Дикий Волк. Том 4

Глава 1

Капли мерно падали с потолка пещеры, светящийся мох создавал легкую подсветку что освещала две фигуры. Молодой маг начал включать подсветку своих щитов чтобы рассмотреть противника получше. Огромные мощные челюсти способные уничтожить любого противника, грозная пятерка рогов защищавших шею монстра смотрелись будто корона, пульсирующие голубые пятна на черной шерсти. Пяти метровый монстр гордо возвышался над человеком, все четыре глаза с интересом смотрели на светящиеся щиты.

— Не подходи, может я и не в лучшей форме, но уделаю тебя одной левой. Понял!

Волк не понял, но его заинтересовала способность, потому он просто повернул голову набок.

— Так, иди отсюда, теперь это моя пещера.

Повернув голову в другую сторону волк уселся с интересом наблюдая за человеком.

— Есть ты меня не собираешься? — Я с прищуром посмотрел на хищника.

Волк потихоньку начал светиться, освещая всю пещеру.

— Ну зачем ты подсветку на полную выкрутил, сбавь ее.

Волк недоуменно посмотрел, но свет уменьшился. А я более внимательно присмотрелся и увидел щиты схожие с моими.

— Так, погоди ка, так ты меня притащил сюда из за щитов?

Волк медленно встал и начал подходить, но делал это без агрессии. Я подготовил зелье готовясь к худшему, но волк просто начал облизывать меня.

— Фу, нет, хватит! Остановись ты глупое животное!

Когда получилось отбится от волка, я примерно понял что произошло. Похоже когда у нас было сражение этот волк тоже прибежал сразиться за территорию. Или волчица, я с подозрением посмотрел на своего спасителя. Аккуратные черты мордочки, хоть она и огромная, но по большей части стройная. Определенно волчица, покивал я головой. Похоже увидев мои щиты и кучу ранений, она решила вытащить сородича с поля боя.

— Нужно как то тебя назвать, как на счет Зорька.

Увидев обиженный взгляд, я поморщился.

— Нормальное имя, чем тебе не нравится? — Поймав осуждающий взгляд я продолжил. — Лайка как я понимаю тоже не пойдет. Итак, у тебя черная шерсть и прекрасный рисунок на ней. Как на счет Нова?

Волчица заинтересованно посмотрела, глаза довольно сузились. Похоже это имя подходит, я вспомнил старые времена. Когда то я стоял в пробке и под мерное пибиканье остальных автомобилистов я слушал программу про космические тела. Вроде бы Нова это яркая звезда, но это не точно.

Я глянул на волчицу, похоже мои щиты это заявочка на стаю для этого вида монстров, ну тут я с радостью воспользуюсь гостеприимством. Я еще раз осмотрел свои ранения, выглядело все действительно скверно. Но запасов должно хватить на три месяца, закончив с перевязкой я достал брикеты и решил перекусить. Вот тут волчица решила проявить интерес к угощению.

— Не, не, даже не думай об этом. Ты слишком здоровая для этого.

Увидев осуждающий взгляд хищника я поморщился.

— Я не имел в виду что ты толстая, просто этим. — Я помахал куском брикета — Тебя не накормить.

Волчица сорвалась с места и убежала из пещеры.

— Обиделась чтоли?

Закончив со своим…, проклятье а сейчас день или ночь. Хотя сейчас это не важно, мне нужно передохнуть недельку. Думаю я проспал пару часов прежде чем меня разбудили, тут волчица притащила тушу кабана. Она посмотрела на меня и подвинула тушу ко мне.

— И как по твоему я должен это есть?

Волчица недоуменно посмотрела, ее щиты засветились. От тела отделились две морды и она стала выглядеть как цербер из древних легенд. Она схватила тушу одной мордуй, а двумя остальными оторвала кусок для меня. Моя челюсть упала на пол и я пытался понять… как черт подери.

— Как такое вообще возможно. Я как проклятый тренировался ради подобного, я думал что это в принципе не возможно.

Волчица же просто развеяла обе головы, села и довольно смотрела на меня. Я хотел ударить себя по лицу но вовремя вспомнил, что там сейчас нет ладони. План по быстрому уходу из пещеры был переработан, я должен научиться этому, во что бы то ни стало.

***

Спустя неделю.

Выглядело всё не так скверно, как сразу после боя. Хорошо, что прикупил зелья у Лоры. Похоже, она всё же поскромничала, рассказывая об их эффекте: воспаление сошло, культи покрылись здоровой розовой кожей, а невыносимая боль превратилась в терпимую ломоту. Перебинтовав раны свежей марлей, я решился на первый выход из пещеры. Тело окутали привычные щиты, и я упираясь левой рукой в холодный камень, начал неловко подтягиваться к светящемуся прямоугольнику входа.

Пещера оказалась неглубокой. Чем ближе к выходу, тем больше становилось сине-зелёного мха, мерцающего мягким светом. Сам потолок у входа был сплошным ковром из этих светящихся растений— смотрелось даже красиво, если забыть, что здесь логово пятиметрового хищника. Я не боялся выйти: Это была территория Новы, её запах и останки съеденных монстров должны отпугивать любых хищников в радиусе пяти километров так уж точно.

Но когда я наконец выбрался на свежий воздух, меня ждало разочарование.

— Проклятье. На улице была ночь.

Нет, не совсем ночь. Лес просто не пропускал свет. Над головой, в непроглядной темноте, скрипели и гудели стволы гигантских деревьев, чьи кроны терялись где-то в вышине. Снизу, из мрака подлеска, доносилось нестройное многоголосье: треск, стрекот, странные булькающие звуки и далёкие, громогласные рыки. Увидеть многое мне не удалось. Только угадывал очертания ближайших колоссальных стволов, чья кора слабо отсвечивала, от скудного света мха.

— Проще не стало.

Вдали, слева, раздался небольшой шум — что-то большое и уверенное двигалось в мою сторону. Левая рука быстро потянулась к кулону доставая зажигательную смесь отлично показавшую себя раньше. Неважно, что там идёт. Огонь есть огонь, и он пугает почти всё живое в каждом из миров.

Из тёмной завесы папоротников, выше моего роста, стремительно выпрыгнула Нова. Она уставилась на меня четырьмя сияющими в темноте глазами, явно недоумевая. Не давая мне опомниться, она ловко схватила меня за остатки плаща и не церемонясь, потащила обратно в пещеру.

Сопротивляться было бессмысленно и неразумно. Обратный путь ползком стал бы для меня настоящей пыткой. Но само зрелище, должно быть, было комичным: огромная волчица тащит в своё логово беспомощного человечка, как щенка за шкирку. Мысль о скором побеге окончательно растаяла. На одной руке далеко не упрыгаешь. А мысль о том, как Нова отделила от себя щиты, не отпускала. Мои собственные щиты сейчас просто повторяли форму моих культей, защищая их, но не более того. Для путешествия по такому лесу этого было ничтожно мало.

— Может, ты сможешь отвезти меня в Орфен? — спросил я уже в безопасной части пещеры, глядя на неё.

Нова лишь забавно повернула голову набок, будто ожидая продолжения глупой шутки.

— Да, кого я обманываю… Хотя это было бы эпично — въехать в город верхом на тебе.

В ответ я получил неодобрительный фырк и взгляд, полный презрения к подобной идее. Что, впрочем, было справедливо: появись я у городских стен на спине такого монстра, лучники пошлют в меня десятки стрел раньше, чем я успею крикнуть «Свои!».

— Интересно, моя бывшая фамилия описывает именно тебя или есть ещё один зверь с подобной способностью… — пробормотал я, снова принимаясь за перевязку. — Хотя сейчас это не важно.

Боль стала привычным, почти фоновым явлением — неприятным, но контролируемым. Нова, наблюдая за моими действиями, явно задавалась вопросом о моей полной неадекватности. А мне вспомнился Филипп, который когда-то потерял руку, и его доспех стал её идеальной заменой. Почему мои щиты не могут того же? Я никогда не задумывался, насколько они вообще способны держать форму, а не просто быть статичным барьером.

Закончив с перевязкой и выпив ложку спасительного обезболивающего, я приступил к проработке своих хотелок. Что мне нужно? Функциональные конечности. Возможность ходить и сражаться. Нова, при всей её понимающей снисходительности, не отпустит меня отсюда просто так. Для неё я был глупым, беспомощным щенком, требующим опеки. Что ж, задача ясна. Пора переходить к реализации.

Концентрация, попытка ощутить щит и придать ему новые свойства, сейчас обычной защиты было недостаточно… Через пару часов упорных попыток щит на месте отсутствующей правой руки дрогнул и… удлинился сантиметров на десять. Это не была рука. Это был просто вытянутый, бесформенный отросток. Что же, с чего то мне нужно начинать.

Тут я вспомнил, как меч Фостера пробил мою защиту. Это был не грубый напор, а что-то иное — серия точных, электрических ударов, которые прорвали щит, не позволив ему восстановиться. Я знал, что всё состоит из частиц, и для стихийников это отлично работало. Но мне это знание ничего не давало, так, а что если мои щиты это не частицы.

— Резонанс! — вырвалось у меня вслух.

А что, если мои щиты — это не твёрдая поверхность из частиц, а стабилизированное силовое поле? Я не создаю барьер — я вызываю резонанс в пространстве вокруг себя, благодаря чему могу накапливать кинетическую энергию, чтобы в нужный момент высвободить её обратно. Эта мысль, это понимание, отозвалось внутри чем-то новым, но теперь таким понятным будто по другому и быть не могло. Я открыл глаза и увидел, как щиты потеряли чёткость, превратившись в мерцающее марево. Первый настоящий шаг был сделан.

На следующее утро я смотрел на свои щиты с ожиданием. Попытка сформировать подобие руки снова породила лишь грубый, в три раза больше натурального, полупрозрачный контур. Он плохо взаимодействовал с миром — скорее сгребал и отталкивал воздух, чем хватал. Поднять камень было нереально.

С ногами было не лучше. Попытка встать на протезы напоминала балансирование на рыбацкой лодке во время девяти бального шторма. Мой вестибулярный аппарат капитулировал мгновенно, и я феерично шлёпнулся на каменный пол. По крайней мере, в этом падении пострадало лишь моё самолюбие — основные щиты на теле сработали штатно.

Нова, наблюдая за моими упражнениями, прикрыла глаза лапой, явно развлекаясь. Что ж, телевизора в пещере не было. Понимаю её.

На следующий день решение нашлось — новая грань позволяла не просто формировать, но и «фиксировать» форму щитов, делая их стабильными. Я сделал первый шаг… и поехал вперёд, подскальзываясь на влажном мхе, чтобы снова рухнуть.

— Проклятье, да чтоб тебя, — проворчал я, поднимаясь. — Нога делает шаг, но она зафиксирована. Нет переката стопы, нет сцепления с поверхностью…

Я отпустил фиксацию и попытался шагнуть снова. На сей раз я будто наступил на невидимую скользкую ступеньку и полетел вперёд. Проклятье. Нужно было как-то получать обратную связь, ощущение от этих искусственных конечностей.

Вечером Нова принесла увесистый окорок кабана, явно намекая, что одними сухарями сыт не будешь.

— Это, конечно, очень мило с твоей стороны, — сказал я, глядя на окровавленный кусок мяса. — Но есть проблема: мне его нужно пожарить.

Увидев её комичный, вопросительный поворот головы, я усмехнулся. Что ж, придется попробовать. Дорога к выходу превратилась в квест: я двигался, как в дрызг пьяный робот, десятки раз поскальзываясь и хватаясь за стены. Но я выбрался. Нова последовала за мной, наблюдая за шоу с видом довольного зрителя.

Но испытания и не думали заканчиваться. Я наклонился, медленно, стараясь держать равновесие. Рука потянулась чтобы подобрать ветку. Пальцы протеза сжались… и с хрустом раздавили ветку. Еще раз выругавшись я напомнил себе о контроле за силой сжатия. Попытка номер два: щиты обволокли следующую ветку, словно щупальце. Получилось, но это было уродливо и все мое нутро протестовало.

Ладно, я не в том положении чтобы выбирать, красотой займемся потом. Вот Нова не делает рук. Она делает функциональные инструменты под задачу. Щиты вытянулись вперёд, на их конце сформировалось нечто вроде клешни. После дюжины раздавленных веток я, наконец, смог аккуратно подцепить и поднять одну из палок.

— Маленький шаг для человека, но гигантский шаг для… меня, находящегося черт знает где, — пробормотал я, закидывая хворост в кулон.

Нова смотрела с неподдельным интересом, а затем с одобрением — новое развлечение было куда интереснее прежних.

Костра она не испугалась. Наоборот, уселась поодаль и с научным интересом наблюдала, как я поджариваю кабанью ногу на импровизированном вертеле, который пришлось держать левой рукой.

— Чего смотришь Нова? Тебе тоже не мешало бы научиться. Цивилизация, знаешь ли, — многозначительно произнес я, а в ответ получил лишь снисходительный фырк. Мой охранник оказался консерватором в вопросах кулинарии.

В течение последующих двух месяцев я оттачивал новые грани. Идея быстро сбегать из леса потерпела крах. Даже будучи целым и невредимым, выбраться отсюда было бы задачей со звёздочкой. А мне ещё предстояло заново научиться просто нормально двигаться.

Но всё изменилось в тот день, когда я наконец ощутил настоящий отклик от своих щитов. Новая грань подарила мне прекрасную способность вроде эхолокации, помимо контуров я так же четко видел свои щиты. Это позволяло мне видеть не только вокруг себя, но и также четко контролировать разные части щитов. Движения теперь становились менее механическими и приобретали больше человечности.

Нова, заметив, как я перестал на каждом шагу спотыкаться о вездесущие неровности и начал двигаться чуть быстрее контуженной улитки, явно обрадовалась. Она весело пробежалась вокруг меня, легко перепрыгивая поваленные стволы, покрытые бархатистой плесенью, и бросила мне вызывающий взгляд. Часть моих сил вернулась. И это означало, что я наконец могу оказать хоть какое-то сопротивление — в схватке с любым монстром.

Я немного ускорился чтобы обежать поляну и Нова сорвалась с места легко обгоняя меня, но мне было все равно. Я и не думал, что меня так угнетала медленная скорость передвижения. Нове же просто было весело нарезать круги вокруг меня.

Первым делом я решил испытать всё в реальных условиях. На следующий день, когда Нова отправилась на охоту, я вышел следом. Волчица оглянулась, её четыре глаза сузились от удивления, но протестовать она не стала. Нова сбавила свой обычный, стремительный галоп до быстрой рыси, чтобы я мог угнаться. Территория вокруг пещеры, как я уже понял, была относительно безопасной — но только благодаря её присутствию. Пропади она и на следующий день у этих территорий появится новый грозный владелец.

Я закрыл глаза, доверившись новой грани. Картина мира, лишенная красок, но наполненная осязаемыми силовыми линиями моих щитов, развернулась перед внутренним взором. Я чувствовал упругость грунта под ногами, отраженные вибрации от стволов деревьев. Реагировать на такое море информации было сложно — голова гудела от напряжения, — но это была новая реальность. Чем быстрее привыкну, тем лучше.

Впереди Нова внезапно пригнулась, её мощное тело превратилось в напряженную пружину. Пригибаться я не стал. Наоборот, выпрямился, любопытствуя, что за зверь пропустил появление этого шерстяного танка. Ответ не заставил себя ждать.

Быстрый, почти невидимый рывок Новы — и хруст костей эхом прокатился по лесу, заглушив на секунду стрекот невидимых насекомых. Моих новых способностей хватило бы, чтобы отследить атаку и даже попытаться среагировать. Но долгое противостояние было нежелательным сценарием.

Существо, которое она поймала, оказалось травоядным. Монстр напоминал высокого, поджарого носорога, но без рога, с длинными ногами, приспособленными для бега. От одного мощного укуса в загривок его шея сложилась, как тростинка. Нова не стала откладывать трапезу. Увидев, что она некоторое время будет занята, я решил, что пора добыть свой ужин самому.

Ветер дул с севера, неся запахи сырости и гниющих листьев. Значит, туда и пойдем. По старой, выдолбленной Ноксом привычке я взглянул на ближайшее дерево — не на гиганта, а на более молодую и гибкую породу с шершавой корой. Инстинктивно я сгруппировался и прыгнул. Щиты на ногах, мгновенно среагировав на мысленный импульс, сформировали идеальные захваты, повторив форму ветви и намертво зафиксировав меня на ней. Я не просто стоял — я чувствовал каждую шероховатость коры через силовое поле.

Меня осенило. Если щиты могут так точно подстраиваться под опору… Ноги удлинились, став мощными пружинистыми лапами. Щиты на левой культе вытянулись, образовав нечто вроде когтистой лапы. Я вспомнил вервольфа, с которым когда-то сталкивался в Агатоновской деревне, — его стремительные, разрушительные прыжки. Прыжок на следующее дерево. Ещё один. Я набирал скорость, перемещаясь не по земле, а по сплетению ветвей, как по полосе препятствий. Ощущение было опьяняющим: скорость, свобода, почти полёт. Лес внизу превратился в мелькающую картину из света и тени, а я был уже не беспомощной жертвой, а его частью, хищником в кронах.

Мой «сонар» ухватил резкое движение впереди и ниже — небольшое, быстрое. Я рванул на перехват. Целью оказался рогатый крол — местный аналог зайца, с единственным рогом, на его пушистой голове. Зверёк почуял опасность и метнулся в сторону, стараясь уйти от неизвестного хищника. Но я уже не был тем, кто спотыкается на ровном месте. Мои лапы оттолкнулись от ветви с такой силой, что кора треснула, а мое тело ринулось вниз, по кратчайшей траектории. Ещё один, последний рывок — и я приземлился, мягко амортизируя падение, а в моей лапе отчаянно билось тёплое пушистое тельце.

— Ну и ну, — выдохнул я, глядя на добычу. — Вот это скорость.

Быстрым, точным движением я положил конец его мучениям. Теперь нужно было найти дорогу обратно. Но с новой манерой передвижения это не составляло проблемы. Запрыгнув на знакомое дерево, я несколькими мощными прыжками помчался назад, ориентируясь на то, что я бежал почти по прямой. Получая нескончаемое удовольствие от скорости которую можно было развить.

Нова к тому времени уже закончила с трапезой и умывалась, сидя у туши. Увидев меня, она лениво вильнула хвостом.

— Идем домой?

Сидя у вечернего костра, зажжённого у входа в пещеру, я занялся разделкой тушки. Нова наблюдала за процессом с явным презрением, фыркая при виде того, как я старательно удаляю внутренности и споласкиваю мясо в принесённой из ручья воде. Но меня было не остановить. Цивилизованные привычки умирали последними. Нанизав тушку на заострённую ветку, я растёр по ней соль и специи из походного набора и принялся заботливо переворачивать её над углями. Скоро воздух наполнился дразнящим ароматом жареного мяса и дыма. Жирок затрещал и зашипел, стекая на угли и вспыхивая сизыми язычками пламени.

Я отломил кусок, щиты надежно защищали пальцы от жара и впился в горячее мясо. Оно было чуть жестковатым, но невероятно вкусным. Этот потрясающий, простой вкус стал самой лучшей наградой за долгие месяцы упорного труда и боли. Я ел, а Нова сидела напротив, и в отблесках костра её четыре глаза светились тёплым, одобрительным огоньком. Удачная охота, хорошая добыча.

***

Два месяца спустя.

Тишину леса разорвал громогласный, мощный рык, от которого с ветвей посыпались листья. Передо мной, раздвигая папоротники размером с небольшую хижину, стоял монстр. Он был похож на помесь ящера и хищной птицы: мощный, загнутый клюв, усеянный зазубринами, холодные чёрные зрачки, смотрящие на меня с холодным, расчетливым предвкушением. Его массивное, покрытое сизой чешуей тело было даже больше, чем у Новы, а лапы, увенчанные когтями, оставляли глубокие вмятины в мягкой лесной почве.

Он был здесь не случайно. За последние недели этот суперхищник уже пару раз бесцеремонно пересекал границы территории Новы, оставляя вызывающие метки на древних деревьях. Волчица отгоняла его, но не вступала в полномасштабный бой — видимо, силы были примерно равны, и цена победы могла оказаться слишком высокой. Но сегодня он зашёл слишком глубоко, и столкнулся со мной.

Монстр не стал раздумывать. Он рванул вперед с пугающей для своих размеров скоростью, мощный клюв рассекая воздух двигался с явным намерением перекусить меня пополам. Но моя скорость, уже не была той что раньше. Прыжок в сторону был резким и точным, и в тот же миг щит на левой руке преобразился, сформированный в длинное, узкое лезвие, метнулся вперед, подобно копью. Моей целью сразу стало слабое место — я бил в глазницу. Раздался неприятный хруст и шипение, а рев монстра перешел в вопль бешеной боли.

Я не стал праздновать. Эти твари были опасны не только физически. Отскакивая назад, я уже чувствовал, как воздух вокруг мощного тела рептилии начинает вибрировать. Температура резко упала. Листья на ближайших кустах мгновенно покрылись инеем, а с земли начал подниматься колючий холодный туман. Мои щиты загудели, сопротивляясь внешнему магическому воздействию.

На этот раз монстр не подставился. Несмотря на рану, он молниеносно развернулся и нанёс удар лапой туда, где я был секунду назад. Когти вонзились в землю, вырвав целый пласт дерна и корней. Но я и не думал останавливаться. Отпрыгнув, я тут же пошёл в контратаку: левый щит преобразился, превратившись в огромную, полупрозрачную секиру, которая со свистом полетела в запястье бьющей лапы. Я не пытался отрубить её — я сконцентрировал силу в одной точке, в резонансном импульсе. Раздался сухой треск — рана была недостаточно глубокой, но этого хватило. Монстр взревел с новой силой, и морозная аура вокруг него вспыхнула яростным синим сиянием.

Впав в ярость, он начал буквально замораживать окружение. Всё вокруг начало стремительно покрываться толстым слоем льда, воздух стал резать лёгкие. Находиться в эпицентре этого бушующего магического шторма я не хотел. Не став испытывать судьбу — резко разорвал дистанцию, отпрыгнув на безопасное расстояние. Но отпускать наглеца, осмелившегося вот так вторгнуться, тоже не входило в мои планы.

Поняв, что я отступил, монстр начал разворачиваться, в поисках своего противника. В этот момент я резко ускорился, оббежав монстра по широкой дуге, и запрыгнул на толстый, низко расположенный сук ближайшего дерева. Лёд тут же начал ползти и по коре, но я был уже выше.

Монстр, потеряв меня из виду, замер в замешательстве, его голова с окровавленным глазом металась из стороны в сторону, сканируя подлесок. Я же не стал медлить. Наблюдать и изучать было уже поздно. Я вытянул правую руку вперед, создавая мощный шип, достаточный, чтобы пробить голову насквозь. Сердце билось ровно и гулко. Замедление работало на максимум, монстр начал поворачивать голову в мою сторону.

Поймав момент начал действовать.

Толчок ногами. Я ринулся вниз, как стрела, вобрав в себя всю кинетическую энергию падения и силу отталкивания. Шип из щитов пробил голову монстра, как раскалённый нож масло, и без единого звука вошло в уцелевший жёлтый глаз монстра, пройдя глубоко внутрь.

Тело колосса дёрнулось, затрепетало и обмякло. Я приземлился рядом, отскочив от падающей туши. Мои щиты, выполнив работу, приняли свою обычную форму. Вокруг воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском ломающегося под тяжестью тела льда и моим собственным, небольшой треск от перепада температур.

Вторженец был грозен. Но сегодня он встретил меня и стал отличным испытанием для моих навыков, этот поединок позволил дать мне ответ на вопрос который следовал за мной по пятам. Могу ли я выйти из этого леса, теперь ответ на этот вопрос был положительным.

Я посмотрел на огромную тушу, затем на свои руки — вернее, на то, что их заменяло... По моим подсчетам, нападение гоблинов, к этому моменту должно заканчиваться. А это значило что третий курс уже ожидает меня.

Пора возвращаться.

Глава 2

Погода начинала портиться. Зелёное марево лета постепенно уступало место пронизывающим ветрам и блёклым краскам увядания, и бесконечным дождям. Листва на местных гигантах желтела и багровела, но для обитателей леса это не означало смены сезона — лишь другую палитру для вечного круговорота в природе. Убей или будь убит. Этот закон был един для всех в этих чащах. Даже империя, принёсшая когда-то хрупкий мир на эти земли, не смогла его отменить. Стоило врагу сделать шаг — и всё возвращалось на круги своя, к первобытной ясности когтя и клыка.

Я стоял на границе владений Новы, там, где её запах на стволах начинал смешиваться с чужими, еще одним супер хищником бескрайнего леса. Ветер трепал остатки моего плаща.

— Так, слушай внимательно. Я ухожу. Домой. Поняла? — сказал я, глядя в четыре внимательных глаза.

Нова повернула голову набок, её уши настороженно дёрнулись.

— Ты остаёшься. Здесь. У себя дома. А я иду к себе. Туда, — я махнул культёй на север, за густую стену деревьев.

Волчица медленно повернула голову в другую сторону, отвлекаясь на шорох в папоротниках — там копошился маленький зверёк, доедая сохранившиеся ягоды. Я тяжело вздохнул. Мы уже полчаса топтались на этом месте, и мои попытки объяснить суть явно разбивались о её охотничье, сиюминутное восприятие мира. Она, вероятно, думала, что это просто новая, странная игра или подготовка к особенно веселому походу.

— Да ёлки-моталки… — пробормотал я, проводя рукой по лицу. — Ты хоть понимаешь, сколько нам придётся перебить тварей, чтобы я добрался до дома? Если я пойду один — проберусь потихоньку, никем незамеченный. Пара дней, и я в Орфене. А с тобой — это будет марш смерти, на который сбежится пол-леса.

Нова перестала следить за зверьком и начала усердно чесать задней лапой основание уха, хотя блох у неё, как я точно знал, не было — я проверял этот пушистый танк, благоухающий отнюдь не хвоей. Поняв, что слова не работают, я решил на деле показать своё намерение. Развернулся и твёрдо шагнул за невидимую черту, туда, где запах Новы уже не был доминирующим.

И тут же услышал за собой мягкий, почти неслышный шаг. Оглянулся. Нова шла следом, её огромная тень ложилась на пожелтевший мох.

— Ладно, ладно! — сдался я, поднимая руки в утрированно-смиренном жесте. — Пойдём мочить монстров. Чего нам, таким красивым, скромничать!

Эта территория, как я знал по прошлым вылазкам, принадлежала массивному световому тигру — хищнику размером с Нову, чья магия концентрировалась в сгустках ослепительной энергии. И вот мы, такие яркие и заметные, прогуливались по его землям. Рано или поздно он должен был появиться.

Не дожидаясь реакции Новы, я запрыгнул на нижний сук ближайшего дерева. Если не могу остановить, буду возглавлять. Единственная разумная тактика сейчас — спровоцировать тигра и взять инициативу на себя. Пока тот будет отбиваться от меня, Нова сможет нанести решающий удар. Да и возможность протестировать новые грани в реальном бою лишней не будет — мой резонанс теперь мог не просто защищать, но наносить хорошие повреждения.

Лес вокруг затих. Но это была обманчивая тишина. Моя грань «окружения» уловила за деревьями целое семейство оленей — они застыли и настороженно вслушивались в тишину леса. Буквально через секунду они сорвались с места и умчались прочь, поняв, что встреча с нами ничего хорошего не сулит.

Экосистема здесь была проста и жестока. Супер хищники вроде Новы или тигра переростка охотились на крупную дичь, но не могли съесть всё. Тогда в игру вступали более мелкие, но многочисленные охотники. Травоядные же чаще всего полагались на феноменальную скорость или маскировку. Те же олени могли ускоряться так, что их движение казалось телепортацией. Но природа выдавала интересные дары животным. Пару раз я видел, как могучий лосе подобный монстр с даром природы просто опутал нападавшую на него кошку живыми ветвями и медленно задушил, даже не сдвинувшись с места. Зрелище было жутковатым, особенно когда эти ветви на мгновение потянулись и в мою сторону.

Я замер на дереве, сканируя окрестности. Мы уже достаточно углубились, но хозяин территории всё не появлялся. Слишком тихо, — подумал я.

Ответ пришёл мгновенно. Сноп ослепительно-белого света, густой, как молочный поток, пронзил чащу и снёс часть ствола, на котором я стоял секунду назад. Древесина просто испарилась, оставив после себя дымящийся, оплавленный срез.

Щиты на моём теле среагировали мгновенно, выбросив новые силовые линии и изменив конфигурацию. Я поддался импульсу, вспомнив того самого вервольфа, и позволил им принять форму. Получилось нечто среднее между оборотнем и древним кельтским воином-зверем — стилизованно, дерзко и, что важнее, функционально. Щиты растянулись, увеличив мой профиль до двух с лишним метров, обрели очертания мощных лап, когтей и вытянутой, зубастой морды. Нова часто видя мою метаморфозу фыркала — она всегда холодно относилась к излишнему «украшательству».

Определив источник атаки, я рванул навстречу. Оттолкнувшись от ствола, я полетел, используя лапы для ускорения, чтобы с бешеной скоростью цепляться за кару и отталкиваться. Противник не стал ждать. Десятки сгустков сконцентрированного света, похожих на белые кометы, устремились мне на перехват.

И здесь раскрывалось главное удобство щитов, расположенных на удалении от тела. Они были прекрасной буферной зоной, постепенно подавляя атаки противника. Каждая световая «стрела» увязала в этой густой, вибрирующей материи, теряя энергию и форму. Увернуться от такого плотного обстрела было невозможно, но сдержать — вполне. А сдержав, можно было использовать.

— Резонанс, — прошипел я.

В момент, когда очередной сгусток света вонзился в мою раскрытую лапу, я не стал его гасить. Уловив его энергию, пропустил через силовое поле, подкорректировал его работу — прозрачные когти вспыхнули молочным светом.

Моя правая лапа впилась в бок тигра, едва пробив его собственную световую броню. Раздался звук, похожий на треск ломающегося хрусталя. Две схожие способности сошлись в противоборстве, но мой резонанс работал на концентрацию атаки. Световая броня тигра затрещала, пошла трещинами, и мои щиты вырвали из-под неё клок шкуры и мяса.

Тигр взревел, больше от ярости, чем от боли, и попытался выстрелить очередным пучком энергии почти в упор. Но я уже не собирался отпускать кошку. Вцепившись обеими лапами в его окровавленный бок, я начал рвать противника — мои когти с низкочастотной вибрацией впивались в плоть противника, нарушая его концентрацию и способность на магический отпор. Рев хищника превратился в сдавленный, хриплый вой.

Нова, видя, что я вцепился в противника мёртвой хваткой, не стала ждать. Её тень скользнула сбоку. Мощные челюсти, способные перекусить ствол молодого дерева, сомкнулись на шее тигра с глухим, окончательным хрустом. Вой оборвался.

Видя что хищник не подает признаков жизни я отступил назад, переводя дух. Форма «зверя» сбежала с меня, как вода, оставив мои обычные размеры.

— Опаздываешь, — сказал я, оглядываясь вокруг. — Я, можно сказать, всю чёрную работу сделал.

Нова, оторвавшись от добычи, лишь настороженно подняла голову, прислушиваясь и обнюхивая воздух. Её уши были направлены в разные стороны.

— Ты меня игнорируешь? — я махнул рукой. — Да тут никого, я провер…

Земля под нами дрогнула. Из-под слоя мха, хвои и корней взметнулась вверх огромная пасть, усеянная рядами заостренных зубов. Она сомкнулась на туше тигра с такой силой, что кости затрещали, как сухие ветки. Тварь была похожа на гигантского, слепого змея с грубыми, не до конца сформировавшимися чертами морды — будто её грани тела застыли в процессе какой-то уродливой трансформации. Монстр не проявил к нам ни малейшего интереса. С добычей в челюстях он просто рухнул обратно под землю, оставив после себя лишь воронку и окровавленный кусок туши, на которые тут же набросилась Нова, защищая свой трофей.

Я смотрел на эту сцену, и до меня наконец дошло.

— Так… подожди. То есть ты шла за мной… просто чтобы поохотиться на соседа? — спросил я, чувствуя, облегчение. — Я ухожу. — Нова, не отрываясь от куска, лишь шевельнула ухом. — Я ПРЯМ СОВСЕМ ухожу.

Она наконец подняла голову и уставилась на меня своим четырёхглазым, абсолютно недоуменным взглядом. В её глазах читалась простая мысль: «Ты что, ещё здесь? Я вообще то обедаю».

Я усмехнулся.

— Ладно, пока, — сказал я тихо. — Я буду скучать. Но лучше принимай ванны. И не ешь всё подряд, а то будешь мучиться с животом.

В ответ я получил лишь короткий, деловитый фырк, после чего Нова снова погрузилась в процесс трапезы.

Я развернулся и не оглядываясь, шагнул в чащу. В конце концов, расширение охотничьих угодий — тоже достойный прощальный подарок. Столкнись она с тигром один на один — исход мог бы быть иным. Перепрыгивая с упавшего ствола на камень, а с камня на низко растущую ветвь, я набирал скорость. Мой путь лежал на север.

Торопиться, впрочем, не было нужды. На учёбу я и так опаздывал на месяц, а может и больше. Интересно, как там всё без меня развивается.

Услышав вдалеке рев и треск ломающихся веток, я замер всматриваясь. Нужно было оценить обстановку. Местные монстры редко смотрели наверх, но расслабляться было нельзя. Внизу, на небольшой поляне, разворачивалась кровавая драма. Стая теневых пантер, сливающихся с полумраком, отчаянно пыталась защитить свою территорию. Но силы были неравны: тройка массивных, бронированных варанов уже расправлялись с телами двух беспечно подошедших хищников. Похоже молодняк напал первым не ожидая что эти бронированные туши не уступают им в скорости.

Вараны. Они не должны были быть здесь — я рассчитывал встретить их минимум завтра, дальше к северу. Прикинув в уме оставшееся расстояние, я понял: пора искать место для ночлега. На сей раз я решил устроиться на дереве — чем выше, тем безопаснее. Дрова я заготовил ещё до выхода: новая вариация щитов, способных формировать любые формы стало отличным дополнением к моим граням, срубить пару стволов и обрубить сучья теперь не было проблемой.

Найдя подходящего великана с мощными, почти горизонтальными ветвями, я принялся за обустройство. Первым делом — сканирование. Никаких сюрпризов в виде ядовитых древесных змей или спящих в дуплах летучих мышей мне не хотелось. Моя грань «окружения», дополненная за последние месяцы еще одним спектром, отлично справлялась с этим. Теперь я мог не только видеть вокруг себя, но и различать тепловые следы, жаль не так далеко. Тигр, к примеру, в таком зрении пылал, как маленькое солнце.

Щиты послушно вытянулись, сформировав на широком суку ровную платформу, а затем часть их материи преобразовалась в подобие небольшого очага с бортиками. Мечта детства о домике на дереве, пусть и в таком спартанском виде, сбывалась. Костер, разведенный с помощью зажигательной смеси, быстро занялся. Я принялся жарить на импровизированном вертеле кусок оленины, добытой ещё утром.

Мясо шипело, распространяя не самый изысканный, но достойный аромат. На мой взгляд, варан был вкуснее, но охотиться на него в одиночку, да ещё ночью — сомнительное удовольствие. Поздняя мысль о том, что дым и свет костра могут кого-то привлечь, мелькнула и была тут же отброшена. Монстры или испугаются огня, или проигнорируют. Других разумных существ здесь быть не должно.

Размышления перенеслись к друзьям. Интересно, смог ли за это время Рени поддержать все наши начинания? Закусывая горячим мясом, я любовался багряным закатом, пробивающимся сквозь редкие прорехи в листве, под дикий хор ночного леса.

***

Приближаясь к уже знакомым местам — окраинам леса недалеко от Орфена — я резко притормозил, затаившись в кроне. Внизу было слишком шумно и оживлённо. Десятки, нет, сотни гоблинов сновали между деревьев, таская ветки, ободранную кору и какие-то тюки. Это выбило меня из колеи. Когда и главное как, эта зелёная нечисть успела отбить эту часть леса?

Ответ не заставил себя ждать. Мне на глаза попался новый монстр. Двухметровая, горбатая, нескладная туша на кривых, но мощных ногах. Зеленовато-серая, покрытая бородавками кожа намекала на родство с гоблинами. Первое название, пришедшее на ум, было — тролль. Заметив ещё с десяток подобных существ, возводящих что-то вроде частокола, я понял причину успеха этой орды. Похоже, эти тролли были достаточно сильны, чтобы противостоять змеям и бронированным варанам коих тут было в достатке. Именно они, видимо, и спровоцировали недавнюю миграцию хищников вглубь леса.

Ладно, разбираться с этим сейчас было не моей задачей. Я продолжил путь, держась высоко в ветвях, но увиденное не сулило ничего хорошего. Целое поселение — пара тысяч гоблинов, если не больше — явно готовилось к зиме, сооружая не просто шалаши, а подобие примитивных длинных домов и укреплений. Позволять им так обосновываться в двух шагах от человеческих земель было крайне опасно. Придётся организовывать рейды. Интересно, готова ли к подобному городская стража?

На последнем дереве перед кромкой леса я замер, морщась. Впереди расстилалась холмистая равнина, а за ней — долгожданный Орфен. Пешком по открытой местности идти не хотелось категорически. Не думал, что так привыкну к транспорту — будь то лошадь или голем девчонок.

Оглядев окрестности в поисках альтернативы и не найдя ничего, кроме десятка нор сусликов, пришлось спускаться. Щиты были хороши во всём, кроме одного — голема из них не создать. С обречённым вздохом я позволил щитам принять форму оборотня — с длинными пружинистыми лапами, идеальными для бега. И пустился в последний отрезок пути размашистой, быстрой трусцой.

Не прошёл я и тридцати метров, как со стороны леса полетели первые огненные шары — слабые, но многочисленные, — и донеслись визгливые крики гоблинов.

— Ничего, ничего, зеленомордые, — пробормотал я, даже не замедляясь. — Мы с вами ещё встретимся. И для вас эта встреча станет последней.

Положа руку на сердце, стоило признать: моя скорость сейчас была выше, чем у лучших скакунов. Но это всё равно означало, что предстоит двигаться в таком темпе часа четыре. Чтобы скрасить путь, я начал думать о приятных вещах, которые ждали меня в поместье. Горячая ванна. Чашка крепкого, ароматного чая. И кровать. Тёплая, мягкая, чистая и чёрт побери, не пахнущая сыростью, кровью и звериной шерстью кровать. Эта мысль гнала меня вперёд быстрее любого ветра.

***

Ганс Иштарский водил свои караваны уже больше десяти лет, и последний год всё шло из рук вон плохо. Появились эти проклятые новые маги — так называемые «физики» — и оказалось, что они, черт подери, везде. В каждом чертовом переулке слышались звуки этих тренировок, и вот уже через пару лет они превращались в грозную, слаженную силу. А самое страшное случилось позже: цена на их услуги взлетела втрое. Ну что в них такого, они ведь такие же наемники? Доспехов на них больше, чем на остальных? Ну да, мечом машут, будто тростинкой. Но зачем цену-то драть немилосердно?

И ведь отказать им нельзя. Нападения гоблинов с чертовыми шаманами никто не отменял. Но что, если пойдёт дальше? Что, если эти «физики» сами начнут водить караваны? Тогда Гансу, останется разве что в конюхи наняться — доходы и так просели, а лорды всегда найдут, с кем заключать контракты. Увидев, как к обозу со стороны леса несутся всадники галопом, он поморщился. Опять гоблины. Чтоб их разорвало. Хорошо хоть, разъезд заметил заранее.

— Остановить обоз! Готовимся к отражению атаки! — проорал он, вылезая из повозки.

— Но это же не наши, вдруг… — начал возничий.

Громкий щелчок, и с головы возничего слетела шапка, сбитая крепкой рукой.

— Галопом несутся только по одной причине — гоблины! — рявкнул Ганс. — Элрик! Элрик, чёрт тебя дери, где ты?!

— Чего орёшь? Парни уже строятся! — раздался спокойный, хрипловатый голос позади.

Элрик, капитан наёмников, уже был на ногах, застёгивая последние ремни на своей тяжёлой кирасе. Ганс окинул взглядом его людей — два десятка уже сгруппировались вокруг повозок, копья наперевес. Остальные спешивались.

— Лучше лишний раз крикнуть. Видишь, как стража улепётывает? Аж портки… — начал Ганс, но слова застряли у него в горле.

Теперь он увидел, почему стражники мчались, не сбавляя хода. За ними, крича и помахивая дубинами, гнались пятеро массивных, горбатых тварей , — а за ними с диким ревом и гиканьем неслась целая толпа зеленокожих в двести голов.

Рядом громыхнул рык Элрика, перекрывая шум приближающейся орды.

— В построение, живо! Копья проверить!

Схватив свой огромный, похожий на кузнечный молот, Элрик спрыгнул с коня, отдав поводья ближайшему возничему — лошадь в предстоящей мясорубке была только обузой. Стражники, добравшись до обоза, сбросили скорость и начали перестраиваться для контратаки. Неплохо, пронеслось в голове у Элрика. Шесть десятков наёмников, пятнадцать кавалеристов и один маг-физик против этой зелёной чумы.

Три огненных шара, пущенные из задних рядов орды, устремились к строю. И тут Элрик — показал, за что ему платят в три раза больше. Он бросил три заготовленных мешочка, набитые землёй и песком на перехват огненным шарам. Три огненных взрыва разорвались в десяти метрах перед строем, окатив передние ряды волной горячего воздуха. Лучше так, чем получить шар в лицо. Бойцы, видя успех, забили копьями по щитам, поднимая боевой дух.

Элрик тем временем достал из-за пояса склянку с густой, маслянистой жидкостью — зажигательную смесь, купленную у знакомого из Эрама. Размахнулся и метнул её в ближайшего великана. Склянка разбилась о грубую кожу, содержимое мгновенно вспыхнуло. Не ожидавший такого монстр зарычал, замотался, пытаясь сбить пламя, и, потеряв равновесие, повалился на соседа, подняв облако пыли.

— Понеслась! — крикнул Элрик и рванул вперёд.

Его «ускоренное мышление» — базовая, но жизненно важная грань физика — включилась, замедляя мир вокруг. Он метнулся в образовавшуюся суматоху. Молот со свистом обрушился на лапу ближайшего великана, превращая ногу в кровавое месиво. Перекат под ударом дубины второго монстра, и ещё одна склянка полетела — на этот раз в кучку шаманов, маячивших за стеной зелени. Но смесь лишь беспомощно стекла по внезапно возникшим магическим щитам, не причинив вреда.

— Чёрт! — выругался Элрик, уже врубаясь в строй гоблинов.

Его молот свистел, пробивая хлипкие черепушки, но приходилось уворачиваться от нового града огненных шаров. Шаманы и не думали так просто подпускать противника. Кавалерия, видя, замешательство монстров, пошла в атаку. Выстроившись клином, они на полном скаку врубились во фланг троллей. Наёмники двинулись следом, поддерживая удар. Но тролли, несмотря на раны, не думали отступать. Первых всадников просто сбили с коней мощными ударами дубин, и на упавших тут же набросились гоблины.

Копейщики вступили в бой с основным строем гоблинов, стараясь насаживать зеленокожих на древки. Но со здоровяками старались держать дистанцию, из-за чего фланг постепенно проседал. Один из троллей, видя прореху, рванул в прорыв, увлекая за собой пару десятков гоблинов. Сшибка получилась грязной и кровавой. Наёмники бились отчаянно, укладывая перед смертью по четверке или пятерке гоблинов, но их строй трещал. Взгляды всё чаще метались в сторону капитана, который бился с магами, отрезанный от основных сил.

Один из наёмников, увидев, как над ним заносит дубину очередной тролль, уже мысленно попрощался с жизнью. Но вместо удара из груди самого тролля с хрустом и чавканьем вырвалась… серая, пульсирующая силовыми полосами «лапа», сформированная из чистой энергии. Тролль тупо посмотрел на странную конечность, торчащую из его тела, и медленно, как подрубленное дерево, повалился на бок.

Воцарилась секундная тишина, которую тут же нарушил новый удар. Голова второго тролля была превращена в кровавое месиво одним ударом неизвестного союзника. Солдаты, увидев, что кто-то взял на себя самых грозных противников, с новыми силами и диким ревом бросились на гоблинов.

Кавалерия, перестроившись, вновь пошла в атаку, тесня зеленокожих с фланга. Элрик, почуяв поддержку, удвоил натиск. Его молот пробил наконец барьер шамана и с хрустом размозжил тому грудную клетку. В этот миг серая тень метнулась мимо него, слишком быстрая для глаза. Она пронеслась огибая шаманов, и с противным скрежетом, руки неизвестного схватили ничего не понимающих гоблинов за шеи. Головы шаманов столкнулись друг с другом и разлетелись вдребезги.

Сквозь адскую круговерть боя Элрик успел разглядеть того, кто пришёл на помощь. Костюм, изодранный в клочья и пропитанный кровью. Серые, полупрозрачные щиты, обтекающие фигуру. И небольшая нашивка на груди так же заляпанная кровью — скалящийся волк. «Дикий барон», — мелькнуло у него в голове.

Но расслабляться было некогда. Хотя его собственная броня уверенно держала удары гоблинских затупленных железок, бой продолжался. Гоблины, потеряв сначала шаманов, а теперь и троллей, дрогнули. Их строй распался, и зеленокожие бросились врассыпную. Командир кавалеристов, видя это, отдал новый приказ. Кавалерия выстроилась в линию и принялась давить и добивать беглецов. Потери были велики, и ярость всадников не оставляла гоблинам ни шанса.

Когда последние крики стихли, Элрик, отдышавшись, направился к той серой фигуре, что сейчас стояла посреди боя, готовая столкнуться с новым противником. Он судорожно вспоминал правила обращения к благородным. После увиденного он не сомневался — все байки про этого сорвиголову были чистой правдой.

— Ваше благородие… Вилд, если не ошибаюсь? — произнёс он, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

— Не ошибаешься, — раздался спокойный, молодой, но изрядно уставший голос.

Мощная пышущая энергией фигура начала уменьшаться. И вот перед ним стоял не могучий воин, а… подросток. Худой, бледный, с темными кругами под глазами. Его одежда висела лохмотьями, правая рука и обе ноги заканчивались… ничем. Их заменяли те же серые, мерцающие силовые поля. И состояние всего тела мягко говоря требовало немедленного внимания лекаря, а лучше двух.

— Спасибо за вашу помощь, — сказал Элрик, кланяясь чуть глубже, чем обычно. — Не последуете ли с нами? У нас всё скромно, но чем богаты…

— Не откажусь, — барон кивнул, и в его глазах мелькнула усталость. — Мне действительно нужно передохнуть. Путь был… долгим.

Элрик подозвал помощника с перевязанной головой и велел отвести барона к повозкам Ганса. С этим решилось. Теперь… что это за твари такие? Он пнул сапогом тушу обгоревшего тролля. Монстр лежал без движения. Элрик поморщился и уже хотел отойти, как вдруг «туша» вздрогнула, с хриплым рыком вскочила и набросилась на него с окровавленной пастью. Рефлексы сработали быстрее мысли. Коротким, точным движением Элрик вонзил боевой кинжал в единственный уцелевший глаз твари. Тролль дёрнулся в последний раз и затих окончательно.

— Охренеть, — выдохнул Элрик, вытирая клинок. — Живучие заразы. Парни! Здоровяков добить! А лучше головы отрубить, к чёртовой матери!

Наёмники, видевшие произошедшее, с новой осторожностью окружили тела троллей и принялись методично проверять их копьями, а затем и отделять головы от туловищ. Уборка поля боя заняла около часа. Все, кто мог стоять на ногах, стаскивали тела в огромную, зловонную кучу. Элрику пришлось лично волочь туши троллей — чёртовы бугаи весили не меньше доброй лошади. Когда сбор был закончен, он достал последнюю склянку с зажигательной смесью и разбил её о груду тел. Пламя вспыхнуло жарко и быстро, с жутким треском пожирая останки. Отличная штука. Нужно будет ещё прикупить.

К нему подошёл Ганс, лицо караванщика было бледным, как полотно.

— Чего тебе? — спросил Элрик, не отрывая взгляда от костра.

— Ты… ты знаешь, кто это?

— Знаю. Наш спаситель, как минимум.

— Этот барон… он пропал прошлой весной. В тех лесах.

— Ну и что? Хорошо, что нашёлся.

— Ты хоть понимаешь, сколько он великих кланов обидел?! — прошептал Ганс, озираясь подслушивания. — А что, если они захотят отыграться на мне за то, что я его подобрал?

Элрик медленно повернулся к нему, и в его глазах Ганс прочитал неподдельное изумление.

— Ганс… вот скажи мне. Ты тупой или просто больной? Ну на кой чёрт ты, караванщик с двумя десятками повозок, кому-то сдался? Кому ты нужен?

Ганс поморщился, вспоминая о своём невысоком положении в общественной иерархии, но сейчас это соображение показалось ему даже утешительным. Слухи так и вились вокруг клана Вилда, и он всеми силами желал держаться подальше от этого водоворота событий.

***

Небольшой шум у самых ворот Орфена выдернул меня из полудрёмы. Я оценил своё состояние одним словом — «разбитый». Но деваться было некуда. Гул голосов и лязг оружия у ворот лишь нарастал, и оттуда, поднимая пыль, уже выезжали кавалькады городской стражи. Прислушался к грани «окружения» на пару секунд — хаос, давка, куча людей, но крови и смертельной паники нет. Никого не режут. Значит, не моя проблема. Можно смело топать к поместью. Сейчас день — мои должны быть на занятиях в Академии.

Создав себе привычные ноги, я тяжело вывалился из повозки Ганса. Вокруг царила привычная городская суета: люди сновали во всех направлениях, не обращая на меня ни малейшего внимания. Поблагодарив попутчиков, я направился в открытые ворота.

Меня остановили мгновенно.

— Эй, ты! Куда прешь? Свали в ту глушь, откуда выполз! — рявкнул стражник в потёртой кольчуге, преграждая путь древком алебарды.

Сначала я даже не понял, что это ко мне. Огляделся — народ спокойно обтекает нас. Перевёл взгляд обратно. Стражник был явно не в настроении. Что ж. Я позволил щитам на правой культе вытянуться, приняв форму мощной, полупрозрачной волчьей лапы, и указал ею на себя, подняв бровь.

— Вы… это мне?

Стражник, собравшийся видимо вывалить на меня весь запас городского сквернословия, получил резкий удар локтем в бок от своего, побледневшего как мел, напарника. Второй стражник судорожно затараторил, кланяясь:

— Нет-нет, ваше благородие! Мы вон тому… хлыщу! Стой, говорю! — И он схватил за шиворот какого-то случайного прохожего, который тут же начал возмущённо орать.

Я усмехнулся, оценив сообразительность. Кивнул и пошёл дальше, позволив щитам сжаться до обычных размеров. Даже забыл, что можно было взять извозчика и добраться быстрее, но не пожалел об этом. Проведя почти полгода в вечном полумраке леса, я соскучился по этой гомонящей, судорожной, живой суете.

Правда, когда первые приятные ощущения от знакомых улиц схлынули, я заметил, что меня начинают обходить за версту. Что ж, понятно. Запах от меня, наверное, шёл тот ещё — смесь пота, крови, дыма и звериной вони. В лесу с гигиеной было строго по необходимости, и расслабляться там я бы не стал — слишком велик шанс пропустить приближение чего-нибудь зубастого.

В нашем квартале всё дышало привычной деловой активностью. Повозки сновали туда-сюда, груженные товарами со складов или перевозя состоятельных граждан. Ворота моего поместья, как и обычно, были распахнуты настежь.

И тут меня встретила картина, от которой мозг на секунду отказался воспринимать реальность. Огромная волчица, та самая, что я когда-то поймал не пойми зачем, сейчас лежала у ног Лирин и повиливала хвостом. Сама магесса, невозмутимая, как истинная аристократка, неспешно потягивала чай из фарфоровой чашки и читала книгу, изредка почёсывая зверя за ухом.

Я замер в проёме ворот, пытаясь это осмыслить.

Тут сбоку один из гвардейцев, стоявших у входа в дом, увидев меня, дёрнулся и заорал что было мочи, будто под магическим усилением голоса:

— БАРОН ВЕРНУЛСЯ!

Волчица, не ожидавшая подвоха, взвыла от неожиданности, вскочила, с грохотом опрокинула столик вместе с чайным сервизом и книгой, не понимая где опасность. Лирин, реакция которой всегда была на грани сверхъестественного, уже подняла руку, и пространство вокруг опрокидывающейся посуды замедлилось, застыв в хрупком равновесии. Она метнула яростный взгляд на гвардейца, но тут же её глаза нашли меня.

На её лице за секунду промелькнул десяток эмоций: шок, неверие, гнев, облегчение, ещё больший гнев, радость. Потом она просто рванула ко мне, сгребая в объятия так, что я чуть не потерял равновесие. Честно говоря, я растерялся. Но… было приятно.

В голову полезли идиотские мысли в духе: «А как артефактное платье будет бороться с этим запахом?» Но Лирин, не дав мне опомниться, впилась в мои губы страстным поцелуем. Отпираться я не стал — не первый раз на этом полигоне. А потом последовала смачная, звонкая пощёчина, от которой я полностью выпал в осадок.

