Дионисийские ведьмы I. Магия в реальном мире.

Пролог

ПРОЛОГ

— Итак, дорогие, пришла пора признаться, что вы делали в эту романтичную осеннюю пору двадцать лет назад?

Равенна с комфортом расположилась на пушистом ковре у пылающего камина. Ее глаза теплого орехового оттенка от выпитого ликера слегка блестели.

В руке она держала бокал со сладким напитком и добродушно смотрела на собеседников.

— Нет! — Артур слишком резко поставил бокал с бурбоном на небольшой столик. — Я не настолько пьян для подобных откровений.

Артур хипповым посиделкам предпочитал цивилизованный отдых. Поэтому он не сел на ковер, а решил остаться в дорогом кожаном кресле.

— Кто-то только что проиграл мне спор и собирается избежать расплаты? — хитро заметила Равенна. — Я не прошу рассказывать лишнее. Всего-то и нужно поделиться своими воспоминаниями о тех славных временах! Хотя бы смутными!

Равенна протянула изящную руку к низкому кофейному столику, на котором стояли бутылки с бурбоном и шоколадным ликером, после чего наполнила ими бокалы неразговорчивых гостей.

Артур большую часть вечера молчал, будто внезапно лишился слуха и таланта едко комментировать происходящее, но наставница не оставляла попыток втянуть его в беседу.

— Мы же работаем вместе, давайте хоть немного познакомимся?

Рядом с Равенной сидела привлекательная девушка и обнимала разноцветную подушку, словно плюшевого медведя. В ее выразительных зеленых глазах отражались языки пламени. Она повернулась к Равенне и по ее рассветным волосам побежали яркие блики. С неуверенностью она спросила:

— А если я плохо помню, что было двадцать лет назад?

— Ань, да что угодно расскажи!

Анна неуверенно улыбнулась. Она подняла голову и с недоверием посмотрела на Артура. Улыбка померкла, а блики в длинных прядях, напротив, замерцали ярче, отражая природно-кипучий нрав хозяйки.

— Да ла-а-а-адно, не будьте такими занудами! — лениво протянула Равенна. — Обещаю, я тоже кое-что расскажу! Даже от третьего лица, чтобы было интереснее!

— Ладно, — первым сдался Артур, — быстрее начнем, быстрее закончим, ты же не отвяжешься! — бросил он и безрадостно посмотрел на начальницу.

Артур в своем кожаном кресле по-господски возвышался над Анной и Равенной, отчего был похож на мрачного взрослого, рассказывающего нечто важное детям.

— Мы с братом тогда жили недалеко от городского центра вместе с отцом. Время было не слишком… приятное, чтобы я хоть когда-то ностальгировал о нем. Я увлекался несколькими видами боевых искусств. Мой старший брат больше интересовался компьютерными технологиями, но потом стал посещать додзе вместе со мной. Благодаря деньгам его матери, я мог позволить себе несколько секций и при этом не зависеть от отца. Наш отец, он... — Артур замолчал и нахмурился. — Скажу так: с ним жилось тяжело, — продолжил он. — Я решил, что пора определяться как и где жить, но я не мог так просто уехать. Поэтому Марк, который уже выглядел как совершеннолетний, помог мне сбежать. Так что с тринадцати лет я жил отдельно и ни разу не пожалел об этом, — закончил мысль Артур.

В комнате воцарилась тишина, лишь потрескивание огня в камине нарушало неловкое молчание.

— Хм-м, чего-то ты не договариваешь. А куда ты в итоге уехал? На что жил? — с интересом спросила Аня. Она все еще прижимала к себе подушку и задумчиво смотрела на своего сумрачного коллегу.

— А я и не обещал откровенничать. Вы хотели услышать про события двадцатилетней давности? Этого достаточно. Большего вам знать не нужно.

Артур сделал еще глоток из граненого бокала и откинулся на спинку кресла.

Аня и Равенна обменялись кислыми взглядами.

— Ладно, в конце концов, историю мы узнали, теперь твоя очередь!

Аня глубоко вдохнула. Ей было непривычно рассказывать о себе в такой компании. К тому же, вряд ли Артур хотел ее слушать.

— Двадцать лет назад я была еще совсем ребенком.

Артур саркастично фыркнул.

— Мы не будем перебивать и комментировать рассказчика, — заметила Равенна.

— Так вот, я жила с мамой. Отец постоянно был в отъезде и редко появлялся дома. Из того времени я хорошо помню мамины истории о волшебных существах. Мы тогда часто ездили к речке, в лес. Мама говорила, что лес наполнен волшебными созданиями, если быть внимательной, то можно познакомиться с ними. Благодаря моему живому детскому воображению я действительно видела их: в необычном движении листьев, в пробегающей тени или в причудливом нагромождении из сломанных деревьев, мха и веток. Я придумывала истории, где они живут и как проводят время в своих странных шалашах и каменных пещерах. Помню, как приглашала волшебный народец попробовать мой чай, изображала настоящую церемонию. Я разливала напиток по красивым фарфоровым чашечкам и обещала не смотреть на своих гостей, чтобы они не пугались и не смущались меня.

Анна с упоением погрузилась в историю. Артур с каменным лицом уставился на огонь невидящим взглядом и, казалось, был где-то далеко.

— Помню, я честно зажмуривала глаза, а когда открывала, чая в кружке действительно становилось меньше! Мамы рядом не было, она собирала ягоды и набирала воду в роднике, так что я точно знала: чай выпила не она, а волшебные существа, которые пришли со мной поиграть.

— Ну, это многое объясняет, — с холодной иронией произнёс Артур и лениво повернул к Ане своё красивое лицо. Впервые за весь вечер он посмотрел на нее. Равенна бросила на мечника укоризненный взгляд, но Артур все равно продолжил:

— Надеюсь, ты уже знаешь об ужасной правде о подарках под елкой?

— Та-а-а-к, моя очередь, — Равенна не дала Анне съерничать в ответ и начала свой рассказ. — Двадцать лет назад. Одна привлекательная молодая женщина зашла в известное заведение, откуда раздавалась мелодичная живая музыка. К сожалению, сомнительная репутация этого места не подразумевала ни малейшей безопасности, — продолжила наставница в высокопарной манере. — Наша героиня делала первые шаги к созданию организации, целью которой было сделать этот мир лучше. Для этого ей нужны были союзники и сподвижники. Она надеялась найти их именно там, в злачном баре, пропитанном запахом табака и алкоголя. Необходимыми для нее сведениями располагал привлекательный пианист, исполняющий до боли известную мелодию. — Равенна сделала театральную паузу, затем продолжила: — В помещении разрешалось курить, а вот вентиляция работала не особенно хорошо. Так, наша изящная героиня, окутанная таинственной дымкой, в откровенном черном платье и на высоких каблуках, медленно приближалась к музыканту. Ее наряд производил фурор. Многие мужчины оборачивались ей вслед. Молодая женщина кокетливо облокотилась на рояль и окинула мягким взглядом свою жертву.

— Равенна, тебе пора нуарные романы писать, —посмеялся Артур.

— Да, мой талант виден издалека, — ничуть не смутилась Равенна. — Кажется, единственный рассказ, который мы услышали без внезапных комментариев, — это твой. Артур, постарайся сдерживать свои порывы.

— Извини, — усмехнулся он, взял с кофейного столика бокал и сделал очередной внушительный глоток.

— Итак, наша молодая нимфа использовала все имеющееся у нее очарование и разговорила молчаливого музыканта, отчего он забыл о гостях, пока рассказывал о нужных красавице людях. Так и появились первые деловые связи прелестной госпожи Равенны, — пафосно закончила рассказчица. — Аплодисменты! Это были три прекрасные истории, а теперь...

— Та-а-а-а-к, стоп, — пробасил мужской голос, — я безмерно уважаю тебя, но ты пьяна, дорогая моя начальница, еще чего лишнего взболтнешь. — Артур осушил бокал, поставил на столик и встал. — Полагаю, на сегодня хватит. Обеим уже пора спать.

— Какая милота-а-а, — промурлыкала Равенна Ане. От ее теплого дыхания пахло убийственно сладким ликером. — Аня, ты слышала? Спать нас укладывает! — Равенна прижала тыльную сторону руки к губам и пьяно захихикала. — Ну просто находка, какой он бывает заботливый, — она с умилением посмотрела на Артура.

Бровь Анны саркастично подскочила вверх.

— Возможно, только с вами он заботливый. Дамочки, не представляющие, по его мнению, ценности, не удостоены подобной чести…

Равенна склонилась к Анне, словно к подружке, и прошептала:

— Это он стесняется…

— Все, сворачиваемся, — решительно объявил Артур. Он подошел к Равенне и бережно помог ей подняться. — Я провожу тебя, — произнес он бархатным голосом, словно змей-искуситель.

— Эй! Ты забыл, кто здесь босс?! — заплетающимся языком выдала Равенна. Она с трудом удерживала равновесие, но при этом не забывала мило улыбаться Артуру.

— Конечно, ты главная, кто же еще. А сейчас оставь свой ликер в покое и надевай туфли, я помогу тебе дойти, ты явно перебрала.

— Помоги лучше Ане.

Равенна безуспешно пыталась освободиться от хватки помощника.

— Я сама дойду, я не пьяна, — соврала Анна.

— Вот видишь! — тут же подхватил Артур и для полнейшей убедительности гневно указал на Анну рукой будто демонстрировал бардак в детской комнате.

Равенна тяжело вздохнула:

— Ребята, как же с вами бывает непросто…

Глава 1 Старая-Новая напасть

Глава 1

Старая-новая напасть

Пятью месяцами ранее

Аня

Первое, что я услышала, был мерный звук капающей воды.

«Где это я?»

Меня окружала давящая темнота. Озираться по сторонам оказалось бессмысленно. Нещадный могильный холод медленно поднимался по ногам. Я поежилась. «Черт, почему так темно и холодно?»

Внезапно прозвучал громкий голос. С гулким эхом он раскатился по странному месту:

— Аня, уходи отсюда! Быстрее!

— А куда уходить? Кругом тьма! Ни единого лучика света?

Голос умолк, как и звук падающих капель. Когда эхо затихло, вернулась абсолютная тишина. Сопровождаемая беспросветной темнотой, она пугала, словно я одновременно перестала видеть и слышать.

Я вытянула руку и пошла вперед, исследуя пространство на ощупь. Не наткнувшись ни на одно препятствие, я побежала. Вокруг по-прежнему ничего не было видно. Казалось, что здесь и нет ничего, кроме каменного пола под ногами. Бежать в такой тьме — это все равно что нестись по беговой дорожке. Я всматривалась в темноту, пыталась увидеть хоть что-то, но тщетно.

Кажется, бежала уже час. Через какое-то время с ужасом стала понимать: как ни старайся ускорить шаг, все равно остаешься на том же месте, в полнейшей темноте и нарастающем холоде. Ноги и руки мучительно ныли, зубы стучали, а лицо обжигало от ледяной стужи. Дыхание стало рваным, и окончательно выбившись из сил я остановилась.

Пальцы на руках и ногах совсем не двигались, так сильно они окоченели. Вдыхать ледяной, прожигающий внутренности воздух тоже было больно. Пространство вокруг упорно не менялось, давило неестественной пустотой.

— Я не знаю, как выбраться отсюда! — отчаянно выпалила я.

— Дай мне руку, — сказал мягкий голос.

Я послушно вытянула вперед руку и почувствовала чье-то прикосновение. Ни теплое, ни холодное, словно у него не было температуры. Понемногу глаза привыкали к темноте, и в тусклом свете я не вполне отчетливо разглядела того, кто вел меня за руку. Он не был похож на обычного человека и излучал голубоватое сияние.

— Ты почти добралась, молодец!

Внезапно шум моря переполнил странное место. Он был невообразимо громким. Бушующие волны с грохотом ударялись о скалы.

Я начала просыпаться.

— БОЖЕ-Е-Е! — мой сиплый голос из-под одеяла возвещал о тотальной неготовности встречать новый день. — Я НЕНАВИЖУ УТРО!

Закрытые, ничуть не отдохнувшие глаза, рыжие волосы, раскиданные по подушке, — все это я, спрятанная под пушистым одеялом от необходимости возвращаться в суету реальности. Приятная морская мелодия на будильнике была призвана скрасить горечь раннего пробуждения, но в итоге звучала как приговор.

— Не хочу-у-у.

Я нехотя открыла подслеповатый глаз, дабы решительно покончить с утренними «аудиомуками». Пошарила рукой по кровати в поисках телефона и, когда не нашла его, тут же вспомнила: накануне я специально положила смартфон подальше, чтобы не отключить в полудреме и не проспать до полудня.

— Ненавижу себя вчерашнюю! Что за садюга!

Громкость будильника набирала обороты, так же как ненависть ко всему бренному миру. Ненавижу чертовых жаворонков! Какого лешего приходится жить по их правилам?!

Я сонно укуталась в тепленькое одеялко в тщетной попытке полежать еще хотя бы две минутки. Волны по-прежнему мирно бились о скалы.

— А и черт с ним, с будильником! Еще немного полежу, пусть даже и под звуки прибоя!

Когда я провалилась в сонную негу, на меня со всего маху прыгнул кот. Злой, возмущенный вой пушистого монстра напомнил, что пора отдать дань моему господину и не время разлеживаться! В конце концов, уже шесть утра, а голод не тетка!

С адскими муками я вылезла из-под уютного одеялка.

Восставшая из ада — вот мое короткое описание по утрам. Я поздно ложусь и рано встаю, что делает мое пробуждение крайне неприятным.

— Ну что, есть будем? — сонно просипела я.

На меня уставились два наглых кошачьих глаза. Грозное и протяжное кошачье «мяу», вероятно, значило: «Ну ясен красен, женщина, давай уже, доставай консервы!»

— Ладно, мой повелитель, будет сделано.

Я медленно доковыляла до миски. Положила Пирату еды и подошла к холодильнику.

— Та-а-а-к, что тут у нас?

Мне потребовалось немного времени, чтобы понять: я чуть не заснула, стоя с открытой дверцей.

Черт, я не хотела его размораживать! Срочно-пресрочно нужно жахнуть кофе — четырех часов сна для меня явно маловато.

Я налила себе горячего кофейку и села за стол. Похрустывая соленым крекером, задумалась. Итак, сегодняшние планы: забежать в типографию, купить продуктов, работа, консультация, и да! Чуть не забыла! У меня же сегодня консультация с Рошель! Это будет важная встреча!

Я развалилась на стуле и предалась приятным воспоминаниям.

Рошель или Шелли, как я ее часто называю, — моя стародавняя подруга. Такое необычное имя ей досталось от прабабушки с французскими корнями. Рошель значит маленькая скала или маленькая женщина с сильной волей.

Это как раз про нее.

Стоит отметить, что Рошель никогда не была на моей консультации, и причина этому — я. Поскольку мешать профессиональные и личные отношения — дурной тон, предупредила, что обращаться ко мне она может только в самом крайнем случае, если никто другой помочь не смог. Видимо, что-то назрело...

К моему пиршеству присоединился кот. Он запрыгнул на меня сразу же, как расправился с утренним угощением. Медитативно покачиваясь на стуле, я водила рукой по теплой шерстке. «Вот бы попасть на первую полосу журнала „Гениальная“ в качестве мегапсихолога, м-м-м-м».

В какой-то момент, в лучших традициях меня самой, стул предательски накренился, и я с испуганным котом, горячим кофе и печеньками полетела навстречу синякам и разочарованию. Кот отказался пасть так же низко, как его хозяйка. Он быстро капитулировал, оставив на теле глубокие царапины.

— Пират, почему в твоем взгляде столько осуждения? Пострадала-то я!

Я с трудом встала, обиженно потирая ушибленную пятую точку.

Пират по-прежнему сидел неподалеку и осуждающе смотрел на меня.

— Ну извини, дорогой! В следующий раз я буду балансировать получше!

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

Встреча с Шелли была назначена на вечер. Однако будучи не самой пунктуальной дамой на свете, я бежала быстрее паровоза, чтобы успеть. Ровно в семь мне нужно оказаться в огромной гостинице с красивым названием «Адель». Там, на первом этаже, мой рабочий кабинет.

Я залетела в последнюю минуту внутрь и огляделась. Рошель сидела на диване в фойе и со скучающим видом листала гостевой журнал. Всего за три месяца, что мы не виделись, ее волосы заметно отрасли. Черные блестящие кудри ниспадали с плеч и закрывали лицо.

Рошель заметила меня, когда я направилась к ней. В целом неудивительно: я так громко топаю, что трудно не услышать. Рошель подняла на меня свои красивущие глаза сапфирового цвета, которые сегодня казались немного потухшими, и тепло улыбнулась.

— Привет, Ань!

— Привет-привет, я почти не опоздала, ты заметила? Пойдем!

Мы зашли в мой уютный кабинет. Я обустраивала его сама, так что все детали, начиная от штор в винтажных пионах и заканчивая пурпурной гирляндой, отражали мою натуру. На полках вместо книг громоздились тяжелые кристаллы, принадлежности для арт-терапии, колоды с метафорическими картами, а также фигурки с любимыми персонажами сериалов и аниме. Возможно, фигуркам тут не место, но в этой же комнате я прятала мягкие тапки-фламинго, которые приличнее было бы иметь дома, а не на работе. Они нагло розовели прямо под столиком с кофемашиной и ретрочайником. Наплевав на условности, я решила быть счастливой и чувствовать себя в своем кабинете расслабленно и комфортно.

Переобулась, налила нам по чашке горячего чая, и мы принялись разбираться в проблеме, рассевшись на нежно-розовых диванчиках с яркими подушками.

— Меня преследуют кошмары, — устало заявила Шелли и сделала глоточек из чашки.

В ярком свете стало заметно, что Рошель и правда выглядит неважно: кожа бледнее обычного, под глазами залегли темные круги, а голос звучал слабо и потерянно. Подруга сообщила мне, что ничего не помогает: ни антидепрессанты, ни медитации, ни всевозможные психологи и врачи. Какие бы методы ни применяли специалисты, ничего не менялось. Кошмары снились все чаще и чаще. Один из последних снов повторялся и окончательно лишил ее покоя.

Выглядело все так, словно сны могли сопротивляться любым попыткам справиться с ними. Тогда я решила подойти к вопросу совсем с другого ракурса. Мой ход конем заключался не в определении скрытых причин и символов сна, а в создании некого контроля над происходящим, как при осознанном сновидении.

— Полагаю, в твоем случае будет уместен трансперсональный метод. Рошель, скажи, у тебя есть защитник?

— Какой защитник?

— Тотем, возможно, дух-помощник, кто-то из этих ребят?

Шелли задумчиво поставила чашку на блюдце, затем ответила:

— Не знаю, думаю, нет, такие техники я не встречала.

— На нашей с тобой консультации мы не будем разбирать символы и причины сна. Мы позаботимся о том, чтобы он перестал быть кошмаром, — уверенно заявила я.

Думаю, эта затея была навеяна моим сегодняшним сном, где я спаслась из холодной пустоты благодаря помощнику.

— Как предпочитаешь поработать? Через медитацию? Или, быть может, погружение в мир тотемов и духов через бубен? — спросила я и жестом показала ей на своего красавца-бубна, что занимал значительную часть стены. — Я не шаман, но некоторые практики, подобные шаманским, применяю в своей работе.

— Все, что ты перечислила, я уже пробовала, а вот бубен — это что-то новенькое.

— Значит, решено, воспользуемся волшебным ритмом!

Я сняла со стены свой инструмент и уложила Рошель на кушетку.

— Не волнуйся, закрой глаза и доверься мне.

Я подняла бубен повыше и ярко-красной колотушкой начала медленно стучать по кожаной мембране с красивым рисунком волчицы. Бубен издавал глубокий резонирующий звук, погружая Рошель в миры бессознательного. Рошель на удивление быстро нашла своего помощника. Разговор с тотемом занял у нее не больше часа. Когда мы закончили, она все еще лежала и задумчиво смотрела в потолок.

— А ведь он потрясающий, этот защитник!

— Правда? А ты не расскажешь, кто это был?

Мне было жутко интересно узнать о ее впечатлениях. Конечно, не как профессионалу, а скорее как старой подруге.

Рошель медленно и с трудом поднялась. После путешествия все еще расслабленное тело слушалось с трудом.

— Это красивый черный дракон. Похоже, он прибыл с Востока!

— Дракон — это круто! Символика дракона как древней дикой силы сулит хорошее начало!

На протяжении всей консультации я наблюдала за речью и эмоциями подруги. После погружения она стала выглядеть иначе. Щечки порозовели, а в глазах появился живой блеск. Закончили консультацию на том, что Рошель смогла обрести поддержку своего защитника.

Мы как раз выходили из здания отеля и спускались по каменным ступеням, когда я предложила:

— А давай прогуляемся и выпьем кофейку?

— Я не против, сегодня погода просто отличная, пахнет весной, — улыбнулась Шелли.

Мы шли вдоль неширокой улочки, болтали и обменивались новостями. Незаметно стемнело. На небе зажглись звезды, а в окнах находившихся рядом домов — свет.

— Я хорошо тебя понимаю, мне снились кошмары, когда мама пропала. В детстве я любила все мистическое и потустороннее. Мама активно поддерживала этот интерес, и когда она исчезла, мое увлечение неизведанным превратилось в манию. Я говорила с вымышленными друзьями, уже не играя, а на полном серьезе. Отец, когда узнал, забил тревогу. Таскал меня по специалистам, чтобы я не свалилась в суровый диагноз. Этот уход в мир иллюзий легко объяснялся, но нелегко поддавался терапии. Я сама уже плохо помню, но папа рассказывал, что не на шутку испугался за меня. Мое поведение напоминало серьезные психические нарушения, так что волшебный мир детства превратился в кошмар и плутание в лабиринтах сознания.

— Тебя можно понять. Ты была маленькая, и все волшебное облегчало боль утраты и связывало тебя с мамой. Думаю, это естественно, — поддержала меня подруга.

— Спасибо.

— Ань, мне, если честно, трудно понять, что спровоцировало ночные кошмары в моей жизни. Ничего серьезного или действительно плохого давно не происходило, даже любовная драма подзабылась. Откуда тогда они взялись?

— Мы во всем разберемся, не переживай, приходи на вторую консультацию, если кошмары вернутся.

После прогулки я пришла домой в упадническом настроении. Все эти разговоры всколыхнули печальные воспоминания. Сил на самоанализ уже не оставалось, так что я просто завалилась спать, вымотанная и немного голодная.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

Спустя примерно месяц после встречи с Рошель, я ответила на звонок, который стал для меня громом среди ясного неба.

— Алло, здравствуйте, я бабушка Рошель, — раздался в трубке взволнованный голос. — Вы ведь Анна?

— Здравствуйте, да.

— Слава богу, я уже и не знаю, что думать… Анечка, моя внучка пропала!

Глава 2 Хищники

Глава 2

Хищники

Аня

Пожилая женщина говорила так, что мне стало не по себе:

— Не могу дозвониться до нее больше недели. На работе сказали, что она не появлялась. Никто не знает, где она. Анна, как вы думаете, где она может быть и куда могла внезапно уехать?

Речь женщины была сбивчивой, она судорожно вздыхала и, похоже, с трудом владела своими эмоциями.

— Мы с ней не виделись около месяца. Вы обратились в полицию?

— Да, но дело идет так медленно, ничего не происходит!

— Я постараюсь помочь в поисках, уверена, с Шелли все хорошо!

— О, спасибо, милая! Если вы что-то узнаете, сразу же позвоните мне, пожалуйста!

— Да, конечно. До свидания!

Всего один звонок может мгновенно выбить тебя из колеи.

— Куда ты делась, Рошель? Что произошло?

После консультации мы говорили всего раз, и она заверила меня, что ей явно лучше, а после я ее не беспокоила.

Разговор с бабушкой Рошель оставил на душе тяжелый осадок. Я смотрела в окно и вспоминала подробности разговора. Сегодня было пасмурно, целая стая ворон кружила у балкона в доме напротив. Зловещее зрелище…

Чтобы хоть как-то справиться с волнением, решила открыть социальные сети подруги. Проверить, как долго она отсутствует.

Шелли не было с того самого дня, как мы провели консультацию. На страницах в соцсетях подруги не было ничего, что могло бы натолкнуть на мысль, куда она могла исчезнуть.

Может, стоит набрать ее номер?

Как и ожидалось, Рошель не отвечала на звонки.

Я ходила по квартире, пытаясь успокоиться и собраться с мыслями.

Я могу для нее что-то сделать? Вообще-то, могу, у меня ведь дядя работает в полиции. Правда, когда искали маму, он не смог помочь, — тут же горько напомнил внутренний голос.

— Так, нужно размышлять логически, — выпалила я вслух. — Что я знаю о Шелли? Помнится, на нашей встрече она говорила про странные сны, видения и кошмары. Если терапия помогла, она могла просто никого не предупредить и уехать одна куда-то в горы или в лес и там предаваться одиночеству и свободе. Это вполне в ее стиле! Правда, кое-что явно не сходится. Шелли очень ответственный человек. Перед тем как сделать что-то подобное, предупредила бы свою бабушку. Нет, это не то! — с жаром объявила я коту, который все это время спал на диване и от неожиданности подскочил. — Предположим, что терапия не помогла. У Шелли, как бы она ни отрицала, присутствует магическое мышление. Такая девушка вполне могла обратиться к экстрасенсам или, упаси боже, к колдунам, но это не объясняет того, что она даже на работе не предупредила о своем отъезде!

Беспокойство за подругу никак не отпускало. Ни одной дельной мысли так и не пришло в голову.

— Может имела место манипуляция? Магическое мышление нередко используют для контроля над разумом религиозные секты. Это объяснило бы ее внезапное исчезновение. Однако все это слишком неправдоподобно! Зачем это ей? Да, она была потеряна и разбита, и все же острая нужда в общности, которую обеспечивают такие секты, — явно не ее случай. Внушению и манипуляции она так легко не поддается. Чтобы повлиять на нее, нужно время, учитывая ее высокий интеллект, независимый характер и чрезмерную бдительность.

— Самоубийство? — Эта мысль была одной из самых страшных, я даже остановилась. — Вряд ли, — отвечала я себе, возобновив прогулку по залу.

В ход пошли самые мрачные догадки. — Если бы она хотела покончить с собой, речь и микромимика выдали бы ее с головой!

Я устало рухнула на диван, так и не добившись своими размышлениями хоть какой-то ясности.

— Что было на нашей последней консультации? Она не проявляла признаков, которые встречаются у людей в тяжелой депрессии, и не была похожа на самоубийцу. Или, может, я что-то упускаю, потому что не хочу этого видеть?

Я устало спрятала лицо в ладони.

Вот почему не стоит консультировать друзей! Ты не можешь быть объективной. Эмоции не дают посмотреть правде в глаза. А правда состоит в том, что с ней могло произойти что угодно.

— Ладно, накручивать себя тоже не выход! — встрепенулась я. — Как Рошель себя вела в конце нашей встречи? Она облегченно выдохнула, улыбалась! Верила в то, что мы справимся и все будет хорошо! Шелли не наркоманка, не транжира, не сумасшедшая, не болтается ночью по сомнительным местам. Эта девушка всегда была слишком нормальной, даже порой скучноватой, и тут вдруг это? Что это? Бунт? Но против чего?

Чем больше я об этом думала, тем дольше плутала в лабиринте бесконечных догадок.

— Хорошо, надо поговорить с дядей.

Я все-таки решила больше не мучить себя бесчисленными фантазиями на данную тему, и пойти в полицейский участок.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

За сутки до исчезновения Рошель. Квартира охотника.

01:25 ночи.

Пронзительный звонок разорвал ночную тишину. Мужчина, что крепко спал, медленно поднялся с кровати и лениво потянулся за телефоном. Все еще вялый ото сна, он раздраженно морщился, вглядываясь в ослепляющий экран смартфона. Ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы понять, кто звонит. Он резко проснулся, словно его окатили холодной водой, и уже спустя десять минут нервно поскальзывался на покрытой тонким слоем льда дороге, торопясь к назначенному месту.

Мужчина зашел в красивый высотный дом. Погруженный в мрачные мысли, он и не заметил, как миновал мраморный холл и теперь грузно шагал по дорогому красному ковру. Он был почти на месте, когда почувствовал, как сильно похолодели его руки и как пересохло во рту. Всему виной были не плохая погода и не простуда, а просто перспектива намечалась не из приятных. Обеспокоенный гость решительно отмел дурные мысли и уверенно вошел в помещение.

В просторном, полупустом зале приятно пахло кофе. В центре красовался роскошный бильярдный стол, а рядом стоял высокий молодой человек и держал в руках кий. Барная стойка мягко подсвечивалась изящной иллюминацией и была единственным источником света. В тусклом освещении игрок в бильярд выглядел слегка зловеще.

Гость подошел к молодому человеку и обронил:

— Не ВАС я ожидал увидеть.

— Однако сегодня тебя встречаю я.

Игрок теперь стоял ближе, стало лучше видно его лицо. Оно выглядело недобрым. Тусклый свет невыгодно подчеркивал его черты: острый подбородок, и ввалившиеся щеки. Полуприкрытые, то ли от усталости, то ли от безразличия глаза, обрамляли тени. Если бы не отсутствие сна, отпечатавшееся на лице молодого мужчины, его можно было бы назвать красивым. Поджарый, высокий, с идеальной осанкой, он напоминал какого-то знаменитого актера. Заостренные скулы и умный взгляд придавали ему вид хищной птицы. Однако, несмотря на очевидную привлекательность, все в его образе намекало на паскудный характер — от ядовитой усмешки на тонких губах до хамоватой манеры держаться. Одет он был в дорогой костюм, а на левом ухе поблескивала кроваво-алая серьга.

— Ну, ты узнал, что требовалось?

Молодой мужчина непринужденно продолжил игру, словно она была гораздо занятнее, чем доклад пришедшего.

— Да.

— Ну и?

Похоже, манера, с которой общался игрок, гостю не нравилась. С трудом сдерживая раздражение, он ответил:

— Грегор, здесь нет никакой ошибки, это она. Потенциал третьего ранга с индикацией SABER и UPSIDE.

— У-у-у, это круто. Она уже передана в отдел? — слегка манерно растягивая слова, спросил игрок.

— Нет.

Грегор театрально выдохнул:

— Неужели снова растягиваете удовольствие? Кстати, а ты сам смог бы ее доставить?

Грегор внимательно посмотрел на собеседника. Он даже оторвался от игры, чтобы отчетливо видеть лицо гостя.

— Нет, мы так не договаривались, я лишь поделился информацией.

Гость явно занервничал, такая реакция только позабавила зловещего игрока.

— Полагаю, доказательства уже есть? — Грегор медленно двигался вдоль бильярдного столика и непринужденно добавил: — SABER — это сильное заявление.

— У меня имеются все доказательства, но сначала оплата, а потом информация. Голос гостя предательски срывался, отчего прозвучал не слишком убедительно. Похоже, пересохшее от тревоги горло дало о себе знать, да и першение в нем усиливалось.

— Ясно. Тогда я передам о твоей находке, можешь идти, — сообщил Грегор. Изящно вращая кий на манер боевого шеста, он продолжил увлеченно рассматривать положение шаров на столе. Похоже, бильярд снова занял все его внимание.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Спустя двенадцать часов начался прекрасный солнечный день. Ранняя весна только-только пробуждала природу и подмигивала потеплевшими лучиками солнца. Кое-где пробивалась зеленая травка, снег таял, и дороги превращались в потоки рек.

Рошель шла домой на обеденный перерыв вдоль жилых зданий, погруженная в мысли о работе. Уже у своего дома она заметила одинокого мальчика. Он сидел на скамейке и смотрел в окно жилого здания, вероятно, ждал кого-то. Это был очень красивый ребенок, словно сошедший с иллюстраций американского художника Эндрю Лумиса. На вид ребенку было лет девять.

Рошель прошла мимо и улыбнулась ему. Мальчик не ответил и опустил глаза.

Когда Рошель возвращалась с обеда, она заметила, что ничего не поменялось: мальчик по-прежнему сидел на скамейке, а ведь она провела в квартире не меньше часа. Почему-то за ребенка стало тревожно.

— Привет! Ты кого ждешь?

— Моего друга.

Мальчик уставился на Рошель. Его серые, словно пасмурное небо глаза внимательно смотрели на нее. Взгляд изучающий, как у взрослого человека, который оценивает кто перед ним.

— Похоже, ты тут давно! Может быть, зайдешь ко мне в гости? На улице пока холодно, чтобы так долго сидеть здесь. У меня бабушка дома. Она тебя угостит вкусными булочками с чаем.

Рошель словно услышала себя со стороны и задумалась. Получи она такое предложение от незнакомки в девять лет, пошла бы с ней?

— Нет, спасибо, я здесь подожду, — рассудительно ответил ребенок.

— Хорошо, ладно, меня зовут Рошель, я живу тут неподалеку.

— А я Тима.

— Очень приятно, — Рошель пожала ему руку.

— Необычное у вас имя.

— Да, досталось от прабабушки. Ладно, Тима, долго не сиди тут, зайди в магазин, погрейся!

Рошель заторопилась на работу. По дороге она оглядывалась, все еще переживая за ребенка. Он явно подмерз и казался потерянным.

Круговорот рабочих дел закрутил Рошель до самого вечера. После тяжелого трудового дня она медленно шла домой и даже не заметила, как ноги привели ее к дому. Когда Рошель завернула за угол соседнего здания, она ахнула: на скамейке по-прежнему сидел Тима! Он подобрал под себя ноги и согревал пальцы дыханием.

— Тима! Ты что до сих пор здесь делаешь? Почему не зашел погреться?

— Привет, Рошель, я пока не дождался друга, он вот-вот должен подойти!

— Так, никаких отговорок! Пошли зайдем ко мне, я позвоню твоей маме, где твой телефон?

— Ты не сможешь дозвониться, она пропала.

— В каком смысле пропала?

— Я пришел домой, мне никто не открыл, когда полиция приехала, обнаружили лишь пустую, запертую изнутри квартиру. Я немного пожил у соседки, но мама так и не вернулась. Соседка сказала, что пока меня не забрали службы, я могу пожить у нее, но я хотел с другом, а он уехал. Я не могу сообщить ему, что я здесь — сегодня, как назло, потерял свой телефон.

— Так, понятно. А есть еще родственники, которые могут о тебе позаботиться? Или, может, вспомнишь номер друга, я ему позвоню?

— Нет, я не помню его номер наизусть. Родственников, кроме мамы, у меня нет. К соседке я не пойду, подожду друга здесь. Все равно он когда-нибудь появится.

— Тима, останься пока у меня, а завтра придумаем, что делать!

— Нет, Рошель, я не пойду с тобой. Моя мама пропала, и вдруг какая-то незнакомая женщина просит меня пойти с ней. Это подозрительно, я не доверяю тебе.

— В этом ты, конечно, прав, — ответила Рошель и присела рядом с ребенком на скамейку. Я не опасна для него, но откуда ему знать об этом?

Пока они болтали, город стремительно погружался в сумерки, а температура заметно упала. Дыхание уже сопровождалось клубами пара, а пальцы замерзали от холода.

— Давай я позвоню в полицию? Тебе не стоит мерзнуть здесь!

— Если ты сделаешь это, я уйду, не хочу к полицейским! Если мама не вернется, куда я попаду? Не хочу в детский дом, лучше уж подожду друга, надеюсь, он разрешит мне остаться.

Размышления ребенка были слишком взрослыми для девятилетнего. Рошель начала подозревать, что он старше.

— Тима, а сколько тебе лет?

— Мне десять.

— А ты умный ребенок, без шуток.

— Спасибо. Все потому, что мы с мамой всегда заботились друг о друге. И относилась она ко мне как к взрослому.

— Понятно, — Рошель улыбнулась. — Как мне завоевать твое доверие?

— А зачем тебе это?

— Я ведь не могу оставить тебя в беде, это не по-человечески!

Тима снова посмотрел на Рошель. Такое ощущение, что мальчик заглядывал в ее душу.

— Ты правда не желаешь мне зла?

— Правда, клянусь тебе.

— Хорошо, я…

— Добрый вечер!

Высокий мужчина, возникший из ниоткуда, приближался к Рошель. В сумерках он смотрелся странно, силуэтом напоминая ассасина из известной компьютерной игры. Лицо незнакомца было скрыто капюшоном и маской, не позволяя разглядеть черты.

Вслед за незнакомцем из темнеющего переулка появились другие подозрительные типы. Они постепенно окружали Тиму и Рошель, словно стая волков.

— Какой удачный у меня сегодня день, просто подарок, — довольно произнес незнакомец.

— Кто вы? — напряженно спросила Рошель.

— Я Данте, — представился странный тип. Голос выдавал в нем молодого мужчину.

На нем была короткая кожаная куртка, под цвет темные брюки и высокие сапоги. На сапогах, как и на широком поясе, крепились метательные ножи. Данте по-свойски сел рядом с Тимой, облокотившись на спинку скамьи.

— А я весь день тебя ищу, хитрый ты прохвост, совсем не ожидал найти здесь, на скамейке у дома!

Тима поднял взгляд на Рошель.

— Уходи, — почти беззвучно произнес он.

— Ребят, уже поздно обмениваться шепотками! — весело заметил Данте.

Он вел себя так, будто отлично знал Тиму и Рошель, при этом не спешил раскрывать свою личность. Речь и манера поведения выдавали в нем человека любопытного и внимательного, а также полностью уверенного в том, что события будут развиваться по выгодному для него сценарию.

— Я не знаю, кто вы, но мы уходим, — решительно объявила Рошель.

Из-под капюшона раздался смешок:

— Рошель, да поздно, говорю же.

— Откуда вы меня знаете?

Рошель не называла своего имени. Подозрительные типы, как призраки, то и дело выплывали из-за поворота. Ей стало ясно, что дела их плохи.

Она схватила Тиму за руку и побежала со всех ног. Человек, назвавшийся Данте, даже не попытался их остановить. Он сидел на скамейке и смотрел им вслед. Его свита осталась на месте, не делая ничего, чтобы помешать беглецам.

Рошель крепко держала за руку Тиму и бежала так, будто спасалась от диких голодных зверей. Сердце бешено стучало в груди, обещая пробить ребра. За пару минут беглецы значительно отдалились от дома. Однако на пути им так никто и не встретился. Люди словно вымерли! Ни проезжавших мимо машин, ни пролетающих птиц, ни каких-либо посторонних звуков. Лишь громкий цокот каблуков и тяжелое дыхание нарушали мертвую тишину. На бегу девушка оглянулась — погони за ними не было.

— Что происходит? — спросила Рошель и остановилась, чтобы они смогли отдышаться. — Прости, Тима, но я все же позвоню в полицию!

— Я тебе солгал. Никакого друга я не ждал. У меня вообще нет друзей. Я пришел, чтобы подумать, и еще я надеялся на... на кое-что...

— На что надеялся?

— Что появится кто-то вроде тебя и пожалеет меня, заберет к себе и не выдаст полиции! Только я не знал, как проверить, можно ли тебе доверять, но теперь я вижу, ты не одна из них!

Рошель и Тима стояли в незнакомом темном переулке. Лишь небольшой старый фонарь то и дело мигал, едва освещая улицу.

— Тима, расскажи мне все! Кто эти люди, чего они хотят?

Они подошли к большому старому дереву, встали у самого ствола, чтобы укрыться за кроной.

— Моя мама пропала не просто так, никто ее не убивал. Ее забрали эти люди. Я точно знаю, потому что могу видеть внутри себя, что будет. Теперь они пришли и за мной. Я ушел в совершенно непредсказуемое место, но они все равно меня нашли. Я не знаю как! Может, меня как-то прослушивают с помощью жучков или...

— Или?

— Или, возможно, они искали тебя, а нашли меня...

— А зачем нас...

Но не успела Рошель договорить, как ей в шею впилась игла. Мысли спутались и в следующий момент исчезли.

Глава 3 Отчаянный рывок

Глава 3

Отчаянный рывок

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |Never Surrender — Trent Reznor

Рошель

Утром я с трудом открыла тяжелые веки и обнаружила себя на гигантской двуспальной кровати. Медленно встала, озираясь по сторонам.

Меня окружала совершенно незнакомая обстановка. Комната была обставлена, как номер пятизвездочного отеля: белоснежные диваны, изящные столы и стулья из цельного дерева, а на потолке — роскошная люстра. Я почувствовала приятный аромат апельсинов и клубники. Рядом с кроватью оказалась большая плетеная корзина с фруктами.

Я попыталась собрать мысли, рассыпавшиеся, словно мелкий бисер. Казалось, из памяти кто-то вырезал целые сутки.

— Все это время я была здесь? Что это за место?

Мои ноги, будто налитые свинцом, болели и заметно ослабли. Слегка пошатываясь, я направилась к центру комнаты.Чуть не упала, но вовремя схватилась за стену.

Мысли по-прежнему путались и ускользали, словно я пыталась поймать юрких рыбешек голыми руками. Внезапно перед глазами возник образ незнакомца, скрывающего лицо под капюшоном. Резко вспомнив о похищении, кинулась к двери, словно и не было никакой слабости, рывком попыталась открыть ее. Разумеется, было заперто.

— Ты не сможешь выйти, — послышался голос за спиной.

Я обернулась. Тима, оказывается, все это время был рядом! Он сидел в небольшом кресле неподалеку от моей кровати.

— Ты прям как шиноби!

Тима серьезно посмотрел на меня:

— Похоже, мы попали в ту же передрягу, что и моя мама.

Мне пришлось вернуться на кровать, с которой только что встала. Все тело по-прежнему болело, особенно голова, которая буквально раскалывалась. Похищение явно не прошло для меня даром. Было ощущение, что отхожу от наркоза.

— Как думаешь, зачем нас похитили?

— Я думаю, что нас хотят как-то использовать, — ответил Тима.

— Это понятно. Но мне неясно, почему вдруг похитили именно нас?

— В моем видении были люди, которые пришли куда-то забрать меня. Но зачем — неизвестно.

— Что ж, это печально.

Я прислушалась к эмоциям, с удивлением отметила, что расстроенной или встревоженной себя не чувствовала. Может, дело в снотворном? Или мне дали седативное? Лишь одно навязчивое ощущение не давало покоя.

— Тебя кормили? Как давно ты на ногах?

— Уже давно проснулся и позавтракал. Тебя тоже ждет завтрак. Не думаю, что нас похитили и поселили в люксе, чтобы отравить.

Тима качнул головой в сторону обеденной зоны.

Я направилась к красивому стеклянному столу. Слева от белоснежной колонны заметила небольшой холодильник. Открыв дверцу, не ожидала увидеть чего-то действительно вкусного. На полках лежали аккуратно упакованные мясные закуски, румяные фаршированные перцы, зелень и нарезанные фрукты.

— Похоже, здесь отличная еда. Перекусишь со мной?

— Нет, я недавно поел.

Я разогрела перцы, села за стол у окна и принялась за свой завтрак. Наблюдая, как мирно подрагивают деревья на ветру, размышляла. Зачем похищать людей и держать их в люксе?

Стоило мне доесть, как раздался жуткий грохот. Затем последовал характерный щелчок, какой бывает при автоматическом открытии дверей в автомобиле.

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |Внезапно разразилась сирена. Она заполнила собой все пространство, протяжно и тревожно выла.

— Что это? — Тима обеспокоенно заозирался.

— Не знаю.

Я подошла вплотную к двери и прислонилась к ней ухом. Из-за стены доносились странные звуки: тяжелые удары и треск. Похоже, кто-то ломал что-то деревянное — возможно, двери.

С других этажей слышался звон разбитого стекла, ругань и крики. Вой сирены не прекращался.

— Где они? Отвечай! — прорывался грубый мужской голос сквозь сирену.

Похоже, в отель проникла группа людей. Они врывались в комнаты и поднимали там ужасный шум. Топот множества ног и крики теперь разносились по всему зданию.

Я заметила, как Тима встревожен, и сама наконец стала чувствовать всю серьезность положения. Не исключено, что эти опасные типы ищут именно нас.

— Что будем делать? — спросил Тима.

— Нам нужно понять, насколько опасны люди, которые могут ворваться сюда. Если они найдут нас, то последствия окажутся гораздо серьезнее, чем подозрительный отдых в дорогом отеле.

— Судя по звукам, там бьют всех подряд, это точно не спасители, — заметил Тима.

Похоже на то. Помимо звуков падения и грохота сломанной мебели, слышны были надрывные женские голоса и мужская ругань. Маловероятно, что благородные спасители так себя ведут.

— Нам нужно уходить как можно скорее, — забеспокоился Тима.

— Ты прав, скоро они ворвутся и к нам.

Просто сидеть и дожидаться своей судьбы в любом случае было невыносимо.

Выйти из номера — все равно что попасть в самое пекло событий. Глупо думать, что мы сможем проскочить незамеченными, даже не зная, где выход.

Мы придвинули тяжелый комод к двери. Затем я подбежала к окну и посмотрела вниз.

— Мы находимся на третьем этаже. Это невысоко. Можем попробовать сбежать через окно. Забор на территории тоже невысокий, мы легко его перелезем.

Прогремели выстрелы, а после раздался настолько же оглушительный звон разбившегося окна. С жутким криком кто-то выпал из номера. Сирена по-прежнему надрывалась. Ворвавшиеся теперь расстреливали людей…

— Предлагаю спуститься по самодельной веревке! — Я сорвала постельное белье с кровати.

Трясущимися руками мы сооружали веревку из простыней. За стенкой по-прежнему слышались крики, просьбы о помощи и выстрелы. Нападавшие врывались в комнаты, крича что-то неразборчивое.

А не рискованная ли эта авантюра со спуском? Может, стоит остаться?

Нет, все же это правильно, — тут же ответила я себе, завязывая очередной крепкий узел. — Кто бы нас ни похитил, с нами обращались по-божески. А эти ворвавшиеся звери, похоже, ни с кем не церемонятся. Мы аккуратно спустимся и незаметно уйдем.

Когда мы создали веревку, грубые голоса и топот множества ног стали слышны отчетливее. Похоже, опасные люди приближались к номеру. Они могли с минуты на минуту ворваться в комнату.

Мы побросали одеяла, матрасы и мягкие вещи, чтобы при спуске было безопаснее. Поскольку все здание стояло на ушах, решили, что до летящих из окна предметов никому не будет дела. Конечно, я понимала, что это подозрительно. Если пришли и правда за нами, почему охрана не попыталась переместить нас в другое место, подальше от нападавших? Где они все? Где охрана с улицы? Однако план получше придумывать было некогда.

Мы начали спуск, упираясь ногами за выступы и стены. Держаться за самодельную веревку и смотреть вниз было до ужаса страшно. От природы не имея сильных рук, я цеплялась за нее на пределе своих возможностей. В голове фоном пульсировала мысль: выдержит ли веревка? Хорошо ли я ее привязала? Меня не покидал страх, что я затеяла роковую ошибку, которая будет стоить нам здоровья или даже жизни, и все же ничего другого не оставалось.

Шаг за шагом я медленно спустилась вниз. Когда ноги, наконец, коснулись земли, посмотрела на свои дрожащие, руки. Похоже, держалась за веревку на одном животном страхе. Когда Тима спрыгнул следом, я с облегчением выдохнула, схватила его за руку и с бешеной скоростью понеслась к ограждению, отделявшему лес от территории отеля.

Мы легко перелезли забор и побежали по широкой тропе. Когда миновали пару километров, в горле стало нестерпимо сухо, а в боку кололо. Воздух обильным потоком проходил через легкие и обжигал. Мышцы, все еще ноющие, с трудом выносили такие нагрузки.

Тима согнулся пополам, опершись ладонями на коленки, и тяжело дышал. Он тоже был без сил.

Мы оказались далеко от этого ужаса, и я начала приходить в себя. Звук сирены стих. Сердце восстанавливало свой нормальный ритм.

В лес, куда нас занесло, похоже, захаживало немало путников. Несколько узких тропинок петляли справа и слева от основной дороги. Все еще тяжело дыша, я села на прошлогоднюю сухую траву.

— Не похоже, что за нами погоня, да?

— Может, они не заметили, что мы сбежали? — Тима сел рядом со мной.

— Нет, скорее всего, мы снова идем в ловушку, — расстроено ответила я. Мне не хотелось так думать, но, похоже, дела обстояли именно так. — И все же идти диким лесом без компаса и карты, избегая троп, — такая же плохая идея, как отправиться по морю на дырявой посудине с неисправным мотором. Из двух зол лучше выбрать меньшее. Так, — я с трудом встала, — план побега изначально был плох и создан впопыхах, теперь придется следовать выбранному пути. Пойдем.

Теперь мы не бежали, а шли спокойным шагом. За нами никто не гнался, поэтому мы решили поберечь силы. Они могли понадобиться нам в любой момент.

Примерно через час лес начал редеть, а потом и вовсе отступил. Перед нами открылась поляна, покрытая высокой сухой травой вперемешку с зеленой. Вдали виднелся какой-то жилой поселок.

— Кажется, выбрались, — улыбнулась я Тиме.

Но он не разделял моей радости. Я оглянулась и увидела в высокой пожухлой траве человека. Тот полулежал, опершись на камень, и явно кого-то ждал.

— Рошель, Тима, ну наконец-то! Как же я рад вас видеть! Хорошо, что вы не попались нашим невоспитанным гостям!

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Рошель

Данте — мужчина, что похитил меня и Тиму, встречал нас, будто старых друзей. Его лицо все так же было скрыто под капюшоном и маской. По примятой траве было видно, что он ждал нас уже какое-то время. Этот побег и правда оказался наивной глупостью: похитители полностью контролировали ситуацию.

— Возникли небольшие сложности, но я и не думал, что вы так спешно нас покинете!

Данте подошел ближе и неожиданно достал пистолет. Он направил его на Тиму.

— Итак, слушай меня внимательно, дорогая, его жизнь не так важна, как твоя, поэтому я убью его или покалечу, если ты не начнешь вести себя как послушная девочка.

— Поняла.

— Вот и отлично, а теперь вперед! Я пойду сзади, не волнуйтесь за меня, я не отстану!

Я решила, что сейчас самым безопасным будет играть по его правилам, пока не пойму, как освободиться.

Данте следовал за нами, иногда корректируя дорогу. Он жизнерадостно шагал, присвистывая, и порой даже пел. Меня пугало, с какой легкостью он готов был расправиться с ребенком, однако уже в следующую минуту напевал песни и шутил. Не знала наверняка, насколько он опасен, но была уверена: одно неосторожное движение, и я пожалею об этом. Еще было заметно, что у Данте язык без костей и ему скучно.

— Послушай, а ты не скажешь, куда мы идем?

— О! Ты решила поболтать? Прости, красотка, я не могу говорить с тобой об этом.

— Тогда, может, ты скажешь, почему нас похитили и кто это вломился в отель?

Я не видела его глаз, но все же догадывалась, какие мысли могли крутиться у похитителя в голове.

— Скажи, это ведь не сексуальное рабство? Для меня эта участь хуже смерти!

— Какая ты неугомонная, может, закрыть тебе рот чем-нибудь?

Я тут же замолчала. Как бы не сделать хуже, чем сейчас! Теперь я просто шла вперед, думая, какие ужасы могут ждать меня и невинного ребенка.

— Ладно, у меня хорошее настроение, и я тебе отвечу, — вдруг выдал похититель. — Нет, ни тебя, ни мальчика не будут использовать как секс-работников. Вы гораздо-гораздо полезнее. Особенно ты. Так сказать, более ценный и редкий экземпляр. И было бы кощунством пускать вас в расход таким вульгарным способом. Тебе и Тиме готовят применение получше.

Я даже не знала, радоваться или нет. Что еще за применение получше?

Данте замолчал. Посмотрев на него, я поняла, что он, скорее всего, не станет продолжать свою мысль.

— А вломились к нам конкуренты, — неожиданно выпалил он, — но мы смяли их в считаные минуты. Проблемой стали наши постояльцы. Они попытались бежать, как и вы, когда двери оказались не заперты. Видишь ли, все двери контролируются одним центром. Так удобнее управлять передвижениями, а эти засранцы-нападавшие как-то об этом узнали. Они открыли всех подряд перед тем, как ворваться в отель. Некоторые из посетителей это поняли и попытались сбежать.

Пока вы там устраивали бельевую вечеринку, я просто подождал снаружи. Что до других, мы нейтрализовали наших незваных гостей, а постояльцев вернули по домам.

— Почему вы ждали, пока мы сбежим? — обернулась я на похитителя.

— Во-первых, ваша комната всего лишь на третьем этаже. Если бы вы неудачно свалились, то, скорее всего, не смертельно. Кстати, классная идея с матрасом и подушками! Мне понравилась! Ну и, разумеется, не будьте вы такими сообразительными, я бы в любом случае не дал вам разбиться.

Я чуть не упала, споткнувшись о выступающие корни дерева, и теперь шла, смотря перед собой. Похититель продолжал:

— Во-вторых, народу было многовато. Носиться, искать вас среди беглецов по всему дому, заглядывать в каждый угол мне было банально лень. Предпочитаю наблюдать со стороны. Именно я за вас отвечаю, поэтому решил просто дождаться, пока вы сами найдете меня. Поскольку мне хорошо известен этот лес, проследить за передвижениями не составило труда. К тому же на тот момент не было известно, как много врагов в здании. Сражаться с ними, следить за тем, чтобы вас не ранили, не увели из-под носа, чтобы вы не сбежали в суматохе, было повышенным уровнем сложности. Наши конкуренты пришли именно за вами и убивать бы не стали. Так что я решил, лучше позволить вам делать то, что вы хотите. Следить издалека всегда удобнее.

— Думаю, вам просто не хотелось соваться туда. Повезло, что мы сами выбрались…

Данте обогнал нас и, развернувшись ко мне лицом, зашагал спиной вперед.

— Рошель, я же сказал, предпочитаю бо́льший обзор! Предположим, вас бы схватили, пока вы бежите по дому, или поймали прямо в номере. В этом случае удобнее было бы вернуть вас обратно уже потом, когда враги решили, что справились с задачей. Эти пустоголовые деревянные солдатики — обычные кретины, выкрасть у таких свое добро обратно проще простого. — Данте самодовольно покрутил на пальце пистолет и, явно рисуясь, спрятал его в кобуру. Один в один непобедимый шериф из дурацкого ковбойского экшена.

— А вот приди я раньше, пришлось бы схлестнуться с многочисленными конкурентами, — говорил он, загибая пальцы, спрятанные под тонкими бордовыми перчатками, — наделать кучу трупов, не упустить вас из виду, а потом еще и тащить силком. Как видите, я весьма гуманен.

— А транквилизаторов что, не осталось?

— К сожалению.

Я недоверчиво хмыкнула:

— Ага, как же.

— Вы так старались не опоздать на наш транспорт, будучи уверенными, побег сработает, что у меня не было причин вас останавливать.

Я не могла понять, врет он или нет. Наверное, просто трус и пытается оправдаться…

— А в прошлый раз зачем было нас отпускать, а потом все равно ловить? Где тут логика?

— Я, честно, хотел по-хорошему, Рошель, — театрально положив руку на сердце, сказал Данте. — Надеялся, что вы по своей воле пойдете, но как-то не срослось.

Похоже, то, что он говорил, было правдой, отчасти. Просто он самое важное оставил за кадром.

Тима выглядел совершенно подавленным. За всю дорогу он не проронил ни слова. Ребенок погрузился внутрь себя и что-то обдумывал.

— Вот мы и пришли! — объявил Данте, когда вывел меня и Тиму на дорогу у обочины. Там нас уже ожидал грузовик.

— Я, конечно, понимаю, что вы ничего не увидите, но все же правила этикета требуют...

Из машины выскочило несколько человек. Они схватили нас, руки сковали наручниками, а на голову нахлобучили мешки.

— Да, они вам очень идут, идемте.

— Не бойся, мы выберемся, — прошептала я Тиме.

— Угу, обязательно, — послышался его тихий ответ.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Рошель

Проснулась я, когда меня сильно тряхнуло в машине. По-видимому, нас все еще везли в грузовике. Судя по звуку и запаху, мы ехали в дождь. Мешок по-прежнему был на голове. Несмотря на боль в запястье и сильный дискомфорт, я как-то умудрилась заснуть. Думаю, от морального и физического истощения. Плечом я прижалась к тому месту, где должен быть Тима. Почувствовав его тепло, поняла, что все в порядке, он по-прежнему едет рядом.

В пыльном мешке было нестерпимо душно. Я попросила снять его.

— Прости, красавица, не в этот раз, — с усмешкой отказал Данте.

Я даже в обычной медицинской маске задыхаюсь, а тут столько часов провела в грязном мешке. Дышать было совсем нечем. Сквозь холщовую ткань начала различать какие-то черные блуждающие пятна.

Странно. Может, мерещится от недостатка кислорода?

«Не волнуйся и не говори ничего».

От этого голоса я подскочила. Дело не в том, что он был громким или зловещим. Нет, меня напугало то, что голос прозвучал внутри меня.

Я замерла, пытаясь сообразить, что происходит. Начала подозревать, что от пережитого у меня едет крыша.

«Ты в полном порядке. Я помогу тебе. Ничего не говори, — продолжил голос. — Сперва снимем с вас мешки».

Я понимала, что слышу внутри себя чей-то посторонний голос. Мужской шепот — очевидно, продукт моей изболевшейся психики. Но мне уже было наплевать. Я подумала так: если это игра моего разума, возможно, она будет нам полезна.

Голос снова продолжил:

«Когда мешок с тебя снимут, спроси своего поводыря в капюшоне о масках для сна. Не сомневайся, маски есть. Они принадлежат тем ребятам, что везут вас. Они часто работают в ночную смену и берут их с собой, чтобы немного вздремнуть, пока есть время. Если местный альфа попросит у них маски, те не смогут ему отказать».

Ладно, — подумала я, — стоит попробовать.

— А почему на нас именно мешки, а не повязки? Мы все равно ничего в повязках не увидели бы, а пока мы в мешках, кто-то из нас может упасть в обморок? — обратилась я к Данте.

Судя по звуку, он подошел ближе.

— Ты такая почемучка, Рошель. У меня тоже есть к тебе вопрос... Почему я вынужден без конца играть с тобой в игру: «Данте, ответь на сто вопросов»?

«Они боятся вас, — ответил на мой вопрос мужской голос в голове. — Они не используют повязки из соображений безопасности. Если вы обладаете какой-либо техникой гипноза или ментальной силой, то этот мешок не даст ей проявиться».

В таком случае они точно не снимут его, — мысленно ответила я голосу.

«Снимут», — не согласился мужской голос.

Внезапно я начала резко и громко кашлять. Вдохнуть не удавалось, будто тугой обруч стянул горло, не давая пройти воздуху. Я стала по-настоящему задыхаться.

— Что с тобой? — забеспокоился Данте.

— Я, кажется, задыхаюсь, — прошипела, рывками хватая воздух.

С меня мгновенно слетел мешок.

— Черт, да ты вся красная! Что это? Аллергия? — с отвращением спросил Данте.

— Почем мне знать?

Стоило задышать полной грудью, как в следующую минуту мальчика стошнило в мешок.

— Черт, да вы издеваетесь! Малец, тебе придется ехать так! Мне нельзя снимать с вас мешки! А ты, — обратился он ко мне, — наденешь его и будешь сидеть так, пока снова не начнется приступ!

— Послушай, как ты думаешь, у этих ребят, что везут нас, есть маски для сна? —

Я все еще тяжело дышала, а язык не слушался и заплетался. — Мне кажется, у них есть, они ведь могли одолжить нам и облегчить жизнь?

— Маски для сна не подходят, — туманно ответил Данте.

— То есть, если с нами что-то случится, ты все равно получишь за нас деньги?

Вопрос, похоже, попал в десятку. Данте замолчал, затем ответил:

— Ничего с вами не случится, покашляете, потерпите и все.

Освободившись наконец от мешка, пусть даже и ненадолго, я огляделась. Обычный грузовик. Всего двое охранников, справа и слева. Один был совсем еще юноша, худой и темноволосый. Второй — взрослый мужик с бычьей наружностью. А передо мной стоял ублюдок в капюшоне и смотрел мне прямо в лицо. Вероятно, соображал, что теперь с нами делать. После минутного ожидания он подошел к одному из охраны, затем обратился ко второму. Они закивали и начали искать что-то по карманам, доставать и передавать Данте.

— Парни оказались удивительно сговорчивыми, когда я спросил, могут ли они поделиться своим добром. Так что благодари их за подарок.

Данте вместо мешка надел на меня маску для сна, а затем, с отвращением отбросив мешок со рвотой, грубовато нацепил маску и на Тиму.

— Хватило бы и обычной повязки.

— Я знаю, но обычная повязка... Ладно. — Он не стал продолжать мысль.

Спустя каких-то пару минут мы ехали уже совсем иначе. Лицо не заслоняла грязная тряпка, и мне и Тиме было легко дышать. Бездорожье, судя по всему, мы проехали, так что стало довольно тихо. Нас почти не бросало из стороны в сторону, как это было вначале.

— Как ты это сделала? — неожиданно прервал тишину Данте. Его голос больше не был насмешливым или веселым, он казался холодным и безжалостным.

— Что именно, не поняла?

— Как ты уговорила меня снять с вас мешки и заменить на маски, о существовании которых я не знал, а ты почему-то знала? Откуда тебе это известно?

Человек, называвший себя Данте, был явно в замешательстве, хотя, как по мне, ничего особенного не произошло.

— Я просто понадеялась, что у охранников они есть. Я слышала, как они жаловались на ночную смену, и решила, что, может, они не так жестоки и позволят нам облегчить путь?

Конечно, это была ложь, но звучала убедительно, и похититель отстал. Мы ехали так еще четверть часа, как вдруг вкрадчивый голос Данте негромко произнес:

— Ты думал, я не пойму? Откуда ты? Лакмус, «Черная Гарпия»? — выпалил он.

Слева от меня началась какая-то возня. Находиться в эпицентре невидимой борьбы оказалось так же страшно, как в том отеле с перестрелкой.

— Рошель! — прокричал чей-то голос. — Рошель, тебя и мальчика уже ищут! Я передал...

В следующий момент я услышала булькающий звук, какой бывает, когда человек захлебывается собственной кровью, и голос стих. Борьба прекратилась. Мужчина, который пытался помочь нам, был убит.

Грузовик резко остановился. Внутрь ворвались люди. По звукам было похоже, что они вооружены до зубов.

— Обыщите его, — ледяным тоном приказал Данте.

— Он из Лакмус, — заключил один из охраны.

— Где? — спросил все тот же ледяной голос.

— Грудь, ближе к ключице, — хрипловато ответил второй

— Выкиньте его отсюда. Хотя нет, подождите.

Данте резко сорвал с меня маску. Двери грузовика были открыты. От яркого света я начала щуриться. Привыкшие к темноте глаза нехотя фокусировались на темной фигуре напротив.

— Видишь, как бывает, если переоцениваешь свои способности, — сказал урод похитивший нас.

Данте явно желал произвести нужный эффект тем зрелищем, что открылось передо мной. Большие карие глаза убитого парня будто остекленели. Того самого охранника, что сидел слева. Под ним уже образовалась внушительных размеров темно-красная лужа. Похоже это его голос я слышала внутри себя. Он пытался вытащить нас с Тимой и вот к чему это привело.

— Так не должно было быть, — тяжело вздохнул Данте. — Но теперь ты видишь, мы с вами не в казаки-разбойники играем. А для него все кончено. Думай, прежде чем сделать что-то опрометчивое. В последний раз тебя предупреждаю!

На глаза навернулись слезы. В следующий миг я уже снова ничего не видела, только слышала, как тело парня уволокли и выбросили куда-то.

— Зачем ты это делаешь?

— Что именно?

— Похищаешь людей, убиваешь?

— Я охотник. Вы — мой трофей, работа такая.

— Эй, парень, — кричал водитель, — ты там не много ли болтаешь?

— Тебя забыл спросить! Сам разберусь! Итак, о чем это я? Ах да, мы хищники, Рошель, и живем в мире «убей или убьют тебя». Охотник за головами — это профессионал, который находит людей под заказ покупателя. Я охочусь за особыми людьми, такими, как ты и этот пацан. Кстати, твоя подружка-психолог мне в этом очень помогает.

По спине прошелся холодок.

— Аня? Она меня… сдала? — нервно сглотнув, спросила я.

— Не-е-е-ет! Совсем нет. Она и понятия не имеет, что помогает мне! — Он засмеялся как сумасшедший. — Знаете вы об этом или нет, мы все связаны. Нити наших судеб уже давно туго переплетены, — имитируя высокопарный слог, усмехнулся Данте.

— Как она помогает тебе?

Меня слишком беспокоил этот вопрос, чтобы оставить его без внимания.

— Я же сказал, она не знает, что помогает мне. Как именно она это делала, поймешь со временем. К сегодняшнему моменту эта помощь исчерпала себя. Жаль, это было так удобно.

Глава 4 Черная Гарпия

Глава 4«Черная Гарпия»

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |Музыка в машине: Warrior — Magic Wands

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |Музыка в машине: Does it Move You — Goldkimono

Аня

Я вошла в хорошо знакомый кабинет и огляделась.

— Привет, дорогая! Как раз о тебе думал!

За рабочим столом сидел видный мужчина; человек, которым я восхищалась, еще будучи маленькой девочкой: мой дядя. Он улыбнулся мне с отеческой теплотой, затем встал из-за стола и обнял.

— Надо же, как я вовремя! А у тебя все по-прежнему!

— Да, что-то, к счастью, не меняется.

Лицо дяди, обычно напряженное и суровое, с широкими кустистыми бровями, менялось, стоило ему улыбнуться. Появившиеся задорные ямочки делали весь его образ лучистым и добрым. Высокий, темноволосый и статный, он с детства представлялся мне примером настоящего мужчины — этаким крутым следователем и Шерлоком Холмсом в одном лице.

За год кабинет никак не изменился, как и сам дядя. Лишь несколько морщинок на переносице стали глубже, а светло-голубые глаза казались более усталыми. В детстве я называла его дядей Андреем, а сейчас зову просто Андрей. На самом деле, он сам на этом настаивал: «Никакого Андрея Петровича! Вот когда буду дряхлым стариком, тогда... Тогда можешь окончательно забыть эту дурь и звать меня Андреем, даже на смертном одре. Мне официоза и на работе хватает!»

Можно сказать, у меня всегда было два отца: родной папа и любимый дядя. Наверное, Андрей чувствовал мою потребность в поддержке и опоре, когда моя мама — его сестра — исчезла.

— Присаживайся, чай будешь?

— Да, с удовольствием.

Я сняла с себя теплое пальто и уселась за стол.

— Если, конечно, есть к чаю что-то вкусное?

— Есть, как и всегда, а ты разве не из тех, кто боится испортить фигуру?

Он частенько так делал — подтрунивал надо мной, прекрасно понимая, что от сладкого я не откажусь, даже если буду весить центнер.

Дядя хитро улыбнулся и достал конфеты из шкафчика.

— Я из тех, кто из двух зол выбирает большее. Сладкое — это мой персональный дьявол, наркотик и ярмарочный зазывала в одном лице.

Андрей рассмеялся:

— Тогда шоколадные конфеты к твоим услугам, я знаю, ты такие любишь.

— О, отлично, спасибо!

Андрей поставил передо мной изящное блюдце, на котором соблазнительно лежали мои любимые конфетки.

В мире, где все так быстро исчезает, а новые события мгновенно замещают старые, приятно время от времени бывать там, где десятилетиями ничего не меняется. Чувствовать все тот же вкус, ощущать тот же аромат.

— Как твои дела, как на личном фронте?

— Окончательная и бесповоротная капитуляция. Недавно рассталась со своим парнем. Он был хороший, только вот мне не нужен.

— Что ж ты так, всех достойных мужиков распугаешь!

— Я решила быть честной.

— Понятно, — улыбнулся Андрей. — Что привело тебя сюда? — спросил он уже серьезно.

Дядя поставил передо мной две увесистые на вид кружки с заваркой и налил в них кипяток.

— Если честно, моя подруга привела. Она пропала, и я хотела попросить твоей помощи в этом деле.

— При загадочных обстоятельствах и без малейших зацепок?

— Да, а откуда ты знаешь?

— Ее случай не единственный. Откровенно говоря, удивительно, что ты заговорила об этом первой.

— Почему?

Дядя уселся за стол напротив меня.

— Да потому что я и сам хотел переговорить с тобой на эту тему.

Я смотрела на Андрея во все глаза, а он, напротив, словно избегал моего взгляда.

— Тебе стало что-то известно о похищении мамы или… о Рошель?

— Появилась любопытная информация об исчезновениях, которые уже несколько лет только множатся.

Андрей положил сахар в кружку и начал сосредоточенно размешивать его, не поднимая головы.

— Неужели стало что-то известно про мою маму?

— Нет, Аня, на этот раз не про нее... Про тебя.

Он наконец поднял на меня взгляд.

— В каком это смысле — про меня?

— Дело в том, что с большинством этих загадочных исчезновений связана именно ты. Сейчас практически никому об этом не известно, но, Ань, ты замешана в этом гораздо больше, чем, вероятно, думала, когда шла сюда.

— Я не понимаю, как я связана с похищениями? Откуда такие сведения?

Замешательство было настолько явным, что я начала спотыкаться о собственные слова.

— Некоторое время назад нам пришлось обратиться в «Черную Гарпию», чтобы с их помощью расследовать исчезновения. Это они обнаружили твою связь с похищенными, вот, буквально на днях.

Андрей устало вздохнул, затем сделал глоток из брутальной кружки.

— Уже несколько лет странным образом пропадают дети, взрослые, старики — все без разбору. Тел не находят, где пропавшие, что с ними — не совсем ясно. Дело бы шло так же медленно, если бы не человек, родители которого были готовы на любые меры, чтобы отыскать его, и немаловажно, эти люди располагали значительными финансовыми ресурсами. Они хотели поспособствовать следствию. Так что мы направили эти деньги на благое дело…

— Что за «Черная Гарпия»? Почему они оклеветали меня?

— «Черная Гарпия» — это частное агентство. К ним часто обращаются правоохранительные органы, частные компании и физические лица, чтобы найти кого-то, получить помощь в расследовании или добыть ценную информацию. Я, конечно же, всего ожидал, но только не…

— Да скажи ты уже толком, при чем тут я!

Я не выдержала напряжения и с силой обрушила кружку на стол, отчего чайная ложка, лежавшая рядом, угрожающе зазвенела.

— Как давно ты пишешь для журнала «Феномен»? — внезапно спросил Андрей.

Сердце камнем ухнуло вниз, опасливо забилось, будто пыталось убежать от надвигающейся беды.

— Наверное, года три, а что?

— Люди, у которых ты брала интервью, почти все поголовно исчезли.

— То есть… как? Это не ошибка, ты уверен? Но, но… почему? Я всего лишь описывала необычные случаи из их жизни, как это связано с похищениями?

— Вот это нам и предстоит узнать. Ты сама как думаешь? Что такое в твоих статьях могло привлечь внимание похитителей?

— Андрей, ты знаешь, что это за журнал?

— Ну, немного, — уклончиво ответил дядя.

— Тогда ты можешь понять мое замешательство! Журнал, для которого я время от времени пишу, — это бульварное чтиво! В основном его читатели — это полоумные тетки, которых легко убедить в том, что морщерогие кизляки вполне реальны! Ты спрашиваешь, как это может быть связано с похищениями, да я и понятия не имею! В статьях я описываю странные и необъяснимые случаи. Как-то давно я писала и про Рошель. Собственно, с ее истории и началась эта рубрика. С нею приключилась странная история на море. Читателям понравилась идея узнавать о реальных людях, которые рассказывали не о летающих тарелках, йети и колдунах, а необычные случаи, которые будоражили воображение, были спорными и загадочными. Эта писанина долгое время была моей подработкой. Однако в ней нет ничего, что могло бы привлечь похитителей!

— Расскажи про статью с Рошель. Я не нашел этот номер журнала, где ты рассказываешь ее историю.

— Андрей, я просто рассказала про случай, как она выжила во время внезапного шторма, и все! Честно! Я не понимаю, как это связать с похищениями!

— Ты сможешь достать для меня экземпляр этого выпуска?

— Да, он у меня есть, принесу тебе на неделе.

— Отлично, спасибо, бери еще.

Он придвинул мне блюдо с конфетами.

— Что-то расхотелось, спасибо.

— Не волнуйся ты так. Я не думаю, что тебе нужно брать вину за это на себя.

— Что за люди в «Черной Гарпии» это узнали? Хочу знать больше. С ними можно переговорить?

— Да, ты сможешь пообщаться с главой организации.

— Так просто?

— Тебе повезло.

— Да уж, я просто любимица судьбы!

— Равенна сама просила договориться с тобой о встрече.

— Равенна?

— Да, она глава этой организации.

— Что за имя такое? — раздраженно спросила я, сжимая в руках кружку, словно она была причиной всех бед.

— Особенность сотрудников «Черной Гарпии», — терпеливо продолжил Андрей. — Они не используют реальных имен, только псевдонимы.

— Ладно, поняла тебя. Как я могу встретиться с ней?

— Об этом не волнуйся, позвоню тебе на днях.

— Андрей, скажи честно, насколько плохи мои дела? Я могу стать… подозреваемой?

Я встала из-за стола и внимательно посмотрела на дядю, чувствуя, как много зависит от того, что он сейчас скажет. Дядя ненадолго задумался.

— Нет, зацепка косвенная, к тому же почти никто об этом не знает. И что немаловажно, иногда пропадали люди, о которых статей никто не писал. Так что развенчать эту версию не так уж и сложно, однако мой опыт подсказывает, это и правда не совпадение. Надеюсь, разговор с Равенной прояснит для тебя ситуацию.

— А зачем она хочет меня видеть?

— Я не спрашивал, полагаю, тоже хочет узнать что-то для дела. У нее свои методы.

— Хорошо, спасибо за информацию.

— Да не за что, жди звонка. Позвоню на этой неделе, и договоритесь о встрече.

— Хорошо.

Я безрадостно покинула кабинет дяди в еще более растрепанных чувствах, чем ожидалось...

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

Встреча с женщиной по имени Равенна должна была пройти в одном из самых дорогих ресторанов города.

И что мне туда надеть? Кошмар! В своей скромной одежде я буду смотреться как бедная родственница, не говоря уже о том, что покупка десерта и чая обойдется в целое состояние!

Я грустно смотрела на свой гардероб, задаваясь извечной женской проблемой.

Ладно, классика всегда уместна.

Я выбрала лаконичное черное платье, особенностью которого был очень стильный вырез у самого бедра. Нанесла легкий макияж и собрала волосы в высокий хвост. Накинув на себя бежевое пальто, стремительно направилась к такси, уже ожидавшему меня у подъезда.

Аж коленки трясутся! И чего я так волнуюсь, не на казнь же еду!

Я села в машину и уставилась в пыльное окно.

Интересно, кто же такая эта Равенна? Думаю, дамочка не промах, раз даже военные пользуются ее услугами.

Машина свернула к центральным улицам, и мои мысли помчались дальше:

И как я попала в этот замес? Как статьи в сомнительном журнале могли сыграть такую злую шутку? Наверно, это кошмарная карма. Сначала мама, потом Рошель, а следующий кто, я? Разве возможны такие дикие совпадения? А я-то надеялась, что разговор с дядей что-то прояснит!

С каждой минутой вереница мрачных мыслей разрасталась, поглощая меня целиком.

Автомобиль подъехал к ресторану. В совершенно безрадостном настроении я зашла в красивое фойе. Внутри чувствовался приятный аромат дорогих духов.

— Позвольте вам помочь.

Мое пальто с поразительной быстротой соскользнуло с плеч в мужские руки. Мужчина, что встретил меня, галантно пригласил войти. У самого входа в зал меня уже ожидала миниатюрная хостес. Она приветливо улыбнулась и спросила:

— Добрый день, позвольте узнать, вы бронировали столик?

— Бронировала женщина, с которой я встречаюсь.

— Могу уточнить ее имя?

— Ее зовут Равенна.

— Пройдемте.

В ресторане было не слишком много народу. Обычно битком набитые в выходные заведения — не самое приятное место для отдыха и общения. Но высокий ценник свое дело сделал. Публика была не такой многочисленной и шумной. Далеко не все могут позволить себе выложить столько денег уже в дневное время.

Женщина, с которой у меня была назначена встреча, сидела за уютным столиком напротив окна. Хостес еще раз поприветствовала ее и пригласила меня присоединиться к гостье. Глава «Черной Гарпии», перевела взгляд с работницы заведения на меня.

— Здравствуй, Анна, — жизнерадостно произнесла она.

Равенной оказалась не дородная грубая тетка за шестьдесят, как я ее себе представила, а обворожительная утонченная особа средних лет. Хостес умчалась по делам, оставив нас наедине.

— Рада встретиться с вами!

— И я рада, наконец, увидеть тебя, присаживайся. — Глава «Черной Гарпии» дружелюбно улыбнулась, жестом приглашая расположиться напротив. — Я уже сделала свой заказ, надеюсь, ты не против? — сказала она и приветливо посмотрела мне прямо в глаза.

Равенна производила впечатление довольной жизнью актрисы. Красивое и, несомненно, дорогое терракотовое платье подчеркивало точеную фигуру и женственные формы. Каштановые, немного вьющиеся волосы были собраны в лаконичную прическу. Мягкие чувственные губы и лучистые ореховые глаза оттенял неброский макияж, умело подчеркивающий достоинства ее лица.

— Анна, полагаю, ты знаешь, кто я, и наверняка тебе интересно узнать, зачем я пригласила тебя сюда? — спросила она.

(Перед Равенной поставили тарелку со стейком и овощами на пару.)

— Да, и еще, мне бы хотелось знать побольше о моей причастности к похищениям, и, быть может, вам известно, что происходит с похищенными?

— Хм, тебя больше занимает, что пропала подруга, или то, что ты в этом замешана?

— И то и другое, — не стала юлить я.

— Хороший ответ.

Равенна неторопливо отрезала кусочек за кусочком от своего нежнейшего стейка. В этот момент я явственно почувствовала, как сильно проголодалась. Интересно, когда у меня примут заказ?

— Итак, первое, что я хотела тебе сказать и заодно успокоить. Твоя подруга жива, по крайней мере, сейчас. Мы считаем, ее могла похитить одна из организаций, что используют нестандартный человеческий потенциал в своих целях. И второе, ты должна знать, что не являешься причиной, по которой Рошель похитили. Ты стала частью системы, о которой ничего не знаешь, и способствовала процессу, который и привел к ее похищению.

Равенна изящно пригубила бокал с красным вином.

— Так, выходит, я все же причастна к похищению?

— Косвенно, однако тебе не следует переживать об этом.

— И как это сделать? Извините, но я просто в ужасе! Я не могу не думать и не переживать об этом!

— В этом я тебя понимаю, — мягко согласилась Равенна, — но ты ведь можешь помочь своей подруге!

— Прошу прощение за долгое ожидание! — С виноватым видом ко мне подбежала молоденькая официантка. — Вот ваше меню, закажите сразу, или мне попозже подойти?

— Да, сразу, пожалуйста. Мне вот этот авторский чай и черничный десерт, будьте добры, — назвала я практически первое, что попалось в меню.

— Благодарю за заказ!

Официантка умчалась так же быстро, как и появилась.

— Интересная у тебя авторская колода, заметила ее недавно на страницах соцсетей— вдруг выдала глава «Черной Гарпии».

— Вы имеете в виду Dialog?

— Да.

— Это мой рабочий инструмент, он еще не готов, — ответила я, не понимая, к чему она клонит.

Равенна как-то странно улыбнулась:

— Я думаю, ты и понятия не имеешь, что именно создала.

— Это почему вы так решили?

— Тебя никогда не удивляло, что ты использовала сверхъестественных существ за основу колоды? — проворковала Равенна. В ее обманчиво теплом взгляде бесятами заплясали хитрые искорки.

— В этом нет ничего удивительного! За основы были взяты мифологические образы, архетипы, плотно обосновавшиеся в нашем коллективном бессознательном, — ровным тоном ответила я.

— Ага.

Похоже, Равенну изрядно веселило что-то в моей речи. Она разглядывала меня как занятное явление. Ее самодовольный вид и позиция, будто она все знает лучше меня, неимоверно раздражали и тревожили.

— Знаете, я пришла поговорить вовсе не о своей колоде.

— Я знаю, тебя гложет чувство вины.

— Нет, меня беспокоит судьба Рошель!

Я окончательно перестала быть учтивой. Наверное, стоило поработать над собой, прежде чем идти на эту встречу.

— Ты злишься не на меня, Анна, — внезапно сказала Равенна, — ты злишься на то, что впервые в жизни чувствуешь себя неспособной самостоятельно разобраться в происходящем.

— Возможно, и все же важно совсем не это! Что делать теперь с грузом ответственности за произошедшее? В этих статьях были дети, знакомые, не только моя подруга!

Не знаю, зачем я начала откровенничать. Может, надеялась, что станет легче, или почувствовала, что у этой самодовольной дамы есть решение.

— И это естественно.

Равенна не собиралась никак комментировать мои слова и продолжала есть свой стейк. С минуту мы молчали и раздражение понемногу начало стихать. Как раз вовремя принесли ягодный десерт и чай. Я принялась за чудесный полдник. Равенна ждала от меня каких-то слов, но, так и не дождавшись, продолжила:

— Тебе в полной мере пришлось осознать значение всех своих поступков.

На этот раз в ее словах не было издевки или иронии, речь стала еще более пронизывающей, слова, казалось, пробирались под кожу. Я была согласна с ней.

— Да, и я должна понять, как помочь этим людям.

Равенна улыбнулась:

— За этим я здесь! Что ты слышала про «Черную Гарпию»?

— Это организация, с которой сотрудничает полиция, иногда военные, но точно не знаю, чем вы занимаетесь, мне рассказал о вас дядя.

— Да, так и есть. Я приглашаю тебя поработать с нами.

— Поработать с вами? Но я психолог, я не...

— Я все это знаю, — перебила Равенна. — Ты будешь работать на правах моей помощницы. Как стажер. Мне нужны твои знания относительно дела, которое поручил нам твой дядя, а так же я вижу в тебе потенциал как в нашем возможном сотруднике.

— А чем я буду заниматься?

— Сначала всем понемногу, — уклончиво ответила Равенна, — выполнять мои поручения, учиться, ездить на задания с сотрудниками, если понадобится.

— А почему я?

Мне была непонятна мотивация этой женщины. Если бы я не знала, кто она, подумала бы, что передо мной типичный представитель сетевой компании, что жаждет пополнения своих рядов.

— Ты умна. Я изучила твой подход к работе. Разносторонняя, интересная деятельность, говорящая о широте ума. Прекрасный, живой, эрудированный интеллект — как раз то, что я очень ценю в сотрудниках. Ты нам подходишь. К тому же мне нравится твоя независимость и мироощущение.

Она достала визитку:

— Вот, надумаешь, позвони. Мы работаем за городом. Это не вахтовый метод, но жить ты будешь в нашем таунхаусе в шестидесяти семи километрах от центра города, если, конечно, согласишься.

Она тепло улыбнулась. Вставая из-за столика, Равенна сказала:

— Ты можешь написать мне в мессенджере и уточнить все интересующие тебя детали. До скорого! Жду звонка! Была рада познакомиться с тобой, Анна!

Равенна, одарив меня напоследок лучезарной улыбкой, грациозно последовала к выходу.

Я осталась за столиком одна. Хотелось допить вкусный малиновый чай и обдумать перспективы. На самом деле, особого выбора у меня нет. Как помочь тем, кто попал в беду, без поддержки подобной организации? Я ведь даже не знаю, кому противостою? Или, может, мудрее оставить все как есть? В конце концов, этим занимаются и полиция, и «Гарпия». Бросить Рошель? Получится ли у меня просто жить дальше и отвернуться от подруги, словно ничего не произошло?

Я посмотрела на визитку, что мне дала Равенна. На ней, помимо адреса и контактной информации, от руки бисерным почерком было написано: «Аня, загляни в свой электронный ящик, там письмо, где указана твоя будущая зарплата и условия труда. До встречи!☺»

Похоже, она уверена, что я соглашусь и легко брошу свою работу и привычную жизнь. Отличная самооценка! Мне бы такую уверенность.

Я перевернула визитку. На другой стороне красовалась эмблема «Черной Гарпии» и лозунг:

«Истина обретается во тьме».

Все же, наверное, Равенна права: сотрудничество с «Черной Гарпией» — это лучший способ помочь Рошель.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |После недолгих раздумий наступил тот самый день, когда я и моя будущая начальница направились в «Черную Гарпию». Равенна сама вела машину, чтобы отвезти меня до агентства.

— Я думаю, тебе у нас понравится.

Равенна доброжелательно посмотрела на меня и улыбнулась.

Сегодня глава «Черной Гарпии» была облачена в дорогой на вид песочный комбинезон, золотые серьги в форме раковины митры и крупные золотые браслеты. Блестящие каштановые локоны она собрала в высокий «спортивный» хвост. Я с интересом посматривала на Равенну и никак не могла понять, сколько же ей лет. Выглядела она как очень молодая женщина, но ее статус и заслуги предполагали элегантный возраст.

— Подскажите, а как далеко нам еще ехать?

— Не очень далеко, порядка десяти километров.

— Понятно.

— Все наши сотрудники живут в уютных таунхаусах. Не волнуйся, это не общежитие, а прекрасные благоустроенные дома, в каждом из которых по несколько квартир.

— Я везу с собой почти все свои пожитки и кота.

— И это правильно, на новом месте ты будешь чаще, чем дома, особенно когда примешься за задания.

— Но сейчас я ничего не умею! Что я буду делать?

— Стажироваться и обучаться. Я тебе все расскажу!

— Мя-я-я-я-у-у-у-у-у!

Громкий кошачий вой внезапно прервал разговор. Это Пират, сидящий в переноске, выразил неудовольствие происходящим.

— Тихо-тихо, скоро уже приедем, каких-то десять километров — и мы дома!

— Сначала я познакомлю тебя со всеми, — не отвлекаясь от дороги, продолжила Равенна. — Думаю, многие из наших сотрудников тебе понравятся. В моей организации работает двадцать человек, про специфику, полагаю, ты знаешь.

— Вы про то, что сотрудники не носят настоящих имен?

— Да, и это тоже. Те, кто проработали в «Черной Гарпии» полный год, как правило, меняют имя.

— А что происходит с теми, кто увольняется?

— Их закапывают на заднем дворе, — пошутила Равенна. — Ничего, они отказываются от своего особого имени и возвращаются в обычную жизнь. Однако, как показывает практика, все они все равно возвращаются в ту же среду. Работают охотниками за головами, только уже на самих себя.

— И много таких было?

— Немного. Компания существует давно, но состав кардинально менялся лишь один раз.

— Полным составом меняли коллектив?

— Да, как-то пришлось. Пару ушлых моих подчиненных учредили бунт на корабле, отчего потребовалось показать им, кто в доме хозяин. Я потеряла тогда с десяток лучших сотрудников. Это научило меня быть бдительной и хитрой. Теперь я предоставляю людям разные возможности трудоустройства и сразу говорю, что я в своей компании не потерплю. Тебе тоже доведется познакомиться с правилами моей организации во время обучения.

— А сколько я буду учиться и чем конкретно заниматься?

— Мы параллельно будем раскрывать твои способности и обучать нашему искусству. Как только ты будешь готова, примешься за дело.

— Меня пугает, если вдруг придется делать совсем не то, что я себе представляю.

— Люблю иметь дело с честными людьми, — заметила Равенна. — Мы не тираны. Никто манипулировать тобой или требовать чего-то непотребного не станет. Коварных условий в договоре также нет. В этом ты скоро убедишься.

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |— А как происходит оплата проживания и всех этих уютных плюшек?

— Ты сразу начнешь работать! Помогать мне и выполнять поручения. Все это включено. Я понимаю твои опасения. И они оправданы. Все это попахивает сыром в мышеловке. Непонятно, что за работа, везут невесть куда, к людям, которых ты не знаешь, да и что делать заставят — неясно, — буквально процитировала мои мысли Равенна.

— Да, вы невероятно точно передали мои мысли, будто прочитали.

— Мысли я не читаю, я их немного чувствую. Скоро ты познакомишься с нашими сотрудниками, и тебе станет поспокойнее, уверяю тебя. Место, где мы находимся, есть на карте. Оно обозначено как база, видишь? — Она показала точку на навигаторе. — Это мы. Если что не так, ты всегда сможешь уехать. Это не тюремное заключение. Сейчас тебя одолевают сомнения. Однако, я полагаю, ты все продумала, если решилась ехать и везешь с собой полквартиры и кота?

