Для героя нет покоя.

Вместо вступления.

В начале был взрыв. А история любит повторяться.

Поэтому нет ничего удивительного, что и в этот раз всё началось с небольшого, во всяком случае по сравнению с тем, с которого началась вселенная, взрыва.

Выстрел, ещё и ещё, яркая вспышка, и всё наконец кончилось. По крайней мере именно эта мысль успела мелькнуть в рыжей голове стрелявшей женщины.

Она была права. История подошла к своему концу. Человечество было спасено, жнецы уничтожены, а миссия завершена. Как и жизнь той, что отдала всю себя ради того, чтобы жили другие.

Но история повторяется. Война? Война не кончается.

А Шепард воскресает.

Глава 1

Безмолвие. Покой. Безмятежность.

Всё это было, но Джейн не знала этих слов. Не понимала их. Было лишь ощущение бесконечного тёмного океана, что мерно качал её на своих волнах и словно укутывал её плотным зимним одеялом.

Сколько это длилось? Она не задумывалась. Но в один момент что-то произошло. Нечто, чему она не ведала названия, настойчиво пыталось до неё достучаться.

Мысли были тяжелы, ленивы и немногочисленны. И нарушали покой. Джейн хотела покоя, но не могла прогнать мысли прочь. Может быть, если устранить причину их появления, всё станет как прежде? — неожиданно возник вопрос в голове, и Джейн потянулась к источнику беспокойства.

Он был далеко, а океан, привыкший к ней, словно к игрушке, не хотел её отпускать. Однако Шепард уже приняла решение. Всем своим существом она отчаянно потянулась на загадочный зов, мгновение растянулось в бесконечность и…

— А-апчхи! Аргх! Уууу!!!

Резкий чих вырвался из её груди, и в её голове будто взорвалась сверхновая. Неудачно дёрнувшись, она сильно приложилась затылком обо что-то твёрдое и болезненно зашипела.

Медленно открыв глаза, отчего молоточки, стучавшие стаккато в её висках, приобрели второе дыхание, Джейн медленно потянулась рукой, желая проверить ушибленную голову, но не донесла её до цели.

Пальцы замерли в воздухе, не дойдя до головы. Джейн почувствовала под собой что-то твёрдое и холодное — похожее на камень или дерево. Её тело казалось чужим, словно она пыталась управлять куклой, не имея всех нужных нитей.

В носу Джейн до сих пор свербело после чиха, а в голове пульсировала боль от удара. Она попыталась сфокусировать зрение, но стоило ей только попытаться сконцентрироваться на чём-либо, и изображение начинало плыть, разъезжаясь в стороны разноцветными кругами.

Медленно, очень медленно, но её глаза начали привыкать к царившему вокруг полумраку. Сперва она различила лишь смутные очертания чего-то большого и тёмного над собой. Затем пришёл черёд деталей, и взору Джейн предстали грубые каменные своды, покрытые мхом и какими-то травами, странного вида грибы, растущие у стен, какие-то старые деревянные обломки.

Воздух был сырым и холодным, пах плесенью и чем-то металлическим. Какая-то штольня? — задалась она вопросом, не испытывая никакой в том уверенности.

Она попыталась пошевелиться, но тело отозвалось слабостью и болью. Каждая мышца протестовала, словно она не использовала их целую вечность. Подобное она чувствовала лишь раз, когда была сильно ранена и месяц провалялась в койке, не приходя в сознание. Тогда, после того как она всё-таки пробудилась, тело тоже чувствовалось совершенно чужим.

Чужим! — пронзила её страшная догадка, и она поняла, что подспудно смущало её всё то время, что она разглядывала окружение. Её рука! То есть, — она выдохнула, усилием воли погасив попытавшуюся было накатить панику, — это не её рука.

Сделанное открытие ошеломило её. Напрочь позабыв обо всём, она подняла вторую руку, и та тоже была чужой. Поднеся руки к лицу, она ощупала его. Нос, губы, уши, щёки, подбородок — всё было чужим.

Где я? Что со мной? Кто это? — вопросы множились и множились, и, не в силах больше обходиться без ответов, она попыталась встать. Перевалившись на бок и подтянув ноги, она смогла встать на колени, однако дальше дело не пошло.

На это действие, казалось, ушли все её силы, и Джейн застыла на четвереньках, бессильно свесив голову. Накатившая слабость была столь всеобъемлющей, что Джейн отчётливо понимала: если попытается встать, то неизбежно упадёт и вряд ли уже сможет подняться.

В этот момент отточенные сотнями боёв инстинкты биотика-штурмовика чётко дали знать: позади кто-то есть!

Стараясь не подать виду, Джейн перенесла вес направо, и её немедленно повело в сторону. С усилием, от которого едва не остановилось сердце, она смогла переставить руку. Проклиная всё на свете, из-за того что свисавшие длинные волосы на добрую половину перекрывали ей обзор, она скосила глаза набок, стараясь рассмотреть пространство, откуда она чувствовала чужое внимание.

В тот момент, когда Джейн попыталась осмотреться, стоявшая в тени фигура сделала шаг вперёд.

— Какая интересная картина предстала взору моему. На смену одному хранителю пришёл другой, коль не было в том никакой нужды. А мир меж тем стал только больше неустойчив.

— Кто ты? — едва выдавила из себя хрип Джейн, но в нём уже слышались стальные нотки, до дрожи пугавшие каждого, кому доводилось услышать их в её голосе.

— Кто я? Я та, кто смотрит. Та, что ищет. Та, что была проклята и благословлена.

— Имя, — если бы у Шепард были силы, она бы поморщилась от весьма раздражавшей её манеры речи.

— Что в нём толку? — хмыкнула фигура, подходя к ней и присаживаясь перед Джейн на корточки. — Тебе ли этого не знать?

— Что это значит? — совершенно автоматически Шепард смерила взглядом расстояние до шеи цели, оказавшейся весьма пожилого вида женщиной. Если она сможет собраться, то одного рывка будет достаточно…

— Как невежливо, — нахмурилась незнакомка, и Шепард почувствовала, что просто не может пошевелить ни единым мускулом. Всё, что ей осталось, лишь отчаянно крутить глазами. — Но интригующе. Будешь себя хорошо вести? Моргни один раз, если да.

После паузы, что Шепард взяла, чтобы продемонстрировать понимание момента, она медленно моргнула. С непонятным хмыком женщина щелкнула пальцами, и к Джейн разом вернулся контроль над телом.

— Что. Это. Было? — ошарашенно выдохнула она, потрясённая новым опытом.

За время своей службы что в альянсе, что в рядах СПЕКТР ей не раз доводилось испытывать на себе воздействие стазиса. И она прекрасно помнила ощущения, что сопровождают его воздействие. Здесь же… Она бы не смогла объяснить это даже самой себе. Тело как будто… выключили? Вот, казалось бы, оно, как и раньше, дай команду, и рука поднимется, пальцы согнутся и крепко схватят врага, чтобы затем выдавить, капля за каплей, из него жизнь. Но ничего не произошло. Тело было рядом, оно ощущалось, пусть и как-то странно, то ли через толстый слой ваты, то ли через стекло, но не откликалось ни на какие сигналы. При этом Джейн прекрасно чувствовала, как маленький камешек, не доставлявший ранее видимых хлопот, всё сильнее впивается в её колено. То есть тело было в порядке, чувствительность на месте, она чётко представляла себе планируемое движение, отдавала мышцам приказ… И ничего не происходило.

— Заклинание парализации. Магическая школа энтропии, — женщина медленно выпрямилась, отворачиваясь от Шепард. — Было… познавательно, — бросила она удаляясь.

Заклинание? Энтропия? Так, она же уйдёт!

— Постой! У меня есть вопросы! — крикнула ей вслед Шепард.

— Так догони и задай, — донеслось издалека ехидное хмыканье.

Аргх!

Я смогу! — волевым усилием преодолев слабость Шепард встала на ноги. Уперев руки в дрожащие колени она чуть было не упала, но каким-то чудом ей удалось устоять. Вперёд, — она сделала шаг и сама не поверила, что ей удалось. Он был совсем маленький, не более ладони в длину, но затем последовал второй и третий. Четвертый был сделан немного быстрее, а потом она поймала ритм.