— Дурак! Идиот! Ты где, чёрт тебя дери, шлялся полгода?! — начала она, но, окинув взглядом меня целиком, от культей до синяков под глазами, вдруг побледнела и снова схватила меня за плечи, будто боясь, что я рассыплюсь. — Я… я…

Я офигевший еще раз, задался новой партией идиотских вопросов. Это что за новый уровень отношений? Мы теперь пара? Или уже расходимся, потому что не сошлись характерами?

Лирин, видимо, и сама осознала сумбур происходящего. Аристократичная выучка взяла верх. Она отстранилась, поправила непослушную прядь волос, и голос её стал ровнее, хотя в нём ещё дрожали обрывки эмоций.

— Я рада, что с тобой всё… — её взгляд снова скользнул по моим отсутствующим конечностям, и она поправилась: — …Что ты жив.

— Я тоже рад тебя видеть, — честно ответил я. — Мне отчаянно нужна ванна и цирюльник. Завтра загляну к Росарио, нужно приводить себя в порядок.

Лирин поморщилась, видимо, мой аромат наконец пробился сквозь её эмоциональную бурю. Тут вмешалась волчица, которая, подойдя, выразительно чихнула прямо на нас, будто никогда в жизни так не воняла.

— Так, блохастая, не переигрывай, — буркнул я.

— Она не блохастая! — мгновенно огрызнулась Лирин, гладя зверя по загривку. — Луа — хорошая девочка.

Услышав своё имя, «хорошая девочка» размером с лошадь гордо расправила плечи и оскалилась в мою сторону, ясно давая понять, что готова порвать любого, кто усомнится в её благонадежности.

— А чего она не в вольере? — спросил я, оглядывая двор.

Лирин потупила взгляд. Я повернулся туда, где раньше стояла каменная клетка и замер. Теперь там красовался аккуратный, низкий домик с круглой открытой дверцей и дерновой крышей — ну прямо хоббитская нора, только для волчицы.

— Ладно, — сдался я. — С этим разберёмся позже. Надеюсь, она у нас только шпионов трескает? И все соседи ещё живы?

Увидев её осуждающий, но спокойный взгляд, я понял — соседи целы. Меня это, в принципе, устраивало. Потому что сейчас всё моё естество жаждало только одного.

И вот она. Беломраморные стенки. Дразнящие волны горячей воды, пахнущей травами. Загадочные клубы пара, застилающие всё вокруг. Не думая ни о чём, я просто погрузился в эту благодать с головой. Ладно, вру. Рядом стоял серебряный поднос с графином прохладного сока и кувшином вина — о них я вспомнил очень быстро. Слуги, встретившие меня у дверей, не стали уточнять детали и сделали всё верно. Всё это было нужно мне ещё пару месяцев назад.

Из ванны я вышел новым человеком. Вернее, версией старого, но тщательно отмытого и отпаренного. Знакомый цирюльник, которого вызвали, слегка округлил глаза, но профессионально выполнил свою работу — приведя мой внешний вид в порядок. Я уже почти парил, когда добрался до своей спальни. Укрыться тёплым, мягким, чистым одеялом и провалиться в объятия матраса… Мои глаза закрылись сами собой.

Чтобы открыться через секунду от яростного стука в дверь.

— Если город не захватывают — ПОШЛИ К ЧЁРТУ! — рявкнул я, закрывая лицо одеялом.

За дверью послышался взволнованный, но настойчивый голос гвардейца Бруно:

— Ваше благородие! Там городская стража у ворот! Требуют вас немедленно!

Глава 3

— НАЙТХЕЛ!

Оглушительный рёв, казалось, сотряс стены всего поместья. Один очень уставший барон, забыв в ярости об отсутствии нескольких конечностей, попытался резко вскочить и вместо этого грохнулся с кровати на пол, разразившись потоком самой отборной брани, которую только можно было извлечь из глубин раздраженного до нельзя человека.

Сделав глубокий, дрожащий вдох, а затем не менее глубокий, шипящий выдох, я заставил себя успокоиться. Энергетические всполохи вокруг культей заколебались, послушно формируясь в привычные опоры. Поднявшись, я бросил взгляд в зеркало. Недовольное, бледное лицо с тёмными кругами под глазами. Ну, что ещё там могло быть? Оглядев свои обрубки и свежие шрамы, я поморщился. Не хотелось представать перед членом Совета в таком виде, но выбирать не приходилось.

— Бруно! — крикнул я в сторону двери. — Чай и пару бутербродов. Сейчас же.

— Ваше благородие, но стража требует… — донёсся встревоженный голос дворецкого.

— Передай этой страже, — перебил я, вкладывая в слова всё накопленное недовольство, — что я не в духе. И если они продолжат требовать, у города станет на пару стражников меньше.

За дверью послышался стук латной перчатки о доспех и быстрые, удаляющиеся шаги. Что ж. Я перевёл взгляд на гардероб. Десяток практически одинаковых темных пиджаков и брюк ждали своего часа. На этот раз я решил не мелочиться и выбрал один из артефактных комплектов — ткань, усиленная едва уловимыми силовыми нитями, всегда идеально сидевшая по фигуре. Взгляд упал на пару добротных сапог. Я усмехнулся. Ваше время ещё придёт. Но не сегодня. Критически осмотрев себя, решил: для этой встречи сгодится. Вряд ли мой внешний вид сочтут за оскорбление.

Спускаясь в главный зал, я увидел всю команду в полном сборе. Все они столпились у лестницы, ожидая моего появления. На их лицах читалась гремучая смесь облегчения, радости и тысячи неотвеченных вопросов. Потом началось. Долгие, крепкие, осторожные обнимашки, в ходе которых я чувствовал, как меня буквально ощупывают взглядами, проверяя, цел ли. Гул перебивающих друг друга голосов, выстреливающих вопросами: «Где был?», «Как выжил?», «Что это за…?».

Когда первый накал эмоций немного схлынул, я пробился к столу и набросился на поданные служанками бутерброды, запивая их обжигающим чаем.

— Так, всем тихо! — потребовал я, проглотив последний кусок. — Вы уже в курсе, что там стража приперлась? Надеюсь, это не связано с вами?

Рени придвинулся ближе к столу.

— Да, мы уже получили новости. Разъезды столкнулись с новым видом монстров — большими, зелёными. Два разъезда не вернулись. А группа наемников, уже вовсю рассказывает по тавернам, как ты в одиночку сразил десятки этих тварей и спас обоз вместе с охраной.

— Это стража так разоткровенничалась, или наша разведка стала работать лучше?

— Всё вместе, — Рени хмыкнул. — Наши соглядатаи уже получили вознаграждение. Говорят, Найтхел сейчас примерно в твоём же настроении. Его разведка в очередной раз проспала угрозу.

— Наши караваны? Могли пострадать?

— Нет. Следующий идёт завтра. Думаю, отправят с усиленным эскортом — магом или двумя. Монстры не то чтобы сверхопасные поодиночке, но вот их количество… неприятно удивляет.

— Мы можем выделить кого-то в сопровождение?

— Да, думаю, так и стоит сделать.

Я посмотрел на пустую тарелку с сожалением. Но откладывать было нельзя. Моя карета уже ждала у подъезда, возница почтительно придерживал дверцу. Десяток моих гвардейцев в полной боевой готовности выстроились для сопровождения. Увидев у ворот кучку пеших городских стражников, которые явно рассчитывали, что я пойду с ними пешком, я довольно усмехнулся. Нет уж, мои пешие прогулки закончились. Хватит.

По пути в твердыню Совета я оглядывал город, он жил своей обычной, дневной жизнью. Лавочники ещё не убрали товары с улиц. У оружейной мастерской шла бойкая торговля — двое стражников вцепились в один и тот же клинок и с красными лицами выясняли, кому он достанется. Увидев молодую пару, робко держащуюся за руки, я невольно вспомнил поцелуй с Лирин. Это… требовало осмысления.

Наша «встреча» была спонтанной и, откровенно говоря, изначально вызывала у меня больше негатива. С другой стороны, она умна, образована, обладает стальными нервами и к тому же магесса. Как жена и будущая хозяйка замка, а в перспективе и города, она была бы идеальна. Я усмехнулся. Ещё недавно я бы согласился на девушку, которая просто вкусно готовит. Прислушавшись к себе, я понял: чистого негатива к Лирин нет. Да, она может выкинуть неожиданный фортель, но не факт, что я сам не сделаю чего похуже. Возможно, я просто никогда не рассматривал её кандидатуру, потому что мы плохо начали.

Мысли прервала остановка кареты. За окном возвышалась белая громада цитадели Совета. Проклятье, совсем ничего не успеваю. Дверь открылась и пришлось покидать уютную кабину. К своему удивлению, я заметил перемены в поведении городской стражи у входа. Раньше здесь обычно шло бурное обсуждение вчерашних новостей из кабаков. Сейчас же стражники были сосредоточены, деловито проверяли оружие, сновали с донесениями. Неужели Найтхел всё-таки смог навести порядок в этом бардаке? Да быть не может. Скорее всего, тролли просто всех как следует припугнули, вот все и засуетились.

Меня сопроводили в приёмную, где, к моему удивлению, не заставили ждать ни минуты. Я вошёл в просторный, аскетичный кабинет, где Лукас Найтхел сидел за массивным столом, погружённый в кипу документов. Он на секунду оторвался от бумаг, чтобы бросить стандартный взгляд на вошедшего, и тут же вернулся к чтению. Но через мгновение его голова снова резко поднялась, глаза расширились. Он медленно отложил перо и документы в сторону.

— Приветствую вас, ваша светлость, — произнёс я, слегка склонив голову.

— Приветствую, ваше благородие, — ответил Найтхел, его взгляд на мгновение задержался на моих ногах, прежде чем встретиться с моими глазами. — Похоже, Фостеры доставили вам… некоторые неудобства. — Он жестом указал на стул напротив. — Присаживайтесь.

— Всё так. Не ожидал, что столкнусь с артефактным оружием. Это был болезненный сюрприз.

Лукас поморщился, словно от зубной боли, при упоминании оружия.

— Что-то не так? — поинтересовался я.

— Да. Дело в том, что мой бывший заместитель оказался предателем. Мы провели инвентаризацию и не досчитались четырех артефактных клинков из арсенала. Мы до сих пор не знаем, где они. Будем благодарны, если вы… вернёте то, что нашли у этого клана.

— В данный момент я не знаю где остался мой родовой клинок, другие вещи меня пока не заботят, — сухо ответил я. — Но если на что-то наткнусь — непременно сообщу.

— Понимаю. Хотя, судя по всему, вы не теряли времени даром, — Найтхел позвонил в колокольчик на столе. Дверь открылась почти мгновенно. — Чай. На двоих.

— Сейчас, ваша светлость, — секретарь скрылся так же быстро, как и появился.

Понимая, что разговор затянется, я мысленно напомнил себе о терпении.

— Что ж, время было. Повстречал необычного монстра, который использовал схожие с моими грани. Удалось… перенять кое-какие приёмы.

— Я правильно понимаю, что возвращаясь из леса вы наткнулись на караван и именно вы расправились с этими… бугаями? — спросил Найтхел, делая паузу в поисках слова.

— В одной старой сказке подобных неказистых, но живучих существ называли троллями. Мне кажется, это название им очень подходит.

— Тролли, так тролли. До названий мне нет дела, — махнул рукой Найтхел. — Вашу боевую форму описывали очень красочно. Говорят, одного удара хватало, чтобы уложить противника.

— Их анатомия не сильно отличается от гоблинской. Я хорошо знаю, где у таких существ сердце. Так что да, точный удар в нужное место решал вопрос без лишних действий.

— Когда вы, ваше благородие… — начал Найтхел, но его прервало появление секретаря с подносом. Тот бесшумно расставил перед нами две фарфоровые чашки с дымящимся чаем и так же бесшумно исчез. — …когда вы были в лесу, вы не видели крупных скоплений гоблинов?

— Видел. И в очень больших количествах. Этой зелёной чуме удалось оттеснить с насиженных мест даже местных хищников. Я не занимался подсчётом, но с уверенностью могу сказать, что видел больше тысячи гоблинов. И тролли среди них — не редкость. Они сообща обустраивали стойбище, которое я наблюдал.

Услышав это, Лукас скривился, будто откусил лимон, но тут же вернул на лицо привычную, вежливую маску.

— Можете подробнее рассказать о вашем походе в шахты иномирцев? — спросил он, отхлёбывая чай.

— Могу, хотя подозреваю, мои спутники уже предоставили вам исчерпывающий отчёт. Вряд ли смогу чем-то дополнить.

— Что вы думаете о механизмах, которые доставили ваши подопечные? — сменил тему Найтхел.

— Думаю, это самая простая защитная система, ориентированная на отпугивание местной фауны, — ответил я без колебаний.

— Почему такой вывод?

— Наша планета, судя по всему, рассматривалась ими как ресурсная база, а не как угроза. Мы не встретили механизмов, способных противостоять магии напрямую. Либо их не было, либо они были выведены из строя раньше. Из этого делаю вывод: основная опасность, от которой они защищались, — это фауна.

Лукас кивнул, подтверждая логику.

— У меня сложилось впечатление, что подобные механизмы вам… знакомы. В частности, я обратил внимание на новые конструкции големов, используемых вашими людьми.

— Конкретно эти механизмы мне незнакомы, — честно сказал я. — Но я читал старые книги, где описывались более примитивные, но схожие по идее машины.

— Где сейчас эти книги? Мы бы очень хотели с ними ознакомиться.

— Мой отец не одобрял мои «несерьёзные» увлечения, — я позволил себе лёгкую, кислую усмешку. — Большую часть старой библиотеки он сжёг. — Соврал я. — Но даже если бы книги сохранились, я могу сказать точно: мы не сможем повторить нечто подобное в обозримом будущем.

— И почему же? — в голосе Найтхела прозвучал скептицизм.

— Главная ценность этих комплексов — не боевая мощь, а автономность. Мы просто не умеем создавать механизмы, способные действовать самостоятельно, без постоянного контроля мага. Голем без мага — просто груда камней. А эти механизмы… когда мы зашли на территорию базы, я услышал нечто вроде автоматического предупреждения. Мы сразу отступили, и агрессии не последовало. Будь там живой человек, он бы наверняка проявил больше интереса к незваным гостям.

Найтхел задумался, медленно вращая чашку в руках. В его глазах мелькали расчёты, оценки, беспокойство.

— В ваших словах есть смысл, — наконец произнёс он, отставляя чашку. — Что ж, благодарю вас, что так быстро откликнулись на вызов. Выздоравливайте. Кажется, впереди у всех нас будет очень, очень много работы.

Распрощавшись с Найтхелом, я отправился обратно в поместье, в душе проклиная эту абсолютно бесполезную поездку. Проклятый ретроград! Не мог отправить пару магов-теней на разведку? Или «физиков», чтобы те хотя бы одну тушу для изучения приволокли? Нет, обязательно нужно было вытащить меня из дома, едва я успел голову к подушке приложить. Если он ещё и армию без магического прикрытия додумается на троллей отправить, его реально пора выгонять из Совета за некомпетентность.

Карета внезапно дёрнулась и остановилась. Я тут же ощутил, как мои гвардейцы мгновенно сомкнули кольцо вокруг экипажа, их доспехи звякнули в унисон. «Ну какого чёрта? — подумал я, чувствуя, как терпение иссякает. — Я ведь реально сейчас кого-нибудь прибью».

Снаружи донёсся возмущённый гул и чей-то высокомерный голос, перекрывающий спокойные, но твёрдые ответы моего капитана. Я сдавленно вздохнул и, откинув портьеру, вышел из кареты.

Дорогу нам преградил другой, более вычурный экипаж, украшенный знакомыми мне гербами Белфортов. Из него с пафосной неспешностью, явно рассчитанной на публику, вылез какой-то напыщенный хлыщ в расшитом камзоле, с тростью в руке. Он медленно, словно король на прогулке, направился ко мне.

Я мысленно обратился к остаткам здравомыслия и яростно напомнил себе, что публичные убийства в городе, запрещены. Я точно где-то читал об этом. В уставе, кажется.

Хлыщ остановился в паре шагов, презрительно оглядев меня с ног до головы, задержав взгляд на моих щитах.

— Так это ты и есть Вилд, — заявил он, растягивая слова. — Меня зовут…

— Мне не интересно, — перебил я ровным, раздраженным тоном. — Милостыню не подаю, в долг денег не даю.

Его вытянувшееся лицо — смесь обиды, шока и злости — стало лучшим моментом за весь этот бестолковый день. Даже спать расхотелось.

— Ты… Ты что себе позволяешь?! — выдавил он из себя.

— Да-да, «я очень знатный», «ты должен меня слушать», так далее и тому подобное, — перебил его тираду, делая скучающее лицо. — Видишь ли, я спешу, и мне плевать. Потому освободи дорогу. Иначе я нападу.

— Ты…!

— Да-да, «меня ждут необычайные кары», «ты об этом пожалеешь, так далее и тому подобное», — не давая ему вставить слово, я посмотрел на небо, изображая крайнюю степень нетерпения. — Если на этом всё — освободи дорогу.

— Тогда я вызываю тебя на…

— Согласен, — вздохнул я, будто соглашаясь вынести мусор. — Через месяц где-нибудь на арене порублю тебя в капусту. Договорились? Отлично. Время вышло, неуважаемый.

— ТЫ! — он взбеленился окончательно, и его рука с тростью дёрнулась, на кончике вспыхнул сгусток магии.

Я даже не шелохнулся. От моей правой культи отлетел маленький, но плотный кинетический импульс. Не убийственный — просто сбивающий с ног и отбрасывающий на пару метров. Хлыща отшвырнуло к его карете, он грохнулся на мостовую, потеряв и трость, и остатки достоинства.

В ту же секунду между нами материализовалась полупрозрачная фигура в плаще с капюшоном — маг тени из городской стражи, вероятно дежуривший неподалёку. Он молча поднял руку, явно обозначая «что стычка закончена».

Напыщенный Белфорт, потирая ушибленный зад, начал что-то яростно выкрикивать в мою сторону и в сторону стража, но я уже развернулся и полез обратно в карету.

— Отправляемся, — бросил я капитану гвардии, даже не оглядываясь.

Карета дёрнулась с места. Я с наслаждением растянулся на мягком сиденье во всю длину. Оно, конечно, было хуже кровати, но несравнимо лучше сырого мха в пещере Новы. Надо же извлекать хоть какие-то плюсы из этой идиотской поездки.

Мысль вернулась к Белфорту. Чего ему вообще было нужно? Может, стоило всё-таки выслушать? Но тут же вспомнилось его надменное, глупое лицо. Нет. Там точно не было ничего важного. Одни пустые амбиции и попытка самоутвердиться. Пусть подавится ими. У меня и без него забот выше крыши.

***

В поместье Вилдов царило небывалое оживление, напоминавшее подготовку к боевым действиям, служанки развешивали новые ткани и доставали посуду. Лирин, восседая в малом кабинете, с холодной, расчётливой улыбкой утверждала финальный список приглашённых.

Викта, сдвинув брови, сверяла кипу списков — от изысканных вин и дичи до цветочных гирлянд, — пытаясь уложиться в бюджет, который, как ей казалось, был явно завышен для «скромного бала». Остальные девчонки спорили над эскизами украшений для главного зала, их голоса сливались в оживлённый, слегка истеричный гул.

А вот парни засели в своей «берлоге» на четвертом этаже — тихой, заставленной книгами и чертежами комнате, которая сейчас казалась последним оплотом здравомыслия. Рени, Энтони и Рори сидели в глубоких креслах, и атмосфера была далека от праздничной.

— Рори, — начал Рени, смотря в потолок с выражением человека, несущего тяжкий крест. — Вот скажи мне честно. Чем мы тебя так обидели?

Рори, развалившийся в кресле с куском сухофрукта, недоумённо моргнул.

— Да что не так-то?

— Вот это «не так», Рори! — Рени резко ткнул пальцем в сторону двери, мимо которой в тот момент пробежала очередная служанка с целой башней хрустальных бокалов. — Весь дом с ног на голову перевернули!

— Так… Люций же вернулся, — неуверенно произнёс Рори, как будто излагал очевидную истину. — Это же надо отпраздновать. Все ждали.

— А тебя кто за язык тянул ляпнуть это при Лирин?! — взорвался Рени, вскакивая. — При ней! Ты что, забыл, с кем имеешь дело?

— А что не так? — Рори искренне не понимал. — Она тоже переживала. Вон, даже с волчицей Луа заниматься стала, дрессирует её. Значит, и рада должна быть.

Рени, поняв, что его аргументы разбиваются о непробиваемую броню простодушия Рори, просто сдавленно застонал и ударил себя ладонью по лбу. Рори лишь беспомощно огляделся, ища поддержки.

— Да что не так-то? Ну, отдохнём немного, потанцуем… — пробормотал он.

Энтони решил взять на себя роль толкователя суровой реальности. Он отложил бокал и взглянул на Рори.

— Понимаешь, Рори, Лирин сейчас разошлёт приглашения всем значимым кланам города. Всем. Напоминаю, только ты за последний месяц отправил в лазарет троих Белфортов и двоих Стайнхартов.

Рори насупился, его добродушное лицо стало серьёзным.

— А чего они про Люция сплетни распускать начали? Сами напросились.

— Я про то и говорю! — кивнул Энтони. — Мы в той или иной форме переругались и передрались с половиной знатных домов в городе. И как ты думаешь, что они собираются делать, оказавшись все вместе под нашей крышей на нашем же балу?

Рори задумался, его лицо отражало напряжённую умственную работу.

— Танцевать? — наконец предположил он неуверенно.

Энтони просто покачал головой.

Рори прищурился.

— Хотя… погоди. Если есть хоть малейший шанс, что всё пойдёт не по плану, Лирин бы на это не пошла. Она не любит такого.

Рени, услышав это, издал ещё один стон и снова шлёпнул себя по лицу, на этот раз уже обеими руками. Рори смотрел на него, окончательно запутавшись.

— Так… она же знает, что всё может пойти не так? — переспросил Рори.

— Она-то как раз ЗНАЕТ, что всё пойдёт не так! — почти взвыл Рени, вскакивая и начиная мерить комнату шагами. — Она не упустит момента утопить в грязи всех и каждого, кто хоть косо на нас посмотрел! Это будет не бал, Рори! Это будет поле боя где Лирин будет вымещать злость за все оскорбления! А мы будем там… пешками, наблюдателями и дуэлянтами в одном лице!

Рори нахмурился ещё сильнее, наконец-то уловив суть проблемы.

— Подожди… но тогда мы же и не отдохнём совсем.

Рени остановился перед ним, его лицо выражало такую степень бессильной ярости и отчаяния, что стало почти комичным.

— ДА, РОРИ! МЫ НЕ БУДЕМ ОТДЫХАТЬ! Мы будем работать! Мы будем бегать, как угорелые, за каждым клановым отпрыском, чтобы он не устроил дуэль в буфете, не подсыпал яду в пунш и не увёл чужую невесту в зимний сад! И самое главное, — он понизил голос до зловещего шёпота, — когда что-то ВСЁ-ТАКИ пойдёт не так, Лирин будет спрашивать не с них. Она будет спрашивать с нас. Понял? С нас!

В комнате повисла тяжёлая пауза. Рори переваривал услышанное. Его лицо медленно озарилось пониманием, а затем — мрачной решимостью.

— Это… плохо, — констатировал он с редкой для себя проницательностью. Потом он вздохнул, взял со стола ещё один сухофрукт и отломил от него кусок. — Ну, если всё равно влетит… — он пожал плечами, — …тогда предлагаю отдохнуть на балу, а там будь что будет.

Он уютно устроился в кресле, закрыл глаза и принялся методично жевать. Рени замер, глядя на него, затем бессильно опустился в своё кресло, уронив голову на спинку. Он понял, что битва проиграна.

***

Сокрушительные удары разнеслись по поместью, отдаваясь гулом в стенах. Я открыл один глаз, прислушался. Ещё десяток гулких, тяжёлых звуков, от которых, казалось, дрожали перекрытия.

— Не показалось, — констатировал я укрываясь одеялом.

Повернулся на другой бок, пытаясь утянуть одеяло на голову. Ещё пара ударов — поменьше масштабом, будто два физика столкнулись в прямом противостоянии. Никто не зовёт на помощь, не кричит «караул». Значит, всё в порядке. Я закрыл глаза.

Раздался осторожный, едва слышный стук в дверь. Одна из служанок — кажется, Марта — просочилась внутрь и заговорила таким тоном, будто пыталась не разбудить спящего дракона.

— Ваше благородие… Эрик Санчес прибыл. Желает видеть вас.

— Передай ему, что меня нет, — пробормотал я в подушку.

Под окном тут же раздался звон столкновения. Да что там, чёрт возьми, происходит?

— Ваше благородие, ему уже сообщили, что вы в поместье, — виновато пискнула служанка.

— Проклятье. Казнить предателя.

— Это была её светлость Лирин.

Я резко сел, скидывая одеяло.

— Отставить казнить. Я спускаюсь.

Очередной гулкий удар, похожий на столкновение двух скал, заставил меня подняться. Солнце стояло в зените — значит, проспал знатно. Накинув костюм, я выглянул в окно и замер.

Во внутреннем дворе две девушки сходились в ближнем бою. Сначала я решил, что у меня всё ещё галлюцинации от недосыпа, и протёр глаза. Не помогло.

— Так… — я моргнул. — Это… вроде бы не Аспид. Похоже, я пропустил много интересного.

Спустившись вниз, я обнаружил, что главные зрители уже обосновались в беседке. Эрик, развалившись на скамье, с профессиональным интересом наблюдал за поединком. Лирин, с идеальной осанкой, прихлёбывала чай, изредка комментируя удары едва заметным движением бровей.

Крылатая девушка — та самая служанка, чьё имя я никак не мог запомнить, но сейчас её спину украшала пара мощных, красных крыльев — атаковала с воздуха. Против неё стояла Юта, та самая девушка-физик из группы Сэма, с белыми звериными ушками. Очередная прямолинейная атака — и Юта буквально обтекла противницу, уходя с линии удара так плавно, будто всю жизнь только этим и занималась. На секунду мне вспомнился маленький хищник — ласка. Но взмах тяжёлого крыла отбросил её назад, и они закружились в новой схватке.

Эрик увидел меня, мгновенно вскочил и направился навстречу.

— Привет! Рад, что ты… — он окинул меня цепким, оценивающим взглядом и поправился: — Ладно, выглядишь ты паршиво. Но Росарио, думаю, это исправят.

— Тоже рад тебя видеть, — я опустился в свободное кресло. — Как дела с нашей шахтой?

— Работает стабильно. Выдаёт руду без перебоев, — Эрик кивнул. — Но вот дорогу охранять стало сложнее. Ты уже слышал?

Я молча кивнул.

— Нас это тоже стороной не обошло. Если раньше хватало прибить пару-тройку змей, то сейчас там буквально сотни гоблинов. Приходится держать магов на постоянном патруле. Но по сути всё штатно, вывоз руды идет по графику.

— Я бы рекомендовал зачистить их полностью. Уже слышал про новых монстров, которых они привели.

— Да, слышал, — Эрик усмехнулся. — А ещё слышал, как некий Вилд перебил целую сотню в лесу, а потом догнал оставшуюся пятёрку и порвал их голыми руками на глазах у караванщиков.

Я закатил глаза. Слухи — проклятая стихия, которую невозможно контролировать. А такие «героические» обрастают деталями быстрее, чем лесной пожар.

— Кстати, — сменил я тему, — меня в городе пытался остановить какой-то Белфорт. Напыщенный, с тростью. Не в курсе, чего им от меня нужно?

Лирин, до этого момента невозмутимо попивавшая чай, внезапно закашлялась, едва не поперхнувшись. Быстро взяла себя в руки, промокнула губы салфеткой.

— Ты ему не говорила? — уточнил Эрик.

Я перевёл взгляд с Эрика на Лирин.

Лирин покачала головой, сохраняя ледяное спокойствие.

— Ситуация простая, — пояснил Эрик, явно наслаждаясь ролью вестника плохих новостей. — Кланы решили, что Фостеры всё-таки добились своего, и ты благополучно пал в неравной борьбе. На основании этого они попытались взять под опеку твою группу. Ну и активы заодно.

Чашка в моей руке издала треск — по белому фарфору побежала тонкая паутинка. Я мысленно пожалел, что так легко отпустил того ветряного у кареты.

— Не стоит переживать об этом, — голос Лирин был уверенным. — Я почти выпустилась. Большинство представителей старших поколений уже не вмешиваются. А молодые… они уже не смогут взять в оборот твою группу. Не потянут.

— Наш торговый центр? — уточнил я.

— Проблемы были, — признала Лирин. — Но Гиперион заявил свои права. Кланы отступили, не решились связываться с ним.

— Вот оно как, — я покивал, переваривая информацию. — Стоило мне пропасть ненадолго — и все мои труды уже пытались растащить по кускам.

Эрик слушал внимательно, но чувствовалось, что его интересует другая тема. Он подобрался, когда я задал следующий вопрос.

— Что насчёт артефактных мечей?

Эрик сделал стойку, как охотничья собака, учуявшая дичь.

— Мы отправили их Филиппу на исследования, — спокойно ответила Лирин.

— Подожди… вы смогли захватить артефактные мечи Фостеров и НИЧЕГО не сообщили Совету? — голос Эрика дрогнул от смеси восхищения и ужаса.

— С чего мы должны сообщать Совету о своих находках? — в голосе Лирин проступил холод.

— Это же огромная ценность! Они знаешь ли, с неба не падают!

— Самое лучшее, что можно сделать с артефактами, — перебил я, кивнув на кольцо на руке Эрика, — это отдать их Филиппу на нормальное исследование. Кто, напомни, изготовил твоё пространственное кольцо?

Эрик поморщился, как от лимона, и благоразумно решил тему закрыть.

— Ты говорил, что хочешь создать полигон для тренировок, — сменил он тему. — Мой клан выкупил землю. Вопрос решён.

— Вот это хорошая новость, — я почувствовал, как внутри загорается знакомый азарт. — Там мы сможем сделать кое-что очень интересное. Но твои маги тоже должны участвовать.

— Я не против. Строительство шахты серьёзно усилило мои позиции. Братья сейчас кусают локти, об остальных наследниках вообще молчу. Они смотрят на меня так, будто я продал душу демону.

— Проект достаточно простой, — я мысленно набросал чертёж. — Создадим арену, где простые горожане смогут увидеть, как маги — да и не только — сражаются с гоблинами. Вживую.

— И всё? — разочарованно протянул Эрик. — Арена?

— Когда закончим — сам увидишь, как это работает. Пока не ударили холода, нам нужно обзавестись куполом над стройплощадкой. Полупрозрачным, как в шахтах.

Споринговавшие девушки, наконец, утомились и удалились в дом, явно намереваясь привести себя в порядок. Во дворе воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом листвы. Луа величественно вылезла из своего «хоббитского» домика и неторопливо потрусила к беседке. Присутствие Эрика она проигнорировала с королевским пренебрежением, уронив тяжёлую голову рядом с Лирин так, чтобы та без труда могла дотянуться до её ушей. Всего полгода — и монстр, способный перекусить человека пополам, преспокойно живёт с людьми, требуя только почесушек и редких лакомств.

— Купол будет как в шахтах? — уточнил Эрик.

— Да. Я думаю, мы сможем осилить такой проект своими силами. Восемь магов камня должно хватить. Если нет — привлечём кого-то со стороны.

— Пьеры не пойдут тебе на помощь, — Эрик покачал головой. — Да и нам, честно говоря, тоже. Мне совсем недавно напомнили о нашей с ними потасовке в академии. В красках и с цитатами.

— Так это было на первом курсе, — поморщился я.

— Тут важен сам факт. У них память хорошая.

— Тогда можем подрядить младшие курсы, — предложил я. — Они не лучшие в вопросах контроля, но думаю, найдутся задачи, с которыми можно справиться их силами. Им практика нужна, золото наверное тоже, а мы получим рабочие руки.

Глава 4

В зале Совета царила напряженная тишина, которую нарушало лишь дробь пальцев о поверхность стола. Неожиданный противник спутал устоявшуюся десятилетиями модель войны. Привычка считать гоблинов угрозой лишь на один месяц — во время осенней миграции — намертво засела в головах горожан. Но несколько сожженных караванов, не вернувшиеся разъезды и недополученные припасы сурово напоминали: всё изменилось. Раньше аристократия предоставляла свои войска только в экстренных случаях. Теперь приходилось реформировать всю систему целиком.

— Этому решению обычные люди будут не рады, — процедил глава клана Стайнхарт, барабаня пальцами по полированной столешнице. — Стоимость металла и лошадей поползёт вверх. А платить придётся нам.

— И какой у нас выбор? — Роберт Санчес даже не скрывал раздражения. — Не отбросим гоблинов сейчас — получим голод зимой. Или, что ещё хуже, прорыв к другим территориям. Твои деревни первыми и сгорят, Стайнхарт.

— Вы ведь понимаете, — вступила в разговор Франческа Пьер, — что за участие в войне аристократии нужно заплатить. Одно дело, когда город был захвачен врагом и речь шла о выживании. Совсем другое — наши опасения.

Председатель Совета, старый наставник академии, медленно кивнул. Он понимал цену каждому слову.

— Мы в любом случае планируем строить новые города, — его голос был тих, но его слышали все. — Я слышал, уже третий курс подряд молодые группы договариваются о безналоговом статусе поместий. Почему бы нам не пойти той же дорогой? Мы всё равно будем отдавать людей нашим студентам. Вопрос лишь в том, создадим ли мы для некоторых более привлекательные условия.

— Наставник, — подал голос Санчес, — вы младших без штанов оставите. Одно дело — сорок поместий. Совсем другое — тысячи.

— Что ты предлагаешь?

— Строительство городов — процесс долгий. Думаю, стоит ограничиться выделением территории. Те, кто внесут реальный вклад в войну, смогут получить свои поместья бесплатно. По факту заслуг.

В зале повисла пауза. Главы кланов переглядывались.

— Звучит разумно, — наконец произнёс Урбен. — И выполнимо.

— Кто поддерживает предложение? Поднимите руки.

Лес рук взметнулся над столами. Даже Стайнхарт, помедлив, поднял ладонь.

— Принято, — председатель кивнул и повернулся к Лукасу Найтхелу. — Начинай собирать армию. Те, кто примет участие в боевых действиях, получат земельные наделы в будущих городах. Разошли вестников.

— Да, наставник.

— Что по новым особям? Есть данные?

Слово взял Роберт Санчес. Он отодвинул пустую чашку и развернул перед собой лист с пометками.

— Моим магам удалось захватить пару экземпляров. Провели вскрытие. Результат удивительный: тролли — это те же гоблины. Буквально. Та же анатомия, те же органы, те же кости. Будто кому-то позволили вырасти в размерах, и организм адаптировался. Жировая прослойка, усиленные суставы, утолщённая кожа. По боевым качествам — превосходят латников за счёт массы и силы. Но тактически — те же гоблины. Прут напролом, не думают, не отступают.

— Кавалерия?

— Ситуация та же. Точный удар копьём — и противник падает. Промах — и лошади конец. — Санчес выдержал паузу. — Но есть решение. Магесса из академии наладила выпуск огненных зелий. Новые образцы. Горят долго, липнут к коже, сбить почти невозможно. Против троллей работают отлично. Один флакон — один труп.

Председатель перевёл взгляд на Айрина Белфорта. Тот поморщился, как от зубной боли.

— Я соберу сведения, — буркнул Белфорт. — Предоставлю отчёт.

Председатель тяжело вздохнул и снова повернулся к Санчесу. Тот не удержался от ехидной улыбки.

— Наш специалист по обучению опять не знает, кого учит. — Роберт развёл руками. — А учит он так хорошо, что юная магесса из маленькой деревни смогла открыть грани, разработать рецептуру и создать предприятие, на котором сейчас работают тридцать человек.

Председатель позволил себе улыбнуться. Заносчивость Санчеса всегда играла ему на руку. Оба это знали и оба этим пользовались.

— Значит, решение у нас есть, — резюмировал он. — Армии нужно закупить это зелье. Для обычных солдат.

Роберт качнул головой.

— Простым солдатам оно ни к чему, наставник. Слишком дорого, слишком сложно в применении под паникой. А вот десятникам — иметь пару флаконов на случай встречи с троллем. Этого хватит.

— Хорошо. — Председатель обвёл взглядом зал. — Сообщите эту информацию аристократии. Пусть видят: мы не отправляем их людей на верную смерть. У нас есть оружие. У нас есть план. У нас есть земля для тех, кто выйдет победителем.

Магические светильники так же мерно горели, а совет переходил к следующему вопросу.

***

В поместье Росарио царила привычная, размеренная суета. Запах трав и спиртовых настоек висел в воздухе, смешиваясь с лёгкой прохладой мраморных коридоров. Я зашёл в регистратуру, взял перо и начал заполнять стандартные документы. Призрачная рука аккуратно вывела имя, фамилию, цель визита, после чего потянулась к кошельку, чтобы пополнить счёт.

Девушка за стойкой, увидев, как ей протягивают бумаги полупрозрачной силовой конечностью, инстинктивно отпрянула назад. Её стул жалобно скрипнул. Она моргнула, потом ещё раз, поняла, что убивать её прямо сейчас никто не собирается, и осторожно приняла документы.

— Извините, — пробормотала она, поправляя мантию. Её взгляд упал на заполненную графу. — Барон… Вилд. Сейчас к вашему человеку придут наши лекари.

— Тот, кого требуется вылечить — это я.

Девушка замерла. Перевела взгляд с документов на мои мерцающие ноги, потом на культю правой руки, которую я до сих пор не восстановил.

— А… эм… — она сглотнула. — Тогда проходите, пожалуйста. Я немедленно сообщу главе клана.

Я кивнул и направился в знакомые палаты. Здесь ничего не изменилось: те же бежевые стены, те же тяжелые шторы, то же кресло у окна. Я опустился в него и позволил себе короткую, горькую усмешку.

Вот уж не думал, что придётся возвращаться сюда за лечением. Когда-то я искренне верил, что моя оборона абсолютна. Что единственный случай, когда она падёт — это когда у меня не останется ни капли сил. Реальность, как всегда, оказалась жёстче. И теперь я сидел здесь, без руки и с пониманием своих слабостей.

Дверь открылась.

В кабинет вошёл Викт Росарио, глава клана лекарей, а следом за ним — его младшая дочь Ингрид. Я поднялся и уважительно склонил голову.

— Приветствую вас, ваша светлость.

— Не стоит, ваше благородие, — Викт махнул рукой, жестом предлагая сесть обратно. — Вы, можно сказать, мой лучший спонсор. Только благодаря вам мы заработали в три раза больше обычного.

— Полагаю, речь идёт о тех, кого мои люди отправляли к вам после дуэлей?

— Так и есть. — Викт хмыкнул, подходя к лежанке и поднимая ее немного выше. — За все годы такого наплыва пациентов не было. А тут — прямо раздолье. Что ж, раздевайтесь. Мы вас осмотрим и подлатаем.

Я перевёл недоуменный взгляд на Ингрид, которая стояла чуть позади отца, нервно теребя край халата.

— Не обращайте на неё внимания, — бросил Викт, не оборачиваясь. — Ей необходимо начать работать с подобными случаями. А то так и будет в обморок падать при виде открытых переломов.

— Папа!

— Не папа, а старший лекарь. — Викт строго глянул на дочь и его глаза полыхнули зеленой энергией. — Помоги пациенту.

Ингрид поджала губы, но спорить не стала. Подошла, приняла у меня пиджак, аккуратно повесила на вешалку.

Я понимал, что происходит. И, честно говоря, мне было всё равно, кто именно будет подавать инструменты. Главное — вернуть конечности. Как бы филигранно я ни владел своими гранями, они не могли полноценно заменить живые руки и ноги. Одно дело — выживать в лесу, когда выхода нет. И совсем другое — когда проблему можно решить золотом.

Я стянул рубашку.

Лицо Викта изменилось мгновенно.

Он не произнёс ни слова, но его взгляд стал серьезным, было видно он пытался понять как можно было так пострадать с моими гранями. Ингрид посмотрела на мою культю, на шрамы, покрывающие плечо и грудь, побледнела и, не сказав ни слова, выбежала из палаты.

Викт даже не обернулся.

Лучший лекарь столицы составил примерный план по лечению, набрал полные лёгкие воздуха и начал работать.

Тысячи тончайших зелёных нитей вырвались из его пальцев. Они опутали моё тело, находя каждую царапину, каждый порез, каждый след от когтей и шипов. Там, где они касались кожи, оставалась розовая, чистая, новая плоть. Мелкие раны затягивались одна за другой, исчезая без следа.

Когда с мелочами было покончено, Викт перешёл к главному. Его лицо покрылось испариной, но рука не дрожала. Зелёные нити сплелись в плотный жгут и начали свою работу у основания моей правой культи.

Я смотрел, как из пустоты прорастает кость. Сначала тонкая, почти прозрачная, но с каждой секундой наливающаяся плотностью. За ней потянулись сухожилия, тонкие, как паутина. Затем мышцы, слой за слоем, красные и живые. И наконец — кожа.

Викт побледнел так, что стал похож на собственную мраморную статую. Его руки дрожали, но нити не прерывались.

Процедура длилась три часа.

Когда всё закончилось, я смотрел на свою новую руку. Розовую, нежную, совершенно чужую. Я сжал пальцы в кулак. Разжал. Кожа натянулась, мышцы послушно сократились.

Викт сидел в кресле напротив, протирая салфеткой пот. Было заметно, что подобные процедуры действительно сложно даются. Но при желании он мог продолжить.

Но результат говорил сам за себя. Леви тоже мог восстанавливать конечности, но его работа была… грубее. Дольше. Викт же работал на совершенно ином уровне. Разница была колоссальной. Я никогда не задумывался об этом раньше, считая, что все лекари более-менее равны. Теперь я понимал: Викт превосходил любого из ныне живущих в пять, а то и в десять раз.

— На сегодня… пожалуй, закончим, — выдохнул Викт. — Приходите на следующей неделе. Мне потребуется время, чтобы восстановиться до приемлемого уровня.

— Хорошо, ваша светлость. — Я ещё раз сжал и разжал кулак. — Ваши способности действительно поражают. Я думал, увижу новую руку только через неделю.

— Мы не просто так клан лекарей, ваше благородие. — Викт позволил себе легкую улыбку. — К тренировкам рекомендую приступать через пару недель. Организму нужно время на адаптацию.

Он помолчал, собираясь с мыслями, затем добавил:

— И ещё… по поводу магов, которые сейчас служат моей дочери. Вы можете использовать их в ваших вылазках. В разумных пределах, разумеется.

— Как насчёт вашей дочери? — спросил я.

Викт покачал головой.

— Думаю, она пока не готова столкнуться с ранениями на поле боя.

— Вы уверены, что она будет готова когда-то?

Он посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом.

— Понимаю, о чём вы. Но уж на слишком рискованные авантюры вы бросаетесь. Я не против сильных защитников для дочери. Но отпустить её… я не готов.

Я кивнул. Спорить с отцовской тревогой было бесполезно. С другой стороны, в моём распоряжении уже был весь третий курс — этого хватало для большинства задач. А если понадобится что-то серьёзнее — будем решать по ситуации.

Мои щиты привычно вытянулись, формируя ноги. Я поднялся. Викт с интересом проводил взглядом силовые конструкции, но ничего не сказал.

— Благодарю вас, ваша светлость.

— Выздоравливайте, ваше благородие.

Я вышел из поместья Росарио и направился к карете. И тут же поймал себя на том, что кончиками пальцев правой руки касаюсь всего, что попадается на пути. Шершавый камень стен. Холодный металл дверной ручки. Мягкий, ворсистый бархат обивки сиденья.

Ощущения были новыми. Но чертовски приятными.

Карета тронулась. Я откинулся на спинку и прикрыл глаза.

Мысли сами собой переключились на бал, который Лирин закатила в честь моего возвращения. Я усмехнулся. Честно говоря, я соскучился по всей этой суете. По тому, как она командует слугами. По спорам девчонок о цвете скатертей. По тому, как Рори хмурится, пытаясь понять, чего от него хотят.

Я знал: пройдёт пара дней — и я начну жалеть, что вообще согласился на этот праздник. Слишком много лиц. Слишком много вопросов. Слишком много необходимости улыбаться и делать вид, что я рад каждому гостю.

Но это будет потом.

А сейчас, глядя на мелькающие за окном улицы и сжимая-разжимая пальцы новой, живой руки, я чувствовал только предвкушение.

***

Поместье Вилд изменилось до неузнаваемости. Десятки факелов пылали вдоль подъездной дороги, их рыжие языки плясали на ветру, выхватывая из темноты каменные стены и кованые ворота. Огни дрожали на ветру, жуткие тени плясали на подъездной дороге, превращая знакомый особняк в первобытную крепость из старых легенд.

Луа, наша волчица, бесшумно кружила по территории. Её мощный силуэт то появлялся в свете факелов, то снова растворялся во мраке, и каждый её шаг отзывался в воздухе тяжёлой, звериной грацией. Игра теней была идеальной — страшной и завораживающей одновременно.

Первогодки брели по дорожкам медленно, сбившись в небольшие группы. Они вздрагивали каждый раз, когда огромный зверь проносился в двух шагах, мелькая горящими глазами.

Первогодки были в ужасе, но старались держать себя в руках. Во-первых, второгодки, пришедшие раньше, двигались спокойно, даже не ускоряя шаг. А во-вторых, одна из второкурсниц — вообще подбежала к волчице и совершенно буднично почесала её за ухом.

Луа прикрыла глаза и одобрительно вильнула хвостом.

Дальше начиналась освещённая аллея. Магические светильники, вмонтированные в деревья и каменные столбы, заливали всё мягким белым светом. Никаких теней. Никакой угрозы. Только ровное, спокойное сияние.

У входа стояли двое.

Молодой барон в тёмно-сером камзоле с серебристой вышивкой по воротнику. Рядом с ним — его спутница, высокая брюнетка в синем артефактном платье из новой коллекции, с идеальной осанкой и спокойным, изучающим взглядом. Они приветствовали каждого входящего — кто-то удостаивался кивка, кто-то короткой фразы, кто-то просто взгляда. Старшекурсники сразу же направлялись к хозяину поместья, чтобы выразить почтение виновнику торжества.

Финли замер в дверях.

Внутри играла медленная, тягучая музыка — струнные и лёгкие переливы арфы. Пары кружились в центре зала, кто-то из старшекурсников уже подходил к девушкам, те вежливо кивали и подавали руку. Финли понаблюдал за этим с минуту, затем погрустнел и двинулся дальше. Танцевать он не умел. А судя по тому, как уверенно старшие приглашали партнёрш, сегодня все девушки будут заняты именно ими.

Он почти дошёл до боковой галереи, когда услышал шепотки.

Финли обернулся.

У входа, сбрасывая парадный плащ на руки слуге, стоял наследник клана Санчес. Эрик. Рядом с ним — крылатая магесса. Огненно красные перья переливались в свете ламп, сложенные за спиной девушки казались почти невесомыми. Та самая. Вторая обладательница крыльев, о которой столько говорили в последние дни.

Финли задержал взгляд на мгновение дольше, чем следовало, ощутив укол зависти, затем отвернулся и пошёл дальше.

Он бродил по комнатам без особой цели. В малой гостиной ему встретилась забавная пара: невысокая светловолосая девушка тащила за руку рыжего парня, упиравшегося изо всех сил, но явно обреченного на поражение. Финли проводил их завистливым взглядом и двинулся дальше.

Следующая дверь вела в зал, где собрались второкурсники.

Они стояли вокруг огромного макета — судя по всему, карты обжитых территорий. Кто-то водил пальцем по рельефу, кто-то жестикулировал, обсуждая маршруты и точки сбора ресурсов. Финли подошёл ближе, протиснулся между плеч и нашёл взглядом свою деревню.

Маленькая точка на северо-западе. Даже не отмечена названием.

Он смотрел на неё несколько секунд, потом перевёл взгляд на другие метки — поместья, города, торговые пути. И вдруг почувствовал, что стоит здесь не просто как зритель.

Из соседнего зала донеслись громкие крики. Не испуганные — возбуждённые, почти восторженные. Финли развернулся и, как и все остальные, двинулся на звук.

***

Главный зал поместья Вилд гудел от десятков голосов. Лампы под потолком горели ровным тёплым светом, официанты лавировали между гостями с подносами, а Лирин стояла у колонны, обводя зал цепким взглядом. Я стоял рядом и уже начинал верить, что вечер пройдёт спокойно.

Появился Эрик.

Он вошёл в зал под руку с Алисией — девушкой в тёмно-красном платье, которое прекрасно подчёркивало её огненно-красные крылья. Перья переливались в свете ламп, сложенные за спиной, они казались почти невесомыми, но каждый взмах создавал лёгкое движение воздуха. Алисия держалась с достоинством, но пальцы заметно теребили край ткани, а взгляд скользил по залу, не задерживаясь на лицах.

Эрик улыбался как кот, объевшийся сметаны. Он кивал знакомым, не скрывая удовольствия. Рядом двигалась его группа в полном составе — в парадных нарядах клана Санчес, демонстративно спокойные. Показывали силу. И мощь боевой группы.

Их появление невозможно было пропустить. Мы с Лирин переглянулись и направились встречать гостей.

Отто Урбен, стоявший у окна в компании троих своих братьев, резко развернулся. Его бокал звякнул о подоконник, вино плеснуло через край. Он сделал три быстрых шага и встал прямо на пути Эрика.

— Санчес. — Голос Отто перекрыл общий гул. — Не замечал твоей любви к объедкам. Может, стоит отдать тебе всех наших бесполезных слуг?

Эрик остановился. Улыбка сползла с его лица.

— Урбен, ты такой же тупой, как и твоя сестра. Хотя, наверное, это семейное.

— Пиромантишка. — Отто ткнул пальцем в сторону Алисии, растягивая слова. — Знаешь ли ты, что она мыла полы в моей комнате? Каждый день.

Магесса побледнела. Крылья дрогнули, перья прижались к спине. Она опустила глаза, спрятала взгляд.

Пламя на Эрике вспыхнуло тёмно-зелёным. Не оранжевым, не синим — именно этим, густым, болотным оттенком, который говорил о скверном настроении владельца.

— Повтори, — тихо сказал Эрик.

— Ты пришёл с поломойкой, — отчеканил Отто надменно. — Ты оскорбил мой род своим присутствием.

Кто-то из Урбенов за спиной одобрительно загомонил.

Я закрыл лицо ладонью.

Эрик не стал отвечать словами. Он сдёрнул с плеча парадный пиджак и отдал его своей спутнице. Та не поднимая глаз приняла его и прижала к груди, не зная, куда ей деться.

— Выходим во двор, — бросил Эрик.

Отто хищно улыбнулся.

Через минуту половина гостей уже высыпала на террасу и в сад. Я пробивался сквозь толпу, Лирин держалась рядом. Вокруг расчищали круг, слуги торопливо отодвигали скамьи, снимали со стоек факелы.

Эрик и Отто встали друг напротив друга. Дистанция — десять шагов. Никакого судьи, никаких формальностей. Клановая дуэль без правил.

— Ты пожалеешь, — процедил Отто.

— Уже жалею, — ответил Эрик. — Что не сделал этого раньше.

Я встал между двумя поединщиками, останавливая магическую дуэль.

— В моём доме дуэли всегда приветствуются, — сказал я, не повышая голоса. — Но сражение — только на мечах.

Отто выпрямился, одёрнул камзол. Его губы скривились.

— Мы оба из великих кланов. Великие решают всё магией.

— Это правило ещё со Старой империи, — я смотрел ему в глаза. — Тогда о ваших великих домах ещё и не знали. Либо дуэль на мечах, либо ничего.

— Мне плевать, чем выбивать мусор из Урбена, — Эрик разминал запястье. — Мечи так мечи.

Отто дёрнулся будто от пощечины, но промолчал.

Я скользнул взглядом по толпе. Рени стоял у колонны, скрестив руки, в пальцах уже пульсировала влага. Я выдохнул. Только смерти одного из наследников в моём поместье мне не хватало. Амалия, как назло, в Эраме. Прикрывать нас некому.

— Хорошо, Вилд, — Отто процедил слова сквозь зубы. — Я согласен на меч. Но ты перешёл мне дорогу, и…

— Ты будешь разглагольствовать о правилах, когда у тебя появится личное поместье, — перебил я. — А сейчас закрой рот и готовься.

Отто побелел. А после покраснел от злости.

Я повернул голову к ближайшему гвардейцу:

— Дуэльные мечи. Быстро.

Гвардеец кивнул и скрылся в доме. Вернулся через полминуты с двумя одинаковыми клинками в простых ножнах. Протянул одному, второму.

Эрик взял меч, взвесил на руке, сделал пару коротких взмахов. Движения рубящие, без тонкости. Обучали, но недолго. Год, может, два.

Отто принял оружие с лёгкостью человека, привыкшего, что ему подают все чего он пожелает. Покрутил кистью, проверяя баланс. Тоже не мастер. Но бить будет жёстко.