— Да, я говорила с дядей. Он давно с вами работает и хорошо вас знает. Он не рекомендовал бы «Черную Гарпию», если бы подозревал ее в каких-то темных делах.

— Спасибо и на этом, — добродушно рассмеялась Равенна.

Дорога постепенно начала сворачивать вправо. Мы выехали на узкую живописную горную трассу. Слева от меня открылся прекрасный вид на бурное холодное море. Оно мощно било волнами о скалы.

— А я и не знала, что у вас так красиво!

— Да, люблю тут ехать, чудесный вид.

Мы проехали опасный отрезок пути по трассе и наконец подъехали к нужному месту.

«Черной Гарпией» оказалось впечатляющее трехэтажное здание с огромными статуями хищных птиц на крыше. Мрачные орлы, расправившие свои широкие крылья, словно горгульи, взирали на посетителей. Затемненные панорамные окна занимали собой всю фасадную стену. В них отражался густой хвойный лес и плывущие по небу облака.

Рядом с этим монументальным зданием я заметила новенькие двухэтажные дома. Они, словно младшие в семье, робко выглядывали из-за спины сурового старшего брата. Это были таунхаусы, про которые и рассказывала наставница.

Мы вышли из машины. Приятный аромат свежести и хвои мгновенно наполнил легкие.

— Ну что, добро пожаловать! — улыбнулась Равенна, закрывая за собой дверь автомобиля.

Я и глава «Черной Гарпии» шли вдоль узкой, вымощенной камнями дорожки.

— Все мужчины сейчас на задании, с ними ты сможешь познакомиться позже, — уточнила Равенна. — А сейчас представлю тебе моих девочек.

Мы зашли в необычное здание, я огляделась.

В холле царила сдержанная, но изысканная атмосфера, словно в доме богатого человека. По обе стороны располагались комнаты, похожие друг на друга: в них стояли уютные светлые диваны, изящные подставки с цветущими розами и необычные стеклянные кофейные столики с удивительными ножками. Эти самые ножки были сделаны из металла и представляли собой летящих беркутов. Они смотрелись ну очень круто и придавали гостиной вид парящей в облаках комнаты.

Мы прошли дальше, к огромной светлой лестнице с каменными ступенями по обеим сторонам. Рядом с лестницей стоял небольшой мраморный вазон, в котором красовался ансамбль из пионов, изящных роз и яркой гаультерии.

Когда мы поднялись на второй этаж, передо мной предстал широкий коридор, украшенный такими же цветами. Шикарные массивные люстры, зеркала и ковры пурпурного цвета создавали атмосферу дорогого отеля.

— Сейчас я покажу тебе наше служебное помещение.

Мы проследовали в конец коридора и зашли в огромный светлый зал.

— Это и есть служебное помещение?

Комната походила на ресторан! Помещение с высокими окнами было залито теплым светом. В его левой части располагалась барная зона, где на аккуратной стойке я заметила стеклянное блюдо с фруктами и банки с конфетами и печеньем. В самом центре зала красовались белоснежные диваны и кресла, выдержанные в том же стиле, что и мебель на первом этаже. По обеим сторонам от кресел находились кофейные столики с цветами. А в правой части зала стоял длиннющий стеклянный стол.

За ним сидели четыре фигуры. Я не сразу их заметила. В первую секунду мне даже показалось, что это скульптуры. Лица сидящих были скрыты масками. Одеты в одинаковую, похожую на рясу, одежду. Маски, кстати, тоже были чудные: напоминали карнавальные и закрывали лишь верхнюю часть лица.

А это что за Ку-клукс-клан?

— Итак, мои птички, прошу любить и жаловать — наша новая сотрудница! Пока ее зовут Анна, и она начнет стажировку уже в этот четверг, — проворковала начальница, смотря на своих подчиненных.

Одна из женщин встала, подошла ко мне и пожала руку.

— Очень приятно, Анна. Меня называют Черная Ворона, ты можешь звать меня Рина, если хочешь.

Странная женщина была облачена во все черное.

— Анна, это наша главная ворона, — добавила Равенна.

— Очень приятно, Рина, — я улыбнулась новой знакомой.

— Если что-то непонятно — обращайся, — приветливо ответила она.

Оставшиеся вороны, похоже, не изъявляли особого желания знакомиться. Они просто сидели за столом и смотрели на меня.

— Это Аквамариновая ворона, — представила одну из сотрудниц Равенна, указав на нее рукой. Та приветственно махнула в ответ. — Терракотовая ворона, — женщина в шоколадном одеянии сдержанно кивнула, — и Сапфировая. — Фигура в темно-синей одежде продолжала смотреть в мою сторону, не проявив ни малейшей заинтересованности.

— Очень рада со всеми вами познакомиться!

— Отлично, с воронами тебя познакомила, идем дальше! — жизнерадостно объявила наставница.

Мы покинули зал и снова зашагали по длинному коридору.

— Мне тоже нужно будет носить маску?

— Нет, тебе это не понадобится. Ты только не злись на девочек, я про то, что они не ринулись тебя приветствовать. Их работа заключается в шпионаже и сильно связана с секретностью. Они очень закрытые и всегда держатся вместе. Специфика такая: они доверяют только друг другу и мне. Остальных стараются держать подальше. Думаю, ты догадываешься почему?

— Вероятно, я вела бы себя точно так же.

Теперь мы приближались к следующему месту. Им оказалась уютная комната, также объединяющая в себе столовую и кухню, но заметно меньше. На окнах висели уютные занавески в мелкий цветочек. Напротив окон, сразу у входа, располагался кухонный гарнитур с кофейным сервизом и впечатляющего вида кофемашиной.

— Ой, а здесь я буду частенько! — выдала я, когда заметила сверкающего на солнце «кофейного монстра».

— Это место обитания наших Фурий.

— Фурий?

— Да, подробнее об этом отделе я расскажу тебе попозже, а пока подождем их здесь. Девочки должны подойти с минуты на минуту.

Стоило ей об этом сказать, как на пороге появилась молодая женщина. Она была высокой, крупной и светловолосой, как настоящая воительница времен суровых викингов. Ее спортивная фигура намекала на сильный и волевой характер. Несмотря на нехрупкое телосложение, лицо незнакомки было очень приятным.

— Привет, Рух, — улыбнулась ей Равенна, — это наша новенькая, про которую я рассказывала!

Рух растянула губы в доброжелательной улыбке, которая очень украшала женщину, делая ее похожей на Кэмерон Диас.

— Ну наконец ты появилась, я тебя заждалась! Ты не представляешь, как Равенна умеет подогреть интерес!

Она посмотрела на меня с каким-то азартом, с каким смотрят на занятную головоломку, и протянула руку.

— Меня зовут Рух.

— Очень приятно, я Анна.

И на этот раз это была правда. Знакомство оказалось душевным. Рух встречала так, словно всю жизнь меня ждала! В этот момент в зал вошла другая сотрудница.

— Это Сирин, — представила вошедшую Равенна.

Сирин производила впечатление утонченной леди. Женственно покачивая бедрами, она подошла ближе. Это была невероятно красивая девушка: безупречная светлая кожа, нежно-голубые глаза, струящиеся светлые волосы с небрежными кудрями. Она напоминала невинного ангела, даже немного светилась в лучах полуденного солнца.

Сирин сдержанно улыбнулась:

— Рада, что ты с нами.

— Я тоже рада быть среди вас.

Равенна представила мне весь свой персонал, что работал в центральном здании. Всех уборщиков, охранников и даже завхоза, с каждым я побеседовала и немного посмеялась.

Когда вернулась в комнату с уютным интерьером и кофемашиной, я думала, что со всеми, кто был в «Гарпии», теперь знакома, но это оказалось не так. На кухню, не глядя по сторонам, вошел нескладный подросток. На вид ей было лет четырнадцать. Она уверенно села за стол, включила чайник и уставилась в телефон. Дочь Равенны? До момента, как здесь появилась эта незнакомая девочка, я сидела на кухне одна. Наставница оставила меня ненадолго, так что я и понятия не имела, чей это ребенок.

— Привет.

Та подняла на меня взгляд:

— Привет, — ответила она ровным голосом. Взгляд у девчушки был отнюдь не детским.

— Я новенькая здесь, меня зовут Анна, а тебя?

— Я Ифрита. Я здесь работаю.

— Ого, такая молодая, и уже здесь!

— Мне двадцать лет, — бесцветным тоном продолжала девчушка, смотря в телефон.

В это было невозможно поверить! Лицо незнакомки определенно детское. Тело как у подростка и рост совсем юного человека! Больной она не выглядела, смотрелась как обычная девочка! Я слышала, что бывают такие люди. Они не стареют и остаются в таком подростковом обличии чуть ли не до самой старости.

— Извини, я не знала, подумала, что ты младше, — немного виновато ответила я.

— Ничего, все так думают. Но вот отдел, где я работаю, точно не детский, — зловещим тоном продолжала Ифрита.

— Могу догадаться, — соврала я.

Ни о чем, на самом деле, не догадывалась. Разумеется, откуда мне было знать, чем занимаются фурии и почему носят это название? Сюда ведь приходят именно фурии?

Ифрита дождалась, когда вскипит вода в чайнике, налила себе кипятка в смешную лиловую кружку с единорогом и удалилась, не отрываясь от экрана телефона.

М-да, разношерстная здесь публика.

После того как Равенна вернулась за мной, мы покинули здание и направились в сторону таунхаусов. В одном из них мне предстоит жить весь ближайший год.

— Я познакомилась с Ифритой.

— И как она тебе?

— М-м-м, необычная.

Равенна рассмеялась:

— Так всегда бывает. Пока ты не поработаешь с ребятами бок о бок, они будут воспринимать тебя как чужую. Это неизбежно в любом коллективе.

— А вот Рух другая, с ней легко, — вспомнила я свое знакомство с приятной женщиной

— Она классная, — подтвердила Равенна.

— Сирин удивительно красивая, но мне показалось, что она тоже не слишком рада меня видеть и как будто была чем-то расстроена.

— На самом деле, это все моменты привыкания к новому. Дальше будет лучше, — подбодрила меня Равенна.

Внезапно откуда-то сзади нас окликнул женский голос.

— Вы домой?

Я обернулась. К нам приближалась Рух.

— Да! — крикнула ей Равенна.

— Я с вами, — довольно отозвалась она. — И как тебе первый день у нас? — приветливо спросила Рух, когда поравнялась с нами.

— Очень понравилось, интересно тут у вас, почти всех теперь знаю в лицо, кроме ворон.

— И кроме Артура с Марком, — подытожила Рух.

— Ах да, я совсем забыла про них.

Мы втроем шли по светлой каменной дорожке, приближаясь к двухэтажным домам. Рядом возвышались старые сосны, и откуда-то издалека доносился шум моря, пение птиц, а также немелодичные крики чаек и скрипучее карканье ворон.

— Наши мужчины тебе понравятся, — уверенно сказала Равенна.

— О да, — посмеялась Рух.

— Почему вы так думаете?

— Да они как денежки: всем нравятся. Артур так вообще собрал свою преданную фан-базу в лице ворон. Ходит к ним регулярно пить кофе. А они такие: «Артур такой потря-я-ясный, у него сейчас есть кто-нибудь?» — передразнивала кого-то из ворон Рух. — Да как они ему могут понравиться, если все время в масках ходят?

— Они просто сплетничают, — заступилась за свой элитный отдел Равенна.

— Ну и пусть, все равно видно, что они без ума от нашего местного Нео.

— А ты? — спросила я коллегу, которая заметно оживилась при упоминании Артура.

— А я тащусь от него даже больше, чем вороны, — сказала она и громко рассмеялась. — Шучу. Нет, он, конечно, и правда классный, но мой любимый муж лучше! Так что я не состою в его фанатской базе, мы просто друзья.

— А что в нем такого?

— Ну, сама увидишь, — уклончиво ответила Рух.

Мы подошли к массивным металлическим дверям здания.

— Аня, завтра ты с ним познакомишься. Артур возьмет тебя к себе на обучение, — говорила Равенна. — Нам потребуется тебя подготовить к предстоящим заданиям. Приходи к восьми утра на третий этаж в зал для тренировок. Оденься, пожалуйста, по-спортивному. Когда закончите с Артуром, зайдешь ко мне в кабинет, хорошо?

— Договорились!

— Ладно, девчонки, я к себе. Рух, пожалуйста, проводи Аню до ее таунхауса, — сказала она и отдала той ключи. — Покажи, пожалуйста, все. Я очень устала, и голова что-то побаливает.

— Хорошо, без проблем!

Равенна отправилась к одному из домиков, а мы с коллегой последовали в противоположном направлении.

— Я живу рядом с тобой. Сейчас все покажу.

Мы поднялись на второй этаж, и Рух открыла дверь под номером «3».

— Это твоя новая квартира, — пригласила она войти внутрь.

Я оказалась в уютной большой студии. При входе меня встретили высокие окна с прозрачными занавесками и шторы с принтом милейших незабудок. Я прошла дальше. В центре квартиры находилась зона отдыха с большим телевизором, диваном и разномастными винтажными подушками. Напротив окон располагался кухонный гарнитур, напоминал тот, что я оставила в родной квартире. Будто кто-то подглядел и сделал очень похожий, цвета пыльной розы с изящными ручками и лаконичными узорами в стиле Прованс.

Я прохаживалась по квартире, разглядывая ее интерьер, и обратила внимание на двуспальную кровать. Она выглядела дорого, словно сошла со страниц модного журнала и приятно освещалась мягким светом напольного бра.

— Здорово!

Дверь в ванную открылась, и из темной комнаты с недовольным видом вырулил сонный кот. Он протяжно, возмущенно мяукал, говоря, по-видимому, что-то вроде: «Ты, мать, очешуела! Где это мы?»

— О, Пират! Ты уже здесь! Тебя выпустили из переноски, мой хороший! Я совсем про тебя забыла! Мы дома, мой золотой. Смотрю, здесь уже все мои вещи?

— Да, охрана принесла, ладно, отдыхай, я пойду! — сказала Рух.

— До завтра!

Когда коллега ушла, я покормила кота и упала на мягкую, пахнущую кондиционером для белья, постель. Как сильно устала, поняла только сейчас. Приятный аромат чистоты и свежести как никогда располагал к отдыху.

— Завтра предстоит сложный день. Надо бы выспаться, — поведала я коту, который сразу же прыгнул на кровать вслед за мной. — Пора готовиться ко сну, — устало позевывая, сказала я, потирая глаза и отрывая себя от теплой постельки во имя подвига вечерней гигиены.

Глава 5 Новенькая

Глава 5

Новенькая

Аня

На следующий день, нестерпимо рано, по моим меркам, я стояла посреди просторного зала для тренировок. Он больше походил на додзе — помещение для медитаций и занятия боевыми искусствами. Как и полагается такому месту, интерьер был довольно сдержанным: справа на стене висели боевые посохи, слева огромные окна пропускали лучи утреннего солнца. На полу лежали традиционные соломенные татами, а по всему периметру зала стояли широкие деревянные колонны. Зеркал или спортивных снарядов здесь не было.

Я не представляла, что ждет меня сегодня, поэтому надела свою обычную спортивную одежду, хотя сейчас поняла, что в этом «додзеподобном» месте уместнее смотрелось бы кимоно.

В помещение вошел высокий мужчина. Как и ожидалось, он оказался хорош собой. Пепельные волосы были модно подстрижены квифом. Четко очерченные скулы, мужественный подбородок и словно нарисованные точным движением острого карандаша губы являли собой весьма удачное сочетание. Столь характерная резкость в облике роднила мужчину с безупречным холодным оружием. На нем было стильное черное кейкоги, удачно подчеркивающее воинственные черты.

Красавчик медленно прошелся по залу и остановился напротив. Когда его серо-голубые глаза оценивающе посмотрели на меня, по спине пробежался холодок.

Внезапно он улыбнулся. Улыбка, очевидно, дежурная, но чертовски привлекательная.

— Привет, ну что, готова?

Я лучезарно улыбнулась в ответ, хотя не следовало так радоваться. Знала бы, что ожидает впереди...

— Меня зовут Артур, я работаю с Равенной. Она попросила подготовить тебя к заданию, чем мы и займемся в ближайшее время.

Его лицо сделалось непроницаемым, бесстрастным, словно глухая стена, от этого стало неуютно. Красавчик-сенсей в своём джедайском кейкоги мрачно высился надо мной, как огромный зловещий ситх. Кажется, уже на этом моменте я начала кое-что подозревать и даже заранее потеть…

— Итак, давай посмотрим, что ты можешь, — почему-то с усмешкой сказал мой новоиспеченный сенсей.

Начали мы с обычной физической подготовки: бег, отжимания, прыжки и упражнения на пресс. Я, как мне казалось, держалась молодцом. Но Артур не сбавлял натиск. Еще прыжки, еще отжимания, еще бег. Я успела сделать, наверное, по полсотни и того, и другого, и третьего, когда упала без сил.

— И это все? — выдал он, наблюдая за тем, как я распласталась на татами.

— Я же не спортсменка!

— Очевидно, нет. Вставай!

— Не могу!

— Вставай, это никуда не годится!

— Мне и тут хорошо, давайте, может, завтра?

— Ты торговаться со мной будешь? Вставай, Анна, подъем, хватит лежать!

Я встала, с шумом восстанавливая сбитое дыхание.

— Ты еще не настолько стара, чтобы помирать после разминки, — издевательски заметил он.

— Разминки?

— Да, — бесцветным тоном возвестил мой мучитель.

После начались настоящие пытки: забраться по канату, простоять в планке чертовых «вечнолиард» минут, еще столько же отжаться, после чего опять прыжки! Прыгать я уже не могла.

— Ты и половину не сделала, — жестоко заключил Артур.

— Я правда больше не могу!

Руки тряслись и стали ватными. Голова кружилась, и все тело казалось совершенно неподъемным. Я вымоталась.

— Что ж, это печально. Вынужден сообщить тебе, что не стану тренировать такого человека, — добил меня своим приговором Артур.

— Почему? Я же не тренировалась до этого момента так усиленно! Конечно, я не могу сделать все это сразу!

— А это и неважно. От тебя требовалось выполнить все, что в программе по подготовке. Но ты не сможешь. К сожалению, все мои усилия по твоему развитию уйдут в утиль с такой физической подготовкой. Мне жаль, — тоном, говорящим совершенно обратное, сказал мой будущий — бывший тренер.

— Но так нечестно! Я же старалась!

— А как это связано с нормативами по программе? Ты либо выполняешь, либо нет, остальное не имеет значения. Я сообщу Равенне о твоих результатах. Можешь идти переодеваться.

Совершенно обессиленная и расстроенная, я поплелась в раздевалку.

На душе было гадко.

Как же так! Неужели я так плоха? Неужели каждый второй может выполнить все эти задания, а я нет? Даже не сказали, к чему готовят! Хотя, может, оно и к лучшему, — подумала, снимая с себя насквозь мокрую одежду. — Если выполнив все это, я оказалась совсем не готовой, к чему они там хотели меня подготовить, то лучше в это не соваться! На сердце немного полегчало. — Да, все к лучшему! Зачем тебе эти сложности, Аня? К тому же пришлось бы терпеть этого типа почти все время.

— Артур такой потрясный, — противно растягивая слова, передразнивала я ворон и Рух. Да уж, просто герой, коих мир не видывал! Как, интересно, так вышло, что все сотрудницы в восторге от этого саблезубого упыря, а я умудрилась сразу же возненавидеть его?

Я приняла освежающий прохладный душ и теперь расслабленно шла по коридору второго этажа. Стоит отметить, мне почти удалось простить обиду на местного героя женских грез. Вода мощным потоком смыла с меня все мрачные и тяжелые мысли. Я шла мимо кабинета Равенны, когда из-за дверей вдруг послышалось:

— Обыкновенная баба, простая как пять копеек, единственным талантом которой является смазливая мордашка.

— Артур, я все же думаю, что Аня — талантливая девочка, — услышала голос наставницы.

Я подошла ближе к двери и замерла. Этот засранец меня еще и простой как пять копеек бабой обозвал?! Все задавленные эмоции — обида, злость, возмущение — стали подниматься в душе бурной огненной пеной, словно из пламенеющих глубин преисподней.

— Талантливая? Я думаю, вы сильно ошибаетесь, считая ее потенциал столь высоким, — послышался мужской бас. — Я не стану тратить на нее свое время, — Мне нужен человек с лучшей физической подготовкой, да и в целом в лучшей физической форме, — безжалостно припечатал он.

Я прям-таки сквозь двери увидела его надменное выражение лица и скривившиеся губы. От пронизывающего чувства стыда кровь ударила в голову.

— Артур, мне казалось, Аня в неплохой физической форме, — мягко заметила Равенна.

— Ошибаетесь, впрочем, она уже в курсе, я не стал скрывать это от нее.

Обида, казалось, прожигала дыру внутри, слезы предательски выступили на глаза.

Я, конечно, не спортсменка, но зачем так-то!

— Мне жаль, что вы не нашли общий язык...

— Да я не общий язык с ней искать намеревался, а работать! Если ее нужно подготовить к тому, о чем вы меня попросили, то эта особь женского пола не справится! К тому же мне неясно, как она работать психологом умудряется, это же ребенок, какая психология?!

Больше эту гадость я слушать не могла, гордо утерла слезы и решительно вошла.

Артур так и застыл с открытым ртом, из которого не успела вылететь очередная мерзость. В итоге, так и недоговорив, он безразлично посмотрел на дверь, как будто мой приход не имел особого значения, и выдал, обернувшись к Равенне:

— Думаю, я ясно выразил свою мысль. До завтра, — попрощался он и, не взглянув на меня, вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

Я стояла напротив наставницы, не в силах как-то прокомментировать произошедшее, и просто молча смотрела на нее. Равенна, немного расстроенная, села в кресло.

— Странно, — задумчиво произнесла она.

— О чем вы?

— Его поведение. Похоже, у него сегодня дурное настроение.

— Ну, я-то его вижу впервые, и мне не с чем сравнивать. Я хочу сказать, этот человек мне совсем не понравился. Высокомерный и жестокий, совсем не такой очаровательный, как о нем рассказывали.

— Подобное настроение у него бывает нечасто, видимо, ты попала под горячую руку. Однако заниматься с тобой он наотрез отказался. Попрошу фурий, или, может, все же Марк найдет время, когда вернется, — говорила Равенна, устало потирая лоб. — Марк сейчас работает над одним серьезным делом для правительства, времени у него очень мало.

— Я прошу прощения, что доставила вам такие неудобства.

Чувствовала себя просто ужасно. Казалось, что я — самый никчемный человек на земле. Мне больше не хотелось работать в «Гарпии», и я думала лишь об одном: поскорее собрать вещи и уехать куда-нибудь подальше.

— Не расстраивайся, тут нет твоей вины. Не бери в голову, когда Артур говорит что-то обидное. Он просто не знает тебя. Не осуждай его, он же обычный мужчина, не всевидящий Боженька.

— Ух ты, не ожидала от вас таких наставлений по поводу Артура!

— Я бы не стала называть это так, — спокойно ответила Равенна. Она и подошла к рабочему столу. — Мужчины смотрят на нас со своей колокольни. Они основываются на опыте, который частенько бывает ограниченным, не очень разнообразным и редко положительным. Поэтому и не могут видеть нас такими, какие мы есть, а видят лишь то, к чему привыкли, а это, как ты понимаешь, не одно и то же. Психология, да и сам развитый эмоциональный интеллект, удел женщин — кто бы что ни говорил. Так же как настоящее сражение — удел мужчин. И даже если мы добиваемся успехов на поприще друг друга, это всего лишь говорит о том, что мы добились успеха на чужой территории. Так что судить о чем-либо мы можем, исходя из весьма ограниченной информации, пребывая внутри нашей ограниченной формы.

— А однобокость суждений становится особенно заметной, если наши представления не относятся к области достаточно развитых качеств и талантов…

— Именно, — подтвердила моя наставница.

— Знаете, такое мнение было бы очень непопулярно на Западе, но я согласна, — немного оттаяв, заявила я.

— Спасибо, — Равенна мягко улыбнулась. Не расстраивайся! Я очень надеюсь, что вы все же подружитесь. Кстати, я хочу подарить тебе кое-что, вот, — она потянулась в карман платья и достала красивый амулет в виде эмблемы «Черной Гарпии». — Это твой новый оберег!

Равенна подошла ближе и положила на ладонь необычное украшение. Это была изящная миниатюрная подвеска в форме птицы с расправленными крыльями.

— Вот это да! Красивый! Спасибо большое!

— Это не просто побрякушка, — отметила Равенна, — однако выяснить ее свойства ты сможешь только при опасности, — с загадочным видом поведала наставница.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Рошель

Нас наконец довезли до назначенного места. Когда проводили в здание и сняли маски, я облегченно выдохнула. Воображение уже успело нарисовать себе жуткую картину: лаборатория, полная склянок с органами и всякими приборами, где над людьми ставят бесчеловечные опыты. Может, я рано обрадовалась, и все же это место совершенно не походило на секретную базу из моих кошмаров.

Еще в машине я начала продумывать план: что делать, если самый страшный из возможных вариантов станет явью. Однако, когда передо мной предстал белоснежный мраморный холл, цветы на постаментах, уборщики, снующие туда-сюда с моющими машинами, и люди в махровых халатах, набирающие из холодильника лед, я немного успокоилась. И все же вопрос оставался открытым. Куда нас с Тимой привезли и зачем?

Когда нас привели в красивый холл вместе с дюжиной охранников, Данте выдал на прощание:

— Что ж, Анна, Тима, пора прощаться, было приятно с вами познакомиться.

Я молча смотрела на него, пока суровые типы снимали с нас наручники.

— Вы одни из моих самых занятных потенциалов.

— Надеюсь, больше никогда вас не встретить.

— Это зависит только от тебя, — усмехнулся Данте и направился к выходу. — Если надумаешь снова побегать по лесу, можешь меня не приглашать, я сам присоединюсь.

Тима по-прежнему молчал и не реагировал на все то, что нес Данте. Мальчик потирал измученные наручниками запястья, недовольно сгибал и разгибал затекшие кисти рук.

Судя по обстановке, мы находились в красивом мраморном фойе отеля. Снова отель... Ненавязчиво играла классическая музыка, а приятный аромат цветов дополнял картину под названием «Все на высшем уровне».

Двери с шумом закрылись за нашими спинами. Я не могла не обратить на них внимание. Это были несоразмерно большие, металлические монстры, словно для бомбоубежища. Они никак не сочетались с остальным интерьером помещения.

Вся охрана вместе с Данте вышла, так что мы с Тимой остались одни, не считая немногочисленного персонала.

И что теперь?

Я искала глазами хоть какие-то подсказки и обратила внимание на окна. Занятным было то, что они оказались внушительными, я бы сказала, уязвимыми. Окна не были защищены решеткой или ограждением, что объяснило бы такую странную озабоченность в отношении двери.

— Здравствуй, дорогая, меня зовут Мария, — отвлек меня от мыслей чей-то голос. Передо мной стояла женщина лет семидесяти или чуть старше. Ясные голубые глаза и мягкая улыбка делали ее облик очень располагающим. Она буквально светилась заботой, несмотря на обстоятельства, при которых мы встретились.

— Я буду твоей наставницей и в перспективе, возможно, твоим другом, — говорила она. — Тимофей, жди здесь, пожалуйста, сейчас к тебе подойдут двое молодых людей.

Мария производила впечатление доброй старой матушки, любящей и заботливой, которая ждала нас все это время, и рада-радешенька, что мы наконец под ее крылом. Это немного сбивало с толку. Не похоже, что эта женщина желает нам зла или равнодушна к нашей судьбе. Или же она коварно усыпляет бдительность, будучи отличной актрисой?

— Пойдем, дорогая, я тебе покажу место, где ты будешь жить.

— Я бы не хотела оставлять Тиму одного.

— Не волнуйся, дорогая, его никто не обидит, обещаю тебе.

Моя новая знакомая направилась к белоснежной мраморной лестнице. Я решила подчиниться и не устраивать лишний раз сцен, помня о печальном опыте в грузовике. Нужно освоиться здесь, понять, как все устроено, прежде чем искать способ выручить себя и ребенка. Я оглянулась на Тиму. Он грустно провожал меня взглядом.

—Тима, не бойся! Я вытащу нас отсюда, обещаю тебе! Я махнула ему рукой и улыбнулась. Он немного повеселел и помахал в ответ. Мы с Марией поднялись на второй этаж.

— Организация, где мы находимся, располагается за много километров от города, — говорила Мария, провожая меня к моему новому месту заточения. — Здесь мы будем обучаться необычному искусству, а также развивать твои таланты.

— Мария, о каком искусстве речь, зачем для этого потребовалось похищать меня?

— Я сожалею, что пришлось действовать так грубо, но поскольку ты нам очень нужна, а на добровольное сотрудничество ты не пошла, пришлось задействовать такие жесткие методы.

— Добровольное сотрудничество? Не припомню такого! И что вам дает право считать, что после похищения, я стану вам помогать?

— Возможно, когда ты увидишь всю картину целиком, ты сможешь встать на путь понимания.

— Понимания?

Мы подошли к номеру. Мария открыла дверь и жестом пригласила войти.

— Я никогда не прощу вам того, что вы сделали!

— Проходи, Рошель, — мягко сказала Мария.

Я зашла внутрь. Меня приветствовала большая комната, очень похожая на апартаменты в том злополучном отеле. На столе стояла огромная корзина с фруктами, а в вазе благоухал роскошный букет роз и пионов.

А тут мило. Жаль только, что все эти красоты приправлены наплевательским отношением к свободе воли.

Моя новая комната была залита солнечным светом. Мебель, судя по виду, стояла очень дорогая и качественная. Я обратила внимание на невероятной красоты туалетный столик, на котором лежали украшения, а также на широкий шкаф. Стоило бы его назвать гардеробной, настолько он оказался велик. Я подошла к нему ближе и заглянула внутрь. В шкафу оказалась одежда моего размера. Комод, что стоял к шкафу, был полностью забит красивым ажурным бельем и шелковыми комбинациями, а также вмещал в себя много теплой одежды: носки, палантины и теплые перчатки. В этом номере находилось все, что могло мне понадобиться: от средств личной гигиены до ноутбука, не говоря уже о плазменном телевизоре во всю стену.

Что ж, привет, моя тюрьма люкс-класса.

Откровенно говоря, комната мне понравилась, пусть и предоставили ее враги.

Местный книжный шкаф тоже не пустовал, не говоря о нижних его отделах, где лежали художественные кисти, профессиональные краски, маркеры и дорогие карандаши.

Как бы я ни ерничала по поводу этих апартаментов, нужно отдать должное: тот, кто обустраивал здесь все, будто отлично знал меня.

— Удивлена? — Мария некоторое время наблюдала за мной.

— Да, я ожидала более прохладного приема.

— Не думала, что о тебе и вправду будут заботиться?

— Думаю, это не забота, скорее, инвестиция, — ответила я, прохаживаясь по своим хоромам.

— Ты права, но не все так однозначно, как ты говоришь.

Я поняла, зачем ко мне приставили эту даму. Этот добрый полицейский нужен, чтобы усыпить бдительность и сделать пленника более послушным, удобным. Вот тебе красивая комната, добрая новая матушка, комплименты, сладкое, и, того гляди, забудешь, что ты тут принудительно. И все же плохую сторону этих ребят я уже видела. Нет причин провоцировать их. Сперва нужно выяснить, чего конкретно они хотят от меня за все эти несметные богатства. Придется слегка подыграть в этом театре.

Попрощавшись, Мария ненадолго удалилась, оставив наедине со своими мыслями. Я решила получше изучить свое новое жилище. В этой солнечной комнате апатия немного отступила, стало даже теплее на душе, ведь я ожидала другого. В конце концов, это не похоже на заточение в холодной камере или условиях пыточной. Я разглядывала вещи, призванные скрасить мое пребывание здесь. В номере оказалось много уютных мелочей. Например, на туалетном столике лежали прекрасные украшения из речного жемчуга и белого золота, они красиво переливались на солнце.

Я посмотрела на часы. Мария должна вот-вот вернуться. Наверное, не стоит терять время, лучше продумать, что мне делать дальше и как справляться с этой новой жизнью.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

— Начнем наше обучение с основных понятий, — говорила Равенна. Она уселась в кресло рядом со мной в самом неожиданном месте для учебы.

Этим местом оказалась уютная гостиная с теплым пушистым ковром и камином. Дело в том, что в «Черной Гарпии» не принято учиться в конференц-зале или кабинете. По словам наставницы: «Это скука смертная! Зачем так страдать?»

Поэтому мы начали изучать необходимые материалы, развалившись в суперудобных креслах, и с наслаждением наблюдали за тем, как пламя с довольным треском поглощает поленья.

Эту комнату сотрудники как только не называли: «чилли» (вероятно, здесь имеет место игра слов, от английского chill — «расслабляться»); хризантемный зал, благодаря живым хризантемам «Розанна» — любимым цветам моей новой начальницы; а также «логово пенсионера» — сомнительное сочинительство местного героя женских грез Артура. Полагаю, зал ему казался старомодным и не соответствовал вкусу и предпочтениям. Вероятно, из-за старинного камина и кресел с пледом Артур придумал самое ядовитое название, которое только пришло в голову.

Однако Равенне этот зал очень нравился. Она позаботилась, чтобы любимые цветы окружали ее там, где она проводит много времени.

— Аня, твое обучение не должно быть мукой, как в школе, здесь ты будешь узнавать новое совершенно в другой обстановке, — говорила она.

Наставница сидела напротив меня, подобрав под себя ноги, и держала в руках что-то вроде конспекта лекций. Она изредка поглядывала в свои записи.

— Как ты уже наверняка поняла, все мои сотрудники обладают талантами, выходящими за пределы обыденных. Эти качества «Черная Гарпия» развивает и использует в качестве уникального торгового предложения, конкурентоспособной услуги, которая так ценится у наших заказчиков.

Мы шпионы, мы те, кто находит то, что невозможно найти, кто получает информацию, стоящую жизни целых народов. «Черная Гарпия», конечно, не одна такая классная. Вся система, в которой работаем, — это система охотников за головами. Людей, которые умеют добиваться своего и находить все, что требуется.

К слову, хэдхантер ищет не только людей. Он ищет предметы, информацию, собирает сведения и делает еще много чего другого. Объединяет нас всех одно: по природе мы хищники. — Она внимательно посмотрела на меня и слегка улыбнулась, как бы с намеком: «Анна, имей в виду, мы тут все такие, так что начинай отращивать клыки». Хотя, возможно, это я так расценила ее загадочную улыбку. Равенна продолжила: — Мы всегда в движении и используем нестандартный человеческий ресурс для достижения своих целей. Разумеется, есть ряд компаний, которые и оплачивают все это веселье. Я дам тебе примерный список из пятидесяти крупнейших игроков, что пользуются услугами хэдхантеров. На самом деле, компаний значительно больше, но пока тебе достаточно знать и это. После лекции вручу тебе его. Итак, перейдём к основной теме лекции.

Равенна потянулась за чашкой, над которой вился пар. С удовольствием вдохнула цветочный аромат чая и сделала глоточек. Чуть улыбнувшись, наставница снова взглянула мне в глаза. Думаю, ей хотелось знать мою реакцию на то, что она скажет.

— Начнем с особенностей людей, что работают здесь. Если описывать их очень просто — это маги и ведьмы. Я не буду пересказывать тебе очевидные вещи о них, расскажу лишь то, что ты не сможешь где-либо прочитать. Поскольку в становлении каждого такого человека есть характерные моменты, мы начнем с них. Тебя это, кстати, тоже касается.

Наставница смотрела на меня с той же хитрецой, что я заметила в ней при первой нашей встрече.

— Первое. — Равенна снова опустила взгляд на текст лекций. — Ведьмы начинают жить активной жизнью после двадцати семи лет. До этого времени Бог подкидывает потенциальным ведьмочкам испытания, дабы те по достижении нужного возраста не «склеили ласты» раньше времени. Отчасти поэтому ведьмы долго не стареют. Нам нужно много времени на реализацию планов мироздания.

Второе. — Равенна перелистнула страницу. — Ведьмы всегда сильные личности. Если ведьма не будет сильной, ее раздавят, ведь она слишком отличается от большинства с самого детства. Умение противостоять невзгодам будет упражняться в ней долгое время.

Третье. Ведьмы — всегда чудачки, городские сумасшедшие и нестандартные личности. Если ты встретила покладистую добрую женщину, семейную и не интересующуюся ничем особенным, то это, скорее всего, не ведьма. Когда кто-то рассказывает про свои впечатления от ведьмы, то это звучит красочно, живописно, со множеством эмоционально заряженных слов: ругательств или комплиментов.

Четвертое. Ведьма имеет скрытые таланты. Они начинают активнее раскрываться ближе к тридцати годам.

Пятое. Ведьма может иметь семью и детей. Лишь у колдуний с этим проблемы, ибо силы, что им благоволят, к семейным ценностям чужды.

Шестое. Ведьма нетрадиционной ориентации — это скорее миф, чем реальность. Нарушается базовый энергетический баланс мужского и женского внутри, инь и ян. Это чревато потерей контроля и смертью.

И седьмое. Ведьма всегда активна в изучении дисциплин, относящихся к ее скрытому таланту. Так, подсознание ведьмы подготавливает еще ничего не подозревающую кудесницу, постепенно приближая ее к предназначению. Вопросы?

— Пока нет.

— Отлично, поехали дальше.

Равенна продолжила лекцию, она перелистывала страницу за страницей и попивала свой чай. Время от времени наставница наблюдала за тем, как я воспринимаю новый материал. Полагаю, она сочла мою реакцию удовлетворительной, ведь ее настроение с начала нашей встречи нисколько не поменялось.

— Среди людей со способностями есть, разумеется, и мужчины. Мы называем их магами. Маг — это человек, к которому относится все вышеперечисленное. Маг может быть и шаманом, одно другому не противоречит. Маг не сильнее ведьмы, а ведьма не сильнее мага. Маг проявляет силу иначе, чем ведьма, источник сил у них разный. И это очень важный момент, многие эту истину почему-то упускают. Маг нетрадиционной ориентации — так же миф, потому как источник силы мага проявляется через стремление к обретению целостности и силы.

Равенна закончила лекцию примерами известных личностей, по всем признакам являющихся ведьмами и магами.

— А как вы поняли, что во мне есть потенциал для работы у вас? — Я избегала слова «ведьма», уж больно искажено его значение в общем понимании. Сразу представляется старуха на помеле или чудачка в странной шляпе.

— По роду твоей деятельности и по множеству маркеров. У хэдхантеров есть своя система, по которой они работают, находя людей со скрытыми способностями. Я их вижу и в тебе.

— А что это за способности?

— Вот это нам и предстоит открыть.

— А что, если во мне нет ничего особенного?

— Такое вряд ли возможно. Скажу тебе так: я еще ни разу не ошиблась, оценивая будущего сотрудника. На следующих занятиях расскажу тебе подробнее об отделах и особенностях работы моих людей.

— То есть я — потенциальная ведьма? — Я все-таки произнесла это неприятное слово.

— Да, Аня, я считаю, что так.

— Хмм. Занятно…

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

Итак, «Черная Гарпия» оказалась чем-то вроде местного Хогвартса. Если бы особые способности можно было просто называть парапсихологическими, принять всю эту местную «клюкву» стало бы легче. И все же закралось ощущение, что я попала в секту.

Следующую часть дня я посвятила чтению книг о необычных возможностях человеческого мозга. В библиотеке Равенны нашла самую разную литературу на данную тему: от работ по квантовой психологии до трудов известных индийских мистиков.

Периодически ко мне наведывалась Рух, а под конец дня заглянула и сама Равенна с благой вестью, что мой рабочий день был окончен еще час назад.

Первый день на новом месте оказался немного напряженным. Я закончила обучение и направилась в свою, уже ставшую любимой, кухоньку. По дороге грустно думала о сомнительных возможностях показать себя здесь с лучшей стороны. Не ошиблась ли во мне Равенна? Какой именно дар она во мне видит? Как позже выяснилось, сама наставница — отличный психолог. И мои знания на данном поприще ей не особо нужны.

День клонился к вечеру. Из окон проливались последние лучи солнца, когда я шла по длинному коридору и мечтательно думала о том, как здорово будет отдохнуть в этом приветливом, уютном месте. В приподнятом настроении зашла в комнату и буквально застыла на пороге, увидев картину, напрочь перечеркнувшую все планы отлично провести здесь время.

В моей любимой комнатке материализовался чертов бывший тренер! Меня заверили, что в этом месте бывают лишь фурии и я могу спокойно уединиться здесь в их отсутствие. Тогда какого черта его холеная физиономия тут делает? Он стоял лицом к окну и пил, судя по всему, кофе из крохотной кофейной кружечки. Аромат любимого напитка подтверждал мою теорию. На столике красовалось крепкое спиртное. Вероятно, он пил кофе с коньяком.

Артур обернулся, окинул меня безразличным взглядом и продолжил стоять у окна, допивая напиток. Возникло неприятное ощущение, словно в мою милую уютную квартиру внезапно влетело полчище саранчи и с библейским размахом разнесло все, до чего смогло добраться.

Находиться рядом с таким человеком под конец дня — это точно не то, на что я рассчитывала. Так, ладно, может, он скоро уйдет? В конце концов, кружечка-то маленькая? — Я рассудила так: — Сварю себе кофейку, а он к тому времени уже уберется отсюда, я проветрю кухоньку от его злобной ауры, и все будет хорошо!

Договорившись с собой, я начала молча готовить напиток. «Саранча» упорно не покидала зал. Господи, да что там можно так долго пить?

Время все шло, а он по-прежнему стоял возле окна. По моим соображениям, он должен был допить уже пять чашек кофе за это время! Я безрадостно села за стол и принялась собирать ложечкой сладкую пенку с капучино. Молчание стало натянутым. Внезапно бывший наставник развернулся, поставил чашку на стол и за секунды убрался из помещения. А посуду помыть за собой, видимо, руки отвалятся? — недовольно подумала, глядя на крохотную кружечку.

Настроение снова было изрядно подпорчено. Словно я откусила от сочного яблочка и вдруг обнаружила внутри настолько же сочную гниль. Что-то многовато я про него думаю. Подпирая рукой подбородок, грустно смотрела на кофе. Нехотя вспомнила ту кошмарную тренировку в додзе. В памяти всплыли все подробности Артуровой критики.

— Что за печаль? — послышался за спиной веселый женский голос.

— Да так, оплакиваю остатки своей самооценки, — пожаловалась я неожиданно подкравшейся коллеге.

— А что такое? — удивилась Рух.

— Я не понравилась вашему этому Артуру. Не выполнила поставленную задачу, а он не дает мне забыть об этом позоре, являя свою вездесущую физиономию в самых неожиданных местах. Так что сижу вот, расстроенная.

— Ты ему не понравилась? Серьезно?

— Серьезнее некуда.

— Похоже, он здесь был, — смотря на миниатюрную кружечку, отметила она.

— Да.

— Он предпочитает кофе с коньяком, правда, всегда идет к воронам, крайне редко вижу его здесь. Расскажешь, что у вас там случилось?

Рух готовила себе напиток, а я рассказывала ей во всех мрачных подробностях, как Артур себя вел и что я услышала, проходя мимо кабинета Равенны.

— Да уж, — ответила она на все мои излияния, — я думаю, он просто злился на Равенну.

— Почему?

— Потому что она дала его брату нормальное задание, а его отправила нянчиться с тобой. Ему явно этого не хотелось, и ты попала под горячую руку, — Рух села напротив меня с готовым напитком в руках. От кофе шел приятный ароматный дымок. Рух использовала корицу — к общей симфонии запахов примешивались теплые пряные нотки. — Равенна, после его отказа работать с тобой, как специально, перестала отправлять Артура на задания, так что, думаю, злится он не на шутку.

— Но я-то тут при чем?

— Ты и правда не виновата. Просто, я думаю, все дело в этом.

— Похоже, я слишком прониклась его критикой, хотя и осознаю, не настолько я ужасна, как он говорит. Спасибо тебе за поддержку.

— Не за что, — улыбнулась коллега.

— Слушай, а расскажи, зачем нужен этот талисман? Я достала украшение, что дала мне Равенна.

— Это оберег, — поправила меня Рух.

— Оберег, — тут же повторила я.

— Я понимаю, что тебе интересно, но выяснить ты это сможешь только при опасности.

Я кисло посмотрела на свою новую вещицу.

— Почему я не могу знать сейчас и подготовиться заранее?

— Потому что спектр действия различен, мы не то чтобы не можем тебе подсказать, мы сами точно не знаем, как он сработает. Видишь, у меня подобный, — она достала с шеи свой. — Оберег воздействует на твою сенсорную систему, определенным образом возбуждая ее. Известно, что при контакте меди, золота, цинка и свинца с кожей человека вследствие гальванического эффекта появляется ток, который идет от металла к коже. Во время опасности мой, например, начинает нагреваться, и я знаю, что тот, кто желает мне зла, приближается. Чем горячее оберег, тем ближе мой враг. Но это чувствую только я, если его возьмешь ты, то ничего не почувствуешь. У Сирин свой оберег. Он начинает слабо светиться зеленоватым спектром, если ее чары иссякают. Она объясняла мне так: ее морок недолговечен, если действие чар снижается, оберег предупреждает об этом. У Ифриты вообще забавно себя ведет: он колется! Это предупреждение, что пора задействовать силу тотема.

— Силу тотема?

— Да. Ифрита — тотемная ведьма, она может использовать силу медведя. Так что оберег подсказывает, когда лучше применить ее.

— Необычно! Интересно, что может мой?

— Зависит от твоих способностей и талантов, ну и еще всяческие там вселенские причины, но правду ты узнаешь еще нескоро.

Глава 6 Уроки Темноты. Как рождается Сила

Глава 6

Уроки Темноты. Как рождается Сила

Аня

Я шла по коридору «Черной Гарпии», намереваясь зайти в кабинет начальницы. Наше обучение должно было начаться с минуты на минуту. Позади послышались чьи-то стремительные шаги. Вскоре меня уже обгонял мужчина. Это был высокий и худощавый человек в дорогом костюме. Мужчина шел, по-видимому, туда же, куда и я. Заглянув в кабинет, он недовольно закрыл дверь. Зайти ему не удалось, видимо, Равенна все еще была занята. Он нехотя встал напротив окна.

Понимая, что и мне заглядывать туда не стоит, я решила обратиться к незнакомцу.

— Здравствуйте, вы тоже к Равенне?

Молодой мужчина лениво и устало посмотрел на меня. Судя по тёмным кругам под глазами, он хронически не высыпался.

— Да, она занята.

— И я к ней.

— Вам придется подождать, — стальным тоном продолжил он.

Незнакомец выглядел странно в своем холеном костюме, с поблескивающей алой серьгой. Напоминал какого-то шулера.

— А вы к ней надолго?

— Как получится, — скучающим тоном бросил мужчина, — а вы, вообще, кто? Я вас раньше здесь не видел. Новая уборщица?

М-да, в полку неприятных знакомств прибыло. Теперь там обретается не только Коршун Артур, вот еще один красавец пополнил ряды.

— Нет, я стажер, жду обучения, — ответила я, буквально скопировав надменный тон незнакомца.

— А зовут вас как? — почему-то с усмешкой спросил странный мужик.

— Анна, а вас как?

— Меня зовут Грегор.

— Необычное имя у вас! Оно настоящее?

— Все имена настоящие.

— Я в том смысле, это ваше родное имя?

— Мое родное имя Алексей, по-вашему, оно мне больше подходит?

Я непроизвольно прыснула: да уж, кто угодно, только не Алеша.

В следующий момент из кабинета появилась Равенна.

— Я закончила, можете входить, — обратилась она к моему не слишком приятному собеседнику. — Аня, — она перевела взгляд на меня, — подожди меня в хризантемном зале, я подойду туда, как освобожусь.

— Хорошо!

Я послушно направилась в чилли, по дороге думая о том, кем может являться этот Грегор. Вероятно, знакомый или бизнес-партнер. Равенна, судя по всему, не ожидала его прихода, иначе зачем назначать на это время обучение? Не пройдя и трех метров, я обнаружила, что не только Грегор ожидал начальницу. Артур стоял ближе к лестнице, и было ясно как день, что он прохлаждался здесь не просто так.

Бывший тренер что-то сосредоточенно изучал в телефоне. Сегодня он уже не казался таким суровым. Памятуя слова Равенны о том, что желательно с ним все же подружиться, я решила воспользоваться моментом.

Так, ладно, вот он, тот момент, когда стоит дать ему второй шанс. Может, он просто был не в настроении в тот день? Мне бы тоже не понравилось, если бы кто-то стал причиной выполнения не особо приятной работы.

Я выдохнула и вцепившись в ручку своей сумки, словно за спасительную веревку, подошла к нему.

— Добрый день, — мило поздоровалась я.

— Добрый, — буркнул он в ответ, не отрываясь от телефона.

Так, смелость вдыхаю, трусость выдыхаю.

— Я бы хотела с вами помириться, мне кажется, что-то у нас не заладилось.

— Мне некогда.

— А когда у вас будет время?

— Никогда.

— Но почему?!

По мне катком прошелся взгляд безжалостных серых глаз.

— Потому что ты бесполезная, взрослая баба, которая корчит из себя пятилетнего ребенка. Когда Равенна это поймет, ты вылетишь отсюда пулей. Вот поэтому и нет смысла мириться с тобой!

Такое комбо унижений в одном предложении не каждый день услышишь. Думаю, это было уже последней каплей.

— Ладно, — спокойно ответила я.

На лице Артура пробежала тень удивления. Очевидно, он не ожидал такой реакции.

— Поняла тебя.

— Вас поняла, ты хотела сказать, — с нажимом выделяя первых два слова, прорычал он.

— О нет, Артурка, тебя поняла!

Артур, судя по его виду, начал сатанеть от такой наглости. Он злобно пилил меня взглядом, вероятно подбирая в уме слова позабористее, но фактически сказать что-то похуже того, что уже выдал, не мог. Мне даже показалось это забавным. Правда сердце все равно тревожно колотилось, пока я пыталась выдержать его пристальное внимание.

Если он смеет демонстрировать такое явное неуважение ко мне, ему придется смириться с тем, что и я буду разговаривать с ним так, как сама того захочу!

Я улыбнулась, стараясь запечатлеть в памяти его искаженное гневом лицо, и удалилась, оставив бывшего тренера в гордом одиночестве.

Ладно, я честно сделала все, что было в моих силах! Но нет, этот подонок неисправим! Так что он сам определил формат нашего общения. Как можно быть таким злобным? Рух следовало бы надевать намордник на этого типа, а не на свою собаку. Надеюсь, Равенна не особо разозлится, когда узнает, что я с ним так и не поладила.

— Пока нет, — послышался недовольный мужской голос. Я внезапно вынырнула из своих мрачных мыслей. — Я получу досье. Равенна отдаст мне всю необходимую информацию, хочет она этого или нет, — говорил Грегор. Он шел пролетом ниже и обсуждал по телефону итоги встречи с моей наставницей. Похоже, дело, за которым он пришел сюда, провалилось.

Интересно, что за досье ему понадобилось?

Ноги сами принесли меня в хризантемный зал. Огонь в камине уже кто-то разжег, и он приятно согревал комнату. Я рухнула в мягкое удобное кресло, все еще обдумывая услышанное. Да-а-а, хорошо быть психологом, а то ненароком заработала бы с таким окружением дюжину комплексов.

Равенна зашла в комнату и закрыла дверь.

— Прости, что задержалась, — расстроенно сказала она.

Похоже, ее разговор с Грегором не продлился и двух минут.

На этот раз Равенна начала лекцию, встав напротив меня. Она порой прохаживалась вдоль зала туда и обратно, словно сбрасывала лишнее напряжение.

— Сегодня у нас поднимутся важнейшие и спорные вопросы. Что такое тени, кто такие демоны и что можно считать злом.

Ого, сильное заявление, — ухмыльнулась я про себя, доставая пишущие принадлежности из сумки. — Чем дальше в лес, тем злее волки. Надеюсь, следующая лекция будет не про ритуалы на кладбище и жертвоприношения.

— Тебе из психологии наверняка знаком термин тени? — продолжила Равенна, пристально глядя на меня.

— Да, конечно, термин из юнгианского психоанализа. Я активно работаю с ней в своей практике.

— Отлично. Одним из первых и самых сложных практических заданий, которые мы пройдем, будет как раз признание своей тени.

Я сидела в любимом кресле, привычно подобрав под себя ноги. В руках у меня был планшет с листом бумаги, на котором я быстро записывала лекцию.

— Ты ведь отлично понимаешь, зачем это нужно?

— Конечно, если очень кратко, то признание тени — это собрание себя по кусочкам для достижения целостности личности. Познание себя, своих сильных качеств, талантов. Обретение счастья и гармонии невозможно для человека, неготового познакомиться с самим собой во всех аспектах.

— Верно! Тень — это вытесняемая или неосознаваемая часть нашего я. В магии тень использовалась задолго до появления психологии. Ее значение было аналогичным.

Равенна снова прохаживалась по залу, гулко стуча каблуками по полу.

— Тень использовали как в созидательных, так и в сомнительных целях. Например, ритуал воровства тени. Когда тень жертвы условно крали и оставляли ее на месте новой постройки. Это обеспечивало неестественную долговечность строению.

Хозяин украденной тени, как правило, быстро умирал и оставался в виде призрака оберегать построенное на века. Но мы разберем более психологический аспект тени. Итак, причин для работы с нею множество, перечислю только самые основные. Первое.

Равенна подошла к флипчарту, который сегодня стоял ровно напротив меня и написала маркером жирную цифру один и надпись:

«Познание себя начинается с тени». — Как ты верно отметила, Карл Юнг акцентировал внимание на важности интеграции тени. Если ты не знаешь себя, то ты не знаешь и мира. В этом случае можно наделать кучу глупостей. Второе. — Она поставила цифру два:

«Познание тени лечит душу и дает силу». — Это известный психологический факт: силы, удерживающие тень, прекращают это делать, интегрируют тень в персону и дают энергию для реализации жизненных целей. Третье. — Она продолжила прописывать пункты на листе:

«Тень — это таланты». — Золотая тень откроет завесу скрытых способностей мага и подарит контроль сознательного над бессознательным, хотя бы частичный. Четвертое:

«Непризнанная тень, — беда для окружающих». — Люди, считающие, что у них нет никакой тени, нет негативной стороны, как правило, являются самыми токсичными, хоть это и не видно сразу. А главный принцип ведьмы: не навреди. Теперь перейдем к самому важному аспекту тени.

Это захват тенью или одержимость тенью. Как ты думаешь, что это такое?

— Думаю, это состояние аффекта или когда человек делает что-то, не владея собой.

— Фактически да, — согласилась Равенна. — Захват происходит, когда сильное подавление тени приводит к ее усилению, и при определенных обстоятельствах она может вырваться в самом токсичном и опасном ее проявлении. Думаю, многим знакома ситуация, когда тебя захлестывают эмоции, ты говоришь лишнее или делаешь что-то тебе несвойственное, словно кто-то берет над тобой верх. Это и есть захват тенью. Как правило, явление кратковременное, но случается и длительное. Работает он по формулам. — Она снова начала писать на листе:

«Подавление тени + триггер (например, получение власти или экстремальная ситуация ) = захват».

«Наличие непонятой тени + хронический абьюз или подавление + травмы + отсутствие работы с тенью = захват».

«Потакание тени + травма = захват».

— Так выглядят основные формулы, по которым работает это явление. Приведу тебе худший пример из возможных. Маньяк-убийца. Ты когда-нибудь задумывалась, как человек становится таким?

— Обычно это психически нездоровый человек.

— Верно, ко всему прочему, все светлое и доброе не случается на его пути слишком долго. В жизни подобной персоны происходит много травматичного для его психики. В итоге такой человек не знает, как радоваться свету, как это делают другие люди. Ему по-настоящему доступно только такое удовольствие, которое может дать его травмированная темная сторона, вскоре не остается места для света в душе, а после не становится и самой души.

На самом деле все решает радость и удовольствие. Удовольствие, светлое и чистое, можно получить, например, создавая что-то прекрасное, а токсичное и искаженное, уничтожая или обесценивая все светлое и созидательное. Один путь ведет к добру, гармонии и жизни, другой — к злу, мраку и тяжелой смерти. Вот и вся разница.

Захват тенью проявляет себя не обязательно через подобных чудовищ. На самом деле, это более распространенное явление, чем может показаться на первый взгляд. Например, алкогольное или наркотическое опьянение. Многие думают, что человек подвержен сущностям, и они управляют им. Но на самом деле чаще человеком управляет целая банда из его собственных теней. Вот почему важно делать свои тени союзниками, а не врагами, которых ты не можешь контролировать.

Равенна грациозно развернулась и прошла к столику. Будто иллюстрируя собственные слова, она налила себе немного красного вина, с удовольствием пригубила, а затем, вернувшись, продолжила лекцию. Сегодня Равенна казалась мне немного бледнее, чем обычно, поэтому, когда наставница указывала маркером на исписанный лист флипчарта, стоя у старинного камина и держа в руке свой «кровавый» напиток, она напоминала мне начитанную древнюю вампиршу.

— Тени — это всегда то, что мы не любим, чего страшимся, чего не хотим и что считаем чем-то неприемлемым, считаем злом. Однако наша тень, по своей сути, всегда за нас. В этом и парадокс. Мы ненавидим свои тени, делаем вид, что такого не должно быть в этом мире, а их основная задача — защищать нас. Тень выполняет роль контейнера, способного вобрать в себя всю ужасающую кислоту эмоций, травм, боли и несправедливости.

Никакая информация из нашего мозга не теряется. Мы думаем, что забываем все плохое, тяжелое и просто начинаем снова наслаждаться жизнью. Однако боль не исчезает бесследно. Она уходит глубоко в подсознание. Эту сложную энергию хранят тени, только они способны ее вынести. Когда с нами снова случается нечто плохое, что-то, что тени хорошо знакомо, ее первая реакция — дать отпор! И ей не важна человеческая мораль, правильно ли с общечеловеческой точки зрения она поступает. Ее основная задача: защитить интерес своего носителя, то есть тебя.

Конечно, не все качества, вымещаемые в тень, — это социально неприемлемые особенности. Иногда человек просто решил, что это плохое и ненужное ему свойство — итог, оно уходит в тень.

И, наконец, последний важный аспект тени: «Треугольник сцепления» или «Поглощение треугольника сцепления». Что это такое?

Равенна нарисовала крупный равнобедренный треугольник.

— Это движение энергий от практика к силам, которые его сопровождают и до жертвы, на которую делают ритуал. Дело в том, что он назван треугольником не просто так. В нижней левой точке практик-агрессор. — Она нарисовала точку, подписав ее «злодей». — Тот, на кого направлена магия, находится в правом углу.

Она поставила точку в правой части треугольника, обозначив ее «мастер тени». — А наверху у нас темные силы, проводящие эту энергию. — Она поставила точку на вершине треугольника, назвав ее «злобные засранцы мира духов».

— Так вот, принцип тут такой, — решительно заявила Равенна и обвела маркером слово «злодей». — Колдунья, к примеру, насылает смерть на ведьму. Она обращается к своей «крыше». — Равенна показала маркером на точку в вершине треугольника. — «Ритуалит» на свою жертву, связываясь с демоническим миром. Когда они отвечают ей, реализуя воздействие на объект, это создает треугольник сцепления — жертва попалась. Даже сильные защиты могут не выдержать, и ведьме будет несладко. Но как признание тени поможет избежать такой участи, есть идеи?

Равенна обернулась на меня. Я пожала плечами.

— Все линии в треугольнике называются линиями присвоения.

Присвоение или признание тени делает невозможной любую энергетическую атаку, а также позволяет безопасно владеть магией без негативных последствий.

Что же происходит, когда присвоение касается демонического мира, через линии которого идет взаимодействие между врагами? — Равенна иногда смотрела на меня, а затем снова возвращалась к схеме. — Вот тут-то и идет наше поглощение треугольника. Дело в том, что треугольник работает по принципу некого энергетического расстояния, которое условно можно описать как «я не он, я отличаюсь, и я прав».

Равенна медленно обводила треугольник, медитативно водя маркером по бумаге, мне показалось так долго, что глаза начали слипаться.

— Если мы признаем нашу темную сторону, условно, «демоническую», и в душе искренне признаем право колдуньи и демонических сил творить свои дела без ненависти, без страха и обиды. Если мы можем отправить любовь по каналам треугольника, все линии в нем схлопываются. И это уже становится не треугольник, а одна точка «А». — Внезапно Равенна лихо перечеркнула треугольник, поставив на косой линии букву «А». — Теперь, когда колдунья пытается запустить треугольник сцепления, она просто проваливается в одну точку. Как из точки «А» прийти в точку «А»? Она просто запускает свои же силы в черную дыру. Поэтому ведьму, что смогла схлопнуть треугольник, мы называем мастером тени.

Треугольник просто коллапсирует и перестает существовать. Присвоение тени дает место нашей темной стороне. Она больше не изгоняется и не отторгается, больше не мешает нам, не конфликтует с нами, а наоборот, бережет и питает. Такая работа над собой создает цепную реакцию в духовном мире, и существа из коллективного бессознательного вынуждены изменить курс действия.

В магии есть закон: «Любое негативное воздействие должно найти свой аналог в энергетических системах человека и только тогда сработает».

Если ведьма знает всех своих «демонов» в лицо, нападать на нее бессмысленно. Звучит, возможно, зловеще и пугающе, но на самом деле ведьма не теряет свет, он сияет в ней только ярче. После присвоения тени ведьма не становится чудовищем, напротив, она обретает гармонию и друга, готового порвать за нее последнюю рубаху. Он не устраивает хаос и не причиняет беспричинной боли другим. Теперь тень действует в управляемом формате, без захвата и компульсивного поведения.

Поскольку все системы ведающего пребывают в гармонии, он может трезво мыслить и отчетливо понимать, что именно он делает и что творится вокруг. — Равенна продолжала прописывать жирную букву А на рисунке. Эта схема явственно напоминала мне символ «Даров Смерти». — Вот почему для нас так важен баланс сил.

Резюмируя все вышесказанное, могу отметить, — Равенна полностью развернулась ко мне и, не выпуская бокала из рук, умудрилась с громким щелчком закрыть маркер. — Присвоение тени дает главное: абсолютную защиту от всех форм зла, магии и колдовства. Ведь ты становишься с ними одной крови, они тебя не обижают и не трогают.

Анна, ты должна понять одну важную вещь. Ведьма — это не та женщина, что творит адские дела, ведьма — эта та, что ведает истину — у всего в этом мире есть изнанка. Теперь о демонах. И тут начну со спойлера: Дьявола не существует.

— То есть как это?

— Вот так. Персонифицированного, даже в качестве духа Дьявола попросту нет!

— Подождите, а как же Сатана, Люцифер и прочие?

— Сатан и Люцифер — это демоны, о них я расскажу тебе чуть позже. Возможно, то, что я поведаю сегодня, перевернет твой мир. — Равенна продолжала вести лекцию с бокалом в руке. Она то поднимала его, то опускала, словно на вечере у великого Гэтсби, иногда тем самым усиливала и без того эпично звучащую речь, а порой, наоборот, отвлекала меня от сказанного.

— Итак, сперва отмечу, что на свете нет такого злого дядьки, который только и ждет, когда ты оступишься, чтобы затыкать тебя вилами, а затем бросить в адские пучины. Все в мире совсем иначе. Подобное объяснение подходило когда-то людям. Им нужно было осознать дуальность жизни. Сейчас иное время, мы развиваемся, приходит на подготовленную почву соответствующее нашему уровню знание.

Равенна с едва заметным флером высокомерия пригубила вино и продолжила:

— И тут, сразу стоит упомянуть, что демоны — это не кромешное зло и ужас. Демон и Божество — это одно и то же. Но поскольку восприятия добра и зла менялось, а также менялась расстановка сил, Божества становились демонами, и наоборот. В основном те, кого мы называем злыми духами или злыми демонами, — это павшие с пьедестала и забытые людьми Боги. Они, как и люди, предпочитают обижаться, если их предали и забыли.

Важно понимать: дух — не статичная, замершая структура. Он, как и человек, меняется и чувствует. У него есть цели и желания, так же как и у нас.

— Но как он может чувствовать, чем он это делает, если у него нет тела?

Я не выдержала этой неразберихи.

— Это отличный вопрос. Как Творец создал мир, если у него не было тела, глаз и рук? Есть различные уровни творения, существуют разные измерения. Законы и процессы в них отличаются от нам известных. Да, чувственный мир — это мир живых, но это также мир колебаний, частот и вибраций. А демон, как человек, представляет собой свет, частоту и информацию. В этом смысле он может и размышлять без мозга, и чувствовать без сердца. Это происходит в его тонких телах, и да, они отличаются, но это не говорит о том, что он на это неспособен. Ты дочитала до электромагнитной теории сознания, корпускулярно-волновом дуализме и панпсихизме в квантовой физике?

— Да, мне понравилось.

— Вот эти открытия, в частности, и объясняют, как сознание может функционировать, не имея привычной для нас телесной формы. Раньше демоны управляли сферами, которыми занимались люди, и сейчас делают то же самое. Ты выполнила домашнее задание, узнала про маятники?

— Да, я читала о них и раньше.

— Они сложнее, чем обычные эгрегориальные структуры, и представляют собой почти все сферы, в которых мы так или иначе вращаемся. Так вот, демоны управляют множеством маятников, они их хозяева. Чем могущественнее демон, тем больше за ним маятников и эгрегоров.

— Вы сказали, что демоны — это не всегда про зло. Тогда чем они заняты?

— Демоны заняты почти тем же, что и люди. Наши желания и порывы очень похожи. Демоны обуреваемы страстями, как люди, и их жажда стать чем-то большим бесконечна, как и у людей. Те, кто владеют властью, хотят больше власти; те, кто владеют знаниями, хотят еще больше знаний; те, кто владеют человеческими сердцами, хотят больше сердец. Разумеется, сфера их деятельности широка. Они жестоко наказывают и сурово учат через боль. Демоны охотно сотрудничают с людьми и могут предоставить информацию или своих подопечных. Могут посоветовать или предупредить. Они торгуют и располагают информацией. Могут помочь в делах, связанных с получением денег или выгод, и насилие, разумеется, им тоже не чуждо. Демоны, как и люди, очень разные и неоднозначные. Чем могущественнее демон, тем сложнее с ним выйти на контакт. Они довольно высокомерны и не реагируют на людской идиотизм вроде: «Забери мою душу и дай мне денег побольше». Это все предрассудки. Никому твоя душа не понадобится. Ну правда, что им с ней делать?

— А зачем демонам эгрегоры?

— Они нужны им, чтобы полноценно жить, развлекаться и развиваться. Их маятники одновременно и спорт, и бизнес. Если переводить эту миссию на человеческий язык. Представь, что ты бессмертна, чем ты займешься? Не то чтобы это было от скуки, скорее, из любопытства и долга перед мировым порядком. Любопытство — характерная черта творца, как и любого другого Божества.

— А я всегда думала любовь — это Бог.

— Бог есть любовь, а любопытство — это одно из его самых плодовитых качеств.

— Так, ясно, но кто тогда такой Сатана?

— Итак, мы добрались до самого загадочного представителя этой братии. Наставница допила вино и, отставив бокал на столик, продолжила лекцию, прогуливаясь по хризантемному залу.

— Он не является тем, кто вредит людям, сидит на своем троне и, злобно хихикая, помешивает людей в адском котле. Является ли он хозяином тьмы? Не совсем, я бы сказала,его бизнес — это пороки и слабости на пути к величию.

Вотчина Сатана— это страхи и низкие частоты. Он управляет этими процессами. Это как бизнесмен, который держит сеть салонов ритуальных услуг. Является ли он при этом убийцей? Или, может, ужасно рад смертям людей? Полагаю, к смерти он относится философски. Нет, он не убийца, и провокация на совершение убийств — не его стиль. Да и зачем ему такие потуги? Люди сами прекрасно справляются с тем, чтобы обмануть себя или навлечь на кого-то беду. Да, он властный и, как другие демоны, предпочитает расширение своих владений. Однако он не шепчет тебе на ухо: «Аня, сожри три куска торта и займись сексом вот с тем парнем». Как и любого хозяина бизнеса, его интересует функционирование дела, и, как и любое дело, оно приносит некую пользу. Его полномочия — управления делами тьмы. Тьма — это не всегда про зло. В понятие тьмы входит непознанное, то, что только должно проявиться. Во тьму входит и потенциал рождения, получение тела, а также задел для талантов и эмоций. Это все тьма.

Сатан управляет страхами и сильными эмоциями, как вратами трансформации. В таро он занимает 15-й аркан — испытание на пути к величию.

— М-да, мне все же кажется, что вы выступаете в качестве адвоката дьявола. Ну не укладывается в моей голове, что нет в этом мире централизованного источника зла!

Равенна улыбнулась своей «традиционной» улыбкой с хитринкой.

— Если ты все еще считаешь, что центральное зло в этом мире есть или что лучше было бы без демонических ребят, тогда мы идем к вам! Итак, посмотрим на мир под интересным углом. Представь, что жизнь — это кино или даже лучше — компьютерная игра. Если в ней нет демонов, а значит, и неприятных эмоций и проблем, в ней нет преград. Один лишь экстаз и энергия. Тогда кино, игра — все будет представлять собой лишь бесконечно горящий свет, выжигающий и стерильный. Предположим, тебе каким-то чудом досталось тело. Тогда тебе остается просто бродить по ровной поверхности, не испытывая самой жизни. Ведь нельзя узнать радость, не познав печаль. Нельзя понять, как ценен глоток воздуха, не страдая от его отсутствия. Один только горящий свет, без возможности отдохнуть от него в объятиях ночи. Демонический мир — это, по сути, соль жизни, без демонов и жизни не было бы. Вся жизнь вселенной похожа на сердцебиение: энергия тьмы — это сжатие, энергия света — расширение. Сердце не может только расширяться или только сужаться. Оно живет и радует жизнью лишь пульсируя.

Это закономерные истины, но человечество, отравленное парадигмой черно-белой морали, постоянно пытается уничтожить сук, на котором сидит, и называет это благом. Однако демоны — зачастую замкнутая на себе система, как паук и паутина. Их рост и чрезмерная власть опасны. Сатан может сдержать их, но, как правило, ему это банально невыгодно.

— Почему?

— Потому что люди сами так сделали. Назначив его отцом всего зла и ужаса, они дали ему возможность обретать большее значение с ростом негативных частот. Так что сдерживать власть демонов ему просто невыгодно. Это все равно, что люди сами решили давать тебе дань удобным для тебя способом, так зачем ограничивать эти поступления, ведь рост могущества демонов способствует и его росту. У Сатана есть важные задачи по гармонизации этого мира, так что он не стремится занять лидерство или украсть его у света, как часто мы можем видеть в кино. По сути, свет и тьма делают одно и то же, просто по-разному.

— Я все же считаю, если Сатана желает расширения своих владений, он не может гармонизировать этот мир.

— Тут есть один очень интересный момент. Мир неоднозначен, как добро и зло.

Представь, что один человек не дал убить другого. Это хороший поступок?

— Да.

— А теперь представь, что тот, кого спасли, освободившись, убил и изнасиловал семь детей. Как ты считаешь, хороший то был поступок? Парадокс добра и зла в том, что мы не знаем точно, что есть добро и что зло, пока не увидели всю картину целиком. Мне еще очень нравится персонаж из «Гарри Поттера» Северус Снейп. Помнишь его? Так вот, он сначала предстает перед нами как пренеприятный тип, но чем дальше раскрывается история, тем больше становится понятно, что он — не кромешное зло, он вообще не зло.

— Ну, я сомневаюсь, что человек, убивший детей, — не зло, зло, конечно!

— Хорошо, тогда давай представим, что эти дети, если бы они выжили, стали бы учеными-изобретателями, которые уничтожили бы нашу планету. Как ты думаешь, это зло?

— А-А-А! Ну не всегда же смерти обусловлены тем, что мир пытается чего-то не допустить или избежать?!

— Да, но мы проживаем не одну жизнь. Определенные события и смерти часто являются следствием прошлого или толчком для создания чего-то великого. Например, врач, потерявший близкого из-за болезни, будет искать способ излечения этой болезни и спасет миллионы. Человек, знающий, как страдают бедные, разбогатев, может пожертвовать большие суммы тем, кто проходит тот путь, что прошел он. Говорят, зерно лучше всего прорастает в дерьме. Тяжелые события часто делают нас потрясающими, сильными и вдохновляющими других. Зло других людей закаляет, как пламя закаляет сталь. Огранка алмаза происходит не поглаживаниями. Самые прекрасные в мире вещи, такие как любовь, всегда имеют свой антипод: ненависть. Дар лекаря и дар убийцы, по сути, одно и то же. Важно, как ты используешь его. Так же и секс. Важно, кто и как им занимается, один и тот же физиологический процесс может происходить сотней разных способов и с разным посылом.

— Ну это понятно! Но это не значит же, что зло не нужно замечать или делать вид, что его нет!

— Зло не требует того, чтобы ты обязательно понукала его и бурно отторгала. Все, что нужно, — дать ему место в этом мире, оно такое же изобретение Бога, как и все вокруг. Все, что создано Творцом, имеет свое место. Считаешься ты с этим или нет, важно для твоего развития, но притворяться, что его нет или что оно не имеет права на существование, все равно что говорить Богу, что он слабоумен, раз создал это.

Все, что родилось в этом мире, имеет право выразить себя. Атеисты не верят в Бога, аргументируя как раз тем, что Бог — неудобная для понимания концепция. Ограниченное мышление часто обусловлено убеждением, что мораль и сенсорные реакции мозга имеют какое-то отношение к истинности жизни и к процессам, которые в ней есть. Но мы не будем никого осуждать. В споре рождается истина. Диалог — это интересный экспериментальный способ Бога познать себя.

— Вас не переспорить!

— Ну, ты можешь попытаться, — Равенна тепло улыбнулась мне.

— Ладно, в целом-то я согласна с вами, но все равно в голове не очень укладывается. Скажем, меня лично коснулось чье-то зло, не просто где-то оно случилось, а кто-то умышленно навредил мне или моим близким. Я не смогу такими же философскими суждениями прикрыться! Я буду требовать воздаяния!

— И будешь права. Если это стремление станет частью твоего отклика, потому что это коснулось именно тебя! Как бы ты ни отреагировала, это будет встроено в мир таким образом, как ему надо, даже если ты сделаешь ужасные вещи в ответ. Мир и это способен переработать в пользу. Однако это не значит, что ты не станешь нести груз последствий. Справишься ли ты с ними, зависит от тебя! На сегодня наша лекция окончена, — довольно заявила Равенна и буквально упала в кресло.

Она явно устала стоять, словно учитель у доски, и теперь с удовольствием наливала в свой бокал еще вина.

— Хочу тебя обрадовать, теперь ты будешь проходить обучение не только в «Черной Гарпии»!

Я во все глаза уставилась на наставницу. Божечки, пусть это будет приятный сюрприз, а не что-то вроде тренировок с Артуром.

— Ты будешь заниматься в библиотеках замка Виктора Торцельберга!

Фу-у-у-х, пронесло.

— Виктор — мой старый друг и слегка должник. В его библиотеке ты найдешь много редкой литературы, необходимой тебе для освоения новой профессии!

— Равенна, скажите, кем я буду работать, я так и не понимаю до конца, что это за профессия?

— Пока мы оцениваем и развиваем твои способности. Ты должна будешь освоить азы хэдхантинга, знать, как работают наши шпионы и, разумеется, разбираться в магии. Твою специализацию мы выберем позже, когда ты подучишься, и станет ясно, в чем ты более эффективна. А пока ты стажер «Черной Гарпии». На следующей лекции мы поднимем вопрос о структуре организации, о сотрудниках и особенностях их работы. Ну, что, ты рада?! Ты поедешь в замок!

Равенна радовалась как ребенок, похоже, ей представлялась эта идея очень вдохновляющей.

— Мне очень нравится эта затея, спасибо! А меня туда отвезут?

— Ага, — улыбалась наставница, — тебя отвезет Артур.

— Что-о-о?! Опять он? Может, лучше такси? — взмолилась я.

— Нет, он последнее время балду пинает. Пусть делом займется. К тому же, такси за ворота не пустят.

— Почему?

— Потому что только я и мои сотрудники можем без приглашения явиться к нему, — гордо заявила Равенна. — Виктор — очень занятой человек, и мы решили, что договариваться о приходе заранее мне не нужно. Охрана предупреждена, кого пускать, а кого нет. То есть в замок без приглашения ходу нет. И таксиста охрана даже слушать не станет.

— Похоже, этот ваш Виктор — интроверт.

— Ха, еще бы! Модный вирус, сложная политическая ситуация, избегание лишнего внимания и все такое. Ну, как тебе идея?

— Равенна, я боюсь радоваться и расплескать всю свою удачу. Думаю, это просто мечта! Практически Хогвартс наяву!

— Я очень рада, — засияла наставница.

— Артура я уже предупредила. Он проведет тебя до библиотеки и подскажет, что нужно прочитать!

— Спасибо, большое!

— Наслаждайся!

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Рошель

Мой мир перевернулся в день похищения. Все время, пока я пыталась сбежать, помочь себе и ребенку, во мне чувствовалась хоть какая-то жизнь. А сейчас, в этом Богом забытом месте, я стала инертной, лишенной эмоций и ощущала себя мертвой, словно меня застрелили в том злополучном отеле.

Мария в день похищения приходила ко мне трижды. Первый раз, когда я только-только появилась в стенах «Омеги», потом с чаем и разговором про какое-то обучение, и в третий раз она пришла рассказать о требованиях, которые мне придется соблюдать. Как долго продлится этот «невольный отпуск», она не говорила.

С каждым днем я все больше превращалась в бесчувственную снежную королеву. Несмотря на сложные и опасные обстоятельства, никаких желаний и даже страха я не испытывала.

Словно валяющаяся среди снега ледышка, я не переживала ни о чем, не грустила и, похоже, лишилась души после всего, что случилось. Даже растения представлялись мне созданиями более эмоциональными и волевыми, чем я. Часть моего сознания, привыкшая к рефлексии, понимала, что это реакция на стресс и постоянную опасность, и я была довольна этой анестезией чувств. Так и правда немного легче.

Сегодня очередной день моего заточения здесь. За все время я успела изучить каждый закуток своей комнаты. Например, обнаружила редкие книги на стеллажах. Подборка, конечно, странноватая — от микробиологии до Канта, но все же радовало разнообразие.

Среди обычных и ничем не примечательных вещей была одна, которая меня все же заинтриговала. Напротив одного из кресел стояло зеркало. Это Зеркало было особенным и отличалось от тех, что висели в ванной или в гостиной. Скорее всего, это антиквариат. Старинная резная металлическая рама делала его слегка мистическим, эдаким обитателем потустороннего мира. На раме, если приглядеться, были начертаны символы.

Зеркало притягивало взгляд. И я себе в нем нравилась. Несмотря на явную эмоциональную заторможенность и инертность, мне хотелось периодически подходить к нему. Порой я могла сделать себе чай или кофе, молча сесть напротив него, смотреть на отражение и думать.

Так прошла неделя за неделей, и все было вполне прозаично.

До сегодняшнего вечера.

Как обычно, я заварила себе чай и уселась напротив зеркала. Остужая дыханием напиток, смотрела на себя сквозь ароматный дымочек. Солнышко клонилось к горизонту, в комнате уже было сумрачно. Но мне не хотелось включать свет, нравилась полутьма.

В какой-то момент зеркало пошло рябью. Я подумала сначала, что это оптический эффект из-за особенностей освещения, да и дымок добавлял мистичности происходящему. Но нет. Отставив кружку на столик, поняла: происходит что-то странное. Мое отражение отставало от меня. В буквальном смысле, — я встала, а отражение только-только успело принять то же положение, что и я.

Я снова взяла в руки кружку, и отражение медленно повторило мое движение, словно не отражало мои действия, а просто подражало мне. Моя копия в зеркале делала это неохотно, будто вовсе не хотела быть отражением. Завороженная этим странным явлением, я стала разглядывать свое лицо.

К этому моменту за окном стемнело. Тусклые лучи уходящего солнца были единственным источником света.

Воображение стало рисовать неприятную рябь на лице. Мне стала мерещиться улыбка, в то время как я, разумеется, не улыбалась. Зеркало, словно темная водная гладь, слегка подрагивало, отражая то удивленное, то улыбающееся лицо. Внезапно я услышала голос.

— Какая же ты скучная.

Было похоже, будто кто-то включил радио внутри меня.

— Шторы задерни, — произнес голос.

Сердце быстро забилось. От долгих, проведенных возле зеркала часов, мне стало мерещиться всякое.

— А как ты думала, я буду общаться с тобой?

Послушно задернув темные шторы, я села напротив зеркала. Почему-то перечить своему же отражению казалось идеей не слишком здравой. Теперь в зеркале видно практически ничего не было, только темный силуэт девушки, с ногами забравшейся в кресло. Я отчетливо слышала голос, похожий на мой. Показалось, что отражение в зеркале не мое, а другой женщины.

— Ты кто? — спросила я.

— Твоя тень, — без лишних предисловий объявила фигурка в зеркале.

— Я схожу с ума от всего пережитого?

— Нет.

— Нет? — переспросила я.

— Тебе притащили Эреба, чтобы ты смогла взглянуть на меня честно и без купюр.

— Какого еще Эреба?

— Это зеркало, его так зовут — Эреб. У многих магических зеркал есть имена.

— Ты пришла успокоить меня? Помочь?

— Тебе нужно вовсе не это, Рошель, — усмехнулась темная фигура.

— И что же мне нужно?

— Когда ты так мучительно скучна, когда в тебе нет ничего от живого человека, кроме тела, что приходит на ум как самый трезвый выход?

— Я не понимаю, к чему ты клонишь, — соврала я.

— Боже мой, Рошель, с кем ты, думаешь, беседу ведешь? У меня кости ломит от твоей блеклости и невыразительности. Как ты себя выносишь? — безжалостно выдала тень. — Разве можно быть настолько запуганной, плоской и одномерной?

Я не на шутку разозлилась:

— Зато ты, судя по всему, знаешь толк в яркости и блеске!

— Дурочка, я и есть ты! И меня просто бесит рафинированная и стерильная версия себя, разве ты не чувствуешь этого? Ты совсем не чувствуешь, кто ты?! Рошель, мы сильно больше, чем то, что ты привыкла являть миру. Когда мы стали такими унылыми?

Боже, вот психушка, — подумала я, — так и крыша ненароком поехать может.

— Твоя крыша поедет, скорее, от твоего старушечьего образа жизни, — бесцеремонно ответила тень на мою мысль.

— И почему же старушечьего?

— Потому что ты живешь как женщина, у которой все уже было и ничего больше быть не может, лишь постепенное угасание. Вот, например, мужчины, знаешь, как они могут скрасить досуг?

Я зарделась.

— При чем тут это?

— Да не про секс я, дуреха!

Похоже, тень даже театрально закатила глаза, хотя, скорее всего, это мое воображение нарисовало такую картину. Препираться с другой частью себя — дело чертовски странное.

— Я про то, что мужчины могут дать лучше всего.

— И что это?

— Это эмоции, возможности!

— Я не понимаю тебя.

— Не обманывай себя. В мире много процессов, заставляющих сюжет двигаться. Рекомендую пересмотреть отношение к этим вещам. Не делай из мужиков ангелов или демонов. Просто смотри, как мир реализуется через них. Тебя захватит этот поток, и это будет весело, точно тебе говорю!

Я смотрела на себя, но все же казалось, что это не я.

— Кто ты, можешь рассказать побольше?

— Я представляю собой мультиличность, составленную из тех частей твоей души, что ты отвергаешь или в упор не хочешь видеть. Я так же сложна, как и ты, — осознающая часть себя. Ни о какой нашей целостности и речи быть не может, пока ты не начнешь ощущать меня внутри. Ни о каком инь и ян, если ты так демонизируешь меня, а именно: все непринятые части души.

— И с чего мне начать?

— Начнем с того, что тебе пора понять, чего ты на самом деле хочешь? Какая ты настоящая? Кого ты боишься расстроить новостью, что ты отнюдь не хорошая девочка?

— Знаешь, в сказках так обычно искушает дьявол...

— А ты в курсе, что если бы дьявол не искушал, то никакой истории и в помине бы не было? Разве ты не видишь? Что привело тебя сюда? Почему случилось то, что случилось? Как тебя занесло в такую заварушку?

— Ты это сделала?

— Мы это сделали. Видишь ли, мы обе жаждем эмоций. Мы жаждем историй, мы жаждем интенсивности и настоящего выражения себя! Этого не понять без опыта и этим не насладиться без историй, в которые ты сигаешь с головой. Если бы не я, не было бы ничего в твоей жизни! Ты понимаешь это?

— Намекаешь на то, что я скучно живу и без тебя мне никуда?

— Ну, скажем так, я действительно добавила огоньку в твою жизнь. Это наша не первая встреча, мы уже виделись.

Я попыталась вспомнить.

— Сны! — догадалась я.

— Да, те самые перед твоим похищением. В глубине души я знала, что нас ждет, и предвидела это. Я предупреждала тебя, как могла. Однако не могу сказать, что не хотела этого, знаешь почему?

— Вот да, весьма интересно, просвети меня, пожалуйста. Зачем ты превратила мою жизнь в ад? — закипая, уточнила я.

— Потому что счастливая жизнь простого обывателя, в которой все хорошо и идет своим чередом, жизнь сытого хомячка никому и никогда не была интересна, даже тебе. Такое существование мучительно скучно и бессмысленно. Такая жизнь так уныла и так безынтересна, что никто никогда не станет слагать по ней легенды, писать о ней стихи. Никто никогда не станет снимать фильм о хомячке, никто никогда не возьмется за книгу, где в жизни героя нет ничего значимого. Ты ведь понимаешь, к чему это я?

— Я и есть этот хомячок? Хочешь сказать, моя жизнь — одна из тех, которые просто проходят?

— Никто никогда не напишет о тебе книгу, потому что она слишком нудная, ты ведь это понимаешь? Без прикосновения к чему-то большему, без чего-то значимого разве имеет смысл рождаться человеком?

— Да, я и правда думала об этом, — немного расстроенно ответила я, — так что, это не новость.

— Не расстраивайся, — довольно отметила тень. — Ты, может, и была хомячком, но не сейчас. Ну, спроси меня, чего я хочу, вернее, чего мы хотим?

— И чего же?

— Жизни! Ее яркости, интенсивности, сладости и бурности! Я обожаю мужчин, я обожаю сражения, я обожаю интриги, я обожаю мир Силы и мир Славы. Я преклоняюсь перед непобедимостью, я жажду познания. Я ужасно любопытна, я так люблю этот мир, в котором изобилие игр дает возможности проявить себя миллионами разных способов! Этот мир — моя игровая площадка, и я хочу играть, — заключила тень.

— Эпичное заявление, — не без сарказма отметила я.

— Разве ты никогда не чувствовала этого? Неужели ты так основательно отказалась от этого чувства, что даже не помнишь, какая ты на самом деле?

— Я, пожалуй, не готова ответить тебе на эти вопросы.

— Что ж, думаю, на сегодня краткий экскурс в твое подсознание окончен. Я все равно, так или иначе, влияю на твою жизнь, признаешь ты меня или нет. Я слишком хочу жить, чтобы позволить тебе медленно и скучно умирать...

— Очень красноречиво, — снова ёрничая, ответила я.

Я почувствовала, что тень усмехнулась.

— Вот видишь, часть работы уже позади!

— О чем это ты?

— Я про то, что говоришь ты уже не так по-старушечьи. Скоро ты почувствуешь себя мной. Скоро все грани твоего я станут сияющим бриллиантом. Потому что я и есть сияющий бриллиант.

— Ууу! Так я еще и тщеславна! Вот это открытие, — усмехнулась я зеркалу.

— Ну почему же, скромность — наше лучшее качество, — с хитрой улыбкой пошутила тень.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

Чем ближе я подходила к стоянке, тем сильнее портилось настроение.

Нет, она специально нас лбами сталкивает! Но так только хуже! Зачем так делать?! Пусть все будет как есть! Лучшим решением было бы не раздражать лишний раз друг друга и держаться подальше. Но нет! Все идет к тому, что кто-то останется без глаза!

