азкабане анимаг разучится, хотя бы делать вид, что слушает старших. Разумеется, Сириус первым делом бросился на поиски своего крестника - Гарри Поттера, желая помочь мальчику на его третьем курсе в Хогвартсе.

Тогда Дамблдор впервые за много лет был по-настоящему зол. Хотя сам профессор знал, что Блэк никоим образом не угрожает студентам или же его золотому выигрышному билету - юному мистеру Поттеру. Но! Сириус устроил такой переполох, что пришлось подыгрывать общественности, ставить дополнительные защитные чары на школу, поддакивать раздражающему Корнелиусу Фаджу - идиоту-министру магии. Подпустить к школе дементоров - постоянных сторонников Волан-де-Морта, который уже тогда где-то прятался, отчаянно возвращая себе силы.

Мало того, в конечном итоге так и пришлось поймать мешающего пса-Сириуса, усаживая того поудобнее в одноместной камере на крыше школы. Дамблдор до сих пор вспоминал тот далекий учебный год, мысленно себя хваля за сообразительность, что намекнул Минерве о маховике времени, что он будет полезен самой выдающейся ученице - мисс Грейнджер. Вот как в воду глядел! Так и пришлось потом с помощью этого редкого артефакта отправить Гарри и Гермиону на разрешение проблем, что создал неугомонный, одичавший Блэк.

Повезло еще и в том, что Римус Люпин - один из лучших друзей Сириуса легко согласился преподавать в том году. Этот оборотень хорошо сыграл свою роль во время учебного года, обучая Гарри заклинанию телесного Патронуса (который точно пригодиться во время столкновений с Волан-де-Мортом и его армией дементоров). Да и Сириуса, в конечном итоге, Люпин смог успокоить, временно поселяясь на Гриммо, 12.

Альбус тяжело выдохнул, ругая себя за торопливое решение освободить сумасбродного Блэка из Азкабана. Кто же мог знать, что даже спустя пару лет диковатый маг ни на каплю не успокоится, оставаясь таким же вспыльчивым и шумным.

-Министерство пытается задушить всех, кто может быть для него опасным, - медленно произнес профессор, зачерпнув горсть кусающихся леденцов в ладонь. - Профессор Трелони знает кое-что, и если она заговорит, общественный резонанс не заставит себя ждать.

-Что она знает? - буркнул Сириус, насупившись точно так же, как делал в свои школьные годы, когда чего-то не понимал. - Если это такая полезная информация, что может всколыхнуть народ, то пусть расскажет! Министерство отрицает очевидное! Он вернулся! Волшебникам нужно быть готовыми!

-Как ты думаешь, что начнется, когда все люди поверят в воскрешение Волан-де-Морта?

-Подготовка к сражению! - Блэк жарко выпалил, выпячивая грудь вперед.

-Всеобщая паника, - Дамблдор покачал седой головой, отправляя в рот кислую конфету. - Волшебники побегут прочь из страны, увозя с собой не только свои семьи, но вообще все. Состояние, бизнесы, родовые ценности, артефакты, деньги, знания и навыки. Министерство не может этого допустить, иначе Великобритания останется голой. Если все успеют сбежать, то и защищать страну никому не придется - Волан-де-Морт слишком легко получит ее в свои руки, устанавливая здесь новый.. свой порядок.

Хоть Альбус и не поддерживал позицию Министерства, но и выступать открыто “против” никогда не собирался. Если бы волшебники сбежали из страны, у него не осталось бы людей для уничтожения Волан-де-Морта раз и навсегда. А так, можно аккуратно пользоваться своим безотказным Орденом Феникса, устраивая теневую игру прямо под носом у правительства.

Сколько же лет потребовалось для его сложного плана - открытия всему миру правды о волшебниках и ведьмах. Много лет назад, когда бывший друг - Гриндевальд согласился с его видением будущего, Альбус не мог даже предположить, что этот самонадеянный маг, броситься в открытую борьбу. Но и это сыграло на руку - теперь Дамблдор тот, кто победил ужасного темного колдуна полвека назад. И к нему начали прислушиваться, иметь его в виду, ориентироваться на его слова и принимать его точку зрения.

Идеальная стратегия найдена! Взять под контроль Хогвартс, любовно греть молодых волшебников, вкладывая в их неокрепшие умы простую истину - смешение магической крови с генами простецов - это нормально, это правильно! Таким образом, с каждым годом все больше и больше маглов узнают о зачарованной части мира, входя в него целыми семействами. - Это раз. А вторая составляющая успеха - монстр, победив которого, Альбус получит еще больше уважения и влияния на всех волшебников.

Найти чудовище сложно, гораздо проще его создать. Первый же подопытный - с разбитым детством, озлобленный на весь мир и имеющий великолепный магический потенциал, сирота Том Реддл - удался на славу. Потребовался не один год, чтобы воспитать в нем ненависть ко всему живому, отвращение к маглам. Было даже интересно наблюдать за тем, как мальчик тешит свое эго, находя подброшенные ему книги о запретной темной магии. Альбус назначил его (конечно же не своими руками) старостой школы, подкладывая старые чертежи с отметками о тайных ходах замка (в том числе и тайной комнатой, где все это время спал немыслимых размеров король змей - Василиск), позволяя неразумному мальчишке исковеркать свою и без того жалкую душенку, создать Крестраж.

А когда Том так отчаянно влюбился в магию, желая свернуть с намеченного Альбусом пути (видите ли, взбрело в дурную голову стать профессором ЗОТИ), Дамблдор, еле скрывая ухмылку, разрушил его последние надежды на лучшую жизнь, отказывая в должности. Злость и ярость, что тогда продемонстрировал молодой маг заставляла директора улыбаться, пряча ехидный смех за густой бородой. Он породил это чудовище, но его же и погубит! Получая мощь и власть сначала над Министерством Магии Британии, которое всегда выбирает удобную позицию - ничего не замечать и ждать; а затем можно протянуть руки дальше, захватывая контроль над всем магическим миром, отменяя, наконец, этот идиотский Статут о Секретности, раскрывая миру правду о магии.

К сожалению, Альбус немного просчитался. Том превратился в Волан-де-Морта, разделяя свою душу, похоже, гораздо больше одного раза. И мало того, глупец умудрился сделать из маленького Гарри Крестраж (хотя это и стало козырем, позволяя, если что, победить созданного собственными руками монстра с помощью мальчика). Но перед этим, нужно как-то найти все остальные предметы, что Том использовал для сохранности своей жалкой жизни.

И вот, когда уже пробил час - Волан-де-Морт вновь громко вернулся, убивая при этом одного из учеников во время Турнира Трех Волшебников, шестерни начали вращаться, как и задумывал Дамблдор, монотонно и терпеливо готовя фигуры на своей шахматной доске; на свет явилось нечто, что обескуражило старого мудрого мага - дочь Тома Реддла. Иностранка с лицом монстра, его умом и талантами, вошла в Большой Зал Хогвартса, занимая почетное место среди студентов седьмого курса.

Альбус просто не знал, что делать с юной мисс Дасадити. С одной стороны, девочка только что лишилась матери, никогда не зная своего отца - ее неведение плюс, который можно обратить в свою пользу. С другой стороны, молодая ведьмочка находится в условиях, которые позволят ей с легкостью выяснить правду своего происхождения - и это минус. Когда Вироса-де-Кута все узнает, как она отреагирует? Какую сторону займет иностранка? Фронт чужих для нее людей, сражающихся за непонятные ей свободы; или позицию своего единственного родственника, который имеет удивительное свойство филигранно легко убеждать людей в своей правоте.

Получится ли сделать из девочки свою фигурку? Станет ли она такой же подчиненной Альбуса, похожей на того же Северуса Спейпа? Пора браться за дело всерьез, прощупать то, что творится в голове юной мисс Дасадити, и как обратить ее в оружие против его личного монстра.

-Тогда, что же нам делать? - голос Блэка вырвал директора из глубоких дум.

-Отправляйся обратно к остальным и продолжайте наблюдение, - кивнул Альбус, принимаясь за новую конфету. - Пусть мистер Уизли скорее свяжется со мной по делу, которое я ему поручил. И попроси Грюма не так активно работать. Он зря растрачивает своих подчиненных мракоборцев, которые пригодятся нам позже.

-Если Авроры не будут работать, может пострадать много людей..

-Люди в любом случае пострадают, однако Волан-де-Морт пока не предпринимает активных действий, а это нам на руку. Не нужно заставлять людей работать в поте лица, пусть набираются сил перед бурей. К тому же, граждане, заметившие Пожирателей Смерти начнут разносить слухи по стране, готовясь к худшему, подсознательно понимая, что грядет.

-Хорошо, сделаем, как скажете, - с этими словами Сириус шагнул в камин, зачерпнув немного летучего пороха.

Яркая изумрудная вспышка на миг озарила полумрак кабинета, унося Блэка на Гриммо, 12 - в штаб квартиру Ордена Феникса. Профессор Дамблдор устало плюхнулся на свое место, неторопливо беря в руки чистый лист бумаги и перо:

“Дорогая мисс Дасадити,

Не хочу отвлекать Вас от насыщенной школьной жизни. Надеюсь, Хогвартс преподносит Вам много удивительных открытий как в учебном плане, так и на фронте новой крепкой дружбы.

Время в волшебных стенах нашего любимого замка летит незаметно, вот уже и настала весна, однако мы с Вами еще не успели достаточно познакомиться. Я в курсе Ваших превосходных успехов на основных занятиях, а также в дополнительных дисциплинах.

Хочу выразить Вам благодарность за трудолюбие и поддержку перед первыми в Вашей жизни экзаменами как официальной студентки Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс. Буду ждать Вас в своем кабинете в любое удобное для Вас время.

С уважением,

Директор Хогвартса, профессор Альбус Дамблдор”

Записка сама сложилась пополам, отправляясь в конверт с официальной печатью директора. Письмо пару секунд висело перед глазами, а получив утвердительный кивок, быстро поплыло к выходу. Конверт с шорохом проскользнул в щель под дверью, упорхнув к адресату.

Глава 24 Просто блеск

-Удивительно, что старый лис опомнился так поздно, - задумчиво произнес Том, напряженно сводя брови.

Волан-де-Морт, сидя в своей же темнице, не мог ничего сделать, никак не мог повлиять на ход событий. Хуже того, этот осколок души никоем образом не может связаться с живым телом, которое сейчас, черт знает, чем занимается, пока его родную кровь вызывает на допрос старый хрыч!

Разумеется, Дамблдор догадался о том, кто является отцом Виросы (она же просто его маленькая копия - такая же красавица и умница). Странно то, что самопровозглашенный директор не занялся вербовкой слизеринки раньше. “Похоже, что дела идут не так гладко, как тебе хочется, да?” - скрипнув зубами, быстро размышлял Том. - “Нашлись задачки поважнее дочери Волан-де-Морта?”

В любом случае, на руку играло то, что Виросочка не знает, что заклятый враг ее директора - это Темный Лорд, который по совместительству еще и ее папа. Против же работали их постоянные встречи в Крестраже! Дамблдор первым делом попытается залезть девочке в голову. Это он любит. Хоть ментальная защита дочери была не такой уж и слабой, против сильного мага она не поможет.

Первым делом нужно обезопасить самого себя, обучив Виросу настоящим чарам, а не этой глупости, которую под силу обойти даже маленькой части его душонки, многие годы заключенной в диадеме. Ни в коем-случае нельзя допустить того, чтобы старик узнал о тиаре!

-Перед тем, как идти на эту встречу, используй новые щитовые заклинания, - с выдохом произнес Том. - Дамблдор сильный легилимент, он пройдет твои нынешние ментальные барьеры, даже не заметишь.

-Я слышала об этом, но я не знаю чар сильнее моих, - девушка смущенно пожала плечами, но глаз не отвела, желая получить новую порцию знаний.

Тому нравилось наблюдать за ее реакцией, узнавать девушку лучше, запоминая и знакомясь со своей доченькой. И этот жест плечами он видел уже много раз. Вироса-де-Кута хотела быть в его глазах самой лучшей, держаться наравне со знаниями отца, имея возможность высказывать свое мнение о той или иной магии. Он сдерживал улыбку, когда замечал, как дочка прикусывает нижнюю губу, признавая пробелы в своих знаниях. Реддлу нравилось, как ярко вспыхивали ее глаза, стоило начать новую лекцию, а что уж говорить об энтузиазме, который просыпался вовремя его учений новым заклинаниям.

В летнем лесу, наконец-то, становилось тепло. Всякий раз, возвращаясь в диадему, девушка грела его своей собственной душой, позволяя ощутить себя.. настоящим родителем, который потерял года, но получил шанс наверстать упущенное.

Ее темные радужки сверкнули, а уголки губ поползли вверх, стоило Тому начать новый урок - по легилименции. Он демонстрировал движение палочки своей ладонью, переходя на детальное объяснение работы щитовой магии без помощи волшебного древка, а затем подробно рассказал, как расставить невидимый купол вокруг головы без использования колдовских слов и жестов.

Под конец встречи Вироса-де-Кута радостно поблагодарила отца, покидая магический лес. Том тяжело выдохнул, опять оставаясь в одиночестве. Он потоптался на одном месте, кусая щеки изнутри. Жаль было, что он не сможет понаблюдать за пробами и ошибками дочери, когда она будет тренировать новую для нее магию.

-Как же надоело здесь сидеть, - буркнул Реддл, проводя ладонью по густым темным волосам.

***

С последний встречи с папой прошла неделя. Новые защитные чары оказались на редкость сложными, требующими целую тонну концентрации и миллион попыток. Конечно, любая магия требует практики и железного терпения, в частности, сложное волшебство, которое является поддерживающими чарами, добавляющими магу различные характеристики.

Лучшими ведьмами и колдунами являются совсем не те, кто знает огромное количество проклятий, а те, кто умеет грамотно их применять. Одно дело, бросить в кого-то ударное заклинание, и совсем другое, поддерживать себя во время затяжного магического боя. Здесь потребуется равномерно вливать магию в палочку, в голову, в ноги и руки, все время держать поднятыми щиты и концентрировать боевую силу, умея грамотно и быстро ее перераспределить.

Что же касается легилименции - это процесс ежесекундный. Как только маг обучается защите мыслей, он должен делать это на постоянной основе, даже во сне. Вироса-де-Кута с самого детства имела практику в щитовых барьерах, скрывая свой мозг от посторонних людей. Поэтому держать защиту своей головы давно стало элементарным, постоянным и простым - так же, как дышать.

Однако новые отцовские чары заставили ее попотеть, словно она не просто накрывала голову куполом, а выстраивала гигантский замок с кучей переходов, лестниц и потайных дверей. Хогвартс в миниатюре - не иначе. Создать такое сооружение - пол беды, следом нужно научиться его подпитывать магией, чтобы все это сложное сплетение не рухнуло. Эти щиты требовали в разы больше энергии, чем те, что до этого использовала девушка.

Неужели профессор Дамблдор настолько могущественный, что от него нужно закрываться такой непробиваемой железной стеной? Но спорить с отцом девушка и не думала, хотя бы потому, что диадема-Крестраж теперь и ее ответственность тоже. Что будет, если директор выяснит правду об артефакте? Оставит ли он папу в покое или отберет у девушки последнюю драгоценность, связанную с семьей? Проверять этого не хотелось, поэтому Вироса-де-Кута усердно работала над задачей папы.

Когда же чары, все таки, легли как надо, и юная волшебница приноровилась носить новую броню, перераспределяя магию внутри себя, она решилась на встречу с Альбусом Дамблдором, отправляясь в путешествие по коридорам замка, уверенно выпрямив спину.

Время в школе после ужина - самое спокойное. Большинство учеников отсиживались в своих гостиных, делая домашние задания или в библиотеке (кроме тех, кто решил учиться магии у Гарри Поттера в Выручай-Комнате). Наверное, именно поэтому Вироса-де-Кута и обратила внимание на когтевранку с рыже-русыми волосами, которая неуверенно мялась около кабинета розовой дамы.

Было в этом что-то необычное. Раньше к Генеральному Инспектору (почти) по своей воле ходили только представители Слизерин с докладами. А тут же в дверь робко постучалась ворона, которая (как подумалось Виросе) на своем хвосте принесла сомнительные новости. “И много ли таких ябед в школе?” - хмыкнула ведьмочка, отворачиваясь от входящей в кабинет розовой дамы дрожащей студентки.

Профессор Дамблдор встретил Виросу, сидя на своем кресле-троне у рабочего стола, на котором в ужасном беспорядке валялись тысячи бумаг. Девушка поразилась такой неорганизованности директора, кратко обводя кабинет взглядом. Вообще-то, здесь все буквально кричало о том, каким нерасторопным и неаккуратным человеком является Альбус Дамблдор.

Кругом что-то звенело, блестело и мелькало. Барахло делилось на бесполезное и на крайне бесполезное. Какие-то склянки, чемоданы, открытые ящики во всех шкафах, дверцы которых не могли закрыться из-за обилия втиснутых туда предметов. С высокого потолка свисала нелепая хрустальная люстра, которая никак не могла успокоиться, разрывая пространство вокруг себя маленькими цветными фейерверками (спасибо, хотя бы на том, что делала она это беззвучно).

Но было и то, что девушка совсем не ожидала увидеть. Точнее тот. Шикарный красно-золотой взрослый феникс, мирно сидевший на жердочке, возле большого рабочего стола директора. Птица источала жар и приятный теплый свет, слегка наклоняла голову вбок, всматриваясь в гостью черными глазками-бусинками.

-Добрый вечер, мисс Дасадити, - мягко улыбнувшись в седую бороду, произнес профессор. - Я уже начал переживать, что мы не успеем с вами пообщаться.

-Добрый вечер, - кивнула Вироса-де-Кута, подходя чуть ближе. - Прошу прощения за задержку.

-Ничего-ничего, - директор добродушно закивал, предлагая студентке присесть напротив, - вы успели, так сказать, в последний момент.

-”В последний момент”? Что вы имеете в виду, сэр?

-Боюсь, что сегодня наша последняя возможность так легко встретиться и пообщаться, - хмыкнул Дамблдор, ничего толком не объяснив. - Расскажите, как вам Хогвартс?

-Я ожидала, что обучение в школе чародейства и волшебства будет сложнее и обширнее, однако здесь все в разы проще, чем было на домашнем обучении, - честно ответила девушка, пока директор вглядывался в нее, через очки-половинки.

-Я знаю, что к вашему образованию приложила руку не только ваша мама, но и мисс Навелюкс. Я и подумать не мог, что она окажется хорошим учителем, - директор сделал вид, что ему вдруг пришла в голову удивительная мысль. - Может, предложить мисс Навелюкс поработать в Хогвартсе? Как считаете, понравится ли ей такая идея?

-Боюсь, что моя крестная не оценит такого предложения, - Вироса мысленно посмеялась над выражением лица, которое состроила бы Тенеба на такую возможность. - К тому же, ей подошла бы только Защита от Темных Искусств, которое сейчас.. преподает профессор Амбридж.

-Что верно, то верно, - мечтательно закивал Дамблдор. - Мисс Навелюкс всегда отличалась знаниями в этой области магии. Возможно, на следующий год.. Хорошо, а что насчет других родственников? Мне интересно, кто еще приложил руку к такой удивительной волшебнице, как вы?

-Со мной занимались только мама и крестная. В свободное время я училась по книгам.

-Вот как.. А как же отец? - директор сощурил глаза, и Вироса ощутила, как его бестелесная рука слегка коснулась ментальных щитов девушки.

Ощущения были неприятными, хоть и мгновенными. Профессор пытался заговорить ей зубы, чтобы аккуратно проникнуть девушке в голову. Но не тут то было. Новые чары тут же отреагировали на малейшее движение извне, оповещая Виросу. Самое интересное, что Дамблдор действовал достаточно грамотно: спросил про отца, заставляя девушку о нем подумать, и тут же попытался ворваться в ее мысли, дабы все там осмотреть. Вопрос только в том, почему директор был так уверен, что сможет легко обойти щиты молодой иностранной волшебницы?

Ответ пришел сам по себе - Альбус Дамблдор уже шерстил голову своей новой студентки. Легкая сеточка страха сплелась на плечах, чуть сбивая дыхание. Когда? Когда именно директор залезал в ее мысли? Что он успел просмотреть? Мозг заработал с удвоенной силой, пока девушка играла роль ничего не подозревающей студентки, привинчивая болтами вежливую маску к лицу.

-К сожалению, со своим отцом я не знакома, даже имени его не знаю, - ложь смешанная с правдой, легко сорвалась с языка, заставляя директора еще сильнее сощурить внимательные бледные глаза.

-Но полагаю, ваша матушка, все таки, рассказывала вам про него?

-Она говорила, что он был удивительным магом и невероятно мудрым человеком.

-Вот как, - будто не поверив, хмыкнул Дамблдор. - Однако вы должны понимать, что слова бывают лишь субъективным мнением конкретного человека, а не объективной правдой. Вам еще только предстоит сложить свое личное мнение о, получается, совершенно не знакомом вам колдуне. Может ли быть такое, что ваша мама была всего-навсего очарована этим магом, не зная его истинной натуры?

-Моя мама была удивительной и сильной ведьмой, вряд ли, кому-то под силу было наложить на нее любовные чары, если вы говорите об этом, - вставая в глухую оборону, твердо произнесла Вироса-де-Кута.

-О, нет-нет, я совсем не это имел в виду. В нашем мире существуют такие люди, которые умеют склонять окружающих на свою сторону, без магии, используя свое природное обаяние, сладкие речи и пламенные обещания. Против такого не устоит даже сильнейшая ведьма. А если, как я подозреваю, ваша мама говорила только хорошее, то это наводит на определенные мысли..

-На какие же?

-Миссис Дасадити шла за вашим отцом вслепую, оставляя в памяти лишь крупицы хорошего, не запоминая всего остального. Вы же не обязаны верить в то, что он был чистым и невинным. Составьте собственное мнение о чужом для вас человеке.

Профессор замолчал, чуть отворачиваясь, как бы давая девушке немного свободного места. Помогало так себе. Старый маг уж слишком явно склонял юную мисс Дасадити к тому, что ее отец не являлся таким уж светлым и чистым, как говорила о нем мама. Это злило. И тут же осознание - Альбус Дамблдор знает. Знает ее отца! Иначе и быть не может!

Директор уже залезал к ней в голову, вызвал к себе, сводя весь этот разговор именно к обсуждению ее папы. А что же до самого отца, точнее его части души, заключенной в тиаре - он, узнав об этой встрече, тут же принялся учить девушку новым, сложнейшим защитным чарам. Паззл понемногу начал складываться. Вот почему отец не любил говорить о профессорах, потому что среди них был Дамблдор, с которым у него явно были натянутые и сложные отношения. Вот почему директор так спокойно заявляет, что ее папа совсем не тот, каким его представляла себе Вироса-де-Кута.

Кому верить? Маме, которая рассказывала только хорошее, никогда не называя имени папы? Отцу, который так и не объяснил истинной причины, почему он решился заключить свою душу в Крестраж? Альбусу Дамблдору, который не говорил прямо, что знает родителя Виросы лично?

В голове чуть поплыло от всех этих взрослых игр в молчанку. Если бы отец правда был идеальным человеком, маме не было бы нужды скрывать его имя. Если бы он никого и ничего не боялся (как каждый раз голосит часть его души), он не создавал бы Крестраж. Если бы папа был великим человеком, Дамблдор не стал бы настраивать девушку против него.

Все правильно? Или опять нет?

-Прошу прощения, сэр, - взяв себя в руки, произнесла леди Дасадити. - Если это все, что вы хотели со мной обсудить, я бы предпочла отправиться в комнату. Завтра много занятий.

-Разумеется, - профессор вернул на девушку теплый взгляд, указывая рукой на дверь. - Отдыхайте, силы вам действительно понадобятся.

Вироса-де-Кута вежливо попрощалась, покидая чудной кабинет директора.

***

Утро было вялым и не расторопным, как, собственно, и обычно. Слизеринки собрались на выход, чтобы отправится на завтрак, и леди Винтербир, по своему обычаю, взяла подругу под руку. Вироса украдкой бросила короткий взгляд на свой чемодан, в котором покоилась старая диадема.

Изначально девушка планировала рассказать отцу все подробности ее встречи с директором сразу по возвращению в спальню. Однако сомнения, что умудрился поселить в ее голове Дамблдор, заставили юную волшебницу отложить этот разговор на потом. Сначала необходимо было привести все мысли в порядок.

У Большого Зала было не протолкнуться. Толпа разношерстных студентов топталась у входа, нервно перешептываясь и озираясь на плотно закрытые большие деревянные двери. Общее настроение угадывалось моментально - негодование и раздражение. Море голодных, не выспавшихся подростков вынуждены были ждать, когда им позволят пройти в Большой Зал и приступить к завтраку.

-Нас решили голодом заморить или что? - фыркнул знакомый голос Драко.

-В первые в жизни согласен с Малфоем! Пустите на завтрак! - рыжеволосый Рон Уизли гневно сжал кулаки, топнув ногой.

-Наверное, что-то случилось.. - задумчиво произнесла Кудряшка-староста. - Но почему нас не поставили в известность?

-Да, странно, что старостату тоже ничего не сказали, - подал голос юноша-ворон с отличительным значком с красивой, большой буквой “С”.

Спустя еще несколько минут, когда студенты перешли с раздраженного шепота на довольно громкие осуждающие возгласы, двери медленно отворились, позволяя ученикам хлынуть внутрь главного места в Хогвартсе.

Вироса-де-Кута на пару с Паффиной заходили одни из последних, медленно пробираясь к своему длинному змеиному столу. В Большом Зале этим утром были, похоже, все студенты от первого до седьмого курса. Было непривычно видеть абсолютно всех, потому что таким составом подростки собирались только на основные торжества.

Мисс Дасадити плавно опустилась на свое привычное место, справа элегантно устроилась мисс Винтербир, а слева со своим вечно скучающим лицом обосновался мистер Винтербир. Слизеринец обычно, стоило Виросе и его сестре показаться у стола, поднимался со своего места, вежливо ожидая, пока девушки опустятся на лавку. Но в этот раз юноша был поглощен другим делом. Он, не сводя глаз, смотрел на стол преподавателей, буравя взглядом центральное место директора.

-Всем доброе утро! Мои дорогие дети! - в Зале тут же повисла тишина, эхом разлетелся слащавый писклявый голос. - Рада вам сообщить, что бывший директор Дамблдор был отстранен от своих обязанностей. С этого момента я, профессор Долорес Амбридж, являюсь новым директором Хогвартса!

Неловкая тишина. А за тем тихие, несмелые и очень обреченные аплодисменты от Слизерин (еле дыша, и не скрывая своего разочарования, хлопали те, кто состоял в Инспекционной Дружине - все, кроме леди Дасадити).

-Ох, Салазар, мы попали, - слезным голосом произнесла Паффина, пока на глазах у нее наворачивались бусинки слез.

-Держи себя в руках, Паффи, - шепотом ответил Паффиан, не сводя глаз с розовой дамы. - Новая должность подразумевает новые заботы. Уверен, что у нее найдется куча дел..

-И куча новых возможностей для эксплуатации своих “подопечных”, - перебила брата Паффина, у которой начала по-детски трястись губа.

Виросе это не нравилось. Ей было, по большому счету, все равно, кто именно занимает место главы трещащей по швам школы, но то, что директор Амбридж получила безграничную и абсолютную власть над ее друзьями - нервировало и раздражало. Паффиан уже руки стер и заработал болезненно бледный цвет лица в поисках хоть чего-то полезного в библиотеке, а Паффина до ночи засиживается с домашними заданиями, потому что днем занята бестолковыми поручениями розовой дамы.

Когда уже это занудное и неинтересное обучение подойдет к концу? Сейчас, как никогда ранее, захотелось вернуться домой. Оставить позади все эти английские распри и политические игры чужой страны, заняться своим поместьем, делами семьи Дасадити, беря в свои руки заботы о собственном будущем, в котором не хотелось бы даже вспоминать обо всем, что хитро сплетается на вечно влажных островах.

***

Это, вообще-то, была последняя капля. У Фреда лопнуло терпение (прямо таки физически ощутил, как тонкая ниточка разорвалась внутри тела), стоило розовой жабе подняться над преподавательским столом, во всеуслышание объявляя о своей новой роли в замке.

Вчера после ужина отряд Дамблдора, как обычно, занимался в Выручай-Комнате, тренируя боевые и защитные заклинания, как вдруг, двери распахнулись, пропуская внутрь тех, от кого нарушители порядков названного Генерального Инспектора прятались большую часть учебного года.

Некоторые представители Инспекционной Дружины во главе с Долорес Амбридж ворвались внутрь, разоблачая и уничтожая существование Отряда. Предательницу вычислили тут же - девчонка с Когтевран, сдала их розовой жабе из-за страха за свою маму, которая работала в Министерстве под руководством нового директора Хогвартса. Собственно, такое оправдание девушке не помогло, кара за отвратительный проступок прилетела сразу. Как оказалось, Гермиона, никому не сказав, наложила на бумагу сложные чары, связывающие договором всех, кто вписал свое имя в список членов Отряда Дамблдора. Стоило человеку из списка рассказать кому-то постороннему о Выручай-Комнате, его лицо тут же покрывалось отвратительной сыпью, которая складывалась в нелицеприятную надпись “ЯБЕДА”.

Но забавные моменты на этом кончились. Их дружный коллектив был расформирован, у Выручай-Комнаты постоянно дежурили прихвостни Амбридж - тупоголовые слизеринцы, а с каждого из участника Отряда было снято по пятьдесят очков факультета и добавлены по двадцать часов отработок в наказание.

Фред был зол. Ярость колотила тело, словно в лихорадке, заставляя подпрыгивать на месте. Всего за несколько месяцев эта уродливая розовая жаба умудрилась испоганить вообще все, что было дорого сердцу, переворачивая любимую школу с ног на голову. Юноша готов был стерпеть идиотские декреты, которые Амбридж придумывала каждый день, запрет на использование магии в коридорах, даже то, что палочками нельзя пользоваться на уроках по Защите от Темных Искусств. Но то, как она одним взмахом своей жирной руки разрушила единственное тайное местечко, как одним росчерком пера стала новым директором - на это Фред закрыть глаза просто не мог.

-Джордж, с этим пора заканчивать, - шепнул молодой волшебник, наклоняясь к брату. - Я и недели не вынесу под руководством этой розовой жабы!

-Полностью согласен, Фредди, - кивнул близнец. - Готовим план побега?

-Очень громкий план побега, - хищно улыбнувшись, мечтательно произнес Фред.

С этой секунды Долорес Амбридж - его враг номер один! Не будет ни единого дня, в который она не пожалела бы о том, что заявилась в Хогвартс. Уизли начнут ей в кошмарах сниться, это Фред готов гарантировать. И ее мучения будут продолжаться, до тех пор пока Уизли не соизволит грандиозно покинуть школу!

До начала мая предстояло много работы. Во-первых, им с братом нужно закупиться необходимыми ингредиентами для своего финального шоу, это требовало нескольких заходов в Хогсмид. Во-вторых, пора бы истратить весь запас гаденьких шуточек, которые близнецы накопили за долгие годы, расставляя ловушки для Инспекционного Отряда и самой директрисы.

И последнее. Никто, кроме них с братом не должен быть в курсе их великолепного плана. Однако уйти не попрощавшись с лисичкой будет совсем не тем, чего Фред хотел бы. Он смог наладить (пускай и очень шаткое) общение с Винтербир, которая, на удивление, качественно выполняла свою часть уговора.

Паффина готовила для юноши кристалл с поисковыми свойствами, над которым она старалась в кабинете зельеварения, не вызывая лишних вопросов у профессора Снейпа. Также девушка вызвалась помочь с правильными рунами, которые необходимо было нанести поверх камушка, чтобы тот начал работать. А взамен на ее полную поддержку в подготовке подарка для лисички, Фред клятвенно обещал не использовать никакие (“Абсолютно никакие, Уизли!” - вспомнился тут же напряженный голосок Винтербир) шутливые чары против нее и ее брата Паффиана.

На этом и порешали. Трудность их договора заключалась в том, чтобы объяснить Джорджу, почему не нужно ставить растяжку-хлопушку перед выходом из подземелий Слизерин (ведь в нее могли попасть Винтербиры, а он же обещал). Или почему бы не взорвать вонючий шар во время обеда над головами змей (да потому что, там сидят теперь не только Винтербиры, но и лисичка, над которой злобно шутить совсем не хочется).

В любом случае, пора поторопить Паффину, потому что время поджимает. Совсем скоро близнецы покинут Хогвартс, начиная новую главу в своей веселой жизни! Фред кивнул своим мыслям, отправляясь на запланированную встречу со слизеринкой.

-Как тебе новости? - хмыкнула Паффина, сидевшая на лавочке в тени колонны. - Долорес Амбридж - директор Хогвартса!

-А змеи, смотрю, только и рады, что ваша розовая жаба теперь занимает такой пост, - скривился молодой волшебник, привалившись плечом к каменной кладке.

-Не открывай рот, если понятия не имеешь, о чем говоришь, грифф, - ядовито выплюнула девушка, глубоко сводя брови. - Надеюсь, ты помнишь наш уговор, Уизли. Если вздумаешь его нарушить, на тебя падет не только мой гнев, можешь быть уверен..

-Винтербир, заканчивай со своими угрозами, - чуть закатив глаза, произнес Фред (как же ему надоело препираться). - Я обещал, что ты и твой брат не станите целью наших шуток. Можешь быть спокойна.

Молодая ведьмочка прищурила глазки, от чего, действительно, стала слишком сильно напоминать змею. Она изучающе и пристально всматривалась в веснушчатое лицо, проверяя честность стоящего перед ней гриффиндорца. Паффина была сильной волшебницей, умной и необычной за счет своих шотландских корней. Она была бесстрашной и бойкой, часто лезла первая, затевая перебранки с красно-золотыми, бросаясь агрессивными словами, не ленясь схватиться за палочку.

Возможно, ее безрассудное поведение было связано с тем, что она не просто уверена в себе, но и в брате-близнеце. Паффиан был совсем другим, казалось, полной противоположностью своей сестры. Слизеринец был спокойным и часто абсолютно непробиваемым, словно вечно в каких-то своих сложных думах. На фоне своей бойкой близняшки, юноша выглядел мрачным и немногословным. Но от его взгляда порой становилось не по себе. Холодные глаза, беспощадные и острые, особенно, когда он смотрит прямо на человека.

От такого чистокровного дуэта хочется держаться подальше. Хотя, когда они по отдельности Винтербиры не выглядят такими уж зловредными и пугающими. Жуткие - да. Убийственно опасные - пока нет.

-В таком случае, вот, что у меня в итоге получилось, - закончив с запугиванием через прищуренный взгляд, произнесла Паффина. - Кристаллизация прошла как надо, но камушек вышел неожиданно маленьким. Не знаю, как у тебя получится нанести на него руны.

Девушка протянула к Фреду раскрытую ладонь, в которой покоился маленький бумажный сверток. Юноша взял его в руки, аккуратно разворачивая клочок пергамента. Действительно - крошка, а не кристалл. Маленький камушек, размером с ноготок, переливался темными цветами, переходя от глубокого синего в насыщенно фиолетовый, а затем в черный или болотно-зеленый. Острые миниатюрные грани ломаными линиями пересекали будущий артефакт вдоль и поперек.

-Вот возьми, - слизеринка вытащила из кармана мантии, сложенный пополам лист, - это все руны, которые необходимо нанести на кристалл, чтобы он заработал так, как ты этого хочешь.

Фред взял бумагу в свободную руку, попутно раскрывая его перед лицом. Тетрадный лист был исписан вдоль и поперек аккуратным приятным почерком. На бережно выведенные буквы и символы было любо-дорого смотреть, Паффина очень старалась, чтобы описать каждую руну и то, как именно она должна быть нанесена на камень.

Это, конечно, все прекрасно. Но! Символов в списке было около дюжины, каждый из которых отличался своей сложностью в начертании. А еще, до кучи, их нужно было расположить не просто как придется, а в определенном порядке, чтобы руны могли верно друг с другом контактировать.

-И как я должен расписать такую крошку всеми этими знаками, позволь уточнить? - взвыл Фред, пуча глаза, переводил обреченный взгляд с миниатюрного камушка на исписанный лист и обратно.

-Вот это уже не мои проблемы, рыжий, - хихкнув, поднялась со своего места Паффина. - Моя задача была в том, чтобы кристаллизировать тебе основу для поискового артефакта и найти все необходимые руны. Свою часть уговора я выполнила. Удачи вам, мистер Уизли, - девушка ехидно улыбнулась, наиграно присаживаясь в реверансе.

Слизеринка бросила очередной нахальный и самодовольный взгляд на ошарашенного и несчастного гриффиндорца, ослепительно улыбнулась и широким шагом отправилась восвояси.

-Просто блеск, - грустно выдохнул Фред. - Мне нужна лупа. Одолжить, что ли, из телескопа увеличительное стекло?

Юноша еще раз взглянул на маленький необычный камушек в своей руке, заворачивая его в пергамент. Расправил плечи. Уверенно кивнул. Убрал полученные подарочки от Винтербир в карманы брюк. И уверенным шагом отправился на астрономическую башню.

Глава 25 Салазар бы его побрал!

-Я разобралась с этим уродским артефактом, Салазар бы его побрал! - ненавистно прошипела Тенеба, от усталости пнув ножку столика, на котором лежал японский перемещатель во времени.

-Я в тебе не сомневался, Тенеба, - с удовольствием прищуривая змеиные глаза, произнес Темный Лорд.

Сегодня у Волан-де-Морта было поистине превосходное настроение. Даже хищная улыбочка не казалась такой уж опасной, как обычно. Огромная Нагайна у его ног не шипела и не зыркала, словно собирается наброситься. Змеюка мирно проползла в прохладный угол комнаты, сворачиваясь там клубочком.

-Что ж, порадуй меня новостями, - Лорд встал рядом со столом, закладывая руки за спину.

-А нечему тут радоваться, уважаемый, - фыркнула пожилая ведьма, с размаху плюхаясь на ближайшее кресло. - Японцы перемудрили с этой штуковиной. Значит так, коротко объясню, что у них в итоге получилось. Эта бандура работает по типу маховика времени, однако скачок переносит мага в далекое прошлое, на десятки лет назад, это раз. Второй момент, колдун не способен контролировать эту штуку, поэтому то, на сколько артефакт забросит волшебника в прошлое зависит от количества подаренной ему магии.

-То есть, чем больше я отдам сил, тем дальше он меня отправит? - Волан-де-Морт аккуратно провел длинными пальцами по исписанному рунами камню.

-Верно, - Тенеба кивнула, потирая переносицу пальцами. - Отданная магическая мощь превращается внутри артефакта в энергию, которая вызывает заряд, что отбрасывает душу мага в прошлое. Вроде рикошета. Чем сильнее ударишь по камню, тем дальше улетишь в отместку.

-Ты определила сколько нужно силы для перемещения, скажем, на пятьдесят лет назад?

-Я рассчитала сколько будет стоить год, - лицо дамы стало каменным. - Чтобы прыгнуть на год назад, нужно вложить столько же, сколько требует, скажем, заклинание Круциатус.

Темный Лорд нахмурился (по крайней мере, то место, где должны быть у человека брови, напряглось, а на серой коже лба появились складки). Проклятие Круцио не входило в список сложнейших или труднейших заклинаний, энергетическая трата на него была не такой уж и большой, однако, если потребуется прыгнуть на пятьдесят лет назад, то такая затрата будет очень приличной потерей.

-Что ж, - Волан-де-Морт кивнул, - перетерпеть один раз можно. Чтобы восстановить такую трату сил потребуется некоторое время.

-А вот здесь наступает очередь очередной проблемы артефакта, - хмыкнув, произнесла Тенеба, поднимаясь обратно на ноги. - Этот дурной камушек не просто заимствует магические силы мага, он их высасывает насовсем, - ведьма агрессивно хлопнула толстой ладошкой по перемещателю во времени. - Если представить волшебный потенциал колдуна в виде ленты, то эта хреновина отрезает часть ткани, без возможности пришить ее обратно.

-Давай-ка уточним детали. Когда артефакт сработает..

-Если, он сработает, - Тенеба покачала головой, с ненавистью смотря на булыжник.

-Если, - Лорд недовольно скривился, из-за того, что его так нагло перебили, но все же продолжил, - артефакт сработает правильно, весь потраченный запас сил не восстановится, и переместившийся во времени маг останется изуродованным сквибом?

-Это не все проблемы, которые настигнут волшебника. Камень, который должен переносить мага в прошлое, делает это слишком быстро. Магический импульс, который появляется в момент срабатывания механизма, слишком резкий, поэтому он разрезает душу, выкидывая в прошлое лишь часть волшебника, оставляя в этом времени другую половину души. И! Превращение в сквиба гарантировано для обеих частей души, и той, что улетела в прошлое, и той, что останется здесь.

-На сколько я помню, разговор был о том, что копия в настоящем стирается, - Лорд недовольно скривил губы, отправляя Тенебе предупреждающий взгляд.

-Ха! - для пожилой ведьмы это становилось настоящей адреналиновой забавой, наблюдать за тем, как могущественный темный маг получает все больше негативной информации, стремительно теряя все свое хорошее настроение. - А это последнее, о чем я не успела рассказать. Артефакт и правда переносит мага в прошлое, однако он отправляет волшебника не в настоящее прошлое, а всего лишь копирует ту реальность, которая существовала года назад, позволяя колдуну прожить в ней до даты, когда был произведен перенос. После та часть души попросту исчезает, вместе с той поддельной реальностью.

-То есть, это просто бесполезная японская игрушка, которая не является реальной возможностью отправился в прошлое?!

Вот она. Точка кипения. Змееподобный человек был в ярости. Его выводило из себя одна лишь мысль о том, что он потратил столько своего драгоценного времени на полную чушь, которая не имеет ни одного полезного качества! Глаза полыхнули кроваво-красным огнем, брызжа пеплом в сторону Тенебы.

Черные одеяния колыхнулись, Лорд выхватил волшебную палочку, одним резким движением расчерчивая воздух, словно ледяным кинжалом. Кончик древка целился прямо в пухлое лицо пожилой ведьмы. Удивляла лишь реакция дамы. Ни капли страха. Мисс Навелюкс даже не шелохнулась под давлением темной магии, которую источал Волан-де-Морт. Ее лицо было спокойно, лишь болотные радужки сверкнули, выдавая ее с головой. Хитрая темная ведьма уже что-то придумала, развернув на территории Лорда какую-то свою игру.

-Гов-вор-ри, Тенеба-а! - низкий, смертельно опасный полу-рык полу-свист вырвался из серых уст мага. - Гов-вор-ри, ш-што ты при-идумал-а, ина-ач-че я пр-рямо с-сейч-час-с те-ебя отпр-равлю-ю к пр-роотца-ам!

-Я стою на твоей стороне также, как и много лет назад, Том, - твердо начала колдунья, замечая, как глаза Лорда расширились от звука собственного давнего имени. - Если бы я хотела тебе навредить, я сделала бы это еще тогда. И сейчас у меня есть свои причины помогать тебе. Мы используем этот артефакт на другом маге. Мы обманем того, кто мешает тебе больше всех остальных.

-Легилименс!

Терпение Темного Лорда подошло к концу. Ярость и несдержанность сорвались с кончика волшебной палочки ударяя в голову старой ведьме. Заклинание чтения мыслей крошилось о невидимый барьер, с треском пропуская мага в мысли Тенебы. В ее голове было полно всякого бреда, который окружил Волан-де-Морта, словно разноцветные навозные мухи.

Рваные образы приклеивались к магу, будто яркий калейдоскоп бессмысленных картинок. Черное платье. Толстая книга с древними рунами. Копна странных каштановых волос. Лорд продолжал давить, пытаясь заставить изображения собраться воедино, показывая ему то, о чем на самом деле думала старая ведьма. Очередной нажим, и тут же: рыжий хвост; горячий чай; отрывок из газеты; живой портрет незнакомого старикана с длиннющей белой бородой; кольцо без камня.

-ГОВОРИ! ТЕНЕБА, ГОВОРИ! - заорал Волан-де-Морт, махнув рукой, вылетая из пятен странных мыслей темной колдуньи.

-Давай.. преподнесем этот.. японский ар.. артефакт Дамбл.. Дамблдору, - слегка задыхаясь от усталости, медленно прокряхтела мисс Навелюкс.

-Что? - на мгновение Лорд замер, переваривая услышанное. - Ты считаешь, что сможешь его обмануть? Думаешь, никто, кроме тебя, не разберется с этим бесполезным мусором?!

-Я думаю, что сильнейшим магам некогда заниматься подобным, - потирая виски, хмыкнула ведьма. - Если Альбус мне не поверит на слово, то, вряд ли, потратит на изучение месяцы. Скорее, старик отдаст артефакт своим приспешникам, чтобы те, в свободное время поразвлеклись. Вот только, я уверена, что ни один из его жалких сторонников не обладает достаточным опытом и остротой ума, чтобы разобраться с механизмом, - ядовито выплюнула Тенеба, скривив губы в нахальной ухмылке.

-С чего ты взяла, что старикан воспользуется артефактом?

Волан-де-Морт (разумеется, стараясь не показывать этого) был слегка заинтересован предложением своей старой знакомой, прикидывая в голове все “за” и “против” такого мероприятия. Темный Лорд сильнее и могущественнее грязного полукровки Дамблдора, и все же, заставить того потерять добрую часть своих силушек - мысль разумная.

-Дамблдор чересчур самоуверен, - Тенеба пожала плечами, осторожно опускаясь обратно в кресло. - Когда же он, наконец, поймет, что победа над Волан-де-Мортом дается ему слишком большой ценой, он не побрезгует попробовать все с начала, рассчитывая на второй шанс. Я лично вложу ему в руки артефакт, который старик, в любом случае, попытается использовать в своих интересах.

-И где ты собралась его искать, Тенеба? Место директора Хогвартса сейчас занимает человек Министерства.

-На этот счет не волнуйся, - мисс Навелюкс загадочно улыбнулась. - Если нам повезет, то я, до кучи, еще и Отряд Феникса повидаю.

Лорд некоторое время молча осматривал ведьму с головы до ног, оценивая ее шансы в данной хитрой операции. Все же про мисс Навелюкс пока еще не знали люди Дамблдора. Может, что-то и выгорит. Если же нет, Тенеба все равно действует ему на нервы своими подозрительными играми в преданность. Ей можно и рискнуть.

***

Итак, все готово. Остались последние штрихи и можно, наконец, покинуть Хогвартс. Близнецы Уизли подготовили самое грандиозное прощание, которого никто даже представить себе не мог. Ушло несколько недель на то, чтобы грамотно и незаметно расположить по школе все необходимые фейерверки, хлопушки, взрывные петарды и разноцветные бомбочки с краской.

Фред работал, по правде говоря, спустя рукава. Всячески пытаясь отодвинуть день ухода. Малютка-кристалл потребовал даже больше времени, чем юноша мог себе представить. Каждая из рун, которую молодой маг бережно и терпеливо выводил на переливающихся гранях, требовала концентрации и (как неожиданно) многих часов кропотливой работы.

И вот этот день настал! Последняя линия нанесена - поисковый артефакт готов. Юный маг покрутил камушек в пальцах, близко поднося его к глазам. Кристалл приятно переливался темными морскими цветами, а правильно закрепленные руны, которые Фред выжигал поверх граней своей волшебной палочкой, чуть сверкнули белым, обозначая свою готовность к работе, тут же погаснув.

Усталый, но довольный своей работой Фред шумно выдохнул, улыбаясь собственной подделке. Никогда раньше ему не приходилось так долго стараться над чем-то в одиночку, и не было никакой уверенности, что в конечном счете все получится так, как он и планировал. Но сейчас гордый и счастливый, юноша впервые в жизни убедился, что способен сотворить волшебное чудо без чьей либо помощи.

Фред потер глаза костяшками кулака, поднимаясь на ноги. Он неторопливым шагом отправился на выход из школы. Столько времени спустя, он, наконец-то, сможет встретиться со своей лисичкой, чтобы.. попрощаться.

Майский вечер раскрасил небо в нежные малиновые цвета, ветерок приносил с собой свежие запахи молодых цветов откуда-то из глубин Запретного Леса, что шуршал зелеными кронами, поглаживая пушистое небо. Фред обернулся, продолжая идти вперед спиной, принялся рассматривать сероватые каменные стены замка. Хогвартс в конце учебного года, почему-то, переставал казаться таким уж огромным и таинственным. Башни не пугали своей высотой, а арочные мосты между корпусами не выглядели слишком длинными и широкими.

Каждый камень приобретал теплый цвет, родные узкие окна поблескивали в лучах закатного солнца, словно подмигивали Фреду на прощание. Деревянные двери, которые вели наружу или на балконы, были приоткрыты, пропуская в замок озорной ветерок, что задорно свистел в щелях. Хогвартс каждый раз перед наступлением лета магическим образом перевоплощался просто в школу. В то место, куда молодой волшебник возвращался каждый год, где собирались его друзья и близкие, где они все узнавали что-то новое и веселились. Родной дом, что заставлял учиться на своих ошибках, подстраиваться под обстоятельства или наоборот идти наперекор правилам (чем чаще всего и занимались близнецы Уизли).

Хогвартс превратился в любимый дом, который Фред завтра должен был покинуть. И замок, словно зная задумку юноши, на прощание красовался перед ним, позволяя любоваться, вспоминать только хорошее, чтобы расставание не было таким уж горьким.

-Спасибо, - прошептал юноша, мягко улыбаясь дорогой школе.

Пути назад все равно уже нет. Впереди ждет светлое будущее, веселая работа, в которой (как планируется) каждый день будет настоящим праздником. Осталось лишь постараться в это будущее утянуть вместе с собой одну милую особу, чтобы она, наконец, закончила со своими семейными тягостями и присоединилась к безоблачному пути, на который встает Фред.

Юноша бросил последний воодушевленный и благодарный взгляд на стены Хогвартса, разворачиваясь лицом к Запретному Лесу. Легкий туман стелился у ног, облизывая носки его неудобных школьных туфель. Толстые стволы деревьев, словно немая стража, защищали от любопытных глаз таинства волшебного леса. И вдруг, как по приказу, пугающая стража чуть расступилась (хотя так только казалось, конечно), и к подошедшему молодому человеку шагнула чарующая нимфа.

Вироса-де-Кута, без всяких сомнений, была прекрасна всегда, будто она была рождена не людьми, а создана самой природой. Однако, когда она стояла среди зеленых ветвей, а молочный туман нежно обнимал подол ее длинной юбки, девушка ощущалась и вовсе какой-то неземной. Словно ее кожа была прошита слегка светящимися нитями безупречной магии, глаза, на самом деле, являлись отражением черного дна великого океана, а волосы - ночное звездное небо, что по ошибке легло ей на голову, вместо того, чтобы раскинуться на небосводе.

-Привет, - Вироса улыбнулась, подходя немного ближе. - Ты так настаивал на встрече, я подумала, что-то случилось.

-Завтра случится, - не отводя взгляда от темных карих радужек, произнес Фред.

Девушка удивленно приподняла брови, выжидающе рассматривая лицо молодого человека. Это было помутнение, не иначе, основанное на том, что он еще не скоро сможет ее увидеть. Голова плохо соображала, что и как стоит говорить, хотя казалось бы, этот диалог Фред проговаривал в своей голове несколько раз, чтобы без запинки объяснить, что он придумал.

-Мы с Джорджем покидаем школу, - прикрыв глаза, чтобы меньше отвлекаться на девушку, произнес юноша. - Завтра у нас последний день, поэтому я пришел, чтобы попрощаться. Мы сможем увидеться только после твоего выпуска.

-А что насчет экзаменов?

-За академическими свершениями мы никогда не гнались, к тому же, теперь у нас есть магазин - в дипломе нет необходимости, если честно. За неимением документов нас никто не уволит, - юноша весело хмыкнул, окончательно успокаиваясь.

-Да, в этом вопросе вам повезло, - Вироса задумчиво отвела взгляд, вновь начиная гонять свои мысли. - Желаю, чтобы ваш бизнес был успешным.

Все. Опять она пропала. Та чудесная фея, что пришла к нему, вновь обратилась к каким-то переживаниям, совершенно теряя интерес к своему собеседнику. Карие радужки поблекли, утягивая в свои недра все нежное окружение. Даже в Запретном Лесу словно резко похолодело.

-Большое спасибо, конечно, - Фред сделал шаг к девушке, нарочно заставляя ее вернуть к себе внимание, - но это не все, что я хотел обсудить.

Вироса, не ожидавшая резкого приближения, хлопнула глазками, приходя в себя. Теперь они стояли так близко, что юноша мог услышать аромат ее духов - неспокойное море, грозовые тучи и травяная свежесть. Фред вдохнул поглубже, ощущая, как легкие наполняются этой приятной прохладой. Рядом с Виросой было, как будто, легче дышать. Она пахла бескрайней вечерней степью, ледяными скалами, ночным небом. Такой запах, наверное, должен быть у свободы.

-Мы, похоже, еще не скоро увидимся, поэтому я хотел подарить тебе кое-что на память, - медленно произнес Фред. - Я вижу, что ты себя изматываешь и слишком много нервов тратишь на то, на что ты не в силах повлиять, пока сидишь в стенах школы..

-О чем ты говоришь? - Вироса ахнула, широко распахивая глаза.

Она испугалась, не сумев взять под контроль свое выражение лица. В карих радужках заплескалась паника, словно юноша во всеуслышание раскрыл ее самую темную и страшную тайну. Ее беспокойство было настолько очевидным, что удивительным казалось, как ее хрупкое тельце все еще не начало пробивать мелкой дрожью.

-Ты бледная, - примиряющим голосом начал Фред. - Я думаю, что ты мало и плохо спишь, потому что под глазами синяки. Ты плохо ешь, я видел, как в Большой Зале ты просто ковыряешь вилкой в тарелке. Лисичка, ты все время о чем-то думаешь. Вокруг тебя так и пульсирует эта жуткая аура вечного беспокойства и напряженности. То, как ты выплеснула свою злость на Джонсон тогда в Выручай Комнате - это ведь всего лишь следствие того, как ты плохо себя чувствуешь.

-Этого.. не может быть, - девушка мотнула головой, шумно втягивая воздух сквозь зубы.

-Я здесь для того, чтобы помочь тебе.

Фред поднял руку, чтобы коснуться плеча девушки. Он наклонился, заглядывая в бледное лицо. Пока его переполняло волнение, и нежность дурацким образом потряхивала кончики пальцев, Вироса хмурилась, сжимала плечи, словно пыталась спрятаться, затеряться в нарастающем вокруг ее неподвижной фигуры мутном тумане.

-Я сделал для тебя кое-что, - свободной рукой юноша достал из кармана брюк кристалл, протягивая его к девушке на вытянутой ладони. - Я очень старался, чтобы помочь тебе, надеюсь эта крошка будет работать как нужно.

-Что это?

Вироса-де-Кута, все еще витая в своих мыслях, лишь слегка скользнула взглядом по маленькому едва блестящему камушку. Руны не светились, и не было торжественного “тадаам”. Не было ничего, что могло бы привлечь ее внимание, поэтому действовать пришлось иначе. Фред скользнул своей ладонью вниз по худенькой руке, останавливаясь на похолодевших пальцах. “И как она могла замерзнуть, когда на улице почти лето?” - удивился про себя молодой человек, аккуратно переплетая их пальцы.

-Ты же хотела найти отца? - Фред поднес ее ручку к своим глазам, переводя все внимание на колечко, что девушка носила не снимая. - Это должно помочь. Сам кристалл создан в качестве основы поискового артефакта, а символы, что я нанес, должны сработать по типу волшебного клубка, - юноша аккуратно опустил камушек в пустой паз на ободке колечка. - По крайней мере, я на это надеюсь..

Кристалл встал, как влитой. Дужки магическим образом сами замкнулись на камушке. Теперь кольцо выглядело как надо. Нежный ободок и темный магический камень, руны которого все таки соизволили блеснуть белым, якобы соглашаясь на работу.

-Ты хочешь сказать, что это.. - дрожащий голос Виросы заставил Фреда вновь поднять на нее взгляд, - это найдет моего папу?

В ее карих глазах померещился слезный блеск, пока она осторожно и неуверенно рассматривала новое украшение. Брови изогнулись, то ли в недоверии, то ли в удивлении, а розовые губки слегка приоткрылись, пропуская в воздух дрожащее горячее дыхание.

-Ну.. - Фред шумно выдохнул, нежно прикасаясь губами к кончикам прохладных пальцев, - будем надеяться, что сработает.

-Не знаю, что сказать, - после небольшой паузы выдавила из себя Вироса.

Ее щеки покрылись смущенным румянцем, а глаза прожигали то место, где на ее руке только что были губы юноши. Неожиданное нежное прикосновение выбило из ее головы все мысли, а темные глаза, обрамленные длинными черными ресницами, переливались, будто внутри плавился горький шоколад. Вироса медленно подняла на Фреда взгляд, изучая его лицо. И только после того, как он, наконец-то, осознал, из-за чего девушка пребывает в таком настороженном восторге или в трепетном удивлении, сам почувствовал, как лицо начинает пылать.

Он ведь просто слегка коснулся ее руки, отчего вдруг у нее на лице такое изумление? Пусть даже и так. Пускай она удивилась, вряд ли, раньше Виросе выражали такие знаки внимания, но Фред то куда? Для него не впервой заигрывать и выражать симпатию и интерес к противоположному полу. С чего бы сейчас ему краснеть и смущаться от таких глупостей? Словно дитя малое, Мерлин помилуй! И взять чувства под контроль никак не получалось. Смущалась Вироса, а всю эту смесь эмоций переживал вместо нее Фред.

-Кхм.. - он быстро облизнул вмиг пересохшие губы, пытаясь вернуть себе самообладание. - Можешь просто поблагодарить, если тебе понравился подарок..

-Да.. то есть, - девушка сбивалась, продолжая держаться за руку Фреда, словно за единственную опору. - С..Спасибо за подарок.

Красивая. Она такая красивая и милая, особенно сейчас. С румяными от смущения щечками, с приоткрытыми розовыми губами, с блестящими темными глазами. Еще один крохотный шажок к его личному чуду так, чтобы стоять почти вплотную, распугивая весь этот молочный туман леса. Близко, чтобы слышать, как она дышит.

-Лисичка, - Фред наклонился, и их носы соприкоснулись, - ты мне очень нравишься.

Сердце выскочит наружу, или кожа распадется на молекулы от такого внутреннего жара, или, может быть, голова расколется на части из-за стучащей в висках крови. Молодой волшебник слегка опустил взгляд, чтобы не передумать, чтобы горячий шоколад не утопил его. Аристократическая белизна кожи и нежно-розовые губы. Он задержал дыхание. Лишь едва коснулся ее губ своими, замирая.

***

Вироса сидела на своей кровати, подобрав под себя ноги. В комнате густела ночь, и Паффина мирно дышала на соседней кровати, свернувшись калачиком.

Это же был именно он? Поцелуй? Все было странно, совсем не так, как девушка читала в книгах. Не сказать, что Вироса-де-Кута вообще много знала о поцелуях и отношениях, ее знания оканчивались на паре романов, в которых любовь главных героев описывалась совсем не так, как это ощущалось на самом деле.

Сейчас, сидя в темноте спальни, девушка чувствовала, как ее сердце бешено бьется в груди, а в голове бесконечно всплывают образы того, как нужно было отреагировать и как себя повести по-другому. Почему же в тот момент, когда Фред.. ох, наклонился, сказал, что она ему нравится, а потом еще и.. поцеловал (щеки в очередной раз защипало от жара, и Вироса прикусила нижнюю губу, смущенно опуская глаза на свои вспотевшие ладошки), сердце попросту замерло и совсем не стучало, а в голове завывал ветер, выдувая абсолютно все мысли?

Где были все ее умные и всезнающие идеи о том, как правильно себя вести в подобных ситуациях? Почему в такой важный момент тело словно парализовало, а весь ее гениальный ум попросту, не прощаясь, покинул девушку? Даже самые неожиданные тренировочные нападения от мамы или крестной никогда не были такими шокирующими и сбивающими с толку, как этот неожиданный.. поцелуй.

Вироса аккуратно коснулась пальцами нижней губы, будто боялась обнаружить там что-то другое. Фред примерно так же до нее дотронулся тогда, едва соединил их губы на пару мгновений, выбивая этим движением из нее душу, похлеще любого заклинания. А после также бережно вернул все на место, отстраняясь.

Они вместе вернулись в школу. Никто из них ничего не говорил, боясь спугнуть магию момента. Они так и держались за руки, вплоть до самого входа. Едва переплетенные пальцы казались тонкими нитями, которыми кто-то небрежно связал двух человек. И стоило им оказаться внутри замка, пришлось разомкнуть легкую связь, опуская друг друга в разных направлениях. Вироса отправилась в подземелья Слизерин, а Фред в башню Гриффиндор.

И только сейчас девушка поняла, что они даже не попрощались толком. Фред же предупреждал, что они с братом решили покинуть школу. Это случиться уже завтра утром! Холодок пробежал по коже, заставляя волоски на руках встать дыбом. Они не сказали друг другу ни единого слова! Вироса с силой сжала одеяло ладошкой, резко вдыхая теплый воздух. И что же теперь с ними будет? Можно же писать ему письма? А что насчет встреч? Когда Вироса официально выпустится из школы, она сможет видеть Фреда?

А как теперь называть их отношения? “Если мы.. поцеловались.. это же считается?.. мы считаемся парой или нет?” - девушка с силой покусала губы, беспокойно рассматривая мятое одеяло на своих ногах. - “А как ведут себя парочки? Секунду.. А что если он не считает меня своей девушкой, и это вообще ничего не значит? Нет, это глупость, просто так люди не.. целуются, да?”

Вироса замотала головой из стороны в сторону, темные волосы слетели с плеч, красуясь перед взглядом мягкими волнами с редкими белыми пятнышками. Что же делать? Получится ли завтра поговорить или хотя бы просто увидеться перед тем, как Фред уйдет из школы?

“Знает ли хоть кто-нибудь, как нужно вести себя в подобной ситуации?” - про себя взвыла Вироса, с размаха падая на мягкую подушку. Сна сегодня даже ждать смысла нет.

Глава 26 Можно тебя на пару слов?

-Мисс Дасадити, поднимайтесь, иначе мы опоздаем на завтрак, - откуда-то извне послышался знакомый голос.

Вироса-де-Кута с трудом открыла глаза, мутным взглядом осматриваясь по сторонам. Похоже, она все таки отключилась во время своих сердечных мук, где-то между мыслями об отношениях с Фредом и его губах.

Паффина учтиво сделала несколько шагов назад, вежливо отводя взгляд от сонного и слегка опухшего лица подруги. Спустя еще несколько мгновений Вироса таки смогла прийти в себя, кое-как поднимаясь с постели. Голова гудела и казалась непомерно тяжелой, того и гляди тонкая шея переломится пополам под таким весом.

Какое-то время потребовалось на то, чтобы умыться и привести волосы в порядок. Затем юная леди окончательно преобразилась, сменив ночное платье на школьную форму и мантию.

-Мисс Винтербир, прошу прощения за ожидание, - Вироса вышла из ванной комнаты, идеально выпрямляя спину и поднимая подбородок. - Я готова, можем выдвигаться на завтрак.

Юные леди отправились в Большой Зал, по пути встречая громогласного Пьюси, который нещадно и непристойно выражался о подготовке слизеринской команды к грядущему матчу Слизерин-Пуффендуй. На резкие замечания юноши лениво кивал сонный Уоррингтон, который, похоже, слушал тоже самое вчера вечером, засыпая с голосом Эдриана и просыпаясь с ним же. В “диалоге” не принимал участие только Паффиан. Мистер Винтербир (как всегда) выглядел загадочно-задумчиво, витая в каких-то своих мыслях.

Такой зелено-серебряной группкой друзья добрались до Большого Зала, занимая свои обыденные места. На столе материализовался завтрак: молочная каша, тосты с джемом, вареные яйца и несколько видов напитков.

Вироса-де-Кута после хорошо выдержанной паузы, перевела все таки взгляд на дальний стол львов. Красно-золотые как всегда шумно общались, некультурно играясь с едой. Ярче всех отличались пятикурсники, во главе с Рональдом Уизли, который, словно вечно-голодный зверек, быстро поглощал все новые и новые угощения, успевая при этом что-то громко обсуждать с друзьями. Кудряшка-грязнокровка сидела вместе с толстой книгой, периодически шикая на друзей (что, собственно, оказывало очень краткосрочное влияние).

Близнецов за столом не было. Из седьмого курса на завтраке присутствовали все кроме Фреда и Джорджа. Возможно ли, что братья уже успели со всеми попрощаться, незаметно выскользнув из школы, и отправляясь прямиком в свою новую лавку? В груди похолодело. Вироса еще несколько секунд отчаянно крутила головой, надеясь увидеть огненно-рыжую макушку Фреда, но тщетно.

За преподавательским столом было не людно. Учителя избегали даже таких коротких встреч с профессором Долорес Амбридж. Розовая дама взирала на всех сверху вниз, сидя на главном директорском месте. Ее надутые щеки и змеиная фальшивая улыбка отбивали аппетит у горстки преподавателей, что все же решились прийти на завтрак.

Вдруг из коридора раздался звонкий хлопок. За ним последовал еще один и еще. Люди в Большом Зале притихли, поворачивая недоразумевающие лица в сторону больших распахнутых дверей. Профессора тоже отложили свои столовые приборы, удивленно привставая из-за стола. В школе что-то грохотало и.. взрывалось, участившиеся звуки хлопков медленно приближались к столовому помещению, заставляя всех затаить дыхание.

Со своего места, резко отодвигая стул, недовольно поднялась директор Амбридж. Розовая дама провела языком по зубам, широким шагом направляясь на выход из Большого Зала. Профессор выхватила палочку, сжимая на ней свои толстые пальцы с остервенением и жаждой пальнуть в любого злостным проклятием. Маленькие розовые каблучки стучали по каменному полу, вторя стуку сердец шокированных студентов.

До дверей оставалось с десяток шагов, как в Большой Зал влетел небольшой искрящийся шарик, который с размаху ударил Розовую даму по лбу, отскакивая от него к потолку. И тут же разрываясь миллиардом золотых песчинок. Две секунды на осознание. Лицо Долорес Амбридж исказилось от удивления и ярости, а в округлившихся глазах сверкнуло то, что Генеральный Инспектор все эти месяцы очень плохо скрывала - ненависть к детям.

Следующий шаг Розовой дамы потонул в грохоте влетевших в Большой Зал разноцветных фейерверков, которые окрасили потолок, стены и фигуры учеников в яркие, радужные пятна, которые каждую секунду меняли окрас. Студенты начали вскакивать со своих мест, перепуганные и ослепленные дымом и светом.

Каркающие крики, похожие на боевой клич, заставили задрать головы, прищуриваясь. Это были близнецы Уизли. Братья влетели в Большой Зал на метлах, вновь и вновь взмахивая волшебными палочками. Они раскидывали новые и новые фейерверки, хлопушки, цветастые бомбочки, дымили и шумели. Гриффиндор тут же взорвался одобрительными аплодисментами, воодушевленным свистом. Ко львам подключились пуффендуйцы, что громко застучали столовыми приборами по деревянными поверхностям, скандируя фамилию нарушителей спокойствия.

Когтевран тоже недолго думая подключились к всеобщей радости, вытаскивая свои палочки. От их детских заклинаний еда на столах разлеталась в разные стороны, завтрак превратился в мелких зверьков, напитки взрывались липкими фонтанами. Хаос!

Счастья не наблюдалось лишь у зелено-серебряных змей. Шальные огоньки, что без конца запускали Уизли принялись гоняться за слизеринцами, жаля их и кусая. Эдакая месть Инспекционной Дружине. Вироса-де-Кута охнула, отпрыгивая к стенке, прямо перед глазами просвистела очередная стопка искр, которая целенаправленно летела в лицо Драко Малфою. Юноша заметил вспышку в самый последний момент, падая на пол, а озорной огонек с размаху влетел в каменную кладку на пару секунд демонстрируя перепуганный отпечаток искаженного лица юного аристократа.

Справа и слева от Виросы в стенку вжимались Паффина и Паффиан. Двойняшки держали свои палочки на уровне глаз, пытаясь уследить за метающимися туда-сюда вспышками разноцветного света. Один такой светлячок нацелился прямо на мисс Винтербир, и девушка сделала резкий выпад рукой, ставя плотный щит. Безумный светлячок ударился о линза-подобный барьер, взрываясь маленькой желтой бомбочкой.

-Вот козлы! - прошипела Паффина. - Он же обещал!

-Что обещал? - Паффиан крутанул палочкой в воздухе, отбивая куда-то в сторону очередную искорку.

-Обещал, что над нами никаких шутеек не будет! - выплюнула юная леди, цепляясь взглядом за витающих в воздухе близнецов.

Мистер Винтербир приоткрыл было рот, чтобы спросить еще что-то, однако он не успел произнести и звука. Уизли громко хохотнули под самым потолком, тряся над головами огромного размера сверток. Они синхронно подожгли его с обеих сторон, бросая, словно бомбу куда-то в центр зала.

Громадный алый взрыв поглотил все остальные. Пришлось даже на пару мгновений зажмуриться, ощущая жар на лице. Из миллиардов искр выросла гигантская голова. Вироса задержала дыхание, перепуганная, забывшая на пару секунд, что это все не по настоящему, что это всего-лишь фейерверк. В Большом Зале появилась голова огнедышащего дракона, которая распахнула свою клыкастую пасть, издавая истошный рычащий звук.

“Дракон” пришел в движение. Его блестящие светлячками глаза нашли свою добычу. Профессор Амбридж в тот же момент осознала, что добыча - это она. Директор рванула прочь из-за зала, нелепо путаясь в ногах, спотыкаясь и расталкивая хохочущих студентов на своем пути. Но голова была быстрее. Пасть нависла над пухленькой фигуркой Инспектора, резко и с невероятным грохотом захлопываясь.

Дракон сожрал Долорес Амбридж. Сердце у Виросы екнуло, пока мозг не успевал реагировать на происходящее, осознавать действительность. Гигантская голова вдруг лопнула, словно мыльный пузырь, взрываясь новой волной искр и дыма. Розовая дама жива. Чумазая и уже, скорее черная, нежели розовая, но цела и невредима, с перепуганным лицом и безумным взглядом, она осталась стоять на том же месте, где ее настиг “дракон”.

Вдруг послышался грохот и звон осыпающегося стекла - в главном холле на пол обрушились все декреты об образовании, что Главный Инспектор с такой маниакальной одержимостью развешивала по стенам. Рамки были разбиты и сломаны, бумаги, подписанные самим Министром Магии сгорели дотла, оставляя после себя лишь черный пепел, что кружил теперь в воздухе, оседая на живых портретах и движущихся скульптурах.

Очередной визг удовольствия и радости. Близнецы Уизли вылетели из Большого Зала отправляясь на улицу, а толпа студентов (в которую затесались и профессора) вылилась следом за рыжеволосыми безумцами. Фред и Джордж что-то громко кричали, а разгоряченная публика скандировала их имена, вновь и вновь вскидывая волшебные палочки, запуская в небо стопки цветных искр.

Веселью мешало осознание - это, на самом то деле, яркое прощание. Уизли больше не вернутся в школу, не сядут за парты, не будут участвовать в соревнованиях по квиддичу и не напишут экзамены. Это последний раз, когда все могут насладиться их очередной сумасшедшей выходкой.

Вироса-де-Кута смотрела в чистое майское небо, на котором мелькали братья. Их было не различить, не угнаться за ними даже взглядом, не было слышно слов, что они кричали оттуда сверху. Все поглощала атмосфера вседозволенности, жажда безумия и всеобщее одобрение. Вироса заметила, как преподаватели переглядываются, одобрительно ухмыляясь, еле сдерживаясь, чтобы не уподобиться своим ученикам и не начать нахваливать и поддерживать прощающихся с ними драгоценных, но взбалмошных студентов.

Финал был ярким, и немного грустным. Фред и Джордж бросили очередную бомбу, которая, как гигантская петарда взорвалась, ослепляя всех рыжим светом. Фейерверки сложились в большую цветастую букву. Первая буква их фамилии - словно подпись, чтобы даже те, кто ничего не понял, смогли догадаться, чьих это было рук дело.

Близнецы еще раз что-то крикнули, получая очередную порцию радостного визга и звонких аплодисментов. Затем рыжеволосая парочка на метлах унеслась в синеющую даль, оставляя родной Хогвартс тем, кому еще предстоит сдать экзамены, доучиваясь этот учебный год.

***

Уроки отменили. Уизли оставили после себя такой хаос, что в нем невозможно было учиться. Все внутренности замка были покрыты краской, каменные полы обмазаны толстым слоем сажи, а в некоторых кабинетах были сломаны парты, и доски были испачканы чем-то липким и плохо стирающимся.

Не обошлось и без “жертв”. Многие студенты со Слизерин оказались в Больничном крыле. Инспекционная Дружина была выведена из строя на несколько дней. Громче всех из-за этого ликовали гриффы (естественно). Волшебные фейерверки аккуратно обошли их стороной, впечатываясь в представителей змей.

Вироса недовольно нахмурилась, когда узнала, что к мадам Помфри отправились Пьюси и Уоррингтон. У Эдриана обгорели все волосы на голове, затрагивая ресницы и брови. А вот Кассиусу повезло еще меньше - жалящая искорка прилетела юноше прямо в зрачок. Друзья боялись, что он может вообще остаться без правого глаза, но местная медсестра заверила, что радужку еще можно спасти. Вироса слышала, что кому-то с курсов помладше понадобился костерост, потому что несчастный студент с перепугу свалился с лестницы и сломал руку в нескольких местах. В общем, Уизли оставили после себя массу впечатлений.

Всех работоспособных студентов распределили по этажам, закрепляя за каждым территорию, которую нужно было привести в порядок. Вироса-де-Кута вместе с двойняшками Винтербирами разместились в одном из коридоров, принимаясь за уборку (с помощью волшебных палочек разумеется, в этот раз Розовая дама не протестовала).

Работа была скучной и монотонной, поэтому троица слизерин развлекала себя как могла. Паффина легко размахивая палочкой, очищая каменные стены от ярких пятен, напевала мелодичную и добрую шотландскую песню. У девушки был приятный голос, звук которого отражался от арочного потолка, увеличивая ноты в объемах. Паффиан, конечно же, знал эту песню из родного края, но подпевать сестре не спешил. Юноша молча и методично выполнял поставленную перед ним задачу - трансфигурировал из поломанных досок новые рамы для картин. Лишь чуть обозначенная улыбка на его губах давала понять, что песня ему приятна.

Вироса слов не знала, да и в музыке была не сильна, если не нужно было заставить играть магические инструменты (и то, пришлось бы обратиться к соответствующей литературе, чтобы уточнить, какое именно заклинание необходимо применить). Поэтому девушка просто наслаждалась голосом подруги, восстанавливая чуть прожженные от фейерверков половицы.

Во время подобной несложной рутинной работы не оставалось ничего, кроме как размышлять, пропуская через себя мысли, словно забродивший кисель. Вироса не сразу заметила, как колечко, что отдала ей крестная, чуть потеплело, начиная вытягивать крупицы магии из окружения. Занятная все таки вещичка, с каким-никаким собственным сознанием: девушка долго и монотонно тратила волшебную силу, кольцо, похоже, учуяло то, что хозяйка не собирается останавливаться - принялось подпитывать ее с той же размеренной постоянностью, как и Вироса черпала собственную магию.

Юная волшебница принялась рассматривать свое чудное украшение, все внимание даря темному загадочному камушку, что создал для нее Фред. Он говорил о том, что это теперь артефакт - средство поиска. Значит ли это, что Вироса сможет таки отыскать с его помощью папочку? И как исписанный миниатюрными рунами кристалл вообще работает? Девушка нахмурилась, концентрируясь на артефакте. Обычно, волшебная вещь так или иначе отвечает на зов мага - начинает светиться, теплеет или чуть бьет током, начинает дрожать или как-либо видоизменяется; но этот камушек никак не взаимодействовал.

Вироса-де-Кута приняла правила игры - новая загадка, новая интрига - будоражит воображение. Она попыталась влить свою магическую энергию в кристалл - ничего не вышло, с таким же успехом девушка могла бы постучать по воздуху, надеясь услышать звук ударов. Прикосновения с разных сторон и с разной степенью нажатия тоже оказались бесполезными. Как же так? Она же точно видела белое свечение, стоило камню оказаться на своем месте в пазах кольца!

-Нравится? - Паффина чуть наклонилась к подруге, блеснув глазками. - Это я его кристаллизировала.

-Что? - Вироса от удивления даже сделала шаг в сторону, округляя глаза. - Ты о чем? Кольцо мне крестная подарила. А камень.. это Фред сделал.

-Не совсем так, - хихкнула девушка, заговорчески оглядываясь на брата.

Паффиан был занят, усердно трансфигурируя новую раму для очередного живого пейзажа. Убедившись в том, что близнец ее не слышит, Паффина продолжила:

-Уизли пришел ко мне некоторое время назад и рассказал, что готовит тебе подарок. Он так молил меня по помощи, что я не смогла отказать, - ведьмочка сложила руки на груди, придавая лицу душещипательное выражение. - Было нелегко приготовить нужную смесь, а затем кристаллизировать ее. И это все с учетом того, что рыжий и сам не знал точно, как должен работать финальный артефакт. Но я и сама не глупа и неплохо разбираюсь в зельеварении, собственно, поэтому этот грифф и попросил меня заняться вопросом!

-Я рада и очень благодарная тебе, Паффи, - осознание, что лев и змея работали вместе ради ее подарка, приходило медленно. - Вот только.. не похоже, чтобы ваш совместный эксперимент увенчался успехом. Артефакт не работает, так как хотел Фред.

-Хмм, - Паффина сложила руки на груди, слегка нахмурившись, она не отрываясь смотрела на плод своей работы и после очередного умозаключения произнесла. - Перед тем как кристаллизировать, нужно было приготовить зелье. Проблема была в том, что у меня был только набор ингредиентов, порядок и способ готовки пришлось выбирать самостоятельно. Я посоветовалась с профессором Снейпом, но не переживай, говорила я так, что он не понял, что именно я собираюсь делать и для кого. В любом случае, мы пришли к выводу, что лучше всего использовать тот же метод приготовления, как и в работе с Феликс Фелицис.

-Ты готовила основу для кристаллизации так же, как готовят зелье удачи? - Вироса была поражена, тут ничего не скажешь.

Не смотря на все свои таланты и навыки, зельеварение было для девушки точной наукой, в которой она не решилась бы экспериментировать и создавать собственные эликсиры. Это чревато серьезными последствиями, вплоть до взрывов и летального исхода как готовящего, как и использующего новое зелье. Вироса-де-Кута посмотрела на свою подругу новыми глазами - эта девушка начала вызывать еще большее уважение. Сделать нечто рабочее (по крайней мере, ведьмочка на это очень надеялась), по большому счету, из ничего - это даже для чистокровной мисс Дасадити казалось сложным.

-Возможно, ты не можешь использовать кристалл как привычный магический артефакт как раз из-за способа его приготовления, - подытожила Паффина. - Будем считать, что камушек сработает так же, как и зелье удачи - в нужный момент ты просто.. почувствуешь, что и как нужно делать, - волшебница пожала плечами и ободряюще улыбнулась.

Значит, в нужный момент..