— Рени, — позвал я. — Займи позицию.

Рени подошел поближе, встал сбоку. Его пальцы шевельнулись, собирая влагу из воздуха. Водяные сферы расположились в нескольких местах — готовые в любой момент перехватить удар и остановить клинок.

— До первой крови, — сказал я. — Запрещено убивать соперника. Начали.

Отто атаковал первым.

Выпад прямой, быстрый, с вложением корпуса. Эрик отбил в сторону, клинок звякнул о клинок. Ответный удар — Отто ушёл вниз, контратаковал в ногу. Эрик подставил лезвие, отскочил назад, разрывая дистанцию. Явно ожидая удачный момент.

Отто наседал. Бил сверху, слева, снова сверху. Эрик принимал удары на клинок, отбивал, уходил, пятился.

— Дерись, — прошипел Отто, обрушивая меч на плечо противника.

Эрик поймал клинок на гарду, провернул кисть, отводя меч противника в сторону. И ударил в ответ.

Коротко. Резко. Укол — в предплечье.

Отто вскрикнул. Меч выпал, падая на землю. Кровь брызнула на траву, на белой рубашке начало растекаться пятно.

— Кровь! — толпа загудела, подалась вперёд.

Отто зажимал рану ладонью, глядя на Эрика с ненавистью. Эрик опустил меч. Перевёл дыхание.

— Я жду извинений, — сказал он жёстко.

— Приношу свои извинения, ваша светлость, — буквально выплюнул Отто.

Эрик не стал больше обращать на него внимания. Он развернулся и, даже не взглянув на поверженного соперника, направился к Алисии. Та ждала у колонны, держа в руках — парадный пиджак. Эрик взял его, одним движением набросил на плечи и не оборачиваясь, повёл спутницу в поместье. Его группа двинулась следом, смыкаясь плотным кольцом.

Гвардейцы уже убирали в футляр дуэльные мечи. Один присыпал песком тёмные пятна.

Я выдохнул.

Лирин предупреждала, что подобное может случиться. Мы ждали провокаций — но в свой адрес. А вышло вон как.

— Кажется, кто-то не знал, что ты получил баронство по старым традициям, — тихо сказала Лирин, подходя ближе.

— Всегда поражался недальновидности наследников, — ответил я, глядя, как Отто исчезает в темноте сада в сопровождении своих. — Смысла в этой дуэли нет. Уже завтра поползут слухи: водник проиграл, причина — служанка. И все будут обсуждать не технику боя, а то, из-за кого он опозорился.

— Вся столица знает, что Санчесы и Урбены ненавидят друг друга. — Лирин пожала плечами. — Это никого не удивит. Я больше переживаю за Алисию.

Я покосился на неё.

— Она вторая, у кого появились крылья. Идёт тем же путём, что и Аспид. Городские слухи — не то, что должно её волновать.

— Ничего ты не понимаешь. — Лирин вздохнула. — Сухарь.

— Всё я понимаю. — Я поправил манжету. — Просто думаю: если у неё есть время переживать за слухи — значит, у неё слишком много свободного времени.

— Я и говорю: сухарь.

Дальнейший бал проходил по программе. Гости вернулись к прерванным разговорам, слуги сменили закуски на столах, долили вино в бокалы. Зал снова наполнился ровным, уютным гулом, в котором тонули отдельные голоса и смех. Эрик, добывший победу в честном бою, уже через пару минут кружил Алисию в танце, задрав нос и явно наслаждаясь взглядами девушек, которые с плохо скрываемой завистью провожали глазами эту пару. Отто и остальные Урбены покинули поместье, даже не попрощавшись.

Но главное шоу мы приберегли для первогодок.

Лирин подала знак — слуги притушили магические лампы. Свет сконцентрировался на небольшом возвышении у восточной стены, высветив из полумрака три фигуры. Я шагнул в центр.

Говорил коротко. Без пафоса, без лишних жестов. О выезде в земли гоблинов прошлой зимой. О зачистке стойбища у Четырёх башен — там, где шаманов было больше, чем наших магов. О том, как мы направили монстров в лобовую атаку и после добили подранков. О координации, разведке, умении ждать момент.

Первогодки слушали. Кто-то переглядывался, проверяя, не шучу ли я. Кто-то машинально гладил ещё не побывавший в бою клинок. Но в глазах тлела робкая надежда: они тоже смогут. Грани смогут дать им силы для сражения.

Следом вышел Эрик.

Он сменил тон мгновенно. Никаких героических баллад, никаких красивых историй. Только цифры. Тысячи золотых, заработанных за год. Объёмы вывезенной руды. Количество рейсов — и ни одного срыва. Процент потерь — минимальный. Когда он назвал годовую прибыль с нашей шахты, в зале повисла такая тишина, что стало слышно, как пробегают слуги меняя блюда.

А потом десятки парней и девушек синхронно сглотнули.

В их глазах загорелся огонь.

Но настоящий удар нанесли второгодки.

Сэм вышел на возвышение, поправил новенький, сшитый на заказ пиджак — первый приличный костюм в его жизни, между прочим, — и начал рассказывать. О том, как за первый год они наладили производство зелий. Никаких тысяч золотых. Суммы скромные, почти смешные по сравнению с тем, что озвучил Эрик. Но Сэм говорил о другом: о старте, о первых шагах, о том, как они ошибались, переделывали, теряли сырьё, снова ошибались — и всё-таки вышли на стабильный доход.

Первогодки слушали, подавшись вперёд, боясь пропустить слово.

Сэм назвал их прибыль за последний месяц. Кто-то в задних рядах усмехнулся. Но большинство молчали, потому что поняли главное: это реально. У этой группы, которые ещё вчера сами были первогодками, нет ни родовых земель, ни наследства, ни покровителей. Только голова и руки. И если смогли они — значит, есть шанс у всех.

Когда стихли аплодисменты, я снова поднялся на сцену. Лирин встала рядом, чуть позади, как всегда — подчёркивая статус, но не перетягивая внимание.

— Итак, мы завершаем нашу первую встречу, — я обвёл взглядом зал. — Но в этом году я решил сделать нечто особенное. Мы, как и раньше, будем поддерживать наших молодых коллег. И в прошлом году значимого успеха достиг Сэм Беккер.

По залу прокатились осторожные аплодисменты. Сэм, сидевший за одним из столов в полной уверенности что отстрелялся, неуверенно оглянулся, будто проверяя, может ли быть кто то еще с его именем и фамилией. Лирин едва заметно кивнула ему. Он поднялся, на негнущихся ногах прошёл к сцене и встал рядом со мной, глядя в зал с выражением человека, который не понимает что происходит.

— Одной из важнейших вещей, которая будет помогать вам в дальних странствиях, — сказал я, выдерживая паузу, — являются пространственные артефакты. Они позволяют нести столько припасов, сколько не увезёт и обоз. Они экономят время, деньги и жизни. Сегодня это пространственное кольцо мы передаём нашему младшему командиру. Я вытащил из внутреннего кармана кольцо — простое, без гравировки — и вложил его в ладонь Сэма.

Зал взорвался.

Гром аплодисментов, крики поздравлений, свист — всё смешалось в единый гул. Сэм стоял, глядя на кольцо так, будто оно сейчас пропадет, а он проснется в своей комнате. Я похлопал его по плечу и тихо сказал:

— Надень. Проверь, как работает.

Сэм кивнул, словно механическая кукла. Пропустил ману через артефакт. Кольцо послушно приняло удобную форму, подстроившись под размер пальца. Он сжал кулак, поднял его над головой, демонстрируя артефакт.

Аплодисменты стали ещё громче.

Я смотрел на этот шум, на эти лица, на Сэма, который всё ещё не верил, что это происходит с ним, и думал о другом. Новая военная кампания. Тролли. Тысячи гоблинов, собравшихся в одном месте. Совет, наконец-то начавший шевелиться.

И как это отразиться на наших планах.

Глава 5

Удары молотов разносились по кузнице, подмастерья заливали метал в формы, создавая классические наконечники для копий. Объявление совета взбудоражило умы столичной аристократии. Постоянные разговоры и займы друг у друга на снаряжение, в город хлынули десятки наемников, готовых предоставить свои мечи в счет щедрой оплаты.

— Что там с металлом?

— Новая партия будет только завтра.

— Проклятье, мы так не успеем доделать заказ баронета.

Подмастерье лишь пожал плечами. Металла нет. Все запасы, что были, они уже использовали.

— А что там с другими поставками?

— У Санчесов все выкупили на месяц вперед. Говорят, их маги работают без продыха в шахтах.

— Проклятье, а разговоров-то было — новое месторождение, пять тонн они пожертвовали. — Кузнец сплюнул на пол. — Так, парни! Берем кувалды и выкорчевываем забор!

— Но мастер, мы ведь потратили на него целый год!

— А то я не знаю!

Гулкая затрещина разнеслась по кузне.

— Чего встали?! Заказ необходимо выполнить в срок! Кузня Дрейка никогда не проваливает свои заказы!

Пятерка могучих парней похватали инструмент и быстро выбежали под проливной осенний дождь. Несмотря на погоду, шум и крики привлекли внимание горожан. Гордость кузницы — забор, имитирующий виноградные лозы, над которым работали целый год, — сейчас активно курочили владельцы, чтобы создать еще больше оружия для аристократии, готовой ворваться в лес и уничтожить всё живое и неживое за новые владения.

***

Кабинет главы клана Санчес был украшен тяжёлыми гобеленами с вышитыми золотом сценами охоты. Новые артефактные светильники, ярко освещали помещение. Массивный артефактный стол из красного дерева стоял в центре, его поверхность слабо мерцала говоря о недавнем восстановлении. Я и Эрик сидели напротив главы клана в глубоких кожаных креслах и выслушивали, как заикающийся клерк перечисляет заработанные суммы за прошедшие недели. Роберт Санчес, улыбаясь, залпом выпил бокал вина и, когда клерк закончил, перевёл взгляд на нас.

— Я правильно понял — за прошедший месяц мы заработали больше, чем за весь предыдущий год?

— В полтора раза, ваша светлость, — с довольством заметил я, делая глоток из тонкой фарфоровой чашки.

— Отец, мне кажется, нужно отстраивать замок, пока у нас есть такая возможность, — оживился Эрик, подавшись вперёд.

— Какой ещё замок? — возмутился я, ставя чашку на стол. — У нас есть ресурсы на строительство колизея. Нужно сосредоточиться именно на нём.

— Да кому нужен второй полигон? — не менее возмущённо процедил Эрик, вскакивая с кресла.

— Обычным людям. — Я поднялся следом, упёршись ладонями в столешницу. — Сейчас все деньги уйдут наемникам и кузнецам, и, как ты понимаешь, эти суммы не менее огромные, чем получили мы.

— И?

— Боевые действия будут продолжаться не один день. За это время нужно построить трибуны, арену, подсобные помещения. Тысячи воинов, вернувшиеся обратно, с радостью захотят посмотреть, как расправляются с гоблинами с безопасного расстояния. И заплатят за это.

Роберт Санчес забарабанил по столу пальцами. Тишину нарушал только слуга, убирая свои бумаги.

— В принципе мы не планировали, куда потратить подобные суммы. Думаю, могли бы пустить эти деньги на строительство. Но почему вы так уверены в этой идее, ваше благородие?

— Как и говорил ранее, это место будет выполнять сразу несколько ролей. — Я загнул палец. — Первое — боевой опыт для магов в безопасных условиях. Второе — обычные люди смогут увидеть, как именно работают маги, и перестанут бояться непонятного. — Загнул второй палец. — Ну и третье — в столице из развлечений только таверны. Мы воспользуемся ажиотажем, но заодно закроем сразу несколько потребностей города.

Эрик недоверчиво посмотрел на меня, но сел обратно.

— Давайте подпишем контракт. Построим нечто вроде замка, владеть будем пополам.

— Меня это устраивает. — Роберт кивнул, потянулся за пером.

— Единственное — хотел бы, чтобы семейство Аргелиев занималось этим делом. Хочу обеспечить доход своей подопечной.

— Приемлемо. Для нас это эксперимент. Учитывая, что вы самостоятельно заработали на это дело, да и строить будете своими силами.

— Так и есть.

— Не хотите нарастить добычу металла из шахты?

Мы оба скривились. Внешний вид магов металла сейчас напоминал высушенных мумий — ввалившиеся щёки, чёрные круги под глазами, дрожащие руки. За этот месяц они выполняли двойные нормы по добыче. Месяц упорного труда сделал своё дело — сейчас истощённые маги металла отдыхали в поместье, отсыпаясь и восстанавливая потраченные силы. Других магов нанять мы не могли: большинство принадлежали к Стайнхартам, которые сейчас тоже работали без продыху на своих рудниках.

Роберт засмеялся, гулко хлопнув ладонью по столу, но тему продолжать не стал. Мы покидали замок с Эриком через час, заключив ещё один договор и забрав экземпляр с подписями.

Наплыв наемников существенно изменил столицу. Горожане старались двигаться быстрее, чтобы лишний раз не встречаться с пришлыми — те кучковались у таверн, громко обсуждали будущие походы и мерялись оружием. По городу каждый день проходили десятки стычек, и теневые маги, которые пару недель назад контролировали весь криминал, теперь просто не успевали на все случаи. Патрули городской стражи сбивались с ног.

А вот насчёт магов никаких предложений от совета не поступало — что нам как раз не нравилось. Боевые маги предпочитали работать на аристократию за большие деньги, но при этом не выходили из города. Хотя для меня столкновение с монстрами не представляло проблем, количество и качество магов в городской страже оставляло желать лучшего — пяток стариков, способных только на простейшие заклинания, и пара недоучек, которых не взяли ни в один приличный клан.

Если повторится та же ситуация, что и в Эраме, и армию снабдят всего семёркой беспомощных магов, то потерь будет видимо-невидимо. Уже сейчас количество наемников превышало десять тысяч человек. Это не считая гвардии аристократии — ещё тысячи три — и армии Орфена в пять тысяч постоянного состава.

Мысли неожиданно метнулись в сторону старой знакомой. Интересно, как там сейчас Нова? Здоровая, пушистая, с четырьмя глазищами. Если подумать, сражение с обычными гоблинами она легко выдержит — не таких рвала. А вот то, что её территорию отожмут, — в этом сомнений не было. Волчица колоссально сильна, но противника слишком много, да и шаманы могли неприятно удивить новыми фокусами. Придётся потом наведаться, проверить, как она.

Карета остановилась, и мы вышли у нашего торгового центра. Как и в остальном городе, здесь было оживлённо — пожалуй, даже шумнее обычного. На первом этаже горожане толпились у прилавков с сырами и мясом из Эрама, продавцы едва успевали отвешивать порции и принимать мелочь. Кто-то тут же, у стойки, отламывал кусок хлеба и закусывал покупкой, не в силах ждать до дома.

На втором этаже творилось то же самое, но здесь выкупали ткани — рулоны шерсти, льна и добротной парусины уходили за считанные минуты. Портные, снующие между столами, хватали образцы, щупали пальцами плотность, тут же делали заказы на пошив походных костюмов.

На третьем этаже толпа была поменьше. Здесь продавались комплекты для путешествий: фляги, свёрнутые одеяла, компактные палатки, наборы котелков. Покупатели — в основном те, кто уже имел опыт вылазок, — неторопливо выбирали, прикидывали вес, советовались друг с другом.

Мы поднялись выше, в административную часть. Открыв дверь кабинета, я застал скучающего Тита Аргелия. Он стоял у окна, опершись рукой о подоконник, и любовался видом на улицы города — оттуда, сверху, было хорошо видно, как людские потоки втекают в двери центра и выползают наружу с покупками. Услышав шаги, он обернулся и улыбнулся.

— Ваша светлость. — Он поклонился Эрику, затем перевёл взгляд на меня. — Ваше благородие. Хотели проверить, как идут дела, полагаю?

— Всё верно, Тит. — Я подошёл к столу, присаживаясь на стул. — Много ли принесли денег наши неожиданные защитники?

Тит усмехнулся. Наёмники с самых первых дней гордо разносили по местным тавернам весть, что они здесь, чтобы защитить столицу человечества. Бедная стража не знала, что делать с «защитниками», — тюрьмы заполнились уже в первые дни. Тит открыл одну из папок, лежащих на столе, и пробежал глазами по цифрам.

— За последнюю неделю мы заработали ту же сумму, что и при открытии. — Он поднял взгляд. — Нам нужно несколько дополнительных караванов для поступлений провизии. Думаю, подобные темпы будут сохраняться, пока совет не отдаст приказ о выдвижении.

— Хорошо. Но следует усилить наши обозы.

— Это так. — Тит кивнул, перелистнул страницу. — Нападения гоблинов участились. Наёмный отряд расходует от десяти до пятнадцати огненных зелий за рейс.

— Ну тут не стоит экономить. Потери каравана будут измеряться в золоте, зелья же обходятся нам в серебре.

— Ваше благородие, вы разве не слышали?

— Не слышал что?

— Совет закупил партию для армии. — Тит прищурился. — Общая партия — пять тысяч зелий.

Эрик присвистнул — совсем не аристократично, от которого дёрнулись брови сидящего за соседним столом клерка. Я тоже удивился. В течение дня изготавливалось не больше пятидесяти зелий — кровоостанавливающее было важнее, и акцент делали именно на нём. Раз им поступил такой заказ, значит, сейчас они в том же положении, что и наши маги металла: работают без продыху, выжимая последние силы.

— Получается, сейчас будет дефицит подобных зелий, — констатировал я.

— Да, ваше благородие. — Тит закрыл папку. — Я бы рекомендовал усилить обозы магами.

Я повернул голову к Эрику.

— Не хочешь привлечь своих к этому делу?

— Зачем?

— Сейчас пойдёт стройка, и наши маги камня будут заняты. Остальным просто нечем будет заняться.

— Вообще-то они будут учиться, — наставительно сказал Эрик.

Увидев мой взгляд, он быстро исправился:

— Хотя боевая практика тоже хорошо. Пусть разомнутся.

Я снова посмотрел на Тита.

— Отправь мне график дополнительных караванов.

— Да, ваше благородие.

Закончив с проверками, мы отправились в поместье. За окном кареты начал срываться дождь — сначала редкие капли, потом плотная стена воды. Горожане спешно искали укрытие: кто-то нырял под козырьки лавок, кто-то бежал к подворотням, прикрывая головы сумками.

Эрик, откинувшись на спинку сиденья, решил развлечь скучную поездку беседой.

— Слушай, Люций, — он покосился на меня. — Когда ты объявишь о помолвке с Лирин?

Я перевёл недоуменный взгляд на Эрика.

— Ну ты еле выжил в той передряге, разве не хочешь немного поубавить свои рвения?

— Ты чего это решил спросить?

— Я просто думал... может, сыграть две свадьбы в один день? — Эрик мечтательно улыбнулся. — Представляешь, как это здорово будет?

Я закашлялся.

— Честно говоря, в ближайшее время даже не думал об этом. У нас тут через год поход в дальние земли. Тащить туда жену как-то не логично.

— Ну так оставь её тут. В чём проблема?

— Честно говоря, во всём. — Я покачал головой. — Без неё будет ещё сложнее справиться. Это Алисия ничем не занята, а у меня с Лирин дел вагон и маленькая тележка. Возможно, когда заложим город, тогда можно будет подумать.

— А я думаю всё сделать летом.

Тут уже я присвистнул.

— Ну а чего? — Эрик развёл руками. — Я теперь богат.

— Вообще-то ты и был богат. — Возразил я.

— Не-е-ет. — Он прищурился. — То были деньги клана. Да, я ими мог пользоваться, но должен был отчитываться, что куда и зачем. А теперь есть мои деньги, и трачу я их куда захочу. У меня есть замок, да, он за городом, но для нас это не проблема.

Увидев мой скептический взгляд, Эрик махнул рукой.

— Не понимаешь ты романтики.

Карета остановилась. Мы вышли под дождь, активировав магические щиты и быстро прошли в поместье.

Краем глаза я заметил Викту. Она сидела в хоббитском домике Луа, привалившись спиной к тёплому боку волчицы, и что-то читала вслух. Луа слушала, положив тяжёлую голову на лапы, и только уши подрагивали.

Мой глаз дёрнулся. Проклятая блохастая жила лучше, чем я. Нужно придумать, как её припрячь к патрулированию хотя бы.

Мы зашли в поместье. В холле нас встретили Лирин и Алисия — обе в лёгких домашних платьях, с улыбками и явным намерением проконтролировать, не задержались ли мы где. От приторной ванильности этой встречи мой глаз дёрнулся ещё раз.

***

Окраины Эрама.

— Я больше не могу, Сэм! — Томас опёрся руками о колени, сгибаясь пополам. Пот катился по его лицу градом, рубашка прилипла к спине.

— Первая тысяча золотых, Томас! — Сэм тряхнул перед его носом раскрытой ладонью, будто там уже лежали монеты.

— Но я больше не могу!

— Можем! И сделаем это! — Сэм схватил его за плечо, встряхнул. — В моей команде у каждого будет это артефактное кольцо! Каждый, понял?!

Юта и Лора сидели на перевёрнутой бочке в стороне и с интересом наблюдали, как жажда наживы заставляла магов выкладываться на триста процентов. Заказ, который они получили от совета, был невозможен при любом раскладе. По крайней мере, так они считали до того момента, как их лидер взялся за подсчёты.

На своём предприятии они планировали зарабатывать около пятидесяти золотых в месяц. Скромно, но стабильно.

Все деревенские были ознакомлены с травами, которые необходимо было собирать и сдавать в город. Производственные процессы отладили по советам Люция Вилда — конвейер, разделение труда, учёт каждой мелочи. И как только они смогли массово получать необходимые зелья, предприятие наконец принесло первые деньги. Они не ограничивались одним составом — запустили пять производственных линий. Все зелья расходились как горячие пирожки, и они всерьёз задумались над увеличением производства.

Всё шло отлично. До получения этого контракта.

Когда первые радостные эмоции сошли, они поняли: сырья просто физически не хватит. Никто не предполагал такого спроса. Но два мага природы и не собирались сдаваться. Они арендовали поля у крестьян и с остервенением принялись выращивать нужные травы. К ужасу Юты и Лоры, это начало работать. А потом молодые маги получили помощь старшей наставницы Софии — та пришла, глянула, покивала и выдала пару советов по ускоренному росту.

Маги уходили в лес, заряжались маной от вековых деревьев и возвращались на поля, продолжая создавать необходимые растения. Уже месяц они выкладывались по полной. Когда силы совсем заканчивались, приходила весть, что зелья начали закупать не только для армии, но и аристократия. И они снова врывались в дело с новыми силами.

Услышав крики гоблинов, парни даже не отвлеклись. А вот остальные члены группы врубились в ряды противника.

Юта, закованная в доспехи, орудовала алебардой. Стиль владения этим оружием пришёлся ей по душе — с мелкими противниками удобно, размах широкий, достаёт далеко. Когда появлялись тролли, алебарда и тут показывала себя отлично: древко не давало подойти близко, а тяжёлое лезвие рубило глубоко.

— Дьюик, вот ту сторону нужно поменять, — крикнул Сэм, не отрываясь от земли. — Я чувствую, там мало полезных элементов.

— Но там гоблины! — Дьюик указал рукой в сторону, где кипела схватка.

— Не обращай внимания. Девчонки справятся. И не забудь убрать глину — из-за неё прошлые партии меньше сока содержали.

Дьюик тяжело вздохнул, глядя, как девушки набросились на гоблинов. Совсем не так он представлял работу мага. Но делать было нечего. Отправившись на соседнюю поляну, он аккуратно взял несколько кубометров земли, сжал их в плотные шары, которые могли пройти между деревьев, и отправил к основному полю.

Когда он вернулся, битва уже подошла к концу. Магесса металла собирала трупы гоблинов, стаскивая их в общую кучу. Раздался зловещий смех алхимика. Дьюик поморщился и прикрыл глаза рукой. Яркая вспышка мгновенно испепелила всю кучу. Раздался раздражённый крик девушек.

Странно, что они ещё не привыкли к тому, что Лора перед броском своих склянок смеётся как сумасшедшая, подумал геомант.

Земля на обозначенном участке вздыбилась, спрессовалась в несколько шаров и откатилась в сторону. Дьюик скептически осмотрел поверхность и на всякий случай разрыхлил её — помня, как Сэм целую неделю высказывал ему, когда они не получили ожидаемые объёмы зелий.

Заменив нужные территории, он с удовольствием посмотрел на поле. Четыре руки подняли его и поставили в сторонку.

— Погнали, Томас!

— Да!

И на что я подписался? — пронеслось у него в голове.

***

Когда я зашел в новый класс был приятно удивлен, навыки местного строителя сильно возрасли и потому можно было увидеть красочные сцены. В некоторых местах на каменных борельефах явно менялись цвета для того чтобы подчеркнуть напряженность сцены или выделить действие. Увидев скривившееся лицо преподавателя я улыбнулся, есть вещи временные как классы, а есть постоянные как раздражение нашего преподавателя.

— Кого я вижу, ты к нам не торопился Люций.

— Неожиданно много дел, пришлось пожертвовать вашими ценными уроками.

— Понимаю, понимаю я так переживал о вас все это время.

— Не стоило, я всего лишь выполнял свой долг перед людьми.

— Насколько я помню вы часто критиковали сложившуюся систему, но сами ей активно пользуетесь.

— Конечно, нельзя изменить весь мир в одиночку.

Обменявшись колкостями я сел на свое место, Рейд белфорт начинал свой урок.

— Итак класс у нас для вас есть объявление, как вы скорее всего знаете гоблины неожиданно близко подошли к нашим границам и уже сейчас они активно укрепляются в лесах. На данный момент ситуация не критична, но в скором времени противник может нанести свой удар. В связи с этим совет просит принять участие в уничтожении противника. Боевые выходы для вашей группы это уже скорее норма.

Поднял руку от чего лицо Рейд Белфорт скривился.

— Да Вилд.

— Будут какие то награды?

— Это возможность для магов показать чего они стоят. С третьего по пятые курсы будут делать боевые выходы в своих группах. Чтобы нашим доблестным воинам было проще сражаться с противником.

— То есть для нас ничего не меняется?

— Да Вилд, для вас ничего не меняется. Вы можете как обычно уничтожать противника.

— Я бы очень хотел увидеть как действуют старшие курсы. Уверен их боевая мощь поражает. Когда они начнут к стати.

— Их выход назначен на следующей неделе, мы будем координировать их действия.

— А наши координировать не будете?

— Вы обучались для работы в собственных группах в то время как старшие курсы обучались оборонять стены городов. Поэтому — Улыбнулся преподаватель. — Мы не хотим ограничивать свободу вашим действиям.

Получив тычок от Викты я поморщился но перестал задавать вопросы. Но потом вспомнил кое что важное и вновь поднял руку.

— Да Вилд.

— В мою группу входит пятикурсница Лирин Помпео, она будет действовать в моем отряде?

Преподаватель почесал подбородок.

— Я уточню этот вопрос у директора.

— Тогда уточняйте сразу о том что она будет действовать в моем отряде. Мы уже умеем действовать в одном отряде.

Преподаватель поморщился, но кивнул.

— Темой сегодняшнего дня будет сражение отрядов на пересеченной местности.

Я вновь закатил глаза, это ведь сражение легионов которых у нас нет, против варварских племен.

***

Мерный свет магической лампы падал на стол, освещая карту с десятками пометок. Красные точки — стойбища гоблинов, синие — предполагаемые маршруты их перемещения. Аспид отработала безупречно: теперь он примерно понимал масштаб происходящего. Тысячи, если не десятки тысяч тварей, рассредоточенных по лесам в считанных днях перехода от города.

Понимание масштаба не отменяло планов. Ресурсы, которые оказались в его руках, позволяли многое. Но не всё.

Раздался стук в дверь.

— Войдите.

Тишина. Потом снова стук.

— Открыто.

Снова стук, настойчивее.

Люций резко вскочил, отодвинув кресло так, что оно стукнулось о стену. Он рванул ручку, распахнул дверь настежь, уже открыв рот, чтобы высказать всё, что думает об интеллектуальных способностях представителей магической братии, которые не могут отличить закрытую дверь от открытой...

И замер.

На пороге стояла Лирин. Довольная, как кошка, объевшаяся сметаны. В одной руке — бутылка вина, в другой — два хрустальных фужера. Она, не спрашивая разрешения, протиснулась мимо него в кабинет, цокая каблуками по паркету, и грациозно опустилась в кресло у стола. С интересом склонила голову, разглядывая карту с пометками.

Владельцу кабинета ничего не оставалось, кроме как закрыть дверь и вернуться на своё место.

Бутылка вина взлетела в воздух, паря ровно в метре над столом. Пробка выскочила с мягким хлопком и упала в мусорную корзину — случайно или прицельно, Люций не понял. Фужеры, так же игнорируя гравитацию, подплыли к бутылке, подставились под тёмно-красную струю, наполнились ровно до половины и разлетелись в стороны: один в руку Лирин, второй — в его ладонь.

— Долго тренировалась? — спросил он, присаживаясь.

— Получилось почти сразу.

— А «почти сразу» в скольких бутылках измеряется?

Лирин сделала глоток, прищурилась.

— В трёх разбитых фарфоровых чайниках и одной обиженной волчице.

— Ты пролила чай на Луа?

— Да. — Она улыбнулась в бокал. — Потом неделю отбегала, когда чайничек взлетал в воздух. Шарахалась от любой посуды.

Люций хмыкнул, отпил вино.

— Над чем работаешь? — кивнула Лирин на карту.

— Ищу место, где взять кучу камня и по минимуму сталкиваться с гоблинами.

— Это возможно?

— Нет, но попробовать стоило. — Он провёл пальцем по карте. — Аспид отметила семь стойбищ по кратчайшему маршруту. Самое проблемное — этот путь нужно будет пройти не один раз.

Лирин сделала глоток, обдумывая.

— Получается, когда мы уничтожим первое стойбище, остальные начнут прибывать к нам.

— Да. — Люций тоже выпил. — И проблема в том, что проигнорировать их мы не можем. Иначе они просто сорвутся к городу.

Повисла пауза. Лирин допила вино залпом, поставила фужер на стол. Посмотрела на него, потом в сторону, потом снова на него.

— Слушай... — Она запнулась, на секунду потеряв привычную уверенность. — По поводу того, что было в саду... Я просто на эмоциях была. Я не хотела...

— Ты мне нравишься, — перебил Люций.

Лирин замерла. Кивнула. Потом ещё раз посмотрела на него, будто проверяя, не ослышалась ли. Снова кивнула. Встала, взяла бутылку и молча пошла к двери.

Люций сидел, не понимая, что не так сказал.

В этот момент дверь с грохотом распахнулась обратно. Лирин влетела в кабинет, сжала его в объятиях так, что он чуть не выронил бокал, и впилась поцелуем — требовательно, не оставляя шанса на возражения.

А потом так же быстро оторвалась и выбежала, хлопнув дверью.

Люций остался стоять посреди кабинета с бокалом в руке, глядя на закрытую дверь. В голове была полная каша из обрывков мыслей, вина и ощущения от поцелуя на своих губах.

— Наверное, я ей тоже... — пробормотал он в пустоту. — И допил бокал вина.

Лампа мерно светила, освещая карту с красными точками. До войны оставалось несколько недель.

Глава 6

Группа магов на лошадях продвигалась к первому стойбищу. Событие, невозможное еще пять лет назад. Каждый клан с трепетом и почтением относился к магам, рождавшимся на его территории, но собрать вместе столько боевых магов для открытого сражения? Об этом не могло быть и речи в прежние времена.

Сопровождающие гвардейцы двигались расслабленно, положив копья на луки седел. Кто-то перешучивался, кто-то лениво жевал травинку. Они знали: мощи этих людей хватит, чтобы справиться с любым противником. Многие с интересом задирали головы, наблюдая, как маги ветра носятся в небе, рассекая воздух и обеспечивая прикрытие сверху. Их плащи развевались на высоте, силуэты четко выделялись на фоне осеннего неба.

Но гораздо больше гвардейцев интересовала странная группа, которая будто не понимала, где оказалась.

В небе, прямо над колонной, парил легкий столик. За ним пятеро магов явно попивали чай. Они с любопытством осматривали округу, что-то весело обсуждали и показывали пальцами то на марширующие отряды, то на лес вдалеке. Один из них лениво откусил бутерброд.

Вайс Белфорт с раздражением смотрел на Лирин, которая так унизила его перед всеми на арене. И ради чего? Какого-то баронишки, едва стоящего на ногах после лечения? Его пальцы сжались так, что костяшки побелели. Власти его клана хватило бы, чтобы перевести всю ее семью в столицу, где они жили бы как достойные люди, а не как побирушки с окраины. А она выбрала это.

— Вайс, не отставай от группы, — раздался жесткий голос.

— Да, дядя.

— В этом бою ты должен проявить себя. — Дядя подлетел ближе, понизив голос. — Это первое сражение за стенами за последние триста лет. Помни это. Все должны знать, что наш великий клан все так же силен, как и маги прошлого.

— Да, дядя.

Группа из десяти воздушных магов ускорилась, уходя вперед. Ветер свистел в ушах, когда они набирали высоту. Через минуту они уже нависали над первым стойбищем гоблинов. Внизу закопошились зеленые фигурки: кто-то выбегал из шалашей, кто-то хватал оружие, кто-то тыкал пальцами в небо, поднимая тревогу.

— Защиту активировать! — рявкнул Вайс.

Все маги синхронно вскинули руки. Воздух вокруг них загустел, формируя полупрозрачные коконы — ветряные барьеры.

— Первый удар — воздушные лезвия. Пли!

Десятки полупрозрачных серпов сорвались с рук магов. Они обрушились на стойбище с противным свистом. Обычные гоблины даже не успевали вскрикнуть — их просто разрывало на части, разбрасывая кровавые ошметки по поляне. Маги не останавливались, отправляя атаку за атакой, выкашивая ряды противника.

Тройка огненных шаров метнулась вверх, в ответку. Маги даже не думали уворачиваться. Шары столкнулись с ветряными барьерами и бессильно растеклись в стороны, осыпая вниз снопами искр.

Но следом прилетело сразу десять огненных сгустков.

И тут маги не стали проверять прочность защиты. Они резко ушли в стороны, рассыпаясь веером, уходя из-под обстрела.

Молодой человек, сидевший за столиком в небе и издали наблюдавший за действиями магов, стукнул себя ладонью по лицу. Его собеседники захихикали.

Шквальный обстрел нарастал. Шаманов оказалось слишком много — их магия летела плотно, не давая ветровикам закрепиться на позиции. Огненные шары, ледяные копья, электрические разряды — все это смешалось в разноцветную круговерть. Магам пришлось отступать, уходя все дальше от стойбища.

Парень за столиком возмущенно вскочил, едва не опрокинув чашку. Он начал что-то яростно объяснять остальным, размахивая руками и тыча пальцем вниз, на поле боя.

Внизу гвардейцы, видевшие плотность обстрела, побледнели. Кто-то уронил копье от увиденного. Они рассчитывали отбиваться от обычных гоблинов, рубить зеленые морды в ближнем бою. Участие в магической дуэли не входило в их планы. А тем временем разноцветные удары уже летели над их головами, преследуя отступающих воздушников.

— Всем спешиться! Построение! — заорал командир гвардии, соскакивая с коня.

Началась суета. Солдаты спрыгивали с лошадей, выстраивались в ряды, проверяли оружие. Лязг металла смешался с криками. Вперед вышли закованные в сталь фигуры — маги с физическими гранями. Еще недавно они ничего не могли противопоставить своим коллегам, но сейчас двадцать тяжеловооруженных бойцов стояли, сжимая монструозное оружие и ожидая шанса его применить.

Гоблины наконец заметили основную армию. Из стойбища донеслись визгливые крики, и зеленая масса понеслась в сторону людей, потрясая дубинами и кривыми клинками.

— Всем стоять! Станьте плотнее! — Командир пробежал вдоль строя, поправляя щиты. — Маги воды — подготовить водяные куполы!

Голубые сферы одна за другой накрыли плотно стоящие отряды. Вода переливалась внутри полупрозрачных стен, создавая надежную защиту.

Тут уже не выдержал второй парень за столиком — он присоединился к обсуждениям необычной тактики, яростно жестикулируя.

Первые огненные шары врезались в купола. Вода зашипела, взметнулся пар, но защита устояла. Шары гасли, не причинив вреда солдатам.

— Огненные маги, навесом — готовьсь!

Красные накидки взметнулись, когда маги вскинули руки. Необычные заклинания взлетели вверх по крутой дуге и начали обрушиваться на бегущие толпы противника. Огненные шары падали сверху, взрываясь среди гоблинов.

Два парня за столиком удивленно развернулись к магам в красных накидках, видимо требуя объяснений. Те рассмеялись.

Огненные взрывы разнеслись по всему полю, подбрасывая в воздух тела. В этот момент Белфорты на полном ходу пролетели над полем боя. Ветряные лезвия посыпались с их рук, оставляя кровавые просеки в рядах орды. Гоблины падали десятками, но на их место тут же вставали новые.

Наконец зеленая волна столкнулась с гвардейцами. Завязался ближний бой — визг, лязг, крики раненых смешались в сплошной гул. И тут появилась первая проблема.

Тролли ворвались в ряды гвардейцев. Их огромные туши сминали строй, дубины разбивали щиты в щепки. Десятники пытались воспользоваться огненными зельями, но водные купола нейтрализовали эффект — огненные фигуры все равно врывались в строй, создавая давку и панику.

Начались первые потери. Крики раненых зазвучали громче.

В этот момент маги камня открыли огонь. Булыжники размером с голову полетели в троллей, сбивая их с ног, разбивая головы. Ситуация начала выправляться.

До того момента, как появился десяток шаманов с посохами.

Шквал молний обрушился на поле боя. Разряды рвали водные купола, делая целые просеки в рядах гвардейцев. Запах озона смешался с запахом крови. Взметнулись десятки металлических лезвий, создавая громоотвод — маги металла старались нейтрализовать площадной удар, отводя разряды.

Но один из шаманов не остановился. Он создал десятки водяных шаров и направил их на войска. Вода окатила строй, после чего электрические разряды ударили снова.

Маги воды взмокли от напряжения, поднимая защиту и осушая все вокруг. На мгновение на поле боя повисло хрупкое равновесие. Маги и шаманы вели перестрелку, выжигая пространство между собой.

И тут появилась фигура с уродливыми клинками.

Маги огня, готовые дать очередной залп, не обратили на нее никакого внимания. Черная фигура уже прорвалась через гвардейцев, оставляя за собой трупы. Один из магов услышал странный свист за спиной и обернулся.

Зазубренный клинок летел прямо ему в лицо.

Маг зажмурился, втянув голову в плечи.

Но удара не последовало.

Он открыл глаза и увидел, как монструозная серая фигура — выше любого тролля, с огромными когтистыми лапами — сошлась в ближнем бою с невероятно вертким противником.

***

— Нет, ну какого черта они творят?! — Зачем вам бить по простым гоблинам?! Идиоты!

— Зачем купола-то?! — Тут уже и Рени не выдержал. — У вас что, противника вокруг много? Они же сами себя заблокировали!

— Мальчики, да сядьте вы уже, — лениво протянула Лирин, попивая чай из бокала. — Империя так вела бой и побеждала.

— Империя так вела бой совсем по другим причинам! — рявкнул я, тыча пальцем вниз. — К тому же подготовка легиона и подготовка гвардии — совсем не одно и то же. Вон, смотри!

— Так я не понял... А это как так?

— А ты чего думал? — язвительно поинтересовался Эрик . — Нам очень важно перед собой бить, да?

— Эм, ну... да.

— Люц, смотри! — перебил Рени, указывая вниз.

Яркая вспышка молнии ударила в самую гущу гвардейцев, оставляя просеку из обугленных тел.

— Так... Их было десять. — Я быстро пересчитал шаманов. — Куда делся десятый? Твою мать! Лирин, выпускай меня к огневикам!

Сфера гравитации подхватила меня, швырнув вниз. Я призвал боевую форму прямо в полете — щиты вырвались наружу, формируя двухметровую фигуру оборотня с мощными лапами. Приземление выбило фонтан земли.

И сразу удар.

Гоблин передо мной и не думал драться — он рванул в тень, пытаясь скрыться. Вот только резонанс со светом не давал ему полноценно провалиться. Силуэт маячил полупрозрачным пятном, дергался, но уйти не мог.

Моя лапа схватила его за голову. Сжатие — хруст — тело обмякло.

Я запустил грань окружения, просканировал пространство. Других гоблинов в тылу нет. Хорошо. Но отсиживаться нельзя — и не получится. Потерять хоть одного мага в таком сражении? Безумие.

Группа троллей неслась на полных парах с правого фланга. Целая дюжина здоровенных туш. Отличная цель.

Я сорвался с места, перепрыгнул строй солдат — те даже головы задрать не успели — и врубился прямо в центр троллей.

Кинетический толчок разнес первую тушу в кровавую пыль.

Здоровяки мгновенно среагировали. Огромные дубины обрушились со всех сторон. Я даже не пытался уворачиваться — щиты держали. Лапы, работающие в резонансе, врывались в плоть противника, как в масло. Удар в сердце. Еще удар в печень. Две туши рухнули замертво.

Осталось еще два.

Кинетический всплеск отправил дальнего в полет — он пронесся над гвардейцами и врезался в кучу гоблинов, сминая их в лепешку. Ближнему я просто снес голову одним ударом.

Обернулся.

Лирин висела над шаманами, оранжевый купол Энтони держался под обстрелом. Рори и Эрик выкладывались по полной — огненные протуберанцы долбили по шаманам, прожигая защиту. Тех осталось четверо.

Гвардейцы, почуяв перелом, издали радостный рев и рванули вперед, выкашивая убегающих гоблинов. Я огляделся. В принципе, все нормально. Пнул ногой подбежавшего гоблина — кинетика разнесла его в пыль.

Идиоты. Какой смысл было выставлять физиков вперед, если их нужно было использовать именно против троллей, целенаправленно? А они стояли в строю и лупили по мелочи.

Группа Белфортов пронеслась над полем, добивая остатки гоблинов. Ветряные лезвия косили зеленых, но те уже не сопротивлялись — бежали.

Раздался странный гул. Гоблины побежали быстрее.

— Это что сейчас было? — удивился я.

Оглядел ликующие ряды гвардейцев. В короткой схватке мы потеряли немало людей — вон, десятки тел остались лежать на поле. Если они собираются вот так воевать... мы обречены.

Я подпрыгнул, гравитация подхватила меня и потащила вверх к сфере. На подлете снял боевую форму.

— Успел? — спросила Лирин, не оборачиваясь.

— Да. Шустрый гад попался. Под ускорением еле догнал. Шаман быстро прочувствовал ситуацию — не получилось сразу убить, начал уходить.

Больше никаких действий не происходило. Люди отходили назад от леса, тащили раненых, собирали убитых.

— Вот ведь идиоты, ну хоть додумались забрать своих — Я сплюнул. — Лирин, собери трупы в кучу. Нужно сжечь.

— Да, сейчас.

Гравитация подхватила тела — и гоблинов, и троллей — стаскивая их в одну огромную кучу на краю поля.

Я обернулся к подлетевшему Эрику.

— Ну что, Эрик? Как оцениваешь потенциального союзника в битве?

— Это лучше, чем я ожидал.

— Ну, если с этой стороны смотреть... — я покачал головой. — В принципе, они устояли в прямом столкновении. Но мне не нравится, что они не уничтожали шаманов целенаправленно. Гвардейцы и сами гоблинов могут перебить — снаряжение у них будь здоров.

Рени подлетел, усмехнулся.

— Вообще-то тут ни у кого нет аделитовой брони.

— Не напоминай. — Я поморщился. — Чтобы она была у каждого, нам придется всех Стайнхартов в шахтах закрыть и не выпускать пару лет.

— Давайте, мальчики, жгите, — скомандовала Лирин, закончив с телами.

Два огненных протуберанца обрушились на кучу. Пламя взметнулось в небо, жар ударил в лицо даже на высоте. Когда огонь погас, на земле осталось только оплавленное стекло и пепел.

— Ну, можно лететь домой. — Все, что я хотел увидеть — увидел. Если они будут так действовать, мы не то что города не построим — при своих бы остаться.

— Будем показывать мастер-класс, — усмехнулся Эрик.

— А знаешь... Наверное, да. Не мешает лишний раз показать Белфортам, как надо. — Я посмотрел на удаляющиеся отряды гвардии. — Думаю, мы сделаем так.

***

Зал Совета.

Председатель напряженно слушал доклады о разведке. Увеличение количества гоблинов становилось все более тревожным фактом. Если так продолжится, придется перестраивать дорогу из Иштры. О том, что начнется, если поставки прервутся, он и думать не хотел — пальцы сами собой забарабанили по столу.

— Белфорт, что по поводу недавнего выхода? — Председатель поднял взгляд на Айрина.

— Все хорошо, председатель. — Айрин Белфорт расправил плечи. — Пятый курс показал себя с лучшей стороны. Среди магов потерь нет. Первое столкновение прошло полностью по плану.

Раздался громкий смех. Роберт Санчес ткнул локтем сидевшую рядом Франческу.

— Вот заливает, а!

— Похоже, тебе есть что сказать, Роберт? — Председатель прищурился.

— Да, наставник. — Роберт поднялся. — Я отправил своего наследника проследить, как будет проходить сражение.

— И?

— Почему-то Айрин не хочет говорить о потерях гвардии. — Роберт выдержал паузу. — Но даже это не самое важное. По непонятной мне причине защиту от теней не поставили, из-за чего был шанс потерять пару магов огня, которые должны присоединиться к нашему клану! — Последнюю фразу он прорычал.

— Никто не пострадал, Роберт! — выкрикнул Айрин, вскакивая.

— Согласен. Может, потому что Вилд с теневиком схлестнулся? — Роберт усмехнулся. — Или потому что мой сын подавил шаманов плотным огнем? — Он бросил на стол тонкую папку. — Наставник, вот доклад от моего сына о действиях армии во время боя.

— И много он увидел с того боя? — подал голос Урбен. — Сидел где-то в тылу, чаи распивал?

— Да, много. — Роберт развернулся к нему, растягивая слова. — К примеру, как ваши хваленые купола прорвали шаманы. Не знаю, почему этому моменту мой сын выделил целый параграф... А, нет, знаю. Потому что это мешало гвардейцам.

— Твой наследник неразборчив в связях, — процедил Урбен. — Что он может смыслить в военном деле на своем третьем курсе?

— На своем третьем курсе у него есть гвардия и боеспособный отряд, который он содержит на собственные деньги, Рональд. — Роберт шагнул к нему. — В то время как твой сопляк лишь портит дуэльные поля своей кровью.

— Ты!

— Тихо! — Председатель стукнул ладонью по столу. Все замерли.

Он перевернул страницу доклада, вчитался в строки. Тишину нарушал только шелест бумаги.

— Франческа. — Председатель поднял взгляд. — Твой наследник тоже там был. Что скажешь?

Франческа поднялась, одернула платье.

— Белфорты очень рано начали атаку. — Она бросила взгляд на Айрина. — Об остальных магах будто и не думали. Команды запаздывали — из-за этого такие потери. Кроме того, Гектор взял командование на себя, когда к гвардейцам приблизились тролли. Хочу отметить, что Белфорты полностью отказались от нашей фортификации.

— Мы просто не ожидали, что шаманов будет такое количество! — выпалил Айрин.

— А разве разведка — это не ваша задача? — холодно уточнила Франческа.

Айрин скрежетнул зубами. Кулаки сжались, но он промолчал.

Председатель отложил доклад.

— То есть, пятый курс, который должен быть самым боеспособным, мог понести потери в первом же бою? — Он обвел взглядом зал. — И причина в командовании. Я правильно понял?

— Но, наставник... — Айрин шагнул вперед. — Потерь же нет.

— Потерь нет, Айрин, по независящим от тебя причинам. — Председатель потряс документами. — Судя по записям, вы были полностью не готовы к столкновению.

В зале повисла тишина.

— Наставник... — Роберт Санчес поднял руку. — Позвольте третьему курсу выступить.

— Что?

— Аристократия скоро мой замок штурмом возьмет.

— Ты же только что говорил, что у тебя сын из своего кармана гвардию оплачивает. — Председатель прищурился. — А уже хочешь аристократами прикрыться?

— Нет, наставник. — Роберт улыбнулся. — Тут немного сложнее. Все знают, что Вилд и мой сын сотрудничают. Вилд в почете у простых воинов. И вот они теперь хотят выступить под гербами Санчесов, зная, что Вилд будет в первых рядах. — Он выдержал паузу. — Кроме того, выходов за стену у них столько, что пятому и четвертому курсам и не снилось.

Председатель задумался. Пальцы снова забарабанили по столу.

— Хорошо, Роберт. — Он кивнул. — Под твою ответственность.

— Благодарю, наставник.

— Айрин. — Председатель повернулся к Белфорту. — Отправь людей как наблюдателей, сделай подробные записи, возможно придется менять программу.

— Да, наставник, — процедил Айрин сквозь зубы.

Роберт Санчес улыбнулся и сел на место. Франческа едва заметно кивнула ему. Урбен отвернулся, рассматривая гобелены на стене.

Председатель вновь углубился в документы. Совет продолжался.

***

Все так хорошо начиналось. Арман де Сан-Жермен прекрасно проводил время в столице. Деньги текли рекой, знакомства заводились сами собой, двери лучших домов были открыты. Все было отлично... пока он не связался с этими проклятущими Урбенами.

Ну подумаешь, немного перебрал на празднике. Разве он виноват, что вино оказалось слишком крепким, а хмель ударил в голову раньше, чем он рассчитывал? Да и хозяйка поместья — она так строила ему глазки весь вечер. Кто бы отказался в здравом уме от такого предложения? Этот проклятый маг понабрал себе десяток жен, и что теперь? Ходят все несчастные, а он тут крайний.

Только вот после того случая проблемы посыпались как снежный ком. Сначала его перестали звать на приемы — приглашения иссякли, будто их никогда и не было. Купцы, которые щедро платили за то, что он проводил их к нужным люди перестали появляться и вот у него осталось меньше пары золотых.

И что прикажете делать?

Арман мрачно допил вино и уже собирался уходить, когда услышал разговор двух наемников за соседним столом. Он прислушался, отставив пустую кружку.

— Я тебе говорю, нужно самим к этим магам идти, — убеждал один, коренастый, с грубыми мозолистыми руками. — Лучше так, чем пойти потом с неопытными молокососами, которых через час перебьют.

— Да когда это теперь будет! — Громко крикнул второй, здоровяк с перебитым носом, допивая свое пиво. — Пока эти благородные раскачаются, пока соберутся!

Арман де Сан-Жермен всегда был рад послушать новые новости, а потому сразу поднялся и направился к их столу. Он щелкнул пальцами, подзывая подавальщицу.

— Красавица, обнови пиво моим новым друзьям.

Девушка кивнула и быстро побежала к бочкам. Наемники недоуменно переглянулись.

— Друзья мои, — Арман опустился на свободный табурет, расправив полы дорогого плаща, — я был на отдыхе и только недавно появился в столице. А вы, как я погляжу, обсуждали что-то интересное?

Подавальщица вернулась с двумя полными кружками, гулко стукнула ими о стол. Наемники переглянулись, потом понизили голос.

— Говорят, маги уже выходили за город, — произнес коренастый, придвигаясь ближе. — За стены. Настоящее сражение было.

— Так маги всегда выходят, — отмахнулся Арман. — Вот как барон Вилд, помню, был у него...

— Ты знаешь Вилда? — недоверчиво пробормотал здоровяк, его глаз подозрительно прищурился.

— Знаю ли я Вилда? — Арман воздел палец к прокопченному потолку. — Да я не пропускаю его приемов. Лично знаком с молодым человеком. Еще с тех пор, как он только появился в столице.

Наемники снова переглянулись, и коренастый наклонился еще ближе.

— Говорят, первый бой с гоблинами уже был. Потерь — видимо-невидимо. — Он понизил голос до шепота. — Нарвались на шаманов, и все, считай, половины гвардии не стало.

— А что говорили про самим идти? — быстро спросил Арман. — Я слышал, вы упоминали что-то о найме?

— Так известно что, — здоровяк хлебнул пива и крякнул. — Благородным, кто пойдет воевать, пожалуют земли в новых городах. Те, кто выживет, конечно. Слух такой пошел от самих Санчесов.

Арман откинулся на спинку стула. Глаза его заблестели.

— Господа... — Он обвел наемников торжествующим взглядом. — Не иначе нас свела сама судьба.

Он щелкнул пальцами, подзывая подавальщицу снова. На столе появилась новая порция пива и тарелка с жареным мясом. Наемники смотрели на угощение с нескрываемым аппетитом.

— Рассказывайте подробнее.

***

Мы с Эриком сидели в кабинете, уткнувшись в длинные списки. Аристократы, их дружины, наёмники, пожелавшие присоединиться — в общей сложности набиралось порядка тысячи человек. Первые смельчаки, готовые рискнуть жизнями ради земли в новых городах.

Я пробежался пальцем по графе «снаряжение» и поморщился. Там было чего только не понаписано: от ржавых кольчуг, доставшихся от дедов, до полного отсутствия брони вообще. Кто-то — «охотничий арбалет». Один горе-воин вообще написал «топор».