Качаемся влево, расслабляемся, и нас заносит вправо, ногу вперёд, — не имевшая никаких сил кроме моральных, которые тоже давно показывали дно. Ещё даже до того, как она очнулась неизвестно где и непонятно в ком!

Поэтому момент, когда её подхватили под руку и уверенным сильным движением усадили на кучу земли, стал для неё неожиданностью. Как и то, что она ухитрилась незаметно для себя покинуть пещеру и оказаться под открытым небом.

А здесь я прежде не была, — ошарашенно пробормотала Джейн, глядя в небо совершенного незнакомого ей оттенка. Шепард за свою жизнь побывала во множестве миров и точно могла сказать, что небо у всех своего, уникального цвета. И вот такого раньше она не видела. Что же это? Какой-то новый, неизведанный пространству Цитадели мир? А эта туземка? Но тогда почему она её понимает, ведь она не должна знать общегалактический? Так, стоп…

— Непривычный рисунок звёзд? — поинтересовалась неизвестная.

— В том числе, — протянула Шепард и, тряхнув волосами, постаралась собраться с мыслями. — Всё же, — обратилась она к таинственной женщине, — не хочешь говорить имя — пусть. Просто скажи, как же в таком случае тебя называть?

— Коль нужно тебе имя, Флемет ничем не хуже прочих. Теперь к тому же, что знать ты хочешь, переходить изволь, и поскорее. Не будут ждать события.

— Ммм, — манера речи Флемет несколько сбивала с толку. Она была какой-то скользкой, словно с двойным дном, и не пришлась по вкусу любившей ясность Шепард. — Тогда начну с главного. Где я?

Флемет, заслышав вопрос, нарочито не торопясь огляделась. Её взгляд, за коим проследила Джейн, проскользил по кустарникам, чахлым деревцам, покрытым мхом, видневшейся буквально в пяти минутах ходьбы топи, и, обернувшись обратно, утвердила:

— В болотах!

Шепард поморщилась. Ответ был столь точен, сколь и бесполезен.

— В чьём я теле и как мне вернуться в своё?

— То два вопроса. Впрочем… То, что ты назвала телом, — дочь моя. Вернуться же обратно невозможно.

— Так не бывает, — Шепард решила пока проигнорировать первое откровение, пусть оно и породило в ней массу новых вопросов. — Если ты перенесла меня сюда, сможешь отправить и обратно.

— Сколько уверенности и всё зря, — посетовала Флемет. — Для начала, девочка. Это не я призвала твой дух. Я лишь почуяла неладное и прилетела посмотреть.

— Прилетела? — сразу уцепилась Джейн, не обнаружившая рядом не то что никакой техники, вроде корабля или хотя бы захудалого флаера, но даже чего-либо, что напоминало о том, что здесь вообще бывают люди.

— У меня нет проблем с речью, девочка. Или тебе нужно повторять по два раза?

Флемет бросила на неё недовольный взгляд, от которого Джейн захотелось передёрнуть плечами. Но она сдержалась.

— Прошу, продолжай, — подумав, Джейн решила, что не стоит перебивать явно не обладающую кротким нравом старушенцию. Особенно учитывая, что она владеет какой-то странной биотикой.

— Как было сказано. Я прилетела проверить свою дочь. Но лишь тело нашла на холодных камнях. В нём дух теплился. Как выяснилось, твой. И прежде чем начнёшь ты спрашивать зачем и почему, ответ простой. Не знаю. Искушена в магии была Явана. Что сделала она — то мне неведомо. А значит, ни вернуть её, ни даже отправить тебя обратно я не могу.

Джейн нахмурилась, пытаясь осмыслить услышанное. Её разум, привыкший к логическим объяснениям и научным фактам, отказывался принимать эту странную реальность.

— Но почему именно я? — спросила она, сжимая и разжимая кулаки, чтобы как-то дать выход бурлившим внутри эмоциям. — Почему мой дух оказался в теле твоей дочери?

— Судьба, — пожала плечами Флемет. — Или воля богов. Или случайность. А может, так она хотела. Что больше по душе — пусть так и будет. Разница невелика.

Крепко сжав зубы, чтобы не обложить матом не желавшую что-либо толком объяснять Флемет, Шепард задумалась. С каждым мигом, проведённым в её компании, она всё больше убеждалась, что та безумна. И опасна, о чём неустанно свидетельствовала явно с запозданием проснувшаяся чуйка бывалого бойца. Даже если коротко — безумно опасна, суммировала свои ощущения Джейн.

— Ну что ж, — Флемет неторопливо пошагала в сторону. — Тебя могу я только похвалить, раз всё тебе понятно. Или осудить, раз ничего не интересно? Я всегда путаюсь, хе-хе-хе.

— В смысле? — Джейн с неохотой упёрлась руками в поверхность оказавшегося весьма удобным холмика, чтобы встать и последовать за ней, но та махнула рукой.

— Сиди, — велела она. — Береги, что осталось от моей дочери, — она махнула рукой, и Джейн от удивления моргнула, окутанная белым светом. Открыв же глаза…

— Ррраргхррр!

Невероятной силы рёв оглушил Джейн и заставил скатиться на землю. Ударивший порыв ветра помешал ей вскочить, второй вновь придавил её к земле.

Хлоп! Хлоп! Хлоп. — затихающе доносились до неё удары крыльев по воздуху.

— Дракон?! — Шепард выплюнула прихваченный от неожиданности мох и проводила удалявшуюся зверюгу ошарашенным взглядом. — Да какого чёрта тут происходит?

Глава 2

За полётом дракона, размером даже превышающим любой известный Шепард истребитель, Джейн наблюдала до тех пор, пока он не превратился в точку на горизонте и совсем не исчез из виду.

Лишь когда нарушавший её представления о реальности объект окончательно скрылся, она стала приходить в себя.

Вообще, конечно, Джейн не могла пожаловаться на отсутствие воображения и узость взглядов. Она, что называется, видывала виды. Казалось бы, человека, что прошел сотни сражений на небе, земле и в космосе, уничтожал и спасал целые расы, умер и воскрес в конце концов, ничем уже не удивить. Однако с момента, как она очнулась, она пребывала в состоянии непрекращающегося охренения.

«Может, это просто галлюцинация?» — подумала она, впрочем тут же отбросив эту мысль. Всё вокруг казалось совершенно настоящим. Осязаемым. Просто… было иным.

Именно эта инаковость и убеждала Шепард в том, что это вовсе не сон, одурманивание или действие каких-нибудь лекарств, а пусть и совершенно незнакомая ей, но реальность.

Мысленно встряхнувшись и приготовившись к очередной борьбе, она попыталась встать. К её изумлению, это удалось сразу и без малейшего усилия. Спохватившись, она сначала оглядела себя. Покрутила руками, ногами, заглянула везде, где смогла, не раздеваясь, и не нашла ни единой царапины.

Какого чёрта? На этот раз скорее раздражённо, чем с удивлением думала она, отряхивая от налипшего мусора какую-то явно старинную броню. Я же только что разве что не помирала тут, а сейчас чувствую, будто мне снова восемнадцать! Это что, проделки этой сумасшедшей? Вспомнила она, как перед появлением дракона её охватило непонятное свечение.

Да и ладно, приведя себя в вид, за который ей, по крайней мере, не было стыдно, Шепард огляделась и, хмыкнув, решительно зашагала обратно в пещеру. Очнулась же она именно там? Значит, и ответы на её вопросы искать надо в ней же.

Войдя под каменные своды и сделав несколько шагов, она остановилась, давая глазам привыкнуть к темноте, с любопытством отметив тот факт, что адаптация зрения прошла как-то очень уж быстро, буквально в течение нескольких секунд. Задумавшись, Шепард поняла, что и только очнувшись, она очень неплохо ориентировалась в пространстве и различала, что и где. Нет, конечно, не как при полуденном солнце, но… Гораздо лучше, чем на то способен человек без специализированных имплантов или хотя бы фонарика.

Продолжая путь, Джейн мельком отметила место своего пробуждения, на секунду присев и проведя рукой по каменному полу. Затем, сохраняя бдительность, отправилась дальше, вглубь пещеры. Примерно через сотню шагов она заметила, как стены постепенно сужаются, превращая просторный грот в широкий коридор. Воздух здесь казался затхлым и спёртым, а эхо шагов звучало иначе — приглушённо и сухо.