Вироса-де-Кута все следующие дни провела в ожидании этого “нужного момента”, но, как это обычно и бывает, когда очень чего-то ждешь, это ни за что не происходит. Кристалл молчал, даже когда наступила пора выпускных экзаменов. Начало июля было жарким и душным, по большому счету еще и из-за того, что семикурсники много переживали, мало спали и разносили волнение и нервозность по этажам школы, словно заразу.

Мисс Дасадити в своих силах была уверена и старалась не поддаваться всеобщему настроению обреченности. Слизеринцы уговорили Виросу подтянуть их по школьным дисциплинам, поэтому спустя некоторое время, юная ведьма полностью отдалась своим, оказывается, неплохим навыкам преподавания. “Может, у меня это в крови?” - девушка тепло улыбнулась, наблюдая за тем, как Кассиус (наконец-то) правильно отвечает на вопросы по зельеварению.

Эдриан в основном страдал над ЗОТИ, а Паффина дергала Виросу по вопросам нумерологии. Единственный “ученик”, который беспокоил “учительницу” меньше всех - Паффиан. Юноша в основном молча сидел за столом, изредка отрываясь от своего чтения.

Несмотря на давление от наступивших экзаменов, это были хорошие деньки. Друзья занимались либо в библиотеке, либо в гостиной Слизерин, порой удавалось даже немного повеселиться (чаще всего из-за глупых ошибок Уоррингтона и острого словца Пьюси).

В один из таких вечеров, когда ни у кого уже не осталось сил что-либо учить, и компания начала расходиться по комнатам, к Виросе подошел Паффиан. Юноша казался, как всегда, спокойным и даже слегка сонным, но что-то в его движениях было не как обычно. Вроде они провели вместе почти целый год, но Вироса-де-Кута так и не смогла до конца узнать, какой мистер Винтербир на самом деле. Его вечно безучастное выражение лица и скучающий внешний вид наталкивали на мысли о том, что юношу вообще все вокруг никак не касается. Но при этом от его сестры Вироса узнавала и о том, какой Паффиан ответственный, серьезный и сосредоточенный, особенно в вопросах их рода.

В этом Вироса и Паффи были, пожалуй, очень похожи - две чистокровных наследника, которые обязаны всегда держать в голове всевозможные варианты дальнейшего будущего. Хотя, девушка смутно представляла, каково это - иметь родителей, сестру и еще родственников, за которых ты будешь в ответе (и они, в свою очередь, смогут прийти на помощь).

-Вироса, можно тебя на пару слов? - молодой маг по джентельменски провел рукой, указывая направление.

-Ты хотел о чем-то поговорить? - спросила девушка, когда они немного отошли в сторону.

-Да, - Паффиан кивнул, тяжело вздыхая. - Ты подарила нам превосходную литературу, и благодаря этому мы смогли найти вариант решения нашей.. домашней проблемы.

-Это прекрасная новость! - Вироса была искренне рада услышать хорошую весть. - Я сама не так уж и тщательно изучала ту книгу, но надеялась, что в ней найдется нечто полезное вам. Удачно, что литература смогла дать ответы.

-Есть одна.. сложность с воплощением желаемого в действительность, - на этих словах даже атмосфера вокруг мистера Винтербира изменилась, он напрягся и кажется, чуть побледнел. - Решение задачки оказалось не совсем таким, как мы ожидали.

-Нельзя просто жахнуть заклинанием и разрушить чары? - Вироса улыбнулась, безуспешно пытаясь разрядить обстановку.

Шутка не произвела на Паффиана нужного эффекта. Юноша опустил взгляд в пол и обреченно покачал головой. Его внешний вид так и кричал: Все очень плохо! Все настолько плохо, что мне даже говорить об этом сложно!

-Но ты же сказал, что решение нашлось?

-Именно так, - резкий свистящий выдох и поднятый твердый взгляд. - Могу ли я просить вас, мисс Дасадити, об очередной помощи нашему дому?

-Все будет зависеть от того, что от меня требуется, - Вироса слегка растерялась, сцепляя руки в замок у живота, как бы удерживая равновесие.

-Я объясню. Но сначала, мисс Дасадити, вы должны пообещать, что, даже если вы откажетесь, вы никому не расскажете о нашей задумке.

Мистер Винтербир был серьезен. Он с силой сомкнул челюсти, и даже, похоже, задержал дыхание. Вироса-де-Кута никогда не видела его таким решительным, жестким и.. о, Моргана.. опасным. Во взгляде читалось твердое намерение поквитаться с любым, кто поставит под удар его семью.

В этот самый момент была четко видна разница между ним и сестрой. Паффина тоже умела злиться, но делала она это ярко, шумно, словно взрыв молнии и грома. А вот Паффиан был совсем другим, юноша источал опасность каждым сантиметром своего тела. Он был похож на заморозки, после которых наступает непроглядная, страшная зима. Этот пробирающий до костей мороз чувствовался заранее, словно последнее предупреждение всем тем, кто не успел спрятаться.

Вироса-де-Кута подсознательно перечислила варианты отступления и возможности нападения. “Какая глупость!” - тут же одернула себя девушка. - “Паффи не станет на меня нападать.. сейчас..” Маг, о котором она мало знала, стоял прямо перед ней с таким выражением лица, словно он был в разы сильнее (хотя почему бы этому и не быть правдой? Девушка никогда не видела его в деле, в бою. Вот почему в этой дурацкой школе нет дуэльного класса?!)

-Я обещаю, мистер Винтербир, то, что вы собираетесь сказать, останется между нами, - взяв себя в руки, твердо произнесла юная ведьма.

-В таком случае, расклад следующий..

Существовал всего один единственный способ выйти из-за под гнета Министерства. Родители Паффиана внимательно изучили талмуд, что на Рождество прислала мисс Дасадити. Там нашелся жуткий и не шибко привлекательный вариант спасения.

Чары, что используют Министерство Магии, установлены таким образом, что правительство в любой момент времени может выяснить где находится каждый из членов подчиненной семьи, и чем он или она заняты. При должном уровне навыков и доступа члены инспекторской проверки имеют право запечатывать магические силы отдельных представителей рода, если у них будет подозрение, что волшебник собирается навредить государству.

Такая магия очень сложна и ее не используют уже очень много лет. По правде говоря, род Винтербир был последним, на ком была применена данная печать подчинения. Артефакт был установлен по всем правилам и закреплен магией крови, которую сколько не разбавляй законными и незаконными браками, хуже работать не станет. Шотландская семья подозревалась в попытке бунта против короны. В те времена первостепенной задачей было установление единства на территории всех королевств, поэтому ко всем родам, кто не являлся англичанами, применялись подобные заклинания подчинения. Те, кто пытался сопротивляться, тут же вписывались в ряды изменников короны, и карались смертью.

На территории всех четырех королевств существовало три таких рода, в их число входил и шотландский Дом Винтербир. Две другие семьи уже прекратили свое существование (первая по причине истребления, вторая попросту вымерла). Вот и получается, что Винтербиры смогли продержаться больше трехсот лет, доказывали свою верность короне и Соединенным Королевствам всеми доступными им способами, однако снятия печати добиться так и не смогли.

Книга, что подарила Вироса, как раз датировалась тем временем, когда подобные магические проклятия были в самом расцвете. Повезло найти там и нечто способное вывести род из-под влияния Министерства. Для этого нужен был всего лишь.. новый покровитель. Маг, достаточно сильный, который мог бы “взять шествие” над всем домом или хотя бы отдельными ее членами. Что-то вроде волшебного крестного, но в этом случае заключается магический контракт, который обязует род подчиняться воле своего покровителя, взамен получая защиту и определенную свободу.

-Ты просишь меня подчинить вас, как каких-то домашних эльфов? - Вироса была вне себя от удивления, и в груди забился протест. - Подчинить чистокровных волшебников тоже самое, что втоптать их в грязь.

-Мы надеялись на несколько правок в контракте, - Паффиан устало покачал головой. - Во первых, ни покровитель, ни род не должны рассказывать кому-либо о договоре. Во-вторых, род обязуется приходить на помощь и выручку своему покровителю, однако тот не должен требовать грязную и унижающую достоинство рода работу.

-С этим я согласна, - кивнула девушка. - Что еще?

-Мы не уверены, что тебе под силу взять под свое крыло целый род. Поэтому, возможно, ты согласишься, вытащить из этой петли хотя бы.. Паффину..

-И тебя, - твердо перебила Вироса. - Почему ты удивлен? Ты будущий глава рода, с тебя должна начаться свободная жизнь вашей семьи.

-Спасибо, - Пафиан облегченно выдохнул и даже слегка расслабился, наконец, опуская плечи.

-Что будет после смерти покровителя?

-Если он передает власть над чужим родом своему кровному родственнику, то действие контракта продолжается. Если же нет, то мы будем просто свободны.

-Хорошо.

В голове всплывало разное. Было восхищение от того, что Вироса-де-Кута сможет спасти своих друзей, предвкушение от того, какие лица будут у людей в Министерстве, когда те поймут, что навсегда потеряли власть над шотландским родом. К тому же влиять на Винтербиров через мисс Дасадити у них не получится - она иностранка.

И в тоже время поползли липкие темные мысли о власти над людьми, над их судьбами и жизнями. Получив в свое распоряжение две души, Вироса смогла бы командовать ими, приказывать, зная, что подчиненные не смогут ослушаться и возразить. Нет грязной работе? - Легко. Столько возможностей крутить умами людей, даже не вводя их в курс того, что именно они делают.

Брр. Вироса дрогнула всем телом. И откуда только столько мрака в голове? Она поможет. Бескорыстно. А после ее смерти ее близкие друзья, их дети и внуки навсегда будут свободны.

-Да, так и поступим, - отмахиваясь от шепчущих отголосков получаемой власти, уверенно произнесла молодая ведьма. - Я с самого начала хотела вам помочь.

-Договорились, тогда займемся этим сразу после выпуска из школы. Мои родители все подготовят.

Глава 27 Ночь была беспокойной

Ночь была какой-то.. беспокойной, что ли. Вироса крутилась в кровати и уснуть смогла только под утро. С чем это было связано, одной Моргане известно. Такое чувство, словно завтра девушку ждал экзамен, к которому она не готовилась или же какая-то встреча, от которой слишком многое зависило. Но ни первого, ни второго Вироса-де-Кута не планировала, поэтому и причину своей бессонницы и взволнованного ожидания понять никак не могла.

И вот, стоило ей закрыть глаза, как это самое неясное нечто, заставило ее вновь проснуться. В комнате было темно, и слышалось лишь мирное посапывание, свернувшейся в клубок, Паффины. Наступил вторник, середина июня, в который не планировалось никаких особых дел или мероприятий, с какой бы стати Виросе подниматься?

Но что-то.. необъяснимое, но очень властное, заставило таки ее встать с кровати и провести утренние процедуры. Девушка собралась и переоделась в школьную форму (выбрав лишь иную юбку: вместо школьной по колено, она надела черную в пол. Зачем? Тоже точного ответа нет. Может это было связано с тем, что Вироса-де-Кута имела сегодня свободный от школьных занятий и экзаменов денек?)

Часы в общей гостиной оповестили о том, что до основного подъема осталось немногим больше часа, это значит, что ученикам уже можно покидать башни факультетов и отправляться, например, на завтрак или, если студент слишком ответственный, в библиотеку.

Вироса-де-Кута же, с какой-то радости, направилась вверх по ступеням, поближе к главному выходу. У нее не было осмысленного желания покидать школу или гулять по Запретному Лесу перед завтраком, но что-то определенно толкало ее в ту сторону. Юная волшебница, ведомая неким импульсом, не успевая осмыслить свои действия, выбралась из замка, твердой походкой направляясь к.. Гремучей Иве?

Туда. Ей нужно было туда. К этому странному дереву, что пугало своим пылким и порой очень агрессивным нравом всех студентов Хогвартса. Кому вообще пришло в голову сажать здесь подобное злобное растение? И почему Виросе взбрело в голову по собственному желанию приблизиться к дереву?

Темное небо у самой кромки горизонта окрасилось нежными розовыми цветами рассвета, словно некий гигантский маг где-то вдалеке поднял свою волшебную палочку и принялся испускать полупрозрачные импульсы завораживающей магии. Легкий летний рассвет осветил тех, кому тоже уже не спалось. У Гремучей Ивы стояли студенты.

Приблизившись, Вироса распознала в этой группе мистера Поттера, Рональда Уизли и Кудряшку-Грейнджер. С остальными личностями: витающей в облаках белокурой девушкой и высоким, похожего на плюшевого медведя, юношей мисс Дасадити была не знакома.

-Гарри, послушай.. - видимо уже не в первый раз начала умолять староста девочек гриффиндора.

-Он там! Сириус там! - нервным, гавкающим голосом оборвал ее мистер Поттер. - Я видел также четко, как и отца Рона! Я должен вмешаться!

-А что если это ловушка? - промямлил темноволосый медвежонок.

На это Гарри ничего не ответил, лишь фыркнул и резко отвернулся. На его лице читались злость и отчаяние. Юноша должен был действовать, его разрывало от внутренних метаний, от страха за родного человека. Ноги его не слушались, пытаясь понести молодого человека, но как? Он не успеет, даже если полетит на метле.

На глаза Поттеру попалась незваная гостья - слизеринка Дасадити. Юноша замер, будто сначала не признал девушку. Что-то в полумраке раннего утра двигало картину, искривляло ее. Гарри показалось, что перед ним.. кто-то знакомый, с узким острым лицом, темными глазами и очень запоминающимися аккуратными губами. Гарри моргнул, сбивая наваждение, перед ним (как и он сам) замерла Вироса-де-Кута.

-Прошу прощения, я не хотела вам мешать, - произнесла девушка, вежливо поклонившись. - У вас что-то случилось?

-Змеюк это не касается! - буркнул пухленький медвежонок.

-Невилл! - одернула его Гермиона. - Она совсем не такая, как другие слизеринцы. Вироса сильная и умная ведьма.. и.. она может нам помочь.. - тихо и неуверенно закончила Кудряшка.

-Помочь?

Вироса-де-Кута изогнула бровь, головой понимая, что ей совсем не хотелось бы лезть в дела гриффов, которые, похоже, разрабатывают очередной сумасшедший план. Но в тот же момент по всему телу разливалось то самое нечто, что подняло ее утром - ДА! Ты должна им помочь!

Что происходит? От чего тело так настойчиво сегодня требует странных, необдуманных действий, двигаясь без дозволения головы?

-Кое-что случилось.. с моим.. моим родственником, - подбирая слова начал Гарри. - Это может прозвучать странно, но.. я видел.. Я уверен, что ему грозит опасность..

-Она знает, - вдруг твердо произнесла Грейнджер. - Я ей рассказала о том, что ты во сне видел, как напали на мистера Уизли.

-Гермиона! - выпалил Рональд. - Зачем ты ей рассказала?!

-Об этом и так многим было известно, она все равно рано или поздно узнала бы, - сложив руки на груди, произнесла Кудряшка. - Да и я считаю, что Виросе можно доверять! Мы много времени провели вместе, и я считаю ее своей подругой!

Вот так просто. Раз и слизеринка стала другом гриффиндорке, потому что водила ее за нос все это время, аккуратно вытягивая из нее информацию. Это вообще сейчас на руку, быть подругой с Кудряшкой-Грейнджер? Тело тут же ответило на немой вопрос: “ДА! Это то, что нужно!”. Вироса бессознательно кивнула, подтверждая слова “подруги”.

-Вы и сами знаете ее возможности! Гарри ты же видел, какая она сильная и ловкая! Расскажи ей, - не унималась Гермиона.

-А еще ты видел, как она ударила Анджелину, - подала немного потусторонний голос светловолосая девушка, про которую уже все и забыли.

-Все так, - неожиданно для самой себя сказала мисс Дасадити. - Наша дуэль с мисс Джонсон была спланирована, я наказала ее за ее поведение. Гриффиндорка сожгла мою вещь, издевалась и подшучивала весь учебный год, поэтому я защитилась. Ответила на ее наглость.

-С чего бы ей сжигать твою вещь? - все с тем же недоверием произнес гриффиндорец-мишка Невилл.

-Мисс Джонсон ревновала, - губы двигались сами по себе, все ради единственной цели - стать частью этой компании пятикурсников. - Она видела, что мы с Фредом стали близки, поэтому повела себя агрессивно.

-Вы с Фредом? - ахнул мистер Уизли. - Ты что, встречаешься с моим братом?

-Это теперь запрещено, что ли? - фыркнула Кудряшка. - Что-то в прошлом году, я не помню запрета: “Никому нельзя встречаться с Уизли”..

-Все, хватит! - резко скомандовал мистер Поттер. - Я знаю одно - Сириуса нужно спасать! Вироса, если ты согласна нам помогать, то мы возьмем тебя с собой.

-Согласна, - твердо ответила девушка, все также не понимая, почему она вообще должна быть рядом.

Гарри и Гермиона ввели слизеринку в курс дела. Сегодня ночью мистер Поттер вновь видел “живой сон”, также, как было и с мистером Уизли, когда на того напала змея. Однако в этот раз на месте жертвы оказался крестный отец Гарри - мистер Сириус Блэк. Вироса-де-Кута тут же вспомнила эту фамилию в списке чистокровных родов Великобритании - могущественное семейство, что веками следовало древним традициям, хранило множество магических тайн, а также являлось родоначальниками некоторых волшебных дисциплин.

Как, интересно, один из этих великих Блэков мог быть пойман? - Вопрос на засыпку. Однако девушка решила ничего не уточнять. Тело бросалось в гущу событий, ей жизненно необходимо было идти вместе с этой группой отчаявшихся студентов, никаких сомнений. Только вот.. почему?..

-Нам надо бы трансгрессировать в Министерство Магии! Кто-то умеет это делать?

-Я могу, - кусая губы произнесла Грейнджер. - Но я боюсь, что нас может расщепить..

-Я буду корректировать перемещение, - в очередной раз очень уверенно кивнула Вироса. - Я уже много лет умею трансгрессировать.

-Тогда за дело! - сжав кулаки, твердо сказал мистер Поттер.

***

-Призовите меня, когда схватите мальчиш-шку, - сверкая кровавыми глазами, прошипел Лорд.

У Пожирателей Смерти была одна задача - добыть Пророчество. Любыми способами. Все они стояли перед своим повелителем склонив головы, облаченные в черное, с натянутыми на лица серебристо-золотыми масками. Темный Лорд махнул рукой, позволяя своим подопечным трансгрессировать. Раздались хлопки аппарации, и тут же воцарилась гробовая тишина. В зале остался лишь Темный Лорд и Тенеба, которая лениво опустила подбородок на кулак.

Ведьма сидела за длинным столом, совсем недавно возвратившись со своего мудреного задания. Она была стара, была вымотана и оказалась очень полезной. Только по этим причинам Волан-де-Морт не отправил ее вместе с остальными в Министерство. Темный Лорд прошествовал к столу, опускаясь на стул напротив пожилой ведьмы.

-Полагаю, у тебя получилось, - совсем по-человечески, устало выдохнул Том Реддл.

Мисс Навелюкс лишь кивнула, прикрывая глаза. Это было изнуряющее и муторное действие - заставить Дамблдора принять чертов японский артефакт. Сначала она долго и монотонно доказывала хитрому лису свои чистейшие намерения, ссылаясь на то, что много лет сидела в своем маноре, не интересуясь ничем. Затем погибла ее дорогая подруга, оставляя на плечах Тенебы дочь. Тогда то, якобы, у мисс Навелюкс и открылись глаза на происходящее. Ей, видите ли, стало страшно за крестницу, поэтому она пришла к единственному всемогущему магу, что был способен спасти Британию и, следовательно, ее дорогую Виросочку от кровожадного и ужасного Волан-де-Морта.

Перед этим жалким подобием директора Хогвартса пришлось таки открыть и часть правды - Тенеба знала, кто является отцом Виросочки, и это (ну, конечно же) пугало ее больше всего. Вдруг Темный Лорд найдет свою кровиночку и захочет использовать девочку в своих черных делах? Задача крестной - уберечь малышку от такого ужасного родителя.

Это стало финальной точкой - идиот Дамблдор поверил. Сумасшедшая старуха, которая неистово печется о единственном живом существе, смогла убедить лицемерного и жадного до власти лиса. “ Я нашла то, что может все исправить! Это огромный маховик времени! Умоляю тебя, Альбус! Твоей силы хватит на то, чтобы вернуться в прошлое и уничтожить это чудовище! Я пыталась! Я хотела сама! Артефакт не дает мне даже подойти, я слишком слаба! Молю тебя! Спаси мою крестницу! Если не ради нее, то ради всех остальных жителей Британии!” - завывала Тенеба, чуть ли не ползая перед стариком на коленях.

Все время, пока Дамблдор был рядом, его бестелесная рука бессовестно ползала по голове мисс Навелюкс. Он ворошил ее мысли, ее воспоминания, считая себя самым умным и могучим. Думая, что Тенеба открывает ему всю свою подноготную. Как бы не так! Ментальная защита старой, но очень опытной ведьмы была такого уровня, что ни один волшебник не сможет понять, что там правда, а что плод ее больной фантазии. Даже если сама магия попытается вывернуть душу мисс Навелюкс наизнанку, она ужаснется от того, что твориться внутри древней колдуньи, и что же с этим делать.

-Зачем ты отправил Пожирателей в Министерство? - вздохнула Тенеба, возвращаясь к насущным делам.

-Там хранится предсказание моего будущего.

-Только тот, о ком написано пророчество, может его взять, - хмыкнула мисс Навелюкс. - Твои слуги бесполезны, они даже увидеть его не смогут.

-Да что ты? - хищно улыбнулся Лорд. - Только если среди тех, кто отправился в Министерство по моему желанию, случайно не найдется того, кто также замешан в моем будущем.

-По твоему желанию? Не по приказу? - удивилась формулировке ведьма. - Там будет кто-то кроме Пожирателей?

-Не зазнавайся, Тенеба, - низким голосом зашипел темный маг. - Я знаю, что ты скрываешь от меня что-то. Не думай, что я не вижу, как ты пытаешься развернуть здесь свою игру, - змеевидное лицо окаменело, а кровавые глаза опасно сверкнули. - Я позволяю тебе заниматься своими делами, лишь до тех пор, пока ты мне полезна. Как только я закончу со своими задачами, я займусь и твоими секретами, сс-старая подр-ругаа.

Поток ледяной силы ударил прямо в лицо. По спине побежали холодные крупные мурашки. Точно ведь.. Тенеба постоянно забывает, что перед ней никакой не Том Реддл. Тот великолепный и прекрасный маг давным-давно мертв. На его месте, лишь иногда звуча его голосом, находится Волан-де-Морт - монстр, который преследует свои мрачные и жуткие цели.

Мисс Навелюкс покорно кивнула, устало выдыхая. А ведь он прав, ведьма действительно уже несколько месяцев играет с огнем. Она держится так близко, что пора было уже сгореть и попросту упасть замертво, рядом с тем, чью дочь она все еще активно прячет. Какой сейчас месяц? Сколько еще удастся держать Виросочку в Хогвартсе? Получится ли избежать встречи Темного Лорда и его кровиночки? Хотя все это затевалось для того, чтобы..

Чтобы что? Отдать дочь отцу? Воссоединить семью? А разве не потому что Тенеба бросилась на встречу приключениям, как молодая коза, скача по просторам и бесстрашно бросаясь на любое препятствие? Дура. Старая дура. Возжелала перед смертью хоть немного вспомнить свое яркое прошлое, прикрываясь невинным дитя, оправдывая свои поступки благими намерениями.

Можно для себя придумывать, что, чем Тенеба ближе к Волан-де-Морту, тем лучше она знает его дальнейшие шаги и сможет уберечь Виросочку. Или же можно наплести, что мисс Навелюкс действительно предана Темному Лорду и хочет в подходящее время вернуть ему дочь. Все это чушь и лишь жалкое подобие оправданий. Старуха просто вцепилась в свое потерянное прошлое, возжелала вновь побыть в компании страшного, сильно мага и поиспытывать судьбу. Авось и в этот раз пронесет?

-Наконееец-то, - ядовито протянул Волан-де-Морт, вознося глаза к потолку. - Мне пора, - он жутко улыбнулся, поднимаясь с места. - Но не волнуйся, Тенеба, скоро вернусь, и мы придумаем чем тебя занять.

Хлопок. Темный Лорд аппарировал.

***

Это была Беллатрикс. Его самая верная и дикая сторонница призвала его. Успела ровно перед тем, как мальчишка Поттер взмахнул своей волшебной палочкой. “Молодец, Белла!” - мысленно похвалил ее Волан-де-Морт, тут же бросаясь легилименцией в голову со шрамом. Вот почему мальчик кинулся за Лестрейндж (маг принялся быстро пролистывать последние события рядом с Аркой Душ): Беллатрикс убила Сириуса Блэка. В один момент отправила мерзкого пса к праотцам, оттолкнув заклинанием в Арку! В груди поднимался удовлетворенный хохот. Жалкий, бесполезный мусор, мешающийся под ногами теперь мертв! Волан-де-Морт наградит за это свою подопечную. Она лишила мальчика последнего, кто мог прикидываться для Поттера семьей!

Он заговорил медленно, словно скользкий уж, втекая прекрасными, чарующими словами в мысли глупого мальчишки:

-Надо быть увереннее, Гарри. Она убила его и заслужила это, - Лорд наслаждался тем, как мальчика трясло и сжимало от мощи его влияния. - Ты же знаешь заклятие, Гарри, - палочка в руке Поттера дрогнула, но он сам не шевелился.

Надоел. Нерешительность и слабость недобитого мальчишки раздражала. Лорд двинулся вперед, скользнул бесшумной тенью за спину дрожащего юноши, ощутив запах пота и крови, что исходил от тощего тела. Мерзость.

Беллатрикс, наконец, увидела своего господина. Ее рот исказился, и в воздух вырвался ехидный, режущий уши, смех. Ее испуг сменился злорадством, и ведьма медленно поднялась на ноги, делая несколько шагов прочь от трясущегося Поттера.

-Давай! - шепнул Волан-де-Морт, разрешая мальчишке последнюю попытку применить Авада Кедавру.

Но и вновь Поттер стал разочарованием. Вместо того, чтобы совершить правосудие, так милостиво подаренное ему великим Темным Лордом, юноша повернулся к нему лицом, отвратительно неказисто дергая палочкой. Волан-де-Морт лишь небрежно махнул рукой, выбивая древко из потных рук. Позорище.

-Какой же ты слабый! - разочарованно произнес черный маг.

Вдруг совсем рядом зеленым пламенем вспыхнул один из каминов. В широкий черный коридор шагнул седовласый, облаченный в свою лучшую мантию (точно покрасоваться явился), Альбус Дамблдор. Старик даже не взглянул на своего золотого мальчика, обращая глаза к Темному Лорду:

-Глупо было приходить сюда сегодня, Том, - медленно произнес он, небрежно держа свою волшебную палочку.

Его походка, его речь, все это напоминало скорее случайную встречу в парке двух старых знакомых, нежели намечающийся бой за мерзкого Гарри Поттера.

-Мракоборцы уже в пути, - также спокойно произнес старик.

-Я-то успею уйти, - поудобнее перехватывая свое древко, прошипел Лорд. - А вот ты.. - он облизнул свои белые губы, изящно двигая палочкой в воздухе. - Ты сейчас умрешь.

Широким, но уверенным взмахом Волан-де-Морт отправил в старого глупца ядовито зеленый луч заклинания. Ничего нового. Дамблдор был слишком мягкотелым, слишком самоуверенным, отвечая на злобное проклятие лишь жалким ударным заклинанием.

Молниеносные лучи столкнулись, разбрызгивая искры магии во все стороны. Поттера шарахнуло отталкивающей волной так, что он отлетел к ближайшей колонне и на несколько секунд потерял ориентацию в пространстве. Темный Лорд не выпускал его из поля зрения. Жалкая! Мелкая сошка! Каким только чудом этот бесполезный, бессовестный и бестолковый ребенок смог противостоять ему все эти годы?

Волан-де-Морт игрался. Его начали забавлять эти тщетные попытки старика Дамблдора защитить своего золото Поттера. Древний маг отвлекался, пытаясь сбить мальчишку с ног, чтобы тот больше не поднимался. Чтобы оставался в стороне. Но этот упрямый баран раз за разом вставал вновь, пытаясь подойти к яростному магическому бою ближе. И каждый раз Лорд веселясь и шумно выдыхая, расщеплял свой смертоносный магический луч, пытаясь задеть мальца.

Дамблдор был силен. Это начинало злить. Однако старому колдуну недостает изобретательности, фантазии в бою. Чары давались просто. Утянуть, завращать и почти что сожрать чужую мощь получилось так же легко, как дышать. Волан-де-Морт схватил голыми пальцами красный луч старика, превращая его в огненный шар. Увеличивая его, рождая из ярко-рыжего яйца демонический огонь в виде гигантского змея.

Управлять такой древней и самосознательной магией сможет далеко не каждый. Но ни в этом, ни каком другом мире не существует ни одного чародея сильнее самого Волан-де-Морта. Огненный змей подчинился, бросаясь на Дамблдора. Пламенная рептилия разинула свою огромную клыкастую пасть, нависая над стариком. Но этот маглолюб умудрился вновь удивить. Его волшебная палочка вырисовывала причудливые руны, пытаясь укротить змея, заставить его служить новому хозяину. Демонический огонь шипел, взрывался изнутри от давления двух яростных магов, изворачивался и вопил, пока сам себя и не поглотил, разлетаясь во все стороны яркими пламенными вспышками.

Не успел Волан-де-Морт одернуть руку от демонического пламени, старик уже бросился проверять свою власть над водой. Из большого, украшенного золотой лепниной фонтана поднялась волна, обрушиваясь на Темного Лорда непомерных размеров цунами. Как же это примитивно. Черный чародей вновь был искуснее. Вода подчинилась, вращаясь вокруг, словно защитный купол, оберегающий своего господина. Хотелось слегка поиграть, посмеяться над попытками старика победить. Лорд театрально изобразил крик и страдания, пока в груди рокотало желание поскорее разобраться с назойливым магом.

Волан-де-Морт прислушался к своему кровожадному позыву, приказывая воде сжаться и разорваться, подобно кукурузе на сковороде, выбивая все стеклянные витрины Министерского коридора. Осколки звенели, словно мелодичная птичья трель, осыпаясь на каменный пол. Еще один взмах палочкой и все стекло умолкло, зависая в пространстве. Магия такого уровня - магия подчинения предметов своей убийственной воле - это высшая степень влияния на окружающий мир. Темный Лорд вновь вычертил перед собой широкую руну, отправляя стекло в полет. Миллиарды осколков, его личные смертоносные кинжалы, бросились в сторону шокированного старика и хромающего мальчишки.

Перехватить инициативу такого колдовства не получится даже у Дамблдора. Клыкастая улыбка растянулась на губах Лорда. Сейчас. Сейчас от двух тел останется лишь решето. Но и здесь старый лис исхитрился выкрутиться. Он поднял руку, вкладывая в самую мощную бузинную волшебную палочку все свои жалкие потуги, закрывая себя и Поттера щитом.

Осколки достигали барьера и рассыпались в песок, превращая пол вокруг Дамблдора в серый колючий пляж. Волан-де-Морт шумно выдохнул. Извести старика было в его силах, но время вышло. Самые дальние камины начали жужжать, оповещая о скором прибытии гостей. Лорд оскалился. Здесь их сейчас будет сотня с бузинной палочкой во главе. Темный маг, быстро огляделся - Беллатрикс уже сбежала, а другие Пожиратели не торопились показываться хозяину на глаза. В одного тягаться смысла не было. На сегодня можно отступить.

***

Это было нечто. Невероятное. Вироса-де-Кута всю свою жизнь глупо полагала, что уже видела прекрасный магический бой - дуэль мамы и крестной. Нет. То была лишь мелкая детская игра в домашней песочнице. ВОТ, что НА САМОМ ДЕЛЕ являлось волшебным сражением.

Девушка следила за каждым движением, за мимикой и блеском глаз двух всемогущих страшных чародеев. Их удары, их магия.. буквально все заставляло потерять счет времени, распахнуть карие глаза и приоткрыть рот, затаив дыхание. Это было уже не волшебство, не заклинания.. это была мощь. Такая яростная, всепоглощающая сила, которая заряжала молекулы в воздухе. Вироса и сама дрожала до самых костей, сотрясаясь от каждого всплеска энергии.

И под самый конец, когда высокий маг, у которого вместо кожи была серая змеиная чешуя, нацелил все осколки в сторону уставшего профессора Дамблдора и полуживого мистера Поттера, девушка, наконец-то, осознала почему, а самое главное.. зачем она здесь.

Кольцо, что оставила для нее мама и добавленный к ободку темно-зеленый кристалл, что так заботливо вырастила Паффина, и укрепил рунами Фред, буквально потащили ее вперед. Рука поднялась сама, и девушка невольно посмотрела на молочное колечко. Малюсенькие письмена на камушке сияли, почти ослепляя. С самой ночи. С того самого момента Виросе не давал спать этот самодельный артефакт, что был создан для поиска ее отца, что был сварен по принципу зелья удачи - Феликс Фелицис.

Тонкие ледяные пальчики дрожали, указывая на единственного человека, который был самым важным в жизни маленькой Виросочки. Того, кто она искала и звала всю свою жизнь. Ее любимый папочка. Он стоял разочарованно выдыхая, облаченный в черную мантию, с лысой безносой головой, с кроваво-красными змеиными глазами, следил за тем, как все его осколки превращаются в пыль, рассыпаясь песчаным ковром у ног профессора Дамблдора.

-Отец.. - беззвучно, одними губами произнесла остолбеневшая девушка.

Даже сердце перестало биться. Она была уверена. Теперь она ясно видела. Да, это существо больше походило на змею переростка с человеческими руками и ногами, но изящные движения, мимика и даже взгляд.. Она видела все это уже сотню раз, впитывая в себя, как солнечный свет. Это был тот же самый великий маг, что и в диадеме.

Папа!

То ли это было зачарованное кольцо с волшебным кристаллом, то ли ее собственное неосознанное желание, а может и вовсе некий магический рок, но в следующее мгновение Вироса-де-Кута сорвалась с места, со всех ног бросаясь к черному чародею.

Все вокруг двигалось так медленно, словно мир заставили замереть, или же, если бы девушка наложила на себя несколько серебристых защитных шаров Эс-сомбы. Вироса начала задыхаться, ей казалось, что до отца еще слишком далеко, что она, сколько бы не бежала, никогда не сможет его достичь. Точно также, как было и во время ее поисков диадемы. Папочка приближался слишком медленно, неохотно. Ей пришлось выбросить руку вперед, чтобы хотя бы кончиками пальцев коснуться его. Его настоящего. Живого. Не спрятанной в старой диадеме кусочка души. А состоящего из плоти и крови, буквально в шаге от нее.

***

Аппарация. Возвращение в манор Малфоев. Что-то лишнее. Движение кривое, тяжелое. Что-то вцепилось в его длинную черную мантию. Что-то визжало от боли и страдания. Этот крик раскалывал голову, мерзкими неправильными нотами, исковерканными магией трансгрессии, впивался в уши Волан-де-Морта. И что еще более странно - эти звуки ужаса и отчаяния не приносили наслаждения.. что-то внутри.. что-то, о чем он и думать забыл.. что-то сжалось от.. боли.. Так, если бы его грудную клетку начали медленно резать раскаленным кинжалом.. изнутри..

Глава 28 Шипение Нагайны

Тенеба стояла среди Пожирателей Смерти, скучающе шаркая носком туфли по сверкающему чистотой мрамору в холле у парадного входа. Слуги Лорда возвращались в манор Малфоев поочередно, но каждый последующий был мрачнее предыдущего. Мисс Навелюкс, лишь мельком взглянув на эту черную трясущуюся массу людей, поняла, что задание они провалили.

Ей было так глубоко на это плевать, что дама лишь приподняла брови и саркастично покачала головой, занимая себя изучением разводов на полу. Последней вернулась миссис Лестрейндж. Ведьма, впрочем, всегда была лохматой и взъерошенной, но в этот раз она казалась тем человеком, в которого случайно ударила молния, отчего ее грязные черные волосы буквально встали дыбом.

Своего повелителя Пожиратели ждали молча, уткнувшись пустыми взглядами в пол. Некоторые держались за кровоточащие раны и ушибленные места по телу, однако никто не торопился исцелять себя, словно послушные домашние эльфы - занимаясь самоистязанием за проступок.

“Мда. Жалкая кучка,” - подумала Тенеба, прикидывая сколько времени ей еще предстоит провести на ногах. Хотелось уже плюхнуться на кровать, распластать свое старенькое тело, проваливаясь в ночь без сновидений. “Где там Том?!” - буркнула про себя ведьма, недовольно цокая языком.

Обычно на такое “непозволительно вальяжное” поведение тут же реагировали покорные и дрожащие слуги Волан-де-Морта, но в этот раз никто даже не замечал старую знакомую своего господина. Пожиратели проводили глубокий анализ того, что с ними сделает их Лорд, когда вернется.

На улице раздался хлопок аппарации. Этот звук стал гонгом для всех присутствующих в доме (кроме скучающей мисс Навелюкс, разумеется). Темный Лорд вернулся. Высокая входная дверь распахнулась сама собой, позволяя всем узреть черного господина. Тенеба продолжала ковырять носком туфли в бороздках между мраморными плитами, пока вокруг накалялась атмосфера ужаса. Некоторые Пожиратели даже падали ниц, скрывая свои стыдливые и перепуганные лица от хозяина.

Однако вместо гнева, рыка и проклятий в холле была просто.. тишина. Слышны были лишь чуть шаркающие шаги Волан-де-Морта. Звук был немного тяжелее обычного, и походка не казалась такой уж легкой и змеиной, как раньше. “Неужто кто-то ранил великого и ужасного Лорда?” - фыркнула про себя Тенеба, медленно поднимая взгляд на новоприбывшего.

И обмерла. Волан-де-Морт не был ранен, хотя вся его безупречная мантия была перепачкана темными пятнами бурой крови. Его шаг изменился из-за того, что Лорд на своих руках держал.. ох.. Салазар.. бездыханное тонкое тело? Это, кажется, была хрупкая темноволосая девушка, на коже которой не было ни единого живого места. Юную особу разорвало, расщепило, скрутило и обожгло так сильно, что даже одежда не выдержала напора, разрываясь и сгорая. От длинной черной юбки остались лишь жалкие рваные куски, еле прикрывающие части плоти, что сложно было идентифицировать как ноги.

Лицом девушка была повернута к груди Темного Лорда, от чего ткань его мантии пропитывалась кровью, образовывая новое влажное и липкое пятно у плеча Волан-де-Морта. В горле у Тенебы встал ком, и в груди заледенело, стоило хрупкой ручке сорваться с плоского разорванного живота. По тонким пальчикам побежали красные струйки, слетая на пол тихой дробью алых капель. Единственное, что не было задето жуткой магической силой - красивое украшение. Молочного цвета колечко со странным, никак не вписывающимся в картину, темно-зеленым кристаллом.

Если бы мисс Навелюкс могла пошевелиться, она бы схватилась за свое разрывающееся от боли и ужаса сердце. Ее чуть поседевшую голову пробило металлическое ледяное копье осознания. Такое кольцо было лишь у одного человека. Она сама лично подарила нежный ободок своей любимой девочке. Своей Виросочке, которая мертвым, бездыханным телом обмякла на руках Волан-де-Морта.

Пол под ногами исчез, и старая ведьма провалилась в черную бездну, обрушиваясь на холодный мрамор всем своим весом. Колени затрещали от боли, пронзая старое тело наэлектризованной паутиной, что разбила Тенебу на тысячи мелких осколков. Ни соберешь, ни склеишь.

-Эта девица еще жива, - послышался откуда-то сверху глухой, как из-под толщи воды, голос. - Займись ей, с-старая подр-руга.

Шипящий звук разрезал густой давящий воздух, и только через пару мгновений к ведьме пришел смысл - Виросочка жива. Пока еще дышит. По телу раскатом грома пронеслась горячая магическая волна. Все вокруг было, как в тумане, мелькала лишь ее родная волшебная палочка, что во всю, будто сама по себе, выводила руны и знаки.

***

Такой реакции Волан-де-Морт даже предсказать не мог. Тенебу чуть не хватил инфаркт, стоило ей увидеть эту странную девушку на его руках. Юная незнакомка схватилась за него в тот самый момент, когда Лорд аппарировал, из-за чего эту странную волшебницу почти разорвало на части. “Что за идиотка?” - скривился про себя чародей, появляясь посреди дорожки к манору Малфоев.

Девушка лежала у его ног, тушей, которую только что рвали на части дикие волки. Кровь текла на землю, и жизнь покидала ее тощее тело. Волан-де-Морт хотел было добить мошку, и, перешагнув, отправится к своим слугам-неудачникам, которые умудрились провалить такое простое задание: отобрать Пророчество у группки детей!

Стоило ему приподнять в воздухе волшебную палочку, девушка издала жалкий и противный звук. “И чего эта блоха пыталась добиться?” - красные глаза сверкнули, пристально вглядываясь в изуродованное лицо. “Шпионка? Бросилась за мной, чтобы узнать, где я скрываюсь от Дамблдора?” - быстро замелькали мысли. - “Подружка Поттера? Решила отомстить за мерзкого мальчишку? Или очередная сумасшедшая, возжелавшая стать моей сторонницей?” Лорд не торопился принимать решение, брезгливо приказывая тельцу подняться с земли.

Прочитать мысли полумертвой школьницы равносильно ее убийству. Нахальная девица не выдержит вторжения в свою головешку. Пришлось использовать другой свой талант. Волан-де-Морт чувствовал все эмоции, что окутывали других людей, и в этот раз решился прислушаться к душевным позывам полумертвой девушки.

Помимо пробивающей до костей боли, которая скручивала и разрывала ее тело, словно бурый медведь, девушка была.. счастлива. Это мимолетное удовлетворение, мелкой пылью растворялось в какофонии агонии. Над девушкой нависла смерть, крадя ее последние слабые вздохи, а она.. счастлива. “Точно сумасшедшая,” - уверился Лорд, принимая тушку на свои руки.

Он осмотрит все, что находится в ее голове от начала и до конца, даже если в процессе придется сжечь ее мозг. Но. Чуть позже. Пусть она сначала перестанет умирать, шагнет обратно в мир живых.

Какой же приятный сюрприз от такого неожиданного и неприятного решения - бурная реакция Тенебы. Старая ведьма узнала это кровавое месиво! Его знакомая из прошлой жизни как-то была связана с сумасшедшей девицей! Невероятная удача, наконец-то, ковырнуть мисс Навелюкс! Толстой колдунье придется ему открыть, что за игру она ведет, иначе он вновь и вновь будет превращать жалкое худое тело в еле живой кусок мяса, пока Тенеба не расколется.

Ведьма (с помощью волшебной палочки, разумеется) унесла тельце наверх, попутно призывая эльфов и раздавая им указания блеющим, слабым голосом. Очаровательно. Лорду нравилось, как по телу бегут мурашки предвкушения от того, какой допрос он устроит расколовшейся в миг вечно самодовольной колдунье.

Стоило раздаться тихому хлопку на головой (мисс Навелюкс закрыла дверь в одной из спален), Волан-де-Морт перевел все свое внимание на бледных, скрючившихся в поклонах Пожирателей Смерти.

-Мои дорогие, - начал он медленно, смотря на потные макушки, - вы меня разочаровали.

Темный Лорд прошелся между своими слугами, ощущая босыми ногами приятную прохладу пола. Его вывел из себя весь сегодняшний день. Глупцы испоганили его блестящий план по захвату Пророчества; Старый маразматик Дамблдор явился в самый неподходящий момент, соизволив защитить грязного мальчишку Поттера; Сумасшедшая девица вцепилась в него во время трансгрессии. Но при этом всем, последний штрих - рухнувшая на колени Тенеба - как будто бы слегка скрасил мерзкое настроение.

Избитые и воняющие испугом Пожиратели, сами того не зная, должны боготворить мисс Навелюкс. Лишь благодаря неожиданному открытию, их господин не станет сейчас их наказывать.

-Приведите себя в порядок, и через два часа собираемся в зале, - небрежно бросил Темный Лорд. - Нужно решить, как вы будете исправлять свои сегодняшние ошибки.

С этими словами черный господин аппарировал, и Пожиратели смогли сделать первый за все это время вздох.

***

Виросочка выглядела.. мертвецки бледной. Тенеба, спустя несколько часов механических действий, выполняемых скорее на автомате, смогла все же немного прийти в себя. Перед глазами прояснилось, и дама более-менее адекватно взглянула на плоды своей работы.

Ее руки, так же как и волшебная палочка, были перепачканы в крови. Дорогой шелк рукавов был напрочь испорчен багряными, уже засохшими разводами, а бледная кожа ладоней, кажется, навсегда впитала в себя алые краски.

Мисс Навелюкс вылила на девушку весь местный запас кровоостанавливающего зелья, использовала все пузырьки микстур для восстановления, что принесли ей здешние эльфы, наложила пару дюжин защитных и излечивающих заклинаний. И вот спустя, кажется, дни (хотя прошло всего несколько часов) ее безостановочной работы, можно было сделать несколько, едва ли, утешительных выводов.

Вироса задышала. Рвано, мелко и очень нестабильно, но все же задышала. Ее открытые раны слегка затянулись мягкими не плотными сеточками (большая часть из которых были магически наложенными). Малышка не реагировала ни на звуки, ни на прикосновения, но хуже всего, что и использовать легилименцию мисс Навелюкс не могла. Дама аккуратно скользнула по кромке ее сознания, пытаясь проверить, насколько магия аппарации задела мозг. Но и здесь ведьма столкнулась со страшной пустой и звенящей тишиной, будто бы Виросочка утратила сознание.

Тенеба упала на стул возле кровати, хватаясь трясущимися руками за свои взъерошенные волосы. “Моя маленькая девочка! Что же случилось? Как же так произошло?” Старушку пробивала крупная дрожь, отчего ведьма принялась раскачиваться из стороны в сторону, издавая тихий скулящий звук.

В этом сжимающем легкие омерзительном ожидании прошла неделя. Тенеба не отходила от крестницы ни на шаг, методично используя на девушке разнообразные чары и эликсиры. Под конец июня рваные раны на ее теле полностью перестали кровоточить, а дыхание пришло в норму. Вироса ни разу не открыла глаза, не издала ни одного звука, не шевельнулась. Поэтому Тенеба предприняла очередную попытку аккуратно коснуться ее мыслей с помощью волшебства. К великому счастью от девочки начал исходить слабый, еле слышимый сигнал.

Мисс Навелюкс почти ничего не ела и не выходила из комнаты, мало спала и часами нависала над Виросочкой, всю себя и все свои магические силы отдавая ее восстановлению. Тенеба никогда в жизни не молилась и не верила ни в каких богов, предпочитая самостоятельно решать проблемы. Но не в этот раз. Теперь старая, прожженная боевым опытом, страшная чистокровная ведьма, если не произносила заживляющие заклинания, то скрючивалась на своем стуле у кровати и принималась мямлить мольбы.

Она не знала никаких богов, не знала правильных текстов, но все равно цепляла трясущиеся влажные пальцы вместе, принимаясь вымаливать спасение для своей родной малышки.

За своими монотонными и однообразными действиями Тенеба не заметила, как прошла еще одна неделя ее одиночества (нарушаемого лишь еле слышимым дыханием Виросочки и редкими хлопками аппарации эльфов).

***

Волан-де-Морт был очень занят. Министерство, наконец-то, признало его возвращение и начало действовать немного активнее. На пост министра взошел Руфус Скримджер, который уже отличился своим мягкотелым и легкомысленным поведением. Темный Лорд принялся распространять свое влияние внутри Министерства Магии, дабы подобраться к новому главе.

К тому же Волан-де-Морт сделал очередной вывод, после недавнего сражения с Дамблдором - бузинная волшебная палочка была слишком мощной, даже его навыков не хватило, чтобы одержать хотя бы видимость победы. Пришлось задуматься над тем, чтобы и самому обзавестись новым магическим оружием.

Темный Лорд отправил своих людей за мистером Олливандером - создателем волшебных палочек. Старый мастер своего дела не сможет отказать Волан-де-Морту в создании древка, что будет ровней бузинной палочке.

Однако идиоты-Пожиратели вновь умудрились сделать все не так, как он того требовал. Слуги притащили в манор не только Олливандера, но и какого-то жалкого владельца кофейни из Косой Аллеи. Зачем? Лорд не стал даже разбираться в возможной пользе мороженщика - приказал швырнуть его Нагайне (как позже выяснилось, змея так его и не сожрала, поэтому Пожиратели попросту заперли пленника в подземелье).

Волан-де-Морт также был озабочен его таинственной связью с мальчишкой Поттером - порой Лорд, сам того не желая, видел некоторые обрывки из жизни глупого ребенка. С чем же была связана эта неприятная особенность? Великий чародей не смог найти ответ даже в древних книгах, что прятал в своих закромах Люциус.

Время от времени Лорд интересовался о здоровье сумасшедшей девицы, которую он отдал Тенебе. И новости его радовали мало: старуха заперлась с еле дышащей тушкой в комнате, из последних сил пытаясь вернуть ту к жизни.

Теплая летняя ночь накрыла манор Малфоев мягким покрывалом, и редкие звезды дрожали на высоком небосводе. Волан-де-Морт аппарировал в манор после очередной попытки отыскать своих давних сторонников - дементоров. Черные плащи были согнаны с их привычного места обитания, и теперь связаться с пожирателями душ было не так-то просто.

В доме царила приятная тишина. Большинство Пожирателей были отправлены по своим делам и задачам, некоторые самозабвенно спали, отдыхая перед новым днем. Поэтому шествие Волан-де-Морта по сумрачному коридору никто не заметил, разве что хозяева манора почувствовали его присутствие. Но ни Люциус, ни уж тем более дрожащая от любого шороха Нарцисса Малфой, не явились встретить своего господина.

И хорошо. Темный Лорд не хотел сейчас ничьей компании. Он бесшумно скользил по полу, окруженный дорогими живыми пейзажами в золотых рамах. “Любит же Люциус всю эту роскошную чепуху,” - скривив губы, подумал Лорд. Ноги сами привели его к той двери. Не доставая палочки, не двигая рукой, великий маг отпер замок, входя в небольшую комнату.

У распахнутого окна на стуле сидела Тенеба. В мутном свете свеч она казалась еще старше, чем была на самом деле. Видна была каждая морщинка, каждый залом на ее дряблой коже, сухие губы с опущенными вниз уголками и тонкие седые волоски, что легли на влажный от пота лоб. Ведьма ссутулилась, сжалась на своем стульчике, сцепила ладони на коленях и шумно дышала с плотно закрытыми глазами. Похоже, старуха уснула, становясь похожей на темную тяжелую тучу.

Волан-де-Морт перевел взгляд на юное тело, что лежало на кровати. Он подошел чуть ближе, чтобы осмотреть свою незваную гостью. Девушка с головы до ног была перевязана бинтами, смоченными чем-то очень вонючем и явно целебным. Однако забота Тенебы давала о себе знать. Рваных ран почти не было, там где кожа и мышцы были разорваны почти до кости, остались бурые шрамы, что со временем тоже затянутся, не оставляя после себя ничего, кроме, возможно, фантомной боли.

У девушки были приятные на вид густые вьющиеся волосы, Лорд чуть удивился необычному окрасу: мягкое каштановое полотно окропилось белоснежными пятнами, вызывая ассоциацию с породой собак далматинец. Юная волшебница дышала ровно и спокойно, ее длинные ресницы изредка дрожали, что намекало на ее скорое выздоровление.

Что-то в ее лице заставило Лорда слегка нахмуриться, внимательнее рассматривая молодую незнакомку. “И почему Тенеба так за тебя переживает?” - Волан-де-Морт наклонился над кроватью, пристально вглядываясь в точеные черты лица. Он слабо помнил, как выглядела в молодости мисс Навелюкс, но точно не так. Внешних сходств со старой подругой маг не находил. Вряд ли девчушка была ее дочерью или еще какой-то родственницей. Не было в ней и того нахальства и самовлюбленности, присущие Тенебе.

Темный Лорд распрямился, беря в руку волшебную палочку. Легким движением разрезал теплый воздух, проникая в сознание девушки.

Он столкнулся с барьером. Волан-де-Морт фыркнул, стараясь не хвалить девицу за неосознанную силу и власть над своими мыслями. Он обошел стену тут же врезаясь в следующую. Да как же ей удается быть в отключке, но при этом продолжать защищать свою голову от постороннего вторжения? Не существует того, кто смог бы противостоять навыкам самого Темного Лорда! Он продолжал. Поворот, еще один. За тем стена. С другой стороны обрыв. Потом развилка. Да что за лабиринт из ментальных щитов?!

Волан-де-Морт разозлился. Как могла столь юная девица сопротивляться его способности к легилименции?! Лорд сделал шаг назад, оглядывая конструкцию барьеров.. Это было.. Прекрасно.. Превосходная защита от любого проникновения в мысли. Безукоризненная работа.

ЕГО! ИЗОБРЕТЕНИЕ!

Лорд вынырнул из юной головы. Его глаза округлились, а в горле образовался глухой рык. Девица носила не просто ментальный барьер высокого класса, ее мозг был защищен точно также, как и его собственный! Эту магию придумал он лично! Волан-де-Морт никогда и никому не говорил об этом! Он никогда не раскрывал свои придуманные чары против легилименции!

В груди разорвался гнойник ярости. ДА КТО ОНА ТАКАЯ?! Рука взметнулась, ударяя спящую на стуле ведьму. Толчок получился такой силы, что Тенеба слетела на пол, пролетая пару метров и ударяясь спиной о дальнюю стену. Старуху скрутило от резкой боли, но та не успела сделать и вздоха, чтобы прийти в себя. Лорд сжал свободную от палочки руку в кулак, магическим образом сдавливая чужое горло.

-КТО ОНА? - завопил Волан-де-Морт, смотря за тем, как мисс Навелюкс задыхается. - КТО ОНА ТАКАЯ?!

Ведьма кряхтела и тряслась, ее ноги били по полу, а левая рука в жалких попытках освободиться, хваталась за горло.

-КТО ЭТА ДЕВКА?! - продолжал кричать Лорд, красные пятна ярости ослепляли его, что он даже не замечал, как почти задушил старуху.

Сознание мисс Навелюкс кружилось и дергалось, не давая сконцентрироваться хоть на чем-нибудь. Ведьма кое-как нашарила правой рукой свою палочку, вытащила древко из кобуры, силясь сосредоточиться. Будь на ее месте кто-то другой, он был бы, скорее всего, уже мертв. Лишь многолетний опыт в сражениях и чрезвычайных ситуациях помог Тенебе продолжать бороться за свою жалкую жизнь.

Руна получилась вялой и кривой, но родная волшебная палочка сделала все, что хотела ее хозяйка. С кончика древка слетел слабый прозрачный импульс, ударяя в кулак Волан-де-Морта. Хватка на горле ослабла, и Тенеба принялась жадно и очень шумно глотать теплый воздух.

-Еще одна секунда, Тенеба, - мерзким звуком, словно когтями по металлу, послышался голос Темного Лорда. - Если ты не ответишь, кто она такая, я убью девчонку!

Волан-де-Морт занес руку с палочкой над кроватью, готовый в следующее мгновение обрушить свой гнев на Виросочку. Едва уцелевшая мисс Навелюкс только и могла, что давиться кашлем, нелепо вскидывая руки перед собой, в попытках остановить черного мага.

Его порядком достал этот жалкий спектакль.

Лорд напряг тело, переводя взгляд на юную девушку, хотел уже было бросить в нее зеленую молнию. Как вдруг та медленно открыла глаза.

***

Вироса-де-Кута очень плохо соображала. Под веками что-то быстро мелькало, а в ушах стоял неприятный писк, который и заставил девушку кое-как приподнять веки.

Картинка была смазанная, бледная, словно покрытая серым густым туманом. Кто-то навис над ней. Кто-то от кого пахло смертью и тянуло морозом, от которого кровь стыла в жилах. Этот кто-то, вроде, замахнулся, чтобы ее ударить.

Она смутно помнила последние события, но в то же время воспоминания широкой горячей лентой проносились в ее голове. Она же нашла своего отца. Он был совсем рядом в последний момент. Да, кажется.. так и было. Ее папа.. самый лучший на свете папочка.. Самый сильный в мире маг и гениальный чародей.. Она нашла его..

Сейчас этот кто-то зря на нее замахнулся.. Ее отец рядом.. Он не позволит.. Он защитит..

-П..пап.а.. - едва двигая губами, позвала Вироса и вновь провалилась в черноту.

***

Волан-де-Морт замер, не сумев двинуть рукой. Что сказала девчонка? Он не понял. Он ведь не понял этого слабого блеяния. Не разобрал то простое слово, что она с таким трудом выдавила из себя. Что же это было? Мольба о помощи? Чье-то имя?

Все что Лорд знал наверняка, это секундный испуг волшебницы и резкая смена настроя. Девчонка была твердо уверена, что она в безопасности, что ее.. защитят? Кто? Старуха Тенеба, что еле смогла подняться на ноги после его удара? Да нет же.. Там было не имя. Не жалоба. Она довольно уверенно пыталась произнести слово, что Волан-де-Морт терпеть не мог. Девчонка сказала..

-Папа? - удивленно повторил Темный Лорд.

-Я.. хках.. я тебе сейчас.. пхаа.. все объя.. сню, - прохрипела, шатающаяся ведьма.

-Постарайся, - жестко ответил Волан-де-Морт, не отрывая взгляд от вновь уснувшей девушки.

Он аппарировал в зал. Сделал несколько шагов к своему месту за длинным столом, но затем вновь трансгрессировал. Лорд с хлопком появился у фонтана, что шумел в саду перед манором. Пшшш. Брызги воды разлетались во все стороны, принося крупицы свежести в душную теплую ночь.

За спиной раздался глухой хлопок, и следом неуверенные шаги. Мисс Навелюкс даже не пыталась скрыть своего страха. Лорда с головой залило ее испугом и волнением.

-Хватит топтаться, - огрызнулся Волан-де-Морт. - Говори. И только посмей мне хоть в чем-нибудь соврать, я убью тебя на месте.

-Мне больше нечего от тебя скрывать, Том, - вразрез со своим нервным состоянием, спокойно произнесла ведьма.

-Не с-смей меня-я так наз-зыват-ть, - зашипел Темный Лорд, резко оборачиваясь к растрепанной старухе.

-Я не боюсь тебя, - дама пожала плечами, ища глазами лавочку. - Никогда не боялась, и ты это знаешь.

-Я чувствую, как у тебя поджилки трясуться от страха!

-Не за себя, - наконец, пожилая ведьма нашла ближайшую кованую скамейку и слегка хромым (но очень уверенным) шагом отправилась к ней. - Я боюсь за девочку, которую ты принес сюда.

-Не собирался я тащить эту бесполезную малявку, - шикнул Лорд, следя за тем, как тяжело ведьма присаживается на скамью. - Она сама бросилась за мной, поэтому ее и расщепило во время трансгрессии.

-Значит.. - пожевав губами, произнесла Тенеба. - Она все таки сама тебя нашла..

На несколько секунд повисла тишина, которую разбавлял лишь шум воды, льющийся из фонтана. Пшшш.

-Эту девочку зовут Вироса-де-Кута, - подняв на Лорда глаза, заговорила ведьма. - Ее мать - Амараморта Дасадити, а ее отец.. Том Реддл, которого все знают как Волан-де-Морта.

И вновь пшшш. Темный Лорд уставился на старуху, ожидая, что у ее фразы будет продолжение или какое-то логичное окончание. Потому что подобная нелепая шутка должна была иметь хотя бы нормальный итог. Пшшш. Анекдотом это не было.

-Что? - безэмоционально бросил Волан-де-Морт.

-Амара ушла тогда из-за проклятия, я уже говорила тебе. Однако после, пока мы вдвоем пытались разобраться с ее состоянием, выяснилось, что она беременна. Дитя, что носила Амара под своим сердцем - это Виросочка - моя крестница. Твоя дочь, Том. Амараморта любила тебя, можешь кривить лицо сколько душе угодно, но она любила тебя так сильно, что, сама того не зная, активировала древнее проклятие своего рода, родив тебе эту прекрасную малышку.

-Как же так вышло, что ни одна сова не оповестила меня о столь радостном событии? - понемногу приходя в себя, принялся анализировать ситуацию Лорд.

-Ох, дорогуша, - фыркнула ведьма, - ты был так занят своим истинным предназначением, своей дурацкой миссией изменить мир.. а Амара была слишком озадачена своим проклятием.. Она боялась, что ваша малышка погибнет, переняв эту черную метку.

Пшшш.

-Сколько ей лет?

-Совсем скоро будет восемнадцать.

-Ты хочешь сказать, что за восемнадцать лет Амара не поняла, что проклятие не передалось девочке? И что уже можно рассказать мне о ребенке?

-Я хочу напомнить, что спустя два года, после того, как Амара ушла, ты пропал. Бросился менять свою судьбу и исчез с лица земли. Куда надо было посылать сов? К Салазару? Я вот вообще была не уверена, что ты вернешься к жизни. Но прошу заметить, что я нашла тебя, как только узнала о том, что ты возродился.

-Но все равно не соизволила рассказать мне о девчонке!? - рыкнул Лорд, сыпля искрами из красных глаз.

-А когда бы мне успеть? - парировала дама. - Ты мне то одно, то другое поручаешь. Сам вечно пропадаешь. Как-то не до разговоров было.

-Тенеба, - гортанно глухо прорычал Волан-де-Морт, предупреждающе двигая палочкой. - Ты все это время скрывала от меня девчонку.

-Эту девчонку назвали в твою честь - Вироса-де-Кута, она твоя плоть и кровь, - упрямства этой старой козе не занимать. - Хочешь ты того или нет, она твоя дочь.

-Это решать не тебе, - темный маг еще раз зыркнул змеиными глазищами, резко аппарируя прочь от надоедливой колдуньи.

Девочка так и лежала на кровати с закрытыми глазами и медленным тихим дыханием. Лорд быстрым движением притянул к себе какое-то небольшое корытце, очищая его с помощью магии. Волан-де-Морт приблизился к забинтованному телу, доставая из-под одеяла тонкую холодную руку. Раздался хлопок. Тенеба неторопливо (спасибо, Салазар, молча) проследовала к своему стулу, усаживаясь на нем поудобнее, будто собиралась смотреть представление.

Волшебная палочка произвела аккуратный разрез на ладошке. В чашу полилась кровь. Следом Лорд надрезал и свою руку, выдавливая в корытце несколько алых капель. Пара торопливо нарисованных взмахов волшебной палочкой, тихо, но твердо произнесенное заклинание. Кровь в чаше перемешалась, булькнула и слегка задрожала. И следом появилось яркое золотое свечение.

-Убедился? - самодовольно хрюкнула мисс Навелюкс, закидывая ногу на ногу. - Сказала же. Она твоя плоть и кровь.

Волан-де-Морт некоторое время смотрел на блеск в чаше. Его лицо ничего не выражало, лишь в кровавых радужках переливались мысли. Эта юная девушка на самом деле его.. дочь. Осознание пришло, но не торопилось заходить, топчась у самого порога. Как прикажите открыть ему дверь, если такого гостя точно не ждали. И не особо то ему и рады, если говорить откровенно.

-Как придет в себя, приведи ее ко мне.

С этими словами Темный Лорд вышел из комнаты, закрывая за собой дверь (с помощью волшебной палочки, естественно).

Ему.. хотелось что-то сделать. Выпустить наружу все то, что смешалось внутри в непонятный, многослойный коктейль. Как, говорите, звали того мороженщика? Волан-де-Морт самолично явился в темницу. Хвост тут же вскочил с места, пискляво что-то произнося. Жирный и неопрятный предатель своих школьных друзей хорошо послужил своему господину прошлым летом. Он отдал свою руку, провел Ритуал для возвращения Темного Лорда к жизни и теперь имеет место в рядах его слуг.

-Это Флориан Фортескью, владелец кофейни в Косом Переулке, мой Лорд, - пропищал Хвост.

Черный господин знать не знал о том, кто такой этот Фортескью. Ровным счетом ему было плевать на жалкого смертного, поэтому то он и отдал его Нагайне в качестве обеда. Змея свернулась кольцами в самом дальнем холодном углу камеры, мирно спала, пока не учуяла хозяина.

-Почему ты не стала его есть? - прошипел Лорд на парселтанге.

-В нем течет кровь Маледиктус, - неторопливо ответила Найна. - Его кровь пахнет этим проклятием.

-Так значит, кто-то из твоих предков мог обращаться в змею? - обратился Волан-де-Морт к пленнику.

-Возможно, прабабка могла, - сухим голосом ответил Фортескью.

Мистер Фортескью был скучным на вид, обыкновенным магом в годах, от которого смердило запекшейся кровью и сыростью, которую он успел впитать, сидя в темнице.

-Польза от тебя какая-нибудь будет? - с хищной улыбкой произнес Лорд.

Чародей настойчиво молчал, без страха взирая на пленившего его колдуна. Волан-де-Морт пожал плечами, демонстрируя свое отношение к идиотизму мороженщика, поднял руку с палочкой.

-Потомок Маледиктус, говоришь, - шепнул черный чародей и вновь плотоядно улыбнулся. - Так тому и быть.

Древко крутанулось в его длинных пальцах, позволяя Лорду грубо ворваться в голову владельца кафе. Там было много удивительных фактов. Волан-де-Морт внимательно пролистал самые интересные: о дарах смерти, о бузинной палочке и об артефактах, что некогда принадлежали основателям Хогвартса. Мороженщик был, видимо, любителем истории и много читал о прошлом, однако своими обширными знаниями он более блеснуть не сможет.

Волан-де-Морт вновь повернул в ладони палочку, вытягивая все, что хранилось в темноволосой голове. Мысли легким голубоватым свечением вытекли наружу, оседая на кончике древка. Лорд небрежно смахнул их на пол, позволяя испариться, словно снегу на ярком солнце. Мистер Фортескью уже даже и не помнил своего имени, глупо озираясь по сторонам пустыми глазами.

-Почтим память твоей прабабки, - издевательски хихикнул Волан-де-Морт, еще раз занося над мороженщиком волшебную палочку.

Темный Лорд покинул темницы под нервирующий звук стучащих друг об друга зубов низкорослого Хвоста. Слуга согнулся так, что его жидкие волосы смогли коснуться каменной кладки пола. Из дальней камеры на прощание послышалось радостное шипение Нагайны.

Глава 29 Наконец-то, добился успеха

Альбус Дамблдор, наконец-то, добился успеха в своих поисках. Хотя, если так подумать, это было достаточно логично и стоило, наверное, с этого начать. С дома Мраксов.

Волан-де-Морт создал Крестраж, спасая свою жалкую жизнь от всепоглощающей смерти. Он заключил часть своей души в фамильное кольцо Мраксов, конечно же. И, о, какая неожиданность, спрятал такую ценность в доме своих предков.

Великий (как принялись считать другие - светлый) маг вышел из перекошенного, разрушенного строения, держа (с помощью волшебной палочки, конечно) перед собой золотое кольцо с черным ромбообразным камнем. Дамблдор поднес реликвию ближе к лицу, рассматривая чудную печать на острых гранях кристалла через очки-половинки. Вдруг уголки губ старого колдуна поползли вверх, а у светлых глаз смялись задорные морщинки. Альбус фыркнул, затем еще раз чуть громче, а следом и вовсе расхохотался во весь голос, хватаясь свободной рукой за живот.

-Идиот! - сквозь гогот выплюнул Дамблдор. - Как же ты идиот, Том!

На черном стекле магического камня было четко видно древнее изображение, обозначающее ничто иное, как Дары Смерти. Золотое кольцо было украшено Камнем Воскрешения, а самый умный и гениальный Темный Лорд этого даже не заметил, создавая из реликвии своей семьи жалкий Крестраж.

-Какой чудесный день! - задыхаясь от кашляющего смеха, выговорил старый маг. - Носил бы его с собой и воскресал сколько душе угодно! Какой же ты идиот, Том! - все никак не мог остановиться Дамблдор, протирая от слез смеха свои маленькие глаза.

Колдун резко выдохнул, успокаиваясь, спрятал кольцо в салфетку и затем в карман серебристой мантии. Альбус пригладил свою длинную седую бороду, не в силах перестать улыбаться, и в самом лучшем расположении духа аппарировал в Нору.

В зачарованном доме Уизли всегда было тепло и пахло сладкой домашней выпечкой. Молли, по-хозяйски, тут же выпрыгнула на порог раскидывая руки в стороны, словно для объятий со старым знакомым.

-Дамблдор, ну наконец-то! - быстро произнесла пухленькая рыжеволосая дама. - Мы уже заждались!

Молли пару раз ударила по фартуку своей маленькой розовой ладошкой, сбивая муку и сахарную пудру на ступени. Ведьмой она была сильной и очень талантливой, но все свои дарования решила потратить на благо семьи, занимаясь воспитанием семерых детей.

-Здравствуй, Молли, - кивнул Альбус, проходя в дом. - Я только что освободился. Сразу к вам.

-Сразу к нам? - переспросил рыжеволосый колдун, который сидел во главе длинного деревянного стола.

-Артур! Смог взять выходной? - Дамблдор сделал несколько шагов к Уизли старшему, и они пожали руки.

Отец большого семейства выглядел очень бодрым и воодушевленным. Не было ни намека на зимнее нападение в Министерстве. Он улыбался, так и сверкая ровным рядом белоснежных верхних зубов.

Хлопок аппарации, и в небольшой столовой, совмещенной с кухней, появились два высоких рыжеволосых юноши. Фред и Джордж были одеты ярко и, стоило сказать.. аляповато. Малиновые пиджаки, зеленые брюки клеш и туфли с каким-то тошнотворным желтоватым отливом.

-Я вам сколько говорила! - взвизгнула Молли. - Не аппарировать в доме! Это не безопасно!

-Хорошо, мааам! - хитро протянули близнецы, делая шаг к столу.

Пока все присутствующие обменивались приветствиями, миссис Уизли левитировала на стол всевозможные яства. Тут были и салаты, и жаркое, и плюшки, напитков только четыре вида, всевозможные закуски и сладости. Глаза разбегались от обилия блюд, а голову вскружили горячие ароматы.

-Скоро день рождения Гарри, - неожиданно произнесла Молли. - Мы должны как-то порадовать мальчика..

-Да, он остался совсем один, - грустно кивнул мистер Уизли. - Сириус.. у меня до сих пор сердце не на месте.

-Он не один, - твердо произнес Фред.

-Мы все вместе с ним, - продолжил за брата Джордж.

-И поддержим в любую минуту!

-Гарри часть нашей семьи!

-Ох, мальчики! - со слезами на глазах вздохнула миссис Уизли, радуясь словам своих сыновей.

-Мы уже все продумали, мам, - весело кивнул Джордж.

-Подарки будут что надо! - поддержал Фред.

-Сейчас покажем! - одновременно громко произнесли близнецы.

Братья тут же аппарировали из-за стола, чем вызвали новый приступ недовольства у Молли. “Сколько еще раз мне нужно повторить?!” - задрав голову, закричала их мать. - “Никакой трансгрессии в доме!”

-У Гарри действительно непростая судьба, - спокойно произнес Альбус, запивая ягодный пирог кислым лимонадом. - Ему предстоит совершить то, что никому из нас не под силу.

-Пророчество? - понизив голос, уточнил Артур.

-Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда... рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца... и Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой... тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, родится на исходе седьмого месяца..- загадочным голосом произнес Дамблдор слова давнего текста, что когда-то услышал от профессора Трелони.

-Да.. - протянула Молли. - Гарри самое дорогое, что у нас есть. Ему суждено.. ох..

-Больше нет детей, рожденных в конце июля? - прикладывая ладонь к виску, нахмурился мистер Уизли.

-Конечно, есть, - Альбус хитро улыбнулся, поднимаясь из-за стола. - Но это суждено сделать Гарри, я уверен.

От мистера Уизли - работника Министерства Магии, Дамблдору нужно было кое-что еще, помимо домашнего уюта. Старый маг передал Артуру стопку документов, что заранее прихватил с собой, коротко объясняя детали новой задачи для Ордена Феникса.

Взрослый разговор продолжить не удалось, в столовую вернулись близнецы. Они притащили какие-то механизмы и волшебные артефакты собственного производства. Братья принялись с жаром объяснять что и для чего должно служить, собираясь все это барахло втюхать Гарри в его день рождения.

Дамблдор с улыбкой взглянул на своих бывших учеников, незаметно касаясь Крестража сквозь мантию. Пора. Ему нужен Северус Снейп для поддержки. Сегодня самый великий маг уничтожит жалкий кусочек душонки зазнавшегося Тома Реддла, а после подготовит второй вариант.. если что-то, не дай Мерлин, пойдет не по плану.

***

-Слава Салазару! Ты очнулась! - заверещала Тенеба.

Вироса-де-Кута зажмурилась, рассчитывая, что это поможет хоть немного отстраниться от радостных воплей крестной. Стало, как будто, только хуже. Перед глазами поплыли фиолетовые круги, а звон в ушах только усилился.

-Моя милая! Моя любимая девочка! - продолжала наращивать громкость дама. - Ты меня до смерти напугала! Зачем ты так?! Как вообще умудрилась!?

-Те..небаа, - хриплым сухим голосом тихо произнесла девушка. - Умоля..ю.. тише..

-Не слышу! Что?! - словно закричи она еще громче, крестнице станет лучше. - Воды? Голодная? Жарко? Холодно? Что такое? Деточка моя! Спасибо, Салазар! Спасибо!

Придется превозмочь себя. Вироса-де-Кута принялась медленно подниматься на локтях. Разумеется, никто ей самостоятельно этого сделать не дал. Тенеба тут же бросилась помогать ей присесть на кровати, хватая пухлыми пальчиками за плечи.

-Вот! На-на-на! Выпей, полегчает! - дама всучила девушке высокий стакан со странной зеленой жижей, почти насильно вливая ей это в рот.

Вкуса не было, только травяной, ударяющий в нос запах. Наверное, крестная не успела определиться, какое растение подойдет для восстановления лучше, поэтому намешала все, что попадалось под руку. Но, не смотря на это, настойка помогла. По горлу потекла теплая волна, мягко обволакивая желудок. В голове, как и перед глазами, начало постепенно проясняться.

Вироса медленно осмотрелась, совершенно не узнавая обстановку. Дверь из странного красного дерева напротив кровати, шкаф для одежды с вычурными позолоченными украшениями, серебряный горшок из которого торчали зеленые пушистые листья незнакомого растения. Да и за окном стояла тишина вместо привычного перешептывания пролеска.

-Где это я? - удивилась юная волшебница, переводя взгляд на Тенебу.

Стоило немыслимых усилий сдержать ошарашенный вздох. Крестная выглядела.. пугающе. Растрепанные волосы торчали во все стороны, словно иголки агрессивного ежа, платье было измятым, грязным и.. попахивающем.. так сказать, не первой свежестью. Лицо мисс Навелюкс заслуживало отдельного рассказа. Темные круги под болотными глазами, серый оттенок кожи, потрескавшиеся губы и засохшие капельки крови на щеках, которые начали напоминать какую-то лихорадку.

-Мы в маноре Малфоев, дорогая. Ничего не бойся, - быстро ответила Тенеба, гладя трясущейся рукой девушку по волосам. - Все будет хорошо.

-Мм.. послушай, - неуверенно начала Вироса, вспоминая последние события. - Я была в Министерстве Магии вместе с другими студентами Хогвартса..

-Вот какой черт тебя туда понес?! - взвизгнула крестная, вскидывая руки в воздух. - Так сложно было остаться в замке?!

-Я, вообще-то, не планировала этого, - виноватым голосом произнесла девушка, прикусывая нижнюю губу. - Но послушай, Тенеба, прошу! Я там встретила кое-кого.. Там был.. Папа. Да, я знаю, как это звучит! Молю, дослушай! Я уверена, я точно знаю, что это был он!

Мисс Навелюкс стала бледнее старого листа пергамента, а ее глаза округлились, выводя яркую болотную надпись: “Какой ужас!”. Вироса-де-Кута не была уверена, как на это следует реагировать, поэтому попросту замолчала, ожидая более развернутого ответа. Тенеба не шевелилась некоторое время, не сводя взгляда с лица крестницы.

За дверью послышались какие-то звуки. Казалось, что там, за пределами этой маленькой комнаты, был кто-то еще.. И это был явно не один человек. Очень слабо, но можно было различить разные голоса. Кто это? Малфои?

Тенеба тоже услышала шум, наконец, отмирая. Растрепанная и помятая дама шумно выдохнула через зубы, прикрывая глаза. Она собиралась с духом. Ей нужна была вся выдержка и смелость, что она ковала внутри себя все эти годы.

-Милая.. - неожиданно тихо пролепетала старая ведьма. - Мне нужно тебе признаться кое в чем..

Слова потекли как-то сами собой. Тенеба не могла их контролировать, рассказывая девушке все, что должна была. О гибели Амары, о том, кто такой Диспара, и почему он напал на ее старую подругу. Она рассказывала о днях, когда они все были друзьями, о том, что отец Виросы не просто жив.. о том, что мисс Навелюкс нашла его и последние месяцы помогала ему. О том, что он.. Лорд Волан-де-Морт.

Всю правду старая дама говорила, смотря исключительно в пол, не в силах поднять на крестницу глаза. Стыд. Море стыда вылилось на ее лицо красными пятнами, вытекало с потом и слезами, которые падали на мятую юбку. Ее пальцы были ледяными и не гнулись, тело сделалось дубовым, скрипя и сопротивляясь даже прерывистому дыханию. Тенеба всего этого не хотела. Ей бы вернуться назад. Все исправить. Заставить Амараморту рассказать Виросочке правду об отце. Самой показать ей воспоминания. Сделать так, чтобы сейчас не блеять так жалобно, перед последней, пусть еще слишком юной, но представительницей своей семьи.

-Прости меня, Виросочка, умоляю, прости, - хрипела мисс Навелюкс, зажмуриваясь.

Она склонила голову так низко к груди, что это мешало ей дышать, но она боялась шевельнуться, ожидая приговора. Он последовал не сразу. После минутной тишины, нарушаемой лишь посторонним шумом из-за двери, девушка твердо произнесла:

-Отведи меня к нему.

Вдох. Воздух, словно яд, обжег легкие, заставляя старое больное сердце сбиться с быстрых ударов. Тенеба подняла голову. Вироса-де-Кута сидела с идеально ровной спиной, смотря прямо перед собой, словно всеми фибрами души специально игнорируя старуху. Ее точеный профиль не выражал ровным счетом ничего. Эта леденящая душу пустота была полной копией.. его копией. Радужки, наполненные темным горьким шоколадом, сверкнули. Из мрачной глубины поднимались пугающие кроваво-красные искры.

***

Темный Лорд наслаждался минутами тишины в зале, неторопливо рассматривая документы, что Люциусу удалось вытащить из Министерства. Здесь были собраны те незначительные крупицы информации, с которыми и работать то было лениво. Радовало то, что новый Министр Магии слабовольный и нерасторопный человек, который не знал, за что хвататься. Волан-де-Морт уже поручил своим людям распространять и увеличивать его влияние. Все чистокровные дома Британии должны к концу лета встать на его сторону.

Неожиданно оживилась Нагайна, поднимая свою голову. Змея высунула язык, шикнув в сторону входа, затем слегка распрямилась, подползая к хозяину ближе. Ее холодное шершавое тело забралось на колени Лорда, пока узкие глаза неотрывно следили за дверью.