Повторять успех пятых курсов, где двадцать процентов гвардейцев полегли из-за плохой координации, мы не хотели. Но из-за этого нам придётся очень сильно поднапрячься.

Эрик потёр глаза от цифр и отложил документы.

— Всё, я больше не могу. — Он откинулся на спинку кресла. — Устроим общий сбор, а то мы тут сидим, переливаем из пустого в порожнее. Вот ты посмотри... — Он ткнул пальцем в один из пунктов. — Какой-то баронет, снаряжение — «верная шпага». И всё! Ни доспеха, ни щита, ни запасного оружия!

Я заржал. Мне казалось, что хуже моих родственников подготовиться невозможно. А тут — на тебе. Ошибался.

— Эрик, я буду тебе оказывать поддержку.

— Какую? — подозрительно прищурился он.

— Мысленную.

Мы рассмеялись в голос. И тут же были прерваны появлением девушек. Лирин и Алисия возникли в дверях с таким видом, будто только и ждали момента, когда мы закончим. Документы мгновенно исчезли в аккуратных стопках, на столе появился чай и свежая выпечка.

— Если серьёзно, — я отхлебнул чай, — насчёт сборов ты прав. Нужны построения. Чтобы мы не несли такие сокрушительные потери. И нужно отработать борьбу с шаманами.

— А чего их отрабатывать? — Эрик удивился. — Так же слаженным огнём накроем с воздуха, а на земле вы их порубите. Как в прошлый раз.

— Щиты Энтони не бесконечны, знаешь ли. — Я покачал головой. — То, что мы смогли подавить шаманов тогда — хорошо. Но рассчитывать, что это будет работать каждый раз, не стоит. К тому же, помнишь, как гоблины отошли?

— Ну да. — Эрик задумался. — Звук какой-то странный был. Они не убегали как обычно.

— Нужно подготовиться к отступлению. Если подобный сигнал последует в атаку, подозреваю, к нам выйдут вообще все, кто его услышит. И тогда нас просто трупами завалят.

Лирин слушала молча, но в её глазах читалось одобрение.

— И где мы будем тренировать эту тысячу? — спросил Эрик.

— За стенами. Где ещё.

— Прямо под куполом?

— А знаешь... — Я задумался. — Да. Там пока только купол, но территория огромная. На построения места хватит с лихвой.

— Отправляем глашатаев. — Эрик оживился. — Пусть цепляют своё снаряжение и двигают к нам под купол. Сделаем там подобие лагеря.

— Как думаешь, наши маги металла достаточно отдохнули?

Эрик изменился в лице. Последний раз, когда он упомянул про шахту, Гидеон атаковал его метательным молотом. Пришлось уворачиваться.

— Доспехи кто-то должен привести в единый вид. — Я сделал глоток чая. — Тысячу комплектов брони.

Эрик побледнел.

— В единый вид? — переспросил он.

Я кивнул.

— В единый?

Я кивнул ещё несколько раз.

— Пожалуй... — Эрик почесал затылок. — Отправлю к нему Норис с Аникой. Глядишь, как-нибудь успокоят его, ну или смогут убежать

***

Утро начиналось как обычно. Мы все вместе позавтракали в малой столовой — долго, со вкусом, понимая, что следующие несколько дней могут выдаться неспокойными. Бренда и Майра взяли Дугласа в кольцо, уселись по бокам и наперебой расспрашивали о его самочувствии. Дуглас краснел, отнекивался, но по глазам было видно — внимание ему приятно.

Леви, сидевший напротив, заметил происходящее, напрягся, но быстро понял, что его это не касается, и решил игнорировать. Тем более сегодня должен был состояться смотр войск. Даже если кто-то получит небольшие травмы, его это не сильно напряжёт.

Странности продолжились в карете. Девушки снова сели рядом с Дугласом, и тот, расправив плечи, с удовольствием рассказывал, что сейчас полон сил и готов горы свернуть. Леви только головой покачал.

Когда кареты приблизились к куполу, мы построились. И тут Дуглас заметил неладное.

Гидеона, его коллегу по цеху, держали две девушки. Обе в боевых формах — физические грани, усиленные мышцы, стальная хватка. Гидеон дёргался, пытался вырваться, но проигрывал вчистую. Его лицо выражало такую степень обречённости, что Дуглас невольно сглотнул.

Он перевёл взгляд на стоящих рядом девушек и начал лихорадочно перебирать в памяти последние события. Что он такого сделал? Вроде ничего. Но предчувствие было нехорошее.

На подмостке Рени поставил несколько манекенов с разными вариантами доспехов. Простые, надёжные, без излишеств. Дуглас разрабатывал их для городской стражи, но в итоге пришлось отказаться — в таком снаряжении стражникам было слишком тяжело бегать на дальние дистанции. Но Люций сказал оставить — вдруг пригодятся.

На подиум поднялись Люций и Эрик. Люций взял слово.

— Мы собрали вас здесь потому, что необходимо понять, у кого какие навыки в строевом бою. — Он обвёл взглядом собравшихся. — Также нужно отработать несколько совместных манёвров и привести броню к единому стандарту.

В голове Дугласа набатом раздалась последняя фраза.

Единый стандарт.

Он медленно повернул голову в сторону стоящих колонн аристократов и их дружинников. Тысяча человек. Тысяча комплектов доспехов.

Единый. Стандарт.

Он ещё раз посмотрел на Гидеона. В глазах товарища плескалась такая глубина обречённости, что Дугласу захотелось провалиться сквозь землю.

— Ну нахер, — выдохнул он.

Он резко развернулся и попытался уйти из-под купола, но Леви, стоявший рядом, среагировал быстрее. Цепкие пальцы мага-лекаря вцепились ему в плечо.

— Нет, ну ты видел?! — зашипел Дуглас, пытаясь вырваться. — Ты видел, сколько их?!

— Ну а кто кроме тебя? — Леви похлопал его по плечу. — Расслабься, справитесь.

— Я хочу нанять Стайнхартов! — в отчаянии выпалил Дуглас. — У меня есть деньги!

— Отказали они. — Леви покачал головой. — Все при деле.

Дуглас обречённо замер.

Люций закончил речь и окинул взглядом группу. Леви, поймав его взгляд, показал большой палец.

Люций выдохнул. Наконец-то можно спокойно работать. Теперь получится организовать всё на нормальном уровне. По крайней мере, так он думал первые тридцать минут.

Кучка проклятых аристократов потребовала права рассекать на лошадях, пока их пешие воины будут держать натиск гоблинов. Ответ был отрицательным. Категорически. Через три сломанные челюсти и две подпаленные головы к организаторам начали прислушиваться.

Процесс пошёл.

Наши гвардейцы показывали построения. Те, кто хотел рассекать на лошадях, были собраны в четыре отряда по пятьдесят всадников и практически сразу покинули купол — для конных перестроений места под куполом не хватало.

Дуглас и Гидеон, смирившись с судьбой, принялись подгонять броню под единые стандарты. Слитки стали, заготовленные на всякий случай, таяли на глазах. Но и разномастная толпа постепенно начинала походить на армию, когда первая сотня комплектов была готова.

Эрик, наблюдавший за происходящим, удивлённо приподнял бровь. А когда солдаты начали разучивать строевой шаг и синхронные уколы, вид стал и вовсе грозным. Всё же хорошо, что здесь собрались бывалые воины, а не зелёные новобранцы, как в Эраме.

В конце первого дня солдат ждал ещё один приятный сюрприз — банные процедуры от Рени. Никто не собирался разводить «настоящие мужские запахи» по всей округе. Доспехи оставляли тут же, чтобы избежать казусов. Мылись по очереди, сотня за сотней, но успели все.

Второй день не сильно отличался от первого. За одним исключением — каждая сотня получила своё знамя. Дорогие бархатные ткани с вышитыми грозными животными. На броне каждого солдата появились гравировки, дублирующие принадлежность к сотне.

Третий и четвёртый день сотни под нашим присмотром выбирали командиров. Почти везде прошло буднично — решали договорённостями и знатностью, солдаты единогласно выкрикивали имя сотника, чтобы в ответственный момент избежать неразберихи.

Но в третьей сотне, под знаменем грифона, разгорелась баталия. Я подошёл, увидел зачинщиков и внутренне скривился. Но делать было нечего.

— Господа, — я поднял руку, привлекая внимание. — Всё понимаю. Но тут будет решать большинство. Личная сила важна, но в строю важнее доверия ничего нет.

— Барон, — шагнул вперёд один из претендентов, — я не против. Но я лучше чувствую бой. Со мной потерь будет меньше.

— Тогда просто. — Я обвёл взглядом солдат. — Пусть каждый встанет за того, кого считает лучшим лидером.

Толпа загудела и начала перестраиваться.

— Примерно поровну. — Я кивнул. — Значит, решение — дуэль. Есть возражения?

Воины загомонили, но в целом согласились.

— Арман де Сан-Жермен. — Я посмотрел на первого претендента. — Ещё помните, как орудовать мечом?

— Конечно, ваше благородие. — Арман улыбнулся. — Как на вашем приёме — не проиграю.

— Барон Гарет, вы готовы?

— С рождения!

— Тогда начинайте.

Два воина сошлись сразу, с хрустом и лязгом. Оба попытались задавить противника грубой силой. И тут я оценил качество работы Дугласа. Первые два удара Гарет пропустил. Меч скользнул по пластинам, не причинив вреда, а потом и вовсе соскочил с наплечника. Гарет ответил ударом щита и уколом в ногу — клинок снова соскочил с поножи, лишь оставив царапину.

Они разошлись, набрали дистанцию и закружили, оценивая друг друга. Арман рванул снова. Но теперь не тупо в лоб — он двигался хаотично, раскачивая защиту. Гарет попытался поймать его на укол, но меч противника перехватил клинок в захват и вырвал из рук.

Удар щитом сбил Гарета с ног. Лезвие приставили к горлу.

— Вы всё видели. — Я обвёл взглядом сотню. — Сотня грифона, кто ваш сотник?

— Арман де Сан-Жермен! — грянуло почти синхронно.

— Арман де Сан-Жермен, — я кивнул, — пройдите к магам металла, обновите шлем. Чтобы отличия были видны.

Подобные стычки прошли ещё пару раз в других сотнях. Но к вечеру четвёртого дня у нас была дисциплина. Пока хрупкая, но уже дисциплина.

— Ещё пара дней и выходим.

Глава 7

Дворовые мальчишки локтями и плечами раздвигали плотную толпу, что запрудила площадь перед замком Санчес. Задача была проста, стать впереди всех, чтобы увидеть расписные доспехи аристократов. Высоченный лавочник цыкнул на одного, когда тот чуть не толкнул его на впереди стоящего, но пацан уже нырнул дальше, просочившись между двумя дородными кухарками, что принесли с собой корзины с пирожками — видимо, решили совместить зрелище с торговлей.

— А чего будет-то? — выдохнул чумазый, цепляясь за рубаху товарища.

— Гоблинов выбивать пойдут, не слышал, что ли? — тот дёрнул подбородком в сторону замковых ворот, откуда доносился ритмичный гул.

— А чего народу-то столько? — не унимался первый.

— Стой и увидишь! — шикнула на них кухарка, но без злобы, скорее от нетерпения.

Ворота распахнулись. Тяжёлые створки с лязгом ушли в стороны, и из них, цокая копытами по каменной мостовой, показалась кавалькада. Первыми шли всадники под знамёнами с огненными всполохами — родовой герб Санчесов полыхал на солнце алыми и золотыми нитями. За ними колыхнулось чёрное полотнище с оскаленной волчьей мордой — простое, грубое, но уважаемый всеми кто бывал за стенами.

А потом пошли воины.

Мальчишки привстали на цыпочки, вытягивая шеи. Ряды закованных в броню людей двигались так слаженно, будто хищник готовый ворваться в стан противниика. Разноцветные полотна с вышитыми грифонами, пантерами, драконами трепетали на ветру, каждый стяг нёс отдельный знаменосец в сверкающих латах.

Тучи над площадью разошлись. Солнце плеснуло лучами по шлемам и наконечникам копий, зажгло блики на латных рукавицах. Толпа ахнула. Кто-то из торговцев заорал «Ура!».

Воины чеканили шаг. Подошвы их сапог били по камню в едином ритме: раз-два, раз-два. Впереди каждой сотни выступали командиры — их шлемы венчали плюмажи или фигурные гребни, отличавшие одного от другого. На груди у каждого солдата, была выбита та же эмблема с тем же зверем, что и на знамени.

В толпе наёмников, сгрудившихся у харчевни, повисла тишина. Их предводители, люди битые и видавшие виды, прикидывали на глаз вес каждого доспеха, стоимость каждого клинка. Глаза их загорались не столько восторгом, сколько расчётом: как бы вписаться в этот поход, примазаться к удаче.

Процессия медленно двигалась к городским воротам. Стражники у прохода вытянулись во фрунт, отдавая честь. Они смотрели на грозные шеренги с уважением, и даже не догадывались, что под этими латами идут не потомственные воины, а всего лишь третьи и четвёртые сыновья обедневших домов. Те, кому не досталось наследства, кому дали шанс — и они вцепились в него зубами.

Мальчишки, едва процессия миновала, не стали расходиться. Они шмыгнули вдоль стены, просочились в проулок, а оттуда — к потайной калитке, что вела за стены. Вчера они своими глазами видели, как маги приволакивали к воротам странных каменных великанов. Стражники, занятые парадом, их не заметили — мальчишки проскользнули незаметно, пригибаясь к земле, и затаились за брошенными телегами, которыми обычно загораживали проход.

Красивый парад кончился. Теперь они видели другую сторону.

Знамена, что так гордо реяли на ветру, сворачивали в тугие трубки и убирали в чехлы. Воины, ещё недавно чеканившие шаг, сбивались в кучу и по одному забирались в чрева каменных големов. Те стояли на поляне, припав на каменные лапы, — настоящие исполины.

Маги спешились, оставив лошадей конюхам, и взмыли в небо. Кто-то парил, кто-то описывал круги, высматривая с высоты окрестности. А огромный белый волк — размером с лошадь — весело носился по открытой местности, наворачивая круги вокруг големов, заставляя возниц шарахаться.

Каждая сотня подходила к своему голему. Воины снимали с плеч ростовые щиты и крепили их на специальные крючья вдоль корпуса. Маги камня тут же проводили руками по металлу, дополнительно фиксируя крепления, чтобы в дороге ничего не брякало и не терялось.

Один из мальчишек не выдержал — высунулся из-за телеги, чтобы лучше рассмотреть волка. Его тут же сграбастал за шкирку стражник, который, всё это время стоял за углом и только ждал, когда кто-то выдаст себя.

— А ну пошли в город, мелюзга! — рявкнул он, поддавая коленом под зад сначала одному, потом второму. — Нечего тут под ногами путаться!

В тот же миг один из магов, зависший в небе, показал стражнику большой палец, поднятый вверх. Десятник на стене, наблюдавший за порядком, в ответ стукнул кулаком по нагруднику. Мальчишек поволокли обратно, в распахнутые ворота, где всё ещё толпился народ. На поляне остались только солдаты, големы и маги. Где-то в глубине каменной махины взревел сигнальный рог.

***

Последние проверки прошли штатно. Благодаря нашей предусмотрительности удалось избежать случаев, когда у солдата на марше могла слететь броня или сломаться меч. Дуглас с Гидеоном лично прошлись по рядам, дёргая каждый ремень, проверяя каждую пластину. Пара доспехов отправилась на доработку прямо перед выходом — владельцы краснели, но спорить не смели.

Солдаты рассаживались по подготовленным местам внутри големов. Бывалые рубаки, прошедшие не одну заварушку, с интересом разглядывали внутреннюю отделку. Стены, состоящие из камня, жёсткие, но удобные деревянные скамьи, большие смотровые окна. Кто-то провёл рукой по гладкой поверхности окна, удивлённо хмыкнул понимая что снаружи их не видно.

— Вот это да, это и есть магия? — спросил седоусый ветеран у соседа.

— А ты думал, не зря к Санчесам пошли.

Пришлось достать из закромов один из старых чертежей, что когда-то предназначался для дальних путешествий. Мы с Рени тогда набросали его за вечер, но руки до воплощения не дошли. А сейчас маги камня глянули, переглянулись и за полдня создали новых големов разоряя небольшую каменоломню поблизости. Впрочем, при небольшом рвении они и сами могли бы до такого додуматься — но чертёж сэкономил время.

Кавалерия должна была двигаться своим ходом. Но броню с них сняли и погрузили в големов, чтобы лошадей зря не гонять. Кони и так пройдут пару дней, нечего их лишними центнерами грузить. Командиры конных отрядов только головами покрутили: такого они ещё не видели.

Когда последний солдат скрылся в чреве каменной махины, я подал знак. Големы дёрнулись, качнулись, делая первый шаг. Земля вздрогнула.

Маги, способные летать, сразу набрали высоту и ушли вперёд — разведывать дорогу, осматривать окрестности. Встретить противника на открытом тракте мы не боялись. Да если и попадётся какая банда, големы просто раздавят противника, не обращая внимание на количество.

Мы с Эриком находились в специальной кабине, устроенной на спине, голема Ханны. Огромные смотровые окна, карта на столе, магический светильник под потолком. Пальцем я провёл по предполагаемому маршруту.

— Зайдём со стороны Иштры, — сказал я. — Основные силы гоблинов сейчас там. Надо их отбросить от дороги.

— А дальше? — Эрик скрестил руки на груди.

— Поставим донжон. Прямо рядом с лесом. Небольшой укреплённый пункт. Если всё пойдёт по плану, это станет базой для других групп. Место удачное — каменоломня рядом. Камень для стройки таскать далеко не придётся.

Эрик посмотрел на карту, прикидывая как проводить магический бой.

— Мы точно потянем?

— Должны, в любом случае если что то пойдет не так, мы просто отступим.

Магические группы мы распределили ещё в городе. Долго спорили, но в итоге вышло просто и логично.

Первая группа — ударный кулак. Пироманты во главе с Эриком – для сокрушительного удара, Лирин с её гравитацией — могла держать в воздухе всю эту братию пока те будут обрушивать огонь на головы врагов. И Энтони, чьи щиты способны прикрыть толпу магов от ответного удара.

Вторая группа — разведка боем. Маги ветра, способные быстро двигаться, и сёстры Гельмонт способные в одиночку уничтожить небольшие силы противника. Задача — уничтожение малых групп и сообщение о крупных отрядах.

Остальные маги вошли в группу поддержки армии. Их задача — не дать перебить солдат, если противник прорвётся. Лекари, маги земли для укреплений, пара физиков на случай ближнего боя.

Первое столкновение вышло даже не столкновением, а показательной поркой. Гвардейцы и аристократы даже не успели покинуть големов.

Маги камня просто сровняли с землёй небольшой отряд гоблинов, что попался на пути. Двух шаманов раздавили лапы големов игнорируя их огненный обстрел. Десяток троллей постигла таже участь под ногами големов. А когда Эрик в сердцах запустил огненный вал по остаткам зелёной мелочи, от них остался только пепел.

Аристократы, приникшие к окнам, заорали как дети. Особенно когда очередной гоблин попытался убежать, но голем наступил на него, даже не замедлив шага.

— Видал?! — завопил молодой баронет, тыча пальцем в стекло. — Как он его!

Его сосед по скамье только присвистнул.

После первой стычки мы разминулись с караваном. Те явно только что отбились от нападения — у нескольких повозок были сбиты колёса, на земле валялись трупы гоблинов, а возницы торопливо перепрягали лошадей. Увидев наши големы, они замахали руками, но останавливаться мы не стали — прикрыли их своим движением, да и только.

Но этот случай подтвердил мои опасения. Оценка Совета была занижена. Два нападения за один день на одном тракте — это не случайность. Гоблины активизировались.

Первая остановка на природе была встречена с явным одобрением. Тысяча человек — шумная компания. Едва големы замерли, из чрев посыпались солдаты, разминая затёкшие ноги. Воздух наполнился говором, смехом, руганью.

Сотники, не дожидаясь команд, разобрали обязанности. Кто-то уже отдавал приказы ставить палатки, кто-то отправлял дозорных в ближайший лесок, кто-то проверял запасы воды. Делали они это сами, без нашей указки — и это радовало. Пусть привыкают к самостоятельности.

Про магическую защиту мы им не говорили. Рени с Ханной выставили магические конструкты, незаметные, способные сообщить об угрозе. На всякий случай.

Провизия у нас лежала в пространственных кольцах. Мы с Эриком при каждом удобном случае демонстрировали их возможности: доставали оттуда целые окорока, бочонки с вином, связки колбас. Люди ахали, перешёптывались, но быстро привыкли — своя ноша не тянет, а тут вообще ничего тащить не надо.

Трюк сработал. Магия Викты, замаскированная под артефакты, осталась незамеченной.

Вечером, когда лагерь затих, я вышел наружу. Лес темнел вдалеке, молчаливый и пустой. Ни одного монстра. Непривычно. И от этого ещё тревожнее.

Луа метнулась в темноту, даже не обернувшись. Белая шерсть быстро скрылась в ночном лесу, только светящиеся глаза мелькнули между стволов и погасли. Через час она вернулась, довольно облизываясь — в уголках пасти застряли клочья зелёной кожи и тёмная кровь. Гоблины, забредшие слишком далеко от своих стойбищ, стали вечерней трапезой для монстра.

Мы с Эриком сидели у небольшого костра, наслаждаясь свежим мясом, и слушали доклад разведки. Аспид ворочала ветку в огне, отбрасывая длинные тени.

— Ничего не меняется, — она хмурилась. — Всё те же позиции, те же маршруты. Но есть одно «но».

— Какое? — Эрик подался вперёд.

— Концентрация шаманов. — Аспид ткнула пальцем в карту. — Раньше на шесть десятков гоблинов приходился один шаман. Сейчас на те же шесть десятков — два, а то и три. Я насчитала почти три сотни только в центральном лагере.

Я переглянулся с Эриком.

— Тролли?

— С ними вообще странно. — Она провела пальцем по другой отметке. — Если сначала они мешались с гоблинами, то теперь держатся отдельно. Своими группами. И вот что интересно: я видела, как один тролль повздорил с шаманом. Ударил его. По-настоящему, смачно. Шаман не ответил магией. Просто завизжал и убежал.

— Значит, тролли не подчиняются шаманам напрямую. — Я потёр подбородок. — Это хорошо. Это мы можем использовать.

— Сначала надо понять, сколько их вообще, — буркнул Энтони.

— Сколько? — я повернулся к Аспид.

— Около десяти тысяч. Из них примерно три тысячи — тролли.

Эрик, до этого молча сидевший в стороне, присвистнул.

— Получается, пока мы готовились, подошло ещё две тысячи.

— Получается так.

Эрик вскочил и заходил накручивая круги вокруг костра.

— Люций! Мы не можем просто налететь на них! По старым подсчётам выходило двести шаманов, а теперь — все пятьсот! Они нас собьют, не получится долго отстреливаться!

— Напрямую и не будем. — Я поднял руку, останавливая его. — Есть идея получше.

— Какая?

— Ставим крепость, как и планировали. Кавалерию отводим в сторону, пусть перехватывают разведотряды и мелкие группы. Основные силы займут оборону.

— И?

— Вы ударите по центральному лагерю, и начнете уходить в глубь леса. Силы разделяться, шаманы так же ринуться в разные направления. Мы в это время отстроимся.

Эрик замер, обдумывая.

— Думаешь, сработает?

— Должно. Наши големы не самое тихое средство, стройка так же привлечет внимание ближайших стойбищ.

***

На следующее утро големы двинулись дальше. Передовой отряд магов ветра прочёсывал местность, уничтожая мелкие группы гоблинов, чтобы те не подняли тревогу раньше времени.

Место для крепости выбрали на пологом холме в пятистах метрах от кромки леса. Идеальное расположение: обзор на все стороны, подступы открытые, а лес достаточно близко, чтобы противник полез, но недостаточно, чтобы укрыться.

Големы встали кругом, сомкнув каменные туши. Маги камня тут же принялись за работу: стены поползли вверх превращая транспорт в надежное укрытие, по плану мы хотели получить трехметровые стены и пару башен. Через час по периметру выросли трехметровые каменные стены, смотровые башни получились чуть меньше но и так хорошо.

Внутри закипела жизнь. Солдаты таскали припасы, ставили палатки, разводили костры. Аристократы, выбравшиеся из големов, с интересом наблюдали за стройкой, тыкали пальцами, перешёптывались.

А в небе уже началось.

Воздушная группа, разделившись на две волны, ушла к центральному лагерю. Первая волна ударила ветряными лезвиями по окраинам, выкашивая мелкую зелень. Вторая — огненными шарами по скоплениям троллей.

Ответка прилетела почти сразу.

Тысячи магических техник взметнулись в небо: огненные шары, ледяные копья, электрические разряды. Небо расцвело, как на празднике. Маги ветра уходили в пике, уворачивались, контратаковали. Несколько попаданий — и двое наших кувырком полетели вниз, но смогли восстановится и уйти в сторону леса.

— Огонь по готовности! — заорал Эрик, выпуская очередной залп.

Огненный протуберанец ушёл в сторону леса, выжигая целую поляну. В ответ прилетело столько, что щиты стали рассыпаться. Энтони взмок, удерживая защиту над воздушной группой. Магия шаманов старалась пробиться, плавился воздух, но щит держал.

— Долго не выдержу! — крикнул он.

— Ещё немного!

А внизу, у стен, уже началось.

Из леса выплеснулась зелёная волна. Кричащая, визжащая, бегущая. Гоблины неслись к стенам, потрясая дубинами и кривыми клинками. За ними, тяжёлой поступью, двигались тролли.

— Готовьсь! — рявкнул сотник.

Тетивы зазвенели. Стрелы взмыли в небо и обрушились на бегущих. Десятки гоблинов повалились, но остальные продолжали бежать. Ещё залп. Ещё.

— Плотнее! — орали командиры.

Первые гоблины добежали до стен. Полезли вверх, цепляясь кривыми пальцами за камни. Сверху на них обрушились заготовленные булыжники. Крики боли смешались с боевым визгом.

А в это время под стенами, в специально вырытых землянках, замерли маги-физики.

Я лежал под каменной плитой, присыпанный землёй, слушая, как над головой топают десятки ног. Рядом, в такой же норе, затаились Дуглас, Гидеон, магессы Эрика. Все ждали сигнала.

Когда над головой раздались крики шаманов — резкие, каркающие, — я сбросил плиту. Земля брызнула в стороны. Я вылетел наружу, врубая боевую форму на полную. Рядом вздыбилась земля — выбирались остальные.

Шаманы стояли кучно, метрах в тридцати от нас. Они не ожидали удара со спины. Гоблины смотрели на неожиданную крепость, выросшую буквально за час и уже начали готовить свои заклинания. Мы рванули к ним.

Нас заметили, когда первый из них разлетелся кровавым туманом от моего удара.

Дуглас работал чисто. Его металлические стержни пробивали шаманов насквозь, не давая тем даже вскрикнуть. Два, три, четыре — он просто играюче перебирал цели, пока не добрался до шамана земли. Тот попытался поднять стену, но Дуглас уже был рядом. Стержень вошёл в висок.

Гидеон рубился с двумя сразу — те успели поставить щиты, но против его десятка стальных лезвий щиты лопались за секунды. шаманы были нашпигованы металлом будто попали под шрапнель.

Магессы Эрика нарвались на неудобного противника. Шаман молний, не сильно уступал им в скорости, отбивался отчаянно. Огромные двуручные мечи давили его защиту, но та держалась. Пока сзади не подскочил Дуглас, уже закончивший со своим.

Два стержня — один в спину, второй в затылок. Шаман рухнул.

— Спасибо! — выдохнула одна из девушек, утирая пот.

— Работаем!

Пол часа — и семь десятков шаманов перестали существовать. Гоблины с троллями и не поняли что лишились магической поддержки, ведь у них была не менее увлекательная задача.

У крепости кипела битва. Лучники на стенах работали без остановки — тетива звенела, стрелы одна за одной уходили в зелёную массу, что лезла со всех сторон. Приказ был прост: осыпать стрелами всё зелёное, что шевелится. Солдаты выполняли его с мрачным удовольствием, перекрикиваясь и подбадривая друг друга.

Но тролли оказались не так просты.

Первый же добежавший до стен здоровяк не полез наверх. Он наклонился, сграбастал ближайшего гоблина за шкирку и, размахнувшись, швырнул его прямо в защитников. Тот влетел в толпу лучников, взвизгнув на лету, сбил двоих. Идея пришлась троллям по вкусу. Через минуту гоблины полетели в людей градом — визжащие, дрыгающие конечностями снаряды.

Люди не сразу поняли, что происходит. Первые раненые закричали, когда зелёные тушки врезались в строй. Кто-то выронил лук, кто-то схватился за меч, рубя подвернувшегося гоблина. Очухались быстро — через пару минут летящих тварей уже встречали копьями и мечами прямо в воздухе, но порядок смешался.

— Проклятье! Ещё пятёрка на подходе! — заорал десятник, прикрываясь щитом от очередного «снаряда». — Где чертовы зелья? Сюда, быстрей!

Двое парней приволокли небольшой ящик, где в соломе лежали десять склянок. Десятник, не успев даже откупорить первую, охнул — сверху на него рухнул гоблин. Оба покатились по площадке, ящик перевернулся, склянки разбились. Огненная смесь плеснула во все стороны, поджигая и гоблина, и расчёт, и самого десятника.

Крики оборвались, когда каменная волна от одного из магов накрыла горящий участок, сбивая пламя. Телекинетик, вытащил обгоревшие тела, а на их место уже бежал новый расчёт с новым ящиком.

— Чего они там так долго? — Гарет, замкомандира сотни Грифонов, ткнул мечом в сторону шаманов, где физики сошлись с ними.

— А чёрт его знает! — Арман де Сан-Жермен, тяжело дыша, насадил на меч очередного гоблина, добравшегося до стены, и стряхнул тело вниз. — Но ты же сам слышал, сколько их. А мы только полчаса воюем.

Гарет поднял голову к небу, где полыхало огнём и магией.

— Смотри! Вон там сейчас самая жара! — Он перевёл взгляд на своих. — Поднажмите, парни! Будете пить у меня на приёме — сколько влезет!

Солдаты взревели. Новая партия стрел взмыла в воздух, впиваясь в бегущих.

— Ладно, — Гарет дёрнул Армана за рукав. — Пойдём глянем, что там у наших.

Они поднялись на высокий помост, откуда открывался вид на поле боя. Оба напряглись.

Троллей было не просто много. Их были сотни. Серые туши тяжело переступали через трупы, ломали кости павших собратьев, двигались к стенам как живая лавина.

— Где чертовы зелья?! — рявкнул Арман. — Быстрее сюда!

Двое доставщиков, те самые, что таскали ящики, приволокли новый. Помня о судьбе предыдущего расчёта, Арман сам прижал ящик к стенке, открыл крышку и выхватил склянку.

Первый бросок — мимо. Зелье упало за троллем, взметнулось пламя, сожрав пятерку мелких гоблинов. Арман скривился, но крики зелёных его устроили. Следующая склянка ушла точно в цель.

Тролль взревел, когда огонь охватил его тушу. Он заметался, попытался сбить пламя лапами, но только размазывал его. В бешенстве он начал молотить дубиной вокруг себя, снося десятки своих же. Гоблины разлетались в стороны, как кегли.

Тролли быстро поняли, какую угрозу представляют метатели. Пятёрка гоблинов тут же взлетела в воздух, посланная лапами своих здоровяков, — теперь они летели прямо на Армана.

— Прикройте меня! — крикнул он, оставляя заместителю командование, и продолжил кидать зелья, уворачиваясь от приземлившихся тварей.

Очередная склянка нашла цель — тролль вспыхнул, но в этот момент огромная серая фигура, метнувшаяся из-за спин врагов, просто разорвала его сородича ударом лапы. Голова тролля отлетела в сторону, тело рухнуло, заливая всё кровью.

— МАГИ! — заорал Арман, увидев знакомые серые щиты и мощные фигуры, врубающиеся в ряды троллей. — Луки убрать! Щиты и мечи готовь!

По стенам прокатилась волна команд. Лучники отступали, уступая место тяжёлой пехоте. Каменные стены в нескольких местах разошлись, открывая проходы.

Гоблины, увидев это, рванули внутрь, думая, что оборона рухнула.

Перед ними выросла стена щитов.

— Шаг! — рявкнул сотник.

Первая шеренга шагнула вперёд. Щиты ударили по мордам, опрокидывая передних гоблинов.

— Удар!

Копья и мечи мелькнули в щелях между щитами. Десятки гоблинов захрипели, оседая.

— Шаг!

Шеренга перешагнула через трупы, наступая на следующую волну. Гоблины напирали, но строй держался. Раз за разом: шаг, удар, шаг, удар. Как машина. Маги камня надежно прикрывали латников, убирая гоблинов что заходили с флангов. Крики, лязг, запах крови и гари смешались в единый гул.

Гоблины ещё не поняли, что битва проиграна. А строй уже методично перемалывал их, не давая опомниться.

***

Рори и не думал, что это сражение будет таким тяжёлым. Хотя, если разобраться, всё было как обычно. Даже не так — обычно они работали на земле, а сейчас Лирин удерживала в воздухе шестерых пиромантов, каждый из которых не сильно уступал ему в силе.

Она вела их по спирали — то вверх, то вниз, чтобы резкие манёвры не сбивали прицел, но и не давали шаманам пристреляться. Рори, висящий справа от неё, работал без остановки. Зелёные сферы срывались с его рук одна за другой, разрывая на части всё, что попадало под удар. Он не мелочился — каждый его залп уносил десятки гоблинов, а если под удар попадал шаман, то и вовсе прожаривало до золотистой корочки.

Эрик, стоял в центре высматривая шаманов. Его магия указывала куда стоит направить атаку. Синий огненный шар устремился к цели, и остальные обрушивали шквал огня туда, куда он показывал. Шаманы внизу заметались, пытаясь понять, откуда летит смерть.

— Левей! — крикнул он, и Рори, даже не глядя, метнул сферу в указанном направлении.

Небо полыхало. Огненные шары взлетали снизу, ледяные копья пронзали воздух, молнии били в пустоту, откуда маги ушли секунду назад. Краски смешались в безумный калейдоскоп, и только тут Рори понял, во что они ввязались. Шаманов было слишком много. Каждый их залп встречал десяток ответных.

— Не останавливайтесь! — рявкнул Эрик.

Лирин заложила новый вираж, уходя от очередной порции молний.

Внизу, над крепостью, взорвался сигнальный огонь.

— Уходим! — скомандовал Эрик.

Лирин резко сменила траекторию, уводя группу в глубь леса, прочь от крепости. Шаманы, увлечённые погоней, рванули следом, осыпая небо магией.

— Энтони! — выдохнула Лирин. — Гаси щит!

Щиты погасли. Тьма накрыла группу мгновенно. Маги затаили дыхание. Они висели в воздухе, стараясь не шевелиться, не издавать ни звука. Рори слышал, как гулко колотится сердце у него в груди, и боялся, что этот стук услышат внизу.

Где-то вдали продолжали рваться огненные шары, освещая небо вспышками. Шаманы метались, потеряв цель. Крики их звучали всё дальше.

Время тянулось бесконечно. Когда последняя вспышка погасла и тьма окончательно сомкнулась вокруг, Рори позволил себе выдохнуть.

— Ушли, — прошептал кто-то.

На лицах магов, освещённых только слабым свечением далёких звёзд, расплылись довольные улыбки. Они сделали своё дело. Сколько шаманов полегло в этом рейде — сказать точно было нельзя, но точно счёт шёл на сотни.

— Возвращаемся, — произнесла Лирин, и группа бесшумно скользнула в сторону крепости, делая солидный крюк, чтобы не навести погоню.

Когда воздушная группа коснулась земли за стенами крепости, я улыбнулся. Первая фаза пройдена.

Глава 8

Промозглый осенний ветер рвал последние листья с веток, швырял их в лицо, заставлял ёжиться даже тех, кто давно привык к холоду. Лес, обычно хранивший вековую тишину, сейчас гудел, как растревоженный улей. Крики гоблинов, топот десятков ног, треск сучьев под тяжестью троллей — всё это разрывало древний покой, заставляя коренных обитателей скалиться в темноте.

Сотни гоблинов, подгоняемые резкими окриками шаманов, прочесывали чащу. Они искали тех, кто осмелился атаковать их с неба, кто выжигал их стойбища огнём и ветром. Тролли шли следом, тяжело переставляя ноги, ломая молодые деревца, жадно втягивая ноздрями воздух в поисках запаха врага.

Но они не заметили, как лес вокруг них затих. Как стихли привычные звуки, как перестали перекликаться птицы, как ветер перестал шуметь в кронах. Десятки пар глаз — жёлтых, зелёных, светящихся в темноте — следили за непрошеными гостями из глубины теней.

Первыми не выдержали тигры.

Световые вспышки ударили внезапно — ослепительные, режущие глаза. Гоблины взвыли, хватаясь за лица, а когда зрение вернулось, многие уже лежали с разорванными глотками. Тролли заревели, разворачиваясь к новой угрозе, но тигры уже сместились, уходя от ответного удара.

Шаманы отреагировали мгновенно. Шаровые молнии зашипели, срываясь с их посохов, огненные шары прочертили дуги, взрывая кору деревьев и поднимая фонтаны земли. Но тигры не собирались принимать бой в лоб. Они отступали, держась на безопасном расстоянии, выжидая момент для новой атаки.

Один из шаманов громко взвизгнул и гоблины рванули в погоню.

Треск сзади заставил их остановиться. Шаманы обернулись и увидели, как теневая пантера, чёрная, как сама ночь, перегрызает глотку их соплеменнику. Зубы сомкнулись с хрустом, тело дёрнулось и затихло. Пантера подхватила тушу и, даже не взглянув на остальных, метнулась в сторону, мгновенно растворившись во мраке. Шаманы кричали, запуская вдогонку огненный шар, но тот лишь опалил стволы, не зацепив хищника.

Тролли, услышав шум, ломанулись в ту сторону. Они бежали, ломая кусты, и напоролись на бронированного варана. Тот выскочил из зарослей справа — массивный, покрытый костяными пластинами, с пастью, усеянной зубами в несколько рядов. Первый тролль даже не успел вскинуть дубину — челюсти сомкнулись на его голове, раздавив череп.

Остальные набросились на варана. Дубины застучали по костяным пластинам с глухим стуком. Варан мотнул башкой, сбрасывая одного, ударил хвостом, сбивая с ног второго, и снова вцепился в ближайшего. Мощные лапы рвали плоть, оставляя кровавые борозды. Тролль взвыл, зажимая разорванную грудь, попятился к дереву, чтобы опереться и перевести дух.

Сверху обрушилась змея. Толстое тело обвило тролля, сжалось с такой силой, что хруст костей разнёсся по поляне. Тролль захрипел, выронил дубину и обмяк.

Группа из трех троллей, оторвавшись от основного побоища, бежала по лесу без оглядки. Первоначальный азарт давно угас, остался только голод и желание найти безопасное место. Они выскочили на опушку, принюхались, оглядываясь.

Гулкий хруст за спиной заставил их замереть.

Они обернулись.

Из темноты на них смотрели четыре пары светящихся глаз. Огромный монстр, чёрный как смоль, с пульсирующими голубыми пятнами на боках, стоял неподвижно, оценивая добычу.

Тролли переглянулись. Их было трое, она одна. Они бросились.

Нова рванула на крайнего правого. Мощные челюсти сомкнулись на его голове — один укус, и голова исчезла в пасти. Тело рухнуло, даже не дёрнувшись. Второй тролль, бежавший следом, попытался ударить дубиной, но из бока волчицы вырвалась вторая морда — полупрозрачная, сотканная из энергии, — и перекусила его пополам. Кровь брызнула во все стороны, внутренности вывалились на опавшую листву.

Последний тролль, увидев это, развернулся и побежал. Он мчался, не разбирая дороги, ломая кусты, спотыкаясь о корни. Сердце колотилось готовое выпрыгнуть из груди. Слева мелькнула тень. Он остановился, дико озираясь, сжимая дубину дрожащими пальцами.

Хрустнула ветка сзади.

Тролль резко обернулся, взмахнул дубиной — но там никого не было. Пустота, только шевелящиеся тени. Он сделал шаг назад, и в этот момент на его шее сомкнулись мощные челюсти. Хруст позвонков прозвучал как финальный аккорд.

Волчица подняла морду к небу и завыла. Протяжный, низкий вой разнёсся над лесом, проникая в самые тёмные уголки. И лес ответил. Десятки голосов подхватили вой — тигры, пантеры, вараны, змеи. Хищники выходили на охоту.

Вой стих, и лес снова наполнился звуками: треском веток, шорохом листвы, предсмертными криками гоблинов, которые вдруг поняли, что из охотников превратились в добычу.

Шаманы, заслышав этот вой, сбились в кучу, выставив посохи. Они знали: лес больше не пускает их. Лес будет драться.

***

Ночное побоище отпечаталось на округе кровавыми мазками. Эрик медленно шол по полю, ступая по листьям, перемешанным с грязью и кровью. Сотни трупов гоблинов, истыканных стрелами так, что места живого не оставалось, устилали землю. Кто-то лежал ничком, кто-то застыл с раскрытыми ртами, кто-то так и сжимал в руках дубины, не успев даже замахнуться.

В стороне, валялись разорванные туши троллей. Десятки здоровенных туш, ещё недавно наводивших ужас на солдат, теперь превратились в груды мяса. Одному разворотило грудь, у второго не хватало головы, третий лежал переломанной куклой— явно кто то врезался в него на полном ходу.

Он подошел к одному из трупов троллей. Шкура толщиной в палец, а под ней ещё и слой жира. Для обычного оружия — непреодолимая преграда. Но против наших ребят в полных доспехах, с усиленными мышцами и низкочастотными вибрационными ударами... эти туши — просто ничто. Физики играючи разделались с противником, и при необходимости могли сразится с толпой.

Пройдя чуть дальше он вышел на еще одно направление атаки. Эрик смотрел на поле, но видел не трупы, а картину боя, которую не мог сложить в голове. Первое сражение в небе, да ещё в кромешной тьме, оставило слишком много белых пятен. Он пытался понять: всё прошло так, как должно было? Или они балансировали на тонкой грани, готовые сорваться в любой момент?

Рядом прогрохотала группа големов. Каменные махины, не разбирая дороги, хватали гоблинские туши клешнями и волокли к общей куче за стенами. Бездушные механизмы работали чётко, не обращая внимания ни на кровь, ни на искалеченные останки. Чавканье грязи под их ногами смешивалось с треском ломаемых костей.

Эрик обернулся на стены и поморщился. Ещё недавно он представлял, как этот форпост станет передовым бастионом, сдерживающим врага. Как на его башнях будут гордо реять знамёна его клана, как солдаты будут стоять на парапетах, глядя на покорённые земли.

Реальность оказалась иной.

Стены сейчас напоминали обгоревший остов, переживший конец света. Подпалины, трещины, выбоины от ударов — живого места не осталось. Каменные блоки кое-где оплавились от магии шаманов, кое-где треснули от ударов тролльих дубин. А ещё — кровавые пятна. Там, где гоблины не смогли перелететь через стену и разбивались насмерть.

— Люций был прав, — подумал Эрик. — Надо было убрать знамёна.

Он вспомнил, как Люций ещё перед выходом советывал не выставлять флаги до полного укрепления. Эрик тогда отмахнулся — символика, престиж, боевой дух. А теперь флагов нет, их сожгло в первую же ночь.

Он стоял, сжимая кулаки, и думал о том, сколько ещё дел впереди. Раненых надо вылечить, стены залатать, дозоры выставить, трупы сжечь. А ещё — разобраться с шаманами.

— Ладно, — выдохнул он. — Работаем.

Тело Эрика вспыхнуло, превращаясь в сгусток яркого пламени. Огонь взметнулся вверх, рассыпал сноп искр и рванул к обгоревшим стенам. Через секунду он уже стоял на парапете, оглядывая сверху поле боя и готовый отдавать новые приказы.

***

Передо мной стояли сотники. После ночной потасовки они держались молодцом — спины прямые, взгляды чёткие, но я видел, чего им это стоило. Глаза красные, на лицах усталость, руки сами тянутся к флягам с водой. Пара минут, и они разойдутся — рухнут спать или пойдут досматривать за ранеными.

— Потери? — спросил я без предисловий.

Арман шагнул вперёд, сглотнул, поправил перевязь.

— В общей сложности пятнадцать солдат, ваше благородие. Ещё сорок человек сейчас отлёживаются в лазарете. — Он помялся. — Его благородие Леви сказал, что поставит их на ноги через два дня.

Я кивнул. Пятнадцать. Цифра повисла в воздухе. Хорошо, что не пятьдесят. Плохо, что вообще есть. Рядом с шипением приземлился огненный всполох. Эрик вышел из пламени, отряхнул руки, оглядел сотников.

— В таком случае, — сказал я, — выделите людей на уборку поля. И на патруль. Остальным — отдыхать. Разойтись.

Сотники стукнули кулаками по нагрудникам и разошлись. Кто-то побежал к своим отрядам, кто-то медленно побрёл в сторону палаток, расстегивая на ходу ремни креплений.

— Осмотрелся? — спросил я, когда они отошли.

— Да. — Эрик провёл рукой по лицу, разгоняя усталость. — Честно говоря, не думал, что будет настолько масштабно.

Я усмехнулся.

— О каком масштабе ты говоришь? Тут максимум три, может, четыре тысячи зеленомордых. Большая часть сейчас шастает по лесам. И неизвестно, сколько ещё движется в нашем направлении. Так что это всего лишь разминка. — Я повернулся к карте, что мы наспех набросали на доске. — Нам бы сейчас двинуться дальше, на равнины, и там сделать цепь крепостей.

— Отбивать ты их чем будешь?

— Совету виднее, чем их отбивать. — Я пожал плечами. — Но тут не самая выгодная позиция. Если соберётся орда тысяч в тридцать, мы побежим отсюда не задумываясь.

Эрик скрестил руки на груди.

— На подобную орду нам и силы другие пришлют. Не удивлюсь, если сам председатель явится. — Он помолчал. — Ты уже отправил отчеты?

— Первым делом. Боюсь представить, что там Белфорты наклепали. И как вообще так случилось, что теперь они фиксируют всё, что мы делаем?

— Политика. — Эрик пожал плечами с таким видом, будто это всё объясняло.

— Ладно, не важно. Мы должны закрепиться здесь. — Я хлопнул его по плечу. — Отправь-ка Гидеона собрать стрелы. Все, включая те, что сломаны. Рановато мы металлом стали разбрасываться.

Эрик поморщился, но кивнул и растворился в пламени. Мне же предстояло сообщить не менее радостную новость Ханне.

В лагере царила рабочая атмосфера. Мои гвардейцы деловито сновали между палатками, делали разметку для будущих построек, сгоняли зазевавшихся солдат с насиженных мест. Во время боя маги камня наспех выдолбили под холмом подобие катакомб — туда и сносили всех раненых. Там же организовали временные места для отдыха.

Я спустился вниз, прошёл по узкому коридору, заглянул в одну из комнат. Маги камня лежали штабелями — в прямом смысле. Кто на скамьях, кто прямо на полу, подстелив плащи. Пятеро храпели так, что стены дрожали.

— Народ, подъём. — Я хлопнул в ладоши. Звук гулко разнёсся по каменной комнате. — Пора немного поработать.

Пятерка магов заворочалась. Кто-то выругался, кто-то попытался притвориться спящим, но под моим взглядом нехотя поднялись и поплелись за мной.

Мы вышли на размеченную площадку за стенами. Я развернул чертёж — донжон, который должен был стать нашим новым домом на ближайшие недели. Башня, казармы, складские помещения, смотровая площадка. Всё, что нужно для нормальной обороны.

Ханна взяла чертёж, пробежалась глазами по линиям, и руки у неё затряслись. Я мысленно сглотнул — надеюсь, это был азарт, а не желание прибить меня этим же чертежом.

— Без камня? — спросила она, поднимая глаза.

— Да. Каменоломня далековато, гоблины пока мешают пройти. Раньше времени тревожить их не хочется.

Ханна поморщилась. Окинула взглядом пятёрку магов Эрика — те смотрели на неё с надеждой, что она откажется и можно будет досыпать. Поморщилась ещё раз. Потом вздохнула и кивнула.

Она развела руки в стороны, и земля дрогнула. Из грунта, будто из-под земли, начали подниматься первые каменные блоки. Они вставали ровными рядами, укладываясь друг на друга, формируя стены. Маги Эрика, увидев, что дело пошло, тоже включились — земля заходила ходуном, подчиняясь их воле.

Я отошёл в сторону, чтобы не мешать профессионалам. У них своя работа, у меня — своя. Медленно обходил лагерь, вглядываясь в детали. Где-то не хватает дров, где-то плохо закрепили палатки, где-то часовые стоят не на тех местах. Мелочи, но из мелочей складывается порядок. Если противник не предпримет ещё одну попытку выдавить нас сегодня, к вечеру основные удобства будут готовы.

На окраине лагеря я заметил движение. Викта носилась по полю с палкой в руке, размахивая ей перед мордой Луа. Волчица, огромная белая туша, весело скакала вокруг неё, пытаясь ухватить палку зубами. Викта замахнулась, бросила — палка улетела далеко в поле. Луа рванула за ней, подняв тучу брызг.

А потом раздался визг.

Я присмотрелся. Луа вернулась, неся в зубах не палку, а... руку гоблина. Видимо, команды уборки прошляпили, и эта «запчасть» осталась валяться на поле. Викта попятилась, пытаясь объяснить волчице, что палка и рука — разные вещи.

— Луа, фу! — крикнула она. — Не надо, положи!

Волчица наклонила голову, с интересом разглядывая добычу. Потом подошла ближе и ткнулась мокрым носом в руку Викты, предлагая обмен. Викта зажмурилась. Я усмехнулся. Ну, удачи ей объяснить разницу. Кажется, волчица ничего не поняла и теперь пыталась вылизать лицо девушки, требуя вкусняшку. Рука гоблина так и осталась валяться у ног.

— Хорошая девочка, — донеслось до меня сквозь визг. — Только палку надо, палку!

Я развернулся и пошёл дальше. С этим пусть разбираются сами. У меня ещё куча дел.

***

Где-то в Эраме.

— Сэм, я больше не могу! — Томас стоял на коленях прямо в грязи, не в силах пошевелить руками. Пот заливал глаза, грудь ходила ходуном.

— Томас, мы должны это сделать! — Сэм сейчас выглядел не лучше, он еле держался на ногах.

— Но я на пределе! — Томас поднял голову, и стало видно его лицо — серое, осунувшееся, с чёрными кругами под глазами.

— Мы заработали только три тысячи золотых, Томас! — Сэм тряхнул перед его носом раскрытой ладонью. — Всего три тысячи! Мы должны заработать больше!

— Мы не будем этого делать. — В разговор вмешался Дьюик. Геомант стоял чуть поодаль, опираясь на палку, воткнутую в землю. Его руки дрожали от перенапряжения. — Я уже всю землю из леса перетащил. Поля истощены по полной. Я вообще не понимаю, почему вы ещё в сознании.

Сэм медленно повернулся к нему. Глаза у Сэма были красные — от недосыпа и магического истощения. Капилляры полопались, белки покрылись сеткой багровых нитей.

— Потому что этих денег не хватит на своё поместье! — рявкнул он. — Мы должны продолжать, пока наши зелья покупают! Потом столько заработать просто не получится! Никогда!

Дьюик выдержал его взгляд, не отводя глаз.

— Сэм, я снёс сюда землю со всех окрестных лесов. — Он ткнул пальцем себе под ноги. — Дело уже не в том, что ты можешь. Земля не может, понимаешь? Истощение. Предел. Конец. Финиш. Если мы продолжим в том же духе, на следующий год здесь вообще ничего не вырастет.

Сэм огляделся. Вокруг расстилались поля — когда-то ровные, аккуратные, а теперь изрезанные траншеями, буграми, ямами. Местами земля была чёрная, жирная — туда Дьюик натаскал лесного грунта. Местами — серая, как пепел, выдохшаяся окончательно. Он не нашёл аргументов. Просто сел прямо на землю, не обращая внимания на грязь.

— Но ведь поместье... — голос его сорвался. — Оно так близко. Можно сказать, руку протяни.

Лора подошла к нему сзади, положила руку на плечо. Её ладонь была холодной, в пятнах от трав.

— Мы и так много заработали, — тихо сказала она. — Потом что-нибудь ещё придумаем.

Сэм посмотрел на неё снизу вверх — и у Лоры внутри всё похолодело от этого взгляда. Что-то нехорошее мелькнуло в красных глазах. Его рука медленно поднялась и мягко легла на её руку, всё ещё лежащую на плече.

— А знаешь... — Голос его звучал странно, с какими-то новыми, пугающими нотками. — Ты ведь абсолютно права. Мы действительно можем кое-что придумать.

Раздался нездоровый смех. Лора попыталась отдёрнуть руку, но Сэм уже сжал пальцы.

— Ты ведь можешь придумать зелье, чтобы почва восстановила свои свойства? — спросил он, глядя ей прямо в глаза.

