Дни оружия

Часть 1. «ТРИУМФ» Глава 1: «Падающая звезда»

В начале полёта ничто не предвещало неприятностей. Проблемы начались гораздо позже…

Дело, за которое взялись Скайт Уорнер и Дерк Улиткинс, выглядело проще некуда: слетать на Доминанту — главный торговый мир независимой республики Данделион, продать свой элитный звездолёт «Триумф» и вернуться обратно на Плобой.

Республика Данделион когда-то была вассалом Империи синтетойдов, но ещё задолго до последней межзвёздной войны добилась независимости. После победы Межгалактического Союза республика подписала конвенцию о торговом сотрудничестве и вошла в Содружество свободных планет.

Благодаря выгодному расположению между территориями Союза и мирами Империи Доминанта быстро превратилась в крупнейший центр межзвёздной торговли.

По крайней мере, именно так всё выглядело в тот дождливый осенний вечер, когда Скайт и Дерк коротали время в баре «Падающая звезда».

Бар принадлежал старому приятелю обоих — Могучему Джо.

Даже постарев, Джо производил впечатление человека, с которым лучше не спорить. Под два метра ростом, широкоплечий, с тяжёлым взглядом и густой чёрной бородой, скрывавшей глубокий шрам через половину лица. В молодости он служил в космическом десанте и успел поучаствовать не в одной кровавой заварушке.

Выйдя в отставку, Джо купил небольшой бар на углу Одиннадцатой улицы и бульвара Независимости. Место на стыке двух районов оказалось идеальным для питейного заведения.

Бульвар Независимости начинался у здания Первого национального банка — гигантского овального небоскрёба в самом сердце Дистрикта. Рядом возвышалась башня фармацевтической корпорации «Панацея». Покрытая сверхпрочным стеклом, она напоминала серебристую стрелу, вонзившуюся в небо.

Газеты не раз писали, что глава «Панацеи» связан с мафией и торгует вовсе не лекарствами, а наркотиками. Однако комиссару полиции так и не удалось ничего доказать.

В Дистрикте вообще можно было купить всё.

Партию зубных щёток. Контрольный пакет акций изумрудного рудника. Завод боевых роботов. Или целую планету.

Здесь поклонялись только одному богу — деньгам.

Из широких окон «Падающей звезды» открывался отличный вид на зеркальные башни и цилиндрические корпуса торговых комплексов. Иногда их скрывала дымка облаков, принесённых ветрами Океана Королевы Грёз, но стоило небу проясниться — и небоскрёбы вновь вспыхивали в лучах солнца.

Однако стоило взглянуть в сторону Одиннадцатой улицы, как картина менялась.

Грязные стены домов. Пыльные витрины дешёвых лавок. Разбитые тротуары. Ржавые мусорные баки в тёмных подворотнях.

Неподалёку начинался Диртслум — район складов, доков и дешёвых притонов возле Западного космодрома. Туда нормальные люди старались не соваться.

В Диртслуме процветало всё, на чём держится преступный мир: наркотики, проституция, подпольные бои, заказные убийства и контрабанда. И всё же именно туда стекались люди, которым не повезло.

Когда денег нет даже на взятку муниципальному инспектору, а в кармане остаётся мелочь на пару стаканов дешёвого пойла, мораль быстро отходит на второй план.

Одни брались за оружие. Другие шли на «Биржу труда» Боба Даркмана. Третьи искали работу в барах вроде «Адмирала Армора», где почти любое предложение рано или поздно оказывалось незаконным.

Но Плобитаун был именно таким городом. Если у тебя есть голова на плечах и немного удачи — ты всегда найдёшь способ выжить. А если повезёт по-настоящему — даже разбогатеть. Например, в казино «Улыбка фортуны» у побережья Океана Королевы Грёз.

Там опытные крупье с профессиональной вежливостью вытряхивали деньги из карманов состоятельных клиентов, предлагая взамен весь набор развлечений большого города: от стриптиза до ужинов в подводном ресторане, где за толстым стеклом гигантского аквариума плавали причудливые морские чудовища.

Для более консервативной публики в Плобитауне существовал ресторан «Гурман».

Правда, счёт за ужин там легко мог равняться годовой зарплате среднего клерка. Зато свечи были из настоящего воска, стены отделаны красным деревом, а еду готовили на живом огне, а не в микроволновых печах.

Хотя, приятель, если тебе жаль проигрывать миллионы кредитов за одну ночь или платить целое состояние за живых каракатиц, доставленных через пол-Галактики с планеты Гидратор, — смело направляй флаер к бару «Падающая звезда».

В отличие от «Гурмана», у Джо не подавали экзотических деликатесов. Максимум — мороженые устрицы. Зато пиво и виски «Чёрный Саймон» здесь были отменными.

У Могучего Джо каждый находил всё, что нужно человеку для хорошего вечера: спокойную атмосферу, крепкую выпивку и собеседников, с которыми эту выпивку приятно разделить.

Так что можешь смело толкать вращающуюся дверь бара. Поверь — ты не пожалеешь.

Над Плобитауном стояла ночь.

Неоновые рекламы заливали улицы разноцветными бликами, отражавшимися в мокром после дождя асфальте. Несмотря на поздний час, в «Падающей звезде» было многолюдно.

Скайт Уорнер неторопливо отпил шампанское из высокого бокала и оглядел зал.

Дела у Могучего Джо явно шли в гору.

Стены бара недавно отделали тёмным шероховатым пластиком со стеклянными вкраплениями. Когда на них падал свет, стекло вспыхивало россыпью огней, словно крошечные звёзды.

На стенах висели пейзажи далёких планет.

Между столиками ловко лавировал смуглый паренёк с Альвареса, нанятый Джо в качестве официанта. Скайт хорошо помнил времена, когда хозяину бара самому приходилось и стоять за стойкой, и обслуживать посетителей.

Рядом со Скайтом на высоком табурете развалился Дерк Улиткинс.

В одной руке он держал толстую сигару, в другой — бокал шампанского «Гальбоньери».

Дерк, как всегда, выглядел вызывающе нарядно: бледно-салатовый пиджак, узкие тёмные брюки по последней плобитаунской моде, белый пластиковый цветок в петлице и заколка для галстука с синтетическим рубином, вспыхивающим кроваво-красным светом.

Скайт одевался куда сдержаннее, но тоже с шиком: лётная кожаная куртка поверх белоснежной рубашки с расстёгнутым воротом, идеально выглаженные брюки и начищенные до блеска остроносые ботинки.

— Ну, друг, за чистое пространство! — провозгласил Дерк и одним махом осушил бокал, словно пил не шампанское, а виски.

Скайт усмехнулся и тоже выпил.

Не выпить «за чистое пространство» перед стартом считалось среди космолётчиков плохой приметой. Дерк прекрасно этим пользовался — тост звучал уже в четвёртый раз.

— Джо! Дружище! Ещё шампанского! — крикнул Улиткинс, отставляя пустую бутылку.

— Дерк, — заметил Скайт, раскуривая сигару, — мы уже прикончили третью бутылку. Я вовсе не против хорошей выпивки, но категорически против оплачивать весь этот праздник в одиночку.

Он протянул другу серебряный портсигар.

— Лучше закури. И вообще, не пора ли нам отсюда отчаливать? Завтра вылет.

— Эй, Скайт, не жадничай, — лениво отмахнулся Дерк. — Верну всё после продажи «Триумфа». Ты же меня знаешь.

Он мечтательно прищурился.

— Скоро мы будем миллионерами.

— Рано ты делишь шкуру неубитого медведя.

— Вечно ты портишь настроение. Считай, деньги уже у нас в кармане! До Доминанты всего неделя лёта. Да по Сто шестой улице ранним утром опаснее пройтись!