Мне стало смешно, когда в уме всплыл образ Артура в повязке, как у пирата, и с шаркающей жуткой деревянной палкой вместо ноги. Мысли о расправе над бывшим сенсеем приносили непередаваемое удовольствие.

Артур стоял, опершись на машину, и мрачно смотрел на меня, скрестив руки на груди.

— Наконец-то ты доковыляла, думал, смерть быстрее придет.

— Знай я это раньше, не стала бы торопиться.

Я села на заднее сидение, как можно дальше от водителя, и молча уставилась в окно. В совершеннейшей тишине мы ехали до места.

Что, даже музыки не будет? Я надела наушники, включила свои любимые треки и уставилась в окно на красивые хвойные деревья. Внезапно машина резко остановилась посреди дороги. Я осторожно посмотрела на водителя в зеркало заднего вида. Злобный прожигающий дыру взгляд Артура заставил разом вспотеть и от греха подальше снять наушники.

— О, благодарю за внимание, — ядовито проговорил он, — нам ехать еще не меньше часа. Обратно я приеду за тобой не раньше восьми. К тому времени ты должна быть готова и ждать меня снаружи. План ясен?

— Да, — тихо ответила я.

— Отлично.

Мы поехали дальше.

Похоже, я просто притягиваю его в ужасном настроении. Понятное дело, ему не хотелось еще и работать водителем! Равенна не понимает, что делает только хуже! Но, возможно, она так его наказывает. Но меня-то за что! Чем я заслужила этого тирана? — грустно думала я. — Ладно, не падать духом. Меня ждет удивительный замок Виктора с невыговариваемой фамилией! Интересно, по замку можно ходить или разрешат только в библиотеку?

Как только мы подъехали к высоким автоматическим воротам, начался дождь. Он медленно и нудно накрапывал, обещая растянуться на весь день. Сквозь свинцовое небо местами пробивались слабые лучи солнца. В этом сероватом тусклом свете приближающийся каменный замок выглядел мрачнее и величественнее.

Вскоре я смогла в деталях рассмотреть его. Это был внушительных размеров романский замок! Настоящий исполин! Я насчитала пять башен с маленькими узкими окнами и острыми пиками-крышами. На стенах располагались галереи и бойницы. Я махом представила, как здесь в свое время ходили средневековые воины, оборонявшие замок. В целом ощущалось, что сооружение было создано в военную эпоху, поэтому каких-то украшений, эркеров или скульптур здесь не наблюдалось.

Наша поездка была завершена, и мы вышли из машины. Артур пошел в замок. Я вслед за ним. Вокруг замка увидела живую изгородь, щедро поливаемую разбушевавшимся дождем. Во всю прыть уже росли кустарники, цветы и прекрасная идеально ровная травка на газоне. Фонтан тихонько журчал, приглашая остановиться у чудесного сада. Если бы не ливень и строгий водитель-предводитель, я бы осталась тут подольше. В воздухе приятно пахло дождем. Поднявшись по каменным ступеням, ахнула: огромные деревянные двери, укрепленные металлическими пластинами и воинственными шипами, выглядели просто ошеломительно! Боже, даже кольцо тут есть! Я попала в средневековую сказку! Настроение мигом поднялось, и даже Артур не мог его испортить. Мой проводник с заметным усилием открыл дверь.

Ого, и как я выходить, интересно, буду?

— Ты потом сможешь воспользоваться другим выходом, — бросил мне Артур, словно знал, о чем я думаю.

Внутри замка, к моему большому разочарованию, было довольно скромно. Как в типичном музее средневековой культуры. На старом деревянном полу лежали потертые выцветшие ковры, неподалеку от лестниц расположились стеллажи со старинными фолиантами, а на стенах — картины со средневековыми сюжетами. Я также заметила раритетную деревянную мебель с резными ножками и витиеватыми рисунками. Мы прошли до лестницы и стали подниматься на второй этаж, затем на третий.

Передо мной открылся вид на длинный широкий коридор. Он был также увешан старинными картинами. На них изображались портреты графов и графинь, натюрморты и пейзажи, а в самом конце коридора каким-то нелепым пришельцем висел план эвакуации здания. Он не вписывался во все это средневековое пиршество и, как зануда-родитель на подростковой косплей-вечеринке, портил всю атмосферу.

Мы прошли в самый конец коридора и оказались в огромном зале-библиотеке. Я почувствовала себя героиней мультика «Красавица и чудовище». Чудовище прошло вперед, ожидая, пока я дойду до рабочего стола.

— Это твое рабочее место, — бесцветным тоном сказал Артур. — Ходить по замку можно. Равенна просила сказать тебе об этом. Комнаты, в которых тебя быть не должно, заперты.

Он подошел к одному из книжных стеллажей и достал тоненький журнал.

— Это «Донариум», с него ты начнешь обучение.

Загадочный журнал теперь лежал передо мной.

Артур огляделся. Прошел до широкого шкафа с противоположной стороны и внимательно уставился на полки. Взяв несколько книг, он также положил их на мое новое рабочее место. На самой верхней значилось: «Элегантная вселенная» Брайан Грин.

Из этого же шкафа Артур достал еще пару книг. Вслед за Грином на столе оказались «Неистовый поиск себя» С. Гроф и «Частный сыск. Секреты профессионального мастерства от ведущего детектива США» Дэниел Рибакофф.

Стремительно растущая стопка на вид уже состояла из пяти-шести книг. А где же трансфигурация и история магии?— усмехнулась я про себя.

Дождь ненадолго прекратился, и солнышко, выглянув из-за туч, ярко осветило комнату.

— Начни пока с этого. Само собой, все до восьми ты не прочитаешь, но хотя бы часть освоишь.

Артур спокойно посмотрел на меня. Хоть я и не могла побороть неприязнь к этому человеку, все равно отметила: в озаряющем свете солнца он походил на сурового Архангела. Высоченный, с холодной и бесстрастной, словно Божественный закон, красотой.

— Мне пора. Удачи, — бросил он и проследовал к выходу.

А затем с гулким звуком закрыл за собой дверь.

— Да-а-а, вот это круто! — оглядываясь по сторонам, отметила я.

За окном снова накрапывал дождик. Я села за старинный деревянный стол и принялась рассматривать литературу, с которой должна была ознакомиться. Странно, но все книги и журнал были современными.

Зачем было ехать сюда, за тридевять земель, если можно было просто купить их в электронном виде? Возможно, не все книги можно купить?

Разбирая стопку литературы, я с удивлением обнаружила: Аллен Кар «Легкий способ сбросить вес». А это здесь зачем? Сразу под ней лежал Владимир Сорокин «Голубое Сало», а следом «Безжалостный курс тренировок для целеустремленных».

— ВОТ КОЗЛИНА! — громко выругалась я. Эхо гулко разнесло мою ругань по всему замку. — Ладно, вот это он положил первым, думаю, Равенна сказала ему про журнал.

Я взяла в руки нечто под названием «Донариум». На меня смотрела мрачноватая англоязычная обложка:

Хм-м, надеюсь, внутри есть перевод.

Я принялась листать журнал.

Оглавление было написано на латыни. Русский перевод хоть и имелся, не слишком упрощал понимание, о чем вообще этот «Донариум». Я открыла страницу, на которой значилось: «Основные понятия».

М-да, — грустно подумала я. — Вот такие сведения и помогли создать проблемы в моей жизни и в жизни Рошель.

Я поняла, что представлял собой «Донариум». Это что-то вроде современного «Молота ведьм». Только, согласно данному шедевру, людей не убивают, а находят и используют. Как используют, в этой методичке не пишут. Все содержимое посвящено вопросу: как обнаружить потенциала, какими они бывают и чем отличаются от обычных людей.

Что ж, посмотрим, что мне нужно почитать еще.

Отложив «методичку охотников», я взялась за «Элегантную вселенную». Написана она была на удивление легким и интересным языком. Насколько мне известно, теория струн уже начала устаревать. Но освежить знания о ней было интересно. Так-так, посмотрим на «Неистовый поиск себя». Мне знакома эта книга, но я ее так и не прочитала полностью. Артур, видимо, не знает, что психологи — особенно те, кто занимается холотропным дыханием — отлично осведомлены, кто такой Гроф.

Я открывала книги на случайной странице и читала содержимое.

Незаметно солнце село. Дождь не прекращался и умиротворяюще капал. В комнату неожиданно постучали.

— Входите.

— Добрый вечер, Анна.

Ха, похоже, тут в курсе, как меня зовут!

— Добрый вечер!

В зал зашла приятная пожилая женщина с подносом, на котором красовались две чашки из тонкого фарфора, чайник и сладости на ажурной тарелочке.

— Я принесла вам горячего чаю, не желаете?

— Еще как желаю, я так проголодалась!

Женщина улыбнулась мне и поставила на столик поднос. Ароматные печеньки с изюмом, курабье, и еще какое-то незнакомое, но вкусное на вид печенье манили и упрашивали меня слопать их с неприличной быстротой. Как же я вас люблю, печенюшечки!

— Спасибо, большое, а как вас зовут? — обратилась я к женщине.

— Меня зовут Елена Иннокентьевна,

— Елена Иннокентьевна, вы присоединитесь ко мне? — Я многозначительно посмотрела на вторую чашку.

— О нет, это для вас и для Артура Владиславовича.

К моменту, когда она это сказала, я уже успела положить добротный кусок курабье в рот. Поперхнувшись, чуть не окатила потоком крошек добрую женщину. С трудом прокашлялась и быстро отхлебнула чаю. В ужасе посмотрев на часы, обнаружила, спасительные 19:30.

Фу-у-у-х, — совсем забыла про время! Лучше бы мне не задерживаться и не злить этого типа лишний раз.

— Спасибо большое, но думаю, он откажется.

— Почему? — удивилась Елена.

— Мы торопимся, — немного приврала я.

— А, ну хорошо, как закончите, скажите охране на выходе. Я все приберу. Можете не волноваться за книги.

— Спасибо!

Даже книги не придется ставить по местам! Отлично, можно еще минут двадцать посидеть попить вкусный горячий чай.

Елена Иннокентьевна вышла, тихонько закрыв за собой дверь. Я пересела на уютное мягкое кресло, прихватив с собой вкусности, и удобно разместилась напротив окна.

На улице зажглись фонари. Дождь уютно капал, стекал по стеклу и подмигивал теплыми бликами горящих ламп. Умиротворяющее постукивание капель сопровождалось редкими раскатами грома. Божечки, как же здесь хорошо, так бы и сидела тут днями и ночами. Взгляд упал на часы: 19:50.

Пора выдвигаться.

Я вышла, как положено, к восьми часам и теперь стояла под козырьком здания, ожидая Артура. Он подъехал ровно в восемь. Мои подозрения, что этот жуткий педант был фюрером в прошлой жизни, оправдывались с каждой минутой все больше. Я подошла к автомобилю.

Артур вышел из салона и тут же выдал:

— Ты с собой ничего не прихватила?

Желание физической расправы над бывшим тренером снова посетило меня.

— Нет, я же понимаю, что брать книги нельзя.

— Хорошо, поехали.

Я села в автомобиль и на этот раз уже не надевала наушники, чтобы не попасть под раздачу, но Артур всю дорогу молчал. Мы проехали до «Черной Гарпии» в абсолютной тишине, и я поняла, что зря так сильно волновалась.

— Приехали, — сообщил он.

— Спасибо, — поблагодарила я своего водителя и, не говоря больше ни слова, вынырнула из машины на свободу.

Я шла вдоль каменистой дорожки, вдыхая полной грудью приятную хвойную свежесть. Любовалась, как покачиваются старые сосны на ветру, и думала.

В этом красивом месте я провела уже достаточно времени, но каждый раз старалась избегать мысли: а что вообще я тут делаю? Что для меня значит попасть в «Черную Гарпию» — организацию, буквально напичканную магией? Понятно, что я здесь для помощи Рошель. Но что для меня, для Ани, все это значит? Я только недавно ушла от травматичных детских переживаний, как собственноручно загнала себя в ситуацию, которой старалась избежать. Магия — это то, что может лишить рассудка. Это я уяснила очень хорошо. Магия — это не всегда шарлатанство, и с ней не стоит шутить. Одно дело строчить сомнительные статейки, другое — серьезно изучать сверхъестественное. Равенна видит во мне потенциал для магической деятельности, но куда меня это приведет?

Я незаметно подошла к дому.

Так или иначе, я здесь не просто по воле случая, я уверена. Пора посмотреть правде в глаза и честно признаться себе: эта сфера не просто так всегда окружала меня и была близка. Я долго старалась держаться от магии особняком, но, похоже, именно сейчас пришла пора подружиться со своими «демонами», чтобы совершенно осознанно помогать себе и другим.

Глава 7 Смерть делает ставки

Глава 7.Смерть делает ставки

Аня

Я куталась в теплый халат, пытаясь спрятаться от холодного ночного ветра. Уличное освещение местами отсутствовало, так что идти приходилось очень осторожно. Из-за неудобных домашних тапочек и неровной каменной дорожки я то и дело спотыкалась, но все равно решительно шла к мрачноватому зданию «Черной Гарпии».

Гулять по вечерней улице было чертовски неуютно. В темноте птицы-статуи выглядели еще более зловещими. Казалось, они осуждали мой неразумный поступок, угрожая приземлиться всем своим весом прямо мне на голову.

Время — одиннадцать вечера, все сотрудники сидят по домам. Но то нормальные люди, а я, как в рекламе сникерс, — не я, пока не выпью горячий кофе!

Разумеется, кофе можно было сварить и дома, в обычной турке, но хочется-то капучино с его сладкой нежной пенкой, вкуснющим сиропом и ароматной корицей! Это ли не повод прийти на работу ночью, в патчах и с полотенцем на голове?

В здании оказалось темно и тихо. Все разошлись по домам, поэтому освещался только пункт охраны. Местная стража, завидев меня в домашнем одеянии, с удивлением пустила внутрь. Полагаю, вид сотрудницы в махровом халате, розовых тапочках и с кружкой в руках, показался им несколько… неожиданным. Таких сумасшедших кофеманов в «Черной Гарпии» еще не водилось.

Я поднялась до второго этажа, туда, где находилась кухонька с мастером божественного напитка, и врубила освещение. Прежде чем засиял длинный, непривычно пустой коридор, мне померещилась, что какая-то тень мелькнула за дверью.

А вот нечего, когда ночь-полночь, шарахаться вне дома, тогда и пугаться темных стен не придется! — поругала я себя, продолжая свой путь. Однако дойти до кофемашины я так и не успела. Свет погас, и в следующее мгновение я от испуга выронила кружку, когда меня крепко обхватили чьи-то руки. Они безжалостно сдавливали шею, выжимая из меня жизнь. Я даже не успела сообразить, что случилось. Словно рыба, выброшенная на сушу, пыталась вдохнуть хоть немного воздуха. Горячие пальцы обжигали, словно кипяток. Все происходило так быстро, что мысли не поспевали за действиями. Доли секунды, и, не осознавая себя от кошмарной боли и страха, я умудрилась вывернуться из мертвого захвата и выпалить:

— Я знаю, где оно! Убьешь меня — ничего не получишь!

— Да что ты? И где же?

— У Равенны, но ты не успеешь его найти. Скоро поднимут тревогу!

— Пошли, — скомандовал мужской бас.

«Огнерукий» потащил меня в сторону кабинета начальницы.

Мы молча поднялись на третий этаж. К тому времени мое зрение привыкло к темноте, так что коридор, слабоосвещенный луной, я уже могла разглядеть.

Незнакомец держался позади и вел меня так, чтобы я его не видела. Но стоило нам сравняться у кабинета начальницы, как мне все же удалось немного рассмотреть этого типа. На нем был черный маскировочный костюм, что-то вроде синоби-седзоку, только без рукавов. Руки мужчины были выкрашены в черный цвет под стать костюму и не особо выделялись на фоне одежды. Тканевая маска, скрывающая все, кроме глаз, делала вора безликим, словно ниндзя.

Неожиданная догадка, зачем этот фрик пробрался в «Гарпию», спасла мне жизнь, на время... Я могла лишь предполагать, что ему нужно. Удалось занять у смерти пару минут на раздумья, но время заканчивалось.

«Огнерукий» фактически дотащил меня до двери и легко надавил на замок, отчего тот расплавился, как шоколад в теплой ладони. Боже мой, — еще больше перепугалась я, понимая, что такими ручищами он мог сделать с моей шеей.

— Заходи.

Вор толкнул меня в комнату. Стоило сделать пару шагов, как вдруг нас обоих оглушил непонятный шум за окном.

— Что это?

— Я не знаю!

— Вороны? — первым догадался он.

Перекрывающий все остальные звуки галдеж принадлежал целой сотне, нет, сотням ворон! Они собрались под окнами и хаотично летали, словно огромная живая черная туча.

— Какой из сейфов? — перекрикивая карканье, спросил вор и дотащил меня до шкафа. Он держал меня за шею, сжимая с каждой минутой все сильнее свои ужасные, обжигающие пальцы. Внутри шкафа оказалось четыре сейфа. В каком из них искомое, я не знала. Стоит вору понять это, и мне конец: он успешно завершит начатое в кабинете начальницы. Похоже, «огнерукий» обо всем догадывался. И все же понимал: время есть на что-то одно. Убить меня или быстро найти материалы, пока сюда не нагрянула охрана. Не теряя времени, он поднес руку к кодовому замку, но, не успев дотронуться, повалился замертво...

В дверях стоял Артур. Все еще в шоке, я смотрела то на него, то на истекающего кровью вора, и на краткое время потеряла дар речи. В своей жизни я уже видела неожиданную смерть и знаю, что первым делом после шока возвращается защитная реакция, а в моем случае это почему-то черный юмор:

— Похоже, ты тоже не при вечерних туалетах, — выдала с нервным смешком.

Я все еще дрожала от нахлынувшего адреналина и, кажется, плохо соображала, что только что произошло.

Артур стоял передо мной босой, в домашних брюках, с голым торсом и тяжело дышал. Он успел первым отреагировать на сигнал оберега. Странно, что он оказался быстрее охраны.

— Какая же ты дура! — выпалил он. — Какого черта тебя понесло в офис ночью?

— Я просто хотела...

— Да неважно, что ты хотела!

— Зачем тогда спрашивал?

Во всем здании загорелся свет.

Артур подошел к трупу и вытащил из него кинжал.

В кабинет залетела Равенна. В шелковой комбинации, наспех наброшенной хлопковой рубашке и бигуди на голове, наставница выглядела напуганной, но при этом милой.

— Равенна, уведи отсюда эту самоубийцу, пока я сам ее не добил! — с перекошенным от гнева лицом произнес Артур, держа в руке окровавленный клинок.

— Аня, что тут произошло?

— Простите, пожалуйста, я шла кофе попить, и на меня напал этот тип! — держась за обожженное горло, пролепетала я.

— Анечка, солнце, со следующей зарплаты купи себе домой кофемашину, а то у моего лучшего сотрудника инсульт случится, — иронично заметила она и посмотрела на свирепого Артура.

Тот придавил Равенну стальным взглядом и, грубо отбросив кинжал, принялся обыскивать убитого вора. Похоже, он не собирался как-то комментировать ее слова.

— Хорошо, я так и сделаю! Еще раз прошу прощения!

Я говорила это и Артуру, мне хотелось как-то поблагодарить своего спасителя или извиниться. Но по его злющему лицу было ясно, что попытка сгладить ситуацию — мартышкин труд. Артур закончил обыск, подошел к шкафу Равенны и, достав влажные салфетки, вытер руки от крови.

— Ничего, дай посмотрю, что с горлом, — сказала Равенна и внимательно осмотрела шею. — Артур, разберись, пожалуйста, с нашим мертвым гостем. Он пачкает мне ковры.

— Сам знаю, — буркнул он.

— Похоже, ничего ужасного, — заключила наставница. — Аня, ты огнеупорная у нас, что ли? Этот человек в доли секунды должен был убить тебя!

Она приобняла меня за плечи, и мы направились из «Гарпии» по домам. Меня все еще немного трясло после пережитого. Ожог пылал, и вместо похолодевшей от ужаса ладони к нему хотелось приложить лед. Моя кружка-путешественница осталась где-то на втором этаже, пояс я потеряла, так что теперь халат превратился в кардиган, обнажающий любимую розовую пижаму «в бельгийских вафлях». Полотенце на волосах съехало набок, а тапки были надорваны, но железно держались на мне, так что выглядела я так, словно отчаянно сражалась за чашку кофе и проиграла.

— Ну, строго говоря, мне было очень страшно, но я вовремя поняла, что ему нужно. Кстати, отличная идея с воронами! Артур быстро меня нашел!

— Об этом я и хотела с тобой поговорить. Я, конечно, поставила защиту, но она работает иначе. На выходе вор не смог бы выйти, несмотря даже на то, что охрана перебита.

— Они мертвы?

— Один мертв, второго отправляем в больницу с ожогами третьей степени.

— Тогда… что это были за вороны?

— Думаю, это сработал оберег.

И ведь точно, на мне по-прежнему висел оберег «Черной Гарпии», я и забыла о нем.

— Не думала, что он пригодится тебе так скоро, — мрачно заметила наставница.

— Так получается, шумная стая ворон — это особая реакция оберега на опасность?

— Да, и, как видишь, весьма сильная. Думаю, вороны дезориентируют врага и растягивают время. Но это только догадка.

Мы вышли на свежий воздух. На улице поднялся ветер, и, несмотря на глухую ночь, вся «Гарпия» теперь была залита светом, которого с лихвой хватало, чтобы мы без трудностей дошли до таунхаусов. Я сняла полотенце, и прохладные волосы приятной волной опустились на измученную шею.

— Вот это сходила за кофейком!

— Ты сама-то как? Человека на твоих глазах убили. Все хорошо? Выглядишь на удивление спокойной.

— Возможно, я покажусь вам бессердечной, но со мной и правда все хорошо. Этот человек минутой раньше пытался “расплавить” меня заживо, так что не мне переживать о его смерти— ответила я и приложила прохладное от влаги полотенце к шее.

— Слава богу, Артур успел...

Наставница выдохнула и замолчала. Я почувствовала, что в ее словах и даже паузе кроется больше, чем она могла выразить, почти физически ощутила ее облегчение.

Мы шли молча, вероятно обе представляли, чем мог завершиться мой поступок. Ветер успокаивающе шумел в листве деревьев, а под ногами похрустывал гравий, своим мелодичным звучанием вытаскивая из пут жутких воспоминаний.

— При виде меня у него уже дергается глаз, — вдруг заявила я, вспомнив непривычно встревоженное лицо Артура, когда он залетел в кабинет.

Равенна рассмеялась.

— Да, ты для него особое испытание.

— И все же, мне кажется, или он излишне бурно реагирует? Ну «самоубийца» и «с глаз долой, а то прикончу» — это как-то чересчур, не находите? Нет, я, конечно, виновата, очень виновата, но откуда мне было знать, что здесь ночью может быть настолько опасно? В инструкции не запрещено посещать это здание в ночное время!

Равенна как-то странно посмотрела на меня, затем продолжила:

— Полагаю, у Артура есть причины переживать за тебя. Обычно ночью тут безопасно. Однако именно сегодня ты оказалась не в то время, не в том месте. Ты догадалась, что нужно было нападавшему?

— Да, быстро сообразила, потом уже подоспел Артур. Равенна, скажите, мне показалось, или вы отправили меня учиться далеко отсюда, чтобы какое-то время я не находилась в «Черной Гарпии»? Вы знали, что готовится нападение?

— Да, Аня, так и есть.

— А в чем причина?

— Помнишь, ко мне приходил человек, с которым ты, вероятно, успела познакомиться?

— Грегор?

— Да.

— Ему понадобилось досье на сотрудников.

— А зачем ему досье, и кто он такой?

Мы подошли к домикам и остановились у развилки дороги. Равенна хмурилась и куталась в рубашку, пытаясь скрыться от ветра. В тусклом освещении она выглядела озабоченной и мрачной.

— Этот человек — очень важная фигура на шахматной доске, — таинственно заявила наставница. — Отвечу лишь, что он как цепной пес — это цербер, следящий за тем, чтобы наша хедхантинговая структура работала как нужно. А тут произошло то, из-за чего ему и пришлось посетить «Черную Гарпию». Некто начал преследовать охотников за головами и убивать их. Мы пока не знаем, кто стоит за этими убийствами и какова его цель. Предположительно, это творят свои же. Вот и заявился питбуль по нашу душу осведомиться, не являемся ли мы заговорщиками. Хотел увидеть всю подноготную моих сотрудников. Но я ни под каким соусом не позволю залезть его бледным ушлым пальцам в души моих людей.

— Вы работаете с ними как психолог?

— Иногда, но они не слишком разговорчивы. Можно подвести лошадь к водопою, но нельзя заставить ее напиться.

— А они еще кому-то рассказывали о своей жизни, кроме вас?

— Нет, это очень закрытые личности. Мне они доверились, только проработав какое-то время рядом. И тем не менее мои люди непричастны к убийствам. Грегор понимал это, но хотел убедиться. Я полагала, что этот человек попытается получить необходимые ему сведения в любом случае, вот и отправила тебя обучаться к Виктору от греха подальше. Прошло уже много времени. Я решила, что обошлось. Ни люди Грегора, ни неведомая угроза со стороны неизвестных убийц не побеспокоят нас, но, выходит, ошиблась. Извини, что не сказала тебе раньше.

— А почему вы не отправили меня домой?

— Ты можешь оказаться в той же ситуации, что и твоя подруга.

— Исчезнуть, как Рошель?

— Да.

— Ладно, Ань, давай еще поспим сегодня. Зайди ко мне утром, я дам тебе мазь от ожогов. Спокойной ночи.

Равенна помахала мне на прощание и направилась в свой домик, а я пошла в свой. Внезапно она оглянулась.

— Кстати, Ань, а откуда ты узнала про досье?

Я остановилась.

— По чистой случайности. После очередного неудачного разговора с Артуром я шла в хризантемный зал. По лестнице спускался Грегор, он говорил по телефону и злобно выдал: «Досье пока не у меня, но им придется его отдать». Я поняла, что вы не отдали ему какую-то важную информацию. Обрывок этого разговора и спас мне жизнь.

— Аня, ты и правда любимица судьбы.

— Да уж, я часто это слышу.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

На следующее утро я проснулась с кошмарной головной болью и ноющей от ожогов шеей. После такого «приключения» зареклась бродить поздно ночью по «Черной Гарпии». Бедные охранники, я еще легко отделалась!

Я намазала шею ароматной маслянистой пастой — подарком Равенны. Мазь приятно пахла лавандой, мятой и чайным деревом. Все это время яркими вспышками загорались в уме жуткие подробности вчерашнего вечера, у меня никак не получалось не думать об этом.

Спустя несколько часов пришла в центральное здание на учебу.

Хотя все обошлось, находиться в нем было тяжело. Сразу же нахлынули воспоминания и неприятное чувство беспомощности. Почему-то теперь, когда находилась в стенах «Гарпии», я чувствовала себя одиноко. В целом, немудрено, ведь я общалась только с двумя людьми: Равенной и Рух. Остальные сотрудники даже на глаза попадались редко.

После занятий я обычно отправлялась на кухню фурий и в одиночестве проводила там время. Сделала так и сегодня, неся с собой контейнер с обедом. На сей раз в помещении оказалась Сирин. Она стояла напротив окна. Ее светлые, немного волнистые волосы красиво струились по спине и сияли, словно локоны эльфа. Она придерживала тюль изящной рукой с длинными пальцами и с интересом рассматривала что-то за окном.

— Привет!

— Привет, — обернулась Сирин с доброжелательной улыбкой.

Я не стала навязывать ей свое общество и, молча поставив разогреваться еду, села за стол. Сирин заговорила первой:

— Ты видела людей, которые приходят к Артуру, общаются с ним, даже не заходя в здание, а потом уходят?

Божечки, опять он, ну неужели нет других тем?

— Нет, я не замечала.

— Один такой экзотичный тип как раз стоит сейчас под окнами. Не пойму, что происходит.

Она снова задумчиво посмотрела в окно. Мне было совершенно неинтересно, чем занят Артур и с кем он общается, но тут вдруг выпалила:

— Полагаю, это шаманы. Они не заходят внутрь, потому что в «Гарпии» много магических защит и препон, а им нужно его диагностировать. Это лучше делать снаружи, а не в здании.

— А почему у самого входа?

Я все-таки заразилась интересом к происходящему.

— Думаю, из-за самого Артура. Знаешь, иногда он ведет себя как капризный ребенок.

Ха, мне ли это не знать.

— Полагаю, он всячески саботирует это общение и не хочет тратить на него много времени. Вот и пытается с порога от них избавиться. В этом мире есть только один человек, который может заставить его делать то, что он не хочет.

— Равенна?

— Ага. А теперь вопрос на миллион: зачем к нам пожаловало уже с полдюжины шаманов для осмотра Артура? — спросила белокурая коллега и обернулась.

Я не выдержала провокации и подошла к окну. Внизу, у самого входа, стояли двое. Артур, спрятав руки в карманы брюк, задумчиво кивал, опустив голову. Второй мужчина энергично жестикулировал и что-то ему рассказывал.

Собеседник Артура выглядел как обычный человек. С чего, интересно, Сирин взяла, что он шаман? Мужчина с лицом азиатского типа, в коричневых брюках и рубашке с галстуком, коротко стриженный, в приличной обуви, казался совершенно земным. Я бы скорее подумала, что он банковский работник или рядовой менеджер среднего звена. Артур, даже с высоты второго этажа было заметно, хмурился. Шаман что-то с наставническим упорством ему объяснял.

— Ох уж эти загадки, — улыбнулась мне Сирин. — В нашей компании их не так мало.

— Да-а, от одной такой я чуть коньки не отбросила.

— Я слышала о вчерашнем, ты как? — спросила Сирин и сочувственно посмотрела на меня. Её лучистые светло-лазурные глаза, словно ласковая, прозрачная морская вода, излучали доброту. Мне захотелось довериться ей и поделиться всем, что я знала, хоть это было неуместно.

— Я в порядке, но, знаешь, было неожиданно попасть в триллер, прогуливаясь по коридору второго этажа. Страсть к кофе меня когда-нибудь добьет.

Сирин улыбнулась:

— Зато, как я слышала, сработал твой оберег?

— Да, спецэффекты в виде громадной тучи ворон, оказывается, шли с ним в комплекте.

— Это необычно.

Сирин опустила взгляд, отчего стали видны ее длинные густые ресницы. Нежную, идеальную, словно фарфоровую, кожу, мягко оттенял румянец. Не девушка, а кукла. Я даже немного позавидовала. Рядом с такой женщиной чувствуешь себя гадким утенком, хоть и не могу назвать себя дурнушкой.

— Ты превзойдешь всех нас, — неожиданно произнесла она и снова подняла на меня нежно-голубые глаза.

— Почему ты так думаешь?

— Я это знаю. Один из моих талантов — это определение выдающихся личностных качеств. К сожалению, именно по этой причине я вряд ли смогу с тобой подружиться.

— Жаль это слышать, и все же я не понимаю, почему ты и Равенна говорите мне примерно одно и то же.

— Ты изучила «Донариум»?

— Ну, не все, — уклончиво ответила я. И как только умудрилась забыть чуть ли не о самом важном документе в обучении?

— Думаю, в нем ты найдешь пищу для ума, — спокойно продолжила Сирин и снова посмотрела на улицу. — Надо же. Похоже, Артур сумел сбежать спустя пять минут после прихода шамана. Это его новый рекорд.

Она усмехнулась, рассматривая происходящее за окном, а я в это время наблюдала за Сирин. Мне была непонятна эта женщина. Она будто не принадлежала этому миру, и я очень удивилась, однажды узнав, что у нее есть маленький сын. На самом деле это было то немногое, что я о ней знала, а теперь, поговорив с глазу на глаз, подумала, что даже эти сведения ничего о ней не говорят.

Сирин попрощалась и вышла, тихонько закрыв за собой дверь. Жаль, что общение практически со всеми местными сотрудниками — это как прогулка по минному полю. Можно подорваться на очередном откровении.

Стоило мне налить себе горячего чаю, как в помещение зашла Ифрита. Неприязненно посмотрев на меня, она молча, как и всегда, включила чайник, села за стол и уставилась в телефон. Мне стало совсем неуютно. Чувствовала себя бедной родственницей, навязавшейся людям, которым это было в тягость.

Что ж, ладно, может, у ворон свободно, пойду лучше к ним. Я встала, взяла с собой кружку с чаем, пару конфет, печенье и направилась во второй зал.

Жаль, что Рух уехала по делам. Вот бы обсудить с ней всё: и странное нападение, и шаманов, что приходят к Артуру. Похоже, я по ней соскучилась.

Я прошла в зал и обнаружила, что сегодня тут более чем многолюдно.

Все вороны были в сборе, конечно, не обошлось без местной суперзвезды. В центре их тусовки находился «О прекраснейший» собственной персоной. Кто-нибудь мне объяснит, почему я притягиваю его, куда бы ни пришла?

Местный «мачомэн», сбежав от шамана, уже успел подняться к воронам. В глаза бросился его с иголочки безупречный костюм и дорогие часы. Они мягко поблескивали на руке, стоило ему поднести чашку к губам. Я, конечно, не знаток, но, похоже, это были не просто часы, а Луи Муане.

Этот пижон что-то активно рассказывал воронам. Даже не заметил, как я вошла. Оно и к лучшему. Рух была права: вороны группировались вокруг Артура, словно фанатки, поэтому тоже не заметили меня. Они увлеченно обсуждали интересующую их тему. Вся эта компашка расположилась в гостевой зоне. Вид этих людей радости, конечно, не прибавлял. Если бы можно было уйти в чилли с едой, меня бы и след простыл, но судьба распорядилась иначе.

— Шаманская болезнь? — послышался голос одной из ворон. — Вот это да! А ты отправишься на инициацию с шаманом?

И тут Артур заметил меня.

— Ух ты, кто тут у нас!

Все вороны разом обернулись. Было ощущение, что волосы вот-вот вспыхнут. Кровь прилила к лицу, и я отчетливо почувствовала, что краснею. Так-так, пора сваливать, не нравится мне этот его тон.

— И что тебя привело к нам? — ядовито улыбаясь, спросил Артур.

— Мне показалось, что Ифрита хочет побыть одна.

— Или она просто не хотела тебя видеть?

Боже, как же мне надоел этот подростковый буллинг!

— Это было грубо! — вступилась за меня Черная Ворона, сурово посмотрев на Артура.

Тот лишь поднял руки, как бы говоря: «И что теперь?»

— Мы обсуждаем не то, что она может слышать, — ответил он старшей вороне.

— Аня, — повернулась ко мне коллега в черной маске, — прости, пожалуйста, его грубость, просто мы не ожидали, что ты придешь, у нас был важный разговор, оставайся сколько хочешь.

Она снова повернулась к Артуру.

— У меня есть идеи, сообщу их тебе с глазу на глаз, — стальным тоном объявила она.

Я понимала, что мне тут совсем не рады, но поскольку Главная Ворона вступилась за меня, как-то неудобно было сразу уходить. Поэтому осталась, сев за стеклянный стол, чтобы допить свой холодный чай и доесть то, что принесла с собой.

Вороны перестали громко щебетать. Они только оглядывались и тихонько шептались друг с другом. Рина попрощалась со всеми и подошла, мягко шурша юбкой длинного балахона. Она по-матерински положила руку на спину и прошептала:

— Не переживай, он обычный грубиян.

Мягко убрав руку, она ушла, оставив коллег перешептываться дальше.

Артур молча допивал кофе. Заметив, что я поглядываю на него, он с наглой улыбкой подмигнул, зловеще смотря на меня, словно змей на мышь. Я встала, собрала фантики от конфет и ушла. На душе было горько, хотелось разреветься.

И как меня занесло в такой токсичный коллектив? Однако теперь все стало ясно как день. Сирин, Ифрита, почти все Вороны и, конечно, Артур в гробу видали работу со мной! Чем же я им так насолила? Правда, теперь у меня есть еще один союзник — одна из Ворон. Приятная она, эта Рина.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

Следующую часть дня я провела в чилли, выполняя домашнее задание. Обучение в «Черной Гарпии» оказалось очень необычным. Я не изучала какие-то магические приемы или призыв духов, ну или чем там маги занимаются? Основу моего обучения составляли новейшие открытия в квантовой физике, философские труды, психология, история, фольклор, медицина, особенно когнитивные науки и немного литературы, напоминающей работы Ошо и Кастанеды. Моим домашним заданием было найти все, что смогу, про пирокинез, а затем написать эссе. Причина ясна. Умелец, плавящий железо руками, не миф и не придумка. Я встретила такого человека вживую! Впрочем, это напоминало мой давний инцидент с огнем, когда я совершенно непонятно как выжила в ужасном пожаре. Равенна говорит: «Та стихия, что буйствует в твоей жизни, угрожает и пугает, — бросает тебе вызов». Огонь мне бросил вызов уже дважды. Уж не знаю, что это значит. Изучая пирокинез, я отметила, что на уровне новичка уже можно плавить пластиковые бутылки. Кто бы мог подумать, —все эти странные вещи действительно существуют!

Я посмотрела на часы. 21:10.

Все, пора домой, засиделась. Потрескивание камина слишком прекрасно, чтобы уследить за временем. Но сначала загляну к воронам.

Я разумеется не отдыхать туда иду, просто умудрилась забыть на «вороньей чужбине» свою кружку. Думаю, лучше забрать ее сейчас, пока там никого нет.

Рабочий день закончился еще час назад, так что я была очень удивлена, когда подходила к служебному помещению и услышала голоса. Боже, да что там за трудоголики?! Я приблизилась к открытой двери и разобрала всего два голоса, и оба были мужскими. Ладно, лучше завтра. Что-то не горю желанием общаться с теми, кто там есть. В этот момент раздался крик. Вместо того чтобы бежать за охраной, я бросилась в зал.

Передо мной стоял Артур. Как и вчера, он был в домашней одежде, только на этот раз с бутылкой спиртного в руке. Он стоял совсем один и кричал от боли, то хватаясь за голову, то изгибаясь в какой-то неестественной позе. Никакого собеседника рядом не было.

В помещении мы оказались вдвоем. Но Артур, похоже, меня не слышал и не видел. Внезапно бутылка виски с грохотом упала и разбилась. Артур как подкошенный рухнул следом, и его начало бить, словно в эпилептическом припадке. Вытащив из кармана телефон, я трясущимися пальцами набрала Равенну:

— Аня? Что-то случилось? — послышалось в трубке.

— С Артуром что-то не так, похоже, у него приступ!

— Где вы?

— Мы в кухне Ворон!

— Ничего не предпринимай и не подходи к нему близко, я скоро буду!

Парня било так, что страшно было смотреть. Я боялась, не упал ли он на осколки? Но крови, не заметила. В какой-то момент он резко затих. Словно его рубильником кто-то выключил. Обморок, или он...

Артур лежал пугающие неподвижно. Равенна сказала ничего не предпринимать, но так страшно за него. Он, конечно, мерзавец, каких мало, но, во-первых, этот человек спас мне жизнь, а во-вторых, его нельзя бросать так. Я тихонько подошла ближе.

— Боже мой, белобрысый подонок, надеюсь, у тебя есть пульс, — прошептала я, медленно протягивая к нему руку.

В этот момент он резко схватил меня за шею и закричал:

— ТЫ МНЕ НЕ НУЖЕН! УБИРАЙСЯ!

Хватка была такой, что в глазах потемнело, старалась вырваться, но тщетно, я словно пыталась сдвинуть с места поезд. В следующий момент Равенна оттащила меня от него. Я жадно хватала ртом воздух, все еще дрожа от потрясения.

— Я же говорила тебе не подходить! Ты что наделала!

— Я боялась, что он не дышит, не могла просто стоять и смотреть!

— Отойди подальше!

Равенна присела возле Артура, положила на его голову ладонь и что-то зашептала. Я стояла в дверях, напрочь забыв, что тут делаю, и просто замерла. Артур словно заснул, все еще лежа возле разбитой бутылки.

— Это шаманская болезнь, — сказала Равенна, смотря на успокоившегося, будто спящего, мечника. — С ним настойчиво пытаются связаться, но он сопротивляется и отталкивает духов. Вместо того чтобы решать проблему, он всячески ее саботирует. Вот и становится ему хуже. Это не первый обморок.

— У него было что-то вроде припадка.

— Очевидно, болезнь начинает прогрессировать.

— А как ее вылечить?

— Ее нельзя вылечить, можно только принять дар.

— А если он не примет?

— Тогда он умрет или потеряет рассудок.

Равенна по-матерински обеспокоенно посмотрела на Артура.

— Упрямый болван! Как помочь тебе, если сам устраиваешь себе проблемы? Кстати, Аня, а ты откуда здесь? — обернулась наставница и внимательно посмотрела в глаза.

И тут я поняла, что сама нарушила свое же обещание. Не бродить по «Гарпии» ночью.

— Да, я за кружкой своей пришла, — не слишком, как мне показалось, убедительно ответила я.

Равенна подняла бровь.

— Ты ведь не Артура преследуешь?

— Фу, что за догадка! Какая гадость, зачем мне это делать?

Внезапно Артур закашлялся. Он резко сел, тяжело дыша и держась за сердце. Капли пота блестели на его лбу, отчего казалось, что у мечника лихорадка.

— Ну, здравствуй, спящая красавица, — пошутила Равенна.

— Что произошло?

— У тебя был припадок, и сильный. Ты мог впасть в кому, но, к счастью, тебя вовремя нашла Анна.

Артур волком посмотрел на меня и с трудом поднялся на ноги. Он выглядел изможденным, бледным, и все еще тяжело дышал.

— А как ее сюда занесло, интересно? — властно бросил он Равенне и посмотрел на нее так, словно я сделала что-то предосудительное.

— И это вместо хоть каких-либо слов благодарности! За посудой своей пришла!

— Артур, Аня, — Равенна поднялась и встала между нами, — вы разве не видите, каким удивительным образом вам повезло друг с другом? Аня, тебя спас Артур, придя на выручку. Артур, когда требовалась помощь, подоспела Анна. Это не совпадение!

— Ее рыбья память спасла мне жизнь? Это банальное везение, а не ее заслуга!

— Да уж, и не говори! Не стоило тратить время на сумасшедшего алкоголика и злобного хама! — потеряв всяческое самообладание, выпалила я.

— Так, — сказала Равенна тоном, от которого, кажется, даже Артур притих. — Завтра оба зайдете ко мне в кабинет! В восемь утра, а ты даже раньше, — кинула она Артуру. — И только попробуйте не прийти или опоздать!

— К восьми утра, все ясно, — пролепетала я и мигом юркнула за дверь, не забыв при этом забрать проклятую кружку.

Глава 8 Rio abajo Rio. Река под Рекой

Глава 8. Rio abajo Rio. Река под рекой

Аня

На следующий день ровно в восемь, как и было оговорено, я подошла к дверям начальницы. Негромко постучалась и вошла в кабинет. Стоило мне сделать шаг, как я заметила Артура, который стоял ко мне спиной, держа руки в карманах брюк. Я тут же осеклась:

— Ой, простите, я не знала, что вы еще заняты!

— Нет, Аня, прошу, не уходи, мы тебя ждали.

Фраза «мы тебя ждали» прозвучала как-то зловеще. Я закрыла за собой дверь и подошла ближе.

— Итак, все в сборе, — начала Равенна и с суровым видом встала напротив нас.

Я раньше и не замечала, как внушительно она может выглядеть в строгом костюме и на высоких каблуках.

— Меня изрядно утомила ваша перепалка, — решительно заявила она. — Артур, Анна, я убеждена в том, что люди, появившиеся на нашем жизненном пути и вызывающие у нас сильные эмоции, пусть даже и негативные, являются не проблемой, а ее решением. Каждый из вас имеет возможность стать ответом на важный вопрос другого и решить актуальные для себя задачи.

Первым понял, к чему клонит начальница, Артур.

— Я на это не пойду. Я понял, что ты задумала.

— Артур, ты не будешь допущен до заданий, пока не справишься с шаманской болезнью!

— А ты не забыла, что я работаю на условиях сотрудничества? Я не рядовой сотрудник, а партнер!

— Тогда, согласно нашим условиям, если я не даю тебе заданий, ты можешь найти их сам!

Артур поморщился и недовольно потер переносицу.

— Ты прекрасно знаешь, какую работу нам обычно предлагают, –уже спокойнее сказал он.

— Да, это ниже твоего достоинства. Так что ты или поддержишь мой план и поработаешь с Аней, или так и будешь подрабатывать водителем на полставки.

Артур теперь смотрел на Равенну как на злейшего врага. Я не понимала, о чем они, и все же порадовалась, что оказалась на нейтральной стороне в этом споре. Все-таки Артур бывает страшен в гневе. Однако Равенна отлично держала удар и не превратилась в горстку пепла под взглядом взбешенного сотрудника.

— Итак, Анна, — она перевела взгляд на меня. — Я знаю, что ты работала с Рошель при помощи шаманских техник, это так?

До меня наконец дошло.

— Да, но тут имеет место шаманская болезнь, а я не шаман.

— Аня, неужели ты думаешь, что мне это неизвестно?

— Да, но… почему я? Разве мне удастся помочь?

— Вернемся в начало нашего разговора. Люди, что встречаются нам на пути в определенный период жизни, — это не проблема, а ее решение. Вам обоим пора повзрослеть и стать увиденными, хотя бы самим себе!

Похоже, последнюю реплику не поняла не только я.

— О чем ты? — мрачно смотря на наставницу, спросил Артур.

— Я про то, что вы отражаете собственные тени друг другу, как в зеркале! Прекратите пенять на отражение и проецировать свои проблемы, вместо того чтобы их решать! Завтра Анна поработает с тобой. Мы съездим за ее инструментарием, и ровно в десять вечера ты сделаешь то, что она тебе скажет. В противном случае даже не жди от меня доступа к работе!

Артур с непроницаемым лицом молча кивнул.

— Анна?

— Да, я поняла. Только...

— Только? — сурово переспросил наставница

— Я думаю, потребуется предварительно обсудить обстоятельства проблемы с...

Артур обернулся на меня с таким видом, словно еще одно слово, и я превращусь в тлеющий уголек.

— ...с клиентом, — завершила я свою мысль, несмотря на угрозу быть первым в истории человеком, сожженным убийственным взглядом.

— Значит, Артур ответит на то, что потребуется для твоей работы.

— Артур, — продолжила Равенна, — ты можешь отказаться, но если хочешь получить содействие от меня, условия такие, и никакие другие.

— Я тебя понял. Это все?

— Да.

Такой суровой я Равенну еще не видела. Артур вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.

— Что ж, Анна, если у тебя есть еще вопросы, готова ответить, — ледяным тоном продолжила наставница.

Я решила не тыкать палкой дракону в глаз и заявила:

— Мне все понятно. Проведем сессию в среду, только за результат не ручаюсь. Я раньше не работала с шаманской болезнью. Все, что смогу сделать, — это познакомить Артура с его духом-помощником.

— Ничего, я в тебя верю.

— Ну, пожалуй, пойду.

— Пока, Аня, о результатах поговорим позже.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

На третьем этаже «Черной Гарпии» находился кабинет для консультаций. Просторный и уютный, как и все в этом здании. Именно там мне предстояло провести работу с самым невыносимым человеком в моей жизни.

Я зашла в кабинет, осмотрелась и, поставив инструмент на пол, принялась прохаживаться по теплому ковру босиком, чтобы успокоиться. Немного волновалась, гулять по комнате было легче, чем просто сидеть и ждать.

Вообще, задумка местного интерьера в стиле сказочного востока мне понравилась. Шелковый разноцветный шатер с яркими подушками и невысоким кофейным столиком занимал большую часть комнаты. Вокруг него были расставлены изящные статуи павлинов и экзотических птиц. На столике горели ароматные благовония, наполняя комнату легким смолистым запахом, а на позолоченном подносе лежали свежие фрукты: яблоки, мандарины и виноград.

Ноги согревали уютные разноцветные ковры, а у широкого окна с полупрозрачными занавесками журчал миниатюрный фонтанчик, придавая кабинету атмосферу покоя и отдыха. Настоящий райский уголок.

Кушетка, кстати, здесь тоже была. Она несколько выделялась на фоне ярких тканей и пестрых подушек. Однако мне было не до рая. Я все больше тревожилась из-за предстоящего сеанса и не могла найти себе места.

Раздался стук. Все еще нервничая, я открыла дверь. На пороге мрачным колоссом возвышался мой бывший тренер. Как и всегда, меня неприятно пробуравил взгляд ледяных серых глаз. Раньше в рамках нашего общения лидерскую позицию всегда занимал Артур, но не сейчас. Теперь шефство нужно было взять мне.

— Проходи, располагайся.

Я жестом пригласила его лечь на кушетку.

— А почему не в шатер? — внезапно спросил он.

— Ну-у, можно и в шатер.

Артур прошел до шатра и, по-хозяйски взяв яблоко с блюда, уселся на подушки, сложив ноги по-турецки.

— Садись, — постучал он ладонью по еще одной подушке, приглашая меня сесть рядом с ним. Выглядел он неожиданно расслабленным и довольным. Запустив зубы в сочное яблоко и откусив от него кусок, он принялся жевать с каким-то варварским усердием. Я была сбита с толку. Возможно, Артур так решил перехватить контроль над ситуацией?

— Ты чего замерла? Тут обоим места хватит.

Он ухмылялся и как-то странно смотрел на меня.

Флиртующий Артур? Что вообще тут происходит?

Я пребывала в полном замешательстве и не сразу нашлась что ответить.

— Эм-м, я буду работать с тобой, мне нечего делать в шатре.

— А зря, — сказал совершенно незнакомый мне человек и снова откусил от сочного яблока очередной внушительный кусок. У Артура есть близнец? — проскочила безумная мысль. — Он ведет себя совершенно не так, как обычно. Лучше бы он нес свой ядовитый бред, к нему-то я привыкла. Черт, по нему я даже скучаю. Что прикажете делать с этим новоявленным Дон Жуаном? Наверное, хочет показать Равенне, что он мне не по зубам.

— Так, ладно, ложись, хватит объедаться, ты не за этим здесь.

— Вкусное яблоко, тебе бы наверняка понравилось, ты же любишь покушать, — нагловато улыбался он.

Я почувствовала, как мои ноздри непроизвольно раздулись.

Так, не реагировать на провокации, расслабься, Аня, пациентов бить нельзя.

— Я воспользуюсь бубном, надеюсь, ты не против?

— А чечетку станцуешь? — явно глумился он.

Ага, теперь все встало на свои места: он просто издевается. Решил поставить надо мной эксперимент своими выходками. И как мне с ним прикажете работать?

Я серьезно посмотрела на него, уже без злости и обиды. Взяв инструмент, поставила его возле статуи и села рядом с Артуром, прямо в шатре, как он и предлагал. Нагловатую улыбку сменил заинтересованный взгляд.

— Знаешь, Артур, Равенна попросила меня провести с тобой работу. Но она права, нельзя причинить добро человеку против его воли. Я вижу, что ты не воспринимаешь происходящее здесь всерьез, впрочем, как и не воспринимаешь всерьез меня. Но нам обоим выгодно получить пользу от сегодняшней встречи. Или мы будем вести себя как два придурка, или поработаем как партнеры.

— Знаешь, ты права, я не воспринимаю тебя всерьез, и Равенна, похоже, решила запереть нас тут вдвоем, чтобы выговорились. Но, видишь ли, мне нечего тебе сказать, в работу эту я не верю, и самое полезное, что отсюда вынесу — это витаминки, — сказал он и взял еще одно яблоко.

— Тогда зачем ты пришел, ведь не ради яблок?

— Мне стало любопытно, что ты будешь делать.

Я устало положила ладонь на лицо:

— Господи, Артур, ты как трудный подросток, неужели нельзя просто взять да и оставить эти дурацкие выходки и довериться людям, которые не желают тебе зла?

— То есть ты не желаешь мне зла? — саркастично подняв бровь, переспросил он.

Я на секунду задумалась о сказанном и поняла, что на самом деле выдала ему правду. Как бы он меня ни злил, в глубине души я не желала ему зла.

— Может, ты будешь удивлен, я и правда искренне хочу помочь.

Судя по недоверчивому выражению, он совершенно мне не верил.

— Так, все, я пошла отсюда, — потеряла всякое терпение.

— Черт, подожди, ладно, сомневаюсь, что эти безумные методы помогут, но в любом случае вариантов у меня не так много.

Артур снова помрачнел, став знакомой версия себя.

— Останешься в шатре?

— Мне не особо важно, где это делать.

— Хорошо, тогда давай здесь, укладывайся.

Я даже удивилась, с какой заботой начала разговаривать с ним. Обиды и злости не ощущала. Наверное, потому что почувствовала, как этот человек может быть уязвим, поэтому причин огрызаться с ним сейчас не было.

Я успешно провела сеанс погружения, после чего мечник медленно сел.

— Чувствую себя странно, — выдал Артур.

— Голова не болит, все хорошо?

— Не болит, а это нормально, что я чувствую себя так, будто слегка пьян?

— Думаю, это скоро пройдет, тебе просто нужно что-то съесть.

— Хорошо, мне еще везти тебя в замок завтра. Я должен быть в форме.

Артур продолжал сидеть в шатре и, похоже, не спешил уходить.

— Думаю, уже через час ты будешь в норме, — улыбнулась я.

— Отлично. Ты все книги прочитала по программе?

— Да, а что?

— Прям все до единой?

— Ну да, — не понимая, к чему он клонит, смутилась я.

— Странно, — сказал он с ухмылкой, — по тебе пока незаметно...

И тут до меня дошло, о чем он...

Боже, даже в такой момент он умудрился все испортить! Прям как скорпион ужалить в самое мягкое, незащищенное место! Все-таки этот человек неисправим!

— Ты без издевательств никак не можешь, да? — спросила я серьезно.

— А разве я сказал что-то обидное?

Артур нагло улыбался, явно довольный произведенным эффектом.

— Ты мне напоминаешь скорпиона из притчи.

— Имеешь в виду притчу, где лягушка перевезла скорпиона, а он ее ужалил?

— Да, помнишь, что ответил скорпион лягушке?

— Да, на вопрос: «Зачем ты это сделал?», скорпион ответил: «Это в моей натуре».

— Вот и с тобой так же, — грустно отметила я.

— Что ж, привыкай, — скалился Артур, вставая с шатра и направляясь к выходу.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

Я неторопливо приближалась к дому и вспоминала весь прожитый день. Как ни странно, чувствовала удовлетворение после проделанной работы. Да, шаман из меня тот еще, и практики мои далеко не шаманские, но, возможно, Равенна права. Так много в нас есть таинственного и неизведанного. Что руководит нами, когда мы обращаемся к вопросам духа и его предназначения? Возможно, даже моих усилий для Артура будет достаточно.

Артур не стал, разумеется, посвящать меня в детали своего погружения, да и на вопросы о том, как болезнь случилась с ним, не отвечал. Так что развернутую аналитику вряд ли смогу предоставить наставнице. Я зашла в свою квартиру, включила свет и сразу же услышала протяжное мяуканье домочадца.

— Ну привет, мой хороший!

Я поглаживала кота, рассказывая ему о событиях сегодняшнего вечера:

— Пират, ты бы знал, какой у меня сегодня был странный день. Надеюсь, он прошел не впустую.

После теплого душа забралась под одеяло. Стоило закрыть глаза, как мысли снова вернули меня в детали работы с Артуром.

Может, хотя бы дух-наставник поможет тебе справиться с тем, чему ты так яростно противишься.

Здесь темно и пахнет лесом,

Вероятно, я во сне,

Мне терпится увидеть

Или травы, или снег.

Может, это волки воют,

Может, духи правду скроют,

Только пламя озарит

То, что раньше неофит

Знать не мог и не был сведущ,

Знал лишь только грусть и немощь,

Как в обители, в горах

Тот истерзанный монах.

Алыми горят глаза

Тех существ, что волк позвал,

Стая собралась в округе,

Не осталось мне покуда

Сил все это превозмочь.

— Вы меня оставьте, волки,

Все равно мне не до вас.

— Зря ты так, ведь мы не волки, —

Объявили монстры враз.

В следующий момент вся стая

Уничтожила меня.

Стала рвать на части, лаять,

По кусочкам отрывать.

Я не мог и не хотел

Убегать от волчих дел.

Оторвали мои руки,

Выпили мои глаза,

Покусали мои ноги

И завыли в голоса.

Обглодали мое мясо,

Выпили всю мою кровь

И развеяли по ветру

Все, что миру нужно вновь.

Уничтожив без остатка,

Даже кости обглодав,

Каждый волк исчез во мраке,

Только выть не перестав.

И услышал я вдруг песню,

Что, нарушив пустоту,

Стала самым первым звуком,

Что ворвался в тишину.

А затем лихое пламя

Вдруг окутало меня,

И я снова стал живущим,

Будто не было ни дня

Прожито без этой силы,

Что всегда была со мной,

И жила в тени убогой

под лучистым солнцем днем,

под холодной синей ночью

и в ветрах, и в кущах роз.

Может, все же этой ночью

Я все это перерос.

Волки все на миг исчезли

И затихли в глубине,

Только пламя ночи помнит

О величественном сне.

Здесь темно и пахнет лесом.

Вероятно, я во сне.

Мне не терпится увидеть

Или травы, или снег.

Может, это волки воют,

Может, духи правду скроют,

Только пламя озарит

То, что раньше неофит

Знать не мог и не был сведущ,

Знал лишь только грусть и немощь,

Как в обители в горах

Тот истерзанный монах.

Алыми горят глаза

Тех существ, что волк позвал.

Стая собралась в округе.

В следующий момент по кругу

Стали волки те ходить.

И вдруг стала я старухой,

Знающей, как кость горит.

И вдруг стала я старухой,

Знающей, чем волк тот сыт.

После странных волчих танцев

Стало ведомо все мне.

Подле странных волчих пастей

Стало все гореть в огне,

Все нутро осталось разом

В этом пламени души.

И я знала, что мне нужно

Песню спеть и не спешить

Всем тем жилам, что пылают,

Всем тем венам, что горят,

Всем тем чувствам, что сияют,

Словно это их парад.

Подошли к костру все гости

Передав всю плоть огню,

Принесли все разом кости

И ушли в глухую тьму.

И стала я петь,

Свои руки подняв,

И стала я петь,

Звучанием кости обняв,

Я пела жидкостям —

Они появились на свет.

Я пела костям —

Они собрались в скелет.

Я пела органам —

Они оказались живыми.

Я пела покровам —

Они опутали жилы.

Я пела ястребиным глазам,

Излучающим свет.

Я пела живым волосам,

Мерцающим блеском в ответ.

Я пела острым зубам,

Словно когти дракона.

Я пела надменным губам,

Стремящимся жить, словно бурное море.

Я пела мускулам,

что знают всю силу войны.

Я пела смертоносным рукам,

Спасающим нас от беды.

Я пела умелым ногам,

Что вели по дорогам.

Я пела бравым плечам,

Что соседствуют с Богом.

Я пела всему,

Что в теле том есть.

Я пела всему,

Что миру не счесть.

И вдруг вмиг ощутив

Мощь жизни воскресшей,

В момент уловив

Суть боли померкшей,

Внутри пламени ярком

Он восстал не страшась,

Словно мудрость божественных стай

Ворвалась

И исправила все,

что так скудно созрело,

Все то зло, что померкло

и разом сгорело.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

Утром я ощущала себя как-то иначе, словно внутри стало больше энергии. В голове почему-то вертелись странные рифмы и обрывки образов. Неудивительно, если вспомнить, какую работу проделала накануне. Артур уже ожидал меня. Я села на заднее сидение стерильно чистого кроссовера.

Артур сегодня выглядел бодрым и отдохнувшим. Всего за ночь с лица ушла сероватая бледность, и его черты перестали выглядеть болезненно угловатыми.

Зная его характер, я не стала спрашивать, как он после вчерашнего. Весь его вид и так говорил, что он в норме. Нервозности на порядок меньше, и глаза теперь казались не такими пасмурными, стальную тяжесть во взгляде сменил живой блеск, который я раньше не замечала.

На этот раз мне предстояло последнее посещение замка Виктора Торцельберга. Опасность миновала, и вся литература, что мне оставалась для изучения, могла быть приобретена.

Разговор начал Артур, внезапного сообщив, что после изучения материала мне предстоит сдать экзамен. Разумеется, я не была уверена, что захочу остаться, и еще менее уверена, что сдам экзамен, припоминая печальный опыт в спортзале.

— А может, я и не останусь с вами. Вообще-то, подумываю стать актрисой!

— Это в тридцать-то лет? — кисло заметил Артур.

— Да! Буду как Харрисон Форд. Этот тип будто родился взрослым. Вот ты видел ранние фильмы с ним? Я — нет! Кстати, я как-то снималась в рекламном ролике в детстве, так что уже есть с чего начать карьеру!

— Не могу понять, ты прикалываешься или серьезно сейчас?

Озадаченное лицо Артура выглядело забавно.

— Неприятно, когда против тебя используют твое же оружие, да?

— Думаю, я понял, почему ты до сих пор не замужем...

— И это прискорбно, ведь теперь придется тебя убить...

— Боюсь, это невозможно. За время нашего знакомства, особенно после всего услышанного и увиденного, я подумываю сам избавить себя от мучений.

— Ну ты только не тяни с этим. Еще, не ровен час, передумаешь!

— Тогда нам стоит детально обсудить твою возможную карьеру актрисы. Трудно найти более убедительный повод, чтобы сойти с планеты.

— Ха! Очень остроумно! Думаю, наша содержательная перепалка окончена!

Артур все еще скалился, глядя на дорогу. Очевидно, он считал себя победителем в этой словесной битве. Глядя в окно, расстроенно думала о том, что побуждает этого человека цепляться буквально ко всему, что я скажу? Вероятно, он сам не знал четкий ответ на этот вопрос.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

После очередных занятий Артур забрал меня пораньше, а именно: в шесть вечера — на два часа раньше чем обычно. Последняя лекция с Равенной намечалась на сегодня, поэтому потребовалось освободить время для финального аккорда.

Ровно в семь, прихватив с кухни горсть печенюшек и кружку чая, я ждала наставницу в чилли. Равенна зашла в кабинет и прошла до своего кресла. Похоже, она что-то напряженно обдумывала.

— Привет, Анна! — бодро приветствовала она.

— Здравствуйте!

— Ты захватила печеньки?

— Да!

— Отлично! Пренебрежем правилами и поедим тут. У меня был тяжелый день. Кстати, ты взяла шоколад?

— Конечно!

— Супер! Теперь можно и начинать, — сказала наставница и отломила кусочек лакомства, что лежал на столике рядом со мной. — Что ж, поехали. Реальны все создания, воплощенные в человеческом разуме, — начала Равенна последнюю лекцию перед экзаменом. Наставница по привычке принялась прогуливаться вдоль зала. — Драконы, саламандры, сильфы и даже домовые. Реальны духи — помощники шаманов. Реальны персонажи из фильмов и книг, способные убить словом или прикосновением. Реальны ангелы и демоны. Реальны ёкаи из японской мифологии и все бесчисленные существа, что посещали человеческий разум.

— То есть даже придуманные герои со сверхспособностями реальны? И миры, наподобие «Звездных войн»? И бред больных?

— В определенном смысле, да. Скоро либо родятся, либо уже существуют люди, существа и вселенные, способные реализовать такой потенциал в реальности. Бывает, что фантазия людей работает как сводка новостей из других миров. Ничто не берется из ниоткуда. «Звездные воины» и прочие упомянутые тобой истории могут быть отражением того, что творится в многочисленной мультивселенной, а мы, являясь ее частью, можем через творческий порыв рассказать о том, что в них есть. Говорят: «Когда кто-то срывает травинку — вздрагивает вся вселенная». Люди даже не осознают своего могущества. Сначала они создали в своем разуме этих существ и героев. А теперь они наполняют все множественные миры мультивселенной. Теперь, через несколько поколений или раньше, начнут рождаться дети со сверхъестественными способностями или способные рассказать о мирах, где все эти выдумки реальны.

— То есть своей мыслью мы можем создавать реальность?

— Да, это и есть Божественная искра в нас. Мы также можем создать порталы для связи, как, например, изображения того, что не принадлежит этому миру. Ты должна знать: используется, как правило, не весь потенциал Божественных сил в человеке. По этой причине все самое интересное мы видим только с участием спецэффектов в фильмах и мультфильмах. В то время как Майя не позволяет проявить в ней очень и очень многое. Это объясняется тем, что тело воплощается в конкретной точке и полные энергии Бога не подходят для воплощения. Если Бог воплотится хотя бы на пятьдесят процентов, тело, его форма не выдержит и сгорит. Ей пока не удержать мощь подобной силы. И все же, некую бонусную часть способностей можно получить, обойдя запреты системы. Так что, приучая форму к новым энергиям, развивая ее, ты можешь принять все больше сил от высшего я. Так идет развитие. Сам дух существует в суперпозиции атома. Если он становится частью физической реальности, нашего физического измерения, его способности коллапсируются, условно становятся вполне конкретными, а для реального мира могут совсем исчезнуть.

Если целенаправленно развивать свое тело физически и духовно, то можно добрать некоторые силы, что были утрачены или, вернее, временно утрачены, пока ты в теле. И снова мы приходим к необходимости реализовать свою тень. В ней часть спящего потенциала. Ну и, наконец, про устройство нашей компании. Держи. — Равенна заглянула в один из шкафов, достала какой-то лист и протянула его мне:

«Структура Организации „Черная Гарпия“» — значилось на нем.

— Начну с моего первого и элитного отдела — вороны. Это отдел шпионов «Черной Гарпии». Они скрывают свое лицо, чтобы сохранить максимальную конфиденциальность.

Ворон искусству шпионажа обучала я, так что другие ведьмы если и пытаются использовать подобную технику, то им это не особо удается. Мой уровень в этом деле — это уровень мастера, я знаю об этом ремесле больше, чем остальные. Поэтому мои птички так уникальны. Мы активно сотрудничаем с правоохранительными органами и спецслужбами. Далее Фурии. Это отдел ищеек. Они заняты поиском людей, информации и еще рядом функций под заказ.

Экстра. Отдел, занимающийся особо опасной работой: поиск, спасательные миссии, внедрение в особо опасные объекты, задания, касающиеся неизбежного насилия или защиты. Это отряд силовой. Мои мечники безупречны в работе с холодным, а также стрелковым оружием. Пожалуй, это основное, что тебе необходимо знать. Теперь ты знакома практически со всеми.

Равенна остановилась у столика, взяла последний кусочек шоколадки с шуршащей фольги и задумчиво положила его в рот.

— Практически со всеми? Значит, остались сотрудники, которых я не знаю?

— Да, но об этом как-нибудь позже. Аня, хочу попросить тебя: пока мой телефон проверяют специалисты, позови ко мне Артура, мне нужно с ним поговорить с глазу, на глаз, он знает о чем.

— Хорошо.

— Он, скорее всего, на втором этаже.

— У ворон?

— Да, думаю, он там.

Когда я спустилась на второй этаж, мне не пришлось искать «мистера очарование» в фанатском кружке. Он выходил из помещения, что-то крикнув девушкам-воронам на прощание.

Я подошла к нему ближе. На этот раз не собиралась кинуть ему пару слов и удалиться, план был в другом. Дело в том, что, читая различную литературу в библиотеке Виктора Торцельберга, я натолкнулась на одну забавную книгу, которую мне разрешили забрать с собой. Книга не имела исторической ценности, так что смотритель библиотеки без зазрения совести отдал ее мне. Именно при прочтении этого шедевра у меня созрел план мести, так сказать, ответный литературный удар. Я подошла к своей новоявленной жертве.

— Артур, мне разрешили взять с собой пару книг на время обучения.

— А я тут при чем?

— Я столько полезного там нашла! Думаю, обязана с тобой этим поделиться! А. Лэнг, С. Раджа, просто гениальные женщины!

— И с каким же идиотизмом ты решила меня познакомить? — скривился Артур, скептически смотря на книгу с подозрительным названием: «Как узнать мерзавца по знаку зодиака?»

— Ты ведь у нас лев? Я должна это зачитать, информация потрясающе точная!

Мои губы потрясывало от смеха.

— Развлекайся сама, мне неинтересно.

Артур развернулся и зашагал в противоположном от меня направлении. Я тут же двинулась за ним, не отставая, зачитывала содержимое книги по пути. Благо коридор был длинный и свернуть мечнику было некуда.

— «Мизансцена. Восхитительно, с тонким вкусом обставленная гостиная в доме Льва. В комнате сидят Красавица героиня, более красивая соперница Красавицы героини и Гораздо менее привлекательный мужчина (Крайне восторженная публика также присутствует, но ее не видно.) Все трое, охваченные меланхолией, ужасно скучают по обольстительному обществу очаровательного хозяина, — смакуя каждое слово, зачитывала я. — Он на некоторое время покинул гостиную».

— Боже, ты отвяжешься или нет! Я все равно не слушаю! — недовольно кинул Артур из-за спины.

Я продолжала:

— «После двух минут тревожного ожидания двери комнаты с шумом распахиваются, и входит он Лев! С появлением великолепного и яркого Льва комната сразу же становится светлее. Лев (оглядываясь по сторонам): „Всех приветствую! Почему такие хмурые лица? Вам не хватало обольстительного общества вашего очаровательного хозяина?“»

На этих словах я разразилась громким хохотом, раскатившимся по всему коридору.

— Очень смешно, тебе заняться нечем?

Артур остановился и обернулся.

— Да нет же, подожди, это еще не все, тут столько моего любимого, не успевала подчеркивать, — я с дьявольским блеском в глазах и нежной улыбкой серийного убийцы продолжила: — Зацени вот это. «Его появлению неизменно предшествует бой барабанов, — с утрированной эпичностью зачитывала я. — Если вы пропустили приход Льва, то всегда найдете его в самом центре лучей прожектора! Льва нельзя не заметить — даже без двух ведущих представления, которые показывали бы на него с обеих сторон. Вы также должны увидеть над его головой длань ГОСПОДА, выводящую в воздухе послание, сотворенное из облаков: „Женщины, всего мира! Вот вам дар от Меня. С уважением, Господь Бог“». Классно, да?

Артур так и стоял с поднятой бровью, ожидая окончания бурной реакции на очередную ерунду.

— Жаль, что ты не оценил, думала, будешь солидарен.

— Ну что, успокоилась? Ты чего ко мне пристала сегодня? — уже спокойно спросил он. Артур снисходительно смотрел на меня, скрестив руки на груди, и уже никуда не убегал.

— На самом деле не только ради этого момента. Мне было велено передать, что Равенна ждет тебя в ее кабинете по какому-то делу, вроде ты знаешь, по какому именно.

— Ясно, — мрачно и устало сказал он.

— Ладно, мне пора, была рада тебя видеть!

Я развернулась на каблуках и отправилась в обратный путь, абсолютно довольная и счастливая.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

— Ты не представляешь! Я чуть с жизнью не рассталась из-за какой-то секретной информации о сотрудниках! — С жаром делилась я новостями с Рух, сидя в комнате фурий и вдыхая сладковатый аромат горячего, цветочного чая.

— А Артур, вы с ним поладили?

— Похоже, он ненавидит меня с каждым днем все больше! Правда, я теперь сама поддаю жару. Надоело ходить перед ним на цыпочках. Сталкиваюсь с ним чуть ли не каждый день! Думаю, тут не обошлось без Равенны. Я, если честно, так и не поняла, откуда берется его запал к нападению. Что такого я ему сделала?

Рух как-то загадочно «нырнула» в кружку, избегая моего взгляда.

— Рух?

— Что?

— Ты меня слышишь?

— Конечно.

— Мне кажется, или ты избегаешь смотреть на меня?

— Тебе показалось!

— Колись уже! Тебе что-то известно об этом?

— А что ты хочешь знать? — перешла в наступление коллега.

— Я хочу знать, что ты знаешь об этом!

— То, что я знаю, это секрет, и он не мой, я не могу его рассказать!

Я тяжело вздохнула:

— Знаешь, я, кроме тебя и Равенны, ни с кем не могу общаться. Сирин у нас загадка века, Ифрита вообще считает меня недостойной ее круга. Марка я все еще в глаза не видела, а вороны — так вообще отдельная песня. Мне скоро предстоит экзамен, однако я не уверена, что смогу остаться даже в случае успешной сдачи, если так и буду наталкиваться на непонятный в отношении меня негатив. Я очень хочу быть эффективной, но смогу ли, если половина коллектива ведет себя подобным образом? Разве это не мое дело знать, почему так?

— Я понимаю и все же не могу раскрыть тебе чужую тайну.

— Очень жаль. Похоже, Артур был прав, сказав, что я быстро вылечу отсюда.

— Он так сказал, потому что рассчитывал на это!

Мне стало очень горько от ее слов.

— Я и сама это понимаю. Завтра отпрошусь у Равенны съездить домой на пару месяцев, давно хотела, не знаю, вернусь или нет.

Я встала из-за стола, все еще расстроенная, и направилась к выходу.

— Подожди, — остановила меня Рух, — Равенна прибьет меня, если узнает, ЧТО я тебе растрепала, но ты знаешь, мне тоже со многими тяжело найти общий язык. Не хочу, чтобы ты уходила.

Я вернулась за стол.

— Я расскажу тебе кое-что. Думаю, как психолог, ты быстро прикинешь, что к чему. Сперва ответь: у тебя уже есть догадки?

Явно заинтересованная Рух изучающе смотрела на меня.

— Угадаешь, откуда мне все известно?

Коллега хитро улыбалась, намекая на то, что информация была получена не совсем законным способом.

— Что, взломала базу данных или нашла досье? — хохотнув, предположила я.

— Не угадала! Это сведения от самой Равенны!

— Равенны!? — Я не поверила своим ушам. — Но она очень осторожна! Никогда даже под страхом смерти она не выдаст чужой секрет!

— Обычно да, но был один случай: она выпила лишнего, и правда всплыла. Равенна пьяной может разоткровенничаться, если доверяет тебе. Так вот, она рассказала мне все. И как встретила парней, и как по-матерински за них переживала, и что у них там за история с семьей. Наутро она забыла о разговоре. Спрашивала, что было накануне и что мы делали. Я, помню, заверила ее тогда, что мы просто болтали о работе. Полагаю, она частично помнила, что проговорилась.

— Так и что же ты знаешь?

— А ты сама как думаешь? Мне интересно, насколько близки твои догадки.

— Я думаю, здесь может быть замешана мать. Она либо бросила Артура, либо мало интересовалась им. Или, возможно, активно придиралась к нему, что-то такое, судя по его поведению.

— Его мать покончила жизнь самоубийством, когда Артуру было восемь лет.

— Ого, — непроизвольно выпалила я. Искренне посочувствовала ему. Будучи ребенком, такое непросто пережить.

— И все бы ничего, но это он нашел ее мертвой. Никто особо не знает обстоятельств, но, похоже, женщину мучили голоса. Наверно, у нее поехала крыша. Как я знаю, замес был такой, — продолжила Рух. — Отец семейства женился, и они произвели на свет старшего сына — Марка. Затем что-то пошло не так, и супруги развелись, какое-то время Марк жил с матерью. Его отец женился повторно. На этот раз у них появился Артур, но дело также не пошло, и депрессивная мать покончила с собой. После чего отец забрал к себе и Марка.

— Только не говори, что и с матерью старшего сына что-то случилось?

— Ну, как тебе сказать, случился у его матери второй брак. И выяснилось, что отчим на дух не переносит Марка, поэтому отец забрал его к себе.

— М-да...

— Но это еще не все! Их отец сильно запил, не знаю, чем он занят сейчас, но тогда, будучи еще подростками, парни от него съехали.

— А куда?

— Как я поняла, Артур увлекался боевыми искусствами, инициативу подхватил старший брат, и они уехали в какой-то монастырь, обучаться. На этом моменте Равенна уже засыпала, я неточно поняла, куда именно. Там они провели лет десять, не меньше. Когда им было лет так по двадцать три и двадцать семь, Равенна обнаружила их в подпольном клубе. Там зарабатывают тем, что вживую махаются на мечах. Настоящих, а не бутафорских. Прикинь?

— Я даже не знала, что такое существует до сих пор!

— Учитывая, что бои на мечах занимают от силы минуты две, страшно представить, сколько противников они победили за время, что провели там. С нами парни сотрудничают около пяти лет. Смогли найти и других заказчиков, помимо Равенны, зарекомендовать себя, короче, она им неплохо помогла.

— Такое я, пожалуй, предположить не смогла бы.

— Я тоже была поражена, когда узнала.

— Теперь понятно, откуда все эти: «самоубийца» и «после нашего знакомства готов избавить себя от мучений». Шутка шуткой, но было ясно, что с парнем что-то не так. Даже не знаю, как с ним себя вести теперь.

— Веди себя как обычно! Если он или Равенна заподозрят, что ты все это знаешь, они быстро смекнут откуда, и мне влетит!

— Ой, точно!

— Вот-вот!

— Возможно, я напоминаю ему мать или что-то, с ней связанное, — словно озвучила я сама себе приговор.

— Возможно, к тому же не исключено, что его мать убила шаманская болезнь, она не приняла дар, и это плохо для нее закончилось.

— А сейчас Артур проходит что-то похожее...

— И тут ты, цепляющая его за живое.

— Думаю, подобным поведением он справляется со сложностями. Рух, мне все же ненадолго нужно уехать. Необходимо обмозговать все это и понять, как работать здесь дальше. В иной обстановке мозгу работается лучше.

— Хорошо, только возвращайся к осени.

— А почему к осени?

— Думаю, у Равенны к этому времени есть на тебя планы, она наверняка скажет о них.

— Спасибо, ты настоящий друг!

— Да уж, — саркастично заметила Рух, — и поэтому сдала начальницу, доверившуюся мне по пьяни, и друга, который все это усиленно скрывал.

— Ты рассказала мне не для того, чтобы кого-то ранить или навредить. Я ценю это и не стану использовать эти сведения ни против Артура, ни против тебя и Равенны. Спасибо большое за доверие!

— Ладно тебе, пожалуйста, — довольно отозвалась Рух.

Глава 09 Зрение Бога

Глава 9 Зрение Бога

▶︎ •၊၊||၊|။|||| | Haunted House — Nu, Acid Pauili, Feathered Sun, Raz Ohara, , Chris Schwarzwalder

Аня

Равенна стояла, скрестив руки на груди, и внимательно смотрела мне в глаза.

— Хорошо, поезжай, но с одним условием.

— Каким?

— Ты будешь среди близких и не станешь бродить непонятно где одна, хорошо? Я думаю, ты понимаешь, почему такие условия, — добавила она, садясь за рабочий стол.

— Да, разумеется, спасибо!

— Экзамен сдашь осенью, ближе к зиме, — заявила наставница. — Немного подожди, я подпишу приказ и дам тебе методичку по технике безопасности на время отпуска.

В просторном кабинете начальницы царила совсем другая обстановка, нежели обычно. Каждый раз, когда я оказывалась здесь, меня занимали какие-то неприятности, но не сегодня. Равенна подписывала приказ и, сосредоточившись, погрузилась в работу над методичкой, а я решила немного осмотреться.

Равенна сидела за красивым письменным столом. На темно-шоколадной столешнице были изображены потрясающие орнаменты в виде золотых драконов и птиц. Изящные, тонкие линии, несомненно, были созданы вручную. Кресло, характерно мужское, с кожаными и металлическими вставками, очень гармонично сочеталось с интерьером.

За спиной наставницы открывался живописный вид на могучие сосны и ели. В левой части кабинета громоздился тот самый злополучный шкаф с четырьмя сейфами. А справа находилась уютная гостевая зона.

Там стояли стеллажи с книгами, аккуратные диванчики, а на них лежали разноцветные подушки и теплый плед. Небольшой журнальный столик, орнамент которого повторял узор на рабочем столе, приютился в центре между диванчиков. Вся эта обстановка была украшена живыми цветами, свечами и кристаллами, создавая атмосферу райского уголка в стиле бохо.

Как и следовало ожидать, кабинет Равенны вместил ее любовь к птицам. Особенно к воронам. Небольшие изображения ворон попадались на подушках, мебели и даже на обложках книг, удачно подчеркивающих особый стиль кабинета.

Однако самым загадочным из всего, что окружало меня, был постамент напротив входа… в виде филина! Мне всегда казалось это необычным, ведь филин — злейший враг ворон! Поскольку впервые была в этом кабинете при благоприятных обстоятельствах, я решила узнать, что кроется за этим странным интерьерным решением.

— Скажите, пожалуйста, а почему в вашем кабинете, сразу у входа, тебя встречает филин, он ведь охотится на ворон?

— Я рада, что твой ум настолько остер, раз ты заметила это, — рассмеялась Равенна, вручая мне копию приказа и методичку. — Помнишь, я говорила, что мы по природе хищники?

— Да, помню.

— Взаимоотношения в природе «хищник — жертва» считаются уделом дикой, дремучей и неразвитой природы. Некоторые даже говорят, что животная природа в человеке — это плохо, это зло. — Начальница медленно встала и подошла к филину. — И все же, природа мудра, она не столь высокомерна, как люди. Чему нас учат взаимоотношения хищник — жертва на самом деле? — Равенна посмотрела на меня, затем перевела взгляд на своего филина. Она глядела на него так, словно он тоже был способен участвовать в разговоре. — Прежде всего это танец энергий, танец жизни и смерти. Мы всегда, так или иначе, выступаем в качестве жертвы или в качестве хищника. Даже травоядные, поедающие живое, но уже другого порядка. Мы все так или иначе, берем у жизни. Какую роль в этой пьесе играет опасный хищник? — Равенна снова перевела на меня взгляд своих лучистых карих глаз. — Прежде всего он выполняет роль учителя. Когда мы получаем урок жизни, мы можем идти вперед в развитии. Дремлющие в нас таланты пробуждаются с неистовой силой, когда самому драгоценному — жизни — угрожает смерть. Оглянись, Аня! Какое разнообразие фауны и флоры мы видим благодаря тому, что мир хочет жить! Страх перед смертью заставляет многих демонизировать врагов — тех самых хищников. Однако блеск величия определяется не только в умении отразить удар, но и в способности распознать в любой угрозе для жизни величайший урок!

— Знаете, иногда мне кажется, что вы ничего не боитесь, — отметила я, восхищаясь, наверное, самой мудрой женщиной в моем окружении.

— Если честно, я многого боюсь. Однако вместе с тем мне привычно разговаривать и со своими страхами, и со своими теневыми качествами. Когда ты вернешься и сдашь экзамен, мы приступим к дальнейшему обучению: к присвоению тени.

— Очень буду ждать, до свидания! — сказала я, покидая кабинет.

— До встречи, Аня, — ответила Равенна, улыбнувшись мне на прощание.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

Я внезапно проснулась от резкого и громкого удара. Недовольно потирая глаза, оглядела комнату в поисках источника шума. Причиной грохота оказалась всего лишь ветка, с каждым порывом ветра царапающая окно. Я окончательно пробудилась ото сна и теперь просто лежала в темноте, продолжая смотреть на танец теней на улице.

Вот уже второй месяц как я дома. Мой младший брат за это время почти не появлялся. Видела его всего раз или два, и то только на семейном ужине. Что поделать, возраст такой.

Конец августа, а я все еще не знаю, что с Рошель. Равенна ничего не говорит о ее поиске, хотя мне ясно, что работа ведется. Думаю, после сдачи экзамена я смогу более активно участвовать в поиске подруги.

Вскоре мне стало скучно. Я решила прогуляться недалеко от дома, раз уж сна ни в одном глазу. Здесь, в родных краях, просто чудесная природа и воздух. Множество лугов, душистые травы и небольшая чистая речка, бегущая вблизи туманных гор. Накинув кардиган поверх пижамы, я спустилась на кухню за кружечкой какао. Луна из кухонного окна светила так ярко, что свет не нужно включать, да и не хотелось. Я поставила турку на плиту и, сварив напиток, вышла на улицу.

Горячая кружка приятно согревала руки, когда я направлялась к свежему ночному воздуху. Несмотря на сильный порывистый ветер, на улице было довольно тепло и приятно. Мне захотелось пройтись босиком по холодной траве. Это действительно недооцененное удовольствие: гулять так под звездами с кружечкой вкуснятины, дыша травами и ночью... Ветер, теплый и приятный, закружил в веселый танец мои волосы. Вокруг ни души, только умиротворяющие звуки живой природы и пение ночных обитателей.

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |С каждым порывом ветра я жадно вдыхала свежий цветочный аромат и устремлялась все дальше в ночь, к речке. Вокруг было дивно. Луна полным диском возвышалась над водой, подсвечивая быстрое течение. Река, словно живая, переливалась и танцевала, радуя ночных обитателей мерцающим отражением Селены и звезд. Однако насладиться этим зрелищем не получилось: я заметила некое движение, тень, что двигалась вдоль деревьев, слева от меня. Стало немного не по себе. Я остановилась, пытаясь разглядеть, что мелькает в ночи. Двигалась тень на удивление легко и грациозно. Я даже подумала, что это бежит девушка. Что за чушь?! Покахонтас в темном лесу ночью? Что только мозг не выдаст, не видя картины целиком и напуганный тьмой.

Я прошла еще несколько метров в сторону реки, когда начала замечать то, что никак не могла объяснить. В траве появилось свечение. Оно становилось все ярче и ярче, пока я не заметила рой небольших змеек. Они переливались в мягком лунном сиянии, точно маленькие ручейки, сделанные из света. Я присела, пытаясь разглядеть их поближе: хотела понять, что это за существа. В наших краях ядовитые змеи — это редкость, к тому же эти больше походили на блики, чем на реальных змей. Я так и не поняла, что это за странный феномен, как вдруг почувствовала, словно на меня пролился свет множества огней откуда-то сверху. Подняла голову и увидела, что меня теперь окружает потрясающая ночная феерия света и тени. Вокруг мерцали насекомые, странные огни, а ветер будто бы доносил мужской и женский шепот.

Загадочные голоса не принадлежали этому миру. Они пронизывали все пространство... И все это ничто по сравнению с тем, что я увидела над журчащей, потревоженной кем-то крупным, водой. Лунная дорожка начала рябить, и передо мной предстало невероятное! Я подбежала к реке и теперь могла разглядеть потрясающее создание до мельчайших деталей.

Он медленно поднимался ввысь из разлитого по воде лунного сияния. Извивался в синеве ночи и с каждым движением становился все более завораживающим. Длинное чешуйчатое тело взмывало в воздух, словно невесомое. На голове у него были ветвистые крупные рога, немного похожие на оленьи, только лучились они голубоватым светом. Никак не могла насмотреться, настолько он был прекрасен. И тут он повернулся ко мне, и я уставилась в его красивенные большие глаза, не в силах отвести взгляда.

Это был Дракон. Он будто сошел с китайских гравюр и свитков. Дракон долго смотрел на меня, отчего перехватывало дух. Даже если это наваждение или сон, я не хотела рушить его: настолько это было прекрасно! У Дракона был удивительный глубокий и одновременно пронизывающий взгляд. Казалось, он читает мои мысли. Он предстал передо мной удивительно спокойным существом, производил впечатление могущества и силы, настолько древней, что казалось, он старше звезд. Не знаю, как долго мы простояли так. Я просто смотрела ему в глаза, а он смотрел в мои, возвышаясь над рекой в воздухе и сияя тысячей ярчайших звезд...

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

Как я вернулась домой после пережитого, не помню. Откровенно говоря, мне уже стало казаться, что ночное приключение — просто сон.

Под конец отпуска, попрощавшись с отцом и братом, направлялась обратно, в свой уже родной таунхаус. Кота пришлось тащить с собой, так что теперь он нудно мяукал, время от времени возмущаясь очередному приключению в машине.

Я ехала поздно вечером, намереваясь окунуться в рабочую атмосферу через день.

Осталось всего каких-то двадцать четыре часика от моего отпуска, и я планировала отлично провести это время.

Подъехав к знакомым домикам, вышла из машины и уже через минуту раздевалась в своей уютной квартире. Пока снимала куртку, вдруг почувствовала странный холодок по ногам, как будто забыла закрыть окно.

— Бр-р-р, что-то холодновато уже становится!

Я подошла к окну, чтобы проверить его, после чего дернула ручку балкона и обнаружила, что все везде плотно закрыто.

— Странно. Холод исчез. Ладно, вероятно, показалось.

Я не стала придавать этому какое-то значение, слишком уж устала, чтобы разбираться. Быстро переоделась в теплое и уютное домашнее одеяние.

Весь вечер я занималась невесть чем, а после, сама того не заметив, заснула с мангой в руках.