-Что такое? - прошипел Лорд, проводя широкой ладонью по блестящей чешуе.

-Кто-то идет, - Нагайна опустила голову на стол, продолжая дергать тонким языком.

Темный господин перевел взгляд на двери как раз в тот момент, когда они неторопливо отворились, пропуская в зал худую фигурку.

Девушка остановилась, глубоко присаживаясь в идеальном реверансе, почтенно опустила голову, покорно ожидая разрешения войти. Волан-де-Морт не спешил. Он осмотрел Виросу с головы до ног, оценивая ее внешний вид. Ни царапинки, ни единого намека на то, что девушка была на волосок от смерти. Прекрасное темное платье в пол, жесткий корсет и длинные широкие рукава, что прятали ладони почти целиком. Волнистые каштановые волосы были уложены в высокую изысканную прическу, оставляя у лица несколько завитков. Девушка не шевелилась. Но не из-за страха. Нет. Она выражала свое почтение, терпеливо молчала, смотря спокойным взглядом в пол.

-Ну, здравствуй, Вироса-де-Кута, - размеренно произнес Лорд. - Проходи.

Юная ведьма не спеша распрямилась, даря Волан-де-Морту прямой уверенный взгляд и зашагала к столу. Двери закрылись за ней сами собой. “Хотя бы магией она пользоваться умеет,” - про себя оценил Темный Лорд, вспоминая свое раздражение, когда его окружали сплошные неумехи. Его выводило из себя то, как маги своими руками открывают и закрывают двери, как носятся на своих двоих, вместо аппарации. Так и хочется рявкнуть - Вы волшебники или чертовы маглы?!

-Здравствуйте, отец, - Вироса сказала это так, словно видела родителя каждый день.

Нагайна забралась на стол целиком, быстро проползая по столу, поближе к девушке. Ведьмочка не шелохнулась, лишь перевела взгляд на змею. В ней не было и капли того страха, что испытывали Пожиратели при приближении плотоядной рептилии. Девушка просто.. стояла.

-Ты дочь хозяина, - утвердительно зашипела Нагайна.

-Да, здравствуйте, - на идеальном парселтанге ответила ей Вироса-де-Кута.

Волан-де-Морт приподнялся над своим местом, внимательно следя за этой удивительной беседой. Только потомки Салазара Слизерина могли говорить на змеином языке, этот дар выделял их среди всех остальных. Возносил. Неужели эта девица и впрямь.. его дочь?

-Меня зовут Нагайна, маленькая хозяйка, - змея тут же приняла девушку.

-Я очень рада с вами познакомиться, госпожа Нагайна, - вежливо поклонилась ведьмочка. - Мое имя Вироса-де-Кута Дасадити.

-Твоя фамилия не Дасадити, - прошипел Лорд, окончательно поднимаясь из-за стола.

Он прошествовал к девушке, бесшумно касаясь босыми ногами пола. Красные глаза сузились, всматриваясь в молодую леди. Та лишь слегка дернула губой:

-Моя мама никогда не называла вашего имени, отец. Поэтому я ношу фамилию ее рода..

-Твоя мать совершила несколько ошибок одну за другой, - резко перебил ее Лорд. - Во-первых, она была предательницей, что сбежала от меня. Во-вторых, Амара скрыла тебя. И в-третьих, посмела умереть.

-Не думаю, что последнее ее вина, - нахмурившись, произнесла Вироса.

-А чья? Не вздумай мне перечить, девочка. Твоя мать все испортила и явно исковеркала твое представление обо мне, - Волан-де-Морт дернул головой, плотно сжимая зубы. - Я не назову тебя своей, можешь на это не рассчитывать. Не буду учить тебя или жалеть, как ты привыкла. Если ты хочешь оставаться рядом, должна подчиняться, иначе я избавлюсь сначала от другой предательницы - старухи Тенебы, а за тем и ты последуешь за ней. Поняла меня, Вироса-де-Кута?

Было.. мягко сказать, неприятно. Наэлектризованный угорь в груди больно ударял по ребрам, заставляя девушку сжаться от давления. Магическая мощь, исходящая от отца, была убийственной, горячей и воняющей кладбищенской землей. Вироса-де-Кута сглотнула вязкую слюну, неуверенно кивнув.

-Если хочешь здесь остаться, ты должна быть полезна, - Лорд притянул свою палочку со стола, бережно поворачивая ее в пальцах. - Сначала продемонстрируй свои навыки, девочка.

Ничего не оставалось, кроме как вытащить из кобуры собственное волшебное древко. Вироса мельком огляделась по сторонам, отмечая узкие и неудобные места для магического поединка. Наверное, сейчас отец аппарирует их в тренировочный зал.

Ага. Как бы не так. Стоило Виросе поплотнее ухватиться за древко, как она (лишь благодаря бесконечным тренировкам и вечным неожиданным нападкам мамы и крестной) успела заметить резкое движение со стороны Темного Лорда.

Удар. Хлопок. Кривой синий луч врезался в неказистый, наспех поставленный щит ведьмочки, отлетая куда-то в потолок. Неужели прямо здесь?! Глаза Виросы округлились, пока рука сама на автомате совершила движение.

Аппарация. Сначала увеличить расстояние. Вжих. Девушка перенеслась в противоположный конец вытянутого зала, в этот же момент словив плечом жалящее заклинание. Черный господин мгновенно отправил в нее две косые золотистые молнии, желая загнать волшебницу в угол. Вироса метнулась вперед и вбок, снося собой высокий стул. Придется бить в ответ, чтобы хоть немного затормозить эту яркую очередь из странных заклинаний. Она махнула палочкой, отправляя в Темного Лорда небольшую серию слабеньких проклятий, пока свободной рукой притянула к себе вазу с подоконника.

Трансфигурация на ходу не была ее сильной стороной, но простенький на вид сосуд все же поддалась с первого раза. Керамика скривилась, сжимаясь и попутно обретая пушистые лапы и пару длинных ушей. Пока девушка в очередной раз уклонилась от извилистого луча, с ее руки сорвался пятнистый заяц, в пару прыжков достигая Лорда.

Мелкий зверек взорвался, заслоняя Темного господина густой серой пеленой. Туман скрыл от глаз высокую черную фигуру, пряча мага за непроглядной завесой. Туда тут же девушка отправила несколько зловредных проклятий, что должны были сковать оппонента, приклеивая его к полу и лишая возможности двигаться.

-Какая жалкая детская магия, - раздался над ухом глухой низкий голос.

Вироса-де-Кута резко развернулась на каблуках, лицом встречаясь с широкой грудной клеткой. Волан-де-Морт навис над ней черным всепоглощающим пятном, у которого неистово пылали алые глаза.

-Моя дочь? - фыркнул Лорд, разрезая воздух палочкой. - Можешь больше меня так не смешить.

Девушка отлетела от черного мага с такой скоростью, словно она и вовсе ничего не весила. Ударная волна пронесла ее через весь зал, вбивая спиной и затылком в каменную стену. На пол Вироса осыпалась поломанной куклой.

-Неужели старуха Тенеба и твоя жалкая мать не научили тебя чему-то более сложному? - продолжал напирать Лорд, делая несколько шагов к всхлипывающей от боли девчонке. - Не позорься.

В глазах щипало от жжения в спине и от обиды. Внутри что-то хрустнуло. Наверное, это были осколки ее маленького сердца, которое крошилось и осыпалось на мраморный пол. Колючие, злые слова отца проникали в голову словно стрелы, вызывая зуд в горле. Хотелось завопить. Кричать пока легкие не разорвутся от натуги, пока голосовые связки не лопнут. Пока отец ее не услышит! Пока он ее не поймет!

Вироса-де-Кута, опираясь на стену локтями, кое-как поднялась на ноги. Перед глазами все слегка плыло, но вот в голове прояснилось. Таким гадким и ужасным методом он ее проверял. Отец пытался оценить девушку, вывести ее на чистую воду. Заставлял показать себя.

Раз так, она покажет. Наследница великого чистокровного рода Дасадити докажет собственному отцу, что он зря ее недооценивает. Лицо девушки стало каменным, а темные радужки вмиг окрасились в красный цвет, словно ночь сменилась кровавым рассветом. Она выпрямилась, поднимая руку с палочкой. “Пусть будет по твоему, отец.”

И она взмахнула древком. Затем еще и еще. Заклинания срывались с кончика волшебного оружия одно за одним. Мрак, что густел и ползал склизкой змеей в ее хрупком теле, наконец-то, находил выход. Черные проклятия рвались наружу, перебивая друг друга, со скоростью света разрывая пространство зала, ударяя в Волан-де-Морта. Вироса-де-Кута неосознанно перешла на очень темную магию, оставляя в стороне лишь непростительную тройку заклинаний.

Лорд наблюдал. Он следил за изящными, четкими движениями. Ровные и прекрасные руны, что выводила тонкая рука, его радовали, дарили чувство наслаждения. Было в этом что-то давно забытое. Волан-де-Морт никак не мог налюбоваться изысканным смертоносным танцем, что ему дарила его дочь. Он с легкостью, почти играючи, отбивал все летящие в него лучи, всматриваясь в жесткое выражение юного лица.

В его голове пролетали далекие воспоминания. Словно старые выцветшие колдографии, перед глазами проносились уже давно позабытые всеми события. Амараморта точно так же двигалась, нанося удар за ударом, швыряла в него проклятия. Из-за чего же они тогда повздорили? Уже и не вспомнить. Кажется, таких громких перепалок было три. Сначала дело принципа, потом что-то не сходились их мнения, а дальше.. да черт его знает, что там было еще.

Это не были приятные воспоминания, но и не были они чем-то негативным. Словно черно-белое магловское кино, фонящее рядом. Лорд отмахнулся от картинок прошлого, устало возвращаясь в реальность. Вироса-де-Кута распалилась, не встречая активного сопротивления, принялась быстро приближаться, сокращая между ними дистанцию. Ее чарующая жестокость была совсем как у него, ее точенные движения были совсем как у Амары.

Смысла продолжать эту встречу больше не было. Волан-де-Морт крутанул ладонью, выбивая палочку из рук девушки. Но в своем гневном запале она даже растеряться не успела, продолжая напор с помощью плохо отработанной беспалочковой магии. Глупость, конечно, но похвально. Темный Лорд взмахнул своим древком, прибивая девушку к полу, ставя ее на колени перед собой.

Вироса-де-Кута замерла, не имея возможности пошевелиться. Не было страха, не было больше и злости. Единственное о чем она могла думать, это спокойное лицо отца, на губах которого едва различимо показалась тень улыбки.

-Достаточно, - произнес Волан-де-Морт, и дочь покорно хлопнула длинными ресницами.

Он прошествовал к своему месту за столом, попутно возвращая залу первоначальный вид. Стулья послушно поднялись, шаркая ножками, вернулись на свои места, документы легли на стол, а разбитые декоративные вазы с шорохом собрались из собственных осколков. Лорд опустился на стул, снимая заклинание с девочки. Первым делом Вироса притянула к себе волшебную палочку, что улетела куда-то в угол, затем поднялась на ноги, расправляя подол платья (с помощью магии, разумеется).

-Тенеба сказала, что у тебя скоро день рождения, - словно ничего не произошло, поинтересовался Волан-де-Морт.

-Сегодня, отец, - слегка сбитым голосом произнесла ведьмочка, - двадцать девятого июля.

-Что ж, с днем рождения, - пожал плечами Темный Лорд, но вдруг, вспомнив что-то, хищно улыбнулся. - Вообще-то, у меня есть для тебя подарок.

Он кивнул Нагайне, и та быстро куда-то уползла. Волан-де-Морт молча опустил взгляд на документы, совершенно теряя всякий интерес к ожидающей невесть чего девушке. В этой странной тишине прошло какое-то время, когда гигантская змея вернулась в зал. И не одна. В ее сопровождении рядышком ползла еще одна длинная рептилия. Другая змея была в разы меньше Нагайны, обладала тощим телом с бледной серебристо-белой чешуей и какими-то грустными абсолютно черными глазами.

-Маленькая хозяйка, это твой подарок, - прошипела Найгана, деловито проползая мимо Виросы.

Серебристо-белый змей подобрался к своей новоиспеченной госпоже поближе, робко сворачиваясь кольцами у ее ног.

-Здравствуй, - произнесла Вироса-де-Кута, слегка наклоняясь к рептилии. - Как твое имя?

-У него больше нет имени. Сама придумай, - не отрывая взгляда от бумаг, произнес Волан-де-Морт.

-В таком случае, тебя будут звать Donum Patris. Коротко Донумп. Ты понял?

-Мое имя Донумп, хозяйка, - прошипел змей, пуча свои черные глазки.

Темный Лорд хмыкнул, пряча ухмылку за листами. Donum Patris - Подарок Отца. Какая же она нахальная девица, раз продолжает упорно настаивать, что всемогущий маг - ее ближайший родственник.

-С этого дня я прикажу Белле с тобой заниматься, - произнес Волан-де-Морт. - Если ты окажешься не такой уж бесполезной, то я придумаю для тебя работу. Теперь уходи.

Вроде бы не хвалил, но все равно приятно. Вроде бы не принял, но и не отверг. Вироса-де-Кута кивнула, опускаясь в прощальном реверансе, зацокала каблучками на выход, Донумп змеился рядом.

-И сними эти чертовы туфли. Грохочешь, как слон, - цокнул Лорд перед тем, как за девушкой закрылись двери.

Глава 30 Все пошло не по плану

Все пошло не по плану. Совершенно точно не так, как того хотел Альбус Дамблдор. Крестраж, как и предполагалось, не удалось уничтожить никаким достойным заклинанием. Помог только меч одного из основателей Хогвартса - меч Гриффиндора.

Стоило со знанием дела хорошенько приложиться магическим артефактом по кольцу, оно тут же принялось истошно вопить и сопротивляться. В конце-концов, Том не просто создал Крестраж, он запечатал часть своей души в Даре Смерти, что позволяет человеку вновь и вновь возвращаться на эту землю.

Ударить пришлось несколько раз и от такой дровосечной рубки случилось следующее - из Крестража вырвалась серая изодранная часть жалкой душонки Тома Реддла, снося своей магией все вертикальные предметы в помещении, а затем появился дух. Искаженный, обезображенный собственным заклинанием, молодой маг показался перед Альбусом на несколько мгновений, а затем произнес что-то совсем не свойственное этому назойливому злющему слизеринцу. “Спасибо,” - прошипел дух и испарился.

Похоже, заключение в сосуде оказалось самим по себе жестоким наказанием, что даже маленький кусочек души не выдержал и поблагодарил за освобождение своего главного противника. Сколько же лет этот несчастный Том Реддл мучался в фамильном кольце? Все, что успел рассмотреть Дамблдор - это очень молодое лицо и грустные, отчаянные глаза. “Посидел полвека в колечке и все осознал?” - мелькнула самодовольная мысль в седой голове.

Однако стоило Крестражу сломаться, взорвалось другое нечто. Проклятие, что наложил Волан-де-Морт на старинное кольцо. Видимо, оно каким-то немыслимым образом смешалось с магией Дара Смерти, что привело к рикошету. В Альбуса ударило проклятие, опаляя руку. Пальцы почернели, задубели, распространяя заразу вверх по запястью.

Северус Снейп подоспел вовремя. Его старая привычка - носить все самые необходимые зелья под рукой - сейчас сыграла большую роль. Зельевар вылил на гниющую ладонь эликсир и заставил Дамблдора что-то выпить. Это помогло лишь на время, слегка затормозило процесс умерщвления.

Одна радость - ромбовидный камень выпал из пазов кольца. Целехонький. Вот что значит таинственная и древнейшая магия самого мира. Ни один созданный волшебниками артефакт, ни одно заклинание не сможет нанести таким вещам урона. Камень блеснул своим черным нутром, притягивая к себе взгляд голубых усталых глаз.

Старый маг так хохотал над глупостью своего соперника, что сам же совершил очевидную дурость. Приходилось признать, что Альбус поспешил с разрушением такого мощного Крестража. Взгляд как бы сам по себе пополз к металлическому громоздкому сундуку.

Он провел в воздухе рукой, приказывая крышке откинуться, демонстрируя свои внутренности. Очередной артефакт. Мощнее и страшнее которого Дамблдор еще не встречал. Он приказал Люпину его осмотреть, дать комментарии. Что ж, оборотень подтвердил, что руны и символы указывают на то, что эта махина была создана как огромный прототип маховика времени.

Шероховатый камень с красивыми позолоченными кольцами поднялся в воздух, замирая посреди комнаты. Мисс Навелюкс была старой и сумасшедшей ведьмой, у которой даже в собственной голове был такой хаос, что не удивительно, что японский артефакт не поддавался ее магии.

Альбус обошел конструкцию по кругу, рассматривая видоизмененные руны. Надписи были до того сложны, что Люпину пришлось использовать гнилые, почти съеденные молью, свитки из библиотеки Блэков, только бы расшифровать смысл написанного.

Рука ныла и старые сухие кости пробивал тремор, он даже палочку не может держать. Бузина это прекрасно знала, чувствовала как ее хозяин резко постарел, и до чего же он был истощен. Мудрая древняя волшебная палочка вибрировала, выказывая свое недовольство владельцем. “Помолчи. Пока что ты служишь мне!” - скривился в оскале Дамблдор. Палочка умолкла.

Маг направил кончик бузины на необычный механизм, заставляя волшебное древко ответить, безопасно ли использовать такую магию перемещения во времени. Палочка обиженно молчала. “Чертовы Дары Смерти!” - озлобился Альбус, надавливая пальцами на жесткое дерево. - “Подчиняйся!”

Если бы волшебные палочки можно было легко услышать, то старый маг понял бы, как громко бузина фыркнула в тот момент. Первородное древко, никогда ранее не выражавшее своего недовольства Дамблдором, признавало лишь мощь и власть. Нерасторопность, а затем глупость, что совершил хозяин, сделали свое дело.

-Значит, безопасно, - кивнул Альбус.

Седобородый колдун сделал небольшой шаг назад, раздумывая, куда отправиться. Стоило бы вернуться в то прошлое, где Том Реддл узнал о Крестражах. Это была ошибка, которая сейчас невыгодным боком повернулась к Альбусу. Решено. Он вернется назад, повторяя свой путь, однако вместо Крестражей выберет для обиженного миром мальчишки что-нибудь другое.

Он взмахнул хихикающей в руке бузинной палочкой.

На Гриммо, 12 опустилась темная летняя ночь. Густые, пахнущие городом, краски очертили старую улицу, пряча от маглов волшебный старинный дом Блэков. Вообще-то, от древней семьи ничего не осталось. Совсем ничего. Об этой утрате никто и не подозревал, мирно спя в теплых кроватях. Как вдруг, всех жителей Гриммо разбудил дикий животный крик. Ярость лилась водопадом откуда-то из недр дома. Вырванные из своих снов люди могли разобрать лишь странное имя, которое низкий бурлящий гневом голос повторял: “ТЕНЕБА НАВЕЛЮКС!”

***

Боль не сравнимая ни с чем продрала тело от лысой макушки до самых голых пят. Кости с треском ломались в щепу, а мозг разрывало, словно фрукт на дольки. Смерть одной из своих частей души он почувствовал во всем объеме.

Это накрыло его в зале. Благо, никого кроме Нагайны рядом не было. Никто не видел, как Темный Лорд упал на пол, разрывая ногтями на груди мантию от внутренней жгучей резни, закусывая до крови щеки изнутри. Нагайна тоже это почувствовала. Змея издала пронзительный писк, словно никогда не была рептилией. Она билась своим тяжелым телом об пол, сильнее всего ударяясь головой, будто пыталась нанести себе смертельную травму, только бы перестать мучаться.

Спустя какое-то время это прекратилось. Тяжелое прерывистое дыхание со свистом вылетало из горящих от ломки легких. Лорд поднялся на ноги, хватаясь дрожащими пальцами за прохладный стол.

Вместе с вернувшимся зрением пришла ненависть. Старый, уродливый хрыщ! Дамблдор нашел его Крестраж! Волан-де-Морт закричал, вскидывая голову. Звук низкий.. гортанный, больше напоминающий рев загнанного в капкан дикого зверя. Черная магия рванула прочь из тела, сбивая все на своем пути. Длинный стол треснул, стулья снесло, а люстра сорвалась с потолка, разбиваясь на тысячи мелких осколков.

И резко тишина.

Темный Лорд сомкнул зубы ментально бросаясь на поиски Гарри Поттера. Мальчишка даже не почувствовал чужого вторжения, сидел в какой-то комнатушке. Дамблдора рядом с ним не было. Еще один всплеск ярости. Мраморный пол задрожал, плитка в некоторых местах пошла трещинами, взрываясь и скрипя от магического напора.

***

Вироса-де-Кута не спеша прогуливалась по ночному саду манора Малфоев. Ей здесь не особо нравилось. Богатство и напыщенность старинного рода плевались своим нарциссизмом буквально на каждом углу. Даже зеленый сад у дома был ничем иным, как демонстрацией статуса и власти древней семьи Великобритании. Вокруг все было настолько идеальным, что пора и листве на квадратных кустарниках превратиться в бутафорию.

Но тяготили девушку несколько обстановка, сколько люди, что находились в маноре. Сплошные молчаливые, угрюмые лица, которые не говорят, не выражают нормальных человеческих эмоций, лишь перемещаются по дому, словно недовольные призраки, которых прикончил глупый несчастный случай.

С Пожирателями Смерти юная ведьмочка почти не встречалась, за исключением миссис Беллатрикс Лестрейндж, которая самозабвенно преподавала ей боевую магию. Со взрослой темноволосой ведьмой общение не завязалось. Мадам Лестрейндж аппарировала в тренировочный зал, проводила бой, затем громко и нецензурно ругалась на движения и примененные заклятия Виросы, затем повторяла бой. Когда девушка уже еле стояла на ногах, Пожирательница недовольно фыркала, трансгрессируя куда-то прочь.

Единственным доступным человеком для свободного общения была крестная. Мисс Навелюкс хоть и выполняла какие-то получения Темного Лорда, все равно большую часть времени проводила в библиотеке. Вероятно, из-за своей профнепригодности. Однако к Тенебе юная волшебница приходить не торопилась. Ей все еще было обидно из-за обмана и сокрытия столь ценной информации об отце и, впрочем-то, о матери тоже.

Поэтому и в этот поздний час Вироса-де-Кута шествовала в приятной тишине в сопровождении своего серебристо-белого змея. Как оказалось, Донумп ничего о себе не помнил, ни где родился, ни как появился у Волан-де-Морта. Ведьмочка даже применяла на рептилии легилименцию, но встретила чистый белый лист в его памяти, за исключением странного полустертого воспоминания о какой-то камере в темнице. Но и то, похоже, что змей просто жил там все это время, общаясь исключительно с Нагайной о всякой ерунде.

Донумп был тихим и молчаливым созданием, порой он казался дрожащим от страха, или ни с того ни с сего принимался прижиматься к ноге своей хозяйки, словно прячась от чего-то. Вироса воспринимала это как знаки верности и преданности, стараясь не акцентировать внимания на том, какой зашуганный ей достался питомец.

Хлопок аппарации заставил девушку остановиться. Донумп, разумеется, тут же шмыгнул в тень своей госпожи, закручиваясь колечками вокруг ее правой ноги. Юная леди аккуратно заглянула за ближайший куст, осматривая место, откуда послышался шум.

В нескольких шагах стоял отец. С каменным выражением лица, напряженными плечами и сверкающими кровавыми глазами. Он лихорадочно крутил в руке свою волшебную палочку, пока его грудь быстро вздымалась и прерывисто опускалась.

Вироса-де-Кута задержала дыхание, быстро размышляя, как будет выгоднее поступить. С отцом она не виделась с их первого разговора, и, не желая никому в этом признаваться, очень переживала по этому поводу. Девушка так привязалась к душе, заключенной в мятой тиаре, привыкла болтать с папочкой ночи на пролет, что теперь, не имея рядом никого из близких, остро ощущала как отсутствие, так и присутствие родителя.

С одной стороны, ей очень хотелось с ним заговорить. Возможно, мадам Лестрейндж и так докладывает об их тренировках Лорду, но хотелось и самой немного похвастаться перед папой, что стала гораздо сильнее и опытнее. Но с другой стороны, весь его нынешний внешний вид пугал похлеще любого боггарта. Злобное и опасное настроение ощущалось даже с такого расстояния.

И хочется.. и колется..

Девушка не успела принять решение, как Темный Лорд сам повернулся в ее сторону всем телом. Его красные глаза сузились, сверкая в ночной темноте, словно два брошенных проклятия Круциатус. Тело пронзила дрожь. Накричит? Прогонит? Или отчитает за прохлаждение вместо дополнительных самостоятельных занятий?

-И чего замерла? Притворяешься статуей? - бросил ей Волан-де-Морт, не сводя взгляда с побелевшего личика.

-Прошу меня простить, отец, - быстро присаживаясь в реверансе, произнесла Вироса. - Я не хотела Вам мешать.

-Ты не мешаешь.

И.. Все. Темный Лорд отвернулся, удостаивая своим вниманием что-то на горизонте. Юная волшебница не знала куда себя деть. Она сжала в пальцах мягкую ткань юбки, покусывая нижнюю губу. Донумп сделал еще один оборот вокруг ее ноги, словно подсказывая правильное решение. Была не была! Маленький несмелый шаг в сторону отца. Замерла. Никакой реакции. Еще один шажок. Тишина.

Приоткрыв рот, Вироса бесшумно выдохнула, позволяя себе слегка расслабиться и подойти к высокой черной фигуре. Лорд продолжал стоять молча. От него веяло вселенской усталостью. Уголки серых губ были опущены, а место, где у людей находятся брови, чуть напряженно. Змеиная кожа сложилась морщинками.

-Случилось что-то плохое? - едва различимо подала голос девушка.

-Я не стану перед тобой отчитываться, - грубо отчеканил Волан-де-Морт, складывая руки на груди.

Вироса тут же вспомнила, как пыжился отец в тиаре, проводя сравнение. Если не брать во внимание его внешний вид, то все остальное было точь в точь. То же тяжелое дыхание, взгляд в пустоту и искривленная линия губ, будто вокруг него чем-то неприятно пахло.

В минуты, когда папа становился таким в диадеме, девушка просто молча находилась рядом, покорно ожидая его “возвращения”. Но между тем отцом и этим была существенная разница - там он никуда от нее не мог деться. Здесь же, в реальном мире, Темный Лорд в любой момент мог пропасть и вновь потеряться на неопределенное количество времени. Собрав всю волю в кулак и, в буквальном смысле сжав пальцы, Вироса-де-Кута произнесла:

-Пройдемся?

Вместо ответа Волан-де-Морт.. повернулся и медленно пошел вдоль тропинки. Девушка засеменила рядом. Прогресс? Вироса-де-Кута старалась даже дышать через раз, чтобы не спугнуть такую странную податливость отца. Она украдкой рассматривала его высокую фигуру, черную, слегка помятую на груди мантию и длинные руки, облаченные в широкие рукава.

-Ты меня вновь ослушалась? - куда-то вперед произнес Лорд. Вироса даже не сразу поняла, что отец обращается к ней. - Туфли. Я сказал их снять.

Девушка обомлела. Они ступали по мелкой, почти песчаной гальке, которая одинаково хрустела под его босыми стопами и ее квадратными каблучками. “Какие-то проблемы с ногами или что?” - мысленно удивилась юная леди, останавливаясь посреди дорожки.

Не смотря на свой внутренний протест, она приняла решение и в этот раз подчиниться. Вироса провела ладошкой в воздухе, приказывая серебристым застежкам открыться, высвобождая свои ножки. Стопы коснулись прохладной земли, и от пят поднялись маленькие мурашки.

-Кольцо, что ты таскаешь не снимая, - произнес Темный Лорд, кивая на ладошку девушки. - Его задача впитывать окружающую магию.

-Да, - кивнула Вироса, по интонации отца понимая, что сейчас будет.

Таким голосом он в тиаре подводил к очередному уроку. Папочка обращал на что-то ее внимание и следом давал лекцию о магии и ее свойствах. В груди запекло. Неужели он и сейчас также подарит ей одну из своих мудростей?

-Зачем тебе такие глупые артефакты, когда ты и сама один большой проводник природной магии? - фыркнул Лорд, демонстративно приподнимая свою босую ногу. - Энергия поступает через кожу гораздо лучше, чем через твои побрякушки.

-У меня всегда оголено лицо и ладони.

-Амара сразу принялась учить тебя швыряться проклятиями, пропуская основы чародейства? - нахально, даже высокомерно бросил Лорд. - Магия была рождена природой, и любая энергия движется снизу вверх. До твоих рук, а уж тем более лица, доходят такие крохи, которые даже пылью не осядут на теле.

Юной волшебнице на это нечего было ответить. Вироса медленно ступала по камушкам, чувствуя стопами лишь острые грани, и никакой природной энергии. Но ставить под сомнения слова отца было бы глупо, поэтому она сосредоточила все свое внимание на ногах, постепенно растворяясь в ощущениях.

-Кто научил тебя моей ментальной защите?

Резкий холодный голос вырвал девушку из размышлений о природной магии и о своих босых ногах. Она подняла на отца глаза, встречаясь с красными радужками и черными вертикальными зрачками, которые пытливо следили за каждым сантиметром ее лица.

-Вы, отец. Это Вы меня научили.

-Не играй со мной, девочка! - рыкнул Волан-де-Морт, нависая над хрупкой фигурой.

-Я говорю Вам правду, - стойко отреагировала на черную тучу Вироса-де-Кута. - Я нашла в Хогвартсе Ваш Крестраж. Вы из диадемы научили меня этому и многому другому.

Последние слова девушка произносила со скрипом. Лорд схватил ее своей собственной рукой за тонкую шею. Длинные ледяные пальцы сомкнулись на горле, сдавливая и прижигая морозом нежную кожу. Дышать совсем не получалось, Вироса, словно выброшенная на берег рыба, округлила глаза и бессмысленно открывала и закрывала рот. Под ногами не было уже вообще никакой энергии. Волан-де-Морт приподнял ее за шею на уровень собственного лица.

-Где моя диадема? - лицо опалил жар, его глаза, словно два жерла бурлящих вулканов, разбрызгивали искры, что сыпались на бледные щеки Виросы. - КАК ТЫ ПОСМЕЛА!?

Темный Лорд чуть тряхнул рукой, заставляя девушку волнообразно шевельнуться. Она болталась в его руке, как шарнирная кукла. Но при всем происходящем ужасе, в ней не было страха, лишь удивление. Папа в тиаре тоже порой злился из-за сохранности артефакта, бывало даже кричал, но никогда. Никогда! Не применял к ней физическую силу.

Волан-де-Морт отбросил Виросу, направляя девушке в лицо волшебную палочку.

-ГДЕ МОЯ ДИАДЕМА? - взревел он последнее предупреждение.

-В.. в Хог..вар..тсе, - сквозь кашель, еле слышно, выдавила девушка. - О..на надеж..но спр..спрятана.

-Она БЫЛА надежно спрятана! - Лорд все же взмахнул рукой, ударяя заклинанием по юному телу. - ДА КАК ТЫ ПОСМЕЛА?!

-Я была осторожна! - неожиданно для самой себя выпалила девушка. - Я берегла Ваш Крестраж, отец! И никогда бы не причинила Вам вреда!

-Что ты можешь знать?! - рыкнул Лорд, вновь опаляя девушку жалящим заклинанием. - Ты понятия не имеешь, что для мага значит его Крестраж! Ты даже представить себе не можешь, как ощущается часть души, заключенная в предмете!

Темный Лорд распластался черной непроглядной пеленой перед карими глазами. Его могущество, его гнев давящей скалой готов был обрушиться на голову юной девушки, похоронить ее под валунами бешенства.

И все равно Виросе не было страшно. Она была поражена до глубины души, была обижена и в какой-то мере разочарована. Но ни один мускул на лице не дрогнул от напора одичалой силы. Она смело смотрела на его змеевидное лицо, поджав губы от досады. Молодой ведьме больше всего на свете сейчас хотелось возразить. Выдать мудрую мысль, чтобы доказать, что все то она понимает. Но как? Ведь девушка действительно не могла в полной мере оценить чувства от расщепления души.

Как кричать о том, что ей все известно, если в голове не найдется и пары правильных слов? Вироса-де-Кута, превозмогая давление чудовищной силы, кое-как поднялась на ноги и сделала небольшой шаг назад. Но вовсе не для отступления, не для того, чтобы сбежать от смертельной бури. А чтобы доказать ему. Доказать себе. Сделать то, о чем ее отец забыть не сможет.

Вироса-де-Кута тряхнула правой ногой, заставляя трясущегося от первобытного страха Донумпа сползти на землю. Змей скрутился колечками перед своей хозяйкой, пуча блестящие ужасом черные глазки.

Волан-де-Морт следил за происходящим с неменьшим удивлением, чем выползший из-под юбки змееныш. От девушки исходила уверенность, раздражение, но не привычный ему людской страх. Должно быть, где-то в глубине души подобное поведение его раздражало, но на поверхность всплывал только интерес.

Молодая ведьма осмотрелась по сторонам, пока Лорд слегка остывал, медленно опуская черную завесу. Вироса взмахнула своей палочкой, притягивая что-то к себе в свободную ладонь. В ее руке трепыхалась, словно заранее зная, что произойдет, небольшая птичка. Тут уже и Волан-де-Морт понял, чего добивается эта девица.

-Это не подойдет, - фыркнул он и сам черканул в воздухе руну.

Рядом с ним появился скрюченный, жалкий человек. Его длинные сальные волосы закрывали лицо целиком, а изуродованное тело в кровоподтеках и шрамах едва-едва держало внутри бесполезную для Лорда жизнь.

-Кто это? - поразилась Вироса, от неожиданности выпуская из ладони птичку.

-Бывший директор одной из волшебных школ, - с хищной улыбкой ответил Лорд. - Делай, что задумала, он мне все равно больше не нужен.

Человек издал жалобный стон, плотнее сворачиваясь в костлявую улитку. Вироса-де-Кута смотрела на этого несчастного и не могла поверить. По телу пробежал холодок, а в голде запершило. Она замахнулась и замерла. Палочка в пальцах непослушно скакала, треща, будто кто-то стучал зубами.

-Ну же, - хихикнул Лорд. - Ты, вроде как, намеревалась мне что-то доказать?

Да.. Намерения были предельно ясны, когда в руке билась птица. Но вот перед глазами скулит и истекает кровью.. человек. И все, вдруг, стало в разы сложнее. Вироса-де-Кута не могла понять, от чего волшебное древко так странно танцует перед ее лицом, пока не осознала, что все ее тело пробивает крупная дрожь.

На лбу выступил холодный пот, и грудную клетку сковали металлические жгуты. Не продохнуть. Не шевельнуться. Этого несчастного мага, бывшего директора какой-то там волшебной школы она знать не знала. Никогда не слышала его голоса, кроме истеричных задыхающихся звуков. Даже лица его она не видела, лишь кожу костлявой спины в кровоподтеках и фиолетовых гематомах. Но это чувство. То ощущение, что чья-та жизнь была на прицеле ее родной палочки. Это сковывало, вызывало ужас и.. отвращение.

Это противоестественно. Лишить жизни того, к кому она совершенно ничего не ощущала. Одно дело, когда Вироса была в бешенстве, желая разодрать дуру-Джонсон на мелкие клочки. Но это совсем другое. Просто.. кто-то, попавшийся под руку Темному Лорду.

-Так ты считаешь, что жизнь этого предателя, важнее части моей души в Крестраже? - алые глаза сверкнули.

Нет. Она так не считала. Но не могла вымолвить и слова. Для юной девушки самым ценным на протяжении уже очень долгого времени был лишь ее отец. Последний, кого она хотела бы разочаровать или причинить хоть каплю боли. Рука двинулась еще раз.

Все плясало перед глазами. Оказывается, ей только показалось, что она взмахнула палочкой. На самом же деле ладонь не сдвинулась и на миллиметр. Зачем? Зачем она вообще решила продемонстрировать Волан-де-Морту свою мимолетную решимость? Взгляд затянуло пеленой. Окружение плыло и искажалось от подступающих слез.

-Вновь ослушаешься меня? - долетел откуда-то ледяной голос.

Нетнетнетнет. Подожди! Вироса взмолилась про себя, обращаясь совсем не к мрачной фигуре рядом. Она пыталась безмолвно докричаться до своего папочки. До того человека, которого она видела в тиаре. Но рядом с ней высилось лишь змеевидное каменное изваяние, что было глухо к ее мольбам.

Последняя попытка все исправить. Девушка подняла свои красные от соленых слез глаза на отца. Он смотрел строго, холодно и.. разочарованно. Из его радужек выливалось целое море разочарования и злобы на ту, которая считала его родителем. Тут же ее впервые с начала этой неожиданной встречи обуял страх. По его серому лицу она поняла, что это ее последний шанс доказать, что она его дочь. Какой бы смысл он не вкладывал в это.

Вироса медленно вернула взгляд на полу-живого человека у ее ног. Щеки разрезали холодные дорожки слез. Рука тряслась.

-Авада Кедавра.

***

Прошло целое лето. Случилось много всего за этот жаркий период. Были и пугающие известия, но и хорошее также блестело во всем этом мрачном времени. Будто наступила черная ночь, что окрасилась яркими звездами.

Фред был так занят магазином, что очнулся лишь на моменте, когда поток посетителей и зевак уменьшился втрое. Ученики отправились в Хогвартс, а их родителям не было особой необходимости посещать “Всевозможные волшебные вредилки” без детей.

Сентябрь, как и ближайшая половина учебного года, грозились быть самыми неприбыльными в истории лавки Уизли. Радовало лишь то, что теперь Фред может немного выдохнуть и вспомнить о других своих делах.

До юноши дошли некоторые тревожные новости. Самое яркое, о чем он не переставал думать с июня - сражение в Министерстве Магии. Мало того, что Орден Феникса не соизволил даже поставить близнецов в известность (хотя туда были вызваны почти все члены Ордена), так они и после держали все это в тайне. Правда совсем недолго. Статья о воскрешении Того-кого-нельзя-называть произвела колоссальное впечатление на всех жителей магической Британии.

Фред и Джордж поначалу просто ругались на всех и каждого, кого встречали на Гриммо, 12. По самое не хочу досталось и Рону, за то, что не сообщил старшим братьям о вылазке. Но после выяснения некоторых деталей произошедшего, Фред с трудом мог усидеть на месте.

Лисичка тоже была вместе с ними. Кровь застыла в жилах, когда никто не смог ответить, куда делась девушка после. Даже вечно внимательная Гермиона не сразу заметила, что Вироса пропала. Его лисичка словно провалилась сквозь землю, испаряясь в Министерстве. Фред поначалу считал, что ее могло утянуть само волшебное здание, запереть в каком-нибудь магическом артефакте или спрятать в какой-нибудь комнатушке. Но отец, возвращавшийся с работы, каждый раз твердил, что никакую девушку никто не находил.

Более того, профессор Дамблдор, услышав резонный вопрос: “Куда могла деться мисс Дасадити?”, лишь пожал плечами, попросив эту заботу оставить ему. Но вот начался новый учебный год, а он так ее и не нашел. Все остальные тоже совсем расслабились, полностью забывая о хрупкой лисичке.

Конечно, кого станет волновать иностранка, с которой никто толком и знаком-то не был. Особенно учитывая, что стычка в Министерстве принесла морю другого горя - погиб Сириус Блэк. Все оплакивали его, тряслись над фамильным домом Блэков, переживали за Гарри, совсем махнув рукой на молоденькую девицу-слизеринку.

Фред терпеливо ждал ответов от профессора Дамблдора, но стоило очнуться от рутины в магазине, молодой человек наконец понял, сколько времени прошло на самом деле. Никому и дела до Виросы нет.

Кроме, разве что.. Молодой маг подскочил на месте, хватая первый попавшийся лист пергамента и принялся судорожно писать. Возможно, все же найдется парочка волшебников, кого заботит судьба их подруги. Фред и представить себе не мог, что когда-то придется отправлять письмо своим школьным врагам. Он аккуратно подписал конверт: “Младшим лорду и леди Винтербир”. Сова приняла письмо и упорхнула из окна его кабинета.

Спустя сутки пришел ответ. Однако вместо почтовой совы на окно сел крупный, когтистый беркут. Гордая птица смотрела на молодого человека с какой-то, наверное, свойственной подобным хищным животным, надменностью, ни разу не опустив голову. Фред принял из кручковатого клюва письмо и протянул птице угощение. Беркут лишь дернул головой, отказываясь от печенья.

-Какие хозяева, такие и птицы, - фыркнул волшебник, закидывая вкусность в рот. - И чего ты ждешь?

Беркут не торопился улетать, крепко вцепившись лапами в бортик на окне. “Устал может?” - приподняв бровь, подумал Фред, распечатывая конверт.

“Здравствуй, Уизли!

Ни я, ни Паффиан не знаем, куда делась леди Дасадити. Мы не видели ее с конца учебного года. Вироса-де-Кута пропала из замка, оставляя все свои вещи.

Я сообщала о ее пропаже профессорам, даже обращалась к Долорес Амбридж, однако никто мне не помог с ее поисками.

С того момента я не получала ни одной совы от своей дорогой подруги.

Если ты знаешь хоть что-то и скроешь от меня, будь уверен, я накажу тебя за молчание!

Без особого уважения, леди Паффина Винтербир”

Фред ошарашенно фыркнул, бросая лист на рабочий стол. Беркут так и сидел на окне, внимательно следя за реакцией молодого человека.

-Передай своей хозяйке, что она от меня и слова не услышит, если продолжит так со мной общаться, - раздраженно произнес молодой человек, строя птице гримасы. - Змеи и после выпуска остаются змеями! А я то считал, что мы смогли найти общий язык! Тоже мне, леди!

Пернатый собеседник ничего не ответил, лишь нахально приподнял клюв, мол, это твои проблемы.

-Нечего головой крутить, - огрызнулся Фред, отворачиваясь от беркута. - Винтербир могла бы и раньше мне сообщить, что лисичка пропала. Она хоть что-то предприняла, когда учителя отказались действовать?

-А ты что предпринял, рыжий?!

Юноша онемел, с перепугу подскакивая на месте. Он резко крутанулся в сторону звонкого голоса, хватаясь за палочку.

На подоконнике, уложив ногу на ногу, сидела Паффина. Она отряхнула несуществующие пылинки со своих плеч, расправила подол длинной юбки, поправила красивую прическу, и только затем перевела взгляд на застывшего в изумлении Фреда.

-Ты как.. Как здесь оказалась?! - выдавил юноша, тыкая в воздух палочкой.

-Магия, - Паффина развела руки в стороны, рисуя пальчиками дугу над головой.

-Не шути со мной, змеюка, - пригрозил Фред, поудобнее расставляя ноги для боя.

-Палочку опусти, чудик. Я это. Я! - закатив глаза, произнесла девушка. - Ты же сам у меня письмо принял, дубина ты рыжеволосая.

-Ты анимаг?! - открыв рот и распахнув глаза, пуще прежнего поразился волшебник.

-А ты тупой? Хотя чего это я спрашиваю..

Девушка изящно потрясла головой, цокая своим языком без костей. Паффина шумно и резко выдохнула, указывая взглядом на палочку в руке Фреда. Юноша пару секунд колебался, но все же засунул древко обратно в карман рыжих брюк.

-Что за прикид? - хихикнула Паффина, оценивающе рассматривая розовую рубашку, узкие брюки и малиновые туфли юноши. - Пытаешься превратиться в собственный фейерверк?

-Ты зачем явилась?

-Затем же, зачем ты мне написал! Я тоже ищу Виросу. И сразу отвечая на твой следующий глупый вопрос, да. Я ни раз отравляла ей сов, но все они возвращались обратно.

-И.. зачем ты прилетела? Могла же просто об этом написать.

-Нет, ну точно, на Гриффиндор учатся одни пустоголовые, - выдохнула Паффина, спрыгивая с подоконника. - У меня есть догадка, куда могла деться мисс Дасадити.

-И куда же? - Фред все таки слегка расслабился, опускаясь на кресло.

Винтербир же наоборот все больше заводилась, принялась вышагивать по кабинету вперед назад, стреляя в юношу острым взглядом.

-Похоже, что наш с тобой артефакт сработал. Видимо, тебе удалось правильно расположить руны, вот камень и отвел Виросу туда, куда она так хотела.

-Думаешь, она нашла своего отца? - Фред нахмурился, сопоставляя удивившее всех присутствие лисички в Министерстве Магии и ее неожиданное исчезновение.

-Это же очевидно! Иначе где она?

-И почему она не сообщила своей лучшей подружке, что наконец-то встретилась с папой? - с ухмылкой спросил Фред.

-А тебе она почему не сообщила о том же? - парировала девушка. - Мне, по идее, вообще не должно было быть известно, кого именно она его ищет. Забыл?

-Ах, да, - наигранно протянул юноша. - Что-то припоминаю. Видимо мне она доверяла гораздо больше.

Паффина замерла, всем телом поворачиваясь к расслабленно растаявшем в кресле юноше. Мгновение и она вспыхнет как спичка от такого замечания. Фред наслаждался гневом слизеринки всего пару секунд, пока она не взяла себя в руки.

-В любом случае, - прошипела Паффина, начиная свой марш по кабинету заново, - ни тебе, ни мне сейчас ее так просто не найти. Но раз тебе не все равно, я предлагаю еще раз объединить усилия.

-Каким это образом?

-Нет, он правда болван и тугодум!

-Прекращай обзываться, а то пущу твою птичью тушку на жаркое!

-Пф, - только и выдала девушка, но все же соизволила перейти к сути. - Давай создадим еще один поисковый кристалл?

Фред хлопнул рыжими ресницами. И как он сам до этого не додумался? Вся его фантазия уходила на новые вредилки и шуточные заклинания для продажи - такое оправдание тут же подобрал для себя юноша. Он уверенно кивнул, поднимаясь на ноги. Хотелось поскорее начать.

Глава 31 Пожиратели Смерти

В комнате было мрачно, горел лишь один канделябр на рабочем столе. Из приоткрытого окна внутрь сквозил прохладный воздух, принося осенние запахи. Вироса-де-Кута сидела на кровати, опустив лицо на ладони, босыми ногами упираясь в пол.

Вокруг ничего толком не поменялось, но ощущалось не так как обычно. Не правильно. Девушка не могла в полной мере вдохнуть запахи своей медленно промерзающей спальни, не могла заплакать, словно что-то перекрывало поток слез у самых ее глаз. Она своей собственной рукой отсекла часть своей души, доказывая отцу свою решимость, свою преданность.. их кровное родство.

Зато теперь Вироса-де-Кута четко понимала, что значит - создать Крестраж. Донумп, где бы змей не находился, пульсировал, показывая себя ее взору. Внутри серебристого создания теплилась только часть ее души, но казалось, что рептилия проглотила страдающее сердце целиком. Девушка ощущала, как внутри другого живого существа бьется и мечется кусочек ее собственной жизни.

Противоестественно.

Это единственное слово, приходящее Виросе на ум. Девушка глубоко вздохнула, не в силах абстрагироваться от того другого обрывка души, жужжащего у ее ног. Донумп все понимал не хуже любого человека. Змею приходилось не сладко. Первое время он словно забыл, как быть рептилией. Изворачивался, терял ориентиры, путаясь в направлениях. То инородное нечто, кое-как упакованное в него, мешало змею двигаться, думать, даже питаться.

Но со временем и это прошло. Донумп приноровился, да и кусочек Виросы внутри успокоился, смирившись со случившимся.

С легким хлопком в комнате появился домовой эльф Малфоев. Существо низко поклонилось волшебнице, касаясь длинными мятыми ушами пола. Темный Лорд зовет к себе.

Донумп тут же обернулся вокруг ноги своей госпожи, замирая. Вироса так привыкла к этим повадкам своего.. Крестража.. что уже почти не чувствовала его холодной чешуи на своем теле. Девушка поднялась с кровати, едва касаясь кончиками пальцев шершавой ладошки домового. Аппарация.

Вжих. Эльф перенес Виросу прямо к распахнутым дверям главного зала манора. Там за длинным, расколотым столом уже сидели люди. Пожиратели Смерти, облаченные в черные длинные мантии, неторопливо опускались на свои места. Волан-де-Морта нигде не было.

Кажется, места были распределены в определенном порядке. За каждым слугой Темного Лорда было закреплено его личное место в иерархии и, соответственно, за столом. Рядом с центральным стулом находились мистер Малфой (бледный, как снег) и мадам Лестрейндж (довольная, как кошка), следом одно пустующее место, а напротив него, развалившись на стуле, отдыхал мистер Долохов.

Вироса несколько раз пересекалась с ним во время тренировок с миссис Беллатрикс Лестрейндж. Темный маг приходил в свое свободное время, садился в углу зала и наблюдал за боями. Чаще всего он просто молчал, но бывали редкие моменты, когда Виросе все же удавалось задеть своими заклинаниями соперницу, мистер Долохов злорадно ухмылялся, бросая одобрительные взгляды на юную ведьмочку.

-Сюда, маленькая, - встретившись с девушкой взглядом, произнес Антонин Долохов.

Колдун махнул рукой, указывая на свободное место рядом с собой. Вироса-де-Кута опустилась, чувствуя на себе недовольные взгляды окружающих. Пожиратели много шептались о том, кем является юная леди. И большинство слухов были правдивы. Похоже, каждому из присутствующих было известно, что Вироса-де-Кута - их маленькая госпожа, дочь Темного Лорда.

Но, разумеется, никакого почтения и в помине не было. Слуги ее отца были настроены скорее агрессивно, бросая на девушку острые взгляды. Некоторые принялись переговариваться, скаля зубы и фыркая. Некоторые недоумевали, в открытую, нагло рассматривая молодую особу. Вироса-де-Кута впервые была приглашена на собрание, так еще и сразу заняла почетное место рядом с самым ярым сторонником их господина.

Единственный, кого не заботило происходящее был сам мистер Долохов. Он откинулся на спинке своего стула, запрокидывая голову. Колдун медленно дышал, кажется, слегка засыпая. Какую работу ему доверяет Темный Лорд, что Пожирателю было позволено чувствовать себя так расслабленно среди остальных?

С хлопком трансгрессии в зале появилась мисс Навелюкс. Пожилая дама медленно прошлась до своего места напротив мистера Долохова, элегантно опускаясь на стул. Нет, безразличие соседа Виросы и рядом не стояло с тем, как вела себя Тенеба. Крестная выглядела так, словно это по ее приказу все здесь собрались. Прямая спина, скучающее выражение лица и цокающий выдох, мол, и зачем в этот раз вы оторвали меня от дел? Но стоило ведьме заметить Виросу за этим треснутым столом, дама на пару мгновений уронила свою надменную маску.

В болотных глазах мелькнул немой вопрос. Тенеба вцепилась в деревянные подлокотники своего стула, прервав движение. Словно мелкий зверек, что услышал резкий звук ломающейся ветки неподалеку. Удивление сменилось на недоверие. Темные зеленые глаза сощурились, внимательно вглядываясь в Виросу. Юной леди нечем было ответить на это безмолвное вопрошание. Она и сама плохо понимала, с чего бы отцу вызывать ее на собрание.

Очередной хлопок аппарации, и в помещении появились еще две фигуры, которых Вироса-де-Кута точно никак не ожидала здесь увидеть. Напротив нее опустился профессор Снейп. Зельевар лишь скользнул по девушке взглядом, никак не реагируя на ее присутствие, будто пустое место. Девушку слегка возмутило подобное обращение, но в тоже время это вызывало зудящее желание насыпать горку новых вопросов.

Способность мыслить, и уж тем более формировать новые шокированные и, пожалуй, слегка глуповатые вопросы, отключилась, стоило второму прибывшему опуститься рядом с длинноволосым профессором.

Драко Малфой. Юноша был одет в школьную форму, а на груди красовалась знакомая слизеринская змейка. Его платиновые волосы были слегка взъерошены, словно юноша не успел толком привести себя в порядок. Следом Вироса отметила и криво завязанный галстук, один расстегнутый рукав и легкое покраснение на щеке. Да он же спал! Молодого человека выдернули из кровати для того, чтобы привести сюда!

Вироса-де-Кута увлеклась рассматриванием своего школьного знакомого, и потеряв осторожность, привлекла его внимание. Мистер Малфой-младший перевел свои холодные серо-голубые глаза на девушку. Он отлично скрывал свое удивление, выдавая шок от неожиданной встречи лишь едва приподнятыми бровями.

Секунда и молодые люди одновременно, чуть заметно кивнули друг другу. Это было.. странно? Они, вообще-то, никогда особо не общались, почти не знали друг друга. Но в этот момент, когда вокруг столько взрослых, опасных людей, эти двое были друг для друга чем-то.. единственно нормальным?

Сложно было описать подобное чувство. Вироса еще пару секунд смотрела в ледяные глаза, получая в ответ точно такой же взгляд “Я знаю тебя, мы тут вместе”. И оба поспешили перевести внимание. Будто это было запрещено, будто никто не должен догадаться, что молодые люди знакомы. В грудной клетке застучало. По жилам разлилась колющая жижа, вместо крови.

Очередной хлопок аппарации. У дверей появился он. Волан-де-Морт прошествовал внутрь, неторопливо рассматривая каждого присутствующего. Его босые стопы бесшумно касались мраморных плит, лишь шуршащий по полу подол черной мантии выдавал его движение. Двери сами собой закрылись, когда Темный Лорд опустился на свое центральное место.

Мистер Малфой-старший закусил щеку изнутри, стараясь смотреть только перед собой, в то время как у мадам Лестрейндж фанатично сверкали глаза, а взгляд не мог оторваться от ее господина.

-И так, начнем, - произнес низким голосом Волан-де-Морт, опуская ладони на стол.

Сначала были доклады. Об обстановке в Министерстве, о ситуации за рубежом, о действиях Ордена Феникса и еще целая куча всякого. Вироса-де-Кута старалась вникать в происходящее, но давалось это с большим трудом. Отец никогда ранее не посвящал ее в свои дела, а с Тенебой она не решалась об этом заговорить. В зале звучали фамилии и имена, даты и места, все это превращалось в один большой запутанный ком в юном мозгу. Стоило Виросе слегка дернуть головой, как вся эта информация мигом перемешалась, превращаясь в однородную кашу. “Зачем я здесь сижу? Я ничего не понимаю!” - взвыла про себя девушка.

-А теперь, - торжественным голосом произнес Лорд, заставляя Виросу встрепенуться. - Драко, мальчик мой, подойди.

Молодой волшебник поднялся и на негнущихся ногах кое-как дошел до господина. Драко был серее самого унылого зимнего утра. Его глаза округлились, а руки пробивало мелкой дрожью. Его страх был настолько очевиден, что даже у Виросы чуть дрогнуло сердце, пока она наблюдала за тем, как Лорд приказывает юноше засучить рукав.

-Ты отлично постарался в прошлом учебном году, мальчик мой, - жутко улыбнулся Волан-де-Морт. - За это ты заслужил стать одним из нас!

Змееподобный маг крепко вцепился в кисть Драко, прижимая к молодой коже на предплечье кончик своей палочки. То место, где касалось древко, зашипело, поднимая в воздух едва различимый запах жженого мяса. Юноша скривился от боли, зажмурив глаза и стиснув зубы.

-Поприветствуйте нового Пожирателя Смерти! - провозгласил Лорд отнимая от молодого человека палочку и дергая руку вверх.

Раздались горячие аплодисменты, свист и улюлюканье. А Вироса обомлела. Она не могла оторвать взгляда от изуродованного предплечья Драко. На светлой коже чернела безобразная метка. Большой череп, что открывал свою пасть, а из нее струилась и закручивалась клыкастая змея. Клеймо Пожирателя Смерти.

Драко, держась ладонью за искалеченную руку, прошел обратно на свое место. Юноша опустил взгляд на стол, рвано дышал. Вироса видела, как в уголках его глаз скопились мелкие бусинки слез. Юноша кусал губы, силясь совладать с болью, но давалось это с трудом.

Вироса-де-Кута перевела взгляд на мистера Малфоя-старшего, предполагая, что увидит гордость за сына. Но счастьем там даже не пахло. Аристократичное лицо пронзил первобытный ужас, нижняя губа немного тряслась, а радужки цвета льда сверкали, наполняясь незнакомым Виросе чувством.

-Драко, мальчик мой, - вновь произнес Темный Лорд, заставляя юношу поднять голову. - Для тебя есть особое задание.

Волан-де-Морт говорил об.. убийстве профессора Альбуса Дамблдора. Так спокойно и размеренно, словно обсуждалось меню на завтрак. Темный Лорд возложил на плечи юного слизеринца ношу, которая должна была переломить тому хребет. Лицо Драко сделалось каменным, он перестал дышать, совершенно не осознавая, что ему приказывают сделать.

Точнее, наоборот. Молодой человек понимал все слишком хорошо и не мог ничего с этим поделать. Ни возразить, ни согласиться. Он просто застыл бледным и холодным изваянием среди всех этих, облаченных в черное, людей. Мистер Малфой, хозяин манора, старший представитель древнего чистокровного рода английских колдунов молча слушал господина. Так же как слушают смертный приговор совершенно ни в чем не повинные люди.

-На сегодня все, - поднимаясь со своего места, довольно произнес Темный Лорд. - Можете отправляться.

Он сделал пару шагов прочь от стола, аппарируя. Следом поднялись некоторые Пожиратели. Кто-то прощался, кто-то о чем-то говорил, некоторые поспешили удалиться по своим задачам и поручениям. Вироса-де-Кута сидела неподвижно, не в силах оторвать взгляда от Драко. Лицо юноши из бледно-серого становилось нежно-зеленым, а грудь чуть дергалась, словно внутри него кто-то бился в конвульсиях.

Молодой волшебник перевел взгляд на свою знакомую слизеринку. Глаза у него были стеклянными, пустыми. Вироса вложила все свои силы, стараясь передать юноше хоть крупицу поддержки. “Все будет нормально!” - кричал ее внутренний голос. А в ответ чудился его вопль: “НИЧЕГО НЕ БУДЕТ НОРМАЛЬНО!”

Профессор Снейп поднялся со своего места, опуская широкую руку юноше на плечо. Драко встал. Они оба, ни с кем не прощаясь, аппарировали в Хогвартс.

***

-Я конечно все понимаю, - рыкнула Паффина, - но тебе не кажется, что ты тратишь слишком много моего времени!?

За окном желтел октябрь, снося холодными порывами ветров листья с деревьев. Фред и Паффина находились у окна в кабинете молодого человека. Точнее будет сказать, что Фред сидел за столом, медленно и осторожно работая волшебной палочкой, в то время как Паффина уперлась руками в столешницу, нависла над ладонями молодого человека.

-Ты потратила не меньше моего времени, знаешь ли! - фыркнул юноша в ответ, недовольно скривив губы.

Леди Винтербир заслонила своей тенью добрую часть стола, мешая ювелирной работе. Фред цокнул, пихнув девушку в бок локтем:

-Отойди! Ты мне мешаешь!

-Да что ты говоришь, рыжий! - не сдавалась девушка, упирая теперь руки в боки. - Это я-то тебе мешаю? А ничего, что я сделала большую часть работы?

-Хочешь сама наносить эти дурацкие руны?

Фред бросил на Паффину вызывающий взгляд, приподняв брови. Та вытянула и скривила губы, рывком отворачиваясь от стола.

Не смотря на их постоянные перебранки и остроты, дело двигалось вперед. Недруги, что были вынуждены работать сообща, приспособили небольшой кабинет на верхнем этаже “Всевозможных волшебных вредилок” под их мини-лабораторию. Сюда они перетащили (с помощью волшебных палочек, разумеется) стол для зельеварения, котел, закупились необходимыми ингредиентами и расположили все.. ну, уж как влезло, на заваленные всевозможным барахлом полки.

Пока Паффина варила зелье для новой кристаллизации, Фред изучал дополнительные руны, чтобы улучшить качество работы артефакта. После того, как девушка закончила, у нее в руках были два достаточно крупных камушка.

-И что нам делать с этими булыжниками? - взвыл Фред. - В прошлый раз ты сделала совсем песчинку, а теперь что? Их ни в одно кольцо не вставишь, на шею тоже не повесишь!

-А ты повозмущайся еще! - раздраженно заявила Паффина. - Ведь чем больше орешь, тем быстрее приходит решение проблемы!

-Достала, змеюка!

-Тупой грифф!

После этого маги поменялись ролями. Леди Винтербир шерстила древние книги по рунам и символам, пока мистер Уизли видоизменял кристаллы. В конце-концов, получилось улучшить качество и количество необходимого письма, а темные камни превратились в два полноценных кольца цвета морских пучин.

-Все, закончил! - радостно выдохнул Фред, поднимая на ладони два украшения.

-Мне чур то, что крупнее! - тут же выпалила Паффина, быстро выхватывая одно из колец.

-На маленькой женской ручке странно будет смотреться, - пробубнил юноша, недовольным тем, что в ладони осталось кольцо меньшего размера.

-Не плачь, - мурлыкнула юная леди, внимательно рассматривая руны на ободе.

Фред поднялся на ноги, нервно крутя в пальцах свое кольцо. Они создали еще два поисковых артефакта, с надеждой, что это поможет отыскать Виросу. Для обоих она играла важную роль. Оба очень хотели ее найти.

Момент появился сам собой. В кабинете повисла тишина, пока два представителя противоборствующих сторон стояли друг напротив друга, держа в руках одинаковые волшебные кольца. Никаких подколов, никаких злых шуток и оскорблений. Фред видел в лице Паффи тоже, что и она заметила в его: дрожащую надежду и волнение. Девушка чуть разомкнула губы, шумно выпуская горячий воздух из легких. Они легонько кивнули друг другу.

Паффина надела кольцо на большой палец левой руки, а Фред окольцевал свой мизинец. Символы на артефактах синхронно сверкнули белым. Механизм приведен в действие.

***

Драко мутило и рвало несколько дней подряд. Омерзительное чувство. Предплечье горело и ныло каждую минуту. Но хуже всего было то, что юноша понимал из-за чего. Это не было ощущениями от выжженной плоти, та боль затихла сразу. Это было то, что называют коллективным сознанием.

Через чертову метку ощущался каждый член темной организации. Страхи, мысли, переживания и ярость. Все смешивалось в забродивший коктейль, который пустили Драко под кожу. Будто слизь, покрытая гноем ползала внутри, не утихая ни на мгновение. Он чувствовал их всех. Каждого отмеченного Темным Лордом. И рвота не помогала. Сколько бы он не прочищал желудок, булькающая мерзость сидела внутри, окисляя все его внутренности.

Теперь понятно, отчего профессор Снейп вечно зол и всем недоволен. Попробуй тут сохранять ясность ума и добродушие, когда под ребрами плескается ядовитое болото, травящее изнутри.

Драко держался в стороне от всех и каждого, он отдалился от своих школьных друзей, не принимая ничью помощь. Никому нельзя приближаться. Что если про его близких узнает Темный Лорд? Что если и они окажутся под его кровожадным взглядом? Юноша не мог этого допустить. Все назад! Все прочь! Я ядовит! Я вас погублю!

Конечно же сказать этого молодой волшебник не мог, не мог никого ни о чем предупредить. Грядет смерч, что снесет всех и каждого. А он, Драко Малфой, был в самом центре этого смертоносного торнадо. Барахтался, словно щенок, не разбирая где небо, а где земля.

-Мистер Малфой, - раздался холодный тихий голос. - Сосредоточьтесь.

Профессор Снейп. Опять он тут как тут. Драко очнулся, пару раз моргнув, огляделся по сторонам. Точно, он на уроке по Защите от Темных Искусств. Теперь этот кабинет занимает Северус Снейп. Вокруг другие подростки, что хихикали и шептались, зыркали на Драко своими глупыми блестящими глазками. Идиоты! Бегите! Спасайтесь! Но вместо этого душераздирающего крика:

-Прошу прощения, профессор, - спокойно, получилось даже слегка скучающе.

Никто ничего не понял. Урок продолжился. И зачем Снейп дернул его? Драко нахмурился, переводя взгляд на доску, где зачарованный мел выводил название сегодняшней лекции: “Проклятые предметы”. В голове стрельнула простенькая идея.

Драко знал свою задачу. Не хотел этого делать. Боялся так, что кости покрывались инеем. Но противиться воле Темного Лорда было гораздо страшнее.

Завтра. Он заглянет в подпольную лавку в Хогсмиде. Там найдется не одна проклятая вещица. Пусть будет так. Он лишь купит и передаст. Драко будет, как бы ни при чем. Не увидит того, что с профессором Дамблдором сотворит артефакт. Он выполнит задачу, не приложив особых усилий. Все будет нормально.

В горле заплескалась желчь. Новый приступ тошноты.

***

Идиотка Кэти Белл! Она все испортила! Драко метался по спальне, вырывая волосы из головы. Его хорошо продуманный план был разрушен чертовой любопытной девицей, которая сунула свой нос куда не надо!

Мисс Белл решила примерить проклятое ожерелье, возомнив себя, видимо, прекрасной леди! Чудовищная темная магия вырвалась наружу и сожрала девушку изнутри, вместе с тем на корню убивая замысел Драко проклясть этим артефактом директора.

Что теперь? Драко метался по комнате. Белая рубашка медленно пропитывалась его потом, и на спине образовалось липкое пятно. Юноша не мог больше находиться в четырех стенах. Камни давили своей незыблемой безразличностью к его проблемам и страданиям.

Молодой волшебник рванул на выход из подземелий. Дальше. Прочь. Все прочь с дороги! Дайте сделать хотя бы глоток свежего воздуха. Парадный холл был полон людей. Кто-то шел в Большой Зал на обед, другие же сидели на лестнице и общались, некоторые баловались простенькими заклинаниями. Один лишь Драко белым пятном проносился сквозь всю эту яркую цветную какофонию звуков.

До дверей осталось всего несколько шагов. И надо же было этому случиться именно сейчас! Золотой Поттер возник совсем рядом, прожигая своими глазищами, проникая под самую кожу. Этот чертов гриффиндорец смотрел так, словно все знал. Словно уже давно живет в голове Драко и слышит каждую его неосторожную мысль.

Поттер сделал к нему шаг. Малфой замер. Еще один шаг. Ну уж нет, Поттер! Иди к черту! Драко крутанулся на каблуках, резко меняя направление. Сердце в груди разрывалось на части. Что он может знать? Он что-то видел или слышал?

Драко перешел на бег, направляясь в отдаленные общие туалеты для мальчиков. Бам! Дверь с размаху врезалась в стену, пропуская слизеринца внутрь. Никого. Лишь пустые туалетные кабинки и кафельные умывальники. Юноша обернулся, в коридоре тишина. Шрамоголовый его потерял?

В висках начало стучать, а в ушах шумела кровь. Драко резко открыл воду, упираясь ладонями в холодную раковину. Зеркало исковеркало его отражение. Это совсем не он! Не Драко Малфой! С той стороны на юношу смотрел перепуганный подросток с взъерошенными платиновыми полосами. У того, неправильного Драко, было серое лицо, темные, синеватые круги под глазами и рот, изогнутый в уродской линии.

-Нет, нет! - завопил молодой волшебник. - Не я! Это не я!

-Я знаю, что это был ты!

Знакомый с самого детства голос показался совсем другим. Все эти годы он слышал в нем издевку, насмешку, порой даже обиду, но не жестокость. Ярость и ненависть, что источал замерший у входа Поттер, были такими несвойственными, чуждыми для Мальчика-Который-Выжил. Золотой грифф никогда не смотрел на Драко так. Словно и правда готов был бросить в слизеринца Аваду.

-О чем ты го..говоришь? - голос предательски дрогнул, выдавая молодого человека с головой.

-То проклятое ожерелье, - делая несколько шагов вперед, сказал Поттер. - Твоих рук дело.

В руке гриффа появилась палочка. Драко выхватил собственное волшебное древко, тут же швыряя отталкивающее и обезоруживающее заклинание. Поттер обвиняет его. Не спрашивает, не уточняет, а точно знает, что сделал слизеринец.

Их дуэль была наполнена всем этим. Годами, что они жили в одном замке; презрением, которым были пропитаны их взаимоотношения; злостью и раздражением, что переполняли каждую их перепалку. Они оба своей магией, своими ударами кричали одно и то же: “Прекрати это!”. Вот только посыл был разный. Поттер защищал всех и каждого, был героем, что силился спасти друзей и близких. Тогда как Драко боролся только за себя и родителей. Он пытался. Пытался таким нелепым образом достучаться до Поттера, объяснить все, что происходит, ведь слизеринец знает гораздо больше.

“Спасай себя, Поттер! Спасай свою грязнокровку и рыжего дружка! Беги, Поттер! Он уже здесь! Ты не победишь!” - каждый удар Драко означал этот вопль. Но Золотой Мальчик оставался все тем же непробиваемым бараном и тупицей. Он ни слова не понял из того, что пытался кричать Малфой.

-Сектумсемпра!

Сотни острых лезвий пронзили дрожащее тело. Драко отлетел и рухнул на пол. Жаль, что он не чувствовал сейчас боли от странного проклятия. Только лишь тошнотворный коктейль из чужих эмоций. Он не мог разобрать, что из этого его настоящие ощущения. Где он, и где другие Пожиратели. А перед глазами быстро темнело.

Глава 32 Ноябрь подкрался ночью

Ноябрь подкрался одной темной ночью, принося с собой холодный ветер, что густым шипением прокатился по всем этажам манора. На утро цвета за окном резко изменились, Англия стала серым, дремлющим медведем, который неохотно поворачивался с одного бока на другой, едва шевеля плотные мрачные облака.

Вироса-де-Кута проснулась рано, привела себя в порядок, прокручивая в голове планы на день. Сегодня, как и все месяцы до этого, не намечалось ничего интересного. Завтрак, тренировка с мадам Лестрейндж, свободное время, что стоит провести в обширной библиотеке Малфоев, обед, вторая боевая тренировка и после ужина можно будет слегка прогуляться в оголенном саду. Последнее Вироса назначила себе сама. Девушка босиком гуляла по остывшей земле, стараясь научиться распознавать природную энергию и впитывать ее.

Однако расписание было нарушено неожиданным приглашением Темного Лорда. Отец (хотя он все еще отказывался называть девушку своей дочерью вслух) позвал Виросу в отдаленный кабинет. Разумеется, о теме беседы девушка даже не подозревала, но никаких переживаний по этому поводу не испытывала. В конце концов, как бы не боялись Волан-де-Морта его слуги - он ее папа, родная кровь и плоть (если можно так сказать).

Девушка ощутила прилив теплых чувств и с довольной улыбкой отправилась на встречу. Все же, самые приятные моменты в нахождении в доме Малфоев были именно те дни, когда отец обращал на нее свое внимание. Когда говорил с ней и как бы невзначай ее чему-то обучал. Вироса аппарировала к комнате, вежливо постучала в дверь и затем вошла.

Лорд стоял у окна и наблюдал, как ветер резко срывает с деревьев оставшиеся сухие листья. Он был спокоен и безмятежен, словно самый обычный человек, который проживал незатейливую, размеренную жизнь. Нагайна лежала на мягком кресле у камина, и стоило Виросе появиться в кабинете, она медленно подняла голову, уставившись на девушку своими большими хищными глазищами:

-Здравс-ствуй, маленькая хоз-зяйка.

-Доброе утро, Нагайна, - улыбнулась ей девушка, чувствуя как с правой ноги сползает Донумп.

Серебристо-белый змей был самым робким и пугливым созданием, которого когда-либо встречала Вироса-де-Кута. Пожалуй, он дрожал порой даже сильнее, чем любой домашний эльф. Однако рядом с гигантской плотоядной рептилией Донумп становился смелее, находя в Нагайне единственного друга.

Змееныш быстрой светлой лентой метнулся к креслу, устраиваясь рядом с “дамой”. Рептилии о чем-то тихонько зашипели, поудобнее располагаясь на мягкой подушке. Нагайна обернулась вокруг Донумпа, словно большая мамочка, пряча серебряную чешую в своих толстых кольцах.

-Вы хотели меня видеть, отец? - присев в реверансе, произнесла довольная Вироса-де-Кута.

-Подойди.

Лорд продолжал смотреть в окно, своими красными глазами следя за ветряными порывами, словно это он диктовал погоде, как двигать потоки воздуха.

Девушка встала рядом, переводя взгляд на серые цвета улицы. Все тоже самое она наблюдала ранее из своей спальни. Что может быть интересного в унылой погоде?

-Кто, по-твоему, является самым могущественным колдуном в мире?

-Вы, отец, - честно ответила Вироса. - Я не встречала мага сильнее Вас.

-Хах, - Темный Лорд фыркнул, ухмыляясь. - Природа. Сам этот мир является огромным, всеобъемлющим и бессмертным волшебным созданием. Никто не способен превзойти его таланты к созданию и разрушению.

-В таком случае, я бы сказала, что Вы очень стремитесь к тому же, - юная ведьма пожала плечами, внимательнее вглядываясь в “магию природы” за окном.

-Именно так, - Волан-де-Морт кивнул, глубоко вздохнул и распрямил плечи. - Колдуны и волшебные создания призваны в этот мир для того, чтобы учиться, совершенствоваться и увеличивать влияние магии природы. Некоторым, конечно, достаточно глупо размахивать палочкой, но другим.. как мы с тобой, нужно больше.

Отец перевел взгляд на Виросу, внимательно разглядывая ее лицо. Девушка спокойно смотрела в ответ. В ее темных радужках не было восхищения, страха или раболепия перед могущественным магом. Там отражался острый ум, внимание и согласие с его словами. Она была его маленькой копией. Внешне и внутренне. Жажда знаний, любовь к чародейству, сила и мощь, которую ведьмочка развивает изо дня в день.

-Первые колдуны были не такими, как все маги сейчас, - продолжил свою мысль Лорд. - Им не нужны были палочки, посохи и артефакты. Они черпали энергию из природы, создавали чудеса посредствам своего желания и мыслей.

-Тогда почему появились волшебные палочки? - чуть нахмурилась Вироса, увлеченная новым рассказом отца.

-Все из-за грязной крови, - Волан-де-Морт скривился, его лицо исказило отвращение и презрение. - Маги принялись сношаться с маглами, порождая тех, кто не был способен чувствовать волшебство природы. Для таких слабых чародеев стали придумывать хоть что-то способное им помочь колдовать. Словно костыли, появились первые посохи, затем магические древки. Медальоны, кольца.. диадемы, - на последнем слове змеиные глаза Темного Лорда чуть прищурились, но он все же продолжил. - Время шло, настоящие природные волшебники переводились, пристрастившись к рунам и словам. Напридумывали целую кучу всевозможных проклятий, уходя все дальше и дальше от своего предназначения.

Вироса приложила кулачок к подбородку, быстро размышляя. В словах отца была логика, правильный смысл. Ведь будь магия простой написанной истинной, зашифрованной в заклинаниях, волшебники не смогли бы периодически создавать новые чары. Каждое, изобретенное кем-то заклинание записывается в книги и передается по наследству, распространяясь между колдунами. Однако создание этого самого нового, должно основываться на желании мага-первооткрывателя. На его нужде именно в этом чаровании.

Отец вновь прав. Нет никаких сомнений, что истинные волшебники могут черпать силу из самой природы, объединяться с ней и колдовать без символов и слов, даже без палочки. Вироса-де-Кута кивнула, полностью соглашаясь со словами Темного Лорда.

-Но сложно будет переучить всех волшебников. Уже многие века маги обучаются и колдуют именно так, - серьезно произнесла девушка.

-Почему? Как ты считаешь?

-Все школы волшебства, все книги по чародейству созданы таким образом, чтобы мы использовали палочки и артефакты. Даже если чистокровные маги согласятся отказаться от всего этого в пользу природной силы, то она будет недоступна маглорожденным и грязнокровным колдунам.

Волан-де-Морт был доволен. На его лице расцвела широкая улыбка, а красные глаза блеснули. Он молчал, смотря на девушку сверху вниз, позволяя ей додуматься до продолжения самостоятельно.

-Оу.. - выдохнула Вироса. - В том случае, если все чистокровные перейдут на магию природы, закрывая доступ и полностью отказываясь от палочкового волшебства, остальные просто.. не смогут колдовать, - мысль летела со скоростью нападающего на мышь ястреба. - И чтобы не допустить своего исчезновения, истинные колдуны будут вынуждены продолжать род лишь друг с другом. Наступит эра чистокровных магов.

Улыбка на серых чешуйчатых губах стала шире. Темный Лорд кивнул, а Виросе на мгновение показалось, что отец взглянул на нее с теплом. Неужели, он наконец-то признает ее? Во всеуслышание объявит своей дочерью?

-Секунду, - в голове принялись вращаться шестеренки, отвечающие за здравый смысл. - Это целая революция, которая призвана будет перечеркнуть тысячелетия развития магов и рунического колдовства. Такое действо встретит ярое сопротивление. Будет война, в которой слишком малое количество волшебников поддержит идею беспалочковой магии.

-Мыслишь ты правильно, но слишком узко, девочка, - оборвал ее Волан-де-Морт, вновь отворачиваясь к окну. - Зачем людям давать такой сложный выбор? Проще прийти к власти и установить этот порядок. Никто не сможет противиться, если указ будет издан Верховным Министерством Магии.

Правильно, конечно. Все волшебные части стран подчиняются Совету Колдунов. Но и этот Совет состоит из представителей от каждого государства. Допустим, отец сможет стать одним из членов этого Собрания от Соединенных Королевств. Предположим, что он даже сумеет (страхом или уважением) склонить остальных членов Совета на свою сторону. Проблема остается в том, как стать Министром Магии Великобритании, чтобы войти в это Верховное Собрание?

-Не думаю, что большинство чародеев Британии поддержит идею природной магии, - неуверенно произнесла Вироса, прикидывая в голове сколько грязнокровок она видела только лишь в Хогвартсе.

-А зачем им знать о конечной цели? - Волан-де-Морт фыркнул, словно на глупость маленького ребенка. - Проще объединить колдунов под более понятное для них знамя. Ты здесь уже давно, я позволил тебе присутствовать на общем собрании Пожирателей Смерти, но ты так ничего и не поняла?

Укольчик в самое уязвимое место девушки. Она изо всех сил тогда старалась вникнуть в происходящее, но количество информации, что вываливали за столом слуги Лорда, смыло Виросу буквенной волной. Где-то в середине собрания она и вовсе потеряла нить.

-Мои люди сражаются не за конечную цель - вернуть магам их первозданный вид, использовать волшебство природы, - разочарованно покачав головой, пояснил Лорд. - Я собрал их из-за их страсти к чистоте крови. Каждый из Пожирателей является представителем чистокровных древних родов. Они воюют на моей стороне, потому что считают, что я хочу избавить их от гнета грязнокровок и сдерживания маглами.

-Получается, что они не знают, что их ждет после?

-А разве я им наврал? - коварный маг хмыкнул. - В конечном то счете, ни маглорожденные, ни полукровки, никто не сможет встать между ними и их правильной, первозданной магией. Они будут свободными.

Так вот, что здесь за круговорот событий! Вот за что борется ее отец! Не за единоличную власть, не за порабощение всех и каждого. Его цель - вернуть волшебству его истинную форму. Объединить природу и чародеев, как это было с самого начала времен!

Вироса-де-Кута была в восхищении. По телу пробежала легкая дрожь, и в груди разливалось тепло от предвкушения.

-Больше всего на свете, я желаю увидеть этот мир, что Вы вернете волшебникам! - ахнула девушка, сверкая глазками.