Скайт усмехнулся. Сто шестая улица считалась самым тихим местом Плобитауна — там располагались архивы, библиотеки и читальные залы.

— И что, по-твоему, может случиться с такими опытными пилотами, как мы? — продолжал Дерк. — Да ещё в самом центре исследованной Галактики?

— Пожалуй, ничего, — согласился Скайт.

— Тогда давай выпьем ещё и за горячие двигатели!

— За горячие двигатели — обязательно.

— Джо! Где наше шампанское?!

— Уже несу! — прогремел с другого конца бара бас Могучего Джо.

Скайт обернулся.

Джо как раз нёс пузатую бутылку «Чёрного Саймона» к столику у дальней стены.

Там шумно гуляла компания биржевых маклеров из Диртслума.

Главным у них явно был румяный здоровяк с прилизанными волосами и в пиджаке горчичного цвета — типичный представитель высшего управленческого звена. Он то и дело вскакивал с места с очередным тостом, а коллеги встречали каждую его фразу громкими одобрительными воплями.

Перед большим экраном голографического телевизора, висевшего над стойкой, толпились посетители.

Транслировали футбольный матч на приз газеты «Прагматик Ньюс». «Плобитаунские Дьяволы» уверенно громили команду гостей с Морволона, и болельщики, потягивая пиво, встречали каждый точный удар капитана «чёрно-красных» восторженными воплями.

Могучий Джо тем временем налил «Чёрный Саймон» ещё одному клиенту.

Парню было лет двадцать пять, не больше. Светлые волосы падали на воротник потёртой куртки, форменные брюки выцвели и лоснились на коленях, а высокие ботинки явно пережили не один дальний рейс.

Зато оружие содержалось в идеальном порядке.

Из начищенной кобуры выглядывала изогнутая рукоять дорогого бластера.

Такие люди могли месяцами ходить в одной одежде, но никогда не экономили на оружии. Слишком часто от него зависели и заработок, и жизнь.

Парень мрачно смотрел в стакан с виски, словно надеялся найти на дне ответы на все свои проблемы.

«Вольнонаёмный пилот с „Биржи труда“, — подумал Скайт. — И день у него, похоже, выдался паршивый».

Уорнер невольно усмехнулся.

Когда-то они с Дерком и сами сидели вот так же — без денег, без нормальной работы и без уверенности в завтрашнем дне.

Но теперь всё изменилось.

«Да, Дерк прав, — подумал он, выпуская кольцо дыма. — Скоро мы станем богачами».

Взгляд Скайта скользнул по салатовому пиджаку приятеля.

«Надо будет заказать себе такой же. Обеспеченный человек должен выглядеть соответственно».

— Шикарно выглядите, парни, — прогремел бас подошедшего Джо.

— Ещё бы, — довольно ухмыльнулся Улиткинс. — Одна рубашка двести кредитов стоит. — Он с гордостью продемонстрировал торчащие из рукавов бледно-салатового пиджака манжеты.

— Классные шмотки, Дерк.

— Могу себе позволить.

— Да я уже заметил, — улыбнулся Джо. — Вы у меня всё шампанское выдули. — Он, ловко откупорил бутылку «Гальбоньери». — Это последняя.

— А ты выпей с нами! — великодушно предложил Дерк.

— Со старыми друзьями — всегда.

Джо достал чистый фужер.

— За удачу! — провозгласил Улиткинс.

— За удачу! — поддержали его Скайт и хозяин бара.

Некоторое время они молча пили, слушая музыку и гул голосов.

— Давно я у тебя не был, Джо, — сказал наконец Скайт. — Бар теперь не узнать.

— Это точно, — довольно кивнул великан. — Недавно всё перестроил. Расширил зал, поставил сцену, даже дизайнера из «Уюта» нанимал. Влетело в копеечку, конечно, зато теперь клиенты валят толпами.

Скайт посмотрел в сторону эстрады.

На небольшой сцене расположился оркестр из четырёх человек.

Взъерошенный пианист в оранжевом пиджаке лихо бегал пальцами по клавишам электрического рояля. Ударник в тёмных очках крутил палочки с цирковой ловкостью. Гитарист лениво курил, опершись на инструмент, а худой саксофонист возился с мундштуком, готовясь вступить в игру.

Живая музыка перекрывала шум бара куда лучше старого музыкального автомата, пылившегося теперь возле стены.

Скайт помнил времена, когда сам бросал в него последние монеты ради дешёвого шлягера.

— Играют так себе, — заметил Джо, — но людям нравится.

— Для бизнеса этого достаточно, — согласился Уорнер. — Хотя старый автомат придавал заведению особый стиль.

— Времена меняются. Теперь всем подавай живую музыку.

Джо отпил шампанского и внимательно посмотрел на Скайта.

— Ну а у тебя как дела? Судя по виду — тоже неплохо. Давненько я не слышал ваших историй. Насколько помню, вы с Дерком редко ввязываетесь в дело без стрельбы.

— Пока ещё рано говорить о больших деньгах…

— Мы уже почти миллионеры, дружище! — перебил его Улиткинс.

Шампанское заметно ударило Дерку в голову.

Сидевшая неподалёку симпатичная брюнетка в короткой чёрной юбке сразу заинтересованно посмотрела в его сторону и чуть изменила позу, чтобы лучше были видны её ноги.

— Пока ещё не миллионеры, — недовольно буркнул Скайт.

Он не любил заранее испытывать удачу.

До аукциона на Доминанте ещё нужно было добраться, а в подобных делах всё могло измениться в любой момент.

Скайт стряхнул пепел с сигары.

— В общем, Джо, мы решили продать наш звездолёт.

— Продать «Триумф»?! — удивился Джо. — А как же ваш бизнес? Решили завязать с полётами? Или нашли прибыльное дело на поверхности?

— И не просто продать, а продать дорого, — ответил Скайт. — Наш «Триумф» — не обычный корабль. Это бывшая личная яхта Императора Ивана Штиха (роман «Проклятое созвездие» https://author.today/work/494959). Для коллекционеров такая штука стоит целое состояние.

Он положил на стойку два пригласительных билета.

— Через десять дней на Доминанте открывается ежегодная выставка космической техники. Мы уже зарегистрировали корабль на аукционе. «Триумф» идёт главным лотом.

— Представляешь, Джо? — захохотал Дерк. — Пускаем с молотка личную яхту Императора!

Женщина в чёрной мини-юбке заинтересованно придвинулась ближе.

Порывшись в сумочке, она достала длинную сигарету.

— Вы лично знакомы с Императором? — спросила она.

Дерк мгновенно развернулся к ней, расплылся в улыбке и демонстративно поправил цветок в петлице, чтобы рубин на галстучной заколке лучше бросался в глаза.

Скайт насторожённо покосился на женщину.

— Кто это?

— Всё нормально, — успокоил его Джо. — Своя. Часто здесь бывает. Работает в «Плобитаунских байках».

Он повернулся к женщине:

— Джейн, познакомься. Это Дерк Улиткинс и Скайт Уорнер. А это — Джейн Блензи, журналистка.

— Простите, мэм, — вежливо сказал Скайт, — но мы не намерены давать интервью.

— Да я и не собираюсь, — усмехнулась Джейн. — Просто зашла выпить и поболтать со своим приятелем Джо. Кстати, Джо, налей и мне чего-нибудь.

— Что будешь?

— То же, что и эти джентльмены.

— «Гальбоньери»? Отличный выбор, но это была последняя бутылка.

— Если не возражаете, мадам. — Дерк Улиткинс собственноручно наполнил бокал журналистки.

Джейн сделала маленький глоток и с любопытством посмотрела на пилотов.

— Просто интересно увидеть людей, которые лично знали Императора. О Штихе сейчас говорят как о самом прогрессивном политике Галактики.