Лора сделала шаг назад, но рука её уже была схвачена. Она оглянулась на остальных в поисках поддержки. Томас, всё ещё стоящий на коленях, смотрел на неё с немым вопросом. Дьюик хмурился, но молчал. Юта, стоявшая чуть в стороне, лишь приподняла бровь.

— Ну... — Лора сглотнула. — Наверное. Можно попробовать.

— Тогда иди и пробуй. Я в тебя верю. — Сэм резво вскочил, отряхнул штаны. — Юта, сопроводи Лору в лабораторию. Проследи, чтобы никто не отвлекал. Остальные — охранять поля. — Он повернулся к Томасу. — А мы с тобой пойдём ещё раз зарядимся!

Томас тяжело вздохнул, но поднялся. Ноги его подкашивались, однако в глазах уже загорался знакомый огонь — огонь одержимости.

— В этом году мы купим себе поместье! — крикнул Сэм, вздымая кулак к небу.

Томас только покачал головой и поплёлся за ним. А Лора, провожаемая Ютой, направилась к своей походной лаборатории, лихорадочно соображая, как из ничего сделать зелье плодородия. И есть ли у неё вообще шанс отказаться. Юта шла рядом, молчаливая, как тень. Только когда они отошли подальше, тихо спросила:

— Получится?

— Не знаю, — честно ответила Лора. — Но если нет, мне страшно думать дальше.

— Он старается ради нас.

— Знаю. — Лора вздохнула. — Это и пугает больше всего.

Вдали, на полях, уже снова вздымалась земля — Дьюик, кряхтя, выравнивал очередной участок. А Сэм с Томасом, держась друг за друга, брели к лесу — заряжаться магией от вековых деревьев.

***

Финли сидел в библиотеке, вжав голову в плечи под тяжёлым взглядом преподавателя. С тех пор как он по совету старшекурсников начал перебирать книги по призыванию и контролю монстров, на него смотрели как на прокажённого. Библиотекарь — надменный причесанный мужчина, в своей белоснежной мантии — прожигал его взглядом каждый раз, когда Финли протягивал руку к очередному тому.

Но что ему ещё оставалось делать? Книги рассказывали про стихийные способности, про управление животными, про тонкую настройку дара. А его дар… В отличие от сокурсников-приручителей, он не мог контролировать монстров. Когда на показательном занятии кошка вместо того, чтобы слушаться его команд, взбесилась и начала царапать руки, Финли знатно опозорился перед всей группой. Смешки однокурсников до сих пор звенели в ушах.

К счастью, на приёме у того барона старшекурсники объяснили ему, что его дар — а-но-ма-ль-ный. Он даже это новое странное слово запомнил. Они сказали, что его способности просто похожи на грани окружающих, но развиваются по другому пути. И показали на барона Вилда и его невесту. Их дары не уступали остальным, но шли своей дорогой.

Финли положил на стеллаж очередной толстый том по призыву и поморщился. Библиотекарь смотрел на него так, будто Финли сейчас испачкает книги грязными руками. Вспомнив наставления старших, он взял следующий учебник.

— Великий путеводитель по магическим существам… — прошептал он, открывая оглавление.

— Эй! — прошипел библиотекарь. — Соблюдай тишину!

Финли замер, потом быстро перелистнул несколько страниц. Родился, женился… не, не женат. Большинство географических открытий… нет. А вот это интересно. Вот маг, который мог контролировать до сотни монстров, дар пробудился в четырнадцать… Финли пробежал глазами дальше и споткнулся взглядом о строчки.

«Грани позволяли усиливать животных, при этом маг не имел полного контроля».

Он недоумённо хмыкнул и перечитал снова. Не имел полного контроля. В первые годы жизни занимался дрессировкой, но был заведомо слабее сокурсников. Его считали слабаком, пока…

Финли вскочил, поднимая книгу над головой.

— Это оно!

— Вон из библиотеки! — взвизгнул библиотекарь, взмахнув указкой.

Финли рухнул обратно на стул, получив строгий выговор взглядом, и уткнулся в книгу. Пролистал примерно до середины, где были собраны советы от практикующих магов. И нашёл.

«Лучшим вариантом развития дара является открытие грани „контракт“. Вы можете убедить магическое животное заключить с вами контракт и следовать его условиям. Монстры своенравны и ценят совсем другие вещи, нежели люди. Подходите к выбору с умом: к примеру, нет смысла заключать контракт с водным монстром, если вы проживаете в высокогорье, даже если он безумно силён».

Финли достал из сумки заготовленную тетрадь и быстро, пока библиотекарь отвернулся, начал переписывать список необходимых граней и варианты их развития. Проблемы в получении контракта были — и серьёзные. Но сейчас это его не волновало. Эти приручители, эти задаваки с их послушными кошками… Они ещё позавидуют.

Он вылетел из библиотеки, едва не сбив с ног какого-то первокурсника, и помчался в сторону трактиров.

В трактире «Упрямый Мечник» было шумно, как всегда. Прокуренный зал гудел десятками голосов, где-то в углу спорили о ценах, где-то стучали кружками о деревянные столы. Финли протолкался к стойке, за которой хозяин — здоровенный мужик по имени Трейн — протирал кружки грязной тряпкой.

— Добрый день, Трейн! — крикнул Финли, перекрывая шум.

— Добрый, малой. — Трейн глянул на него без особого интереса. — Чего надо?

— Я хотел бы поговорить с кем-то из командиров наёмников.

Трейн хмыкнул, махнул рукой в сторону дальнего стола.

— Да вон они, через два стола. Сидят, проклятые скупердяи. Подходи к любому.

— Иди к чёрту, Трейн! — донеслось оттуда. — Как платят, так и закупаемся!

Финли сглотнул, собрал остатки мужества в кулак и направился к столу. Трое наёмников — битые, в потёртых кожаных куртках, со шрамами на лицах — проводили его взглядами. Студентов магической академии тут видели часто, но студент студенту рознь. А потрёпанная одежда Финли ясно говорила: этот маг из простолюдинов. Но в простом общении ему никто не откажет — магов тут уважали, даже таких зелёных.

— Извините, — Финли остановился у стола. — А сколько будет стоить отправиться в лес к монстрам?

— Чего? — здоровяк с перебитым носом от такого вопроса опешил. Он отставил кружку и уставился на Финли. — Кажется, я тебя не расслышал.

— Сколько будет стоить отправиться в лес к монстрам? — повторил Финли, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— А нет, — наёмник медленно расплылся в улыбке. — Всё таки расслышал.

Он поднялся, оглядел зал и гаркнул:

— А ну заткнулись все!

В таверне воцарилась тишина. Десятки пар глаз уставились на представление.

— Парни! — наёмник театрально развёл руками. — Сколько будет стоить сходить в лес к монстрам?

Секунда замешательства. А потом тишину таверны разорвал гогот. Хохотали все — наёмники, трактирщик, даже подавальщица, разносившая кружки. Кто-то стучал кулаком по столу, кто-то утирал слёзы. Финли стоял красный как рак, не понимая, в чём подвох. Отсмеявшись, наёмник хлопнул его по плечу так, что Финли чуть не упал.

— В лес ты можешь пойти абсолютно бесплатно, парень. — Он всё ещё улыбался. — Костюм рекомендую оставить здесь, вдруг друзьям пригодится. И записку написать.

— А… но разве вы не ходите туда на охоту? — выдавил Финли.

— Ты хоть понимаешь, что такое монстры? — наёмник посерьёзнел. — Да любая тварь порвёт нас на части и не вспотеет. Туда только маги ходят. И то не все возвращаются. — Он наклонился ближе. — Тебе нужно было поспешить. Вон, Санчесы недавно в лес ушли. Целая армия. А обычным людям там делать нечего.

Финли пробормотал слова благодарности и пулей вылетел из таверны под новый взрыв хохота. Наёмники проводили его взглядами, и самый молодой спросил:

— А чего он хотел-то?

— Да кто ж его знает, — здоровяк пожал плечами, отхлебнул пива. — Но парень забавный.

Финли нёсся по улице, сжимая в руках тетрадь с выписками. В голове крутилась одна мысль: догнать, нужно догнать этих Санчесов.

***

Маги камня постарались на славу. Всего за пару дней у нас появился добротный, а главное — защищённый замок. Ничего нового выдумывать не стали: сейчас было не до излишеств. Классические квадратные формы донжона, укреплённые башни, способные выдержать прямое попадание огненных шаров, и дополнительные балконы для лучников, с которых можно простреливать каждый метр под стенами.

Лазарет сразу перенесли из подземелья в донжон. Раненых, кому требовалась помощь, стало заметно меньше. Только пара тяжёлых ещё оставались в постелях, но Леви вместе с Ингрид обещали поставить их на ноги через пару дней. Ингрид, кстати, уже не падала в обморок при виде крови, привыкла.

На верхнем этаже расположилась наша ставка. Отсюда, из высоких окон, открывался отличный вид на поле боя и окрестности. В случае чего можно было быстро отправиться на поддержку любой из стен. Донжон устроили с умом: даже если противнику удастся выбить нас со стен, в самих помещениях им делать нечего — узкие коридоры, бойницы на каждом шагу, этажи разделены тяжёлыми дверями. С этой твердыней многие могли чувствовать себя увереннее.

На балкон, гулко хлопая крыльями, приземлилась Аспид. Мы с Рени переглянулись и вышли встречать её.

— Ну как? — спросил я, когда она отряхнула плащ. — Поиски у гоблинов продолжаются?

— Нет, — Аспид покачала головой, принимая из рук подошедшего гвардейца кружку с горячим чаем. — Местные монстры отогнали этих тварей. Но в лесу осталось ещё около трёх тысяч особей. Кроме того, с равнин подходят новые отряды гоблинов.

— Понятно. — Я скрестил руки на груди. — Получается, мы можем прорваться к каменоломне, укрепить наш замок, а потом к нам выйдут остальные.

— Думаю, да. — Аспид сделала глоток. — Кошки лютуют. Убивают каждого гоблина, несмотря на то что давно сыты. Как ты и говорил, защищают свою территорию.

— Конечно лютуют. — Я усмехнулся. — Если они сами пойдут вглубь, их просто перебьют другие хищники. Можно сказать что они сейчас оказались между молотом и наковальней.

Аспид кивнула, уселась на свободный стул и принялась за чай. Мы с Рени уставились на карту, разложенную на столе.

— Можно приступать к третьей фазе, — сказал Рени, водя пальцем по отмеченным позициям.

— Да. — Я посмотрел в сторону леса, где за деревьями прятались остатки вражеской армии. — Вот ведь Белфорты удивятся, когда увидят наш отчёт.

Рени хмыкнул.

— Они удивятся уже тому, что мы вообще здесь стоим.

— Это точно. — Я повернулся к Аспид. — Отдохни пару часов и лети обратно. Нужно знать точное время, когда гоблины с равнин подойдут.

— Поняла.

Я вышел на балкон, вдохнул холодный осенний воздух. Где-то там, за горизонтом, собиралась новая волна. Но теперь у нас была крепость, был план, и были люди, готовые драться.

Глава 9

Мерный скрежет повозок далеко разносился по дорогам. Мощная лошадь, потомственный тяжеловоз, легко тащила гружёную телегу, не сбавляя шага. Десятки ящиков с оружием мерно звенели, когда колесо удачно попадало на очередную кочку. Услышав очередное бряканье, владелец каравана выругался и начал высказывать вознице всё, что думает о его навыках управления повозкой. Привыкший к подобному возница с философским пренебрежением относился к этой черте нанимателя — все кочки не объедешь, будь ты хоть трижды лучшим.

Молодой парень с ужасом оглядывался вокруг. Идея, которая казалась такой замечательной за стенами города, сейчас перестала быть таковой. Из вооружения у него была только сумка с тетрадками и перьями. Костюм, выданный в академии, безнадёжно испачкался буквально через час после выхода — штаны пропитались грязью, на рукаве расплылось бурое пятно от чего-то, оставшегося на обочине. Но вернуться назад он не мог. Дороги стали действительно опасны — он уже видел три кучи пепла, из которых торчали не прогоревшие кости гоблинов.

Финли провёл рукой по лбу смахивая выступивший пот. Противопоставить этим тварям он мог только быстрые ноги. На уроках рассказывали: маги выносливее обычных людей. Проверять это на практике ему сейчас совсем не хотелось.

Возница чертыхнулся и рванул поводья, разворачивая повозку. Люди забегали, хватая оружие, строились. Только Финли замер, не понимая, куда бежать.

— Чего сидишь, парень? — рявкнул наёмник с рассечённой бровью. — Хватай железку и жди за телегами!

Финли дёрнулся. Сумка полетела в сторону. Он рванул к ближайшему ящику, откинул крышку, схватил первый попавшийся меч. Двуручник. От одного вида этой махины руки опустились — он даже поднять его нормально не мог. Выронил, метнулся к следующему ящику. Там лежали мечи покороче, с простыми гардами. Он никогда такими не пользовался, но вес оказался приемлемым. Схватил, спрыгнул с телеги и замер, сжимая рукоять мокрыми пальцами.

На них бежала толпа.

Гоблины — грязные, в ободранных шкурах. Рты полны мелких острых зубов. Безумные взгляды, от которых внутри всё холодело. Финли вцепился в рукоять так, что побелели костяшки. Из строя донеслось:

— В две линии стройсь! Зелья кидать только в жирных! Кто промажет — неделю за лошадьми убирать будет!

Кто-то хохотнул, но сейчас Финли не разделял веселого настроя наемников.

До противника оставалось метров пятьдесят. Один из наёмников размахнулся, метнул склянку. Огненный всполох ударил в тролля. Тот заорал, заваливаясь, придавив пару гоблинов. Следом полетели другие зелья. Не все попадали, но три из пяти троллей превратились в живые факелы, сейчас догорая на дороге. Оставшиеся двое яростно кричали приближаясь к строю.

— Копья готовь!

Наёмники опустили копья, выставив остриё перед собой. Финли смотрел, как в оставшихся троллей летит склянка... и пролетает мимо. Здоровая дубина взметнулась и с хрустом отбросила пару человек. В пролом рванули гоблины.

Финли закричал и рубанул перед собой. Лезвие рассекло воздух — промазал, пронеслось у него в голове. Гоблин ушёл с линии удара, отскочил, припал к земле, готовясь прыгнуть. Финли замер, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле, а руки дрожат.

Но наёмники уже развернулись. Короткие копья прошили наглецов, с хрустом входя в тела. Оставшегося тролля добили ещё одной склянкой — огонь взметнулся, и здоровенная туша рухнула.

Сражение длилось недолго. Но когда Финли опустил меч, глядя на дымящиеся останки и расползающиеся по земле лужи крови, он понял: то, что он сейчас сделал — чистое сумасшествие. А то, что он собирался сделать дальше... будет ещё глупее.

***

Аспид замерла на самой верхушке векового дерева, готовая отдать приказ. Внизу раскинулось стойбище троллей. Пятеро здоровяков посреди поляны активно жестикулировали, толкая друг друга в грудь — видимо что-то не поделили. В другой части лагеря двое тролльей методично подкидывали поленья в костер, от которых искры взлетали в ночное небо. Остальные спали, свернувшись где придется. Двое постовых лениво брели по периметру, но маршрут у них был такой, что они проходили через всё стойбище — глянуть, что там с другой стороны, и возвращались обратно.

Аспид прищурилась. Эти ребята пока не знают, что почти мертвы. Она пробежалась взглядом по позициям союзников, замерших в тени, и коснулась граней телепатии.

— Начинаем.

Семь теней сорвались с мест одновременно. Бесшумно. Первые удары пришлись в бодрствующих троллей — мечи и копья били точно в слабые точки, приказ был прост: не поднимать тревогу. Тела начали оседать, но их подхватили, не дав грохнуться на землю.

Люций и Дуглас рванули к костру. Два прыжка — и они уже за спинами троллей, греющих руки у огня. Короткие тычки в лёгкие — те даже пискнуть не успели, только воздух с хрипом вышел из пробитых грудей.

Аника с ещё одним физиком налетели на постовых. Те как раз вышли из-за шатра — и тут же встретились с клинками. Оба замерли на мгновение, потом осели на землю.

Маги переглянулись. Всё тихо. Стойбище даже не шелохнулось. Короткие кивки — и группа рассредоточилась, принимаясь за работу. Ножи мелькали в темноте, тролли бесшумно уходили на перерождение.

Через десять минут всё было кончено.

Из ночной тьмы бесшумно опустилась Лирин. За ней — восемь геомантов. Они даже не взглянули на трупы, сразу направились к каменной породе, выступающей из земли на краю стойбища. Физики растянулись по периметру, вглядываясь в темноту. Операция должна была пройти гладко. Здесь не было ни одного шамана — а без них тролли беспомощны как и гоблины.

Изначально маги планировали ворваться с шумом, рубкой и криками. Но быстро поняли: смысла нет. Тихо и быстро — лучше.

Земля дрогнула.

Порода затрещала, пошла трещинами. Из скалы начали выходить огромные фигуры — каменные големы. Три из них были похожи друг на друга: двуногие, широкоплечие, с массивными кулаками. Остальные больше напоминали ожившие горы — приземистые, с крошечными ногами и длиннющими руками, достающими до земли. Они вылезали из камня, стряхивая с себя пыль и щебень.

Никого не волновало, какие формы выбрали маги. Главное — чтобы взяли как можно больше камня с собой. Когда последняя фигура выбралась из скалы, процессия двинулась в путь. Им нужно было сделать ещё минимум две таких вылазки.

Мощные деревья, веками гордо возвышавшиеся над землёй, теперь беспардонно сносились. Големы не обходили их — они просто ломали стволы или вырывали с корнем, если те попадались на пути. Треск древесины, гулкие удары падающих стволов, взрывы земли — звуки разносились далеко вокруг.

На пути было самое большое стойбище. В этот раз атака будет прямой, в лоб. Скрыть движение восьми каменных махин, сносящих лес, было невозможно. Но это не будет проблемой для големов, теперь это будет проблемой для шаманов

Мы висели в небе, наблюдая сверху. Големы продирались сквозь чащу, оставляя за собой широкую просеку.

— Люций, а почему мы не участвуем? — Лирин повернулась ко мне.

— А смысл? — я мотнул головой вниз. — Хочешь под ногами у них мешаться?

— Ну, так быстрее бы было.

— Лирин, не переживай. — я поправил воротник. — К нам ещё одна орда идёт. Поменьше этой, но восемь тысяч — есть восемь тысяч. К тому же хорошо бы смотаться туда, понять, что вообще происходит. Откуда эти тролли взялись? Они всегда тут были или только недавно появились?

— Значит, опять на равнины поедем?

— Да. Но только когда с колизеем закончим.

— О, смотрите.

Я достал бутерброд, откусил, глядя вниз. Каменные големы врывались в стойбище. Шаманы ждали. Они выстроились перед лагерем, посохи светились накопленной магией. Гоблины сгрудились за ними, выставив копья.

Ханна с девчонками ворвались первыми.

Каменные туши разогнались и просто понеслись. Гоблины открыли огонь — огненные шары, ледяные копья, электрические разряды застучали по каменным телам. Откалывались куски, летели искры, но когда на тебя несётся тысяча тонн камня...

Девчонки прошили стойбище насквозь, даже не сумев остановиться. За ними осталась широкая полоса из сломанных шатров, раздавленных тел и глубоких борозд в земле.

В стойбище ворвались остальные пятеро големов. Мы смотрели на это буйство каменной стихии сверху. Я прожевал бутерброд, повернулся к остальным.

— Кто-нибудь хочет вниз, помочь?

— Не-не. — Лирин мотнула головой. — Знаешь, тут тоже хорошо. Вот только горячего чая не хватает.

— Это да. — я вздохнул. — Нужно было Рени или Рори с собой взять. Как-то не подумал.

Внизу гоблины ломанулись врассыпную. Но маги камня не собирались их отпускать. Каменная шрапнель взвилась в воздух — острые осколки накрывали убегающих, прошивая насквозь. Тролли пытались отбиваться, но против големов у них не было шансов.

Шаманов затоптали в первую же минуту. Барьер — штука крепкая. Но не тогда, когда на тебя обрушивается каменная нога весом в пару сотен тонн. От них остались только мокрые пятна на земле.

Дальнейшее продвижение было однообразным. Големы давили всех, до кого могли дотянуться. Гоблины больше не пытались сражаться — разбегались, прятались, забивались в норы. Судьба этого стойбища была определена, кого то прикончат лесные монстры, кто-то попадётся конным группам и нас это вполне устраивало.

Возвращались на рассвете.

Восемь каменных исполинов выходили из леса. Первые лучи солнца скользили по их гранитным спинам, выхватывая из темноты сколы и трещины. Думаю, многие аристократы, что были на стенах, запомнят эту картину надолго. Впрочем, скоро их ждет еще одно потрясение. Маги передохнут пару часов — и сразу начнут поднимать стены до приемлемого уровня. А потом, как объяснила Ханна, нужно укреплять фундамент под замком.

Своими хотелками мы с Эриком озадачили всех магов камня. Что ж, теперь им будет чем заняться.

Когда мы с Эриком поднялись на верхний этаж донжона, нас ждала интересная картина. Леви стоял у окна и что-то яростно доказывал Ингрид. Тон был резкий, он рубил воздух ладонью, подчёркивая каждое слово. Дочь главы клана лекарей сидела в кресле, скрестив руки на груди, и смотрела на него с выражением "Ну куда ты лезешь бестолочь".

Нашего лекаря вообще мало что могло вывести из себя. Но каждый раз её светлость умудрялась воспламенить его буквально парой слов.

— Всем привет. — Я остановился в проёме. — Раз вы тут, значит, больных больше нет, полагаю?

— Есть. — Леви дёрнул головой, не прекращая сверлить Ингрид взглядом. — Трое отлёживаются.

— А чего вы тут, а не у себя на этаже?

— Нам тоже отдых нужен. — Леви махнул рукой. — Не очень хочется постоянно слышать стоны раненых. Да и вид у тебя здесь хороший.

— Чего спорили-то?

— Она не верит, что лекари могут сражаться.

Я перевёл взгляд на Ингрид.

— Эм, почему?

— В смысле почему? — Ингрид даже привстала. — Вы вообще нормальные? Лекари сидят в своих замках и лечат пострадавших. Если бы не отец, я бы сюда не пошла.

Я поморщился и направился к своему столику у окна. Эрик остался стоять, прислонившись к косяку и явно наслаждаясь представлением.

— В общем, вы просто спорите, потому что вам нечего делать.

— В каком смысле нечего делать? — Ингрид вспыхнула. — Больно мне нужно тратить время на этого недоучку!

— Ваш спор бесполезен. — Я опустился в кресло, откинулся на спинку. — У каждого свой путь. Не будь с нами вас, погибших было бы в разы больше. Но и насчёт сражения ты неправа. Леви буквально вынужден уметь сражаться. Представь: он остаётся один с кучей раненых, а к нему пробиваются гоблины.

Лицо Ингрид побледнело. Она моргнула, потом ещё раз.

— Ты тоже права по-своему. — Я улыбнулся. — Нет смысла сражаться, если у тебя есть хорошая охрана. Потому и говорю: ваш спор не имеет смысла с самого начала. Леви — полевой лекарь. Ты — городской. Хотя, как я понял, сейчас Леви превосходит тебя по всем статьям.

— Ничего не превосходит! — Ингрид вскочила. — Он как сумасшедший заливает маной всё, что можно и нельзя! Будто его силы бесконечные! Будь он у нас в клинике, его самого пришлось бы лечить в первый же день!

Я кивнул.

— Хорошо, что напомнила. Леви, твою технику врачевания нужно подтянуть. Когда мои конечности восстанавливали, я видел не поток маны, а аккуратные нити. Полагаю, это должно уменьшить расход.

— Эм... — Леви подался вперёд. — Это как?

— Выглядело примерно так.

Мои щиты замерцали, распались на отдельные нити, явив пучок колышущихся энергетических волокон. Они покачивались в воздухе, переливались, но не рассыпались. Леви привстал, вглядываясь. Потом вытянул руки, попробовал повторить. Ладони просто зажглись ровным зелёным светом — никаких нитей.

— Помнишь, мы говорили о клетках?

Леви кивнул.

— Думай о своей силе так, будто она пытается обследовать каждую клетку. А их там десятки, а то и сотни тысяч.

— Ничего у тебя не получится. — Ингрид фыркнула. — Эта грань начинающим недоступна.

— Да-да. — Леви сложил руки вместе, горделиво приподнял нос. — И только потомственные лекари ей владеют. Знаем, слышали этот бред сотни раз. Что-то такое ты мне про сияние человека говорила.

Ингрид поморщилась.

— Это ничего не меняет! Тут грань совершенно другого уровня! Тебе такое не понять!

Она скрестила руки и с вызовом уставилась на него.

Я вздохнул.

— Как эта грань вообще работает?

— Ты правильно подметил про расход маны. — Ингрид перевела взгляд на меня. — Сейчас мы тратим её неравномерно. «Длань лекаря» помогает находить повреждённые клетки и восстанавливать их, не тратя лишней энергии.

— Ты всё слышал. — Я повернулся к Леви. — Работай — и будет у тебя крутая грань.

Леви кивнул и расплылся в улыбке.

— Представляешь, если у потомственного лекаря эта грань откроется позднее, чем у меня?

Ингрид вскочила и топнула ножкой.

— Да не будет этого!

— Ну не будет, так не будет. — Я поднял ладони. — Но было бы хорошо, чтобы вы оба эти грани открыли. Иначе вам просто придётся жить на работе. — Я помолчал. — Что скажете по поводу лекарей Эрика?

— Они ещё хуже, чем этот бездарь! — Ингрид ткнула пальцем в Леви. — Не только не умеют пользоваться маной, так ещё и резервы никчёмные!

Я хищно улыбнулся.

Ингрид сделала шаг назад и плюхнулась обратно в кресло.

— Леви. — Я повернулся к нему. — Поручаю тебе провести боевую подготовку лекарей. По полной программе. Скорость, ускоренное мышление, сияние...

— Вы! — Ингрид побелела. — Вы не посмеете!

— Тут мы командуем. — Я посмотрел ей прямо в глаза. — Мои приказы — закон. Да и Эрик будет рад неожиданному усилению своих подопечных.

Эрик улыбнулся и кивнул.

— Я отцу нажалуюсь!

Я смотрел на неё в упор. Мы смотрели друг на друга, не отводя взгляд. Кому из нас будет хуже — вопрос риторический. Ингрид поморщилась, резко поднялась и не прощаясь, вышла. Дверь хлопнула.

— Ты серьёзно сейчас? — Леви смотрел на меня круглыми глазами.

— Более чем. — Я откинулся в кресле. — По поводу работы я не шутил. Раньше мы не думали, как развивать твои грани, и у тебя пошёл перекос в боевку. Но не стоит забывать, что ты в первую очередь лекарь.

Леви кивнул. Помолчал, потом развернулся и направился к выходу. На пороге остановился, бросил взгляд на Эрика и вышел.

— Интересный у тебя подход к мотивации, — заметил он, присаживаясь на свое место и подогревая оставленный чай.

— Тебе тоже не мешало бы своими заняться. — Я ткнул пальцем в план, лежащий в одной из стопок. — Мы этот форт так до весны отстраивать будем, почему у них тренировок не было все это время. Даже Бренда с майрой твоих по граням перегнали.

— А что мне прикажешь делать? — Эрик развёл руками. — В землю их закапывать что ли?

Я поднял на него взгляд. Эрик скривился, поняв, что сморозил глупость.

— Ну да... — он потёр переносицу. — С кем я вообще разговариваю. Ты же у нас любитель экстремальных методов.

— Тебе тоже нужно вытащить своих на равнины. — Я откинулся на спинку стула. — Совсем другой уровень опасности. Возможность открыть новые грани.

— Да не могу я! — Эрик стукнул ладонью по столу. — Мы даже с шахтами не закончили! Вот ты знаешь, как сейчас туда шахтёров доставляют? Мой отец уже всерьёз рассматривает идею с подземным ходом. Подземным, Люций!

Я покачал головой.

— Эрик, так будет всегда. Просто пойми: мы уже сделали основную работу. Мелочами пусть занимается кто-то ещё.

— Нету! — он подался вперёд. — Нету никого, понимаешь?! Все, кто мог бы этим заняться, уже при деле.

— А если найду?

Эрик вскочил. Открыл рот, собираясь что-то сказать, потом прищурился и внимательно посмотрел на меня. Медленно опустился обратно в кресло, взял чашку, отпил. В голове у него явно крутились шестерёнки. Допив чай одним залпом, он резво вскочил, едва не опрокинув стул.

— Нанять второгодок! — выпалил он.

— Ну наконец то. — Я выдохнул. — А то я уж начал переживать, как бы ты не угробил свой клан.

— Но-но! — Эрик поправил воротник, горделиво вскинул подбородок. — Я умный, красивый и талантливый. Мне так Алисия сказала.

Я усмехнулся, отпил чай.

— Тут спорить бесполезно, невеста точно врать не будет.

***

Зал совета.

Тишину нарушал только шелест переворачиваемых страниц. Каждый глава клана читал доклады о действиях третьего курса, и реакция у всех была разная.

Айрин Белфорт сидел, вцепившись пальцами в подлокотники, и скрежетал зубами так, что желваки ходили ходуном. По сравнению с вылазкой пятого курса всё проходило будто по нотам. Словно гоблины сами давали себя убивать. Невиданная ранее угроза превратилась в лёгкую прогулку.

Роберт Санчес откинулся на спинку кресла, с довольным видом наблюдая за присутствующими. Он получал доклады сразу же, ещё до того, как они попали в эти папки, и знал, что сейчас его сын с группой закрепляются на удачной позиции. Франческа Пьер морщилась, водя пальцем по схемам — маги камня не использовали их стандартные строительные решения, предпочтя что-то своё. Стайнхарт исподлобья посматривал на Белфорта, и во взгляде читалось неприкрытое осуждение: действия пятого курса могли нанести серьёзный ущерб репутации всех кланов.

Председатель отложил доклад, обвёл взглядом зал.

— Итак, вы все ознакомились с документами. — Он помолчал. — Я хотел бы услышать оценку от тебя, Айрин.

Айрин дёрнул щекой, поднимаясь.

— Наставник, всё дело в необычных гранях Лирин Помпео. Будь у нас подобный маг — всё было бы иначе.

Франческа не выдержала. Она резко встала, и папка с докладом полетела на стол, рассыпав листы.

— Если бы ты просто начал возводить фортификацию — всё было бы нормально! — Голос звенел от возмущения. — Это первое, что они сделали! Укрепились и без проблем смели пару тысяч гоблинов! Без потерь!

— Потери у них были...

— Пятнадцать обычных людей! — Франческа шагнула вперёд. — Всего пятнадцать! Вы могли просто отстроить крепость! Пятый курс без проблем собрал бы твердыню на голой земле, если бы кто-то удосужился отдать правильный приказ!

Председатель поморщился, постучал пальцем по столу.

— Франческа, успокойся. — Он выждал паузу. — Но да, я не могу не согласиться. Конечно, некоторые действия вызывают вопросы, но в целом группа действует согласно своим сильным сторонам. Кроме того, они наладили разведку. Через пару дней будет новое сражение.

Роберт Санчес подался вперёд.

— Наставник, тут не о чем переживать. Они уже укрепляют оборону. В скором времени это будет неприступный форт.

— Понимаю тебя, Роберт. — Председатель кивнул. — Но у нас немного иная задача. — Он обвёл взглядом зал. — Отправляйте им на помощь четвёртый курс.

Роберт мгновенно среагировал:

— Наставник, эту крепость возвёл мой сын. Будет справедливо, если он возглавит оборону.

— А потянет?

— Ну не Белфортам же это дело доверять.

Айрин скрежетнул зубами так, что скрип разнёсся по залу. Кулаки сжались, но ответа не последовало.

— Решено. — Председатель стукнул ладонью по столу. — Эрик Санчес будет командовать обороной крепости. Но, Роберт... — Он поднял палец. — Провал также и на тебе отразится.

— О чём речь, наставник? — Роберт расправил плечи. — Каждый Санчес готов вести за собой достойных.

— Что по поводу зелий? — Председатель перевёл взгляд на следующий документ. — Я так понимаю, ты контролируешь этот вопрос.

— Тут сложнее, наставник. — Роберт подался в перед, развёл руками. — Зима приближается, а у нас просто нет большого запаса нужных трав. Молодые люди сейчас из кожи вон лезут, лишь бы создать на пару флаконов больше.

Председатель забарабанил пальцами по столу. Ритмичный стук повис в тишине.

— Викт. — Он поднял взгляд. — А не хочешь свою дочурку в Эрам свозить?

Викт удивлённо замер.

— Парнишка-артефактор, он ведь тоже в Эраме живёт. — Председатель усмехнулся. — Пусть молодые увидятся. И твоя жена заодно поможет младшим. Зелья нам нужны. Объёмы необходимо повысить, пока гоблины не пошли на штурм.

— Эм... — Викт замялся. — Мы не думали об...

Увидев взгляд председателя, главный лекарь мгновенно выпрямился.

— Мы сегодня же отправимся.

Председатель одобрительно кивнул и снова опустил глаза к документам.

— Продолжим.

***

Ночью, когда основные работы наконец стихли, я стоял на крыше донжона и всматривался в тёмную линию леса. Строительный гул сменился тишиной, только ветер иногда доносил приглушённые голоса караульных внизу. Столько уже сделано — стены подняты, ров обозначен, первые казармы обрели крыши. Но сколько ещё предстоит — от одной мысли голова шла кругом.

Подул холодный ветер, и я поёжился. «Не ври», — мысленно погрозил кулаком природе. До зимы ещё месяц, и она не любит приходить раньше срока. Шаги за спиной я услышал, но не обернулся. Лёгкие, почти невесомые.

— Ты так и не пошёл отдыхать? — голос Лирин прозвучал тихо, но в ночной тишине был отчетливо слышен.

— Нет. — Я качнул головой, не отрывая взгляда от горизонта. — Нужно подумать. А этот вид... располагает.

Она подошла ближе, встала рядом, тоже вглядываясь в темноту. Её дыхание оставляло лёгкие облачка пара.

— Тут холодно. Внизу намного теплее.

Я скинул пиджак, одним движением расправил его и накинул на плечи девушке. Забавно: ещё пару лет назад она была выше меня ростом, смотрела свысока во всех смыслах. А сейчас мы сравнялись. Правда, в ширине плеч она мне солидно уступала — пиджак накрыл её почти как одеяло, и она с явным удовольствием зарылась в ткань, укутываясь плотнее.

— Так лучше? — спросил я, пряча улыбку.

— Намного. — Лирин довольно сощурилась и шагнула ещё ближе.

Я сел на каменный парапет, смотря на нее. Она не привыкшая к подобному не знала, что делать, потому сделала неуверенный шаг вперед.

— Ты был в той стороне? — Лирин кивнула на юго-восток, где лес подступал особенно близко.

— Нет. — Я покачал головой. — Волчица унесла меня значительно южнее. Думаю, её территория где-то там. — Я махнул рукой значительно южнее.

— Хочешь забрать её?

— Нет. По крайней мере не сейчас. — Я усмехнулся. — Это пятиметровый мохнатый танк. Я тут просто разорюсь на её корме.

— Ты можешь кормить ее гоблинами? — в голосе Лирин проскользнула усмешка.

— Фу. — Я скривился. — Не могу позволить Нове есть всякую мерзость. Хотя говоря между нами, она не самый привередливый хищник.

— Нова? — Лирин приподняла бровь. — Ты даже имя ей дал?

— Конечно. Не буду же я к ней обращаться «эй ты». Представляешь? Стоит пятиметровая волчица, а я ей: «Эй, ты, иди сюда». — Я хмыкнул.

Лирин рассмеялась — тихо, но искренне. Шагнула ко мне, и её руки легли мне на плечи, а потом оплели шею. Я не стал разыгрывать скромность — положил ладони ей на талию, чувствуя сквозь ткань пиджака тепло её тела. Я встал и начал кружить ее медленно будто играла музыка, она подалась ближе, и я потянулся к ней...

— Ты чего? — спросил я, заметив, что она замерла.

— Я... кажется, что-то видела. — Голос её стал напряжённым. Она смотрела поверх моего плеча, в темноту за спиной.

— Подумаешь. — я попытался притянуть её к себе. — Гоблины наверное.

— Подожди. — Она упёрлась ладонями мне в грудь, не давая приблизиться. — Ты же говорил, что в темноте хорошо видишь? В той стороне ведь дорога. Проверь.

Я вздохнул, закатил глаза — ну что за привычка дёргаться по каждому шороху? — и повернулся.

Всмотрелся в даль. Запуская на полную грань «окружения».

— Всего лишь какие то…

Я присмотрелся.

— Какого?..

Глава 10

Я с самого начала не поверил своим глазам. Трое гоблинов, грязных, ощерившихся, старались окружить парня. Тот, явно запыхавшийся, весь испачканный в грязи и листве, отчаянно махал перед собой сумкой, отгоняя противника. Рывок — один из гоблинов прыгнул вперёд, целясь в ноги, но сумка с мокрым стуком обрушилась ему на голову. Парень сразу же отскочил назад, едва не упав, но удержал равновесие и снова вскинул своё смертоносное оружие.

— Что там такое? — голос Лирин вырвал меня из ступора.

Я схватил её за руку.

— Летим туда! Быстрее!

Лирин не стала задавать вопросов. Её гравитация подхватила нас обоих, и мы рванули вперёд, разрезая ночной воздух. Ветер свистел в ушах, стены форта мгновенно остались позади. Парень всё ещё держался — уворачивался, отмахивался, но силы явно были на исходе.

На подлёте Лирин резко вытолкнула меня вперёд, добавив ускорения. Я выхватил меч ещё в воздухе, готовясь к удару. Земля стремительно приближалась. Приземление вышло жёстким — грязь и листва разлетелись в разные стороны, и в тот же миг рванул к опешившим гоблинам.

Первый даже не успел развернуться — меч рассёк воздух, и голова с противным хрустом отлетела в сторону. Второй дёрнулся было ко мне, но я уже сместился, короткий взмах — и тело рухнуло наземь. Третий попытался бежать, но его нагнал укол в спину.

Я выдохнул, отряхнул лезвие одним движением и обернулся. Парень сидел на земле, широко раскрыв глаза. Секунду он смотрел на меня, на распластанные тела, а потом из его груди вырвался смех. Громкий, заливистый, на грани истерики. Лирин приземлилась рядом, тронула меня за плечо, кивая на хохочущего парня:

— Он что, с ума сошёл?

— Возможно. — Я убрал меч в ножны. — Хватай его, летим обратно.

Лирин подхватила парня гравитацией, и мы взмыли в воздух. Внизу, из леса, всё ещё доносились крики и шум погони — остальные гоблины явно не успокоились. Когда мы влетели в форт, я сразу нашёл взглядом Рени. Тот как раз выходил из этажей для отдыха, протирая глаза.

— Приведи его в порядок, — бросил я, кивая на парня. — Не хочу тащить его в кабинет, вес пол испачкает.

Рени уставился на грязное, оборванное создание в форме академии, потом перевёл взгляд на меня. Я только пожал плечами. Гидромант вздохнул, создал водяную сферу и принялся отмывать это чудо.

Через несколько минут дверь с грохотом распахнулась — влетел Эрик, поднятый своими гвардейцами. Он окинул взглядом картину: Рени, колдующий над мокрым комком, я стоящий у окна и Лирин, которая уже успела налить себе чаю.

— Что здесь происходит? — выдохнул Эрик.

— Сам пока не понимаю, — честно ответил я.

Рени закончил. Перед нами стоял тощий парень в одном видавшем лучшие годы ботинке и в изорванной форме. Второй, видимо, достался гоблинам в виде утешительного приза. Он сжимал в руках кружку с чаем и смотрел на нас круглыми глазами.

Через пятнадцать минут, когда мы поднялись на верхний этаж донжона, громогласный хохот Эрика разнёсся над всей крепостью.

— То есть ты... — Эрик давился смехом, — ты решил, что пойдёшь в лес, один, без оружия, чтобы найти магического монстра и сразу заключить с ним контракт?!

Финли — мы уже знали его имя — насупился и ещё сильнее вцепился в кружку.

— А что такого? Моя грань позволяет заключать контракты с магическими существами! Не с какими-то там кошками, а с настоящими монстрами! — Грозно выпалил он. — Тогда никто не будет смеяться!

Эрик зашёлся новым приступом хохота. Мы с Рени тоже не сдержали улыбок. Идея у парня была, конечно, здравая — вот только исполнение... Впрочем, кто из нас в своё время не пытался найти короткий путь к силе? Отсмеявшись, Эрик утёр слезу и задал самый банальный вопрос:

— Финли, допустим, я понимаю твоё желание. Но почему ты не дождался, когда одна из наших групп вернётся? Мы бы взяли тебя с собой, постоянно куда то ходим...

— Чего тут непонятного? — Финли нахохлился. — Если я пойду с группой, все увидят, что меня опекают. А так я сам, своими силами... — Он запнулся, видимо, осознав, чем закончились его «свои силы».

Эрик снова прыснул, но сдержался. Я поставил чашку на стол, привлекая внимание.

— Ладно. — Все повернулись ко мне. — Помочь мы тебе можем. Но у нас тут сейчас намечается небольшая войнушка. К форту идут гоблины, и нам придётся отбиваться. Если хочешь остаться — поможешь лекарям, будешь таскать воду, перевязывать раненых. А после боя мы поможем тебе разобраться с твоей гранью.

Финли часто закивал, не веря своему счастью. Похоже, после сегодняшнего кошмара он был согласен на что угодно, лишь бы не остаться одному в компании гоблинов.

— Договорились, — выдохнул он и вцепился в кружку обеими руками.

***

На следующее утро стройка продолжилась с новым размахом. Каменные големы, освещённые первыми лучами солнца, всё так же пробирались через лес, распугивая местную живность. Деревья трещали и падали, уступая дорогу многотонным махинам.

Теперь стены форта представляли собой действительно неприступный монолит — тщательно подогнанные каменные блоки, укреплённые магией, способные выдержать любой обстрел гоблинских шаманов. Лучники могли спокойно располагаться на верхних ярусах, выбирая цели, а в случае опасности — укрыться в башнях, даже если враг каким-то чудом проберётся на стены.

Первая фаза строительства подошла к концу. Теперь наступало время расширять территорию. Мы не стали изобретать велосипед и начали возводить вторую стену в сотне метров от донжона. Нам требовались дополнительные помещения: казармы, склады, кузницы, лечебницы. Второй ряд стен защитит их не только от гоблинов, но и от крупных лесных монстров, которые могли забрести в поисках лёгкой добычи.

Каменные големы выходили на размеченные участки, замирали на мгновение и начинали медленно уходить под землю, погружаясь в грунт, словно в воду. Там, в глубине, маги камня создавали мощные фундаменты — укрепляя их, чтобы они выдерживали первые удары вражеской магии. После завершения работ Лирин подхватывала уставших геомантов гравитацией и увозила обратно в форт, а Ханна приступала к проверке качества. Судя по тишине, пока всё шло по плану.

Я стоял на стене, наблюдая за процессом, когда заметил незнакомого мага, приближающегося к форту с северной стороны. Он летел низко, похоже не так давно освоил грань полета, явно торопясь. Приземлился во внутреннем дворе донжона, огляделся и направился к входу. Гвардейцы мгновенно его перехватили, но выслушав, проводили внутрь.

Я не стал торопиться. Выждал пару минут и спокойно направился следом. Молодой слуга, судя по нашивкам — из клана Белфортов, с интересом разглядывал укрепления, проходя по коридорам. Но каждый раз, вспоминая, что он тут по делу, пытался состроить невозмутимое лицо. Получалось плохо — глаза так и бегали по сторонам, цепляясь за каждую деталь.

Когда он вошёл в главный кабинет, его челюсть едва не коснулась пола. И было от чего. Кабинет теперь был обставлен по последнему слову фортификационной архитектуры.

Мраморные стены, на одной из которых красовалась огромная выгравированная карта окрестных земель. Маленькие фигурки, закрепленные в специальных пазах, обозначали приближение гоблинских отрядов и примерное расположение хищников в лесу. У другой стены стояли несколько письменных столов с десятками ящиков — для документов, чертежей и отчётов. По центру — массивный стол из красного дерева, за которым восседал Эрик.

— Ваша светлость, — слуга поклонился, протягивая запечатанный конверт. — Послание от Совета.

— Благодарю.

Эрик принял конверт, сломал печать и углубился в чтение. Его брови медленно, но верно ползли вверх. Слуга замер в ожидании, хотя было видно, что он сгорает от любопытства — что там такого важного в этом письме?

Я вошёл в кабинет и остановился у карты, делая вид, что ожидаю новых указаний. Эрик поднял на меня взгляд, расплылся в улыбке и молча протянул письмо.

Я быстро пробежался глазами по строкам. Совет назначал Эрика кастеляном крепости. С присвоением всех соответствующих полномочий и ответственности.

Я присвистнул. Эрик заулыбался ещё шире.

— Поздравляю с должностью, кастелян. — Я вернул письмо. — Теперь осталось придумать, как назвать эту крепость.

Эрик отмахнулся.

— Эту честь передадим девчонкам. Их хлебом не корми — дай что-нибудь назвать. — Он повернулся к слуге. — Я принимаю должность и немедленно приступаю к обязанностям. Гвардейцы!

Двое вошедших гвардейцев замерли у двери.

— Вестового обогреть, накормить и отправить на отдых.

Гвардейцы стукнули кулаками по нагрудникам и увели слегка офигевшего от такого приёма слугу. Когда дверь закрылась, я повернулся к Эрику.

— Что будем делать с толпой желторотиков? — спросил я без предисловий.

— Возведём для них пару зданий, как только маги закончат со стеной. — Эрик потёр переносицу. — Надеюсь, они успеют прибыть раньше гоблинов.

— Совет уже знает о силах, идущих к нам. Должны подогнать их побыстрее. — Я подошёл к карте, ткнул пальцем в приближающиеся значки. — У нас будут проблемы?

— Естественно. — Эрик скривился. — Там сразу несколько наследников великих кланов. Уверен, попробуют саботировать приказы.

— Может, сразу обострим и выгоним? Скажем, что доверия нет, и пусть уходят.

— Вариант. — Эрик задумался. — Но не думаю, что они пойдут против в открытую. Слишком дорожат репутацией.

— Тогда разобьём их на отдельные группы. Пусть получат незначительные задания — патрули, охрана обозов. Чтобы под ногами не путались.

— Разберёмся по факту. — Эрик пожал плечами. — Вдруг кланы им прикажут действовать слаженно, и всё пройдёт нормально.

Я выразительно посмотрел на него. Эрик поморщился, понимая, какую глупость сморозил. Кланы и слаженные действия — вещи несовместимые, особенно когда речь идёт об амбициозных наследниках.

***

Кавалькада растянулась по тракту, пыль поднималась столбом, оседая на придорожных кустах. Гвардейцы в дорогих доспехах, с гербами кланов на плащах, с трудом сдерживали горячих боевых коней — те рвались в галоп, нервно перебирали ногами, косясь на лес. Десятки знамён колыхались над колонной, и встречный караван предусмотрительно свернул с дороги, прижимаясь к обочине. Телеги замерли, возницы отвесили поклоны, караванщик стоял, согнувшись, и молился, чтобы товары не привлекли внимание господ.

— Да как они смеют!

Сердце караванщика ухнуло в пятки. Он поднял голову, готовый увидеть, что кто-то из знати указывает на его повозки, но синеволосый парень просто что-то яростно обсуждал с другими аристократами, размахивая руками. Караванщик мысленно вытер пот со лба и снова опустил взгляд. Кажется, сегодня пронесёт.

— Урбен, заткнись, чёрт тебя дери! — рявкнул коренастый парень с молотом на поясе, резко осаживая коня. — Иначе клянусь своим молотом, оторву тебе язык и скормлю гоблинам!

— Пошёл ты, Стайнхарт! — огрызнулся синеволосый, дёргая поводья. — Ты ещё ни разу не выиграл у меня в дуэли, так что придержи своё оружие!

— Проклятье! — взревел Стайнхарт, его конь взвился на дыбы. — Я только недавно выбрался из чёртовых шахт! И ради чего?! Чтобы слушать твои визги?!

— Урбен не так уж и неправ, — встрял третий, с ветряной нашивкой Белфорта на плаще.

— Белфорт, — Стайнхарт перевёл на него тяжёлый взгляд, — после вашего провала я бы на твоём месте летал подальше от населённых мест. Совет сказал: идти и следовать указаниям. Так какого черта вы не затыкаетесь уже два часа?!

— Потому что тобой будет командовать малолетний сопляк, который построил этот... этот шалаш! — взорвался Горт Урбен, ткнув пальцем в сторону гоблинских земель.

К ним подъехал ещё один всадник — с красными, как пламя, волосами. Он усмехнулся, лениво поигрывая поводьями.

— Мой братишка уделал твоего в дуэли, Урбен. Не забывай этого.

— На мечах! — прошипел Урбен. — На чёртовых железках! Этот деревенщина ещё поплатится за то, что посмел диктовать правила!

— Да-да, свежо предание. — Красноволосый хмыкнул. — Ты ведь понимаешь, что боевого опыта у них значительно больше, чем у нас?

— А я не понял! — возмутился Белфорт, подъезжая ближе. — Ты чего такой спокойный?

— Потому что вы не видите дальше собственного носа. — Красноволосый пожал плечами. — Братишка скоро отправится строить новый город. А кто-то должен будет присматривать за новой шахтой. У отца, знаешь ли, не так много свободного времени.

— Ты?! — выдохнули почти одновременно Урбен и Белфорт.

— Может, и я. — Красноволосый усмехнулся и пришпорил коня. — Кто знает.

Колонна начала сворачивать с основной дороги на разбитую колёсами грунтовку, ведущую к крепости. Движение сразу замедлилось. Передние повозки с провизией застревали в грязи, лошади были не в силах сдвинуть их с места. Гвардейцы спешивались, упирались плечами, толкали, матерясь сквозь зубы. Через полчаса всё повторялось снова.

Молодые маги, ехавшие отдельной группой, лениво наблюдали за происходящим, даже не думая помогать. Их задача — охранять подкрепление от внезапных атак, а не вытаскивать телеги. Они переговаривались, смеялись, кто-то даже достал музыкальный инструмент и начал играть прямо в седле.

Когда на закате перед колонной открылись первые очертания крепости, все невольно остановились.

Гвардейцы, измотанные дорогой и грязью, с одобрением разглядывали огромные стены, уходящие ввысь. Кто-то присвистнул, начались обсуждения. Маги камня, напротив, морщились, не скрывая раздражения — они видели каждую мелочь, каждую недоработку, и профессиональная гордость зудела под кожей.

Красноволосый осадил коня, окинул взглядом крепость и, повернувшись к Урбену, растянул губы в довольной улыбке.

— Неплохой шалаш получился, да, Урбен?

***

Когда мы заметили подкрепление на горизонте — солнце уже скрылось за горизонтом, — я махнул рукой Лирин. Она кивнула, и её гравитация подхватила нашу группу. Мы взмыли в воздух, оставляя форт за спиной. Эрик рванул следом своим ходом — яркая огненная комета отделилась от стен и понеслась навстречу колонне.

Мы приземлились метрах в пятидесяти от первых всадников. Гвардейцы заозирались, кони занервничали. Из передних рядов вылетел синеволосый парень, осадил коня и, ткнув пальцем в Эрика, заорал на всю округу:

— Я, Горт Урбен, вызываю тебя на дуэль!

Секунда тишины. Мы переглянулись. А потом засмеялись. Вчера вечером мы с Эриком как раз обсуждали вероятность такого идиотизма — и пришли к выводу, что она равна нулю. А вот надо же.

— Чего смешного? — Горт побагровел. — Или ты испугался сразиться со мной?

Я шагнул вперёд, разминая шею.

— Ты в курсе, что Совет назначил его кастеляном этой крепости? — спросил я спокойно.

— И что с того?

— А то, что он сейчас верховная власть на этих землях. — Я сделал ещё шаг. — И может казнить тебя за бунт, который ты прямо сейчас пытаешься устроить.

— Чего? — Горт дёрнулся, но с места не сдвинулся.

Я не стал больше ждать. Щиты вырвались наружу, формируя боевую форму. Одно движение — и я уже рядом с ним. Пальцы, усиленные магией, сомкнулись на его шее, дёрнули вниз, выдёргивая из седла. Горт захрипел, пытаясь вырваться, но моя хватка держала крепко.

— А вот так понятней? — процедил я, глядя в его выпученные глаза.

Вокруг зашевелились. Маги вскинули руки, готовя заклинания, гвардейцы схватились за оружие. Эрик шагнул вперёд, вставая так, чтобы видеть всех.

— Кто не будет мне подчиняться — проваливайте! — рявкнул он. — Я не собираюсь устраивать с вами дебаты!

Тишину разрезали хлопки. Из толпы магов выбрался красноволосый парень, лениво аплодируя.

— Неплохо, неплохо, братец. Так их.

Эрик даже не повернул головы.

— Горт, — голос его звучал жёстко. — Ты либо подчиняешься, либо уходишь. Я понятно объясняю?

— Д-да... — прохрипел Урбен, пытаясь ослабить мои пальцы.

— Подчиняешься или проваливаешь?