-Ты его увидишь. Даже если случиться это через сотню лет, - проговорил Лорд, указывая на змей, свернувшихся в запутанный клубочек.

Действительно. Ведьмочка же создала собственный Крестраж, что будет продлевать ее жизнь, пока ей это не надоест. Она сможет быть рядом с отцом сколько душа пожелает. Увидит, как восходит над миром правильное солнце, что зажигает природную магию в чародеях по всему свету.

Впервые за столько времени она восприняла Донумпа не как проклятие, не как страшное убийство какого-то чародея-предателя Темного Лорда, а как дар. Крестраж был ее счастьем, ее подарком от дорогого отца! Лицо Виросы уже во второй раз за это утро озарилось счастьем, все шепотки сомнений выдуло из головы, оставляя лишь уверенность и бесконечную благодарность за все случившиеся с девушкой события.

-Ты называешь меня отцом, - вдруг протянул Волан-де-Морт. - Я вижу, что ты разделяешь мои идеи, но ты сама сможешь воплотить нечто подобное в жизнь?

-Боюсь, что мне недостает сил и опыта для подобной.. миссии, - Вироса опустила взгляд, растерянно ожидая продолжение отцовской мысли.

-Я тоже так считаю, - без упрека произнес он. - Поэтому, этот замысел должен осуществить я. И никто иной.

-Конечно, отец.

-Однако мои враги не дремлют. Они полны решимости и гнева на мои очищающие этот мир действа. Я каждый миг подвергаюсь опасности. Это ты понимаешь?

-Да, и теперь я осознаю, для чего Вы создали Крестражи..

-Один из которых ты умудрилась оставить прямо под носом у моего самого главного противника! - Темный Лорд зарычал, а в радужках забурлила кровавая масса.

-Я..я могу все исправить, отец..

-Вытащи диадему из Хогвартса и верни ее мне, девочка!

Лорд неосознанно испустил магическую волну, которая ударила в хрупкое тело, заставляя девушку чуть качнуться, теряя равновесие.

-Я займусь этим вопросом сейчас же, - проблеяла Вироса, низко кланяясь Волан-де-Морту.

-К веч-черу жду докла-ад о проделанной работ-те, - угрожающе прошипел Темный Лорд, бросая последний взгляд на подрагивающую от мощной магии ведьмочку.

Волан-де-Морт вновь отвернулся к окну, теряя всякий интерес к хрупкой волшебнице. Вироса не стала испытывать его терпение, быстро поклонилась, широким шагом подходя к камину. Донумп соскользнул с кресла, моментально окольцовывая ногу хозяйки. Резкая аппарация.

***

Леди Паффина Винтербир все таки научилась закрывать глаза на многие факторы, окружающие ее в этом разноцветном месте. Из-за двери постоянно доносились различные звуки взрывающихся хлопушек, радостных и восторженных голосов и глупеньких песенок. Пожалуй, даже заклятие звукоизоляции ничем помочь не сможет. Кабинет Уизли находился на верхнем этаже, и, казалось бы, являлся рабочей зоной.. Так почему же здесь нет ничего, что могло бы хотя бы отдаленно походить на место хозяина целой волшебной лавки?

Девушка скривилась, в очередной раз фыркая на яркую и неказистую обстановку. У рыжего нет чувства вкуса, нет такта и вообще никаких хороших качеств. Тогда почему она и сегодня решила прийти во “Всевозможные волшебные вредилки” на Косой Аллее? Странное чувство, словно ей кто-то управлял изнутри.

В широкой пасти камина размеренно трещали поленья, а за окном моросил мелкий дождик. В такое время Паффина предпочитала читать в библиотеке или доставала брата, чтобы тот сыграл с ней в зачарованные карты. Вот только не сегодня. Паффиан был занят с отцом, а юная леди Винтербир с самого утра по неведомой причине торопилась к Уизли.

Молодой человек появился в помещении почти сразу, как Паффи вышла из его камина. Он деловито приподнял рыжую бровь, осматривая гостью с головы до ног:

-Зачем явилась?

-Нельзя? - съязвила девушка, плюхаясь в кресло.

-Как придумаешь причину, позовешь. Я занят, - и он вышел, плотно закрыв за собой дверь.

На самом деле Паффина так и не смогла придумать причину своего появления, продолжая упрямо сидеть на одном месте, раздраженным взглядом рассматривая “достопримечательности” небольшого кабинета. Она дергала ногой, постукивая указательным пальчиком по мягкой обивке багрового кресла. От их “мини-лаборатории” не осталось и следа. Уизли уже успел все прибрать, унося куда-то прочь стол для зельеварения, склянки с компонентами и снял все их совместные записи с зеленых обоев.

Единственным доказательством их не особо дружной командной работы были темно-зеленые кольца на большом пальчике Паффины и точно такое же на мизинце рыжего. Девушка не снимала его с момента создания, все ожидая какого-нибудь чуда. Но уже прошло много времени, а результатов ни один из них не добился. “Может быть мы что-то напутали в создании или гравировке?” - задумалась юная леди, переводя взгляд на артефакт. Тот лишь уныло блеснул в теплом свете костра, игнорируя вопрос хозяйки.

-Все! Надоело тут сидеть! - вскочив на ноги, громко оповестила девушка. - Раз прибыла на Косую Аллею, хоть прогуляюсь. Может, куплю что-нибудь.

Она вышла на улицу через дополнительную, или как называл ее Уизли “секретную”, лестницу. Дождь все еще немного крапал, неприятной сеточкой ложась на тротуар. Паффина вытащила волшебную палочку и взялась за нее, словно за рукоять зонтика, наколдовывая прозрачную призму над головой.

Ноги как-то сами собой вели ее вдоль полупустых магазинчиков, прямиком в Лютный Переулок. На пути Паффина встречала редких жителей, которые торопливо перемещались между полу живыми лавками. Леди Винтербир прогуливалась здесь всего раз, летом перед первым курсом. Мама настояла, что личную волшебную палочку необходимо приобрести именно в лавке Олливандера в Англии. Хоть в родовом маноре Винтербиров (как впрочем и в любом доме уважающей себя волшебной семьи) на каждом углу были распиханы магические древки, все же, они принадлежали почившим представителям Рода. Для безопасности, точности и эффективности колдующему стоит обзавестись собственной палочкой, свежей и не пользованной.

Паффина сквозь серую дымку разглядела очертания заброшенной лавки Олливандера. Новости уже раструбили о его пропаже, обвиняя в этом Пожирателей Смерти. “Где, интересно, новые ученики школы чародейства в этом году закупались волшебными палочками?” - рассматривая разбитые витрины магазинчика, подумалось Паффине. - “Чистокровные, скорее всего просто используют полочки своей семьи. А как решали эту проблему грязнокровки и полукровки?”

На самом деле не только этот магазин был в ужасном состоянии, вся Аллея выглядела просто отвратительно. Никто не пел, нигде ничего не переливалось разноцветными красками, не было зазывал и зевак. Редкие лавочки, что робко повернули свои карточки стороной “Открыто” сидели ниже травы, тише воды, убрав с прилавков зачарованные манекены и хлопушки.

-Мда, - выдавила Паффина, скривив губы, - теперь от Лютного Переулка и не отличишь.

Лишь парочка сумасшедших братьев-близнецов нарушали этот серый, перепуганный до смерти, пейзаж. Магазин “Всевозможные волшебные вредилки” сверкал и плевался изобилием цветов. Словно гигантский маяк среди бушующего моря опасных страстей. Паффина закатила глаза, сворачивая в Переулок.

Разницы не было от слова совсем. Тут точно так же ныкались по темным углам редкие прохожие, в полу заброшенных лавках разговаривали шепотом, а фонари работали с переменным успехом. И чем, позвольте уточнить, получится поживиться в такой-то глуши?

Паффина разочарованно качнула головой, собираясь уже попросту аппарировать домой, как вдруг из одной лавки с черной не примечательной вывеской выскользнула знакомая фигура. Будь посетительница чуть более бдительна, накинь она капюшон, леди Винтербир ни за что бы не узнала свою дорогую подругу.

-Леди Дасадити! - на радостях вскрикнула Паффина, делая несколько широких шагов к замершей фигуре с каштановыми волосами в белую крапинку.

-Леди Винтербир? - пораженно прошептала Вироса-де-Кута. - Что Вы здесь делаете?

-А Вы что? - подойдя совсем близко, не выдержала девушка.

Пару мгновений добрые подруги просто молча пялились друг на друга, будто узрели невиданное чудо. А следом на глазах обеих навернулись слезы. Паффи была слишком счастлива, с бусинками отпуская любую тревогу и переживания, а Вироса не могла поверить, что вновь повстречала дорогого человека. Девушки резко бросились друг другу в объятия, и их пробило на чуть истеричный смех.

-Я так за тебя переживала! Где ты была? Почему не писала? - запричитала леди Винтербир, не в силах отпустить подругу. - Ты так внезапно испарилась из школы, я думала, что-то плохое случилось!

-Прости, что заставила волноваться! - слезливым голосом ответила леди Дасадити. - Со мной столько всего произошло, что мне совсем некогда было тебе сообщить, что я в полном порядке!

-Не стоит здесь ничего обсуждать! - резко выпалила Паффина, чуть отстраняясь. - Идем, мы сейчас же должны показать тебя Паффиану! Он тоже очень волновался!

Не успела Вироса опомниться, как подруга затащила ее в ближайшую подозрительную лавку и со словами: “Очень извиняюсь, мы воспользуемся Вашим камином, спасибо!” зачерпнула в ладонь летучий порох, и под возмущенный возглас продавца, скрыла обеих в зеленом пламени.

***

-Паффиан! Паффи! Где ты?! - не успели они выйти из большого камина, заверещала Паффина. - Иди сюда! Бегом! Ты только посмотри, кого я встретила!

Пока девушка громогласно зазывала брата, Вироса-де-Кута смогла немного сориентироваться, осматривая обстановку. Они прибыли в просторную светлую гостиную. Минимализм радовал, особенно после режущей глаз роскоши в доме Малфоев.

Посреди широкой комнаты стояли диван, обтянутый кожей какого-то дикого зверя, пара кресел из того же темного материала; на бежевых стенах висели тихие живые картины пейзажей: неспокойное море, скалистый перевал, солнечная роща и другие прекрасные места мира. С потолка свисала большая люстра с десятками зажженных свечей, а рядом с дверью идеально вписались книжные шкафы. Но самое чарующее во всей этой, казалось бы, простой обстановке были гигантские окна в пол. За стеклом находился густой лес.

По коже побежали мурашки. Вироса так давно не обращалась лисой, что тут же почувствовала тягу к природе от открывшегося вида. Массивные ветви манили, а легкий дневной туман плотно стелился по влажной земле, зазывающе переливался в редких лучах ленивого солнца. Кончики пальцев похолодели, словно девушка уже чувствовала своими лапками легкий морозец от темной почвы, а на пушистый хвост осели капельки, недавно закончившегося дождя.

-И по какому поводу ты сегодня так голосишь, Паффи? - усталый, но спокойный голос заставил Виросу сглотнуть, отрывая взгляд от сказочного леса.

В гостиной появился Паффиан. Молодой человек выглядел намного старше своего истинного возраста. То ли сказалось время, что Вироса не виделась с юношей, то ли уже успело что-то произойти. Паффиан был одет в белую рубашку, расстегнутую на верхнюю пуговицу, черные, идеально выглаженные брюки и блестящие домашние туфли. Безупречная прическа и новенькая кобура на поясе для волшебной палочки, словно он только что был на каком-то приеме богатых аристократов.

Весь идеальный внешний вид портило лишь серое лицо, словно тень легла на красивую голову.

Стоило Паффиану поднять взгляд, он замер на входе в гостиную. Его брови поползли вверх, озадаченно вопрошая, а глаза округлились. Юный лорд несколько секунд рассматривал свою гостью с головы до ног, словно увидел гиппогрифа в своей гостиной.

-Ви..Вироса? - наконец подал он слабый голос.

-Добрый день, мистер Винтербир, - девушка изящно присела в реверансе, нежно улыбаясь школьному другу.

-Как ты.. То есть, почему ты здесь? - промямлил юноша, все еще теряясь в удивлении.

-Я случайно встретила Виросу в Косом Переулке, представляешь?! - звонко заголосила Паффина, хлопая в ладоши. - Какое чудо!

-Чем ты занималась в Англии, мы обсудим позже, - резко сменив шок на непробиваемую серьезность, шикнул на сестру молодой лорд. - Вироса, ты уже завтракала? Присоединишься к нам?

-С большим удовольствием, - произнесла девушка, отмечая, как Паффина принялась нервно покусывать губы, пряча от брата глаза.

Рядом появился домовой эльф, что забрал у гостьи дорожную мантию и подал мягкие домашние туфли. После небольшой заминки школьные друзья отправились в обеденный зал. Здесь тоже было просторно и светло. Белокаменный стол на шесть персон, декоративный камин, изящные зачарованные вечнозеленые растения и похожие живые картины с пейзажами, что в гостиной наблюдала Вироса.

За столом уже сидели двое. Вироса узнала во взрослых людях мистера и миссис Винтербир. Родители Паффиана и Паффины непринужденно о чем-то беседовали, улыбаясь друг другу. От этой картины на душе заскребли кошки. В голове принялись всплывать теплые воспоминания о собственной далекой жизни. Похожим образом за столом сидели мама и крестная, весело о чем-то хихикая и шепчась. Образ столь далекий, что впору обозвать его выдумкой или наваждением, но никак не частью ее жизни.

-Отец, мама, - позвал пару Паффиан. - Позвольте представить, это мисс Вироса-де-Кута Дасадити, наша подруга из Хогвартса.

Статный маг с добрым лицом и взрослая волшебница с приятной улыбкой обернулись, одаряя детей и Виросу теплыми взглядами. Они знали о девушке достаточно, часто слушая нежные рассказы двойняшек, поэтому тут же приняли гостью, как родную.

-Мисс Дасадити, - мистер Винтербир встал изо стола, широко улыбаясь. - Рады, наконец-то, с Вами познакомиться!

-И мне очень приятно, лорд, леди, - юная ведьмочка вежливо поклонилась хозяевам дома. - Прошу прощения за столь внезапный визит, мы случайно пересеклись с Паффиной, и она пригласила меня в гости. Я никак не могла отказать.

Стоявшая чуть позади младшая леди Винтербир еле слышно фыркнула, заставляя Виросу улыбнуться на собственную легкую ложь. Нельзя же было сказать, что подруга притащила ее сюда силой!

-Чувствуйте себя как дома, - заверил мистер Витербир, приглашая всех сесть.

Паффина устроилась рядом с мамой, Вироса-де-Кута села следом, соседнее место от отцовского занял Паффиан, и только после этого к столу вернулся и сам хозяин дома. Через секунду миссис Винтербир щелкнула пальцами, приказывая домовикам накрыть на стол.

Поздний завтрак состоял из жареных яиц, бекона, нескольких тостов с маслом и ломтиков сыра. Над столом запорхали чайники и заварники, наполняя чашки черным чаем и ароматным кофе.

Разговор завязался сам по себе. Лорд и леди задавали стандартные вопросы об обучении, навыках и интересах новой знакомой. Часто в беседе участвовала Паффина, которая со всезнающим видом добавляла какие-то подробности. Паффиан предпочитал чуть раздраженно дергать бровью, стоило сестре расшуметься: “Веди себя сдержаннее,” - шикал он, вызывая румянец на щеках двойняшки (хотя он остывал через пару секунд, и девушка вновь принималась за комментарии). Хозяева дома много улыбались и искренне интересовались подробностями. Как-то незаметно беседа перетекла в обсуждение магии и чар.

-Вы превосходно подкованы, мисс Дасадити, - похвалила девушку миссис Винтербир. - Как я и думала, домашнее образование приносит куда больше плодов, чем общая школа волшебства!

-Дорогая, прошу, даже не начинай эту песню, - с наигранной усталостью произнес лорд, чуть закатывая глаза. - Будь моя воля, мы бы все делали так, как желает твое сердце.

-Почему тогда вы предпочли семейному образованию Хогвартс? - удивленно спросила Вироса.

За столом повисло неловкое молчание. Паффина опустила взгляд, чуть отворачиваясь, словно была занята рассматриванием своей юбки. Паффиан же знатно напрягся, сместив глаза на лицо отца. А вот лорд и леди Винтербиры переглянулись, ведя быстрый молчаливый диалог одними лишь взглядами.

Похоже, они оба пришли к единогласному решению (и как только людям так просто удается друг друга понимать без слов?). Маг шумно выдохнул, потирая пальцы, словно готовясь раскрыть некую страшную тайну.

-Прошу прощения, - спохватилась гостья. - Мне не стоило спрашивать.

-Нет, нет, дорогая, все в порядке, - миссис Винтербир улыбнулась, ласково постукивая ладошкой по столешнице. - Ты, на самом деле, уже знаешь причину нашего решения, просто еще.. видимо, не сопоставила факты.

-Дети уже поведали тебе о нашей.. ситуации, - аккуратно начал лорд. - То, что на нашей Семье лежит подчиняющее заклинание?

-О! - хлопнув ресницами, опомнилась Вироса. - Да, я знаю о министерском артефакте. Это знание досталось мне случайно, я не..

-Нет, нет, милая, мы не станем от тебя это утаивать, - тут же прервала ее хозяйка. - Ты отправила моим детям драгоценный подарок на прошлое Рождество.

Дама замолчала, многозначительно всматриваясь в лицо юной ведьмочки. И тут до Виросы, наконец-то, начало доходить. Паффиан же уже заводил этот разговор - ритуал, что способен вывести представителей рода из-под гнета Министерства Магии. Вироса отвесила себе ментальный подзатыльник. За своими заботами и делами она совсем забыла о друзьях и своем обещании! Она же собиралась помочь! Взять молодых Винтербиров под свое покровительство, дабы уберечь их от влияния правительства.

-Да, - Вироса-де-Кута уверенно кивнула, переходя сразу к сути. - Паффиан рассказал мне о том, что вам удалось найти нечто, способное изменить ситуацию.

-Знаешь ли ты, дорогая, как именно работает ритуал?

-Я не читала его сама, но Паффиан объяснил суть. Маг или ведьма, что способны провести ритуал, как бы перехватывают инициативу у артефакта. Получается, что представители рода после окончания действа будут находиться во власти совершившего обряд.

-Да, но подобные чары можно провести лишь добровольно и с согласия обеих сторон, - подтвердил мистер Винтербир. - Однако и количество человек под руководством совершающего ритуал может быть ограничено силой самого колдующего, - чародей сделал глубокий вздох, распрямляя плечи. - Наш род, на самом деле, очень велик, родственники Винтербиров расползлись далеко за пределы Шотландии. Разумеется, взять под свой контроль такое огромное количество человек будет не под силу ни одному магу.

-Но мы бы хотели спасти от этой участи, быть под каблуком у Министерства, хотя бы наших детей, - продолжила за мужа хозяйка. - Мисс Дасадити, Вы уже сделали для нашей семьи многое, и мы благодарны за ценную литературу, спасибо Вам и за теплую дружбу с Паффиной и Паффианом. Поэтому мы поймем, если для Вас следующая просьба будет слишком грубой и неуместной.

-Леди Винтербир, - твердо произнесла Вироса-де-Кута. - Я уже дала свой ответ Вашему сыну. Будь это в моей власти, я бы помогла Вашей Семье целиком, однако моей магии, боюсь, хватит лишь на младших представителей Рода.

В зале повисла тишина. Это не было неловкостью или пугающим холодом, а предвкушением. То самое чувство за доли секунды перед выпуском столпы искр на гонках. Через мгновение дадут сигнал “марш”, и все завращается с бешеной скоростью.

-Мисс Дасадити, - вновь подала голос хозяйка манора. - Перед тем, как мы начнем, мы должны обсудить еще кое-что.

И в этот момент Вироса поняла в кого характером пошел Паффиан. Спокойный твердый голос старшей леди разносился ледяным инеем над столом, а глаза в миг отвердели, становясь заточенными лезвиями, что способны были в мгновение ока разрубить слушающего пополам. С юной девушкой говорила не просто ведьма, а властная госпожа, хранящая единственную верность - своей Семье. Нет. Только своим детям, ради безопасности которых, она готова была на что угодно. Морозящая тело мощь эхом прокатилась по залу, словно последнее предупреждение. Вироса-де-Кута быстро сглотнула, стараясь не выдать своего резко подступившего к горлу волнения.

-Этот ритуал предназначен для выведения из-под одного гнета и загона в другой, - холодным тоном произнесла леди Винтербир. - Однако я не могу с этим согласиться. Паффиан, конечно, доложил отцу, что после его долгого наблюдения, Вы показали себя достойным человеком и доброй подругой. Но. Я все еще не могу так рисковать жизнями и достоинством своих единственных детей. Поэтому предлагаю следующее: Мы проведем ритуал, как указано в предоставленном Вами источнике, с некоторыми изменениями. Добавим в “договор” пункты о том, что Вы не станете приказывать Паффиану и Паффине то, что может запятнать их честь; не заставите их выполнять смертельно опасную работу и ту, что требует безвозвратно отдать часть своего тела или магии.

-Я полностью с этим согласна, - кивнула Вироса.

-А так же, - медленно произнесла миссис Винтербир, - После Вас никто не унаследует “договор”, и все потомки моих детей станут, после Вашей кончины, свободными людьми.

-Согласна, - еще раз заверила девушка.

-В таком случае, - подал голос, улыбающийся мистер Винтербир, - мы можем, если все согласны и готовы, провести ритуал сегодня.

Не смотря на бурную речь, никто не ломанулся чертить руны и читать заклинания. Все присутствующие кивнули друг другу, в приподнятом настроении допивали предложенный чай и кофе. И только после того, как все утолили голод, и завтрак считался оконченным, Винтербиры проводили Виросу в подвальные помещения.

Под зданием раскинулась небольшая сеть холодных коридоров (пришлось использовать согревающее заклинание, чтобы зубы не принялись стучать), один из которых привел волшебников в широкий зал для ритуалов и сложных магических чар.

Такое помещение было и в родном доме Виросы и у крестной. Девушка тут же узнала многие предметы: уголь и засохшую мелко-видную кровь для начертания пентаграмм, разные виды мелких животных (какие-то были живы и заперты в клетках, некоторые тушками висели вниз головами на бечевке), у стен расположились три вида ритуальных алтарей, жертвенные камни, огромное количество рунных свечей всевозможных цветов и назначений, миски, ступы, растения высушенные и в горшках.

На холодных каменных стенах были выведены древние, уже почти стертые руны и символы, позволяющие равномерно концентрировать магию и поддерживать ритуал. На потолке специальными светящимися красками было продублировано звездное небо (очень удобно, не обязательно каждый раз сверяться с настоящим небосводом, чтобы узнать расположение планет и светил). А пол был расчерчен таким образом, что заняв определенную секцию, можно было усилить влияние той или иной составляющей в ритуале. Вироса тут же нашла глазами небольшой треугольник отвечающий за перераспределение человеческих душ (этот сектор помогал в ритуалах с любыми взаимоотношениями между людьми).

-Паффиан, помоги мне все подготовить, - произнес лорд Винтербир.

Он с сыном отправились к ритуальным алтарям, перенося один из них к треугольнику (с помощью волшебных палочек, конечно). Леди Винтербир с дочерью принялись укладывать зеленые и красные свечи, а также траву и соль по периметру фигуры. Вироса-де-Кута же получила в свои руки открытую на нужной странице книгу, что сама же и подарила семье Винтербиров.

На развороте был подробно описан ритуал, порядок его проведения, меры предосторожности и результаты. Помимо этого, рядом с каждой строчкой карандашом были нанесены дополнительные пометки (вероятно, их наносил хозяин дома или его жена). В тексте, что должна будет произнести Вироса-де-Кута также были подчеркнули, зачеркнуты и исправлены некоторые из слов. Девушка внимательно изучала ритуал, запоминая движения палочкой и акцентные руны.

Символика была сложной и очень мощной, молодой ведьмочке еще ни разу не приходилось сталкиваться с подобным ритуалом в своей практике. Здесь необходимо было правильно привязать души других людей, становясь мощным оружием, способным разрубить предыдущее связывание. К тому же, изменения и добавления, что внесли родители Паффиана и Паффины, значительно усложняли задачу. Во время исполнения ритуала Виросе придется доказать самой магии, что ее желание гораздо сильнее того, что разработано и написано.

Ей придется изменить продуманный и составленный “договор”, да еще и так, чтобы волшебство все равно сработало и подчинилось. И как прикажете соревноваться с прописной истиной?

Вироса-де-Кута нахмурилась, в животе вращалось против правильного хода. Пальцы, державшие толстую книгу, начали неметь, а в голове настырно и громко причитало: “Ничего не выйдет. Видоизмененный ритуал слишком сложный!” Во рту пересохло, хотелось все остановить, сходить попить, прогуляться, оттянуть исполнение обряда. Ноги сделались ватными, и перед глазами все поплыло.

Родное, ее собственное волшебство принялось сжиматься и застывать в жилах, будто прячась от хозяйки. Естество боялось ошибиться и все испортить. Руки у Виросы задрожали, стоило ей попытаться призвать магию. “Что же делать? Что делать? Я не могу колдовать!” - чудилось, что силы оставили ее. Будто девушка резко из великой волшебницы сделалась жалким сквибом.

И в этот самый момент в голове возник образ. Великий, черный с яркими красными глазами. Всемогущий маг, который взглянул на трясущуюся девочку, недовольно фыркая и кривя губы. Вымышленное отцовское презрение быстро отрезвило. Вироса даже слегка разозлилась на воображаемого Волан-де-Морта и на себя за такое детское поведение.

Она приказала книге чуть взмыть в воздух, зависая перед глазами, а сама быстрыми движениями скинула домашние туфли, становясь на ледяной пол стопами. Тонкая ткань колгот не спасала от жалящего мороза, и Вироса в полной мере осознала, насколько холодно в каменных подземельях.

-Милая! - вздохнула миссис Винтербир. - Продрогнешь же!

-Не беспокойтесь об этом, мадам, - спокойным, самоуверенным тоном ответила ей ведьмочка, проходя на свое место в треугольнике.

Раскрытый том проплыл за ней следом, останавливаясь у груди листами вверх, чтобы Виросе было удобно подсматривать в текст. “Ну, что ж,” - прикрыв веки, обратилась к полу девушка, - “Давай, природная магия, помогай.”

Через несколько секунд ноги перестало кусать от холода, а в голове прояснилось. Мисс Вироса-де-Кута Дасадити, дочь Волан-де-Морта выполнит свое обещание, проведет ритуал без каких либо проблем. Уверенность отразилась на ее лице, все черты стали тверже, а вновь распахнутые глаза немного поблескивали. Где-то в шоколадной глубине зажигались мелкие, словно песчинки, красные искорки.

Паффиан встал перед подругой, снимая все свои волшебные кольца и отдавая отцу палочку. Те же манипуляции произвела и Паффина перед тем как войти в треугольник ритуала. Двойняшки волновались, неровно дыша, смотрели в пол, морально подготавливаясь к обряду. Их родители отошли на безопасное расстояние, последний раз перепроверяя готовность ритуала.

-У нас все получится, - твердо произнесла Вироса-де-Кута, заставляя молодых Винтербиров поднять на нее глаза. - Я начинаю.

Брат и сестра одновременно выдохнули, распрямляя плечи. От уверенности мисс Дасадити им и самим стало спокойнее, дыхание пришло в норму, а взгляды прояснились.

Вироса-де-Кута сделала первый взмах палочкой, цветные свечи по периметру дрогнули, а затем пламя резко вскипело, быстро увеличиваясь в размерах. Три стены полупрозрачного огня ударили в потолок, отрезая фигуры молодых людей от остального пространства.

Еще один взмах, руна главенствующего, ведьмочка представилась, отпечатывая свое имя в дрожащем воздухе. Следующая руна означала подчинение, свои полные имена по очереди произнесли Винтербиры. Внутри треугольника начали сжиматься цветы, превращаясь в темно-красную пыль. Вироса-де-Кута ощутила присутствие чего-то постороннего, мощного внутри ритуала.

Это являлся на свет договор. В грудь начала давить сила, словно желая вытолкнуть девушку из треугольника. Ведьмочка чуть наклонилась, давя в ответ, пальцы на ногах согнулись, нелепым образом пытаясь зацепиться за край камня на полу. “Слушайся меня!” - приказывала про себя Вироса, разрезая воздух новой руной создания.

Багровая пыль сгущалась, цепляясь, словно миниатюрные мошки хватались друг за друга лапками. Материя сдавливалась, плющилась и растягивалась, превращаясь в вертикальный темный лист. Новая руна кровной клятвы. Символ ярко-желтым пятном явился из-под кончика палочки, замирая на мгновение. Волосы на руках встали дыбом, а под кожей растянулась колючая сеточка. Вироса на несколько мгновений ощутила каждую вену, каждый свой сосуд. Губы юных Винтербиров скривились от неприятных ощущений. Их кровь тоже забурлила, отвечая на зов желтой руны.

Символ неторопливо разделился, и перед глазами висели небольшие яркие золотые полосы, а следом они рванули во все стороны острыми лезвиями. Пара впилась в плечо и щеку Виросы, несколько других ударили Паффину в живот и колени, Паффиану же прилетело в грудную клетку. Остальные с визгливым шипением сгорели в огненных стенах.

Капельки крови проступили на коже и одежде молодых волшебников, отрывались от тел. Темный лист, висевший посреди треугольника, словно черная дыра, всасывал в себя красную жидкость, наполняясь новым, темно-синим цветом.

Вироса принялась произносить текст, внимательно читая по написанному в книге. Она не торопилась, следя за буквами, и делая акценты на измененных словах. Синий лист затрещал, словно сухие поленья в камине. Магический натиск становился сильнее. Теперь давление, нарастающее внутри треугольника, пыталось выкинуть не только Виросу, но двух других участников ритуала.

Друзья переглянулись, изо всех сил, пытаясь устоять на ногах. Древнее колдовство проверяло их на прочность, в ушах запищало, а на лбах и висках выступили венки. Темный лист очень медленно, словно сопротивляясь или же издеваясь, выдавливал надписи на свою поверхность. Договор невозможно было прочесть, из-за языка, которым он был написан. Видимо, эти закорючки и черточки могла распознать лишь сама магия, ни один человек не будет достаточно умен, чтобы разобраться в этой блестящей темнотой письменности.

Вироса осознала, что медленно задыхается, не имея возможности сделать глубокий вздох из-за чудовищного давления. Грудную клетку прочти сплющило, а горло пережало так, что на шее должны остаться следы удушья. Мгновения тянулись долго, что казалось счет шел на часы.

Наконец, истинная форма договора явила себя. Мутный, туманного вида коричневый лист со слабо светящимися алыми.. буквами? Вироса-де-Кута сделала новый взмах палочкой, помогая себе свободной рукой держаться внутри треугольника. Ноги сделались каменными, почти врастая в холодный пол. Руна явления. От макушек молодых Винтербиров куда-то вверх, сквозь потолок, потянулись две дребезжащие от мощи ритуала ленты - проклятие подчинения от Министерства.

Теперь предстояло сделать все быстро и точно. Иначе, это может навредить или, того хуже, погубить молодых людей. Вироса-де-Кута вскинула руку с палочкой, обращаясь внутрь себя. Ее личная магия, что кипела под ребрами, отозвалась на зов. Разрез должен быть мощным, властным и единственным. Девушка сделала глубокий вздох и вложила все, что у нее было в одно движение.

Сравнить это можно было, пожалуй, с тем, как маглы на пределе своих возможностей, одним резким действием поднимают непомерные тяжести во имя спасения чужой жизни за счет своей собственной.

Вироса закричала от напряжения, от внутренней боли, от того, как она выплеснула свое волшебство, перерезая ленты над головами друзей. Нити подчинения сопротивлялись, змеились, пытаясь срастись обратно. Молодая ведьма держала их крепко, буквально вцепилась до кровавых подтеков пальцами в палочку, перетягивая отрезанные концы в сторону пульсирующего договора.

Это ужасное “перетягивание каната” длилось несколько чудовищных секунд. Вироса резко дернула палочку к себе, заставляя ленты вонзиться в договор. Перед глазами темнело, а в горле рос тошнотворный ком. Голова шла кругом, но необходимо было сделать еще несколько взмахов, дабы окончить ритуал.

Проклятые ленты подчинения втягивались в туманный лист, заставляя Паффиана и Паффину сделать несколько шагов в сторону договора. Что-то внутри этой древней магии хрустело и чавкало, пожирая нити. Двойняшек начало тащить в центр треугольника с такой силой, что им пришлось схватиться за руки, только бы не быть проглоченными договором.

Вироса на ощупь нашла слева от себя алтарь, цепляясь за него задубевшими пальцами. Хоть какая-то опора. Только бы не грохнуться в обморок. Правая рука дрожала, а перед глазами уже все смешалось в мутную микстуру из цветов и пятен. Ровный, но очень медленный взмах палочкой. Руна заключения. Винтербиров перестало засасывать, и они оба рухнули на пол лицом вниз, как от сильного толчка в спину.

Договор начал пульсировать, разнося во все стороны магический жар. Юная ведьма двигала губами, по памяти произнося последние слова ритуального заклинания. Лист, будто бы слушал, внимая чарам. По окончании, он последний раз мигнул, осыпаясь пеплом и моментально испаряясь.

Руна окончания. Огненные стены бледнели, угасая и быстро сходя на нет. Тихий хлопок и все свечи потухли, испуская вверх кривые дорожки едва видного глазу дыма.

-Получилось? - где-то послышался неуверенный шепот миссис Винтербир.

-Кажется, да, - таким же голосом ответил ее муж.

Вироса-де-Кута рухнула на пол, ударяясь плечом об алтарь. У нее не было сил даже дышать. Глаза закрылись, а тело обмякло, наконец-то, позволяя девушке полностью потерять сознание.

Глава 33 Только рис-скни

Вироса-де-Кута очнулась через пару часов после ритуала. Винтербиры бережно перенесли ее в одну из гостевых спален, оставляя на прикроватной тумбочке несколько маленьких флакончиков с восстанавливающими зельями. Стоило девушке открыть глаза, в комнате появился домовой эльф, который заботливо предложил гостье воды и оздоровительную кашу.

Когда она закончила с “лечебным обедом”, дверь распахнулась, и на пороге замерли Паффиан и Паффина. Молодые люди выглядели куда бодрее своей новоиспеченной хозяйки, им тоже пришлось выпить зелья и немного поспать, но в отличии от Виросы, у них не ломило кости и не гудело в голове.

-Как ты себя чувствуешь? - Паффина подлетела к кровати, присаживаясь на краешек.

-Так себе, - Вироса-де-Кута поровнее села в постели, принимая от Паффиана еще один пузырек с зельем.

-Все прошло успешно, - кивнул юноша. - Тебе удалось заключить договор, и мы с сестрой, наконец-то, вышли из-под контроля Министерства. Спасибо, Вироса.

-Честно сказать, я никаких изменений не заметила, - опустошив склянку, сморщилась девушка. - Вы сами-то чувствуете что-нибудь?

-Я думаю, связь активируется только во время твоих наказов, - пожал плечами Паффиан. - Попробуй приказать что-нибудь.

-Подай мою палочку.

Молодой человек дернул бровью, замешкавшись, но все же протянул ладонь к кобуре и отдал ее Виросе. Паффина округлила глаза, испуганно прикрывая рот ладошкой.

-Работает! - прошептала она.

-Не работает, - качнул головой ее брат. - Я просто выполнил твою просьбу, никакого давления от договора.

-Наверное, он подключается только в случае вашего сопротивления моим словам, - вздохнула юная ведьмочка, чувствуя, как шум в голове понемногу затихает.

-Поэкспериментируем позже, - Паффиан махнул рукой, приказывая стулу из угла подлететь ближе к кровати. - Паффина не смогла толком объяснить, чем она была так занята на Косой Аллее..

Юноша кинул на сестру острый взгляд, опустившись на стул и закинув ногу на ногу. Паффина же сложила губки трубочкой, поднимая глаза к потолку. Все это отдаленно походило на какую-то театральную постановку не официального допроса, где девушка выступала в роли непойманного вора, а молодой лорд в качестве усталого мракоборца.

-Может, хотя бы ты, Вироса, объяснишь, что ты делала в Переулке? Это как-то связано с твоей пропажей на несколько месяцев? - переводя взгляд с сестры на подругу, размеренно проговорил Паффиан.

-Я не могу вам рассказать всего..

-Вообще-то, уже можешь, - резко перебила Паффина. - Мы теперь связаны контрактом, и даже если захотим.. А мы не захотим! Не выдадим твоих секретов!

Вироса осмотрела самоуверенное лицо подруги и получила твердый взгляд от друга, осознавая их решимость и честность. Договор, написанный их кровью, давшийся им с таким трудом, лишь укрепил, забетонировал и без того прекрасные отношения между Дасадити и Винтербирами. Двойняшки, сами того не понимая, чувствовали, как их “госпоже” нужна была помощь, а Вироса всем телом ощущала защиту и безотказную преданность находившихся подле нее людей.

-Объясню все краткими фактами, - решилась она. - Я встретилась с отцом и живу теперь рядом с ним. Мне ничего не угрожает и даже лучше. Теперь я понимаю, как должен выглядеть мир, и к чему должны стремиться все чистокровные волшебники.

Девушка быстро описала отцовскую идею о природной магии и истинном естестве колдунов, получая в ответ задумчивые и шокированные взгляды. Винтербиры не перебивали, вникая в идеи и замыслы, о которых говорила им подруга. Вироса не стала уточнять каким именно образом отец собирается добиться решения подобной задачи.

-Это звучит.. вдохновляюще, - прошептала Паффина, когда жаркая речь подошла к концу. - Я никогда не задумывалась о таком..

-Это звучит логично, - спокойно отреагировал Паффиан. - В конце концов, при рождении волшебники пользуются природной магией неосознанно, выплескивая ее во время эмоциональных ситуаций. Ее же называют детской магией?

-Пожалуй, если посмотреть с точки зрения Виросы, это истинная форма волшебства - магия мира, которую мы не развиваем, потому что получаем в руки волшебные палочки и учимся рунам и заклинаниям, - кивнула леди Винтербир, нахмурившись.

-Так ты считаешь, что такой мир возможен? - Паффиан сложил руки на груди, откидываясь на спинку стула.

-Я очень хочу в это верить, - Вироса улыбнулась, отдаваясь идеям. - В конце концов, всем известно, что для магии нет ничего невозможного.

Друзья сидели молча несколько секунд, предаваясь мечтам о чудном мире, который бы полностью принадлежал чистокровным волшебникам. В этом мире не было бы нужды скрываться и прятаться, не нужно было бы держать ответ перед маглами и считаться с грязнокровками. Каждый чистокровный маг занял бы свое место в природной системе, становясь частью великого общего. Спали бы навязанные ограничения и приказы, в забытье ушли бы законы и правила. Лишь чистая магия, всеобъемлющая и полноправная.

-Мне нравится! - ахнула Паффина, воодушевленно сжимая кулачки. - С чего начнем?

-С Хогвартса, - неожиданно для Винтербиров сказала Вироса-де-Кута. - Я оставила там все свои вещи. Вы знаете, как можно их забрать?

-Там что-то важное? - Паффиан приложил кулак к подбородку. - Можно связаться с профессором Дамблдором, и попросить его вернуть вещи.

-Исключено, - девушка наотмашь дернула рукой. - Еще варианты?

-Так с ходу и не скажешь.. - пробурчала Паффина.

-Оставь этот вопрос нам, - молодой лорд поднялся на ноги, заставляя стул вернуться на его прежнее место. - Мы с сестрой что-нибудь придумаем и сообщим тебе.

-Постарайтесь не затягивать, - Вироса откинула одеяло, опуская ноги на пол. - Там есть кое-что, что мне нужно вернуть как можно скорее.

Винтербиры осторожно кивнули. Паффиан тут же откланялся, отправляясь в библиотеку (“Возможно там хранится что-нибудь о Хогвартсе, в конце-концов он построен на территории Шотландии,” - с этими словами юноша настроился на выполнение задачи.) Паффина, получив отказ на “Останешься у нас погостить немного?”, проводила подругу к камину в гостиной.

-Куда мне отправить сову? - леди Винтербир подала гостье чашу с летучим порохом.

-Хороший вопрос.. - Вироса прикусила губу, уверенная, что в поместье Малфоев лучше не светить дружбой с другими волшебниками. - Давай я сама вас навещу во время рождества?

-Хорошо, мы постараемся все решить до этого времени.

Вироса-де-Кута последний раз взглянула на дорогую подругу с нежностью, зачерпнув побольше пороха и, войдя в камин, резко кинула его себе под ноги: “Косая Аллея!” - четко произнесла девушка, исчезая в изумрудном пламени перемещения. Отправляться сразу в манор Малфоев было нельзя - Винтербирам не стоит знать, где она сейчас обитает. Да и к тому же все камины в доме английских аристократов были перекрыты, чтобы никто, не дай Моргана, не прознал про проживающего там Волан-де-Морта.

***

Фред с самого раннего утра был безумно занят лавкой. Пришла свежая поставка ингредиентов для шутливых зелий, новые ткани для кукол Вуду и скалистая пыль для головокружительных затей. Все это нужно было в срочном порядке принять, распределить по местам, а также разделить между ним и братом создание закончившихся на полках товаров.

Юноша был удивлен, или скорее сказать, слегка раздражен утренним появлением Паффины Винтербир. Девица заявилась без предупреждения, бесцельно скитаясь по его кабинету. Змея не смогла даже придумать причину своего визита, нагло занимая его рабочее место.

Однако к обеду, когда гора дел немного поубавилась, Фред не застал Винтербир в лавке. Похоже, что ей все таки надоело сидеть на одном месте в одиночестве, и она попросту смылась с глаз долой. Молодой хозяин магазина некоторое время потратил на безрезультатные поиски школьной знакомой, после чего окончательно вымотался и бросил это дело.

-Слизеринцы, чтоб их! - выплюнул Фред. - Достают даже вне Хогвартса!

Вдруг он резко ощутил необходимость прогуляться, подышать свежим воздухом. Словно Косая Аллея звала его на свою серую брусчатку, оглянуться по сторонам. Фред, не задумываясь о своем странном, неожиданном желании, бросил брату что-то невнятное, и вышел на улицу.

Здесь все было серое и неприятно влажное. Холодный воздух заползал под одежду, комкая кожу в мелкие шустрые мурашки. После нападения Пожирателей Смерти все кругом изменилось. Люди начали пугаться любого шороха, магазины стали закрывать раньше положенного срока, попрятались и мелкие торговцы, сворачивая свои лавочки с заграничными товарами.

Фред ступал тихо, стараясь не поддаваться атмосфере, смотрел исключительно перед собой. В противоположном конце улицы находился большое жерло камина для всех тех, кто использует летучий порох для перемещения издалека. Теперь уже редко можно было услышать, как зеленое пламя загорается, пропуская на Косою Аллею посетителей.

Темные булыжники покрывались пылью и дождевой водой, того и гляди зальет каменную кладь. Пройдет всего месяц и эта слякоть из грязи и опустошения замерзнет, покрываясь серым одиноким снегом. Молодой волшебник остановился в нескольких шагах от места перемещения, тяжело выдыхая через нос.

Он, сам не понимая (да и не задумываясь особо) отчего, молча смотрел на камни, грустно покачав головой. И ради чего он вышел на улицу в такой то холод? Наверное, это все от усталости. Управлять магазином было далеко не всегда так весело, как он предполагал. Помимо изобретений и эмоциональных порывов была еще целая куча всего: счета, заказы, оформление, сдача отчетов, пополнение складов, обслуживание клиентов и прочее прочее прочее.

Фред задрал голову, закрывая глаза. Теплый воздух изо рта превратился в бледный пар, который не успевал родиться, исчезал над его лицом. Тело стало тяжелым, плечи тянуло назад и вниз, а в голове абсолютная пустота, будто даже мысли ленились формироваться под слегка отросшими рыжими волосами. Молодой человек прикрыл глаза, наблюдая за бледными кругами под веками.

Треск костра и легкий жар. Тело чуть опалило от того, что Фред стоял слишком близко к общему камину. Он инстинктивно сделал резкий шаг назад, еще не совсем понимая, что произошло. Глаза распахнулись, а мозг судорожно принялся оценивать обстановку.

С каменной плиты сошла хрупкая фигурка, облаченная в черную дорожную мантию. Плотная ткань чуть распахнулась, демонстрируя дорогое темное платье. Лицо скрывал широкий капюшон. Но ни одна магия не могла скрыть от юноши этот запах. Словно шум неспокойного моря, будто раскат грома перед ливнем, шуршащая листва из глубин темного леса. Таким ароматом обладал единственный знакомый ему человек. Единственная девушка в целом мире.

-Лисичка! - одними губами произнес Фред, остолбенев.

Фигура, словно его отражение, замерла, забывая как дышать. Секунда на осознание. Другая на принятие решения.

Вироса-де-Кута медленно подняла руки, скидывая с головы капюшон. Каштановые локоны рассыпались по ее плечам, чуть сияя мелкими звездочками. А глаза, обрамленные длинными темными ресницами, засверкали. Она была шокирована этой встречей, губы чуть дрогнули, пока карий взгляд бегал по веснушчатому лицу, пытаясь осознать эту случайную встречу.

-Я.. я так давно тебя не видел, - промямлил Фред. - Где ты была? Что случилось? Ты в порядке?

-Да, - только и смогла ответить девушка, комкая дрожащими руками мантию.

Они смотрели друг на друга, словно искали что-то чужеродное, будто пытались перепроверить, не мираж ли это и не сон ли. Могло ли случиться такое совпадение?

***

Могло ли Виросе так повести? Сначала совершенно неожиданная встреча с Паффиной, а теперь еще и с Фредом! Сердце застучало, а губы немели. Видеть его было так приятно.. Он словно вырвался из ее самых сокровенных воспоминаний, обретая тело. В нос, как по заказу, ударили теплые запахи выпечки, дым от фейерверков и аромат карамельных леденцов.

На глазах выступили слезы. Где-то под коркой мозга кто-то недовольно запищал, но все попытки здравого смысла заставить девушку остановиться провалились. Вироса и сама провалилась в это странное, испытанное далеким летом, состояние. Словно мягкий сыр и расплавленное железо, она перетекла со своего места в теплые объятия.

Она спряталась от всей сырости и серости Косой Аллеи за широкими плечами. Ее хрупкое тело, будто каленое стекло, принялось впитывать и отражать подаренный крепкими руками свет.

Прошло уже пол года, и ни разу за это время она не давала себе ни секунды, чтобы задуматься о том, кого оставила позади. Они никогда себе не признавалась в том, как же сильно скучала по аромату сладостей и рыжему цвету. И вот, посреди обездоленной улицы, под конец мрачного и сырого ноября Вироса-де-Кута без слов признавалась другому человеку во всем на свете.

В том, как же она на самом деле устала. В том, как ей не хватает порой тепла и доброго слова. В том, что наконец-то нашла, кого искала.. ноонне совсем такой, каким она себе воображала. Девушка зажмурилась, роняя блестящую искренность на ткань мужской рубашки. Слезки быстро впитывались, образуя небольшое пятно на плече.

-Зря ты сейчас расплакалась, - прошептал Фред ей в волосы. - Теперь я тебя никуда не отпущу.

Он плотнее прижал Виросу к себе, шумно вдыхая холодный воздух. Ей так и хотелось ответить: “Хорошо! Никуда меня не отпускай! Пусть я навсегда останусь здесь стоять, плача в твоих руках!” Но все, в чем хотела признаться девушка, она уже успела произнести в своей голове.

Слезы перестали. Она едва отстранилась, поднимая на юношу свои темные карие глаза. Горький шоколад встретился с горячим чаем. И несколько секунд тишины. Наверное, Фред сейчас тоже ей в чем-то признавался или даже, лучше сказать, клялся. Но она не слышала, наблюдая, как в его радужках переливается ее отражение.

Снег пошел. Из серой тучной небесной ваты посыпались пушистые снежинки, что неторопливо спускались на рыжие волосы, на яркие ресницы, оседали на плечах и пальцах Виросы. Колючие звездочки укусили ее кожу, медленно вытягивая из сказочного мира.

-Я не могу остаться, - девушка прикусила нижнюю губу, складывая бровки домиком.

-Оставишь меня одного на таком морозе? - Фред улыбнулся, чуть наклоняя голову, словно кот.

Юноша аккуратно спустил руку, переплетая их пальцы. Что-то слегка мешало, и Фред чуть сместил взгляд на свою ладонь, находя причину своей странной прогулки. Темно зеленое кольцо на мизинце игриво блеснуло, подмигивая хозяину.

-А что ты вообще делал на улице без мантии? - Вироса не сопротивляясь, держа молодого человека за руку, пошла рядом с ним в глубь Косой Аллеи.

-Тебя встречал, - хмыкнул Фред, ощущая как артефакт потеплел от плотно сжатых пальцев.

Вироса-де-Кута лишь выгнула бровь, удивленная подобным заявлением. Разумеется, это была случайность, он никак не мог узнать о ее прибытии, но комментировать никак не стала. Девушка сделала небольшой шаг вбок, чтобы идти полностью соединяясь руками. Фред широко улыбнулся, оценив подобный теплый жест, и бросил на лисичку хитрый взгляд, та лишь закатила глаза, слегка отворачиваясь.

Пара молодых волшебников неторопливо добралась до единственной яркой лавки на всей Аллее, которая наплевала на страх и ужас, что сквозили в каждой щели магической улицы. Магазин сверкал и гудел, выбрасывая в воздух яркие столпы искор. “Всевозможные волшебные вредилки” работал за десятерых, забирая на себя обязанности по развлечению покупателей и зевак со всей улицы.

Внутри было тепло (даже жарко, если сравнивать с морозцем, что расползался снаружи). Все гремело, взрывалось, кричало и плевалось. Вироса распахнула глаза, крутя головой во все стороны. Подобного изобилия цветов она не встречала пожалуй, даже в тот самый день, когда сама впервые наведывалась на волшебную улицу. Из угла в угол летали какие-то механизмы, зачарованные куклы пели серенады, стенды с шуточными зельями дымились и булькали, где-то что-то билось и звенело.

“Вот как выглядит мечта хулиганов и детей, которым совершенно не интересна учеба!” - подумалось Виросе. Над головой просвистел шалунивый огонек, и бывшая слизеринка тут же вспомнила, как близнецы эффектно покидали школу. Лицо тут же сделалось каменным. Мысли о тяжелой работе над приведением замка в порядок заставили Виросу скривить губы, тяжело и как-то по-старчески цокнуть на весь, окружающий ее, балаган.

Фред проводил гостью в свой кабинет на верхнем этаже. Закрыл дверь и.. ничего не изменилось. Шум лишь слегка поубавился, выдавая с головой все, что продолжало происходить ниже.

-Ты же еще не была в нашей лавке!? - юноша гордо поднял подбородок, ожидая реакции. - Как тебе?

-Молодцы, - слабенько улыбнулась девушка. - Занимайтесь, занимайтесь.

Она расцепила их руки, доставая волшебную палочку. Первым взмахом Вироса высушила одежду Фреда, вторым свою и последним наложила заглушающее заклинание на комнату.

-Ты хочешь чего-нибудь? - спохватился молодой хозяин магазина. - Чай? Печенье?

-Не откажусь.

Наблюдая за тем, как Фред растерянно мечется по собственному кабинету, Вироса сдерживая улыбку, остановилась возле кресла. Юноша вытаскивал из каких-то шкафов кружки, затем запихивал их обратно (слишком большие), с какой-то полки стащил старенький заварник (крышечка которого куда-то пропала), со стола схватил было чашки, но они магическим образом запищали (“Ой, это же экспериментальный образец, не будем из них пить,” - и отпустил посуду на волю). Затем резко замер, оборачиваясь на легкий кашель девушки - “Да, точно, присаживайся, пожалуйста, я сейчас!”

Сложно было не смеяться над безуспешными попытками Фреда держать все под контролем, поэтому Вироса приняла решение отвернуться к камину и не смущать молодого человека своим пристальным взглядом.

Вскоре, все же совладав со своими вещами, напротив Виросы в такое же мягкое кресло опустился Фред, расставляя на кофейном столике (предварительно скинув с него стопки бумаг, парочку журналов, утреннюю газету и какие-то квитанции) заварник, красивые небольшие кружки и блюдце со свежим печеньем.

Вироса, полностью принимая свое положение гостьи, сидела неподвижно, изо всех сил сдерживая порывы выхватить волшебную палочку и сделать все с помощью магии. Фред же не спешил пользоваться волшебством, нерасторопно наполняя заварник водой, ставя его на горячие угли, собственноручно разливая чай по чашкам и аккуратно поправляя пиалу с угощениями. “Тенеба бы уже с ума сошла,” - в голосе промелькнула шальная мысль того, как крестная не удержалась бы, громко указывая на магловское поведение чистокровного мага!

Девушка улыбнулась перекошенному от возмущения лицу старой ведьмы в своей голове, принимая у Фреда чашку.

-Так ты расскажешь, где была? - осторожно начал Фред.

-Нашла папу, - легко призналась девушка, делая небольшой глоток ароматного чая. - Твой кристалл помог, спасибо.

-ПРАВДА? - юноша подался вперед, пуча глаза. - Я очень рад за тебя, лисичка! Получается, что у тебя теперь все хорошо?

-Можно сказать и так. В любом случае, у меня теперь есть четкие планы на будущее.

-Это какие? - юноша все же слегка расслабился, поудобнее усаживаясь на кресле.

Вироса второй раз за день рассказывала о природной магии, ожидая от Фреда той же реакции, что последовала у двойняшек Винтербиров. Однако юноша восхищаться подобными идеями почему-то не спешил. Его глаза потухли, а брови сошлись, складывая кожу бугорками. Он слушал внимательно, впитывая информацию, не перебивая, но всем своим телом не намеренно демонстрировал отношение к подобной затее.

Плечи напряглись, а длинные пальцы вцепились в чашку с такой силой, словно он намеревался ее разбить одной лишь ладонью. Даже рыжие волосы, словно потускнели, а уголки губ поползли вниз. Вироса закончила свой монолог на высокой, позитивной ноте, чуть приподнимая брови, мол, теперь можешь комментировать.

-Ну, - протянул Фред, откидываясь на спинку и расставляя ноги чуть шире, словно какой-то недовольный барон на совете, - я безусловно согласен с тем, что первородные волшебники изначально принадлежали природной магии и были с ней одним целым.. И с тем, что новые чары рождаются посредствам истинного желания колующего. Вот только я лично знаю несколько заклинаний, которые были созданы не чистокровными волшебниками, уверен и ты знакома с этими трудами.

-И случайности порой происходят, - без интереса, пожав плечами, произнесла Вироса-де-Кута, делая глоток слегка остывшего чая.

-Ты послушай себя со стороны, - еще пуще нахмурился Фред. - Ты предлагаешь лишить всех магов волшебных палочек и, если ты права, нет, послушай меня. Только если ты права, маглорожденные и полукровки не смогут использовать магию. Это же неправильно! Как можно лишать волшебников их дара? Я не говорю уже о том, что это значительно сократит популяцию, колдуны просто исчезнут.

-Нет, - юная ведьмочка сжала челюсти, осознавая, что здесь она зря начала этот разговор. - Маги поймут! Чистокровные согласятся с тем, что грязнокровкам нет места в нашей экосистеме! Природное волшебство - подарок, который мы за столько времени разучились использовать! Мы коверкаем и извращаем магию..

-Я чистокровный, - резко перебил ее Фред. - И я с тобой не согласен. Ты же тоже знакома с Гермионой Грейнджер..

-С этой грязнокровной выскочкой? Уж конечно, - фыркнула девушка, вспоминая всезнающую Кудряшку-старосту.

-Хм.. - юноша еле удержался от замечания, возвращаясь к сути. - Как бы там не было, ты не можешь спорить с тем, что она выдающаяся волшебница. Умнее и талантливее многих чистокровных.

-У маглов есть поговорка, труд и из обезьяны сделал когда-то человека. Думаю, тут похожий случай. Однако она никогда не будет нам ровней. Грязная кровь не сможет взаимодействовать с природной магией, ее нужно искоренить.

Пока Фред ошарашенно хлопал ресницами, пораженно открыв рот, Вироса-де-Кута, ни капельки не стыдясь своих острых выражений, сделала еще один глоток, ставшего уже холодным, чая.

-Это ведь не твои слова, - выдавил юноша. - Кто тебя надоумил? Твой объявившийся отец?

Вот кому точно стоило подбирать фразы, так это Фреду. Виорса моментально вскипела, вспыхивая точно спичка. В глазах зарябили алые искры, а вся фигура тут же собралась и вытянулась по струнке.

-Осторожнее, - прошипела она, - не произноси того, что заставит меня пожалеть о нашей встрече.

-Тише, - Фред резко отставил чашку, вскидывая ладони в знак капитуляции. - Я лишь сказал, что в голову пришло. Твои идеи слишком кардинальны, резки и во многом не оправданы.

-Как пожелаешь, - взвинченная девушка вскочила на ноги, словно лошадь на дыбы. - Если наши взгляды и в этом не совпадают, то мне больше нечего тебе предложить.

Внутри зудело и чесалось. Какое странное чувство.. Вот только что она с наслаждением рассказывала возлюбленному свои идеи, а сейчас уже готова швырять проклятия направо и налево. В груди завибрировало, словно израненное животное завыло в клетке, из последних сил бросаясь на кости. Вироса прикрыла глаза, желая заглушить взбесившуюся ярость, в голове словно зажегся фитиль. Донумп.

Да другая ее часть души, заключенная в змея, моментально среагировала на эмоциональный всплеск, шумя откуда-то издалека, зазывая объединиться. И тут девушка поняла, что это не совсем настоящая злость на Фреда, а лишь исковерканное неполноценной душой восприятие реальности.

Она шумно выдохнула, краем уха слыша, как юноша тоже поднялся со своего кресла, делая небольшой шаг к ней. Теплая широкая ладонь коснулась ее плеча, и от этого места побежали мурашки. Вироса открыла глаза, цвета горького шоколада.

-Давай оставим этот разговор на другой раз, - виноватым тоном произнес Фред. - Не уходи.

-Мне все равно уже пора.

-Я не смогу тебя никак задержать? - получив грустный взгляд, юноша вяло ухмыльнулся. - Тогда, что насчет Рождества? Приходи к нам в гости? Все будут тебе очень рады!

-Я пока не могу дать точный ответ..

-Тогда просто запомни пароль от камина в нашем доме, я буду тебя ждать. Ладно?

Фред произнес короткую фразу “Нора Уизли”, удостоверившись, что лисичка запомнила кодовое слово, и он все же позволил ей покинуть свой кабинет.

***

Аппарировать пришлось в три прыжка, чтобы никто не смог отследить перемещение. Когда Вироса-де-Кута вернулась в манор Малфоев на улице уже смеркалось, вечер засасывал пространство, накидывая свой темный плащ на крышу большого дома.

Девушка была так вымотана своими приключениями и внеплановыми встречами, что напрочь забыла о своей самой главной задаче - доклад Волан-де-Морту. Но долго вспоминать не пришлось. Темный Лорд приказал Нагайне привести Виросу в зал.

-Прошу прощения за задержку, - присела в реверансе юная волшебница.

Ей не дали даже сменить одежду, что уж говорить об отдыхе или сборе с мыслями. Волан-де-Морт сидел во главе расколотого стола, перебирая очередные бумажки. По правую от него руку находилась чем-то ужасно вымотанная мисс Навелюкс.

Присутствие крестной слегка обнадеживало, словно хватаясь на соломку, Вироса встретилась взглядами с Тенебой, чуть заметно выдыхая. Но, как говориться, не кричи “гоп”, пока не перепрыгнул..

-Можешь быть свободна, с-старая подр-руга, - просвистел голос черного чародея.

Мисс Навелюкс неторопливо поднялась из-за стола, наигранно кланяясь Лорду. Ведьма всем своим видом демонстрировала отношение к подобному непочтительному обращению с ней. Тенеба еще пару мгновений сверлила колдуна своими болотными глазами, недовольно фыркнула и трансгрессировала из зала.

-Ты достала диадему? - не отнимая от документов взгляда, спросил отец.

-К сожалению, еще не успела..

-А чем ты была так занята весь этот день?

-Искала способы решения этой непростой задачи, - заламывая себе пальцы, произнесла Вироса.

-Где ты была, девчонка? - Лорд, наконец, поднял свои кровавые глаза, прожигая лицо девушки.

-На Косой Аллее, - произнесла первое, что пришло в голову.

От слабости, после потери сил во время Ритуала Винтербиров, от усталости после тяжелого разговора с Фредом Вироса-де-Кута плохо могла противостоять давящей мощи Волан-де-Морта, выдавая себя с головой.

-Пожиратели докладывали, что на этой улочке почти не осталось рабочих лавок, - хищно улыбнувшись, сообщил Лорд. - Помнится, что те, кто еще силятся работать, делятся на два типа. Жалкие бедняки, которым уже нечего терять. И глупцы, что пытаются противостоять грядущему.

Волан-де-Морт поднялся на ноги, сделал несколько бесшумных шагов в сторону побледневшей девушки. Жуткий оскал стал шире, взгляду показались острые клыки и раздвоенный тонкий язык, что быстро пробежался по серым губам. Так отец говорил с ней на парселтанге..

-Беднякам нечего тебе предложить, все ценное уже конфисковали мои слуги, либо щенки Министерства. А что касается глупцов.. - алые глаза сверкнули, выжигая очередную дыру на коже Виросы. - Их фамилия Уизли. Этих маглолюбов я хотел использовать позже, но ты, кажется, уже нашла им применение, не так ли, девочка?

Высокая фигура, от которой смердило сырой землей, приблизилась почти вплотную, нависая над хрупкой девушкой. Ее пробила дрожь. Вот кто ее за язык тянул? Волан-де-Морту даже не нужно читать ее мысли, чтобы узнать правду, понять, с кем она виделась на волшебной улице.

-И какую же пользу могут мне принести эти рыжеволосые? - Лорд смотрел на нее сверху вниз, разевая пасть, словно собирался проглотить, как змей мышку.

Вироса поборола желание зажмуриться, едва справляясь с дрожью в коленях. Все, что она сейчас могла сделать, это защитить себя от очередного приступа гнева отца и оттянуть расправу над Фредом.. Голова работала с утроенной силой, подкидывая варианты.

-Я наблюдала за ними, когда училась в Хогвартсе, - беря голос под контроль, ответила юная ведьмочка. - Они близки с теми, кто был вместе с Гарри Поттером в Министерстве Магии. Поэтому я посчитала, что близнецы могут быть полезны и, возможно, обладают какой-нибудь информацией..

-И что тебе удалось выяснить? - шипя, перебил Лорд.

-Пока что.. ничего. Но меня пригласили на Рождество! Отец, это может стать хорошей возможностью, чтобы разузнать какие-нибудь подробности.

Волан-де-Морт молчал какое-то время, усердно размышляя. На окаменелом лице сложно было разобрать злится он или нет. И стоило темному чародею сделать шаг назад, несколько раз задумчиво кивая, Вироса-де-Кута смогла, наконец-то, рвано выдохнуть. Буря, кажется, обошла стороной.

-Хорошо, - произнес он и неоднозначно ухмыльнулся. - Там, должно быть соберутся и другие члены Ордена Феникса. Внимательно слушай и запоминай, ничего не спрашивай сама и не светись. А самое главное, - Лорд понизил голос. - Только рис-скни пр-редать меняя.

Глава 34 Снег

Снег ложился белоснежным пушистым одеялом на все, куда только не падал взгляд. Но красоту зимней природы нарушало неказистое высокое строение. То ли перекошенный дом, то ли кривая деревянная башня. Вироса-де-Кута еще никогда не видела таких волшебных построек.

Она всю жизнь провела в хорошем большом маноре, а на праздниках гостила в небольшом замке своей темно-книжной крестной. Последние полгода девушка провела в дорогом и чересчур изысканном поместье Малфоев.

Тут же перед ее взором предстало нечто, скорее напоминающее сарай переросток, чем жилье целой семьи чистокровных волшебников. Многочисленные окна светили теплой желтизной свеч, а сквозь щели пробивался шум и гул множества голосов. Похоже, в этом (с трудом назвать) доме уже вовсю принялись отмечать рождество.

Вироса-де-Кута неторопливо зашагала по припорошенной снегом тропке, ошарашенно оглядываясь по сторонам. Недалеко от дома был палисадник, в котором то и дело шныряли садовые гномы, весело раскидывая белые хлопья. С другой стороны раскинулось большое поле, на котором кое-где были установлены кольца на высоких палках и самодельные деревянные ограничители - похоже, здесь, в свободное время от удержания дома от развала, практиковались в полетах на метле.

До двери оставалось пару шагов, как вдруг, внутри что-то громко хлопнуло и послышался высокий, немного нервный женский голос: “Все хлопушки взрываем на улице, Джордж!” И сразу после многоголосый смех. Юная волшебница замерла на пороге, пытаясь прикинуть, сколько внутри собралось человек. В хохоте распознавалось не меньше четырех-пяти персон.

Глубокий вздох. Вироса аккуратно постучала костяшками кулачка по дереву. Можно было, конечно, воспользоваться паролем от камина, что ей назвал Фред, сразу появляясь внутри “здания”, но девушка не сделала этого по двум причинам. Во-первых, ей не позволило бы воспитание заявиться сразу внутрь чужого дома. Во-вторых, после разговора с отцом о том, что он поручает ей миссию “выяснить что-нибудь полезное об Ордене Феникса”, Виросе нужно было несколько секунд побыть в одиночестве.

Юная ведьмочка призвала одного из домовых эльфов Малфоев и приказала тому перенести ее к “Норе”. Домовик, как и полагается прислуге, низко поклонился волшебнице, аккуратно коснулся ее ладони и бережно доставил девушку по заданному адресу. Затем маленький ушастый эльф вновь опустил голову, уточняя, чем еще может быть полезен молодой ведьме и, получив отказ от помощи, испарился с легким хлопком.

Дверь перед лицом Виросы распахнулась, и перед ней оказалось круглое краснощекое лицо. У дамы были небольшие глаза и яркие рыжие волосы, завитые в простенькую прическу. Это была никто иная как миссис Уизли, у которой тут же, стоило ей увидеть гостью, губы расползлись в теплой улыбке.

-Здравствуйте, миссис Уизли, - девушка присела в реверансе, изящно опуская голову. - Мое имя Вироса-де-Кута Дасадити. Ваш сын пригласил меня к Вам на Рождество.

-Ну-ну, полно, милая! - дама быстро замахала руками, словно пыталась сбить поток вежливости. - Заходи, дорогая! Фред только о тебе и говорил все это время! Рада познакомиться, зови меня просто Молли!

Словно они были знакомы уже тысячу лет, миссис Уизли подхватила гостью под руки, втягивая ее в дом. Внутри было тепло, даже жарко, сияли магическими огоньками свечи и пузырились волшебные шарики, в которых плавали конфеты и драже (любой желающий мог лопнуть пузырик, и из него выпадут сладости).

Пахло ровно так же, как все время пах Фред. Вироса не удержалась, делая вдох поглубже, наполняя легкие запахом свежей выпечки, карамели, дыма от фейерверков и молочного шоколада. Уже в прихожей было шумно, откуда-то играло зачарованное радио, стучали столовые приборы и перед глазами, то и дело, пролетали блюда с новыми и новыми угощениями. Девушка почувствовала себя так, как если бы она попала в Крестраж к Фреду. Все вокруг было яркое, теплое и слегка вздорное.

-Давай, снимай свои вещи и иди за стол, - быстро проговорила миссис Уизли, оборачиваясь к кривой лестнице всем телом и прикладывая руку ко рту словно рупор. - А НУ ВСЕ СЮДА! ЖИВО!

Затем хозяйка сделала несколько шагов вперед, опираясь на ближайшие перила, задрала голову и прокричала свою фразу еще несколько раз. Вироса в это время ошарашено оглядывалась по сторонам, безрезультатно щелкая пальцами. На этот жест должен появляться эльф дома, но тут он, кажется, был таким же не послушным, как и все, кто слышал крик миссис Молли, но не торопился спускаться на первый этаж.

-Ты что? А! Пытаешься эльфа позвать? - из закутка показалась еще одна рыжая голова. - Нет у нас домовиков. Я Артур, приятно познакомиться!

Взрослый пухлый маг протянул гостье руку. Вироса (из-за своей-то воспитанной аристократами натуры) наивно решила, что мистер Уизли поклонится и приветственно поцелует ее пальцы, протянула свою ладошку в ответ, ошарашенно глядя на то, как взрослый чистокровный колдун весело улыбается, бессовестно тряся ее ручку в простом рукопожатии.

Раздеваться пришлось самостоятельно. Девушка стянула с себя дорожную мантию, повесила ее на вешалку у выхода, которая удивительным чудом не рухнула на пол под тяжестью навешанного на нее барахла. Создавалось ощущение, что в доме живет не менее сотни человек. На полу под всеми мантиями, куртками, свитерами, шапками, сумками, брюками (и прочим, что удалось нацепить на крючки) нашлось такое же огромное количество разнообразной обуви.

Мистер Уизли пригласил девушку пройти в обеденную комнату, в которой стоял длинный деревянный стол, множество стульев; по стенам были развешаны полки, заваленные книгами, украшениями, оберегами, вазами; с потолка свисала громоздкая люстра полыхающая множеством свечей. У большого камина по обе стороны расположились две небольшие наряженные елочки (девушка удивилась, задаваясь вопросом, почему не соединить их заклинанием, чтобы вышла одна нормальная рождественская ель?), а столешница, покрытая красивой золотой скатертью, без конца наполнялась горячими блюдами, напитками, сладостями и фруктами.

Сверху, словно грохочущий гром, раздался топот. Несколько человек бежали по лестнице на перегонки, айкая и ойкая, толкаясь и смеясь. Через пару мгновений в украшенной и вкуснопахнущей столовой появились знакомые Виросе лица. Среди весельчаков оказались Рональд Уизли, грязнокровка Грейнджер, мистер Поттер, близнецы, Джинни Уизли и еще одна худая девушка. Последнюю мисс Дасадити видела в Министерстве Магии, когда школьники столкнулись с Пожирателями Смерти.

У этой представительницы Ордена Феникса были яркие волосы, которые постоянно меняли свой цвет. А еще девушка с трудом контролировала свое лицо, которое то и дело принимало разные формы: в одно мгновение нижняя часть вытягивалась и желтела, изображая утиный клюв, в следующее розовело и сплющивалось, оказываясь свинным пятачком. Глаза у нее тоже были странными, то темнели, подобно сгущающейся ночи, то светлели, уподобляясь летнему небу.

Вироса сочувственно окрестила девушку метаморфомагом - волшебником, что с рождения обладает этим редким и жутким свойством к смене внешности. Амараморта таких людей не любила, называя подобное явление проклятием, а крестная и вовсе считала, что подобный ужас может проявиться только у грязнокровок, чьи родители совершили ужасное предательство своего рода.

-Лисичка! - Фред ахнул, заметив у стола Виросу. - Ты пришла!

Видно, так на него влияла атмосфера праздника, что юноша сделал несколько широких шагов и на глазах у всех обнял девушку, крепко прижимая ее к себе. Вироса-де-Кута краем глаза заметила чужие взгляды. Рональд, Гарри и девушка метаморф округлили глаза, открывая рты. Гермиона, Джинни, миссис Уизли умилительно улыбнулись, переглядываясь между собой, а мистер Уизли и Джордж сделали вид, что ничего удивительного не происходит, уселись на свои места за столом.

Было во всем этом что-то смущающее.. приятное. Вироса на секунду прикрыла глаза, всего на мгновение позволяя себе насладиться теплом чужого тела. И тут же мягко отодвинулась.

-Привет, и я рада тебя видеть, - улыбнулась она, разглядывая веснушчатое лицо снизу вверх.

Наконец, все опустились за стол. Было интересно понаблюдать за отношениями внутри этого теплого коллектива. Гарри, Рональд и Джордж принялись громко обсуждать (хотя, скорее даже спорить) о командах квиддича, мистер Уизли увлеченно слушал, периодически поддерживая то одну, то другую точку зрения. Джинни и Гермиона принялись весело перешептываться, хихикая и стреляя глазками в молодых людей за столом. Миссис Уизли и девушка метаморф (которая с яркой улыбкой почему-то представилась Виросе своей фамилией Тонкс, вместо имени) завели разговор о каких-то глупостях, вроде домашней утвари и магии поддержания молодости.

-После последней нашей встречи я переживал, что ты не захочешь приходить, - Вироса вздрогнула, когда Фред наклонился и прошептал это ей прямо в ухо. - Как твои дела?

-Я в полном порядке, спасибо, - ощущая, как краснеют уши, девушка сделала вид, что поправляет прическу, чуть сдвигаясь от молодого человека.

-А как твой отец?

Вот вечно он говорит все, что в голову ударит! Вироса-де-Кута быстро обвела всех присутствующих коротким взглядом. Никто не услышал тихого вопроса Фреда, спасибо Моргана! Не хватало еще, чтобы кто-то принялся расспрашивать ее о появившемся родственнике. Девушка крутанула голову так резко, что оказалась нос к носу с молодым человеком.

-Мы сейчас это будем обсуждать? - прошипела она, ошпаривая юношу многозначительным взглядом.

-Это секрет, что ты встретилась с отцом?

Фред невинно хлопал ресницами, в то время как у Виросы засосало под ложечкой. Вся краска моментально спала с лица, демонстрируя болезненную бледность, а в глазах носились перепуганные до смерти искры.

-Ты что.. кому-то рассказал? - еле выдавила из себя девушка, слабо шевеля губами.

-Нет, - удивленный реакцией, быстро ответил Фред. - Не приходилось к слову еще..

-Вот пусть и дальше не приходится, - ядовито шикнула Вироса-де-Кута, у которой от перепуга затряслись ладони.

-Ладно.

Молодой маг смотрел ей в глаза, оценивая степень опасности собственных знаний и не мог взять в толк, что плохого в том, если другие знают о радостном воссоединении родных? Однако лицо лисички говорило само за себя. В миг побледневшие губы чуть заметно дрожали, а дыхание сбилось, неровными комками выходя из остолбеневшего тела.

Такое поведение для него было в новинку. Никогда еще он не видел столько страха в карих глазах. Злость, даже ярость - да. Печаль и тоску - да. Смущение - да. Но неприкрытый никакой аристократической сдержанностью испуг - впервые. Фред аккуратно протянул руку под столом, мягко беря зажатый кулачок в свою ладонь. Кого она так боится? Его семью? Или.. может быть.. свою собственную?

Некоторое время спустя Вироса-де-Кута все же успокоилась, ощущая живительное тепло от широкой ладони, и предрождественский вечер потек чуть проще. Девушка даже смогла включиться в разговоры других, блистая знаниями в области магии и закатывая глазки на попытки втянуть ее в споры по квиддичу.

Совсем близко к входной двери раздался хлопок аппарации. Миссис Уизли подскочила со своего места, бросаясь навстречу новым гостям. Дверь со скрипом отворилась, и в дом вошел высокий волшебник средних лет, с длинным шрамом на правой щеке. У него были светлые жидкие волосы, опрятная щетина и небольшие жесткие усы.

Этого человека Вироса-де-Кута тоже видела во время сражения у Министерской Арки Душ. Он тоже являлся одним из членов Ордена Феникса, которые пришли тогда на выручку мистеру Поттеру.

Гарри заметив новоприбывшего вскочил со своего места, его глаза радостно засверкали, а губы растянулись в широкой детской улыбке. Он в два прыжка подскочил к магу, замирая перед ним, словно домашний щенок.

-Профессор Люпин!

-Я уже давненько не профессор, Гарри, - засмеялся волшебник, теребя юноше темные волосы.

-О, профессор Дамблдор! Вы тоже пришли! - резко сменив радость на благоговение, произнес юноша, всматриваясь в темноту за спиной мистера Люпина.

-Здравствуй, Гарри, - раздался спокойный голос, от которого по телу Виросы побежали очередные холодные мурашки.

В дом вошел седобородый старик, облаченный в свою самую яркую красную мантию. Альбус Дамблдор собственной персоной. Он заложил руки за спину, чуть сгибаясь, словно его мучали старческие боли в спине. Миссис Уизли запричитала над новыми гостями, принялась подталкивать тех к столу, попутно тараторя какие-то странные вещи:

-Мы все обыскали, Артур уже почти окончил с Министерскими записями. Там, конечно, ничего полезного, но мы попросили Кингсли проверить на Гриммо. Найдем-найдем, не переживай Альбус!

Вироса-де-Кута неосознанно вжалась в свой стул, стараясь полностью спрятаться за широкоплечей фигурой Фреда от взора директора Хогвартса. Ее брала легкая паника. Она совсем одна среди почти полного состава Ордена Феникса во главе с профессором Дамблдором. Ни спрятаться, ни скрыться. Мог ли отец предсказать, что его главный соперник явится на этот семейный праздник Уизли?

В голове замелькали тысяча идей о том, что следует сейчас же предпринять. От простого побега, до нападения. А что с ней сделает старый мощный маг, как только увидит? Скорее всего Вироса и двинуться не успеет, как на нее падет какое-нибудь проклятие. Она видела бой отца и Дамблдора. Какой бы умной, чудной и замечательной ведьмой она себя не считала, она не сможет совладать с навыками древнего колдуна. А вокруг, помимо самого Дамблдора, еще есть десять волшебников. Будь Вироса самой Морганой, она, вряд ли, смогла бы одолеть их всех.

И пока голова работала на полную мощность, тело жалко сжалось и напряглось, пытаясь прикинуться статуей. Вот, не смотри сюда, тут лишь декор, украшение праздничного стола! В груди рокотал ужас. Сердце стучало так громко, что, должно быть, его бой слышали вообще все.

-Молли, у вас как всегда так шумно и полно гостей.

Дамблдор произнес это своим спокойным голосом, опускаясь на стул у дальнего конца стола от Виросы. Маг улыбнулся и перевел внимательный взгляд на свою бывшую студентку из Слизерин. Светлые глаза смотрели через очки-половинки, пробивая девушку насквозь. Вироса-де-Кута икнула, вздрагивая всем телом.

Тут же, по старой отработанной привычке, бросая магическую силу в защитный купол над головой. В любое мгновение она может почувствовать бестелесную руку директора, бесстыже копошащуюся в ее мыслях. Но вот прошла секунда, за ней следующая и никакого вторжения. Даже.. как будто.. и давления магической мощи не было.. Профессор не станет даже пытаться узнать, где ее отец?

Вироса-де-Кута, просчитывая свои дальнейшие действия, вежливо кивнула Альбусу Дамблдору, приколачивая к лицу без эмоциональную маску.

-Рад Вас видеть, мисс Дасадити, - продолжил старый колдун, - как поживают Ваши родные?

Для присутствующих взрослых это звучало абсолютно естественно, для тех, кто знал, что у Виросы есть лишь Тенеба - это было интересом к крестной, и только сама девушка поняла, кем именно интересуется директор. Так и хотелось ответить что-нибудь грубое, вроде “Не Вашего ума дело!”, но Вироса-де-Кута слегка растянула губы, спокойно произнося:

-Спасибо, профессор, все в полном порядке.

Старый маг фыркнул, прикрывая веки и, наконец-то, отвернулся, заводя разговор с хозяевами дома.