— Знали ли мы Штиха? — фыркнул Дерк. — Да мы с ним ещё тогда познакомились, когда он был сопливым принцем и только мечтал о троне!

Скайт едва заметно поморщился. Но Дерку до него не было никакого дела.

Улиткинса явно понесло.

— Если уж говорить честно, — продолжил Дерк, — своей короной Штих обязан мне, Скайту и ещё одному парню — Пьеру Хилдрету.

Он сделал большой глоток шампанского.

— А в благодарность этот венценосный скупердяй всучил нам старое корыто. Возись теперь с ним…

— Дерк, — тихо предупредил Скайт.

Но Улиткинс уже вошёл во вкус.

— Нет, ты подумай! Мог бы отблагодарить и получше!

— Ха! — расхохотался Джо. — Хотел бы я получить такое «корыто» за три миллиона кредитов!

Он повернулся к телевизору и прибавил звук.

Футбольный матч закончился.

Голографическое изображение мигнуло, рассыпалось на цветные квадраты и сложилось в яркую надпись:

«ГЛОБАЛЬНЫЕ НОВОСТИ»

Заиграла бодрая музыка.

— «Глобальные новости». Сначала — рекламный блок.

На экране вспыхнул космос.

Спортивный звездолёт «Стиллерс» уходил от атаки пиратских кораблей. Пространство разрывали вспышки лазерных орудий.

В рубке царила паника.

Капитан выкрикивал команды, матросы метались между пультами, а в кресле пилота сидела длинноногая блондинка в серебристом комбинезоне.

На её лице застыл ужас.

За кадром заговорил уверенный мужской голос:

— Зачем тратить деньги на сложные артиллерийские системы, которые могут отказать в самый неподходящий момент? Зачем нанимать большой экипаж? Купите импульсный комплекс «Ликвидатор». «Ликвидатор» за секунды выводит из строя всю электронику противника.

Блондинка спокойно красила губы перед зеркальцем.

На панели вспыхнул сигнал тревоги.

Не глядя, женщина нажала кнопку.

Корабль окутала сеть электрических разрядов. Пиратские суда потеряли управление и начали сталкиваться друг с другом.

— «Ликвидатор». Позаботьтесь о собственной безопасности.

Реклама сменилась новым роликом.

Лесистые холмы. Маскировочные сети. Пусковые установки.

Из бункера вышел загорелый военный в расстёгнутой камуфляжной куртке.

— Я тридцать лет служил в системе противокосмической обороны, — произнёс он, глядя прямо в камеру. — И поэтому доверяю только ракетному комплексу «Зипер».

На экране появилась армада боевых кораблей.

С земли стартовали ракеты.

Вспышки. Взрывы.

Гигантский линкор, охваченный пламенем, разломился пополам.

— «Зипер» — надёжная защита вашей планеты.

Реклама закончилась.

На экране появилась студия «Глобальных новостей».

За длинным столом сидел ведущий Бен Клаймер — в горчичном клетчатом пиджаке и красной футболке с символикой «Плобитаунских Дьяволов». Волосы телеведущего были уложены в модную причёску «Мокрая голова» и блестели так, словно он только что вылез из душа. Эффект обеспечивал толстый слой геля «БУ» — «Безоговорочный успех».

Позади ведущего во всю стену светилась надпись:

«ГЛОБАЛЬНЫЕ НОВОСТИ»

Буквы переливались всеми цветами радуги и раздражающе мигали.

— Доброй ночи, дорогие друзья! — бодро начал Клаймер. — Сегодня у нас маленькая сенсация. Да-да, речь пойдёт о предстоящем открытии выставки «Дни оружия» на планете Доминанта!

Он театрально выдержал паузу.

— И помочь разобраться в главных событиях нам согласилась эксперт Джилла Хайл!

В студию вошла эффектная женщина в изумрудном платье с глубоким вырезом. Светлые волосы были собраны в косу и украшены золотой заколкой в форме бабочки.

— Добрый вечер, Бен. Добрый вечер, уважаемые телезрители.

— Джилла, вся Галактика обсуждает предстоящую выставку. Что нас ждёт в этом году?

— Как всегда, всё самое дорогое и смертоносное, — улыбнулась Хайл. — На Доминанту прибудут промышленники, военные, агенты спецслужб, коллекционеры и миллиардеры со всех концов изведанного космоса. На аукционе можно будет купить всё — от фрагмента легендарного корабля до полностью оснащённого боевого линкора.

— Какие компании станут главными звёздами салона?

— «S& D», «Бердана», «Мерлин и Паркер»… Но настоящий ажиотаж вызвал совсем другой лот.

Клаймер расплылся в улыбке.

— Та самая сенсация?

— Именно. На торги выставлена личная яхта Императора Ивана Штиха — звездолёт «Триумф».

В баре сразу стало тише. Несколько посетителей обернулись в сторону приятелей.

Скайт почувствовал неприятный холодок — Дерк недавно так громко хвастался, что в баре его слышали все присутствующие.

— И это не рекламный трюк? — спросил ведущий.

— Нет. Информация подтверждена официально. На аукцион уже вылетели крупные коллекционеры и представители корпораций. Кинопродюсер Лунго Кристофер даже приостановил съёмки нового фильма ради участия в торгах.

— Что представляет собой «Триумф»?

— Корабль построен десять лет назад на верфях планеты Мо. Дисковидный корпус, усиленная броня, лазерное вооружение. Интерьеры выполнены в стиле так называемого «реалистичного прагматизма» — максимум удобства при подчеркнутой сдержанности.

— Проще говоря — роскошь без показухи?

— Именно. При отделке использовали обсидиановую пальму — один из самых дорогих материалов в Галактике.

— И сколько стоит такая игрушка?

— Стартовая цена — три миллиона кредитов. Но итоговая сумма наверняка окажется значительно выше.

Клаймер подался вперёд.

— И кто же нынешний владелец «Триумфа»?

Джилла загадочно улыбнулась.

— Корабль давно не принадлежит Императору. Сейчас он находится в частных руках. Больше я сказать не могу.

— А вот, крошка, и эксклюзив для тебя, — зашептал Дерк на ухо Джейн, — обладатель знаменитого корабля сидит прямо перед тобой.

Он важно расправил плечи.

— Лови удачу за хвост. Ведь завтра меня снова ждёт полёт к холодным звёздам в бескрайней пустоте космоса…

Скайт закатил глаза.

Дерк перестал думать о какой-либо осторожности. Шампанское окончательно развязало ему язык.

— Обожаю шикарных мужчин, — рассмеялась Джейн, касаясь его локтя. — Не проводите меня домой, мистер космический волк? Вечером одной ходить страшновато.

— Конечно! — мгновенно оживился Улиткинс. — Подожди у выхода, я сейчас.

Когда журналистка, покачивая бёдрами, направилась к двери, Дерк резко наклонился к Скайту.

— Слушай… одолжи сотню.

— Что?

— Ну сам видишь, как всё удачно складывается. После продажи «Триумфа» верну двести.

Скайт тяжело вздохнул и вытащил деньги.

— Держи. И только попробуй завтра проспать старт.

— Ты настоящий друг!

Дерк поспешил к выходу.

Скайт проводил его взглядом.

Трансляция вновь прервалась на рекламу оружия. Яркие лазерные вспышки на экране телевизора озаряли полутёмный зал «Падающей звезды».

Уорнер задумчиво посмотрел в пустой бокал.

Почему-то ему вдруг стало тревожно.

Он достал банкноту и положил её на стойку.

— Джо, плесни мне… «Чёрного Саймана».

Могучий Джо вопросительно поднял бровь.

Скайт мрачно усмехнулся:

— В конце концов, мы так и не выпили за горячие двигатели.

Глава 2: Предстартовые хлопоты

Скайта Уорнера разбудил пронзительный писк будильника.