— Подчиняюсь...

Я разжал пальцы. Горт рухнул на землю, хватая ртом воздух. Я остался в боевой форме — мало ли что этому придурку взбредёт в голову, когда откашляется.

— Гвардейцы! — Эрик уже раздавал команды. — Отойти от повозок! Магесса Лирин сейчас транспортирует их в форт. Те, что останутся — убрать пологи, маги заберут груз в пространственные кольца. Остальные — продолжайте марш к крепости!

Заскрипели колёса, залязгало оружие. Лирин подхватила пятёрку ближайших повозок, и те плавно поднялись в воздух, уносясь к стенам. Остальные маги быстро распихивали оставшийся груз по кольцам, даже не глядя на лежащего на земле Урбена.

Кавалькада всадников и магов потекла мимо, к крепости. Когда поток схлынул, Эрик подошёл ко мне, понизил голос:

— Ты не переборщил?

— Да не. — Я позволил щитам опасть. — В самый раз. Теперь они поняли: тут игр не будет. Всё по-военному.

— Я думал, ты ему голову свернёшь. — Эрик вытер лоб. — Знаешь, чего мне стоило сохранить лицо невозмутимым?

Я хмыкнул.

— Ну ты из меня монстра не делай. Максимум руку бы сломал. И отпустил бы с миром.

Эрик покачал головой и пошёл к крепости. Я двинулся следом.

Телеги, лишившиеся тяжёлых грузов, быстро добрались до ворот. Уже стемнело, когда последние подводы втянулись во внутренний двор. Мы отправили пополнение в новые здания — общежития, построенные на скорую руку.

Никаких излишеств: общая комната на двоих, санузел и две небольшие спальни со скромной обстановкой. На большее ни ресурсов, ни времени не хватило. Да и задачи сейчас были поважнее, чем комфорт.

Гвардейцы проходили через огромные ворота, вертели головами, разглядывая стены. Но внутри их ждало разочарование: пустое пространство, без выровненных дорог и пара одиноких зданий. Впрочем, сейчас их это не волновало. Главное — крыша над головой. А это уже неплохо.

***

Финли вышел из казармы, растирая затёкшую спину. Спал он плохо — после вчерашнего кошмара с гоблинами любая тень за окном казалась врагом. Но приказ есть приказ: сегодня он будет помогать лекарям, таскать воду и перевязывать раненых.

Внутренний двор крепости гудел. Гвардейцы грузили повозки, маги собирались группами, кто-то уже завтракал у полевых кухонь. Финли побрёл к колодцу, но на полпути замер.

У стены, за штабелями ящиков, стояли двое. Парень, с красивой броней, что то протягивал человеку, в форме гвардейца. Они говорили тихо, но ветер донёс обрывки фраз:

— ...подсыплешь в котлы... сделай все тихо и сотня твоя...

— А если проверят?

— Не проверят. Яд слабый, не летальный. Просто ослабнут. Уже через час будут как сонные мухи.

Финли вжался в стену. Сердце заколотилось где-то в горле. Он узнал Белфорта — тот самый, что успокаивал Урбена вчера у ворот. Гвардеец кивнул, принял небольшой свёрток и быстро ушёл в сторону. Белфорт огляделся и направился к выходу.

Финли рванул в другую сторону — к донжону. Нужно предупредить Эрика, Люция, кого угодно. Он петлял между повозками, проскочил мимо незнакомого отряда, вот ворота донжона...

И налетел на Горта Урбена.

Синеволосый маг схватил его за грудки, приподнял над полом.

— Ты чего шныряешь, чернь? — прошипел он, сверкая глазами.

— Там... Белфорт... яд... — выдохнул Финли, дёргаясь. — В котлы хотят...

Урбен прищурился. На мгновение на его лице отразилось сомнение. А потом он улыбнулся — нехорошо так.

— Белфорт, говоришь? — Он затащил Финли в тёмную нишу под лестницей. — Ну, извини, парень. Не вовремя ты.

Удар в челюсть — и Финли провалился в темноту.

***

— ...тревога! Гоблины у стен!

Грохот сапог, лязг оружия, крики. Финли очнулся в той же нише, голова раскалывалась. Он выполз наружу, хватаясь за стену.

Вокруг творился ад.

Гвардейцы бежали к стенам, но многие спотыкались, падали, их рвало. Кто-то сидел у стены, обхватив голову руками. Маги пытались творить заклинания, но руки дрожали, плетения рассыпались.

— Что... что происходит? — прохрипел Финли, хватая за рукав пробегавшего мимо гвардейца.

— Отравление! — выдохнул тот. — Припасы испортились... половина гарнизона на ногах не стоит!

Финли похолодел.

На стенах уже кипел бой. Люций в боевой форме рубил гоблинов, лезущих на разрушенную стену. С башен вылетали одинокие стрелы, Лирин гравитацией сбрасывала вниз прущих в перед троллей. Эрик метал огненные шары с уцелевшей части стены, но даже он заметно устал — противника было слишком много.

Аристократы — те, кто ещё мог держаться, — прикрывали отступающих от стен солдат. Белфорт, окружённый своими людьми, что-то вещал, размахивая руками.

— ...не справляется! — донеслось до Финли. — Командование должно перейти к тем, кто знает, как вести осаду! Санчес провалил снабжение, люди отравлены! Это его вина!

— Поддерживаю! — рявкнул Горт Урбен, выходя вперёд. — Эрик Санчес должен сложить полномочия!

Финли рванул к донжону. Надо сказать... надо предупредить...

Но он опоздал.

Эрик эрик спускался со стены, бледный от усталости, но с холодным, спокойным лицом. Вокруг него — пятёрка гвардейцев, тех немногих, кто не пил отравленную воду. Люций — приземлился рядом, по щитам проходили всполохи энергии готовые к высвобождению.

— ...требуем немедленной смены командования! — надрывался Белфорт.

Эрик поднял руку. Тишина упала на площадь.

— Гвардейцы, — сказал он негромко, но его голос разнёсся над всем двором. — Арестовать Белфорта и Урбена за измену.

— Что?! — взревел Урбен. — Да ты...

— Заговор с целью ослабления гарнизона, — перебил Эрик, не повышая тона. — Отравление припасов. Попытка захвата власти во время вражеской атаки. — Он кивнул своим людям. — Взять их.

Гвардейцы двинулись вперёд. Белфорт выхватил меч и наставил его на Эрика, Урбен вскинул руки, готовя водяную плеть...

Люций оказался рядом быстрее, чем они успели моргнуть. В боевой форме движения были размыты, удар кулаком в солнечное сплетение Белфорту. Тот изломанной куклой полетел в толпу гвардейцев. Разворот — перехват руки Урбена, рывок, хруст — маг взвыл и заклинание развеялось.

— Сопротивление власти карается смертью, — спокойно сказал Люций, выбрасывая оторванную руку. — Но вы пока нужны.

Гвардейцы скрутили обоих. Их сторонники замерли, не решаясь вмешаться.

И в этот момент со стен донёсся протяжный вой рога.

— ГОБЛИНЫ! — заорал кто-то сверху. — ОСНОВНЫЕ СИЛЫ! ИХ ТЫСЯЧИ!

Эрик рванул на стену, на ходу оборачиваясь:

— Все, кто может держать оружие — наверх! Изменников — в подвал! Норис продолжайте эвакуацию!

Волчица кивнула и побежала к казармам.

— Лирин, тоже туда. — Отдал приказ Люций. — Мы задержим тварей!

Глава 11

Мы всё просчитали. До последней мелочи. Карта на стене пестрела отметками — Аспид лично перепроверяла скорость движения орды. Мы знали: сегодня гоблины подойдут к крепость. Подготовка к их встрече шла полным ходом, сотни зелий в каждой башне, тысячи стрел готовые для лучников. Укомплектованные сотни латников — построяться за стенами чтобы в нужный момент перемолоть орду. Все было точно выверено, уничтожение орды казалось решенным вопросом.

Часть стены рухнула под ударом каменных шаманов. Десятиметровая неприступная стена превратилась в пологий склон, когда пыль осела радостный крик раздался казалось на тысячи километров в вокруг. Гоблины полезли сразу — будто сотни муравьев они карабкались наверх, и эти зеленокожие были не похожи на обычных противников. Обмотки из шкур, небольшие щиты на левых руках, кривые железяки в лапах — они лезли с криками, только топот и лязг разбавляли какофонию за ранее проигранного сражения.

Сорок магов должны были встать в проломе, если враг пробьёт стену. Нас было только двадцать. Остальные валялись в казармах — отравленные и их сейчас лихорадочно выносили в донжон. Проклятие. Мы знали, что будет какой то саботаж, но чтобы во время боя... Впрочем, сейчас не до них. Сначала — орда.

Мы с Дугласом и ещё четверыми физиками встали в проёме. Я активировал боевую форму — щиты вырвались наружу, закрывая тело. Кинетика начала накапливаться готовая ударить в любой момент. В массовой свалке меч не нужен, здесь нужна грубая сила. Первая волна из гоблинов и троллей попёрла на подъём — я ударил кинетическим залпом, и три туши покатились в низ, сшибая своих же.

Рядом Дуглас работал стальными тросами — они превращались в копья, прошивая ближайших врагов насквозь. Аника и Норис орудовали двуручниками кося противника, но сейчас нужно было экономить силы. И все это действие сопровождалось магическим обстрелом от шаманов.

С соседних башен вылетали стрелы — жалкая горстка, каждая находила цель, но толпа просто не замечала потерь. Слишком много. Слишком.

В небе творился настоящий ад. Сестры Гельмонт — Леона и Фрея — превратились в сгустки пламени и льда, в своих боевых формах им было нечего бояться. Они гоняли шаманов камня, не давая тем прицельно бить по стенам. Леона пылала, уворачиваясь от магических атак и пытаясь контратаковать, поливая противника струями огня, но шаман камня нырял в землю, выныривал в двадцати метрах и снова пытался отбится.

Фрея запускала ледяные сферы, прореживая толпу шаманов, но ее заманивали под обстрел остальных — из густого тумана взлетели сразу десяток огненных шаров. Фрея ушла в сторону, пара удачно попали уменьшая ее контроль над боевой формой. Но в этот момент в туман влетел огненный протуберанец испаряя туман вместе шаманами и часть земли, навсегда закрывая спор с этой группой гоблинов.

Аспид висела в вышине, раскинув крылья. Её телепатия прошивала сознания союзников, информируя всех что сейчас происходит. Это давало нам понимание как протекает бой и долго ли еще держаться. Аспид видела всё: как десяток лучников спешно готовится дать новый залп, как из казарм выносят десятки тел, как маги огня методично выжигают толпу и как магессы раз за разом уничтожают шаманов камня.

Новая волна троллей рванула на подъём. Я снова накопил кинетику — удар, ещё удар. Руки гудели, мана уходила быстрее, чем хотелось бы. Мы знали, что потеря стен — вопрос времени. Наша задача — оттянуть этот момент, дать людям шанс вытащить всех в защищенный замок.

Аника, отрубив голову очередному троллю, пинком отправила тушу обратно в толпу.

— И долго нам тут ещё торчать? — крикнула она, не оборачиваясь.

— Откуда мне знать? — я отправил в полёт очередного жирдяя. — Пока Аспид не скажет, что всё в порядке.

— Да мы тут на целый день застрянем!

— А это для тебя проблема?

— Просто у меня другие планы. — Она коротко глянула в сторону донжона. — Ты недавно спас такого милого мальчугана... Мы с Норис думали помочь ему с гранью.

Дуглас, протыкающий очередного тролля, хохотнул. Нас накрыла серия огненных всполохов, шаманы огня и не думали давать нам хоть какую то передышку.

— Тут извини, — я сбросил накопившуюся кинетику, разнеся ближайшего противника в кровавую пыль. — Похоже, застрянем мы тут на недельку. Хотя, может, это и к лучшему — познакомитесь поближе.

***

В казармах стоял сплошной гул — топот сапог, лязг сбрасываемых доспехов, громкие крики. Гвардейцы, ещё час назад замершие в почётном карауле у входа в донжон, теперь метались между койками, хватали за плечи тех, кто не мог подняться. Пострадавших было столько, что в дверях то и дело возникали заторы. Команд никто не отдавал — каждый действовал сам, на свой страх и риск.

Один из стражников, здоровенный детина с рассечённой бровью, наклонился над распластанным телом. Пальцы прижались к шее, проверяя пульс. Жив. Детина выдохнул и рванул застёжки нагрудника. Ремни поддались с хрустом, тяжёлые пластины полетели на пол. Следом полетела куртка — только так можно было понять, нет ли скрытых ран. Убедившись, что человек просто дышит, а не истекает кровью, гвардеец махнул рукой парням подбежавшим с носилками.

— Тащите этого! Живо!

Тело перекочевало на носилки и исчезло в потоке людей, носивших пострадавших к донжону. Гвардеец уже бежал к следующему.

В углу казармы вспыхнула перебранка. Маг в перепачканном костюме размахивал руками, пытаясь встать, но ноги не слушались. Гвардейцы, пытавшийся помочь, шарахнулись в стороны, ожидая, что сейчас полыхнёт огнём или ударит молния. Но маг только орал, срывая голос:

— Не трогайте меня, идиоты! Я сам! Я сам встану!

Кто-то из стражников рискнул приблизиться. Маг попытался создать заклинание — ничего. Рука бессильно упала. Гвардейцы переглянулись и, не сговариваясь, схватили мага за руки и за ноги, поволокли к носилкам. Тот продолжал ругаться, пока его не погрузили и не утащили в донжон.

Тем временем с третьего этажа спускали Аргена Стайнхарта. В глазах у него темнело, перед лицом плыли расплывчатые пятна. Руки, ещё недавно способные гнуть железные прутья, сейчас безжизненно болтались вдоль тела. Его тащили под мышки двое гвардейцев, и каждый шаг отдавался в рёбрах тупой болью. Вынесли на улицу — солнце ударило по глазам, выжигая остатки зрения. Арген зажмурился, но мат вырвался сам:

— Да чтоб вас всех! Куда прёте, ироды?! Трясут, как мешок с дерьмом!

Гвардейцы молчали, только перехватили поудобнее. Внутри всё ныло, каждый сустав скрипел. Он не понимал, куда его тащат, зачем, почему вокруг такой грохот. В голове билась одна мысль: «Только бы не уронили, только бы не уронили...»

Потом его куда-то занесли. Мелькнули сводчатые потолки, странные магические лампы, бегущие люди в странной броне. Аргена грубо опустили на твёрдую поверхность — койку, понял он, когда лопатки коснулись жёсткого матраса.

К нему подлетел парень. Бледный, взлохмаченный, под глазами — синие круги. Руки парня упёрлись ему куда то вбок, и по телу разлилось тепло. Накатывало волнами, смывая боль, проясняя сознание.

Арген с трудом сфокусировал взгляд. Парень — маг-лекарь, понял он. Точно. И только сейчас до Аргена дошло: его спасают. От чего? Почему он здесь? В памяти всплыл обрывок разговора — Белфорт, его настойчивый шёпот, кружка с вином...

Сознание снова поплыло, утягивая в темноту. Последнее, что он услышал, был чей-то крик:

— Ещё трое! Куда их, тут места нет!

***

Лазарет напоминал растревоженный муравейник. Леви замер на мгновение, окидывая взглядом ряды носилок, заполонивших даже проходы. Сотни лиц. Сотни бледных, искажённых болью лиц. Он никогда не думал, что их лазарет, рассчитанный на десяток раненых, придётся расширять прямо в процессе боя. Где-то внизу, под землёй, маги камня спешно раздвигали стены подвалов, создавая новые помещения для пострадавших. Но до тех пор нужно было работать здесь.

Первый пациент попался на глаза — молодой гвардеец, скрючившийся на койке. Леви приложил руки к его животу, зелёное свечение залило тело. Мана полилась плотным потоком, выискивая повреждения, нейтрализуя яд. Минута, другая — парень открыл глаза, слабо улыбнулся. Леви выдохнул, но тут же наткнулся взглядом на десятки лежащих людей. Пять человек. Максимум шесть, если продолжать в том же духе. А их — сотни.

В голове всплыл разговор. Люций тогда показывал свои щиты, расплетённые на тонкие нити, и говорил о клетках. «Организм — это миллионы клеток. Твоя задача — не заливать их маной, а понять, какая именно повреждена, и помочь ей восстановиться. Часто организму просто не хватает ресурсов».

Леви закрыл глаза, попытался представить. Руки снова зажглись зелёным, но теперь он не посылал ману сплошным потоком. Тонкий, почти невесомый ручеёк скользнул внутрь, ощупывая органы. Желудок — чисто. Селезёнка — чисто. А вот печень...

Там мана уходила быстрее. Гвардеец дёрнулся, но Леви удержал концентрацию. Он не лечил — он просто давал органу толчок, снабжал его энергией, чтобы тот справился сам. Расход упал в разы.

Через минуту гвардеец открыл глаза. Удивлённо осмотрелся, приподнялся на локтях.

— Встал и на выход! — рявкнул Леви, уже переходя к следующему.

Гвардеец пулей вылетел из лазарета, на ходу хватаясь за оружие.

— Ингрид! — крикнул Леви через плечо. — Направляй ману в печень! Печень, поняла?!

— Поняла! — донеслось с другого конца зала.

Леви даже удивился — никаких споров, никаких «ты недоучка». Он уже склонился над следующим пациентом, когда снаружи донёсся очередной взрыв. Стены дрогнули. Леви стиснул зубы и продолжил. Где-то там, у пролома, его друзья держались под натиском орды. Он не мог подвести их, не в этот момент.

***

Аспид рванула вниз, сложив крылья. Ветер засвистел в ушах, когда она прошила воздух и приземлилась у входа в казармы. Внутри ещё копошились гвардейцы — последние. Они выволакивали тюки с доспехами, охапками тащили оружие, срывали со стен знамёна. Кто-то волок сразу два свертка с броней, явно брошенную в попыхах.

Аспид скользнула внутрь, пробежала по коридору, заглянула в каждую комнату. Пусто. Только сбитые койки да пара забытых сапог.

Она выскочила наружу и развернула грани телепатии, вонзаясь в сознания союзников чёткими импульсами:

— Эвакуация окончена. Повторяю: эвакуация окончена. Начинайте отходить ко второй стене.

С башен донёсся радостный рев. Лучники, ещё минуту назад методично выцеливающий гоблинов в проломе, разом ожили. Колчаны взлетели на плечи, луки — за спины. Никакого строя — каждый уносил ноги сам. Те, кто недавно валялся пластом в лазарете, теперь ковыляли, опираясь на товарищей. Кто-то тащил сразу по два колчана, сцепив их ремнями.

В проломе тем временем творилось светопреставление. Пироманты выдохлись — огненные шары летели реже и слабее. Они тоже начали отступать, часть подъема на стену устояла и сейчас они брели по ней. Эрик держался дольше всех. Он стоял на уцелевшей части стены, швыряя сгустки пламени в самую гущу, и его лицо горело не только от магии. Белфорты. Предатели. Из-за них все планы пошли прахом, из-за них приходилось отдавать стену.

Он уже мысленно составлял письмо в Совет. Там будет всё: и заговор, и отравление, и открытый бунт. Извинениями Белфорты не отделаются. Краем глаза Эрик заметил, что в пролом полезли конструкты. Рени, видимо, решил поддержать отход — водяные фигуры на полной скорости ломанулись в пролом.

Эрик уже собирался развернуться и уводить своих, когда с той стороны прилетело. Огненные сгустки неслись по дуге накрывая физиков — щебень со стен разлетелся в разные стороны.

Эрик запустил свой барьер, прозрачная плёнка растеклась над головой. Глыбы забарабанили, отскакивая, но лучникам повезло меньше. Те, кто не успел укрыться, повалились на землю. Эрик заслонил собой ближайших, расширяя экран, принимая удары на себя.

Камнепад стих.

Эрик опустил щит. Трое лучников не поднимались. Он рванул к ближайшему, взвалил на плечо. Огневики, видя командира, подхватили остальных.

— В донжон! — рявкнул Эрик. — Живо!

Группа скрылась за воротами второй стены как раз в тот момент, когда серии взрывов раздались повторно осыпая каменной шрапнелью всю округу.

***

Сражение тянулось уже несколько часов. Мы закрепились на позициях и держали строй, не давая гоблинам расширить пролом. Руки гудели от постоянных кинетических ударов, щиты на теле пульсировали в такт сердцу — мана уходила, но не критично.

Когда Аспид подала сигнал, я позволил себе легкую улыбку. Леона и Фрея, только что гонявшие шаманов по всей линии, начали набирать высоту уходя к донжону. Они впервые вели такой длительный бой — обычно хватало получаса на зачистку. Сейчас обе едва держались в воздухе, но свою задачу выполнили: шаманов камня мы выбили. По крайней мере тех, кто активно себя проявлял.

Но оставшихся тварей хватало. Гоблины облепили внешние стены, как муравьи — тролли уже собирались в новый ударный кулак. Шаманы видя что летающие маги перестали им докучать с яростью открыли по нам обстрел. Физики Эрика, ещё утром щеголявшие в зеркально начищенных доспехах, сейчас стояли в чёрных от копоти и грязи панцирях. Один из парней сбросил шлем, у Аники не хватала наплечника.

Мы продолжали держаться.

И тут к пролому подошли конструкты.

Рени и Ханна решили прикрыть отход. Водяные пантеры, размером с хорошую лошадь, прыгнули в самую гущу, разрывая туши противников. Волки из чистой воды врезались в толпу, оставляя за собой мокрые кровавые полосы. Следом за ними, бежали небольшие големы, маленькие и глуповатые каменюки, впрочем прекрасно подходившие для нынешней ситуации. Их каменные кулаки впечатывали гоблинов в землю, превращая в лепёшки.

Резня была знатная.

Но радовались мы недолго. Шаманы перестроились, и по конструктам ударили залпы магии. Первой разлетелась пантера — просто брызги, окатившие ближайших гоблинов. Следом рухнул волк, оставляя после себя огромные лужи. Големы держались дольше — их каменные тела выдерживали по несколько попаданий, но камень крошился, и вскоре первые фигуры начали осыпаться грудой щебня.

Я уже готовился прыгнуть обратно вниз, когда рядом приземлилась Лирин. Гравитация подхватила нас всей группой, и мы взмыли над стеной. Внизу, под нами, зелёная волна захлестнула внешние укрепления. Гоблины лезли через обломки, через трупы, через своих же — им было плевать. Они хотели внутрь.

Мы летели к стенам внутренних укреплений, и я позволил себе просто смотреть. Пара секунд спокойствия, пока ветер треплет волосы.

— Чтоб их всех, — выдохнул Дуглас рядом.

Я кивнул. Мы знали, что так будет. Знали, что стены будут захвачены. Но одно дело — знать, и совсем другое — видеть, как твою крепость захватывают твари, которых ты должен был вырезать ещё на подходе.

— Если бы не эти идиоты с четвёртого курса... — начал Дуглас

— Если бы, — оборвал я. — Все идет как идет, мы не в силах помешать.

Грохот заставил всех обернуться. Одна из башен внешней стены взорвалась — каменные глыбы разлетелись во все стороны, и башня, накренившись, начала заваливаться. Прямо на стену, а не на головы гоблинам.

— Зелья, — коротко бросил Дуглас. — Забыли убрать похоже.

— Сколько там было? — спросил я, глядя на руины.

Дуглас поморщился, прикидывая.

— Около сотни. Может, чуть больше.

— Пять золотых, — я покачал головой. — И труд трёх магов камня за секунду был уничтожен.

— Главное, что...

Вторая башня рванула следом. Теперь уже ближе к центру, и осколки посыпались прямо в толпу гоблинов — десятки тварей полегли. Но и эта башня рухнула на стену, расширяя пролом.

— Меняем места хранения, — твёрдо сказал я. — Если лазутчик доберётся до такого арсенала, мы лишимся не только башен.

— Или просто хранить меньше, — буркнул Дуглас.

Лирин спустила нас на одну из уцелевших стен, и мы попадали прямо на камни. Девчонки принялись стаскивать броню. Норис чертыхнулась — волосы намертво прикипели к шлему, пришлось отдирать вместе с прядями. Лицо у неё было в чёрных разводах, в глазах печаль — проигрывать никто не любит. Анника молча резала кинжалом спекшиеся от крови и пота волосы, отбрасывая комки в сторону.

Дуглас просто убрал боевую форму и уставился на захваченную стену, не произнося ни слова. Эрик подошёл, когда мы уже немного отдышались. Весь в саже, злой, как тысяча демонов, и от него буквально исходил жар.

— Приветствую констебля, — я позволил себе лёгкую усмешку. — С первым поражением нас.

Он скривился, и зелёное пламя на его плечах вспыхнуло ярче. Сделал глубокий вдох, потом выдох — и ещё один. Видно было, что он считает про себя, пытаясь унять ярость.

— Нужно отправить сообщение Совету, — выдавил он. — Отправишь Аспид?

— Думаю, она сама не откажется. Ей сейчас тоже нужно отвлечься.

Раздался вой.

Я поморщился. Волчица. Точно.

— Пойду, разберусь.

Поднялся, чувствуя, как тело наливается протестующей тяжестью. Гвардейцы сновали по двору, но уже без паники — занимали позиции, кто то облачался в доспехи. Леви и Ингрид мелькнули где-то в стороне, видимо помогали раненым. Я не стал их отвлекать.

Во дворе Викта бегала за Луной. Та металась от стены к стене, рычала, вставала на дыбы, нюхала воздух и снова бросалась в сторону. Гоблины близко, она их чуяла — и рвалась в бой. Викта пыталась уговорить её, хватая за хвост, но волчица только отмахивалась накручивая круги.

Я подошёл, положил руку на ее бок. Луа дёрнулась, но потом прижала уши и обиженно заворчала. Опустилась на землю, но глаз не сводила со стены.

— Викта, — я повернулся к девушке. — Тебе нужно быть в безопасном месте.

— Я и была, — она выдохнула, заправляя прядь за ухо. — Пока эта засранка не сбежала.

— Напомни, кто кого охраняет?

— Ну...

Луа, кажется, поняла, что сейчас влетит обоим. Поднялась, спряталась за спиной Викты и сделала вид, что она тут вообще ни при чём. Послушная девочка. Просто погулять вышла.

— Возвращайтесь в замок. Обе.

— У-у-у... — волчица глянула на меня с укоризной.

— Иди давай. Обижается она. — Я вздохнул. — Хоть волос с Викты упадёт — будешь лысой ходить. Я серьёзно.

Луа фыркнула, но покорно поплелась за магессой к донжону. Викта на прощание махнула рукой и скрылась в дверях. Я поднялся обратно, нужно было проанализировать происходящее, все таки враг как минимум выглядел не обычно. Гоблины копошились у башен, тащили какие-то ящики, строили укрепления. Не смотря на многочисленные потери, этот бой остался за ними.

***

Зал Совета. Тяжелая тишина висит в воздухе, нарушаемая лишь шелестом бумаг. Все главы кланов в сборе. Перед председателем лежат три доклада: от Эрика Санчеса, от выживших свидетелей и от Белфортов.

Председатель Андреас Лористон медленно обводит взглядом присутствующих. Его пальцы барабанят по столу — признак раздражения.

— Итак. — Голос звучит ровно, но раздражение в нём чувствует каждый. — Доклады зачитаны. Я хочу услышать ваши оценки произошедшего.

Айрин Белфорт вскакивает, его кулаки сжаты так, что костяшки побелели.

— Оценки?! Моего наследника убили! Казнили без суда, без решения Совета! Какой-то малолетний Санчес, которого вы назначили кастеляном, позволил своему... своему прихвостню Вилду убить Белфорта! Я требую справедливости!

Роберт Санчес усмехается, откидываясь на спинку кресла.

— Справедливости, значит. А ты расскажи Совету, что твой наследник делал, пока гоблины ломали стены? Знаешь, мой сын был готов ко многому. — Он подаётся вперёд. — Вот только не к отравлению гарнизона, Белфорт! Во время атаки! По военному положению и меньшее карается смертью на месте. И ты это знаешь.

— Это было не доказано! — взрывается Айрин.

— Мой сын прислал показания двадцати свидетелей. — Роберт швыряет на стол пачку бумаг. — Гвардейцы, маги, даже выявили аристократа подтверждающего: Белфорт отдал приказ подсыпать яд в котлы. Нелетальный, но достаточно, чтобы гарнизон свалился с ног. Идея была — ослабить оборону, дискредитировать командование и захватить власть.

Рональд Урбен поднялся, он был спокоен, но многие знали что спокойствие наигранно.

— Мой наследник... Горт не отдавал приказов. Он не травил никого. Он просто... подчинился авторитету другого наследника. Это не преступление, достойное казни!

Франческа Пьер хмыкает, не скрывая презрения.

— Как удобно. Он знал о заговоре и не сообщил. Во время войны, Рональд, это называется соучастие. Ты хочешь сказать, что твой сын — безвольный участник, который смотрел, как предатели губят гарнизон?

— Он не участвовал в бунте, этого достаточно! — Рональд ударил кулаком по столу. — Когда Санчес начал аресты, Горт не сопротивлялся! Он сдался!

— Готов поставить золотой против медяка он просто не успел, — хмыкнул Роберт. — Но это не отменяет того, что он был в курсе.

Хейден Стайнхарт поднимает тяжёлый взгляд.

— Белфорт мёртв. С этим уже ничего не поделаешь. Но Урбен... его нужно судить.

— Его уже судили! — взрывается Рональд. — Мой сын в цепях сидит в подвале этой... этой крепости!

— И правильно сидит, — спокойно отвечает Хейден. — Вопрос в мере наказания.

— Это не оправдывает самосуд! — снова кричит Айрин.

— Это военное положение, — отрезает Лукас Найтхел. — Ты сам его утверждал, Белфорт, когда Совет вводил эти правила. Или забыл?

Айрин открывает рот, но вынужденно закрыл. Идти против совета сейчас самоубийство. Лукас Найтхел кашляет, привлекая внимание.

— Я могу судить одно наших людей отравили в самый неподходящий момент и если бы все пошло по худшему сценарию, мы бы потеряли больше тысячи человек. Аристократов, гвардейцев, магов. — Он сделал паузу. — Горт Урбен знал о плане и молчал. Я не знаю, заслуживает ли он смерти, но десять лет без магии — это минимум, который я готов принять.

Рональд Урбен побледнел, еще недавно он наслаждался подобной возможностью, но сейчас она сработала против него.

— Десять лет?! Вы хотите сделать из него обычного человека на десять лет?!

— Хотим, чтобы он понял цену молчания, — жёстко сказала Франческа.

Айрин снова вскакивает.

— Вы все сговорились! Чем вас подкупил Санчес?! Мой клан требует компенсации! Вы убили моего наследника!

— Твой наследник был предателем, — Роберт Санчес встал, его глаза горели огнем. — И если ты продолжишь орать, я потребую расследования, не замешан ли ты сам в этом заговоре. Уж очень хочется узнать, откуда у твоего наследника взялся такой интересный яд?

— Ты...!

— Хватит! — Голос председателя Андреаса Лористона обрушился на зал, с жутким давлением. Тишина стала абсолютной.

Он медленно встал, обводя всех тяжёлым взглядом.

— Белфорт мёртв. Казнён по законам военного времени. Это решение я утверждаю, оно полностью соответствует нашим законам. — Айрин дёргается, но под взглядом председателя застывает. — Урбен... Горт Урбен знал о заговоре, не сообщил, но не участвовал в бунте активно и не сопротивлялся аресту. Он будет лишён магии сроком на десять лет за свое бездействие. Исполнение приговора будет приведено как только он прибудет в столицу.

— За ущерб, нанесённый кланам и гарнизону, — продолжил председатель, — Белфорты и Урбены передают в казну по пять артефактов из своих хранилищ. Старой эпохи. Без обсуждений.

Рональд открывает рот, но остальные посмотрели так, что он не решился возразить.

Айрин сжимал кулаки, но молчал.

Роберт Санчес довольно откидывается на спинку, но председатель переводит взгляд на него.

— А ты, Роберт, не предпринимать враждебных действий. Твой сын получил должность кастеляна, как ты и хотел. Помни это. Не испытывай судьбу.

Роберт кивнул, но улыбка осталась.

— Ещё вопросы есть? — Андреас обводит взглядом зал. — Тогда все свободны. Айрин, Рональд — задержитесь. У нас есть разговор о том, как ваши кланы будут компенсировать ущерб аристократии.

Зал начал пустеть. Белфорт и Урбен остались их неприятности еще не закончались.

Роберт Санчес, выходя, тихо говорит идущему рядом Лукасу Найтхелу:

— Неплохо для одного дня, а? Наследник Белфортов — труп, Урбен без магии на десять лет, плюс десять артефактов в казну.

Лукас хмыкает.

— Не радуйся раньше времени. Они это не простят. И твоему сыну, и Вилду.

— Пусть не прощают, — отмахивается Роберт. — Главное, что теперь все знают: с моим кланом шутки плохи. Да и действовали они правильно.

Глава 12

Карета мягко покачивалась на мостовой, когда Викт Росарио в очередной раз выглянул в окно. За стеклом проплывали здания, которых он раньше не видел — высокие, с огромными светлыми окнами, за которыми угадывались просторные комнаты. Он машинально потёр переносицу, пытаясь понять, не ошиблись ли они маршрутом.

— Дорогой, а я не поняла, мы в столице живем или я что-то упустила? — голос жены прозвучал с той интонацией, которая обычно предвещала долгий разговор.

— Эм… Ну… — Викт многозначительно кашлянул, поправил воротник и уставился в другую сторону.

Эмилия, сидевшая напротив, с интересом разглядывала прохожих. Дочь с живым интересом наблюдала за всем вокруг, а вот он, глава клана лекарей, член Совета, чувствовал себя здесь чужим.

— Эм… Эмилия, а в каком замке проживает Филипп? — спросил он, пытаясь сменить тему.

— Папа, ты уже спрашивал, — девушка закатила глаза. — Это северный замок, и мы сейчас движемся прямо к нему.

— Посмотрите туда! — перебила жена, ткнув пальцем в окно.

Викт повернул голову и увидел группу маленьких детей в одинаковой одежде. Они шли парами, держась за руки, следом за мужчиной с флажком. Прохожие даже не оборачивались — видно, привыкли к подобному. Карета резко остановилась. Снаружи послышались громкие голоса — возница с кем-то спорил. Викт прислушался.

— Куда прешь, костюм купил, а глаза продал что ли? — гремел чей-то грубый голос.

— Ты чего несешь, смерд?! Видишь гербы на карете? — возница аж подскочил на козлах.

— На знаки смотри, деревенщина! Видишь — нельзя поворачивать здесь!

— Так гербы…

— Ты на гербах через рынок поедешь? — с ехидством поинтересовался спорщик.

— А как тогда в северный замок?

— Прямо и потом направо. — Пауза. — За знаками следи, понаберут по недобору.

Карета дёрнулась и снова покатила. Возница ещё долго бормотал что-то о предках этого стражника, но Викт уже не слушал. Он заметил, что едут они не по обычной дороге, а через центр, и мостовая под колёсами стала удивительно гладкой.

— Новые дороги, — подсказала Эмиля, заметив его удивление. — Филипп про это рассказывал. Маги кучу времени на это потратили.

Викт только покачал головой. Когда карета остановилась у большого здания, очень похожего на торговый центр, Викт хотел сказать, что им нужно дальше, но жена уже открывала дверцу.

— Мы выходим здесь, — объявила она тоном, не терпящим возражений.

Викт вздохнул и последовал за ней. Внутри было светло и просторно. Первое, что бросилось в глаза — половину первого этажа занимал ресторан, где официанты в строгих костюмах бесшумно скользили между столиками. Вторая половина сияла огнями витрин. Украшения переливались под лампами, заставляя жену замереть на месте.

И в ту же секунду Викт почувствовал, как его правая рука оказалась в стальном захвате. Супруга сжимала её с такой силой, что он явственно ощутил пульс у себя на запястье. Пульс жены. Он бился ровно и часто — боевой ритм, означающий, что она готова к кровопролитному сражению, если он попробует возразить.

Левая рука попала в плен к Эмилии. Дочь смотрела на него с той же хищной лаской, что и мать.

— Дорогой, — голос жены стал манящим, почти мурлыкающим, — мы ведь зайдём туда… Правда?

— Пап, ну давай посмотрим! Это же так интересно! — Эмилия дёрнула его за рукав.

Викт оглянулся. Прохожие с завистью косились на него — мужчина, который был окружен такой заботой со стороны матери и дочери, явно вызывал у них уважение. В ресторане за столиками сидели молодые аристократы. Увидев герб на его плаще, они почтительно замерли, пытаясь понять он тот самый легендарный лекарь.

Викт шумно выдохнул, поправил манжеты и чувствуя себя приговорённым, шагнул в сияющий дверной проем ювелирного магазина.

***

Мы с Эриком сидели в креслах, уставившись в одну точку на потолке. В кабинете стояла тишина, нарушаемая лишь кипением чайника. Наше противостояние с гоблинами зашло в тупик. С нашей стороны лезть вперёд было бессмысленно — силы ещё не восстановились, люди валялись в лазарете. Гоблины же не могли прорваться через ворота, точнее, они пока и не пробовали. В стенах зияли десятки проходов, и сейчас там копошилась зелень, обустраивая себе норы.

Раздался взрыв. Я лениво повернули голову к окну.

— Вот Рори молодец, — Эрик даже не повернулся, только хмыкнул. — В любой ситуации старается тренироваться.

— Да, он такой. — Я оторвал себя от кресла, подошёл к чайнику, налил кипятка в чашку. — Мы с самого начала готовили его к роли атакующего. Сейчас в моей команде он будет самым результативным в уничтожении толпы.

— Мне больше понравилось летать с Лирин. — Эрик покосился на меня.

Я усмехнулся, размешивая сахар.

— Знал бы ты, как проходили тренировки, не был бы таким счастливым.

Эрик напрягся, выпрямился в кресле.

— В каком смысле?

— А ты думаешь, ей легко дается таскать за собой десяток магов?

— Но она же может тащить пару телег, — Эрик развёл руками. — Мы ведь меньше весим.

— Да. — Я вернулся за стол, поставил чашку. — Только дело в количестве, а не в весе. Условный валун ей отнести намного легче, чем десяток магов.

— То есть мы могли свалиться с высоты? — Эрик побледнел.

Я уселся в кресло, пожал плечами.

— Как видишь, нет. Просто не забывай, что такая возможность существует. На тренировках она роняла манекены.

Эрик махнул рукой, пытаясь скрыть нервную дрожь.

— Не уронила — и меня это устраивает.

Новая серия взрывов за окном заставила стены слегка дрожать.

— Ты не переживаешь о смерти Белфорта? — Эрик задал вопрос тихо, глядя в стену.

Я задумался, покрутил чашку в руках.

— И да, и нет. — Я посмотрел на мерный свет магического светильника. — Они отреагируют. Обязательно. Но с другой стороны, не в моих силах это исправить. Да и буду честен — в тот момент я даже не сомневался.

— Но Урбена ты не тронул.

Я приподнял бровь.

— Рука не считается, — поспешно поправился Эрик.

— Считай, я не хочу обращать внимание сразу двух великих кланов на свою скромную персону. — Я отпил чай. — Думаю, начни он действовать, его бы ждала та же участь. К счастью, он быстро понял, что мы не шутим.

Новый взрыв — на этот раз не похожий на огненные заклинания. Мы переглянулись и пулей вылетели из кабинета. Рори стоял у зубцов стены и с интересом наблюдал за происходящим внизу. Мы подошли ближе и увидели картину, от которой у меня челюсть чуть не отвалилась.

Один из четверокурсников устроил кровавую сечу. На гоблинов периодически обрушивалась металлическая глыба, расплющивая зелень в лепёшку.

— А это вообще кто? — спросил Эрик, прищурившись.

— Стайнхарт. — Рори повернулся к нам. — Он был недоволен, что пропустил сражение у пролома.

Я перевёл взгляд на грозные шипастые доспехи. Маг орудовал монструозным молотом, и каждый удар отправлял гоблинов в полёт. Шаманы пытались оказывать сопротивление, но именно на них обрушивались самые сокрушительные удары.

— Как-то неэстетично, — заметил Эрик, кривясь.

— Зато практично. — Я опёрся на парапет. — Незачем что то менять, если это работает.

Металлическая глыба над головой мага начала разделяться на десятки лезвий. Они выстроились в ровный квадрат, сверкая на солнце. Один взмах — и лезвия сорвались к противнику.

— Эм, — Эрик почесал затылок, — кажется, он хочет всех перебить в одно лицо.

Я молча указал на группу шаманов. Те, увидев серьёзного противника, окутались магической бронёй и принялись осыпать мага льдом и разрядами молний. Как только Стайнхарт попробовал сблизиться, огненные взрывы отбросили его обратно.

— Эм, Люций, а почему они... — начал Эрик.

Тут один из шаманов сделал ловушку. Земля под ногами мага превратилась в трясину и поглотила его вместе с тяжёлой бронёй. Остальные тут же начали бомбардировать это место.

— Да чтоб тебя, — выдохнул я.

Но маг выбрался. Цепляясь за висящие в воздухе лезвия, он вылез из ямы не хуже заправского гимнаста. Лезвия снова обрушились на шаманов, но его опять встретили огненными шарами. Стайнхарт не стал рисковать и начал отступать.

— Силён, — уважительно сказал Рори.

Я кивнул.

— Тут бы поддержку — и он бы их разложил. — Я помолчал, глядя вслед отступающему магу. — Но мне не нравится, как слаженно они действовали. Получается, если бы мы не отправили наших валькирий, нас бы так же завалили.

— Похоже на то. — Я нахмурился. — Нужно обдумать.

— Особо думать нечего. — Эрик развернулся, направляясь обратно. — Заклинания у них простые. Когда всех магов поставим на ноги, они получат небывалый отпор.

— Не скажи, — Я отправился следом. — Они составили план и довольно последовательно загоняли парня.

В коридоре Эрик вдруг остановился.

— Слушай, а что там с первогодкой?

— А что с ним? — я пожал плечами. — Жив, здоров. Лекарям помогает.

— Да я вот думаю... — Эрик почесал подбородок. — Может, он мог бы заключить контракт с вашей Луной?

Я фыркнул.

— Луа — не магический зверь. Здоровый, пушистый, довольно умный, но не магический. Так что нет, ничего не выйдет. — Я вспомнил свои попытки обнаружить ее грани. — Да и как ты себе этот контракт представляешь? Магические звери, которых я видел, не показывали желания поболтать.

— Ты же говорил про свою волчицу. — Эрик не унимался.

— Говорил. — Я вздохнул. — Но у нас с ней одинаковые способности. Не уверен, что она его не прикончит, когда увидит. Я бы попробовал освоить эту грань на ком-то попроще. Не знаю... Грызун какой-нибудь бы подошел.

***

Дежурство в лазарете оказалось не таким, как представлял Финли. Он стоял у крана, подставив очередную фляжку под тонкую струю воды, и слушал, как она булькает, наполняясь. Холод обжигал пальцы, но он уже привык. Отравленных было много — десятки носилок стояли вплотную друг к другу, и старшие сказали одно: всем нужно пить. Много. Постоянно.

Он как раз сменил фляжку, когда краем глаза уловил движение. Обернулся — и замер. Он увидел ее, она была прекрасна и грациозна.

Огромная, белая шерсть переливалась в тусклом свете ламп. Грозная челюсть, мощные лапы — именно таким должен быть первый контрактный монстр. Сердце Финли пропустило удар, потом забилось часто-часто. Он проследил взглядом, куда направляется зверь и мысленно начертил карту: поворот налево, потом к лестнице в подвал.

— Вот это да, — прошептал он, провожая волчицу глазами.

Фляжка наполнилась, вода полилась через край. Финли чертыхнулся, закрутил кран и поставил её в ряд к остальным. Десяток пузатых сосудов выстроились на столе — сегодня предстояло сделать ещё много таких ходок.

Он подхватил сразу все фляги, прижал к груди и потащил на нижний этаж. Новые ботинки приятно скрипели по каменному полу — старшие подарили, сказали, из кожи огромной змеи. Повезло, что размер подошёл. Финли с удовольствием прошлёпал по коридору, разглядывая стены.

Эти маги камня — крутые ребята. Всего за один день раздвинули подвалы, создали настоящий лазарет под землёй. Говорят, сюда снесли все магические светильники из донжона, чтобы было видно куда идти. Пара магов камня теперь постоянно поддерживали здесь температуру — чтобы раненые не мёрзли.

Каменные койки тянулись вдоль стен. Неудобные, конечно, но хотя бы тёплые — на них можно было отлёживаться. Финли прошёл между рядами, раздавая воду. У одного из пострадавших, судя по перстням — явного аристократа, — руки дрожали так, что он едва удерживал флягу. Финли приподнял ему голову, поднёс горлышко к губам.

— Пейте медленно, — сказал он, хотя был уверен, что его вряд ли слышат.

Аристократ сделал несколько глотков, потом обессиленно откинулся назад. Финли забрал флягу, поставил рядом — вдруг ещё понадобится.

Следующий. Потом ещё один. И ещё.

Он был не единственным, кто таскал воду. Гвардейцы тоже носились с флягами, но если попадался свой сослуживец, подтруниваний было не избежать. Большое количество питья порождало естественную проблему, а силы пострадавших позволяли не многое. Шутки про «казенные горшки» и «королевские троны» летали по лазарету, но Финли только улыбался — он был рад, что его миновала эта участь.

Мысли его, однако, были далеко.

Контракт. Ему нужен контракт. В книге не объяснялось, как именно сработает его грань. Он представлял себе торжественную церемонию, может, свиток с печатями... Но как монстр будет читать контракт? Они ведь не умеют. Или умеют? Финли задумался так глубоко, что едва не споткнулся о порог.

Закончив обход, он снова отправился за водой. Поднимаясь по лестнице, увидел её. Она неторопливо исследовала подвалы, обнюхивала углы, стены, оставляла следы на пыльном полу.

Финли замер. Фляжки звякнули в руках.

Он осторожно поставил их на пол и сделал шаг вперёд. Ещё один. Волчица не обращала на него внимания — обнюхивала каменную кладку, будто искала что-то. Финли протянул руку. Пальцы коснулись белой шерсти. Тёплая, мягкая... Он закрыл глаза и пустил ману.

Ничего.

Волчица повернула голову, посмотрела на него своими огромными глазищами. Взгляд был недоумевающий. Потом она фыркнула и продолжила путь, скрывшись за поворотом.

Финли остался стоять с вытянутой рукой. Могущество, которое должно было стать началом его пути, просто ушло. Обнюхивать подвалы.

— Да что же это такое... — прошептал он, сжав кулак так, что костяшки побелели.

Я столько пережил. Столько натерпелся. А мой триумф сейчас уходит в подвал, даже не взглянув на меня. Он выдохнул, разжал пальцы. Так. Спокойно. Значит, этот зверь не подходит. Но как тогда заключать контракт? Бумага? Точно нужна бумага. И печать. А что он может дать своему питомцу? Кормить? Наверное, кормить. Волчицу он не прокормит — она вон какая.

Финли ещё раз глянул в пустой коридор.

— Нужен кто-то поменьше, — решил он. — И травоядный. Точно.

Подхватив фляжки, он снова побрёл к крану. Новая живительная влага полилась в сосуды, а в голове уже зрел план: разведать, кто ещё водится в этих стенах. Вдруг повезёт.

***

Когда за окнами начало смеркаться, Аспид бесшумно приземлилась на балконе. Мы с Эриком одновременно подняли головы — она не стала томить, сразу достала из кольца запечатанный свиток и отдала его в руки Эрику.

Он развернул письмо и вчитался в строки, я заглянул через плечо. Совет писал сухо, по делу: заговорщики наказаны, Белфорты и Урбены выплатят казне по пять артефактов высшего уровня, Горт Урбен лишается магии на десять лет. Приговор будет приведен в исполнение по прибытию в столицу.

— Десять артефактов, — тихо сказал я, опуская письмо. — И десять лет без магии.

— А нам что с того? — Эрик отшвырнул письмо, то пролетело по столу и уткнулось в стопку бумаг. — Планы всё равно коту под хвост.

Я промолчал. В целом Совет понять было можно: дороги стали безопаснее, гоблины теперь стягивали силы к нам, а не к караванам из Иштры. Задачу мы выполнили. Вот только цена. Восемьсот тридцать отравленных, разрушенная стена и осада.

— Что за артефакты могли отдать великие кланы? — спросил я, разливая новую порцию чая по кружкам.

— Откуда я знаю? — Эрик плюхнулся в кресло, закинул ноги на стол. — Думаешь, мы первые, кто шастает по гоблинским землям?

— Не то чтобы первые, но... — я протянул ему кружку. — За долгое время никто не выходил.

— Считай, все великие раньше не вылезали оттуда. — Эрик отхлебнул, поморщился — чай совсем надоел. — Просто нужды в артефактах не было. Смысл искать, если у тебя и так десяток под рукой?

Я задумался. Выходит, наши первые находки — просто то, что проглядели первые группы пару сотен лет назад.

— Раз у вас есть артефакты, почему не пользуетесь ими сейчас?

— А смысл? — Эрик поставил кружку, потянулся. — В столице?

— Кольца, к примеру. — Я показал своё. — Удобно же.

— Удобно. — Он кивнул. — Но их не так много, владеют ими самые сильные. Да если честно, удобно это только за стенами.

— Забавно, — я усмехнулся, — как мирная жизнь тормозит прогресс.

— Ладно философствовать. — Эрик сел прямо. — Что Леви говорит? Когда гарнизон встанет?

Я придвинул к себе листок с пометками.

— Восемьсот тридцать человек. За день подняли больше сотни, но побочные эффекты остаются. Леви с Ингрид говорят — неделя.

Эрик забарабанил пальцами по столу. Потом резко встал, подошёл к карте, всмотрелся в отметки.

— Что, если через неделю придёт ещё такая же группа?

— Не страшно, если только среди них будут геоманты — это будет проблемой.

— Мы не можем сидеть сложа руки, — он обернулся. — Их всего восемь тысяч.

— Ага, — я покачал головой. — Всего восемь. А у нас полтора землекопа в строю. Напомню: мы резерв. Начнём сейчас — рискуем получить ответку уставшими.

Эрик заходил по кабинету. Круг, ещё круг. Потом остановился, и на лице появилась та самая улыбка, которая обычно ничего хорошего не предвещала.

— А нам и не надо. — Он ткнул пальцем в карту. — Пусть четвёртый курс поработает. Стены пронизаны ходами, туда гоблины забились. Пусть поучаствуют в зачистке. Стайнхарт вон как бился — один.

Я почесал подбородок. Мысль была здравая. Маги камня восстановились, могли сделать подземный ход и доставить четвёртый курс прямо в тыл.

— А они осилят? — Я скептически посмотрел на него. — Стайнхарт показал, что может. Но если мы потеряем кого-то, тебе первому влетит. Я бы подождал. Неприятно, да, но глобально ничего не изменится.

— И сидеть неделю без дела? — Эрик упёрся кулаками в стол.

— Да, будем. — я откинулся на спинку кресла. — Основная задача выполняется.

— Мне это не нравится. Это похоже на...

— На то, что у нас есть голова на плечах. — перебил я. — Неделя пройдёт быстро. Потом выбьем их и займёмся строительством.

За окном грохнуло. Мы оба повернули головы.

Башня, которую Рори использовал как тренировочную площадку, полыхала. Дуги молний вырезали целые куски кладки, огненные всполохи превращали камень в чёрный огарок. Рори, судя по всему, отстреливал очередную группу гоблинов, и те отвечали тем же.

— Маги камня вечером восстановят, — пробормотал Эрик. — А утром всё заново.

Я кивнул. Рутина осады. Ещё неделя такой рутины, а потом — наш выход.

***

Спустя неделю.

Утро встретило нас низким серым небом и запахом гари. Маги, способные атаковать дистанционно, заняли позиции на уцелевших башнях — кто на каменных площадках, кто прямо за зубцами, ожидая команды к атаке. Лучники, пристрелявшиеся за эту неделю, выстроились на крыше донжона. Тетивы натянуты, взгляды прикованы к захваченным укреплениям. Маги воздуха и сестры Гельмонт парили в вышине, готовые спикировать на шаманов, как только те высунутся.

Но и гоблины не теряли времени. За семь дней они обжили внешние стены, настроили частоколов, натаскали камней. Из проломов торчали наспех сколоченные башни, на гребнях стен появились плетёные щиты — прикрытие для стрелков.

Я шагнул вперёд, под ногами хрустнула известковая крошка. Наклонился, поднял с земли булыжник размером с кулак, взвесил на ладони. Короткий замах — камень ушел в полет, со свистом прошил шалаш из шкур и жердей. Конструкция заскрипела, перекосилась и рухнула, придавив пару гоблинов.

Из-под обломков вылезли трое — зелёные, злые, с кривыми мечами наголо. Их визг подхватили соседи, и через минуту из каждого укрытия полезли десятки.

Второй камень, брошенный почти не глядя, встретил первого выскочившего точно в лоб. Череп лопнул как переспелый арбуз, брызги разлетелись по камням. Гоблины замерли на мгновение, втянули носами запах свежей крови — и сорвались с места единой лавиной.