Весь этот праздничный вечер Вироса не могла ни есть, ни пить, даже разговоры давались ей с большим трудом. Все внимание забирал на себя седой колдун, от которого девушка ожидала какой-нибудь подвоха. Но, то ли профессор Дамблдор оставил попытки что-то выяснить у юной ведьмочки, то ли его безразличие было очередной сложной игрой.

Однако, если это все было каким-то хитроумным планом, то старый маг как-то уж слишком (по мнению Виросы) перебарщивал с конспирацией. Профессор Дамблдор все делал слишком уж.. медленно. С большим трудом двигался, разговаривал с придыханием, использовал свои руки, словно какой-то магл, совершенно за весь вечер не прибегая к магии.

Девушка совсем осмелела и аккуратно протянула свои бестелесные ручки к директору, вдруг резко их отдергивая. Никакой защиты. Вироса-де-Кута округлила глаза, остолбенело хлопая длинными ресницами. Пусто. Дамблдор что, настолько уверен в своем Ордене Феникса, что решил совсем расслабиться, сидя за одним столом с дочерью своего врага?

Не было на нем ни барьеров, ни куполов, даже свою мощь он словно запер где-то в глубине. Да еще и так глубоко, что молодая ведьма, не знай она кто этот старик, приняла бы его за жалкого простеца без капли магии. С каждой минутой все чудесатее и чудесатее..

За входной дверью раздался очередной хлопок аппарации и разговоры за столом резко смолкли. Все прислушались к звукам снаружи. Миссис Уизли поднялась и, что-то бормоча себе под нос, с подозрением приоткрыла дверь, выглядывая в темноту рождественской ночи. Вдруг она громко ахнула, резко дергая на себя створку.

-Перси! Сынок! - запричитала дама, хватая объявившегося юношу за плечи.

Миссис Уизли втянула в дом молодого человека, немногим старше Виросы, с ярко-рыжими волосами, которые были зализаны назад. На очередном веснушчатом лице закатились глаза, и этот юноша нервно отодвинул от себя даму, принимаясь быстрыми движениями поправлять дорогой темный костюм в зеленую полоску.

-Мистер Скримджер, проходите, пожалуйста, - задрав подбородок, высокомерно произнес Перси.

Следом в дом вошел высокий худой человек со впалыми щеками, синяками под глазами и волнистыми темными волосами до плеч.

-Ой, господин министр? - охнула миссис Уизли. - Каким судьбами?

Мистер Уизли-старший резво поднялся из-за стола, торопливо вытирая рот салфеткой (чем только размазал соус по губам, а не избавился от него), быстро прошел к гостям, вытягиваясь по струнке, словно какой-то шарообразный солдатик.

В то же мгновение из-за стола поднялась и мисс Тонкс, совершая какие-то нелепые попытки встать так, чтобы закрыть собой директора Хогвартса. Ее нелепые дергания поддержал и мистер Люпин, который вскочил на ноги, хватая старика под руку, помогая тому подняться с места.

-Добрый вечер, прошу прощения за такое внезапное вторжение, - улыбнулся министр, в лице которого не читалось и капли смущения. - Я пришел поздравить вас с рождеством..

Мистер Скримджер покрутил головой, пытаясь заглянуть за спину танцующей перед ним мисс Тонкс. Заметив Золотую Троицу, маленькие узкие глазки министра блеснули, и он бодро хлопнул в ладоши:

-Мистер Поттер! Какое счастье, что я смог с вами так случайно встретиться!

Даже Вироса-де-Кута, впервые в жизни видевшая этого господина, тут же считала его неприкрытое лукавство. Министр Магии заявился сюда без приглашения специально, чтобы застать Гарри Поттера, не иначе. Сам же юноша никакой радости от встречи, кажется, не питал. Его лицо вмиг посерело, а светлые глаза потухли, он сгорбился, смотря на мистера Скримджера исподлобья.

Рональд Уизли скривил губы, чуть распрямляя плечи, будто готовясь к обороне своего лучшего друга. Кудряшка-Грейнджер дернула бровью, как бы невзначай двигая телом в бок, чтобы прикрыть Гарри от заискивающего взгляда министра.

-Вот ведь! - шикнул Фред, скрипнув зубами. - Перси в своем репертуаре! Обязательно было этим заниматься именно сегодня?

-Что происходит? - приблизившись к юноше, прошептала Вироса.

-В стране бардак, и министр пытается сделать из Гарри рекламный щит для народа. Нет бы действительно заняться проблемой! Зачем втягивать в это школьника?

-А Перси же твой брат? Он что, работает на правительство?

-Да он там просто на побегушках! И смотри как выслужиться пытается! Привел Скримджера к нам домой прямо посреди праздника!

Вироса-де-Кута лишь пожала плечами. Что поделать, если у человека такая работа - угождать начальству. Разве плохо искать способы продвинуться на службе? Да и к тому же, мистер Поттер, как успела понять юная волшебница, в Англии является народным героем. Логика Министерства понятна - использовать его как флаг, символ свободы, за которым пойдут обычные граждане магической части Британии. “Если уж школьник не боится идти против Волан-де-Морта, то чего страшиться взрослым!” - примерно так в голове девушки выглядел этот забавный лозунг.

Тем временем, пока министр на пару с Перси Уизли продвигались сквозь повскакавших со своих мест людей к Гарри Поттеру, мистер Люпин и профессор Дамблдор медленно, но верно продвигались на выход из дома. Медленно, потому что директор Хогвартса еле двигался, с огромным трудом переставляя ноги. “Да что с этим стариком такое?!” - взвыла про себя Вироса, наблюдая за кряхтящим и мучающимся от старческих болей магом.

-Фред, знаешь, - девушка ощутила, как время на выполнение задания отца принялось утекать сквозь пальцы. - Мне, пожалуй, пора.

Она поднялась со своего места, делая несколько шагов в сторону выхода. Мистер Люпин уже отворил дверь, помогая Дамблдору переступить порог. Как вдруг в руку девушки вцепилась широкая ладонь.

-Ты уже уходишь? Почему так внезапно? - карие глаза были такими большими и слегка испуганными, что Вироса неосознанно сравнила Фреда с маленьким щенком. - Останься еще хотя бы ненадолго.

-Прости, мне правда уже пора..

Профессор Дамблдор уже вышел за дверь. Последняя попытка узнать хоть что-то полезное отцу испарялась на глазах. Нет времени объясняться. Вироса выдернула руку из теплых пальцев, торопливо обходя людей. За спиной послышался тяжелый вздох, от которого нещадно закололо в сердце.

Никто толком и не заметил, что гостья пропала. Все, кто был на этом семейном застолье были заняты внезапным появлением министра. Кто пытался угодить мистеру Скримджеру, кто отвлечь от Гарри Поттера. Поэтому юной ведьмочке удалось скрыться за дверью без наблюдения лишних глаз. Кроме, разве что, той пары, что напоминали горячий чай, неотрывно следящие за удаляющейся хрупкой фигурой.

Холод зимы казался еще острее, особенно после посиделок в жарком доме среди толпы веселых и радостных людей. Завывающий ветер кусал неприкрытые ничем щеки, а снег падал на ледяную землю косым звездопадом.

Вироса сжала в ладошке волшебную палочку, приказывая магии окутать ее в согревающий шарик. Темнота перед глазами сгущалась, лишь дрожащие полосочки света, что лился из окон, чуть распугивали подкрадывающуюся к странному домику ночь.

В отдалении девушка заметила две фигуры. Профессор Дамблдор и мистер Люпин о чем-то быстро переговаривались, но слов было не разобрать. Последнее, что смогла понять Вироса по смазанным движениям: мистер Люпин наложил заклинание на директора, торопливо оглянулся на косое здание, аккуратно взял старика под руку, и они оба пропали в быстром круговороте трансгрессии.

***

Мисс Навелюкс прибыла в манор Малфоев совсем поздно вечером, изможденная и с пустыми руками. Последний разговор с Волан-де-Мортом закончился тем, что Лорд отправил старую ведьму за границу, разыскать ему верных сторонников. Но вот незадача (Тенеба тяжело и шумно выдохнула, снимая плащ), у нее, не то что за рубежом, даже на своей родине никаких друзей и знакомых то не было.

Игра в сумасбродную старуху увенчалась успехом - никто за двадцать лет ни на шаг не приблизился к мисс Навелюкс. И вот теперь, когда Темный Лорд желал себе свежей крови в услужение, Тенеба не могла выполнить его приказ (дама покачала головой, поджимая сухие губы).

Что ж, придется ее старому знакомому обойтись собственными силами. Ведьма повела плечами, разминая спину. В конце-концов, сегодня Рождество, не станет же он надоедать работой во время праздников.

Волан-де-Морт, по своему обычаю, восседал во главе стола в большом главном зале манора. Его нынешнее одиночество порой казалось Тенебе слишком очевидным. Колдун запирался ото всех, монотонно разбирая документы и продумывая планы по захвату власти, как какой-то типичный злодей из детских книжек. В их прошлом такого не было.

Там была команда, пять сильных темных магов, бороздящих просторы необъятного волшебного мира в поисках новых знаний и навыков. Не сказать, что они были закадычными друзьями, но все же.. Они проводили очень много времени вместе, спали в палатках, готовили еду на кострах, разгадывали шифры на старых пергаментах, сражались против нечисти общими усилиями.

А тут перед пожилой колдуньей сидел бледный, уставший от компании, несчастный полу-человек полу-змей. Его глаза и в прошлом порой окрашивались в рубиновый цвет, но тогда это были лишь всплески ярости и гнева. Теперь же его радужки навечно приняли этот кровавый оттенок, даже дуракам демонстрируя, что Лорд пребывает в постоянной ненависти и злобе.

И тем не менее, в этом могущественном маге старая Тенеба продолжала находить своего хорошего знакомого Тома Реддла. Элегантные жесты, размеренная речь и повадки указывали на то, что человек может сколько угодно менять внешность, но при этом он не способен изменить самого себя.

-Вернулась? - произнес Темный Лорд, откладывая документы в сторону.

-Как видишь, - мисс Навелюкс вальяжно опустилась на стул, шумно выдыхая. - Только новости у меня плохие.

Волан-де-Морт молчал, однако прищуренные глаза говорили за него. Недовольство.

-Мне никого не удалось найти тебе в помощь, - Тенеба, как ни в чем не бывало, пожала плечами, сама того не зная, подкидывала дров в разгорающийся пожар. - Уж извини, но за границей нет тех, кто был бы заинтересован в твоем плане. А чего ты ожидал? Я же предупреждала, что все мои высокородные связи оборвались двадцать лет назад.

-И ты так спокойно докладываешь об этом?

Он был в ярости. Темная магия распирала высокое тело изнутри, длинные пальцы сжались в кулаки, а на лбу проступили напряженные вены. Старая подруга его знатно подбешивала последнее время. От нее не было совершенно никакого толку.

Зубы скрипнули, а на щеках заходили желваки. Волан-де-Морт неторопливо поднялся из-за стола, сдерживая лихое желание размазать обнаглевшую в край ведьму по мраморному полу. В голове замелькали черные картинки воспоминаний. Старуха и в прошлом выводила его из себя своей нерасторопностью, своим острым языком и вечно вздернутым носом. Но тогда рядом крутилась Амараморта, сдерживающая его мрачные порывы.

Тенеба стала совсем забываться! Ее место, как и всех остальных, вовсе не за одним с ним столом, а у его ног! Темный Лорд бесшумно прошел вперед останавливаясь напротив старухи. Он с отвращением рассматривал ее заплывшее жиром лицо, мятую морщинами кожу и потухшие, побледневшие болотные глаза. Как такое жалкое нечто может думать, что имеет право разговаривать с ним подобным образом?!

Сначала эта дурость - японский маховик времени, который она вроде как отдала Дамблдору (а что если соврала и все же просто выкинула куда-то артефакт?), затем сокрытие его дочери! Чего она вообще ожидала? Пришла к нему сама, играла роль верной сторонницы, в то время как держала под своим мягким боком его плоть и кровь. Хотела как-то через девчонку навредить ему?

-Не с-слиш-шком ли ты многое с-себе позволяеш-шь, ведьма? - зашипел Волан-де-Морт, нависая гигантской тенью над разбитым столом.

-Пф, - спокойно фыркнула дама. - Я еще раз повторяю, не осталось у меня никаких связей!

-Получ-чается, что ты абс-солютно бес-сполезна мне, с-старуха!

Откуда ни возьмись в ладони Темного Лорда появилось волшебное древко. Вот тут то Тенеба еще раз сказала большое спасибо своей старой закалке. В один прыжок она оказалась на ногах, в полной боевой готовности, швыряя жалящий луч на опережение.

И смысла разговаривать уже не было никакого. Мисс Навелюкс чувствовала яростную мощь всем своим телом. Ее сотрясало от темных волн, исходящих от Лорда. Взмах. Успела отразить его безмолвное проклятие. Зигзагообразный луч с грохотом влетел в каменную стену, и на пол посыпались мелкие камушки.

Тенеба представляла себе этот момент уже много раз. Момент, когда она больше не сможет распознать в человекоподобном существе Тома Реддла. Перед ней магической силой сотрясал воздух Волан-де-Морт - черный маг, преследующий только свои собственные желания и цели. Для него не существовало друзей и родных. Не было прощения и милости. А она - старая колдунья - его подвела, похоже, в последний раз.

Пожалуй, весь этот гнев, должен был вырваться еще полгода назад. В тот момент, когда мисс Навелюкс пришлось раскрыть правду о Виросочке, но Лорд был слишком шокирован новостями и не смог покарать свою старую знакомую. И вот, наконец, сработал накопительный эффект - крышка запечатанной шкатулки оторвалась, и из глубин вырвались все его демоны.

Волан-де-Морт бросался проклятиями, из его палочки вырывались разноцветные лучи, которые сталкивались и разбивались о магию старухи. Вокруг бились вазы, разлетались в щепки стулья и хрустел от напора мрамор под ногами.

Тенеба сделала быстрый выпад в сторону, выбрасывая руку вперед. Ударная волна рассыпалась о линзу выставленного магом щита. Дама, придерживая юбку, шмыгнула подальше от окон, выбивая за собой все стекла. Осколки полетели внутрь, словно стая звенящих птиц. Магия подчинения давалась ей легко, но, не удивительно, что не ей одной. Волан-де-Морт легко крутанул палочкой, пытаясь перехватить контроль над стеклянной стаей.

Сверкающее в огнях редких свечей безумие закружило по залу, разрывая дорогие толстые шторы. Стеклышки принялись врезаться друг в друга, разбиваясь, стираясь и опадая на пол серебристым, хрустящим под ногами, песком.

Что предпринять? Тенеба крутанулась вокруг своей оси, вызывая туманную завесу, пока Лорд вычерчивал многоуровневую руну. Старой боевой ведьме нужна была лишь одна лишняя секунда, чтобы и самой сколдовать нечто подобное. Может быть призыв? Мисс Навелюкс быстро пробежалась глазами по залу, ища подходящий уцелевший предмет. Но вместо этого ее взгляд замер на лице соперника.

Темный Лорд ее.. ненавидел.. Такое человечное, простое чувство исказило его безносое лицо, серые губы изогнулись, демонстрируя острые зубы, а глаза налились кровью. Грудь пронзила острая боль от осознания. Да какой же это Волан-де-Морт!? Перед ней все это время, весь этот долгий год был тот же самый молодой талантливый волшебник, с которым ей довелось путешествовать. В этого человека была влюблена ее лучшая подруга. За этим магом она и сама хотела идти вперед, к светлому будущему.

В черной мантии, пытающийся скрыть свое настоящее лицо, прятался Том. Молодой и прекрасный. Разочарованный, обиженный, и преданный всеми. Тот, который отчаялся настолько, что за пеленой своих предрассудков перестал видеть, кто ему враг, а кто отчаянно цепляется за его сторону.

В голове у Тенебы воскресали, казалось бы, совсем забытые образы. Схватившая проклятие рода Амара и настойчивые необдуманные слова мисс Навелюкс. Это ведь она предложила все бросить и бежать, она настояла на том, чтобы утаить от Реддла болезнь, и она после не дала Амаре рассказать возлюбленному о беременности.

Кажись, дурой она была всегда. Что было бы, если бы она тогда умерила свои амбиции и обратилась бы за помощью к Тому? Наверное, он не был бы сейчас обречен.. Возможно, он не превратился бы в это жалкое одинокое подобие человека.. У него была бы жена и дочь.. и их верная подруга.

Старая ведьма зажмурилась, пока ее колдовской дым прятал ее низкую толстую фигуру от чужой магии. Ее руки дрожали, а стыд и презрение к самой себе вылилось на щеки алой краской. Может быть есть еще шанс все исправить? Да, Амару уже не вернуть, но ведь Виросочка жива, да и она сама готова всегда стоять на стороне старого друга..

Волан-де-Морт еще может исчезнуть с лица земли, уступая место Тому Реддлу. Верно. Тенеба старая, дряблая, но мощная и опытная ведьма. На ее памяти случались чудеса и более невообразимые, чем истинное воссоединение семьи!

-Том, подожди! - колдунья резко махнула рукой, моментально развеивая свою защиту.

Она распахнула глаза, чтобы во всем признаться окончательно, чтобы извиниться, чтобы все исправить.

Ох.. ну, какая же она старая дура.. Маразматичка. Опять забыла простое правило? Пусть люди и не меняются, но время-то не воротишь.

-Мое имя Лорд Волан-де-Морт!

Все, что успела Тенеба, это увидеть длинный взмах - последняя черта древней руны. И забавная последняя мысль о том, что странно, почему Авада Кедавра - дарующая моментальную безболезненную смерть - находится среди непростительных заклинаний. А то, что использовал сейчас Темный Лорд - нет.

Ведьму сдавило, словно гигантским прессом. Она чувствовала, как внутри хрустят и крошатся кости, кажется, какой-то орган не выдержал и лопнул, обжигая внутренности новой волной боли. Она не могла пошевелиться, не могла сделать и вдоха. Перед глазами пролетали вся та сотня защитных заклинаний, что она могла использовать и без палочки, но ни одно не срабатывало против подобной жути.

Только если кто-нибудь снаружи, хоть кто-нибудь.. использует контр-заклятие.. “Умоляю..” - на последнем издыхании подумала древняя чистокровная ведьма, которая всегда, вроде как, была страшной и мощной.. Вроде бы, она всегда справлялась со всем сама..

Или про кого это она все время так думала?..

***

Толстое тело с грохотом свалилось на мраморный пол. Болотные глаза все еще были открыты и в них читалось сожаление. Рот перекосило и нижняя губа неестественно раздулась. Сломанный в нескольких местах позвоночник уродливо оттопыривал дорогущее платье, украшенное тонким черным шелком. Ухо, прижатое к полу начало кровоточить, окрашивая холодный камень в багряный цвет.

Волан-де-Морт выпрямился. Его лицо тут же потеряло всякие эмоции. Старуха у его ног была куском протухшего мяса, как, собственно, и все остальные люди. Тенеба всю жизнь строила из себя непойми кого, сейчас он это хорошо припоминал. Мисс Навелюкс так гордилась своим природным талантом к магии, так кичилась своей чистой кровью, своим громким именем.

И вот, что он нее осталось. Дряхлая оболочка, у которой уже много лет даже болотного цвета глаза уже не сверкали, не излучали магию. Темный Лорд чуть наклонил голову в бок, рассматривая мертвую ведьму. И пока он всматривался своими ядовитыми алыми глазами в изуродованное смертью лицо, ему четко вспомнилось то, из-за чего он всегда терпеть не мог Тенебу:

-Значит, не сможет полукровка стать сильнее чистокровной колдуньи? Да? С-старая подр-руга-а, - он дернул носом, отворачиваясь от мерзкого зрелища.

Всем бесполезным ему место в земле.

Щелчок пальцев, в разрушенном зале появился местный домовой эльф. Существо пало ниц, завоняло ужасом и страхом смерти. Перед тем, как выйти, Волан-де-Морт приказал эльфу избавиться от тела и привести помещение в порядок.

Как только дверь закрылась, за спиной послышались быстрые магические движения. Разруха устранялась, вазы восстанавливались, и люстра вновь собиралась воедино. Стирая любое упоминание о том, какой это был лютый бой магов.

Темный Лорд устал. Это было странное, отчего-то слишком изматывающее сражение. И после собственной победы в груди не полыхало прекрасное чувство насыщения, там билось что-то.. неприятное. Темный маг скривил губы, гоня липкого слизня прочь из-под ребер.

На улице, совсем рядом у главного входа в манор послышался хлопок аппарации.

-Девчонка вернулась, - прошипел Волан-де-Морт, бросая быстрый взгляд на закрытые двери главного зала.

Он тут же себя одернул. И что с того, если эта малявка увидит тело своей крестницы? Его не волнует ее реакция, в конце-концов, он так и не признал эту девушку своей дочерью.

Никогда не признает.

Глава 35 Январская стужа

Декабрьские морозы сменились январской стужей. Никакого (естественно) праздничного настроения в стенах манора Малфоев не было и подавно. Хозяева не украсили даже стены холла, не поставили ель и не устраивали посиделок за обеденным столом со своими высокородными гостями.

Все было так же, как и прошлые пол года. Вироса-де-Кута с грустью вспоминала праздничные деньки у любимой крестной. Вот когда ее душа пела - когда девочке было посвящено, кажется, все внимание мира. Даже прошлое рождество, проведенное без мамы было чудесным, пусть и слегка наигранным.

Здесь же все было унылым, серым и белым, словно поместье пыталось слиться с общей атмосферой английской зимы. Размазанные по небу, тусклые облака неохотно стряхивали с себя мелкие снежинки, а солнце, по всем ощущением, даже не поднималось из-за горизонта по утрам.

Хотя все эти праздничные каникулы определенно нельзя было назвать праздничными, произошло нечто удивительное. Отец очень много времени проводил с Виросой, обсуждая с ней магию, осуждая волшебное сообщество мира, делясь своим грандиозным видением будущего для родной страны и других государств.

Изначально, словно с непривычки, девушка редко отвечала Волан-де-Морту, предпочитая молча слушать его наставления, но к хорошему быстро привыкаешь.. Девушку окрыляло такое внимание к своей персоне. Отец не ругался, не применял к ней силу в наказание за неаккуратные слова. В эти дни он был один в один - папочка из диадемы.

Несколько раз Вироса даже заметила намеченную ухмылку на чешуйчатых губах. Это был для нее восторг. Девушка переживала только за собственную неумелую реакцию на его четко продуманные монологи. Ей жизненно необходимо было не просто кивать в такт словам Темного Лорда, но и иметь свое мнение, разбираться в том, что с таким жаром произносит отец.

Вироса-де-Кута нашла для себя целых два способа того, как можно подтянуть свои знания в области английской и мировой политики. Самым очевидным казался - общение с Тенебой. Но крестная, как пояснил отец, отправилась по его секретному поручению, и пока не давала о себе знать.

Волан-де-Морт складывал руки на груди, отправляя свой холодный красный взгляд куда-то в пустоту каждый раз, стоило девушке уточнить подробности о миссии мисс Навелюкс. Все, что смогла понять Вироса, это то, что Тенеба находится где-то запредельно далеко, и подвергает себя опасности во имя будущего всех волшебников мира.

Что ж, крестная знает свое дело, и владеет черной магией не хуже отца, поэтому какую бы сложную задачу перед ней не поставил Темный Лорд - закаленная ведьма справится и вернется к своей Виросочке.

Пока Тенеба была вне доступа (отец сказал, что даже патронуса посылать к ней смысла нет), юная ведьмочка отправилась по другому пути повышения своих знаний - в библиотеку.

Читальный зал в маноре Малфоев был поистине великолепен. Здесь хранились самые редкие экземпляры древнейших книг посвященные темным искусствам, книги о варке уникальных эликсиров, свитки с рунными записями и даже целые серии томов посвященные созданию собственных проклятий.

Помимо широких стеллажей с бессчетным количеством разнообразной литературы, в библиотеке хранились и другие достояния семейства. Здесь под стеклом на всеобщее обозрение были выставлены старинные магические артефакты. Зачарованные холодные орудия, волшебная палочка сделанная из камня, тканевая маска невидимости, редчайшие гадальные камушки из мандрагоры, и прочие интересные вещицы.

Вироса едва сдерживалась чтобы не разорваться на части и не кинуться читать что-нибудь о темных искусствах. Ее задача - разобраться в политике и тонкостях управления, чтобы иметь возможность дискутировать с отцом и лучше понимать его планы и предпринимаемые ходы.

В волшебных библиотеках не так-то просто разобраться, на самом деле. Каждый владелец магических книг располагает их в том порядке, в котором считает нужным и чаще всего, без хозяев невозможно отыскать нужный экземпляр той или иной литературы.

Все то время, пока Вироса пребывала в маноре Малфоев, она читала все подряд, что попадалось ей под руку и казалось интересным. Многие из книг не были чем-то сверхъестественным, лишь редкие тома открыли ей новые заклинания (которые девушка успешно применяла на тренировках с мадам Лестрейндж) или же давали подробности о той или иной области волшебства.

Сейчас же, прогуливаясь между ровными рядами книжных шкафов, Вироса-де-Кута целенаправленно искала книги посвященные определенной теме и, разумеется, ничего не могла подобрать. Нужная литература словно пряталась от ее взгляда, теряясь в волнах корешков и свитков.

Сделав еще пару поворотов, юная ведьмочка вышла к небольшому камину и уютным креслам, которые стояли по бокам от миниатюрного кофейного столика. Некий островок тишины и теплоты во всем этом океане знаний.

Огненные языки плясали в жерле камина, пульсируя жаром и желтоватым светом. Одно из кресел было занято. В нем, закинув ногу на ногу элегантно устроился мистер Малфой-младший. Юноша облокотившись на подлокотник, подпер кулаком острую скулу, самозабвенно читал какую-то небольшую книжку с желтыми страницами.

Вироса распознала на листах рунические рисунки и письмена посвященные древней символике. Губы расползлись в улыбке сами собой, а карие глаза чуть блеснули. Молодой человек читал ни что иное как “Руны и их ключи”, справочник, что девушка тоже часто использовала для переводов старинных магических текстов.

-Добрый день, мистер Малфой, - Вироса вышла из-за спины Драко, вежливо присаживаясь в приветственном реверансе.

Юноша от неожиданности слегка дернулся, ледяные глаза резко округлились, а дыхание сбилось. Спустя мгновение, он осознал, кто вздумал его побеспокоить, едва заметно выдыхая. Драко тут же поднялся на ноги, откладывая свое чтиво. Он галантно дотронулся кончиками пальцев до своего пиджака, кланяясь:

-Здравствуйте, мисс Дасадити, - несмотря на напускную вежливость, молодой человек был озадачен подобной гостьей, но отточенное воспитание сделало свое дело. - Прошу, присаживайтесь.

Драко дождался, когда юная леди опустится в кресло напротив него, и затем сел сам. Его кожа казалось бледной, даже в теплых бликах камина, а светлые глаза с небольшим прищуром изучающе скользили по фигуре Виросы. Молодым людям еще не выпадала возможность спокойно пообщаться. Они вообще редко виделись, честно сказать.

Юный Малфой все еще являлся студентом Хогвартса, аппарируя в родной манор на пару с профессором Снейпом раз в месяц для того, чтобы посетить общие собрания Пожирателей Смерти. Точнее будет описать это явление так: мистер Драко Малфой появлялся в зале, опускался на свое место напротив мисс Дасадити, они обменивались короткими (как прозвала их про себя Вироса “поддерживающими”) взглядами, и после Драко сжимал челюсти и смотрел только на столешницу, стараясь особо не дышать.

На этих общих собраниях Пожирателей Смерти во главе с Волан-де-Мортом Вироса-де-Кута и Драко были полными противоположностями друг другу. В то время как девушка все силы прикладывала на то, чтобы осознать все происходящее, следила за ходом докладов, постоянно хмурила брови, вникая в слова отцовских прислужников, часто смотрела на Темного Лорда; Мистер Драко силился превратиться в неприметную тень, слиться со своим стулом, сжимаясь в маленькую черную точку. За своими попытками избежать внимания Волан-де-Морта, он не мог слушать, о чем говорят старшие, и уж тем более не принимался анализировать предстоящий план действий.

Затем профессор Снейп брал юношу под руку и резко аппарировал обратно в Хогвартс, ни с кем не прощаясь. Вот и получается, что из всего общения молодых слизеринцев оставались лишь редкие переглядки.

Вироса-де-Кута нежно улыбнулась, стараясь не придавать значения тому, как при ее появлении изменилось поведение Драко. Теперь он сидел ровно, словно по учебнику манер аристократов. Взгляд был холодный и настороженный, а длинные пальцы вцепились в подлокотники мягкого кресла.

Стоить повести себя как старший член этой встречи и хотя бы постараться разбавить напряженную обстановку. Не мудрено, что Драко боится Волан-де-Морта. Нрав темного колдуна порой настораживает даже саму Виросу, но девушка же не во всем похожа на своего отца..?

-Прошу прощения, что побеспокоила, - вежливо начала молодая леди. - Я не знала, что встречу Вас в библиотеке, мистер Малфой.

-Ничего, Вы наша гостья и можете перемещаться по дому совершенно свободно, - юноша отрицательно мотнул головой на первых словах, а на последних неуверенно кивнул.

-Я заметила, что Вы читали “Руны и их ключи”, - Вироса взглядом указала на раскрытую книгу на столе. - Я тоже часто пользовалась этой литературой.

-Да, это очень полезный экземпляр, - сухо отреагировал Драко.

Мда.. С завязкой диалога здесь определенно будут сложности. Не смотря на то, что молодой хозяин манора явно не был настроен на дружеское общение, Вироса слишком много времени проводила в молчании. Слова так и рвутся наружу. Девушка хотела спокойно поболтать хоть с кем-нибудь.

С отцом они только и делали, что обсуждали грандиозные планы (и говорил в основном Лорд), с мадам Лестрейндж поговорить по душам не выйдет (ведьма только и делала, что раздавала указания во время тренировок), из мистера Долохова собеседник вообще был так себе (чародей редко появлялся в доме, и на все попытки Виросы подружиться, отвечал немногословно и с легкой улыбкой, мол, да-да, малышка, как скажешь). Тенеба куда-то пропала, белоснежный змей Донумп поддержать диалог не мог от слова совсем (хотя с Нагайной тот общался более охотно).

Вот и остается только разговорить младшего мистера Малфоя (тем более, что они оба примерно одного возраста и из знатных семей). Мисс Дасадити уселась поудобнее, всем своим видом демонстрируя, что никуда не уйдет, пока не утолит свою жажду в общении.

Драко словно прочитал ее мысли (хотя на деле, юноша все понял по загоревшимся карим глазкам и многообещающей сверкающей улыбке), обреченно выдохнул, опуская плечи.

-Однажды я наткнулась на удивительную старинную книгу под названием “Древняя и ужасная история тьмы”, Вы читали?

-К сожалению, нет, - кратко ответил юноша, предчувствуя, что за этим последует какой-то рассказ.

Молодой человек, осознавая ситуацию, в которую внепланово угодил, чуть расслабился, откидываясь на спинку. Лицо из напряженного сделалось усталым.

-В этой книге я встретила нечто необычное. Старинную руну, которой не было ни в одной из книг по трактовке, - Вироса приподняла ладошку, вырисовав в воздухе символ.

Драко сначала не предал значение ее движению, ожидая продолжения “невероятно интересной для него” истории. Однако девушка не спешила, отчего юноша пару раз моргнул неосознанно пытаясь припомнить подобную руну. В голове ничего не всплывало. Он чуть наклонил голову в бок, всматриваясь в пальчики Виросы, которыми она только что рисовала в воздухе. Затем вновь моргнул, оторвал от подлокотника указательный палец и повторил с его помощью странную крючковатую руну.

Механические движения обычно помогали ему вспомнить. Однако в этот раз не было даже похожих взмахов палочкой. В мозгу замелькали прочитанные прежде страницы, словно огромная энциклопедия всех магических знаков, которые он хоть когда-нибудь видел. Но опять ничего.

Это становилось интереснее. Драко дернул бровью, поднял со стола “Руны и их ключи”, закинул ногу на ногу, быстро пролистывая сборник. Бесполезно. Вироса-де-Кута права, такого странного символа нет в этой книге. Юноша поднял глаза на свою собеседницу, встречая хитрую улыбку и живой интерес. Девушка молча наблюдала за тщетными попытками юноши отыскать руну в списках.

Это начало отдаленно походить на игру. Драко фыркнул, бросая сборник обратно на столик, протянул руку в сторону книжных полок, шепнул название другого томика по рунам, приказывая литературе прилететь на хозяйский зов.

Толстый том, хлопая твердой обложкой, словно крыльями, добрался до кресла юного Малфоя, плавно опускаясь ему на ладони. Драко принялся бегло изучать его содержимое, перепрыгивая со строчки на строчку. Пусто. Подобного символа здесь нет.

Юноша звонко захлопнул книгу, отправляя ее в обратный полет. Шепнул следующее название, призывая к себе узкую вытянутую брошюру в черном переплете. Ее тонкие листы хрустели под пальцами, готовые развалиться от любого неосторожного касания.

-Если и в этом списке нет Вашей руны, мисс Дасадити, - не отрываясь от поиска, произнес Драко, - то я предположу, что Вы и вовсе ее выдумали.

Девушка на подобное замечание лишь тихонько рассмеялась, от нетерпения комкая в ладонях ткань юбки. Как и ожидалось, в старом вытянутом сборнике не было древней закорючки. Молодой волшебник небрежно подкинул книжонку в воздух, приказывая ей вернуться на свою полку.

-Что ж, теперь я готов Вас выслушать, - Драко наклонил голову вбок, и его глаза цвета льда сверкнули интересом.

-Поверьте, я, так же как и Вы, ничего не нашла в книгах, мистер Малфой, - не скрывая своего ехидства, хихикнула Вироса-де-Кута. - Эта древняя руна попалась мне всего единожды, совершенно случайно. И чтобы узнать ее истинное значение, мне пришлось изрядно потрудиться!

В голове тут же всплыли все каверзные вопросы портрета сэра Навелюкс. Его монотонные проверки ее мастерства и готовности к высшим знаниям магии и чародейства.

Юноша скрестил руки на груди, плохо скрывая свой детский азарт и поглотивший его интерес. Драко состроил такое выражение лица, будто это он делает леди одолжение, позволяя ей рассказать ему природу символа. Хотя сам чуть шевелил челюстью, от нетерпения покусывая нижнюю губу.

Драко Малфой был превосходным чистокровным чародеем, с прекрасным будущим в роли опытного чародея. Вироса-де-Кута ни секунды не сомневалась, что такой сильный колдун будет способен обуздать мощь природной магии. И когда отец очистит мир от грязнокровных неправильных волшебников - Драко будет среди тех, кто с легкостью откажется от волшебных палочек.

Однако и выдавать ему столь редкое знание о древней руне просто так Вироса не собиралась. Она отзеркалила позу мистера Малфоя, складывая руки на груди и чуть дергая подбородком вверх. Началась битва взглядов.

Развеселые карие искорки сталкивались с голубоватым льдом, медленно, но верно топя эту холодную стену. Драко с силой сжал свои предплечья руками, пытаясь сдержать жажду новых знаний, но интерес все же взял над ним вверх. Юноша глубоко и шумно вдохнул, заставив Виросу удивиться тому, как ему удалось не задохнуться от такого количества кислорода, отвел взгляд и куда-то в камин, растягивая слова произнес:

-Видимо, это особенное знание, которое просто так не получить. Чтобы Вы хотели взамен на рассказ об этой руне, мисс Дасадити?

-Ох, Вы так любезны, - пуще прежнего улыбнулась Вироса, сверкая счастьем, как цветные огоньки на новогодней елке. - Если Вы предоставите мне всю литературу о политике магического сообщества мира, что хранится в Вашей невероятной библиотеке, то я с удовольствием расскажу Вам подробности символа.

-Всего то? - юноша удивленно приподнял брови, замирая на пару секунд.

Затем он легко махнул рукой высоким книжным шкафам, отдавая приказ книгам. Тома слетались к кофейному столику, словно стая голодных голубей. Какой литературы здесь только не было: огромные и толстые талмуды, маленькие записные книжки, свежие фолианты, новые и почти развалившиеся свитки, краткие пометки на маленьких кусочках пергамента, карты (большие и маленькие) и рукописные графики. У Виросы глаза на лоб полезли от изобилия информации.

Девушка принялась потирать друг об дружку руки, пытаясь унять порыв броситься на предоставленные ей широкой рукой новые знания. Все эти книги скапливались у ее ног, на и под кофейным столиком, укладывались высокими стопками у ее кресла, лепили из собственных бумажных тел настоящие пирамиды.

Когда шелест утих, и последний тяжелый том плюхнулся девушке прямо на колени, она с замиранием сердца перевела взгляд на ухмыляющегося Драко. Молодой человек терпеливо ожидал, когда пораженная леди сомкнет округлившиеся от удивления губы.

-Большое спасибо, мистер Малфой! Это даже больше, чем я ожидала, - Вироса нежно погладила шероховатую обложку книги.

-Если Ваш рассказ меня удивит, то я могу отдать Вам на изучение еще и старые газеты, - Драко пожал плечами, неимоверно довольный своей выходкой.

-В этом случае, я очень постараюсь Вам угодить, - юная леди прочистила горло, начиная повествование. - Эта руна очень давно была создана одним из магов, который желал спасти от гибели свою возлюбленную..

-И почему все вечно упирается в любовь? - неожиданно перебил юноша, недовольно цокая.

-В то время шла война среди маглов, волшебники также были втянуты в этот конфликт. На сколько мне известно, один из магов влюбился в девушку из простецов и больше всего на свете боялся, что она погибнет, поэтому он начал изобретать чары, способные вернуть к жизни любого человека.

-Это очень похоже на сказку о трех братьях и дарах смерти, - Драко задумался, вспоминая книжку, что в детстве ему читала мама. - Был там такой артефакт - Воскрешающий камень. Но, как помнится, камушек мог вернуть лишь бесплотный дух, призрака.

-Однако здесь же чары - настоящие, а не выдумка для малышей. И сложность их применения в том, что спасти человека можно лишь в момент его гибели, если пройдет чуть больше времени, душа уйдет из тела, и магия не произойдет.

-И как это волшебство работает?

-Так вот, маг дарит жизнь другому человеку за счет своей собственной души. Как я поняла, тот колдун действительно смог применить заклинание на погибшей возлюбленной. Она воскресла, а он тут же упал замертво. Предвещая Ваш следующий вопрос - другие маги посчитали эту магию слишком опасной и черной. Плата за магловскую жизнь волшебной не оправдала себя, поэтому чародеи скрыли эти чары.

-Согласен. Что за чистокровный дурак был этот колдун, что воскресил маглу, расставшись при этом с собственной жизнью?

-И я того же мнения! Вот только это волшебство не ушло в забытие. Колдуны извратили его, изменив на дар вечной жизни себе, вместо другого человека.

-Вечная жизнь? - Драко фыркнул. - Философский камень, на то и камень, что он создается посредствам зельеварения, а не заклинаний. Вы что-то путаете, мисс Дасадити.

-Есть еще один способ получить вечную жизнь, - играя бровями, загадочно произнесла девушка.

-Вы говорите о.., - юноша огляделся по сторонам, наклонился над столом и прошептал так тихо, что треск костра поглотил все звуки, - разделении души?

Вироса-де-Кута уверенно кивнула, довольная собой откинулась на спинку кресла. Мистер Драко был очень умен и прекрасно образован, поэтому легко додумает сам все остальное. Юноша на полученное согласие открыл рот, широко распахивая светлые глаза.

Больше молодые люди не разговаривали. Вироса принялась за изучении предоставленной ей литературы, а Драко вернулся к “Рунам и их ключам”. Юноша лишь изредка бросал взгляд на девушку, словно периодически забывал, что он здесь не один и каждый раз удивлялся хрупкой фигуре в соседнем кресле. Несколько раз он незаметно двигал указательным пальцем, стараясь запомнить начертание странной руны. Как вдруг его осенил еще один вопрос:

-А что на счет слов?

-Что? - Вироса выглянула из-за книги, вопросительно изгибая бровки.

-Символ это лишь одна часть целого заклинания, - пояснил Драко, - а какое же волшебное слово?

-Ах, этого я к сожалению не знаю, - девушка поджала губы, возвращаясь к чтению. - Боюсь, что произношение уже точно утрачено в веках.

-Утрачено, значит..

Драко опер подбородок на кулак, бессмысленно водя взглядом по странице своей книги. Скоро он вернется в Хогвартс и у него есть допуск в Закрытую Секцию местной библиотеки. Возможно ли, что там есть что-то о такой древней магии?.. В груди запульсировали интерес и жажда знаний. Поскорее бы вернуться в школу!

***

За своими заботами и тщательным изучением политического устройства мира, Вироса-де-Кута совсем забыла о своем обещании навестить Винтербиров. И вспомнила она об этом, только когда в одной из старинных книг наткнулась на герб чистокровной семьи из Шотландии. Винтербир в свое время играли далеко не последнюю роль в своем северном королевстве, являясь чуть ли не коронованными особами. Пока не случилось объединение земель под властью Англии, и шотландский род не попал под проклятие Министерства Магии.

До конца рождественских праздников оставалось всего пару дней, когда мисс Дасадити соизволила явиться в манор к своим друзьям (а теперь еще и подопечным). Вот где жизнь била ключом, так это в доме Винтербиров.

Вироса-де-Кута прибыла в ту же гостиную, куда ее перенесла Паффина, но теперь это помещение было не узнать.

Повсюду в воздухе висели зачарованные свечи, под потолком плавали блестки, а мишура на пару с еловыми веточками украшали стены. В углу у камина красовалась большая пушистая ель, на которой в правильном порядке были развешаны красные блестящие шары. Там же на полу лежали несколько упакованных подарков, перевязанных яркими лентами и пышными бантами.

В воздухе витал стойкий запах корицы, теплого молока и свежесть еловых ветвей. Все это напоминало сказку, картинками которой так восхищалась Вироса в детстве. Было тепло, блестели праздничные гирлянды и откуда-то доносилась тонкая рождественская мелодия.

Девушка нежно улыбнулась, уже слыша, как стучат знакомые каблучки по лестнице за дверью. Она щелкнула пальцами, вызывая местного домового эльфа. Он явился тут же на зов гостьи, низко поклонился волшебнице, принял у нее зимнее пальто и предложил мягкие тапочки, от которых Вироса отказалась (природная магия поднимается лучше через босые ступни).

Не успел эльф выполнить свою работу, двери в гостиную распахнулись и внутрь ворвался мини-ураган под именем Паффина Винтербир. Девушка была в самом прекрасном платье, которое Вироса когда-либо видела (за исключением того черного, что ей подарили близнецы). Пышная юбка кораллового цвета, расшитый блестящими красными камушками корсет и мягкие полупрозрачные рукава, что струйками скатывались от хрупких плеч до локтей.

Паффина с разбега бросилась к Виросе в объятия, прижимая подругу к себе. От нее пахло шоколадными конфетами и мармеладом. Следом в дверях показался юный лорд Винтербир.

Паффиан в этот раз (как впрочем и в прошлую встречу) был одет с иголочки. Черные прямые брюки, лакированные туфли, темно-бордовая рубашка с накрахмаленными воротничками. Юноша провел ладонью по волосам, утопая пальцами в прядях:

-Добрый вечер, начальница, - Паффиан улыбнулся, он (как и сестра) пребывал в чудесном расположении духа.

-Добрый, - Вироса вынырнула из крепких объятий, красные наряды молодых людей пятнами плыли перед глазами.

Паффина, заметив удивление подруги, поспешила объясниться:

-Каждый год наша мама выбирает цвет, которым мы встречаем рождественские праздники. В этот раз это все оттенки красного, как видишь, - девушка обернулась вокруг своей оси, демонстрируя яркое платье, от которого чуть рябил весь свет в помещении. - Мы и для тебя можем что-нибудь подобрать, если хочешь!

-Большое спасибо, но я к вам совсем ненадолго, - Вироса стойко встретила расстроенное личико подруги, не поддаваясь ее надувшейся нижней губе. - Я прибыла чтобы обсудить.. наши дела.

По лицу Паффиана Вироса-де-Кута научилась, наконец-то, распознавать уровень проблемы и количество последующих сложностей, через которые придется пройти, чтобы эту проблему решить. В этот раз уровень был высоким. Юноша в мгновение ока помрачнел, сводя брови к переносице, тяжело вздохнул и запредельно шумно выдохнул через нос.

-Присядем, пожалуй, - произнес молодой лорд, приглашая всех опуститься на диван.

Вироса и Паффина опустились на мягкие подушки, леди Винтербир принялась кусать губы и заламывать себе пальцы, словно серьезно нашкодивший ребенок. В то время как Паффиан держался просто серой тучей, занимая одно из кресел. Чудное расположение духа сдуло.

-Мы выяснили, как можно получить Ваши оставленные вещи, мисс Дасадити, - на вдохе начал юный лорд. - Ответ во всех официальных письмах - никак. Единственный вариант, это попросту вломиться в Хогвартс и выкрасть Ваш чемодан.

-Это что еще за новости? - у Виросы даже глаза округлились. - С каких пор школа присваивает себе собственность учеников?

-Проблема в том, что Вы более не являетесь студенткой Хогвартса, поэтому и на все вещи, находящиеся внутри замка, не можете более претендовать..

-Но это мое! - не удержавшись, вскрикнула девушка.

-Как только окончился учебный год, это перестало быть Вашим..

Вироса замерла, хлопая длинными ресницами. Зачем замку хранить ее чемодан? Перед глазами тут же возник единственный возможный ответ - Альбус Дамблдор - директор, что в курсе ее связей с Волан-де-Мортом. Скорее всего старый профессор знал обо всем еще в то время, когда девушка и не подозревала правды о своем отце.

По телу пробежала холодная дрожь. На все предметы гардероба, мелкие медальоны, да что уж там, даже на книги было наплевать - пусть забирают. Но там, под кучей магической защиты, под сложными заклинаниями, на самом дне ее чемодана хранился отцовский Крестраж - несчастная диадема уже давно мертвой основательницы Хогвартса.

У девушки вспотели ладошки, и грудную клетку сжало от страха, словно кто-то схватил ее тельце огромной рукой и изо всех сил сдавливал в кулаке, хрустя костяшками пальцев.

Профессор Дамблдор не желал возвращать вещи хозяйке, потому что рассчитывал в них найти что-то компрометирующее Волан-де-Морта. К несчастью для Виросы директор не прогадал.. А что, если старый опытный маг уже смог вскрыть ее магическую защиту и получил в свои руки Крестраж!?

Девушке стало по-настоящему дурно. И ее побелевшее лицо и слабое дыхание заметили двойняшки Винтербиры. Паффина принялась поддерживать подругу за локоть, щелкнула пальцами, приказывая домовикам подать стакан воды и открыть окна, чтобы впустить прохладный свежий воздух. Паффиан, тем временем, сжал челюсти, напрягаясь всем телом.

Для юноши такая реакция означала полный провал. Бесспорно, что он и без всего остального действительно хотел помочь Виросе, но тут подключился магический договор, который давил на него изнутри, задевая при этом гордость и чрезмерное чувство ответственности. Молодому человеку стало почти так же плохо, как и его покровительнице.

В голове завращались новые мысли, а прохладный воздух принялся приносить с собой абсурдные идеи того, как он мог бы выполнить приказ мисс Дасадити.

-У нас есть еще немного времени, чтобы придумать, как вытащить из замка твои вещи? - тихим, извиняющимся голосом проговорил Паффиан.

-Не знаю, - пролепетала Вироса, моргая невидящими глазами.

Она и правда не знала. Каков шанс того, что профессор Дамблдор уже вытащил из ее чемодана диадему? Есть ли еще время? Отец пока не подавал виду, что хоть что-то плохое произошло с его Крестражем (в противном случае - Вироса первая узнала бы о своей фатальной ошибке).

-Вы должны найти способ как можно скорее!

***

Чемодан и все прочие вещи, что во время своего внепланового побега к отцу оставила Вироса-де-Кута стоял нетронутый в комнате девочек Слизерин.

Новые ученицы не обращали на него никакого внимания, затолкав сундучок в дальний угол комнаты. Там, медленно покрываясь пылью и волшебной сажей от редких заклинаний первокурсниц, тяжелая, обитая кожей крышка, закрывала собой внутреннее содержимое.

Многие вещи были попросту свалены внутрь, потому что девочки не знали, что делать с чужим добром. Мятые юбки, белые блузы и баночки с косметическими эликсирами скрывали собой наложенные магические печати защиты. Там, под десятками сложнейших чар (отвод глаз, скрытие, невидимость, мелкое перемещение и прочее), лежала старинная мятая диадема. Серебро короны потемнело, а некогда прекрасный ворон скрючился и помялся, теряя всякую надежду на то, что когда-нибудь он вновь сможет распахнуть свои металлические крылья.

Внутри этой старинной вещицы сидел несчастный, лишенный прошлого и будущего, застывший в расцвете своих сил великий темный чародей. Том Реддл, еще не утративший своего имени, но медленно терявший в собственном заточении рассудок.

Несколько лет назад (в вечнозеленом лесу было сложно вести счет времени) он почувствовал ужасную боль от потери одного из Крестражей. Об этом свойстве заклинания он даже не догадывался. Являясь простым кусочком целого, он четко ощущал потерю другого себя. Тогда была уничтожена его молодая копия - Том старшекурсник из дневника.

Боль пронзила тело, заставила его упасть на колени, схватиться руками за волосы, крича, что есть сил. Грудная клетка разрывалась от боли, будто это его самого сейчас пронзают тысячи копий.

Время шло дальше и адская боль забылась. Перед ним явилось новое чудо природы - его родная взрослая дочь. Том не признавался даже безмозглым птицам, которые кружили по одной и той же траектории в его Крестраже. Но перед собой он остался честен - к дочке он привязался.

Но вот и она пропала без предупреждения, без прощального слова. Сколько он ее уже не видел? Месяц? Год? Или, как и в прошлый раз, он не заметил, как прошла целая жизнь?

Тому оставалось только смиренно отсиживаться в своем собственном проклятии, тяжело вздыхать на мятые, зависшие над головой облака, теша себя призрачными надеждами на то, что Виросочка не бросила бы его просто так, без веской причины.

А потом случилось это. В голову ворвались крики и стоны, мышцы разрывало дикими когтями, кости трещали под давлением. Еще одна часть его жалкой души погибла. На этот раз та, что он хранил в фамильном кольце Мраксов. То, что он спрятал в разрушенном доме своей покойной сумасшедшей матери.

Да что же там происходит?! В том, нормальном мире, где люди дышат и общаются! Почему его Крестражи погибают один за другим, словно мухи на морозе?!

КАК ВЫБРАТЬСЯ ИЗ ЭТОЙ ЧЕРТОВОЙ ДИАДЕМЫ?!

Глава 36 Если придется

Вироса-де-Кута покинула манор Винтербиров в самом ужасном и напряженном настроении. Двойняшки никак не могли повлиять на ход событий. Пусть они и находились под покровительством леди Дасадити из-за магического договора, она не могла просто отправить их в Хогвартс и приказать любыми способами вытащить из замка диадему.

Ко всему прочему, несмотря на то, что Вироса могла доверять Винтербирам, она не стала рассказывать им, что в ее чемодане храниться Крестраж Темного Лорда. Волшебный контракт был составлен так, что двойняшки будут выполнять поручения своей новой госпожи, пока нет прямой угрозы их жизни, силам и чести. Станут ли они помогать, если выяснится, что с их помощью Вироса-де-Кута пытается спасти Волан-де-Морта - мага, что жаждет перевернуть волшебное сообщество с ног на голову? Если Винтербиры воспримут Того-кого-нельзя-называть угрозой - договор позволит им отказаться от приказа покровительницы.

Девушка тяжело вздохнула, переступая через металлическую низкую решетку камина. У нее под веками стояли настороженные лица единственных близких друзей. Паффина сводила бровки и кусала нижнюю губу, пытаясь как можно быстрее сообразить, чем она может быть полезна. Паффиан же сохранял спокойствие, но его выдавали глаза. В радужках леденело понимание, решимость и (как чудилось Виросе) недоверие. Словно молодой лорд догадывался о чем-то, будто он пытался прочитать мысли девушки, подловить ее на обмане. И в то же время он молча кивнул, принимая свою задачу - достать чемодан из Хогвартса. Он не стал уточнять, что там такого ценного, словно чувствовал, если выяснит правду - не сможет выполнить указания.

В столовой, куда перенеслась Вироса-де-Кута было холодно. Окна покрылись ледяными узорами, а по столешнице расползся голубой иней. С люстры свисали мелкие сосульки, а на полу хрустел тонкий ледяной слой. Полумрак скользил по углам, завывая в черных щелях. Дом словно обмер.

Молодая ведьма сделала несколько аккуратных шагов, бесшумно вытягивая из кобуры палочку. Кроме хрустящего под подошвой тонкого льда не было никаких других звуков. Вироса настороженно прокралась мимо длинного обеденного стола, выходя в холл. Красивые обои в некоторых местах начали отходить от стен, цветы в вазах заледенели, превращаясь в хрупкие украшения опустевшего дома.

-Люмос, - прошептала девушка, вызывая на кончик палочки слабый белый огонек.

Живые картины на стенах не шевелились, будто в одночасье растеряли всю свою магию. Вироса кралась вверх по знакомым с самого детства ступеням, едва дыша. На втором этаже краски неприятно сгущались, обволакивая девушку со всех сторон, будто липкое черное платье. Холодный пот проступил на спине, пока карие глаза стреляли из стороны в сторону, проверяя дом на наличие посторонних.

Вироса чуть толкнула дверь в свою комнату. Раздался оглушающий скрип, петли не поддавались, заржавели. Хотя в небольшом помещении были закрыты все окна, книги, ее детские рисунки и записи валялись на полу выцветшие и порванные. Девушка осмотрела спальню, переводя взгляд на замерзшее окно. Где-то там за коркой льда должен быть пролесок, в котором она часто бегала в образе лисички.

Что случилось с манором ее крестной?

Девушка двинулась дальше по коридору, оставляя за спиной бардак из ее вещей. Встречающиеся портреты семейства Навелюкс замерли, некоторые и вовсе сбежали из своих рам, оставляя черные пустые полотна. Вироса аккуратно заглянула в приоткрытую дверь хозяйской спальни.

Бардак там был еще хуже. Кровать перевернута, дверцы у шкафов сняты с петель, а дорогая одежда была разбросана по полу. Со стен содраны звездные карты, старинные амулеты разбитыми осколками поблескивали от света Люмоса. Кто-то что-то отчаянно искал, пытаясь перетрясти комнату Тенебы.

Вироса-де-Кута еще раз прислушалась к звенящей тишине, оглядываясь по сторонам. Такое ощущение, что в доме побывали дементоры, высасывая жизнь изо всех уголков старинного манора чистокровного волшебного рода. При чем орудовали они здесь уже довольно давно.

Девушка щелкнула пальцами, желая вызвать к себе Докс и Лику. Домовые на зов не пришли. Тогда девушка попробовала позвать их по именам, приказывая явиться перед молодой наследницей дома.

Никто не пришел.

Дом отвечал тем же мертвым хрипом холодного зимнего ветра на любое обращение мисс Дасадити. Пальцы слегка задубели, и белоснежный огонек на кончике волшебной палочке принялся нервно дрожать. “Что же здесь произошло?” - в голове застучало, отдавая каменным ногам приказ шевелиться.

Тени к концу коридора принялись переплетаться, скручиваясь в непроглядную тьму. Слабенький Люмос с огромным трудом справлялся с насидающим на него мраком. Виросе было жутко смотреть по сторонам, встречаясь с замершими пустыми нарисованными глазами. Родственники Навелюкс могли быть капризными, язвительными и даже наглыми с юной наследницей их Рода, но девушка многим готова была сейчас пожертвовать, лишь бы вновь услышать их недовольные причмокивания или осуждающие смешки на ее детские высказывания.

Только бы не быть одной среди ледяных темных стен, где, словно жуткие памятники, висели мертвые полувыцветвшие лица. Ворсинки на темном ковре, превратившиеся в зимние иголочки, с хрустом ломались под ее весом, разнося этот нервный звук дальше по коридору.

Превозмогая вцепившийся в нее страх, Вироса-де-Кута добралась до тупика, где висел старинный портрет длиннобородого старца, облаченного в изумрудную мантию, что блестела серебряными нитями. Сэр Ноджибл Ресечер Навелюкс, чуть сгорбившись, сидел в своем кресле-качалке, прикрыв веки, вцепился сухими крючковатыми руками в подлокотники.

Девушка аккуратно коснулась подушечками пальцев старинной рамы. Она тоже была покрыта инеем, кусая холодом светлую кожу.

-Сэр, - прошептала Вироса, вглядываясь в морщинистое лицо старика, - пожалуйста..

На глаза навернулись соленые слезы, щипая слизистую. Губы по-детски задрожали, а брови поползли вверх. Старик выглядел так же, как она помнила. Он словно вновь просто спал, не желая ни с кем разговаривать.

Девушка прислонила другую руку к раме, упираясь в портрет ладонями. Что делать? Она опустила голову, и серебристые капельки слетели на пол, моментально сливаясь с коркой серого льда под ногами.

Она пришла сюда в поисках крестной, наверное.. Тенеба пропала уже давно, отец отправил ее куда-то выполнять какое-то секретное задание.. Вироса подумала было, что Волан-де-Морт попросту ее отослал, потому что она ему надоедала своими высокопарными манерами.

И вот она здесь. В доме старой боевой ведьмы, который превратился в скреп из льда и тьмы. Из которого пропали эльфы, где замерли все живые портреты. Ее половина души глухо застонала, дребезжа и взвывая. Видимо, Виросе осталась та часть, которая была больше похожа на маленькую, всеми брошенную девочку. Всю храбрость и силу присвоил себе Донумп.

-Кхаа.. Кхее.. Пхаа..

Вироса резко подняла голову, ошарашенная хриплым кашлем. Прямо перед ее лицом зашевелилось волшебное полотно. Девушка открыла рот, рассматривая грузного старика, который превозмогая себя, пытался разлепить веки.

-Сэр! Мистер Навелюкс! Вы в порядке? - вскрикнула Вироса, почти касаясь губами краски.

-Кхаа.. Бха.. Отойди, негодница! - шикнул старик, нервно махнув рукой. - Ты совсем манеры растеряла?

Вироса-де-Кута поспешила сделать пару шагов назад, при этом продолжая вытягивать голову вперед, приподняла палочку, чтобы лучше видеть недовольного старца. Сэр Навелюкс скривился, щурясь от яркого света Люмоса, фыркнул, жестом приказывая девушке отвести от него древко.

-Зачем кричать прямо в ухо? - захрипел древний маг.

-Простите меня! Остальные портреты замерли, я перепугалась, что и Ваше панно растеряло магические свойства, - быстро отчеканила волшебница, сдерживаясь, чтобы не броситься на старика с тысячей вопросов.

-Конечно, все застыли, - недовольно гаркнул сэр, двинув головой в сторону других портретов. - Дементоры высосали почти всех. Теперь тут настоящая магловская галерея.

-Но Вы уцелели!

-Я старый, а не умалишенный, - парировал сэр Навелюкс. - Попрыгал по другим своим портретам, пока эти уродцы переворачивали дом вверх дном!

-Зачем дементорам приходить в манор? Как это могло произойти?

Старый колдун приподнял свою белоснежную бровь, недовольно осмотрев девушку с головы до ног. Он словно пытался удостовериться, что перед ним все та же Вироса-де-Кута, которую он знал с самого детства.

-Ты где мозги растеряла, Дасадити? - язвительно захрипел сэр. - Дементоры подчиняются мракоборцам, которые подчиняются Министерству.

-С какой стати Министерству врываться сюда? - девушка тоже начала раздражаться, не получая нормальных ответов.

-Пф! - старый маг по-молодецки запрокинул голову, разводя руки в стороны. - Хозяйки нет больше, а ты еще дела не переняла. Вот дом и без защиты. Но, что именно они тут искали - я не знаю.

-Что значит “хозяйки нет больше”?

Волшебные жилища магов бывают разных типов. Кто-то просто прячется среди маглов, другие зачаровывают свой дом так, чтобы простецы не могли его найти. Кто побогаче выстраивает себе поместья. Но все сводится к одному правилу: Место, где живет маг напитывается его волшебной энергией (а если в доме живет уже не одно поколение чистокровных чародеев, то здание также становится частью рода); поэтому предметы, сады, стены и подвалы, как бы, держаться на магии своих хозяев.

В волшебный дом может попасть только чародей, но он не способен уничтожить магию внутри манора, пока жив хотя бы один представитель рода. Самыми яркими факторами пустующего дома (у которого нет хозяина-мага) являются замершие живые портреты и отсутствие эльфов.

-Оглянись вокруг, Виросочка! - прохрипел старик. - Тенеба больше не обеспечивает волшебством это место. Манор Навелюкс мертв, как и его последняя хозяйка! Поторопись и прими дом в свои руки, пока и я еще могу говорить! Кхаа.. Пха..

Сэр Навелюкс вновь зашелся грохочущим кашлем, сжимаясь от приступов старческой боли. Он вцепился в подлокотники своего кресла-качалки, плюясь слюной на зеленую мантию.

А вот Вироса-де-Кута замерла. Окаменела, словно статуя. Мороз пробежался по коже, словно ее, как какой-то памятник покрывало старым мхом. Она ощущала, как холодный ветер влетал в правое ухо, свистел в черепной коробке и вылетал наружу через левое ухо. Стука сердца тоже не было слышно. Наверное, она и правда в одно мгновение превратилась в фарфоровую куклу, собранную из неподходящих друг к другу кусков.

Ноги были слишком тяжелыми, руки казались слишком длинными, а кожа на грудной клетке сделалась титановой - не давая легким двигаться под ледяными ребрами.

Что значит “мисс Навелюкс больше нет”?

Карие глаза совсем побледнели, становясь пустыми стеклышками на худом белом лице. От чужого кряхтящего кашля дрожали ее длинные ресницы.

-Что? - произнесли каменные розовые губы.

-Иди.. кхааа.. вниз. Проведи ритуал. Пха.. кха.. бха.. Манор Навелюкс твой, - пытаясь перекричать свой же кашель, кое-как произнес сэр Ноджибл Ресечер Навелюкс.

Вироса, словно под заклятием Империус, медленно развернулась на каблуках, зашагала к лестнице. На ее лице не отражалось ровным счетом ничего. Свет Люмоса сам по себе потух, оставляя хрупкую фигурку в полумраке коридора.

Она шагала по ступенькам, открыв рот и тупо моргая веками, будто пыталась смахнуть пелену.

Как понять “Тенеба мертва”?

Девушка спустилась на первый этаж, медленно зашагала к лестнице, что вела в подземелья. Со стороны она выглядела, как магловская игрушка, у которой вот-вот кончится заряд. Движения были медленными, тяжелыми, а на лице застыла совершенно глупая, ничего не осознающая маска.

Под домом было еще холоднее. Каменные стены, словно были выбиты в темном льду, а пол покрыт тонким слоем снега. С потолка свисали длинные неказистые сосульки, почти достающие до покачивающейся на тонкой шее головы.

Какой смысл во фразе “крестная умерла”?

Ритуальное помещение встретило Виросу тьмой и запахом затхлой кислой сырости. Где-то капала вода, и осыпалась краска, шорохом ложась под ноги. Свечи, почуяв волшебницу, зажглись бледными желтыми огоньками, цепляя из мрака сломанные полки, разбитые графины и кувшины, мертвые туши животных, промерзшие склянки и раскиданную по полу макулатуру.

Девушка на ходу скинула туфли, проходя в центр разрушенной комнаты. Она замерла, перед глазами была черная сажа, застилающая ее взгляд. Осознание не приходило. Тело двигалось само по себе.

Она подняла руки, выводя палочкой и свободной рукой две старые руны. Пока у самой тух взгляд. Ее кожа из белого становилась серой. Нездоровый вид, едва различимые движения руками. Того и гляди, ведьма рухнет в обморок.

Прошло несколько часов после того, как Вироса-де-Кута на полном автомате (словно за нее действовал кто-то другой) завершила ритуал, призвав к себе своего эльфа из родного дома.

-Эл, - произнесла девушка, глядя куда-то в пустоту, над головой домовика, - приведи манор в порядок. Теперь это твой новый дом.

Эльф низко поклонился хозяйке, царапая длинным носом лед на полу. Госпожа двух поместий, наследница двух древних чистокровных родов стояла неподвижно несколько секунд, пугая своим видом эльфа, а затем резко аппарировала.

Хлопок раздался в тишине манора Навелюкс, пробудив собой несколько живых картин.

***

На Гриммо, 12 собрались почти все представители Ордена Феникса. Молли хозяйничала на кухне, слушая россказни Нимфодоры. Люпин, доставивший в дом Дамблдора, отправился поближе к Артуру Уизли, мужчины принялись играть в волшебные шахматы, обмениваясь слухами и новостями из мира маглов.

В теплом углу у самого камина насупившись, сидел недовольный старый мракоборец. Аластор Грюм, известный скверным характером и таким же скверным языком, оперся руками о свою большую толстую трость, смотрел в огонь. Механический глаз, что он получил взамен своего собственного, нервно вращался по кругу, пугающе пучась на обстановку в гостиной.

Альбус медленно прошествовал к старому другу, со вздохами и кряхтением опустился в соседнее от Грозного Глаза кресло. Грюм скривил губы, отчего его шрамированое лицо казалось еще уродливее, чем оно было на самом деле. Редкие светлые волосы, падали на грязный рваный плащ мракоборца.

-Давно не виделись, Аластор, - улыбнулся Дамблдор, поудобнее располагаясь в мягком кресле.

-Не так, чтобы очень, - не отводя взгляда от стрекочущего огня, буркнул Грозный Глаз.

-Расскажешь мне хоть что-нибудь хорошее? - продолжая светиться улыбкой, произнес директор Хогвартса.

-То, что меня лишили жалования на полгода из-за этой выходки, хорошая новость?

Грюм резко крутанул головой, отправляя Альбусу свирепый взгляд. Его недовольство было слишком ощутимо, словно вокруг сгустились тучи. Но вместо сочувствия, профессор Дамблдор лишь пожал плечами, философски вознося глаза к потолку.

-Старуха Навелюкс больная на голову маразматичка, я говорил тебе это! - фыркнул мракоборец. - Ее точно на это кто-то надоумил, потому что в ее маноре не было ничего, кроме затхлых шмоток и подохших кустарников! Я лично облазил весь дом, нет там ни-хре-на!

-Значит, и она попалась в руки Волан-де-Морта, - Дамблдор покачал головой, принялся размышлять, где ему еще искать ответы о странном механизме, что ему подсунула старая ведьма.

-Если и попалась, то она ему больше без надобности, - мракоборец махнул широкой ладонью, вновь поворачивая лицо к огню. - Мертва эта сумасшедшая. У дома больше нет хозяйки, все там такое же дохлое, как и здесь. Тфу!

Грюм смачно плюнув в костер, бросая очередной ненавидящий взгляд на выцветшие стены дома Блэков. Здесь, как и в маноре Навелюкс воняло затхлостью, смердело мертвечиной, и все живые портреты сдохли. Кроме, разве что, одного - на котором была изображена еще одна психованная тетка - Вальбурга Блэк.

Портрет мамаши Сириуса Блэка был закрыт толстой тканью, чтобы хоть немного заткнуть крикливую бабу, которая была всем недовольна и терпеть не могла ни своего ныне покойного сына, ни его друзей - Орден Феникса, что без капли приличия преобразовали ее родовой дом в свою базу.

Аластора раздражало все на свете. Но больше всего он бесился, если не мог выполнить какую-то задачу. В этот раз проблемой стала Тенеба Навелюкс, что подсунула Дамблдору механизм, сделавший его сквибом. В ее манор Грюм прибыл с парой дементоров, ища какое-нибудь контрзаклинание, спасение для старика Альбуса. Но вместо ответов получил шиш без масла.

Где-то в глубине дома раздались хлопки аппарации. И сразу следом шум, смех и топот. Явились близнецы Уизли. Грозный Глаз глухо зарычал, пытаясь абстрагироваться от появившихся громких звуков. Резвые юнцы его тоже выводили из себя.

В то время как Аластор пыжился и мрачнел, Альбус наоборот расцвел в улыбке. На Гриммо прибыл тот, с кем ему нужно переговорить. Использовать мальчика в своих целях.

Дамблдор осторожно, чтобы не нагружать лишний раз больную спину, поднялся со своего места, двигаясь в сторону одной из пыльных комнат.

-Как спустятся, позови ко мне Фреда, будь добр, - бросил он недовольному мракоборцу, скрываясь за скрипучей дверью.

-Я в секретарши не нанимался, - пробурчал Грюм, сильнее корча исполосанное шрамами лицо.

***

-Я не хотел тебя пугать, мальчик мой, - пролепетал Дамблдор, отыгрывая роль обеспокоенного старика. - Но факты остаются фактами.

-Вы в этом точно уверены, профессор?

Молодое веснушчатое лицо было столь же несчастным, как и размеры самодовольства внутри старика. Фред кусал губы, выкручивая себе пальцы. Юноша хмурился, а плечи чуть тряслись от желания что-то сделать, броситься на выручку.

Альбус все понял во время Рождественского ужина. Когда он прибыл к Уизли, многие планы в его седой голове поменялись местами. И все это потому, что там была Вироса-де-Кута. Девушка, окруженная заботой и ласковыми взглядами юного рыжеволосого волшебника, которая с ужасом в глазах наблюдала за своим бывшим директором.

Дамблдор не стал ее трогать лишь потому, что теперь в его силах было дотянуться до Волан-де-Морта. Глупенький Фред, услышав лишь часть правды, готов броситься по приказу старика, не думая, не прикидывая, не размышляя. Все таки года, потраченные на создание образа светлого доброго колдуна не прошли зря. Альбуса уважали, ему верили и слушались его, даже после того, как он потерял волшебные силы (но о последнем знали лишь несколько человек - Люпин, мистер и миссис Уизли и Грозный Глаз).

-Можешь уточнить у Грюма, если пожелаешь, - продолжая играть роль уставшего старичка, вздохнул Альбус. - Мисс Навелюкс, крестная мисс Дасадити, связалась с Волан-де-Мортом.. И, к сожалению, натворила делов. Но хуже всего, что Тенеба погибла от рук Темного Лорда, - директор Хогвартса не знал этого наверняка, но говорил все то, что должно было поселить в юноше страх за возлюбленную. - Я боюсь за Виросу. Если Волан-де-Морт смог обмануть ее единственную родственницу, что же будет с девочкой?

-Думаете,онпопытается и ей тоже воспользоваться?

-А как иначе? Девочка осталась без защиты, он точно захочет прибрать к рукам такую умную и талантливую волшебницу.

-Это не совсем так.. - вдруг пролепетал Фред, мучаясь выбором “сказать или нет”.

-О чем ты, мальчик мой? Разве ты не боишься за Виросу?

-Я готов хоть сейчас отправиться к ней, но.. - юноша зажмурился, мысленно тысячекратно извиняясь перед Виросой. - Она под защитой своего отца сейчас.

-Ты встречался с ним? Он хороший человек? Сможет ее защитить от загребущих лап Темного Лорда? - тут же заохал Дамблдор.

-Не уверен..

-Я видел вас вместе, - тепло улыбнулся Альбус, заставляя Фреда чуть покраснеть от смущения, - вы прекрасная пара. Мисс Дасадити тебе доверяет и послушает, если ты ее предупредишь о такой опасности. Мальчик мой, спаси Виросу, приведи ее к нам. Я обещаю тебе, что смогу защитить ее от той же участи, что постигла мисс Навелюкс!

Мышеловка захлопнулась, стоило Фреду уверенно кивнуть на слова профессора. Юноша блеснул карими глазами, сжимая ладони в кулаки. “Да он и в огонь и в воду за ней рванет!” - фыркнул про себя Дамблдор, оценивая боевой настрой молодого человека.

-Возможно, Волан-де-Морт уже принялся пудрить девочке мозги! - твердо произнес Альбус, подводя к самой главной части беседы. - Ты должен спасти Виросу, во чтобы то ни стало, мальчик мой. Если она начнет сопротивляться, значит Темный Лорд уже точно проник в ее голову! Приведи мисс Дасадити сюда, Орден Феникса ей поможет!

-Так и сделаю, сэр! - Фред вытянулся по стойке смирно, еще раз кивнув.

***

Зима, наконец-то, подходила к концу. Весенний ветер приносил с собой мягкие запахи набухающей зелени, а солнце прекратило прятаться за серыми облаками. По ночам становилось теплее, и эльфам было приказано более не разжигать камины в комнатах.

Волан-де-Морт был почти готов действовать. Вся его многолетняя подготовка упиралась лишь в надоедливого старика Дамблдора, до которого Темный Лорд никак не мог дотянуться. Директор избегал Поттера, с которым у черного мага была необычная связь (Лорд все еще не смог найти подходящие ответы на эту странность), поэтому сложно было не то, что выяснить планы Альбуса Дамблдора, просто увидеть его с помощью мальчишки.

Хоть Волан-де-Морт и не ожидал многого от малыша Драко, но он отказался куда активнее своего блеющего отца. Мальчик уже несколько раз пытался избавиться от директора Хогвартса, подсовывая тому проклятые вещи и отравленные яства. Однако, пока Дамблдор находится в замке, Хогвартс каким-то волшебным образом защищает своего директора. Или же это просто череда неудач?

Другой же ребенок в окружении Темного Лорда казался еще бесполезнее. Волан-де-Морт никак не мог придумать, как ему использовать Виросу. Девочка делала немыслимые успехи в боевой магии (Беллатрикс с каждым днем становилась все мрачнее, недовольная тем, что какая-то мелочь умудряется держаться с ней наравне в тренировочном бою). Так же и Долохов докладывал, что часто видит, как Вироса-де-Кута проводит очень много времени в библиотеке, зачитываясь различными книгами о политике и управлении.

Сам Лорд почему-то старался избегать девочку. Вне общих собраний, он держался от нее подальше, скрываясь, как только Вироса-де-Кута появлялась в поле его зрения. Для себя великий и ужасный темный чародей нашел простое оправдание такому не свойственному для него поведению - ему до ломки костей надоело, что девица смеет называть его отцом.

Но несмотря на все это, Вироса-де-Кута теперь восседала по правую руку от Люциуса Малфоя за столом во время собраний Пожирателей Смерти. Темный Лорд позволил ей занять место мертвой Тенебы. И тут случился еще один удивительный момент. Девушка не стала задавать никаких вопросов, спокойно приняла свое новое положение, с ледяным энтузиазмом участвуя во встречах.

Волан-де-Морт не долго ломал голову, почему же Вироса перестала спрашивать о своей крестной? И как она так легко заняла ее место в иерархии? В конце-концов, она его дочь! В ней течет кровь Салазара Слизерина, которому неведома любовь и привязанность. Ее поведение правильное. Такое, каким Темный Лорд его и хотел видеть.

Однако, как бы долго он не старался убегать от любых разговоров, живя под одной (пусть даже и очень широкой) крышей, все время избегать девушку не получится. Так и случилось в этот день в конце февраля.

В маноре становилось душно, и мудрые мысли с трудом всплывали наружу, никоем образом не желая формироваться в логические цепочки дальнейших действий. Поэтому то Волан-де-Морт и аппарировал в сад. Кусты покрылись первыми почками, а земля под ногами растаяла, чуть чавкая и прилипая к босым стопам.

Вироса-де-Кута тоже была там. Темный Лорд встретил девочку на одной из тропинок, когда та, держа в руках какую-то книжонку, шевелила губами, словно пыталась заучить абзац наизусть. Девушка была так увлечена своим занятием, что не заметила Волан-де-Морта, замершего на повороте. Это дало ему несколько секунд для изучения атмосферы вокруг хрупкого тельца.

Девушка исхудала, она и так была тонкой, как тростинка, и легкой, словно перышко. Но теперь ее бледные щеки впали, а кожа на нежных руках слишком явно обтягивала выпирающие косточки. Под глазами темнела уставшая кожа, и необычные локоны сильно отросли. Вироса (отчего-то) в последнее время перестала укладывать волосы в красивые прически, оставляя их распущенными. Темные завитки мягкими волнами спускались по ее спине, закручиваясь у начала юбки.

Все то время, пока Темный Лорд рассматривал свою дочь, он не видел ее опущенных в книгу глаз. Радужки, в его представлении, были морозно темными, их бурый цвет отражал силу и уверенность, лишь иногда робость и восхищение перед своим родителем. Но в момент, когда Вироса-де-Кута, наконец, оторвала взгляд от старых листов, Волан-де-Морт забыл, о чем размышлял до этого.

Красные, словно кровь. Острые, словно кинжалы. Холодные, словно суровая зима. Ее радужки цвета сочного мака смотрели на него безэмоционально и спокойно. Будто в нее вселился сам Темный Лорд, прожигая всех живых насквозь, своими опасными глазами.

-Добрый день, отец, - девушка присела в идеальном реверансе, чуть опуская голову.

Зрительный контакт был разорван, что заставило Лорда очнуться, пару раз быстро моргнув.

-Что ты читаешь? - бросил он без особого интереса.

-Я размышляла о том, как увеличить Ваше влияние на общество.

Вироса пристроилась рядышком, и волшебники продолжили прогуливаться уже вместе.

-И какие у тебя есть идеи, девочка? - насмешливо спросил Волан-де-Морт, заглядывая в книгу через плечо Виросы.

-Я думала о привлечении егерей в Ваши ряды, - совершенно никак не реагируя на надменный тон Темного Лорда, спокойно продекламировала юная ведьма. - Можно использовать грязнокровок, полукровок и прочих недо-волшебников в качестве грубой силы. Наемниками управлять просто, дай волю творить, что пожелает их грязная душа, и плати только если выполнят работу.

-И какую работу ты хочешь поручить этим егерям? - Лорд прищурился, удивленный проницательностью и находчивостью девушки.

-Все, что не стоит поручать чистокровным волшебникам, вхожим в круг Пожирателей Смерти. Пусть ловят тех, кто считает Вас злом, кто смеет противостоять. Пусть разоряют дома и семьи - это будет прекрасная демонстрация слабости нынешнего Министерства.

-Хитро, - хмыкнул Волан-де-Морт, прикидывая перспективы таких наемников. - Но чем ты собралась им платить?

-Вы разрабатываете план по захвату власти в Министерстве, проблема за казной не станет. Будет выплатой вместо пособий тем, кто связывает волшебную кровь с неволшебной.

-Пока жив Альбус Дамблдор, полностью подчинить Министерство не выйдет.

Волан-де-Морт недовольно фыркнул, дергая верхней губой. Идея дочери хороша, как не глянь. Но опять и опять все портит живой старик, который распластал свое влияние по всей Великобритании. Древний лис прячется за спинами своего несчастного Ордена Феникса или за стенами Хогвартса. И пока не в одно из этих мест Лорду не дотянуться..

Хотя..

-Как там твои дела с этим маглолюбивцем Уизли? - Темный Лорд плотоядно улыбнулся, сверкнув своими алыми змеиными глазами.

-Мне стоит отправится в Орден Феникса, отец? - тут же смекнув, что задумал черный маг, бесстрастно произнесла Вироса. - Моих сил может не хватить для того, чтобы уничтожить Дамблдора.

-Достаточно будет, если ты своей природной красотой и острым умом перетянешь на нашу сторону всего одного представителя этой дряблой организации, - сдерживая злобный хохот, шипел Волан-де-Морт. - Очаруй своего рыжего друга, пусть он докладывает тебе о том, где Дамблдор, и чем старик занят. Будем знать их планы, будем знать, куда побольнее ударить.