Когда он открыл глаза, стрелки часов с зеленоватой подсветкой показывали половину шестого утра. Круглый циферблат в массивном бронзовом корпусе неприветливо смотрел со стены напротив постели. Скайт знал: противный писк не прекратится, пока человек не спустит ноги с кровати и не коснется пола. Именно так работала электроника часов — встроенное в корпус устройство с фотоэлементом заставляло хозяина подняться.

Спальню окутывал серый предрассветный сумрак. Справа бледным размытым пятном светлел иллюминатор. Казалось, слабый утренний свет, проходя сквозь толстое стекло, не разгоняет полумрак каюты, а лишь сгущает тени.

Встав с постели, Скайт Уорнер подошёл к иллюминатору и некоторое время стоял, вглядываясь в капли влаги, медленно стекающие по внешней стороне стекла. Туман, окутавший многочисленные площадки Западного космодрома, превратил звездолёты, стрелы грузовых кранов и ремонтные ангары в расплывчатые силуэты.

Утро выдалось промозглым и сырым. Моросил мелкий дождь. Тишину каюты нарушало лишь мерное тиканье настенных часов.

Скайт отошёл от окна. Босые ноги бесшумно ступали по мягкому ковру, почти по щиколотку утопая в глубоком ворсе. Сладко потянувшись, Уорнер нажал кнопку выключателя. Хрустальная полусфера под потолком вспыхнула золотистым светом, без следа рассеяв остатки ночи.

Основную часть спальни занимала широкая кровать с высоким изголовьем. Чёрная древесина обсидиановой пальмы отливала в свете лампы воронёной сталью. Всё ложе покрывала затейливая резьба в виде переплетённых ветвей и листьев.

Рядом с кроватью стоял маленький туалетный столик на гнутых ножках. Из столешницы выдвигался пульт управления с микрофоном, позволявший связываться с любым помещением корабля, не покидая спальни. Над столиком висела большая картина в золочёной раме — изображение какого-то старинного замка. В противоположной стене, под часами, был встроен бельевой шкаф.

На внутреннюю отделку личных покоев принца не пожалели ни средств, ни материалов. «Триумф» проектировали так, чтобы даже в глубинах космоса наследник престола чувствовал себя как в родовом дворце: спал на настоящей кровати, а не в капсуле с полиуретановым песком, и вытирался хлопчатобумажным полотенцем вместо того, чтобы наносить на кожу гель-абсорбент, как на обычных звездолётах.

Скайт Уорнер поймал себя на мысли, что из-за этих «маленьких» удобств стал спать дольше.

Вернувшись к постели, он аккуратно заправил серое шерстяное одеяло и направился в душ.

Прогнав остатки сна струями прохладной воды, Уорнер облачился в ярко-красный халат с вышитым на спине личным гербом Императора и, проверив время, пошёл в кабинет.

Часы показывали уже шесть утра, а Дерк Улиткинс до сих пор не появился.

«Где его носит?» — раздраженно подумал Скайт.

Впереди оставалась масса дел. Утро вылета всегда проходило в хлопотах и нервотрёпке, а Дерк снова опаздывал. Уорнера злило, что все заботы опять ложатся на него одного, но ждать не имело смысла.

Придётся всё делать самому. Скайт сокрушённо покачал головой. Он шёл по плавно закругляющемуся коридору, опоясывающему палубу правильным эллипсом. Такие же эллипсы, только меньшего диаметра, образовывали галереи верхней палубы управления и нижнего жилого блока.

Красная ковровая дорожка заглушала шаги. Переборки были отделаны деревянными панелями. Под потолком ярко горели шарообразные светильники, освещая портреты, развешанные по всему периметру палубы.

Гордые, надменные лица в приглушённом свете ламп казались живыми. Бархат и парча, сталь доспехов, кружевные воротники до самого подбородка, суконные мундиры с генеральскими эполетами, орденские планки и кресты на серых френчах. В галерее соседствовали портреты людей самых разных эпох. Объединяло их одно — принадлежность к королевской фамилии, касте высшей знати империи. Молодой принц даже в путешествиях должен помнить о величии своего рода и о подданных, на чьей поддержке держится власть и благополучие престола.

Со всех сторон на Скайта Уорнера смотрели суровые лица. Люди на портретах словно недоумевали, что делает «низкорождённый смерд» в столь изысканном обществе.

«Ничего, смотрите, смотрите, — усмехнувшись, подумал Уорнер. — Скоро я вас всех продам»

Пройдя конференц-зал, Скайт остановился у двери кабинета. На обычном звездолёте створки автоматически разъехались бы в стороны, едва он приблизился к порогу. Здесь же дверь нужно было открывать вручную. Но ответственный за это слуга отсутствовал, и Скайт, чтобы войти внутрь, собственноручно повернул бронзовую ручку.

Напротив круглого иллюминатора стояли большой письменный стол с толстыми витыми ножками и кресло. Рядом тянулся ряд винтажных мониторов, позволявших хозяину яхты видеть всё, что происходит в любом уголке звездолёта. Сейчас экраны были погашены. В углу, возле узкого книжного шкафа, в глиняной кадке рос фикус.

Полив растение из маленького керамического чайничка, Скайт Уорнер сел за письменный стол и с удовольствием облокотился на резные подлокотники в форме крылатых грифонов. Нужно было спокойно обдумать дальнейший порядок действий.

Скайт включил маленький приёмник, стоящий на столе, и, покрутив ручку настройки, поймал станцию «Доброе утро, Плобой». Насвистывая мелодию звучащей по радио песенки, Уорнер вытащил из ящика синюю пластиковую папку с документами на «Триумф»: подписанную самим Императором Иваном Штихом дарственную на «добровольную, безвозмездную передачу в вечное пользование звездолёта „Триумф“ гражданам Союза Независимых Планет господам С. Уорнеру и Д. Улиткинсу»; скреплённый личной императорской печатью акт, подтверждающий законность сделки; корешки бланков федеральной налоговой службы, свидетельствующие о своевременной уплате налогов на «владение летательными средствами малого и среднего пространственного объёма».

Все эти бумаги понадобятся на Доминанте при оформлении продажи яхты.

— Сегодня в Плобитауне ожидается дождливая погода, — бодро сообщал радио-диктор. — Безветрие над Океаном Королевы Грёз продержится ещё два-три дня. Не забудьте перед вылетом установить на флаер дополнительные противотуманные фары.

Следом начался рекламный блок.

— Начался дождь, а вы забыли дома зонт? Выход есть! Одноразовые полиэтиленовые накидки «Дождевик» из сверхтонкого экологически чистого материала! Микропоры свободно пропускают воздух, но при этом не пропускают влагу. «Дождевик» чрезвычайно прост в применении и занимает не больше места, чем спичечная коробка. Вы всегда можете носить его с собой!..

Скайт посмотрел на часы. Двадцать минут седьмого.

Когда несколько дней назад они с Дерком распределяли обязанности, то договорились, что юридическими вопросами займется Улиткинс. В прошлый раз бумаги оформлял Скайт, теперь очередь Дерка — всё по-честному. Но со вчерашнего вечера приятель так и не появился на корабле.

Скайт взглянул на часы. Следовало поторапливаться: через полчаса в административном корпусе космодрома начнётся давка. Дерк снова подвёл.

«Придётся идти самому», — решил Скайт.

Приняв решение, Скайт поднялся из-за стола. Он переложил в синюю папку квитанции об оплате стоянки «Триумфа» на космодроме, резолюцию центральной таможенной службы спутника Блос и зелёный регистрационный бланк разрешения на вылет.

Некоторое время Уорнер колебался, брать ли с собой «Заключение медицинской комиссии карантинной службы космодрома». Формально «Правила космических полётов» не требовали наличия медицинских справок при оформлении вылета. Но Скайт хорошо знал по опыту: многие чиновники особенно любили придираться именно к отсутствию этой бумажки.