Странно, — мелькнуло у неё в голове, — обычно же эффект обратный. — Впрочем, чёрт с ним. Тут и так творится какая-то хренова дичь, так что подобная мелочь просто не стоит внимания.

Бывшая довольно широкой пещера постепенно сузилась, превратившись в скорее в проход, что постепенно начал забирать в сторону. Издалека стал пробиваться неясный свет, и Шепард насторожилась.

Замедлив шаг, стараясь ступать бесшумно, она скорее кралась в неизвестность, приготовившись к неприятностям любого масштаба. Застыв у конца коридора, она осторожно выглянула из-за угла, готовая к любому повороту событий. Однако опасности не было.

Её взору предстал просторный зал, который разительно отличался от остальной части пещеры. Здесь царил особый, почти живой свет — неяркий, но достаточный, чтобы разглядеть каждую деталь. Он исходил от множества кристаллов, вросших в стены и потолок, словно древние свечи, зажжённые неведомой силой.

В центре зала стоял массивный рабочий стол, сложенный из каменных плит незнакомой Шепард породы и заваленный свитками, старинными книгами и странными артефактами. Некоторые из них мягко пульсировали светом различного оттенка, другие отталкивали взгляд, а некоторые заставляли гадать, о чём же думал сотворивший их безумец. На полках вдоль стен теснились колбы с мерцающими жидкостями, засушенные травы, корешки книг с выцветшими от времени названиями.

В дальнем от входа углу на треноге висел большой котёл, покрытый замысловатыми рунами. Неподалёку лежало несколько пустых колб, ящик с какими-то инструментами и стопка журналов, отчего создавалось яркое впечатление, что кто-то только-только собирался использовать котёл по назначению, да отошёл на минутку.

Не обнаружив непосредственной угрозы, Шепард прошла внутрь и решительно села в стоящее у стола кресло. Сплетённое из тонких ветвей кустарника, оно оказалось очень удобным, чему в немалой степени способствовали накинутые на него звериные шкуры.

С комфортом устроившись и отпустив терзавшее её напряжение, по крайней мере некоторую его часть, она обратила внимание на стены зала, в котором ей довелось оказаться. Повсюду, куда падал взгляд, на них висели картины и гобелены.

На них были изображены драконы. В полёте, в бою, спящие в своих логовах. Все полотна были выполнены с большим талантом и мастерством, а некоторые и вовсе будто казались живыми, когда на них падал свет от кристаллов, придававший им иллюзию движения.

Глядя на них, всегда равнодушная к искусству Шепард неожиданно для самой себя испытала чувство глубокого почтения к изображённым на картинах ящерам. Оно шло откуда-то изнутри, из самых глубин её разума, и Джейн недовольно нахмурилась. Подобное чувство, только, конечно, куда более сильное, ей довелось испытать совсем недавно, когда та странная женщина (Шепард до сих пор не могла поверить в это!) на её глазах превратилась в многометрового дракона, улетевшего вдаль.

То ощущение восторга, смешанное с искренним уважением и приправленное толикой страха, как и то, как долго она провожала его взглядом, не отрываясь ни на мгновение, она списала на шок и неожиданность. Но сейчас это объяснение уже не годилось.

Откинувшись назад, Шепард устало прикрыла глаза. С её сознанием что-то происходило. Невесть откуда взявшаяся любовь к драконам служила тому явным доказательством. Шепард задавалась вопросом, какие ещё сюрпризы достались ей от прежней хозяйки тела? Кем она была? Как это повлияет на её личность?

Она вновь бросила взгляд на картины и замерла. Её глаза заметили ряды странных символов под некоторыми из них. «Руны Тевинтера!» — пришло понимание к ней, тут же сменившееся новыми вопросами.

Пытаясь ухватить то неуловимое ощущение, что сопровождало всплывший в её голове ответ, была неудачна. Кто бы или что бы ни пряталось у неё в подсознании, памяти или где-то ещё — оно молчало. Ни про Тевинтер, ни про руны ответ так и не пришёл.

Зато так и глядевшая на незнакомые ей закорючки Шепард вдруг поняла, что понимает смысл написанного. Не может сказать значение отдельной руны, понятия не имеет, что это вообще за язык и кто такой этот Тевинтер, но общий смысл ей был кристально ясен.

«Пред Ликом Думата слова теряют смысл, а деяния обретают истинную цену», — произнесла Шепард, вздрогнув от того, как странно это прозвучало в царившей вокруг тишине. — Что вообще должна значить эта срань? — выругалась она.

Встав, она подошла к стене, остановившись в паре метров от картины. Вблизи она производила ещё большее впечатление. Изображённый на ней дракон, казалось, был гигантом, превосходящим остальных. Мощная широкая грудь, крылья цвета ночного неба, когти размером с полноценный клинок, хвост, покрытый острыми шипами, — всё в нём словно кричало: «Я — воплощение мощи!» И в то же время в глазах его угадывался разум.

А ведь он существовал когда-то, — Джейн передёрнулась от настигнувшего её осознания. — Как минимум имел прототип, — с усилием отведя взгляд, она пошла вдоль стены, читая подписи на других картинах.

Лусакан, — прочитала она, проходя мимо картины с драконом, спящим на фоне яркого созвездия.

Андорал, — ещё один дракон на полотне.

Зазикель.

Странно, — Шепард остановилась, глядя на очередного гигантского ящера. — Изображение высечено прямо в камне. И не подписано. Почему? У него нет имени? Оно неизвестно? Наклонив голову набок и закусив губу от неожиданного приступа любопытства, она разглядывала… Драконицу?!

Хотя что это я? — Устыдившаяся вдруг своего удивления Шепард рассмеялась. — Конечно, если есть драконы, должны быть и драконицы!

— Что ж, подружка, — озорно подмигнув изображению, сказала Джейн, — прости, не знаю твоего имени, но я оставлю тебя отдыхать.

Разикаль, — Шепард вздрогнула, словив очередное «воспоминание». Несмотря на то, что дурашливость разом пропала, махнув рукой, произнесла, словно прощаясь: «Разикаль».

Последний звук ещё не успел затихнуть, а Джейн не успела сделать шаг, как на кончике хвоста дракона возник золотой огонёк. Мгновение померцав, под удивлённым взглядом отскочившей в сторону Шепард он начал движение по высеченным в камне контурам. Двигаясь всё быстрее и быстрее, он превратился в сияющую жёлтым нить, быстро охватывающую всё большую и большую часть изображения. Свет, что источала стена, стал усиливаться, и терзаемая дурным предчувствием она рванула на выход.

Уже второй раз за очень небольшое время спрятавшись за углом, Шепард настороженно ждала, но ничего не происходило. Нахмурившись, она вызвала в памяти скорость, с какой этот огонёк метался по изображению, его площадь, сложность изображения. Постояв за углом время, за которое, согласно её расчётам, он должен был закончить свой бег, и выждав на всякий случай минуту сверху, она заглянула обратно.

Высунувшись на мгновение из-за угла, Джейн тут же спряталась вновь. И спустя мгновение облегчённо выдохнула. Вопреки её ожиданиям ничего страшного не произошло. Не случилось взрыва, нашествия жнецов, не открылся портал в преисподнюю. И тем не менее кое-какие изменения всё же произошли.

В стене, на том самом месте, где раньше было изображение могучей и прекрасной драконицы, был открыт ведущий в тьму проход. Это не вызывало у неё никаких положительных эмоций, однако выбора по большому счёту не было, и Шепард, покинув своё укрытие, отправилась обратно в зал.

Всё же, — думала она, шагая к тёмному провалу в стене, — я просто должна узнать здесь каждый закоулок. Я не знаю, что, чёрт возьми, происходит, но очень похоже на то, что как минимум какое-то время мне придётся здесь жить. А значит, ни единого неизведанного уголка быть не должно.

Конечно, жить в пещерах — сомнительное удовольствие, — заглянув вглубь прохода, Шепард при всём старании не смогла различить, куда он ведёт и где заканчивается, — однако не сказать, чтобы имелся богатый выбор. Снаружи нет ни малейших признаков разумной жизни, и куда ни кинь взгляд — лишь чахлые подлески, болота да топь.