— А ты умеешь их заинтересовать! — крикнул подбежавший маг в стальных доспехах. Молот в его руках сверкнул, описывая дугу, и первый добежавший гоблин превратился в мокрое пятно.

— Эти твари всегда заводятся с пол-оборота!

— Чего? — переспросил тот, разворачиваясь для нового удара.

— Мочи тварей, говорю!

— Ага!

Сотни стрел ударили с башен одновременно. Воздух наполнился свистом, и десятки гоблинов полягли как подкошенные. Шаманы, прятавшиеся до этого за спинами, не выдержали — огненные всполохи и разряды молний ударили в ответ, целя в лучников. Маги на башнях приняли удары на щиты, даже не покачнувшись, и продолжили методично выжигать зелень.

Счёт убитых пошёл на сотни. Шаманы заметались, начали вылезать из укрытий, пытаясь дать отпор стрелкам. На одной из башен Эрик переглянулся с Рори.

— Смотри, вон там уже пятёрка, — Рори указал пальцем.

Эрик развёл руки, между ладоней вспыхнул зелёный сгусток. Пламя набухало, росло, вбирая в себя всю злость, накопленную за неделю. Легкое движение — и шар сорвался, прочертил в воздухе дымный след и врезался в группу шаманов. Взрыв разметал тела, испарил охрану, выжег землю метров на десять вокруг.

— Чёткое попадание, — довольно хмыкнул Рори. — Теперь вон туда.

Тролли, до этого равнодушно наблюдавшие за свалкой, зашевелились. Огромные туши полезли из-за укрытий, потрясая дубинами. Десятки, потом сотни — они ломились к стенам, к тем немногим магам, что стояли внизу.

— Думаешь, этого хватит? — Эрик покосился на Рори.

— Думаю, да.

Ворота крепости распахнулись.

Сотни гвардейцев в полном доспехе, сомкнув щиты, шагнули наружу. Мерный топот, лязг металла — первая шеренга опустила копья, вторая прикрыла сверху. Живая стена из стали двинулась навстречу орде.

Маги-физики рванули вперёд, обгоняя строй. Никаких построений, никаких сдерживающих факторов — только скорость, только сила. Дуглас первым врезался в троллей, стальные тросы превратились в шипастые жала, пробивая толстые шкуры. Аника и Норис работали клинками, оставляя за собой горы мяса.

Шаманы, пытавшиеся прикрыть наступающих гоблинов, сами попали под обстрел. С башен летели огненные шары, воздушные маги пикировали сверху, обрушивая воздушные кулаки и ветряные лезвия. Под таким градом шаманы забыли о прикрытии — каждый спасал себя.

Первая волна гоблинов ударила в стену щитов. Кривые мечи заскрежетали по стали, кто-то из зелёных запрыгнул на плечи передних, пытаясь перемахнуть через строй, — и тут же напоролся на копья второй шеренги.

— Шаг! — рявкнул сотник.

Ряд щитов качнулся вперёд, гоблинов отбросило назад.

— Удар!

Копья взметнулись и опустились. Десятки тел повалились на землю.

— Шаг!

— Удар!

Строй гоблинов таял на глазах. Те, кто ещё минуту назад рвался в бой, теперь пятились, давили друг друга, пытались пробиться к единственному пролому в стене. Паника захлестнула поле боя быстрее, чем огонь магов. Шаманы, бросившие своих, мешались в толпе, тоже пытаясь уйти. Крики ужаса, давка, хруст костей под ногами бегущих — орда превратилась в стадо.

Первый гоблин почти добрался до пролома, уже ухватился за камень, подтянулся...

И рухнул, придавленный огромной лапой. Водяная пантера, сотканная из чистой маны и воды, оскалилась, глядя на мечущуюся толпу. Рядом из стены выросли каменные шипы, отсекая путь к отступлению. Конструкты — десятки водяных и каменных тварей — заполнили пролом, встречая бегущих зубами и когтями. С неба всё ещё сыпались стрелы. Сзади напирали гвардейцы с физиками.

Сражение превратилось в резню.

***

Финли стоял на крыше донжона, прижимая к груди охапку колчанов. Внизу гремело, свистело, взрывалось — битва кипела уже который час, а он всё никак не мог оторвать взгляда. Стрелы уносились вниз, в самую гущу, и каждая находила цель. Гвардейцы держали строй, щит к щиту, и зелёная волна разбивалась о них, как о скалы.

Он задумался: зачем вообще обычным людям лезть в это пекло? Маги — другое дело, у них сила, у них грани. А эти — просто со сталью. Но когда из пролома полезли тролли, а следом шаманы начали поливать огнём, Финли понял. Если бы не эти ребята внизу, магов бы просто задавили числом.

Где-то внутри шевельнулось уважение. И страх. И гордость — что он тоже здесь, хоть и с другой стороны.

Он уже прикидывал, как будет крушить такие орды сам. На могучем монстре, которому не страшны никакие толпы. Представлял, как огромная тень накрывает поле боя, как враги разбегаются в ужасе. Вчера он расспросил магесс Эрика. Они объяснили, почему волчица не откликнулась. Кто бы мог подумать, что такой грозный зверь окажется обычным, не магическим.

Финли вздохнул, поправил съехавший на плечо колчан. Ладно, будет другой. Более подходящий. Внизу старшие продолжали гнуть свою линию. Они не лезли напролом, как новички, — выманивали, ждали, били наверняка. Сначала шаманов выкурили, потом троллей, потом гоблинов взяли в клещи. Финли смотрел и запоминал. Он тоже так будет. Когда-нибудь. Когда получит свою силу.

— Эй, малой! — крикнул кто-то сзади. — Стрелы тащи давай!

Финли обернулся. Лучники у дальних зубцов махали руками — их колчаны уже опустели. Он рванул с места, едва не споткнувшись о собственную сумку, подхватил новые связки и побежал к ним. Сердце колотилось где-то в горле, но на губах играла улыбка. Он здесь нужен. Он работает. А после боя старшие помогут ему с гранями — обещали же.

Новые стрелы легли на позиции. Финли на секунду замер, глядя, как очередная партия уходит вниз по дуге, в самую гущу зелёных тел.

— Красиво, — выдохнул он.

— Работай давай! — рявкнул тот же голос.

Финли усмехнулся и рванул обратно. Опять работать.

Глава 13

Мы с Эриком стояли на парапете, облокотившись на зубцы, и наблюдали за работой магов камня. Внизу, у подножия стены, двое геомантов развели руки в стороны. Груды щебня, разбросанные взрывами шаманов, дрогнули. Каменные обломки поползли друг к другу, сплавляясь в единую массу. Она колыхалась, как густое желе, набухала, поднималась вверх, заполняя пустоты. Минута — и стена снова стояла целой, только цветом чуть светлее соседних участков.

Эрик довольно хмыкнул, оттолкнулся от парапета, и его тело вспыхнуло. Зелёное пламя взметнулось, превращая фигуру в сгусток огня. Огненная комета рванула вверх, к верхним зубцам. Я чертыхнулся, разбежался и сиганул следом.

Прыжок получился точным — пальцы ухватились за край стены, подтянулся, перекинул ногу через парапет. Хорошо, что тренировки не прошли даром. Можно было и пешком, щиты позволяли прилипнуть к камню, но ползти по стене как человек паук — удовольствие ниже среднего.

Достал планшет, пробежался взглядом по списку. Напротив пункта «восстановление стены» поставил галочку. Геоманты уже двинулись дальше, к тому месту, где раньше стояла башня. От неё осталось только чёрное пятно да россыпь сотен булыжников осколков.

— Я же говорил, что стоит подождать, — крикнул я Эрику, запрыгивая на парапет. — Не так круто, как если бы мы разнесли их при подходе, но всё же.

— Да, да, я помню. — Эрик отмахнулся, не оборачиваясь. Он прохаживался по краю, проверяя каждый зубец, стучал, дёргал, приседал, проверяя на отсутствие трещин. — Ты теперь всегда это будешь повторять?

— Пока не начнёшь писать свои мемуары.

Он обернулся и посмотрел на меня так, будто я предложил ему съесть живую жабу. Я только пожал плечами и пошёл следом.

Внизу геоманты уже рассредоточились вокруг бывшей башни. Четверо встали по углам, двое — в центре. Камень снова потек, поднимаясь вверх, формируя новые стены, новые бойницы. Один из магов, молодой парень с черными волосами, поправил съехавший рукав и усилил напор явно рисуясь перед Ханной — башня пошла в рост быстрее.

Рядом сотники гоняли свои отряды. Выпад, шаг назад, выпад, шаг вперёд. Щиты смыкались с лязгом, копья опускались и поднимались синхронно, как одно целое. После нескольких стычек движения стали выглядеть по-настоящему опасно.

— Левее прикрывай! — рявкнул сотник, поправляя щит у замешкавшегося бойца.

Всё испортила Луа.

Белая туча ворвалась в строй, нарезая круги вокруг фаланги. Волчица скакала, виляла хвостом, тыкалась мордой в щиты. Гвардейцы, только что отрабатывавшие идеальные движения, сбились, заозирались — оружие-то у них было не игрушечное. Тренировка остановилась.

Через минуту появилась Викта. Запыхавшаяся, красная, она добежала до аристократов и упёрлась руками в колени, пытаясь отдышаться. Волчица же, довольная представлением, прыгала вокруг, тыкалась носом в плечо, подпрыгивала, будто подбадривала.

— Викта! — крикнул я, помахав кулаком. — Не мешай тренировкам!

Она кивнула, выпрямилась и снова погналась за волчицей. Луа весело подпрыгнула, развернулась на месте и умчалась прочь, увлекая хозяйку за собой. Я покачал головой и отправился догонять Эрика.

Нам предстояло проконтролировать стройку, подготовку войск и строительство дороги к нашей твердыне. Твердыне, у которой до сих пор не было названия.

Девушки приносили варианты на суд, но Эрик отклонял один за другим. «Надежда» — не отражает цели миссии. «Твердыня» — слишком глупо, да и у Пьеров используется это название. «Оплот» — та же история. Так и жили.

На горизонте показалась точка. Аспид.

Она сделала круг над крепостью, медленно спланировала к нам на стену и приземлилась в паре метров. Сложила крылья, поправила перевязь с метательными ножами. Лицо у неё было довольное — настолько, что я сразу понял: наши проблемы кончились.

— Я полагаю, противников у нас нет? — спросил я, убирая планшет.

— Всё так. — Аспид стряхнула пыль с плеча. — В течение недели можете спать спокойно.

— Это хорошо. — Я перевёл взгляд на Эрика, потом снова на Аспид. — Тогда можем сделать последнее наше дело.

Аспид удивлённо приподняла бровь, поправила прядь волос, упавшую на лицо.

***

Финли кричал. Он летел рядом с нами, смотря как колыхается огромное зеленое море от ветра. Кричал так, что эхо заметалось меж стволов, срывая с веток стаи испуганных птиц. Вопль вырывался из груди вместе с болью, обидой, страхами — всем тем, что накопилось за последние дни.

Мы летели над лесом в поисках какой-нибудь магической страхолюдины. Команда подобралась что надо: Ханна — она радостно отряхивала строительную пыль с куртки, только что сбежав со стройплощадки; Дуглас — довольно разминал плечи, выбравшись из душных мастерских; я — просто задолбался сидеть в замке и считать запасы; Лирин — сосредоточенно удерживала гравитацию, обеспечивая нашу доставку. Ну и Аспид, конечно — она сейчас кружила где-то впереди, высматривая цели. Поиски мощных монстров для контракта — задача не из простых.

Финли продолжал орать, привлекая всё живое в радиусе километра. Внизу, под нами, из подлеска вылетела стая местных тигров. Полосатые морды задирались вверх, мощные лапы несли их за нашей тенью. Но мы дружно решили: эти кошки для первогодки — явный перебор. Теневые пантеры, мелькавшие среди деревьев, тоже выбыли из списка. Поменьше тигров, но всё равно достаточно прожорливые, чтобы сожрать бюджет малого предприятия за неделю.

— Дым! — Лирин указала вперёд и резко ускорилась, подхватывая нас гравитацией.

Аспид нашла первого кандидата.

Когда мы подлетели ближе, я присмотрелся. На поляне, посреди первых заморозков, стоял лось. Вокруг него, на промёрзлой земле, буйно зеленела трава. Растения тянулись вверх, будто и не было ледяного утра. Я хмыкнул. Этот парень сам себя прокормит. А в памяти ещё свежи были воспоминания, как один такой рогатый расправился с теневой кошкой.

— Берём.

Операция заняла минуту. Ханна шагнула вниз, обычная гравитация взяла верх и она провалилась в землю, как в воду. Под ничего не подозревающим лосем вздыбилась почва, и из неё выросла каменная клетка. Резкий рывок вверх — и здоровая туша, не ожидавшая подставы, распласталась на дне, беспомощно стуча копытами.

Лирин подхватила клетку, подтащила к нам. Финли протянул руку, коснулся мохнатого бока, замер, прикрыл глаза.

Ничего.

— Эм... — он растерянно обернулся. — А как этот контракт заключается?

— Ты у нас специалист. — я развёл руками. — Должен знать.

— В книге было написано, что срабатывает сразу.

— Ману вливаешь?

— Вливаю. Не работает.

Мы переглянулись. Лирин вздохнула, опустила клетку обратно на поляну, Ханна же развеяла клетку и та осыпалась. Ошалевший лось пулей вылетел наружу и скрылся в чаще, даже не оглянувшись.

— Ладно, следующий.

Следующей стала косуля. Аспид камнем рухнула с неба, вцепилась в испуганное животное, взмахнула крыльями — и через секунду трясущаяся добыча была у нас. Финли снова прикоснулся, снова закрыл глаза.

Ноль.

Он отдёрнул руку, вытер её о штанину, сжал кулак.

— Похоже, придётся уменьшить аппетиты, — сказал я.

— И кого тогда искать? — Аспид отряхнула изморозь с брони.

— Зайцы. Суслики. Лисы.

— А летающее что-нибудь подойдёт?

Я проследил за её взглядом. На поляне внизу разворачивалась драма. Огромная змея, толщиной с бревно, душила птиц. Вернее, уже задушила парочку, а рядом, в дупле старого дерева, надрывался птенец. Маленький, беспомощный, он звал на помощь, раскрывая клюв.

— Почему бы и нет. — Я кивнул Лирин. — Давай туда.

Аспид сорвалась первой. Она подлетела к дереву, перевернулась в воздухе и со всей силы врезала ногой по змеиной морде. Та, не ожидавшая атаки сверху, сорвалась вниз не понимая что произошло. Аспид нырнула к дуплу, схватила птенца и взмыла вверх, пока змея приходила в себя, бешено вращая головой.

По оперению трудно было определить породу, но явно кто-то из совиных. Совсем молодой, ещё в белом пуху, он продолжал орать, даже оказавшись в руках Аспид. Крылья трепыхались, в глазах паника.

Финли, когда ему передали пищащий комок, смотрел на нас так, будто мы вручили ему бомбу. Видно было — он не хочет такого монстра. Совсем не хочет. Мечтал о грозном звере, а получил пушистый шарик с огромными глазищами.

Но выбирать не приходилось. Он коснулся птенца пальцами. И свечение появилось. Птенец, ещё секунду назад паниковавший, вдруг затих. Перестал дёргаться, уставился на Финли своими глазищами и замер. А на лице Финли появилась гримаса отвращения.

— Ты чего? — спросил я.

— Я... — он сглотнул. — Я понимаю, что он хочет.

— И что же хочет этот парень? Кстати, он вообще парень?

— Да. — Финли скривился. — И он хочет жрать.

— Может, кушать? — вежливо поправила Ханна.

— Нет. Именно жрать. — он передёрнул плечами. — И много.

Ханна достала походный набор с кашей. Птенец, учуяв еду, ожил, завозился, вырываясь из рук Финли. Ханна забрала его, пристроила на сгибе локтя и начала подкармливать с пальца. Лупоглазый комок набросился на угощение так, будто его месяц не кормили. Каша исчезала с пугающей скоростью.

Не знаю, что девушки нашли в этом умилительного, но Аспид замерла рядом, глядя на птенца заворожённо. Даже Лирин, обычно сдержанная, нет-нет да косилась на то, как он лопает свою порцию, довольно жмурясь.

Когда птах умял почти половину банки, он тут же отрубился. Свесил голову, прикрыл глаза и уснул прямо в руках Ханны, даже не обращая внимания, что его тискают все девчонки по очереди. Аспид осторожно погладила пушистый бок пальцем. Лирин улыбнулась уголком губ.

Финли видя такое дело, насупился ещё больше. Птица-то его, но отбирать у девушек то, что им нравится, никто из нас не решился. Даже я.

В крепость мы вернулись на закате. Пролетая над стенами, заметили новое здание — длинное, с распахнутыми воротами. Конюшни. Пока нас не было, замок обзавёлся жильём для лошадей.

Мы приземлились на балконе донжона. Из дверей уже выходили Эрик с Рени. Увидев в руках Ханны пушистый комок, они переглянулись, и на лицах появились усмешки. Видимо, ожидали чего-то более внушительного, чем неоперившийся птенец.

— Смотрю, стройка прошла штатно? — я кивнул на конюшни.

— Всё так. — Эрик шагнул вперёд, разглядывая нашу ношу. — Своё обещание, я смотрю, тоже выполнили.

— О да. — я усмехнулся. — Это было непросто. Идём, расскажем.

***

— В общем и целом понятно. — Эрик откинулся на спинку стула, постучал костяшками по столу. Скрип дерева разрезал тишину кабинета. — Я хочу сходить на то место, которое ты описывал.

Я поднялся с кресла, подошёл к столику с чайником. Взял фарфоровую чашку, налил кипяток — пар ударил в лицо.

— Сходить-то можно. — Обернулся, глянул на него через плечо. — Кого за себя оставишь?

— Брата. — Эрик встал, подошёл к карте на стене, ткнул пальцем в точку. — Планы есть, пусть отстраиваются дальше. Совет точно заинтересует, почему появились новые монстры.

Я поставил чайник, сделал глоток, поморщился — горячо.

— Ты ведь не думаешь, что они прям оттуда появились?

— На самом деле просто засиделся. — Эрик развернулся, опёрся спиной о стену, скрестил руки на груди. — Хочу глянуть на те башни. Кроме того, просто проредим противника.

Я подошёл ближе, поставил кружку на угол стола.

— Я хочу тебе напомнить, что прошлый раз мы оттуда убегали. А хвост скинули на лес. В этот раз ситуация…

— В этот раз у нас есть крепость и почти восемьдесят магов, готовых вступить в бой. — Эрик шагнул вперёд, рубанул воздух ладонью.

— Разве запасы зелий уже пополнили?

— Нет. — Он мотнул головой, отмахнулся. — Но это и не важно. Грубо говоря, мы смогли выстоять, когда нас было двадцать. Так что не вижу проблем.

Я задумался, провёл пальцем по краю кружки.

— Хорошо. Твои готовы к такому?

— Да они сейчас мечтают сделать хоть что-нибудь. — Эрик усмехнулся, поправил воротник. — Засиделись хуже меня.

***

На следующее утро три каменных голема устремились в дальнюю дорогу. Многоножки перебирали десятками ног, вздымая комья мокрой земли. Маги воздуха кружили вокруг — двое снижались, проверяя периметр, третий ушёл вперёд разведчиком.

— Нет, ну серьёзно, — я повернулся к Эрику, стоявшему рядом на крыше голема. — Аспид проверяла все территории. Зачем ты заставил воздушников летать?

— Пускай работают. — Он дёрнул плечом. — Они и так ничем не заняты. Того и гляди жиром начнут заплывать.

Ветер трепал его волосы, он прищурился.

— Если ты думаешь, что сегодня днём мы встретимся с противником, то сильно ошибаешься.

— Да плевать. — Эрик махнул рукой, отворачиваясь от перил. — Пусть развлекаются. — Он зашагал к специальным сидениям на платформе. — Как мы будем действовать при столкновении с ордой?

— По сути, просто будем вести обстрел из големов. — Я пожал плечами и присел рядом. — Не вижу смысла придумывать велосипед.

— Кого?

— Не бери в голову. — Я усмехнулся. — Если вдруг столкнёмся с большим стойбищем, тогда и будем думать. Но с такими силами можем просто столкнутся с гоблинов лоб в лоб.

Каменные многоножки неслись по слякоти. Первый снег превратил равнины в грязевое месиво — колёса любого обоза увязли бы здесь по ступицу. Маги камня прилагали усилия, вливая ману в ноги големов, чтобы поддерживать скорость.

Внутри головной машины царило спокойствие. Дуглас стоял у импровизированной плиты в углу кают-компании. На чугунной поверхности шкворчали куски мяса, жир стекал в подставленную миску. Дуглас переворачивал их длинной вилкой, довольно принюхиваясь. Запах жареного мяса расползался по отсеку, заставляя сглатывать даже тех, кто только что перекусил.

Когда Дуглас спустился на первый этаж с дымящейся сковородой, Рори мгновенно выхватил её из рук. Поставил на стол, огненные нити вспыхнули на его пальцах и он принялся быстро разделывать мясо на куски. Нити шипели, отрезая ломти, которые тут же отправлялись в тарелку. Леви пододвинулся ближе, раскладывая кусочки по тарелкам — по три-четыре на каждого, ровно, чтобы никого не обделить.

Викта, получив свою порцию, отошла в дальний отсек. Там, где раньше была спальня, теперь устроилась Луа. Волчица лежала на ворохе тряпья, положив голову на лапы. Викта присела рядом, поставила тарелку на пол, взяла миску волчицы и выложила туда половину своего мяса. Луа принюхалась, ткнулась носом в руку девушки, потом принялась за еду.

— Представляешь, — Викта погладила волчицу по загривку, — можно сказать, всё как и раньше. Будто не было этого года.

Луа подняла голову, глянула на неё — в жёлтых глазах мелькнуло недоумение. Потом снова уткнулась в миску.

— Ну, в принципе ты права, — поправилась Викта. — С тех пор я стала значительно сильнее. Могу даже порталы открывать куда хочу.

Волчица повернула голову набок, будто переваривая информацию, и продолжила жевать.

— Чего вы тут сплетничаете? — Аспид протиснулась в проход, аккуратно поворачивая крылья, чтобы не задеть стены. Присела рядом, поджав ноги.

— Мысли вслух. — Викта обернулась. — Сейчас будто всё как было.

— Ну да, ну да. — Аспид вдруг легко подхватила магессу под мышки и приподняла над полом. — Но думаю, ты стала тяжелее.

— Поставь меня на место! — Викта дрыгала ногами, пытаясь высвободиться.

— И громче. — Аспид улыбнулась, но всё же опустила её обратно.

Волчица, не обращая внимания на возню, сосредоточенно доедала свою порцию, пока есть такая возможность.

***

Каменные големы замерли перед семью башнями, вонзив многочисленные лапы в размокшую землю. Внизу, на территории бывшего человеческого города, кипела жизнь. Гоблины тащили туши монстров к кострам, расталкивая всех, кто пытался подобраться к добыче. Тролли патрулировали периметр, тяжело переставляя ноги. На одном из них я заметил подобие нагрудника — кривые металлические пластины, кое-как прикрученные к шкуре ремнями. В лапе монстр сжимал двуручный меч, заляпанный кровью по самую гарду.

— Я вот сейчас не понял, что происходит. — Эрик побледнел, всматриваясь в происходящее. Глаза его расширились, он подался вперёд, будто пытаясь разглядеть детали.

Я молчал, вглядываясь вниз. Гоблины, которые ещё недавно не могли построить ничего сложнее шалашей, сейчас воздвигли три каменные башни. Рядом с ними раскинулся посёлок — кривые улицы, загоны для скота, какие-то постройки из камня и дерева. В воздухе тянуло дымом и жареным мясом.

Я активировал грани, усиливая зрение. Картинка приблизилась, выхватывая детали. И тут мне на глаза попались десяток гоблинов, лежащих на каменных плитах. Шаманы вокруг них раскачивались в каком-то экстазе, выкрикивая гортанные звуки. Ритуал. Я присмотрелся к плитам — они были чересчур большими для гоблинов, но вполне подходили для троллей.

— Смотри туда! — Я схватил Эрика за плечо, разворачивая его.

Апогей действа подходил к концу. Главный шаман — его выдавала огромная шапка из костей и прочего хлама, нацепленная на голову, — отделился от толпы. Он приблизился к лежащим, раздвигая помощников. Из висящей на боку сумки достал вещь, от которой у меня свело челюсти.

Инектор. Металлический, технологичный, с тонкой иглой и разметкой на корпусе.

Шаман вставил в него картридж, подошёл к первому гоблину, приставил к шее. Палец нажал на поршень. Тварь забилась в конвульсиях, выгибаясь на плите. Шаман вытащил использованный картридж, протянул помощнику. Тот поднял его над головой, будто величайшую драгоценность, и толпа одобрительно загудела.

— Уходим. — Я дёрнул Эрика назад. — Хватит.

Смотровая вышка больше не пригодится, спустились к ожидающим группам. Лицо Эрика до сих пор оставалось бледным, он сжимал и разжимал кулаки. Увиденное не нравилось никому, но планы не менялись. Нет разницы, когда с ними столкнуться. Главное — получить ответы.

— Как будем действовать? — Эрик развернул на камне карту, придавил углы камешками.

— Твоя группа атакует в открытую. — Я ткнул пальцем в схему, провёл линию. — Ненавязчиво, срезай их понемногу. Я со своими буду выбивать шаманов.

— Значит, мы шумим, вы бьёте? — Эрик понимающе кивнул, поправил фигурки на карте.

— Именно.

План родился быстро. Два голема заходят с двух направлений, отвлекая внимание. Мы падаем сверху прямо на главного шамана. Без излишеств, без сложных манёвров.

Операция началась через час после обеда. Мы висели в воздухе, удерживаемые гравитацией Лирин. Внизу, метрах в трёхстах, замерли два голема. Я перехватил поудобнее меч, проверил крепление ножен.

Каменные многоножки рванули вперёд одновременно. Атака была прямолинейной — огненные шары влетели в стойбище, в самую гущу противника. Гоблины разлетелись в стороны, заверещали. Со второго голема ударили разряды молний, выжигая целые улицы. Шаманы, опомнившись, начали отвечать — заклинания замелькали, осыпая броню големов.

Мы ждали, прижавшись к невидимой платформе.

Главный шаман появился не сразу. Его выдал шквал огненных стрел, обрушившийся на головной голем. Десятки огненных копий вонзились в водяную стену. Гидроманты среагировали вовремя и обезопасили от удара — Рени одобрительно кивнул.

Големы начали движение. Медленно, километров десять в час, но этого хватало, чтобы вести прицельную стрельбу и уходить от прямых попаданий. Они закружили по часовой стрелке, методично выжигая позиции шаманов.

Тролли полезли вперёд, размахивая дубинами и мечами. Из люков големов вылетели Анника и Норис. Анника первой встретила тролля с двуручником. Тот замахнулся, целясь располовинить букашку, но она шагнула вперёд, левой рукой отводя удар в сторону. Инерция повела гиганта дальше. Диагональный взмах — и лапа с мечом полетела в сторону, обдавая всё вокруг фонтаном крови. Второй удар снёс голову.

Норис работала рядом, не уступая в скорости. Её клинок мелькал, оставляя за собой рассечённые тела. Через минуту отряд троллей превратился в груду мяса, а девушки, оттолкнувшись от очередной туши, запрыгнули обратно на голема.

— Пора. — Лирин кивнула, ослабляя хватку гравитации.

Мы падали. Ветер засвистел в ушах, раздувая одежду. Я сжимал меч обеими руками, направив остриё вниз. Рядом, метрах в трёх, падал Дуглас, выставив перед собой стальные копья. Земля стремительно приближалась.

Мы приземлились метрах в пяти от цели. Камень брызнул из-под ног, я покачнулся, удержал равновесие.

Шаман, почуяв неладное, вскинул руки. Огненная защита вспыхнула вокруг него за долю секунды до того, как в неё влетели три стальных копья. Они пробили пламя, но завязли в магическом барьере. Я рванул вперёд, напитывая меч маной под завязку. Он вошёл вслед за копьями, пробивая защиту.

Удивлённый шаман уставился на стальное жало, торчащее из груди. Рука с заклинанием безвольно опала, огненный шар погас, не сорвавшись. Он рухнул на колени, потом замертво повалился на бок.

Я рванул к нему, сорвал сумку с шеи. Пальцы рванули завязки — внутри лежали сотни картриджей и несколько инекторов. Металлических, технологичных, с разметкой. Такие не могли создать ни гоблины, ни шаманы.

Дуглас тем временем добивал охрану. Стальные тросы хлестали воздух, протыкая тела, отбрасывая их в стороны.

— Чисто, — выдохнул он, оглядываясь.

Я кивнул, подошёл к плитам. Гоблины, которые раньше бились в конвульсиях, теперь лежали неподвижно. На происходящее вокруг они не реагировали. Тела заметно увеличились — руки стали толще, грудные клетки шире, но процедура явно требовала времени.

Я вытащил меч, рубанул по шее ближайшего. Голова откатилась в сторону. Никакой реакции. Второму отрубил лапу — то же самое. Нервная система в глубокой отключке.

— Потом разберёмся. — Я сунул сумку за пояс, зажёг шашку и отбросил её в сторону.

Лирин подхватила нас гравитацией, взмывая вверх.

— Что теперь? — крикнула она, перекрывая шум боя.

— Теперь бейте всем, что есть!

Гоблины и шаманы, увлёкшиеся погоней за големами, получили удар сверху. Рори создавал огненные шары один за другим, отправляя их в самые плотные скопления врагов. Взрывы выкашивали целые улицы, разбрасывая тела. Энтони высматривал шаманов и, как только находил цель, отправлял десятки лезвий, пробивающих магическую защиту.

Мы смотрели на это буйство стихий сверху. Стойбище было сильно, но против сорока магов ему не устоять. А нам как никогда нужны их тайны.

Глава 14

Каменные башни, простоявшие здесь несколько десятилетий, видели многое. Как люди, стиснув зубы, отбивали атаки, как гоблины лезли нескончаемым потоком, не считая потерь, как знамёна падали и взмывали вновь. Но это зрелище они видели уже во второй раз. Падение стойбища решилось не яростью атак и не доблестью. Всё было кончено ещё до того, как первый гоблин пал в бою.

Поле боя напоминало лунный пейзаж. Воронки от взрывов, перемешанная с пеплом земля, и повсюду — зелёные тела. Гоблины, тролли, шаманы — все они валялись грудами, не в силах покарать противника.

Водяные конструкты неторопливо бродили по полю, втягивая в себя останки, как гигантские амёбы. Прозрачные тела раздувались, наполняясь зеленью и кровью, потом перетекали к центральной куче и выплёскивали содержимое. Каменные големы работали иначе — поддевали трупы крюками, нанизывали на себя, как чудовищные монстры, и тащили к общему костру. Картина была апокалиптической: десятки фигур, облепленных мёртвыми телами, медленно двигались по полю, собирая урожай смерти.

Пироманты ждали, когда конструкты закончат. Как только очередная куча достигала нужных размеров, в неё ударяли языки пламени. Густой дым, вонь паленого мяса, и ветер разносивший этот запах на километры вокруг.

Маги воды создавали огромные сферы, прокатывали их по земле, смывая всё, что напоминало о присутствии гоблинов. Кровь, грязь, ошмётки — вода вбирала в себя, уносила в сторону, оставляя после себя зачищенные поверхности.

Рени стоял на платформе, отбросил ногой очередную тушу, скатившуюся сверху, и принялся отмывать барельефы. Вода послушно сдирала грязь, обнажая древнюю резьбу — ещё те времена, когда здесь была человеческая твердыня.

Мы с Эриком наблюдали за этим со стороны. Ждали, пока закончат. Но взгляд то и дело цеплялся за странности.

— Смотри, — я ткнул пальцем в сторону одной из скальных плит.

Эрик присмотрелся. Под слоем грязи и копоти проступали линии. Рени, заметив наш интерес, направил струю воды на плиту. Грязь стекла, и мы увидели письмена. Кривые, корявые, явно нацарапанные тем, кто не очень понимал, что делает. Гоблины пытались что-то записать, но способности явно отставали от желания.

— Это странно, — Эрик наклонился. — Они что, писать учатся?

— Похоже на то, — я провёл пальцем по линии.

Эрик брезгливо поморщился, глянув в сторону, где Леви возился с телами. Несколько гоблинов, прошедших инъекцию, лежали отдельно. Твари были заметно крупнее своих сородичей — бугристая кожа, неестественно раздутые суставы. Они не собирались останавливаться в развитии. Леви колдовал над ними, брал образцы, что-то записывал. Потом их отправят в общую кучу — вместе со стойбищем.

Мы двинулись к новым башням. В отличие от тех, что строили люди, эти возвели без малейшей задумки. Просто высокие сооружения с наскоро пробитыми проёмами. Ни бойниц, ни нормальных перекрытий — только камни, наваленные друг на друга. Но внутри нас ждал сюрприз.

— Это что? — Эрик коснулся стены пальцем.

Рисунок. Грубый, нацарапанный углём по камню. С неба падало что-то — судя по линиям, большой предмет. Вокруг него стояли фигурки гоблинов, а один, прямо под этим предметом, становился больше остальных. И все вокруг радовались — руки вверх, рты раскрыты в ликовании.

— Похоже, мы с самого начала неверно поняли назначение этих вещей.

— В смысле?

— Мы думали, они просто превращают гоблинов в троллей. Тупая боевая машина, никаких мозгов. — Я кивнул на рисунок. — Но посмотри. Это примитивный, но интеллект. Гоблины раньше не строили — максимум завал из веток могли соорудить, и то наплевали бы на крышу. А сейчас это деревня. Целая деревня с башнями и письменами.

— Хочешь сказать, всё племя приняло эту дрянь?

— Не всё. Но довольно значительная часть. Слишком разительные изменения. — Я снова посмотрел на рисунок. — И вот это — очень плохой сигнал. Гоблинов кто то решил усилить. Нам лучше действовать на опережение.

Дверь с грохотом распахнулась. Вбежала Ингрид, за ней — тройка её магов.

— Мы нашли то, о чём ты говорил! — выпалила она, запыхавшись.

— Где?

— Вон в той башне.

Мы вышли наружу и направились к башне, построенной ещё в первый поход. Мы запечатали ее в прошлый раз, но гоблины просто сделали новые проходы в строение.

Внутри воняло так, что глаза слезились. Шкуры, гнилое мясо, десятки костей — настоящий варварский алтарь. И посреди всего этого безумия, на груде камней, стоял одинокий матовый кейс.

Я подошёл ближе. Материал незнакомый — пористый, — я провел пальцем. — Холодный, будто металл. Никаких замков. Я приоткрыл крышку — она подалась без усилий.

Внутри лежали сотни заполненных картриджей. К верхней крышке крепились два инъектора — готовые к использованию. Ниши с пазами говорили, что раньше их было больше. Гораздо больше.

Я перевернул кейс, осмотрел стенки. И нашёл.

— Вот оно что.

Все уставились на меня. Я молча показал на трубки — тонкие, почти незаметные, встроенные в боковые стенки.

— Первый, кто попадал под это, не колол себя сам. — Я провёл пальцем по трубке. — Ловил дротик откуда-то отсюда. А после изменений уже сам использовал инъекторы на других.

— Мы должны доставить это в Совет, — твёрдо сказал Эрик.

Я кивнул. О подобном должны знать все.

— Дуглас, — позвал я. — Отнеси ящик в голема. Пусть Ханна лично запечатает и никому не отдаёт.

Дуглас молча кивнул. Его манипуляторы осторожно, но надёжно обхватили кейс, и он вышел.

— Что дальше? — спросил Эрик.

— Отправим воздушников по всем направлениям. Проверим, только этому племени повезло, или у остальных тоже есть такие игрушки.

— Думаешь, нет?

Я поморщился, потёр переносицу.

— Скорее хочу подтвердить, что есть. Не просто же так они в этот лес пришли. Монстры тут опасные, да. Но и еды гораздо больше. А больше еды — больше потомства. Просто они не были готовы к нашей контратаке. И к поражению вообще. — Я усмехнулся. — Ситуация забавная. Мы, как и они, готовы захватывать территории.

— Похоже, следующий год будет жарким.

— Похоже. Но и нам есть чем ответить.

— Гвардейцы не выстоят под натиском шаманов и троллей.

— Ты прав. — Я посмотрел на него. — Но у нас есть один проект. Должен уравнять шансы.

Эрик скривился, будто откусил лимон.

— Только не говори, что это снова связано с металлом.

Я улыбнулся и промолчал.

Эрик всё понял. Развернулся и молча пошёл на выход. Только плечи дёрнулись — то ли вздохнул, то ли выругался про себя.

Ингрид стояла, переводя взгляд с меня на дверь и обратно.

— Идём, — сказал я, направляясь к выходу. — Тут нам больше нечего делать.

***

Утром снег повалил так, что за окнами кабины не стало видно ровным счётом ничего. Белая пелена залепила стёкла плотным слоем, и даже магические светильники не могли пробить её больше чем на пару метров. Огненные маги ёжились, наблюдая за буйством стихии — в такую погоду их сила чувствовала себя неуютно, словно рыба, выброшенная на берег. Но каменные големы, надёжно прикрывали всех от снегопада, мы были готовы к непогоде, а потому в них было тепло и уютно.

Планы пришлось менять на ходу. То, что готовили несколько дней, рассыпалось в прах под натиском стихии. Каменные башни, десятилетиями стоявшие на этих землях, мы разрушали одну за другой. Геоманты своё дело знали — гоблинам здесь больше негде было укрыться. Им придётся искать другие места на равнинах, подальше от человеческих земель.

Каменные големы развернулись и медленно, переставляя тяжёлые ноги, двинулись в обратную дорогу. В кабинах царило оживление — люди наконец-то могли выдохнуть.

— Наконец-то домой! — Бренда отставила чашку, потянулась, хрустнув плечами. — Я хочу ванну! Огромную, горячую, с пеной!

— И давно ты стала такой неженкой? — Майра усмехнулась, глядя на подругу поверх кружки.

— С тех пор, как у меня появилась ванна! — Бренда театрально прижала руки к груди. — Я люблю её, она любит меня. Кто встанет между нами — падёт от моей руки!

Кабину сотряс взрыв хохота.

— Спорить не буду, — Дуглас поднял кружку, довольно щурясь. — Идея мне нравится.

— Ванна то, ванна сё, — Леви, не отрываясь от мяса, помахал куском перед собой. — Вот это — настоящий отдых! Горячая еда, мягкая постель и чтоб никто не дёргал.

— Деревенщина, — фыркнула Лирин, но в голосе не было злости. — Лучше думайте о будущем приёме.

— О каком ещё приёме? — Аспид даже отложила вилку.

— В смысле — о каком? — Лирин обвела взглядом кабину, явно удивлённая всеобщим непониманием. — Мы отогнали врага от наших земель. Зачистили огромное стойбище. Если Совет не устроит бал — это сделают Санчесы. Вы что, думали, тихо разойдёмся?

В кабине повисла тишина. Праздничное настроение лопнуло, как мыльный пузырь. Девушки переглянулись. В их головах уже, видимо, прокручивались списки того, что нужно успеть: платья, причёски, украшения, бесконечные примерки.

— Будем развлекаться! — Викта вдруг вскочила, сжав кулак. — Я не зря столько времени на эти танцы убила! Хочу нормально отдохнуть!

Рори рядом поморщился так, будто съел лимон. Он прекрасно знал, что его ждёт. Почувствовав, как кто-то хлопает его по плечу, скривился ещё сильнее. Танцы — ладно, это можно пережить. Но вежливые беседы, улыбки, светский трёп... Это было хуже любой битвы.

— Мы ещё не вернулись, — напомнил я, поднимая руку. — Так что пока просто отдыхаем и ждём атаки.

По кабине прокатился одобрительный гул. Но все знали: в такую погоду враг из укрытий не выйдет. Снег сделал своё дело лучше любых стен.

***

Вечер опускался на крепость, окрашивая зубцы стен в багровые тона. Карл сидел в кресле на балконе, вытянув ноги и закинув руки за голову. Рядом стоял Арген, опершись локтями о каменные перила и задумчиво глядя вдаль.

— Карл, вот ты мне скажи, — Арген покосился на собеседника, — почему ты так спокойно к этому относишься?

— К чему именно, Арген? — Карл даже не повернул головы.

— Твой брат отдал тебе указания, а сам уехал. Ты ведь старше его.

Карл усмехнулся, почесал подбородок.

— Стайнхарт, вот ты мне объясни: а что я, по-твоему, должен делать? — Он приподнялся, опёрся локтем о подлокотник. — Пойми простую вещь: у младшего свой путь. Да, он странный, необычный, но что с того? Я буду жить в столице и спокойно управлять каким-нибудь предприятием. — Он отряхнул руки, будто смахивая пыль. — Рано или поздно.

— У меня такое ощущение, — Арген прищурился, поворачиваясь к нему, — что ты что-то знаешь и не хочешь говорить.

— Ничего такого, чего бы ты сам не знал. — Карл пожал плечами, взял со столика чашку, отхлебнул остывший чай. — Я не горю желанием рваться чёрт знает куда, чтобы гоняться за дичью и спать под открытым небом. Меня вполне устраивает жить в столице и тратить деньги, когда захочется. — Он поставил чашку, покосился на Аргена. — И вообще, как так вышло, что тебя сюда отпустили?

Арген сплюнул за перила.

— А то ты не знаешь. Если бы не распоряжение председателя, отец запер бы меня в шахтах. — Он раздражённо махнул рукой. — Аристократы после объявления как с цепи сорвались. Знал бы ты, как я задолбался делать эти чёртовы панцири! — Арген скривился, явно передразнивая кого-то: — Давай быстрее, мы должны выдать больше стали?

Карл расхохотался, откидываясь на спинку кресла.

— Прямо так и вижу: ты стоишь в пиджаке, важный такой, и куёшь доспехи для какого-нибудь баронета.

— Ага, сейчас, — Арген фыркнул. — Меня чуть ли не силком закинули в шахты. Можно сказать, менял слитки на еду.

Карл засмеялся ещё громче, хватаясь за живот.

— Хватит ржать! — Арген ткнул его кулаком в плечо. — И вообще, как там наш пленник?

— Пф... — Карл махнул рукой, отсмеиваясь. — Пленник. Да у него лучшая кровать и свежая еда.

— И нет руки.

— Нечего было лезть. — Карл пожал плечами.

— Ты говорил ему?

Карл откинулся в кресле, посмотрел на закат. Край солнца уже касался горизонта.

— Урбен, конечно, ублюдок, но... это. Нет, не говорил.

— Он мне тоже не нравится, — Арген вздохнул, — но зная, что его ждёт... м-да.

— Плевать на него, — Карл махнул рукой. — Он сам сделал свой выбор. — Он взял планшетку со списками, пробежался глазами по строкам. — Слушай, а ведь хорошая крепость получилась.

— Купальни мне понравились, — Арген оживился. — А вот почему вина нет?!

— Потому что мы на передовой, — Карл усмехнулся. — И приводить тебя в порядок тут некому.

— А лекари?

— А делать им больше нечего, как вас перед боем в норму приводить?

В этот момент с неба донёсся свист рассекаемого воздуха. Оба парня синхронно вскочили, инстинктивно хватаясь за оружие.

На перила балкона бесшумно опустилась Аспид. Крылья сложились за спиной, она окинула их взглядом.

— У нас все получилось, через час големы будут здесь. — Вежливо сообщила она.

— Вот ведь... — выдохнул Арген.

— Ага, — Карл поправил воротник. — Пойдём.

***

Когда мы приближались к крепости, мой взгляд зацепился за незнакомый штандарт, развевающийся над центральной башней. Я прищурился, пытаясь разобрать герб — ветер трепал полотнище, но даже так было видно, что это не наши цвета. Повернул голову к соседней многоножке — Эрик сидел с точно таким же выражением лица, будто его огрели мешком по голове.

Впрочем, гадать долго не пришлось. Каменные ворота, лязгая цепями, начали медленно открываться, готовясь принять нас. Стражники на стенах несли службу как обычно — кто-то поправлял шлем, кто-то лениво поглядывал в нашу сторону. Ни суеты, ни тревоги. Значит, внутри всё спокойно.

Мы въехали во внутренний двор. Перед вратами донжона уже стояла делегация — Карл, Арген, ещё несколько знакомых магов. Они терпеливо ждали, пока геоманты заводили многоножек в специальные площадки и отключали магические узлы.

Эрик спрыгнул с бронированной туши первым, едва коснувшись земли, размашисто зашагал к встречающим. Мы с Рени переглянулись и двинулись следом, не торопясь, но держась в пределах слышимости.

— Констебль, — Карл расплылся в торжественной улыбке, — рад приветствовать вас в замке «Падших Ветров»!

Эрик, обычно невозмутимый как скала, споткнулся на ровном месте. Едва не рухнув, он выровнялся и буквально в два прыжка преодолел оставшееся расстояние, оказавшись вплотную к брату.

— Ты чего такое несёшь?! — прошипел он, схватив Карла за плечо. — Хочешь Белфортам войну объявить?

— А что не так? — Карл даже не дрогнул, только улыбнулся шире. — Предательство было? Было. Вот пусть все помнят, пока крепость стоит.

— Пожалуйста, скажи, что ты не указывал это в документах, — процедил Эрик сквозь зубы.

Карл молчал, но улыбка стала ещё ехиднее. Эрик поморщился, отпустил плечо и отступил на шаг.

— Серьёзно, я вас всего на неделю оставил!

— Чем ты недоволен? — Карл невозмутимо достал из-за пояса планшетку. — Всё сделано по списку. — Он принялся загибать пальцы: — Ремонт стен, увеличение казарм, постройка купальни, оружейный склад... — Он сделал паузу, ткнув пальцем в последний пункт. — Дать название крепости.

Эрик выхватил планшетку, пробежал глазами по строчкам. Скрежет его зубов разнёсся по всему двору — даже стражники на стенах обернулись.

— Ты... ты ведь специально это сделал, — выдохнул он, поднимая взгляд на брата.

— Не понимаю, о чём вы констебль, — Карл с показной небрежностью отряхнул несуществующую пыль с плеча. — Всё строго по списку.

Эрик схватился за голову. Я прекрасно понимал его состояние. Раньше о предательстве знали только посвящённые — слухи, конечно, ходили, но конкретики не было. Теперь же любой, кто прочитает название крепости, сразу поймёт, что здесь произошло. И Белфорты узнают об этом первыми.

Рени, стоявший рядом, тихо хмыкнул и отвернулся, пряча улыбку. Остальные маги, впрочем, не разделяли эмоций Эрика. Их куда больше интересовало другое.

— Скажи, — Дуглас подошёл к одному из геомантов пятого курса, — вы правда смогли повторить чертежи купален? И как там с подогревом?

— Да, всё работает, — ответил тот, довольно кивая. — Мы даже улучшили систему слива. Теперь вода не застаивается.

Дуглас довольно потёр ладони.

Я перевёл взгляд на Эрика. Он всё ещё стоял, сжимая планшетку, и смотрел на башню, над которой реял новый штандарт. Ветер трепал полотнище.

— Ладно, — наконец выдохнул он, опуская руки. — Пусть так. В конце концов, крепость наша.

— Наша, — подтвердил Карл, хлопнув брата по плечу. — И название приживётся. Ты ещё спасибо скажешь.

Эрик только махнул рукой и направился к донжону. Мы двинулись за ним, оставляя во дворе гомонящих магов, обсуждающих купальни и прочие радости цивилизации.

***

В комнате царила напряжённая тишина. Облака наползли на солнце, погрузив помещение в серый полумрак, но двое даже не заметили этого. Они смотрели друг на друга в упор, и в воздухе между ними, казалось, потрескивали искры.

Финли сидел за письменным столом, упёршись локтями в столешницу. Напротив, на стопке книг, восседал белый пушистый комок с двумя огромными глазами. Птенец смотрел на Финли с таким прищуром, будто оценивал, с какой стороны нанести удар.

— Подойди ко мне, — Финли поманил пальцем.

— Пи, — птенец демонстративно отвернул голову и уставился на стену, будто там происходило что-то невероятно интересное.

— Глупая птица, — Финли нахмурился. — Я вообще-то тебя кормлю!

— Пи! — птенец резко повернулся и выпалил это с таким вызовом, что Финли на мгновение опешил.

— И что? Ты со мной контракт заключил. Мы теперь связаны.

— Пи! — птенец расправил крылья, пытаясь казаться больше и грознее. Получилось не очень — скорее как пуховый шарик, который решил стать шариком побольше.

— Да буду я тебя кормить! Тебе всего-то нужно меня слушаться.

— Пи!

— Да в чём проблема-то?!

— Пи!

— Ты вообще тоже способностями не блещешь! — Финли ткнул пальцем в сторону птенца. — Ты сейчас даже летать не можешь!

— Пи! — такое оскорбление можно смыть только кровью.

— Ах-ха-ха! — Финли откинулся на спинку стула. — Да, да, сильная и благородная птица. Только вот мелкая. — Он наклонился вперёд. — Так что давай, сделай пару шагов ко мне.

Белый пушистый ком замер. Потом медленно, с чувством собственного достоинства, переваливаясь с лапки на лапку, зашагал по столу. Дойдя до Финли, птенец со всего маху попытался клюнуть протянутую руку. Но Финли задолго до этого уловил подвох — отдёрнул ладонь, и белый шарик, не рассчитав траекторию, ткнулся клювом прямо в столешницу.

— Пы, пы! — донеслось приглушённое из стола.

Финли с трудом сдерживал смех.

— Тебе не кажется, что со мной нужно сотрудничать?

— Пы! — птенец дёргался, пытаясь вытащить клюв.

— Нет, ты не будешь главным. — Финли сложил руки на груди. — Как минимум, я кормлю тебя, а не наоборот. Так что я буду главным.

— Пы! — упрямо донеслось из стола.

— Ты ведь понимаешь, что без меня ты не выберешься?

Вокруг птенца вспыхнуло жёлтое свечение. В воздухе материализовался полупрозрачный свиток — контракт, подписанный ими. Прямо на глазах в нём проявилась новая строчка. О старшинстве. Финли довольно усмехнулся, протянул руки, обхватил белый пушистый шарик и аккуратно вытащил его из западни.

— Неужели так сложно было сразу согласиться?

— Пи! — птенец отряхнулся, распушился и посмотрел на Финли с видом «я вообще-то с самого начала так и хотел, просто проверял тебя».

— В каком смысле «мы вступили в противостояние и я вышел победителем»? — Финли прищурился, но не стал заострять внимание. — Ладно, проехали. Держи.

Он подвинул к птенцу миску с кашей и кусочками мяса. Тот, забыв о гордости, впился клювом в еду. Финли откинулся на спинку стула, наблюдая, как его первый контрактный монстр с яростью дикого зверя уничтожает заслуженную награду.

***

Когда пришёл приказ об отходе, мы все выдохнули с облегчением. Сразу же начали собираться — люди снимали с крюков амуницию, скатывали спальники, грузили припасы. Совет отправил нам замену — десять магов-физиков и небольшой гарнизон. Этого с головой должно было хватить для отражения мелких атак. Но когда они прибыли, зрелище оказалось... удручающим.

Они выстроились у ворот, и я невольно прищурился. Неполные комплекты доспехов, у кого-то вместо нормального нагрудника — кожаная куртка с нашитыми пластинами. Один щеголял в одной только перевязи с метательными ножами и тащил за спиной огромный двуручник, который, казалось, был тяжелее его самого.

— Это что, подкрепление? — тихо спросил Рени, подходя ближе.

— Похоже на то, — я покачал головой.

Наёмники, заходя в крепость, с удивлением вертели головами. Они явно ожидали увидеть стандартный донжон — пару башен, казарму, колодец. А тут за короткое время выросли настоящие укрепления, бани, склады, нормальный плац. Судя по их лицам, они чувствовали себя так, будто пришли в гости к богатым родственникам. Аристократы из четвёртого курса смотрели на прибывших с лёгким пренебрежением.

— Ладно, — Эрик хлопнул в ладоши. — Наша вахта окончена. Сдаём посты и двигаем.

После того как Эрик официально сложил полномочия, мы двинулись обратно. Специализированные големы для перевозки уже ждали свои сотни — огромные многоножки с кабинами и грузовыми платформами. Щиты закрепляли на корпусах, люди забирались внутрь. Мы же с Эриком и остальными повисли в воздухе, наблюдая за погрузкой сверху. Каменные големы тронулись, и мы начали покидать крепость «Падших Ветров».

Девушки окружили белый пушистый шарик, который старательно делал вид, что летит самостоятельно. На самом деле он просто стоял на плече Финли и расправлял крылья, но выглядело это так, будто он парит в невесомости. Его мордочка крутилась из стороны в сторону, он с подозрением косился на каждую из девушек и каждые пять минут проверял, не собирается ли кто его съесть.

— Финли, а как ты его назовёшь? — спросила Бренда, протягивая палец к совёнку. Тот попытался клюнуть, но промахнулся.

— Эм... — Финли почесал затылок. — Я пока не думал.

— Он же у тебя больше пары недель! — возмутилась Майра. — Как это не думал?

— Чурбан! — добавила Леона.