Проснувшись часиков в одиннадцать утра, обнаружила, что утро не очень-то и доброе, скорее, мерзенькое и унылое.

— Свет меркнет, — в притворно-драматичной манере выдала я, пародируя одну из сцен «Властелина Колец». — И вот такой меня ждет последний день отпуска? Какой-то непричесанный совсем!

По привычке набросив на себя халат, залетела в любимые тапочки-фламинго и пошла за утренним кофе. Краем глаза заметила, что кот странно себя ведет. Ставя турку на плиту, по страусиному вытянула шею, чтобы получше видеть, что он там делает. А кот в это время смотрел в открытую ванную, да так, будто там происходило что-то, заслуживающее его пристального внимания. Кот периодически мяукал, действуя мне на нервы.

— Пират, ну неужели эта муха всему виной? — громко сказала, пока готовила напиток. — Пожалуйста, угомонись!

Орать и правда перестал, но так и продолжил сидеть у ванны, всматриваясь в пустоту. Я взяла готовый кофе и пошла проверить, что так занимает моего питомца. Ничего интересного там не нашла. Вернее, там не было ничего, на что можно так смотреть!

— Блин, животные — такие чудаки!

Я оставила Пирата на своем «посту», а сама занялась чем-то более интересным.

По прошествии нескольких часов решила немного поплескаться в горячей ванне. Взяла с собой ароматный цветочный чай, вкусности и радостно направилась навстречу неге и чистоте, но так и не дошла, потому как буквально замерла в тщетной попытке найти логичное объяснение тому, что увидела!

Предо мной открылся просто «потрясающий вид»! В моей ванне, расслабленно откинув голову назад и рассматривая что-то на потолке, лежал одетый в черный костюм… мужчина!

«ЧТО ЭТО ЗА МУЖИК?!» — пульсировало в голове. Я просто оторопела, так и застряла в дверях. В моей абсолютно пустой ванне валялся какой-то парень, при этом со спины у него что-то светилось. Присмотревшись, увидела нечто белое, в перьях! Божечки, крылья! — догадалась я. — Серьезно, крылья? Так-так, что с мозгом? — попыталась я взять ситуацию под контроль и рассуждать логически. — Надо мной решили подшутить? Тогда как и когда он вошел? Я заперта изнутри и все время была здесь! Галлюцинация? Курить или употреблять запрещенные вещества не доводилось, да и подозрительных продуктов не ела и недосыпом теперь не страдаю, откуда такое нарисовалось?

Мой мыслительный диалог прервал заметивший меня мужчина. Он лучезарно улыбнулся и в самой непринужденной манере выдал:

— О! Привет, Ань, как жизнь? Ты меня видишь, наконец? У тебя нелады с лампочкой, она мигает, надо бы ее заменить.

Первое, что я смогла выдавить, было:

— Э-э-э, что вы делаете в моей ванной? И кто вы, черт возьми, такой?

— А, да, ты, наверное, не в курсе, в твоей ванне я бываю частенько! Мне вот интересно, смертным так нравится лежать в ней, потому что это занятная альтернатива кровати или потому что это напоминает утробу матери? Детские воспоминания там и все такое.

Пока он болтал, я попыталась привести мысли в порядок.

— Ты не ответила на вопрос! — прервав мои героические потуги разобраться в происходящем, промолвил странный гость. Он смотрел на меня как дитя малое: добродушно и неуместно вдохновенно.

— Вы тоже не ответили на мой, — тут же ретировалась я.

— А, да? Ну-у-у, скажем так, я твой хранитель, меня зовут Алеесэль, но ты можешь называть меня Алес. Приятно познакомиться, Аня!

Мгновение, и он уже стоял на полу в ванной. Мужчина, назвавшийся Алесом, приветливо улыбался. Я замерла, словно зачарованная.

Лицо, конечно, офигенно красивое: белоснежная кожа, безупречные немного вытянутые лазурные глаза, прямой нос, губы и форма лица как у Киану Ривза, короче, самые что ни на есть правильные черты. Похоже, не только крылья, весь он немного светится, но... Кажется, крыша окончательно поехала...

— Да не-е, чушь все это! — вдруг выпалил нежданный гость.

— О чем это вы?

— Про то, что крыша едет, нет, просто открылось ясновидение, поэтому ты меня видишь.

С этими словами Алес стремительно покинул ванную комнату, виртуозно обогнув меня, застывшую на проходе, и поперся в гостиную. Я только и могла, что молчать и смотреть, как крылатый гость завалился на диван, прихватив со стола крекер, и так по-свойски, будто это обычное дело. Может это дикий сон, вызванный чрезмерным просмотром аниме и чтением дурацких женских романов?

— Да, не-е-ет же, — снова протянул непонятно к чему он.

— Вы сами с собой беседуйте?

— Да это я тебе, глупышка, ты так шумно думаешь.

Алес с громким хрустом надкусил печенье.

— Не сыпьте на диван! И вообще, покиньте, пожалуйста, помещение! — немного набравшись смелости, решительно заявила я.

— Почему?

Лицо у него было до невозможности удивленное.

— Эта квартира — практически мой дом. За что?

— Как это ВАШ дом?

— Слушай, давай на ты!

— Ну уж нет, это какая-то злая шутка? Уходите!

— Ладно, что ты так сразу! — ответил странный гость.

Алес расстроено встал с дивана. И ушел. Вернее, просто исчез, даже чертового крекера на диване не осталось! Исчез так резко, будто его и не было!

— И что это было?! — уже в пустой квартире выпалила я.

Эпичный финал трудной недели. Пожалуй, надо показаться врачу…

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

По заданию Равенны я стояла холодным туманным утром у подножия лестницы «Черной Гарпии», согревая дыханием озябшие пальцы. Наставница уточнила, что работа связана с Рошель: оказывается, девушка вела личный дневник. Пока ожидала Марка, вспомнились все самые странные события этой недели. Вряд ли это психические нарушения, — размышляла я, наблюдая за туманной дымкой над соснами. — Это может быть проявлением так называемого духовного кризиса, описанного тем же Грофом. Не волнуйся на пустом месте, Аня. Настроение и так ни к черту, — уговаривала себя, «предвкушая» встречу с сотрудником, который вряд ли мог мне понравиться.

Про Марка рассказывали только хорошее. Воспитан, умен, очень бережен к женщинам и, разумеется, красив как Бог. Ага, про Артура, помнится, тоже говорили, что он галантен до чертиков, а по итогу…, — нервно переминаясь с ноги на ногу, я пожалела, что не оделась потеплее. — Черт, совсем легко оделась! Судорожно прижимая к себе теплый палантин, я в красках представила, как было бы дивно оказаться где-нибудь в чилли у горящего камина с кружечкой ароматного какао.

— Прошу прощения, я немного задержался, давно ждешь?

Усиленно кутаясь в свой платок, словно дряхлеющая бабулька, я и не заметила, как ко мне кто-то подошел. Это был высоченный мужчина с улыбкой, которой стоило бы дать тысячу баллов по стобалльной шкале. Темноволосый, заметно более брутальный и размашистый в плечах, чем его брат, — второй из двух легендарных мечников «Черной Гарпии», смотрел на меня открыто и приветливо. На нем было длинное шерстяное пальто, которое ему очень шло.

— Не скрою, я пришла немного раньше.

— Вижу, ты замерзла, идем в машину. Меня зовут Марк, — представился он по дороге к стоянке.

— Да, очень приятно, я...

— Анна, мне Равенна про тебя все уши прожужжала, — доброжелательно сказал мужчина.

— Ой, надеюсь, это было приятное жужжание?

— О да, весьма лестное.

Марк оказался располагающим к себе человеком. По манере держаться и внешности он немного напоминал мне моего дядю.

Когда мы сели в автомобиль, Марк спросил:

— Что тебе Равенна рассказала о нашем задании?

— Она только сказала, что ты возвращаешься с задания, и мы идем с тобой за дневником Рошель. Но суть задания или зачем я нужна, не знаю.

— О том, что у похищенной был дневник, я узнал из неожиданного источника — благодаря коллеги, с которым она плотно общалась перед исчезновением, — говорил Марк, выезжая со стоянки. — Равенна как-то была у твоей подруги дома и ничего там не нашла. Мы с тобой едем в одно место, и очень может быть, оно откроет нам тайну дневника, а значит, и возможного похитителя.

— А можно узнать подробности?

— Да, поясню свою мысль. Нам нет смысла ехать домой к твоей подруге за дневником. Ведь его там давно нет. Поэтому Равенна и не смогла найти ничего ценного. Думаю, его забрали вместе с девушкой. Дело в том, что охотники обязаны предоставить к отчетам доказательства. Такие вещи, как личные дневники, охотно пускают в дело. Когда охотник выслеживает будущий потенциал — так называют людей, способности которых будут использоваться покупателем, — пояснил Марк и с неожиданной для сурового мечника мягкостью посмотрел на меня, — ему нужно параллельно собирать доказательства того, что это не просто догадки. Это делается, чтобы доказать заказчику, что перед ним действительно человек со способностями. Шикарным подарком является наличие у потенциала личного дневника, по которому хедхантер быстро находит нужные маркеры.

— Получается, дневник — это такой джекпот для хедхантера?

— Или флеш-рояль, если мы играем с конкурентами в «охотничий покер», — согласился Марк и растянул губы в понимающей, но слегка зловещей улыбке. Мечник оказался не только прекрасным собеседником, но и, очевидно, привлекательным человеком. Я украдкой поглядывала на него. Марку повезло смотреть на мир ясными светло-голубыми глазами, чем он сильно отличался от своего брата с вечно холодным “металлическим” взглядом. Он обладал эталонно мужественным, харизматичным лицом. Наблюдая за ним, я отметила идеальный греческий нос и красивый профиль. Когда Марк поворачивался ко мне и что-то говорил, я порой теряла нить разговора, пока беззастенчиво наслаждалась его выразительными высокими скулами и улыбкой с едва уловимым оттенком демонического коварства. Легкая щетина добавляла Марку шарма. Такой человек вряд ли оставлял дамочек равнодушными. Да-а-а, генофонд у братьев что надо.

Понятно, почему Рух и Равенна говорили, что братья как денежки — всем нравятся.

— Ань, ты меня слушаешь?

— Да, да, я слушаю!

— Когда доказательств находится достаточно, человека или похищают, или начинают с ним переговоры о сотрудничестве.

— То есть дневники помогают доказать, что человек и правда ценен, чтобы за него заплатить.

— Именно, — подтвердил Марк. — Поэтому нам так важно достать этот дневник. Если твою подругу и правда похитил хедхантер, то, скорее всего, дневник находится там, где я думаю.

— А что это за место?

— Считается, что это обычное складское помещение. На деле же это хранилище, в котором охотники и организации прячут опасные вещи. Опасные в качестве компромата. Стоит обнаружить такие, и охотника или организацию ждут серьезные неприятности. Никто не хотел бы, чтобы его обвинили в похищении. И все же уничтожать подобные улики — удовольствие дорогое, они ценны даже после похищения потенциала. Вот и лежат на складе опасные охотничьи трофеи. В нашем городе есть только одно такое место. Туда мы и направляемся.

— А как мы объясним, что нам нужно? Неужели нам так просто отдадут этот дневник?

— Для этого мне и нужна твоя помощь. Необходимо точно знать, что запрашиваешь, иначе дневника нам не видать. К тому же стоит какой-либо вещи туда попасть, взять ее на руки уже будет стоить денег, даже тому, кто ее туда определил. Так что за аренду этих материалов мы заплатим немалую сумму.

— М-да, вот так живешь-живешь и не знаешь, как твой дневник может начать вдруг бешеных денег стоить, не говоря о том, какую роковую роль он сыграет в жизни.

— Да, это так.

— Но послушай, я не читала ее дневник, понятия не имею, о чем она пишет!

— Когда охотник сдает предмет, ему выдается идентификационный номер, которого мы с тобой знать не можем. Но есть лазейка для книг, записных книжек, дневников и прочей содержащей текст объектов. Помимо номера, к ним присваивают еще и тезисы, на случай, если неудачник-хедхантер забыл идентификационный номер объекта. Тезисы кратко излагают, что есть внутри этого документа. По итогу нужно будет сказать имя владельца дневника и тезисы.

— Ты хочешь, чтобы я догадалась, о чем она писала?

— Еще как хочу, — с улыбкой подтвердил Марк. — Единственный человек, который может это сделать, — ты. Коллега Рошель, про которого я упоминал, знал так мало, что его сведений не хватило для получения дневника.

— Вот черт, а если я не догадаюсь, о чем она писала?

— Значит, дневник мы не получим, — пожал плечами Марк.

— Вот засада!

Марк красиво и звучно рассмеялся:

— Как есть, я думаю, тебе стоит заранее хорошенько подумать, о чем она могла писать.

Марк говорил легко и по-приятельски, будто давным-давно меня знает. Незаметно мы миновали любимую часть пути: горную дорогу с крутым обрывом, необъятным бушующим морем, а также небом, которое всегда выглядело по-разному, но неизменно чудесно. Теперь алый автомобиль прозаично вез нас по городской трассе, окруженной хвойным лесом. Я немного расстроилась, что так увлеклась разговором, что все пропустила, но сейчас было не до этого. Важно хорошенько подумать, что могло быть в дневнике Рошель.

— Хм-м, она наверняка что-то писала про свою депрессию и бессонницу. Это мучило ее.

— Отлично, что еще?

— Еще?

— Нам нужно тщательно продумать множество разных вариантов и выбрать самые убедительные. Если ошибемся, дневника нам не видать.

— Получается, мы выдаем себя за похитителей?

— Или за покупателей информации. Хедхантер мог продать нам информацию об этом объекте.

— Боже, как все сложно!

— Как есть. Ну так что? Есть идеи?

— Дай подумать. Она наверняка что-то писала про бабушку. Она часто про нее говорила и про, про... Не знаю, ладно, возможно там есть что-то про защитника, которого мы ей нашли.

— Защитника?

— Да, на консультации мы отправились в некое подобие шаманского путешествия, там она обрела защиту.

— Любопытный метод решать проблемы.

— Я не ортодокс в психологии, объединяю множество разных подходов.

— Мы приехали, — объявил Марк

Автомобиль остановился у невзрачного двухэтажного здания, одиноко стоящего где-то в лесной глуши на подъезде к Тарвему. Мне даже сперва показалось, что склад заброшен — краска на стенах, судя по цветам от желтушно-белого до кирпично-оранжевого, накладывалась в разное время и теперь облазила хлопьями слой за слоем. Окна оказались грязными и пыльными, невозможно было разглядеть, что за ними.

— Это и есть склад крутых хедхантеров?

— А зачем ему быть красивым? Сюда девушек на свидание не водят. Архиву не следует привлекать к себе излишнее внимание, идем.

Мы подошли к складу, и Марк открыл передо мной дверь. Та с мерзким скрипом медленно поддалась.

Внутри мы увидели что-то вроде приветственной стойки. В помещении было темно и душно. Комната тускло освещалась благодаря единственному окну, свет от которого не слишком успешно продирался через вековой слой грязи. За стойкой оказалось пусто. Марк подошел к ней вплотную и нажал на серый от пыли колокольчик. Из-за дверей показался невзрачного вида человек. Он выглядел совершенно ординарно в своих старых брюках, непрезентабельной стоптанной обуви и темно-коричневом жилете, из-под которого уныло топорщилась мышиного цвета льняная рубашка. На лице мужчины грузно восседали очки в роговой оправе, делая его похожим на мрачного библиотекаря. На вид ему было лет шестьдесят. Старик был очень худым, отчего морщины еще явственнее врезались в его кожу. По их рисунку можно сказать, что это привыкший думать человек. Тонкие губы сжимались в напряженном молчании, словно ему требовались усилия, чтобы не болтать лишнего.

— Добрый день, — поздоровался со встретившим нас «библиотекарем» Марк, — нам нужен объект, идентификацию, к несчастью, утеряли, можем ли мы воспользоваться тезисами?

— Думаю да, — нехотя, с сонной хрипотцой ответил он.

— Отлично, я сегодня с напарницей, — в приподнятом настроении сказал Марк и приобнял меня за плечи.

— Я понял.

Мужчина в роговых очках перевел на меня взгляд и прохрипел:

— Что это за объект?

— Это дневник молодой женщины.

— Какой именно? — скучающим тоном уточнил «библиотекарь».

— Рошель Константиновна Ланская, в дневнике было что-то про кошмары, про депрессию.

Ординарный тип, к моему большому удивлению, достал навороченный планшет. В этом богом забытом месте такой современный предмет выглядел странно.

— Про кошмары есть, про депрессию нет, — ответил он, водя пальцем по экрану.

— Хорошо, — обрадовалась я.

Стоп. Про кошмары есть, про депрессию нет. Так их тут может быть несколько!

— Ой, простите! Я тут немного перенервничала, совсем забыла! Один, да, про кошмары, второй описывает ее любовные перипетии на работе, драматичные переживания по их поводу и все такое, — ни с того, ни с сего выпалила я.

В машине не размышляла над таким вариантом, но сейчас была уверена, что попала точно в цель.

— Минуточку.

Библиотекарь проверял мои данные.

— Да, есть. Сейчас принесу.

Библиотекарь медленно заковылял к дверям. Стоило ему уйти, я облегченно выдохнула. Марк вопросительно посмотрел на меня.

— Потом расскажу, — сказала шепотом.

Старик вернулся с шестью дневниками в руках. Мне стоило усилий, чтобы не расхохотаться. Похоже, Рошель настрочила внушительную любовную эпопею.

— Вы намерены забрать их все или какой-то конкретный ищите?

— Нам нужны все, — за меня ответил Марк. — Выставите, пожалуйста, счет. Аня, спасибо, можешь идти и садиться в машину, — тихо сказал он, наклонившись ко мне.

Похоже, мой напарник боялся, вдруг меня и правда разберет здесь хохот, что навлечет ненужные подозрения.

Вернулся Марк с кипой дневников через несколько минут.

— Ну ты сильна, — рассмеялся он. — А что раньше не догадалась об этом?

— Я просто вспомнила, как Рошель однажды вскользь упомянула про свою любовную драму. Зная ее скрытый характер, догадалась, что она, скорее всего, никому не рассказывала о своей влюбленности. А если чувства и правда сильные, высока вероятность, что дневники знают о них.

— Бедная девушка, так скрывать все свои чувства, чтобы потом их узнала целая дюжина охотников, — посочувствовал ей Марк. — Тем не менее я тебя поздравляю. Мы забрали их все!

— Я рада, что смогла быть полезной! Тем более я так переживала, как пройдет наше задание!

— Почему?

— Я не очень лажу с твоим братом, боялась, что и с тобой не смогу найти общий язык

— Хм-м, серьезно?

— Ты реагируешь как Рух, — сокрушалась я. — Да, серьезно! Он очень груб со мной!

— Не похоже на него. Такой он только с теми, кто ему порядком надоел, — шутливо прошептал он, чуть наклонившись ко мне, словно нас могли подслушать, — но это большой секрет. Не говори, что это я его сдал, — заговорщически продолжил Марк.

— Ладно, — улыбнулась я. Хотя об этом факте про его брата и сама догадывалась.

Марк отвез меня до дома и еще раз поблагодарил за помощь. Я вышла из новенькой ярко-алой машины и, помахав на прощание, отправилась по каменистой узкой тропинке, ведущей в любимый таунхаус.

Так странно… Два брата, как луна и солнце, отличные друг от друга. Подозреваю, эти двое еще не раз меня удивят.

Глава 10 Воспоминания Рошель

Глава 10 Воспоминания Рошель

Марк сидел в громоздком старинном кресле у горящего камина. На журнальном столике лежали новые трофеи — дневники, которые он вместе с Аней получил накануне. Те самые, что должны пролить свет на местоположение Рошель. Марк сосредоточенно читал один из дневников, аппетитно хрустя сочным зеленым яблоком.

— Обложка с лисичкой? Что за криминальное чтиво?

В хризантемный зал вошел Артур.

— Что ты здесь забыл?

— Да так, решил навестить старшего брата. Мне сказали, что ты тут. Неужто дома не читается? Уже прячешься от бывшей?

— Многовато у тебя вопросов, — уклончиво обронил Марк и снова погрузился в чтение.

— Это ведь писанина пропавшей девушки? Колись, есть там что интересное?

Артур уселся в кресле рядом с братом и уставился на внушительную кипу дневников. Затем перевел взгляд на тот, что был в руках Марка.

— Я только начал. Женских дневников до этого момента изучать не приходилось. Ощущение, словно я внимательно разглядываю изящное и несвежее дамское бельишко, — вкрадчиво заметил Марк.

Артур загоготал:

— Что, так плохо пишет?

— Не совсем. Она довольно депрессивна, хотя надо отдать ей должное: в описании достаточно изысканный слог. По-видимому, Рошель неглупа. И все же, накал эмоций порой такой, что где-то на фоне должна надрывно подвывать душещипательная скрипка. Меня одолевает ощущение чего-то излишне драматичного, слащавого, как из женского романа. Я не поклонник подобных излияний.

— На этой работе чего только не приходится изучать! — с жаром подхватил Артур. — А дай почитать?

Он резко потянулся за дневником. Марк, предугадав это, отвел руку в сторону.

— Чтобы ты ржал как конь над каждым словом, а потом использовал это, чтобы постебать над Аней?

— Черт, как ты понял? — негодовал Артур.

— Ты предсказуем, — без обиняков выдал Марк.

Артур недовольно скривился.

— Ладно, наслаждайся своими трусами в одиночестве, — обиженно сказал ему брат, — у меня еще дела, до встречи.

— Пока, — бросил Марк, откусывая добротный кусок от яблока и не отрывая напряженного взгляда от дневника.

Мечник еще внимательнее погрузился в чтение, особенно в те моменты, где хэдхантер пометил выделителем.

Марк начал изучение материалов с самых важных пометок и постепенно продвигался к менее значимым. Очевидно, пометки делались в то время, когда дневники прилагались к отчетам, так что цветовая маркировка заметно упрощала дело. Однако стоило прочитать все, что написала Рошель. Ведь нужные детали могли скрываться где угодно даже от пытливого взгляда профессионального охотника.

Заметки из дневника

24 июля

Я пришла домой очень поздно. День выдался тяжелым и нудным, так что мне просто хотелось отдохнуть и расслабиться. Я решила выключить все лампы и оставить только уютную горящую золотом гирлянду. Маленькие огоньки мягко подсвечивали любимые вещи: книги на полках, камни и кристаллы, мои картины и дорогие сердцу игрушки из шерсти. Я люблю такие моменты. Они не запоминаются, но если удалось заполнить ими жизнь, то ощущение внутреннего благополучия становится явственнее. Я наполнила диффузор маслом лаванды и зажгла свечи. Из распахнутого окна теплый ветер врывался в комнату, принося ароматы ночного неба и дыхание звезд. Я целый час плескалась в ванне, а затем упала в кровать на мягкую, пахнущую лавандой подушку.

Стоило закрыть глаза, как я уже стояла посреди бамбукового леса. Вокруг ни души, только мелодичное пение птиц. Оглядев себя, с удивлением заметила, что одежда на мне весьма необычная.

Наряд, похожий на тот, что носят в азиатских странах, кимоно или ханьфу — что-то в этом роде. В руках я держала странную штуковину в виде жезла, увешанного множеством золотых колокольчиков. Они красиво звенели и переливались в свете солнца.

Бамбуковый лес оказался не таким, как родные леса моей родины. Он выглядел бесконечно высоким и пах дождем. Уверенно и быстро я направилась в сторону деревень. Минуточку! А откуда я знаю, что именно в той стороне деревни?

Словно дух, я попала в чужое тело и не могла управлять им, только наблюдала со стороны.

Наконец, вышла на просторную поляну и полной грудью вдохнула свежий воздух. Мне хотелось наполнить им каждую клеточку тела. Я любовалась видом и не спешила. Высокая трава колыхалась на ветру, а вдалеке тихо журчала неширокая извилистая река, переливаясь на солнце. Это было похоже на сказку.

Я подошла к небольшому ручейку и стала вглядываться в солнечные блики на бурлящей воде. Наконец, увидела то, ради чего пришла.

Кто-то или что-то темное мелькало в реке, а потом стало скользить меж деревьев и кустарников. Нечто не было ни человеком, ни животным. Больше напоминало странную тень или дым. Синеватая тень начала разрастаться. Я спокойно смотрела, как она расширяется, охватывая все большую территорию. Она окрасила воду, отчего та стала темнее. Трава мгновенно примялась, словно под весом кого-то тяжелого, а птицы разлетелись прочь. Я и не заметила, как солнце стало скрываться за тучами, будто испугалось чего-то.

— Ты пришел за мной?

Мой голос звенел от напряжения. Непривычно мелодичный и женственный, он лился, как сама река. Синяя тень начала клубиться, становясь похожей на очертания человека. Должна сказать, я не знаю, в какой момент уже смотрела не на тень, а на… мужчину.

И почему мне померещилась какая-то тень, это же просто человек?

Передо мной стоял высокий, широкоплечий воин. Его удивительные, раскосые голубые глаза со скучающим, но немного колким взглядом завораживали. Одет он был в традиционное кимоно. Воин не был похож на обычного местного парня, хотя скулы и разрез глаз выдавали в нем азиатскую кровь. Такие белоснежные волосы, бледную кожу, что почти светилась и казалась полупрозрачной, приличнее было бы иметь девушке, чем человеку с катаной.

Он внимательно посмотрел в мои глаза и…

Я резко проснулась, ощущая, как сердце бешено колотится в груди. Был час ночи. Окно по-прежнему открыто, и за то время, пока я спала, ветер так и не угомонился. Я сонно наблюдала за тем, как тюль медленно поднимается и опускается, словно повторяя мое собственное дыхание. Странные сны — снова мои спутники. Да и ощущения теперь весьма реальны. С этой мыслью я снова легла на подушку и крепко уснула.

Хм-м, весьма реалистичные мистические сны. Задел на индикаторы B, J и K. Нужно поискать еще корреляции.

Марк приклеил стикер-закладку к прочитанному месту, подписав его: «Предположительно B, J, K».

Если найдутся подтверждения, можно прикинуть, что за способность у девушки и кому гипотетически ее потенциал мог понадобиться.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

В просторном зале, погруженном в полумрак, сидели двое. Перед ними на широком экране проигрывалась видеозапись. Мужчины, редко переговариваясь, наблюдали за происходящим и потягивали крепкий алкогольный напиток. Внезапно комнату залил яркий свет — появился человек в костюме. Вошедший закрыл за собой дверь и осмотрелся.

— Добрый вечер, господа!

— Грегор! Добрый вечер! Какой приятный сюрприз, ты с новостями? А мы обмываем новый потенциал! — воскликнул мужчина и вышел из тени.

Он держал бокал с виски и довольно улыбался. Это был поджарый, крепкий старик, который, несмотря на возраст и обилие морщин на лице, вел себя не менее энергично, чем это мог бы делать человек средних лет. Глаза довольно светились. Хищная, с идеальным рядом зубов, улыбка, освещаемая неравномерным бликующим светом экрана, делала старика похожим на умного злобного мага, предпочитавшего мировое господство всем другим развлечениям.

— Держи, отметь с нами это событие, — он протянул гостю бокал со спиртным.

— Нет, спасибо.

Похоже, вошедший не стремился присоединиться к празднованию.

— Грегор, она чертовски многообещающая, ты должен ее увидеть! — довольно говорил старик, подливая себе виски.

— Не хотел наступать на горло вашей песне, но хороших новостей у меня для вас нет,— мрачно начал Грегор.

Он уселся в одно из кресел напротив светящегося экрана, где Мария и Рошель что-то беззвучно обсуждали.

— А в чем дело? — низким басом спросил молодой мужчина. Он повернулся к гостю. На бледном, но прекрасном лице застыло враждебное выражение. Несмотря на полумрак, было видно, как тревога прорезала две морщинки меж густых темных бровей. Молодой человек выглядел едва ли на двадцать лет и странно контрастировал со здешней обстановкой. Но еще более странно выглядел жест старого «матерого волка», любезно протягивающего бокал со спиртным как равному.

— Случилось то, что я выяснил сильно больше, чем рассчитывал, — ответил уставший гость и посмотрел на экран. Затем он перевел взгляд на пожилого «мага». Тот уже затягивал сигару, довольно раскинувшись в кресле.

— Григорий, Вам придется убить потенциал А456.

— Что?! — старик закашлялся, поперхнувшись дымом.

— Даже не мечтай! — злобно процедил молодой человек, бросив на Грегора яростный взгляд.

— Сейчас поясню свою мысль. Как вы отлично помните, весной этого года буквально сразу после похищения А456 стали гибнуть охотники. Я долго не мог понять, что связывало эти смерти, если такая связь вообще существовала, и кто это делал. Оказалось, погибали все охотники, знавшие про потенциал А456, а также один некрупный заказчик, пронюхавший что-то важное об этом деле. Он также был заинтересован в получении девушки. Ваш конкурент пытался перехватить ее на одной из станций, как вы помните.

— Да, это была неубедительная попытка. Неудивительно, что его убрали. Видно, заказчик был мелкой рыбешкой и заплыл не в тот пруд.

Пожилой глава «Омеги» недобро усмехнулся.

— Согласен, однако Господин Сет, у которого был эксклюзивный контракт с вами на предоставление сведений о потенциале А456, сделал ход конем. Он знал, с какими акулами имеет дело. И все же решил рискнуть, ведь вы оказались ему не столь полезны. «Омега» удовлетворила не все его требования, верно?

— Да, он запросил «блистательный выход» в качестве оплаты, — прохрипел Григорий и сделал очередную затяжку. Дым, что он выдыхал, поднимался к потолку и густым туманом застилал происходящее на экране. — Но это чересчур самонадеянно. Мы не могли быть уверены в его информации, к тому же нам невыгодно обеспечивать его пенсию и защиту после выполнения обязательств по контракту, пока у нас на руках недоизученный полуфабрикат.

Пожилой глава вновь поднес к губам дымящуюся сигару, мрачно посмотрев на Грегора.

— Возможно, ВЫ не могли быть уверены, однако кто-то очень крупный смог. В ваших отчетах указаны всего четыре индикатора, присвоенные потенциалу, но отчет, что Сет продал конкурентам за денежное вознаграждение и за «блистательный выход», содержит еще один, который круто меняет дело и станет проблемой для всех нас в будущем. Сет выходит из игры, ему все равно, какой раздрай из-за него начнется, — недовольно отметил Грегор.

— Он нарушил условия эксклюзивного контракта за «блистательный выход»?

— Да, у него был козырь в рукаве, и он им воспользовался.

Тяжелый взгляд Грегора остановился на главе «Омеги».

— Что еще за козырь в рукаве? Только три компании, помимо нашей, могли потянуть обеспечение защиты охотника по контракту «блистательного выхода». По-вашему, ее попытался перехватить один из наших партнеров?! — внезапно спросил молодой мужчина, испытывающе глядя на гостя.

— Рошель Константиновна Ланская проходит по индикатору dionysian, согласно добытым мной сведениям. И об этом знает кто-то из ваших крупных конкурентов, не партнеров. В бизнесе, как вы понимаете, друзья запросто могут стать врагами. А эти ребята владеют сведениями о вашем потенциале, гораздо более значимыми, чем вы могли бы подумать, и предпочитают это скрывать.

Когда до охотников дошел слушок, что кто-то оплатил «блистательный выход», им стало любопытно, какая информация столько стоит. Поскольку компания заплатила дорого за доступ к таким сведениям, она не собиралась делиться. Эти ублюдки методично убивали охотников, подобравшихся слишком близко к правде. Кто именно это делает, установить не удалось, но, очевидно, это кто-то о-о-о-очень большой, под стать вам, — лениво отметил Грегор.

— И как же они поняли, что охотники подобрались близко к правде?

— Они установили приманку. После каждой смерти охотника они забирали добытые им дневники девушки и отправляли их в архив. Подкупили смотрителя, а он сообщал им, кто пришел за дневниками этого потенциала. Так они находили тех, кто знал достаточно, чтобы получить дневник, и знал что-то, что позволяло его приобрести, а это немало. Каждый раз они убивали того, кто пришел за дневником, или держал его при себе.

Так что эти смерти не прекратятся, пока жив потенциал, сожалению, но я не вижу другого выхода, кроме ее устранения…

— Так отберите дневники, спрячьте или уничтожьте их!

Молодой человек вскочил со своего места. Бледное лицо исказила ледяная ненависть, а острый взгляд голубых глаз пронизывал главу охотников насквозь. От молодого парня веяло не по годам мощной воинственной яростью. Похоже, только рамки приличий сдерживали его от того, чтобы преподать Грегору урок на языке, который тот понимал лучше всего, — языке насилия.

— Мы не знаем, у кого они на данный момент. Недавно смотритель исчез. Информация о посещениях стерта.

— Мы не станем убивать Рошель, тем более, если она носитель индикатора dionysian! Никто не тронет такую невероятную находку! Лучше направьте все силы на поимку ублюдков, что убивают хедхантеров!

— Я так и хотел сделать… сначала, однако здесь есть одно большое но. Если мы уберем кого-то из верхушки, пусть и поделом, может начаться настоящая война. Наднациональные элиты как семья: кто-то будет мстить, и попытка заткнуть эту прореху окончится настоящей войной с потерями с обеих сторон. Нужно действовать тоньше. К тому же потенциал пока у вас. Очевидно, компания мочит пачками охотников не просто забавы ради: они намерены забрать потенциал себе, и дело времени, когда они заявятся сюда.

— Но кто это может быть? С крупными игроками мы сотрудничаем десятилетиями, наши системы буквально проросли друг в друга, разрушение этих связей будет дорого стоить обеим сторонам. Вряд ли кто-то из партнеров так нагло заявится к нашим воротам и потребует потенциал… — мрачно размышлял глава «Омеги», туша сигару о пепельницу.

— Как я уже сказал, эти ублюдки все продумали. Как они заберут ее, мне тоже неясно. Но очевидно, они отлично понимают, как это делать и когда это нужно делать.

Молодой человек подошел к Грегору и, перейдя все границы, по-хозяйски оперся на ручки кресла и враждебно уставился в тусклые глаза главы охотников. Тот лишь ядовито усмехнулся в ответ, но взгляда не отвел.

— Я не пойду на это. Рошель будет жить. В противном случае мы больше не имеем ничего общего с вашей организацией, и этот потенциал — наш последний заказ охотникам, — вкрадчиво произнес Ян.

— Не волнуйся, присядь, — прервал его Григорий. — Давайте рассудим так. Сейчас мастер переговоров общается с Рошель. Если у Марии все получится и девушка согласится развивать свой дар, и мы сможем его использовать, то вторжение нам не страшно. А456 сможет постоять не только за себя, но даже за нас. А мы не робкие кролики, к нападению готовы, даже если придет целая армия уже завтра.

— Хорошо, но если она останется враждебной, то вы должны будете избавиться от нее — ставки неповиновения чрезмерно высоки. Я полагаю, вы не намерены перепродавать ее конкурентам? — нисколько не смутившись нависшей угрозы, спросил Грегор и скучающе посмотрел на Яна из-под полуопущенных век.

— Никто в здравом уме не продаст потенциал dionysian конкурентам. Это фактически значит собственноручно отдать чашу грааля кому-то другому. К тому же в этом нет смысла: где гарантия, что убийства прекратятся, если она окажется у конкурентов?

Ян отпустил ручки кресла и выпрямился во весь рост. Стоя напротив Грегора, он был похож на палача, желавшего исполнить смертный приговор.

— Я решил рассказать вам об этом для того, чтобы вы понимали: мы на одной стороне. Все так, как есть, оставлять нельзя. Возможно, было бы проще, прими вы решение перепродать потенциал. И все же, мне ясно, что это из разряда фантастики. К тому же такое решение не более чем лечение симптомов, а не самой болезни. Если компания, совершая подобное, выкупит потенциал, оставаясь безнаказанной, дальше все станет только хуже. Поэтому я заинтересован в том, чтобы рассказать вам как можно больше. Предпочитаю здоровое сотрудничество. Фактически перед нами сейчас разворачивается шахматная партия.

Вы не подумайте, я не желаю смерти девушке, — он саркастично и снисходительно улыбнулся молодому забияке, — но мы не можем позволить и дальше гибнуть охотникам, а ее дар оставить без контроля или подарить его ублюдкам без совести.

Ян гневно выдохнул и вернулся на свое место.

— Вы замечательно скрываете свою некомпетентность, призывая понести ущерб кому угодно, только не вам, — вкрадчиво заметил он.

— Моя забота — это мои люди, — безапелляционно заявил Грегор и скучающе посмотрел на Яна. — Конечно, я предпочту жизни охотников вашим интересам. Не думаю, что это секрет, однако, как и говорил ранее, я честен с вами и жду достойного ответа и от вас. Если даже придется выбрать такой вариант, как убрать девушку, я не успокоюсь, пока не найду того, кто истреблял охотников, и не остановлю этих ублюдков.

— Похоже, люди, что заведуют этим коварным планом, умнее вас, — продолжал провоцировать Грегора Ян. — Если вы настолько беспомощны и не в состоянии найти виновного, только бегайте вокруг беды, как курица без головы, возможно, ваше мнение и требования не столь необходимы?

— Ян, мы же договорились.

— Это вы договорились! Я не давал своего согласия на убийство девушки!

— Ян, — Глава «Омеги» сурово посмотрел на парня, — хватит, остынь!

Ян осекся. Стало ясно: скажи он еще хоть слово, это закончится для него огромными проблемами. Глава «Омеги» известен своими лихими на расправу поступками, не стоит его провоцировать.

— Отлично, я не намерен больше обсуждать этот бред!

Ян резко поднялся с кресла и бросил на Грегора испепеляющий взгляд. Было ясно, что глава оккультной полиции стал его заклятым врагом. Он стремительно покинул комнату, с грохотом захлопнув за собой дверь.

— Какой пылкий, — отметил Грегор, холодно и посмотрел на Григория.

— Он сделал всю работу, чтобы этот потенциал достался именно нам. От самого первого контракта до полного исполнения плана. Думаю, ему жаль потраченных усилий.

— А я думаю все серьезнее. Он знает эту девушку?

— Не думаю, а что?

— А то, что интерес его явно личный, и если будет принято решение нейтрализовать ее, он придет за мной и прикончит, — не меняя скучающей интонации, выдал Грегор.

Глава 11 Они близко

Глава 11 Они близко

Небольшую спальню, где единственным источником света был горящий экран монитора, а едва различимый отблеск уличных фонарей почти не проникал внутрь, обуял настоящий бардак или, как говорил его обитатель: «экспансивный хаос».

«Ну что, есть новости?» — сообщение ярко светилось на экране компьютера.

Молодой человек — хозяин этой холостяцкой берлоги — в темноте пробирался через завалы книг, полуразобранную технику и непонятный мусор, крепко держа в руках чай и тарелку с бутербродом. Он направлялся к своему рабочему месту. Пару раз запнувшись обо что-то на полу и чуть не упав вместе со своим богатством, парень громко выругался.

— Похоже, пора прибраться или хотя бы включить свет! Слишком быстро темнеет осенью!

Он заметил сообщение от некого Адриана и, примостив еду на единственное свободное место, начал быстро печатать ответ:

«Слушай, мужик, я же сказал, сам напишу тебе, как появятся новости!»

Допечатав, молодой человек взялся за бутерброд, и в эту же минуту Адриан настрочил новое сообщение:

«Я помню, но ты не ответил, как именно ты все это провернешь?»

Так, видимо, сейчас, я не поем. Отложив еду до лучших времен, парень полностью погрузился в беседу со своим клиентом:

«Короче, такой замес. Моя многоножка, а именно многоножка, к которой подключена программа и датчики, питается фантомными сущностями. Адриан, ты ведь в курсе что это?»

«Ты имеешь в виду энергию, что мы оставляем и в реальном, и в астральном мире?» — мгновенно ответил он.

«Да. Любое движение, любая мысль, любая эмоция оставляет фантомный свет. Чем его больше, тем плотнее фантом. Грубо говоря, фантомной сущностью становится плотная, неоднократно оставленная энергия. Вот ее то и ест моя красотка».

«Я понял, именно так по фантомным следам ты хочешь отыскать ее?»

Неугомонный человек по имени Адриан продолжал закидывать вопросы.

«Именно, но пока она ничего не съела, что хоть как-то напоминало бы энергию искомого человека!»

Вот и я дико голодный, — подумал молодой человек. Он жадно набросился на бутерброд, пока его собеседник печатал ответ.

«Алексей, скажи, как ты это понимаешь? Откуда тебе известно, что именно она съела и человеческая ли это энергия?» — снова загорелось на экране.

«Моя программа и датчики способны распознать поглощенный тип энергии. Мне, к сожалению, не все объекты известны, что приходят от многоножки, да и обработать всю поступающую от нее информацию практически нереально, но я понял главное: как среди всего этого информационного шума найти конкретного человека! Закодированная информация всегда зеркальная, как инь и ян. Я выяснил это, однажды подключив подобное устройство к коту. То есть мне было любопытно, как он воспринимает реальность? Это было первым шагом к созданию датчика и программы, способной подключиться к сущностям другого плана. Джек на удивление четко воспринимал окружающую его обстановку. Чтобы сузить границы эксперимента, он ходил только по моей квартире. Было неприятно узнать, что его мозг способен уловить и следы насекомых! Фантомные следы от них ужасают! Хоть сейчас насекомых и нет, а вот фантомы на тот момент еще были».

«Все же я не понял, как ты распознал, что это человек, это таракан, да и вообще, связал существ с программным обеспечением?»

Допив прохладный чай, Алексей продолжил:

«Связал я их очень просто. Сложность была лишь в том, чем я их связал! Видишь этот небольшой датчик? — Парнишка отправил фото своего устройства в чат. — Он замеряет волны работы мозга, и имеет доступ к его электромагнитному излучению.

Экспериментируя с ним, я обнаружил, что электромагнитное поле мозга похоже на телевизор или приемник! Если ты сможешь настроить антенну и переключать каналы, то увидишь разную картинку, разные истории и т. д. Цифрами, на экране датчика, а затем и монитора компьютера, выдавалась вся электромагнитная активность, воспринимаемая мозгом. Это чем-то похоже на нейролинк, только вся прелесть в том, что вживлять в тело мой датчик не нужно. Ему достаточно подрубиться к электромагнитному изучению мозга и по блютусу передать информацию в компьютер.

Так, скача по волнам, я однажды наткнулся на некие закономерности. Конечно, способы выведения информации потребовали времени и правильной настройки, но потом все же заметил, что происходило, когда кот был в определенном месте. Видишь эти зеркальные данные?»

Молодой компьютерщик прислал собеседнику странные скрины, очевидно, с того самого устройства, о котором говорил ранее. На изображении красовались сложные числа, среди которых число 2552 было подчеркнуто. После чего он продолжил.

«Они не меняются, эти данные. Похоже, что это я в числовом эквиваленте! Потому как эти зеркальные цифры показывались тогда, когда я говорил с Джеком или когда он сидел у меня на руках. Сначала думал, что эта программа позволяет, условно, залезть в «программное обеспечение» мозга кота. Я хотел просто подглядеть, что он воспринимает, а потом стал замечать, что «мои цифры», то есть те, что появлялись, когда я взаимодействовал с котом, стали появляться, когда меня рядом и в помине не было! Разумеется, когда я это обнаружил, подумал, что ошибся! Это было просто совпадением, что именно эти цифры высвечивались, когда я был с Джеком. Но если эти цифры не я, то что они значат? Все остальное после анализа данных сходилось, я даже понял какой код для мебели, какой для миски с едой. Со временем просто смотря на набор чисел, я видел уже объекты, а не цифры. Я знал, где ходит мой кот, на что он смотрит. Но что значили эти зеркальные данные?»

«Прям как в фильме „Матрица“?»

«Да, очень похоже. Но если диван, к примеру, или там кровать всегда были в предсказуемом месте, то есть я понимал, когда кот начнет их воспринимать, стоит ему пойти в спальню или в зал. То с кодом, который я назвал своим, все обстояло по-другому. Он перемещался. Я даже стал думать о призраках и прочем. Пока меня не осенило! Если код постоянен, но находится в разных местах, что будет, если попытаться подключиться к нему? Такой же датчик я сделал и для себя. Я проверил данные, что выдавал мой мозг и Джека. На удивление закономерность данных была сохранена. Только после моих наблюдений числовой код был сложнее, как множество цифр после запятой. Эти цифры после запятой, назовем их так, часто менялись, особенно у живых объектов.

Фактически я смог одеть свою квартиру в программу, что показывала неочевидные на первый взгляд вещи! Обычно датчик реагировал на то, на что я смотрел и выдавал цифровые значения на монитор. Однако теперь решил сделать наоборот: задать загадочный код и посмотреть, как это воспримет датчик, а затем и мой мозг. После чего я увидел себя! Я закрыл глаза и увидел отчетливо себя самого! Кстати, тот же самый эффект был, когда я просто подходил к зеркалу и смотрел в отражение — все те же цифры на экране датчика — 2552!

Я проверил и другие значения. И все оказались правильными. Я так даже нашел недостающие элементы, когда не понимал, что этот код значит! Самое загадочное — это то, что, несмотря на отличие в работе мозга у животного и человека, восприятие объектов, похоже, только у животных оно проще. В итоге я приноровился вводить значения в программу и через обратный сигнал видеть объект как бы внутри себя, как при медитации.

По эффекту это похоже на нейропротезирование, когда человек при помощи устройства может различать цвета, звуки и очертания предметов. Я мог различать видимые объекты через подключенный код. Именно так распознал повторяющийся код насекомых, некоторых неодушевленных объектов.

На самом деле сложнее всего с тем, на что ты мало обращаешь внимания, иногда эти объекты не видны программе!

Проводя эти измерения, я обнаружил, что человек всегда имеет зеркальный код. Мой 2552, моей матери 5665, девушки 4334 и так далее! Теперь главное — как я смог подключиться к существу из другой реальности? Это произошло случайно. Я анализировал данные, что выдавал датчик, и свой, и кота, как заметил странный код. Он то появлялся, то исчезал. Такого добра навалом, гигантское количество цифрового шума, но этот был уж больно занятным 666555666. Трудно такое не заметить? Мне стало любопытно, что это, я подключил обратный датчик и задал задачу через код посмотреть, что это? Я не смог увидеть, что это было, меня просто вынесло не пойми куда. Было похоже на визуализацию, которой управлял не я! Туман, непонятные не то вибрирующие, не то звуковые ощущения, затем я словно почувствовал сытость, но не буквально, а как будто мне рассказали: ты сыт! Со временем, благодаря датчику кота, я понял, что это сущность не из этой реальности!

Теперь всю поступающую информацию от существа анализировал мой мозг, а компьютер позволял решать другие операционные задачи. Так, если я подрубался к этому коду, понимал, что эта сущность снова у меня дома, только уже не я воспринимал действительность, а она воспринимала действительность через меня.

Насколько сознательно, не знаю, но вот такая странная дружба завязалась с этим существом! Думаю, эффект нашей связи работает по принципу квантовой запутанности!

Да, и еще! Эффективность многоножки в том, что она может найти объект в любом из миров. Когда высвечиваются зеркальные данные на датчике, я знаю — она закусила остаточной энергией человека.

Кстати, я могу опознать не только, кого она воспринимает, но и примерно указать место, где находится искомый объект, и даже позвать многоножку к тому объекту, что требуется. Да и еще, многоножка — создание не физического плана и может быть во многих мирах одновременно. Она способна находиться фактически в суперпозиции, что облегчает поиск и, что немаловажно, — у меня есть с ней обратная связь. Я передал ей сигнал о твоей сестре. Так что поверь, скоро она найдет девушку.

Свое изобретение я назвал Силвер. Так звали моего пса из детства, который потерялся и которого я так и не нашел. Но сейчас я решил: Силвер — самое подходящее имя для странствующего по неизведанным мирам существа.

«Могу сказать одно: ты гений! Жду от тебя новостей».

«Скоро будут, не сомневайся».

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

Под вечер Аня принялась за свои обычные домашние дела. Готовить что-то сложносочиненное на ужин было лень, поэтому она решила отварить замороженные пельмешки. Набрав в небольшую кастрюлю воды, девушка негромко напевала что-то заунывное, подошла к плите, чтобы поставить ту на конфорку. В тот самый миг в пустой квартире раздалось:

— Аня, ты только не пугайся!

Злополучная кастрюля с кинематографичным драматизмом рухнула вниз, прихватив с собой в полет и стеклянную крышку. Каким-то чудом посудина не угодила по ногам хозяйки, зато с грохотом приземлилась у ног пришельца. Вода залила его брюки, пол на кухне и расплескалась по ковру.

— Какого черта!? Смерти моей хочешь? — держась за сердце, возмутилась хозяюшка.

— Все как раз наоборот, очень хочу, чтобы ты жила, — на полном серьезе ответил гость под аккомпанемент все еще «танцующей» на полу крышки.

— Алес, зачем ты опять пришел?

— Не так чтобы я очень хотел, но...

— Я и без тебя прекрасно справляюсь! — сердито прервала его Аня, сев на корточки, чтобы убрать возникший погром.

— Аня, да оставь ты уже свою кастрюлю в покое и послушай меня!

Анна послушно встала, вернув посуду в раковину и с вызовом взглянула на гостя.

— Тебе необходимо уехать из «Черной Гарпии», — вкрадчиво продолжил ангел, смотря ей прямо в глаза.

Анна недоверчиво улыбнулась.

— Это не шутка.

— С чего ты взял, что я тебя послушаю?

Недолго думая, Аня заглянула в один из ящиков стола и, достав из него тряпку, принялась вытирать со всех пострадавших поверхностей воду.

— Твоя жизнь в опасности. Равенна не защитит тебя, — не унимался ангел.

Анна перевела на него взгляд:

— О прекрасное видение! Иди с миром! Дай пожить спокойно!

Недовольная хозяйка, вытерев всю воду с пола, отправилась в ванную, чтобы выжать тряпку. Алес последовал за ней.

— Может, прекратишь избегать меня и послушаешь?

Не взглянув на ангела, Аня продолжила молча убираться, затем отправилась к раковине ополаскивать руки после уборки. Она снова принялась за готовку, стоя спиной к гостю, и тщетно надеялась, что если она не будет смотреть на него, он сам исчезнет.

— Я не уйду так просто, — сообщил Алеесэль, упорно стоя позади нее.

— Слушай, ну с чего мне все бросать? Мы так близко подобрались к разгадке! Скоро найдем Рошель!

— И я об этом тебе толкую! Вы слишком близко подобрались! Все в «Гарпии» могут постоять за себя, ты — нет!

— Алес, и с чего ты это взял?

— Потому что сам выручал тебя уже дважды, — мрачно процедил он.

Аня оглянулась на ангела с выражением тотального скепсиса, попутно помешивая пельмени:

— Что-то я не припомню такого.

— Разве? Даже когда ты у нас погулять решила под луной во время разгула нечистой силы, этим летом, на речке?

— Хмм, странно, реку помню, тебя там не помню, — усиленно напрягая память, ответила Аня, стуча ложкой о кастрюлю и кладя ту на блюдце.

— И все же, я там был.

— Ты что-то путаешь. Я до того инцидента в ванной тебя ни разу не видела, может, ты и защищал меня, но тайно.

Сняв сотейник с плиты, Аня перенесла его на стол. Затем взяла в руки хлеб, нож и продолжила свою нехитрую готовку.

— Ошибаешься, Анна.

— Ну значит, как я и говорила, был, но я тебя не видела!

— Еще как видела! Тогда ты была гораздо более расположена ко мне, чем сейчас! — теряя терпение, ответил ангел. — Но, все это неважно. Уезжай. Я не смогу защитить тебя от грозящей опасности!

— Зачем тогда ты вообще нужен, если не можешь спасать?

— Я спасаю от бед, идущих из других миров, — не моргнув глазом парировал ангел. — Неужели ты забыла про того вора? Ты не в безопасности в «Гарпии»!

— Алес, дай мне поужинать спокойно, пожалуйста. Я не нуждаюсь в твоей помощи! И кстати, если вы, ангелы, такие всезнающие, почему вообще допускаете подобный исход дел? Я имею в виду, того вора. Ты про него не предупреждал! Почему вы не рассказываете, кто собирается напасть и зачем? В чем проблема?

Она внезапно посмотрела в лицо гостю.

— Ты меня не слушаешь. А я не могу тебе все рассказать! Существуют божественные ограничения! Я и так нарушил...

— По-твоему, я должна уйти с прекрасной, оплачиваемой, интересной и полной удивительных приключений работы, бросив людей в беде, просто потому, что так сказала галлюцинация? — раздраженно перебила Анна, снова потеряв интерес к разговору. — Я не готова попрощаться с реальностью! Даже в том случае, если у меня шиза в виде такого прекрасного тебя!

— Ты не веришь мне?

— Алес, конечно, я не верю тебе! Я не верю даже, что ты существуешь! Второй раз в жизни вижу какого-то парня в костюме и не понимаю, что заставляет его думать, что я послушаю сомнительные советы!

Все приготовления к трапезе были окончены. Теперь Аня просто стояла у обеденного стола, препираясь с гостем.

— Алес, ты лишь продукт моего разума! Иначе бы давно рассказал, кто нападет на меня и зачем! Но ты не знаешь, так же как и я! Ты просто иллюзия, созданная из моих страхов и...

— Ты просто невозможно меня бесишь! — не на шутку рассердился гость, подойдя ближе к Анне и угрожающе нависая над ней. — Теперь ты меня послушай! Если что-то покажется не так, хоть что-то, сразу зови меня! В ближайшее время будь начеку! Никаких подозрительных веществ, алкоголя, таблеток, грибов и чего-то подобного не употребляй, поняла меня? Я могу не услышать зов и не понять, что ты в беде при подобных искажениях астрального тела!

Несмотря на то что Алес значительно превосходил Аню в росте и размахе плеч, а также всем своим видом демонстрировал серьезность положения, девушка в самой непринужденной манере вынырнула из-под грозно нависшей над ней скалы и принялась за ужин.

— Будет сделано, мой генерал, — ответила она, накладывая в тарелку порцию пельменей с бульоном. — Похоже, меня и без всего вышеперечисленного нехило так прет, — саркастично добавила она, кладя обильную порцию сметаны в блюдо.

— Неужели тебе неважно, какая именно перед тобой угроза?— с нотками отчаяния спросил ангел.

— Нет, Алес. Я же сказала, ты плод моего воображения! В «Черной Гарпии» я в безопасности. Я никуда не уеду. Да мне и некуда. Нет абсолютно безопасного места, если уж на то пошло.

— Как знаешь, — бесстрастно ответил Ангел и мгновенно исчез, предоставив Анну своему непреклонному упрямству.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Две девушки расслабленно сидели на широкой кровати, перед телевизором и впервые за долгое время пировали. Просторы спальни позволяли трапезничать и за столом, но, очевидно, такой возможностью они не воспользовались.

Огромная комната, где им довелось оказаться, больше походила на зал в музее. Сводчатые высокие потолки, роскошные колонны и массивная мебель, которая на фоне необъятных просторов казалась не такой и большой. Все это выглядело безжизненным и казенным. Несмотря на очевидную дороговизну обстановки, уюта здесь не было. Огромные окна пропускали особо яростные потоки ветра, а унылая старая мебель и серые стены нагоняли скуку и тоску.

Смуглая девушка жадно откусывала сочное румяное мясо куриной ножки. Ее карие глаза блестели от удовольствия, как у голодной пантеры. Она по-настоящему наслаждалась процессом. Длинные, прямые, абсолютно черные волосы красиво переливались, ловя скудные лучи солнца. На подносе, помимо цыпленка, перед ней лежали свежие овощи, фрукты и небольшая пицца.

— М-м-м, а кормят здесь явно лучше!

— Ты думаешь?

Вторая девушка, гораздо более хрупкая на вид, по-спортивному жилистая и сухая, с русыми золотистыми волосами, собранными в хвост, равнодушно ела сыр с красивой маленькой тарелочки. Она с некоторой долей скептицизма посматривала на свою голодную сестру, которая закинула в себя уже половину суточной нормы еды. На фоне младшей сестры она казалась более сдержанной и зрелой. Ее брови были сдвинуты на переносице, будто она сосредоточенно обдумывала что-то важное каждую минуту.

По телевизору в это время шел старый фильм с Луи де Фюнесом. Девушки уже не обращали на кино никакого внимания.

— Не знаю, Глори, что тебя тут так радует. Мы ведь по-прежнему взаперти. Свободы как не было, так и нет, — говорила старшая, дожевывая суховатый кусочек сыра.

— Слушай, а может, еще пиццу с салями закажем?

— Ты не наелась? Лопнешь же!

— Да я просто устала от мерзкой больничной еды! Хочу обожраться мясом и помереть счастливой!

Старшая в ответ засмеялась. Улыбка ей не шла, делая похожей на коварную гиену.

Громкая речь и хохот девушек эхом отражались от стен, создавая иллюзию пустующей комнаты. Впрочем, по ощущениям, комната и была такой — пустой, унылой и холодной.

— Нет, Глори, так не пойдет. Ты не помрешь, пока мы не выполним задание. Да и потом не помрешь! Кстати, ты знала, что для нас сформировали целый отдел?

— Та лафна? — изумилась Глория с набитым ртом.

— Ага.

— К нам добавят третью.

— Ви, да зачем она нам? И без нее чудесно справлялись!

— Ставки вроде как высоки. Нам нужно очень постараться на этот раз. Вот и сформировали для нас силу трех.

— И как ее зовут?

— Ее зовут Сейки. Говорят, она сильна в шпионаже и владеет скрытыми талантами.

— Тем лучше для нее, — равнодушно отозвалась «пирующая пантера».

В дверь громко постучали. Гулко пронесшийся по залу звук заполнил собой все пространство.

— Входите!

В дверях появился мрачный высокий мужчина лет сорока. Без особого энтузиазма он подошел к сестрам.

— Привет, и чего хмурый такой?— спросила Вивьен, внимательно смотря на гостя.

Мужчина выглядел подавленным. Недельная щетина и мешки под глазами делали его похожим на грустного усталого пса. Недолго думая, он объявил:

— Феникс мертв.

— Невозможно! Феникс?

Вивьен отставила поднос и подошла к гостю ближе, затем она присела рядом с ним на диван.

— Да. Не справился и погиб на задании.

— Кто его убил?

— Предположительно сама Равенна или ее очередной прихвостень.

— Как они, интересно, «уголька» грохнули? — непристойно жуя с открытым ртом, вклинилась в разговор Глория.

Она продолжала с аппетитом есть, без зазрения совести прихватив и сыр сестры.

— Не знаю. Но, как вы понимаете, дело переходит к нам.

— Странно-странно, — причмокивая, выдала Глори, — даже я не смогла бы прикончить нашего фаермена!

Глория вытерла жирные губы тыльной стороной ладони и с шумом втянула через трубочку апельсиновый сок.

— Скажи, что Равенне известно о нас? Дошли какие-нибудь сведения? — спросила Вивьен по-прежнему озадаченно, заглядывая в уставшие глаза гостя. Тот расстроенно поджал губы, и уголки его рта тут же опустились, а морщины прорезали привычные пути, придав выражению лица вид скорбной маски.

— Она думает, за нападением стоит Грегор.

— Цепной пес охотников? А они что, не ладят?

— Думаю, нет.

— Странно все это. Не понимаю, как они обошли защиту Феникса? Так легко убили одного из сильнейших? Я слышала, они намерены вернуть потенциал А456?

— Может, и нелегко, история умалчивает. А вот насчет возвращения потенциала, все именно так. «Черная Гарпия» уже взяла ее след.

В это время Глория со рвением пылесоса раздражающе шумно втягивала через трубочку остатки сока, буквально перекрывая голос мужчины.

— Фррррррррррррррррр.

Гость закрыл глаза с видом человека, успокаивающего себя мыслями: «Господи, дай мне сил не прибить эту придурошную».

— А они знают, как ее достать и где она находится?

— Если не знают, то скоро узнают. Нам это только на руку, — продолжил он, смотря на Вивьен.

— Как же меня раздражают эти заносчивые типы! — внезапно выдала Глори. Она с прищуром прицелилась и закинула крупную куриную кость прямо в мусорное ведро. — Го-о-ол!

— Тело Феникса у нас? — игнорируя поведение сестры, вернулась к разговору Вивьен.

— Пока нет, там все сложно. Это дело расследует полиция. Нельзя вмешиваться и вызывать лишних подозрений.

— Ну вот я и объелась, — довольно поглаживая живот, громко объявила обжора.

— Черт, Глори, человек умер, ты можешь быть посерьезнее? — не выдержала сестра, строго посмотрев на нее.

— Так он же умер, а не при смерти! У него уже все хорошо, чего вы за него так волнуйтесь?

— Да ты сама сердечность, — мрачно добавил мужчина, с отвращением глядя на Глорию.

Та как раз картинно икнула, смешно подскочив на кровати.

— Можно подумать, благодаря своей сердечности я здесь и набиваю брюхо тем, чем хочу, — недовольно отозвалась она, отодвинув от себя опустевший поднос. С совершенно удовлетворенным видом она принялась вытирать жирные пальцы о тканевую салфетку.

Вивьен пожала плечами, смотря на мужчину с видом: «А ведь она в чем-то права!»

— Ладно, во всяком случае, теперь вы в курсе, — говорил гость, вставая с дивана. — Скоро отправитесь на задание.

— Ну вот, и только жизнь стала налаживаться!

Глория бросила враждебный взгляд на коллегу. Тот лишь бесстрастно посмотрел на нее и ничего не ответил.

— Не волнуйся! Потом закажем твоей любимой китайской еды, как закончим дело. Я угощаю! — тепло посмотрев на сестру, говорила Вивьен.

— О! Отличная новость, Ви, — улыбнулась та, — тогда я готова хоть сейчас!

Глава 12 Бал Дикая Охота

Глава 12 Бал «Дикая Охота»

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |Don't Tell — Maya Jane Coles

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |Hypnotism — Hypnotic Tribe

Аня

— Я так рада, что ты все-таки вернулась к нам! — говорила Равенна, приветливо разглядывая меня. Я смущенно подпирала спиной дверь ее кабинета, не зная, что меня ждет на этот раз.

Попасть на ковер к начальнице — всегда волнительно, и не так важно, знаешь ты про адскую задумку руководителя, с целью которой она притащила тебя сюда, или нет.

Сегодня Равенна выглядела очень счастливой и воодушевленной. Она что-то мило напевала себе под нос и с чрезвычайно довольным видом распаковывала крупный шуршащий пакет. Ловко вытащив из него пестрое, словно оперение фазана, платье, наставница принялась внимательно изучать его.

Если судить по довольной улыбке и голосу, то разговор будет скорее приятным, — облегченно подумала я и вслух спросила:

— А почему вам так важен мой приезд именно в осеннее время?

— Потому что накануне Wild Hunt или Бал «Дикая Охота», — торжественно объявила наставница. — Ежегодное событие, которое необходимо для нашей работы.

— Я знаю, что такое Дикая охота в мифологии, но что вы подразумеваете под балом «Дикая Охота»? — продолжила я, разглядывая загадочный разноцветный наряд в руках наставницы.

— Уайлд Хант — это мероприятие, на котором встречаются охотники за головами, а также их клиенты с целью купить или продать информацию. По факту — это костюмированный бал или тусовка-маскарад, где можно отдохнуть, развлечься, а также озолотиться редкой труднодоступной информацией.

На этих словах вводная речь Равенны окончилась. Похоже, наставнице не терпелось рассмотреть свою покупку. Запустив руки в нежную, струящуюся, словно жидкость, ткань, она внимательно осматривала ее качество. Наставница то и дело играла с красивой вещью, наблюдая за мерцанием на свету. Платье отличалось изящным дизайном. Оно переливалось от сочно-желтого к ярко-алому, голубело на поясе и плавно переходило в рассветные, нежно-розовые, солнечные и небесные оттенки на юбке. Видимо, предназначалась эта прелесть для будущего события. Прикинув на себя безупречное одеяние и довольно улыбаясь, она продолжила:

— На этом балу я очень рассчитываю получить информацию об одной нашей знакомой.

— Рошель! — тут же радостно догадалась я.

— Верно!

Равенна подмигнула мне, смотря из зеркала, затем снова принялась разглядывать наряд.

— Вам так идет!

Струящееся легчайшее платье, несомненно, наставнице шло, делая ее более свежей и юной.

— Равенна, скажите, пожалуйста, а какого рода информацию обычно продают и покупают на Wild Hunt? — спросила я, разглядывая красивое «фазановое» платье.

— В основном всех интересует информация о людях из списка *WRL (wizard resurs list), артефакты, финансовые инсайты компаний, провокационная информация, компромат, короче, все, что можно выгодно продать, — с нежностью укладывая праздничное одеяние на рабочий стол, Равенна перевела взгляд на меня. — Поскольку мероприятие проходит на высшем уровне, всякий сброд туда не пускают. Попасть на него можно только по приглашению или если за тебя поручится тот, у кого такое приглашение есть.

— То есть и для меня найдется местечко на этом балу? А где взять такое красивое платье?

— Об этом не беспокойся, — деловито сказала Равенна,— я уже обо всем позаботилась!

Я радостно улыбнулась. Мне сразу представился бал-маскарад, где дамы и господа в роскошных одеждах расхаживают по просторному, богато украшенному залу.

— А где проходит такой бал? — уплывая в мечты о предстоящем событии, уточнила я.

— Пока не знаю, — огорошила меня начальница, — каждый год место встречи меняется. Полагаю, ты догадалась, что некоторые охотники за головами — это старая и набившая оскомину проблема спецслужб, которые не признают никакой силы, кроме собственной. Они неоднократно требовали своего присутствия на закрытом балу или выдать им кого-то неугодного, что, разумеется, сделано не было.

Равенна напоследок окинула любовным взглядом будущий наряд, повернулась ко мне лицом и, слегка опираясь на рабочий стол, продолжила:

— Поэтому место проведения всегда засекречено. Письмо с шифром отправят на днях, а наша нынешняя задача — это выбрать маску для бала.

Бурный энтузиазм мгновенно сменился беспокойством. Как-то не по себе, что будущее мероприятие фактически вне закона, а также включает людей, представляющих потенциальную угрозу правительству. И что будет со мной, если начнется что-то непредвиденное? Я и так на мушке у хэдхантеров, стать еще и «врагом правительства» — это слишком.

— А как именно вы умудряетесь не попадаться спецслужбам? — я старалась говорить непринужденно, однако не переживать о том, чем чревата такая авантюра, было сложно.

— Тебя что-то пугает? — брови наставницы удивленно поползли вверх.

— Если честно, да! Не хотелось бы попасть в лапы тигру!

— За это можешь быть спокойна, — сказала Равенна, — разумеется, меры безопасности не ограничиваются одной лишь сменой места проведения. Здесь немаловажным является подготовка, которая идет целый год, включающая как стратегическую, так и магическую работу. — Равенна внимательно посмотрела на меня. — По твоему лицу вижу, что не убедила, — сказала она с усмешкой. — Располагайся.

Наставница жестом предложила мне присесть. Как выяснилось, мои ноги были не в восторге от того, что я все это время простояла у двери. Они изрядно затекли. Я неловко проследовала до места, куда указала Равенна, и буквально упала на мягкий удобный диван. Наставница села напротив, закинув ногу на ногу, и с деловитым видом уставилась на меня, как бы давая понять, что готова к любому вопросу.

— К сожалению, мне кажется, что это рискованное мероприятие, оно еще выйдет нам боком! Даже если ищут не нас, все равно можем попасть под общий замес.

— Хм-м-м, — Равенна устало выдохнула. Похоже, она решила потратить на меня значительное время, детально объяснив все нюансы. — Немного расскажу тебе о мерах безопасности. Должна сразу оговориться, я знаю не обо всех, но все же мне известно достаточно, чтобы ввести тебя в курс дела. Используя подвижную карту звездного неба, мы определяем место проведения бала, то есть никто никогда не напишет: «Приходите на Бейкер-Стрит, 221б». Адрес в приглашении всегда зашифрован. Следующий важный момент. Недалеко от бального зала всегда стоят электромагнитные глушители. Иногда в роли электромагнитной блокады выступает особый артефакт, воздействующий на объекты технического прогресса. Это значит, что вся техника в радиусе до четырех километров перестанет работать в случае ЧП. Перестанет работать не просто телефон или компьютер, но даже любое огнестрельное оружие, бомбы, рация и прочая техника, попадающая в зону действия глушителя. Бал защищен от любых угроз, кроме, пожалуй, природных. К примеру, если кто-то успел заложить бомбы перед мероприятием, то сдетонировать они не смогут, просто пролежат там мертвым грузом. Это исключает опасность любого террористического акта. Разумеется, не сработают жучки, «прослушка» и прочие технические уловки, даже пресловутый смарт даст (smart dust) окажется не у дел. Если кому-то потребуется атаковать нас, то помочь может только химическое оружие. И все же, я полагаю, те же спецслужбы вряд ли на такое пойдут, ведь есть охотники, с которыми ведется плотное сотрудничество. Из оружия, которое можно применить против нас, остаются только сабли да мечи, ну или, может быть, арбалеты, — усмехнулась Равенна. — И тут мы переходим к другой интересной штуке. — Она заговорщически перешла на шепот, нагнулась ближе ко мне и продолжила: — Я расскажу тебе о ней немного подробнее, особенно учитывая, что это касается такой компании, как «Омега», которую мы и подозреваем в похищении Рошель. Эта корпорация использует особое изобретение, поэтому их точки так сложно обнаружить. Есть устройства и артефакты, что глушат электромагнитную активность, но есть и такие, что ее провоцируют. К примеру, воздействуя на противника, его можно дезориентировать. Человек начинает видеть несуществующие явления, вести себя неадекватно и странно. Это исключает применение любого оружия. Подобный метод когда-то применяли и военные, чтобы обезоружить противника без боя, теперь его используют крупные компании когда необходимо, выиграть время. Его вполне достаточно, чтобы все гости смогли спокойно покинуть место встречи. Организаторы на этот случай продумали дополнительный наземный и водный транспорт.

Равенна снова села прямо, откинувшись назад, она грациозно закинула на спинку дивана локоть и мягко улыбнулась. Наставница довольно приподняла брови, как бы говоря: «Вот видишь, Аня, как все круто».

— А если попытаться напасть как раз на такой транспорт или на тех, кто покидает балл? Зачем вас ловить, спрятанных в крепости, когда можно перехватить потом, по одному, когда все начнут разъезжаться по домам?

— Не получится, — Равенна хитро улыбалась.

— Почему же? — не унималась я. — Орда вооруженных до зубов людей против одного скользкого, хоть и талантливого типа?

— Потому что нападают они не на беззащитных котят, а на людей со специфическими навыками, — по-прежнему гнула свою линию Равенна. — На тех самых людей, чье умение защищать себя и информацию на продажу ценится весьма высоко! Да и сами покупатели, всегда имеющие туз в рукаве, не останутся в долгу. Всегда найдутся хедхантеры, выводящие технику из строя; хедхантеры, способные предупредить остальных о нападении; хедхантеры, способные создать непроходимую природную преграду. Такие ситуации действительно были. Где-то раз или два за всю историю. По правде говоря, военным тоже нужна была информация и артефакты, которые было не так просто достать. Вместо того чтобы сотрудничать, они решили поступить просто. В лучших традициях средневековой инквизиции под благородным предлогом они попытались силой получить все то, чего им так требовалось, — с явным сарказмом говорила она. — Да вот только ничего не вышло. — Равенна звонко и самодовольно рассмеялась, будто воскресила в уме эпизод, что пережила когда-то сама. В этот момент она снова напомнила мне актрису. — Обе попытки завершились полным провалом, ведь эти ребятки и не подозревали, на что способны охотники за головами. Кстати! — воскликнула Равенна, буквально поймав воспоминание на кончике указательного пальца. — Проникнуть под видом гостей чужаки тоже пытались, но это был очередной мартышкин труд. У каждого приглашенного есть свой код, который рандомно высылается за тридцать минут до начала мероприятия. То есть, когда все гости уже на подходе. Так что пройти может только приглашенное лицо. Это может быть даже далекий от хэдхантинга военный, но уважающий правила ведения мероприятия.

— Но ведь телефон можно украсть?

— Предположим, что злоумышленник так и сделал — узнал код и даже маску с костюмом умудрился достать, он все равно не пройдет по другим параметрам. Равенна замолчала, дав мне возможность порассуждать самой.

— Имя! — догадалась я.

— Да, имя — важный параметр, однако есть и другие. Видишь ли, имя выбирается на предыдущей встрече. Оно фиксируется только в документах организаторов. Было заранее известно, что гость, который пойдет со мной на бал, будет зваться Кицунэ, это было придумано еще год назад. Подобные детали встречи можно узнать, только выпытав правду у приглашенного, но как ты узнаешь, сказал ли он правду? К тому же при регистрации всегда запрашивают дополнительную информацию, как отпечаток пальца. Также могут попросить предъявить символ. Символ — это особенная татуировка, обозначающая твою принадлежность к организации. Ее выгодно иметь, порой. Да, и еще кое-что, — продолжала Равенна с видом человека, хорошо осознающего убойность всех своих аргументов, — если кто-то из приглашенных оказался в беде, он может экстренно связаться с организаторами и сообщить об этом через сеть союзников, даже пребывая связанным в плену! Так или иначе, шпион попадется!

Но это в любом случае история. Тебе не стоит волноваться. Большинство хедхантеров так или иначе сотрудничают с правительственными органами, немного с мафией и другими сильными игроками, так что вряд ли ради преследования одних сильные мира сего начнут портить отношения с другими. По крайней мере, не на балу.

— Ладно, вы меня убедили, — сдалась я, — еще хотела спросить про маску и ее значение на балу. Это такой важный элемент?

— Да, на этой встрече ты не увидишь никого без маски, как не услышишь реальных имен — все они выдуманные и созданы специально для бала, — более расслабленно отвечала Равенна. — Чтобы понять, кто какой информацией торгует, заранее собираются данные о костюме, маске и имени. На входе в здании будут стоять секьюрити со списками гостей и сенсорами для отпечатков пальцев, а внутри, там, где мы будем проходить регистрацию на мероприятие, увидим огромный электронный стенд с фото, где высветятся имена, а также какого рода информация выставлена на продажу. Иногда информацию покупают из первых рук, горяченькую, так сказать. То есть не только сами хедхантеры обмениваются между собой и находят заказчиков, но и сами заказчики ищут и приобретают интересующий их товар сразу, без посредников. Это редкая возможность получить огромный арсенал необходимых сведений от охотников, доступ к которым бывает весьма ограниченным в обычной жизни! В случае если участник бала выступает исключительно в роли покупателя, то на стенде он будет помечен как гость-покупатель. Так что да, наплыв народу обычно бывает неслабый!

— А не будет ли опасно выяснять что-то про Рошель, в то время как наверняка нам могут встретиться люди, желающие скрыть эту информацию?

— Это отличный вопрос! И тут нам поможет следующее, — с жизнерадостным блеском в глазах сказала Равенна. — Итак, продавец. Он тоже не дурак и чудесно понимает, что в перечне его услуг не стоит указывать: «Я знаю, где находится потенциал по имени Рошель»! Так никто не делает, нам придется самим выяснять, Рошель это или нет, по индикации и той ограниченной информации, что нам будет предоставлена.

— А если все-таки кто-то узнает, что мы ищем именно Рошель? Что тогда? Что будет с нами и торговцем?

— Торговцу ничего не грозит, — выяснить, кто именно торговал информацией, да еще и доказать, что наводка была именно на Рошель, нельзя! Поэтому все в масках и решительно не используют настоящие имена! К тому же наш хедхантер мог перекупить эту информацию у другого охотника, поэтому узнать источник информации, как правило, либо невозможно, либо максимально трудоемко. К тому же в приличном обществе так не делается. Никто не занимается подобным, иначе доброе дело охотников начало бы хиреть, что совершенно невыгодно покупателям. Так что покупатели, как правило, не преследуют охотников, даже тех, кто торгует невыгодной для них информацией, они концентрируют свои усилия на другом. Чем более свежая информация, тем она ценнее, значит, дороже стоит.

— Так, ясно, а как вы понимаете, что купленные данные не ложные и не устаревшие?

— О, это как раз просто. Мы ведь перепроверяем товар, и если выясняется, что нас намеренно надули, то сообщаем об этом организаторам, и охотник впредь на балл не попадет. С этим строго, так что лучше с огнем не шутить.

— Равенна, я бы хотела еще кое-что спросить у вас, в моей голове остались нестыковки, — продолжила я, ерзая в кресле. — Как нам поможет эта информация, если Рошель постоянно меняет место пребывания?

— Мы собираем хлебные крошки, — тут же ответила Равенна, поправляя прядь волос и терпеливо продолжая разъяснять нюансы. — Проследив, где она была, мы можем понять, что это были за места. Мои Вороны и Фурии уже несколько месяцев собирают информацию от людей, которые могли встретить ее.

— Хорошо, допустим, мы узнаем, где она была, но что это нам даст? Я имею в виду, мы так и будем гоняться за ее призраком вечно? Не успевая поймать реальное местоположение?

— Полагаю, у похитителей на это и расчет. Поэтому Омега» не слишком печется, появится ли информация об их активах на Wild Hunt, ведь она слишком быстро устаревает, к тому же точку найти смогут единицы, и все же здесь есть одно большое но! — Наставница мягко улыбалась, ее глаза светились победоносным азартом как у заядлого игрока в момент выигранной партии. — Мы ведь не первый день собираем эти сведения!

У «Омеги», по предварительным данным, более двух тысяч точек по всему миру, найти кого-то в ее недрах сложнее, чем отыскать иголку в стоге сена, но все не так плохо! Собирая информацию о том, где и с кем Рошель была замечена, мы по крошкам формируем понимание ее статуса: чем выше потенциал ей присвоили, тем сложнее что-то о ней узнать. Людей с высоким рейтингом очень хорошо прячут. Я думаю, это и есть случай Рошель. Чем меньше о человеке информации, тем, соответственно, более ограниченный круг людей ее сопровождает, скорее всего, это одни и те же люди, надежные, те, что не продадут информацию об Активе конкурентам и не станут предавать «Омегу». Значит, нужно искать именно таких.

— Они ведь могут также скрывать лицо и менять внешность! Как мы их идентифицируем?

— В этом и заключается работа ворон. Они долго следят за человеком. Отслеживают походку, манеры, голос. То есть они наблюдают за теми, кто вызывает подозрение. Выслеживают, где живет, где бывает. Реже — могут получить информацию из телефона или ноутбука, но это только если невероятно повезло.

Равенна с видом человека, уверенного в профессионализме своих сотрудников, смотрела мне прямо в глаза.

— «Черная Гарпия» — это прежде всего отлаженная система, мы отлично знаем, что делаем. Всегда проверяем информацию, которую получили, сравниваем с отчетом ворон и только потом начинаем действовать! Я надеюсь, что вся проделанная нами работа по сбору «крошек» поможет определить место, где держат Рошель, и пробраться в защищенную точку. Помнишь, я тебе рассказывала, как организаторы бала «Дикая Охота» используют электромагнитные глушители, чтобы не допустить снайперов и вооруженного нападения? Так же и «Омегу» невозможно окружить или застать врасплох. Множество предупреждающих сигнальных систем в радиусе их объектов позволяют за минуты эвакуировать активы из точки. Пробраться туда даже мышь незамеченной не сможет, так что нашим братьям будет очень непросто. Зато как пригодятся их навыки работы с холодным оружием и таланты магов, да? Я думаю, мы уже совсем скоро увидим Рошель, — довольно улыбаясь, объявила наставница.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

Мне так нравился мой наряд! Равенна была права, заявляя, что у нее глаз-алмаз и она без примерок способна подобрать девушке платье! В моем случае —кимоно. Японское праздничное облачение и правда невероятно мне шло! Светло-голубой шелк с легким, розоватым, словно летящим цветочным орнаментом в виде нежных лепестков сакуры, оби в цвет, удобная традиционная обувь и — та-дам! — я превратилась в очаровательного и таинственного аякаши! На лицо мы нанесли сложный грим. Выбелили меня на манер японских гейш и сотворили настоящее чудо из копны непослушных волос. Интересно, что моя маска не была столь традиционной, как все остальные элементы наряда. Она представляла собой некий гибрид из карнавальной маски и традиционной маски лиса. Смотрелась затейливая вещица презанятно. Однако это нисколько не испортило мой образ, скорее, я выглядела необычно и празднично. Виртуозно собранные волосы с огненным отливом гордо венчала изящная заколка в виде цветов. Эта царственная красавица притягивала к себе взгляд и выглядела так, будто я одолжила ее у самой императрицы! Удивительно, где Равенна нашла такую красоту?

Я радостно отметила, что такой необычный карнавальный костюм смотрится дорого и со вкусом. Равенна, одетая в великолепное, переливающееся всеми цветами радуги, платье, выглядела необычно и сказочно, словно бабочка, фея или волшебная птица. Ее сложная прическа, с аккуратными завитками, украшенная живыми цветами и мелкими, словно жемчужные бусины заколочками, а также необычная маска, отделанная невесомым на вид кружевом в виде тончайших бутонов, словно летящих по ветру лепестков и листьев, удачно дополняли образ прекрасной девы. Равенна производила впечатление нежной лесной нимфы, спустившейся в подлунный мир, чтобы повеселиться от души. Несмотря на такое обилие деталей, ее образ не смотрелся нагроможденным. Думаю, благодаря лаконичности самого платья.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

Мы наконец подъехали к мелькавшему среди деревьев дворцу. Я с удовольствием отметила, что путешествие до места оказалось очень быстрым. Нам не пришлось покидать пределы страны, и мы смогли попасть сюда через час после перелета.

И вот, передо мной стоит он — красавец-дворец, на фоне вечернего иссиня-черного неба празднично сияющий разнообразной иллюминацией. Дворец подпирали высокие колонны и украшали витиеватые сложные барельефы. Он гордо возвышался среди высоких голубых елей, открывая взору богатый фасад в стиле барокко.

Бал, как правило, проходил поздно вечером, поэтому все вокруг дворца, даже беседки и лавочки, сверкали тысячами маленьких лампочек, окутывая пространство мягким теплым светом.

Наслаждаясь атмосферой и красотой места, отметила, что впервые в жизни участвую в мероприятии такого масштаба. Я медленно двинулась к входу вместе с Равенной и толпой нарядных гостей. Пройдя охранный пункт, мы оказались в просторном фойе, также сияющем тысячами свечей. В центре зала располагался огромный фонтан. Под праздничным теплом пляшущих огоньков он, казалось, наполнялся золотом, как в сказке о царе Мидасе. Яркие брызги игриво поблескивали, напоминая россыпь пайеток. Они весело разлетелись, превращаясь в рой золотистых искр.

Я запрокинула голову. В зале оказался удивительно красивый потолок. Божественная работа мастера открывалась только самым любопытным и внимательным гостям. Можно было потратить часы своей жизни, рассматривая каждый рисунок на потолке.

Мифологические сюжеты с участием прекрасных юношей и девушек поражали точной прорисовкой. Изящные лица, красивые полуобнаженные тела и такая же чудесная природа — все это смешалось в неистовом танце. Кстати, стены фойе также были украшены росписью и лепниной, но уже поскромнее.

Высокие колонны обвивали тонкие золоченые орнаменты, словно волшебные нити, покрытые легким слоем патины. А капители венчали кружевные нежные цветы и тонкие листья.

С упоением я наблюдала красоту дворца, пока мы с Равенной неторопливо шли к стойке регистрации. Из центрального зала эхом доносились звуки классической музыки. Очарованная эстетикой этого места, я только и успевала вертеть головой по сторонам, желая запечатлеть в памяти все детали.

Практически ювелирная работа мастеров поражала воображение: сводчатые потолки, замысловатые украшения на вазах, позолоченные скульптуры и даже статуи из мрамора в виде танцующих пар!

Я перевела взгляд на стойку регистрации. Она располагалась недалеко от входа в центральный зал. Стена за стойкой была полностью определена под гигантский экран. На нем и правда красовались люди в масках, значились занятные имена. Все, кто были в списке, медленно вращались на табло экрана. Благодаря технологии вращения можно было разглядеть все нюансы костюмов приглашенных гостей, в том числе и со спины.

А это и правда удобно, когда требуется кого-то найти.

Стоит отметить, что не все были в масках. Некоторые использовали сложный грим, или повязку, правда, мне было непонятно, как можно сквозь нее видеть.

— Это особая ткань, — заметив, как я разглядываю загадочные повязки, ответила Равенна.

— О, а вот и наши номера, смотри!

Она указала на номера 526 и 527. Мы так же, как и другие участники, медленно вращались на табло, словно новенький автомобиль на крутящемся подиуме.

— Ого! Нас так много!

— Да, в этом здании собралось более шестисот участников со всего света.

— Как можно сориентироваться в этом многообразии? Почему вся толпа не стоит возле экрана?

— Потому что вся эта информация доступна в телефоне, вот, смотри! — Равенна открыла приложение The Wild Ball. — Например, мы торгуем информацией об артефакте пересмотров, вот: — Она нажала на кнопку «артефакты» и сразу высветились маски с подписями Кицунэ и Хоодо.

— Здорово!

— Что ж, нам пора, вперед, — уверенно скомандовала начальница, ускорив шаг.

Мы подошли к стойке вплотную. Нас ожидала невысокая изящная девушка в роскошном черном платье и такой же невероятной маске, украшенной громоздкими перьями в цвет наряда.

— Добро пожаловать, — улыбнулась она. — Не желаете пополнить запасы перед прохождением в залы? — промурлыкала и жестом указала на вазу со странными ручками в виде пушистых разноцветных перьев.

Я бы приняла эти перья за обычные украшения, если бы не повышенное внимание к ним гостей. Да и само предложение испробовать их звучало как-то странно.

— Нет, спасибо, предпочитаю свое, — улыбнулась Равенна.

Не особо разобравшись, в чем именно состоит роль этих ручек, я решила, что смогу выяснить это попозже. Зарегистрировавшись на мероприятие, мы вошли в центральный зал.

— Боже, какой же он огромный! Давно я такого не видела!

Я восхищенно оглядывала величественный дворец, переполненный пестрыми красками дамских бальных платьев и занятными мужскими костюмами. Этот зал, окутанный приятными переливами живой музыки и соблазнительными ароматами блюд, был в высшей степени гостеприимным.

Все в этом дворце, от позолоченной вилки на столе до гигантской люстры, свисающей с потолка, говорило о том, что я попала в очень дорогое, буквально пышущее роскошью место. Каждый элемент был настоящим шедевром, на создание которого потребовалось множество времени, рук и, конечно, таланта искусных мастеров своего дела.

Столы ломились от соблазнительных угощений. Хотелось за один присест съесть все, на что падал взгляд: и окутанное теплой дымкой жаркое, и яркую вкусную рыбку, и сочные экзотические фрукты, и всю сотню необычных десертов, запивая это литрами отличных напитков! Вокруг энергично сновали официанты на моноциклах, словно циркачи. Они разносили на подносе те самые волшебные бокалы с напитками, а также аппетитные закуски и ароматные сладости. Музыканты, одетые в ярко-синие карнавальные костюмы, виртуозно исполняли что-то радостное и праздничное. Заметить их можно было, только пройдя в конец зала, где неподалеку от лестниц обосновался весь их обширный коллектив. Недалеко от ломившихся яствами столов расположились глотатели огня. Эпично выдыхая пламя, они развлекали публику своим талантом, изображая драконов. Акробаты радовали гостей невероятной пластикой тела и эпатажностью номеров.

Я засмотрелась на красивую девушку, одетую в миленькое голубое платьице, виртуозно вышагивающую на огромном шаре. Однако из чар прекрасного действа меня вывела прозаичная мысль о деле.

Равенна приветливо улыбнулась мне, после чего ее взгляд обратился в сторону бодро играющих музыкантов и затерялся в толпе.

— Равенна, а вы уже нашли того, кто нам нужен?

— Да. Некий господин Азраэль, он выглядит так, — Равенна показала в своем телефоне человека, которого мы ищем. Это был высокий, хорошо сложенный мужчина, с лаконичной черной маской и в одеянии а-ля Такседо Маск, с эпичным плащом и в забавной широкополой шляпе.

Должна признаться, я не сторонница костюмированных вечеринок. Костюмы для них выглядят, мягко говоря, неубедительно и порой совсем портят святой образ оригинала. Однако этого нельзя было сказать о гостях бала Дикой Охоты. Все было на высшем уровне. Это тебе не домашняя вечеринка на Хэллоуин! Гости выглядели так, словно я попала в модный дом, где изысканность и безупречность творчества были проявлением настоящего совершенства. Дорогие ткани, красивые кружева — все это радовало и привлекало. На протяжении, наверное, получаса я просто бесстыдно разглядывала гостей и их невероятные костюмы! Какие же они крутые!