Соваться в них наудачу, ничего не зная о местной флоре и фауне, не имея оружия и снаряжения, да даже просто не имея понятия, куда и сколько идти, — верное самоубийство. Так что, — она огляделась в поисках какого-либо источника света, но кроме растущих из стен кристаллов, да нескольких светящихся артефактов ничего не обнаружила.

Решив не трогать без нужды вещи непонятного назначения, а также не заниматься вандализмом в собственном доме, Шепард подошла ближе, встав на самой границе света и тьмы.

Постояв перед тёмным проёмом, она всё же отмахнулась от налетевших сомнений и смело шагнула вперёд. Решение разведать тут каждый уголок было принято, и тянуть с его выполнением не было никакого смысла.

Придерживаясь левой рукой стены, выставив правую перед собой и не отрывая стоп от пола, она медленно продвигалась внутрь. Напряжение, с которым она входила во тьму, постепенно отпускало. Стена, как и пол, были гладкими, без единого выступа или впадины, во тьме не водилось монстров и не раздавалось подозрительных шорохов, так что вскоре Шепард позволила себе увеличить темп. И пару десятков шагов спустя её ладонь коснулась каменной стены.

Это что, какая-то шутка? — быстро обшарив руками сверху донизу преградивший путь камень, Джейн зло ударила по нему кулаком. — Тайный проход, ведущий в тупик? Серьёзно? Так, стоп. А если…

— Разикаль. — глядя в стену, чётко произнесла она. И ничего не произошло.

— Разикаль! — громким, хорошо поставленным за годы службы голосом скомандовала она, почему-то чувствуя себя дурой.

— Да чтоб тебя! — разочарованно пнув стену, она развернулась и вновь протянула руку к стене. Не успела она удивиться новым тактильным ощущениям, как округлый камень, попавший ей под ладонь, плавно погрузился в стену.

Шшгршхскр!

За спиной Шепард раздался скрип погрузившегося внутрь стены камня, а следом за ним во тьму коридора хлынул яркий свет.

Глава 3

Аскетичненько, — повернувшись и пройдя внутрь, хмыкнула Шепард. — Будуаром это не назовёшь.

Спальня, доставшаяся ей по наследству, хотя и была довольно просторной и хорошо освещённой за счёт расположенных под потолком хрустальных шаров, источающих тёплое и мягкое сияние, обставлена была скудно. На десантном корабле и то условия получше, — подойдя к кровати в углу, Шепард брезгливо потыкала пальцем в старое шерстяное одеяло. Несмотря на его солидный возраст, от него всё равно веяло зверем. Поморщившись от неприятного запаха, она пошла дальше.

Грубо сколоченный стол, заваленный какими-то записками и свитками, такая же табуретка, всего одна, из чего нетрудно догадаться, что гостей тут не бывает, несколько неизвестных ей растений в глиняных кадках. Остальное пространство пустовало.

Ну хоть есть где пройтись, — усмехнулась она. Подойдя к саженцам своей предшественницы, аккуратно потрогала землю. Влажная, — оценила она, стряхивая прилипшую грязь обратно. — Значит, меньше хлопот.

Само собой, никакого дела до чужих цветов, да и до цветов вообще, ей не было. Но поскольку предыдущая хозяйка, судя по всему, не гналась за роскошью, то и второй спальни с условиями получше тут вряд ли можно ожидать. А значит, ночевать придётся именно здесь. И видеть тут засохшие веники ей совершенно не хотелось.

Заурчал желудок, и мысли Шепард тут же перескочили с садоводства на гораздо более приземлённое: «А кухня где?»

Ещё раз быстро оглядевшись и не обнаружив ничего съедобного, Шепард направилась обратно.

Коридор, кабинет, ещё один коридор, — Шепард стремительно шагала вперёд, внимательно глядя по сторонам, но нигде не находя ничего хотя бы отдалённо похожего на кухню или кладовую.

Но что-то же она ела? — Уже приближаясь к выходу из пещеры, раздражённо думала Джейн. — Она же жила одна на болоте, и, судя по тому количеству мистического дерьма, что она успела сюда натаскать, совсем не пару дней! Скорее год, и как бы не один.

Снаружи уже темнело, Джейн и сама не заметила, как оказалась под открытым небом. Вдохнув полной грудью живой свежий воздух, она обвела взглядом окрестности, стремясь получше узнать, где же она оказалась.

В свой первый выход на поверхность она была слишком занята попытками понять, что же, чёрт его возьми, с ней происходит?

Что это за планета? Что это за старуха? Драконы? Магия? Как я здесь оказалась, если должна быть мертва? Эти и многие другие вопросы, ежесекундно возникающие в её голове, не давали ей толком сосредоточиться и оценить обстановку.

Большая часть из них никуда не делась и сейчас. Но теперь Шепард взяла себя в руки. Бессмысленные гадания были прекращены, а она собрана и готова к бою.

Она, — на этой мысли она невольно ухмыльнулась, неспешно оглядывая пространство вокруг зорким и внимательным взором. — А она ли? Тело-то не моё, а дочери этой Флемет. На что оно способно, неизвестно. По виду и ощущениям — довольно ловкое и выносливое, но без тренировок точно не поймёшь.

М-да. Не вдохновляет, — вздохнула Шепард, закончив осмотр всё столь же унылого пейзажа. Ничего интересного в нём не найдя.

Значит, поищем под ногами, — решила она. — Пятачок диаметром в полкилометра, на котором располагалась пещера, стоял на твёрдой почве, имея под собой скалистое основание, даже сейчас в полутьме отличаясь от остального ландшафта цветом и полным отсутствием даже самого чахлого деревца.

Границы что ли так помечены? — мелькнуло в голове Джейн, пока она двигалась расширяющейся спиралью, не желая пропустить ни единого участка.

Усердие её было вознаграждено на третьем витке, когда внимание привлёк тёмный круг неподалёку.

Кострище! — мелькнула догадка, и Шепард в несколько шагов оказалась рядом.

Ага, — присев на корточки, она потрогала угли. — Холодные. Ну, не страшно. Покрутив головой, она заметила чуть в стороне внушительную кучу дров.

У нас бы тёмную устроили за такое безобразие, — приблизившись и недовольно оглядывая хаотично сваленные друг на друга деревья, оценила Шепард. — Удивительно, что сухое и не сгнило до сих пор, — на ощупь оценила она качество древесины.

А вот и колода, — обрадовалась она, бросив косой взгляд в сторону. Прямо рядом с дровами стоял большой чурбак с воткнутым в него топориком, что на фоне сваленных в кучу стволов был принят ею за сучковатый пень.

Нарубить дров оказалось делом нескольких минут. Подтащив всё к кострищу, а также захватив с собой колоду, чтобы было на чём сидеть, Шепард задумалась.

Добыть огонь привычным способом возможности у неё нет. Электрические зажигалки, спички, даже М-451 «Смерч» — всё это осталось где-то… Там.

Пошарив вокруг кострища в надежде найти что-то подходящее, Шепард разочарованно плюхнулась на колоду. Ничего. Странно, топор вон есть, древесина есть. А огнива или что тут должно быть вместо него — нет. Что, у них огонь по желанию разгорается? — злилась Шепард.

Магия.

В следующее мгновение Джейн уже была в стойке, готовая немедленно принять бой. Лишь долгую секунду спустя, когда непосредственной угрозы обнаружено не было, она поняла, что это просто была не её мысль.

Или вернее, — настороженно позыркав по сторонам и убедившись в отсутствии опасности, она уселась обратно, — моя. Но не свойственная мне. Как тогда? Мысли тела? Остатки сознания предыдущего жильца? Попытавшись разобраться, она только больше запуталась и выкинула всё это из головы. Не вредит и ладно. Во всяком случае — пока.

Хотя не вредит — это не совсем то. Но и помогает тоже не то слово. Наверное, даёт ответы, так будет правильно? Задумалась Шепард, вспомнив недавний опыт с рунами и сопоставив его с этим случаем.

Попробуем, — не веря, что занимается такой ерундой, Шепард вытянула руку в сторону сложенных шалашиком дров и повелела: «Огонь!»

— Огонь! — повторила она спустя пару секунд, но, как и в первый раз, ничего не произошло.

Ладно. Так это не работает. Тогда что? Нужно станцевать? Помахать волшебной палочкой? Произнести заклинание?

Руна огня.