Вироса-де-Кута остановилась, смотря на отца снизу вверх. Его высокая черная фигура нависала над ней, словно грозовая туча. Не удивительно, что у большинства людей начинают трястись поджилки от его жуткого внешнего вида: кровавые глаза, серая змеиная кожа, клыки вместо зубов, острые линии широких плеч и длинные руки с тонкими пальцами. От Темного Лорда все время пахло сырой землей и кровью, словно его черная мантия была соткана из гнилых вен его противников.Он был вспыльчив и нелюдим, озлоблен на всех и каждого, упивался своей властью и могуществом.

Но вот юная девушка стоит лицом к лицу с этим немыслимым чудовищем, смотрит прямо в его красные радужки, слышит прерывистое холодное дыхание.. и может думать только об одном - как болит ее исковерканная душа. Могущественный и ужасный Темный Лорд был последним ее родным человеком. Последней каплей ее уничтоженной семьи, которого она боялась потерять. Так же, как лишилась матери.

Так же, как неожиданно потеряла крестную. Вироса не успела ничего сказать, не попрощалась, не видела даже тела Тенебы. Мисс Навелюкс в одночасье испарилась из ее маленького подросткового мирка, оставляя после себя заснеженный, мертвый дом и несколько теплых воспоминаний.

Отец, как бы мерзко и страшно для других он не выглядел, был важнейшим человеком на всем свете. Вироса-де-Кута осознавала это теперь как никогда лучше. Ни один Пожиратель Смерти не сможет сравниться с девушкой в верности, преданности и.. любви к Волан-де-Морту. Семья - было не пустым звуком для мисс Дасадити, и теперь она будет защищать свою родную кровь во что бы то ни стало.

Даже если придется убить. Даже если придется.. предать.

___________________________________________

Здесь нет возможности оставлять комментарии после глав, но мне хотелось бы пригласить вас в свой телеграм канал - @sky_fox_lord

Глава 37 Лисичка

Лисичка начала появляться в его повседневной жизни гораздо чаще. Она навещала его во время работы, являлась к Норе и прогуливалась по серой Аллее, прижимаясь к его плечу.

Сначала Фреду это казалось чудесным совпадением, а после стало счастливым стечением обстоятельств. Лисичка всегда улыбалась, не заводила больше сложных разговоров о природной магии и о чистоте крови. Она просто.. была рядом, болтала о всякой ерунде, игнорируя шум во “Волшебных вредилках”, не умолкая при встрече с его родственниками и не обращая никакого внимания на полуразрушенные и заброшенные здания на Косой Аллее.

Для юноши все, что происходило с ними во время этих встреч, было настоящим подарком. Он каждый раз по новой влюблялся в длинные распущенные локоны, что нежно спадали на хрупкие плечи и грудь. Подхватывал Виросу на руки, кружа и прижимая к себе, кажется она с каждым днем становилась все легче и тоньше. Он не придавал значения холодным красным радужкам, находя в них странное тепло, обращенное лично к нему.

Джордж как-то застал их вместе, но вместо дружелюбия, брат дернул бровью, громко перечисляя странности, которые он заметил:

-Что с глазами?

-Неудачный эксперимент, - легко улыбнулась Вироса-де-Кута, укладывая голову на плечо Фреду.

-А чего бледная, как поганка? - Джордж фыркнул, складывая руки на груди.

-Может, простыла, - девушка пожала плечами, устало закрывая глаза.

-Ты чего пристал, Джорджи? Зависть - плохое чувство, - подкидывая в голос веселых нот, произнес Фред.

Близнец недоверчиво осмотрел тощую фигуру с головы до ног, не находя в юной леди той привлекательной очаровательности, что была при ней в Хогвартсе. От миловидной и загадочной девушки осталась лишь истонченная оболочка и та же фальшивая улыбка, которую она посылала всем, с кем не хотела общаться.

Джордж несколько раз пытался поговорить с Фредом о странностях Дасадити, но каждый раз натыкался на ледяную стену. Брат резко прерывал любые попытки открыть ему глаза, превращаясь в слепой щит Виросы. Однажды он, конечно, все таки обронил мятую фразу о том, что встречается с девушкой не просто так. Якобы было там какое-то тайное дело, и слизеринке нужна то ли помощь, то ли защита, то ли спасение. Джордж на это закатил глаза, прикидывая, каким алкоголем будет лечить разбитое сердце брата позже.

Весна была лучшим временем для Фреда Уизли. Не только из-за того, что Лисичка была рядом, но и потому что Пожиратели Смерти, наконец, затихли. Постоянные нападения прекратились, не было больше похищений или внезапных налетов. Так, словно Волан-де-Морт вновь исчез. Хотя Фред знал кое-что, что могло быть причиной такого затишья.

-Кажется, мы все таки сможем победить Темного Лорда, - выдохнул юноша, откидываясь на спинку кресла.

Они сидели в кабинете на верхнем этаже “Всевозможных волшебных вредилок”, распивая горячий чай. Вироса-де-Кута положила ногу на ногу, медленно двигая своей волшебной палочкой - перенося чайник и пиалы со сладостями к кофейному столику. Стоило ей услышать такое заявление, ее рука чуть дрогнула, застывая в воздухе на мгновение.

-Ты так уверен? - мгновенно взяв себя в руки, улыбнулась Лисичка.

-Да, Гарри уже нашел кое-что. Я не могу рассказать подробности, но насколько мне известно, он сможет снова избавить всех нас от гнета Того-кого-нельзя-называть.

-В этот раз навсегда? - ведьмочка отвела взгляд, напрягаясь всем телом.

-Полагаю, что так. Нас с Джорджем не ставят в известность, как именно проходит операция по спасению всего мира, но я слышал, что нашлась еще одна часть пазла, - Фред сжал ладони в кулаки, подаваясь вперед. - Лисичка, это все скоро закончится! Давай уедем потом? Откроем еще одну лавку “Вредилок” на твоей родине..

-А мой отец? - Вироса перебила его горячим шепотом, не поднимая глаз.

-Какие проблемы? - юноша спешно закивал, разводя руки в стороны. - Пусть едет с нами. Я уже достаточно заработал, чтобы..

-Не думаю, что он согласиться покинуть Британию.

Девушка нахмурилась, смотря на тлеющие угли в камине. Ее лицо отвердело, а уголки губ чуть опустились. Перед затуманенным взглядом ползли какие-то образы и видения, словно она, как тогда в Запретном Лесу, провалилась в свои сложные мысли, теряя связь с реальностью.

Фред не любил это выражение лица. В такие моменты Лисичка выпадала из мира, словно плохо закрепленный пазл на вертикальной картине. Было лучше, даже когда она злилась или нервничала, так Вироса хотя бы оставалась с ним. Фред уже успел забыть чувство, словно смотришь на прекрасное произведение искусства. Вироса в подобные моменты была словно изящная статуя некоего божества - серьезного и до коликов в сердце грустного.

-Я мог бы встретиться с твоим отцом. Возможно, я смогу произвести на него хорошее впечатление, и он согласиться доверить мне не только тебя, но и себя тоже, - пытаясь разрядить обстановку, весело произнес молодой маг.

-Мой отец серьезный человек, - ледяным тоном ответила девушка, - он не согласиться все бросить ради магазина с побрякушками.

-А ради счастья своей дочери? - рыжие брови сошлись, складывая кожу бугорками, а линия губ поломалась.

Вопрос колокольным перезвоном продолжал отражаться от всех поверхностей в комнате, словно эхо в черной сырой пещере. Молчание Виросы на такой простой вопрос было хуже честного ответа.

***

“Если Фред говорит правду, то получается, что мистер Поттер нашел еще один отцовский Крестраж. Я должна как можно быстрее его предупредить..”

По венам разливалась ледяная субстанция, что кусала и жалила изнутри. Страх мерзкой паутиной лип к бледному лицу и напряженной шее. Кончики пальцев впились в шершавую древесину волшебной палочки, что на коже должен остаться четкий рельеф.

Вироса-де-Кута всю весну ходила за Фредом по пятам. Слушала его разговоры с братом, следила за жителями Норы, пробегала взглядом по тем, кто силился удержать свои лавки на плаву на Косой Аллее. И этот разговор - первое что-то стоящее..

Весна была прекрасным временем. Если забыть о шепотках в голове, если прикинуться, что не было никакой тайной миссии. Этой весной Виросе было теплее всего, ведь рядом с ней находилось настоящее рыжее солнце.

Порой она забывалась на доли секунд, любуясь мелкими веснушками на лице или искренне ухмыляясь на незатейливые шутки юноши. Искореженная душа дрожала в гуди, стоило Фреду взять ее за руку или нежно приобнять. Конечно, холодная кровь Салазара Слизерина быстро остужала сбивающееся с ритма сердце. Но тем не менее. Виросе действительно нравилось чувствовать на себе мягкий взгляд карих, словно чай, глаз.

Было и еще кое-что, что поняла девушка за эту весну: Фред и Вироса слишком твердо стоят на противоборствующих сторонах. Как бы она не старалась, как бы не играла словами, молодой представитель Ордена Феникса не ступил и шагу к миру Темного Лорда. И как бы Фред не пытался, он ни на миллиметр не сдвинул мисс Дасадити к профессору Дамблдору.

Пока Уизли не знает о том, что отец его возлюбленной - Волан-де-Морт, у Виросы есть шанс его обмануть. Хитростью или одержимостью уволочь юношу на правильную для всех чистокровных волшебников сторону. Потому что, если у нее не получится, и Фред останется упрямо стоять там, где он сейчас.. отец снесет и его, словно бесполезную пешку на своем праведном пути.

В горле образовался склизкий ком. А в голове набатом застучала кровь. Вироса плотно закрыла глаза, прикладывая ладошку к виску. Она больше не может здесь оставаться, ей срочно нужно доложить отцу о найденном Крестраже. Вызволить Фреда можно позже, еще будет шанс.

-Давай вернемся к этому разговору, когда все закончится, - она тяжело выдохнула, выпрямляясь в кресле.

-Хорошо, - тут же встрепенулся молодой человек. - Когда Темный Лорд падет, мы поговорим еще раз.

Вироса-де-Кута чуть разомкнула губы и приподняла подбородок, словно хотела что-то добавить. Но вместо этого лишь слабо улыбнулась, поднимаясь на ноги. Она неторопливо вошла в камин, придерживая длинную юбку, зачерпнула в ладошку летучего пороха и уверенным голосом произнесла какой-то странный адрес, резко исчезая в изумрудных языках пламени.

В маноре Навелюкс стало гораздо теплее, чем в прошлый раз. Живые картины на стенах вновь двигались и болтали между собой, обсуждая различные глупости. Пока Вироса-де-Кута ступала по дому, свечи сами собой загорались, освещая ее новые владения. Домовой эльф выполнял свою работу безукоризненно, приводя в порядок все то, что успели разрушить Дементоры и мракоборцы.

Вироса уверенным шагом направилась в свою комнату, с холодной безразличностью игнорируя причитания портретов. Некоторые восхищались новой хозяйкой, другие ругали ее за долгое отсутствие. Но самые смелые и громкие высказывания выкрикивали те, кто еще при жизни успел попрятать другие свои картины (если хозяйка дома разозлиться и уничтожит портрет, им будет куда спрятаться).

-Якшаешься с этим маглолюбом, девочка! Бессовестная, о покойницах бы подумала! Что Тенеба и Амара бы сказали на такое? - вопила одна из скрюченных бабок в пожелтевшей от времени раме.

-Все лучше, чем в девках до седых волос просидеть, как Тенеба, - фыркнула другая старушка с кривым, горбатым носом.

-Главное, чтобы кровь чистая была, на остальное плевать я хотел, - закатил глаза и отвернулся высокий предок Навелюкс в дорогих одеждах.

-Вот уж нашли проблему! Я вам столько сейчас чистокровных женихов вспомню! Вироска, ты присмотрись, может? - разворачивая нарисованный, как и она сама, список, произнесла полная темноволосая девушка. -Нечего девку путать, ей надо черную магию практиковать, а не детей делать. Это успеется! А вот магия только помолоду так легко даваться будет, - рявкнул на других предков статный чародей в длинной темной робе с кровавыми подтеками на локтях.

-Конечно, мужики нынче заделались знатоками женских родов! - крякнула бледная дама с темными зелеными глазами и короткими седыми волосами.

Вироса-де-Кута долго выдохнула через нос, приказывая двери отвориться, пропуская ее в прохладную спальню. Девушка замерла рядом с кроватью, и стоило старенькой двери с тихим хлопком закрыться, юная леди с великим удовольствием рухнула на мягкую постель лицом вниз.

Выжата, словно половая тряпка. Не было сил даже руку к палочке протянуть, чтобы отправить отцу Патронуса с посланием. В комнате темно и тихо. Возвращаться сюда было приятно, словно последний островок спокойствия, на котором никто не жил, никто ни на кого не охотился, и никто ни за кем не следил.

Сладковатый воздух витал в спальне, убаюкивая девушку, как малыша в люльке. Она лениво перевернулась на спину, посылая затуманенный взгляд потолку. Вот бы и правда все побыстрее закончилось. Игры в шпионов ей были не по нраву, надоело ломать голову над долгоиграющими планами отца. В конце концов, она все еще слишком юна для всего этого. Сейчас очевидно, что мама и крестная все это время поступали правильно, что не втягивали ее во все эти сложные взрослые дела и проблемы. И зачем она так рвалась все выяснить?.

В комнате раздался хлопок.

-Хозяйка, - проблеял эльф.

Вироса-де-Кута приподнялась на локтях, открывая рот, чтобы отчитать ворвавшегося в ее покои домового. Но она так и застыла с приоткрытыми губами, замечая состояние маленького существа. Эл дрожал, словно колосок во время урагана, его длинные костлявые пальцы тряслись в воздухе, а крупные шаровидные глазища пучились и сверкали от страха.

-Ваш отец прибыл, - высоким голоском произнес домашний эльф, хватая себя за щуплые плечи.

Потребовалась секунда на то, чтобы осознать. В следующее мгновение молодая ведьма соскочила с кровати, одергивая платье. Аппарация. В столовой было мрачно. Даже малюсенькие огоньки свечей сжимались, пытаясь вдавиться в воск, лишь бы стать куда незаметнее.

Высокая фигура, облаченное в черное стояла лицом к холодному камину, рассматривая что-то в сухих угольках. Волан-де-Морт крутил в пальцах свою палочку, кажется, источал тьму и недовольство.

-Отец, Вы здесь, - Вироса поспешила опуститься в реверансе, поспешно оправдываясь. - Я собиралась сейчас отправиться к Вам. У меня есть новости, наконец-то, Уизли сказал что-то полезное.

-Мой Крестраж, - послышался тихий голос. - Они вытащили мой медальон.

-Так Вы уже знаете.

Девушка обомлела, смотря на широкую спину отца. Он чуть горбился, тяжело дыша:

-Я предупреждал тебя, девочка. Они желают только моей смерти. Хотят победить, - он замолчал на некоторое время, бессмысленно пялясь на черные угли. А затем медленно повернулся к Виросе своим серым лицом. - Кажется, я дал тебе слишком много свободы, и ты не оправдала моего доверия.

-Еще один шанс! - выпалила ведьмочка, упрямо смотря в глаза своему отцу.

-Последний.

Он протянул ей свою холодную руку. Тонкие пальчики коснулись чешуйчатой кожи, пока в груди билась перепуганная умирающая птица. Холодное безразличее отца было страшнее его гнева, тихий голос был громче его криков. Шанс доказать свою полезность действительно был последним.

***

Вот и все. Это его последняя ночь. Наверное, хорошо, что он погибнет, когда тепло, когда звезды яркие, а луна бережно поглаживает его седую бороду, словно причесывая перед последней встречей.

Альбус Дамблдор стоял на Астрономической Башне, рассматривая темные дали, открывшегося ему вида. В любую погоду здесь было хорошо, даже если шел дождь или снег, даже если завывали ветра. С высоты птичьего полета было здорово наблюдать за тем, как поднимается и опускается солнечный диск. И кто сказал, что магия должна быть только у волшебников? Чары являются людям отовсюду. Жаль, что за столько лет старик понял это только после того, как лишился своих сил.

Может это было не проклятие, а подарок от мисс Навелюкс? Вот, мол, взгляни на то, что ты все это время упускал из виду. Чудеса природы.

За спиной раздались быстрые шаги. Альбус неторопливо обернулся. Все в черном с искаженными лицами. Кто-то злился, кто-то бесновался и жаждал, но были еще два выражения, которых Дамблдор предпочел бы не заметить и не запомнить.

Молодой Драко, у которого по щекам текли горячие слезы. Его платиновые волосы были взъерошены, а уши от стыда полыхали румянцем. Он отчаянно кричал своими светлыми глазами, молил о помощи, о прощении.

И еще одно юное красивое лицо. Точно такое же, как у ее отца. Вироса-де-Кута бледная, словно снег и спокойная, словно змея. Ее глаза были кроваво-красными, как у Волан-де-Морта, безжалостными и уверенными в том,чтоона собирается сделать.

***

Пожиратели закатили настоящий пир. Посуда летала по столовой, бокалы еле успевали пополняться красным вином и огневиски. Эльфы Малфоев работали на износ, жаря, паря и принося новые и новые горячие блюда к довольным и уже слегка захмелевшим слугам Темного Лорда.

Внутри хохочущих голосов, желтозубых улыбок и грязных мантий молча сидел молодой волшебник. Драко смотрел в свою полную тарелку пустыми ледяными глазами, пытаясь стереть со своей сетчатки морщинистое лицо старика. Да, он не любил Дамблдора, но почему? Наверное, потому что так было правильно. Смерть всем грязнокровкам! Смерть всем, кто идет против чистокровных волшебных родов!

Чьи это слова?

Отца? Темного Лорда? Его собственные?

Сейчас, когда под кожей разливается мерзкая ядовитая жижа из чужих мыслей, желаний и ощущений, сложно сказать, кто именно думал, что такое “правильно”. Профессор Дамблдор остолбенел, и его бездыханное тело медленно качнулось, седая голова откинулась назад. Драко моргнул. Старика перед ним не было, а через секунду у основания Астрономической Башни раздался тяжелый звук шлепка. Тело рухнуло на землю ломая кости и разрывая сухую старую кожу.

По телу, словно тысячи мелких паучьих ножек пробежали мурашки. Юноша дрогнул, будто пытался скинуть с себя насекомых. Наружный шум тут же ворвался в его голову, заставляя окончательно очнуться от пережитого кошмара.

Темного Лорда не было в зале, поэтому Пожиратели не стеснялись завывать песни или жарко спорить. Они пили, а некоторые даже пританцовывали, празднуя победу над своим главным противником. Кто-то колдовал, выпуская разноцветный спектр искр к потолку. Беллатрикс вдруг вскочила со своего места, выхватывая черную кривую палочку.

-Слава Волан-де-Морту! - прокричала она, у крестной пылали глаза, а на щеках разлился пьяный румянец.

Взмах палочкой. С кончика ее древка сорвалась темная масса, что заклубилась и зашипела, разрастаясь над головами всех присутствующих. Беллатрикс в очередной раз вывела метку Темного Лорда. Клыкастый череп выплевывал гигантскую змею, которая изворачивалась и зыркала на всех своими черными безжизненными глазищами.

Предплечье тут же защипало новым приступом боли. Крестная захохотала, сжимая дрожащими пальцами собственное предплечье. Она наслаждалась каждой секундой, пока ее кожа пылала и рвалась на части, сверкающим блаженным взглядом рассматривала свое творение под потолком.

Драко никогда этого не поймет. Фанатичность и беспрекословная верность тому, кто причиняет дикую боль и страдания даже собственным подчиненным. Ужас, который он наводил на своих людей, порой был куда страшнее того, как он обращался с неугодными грязнокровками.

Юноша чесал свою метку, царапал ее ногтями, только бы заглушить разливающуюся по венам черную жижу. На глазах выступили капельки слез, пришлось зажмуриться, чтобы никто, не дай Салазар, не заметил, как ему хочется сбежать с этого дьявольского шабаша.

Вдруг, что-то прохладное нежно коснулось его жалящей метки. Мягко, будто компресс, живительная магия окутала руку, накладывала невидимые бинты. Словно чудотворная мазь, холодная патока разлилась по расчесанному предплечью, возвращая возможность дышать.

Юноша открыл глаза, ища взглядом маму, которая могла себе такое позволить - тайком утешать сына, пряча его боль под тонким покрывалом магии. Но кроме отца, который целиком и полностью был погружен в какие-то свои мысли, и сбрендившей крестной в зале не было родственников. Драко провел взглядом по другим лицам.

Яркие алые радужки сначала напугали. Почудилось, что сам Темный Лорд наблюдает за поведением Драко. Будто эта доброта - очередная уловка, за которой последует жестокое наказание. Но в следующее мгновение испуг сменило удивление. Обладателем жутких кровавых глаз была Вироса-де-Кута.

Девушка все это время сидела напротив Драко за столом, точно так же как и он, даже не притронувшись к еде. Она была такой же, как и юный Малфой, пленницей своих мыслей и переживаний, не замечающей ничего вокруг. Ничего до тех пор, пока юноша не скривился от стреляющей боли в руке. Леди Дасадити в пару легких движений освободила “соучастника” от мук.

Зачем бы дочери Лорда помогать такому жалкому слуге? Разве она не должна была наоборот усилить его страдания, подкинуть пару новых проклятий в трясущееся тело? Драко облажался в Астрономической Башне. Не смог выполнить приказ. Он был тем, кто причитал и плакал, словно ребенок, пока родная палочка танцевала у него перед глазами. Северус Снейп сделал это. Профессор забрал на себя клеймо убийцы директора.

Так почему Вироса вместо обвинений, помогает избавиться от того единственного, что напоминало об ошибке?

Драко не мог ничего прочитать в ее бледном лице. Точнее отказывался верить в то, что явно описывали ее глаза и опущенные кончики губ. Понимание. Она не носила метку своего отца, не слышала всей мерзости, которая кружила в голове юноши, никогда не находилась на его месте. Но почему-то, только в ней было видно это.

Вироса-де-Кута единственная, кто полностью понимал все, что бурлило под кожей Драко, что не давало ему спать по ночам. Ее холодные красные глаза были словно цветное стекло, разбитое много лет назад в пыльном подвале. Может ли быть такое, что пока молодой Малфой мучается частыми припадками от метки, леди Дасадити живет в этом кошмаре постоянно? Возможно ли, что ее изнутри тоже травит, путь не черная метка, а сама кровь Волан-де-Морта, что досталась ей по наследству?

Будто в подтверждении его мыслей девушка бесшумно выдохнула, отводя, наконец, от его лица взгляд.

***

30 Июля, 1997 год. Ночь перед днем рождения Гарри. Фред и Джордж, как обычно, получили всю вводную информацию одни из самых последних. Это ужасно злило, словно остальные члены Ордена Феникса до сих пор считали их неразумными детьми, не способными держать язык за зубами. Впрочем, именно так и выразился Грозный Глаз, когда близнецы явились на Гриммо, 12.

Завтра Гарри исполняется семнадцать лет, а значит, по меркам волшебного мира, он будет считаться совершеннолетним. С этого момента всякая защита родителей и крестных будет снята, позволяя любой жаждущей волшебной крови драни добраться до молодого человека. Самой крупной из всех подобных дряней был никто иной как Тот-кого-нельзя-называть.

Темный Лорд будет первым, кто попытается избавиться от Гарри, поэтому Орден Феникса (теперь во главе с Грюмом) придумали крышесносный план. Крышесносный потому, что Фред подобной затее был не особо рад. Нужно было перевезти Гарри в Нору, рискуя чужими жизнями. Выслушивать другие предложения, по типу: переместить Гарри с помощью незарегистрированных, самодельных артефактов или наложить на него какие-нибудь защитные заклинания или попросту спрятать его в мире маглов; никто, почему-то не стал. Фреда грубо заткнули, ставя перед выбором:

-Ты либо следуешь плану, либо идешь на хер, Уизли, - рявкнул Грюм, бешено крутя своим механическим глазом.

Что ж, идти на хер не было никакого желания, поэтому пришлось следовать странному, не до конца (как считал юноша) продуманному плану нервного мракоборца. Все остальные тоже были не в восторге от затеи Грюма, но никто больше возражать не спешил.

В магловское жилище, где все эти года надежно был спрятан Гарри, Орден прибыл ближе к полуночи. Толпа шумного народу оккупировала скромную гостиную, наперебой здороваясь и обнимаясь с именинником. Фреду полегчало, только после того, как выяснилось, что сам Гарри ни сном ни духом про “шикарный” план. Реакция друга сильно его позабавила. Стоило Поттеру услышать, что все готовы рискнуть ради его защиты, он ощетинился, грозно сведя брови (прям как настоящий!).

-Я против! - выпалил Гарри.

-Тебя никто не спрашивает, - выплюнул на это Грозный Глаз, вытаскивая из-за пазухи металлический бутылек.

-Как будто нам так этого хочется, - шепнул Джордж.

-Да, вдруг что-нибудь случится, и мы навсегда останемся тощими очкариками, - чуть громче произнес Фред.

Гермиона не стала церемониться, дернула несколько волосков прямо с затылка шокированного друга, на ходу забрасывая их в бутылек Грюма. Помешав зелье с помощью круговых движений, Грозный Глаз одобрительно кивнул, передавая флакон по кругу.

Спустя пару минут перед насупленным уродливым мракоборцем стояло семь Поттеров: Флер Делакур (невеста Билла Уизли); Фред, Джордж, Рон Уизли; Гермиона; Наземникус Флетчер (которого, вообще непонятно зачем взяли с собой - этот вор и мошенник не вызывал у Ордена никакого доверия) и сам Гарри.

Все семеро второпях сменили свою одежду на магловский простенький прикид и подошли ближе к своим “парам”. Фреду выпало лететь с отцом на метлах, поэтому беспокойство о возможных проблемах сильно поубавилось. В конце концов папа хорошо управлялся с летающим аппаратом, а Фред неплохо использовал палочку во время полета. Все будет нормально.

-На счет три! - прокричал Грюм.

Все были готовы ко взлету, точнее, все были готовы к неминуемой неприятной встрече. Метла плавно качалась под потеющими ладонями. Волшебная палочка в кармане давила на бедро. Фреду было до ужаса непривычно все, что он делал в этом маленьком худом теле. Обзор был не тот, руки и ноги короче, чем его родные, ужасное зрение, что даже круглые очки не спасали, пушистые непослушные волосы, что вечно лезли в глаза. Все не так, как нужно было. Все неестественно и неправильно.

-Раз! - рявкнул Грозный Граз.

Под ложечкой засосало. Плечи не двигались, напрягаясь и дубея от напряжения. Даже во время самых жарких игр в квиддич Фреда так не потряхивало. Метла переняла тремор, чуть вибрировала, неприятно дергаясь.

-Два!

Капелька пота совершенно не вовремя соскользнула с брови на щеку. Это место ужасно зачесалось. Пришлось несколько раз дернуть головой, чтобы сбить щепающее чувство.

-Три!

Рывок. Пальцы на ладонях тоже были не такими. Привычная метла не сразу поддалась. Приходилось давить сильнее, тянуть резче и прижиматься плотнее. Вес у тела Гарри тоже был в разы меньше, что мешало ежесекундно разобраться со скоростью движения. Метла то дергалась вперед, словно пришпоренная лошадь, то резко тормозила, не давая привыкнуть.

Но думать и разбираться уже не было времени. Густые тяжелые тучи разверзлись, пропуская в грохочущую обитель. Тут же появились и черные, метающиеся, словно проклятые молнии, силуэты. Конечно, им-то сподручнее прыгать по небу в своих родных телах.

Пожиратели Смерти бросались на каждого, кто попадался им на глаза, швыряя цветные проклятия. Плотные тучи озарялись вспышками изумрудного, рубинового и пурпурного цветов. Проклятые слуги Темного Лорда не скупились на непростительные заклинания. Одна такая кривая алая молния пронеслась прямо над головой Фреда. Жар проклятия опалил макушку, чуть подпалив темные волосы.

Юноша резко вжал голову в плечи, выхватывая из кармана палочку. Воздушная петля. Взмах. Чей-то отчаянный визг. Фред даже не был уверен в том, какое именно заклинание он выкрикнул, отправляя во врага что-то острое.

Уродливые серебристые маски блестели в гуще вспышек. Пожиратели каждую секунду находили нового Поттера, теряясь между двойниками. Некоторые из надоедливых слуг Лорда метались по небу на метлах, другие использовали чертову туманную аппарацию. Из-за этого дыма, застилающего глаза, было сложно понять, куда бросать следующее заклинание. Фред бил наобум, используя в основном отталкивающее и замораживающее. Туда. Сюда. Вверх. Вниз.

Отец что-то кричал, пытаясь перебить гул голосов и хлопков магии. До Норы было еще слишком далеко. Очередная зизагообразная волшебная молния шарахнула по правой руке, прожигая рукав спортивной куртки. Фред ударил наотмашь, пытаясь сбросить с хвоста преследователей. Косая волна прошлась по воздуху, чуть отталкивая несколько фигур на метлах.

Он прижался к рукояти плотнее, выдавливая из дерева всю скорость, на которую она была способна. Что-то плотное мелькнуло рядом. Черная масса туманной аппарации появилась откуда ни возьмись слева от метлы. Очередной Пожиратель Смерти вцепился в лжеГарри. Фред почувствовал, как холодная мрачная дымка лижет его бок. Вверх. Вниз. Резкий выпад в сторону. Эта чернь пристала, словно пиявка, у которой материализовались тонкие руки и знакомое волшебное древко.

Фред повернул голову к Пожирателю, плотнее прижимаясь грудью к метле. Родная палочка стала продолжением его пальцев. Он взмахнул, чтобы черкануть простенькую руну, как вдруг его тело обледенело от ужаса.

Прямо перед его лицом висели родные глаза. Маленький носик и аккуратные губы. Каштановые волосы развивались на ветру, словно миллионы пятнистых змеек. Длинные темные ресницы и красивые правильные брови.

В нос тут же ударил до боли знакомый тонкий аромат ее тела. Бушующее море. Ледяные скалы. Вон она. Твоя мнимая свобода, Фред. Вот она, твоя настоящая любовь. Облаченная в черное. Несется рядом, прилипая к тебе всем телом. Двигая своей легкой нежной ладошкой, в которой уверенно держится волшебная палочка.

-Лисичка.. - едва двигая губами, смог выдавить Фред.

Фарфоровое лицо ожило. Красные глаза расширились, округлились. В этих уродливых, кровавых радужках мелькнуло осознание. Мягкие губы приоткрылись и наружу вырвался короткий испуганный звук.

Она тут же отпустила его. Грозный острый ветер одним диким рывком сдул черное месиво с лицом возлюбленной.

Может ему и вовсе это почудилось? Откуда бы ей взять здесь в этом кровавом танце тел и проклятий? Не могла она превратиться в липкий дым. Не могла она преследовать его с желанием уничтожить. Не стала бы Лисичка одной из Пожирателей Смерти.

Она же нашла отца! Вироса же говорила, что все хорошо. Они всю весну были вместе. Она ни разу не заикнулась о том, что она теперь на этой грязной.. мерзкой и темной стороне. Лисичка ему улыбалась. Она его целовала. Она бы не предала того, кто.. кто любит ее.

Перед глазами все сливалось в однородную черную кашу. Не разобрать, где низ или верх. Все тело сковало колючей проволокой. Шипы врастали в кожу, щипая и разрывая клетки.

Такого просто не может быть.

Ядовитая слизь поползла к сердцу, прожигая органы на своем пути. По позвоночнику пробежал электрический разряд прямо в голову. Было то проклятие или все это лишь чудилось, Фред не понял. Клыкастый угорь скользил по его спине, забираясь под корку мозга. Там он и решил остаться. Откусывая извилины, с наслаждением чавкая приятными воспоминаниями о юной нимфе, которая только что хотела убить того, кого недавно ласково обнимала.

Глава 38 Трещало все

Кромсалось и трещало все, что попадалось ему на глаза. Темный Лорд перемещался по манору с немыслимой скоростью. Его гнев и ярость вылетали с кончика палочки, будто магловские пули, ударяя в картины, дорогие украшения, в мраморный пол, в люстры и перепуганных до смерти слуг.

Пожиратели Смерти ползали перед ним на коленях, вымаливая прощение. Они разбивали лбы в кровь, с каждым новым криком Волан-де-Морта, ударяясь головами о пол. Ни одного из них не волновала миссия, конечный результат. Даже чистота крови их больше не заботила. Все, о чем могли думать жалкие смертные - собственные жизни в момент безумства Темного Господина. Покровителя, к которому они примкнули, которому сами же хотели служить.

Гарри Поттер ушел прямо из-под носа. И кто был в этом виноват? Каждый. Каждый, кто посмел надеть серебристую маску, но не выложился на полную, ради отданного приказа. Новый выброс яркой вспышки с кончика волшебной палочки. Звон взорванного стекла.

Волан-де-Морт больше не проиграет. Больше не уступит. Время действовать решительно, жестко и быстро.

***

Август был словно гудок паровоза, который вот-вот столкнется со скалой. Вироса-де-Кута все это время была словно не в себе, будто она каким-то нелепым образом смогла сбежать из своего тела, прячась в дрожащем Донумпе, под плотной белой чешуей.

Ее тело двигалось само по себе. Трансгрессировало, вытаскивало магическое древко и направляло его на перекошенные лица министерских работников. Под босыми ступнями хрустели остатки спасения для хрупких магов Великобритании. На бледной коже пеплом оседали последние надежды волшебников на свое ничтожное правительство.

Вопли страха и ужаса, отчаянные крики доносились со всех сторон. Безвольное худое тело, облаченное в свое лучшее черное платье, повернуло голову на самый резкий звук. У холодной темной стены тяжело дышала мадам Беллатрикс Лестрейндж. Ее кудрявые черные волосы стояли дыбом, а на лице застыло уродливое выражение удовольствия. Глаза сверкали лишенным рассудка огнем, потрескавшиеся губы обнажали желтые кривые зубы.

-Нет, умоляю, остановитесь! - завизжала молодая дама у ног Пожирательницы. - У меня дети!

-Круцио, - с коротким придыханием ответила Белла, и с ее жесткой палочки сорвался острый луч непростительного заклинания.

Работница министерства закричала снова. Ее руки и ноги неестественно изгибались, голова запрокинулась, ударяясь о грязный пол. Глаза закатились, а ресницы дрожали. Конвульсии, будто электрический разряд, какое-то время еще продлевали ее жизнь. Но мадам Лестрейндж уже наигралась со своей очередной жертвой, не отводила больше руку, плотнее смыкая в потных пальцах древко. Молодая дама обмякла, окончательно лишаясь рассудка. Ее сердце разорвалось от слишком высокого напряжения.

Виросы там не было. Правда ведь не было? Она могла лишь наблюдать за всем происходящим вокруг безумством со стороны. Как призрак, скользящий между развалинами былого величия Министерства.

Холодок пробежал по шее, возвращая в реальность. Рывком бросая ее в сознание. Была. Она там была, использовала свою силу во благо великого отцовского плана. Все ради будущего чистокровных волшебников.

Рубиновые глаза защипало. Девушка пару раз моргнула, чтобы сбить подступающую влагу. Сколько людей пострадало сегодня во имя Волан-де-Морта? А сколько Вироса-де-Кута уничтожила лично? Молниевидную руну непростительного заклинания оказалось ужасно легко чертить в воздухе. Только отчего-то воздух постоянно дрожал, и вместо изумрудных вспышек перед глазами появлялись рыжие, словно языки пламени, волосы. И карие глаза, которые смотрели на нее с отвращением и ужасом.

В тот день, когда Пожиратели Смерти должны были схватить Мальчика-который-выжил, Вироса чуть было собственными руками не убила Фреда. Конечно, как она должна была его узнать под оборотным зельем? Только через несколько секунд в чужих глазах мелькнул знакомый взгляд, а неправильные губы позвали ее так ласково, как мог только рыжеволосый юноша.

Во рту пересохло и горло запершило. Сколько еще раз Виросе нужно переступить через человеческие чувства, чтобы это все наконец-то закончилось? Ей хотелось, чтобы Волан-де-Морт победил, чтобы воцарился правильный мир, и чистокровные маги со всего света зажили в гармонии с природой. Но каждый раз, занося над кем-то волшебную палочку, внутри что-то трескалось и опадало. Сердце обливалось кровью, но ему было приказано молчать, пока холодная голова принимала решение следовать за отцом.

Прошло меньше часа. Министерство пало.

***

Горячий пыльный август сменился дождливым сентябрем. Вироса-де-Кута блуждала по саду Малфоев, бесцельно проходя тропинку за тропинкой. В воздухе пахло озоном, немного сладкий и освежающий аромат только что закончившегося ливня. Плоские серые облака вновь принялись наливаться густыми мрачными красками, нагоняя тоску.

Под босыми стопами тихонько скрипела влажная брусчатка. Кожа приятно скользила по гладкой поверхности омытых дождевой водой тропинок. Было ощущение, что девушка плыла, бесшумно перемещаясь от одного кустарника к другому. Легкий черный подол платья слегка колыхался от игры ветра, поглаживая серебристую чешую ползущего рядом Донумпа.

Змей совсем свыкся со своей участью быть Крестражем, стараясь находиться ближе к молчаливой хозяйке. Рваный кусок души внутри рептилии больше не полыхал так ярко, как раньше, не взывал к Виросе, умоляя о воссоединении. Вокруг девушки мир чуть замер, покрываясь дымкой, словно каждая знакомая и не знакомая ей вещь смирилась с происходящими ужасами, становясь сторонним наблюдателем жуткой картины.

Даже некогда прекрасное черное платье, что давным-давно подарили ей двойняшки Винтербир, не блестело камушками на корсете, пряча исхудавшее тело под пеленой тонкой полупрозрачной темной ткани.

-Медитируешь? - раздался над ухом холодный голос.

-Ожидаю Ваших новых указаний, отец, - девушка спокойно развернулась к Темному Лорду, низко опускаясь в реверансе.

Тот, по своему обычаю, высился над ней плотоядной гигантской змеей с узкими кровавыми глазами. Тонкие вертикальные зрачки внимательно следили за плавными движениями юной ведьмы. Волан-де-Морт теперь все реже обращался к Виросе лично, предпочитая выжидать. Выжидать, когда она полностью сломается, превращаясь в послушную куклу в его цепких руках.

Он внимательно наблюдал за ней во время вторжения в Министерство. Дочь была прекрасна. Бездушный смертоносный ураган, которому нет дела до жизней мелких людишек. Она выбрасывала руку с волшебной палочкой быстро и безжалостно, снося своей магией любого, кто появлялся перед ее красными радужками.

Темный Лорд слегка ухмыльнулся, рассматривая бледную кожу и ледяной взгляд. Кажется, теперь она полностью отринула любую человечность. Даже белые пятна на ее волнистых волосах стали тусклее (или это всего лишь серый вечер сентября отбрасывал на них длинные тени?).

-Призови своих Винтербиров и возьми с собой Снейпа, - отворачиваясь от девицы, проговорил Волан-де-Морт. - Отправляйтесь на Гриммо и принесите мне медальон. Крестраж у Поттера, я уверен. Ему больше негде прятаться. Орден Феникса без управления Дамблдора просто кучка неорганизованных магов.

-Как скажете, отец, - Вироса еще раз поклонилась, чувствуя как Донумп скручивается на ее лодыжке, боясь твердого голоса Лорда.

Аппарация.

***

Паффина на пару с братом прибыли на магловскую улицу сразу после того, как получили от Виросы бледного Патронуса. Голубоватая лисичка влетела в столовую через приоткрытое окно тусклым плотным шариком.

Телесный Патронус потоптался у ног Паффиана, пару раз махнул пушистым длинным хвостом и заговорил голосом Виросы:

-Дорогие лорд и леди Винтербир, жду вас через час на Гриммо, - затем лисица дернула ушком и растворилась в воздухе.

Паффи был на взводе. Он постоянно оттягивал воротник, потирая шею, дергал ткань жилета, пытаясь расправить то, что и так сидело на нем идеально, сжимал и разжимал кулаки, разгоняя застывающую кровь.

Непривычно было видеть брата потеющим и шумно вздыхающим каждые несколько минут. Паффина догадывалась, что происходит, но отчего-то не решалась заговорить с близнецом. Еще с новогодних праздников (после того, как их манор посетила покровительница) Паффиан изменился. Его часто лихорадило, дрожали кончики пальцев, что он не мог держать в руке перо, а дыхание становилось прерывистым и резким.

Влияние договора на брата было столь велико, что порой можно было заметить, как он хмурится от головной боли и плотно сжимает челюсти, стараясь не подавать виду. Паффиан воспринял их провал (с попытками вытащить из Хогвартса вещи Виросы) как сопротивление контракту между подопечным и покровителем, поэтому то договор и вцепился в его тело, раздирая кожу изнутри.

Паффина, разумеется, тоже прикладывала много сил на то, чтобы выполнить просьбу подруги. Однако это оказалось куда сложнее, чем может показаться на первый взгляд. Семья Винтербир не имеет достаточных связей, а из-за наложенного на род проклятия, многие чистокровные волшебники отказываются иметь дело с “предателями короны”. Эта глупость, которая осела в головах знатных аристократов Британии, не позволяла им даже встретиться с младшими лордом и леди, не то что выполнять их просьбы.

Шел уже девятый месяц девяносто седьмого года, а Винтербир не приблизились к чемодану Виросы ни на дюйм. И вдруг, покровительница вызывает их на магловскую улицу одним коротким предложением. Получается, не удивительно, что брата так потряхивает от волнения.

Прохладный ветер таскал по земле первые опавшие листья, шепча о неизменно плохом конце для всех, кто его услышит. Зажглись первые фонари, мерцая желтым светом магловского электричества. Где-то слышалась странная музыка, вдалеке пробежали подростки наперебой обсуждая новости какого-то фут-бо-ла, а из прямоугольных небольших окон доносились запахи ужина.

-И как только столько человек помещается в таком крошечном домике? - ахнула Паффина, рассматривая неказистое скучное здание.

-Маглам не нужно столько места, сколько требуют для себя маги, - раздался холодный низкий голос.

Девушка резко обернулась, шокированная знакомым вечно-недовольным тоном.

-Профессор Снейп! - не веря своим глазам, поразилась Паффина.

-Добрый вечер, - выплюнул высокий длинноволосый колдун.

-Здравствуйте, профессор, - вежливо кивнул Паффиан, дергая сестру за рукав мантии; та поспешила опустить взгляд и закрыть округлившийся рот.

Из-за широкой спины появилась хрупкая истонченная фигурка. Вироса-де-Кута стояла босая на холодной осенней земле, облаченная в прекрасное черное платье. Только вот дорогой шелк выглядел изношенным, а подол длинной юбки был измят и перепачкан грязью и, Мерлин знает, чем еще. Щеки у девушки впали, а глаза приняли жуткий красный оттенок.

-Вироса, - позвала было Паффина, делая полшага к подруге, но та лишь скользнула по ней взглядом.

-Если все в сборе, приготовьте палочки. Нам пора, - скомандовала покровительница, демонстрируя собственное волшебное древко.

Профессор Снейп, почему-то совершенно не удивленный тоном бывшей студентки, сжал в руке свое магическое орудие, делая несколько шагов к магловскому дому. Паффина и Паффиан озадаченно переглянулись, но спорить не стали, молча проследовали примеру профессора.

Колдун взмахнул рукой, шепнув нужные слова. Земля под ногами мелко завибрировала, словно вестник рвущегося вверх землетрясения. Здание перед глазами начало двигаться, кирпичи разъезжались в стороны, открывая взгляду.. очередной ряд кирпичей и прямоугольных окон. Из недр дома выехала точно такая же, как и все остальные, деревянная входная дверь, а из земли вырос новый палисадник с низкой калиткой.

Дрожь прекратилась так же резко, как и началась. В магловском здании все это время скрывалось волшебное жилище, замаскированное под скучный дом скучных простецов.

Северус Снейп скривил губы, недовольно зашаркал к появившемуся входу, Вироса-де-Кута направилась за ним. И чтобы все это значило? Кто ждет внутри хорошо спрятанного магического жилья? Зачем держать палочки на изготовке? Паффина повернулась лицом к брату, чтобы хотя бы взглядом уточнить, находится ли он в том же замешательстве. Но вместо ответных переглядок, Паффиан зашагал за покровительницей, в очередной раз резко отдергивая левой рукой ворот рубашки.

Молодой леди ничего не оставалось, пришлось молча идти за остальными внутрь холодного и темного дома.

Оказалось, что внутри было не только холодно и темно, но еще и пыльно. Прихожую и коридор словно накрыла снежная лавина, только вместо блестящих в свете Люмоса снежинок, глаза щипали комья грязи. Мелкие частички мертвых клеток, затхлость и мох, расползающийся по коврам, составляли единую какофонию вони и резкой смерди, перекрывающей дыхание.

Паффина резко схватилась свободной рукой за нос, щурясь и кривя губки. На мантию уже успела осесть местная серая пыль, устраиваясь на девушке поудобнее. Со стен сходили обои, желтея и рваными кусками скапливаясь на иссохшем деревянном полу. Кое-где виднелись выцветшие картины в старых потрескавшихся рамах. Ни одна не шевелилась, словно никогда и не была написана волшебными красками.

Да здесь же нет никого! Если дом когда-то и принадлежал магу, то тот давно помер, оставляя после себя это костлявое, хрустящее уродство. Паффина не чувствовала и грамма чар, бессмысленно блуждая по заброшенным, разгромленным комнатам. Что Вироса пытается тут найти? Мусор посвежее? Если и так, то и в этом вопросе придется сильно постараться, потому что грязь здесь копится уже не первый месяц.

Леди Винтербир очень быстро надоела молчаливая игра в каких-то нелепых воров-домушников. Девушка выпрямилась, одернула плащ (чем вызвала очередной подъем пыли со всех поверхностей) и максимально недовольным шагом отправилась прямиком за объяснениями к Виросе. Брат лишь проводил ее заинтересованным взглядом, без слов поддерживая рвение сестры все выяснить.

Леди Дасадити нашлась в прихожей, рядом со стеной, на которой нелепо висела поеденная молью плотная ткань. Похоже, кто-то очень торопливо накинул старое покрывало на широкую картину. Паффина только открыла рот, чтобы задать волнующие ее вопросы, как Вироса-де-Кута резко махнула палочкой, срывая ткань с величественного портрета. Холодный воздух тут же наполнился комками кружащей пыли, залетая в горло. Паффина закашлялась, хватаясь ладонью за шею.

-Прости, я тебя не заметила, - охнула Вироса, вздрогнувшая от резкого задыхающегося звука.

-Да.. пхаа.. я.. я хотела.. кха.. спроси.. хках.. спросить.. - кое-как промямлила Паффи, размахивая перед лицом палочкой.

-Как смеете шуметь в моем присутствии! - раздался визглявый высокий голос с портрета. - Как вы посмели проникнуть в мой дом?!

На картине тяжело двигалась, плохо шевеля нарисованными губами, статная темноволосая дама. Она хмурила тонкие брови, прищуривая черные глаза. Видимо, последняя магия, что оставалась в доме, каким-то невообразимым образом, впиталась в величественные мазки, возвращая серьезную колдунью “к жизни”.

-Приношу свои извинения миссис Блэк, - Вироса-де-Кута вежливо обратилась к портрету, опуская голову и низко присаживаясь в реверансе.

-Блэк? - одними губами ахнула Паффина, которая от неожиданности даже перестала кашлять.

Девушка поспешила повторить приветствие подруги, почтенно кланяясь великой ведьме из древнего чистокровного рода. Паффина с замиранием сердца огляделась по сторонам, пытаясь вычленить из обстановки хоть что-то, указывающее на древнюю Семью. Блэки были известны своими правилами и родовыми наследиями, их кровь была так же чиста и волшебна, как ледяная вода, бьющая из земли ключом.

-Кто вы такие? - вновь подала голос разозленная дама.

-Мое имя Вироса-де-Кута Дасадити, а рядом со мной леди Паффина Винтербир, - представила обеих Вироса, не поднимая головы.

-Слышала про Винтербир, - крякнула миссис Блэк, дергая вверх длинным носом. - Предатели короны!

Сдерживая подступающую волну задетой гордости, Паффина скрипнула зубами, сильнее сжала в пальцах подол юбки.

-А о Дасадити знаю только то, что это какой-то там заграничный род, - фыркнула дама, закатывая глаза. - Что вам нужно в моем доме? Выметайтесь!

-Мадам, мы ищем мистера Поттера, мистера Уизли и Грейнджер, - без эмоционально продекламировала Вироса-де-Кута, спокойно распрямляясь перед портретом.

-Полукровка, маглолюбивец и грязнокровка! - завизжала миссис Блэк, хватаясь за свое пышное платье. - Эта мерзость пачкала мой дом своим присутствием!

-Вы знаете, где сейчас эти преступники? - принимая весь поток криков на себя, уверенно продолжала мисс Дасадити.

-Знаю, что они были в Министерстве, - ядовито выплюнула дама, - хотели что-то украсть. Не удивительно, такая погань только и умеет, что брать чужое!

-Давно это было?

-Давно. Они больше не возвращались, слава Салазару! Не могу смотреть на то, как, подобная им грязь, топчет мои полы.

Паффина подняла бровь, еще раз осматривая затхлую обстановку разваливающегося дома. Действительно, не дай Салазар, кто-то здесь что-то испачкает.

-Спасибо, миссис Блэк, - Вироса-де-Кута коротко поклонилась картине. - Больше мы Вас не потревожим, до свидания. Идем, Паффи, здесь нечего искать.

Только девушки собрались сделать шаг в сторону выхода, как грозная дама на портрете встрепенулась, складывая руки на груди:

-Почему ты называешься Дасадити, когда в тебе другая кровь? - гораздо спокойнее произнесла миссис Блэк.

-Я не знаю имени своего отца, поэтому ношу фамилию рода мамы, - чуть замирая от неожиданного вопроса, неуверенно произнесла девушка.

-Ты не знаешь его имени, но знаешь, кто он такой? - скорее утвердительно рассудила дама. - До того, как стать всего лишь аляпистыми красками на старом холсте, я совершила ошибку. Посчитала, что делаю это во благо семьи, - дама помолчала несколько секунд, пожевав бледными губами. - И вот я здесь. Нарисованная дрянными красками, в своем мертвом доме, окружена разрухой и грязью. Порой следуя правилам рода, мы губим себя зазря.

Портрет многозначительно замолчал, печально отводя от Виросы взгляд. Миссис Блэк нахмурилась, плотнее сжимая себя руками и замерла.

-Что она имела в виду? - прошептала Паффина, прикрывая рот ладошкой.

-Понятия не имею.

Вироса-де-Кута ошпарила картину острым взглядом красных блестящих глаз и отвернулась, быстро шагая к выходу.

***

Темный Лорд был в очередном приступе гнева, узнав, что мальчишка Поттер сбежал с Гриммо в неизвестном направлении. Он не мог мыслить здраво, полыхая бешенством. Порой казалось, что безрассудство великого темного мага столь велико, что он плюнет на все и бросится убивать всех, кто попадется ему на глаза. Виросу это, честно признаться, беспокоило. Нельзя было позволить отцу действовать так поспешно, гоняясь за одним жалким ребенком, когда на кону стояло будущее всех волшебников мира.

Цель - вернуть природную магию и очистить мир от грязнокровок - давно уже начала оправдывать любые средства. Однако бездумный поиск Мальчика-который-выжил мог разрушить все, что с таким трудом принимала молодая ведьма. Вироса-де-Кута мирилась с обманом и смертью, которыми была устлана дорога, но не могла больше смотреть на то, как Волан-де-Морт трясется над Поттером, словно над своим единственным Крестражем.

Секунду.

Девушка подскочила со своего места, широко распахивая глаза.

В комнате стоял полумрак, из приоткрытого окна дул легкий ветерок, приносящий свежие запахи пролеска. Манор Навелюкс стал тайным убежищем для юной темной ведьмы. Она трансгрессировала сюда, чтобы подумать, чтобы взять чувства под контроль, заткнуть вопящее от ужаса сердце и дать ледяной рассудительности делать свое дело.

Перед глазами тут же понеслись долгие скучные будни в школе волшебства и чародейства. Именно в Хогвартсе девушка впервые поняла за кем ей нужно следовать до конца своих дней. Там, в Выручай Комнате ее впервые встретил папочка, который помог разобраться с тем, что он такое, и что такое Крестраж. Тогда-то ее и посетила мысль о невероятном спасении Гарри Поттера. Мальчик ничто иное, как Крестраж того темного страшного мага, который пытался от него избавиться много лет назад.

Вироса же еще умудрилась посмеяться над тем, как неосторожно всемогущий ужасный колдун запечатал собственную душонку в ребенка, вместо его убийства. Разумеется, она и думать об этом забыла, самозабвенно считая, что папочка такую глупость в жизни бы не совершил!

Однако вот она - последняя часть пазла под именем Волан-де-Морт. Отец так отчаянно пытается поймать Поттера лишь потому, что знает, что мальчик - его случайный Крестраж. Вот почему гриффиндорец способен говорить со змеями и чувствовать темную магию, потому что в нем заточена душа Темного Лорда.

Девушка качнулась из стороны в сторону, проверяя, может ли она шевелиться после такого невероятного открытия. Она разомкнула губы, выдавливая наружу горячий воздух из легких, пока по спине бежали крупные мурашки.

Вироса-де-Кута, наконец-то, сформировала свою новую задачу - поймать Поттера и защитить душу отца во что бы то ни стало. А для этого ведьме нужно встать во главе занимающихся не пойми чем егерей. Нет, стоп. Носиться по лесам и полям, в надежде на случайную встречу с беглецом-Поттером все равно, что искать иголку в стоге сена.

Сердце ускорило ход, наполняя кровью мозг. Вироса принялась расхаживать по спальне вперед назад, покусывая нижнюю губу. Ладони потели, а пол под босыми пятками быстро нагревался от распаляющейся кожи.

Должен быть какой-то способ заманить Поттера. Поймать его там, куда он сам придет. Но куда? Все, кем юноша дорожит, находятся сейчас рядом с ним - грязнокровка и маглолюбивец. Вироса-де-Кута ускорила ход, быстро пролистывая в голове лица гриффиндорцев. Кто еще был с ним близок? Что-то бледное, искаженное плохой памятью, дрожало на задворках сознания, медленно формируясь в более-менее четкие воспоминания.

Семейство Уизли? - Нет, будет слишком сложно поймать их всех, а если словить только кого-то одного, эта многодетная семья придумает, как выкрутиться и будет только лишней помехой. Еще и привлекут остатки Ордена Феникса.

Осенний воздух плыл в комнату, словно вуаль, поглаживая острое лицо молодой хозяйки манора. Тонкий аромат увядающей зелени щекотал нос, игриво вытаскивая наружу яркое воспоминание.

Плакучая Ива. Кривое неказистое дерево, что шумело ветвями, разбрасывая вокруг свои острые листья. И компания верных друзей, стоящие у толстой кроны. Взвинченный Поттер, угрюмый Уизли, грязнокровка с глазами на мокром месте, медвежонок-Невилл, который недоверчиво бухтел что-то себе под нос. И странная девочка со светлыми густыми волосами. Полумна.

Вот оно! Вироса-де-Кута резко остановилась, громко хлопнув в ладоши. На ее лице наметилась дикая улыбка, очертаниями напоминающая оскал животного, больного бешенством. Ее рубиновые радужки полыхнули, разгоняя полумрак спальни.

Осталось только убедить отца выделить ей несколько Пожирателей Смерти для исполнения грандиозной задумки, и Поттер будет в руках Волан-де-Морта.

***

Идея девочки была хороша, но требовала слишком крупных затрат на подготовку. Остановить Хогвартс-Экспресс сложно. При чем, остановить поезд нужно в определенный момент, достаточно далеко от Хогвартса, но не слишком близко к Лондону, чтобы никто из взрослых магов не успел броситься деткам на помощь.

Во-вторых, машинист Хогвартс-Экспресса не может останавливать поезд ни при каких условиях, потому что в железной коробке находятся беззащитные студенты, за которых он в той или иной степени несет ответственность. Следовательно, и подкупить работника поезда не выйдет. Подмену машиниста также быстро заметят, нельзя использовать другого человека или же оборотное зелье. Империо заранее не сработает. Перед отправкой Экспресса служащих волшебной железной дороги внимательно проверяют, чтобы не допустить к управлению тех, кто находится под воздействием каких-либо проклятий.

Но Империо является единственным надежным способом заставить машиниста остановить чертов поезд и впустить Пожирателей. Стоит ли установить внутри кабины машиниста портал, через который прыгнет безбашенная Беллатрикс? Такое тоже быстро заметят и избавятся от подозрительного магического артефакта внутри поезда.

Волан-де-Морт потер пальцами виски, прикрывая веки. Неожиданная активность Виросы в поимке мальчишки очень похвальна, однако это принесло еще больше хлопот помимо тех, над которыми и так ежечасно ломал голову Темный Лорд. Чистокровных соратников не хватало для того, чтобы занять все ныне пустующие места в Министерстве. В планы Волан-де-Морта не входило пускать родное государство под откос, давая соседним странам повод напасть и разграбить волшебную Британию, пока та находится в руках небольшой группы возмутителей спокойствия.

Хотя главная головная боль в лице Альбуса Дамблдора была устранена, оставались еще те жалкие сошки, пытающиеся сопротивляться и противиться новому правительству. Еще оставались газеты и магические радиовещатели, которые подстрекали жителей держаться вместе, отражать нападки Пожирателей Смерти и не подчиняться указам Темного Лорда. Государство раздираемое двумя сторонами рассыпается на части прямо на глазах того, кто всеми своими темными силами пытается перевернуть ход жизни волшебников.

Чернокнижный Господин тяжело вздохнул, откидываясь на спинку стула. В главном зале стояла тишина, нарушаемая лишь тихим шипением двух рептилий. Нагайна и Донумп переплелись в дальнем уголке длинного помещения, рассказывая друг другу о мышах и птицах, которые попались им на глаза во время прогулок по территории манора.

Вироса-де-Кута и Антонин сидели напротив друг друга за длинным треснутым столом, молча ожидая решения господина. Долохов закинул ногу на ногу, запрокинул голову и, кажется, немного дремал. Темный Лорд нагружал его работой больше всех остальных, и верный темный маг умудрялся выполнять даже то, что Волан-де-Морт оценивал как “если не получится - я найду другой способ”. Русский колдун был его личным гончим псом, обладающим немыслимой силой, изощренным умом и преданностью своему хозяину.

Отца Антонина несправедливо казнили за эксперименты над живыми существами, за использование темной магии и махинациями с продаваемыми эликсирами. Мать же находясь в бегах, все равно смогла воспитать сына сильным и решительным, а самое главное безжалостным черным чародеем. После местные власти все равно нашли эту опасную ведьму и так же “свершили правосудие”. В поисках достаточной силы, в надежде на возмездие молодой и талантливый Долохов встретил Тома Реддла - человека, который мог даровать все то, чего жаждал для себя Антонин.

Новый мир, который будет чествовать истинных волшебников; то будущее, в котором не будет разделения на правильную и неправильную магию. Этот порядок установит Волан-де-Морт и Долохов сделает ради этого все. Чтобы ни один ребенок больше не повторил его судьбу, чтобы ни один колдун больше не боялся познавать чародейство во всей его красе.

Темный Лорд выпрямился, внимательно изучая бесстрастное лицо своего верного сторонника. Долохов должен помочь ему с установлением порядка в Министерстве, налаживая работу нового правительства. Нет никакого смысла дергать его ради туманной идеи девчонки.

Вироса-де-Кута поставила локти на столешницу, сцепив тонкие пальчики между собой. Она поставила подбородок на руки, смотря куда-то поверх отдыхающего Антонина. Ее красные радужки красиво переливались в мерцании свечей, а черные капельки зрачков неотрывно смотрели в одну точку. Девочка была умна и, бесспорно, ужасно сообразительна. Бледное точеное лицо онемело, пока в ее голове усиленно вращались какие-то мысли. Достаточно было одного взгляда на напряженную позу, чтобы понять, что ее так же, как и Лорда, терзают мысли о Хогвартс-Экспрессе.

-Что ж, Вироса-де-Кута, - приняв решение, прошипел Волан-де-Морт, - я даю свое дозволение на нападение на поезд.

Взгляд дочери тут же прояснился, а уголки губ слегка дернулись вверх. Она крепче сжала пальцы, поворачиваясь лицом к отцу.

-Однако, - поспешил добавить Лорд, останавливая приток радости в красных радужках, - ты должна будешь совершить это самостоятельно. Организуй все и приведи к нам того, за кем захочет прийти Поттер.

-Позвольте мне воспользоваться помощью Ваших Пожирателей. Если они будут мне подчиняться..

-Я сказал. - грубо прервал ее Волан-де-Морт, - Все сама. Сможешь убедить Пожирателей следовать за тобой - я не против. Не получится договориться - пеняй на себя.

Темный Лорд поднялся из-за стола, ставя точку в обсуждении. В груди стучал азарт и желание проучить.. научить девочку быть лидером. Кончики пальцев зудели от предвкушения. Хотелось понаблюдать за тем, какими методами дочь воспользуется, чтобы добраться до цели. Сдерживая рвущиеся наружу смешки, Волан-де-Морт поспешил удалиться из зала.

Вироса-де-Кута осталась наедине с мистером Долоховым (не считая шипящих змей в углу зала). Чародей медленно открыл глаза, делая вид, что только что проснулся. Антонин сладко зевнул, потягиваясь руками в разные стороны. Он зачмокал губами, переводя, наконец, взгляд на девушку перед собой.

Ведьмочка слегка опустила подбородок, одаривая мага тяжелым вопросительным взглядом. Она словно пыталась прожечь его кривое лицо насквозь, используя рубиновые глава вместо проклятия Империус.

-Ой, нет, малышка, - со смешком выдавил из себя Долохов. - Здесь я тебе не помощник. Поговори с Беллой или с этим сумасбродным оборотнем Сивым.

Вироса чуть поджала губы, складывая бровки домиком. Рубин сменился цветом наливных сочных яблок. Девушка поджала плечи, скидывая с себя лет десять, словно ребенок, умоляющий о конфете.

-Ха, - гаркнул Антонин, вальяжно поднимаясь на ноги, - это со мной не сработает. Я видел, как ты кромсаешь чужие кости, - он чуть помолчал, но в итоге не выдержав наигранно-слезливого взгляда, на выходе произнес. - Ладно, маленькая, сходи к Барти, он-то будет без ума от таких глазок.

Хитрая ведьмочка тут же расцвела в широкой улыбке, расслабленно откидываясь на стуле. Ее яркие кровавые глаза блеснули, а задранный носик нахально дернулся в сторону двери. Такая резкая перемена заставила Долохова рассмеяться, находя в молодой колдунье жесткие черты ее отца.

Глава 39 Малолетние грязнокровки

Уговорить Барти Крауча-младшего действительно не составило никакого труда. Стоило лишь пару раз улыбнуться и упомянуть о том, что во время этой вылазки можно будет поиздеваться над малолетними грязнокровками - Пожиратель тут же быстро облизнул губы, согласно закивал.

Однако с другими Пожирателями дело шло куда тяжелее. Чистокровные колдуны не поддавались уговорам и нападкам юной девицы, недовольно дергая носом. Каждый первым делом задавал один и тот же вопрос: “Это приказ Темного Лорда?”, а получая отрицательный ответ, маги фыркали и резво удалялись прочь от Виросы.

Мистер Крауч, наблюдавший из-под тишка за безрезультатными попытками девушки завербовать в свой отряд еще кого-нибудь, прислонился плечом к стене, сложил руки на груди и шумно выдохнул, разочарованно качая головой:

-Вироска, так не пойдет. Ты должна проявить силу, чтобы заставить их идти за тобой.

-Избивать мне их, что ли? - скривив губы, прошипела девушка.

-Хороший вариант! - весело крякнул Барти. - А вон и кандидаты. Селвин, Трэверс!

Двое Пожирателей, проходящих мимо по коридору, остановились. У одного были зализанные назад длинные волосы и короткая темная бородка, второй же был лысым и угрюмым с холодными опасными глазами. Оба скользнули взглядами по Краучу, останавливаясь на юной ведьмочке. Они синхронно скривили лица, словно съели что-то кислое.

-Чего надо? - буркнул тот, у которого были зализанные волосы.

-Мистер Трэверс, - вежливо начала Вироса-де-Кута, - я хотела бы пригласить Вас поучаствовать в одном деле.

Барти за спиной прыснул, хватаясь ладонью за живот. Его от подобных аристократичных манер юной леди моментально скручивало в припадке смеха.

-Это приказ Темного Лорда? - подняв подбородок вверх, произнес лысый Селвин.

-Я действую с его дозволения, - прикусив щеку изнутри, разъяснила Вироса-де-Кута.

-Тогда мы пас, - выплюнул Селвин, поворачиваясь к девушке спиной.

Барти позади Виросы уже успел опуститься на корточки, задыхаясь от нервных припадков, еще немного, и от подобного смеха он начнет икать. А перед лицом двое крупных Пожирателей Смерти, нахально закатывали свои глазища, отворачиваясь от вежливой темной ведьмы. Ну уж нет! Пускай эти жалкие чернокнижные маги являются слугами ее отца, но они не смеют так вести себя в присутствии чистокровной дамы.

Вироса-де-Кута сделала резкий шаг в сторону колдунов, скрипнув зубами. Если они не согласятся добровольно, она действительно применит силу.

-Господа, - зашипела леди, - вы должны, хотя бы, выслушать мое предложение, перед тем как уходить задрав нос.

-Мы не станем подчиняться наглой малявке, - бросил через плечо Селвин.

Гортанный рык поднимался откуда-то из глубин, словно взбесившиеся океанские пучины, бурлящие внутри хрупкого тела:

-Чтобы свершить то, что я задумала, мне нужна команда подчиняющихся мне магов,- медленно вытягивая волшебную палочку из кобуры, прорычала Вироса-де-Кута. - Я бы не хотела заставлять вас, однако вы не оставляете мне выбора, господа. С моей стороны будет некрасиво повторно обращаться к другим Пожирателям Смерти.

Трэверс и Селвин остановились, недоумевающе оборачиваясь на рык девицы. Заметив палочку в ее тонких руках, маги переглянулись, а затем, широко открывая рты, громко расхохотались, ударяя ладонями по бокам и плечам друг друга.

-Видал!? - сквозь гогот, выдавил Селвин. - Малявка нам угрожает. Эй, девка, ты можешь быть какой угодно крови, но пока Лорд не прикажет лично, мы не будем ничего делать.

-Да, - переводя дух, протянул Треверс, - попроси папочку приказать нам, - он состроил детскую гримасу, выпячивая вперед нижнюю губу и вскидывая брови.

-Это последний раз, когда вы оба говорите со мной столь неуважительно, - становясь в боевую стойку, заключила Вироса. - С этого момента следующим по старшинству после слова Волан-де-Морта для вас будет мое слово.

Пожиратели на пару секунд замерли, ошарашенные подобным заявлением. Они осмотрели серьезно настроенную девушку с головы до ног, а затем рассмеялись еще громче. А вот Барти за спиной, наконец-то, притих, выпрямляясь и устраиваясь поудобнее у стены.

Вироса махнула палочкой быстро, словно острая игла воткнулась в губы Селвина, заставляя его заткнуться. Следующий взмах был адресован Трэверсу, однако тот был куда проворнее, успевая дернуться в бок от шустрой атаки. Синяя молния зацепила его плечо, разрезая рукав мантии.

-Ты испортила мне одежду! - вякнул он, хватаясь за собственную палочку.

Юной ведьме еще не приходилось сражаться против двух разъяренных соперников одновременно. Однако их широкие и долговязые взмахи руками были предсказуемы, а движения сковывал не предназначенный для боя коридор.

Вироса-де-Кута не тратила время зря в этом богатом маноре. Она не пялилась на дорогие убранства Малфоев, не спорила понапрасну с живыми портретами, не объедалась во время обедов и ужинов. Каждый проведенный день в этом черном мире был расписан по часам. Упражнения до тряски ног; тренировки, пока верх и низ не перепутаются местами; зазубривание сложных заклинаний до синяков под глазами; отработка движений рук до ломоты в запястьях; работа над беспалочковой магией с таким усердием, что мышцы начинало сводить судорогами.

Из этого мира быстро, словно рисунки мелками под проливным дождем, стиралась малышка Виросочка, которая знала только ласку крестной и заботу мамы. Вместо леди с идеальными манерами, теоретическими знаниями во всех областях магии, на свет явилась молодая ведьма с расколотой душой и глазами, что впитывали цвет крови.

Вироса-де-Кута двигалась резко и шустро, выбрасывая руку вперед, выкручивая запястье. С кончика волшебной палочки заклинания слетали с бешеной скоростью. Она невербально вызывала новые и новые проклятия, от которых невозможно было скрыться, которые слишком сложно было предсказать. Селвин напоролся на обманный маневр первым.

Мага сковало по ногам в тот самый момент, когда он хотел сделать шаг в сторону юркой ведьмы. Он с высоты своего роста грохнулся на пол, с размаху впечатываясь лицом в паркет. Из разбитого носа тут же побежали кровавые ручейки. Колдун издал протяжный стон, хватаясь руками за лицо. Следующий взмах Виросы выбил у него из ладони волшебное древко, отбрасывая его на несколько метров.

Трэверс же был менее вспыльчивым, предпочитая бездумным атакам терпеливую оборону. Однако план - дождаться, пока девчонка выдохнется - потерпел фиаско в тот же момент, когда Селвин растянулся на полу. Вироса-де-Кута порхала по коридору легким перышком, швыряя в Пожирателя новые и новые заклинания. Какие-то Трэверс успевал распознать по движению руки или по цвету, во время ставя блоки. Но девушка очень быстро перешла на те проклятия, которые прошибали его прозрачные щиты. Цветные зигзаги играючи резали его мантию, едва касаясь кожи.

Вироса-де-Кута подобралась совсем близко, неожиданно прыгнув в сторону. Шанс выбить у нахалки палочку! Трэверс дернул рукой, опуская щит, и в то же мгновение замечая, как уголки розовых губ слегка приподнялись. Ошибка, что могла стоить ему жизни, если бы молодая ведьма хотела этого. Она свободной рукой сделала плавное движение, выбивая палочку из рук противника. Мягкое древко крутанулось в воздухе, ударилось об стену и прыжками отдалилось от хозяина.

Трэверс, словно в замедленном времени наблюдал за тем, как его палочка останавливается в дальнем конце коридора. Пожиратель моргнул, возвращая взгляд на лютующую ведьму.

Ее алые глаза полыхали, а губы растянулись в хищном оскале, бледная кожа, словно вбирала в себя весь окружающий свет. Босые ступни бесшумно ступали по холодному полу, пока черное, некогда прекрасное платье струилось по хрупкой фигуре. Леди остановилась в нескольких шагах от стонущего на полу Селвина, не удостоив его даже взглядом. Палочка в ее руках угрожающе повернулась.

Обмякшее тело Селвина, словно мешок со старыми вещами, протащилось по полу, причиняя Пожирателю дополнительную боль. Ведьма воспользовалась второй свободной рукой, чтобы схватить Трэверса за горло (с помощью магии, разумеется). Через несколько бесконечных секунд оба висели перед молодой колдуньей, хватая прохладный воздух губами.

-Госпожа, смилуйтесь, - прохрипел растрепанный Трэверс.

-Мы Вам поможем, госпожа, - пискляво застонал Селвин, у которого до сих пор текла кровь из сломанного носа.

Вироса-де-Кута слегка наклонила голову вбок, жуткая улыбка, словно приклеенная, никак не сходила с ее нежных губ, а взгляд изучающе скользил с одного колдуна на другого.

-Уже не уверена нужны ли мне в команде такие слабаки, - протянула ведьма. - Не думаю, что и Волан-де-Морту нужны подобные слизни.

-Госпожа, мы Вас не подведем, - хватаясь пальцами за шею, пропищал Селвин.

-Клянемся, госпожа, выполним все, что скажете, - кашлял Трэверс, дергая ногами.

Рубиновые глаза недоверчиво сощурились. Несколько мгновений Темная Госпожа раздумывала над обещанием Пожирателей. Улыбочка, наконец, стекла с ее губ, и руки опустились, швыряя тела на пол.

-Зализывайте свои раны, вечером жду в библиотеке, - бросила на прощание Вироса-де-Кута, разворачиваясь на пятках.

Барти Крауч, наблюдавший за представлением со своего места, встретил приближение девушки громкими аплодисментами и звонким свистом. Ведьма прошествовала мимо него, заставляя Пожирателя наигранно поклониться. Он коротко облизнул губы кончиком языка, и, обернувшись на побитых собратьев, с жаром произнес:

-Какая крутая, да? - вскрикнул он, получая в ответ гневные взгляды.

***

Весь ноябрь ушел на то, чтобы правильно спланировать нападение на Хогвартс-Экспресс. В ход пошли всевозможные уловки, угрозы и нападки на сотрудников волшебной железной дороги. Трэверс выяснил имена и должности всех работников, в то время как Крауч занимался изучением их привычек и особенностей. Селвин же пил оборотные зелья и эликсиры временной невидимости, чтобы досконально изучить строение каждого вагона и тягача.

Вироса-де-Кута рассматривала несколько вариантов того, как быстрее всего можно было бы остановить поезд. Она просиживала за картами и докладами Пожирателей дни и ночи, прикидывая план действий. Периодически ее дергала ненасытная по боям мадам Лестрейндж. Отвлекали и Донумп с Нагайной, которые с какой-то радости все чаще сворачивались кольцами под ее рабочим столом или же на свободной кресле напротив. Ведьмочка догадывалась, что отец не приходит проверять ее работу, потому что гигантская плотоядная змея и так ему все докладывает. Однако порой в голову все же пробирались обидные мысли, о том, что папочка мог, хотя бы раз поинтересоваться у нее лично.

Подобные шепотки приходилось отгонять грубой тряской головы, из-за чего всплывали другие, более неприятные голоса. Капризная маленькая Виросочка, сидевшая взаперти где-то в глубине тощего тела, за ребрами, словно в клетке, порой покусывала губы и начинала причитать. Та девочка, которую Темная Госпожа так и не смогла изничтожить, порой начинала плаксиво завывать о праведности и неверности ее грубых поступков. Но стоило малышке наткнуться за молчаливую стену отрицания, она прикрывала рот ладошкой и тихо-тихо шептала свои воспоминания. О рыжих волосах, о бледных веснушках, о запахе фейерверков и выпечки, и о глазах, словно хорошо заваренный чай, которые смотрели на нее с укором.

Этот едва слышимый шепот на границе сознания заставлял жмуриться, натирать глаза и зажимать плотнее уши. Вироса-де-Кута, дочь самого великого колдуна, потомок двух чистокровных родов, все делает правильно! Ее миссия та же, что и у ее отца - очистить мир от грязнокровок и вернуть волшебникам их природную магию.

Заткнись жалкая несбыточная мечта. Заткнись и больше никогда не подавай признаков жизни. Если не послушаешься, придется разрезать душу еще раз, чтобы твой голос стал еще тише. Темная Госпожа, наследница Волан-де-Морта, будет кромсать тебя до тех пор, пока ты не сгинешь.

Угрозы собственному подсознанию работали исправно, заставляя драную душу притихнуть, сжимаясь в испуганный шарик, прячущийся между ребер.

***

Черный дым, густо вытекающий из трубы, медленно расползался над длинным телом металлической змеи. Хогвартс-Экспресс мчался в магловский Лондон, разрезая холодный декабрьский воздух и будоража комья снежинок, что лениво сыпались с неба.

Студенты в вагонах радовались приближению праздников, скорой встрече с родителями и близкими. Те, что были постарше, шепотом обсуждали возможные риски грядущих политических событий. Однако помимо возраста, ученики в этот раз слишком очевидно разделились на факультеты.

В то время, как сообразительные когтевранцы использовали жесты и взгляды, чтобы лишний раз не отсвечивать; гриффиндорцы громко и уверенно высказывались против новых порядков школы, активно размахивая руками; пуффендуйцы большую часть времени проводили с младшими курсами, успокаивая и поддерживая детей. На фоне этого гласного и негласного противостояния новому Министерству и его законам слишком ярко выделялись угрюмые, молчаливые, но еще более самоуверенные слизеринцы.

Зелено-серебряные держались вместе, помогая друг другу сохранять дистанцию со всеми остальными факультетами, защищая аристократию и права чистокровных (единственные права, которые не были упразднены новым правительством). Конечно, змей и раньше не шибко жаловали остальные студенты, но в эти полгода пропасть между учениками настолько разрослась, что через нее не было смысла даже кричать, чтобы попытаться понять друг друга.

Многие родственники слизеринцев открыто заявляли о поддержке Темного Лорда или же продолжали работать в Министерстве Магии на высоких постах - что для других жителей волшебной Британии являлось равноценным со служением Тому-кого-нельзя-называть. Собственно, из-за этих факторов молодые люди сосредоточенно учились на занятиях, редко покидали свои подземелья и передвигались по школе исключительно группами, чтобы, не дай Салазар, не наткнуться на гриффов-мятежников.

Металлический стук колес за окном помогал расслабиться, представляя грядущие рождественские каникулы в кругах семей. Пока, вдруг, поезд не начал резко сбавлять скорость. Хогвартс-Экспресс быстро остановился посреди снежной пустоши, заставляя всех внутри вагонов напрячься и прильнуть к окнам.

Происходящее (в данной политической ситуации) могло означать лишь одно - в поезд собираются войти Пожиратели Смерти. А если здесь слуги Темного Лорда, значит они кого-то ищут. Гриффиндорцы повскакивали со своих мест, активно крутя головами, в ожидании звука открывающихся дверей. Некоторые, совсем безумные храбрецы, похватали волшебные палочки, готовясь непонятно к чему.

Первой отодвинулась дверь в вагоне слизеринцев, которые замерли, притворяясь статуями, опустили глаза в пол. Сотрудничество и подчинение Пожирателям - сейчас являлось девизом большинства чистокровных семей. Тяжелый шаг лакированных туфель сопровождался прерывистым дыханием высокого лысого колдуна, который беглым взглядом осматривал вещи присутствующих. Опознав детей, как студентов Слизерин, мистер Селвин молча двинулся в следующий вагон.

На другом конце поезда, где присутствовали в основном ученики пуффендуя и младшекурсники, тоже открылась дверь. Внутрь вошел высокий маг с длинными собранными на затылке волосами. Он хмуро оглядел малявок, фыркнул, и поторопился в соседний вагон, в котором нахмурив брови уже ждали, нахохлившись, словно петухи, гриффиндорцы.

-Эй, неудачник! - вскочил со своего места высокий долговязый парень, обращаясь к Трэверсу. - Его здесь нет.

Пожиратель дернул бровью, осматривая львенка с головы до ног. У того дрожали ладони, но взгляд свирепел, а нижняя челюсть напряженно ходила из стороны в сторону. Трэверс отвернулся, продолжая свой ход по вагону. Задачей Пожирателей было схватить вовсе не Поттера, а молодую странную девушку с белокурыми волосами и туманным взглядом.

Селвин и Трэверс почти одновременно открыли двери с разных концов следующего вагона. Студенты когтеврана начали отворачиваться, вжимая голову в плечи, но не смотря на стук зубов, у каждого в холодной от страха ладошке была видна волшебная палочка.