Поэтому бланк «Заключения» лёг поверх остальных документов.

Через несколько минут люк звездолёта раскрылся, и Скайт появился на верхней площадке трапа. Скайт переоделся в удобный лётный комбинезон с множеством карманов и кожаную куртку на меховой подкладке. Высокие ботинки с толстой подошвой поблескивали начищенной кожей, а талию опоясывал широкий ремень с массивной медной пряжкой.

Железные ступени и перила покрывали холодные капли воды. По обшивке корабля барабанил редкий дождь. Туман понемногу рассеивался, и на лётном поле стали проступать мокрые корпуса звездолётов и блестящие крыши ремонтных ангаров.

Несмотря на ранний час, космодром жил напряжённой деловой жизнью: из ремонтных блоков доносились свист плазменной сварки и грохот металла; над полем, громко тарахтя винтами, пролетали служебные геликоптеры; диспетчеры за пультами координировали работу космопорта.

Поёжившись от холода и подняв воротник куртки, Скайт направился к главному административному зданию. Светлый приземистый корпус смутно проступал сквозь туман. Новичок в такую погоду вряд ли догадался бы о назначении этой постройки, но Уорнер столько раз оформлял вылеты, что мог найти дорогу даже с закрытыми глазами.

Мимо него, разбрызгивая лужи, проносились жёлтые автобусы, битком набитые пассажирами. Они подвозили людей к шаттлам, курсирующим между планетой и искусственным спутником Блос. У третьего причала готовился к старту лайнер с гордым названием «Повелитель пространств».

В центре круглой взлётно-посадочной площадки стояла остроносая ракета на четырёх телескопических опорах. К её матовому серебристому корпусу тянулись щупальца силовых кабелей и гидравлических шлангов. Шли последние приготовления к старту. У раскрытого грузового люка роботы-погрузчики складывали в штабеля ящики и коробки, а за их работой внимательно следили два клерка наземной службы, время от времени делая пометки в блокнотах с водоотталкивающими страницами.

Пройдя мимо стартовой площадки, Скайт добрался до длинного кирпичного здания таможенного терминала. Пересёк асфальтовую стоянку с десятком флаеров, свернул за угол и миновал круглую полусферу метеорологического комплекса. Гладкий купол, выкрашенный в бело-красные полосы, блестел от дождевой воды. Обходя лужи, Скайт пошёл по бетонной дорожке, огибающей комплекс построек, и через несколько минут оказался у стеклянных дверей центрального административного корпуса.

На стуле у входа сидел здоровенный охранник в синей униформе и увлечённо читал бульварную газету «Солдат удачи». В свежем номере печаталось продолжение популярного комикса Майкла Медведева «Командировка во Вселенную». Сериал выпустили вслед за одноименным романом и экранизацией, мгновенно ставшими хитами на Плобое. Газета, ещё недавно балансировавшая на грани банкротства, теперь входила в десятку самых продаваемых изданий города.

Время от времени охранник нехотя отрывался от чтения и бросал суровый взгляд в сторону главного зала, создавая видимость служебного рвения.

У длинной регистрационной стойки толпился народ. Шла посадка пассажиров на рейс лайнера «Повелитель пространств». Работали все семь окон, но это мало помогало: в зале стояли шум, давка и бесконечная толчея. Особенно громко ругались возле отдела приёма багажа. Порой из толпы вырывались раздраженные выкрики и крепкие выражения особо нетерпеливых пассажиров. Тогда охранник со вздохом откладывал газету и направлялся восстанавливать порядок.

Обычно хватало одного его вида: резиновая дубинка со встроенным электрошокером, наручники и баллончик со слезоточивым газом за поясом действовали лучше любых уговоров. А если этого оказывалось мало, страж порядка без лишних церемоний вытаскивал самых шумных из очереди. Через пару минут нарушители уже мрачно топтались в самом хвосте, а в зале ненадолго воцарялась тишина.

Пассажиры, завершившие оформление документов, направлялись к широким квадратным дверям по обе стороны регистрационной стойки. Там они проходили через специальные порталы, сканирующие ручную кладь на наличие оружия, взрывчатки и прочих предметов, запрещённых «Конвенцией мирного использования космического пространства». За процедурой досмотра внимательно наблюдали сотрудники Департамента по борьбе с космическим терроризмом в чёрной униформе.

Скайт пересёк шумный зал, обогнул грузовой электрокар, доверху набитый чемоданами и коробками, и поднялся на второй этаж, где располагался филиал бюро миграционной службы планеты Плобой. Из-за закрытых дверей доносились приглушенные голоса, телефонные трели и непрерывный стук клавиатур.

В конце коридора Скайт оказался в просторном светлом холле с десятком дверей, отмеченных металлическими табличками. Перед кабинетами толпились люди самой разной наружности: совсем молодые пилоты в щегольских форменных френчах с блестящими нашивками, седые ветераны с усталыми лицами и подчёркнуто небрежными манерами бывалых космических волков. Объединяло их только одно — все они были владельцами или пилотами частных звездолётов и хотели поскорее оформить вылет.

Скайт внимательно осмотрелся. Самая длинная очередь тянулась к кабинету Эдны Файф и Люси Кой. У этих дам любые проблемы обычно решались быстро и сравнительно недорого — прямо на месте. К их услугам прибегали либо неопытные новички, плохо разбиравшиеся в юридических тонкостях, либо люди с не слишком чистой совестью.

Уорнер не собирался тратить время на бесконечное ожидание. Опыт у него имелся, совесть пока тоже была в порядке, поэтому он выбрал дверь с самой короткой очередью.

Перед ним стояли всего пять человек. Двое в белых кителях со штурманскими нашивками негромко обсуждали что-то профессиональное, уверенно жестикулируя. Чуть дальше молчаливо разгадывал кроссворд мужчина неопределённого возраста. Он ни на кого не обращал внимания. Низко подвешенные к бёдрам кобуры с изогнутыми рукоятями флэштеров выдавали в нём профессионального ганфайтера.

Скайт занял место за юношей в модной пластиковой куртке. Парень заметно нервничал: то и дело переминался с ноги на ногу, поглядывал на часы и теребил воротник.

— Скажите, мистер, — наконец обратился он к стоявшему впереди мужчине в длинном плаще с эмблемой клуба ветеранов космолётчиков, — по прибытии на Плобой обязательно проходить таможенную проверку на Блосе? Или можно садиться прямо на планету?

Ветеран медленно повернулся к нему вполоборота. Подобный вопрос мог задать только новичок, впервые отправляющийся в космос.

— Проверка на Блосе обязательна, если нет специального разрешения на прямую посадку, парень, — снисходительно ответил он.

Скайт понял, что старик говорит исключительно из вежливости. Наверное, вспомнил себя в молодости.

Очередь двигалась медленно. Дверь кабинета открывалась, выпуская очередного посетителя, и тут же снова захлопывалась.

Наконец между заветной дверью и Уорнером остался только один человек — новичок в пластиковой куртке. Ветеран уверенно вошел в кабинет.

Прошло больше двадцати минут, прежде чем дверь снова распахнулась и космолётчик появился в коридоре. Его покрытое седой щетиной лицо побагровело от гнева.

— Это чёрт знает что… — пробормотал он.

Парень в пластике поспешно отшатнулся, пропуская седовласого, и больно наступил Скайту на ногу.

— Ой! Извините! — смущённо воскликнул юнец.

— Ничего. Бывает, — сдержанно ответил Уорнер, стараясь не выдать раздражения.

— Чертовщина какая-то, — продолжал возмущаться ветеран. — Они потребовали справку о прививках для моей собаки! Я уже десять лет летаю с этим псом в космос. У старика отличная родословная, все документы в полном порядке. Не обязан я таскать его на вакцинацию перед каждым рейсом! Они вообще не имеют права требовать подобное. Противозаконно! Живодёры…

Пилот яростно погрозил кулаком в сторону двери и зашагал к лестнице.