Равенна отправилась в другой зал на поиски Азраэля — нашего источника информации, который, как мы надеемся, прольет свет на место пребывания Рошель.

Я высматривала его в центральном зале, но, похоже, наставница найдет его первой, ведь никого, даже мало-мальски похожего, не увидела.

В кармане почувствовалась вибрация телефона — Равенна звонит!

— Я нашла его! — раздался голос из трубки. — Спускайся в зал номер девять, мы там!

— Отлично! Поняла вас!

Теперь лишь осталось понять, где же этот зал номер девять?

Огибая пеструю толпу гостей, я подбиралась к лестницам, ведущим в другие залы. Оказавшись в метре от музыкантов и буквально оглушенная звуками оркестра, остановилась, рассматривая таблички с указателями и стрелками.

На одной из них значилось: 9, 6, 3. Я посмотрела в сторону резко уходящих вниз ступеней. Ага, похоже, это здесь.

Спускаясь по широкой, освещенной факелами лестнице, я чувствовала себя как героиня старинного романа. Вот это круто! Надо будет еще раз поблагодарить Равенну за такой вечер! Спустившись вниз, увидела длинный коридор. Оркестра уже не было слышно, зато доносилась целая какофония других звуков: тяжелых, подобно глухому стуку, или веселых, отдаленно похожих на фолк или блюз. Я с интересом разглядывала неизведанную часть дворца. Она заметно отличалась от центральной и даже казалась немного чужеродной. Красная ковровая дорожка и каменные стены точь-в-точь повторяли антураж старинного замка. Вокруг горели те же факелы, что и у лестницы. В конце длинного коридора обосновалась большая и мрачная горгулья, дополняя средневековый образ своей огрубевшей старостью.

Распахнутые широкие двери приглашали в три разных зала. Совсем как в кинотеатре. Я вплотную подошла к первому залу с открытыми дверьми.

Зал №9.

Ха! Быстро я его нашла!

Смесь посторонних звуков перекрыла тягучая как мед, музыка. Темный, слабо освещаемый зал напоминал стильный ночной клуб, с той только разницей, что все гости были в масках. Длинная барная стойка красиво подсвечивалась, распространяя мягкое сияние. Бутылки со спиртным, фужеры и бокалы в свете мерцающих огней ярко поблескивали, отражая пламя мирно горящих свечей. Смотрелись все эти склянки словно закрома старой ведьмы, забившей погреб всевозможными зельями. Воск от свечей, обильно стекал по каменным стенам. Старинные зеркала в раме, винтажные диваны и кресла и все те же странные перья на столиках создавали неповторимую атмосферу.

Многие гости сидели за столиками. Они переговаривались и выпивали. Равенну я не заметила. Да и куда там, когда перед тобой вдруг развернулось такое представление! В центре зала оказалась небольшая ниша, до метра вглубь. Она слабо освещалась, поэтому пришлось подождать, пока глаза привыкнут к темноте, и только тогда стало ясно, что там происходит. Из нее, как змеи, поднимались изящные женские руки, расписанные тонкими черными и серебристыми узорами, переплетенными на манер филигранной письменности. Эти узоры ловили неяркий свет и мягко светились, придавая действу ощущение чего-то потустороннего. После странных движений руками, танцовщицы появлялись уже по пояс. Они вращали красивые клинки с обоюдоострым лезвием. Женщины с длинными черными волосами, обрамляющими красивые лица, плавно раскачивались, напоминая мрачные темные волны на морском берегу. Затем они поднялись полностью. Их танец сопровождала та же красивая, тягучая музыка. Наблюдая за тем, как извивались три фигуры, сверкая кинжалами, я вся покрылась мурашками от макушки до пят.

— Ну наконец мы тебя нашли, — раздалось у меня за спиной.

Обернувшись на голос, увидела свою наставницу, а с нею того самого человека, которого я в шутку прозвала Такседо Маском. Однако в этом месте странно выглядел вовсе не он в своем сдержанном плаще и шляпе, а моя наставница. На фоне зловещих танцующих жриц и как специально подобравшихся жутковатых жнецов-гостей Равенна смотрелась словно яркая бабочка, случайно попавшая в темную обитель Аида. Впрочем, я, вероятно, выглядела здесь примерно так же.

— Ну, как тебе, понравилась Геката? — весело спросила Равенна.

— Вы имеете в виду танцующих жриц?

— Да, да, — поднося бокал к губам, ответила наставница.

— М-м-м, впечатляюще.

— Хочу тебя представить — Азраэль, один из самых приятных охотников, которых мне довелось встречать. Азраэль — это и есть моя Кицунэ, самая талантливая и энергичная помощница.

— Очень приятно, Азраэль.

Я протянула ему руку.

— Взаимно, Кицунэ.

Азраэль приветливо улыбался. Его «взаимно кицунэ» хоть и было правильным, с точки зрения вежливости, но все же казалось очень забавным. Такседо Маск энергично потряс мою руку. Когда с приветственными церемониями было покончено, повисла неловкая пауза. Напряжение развеяла Равенна, обратившись ко мне.

— Мы уже решили все дела, так что сейчас, после отметки пером можем и расстаться с нашим партнером.

Так вот зачем нужны эти перья! Очевидно, они требуются, чтобы провести какой-то ритуал!

— Мы сейчас поставим на руке отметку в честь осуществленной сделки, — пояснила для меня Равенна, — это давняя традиция, имеющая также и прагматичные смыслы. Я потом тебе расскажу, зачем это нужно. Протяни руку.

Я подчинилась, закатав длинный рукав кимоно. Азраэль, держа в руках черное перо, очень тонкое и острое, не внушал мне доверия.

— Не волнуйся, — почувствовав мое волнение, сказала Равенна. — Он тебя не укусит. Всего лишь черканет пару слов, и все.

Укусить-то не укусит, а вот проткнуть таким сможет запросто!

Недоверчиво смотря на тонкое, подобное лезвию, орудие, передернулась. Азраэль там временем уже занес над рукою перо. Поставив на ней странный символ, какую-то надпись, а также время и дату, он вернул перо наставнице. Равенна была права: это не было больно. Перо не царапало и даже не щекотало руку. Я почти не почувствовала его прикосновения.

— Вы правы, Хоодо, — заключил он, — это перо и правда безупречно, лучше тех, что выдают здесь. — Он приветливо улыбался: — Спасибо вам за сотрудничество, — продолжил Азраэль и слегка поклонился, словно актер, вжившийся в роль. — Пожалуй, я вас оставлю, приятного вечера, — с той же театральной манерностью сказал он.

А где же алая роза, брошенная на прощание, — посмеялась я своим мыслям.

— До свидания, приятно было иметь с вами дело, — ответила Равенна с доброжелательной улыбкой.

Наш гость удалился, а я так и стояла с вытянутой рукой, пытаясь прочитать и понять, что он там написал.

— Надеюсь, это отмоется, — мрачно заметила я, подняв на начальницу укоризненный взгляд.

Равенна рассмеялась.

— Разумеется, не волнуйся, у меня такая же на руке, и не одна, через два дня будешь как новенькая. В прошлом году здесь тоже было интересно, — заметила Равенна, оглядывая зал с танцующими жрицами. — Тогда это был зал Ассасинов. За столиками тебя встречали воины, с которыми ты могла сразиться, вызвав их на поединок.

— Серьезно?!

— На битву интеллектов и магии, разумеется. Это значит, что никто оружием не махал, а вот продемонстрировать телепатические или пирокинетические способности мог любой желающий гость.

— И кто обычно побеждал?

— Ну, поскольку в ряду ассасинов были не мальчики с церковного хора, в основном побеждали они, — весело заметила Равенна. — Но я все-таки смогла одержать победу над каждым из них, — самодовольно сказала наставница и с явным удовольствием поднесла бокал к губам, погружаясь в приятные воспоминания.

Итак, дело закончено. После того как мы получили наводку, захотелось спокойно обойти все залы. В конце концов, теперь ничего не отвлекает, можно предаться веселью с чистой совестью. Но как на это посмотрит Равенна?

— Равенна, может, мы посмотрим, что тут еще есть?

— Отличная идея, я хотела предложить тебе то же самое!

Я радостно последовала за наставницей. Повезло мне с ней! Мы вышли в коридор и, миновав распахнутые белоснежные двери, попали в потрясающее место!

Открывшийся передо мной зал произвел ярчайшее впечатление... Исполненный в виде просторного ночного храма, он освещался сотнями электронных свечей. Потолок выглядел один в один как усыпанное звездами ночное небо. Старинные готические окна стрелой возвышались к нему, освещались теплым пламенем огней. По залу неторопливо гуляли нарядные гости, сидели за столиками, смеялись и переговаривались, отражаясь в старинных зеркалах. Изящная на эльфийский манер мебель, создавала особую атмосферу, будто ты находишься где-то в потустороннем мире. Светились и небольшие фонтаны, тихо журчащие на постаментах. Тонкие, полупрозрачные ламбрекены и живые цветы, утопающие в зелени собственных листьев, свисали с потолка, превращая это место в обитель божественного.

Вот тут Равенна смотрелась как дома. Удивительным также было то, что архитектор умудрился сделать стены немного округлыми, а зеркала с рамами, украшенными нежными цветами, еще больше расширяли помещение, создавая впечатление многомирья. В центре зала-храма находился небольшой круглый подвижный подиум с золотыми узорами. Он медленно вращался, представляя взору танцовщиц, будто слившихся в одну с двумя парами изящных рук. танцовщицу со всевозможных ракурсов. На сцене она была не одна. Еще одна пара рук, дополняя первую, возникала из-за спины и танцевала в такт. Я сделала вывод, что здесь, в самом центре зала, мы видим существо из индуистского пантеона. Женщина, практически без одежды, полностью украшенная росписью, с длинными тяжелыми серьгами, золотой короной, всевозможными браслетами и подвесками, была похожа на многорукое божество. Глаза ее подведены черным, что придавало красивому лицу хищный вид.

— Это Демон, — догадалась о моих размышлениях Равенна. — Не настоящий, конечно, а обычная танцовщица, без способностей, но одаренная творчески.

Но это была не просто танцовщица, как по мне. Двигалась она как-то странно. То ли дело было в освещении и зеркалах, то ли в том, что я уже успела выпить, и разум мой помутился, но некоторые движения я будто пропускала, и рука вдруг оказывалась в неожиданном месте. Вторая танцовщица, которая имитировала дополнительный комплект рук, двигалась весьма занятно, так умело дополняя движения первой, что они казались единым целым. Они извивались, демонстрируя невероятную гибкость и грациозность. Все, кто был в этом зале, смотрели на подиум, где Демоница красиво извивалась, демонстрируя всем свои прелести.

Постепенно темп нарастал, вместе с ним и движения красавиц, точнее, их движения.

— Знаешь ли ты о происхождении вселенной? — неожиданно спросила наставница.

— А это имеет сейчас какое-то значение?

— Да, — смотря на танец ответила Равенна. — Хочу рассказать тебе кое-что. Вначале была тьма — бесконечная, мягкая, обволакивающая, бескрайняя, включающая в себя всю силу, что проявлена теперь в нашем мире. Тьма эта была женской природы. Тьма, включавшая в себя все: рациональное, иррациональное, прекрасное и ужасное, все светлое все темное, все оттенки и цвета, все эмоции и проявления, все возможности и ограничения все, что есть и чего нет. Тьма не была статичной и бесплотной, она начала меняться до тех пор, пока не появилась сила света, сила мужской природы. Затем их союз породил еще больше форм. Благодаря одной из таких проявлений жизни появились миры, в том числе и наш мир с его тайнами и загадками. Ты наверняка слышала о ситхах?

— Это что-то вроде высшего проявленного таланта йогов и мистиков?

— Да, некоторые серьезные практики способны развить в человеке невиданные способности, однако немногие знают, что есть и другой путь. Женщина, являясь воплощением той древней силы, способна на удивительные вещи. В особенности такие женщины, как ты и твоя подруга.

— Я бы не сказала, что мы с Рошель способны на что-то сверхъестественное.

— Для некоторых женщин уготован особенный путь, — Равенна доброжелательно посмотрела на меня сквозь свою изящную цветочную маску.

Мне стало неловко, и я снова перевела взгляд на представление. Демоницы под конец устроили такие невероятно быстрые пляски, что поспевать за их руками и ногами было почти невозможно: движения слились в одно, отчего они стали похожи на двухголовую и многорукую гидру.

— Ты меня спрашивала, кто такие Дионисийские ведьмы? — продолжила Равенна. — Это ведьмы, имеющие статус потенциала DIONYSIAN, или уже присвоившие статус дионисийской ведьмы. Это женщины, способные через себя пропускать силу жизни и разрушения. Для этого им не нужно десятилетиями выполнять садану или много раз воплощаться, чтобы обрести высший талант. Они могут раскрыть тайну своего я по-другому. Если обычно путь к раскрытию себя сложен и долог, то дионисийские ведьмы способны прийти к нему в кратчайшие сроки по темной неизведанной тропе.

— Откуда вам это известно? Такие случаи уже были?

— Крайне редко и давно, — мрачно заметила Равенна — Свидетельств этому явлению почти не осталось, потому как образованность, да и духовные практики в древности были уделом мужчин, а дионисийские ведьмы — женщины. Сведения практически утеряны, они отсылаются еще к временам древней Атлантиды. И еще кое-что на заметку. Представь, что кому-то даровали силу просто по факту рождения. А тебе, чтобы обрести подобное, понадобилось бы пройти через множество испытаний и изменений. Как ты будешь себя вести, попади тебе в руки сведения, что открывают доступ к силе, к чужой силе, странной и непонятной, тебе не предназначенной? Это ведь несправедливо, может быть, даже опасно! Одному все достается так, а другим приходится годами добивались просветления, очищения сознания, чтобы хоть немного приблизиться к божественному. Дионисийских ведьм боялись, редко почитали, и все свидетельства об их существовании были уничтожены. Практически все. Большинство либо исчезли, либо были дискредитированы. Сведения об этих талантах закрыты, как опасный оккультизм. Однако сегодня, в пору экономического кризиса, болезней, нехватки еды и чистой воды, когда ни экономика, ни природа больше не могут выдерживать тот изуверский темп эксплуатации, появилась острая потребность в силе, совсем отличной от того, на что мы обращали внимание все эти годы. Природа не бесконечна, ископаемые также, а артефакты уже почти исчерпаны. Однако человеческий ресурс все еще в силе и по-прежнему набирает ее. Это происходит, в частности, для того, чтобы навести порядок в бардаке, который устроило человечество.

Девушки замедлялись, я поймала взгляд на одной из них, она мне улыбнулась и подмигнула.

— Настоящая дионисийская ведьма располагает огромным количеством тайных сил на уровне ситхов, что делает ее чрезвычайно ценной находкой. Теперь понимаешь, почему все так носятся с твоей подругой?

— А что нужно сделать, чтобы получить такую суперсилу? Надеюсь, не потребуется сражаться с рейд-боссом, — шутливо и немного нервно спросила я.

— Нет, прелесть быть женщиной в том, что способ есть, и он не такой, как у мужчин.

— Не такой, как у мужчин, — повторила я. — И какова цена?

— Мы не знаем.

— Но ведь это может быть опасно!

— В этом вся загвоздка. Явление дионисийских ведьм изучено так слабо, по отрывкам легенд, по большей части переделанных и не годящийся в надежные источники. Кто-то говорит, что они способны превращаться в стихию, если дойдут до предела своего буйства, но не сказано, превращаются ли они в людей обратно. Кто-то упоминает, что эти ведьмы превращаются в Богинь и перестают быть людьми, что бы сие ни значило. Еще поговаривают, что эти ведьмы могут совершить такой жестокий природный катаклизм, что переживут его немногие. В общем, информация вроде и есть, но надежность оставляет желать лучшего.

— Это логично: большая сила требует и большей ответственности, — заметила я.

— Точно, — подхватила Равенна.

Глава 13 Скрытая угроза

Глава 13 Скрытая угроза

— Боже мой, щас помру со скуки. И сколько нам тут торчать? — говорила Глория. На ней красовалось широкополое платье в стиле XIX века. Нервно и недовольно помахивая веером, точь-в-точь как раздосадованная дева дворянских кровей, она грустно осматривала столы в поисках чего-то достаточно горячительного, чтобы скрасить унылый вечер.

— Не выступай, мне всего лишь нужно прихлопнуть Равенну и ее помощницу, и мы уйдем, — отвечала напарница, мрачно озираясь.

На фоне своей «августейшей» сестры, Вивьен смотрелась так, словно даму из будущего случайно занесло на вечеринку в богатый светский дом: серый брючный костюм, плотно облегающий фигуру, и повязка на глазах, должны были сделать из нее ординарную и неприметную фигуру. Однако во дворце, пышущем роскошью, где все дамы были в громоздких бальных платьях, подобный наряд смотрелся как большое серое пятно на алом платке. Глория, в своем шикарном наряде и маске с длинными павлиньими перьями, растворялась гораздо успешнее.

— Зачем ты нацепила на себя это недоразумение? — удивлялась она, оглядывая сестру.

— А вот зачем... Смотри внимательнее!

По залу прохаживалось множество мужчин и женщин, одетых практически так же, как Вивьен. На всех был лаконичный темно-серый костюм и повязка.

— И зачем было обезьянничать?

— А ты как думаешь? Мне потребуется слиться с толпой и свалить все на «Троксо». Эти придурки оделись одинаково, чтобы проделать тут одну работенку. Сейки обработала кого-то из них и рассказала мне о костюмах и именах, пришлось даже приклеить себе это. — Она показала указательный палец, на котором едва виднелась тонкая пленочка. — Я смогла это использовать. Болваны на входе даже не заметили, что Саломея прошла в зал дважды, да и твой код мне пригодился, — снова обращая свой взгляд в толпу, отчеканила Вивьен.

— Боже мой. Опять она! Эта Сейки. Я эту бабу хоть и не видела ни разу в жизни, уже успела возненавидеть. От бесконечных рассказов о ее славных похождениях меня уже тошнит!

— Поэтому я и не стала предлагать тебе ее план, но ты мне все равно очень нужна здесь. Попробуй найти среди гостей Равенну.

Глория недовольно заерзала в платье, волной пустила юбку так, чтобы та при движении создала ветерок, а потом, и вовсе оттянув глубокое декольте, без зазрения совести подула в вырез.

— Дьявол! Как же жарко! Меня так и подбивает положить туда лед!

— Испанский стыд, Глори, что ты творишь?!

— Пойду возьму холодный коктейль, — объявила Глория, недовольно расталкивая стулья подолом широкого платья. — Если увижу эту воронью дрянь — сама прикончу, — мрачно добавила она и удалилась.

Для этого ее сначала нужно вычислить, — подумала Ви.

Она продолжила оглядывать зал. Гости весело шумели и переговаривались. Глотатели огня теперь развлекали публику тем, что меняли цвет пламени и поджигали шары в руках. Величественные огненные картины вспыхивали внутри круглых конструкций и за минуты гасли. Гости, пресытившиеся и пищей, и представлениями, уже мало обращали на глотателей внимание и с ажиотажем переговаривались друг с другом.

Взгляд Вивьен зацепился за одного типа в широкой темной шляпе и плаще. Мужчина стоял в углу, неприметно, тихо, ни с кем не общался и, казалось, был поглощен своими мыслями. Однако Вивьен быстро поняла: этот человек незаметно изучал ее. Он догадался, что я самозванка?!

— Ви, меня это достало! Мы ведь можем прямо сейчас устроить здесь старую добрую кровавую баню? — Вернувшаяся через несколько минут Глория снова оказалась в поле зрения и уставилась на сестру. — Сколько можно искать иголку в стоге сена? Меня уже бесит это отвратное платье! Я хочу снять с себя эту нелепость побыстрее!

Дергая юбку, как капризный ребенок, Глория пыталась отцепить непослушный подол от гадкой крючковатой ножки кресла.

— Видишь ли, Глори, — терпеливо объясняла ей сестра, — мы никогда сюда больше не попадем, если устроим здесь апокалипсис, а эта возможность нам может понадобиться в будущем.

Тип в шляпе и плаще внезапно потерялся в толпе.

— Да, кстати, Ви, — продолжила Глория, — я побывала в японском саду, в зале с духами и в императорском зале. Равенны там нет, впрочем, как и коктейля, за которым я охотилась! Чертов бал! Отвратное место!

— Беда в том, что мы до сих пор не знаем, как эти две курицы выглядят, — прошипела Вивьен.

— Ну, болтовня в головах людишек ничего интересного не содержит, — отметила Глори, успев схватить бокал с вином, что проехал мимо нее на подносе.

— Не забывай, Равенна может использовать непрогляд.

— Я, конечно, не настолько умная, как ты, Ви, но все же не идиотка. Конечно, я пробила всем защиты.

Глория отпила прохладное вино и замолчала.

Что ж, она такое может, — мрачно подумала Вивьен.

Несмотря на то что сестра не отличалась космическим интеллектом, на нее всегда можно было положиться. Сильнее этой сумасбродной особы не было никого.

— Это она, смотри!

Глори указала веером на странную пару, мелькающую между колонн в соседнем зале. Женщина в разноцветном платье шла с девицей в костюме не то гейши, не то японской принцессы.

— Как ты это поняла?

— Я же сказала. Я пробила ее защиты. Она обычная слабачка. Идем.

Внезапно освещение во всем дворце резко потухло. Лишь шары глотателей огня и немногочисленные свечи, стоявшие на обеденных столах, светились в темноте.

— Да блиин, что произошло?

— Не знаю. Это не ты сделала?

— Нет, Ви, не я, электричество — это по твоей части.

— Что со светом? Что происходит? — послышалось со всех сторон.

— Похоже, свет вырубило во всем здании.

— Черт. Где они? Я их потеряла!

— Может, вернут свет? Придется подождать.

— Нет, стой, у меня идея. Нам это даже на руку. Видишь глотателей огня? Похоже, они наконец смогли привлечь к себе внимание гостей.

Все смотрели на горящие шары в руках акробатов, словно на гигантские огненные фонари.

— Учитывая, что только в главном зале теперь есть освещение, да и живая музыка имеется, все гости с других комнат окажутся здесь. И еще, видишь, что делает персонал? Сюда тащат свечи с других помещений. Смекаешь?

— Колись уже, Джек Воробей, что за идея?

— Извините! — прервал их молодой мужчина, неся в руках канделябры. Он прошел мимо девушек. — Дамы, в руках живой огонь, будьте бдительны, пожалуйста, с такими-то прекрасными пышными платьями, не то угодите в самое пекло.

— Ты где на мне платье увидел, крот? — огрызнулась Ви, отодвигаясь от пламени свечей.

Сестры расступились, дав мужчине пройти. Свечи отбрасывали длинные тени, когда служащий бала осторожно водрузил их на стол. По прошествии нескольких минут все гости собрались в главном зале.

— Вот теперь смотри, — кровожадно улыбнулась Глория сестре.

Она повернулась к одному из шаров и зашептала что-то. За секунду огонь всех свечей резко вспыхнул и загорелся ярче. Длинные языки пламени вздымались в воздух на метр в высоту. Лица, а точнее, маски каждого гостя, в свете обезумевших свечей, стали отчетливо видны. Участники бала ахнули, начали шуметь и переговариваться, обеспокоенные таким странным поведением свечей. Кто-то, почуяв неладное, стал стремительно покидать мероприятие, кто-то недоуменно оглядывался. И тут шар одного из глотателей огня внезапно вырос в размере. Он, словно зачарованный, надулся и взмыл в воздух, пылая, как адское алое солнце.

— ОСТОРОЖНО! СЗАДИ! — надрывался чей-то женский голос.

Затем послышались звуки разбиваемой посуды, истошные женские крики и шум галдящей толпы. В мгновение ока всю западную часть зала объяло пламя. Горели шторы, скатерти, ковры и мебель. Затем пламя вдруг исчезло, погасло так же быстро, как и возникло, будто и не было его вовсе.

Глава 14 Куда течет Стикс

Глава 14 Куда течет Стикс

Непроглядная темнота постепенно рассеивалась. Огненный шар исчез, а вместе с ним погасло все, что сияло и освещало дворец. Только едкий запах дыма, исходивший от пострадавших предметов, говорил, что здесь секунду назад бушевал огонь.

— Похоже, с ними покончено, — довольно сощурившись, отметила Глория.

— С чего ты это взяла? Не видно же ничего?

Гости, перешептываясь, начали постепенно двигаться к выходу. Сквозь огромные витражные окна мягко струился свет луны, помогая ориентироваться в залах. Глаза наемниц быстро привыкли к тусклому освещению. Персонал снова бодро носился по залу, зажигая свечи. Музыка окончательно стихла. Музыканты, акробаты, официанты расходились. Вечер бала закончился на тяжелой и тревожной ноте.

— Похоже, ты права, что-то не так. Я не чувствую их смерти.

— Черт! Глория! Если бы здесь, посреди зала, лежали обожженные трупы, люди бы иначе реагировали, тебе не кажется?

— Ви, мое пламя превратило бы их в горстку пепла, никто бы в темноте и не заметил, что это люди сгорели. Но на этот раз ты права. Их нет в зале.

— Ладно, сваливаем, опасно привлекать к себе еще больше внимания, мы могли попасть на камеры с этим фаер-шоу.

— Не будем их искать?

— Нет. Возвращаемся. Нам лучше не соваться к главному выходу, там этот подозрительный тип, убьем их позже.

— Какой еще тип?

— Тот самый, что, по-видимому, успел перехватить твой шар. Не спрашивай, расскажу потом. Нам нельзя тут оставаться, идем.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Аня

Равенна после случившегося выглядела на удивление спокойной. Словно это не в нее чудом не врезался гигантский огненный шар. Мы как раз были в зале с японской тематикой, когда во всем здании исчез свет. Мы направились в центральный зал, где все еще было какое-никакое освещение. Стоило мне отвлечься за бокалом, как в следующую минуту на Равенну, словно заговоренный, понесся горящий шар, источающий жар адского пламени! В миллиметре от ее лица внезапно возникла рука. Шар задержал Азраэль. Он с легкостью, будто это обычный бейсбольный мячик, перехватил подачу и превратил ее в ничто. Быстрее, чем это смог кто-либо заметить. Однако это не спасло девушку рядом с нами. Ее платье вспыхнуло. Мужчина и женщина, стоявшие рядом, тщетно пытались его потушить. Они опрокидывали на бедняжку содержимое графинов и чайников, пока изрядная порция лимонада, чая и вишневого морса не успокоила пламя окончательно. К тому времени огонь уже перекинулся на шторы. В этой суматохе мы смогли быстро уйти, успев обменяться только парой благодарных фраз с Азраэлем.

Пока стояла на ступенях дворца и приходила в себя после пережитого, я не могла не заметить, в каком состоянии гости выходили на улицу. Толпы взволнованных людей чуть ли не бегом неслись к стоянке и спешно покидали бал.

— Аня, ни слова Артуру и Марку о пожаре.

— Почему?

— Потому что они ухватятся за эту мелочь и сделают все возможное, чтобы мы сюда больше не попали! А мне очень важно бывать здесь!

— Может, они все же правы, если беспокоятся за вас?

— Бал прошел совсем не так, как я ожидала. Опасность была слишком близко, ты права, но у нас работа такая — мы всегда рискуем.

— А они не смогут сопровождать вас в следующий раз?

— Нет. Им путь туда заказан. Не спрашивай. Долгая история.

— Как думаете, что это был за шар такой?

— Думаю, кто-то решил воспользоваться шансом и под шумок расправиться со мной. Этот кто-то меня узнал, несмотря на защиты. Да и шар невозможно было потушить обычным способом. Если бы не Азраэль, я бы вспыхнула в своем платье, как бенгальский огонь. Жар был неестественным. Ты тоже могла пострадать.

— Вас не беспокоит, кто это был?

— Я это выясню, не переживай, — зловеще улыбнулась Равенна.

Гости разъехались. Фонари теперь вновь освещали праздничную улицу, но было уже не до веселья. На душе остался гадкий, неприятный осадок. Мы простояли у дворца не меньше десяти минут. Холод начал постепенно пробираться под шубку, захотелось домой, в теплый, уютный покой.

— Нас скоро заберут?

— Да, Артур приедет.

Я скривилась:

— Опять он! И это после всего пережитого!

— Тебе он по-прежнему не нравится, — усмехнулась Равенна, — а я думала, после всего пережитого тебе будет неважно, кто нас заберет.

— Он невыносим и похож на героя женских романов... Весьма дешевых женских романов, — мрачно добавила я. —Плохое настроение он умудряется сделать еще хуже.

Равенна рассмеялась:

— Это ужасно забавно, а что тебя в нем так задевает?

— Да много чего. Его потребительский подход к женщинам, его грубость. Этот тип не любит никого, кроме себя, тупо шутит, я уже не говорю о его ужасной манере общаться.

— О, а вот тут поподробнее, — проницательно заметила Равенна.

— Я не хочу об этом говорить.

— Он опять сказал тебе что-то обидное?

— Ни одна женщина не простит издевательств над уязвимой частью своего тела, не говоря уже о бесконечных подколах по поводу слабостей.

Равенна понимающе улыбнулась.

— Понятно, хотя для меня это выглядит странно.

— Что именно?

— Что он ведет себя настолько грубо без какой-либо внятной причины. Обычно он чертовски обходителен с женщинами, и я не замечала, чтобы он хоть раз высмеивал чью-то внешность.

— О небо! — саркастично заметила я. — Как же мне повезло! По законам жанра он еще должен влюбиться в меня.

— Ну зря ты так ерничаешь, всякое может быть.

— Нет уж, спасибо, я не в его вкусе, как, впрочем, и он не в моем. Так что такие намеки я уже слышала и раньше от Рух, они безосновательны. Не думаю, что неприязнь одного человека к другому — это всегда про любовь. Иногда неприязнь — это просто неприязнь, и не нужно искать в этом что-то большее.

— Возможно, ты права, — все с той же раздражающе-понимающей улыбкой ответила Равенна.

— О, а вот и наш Артур!

На заснеженную опустевшую стоянку подъехала машина. Я села на заднее сидение, а Равенна — рядом с водителем. Мы наконец сняли с себя надоевшие за вечер маски.

— Поехали! — весело сказала наставница.

За рулем, конечно же, восседал небезызвестный король Круглого стола. Мы выехали на дорогу и какое-то время молчали. Неожиданно Артур спросил:

— Ну, как ваши дела?

— Отлично! — радостно ответила Равенна. — Получили ценную наводку! После того как мы проверим купленные данные, можно будет ими воспользоваться, — улыбалась она, смотря на водителя.

— М-м-м, — протянул Артур, — а почему от вас пахнет дымом?

— Со свечами перемудрили в этом году, не бери в голову. Кстати, Аня, тебе понравилось на мероприятии? — стараясь сменить тему, спросила Равенна.

Я бы, конечно, предпочла поделиться впечатлениями после того, как покину автомобиль, но, похоже, Равенна не оставляла попыток создать между мной и Артуром хотя бы подобие адекватного общения.

— Я бы сказала, что да, — лаконично ответила.

Но Равенна не унималась:

— А что больше всего?

— Больше всего? — Я выдохнула, посмотрев на серый потолок автомобилей. — Наверное, ощущение многомерности. В каждом зале чувствуешь себя по-особенному, каждый уникален, как и предпочитающие его посетители. Мне понравилось ощущение чего-то сказочного и необъяснимого. Порой мне и правда казалось, что я нахожусь среди сверхъестественных существ, а иногда я так проникалась происходящим, что становилась частью всего этого грандиозного действа! Думаю, прекрасна была именно атмосфера, в которой чувствуешь себя какой-то другой, неизвестной самой себе и по-настоящему живой! Люблю такие моменты интенсивности в жизни…

Оба моих собеседника молчали.

— А вам, Равенна?

— Я была на подобном мероприятии много раз, — начала Равенна, — и сегодня мне понравились изысканные гости, многие из которых были чертовски интересными собеседниками. Еще понравилось твое веселое общество, Аня, и угощения, ну и пожалуй, та многорукая Демоница производила впечатление.

— О да! — согласилась я. — Это было что-то с чем-то!

— Что за демоница? — включился в разговор Артур.

— Красивая, очень-очень стройная, почти голая танцовщица, исполнявшая танец в паре. Почти такая же прекрасная, как ты, Артур.

Артур промолчал.

После недолгого перелета и поездки на машине мы наконец добрались до таунхаусов, и теперь я мечтала только об одном: завалиться на постель и больше ни о чем не думать. Как только я вышла из машины, практически мгновенно превратилась в Снегурочку. Крупные снежинки, падая на мои огненные волосы, не успевали таять, отчего путались в локонах, словно россыпь белоснежных звезд.

Из машины вышли мои спутники. Мы зашагали в сторону дома, и я на мгновение даже подумала, что вот так, почти по-семейному, могли выглядеть наши отношения, если бы кое-кто всё не испортил. Пройдя от машины каких-то несколько метров, Равенна неожиданно выдала.

— А давайте устроим свою вечеринку?

— Тебе что, не хватило бала? — недовольно спросил Артур.

— Да! Я прихвачу твой любимый бурбон!

— Нет, я не пойду, — наотрез отказался мечник.

— Ну нам будет очень-очень скучно без тебя, — невинно хлопая глазками, сказала Равенна.

— Я уверен, вам будет чем заняться.

— Зря-зря, я пьяная, хоть веселая и разговорчивая, все равно не могу заменить мужского общества. К тому же нам нужен кто-то, кто будет за нами приглядывать.

Артур внимательно посмотрел на начальницу.

— Ладно, останусь ненадолго, — внезапно согласился он.

— Ура!

Зная упрямый нрав этого человека, я удивилась, как быстро он согласился, ведь секунду назад наотрез отказывался. Что-то в словах Равенны заставило его передумать.

— Спорим, ты не догадаешься, кого из наших общих знакомых я обнаружила на балу, несмотря на виртуозный камуфляж?

— Спорим! — самоуверенно ухмыльнувшись, подхватил Артур.

— Супер, если выиграю я, ты остаешься с нами, и каждый расскажет про свою историю из жизни двадцатилетней давности!

— Отлично, а если выиграю я, то ты отстанешь от меня и никакой вечеринки устраивать не будешь!

— Какой ты зануда, ладно, по рукам, — весело согласилась Равенна.

Глава 15 Как раньше уже не будет

Глава 15Как раньше, уже не будет

«Самые жестокие уроки жизни случаются тогда, когда мы больше всего нуждаемся в мудрости, которые они несут. Одним Божественное позволяет пройти ценное обучение, другим — проснуться от кошмара иллюзий... Мы обретаем понимание жизни, когда нам нестерпимо плохо или же бесконечно хорошо. Так что не существует неискупимого зла или абсолютного добра. Существуют лишь пройденные уроки и освоенный опыт».

Опять она снится, — сонно открывая веки, думал Марк. Проснувшись ранним утром, мечник первым делом посмотрел на электронный будильник. На циферблате значилось 5:47. Марк не спешил вставать. Он лежал с закрытыми глазами и размышлял. После прочитанных пяти дневников Рошель стала приходить ему во снах, говорить с ним и дословно повторять вживую написанные ею же строки. Сегодня она привиделась ему снова. Марк медленно соскреб себя с кровати и отправился заниматься обычными утренними делами, на автопилоте прокручивая в голове все, что помнил о сне.

Она говорила о чем-то важном. О чем шла речь? Кажется, снилась и Аня.

Взяв в руки зубную щетку и тюбик с пастой, он попутно обдумывал причины сновидения, выдавливая щедрую порцию мятной массы и рассеянно роняя большую ее часть в раковину.

Похоже, наша потеряшка сообщала о чем-то, как о свершившемся факте, о чем-то плохом. Было бы неплохо, окажись все увиденное результатом работы уставшего мозга, но что-то мне подсказывает, — это не так.

Марк смог восстановить лишь смутные обрывки фраз, фрагменты картинок и неясных ощущений. В основном все, что всплывало в уме, было бессвязным и не оформившимся. Мерзкое, тяжелое, неотступающее предчувствие, которое так некстати появилось накануне предстоящего задания, настойчиво требовало воскресить в памяти посыл сна, будто несло подсказки, необходимые для дела.

Когда на небе появились первые лучи солнца, Марк уже ехал в своем новеньком, алом ягуаре к брату. На этот раз Артур оказался не в «Черной Гарпии», о чем Марку любезно сообщили люди из охраны. Дозвониться до Артура со вчерашнего вечера не получалось, и мечник начал нервничать. Теперь дорога занимала гораздо больше времени, а время поджимало. Нужно было успеть обсудить предстоящее задание и забрать брата. Когда Марк добрался до нужной квартиры, он озадаченно остановился у приоткрытой двери. Квартира оказалась не заперта. Неприятное утреннее предчувствие мгновенно напомнило о себе. Решил, что он бессмертный, раз даже запираться перестал? Марк нахмурился.

Он не стал звонить и просто зашел в квартиру. Пройдя чуть дальше по коридору, а затем и дойдя до гостиной, он не обнаружил ничего, что могло бы вызвать беспокойство. Все вещи были на месте, никакой крови или следов борьбы. Из-за двери в спальню послышался негромкий женский голос. Вернее, это был тоненький сладостный стон, сопровождаемый характерным скрипом кровати.

— Это я вовремя зашел, — усмехнулся Марк.

Поскольку переговорить с братом нужно было с глазу на глаз и как можно скорее, мечник так и застыл неподалеку от двери, пытаясь понять, что делать. Подождать здесь? Как-то неудобно. Выйти? Это может растянуться, а он своего брата знал, но не успел он принять решение, как из-за двери раздался мужской бас:

— Уходи отсюда.

— Ну Артурчик, ты чиво-о-о, — проворковал нежный женский голос.

— Вали, что неясно?

Еще через пару секунд из комнаты вылетела молодая женщина, прижимая к обнаженной груди снятую с себя одежду.

«Так, это явно облегчает дело», — довольно подумал Марк.

— Доброе утро! — насмешливо поздоровался он с полуголой беглянкой.

Однако ему никто не ответил. Девушка быстро выскользнула в другую комнату, очевидно, не совсем готовая к светскому общению. Марк постучал в спальню и практически сразу услышал:

— Входи.

Марк прошел в комнату. На кровати сидел брат. Выглядел он презанятно: в полурасстегнутых брюках, устало прятал лицо в ладонях и в позе, как бы говорящей: «Как мне все это надоело».

— Я услышал тебя. Ты топаешь как слон, — из-за закрытых ладоней отозвался Артур.

Марк прошел к брутальному кожаному креслу, стоящему возле окна, завалился в него и выдал:

— Что, экзистенциальный кризис?

— Вероятно, — поднимая голову и садясь ровно, ответил Артур.

— Я, как понимаешь, к тебе не просто так вломился.

Громко хлопнувшая входная дверь оповестила о том, что теперь они остались в квартире одни.

— Да, я догадался.

— Я знаю, что тебе поднимет настроение, смотри.

Марк протянул ему нечто вроде визитки.

— Что это?

— Наводка. Равенна с Аней разжились на балу убедительной информацией о том, где могут держать Рошель. Вчера ночью пришел отчет от ворон, информация верная, нам пора выдвигаться.

— Ты ей нравишься, — ни с того ни с сего выдал Артур.

— Кому? — не понял Марк.

— Аньке, этой, — мрачно выдал Артур, испытывающе глядя на старшего брата.

Марк надменно вскинул бровь:

— И?

— Что «и»? — с раздражением продолжил он. — Она ведь не уродина!

Марк понял, к чему ведет брат, и не стал добивать его неуместными шуточками про сны об Ане.

— Мне нравятся более утонченные женщины, — вкрадчиво заметил он.

Артур с насмешкой выдохнул.

— Ну да, это же ты, благородный рыцарь! И что, встретил уже свою изящную даму?

— Нет, — без тени усмешки или сарказма ответил Марк. — Прекрати заниматься ерундой и жалеть себя, — Марк поднялся с кресла и подошел к Артуру. — Скоро ты придешь в себя, стоит взять в руки катану. — Мечник похлопал брата по плечу. — Жду тебя в машине. Лучше с этим не затягивать. Информация может стать неактуальной уже завтра.

— Понял, скоро буду.

Стоило Марку спуститься по лестнице, раздался звонок. Это была Равенна.

— Привет, дорогая моя начальница, — шутливо поздоровался с ней Марк и посмотрел на наручные часы. Он справился с задачей быстрее, чем предполагал, и провел у брата всего десять минут.

— МАРК! ОНА СГОРЕЛА! СГОРЕЛА! — отчаянно кричала наставница в трубке.

Все дальнейшие ее слова было не разобрать, она захлебывалась слезами, пребывая в самой настоящей истерике.

— Что? Не понял, кто сгорел? Успокойся, все хорошо!

Равенна что-то залепетала, но Марк не мог разобрать среди бессвязных фраз и плача, о чем идет речь.

— Еще раз, повтори, что у вас случилось?

— Марк! (Всхлип) Марк! — голос Равенны срывался. Она едва успевала набрать воздуху, как ее снова прерывали рыдания. — Дом, он сгорел дотла!

— «Черная Гарпия» сгорела?

— Нет, дом, в котором жила Аня! Сгорел!

Дальше были слышны только истерический плач и всхлипывания. Равенна явно не владела собой.

— Так, расскажи все по порядку. Выпей воды. Все с самого начала.

Марк быстро дошел до машины и сел в салон на водительское место.

— После нашего совместного вечера Артур довел меня до дома, а сам уехал, — немного успокоившись, ответила она. — Я вырубилась. Проснулась от едкого запаха дыма и гари. Вся комната была в дыму! Я не сразу поняла, что горит. Выбежав на улицу, обнаружила, что дом сгорел дотла! Марк, это был магический поджог! Дом не может превратиться в пепел за считаные минуты! Охрана сказала, что, когда они вызывали пожарных, таунхаус уже полыхал! Как это возможно? Там ведь стояли защиты! Как это произошло? Я ничего не понимаю!

— Подожди, как ты поняла, что Аня сгорела вместе с домом?

— На пепелище я нашла Анин оберег. Экспертиза проверяет, был ли кто-то в здании, но Марк, я уже все проверила сама. Ее нигде нет. — Равенна заливалась слезами. — Ее нет! Она не считывается в пространстве как живая! Это не похищение! Она сгорела там! Те, кто сделали это намеренно, подожгли здание, чтобы убить ее! Тело человека горит не меньше семи часов, чтобы превратиться в пепел, а здесь все сгорело за минуты! Это магическая атака!

Марк молча слушал плач наставницы и лихорадочно соображал.

— Марк, не говори пока Артуру о произошедшем!

— Хорошо, пока не буду. Мы отправляемся на задание. Вы там сами справитесь?

— Да, я, я все сделаю.

Равенна немного успокоилась и совершенно убитым голосом попрощалась. Марк медленно опустил телефон. Он мрачно уставился на дорогу и задумался.

Итак, Анна мертва. Паршивый расклад. Равенна будет не в себе какое-то время. Скорее всего, отправится к дочери, пребывая в плохо контролируемой панике. За главную, думаю, оставит Рину. С задания вороны вернулись, так что присмотрят за «Гарпией». Что ж, ставки стремительно выросли. Теперь мы просто обязаны вытащить Рошель. Цена за нее непомерно высокая. И как, черт возьми, они подожгли дом? Похоже, Равенна в таком плачевном состоянии, потому что так же не понимает, как такое могло произойти.

— Ну что, едем?

Дверь резко открылась и на соседнее сидение сел Артур.

— Да, пора.

— У тебя заданы координаты места?

— Все уже готово, — заводя машину, бесстрастно ответил Марк.

Глава 16 Трасса 60

Глава 16 Трасса 60

За окном мелькали зеленые поля и небольшие поселения. В полной тишине двое мечников направлялись к месту, отмеченному на карте. Марк сосредоточенно смотрел на дорогу, что-то обдумывал и периодически хмурился. Артур, недовольно сдвинув брови, изучал карту местности — ту самую, где держали Рошель. На планшете красовалась яркая точка с указанием примерного местоположения похищенной. Вокруг точки находился непроходимый лес. Деревни, поселки, СНТ, — все находилось в пределах семидесяти километров. Также на пути оказалось множество гор и широкая каменистая река.

— Добираться следует по лесу, затем пересечь реку и высокие «Серпантинные Горы». Возможности карты не позволяют увидеть местность в точности... Видимо, нам придется прихватить с собой местную «Дашу-путешественницу», — нарушая тишину, отметил Артур. — Он по-прежнему мрачно всматривался в карту местности. — Ориентироваться тут будет непросто. Очень мало детализации. Тайга на целые километры вокруг.

— На это и расчет, — ответил Марк, не отрываясь от дороги. — Если ты неместный, трудно будет найти путь до объекта. Но за помощью обращаться не стоит. Нашим гидом станет человек, ничем не защищенный от атак, так что подобное приключение, скорее всего, будет стоить ему жизни. Придется справляться самим.

— Ладно, к этому я был готов, — устало потирая шею, ответил Артур.

Он перевел взгляд на брата. Марк с каменным лицом смотрел на дорогу.

— Ты подозрительно молчалив сегодня.

— А что, есть достойная тема для разговора?

Артур скептически скривил губы:

— Полагаю, нет, но ты редко так долго молчишь. Кроме, конечно, тех случаев, когда что-то скрываешь.

Марк не ответил. Он продолжил вести машину в гробовой тишине.

— У тебя есть догадки, кого нам подсунут?

Артур пытался развеять тягостную атмосферу разговорами, но вместо этого сам чувствовал надвигающуюся угрозу. Нечто фатальное, неумолимое, словно злой рок.

— У «Омеги» мало своих кадров. Они только растят себе более или менее приличных спецов. Думаю, наемников отправят из «Троксо» или «Плеромы».

— Знаешь кого-нибудь из них?

— Нет, но Грегор упоминал, что «Плерома», пользуясь своим статусом биоинженерного гиганта, не гнушается ставить эксперименты на людях. Обычно это заключенные психиатрических больниц, у которых никого не осталось из родственников. Сироты и прочие бедолаги.

— Чудесно-то как, только психопатов-мутантов нам сейчас не хватало, — бросил Артур, изучая карту.

В этот момент машину сильно тряхнуло, словно они наехали на что-то крупное.

— Какого черта?!

Марк остановил автомобиль. Смачно выругавшись, он вышел, чтобы проверить состояние своей любимицы. Артур остался сидеть, рассматривая мелкую речушку на карте, бегущую неподалеку от Серпантинных гор.

— Слушай, тут река не такая и длинная, как я думал, полагаю что... Марк?

Марк стоял спиной к автомобилю. Он словно застыл на месте и как-то странно смотрел перед собой.

— Марк? Что случилось?

Артур вышел из салона и подошел к брату. На бледном лице Марка застыло отсутствующее выражение. Под его глазами текли кровавые ручейки, которые уже добрались до шеи. Через мгновение кровь хлынула из приоткрытого рта, ушей и носа, быстро пропитав белоснежную рубашку. Жизнь многочисленными струйками сочилась из мечника, словно не могла оставаться в теле.

Артур схватил Марка, когда тот чуть не рухнул на землю.

— Что произошло? Марк? Марк?

Артур, открыв заднюю дверь автомобиля, быстро посадил в него брата.

— Эй! Слышишь меня! Марк! Ответь!!!

Кровь стремительно вытекала из своего владельца, будто стремилась покинуть его жилы, не оставив ни одной капли. Похоже на действие какого-то сильного яда. До больницы он точно не доедет. Такое неестественное кровотечение убьет его за минуты, — лихорадочно соображал Артур, смотря на брата.

— Черт! Как ее остановить?!

Марк уже отключился и теперь медленно умирал.

Если срочно ничего не придумать, он погибнет на моих глазах. Если отдам ему жизненные силы сейчас, это не спасет его, пока кровь хлещет из тела! От мыслей Артура отвлек звук проезжавшей мимо машины. Мягкий шум колес оповестил о том, что кто-то подъехал и остановился. Водитель вышел из салона и громко прокашлялся.

— Вам помочь? — послышался обеспокоенный голос.

Подоспевший человек подошел к Артуру. Высокий мужчина в тканевой маске, одетый в длинный серый плащ, обеспокоенно смотрел то на Марка, то на Артура.

— Господи! Что с ним случилось?

— Я не знаю, он вышел из салона проверить, на что мы наехали, затем я увидел его таким, — обеспокоенно ответил Артур и подошел к незнакомцу. — Вы можете нам помочь? Надо остановить кровотечение и быстро довезти его до ближайшего пункта помощи! Я постараюсь что-то сделать с кровопотерей, а вы довезете нас?

— Да, хорошо, не волнуйтесь, я вам помогу!

Артур вернулся к брату, чтобы удобнее посадить его. В это время стоявший за спиной мужчина сделал резкий взмах. Из ниоткуда взявшаяся катана с бешеной силой полоснула Артура по спине. Молниеносное движение лезвия, быстрее, чем взмах крыльев колибри, практически за доли секунды рассекло кожаную куртку и футболку под ней. Отточенные инстинкты позволили Артуру вовремя увернуться от внезапного удара и отскочить от врага на безопасное расстояние. Кожу лишь немного задело кончиком катаны, однако секунда промедления — и его перерезало бы пополам. Затем новый выпад. Мужчина в плаще атаковал с азартом и недюжинным проворством. Артур успевал отклоняться от меча в самую последнюю секунду. Нападавший наносил отточенные удары один за другим, быстро и внезапно, будто его меч был легким как перышко.

— И что это было?— раззадоривал его Артур, уворачиваясь от клинка и не спуская взгляда с врага. — Это такой татэ-гири у тебя? А ты дилетант, дружище. И кто тебя учил так с оружием обращаться?

Безоружный и застигнутый врасплох Артур уклонялся от ударов. Катана со скрежетом ударяла по ягуару, нанося ему уродливые и глубокие «увечья». Однако так не могло длиться вечно, нужно было защищаться и атаковать. Меч Артура оставался в багажнике автомобиля.

— Хватит плясать, прыгун несчастный, сдохни уже! — орал наемник, в бешенстве лупя катаной по всему, до чего мог дотянуться.

— С такой грубой техникой, все, что ты можешь, — это поцарапать дорогой автомобиль моего брата. А после такого, поверь, ты точно труп, — усмехнулся Артур.

Мужик в маске снова занес над головой катану. Меч рассек воздух в миллиметре от шеи Артура, лезвие снова пришлось по автомобилю, с мучительным визгом сдирая краску с алой красавицы.

— Черт, мужик, сам потом будешь объясняться с Марком, что стало с его любовью!

Взмах, и лезвие пронеслось в миллиметре от лица Артура, резкий свист — и меч рассек траву. Еще взмах — и голова каким-то чудом осталась на плечах; взмах — и прядь светлых волос полетела на траву. Выпад — и катана со скрежетом обрушилась на автомобиль. Снова взмах — лезвие пронеслось по косой и снова рассекло одежду, неглубоко, лишь оцарапав плоть. Артур отшатнулся, схватившись за грудь. Его черная футболка мгновенно намокла от крови.

— Что, уже не так тебе весело? Да? Думаю, твой брат с того света мне не угроза!

Судя по морщинкам вокруг глаз, недруг в маске нагло скалился.

— Масочку-то снять не хочешь, скромница ты наша, — тяжело дыша выдал Артур. — Ну, давай, давай, Гюльчатай, открой свое личико.

— О, пожалуй, не буду, убью вас инкогнито.

Наемник перестал хаотично нападать, осознав наконец, что за противник перед ним. Он встал, держа перед собой меч. Теперь незнакомец хотел нанести окончательный, быстрый и смертоносный выпад.

— Пора закончить, наконец, это дело, — прорычал он сквозь маску.

— Паршивая стойка у тебя, золотце, — ядовито ухмылялся Артур, все еще тяжело дыша.

Противник злобно сощурился, впиваясь взглядом во врага.

— Такой убогий, дилетантский моро-те, — продолжал мечник бесить наемника, вытирая кровь с уголка губ. — Неужели этим нелепым движением ты собираешься убить меня? Взгляни на свои руки, такая «задушенная цуба» не даст тебе ничего, кроме проблем, держать японский меч — это не лысого гонять. Предплечья почти перпендикулярны рукоятке, ноги как у бабки-паралитика. Открою тебе секрет, Гюльчатай, сейчас ты сделаешь роковую ошибку, — скалился Артур, пронизывая острым взглядом неприятеля.

В следующую секунду наемник сделал выпад, но вместо того, чтобы пронзить Артура, наткнулся на корпус автомобиля. Артур внезапно оказался за его спиной, резко схватил ублюдка за горло, другой рукой выбивая у него меч. Враг отчаянно сопротивлялся, силясь высвободиться из мертвой хватки. С размахом ударив его голову о крышу ягуара, Артур рассек нападавшему лоб. Тот упал как подкошенный, потеряв сознание. Артур, тяжело дыша, взял меч врага, отряхнул его и вытер от крови, затем аккуратно положил в ножны.

— Прости, друг, за такого никчемного хозяина, я о тебе позабочусь.

Марк, белый как простыня, по-прежнему лежал без сознания. Выглядел он совсем плохо. Кровь из него больше не сочилась. Пульс не прощупывался, а дыхание сошло на нет.

— Черт! Марк, мы с тобой так не договаривались! Ты останешься со мной!

Положив одну руку себе на солнечное сплетение, а другую на грудь брата, Артур что-то зашептал, медленно и с усилием, будто давалось ему это непросто. Постепенно Марк задышал. Он слабо начал двигать глазами, затем открыл веки. Артур на тот момент уже свалился в обморок и лежал прямо на нем.

— Что? Что за? — непонимающе заозирался он. — Артур? Что произошло?

Услышав его дыхание, Марк с облегчением отметил, что тот живой, просто без сознания. Марк освободился от лежащего на нем брата и вышел из салона автомобиля. В метре от пострадавшего ягуара лежал высокий человек. Он тоже был без сознания.

— Какого черта здесь произошло?

Следы от меча уродливыми вмятинами и царапинами располосовали с иголочки идеального ягуара. «Увечья» тянулись до метра в длину. Окровавленное окно, которому заметно досталось в сражении, пошло трещинами, а в его центре зияла большая дыра. Было очевидно, что царапины, заломы, кровоподтеки и разбитое окно настоящие и иллюзиями не являлись. Марк в бешенстве обернулся на пораженного наемника.

— Ну ты и мразь! Ты что сделал с моей девочкой! А?! Я тебя прикончу, паскуда!

Он резко схватил отключившегося мужика, поднял его за грудки, словно тот весил, не больше щенка, затем грубо затолкал в багажник, попутно переломав тому пару-тройку ребер. И почему же ты нападал один, да еще и с мечом? — задумался Марк, закрывая крышку багажного отделения. — Эти ублюдки всегда нападают целой стаей. Где остальные шакалы?

Он заозирался по сторонам. На пустынной трассе было тихо. Солнце разливалось теплым медом по небу, подсвечивая вечерние перья облаков розовыми, нежно-голубыми и ярко-красными переливами. Трава медленно покачивалась под мягким касанием ветра. Птицы кружили над безмятежным полем, о чем-то переговариваясь друг с другом. Однако ничего не говорило о том, где их могут поджидать враги.

На трассе за все время больше никто не появился. Даже дальнобойщиков не было видно. Похоже, все это неспроста. Крепко же нас траванули перед нападением.

Марк, смотря на вечернее буйство природы, порылся в кармане в поисках пачки сигарет и зажигалки. Черт, они же в куртке.

Он подошел к открытой двери за курткой и посмотрел на брата. Похоже, Артур одолжил ему почти весь свой оджас. Марк снова задумался. Все же остается вопрос: что меня привело в состояние исступления?

Мечник принялся искать причину отравления. Он наклонился под капот, заглянул в каждых темный угол, ища причину беды. Так-так, вот и оно.

На дороге он обнаружил небольшой тканевый мешочек, аккурат торчащий из-под колеса его любимицы. Держа платок у носа, Марк осторожно извлек ядовитый мешок и выбросил его подальше.

— Что это за хрень? Какой-то авторский психотроп?

Мечник достал из бардачка воду. Затем вытащил небольшой носовой платок, ярко пахнущий чем-то древесным. Обильно смочив его водой, он положил тряпицу на голову брату.

— Ну давай уже, приходи в себя, у нас времени совсем мало.

Артур по-прежнему лежал на заднем сидении.

— Надеюсь, ты не успел словить излишнюю дозу яда.

Марк вытащил брата на свежий воздух и посадил так, чтобы спина упиралась в закрытую дверь.

— Теперь даже покурить не удастся, — мрачно заметил он, садясь рядом с ним на землю. — После такого ни табак, ни алкоголь нам не друзья.

Буквально через несколько минут Артур пришел в себя и, резко заглотив ртом воздух, открыл глаза. Он судорожно оглядывался по сторонам. Марк сидел рядом с ним рядом, полностью здоровый и, как всегда, серьезный. Никакой крови на нем не было.

— Черт! Так ты, оказывается, не истекал все это время кровью? — Первое, что выдал Артур, придя в себя и потирая разболевшийся лоб.

— Нет, но траванули нас знатно, — ответил Марк, протягивая брату руку и помогая встать.

— Спасибо долгим годам обучения в монастыре, яды на нас слабо действуют, а то уже были бы мертвы.

Артур закашлялся.

— И все же мне потребовалось одолжить тебе...

— Да, я знаю, что ты сделал, спасибо! Я верну тебе должок, — перебил Марк. — Ты отлично поработал.

— Как думаешь, где остальные? Они знали, кто мы, судя по тому, что решили использовать холодное оружие вместо стрелкового.

— Мы можем выяснить подробности у твоего нового другана, который отдыхает теперь в багажнике. Почему ты его не добил?

— Подумал, живой он нам будет полезнее, — говорил Артур, садясь в салон. — Может, шутки знает смешные, расскажет нам пару забавных историй за кружечкой пива.

— Пытать его будешь?

— Только если станет излишне скромничать, — усмехнулся Артур.

— А ведь он будет, — вернувшись на место водителя, ответил Марк.

— Значит, буду пытать, — бесстрастно ответил Артур, снова погрузившись в планшет с головой.

Глава 17 Танец трех миров

Глава 17 Танец трех миров

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |Predator — Final Mix —- Front Line Assembly

Две невысокие фигуры в масках, одетые в длинные балахоны, шли вдоль коридора «Черной Гарпии». По дороге они обсуждали серьезное происшествие, случившееся несколько дней назад.

— Ты уже слышала новости? Анна пропала!

— Да, я слышала. Она сгорела в пожаре, а не пропала.

— Это еще не установлено! Есть надежда, что она осталась жива. К тому же, вряд ли она успела превратиться в пепел за пару минут!

— Вряд ли она жива. Мастера зеркал не видели ее в светлом зеркале, и экспертиза показала, что эта девица сгорела вместе с таунхаусом за считаные минуты.

— Да, но и в черное зеркало она не попала!

— Это потому что сорок дней не прошло, наивная! — теряла терпение Терра.

— Слушай, ты что, хочешь ее смерти, что ли? — обиделась вторая. — Зачем ты так упорствуешь! Есть же еще надежда!

— Да нет мне дела до нее! У самой проблем навалом! Сколько можно говорить о ней? Уже три дня только и слышу про святую мученицу Анну и ее исчезновение! Только вот это не беда в сравнении с тем, что надвигается на нас всех!

— Терра, Фира! Вот вы где! Я вас искал!

Фира обернулась.

— Ваша начальница не отвечает на звонки!

Высокий мужчина, с короткой черной бородкой, слегка тронутой сединой, одетый в строгий костюм, нагонял их.

— Я к вам с делом.

— Привет, Феликс, я очень-очень спешу! Поговори, пожалуйста, с Террой! Я потом у нее все узнаю. Пока!

Фира поспешила вперед, оставив двоих коллег наедине. Феликс недовольно проводил ее взглядом, затем повернулся к Терре.

— Все в «Гарпии» обсуждают пожар. Полагаю, и ты знаешь про Анну? —

Маг зеркал не сводил с Терры черных глаз. Тяжесть его настойчивого внимания, казалось, придавливала ворону к земле.

— Да, да, бедняжка Анна погибла, а может, и не погибла. Ты что-то хотел передать?

— По моим сведениям, она мертва. Я все перепроверил. Тут не может быть ошибки.

— Откуда тебе это известно? Черное зеркало подсказало?

— Я узнал об этом другим способом.

— Тогда как?

— Через портального.

Маг при этих словах слегка смутился.

— Фу, какая гадость! Зачем вы общаетесь с этими существами? Им нельзя верить, разве ты не знал? Ты Анну эту в глаза даже не видел, как и портальный, и тут вдруг такая уверенность?

— Я уверен, что он не врет.

— Ладно, неважно, ты ведь не только за этим ко мне подошел?

— Не только за этим. Я скоро ухожу на задание, как и другие из отдела, Равенну поведать не успею. Хотел тебе передать, скажи ей...

— А что у вас за задание? — перебила его коллега.

— Не могу сказать.

В воздухе повисло неприятное, натянутое молчание.

— А, Равенна, надеюсь, в курсе, что у вас за сверхсекретные миссии?

— Равенна в курсе.

И снова гнетущее молчание. Теперь каждый источал настолько ощутимое раздражение, что еще немного — и воздух разразится ударом молнии.

Маг продолжил:

— Если ты так хочешь откровенно поговорить обо всем, может, снимешь сперва масочку и обсудим все детально?

Терри прыснула.

— То, что ты из элитного отдела, еще не дает тебе права так говорить со мной, — решительно заявил Маг Зеркал.

— Хорошо, извини, я сегодня на взводе. Весь день слушаю об этом пожаре и Анне, а ведь я чувствую, что у нас проблемы будут посерьезнее!

— Да, именно... Это как раз то, что я хотел передать Равенне и твоему отделу. Странная смерть Анны, многочисленные смерти охотников — все это связано. Зеркала молчат, кто за этим стоит, но со временем мы все поймем. И еще, отдел экстра не вернется с задания.

— То есть? — голос Терры сел.

— К сожалению, это так. Артур и Марк будут убиты.

— Это Пифия сказала?

— Да...

— Но она всего лишь зеркало и может ошибаться?

— Нет, Пифия не ошибается. Терра передай, это, пожалуйста, Равенне и своей начальнице. О таких вещах я не пишу, все передаю только лично, советую тебе поступить так же.

— Феликс! — Терра схватила его за рукав. — А сейчас, сейчас они живы? — Ведьму заметно трясло, она с надеждой уставилась на высокого коллегу.

— Полагаю, что да, но это ненадолго. — Маг нахмурился и недовольно одернул рукав, затем бросил Терре напоследок: — Мне пора, оповести главную ворону, как только она освободится.

Феликс развернулся и стремительно ушел, предоставив коллегу мучительным переживаниям. Ледяной, невыносимый страх постепенно заполнял ворону. Почему он должен умереть? Ну уж нет! Где Равенна?

Терра поднялась по лестнице к кабинету начальницы. Равенна все исправит, я уверена! Она с усилием дернула за ручку — кабинет директора оказался закрыт.

Черт! Где шляется эта мерзавка!

Пот холодной змеей сползал вниз по спине, а сердце колотилось так, что отдавалось в ушах. Терру продолжала бить мелкая дрожь.

Боже, боже, надо что-то делать!

Ведьма зашла в соседний кабинет, взяла бумагу, ручку и подошла к окну. Она быстро написала записку, затем резким движением открыла окно и протянула руку вперед. Через пару минут к ней прилетела ворона и осторожно села на руку.

— Привет, Стелла, передай это Артуру или Марку, пожалуйста! Найди их как можно быстрее!

Ворона улетела вместе с небольшой запиской в лапке.

Черт, черт, черт! Что же делать? Под маской стало нестерпимо жарко и душно. Мысли давили, словно десятитонный пресс. Ужас, сковавший тело, не давал сосредоточиться. Терра вышла из кабинета. Вдруг за ее спиной раздались чьи-то шаги.

— Равенна!

— Здравствуй, Терра, — сказала она упавшим голосом.

— Равенна! Я говорила с Феликсом! Они не вернутся с задания! — отчаянно выпалила ворона, подбегая к начальнице...

— Я знаю, — все так же тихо ответила глава «Черной Гарпии».

— И? Вы намерены что-то делать?

— Намерена, передай остальным, чтобы взяли к завтрашнему утру вороново крыло. Пришло время для танца трех миров, — мрачно выдала она, заходя к себе в кабинет.

— Равенна, откуда вы узнали? Вам тоже Феликс рассказал?

— Нет. Феликс только отчитался о том, что Анны нет в живых. Про экстра я узнала сама, по своим источникам. Терра, ты меня поняла? Оповести отдел о ритуале и приходи на церемонию завтра в девять утра, туда, куда тебе скажут. У меня все, я устала. Все подробности узнаешь у Рины.

Равенна закрылась в своем кабинете. Судя по ее состоянию, глава «Гарпии» была полностью раздавлена и сломлена. Ждать от нее продолжения разговора или каких-то пояснений было бессмысленно.

Ритуал танца трех миров? Что это вообще такое?

Терра направилась в помещение, где они всегда проводили время с девочками из отдела.

— О Терра! Привет! Ты где была, я тебя обыскалась! — выдала Марин, откусывая нескромный кусок свежего эклера.

— Это вы где были? Вас Феликс так и не нашел!

— Мы улетали по делу, нужно было проследить за потенциалом, — ответила главная ворона, садясь за стол с кружкой ароматного кофе.

— Девочки, разъясните мне, что за танец трех миров?

Терру все еще трясло. Она стояла у прохода, боясь сдвинуться с места, будто пыталась держаться подальше от того, что могла услышать.

— А почему ты спрашиваешь? — смутилась Черная Ворона.

— Вы знаете, что экстра могут не вернуться с задания? Равенна в ответ на угрозу смерти Артура и Марка сказала, что пришло время для танца трех миров, я не поняла, что это.

Вороны переглянулись.

— Ты уверена, что она именно это сказала? — удивилась Рина.

— Да, разумеется, я уверена! Скажите, что это за танец?

— Это танец с Кутхом.

— С Кутхом?

— Терра, как ты могла забыть? Это же учитель Равенны. Он могущественный Дух, способный практически на все, но цена за его услугу может быть непосильно высока. Странно, что Равенна согласилась на это, зная о последствиях такого выбора, — задумчиво сказала Марин.

— А в чем последствия?

— Иди к нам, садись, чего ты застыла у дверей, — ласково позвала ее Рина. — Я тебе кое-что расскажу о Равенне, — продолжила она, смотря на идущую к ней Терру. — Ты ведь знаешь, что у нее когда-то был муж, правда?

— Да, я знаю о нем. Он умер, кажется.

— А ты знаешь, как он умер?

— Нет.

— Его убил Танец Трех Миров, — вставила Марин, дожевывая свое пирожное.

— Подождите... Тогда как танец спасет Артура, если он отбирает жизнь?

— Ты хотела сказать, спасет жизнь Артура и Марка.

— Да, и Марка, конечно, тоже.

— Очень просто: кто-то другой отдаст то, что должно быть отдано.

Терра уставилась на начальницу. Когда стало ясно, что та не собирается никак пояснять свою мысль, выпалила:

— И вы так спокойно мне это заявляете? Равенна пойдет на убийство? Неужели нет другого пути?

— Ты не совсем поняла. Танец Трех Миров не отнимает жизнь. Это церемония обмена силами с духом. Ты даешь силу ему, он дает силу тебе. Но, как правило, это делается с какой-то конкретной целью, и вот тут-то и возникает опасность. Кутх может попросить у тебя за свои услуги что-то небольшое: мороженое, алкогольный коктейль, красивый кожаный ремень или часы с кукушкой...

— Часы?

— Да, он весьма непредсказуем в выборе поношений. Может потребовать от тебя некой аскезы, поцелуя, спеть ему, подарить любимое лакомство. Однако он же, может выставить тебе счет в виде чьей-то смерти.

— Но почему? Зачем эта жестокость?

— Бывает, что другого выхода попросту нет, — продолжила Черная Ворона, смотря на свою подчиненную. — Дело не в его коварстве или злобности, а в цели, которая ставится перед человеком. Разумеется, важно, какие карты розданы мирозданием при каждом конкретном случае. В прошлый раз, когда Равенне понадобилась помощь наставника, смертельно заболела ее дочь. Девочка не должна была выжить. По всем канонам ее душа намеривалась развоплотиться. Но Равенна не могла так просто отпустить дочь. Кутх, обычно не предупреждающий о цене за церемонию, на этот раз из чувства сострадания к своей ученице сказал ей правду: это будет стоить жизни любимого человека. Ей придется выбрать, кому жить, а кому умереть.

— И она выбрала мужа?

— Не совсем. Они вместе так решили. Ее муж попросил отдать его жизнь вместо дочери, чтобы она взяла его время. Он сам так решил, а Равенна провела церемонию. Об этом мало кто знает, да и произошло это давно. Дочь Равенны до сих пор не знает правды.

— Но тогда был другой случай! Может, Кутх и на этот раз возьмет просто украшения или конфеты! Да даже все деньги, что есть, я все отдам, только бы он спас его!

— Терра, какая ты наивная, дело-то не в деньгах! — встряла Марин. — А в процессах, происходящих на просторах разнообразных непроявленных миров! Мы сами не до конца все это понимаем. Но за спасение чьих-либо жизней цена всегда велика. Это точно не будет стоить такой мелочи, как мороженое или коктейль.

— А что такое вороново крыло?

— Это трава. Я дам ее тебе. Зайди ко мне домой, перед завтрашней церемонией, — сказала главная ворона.

— А зачем она?

— Она нужна, чтобы видеть Кутха.

— А зачем мне его видеть?

— Затем, дубина, что мы все будем участвовать в церемонии как свидетели, — поддела ее Марин. — Неужели ты не хочешь увидеть мастера, от которого произошли все наши способности?

— Все, что я хочу, — это спасти Артура, больше меня ничего не волнует!

Аквамариновая ворона с недовольством демонстративно вздохнула.

— Ты увидишь Танец Трех Миров. Обычно человеческий мозг находится в одной — максимум двух мерностях. Но при помощи вороного крыла ты сможешь ненадолго побыть между многими мирами и видеть действительность почти так, как ее видят духи. Вот зачем оно нужно, — терпеливо пояснила Рина.

— Ясно, я поняла.

Терра встала из-за стола.

— Это правда спасет ему жизнь?

— Это спасет ИМ ОБОИМ жизнь, — ответила старшая ворона.

— Отлично, тогда я домой. Зайду к тебе перед церемонией.

— Хорошо, жду тебя утром.

Терра, измученная тягостными переживаниями за жизнь Артура, всего за пару минут добралась до дома. Скинув надоевшие туфли и тяжелую рясу, ворона поднялась и подошла к зеркалу. Она наконец сняла с себя надоевшую маску. На нее смотрела хрупкая заплаканная блондинка с черными разводами от туши. Мелкие кудряшки и большие грустные серые глаза делали ее похожей на подростка. Она спрятала лицо в ладонях.

— Нет! Ты должен жить! Я все сделаю для этого!

Она устало свалилась на кровать. А что, если все это не поможет? Что, если Кутх откажется? Что, если Артур все-таки умрет?

Ее снова захлестнули рыдания, она сжалась, словно ребенок, подобрав под себя колени. — Как жаль, что жизнь, которую придется обменять за него, это не жизнь Анны! — мстительно подумала Терра. — А, впрочем, неважно, кто это будет, главное — чтобы не пришлось отдавать смерти тебя, Артур…

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

На следующее утро все вороны собрались у назначенного церемониального места.

— Спасибо, что проводила меня, Рина. Танец трех миров всегда проходит здесь?

— Да, чаще всего здесь.

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |Три женские фигуры в балахонах стояли на открытом воздухе. Они оказались на огромной поляне, сплошь заросшей бурьяном. На этот раз надоедливые маски остались дома, и вороны сполна наслаждались свободой, ощущая приятные потоки ветра на лице. Утреннее солнце еще не успело налиться. Оно нерешительными тусклыми лучиками пробивалось сквозь тяжелые серые тучи.

Наставница уже была на поляне и прохаживалась вдоль свежих зеленых трав, собирая обнаженными ступнями кристально чистую росу. Легко одетая, в своем изящном, черном, развевающемся платье, наставница, кажется, не замечала ничего вокруг и гуляла по полю, пребывая в каком-то трансе.

Все живое тихонько колыхалось на ветру: деревья мирно шелестели и сбрасывали листья, цветы медленно раскачивались, клонились к земле и снова поднимались к солнцу. Волны где-то неподалеку шумно прибегали к берегу, принося запах водорослей, а затем снова уносились обратно к морским глубинам. Длинные, густые, слегка волнистые волосы Равенны, подхваченные ветром, красиво вились вместе с охватившей их гармонией природных сил. Однако больше ничего не происходило. Рина налила Терре горячий ароматный чай и протянула кружку.

— Спасибо.

Кружка приятно согревала руки.

И как Равенне не холодно? У меня зуб на зуб не попадает, а ей комфортно! — думала Терра, делая глоток обжигающе горячего напитка.

Чай приятной, теплой волной разливался по телу. Часть воронова крыла уже горела в пламени костра неподалеку. Другая часть оказалась в трубке, которую было положено курить, пока не появятся видения. Ну и сам чай, очевидно, был… не просто чай.

— Мы будем видеть одно и то же? — уточнила Терра, повернувшись к начальнице.

— Необязательно, но Кутха ты увидишь.

— Ладно...

Сделав затяжку из трубки, ворона закашлялась. На этот раз маска не мешала ей, и все же привычка давала о себе знать. Дышать, смотреть по сторонам хоть и стало свободнее, новое ощущение незащищенности стало неприятным сюрпризом. Терра сделала еще затяжку. Ну и странное времяпровождение.

Постепенно голова начала тяжелеть и кружиться. Равенна стала двигаться по полю как-то иначе. В ее ушах Терра заметила красивые крупные серьги в виде черных крыльев. Длинное платье с открытой талией под яростными порывами ветра поднимало юбку все выше, в такт волнам, бившим о скалы.

— Танец первый. Танец боли, — объявила Черная Ворона. — Смотри внимательно, Терра. Сейчас появится Кутх.

Равенна начала медленно извиваться. Она стала похожа на изувеченное дерево, скрюченное и больное. Только дерево это было гибким и двигалось. Равенну будто тянуло к земле. Первый Танец очень четко показывал, что такое боль. Мучительно было даже смотреть на это.

Артур, — вспомнила Терра, и на сердце у нее защемило. Сделав очередную затяжку, она принялась за свой особый чай. Что-то не накрывает меня...

Равенна в это время раскачивалась, сгибалась, крутилась и падала, поднималась и снова падала. Словно невидимая сила бросала ее, опрокидывала на землю, сжимала в тисках, прибивала к траве.

Интересно, что за музыка играет для нее? — размышляла Терра, глядя на танец.

Никакого Кутха ведьма не видела. Однако в следующую минуту все вдруг заполнил черный дым. Все, до чего касался взгляд, стало темным мерцающим смогом.

— Красиво как, — вырвалось у вороны, пока она смотрела на церемонию.

Густой блестящий дым охватил и Равенну. Или это не дым вовсе? Может, это стая ворон? Что со мной происходит? — забеспокоилась Терра.

Она попыталась посмотреть по сторонам, но не увидела ничего, кроме мерцающих черно-белых всполохов и странных линий. Терра старалась сосредоточиться, четко разглядеть хоть что-то, но не выходило, будто она мчалась на сверхскоростном поезде, не имея ни малейшей возможности зацепиться за что-либо взглядом. Терру затошнило. Она снова перевела взгляд на Равенну.

— Танец второй, — объявил голос из темноты. — Танец жизни!

Красивый мужчина теперь стоял рядом с Равенной. Ростом под два метра, с вьющимися черными волосами до плеч, резко очерченными скулами и золотисто-зелеными глазами, лучистыми, теплыми, словно весенние травы, согретые в лучах заходящего солнца. Неестественно бледная кожа и аристократическая худоба делали его похожим на вампира. Так это и есть Кутх? Оказывается, он молод? Кутх, несмотря на худобу, выглядел крепким и сильным. На ухе у него красовалась серьга в виде когтя, а на правой руке, на одном из длинных красивых пальцев, блестел черный каменный перстень.

Одежда Кутха, она... Так, а во что он одет? Терра никак не могла разглядеть. Казалось, одеяние его постоянно менялось. Я не могу зацепить на нем взгляд! В одну секунду Кутх был в черном костюме и красной рубашке, в другой момент он стоял в рясе, затем он словно был окутан дымом. А может, он и есть дым?

Голова кружилась. Терра чувствовала: все, что с ней происходит, невозможно ни описать словами, ни как-то разумно объяснить. В это время танец Равенны стал неистовым. Теперь она танцевала не одна. Кутх то кружил ее в танго, то прижимался к ней, как страстный любовник, то вился дымом вокруг.

В один момент он превратился в гигантского черного ворона и одним взмахом крыльев поднял настоящую бурю! Трава, песок, листья — все полетело в глаза. Потерев веки, Терра увидела, как Кутх, стоя позади Равенны, целовал ее в шею. Равенна, и так выглядевшая моложе своего возраста, стала совсем юной, словно ей было не больше двадцати лет.

— Танец третий, — объявил голос откуда-то справа. — Танец Мировых бурь!

Кутх то обнимал Равенну, утешая ее, то целовал, то кружил в танце. И, как ни странно, все это и правда выглядело как цельная творческая и прекрасная композиция из тел и энергий.

Начало третьего танца стало похоже на движение двух черных вихрей. Кутх двигался в такт с Равенной. Наставница кружилась по воздуху, волосы и юбка развевались, подхватываемые ветром. И снова Кутх превратился в ворона. Или нет? Может, он стал дымом? Или стаей ворон? Так вот что такое танец трех миров! Я вижу Кутха в трех его ипостасях одновременно! — догадалась Терра.

Равенна также обрела три разных воплощения. Наставницы устроили жаркий танец, изгибались, поднимали настоящий вихрь юбкой, целовались с Кутхом. Дух смотрел на нее так тепло и участливо, как смотрел бы любимый человек. Терра уже не могла понять в этом безумном хаосе событий, где какая мерность. Вороны, дым, тела, ветер — все смешалось в одно. Терра с трудом понимала, где она и что происходит. В голове не осталось никаких мыслей. Где я? — раздалось в голове у Вороны.

— Терра! — послышался голос Рины. — Не отключайся, досмотри танец до конца!

— Но я уже ничего не вижу!

Боже, Артур, пусть это поможет тебе, что бы это ни было!

Чернота рассеялась. Равенна постепенно начала замедляться. Кутх нежно обнимал ее. Похоже, она плакала и что-то говорила ему.

Он что, утешает ее? Дух явно что-то говорил наставнице. Их фигуры стали расплываться, становиться нечеткими, размытыми, и в следующую минуту исчезли в бескрайнем сером тумане...

— Ты не должна держаться за то, что никогда не принадлежало тебе, — послышался красивый голос в темноте. — Ты уничтожишь себя и свой дар, цепляясь за иллюзию. Терра, ты отлично понимаешь, о ком я. — Красивый мужской голос принадлежал Кутху.

— Вот вы все так! Но я хочу быть с ним, и точка! Пусть даже весь мир будет против и станет навязчиво отговаривать меня! Неужели вам непонятна человеческая любовь?

— Милая, это не любовь, это лишь проявление твоего духовного нищенства.

— Терра! Терра! Очнись!

Яркий свет больно ударил в глаза. Терра сощурилась.

— Ну? Как тебе танец? Равенна уже дома, отдыхает. Рина велела позаботиться о тебе. Ты отключилась прямо тут, на траве. Ты видела его?

Голова трещала от боли, в желудке мерзко тянуло, тошнота подступала к горлу. Все, что хотелось сейчас терракотовой вороне, — это оказаться дома, где ее никто ни о чем бы не спрашивал.

— Да, — нехотя ответила она. — Видела его. Он высокий зеленоглазый мужчина.

— Да! Он красивый, да? — восторженно выпалила Фира. — Я бы тоже хотела станцевать с ним!

— Артур лучше, — пробубнила Терра.

— О боже, опять ты про него! Вставай давай!

Ворона помогла подруге подняться.

— Не волнуйся, Терри, теперь все будет хорошо!

— То есть как это хорошо? Никто не умрет?

— Ну-у, я точно этого не знаю, но вроде нет, — жизнерадостно выдала Фира.

— Зато Марк и Артур теперь точно получат помощь Бога!

— Главное, чтобы они были спасены, — все еще приходя в себя после пережитого, ответила Терра.

Глава 18 Затмение

Глава 18 Затмение

Рошель

Я стояла у окна с видом на безрадостную осеннюю непогоду. Деревья покачивались под порывами ветра, дождь со снегом бил в окно, а пожелтевшие высохшие листья разлетались в разные стороны. Правда, некоторые, особенно упорные листочки все еще оставались на деревьях, намертво схватившись за опустевшие ветви.

Несмотря на то что находилась я в теплом и уютном месте, созданном с явной заботой и вниманием, ощущала себя точь-в-точь как эти сухие, потерявшие цвет листья, объятые хаосом.

Уже больше полугода я здесь. Выходить из номера, когда захочется, разумеется, нельзя. Я могу лишь изредка, уточнив заранее, пойти прогуляться поблизости. Правда, сдается мне, даже такая привилегия мало кому доступна. Я ни разу не видела, чтобы кто-то свободно гулял по парку, как это удавалось мне.

Видеться с Тимой, конечно, тоже запретили, не говоря уже о том, чтобы просто поговорить с ним по телефону. К слову, не было возможности общаться хоть с кем-то, несмотря на то что я в этом здании далеко не одна.

К зеркалу, тому самому, я больше не подходила. После трех недель общения с самой собой стала бояться поехать кукушкой.

Целыми днями делала то, что назвали бы убийством времени: читала, смотрела сериалы, готовила, пытаясь хоть как-то отвлечься от мыслей, зачем меня здесь держат. Иногда ко мне в номер захаживал человек в белом халате — очевидно, врач. Брал какие-то замеры, иногда кровь и, не говоря ни слова, уходил. И так каждый день. Дни складывались в недели и пролетали, как одно мгновение. Не будь я интровертом, наверное, повредилась бы умом от такого образа жизни.

Сегодня начался такой же серый и бессмысленный день, как и все до этого, только сопровождало его некое странное волнение. С утра оно не давало мне покоя, и сейчас, стоя с кружкой какао у окна, я снова его остро почувствовала. Ко мне в дверь громко постучали. От неожиданности подскочила. Это было странно! Дело в том, что раньше приходил лишь врач, без стука вламываясь в комнату.

Я подошла к двери. Волнение почему-то усилилось. Стоило мне открыть дверь и увидеть кто за ней, я поняла, почему беспокойство не отпускало меня все утро.

— Добрый день, Рошель. Я пришел вас проведать, позволите мне войти? — мягко прозвучал знакомый мужской голос.

У входа в мой номер стояли двое: первый — тот самый врач, которого я ожидала, второй — самый нежелательный человек, которого только можно было представить. Я уставилась на него, с трудом веря собственным глазам.

На меня смотрел молодой мужчина, которого я не видела лет семь и столько же предпочитала бы не видеть. Он сильно поменялся и возмужал с того времени, и все же не узнать его было невозможно.

— Рошель, не хотел вот так огорошить тебя своим появлением, но, к сожалению, не было возможности представиться раньше, — сказал призрак из прошлого, очаровательно улыбаясь.

Молчание затянулось. Мужчины все еще стояли у порога.

— Так ты разрешишь нам войти? — мягко осведомился нежданный гость. Его бархатистый уверенный голос за секунды вернул меня на семь лет назад.

В то время я только окончила обучение и устроилась на работу учительницей. Сама, совсем еще юная и похожая на подростка, думала, что смогу чему-то научить детей. Я была полна надежд и энтузиазма, хотелось рассказать подрастающему поколению о том, что есть в этом мире интересного.

Я работала учительницей биологии. Должна отметить, что работать с подростками оказалось затруднительно. Моя внешность не слишком отличалась от внешности учеников. Будучи хрупкой, маленькой, с большими синими глазами и высоким голосом, я не чувствовала себя по-настоящему взрослой, так что было непросто.

Самым серьезным испытанием оказались уроки по репродуктивной системе человека. До сих пор помню шепотки и пошловатые шуточки мальчиков, которые то и дело поглядывали на меня и смеялись. Тогда это задевало, однако я и не подозревала, что самая серьезная проблема была скрыта от глаз.

В одном из старших классов, где я преподавала, учился Ян. Он заметно отличался от большинства сверстников. Замкнутый, молчаливый, мрачноватый, молодой человек. Трудно было сказать, что он за личность. Все, что могла видеть, — это лишь совершенно непроницаемое лицо. Его отец работал в полиции и желал для сына самого лучшего, но в Лицей тот так и не поступил. У меня были подозрения, что молодой человек замкнулся в себе из-за проблем в семье, которая не желала мириться с тем, что он учится с обычными детьми.

К слову, это был очень красивый мальчик. Высокий, темноволосый, с идеальной белоснежной кожей и утонченными чертами лица, он и правда притягивал взгляд. Я не раз наблюдала, как одноклассницы пытались с ним поговорить или хоть как-то обратить на себя внимание. Но они его не интересовали, ровно как и парни в классе. Однажды меня огорошил звонок его отца, который попросил прийти в гости и поговорить об успеваемости сына по моему предмету. Такое приглашение немного смутило, и я отказалась идти к ним, предложив встретиться в школе. Я впустую прождала его тридцать минут, когда собиралась уходить, в дверях возник крупный мужчина с тяжелым взглядом. Похоже, такой взгляд — это у них семейное, — подумала тогда.

Он поздоровался и сел напротив меня, развернув стул так, чтобы видеть мое лицо. Было неприятно сидеть ровно напротив него, чувствовала себя будто на допросе.

— Мой сын намерен идти в медицинский, — сказал он, — для сдачи ЕГЭ ему нужно подтянуть биологию. Вы не могли бы давать Яну уроки, быть его репетитором, готовить к сдаче экзамена? Мы хорошо вам заплатим!

Я очень удивилась, потому как Ян, мягко говоря, не был проблемным учеником, и полагала, что подготовиться к сдаче экзамена ему по силам самому. Я осторожно спросила:

— А что сам Ян думает об этом?

Я задала этот вопрос по причине того, что не хотела потакать гиперопеке родителя, который слишком рьяно переживал о своем ребенке. Его ответ меня очень удивил:

— Так он сам попросил меня поговорить с вами.

— Он сам вас попросил?

— Да, очень просил, чтобы именно вы ему преподавали. Он заверил, что только у вас современный подход к обучению и вы всегда добавляете что-то от себя, то, что может пригодиться при поступлении.

Сказать, что я опешила, ничего не сказать.

— Но я никогда не давала дополнительных уроков, — немного неуверенно сказала я. — Как-то неожиданно все это.

— Не переживайте, — по-приятельски ответил он, — нам важны ваши знания, а не навыки репетиторства. Ну так что? Как насчет семи тысяч за каждое занятие?

По тем временам для меня это были ощутимые деньги, а учитывая, что занятия должны были проходить минимум три раза в неделю, я могла заработать гораздо больше, чем раньше! Было трудно устоять, и я согласилась.

В первый день дополнительных занятий узнала, что семья у Яна достаточно богата, и подобная сумма за обучение для них не проблема. Заниматься полагалось у него дома, поэтому, впервые попав туда, я немного смутилась. Не то чтобы была очень бедна, нет, дело не в этом, просто с богатыми людьми нужно быть осторожнее. Некоторые из них достаточно циничны. Сегодня ты на коне, и они с удовольствием имеют с тобой дело, но если что не по нраву — ты становишься врагом номер один и переезжаешь жить на другую планету. Так что я понимала возможные риски таких занятий.

Меня встретил отец семейства. Мама Яна была в отъезде, поэтому я ее так и не застала. Проводив меня до комнаты сына и окинув не самым пристойным взглядом, он попрощался, оставив наедине с неприятными мыслями.

Заходить в комнату Яна почему-то не хотелось, но, взяв себя в руки, я все же сделала шаг вперед. Это была не комната, это был гигантский зал! Сопоставимый с гостиной в солидной квартире! Помещение было больше похоже на кабинет большого босса: дорогие диваны, огромные панорамные окна, гигантский плазменный телевизор, даже барная стойка в комнате у подростка семнадцати лет! Я не увидела кровати, гаджетов, типичных для детей его возраста, да и вообще чего-то, что можно назвать подростковой крепостью уединения.