На этот раз Шепард, уже подсознательно готовая к чему-то подобному, не растерялась. Отбросив прочь все посторонние мысли, она будто застыла на месте, стремясь услышать, почувствовать, понять ответ.

Ей показалось, что прошло несколько часов, но это длилось несколько мгновений. Её рука вновь поднялась вперёд, пальцы переплелись, складываясь в сложный знак, их охватило напряжение. А затем, повинуясь внутреннему импульсу, она толкнула нечто, чему не могла найти описания, вперёд прямо в сложенную кучу дров.

Весело затрещали щепки, им вторили маленькие, быстро разрастающиеся языки пламени. До ног Шепард донеслось первое, робкое и едва заметное тепло, а ноздрей коснулся запах дыма. Она распахнула глаза.

— Получилось, — выдохнула она, неверяще глядя на разгорающийся костёр. — Невероятно! Магия существует.

Я — маг, — Джейн вдруг вспомнилось проведенное в приютах детство. И то, как часто, засыпая на жёсткой и неудобной кровати, сжавшись в комок под почти не согревавшим одеялом, ей хотелось быть феей или волшебницей.

— Угу, — счастливая восторженность быстро улетучилась, вытесненная ехидным комментарием уже взрослой Шепард, прозванной мясником Торфана, — сбылась мечта. Время причинять добро и наносить справедливость. Чтобы никто, мать его, не ушёл не обиженным.

Испытывая некое смущение от того, что пусть ненадолго, но позволила себе впасть в детство, Шепард подбросила поленьев потолще и села. Ей было о чём подумать.

Одно дело, когда кто-то показывает тебе фокусы, пусть и очень впечатляющие. Тут могут быть варианты. И совсем другое — личный опыт. Когда ты, именно ты творишь что-то подобное.

Сомнений больше не осталось. Ей по-прежнему было неведомо, куда и как её забросило, но в то, что ей удастся найти космопорт и вернуться в пространство Цитадели, она больше не верила.

Впрочем, — она горько усмехнулась, — а зачем ей возвращаться? Ради чего?

У неё нет ни дома, ни семьи, ни возлюбленного. Даже если ей каким-то образом это и удастся, вот, например, посредством этой самой магии, что ей там делать?

Провести остаток жизни, мотаясь по заданиям Совета и Альянса, отлавливая бандитов, пиратов, работорговцев и прочую погань? Нет уж, хватит с неё. Не каждая рота имеет за собой кладбище таких размеров, как у неё. И что-то она не помнит, чтобы кому-то удавалось дважды встать на защиту галактики. Так что она никому ничего не должна.

Так и какого тогда рожна? Ради эфемерных почестей, внимания и славы? — она скривилась от одной только мысли, что придётся общаться с репортёрами, давать интервью, улыбаться и сыпать заверениями и обещаниями, каковые, несомненно, подсунет ей командование.

Тогда, может быть, наград? — на этом месте она даже фыркнула вслух, мимоходом удивившись тому, как громко это прозвучало. — Тоже нет. Можно подумать, ей выдадут чемодан кредитов. Грамот, висюлек каких-нибудь, которые ей и так некуда складывать, — сколько угодно. Чего полезного — нет.

Так и чего тогда суетиться? — посетившая её мысль манила обещанием свободы. — Не лучше ли остаться здесь и прожить жизнь так, как ей самой того захочется? Тут нет Жнецов, да и вообще, с механизмами тут не очень. А значит, никаких тебе высадок в Мако под плотным огнём, никакого Экстранета с набившей оскомину рекламой, можно дать кому-то в морду, не опасаясь того, что завтра об этом узнает СБЦ, командование, совет и вся чёртова галактика.

Решено, — хлопнула себя по коленям Шепард, испытывая давно забытое чувство душевного подъёма. — Пошли они все в задницу! Я остаюсь!

— Госпожа Явана! Госпожа Явана! Хвала небесам, вы здесь!

Секунда, и Шепард оказалась за костром, со стороны, противоположной той, откуда доносился полный радости голос.

Явана — это… я? — задумалась Шепард, внимательно наблюдая за вошедшей в освещённый огнём круг женщины.

— Госпожа Явана, — обращавшаяся к ней была неопределённого возраста, вся в грязи и даже на первый взгляд едва держалась на ногах. — Молю вас — спасите мою дочь!

Опять?! Хорошее настроение Шепард исчезло так же внезапно, как и появилось. В свете только что пережитого меньше всего на свете она хотела куда-то идти и кого-то спасать. О чём незамедлительно и сообщила.

— Уже ночь, и я никуда не пойду, — категорично отрезала она.

— А…

— А завтра с утра я отправлюсь на охоту. У меня закончились припасы.

— Так ведь…

— А потом я буду есть, — сверкнула глазами Шепард, которой быстро надоела эта игра.

— Нисса здесь, госпожа Явана, — после паузы женщина за неимением лучших аргументов бухнулась на колени. — Мой муж скоро будет здесь. Он принесёт её. Пожалуйста, молю вас. Ведь вы же зажгли костёр, мы не нашли бы вас без него, так как в темноте сбились с пути. Сами боги направили нас!

Боже, — мрачно подумала Шепард, — надеюсь, никаких богов здесь нет. Иначе, с моим-то везением…

— Мой муж — охотник! — С отчаянной надеждой в голосе воскликнула женщина, подняв голову. — Он всё для вас сделает. Любую дичь достанет, сколько хотите!

— А от чего спасать, если твоя дочь здесь? — не поняла её Шепард. — Зачем вы вообще несли её сюда?

— У неё жар и лихорадка, — так и не вставшая с колен женщина принялась заламывать руки. — Мы перепробовали всё, что могли! Даже отвар эльфийского корня, и тот не помог. Вы — наша последняя надежда!

Ну я-то, конечно, помогу, — хмыкнула про себя Шепард, прекрасно сознавая убогость своих знаний в медицине. — Рану зашить, сломанную конечность иммобилизовать, перевязать — пожалуйста. Как лечить что-либо сложнее простого насморка, она не имела ни малейшего понятия.

С другой стороны, как охотиться без привычного оружия в неизвестном и, судя по всему увиденному, опасном мире, также оставалось загадкой.

— Я попробую помочь, — решилась Шепард. — Если боги, — ей удалось выговорить это, придав лицу должную серьёзность, — не будут против и ещё не слишком поздно, — она оставила себе лазейку на случай неудачи.

— Хвала Создателю, — прохрипел появившийся из темноты мужчина, тащивший внушительных размеров рюкзак за спиной и свёрток в руках, в котором можно было угадать ребёнка. — Всё-таки дошли, — передав дочь на руки женщине, он бросил рюкзак на землю и рухнул сверху, едва не промахнувшись и усидев лишь чудом.

— Создателю? — тихо пробормотала Шепард, но её услышали.

— Да, — женщина, баюкавшая девочку, прищурилась, силясь разглядеть Шепард, — мой муж верит в Создателя, а я нет.

— Разве можно отрицать Его, когда в самый отчаянный миг, когда мы должны были промахнуться и уйти в топь, Он дал нам знак, указав путь к той, кого мы искали?

— Разве не встретившийся нам ранее дракон указал нам направление? Его ты богом не считаешь?

— То неразумная тварь, и...

— Достаточно! — на последних словах внутри Шепард что-то всколыхнулось, и она шагнула на свет, являя себя гостям.

— Простите, госпожа Явана, — словно позабыв про усталость, мужчина тут же вскочил на ноги и поклонился, — ляпнул не подумав, простите.

А, видимо, меня тут хорошо знают, — Шепард, скрестив руки на груди, молча смотрела на здорового двухметрового амбала, что сейчас покорно склонил перед ней голову. — И боятся. Это хорошо.

— Впредь следи за языком, — она решила поддержать непонятную ей самой репутацию в глазах местных.

— Разумеется, госпожа, — нервно затараторила женщина, решившая, видимо, не дать мужу шанса ляпнуть что-либо, что могло бы вывести её из себя. — Я…

— Дай девочку, — потребовала Шепард, обходя разделявший их костёр. — Ночуйте здесь. Объясни мужу про охоту, — коротко раздав указания, она взяла ребёнка на руки.

Плохо, — мрачно подумала она, направляясь обратно в пещеру. — Бледная совсем, дышит тяжело и прерывисто. — Шансов у неё немного.