— Безобразие! — тут же поддержал его астронавт из соседней очереди. Худое лицо мужчины пересекал глубокий шрам, а левый глаз скрывала чёрная повязка. — Чиновничий беспредел! Каждый норовит обидеть честного пилота! Карамба!

— Бюрократический произвол, — охотно подхватил толстяк с хитрыми бегающими глазками. — Им бесполезно что-либо доказывать.

— Нужно было сунуть на лапу, — со значением произнес низенький старичок с козлиной бородкой. — Лично я всегда так и поступаю, джентльмены.

— И много? — осторожно спросил начинающий пилот.

— Это зависит от человека. Я в своей потёртой робе отделался бы сотней монет. А с вас… — старик оценивающе оглядел щегольскую куртку юноши, — меньше пятисот не возьмут.

— Пятьсот?! Так много? У меня с собой столько нет… Придётся сбегать на звездолёт за деньгами. Проходите, — сказал он Скайту и поспешно покинул очередь.

Толкнув дверь с надписью «Бюро регистрации», Скайт Уорнер вошёл в большую прямоугольную комнату.

Друг напротив друга стояли два длинных стола, заваленных бумагами, распечатками и бланками. Сквозь широкие окна лился серый утренний свет, ярко освещая бежевые стены, облепленные вырезанными из журналов фотографиями кинозвёзд. На спинках стульев висели серые пиджаки служащих.

Один из работников — широкоплечий здоровяк с коротким ёжиком светлых волос — ожесточенно стучал по клавишам компьютера. Закатанные до локтей рукава рубашки открывали сильные мускулистые руки. Время от времени он сверялся с толстой канцелярской книгой, лежавшей перед ним на столе.

Второй клерк — невысокий смуглый крепыш с аккуратными чёрными усиками — тащил к шкафу кипу бланков. Бумаг было столько, что он поддерживал их подбородком. Добравшись до пустой ячейки картотеки, служащий бесцеремонно свалил туда документы и с грохотом задвинул ящик обратно.

— Фу ты, — выдохнул он, — теперь и сам дьявол не разберется, кто в какой каюте летит.

— Ещё неделя такой работы — и я либо уволюсь, либо попаду в психушку, — пробормотал его товарищ, не отрываясь от монитора.

— Ты и так давно работаешь в дурдоме! — нервно бросил темноволосый и направился за новой стопкой бумаг.

— Совершенно нет отбоя от посетителей, Ник, — недовольно произнес светловолосый, демонстративно не замечая Скайта, стоявшего у двери. — Их что сегодня, прорвало? И именно сейчас, когда стартует «Повелитель» и нужно оформлять проклятые списки пассажиров!

— Похоже на то, Арни. Совсем житья не стало от пилотов всяких частных посудин.

— Когда мы с тобой пришли сюда работать, Ник, частников было куда меньше.

— Намного меньше.

Не обращая внимания на их ворчание, Скайт подошел к столу светловолосого. На приколотой к рубашке картонной табличке значилось: «Арнольд Ворсишманхабен. Отдел регистрации».

— Господин Ворсишманхабен, мне необходимо получить разрешение на вылет сегодня утром, — спокойно произнёс Скайт. — Здесь собраны все нужные документы. — Он положил на стол синюю папку. — Осталось только поставить печать на карточку допуска к взлету и оформить лист прохождения таможенной проверки. Хотелось бы обойтись без лишних проволочек. Я очень спешу.

— Все спешат, — буркнул служащий, беря зелёный бланк. — У каждого срочное дело, не терпящее отлагательства. Одни мы здесь бездельничаем. Правда, Ник?

— Конечно, — охотно поддержал усатый. — Мы просто просиживаем штаны в этой дыре и поднимаемся со стульев только за зарплатой. Никому нет дела, что перед регистрацией даже самой распоследней развалюхи мы обязаны заполнить гору карточек и бумажек…

— Подумаешь, сущий пустяк — вручную оформить несколько сотен бланков, — вставил Арни.

— Потом все данные нужно занести в компьютер и отправить в центральную базу миграционного бюро и диспетчерскую службу космодрома, — продолжал тот. — Получить подтверждение, снова внести информацию, присвоить карточке номер, зарегистрировать в информационном отделе и только потом убрать в картотеку.

— Мы давно просили помощника, — сказал Ник, — но начальству проще дождаться, пока мы с Арни сдохнем среди этих бумаг…

— …чем расширить штат и платить зарплату ещё одному клерку.

— Сегодня нам нужно оформить несколько тысяч пассажиров «Повелителя», но, конечно, это ерунда. В мире ведь полно дел важнее работы двух несчастных чиновников.

— Господа, — произнёс Скайт, которому разговор начал надоедать, — я нисколько не умаляю важности вашей работы и прекрасно понимаю, какая у вас нагрузка. Но у меня тоже срочные дела. «Триумф» должен вылететь сегодня утром, иначе сорвутся важные договорённости. Во время перелёта могут возникнуть непредвиденные задержки, и мы рискуем не уложиться в сроки. По закону вы обязаны оказать содействие в оформлении документов.

— Смотри-ка, ещё один умник нашёлся! — воскликнул Арнольд Ворсишманхабен. — В последнее время, я смотрю, все слишком умными стали. Правда, Ник?

— Точно. Уже и шагу нельзя ступить без советов, что тебе делать, а чего не делать…

— Господа, если вы не окажете мне необходимого содействия, — раздражённо перебил Скайт, — я отправлю официальную жалобу начальнику центрального миграционного бюро Плобитауна и подам иск в городской суд.

— Без жалоб в вышестоящие инстанции теперь вообще ничего не обходится… — вздохнул Арни. — Ладно, Ник, окажем содействие.

Он взял протянутый Скайтом зелёный бланк и принялся что-то вписывать.

— Подойдите к господину Штиббельсону… Мистер Уорнер, — Арнольд прищурился, читая фамилию. — Мы с господином Штиббельсоном просто счастливы помогать каждому встречному.

— Просто спим и видим, как бы кому-нибудь оказать содействие, — подхватил Ник.

Стараясь не выдать раздражения, кипевшего внутри, Скайт подошёл к столу черноволосого клерка. На груди у того висела табличка: «Ник Штиббельсон. Отдел регистрации».

— Что ж, господин Уорнер, — произнёс Ник с видом судьи, зачитывающего приговор, — мне потребуется бланк официального медицинского заключения карантинной службы космодрома о прохождении кораблём профилактической обработки для выявления и уничтожения опасных вирусов и бактерий.

Мысленно Скайт похвалил себя за то, что догадался захватить эту бумагу.

— Пожалуйста, господин Штиббельсон. Все документы в полном порядке.

Он достал из папки розовую картонку и протянул её клерку.

— Посмотрим…

Ник взял бланк с таким видом, словно ожидал обнаружить фальшивку, и углубился в чтение.

— Ну что, Ник? — спросил со своего места Арни.

— Всё в порядке.

Арни снова заскрипел пером, внося данные в документы.

— Теперь я хотел бы взглянуть на резолюцию центральной таможенной службы спутника Блос, — продолжил Штиббельсон. — Не хочу вас обидеть, мистер Уорнер, но с виду не определить, контрабандист вы или нет. Вдруг вы находитесь в межгалактическом розыске?

— За поимку преступника, между прочим, полагается хорошая премия, — мечтательно вставил Арни.

— Возьмите. Здесь всё чисто.

Скайт протянул фиолетовый бланк.

— Посмотрим…

— Ну как, Ник?

— Вроде порядок.

— Чья подпись?

— Начальника таможни Блоса, полковника Хендершота.