— Это одна из моих комнат, — как бы отвечая на мой немой вопрос, ответил Ян. Он стоял у бара и открывал бутылку со спиртным, доброжелательно разглядывая меня.

— Здесь я занимаюсь, надеюсь, вам будет комфортно. Присаживайтесь.

Я неуверенно села на диван. Разве так должны проходить уроки ученика и учителя? По-моему, я сильно косячу.

—Ян, не рановато ли тебе пить вино? Атмосфера не рабочая, давай может…

—Мне восемнадцать. Я припоздал со школой, поэтому на год старше своих сверстников.

Видимо, на моем лице что-то отразилось, и Ян сказал:

— Вам не нужно переживать из-за того, что мы не за школьной партой и не за рабочим столом, на суть занятий это не повлияет. Могу и вам налить, если хотите?

—Нет, спасибо…

Находясь на своей территории, он явно чувствовал себя хозяином положения. Плеснув себе напиток в бокал, он спокойно повернулся ко мне, пригубив содержимое.

Было странно видеть его в подобной непринужденной роли, но как преподаватель я должна была взять инициативу в свои руки.

— Ладно, Ян, начнем с азов, с самого муторного, что требуется знать при сдаче этого предмета...

— Можно я просто вас послушаю, — прервал меня он.

— В каком смысле? — меня бросило в жар от этой просьбы.

В ней было что-то не то.

Ян, держа бокал в правой руке, удобно расположился на диване напротив меня. В светской манере он продолжил:

— Вы будете рассказывать, а я запоминать. Я не буду записывать, запомню все так. Если вы мне не верите, в конце лекции можете спросить об услышанном. Только оставайтесь на диване, мне не хочется садить вас за рабочий стол и самому там сидеть нет желания.

В этот раз он был каким-то другим. То ли алкоголь на него повлиял, то ли обстановка, но я уже не видела в нем мрачного и закрытого парня. Это был уверенный в себе и даже очаровательный молодой человек, больше смахивающий на двадцатипятилетнего. Было странно вещать ему что-либо, сидя на мягкой мебели, словно в гостях. Тогда я не выдержала и спросила:

— Ян, зачем тебе это? Ты сам можешь подготовиться к экзаменам! У тебя феноменальная память, зачем я тебе?

Он опустил взгляд, улыбнулся, затем ответил:

— Мне нужно ваше участие в этом вопросе, есть вещи, которые мне интересно узнать именно от вас.

— Ян, я не думаю, что смогу рассказать что-то сравнительно большее, чем другие учителя.

— Вы не хотите меня видеть?— ледяным тоном спросил он.

Его располагающее и мягкое лицо мгновенно изменилось. Тонкие черты лица стали жестче, из-за чего он стал сильнее похож на своего отца.

— Послушай, не нужно ставить так вопрос, дело не в этом, — торопливо ответила я.

— Так в чем же? — не унимался он. — Вас не устраивает оплата? Я смогу платить больше!

— Да нет же!

Собственный голос показался мне слабым и надрывным, тема взяла неожиданный оборот и стала совсем неприятной!

— Просто я не вижу никаких проблем с твоей учебой, и у меня создалось впечатление, что ты позвал меня не заниматься, а для каких-то своих непонятных целей, — честно выпалила я.

— Я просто хочу, чтобы вы со мной позанимались, — немного успокоившись, ответил он. — Не думал, что тут может возникнуть какая-то проблема.

— Ладно, — сдалась я, — давай заниматься.

После этого разговора о причинах занятий мы больше не заикались. Занятия так и проходили: я готовила материал для лекции, читала, он просто смотрел на меня и запоминал. В конце лекции задавала ему вопросы, он всегда отвечал блестяще. Мне порой казалось, что биологию ученик знает лучше меня. Постепенно опасения оставили меня в покое. Мы стали разговаривать на отвлеченные темы, непринужденно и легко. Было здорово говорить с ним обо всем на свете. Ян открылся мне с другой стороны, я увидела не по годам мудрого и зрелого человека, что удивительно для парня его возраста.

Когда пришла пора готовиться к тесту, и я сказала, что вначале нам лучше решать их вместе, он неподдельно обрадовался. Подозревала ли я, что закрываю глаза на то, о чем потом пожалею? Да, но все же надеялась, что все обойдется. В конце концов, репетиторство не могло длиться вечно, и наши занятия должны были подойти к концу.

В последние недели Ян стал очень колким и замкнутым. Я посчитала это нормальным, потому как на носу экзамены, ему многое предстоит, потому и душа не на месте. Но дело было совсем в другом. На одном из занятий он неожиданно спросил меня:

— А почему вы не замужем?

На тот момент мне было двадцать три года, и я отшутилась:

— Ян, мне пока рановато.

Но он не отставал и задал вопрос, от которого так просто не отмахнуться:

— Могу я видеть вас просто так, без занятий?

Ян был сильно взволнован. Это стало заметно даже не по лицу, а по севшему голосу и слегка дрожащим рукам. Он внимательно уставился на меня.

Случилось то, чего я так боялась. Похоже, дело действительно было не в учебе. Ему просто хотелось проводить со мной время, и он не нашел способа лучше, чем брать уроки по моему предмету, но сейчас он заканчивает школу, и поводов приходить у меня нет. Справедливости ради надо отметить, что мне с ним тоже было интересно! Однако я осознавала, что он ученик, а я учитель, и что когда обучение закончится, общение прервется. Но, похоже, его это не устраивало.

— Я не хочу, чтобы вы уходили. Мне это непереносимо!

Тон его изменился. Холодным, стальным голосом он заявил, что не намерен меня отпускать. Я не нашлась что ответить. Лихорадочно соображая, что бы ему такого сказать, виновато смотрела на него. Ян правильно истолковал мое замешательство: конечно, я не смогла бы просто так приходить к нему. Так что от милого молодого человека не осталось и следа. Он явно не был готов к отказу и теперь стал похож на малолетнего маньяка! Я помню, испугалась тогда, отметив, что так, наверное, и выглядят одержимые люди. Ян, так смотрел на меня, словно собираюсь уйти и забрать у него все самое важное в жизни! Как уж на сковородке, я пыталась вывернуться, найти нужные доводы и осторожно, деликатно уйти, оставив неловкую тему позади, но он не позволил мне так просто слинять! Словно видя ужасный сон наяву, я осознавала, что нажила себе врага, а учитывая, кем был его отец, врага очень даже влиятельного!

— Разве вы не видите, что нужны мне!

Яна трясло. Явно потеряв самообладание, он крепко схватил меня за руку. Я никогда не видела его таким! Я не знала, что делать! Признание окончательно пригвоздило меня к полу.

Как же я влипла!

— Вы думайте, что я ребенок, верно?— озлобленно спросил он.

Черт, какой же он проницательный! Я деликатно вернула свою руку.

— Да, Ян, я думаю, что стала твоим первым серьезным увлечением, но будут и другие и...

Он не дал мне закончить. На этих словах его прорвало окончательно. Он кричал, что не отпустит меня, а если все же уйду, то он вернет меня, когда станет совершеннолетним! Помню, как выскочила из его комнаты, словно ужаленная. Больше я не возвращалась.

Не стала ждать, пока его отец заявится к директору с претензиями, и ушла сама. Так что больше не преподавала в школе, потому что не хотела повторения подобного. С того самого дня Яна я больше не видела. Не думала, что он говорил тогда серьезно и что мне доведется его встретить столько лет спустя.

Сейчас, понимая весь сюр происходящего, я только и могла наблюдать, как врач и странный бывший ученик уверенно вошли в мою персональную тюрьму, являясь при этом надзирателями.

— Тебе нравится номер? — с надеждой смотря на меня, спросил Ян.

Меня бросило в холод. Так вот оно что! Вот почему вся окружающая обстановка выглядела так, словно была создана именно для меня! Это Ян организовал это место. А мое похищение — не его ли рук дело? Если бы не ужас этой ситуации, его настойчивостью можно было бы даже восхищаться. Он, как талантливый хищник, спокойно, методично и долго выслеживал свою жертву, узнавая повадки и особенности, прежде чем поймать прекрасную бабочку в банку.

— Вы хорошо меня знаете, — сохраняя официальный тон, ответила я.

Врач непонимающе смотрел то на меня, то на него.

— Мы знакомы, — пояснила я, испытывая раздражение от молчаливого непонимания врача.

Тот с удивлением посмотрел на Яна.

— Да, так и есть. Виктор пришел за твоей медкарточкой, отдай ему, пожалуйста, — заявил Ян, приветливо глядя на меня.

Врач, словно немой, тихо стоял в комнате. Я нашла нужный документ и вручила ему в руки. Поблагодарив, тот вышел из номера, закрыв за собой дверь.

Я раньше никогда не была рада приходу этого врача, но сейчас, оказавшись один на один с Яном, мне захотелось, чтобы он остался. Наверное, так ощущает себя муха, попавшая в паутину и увидевшая, как приближается паук. Однако Ян не выглядел опасным, одержимым или, на худой конец, взволнованным. Он по-хозяйски расположился в кресле, уставившись на меня как на свежекупленную великолепную картину. Мне тоже пришлось присесть.

Ян спокойно сидел напротив не говоря ни слова. Я тоже не стремилась начинать беседу. После нескольких минут неловкого молчания гость спросил:

— Тебе бы хотелось чего-нибудь?

Мои брови непроизвольно поползли вверх.

— Как насчет свободы?

— Я бы предпочел видеть тебя живой. Если отпущу — ты погибнешь.

В этот момент боковым зрением я заметила, что зеркало, стоящее слева от меня, снова пошло рябью, так некстати. Однако Ян, похоже, не видел этого.

— Я слышал, в последние годы ты ушла из преподавания и работала дизайнером. Может, хочешь масляные краски, холст или что-то подобное? Ты всегда красиво рисовала.

— Чтобы вы препарировали даже мои рисунки? Нет, спасибо.

— Что ты читаешь? — спросил он, увидев стопку книг, лежащих на журнальном столике.

— А не все ли равно, что читать? — огрызнулась я.

Мне хотелось побыстрее выпроводить его отсюда не только из-за неприятных воспоминаний, но и потому, что зеркало начало вести себя странно, а мне не нравилось, что Ян при этом присутствовал. Мой грубый ответ ничуть его не расстроил. Он продолжил сидеть и смотреть на меня.

— Мне было запрещено приходить к тебе, но скоро все изменится, — тепло улыбнувшись, сказал он.

Я не ответила. Да и чего он хотел от меня? Чтобы я, как раньше, болтала с ним обо всем, как с любимым учеником?

Хочешь знать, о чем он думает? — прозвучал в голове знакомый голос. Значит, мне не показалось, зеркало снова начало свои игры, а я-то думала, оно так делает, когда я одна.

Нет, — ответила про себя.

Хочешь, хочешь, это очень забавно, — смеялась тень.

Отстань.

Да ладно тебе. Давай я покажу его мысли, они не такие убогие, как могут показаться.

Зачем мне это? Я, наоборот, хочу, чтобы он ушел. Чего он так пялится на меня?

Так я и предлагаю тебе узнать.

В этот момент в мой мысленный диалог вдруг включился голос, совсем другой, низкий и бархатистый:

«Если бы можно было ничего не объясняя и никуда не спеша просто наблюдать за этой женщиной. За тем, как порхают ее ресницы, когда она читает; любоваться тем, как она легко движется или смеется. Или когда длинными тонкими пальцами перелистывает страницы книги, я бы только это и делал, завораживающая женственность. Пьянящая и бесконечно прекрасная. На нее можно смотреть вечно, как на бегущую чистую воду или на согревающий жизнью огонь».

Внезапно я покраснела.

— Все хорошо?

— А да, я тут кое-что вспомнила, не могли бы вы уйти, — выпалила я красная как рак.

Я подорвалась с дивана и встала напротив него. Ян медленно поднялся с видом явного непонимания.

— Я потом вам все объясню, пожалуйста, зайдите позже. Пожалуйста!

Ян, все еще заинтригованный, направился к выходу, обернулся и вышел из комнаты.

— Фу-у-ух, блин. Ты в гроб меня сведешь! Это все равно, что залезть человеку под нижнее белье так, чтоб он не видел!

— Прикольно, да? — радовалась тень.

— Не то слово, — саркастично парировала я.

Глава 19 Растаявшая жизнь

Глава 19 Растаявшая жизнь

24 года назад

— Адриан! Ты где? Адриан! Мне страшно! — всхлипывала маленькая девочка.

Ребенок испуганно бродил по пустынной местности, пробираясь сквозь густой туман. Белесый смог застилал ей глаза, так что ничего вокруг не было видно. Светлые сандалики робко ступали на странную, подобную сгущенному туману, поверхность. Вокруг то и дело появлялись темные силуэты и очертания предметов, похожих на деревья, животных или дома. Однако стоило приблизиться к ним вплотную, они рассеивались, словно мираж.

— Адриан! — надрывалась девочка.

Но в ответ лишь тишина. Девчушка оказалась в месте, где ее не должно было быть. По воле случая она стала единственным человеком в этом странном безмолвном тумане, и сколько бы она ни шла, шанс встретить кого бы то ни было и обрести помощь оставался ничтожно мал. Малышка ступала медленно и спотыкалась. Пройдя немыслимо много для ребенка, она уже выбивалась из сил. Девочка села на корточки и горько заплакала.

Плотный белый туман окутал маленькую одинокую фигурку, словно пытался сделать ее невидимой. Детские всхлипы и плач поглощались чем-то невидимым, быстро стихали, рассеиваясь в тумане без остатка. Минута-другая, и таинственное место возвращало себе исконную тишину, словно строго осуждало проявление каких-либо эмоций.

Измерение, куда попала девочка, не найти ни на одной карте. Сюда не добраться пешком и не доехать, невозможно доплыть или долететь. Безлюдное, начисто лишенное привычных проявлений жизни, как и понятных ориентиров, оно было за пределами известной реальности. Никому не попасть сюда, никому не найти здесь ни луны, ни солнца, ни звезд.

Малышка, поглощенная своими страхами и болью, продолжала горестно всхлипывать, устало осев на землю и подтянув к себе ножки. Уперевшись лицом в коленки, она будто пряталась от жестокой реальности, в которой оказалась. Девочка и не заметила, как из тумана к ней начала приближаться некая темная фигура. Она медленно проявлялась сквозь туман, становясь все более отчетливой, пока не показалась во всей красе.

— Ты кто такая? — раздался потусторонний голос, эхом прокатившийся по загадочному месту.

Девочка подняла заплаканные синие глаза на существо. На его лице она разглядела непонятные остроугольные символы, расположенные в некоем геометрическом порядке. Эти странные темные закорючки частично повторялись на медальоне пришельца, висевшего у него на шее. Глаза угольно-черного цвета с красными зрачками и такого же цвета прожилками внимательно уставились на ребенка.

Перед девочкой стоял кто-то, кого с трудом можно было назвать человеком. Слишком уж необычной была бледная, как дым, кожа, слишком экзотичными — черные с красными прожилками глаза и слишком неестественной походка, мгновенно перемещающая его в пространстве. Правильные, характерно мужские черты лица с вытянутыми на восточный манер глазами, крупным прямым носом и вполне человеческим ртом, говорили о нем как о существе, которое все же сохранило некоторые людские черты. Однако едва ли его облик походил на что-то, известное девочке. Подошедшего к ней можно было принять за мрачного духа, если бы он не выглядел настолько живым и осязаемым. Одежда на нем выглядела не менее странно: руки, торс и ноги были обмотаны плотной черной тканью, чем-то напоминавшей эластичный бинт. На плечах красовались поблескивающие в неярком свете эполеты, а на руках и ногах — широкие металлические браслеты, вероятно, служившие чем-то вроде доспехов. Набедренник с острыми наконечниками-шипами и увесистый меч, грузно висящий на поясе, намекали на то, что перед девочкой предстал не кто иной, как воин.

— Меня зовут Полина, — вежливо представился ребенок. — А вас?

Девочка настороженно смотрела в кроваво-красные глаза страшного собеседника.

— Я Баал, — низким голосом произнес дух.

— Дяденька Баал, а вы плохой? — вдруг спросила Полина у красноглазого.

Подобный вопрос мог задать только наивный ребенок, однако воин все же ответил.

— Такие, как ты, считают, что да.

— Я не считаю вас плохим, я ведь вас не знаю!

— Как ты сюда попала? — спросил Демон. — Здесь нет места людям.

— Я пришла сюда со старшим братом. Его зовут Адриан. Но я потерялась и не могу его найти, — снова вспомнив о своем горе, сказала Полина.

— Люди научились в телесном облике бывать здесь? Интересно...

Демону стало любопытно. Он присел на корточки, чтобы лучше видеть лицо «потеряшки».

— И часто вы тут делали?

— Да, мы обычно гуляли в лесу, а потом заходили и в такие места, как это. Находили разные красивые штуки и украшения. Правда, Адриан не разрешал мне гулять долго. Мы, как кладоискатели, часто находили что-то необычное, — улыбнулась Полина.

— А почему он не может забрать тебя или почему ты сама не уходишь?

— Потому что открываю путь я, а выводит нас он. Поэтому без меня он не может войти, а я без него не могу выйти!

— Хм-м, паршиво тебе, — сказал Демон.

— А вы, дяденька, давно здесь? Что вы тут делаете? Живете?

Древнее Божество усмехнулось.

— Нет, — сказал он, вставая, — я здесь не живу.

Похоже, Баал стремительно терял интерес к происходящему. Получив всю необходимую информацию, он уже направлялся восвояси.

— Подождите, дяденька Баал, а вы мне не поможете?

— Боюсь, тебе не выбраться отсюда, маленький человек, — мрачно ответил он. — Мне жаль, прощай.

Демон исчез, оставив ребенка в одиночестве.

Снова тишина...

Полина горько заплакала, спрятав в ладошках лицо. Спустя немного времени, она снова побрела вперед, волоча ноги, словно те были каменными. Туманный пейзаж не менялся, безжалостно лишая остатка воли и сил. От отсутствия сна, еды и воды у Полины кружилась голова и идти становилось все тяжелее. А если тут еще кто-то есть и поможет мне? — рассудила она.

Полина остановилась, зовя:

— Ау, тут есть кто-нибудь? Ау?

Кто-то и правда появился, обретая видимые очертания сквозь туман. Только на этот раз это был не человек и не человекоподобное существо. Жуткое безглазое нечто с уродливым, скалящимся ртом не предвещало ничего доброго.

— Здравствуйте, — дрожа всем телом, сказала Полина.

Существо осклабилось, предвкушая так удачно подвернувшуюся добычу. Вероятно, это создание не могло говорить, а вот чувствовать запах свежей плоти вполне могло. Недолго думая, оно бросилось в сторону девочки. Полина, изо всех сил, оставшихся в ее детском тельце, понеслась вперед. Уродливое существо за один большой прыжок настигло ее, схватив за длинные темные кудри.

— Отпусти!

От пасти несло тухлятиной. Острые зубы были готовы впиться в плоть, а изо рта текла смердящая слюна. Существо намеривалось съесть ребенка заживо.

— Я позову Дракона, и ты пожалеешь! — выбиваясь из плотной хватки, кричала Полина, колотя по сероватому телу существа тонкими ручками в тщетной попытке освободиться.

Но, похоже, ее враг не понимал ни слов, ни тем более угроз, а может, ему было все равно. В мгновение ока он жадно впился острыми как иглы зубами в хрупкое тельце ребенка.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

В унылой комнате с обшарпанными серыми стенами, где местами отвалилась краска, и таким же потолком, по которому длинными молниями растянулись глубокие трещины, что остались здесь со «сталинских времен», в два ряда стояли двенадцать одинаковых коричневых кроватей. Я вернулся сюда, к своей койке, чтобы забрать подаренные мне сладости. Однако стоило проверить заначку, как доставучий увалень, который, без сомнений, следил за тем, куда я направился, обнаружил меня вместе с моими сокровищами.

— Отдай мне это! — говорил тринадцатилетний толстяк, размером и повадками напоминающий молодого гиппопотама.

— Не отдам, это мое!

— Тогда я сам заберу и скажу, что ты меня избил, понял? Лучше отдавай по-хорошему! — упорствовал тучный тип.

— Отдай, я сказал!

Толстяк попытался силой отобрать мои угощения. В яростной попытке присвоить их себе, он размял весь шоколад и рассыпал конфеты по полу.

— Вот и жри их с пола, урод! Так тебе и надо! — гадко посмеиваясь, выпалил он, смотря, как я собираю сладости с пыльных досок. Он с довольным видом покинул спальню.

Я собрал все конфеты и распихал в карманы. Придя в столовую, вскоре обнаружил, что все уже поели, так сильно я опоздал, а увалень как-то гаденько ухмылялся, глядя на меня и восседая за обеденным столом в окружении таких же мерзких дружков.

— Кирилл, ты где шлялся? Максим сказал, что ты его шантажировал? Это правда? — строгий голос воспитательницы уже говорил, на чьей она стороне. Весь ее облик напоминал недовольного и очень уставшего старого грифа. Длинная худая шея, сутулая, покатая спина и жиденькие, коротко стриженные волосы, словно пушок, светившиеся под лучами полуденного солнца, делали эту схожесть еще более комичной.

— Нет, я этого не делал.

— Он сказал, ты обзывал его жирным боровом и отобрал его конфеты!

Воспитательница с подозрением посмотрела на карманы.

— Выверни карманы, быстро!

Пришлось вытащить смятый шоколад и конфеты.

— И как ты это объяснишь? — разъяренным тоном спросила она, сурово возвышаясь надо мной в позе сахарницы.

— Екатерина Николаевна, это мои конфеты, это он пытался их отнять!

— Тогда почему они измяты, как после драки, и по-прежнему в твоих карманах?

— Потому что он сам пытался их забрать, а я не позволил!

— Ага, измял все твои сладости и тебе обратно в карман положил? И что ему помешало их съесть или забрать, коли он до них дотянулся? И не стыдно тебе врать взрослым? Тебя никогда не усыновят, если будешь так подличать! Отдай конфеты Максу, живо!

— Но они мои!

— Ты будешь пререкаться со мной? Если не послушаешься, будешь наказан!

Гневное лицо воспитательницы не предвещало ничего хорошего, зато весьма убедительно намекало на гораздо большие проблемы, чем отсутствие конфет. Я с кислым видом поплелся к нагло ухмыляющемуся типу.

— Ну что, запомнил, придурок? В следующий раз отдавай по-хорошему, — говорил он так, чтобы воспитательница не слышала, загребая своей пухлой рукой мои угощения. — Когда я найду остальную твою заначку, более ценную, отберу и ее!

— Мечтать не вредно! Ты слишком туп для этого. К тому же в следующий раз я побью тебя, жирный скунс!

Я смотрел в наглое лицо врага, буквально пылая от ярости! И дело не в том, что эти конфеты так уж восхитительны. Просто эти сладости принес один очень важный человек — женщина, которая приходит навещать меня. Поскольку она сильно болеет и не может усыновить меня, она заботится обо мне ровно так, как позволяет состояние ее здоровья. Приходит в гости, угощает, дарит подарки. У меня нет никого, кроме нее, так что я рад и конфетам. Толстый задира завидовал моим подаркам и решил отомстить, раз уж мне так повезло. После своей выходки он тут же отправился к своим мерзким дружкам. Они смотрели на меня и, посмеиваясь, нагло жевали ворованный шоколад.

Мне одиннадцать, но порой кажется, что все сто. Я провел в этом приюте всю свою жизнь и не видел почти ничего хорошего, кроме женщины, что приходила меня навещать, и еще пары экскурсий, которые нам устраивали на деньги благотворителей. Конечно, дела мои не так плохи. По крайней мере, я здоров. Не всем так повезло. Например, у Лили совсем другая история. У нее серьезное заболевание, что-то с позвоночником. Она почти не ходит и мало ест. Врачи говорят, что без должного медицинского ухода, она недолго проживет, а ее шансы на усыновление тают из года в год. Но она хорошая, немного старше меня и умная, она точно заслуживает лучшего, чем имеет.

— Привет, Лиля!

— Привет, — бесцветным тоном поздоровалась она, все еще сидя за обеденным столом.

— Тебе лучше сегодня? Я бы угостил тебя шоколадом, но что-то пошло не так. Сегодня он остался в желудках воришек.

Лиля посмотрела на меня осуждающе.

— Кирилл, это правда, что ты запугал Дениса? Ты настаивал на том, что в подвале его ждет смерть? И еще мне сказали, что это ты, оказывается, отбираешь сладости у Макса?

Ее лицо было суровым, точь-в-точь как у воспитательницы.

— Нет, все было не так!

— Ага, как же, ври больше! — раздался голос из-за спины.

Денис, такой же мерзкий, как и Максим, с той только разницей, что он в сто крат трусливее и слабее здоровьем, тощий и вечно сопливый, подоспел к разговору, словно его кто-то звал.

— Ты, придурок, несешь околесицу про монстров из подвала! Ты врешь! Ты всегда врешь!

— Но я и правда что-то видел, я не обманываю! Там опасно!

— Псих, — заключил тип с крысиной мордой.

— Вот, вот, — предательски поддакнула Лиля, враждебно смотря на меня.

— И ладно, не моя забота, что вы не верите!

Я не стал продолжать этот разговор и просто ушел, оставив этих двоих взахлеб обсуждать меня.

После отбоя я много думал о сегодняшнем дне, разглядывая узоры-трещины на потолке. Они ветвились и соединялись в причудливом рисунке, напоминая крону сухих деревьев. И почему все кругом называют меня лжецом! — размышлял я под громкий храп соседа. — Я никогда не врал им, но ни одна душа мне не верит? Что со мной не так?

На следующее утро на пути в учебный класс меня за рукав поймала воспитательница.

— Кирилл, постой, тебе сегодня туда не надо.

Наказание? Я всматривался в строгое лицо воспитательницы, но оно, напротив, было нехарактерно мягким.

— А что случилось?

— Все хорошо. Иди, собирай свои вещи.

— Зачем, куда мы едем?

— Кирилл, тебя сегодня забирают.

Я так и не понял, что происходит.

— Ох, дорогой, я поздравляю тебя! — все так же раздражающе радовалась она.

Откуда вдруг такая перемена? Я настолько довольной ее ни разу не видел. Куда я поеду? Учеба какая-то?

— Так неожиданно и приятно, очень рада за тебя!

— Простите, я вас не понял.

— Кирилл, золотко, тебя решили усыновить!

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Давно, еще в начале необычных путешествий, Адриан говорил сестре:

— То место, куда мы идем, полно опасностей. Мы там бываем совсем недолго, поэтому нас не успевают заметить. Однако, если что-то пойдет не так или по какой-то причине я не смогу тебе помочь, воспользуйся этим, — он достал небольшой амулет в виде металлического диска. На нем был изображен черный дракон, свившийся в кольцо. — Он поможет тебе спастись от нападения, но знай: всех проблем он не решит. Так что будь послушной и не уходи далеко. Поняла?

В тот самый миг, когда в Полину впилось ужасное кровососущее существо, она судорожно схватила амулет и, крича от боли, выпалила:

— Астароэт тэт!

Безглазое существо в ту же секунду отпустило девочку, будто что-то обожгло его. На маленьком плечике на месте укуса зияло теперь несколько глубоких ран — следы от зубов мерзкого существа. Из ранок начала обильно сочиться кровь. Похоже, зубастый прокусил ручку Полины насквозь. Она упала, схватившись за рану, и вдруг поняла: что-то отгородило ее от жуткого существа. Подняв голову, Полина увидела перед собой огромного воина в черных доспехах. Словно исполинская, металлическая стена, он закрыл ее собой от монстра.

Это не дракон, — удивилась Полина, все еще держась за окровавленное плечо. Воин одним взмахом меча перерубил монстра, оставив жалкие останки подергиваться на земле. Он повернулся к ребенку. Его лицо за окровавленным шлемом не было видно. Угольно-черные доспехи придавали вояке внушительный вид, делая его похожим на повелителя зла. Он решительным движением вернул меч в ножны.

— Ты почему так тянула? — сурово спросил он. — Нельзя было раньше меня позвать?

— А вы почему так долго не приходили? — обиженно спросила Полина.

— Я могу прийти только на зов, и я не в силах помочь против воли, — ответил он.

— Вы обычный дяденька, получается, вы не дракон?

Спаситель почему-то ухмыльнулся:

— Сегодня у меня нет настроения на когти и клыки.

Воин уставился на руку.

— Я не смогу тебе помочь с этим. Ты сама должна отыскать путь домой, — обеспокоенно сказал он.

— Но я не знаю как!

— Полина, вспомни, возможно, брат тебе что-то рассказывал?

— Хм-м, Адриан читал мне сказку когда-то. Она моя любимая, называется «Волшебник Изумрудного города». Там героиню звали Эли, она тоже оказалась далеко от дома. Вот бы и мне найти тут такие же туфельки, — ответила она. — Тогда и я бы смогла выбраться.

Полина по-прежнему сжимала окровавленную руку. Ее била крупная дрожь, но боли она уже не чувствовала. Внезапно в глазах помутилось. Фигура в доспехах стала размываться и в конце концов растворилась в темноте.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Очнулась Полина, когда кто-то заботливо нес ее на руках. Они шли медленно, пробираясь сквозь туман, все в том же в странном безликом месте. Руку забинтовали, так что она почти не болела. Полина подняла глаза на своего спасителя и с удивлением обнаружила, что им оказался вовсе не воин в черных доспехах!

— Дяденька Баал? Вы вернулись за мной!

— Ты можешь быть мне полезна, — безучастно заметил он.

— А что вы хотите?

— Я хочу выйти отсюда, так же, как и ты, и я понял, как это сделать.

— А куда подевался дяденька Дракон?

— Он исчез сразу после того, как ты отключилась. Он не может оказать тебе помощь, если ты без сознания. Кроме того, все, что он мог сделать, — это не дать тебя съесть. Сомнительная помощь. Твой брат — глупый ребенок, если решил, что этого хватит, чтобы выжить. Если бы я не пришел вовремя, тебя бы давно уже сожрали, пока ты лежала без сознания, — пробасил демон.

— Спасибо, — мило улыбнулась Полина. — Я бы тоже хотела вам помочь, но я не знаю как!

— Ты права про эти туфли.

— Туфли? Как в сказке про Волшебника Изумрудного города?

— Это я к тому, что здесь мы можем найти проводники. Мастера часто прячут артефакты в других мирах и измерениях, чтобы недостойные не смогли воспользоваться ими после смерти их хозяев. Нам только нужно найти такой и при помощи твоей силы сможем выбраться.

— А куда мы направляемся?

— Мы идем наугад.

Полина обеспокоенно сдвинула брови и молча уставилась на спасителя.

— Шучу. Мы движемся в направлении ветра равновесных сил. Ты его не ощущаешь, ведь ты человек, а я ощущаю. По его активности мы найдем артефакт. Но ты должна будешь мне помочь, иначе все движения впустую.

— Но я не знаю, что делать!

— Я тебе помогу. Главное — я знаю, что делать, — отметил демон и спокойно посмотрел своими кроваво-черными глазами в небесно-синие глаза ребенка.

Казалось, они шли вечность. Время в подобном месте — величина непредсказуемая и слабо измеримая, но если попытаться перевести ее во что-то, понятное человеку, то блуждала странная пара не меньше нескольких суток.

— Дяденька Баал, а почему я перестала хотеть кушать?— спросила Полина своего мрачного спасителя.

— Потому что я даю тебе силы, чтобы твое тело не израсходовало всю энергию до того как мы выберемся отсюда. И еще не называй меня дяденькой, достаточно просто Баал, — раздраженно кинул демон.

— Как будто ты мой друг?

— Не путай меня с человеком. Здесь тебе не обычная земная жизнь, Полина. Многие явления работают иначе. Поэтому пока я жив, ничто биологическое тебя не побеспокоит, но считать меня другом...

— А монстров очень даже беспокоит, — тут же вклинилась Полина, вспомнив про жуткое существо.

— Они, как и я, могут спокойно находиться здесь без какой-либо подпитки, но если закуска сама так любезно залезла на стол, грех не пополнить силы, — безжалостно ответил зловещий напарник.

— Но ты-то так не сделал!

— Тебя и на один укус не хватит!

Полина и демон медленно шли в заданном направлении. Туман перед ними постепенно рассеивался и редел, а тусклый свет становился как будто теплее и солнечнее. Что-то едва заметно начало меняться.

— Я его чувствую, мы где-то рядом, — возбужденно сказал демон, ускоряя шаг.

— Баал, а как ты сюда попал?

— Полина, поговорим после того, как найдем артефакт.

— Знаешь, я маленькая, но не дурочка! Ты же демон, а если ты не сдержишь обещание и обманешь меня! — говорила она, смотря в лицо существа.

— Я же демон? — внезапно разозлился Баал и остановился.

Полина, все еще сидевшая на его руках, сжалась. Похоже, зря она так сказала.

— А почему исконно человеческое зло вы вечно приписывайте нам?! Черт, да это вы вечно недовольные вероломные дети, которые так и не могут решить: зло мы или нет? Вот из-за таких, как ты, я здесь!

— Ты доверился плохим людям?

Черная бровь зловещего спасителя подскочила вверх.

— Нет.

— Понятно... Баал, опусти меня, пожалуйста, я уже могу идти сама.

Демон осторожно опустил Полину на землю, и они продолжили идти в направлении цели.

— Ой, а что это? Смотри! — Она указала на какой-то предмет, который лежал в ярдах двух от них.

— Это то, зачем мы здесь.

Полина побежала вперед, чтобы рассмотреть предмет.

— Хм-м, что-то непонятное, — заключил ребенок, сидя на корточках.

Баал подошел ближе. Подернутое дымкой лезвие лежало прямо перед ними. Оно было черного цвета.

— Дьявол! — забавно выругался демон. — Это еще не конец! Видно, мастер, создавший кинжал, не хотел, чтобы даже по ту сторону кто-то мог пользоваться им. — У оружия начисто отсутствовала рукоять, отчего оно выглядело как обычный сломанный нож. — Придется искать рукоять, и наверняка она отлично спрятана, — сказал он, положив лезвие в карман.

— А есть еще такие штуки, которые выведут нас отсюда?

— Другие артефакты вряд ли такое потянут. Этот предмет способен оборачивать силу. Особенность этого оружия в том, что если владелец захочет кого-то убить им, то вместо этого перережет себе горло, а если захочет защититься им, то тут же бросит его.

— А зачем нужен такой ножик?

— Этот кинжал принадлежал одному мастеру. Он использовал его в сражениях как хитрый ход, якобы терял его, противник хватал предмет и неизбежно кончал с собой. Интересно, почему предмет не уничтожен. — Демон нахмурился. — Этот засранец перед смертью спрятал его, чтобы никто не мог использовать кинжал во зло, и даже мы, обитатели потустороннего мира. Однако все же я думаю отыскать рукоять мы можем где-то неподалеку. Вторую часть оружия найти будет нелегко, но возможно.

— А как он поможет нам выбраться?

— Я при помощи своих способностей немного поработаю над ним. Оборотные свойства останутся, а все остальные уйдут. Не волнуйся, предмет не может убивать и быть порталом одновременно. Твое присутствие мне тоже пригодится, чтобы найти вторую часть. Так что не уходи далеко. Как только мы получим рукоять, то обратим при помощи наших способностей силу кинжала и выберемся отсюда, — заключил Дух.

— Мы попадем домой?

— Да.

Полина уставилась на демона.

— Чего ты так смотришь?

— Тебе понадобятся макияж, очки и другая одежда, — серьезно сказала Полина, рассматривая напарника.

Демон рассмеялся.

— На земле я выгляжу иначе.

— А как?

— Никак. Ты, скорее всего, не увидишь меня.

— Очень жаль, — искренне расстроилась Полина, — как же я смогу с тобой поговорить?

— Пошли, нам пора, — сказал демон, беря за руку ребенка и направляясь в сторону следующей цели.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

— Усыновить? Но кто?

Тотальное замешательство не давало мне сосредоточиться. Как полный кретин, я уставился на довольное лицо воспитательницы.

— Елена Николаевна, женщина, что приходила тебя навещать, к сожалению, умерла, но она оставила завещание. Одним из условий получения наследства была забота о тебе, поэтому часть наследства передана тебе, часть — опекунам, так что они могут проживать с тобой в одном доме.

— Кто эти люди? Я их не знаю!

— Это ее дальние родственники. У нее самой не было детей, зато остались родные и пригородный дом. Кирюш, у тебя будет свой собственный дом! Ну, ты рад? Беги, собирай свои вещи, — не дожидаясь ответа, проворковала воспитательница.

Отчего она была так рада, стало ясно чуть позже. Помимо заботы обо мне, Елена внесла солидное пожертвование детскому дому и даже позаботилась о премии воспитателям. Так что теперь я мог уехать, благословленный на славную жизнь всеми сотрудниками приюта и не особо стесненный в средствах.

Я шел в последний раз в общую спальню, чтобы собрать вещи. Упаковал все в чемодан и, закрывая крышку, подумал: Жить в месте, где тебя сторонятся и не любят, было не особо радостно, но я привык и уже давно сам по себе. А теперь мне предстоит жить с абсолютно чужими людьми в незнакомом месте. Как это будет? Что ж, надеюсь, они хорошие.

— Привет, парень, — поздоровался со мной высокий крепкий мужчина с усами, как у генерала. —Ты едешь с нами! — бодро выдал он, заходя в спальню и беря в руки мой чемодан. Мужчина приветливо улыбался.

— Меня зовут Андрей, а это моя жена, Лидия.

Из-за его спины, словно призрак, выплыла женщина. Худая и высокая, как и ее муж, она оказалась непривлекательной, с мелкими чертами лица и сутулой, почти «круглой» спиной. Она скептически оглядела комнату, в которую попала. Будто я был виноват, что эта спальня такая, какая есть.

— Пойдем, — сказала она сдержанно и направилась к выходу.

Меня усадили на заднее сиденье автомобиля. Когда мы отъезжали от ненавистного мне места, я не чувствовал ни радости, ни вдохновения. Почему-то казалось, что Елена оказала мне своей последний волей медвежью услугу.

Мы ехали примерно час пред тем, как добраться до места. Мужчина, который представился Андреем, открыл мне и своей жене дверь. Мы вышли у большого двухэтажного дома. Он был выкрашен в нежно-голубой цвет. Высокие раритетные окна, украшенные резными ставнями, делали его сказочным.

Красивый дом, и все же ощущение заброшенности в нем присутствовало. Краска кое-где поотваливалась, на деревянных перилах разошлись толстые глубокие трещины, а пыль толстым слоем покрывала ставни и окна.

— Надеюсь, здесь нет мышей, — нервно выдала Лидия с презрением, смотря себе под ноги.

— Не волнуйся, дорогая, сделаем ремонт, и все будет отлично. Этот дом в любом случае лучше, чем наша небольшая двухкомнатная квартира!

— Ну да, поблагодарил нашу родственницу за то, что даже после смерти она навязывает свои решения объединить семью и свои нездоровые увлечения.

Андрей опасливо бросил взгляд на меня, затем на жену.

— Лида! Ты что несешь?

— Ничего, идем.

Лидия первой вошла в дом. Я следом. А дом и правда просторный! Видно, что когда-то здесь жила женщина. В глаза бросились пыльные занавески в цветочек, что прикрывали старые окна, а на диванах лежали забавные розовые подушки с котятами.

Рассматривая пространство первого этажа, обнаружил в самом углу рояль. Не знал, что она играла на подобном инструменте!

Совсем недалеко стояло кресло-качалка, на котором сиротливо лежала какая-то недоделанная вязаная игрушка.

— Иди, выбери себе комнату на втором этаже, — доброжелательно сказал Андрей.

— Хорошо, спасибо!

Уже поднимаясь по деревянной скрипучей лестнице, я почувствовал, что настроение неуклонно идет вверх. Своей комнаты у меня еще не было!

Я заглянул в первую из попавшихся комнат. Это было помещение с высоким потолком и большой двуспальной кроватью. Спальню давно не посещали, так что пахла она пылью и затхлостью.

Заглянул в следующую комнату, за дверью меня встретила обалденная спальня с необычными космическими обоями и прикольной инопланетной люстрой, похожей на спутник!

Эта огромная комната с телевизором и колонками по стилю очень отличалась... А это что? Офигеть! Это сега! Радостно осматривая спальню, я обратил внимание на рабочий стол и кровать. Они были выполнены в необычном футуристическом стиле. Тонкие полосы вдоль деревянной поверхности напоминали ветвистые изящные провода, они мягко ловили свет, создавая впечатление подсветки. Рядом с кроватью стоял гигантский книжный шкаф. Похоже, книг в нем было просто немерено! Посмотрим, что тут есть еще.

Я прошел дальше вглубь комнаты. На столе лежала «20 тысяч лье под водой» — моя любимая книга. Рядом с кроватью располагался платяной шкаф, в том же футуристическом стиле. Я также обнаружил здесь кассеты с моими любимыми фильмами и музыкой, крутые наушники и магнитофон. Похоже, эта комната предназначалась мне! Впервые в жизни почувствовал, что счастлив!

Я спускался по лестнице, когда до меня донеслись голоса.

— Не забывай, он хоть и далекий, но все же родственник!

— Тогда почему она сама его не усыновила!

— Ты знаешь, она болела, что за глупый вопрос?

— А может, она просто решила так пошутить напоследок?— не унималась Лидия. — Почему она не отдала все нам?

— Она имела право распоряжаться своим имуществом как хотела.

— Если она так мудра, то почему не могла понять, что распоряжаться чужим сердцем таким же способом не получится! Я столько лет мечтала о своем родном ребенке не для того, чтобы переехать в чужой дом и воспитывать чужое дитя!

— Лида, Лидочка, успокойся, — поглаживал ее Андрей. — Уверен, Лена хотела как лучше!

— Я не смогу полюбить чужого ребенка, лучше бы мы остались жить там, где жили! — надрывалась она.

— Я не мог отказать ей, она умоляла меня позаботиться о нем!

— Чертова эгоистка! — взревела Лидия.

— Лида, прекрати истерику! Не можешь начать с любви, начни хотя бы с принятия, а потом, глядишь, и благодарность потянется, да и любовь не за горами.

Лидия всхлипывала на груди у мужа.

— Ну, ну, не плач, все успокоится со временем.

Судя по звуку, муж ее обнимал и успокаивал.

Да, я понимал, что не самый желанный человек в этом доме, хотя не только в этом доме, я вообще не особо желанный человек. Но что неожиданно, так это то, что с этими людьми я в дальнем родстве! Сомнительный сюрприз. То есть если бы не дом и не просьба дорогого мне человека, они бы оставили меня в приюте! Хотя, постойте, получается, Елена тоже была мне родным человеком?

Эта мысль приятно согревала сердце. Однако почти сразу мне стало невыносимо грустно и больно при мысли, что я никогда ее больше не увижу. Глаза стало жечь, слезы горестной волной накатывались и были готовы обрушиться, словно море, вышедшее из берегов. Так, надо расспросить Андрея о моей связи с их семьей. Это лучше, чем жалеть себя, словно я беспомощный ребенок.

Я вытер глаза тыльной стороной ладони и направился вниз на первый этаж. Спускаясь по лестнице с четким намерением разобраться в ситуации и про себя репетируя целую речь, я вдруг увидел то, отчего сердце радостно подскочило:

— Елена!? — От неожиданности буквально перехватило дух. — Здравствуйте!

Андрей, заметивший меня на лестнице, непонимающе поздоровался в ответ.

— Я думал, вы умерли! — обрадованно сказал я ей.

Она молчала и как-то грустно смотрела на меня.

— Парень, ты с кем говоришь? — спросил Андрей.

— С тетей Леной, она, оказывается, жива!

Приемная мать, которая и так выглядела бледной, стала белой как лист.

— Андрюш, а что с ним? Он болен? В его документах ничего об этом нет? — испуганно прошептала она на ухо мужу, но все равно так, что я ее слышал.

— Нет! Я не болен! Вы что не видите? Вот же она! — Я не понимающие махнул в сторону Елены рукой.

По ужасу, отраженному на лице новоиспеченных родителей, я понял, что совершил тотальную глупость. Как бы мне того ни хотелось, Елены здесь быть не могло. Мои глаза как-то обманули меня. Но ведь я вижу ее, стоящую прямо передо мной!

— Парень, ты просто перенервничал, — взял себя в руки Андрей, похоже, напуганный моей выходкой не меньше, чем его жена, — тут никого нет. Иди ополосни лицо прохладной водой и тщательно помой руки, скоро будем есть.

Я послушно поплелся наверх, отлично слыша, как Лидия шептала:

— Андрюш, может, отыграем все назад, он ведь ненормальный!

— Все будет хорошо. Он попал в незнакомую обстановку, перенервничал так же, как и ты, вот и несет околесицу. С ним все в порядке, он проходил все обследования, он здоров.

Дальше я уже не слышал, повернув за угол в сторону ванной комнаты.

Глава 20 Странный друг и странный враг

Глава 20 Странный други странный враг

Полина сидела на зыбкой туманной поверхности, вытянув ножки, и рассматривала сандалики, которые окутывал легкий дымок. Она уселась у самых ног демона, что возвышался над ней грозной махиной.

Демон тем временем напряженно вглядывался куда-то в туман, думая о только ему понятных вещах.

— Ба-а-ал, Ба-а-а-ал, Ба-а-а-а-ал! — занудно тянула Полина.

— Что? — спросил раздраженный голос.

— Мне скучно, что мы тут делаем?

— А ты как думаешь?

— Но тут ничего нет!

— Ты знаешь место, где что-то есть?

— Нет.

— Тогда не отвлекай меня, Полина.

— Хм-м-м, — грустно выдохнула она. — Баал, мы что, так и будем искать вечно это древко или как оно называется?

— Если ты так и будешь ныть, то несомненно. Дьявол, — выругался Баал, — никаких признаков, куда идти!

Он мрачно нахмурил брови, из-за чего и без того устрашающий вид стал еще суровее.

— А может, мы поступим как во «Властелине колец»? Посидим, подождем, пока воздух посвежеет?

Баал посмотрел на Полину и скептически вскинул бровь:

— Откуда такие познания, юная леди?

— Я люблю эту историю. Там волшебник так делал!

— Ладно, — согласился демон. — Идти вперед просто ради того, чтобы идти, без какой-либо цели, бессмысленно. Подождем ветер равновесных сил.

Баал присел рядом с Полиной. Она ласково улыбнулась ему.

— Не знаю, на чем мы сидим, но совсем не холодно, — отметила Полина. Она по-доброму смотрела на своего странного друга, широко и доверчиво распахнув глаза.

— Это потому что ты не испытываешь на себе и других раздражителей. Ни голода, ни жажды, ни других физических потребностей.

— Ой точно! Я ведь даже писать не хочу! Баал, а расскажи мне что-нибудь интересное?

— Я похож на няньку? — осведомился демон, мрачно глядя на свою юную «напарницу» кроваво-красными глазами.

— Ну-у, мы же друзья. А друзьям нужно как можно больше знать друг о друге!

— Полли, мне нечего тебе рассказать.

— А я так не думаю, вот, например, недавно ты сильно разозлился, когда я сказала, что ты демон и не сдержишь обещание. Обиделся на меня. Ты всегда сдерживаешь обещание? Или люди плохо поступали с тобой?

— Ты просто мастер светских разговоров, — усмехнулся Баал. — Прям-таки пятилетний знаток демонических душ.

— Вообще-то, мне уже шесть и, кстати, ты совсем не такой страшный, как мне говорили про демонов.

— Я не стану говорить о себе.

— Ну и ладно, — расстроилась Полина, — а о чем будешь?

— Боги! И зачем я только спас тебя? Мы можем просто помолчать и подождать реакции среды? Мне нужно сосредоточиться!

— Хорошо, поиграем в молчанку, — ни сколько не смутившись, ответила та.

Полина честно прекратила разговаривать, однако сидеть и ничего не делать ей было скучно, поэтому она принялась играть пальчиками, изображая шагающих человечков. Вначале они бодро бегали друг за другом, по подолу нежно-голубого платья, затем по земле, а после отправились в сложный путь по гористой местности, коей являлись ноги демона, сидящего в позе лотоса. Человечки с должным драматизмом начали упорно вскарабкиваться по отвесным «скалам-каменюкам» все выше и выше. После чего затеяли свой самый сложный и грандиозный подъем на Эверест. Эверестом, само собой, была грудь нового напарника. Демон не выдержал:

— Полина! Что ты делаешь?

— Я помогаю совершить самый сложный подъем в истории человекопальцев, — улыбнувшись, ответила она.

На демона уставились большие добрые глаза ребенка.

— Ты спокойно посидеть не можешь?

— Нет, пожалуй, не могу.

— Ясно, — устало выдохнул Баал.

— Ой, а может, ты мне сказку расскажешь или историю волшебную! Ты ведь сам волшебный, наверняка знаешь что-нибудь интересное?

— Нет.

— Папа читал мне как-то легенды Древней Греции. И еще сказки про Симбада Морехода! Мне про птицу больше всего история понравилась.

— Полина, мне неизвестны никакие из ваших людских легенд. Легенды зачастую берут начало из реальных событий, которые вы переосмыслили в сказках и сказаниях. Я давно уже не в курсе, что у вас там за истории.

— Жалко, а что ты тут делал все это время?

Демон недобро посмотрел на Полину.

— Я дух, мне не обязательно что-то делать как шестилетнему ребенку.

— Я поняла тебя. Ты все время тут скучал. Хорошо, что я появилась!

— Да уж, — теперь я в экстазе, — ядовито выдавил тот.

— Я рада, что нравлюсь тебе!

— Я этого не говорил.

— То есть я тебе не нравлюсь?

— Полина, ты своими расспросами любого заставишь сбежать куда подальше!

— Ты не бросишь меня теперь! Ведь я могу помочь!

— Верно, но сейчас, больше всего на свете, мне хочется засунуть в твой маленький говорливый рот кляп и прочно связать!

— Злой ты! Ну и ладно! Не дождешься от меня теперь! Буду молчать как рыба!

— Уж будь добра.

Полина насупилась и замолчала, обиженно сложив ручки на груди. Демон продолжал сидеть в позе лотоса, закрыв глаза.

— Чувствую, — вот оно, — радостно объявил он спустя несколько минут. — Вставай, Полина, нам пора!

Они поднялись, Баал взял маленькую напарницу за руку, и они зашагали в сторону предполагаемого артефакта. Туман снова начал золотиться приятным солнечным оттенком.

— Если мы выберемся, в какой век мы попадем? — довольно смотря на Полину, спросил демон.

Напарница молчала. Они прошли пару метров.

— Полина, ты слышала, о чем я тебя спросил?

Полина, смешно сощурившись, выразительно посмотрела на демона своими милейшими детскими глазами и отвела взгляд.

— А-а-а, так вот оно что, — рассмеялся он. — Ладно, извини меня, я не должен был тебя обижать. Ответь, пожалуйста, на вопрос из какого ты века?

— С конца двадцатого, — звонко ответила та, очаровательно улыбаясь.

— Двадцатого?

— Да, а что?

— Я здесь уже больше пятисот лет, — усмехнулся Баал.

— Ты так и не расскажешь, как ты сюда попал?

— Нет, — отрезал демон.

— Ты все такой же противный! — огорчилась Полина.

— Разумеется, я же демон, — пошутил Баал, улыбнувшись напарнице.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

— Интересно, сколько мы с тобой уже путешествуем, — говорила Полина, вглядываясь в туман в поисках недостающей части кинжала.

— Здесь нет понятия времени. Так что важнее, по земным меркам, сколько ты отсутствуешь, — ответил демон, посмотрев на нее.

— И сколько?

— Это ты сможешь выяснить только тогда, когда вернешься.

— Я не хочу больше идти, ты можешь меня покатать?

— Покатать? — Баал остановился и уставился на свою маленькую попутчицу.

— Ага, — та лучезарно улыбалась.

— И зачем мне это делать?

— Как зачем, весело же!

— И чем же?

— Если не попробуешь, не узнаешь. Меня брат часто садил на плечи и катал. Ему нравилось!

— Ладно, идти нам все равно недолго, что ты задумала?

— Ты сажаешь меня на плечи и катаешь!

— И все? — вскинул бровь демон. — Что тут интересного?

— Ну, Баал, ну пожалуйста! Ты такой высокий! Ты выше, чем мой брат! Ну покатай! — нудно тянула Полина.

— Тогда обещаешь помолчать хотя бы ненадолго?

— Обещаю!

— Ладно

Баал посадил ребенка себе на плечи.

— Ну? Как оно?

— Уау! Как высоко! Ура-а-а-а-а! Вперед, мой верный скакун! За сокровищами!

— Полина, тебе повезло, что ты такая маленькая, — мрачно ответил Баал.

Полина, как и обещала, сидела тихо, с удовольствием усевшись на плечах демона и вглядываясь в туманную золотистую дымку. Так они шли до момента, пока сигнал не исчез.

— Опять, — расстроился демон и снял девочку с плеч. — Как же трудно угнаться за этими наводками. Но, судя по ауре, мы где-то близко. Еще немного, и будем у цели.

— Ну во-о-от…

— Ты чего расстроилась?! Мы же найдем артефакт и выберемся, — спросил демон, садясь на дымчатый «пол».

— Как только ты его найдешь, я про тебя забуду, да? Ты пойдешь со мной?

— Но ведь это хорошо! Там твой дом, там тебя ждут и любят! Тебе не о чем жалеть!

— Ты ведь исчезнешь из моей жизни?

Полина села, подтянув колени к груди, и грустно смотрела на свои сандалики.

— Не расстраивайся, не думаю, что ты будешь скучать о времени, проведенном здесь.

— Такой взрослый демон, а все равно ничего не понимаешь, — подняв грустные большие глаза на Баала, сказала Полина.

— Это еще почему? Как раз понимаю. Ты уже на следующий день все забудешь.

— А ты разве не будешь скучать?

— Нет, — бесцветным тоном ответил демон.

Похоже, его ответ сильно расстроил Полину. Она опустила голову на колени и спрятала между ними лицо.

— Ты маленькая и еще не понимаешь, — продолжил Баал, — нас свел случай. Если бы мы не были друг другу полезны, я бы не спас тебя и не стал так долго терпеть твои выходки.

— Ты врун!

— Забываешься, юная леди… — давя на голос, пригрозил дух.

— Если бы ты был злой, то обижал бы меня. А ты не обижал!

— А чего тогда ты обижалась?

— Ну это я понарошку, не по-настоящему же, — хитро улыбнулась Полина.

— Выходит, ты у нас врунья? — усмехнулся демон.

— Получается, что да, — весело рассмеялась она. — А может, не пойдем за рукояткой этой? — внезапно предложила Полина.

— Почему не пойдем?

— Побудем еще немного здесь?

— Нет, мои ресурсы не вечны. Если я исчерпаю на тебя все, что у меня есть, ты умрешь, а я перейду в другую форму существования. Это бессмысленно и глупо. Я обещаю, как вернемся в привычный для тебя мир, я навещу тебя, идет?

— Идет! — обрадовалась маленькая напарница.

Буквально через несколько минут демон встал и внимательно уставился в туман, будто увидел или почувствовал что-то:

— Полина, это победа! — довольно объявил Баал.

Они быстро приблизились к необычному явлению. Рукоять, за которой они пришли, не валялась бесхозно, как это было с лезвием. Напротив, она словно висела над землей, не испытывая на себе того, что мы бы назвали гравитацией.

— Ура-а-а! Мы нашли ее! — Полина потянула ручки к странному предмету.

— Подожди! — Баал схватил ребенка, отодвинув от рукояти. — Не трогай. Здесь что-то не так...

Ручка кинжала продолжала мирно висеть в воздухе, немного покачиваясь, словно кто-то поднимал и опускал ее на невидимой леске. Она мягко источала серебристо-золотой свет.

— Теперь понятно, почему оружие не уничтожено, а рукоять не так далеко от лезвия, — мрачно заметил демон.

— А что такое? Ты расстроился! — проницательно заметил ребенок.

Баал продолжал стоять напротив рукояти, явно размышляя, что с ней делать. Брать ее в руки он не решался.

— Полина, слушай меня внимательно, — сказал Демон, повернувшись к ребенку и внимательно посмотрел на нее, — что бы ни произошло, когда я отдам тебе кинжал, ты должна воткнуть его в землю, представляя, как открывается портал в твой мир, поняла меня?

— А что может произойти?

Полина обеспокоенно смотрела на демона.

— Мастер оставил здесь кинжал в качестве наживки, чтобы недобрые духи, пожелавшие владеть этой вещью, понесли наказание за содеянное, особенно те, кто могут превозмочь силу проклятия кинжала и использовать его.

На этих словах из тумана начали появляться три странных фигуры. Их нельзя было назвать человеческими, двигались они уж слишком необычно. Затем стало ясно, что фигура на самом деле одна.

— Смотрю, ты принес лезвие, Баал.

— Смотрите-ка, а он с подружкой!

— Как поживаешь, дружище?

Перед ними появилось странно трехголовое существо. Монстр выглядел в целом как человек, только вот шеи и головы у него было три. Зрелище то еще. Каждая голова реагировала на происходящее по-своему. Одна с интересом наклонилась, разглядывая гостей, вторая исподлобья хищно улыбалась, а третья скучающе смотрела на них, словно не происходило ничего примечательного.

Полина испуганно прижалась к демону:

— Баал, — прошептала она, — а это кто?

— Это цербер, генно-модифицированный, — недобро смотря на гостя, ответил Баал.

— Очень смешно, — сказала голова, та, что была слева.

— Тебе не будет так смешно, когда мы порвем тебя в клочья, — сказала вторая голова.

— И закусим твоей заначкой, — прошипела третья.

— Вы совсем из ума выжили, это же человек! Вы не можете есть людей!

— Что за чушь? — враз сказали три головы. — Здесь не может быть человека.

— Тем не менее, это человек. Отпустите ее, это обычный ребенок. Она случайно здесь.

— Такое возможно? — одна голова обратилась к той, что в центре. — Нет, ответила та, это какой-то трюк. — Но пахнет-то человеком, — принюхалась третья голова.

— Кто ты какая, откуда здесь и что делаешь в обществе демона? — обратилось существо к Полине, глядя на нее своими желтыми глазами с вертикальными зрачками.

Девочка испуганно посмотрела на Баала. Он одобряюще кивнул.

— Меня зовут Полина, — начала она, — я попала сюда с братом, но потерялась, Баал меня нашел и спас.

Три пары бровей разом взаметнулись вверх.

— И зачем ты спас это человеческое дитя? — спросил монстр.

— Затем, что ей нужно выбраться отсюда, и я понял как.

— А-а-а-а, вот теперь я узнаю старину Баала, — рассмеялась голова, — та, что в центре. — Решил использовать ее как свой транспорт? Не выйдет, ты здесь заперт навсегда, и раз не повезло встретить нас, придется убить тебя и твой потенциальный транспорт.

Все головы недобро улыбнулись.

— Баал, а ты справишься с ними? — испуганно спросила Полина.

— С ними в два счета справлюсь, но проблема не в этом, — ответил Демон

И словно в подтверждение его слов из тумана начали выходить трехголовые собаки.

— Эта мразь тут с прихвостнями, и судя по запаху их не меньше трех сотен.

Полина в ужасе уставилась на демона.

— И что же нам делать?

— Я думаю, — негромко ответил Баал.

— Ну что, вы там уже попрощались? Скажите друг другу прости-прощай, и мы приступим, — с кровожадной улыбкой сказала центральная голова. Монстр демонстративно погладил одного из подошедших псов.

— Полли, ты помнишь, о чем я тебя попросил?

— Да, — испуганно ответила она.

— Все будет хорошо, — сказал демон, глядя на нее. Баал достал тяжелый на вид меч. Его лезвие странно светилось, если исходивший от него черный ореол можно было назвать свечением.

— Полина, держи, это тебе.

Он дал напарнице целый кинжал, который теперь немного мерцал.

— Не выпускай его из рук.

Трехголовые псы все пребывали. Они окружали демона и ребенка в кольцо, злобно скалясь. Трехголовый страж с интересом наблюдал за происходящим.

— Ты что, успел стащить рукоять? — спросила центральная голова.

Баал ухмыльнулся:

— Да, это позволит ей уйти, а мне — спокойно порвать вас на ленточки.

— М-да, как всегда, одна грубость и никаких манер, — сетовала третья голова.

Похоже, все псы были в сборе. Баал не нападал, собаки тоже, лишь скалились и оглушительно лаяли.

— Что, ждешь, пока все псы с галактики сбегутся? — провоцировал его Трехголовый.

— Ага, всех сразу и уважу. Полина, — он повернулся к ней, — закрой глаза и сделай, что я тебе сказал!

Полина испугалась еще больше, но противиться не стала, она закрыла глаза, положив ладошку на лицо, затем воткнула рядом с собой кинжал.

— Что вы скромничайте, приглашения в письменной форме ждете? — пробасил Демон. Его клинок рассек воздух и странно зазвенел. Собаки всей сворой бросились на врага. Однако, что случилось после, Полина уже не видела.

Глава 21 Смерть братьев

Глава 21

Смерть Братьев

Двое мечников уверенно приближались к месту, отмеченному на карте. За окном автомобиля вечернее солнце напоследок яркой волной окрасило небо в палитру от золотистого до нежно-розового. Наступала ночь. До ближайшего мотеля, к которому лежал их путь, оставалось не больше двадцати километров, можно было надеяться, что путешествие на сегодня практически завершено.

— Я изучил все дневники Рошель. Согласно добытым мной сведениям, она потенциальный стихийный маг или шаман, как и ты, — сказал Марк, сидя за рулем своей алой красавицы-машины.

— Похоже, Аню окружили шаманы со всех сторон, — с усмешкой заметил Артур, изучая карту на планшете.

Марк удивленно вскинул брови и повернулся к брату.

— Как интересно мы заговорили… Сегодня ты к ней гораздо теплее, чем обычно. Похоже, вовсе не ненавидишь ее, — все еще смотря на Артура, заметил Марк.

— С этим трудно спорить. Когда ее нет рядом, она самый чудесный человек на земле, — посмеялся тот.

— Хм-м, а если серьезно. Не слышу привычной холодности и язвительности. Что происходит?

— Настроение хорошее, чего мне злиться?

— Выходит, она нисколечко тебя не раздражает?

— Брат, к чему этот допрос? Ты ведь ее видел! Это изнеженный, совсем не приспособленный к нашей среде цветок. Ей не выжить в нашей организации. Я всего лишь пытался донести это Равенне.

— Похоже, ты не все рассказал. Что-то скрываешь от родного брата?

— Марк, ты не понимаешь? — сдался Артур. — Равенна подзадоривает Анну, пытаясь адаптировать ее к нам, но это глупо! Она совершает ошибку! «Черная Гарпия» — среда убийц, шпионов и охотников! Ей не место среди нас! Разве не понятно, что ее растопчут? Разве не ясно, что она постоянно в опасности? Зачем это все? Даже если Анну не убьют, то сломают. После дел, которые даст ей Равенна, она станет совсем другой. Ты помнишь, при каких обстоятельствах фурии попали к нам? А вороны? Этим женщинам уже нечего было терять. Но у Ани вся жизнь впереди, у нее все хорошо. Ей не нужно это.

— Значит, она тебе дорога, — бесстрастно отметил Марк, глядя на дорогу.

— Я бы не сказал, что дорога. Просто я хочу, чтобы хотя бы у нее все было хорошо.

Значит, и правда дорога… — подумал Марк, мысленно посочувствовав брату.

Артур замолчал и отвернулся к окну. Марк решил разузнать побольше, раз разговор стал настолько откровенным.

— И все же, почему именно она стала объектом такой рьяной заботы?

Артур, вытащил из нагрудного кармана аккуратно сложенную бумагу и протянул листок брату.

— На, прочти.

— Что это?

Марк одной рукой раскрыл письмо. Тонким, изящным почерком, принадлежащим женской руке, было написано:

«Выносить эту тьму и дальше невозможно. Не позволь ей поглотить и тебя...»

— Это то, что я думаю?

— Да, посмертная записка моей матери. Ты знаешь, она не справилась с тем, что на нее навалилось. Она могла бы жить, если бы не попала туда, где ей было не место. Я всегда ношу это письмо как напоминание: если ты можешь не допустить такого, то твоя обязанность — помочь тому, кто блуждает во тьме. Аня очень похожа на нее. Ей нечего делать среди нас. Этой девушке не нужна такая жизнь и такая смерть. Может, мне и не удалось помочь маме, но этой наивной птахе я не дам повторить ее судьбу.

Теперь для Марка все встало на свои места. Артур не случайно в нужный момент оказался рядом и спас Анну. Он банально волновался за ее жизнь и всегда был где-то неподалеку. Так называемое удачное стечение обстоятельств происходило не по воле случая, а потому, что он стерег Анну днем и ночью. Большой вопрос: сколько угроз было на самом деле? Выходит, все зря...

— Ты как-то помрачнел, — выдал Артур, внимательно смотря на брата.

— И все же Анна добровольно пришла в «Гарпию», это был ее осознанный выбор, — снова вернулся к теме Марк и отдал письмо.

— Потому что Равенна притащила ее, убедив в правильности подобного решения!

— Артур, то есть ты хочешь сказать, что никогда не относился к ней как к занозе в заднице, и весь этот фарс был ради заботы?

Марк был поражен тем, как собственный брат обвел его вокруг пальца, попутно обманув даже Равенну.

— Нет, она и правда ощутимо бесила меня, но я настроил против нее добрую половину коллектива не потому, что просто невзлюбил и решил организовать девушке круиз в ад. Я хотел, чтобы она ушла, сама, чтобы даже Равенна не могла ее остановить.

— Почему было просто не поговорить с ней и с Равенной?

— С Равенной я говорил, неоднократно. Пытался убедить, что девушке здесь не место по ряду причин, но она считает себя самой умной. А с Аней я не говорил, потому что это бесполезно. И как вообще ты это видишь? Я по-хорошему прошу ее уйти, а она такая: «Ах, ну если ты просишь, Артур, то я, конечно, уйду и оставлю свою подругу в беде!» Нет, ее пребывание в «Черной Гарпии» должно было стать совсем невыносимым, бессмысленным, только тогда она ушла бы сама. А сейчас ее жизнь в опасности, и так будет всегда. Тем более пока мы на задании.

Марк сглотнул, они подобрались слишком близко к опасной теме.

— Думаешь, Равенна не сможет ее защитить?

— Нет, конечно. У Анны нет ни навыков выживания, ни необходимых инстинктов, ни физической подготовленности! Думаю, сейчас за ней приглядывают зеркальные маги и вороны. Ну и я кое-что сделал, чтобы мне было поспокойнее. Вместо того чтобы отпустить девушку и дать необходимые рекомендации следователю по ее защите, начальница прячет ее на минном поле!

— Как думаешь, кто и зачем ее преследует?

— Не знаю, но подозреваю, что в ней видят потенциала, которого нужно либо ликвидировать, чтобы мы не получили преимущество, либо использовать. Зеркальный маг наверняка уже в курсе ее дел.

— А разве наш секретный отдел занимается подобными делами?

— Равенна отчего-то вцепилась в Аню. Думаю, она задействует все имеющиеся у нее ресурсы, чтобы оставить ее при себе, даже зеркальных магов.

— Позвонишь Равенне?

— Нет, пока не буду. Закончим дело, позвоню, узнаю, как они там.

Марк облегченно выдохнул. Сейчас не время для правды.

— Думаю, я больше не буду скрывать свое отношение к ней, — внезапно выдал Артур. — Если уж Ане так приспичило остаться, то бессмысленно и дальше давить на нее.

— Анна не такая слабохарактерная и мягкотелая, как ты думал?

— Да, — губы Артура тронула мягкая улыбка, — вот только спасем ее подружку. Наверняка она будет рада встретиться с ней.

Марку сделалось не по себе. Говорить про Анну как про живого человека и так было дискомфортно, но обсуждать планы, которым не суждено сбыться, становилось совсем тяжело, даже для него.

— Смотри, это Серпантинные Горы, мы где-то рядом, — заметил он, чтобы закрыть тему. За окном и правда теперь виднелась укрытая снегом цепь гор.

ТЫЩ! ТЫЩ!

— Похоже, твой друг проснулся.

— Выпустите меня, уроды! Выпустите! Я вам щас все авто обоссу! — раздался глухой голос из багажника. Пленник бил по крышке так, что, казалось, автомобиль подпрыгивал.

— Ты не надел на него кляп?

— Понадеялся, что он тихий.

— А-А-А-А, ЧЕРТ! Ч-Е-Е-ЕРТ! Ч-Е-Е-Е-ЕРТ! — орал мужик.

— Похоже, яд перестал действовать, и к нему вернулась чувствительность.

— Я ему шесть ребер сломал, вероятно, он только что это понял.

— Как думаешь, он уже обгадил машину?

— Не знаю, но вытащить его придется.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Главная ворона сидела за рабочим столом наставницы и писала что-то на листе бумаги. Ее одежды турмалиново-черного цвета, щедро украшенные золотыми нитями и вышивкой в форме острых, как кинжалы, перьев, скрывали изгибы ее фигуры, негромко шуршали при каждом движении и красиво переливались в пасмурном свете дня. Перо в руках ведьмы методично скользило по бумаге. За спиной вороны умиротворяюще колыхались сосны. Снег, подхватываемый порывами ветра, кружил, взмывал вверх, рисуя круги и затейливые спирали. В дверь постучали.

— Да-да, входите.

— Приветствую, — пробасил маг зеркал.

— Здравствуй, Феликс.

Через изящную маску, что скрывала лишь верхнюю часть лица, на мага зеркал обратились черные глаза ведьмы. Они мягко сияли, словно омытые дождем ягоды смородины.

— Какие новости?

— Мне нечем тебя порадовать, — отчеканил высокий коллега, оглядывая обстановку. — А где Равенна?

— А разве ты не знаешь?

— Я был в отъезде, очевидно, пропустил нечто важное. Мне не удалось понять, что с наставницей. Какие-то странные у нее жизненные показатели.

— Верно, — медлила Рина. Похоже, она не собиралась углубляться в детали и полностью погрузилась в письмо, что-то внимательно дописывая.

— А как твое задание, Феликс? — макая перо в чернильницу, спросила ворона.

— Успешно... Но, я все же хотел бы узнать ответ на свой вопрос.

— Равенна в коме, — выдала главная ворона, вставая из-за стола.

Феликс, отличавшийся своим бесстрастным отношением практически ко всему, на этот раз замер как громом пораженный. Его лицо застыло с выражением крайнего непонимания, а взгляд настойчиво буравил Рину. Феликс ожидал, будто сейчас она объявит, что это была всего лишь неудачная шутка.

— Танец трех миров? — наконец предположил он после недолгого молчания.

— Да, цена за помощь. Как ты уже, наверное, догадался, теперь на мне лежит бремя главы «Черной Гарпии». Поэтому я в курсе ваших дел и чем ваш отдел занимается на выезде. Удалось выполнить задание?

— Удалось. Но предотвратить то, о чем предупреждала Пифия, — нет.

— Мужчины погибли?

— Да. Дмитрий Петрович и его брат мертвы.

Ворона устало осела на диван.

— Что с ними случилось?

— Один скончался от сердечного приступа. Второй при непонятных обстоятельствах погиб в лесу. Но и первая, и в вторая смерти настораживают. Врачи полагают, что сердце не выдержало из-за гибели дочери, но я не согласен с этой теорией. Сердце было крепким у Дмитрия. Андрей погиб в лесу. И зачем его туда понесло… Его машину обнаружили у обочины дороги на шаманской трассе. Рассматривалась версия убийства, ведь он был следователем. Но умер он без видимых причин. Он не замерз, его не трогали звери, он не был отравлен или тем более убит чем-то механическим. Что с ним стало — загадка.

— Что же по итогу вам удалось сделать?

— Я помог вдове инспектора переехать и безопасно осесть в другом городе вместе с дочерью и племянником, который остался сиротой.

— Боже, точно... Бедный мальчик. Выходит, он потерял в один год отца, сестру и даже дядю.

— Рина, это не все.

— Господи, да что еще-то? — недовольно спросила ворона, изрядно устав от плохих новостей. Она пристально посмотрела на Феликса.

— Я не вижу изменений в будущем братьев мечников. Их все еще ждет смерть.

Рина встала и подошла вплотную к магу зеркал.

— Значит, даже Кутх не в силах изменить судьбу? И что же? Равенна лежит в коме, неизвестно, придет ли она в себя, наши союзники редеют и, что бы мы ни предприняли, все становится только хуже! Феликс, у вашего отдела остались задания? — со звенящей тревогой в голосе спросила она.

— Да, по-прежнему расследуем смерти охотников.

— Хорошо, продолжайте, я и Марин поможем вам. Мы все остаемся в «Гарпии», остальные отправятся на помощь отделу Экстра. Вчера пришел запрос от спецслужб. Нам нужно бросить все силы, чтобы эти двое вернулись с задания. Артур и Марк владеют чрезвычайно важной для правительства информацией, они как живая секретная база данных. Будто мы и так не делаем все возможное, чтобы помочь им! Я полагаю, это ты сообщил спецслужбам, что их жизни в опасности?

— Да, я обязан был.

Ворона медленно и плавно подошла к окну.

— Они не оказали нам никакой поддержки, только отдали очередной приказ.

— Полагаю, в текущей политической обстановке им просто некого к нам прислать.

— У меня порой такое ощущение, что всех нас засасывает в какую-то огромную черную дыру, из которой нет выхода, — пожаловалась Рина, мрачно глядя на серые капли подтаявшего снега, плаксиво разбрызганные по стеклу осенней непогодой.

— Но он есть.

— Какой? — удивилась Рина. Она обернулась и взглянула в лицо магу зеркал.

— Ты только что нашла его: держаться вместе, командами. Когда к заданию подключатся Фурии, шансы парней заметно вырастут.

— Но ты же сам сказал, что зеркало не поменяло вердикт?

— Порой человек способен не только обойти судьбу: он может начисто стереть ее, совершив невозможное, особенно когда он не один...

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

— С добрым утром, милая!

Артур резко схватил бледного как простыня недруга и выволок из багажника. Наемник закричал и скривился от боли, схватившись за грудь.

— Черт! Я убью вас! — истошно орал он.

Медицинская маска порвалась и забавно висела на правом ухе, открывая лицо. Марк, переняв эстафету, поднял одной рукой бледного страдальца, отчего тот застонал еще больше.

— Где остальные?

Наемник, улыбнувшись жутким кровавым оскалом, прошипел:

— Что, боишься, мечник из «Гарпии»?

Он мерзко смеялся, периодически сплевывая кровь. Крови оказалось на удивление много, было похоже, что он пострадал от своего же яда.

— Ты почему такой слюнявый?

Марк с отвращением бросил мужика на землю, затем, вытащив из нагрудного кармана платок, вытер руки после прикосновения к окровавленной одежде.

— Если ты нам расскажешь все как есть, мы тебя не убьем, — попытался сторговаться Артур и сел на корточки напротив недруга так, чтобы видеть его лицо.

— Это вы сдохните!

Наемник смачно плюнул в лицо своего обидчика. Артур, стерев кровавую слюну, ударил мужика по лицу так, что несчастный лишился еще и нескольких зубов.

— Слушай, скромник, ты расскажешь нам все по-хорошему. Как вы узнали, куда мы направляемся? Отчего так всполошились, вместо того чтобы просто перевезти Рошель подальше? И главное — где остальные твои помощники? Будешь сотрудничать, мы оставим тебе пару зубов и шанс на выживание. Мы честно тебя отпустим, но с одним условием: больше не попадаться нам на глаза. Ну или второй вариант. Мы выбиваем из тебя все, что нам нужно, а затем беззубого, безглазого и с неполным комплектом пальцев хороним в лучах заходящего солнца.

— Будешь лежать прямо тут.

Марк демонстративно махнул лопатой в сторону поля, слева от дороги.

— А тут красивый вид, если, конечно, это последнее, что ты хотел бы видеть.

Наемник злобно буравил мечников взглядом.

— Ладно. Я скажу.

— Вот и умница итак, откуда вы узнали про нас?

— Мы наемники «Омеги».

— О, это мы, как ни странно, сами поняли, золотко, давай дальше.

— Нам приказали ожидать вас здесь. Откуда боссам было известно, что вы отправились за потенциалом, я не знаю.

Марк с лопатой подошел ближе, постукивая рукояткой о ладонь.

— Да подождите вы! Я правда не знаю, откуда им все это известно! Но знаю, почему девку не перевезут из нынешней точки еще три дня.

— Ну и почему же?

— Ее не сдвинут с места до полнолуния. Для нее нашлась работенка, она не сможет выполнить ее где-то в другом месте. Вот почему нам было велено вас задержать до ее перевозки.

Артур оглянулся на Марка.

— Думаешь, не врет?

— Не похоже. Твой друган напуган, но точно не врет.

— А где твои шакалы?

— Они поджидают вас дальше по дороге, — ответил наемник, исподлобья глядя на врагов.

— Спасибо, Гюльчатай, ты свободна как ветер! Не пиши и не звони нам! Если снова появишься на пути — прикончим.

Мечники оставили окровавленного мужика у обочины и отправились дальше.

— Артур, похоже, веселье все еще где-то впереди. Этого козла отпущения отправили проверить наши способности, а остальных ударников труда оставили на десерт…

— Похоже на то, придется быть начеку.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

За окном окончательно стемнело. Яркие осенние звезды и тонкий серп луны, подернутый облаками, мягко светили на дорогу. По правую сторону возвышался придорожный отель с неоновой вывеской. Если не считать заправки, он был единственным строением посреди бескрайнего поля.

— Наконец-то мотель!

Мечники вышли из машины и направились к дверям гостиницы. Небольшой ресторан с баром находился рядом со входом, слева от стойки администратора.

— Слава богу, мы на месте, хочу выпить. Как зарегистрируешься, присоединяйся, — бросил Марк и зашел в бар.

Мечник осмотрелся. Внутри оказалось безлюдно и тихо, если не считать старика, как сыч, сидящего в тени за угловым столиком, и его неприятного собеседника, который, судя по грубоватой манере речи и серой от пыли одежде, был дальнобойщиком. В помещении витал густой аромат свежесваренного кофе. Марк прошел к деревянной барной стойке, блестящей от лака и золотого света ламп. За баром стояла ярко накрашенная, полноватая женщина с черными, как у цыганки, волосами. Она была уже в том возрасте, когда красная помада и темная подводка придавали ее облику не столько испанской жгучести, сколько ощущение упущенной яркости жизни. Неровно нарисованные губы и толстые черные стрелки неловко пытались вернуть привлекательность некогда женственным чертам, ныне сползающим по лицу от тяжести застарелых эмоций. Мелкие пушистые локоны выглядывали из-под выцветшего платка и падали ей на плечи. Она как раз заканчивала приготовление коктейля, когда Марк подсел к стойке.

— Привет.

Мечник с очарованием голливудского актера улыбнулся женщине, затем достал брутального вида бутылку бурбона из дорожной сумки.

— Я со своим, вы позволите?

— Это еще что такое? Извините, но со своим у нас нельзя!

Вслед за бутылкой он поставил на стойку и крупный граненый бокал.

— Боже, вы что, даже стакан с собой носите?

— Это профессиональная необходимость.

— Надо же, и что за профессия такая, обязывающая брать с собой бурбон со стаканом? — грудным голосом спросила барменша. Она скептически изогнула нарисованную карандашом тонкую бровь.

Она заправляла огромную кофемашину, вероятно, выполняя заказ колоритной пары за столиком.

— Судя по вашему виду, вы неплохо зарабатываете, — заметила она под шум готовящегося кофе. — Вы вполне можете купить наше спиртное. Я попрошу убрать ваш бурбон. Здесь можно употреблять только наш алкоголь.

— Хорошо, давайте я куплю ваш бурбон, а пить буду свой?

— Что за бурбон у вас такой? Какой-то особенный или редкий?

— Самый обычный, но точно не смертельный, — продолжал Марк, очаровывая несговорчивую барменшу своей самой располагающей улыбкой.

— Когда я закончу выполнять заказ, ваша красивая бутылка должна исчезнуть с бара, — недовольно заметила та и, бросив колкий взгляд на чужой алкоголь, удалилась.

Когда барменша вернулась, бутылка и правда будто испарилась.

— Я готова предложить вам лучшее, что у нас есть, — просияв, сказала она, довольная тем, что не пришлось снова ругаться с клиентом.

— На самом деле, мой брат не настолько разбирается в спиртном, как пытается показать, — вклинился в разговор Артур, подсев рядом.

— Я прождал тебя пятнадцать минут. Пятнадцать, Карл! Ты что там делал? Вместе с администраторшей любовался на луну? Сколько можно было регистрироваться?

— Да куда ты так спешишь! Просто она новенькая, напутала что-то с паспортом, вот и провозилась немного дольше.

— Ну так что, — снова обратился Артур к барменше, — простите, я вас прервал. Вероятно, вы хотели узнать, зачем нам с собой комплект алкоголика? — с не менее обольстительной, чем у брата, улыбкой спросил Артур.

— Да, что это за профессиональная необходимость такая, обязывает вашего напарника брать с собой бурбон и стакан?

— Видите ли, мы по роду своей деятельности нажили немало врагов. Поэтому не пьем и практически не едим в непроверенных местах, как, например, ваше заведение. Однако мы с удовольствием подчинимся здешним правилам и купим ваш алкоголь. Что посоветуете?

Барменша ткнула длинным наманикюренным ногтем в сторону пузатых бутылок со спиртным. Они пафосно красовались на ярко освещаемой барной полке, словно актеры на сцене.

— Текила?

— Да.

Женщина достала угловатую бутылку неизвестного братьям бренда с пестрым изображением сахарного черепа в алых розах.

— Пойдет?

Барменша пыталась сохранить бесстрастный вид, но с каждой минутой удавалось ей это труднее.

— Ладно, доверимся вашему вкусу, присоединитесь ко мне? — демонически улыбаясь даме, спросил Артур. — Расскажите мне о себе? Как работается здесь?

Очевидно, под натиском очарования барменша обмякла и быстро сдалась. Нехватка мужского внимания, а также отсутствие романтики сделали ее легкой добычей.

— Да недавно я тут. Жизнь заставила. Развелась с мужем, надо было кормить маленькую дочь. Ничего интересного.

Артур, облокотившись на барную стойку, заглядывал в глаза собеседнице и внимал ей как самый преданный слушатель.

В это время Марка больше интересовала странная парочка за соседним столиком. Они управились со своим заказом и теперь курили, почти не разговаривая. Глаза старого «сыча» светились в темноте, слегка подернутые дымкой горящей сигареты. «Пыльный дальнобой», кажется, отлетел в свой персональный дзен и молча смотрел в окно, забыв о медленно тлеющей сигарете в грязных пальцах. Было похоже, что мужик ждал чего-то или кого-то.

— Моя мать бросила меня, когда я была еще подростком, ну а я что? Нужно как-то было выживать, — доносилась до Марка хрипловатая речь барменши.

Марк поднес бокал к губам. Пока новая подружка Артура была занята своей историей, он успел незаметно наполнить его собственным бурбоном. Однако зная, что впереди их поджидают враги, пить не торопился.

— Ну и ну, — говорил Артур, наливая себе и барменше. — Тебе, детка, это нужнее, чем мне!

Он поднял бокал в знак тоста. Марк ухмыльнулся.

Так вот зачем все эти телодвижения. Ну хорошо, посмотрим, будет ли она пить вместе с ним.

Колоритная дама, подняв стопку с текилой, одним глотком осушила весь шот. Пила она, к слову, не как новичок. Артур сделал вид, что делает глоток вместе с ней.

— Хорошо, так что было дальше? — с неподдельным интересом спросил Артур.

Барменша, слегка подрумянившись от огненной воды, довольно улыбнулась и продолжила свой душещипательный рассказ. Марк тем временем наблюдал за обстановкой. Спустя где-то десять минут стало ясно, что пара за столиком нападать не собирается. Раскрасневшаяся барменша, что подливала в бокал еще и еще, радовалась благодарному слушателю и злого не замышляла. Марк сделал глоток из бокала. Он покрутил его в руке, присматриваясь к напитку.

Артур поблагодарил барменшу и подсел к брату.

— Ну, как твой вечер?

— Да вроде, ничего. Эти два типа казались подозрительными, но, похоже, все чисто. Думаю, сможем здесь спокойно провести время, а потом заночевать.

Стоило ему это сказать, как в глазах резко потемнело. Марк посмотрел на брата, тот потерял сознание прямо за барной стойкой. Черт, что-то не так!

В следующий миг мечника накрыла абсолютная темнота, будто он внезапно оказался глубоко под землей. Зрение отказало, а тело перестало слушаться, оно будто одеревенело, потеряв связь с мозгом. Сердце бешено забилось. Марк судорожно, будто в агонии, с трудом пытался втянуть воздух в легкие. Что происходит? Все еще работающий мозг лихорадочно соображал. Нас отравили? Чем и когда?

Марк услышал, как двое мужчин, сидевших за столиком, неторопливой шаркающей походкой приблизились к ним с братом вплотную. Двигаться по-прежнему было невозможно. Все, что оставалось, — это беспомощно ждать своей судьбы.

— Вы, вы... ведь не убьете их? — прозвучал испуганный голос барменши.

— Я такого не обещал.

Один из мужчин, похоже, приподнял Артура.

— Подождите, что вы собираетесь делать? Зачем вам нож!? — взвизгнула перепуганная женщина.

— Еще одно слово, и мы отправимся за твоей дочерью, ясно? — прохрипел кто-то рядом.

— Сейчас мы завершим дело и уедем, а ты отправишься к себе домой, все поняла?

— Поняла, — прозвучали как издалека слова барменши.

Это было последнее, что успел услышать Марк. В следующий миг один из наемников приподнял его и резким движением вонзил в грудь нож по самую рукоять. Второй мужик так же расправился с Артуром.

Барменша в ужасе вскрикнула, закрыв рот рукой. Раздался громкий телефонный звонок.

— Алло, да. Нож в сердце, как и договаривались. С кем, с кем, с «Омегой», — говорил мужик, похожий на дальнобойщика. Он плечом прижимал к уху старый кнопочный телефон. Наемник вытащил окровавленное лезвие из груди Артура. — Да откуда я знаю, стволы для лохов, ножи — выбор мастеров, — загоготал он, протирая лезвие о куртку мечника. — Да в курсе я, что твой яд смертелен, но эти ребята непредсказуемы, мы решили не рисковать. Ты где? Ни черта себе! Ладно, полежи там пока, скоро заберу.

Наемники спрятали ножи по карманам и уже направлялись к выходу.

— Мамаша, слышь, — обратился один из них к трясущейся барменше, тот самый мрачный дед, — держи-ка язык за зубами, дорогая, если не хочешь сдохнуть.

Та послушно кивнула, а после выскочила за дверь вслед за убийцами, оставив истекающих кровью мечников у барной стойки.

Глава 22 Слишком дорого!

Глава 22Слишком дорого

В небольшой грязной комнатке, где единственной мебелью являлся старый деревянный стул, сидел изможденный человек. Душная каморка, в которую он попал, слабо освещалась пыльной, видавшей виды лампочкой. Словно бункер без окон и элементарных удобств, помещение сильно напоминало жуткий закуток из «Сайлент Хилл».

Мужчина, находящийся в этом локальном аду, был привязан к стулу. Он казался спящим. Его голова лежала на груди, а сознание блуждало где-то далеко. Обширные пятна крови, что расползлись по стулу, брюкам и некогда белой рубашке, все еще были влажными и насквозь пропитывали ткань. Эти следы кровавых побоев говорили, что пребывает несчастный в пыточной не первый час.

За дверью в коридоре послышались голоса. Спустя минуту в комнатку зашли двое. Один из них приблизился к пленнику:

— Проснись и пой, предатель!

Он резко схватил пленника за волосы и грубо прислонил к его лицу тряпку с нашатырем. Мужчина резко очнулся.

— О черт, это снова ты? Выходит, мне померещился голос старенькой бабушки? Да и запах... — Пленник принюхался. — По вечерам валерьяночкой балуешься?

Грубый тип, лицо которого было в тени, кивнул второму — перекаченному брутальному «терминатору» с седой бородой. Тот недолго думая с размаха ударил пленника по лицу.

— Мы так или иначе узнаем, кому ты слил информацию, чертов шулер. Не скажешь сам, залезем в подсознание.

— Ух ты, правда, что ли, — нагло улыбался пленник, ерзая на стуле. Его опухшие окровавленные скулы и подслеповатые глаза-щелочки делали его похожим на заядлого алкоголика.