— Ты дурной что ли совсем? — доносилось ей вслед. — Пришёл к зверю болот Теллари и давай хаять драконов? Да каждый наг в округе знает, как она к ним относится! Тем более сейчас, когда мы видели, что от неё улетал один!

— Так уж и от неё.

— А от кого? Что ещё ему тут делать? Это знамение, дорогой мой, поверь мне, знамение. Век так прозван неспроста, он предвещает возвращение драконов и…

— Ха, да скоро тридцать лет как он идёт, и где? Я говорю тебе, всё это глупости…

Что было дальше, Шепард, вошедшая под своды пещеры, уже не услышала. Впрочем, сейчас гораздо больше всяких драконов, которых развелось уж больно много на минуту времени, её заботила девочка, которую ей предстояло спасти.

Глава 4

— Так-так. Давай снимем это тряпьё и уложим тебя, — перехватив девочку левой рукой, Шепард неприятно удивилась напряжению в мышцах. — Хм, а я не так сильна, как прежде, — быстро снимая что-то, напоминавшее плохо выделанные одеяла, и бросая их на пол, думала она. Хотя это логично. Там у меня были годы тренировок и импланты Цербера. Здесь же…

— И ложимся, — наклонившись, она аккуратно опустила на постель свою нежданную пациентку. — Теперь надо решить, как же тебе помочь.

Неожиданно у неё резко закружилась голова. Взмахнув руками, она попыталась было найти опору, но её не было. Попытка взять себя в руки волевым усилием провалилась, смазанные очертания спальни превратились в неясные полосы, и Шепард потеряла сознание.

— Добро пожаловать в Фейд.

— Что? — сознание включилось так же резко, как до того отключилось, и Шепард рывком вскочила на ноги. — Ха! Я снова я! — не узнать свои руки, что она выставила, автоматически приняв защитную стойку, было невозможно.

— Временно, но да, — подтвердил тот же голос, и она наконец обратила внимание на окружающую её… фантасмагорию?

— Это что за? — выдавила из себя Шепард, автоматически отметив, что разговаривающая с ней фигура, стоявшая в пяти метрах от неё, до крайности похожа на тело, в котором она очнулась.

Фейд. Тень. Ах да, — наигранно спохватилась она, — ты же про это ничего не знаешь.

— Я так понимаю, ты Явана? — Отреагировала Шепард, мимоходом отметив царившую приятную прохладу.

— Пока что, — ухмыльнулась та, — да. Но если мы договоримся, будешь ты.

— Тебе знакома некая Флемет?

— То мать моя.

— Не соврала, значит, — хмыкнула Шепард. — Сочувствую.

— Не стоит. Учила она многому меня. За то ей благодарна.

— Как скажешь, — решив, что с любезностями можно и закончить, Шепард перешла к делу. — Итак, что за Тень? Или как там его, Флейт?

— Фэйд, — Явану не смутило, что Шепард подошла практически в упор, вторгаясь в её личное пространство. — Прежде всего скажу: сейчас ты спишь. А дух твой в тени. Как и мой. Этот островок, — она обвела рукой кружок метров десять диаметром, — участок тени, что мне подвластен.

— Невелико богатство, — фыркнула Шепард, оглядывая каменистую поверхность с парой жалких чахлых кустиков, — почему тебе не взять вон тот? — она ткнула пальцем в здоровый остров где-то на горизонте. — Их же просто не сравнить. Там есть и крепость, и вроде, — она прищурилась, вглядываясь вдаль, — даже бы деревья.

— То демона домен. Старого и сильного.

— Демона? — повернулась к ней Шепард.

— Ты уже знаешь, что есть драконы. И демоны тоже есть, — заверила она. — И много. Ты можешь легко в этом убедиться, — Явана не дала ей высказаться. — Шагни за границу островка и жди. Не очень долго.

— И что произойдёт? — посмотрев в бездну под ногами, Шепард демонстративно сделала широкий шаг назад. — Меня успеют съесть, пока я не разбилась?

— Тень не реальный мир. Здесь правила иные. Он отражение. Он пирог. Сон, кошмар, воображение.

— Ложь, чушь, бред, — подхватила Шепард.

— Источник силы магов. И зачастую их погибель.

— Я не маг, и мне не интересно, — нараспев протянула она. — Тьфу ты, — раздраженно сплюнула она, поняв, что подхватила чужую манеру речи.

— Ты не была магом, — возразила Явана самым серьёзным тоном. — Там, в своём мире. Но и то это сомнительно.

— Почему? — такая реакция удивила Шепард, и она решила уточнить.

— То, что ты творила. Спасала миры и народы. Служила символом надежды для всего живого. Вела за собой. Простому человеку то не по силам.

— Откуда знаешь? — Нахмурилась она.

— Как ты думаешь, если ты, ничего не зная о магии, смогла вытянуть из меня знание о том, как развести огонь, смогу ли я, имея и силу, и знания, и опыт, сей подвиг повторить?

— Пошарилась у меня в голове, значит. — холодно констатировала Шепард.

— Секреты ваши мне не интересны, будь спокойна. — отмахнулась Явана. — И позвала тебя не их я обсуждать.

— Позвала, — скривилась она. — Ты вырубила меня.

— Уж извини. Иначе нам не поговорить. Попасть в реальность я не в силах.

— Мда? — в голосе Шепард скользил неприкрытый скепсис. — То есть оттуда сюда можно, а обратно нет? Сдаётся мне, подруга, что ты врёшь.

— Научись слышать, что говорят тебе, — посоветовала Явана. — Поверь мне, пригодится. Я не сказала, что это невозможно. Лишь то, что сейчас мне это не удастся. А если бы могла, так и во встрече нашей нужды бы не нашлось.

— О, чувствую, сейчас мы наконец-то переходим к делу, — Шепард растянула губы в усмешке. — Так и быть, подыграю. Чего тебе от меня надо?

— Заданьице одно. Миссия на ваш манер.

— Ну уж нет, — тут уже отмахнулась она, едва услышав набившее оскомину слово. — Ни за что!

— Не знаешь ты ни о чём, ни что в награду.

— И не хочу. Мой ответ — нет.

— Что ж. Не буду заставлять, — Явана грустно вздохнула, отворачиваясь от Шепард.

— Не сможешь, — отпарировала та. — Раз всё, то отправляй меня обратно. И больше не зови, — предупредила она.

— Как скажешь. Позволь спросить напоследок?

— Ну что ещё? — уже настраивавшаяся на обратную дорогу Шепард недовольно на неё посмотрела.

— Что скажешь ты родителям погибшей девочки? — не оборачиваясь, бросила Явана.

— Она ещё жива.

— То ненадолго. Болезнь её съедает. И вскорости доест. Не жалко?

— Я видела гибель тысяч и миллионов.

— Я знаю, — Явана развернулась, — но вопрос мой не о том.

— Хочешь сказать, ты можешь её спасти? — Шепард недоверчиво прищурилась. — Если так, то отчего не спасёшь?

— А мне без интереса, — Явана пожала плечами. — Мой ответ на собственный вопрос звучал бы: нет. Но я могла бы научить тебя, как это сделать. Если бы так не спешила, — совсем не тонкий намёк сопровождала лёгкая улыбка.

— Минут на пять могла бы за… Зараза! — Ты что, не можешь говорить как все нормальные люди?

— Что норма есть? — Вздёрнула бровь Явана. — Что в обычае у одного, другому дичь. В привычном, хоть и малости такой, себе не откажу.

— Ладно, — глубоко вздохнула Шепард, — что ты хочешь за науку о спасении?

— Тобой озвученное время. Пять минут. Потом получишь знания. И волю уходить. Договор? — спросила она.

— Договор, — поколебавшись, Шепард в конце концов решительно кивнула.

— Прекрасно, — улыбка на лице Яваны была столь широка, что в душу Шепард стали забираться дурные предчувствия, — тогда слушай и не перебивай.

Шепард, поставив себе мысленно будильник, лишь молча кивнула.

— Жаль, времени немного. С начала не начать, — Явана прошлась туда-сюда по крохотному островку, сопровождаемая внимательным взглядом своей гостьи. — Ты здесь чужая, — резко, без перехода и подготовки, заявила, продолжая неспешно вышагивать от одного края к другому и обратно. — У тебя нет никаких знаний о мире, о существах, его населяющих, о странах и народах, языках, религии, быте…

— Если ты продолжишь перечислять, чего я не знаю, мы тут навечно. Я так-то штурмовик, — ухмыльнулась Шепард. — К нам умных не берут. Шлем на голову не налезает.