— Тогда точно всё чисто. Старая ищейка иголку в стоге сена найдёт.

Штиббельсон поднял глаза на Скайта.

— И последнее. Корешки квитанций об оплате стоянки вашего звездолёта на космодроме.

— Без проблем.

Скайт передал стопку листков, скреплённых канцелярской скрепкой.

— Как там, Ник? — Арни уже держал в руке печать.

— Всё чётко.

Печать с тяжёлым стуком опустилась на бланк.

— Тогда я пойду, — сказал Скайт. — Дела.

— Да, господин Уорнер, — откликнулся Штиббельсон, — мы будем только рады, если разные типы перестанут отвлекать нас по пустякам.

— Таможенники придут осматривать трюм около десяти, — добавил Арнольд, протягивая Скайту оформленный бланк. — И передайте им, чтобы сегодня же принесли протокол досмотра.

— А то эти дармоеды, — вставил Ник, — взяли привычку отправлять данные через несколько дней…

— Когда карточки уже разложены по картотеке…

— И потом приходится рыться в шкафах, разыскивая нужный бланк…

— Будто у нас с Ником других дел нет…

— Будто мы мечтаем целыми днями копаться в бумагах…

Не дослушав, Скайт открыл дверь.

На пороге он обернулся:

— С вами было приятно иметь дело, господа! — громко произнёс он, чтобы слышали пилоты в холле, и быстрым шагом направился к лестнице.

Космолётчики тут же потянулись к кабинету Арнольда и Ника. Через несколько минут очередь туда стала длиннее, чем к Эдне Файф и Люси Кой.

Подойдя к звездолёту, Скайт увидел Дерка Улиткинса, стоявшего на верхней площадке трапа. На нём красовалась модная накидка «Дождевик» того же салатового цвета, что и пиджак. В одной руке Дерк держал большой коричневый чемодан, в другой — огромный сандвич, завёрнутый в фольгу. Время от времени он переступал с ноги на ногу, пытаясь согреться.

— Где ты так долго шляешься?! — воскликнул он, заметив Скайта. — Я тут совсем окоченел!

— Где я шляюсь? — раздражённо переспросил Уорнер. — Дела делаю, если тебе интересно. Конечно, — с сарказмом продолжил он, — бегать по чиновникам и оформлять документы — сущие пустяки. Поэтому возится с ними, как всегда, Скайт. Всё утро думаю: зачем я вообще поднялся в такую рань, если мог спокойно валяться в постели?

— Но, Скайт…

— Что — «Скайт»? Посмотри на часы, Дерк! Уже одиннадцать! Мы собирались к этому времени быть на орбите Плобоя. Где тебя носило?

— Понимаешь… Сначала я заехал в город. Купил кое-что в дорогу… зубочистки там, всякое такое… — он кивнул на чемодан. — Потом позавтракал.

— Между прочим, у меня сегодня во рту ещё крошки не было, — заметил Скайт.

— Так угощайся!

Дерк с готовностью протянул недоеденный бутерброд.

— Спасибо.

Скайт взял сандвич и повернул его необкусанной стороной.

— А теперь объясни, почему ты торчишь здесь. Раз уж я отправился оформлять документы вместо тебя, можно было хотя бы заняться кораблём. Проверить системы жизнеобеспечения «Триумфа», приготовить завтрак…

— Когда мы вчера сидели у Джо в «Падающей звезде», я забыл ключ в куртке…

— Ладно.

Скайт набрал код на панели замка и отключил блокировку люка.

— Скоро сюда приедут таможенники.

— И что им от нас нужно?

— Хотят осмотреть трюм.

— Но он же пустой.

— Попробуй объясни это чиновникам.

Они прошли через шлюз.

— Хорошо, Скайт, — сказал Дерк. — Таможенников встречу я.

— Иди лучше распаковывай вещи, — ответил Уорнер. — Груза у нас нет, так что досмотр будет простой формальностью. Какую каюту займёшь?

— А где разместился ты?

— В личных покоях принца.

— Отличный выбор. Тогда я займу каюту капитана.

— Договорились…

…Когда таможенный досмотр закончился и Скайт захлопнул входной люк, часы показывали полдень.

Глава 3: Мечта авантюриста

Окутанные туманной дымкой небоскрёбы Плобитауна остались далеко позади.

В стекле бокового иллюминатора рубки управления медленно уплывал в чёрную бездну спутник Блос. Теперь, когда «Триумф» удалился от планеты на значительное расстояние, гигантская сфера спутника казалась не больше баскетбольного мяча. Свет звёзд, отражаясь от стальной поверхности Блоса, создавал иллюзию, будто тот светится изнутри.

На экране компьютера мелькали бесконечные колонки цифр и графические символы. Скайт Уорнер, работавший за штурманским пультом, отвернулся от дисплея. С момента старта он безвылазно просидел в кресле навигатора уже больше пяти часов, прокладывая курс звездолёта.

Чтобы дать отдых глазам, Скайт поднялся и прошёлся по рубке. В круглом помещении со сводчатым потолком, служившим одновременно экраном визуального обзора и многофункциональным дисплеем, полукругом стояли три широких кресла с подковообразными пультами управления. В одном из них развалился Улиткинс. Он только что закончил вводить в электронный мозг автопилота координаты траектории «Триумфа».

Пол рубки покрывал синтетический паркет, мягко заглушающий шаги. В центре красовался императорский герб — два дракона, сжимавшие в когтистых лапах золотой щит с изображением белой короны.

Подойдя к иллюминатору, Скайт некоторое время неподвижно смотрел на далёкие созвездия.

Где-то там, среди бескрайних просторов Галактики, затерялась Доминанта — планета, обещавшая Скайту Уорнеру и Дерку Улиткинсу богатство и благополучие.

Навстречу «Триумфу» параллельным курсом двигался грузовой танкер. Скайт различил на длинном сигарообразном корпусе эмблему — зелёного жука, ползущего по красному шару. Танкер принадлежал нефтяной корпорации «Скарабей». Уорнер предположил, что корабль идёт из системы Ревегаса, где недавно обнаружили несколько богатых нефтью планет. Значит, экипажу пришлось проделать долгий и опасный путь через малоисследованные районы космоса.

Скайт проводил гигантский корабль взглядом. Из кормовых дюз вырывались оранжевые протуберанцы раскалённых газов. Танкер полным ходом шёл к Плобою, торопясь занять место у стыковочного пирса Блоса.

Для экипажа «Скарабея» путешествие подходило к концу. Скоро парни будут дома. Для Скайта и Дерка всё только начиналось.

Мимо левого борта «Триумфа» медленно проплыл орбитальный пивоваренный завод братьев Толкер. Станция имела форму гигантской пивной банки. Там, где у обычной жестянки находилось отверстие для напитка, располагался широкий грузовой люк. Он то и дело раскрывался, выпуская шаттлы, похожие на пузатые бочонки. Выкрашенные в зелёный цвет с золотистой надписью «ТОЛКЕР» на фюзеляжах, они тянулись цепочкой, словно вереница толстых шмелей.

Братья Джон и Дик Толкеры считались признанными пивными королями не только Плобоя, но и, пожалуй, всей Галактики. Рекламный ролик компании, снятый знаменитым режиссёром Лунго Кристофером, получил «Золотую туфлю» — главный приз ежегодного фестиваля коммерческого кино, а марка пива «Пьяный гном» удостоилась первой премии межгалактического конгресса качества.

Скайт прекрасно помнил сюжет этого «шедевра».

Два румяных толстяка, лучащихся здоровьем и энергией, стоят на фоне сверкающих снежных вершин возле старинной пивоварни. В руках у каждого — кружка пива.