— И поэтому вы который час массируйте мне физиономию вместо того, чтобы выполнить угрозу?

— Это была всего лишь прелюдия.

— Прелюдия? Кажется, я начинаю понимать, почему от тебя ушла жена...

Снова безумные удары пришлись по лицу болтливого пленника. На мужчине уже места живого не оставалось. Кровь густой струйкой текла изо рта, носа и ушей. Он продолжал, как безумный, улыбаться и хихикать, будто был начисто лишен чувства страха и не ощущал боли. В коридоре послышался гулкий стук каблуков.

— А вот и наша сыворотка правды, — довольно заметил мужик, стоящий в тени. — Предварительные ласки окончены, шутник.

Впервые на измученном лице пленника промелькнул страх.

— Всем добрый вечер, — прозвучал красивый женский голос.

— Сейки?

— Привет, Данте, давно не виделись.

В комнатку вошла высокая и стройная молодая женщина. На ее лице поблескивали крупные круглые очки в металлической оправе, точеную фигуру украшал ярко-зеленый брючный костюм с черными карманами и такого же цвета пуговицами, напоминающий крылья бабочки. Хищная улыбка совершенно не подходила к ее большим и распахнутым, почти детским глазам. Подобно плотоядной стрекозе, она безжалостно смотрела на пленника, сияя зловещим оптимизмом.

— Кошмарно выглядишь.

— Да, ты права, не высыпаюсь последнее время.

Сейки звонко рассмеялась.

— Я надеюсь, все зубы на месте? Позволь-ка посмотреть, что ты скрываешь.

— Пожалуй, не позволю.

Данте внезапно подскочил со стула и скинул с себя веревки. Очевидно, он успел незаметно снять путы, но ему не представилось возможности уйти. Он накинул веревку на шею Сейки и плотно затянул сзади.

— Одно движение, и ваша сыворотка правды останется здесь с переломанной шеей!

— Ого, а ты Гудини, оказывается, — насмешливо заметила «стрекоза», — смотрите-ка, застиг врасплох.

Похоже, ее мало беспокоила туго натянутая веревка на собственной шее.

— Придется быть чертовски грубым, если не позволишь мне уйти, — прошептал Данте на ухо Сейки.

Тип в тени и его помощник неуверенно застыли рядом, опасаясь навредить местной суперзвезде.

— Дорогой, ты ведь не все про меня знаешь, — спокойно улыбаясь, заявила Сейки.

В следующее мгновение она плотно прислонилась к Данте спиной, отчего тот потерял сознание, обмяк и упал на пол.

— Ну вот видишь, и не стоило портить такое красивое лицо, — девушка присела и, заправив за уши мешающие ей медовые локоны, достала из кармана платок. Аккуратно, почти ласково она вытерла кровоподтеки на лице пленника, затем мелодично промурлыкала: — Ну-ка, давай-ка посмотрим, что ты так отчаянно скрываешь от нас...

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

В роскошный конференц-зал, оформленный в азиатском стиле, вошло не меньше пятнадцати человек. Они неторопливо проследовали до длинного дубового стола, рассаживаясь и тихо переговариваясь друг с другом. Тени членов совета проплывали вдоль светлых стен с изображениями изящных гор, журавлей и морских волн. Темные силуэты и художественный замысел мастера постепенно слились в единую композицию, похожую на живую гравюру, нарисованную тушью. Маски О́ни на стенах злобно скалились, недобро глядя на всех, кто собрался в зале.

В центре помещения загорелся огромный двусторонний экран. На нем вращалась эмблема «Омеги». Все четырнадцать членов совета уселись по местам, готовые внимательно слушать выступающего.

Глава корпорации, так сильно похожий на Мага, встал перед учредителями на небольшой подмосток:

— Уважаемые дамы и господа. Сегодня нам предстоит обсудить несколько важных вопросов! Как все мы с вами отлично знаем, в наши руки попал весьма ценный потенциал. Но не все знают, почему А456 ценна для нас. Дело не только в ее потенциальных свойствах Дионисийской Ведьмы. По нашим сведениям, она может достать то, что избавит от необходимости в дорогостоящих услугах по распаковке потенциалов. Мы сами будем быстро определять, кто перед нами. И конечно, мы сможем отражать серьезнейшую угрозу, о которой я скажу чуть позже. Мы сможем остаться на плаву в эти тревожные времена.

В следующий момент глава «Омеги» нажал на пульт. Перед взором гостей предстал странный предмет: золотистое, с перламутровыми и изумрудными вставками, ювелирное изделие в виде огромного глаза с красным зрачком и завитушкой.

— Дамы и господа, кто знает: что это?

— Это Глаз Гора, — послышался голос одного из членов совета.

— Верно.

— Но его невозможно достать! Его пытались отыскать еще члены Золотой Зари!

— Именно! Их провал дает нам преимущество! — ответил Маг, посмотрев на экран. — У этих ублюдков не было того, что есть сейчас у нас.

— Чем эта авантюра грозит Рошель? — раздался знакомый басовитый голос.

— Ян, я придумал, как минимизировать риски для нее, — участливо и мягко ответил глава «Омеги», смотря в выразительные глаза своего протеже.

— Итак, мы подобрались к важнейшей теме нашего заседания и ее основной причине. Зачем нам так нужен Глаз Гора?

Глава корпорации нажал на кнопку пульта, и открылся слайд из «Донариума».

— «Донариум»? — удивилась пожилая женщина. Она щурилась, присматриваясь к экрану сквозь толстые линзы очков.

— Верно. Все помнят лекцию о линиях?

— Линия — это тип души, обитающей в теле, — заметил невысокий, полноватый член совета, сидящий в самом конце стола.

— Верно. Все души, обитающие в человеческих телах, имеют разную природу и разное происхождение. Сейчас нас с вами интересуют опасные души. Существует ложное знание о том, что свобода выражать себя, свобода воли — прерогатива людей. Демоны, ангелы, элементали якобы лишены таких возможностей. Причина, по которой мы все так долго верили в эту чушь, заключается в том, что мы приняли высокую осознанность этих существ за отсутствие выбора. Тогда как эти создания, находясь выше нас в понимании мироздания, просто лучше соображают и всегда осознают, что им будет стоить тот или иной поступок. Особенно идущий против Творца. Эти ребята всегда были готовы начать собственную игру. Вот в такую потеху мы с вами, дамы и господа, попали по самое не хочу.

— О чем ты? — пробасил низкий голос, участника заседания с квадратной челюстью. Он сидел ближе всех к экрану. Его круглые глаза располагались так близко друг к другу, что, казалось, пытались встретиться на переносице. Он удивленно переводил взгляд с главы заседания на Глаз Гора.

— Демоны стали проникать в наш мир.

Шепот волной пронесся по залу.

— И не те демоны, которыми пугают детей и с которыми работают известные нам маги, а бесчеловечное, бездуховное, бесконечное зло, ущерб которого вы и представить себе не можете. Глаз Гора способен определить, что за душа перед нами. Какая это линия. Так мы сможем обнаружить и обезвредить всех демонов, обретших плоть, а также проверить, на самом ли деле к нам в руки попала ценная Дионисийская ведьма.

— Так чем в итоге так опасны эти ваши жестокие демоны? — поинтересовался полноватый член совета. Он задумчиво вертел в руках ручку и смотрел на экран с артефактом.

— Тем, что их конечная задача — не власть, как многие думают, а превращение мира в оскверненную, отравленную форму существования для прекращения эволюции души. Думаю, многие люди-носители таких линий могут и не догадываться, кто они на самом деле.

— Откуда эти сведения и что нам до того, что среди нас ходят какие-то фрики? Разве они мешают нам вести бизнес? — заметил сосед полного типа, внешностью и манерами напоминающий матерого криминального авторитета. Его асимметричные губы со старым шрамом скривились в неприятной улыбке.

Зал переполнил беспокойный шепот.

— Тебя, как всегда, интересуют лишь деньги, да, Виктор? Спешу тебя огорчить. Мир, куда мы катимся, будет выглядеть примерно так: один центральный орган, как паук, станет эксплуатировать наиболее сочных мух — организаций, таких как мы. Твои денежки пойдут на корм сверхдемонам. Мы будем вынуждены оставаться их вечными слугами. Свобода выбора и свобода слова станут историей. Устраивает тебя такой расклад?

— Неужели все демоны такие подлые? — раздался обеспокоенный голос рыжеволосой женщины. На ее гладком лице, без единой морщинки, лишь глаза все еще сохранили естественную подвижность и живость. Она с тревогой смотрела на главу «Омеги».

— Нет. Но на сегодняшний день никакие из проявлений демонической силы нам не друзья!

— Можно подумать, они когда-то были нам друзья, — обиженно отозвался Виктор.

— Демоны наши, земные демоны, всегда были похожи на нас. Они могли быть полезны, могли сотрудничать, могли спасать. Однако именно их собратья из других миров станут концом мира, каким мы его знаем. Эти твари — обитатели ментальных структур. Они не знают сочувствия, они не знают эмоций. Человечество для них не только источник энергии, но и объект глумления. Они с удовольствием поджарят нас, с особой изощренностью, приправив собственными достижениями в науке, и будут томить на медленном огне из грехов до готовности. Наша задача: прервать цепочки всех демонических перевоплощений и закрыть от них наш мир!

— А как же треугольник сцепления? Разве мы не можем обезопасить себя через божественное присвоение тени? Ведь они будут бессильны против нас? — проницательно заметила рыжеволосая женщина.

— Да, как наши партнерские соглашения с адекватными демонами?

Виктор исподлобья смотрел на главу собрания.

— Учитесь иным методам борьбы со злом и ищите других союзников! У меня все!

Участники заседания начали медленно подниматься со своих мест.

— Ян, задержись, хочу обсудить с тобой кое-что.

Когда в зале остались лишь двое, глава «Омеги» продолжил:

— Я знаю, что тебе эта идея не нравится. Однако я придумал, как обезопасить девушку, расскажу тебе об этом позднее. Сейчас хотел коснуться другого.

Он медленно подошел к небольшому шкафчику, достал бутылку с виски и два рокса. Разлив по бокалам напиток, он протянул один юному протеже, а свой стал рассматривать так, словно в нем содержался некий ответ. Ян нехотя взял напиток.

— Возможно, не всем членам совета понятна опасность, стоящая перед нами, однако тебе хочу все же объяснить подробнее. В наш мир уже многие десятилетия стали проникать иные души. Как их только не называют: и бесы, и пришельцы в человеческих телах, а я говорю, что это демоны и ангелы стали проникать в наш мир и творить тут что хотят.

С недовольным видом он сделал глоток, словно выпил не любимый виски, а гадкое лекарство, сморщился, а затем продолжил:

— Такие существа губительны, куда бы ни пришли. Эти ребята чаще всего трикстеры. Они нарушают привычный ход вещей в природе, хотя, возможно, и не намеренно. Провоцируют пространственно-временные дыры, могут убить неведомым способом и еще черт знает что способны выкинуть.

— Так давай к делу, что конкретно тебя так сильно беспокоит? — не выдержал долгой преамбулы Ян. — У тебя явно какая-то личная вендетта.

— Да.

Григорий устало потер лоб.

— Я столкнулся с одним таким типом. Он представился чужим именем, и мне понадобилось длительное время, связи, чтобы узнать, кто он такой.

Глава «Омеги» снова отхлебнул из бокала, допив содержимое.

— Он пришел ко мне в разгаре весны, якобы интересуясь сотрудничеством. Хотел поговорить о наших военных разработках для правительства. Высокий, странно одетый в яркий пурпурный костюм, словно фокусник. Он был приветлив, эксцентричен и остроумен, по-дружески угостил отличным виски и завел разговор. Уже не помню, о чем. Помню только, что я быстро принял его за своего. А затем в самый разгар беседы, когда мы смеялись над какой-то забавной шуткой, он выдал:

— Только вот я не человек, ты уж извини. Адаптируюсь тут у вас, но мне уже нравится твой бизнес и то, что ты делаешь. Я заберу его себе.

Сначала я подумал, что этот колоритный тип просто шутит или пьян. Ничего не предвещало подобной выходки, затем он заявил:

— У меня везде свои парни, они достанут мне все, что я попрошу.

Затем он молча встал, улыбнулся и покинул кабинет.

— Григорий, ты чего так распереживался! Какой-то клоун приперся, подшутил над тобой и ушел!

— Ты не понимаешь! — вдарив по столу кулаком, разозлился глава «Омеги». — Я ж не идиот какой-то! Не принимай меня за старого маразматика! После этого разговора я все перепроверил. Узнал, что этот монстр прошелся по многим крупным игрокам, а затем внезапно стали погибать в пожаре или умирать от рака и других смертельных болезней мои друзья и знакомые, а их бизнес переходил некому мистеру Гранту. Так что это не выдумка и не бред! Этот странный тип существует!

— Я не верю. Какая-то неубедительная байка, больше похожая на теорию заговора. Где доказательства, что виновны такие, как он, где та самая причина, по которой мы должны ставить под угрозу потенциал?

— А вот они, доказательства, — спокойно ответил глава «Омеги», вставая из-за стола. Он достал из шкафа массивный черный сейф, поставил его на стол перед Яном и открыл.

Внутри сейфа оказались два полностью расплавленных криса. Они превратились в застывшую лужицу из металла и камня.

— Расплавились защитные крисы?

— Верно. Так что ко мне приходил не клоун, и не обманщик, а сам Дьявол.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Сейки сидела в тускло освещенной комнате на низеньком пуфике, придерживая полулежащего Данте у своих ног. Она прижимала свои руки к его голове, время от времени задавая ему вопросы.

— Данте, что ты пытался узнать?

— Женщина, а ТЫ что пытаешься узнать?

— Данте, что ты пытался выяснить в «Омеге» и передать заказчику?

— «Ты не пройдешь!» — с эпичной интонацией заявил сидящий на грязном полу Данте, явно цитируя известного персонажа.

— Сейки, что он несет? — шепотом спросил мужчина, который перед этим сам допрашивал пленника. — Он точно под гипнозом? Не пойму. Глаза вроде закрыты. Этот придурок выглядит так, словно просто смеется над нами.

— Да, под гипнозом. Его наниматель, напарник или черт знает кто, поставил защиту как раз на такие случаи. Говорит сейчас не Данте. Поэтому мы не узнаем закрытую информацию.

— И что нам делать? Эту защиту можно пробить?

— Мужчины... — усмехнулась Сейки. — Нет, мы пойдем другим путем. Как вода просачивается куда угодно и проникает всюду, так и мы найдем неочевидные точки входа. У каждой защиты есть свои слабости, есть свои щели. В них мы и проникнем. Данте, покажи мне воспоминания, связанные с твоим нанимателем.

Данте с минуту молчал, затем выдал:

— Иди вон, носатая дылда.

Охранник за спиной женщины загоготал.

— Данте, покажи мне воспоминания о тех временах, когда защиты не стояло.

— Иди прочь, ничего не добьешься!

— Данте, расскажи о важных тебе людях?

— Любопытной Варваре на базаре помнишь что оторвали?

— Данте, расскажи что-то важное для тебя?

— И здесь мимо.

— Данте, покажи мне своих близких.

— Это уже было. Когда ты уже успокоишься, женщина?

— Данте, покажи мне детские воспоминания о лучшем друге.

Поток ругательств мгновенно исчез.

— Зачем тебе это? Как нам поможет его друг детства? — снова наклоняясь к Сейки, прошептал мужчина в тени.

— А затем, любезный, что так усиленно и так эмоционально закрывать его мог либо чертовски оскорбленный мной враг либо его лучший друг. Подобных врагов у меня уже давно нет, все мертвы, значит, остается второе.

— Может, этот мужик просто с чувством юмора?

— В этом случае он не поставил бы защиту на «нечто важное для Данте» и «близкие Данте», если бы в этом не было нужды. Он закрыл бы только то, что касалось предмета шпионажа. Значит, либо близкие Данте и правда могут нам быть полезными, либо его закрывал друг. И то и другое нам на руку. Но я все же ставлю на второе. Этот человек, что обработал сознание, позаботился о нем! Вы ведь и представить себе не можете, как сложно поставить такие защиты против меня, к тому же здесь целая гидра защит. Это месяцы работы! Кто-то однозначно заботился о его интересах и защищал, а не только прикрывал свою задницу. К слову, у Данте нет родителей, братьев, сестер или любимой девушки. Закрыть себя сам он бы не смог. Поэтому я ставлю на лучшего друга. Похоже, воспоминания о нем из детства, он забыл или не успел закрыть.

— Итак, Данте, покажи мне воспоминания о лучшем друге из детства или из юности.

Сейки обнаружила себя в осеннем парке. Ветер срывал пожелтевшие листья, а крупный дождь уныло накрапывал, заставляя прохожих прятаться в ближайших зданиях.

Светловолосый мальчишка лет тринадцати сидел на скамье, подставив лицо прохладным каплям дождя, и с удовольствием вдыхал аромат озона, что пах для него свободой и счастьем.

— Привет, — раздалось совсем рядом.

— Здарова!

— Кирилл, ты что, все-таки сбежал от них? — хмуро выдал худой темноволосый парень на вид чуть старше первого. Он стоял у скамьи, держа над собой черный зонт.

— Вот доказательства!

Кирилл довольно расплылся в улыбке и демонстративно постучал по большому туристическому рюкзаку, стоящему на скамейке слева от него.

— Ну ты, блин, даешь!

— Как есть…

Парень с зонтом сел на скамью рядом с другом.

— Ладно, поживешь у меня на даче. Правда, зимой тебе придется топить.

— Ничего, я понимаю!

— А деньги откуда будешь брать?

— Тут мне повезло. Елена оставила приличное завещание, деньги я могу потратить в любой момент.

— Это хорошо.

Парнишка обеспокоенно смотрел на промокшую одежду приятеля.

— Чего без зонта сидишь? На, — выдал он и вручил другу свой запасной зонт.

— Может, все же вернешься к ним? — попытался вразумить своего друга.

— Нет. Я теперь сам по себе, — сказал Кирилл, открывая зонтик.

— Так ли уж сам по себе! Друг уже не в счет?

— Я не это имел в виду, — тихо отозвался он. Его голос затих и потерялся среди ударов грома и громкого стука дождя о зонт.

— Да ладно, подколол тебя просто.

— Слушай, Адриан, я ведь тоже обещал тебе помочь, и я помогу, — серьезно сказал беглец, посмотрев в глаза другу.

— Ты что, про сестру мою? Да забей, я не думаю, что кто-то сможет помочь. К тому же это моя вина, мне ее и искать.

— Нет, я обещал, я помогу, честно.

— Ладно, — Адриан улыбнулся. — Пошли, я покажу, где ты будешь жить.

В этот момент картинка завертелась, и Сейки попала в просторную, с высокими потолками и большими окнами, комнату в добротном деревянном доме. Двое подростков сидели на ковре друг напротив друга, вытянув руки вперед и выставив ладони, они произносили нечто странное.

— Выходит какая-то дичь, — кисло заметил Адриан.

— Да, жди ты, балда, щас все будет!

— Кирилл, да фигня какая-то, пошли вниз, я приставку притараканил! Ты не представляешь, как тяжело было ее достать. Давай сыграем! Я даже твои любимые карточные игры нашел!

— Да погоди ты, смотри!

Все в комнате начало трястись, как при землетрясении. Комод, зеркало, стул и шкафы подбрасывало и дергало.

— Что это? — удивился Адриан.

— Это Ангел Смерти.

— ЧЕГО?!

Перепуганный мальчишка подскочил, озираясь по сторонам.

— Да тише будь, нормально все, — успокаивал его Кирилл. — Я просто спрошу.

— Ты из ума выжил? Он же нас прихлопнет! Нельзя вызывать таких!

— Да нет же. Он нам поможет. Азраэль, друг, приветствую тебя!

Комод со странным хрустом сдвинуло, было даже похоже на человеческую речь, будто кто-то произнес что-то вроде:

— Привет, мелкота.

— Скажи, пожалуйста, сестра Адриана, Полина, она живая?

В руки Кирилла с книжной полки упала книга:

«Жизненная сила праны в твоих руках».

— Так и знал! Живая! Спасибо! Слушай, а где она, не подскажешь?

Тряска вдруг прошла, и все вокруг стихло.

— Азраэль? Азраэль? Эй, ну подскажи, где она! Не уходи пока! Азраэль?

— Он подсказал, — внезапно сказал Адриан.

Парнишка внимательно смотрел в окно. На улице стало как-то туманно и серо. Смог заполнил все вокруг, скрывая дома и силуэты деревьев.

— Я знаю, где она, — грустно сказал Адриан, всматриваясь в загадочную дымку.

Снова картинку словно завернули в тонкую трубочку и развернули. Для Сейки открылась следующая сцена: спортивный зал с высокими потолками и широкими зеркалами. Мальчишкам на вид уже было лет по семнадцать. Они мастерски двигались вдоль зала, нападая друг на друга, оттачивая технику боевого искусства.

Помещение переполняли смех, звуки ударов и громкий топот.

— Ты двигаешься как моя древняя бабка, а у нее радикулит! — раззадоривал друга Адриан.

— Смотри, сейчас эта бабка тебя уделает!

— Это ке!

— Нифига подобного!

— Еще как ке! Смотри, как ты стоишь! Это состояние неготовности! Я тебя победил!

— Да какой идиот будет драться по правилам, когда начнутся проблемы?

— Сначала по правилам научись!

— Ты зануда, — выдал уставший Кирилл и грузно завалился на татами.

Адриан, тяжело дыша, присоединился к другу.

— А вообще, неплохо вышло, да?

Кирилл раскинулся на полу, восстанавливая дыхание.

— Ага.

— А как, кстати, твой магический дар?

— Так же, как твои бойцовские навыки...

— Ты чертовски хорош?

— Да позорище одно. Мухлюю, и нифига не выходит.

— Будешь следовать чужим правилам, никогда не станешь успешным.

— Это откуда такие великие мысли, интересно?

— В фильме слышал.

— В фильме, да? Ну ладно.

Адриан резко подскочил с татами, схватил за голову своего беззаботного друга и, прижимая его к полу, взъерошил тому волосы, превращая в прическу сумасшедшего профессора. Кирилл, доблестно отбиваясь, освободился из захвата вероломного приятеля, которого разбирал теперь дикий хохот, и пригладил свои растрепанные волосы.

— Эй! Без объявления войны!

— Привыкай, друг, жизнь — она непредсказуема, — самодовольно отозвался Адриан, все еще трясясь от хохота.

В следующий миг Сейки уже сидела в маленькой комнатушке под присмотром навязчивых коллег.

— Узнайте, кто такой Адриан, какой магический дар у него есть и кто такая его сестра.

— Ну и на фига нам эта информация? — выдал бычьего вида мужик с бородой, вульгарно жуя жвачку.

Сейки устало положила руку на лицо, как бы говоря: «Как меня достали эти тупицы».

— А затем, уважаемый, что этот человек — ниточка, которая приведет нас к пониманию, как жил Данте, даже если повезет, как живет сейчас, где бывает и чем интересуется! Этого достаточно, чтобы выйти на его напарника, особенно если он и есть Адриан, и узнать, что именно наш шут ему слил. Все ясно?

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Рошель

В мою комнату постучалась и зашла Мария. Она с каким-то виноватым видом скромно села на диван и замолчала. Похоже, готовилась к неприятному разговору и медлила.

— Здравствуй дорогая, прости, что не приходила раньше, как обещала.

— Чаю хотите?

— Да, пожалуйста.

Я принялась готовить чай, и Мария сказала:

— В «Омеге» произошли некоторые изменения, мы не сможем подготовить тебя, как планировали, — туманно начала она. — Есть одна очень важная задача, которую без тебя осуществить попросту нельзя.

— И что это за задача?

Я принесла поднос с чаем и села рядом. Ее новость не звучала как-то неожиданно. В целом нечто подобное подозревала, когда мне сообщили, что «Омега» прекращает работу по поиску новых потенциалов на время.

— Я уже поговорила с Яном, для тебя это будет безопасно.

Она поднесла чашку с чаем и отхлебнула глоточек.

— Скажите, пожалуйста, как есть, не подбирая слова, что меня ждет и что вообще происходит?

— Нам необходим артефакт Глаз Гора. В мире стали происходить крайне опасные, скрытые явления, мы не можем игнорировать их и позволить происходить тому, что творится сейчас. Видишь ли, Рошель, в наш мир стали попадать духи, чужеродные и опасные для нас. Многие из них не могут адаптироваться под наш мир и адаптируют его под себя. Я имею в виду, чужие инопланетные души и некоторые опасные демоны меняют наш мир в худшую сторону.

Я не сдержалась и прыснула:

— Простите, и это и есть тот самый повод для поиска артефакта?

— Да, — без улыбки ответила Мария. Сегодня она казалась мне старше своего возраста: ее лицо заметно осунулось, а морщины, особенно на переносице, глубоко прорезали кожу.

— Это не шутка и не сумасшедшая теория заговора. У нас достаточно надежные источники.

— Почему вы озаботились этим только сейчас?

— Потому что мы оказались близоруки и поняли это только сейчас.

Она снова смущенно отхлебнула чаю.

— Чем конкретно вам это грозит?

Мария посмотрела на меня умными голубыми глазами.

— По нашим сведениям, уже существуют лаборатории, которые используют магов, потенциалов и шаманов для создания бездушного оружия. То есть все люди, что попадают под прицел, в опасности. Мы, конечно, тоже не ангелы, — добавила она, заметив мой взгляд, — и используем людей в своих целях, я не стану этого отрицать, однако мы остаемся при этом людьми.

Мария поставила кружку на блюдце.

— Вы боитесь, что опасные конкуренты заявятся по вашу душу и отберут непосильно нажитое добро, я ничего не упустила?

— Да, но не только. Мы с ужасом обнаружили, что эти люди, готовые на подобные поступки, часто занимают не последнее место во властных структурах. Сейчас они особенно активизировались. Похоже, массовая пропажа охотников — это их рук дело.

— А Глаз Гора вам зачем?

— Глаз Гора открывает «истинное скрытого». Мы узнаем истину каждой души и прольем свет на то, чего не видим. Так гласит пророчество, но до конца мы не уверены. В любом случае нам нужно его достать, чтобы испытать.

— А почему именно я должна его достать?

— Мы задействуем не только тебя, однако делаем ставку на Дионисийскую ведьму. Глаз Гора не так сложно найти, если знать, к кому обращаться, а вот забрать его практически никому не дано. Уровень Духовной силы дионисийской ведьмы, твоей силы, согласно легендам, запредельный, ты можешь вытащить его из любой мерности. Крайне мало кто имеет схожие с тобой таланты.

— А если вы ошиблись, и я — не она? Что со мной будет?

Мария замолчала и виновато опустила взгляд.

— Так, понятно... А выбор, участвовать ли мне, есть? Что будет с другими первопроходцами?

— Они нужны, чтобы помочь в поисках, но их шансы заметно ниже твоих.

— Если я достану Глаз Гора, вы отпустите меня?

— Мы можем дать тебе свободу, но правильно ли ты ей распорядишься?

Я задумалась: А ведь верно. Меня теперь преследует с дюжины разных охотников, здесь мне все уже понятно и знакомо, стоит ли бежать прямо сейчас?

— Хорошо, но у меня есть условие.

— Какое?

— Вы отпустите Тимофея и всех детей, что держите у себя, и обеспечите им безопасность.

Мария задумалась.

— Хорошо. Пусть будет так.

Выдохнула. Стало легче, ведь появилась некая ясность, что меня ждет. Я четко осознавала: выбора у меня нет. Да и разве эти акулы когда-нибудь отпустят меня? Я была рада реакции Марии на мое требование. Она хотя бы делала вид, что договаривается со мной насчет детей. Остается надеяться на благоразумие «Омеги» и что они выполнят свое обещание.

Глава 23 Астрал

Глава 23 Астрал

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |Malware Ghost Dance, Modulhater

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |Parallel OVERWERK, Pilotpriest

Рошель

На следующий день рано утром ко мне зашел Ян. Он выглядел подавленным и казался бледнее обычного.

— Я не хотел, чтобы тебя в это впутали, но, похоже, по-другому дело не решить.

Он внимательно посмотрел на меня:

— Не переживай, я позаботился о том, чтобы ты не пострадала.

Ха, это он так говорит. Заметно беспокойство на его лице.

— Мы отправляемся через час. С собой ничего брать не нужно, кроме теплых вещей. Собирайся пока и спускайся.

Ян вышел, закрыв за собой дверь. Я стала рыскать по комнате в поисках теплых вещей. Верхней одежды в моем гардеробе не оказалось. Только тонкая осенняя куртка. Зато я нашла пару уютных кофт и теплых носков. Пока собиралась, размышляла.

А я ведь и понятия не имею, что меня ждет. Как вообще можно войти в этот иной слой реальности? Тебя погружают в гипноз, или во время сна ты отправляешься в астрал? Это реальное место? Где-нибудь на геомагнитном разломе?

Я подошла к своему странному зеркалу. На сей раз оно молчало, только едва заметно пошло рябью, когда я подумала об артефакте.

Странно, конечно, что меня завернуло в такую историю. Что ж, твоя взяла, сейчас моя жизнь стала чертовски интересной, прям-таки смертельно забавной...

Я взяла теплые вещи и вышла из комнаты. Судя по беготне персонала по коридорам, готовилось что-то грандиозное. Спустившись на первый этаж, увидела какие-то огромные баулы, людей, сидящих в ожидании, и множество коробок. Я вышла на улицу. Сегодня оказалось очень холодно, почти как зимой. Дыхание сопровождалось паром.

— Ты куда выскочила, тут холодно.

Ян, оказывается, был рядом. Он накинул на меня легкую, но очень теплую шубку. Удивительно, как эта одежда согревает за секунды.

— Спасибо, мы скоро выдвигаемся?

— Да. Я думаю, через двадцать минут. Теплая обувь стоит у входа, тебе нужно будет много времени провести на улице, советую надеть ее, — сказав это, Ян ушел организовать процесс.

Через полчаса мы уже ехали в огромных грузовиках. За время дороги выяснила, что нас отправилось около двадцати человек. После не слишком приятной поездки по бездорожью мы вышли в красивом месте у озера. Туман, стелящийся по его поверхности, прятал гору на другом конце берега.

Нас ожидали шесть лодок. Ко мне подоспела Мария:

— Садись, моя девочка, наша лодка первая.

К нам, разумеется, присоединился и Ян. В другие лодки садились прочие участники процессии.

— Мария, а кто эти люди, что едут с нами? Это они будут помогать в поисках артефакта? — спросила, разглядывая молодых людей и девушек, что, как и мы, садились в лодку, готовясь к отплытию.

— Эти люди нужны для того, чтобы помочь тебе в поисках: защитить в случае нападения и сопроводить других участников миссии.

Несмотря на то что ветра почти не было, от воды веяло холодом. Я плотнее укуталась в шубку, стараясь согреться.

Рядом с нами возникла очень шумная лодка. Девушки в ней смеялись и шутили. Они вели себя как обычные подростки, словно отправлялись не на опасное для жизни задание, а на вечеринку.

— А барышни-то знают, что их ждет?

— Да, — спокойно ответила Мария, смотря на меня.

— Они странно жизнерадостны...

— Эти девочки считают, что смогут найти ответы для себя в этом путешествии.

— А они смогут?

— Возможно.

Ян всю дорогу молчал, а Мария не проронила больше ни слова после того, как ответила на все мои вопросы.

Мы вышли на другом конце берега. Свежий горный воздух наполнил легкие.

— Нам предстоит подняться на вершину. Гора не слишком высокая, ты осилишь. Вперед, — отчеканил Ян.

Легче сказать, чем сделать. Гора, может, и не высокая, но все же крутая. Подниматься вверх с непривычки, особенно учитывая, что я месяцами сидела взаперти, оказалось очень затруднительно. Сердце тяжело билось в груди, а дыхание не успевало обеспечить кислородом все тело. Вымотавшись, остановилась. Надо отметить, что так быстро устала не только я. Щебечущие девушки, которые шли позади, уже остановились на перекур и что-то с ажиотажем обсуждали.

Спустя час непростой дороги мы наконец добрались до цели. Я сразу поняла, что мы на месте. Такое даже в фильмах не увидишь. На меня смотрел огромный круглый алтарь, опоясывающий всю вершину горы, а вокруг него возвышались тринадцать каменных столбов. Вкруговую, по всему диаметру каменной мандалы, были начертаны неизвестные мне символы, похожие на сигилы. В центре круга находился небольшой подмосток. Я подошла к нему и прикоснулась ладонью — он оказался теплым.

Похоже, мы на месте.

Я огляделась по сторонам и заметила, что вокруг каменного алтаря росли высокие и могучие деревья. Сквозь их кроны можно было увидеть долину, яркое солнце и голубое небо. Вид, конечно, ошеломительный, только вот повода радоваться как-то не нашлось. Меня тут же усадили на матрас, который постелили посередине алтаря. Девушек примостили рядом, предоставив им мягкие матрасы. Ко мне подошла Мария и с обеспокоенным видом сказала:

— Итак, Рошель, послушай меня внимательно, пожалуйста. Ты можешь встретить на своем пути кого угодно там. Демонов, опасных духов, стражей и других неизвестных нам сущностей. Остерегаться нужно всех, но особенно опасны адские псы и привратники. Если увидишь похожих на собак существ или облаченных в балахоны фигуры, беги что есть мочи, не связывайся. Они там нужны для того, чтобы не допустить таких, как ты, в святая святых. Они защищают это место, поскольку оно не предназначено ни для кого, кроме тех, кто уже должен находиться там.

— А кто должен находиться там?

— Тот, кто не принадлежит миру живых, или тот, у кого есть, скажем так, пропуск в астрал. Таких среди живых практически не бывает. Разве что только святые и просветленные люди. Итак, твоя задача, смотри.

На листке бумаги она показала на странную дверь, очевидно, нарисованную от руки, — огромную и черную, с устрашающей ручкой в виде костей.

— Один из наших предсказателей узнал, что необходимое нам находится за этой дверью. За ней ты отыщешь нужное нам.

— Так, хорошо, а что меня ждет, когда войду?

Мария, пожевав губы, ответила:

— Мы точно не знаем.

— Точно не знаете... Отлично. Ладно, я прям пушечное мясо фортуны.

— Тебе просто нужно коснуться артефакта, тогда он окажется на алтаре рядом с тобой. Это все. Твое задание просто взять его. Дальше дело за малым.

— Звучит просто. А как я выберусь оттуда, если не найду артефакт?

— Удачи тебе, я помолюсь за твой успех.

Меня положили на матрас, как и других девушек. Затем один из участников начал читать нечто монотонное на неизвестном мне языке. А этот тип талантлив. Я много дней мучилась от бессонницы, а этот голос убаюкивает лучше любого снотворного.

Окутанная туманом, я оказалась в месте, о котором ничего нельзя было сказать наверняка. Из-за плотного смога не могла понять, где я и что происходит вокруг. Пахло не то чем-то горелым, не то серой. Мария предупреждала: я и эти девушки отправимся все вместе. Но никого вокруг не оказалось, и я была совершенно одна. Лишь издалека доносились какие-то странные звуки, похожие на низкочастотные шумы или звуки рации.

Решила пройтись и оглядеться, если можно так выразиться. Туман застилал глаза настолько, что казалось, здесь есть только я и этот чертов смог! Сколько бы ни шла, вокруг меня по-прежнему ничего не было видно. Старалась найти хоть какой-то след человеческого присутствия. Не знаю, как долго я так блуждала…

Внезапно откуда-то слева донесся громкий женский крик. Звук был душераздирающим. Сердце бешено застучало. Я побежала на звук, но очень скоро поняла, что ничего, кроме тумана, там не было...

Я продолжила бесцельно бродить. Долго. Очень долго. В какой-то момент мне стали мерещиться тени и человеческие очертания. Они то появлялись, то исчезали. Так и крыша поехать может, а она у меня и так хлипко держится…

Однако ничего больше не происходило. Ни намека на чертову дверь. Не знаю, что от меня хочет «Омега», но здесь ничего нет!

Стоило мне об этом подумать, как очередная тень возникла неподалеку. Я не предала ей никакого значения, ведь в этом странном месте успела встретить с полсотни таких призраков. Однако эта тень не растворялась в тумане, как другие. Передо мной возник человек. Высокий, темноволосый, я бы сказала, очень видный мужчина. Он как-то странно смотрел на меня.

— Рошель?

— Да, а вы кто?

Он явно меня узнал, а вот я его — нет. Очень харизматичная внешность, не думаю, что дело в моей забывчивости, уверена: я никогда не встречала его прежде.

— Где мы? — спросил он.

— Мы на астральном плане, полагаю. Простите, вы мне не ответили, кто вы?

— Меня зовут Марк. Меня послали спасти вас. Похоже, что-то пошло не так. Думаю, меня убили, — ответил он. — Рошель, а вы тоже мертвы?

— Я жива, вроде, — неуверенно пробормотала. — А что с вами случилось?

— Нас с братом отравили по дороге на задание.

— Вы погибли, спасая меня?

— Можно и так сказать.

— Я могу подойти к вам поближе?

— Да, — немного удивленно ответил Марк.

Было странное ощущение, что с этим мужчиной мы договорились встретиться. Только я сначала об этом забыла, а теперь внезапно вспомнила. Я должна была его встретить. Не знаю, с чего вдруг это взяла, может, все дело в том, что пыталась успокоиться. Утешить себя, что никто из-за меня не умер и все не так плохо, как кажется. Марк не выглядел мертвым. Жаль, если его и впрямь убили — от него исходила какая-то особая сила. Он внимательно смотрел на меня.

— Дайте мне вашу руку.

Он послушно протянул мне ладонь. Я взяла его за руку. Стоило это сделать, в следующий миг он исчез. Все происходящее было похоже на сон, где все случается само собой и ты не особенно управляешь процессом. Я по наитию знала, что мне делать и как себя вести. Мужчина по имени Марк растворился в тумане, а я осталась одна.

Я снова блуждала. Меня все сильнее одолевала мысль, что такой двери попросту не существует. Все, что я делаю, — впустую трачу время. Однако эта проблема быстро померкла на фоне новой, более серьезной. Они словно ждали удобного момента, чтобы материализоваться. Эти создания были чем-то похожи на собак, но больше и страшнее. Черные тела будто сотканы из дыма, темного и плотного. Я оказалась окружена этими злобными тварями. Они рычали, скалились, а из их пастей стекало что-то черное, мерзкое и склизкое. Эти псы здесь явно не для того, чтобы поиграть со мной во фрисби.

«А вот и существа, которых строго-настрого нужно избегать».

Собак вокруг меня оказалось просто немерено, и они еще пребывали.

В какой-то момент мне захотелось просто бежать без оглядки. Так, если я сейчас побегу, они разом нападут на меня, — думала, чувствуя, как бешено колотится сердце.

Лай сотен собак оглушал, не позволяя сосредоточиться. Внезапно одна из них, та, что рычала громче всех, кинулась на меня. Почти инстинктивно, даже не понимая, что делаю, я мгновенно воткнула в пасть собаки кинжал и так же быстро вытащила его. Пес не был дымом или плотью, его тело оказалось из чего-то, мне неизвестного. Было ощущение, что лезвием угодила в какое-то желе. Жуткое создание бессильно упало и превратилось в черный дым. В моих руках поблескивали два острых кинжала, похожих на джамбию.

Кинжалы? Откуда они?

Я с удивлением обнаружила в себе ранее неизвестное мне чувство: некое приятное возбуждение и боевой азарт.

Адских собак заметно прибавилось. Они образовали плотное кольцо вокруг меня и в какой-то момент побежали все разом. Сделав нечеловечески высокий рывок вверх, я перепрыгнула через несущихся на меня злобных созданий.

Похоже, законы физики здесь не работают?

Теперь, оказавшись позади них, я могла скрыться. По крайней мере, мне так казалось. Я и правда бежала быстрее, чем собаки, однако впереди заметила таких же гадов. Меня поджидали еще с полдюжины черных псов. Я решила разбежаться что есть мочи и нанести удары по монстрам. Псы набросились со всех сторон. Не могу сказать, что я управляла своим телом сознательно, просто разрешила себе действовать так, словно точно знаю, как победить. Молниеносно наносила удар за ударом, будто у меня было не две руки, а все двадцать. Как многорукий Шива, я успевала все и сразу: и отражать нападения, и наносить значительный урон противнику, и видеть все, что требовалось, даже со спины. Собаки таяли, оборачиваясь дымом.

Под конец вокруг меня лежало больше сотни похожих на сгустки дыма трупов, превращающихся в ничто. Вот только радоваться было рано.

Из тумана появились и другие стражи. Похожие на людей, они медленно окружали меня, как те собаки. Выглядели эти типы жутко: в балахонах, со скрытыми лицами, один в один назгулы. Из-под балахона показались руки. Двенадцать у каждого, в ладонях блестели клинки.

Так, моих скромных кинжалов против всего этого явно не хватит!

Как ни странно, нападать все разом они не торопились. Вероятно, решили прежде выяснить, кто я такая. Один начал медленно двигаться в мою сторону.

Рошель, детка, давай, ты сможешь, это ж просто какая-то унылая глыба из дыма, ничего страшного.

Когда «назгул» оказался совсем близко, все двенадцать рук стали удлиняться, как щупальца, пытаясь порезать меня на салат. Было ощущение, что я попала в миксер. Подскочила вверх, понимая, что мне не отразить столь мощной атаки, и оказалась за спинами этих созданий.

Правда, после этого маневра они поняли, что мои возможности не так уж и велики. И напали все разом! Меня резали их ножи, копья и мечи со всех сторон. Я была не способна противостоять им, хотя я и двигалась нечеловечески быстро. От мучительно саднящих ран даже вдохнуть не могла. Нет, я не справляюсь их слишком много. Один из стражей, сделав резкий выпад, попал в меня клинком, пробив живот насквозь. Острая, невыносимая боль пронзила тело.

Ощущения, ощущения... реальные…

Плохо понимая, что делаю, почти «на автопилоте» вырвалась из плотного кольца демонических существ и побежала в тщетной попытке спастись. Сознание затуманивалось. Я будто проваливалась куда-то на секунду-другую и вновь возвращалась. Удар. Теперь в меня попала, кажется, стрела. Я не могла больше бежать. Перестала чувствовать себя собой и словно наблюдала весь творящийся ужас со стороны. Похоже, я лежала на земле. Существа с легкостью догнали меня и теперь стояли рядом.

В этот момент поняла: все кончено. Этих тварей бесполезно умолять о чем-то. Очередной удар, и все закончится. Я вспомнила Тима. Видимо, не удастся мне ему помочь.

Страж уже занес надо мной меч. Время тянулось, будто резиновое. Меч опускался невыносимо долго, словно «назгул» смаковал убийство. В этот момент я внезапно почувствовала вспыхнувшую во мне ярость. Жар переполнял меня, обжигал изнутри, словно кипяток. Слабость отступила, дав дорогу пылающей жажде жизни. Сердце ощущалось раскаленным, большим, как пораженное гневом солнце. Оно гулким бубном билось в груди. Мною овладело желание во что бы то ни стало выжить и уничтожить этих злобных тварей!

Я не должна умирать здесь!

Стоило об этом подумать, как надо мной в сером тумане стала виднеться какая-то огромная темная глыба. Плотная, черная, как смоль, она отличалась от собак и существ в плащах! В первый момент показалось, что она упадет прямо на меня, и я инстинктивно зажмурилась. Но она просто села рядом. Дикая и могучая сила! Отогнав стражей, она подоспела ко мне и заслонила от злых духов. Существо посмотрела на меня выразительными золотистыми глазами и сразу же перевело взгляд на монстров, которые, начали снова сжимать вокруг меня кольцо.

Это был Чёрный Дракон. Тот самый, из моего видения: огромный, со странными немного волнистыми рогами, похожими на ветви из золотых крисов, с чешуйчатой кожей, подобной блестящей броне, усиленной множеством колючек и зазубрин. Из его вытянутой, как у спинозавра, пасти вырывался огненный сноп искр.

Когда в кабинете Ани соглашалась на то путешествие к тотему, я и не подозревала, насколько этот дракон реален! Он пришел ко мне — живой, настоящий, такой, каким я его видела тогда! Стоило ему подойти, он засветился, и я перестала чувствовать боль. В голове сразу же прояснилось. Вдруг поняла, что могу защищаться и нападать. Раны на теле затянулись. Я поднялась, и мы стали прорываться сквозь строй жутких существ вместе.

Дракон поджигал этих тварей и раздирал их на части. Хоть горели они и плохо, многочисленные клинки, сабли и ножи, что натыкались на крепкую чешую, оказались бесполезны и беспомощно ломались. Строй был прорван. Теперь стражи нападали хаотично, как толпа огромных чёрных демонов. Я избавлялась от них, отрубая головы или отсекая руки кинжалами. В случае опасности успевала спрятаться за крепкой спиной моего друга, словно за чешуйчатой броней. После расправы над стражами они выглядели как кучи дымящегося, воняющего гарью черного белья.

Мы победили всех.

Тяжело дыша, посмотрела на Дракона. Он взглянул на меня, совсем как человек, и я расплакалась:

— Как же хорошо, что ты пришел, как ты вовремя!

Я гладила его и обнимала, слезы лились по его теплой чешуйчатой коже и, как по скользкому шелку, стекали вниз.

— Так, хватит реветь! — постаралась взять себя в руки. — Пора идти дальше!

Моей целью было не просто выжить здесь: нужно было получить то, для чего я пришла.

И вот, наконец, появилась она...

Дверь, о которой мне рассказывали. Большая и мрачная. Она будто висела в воздухе. Я дотронулась до жуткой костлявой ручки... В эту самую секунду чуть не лишилась рассудка от шока. Боль оглушила так, что я перестала понимать, кто я и где, казалось, меня заживо перемалывал какой-то механизм. Буквально на краешке сознания оставалась лишь одна мысль: если отпущу ручку, больше не найду дверь, и останусь здесь навсегда! Я должна зайти!

Плохо осознавая, что делаю, толкнула дверь...

Дверь, как и боль, мгновенно исчезла. Я оказалась одна в излучающем непривычное спокойствие храме, полностью созданном из холодного светлого мрамора. Меня окружали белоснежные величественные колонны и утопающие в свете силуэты статуй. Привычная одежда, в которой я сражалась с монстрами, изменилась. На мне теперь красовалось легкое черное платье. Я шла в золотом сиянии и мягком, как будто сотканном из облаков, тумане. Посередине зала увидела окружность, она светилась и пульсировала. Я встала в центр круга, подумав, что это может быть как раз то, что ищу.

Стоило мне занять центральное место, как начали появляться мужчины и женщины. Они возникали из ниоткуда, сидели при этом кто на чем.

Некоторые восседали на дорогих кожаных креслах, кто-то без ложной скромности развалился на роскошном троне, а кто-то — на антикварном стуле или софе. Парочка особо колоритных типов вообще сидела на чем-то, напоминающем человеческие кости и поломанное оружие. Выглядели приглашенные тоже по-разному. Отличались по полу, возрасту, расе и культуре. Те что сидели в креслах слева от меня, были одеты в строгие деловые костюмы, рядом с ними на троне из золота сидели люди в кимоно, затем мужчины и женщины в ханьфу, напротив меня та самая чернокожая парочка на троне из костей, а справа мрачные фигуры скрытые под рясами. Они расположились на каменных тронах и скучающе разглядывали присутствующих. Я обернулась и заметила мужчин с подчеркнутыми сурьмой ярко-желтыми глазами, те были одеты в дхоти и обнажены по пояс. Скорее всего, одежда всех приглашенных соответствовала характеру, и роду их деятельности. И все же было в них что-то, что их объединяло. Довольно скоро я поняла, что именно. Все эти люди, в моем представлении, были абсолютно красивы. Идеальны. Не было ни одного уродливого или отталкивающего лица. Они смотрели на меня, шептались и переговаривались. Кто-то перебирал четки и бросал скупые фразы собеседнику. Кто-то мрачно курил сигару и молча смотрел на меня. Я буквально чувствовала на себе тяжелые пронизывающие взгляды сквозь выдыхаемый сигарный дым.

Среди совершенно чужих, непривычных лиц вдруг заметила светловолосого высокого воина. Мне показалось, что я знаю этого мужчину. Одетый в кимоно, он неприметно сидел на скромном соломенном коврике. Этот гость, как и другие, был потусторонне красив. Он спокойно смотрел на меня голубыми глазами. Его лицо выглядело невозмутимо и казалось совершенно бесстрастным. Я так и не вспомнила, откуда он мне знаком.

Я постепенно стала догадываться о том, кто они такие, а еще, что зайти в это место может далеко не каждый. Возможно, мое появление поэтому и вызвало такой ажиотаж.

Похоже, все ждали кого-то или, может быть, все ждали именно меня, и мне стоит начать? Я не решалась заговорить, чувствовала, будто все негласно договорились, что начнет кто-то другой... Кто-то, кого мы ждем...

Так оно и вышло, появился он.

Красивый, как и другие существа, в белом костюме и с неожиданно добрыми глазами и чертами, такими родными, словно я всю свою жизнь посвятила изучению каждого миллиметра его тела. Я определенно знала мужчину, но откуда — вспомнить не могла.

— Слава Боженьке, ты ту-у-уу-у-т, — кто-то нараспев шутливо приветствовал гостя.

Опоздавший улыбнулся. Тепло посмотрев на меня, он произнес:

— А вот и наша Аивазель, как жизнь среди людской суеты?

От такой свойской манеры общения я растерялась.

И что тут сказать? Аивазель? Этот мужчина говорит со мной? Может, обознался?

Реакция на мою растерянность у всех была разной. Одни смеялись и предлагали красивому человеку передумать, другие снисходительно наблюдали за моим поведением. Я окончательно перестала понимать, что происходит, но, собравшись с мыслями, задала вопрос.

— Подскажите пожалуйста, как мне сбежать, спасти ребенка и не попасть в лапы других похитителей?

— Откуда ты хочешь сбежать? — ласково переспросил опоздавший.

— Из того места, где я сейчас, вы знаете, где это! — немного нервно ответила я.

— Ты много где находишься одновременно, и не так и редко хочешь сбежать, выражайся яснее, — все с той же мягкой улыбкой произнес он.

— Из места, где меня держат насильно, из «Омеги»! — Я начала терять терпение.

Они ведь наверняка знают, о чем я, зачем издеваться!

— Почему ты спрашиваешь нас об этом, — уточнил глава собрания, — тебя ведь не за этим к нам посылали, верно?

— Я должна сбежать!

Меня трясло, и я все хуже управляла своим голосом. То и дело он срывался, выдавая мои эмоции с потрохами.

— Ты чувствуешь надвигающуюся опасность, да?

— Если вы знаете, помогите нам! Пожалуйста!

Я с надеждой уставилась на духа, сердце билось как бешеное. Мне нужна была его помощь, нет времени ходить вокруг да около! Все это время тайно надеялась встретить кого-то подобного и заручиться поддержкой! Я устала плясать под чужую дудку и понимала: мне нужен кто-то, кто обладает властью гораздо большей, чем «Омега». Мне не спастись самой и не спасти Тиму без его вмешательства.

— Извини, милая, не в этот раз.

Глава собрания сел в белоснежный, будто сотканный из света, трон.

— Тем не менее я помогу тебе.

Я с надеждой взглянула на него. Остальные участники как будто замерли, похоже, им тоже было интересно, что будет дальше.

— Я дам тебе артефакт, за которым тебя сюда отправили.

— Мне нужно не это! Пожалуйста, помогите спасти ребенка! Я готова даже на сделку!

Гости собрания рассмеялись.

— Она и правда не помнит, кто она? — послышался шепот кого-то из присутствующих.

— Похоже, нет.

— Забавно, правда?

Приглашенные с интересом смотрели на меня, как на диво дивное. Похоже, дело не в том, что меня здесь презирают, тут что-то другое. Я чего-то не знаю, чего-то значимого.

— То, что я дам, поможет тебе сбежать, но за парня я не уверен, — сказал мужчина на светящемся троне...

Он встал и направился в центр круга, прямо ко мне. Я замерла от страха и едва держалась на ногах. Всех это еще больше позабавило. Надо отдать духу должное, он не стремился меня напугать. Вполне мило и располагающе улыбался. И когда он вплотную подошел, то просто взял мою руку, а другой рукой притронулся ко лбу. Странно... Мне не было ни плохо, ни страшно. Руки оказались теплыми и нежными. Я мигом успокоилась.

— Кто ты? — Я не удержалась от вопроса.

— Тебе пока рановато знать, — ласково ответил он, — я отдал тебе то, для чего ты здесь. Кстати, я сам скоро загляну в гости. Не могу оставлять надолго одну, иди...

В следующую секунду туман стал плотнее, пока колонны, духи и этот круг не исчезли в ослепляющем свете.

Глава 24 Глаз Гора

Глава 24. Глаз Гора

Рошель

— Рошель? Рошель, ты слышишь меня?

С трудом открыв отяжелевшие веки, я обнаружила себя все там же, — в центре каменной мандалы, окруженной высокими колоннами. Правда, сейчас все это выглядело скорее как смутные пятна.

— Рошель, ты как? — спросил кто-то рядом.

По голосу поняла, что это был Ян. Голова кружилась так, что я не могла видеть, кто находится рядом. Мужские руки аккуратно посадили меня, придерживая спину.

— Принесите ей лекарство, — распорядился все тот же голос.

Невыносимое головокружение никак не прекращалось. Словно я пребывала в самой отвратительной стадии алкогольной интоксикации, только крутило меня во много раз сильнее. Зацепиться взглядом за что-либо было просто невозможно. От кружащихся столбов меня сильно тошнило.

— Меня сейчас вырвет, — только и смогла выдавить я, поспешно закрыв рот рукой.

— Принесите ей ведро или пакет, быстро!

Меня почти сразу стошнило. Я надеялась, что после этого станет легче, но ошиблась. Лекарства, что мне дали, также не подействовали. Мне хотелось просто выключиться и не просыпаться, пока это не пройдет.

— Что с ней? — послышался знакомый женский голос. Похоже, это была Мария.

— Не скажу точно. У нее сильное головокружение и тошнота.

— Это из-за разности сфер. Мозг претерпел большие перегрузки из-за путешествия. Не пытайся ее посадить. Пусть полежит, поспит.

Меня заново аккуратно положили на матрац. Полностью обессиленная, я тут же послушно обмякла и закрыла глаза. Чернота под закрытыми веками по-прежнему кружилась. И все же стало немного лучше. Эмоциональная тупость вкупе с обессиливанием напрочь стерли беспокойство по поводу моей дальнейшей судьбы. Несмотря на то что сил не было даже на мысли, провалиться в сон почему-то не получалось. Я все так же мучительно крутилась в сумасшедшей нон-стоп карусели. Открывать глаза совершенно не хотелось, однако вскоре пришлось. Даже в таком состоянии, я не могла проигнорировать услышанное:

— Так вот он какой!

— Большущий!

— Красота-а-а-а!

— Как только Рошель полегчает, мы отправимся в обратный путь, испытаем его и завтра же поедем на другую точку, — весело заключил один из голосов.

Я привстала и открыла глаза, чтобы хоть мельком увидеть, что за бесценную вещь с таким трудом добыла.

Глазом Гора оказался крупный и тяжелый на вид предмет. Он стоял посередине алтаря на пьедестале и крутился так же, как и весь этот чертов мир. Словно собранный из мелкой мозаики, артефакт состоял из небольших разноцветных камешков. Чем больше я пыталась его разглядеть, тем медленнее становились головокружение, пока не прекратилось вовсе. Тошнота прошла.

На меня смотрел каменный глаз с огромным рубином в центре.

— И как им пользоваться? — спросила я к удивлению собравшихся.

— Рошель, ты пришла в себя! — обернулся Ян и тут же, подскочив ко мне, присел рядом. — Может, еще полежишь? Ты бледная. Он обеспокоенно глядел на меня. — Думаю, чтобы не быть такой бледной, мне изначально не стоило попадаться вам на глаза, чтобы не быть в итоге похищенной. Но для этого уже точно поздно...

Ян виновато замолчал. Я знала, что он с самого начала был против этой опасной затеи и не желал эксплуатировать меня, но мне было все равно. Раздражала эта его мнимая забота. Понимала: на самом деле Ян упивался своей властью надо мной, так что подбирать слова и осторожничать в выражениях не собиралась.

— Ты сможешь встать?

— Думаю, да. Не нужно, — ответила я на его попытку помочь, — встану сама.

Кое-как я поднялась на ноги. Мне показалось, что это очень странное чувство — стоять, словно делаю это впервые.

— Рошель, деточка, не торопись, дай я тебе помогу.

Не дожидаясь согласия, ко мне подоспела Мария и повела на выход из круга. Мы медленно шли в сопровождении еще трех мужчин. Замыкал процессию Ян. Мы покинули лесную опушку и приближались к лодкам.

— Садись, моя рыбонька, вот так, хорошо, — нежно приговаривая, усаживала меня Мария.

Дурнота понемногу отступала. Силы возвращались, как и трезвое восприятие действительности. В лодках, что везли нас через озеро, находилось гораздо меньше человек, чем было до этого.

— А где остальные участники? — спросила Марию, сидящую рядом со мной.

Она посмотрела на меня и промолчала.

— Мария, где другие девушки?

— Они… не выжили, — тихо ответила она.

Перед глазами предстали три девушки, что ехали в лодке и, весело переговариваясь, шутили. Знали ли они, что обратной дороги для них не будет?

— Почему я выжила?

— Ты оказалась сильнее, к тому же мы тебя подстраховали на случай провала.

— А как же они? Их подстраховать вам было слишком хлопотно?

— Дело не в этом, — грустно продолжала Мария. — Они были живыми залогами.

— Кем?

— Когда колдунья заключает сделку с демоном в качестве оплаты, она может предложить своего потомка. Мы пытались договориться и выкупить этих девушек, являющихся заложниками демонов.

— И что же с ними стало?

— Нам отказали, а их забрали.

— Но перед этим вы их пытались использовать?

— Это была сделка. Мы предложили девушкам помочь тебе и честно предупредили, что их жизни будут зависеть от того, как сложится твоя миссия. Они ответили, что готовы помочь, если мы замолвим за них словечко перед демонами. Вышло как вышло.

— В любом случае девочки прожили бы дольше, не попади они в ваши лапы.

— Их судьбой было попасть сюда, так же как твоей судьбой было найти Глаз Гора.

Я волком смотрела на Марию. Эти россказни о судьбе… я их просто ненавидела. Но зная ее репутацию местной суперпророчицы, не видела смысла спорить. Она все равно останется при своем мнении, а я — при своем.

Оглянулась и обнаружила Яна в последней лодке. Странно, что он не остался со мной. Он же как банный лист на пятой точке.

— А почему Ян не с нами?

— Что, уже соскучилась? — улыбнулась Мария.— Он отвечает за весь процесс, а также везет Глаз Гора. Яну проще контролировать процессию, оставаясь позади. Так он видит всех нас как на ладони.

Да уж. Что он умеет, так это контролировать.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Прошло пару часов, и мы добрались до «Омеги». Вся процессия гуськом направилась в зал для церемоний. Ян установил Глаз на подготовленный постамент и встал рядом со мной.

— О да! Он и вправду необыкновенный! Потрясающе! Потрясающе! —

Глава «Омеги», что зашел в зал, демонстративно зааплодировал увиденному. — Отлично, ребята! Рошель, Ян — вы отличная команда и чудесно потрудились!

Григорий подошел к Глазу и с довольным видом стал разглядывать артефакт.

— Ну что, не будем терять ни минуты! — немного возбужденно объявил он и повернулся к участникам.

Здесь, в этом внушительном церемониальном зале из темного мрамора с греческими колоннами, собралось не меньше пятнадцати человек.

— Как нам его активировать? — спросил глава «Омеги», обращаясь к своей «правой руке».

Ян спокойно ответил:

— Мы доподлинно не знаем как, есть только обрывки легенд, намекающих на то, что требуется сделать. У меня есть несколько предположений, как нам его активировать.

— Ну так вперед, — провозгласил Григорий, улыбаясь своему протеже.

Ян подошел к пьедесталу и взял в руки Глаз.

Испытать на себе Глаз Гора должна была невысокая девушка с дредами. Она стояла первой в шеренге из пяти человек. Трясущуюся от страха, ее дотащили до артефакта и поставили напротив него. Когда Ян закончил, он встал позади испуганной бедняжки и сложил особым образом пальцы, на манер мудр. Глаз Гора начал слабо светиться. Словно собрал в себя весь пойманный из зала свет. Затем око стало переливаться и странно бликовать. Не скажу, что с ним происходило что-то совсем неординарное, но девушке, которую выбрали в качестве испытательницы, было явно не по себе. Внезапно Глаз потух. Словно его выключили из сети. По залу разлетелся шепот. Девчушка с дредами неуверенно топталась на месте, не зная, что ей делать дальше.

— Так я и думал, — выдал глава «Омеги». — Обычная человеческая линия. Средняя эволюция души. Кто ее притащил сюда?

— Это был Андрос, — ответил кто-то из толпы.

— Этот засранец притащил нам уже двоих бесполезных недопотенциалов! Это обычные люди! С этим охотником больше не работаем, — недовольно выдал Григорий.

Неожиданно Глаз Гора загорелся белой вспышкой, и девушку, все еще стоящую напротив артефакта, пронзил ослепляющий свет. Никто не успел среагировать. Она упала, словно ее что-то с силой толкнуло к земле. Вспышка исчезла. Несколько сотрудников побежали к ней, чтобы помочь. Когда они подняли ее с пола, на их лицах застыл ужас.

Я присмотрелась. Глаза девушки были распахнуты и оказались абсолютно белыми. Придя в себя, она как-то странно дернулась. Оскалившись на людей и смотря на них странными зрачками, она начала лепетать что-то на неизвестном языке. Вырвавшись из рук сотрудников «Омеги», она уверенно встала в центр зала и, осмотрев окружающее пространство, вполне на человеческом языке объявила:

— Глупые насекомые, вы хоть знаете, что творите? Я не останусь здесь. Вы не готовы!

Она решительно подошла к Глазу и, притронувшись к нему, упала, как и в первый раз, оказавшись в объятиях вспышки света. Почти сразу девушка с дредами пришла в себя и опасливо посмотрела на участников церемонии.

— Что со мной было?

— Хороший вопрос, — заметил верховный маг и оглянулся на Яна.

Глава «Омеги» был заинтригован. Он приказал поставить перед глазом вторую девушку. Та нехотя подчинилась. Похоже, она даже не могла смотреть в этот глаз. Око Гора никак сперва не отзывалось ни светом, ни бликами, затем начало слабо вибрировать. Это было похоже на работу отбойного молотка, только очень тихую. В следующий миг девушка разразилась диким хохотом и, повернувшись к участникам церемонии, заявила:

— Что, игрушку себе нашли?

Лицо ее изменилось до неузнаваемости, как и голос. Глаза смотрели с ненавистью, а зрачки стали вертикальными. Кожа пожелтела, а черты лица заметно огрубели.

— Я не заинтересована в вашем обществе, я ухожу!

Девушка как подкошенная упала на пол. Ей помогли встать и увели отдыхать.

Обе пострадавшие теперь тихо сидели на кушетке перед входом. Выглядели они как обычно, только более слабыми и как будто приболевшими.

Григорий внимательно посмотрел на Глаз и на основание постамента. Оказывается, на полу, сразу под Оком Гора, появились буквы, похожие на иврит.

— Занятно, — отметил он, — а я ожидал увидеть египетские иероглифы.

После произошедшего Глаз Гора стал вести себя совсем чудно и непредсказуемо. То светился, то мерцал, то медленно и тускло испускал разноцветные лучи. Что творил этот артефакт, обычному человеку было не понять. Неизведанная технология работала по неизведанным принципам, которые интуитивно нельзя было объяснить. Глава «Омеги» посмотрел на меня.

— Ну что, красавица, давай посмотрим, на что ты способна.

Ян подошел к боссу и что-то прошептал ему на ухо.

— Нет, Ян, мы проверили Око на этих двоих. Смотри, они живы, здоровы, все с ними хорошо. Не забывай: одной из главных целей приобретения артефакта и была проверка, является ли А456 Дионисийской ведьмой.

Однако не успел Ян что-либо возразить, Глаз словно ожил и сам повернул жуткий красный зрачок в мою сторону. Было ощущение, словно кто-то нашел меня, прячущуюся в темной комнате. В следующий миг я упала, схватившись за плечо. Плечо, словно пронзенное чем-то острым, мучительно саднило и кровоточило. Глаз Гора в этот момент испускал красные лучи. Меня внезапно подбросило высоко к потолку, точно пушинку. К счастью, я не свалилась на каменный пол — Ян вовремя поймал меня, но затем что-то с силой выхватило меня из его рук и снова придвинуло к Глазу. Меня мотало из-стороны в сторону, точно что-то невидимое таскало по полу, потом отпускало, снова хватало, и все повторялось.

Несколько человек попытались помочь, но безуспешно. Неведомая сила снова перемещала меня под Око Гора. Как выключить сошедший с ума Глаз, никто не знал, ведь его, строго говоря, и не включали.

Ян подбежал к артефакту, пытаясь найти способ прекратить это. Око не реагировало. Неожиданно меня перестало мотать из стороны в сторону. Теперь Глаз Гора начал светиться с обеих сторон, испуская густой красный свет.

Я заметила, что Участники церемонии не могли выйти. Двери и окна захлопнулись. Гости оказались в ловушке и в ужасе вжимались в стены, наблюдая, как окружающее пространство заполнил густой красный дым. Стало твориться нечто совсем за гранью понимания.

Странные темные существа то появлялись, то исчезали.

В густом тумане практически ничего не было видно, слышался потусторонний шепот, а Ян вдруг стал меняться на глазах и за минуту вымахал на фут в высоту. Глаза его превратились в черно-красные, а голос приобрел нечеловеческий низкий тембр.

— Полли, уходи, — говорил он сквозь туман, — я обязательно найду тебя.

Внезапно мои губы стали двигаться сами по себе, странным тоненьким голоском я ответила ему:

— Хорошо, Баал, но помни, ты обещал прийти за мной!

Внезапно все закончилось. Дым, окружавший нас, исчез так же быстро, как и возник. Все пришло в изначальный вид. Вжимавшиеся в стены участники церемонии начали приходить в себя.

Я больше не чувствовала боли и медленно поднялась с колен. Ян снова стал похож на себя и ошарашенно смотрел на меня так, будто впервые видел. Похоже, он вспомнил то, что было ответом для него на многие вопросы.

— Так ты Баал? — негромко спросила, смотря в лицо Яна.

— А ты та самая Полли, — пробасил он в ответ.

Похоже, никто, кроме нас двоих, не понимал, что происходит. Невольные участники этого безумия смотрели то на меня, то на Яна.

— Но как ты выбрался и попал в физическое тело?

— Вероятно, я просто родился. Практически сразу после того, как ты спаслась.

— ГМ-ГМ, — прочистил горло обескураженный увиденным, глава «Омеги». — Прошу прощения, мне кто-нибудь объяснит, что тут происходит? Рошель — Дионисийская ведьма или нет?

— Этого нам не показали, — ответил Ян, мрачно посмотрев на начальника.

— Почему она назвала тебя именем демона? — недоверчиво смотря на своего ученика, осведомился Григорий.

— Потому что я и есть тот демон.

Глава 25 Двадцатый аркан

Глава 25 Двадцатый Аркан

Артур

Вокруг лишь пустота. Словно кто-то одним движением отключил все сенсорные каналы в теле. Ни единого звука, ни единого проблеска света, ни единого запаха. Отсутствие телесных ощущений наводило на неприятную мысль о собственной кончине...

Я провел в этом вакууме какое-то время, и первое, что смог воспринять, был глухой отдаленный звук, похожий на музыку. Такой бывает возле ночных клубов. Тяжелые басы и размытый повторяющиеся мотив прорывались сквозь толстые бетонные стены. Окружавшая тьма стала постепенно рассеиваться, словно рой из черных точек начал редеть, пока не пропал вовсе.

Мои догадки оказались верны. Я действительно стоял у широкой стены ночного клуба. Откуда-то сверху из окна вырывались и бликовали разноцветные яркие лучи. Думаю, принадлежали они клубному шару. Голоса, смех и музыка смешались в единое гулкое эхо, образовывая непонятный и неразборчивый шум.

Чувствовал я себя очень скверно. Будто был тяжело болен или под веществами. Плохо соображая, что делаю, зашел в здание. Музыка стала чистой, четкой и разборчивой. Словно кто-то вскрыл консервную банку, обнажив ее содержимое.

Я оказался в небольшой комнате. Светомузыка ярко бликовала, создавая болезненную резь в глазах. Я сощурился. Пройдя почти вслепую вперед, обнаружил, что людей было немного. Не больше тринадцати человек. Причем в основном это были женщины.

Дым, наполняющий помещение, не позволял рассмотреть все четко, и все же я заметил на длинном черном диване силуэт человека, который пристально смотрел мне прямо в глаза. Он развалился на мягкой софе и обнимал двух женщин, которые буквально лежали на его груди. Рядом со сладкой троицей разместилась еще одна дамочка. Я не сразу ее заметил. Она сидела на полу, в дыму, прямо у ног незнакомца, словно подле своего хозяина. Подойдя ближе, я смог подробнее разглядеть этого типа.

Длинные черные волосы, зеленые глаза и специфический перстень на правой руке в виде каменной головы ворона... Он напомнил мне кого-то, кого я не мог вспомнить.

— Добрейшего тебе вечера, Артур!

Мужик говорил очень вкрадчиво. Удивительно, что такая четкая речь может звучать в ночном клубе, несмотря на истошно орущую музыку. Он приветливо улыбался, обнажая ровный ряд белоснежных зубов. Незнакомец выглядел даже слишком приветливо, и с этой своей «лыбой» на пол-лица, как у Чеширского Кота, радовался так, словно я был его старым приятелем или другом. В целом манеры незнакомца казались придурковатыми. Я заметил это, даже будучи в нездоровом состоянии.

— Как же давно мы не виделись! А ты вымахал!

— Я вас знаю? — Первое, что я спросил, едва держась на ногах. В теле ощущалась какая-то мучительная слабость. Неужели я так напился, что стоять не могу?

— Меня зовут Кутх, — представился странный тип. — Добро пожаловать в мои владения, чувствуй себя как дома!

Гостеприимный хозяин клуба жестом предложил мне присесть. Я с облегчением рухнул на мягкий удобный диван, раскинулся на подушках и только потом заметил, что все женщины, сидящие вокруг Кутха, были в темных шифоновых платках, полупрозрачных, но скрывающих лица так, что их черт было не разобрать. Внезапно, словно по сигналу, дамочки превратились в ворон и улетели в окно, оставив меня и этого щеголя наедине.

Очевидно, в реальности такое произойти никак не могло. Значит, я или сплю, или вижу галлюцинации, или...

— Я умер?

Странный хозяин клуба сидел на соседнем диване. К моему ужасу, он развернулся всем корпусом, подпер рукой щеку и принялся с умилением разглядывать меня, словно бабуля, любующаяся подросшим внуком.

— Если ты умер, то кто тогда говорит со мной?

— Что здесь происходит? Что со мной?

— Что происходит? Хм-м-м, как тебе сказать, сделка происходит, — на светский манер продолжал беседу Кутх. — Почти такая же занятная и увлекательная, как твои отточенные па со смертоносными игрушками.

— Ничего не понял...

— Что последнее ты помнишь?

— Нас с братом... Кажется, кажется… нас убили...

— Ага, похоже на то.

Не слишком сопереживая моей беде, Дух взял с ближайшего столика бокал с какой-то черной жидкостью и, сделав внушительный глоток, довольно причмокнул.

Точно... Я вспомнил, что произошло. Это был удар кинжалом в грудь. Меня и Марка сперва отравили, а затем закололи кинжалами. Вот уж не думал, что так тупо сдохну...

— Не хотелось бы прерывать твой, несомненно, важный мыслительный процесс, но все же стоит отметить, что твоя энергия с лихвой пополнена чужой жизненной силой, — наблюдая за моей реакцией, сказал Кутх.

— Смеетесь? У кого столько жизни, чтобы практически вытащить с того света?

— А ты сам-то как думаешь?

— Равенна?

— Верно!

Божество доброжелательно улыбалось, но меня не оставляли мерзкие предчувствия.

— А как же мой брат? Он жив?

— Ты верно заметил. Чтобы практически вытащить кого-то с того света, нужно много жизненных сил. Я мог помочь лишь одному из вас. К тому же ты мне больше нравишься. Как насчет того, чтобы перейти на ты?

— Послушай, мой брат, он ведь справится? Он выживет?

Кутх развел руками. Кажется, его нисколько не волновал этот вопрос. Он просто наблюдал за мной, словно за занятной телепередачей.

— То есть никто ему не помог? Даже ты?

Я с надеждой смотрел на него, однако Кутх ничего не говорил. Он просто уставился на меня скучающим взглядом, не видя смысла в пустой трате слов.

— Получается, Марка снова все бросили... А что стало с Равенной? Уверен, ей дорого обошелся такой широкий жест.

— Она в коме, — без лишних слов ответил наставник главы «Черной Гарпии».

— Когда она успела отдать мне силу?

— Она заранее позаботилась о тебе.

— Почему она помогла именно мне?! Если уж выбирать, то мой брат более достоин помощи, чем я!

— Этот вопрос точно не ко мне.

Кутх развернулся, сев прямо. Теперь он казался серьезным, а может, он просто потерял интерес к этой теме.

— Могу я попросить тебя отыграть назад или отдать силу моему брату? Я хочу вернуть жизненную силу Равенне. Она не обязана была этого делать!

— Ты и правда считаешь, что Марк лучше тебя, а ты менее достоин жить, чем он? — Кутх повернулся ко мне. — Неужели ты никак не можешь принять то, что сделали для тебя?

— Было бы лучшим решением спасти этих двоих, а не меня, — упрямо выдал я, смотря Духу в глаза.

— Даже если ты не слишком хочешь жить, отдать силу тебе был выбор моей ученицы, моей лучшей и самой любимой ученицы, — вкрадчиво заметил Кутх. — Она вручила свои жизненные силы тебе согласно заключенному контракту. Он не может быть изменен, никем, даже мной.

— Черт! А как же Марк? Я не могу бросить его!

Дым постепенно начал наливаться белым светом и становиться плотнее. Он медленно, словно разлитая по странице вода, размывал краски окружающего нас пространства. Я мгновенно оказался парализованным. Не мог двигаться, не мог говорить — губы словно окаменели. Все, что мог, — это беспомощно моргать и слышать слова, теперь доносившиеся до меня будто издалека.

— Если ты не хочешь принимать дар и жить — дело твое, но невозможно отдать силу жизни тому, для кого она не предназначена.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Марк

Мечник медленно открыл глаза. От слепящего света казалось, что он попал в рай.

— Пульс в норме! — донесся до него женский голос.

— Дыхание восстанавливается! — сказал мужской.

— А ты везунчик, — сказал кто-то, стоящий справа.

Голова раскалывалась, тело болело так, будто его переехал каток!

Нет, это точно не рай.

Мечник обнаружил себя на больничной койке в очень светлой и солнечной палате.

— Где мой брат? — обратился он к стоящей рядом медсестре.

— Вам сейчас не стоит волноваться за него, — проверяя состояние капельницы, участливо проворковала медработница.

— Где мой брат? Где Артур?

Женщина устало вздохнула.

— Я не хочу вас ранить, вы еще так слабы и...

— ЧЕРТ ВОЗЬМИ! ГДЕ ОН?!

Медсестра замолчала и пристально посмотрела на Марка. Тот был бледен, растерян и с большим трудом смог приподняться и сесть.

— Ваш брат умер... Он сейчас в морге, в соседнем здании. Мне очень жаль...

Медсестра, больше не взглянув на Марка, тихо вышла из палаты, закрыв за собой дверь.

Тишина оглушающе зазвенела. Последние слова медсестры казались невыносимыми, нереальными. Нет, это бред какой-то, не мог он умереть! Артур — один из лучших бойцов и помер в каком-то придорожном баре?

Марк попытался встать. Сделать это оказалось очень и очень непросто. Он нащупал капельницу и то самое болезненное место, куда вонзили нож. Место, где у людей, обычно находится сердце. Вот только у нормальных людей сердце слева, а у братской четы все было иначе.

Как ни странно, Марка спасло не его искусство боя и не острый ум, а банальное незнание врага о том, что у всех в его роду сердце расположено справа. Такая аномалия сохранялась из поколения в поколение и передавалась от отца к сыну. Поэтому нападавшие не задели жизненно важных органов. Марк вдруг вспомнил свой странный сон: снилась Рошель. В памяти начали вспышками всплывать подробности их встречи. Интересно, это она спасла меня или этого просто хотело мое подсознание? Марк наконец смог встать. Нет, Артур не мог умереть! Не знаю, кто в морге, но точно не он!

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Городской морг располагался в соседнем здании от больницы. В прохладном медицинском помещении не было ни души. Вернее, не было ни единой живой души. Труп молодого мужчины, которого только что привезли сюда для обследования, был накрыт светлой плотной тканью, из-под которой торчали одни ступни. Тишину этого мертвого места иногда нарушал шум трамвая, грузно катящегося по старым рельсам.

Каждый раз проезжая мимо, трамвай заставлял вибрировать все шкафы, медицинские инструменты и столы. Не нарушался лишь сон мертвых. Во всяком случае, до этого момента не нарушался...

— Холодно-то как, твою мать, — раздался мужской голос в пустом кабинете.

Внезапно труп, который только что привезли на каталке, скинул с себя одеяло и сел. Оглядываясь по сторонам, он присвистнул и отметил:

— Фь-ю-ю-ю, ни черта себе! Ладно, убедили, больше никакой текилы.

Артур попытался встать, но тут же схватился за рану. Она, хоть почти не кровоточила, все еще оставалась незажившей «дырой» в теле. Артур так и остался сидеть и рассматривать обстановку.

— А где, черт возьми, Марк? — выдал он после минуты осматривания кабинета.

С трудом встав, «оживший труп» подошел к висящему на вешалке медицинскому халату. Бесцеремонно засунув в карман руку, он тут же воскликнул:

— О! Святой человек!

Вытащив металлическую зажигалку и пачку сигарет, он зажег одну, зажав ее губами. Затем взял покрывало и, обмотав вокруг талии, встал напротив холодильников.

— Думаю, его здесь нет, — глубокомысленно заметил он, сделав затяжку.

В этот самый момент в морг зашла сотрудница. Перед ее взором возник бледный, как сама смерть, окровавленный мужчина с биркой на пальце и сигаретой в руке. Девушка застыла, наблюдая, как труп внезапно обернулся и выдал:

— Тут так холодно, барышня, можно мне к вам, в тепло, похоже, моего брата здесь нет, одиноко тут с этими жмуриками.

Девушка рухнула в обморок.

— Черт... Теперь одному в этом идиотском виде тащиться наверх?

Артур поднялся из морга на свет божий и перепугав на своем пути еще половину медперсонала, а после прощеголяв по улице в одном покрывале, в конце концов оказался на койке той же больницы, где выздоравливал Марк. В его палату молча зашла дородного вида медсестра. Мечник поспешно отложил книгу.

— Мне кто-нибудь скажет, где мой брат?

— У вас что, одна операционная система в мозгах? Твой брат пытал нас так же, — говорила медсестра, поправляя одеяло.

— Так Марк в порядке?

— Да жив твой Марк, живехонек. Как узнал про байку с живым мертвяком, ржал как полоумный. «Это мой брат», — говорит. Походу, правда, вы друг друга стоите.

— Когда нас разделили?

— Когда нашли на месте покушения и попытались оказать первую помощь. Ты уже не подавал признаков жизни… как мы думали, — тут же добавила сестра, не дав встрять Артуру. — Твой брат еще держался. Нам тебя еще исследовать надо. Ты по всем медицинским показаниям был мертв — и тут на тебе! Живой!

— Похоже, вы этому обстоятельству не сильно рады.

Артур, все еще бледный как мертвец, снисходительно посмотрел на медработницу и усмехнулся.

— Пока вы с братом были мертвые, вы мне больше нравились, — саркастично парировала полная медсестра, оставив таблетки на тумбочке.

— Тогда спасибо, что не зарезали и не сожгли заживо.

Артур, несмотря на колкие слова, по-доброму посмотрел на женщину.

— Да на здоровье. Как поставим тебя на ноги, встретишься со своим драгоценным братцем, а сейчас прекрати ерундой заниматься и ложись спать, тебе нужно отдохнуть.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

В хризантемном зале сидел почти весь состав «Черной Гарпии», исключая главу и братьев-мечников. Рина, стоя перед камином, задумчиво листала бумаги и ожидала, пока подтянуться остальные коллеги. После того как в зал прошла высокая, ярко накрашенная женщина с крупной круглой серьгой, Рина подняла голову на гостей и объявила:

— Всем добрый вечер! Смотрю, все в сборе, можно начинать!

— Нет, не все, — заметила Марин. — Терры не видно!

— И правда, кто-то Терру видел? Поторопите ее, пожалуйста!

— Она не придет, — внезапно заявила Сирин.

— Не придет?

Сотрудники, которые минуту назад были заняты невесть чем, теперь внимательно смотрели на фурию.

— Ты что-то знаешь?

— Думаю, да...

— Хорошо, выслушаем тебя в конце собрания, — обеспокоенно продолжила главная Ворона.

— Итак, сегодня у нас на повестке дня распределение по фронту задач. Все вернулись с задания, я правильно понимаю? — спросила Ворона, шурша бумагами.

— Да, — снова подсказала Марин.

— Хорошо. Зеркальный Отдел. Вы остаетесь в «Гарпии», чтобы помочь нам с расследованием по делу убийств охотников. Фира, ты летишь в Непал на следующей неделе.

— Да, да, я помню, — отвечала та, не выныривая из телефона.

— Ифрита, Рух, вы отправитесь за братьями, поможете им...

— Г-хм, г-хм, прошу прощения, — встряла женщина с круглой серьгой. — Боюсь, живым останется лишь один из них, и то ненадолго, возможно, стоит...

— Дантелия, спасибо за твое мнение, но задачи будут поставлены именно так, как я решу.

— Что значит: останется лишь один из них и то ненадолго? — испуганно спросила Рух, глядя на коллегу.

— За Артуром уже давно стоит Смерть, — довольная произведенным эффектом, ответила колдунья.

— Мы обсудим это позже, — перевала беседу Черная Ворона.

Однако Рух уже успела измениться в лице. Похоже, она едва сдерживала сильный поток нахлынувших эмоций.

— Теперь Сирин. Тебе слово. Ты говорила, что не сможешь помочь братьям и что нашлась работа, которую следует выполнить именно тебе.

— Верно.

— Это как-то связано с загадочным исчезновением Терры?

— Терра не исчезла. Она… предала нас.

По залу прошелся шепот.

— Что ты… сказала?

Если бы не маска на лице главной Вороны, можно было с уверенностью сказать, что она опешила от услышанного.

— Она — двойной агент...

— И ты лишь сейчас нам об этом говоришь!?

— Я раньше не была в этом уверена. К тому же и Терра раскусила меня, не сразу, а как раскусила, тут же смылась.

— Кому она поставляла сведения?

— Вот это я и хочу выяснить, а как выясню, обработаю заказчика...

— Думаешь, это мужчина?

— Это точно мужчина, — загадочно ответила Сирин.

— Хорошо, отправляйся на задание. — Этой головной боли нам еще не хватало!

— Получается, на помощь братьям отправимся лишь мы с Ифритой? — спросила Рух, совладав с эмоциями.

— Выходит, так.

— Не волнуйтесь, вам недолго сражаться придется, — ядовито заметила Дантелия.

Рух бросила уничтожающий взгляд на ведьму зеркал:

— Как ты можешь такое говорить?

— Я всегда лишь правду говорю, — ухмыляясь, продолжила та.

Рух, не говоря ни слова, встала, взяла со стола часы, молча вытащила из них батарейку и недолго думая запустила ее в Дантелию. Это могло бы выглядеть как нелепая шутка, только вот металлическая «фиговина» летела со скоростью пули. Дантелия чудом успела увернуться, а батарейка, пробив стену насквозь, вылетела наружу.

— Прекратите это! Не хватало еще перебить друг друга! Мы все на одной стороне! Помните об этом! — возмутилась главная Ворона.

Рух злобно пилила Мага зеркал взглядом, та отвечала ей взаимностью и гадко ухмылялась.

— Рух, Ифрита, вы отправитесь по иному маршруту, нежели наши мечники, но будьте осторожны, вероятно, вас тоже поджидают.

— Когда мы отправляемся? — раздался высокий, почти детский голосок Ифриты.

— Вы едите завтра, на рассвете, — доброжелательно ответила Ворона, глядя на фурий.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

— Сколько можно тут валяться, вставай давай, — с порога заявил Артур, вваливаясь в палату брата.

— И тебе привет.

В солнечную комнату Марка впервые за все время пустили Артура. Гость предстал во всей красе: серовато-бледный, с обескровленными губами и болезненной синевой под глазами. Мечник почти не изменился с тех пор, как очнулся в морге пару дней назад. На нем были чужие джинсы и футболка. Заметив крупный букет у койки брата, Артур саркастично искривил бровь.

— Вот и где, спрашивается, справедливость? Меня сослали в царство Аида потроха морозить, а ты в лакшери палате принимаешь цветочки от влюбленных медсестер? Серьезно, откуда этот веник?

Марк рассмеялся:

— Я просто симпатичнее, смирись с этим.

Марк, как и брат, выглядел нездорово: жемчужно-белая кожа в сочетании с темными кругами под глазами делала его похожим на воскресшего утопленника.

— Сколько тебе еще тут лежать? — недовольно осведомился Артур.

— Хотя на труп я был похож меньше, чем ты, дела мои обстоят похуже. Еще день минимум придется лежать.

— Паршиво. Нам нужно как можно скорее достать Рошель, а потом прикончить тех ушлых ублюдков, — говорил Артур, выглядывая в окно. — Кстати, ты понял, как они нас отравили?

— Думаю, да. Помнишь, когда мы достали твоего приятеля из багажника? Похоже, капсула с ядом была у этого хитрожопого во рту. Он специально сделал так, чтобы мы выпустили его, раскусил ее, а потом буквально залил нас своей слюной.

— Этот упырь плюнул мне в лицо…

Артур скривился от отвращения, будто, прогуливаясь по дороге воспоминаний, вляпался во что-то мерзкое.

— Верно, и я умудрился обмазаться этой дрянью, пока допрашивал его. Скорее всего, внутри у него уже было противоядие. Стоило нам приехать в бар, эта паралитическая гадость начала работать. Похоже, химик из него получился лучше, чем воин.

— Похоже, — мрачно согласился Артур. — А как там девочки, ты сообщил о наших делах?

— Я отписался Равенне о том, что мы живы. И получил от «Гарпии» письмо с вороной. Терра просит быть бдительнее, чем обычно. Очень своевременный совет, да? — усмехнулся Марк.

— Равенна...

Артур замер. Он только что с ужасом вспомнил нечто важное. То, что узнал, будучи между жизнью и смертью, и что успел странным образом позабыть.

— Что с тобой?

— Марк, как именно ты выжил? — обернувшись на брата, серьезно спросил Артур.

— Да точно не скажу, наверное, как и ты.

— Это вряд ли, как я. Меня спасла Равенна.

— Равенна? Что она сделала?

— Я не знаю, что сделала, зато знаю какой ценой.

Марк обеспокоенно смотрел на брата.

— И какой?

— Она в коме.

— Это, надеюсь, шутка такая?

— Вот я и спрашиваю, как ты выжил?

— Подожди, Артур, она отдала жизненные силы тебе, ты уверен?

— Да. Если видение ее учителя — не моя нездоровая фантазия.

— Хмм. Нет, меня спасла не Равенна. Я видел Рошель.

— Рошель? А она здесь при чем?

— Не знаю, но именно она, судя по всему, и выручила меня. Я уже плохо помню подробности, но точно знаю, что эта девушка вытащила меня с того света.

Глава 26 Тайный Совет

Глава 26 Тайный совет

Женская фигура в коричневом балахоне приближалась к дому в виде огромной черной пирамиды. Здание успешно скрывалось от нежелательного взгляда случайных туристов и одиноко возвышалось в лесу среди могучих сосен далеко за городом. Окна здания были зеркальными, не давая возможности с улицы увидеть, что происходит внутри. У самой вершины пирамиды мансардное окно мягко подсвечивалось, посылая луч золотистого света в небо. Вид открывался мистический. У входа в здание висела лаконичная вывеска:

«H2O»

Девушка вошла внутрь. Ее встретила просторная, полная хвойной свежести гостиная. Окна пирамиды, как оказалось, пропускали яркий свет и изнутри выглядели светлее. Интересно, зачем ему это странное окно на вершине?