— Проблема это общая у нас, — будто и не заметив злого сарказма, Явана кивнула. — Что ж, из человеколюбия скажу попроще. Ты не знаешь ничего из того, что нужно, чтобы иметь шансы выжить в этом мире. Что будешь с этим делать?

— Дослушаю тебя, спасу девочку, получу двух должников, они мне всё и расскажут, — дёрнула плечом Шепард. — Проблемы никакой.

— Что могут знать о мире крестьянка да охотник? — подняв глаза к жёлто-зелёным облакам, вопросила Явана. — Их мир — деревня, поле, лес. А что за лесом? И есть ли что за ним? Им неизвестно.

— Это неплохое начало, — мрачно возразила Шепард. — Где одна деревня, там и другая. И какие-нибудь торговцы. А они всегда знают больше остальных. И в город могут отвезти.

— Скорее храмовникам сдадут. Если не в первой деревне, где за тебя замолвят слово благодарные родители, то во второй. Где ты никто.

— Зато ты не никто, — усмехнулась вдруг она. — Я ведь в твоём теле? А тебя тут называют зверь болот Теллари. Ты тут известна. Тебя или, — демонстративно задумалась Шепард, — меня, боятся.

— Могло бы так всё быть. И было б. Коль ты умела б долю от того, что я. Твой блеф пройдёт разок-другой. А как дойдёт до дела — пфф! — Сведя ладони вместе, Явана изобразила взрыв. — И ничего.

— Ну критиковать-то все горазды. А ты предложи.

Пусть она и не знала, кто такие храмовники, опасны ли на самом деле, да и существуют ли вообще, однако и сама понимала ненадёжность своего плана. Просто другого у неё не было.

— Изволь, — легко согласилась та. — Проблемы той не будет, коль знать ты будешь всё, что нужно.

Рука Шепард автоматически дёрнулась к поясу, на котором всегда висел её верный M-5. Желание пристрелить ничего толком не объяснявшую ведьму было нестерпимым.

— А, чёрт, — прошипела она, не найдя искомого.

— Могла бы научить тебя, — недоуменно покосившаяся на неё Явана остановилась. — Ты слушаешь меня?

— Сколько это займёт времени? — Шепард наконец обуздала поднявшуюся внутри неё бурю. — Неделя? Месяц? Год?

— За ночь одну управлюсь я.

— Что ж, я согласна, — тут же заявила Шепард.

— И даже могла бы добавить к этому чего-нибудь ещё, — как бы в пространство бросила она.

— Что тебе нужно? — безрезультатно посверлив её взглядом, Шепард смирилась с неизбежным.

Похоже, что, как бы она того не желала, но время отдыха для неё ещё не пришло. То, что она обещала: знания о мироустройстве и прочее, было необходимо для выживания. Так что надо хотя бы выслушать, что ей нужно взамен.

Соглашаться-то никто не заставляет. Пусть сначала научит, как вылечить бедняжку. А там, если задание не очень обременительное, то…

— Что ж, раз с необязательным вступлением покончено и ты готова к диалогу… Ты ведь готова? — уточнила Явана, и Шепард как-то даже не сразу поняла, что та сменила манеру речи.

— Моё предложение такое, — продолжила Явана, и Шепард вынырнула из своих мыслей, сосредотачиваясь на настоящем, — я дам тебе всё, что нужно, чтобы ориентироваться в мире. Дам базовые знания магии. Взамен ты выполнишь моё поручение. Уничтожишь один идол.

— И всё? — Шепард как-то даже растерялась. — Просто разбить какую-то статую?

— Конкретную. Уничтожить. Совсем, — рублеными фразами отчеканила Явана. — А в целом — да. Всё.

— Где она находится?

Поняв, что от нее требуется всего-навсего акт вандализма, а не спасение незаслуживающих и помощь недостойным, она пришла в хорошее настроение.

— Не знаю.

— Хм, — улыбка Шепард чуть померкла. — А называется как?

— Идол.

— И как я его узнаю? — растерялась Шепард. — Хоть я, как ты справедливо заметила, ничего не знаю про ваш мир, но вряд ли в нём всего одна статуя.

— Поверь, ты её узнаешь, — мрачно ухмыльнулась Явана. — Она будет светиться красным.

— А…

— Время истекло, — перебила она. — Время спасать девчонку.

— Но ты, — Шепард попыталась было возмутиться, но…

— Просыпайся! — раздался громкий хлопок в ладоши.

Глава 5

— А… Где я? — раздался тихий сонный голосок, и дремавшая на стуле в углу Шепард тут же вскинула голову.

— Очнулась, — констатировала она, поднимаясь и подходя ближе к кровати с сидевшей на ней девочкой. — Ну-ка дай посмотрю.

Не обращая внимания на то, как малышка испуганно вжалась в угол, Шепард решительно протянула руку и, проигнорировав возмущённый писк, пощупала ей лоб.

— Ты идёшь на поправку, — уверенно заявила она, отстраняясь и давая ребёнку пространство.

— Кто вы? Где я? Где мама? — пролепетала девочка, натягивая одеяло под самый подбородок.

Как воробушек в гнёздышке, — на миг в зачерствевшей душе штурмовика проснулись нежность и умиление.

— Не волнуйся, — мягко произнесла она, — твои родители снаружи. Позже я отведу тебя к ним. А сейчас вот, — в два шага подойдя к столу, она взяла ещё с вечера приготовленное зелье, — выпей.

— А что это? — недоверчиво спросила девочка, принюхиваясь к чашке и смешно морща носик.

— Лекарство, — объяснила Шепард, — и тоник заодно. Болезнь не ушла полностью, и если не хочешь рецидива — пей.

— Реци… что? — запнулась она на незнакомом слове.

— Это когда недолеченная болезнь возвращается, — вздохнув, пояснила Шепард. — Хватит разговоров. Пей!

На сей раз в голосе начинающей ведьмы прозвучала сталь генерала, ведущего полки в бой. Малышка и сама не заметила, как махом выпила лекарство.

— Горько, — она пожаловалась, скривив мордашку.

— Зато полезно, — безапелляционно отрезала Шепард, приступ сострадания у которой уже закончился. — Лежи и отдыхай, — велела она, направляясь к выходу.

— А… ну… если мне, — сбивчиво донеслось в спину, и Шепард, не оборачиваясь, махнула рукой, безошибочно указав на ведро в углу, — вон там. Из комнаты не выходить, если не хочешь, чтобы тебя съели. Слухи они не на пустом месте водятся.

Протяжное «И-и-к!», услышанное ей, когда уже шагала по коридору, заставило её улыбнуться.

Выйдя наружу, Шепард зябко поёжилась. Контраст сухого и теплого воздуха пещер и плотного тумана, подгоняемого слабым, но холодным ветром, был довольно мерзок.

Мысленно посетовав на отсутствие брони с подогревом, она решительно зашагала в сторону костра, чьё приглушённое густой завесой потрескивание обещало тепло и уют.

Туман плюс подготовка Эн-семь не оставила сидевшей у огня паре ни единого шанса. Оставаясь незамеченной, она подобралась практически в упор и замерла, заслышав негромкий разговор.

— …Мы это затеяли, — медленно, через силу, произнёс явно уставший голос. — Лучше бы остались дома.

— Зачем?! — А вот женщина напротив была говорила быстро и громко. — Смотреть, как Калисса умирает?

— Зачем ты так? — смутился мужчина. — Я желаю дочери только добра. Просто не верю, что ей можно помочь.

— Госпожа Явана — самая знающая ведьма Антивы! Ещё мои родители рассказывали мне о ней. А им — их родители! Что если есть проблема, которую не решить, и пугает цена — идти в болота. И если тебе повезёт, если ты сможешь найти её, она предложит тебе сделку.

Выпалив эту тираду на одном дыхании, одна замолчала, шумно переводя дыхание. Паузой воспользовался муж.