«Мы с братом варим пиво всю жизнь, — говорит один из них. — Спросите, почему оно такое вкусное? Всё просто. Во-первых, мы используем только отборные натуральные продукты. Во-вторых, применяем самые современные технологии. А в-третьих — следуем старинным рецептам. Где ещё вы попробуете ультрасовременное пиво со вкусом настоящего древнего эля? Мы с братом варим пиво всю жизнь… Скажи им, Джон!»

Несколько лет назад общественная организация «Чистый воздух» обвинила компанию «Толкер» в загрязнении окружающей среды и — что удивительно — сумела доказать это в суде.

Братьям пришлось перенести производство в открытый космос — туда, где до них не доберутся активисты всевозможных псевдообщественных объединений, мечтающих лишь о том, как бы вытянуть побольше денег из чужих карманов. Строительство орбитальной станции «Джон и Дик» обошлось в огромную сумму, но компания легко могла позволить себе такие расходы. Более того, затраты окупились с лихвой.

Теперь в рекламном ролике Лунго Кристофера вместо снежных гор братья стояли в скафандрах на фоне лунных кратеров.

— Скайт, курс полностью рассчитан? — отвлёк Уорнера голос Дерка.

— Да. Всё готово. Можешь включать гиперсветовые ускорители.

До этого момента «Триумф» шёл на малой скорости маневровых двигателей. Пока корабль не удалился от планеты на безопасное расстояние, где начиналось свободное от спутников пространство, инструкции категорически запрещали использовать ускорители и системы подпространственных переходов. За нарушение этих правил карали сурово: от огромных штрафов до конфискации корабля и тюремного срока.

Скайт подошёл к радару, по экрану которого плавно перемещались светящиеся точки — обозначения космических объектов.

Толстое выпуклое стекло радара напоминало глаз доисторического чудовища. По иссиня-чёрной поверхности, пересечённой золотистыми координатными линиями, двигались две отметки. Одна — танкер «Скарабей» — почти исчезла из зоны обзора. Вторая направлялась через пространственный коридор ДИЭЛ-13-75 к туманности Хвост Хамелеона.

Пассажирский лайнер «Повелитель пространств» начинал очередное путешествие по Галактике.

— Хочу задать тебе вопрос, Скайт…

Дерк откинул высокую спинку кресла и закинул ноги на пульт управления, словно сидел не в рубке звездолёта, а за столом в собственном кабинете. Сейчас он напоминал биржевого маклера, обдумывающего выгодную сделку.

Достав из кармана пиджака сигарету, Улиткинс протянул пачку Уорнеру:

— Куда думаешь потратить свою долю, когда мы продадим «Триумф»?

— Найду ближайшее казино и спущу всё в рулетку, — усмехнулся Скайт.

— Я серьёзно. Если хочешь знать моё мнение, казино придуманы для дураков и простаков. Сплошное надувательство и пустая трата денег.

— Пока ещё не думал.

— А я уже всё решил.

— И что же? — с любопытством спросил Скайт, закуривая.

— Это мой последний выход в космос. Всё. Хватит.

— И чем собираешься заняться?

— Скайт, ты только посмотри, как мы живём…

— Судя по тебе — неплохо, — заметил Уорнер, окинув взглядом модный костюм друга.

— Это всё ерунда, — отмахнулся Дерк. — Я не о том. Сколько себя помню, мы мотаемся по Галактике как неприкаянные. Хватаемся за случайные заработки, ввязываемся в сомнительные истории, рискуем шкурами ради грошей или чужих интересов. А наш дом — железная консервная банка, которую в любой момент может насквозь прошить метеорит. Лично я с этим завязываю. Когда-нибудь всё равно придётся покончить с такой жизнью. Так лучше сейчас, когда удача сама плывёт в руки.

— Гм… — неопределённо буркнул Скайт.

— Сам стану боссом, — мечтательно продолжил Дерк. — Куплю пяток грузовых кораблей среднего тоннажа. Сниму офис в Дистрикте. Дороговато, конечно, но что поделаешь. Для начала хватит и небольшой конторы. Главное — обставить её по-человечески: картины на стенах, кожаная мебель, ковёр… охранник у входа. Я даже рекламу уже придумал для «Плобитаун трибьюн». Слушай: «Транснациональная межгалактическая корпорация грузоперевозок Дерка Улиткинса. Быстро! Надёжно! Безопасно!» Ну как? Звучит?

— Гм, — снова откликнулся Скайт.

— Потом куплю дом. На Лакоста-Генри, конечно, не замахиваюсь — я человек трезвомыслящий. Не фантазёр какой-нибудь. Возьму виллу на побережье, с видом на океан. Найму повара, личного водителя. Надоело, чёрт возьми, жрать синтетическую дрянь! Хочу нормальные помидоры — на навозе выращенные, а не на гидропонике!

Дерк даже прикрыл глаза, наслаждаясь собственными фантазиями.

Вот он сидит в огромном кабинете. Из нагрудного кармашка дорогого костюма от Джулио Джионты выглядывает уголок салатного платка. Дерк неторопливо курит сигару. В кабинет входит длинноногая блондинка-секретарша и ставит на стол кофе со свежими газетами.

«Ваши акции выросли на пятьсот пунктов, мистер Улиткинс», — щебечет она.

Дерк важно выходит из офиса. Охранник отдаёт честь. Скоростной лифт поднимает его на крышу небоскрёба, где расположена стоянка флаеров. Шофёр, согнувшись в подобострастном поклоне, распахивает дверцу роскошного лимузина со встроенным баром и бассейном…

— А знаешь что, Скайт? — Дерк внезапно вернулся к реальности.

— Гм?

— Можно устроить… как это называется?.. — Улиткинс наморщил лоб. — «Слияние капиталов»! Вот! Тогда мы сразу купим десяток кораблей. Пусть даже не новых. И аренда офиса обойдётся дешевле, чем если каждому платить отдельно. Главное — продержаться первое время. Потом дело само начнёт раскручиваться. Ну как идея?

— Вообще-то я и сам думал о чём-то подобном, — сказал Скайт. — За «Триумф» мы получим не меньше трёх миллионов. Если грамотно вложить деньги, через год можно удвоить состояние.

Немного подумав, он добавил:

— Только секретарш придётся нанимать двух.

— Само собой. А пилотов для грузовых кораблей найдём на любой бирже труда.

— Лучше в баре для вольнонаёмных пилотов «Адмирал Армор». Дешевле выйдет.

— Точно! А рекламу дадим такую: «Транснациональная межгалактическая корпорация грузоперевозок Дерка Улиткинса и Скайта Уорнера. Быстро! Надёжно! Безопасно!»

— И «в срок».

— Верно… Чёрт! — Дерк вдруг принялся шарить по карманам. — Куда я их дел?

— Что-то потерял?

— Зубочистки. Наверное, в каюте оставил.

— Так сходи за ними.

— Пожалуй, так и сделаю.

Дерк вскочил с кресла и исчез в коридоре.

Скайт остался в рубке один.

Он задумался о состоявшемся разговоре. Мысль о собственном деле — бизнесе, связанном с космосом, звездолётами и полётами в другие миры, — неожиданно показалась ему приятной. Именно этим ему всегда хотелось заниматься.

День выдался долгим и нервным. Они с Дерком успели изрядно вымотаться. Наручный универсальный навигатор — НУН, совмещавший часы, гироскопический компас, карту и устройство записи маршрута, — показывал восемнадцать тридцать. В Плобитауне, наверное, уже наступал вечер.

Здесь же, в космосе, течение времени почти не ощущалось. Вокруг простиралось лишь холодное пространство, усыпанное ослепительными звёздами и спиралями галактик, над которыми были не властны земные законы.

Корпус звездолёта едва заметно дрожал от вибрации двигателей. «Триумф», рассекая дискообразным корпусом космическую пустоту, стремительно уносился всё дальше от Плобоя.

Чёрная бездна словно поглощала маленький корабль, осмелившийся бросить ей вызов.