Единственная ученица, которая не отводила взгляда и не пыталась слиться с сиденьями, расчесывала пальцами свои длинные светлые волосы. Когда к ней приблизились Пожиратели Смерти, девушка обратила к ним свои без эмоциональные серо-голубые глаза.

-Лавгуд? - бросил ей Селвин.

-Да, мое имя Полумна Лавгуд, добрый день, господа, - спокойно отозвалась девушка, не переставая перебирать свои волосы.

-Вставай, ты идешь с нами.

Полумна, как ни в чем не бывало, поднялась на ноги, с легкой улыбкой попрощалась с однокурсниками и прошествовала на выход из вагона. Селвин чуть наклонился к Трэверсу и тихо прошептал ему почти в ухо:

-Она что, полоумная?

Пожиратель внимательно следил за нерасторопной девушкой, чуть пожал плечами, сдерживая изумление на своем лице. Так просто задания еще не выполнялись, пожалуй, никогда.

Недалеко от поезда прямо на припорошенной снегом холодной земле босиком стояла худая, облаченная в черное платье, фигура. Вироса-де-Кута терпеливо ожидала свою первую заключенную, рассматривая бледные и перепуганные лица в окнах поезда. Подростки следили за происходящем, пуча глаза и тыкая пальцами в хрупкую фигуру. Некоторые узнали темноволосую девушку, хватаясь ладонями за открытые рты.

Мисс Лавгуд обняла себя за плечи, подойдя к похитительнице ближе. Селвин и Трэверс черными скалами возвышались за ее спиной, словно конвой для преступника.

-Сегодня прохладно, - произнесла когтевранка, вознося глаза к серому небу.

-Вашу палочку, мисс, - твердо потребовала Вироса-де-Кута, протягивая открытую ладонь вперед.

Полумна без промедлений отдала свое волшебное древко девушке и продолжила растирать замерзшую кожу.

-Молодцы, - коротко кивнула Пожирателям Вироса. - Селвин, перенеси мисс Лавгуд в темницы. Трэверс, скажи Барти вылезать из кабины машиниста, и отправляйтесь домой.

-Как скажете, госпожа, - маги одновременно кивнули.

Селвин грубо схватил юную студентку за предплечье, протащил за собой несколько шагов и затем трансгрессировал обоих в манор Малфоев. Трэверс и Барти Крауч аппарировали через несколько мгновений. А Вироса-де-Кута все это время стояла перед поездом, словно на картинной галерее, рассматривая искаженные гримасы молодых людей в окнах.

Студенты уже разнесли по всем вагонам новость, что бывшая ученица Слизерин примкнула к Тому-кого-нельзя-называть, похитив Полумну Лавгуд. Разноцветные пары глаз, не моргая, пялились на тощую фигуру посреди пустыря, пальцы тыкали в стекло, указывая на странный вид молодой колдуньи, шепотки становились громче, проскальзывая наружу.

Вироса-де-Кута оставалась там еще несколько секунд, словно хотела, чтобы все успели насладиться ее внешним видом, чтобы все запомнили ее поступок и сделали выводы. Ведьме и самой было интересно понять, каких именно результатов она хотела добиться?

Чтобы все ее боялись? Чтобы каждый знал, какая сторона сильнее? Чтобы каждый трясся от упоминания Волан-де-Морта и Пожирателей Смерти пуще прежнего? Чтобы дети приехали домой на рождественские каникулы и никогда больше не высовывались?

Подростковые глаза становились острее с каждой секундой. Даже те, кто до сих пор (почему-то) не снял форму с маленькой зелено-серебряной змейкой, смотрели на нее холодно, напряженно и.. осуждающе.

Вироса-де-Кута с силой сдавила челюсти, гордо дергая подбородком вверх. Слабаки. Она резко трансгрессировала, с хлопком растворяясь в воздухе.

Через несколько часов после возвращения “команды”, домой вернулся и младший Малфой. Юноша быстрым шагом добрался до своей комнаты в одном из коридоров встречаясь с ожидавшей его Виросой.

-Зачем? - жарко выдохнул Драко, замирая перед щуплой фигуркой.

-От похищения мисс Лавгуд будет две пользы, - с самодовольной улыбочкой произнесла ведьма. - Во-первых, “Придира”, которой заведует ее отец, перестанет выпускать глупости о сопротивлении и противостоянии Волан-де-Морту. А во-вторых, повысится вероятность поимки мистера Поттера.

-Но зачем?

Юноша свел брови, смотря на Виросу исподлобья. Он дышал рвано и быстро, словно только что закончил магловский забег на короткую дистанцию.

-Потому что.. - слегка растерялась мисс Дасадити, хлопая ресницами. - Потому что это поможет отцу победить..

-Я знаю, что он не отдавал этот приказ, - тихо прошипел мистер Малфой. - Зачем ты сделала это? Пытаешься впечатлить его? Думаешь, Лорд заметит тебя и признает?

-А зачем ты выполняешь его приказы? - разозлилась Вироса, быстро скрутив руки на груди.

-Потому что у меня нет выбора, - ядовито выплюнул Драко.

В другом конце коридора послышались шаги, и юноша, бросив еще один полный осуждения и презрения взгляд на девушку, резко зашагал в сторону своей комнаты. Вироса-де-Кута хлопнула ресницами, плохо осознавая то, что только что произошло.

Юный Малфой таким странным образом что? Защищает свою семью? Она фыркнула на подобную глупость. Малфои уже давно находятся в подчинении Темному Лорду, вряд ли, они вошли в круг Пожирателей потому что боялись. С чего вообще кому-то боятся ее отца? Да, он мог быть жесток и груб, но он не безумец, убивающий направо и налево!

Наверное..

Перед глазами острыми вспышками замерцали искаженные болью лица министерских работников, которые погибли во время налета Пожирателей. Нет! Это побочные потери - уверенно кивнула Вироса-де-Кута. Правительство давным-давно должно было прислушаться к Волан-де-Морту и к его идеям о природной магии, тогда не было бы подобных столкновений.

Мозг тут же вывел новую картинку, от которой кольнуло в сердце. Семь Поттеров, окруженные представителями Ордена Феникса. Фред, ошарашенный появлением его Лисички. Нет. Это тоже не считается! Организация Дамблдора сопротивляется новому миру, поэтому, если они не перестанут гнуть свою линию и идти наперекор природе, защищая грязнокровок, их придется ликвидировать.

Еще одно воспоминание. Свежее и яркое. Молодые, совсем детские, перепуганные лица в окнах поезда. Трясущиеся руки учеников и дрожащие губы, страх в юных глазах, когда они поняли, кто напал на Хогвартс-Экспресс. Вироса-де-Кута зажмурилась, сжимая пальцами свои предплечья. Замолчи. Все было правильно, все выполнено идеально. Во время ее налета на поезд никто не пострадал! Ей не за что извиняться и нечего стыдиться.

Девушка закусила нижнюю губу, возвращая себя к реальности. Как и сказал Драко, она точно так же борется за собственную семью. Ее отцу нужна помощь и поддержка, поэтому она будет и дальше идти с ним рядом. Пусть даже придется идти по чьим-то оторванным головам.

От последней мысли в горло поднялась желчь, а плечи редко задрожали. Пришлось воспользоваться всем оставшемся у этой части души мужеством, чтобы вскинуть голову и отправится в свою комнату.

Вироса-де-Кута отправила сову в дом Лавгудов с посланием для отца Полумны. Два условия: Прекратить выпуск “Придиры”; и выдать местонахождение Гарри Поттера.

***

Декабрь подошел к концу, а из двух пунктов был выполнен только один - странный, проПоттерский журнал перестал существовать. Однако мистер Лавгуд не спешил с тем, чтобы доложить Пожирателям о том, где сейчас прячется шрамоголовый мальчишка.

От отца похвалы Вироса-де-Кута не получила, лишь одобрительный взгляд, когда она докладывала об успехе своей операции. Но спустя неделю тишины о Поттере, Волан-де-Морт больше не обращался к дочери даже на общих встречах в большом зале.

Это серьезно било по самолюбию юной ведьмы. У нее не получилось решить проблему одним лишь безобидным похищением подружки гриффиндорца. Холодные пальцы сами собой постоянно сжимались в кулаки, а нижняя губа уже почти была раскусана в кровь. Неужели ее попытка оказалась настолько провальной?

Вироса-де-Кута сорвалась с места, черным торнадо полетела по этажам вниз. Подземелья звучно отражали ее тяжелое дыхание, пока босые ступни скользили по промерзшим каменным ступеням.

-Открывай, - рявкнула она сонному низкорослому Хвосту.

-Но Лорд не приказывал.. - заблеял перепуганный слуга, тряся своими жидкими сальными волосами.

-Я сказала, открыл! - смертоносно сверкнув красными глазами, повторила Вироса, пылая раздражением.

-Но я.. - Хвост сгорбился, словно опять хотел трансформировался в писклявую крысу.

Ведьма дернула рукой, втыкая в горло жалкого Пожирателя кончик своей волшебной палочки. Она быстро дышала, опаляя жирное лицо Хвоста горячим воздухом. Тот пискнул, беззащитно поднимая трясущиеся ладони.

-Лавгуд - моя пленница, - низким голосом медленно произнесла Вироса-де-Кута. - Я хочу ее видеть сейчас же.

-Как прикажете, - в уголках мелких глазок появились крупинки перепуганных слезок, а плоские кривые губы затряслись.

Хвост вытащил свою волшебную палочку, дрожащей ладонью вывел несуразную отпирающую руну. Дверь в темницы с визгливым скрипом отодвинулась, пропуская молодую ведьму внутрь.

-Не смей более мне перечить, - бросила Вироса-де-Кута, распрямляя плечи.

Внутри было темно и сыро, пахло плесенью и мочой. Впервые за долгое время девушка пожалела, что ходит босиком. Липкий камень под стопами неприятно чавкал, пачкая бледную кожу и подол черного дорого платья.

Крохотная свечка около одной из серых стен нервно дрожала от холодного сквозняка, маленькими желтыми бликами танцуя в мрачном окружении. Рядом с единственным источником света, обняв коленки, сидела юная светловолосая девушка. Полумна подняла на свою похитительницу взгляд, размеренно хлопая ресницами.

-Мисс Лавгуд, - вежливо обратилась к ней Вироса-де-Кута, - Вам незачем столь долго быть нашей гостьей. Ответьте на мои вопросы, и мы сможем попрощаться уже сегодня.

-Хорошо, - когтевранка безмятежно улыбнулась.

-Где мистер Поттер?

-Я не знаю.

-Как его найти?

-Я не знаю.

-Почему Ваш отец не ищет мистера Поттера? Он Вас совершенно не любит?

-А что насчет Вашего отца? Вы считаете это любовью? - монотонно произнесла Полумна все с той же ненатуральной улыбкой на лице.

Вироса-де-Кута замерла, пораженная неожиданным вопросом. Она приоткрыла губы, чтобы согласиться, уточнить, что их с отцом связь гораздо глубже, чем может ощущаться на первый взгляд. Уверенно сказать, что ничего-то ей не кажется, и она прекрасно знает, что отец любит ее.

Но что-то холодное, как кухонный нож, резануло по ее языку, и девушка замерла. У них есть особая связь? -Да, но такая скорее была с папочкой из диадемы. Отец любит ее? Вироса могла точно ответить про маму и крестную.. могла кивнуть, если бы вопрос стоял бы про душу в Крестраже-короне.

Ведьмочка сглотнула, ощущая металлический привкус на гландах. И почему именно сейчас голова и сердце согласны? И то и другое недовольно ежились и расстроенно отвернулись от хозяйки. Волан-де-Морт и та часть души, что в нем осталась не воспринимают ее как дочь. Лишь как очередного Пожирателя; как слугу, выполняющего приказы.

Вироса шумно втянула воздух через нос, поднимая подбородок. Как назло, в голове тут же начали всплывать все те пугающие моменты, когда Темный Лорд злился на нее, используя темную магию, запугивая ее и применяя силу. Сердце забилось сильнее, обливаясь кровью, словно ядом. По телу пробежала дрожь.

-Вздор, - выплюнула Вироса-де-Кута, резко разворачиваясь на пятках.

Она быстро покинула подземелья, аппарируя в свои покои. Срочно хотелось принять ванну, смыть с себя вонь и грязь темниц. Смылить дурные мысли и неоправданную душевную боль.

Глава 40 Напуган до смерти

Гарри был напуган почти до смерти, изможден и зол. Но помимо этого, в груди цвела надежда на то, что все в итоге будет хорошо. Чудом, а точнее с помощью Рона, он выбрался из-подо льда с длинным и блестящим мечом Гриффиндора в руке. Холодная волшебная сталь слегка вибрировала на ладонях, когда юноша передавал этот артефакт лучшему другу. Рон поджимал губы и неуверенно смотрел Гарри в глаза, широкой рукой берясь за рукоять.

Волан-де-Морт отобрал у них всех уже слишком много, жалкий кусочек его гнилой душонки - крохотный, почти незначительный размен. Но в тоже время, это огромный шаг вперед, шанс на победу.

-Ладно, Рон, давай ты, - трясясь от январского лесного холода произнес Гарри, укладывая Крестраж-медальон на поваленное дерево.

-Я с ним не справлюсь, - рыжеволосый юноша охнул, делая миниатюрный шаг назад. - Он действует на меня сильнее, чем на тебя или Гермиону.

-Так тем более.

-Нет, я не могу, - Рон поднял брови, горестно вознося глаза к черному ночному небу.

-Тогда почему ты здесь? Зачем ты вернулся? - Гарри выпрямился, сопротивляясь спазмам в руках и ногах.

Лучшие друзья стояли друг напротив друга, их разделял лишь проклятый медальон Салазара Слизерина, который почти разрушил их дружбу, который почти заставил их сомневаться, и они почти отступили. Рон мелко дрожал от холодной воды, что не успевала стекать с его свитера на снег, превращаясь в корку льда. Меч в его руке вдруг сделался легким, правильным, будто каждый изгиб на старинной рукояти был создан для широких пальцев гриффиндорца Рональда Уизли.

Юноша моргнул, скидывая тяжелые капли озерной воды с ресниц. Он хотел победить, так же сильно, как этого хотел Гарри. Родные глаза за круглыми стеклышками очков смотрели стойко и уверенно, словно друг мог видеть будущее, в котором они все будут счастливы. Рон сжал челюсти, поудобнее берясь двумя руками за меч.

-Мне придется поговорить с ним, чтобы он открылся, - Гарри коротко кивнул в сторону медальона. - Когда откроется, смотри, не медли. Я не знаю, что внутри, но эта дрянь будет отбиваться. Давай, - юноши бросили последний взгляд друг на друга, переводя все внимание на Крестраж. - Раз. Два. Три.

Рон занес меч над головой, переминаясь с ноги на ногу, пытаясь найти более устойчивое положение. Гарри зашипел за змеином языке, обращаясь к золотистому старинному украшению. Тот тут же задрожал и завибрировал, словно раздраженный, разбуженный дикий зверь.

Крышка медальона открылась так резко и внезапно, что юноши не успели даже моргнуть. Из недр Крестража вырвалась гигантская, вопящая тьма, которая мощным взрывом откинула молодых волшебников в разные стороны на несколько метров. Чернь принялась извиваться и разрастаться, поглощая воздух, всасывая в себя жизнь морозного леса, словно гигантский дементор.

Становилось трудно дышать, темная магия выдавливала из юношей души, намереваясь распластать их обоих. Из глубин кружащего мрака донесся каркающий, омерзительный голос:

-Я видел твое сердце, и оно мое, - тьма обрела уродливую форму лица, что тянулось своими безобразными губами к обездвиженному телу Рона. - Я видел твои сны, Рональд Уизли. Я видел твои страхи.

В черной зияющей пустоте огромного рта что-то мелко задрожало. По туманной тьме наружу по губам и глазницам перекошенного лица поползли сотни длинноногих пауков. Насекомые, обгоняя друг друга, шурша острыми лапками по земле, рванули к обледеневшему от ужаса Рону.

-Не любимый сын у матери, которая всегда мечтала о дочери, - продолжил шепелявый голос. - И девушку не смог удержать. Она предпочла твоего друга.

Погань насмехалась, черные клубы дыма свистели и разрастались, цепляясь за сухие ветви дерева и покосившиеся стволы. Рон с трудом смог сделать вдох, поднимая взгляд на безглазое черное лицо. Где-то там, на другой стороне тьмы кричал Гарри, пытаясь вразумить перепуганного друга.

Вот только помощь ему больше была не нужна. Гниль, что воняла мертвечиной и шипела, словно гнездо ядовитых змей, использовала не те слова. В груди поднимался рокот, а перед глазами поплыла красная злая пелена. Рон с трудом, сопротивляясь давлению, перевалился на бок, а затем кое-как поднялся на ноги, опираясь на меч.

Крестраж, заметив яростное сопротивление своей рыжеволосой жертвы, дернулся, выкидывая в воздух мерзкие видения. Туманные Гарри и Гермиона держались за руки, смотрели на Рона, как на грязь. Их губы растянулись в неестественных ухмылках, а глаза блестели отвращением.

-Ты просто ничтожество, - раздался искаженный темнотой голос Гермионы. - Никто. И ни одна женщина тебя не выберет.

Призрачная Гермиона повернулась к туманному Гарри Поттеру, тая в его объятиях. Их холодные серые губы соприкоснулись, заставляя сердце Рона сжаться от боли и тоски. Да, именно таких картин он больше всего и боялся. Ни пауки, ни периодическая злость мамы не могли сравниться с тем, какую рану могла ему нанести любимая девушка.

-Не слушай его! Он все врет! Это не правда! - вопил откуда-то лучший друг.

Рон сделал маленький шаг ближе к темноте. Хотелось ответить Гарри, мол, “Я знаю, знаю, что это неправда. Знаю, что вы не поступили бы так со мной.” Но вместо этого, рыжеволосый молодой маг, покрепче ухватившись за рукоять меча, задержав дыхание, резко поднял его над головой и, как следует отталкиваясь от влажной земли, разбежался.

Волшебный меч Годрика Гриффиндора обрушился на открытый шипящий и плюющийся тьмой медальон. Резкий оглушающий звон режущей волной прокатился по округе. Медальон завизжал, раскололся на две части и тут же резко (наконец-то) заткнулся.

Тишина оглушила двух, еле дышащих, молодых людей. Они замерли рядом друг с другом, быстро и коротко поднимая и опуская плечи. Разбитая крупная подвеска на золотой цепочке лежала перед ними на поваленном дереве. Друзья переглянулись, падая на землю.

-Подумать только, - разрывая гробовую тишину, выдохнул Рон, - еще один уничтожили.

Гарри фыркнул, запрокидывая голову. Изо рта вырвался серый клубок пара.

***

Тело скрутило единым спазмом, словно кто-то накинул на кости тысячи металлических лесок и принялся тянуть в разные стороны. В груди взрывались фейерверки боли, застилая кровью взгляд. Волан-де-Морт упал на покрытую инеем тропку, ударяясь головой о холодную землю. К горлу подступил тошнотворный ком, желудок просился наружу, вздутыми комьями вставая поперек живота. Кончики пальцев онемели, впиваясь во влажную рыхлую почву.

В эти долгие секунды в голове мелькала жалкая уродливая мысль - пусть это все прекратится. Лучше получить Авадой в голову, чем ощущать весь этот раздирающий спектр боли. Волан-де-Морт тут же зарычал, ненавидя собственную голову за подобную мягкотелость. Он создавал Крестражи как раз для того, чтобы более никогда не думать о смерти. Но кто-то.. нет, не кто-то, а чертов Гарри Поттер! Изловчился уничтожить еще одну часть его разорванной души.

Мальчишка, чье существование лишь цепь случайных событий, все еще смеет сопротивляться великому Темному Лорду! Гнев забурлил шипящим маслом на горячей сковороде, превращаясь в гортанный рык. Сжатые зубы заскрипели, стираясь друг об друга. Он собственной рукой прикончит гадкого Поттера.

Лорд оттолкнулся от земли влажными серыми ладонями, несуразно поднимаясь на ноги. Кто-то нелепо подхватил его под локоть, помогая встать. Волан-де-Морт тут же с силой дернул рукой, сбрасывая чужие маленькие ладони со своей мантии. Перед глазами плыло, а грудь сплющило.

-Отец, что с Вами? - сквозь писк послышался перепуганный голосок.

-Не смей ко мне прикасаться, - рявкнул чародей, его мотнуло в бок. - Нагайна! Где Нагайна?

В голове медленно прояснялось, и картинка слегка тормозила, возвращая возможность лицезреть монотонное окружение. Гигантская рептилия, едва шевеля своим тяжелым телом, показалась у ног хозяина. Ее длинные вертикальные зрачки дрожали, а пасть была чуть приоткрыта, как у собаки, пробежавшей несколько километров без остановки.

-Не отходи от меня, Нагайна, - прошипел на парселтанге Лорд.

-Больно.. - едва шевеля узким раздвоенным языком, ответила змея.

-Погиб еще один Крестраж? - на вдохе произнесла тощая фигурка в черном платье.

Волан-де-Морт медленно перевел взгляд на девушку. Вироса-де-Кута стояла босыми ногами на снегу, кожа на ее стопах покраснела и покрылась мурашками. Тонкие руки, скрытые полупрозрачными длинными рукавами, дрожали, то ли от холода, то ли от испуга. А в рубиновых глазах скакал нервный огонек.

-Поттер придет и за твоим Крестражем, - выплюнул Темный Лорд, замечая на худой лодыжке серебристую чешую.

-Я этого не допущу! - выпалила Вироса-де-Кута, сжимая ладошки в кулачки.

-Как? - рявкнул на нее Волан-де-Морт. - Как ты собираешься остановить поганца? Думаешь, что умнее меня?

Потрепанная черная мантия взметнулась в воздух, выброс темной магии колыхнул и подол нежного дорого платья. Высокое серое тело пробил озноб с примесью раздражения. Девка слишком многое себе позволяет, делая вид, что понимает, что происходит. Ужасный Господин хотел было махнуть рукой, выкинув нахалку прочь из своего поля зрения, но магия сжалась, медленно уходя на восстановление зудящей души.

-Считаешь, что понимаешь меня, если обзавелась Крестражем? - сдерживая очередной приступ гнева, прошипел Волан-де-Морт. - Хочешь быть полезной? Так поймай чертова Поттера!

Вироса-де-Кута побледнела, вскидывая брови. Она слегка разомкнула губы, чтобы сказать что-то еще, но вовремя сдержалась. Девушка низко присела в реверансе, опуская голову. Волнистые темные волосы посыпались с ее плеч, пряча за собой бледное лицо. Несколько мгновений тишины. Уверенный кровавый взгляд. Аппарация. Волан-де-Морт остался в компании поскуливающей Нагайны среди пустынного заснеженного сада Малфоев.

***

Январь сменился февралем, а тот ушел при появлении марта. Дни тянулись словно холодный туман над спокойной водой. Горы и леса, равнины и реки. В своей прошлой жизни Вироса могла бы, пожалуй, насладиться всеми чудесами природы, которые она встретила за это время. Но в своей новой ипостаси ей некогда было вдыхать ароматы трав и свежесть ветвей. Она не прислушивалась к урчанию воды, не рассматривала диковинных зверей и птиц на своем пути.

Ведьма отчаянно скиталась от одной местности к другой, сменяя пустошь на непроходимые болота. Терпела скулящие жалобы грязных и потных егерей, которые лениво двигались за ней в след. “Найти Поттера. Поймать Поттера.” - словно мантру повторяла про себя девушка, отчаянно бросаясь по каждой услышанной наводке.

Черное платье было безжалостно испорчено, ткань впитала в себя смрад и желчь всех тех мест, в которых успела побывать Вироса-де-Кута. Тонкие лоскуты держались от полного распада лишь на редкой восстанавливающей магии. Тогда как ведущая рука закостенела, кажется навсегда, замирая со скрюченными пальцами, которые не на секунду не выпускали волшебную палочку.

Запуганные Пожирателями и егерями жители волшебной Британии то и дело отправляли к ним сов с доносами: “Там-то я видел(а) мистера Поттера.” По большей части - это были пустышки, созданные для видимости деятельности, поддерживающей Того-кого-нельзя-называть (точнее для того, чтобы показать свой страх перед ним и попытаться уберечь себя от его гнева). Несколько раз, все же, действительно удавалось напасть на след Золотого Мальчика, но очень быстро шлейф его магии растворялся, оставляя взмыленных егерей во главе с Виросой ни с чем.

Однако, вместо отчаяния, ведьма чувствовала злость и некое извращенное подобие азартной игры. Кошки-мышки с гриффиндорцем чем-то отдаленно напоминали год проведенный в стенах Хогвартса. Тогда участники Инспекционной Дружины также резво гонялись за красно-золотыми, любыми способами пытаясь насолить своим врагам.

Вироса-де-Кута замерла посреди высоких сосен, замечая приближающегося черного ворона. Птица несла в клюве маленький клочок желтого пергамента, быстро пикируя к девушке. Темнокрылый ворон резко вытянул лапы, желая вцепиться в протянутую к нему ладонь. Вироса схватила птицу, и та громко гаркнула, выпуская из клюва бумажку: “Он здесь! Лавгуд.” Ведьма на секунду не поверила своим глазам, поднося клочок ближе к лицу.

-За мной! - рявкнула Темная Госпожа, быстрым резким движением скидывая с ладони ворона.

Егеря перевели на молодую ведьму взгляды, недовольно поднимаясь на ноги. Их уже порядком утомило носиться по углам Королевств за неуловимым мальчишкой, но и противиться красноглазой дочери Темного Лорда они побаивались.

В один прыжок небольшая группа чернокнижников аппарировала в пролесок около странного дома, поросшего вьюнками и сорняками. Егеря переглянулись, привалившись к ближайшим стволам деревьев.

-Эм.. Госпожа, - протянул длинноволосый маг, поправляя грязные перчатки на ладонях, - а Вы уверены, что Лавгуд не наврал?

-Он мог, - поддержал его крупный егерь, пожимая плечами. - У Вас его дочь. Может отчаялся?

-Закрыли рты, - шикнула на них Вироса-де-Кута, всматриваясь в маленькие окошки домика.

На первом этаже показалась белобрысая голова. Ведьма пыталась рассмотреть что-нибудь еще, что могло бы доказать присутствие Мальчика-который-выжил, но дом так сильно зарос зеленью, что сложно было распознать посторонние движения.

Вироса скривила губы, хмуря брови, как вдруг, в окошке мелькнуло что-то до боли знакомое. Рыжие волосы всего на одно мгновение почудились за мутным стеклом, однако этого хватило, чтобы принять поспешное решение.

-Ты и ты, - ткнула Темная Госпожа в пару егерей, - за мной. Остальные - ловите, когда побегут.

Ведьма сорвалась с места, спиной ощущая ошарашенные взгляды своих подопечных. Черный дым, в который на ходу превратилось ее тело, несся к маленькому дому, разрезая сырой мартовский воздух. Волшебная палочка в закостенелой руке пульсировала, пока с кончика, словно сами по себе, срывались разноцветные импульсы.

Магические удары вбивались в кладку дома, на воздух взлетали щепки и кусочки камня. Маленькое жилище трещало по швам, скрипя и вопя от полученных ударов. Егеря на чародейства тоже не скупились. Дай волю диким псам - они раздерут все, что попадется им на глаза.

Хлипкая дверь с хлопком распахнулась, и на улицу выскочил высокий человек в странно-расшитом халате. Его белые волосы торчали во все стороны, а глаза бешено вращались.

-Я поймал его! - верещал мистер Лавгуд, вскидывая руки к небу.

Чей-то кривой заряд угодил прямо в грудь трясущегося мага. Колдун коротко вскрикнул, падая прямо на ступеньки собственного жилища. Следом Виросу обдало короткой магической вспышкой перемещения. Кто-то сбежал в ту самую секунду, когда каменный домик рухнул, складываясь пополам.

-Ловите их! - рявкнула Темная Госпожа, чувствуя след аппарации.

Черные тени рванули прочь от каменных руин, метнувшись в сторону небольшого леса. Вироса-де-Кута же спикировала прямо к груде мусора, что пару секунд назад был вполне себе милым домом.

Под ее ногами хрустели остатки спокойной жизни очередного волшебника. Рубиновые радужки вычленили мятый перепачканный халат и пыльные белые волосы. Мистер Лавгуд слабо дышал, придавленный опорной балкой. Его светлые ресницы дрожали, а сухие потрескавшиеся губы неестественно двигались, пытаясь словить хоть каплю свежего воздуха. Правая рука вывихнута, а на оголившейся груди расцветали темные гематомы.

Пепел на белых волосах напоминал о грязи на светлых прядях юной девушки, которая до сих пор сидела в темнице под манором Малфоев. Под ногами Виросы едва дышал отчаявшийся взрослый, который бросил любимую работу, предал доверие подростка, лишь бы вернуть свою дочь. Чего для него стоило проводить месяцы в одиночестве, запиревшись дома? Расплата была в осунувшейся выцветшей коже, темных мешках под глазами от бессонных ночей, трясущихся пальцах рук и покрасневших от слез глазах.

Вироса-де-Кута закусила нижнюю губу, пытаясь найти в чертах чужого человека возможный вид собственного отца. Стал бы Волан-де-Морт также мучатся от душевной боли, случись что с его единственной дочкой?. Ах, да.. Какая еще душевная боль?

Тонкие пальцы коснулись груди, чувствуя пульсацию колючего сердца под ребрами. Она и сама-то порой забывала, как реагируют нормальные люди на некоторые вещи. Ее расколотая на две части душа изгибалась, словно сухое дерево, кривляясь и треща ветками. И если даже она не находила в себе сострадания или сочувствия, какие тогда могут быть эмоции у темного чародея со всего лишь крохотной щепоткой души?

Девушка зажмурилась, успокаивая проснувшуюся обиду. Опять эта маленькая плаксивая Виросочка подняла свою голову, всхлипывая и указывая пальцем на то, что у кого-то папочка совсем другой! Вот у кого-то любящий и переживающий отец! А вот кто-то ждет - не дождется свою доченьку домой!

-Замолчи, - рыкнула на малявку Вироса-де-Кута сквозь сжатые зубы.

Она резко взмахнула палочкой, со стороны показалось бы, что ведьма собирается добить задыхающегося белокурого мага. Но вместо проклятий волшебное древко пыталось спасти жизнь мистера Лавгуда. Куски дома чуть поднялись в воздух, отплывая от бледного тела. Колдун шумно вздохнул, позволяя легким полностью раскрыться.

Мистер Лавгуд тихо застонал от боли, постепенно приходя в себя. Вироса же смотрела на него сверху вниз, бегло оценивая состояние здоровья. Если маг очнется и уберется подальше от все еще шевелящихся развалин - есть шанс на спасение. Не ее забота, если от душащего пепла и пыли задохнется очередной противник ее отца.

Вот только что-то дрожащее, по-щенячьи скулящее внутри, не смогло отвернуться и уйти. Рука двинулась сама собой, аккуратно вытягивая мистера Лавгуда из-под остальных обломков (с помощью волшебной палочки, разумеется).

Через некоторое время колдун очнулся на поляне в нескольких метрах от своего разрушенного дома. Тело не ныло от боли, даже синяков на груди не нашлось.

***

Вироса-де-Кута прибыла в манор Малфоев самая последняя, получив доклад, что были пойманы Гермиона Грейнджер; рыжий парень, называющий себя Стэном Шанпайком и какой-то Вернон Дадли. Сомнений не было ни грамма, где грязнокровная выскочка, там и Поттер с Уизли.

Девушка неслась в холл, забывая дышать. Она смогла! Она поймала Гарри Поттера! Осталось только убедиться в этом собственными глазами и можно будет вызвать отца, чтобы он, наконец-то, прервал все попытки британцев сопротивляться его захвату власти и установлению нового порядка для всех волшебников.

Двери перед ведьмой распахнулись с грохотом ударяя об стены. Перед рубиновым взглядом предстала неожиданная картина: у стенки, прижавшись друг к другу, стояли Драко и миссис Малфой. Нарцисса дрожащей рукой гладила сына по спине, пока тот, не отводя глаз, следил за капелькой крови, скользящей по тонкой руке. На полу в неестественной позе распласталась Грейнджер, пустым взглядом обращаясь куда-то в даль. Ее предплечье было изуродовано кровоточащими буквами “грязнокровка”. Темные капельки скатывались по светлой коже, оставляя за собой липкие темные дорожки.

Посреди зала стояла взбешенная мадам Лестрейндж. Взвинченная ведьма подбрасывала на ладони серебряный кинжал с тонким острым лезвием, пыталась своим видом запугать низкого острозубого гоблина. Белла не обратила никакого внимания на появившуюся в помещении Виросу, продолжая скалить зубы на сотрудника банка:

-Тебе повезло, гоблин, - выплюнула она в лицо существа, медленно поворачиваясь в сторону слабо дышащей Кудряшки, - чего нельзя сказать о ней.

-Черт-с два! - тишину разорвал гневный выкрик.

Вдруг в зале появились двое молодых волшебников - никто иной, как Рональд Уизли и Гарри Поттер (почему-то с опухшими глазами). Они моментально выбили палочки из рук Малфоев (с помощью магии, конечно же), становясь в уверенные боевые стойки перед Виросой.

-Ты! - гаркнул Рон, округляя рот.

-Сдавайтесь, мистер Поттер, - спокойно произнесла Темная Госпожа, поудобнее перехватывая свое древко, - и мы отпустим всех остальных.

Гарри хлопнул ресницами, пораженный размеренным тоном девушки. Он только и успел, как вникнуть в здравое предложение старой знакомой. И вот, казалось бы, огонек в его глазах загорелся переживанием за друзей и возможностью все решить быстро, как его логичное согласие перебил высокий напряженный голос:

-Стоять! - рявкнула мадам Лестрейндж. - Бросайте палочки.

Ведьма стояла в нескольких шагах от юношей, схватив грязнокровку за волосы и прислонив к ее тонкой шее лезвие кинжала. Беллатрикс пряталась за дрожащей и плачущей девушкой, как за живым щитом, чтобы никто не смог дотянуться до нее заклинанием.

-Я сказала бросайте! - вновь завопила Пожирательница, плотнее прижимая холодное лезвие к чужой коже.

Молодые люди тяжело дышали, переводя ненавидящие взгляды с Виросы на Беллатрикс, жаждали сделать хоть что-то. Но страх за подругу был сильнее попытки победить. Две палочки с тихими стуками упали на пол.

-Так-так-так, смотрите, кто тут у нас, - игриво поглаживая плоской стороной лезвия холодную шею, пролепетала мадам Лестрейндж, - это же Гарри Поттер.

Вироса-де-Кута удивленно выгнула бровь, пытаясь быстрее разобраться с тем, что происходит вокруг нее. Почему Пожирательница охнула, заметив мистера Поттера перед собой? Это же было очевидно, что юноша никто иной, как Мальчик-Которого-Ищет-Лорд. Почему Драко бледный, словно снег, перепугано рассматривает тяжело дышащую мисс Грейнджер? Ведь молодой Пожиратель терпеть не мог грязнокровку и вообще всю Золотую Троицу. И почему, Моргана побери, Уизли и Поттер не в темнице, а спокойно разгуливают по манору с палочками наперевес?

-Вызови Темного Лорда, - пропела довольная Беллатрикс.

Все вокруг замерли. Пленники перепугано переглянулись, в то время как все остальные не поняли к кому именно обращалась хихикающая Лестрейндж. Вироса-де-Кута опустила руку с палочкой, раздраженно отмечая довольную ухмылку сумасшедшей Пожирательницы. Отец прибудет через пару секунд, когда его позовут через метку, и Белла тут же заберет все лавры по поимке Поттера себе. Девушка скрипнула зубами, напрягаясь всем телом.

Вообще-то, это она несколько месяцев носилась по лесам и полям в поисках мальчишки. Вообще-то, это Вироса удачно схватила юную мисс Лавгуд, получая после записку от ее отца. Вообще-то, это мисс Дасадити приказала егерям схватить Золотую Троицу и отвести в манор Малфоев. Так почему же, все ее труды должны вылететь в трубу из-за нахалки-Лестрейндж, которая даже не признала Поттера? И мало того! Не смогла удержать подростков за решеткой!

-Вызывай! - рявкнула снова мадам Лестрейндж, стреляя глазами в перепуганного Драко.

Юноша быстро сглотнул, делая пару шагов вперед на дубовых ногах, закатал рукав, демонстрируя изуродованное меткой предплечье. У него тряслись ладони, а на лбу выступили капельки пота. Драко едва приоткрыл губы, чтобы обратиться к Темному Лорду, как вдруг, замер, поднимая взгляд.

С потолка послышался странный скрип. Внимание всех тут же обратилось вверх. Красивая большая люстра с сотней миниатюрных кристаллов качалась из стороны в сторону неприятно пища. У самого потолка, держась одной рукой за крупную цепь висел домовой эльф в маленьких коричневых башмаках. Он методично, не обращая никакого внимания на то, что происходит под ним, откручивал крепление люстры.

Мгновение на осознание. Никто не успел ничего сделать. Люстра сорвалась вниз, прямо на головы мадам Лестрейндж и заплаканной грязнокровки. Вироса-де-Кута краем глаза заметила быстрое и неосторожное движение со стороны Драко. Юноша крутанул ладонью, словно использовал заклинание Акцио для притяжения какого-то предмета.

Беллатрикс успела отпрыгнуть в последний момент, закрывая лицо руками, чтобы звенящие осколки не попали в глаза. А вот Кудряшка неестественно дернулась вперед, пролетая прямо в объятия чумазого Уизли. В тот же момент Поттер резво прыгнул к Драко, вырывая палочку из рук юноши. Вироса-де-Кута махнула рукой, бросая в Золотого Мальчика аккуратное заклинание (нельзя было случайно повредить Крестраж отца), но тот ловко увернулся, подхваченный эльфом.

Вироса-де-Кута шикнула, ругая себя за чрезмерную осторожность. В пару шагов переместилась вбок, чтобы быть лицом к лицу с Гарри Поттером. Тот уверенно блеснул глазами, наводя кончик палочки в сторону бывшей слизеринки. Рональд тоже успел подобрать древко, одной рукой прижимая к себе дрожащую грязнокровку, а другой целясь в сторону Виросы.

Сначала обезвредить Уизли. Потом схватить Поттера. Девушка быстро высчитывала комбинации в голове, переступая босыми ногами по холодному полу. Осколки люстры больно впивались в кожу, мешая думать. Рональд не станет использовать Грейнджер как щит, поэтому можно воспользоваться его замешательством и напасть на гриффиндорку. Но за спинами молодых людей, расправив длинные уши, мелькнул странный эльф, поднимая костлявую ладошку в воздух. Магия домовых мощная и непредсказуемая, как раз таки потому, что они используют природную силу для своего колдовства, не связанные заклинаниями и рунами.

Вироса-де-Кута скривила губы, находя удобную позу для нападения и защиты. Повела рукой, прицеливаясь в низкорослое создание, как вдруг, кто-то нахально толкнул ее в спину. Девушка охнула, от неожиданности теряя равновесие, сделала несколько мелких шагов в сторону.

-Глупый эльф! - это была Беллатрикс, вопящая своим писклявым голосом и размахивающая руками. - Ты мог убить меня!

Девушка так и замерла с открытым ртом. Серьезно? Сейчас? Вироса-де-Кута смотрела на мадам Лестрейндж со смесью удивления и раздражения. Зачем эта психованная Пожирательница толкнула ее, мешая схватить Золотое Трио? Ответ нашелся в пульсирующей вене на шее Беллатрикс и в ее перекошенном лице - ведьму обуял стыд за нелепый проигрыш, злость на то, что ее смогли обхитрить и раздражение, что дочь Волан-де-Морта была готова действовать гораздо быстрее нее.

-Добби не может убивать, - пропищал в ответ домашний эльф в башмаках, отрицательно закрутив головой. - Добби может только покалечить или серьезно поранить.

-Как ты смеешь не слушаться своих хозяев? - закричала на него Белла, сжимая кулаки и топая ногой, словно маленькая девочка.

-У Добби больше нет хозяев, - гордо заявил эльф, - Добби - свободный эльф! И Добби пришел сюда, чтобы спасти Гарри Поттера и его друзей.

Вироса-де-Кута моргнула, сама себе поражаясь, что до сих пор слушает этот глупый, бесполезный разговор. Она моментально сбросила с себя оцепенение, возвращаясь к первоначальному плану по обезоруживанию взбунтовавшихся пленников. Взмах палочкой.

Маленький эльф заметил движение ведьмочки, мгновенно притянул к себе Поттера, Уизли, Грейнджер и гоблина, ухмыльнулся, хватая всех за руки. Вироса замешкалась всего на секунду, волнуясь о том, чтобы не задеть заклинанием Крестраж Волан-де-Морта. Но вот мадам Лестрейндж поранить Мальчика-который-выжил совсем не боялась. Она метнула в сторону беглецов свой острый кинжал.

Хлопок.

Из зала пропали все, пойманные с таким трудом, личности. И от кинжала тоже ничего не осталось. Его засосало в круговорот аппарации. Вироса-де-Кута широко открыла глаза, некоторое время пялясь на пустое место, где только что стоял юноша, на которого она потратила несколько месяцев.

Сердце медленно набирало ход, разнося по телу жар, словно колющий яд. Чертова Беллатрикс! Идиотка! Горло запершило от рыка. Мало того, что проклятая Пожирательница помешала Темной Госпоже перехватить юношу, так она еще умудрилась забросить в трансгрессию кинжал, способный навредить Поттеру! Покалечить часть отцовской души.

Девушка повернулась лицом к Лестрейндж. Подушечки пальцев зачесались, пока Вироса-де-Кута боролась с желанием вцепиться в горло мерзкой дуре. Погань спустила в унитаз многомесячные труды.

Глава 41 Лорд прибыл

Лорд прибыл в манор Малфоев в превосходном расположении духа. У него радостно сверкали глаза, а на губах расползлась хищная улыбка, разрезающая лицо клыкастым оскалом. Он широкими шагами прошелся по залу, торопясь занять свое место во главе треснутого стола.

Всего того же нельзя было сказать о Пожирателях Смерти, расположившихся на своих стульях. Даже мадам Лестрейндж, находившаяся по левую руку от господина, стыдливо прятала глаза, без конца мяла ткань своей юбки.

Вироса-де-Кута сидела теперь между двумя Малфоями, чувствуя перепуганную нервозность старшего и слушая стук зубов дрожащего младшего. Драко был одним из тех, при ком сбежал мистер Поттер, поэтому его бледное лицо начало медленно зеленеть, стоило Темному Лорду появиться на пороге. А Люциус всем своим естеством пытался удержаться от того, чтобы не броситься обнимать и жалеть своего единственного сына. Страх родителя с каждым шагом Волан-де-Морта становился все ощутимее.

-Хочу сообщить вам хорошие новости, - торопливо начал Темный Лорд. - Бузинная палочка отныне принадлежит мне!

Волан-де-Морт поднял в воздух первородное древко, влюбленными глазами рассматривая ее изгибы и потертости. Слуги тут же принялись аплодировать, восхищенно кивая и давя ненатуральные улыбки.

-А теперь я жду хороших новостей от вас, - опуская волшебную палочку на стол, чуть серьезнее проговорил Лорд.

Люциус и Беллатрикс одновременно замерли, переставая дышать. Их глаза остекленели, словно две гигантские куклы с приоткрытыми ртами. Их наказание оттягивали другие Пожиратели Смерти, докладывая господину об успехах в подготовке к нападению на Хогвартс. На сторону Волан-де-Морта переманили дементоров (черные балахоны, способные лишь с трудом отличить своих от чужих), акромантулов (огромные пауки, не переносящие никакие световые заклинания) и великаны (тупоголовые создания, не реагирующие ни на какие команды).

Вироса-де-Кута изогнула бровь, неуверенная в компетентности подобных союзников. Эти создания принадлежали волшебному миру, но самой магией не владели, а вот заклинаний по их изгнанию, даже не напрягаясь, молодая ведьма смогла вспомнить с десяток. Будут, конечно, на стороне Лорда и Пожиратели Смерти, все егеря, но создавалось странное дребезжащее ощущение, что этого будет мало для захвата чародейной школы. В конце-концов, в замке находятся одни из лучших преподавателей магии, несколько сотен учеников (какие никакие, но тоже волшебники), да и сам Хогвартс - колдовское место, будет обороняться, противостоять своему захвату.

Отец же, кажется, подобными переживаниями не страдал, довольно кивнул, поглаживая кончиками пальцев бузинную палочку. Выслушав доклады, его красные глаза сместились в сторону мадам Лестрейндж:

-Белла, - протянул Лорд, - ты сегодня удивительно молчалива. Есть что-то, о чем мне следует беспокоиться?

-Ох, господин, это.. - крякнула Пожирательница, у нее затряслась нижняя губа.

Ведьма не знала, куда деваться, заерзала на стуле, сильнее сжимая юбку потными ладонями. Ее взгляд бегал по помещению, трусливо ища помощи в чужих лицах. Все, кроме самого господина, уже были в курсе неприятной ситуации с мистером Поттером, опускали головы или попросту отворачивались от дамы. Только Вироса-де-Кута, сжав челюсти, не отводила от нее взгляда. Побег Золотого Мальчика - вина Беллатрикс, пускай же наберется храбрости и признается, принимая заслуженное наказание.

Мадам Лестрейндж всего на мгновение задержалась глазами на каменном лице Виросы, моментально принимая решение. Ее безумные радужки вспыхнули, а уголки губ чуть заметно дрогнули вверх.

-Мы не хотели Вас беспокоить, господин, - выгибаясь словно кошка и поддаваясь вперед, загадочно начала Белла. - Однако, действительно, кое-что случилось.

-Не томи, - фыркнул на нее Волан-де-Морт, напрягая лоб.

-Ваши егеря поймали мальчишку Поттера и привели сюда, - от этих слов кровавые глаза округлились, но Пожирательница поспешила закончить. - Однако Вироса-де-Кута появилась в тот самый момент, когда я пытала грязнокровку.. Она помешала, и из-за этого Поттеру и остальным удалось сбежать.

Беллатрикс закончила свой рассказ жалобным высоким тоном, невинно хлопая ресницами. В зале воцарилась тишина. От подобного шокирующего заявления Вироса-де-Кута открыла рот, тупо уставившись на ведьму. Это что же получается? Девушка виновата в том, что Золотое Трио сбежали? Пожирательница даже не покраснела, повествуя очевидную ложь уверенным голосом.

Волан-де-Морт тоже несколько секунд молчал, осознавая услышанное. Его темно-красный взгляд тяжелым ледяным металлом переместился на дочь, придавливая ее к месту. Любое хорошее настроение сдуло с его безносого лица.

-Ты, вроде, пыталась его поймать, - прошипел он, пока вена на виске надувалась от гнева, - а теперь оказывается, сама же отпустила?

-Отец, я не..

-Молчать! - рявкнул Волан-де-Морт. - Как ты смеешь ко мне так обращаться? Мелкая сошка, возомнила, что наше родство дает тебе право вести себя подобным образом? Дает тебе право отпускать моих пленников? Гарри Поттера?

С каждым словом его голос становился все громче, а воздух принялся дрожать от концентрации темной магии. Кровавые глаза казались гигантскими смертоносными пятнами, которые втягивали в себя хрупкую девушку, словно мясорубка. Темный Лорд резко вскочил из-за стола, выбрасывая руку с бузинной палочкой вперед.

Невидимая проволока окольцевала тонкую шею, впиваясь в холодную кожу шипами. Режущая боль пронзила тело до самых внутренностей, перекрывая дыхание. Вироса схватилась ладонями за шею, пальцами пытаясь соскрести с себя жгучий металл. От давления горячая кровь начала биться в пережатых венах, мерзко пульсируя под кожей. Девушка онемела бессмысленно открывая и закрывая рот, в попытках зачерпнуть губами хотя бы каплю кислорода. Глаза начали медленно закатываться, пространство принялось едва заметно меркнуть и тошнотворно кружиться.

-Я оставлю тебя жить только потому, что твои боевые навыки могут пригодиться во время нападения на Хогвартс, - шикнул Волан-де-Морт, все таки опуская руку с палочкой. - Убирайся с глаз моих.

Вироса-де-Кута сделала шумный короткий вдох, затем еще и еще. Соленые слезы заполонили взгляд, пока по горлу разливалось стойкое желчное ощущение. Ведьмочка кое-как поднялась из-за стола, на ватных ногах делая несколько шагов прочь от скалящейся Беллатрикс, от бледно-зеленого Драко и от пылающего яростью Темного Лорда.

Палочка в руке предательски дрожала, выскальзывая из обледеневших пальцев. Движение получилось кривым и скомканным. Трансгрессия схлопнула худощавую фигуру, оставляя на бледной коже рук несколько кровоподтеков и мелких ссадин от плохой аппарации. Голова шла кругом, а желудок скрутило, поднимая к горлу ужин.

Вироса оказалась в маноре Навелюкс, под удивленными взглядами нарисованных предков, которые, стоило девушке показаться на собственном пороге, принялись причитать и голосить. В ушах запищало.

***

Второе мая для Фреда началось с отвратительной вести, что сегодня Тот-кого-нельзя-называть собирается захватить его любимую школу. Хогвартс и без того был на грани развала - парочка новых преподавателей (по совместительству Пожиратели Смерти), новый порядок обучения, диктуемый новым Министерством (что находился под контролем Темного Лорда), запрет на обучение маглорожденных и прочие напасти, в итоге, ожидаемо вылились в противостояние между оставшимися учениками (в основном Гриффиндор) и декретами об образовании, диктуемые Темным Господином.

Гарри Поттер, которого не могли найти даже члены Ордена Феникса, неожиданно вернулся в Хогвартс, появляясь прямо перед Северусом Снейпом. Недо-директор - предатель Ордена - отвратительный профессор - и просто ужасный человек сбежал из школы, оставляя все в руках упрямой профессора МакГонагалл.

Ведьма тут же принялась готовиться к вторжению, обращаясь к магии самого Хогвартса. Замок откликнулся на зов; со стен сошли каменные гиганты, которые все эти сотни лет ждали своего часа, чтобы поднять длинные мечи в воздух.

Профессора, прибывшие на помощь члены Ордена Феникса и некоторые ученики старших курсов вышли во двор, поднимая палочки в воздух. С острых кончиков срывались полупрозрачные вспышки волшебства, расползаясь над всей территорией Хогвартса тонкой вуалью защитного купола.

Всех детей, неспособных сражаться, сопроводили в подземелье ради безопасности. Туда же, к слову, отправились все студенты факультета Слизерин. Не мудрено, никто из них не хотел восставать против своих чистокровных родичей, которые вот-вот объявятся на пороге, прикрывая лица серебристо-золотыми масками.

Фред и Джордж занялись тем, что они умели лучше всего - подготовкой ловушек. Близнецы в свое время облазили почти каждый уголок школы, знали укромные места и тайные проходы. В этот раз они повторяли почти тоже самое, что братья устроили перед своим эффектным уходом из школы. Единственное, в этот раз действовать пришлось в несколько сотен раз быстрее. Безобидные хлопушки сменились на боевые взрывы, а фейерверки на капканы и магические силки.

Юноши двигались быстро и ритмично, перепрыгивая через ступени, понимая друг друга без слов. Каждый взмах палочкой был четким и уверенным, словно молодые маги репетировали происходящий вокруг ужас много раз до этого.

Уизли исчерпали весь свой запас нешуточных вредилок, тяжело выдохнули, прислонившись к каменной стене спинами. Джордж медленно повернул голову, приоткрыл рот, чтобы что-то сказать.. Как вдруг, все пространство, окружающее молодых людей наполнилось низким ледяным голосом:

-Я знаю, что вы готовитесь к битве, - это был голос Темного Лорда, вне всяких сомнений. Живот скрутило от его непробиваемой уверенности в своей победе. - Ваши усилия тщетны. Вы не можете противостоять мне. Я не хочу вас убивать, - маг сделал паузу, словно он мог видеть выражения лиц тех к кому обращался. - Я с большим уважением отношусь к преподавателям Хогвартса. Я не хочу проливать чистую кровь волшебников. Отдайте мне Гарри Поттера, и никто из вас не пострадает. Отдайте мне Гарри Поттера, и я оставлю школу в неприкосновенности. Отдайте мне Гарри Поттера, и вы получите награду. Даю вам на раздумье время до полуночи.

Холодный шипящий голос стих, оставляя в воздухе привкус сырой сгнившей травы. Фред чуть повернул голову, чтобы лучше видеть лицо брата. И вроде, все как всегда: мелкие веснушки, ярко-рыжие волосы, спокойное дыхание и уверенная поза. Но из всего этого привычно-озорного внешнего вида близнеца выбивались его глаза. Обычно блестяще-карие, с живым пытливым огоньком, переливающимся азартом, вспыхивали и говорили: “Фредди, ты же понимаешь, о чем я думаю?”. Сейчас же родные, очень похожие на его собственные, радужки тоже невербально общались с ним. Тихо-тихо шептали о страхе, о неуверенности, о том, что всего, что происходит вокруг быть не должно.

Но Джордж неожиданно произнес то, что заставило Фреда понять, чьи эмоции он все это время рассматривал в карих глазах:

-Ты думаешь, она там тоже будет?

Сердце екнуло и упало куда-то в желудок. Прошел почти год с тех пор, когда молодой волшебник видел лицо своей Лисички. И это было всего мгновение, короткая встреча с бледным призраком, у которой потухли рубиновые глаза.

Вироса-де-Кута находится на той стороне. За пределами защитного купола Хогвартса. Она, должно быть, сейчас вытягивает свою тонкую руку вперед по направлению к замку, и элегантно чертит в воздухе руну, расписываясь под своей позицией.

Фред сполз по стене, ощущая спиной все неровности каменной кладки. Он закусил щеку изнутри, проезжаясь зубами по нежной слизистой. Волшебник не хотел этого, но мрачные картинки (у каждой из которой были длинные волнистые волосы) одна за одной всплывали у него в голове. Он все это бесконечно долгое время отчаянно старался не думать о Лисичке, запирал мысли о ней так глубоко, насколько это было возможно. Фред уходил в работу с головой, прячась в песок, словно страус, затыкал стонущее сердце.

Вироса-де-Кута выбрала не ту сторону. В этом юноша был уверен. Тьма, словно чума, заразила ее тело, стирая здравый смысл, заставляя причинять другим боль. Темный Лорд ли одурманил собственную дочь, заставляя ее совершать поступки, которые Фред никогда не сможет простить? Или же это истинное лицо Лисички - кровожадное и злобное?

Фред опустил голову на ладони, сдерживая глухой рык. Он не знал наверняка, стоит ли Вироса сейчас с рядом с Тем-кого-нельзя-называть. Но стойкое (очевидно плохое) предчувствие, желчью поднималось в горле.

***

Вироса-де-Кута стояла в ночной тишине на краю леса. Земля под босыми ногами была сухой и теплой, словно мягкий ковер. Отец не желал ее видеть, занимался подготовкой к нападению вместе со своими “командирами”: Долохов, Малфой и, разумеется, Лестрейндж. Всего пара десятков Пожирателей Смерти, несколько дюжин егерей и кучки темных существ - армия Волан-де-Морта.

Отец был слишком самоуверен, призывая такое жалкое количество сторонников. Отчего-то Темный Лорд считал, что бузинной палочки будет достаточно, что ему хватит смерти мистера Поттера - и полная победа придет сама по себе.

Разумеется, “глупую девку, из-за которой сбежал главный враг Волан-де-Морта” никто слушать не стал. Вироса-де-Кута сжимала кулаки, обиженно раздувая ноздри, наблюдая издалека за тем, как уверенно ведет себя психованная мадам Лестрейндж. Как ни в чем не бывало. Хихикала и кривлялась, запугивая своими сверкающими глазами, выделенных ей подчиненных.

Вироса-де-Кута же стояла в стороне ото всех, обеспокоенно кусала губы, обращая взгляд в сторону поблескивающего в темноте гигантского купола. Противники ее отца решили держать оборону в замке, используя щиты и каменные стены, вместо того чтобы бежать. Почему все они так нелепо цепляются за призрачные, подменные понятия, пытаясь уберечь мальчика, который принадлежит Волан-де-Морту?

Девушка сделала глубокий вдох через нос, ощущая свежесть еловых иголок и мягкость северного мха. Ведьма шумно выдохнула, распрямляя плечи и гордо приподнимая подбородок. Под ребрами разливалось то самое чувство, предвещающее последний рывок перед победой; битву, конец которой ознаменует ее свободу.

Над головой послышался шум крыльев. Гордый беркут, широко распластав длинные перья, медленно спускался по спирали. Тонкий короткий выкрик из едва приоткрытого клюва, словно акт приветствия, заставил Виросу вернуться из мыслей о возможном счастливом будущем к реальности. Девушка вытянула руку на встречу когтистым лапам, и крупная хищная птица аккуратно опустилась на ребро ладони.

-Добрый вечер, леди Винтербир, - улыбнулась ведьма, получая в ответ очередное высокое писклявое согласие. - Что насчет молодого лорда?

Беркут резко дернул головой, переминаясь с лапки на лапку. Паффина пучила свои крохотные черные бусинки глаз, позволяя Виросе рассмотреть в них собственное отражение - бледное и неестественно вытянутое с красными пятнами вместо радужек.

-Я здесь, леди, - из-за деревьев показался молодой человек, облаченный в длинную темную мантию, скрывающее его тело целиком.

Колдун сбросил с головы капюшон, открывая лунному свету свое точеное лицо. Паффиан был чрезвычайно спокоен и собран. Холодные глаза смотрели прямо, а губы были сомкнуты в тонкую твердую линию.

-Здравствуйте, лорд, - улыбнувшись уголком губ, произнесла Вироса-де-Кута. - Я рада, что вы оба прибыли на мой зов.

-Сейчас мы не подчиняемся договору, а делаем дружеское одолжение, встречаясь с Вами, мисс Дасадити, - давно позабытая жесткость в голосе молодого лорда Винтербир слегка ошарашила ведьму. - Только слепой не заметит разворачивающуюся битву у вас за спиной.

-Захват Хогвартса - это шаг к господству природной магии, - начала было Вироса, но Паффиан резко прервал ее, выставляя перед собой ладонь.

-Это ставит под угрозу нашу с сестрой безопасность, это ставит под сомнение нашу репутацию и дальше по списку, - лорд Винтербир отрицательно покачал головой, не двигаясь со своего места. - Леди Дасадити, Вы не можете просить нас о такой помощи, уверен Вы помните условия договора. Но я все равно уточню - ни я, ни Паффина не будем участвовать в войне Того-кого-нельзя-называть.

-Я помню о своих обязанностях, - шикнула на него девушка, - но так же помню и о ваших. Вашей единственной задачей за все это время было вызволить мои вещи из замка, с которой, напомню, вы так и не справились.

-Что именно мы должны вынести из школы? Вряд ли, Вы так переживаете о сохранности юбок и блузок, - юноша посмотрел на девушку с прищуром, слегка наклоняя голову.

Его можно было понять. Молодой лорд Винтербир определенно не желает ввязываться в очередные распирии за власть, когда он только-только смог вытащить себя и сестру из вековой ловушки Министерства. Узнай он сейчас, что Вироса-де-Кута требует от него спасения части души Темного Лорда, Паффиан ни за что не согласится выполнять задачу, ссылаясь на договор.

Но молодая ведьма не спроста превращалась в лисицу. Ее разум был хитер, а характер тверд достаточно, чтобы слегка приврать во имя своего дела:

-Внутри моего чемодана под сильными маскирующими чарами находится старинная диадема, - размеренным тоном произнесла она. - Эта вещь принадлежит моей семье, нельзя чтобы она попала в чужие руки или того хуже, пострадала в грядущем сражении.

Юноша несколько секунд внимательно изучал лицо Виросы на признаки лукавства. Его плечи напряглись, а нижняя челюсть заходила из стороны в сторону. Но не найдя подвоха в словах покровительницы, молодой колдун кивнул, делая ей навстречу несколько шагов:

-В таком случае, мы поможем вытащить диадему из Хогвартса, - произнес Паффиан и поспешил добавить. - Но не жди, что я или Паффи возьмемся за палочки.

-Палочки, все же, советую взять, - хмыкнула Вироса, распрямляясь, - просто для обороны. Не хочу, чтобы в вас прилетело чье-то шальное заклинание.

Лорд Винтербир недовольно скривился, но волшебное древко все же показалось в его руке. Беркут громко пискнул и одним широким взмахом сильных крыльев сорвался с ладони Виросы, взмывая куда-то в черноту неба.

***

Фред крутил палочку в пальцах, стоя на одном из балконов в башне, когда из мрачной и пугающей пустоты явились сотни огней. Дробящие и ударные заклинания посыпались на защитный купол, словно ночной звездопад, знаменующий конец света. Заклинания летели так долго, что уже начало казаться, будто они и не долетят вовсе, и сердце сжалось в груди от страха, а дыхание сперло.

Вокруг воцарилась звенящая, душащая тишина, и карие глаза, не моргая, следили за приближающимся блестящим градом. И вдруг грохот ударил по ушам. Полупрозрачный купол затрещал под натиском атакующей магии, расходясь волнами в разные стороны. Молневидные зигзаги расщепляли барьер, дрожь прокатилась по прохладному майскому воздуху, и в лицо ударил мощный порыв ветра.

Фред приоткрыл губы, пытаясь сделать вдох, но треск и ужас, что нарастал прямо над его головой заставил его забыться на пару мгновений. По телу побежали тысячи леденящих кожу мурашек. Ноги задубели, а пальцы моментально обратились в камень, что палочка чуть было не выскользнула из рук.

-Началось, - послышался сбоку рваный вздох брата.

Джордж также не мог оторвать взгляда от страшной и одновременно чарующей картины. Его ресницы дрожали от каждой новой вспышки, а в радужках мелькал дикий ужас, который плыл по его лицу абсолютно белыми красками.

-Ты в порядке, Фредди? - сквозь плотно сжатые зубы произнес брат.

-Да.

-Я тоже, - близнец криво улыбнулся, ткнув локтем Фреда в бок.

Вранье. Ни один из них не был в порядке, и оба были прекрасно об этом осведомлены. Тьма, наконец-то, обрела очевидные очертания; мерзость обратилась ощутимыми врагами; ужас влез под кожу, пожирая напряженные мышцы. Все детские страшилки, что бормотала мама, о чем предостерегал отец; неаккуратные слова профессоров; подпольный шепот подозрительных личностей на улице - все предстало перед Фредом в эту черную прохладную ночь. Обрело тело и единственную цель - смести все на своем пути. Сровнять с землей и Хогвартс и всех безумцев, пытающихся его защитить.

Вдруг грохот и вспышки резко прекратились. Пожирателям Смерти не хватало мощи, чтобы пробить защитный барьер. Шальная, совершенно глупая, такая детская мысль вильнула хвостом в сознании: “А вдруг отступят?” Но стоило лишь позволить этой надежде мгновенно мелькнуть, как тут же ненавистное, абсолютно черное нечто завопило в напряженной тишине.

Вспышка. Словно взорвался вулкан. Жар, словно Фред сам рухнул в это жерло. И грохот, словно разверзлись небеса. Мощная, острая молния с размаху врезалась в полупрозрачный купол, сжигая его своей треклятой магией. Это был он. Тот-кого-нельзя-называть. Никто другой бы не смог одним ударом изничтожить столь мощную защиту. Видимо, устал ждать.

Видимо, у Хогвартса нет шансов.

***

Волан-де-Морт вопил, что было сил. Его низкий голос раздирал барабанные перепонки даже у Виросы, которая находилась достаточно далеко от всех его слуг. Девушка вздрогнула всем телом, наблюдая за тем, как отца трясет от мощи бузинной палочки, как его разрывает от внутренней боли. Высокое тело, облаченное в черную простую мантию дрожало, вцепившись в волшебное древко, из которого, не прекращая, лилась сильная разрушающая магия.

Вопль был столь же громким и отчаянным, что это могло означать лишь одно - отцу больно. Его душа вновь ощутила потерю. Уничтожен очередной Крестраж. Вироса-де-Кута обняла себя за плечи, губы тряслись, а на глазах наворачивались слезы. Неужели она не успела? Может ли быть, что Поттер нашел диадему? Возможно ли, что кто-то смог расколдовать ее защиту на чемодане?

Ноги дрожали, лишь чудом удерживая девушку в вертикальном положении. Животный первобытный страх заполонил вены, чистейшим льдом царапая и разрезая сосуды. Мороз дошел до сердца, и оно начало звучно хрустеть, пытаясь пережевать эти осколки.

Вироса-де-Кута потными ладонями принялась растирать мягкую ткань тонких рукавов, чтобы хоть немного прийти в себя. Рано паниковать. Сначала нужно убедиться своими глазами, что диадема уничтожена. И если ведьма выяснит, что это правда.. Она собственными руками задушит каждого, кто причастен к гибели ее отца. Ее папочки в старой, мятой короне.

Алые всплески забурлили внутри влажных глаз, и зубы скрипнули. Ведьма сделала глубокий вздох, вытаскивая свою палочку из кожаной кобуры. Магия забурлила в теле, топя страх, наполняя тельце злобой. Девушка даже не отдавала себе отчет в том, что волнение и переживания были вовсе не за змееподобного чудовище во главе армии, а за молодого мужчину в летнем лесу. Ее настоящий папочка - вот, из-за кого болело сердце. За ту часть рваной души, которая учила девочку, наставляла и.. любила.

Вироса-де-Кута плотнее сжала волшебное древко в пальцах, переступая с ноги на ногу. Ожидая громкого воинственного клича Долохова:

-В АТАКУ!

Пожиратели сорвались с места, бросаясь в черные туманные аппарации. Ведьмочка слилась с ними в одну темную массу, несясь к каменному замку на всех парах. Нужно было как можно скорее попасть в подземелья Слизерин. Отыскать свой чемодан. Вызволить папочку из заключения. Спасти его душу от вероятной гибели в этой пугающей войне.

***

Вопли послышались почти мгновенно. На территорию пытались ворваться егеря, через длинный каменный мост, размахивая дубинами, топали гигантские тролли. Откуда ни возьмись появились холодные призрачные дементоры, и со всех сторон шипели и скрежетали огромные пауки.

На этаже ниже разбилось стекло. Кто-то ворвался в башню. Фред и Джордж одновременно бросились на звук. Черный туман моментально слепился в Пожирателя Смерти с беснующимся взглядом. Фред выбросил руку, ударяя по “гостю” заклинанием, в тот же момент Джордж наложил призму защиты, отбивая острый красный луч. Еще один враг материализовался уровнем ниже.

-Этот твой! - рявкнул Фред, перепрыгивая через несколько ступенек.

Пожиратель ухмыльнулся, выбрасывая перед собой щит. Пришлось сбежать по лестнице зигзагами, следя при этом за хитро ухмыляющейся рожей. Юноша ударил несколько раз в призму, не давая темному магу времени на собственную атаку. Как вдруг, где-то что-то нещадно грохнуло, заставляя прижать голову к плечам. Пожиратель же не смутился и даже не отвлекся на взрыв, меняя защитную руну на ударную.

Подобного па Фред еще не видел. Темная магия, которую в школе не преподают.

-Эс-сомба! - твердо произнес юноша, элегантно закрутив кисть.

Тонкие нити тут же сорвались с кончика палочки, пряча высокое тело целиком. Время снаружи кокона слегка замедлилось, позволяя сделать вдох и принять решение. Фред прямо из-под своей сложной защиты расчертил воздух, шмаляя в Пожирателя скрючивающим заклинанием. Мгновение и тело сжалось, камнем падая на холодные ступени.

Фред задрал голову, чтобы проверить, как дела у брата. Джордж тоже справился с нападавшим, отправив его в полет с башни. Очередной звон стекла и резкий жар. Фред только и успел, что дернуть головой, пропуская перед лицом мерцающий шар. На входе в башню появился очередной черный силуэт. Юноша не раздумывая рванул к нему, на ходу колдуя несколько ударных заклинаний.

***

Вироса-де-Кута влетела в замок через небольшое окно. Стоило черному дыму рассеяться, перед глазами растянулся длинный коридор с пустующими рамами. Не мудрено, что все живые портреты разбежались, стоило им услышать о готовящемся нападении на замок. Ночную тишину нарушали хлопки и крики где-то вдалеке. Кажется, сражения еще не успели перетечь в глубь замка. Стоило воспользоваться подобным шансом, чтобы незаметно проникнуть в подземелья Слизерин и хорошенько порыться там в поисках Крестража.

Босые ступни бесшумно ступали по мягкому ковролину, быстро неся ведьму в нужном направлении. Один коридор сменялся другим, и девушка явно начала приближаться к основным точкам битвы, или же это армия Волан-де-Морта уже успела проникнуть в сам Хогвартс. Что-то большое и тяжелое грохнуло этажом выше, заставляя Виросу замереть на пару секунд, проверяя не осыпается ли над ней потолок.

На свою удачу юная колдунья, не встретив никакого сопротивления (не считая парочки перепуганных студентов когтеврана, которые ее даже не заметили, сидя в обнимку в темном уголке за шкафом, стучали зубами), добралась до входа в подземелья.

Хогвартс признал в быстро дышащей девушке свою бывшую студентку, без проблем пропуская ее в общую гостиную змей. Там стояла гробовая тишина, даже эхо битвы не смогло попасть в столь глубокие места замка. Вироса-де-Кута (несмотря на то, что была в полном одиночестве), словно мелкий воришка, поднялась на цыпочки и торопливыми движениями отправилась в комнату, где жила вместе с Паффиной.

Спальню словно подменили. Все кровати были заняты явно младшекурсницами, на всех поверхностях были разбросаны вещи: скомканная юбка на стуле, набитая учебниками сумка на столе, тюбики и баночки на столиках, какие-то ленточки и декоративные лепесточки на полу. Вироса-де-Кута неприязненно скривилась, бросая на бардак презренный взгляд. Все же, ей очень повезло в свое время жить по соседству с одной истинной леди.

Чемодана, разумеется, на своем месте не оказалось. Несколько минут на бесполезные поиски по комнате, но стоило Виросе в очередной раз наткнуться на кучу тряпок под одной из кроватей, девушка нервно фыркнула, резко выпрямляясь.

-Акцио чемодан Дасадити, - ее твердый голос завибрировал, распугивая полумрак спальни.

Вдруг, из дальнего угла послышался скрежет, и к ведьме поторопился подъехать, скрипя ножками по деревянным половицам, большой запертый сундук. Крышка от времени покрылась пылью, а кожаные переплеты слегка выцвели, покрываясь неровным слоем желтоватых пятен.

Девушка облегченно выдохнула, приказывая крышке отвориться. Из чемодана тут же вывалились блузки и пара платьев, которые новые хозяйки комнаты не потрудились достойно сложить внутрь. Вироса-де-Кута скрипнула зубами, гоня глупую мысль об уроках для юных леди, которые явно были пропущены младшекурсницами.

Вытащив (с помощью волшебной палочки, разумеется) из чемодана всю одежду, ведьма, наконец-то, наткнулась на магическую защиту, которую сама же и ставила много месяцев назад. Барьер был в идеальном состоянии, никто, ни то, что не пытался его вскрыть, никто его даже не заметил.

Очередной облегченный выдох сам сорвался с губ, пока Вироса торопливо выводила руны над призмой, снимая щиты. Мятое серебро диадемы показалось через некоторое время, и девушка нежно опустила руку, плавно поглаживая подушечками пальцев края короны.

-Добрый вечер, папочка, - прошептала ведьмочка, проваливаясь в летний лес.

В нос ударил свежий аромат листвы, а на коже заплясали теплые солнечные лучи. Жуткая ночная тишина сменилась щебетанием птиц и шорохом массивных ветвей.

-Где ты была? - голос отца был напряженным и даже взволнованным, в отличии от его натянуто спокойного внешнего вида.

-Прошу прощения, - быстро опустившись в реверансе произнесла Вироса. - Я Вам сейчас все доложу, мой лорд.

-Лорд? - отец опешил, удивленно поднимая брови.

Дочь вела себя.. странно. Не подходила ближе, не смотрела в глаза, не торопилась подняться из этого никому не нужного приседа. И это ее “лорд” произнесенное с дрожью в голосе настораживало Тома еще больше.

-С каких пор ты называешь меня лордом?

-С тех пор, когда Вы мне приказали, - продолжая держать голову опущенной, произнесла Вироса-де-Кута.

-Я. Тебе. Ничего не приказывал, - сухо произнес отец, делая несколько шагов к девушке. - Кажется, та часть души, что осталась в реальном мире, слишком многое себе позволяет.

Темные глаза не по-доброму сверкнули, обращаясь к тому Волан-де-Морту, который умудрился настолько запугать его дочку. Том мягко опустил ладони на хрупкие плечи, слегка надавил, заставляя девочку выпрямиться. Ее худое лицо и алые глаза пугали, мягкие длинные волосы словно потеряли свои краски, а белоснежные пятна начали сливаться с общим каштаном.

-Сколько прошло времени? - почти не размыкая челюсти, произнес папа.

-Два года, - девочка смотрела на него снизу вверх, блестя влажными глазками.

-Не могу поверить, что я стал чудовищем, способным за два года изжить собственную дочь, - Том чуть сильнее сжал ладони на тощих плечах, чувствуя, как закипает злоба внутри его собственного тела. - Что произошло?

-Папочка, - проблеяла Виросочка дрожащими губами, - мне очень многое нужно тебе рассказать, но сейчас у меня нет на это времени. Ты и диадема в опасности. Позволь мне сначала тебя защитить. А после, я обещаю, я все тебе расскажу.

Отец слегка отпрянул, хмуря брови и внимательно осматривая девочку с головы до ног. У нее были холодные руки, бледное лицо и босые ступни. Пугающую картину завершало некогда прекрасное тонкое черное платье с перепачканным в земле подолом. Он определенно не хотел никуда ее отпускать. В груди стучало горячее сердце, а по плечам побежали мурашки. Там, снаружи, происходит что-то страшное, и его дочь собирается рисковать собой, чтобы защитить его жалкую душонку.

Больше всего на свете сейчас он хотел вырваться из этого леса, пряча в нем свою единственную драгоценность. Это он - Том Реддл, должен сейчас охранять маленькую девочку, а не наоборот. Но из Крестража возможно сбежать только впитав чужую душу, заняв в мире место другого волшебника.

Том сделал глубокий шумный вдох, словно пытался вобрать в себя все запахи леса, и очень неуверенно кивнул. Он напоследок покрепче сжал в ладонях хрупкие плечи и медленно отпустил девушку.

Полумрак спальни оказался таким неожиданным, что Виросе пришлось пару раз моргнуть, чтобы вновь привыкнуть к окружающей ее обстановке. Диадема послушно лежала в ладонях, охлаждая руки.

Только ведьмочка успела утвердительно кивнуть, поддерживая саму себя, как над головой что-то бахнуло. Грохот и тряска содрогнули, кажется, замок целиком. Обрушилась какая-то из стен внутри Хогвартса.

Стоило поторопиться.

Глава 42 Фред

Фред был уже достаточно далеко от своей изначальной позиции, вступая в бои на каждом квадратном метре замка. Дыхание спирало, а руки начали дрожать от спазмов. С каждым новым столкновением вспоминать заклинания становилось все тяжелее, порой палочка предательски не слушалась, криво выплевывая разноцветные лучи.

Вдруг, совсем близко к молодому волшебнику раздался грохот взрыва, одна из стен раскололась, разлетаясь во все стороны острыми камнями. Фред едва успел отпрыгнуть в сторону, чтобы не быть снесенным лавиной кирпичей. Воздух наполнился дымом и мелкой грязью, пыль поплыла перед глазами, заполняя нос, рот и легкие. Юноша согнулся, хватаясь за нижнюю часть лица руками, но было уже поздно.

На зубах ощущался песок, а язык щипало гарью. Фред принялся плеваться и откашливаться, пытаясь на ощупь найти хоть какое-то укрытие, пока пепел и грязь не улягутся. Он махнул палочкой, набрасывая на голову воздушный шар. Грохот вокруг начал отчаянно дублироваться в голове, ударяя по барабанным перепонкам внутри и снаружи.

Фред прислонился спиной к ближайшей колонне, запрокидывая голову, словно это могло помочь с дыханием. Свободная от палочки ладонь сжалась в кулак, и что-то твердое вонзилось в мизинец. Он поднял руку, распрямляя пальцы. Кольцо. Волшебный артефакт, что юноша сделал на пару с Винтербир. Поисковое украшение сверкнуло своими темными морскими цветами, издевательски напоминая о себе. Напоминая о той, которую так хотелось видеть. Но в то же время страх, что Лисичка находится сейчас где-то неподалеку, швыряясь проклятиями в его друзей и близких, приводил в ужас. Увидеть ее сейчас было бы сродни самоубийству.

Фред зажмурился с такой силой, что под веками поплыли синие и фиолетовые круги, вытесняя нежные образы прекрасной нимфы, в которую он когда-то влюбился. Пыль понемногу улеглась, и по телу пробежал ночной холодок. Юноша открыл глаза, понимая, откуда взялся этот ветер. Оказывается, рухнула одна из стен, за которой показался школьный двор. Темнота снаружи озарялась вспышками заклинаний, хлопки и крики не умолкали ни на мгновение.

***

Вироса-де-Кута бежала по ступеням сломя голову, пытаясь как можно скорее выбраться из подземелий. Мятая диадема в руке тяжелым металлом холодила пальцы, словно пытаясь удержать девушку от побега. Дыхание начало сбиваться, а пыль и грязь с верхних этажей успели осесть и сейчас медленно заполняли пространство вокруг ведьмочки, попадая в разгоряченные легкие.

Перед глазами поплыли темно-красные круги, голова кружилась от бесконечной спиральной лестницы. Вироса слегка запуталась в ногах, спотыкаясь о каменную кладку. Девушка со всего размаха влетела коленями в острые края лестницы, падая на грубые выступы грудью. Она едва успела выставить ладони вперед, защищая лицо от удара.

-Моргана! - шикнула Вироса, ощущая моментальную режущую боль в ногах.

-Хоз-зяйка в пор-рядке? - послышался тихий дрожащий голосок.

Юбка чуть задралась, и на лодыжке почувствовалось движение. Змей тонкой серебристой лентой стек с ноги Виросы, подползая ближе к ее лицу. Узкие зрачки внимательно осмотрели открытую кожу на наличие ссадин, а после маленький раздвоенный язычок едва коснулся ее щеки.

-Донумп! - охнула Вироса-де-Кута, окончательно приходя в себя. - Что ты здесь делаешь? Я думала, ты остался в маноре Малфоев.

-Нагайна с-сказала, что будет страш-шная битва, - залепетал змей. - Нагайна тоже отправилас-сь вмес-сте с-со с-своим гос-сподином.

Девушка моментально отругала себя за неосмотрительность. Она настолько привыкла, что тонкое тельце рептилии постоянно обвивает ее лодыжку, что совершенно перестала его ощущать на собственном теле. Близость Крестража создавала видимость полноценной души в одном теле, поэтому Донумп своим постоянным присутствием помогал хозяйке не лишиться чувств окончательно.

Вироса-де-Кута, превозмогая сжимающую и режущую боль в теле, кое-как поднялась на ноги, наводя на себя серьезный вид:

-Ты должен был спросить у меня дозволения, перед тем, как отправляться вместе со мной.

-Прош-шу.. прощ-щения.. х-хозяйка, - Донумп виновато опустил голову, пряча от Виросы бусинки глаз.