— Ну, в болота-то мы пришли, — Шепард казалось, что она прямо видит написанное на его лице недоверие, столь выразителен был его голос. — И дай Создатель выбраться обратно. Но она не предлагала нам никакой сделки. И вообще вела себя очень уклончиво. «Если боги не будут против» — так она сказала? — передразнил он. — Я всегда думал, что старые ведьмы…

— Обрывают слишком длинные языки, — тихим бесцветным и оттого лишь еще более жутким голосом произнесла Шепард, решив, что слышала достаточно, и подходя к костру.

— Госпожа Явана, простите его, — вскочив со своего места, женщина бросилась ей в ноги. — Он просто идиот, мелет всё подряд и…

— Достаточно, — вид валявшейся в ногах крестьянки, чей внешний вид по-прежнему оставлял желать лучшего, не доставлял Шепард радости. — Он ответит за себя сам. Я права?

Тяжёлый пристальный взгляд из грозно нахмуренных бровей заставил его поёжиться.

— Конечно, госпожа, — поклонился он. — Умоляю, простите меня. Я устал, мы без отдыха шли по этим богами проклятым болотам, а Калисса всё слабела и…

— Неинтересно, — со скучающим видом оборвала его Шепард. — Мой завтрак готов? — спросила Шепард, чей желудок уже не намекал, а громко орал о необходимости хотя бы иногда есть.

— Ещё несколько минут, госпожа, — энергично закивала мать Калиссы.

Откуда что берётся? — подумала Шепард, садясь на бревно и меланхолично наблюдая, как та крутит на импровизированном вертеле неаппетитного вида ящерицу. Под какой корягой он её отыскал в темноте-то? И как, если едва стоит на ногах?

Несмотря на продемонстрированную жёсткость и безразличие, Шепард прекрасно понимала, что такое длительный переход по труднопроходимой местности. Особенно если есть раненый.

Ну, — поправилась она, — в данном случае не раненый, а больная, но всё равно. К тому же жена его вряд ли могла сильно помочь, долго нести её ей явно не по силам. А тут ещё без отдыха охотиться. Удивительно.

Но и она тоже молодец. Всё выдержала и до сих пор на остатках не пойми каких сил пытается быть вежливой и активной. Лишь бы угодить той, что может спасти её дочь.

— Пожалуйста, госпожа Явана, — перед лицом Шепард появилась миска с разделанной на куски ящерицей. В нос ударил концентрированный аромат жареного мяса, и желудок Шепард громко заворчал.

— Что ж, давай попробуем, — она не была уверена, стоит ли ей благодарить их, а потому просто решила продолжать держать высокомерный вид. — По запаху неплохо, — внимательно оглядев предложенное блюдо и по втягивая запах, Шепард добилась обильного слюноотделения. — А что это за трава? — сорвав с куска мяса незамеченный женщиной обгоревший лист, обгорелый лист.

— Огненный остролист. Это…

— Я знаю, что это, — перебив, соврала Шепард, которой лишь стальная воля не позволяла наброситься на еду.

Не зная, что сказать, та промолчала. Её муж скромно умостился в самом дальнем уголке и, похоже, засыпал, уложив руки на колени и уронив на них голову. Шепард, поставив миску на холодную землю, не торопилась тоже нарушать тишину.

— Скажите, — спустя минуту сердце матери не выдержало неизвестности, — как наша девочка? С ней всё в порядке?

— Ну, — она сочла, что прошло достаточно времени и можно приступать, — не сказала бы.

— Она умерла?! — с невыразимой болью в голосе уронила женщина. — Боги, за что вы так со мной?

— Слушай, а неплохо, — мясо было нежным и сочным, и первый кусок Шепард буквально проглотила, лишь в конце почувствовав какой-то вкус. — Ты молодец.

— Я рада, что вам нравится, — убито произнесла горюющая мать.

— А насчёт дочери, как там ты говорила, Каиссы?

— Калисса. Моя девочка, как я без тебя?

— Так она уже очнулась, — второй кусок отправился за первым.

— Что?

Гулльп.

— Я сказала, — проглотив очередную порцию, повторила Шепард, — что твоя дочь жива. И завтра будет здорова. Сможешь навестить. А сейчас, — она встала, забрав с собой то, что не успела доесть, — отдыхайте. Я ухожу.

Быстрым шагом, чтобы не дать мясу окончательно остыть, Шепард прошла в тот доставший ей по наследству кабинет. Во всяком случае, такое слово нравилось ей гораздо больше, чем заклинательный покой или черт знает как он тут называется. Решительно усевшись в кресло и пользуясь минуткой, когда нигде ничего не горит и не нужно ни куда-то бежать, ни чего-то решать, отщипывая маленькие кусочки мяса и небрежно забрасывая их в рот, она принялась обдумывать свои дальнейшие действия.

С одной стороны, ситуация, безусловно, изменилась и прояснилась. Если совсем недавно она даже не знала, где она и что, чёрт возьми, происходит, то теперь наметилась хотя бы минимальная определённость. Находится она в болотах Теллари, что расположены в некой Антиве. Это, конечно, не экстант карты, но всё равно лучше, чем ничего.

Далее. Она не абы кто, а известная и обладающая в глазах людей силой и репутацией особа. Ведьма. То, что сама Шепард ведьмой являлась разве что в глазах многочисленных завистников и недоброжелателей, конечно, было грустно, так как репутацию в глазах местных необходимо поддерживать.

Но опять-таки. Сейчас она предъявит родителям девчонку, что сейчас наверняка тихо сопит на её кровати, видя десятый сон, а затем Явана научит её магии. Хоть и основам.

Она понимала, почему так. Дело не в том, что Яване было жалко отдавать ей все свои знания. Хотя, может, и жалко, кто её разберёт? Но даже если предположить, что она ХОТЕЛА бы научить её всему, что сама знает, то не смогла бы. Ни за ночь, ни за две, ни за десять.

Подобный трюк просто невозможен, вот и всё.

Даже в её прежнем мире, несравненно более технологически развитом, подобное случалось лишь в фантастических фильмах.

Нет, без устали велись исследования, даже бывали кое-какие успехи, в результате которых принимали новые обучающие программы. Но ключевое слово здесь — обучающие.

Шепард была элитой из элит. Лучшая подготовка, лучшие инструктора и самые передовые методы подготовки. Но даже в секретных симуляторах Альянса освоение новых навыков не было мгновенным. Да, благодаря контролируемой среде и многократным повторениям с возможностью разбора результата на месте, процесс шёл гораздо быстрее, чем в обычных условиях. Но на этом всё. Даже Цербер, — она поморщилась от неприятных воспоминаний, — несмотря на то, что не стеснялся нарушать все возможные нормы морали, не добился значимых успехов. Во всяком случае без помощи Жнецов.

Но довольно лирики, Шепард встряхнулась, напоминая себе, что к прошлому возврата нет. Главное, что полученного ей будет достаточно, чтобы иметь шанс выжить в этом мире.

Если задуматься, она и раньше оказывалась в подобном положении. И ничего, выкрутилась. Шаг за шагом у неё появлялись друзья, команда, корабль…

Сейчас будет так же. С поправкой на специфику, конечно. Хотя в приличном обществе подобное описывают матом.

Пойти туда не знаю куда, сломай то не знаю что, — возмущение Шепард было столь глубоко, что она сама от себя не ожидая громко фыркнула. Дёрнувшись от удивления, она пришла в себя и, поймав попытавшую скатиться с колен миску, вернулась к раздумьям.

Как вообще можно что-либо искать, если сама не знаешь, что тебе нужно? Не могу же я просто подходить ко всем подряд и спрашивать: «Не видели ли вы красную хреновину?», а на логичный вопрос «Как она выглядит?» отвечать: «Понятия не имею. И как называется — тоже. Не знаете? Очень жаль».

То ли дело у нас в Эн-семь. Прилетели на «Кадьяке», высадились, раздали всем по термоклипсе. Проследили, чтобы не было обиженных и обделённых, обратно в транспорт и по кубрикам. Всего и делов.

Единственное разумное, что приходит в голову, это сначала вжиться в мир. И параллельно собирать о нём информацию. Идол, раз должен быть разрушен, наверняка опасная штука. Может, магическая, может, религиозная. Но почти наверняка известная хотя бы в узких кругах. Значит, должны быть какие-то легенды, сплетни, слухи.

Да, пожалуй, так и следует поступить, — определилась она, вставая и убирая пустую миску на стол. Но потом. Сейчас же надо долечить Калиссу.

И наконец-то получить знания.