Гостья услышала шаги и, подняв взгляд, заметила статного мужчину в костюме угольного оттенка. Глава «Н2О» медленно спускался по лестнице.

На фоне своей умиротворяющей и светлой гостиной он казался вычурно контрастным, словно нарисованный чернилами герой с темной историей. Мужчина со слегка смуглой кожей и по-итальянски жгучими темными кудрями напоминал девушке мафиози из кино или импозантную версию «Шерлока Холмса». Единственным штрихом, что разбавлял в его облике нуарную идиллию, был алый галстук. Из-под густых черных бровей на нее посмотрели бесстрастные светлые глаза.

— Привет, Терра, рад видеть.

— Привет, Адриан, впервые у тебя в гостях. Какое необычное здание!

— Да, оно такое не по моей прихоти, прошу сюда.

Он жестом пригласил ворону в гостиную. Терра прошла в помещение, большую часть которого занимала просторная зона отдыха.

— Прошу, присаживайся.

Терра женственно села в одно из мягких кресел.

— Зачем ты пришла? — спросил Адриан. Он подошел к барной стойке и засыпал в стоящую на ней кофемашину свежие зерна.

— Мне нужно с тобой серьезно поговорить.

— Кофе?

— Да, пожалуйста.

— О чем будем говорить?

Прохладные глаза Адриана остановились на робкой фигурке в балахоне.

— Я боюсь за своего коллегу. Я боюсь, даже Равенне не изменить то, что ему предначертано!

— Пифия опять вас пугает?

— Да, но она всегда правду говорит!

— Так уж прям всегда, — усмехнулся Адриан, наливая ароматный кофе в изящные черные кружки неправильной формы. — Тебе с молоком?

— Нет, спасибо. Слушай, мне нужна твоя помощь! Меня в «Гарпии», скорее всего, хватились, так что...

— Подожди, хватились в «Гарпии»? Зачем ты тогда пришла сюда и все испортила? Как нам теперь сотрудничать, если ты навлекла на себя подозрения? — спросил глава «Н2О» и недовольно протянул кружку вороне. Он сел напротив гостьи на диван и отхлебнул кофе.

— Я больше не буду работать в «Гарпии».

Адриан пристально смотрел на ведьму, словно пытаясь прочитать её мысли.

— Ты понимаешь, что это значит? Выходит, нашему сотрудничеству тоже конец.

— Учитель! У меня тут проблемы, подойди, пожалуйста! — откуда-то сверху послышался женский голос.

— Сейчас дорогая, подожди, я скоро подойду, — на все здание прокричал глава «H2O».

— Итак, Терра, — наклонившись к вороне, начал Адриан, — я думаю, ты считаешь, что я остался у тебя в долгу после того, что ты сделала для нашей организации. Но здесь есть одно серьезное но. Я не особо хочу спасть этого мужика.

— Ты знаешь, о ком я?

— Конечно, знаю. Я же не идиот. Этот человек может стать для меня проблемой и занозой в заднице.

Терра неуверенно заерзала в кресле. Однако стоило ей открыть рот, Адриан продолжил:

— Предполагаю, ты можешь разозлиться на такой ответ и, предав меня, рассказать «Гарпии» о своей двойной работе, но знай: такой вариант событий я уже предусмотрел.

Адриан сделал очередной глоток из кружки. Терра словно громом пораженная смотрела в бесстрастные глаза собеседника.

— Я отдам твою часть по контракту, как и договаривались, но большего не проси. Наше сотрудничество на этом закончено. Адриан встал и, выразительно посмотрев на Терру, рукой указал ей на выход.

Терра понимала: разговор на этом окончен, но не могла позволить себе уйти ни с чем. Молчание затягивалось.

— Ну пожалуйста, Адриан, — трясущимся голосом прошептала она, — пожалуйста, помоги!

— Терри, умолять меня бессмысленно, — уже мягче отозвался Адриан, ставя кружку на бар.

— Что мне сделать, чтобы ты передумал? — в отчаянии выпалила она.

— Терра, я не Господь Бог, ты слишком многого от меня ждешь!

— Адриан, черт тебя подери, но ты же можешь помочь! — закричала Терра, потеряв самообладание.

— Прекрати истерику, пока я силой не выставил тебя!

— Прости!

Адриан устало выдохнул.

— Я еще пожалею об этом, — мрачно процедил он, потирая переносицу. Его взгляд заострился на вжавшейся в кресло фигурке в балахоне.

Терра подняла на него голову.

— Ладно. Во время финальной заварушки, когда начнется мясорубка в «Омеге», в здании будет мой человек. Я попрошу его подсобить твоему благоверному при необходимости, но расплачиваться с парнем будешь сама, договорились?

— Да!

Из-под маски ведьмы текли слезы.

— Да, я отдам ему долг!

— Ну вот и славно, а теперь иди уже, мне пора!

— Передавай ей привет, — уже другим тоном проговорила ворона, поставив кружку на стол и направляясь к выходу.

— Думаю, она очень удивится, — саркастично добавил Адриан, провожая ведьму до двери.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

В просторном конференц-зале «Плеромы» за круглым столом сидели шестнадцать человек. Место, где проходило собрание, чем-то напоминало телевизионную студию. Среди антуража не было ничего лишнего: только стол переговоров, дорогие кресла и вода со льдом в граненых бокалах.

— Полагаю, нам стоит поступить тоньше, — говорил один из членов совета приятным баритоном.

Мужчине на вид было около сорока. Хищный взгляд голубых глаз и светлые волосы делали его похожим на скандинавского воина. Эдакого конунга — успешного, зажиточного владыку с сильным характером и недоброй, хоть и красивой улыбкой.

— Зачем открыто нападать на «Омегу», терять давнего партнера, который успешно находил для нас полезные артефакты и потенциалов, когда можно просто добыть нужные нам сведения тихо и незаметно?

— Намекаешь на Сейки? Она как раз сейчас там, — прохрипел сосед слева, седовласый старик с тяжелым взглядом. Его грубые, будто вытесанные топором, черты лица и многочисленные шрамы намекали на непростое прошлое и боевую юность.

— Именно.

Харизматичный «скандинавский воин» достал из пиджака сигарету и закурил.

— Но Сейки не подобраться к месту базы данных. И, конечно, совершенно неподозрительно для «Омеги», обнаружить пропажу важных активов, когда она в гостях, — заметил высокий, худой и умный на вид мужчина. Его длинная шея и астеничное телосложение роднили его с какой-то птицей, скорее всего, с аистом. Он одним решительным глотком осушил свой стакан, и, судя по выражению лица, обнаружил, что в нем вовсе не вода...

— У нас будет отвлекающий маневр, о котором я расскажу позже, — отметил «скандинав» с сигаретой и сделал затяжку.

— А как насчет того, что никому не подобраться к Глазу Гора незамеченным? — спросил некрупный кареглазый мужчина в дорогом костюме с иголочки.

— В мирное время — да. Но когда в «Омегу» заявятся братья, ситуация изменится.

— Мы обещали предоставить им Вивьен и Глорию для защиты и перевозки потенциала. Девушки, я полагаю, будут там не только за этим, — уточнила невысокая, бледная женщина средних лет в роговых очках и с жуткой прической а-ля бабушкина радость.

— Да. Это даст нам возможность убить двух зайцев одним выстрелом.

— Что ты имеешь в виду? — недоверчиво спросил «аист».

— Мы любезно предоставим защиту их потенциала, как обещали. Сейки в это время сможет добыть нужные нам сведения, заберет Глаз Гора, не привлекая к себе внимания, а потом прихватит и саму Рошель.

— А как быть с Равенной. Кажется, девушкам так и не удалось ее ликвидировать?

— Равенну уберем чуть позже, сейчас она нам не опасна.

— В какой именно момент времени вы планируете отбить А456? — уточнила дама в очках.

— Когда наши девочки прихлопнут мечников, к этому времени с ней уже успеет поработать Сейки.

— Гипноз?

— Да.

— Все это шито белыми нитками. Нет гарантии ни того, что наша безумная парочка одержит победу над братьями, ни того, что Сейки доберется до Рошель. Не говоря уже о том, чтобы сохранить наши истинные намерения в тайне! Куда вы намерены деть глав «Омеги»? Охрану? Этот Ян ни на шаг не отходит от Рошель, а Григорий не так глуп, чтобы свалить до того, как перевезут потенциал! — возмущался до этой минуты молчавший мужчина. Несмотря на громкое негодование, он казался самым приятным среди членов совета. Он обладал мягкими чертами лица и глубоким голосом. Даже в деловом костюме было заметно, что он поддерживает себя в хорошей физической форме.

— Господа, позвольте, я покажу вам всю гидру вариантов, — заявил глава собрания. — Итак, наш отвлекающий маневр. «Омега» обнаружила двойного агента в своих стенах. Это охотник за головами по имени Данте. Сейки работает над тем, чтобы обнаружить, кто его второй наниматель. Однако это не вся ее работа. Основная задача — гипноз Данте.

— Это и есть твой туз в рукаве? — уточнил мрачный дед со шрамами.

— Да, этот парень и вывезет для нас Рошель, Глаз Гора, а также добудет нужные Сейки сведения. Когда все закончится, «Омега» и «Гарпия» будут думать, что обокрал их Данте. Как только мы получим от него все активы и сведения, от парня можно будет избавиться. А ребятам из «Омеги» и «Гарпии» будет чем заняться, пытаясь отыскать пропавшее. Ниточки приведут их к его тайному нанимателю. А мы очень в этом поможем.

Послышался гогот в зале.

— Весь твой коварный план строится на талантах Сейки. Не слишком ли велик риск? Как насчет плана Б? — обеспокоенно уточнила миловидная женщина с веснушками и рассыпанными по спине гладкими светлыми волосами.

— Да, риск велик. Но если все пойдет не по плану, тогда Вивьен и Глории придется попахать, убив всех свидетелей в этой точке, при этом не попав на камеры. Забрать потенциал силой, а побитых братьев оставить в живых.

Мы подставим «Черную Гарпию», выдав кровавую бойню за их рук дело. Тогда «Омега» начнут преследовать «Гарпию», по итогу эти два игрока ослабят друг друга, и мы сможем добить оставшегося. За главу «Омеги» не волнуйтесь, кое-кто уже колдует над тем, чтобы выкурить его из здания во время операции, как и его протеже.

— Черт, ты сущий дьявол! Тебя так послушаешь, жить перехочется! — отметил мужчина в холеном костюме.

— Это всего лишь прагматичный расчет. Мир бизнеса — это мир войны. Не можешь быть стратегом, кто-то другой сможет, и ты проиграешь, — заявил глава собрания. Холодный взгляд голубых глаз остановился на мужчине в костюме, словно рентгеном пронизывая его насквозь.

— План ясен?

— Все равно много недочетов вижу. По вашей версии, все обязательно должно получиться у безумной парочки — Глории и Вивьен или у Сейки. А что, если их побьют, что делать, если у них не получится?

— Тогда нам придется задействовать наши опытные образцы или импровизировать.

— «Омега» при нападении наверняка успеет прислать подмогу, — отметил сосед со шрамами.

— Тогда наша задача — сделать так, чтобы подмога не добралась, — парировал глава собрания.

— Боюсь, нам не получится водить «Омегу» за нос. Все это выльется в открытый конфликт. Дело времени, пока они не поймут, что мы им не друзья, — отметила миловидная блондинка.

— Что ж, тогда будем поддерживать эту иллюзию столько, сколько возможно, — бесстрастно посмотрев на коллегу, отметил глава «Плеромы».

Глава 27 Скрытое и явное

Глава 27 Скрытое и явное

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |Modern Demon — Combichrist

Рошель

Сегодня туманно. Из окна виднеются высокие заснеженные сосны и чистое небо. Они, как и прежде, встречают меня вместе с утренним ветром, скользящим по замерзшей траве.

Прекрасный вид могучих деревьев стал моей отдушиной в этом угнетающем месте, их созерцание — утренним ритуалом, а размышления у окна — странным способом начинать новый день.

Со временем в «Омеге» меня стало изводить совершенно все. Меня изводило неизбежное пребывание здесь под постоянным надзором. Невозможность хоть что-то решать самой. Страх за свое будущее. С каждым днем я все больше превращалась в невротика, особенно учитывая, что эксперименты, которых я так опасалась, на мне все же ставили.

Это не были бесчеловечные и чудовищные исследования, как проводились во время Второй мировой войны. Мне давали разного вида таблетки, брали кровь, измеряли непонятными датчиками. Это казалось безобидным, однако неведение и отсутствие понятного будущего превращали мою жизнь в день сурка.

Я часто вспоминала Тиму, тревожась за него, но, судя по всему, «Омега» выполнила свое обещание и освободила его, это давало надежду на то, что за ним приглядывают и не обижают.

Когда мне объявили о скором переезде, казалось, это что-то вроде экстренной эвакуации. Только потом я поняла, что перевозят потенциалов подобным образом регулярно.

Конечно, я догадывалась, для чего это понадобилось: чтобы никто не смог отыскать этих людей.

Уже несколько часов слышались громкие стуки и шаги. Видимо, часть постояльцев уже отправлены на новое место. Наблюдая за тем, что происходит на улице, я невольно отметила, что не помню, когда в последний раз видела такой холодный ноябрь. Сегодня он впустил в себя всю стынь зимы, дав ей разгуляться раньше времени. Как же много народу, оказывается, живет тут.

Всех, кто стоял снаружи, уже рассаживали по машинам.

Странно, что за мной еще не пришли.

Ян больше не заходил с того самого дня, когда в зале приемов Глаз Гора открыл нам правду. Я до сих пор не могла прийти в себя. Выходит, меня звали Полина? Какой, интересно, была моя семья? Бабуля никогда не рассказывала мне об этом. Впрочем, она вообще ничего не рассказывала о моем детстве. Вспомнив себя маленькой, я словно вернула свою душу. Оказывается, у меня был брат...

— Адриан, — произнесла я красивое необычное имя. И тут же, не заставив себя долго ждать, в уме всплыло другое, нечеловеческое, но тоже звучащее для меня приятно…

Стыдно признаться, но мое отношение к Яну изменилось. Я вспомнила все мои детские впечатления и чувства относительно существа из той реальности. Причем так ярко, словно это было вчера, а не больше двадцати лет назад. И вот что странно, я вспомнила как раньше Баал мне снился! Просто не могла понять, о чем этот сон, и причисляла его в разряд прочих кошмаров. Теперь же отчетливо понимала связь с этим человеком, похоже, даже прониклась симпатий к нему.

Я недавно осознала этот странный и пугающий факт! Причудливая смесь эмоций из прошлого и настоящего превратилась в нечто сумбурное, но больше теплое и родное. Конечно, детских чувств недостаточно, чтобы я в момент потеряла голову и стала относиться к Яну как к другу, и все же такая кардинальная перемена меня потрясла.

Будучи совсем другим существом, он спас меня тогда и, возможно, до сих пор спасает как-то по-своему…

Собрав последние вещи, я села на диван. Мне потребовалось шесть багажных сумок, чтобы уместить все мое добро. А ведь все это дала мне «Омега», — закралась неприятная мысль.

В дверь громко постучали. От неожиданности я вздрогнула. Боже, нервишки так и шалят. По стуку похоже, это Ян. Я подошла к двери и резко распахнула ее. На меня смотрела высокая молодая женщина в очках и строгом костюме.

— Добрый день. Меня зовут Сейки, — представилась она, — я пришла поговорить с вами.

— А... здравствуйте, проходите.

— Вижу, вы уже собрали вещи?

— Да, готова ехать. А вы не знаете, Ян придет за мной?

— Боюсь, нет. В «Омеге» сейчас происходят некоторые изменения. Я должна вас с ними ознакомить. Присядьте со мной ненадолго, — приветливо улыбалась незнакомка.

На меня смотрела изящная высокая девушка с голливудской, хоть и немного зловещей улыбкой. Стоило ей сказать это, как в комнату залетел мужчина. Держа пистолет в вытянутых руках и целясь гостье в затылок, он произнес:

— Глаз Гора, где он?

— Не могу знать, дорогой, — промурлыкала дамочка.

Женщина со странным именем медленно обернулась, держа руки над головой, и с милой улыбкой произнесла:

— Исчезновение Глаза — новость и для меня. А ты не думаешь, что это Данте забрал Око Гора и умотал с первой партией отгруженных потенциалов?

— Нет, не думаю. Я думаю, ты стащила его. Ты явно обманщица!

— Кто бы говорил, — усмехнулась Сейки и как-то странно посмотрела на меня.

Я сначала не поняла, к чему этот взгляд. Затем пригляделась к молодому мужчине, что ввалился в номер вслед за Сейки. Я с ужасом осознала, что знаю его. В секунду озарения мне показалось, что сплю или окончательно сошла сума, или просто обозналась.

Да, скорее всего, обозналась, они просто похожи, и все.

— О, гляньте-ка! До нее начинает доходить, — весело заметила Сейки.

Все еще держа руки над головой, она самодовольно заявила:

— Рошель, видишь ли, Тима несколько старше, чем ты предполагала.

— Но, но как такое возможно?

Мужчина смотрел на меня теми же глазами, что я видела у ребенка.

Нет, это не ошибка — это он. Это Тима, только взрослый.

— Был реализован отличный план. К тебе приставили «камарупитву», — человека, обладающего сиддхами не старения, чтобы он следил за тобой, а затем создал необходимую иллюзию, что ему десять лет, и отправился вместе с тобой в «Омегу».

— Но зачем вам это?

— Чтобы контролировать. Разве не ясно? Дионисийская ведьма, хоть и спящая, черт знает на что способна. Мы, скажем так, слишком волновались о «Танце Кали» и что никто не сможет его остановить. Это было перестраховочным решением. Моя идея, кстати, — самодовольно закончила Сейки.

— Я прострелю тебе башку, если ты не скажешь, куда дела артефакт! — теряя терпение, выпалил Тимофей.

Сейки бесстрашно прошла до дивана и села на него.

— Милый, я не знаю, где он, поищи-ка сам.

В следующий миг Тимофей упал лицом вниз. За ним стояла светловолосая женщина с вытянутой рукой.

— Вивьен, ты ему, надеюсь, сердце не остановила? Он нам еще понадобится, — хладнокровно заметила высокая гостья.

— Я только что пустила по нему электрический ток, по мощности способный осветить целый квартал. Как думаешь, сердце его выдержало? — Она грубо пнула Тимофея, который теперь лежал у входа.

— Что здесь происходит? Что вы с ним сделали?

Я с трудом соображала. Казалось, все это происходит не со мной, это какой-то дикий, кошмарный сон.

— О, ничего, милая, сядь, я сейчас все тебе объясню.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

— Рина! Мы только что получили сообщение от наших мечников, они живы! Радостно воскликнула Рух, залетев в кабинет главной Вороны.

— Рух, — это отличная новость!

Ворона, забыв обо всех приличиях, побежала к Фурии и выхватила письмо из ее рук.

— Оригинал, — облегченно выдохнула она. — Господи! Как же я рада за них! Сгустившиеся над нами тучи, похоже, рассеиваются!

— И все же, основная опасность только впереди, — нахмурившись, сказала Рух.

— Я думаю, они усвоили урок. Ребята поняли, — эти наемники сильнее, чем те, с кем они обычно имели дело. Избалованные столкновением с не слишком умелыми противниками, братья потеряли бдительность. В последнее время задания казались им слишком легкими, они не раз говорили об этом Равенне. Вот и недооценили угрозу.

— Теперь они будут сражаться серьезнее, полагаю.

— О да! — довольно согласилась Рина.

— Ну что? Вы с Ифритой едите завтра? У вас все готово?

Ворона превратила письмо в шарик и кинула его в камин.

— Да, и я несказанно рада, что мы успели получить это послание перед выездом!

У меня уже сердце начинало болеть, особенно после слов той злобной сучки Дантелии!

— Рух, ты же знаешь ее характер, зачем ты позволяешь себя задеть? Поддаешься на очевидную провокацию?

— Рина, как бы ты отреагировала, если бы о твоем друге говорили такое?

— Я бы поняла, что это провокация и не позволила бы пить этой пиявке мою кровушку.

— Что ж, я еще не достигла твоего уровня «бодхисаттвы».

Ворона рассмеялась.

— Ты всегда была эмоциональна, особенно когда речь заходит о друзьях и о тех, кто тебе дорог, — в этом твоя натура. Послушай, Рух, я хотела посоветоваться с тобой насчет Ифриты. Поскольку ее работа никак меня не касалась, пока я была начальником над воронами, теперь, будучи временной главой, обязана грамотно подойти к ее функциям.

Она прочистила горло.

— Я волнуюсь за нее, не слишком ли это: отправлять девочку на подобное жуткое задание?

— Эта девочка видела больше кровавых сцен, чем я или ты. С ней в брутальности могут посоперничать, пожалуй, только братья. Она неоднократно бралась за очень грязные и темные дела, полные убийств и опасного криминала.

— Почему Равенна допускала такое? — Обескураженная ворона уставилась на Рух.

— Ифрита сама настаивала, за эти задания всегда хорошо платят.

— Ты ведь понимаешь, о чем я. Как можно допустить до этого такую нежную девочку? Что будет с ее психикой?

— Я понимаю, о чем ты, но у нее есть веская причина.

— Какая может быть причина для такого? Пойми меня правильно, я, конечно, довольна, — есть такой сильный сотрудник для подобных дел, она отправится с тобой и здорово что она настолько эффективна. Я наслышана о ее бойцовских навыках, не случайно она среди фурий. Но как мать меня просто передергивает от мысли, куда вы направляетесь и что будете делать! Рух, ты большая девочка, а она только начала жить!

— В этом-то все и дело.

Ворона молча уставилась на коллегу.

— Ты ведь не знаешь ее историю, да? (Рух вздохнула.) Я тут недавно заделалась справочником по личным тайнам сотрудников, моя репутация держателя секретов окончательно загублена, так что уже терять нечего. Начну с того, что Ифрита — боец по природе, с яйцами покрупнее, чем у некоторых мужиков. В жизни ей не везло. Ее мать, как только девочке исполнилось восемь лет, тяжело заболела. Ифриту перекидывали с рук на руки многочисленные родственники. Поскольку дар у нее начал проявляться рано, долго в новой семье она не оставалась. От нее шарахались, как от прокаженной. Пару раз она сбегала и, в конце концов, попала в детдом. Там она начала промышлять продажей наркотиков и запрещенных веществ.

Равенна нашла ее в полицейском участке. Но знаешь, что в этой истории самое удивительное? Все эти деньги она тратила не на себя. Только потом выяснилось, что кражи у родственников, продажа наркотиков и прочие нехорошие дела позволяли оплачивать ее матери медицинские счета. Та, конечно, этого не знала. Ифрита говорила матери, что ее все любят и сестры, и братья, поэтому они помогают финансово.

— Дикость, — отметила ворона.

— Да, эта девочка не ждала справедливости, и все же Равенна нашла ее вовремя. Сказала, что даст работу.

— И правда, вовремя!

— Только вот Ифрита наотрез отказалась.

— Невероятно, но почему?

— Гордость. «Мне не нужна ваша жалость и ваши подачки». Так что она далеко не сразу согласилась. Ифрита продолжила заниматься тем, чем занималась, и на сей раз за ней пришла не полиция, а кое-кто пострашнее. Ее вытащил Артур из переделки.

— По просьбе Равенны?

— Да, она приглядывала за девочкой. Ифрита была на тот момент несовершеннолетней. После мы обучили ее, когда она справила свое восемнадцатилетие, стала браться за самые кровавые дела, что поручали «Гарпии». Они всегда самые доходные. Равенна знала, что благотворительные деньги девочка брать не будет, вот и позволила ей делать то, что она хотела.

Рина молча уставилась в окно.

— Это многое объясняет, и все же. — Та посмотрела на Рух. — Я вижу, что есть еще причина, почему ей так нужны деньги.

— Верно...

Рух опустила взгляд, подбирая слова:

— Болезнь, отбирающая жизнь ее матери, пришла и к ней.

Ифрите поставили тот же диагноз. Она стремится заработать как можно больше, чтобы и у нее, и у ее матери оставался шанс.

Ворона устало выдохнула и села на диван.

— Спасибо, Рух. Мне было важно это знать, — без лишних слов отметила главная ворона. — Я полагаю, магического решения для этой проблемы не нашлось?

— Нет, к тому же единственный человек, который мог что-то придумать, сейчас в коме. Ифрите придется справляться самой.

— Возвращайтесь невредимыми, я подумаю, быть может, есть решение для нее.

— Спасибо!

Рух улыбнулась.

— Ладно, мне пора, пожелай нам удачи!

— Пусть Кутх закроет вас своими крыльями. Удачи!

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Дом самой юной фурии находился севернее всех на территории «Черной Гарпии», практически у самого леса. Рух вместе со своей собакой отправилась проведать коллегу перед сном. Она поднялась по ступеням таунхауса и постучала в дверь.

— Входите, — отозвался тоненький голосок.

Фурия вошла в уютную теплую квартиру. В гостях у Ифриты было как в кукольном домике. А это даже забавно, учитывая ее криминальное прошлое. В глаза ей бросились сотни разноцветных мягких игрушек и милые шторы в крапинку. Возле стола она заметила четыре забавных стула в виде животных, а недалеко от розового дивана — огромную лампу-фламинго. Настенные часы с изображением лилового единорога были завершающим штрихом в интерьере и создавали полное ощущение пребывания в детской комнате. Ифрита в это время укладывала вещи в дорожную сумку.

— Хочу взять этого классного медведя, но он не влазит, — сказала она.

Рух рассмеялась:

— Ты и правда любишь такие вещи или это часть имиджа?

— И то и другое, мне, пожалуй, нравится быть вечным ребенком. Знаешь, сколько больных извращенцев мы переловили благодаря моим скилам? — зловеще улыбнулась хрупкая дева. — Хотя я, конечно, понимаю, что эта игра в детскость затянулась. Ладно, не до медведя нам будет.

Она посадила плюшевого медведя на подоконник.

— Сиди тут до моего приезда и никуда не уходи, — говорила она точь-в-точь как маленькая девочка.

Ифрита позвала свою собаку и отправилась вместе с Рух на прогулку. Рагнар, что оставался снаружи, радостным лаем приветствовал свою «подружку». Стоило отвязать его поводок от перил, как собаки радостно помчались по территории «Гарпии».

— Как твоя мама?

Ифрита молчала. По ее грустному лицу было видно, что хороших новостей у нее нет.

— Похоже, это наследственное, — посмотрев на Рух, заявила она, — есть все шансы, что и меня свалит в ближайшее время.

— Не падай духом, предупрежден — значит, вооружен! Что, мы не ведьмы, что ли? — подбодрила ее Рух. — У меня есть знакомые, которые вполне смогут тебе подсобить!

— Ты, надеюсь, никому обо мне не растрепала?

Вместо ответа Рух окликнула пса.

— Эй! Рагнар! Фу, не жри это! Брось, я сказала! Или ты хочешь, чтобы я тебе помогла?

Пес послушно разжал зубы и выпустил из челюстей что-то, похожее на старую косточку.

— Знаешь, Рух, я хоть и не боюсь своей болезни, все же не вижу для себя будущего. Совсем не вижу и не понимаю, каким оно будет. — Она подняла палку и кинула своей собаке. Та, радостно виляя хвостиком, понеслась за игрушкой. — Я пришла сюда после того жуткого случая. Мама так болела, и я просто постепенно приходила в себя, работая на Равенну, но сейчас время моей реабилитации окончено. Дар, который удалось раскрыть, охотно применяю, но мне все же неясно, куда я иду и зачем. Ничего в моей жизни не меняется: как была одиноким заблудшим фриком, так и осталась.

— Ты так молода, конечно, ты пока не видишь ясности, со временем тебе станет понятно, куда и зачем ты идешь, поверь мне! А насчет одиночества. Думаю, каждый, даже находясь на своем месте, испытывает это гадкое чувство.

— Кстати, Рина запретила брать с собой собак.

— Да, я знаю, Рагнара придется оставить дома. Завтра выдвигаемся рано, выспись хорошенько, — улыбнулась Рух своей молодой коллеге.

— Так точно, — улыбнулась девчушка, изобразив, как отдает честь.

— Ты неправильно это делаешь, — саркастично отозвалась Рух.

— Да и пофиг, я ж сама неправильная!

Ифрита скорчила рожицу и, позвав Лию, направилась домой, помахав Рух на прощание.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

— Если мы не успеем сегодня, задание растянется на месяцы, — поднимаясь в гору, объявил Марк.

— Спокойно, мы успеем. Я отлично помню карту, все глаза проглядел, запоминая ее в подробностях. Идем мы абсолютно правильно.

После того как братья спешно покинули больницу, они направились на задание. Несколько часов пути, и они уже поднимались по горам, проникая все дальше в лес.

— Как думаешь, у них все хорошо? Может, Терра что-то писала? — спросил Артур. — Как появится связь, я позвоню, меня не оставляет мерзкое предчувствие.

— Я получил лишь одно письмо, где Терра настоятельно просит нас быть бдительнее.

— Да, да, это я пом...

ПДЫЩЬЬЬЬЬЬ!

Резкий звук, похожий на выстрел, раздался в метрах двух от мечников и, постепенно отдаваясь эхом, исчез.

— Охотники?

— Эй! Не стреляйте! Здесь люди! — громогласно объявил Марк.

К этому моменту братья уже вышли на широкую поляну, припорошенную свежим снежком. Высокая трава, что росла в конце поля, покрытая блестящим серебристым инеем, мешала обзору, закрывая собой то, что мелькало за деревьями.

— Вы слышите? Прекратите обстрел!

Раздался новый выстрел.

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |— Что-то не так.

Артур вытащил меч из ножен. Марк последовал его примеру.

— Ладно, похоже, издалека вас и правда не взять, — раздался неприятный знакомый голос.

Из-за деревьев вышел высокий хромой тип.

— О! Скромник! А где маска? Непривычно видеть тебя таким бодрым и откровенным. Как твои зубы, кстати, все собрал? — ухмыляясь, спросил Артур.

— У нас иного сорта вечеринка на этот раз, — довольно скалясь, ответил глава наемников, — маска мне ни к чему.

Из-за деревьев один за другим стали появляться люди с огнестрельным оружием в руках.

— Как быстро ползут слухи, — мрачно заметил Марк.

— Недостаточно быстро, а то покончили бы с вами еще в больнице, — прохрипел один из наемников и мерзко сплюнул.

— Я тебя помню, — злобно прорычал Марк, уставившись на стареющего типа в дорожной одежде.

— Да и второй тоже здесь, — заметил Артур, оглядывая обстановку.

— Как видите, на этот раз мы решили опробовать новый прием, — отметил «химик».

Семеро мужчин, окруживших братьев, направили на братьев дуло ружей.

— Да-да. Я знаю, по слухам, пули вас тоже не берут. Но ведь не грех и попробовать? Пли!

Разом раздались оглушающие выстрелы из семи ружей. Однако стоило шуму стихнуть, стало ясно, что ни одна из пуль не достигла цели, словно все стреляли вхолостую.

Братья рассмеялись.

— Похоже, «Омега» случайно наняла штурмовиков из «Звездных войн», — хохоча и смотря на брата, говорил Артур, явно наслаждаясь процессом. — Первое правило хорошего охотника: позаботиться о пулях, — по-позерски вращая в руке меч, заметил Артур.

— Учту, — злобно буровя взглядом мечников, ответил глава наемников.

В это время из-за деревьев показалось какое-то движение. Оказывается, семеро стрелков — это далеко не вся боевая мощь, что «Омега» бросила на защиту своих интересов.

— Один, два, три, пятнадцать, сорок. У-у-у-у, даже посчитать не успеваю. И все против нас?

— Их около сотни, — без улыбки выдал Марк озираясь.

— И что вы будете делать с нами? Все хором попросите уйти? — самоуверенно спросил Артур.

— Нет. Всего лишь сотрем с твоей рожи эту ухмылку, когда сотня наших лучших бойцов порежет вас на куски, — ответил главный.

Стоило оставшимся бойцам выйти на открытую местность, они достали катаны.

Ни один мускул не дрогнул на теле мечников, когда все наемники разом бросилась на них. Артур встал в боевую стойку. Несколько молниеносных движений — и четверо теперь лежали на земле, перерезанные пополам. Другие наемники оказались поумнее. Они рассредоточились, стремясь нанести один точный удар в слепую зону. Артур владел катаной, как художник владеет пером и тушью. Его клинок, словно тонкая смертоносная кисть, делал несколько точных движений и окрашивал снег в ярко-алый.

Артур двигался легко, невообразимо быстро, успевая отразить каждый меч и за мгновение поразить множество противников. Взмах клинка, и наемник падает, поворот — и вот уже трое лежат на земле. Снова взмах, свист, брызги крови — и слишком медлительные бойцы стонут в снегу. Катана взмывала вверх-вниз-в сторону и со свистом резала людей быстрее, чем те успевали это осознать.

Движения Артура невозможно было отследить. Он перемещался по полю непредсказуемо, будто летал. Вот и сейчас он оказался в самом центре. Мимолетный проблеск стали — и непонятно откуда взявшееся лезвие клинка за спиной мечника проткнуло насквозь нескольких противников.

Марк в это время с нечеловеческой силой рубил врагов так, словно те были из масла. Стиль боя у братьев был совершенно разный. Подвижный и легкий Артур действовал быстрее, чем враг успевал понять, что произошло.

Марк же, обладая силой десятерых мужчин, брал нахрапом. Одно движение меча — и десять человек оставались без конечностей.

Вскоре большая часть наемников лежала в огромной луже крови, окрасившей белоснежную траву на метры вокруг. Отряхнув лезвие точным движением, Артур осклабился, смотря на химика, но, к его удивлению, тот тоже улыбался.

— Это только аперитив, не обольщайся, — прохрипел он.

На алую поляну, переполненную мертвыми людьми и стонущими ранеными, стали выходить еще бойцы.

— Хорошо, что мы не остались на чай у тех медсестер, — заметил Марк, смотря на все возрастающую толпу врагов.

— Да-а-а, этих десяти минут нам бы явно не хватало, — согласился Артур.

На этот раз все было иначе. Враги появлялись из леса, как в компьютерной игре. Казалось, они просто не заканчивались, пытаясь взять братьев количеством.

Наемники нападали все разом, перекрывая возможные пути для маневренности. Мечи, что изначально применялись в бою, пришлось убрать в ножны и достать мечи для ближнего боя — вакидзаси, так плотно враг окружил братьев. Однако очень скоро наемники поняли, что успех мечников в бою был определен не только годами оттачиваемого мастерства, но и еще чем-то необъяснимым.

Артур мог быстро появляться в неожиданных точках пространства, как шаман, перемещаясь совершенно непонятным образом. А Марк, несмотря на отсутствие подобной техники, владел способностью чувствовать приближающийся удар, видеть его всем телом и успевать среагировать на него. Словно медведь с безумной силой, он проламывал строй врага, разбрасывая противников в стороны, и при этом оставался невредимым.

В конце битвы обледеневшей травы под телами и вовсе не было видно. Множество раненных и убитых истекали кровью, превратив пространство в нечто, похожее на сеть кровавых каналов, где тонкими струйками растекалась чья-то жизнь. Артур с самодовольной улыбкой вернул мечи в ножны и снова с вызовом посмотрел на химика.

Марк оглядывал пространство, все еще ожидая врага. Он не прятал оружие из соображений бдительности. Глава наемников неуверенно переминался на месте, а затем, не придумав ничего стоящего, кинулся в бега. Похоже, только он остался с конечностями, способными это делать.

— Не стоит его отпускать, ты ведь сам обещал прикончить этого типа, если вернется, — заметил Марк, пряча оружие.

— Нет, не стоит торопиться, я хочу, чтобы он добрался до «Омеги», — ответил Артур.

— Они усилят защиту...

— Место пребывания Рошель известно нам неточно, а учитывая, что, скорее всего, он направился именно туда, нам это на руку. Уверен, что, опасаясь прослушки, он будет говорить только в стенах «замка». А если он пытается завести нас в ловушку, нам стоит оставить его в живых хотя бы для того, чтобы выяснить все, что он знает. Идем, на снегу я легко узнаю его следы.

Артур и Марк направились по следам сбежавшего химика и вскоре вышли на очередную открытую местность. Теперь перед ними предстала огромная поляна, посреди которой стояло широкое серое трехэтажное здание. Ничем особым оно не отличалось, кроме высоких громоздких на вид панорамных окон и необычной черной двери.

— Смотри-ка, мы на месте!

— Слава Богу, а то я начал мерзнуть. Кстати, ты чувствуешь? Защиты поставили электромагнитные по периметру и возле окон. Думаешь, ребята нас уже ждут?

— Ага, наверняка чайник уже закипает, — весело заметил Артур.

Глава 28 Лишенный души

Глава 28 Лишенный души

— Рух, мы успеваем им помочь, как думаешь?

— Успеваем, детка, все будет хорошо! Думаю, это здесь.

Фурии подъехали к высокой живописной скале и вышли из машины.

— Вот они — Серпантинные горы. Давай поднимемся, а там станет понятнее, где братья. Примерный маршрут нам известен. На местности лучше всех, конечно, ориентируется Артур, но и мы справимся, — говорила Рух.

Когда фурии поднялись на один из холмов, Ифрита вдруг остановилась.

— Рух, смотри...

Ведьма показала на странную красную струйку, стекающую вниз по заснеженному склону.

— И здесь такая же...

— И тут смотри!

Странные алые жилы сочились по всей скале, где-то замерзая, а где-то превращаясь в красные лужи, словно скала истекала кровью.

— Рух, похоже на кровь!

Девушки поднялись по крутому склону и, оказавшись на поляне, ахнули: поле боя, что осталось после братьев, ужасало. Людей словно порвало на части что-то демоническое. Отрубленные конечности, разрубленные пополам человеческие тела, переломанные и нанизанные на сломанные деревья трупы. Все они были слегка припорошены снегом. Алая трава застыла колом, а лужи превратились в кровавый лед.

— Боже... — тихо прошептала Рух.

Снег все еще падал, тихо, мирно, словно утешал погибших и прятал их изувеченные тела. Рух в молчаливом ужасе переступала через мертвых.

— Я думаю, братьев здесь нет, — отметила Ифрита.

— Я тоже их не чувствую, — добавила Рух, оглядывая место бойни.

— Помоги мне, — прохрипел кто-то, схватив Рух за голень.

Та от неожиданности подскочила. Один из наемников, похоже, еще был жив. Его грудь была исполосована, одежда вымочена в крови, но он все еще мог двигаться.

— Помоги мне, пожалуйста, — умолял мужчина.

Рух взглянула на Ифриту.

— Нам нельзя задерживаться, нас ждут! — ответила та.

— Умоляю, не уходи, здесь где-то мой брат, он тоже еще жив, пожалуйста, помоги нам!

Рух застыла как вкопанная, а Ифрита, найдя нужные следы, уже направлялась прочь от страшного места.

— Ты что там стоишь, пошли! — кричала она на другом конце поля.

— Умоляю, помоги, я отдам все, что хочешь!

— Да не надо мне ничего, — отозвалась Рух, все еще стоя у погибающего человека, не в силах двинуться.

— Рух! Это враги, ты понимаешь или нет! Нам им не помочь! Наша задача другая.

— Но я не могу бросить умирающего!

— Ты с ума, блин, сошла! Пошли, быстрее! Там Артур и Марк в опасности!

Рух застыла в мучительной дилемме.

— Ифрита, иди, я тебя догоню! Больница в часе езды отсюда, я тебя быстро догоню!

— Черт, Рух у нас нет этого чертового часа!

— Не волнуйся, сама не суйся на рожон, я тебя скоро догоню!

Рух взвалила на себя крупного мужчину и потащила вниз со склона.

— А ты сильная, — удивился умирающий.

— Да, на твое счастье, — отозвалась Рух, мрачно волоча наемника.

По итогу фурия вытащила и спасла троих выживших в кровавой бойне. Один из них пришел в себя, когда она спешно покидала палату.

— Постой, — схватил он ее за руку, — зачем спасла?

— Затем, что твой брат меня попросил.

— Выходит, теперь я у тебя в долгу. Как тебя зовут?

— Меня зовут Рух, выздоравливай, солдат, и больше не попадайся нам на пути, особенно братьям. Они второй шанс не дают.

— Откуда ты знаешь, что я...

— Ниоткуда, спи давай.

— Спасибо тебе, — услышала Рух, закрывая дверь палаты.

Фурия вышла из больницы и бегом понеслась к машине. Чувство вины боролось с чувством морального удовлетворения.

Да, эти люди мне не друзья, но я не могла бесчеловечно бросить их.

А что скажет Артур, когда узнает, что ты спасла того, кто пытался его убить? — мерзко прозвучал внутренний голос.

Что скажет, что скажет, наверняка я потеряю его как друга, или он затаит обиду и отыграется на мне в самый неподходящий момент. Одно из двух, вряд ли он так просто это оставит.

Рух, погруженная в мрачные опасения, успела за несколько минут доехать до скалы, несясь на предельной скорости.

Как там Ифрита. Надеюсь, глупостей не делает.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

— Похоже на отель, — заметил Артур, внимательно оглядев обстановку.

— И что, никто не придет нас встречать? — удивился Марк.

Мгновение назад братья с грохотом разворотили входную дверь в фойе, попутно разбив и пару окон, однако внутри было подозрительно тихо. Мечники направились к лестнице.

— Э-э-э-й, дома есть кто? — заорал Артур.

Тишина.

— У них планерка, что ли? — усмехнулся мечник. — Похоже, всех вывезли. Мы опоздали.

— Нет. Здесь кто-то есть, — тихо отозвался Марк.

Совершенно бесшумно в зале появился некто в светлых одеждах. Марк успел среагировать, когда враг сделал выпад. Этим таинственным человеком оказался лысый мужчина в монашеских одеждах.

— А ты еще кто...— начал было Артур, но застыл, увидев лицо незнакомца.

Марк также во все глаза таращился на монаха, уже принявшего боевую стойку.

— Учитель?

Мужчина не ответил. Он внезапно оказался за спинами мечников и атаковал их одним точным движением, отчего братья, как щенки, полетели и с грохотом ударились о стену. Монах мог необъяснимым образом перемещаться в пространстве, как и Артур. Он выбил мечи из рук бывших учеников с такой легкостью, будто отобрал игрушки у детей. Выбросив оружие в окно, он снова, абсолютно молча принял боевую стойку.

— Послушай, я не знаю, что тут происходит, но мы пришли за Рошель, мы тебе не враги, — говорил опешивший Артур.

В этот момент учитель подлетел и ударил ногой Марка. На этот раз Марк был готов и успел увернуться. Удар пришелся на каменную колонну и разнес ее вдребезги.

— Да уж, с ним всегда были шутки плохи, — ужаснулся Марк.

— Что-то не так, посмотри в его глаза. Он нас не узнает, — прокричал Артур, спрятавшись за другую колонну.

Та с оглушительным грохотом развалилась под ударом руки. Монах перемещался по залу так, словно кто-то на пленке прокручивал всю траекторию его движения, отчего из одной точки в другую он попадал мгновенно, и это не считая того, что сама гравитация была ему не помеха. Он умудрялся нападать сверху, а затем оказываться за спинами мечников и бить с нечеловеческой силой. Делая странные перевороты в воздухе, он по очереди наносил чудовищные удары своим ученикам. Казалось, что монахов было несколько — так быстро он двигался. Братьев спасали их собственные навыки и отличная реакция, однако дать отпор бывшему наставнику никак не получалось.

За пару минут роскошное и ухоженное, без единой пылинки фойе, превратилось в место боевых действий, усыпанное гранитной крошкой и мелкими щепками. Осыпалось так много краски и штукатурки, что вся пыль будто зависла облаком в воздухе. В этом тумане монах вдруг исчез.

— Куда он растворился?

— Не знаю, я тоже его не...

В этот момент учитель оказался в миллиметре от своего бывшего ученика и нанес сокрушительный удар в грудь. Артур, не успев среагировать, упал на спину и рефлекторно схватился за грудь, с трудом вдыхая, — похоже, монах пробил ему ребра.

— Черт тебя дери, это же мы!

Однако монах словно не слышал его слов и пустыми глазами смотрел на Артура.

Марк быстро сообразил, что тот собирается сделать, и успел появиться между братом и бывшим учителем. Монах ударил, но угодил лишь в захват ученика. А затем… он снова исчез.

— Оставь его в покое, я твой противник, — заявил Марк, оглядывая снова опустевшее фойе.

Чувствовать атаку до момента ее нанесения — способность, которая очень кстати в сражении с таким врагом. Монах переключился на Марка. Нападая в лобовую, он умудрялся одновременно наносить удар сверху и с обеих сторон. Время и пространство словно скрутило, они больше не подчинялись законам физики. Мечник успевал среагировать на одновременные десятки атак. Неожиданные удары натыкались на выставляемые вовремя блоки и отбрасывали учителя. Монах то появлялся, то исчезал, но его кулаки так и не достигали цели.

Двое совершенно равных противников схлестнулись в бою, где ни один, ни другой не мог одержать победу. После недолгой игры в «убей крота», монах снова исчез.

— Послушай, я не знаю, что с тобой случилось, но ты явно не в себе, — говорил Марк. — Я не стану убивать тебя, но и жалеть тоже не стану. Ты сам нас обучал всему. Я знаю твой стиль и оттачивал свое искусство годами. Пожалуйста, не заставляй меня калечить тебя.

Монах появился снова, но на этот раз возле Артура, повалил того на пол и обрушил на него жесточайшие удары, разворотившие каменную плитку. Камень с жутким треском и грохотом проломился, поднялась пыль. Марк будто в замедленной съемке видит как брат выплевывает кровь, ее капли брызгами разлетаются по залу, пыль оседает, но затем он понимает — Артур в последний момент увернулся от смертельного удара, держа три пальца на груди монаха. Монах остался на месте с окровавленной рукой, застрявшей в обломках. Артур сделал несколько отточенных ударов тремя пальцами, словно нажимая на кнопки, и вырубил противника. Учитель, упал без сознания, оставаясь лежать на полу… Артур, тяжело дыша, с трудом встал.

— Этот старый хрен почти пробил мне ребра! Хорошо, что восстанавливаюсь я в разы быстрее, чем обычный человек!

Он отряхнул одежду.

— Как думаешь, откуда он здесь и что с ним случилось?

— Не знаю. Но он явно был не в себе.

— Гипноз?

— Не похоже, Артур, я не чувствую в нем души, будто мы сражались с куклой.

— Звучит тревожно, ладно, он пробудет в отключке еще минут сорок, не меньше, мы успеем обыскать тут все. Позже заберем его. Похоже, мозг ему промыли неслабо.

— Ученики таки превзошли своего учителя, — раздался звонкий женский голос. — Печально, а я надеялась уйти по-английски.

Молодая высокая женщина медленно спускалась с лестницы и вела за собой Рошель. Та покорно шла за ней, словно послушная собачка. Братья переглянулись.

— Да, да, это искомая, дорогущая и чертовски переоцененная дионисийская ведьма.

Сейки остановилась. Рошель тоже замерла. Она выглядела отрешенной, будто спящей на ходу. Из-под полуоткрытых век виднелись бесстрастные синие глаза.

— Что ты с ней сделала? — спросил Марк.

— Это всего лишь гипноз.

— Что ты сделала с нашим учителем? — заорал Артур.

— О, а вот с ним все интереснее, — ядовито ухмыляясь, ответила Сейки. — Иронично, что именно ты, Артурчик, спросил меня об этом, ведь тебя ожидает его судьба. — Она с самодовольной ухмылкой продолжила спускаться с лестницы, а Рошель, словно на невидимой привези, следовала за ней.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

С грохотом и металлическим скрипом открылась дверь в маленькую темную грязную комнатушку.

— Черт, вот ублюдки, что они с тобой сделали!

В помещение зашел человек в спецназовском обмундировании.

— Дружище! Ты ли это? Надеюсь, что ты, ведь если я помер, предпочел бы видеть смерть в ином обличии.

— Поднимайся, мы уходим, — Адриан помог другу встать.

— Они меня так и не раскололи.

— Вижу, это заметно по твоей физиономии. Тебя успели подлечить?

— Да, Сейки оказалась в затруднительном положении. Она не могла изъять душу или убить меня, пока я не сказал ей правду. Вот они и пытали так, чтоб не сдох.

— Мне жаль... Я не смог бы войти сюда раньше братьев. Пришлось следовать за ними. Ты как, идти можешь?

— Шутишь? Да я и танцевать смогу! Я ж не такой старик, как ты!

Данте отстранился от друга и слегка покачался.

— Все хорошо! Все отлично! Просто немного резко получилось.

Данте сделал пару шатающихся шагов и постепенно стал идти ровнее.

— Надо подышать свежим воздухом, приложить подорожник, и я буду в порядке.

— Надеюсь, ведь я обещал за тебя кое-что.

— Пообещал за меня?

— Да.

Друзья вышли из темной комнаты и теперь шли по такому же коридору-бункеру, освещенному лишь электрическими лампочками.

— Какого черта? Кому и что ты пообещал от моего имени?

— Она упросила меня, — виновато сказал Адриан.

— Кому, черт тебя дери, ты пообещал?

— Моей коллеге. Двойной агент из «Гарпии». Я пообещал, что ты подсобишь ее благоверному.

— Этому наглому хлыщу с катаной?!

— Ему самому. А как ты понял? — с удивлением оглянулся на друга Адриан.

— Не уходи от вопроса, зачем ты ей это пообещал?

— Она так умоляла меня! Девушка расплатится с тобой, чем пожелаешь. Просто немного задержишься здесь, пока улаживаю кое-какие дела и снимаю защиты с выходов, я вернусь потом за тобой!

— Какой же ты козел!

— Ладно тебе, это плюсик в карму.

— Ты теперь мой должник, понял? — зло прошептал Данте.

— Да, понял, понял, не ной.

Глава 29 Химеры

Глава 29 Химеры

— Знаете, почему «Плерома» никогда не тратит столько сил на развитие потенциала? Сейки неторопливо спускалась по лестнице. Ее выразительные губы цвета фуксии, кривились в ядовитой ухмылке. Она явно наслаждалась собой и тем, что творилось вокруг нее. Мечники не ответили, лишь провожали внимательным взглядом наемницу.

— Потому что мы поняли: есть иной, более дешевый и эффективный метод раскрытия человеческой природы. Мы биоинженерный и фармацевтический гигант. Это дает нам массу преимуществ.

Крупные «стрекозиные» очки Сейки, поймав огни ламп, на краткий миг блеснули золотом.

— К примеру, вместо того, чтобы тратить уйму средств на содержание и развитие одного недоросля, мы можем использовать его более эффективно. И тут вы должны спросить меня: «Сейки, как же вы это делаете?», а я ответить: «О, господа, да очень просто! Всего лишь нужно разобрать потенциал на запчасти».

Сейки остановилась у подножия лестницы. Рошель, словно тень, держалась позади нее, на несколько ступенек выше. В этот момент из зала церемоний вышли еще две женщины: одна смуглая, с длинными темными волосами, недобрыми глазами, горящими, словно два черных солнца в разгар затмения. И вторая — худая, жилистая, мрачная блондинка, с впалыми, как у ангела смерти, щеками и глубоко запавшими глазами. Они демонстративно встали рядом с Сейки.

— Вы и вам подобные, которые все еще верят в развитие человеческого потенциала, просто пережиток. Скоро мы поглотим ваши компании как слабых и неприспособленных к современным реалиям. Зачем развивать всего один дар, когда можно использовать органы многих магов и создать мультидар в теле одного человека, в сотни раз усилив боевую мощь? Извлеченные и обработанные органы магов становятся лучшими источниками силы. Нам не нужно тратить время и усилия для развития способностей и дешифровку мусорной ДНК. Стоит пересадить почку или сердце мага, как его способность начинает работать сама, автоматически и без каких-либо ограничений и адаптации. Сама природа решила это вопрос наиболее прагматично. Представляете, как удобно?

Неприятная ухмылка расползалась по лицу наемницы, пока не превратилась в зловещий оскал.

— Да ты чокнутая, — скривился Артур, с отвращением смотря на Сейки как на обезумевшего маньяка.

— Да что ты, — рассмеялась она. — А ведь это не все наши новомодные техники. Как вам, кстати, апгрейд учителя?

Она махнула в сторону все еще лежащего лицом вниз монаха.

— Мне показалось, что душа ему больше не понадобится.

— Ну ты и мразь! — кинулся было на нее Артур. Его рука инстинктивно схватилась за рукоять единственного оружия — короткого боевого меча вакидзаси.

— Стой! — Марк задержал брата. — Только не в лобовую. Ты понимаешь, кто они? Это химеры. По-видимому, они обладают способностями нескольких магов. Им пересадили чужие органы, отчего они в разы сильнее нас.

В подтверждении его слов, две девушки-наемницы прошли вперед, явно предвкушая предстоящую битву.

— Все верно, Марк. Так жаль, что придется убить и тебя. Ты всегда был самым умным и проницательным. Что такое?

Сейки поймала взгляд мечника на Рошель.

— Переживаешь за нее? Не волнуйся, она тоже пойдет в дело. Мы пересадим ее лицо кому-нибудь. Такую красоту грех не использовать, правда, девочки?

— Ой, а можно мне ее голубые глаза? — встряла в разговор Глория.

— А мне, пожалуйста, волосы, а то мои ужасно секутся, — язвительно добавила Вивьен и усмехнулась.

Химеры переглянулись и разразились хохотом, затем неторопливо, словно предвкушая спортивное состязание, встали напротив братьев. Они не нападали первыми, только самоуверенно ухмылялись, с интересом глядя на мечников. Те тоже не спешили нападать на странного и непредсказуемого врага.

— Чего они ждут? — прошептал Артур.

— Не знаю, но я не стану нападать первым. Бабы все-таки, — пожал плечами Марк.

— Дамы вперед, — произнес Артур, зловеще улыбаясь и делая приглашающий жест.

— Похоже, я поняла, кто из вас двоих умный, а кто красивый, — грубо пошутила Вивьен.

Она достала из небольшой набедренной сумки металлическую цепь. Одна ее часть с грохотом упала на пол, другая осталась в руках женщины. Она недобро прищурилась и начала раскручивать ее на манер лассо.

В это время вторая наемница, видимо, выбрав себе в противники Марка, лениво встала напротив него. Сейки осталась наблюдать за происходящим, держа в поле зрения Рошель, которая по-прежнему отрешенно и сонно смотрела в никуда.

Вивьен запустила металлическое лассо, но попала не в Артура, а в чудом уцелевший после предыдущей битвы монитор. Тот, конечно, не выдержал подобного удара и рассыпался в мелкую крошку. Место, куда угодила цепь, оставило длинную дымящуюся вмятину.

Через цепь она пускает что-то вроде электрического тока, эффект, словно в тебя бьет молния, — понял Артур.

Тем временем Глория достала зажигалку и лениво щелкала ей, то открывая, то закрывая ее, и при этом скучающе смотрела на Марка.

— Что так и будем любоваться друг другом? — усмехнулся мечник.

— Хочу посмотреть на тебя напоследок, красавчик, пока ты не превратился в унылый уголек.

Внезапно она бросила зажигалку, которая за секунду превратилась в гигантский огненный шар и сквозь пламя побежала на Марка. Тот, успев увернуться от шара, попал под удар Глории, которая двигалась так же быстро, как и он. Наемница ударила его по лицу. Марк отскочил, почувствовав болезненный ожог на щеке. Кулак Глории пылал как открытое пламя. Шар, что она запустила, исчез так же быстро, как и возник.

— Так ты у нас боец на ближней дистанции, владеешь пирокинезом? — держась за место ожога, отметил Марк.

Глория усмехнулась:

— Подарок от погибшего коллеги. А ты шустрый и догадливый. Долго плясать не будем, ты уж извини, мне лень гонять тебя здесь до ночи.

Тем временем Вивьен разошлась по полной. Ее цепь летала по залу во все стороны, создавая уродливые, дымящиеся вмятины повсюду. Артур, избегая встречи с «молнией», перемещался от одного укрытия до другого, соображая, как нанести ответный удар. Вивьен, намотав звенья на кулак, превратила свое оружие в кастет. Стоило приблизиться к ней вплотную, и удар приобретал оглушительную силу. Такой прием был способен не только остановить сердце, но и поджарить противника, как при поражении переменным током.

— И долго мы будем прятаться? Арту-у-у-р?

Мечник тем временем сидел за диваном, у окна. Его взгляд упал на покрытую белой крошкой фигуру. Все еще лежащий без сознания монах был засыпан новой порцией штукатурки и краски, падающих с потолка и стен. Артур пригляделся:

Вроде живой. Оттащить бы учителя, а то пройдется по нему цепью.

Стоило мечнику об этом подумать, как цепь пролетела в миллиметре от головы, буквально срезая верхушку дивана.

— Смотри, смотри, без головы оставлю, — хохотала Вивьен.

Что делать с бьющимся током наемником, Артур не знал. Отступать было нельзя — потенциал, что находится сейчас под гипнозом, будет убита, став сырьем для экспериментов. Неясно, как победить такого противника, ведь любое прикосновение к химере станет смертельным. И в момент, когда цепь настигла Артура и обмоталась вокруг его шеи, Вивьен неожиданно прекратила тянуть ее и вскрикнула.

В наемницу полетели ножи. Один попал в руку, угодив между звеньями, намотанными на кулак. Второй воткнулся в плечо, отчего рука будто отнялась и бессильно повисла. И третий попал во вторую руку, отчего химера потеряла контроль над обеими своими конечностями. Затем неизвестно откуда взявшиеся кинжалы вонзились в ноги, и Вивьен упала, словно ей перерезали сухожилия.

Артур, пользуясь моментом, снял с шеи цепь.

— Что за черт? Что это? Сейки! Меня парализовало!

В полном негодовании Вивьен обернулась на свою коллегу-телепата.

— Я, я не знаю откуда это! Артур не владеет такой техникой! Я уверена!

Тем временем Глория, быстрая и сильная, как пантера, атаковала Марка. Удар кулаком — и в стене появилась черная вмятина. Разворот — и нога, угодившая в обломки мебели, подожгла их. Снова удар — и Марк, оказавшись позади химеры, схватил ее за шею. Глория начала нагреваться, словно плита. Мечник приблизил к шее наемницы лезвие кинжала, так удачно найденного на полу, и вкрадчиво произнес:

— Как думаешь, что быстрее: твой жар или мой нож?

Наемница застыла, не в силах пошевелиться.

— Уау, браво, браво, — поаплодировала Сейки, смотря на братьев. — Намекаете, что и мне пора марать ручки? Ну ладно.

Она оставила Рошель и подошла к тяжело дышащему Артуру. Стоило Сейки отойти от Рошель, как та будто вырвалась из морока. Ее взгляд стал осмысленным и тут же обратился к пыльным обломкам мебели и стен, а также на окровавленных мужчин. Обескураженная, она временно потеряла дар речи.

— Даже не думай сбежать, — послышался голос Сейки. — Я знаю, что ты пришла в себя. На улице минусовая температура, а до первого жилого поселка больше пятидесяти километров. Ты замерзнешь насмерть, так что будь умницей.

Рошель неуверенно застыла у лестницы. На нее злобно смотрела женщина, сидящая у стены и истекающая кровью. Сейки приняла боевую стойку.

Странный стиль, больше похожий на ушу, — подумал Марк.

Тем временем Артур попытался разобраться с самоуверенным телепатом. Стоило достать меч и подобраться поближе, как его отбросило с огромной силой. Пролетев через весь зал, мечник приземлился, сильно ударившись о стену. На этот раз он потерял сознание.

Марк, все еще держащий кинжал у шеи Глории, воткнул в нее нож. Химера вывернулась из захвата и быстро достала из раны лезвие.

— Это была ошибка, — посмеялась она, прижав рану пальцами и буквально прижигая ее. — Похоже, ускоренная регенерация — это то, что ты не предусмотрел, красавчик Марк.

В этот момент в зал зашла хрупкая светловолосая девочка. Маленькая и замерзшая, она медленно прошла мимо удивленной Вивьен, потирая ладони в попытках согреть их, и миновала не менее ошарашенную Рошель. После она встала рядом с Марком и мило улыбнулась ему.

— Привет, Марк, помощь не нужна?

Наемницы разразились хохотом.

— А это еще кто? Боевая мощь «Гарпии»? Десятилетний ребенок? — прогоготала Глория.

На что Ифрита мило улыбнулась.

— Именно!

Спокойно сев на усыпанный белой крошкой пол, она начала раскачиваться, словно входя в транс.

— Останови ее! — вдруг со страхом выпалила Сейки. — Быстрее!

Глория понеслась к фурии, однако Марк загородил ее собой. Он наставил на наемницу кинжал.

— Что, тотемную ведьму притащили, да? — недовольно отозвалась телепат.

— Да что же это такое! Мы закончим сегодня или нет? — сердито возмутилась Глория и с негодованием посмотрела на Сейки.

— Разберись с ними, а я обработаю Артура, пока он в отключке, — бросила Сейки.

Довольно быстро закончив свою странную процедуру, Ифрита встала. На вид она совсем не изменилась. Однако в следующую секунду фурия будто подлетела к Глории и, схватив ту за руку, одним сжатием раздробила ей кости на запястье. Глория, взвыв от боли, попыталась схватить девочку за шею, но не тут-то было. Ифрита успела сжать другую кисть, переломав и ее. Глория, оставшаяся без рук, завыла как животное.

— Ну все, паршивка! Ты меня достала!

Марк, который тем временем успел вытащить короткий меч, сделал замах и ударил по Глории. В этот самый момент клинок неожиданно расплавился, превратившись в металлическую лужицу.

— Идиот, обычное оружие мне не опасно.

Подвигав пальцами, Глория снова оказалась готовой к сражению.

— Выходит, те особые ножечки не ваши?

Ифрита нападала быстро, с мощью, превосходящей даже силы Марка. Ее атака сопровождалась разрушениями, способными развалить целое здание. Удары, что приходились по стенам, ломали их или оставляли дыры. Девочка кружилась легко и изящно, словно снежинка, но стоило ее хрупкой ручке достичь цели, как что-то с треском ломалось, поднимая высокий столб пыли. Ифрита успешно уходила из-под огненных атак Глории, успевая даже несколько раз мощно ударить наемницу, после чего та летела до другого конца зала.

Марк нападал на наемницу в лоб, в то время как Ифрита находила брешь в обороне и била туда. Однако Глория успешно отбивалась от обоих противников, не давая им ни шанса одолеть себя. И тут Вивьен внезапно бросила сестре зажигалку. Глория, успев схватить ее, швырнула горящий предмет в Ифриту. Марк, понимая, что сейчас будет, несся быстрее ветра, чтобы встать между огненным шаром и Ифритой, но не успел. Гигантское огненное солнце настигло фурию. Мгновение — и Ифрита исчезла. Только пепел остался дымить на полу.

— Вот видишь, как бывает, если недооцениваешь побежденного врага, — ухмылялась Вивьен, все еще сидящая у стены. Марк, осознавая, что сейчас произошло, в шоке смотрел на то, что осталось от Ифриты. Глория недолго думая схватила мечника со спины, держа за шею в локтевом сгибе, и прошипела:

— Ну что, уже можно его прикончить?

— Нет, подожди, если ты спалишь Марка, я не смогу извлечь печень и надпочечники. Я хочу его силу. Промаринуй пока нашего мечника.

— Вивьен, брось мне свою цепь, — скомандовала Глория.

Та послушно швырнула ей свое оружие. Смуглая наемница, держа Марка за шею, обмотала его цепью.

— Будешь дергаться, я сожгу тебя, даже несмотря на запреты Сейки, понял?

Тем временем Сейки продолжила работать над разумом Артура, сидя возле его головы.

— Я не убью твоего брата, всего лишь фрагментирую его душу, — заметила она, смотря на связанного Марка. — Я бы и с тобой так поступила, но Ирэт берет лишь тех, кто ей нравится. Это, к сожалению, не про тебя.

Артур в это время выглядел спящим. Его лицо ничего не выражало, казалось, он просто отдыхал. Вивьен, вытащив наконец кинжалы из тела, хромая подошла ближе к Сейки.

— Кто такая эта Ирэт? — спросила она.

— Богиня, люди знают ее как одного из Джинов. Она помогает мне в процедуре отделения души. Ви, ты не могла бы хотя бы мне не мешать. Смотри, что наделала твоя невнимательность.

— О чем ты?

— Ты упустила Рошель.

Озираясь, Вивьен поняла, что Рошель и правда нигде не было.

— Эта дура сбежала?

— Не преследуй, заберем ее потом. Замороженный стейк почти так же хорош, как свежий.

Глава 30 Кто ты?

Глава 30 Кто ты?

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |Fame —Corvad, Lady N

▶︎ •၊၊||၊|။|||| |Euphoria —Sylvan Paul Remix, DOP

— Боль соседствует с желанием, ужасное стремится к прекрасному, и нет силы, способной разлучить их, — нежно шептал потусторонний женский голос и словно дым от горящих трав окутывал дурманом.

Артур стоял в безопасном месте у берега реки. Вокруг пели птицы, и река радостно журчала, напоминая об оставшихся далеко позади детских временах. Солнце обнимало свежие травинки, отчего они светились, как волосы нимфы, мягко покачивались от ласкового дыхания летнего ветра. Совсем рядом блестели влажные камни в реке. Вдалеке Артур заметил прекрасную девушку. Облаченная в легкое воздушное платье, не слишком скрывающее самые сокровенные части тела, она босиком перепрыгивала с камня на камень вдоль бурлящей реки и приближалась к нему с изяществом танцовщицы. Ее лицо светилось мягкой красотой, а огненные волосы, рассыпанные по спине и плечам, переливались янтарным блеском в лучах полуденной звезды. Анна мягко смотрела на него, зелеными, как травы, глазами, улыбнувшись мечнику, она приблизилась вплотную. Артур врос в то место, где стоял. Когда нежное видение принялось кружиться вокруг него, подобное нимфе или воде обтекающей камни в реке, он не мог и, кажется, не хотел ничего делать.

— Что тебя так мучит, расскажи мне, — зашептал чарующий голос. — Что тебя так мучит? — повторяла Анна, нежно приблизившись к уху мечника.

Теперь рядом с Артуром появилось пять прекрасных девушек с кудрями цвета зари. Они самозабвенно смотрели на него и улыбались так, словно мечтали видеть только его.

— Артур, поделись со мной, — шептала Ана неземным голосом.

— Расскажи мне, — все тот же прекрасный голос будто переполнял мужчину изнутри.

— Доверься мне, — тепло укутывая нежностью, шептала другая Анна.

— От чего ты прячешься? — любовно продолжала еще одна.

— Все из-за меня, — внезапно ответил Артур. — Они гибнут… из-за меня...

— Дорогие тебе женщины? — спросила Анна, самая яркая среди всех и лучистая. Она стояла по центру и смотрела мечнику в глаза.

— Да, — ответил Артур, чувствуя, как его сердце сжимается от боли.

— Знаешь, кто самая прекрасная женщина на земле? — с мягкой улыбкой шептала Аня, обвивая руки вокруг шеи Артура.

— Нет, — словно зачарованный, ответил он.

— Это женщина из твоих грез, несбыточных, изгнанных, подавленных, давно оскверненных и почти забытых...

В следующий миг Артура накрыло волной странных противоречивых ощущений. Будто у него было сразу несколько воплощений, которые одновременно могли чувствовать все эмоции, слышать все запахи и звуки. Теперь он мог воспринимать все и сразу, будучи в одном теле. Первая Анна позвала Артура куда-то, держа его за руку. Вторая Анна мягко прикасалась к его лицу теплой нежной ладонью, как к самому любимому на свете человеку. Третья покрывала поцелуями шею и лицо мечника. Четвертая заливисто смеялась и говорила что-то приятное и милое.

От избытка чувств и ощущений Артур словно оцепенел.

— ЧТО ТЫ С НИМ ДЕЛАЕШЬ!? — кричал Марк, обращаясь к Сейки.

— Знакомлю с Ирэт, — спокойно ответила телепат. — Марк, не кричи, пожалуйста, это делу не поможет, еще звук — и ты сгоришь к чертям.

Марк безуспешно пытался высвободиться из нечеловечески сильной хватки Глории.

— Ирэт всего лишь исполняет его желания. Мало кому удается умереть таким счастливым, Марк. К тому же, она давно хотела поиграть с ним. Богиня нашла в нем массу подавленных желаний, для нее он как сладкий пирожочек, — усмехнулась Сейки. — Надо же, какой романтик. — Держа руку над головой, усмехнулась она.

— Похоже, теперь мой ход, — к немалому удивлению Глории, прозвучал чей-то незнакомый басовитый голос. — Брат, просыпайся, запахло жареным… — Наемница растерялась и не сразу поняла, что это говорит Марк. Тем временем он непринужденно продолжил: — А ты, детка, знаешь, кто такой Артур?

— Разумеется, я знаю, не рыпайся, красавчик, — скрывая свою растерянность за борзостью, парировала наемница.

Марк словно улыбнулся своим мыслям. Он больше не вырывался из хватки Глории и спокойно стоял, будто согласился поучаствовать в представлении.

— Хорошо, давай понаблюдаем, кстати, что бы ни произошло дальше, тебе это не понравится, — сказал он пугающе мягко и отстраненно, затем продолжил с ухмылкой наблюдать за происходящим с его братом.

— Сколько еще держать этого? — обратилась Глория к Сейки. В ее голосе появились непривычные нотки нервозности.

— Уже скоро, подожди немного. Еще пару минут, и он наш. А мужик умеет веселиться, — смеялась Сейки, очевидно, наблюдая за тем, что происходит в голове жертвы.

В это время Артур оказался с Аней наедине, прижав ее к стене, он вдыхал соблазнительный, невыносимо сладкий аромат ее кожи. В следующий миг он уже говорил с ней, сидя у широкой горной реки, через мгновение целовал где-то под звездами.

Артур, полностью поглощенный экстазом воплощения желаний, больше не владел собой. С десяток девушек вились вокруг него.

— Мы близко, две минуты, — объявила Сейки.

Анна взяла Артура за руку и прижала ее к себе, вторая Анна сделала то же самое.

Однако теперь казалось, что Артур — это не один человек. Несколько прозрачных его копий выдвинулись из тела. Их звали многочисленные Анны, берущие за руки своих возлюбленных.

В это время накал внутри его видений все нарастал. Тот Артур, что страстно прижимал Анну, уже овладел ею под сладостный стон девушки. Другой, — тот, что сидел у реки, — обнимал ее, и они радостно смеялись. Еще один Артур куда-то ехал вместе с Аней, предвкушая приключение. Четвертый ужинал в дорогом ресторане в сопровождении прекрасной рыжеволосой девы. Пятый наблюдал, как Анна в струящемся полупрозрачном платье танцевала под открытым небом и звездами. Шестой Артур слушал ее соблазнительный шепот. Седьмой ощущал божественный аромат ее волос. Восьмой чувствовал ее нежные прикосновения, по всему телу. Девятый видел невероятно красивые, лучистые глаза и широкую улыбку, адресованную ему.

Все эти Анны шептали ему, касались, смеялись с ним и наслаждались происходящим. На моменте, когда множество Анн чуть не растащили Артура на сотни копий, видение внезапно изменилось. Мечник увидел перед собой крупного, мускулистого человека. Хотя человеком его было трудно назвать. У существа оказалось шесть рук. На его брутальном мужском теле красовались многочисленные символы, а на лице — глубокий, словно карьер, шрам, и зияли безжизненные, как черные дыры, глаза. Казалось, через них можно было провалиться в космос.

Странный не то Демон, не то Бог произнес:

— И что это, вы тут делаете, ребятки?

Артур, очнувшийся от наваждения, сразу узнал зловещего духа и враждебно ответил ему:

— Я же сказал, ты мне не нужен! Проваливай!

— Нет, я понимаю, у нас не все гладко, но допустить с собой такое. Ты в курсе, что она убьет тебя? — отметил тот, по-братски обнимая Артура за плечи. — Послушай, она растащит твою душу на кусочки и будет делать с ней все что захочет.

— А ты разве не того же хотел? — злобно поинтересовался Артур, посмотрев в лицо Божества.

— Не слушай его, — прошептал неземной голос откуда-то рядом.

— Пойдем, — сказала прекрасная рыжая дева, нежно касаясь ладонью мечника.

— Он только мешает, — подтвердила Анна.

— Он погубит нас, не позволяй ему, — умоляла возлюбленная.

— Побудь со мной, — просила Аня, любовно заглядывая в глаза.

Сейки внезапно отшатнулась, словно ее кто-то с силой толкнул.

— Что происходит? — спросила Вивьен.

— Не знаю, что-то не так. Ирэт кто-то отвлек.

— Отвлек?

— Да, но, похоже, это ложная тревога, — довольно улыбнулась телепат. — Кто бы это ни был, с ним покончено. Ирэт оказалась сильнее.

— Ты это пять минут назад говорила. Сколько еще? — с раздражением спросила Глория.

— Не кипятись, еще минуту, и он наш.

Артур снова погрузился в свои видения, без остатка отдав разум и чувства эйфории, созданной джином. Все потребности, невыраженные эмоции — все, что так долго пряталось и ждало своего воплощения, разом захватило мечника, погружая в безумный экстаз.

— Все, это финальный аккорд, — довольно заметила Сейки. — Даже наркоманам не знаком такой кайф. Вот почему Ирэт он так понравился. Готово.

— Наконец-то, — недовольно пробормотала Глория, — я уж думала, постарею здесь.

Внезапно Сейки надрывно закричала. На ее руке появился какой-то черный символ, словно его выжгли на коже, символ чем-то похожий на свастику.

— Черт! Что это такое!?

Сейки упала на пол и второй рукой схватилась за поврежденную кисть, прижимая ее к себе. От мучительной боли корежило, словно под пытками.

— Эй, да что происходит? — растерянно смотрела на Сейки Глория. — Что с тобой?

— Милая моя Ирэт, что у тебя за манеры? Ты же знаешь, эта тушка моя, — неожиданно сказал Артур, смотря на Сейки, которая теперь только тихо всхлипывала, лежа на полу в позе эмбриона.

Голос Артура звучал иначе, словно это был другой человек. Телепат спокойно встала, будто и не было никакой пытки. Бесстрастно посмотрев на пострадавшую руку, отметила:

— Автограф-то свой зачем оставил? Какой же ты скотина, Сейки теперь бесполезна!

Артур, точнее, странный тип, который только выглядел как он, подошел к Сейки вплотную и наклонился.

— Ты наглеешь, любовь моя. Я же не вваливаюсь к тебе домой без проса и не устраиваю вакханалии?

— Ну он такой интересный, этот твой Артур, — явно флиртуя, выдала сущность, что владела Сейки, — я бы хотела познакомиться с ним поближе.

— Ты меня и так знаешь.

— Ну, не эту твою сторону. Она особенно необычна, такая новая, свежая грань!

Артур скривил губы в недоброй усмешке. Он протянул руку и направил ее к Глории. Наемница в момент вспыхнула, словно кто-то, облив ее бензином, поднес спичку. Душераздирающий вопль — и лишь пепел теперь дымился на полу.

— Полагаю, ты поняла мой намек. Не беси меня, милая, займись чем-нибудь более полезным.

— Глория! — закричала Вивьен, которая не особо обращала внимание на происходящее, пока едва двигающимися пальцами перевязывала свои раны. Однако теперь, когда за долю секунды от ее сестры остался лишь пепел, наемница в ярости уставилась на Артура.

— ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ!? ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ!? УБЛЮДОК! Я УБЬЮ ТЕБЯ!

Она кинулась к Артуру. Однако Марк с легкостью заломил ей руки, держа как умалишенную. На наемницу по-прежнему смотрел некто, кто Артуром не являлся.

— ТЫ СДОХНЕШЬ! ТЫ СДОХНЕШЬ, КАК И ТА РЫЖАЯ ДЕВКА! — Вырываясь из захвата, орала Вивьен, брызжа слюной. — Я ИЗ ТЕБЯ ШАШЛЫК СДЕЛАЮ! СДОХНЕШЬ, КАК ЭТА НЕЛЕПАЯ ДУРА В СОБСТВЕННОМ ДОМЕ!

В этот момент зрачки Артура расширились, будто от страха. Темные чужие глаза стали меняться и приобретать привычные черты.

— А-А-А-А, ТАК ТЫ НЕ ЗНА-А-А-АЛ, — смеялась, как сумасшедшая, Вивьен. — МАРК! — орала она. — МАРК! ТЫ ЧТО, СКРЫЛ ЭТО ОТ НЕГО?

Артур, все еще не до конца пришедший в себя, ошарашенно посмотрел на брата.

— Эй! Марк! Расскажи-ка своему брату! Это ведь ты виновен в том, что мы ее так легко нашли, да?

Побледневший Артур молча смотрел то на брата, то на вырывающуюся химеру.

— Ты ведь знал, что мы придем по ваши души, когда брал дневники? Но ты не переживай, милый, сгорела она быстро, долго не мучилась, — все еще хихикая, выдала Вивьен, обращаясь к Артуру. — Теперь можешь даже положить ее в красивую баночку и в карман, чтобы всегда иметь рядом, если, конечно, найдешь ее пылишко среди обгоревших досок.

Она снова засмеялась.

В этот момент в фойе залетела Рух. Она миновала разрушенный зал и наконец увидела Марка, держащего вырывающуюся наемницу, и Артура, что стоял в странном оцепенении. Незнакомая женщина, лежащая в обломках, была явно не ее коллегой.

— А где Ифрита?

Марк мрачно посмотрел на Рух.

— Где Ифрита? — испуганно переспросила та.

— Сдохла! Сдохла твоя Ифрита! — орала Вивьен, дико хохоча.

— Кто эта сумасшедшая сука?

— Это наемница из «Плеромы». Не подходи к ней, она, когда в форме, бьется током.

— Марк, отойди, пожалуйста, — спокойно сказала фурия.

Тот послушно отпустил разъяренную наемницу. В это время Рух взяла лежащий кусок разбитого зеркала и запустила его в наемницу. Та повалилась замертво, перерезанная пополам.

Повисло гробовое молчание.

— Ты знал, когда брал ее с собой? — тихо спросил Артур, смотря на Марка.

— Да, знал, но...

— Где твоя машина? — обратился он к фурии, перебив брата.

— Во дворе я подъехала к самому зданию, — ответила Рух.

— Дай ключи.

Рух послушно протянула ему ключи. Артур, не говоря больше ни слова, поплелся куда-то к выходу.

— Как она погибла? — спросила Рух у Марка.

— Ее сожгла другая наемница, — ответил Марк.

— Боже, зачем же она полезла в это без меня, — трясущейся рукой Рух прикоснулась к губам. — А почему Артур собирается уехать один, да еще на моей машине?

— Позже объясню. У нас пока дело поважнее.

— Какое?

— Рошель сбежала, и давно. Нужно найти ее, пока она не замерзла насмерть.

— А с этой что делать? — спросила фурия, указав на Сейки, которая выскочила на улицу.

— Не до нее сейчас, — закидывая на плечо все еще бессознательного монаха, отметил Марк. — Пошли, нам пора.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Рошель

Я знала, на что шла. Знала, что умру здесь, по дороге в никуда, но в голове по-прежнему крутились мысли: почему же так произошло? Можно ли было избежать этого и как верить после такого хоть во что-то хорошее?

Я шла по ночной трассе в сильный мороз. Аномально холодная осень, в которую попала, будучи в тонком платье и босоножках, стала венцом моих нескончаемых бед на пути к свободе. Ничего не видела, только по характерному стуку под ногами было понятно: скорее всего, иду по асфальту. Вокруг оказалось так тихо, что я отчетливо слышала тиканье часов на моей руке. Сначала надеялась, что глаза привыкнут к темноте и я начну видеть больше, но нет, видеть больше не стала. Я решила прекратить убегать. Так глубоко и часто дышать при температуре в -20 — это слишком больно. Я не смогу выбраться отсюда!

Похоже, я все-таки умру.

Я остановилась, подняв голову к небу. Плотный смог окутал его темным покрывалом, скрывая даже свет луны и звезд. Кажется, мысли тоже стали медленнее. Повторялись, как заезженная пластинка. Я знала, что мне не выжить, если убегу, но стать чьим-то магическим фетишом мне хотелось еще меньше.

Что ж, не жила как хотела, зато умру как хочу.

Я устало села под нечто высокое, похожее на колонну — под дерево, наверное. Ничего согревающего с собой не оказалось, не было даже зажигалки. Стоило закурить еще тогда, когда хотела. Останься со мной эта привычка, быть может, и не умерла бы здесь в глуши, неизвестно где.

Я прокручивала в голове всю свою жизнь. Кажется, она мне и не принадлежала никогда. Унылая, невыразительная, и это несмотря на творческую профессию. После похищения я продолжала проживать какую-то скованную урезанную версию себя. Неудивительно, что в конечном счете лишилась свободы. Внутри себя я лишилась ее давно... Закрыла глаза. Холода уже не чувствовала, хотелось спать.

Надо подумать о чем-нибудь хорошем, в конце концов, это мой последний сон, не хочу застрять в кошмаре навечно...

— Она еще жива, раздень ее и разотри, проверь конечности, возможно, обморозила, — было первое, что я услышала, а затем и почувствовала, когда заболели пальцы на ногах и руках. Кто-то так активно их растирал, возникло ощущение, будто их обжигали огнем.

— Ай!

— О, наша беглянка очнулась! Привет!

— Пожалуйста, хватит, мне больно!

— Скажи спасибо, что ты вообще что-то можешь чувствовать!

Я оказалась в салоне автомобиля. Было по-прежнему темно, так что я не понимала, кто со мной рядом. А вот голос показался смутно знакомым.

— Прошу прощения за то, что пришлось тебя раздеть, но случай был критический!

Спаситель включил свет.

— И кстати, никаких дурных мыслей, кроме спасения милой дамы.

— Не может быть… Данте?

— Угадала! — весело ответил он.

— Куда вы меня везете?

— Не переживай, Полли, мы тебя не обидим, — ответил кто-то на водительском кресле.

— А вы кто такой?

— Меня зовут Адриан, и я везу тебя к себе.

Везу тебя к себе — звучит как-то не очень хорошо.

Повисло напряженное молчание.

— Имел в виду в свою, так сказать, крепость, я долго искал тебя. Спасибо Богам, нашел.

— Спасибо Богам? Богам? Не думал, что ты так высоко меня ценишь, — с сарказмом сказал мой знакомый в капюшоне.

— Ну и тебе, брат, конечно, спасибо. Я хотел сказать, что это произошло благодаря коллективным усилиям и не без помощи высших сил.

— Адриан... Подождите, тот самый… Адриан? — ни к селу ни к городу выпалила я. Но он, похоже, меня понял.

— Верно, я твой старший брат.

Посмотрев на себя, обнаружила, что нахожусь в одном нижнем белье. Данте в этот момент подозрительно притих, только потом я поняла, что он все это время разглядывал меня без одежды.

— Отдай мое платье, пожалуйста!

— Зачем? И так красиво!

— Брат, дай ей одежду, не смущай девушку.

Данте нехотя полез за чем-то на соседнем сиденье.

— Держи, это шерстяной плед.

Хотя сидение подо мной было почти горячим, а воздух согрет так, словно мы находились где-то в тропиках, шерстяное одеяло показалось хорошей идеей. Я махом укуталась в него, заодно скрыв себя от любопытных глаз.

— И подумать не могла, что вы приятели, — вдруг выдала я, смотря на затылок водителя.

— Да, в такие моменты начинаешь верить в судьбу.

— Я, конечно, очень благодарна вам за спасение и все же хотела бы знать, преследуете ли вы еще какие-то цели, кроме как спасение потерянной сестры?

— Конечно, преследую, — не стал скрывать Адриан. — Я хочу научить тебя всему, что знаю сам.

— Адриан, но она же дионисийская ведьма, ее дар отличается от...

— Я в курсе, но начальную школу нужно пройти всем.

Наступало утро. Я молча смотрела в окно на несомненно, самое красивое и желанное в моей жизни небо. Сквозь облака проглядывались утренние лучики солнца.

Я повернулась к Данте. Он заснул и доверчиво откинулся на спинку сидения, отчего стало немного видно его лицо. Оказалось, это был приятный молодой человек. Только почему-то с фингалом под глазом, зажившими ссадинами и, похоже, шрамами на лице, словно он побывал в какой-то серьезной переделке.

— Он теперь доверяет тебе, — спокойно заметил Адриан, увидев, что я разглядываю Данте.

— Да, он...

И тут Адриан наконец обернулся. Ух ты! Так вот какой мой брат! Адриан оказался очень привлекательным мужчиной. К своему ужасу, я поняла: мне даже досадно, что он родственник — уж больно подходил под мой любимый мужской типаж! Мы были с ним похожи и в то же время отличались. Как и у меня, у Адриана были темные, густые кудри, они ярко контрастировали со светлыми глазами светящегося льдистого оттенка. Благодаря своей итальянской смуглости, мой брат казался более темпераментным, чем я.

— Нам недолго осталось ехать, почти приехали.

Внезапно мы резко затормозили. Я полетела лицом вперед, как и спящий Данте.

— Не волнуйтесь, это был всего лишь олень! Ничего страшного.

— Это ты олень! Я чудно спал, какого черта?!

Данте недовольно потирал лицо.

— Черт, кажется, швы разошлись. — Данте смотрел на ладони, которые теперь были измазаны кровью. При ударе его приложило, отчего ссадины снова стали кровоточить.

— Я же говорил, надо было пристегиваться!

— Ладно, доеду так.

— Рядом с Полиной есть аптечка, — заметил Адриан.

Я залезла в карман сидения.

— Давай, я помогу тебе. У тебя кровь хлещет.

— Нет, я сам все сделаю.

— Ты в прошлый раз залил весь салон своей кровищей, когда пытался лейкопластырь наклеить, не испытывай мое терпение, позволь ей помочь, пожалуйста, — недовольно отозвался водитель.

— Напоминаю, что если бы не олень на дороге, все было бы хорошо!

— Я понял твою шутку, — усмехнулся Адриан, — извини, но это не повод отказываться от помощи.

— Ладно.

Данте развернулся ко мне и снял капюшон.

Ха, так он блондин! Втайне я ликовала, ведь смогла-таки в подробностях рассмотреть лицо этого человека. Данте выглядел подозрительно безобидным и совершенно открыто разглядывал меня. Его карие миндалевидные глаза смотрели как-то задумчиво и наивно. Данте казался значительно младше моего брата, что было заметно не только по внешности, но и по речи, и по манере держаться. Даже несмотря на размазанную по лицу кровь, синяки и ссадины, я отметила, что с генами ему повезло. Данте обладал ярко выраженным мужским подбородком, высокими скулами, да и в целом гармоничными чертами. Чем-то выдающимся он не отличался, но и заурядным я бы его не назвала. Данте слегка напоминал мне белокурого милого принца из классических сказок.

В аптечке нашлось все, что нужно. Обработав кровоточащую ссадину, я приклеила лейкопластырь. Данте все это время внимательно смотрел на меня, затем спросил:

— Ну и о чем ты думала? Что было бы, если бы мы тебя не нашли?

— Точнее, если бы Данте тебя не нашел. Ты была не на дороге, а сидела в лесу, в светлом платье, среди снега, в темноте. Это чудо, что он тебя заметил!

— Я не жила как хотела, так что решила умереть на своих условиях. Это все?

Отвечать на подобные вопросы мне не хотелось, тем более после всего пережитого.

— Ладно, это я могу понять, — внезапно согласился Данте.

— Мы приехали!

Машина остановилась у здания в виде пирамиды. Стоящее где-то в глухом сосновом лесу, черное и блестящее, оно полностью соответствовало своему статусу тайного укрытия. Поскольку теплой одежды у меня не было, я вышла из машины, закутанная в шерстяной плед.

— Держи, накинь хоть это.

Данте неуклюже натянул на меня смешную шапку с помпонами и такой же шарф. Похоже, это все, что у него было. Хотя сам он был одет на удивление легко.

— Рошель! — послышался звонкий женский голос.

Я сразу узнала его. Повернув голову, увидела, как она несется ко мне по снегу. Распущенные волосы развевались на ветру и переливались на фоне серебристых елей.

— Я же говорила, что мы найдем тебя!

КОНЕЦ

Рошель