-Говоришь, что Нагайна рядом с отцом? Можешь найти ее? Мне срочно нужно к Лорду, - девушка сжала в ладошке диадему, быстро прикидывая дальнейший порядок действий.

-Донумп найдет Нагайну, - оживился змей, начиная волнисто подниматься по лестнице.

Ведьма так и не смогла понять, что за удивительная связь была между двумя рептилиями, и как им удавалось находить друг друга, где бы оба не находились. Но и сейчас времени на то, чтобы разбираться в волшебных свойствах живых Крестражей, не было, поэтому Вироса-де-Кута просто доверилась змею, поспешила за ним на выход из подземелий.

Серебристая ленточка выбралась из темноты лестничных проемов в полумрак одного из залов Хогвартса. Вокруг не осталось ни единого живого места: разбитые вазы, сломанные рамы с черными полотнами, грязные колонны, и огромная дыра вместо стены. Каменные обломки гигантской горой лежали у кривого проема, позволяя рассмотреть весь ужас битвы, бурлящей на призамковой территории. Один из троллей, буяня, сносил своим металлическим жезлом крыши с переходов; акромантулы бросались на волшебников без разбора, вонзая в тела свои острые лапы; несколько дементоров бились о поставленную кем-то призму Патронуса.

Девушка не могла отвести взгляд от искаженных болью и страхом лиц, медленно передвигая ноги. Осколки и камушки резали босые ступни, а колени жарило вытекающей из ран кровью. Она вновь, как тогда в Министерстве, словно выпала из своего тела, оставаясь лишь наблюдателем всего происходящего хаоса.

Донумп уверенно полз к разрушенной стене, намереваясь вывести обоих наружу. Кажется, змей и думать забыл о том, что его хозяйка гораздо больше его самого, и она не сможет также быстро и незаметно проскользнуть через все это грохочущее поле битвы.

***

Фред сначала подумал, что у него помутнение рассудка, что дым и грязь, которыми он надышался, попали в мозг, отравляя, вызывая галлюцинации. Его волшебная Лисичка плыла по холлу, зачарованно смотря на дыру в стене. Юноша несколько раз плотно зажмурился, пытаясь сбить наваждение, но его прекрасная нимфа никуда не пропадала, только становилась все четче, наполняясь деталями.

Легкое черное платье было разорвано, рукава и корсет в желтовато-серых разводах и пятнах, а тонкие ноги, что виднелись сквозь разрезы на юбке, были покрыты темными синяками и тонкой сеточкой кровоточащих ран.

Без всяких сомнений в нескольких метрах от Фреда куда-то медленно брела Вироса-де-Кута. Взмыленные каштановые кудри торчали в разные стороны, а белоснежные пятнышки обрели пепельно-серый оттенок, покрытые слоем затхлой грязи.

Фред, как и всегда, загипнотизированный молодой ведьмой, не отдавая себе отчета, сделал пару шагов из своего укрытия. Вироса, заметив постороннее движение, замерла и, словно нехотя, перевела на него взгляд своих жутких кровавых радужек.

Она была шокирована не меньше, чем юноша. Нежные розовые губы слегка приоткрылись, а в глазах сверкнул испуг.

-Ты.. все же здесь.. - прошептал Фред, забывая делать вдохи.

-Я.. уже ухожу.. - слабо двигая губами, произнесла Лисичка. - Пожалуйста, отпусти меня..

В рубиновых глазах показались слезы. Ее губы задрожали, а бровки поползли вверх. Такая хрупкая и беззащитная. Истерзанное тельце застыло напротив, умоляюще заглядывая в теплые карие глаза.

Что-то оглушающе застучало в широкой груди. “Отпустить?” - словно пущенная из лука стрела, это слово пронзило голову.

-Отпустить? - монотонно повторил Фред.

Нет уж. Он не был готов ее отпустить. Не после того, как она таким извращенным, отвратительным способом предала его чувства. Не после того, как она заявилась в Хогвартс на стороне Того-кого-нельзя-называть. Не после того, как Лиса попалась ему на глаза в самый разгар битвы.

Сердце разрывалось от боли, и древко родной палочки начало кусать пальцы. Жар разносился по венам, вонзаясь в висок тысячами игл. Любимая предательница стояла перед ним, жалобно поджимая губы и сверкая мокрыми глазами, пока кости ломило от обиды и злости. В горле запершило:

-Отпустить? - гораздо громче повторил Фред, двинувшись вперед.

Вироса испуганно дернула плечами, неосознанно делая крохотный шаг назад. Этот незначительный жест вывел юношу из себя, словно пощечина.

Так она еще и боится его? Натворила дел, за которые никогда не сможет вымолить прощения, и пятится, словно маленькая девочка?

-Я должен сейчас тебя просто отпустить? - рявкнул Фред, сгибая в локте руку с палочкой.

Красные глаза округлились, и тельце напряглось. Вироса покрепче схватилась за свою волшебную палочку, резко дергая руку вверх. Кончик древка почти уткнулся в широкую грудь. Это стало последней каплей масла, упавшего в беснующийся огонь. Фред открыл рот, неказисто выдыхая, искривил губы в диком подобие оскала.

-Вот, значит, как, - выплюнул он, рассматривая дрожащие пальчики перед собой.

-Пожалуйста, - взмолилась Вироса, делая еще один крохотный шаг назад, шаркая босыми ногами по грязному полу.

-Теперь уже точно - нет, - фыркнул Фред, угрожающе наклоняя голову.

С длинных ресниц сорвались крупные капли соленых слез. Влажные дорожки разрезали бледную кожу, прячась под подбородком. Оба замерли друг перед другом с палочками наизготовку, но ни один не мог начать. Словно загнанные друг другом дикие звери, выжидающие, у кого первым сдадут нервы. Потому что тот, кто ударит первым, уже точно никогда не сможет взглянуть другому в глаза.

Шумные резкие вздохи становились громче магических ударов снаружи. И в тот самый момент, когда мир вокруг принялся тускнеть и исчезать из вида, над головой раздался писклявый птичий крик. Фред и Вироса моментально отвлеклись, задирая головы. Статный беркут кружил под потолком, распластав длинные крылья.

-Винтербир!

-Паффи!

Одновременно крикнули оба. Фред тут же счел появление слизеринки за новую угрозу, окрестил знакомую очередной предательницей, выступающей на стороне Темного Лорда. Одновременно с его забулькавшей злобой, раздался протяжный выдох облегчения. Вироса-де-Кута следила за порхающей подругой, не отводя от птицы взгляда.

Озлобленное решение было принято моментально. Фред разрезал воздух рукой, швыряя в беркута мощное оглушающее заклинание. Паффина умудрилась увернуться, обиженно гаркнула своим птичьим голосом и сделала очередной кульбит в воздухе, заходя на очередной круг над головами молодых людей.

Выставленные вперед лапы своей близкой (и, вообще-то, единственной) подруги заметила и Вироса-де-Кута. Девушка чуть присела, отвела руку назад и, хорошенько размахнувшись, из последних сил что-то швырнула в воздух. Серебристый крупный обруч блеснул в воздухе и со звоном вонзился в когтистые лапы беркута.

Птица еще раз пискляво взвизгнула, ударила крыльями, разгоняя пыльный воздух, и вылетела через разбитое под потолком окно. Мгновение тишины, нарушаемое грохотом битвы, дало Фреду всего секунду на осознание. Вироса-де-Кута сейчас передала то самое “что-то небольшое, принадлежащее одной из основательниц Хогвартса Кандиде Когтевран” - о котором говорил Гарри некоторое время назад. Лисица только что спасла из замка Крестраж Темного Лорда, и Винтербир, будь она проклята, помогла ей с этим.

Фред крутанул головой в сторону тяжело дышащей девушки, занимая уверенную боевую стойку. Его всего распирало от ненависти и досады. Он отчитывал себя за неосторожность, за тупую надежду, за эту дьявольскую влюбленность в хрупкую леди перед собой. Прямо у него на глазах она предала его еще раз. Некогда с ней церемониться, нужно срочно перехватить Винтербир, рассказать обо всем Гарри, уничтожить Крестраж.

Колдун ударил первым. С кончика волшебной палочки слетело ядовитое проклятие пропитанное всей той горечью, что терзала его изнутри. Вспышка просвистела в воздухе, попадая прямо в резко поднятую волшебную палочку. Вироса-де-Кута успела в последний момент среагировать на удар, блокируя гневную размашистую атаку.

Их взгляды вновь встретились. Горячий терпкий чай столкнулся с бледными засохшими пятнами крови. Он зол. Она растерянна.

-Как ты могла так поступить? - крикнул Фред. - Почему ты сражается на стороне зла?

-Зла? - удивленно пробормотала девушка. - На этой стороне мой отец..

-Темный Лорд? - перебил ее колдун. - Серьезно называешь его отцом? Того, кто только и делает, что разрушает и убивает?

-Если бы ты только дал мне время все объяснить..

-У тебя была целая куча времени, - упрекнул Фред, вновь занося палочку для удара. - Сейчас это уже не важно.

Очередная извилистая молния соскочила с его древка вонзаясь в неказистый щит ведьмочки. Фред принялся уверенно размахивать волшебной палочкой, бросая в худую фигуру новые и новые заклинания. Его лицо перекосило от ярости, а перед взглядом плыла мутная пелена. Вироса-де-Кута обжигала свои щеки горячими слезами, слабо отбиваясь и пошатываясь, отходила назад.

Очередной выброс ярко красного луча вогнал девушку спиной в колонну, пока Фред, раздувая ноздри, в безумном порыве готовился ударить чем-то едким и жалящим. Как вдруг, черная тень мелькнула справа от них обоих. Молодые люди были так заняты собственными переживаниями, настолько глубоко уходя в тоску и разочарование, что не заметили, как мрачный туман съежился, обращаясь высоким человеком с русыми кудрявыми волосами.

Пожиратель Смерти по имени Август Руквуд - один из верных и наиболее агрессивных сторонников Темного Лорда, замер, наблюдая интересную картину. В парочке молодых волшебников легко было узнать поссорившихся влюбленных: рука у рыжеволосого юноши дрожала при каждом взмахе, давая девушке возможность успеть защититься; в то время как молодая ведьмочка, не сдерживаясь, рыдала, пытаясь взглядом проникнуть в душу любимого. Это забавляло.

Руквуд фыркнул, задорно ухмыляясь. Вокруг война и разруха, крики и вопли, сломанные кости и лужи крови; а эти двое выясняют отношения, не обращая никакого внимания на то, что происходит за пределами их тел. Пусть будет по-вашему, не можете договориться, но изо всех своих душевных сил жаждете остаться вместе - хорошо. Пожиратель бесшумно двинулся подальше от парочки, вознося руки к потолку. Словно черный ангел смерти, Август Руквуд принял на свои плечи задачу - подарить возлюбленным покой.

Довольный своей безумной идеей, Пожиратель захихикал, напрягая плечи и сжимая челюсти, сколдовал самое мощное разрушительное заклинание, которое всплыло в его безумной голове. Его волшебная палочка завибрировала, стреляя в потолок ядовито-желтым лучом. Камень над головами молодых людей затрещал и разломился, с неистовым грохотом обрушиваясь на ведьмочку и колдуна. Валуны посыпались один за другим, потолок опадал, словно зимний снегопад, погребая под собой молодых людей.

Августа разорвало от хохота. Счастье за горе других расплылось на его лице звериным оскалом, а низкий голос смешался с грохотом камней. Стоило колонне, к которой спиной прижималась Вироса-де-Кута, развалиться, словно детская пирамидка, Пожиратель довольно кивнул, неизвестно кому поклонился и прыгнул в черный туман, исчезая из разрушенного до основания зала.

***

В голове звенело, а тело ломило от боли. Кажется, у нее сломано несколько костей. Одно из ребер, наверное, расщепилось, влетая осколками в сердце, потому что оно слишком слабо билось и слишком сильно ныло от каждого едва различимого удара. Перед взглядом все плыло, пыль и грязь резали слизистую, оседая на ресницах и придавливая их своим невероятным весом, не давая открыть глаза.

Всю левую часть тела придавило камнями. Через несколько мгновений после того, как Вироса очнулась, она поняла какую же адскую боль испытывает. Девушка едва могла шевелить правой рукой, пытаясь нащупать пальцами волшебную палочку. Древка не было. Подушечки медленно ползли по острым песчинкам, двигаясь на несколько сантиметров по сторонам. Палочку выбило у нее из рук, а значит и применять Левиосу или хотя бы минимальные залечивающие заклинание придется без нее.

Вироса-де-Кута попыталась оторвать голову от грязного, разбитого камнями, пола, выдыхая. Воздух, вырвавшийся из приоткрытого рта тут же поднял тучу коричнево-серой пыли, что вновь налипла на потный лоб и щеки, залетая в ноздри. Хотелось кашлять и плеваться, но сил хватило лишь на то, чтобы едва проехаться разбитой щекой по твердым мелким камушкам.

Среди полумрака завала и грязного, пыльного цвета крупных кирпичей почудилось что-то знакомое. Тяжелая, пульсирующая голова принялась с трудом восстанавливать последние события. Она. Он. Их столкновение. Его магические удары. Ее слабая защита. Гнев и слезы.

Фред!

Рыжие волосы, полностью покрытые серой крупной пылью, неподвижно лежали совсем близко к ее лицу. Юноша был завален камнями даже плотнее, чем она сама. Фред лежал на животе, придавленный большим валуном, левая рука неестественно вывернута, а длинные ресницы плотно сомкнуты. Он был бледен, почти сливаясь с окружающими его мрачными красками.

Раненое сердце внутри сломанной грудной клетки Виросы начало подавать куда больше признаков жизни. Это даже слегка позабавило - ради хозяйки стучать не хотело, но как только девушка заметила Фреда, сердце тут же принялось работать усерднее, будто желало таким нелепым образом перекачать в него свою кровь, поделиться жизненной энергией.

“Поделиться энергией?”

Вироса-де-Кута тяжело сглотнула, пытаясь заметить хоть какое-нибудь движение со стороны юноши. Тот, кажется, не дышал. Паника тонкой сеткой принялась опускаться на ее тело.

“Передать свою жизненную силу?”

Ведьмочка замерла пытаясь не дышать, лишь бы услышать, бьется ли чужое сердце. Но грохот битвы, пульсация в раскалывающейся голове не позволяли различить хоть что-нибудь, кроме шума собственной крови, бегущей по венам.

“Отдать себя, чтобы спасти его?”

Мысли сталкивались друг с другом в ноющем сознании, разбиваясь и разлетаясь в щепу. Их осколки влетали в мозг причиняя новую и новую боль, заставляя девушку скулить от пронзающих спазмов.

“Спаси его. Ты же знаешь как.”

Дыхание участилось, с шумом поднимая перед лицом дымку пепла и пыли. Вироса-де-Кута вновь попыталась двинуть правой рукой, стараясь переместить пальцы немного ближе к бледным губам и носу Фреда.

“Спаси его, Вироса! Начерти руну!”

Глаза сами собой закрылись, пряча под веками жар. Маленькая девочка внутри жалкого искалеченного тела лупила своими кулачками по сломанным костям, вопя от страха, заливаясь жгучими слезами. Она была в кандалах, сидела на привязи слишком долго; и теперь, видимо, ненависть ко взрослой себе была столь велика, что малышка Виросочка, освободившись, наконец, от своих цепей, была готова пожертвовать неправильной версией себя, только бы спасти единственного реального человека, который ей до безумия нравился.

-Хорошо, - беззвучно двигая губами, согласилась с крохотной собой Вироса-де-Кута.

В конце-концов, у нее есть Донумп - Крестраж, которым она воспользуется, чтобы вернуться к жизни. Сейчас у нее есть шанс извиниться перед Фредом за всю ту боль, что она ему причинила. Исправить хотя бы крупицу своих злых и холодных действий. Пусть это будет считаться искуплением.

Странная руна, с которой все началось, которая не давала ей покоя, секрет которой раскрыл портрет сэра Навелюкс, пульсирующим пятном появилась в голове.

Родная волшебная палочка так и не нашлась. Что ж, природная магия, сейчас самое время доказать, что хоть в чем-то Волан-де-Морт был прав, и ты действительно существуешь и помогаешь колдунам. Хогвартс, волшебное место, твоя помощь тоже будет не лишней. Кровь, что досталась от великого мага - Салазара Слизерина и от древней чистокровной семьи Дасадити - выжимай из себя все, что копила столько лет.

Тонкие пальчики, перепачканные грязью и пылью двигались нехотя, дрожали и сопротивлялись ее действиям. Вироса-де-Кута использовала все свое мужество, все свои душевные и магические силы, вкладывая их в старинную, всеми забытую руну, дарующую жизнь одному, за счет души другого.

***

Темнота. Черное, непроглядное нечто засасывало его столь стремительно, что Фред чувствовал, как падает, не имея ни малейшего шанса ухватиться. Он барахтался в пустоте, пытался кричать, звать на помощь, но тьма сожрала любые его попытки вырваться. Он открывал и закрывал рот, глупо пытаясь выдавить из себя хотя бы звук.

Отчаяние затопило его, пробираясь в грудь, раздирая плоть своими когтями. Фред понял - он умирает. Душа медленно вытекает из тела, бросая все, что он не успел сделать в своей жизни на самотек. Отчаяние сменил страх, затем пришли злость и сопротивление. Но как бы яростно он не сражался, юношу утаскивало все глубже во тьму, убивая на корню любые попытки спастись.

Жуткая бесконечная и абсолютно черная ночь принялась холодить и замораживать его пальцы. Ноги постепенно дубели, грудь сковывало. Наверное, нет больше смысла драться. Наверное, пора смириться с тем, что последнее, что Фред сделал в этой жизни - это швырял в свою возлюбленную темные заклинания.

Юноша закрыл глаза, проклиная себя, отдаваясь на милость всепоглощающей темноте. Но стоило ему перестать бороться за себя самому, что-то крохотное и теплое коснулось его солнечного сплетения, принимаясь за отвоевывание Фреда у смерти. Их сражение было недолгим. Не успел молодой колдун вновь открыть веки, как все уже закончилось. Теплая кроха, кажется, победила.

Над головой послышался грохот и чужие взволнованные голоса. Тело пронзила такая боль, словно ему без остановки ломали все кости разом. Дышать было слишком тяжело, юношу зажало между двух плит и продолжало расплющивать его грудь, пытаясь соединить ребра с позвоночником.

Он заскулил, взвывая от боли. Глаза с трудом открылись, демонстрируя уродливую картину. Валуны, камни, пыль, мусор окружили его со всех сторон, давили на его тело, намереваясь задушить. Сверху чувствовалось движение, плита, которая вдавливала Фреда в пол, начала медленно двигаться, причиняя дополнительную боль. Юноша попытался пошевелиться, едва дергая пальцами на правой руке (левую он не чувствовал совсем).

Но стоило ему ухитриться и повернуть немного голову, скребя виском по камням, Фред на пару мгновений забыл, что его тело изломано и разодрано. Совсем рядом с ним лежало бездыханное тельце. Совершенно серое лицо с едва приоткрытыми глазами. Рубиновые радужки потухли, а на щеке виднелась тонкая уже высохшая дорожка от слез.

Его Лисичка.

Вироса-де-Кута отказалась под завалами рядом с ним, умерщвленная гигантскими обломками потолка.

Валун, что прижимал Фреда к полу, был сдвинут, а голоса стали громче. Оказывается к нему на выручку пришли папа с Джорджем. Они были чумазые и запыхавшиеся, крутили своими волшебными палочками в воздухе, быстро освобождая юношу, тут же залечивая первые попадающиеся на глаза раны.

Пока его вытаскивали из-под обломков, Фред ничего не мог понять. Перед глазами остановилась бледная темная картина с серым лицом и приоткрытыми разбитыми губами. Мертвая Лисичка, чье маленькое тельце тоже достали на свет.

Сломанные кости сопротивлялись его движениям, а гудящий в голове шум не давал услышать, что говорили отец и брат. Все, на чем был зациклен его взгляд - это бездыханная любимая девушка со вьющимися каштановыми волосами и маленькими бледными пятнышками, словно звезды на ночном небе.

В груди хрустнуло. То ли очередная кость не выдержала веса тела, то ли это его некий внутренний стержень, который отныне более не восстановить.

***

Драко был в замке в тот момент, когда всем послышался голос Темного Лорда:

“Вы храбро сражались. Лорд Волан-де-Морт умеет ценить мужество. Однако вы понесли тяжёлые потери. Если вы будете и дальше сопротивляться мне, вы все погибнете один за другим. Я этого не хочу. Каждая пролитая капля волшебной крови - утрата и расточительство. Лорд Волан-де-Морт милостив. Я приказываю своим войскам немедленно отступить. Я даю вам час. Достойно проститесь с вашими мертвецами. Окажите помощь вашим раненым.”

Часа было вполне достаточно, чтобы насмотреться на все ужасы разрухи, что остались после кровавой бойни в замке. Драко старался не попадаться студентам и педагогам на глаза, старательно прижимался к стенам и прятался за колоннами, медленно продвигаясь к главному выходу.

Гнетущая вина и усталость колотили его в грудь, сбивая дыхание. Со стороны Большого Зала слышались стоны и плач, словно сотни людей собрались вместе, чтобы завывать песню о горе и утратах. Юноша аккуратно заглянул в открытые двери, прячась за створкой.

На полу лежали тела, кого-то успели прикрыть простынями, других же оставили лежать серыми лицами вверх. Их глаза походили на мутные стекла, словно глаза полусгнившей рыбы, а губы расползлись в стороны, как просроченное желе. Драко скривился, хватаясь ладонью за рот, поспешил отвести взгляд от мертвецов.

Совсем рядом от бездыханных тел тряслись, кусая губы раненые волшебники. У многих были серьезные повреждения, сломанные руки, выбитые челюсти и разрезанные вдоль грудные клетки. Мадам Помфри порхала между ними, искусно вращая палочкой в своей руке, передавая эликсиры и заживляющие мази помогающим ей домашним эльфам Хогвартса. Ведьма уверенно выполняла свою работу, словно ее оглушили и ослепили, иначе не объяснить, как она могла спокойно воспринимать крики боли и видеть вывернутые наизнанку мышцы.

По телу пробежала нестройная волна мурашек, и Драко отвернулся от раненных. Те, кто были в относительной целости заняли места по периметру Большого Зала, разбиваясь на небольшие группки. На глаза тут же попалось большое скопление рыжеволосых. Уизли всем составом тихо перешептывались, бросая тяжелые, озадаченные взгляды на одного из близнецов.

Драко за столько лет так и не научился их различать. Фред и Джордж для него были единым организмом, который предпочитал тупые забавы учебе. Но, если бы Драко сегодня впервые с ними познакомился, он бы точно запомнил кто из них кто. Потому что Джордж, хоть и был побит, измазан сажей и тяжело дышал, выглядел все равно гораздо лучше своего брата.

Лицо Фреда было сродни тем, которые сейчас закрывались белыми простынями. У него был ровно такой же пустой взгляд и серое лицо, будто юноша превратился в каменную статую. Памятник лишению. Фред сидел на полу, бестактно протянув ноги, руки обмякшими тряпками висели по бокам. При нем не было волшебной палочки. Будто несуразная гигантская игрушка, из которой выпотрошили весь поролон, юноша сдулся, медленно клоня подбородок к груди.

Вдруг, со стороны главного входа послышался шум. Гул задорных голосов и удары, словно победные барабаны. Драко оторвался от двери, делая несколько шагов в сторону двора. По широкому главному мосту к замку двигались Пожиратели Смерти и егеря во главе с Темным Лордом. Юноша икнул, кончики пальцев обледенели, а предплечье тут же ошпарило ядом метки.

Все, кто еще был в силах стоять на ногах, потянулись на выход из Хогвартса, на встречу со своим захватчиком. Стоило Лорду остановиться, театрально обводя своих новых слуг кровавым взглядом, Драко понял - это конец. Чуть дальше от змееподобного мага стоял полувеликан - Хагрид, закованный в тяжелые цепи, держал на своих огромных ручищах тощее тело.

-Гарри Поттер МЕРТВ, - с невероятным удовольствием озвучил Темный Лорд, демонстративно ведя рукой в сторону Хагрида.

Полувеликан, не сдерживая слез, тряс головой, заливая соленой водой лицо юноши на своих руках.

Плотоядная Нагайна зашипела от удовольствия, сползла с плеч своего хозяина на брусчатку. Рядом с ее огромным чешуйчатым телом, откуда ни возьмись появился небольшой серебристый змееныш. Две рептилии угрожающе открывали клыкастые пасти, проползая ближе к обескураженной толпе. Многие, кто доблестно защищал Хогвартс, начали шмыгать носами, кто-то открыто заплакал. Ведущие руки, что держали палочки наготове, начали опускаться.

-Гарри Поттер мертв, - повторил Темный Лорд, делая пару шагов вперед. - И с этого дня вы будете подчиняться только мне. Пришло время вам признать меня. Присоединяйтесь или умрите.

Колдун замолчал, рассматривая перепуганные несчастные лица перед собой. Но несмотря на пробирающий до костей ужас, в защитниках зарождалось кое-что еще - ненависть. Злость. Многие гордо поднимали головы, выставляя вперед подбородки. Никто не ответил на призыв темного мага. Как вдруг из толпы Пожирателей послышался хриплый напряженный голос:

-Драко.. - отец трясся и дрожал, неуверенно протягивая руку по направлению к сыну. - Драко.

Но юноша не мог. Не после того, что он увидел в стенах замка. Не после того, как Поттер спас его во время вторжения. Не после того, как он не нашел чертову диадему, за которой его отправил Темный Лорд.

-Драко, - уверенный голос мамы тут же вытеснил все, что шуршало под коркой юноши, - выходи.

Сопротивляться ее теплым глазам было невозможно. Нарцисса кивнула сыну, твердо держа в руке свою волшебную палочку. Драко редко видел мать стойкой, особенно после того, как в их жизни появился Темный Лорд. И сейчас среди обломков и крови ее уверенность была неожиданным подарком для юноши. Решением, которое, слава Салазар, приняли за него.

Юноша аккуратно спустился, проходя к родителям, прячась за их спинами от гневных взглядов своих бывших сокурсников и преподавателей. Как вдруг, следом за слизеринцем, вперед зашаркал неуклюжий Невилл Долгопупс. Гриффиндорец лишь скользнул взглядом по Драко, переводя все свое внимание на Темного Лорда, словно совсем того не боялся.

-Я хочу кое-что сказать, - Невилл сильно сжал в руках шляпу, в которой с трудом узнавалась та самая остроконечная Распределяющая Шляпа, которую надевали на головы первокурсникам на церемонии распределения. - Это не важно, что Гарри умер. Люди умирают каждый день. Да, сегодня погиб Гарри, но он все еще с нами, как и все, кого мы сегодня потеряли. Они погибли не напрасно. В отличие от тебя, - юноша ткнул пальцем в воздух в сторону змеевидного мага, с силой сжимая зубы. - Потому что ты ошибаешься! Сердце Гарри билось за нас, за всех нас. Ничего еще не кончено.

Кажется, длинная речь хромого гриффиндорца утомила змей, которые вились неподалеку от его ног. Нагайна сжалась, выбрасывая свою огромную голову вперед, разинула пасть, плюясь ядом. Тут же, словно второй заряд поменьше, на Невилла бросился и второй змееныш, повторяя за своей подружкой.

Но вместо пронзительного крика боли, в это мгновение послышался звон металла. Долгопупс вытащил из старой и рваной Распределяющей Шляпы сверкающий меч. Длинный клинок мгновенно обернулся в воздухе, разрезая пространство.

Две змеиные головы отлетели в сторону все с теми же распахнутыми пастями, клыками вперед. Неуклюжий Невилл убил страшилу-Нагайну и ее белоснежного дружка.

________

Уважаемые читатели!

До конца этой работы осталось всего две главы! Как вам такая новость? Не хочу, конечно, спойлерить, но все же скажу: Очень советую подписаться на тг - @sky_fox_lord Совсем скоро узнаете, зачем :)

Огромное спасибо вам за чтение, за лайки и комментарии - это очень поддерживает во время написания! Буквально последний рывок, и мы все вместе узнаем, чем же закончится "Дочь".

Глава 43 Это началось 25 мая

ВНИМАНИЕ! Вы приступаете к чтению ПРЕДпоследней главы. ОБЯЗАТЕЛЬНО прочитайте информацию после этой части.

______

Это началось 25 мая. Сразу после того, как Фред разрешил себе снова понемногу есть и хоть иногда выходить из комнаты. Последствия войны были столь ужасными, что юноша предпочел не слушать никакие новости, ни с кем не общаться, запираясь заклинаниями, прячась под одеялом и вопя в подушку.

Тот-кого-нельзя-называть мертв. Фред видел это собственными глазами. Гарри, как оказалось, прикидывался, лежа на руках у Хагрида, чтобы одурачить Лорда и собственноручно лишить его жизни. Темного мага расщепило ярким ударом молневидного заклинания, что в него пустил Гарри. Змеиная чешуя отвалилась, высохли глаза, оставляя пустые черные глазницы, вывалился гнилой язык, и высокое безносое тело захрустело, свалилось к ногам юноши грудой желтоватых костей.

Победа. Мракоборцы вернули Министерство под свой контроль меньше чем за неделю. Многих Пожирателей отловили и уже успели казнить, других все еще ищут. Хогвартс восстанавливают добровольцы, в числе которых многие выпускники и старшекурсники. Порядок в стране медленно, но верно собирается заново, даже Джордж уже успел изловчиться, заказав новые партии поставок во “Всевозможные волшебные вредилки”.

Вот только Поттер все никак не может успокоится. Фред даже через запирающие заклинания в своей комнате слышит, как юноша приходит в гости к Рону или Джинни, из раза в раз заводя свою шарманку: “Остался еще Крестраж, тот, что мы не смогли найти в Хогвартсе. Лорд может воскреснуть!”

Фреда начинало мутить каждый раз, стоило услышать эту фразу. Он-то прекрасно знал, как выглядит последний кусок души ужасного чародея. Даже знал, у кого он припрятан. Но ничего не мог с этим сделать. Не мог и не хотел. Прийти к Винтербирам тоже самое, что самому себе пустить в голову Аваду (брат и сестра ни за что не простят ему смерть Виросы); а отправить к шотландцам того же Поттера - равносильно предательству. Еще одному предательству его Лисички, которая решила, что скорее погибнет, чем отступится от отца.

Глаза вновь запекло, а в горле образовался ком, который сложно было вытолкнуть даже отчаянным воплем.

В комнате стало слишком душно, летнее солнце раскаляло деревянный пол так, что от него поднимался пар, обжигающий ступни. Открытая створка не спасала, ветер, словно нарочито, избегал комнату Фреда, заставляя его мучаться, обливаясь потом.

Юноша поднялся на ноги, голыми ступнями шаркая по полу к выходу. Он брел по дому, минуя расшумевшихся Рона, Гермиону, Гарри и Джинни. Игнорируя взгляд отца, который следил за бледным сыном из-за “Ежедневного пророка”. Мама, услышав неспешные шаги, резко обернулась, открыла было рот, чтобы предложить сыну что-нибудь вкусного, но успела сдержаться, замечая его выражение лица.

Фред скользнул глазами по высоким часам, находя на циферблате стрелку с лицом близнеца. Джордж, естественно, был в магазине, усердно работая за них двоих.

Двор встретил молодого человека нежным ветерком, словно прохладные ладошки погладили его лоб и щеки. Ноги сами понесли прочь от дома, ближе к теням, ближе к деревьям. Небольшая роща едва ли напоминала Запретный Лес у Хогвартса, но стоило Фреду ступить под кроны и глубоко вдохнуть ароматы зелени, услышать тихие пения птиц, с него словно слетели давние ржавые оковы.

Он расправил плечи, откидывая голову назад. Легкая улыбка сама обозначилась на потрескавшихся губах, а под закрытыми веками едва танцевали рыжие и желтые пятна. Сердце больше не барабанило в виски, пальцы не дрожали, и грудь плавно поднималась и опускалась, наполняясь чистым воздухом рощи. “Здесь, пожалуй, я и останусь,” - мелькнула смешная мысль, заставившая Фреда фыркнуть. Никогда раньше он не замечал за собой подобного трепетного отношения в лесам и природе в целом.

-Слиш-шком крупный, - послышался снизу шепот.

Фред подумал, что ему почудилось, но все равно открыл глаза, опуская голову, пытаясь найти незваного гостя. Рядом были лишь щуплые кустарники, дрожащая от ветерка трава и худые стволы лиственных деревьев.

-Надо много яда-а, - тот же глухой голосок откуда-то из ближайших кустов.

Юноша присел на корточки, аккуратно раздвигая тонкие колючие веточки кончиками пальцев. Оказалось, что там, прижавшись к земле, скрутился небольшой змей, цветом напоминающий грязную почву и жухлые листья.

-Наш-шел меня-я, - высовывая язык, прошипела недовольная рептилия.

-Ты кто? - удивился Фред, пытаясь распознать в змее анимага.

-Я не знал, ш-што ты змееус-ст, прос-сти, - рептилия приподняла голову, испуганно сверкнув глазками.

Только юноша попытался проанализировать фразу, над головой послышался звонкий пикирующий птичий крик. Змееныш скрылся моментально, теряясь среди травы и листьев. Фред крутанулся на звук, падая на заднюю точку, едва успел выставить перед собой руки, как в его ладони вонзились острые коготки, а глаза защипало от резких ударов крыльями.

Крупный и очень разгневанный беркут пытался удержать свою “добычу” лапами, подключая к делу крючковатый клюв, щипая юноше пальцы. Длинные перья разрезали пространство, словно тонкие кинжалы, отправляя грубый воздух в лицо перепуганному юноше.

-Успокойся! Хватит! - закричал Фред, пытаясь скинуть птицу со своих рук.

На это беркут еще раз пискляво крикнул, злобно клюнув юношу в мизинец. Послышался короткий стук, и птица, наконец, успокоилась, прижала крылья к телу. Оказалось, клюв угодил прямо в темно-зеленое кольцо, артефакт, что должен был тянуть Фреда к Виросе, неосознанно доставляя его к любимой, словно зелье удачи.

В груди вновь кольнуло длинной иглой. Юноша моментально изменился в лице, уголки губ упали, а глаза потухли, мрачнея. Беркут переступил с лапки на лапку, вопросительно дергая пернатой головой.

-Прости, Винтербир, - задушено глухо произнес Фред. - Ее больше нет.

Птица никак не отреагировала, продолжая пучить свои черные бусинки и так же крутить головой, ища лучший ракурс, чтобы рассмотреть весь спектр эмоций на побелевшем лице.

-Ты не поняла меня? - бросая на беркута взгляд исподлобья, рыкнул Фред. - Вироса погибла тогда в Хогвартсе.

На это Паффина отреагировала гораздо охотнее: резко расправила крылья, звучно удаляя ими по своему телу, разинула клюв и, воинственно задрав голову, визгнула.

-Я видел ее своими глазами! - споря с кричащей птицей, выпалил юноша. - Держал ее тело на своих руках!

Беркут вонзил свои когти во влажную ладонь, до крови раздирая кожу. Тонкая красная струйка потекла из раны, болью приводя юношу в себя. Он шикнул, в очередной раз дергая рукой, ненароком поднося птицу ближе к лицу. Как вдруг Винтербир слегка откинула пернатую голову и клюнула его в лоб со всей своей птичьей силой.

Удар, на удивление, был невероятно болезненным. Тошнотворно закружилась голова, и живот скрутило неприятным спазмом. Фред понял, что беркут трансгрессировал их обоих только после того, как все уже закончилось.

-Дурная? - икающе попытался прикрикнуть на птицу юный маг. - О таком предупреждать надо.

Молодой человек принялся подниматься на ноги, но его знатно мотнуло в сторону. Светлое помещение, в котором он оказался вращалось, превращаясь в карусель. Прохладный пол под ногами, словно танцевал в такт его неказистым движениям, а стены то приближались, то отдалялись, плюща юноше сознание.

Фреда повело в сторону, и он четко ощутил, как падает (хотя еще не до конца разобрался где низ и верх). От неминуемого краха об жесткую поверхность пола его спасли твердые широкие ладони. Кто-то уверенно сжал его плечи, удерживая в вертикальном положении.

-Да пусть грохнется разочек, - послышался знакомый недовольный голос Винтербир, - может, рыжие мозги на место встанут.

-Сейчас не время, Паффи, - гораздо ближе раздался холодный монотонный упрек ее брата.

Молодой лорд Винтербир, аккуратно придерживая Фреда, помог ему опуститься на мягкий диван. Светлая гостиная медленно начала тормозить, обретая четкость. Рядом раздался хлопок, и к босоногому гостю протянулись щуплые ручки эльфа. Домовой подал Фреду высокий стакан с чистой холодной водой. В пару глотков юноша осушил его, наконец, окончательно приходя в себя.

Он оглянулся, растерянно осматривая обстановку широкой комнаты: красивый большой камин, живые картины пейзажей, высокие книжные шкафы и огромные, во всю стену окна, за которыми маняще шептали массивные кроны деревьев.

-Видами наслаждаться будешь после, - фыркнула Паффина, усаживаясь в кресло напротив Фреда. - Где Вироса, я тебя еще раз спрашиваю?

-Я тебя уже ответил, змеюка! - шикнул на нее молодой маг, получая предупреждающий взгляд в висок от Паффиана. - Она погибла во время битвы за Хогвартс.

-Врешь, грифф! - гаркнула девушка, подскакивая на своем месте, но ее тут же остановил брат, немного приподнимая ладонь.

-Вы оба только успели прибыть, а уже действуете мне на нервы, - ледяной голос молодого лорда тонким инеем разошелся по гостиной. - Мистер Уизли, ты уверен, в том, что говоришь?

-Да, сколько можно повторять? - скрипя зубами и сжимая кулаки, выдавил Фред. - Я видел ее бездыханное тело. О чем еще может быть речь?

-К нашему, я думаю, общему счастью, ты ошибаешься в том, что мисс Дасадити нет в живых, - спокойным тоном ответил на это Паффиан. - Мы с сестрой точно знаем, что Вироса-де-Кута жива.

-Это еще как понимать? У нее сердце не билось..

-Хаа, - все же не выдержала Паффина, вознося взгляд к потолку. - Короче, рыжий, какое-то время назад мы с Виросой провели обряд. Ритуал связал наши души, поэтому мы с братом точно знаем, что она еще жива. Может быть, не в своем теле, но где-то в этом мире все еще есть душа леди Дасадити. Дошло до тебя, наконец?

От такой жаркой речи Фред обомлел, замирая, словно получил удар под дых. Лорд Винтербир же недовольно выдохнул через рот, проводя языком по верхним зубам. Несдержанность сестры и то, как она выпалила их семейную тайну гриффиндорцу, лишь в очередной раз убедили его в том, что сестру на важные переговоры брать категорически запрещено.

-И.. И где тогда.. Где по вашему ее душа? - промямлил Фред, упираясь невидящим взглядом в пол.

-Хороший вопрос, - беря беседу под свой какой-никакой (из-за сестры) контроль, произнес Паффиан. - У тебя самого-то есть идеи?

Единственное, что мог в данный момент Фред - это рассказать Винтербирам последние события в замке. О случайной встрече с Лисичкой (на слове “случайно”, Паффина фыркнула, бросая взгляд на темно-зеленое колечко на пальце юноши), об их нелепом сражении, во время которого обрушился потолок. Юноша поведал и о своем странном падении в темноте и о шарике света, который, словно воскресил его из мертвых.

-Значит, она все таки смогла использовать то заклинание, - послышался чужой, но до боли знакомый, надменный голос.

В дверях показалась платиновая макушка. Драко Малфой собственной персоной, облаченный в свой, похоже, лучший черный костюм, элегантно держал в руке чашку чая. Неожиданный гость неторопливо прошествовал к свободному креслу, вальяжно на него опустился, закидывая ногу на ногу, словно был у себя дома.

-Так и знал, что вы тоже на его стороне! - воскликнул Фред, вскакивая с дивана. - Думаете, я не справлюсь с парочкой Пожирателей без волшебной палочки?

Фред отскочил от троицы, занимая более-менее удобное положение для беспалочковой атаки и защиты, перебегая взглядом с одной персоны на другую. Малфой, как устроился поудобнее, так и продолжил неторопливо потягивать чай, придерживая у руке фарфоровое блюдце; змеюка-Винтербир демонстративно закатила глаза, окончательно убедившись в безумии рыжего, расползлась по креслу; один только Паффиан умиротворяюще поднял руки вверх, осторожно вставая на ноги.

-Винтербиры ни дня не находились в служении Тому-кого-нельзя-называть, - начал молодой лорд. - А мистер Малфой не имел выбора. Его родители, находящиеся сейчас под стражей, попросили об укрытии сына единственную чистокровную семью, к которой у Министерства не будет вопросов - нас.

-С чего бы Министерству Магии обходить вас стороной? - не унимался Фред.

-Потому что уже несколько столетий на нашем роду находится печать, контролирующая наши действия. Волшебное правительство в курсе каждого нашего чиха, и прекрасно осведомлено, что мы не помогали Темному Лорду.

-Почему бы мне сейчас не пойти и не доложить обо всем министру?

-Может ты уже сядешь, грифф? - рыкнула Паффина, выпрямляясь в своем кресле. - Всем собравшимся плевать на Лорда, на Министерство, на Хогвартс и далее по списку. Тема сегодняшнего неприятного собрания - Вироса-де-Кута.

Жар молодой ведьмы удивительным образом помог Фреду остыть. Он немного успокоился, неторопливо возвращаясь к дивану. Слово получил Малфой. Он рассказал о древней руне, о которой в свое время ему поведала мисс Дасадити. Во время долгой беседы все начало обретать смысл. Медленно вставало на свои места. Неожиданное возвращение Фреда к жизни, его новая тяга к лесу и странное понимание змеиного языка.

Так вот где спрятана душа его Лисички - в нем самом!

Фред нежно коснулся кончиками пальцев своей груди, словно пытаясь нащупать возлюбленную. Но в ответ на его немое обращение, сердце лишь жалобно защемило, а под веками запекло. Если бы он узнал обо всем раньше!

Только вот узнай он даже в тот же момент, как Лисичка перенеслась в его тело, чтобы он смог сделать?

-Как ее вернуть? - резко подняв взгляд на слизеринцев, произнес юноша.

-Хорошо, что нас здесь четверо.. - начал было Паффиан, но сестра его перебила, вставляя свое колкое замечание:

-Три с половиной, у рыжего голова обычно бесполезна.

-Я это к тому, - бросив на сестру сердитый взгляд, продолжил молодой лорд, - что мы вместе сможем что-нибудь придумать.

Время потекло стремительно, точнее будет сказать, что оно буквально утекало сквозь пальцы. Дни сменялись неделями, а те складывались в месяцы. Весна уступила место жаркому лету. Июнь незаметно сделался июлем. Три талантливых молодых волшебника и одна вечно недовольная ведьмочка почти не покидали обширную библиотеку в маноре Винтербир. Компания задерживалась там до самой поздней ночи, засыпая за толстыми талмудами, теряя связь с внешним миром в креслах у высоченных стеллажей.

Семейство Уизли совершенно потеряли Фреда. Он возвращался домой всего лишь пару раз в неделю, и то для того, чтобы взять некоторые свои вещи и вновь куда-то аппарировать. Джордж отчаялся вразумить близнеца, привлекая к работе в магазине Рона.

Родителей Драко приговорили к пожизненному заключению в Азкабан, обещая сокращение срока до пятидесяти лет взамен на выдачу местоположения их единственного сына. Постоянные рейды мракоборцев в манор Малфоев отрезали любые попытки молодого хозяина вынести из родного дома хоть что-то.

Но несмотря на сонную жизнь в библиотеке, никаких подробностей о необходимой им магии юная команда не нашла. Были в записях темные и таинственные ритуалы порабощения душ, черное колдовство замены тел, даже кое-что о Крестражах, но древняя руна, которую применила к Фреду Вироса-де-Кута, так и не попалась на глаза.

В один из вечеров, когда стопки прочитанных книг уже больше походили на беспорядочные горы; когда у Паффины в очередной раз закончились чернила, которыми она исписывала листы в попытках подобрать символ; когда даже эльфы уже устали носить в библиотеку чай - молодые люди сидели за небольшим столом, отчаянно листая рассыпающиеся в руках страницы, скорее делая вид, что читают, чем в самом деле усваивали информацию - первым тяжело вздохнул Драко:

-Уважаемые лорд и леди Винтербир, - откидываясь на спинке стула и протирая лицо руками, произнес Малфой, - без всяких сомнений, ваша коллекция книг впечатляет. Однако здесь нет того, что могло бы нам помочь. Кажется, нам пригодилась бы какая-нибудь заграничная магия.

-Думаешь вне Британии есть что-то способное вызволить Виросу? - оживилась Паффи, поправляя растрепанные локоны.

-Согласен с Драко, - кивнул Паффиан, щелкая пальцами, приказал домовым подать ему кофе.

-То есть, предлагаете броситься в путешествие по миру в поисках нужных нам ритуалов? - поднимая бровь, уточнил Фред. - Пойдем туда, не знаю куда, за тем, не знаю чем?

-Или можно просто спросить у того, кто весь волшебный мир уже видел, - загадочно предложил молодой лорд, поднося к губам чашку с горячим черным кофе.

Леди Винтербир резко выпрямилась на своем стуле, по-птичьи дергая головой в сторону брата. Ее глаза удивленно расширились, а губки чуть приоткрылись.

-Из всех когда-либо известных мне личностей, таким багажом знаний обладал только один.. темный маг, - с каждым словом голос Драко становился все тише, в итоге переходя на шепот.

Его лицо мгновенно побледнело, и юноша неосознанно схватился за свое предплечье. Глаза цвета льда испуганно сверкнули, перемещаясь с Паффиана на Паффину. Фред, наблюдавший за мыслительными процессами слизеринцев, не сразу понял, о ком идет речь:

-И что это за колдун? Он еще жив? - молодого человека волновало лишь решение проблемы, возвращение Лисички. - Свяжемся с ним?

-Мы говорим о Темном Лорде, тугодумная твоя голова, - фыркнула на него Паффина.

-Диадема Кандиды Когтевран.. - пролепетал Фред.

Сложно было даже представить, что в одном человеке может умещаться столько эмоций за раз. Фред сжал пальцами край стола, словно пытаясь удержаться от падения. Его распирало от резко подступившей злобы на Темного Лорда. Все те ужасы, что творил чародей, невозможно забыть или сместить за задний план. Юношу начало потряхивать от собственной лжи друзьям и семье, Гарри все еще ищет этот Крестраж, желая покончить с Тем-кого-нельзя-называть уже навсегда, а Фред спокойно проводит время там, где эта чертова диадема спрятана.

И тут же в груди стучало нечто хрупкое, словно хрусталь, нечто тонкое, словно колосок. Надежда. Вероятно, единственная реальная возможность вернуть в мир его возлюбленную. Темный Лорд, каким бы жутким и несправедливым он ни был, все еще оставался величайшим (почти-живым) чародеем, обладающим невероятными знаниями и умениями. Вероятность того, что черный маг знает, как помочь его собственной дочери очень высока.

Вот только.. Станет ли этот черствый и бездушный змееподобный колдун спасать ту, которая из-за него же и погибла? Это Лорд виноват. Фред сдавил челюсти так сильно, что десна начинало сводить от боли. Если бы он испытывал хотя бы каплю отцовской любви, ни за что не позволил бы юной дочери оказаться в Хогвартсе в разгар битвы. Или по крайней мере, он был бы рядом с ней - защищал.

Юноша зажмурился, грохочущее сердце оглушало его, причиняло боль, пытаясь пробиться сквозь ребра наружу.

-Вы с ним уже говорили? - не двигая челюстью, сквозь зубы выдавил Фред.

-Еще нет, мы старались даже близко не подходить к диадеме, - отозвался Паффиан.

Все присутствующие замерли, следя за реакцией рыжего волшебника. У Драко скрутило живот от одной мысли, что Темный Лорд может вновь явиться на свет. Малфой отвернулся, закрывая рот ладонью. Паффина же наоборот выпрямилась, ерзая на своем стуле от нетерпения, ведьмочке хотелось собственными глазами узреть работу Крестража. Хотя сама девушка проникать в столь темный артефакт не спешила, предпочитая отправить туда самого бесполезного (на ее взгляд) - Фреда.

Паффиан же медленно пил свой черный кофе, изучающе рассматривая краснеющее от смеси эмоций веснушчатое лицо гриффа. Молодому лорду хватало проблем, особенно с новым “другом” - Малфоем, который неожиданно появился на его пороге. Иметь в долгу столь могущественную и богатую семью всегда полезно, однако Драко не всегда был приятным гостем. Мятая серебряная диадема, которую на Винтербиров легкой рукой повесила Вироса-де-Кута, совершенно точно не входила в его планы, и желание избавиться от Крестража было слишком велико. Так что, Паффиан предпочел бы подставить рыжего Уизли под удар, чем самому разбираться с куском души у себя в подвале.

-Я пойду, - вдруг твердо произнес Фред, резко поднимаясь из-за стола. - Попробует противиться, я самолично уничтожу его последний шанс на воскрешение.

***

Летний лес - его темница. Заключение на века, тысячелетия, на бесконечное время, которое застыло в одинаковом щебетании птиц, в однотипном шуршании ветвей, в неизменных ярких солнечных лучах. Сколько бы Том не ждал, смирение не приходило к нему. Лишь отчаяние, злость на себя самого за подобную глупость, за неверное решение. И осознание, что в мире не просто так придуманы рождение и смерть.

Том Реддл уже был готов. Почти вслух умолял о смерти, об освобождении. Но внутри Крестража нельзя было умереть, на то он и Крестраж, что создан был для сохранности жалкого обрывка души. Молодой, полный сил и стремлений маг бродил из стороны в сторону, сминая ботинками зеленую траву, мучаясь от скуки и безделья.

Единственное, что в последнее время не давало ему сойти с ума - дочь. Его хрупкая Виросочка, что в последний раз явилась на несколько мгновений в пыли и саже, чтобы сообщить о страшной опасности. И где теперь его дочка? Сколько времени прошло с тех пор, как она пообещала вернуться и все объяснить? Час? Неделя? Год?

Колдун прислонился спиной к дереву, закидывая голову. Макушку приятно кольнуло ребристой корой, а под закрытыми веками заплясали яркие блики. Так солнце проходило сквозь листву, падая ему на светлую кожу, окрашивая каждую линию лица. “Все же, не нужно было ее отпускать..”

Лес качнулся, Крестраж дрогнул от чужеродного вторжения, заставляя Тома подскочить на месте. Неужели, Виросочка вернулась? Маг поспешно оторвался от кроны, делая несколько шагов в сторону пришельца. Фигура стояла на залитой солнцем полянке темным вытянутым силуэтом. Колдун прищурился, рассматривая чужака. Лица разглядеть не выходило, но одно он мог сказать наверняка - это не его дочь.

Аккуратно, крадущейся поступью, чародей прятался за стволы деревьев, медленно подбирался к незнакомцу. Это был высокий юноша с яркими рыжими волосами, которые в свете летнего солнца переливались, словно живой огонь. Простенькая одежда: нелепый полосатый свитер, черные брюки и поношенные (будто бы школьные) туфли. Молодой человек приложил ладонь ребром ко лбу, поворачивался в разные стороны, пытаясь оценить обстановку.

Не было в нем ничего загадочного или хотя бы просто интересного, не считая сильной и горячей души, которая пульсировала столь мощно, что Том чувствовал ее издалека. Такому подарку судьбы он, пожалуй, готов сказать “спасибо”. Может быть, это Вироса послала к нему этого мальчишку, чтобы вызволить, наконец, отца из его заключения?

Том ухмыльнулся своей мысли, довольно наклоняя голову в бок, уверенно шагнул вперед, выходя на окраину небольшой полянки. Юноша заметил движение, замер, наконец, убирая руку от лица.

-Сработало, значит, - непонятно к кому обращаясь, произнес молодой человек. А после он опустил голову, смотря на хозяина Крестража исподлобья, агрессивно начал. - Чтобы ты знал, я тебя совершенно не боюсь. Я пришел сюда, чтобы ты сделал то, что должен был еще при жизни.

-Кто занимался твоим воспитанием, малыш? - плотоядно улыбнулся Том левым уголком губ. - При первой встрече принято здороваться и представляться.

-Меня зовут Фред Уизли, и я пришел, чтобы..

-Здравствуй, Фред Уизли, - перебил его маг, плавно разводя руки в стороны. - Ты пришел сюда, чтобы умереть.

Едва наглый незнакомец успел разомкнуть губы, чтобы что-то сказать, Том дернул рукой, невербально хватая его за горло. Мальчишка смешно выпучил глаза, слегка поднимаясь над землей, принялся барахтаться в воздухе, хватаясь за шею руками. Рыжие волосы блестели на солнце, падая на сложенный гармошкой лоб, попадая в карие глаза, пока Том Реддл уверенно шел к своей жертве.

И чего только ждал этот самоуверенный малец? Вошел в Крестраж, оказываясь на территории самого могущественного мага. Здесь каждая травинка подчиняется темному колдуну, птицы поют, потому что он так захотел, и трава зеленеет, потому что чародей так приказал. Его магия внутри летнего леса бесспорна, всеобъемлюща и абсолютно невербальна. Стоит магу лишь подумать о колдовстве, оно срабатывает моментально, никакой палочки ему здесь не требуется.

-Не сопротивляйся, Фред Уизли, я лишь поглощу твою душу, чтобы выбраться, - смакуя каждое слово, произнес Реддл. - Знаешь, там, откуда ты ко мне забрался, меня кое-кто ждет. Там моя дочь, и я выберусь, как бы ты сейчас не сражался.

Чародей подивился своей словоохотливости, но быстро отмахнулся от удивления, списывая свое болтливое, нетерпеливое поведение на слишком долгое безмолвное заключение в Крестраже. Бестелесная рука чуть сильнее сжала горло юноши, кажется, выдавливая из него какие-то звуки:

-Пос-слуш-шай меня-я.. - просвистел Фред, блеснув темнотой своих карих глаз.

Шок. Том резко отдернул руку, уронив юношу на землю. Не послышалось же? Мальчишка только что говорил на змеином языке. Как возможно, чтобы кто-то, кроме него самого и дочурки, мог использовать Парселтанг?

-Ты кто, черт побери, такой? - шикнул Том, нависая над распластавшимся по земле рыжеволосым парнем.

Фред принялся активно растирать шею, поджимая под себя ноги. Он кашлял, а в уголках глаз появились капельки удушливых слез.

-Ты же супер-умный, - огрызнулся юноша, уверенно смотря на колдуна снизу вверх. - Сам как думаешь, Лорд?

Стоило, пожалуй, еще разок придушить наглого Уизли, но удивление сковало тело, заставляя всю энергию броситься в мозг. Том активно думал, подключая свои природные способности к восприятию чужих эмоций. Юноша перед ним был зол, его почти разрывало от ярости и стыда за то, что так легко позволил схватить себя в первую же минуту разговора. Фреду было неприятно находиться у ног взрослого мага, его изнутри съедала жажда наброситься на Тома с кулаками.

Но при этом душа, слишком крупная и сильная для одного волшебника, билась внутри совершенно иными чувствами от близости темного чародея. Радость, благоговение, нежность, даже слезливая благодарность за встречу. Какая же каша. Будто у мальчишки внутри прячется кто-то еще. Кто-то, для кого Том Реддл не просто пугающий и раздражающий мощный колдун, а кто-то родной.

Его тело качнуло. Пришлось сделать небольшой шаг назад, лишь бы удержать равновесие. Внутри рыжеволосого наглеца шумела и извивалась чужая душа. Та, которую Том успел достаточно изучить. Та, что была для него спасением.

Его дочь.

-Ты! - рявкнул колдун, собственными руками хватая Фреда за грудки. - Что ты сделал с моей девочкой?

-Сейчас важно другое, - буркнул юноша, впиваясь в лицо Тома горящим взглядом, - сможешь ли ты это исправить?

***

Оказывается, найти в Лютном Переулке более-менее подходящего волшебника, та еще проблема. Паффина и Фред провели в подворотнях несколько дней, чтобы выбрать кандидатов на роль пищи для Крестража. После еще несколько дней в маноре за изучением их биографии, родственников, друзей и знакомых. Из десятка осталось трое. Дальше началась недельная слежка. Из выбранных троих каким-никаким удачным волшебником оказался лишь один. Темный маг без семьи и друзей, дядька в почтенном возрасте, что жил один на отшибе, прячущийся ото всех среди небольшого поселения маглов.

Выяснив его передвижения, привычки и повадки, Фред и Паффина устроили похищение. Некому было заступиться за жалкого, побитого жизнью колдуна, поэтому то и пропажу одного из бедных попрошаек никто не заметил ни в поселении, где он жил, ни в Лютном Переулке, где таких как он десятки.

Темный Лорд, который почему-то не охотно отзывался на свой же титул, выбрался из древней диадемы в конце августа. Молодой и красивый. Точная копия юной мисс Дасадити, только с более грубыми мужскими чертами.

-Собирайтесь, нам пора, - скомандовал Темный Лорд, окидывая взглядом свою юную команду волшебников: Винтербиры, Малфой и Уизли.

_______

ВНИМАНИЕ! Уважаемые читатели, во-первых, огромное спасибо за то, что проделали такой долгий путь вместе со мной - 10 месяцев работы - это большой труд, с которым я справилась во многом благодаря вашей поддержке <3

Во-вторых, как я писала ранее, в "Дочери" будет всего 44 главы, следовательно, у нас с вами остался лишь Эпилог, в котором будет показано "чем дело-то кончилось".

В начале 2025 года я начала вести свой телеграм канал и рассчитываю на вашу поддержку не только здесь, но и там - @sky_fox_lord Как вы уже, наверное, догадались, заключительная глава выйдет по расписанию 2 апреля 2025 в среду в 9:00, но в телеграм!

Здесь также будет опубликован Эпилог, но гораздо позднее. Скорее всего, в самом конце апреля - 30 числа. Я буду очень благодарна, если вы подпишитесь на мой канал - @sky_fox_lord и прочитаете главу, как только она выйдет там.

В телеграм я выкладываю много забавных картинок, полезностей для писателей и уведомляю о процессе своей работы читателей. Стараюсь, чтобы вам нравились не только мои главы, но и посты :)

Еще раз БОЛЬШОЕ вам спасибо, всех жду в тг - @sky_fox_lord

С любовью, ваша SkyFoxLord

Глава 44 Эпилог

Джордж уже давно не видел брата. Первый месяц после сражения за Хогвартс поведение Фреда еще можно было хоть как-то оправдать: столько боли, смертей и ужаса. К тому же, близнеца вместе с его возлюбленной Дасадити завалило камнями, из-под которых девушка выбраться живой так и не смогла. Не удивительно, что брат все это время был словно в воду опущенный, не ел и не разговаривал. Бросил работу в магазине и сутками не выходил из своей комнаты.

Но в начале лета Фреда словно подменили. Джордж встречал его всего пару раз в месяц, потому что брат начал где-то пропадать. А когда близнецам все же удавалось увидеться на пару мгновений в отчем доме, ни то что посиделок за столом, даже простой беседы завязать не удавалось. На бледном лице Фреда дико сверкали карие глаза, темно-фиолетовые синяки пролегли под глазами и руки мелко дрожали. Все это безумно пугало маму, которая от одного только взгляда на сына хваталась за сердце, старалась не упасть в обморок.

Отцу все таки удалось однажды схватить вечно-пропадающего где-то сына за плечи и усадить за стол. Однако никакого внятного диалога не вышло. Фред лишь неестественным образом скривил лицо, нервно дергая уголком губ на любую попытку заботы в его сторону. В чем было дело, оставалось лишь догадываться. Бурная фантазия принялась подсказывать самые дурные варианты: плохие компании, ночные бары с волшебными эликсирами и прочими непотребствами.

Осень подкралась, как и всегда, незаметно, захватывая Англию мелким холодным дождем и резкими порывами ветров. Джордж поднял руку с палочкой, вызывая полупрозрачную призму над головой, чтобы хоть как-то укрыться от непогоды. Он запахнул длинное ярко-малиновое пальто, торопливо шагнул из-под навеса “Вредилок”. Изумрудные высокие ботинки звучно шлепали по образовавшимся лужам, разбрызгивая дорожную грязь на желтые брюки-клеш.

“Мне точно пора сменить поставщика. Сколько можно пугать адрес?” - бубнил про себя Джордж, зарываясь носом в легкий, наспех накинутый, шарф. - “Или вывеска моего магазина недостаточно яркая? Или мистер Селл просто издевается, специально приезжая в другой конец Косой Аллеи?”

Молодой человек чуть плотнее вжал голову в плечи, набирая скорость. Несмотря на мерзкую сентябрьскую погоду, все лавочки на волшебной улице работали в штатном режиме, дождь не пугал даже зевак, которые пробираясь сквозь порывы ветра, не собирались ничего покупать, глазели на огни и цвета шумной Косой Аллеи.

Минуя очередной магазинчик, Джордж неосознанно бросил взгляд в темный закоулок, что вел в Лютный Переулок. Там, на маленьких ступеньках, как и всегда сидели, стояли, курили табак и что-то потягивали из подозрительных бутыльков темные маги и прокаженные ведьмы. Молодой человек поморщился, с отвращением глядя на подобную свору.

Даже после того, как Министерство Магии принялось за серьезные изменения во внутренней и внешней политиках - жизнь простого волшебного народа, словно, нисколько не изменилась. Второе пришествие Темного Лорда озадачило правительство, заставило сделать выводы. Например, усилить патрули, поднять значимость (как и зарплату) мракоборцев, увеличивая их ряды. Черная магия и сейчас, конечно же, оставалась под серьезным контролем в Британии, однако во избежание повторения истории, новый министр решился на более серьезный шаг.

С августа месяца на каждом повороте можно было встретить плакаты о гениальном постановлении, со всех волшебных радиостанций расхваливали нового министра, а газеты наперебой печатали, как хорошо теперь заживут англичане. Правительство заключило несколько крупных сделок с другими странами, договора об открытии границ для ученых и преподавателей, которые теперь могут беспрепятственно перемещаться между дружественными государствами для обмена опытом. Вот, например, буквально на прошлой неделе (когда погода все еще была теплой, а небо ясным) посреди Косой Аллеи возвели помост, с которого свою лекцию о магии темных чародеев читал какой-то знатный француз-темнобой (вроде британского мракоборца). В Хогвартс теперь каждый месяц будут прибывать новые преподаватели по обмену, которые будут описывать действия и противодействия черной магии. Нововведения стали быстро приживаться, одобренные народом.

Что уж говорить, если даже местные английские профессора уже пакуют чемоданы, чтобы отправиться ненадолго заграницу, изучать чары, что многие годы были недоступны в Королевствах. Взять ту же Минерву МакГонагалл, Джордж задорно шмыгнул, вспоминая серьезную даму; даже она уже составила рабочий график таким образом, чтобы на рождественских каникулах побывать, то ли в Италии, то ли в Испании. Там, видите ли, “живут лучшие чародеи темной трансфигурации” - сухой, но слегка взволнованный голос профессора, тут же зазвучал в голове.

Как бы то ни было, любая помощь сейчас для волшебной части Соединенных Королевств будет очень кстати. Джордж кивнул собственным мыслям, собираясь уже отвернуться от подозрительных личностей в переулке, как вдруг, в полумраке раздался хлопок аппарации, и показалось активное движение.

Несколько фигур, облаченные в черные длинные мантии, бесшумной походкой скользили по сырой серой брусчатке. Их было пятеро. Четыре высокие мужские фигуры и одна поменьше, явно молодая девушка. Они не разговаривали между собой, уверенно шли в глубь Лютного Переулка.

Если бы не внимательный взгляд Джорджа, привыкший следить за хулиганами и мелкими воришками в магазине, он бы так и пошел дальше по своим делам. Но надо же было одному из пятерых снять капюшон при заходе под навес. Винтербир.

Паффиан Винтербир со своим вечно-равнодушным лицом показался среди этой подозрительной компании. Джордж, чувствуя неладное, совершенно забыв о мистере Селле, который в очередной раз привез его товар не туда, быстро шмыгнул в переулок, аккуратно пробираясь поближе к знакомому слизеринцу.

Группа без стука вошла в один из домов, над дверью которого висела выцветшая, гнилая вывеска, на которой угадывалось лишь несколько букв. Джордж, словно, слегка одурманенная мятой, кошка, прыгающими движениями добрался до мутного окна и замер, прислонившись всем телом к каменной стене.

Сквозь пыль и налипшую со временем грязь, угадывался простенький интерьер: прилавок, за которым сидел совсем юный парень с сальными волосами, каким-то желтоватым клыком вместо серьги и парочкой широкой защитных колец на длинных, перепачканных в чернилах, пальцах; по периметру помещения прибиты к стенам низкие деревянные шкафы, заваленные пергаментом, пыльными книжками, рваным тряпьем и полупустыми склянками; на полу жухлый ковер, по цвету и консистенции напоминающий, скорее мох, чем шерстяные ворсинки.

Молодой продавец сидел, задрав ноги на прилавок, читал какую-то брошюру, лениво обернулся на звук колокольчика у двери и, заметив покупателей, странно растянул губы в подобии улыбки:

-Я возьму двойную плату за срочность, - довольно произнес он, медленно опуская ноги на пол.

-Сначала покажи работу, - послышался знакомый голос.

Это была никто иная, как Паффина Винтербир, скинувшая с головы капюшон, элегантно стряхивая со своих плеч капельки дождя прямо на ковер. Парень оживился, уверенно кивнул и скрылся за маленькой дверью, спрятанной позади прилавка.

-Не суетись, Паффи, - раздался еще один очень знакомый надменный голос. Драко Малфой прошелся по комнате, проводя ладонью по влажным волосам, одновременно с этим снимая с себя черный капюшон. - Этот парень выглядит молодо, но он потомок вейл, и моя семья работает с ним уже много лет.

-Потомок вейл? - фыркнула девушка, закатывая глаза. - Не передалось ему, видимо, ни капли их очарования.

-Помолчите, - раздался неизвестный Джорджу холодный низкий голос.

Еще один человек открыл свое лицо, устало выдыхая. Это был красивый взрослый маг с темными кудрявыми волосами и резкими чертами. Его карие глаза лезвием скользнули по молодым людям, заставляя их тут же отвести взгляды. Точеный профиль колдуна казался Джорджу невероятно знакомым, но он никак не мог вспомнить, где бы он мог видеть этого человека.

Стоило памяти с трудом начать поворачивать шестеренки, как вдруг, случилось то, что с хрустом остановило мыслительный процесс. Лицом к Винтербирам и Малфою повернулся последний член этой странной команды. Высокий маг устало стянул с себя капюшон, угрюмо складывая руки на груди.

Некогда яркие рыжие волосы, словно потускнели, теряя свой огненный цвет. Лицо вытянулось, кожа обтянула кости, а карие глаза стали напоминать цветом сырую могильную землю.

Фред прислонился бедром к прилавку, без особого интереса водил взглядом по скудному наполнению подозрительной лавки. Джордж замер, забывая дышать, во все глаза пялился на брата, совершенно того не узнавая. В близнеце он не мог найти ни единой черты, что могла бы указывать на их родство.

Низкая дверь скрипнула, и в комнату вернулся молодой владелец. Юноша игриво улыбнулся, любовно раскладывая по прилавку какие-то документы:

-Уважаемые профессора трансгрессии Винтербир, учитель темного искусства Реддл, ученые специализирующиеся на древних рунах и артефактах Уизли и Малфой, прошу, - сладко пропел потомок вейл, театрально разводя руки над листами. - Теперь, правда, каждый, кто возьмет в руки документы, будет видеть другие имена, но главное, вы сами свои собственные не забудьте.

-Проверка на магию может вскрыть обман? - уточнил Паффиан, беря в руки пару листов.

-Нет, - гордо ответил юноша, чуть приподнимая подбородок. - Волшебные чернила собственного производства, чарование бумаги, колдовство над разумом. Очень сложная наука. Секрет фирмы! - окончил он, поднимая указательный палец вверх.

-Если нас раскроют, не думай, что сможешь избежать наказания, - сухо произнес взрослый темноволосый чародей, забирая свои новые документы.

-Качество гарантировано, - слегка дернув губой, явно задетый подобным отношением, фыркнул молодой торговец.

Малфой вытащил из-под влажного плаща увесистый тряпичный мешочек и со стуком положил его на стол. Джордж чуть прищурился, пытаясь прикинуть, сколько же денег стоит подобная подделка. И одновременно с этим размышляя, откуда бы у разыскиваемого Пожирателя Смерти столько монет.

Компания забрала то, за чем пришла. Юноша быстро спрятал оплату, плюхаясь на свой стул обратно. Он закинул ноги на прилавок, вновь принимаясь на чтение своей брошюрки.

-Спасибо за помощь, - кивнул ему Малфой, накидывая на голову капюшон.

-Ага, приходите еще, - не отрывая взгляда от чтения, бросил хозяин, махнув рукой в сторону входной двери.

Винтербиры тут же нацепили свои капюшоны, их примеру последовали и Фред с незнакомым магом. Пятеро направились на выход, а Джордж поспешил укрыться за углом. Все происходящее его пугало, сердце дребезжало в груди, пока он, сидя на корточках, наблюдал из-за какой-то бочки за тем, как от него в очередной (и кажется в последний) раз удаляется родной брат.

Хлюпающие звуки шагов быстро стихли, оставляя мерзкое послевкусие. Такое бывает после того, как узнаешь о предательстве близкого человека. Такое бывает, когда не успеваешь попрощаться. Или же, когда не понимаешь, что происходит, и осознаешь все слишком поздно. Когда уже все случилось. Джордж вскочил на ноги, делая несколько широких шагов в ту сторону, куда ушел брат. И тут же раздался хлопок аппарации. Молодой человек замер, залитый холодным дождем, посреди мрачного переулка.

***

Наступил новый век, новое тысячелетие, в ночь на которое ведьмы и колдуны, опьяненные магической силой переломного момента, проводили всевозможные ритуалы. Страшные и опасные, добрые и снисходительные. Чародеи возвращали и впитывали все, что можно было забрать или оставить. Духи выходили танцевать в лунный свет на каждой земле во всем мире. Океаны и моря выли свои песни, вторя шабашам темных ведьм. Густые чащи ударяли ветвями о стволы, взывая к чарам. Величавые горы дрожали, сбрасывая ледяные оковы, даруя свою мощь волшебникам.

Именно в эту таинственную и пугающе-чарующую ночь британские маги свершили сложнейший ритуал. Искры волшебства метались во все стороны, опаляя ближайшие кусты, дух чародейства сбивал с ног, а голоса, читающие заклинание, сливались в единую реку, которая пролегла между двумя душами, наконец-то, разделяя два берега друг от друга.

Высокое тело, словно плавилось изнутри, с неистовым трудом выдерживая боль ритуала. Некий невидимый топор грубо рубил его череп, пытаясь разбить, как полено, на две части. Его привязали к старому дереву, в которое ночами била молния, только для того, чтобы удержать в вертикальном положении, не позволяя шевелиться. Люди вокруг тускнели и сливались в единую темную массу, а их монотонное пение глушилось воплем этой пытки.

Топор продолжал рубить, проходя, наконец, через голову, принимаясь за воспаленное горло. С тела лился горячий липкий пот. Тонкая рубашка намокла, становясь второй кожей на теле. А грубое лезвие, тем временем, добралось до грудной клетки. Удар сверху вниз. Сломалось солнечное сплетение.

Фред не слышал хруста костей, не ощущал больше своего тела. Всю его сущность поглотила агония. Ритуал, о котором даже не слышал ни один европейский маг. Действо, что могли подготовить лишь те, кто его изобрел. Разрыв тела во имя спасения второй души. Ради перерождения того, кто стал заключенным в чужом теле. Топор вновь рухнул с неба, проходя сквозь органы, словно сквозь масло. Почти получилось.

Он не мог больше кричать, сознание начало покидать его, оставляя при нем лишь низкие голоса, что никак не умолкали, все пели свою дьявольскую песню, которая раз за разом приказывала рубить его напополам.

В ушах почудился свист. Невидимая гильотина, в последний раз пала на его обмякшее тело, окончательно отрезая две души друг от друга. Голоса смолкли, и померкли кострища. Фред провалился в беспамятство, не успевая проверить, помогли ли его мучения. Сработал ли страшный ритуал. Вернулась ли его Лисичка в этот мир?

***

2008 год

Дверь в комнату открылась, пропуская внутрь парочку шотландцев. Брат и сестра неторопливо прошествовали внутрь, занимая мягкий диван у камина.

Бывшая леди Винтербир сладко улыбнулась своему мужу, который уже был в комнате, в ответ получая нежный взгляд из-под отросших платиновых волос.

Мистер Драко Малфой стоял у огня, рассматривая свою жену на наличие новых синяков или ссадин. Однако, кроме чуть помятого и запыленного подола, на леди не нашлось ничего, о чем стоило бы волноваться.

Лорд Винтербир выложил на стол крупный камень, исписанный древними странными рунами, которые могли, пожалуй, означать время, пространство и душу, однако их значения были слишком исковерканы, чтобы сказать наверняка.

-Я нашел все кольца, - подал голос высокий широкоплечий маг, укладывая рядом с камнем позолоченные обручи.

-Как думаешь, Кас, нам очень нужен этот японский-недо-маховик? - откидываясь на спинку кресла, сонно проговорил темноволосый колдун.

-Послушай, Эдриан. Темная Госпожа сказала, что нужен, - фыркнул мистер Уоррингтон, поправляя черную повязку, что закрывала отсутствующий глаз. - Значит, нужен.

-Ты же мракоборец, не совестно предавать корону? - ухмыльнулся Малфой.

-А ему старые слизеринские друзья важнее верности, - захихикал Эдриан Пьюси, прикусывая кончик сигары.

Кассиус никак не отреагировал на замечание, отошел от стола, прячась в неосвещенном углу комнаты.

-Не все из нас тут бывшие змеи, - мягко улыбнулась Паффина. - Или ты все же не на том факультете учился, рыжий?

Фред Уизли стоял, облокотившись на камин, молча рассматривал танцующие язычки пламени. Он зачарованно наблюдал, как трескаются поленья, плюясь стопками искр. Маг медленно крутил темно-зеленое кольцо на своем мизинце, понимая, что означает эта легкая, едва различимая вибрация артефакта.

-Госпожа здесь, - выдохнул он, поворачиваясь лицом к двери.

Гости заграничного манора подобрались, выпрямляя спины. Они переглянулись между собой, как бы негласно подготавливая друг друга к докладам о проделанной работе и выполненных заданиях.

Дверь открылась, и первым внутрь вошел красивый взрослый маг с кудрявыми волосами и горящими карими глазами. Тот-кого-нельзя-было-называть теперь зовется мистером Томом Реддлом. Один из самых величайших темных магов, за которым все еще (по слухам) гоняется Гарри Поттер, появился на пороге, словно зашел в собственную спальню.

Мистер Реддл сделал шаг в сторону, опускаясь на ближайшее кресло. Легким движением руки он призвал к себе свежий выпуск местной ежедневной газеты, принимаясь за чтение.

И тут в комнату вошла она.

Длинное черное платье в пол, украшенное тугим кожаным корсетом, полупрозрачные рукава, скрывающие собой нежную светлую кожу, и вертикальные разрезы на юбке, в которых виднелись тонкие босые ножки. Густые волнистые волосы мягко спадали на ее плечи, поблескивая в свете огня белыми пятнышками, словно дева только что стояла под снегопадом.

Леди Вироса-де-Кута Дасадити-Реддл-Навелюкс. Темная Госпожа, унаследовавшая три рода, перенявшая острый ум матери, силу крестной и отцовскую власть. Молодая и прекрасная ведьма, отказавшаяся от волшебной палочки, отточившая свою природную магию, вплыла в помещение, словно нимфа, окутанная прохладным туманом.

От нее, как и раньше, веяло бушующим морем, грозовыми тучами и свежестью вечеров на закате. Ее кожа была бледна и тонка, словно шелк, а глаза сверкали мощью, словно две красные вишни.

-Добрый вечер, господа, - Вироса-де-Кута ласково улыбнулась, оглядывая гостей в своем родном доме. - Раз все в сборе, пора начать обсуждение.

Ведьме на глаза попался разобранный на части артефакт, который десять лет назад попытался уничтожить Орден Феникса. Страшная сила, что по задумке должна была отправлять мага в прошлое, на самом деле же разрывала его, лишая всяческой магии. Свою радость колдунья не скрывала, расплываясь в улыбке.

-Соберите его воедино и отправьте Поттеру в качестве подарка на день рождения его долгожданной дочери, - Вироса-де-Кута кивнула Винтербирам, поручая эту задачу своим подопечным. - А теперь о том, как проходит подготовка к моим выборам на пост Министра Магии.

Эдриан спохватился, вытаскивая из внутреннего кармана пиджака сверток с подписями. Чего ему только стоило получить поддержку для Темной Госпожи в чужой для него стране! Драко закусил губу, сдерживая смех. Он был тем, кто занимался тем же самым, но ему-то помогало его природное обаяние, знатное имя.. и деньги. Малфой тоже продекламировал свой список с собранными подписями, гордо укладывая его рядом с первым на столе.

-Прекрасно, - кивнула Темная Госпожа. - Дорогой муж, будь так добр, подготовить нам транспорт. Пора навестить чистокровные.. и не очень.. семьи, в знак благодарности за поддержку.

Фред, услышав подобное обращение, вздрогнул, наконец, отрывая от огня взгляд. “Дорогой муж” - вот как звала его та, ради которой он бросил семью, прошел через ад во время ритуала и предал Родину. “Дорогой муж” - холодное, безэмоциональное обращение, которое звучало лишь в тех случаях, когда кто-то мог их услышать. А в прочее время Вироса-де-Кута никак к нему не обращалась. Она даже не смотрела на него. Не появлялась в их, так называемой, общей спальне. Не обедала с ним за одним столом. А стоило им случайно встретиться в доме, Темная Госпожа сухо присаживалась в реверансе и удалялась дальше по своим делам.

Обручиться им пришлось, потому что так леди Дасадити-Реддл-Навелюкс быстрее получит пост Министра. Жить в одном доме им приходилось по той же причине, обращаться к друг другу “дорогой” и “дорогая”, чтобы создать видимость беспроблемного брака для окружающих.

Любит ли она его? Фред тешил себя воспоминаниями о дне, когда он пришел в себя после Ритуала. Его хрупкая и нежная Лисичка сидела у его постели на коленях, держа его за руку, что-то шептала. Молитва то была или же заклинание на выздоровление, Фред не разобрал, потому что стоило ему открыть глаза, Лисичка бросилась к нему на грудь, осыпая его потное лицо поцелуями.

С тех пор многое изменилось.

Любит ли он ее? Наверное, ответ кроется в том, что Фред до сих пор изо дня в день продолжает находить оправдания ее поступкам и поведению. “Занятость планами по захвату власти”, “Возвращение нормального отца в роли человека, а не змееподобного монстра”, “Свадьба лучшей подруги”, “Уход за поместьем погибшей крестной”, “Восстановление связей погибшей матери”. У него в запасе еще полные рукава подобных выражений, защищающих его названную супругу.

Хотя сами чувства за десять лет стали совершенно иными. Больше нет трепета или озорства, осталось лишь нечто, не позволяющее Фреду уйти от нее.

-Сейчас сделаю, - уняв дрожь, пробормотал Фред, и совсем тихо (скорее про себя) добавил, - Госпожа.