— Мы общались с ним напрямую, — попытался оправдаться Финли. — Имена были не нужны. Да и всё это время мы выясняли, кто из нас главный.

— Назови его Облачком, — предложила Норис. — Он же такой воздушный.

Все парни заржали. Рени, отсмеявшись, вытер слёзы:

— Он не будет с таким оперением всю жизнь. Сейчас он маленький, но вырастет. Ему нужно что-то грозное.

— Он такой милый! — возразила Леона. — Зачем ему грозное? Пусть будет Пуша.

Грохот смеха стал ещё громче.

— А следующего монстра назовёшь Муша и Гуша, — выпалил Энтони, держась за живот.

Девчонки поморщились, но спорить не стали. Так мы и летели к столице — под аккомпанемент хохота и возмущённого «пи» из белого комка.

Аспид отправилась вперёд, предупреждая о нашем прибытии. На вратах гордо реяли городские штандарты, стража на стенах выстроилась в полном составе. Наши големы приблизились к воротам, раскрывая грузовые отсеки, бойцы начали выгружаться.

Первыми спустились знаменосцы — древки глухо стукнули о мостовую, полотнища расправились на ветру. За ними, тяжело ступая, пошли щитоносцы первой шеренги. Их доспехи утратили парадный блеск — броня покрылась вмятинами от дубин, глубокими царапинами от гоблинских клинков, следами магии и когтей. Кое-где металл оплавился от шаманского огня, на нагрудниках чернели подпалины. Но в этом не чувствовалось разрухи — это были отметины, которые носили с гордостью.

Щиты больше не сверкали геральдическими красками. От гербов остались лишь размытые очертания — краска стёрлась, но сами щиты были готовы к бою. Вмятины и зазубрины не ослабляли их — они говорили о том, сколько ударов приняла эта сталь.

Колонна выстроилась. Без лишних команд, без суеты — люди занимали свои места. Сотники пробежали вдоль строя, короткие кивки — всё готово.

— Шагом марш! — пронеслось над рядами.

Сотни ног ударили в мостовую единым гулким шагом. Мы с Эриком заняли место во главе колонны. Сзади нарастал тяжёлый ритм — щиты мерно покачивались в такт движению, копья торчали ровными рядами. Никто не выходил из строя, никто не сбивался с ритма.

Горожане начали высыпать на улицы, едва заслышав этот шаг. Сначала редкие зеваки, потом толпы. Женщины прижимали руки к груди, дети пробирались сквозь толпу, старики смотрели с гордостью. А колонна шла, и в каждом лице читалось что-то, чего не было еще месяц назад. Спокойная уверенность. Знание того, что они выдержали и выстоят снова.

Красные плащи, превратились в обожжённую бахрому. Доспехи, ещё недавно зеркальные, теперь несли следы полевого ремонта. Но именно так и должна выглядеть армия, прошедшая через бой и оставшаяся стоять.

Крики нарастали. Кто-то плакал, кто-то смеялся, но все смотрели на проходящие сотни с благоговением.

В какой-то момент Эрик выпрямился, поднял руку и горделиво помахал кому-то в толпе. Я проследил за взглядом — у обочины стояла карета с гербом Санчесов, и из окна, сияя улыбкой, махала Алисия.

Я усмехнулся.

Центральная площадь была заполнена народом. Церемониальные фразы, торжественные речи лились рекой — для обычных горожан. Аристократы получали грамоты, дающие права на новые земли и возможности в будущих городах. Мы с Эриком переглянулись и тихо хмыкнули: они даже не представляли, насколько далеко эти земли будут располагаться.

Когда шум стих и толпа разошлась праздновать, началась та часть, о которой знали немногие. В малом зале Совета, без лишних свидетелей.

Горт Урбен стоял в центре, бледный, но с каменным лицом. Рядом с ним — председатель Андреас Лористон. Никаких протоколов, никаких обвинительных речей. Приговор приводили в исполнение без лишних слов.

Рука председателя поднялась. Вокруг неё заклубился воздух, и десятки огненных символов — руны, которых я никогда раньше не видел, — сорвались с пальцев и влетели в тело Горта.

Крик.

Вой, полный такой боли, что у меня свело скулы. Зал наполнился ужасающим звуком, но через несколько секунд он стих. Нервная система не выдержала, и парень отключился, мешком оседая на пол.

Мы с Эриком замерли, вглядываясь в руны, которые всё ещё мерцали в воздухе перед тем, как погаснуть. В книгах, которые нам удалось найти, не было ничего подобного. Ни описания, ни намёка. Я перевёл взгляд на председателя. Тот стоял спокойно, будто ничего особенного не произошло.

— Это и есть основа власти правящего рода, — тихо спросил я у Эрика, когда мы выходили из зала.

Он кивнул, не оборачиваясь.

Глава 15

Волны с шипением накатывали на чёрные скалы, и каждый удар отдавался дрожью в каменном основании острова. Шум прибоя здесь не стихал никогда — он был вечным, монотонным, сводящим с ума, если вслушиваться слишком долго. Идеально ровный каменный квадрат, будто оставленный гигантом, стоял посреди морской пучины. Волны били в его грани, пытаясь обточить, придать естественную, округлую форму, но строение оставалось непреклонным — чуждым этому миру..

Над каменным основанием возвышалась башня.

Спираль идеально белого камня закручивалась вверх, сужаясь с каждым витком. Она устремлялась в самое небо, будто заявляя об инженерном гении цивилизации, способной бросить вызов законам физики. Облака медленно плыли по мраморной поверхности, их очертания искажались, скользя по изгибам спирали. Огромные окна — каждое высотой с двадцатиметров — опоясывали башню прозрачными лентами, отражая небо и море. Солнце било в стёкла, и они вспыхивали зеркальным огнём, слепя пролетающих птиц и морских обитателей, когда те выныривали из глубин.

Из самой вершины, уходя ввысь металлический шпиль. Тонкий, как игла, он пронзал облака и терялся где-то в стратосфере. Вокруг него, будто в замедленном, завораживающем танце, кружили сотни дронов. Их металлические винты сверкали на солнце, создавая эффект мерцающего ореола. Тысячи машин разлетались во все стороны, унося с собой картриджи с новыми модификациями — туда, где должна была зарождаться новая жизнь.

Внутри башни, в комнате, залитой холодным светом голографических панелей, молодой бледный парень метался от терминала к терминалу. Его пальцы дрожали, когда он пролистывал бесконечные отчёты. Красные надписи вспыхивали одна за другой, сливаясь в сплошной поток ошибок. Он подбежал к центральному устройству, вцепился взглядом в цифры.

Статистика была неумолима.

Ещё одна стая — большая, перспективная — пала. И причиной снова стала та неизвестная угроза, что в последнее время появлялась в отчётах всё чаще. Он уселся за пульт, лихорадочно проматывая данные, пытаясь найти закономерность. Первое время потери были в пределах допустимого. Объекты развивались, демонстрировали признаки формирования стаи, осваивали новые территории. Провизии там было больше, логика подсказывала: они должны были закрепиться.

А потом график смертности взлетал вверх.

Магически усиленные особи гибли наравне с обычными. Твари, прошедшие десяток модификаций, умирали в таком хаотичном порядке, что это не поддавалось никакому статистическому анализу. Создавалось впечатление, будто некий суперхищник прошёлся по стае, убивая не для пропитания, не для защиты территории, а просто для удовольствия.

Парень вздрогнул. Пальцы застыли над клавиатурой. Мысль, чудовищная и нелепая, медленно выползала из подсознания.

— Нет! Нет! Нет! — Его голос сорвался на крик. — Оно не должно с ними так быстро справляться! Проклятье, нет!

— Чего там? — из соседней комнаты донёсся усталый голос.

— Планета обитаема! — выкрикнул он, обернувшись. — Она обитаема, Векс!

Векс поправил лямку сумки, висевшей на плече, и вошёл в зал. Он часто видел истерики брата и не мог винить его за это. Последние три года здесь любого бы доконали и он не был исключением. Рука сама потянулась к сумке, нащупала один из энергетических коктейлей — местного производства, из тех ресурсов, что удавалось добывать на планете. Протянул брату.

Тот принял напиток, сделал несколько жадных глотков. Жидкость обожгла горло, но через минуту дыхание выровнялось, пальцы перестали дрожать. Келл откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза.

— Спасибо, — выдохнул он.

— Рассказывай, — Векс присел на край стола. — По пунктам. Что пошло не так?

Келл открыл глаза, посмотрел на брата усталым взглядом.

— Помнишь последние координаты, где работал отец?

— Помню. — Векс кивнул. — Средний континент, умеренный пояс. Мы там почти все станции потеряли.

— Дроны наконец добрались туда. Всё шло отлично. Особи развивались, мозговая активность росла. По моим расчётам, этого должно было хватить для формирования примитивного социума. — Келл говорил тихо, почти монотонно будто читал доклад.

— Давай без пафоса, — перебил Векс. — Твой костыль сработал.

— Не костыль. — Келл резко выпрямился, в раздражении стукнул кулаком по столу. Пластиковая бутылка с недопитым коктейлем подпрыгнула, содержимое расплескалось по панели. — Я разработал идеальный модификатор. Идеальный, понимаешь?

Из-под стола бесшумно выехал небольшой робот-уборщик. Тонкие манипуляторы ловко собрали лужицу, протёрли поверхность. Никто из братьев даже не взглянул на его работу.

— И поэтому сейчас мы тратим тысячи дронов, а не отправили изменённые цепочки днк в репликаторы? — Векс сложил руки на груди.

— Нельзя, Векс! — Келл потупил взгляд. — Репликаторы рассчитаны на определённые размеры. Если мы нарушим протокол...

— Увеличить популяцию этих... магов ты не можешь? — перебил Векс. — Мне они показались перспективными для этой задачи.

— Там всё сложно. — Келл потёр переносицу. — Может получиться как магическая особь, а может — прибавка к размерам. Я не смог выяснить причину. Но это уже не важно. Главное решение я нашёл. Только вот среда уничтожила первые образцы. — Он помолчал. — Я реально начинаю верить в то что там дракон.

— То есть наши подопечные ничего не могут противопоставить летающей ящерице? — Векс нахмурился, пытаясь придумать выход.

— Почему ничего? — Келл криво усмехнулся. — Они разнообразили её рацион.

— Когда другие стаи приблизятся к опасной зоне?

— Это не так работает. — Келл крутанулся на стуле, глядя на мерцающие графики. — С новыми вводными их должно стать больше. Тогда они начнут расселяться по новым землям. Я вшил им жгучее желание уничтожать любые угрозы. Как только стая поймёт, что рядом есть опасность, она постарается её устранить. Любой ценой.

— Ты не хочешь спуститься сам? — Векс посмотрел на брата. — Пройти по последним координатам, глянуть, что там? Несколько боевых комплексов нас прикроют.

— Спасибо, нет. — Келл вздрогнул. — Встречаться с местной фауной я не хочу. И не буду.

— Застряли мы тут, — тихо сказал Векс, усаживаясь настул по близости. — И ведь даже сообщить клану ничего не можем. Проклятый контракт.

— Наши куклы уничтожат всю фауну. — В голосе Келла не было уверенности, только усталая надежда. — Рано или поздно. Контракт закончится, и мы свалим с этой дыры.

— Очень надеюсь. — Векс покачал головой. — Если мы не завершим проект, принц просто сошлёт весь наш клан в какое-нибудь подобное место. Без права вернуться.

— Да пошёл он к черту! — Келл вскочил, заметался по комнате. — Чёртов идиот! Мы даже обучение не закончили! Мы должны быть в академии, а не здесь, с этими... тварями!

***

Магические светильники под потолком заливали зал совета ровным белым светом. Сегодня здесь было тесно: помимо глав великих кланов, вдоль стен разместились два десятка представителей малых домов.

Они не теряли времени и во всю старались показать, что достойны доверия. Задача в этот раз была тривиальной, им предстояло разлететься с докладами во все города. Председатель Андреас Лористон обвел зал тяжёлым взглядом, тишина наступила мгновенно и все заняли свои места.

— Докладывай.

Из-за стола поднялась Элеонора Грем в тёмно-синей мантии. Она развернула свиток, но смотреть в него не было необходимости.

— Благодаря образцам, доставленным из крепости «Падших Ветров», мы смогли подтвердить: гоблины подвергаются искусственной модификации. — Она сделала паузу, давая словам осесть в сознании слушателей. — Препараты действуют по-разному. В одних случаях мы получаем особь с повышенной мозговой активностью — более умного, осторожного гоблина. В других — тролля. Массивного, сильного, почти нечувствительного к боли.

— А шаманы? — подал голос кто-то из малых кланов.

— Шаманы остаются шаманами. — Магесса развела руками. — Лекари провели вскрытия. Мана отторгает изменения. Эти твари либо рождаются с даром, либо нет. Модификаторы на них не работают.

Председатель кивнул, отпуская докладчика, и обвёл взглядом зал.

— Вопросы?

Из-за стола поднялся маг с сединой в волосах. Голос его звучал глухо, с нотками плохо скрываемого раздражения:

— Как с этим бороться? Если обычные воины раньше могли отогнать небольшую стаю, то теперь... эти тролли... — Он поморщился. — Мои люди не в силах им противостоять.

— Огненное зелье, — коротко ответила магесса. — Эффективно против любых тварей. Сейчас маги Эрама совместно с великим кланом Росарио трудятся без отдыха, наращивая производство. Но если отряд выйдет без запаса... — Она покачал головой. — Исход непредсказуем.

— И что с того, что они станут умнее? — вмешался молодой аристократ с гербом Пьеров. — Числом с физическими гранями растет год от года. Мы просто перебьём их всех.

В зале пронёсся лёгкий шумок.

— Числом? — переспросила магесса, прищурившись. — Вы предлагаете посылать людей на верную смерть? Эти твари теперь могут устраивать засады, обходить с фланга, ждать подходящего момента. Солдаты привыкли, что гоблины прут в лоб. Привычка эта может стоить им жизни.

Председатель поднял руку, останавливая дискуссию.

— Вопрос не только в тактике. Мы до сих пор не знаем, что заставило их двинуться к нашим границам. Это не обычная миграция. Кто-то или что-то толкает их вперёд.

В зале повисла тишина. Слова председателя звучали зловеще, и каждый понимал: за ними скрывается нечто большее, чем просто гипотеза.

— Кто будет заниматься крепостью «Падших Ветров»? — уточнил кто-то из малых кланов, явно зная подоплеку событий.

— Крепость пока находится на обеспечении столицы, — ответил председатель. — Мы планируем передать её одному из магических кланов. Лес рядом — источник и угроз, и возможностей.

Из-за стола поднялся Айдан Вейгель, глава клана земледельцев. Он говорил спокойно, но в голосе чувствовалась твёрдая решимость:

— Мой клан готов взять обеспечение на себя. Земли вокруг плодородны. Наши люди умеют работать с почвой. Это идеальное место для наших изысканий.

Председатель внимательно посмотрел на него. Взгляд его был тяжёлым, оценивающим.

— Айдан, ты предлагаешь перевезти весь клан?

— Да. — Айдан выдержал взгляд. — У нас есть наработки. Мы хотим их опробовать в реальных условиях.

Зал зашумел. Кто-то зааплодировал, кто-то, напротив, загудел недовольно. Голоса смешались в общий гул.

— Тишина! — Голос председателя ударил, как бушующие пламя. Стукнув ладонью по столу, он дождался, пока все смолкнут, и повернулся к Айдану: — Объясни.

— Председатель, там готовая крепость. Хорошие земли, близко к воде. — Айдан говорил размеренно, но с нарастающей страстью. — Мой сын был там, участвовал в отражении атаки. Его способности усилились после того боя. Я верю, что этот регион может стать новым домом для нашего клана. Мы снимем нагрузку с городской стражи, обеспечим продовольствием южные форпосты. Мои гвардейцы рвутся в бой — дайте нам шанс проявить себя.

— Наставник, мы могли бы... — начал было Роберт Санчес, привставая, но председатель даже не взглянул в его сторону — лишь поднятая ладонь оборвала речь на полуслове.

— Роберт, занимайтесь своей шахтой. — Голос председателя не терпел возражений. — Металл нам ещё пригодится, и не раз.

Санчес дёрнул щекой, но сел, сцепив пальцы в замок.

Председатель перевёл взгляд на Айдана.

— Хорошо. Решение принято. — Он обвёл взглядом зал, фиксируя реакцию. — Все желающие кланы могут претендовать на крепость. Наши условия просты: она должна стать надёжным щитом от гоблинских нападений. Быть самодостаточной — и в обороне, и в снабжении. Кто не справится — лишится всего.

Зал взорвался. Десятки голосов зазвучали одновременно: кто-то возмущался, кто-то требовал слова, кто-то лихорадочно шептался с соседом, прикидывая шансы.

— Неслыханно! — выкрикнул кто-то из дальнего угла. — Новые земли! Это же...

— Это шанс, — закончил за него другой голос.

В гуле тонули отдельные выкрики, но общее настроение было ясным: амбиции всколыхнулись, как растревоженное осиное гнездо. Санчесы, получившие шахту, уже сделали решительный шаг и не прогадали. Теперь каждый мечтал о своём куске земли, о своём пути к величию.

Председатель поднялся, давая понять, что заседание окончено. Светильники мигнули, и на мгновение в зале стало темнее — будто само помещение вздохнуло, усталое от людских страстей.

— На сегодня всё. — Голос его прогремел над головами. — Доклады разошлите в течение трёх дней. Кланы, желающие претендовать на крепость, подают заявки через неделю. Совет рассмотрит каждую.

Он вышел, и за ним потянулись остальные. Но в зале ещё долго не стихал гул — кто-то спорил, кто-то договаривался о встрече, кто-то просто стоял, глядя на пустое кресло председателя и думая о том, что грядёт время перемен.

— Что такое Санчес, закончились ресурсы. — С усмешкой проговорил Урбен покидая зал.

— Зато не закончились наследники. — С усмешкой парировал Робер.

Урбен хмыкнул и ускорил шаг догоняя Белфорта.

***

Заснеженный двор крепости гудел, как растревоженный улей. Солдаты, побросав дела, облепили ограждение, кто-то взобрался на бочки, кто-то — на плечи товарищей. В воздухе висело облако пара от сотен выдохов, смешанное с предвкушением. Сегодня был день, которого мы ждали почти полгода, — первые полноценные испытания боевых марионеток.

Две стальные громады замерли друг напротив друга, похожие на ожившие статуи древних рыцарей. Каждая ростом в три метра. Левой рукой они прикрывались щитами — не просто кусками металла, а настоящими стенами, способными выдержать удар тарана. Правой сжимали молоты. Один такой удар мог бы расплющить тролля в лепёшку. Если бы, марионетка нанесла точный удар.

Головы у машин различались. У левой — рубленая, угловатая, с узкими прорезями глаз. У правой — обтекаемая будто голова птицы. Две группы конструкторов спорили, чей подход лучше: одни делали ставку на грубую мощь, другие — на точность. Сегодня их идеи должны были сойтись в стальном танце.

Я переглянулся с Дугласом. Он лишь пожал плечами.

— Начинаем! — крикнул распорядитель, отбегая за ограждение.

Марионетки шагнули.

Первый шаг отозвался глухим гулом, будто где-то глубоко под землёй забилось гигантское сердце. Второй шаг — снег брызнул из-под ног, обнажая мёрзлую землю. Третий — по толпе прокатился восхищённый вздох: машины набирали ход. Скрежет механизмов, тяжелое, ритмичное движение, «бух... бух... бух...» — этот звук отдавался в груди, заставлял сердца биться быстрее.

Десять метров. Восемь. Пять.

Они влетели друг в друга, как два тарана.

Ударная волна хлестнула по лицам ледяным ветром, взметнув тучу снега. Лязг металла прозвучал так, что у меня заложило уши, а кто-то из солдат инстинктивно пригнулся. На мгновение мне показалось, что обе машины просто разлетятся на куски.

Но они стояли.

Стояли и продолжали перебирать ногами, будто пытались бежать, уткнувшись в непреодолимую преграду. Молоты так и не поднялись. Щит одного отлетел вместе с рукой — машины даже не попытались ударить. Просто толкались, как два барана на мосту, не в силах отстраниться друг от друга.

— Да чтоб вас... — выдохнул кто-то из солдат разочарованно.

Я обернулся к группе конструкторов. Они сгрудились у записей, тыча пальцами в схемы, перебивая друг друга, размахивая руками. Один кричал про задержку, другой — про недостаточную мощность накопителя, третий просто матерился, глядя на дёргающиеся марионетки.

— Похоже, ходить они научились, — сказал я устало, проведя ладонью по лицу. — А драться — нет.

Рени, стоявший рядом, отряхнулся от снега:

— Но прогресс же есть! Месяц назад они вообще падали после первого шага. Путались в ногах.

— Ага. — Я махнул рукой в сторону машин, которые всё ещё судорожно перебирали ногами, уткнувшись друг в друга. Металл жалобно скрежетал. — Я прям вижу это сражение. Гоблины просто отойдут в сторонку, от сумасшедшего механизма и посмотрят ему вслед.

Рени вздохнул:

— Я тебе говорил, надо было самому этим заняться.

— Отчёты по продажам тогда сам будешь писать?

Лицо Рени перекосило, будто я предложил ему выпить скисшего молока с уксусом. Он отступил на шаг, выставив ладони:

— Ну уж нет! Этим Дуглас занимается. К нему и все вопросы.

Мы оба посмотрели на Дугласа. Тот уже спускался на площадку, где марионетки наконец замерли — видимо, исчерпали программу или просто сломались окончательно. Из-под левой, той, что с рубленой головой, вытекала какая-то маслянистая жидкость, плавя снег. У правой голова была вмята в плечи — удар пришёлся прямо по шее, и теперь она сидела на корпусе, как сбитый набекрень шлем.

— Херня, — хмыкнул кто-то из солдат. — Долго они?

— Минуты две, — ответил второй, вытирая рукавицей нос. — Я три монеты поставил на то, что правая упадёт первой. Проиграл. — Он сплюнул в снег.

Дуглас подошёл к груде металла, которая ещё судорожно подёргивалась, пытаясь выполнить команду. Он положил руку на корпус левой марионетки. Та дёрнулась в последний раз и затихла. То же самое произошло и с правой.

Потом Дуглас развёл руки в стороны, и металл послушно потек. Голова правой марионетки начала подниматься, расправляться. Сплющенная грудина разгладилась, восстанавливая грозные очертания. Левая марионетка получила обратно оторванную руку — стальные нити сплелись в сустав, щит оказался на законном месте.

Через минуту обе марионетки стояли ровно, будто и не было этого сокрушительного удара. Дуглас достал из-за пояса два светящихся кристалла — и вставил их обратно в гнезда. Зелёные глаза машин мигнули, обводя площадку, проверяя своё состояние. Короткая команда Дугласа — и они, развернувшись, тяжёлой поступью направились в ангар, где их уже ждали группы конструкторов с блокнотами.

— Ну хоть ходить научились, — пробормотал Рени. — Это уже победа.

Я покачал головой, глядя, как солдаты расходятся, кто-то смеясь, кто-то досадливо размахивая руками.

— Победа будет, когда они научатся бить. А пока у нас есть две очень дорогие, очень тяжёлые и очень бесполезные куклы.

— Двенадцать, — Поправил Рени. — Четыре группы по три марионетки.

— Что у нас по поводу бала? — я решил сменить тему, пока Дуглас ещё возился с марионетками внизу.

Рени пожал плечами, не отрывая взгляда от снежного двора.

— Официально ничего. Но совет что-то готовит.

— Значит, у нас появилось свободное время?

В небе мелькнула тень.

— Получается, да. — Рени обернулся ко мне. — Дела вроде в порядке. Может, займёмся стройкой?

— Почему бы и нет. Думаю, Эрик не откажется прокачать своих магов камня. Но лучше позвать Дану. Сооружение большое, должно быть надёжным.

— Знаю. — Рени кивнул. — Но её звать пока рано. Сейчас только фундамент готов. Напиши что ждем ее ближе к весне.

Я кивнул, обдумывая.

— План готов. Пусть Ханна берёт проект в свои руки.

— Мы не будем контролировать?

— А смысл? — я усмехнулся. — С крепостью она справилась, а тут и гоблины не мешают.

В поместье царила редкая тишина. Слуги сновали по своим делам бесшумно, будто боялись нарушить покой. Я поднялся на четвёртый этаж, где давно уже стоял мольберт, с чистым холстом.

Темно-зеленые краски легко ложились на полотно. Я макнул кисть, выводя контуры пещеры — той самой, где я провёл столько времени. Крупные папоротники обрамляли вход. Несколько валунов, поросших мхом. Солнечные лучи пробивающиеся сквозь вековые кроны.

Рени устроился рядом. Он не мешал, но присматривал, лишняя влага уходила практически сразу с нужных участков. Любой художник удавился бы от зависти: маг воды в качестве ассистента.

Черная краска легла на холст последней. Самая важная. Я выводил очертания зверя, который держал эту территорию под своим контролем. Четыре глаза смотрели с полотна с холодным превосходством. Пятерка рогов, как корона, венчала голову. Белые пятна на тёмной шерсти — её особая примета.

Последний штрих. Я смешал красный, зелёный и синий, добиваясь того самого серого цвета — цвета моей способности. Серые мазки легли рядом, изображая две дополнительные головы, которые Нова умела создавать.

Процесс затягивал. Оставалось добавить немного деталей: несколько черепов на поляне, монстры, на которых мы охотились вместе.

Я отступил на пару шагов, оглядывая результат. Картина получилась внушительной. Мрачной, но живой. Пришло осознание, что не смогу повесить её здесь. Она не вписывалась в интерьер. Слишком дикая, слишком чужая для этих стен.

Сзади послышалось шуршание. Я обернулся.

Позади стояла целая делегация. Викта, хлопала глазами осматривая картину. Аспид, замершая у косяка с бесстрастным лицом. Две служанки, которые пытались делать вид, что заняты уборкой. Энтони и Леона расположились чуть поодаль, попивая чай, тихо переговаривались.

— Так вот какая она, — тихо произнесла Фрея, выступая из-за спины Аспид.

Викта тут же дёрнулась к картине:

— Надо показать Луне! Вот какая бывает крутая волчица!

Аспид молча подхватила Викту на руки, удерживая на месте. Остальные обступили картину, рассматривая детали.

— Может, тоже уйти в лес? — вдруг подал голос Рени.

— Это ты как пришел к такому решению? — я удивлённо посмотрел на него.

— Ты нашёл монстра с похожими способностями. — Рени пожал плечами, но в глазах мелькнула тоска. — Водные монстры тоже могли бы меня чему-то научить.

— Я бы не советовал. — я покачал головой. — Сейчас это звучит безобидно. Но там, без её покровительства, очень опасно. Одно дело идти толпой, другое — одному. Ты ведь видел пантер? Они просто возьмут тебя в осаду.

Рени вздохнул, но спорить не стал.

— Сколько граней ты открыл? — спросил он, меняя тему.

— Около одиннадцати.

— Я за это время — ни одной. — Рени поморщился. — Даже водяную форму не смог.

— Эрик говорил о спаррингах с отцом, — вспомнил я. — Может, тебе стоит сразиться с сильным магом воды.

Рени поймал мой взгляд и усмехнулся:

— К Урбенам идти не вариант.

Леона и Фрея переглянулись. В их глазах зажглись хищные огоньки.

— А давайте побьём его все вместе, — с явной злорадностью предложила Леона.

Я усмехнулся:

— Хочешь вернуть ему долг за тренировки?

Их вредные улыбки сказали всё.

— Не получится, — продолжил я. — Разве что навалитесь всей толпой.

— Я не могу, — сразу сдался Рори. — У меня занятия с наставницей. Не хочу там появляться избитым.

— Я тоже не могу, — Дуглас возглавил отступающих. — Марионетки требуют внимания.

— Трусы! — Леона топнула ножкой. — Где ваш боевой дух?

Я посмотрел на Рени. Он явно боролся с собой: желание прорваться к новой грани. Грозные рептилии, орудующие магией воды, вставали перед глазами. Отпускать его одного туда? Нет. Точно нет.

— Мы можем сходить небольшой группой, — сказал я, окидывая взглядом присутствующих. — Одного тебя я не отпущу. Нам вообще нужно подтянуть общий уровень. Моё отсутствие слишком дорого обошлось.

Все поморщились. Рени же, наоборот, хищно улыбнулся.

— Пожалуй, парочку спаррингов я готов провести.

На этаж поднялся дворецкий.

— Ваше благородие, вам прислали приглашение.

Глава 16

Утро встретило Энтони морозной дымкой и тишиной, какой в поместье не будет уже через час или полтора. Снег припорошил двор, хрустел под сапогами, а из-за угла доносилось размеренное сопение — Луа дрыхла в своей хоббитской будке, выставив наружу только кончик носа.

Энтони усмехнулся. Будку строили девченки специально для неё: утеплённая, с подогревом, с широким лазом, чтобы трёхметровая туша могла вползти внутрь и развернуться. Снаружи она выглядела игрушечной, но внутри там было целое логово.

Он подошёл к конюшне, где конюх уже вывел Грома. Жеребец нетерпеливо перебирал ногами, косясь на будку. Энтони проверил подпругу, погладил шею.

— Спокойно, пушистая ещё спит.

Но Гром не зря нервничал. Из будки донеслось шевеление, потом тяжёлый вздох, и наружу показалась голова — размером с добрую бочку, щурясь на утренний свет.

Видя лошадь Луа выбралась наружу, потянулась, выгнув спину, и зевнула, обнажив ряд клыков, каждый из которых мог бы перекусить руку. Шерсть на загривке встопорщилась, она отряхнулась — и мелкий снег полетел во все стороны. Потом повернула голову к коню и замерла, глядя с тем особым выражением, которое гвардейцы прозвали «а не пора ли нам пообедать?».

Гром всхрапнул, застучал копытом.

— Не дождёшься, — буркнул Энтони, вскакивая в седло. — Это боевой конь, а не завтрак.

Луа моргнула — очень по-человечески, с лёгкой обидой, — и вильнула хвостом. Она прекрасно понимала, что трогать лошадь нельзя. Но поддразнивать — всегда пожалуйста. Гвардейцы уже полгода жаловались, что она специально рычит на них, когда они проходят мимо, а если кто замешкается — может и лапой легонько подтолкнуть, чтобы поторопились. Не со зла, просто чтобы напомнить, кто тут главный.

Энтони накинул на неё оранжевый купол. Прозрачные шестигранники поплыли в воздухе, заключая волчицу в невидимую клетку. Для посторонних это выглядело как защита от зверя. На деле купол защищал зверя от дураков, которым вздумалось бы проверить свою удаль. А таких за последние месяцы находилось немало.

Волчица, почувствовав знакомую магию, лениво побрела слева от всадника, как учили. Она не любила купол — он сковывал движения, — но терпела, понимая, что иначе по городу не пройти.

Город только просыпался. Лавочники разворачивали товар, редкие прохожие кутались в воротники. Завидев процессию — всадника в тёмном плаще и трёхметровую волчицу в оранжевом пузыре, — шарахались в стороны, но без паники: за полгода привыкли. Кто-то даже махал рукой.

— Доброго утра, ваше благородие! — крикнул торговец оружейной.

Луа покосилась на него, но купол не давал дотянуться.

У восточных ворот стража козырнула. Старший, усатый ветеран, усмехнулся:

— Ваше благородие, так ведь бал сегодня? Героев значится чествовать будут.

— Успею, — отмахнулся Энтони. — Волчицу выгулять надо. А то начнёт с тоски гвардейцев гонять — потом казарму ремонтировать.

Стражник нервно хохотнул. Слухи о том, как Луа «подшучивает» над гвардейцами, разошлись широко.

За воротами Энтони снял купол. Ноздри раздувались — караван, ушедший на рассвете, тянулся где-то впереди, и запах еще держался. Волчица рванула вперёд, поднимая свежий снег.

— Гром, догоним?

Конь взвился на дыбы и понесся вперед показывая всю свою скорость.

Энтони применил личный щит — тонкую оранжевую плёнку, обтекающую всадника и лошадь. Она не давала силы, но и не пропускала холод, защищала от ветра и снега. В детстве он представлял себя рыцарем в сверкающих латах, несущимся на противника. Реальность была же иной, красивые латы заменяли его грани, а верный скакун был в основном каменным.

Луа обернулась, увидела несущуюся лошадь, и в её глазах зажглось что-то азартное. Она прибавила, но Гром нагонял. Волчица неслась огромными прыжками, каждый из которых покрывал десяток метров, а конь был уже рядом показывая сумасшедшую скорость.

Они неслись по тракту, поднимая снежную пургу, пока Энтони не придержал жеребца — волчица радостно нарезала круги вокруг них, довольно скалясь и повиливая хвостом.

— Наигралась? — спросил он.

Луа ткнулась мордой в стремя — тяжело дыша, с высунутым языком, совершенно счастливая, — и потрусила рядом, готовая теперь к обычной прогулке.

Солнце было в зените когда Энтони осматривал тракт. Следы каравана уходили дальше, посторонних не было видно, но им нужно возвращаться иначе опоздают.

— Всё спокойно пушистая.

Он уже хотел разворачиваться, когда краем глаза заметил движение.

Луа замерла. Шерсть на загривке встала дыбом, из горла вырвался низкий рык, Гром ощутив опасность забил копытом, готовый сорваться в галоп.

— Тихо, — Энтони натянул поводья, вглядываясь. — Вроде бы никого нет.

Волчица сошла с дороги и потрусила к лесу. Энтони отправился за ней. Луа остановилась порыкивая, примятый снег показывал что здесь кто то был и совсем недавно. Энтони огляделся. Следы вели в чащу, но терялись среди деревьев. Луа всё ещё нервничала, но постепенно успокаивалась.

— Потом разберёмся, — решил он. — Пора домой, пока без нас все не началось.

***

Дверь распахнулась, и Энтони переступил порог, ещё не успев стряхнуть снег с плеч. В ту же секунду на него обрушилось сразу три голоса — Викта вцепилась в рукав его плаща, Леона заступила дорогу, а Фрея сзади дёргала за воротник.

— Где ты был?! — Викта дёрнула так, что пуговица жалобно хрустнула.

— Ты хоть понимаешь, что сегодня за день?! — Леона ткнула его пальцем в грудь.

— Нашёл время шляться! — Фрея дёрнула сильнее.

Энтони молчал. Он смотрел в потолок с выражением человека, которому весь этот мир абсолютно понятен, и методично расстёгивал оставшиеся пуговицы. Осада продолжалась.

Я подошёл, стараясь не рассмеяться. Служанка, принявшая пальто, ловко нырнула под локти Леоны и исчезла в коридоре, будто её и не было.

— А я смотрю, вы уже все готовы к выходу, — сказал я громко. — Леона, твоя прическа ведь ещё не готова?

Та побледнела и рванула на второй этаж так, что каблуки застучали по лестнице, будто пулемётная очередь.

Я перевёл взгляд на остальных. Викта замерла с открытым ртом, вспомнив, что забыла проверить туфли. Фрея схватилась за голову — заколки. Через секунду холл опустел.

— Как прошла поездка? — спросил я, когда мы двинулись к лестнице.

— Спокойно, — Энтони потёр шею, где особо усердствовала Фрея. — Но я чувствовал, что за мной кто-то наблюдал. Нашел странные следы рядом с лесом.

Я напрягся.

— Гоблинские?

— Нет. — Энтони нахмурился. — Кто то очень рослый. След глубокий, шаг широкий. Если это человек — под два метра, не меньше. И подошва странная... будто с резьбой.

— Может, теневик? Проверял дорогу?

Он пожал плечами.

— Всё может быть.

Мы поднялись на этаж. Энтони скрылся в своей комнате. Я подошёл к окну, выходящему во двор. Луа лежала у своего логова, положив голову на лапы. Зверь понимал, что сегодня хозяева уедут, но не волновался — значит и за гвардейцев переживать не стоит. Может будет порыкивать, но это дело привычное.

Погода радовала. Снег падал крупными хлопьями, ветра не было. Идеальный вечер для прогулки.

Сумерки сгустились незаметно. Когда мы вышли, фонари во двор уже горели, бросая тёплые тени на снег. Костюмы из тёмно-серого бархата с серебряной вышивкой сидели идеально. Девушки в этот раз обошлись без революций — классические платья с пышными юбками, глубокие цвета, минимум украшений. Только Лирин выделялась: красное платье с чёрной россыпью артефактных камней на корсете, открытые плечи и спина — вызов, но в рамках приличий. Волосы она закрутила в тугие кудри, и сейчас они подпрыгивали при каждом шаге.

Кареты тронулись, встраиваясь в бесконечную вереницу экипажей. Сегодня в замке будет небольшое деление: в одном зале соберутся маги, в другом — обычная аристократия. Чтобы избежать дуэлей между магами и простыми людьми.

Лирин сидела рядом, напряженная, как струна. Я взял её за руку и она дрогнула.

— Всё хорошо. Просто очередной бал.

— Когда тебя не было, — она поморщилась, будто от лимона, — это было невыносимо. Куча идиотов, мнящих себя центром мира.

— Теперь всё в порядке. И вы выстояли.

Карета остановилась.

Первый зал гудел голосами. Три дамы у колонны обсуждали кого-то из мужчин, те громко спорили о прошедших сражениях. Магов здесь не было — только аристократия которая откликнулась на зов совета. Наш путь лежал дальше.

У дверей в главный зал проверили приглашения. Распорядитель ударил жезлом, створки распахнулись, и нас объявили. Лирин отставала на полшага, подчёркивая, кто в паре главный.

Внутри было людно. Маги всех мастей, знакомые и не очень лица. Гул голосов, звон бокалов, смех.

Лирин сжала мою руку. Я замедлился.

К нам, как ледокол сквозь льды, пробирался Айрин Белфорт со свитой. Гости расступались, оставляя нас в центре пустеющего круга.

— Господа, посмотрите! — Белфорт растянул губы в улыбке. — Один из героев, отстоявших новую крепость. Я слышал, вас прозвали Великим Палачом после того сражения?

Тишина упала на зал, все замерли стараясь не упустить малейшие детали нашей перепалки. За спиной Белфорта его люди зашептались — достаточно громко, чтобы долетело: «Убийца», «Шавка Санчесов», «Мясник».

— Ваша светлость, — я кивнул, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — ветерки донесли вам не все слухи. Ещё меня называют Защитником Падших Ветров. И этот титул мне нравится больше.

— Люди сами выберут, как вас называть, молодой человек. — Белфорт поигрывал бокалом, янтарная жидкость плескалась о стенки. — Не стоит навязывать им своё мнение. Даже если вы умеете рубить головы за слова. — Он сделал паузу, давая намёку осесть. — Но что мы всё о прошлом? На днях я узнал, что вы очень обеспокоены положением простых людей.

— Это наш долг, — ответил я. — Поддерживать тех, кто идёт за нами.

— И поэтому вы потратили несколько тонн первоклассной стали на странные механизмы, которые даже на поле боя выпустить нельзя?

Я внутренне поморщился. Звучало так, будто я мешал поставкам.

— Мы восстанавливаем технологию старой империи. Когда эти механизмы выйдут на поле боя, гоблины пожалеют что пришли на наши земли.

— О, когда этот момент наступит, я уверен, вы бескорыстно предоставите все данные, чтобы каждый из нас мог пользоваться этим чудом. — Белфорт поднял бокал. — За Великого Палача! До дна!

В зале засмеялись. Я почувствовал, как лицо наливается краской. Скользкий гад. Формально не оскорбил, а по факту обвинил и в нехватке металла, убийцей обозначил и на доходы от технологий попросил отказаться.

— Ваша светлость, — я шагнул вперёд, — я помню, как один из ваших преподавателей заикался о закрытых библиотеках вашего клана. Может, дадите доступ? Вдруг там найдутся недостающие детали? И тогда марионетки уже в этом году пойдут в бой. Защищать наших людей.

Глаза Белфорта на мгновение полыхнули яростью — и погасли. Он улыбнулся, но улыбка стала жёстче.

— Люций, — голос Лирин прозвучал неожиданно громко, — я уверена, его светлость даст полный доступ. Никто не усомнится в открытости клана... падших... ой, то есть Белфортов. Конечно же, Белфортов.

Она засмеялась и прикрылась веером. По залу пронеслись сдавленные смешки. На секунду мне показалось, что воздух вокруг Белфорта стал холоднее. Но ни один мускул на его лице не дрогнул.

— Я дам вам полный доступ, — сказал он, поднимая бокал. — Даже не сомневайтесь. За молодых героев!

Он опрокинул вино одним глотком и, развернувшись, начал удаляться. Свита потянулась за ним. Лирин выдохнула, всё ещё прикрываясь веером. Я считал про себя до десяти, пытаясь успокоить пульс.

В принципе, этого следовало ожидать. Убийство члена клана даром не проходит.

***

Викта шагала по паркету под руку с Рори, но взгляд её был прикован к проносящимся мимо официантам. В блокноте, оставшемся в тумбочке, значился целый список: что нужно сделать на балу, чтобы почувствовать себя настоящей светской дамой. Первый пункт гласил: «Взять бокал вина и непринуждённо потягивать, обсуждая последние новости».

Проблема обнаружилась сразу: официанты проходили мимо, а их подносы находились выше ее роста. А ведь даме не пристало подпрыгивать.

— Рори, — дёрнула она спутника за рукав. — Нам нужны бокалы.

Рори огляделся, поймал взгляд проходящего слуги и едва заметно кивнул. Официант мгновенно оказался рядом, церемониально приспустил поднос. Рори взял два бокала, один протянул Викте.

Она тоже взяла один бокал, но заметила что ей протягивают второй. Поспешила подумала Викта, когда откуда-то слева донёсся тост: «За молодых героев!»

— Отличная идея! — Викта опрокинула бокал одним махом, поставила пустую посуду обратно на поднос и тут же забрала у Рори второй бокал.

— Эй, это не слишком… — начал он, но она уже сделала глоток.

— Мы идём дальше, у нас много дел.

Они сделали несколько шагов, и Викта вдруг замерла. Впереди мелькнуло красное платье Лирин. Шаль! Она же забыла снять шаль! Плечи и спина должны быть открыты — так учила Лирин, так написано в блокноте. Викта сунула полупустой бокал Рори, лихорадочно сдёрнула шаль, оголяя плечи. Полюбовалась на себя мысленно и, удовлетворённая, забрала бокал обратно, допивая остатки.

Рори только головой покачал, но тут же поймал взглядом другого официанта и обновил запасы.

— Ты не слишком быстро расправляешься с вином? — спросил он, протягивая ей новый бокал.

— Всё продумано, — Викта подмигнула. — Мне нужно поговорить с разными людьми. А это… — она скривилась, — жуть как противно, но надо.

Они двинулись дальше. Викта сканировала зал, сверяясь с мысленным списком. Вон там, у колонны, стоит знакомый её отца — барон Дюпре. Викта решительно направилась к нему, таща Рори за собой.

Остановилась в двух шагах, присела в реверансе — ровно так, как показывала Лирин на бесчисленных тренировках.

— Ваше благородие Дюпре, рада нашей встрече.

Пожилой барон обернулся, на мгновение задержал взгляд на её платье, на отсутствии герба, потом перевёл глаза на Рори и узнав по нашивкам «эту компанию», сменил официальный тон на более тёплый.

— Добрый вечер, молодые люди. Чем обязан?

— Я внучка Тита Аргелия. Пришла выразить вам благодарность за сотрудничество с нашим родом.

— О, не стоит, дитя, — барон улыбнулся в усы. — Твой дед — отличный партнёр. Передавай ему наилучшие пожелания.

— Непременно.

Ещё один реверанс — и Викта потянула Рори дальше, довольно отмечая про себя, что разговор прошёл идеально.

Они бродили по залу, когда заиграла музыка. Викта замерла, прислушалась. Вальс. В её блокноте этот пункт значился под номером три: «Танец с кавалером, чтобы все завидовали».

Она допила вино, поймала слугу и поставила бокал на поднос. Повернувшись она выдала:

— Потанцуем.

— Чего? — опешил Рори.

— Потанцуем, говорю. Пошли.

Они вышли в центр, где уже кружились пары. Викта встала напротив, выпрямила спину, подняла левый локоть, как учили и нацепила на лицо добродушную улыбку.

Рори шагнул, положил руку ей на талию. Музыка полилась, они двинулись. Первые секунды Викта отчаянно считала шаги, но потом — наступил тот момент о котором говорила Лирин — она перестала думать. Бал засверкал ярче, музыка будто замедлилась. Она поймала на себе несколько взглядов — кажется, смотрели не с осуждением, а с одобрением.

Викта подняла глаза на Рори. И вдруг поняла: а ведь он ничего такой. Волосы — длинные, рыжие, которые он упрямо отказывался стричь короче — сейчас развевались в такт движениям, делая его похожим на сказочного принца. Лицо сосредоточенное, но в уголках губ прячется улыбка. И рука на талии лежит твёрдо, уверенно.

Сердце забилось быстрее. Викта даже сбилась с шага, но Рори легко подхватил её, вернул в ритм. Музыка стихла. Викта выдохнула, чувствуя, как горят щёки.

— Спасибо, — сказала она тихо.

— За что? — не понял Рори.

— За танец. — Она улыбнулась, но тут же вспомнила про следующий пункт: посплетничать с девчонками. Леона рассказывала, что это обязательно. Викта сделала шаг назад, стараясь выглядеть загадочно, и уже собралась раствориться в толпе, но...

Сзади кто-то был. Она не успела ни увернуться, ни извиниться. Просто врезалась спиной в камзол, а в следующую секунду раздалось недовольное шипение.

— Куда прёшь, деревенщина!

Викта обернулась. Перед ней стоял молодой человек — красивый, холёный, с гербом на груди. И с очень злым лицом.

Она огляделась: вокруг уже собирались зеваки, кто-то прикрывал рот веером, кто-то откровенно усмехался.

— Это ты меня деревенщиной назвал? — переспросила Викта, на всякий случай уточняя.

— Тебя, тебя, — процедил Белфорт. — Ты тут единственная во всем замке.

Тело сработало быстрее головы. Нога шагнула вперёд, корпус чуть развернулся, и носок туфель с силой врезался в голень обидчика. Белфорт взвыл, подпрыгнул на одной ноге, схватившись за ушибленное место. В зале повисла тишина, а потом грохнул хохот.

— Ты... — он покраснел, выставил трясущийся палец. — Да как ты смеешь! Я вызываю тебя!

Между ними мгновенно оказался Рори. Он перехватил палец Белфорта, с силой нажал вниз, вынуждая того согнуться.

— Я принимаю дуэль. Здесь и сейчас.

— Пусти, ублюдок!

Рори разжал пальцы. В тот же миг подлетел слуга:

— Господа, для магических поединков подготовлена площадка на улице. Следуйте за мной.

— Отлично, — прошипел Белфорт, потирая палец. — Ты пожалеешь.

Рори молча снял пиджак, протянул его Викте. Та приняла, прижала к груди и такого пункта в блокноте не было, но на ее лице появилась довольная улыбка. Тут она опомнилась и рванула следом за ним.

На улице горели факелы, ограждая круг для поединка. Барьеры поднялись полупрозрачным куполом. Рори оглядел их с любопытством — в академии все было намного проще.

Дуэль началась.

Белфорт взмыл в воздух, создавая воздушные лезвия. Рори не стал ждать — десяток огненных шаров вспыхнули над его головой и понеслись к цели. И сразу же ещё десяток, и ещё. Белфорт заметался под куполом, отбиваясь щитами, но плотность огня была чудовищной. Обычные шары сменились взрывными — противника начало мотать из стороны в сторону.

Щит Белфорта просел, он потерял управление и рухнул на песок. Чья-то рука подхватила его за рубашку. Удар.

Темнота.

Викта стояла в первом ряду, наблюдая за сражением. Рори справился играючи. И даже не запыхался. Крики восторга вокруг сливались в неразборчивый гул, перед глазами всё плыло. Она с трудом держалась, чтобы не прилечь прямо на пиджак.

Когда барьеры опустились, Викта шаткой походкой направилась к Рори, протянула руки.

— Возьми мене... — икнула она. — На ручки.

Рори вздохнул, подхватил её на руки и понёс к выходу. В толпе мелькнуло смеющееся лицо Люция, и закрывающая ладонями лицо Лирин.

«Опять будут учить этикету», — обречённо подумал Рори, вспоминая где ему искать карету.

***

Неожиданная дуэль между Рори и кем то из Белфортов меня позабавила, Лирин же словила испанский стыд за свою подопечную. И да, теперь об этой ситуации будут говорить минимум год. Но сейчас мы можем себе такое позволить, да и на чистоту простой народ оценит все тонкости. Раздались три удара тяжелого посоха мажордома.

Музыка стихла, по команде. Разговоры оборвались на полуслове. Появился председатель Совета, Андреас Лористон, он направился к трибуне в сопровождении членов совета. Зал замер.

Он не носил пышных мантий, только строгий тёмный камзол с едва заметной красной вышивкой на воротнике и гербом. Но когда он шёл, воздух вокруг него дрожал. Маг огня и высшая власть на этих землях действовал размеренно. Он стал за трибуну, обвёл взглядом зал. Тишина стала абсолютной. Гости задержали дыхание. Прислуга перестала курсировать по залу.

— Сегодня, — голос председателя прозвучал негромко, но его услышали в самых дальних углах, — мы чествуем героев, отстоявших наши границы. Но у этого вечера есть и практическая сторона.

Он выдержал паузу. Я почувствовал, как Лирин сжала мою руку.

— Совет принял решение о судьбе крепости «Падших Ветров». — Председатель развернул свиток, но даже не взглянул в него. — Крепость передаётся в управление клану Вейгель.

По залу пронёсся сдавленный вздох. Кто-то из подпевал великих кланов не сдержал удивлённого возгласа, но тут же прикрыл рот. Белфорты застыли с каменными лицами. Урбены лишь переглянулись.

Айдан Вейгель, глава клана травников, вышел в центр зала. Лицо его было спокойно, но я заметил, как дрогнули пальцы, принимая свиток. Рядом с ним стояли сыновья — они смотрели прямо перед собой, стараясь не выдать эмоций.

— Примите этот свиток как знак доверия совета, — председатель протянул документ. — И помните: крепость должна стать надёжным щитом. Самодостаточным — и в обороне, и в снабжении. Провал недопустим.

Айдан поклонился, принимая свиток. В зале раздались аплодисменты — сначала редкие, потом всё громче. Но я слышал и недовольное ворчание: кто-то из малых кланов завидовал, кто-то откровенно бесился.

Я переглянулся с Эриком. Он едва заметно кивнул. Решение было ожидаемым, но теперь оно стало официальным.

— Неслыханно, — прошептал кто-то за спиной. — Отдать крепость простому клану...

— Почему он, а не я, — раздраженно произнес другой голос.

Лирин наклонилась ко мне:

— Председатель продолжает свою политику.

— Им, — кивнул я на Вейгелей. — Будет там сложно.

Председатель поднял руку, призывая к тишине. Аплодисменты стихли.

— На этом официальная часть окончена. Прошу всех вернуться к празднованию.

Он сошёл с трибуны, и зал снова наполнился гулом — теперь уже более возбуждённым, чем прежде. Вейгелей окружили толпой, поздравляли, кто-то уже договаривался о встречах.

Я проводил взглядом Айдана, прижимающего к груди свиток. Им дали шанс на возвышение, интересно как они будут выкручиваться. Где они будут брать людей и ресурсы для крепости. Одно дело мы, в каждой группе по магу камня у них же…

— Пойдём, — Лирин потянула меня за руку. — На нас смотрят. Не забывай улыбаться.

Я усмехнулся и мы отправились на танцпол, ведь бал еще не окончен.

***

Финли сидел на толстой ветке старого дуба, на соседней ветке сидели еще двое первогодок. Дерево гудело от десятков голосов — все, кто не попал на бал, облепили ветки, как воробьи. Студенты перекрикивались, толкались, показывали пальцами в тёмное небо в ожидании салюта.

Рядом, на соседней ветке, сидел белый пушистый комок. Оберон. Имя птенец получил неделю назад — Финли подсказали его старшие, звучало солидно. Сова пока не понимала значения, но на звук откликалась.

— Значит так, — Финли повернулся к птенцу, понизив голос, чтобы соседи не слышали. — Команды уже собираются. Нам нужно к кому-то пристроиться. Ты должен выглядеть грозно и уверенно.

Оберон нахохлился, расправил крылья и выпятил грудь. Получился пушистый шар с торчащими в стороны перьями.

— Вот прямо так и будешь делать. — Финли довольно кивнул. — И не забывай меня слушаться. Я главный.

— Смотрите, начинается! — заорал кто-то сверху.

Финли дёрнулся, задирая голову. В чёрное небо ударил ослепительно-белый столб, разорвался на десятки огненных брызг. Они падали вниз медленно, как светящийся дождь и гасли, не долетая до крыш.

Оберон, не ожидавший такого, дёрнулся назад. Лапы скользнули по обледенелой ветке — и птенец полетел вниз, отчаянно молотя крыльями.

— Оберон! — Финли рванул следом, но ветка предательски хрустнула, и он тоже полетел в сугроб.

Приземление вышло жёстким. Снег набился за шиворот, в ушах звенело. Финли отплевался, вскочил и заметался, вглядываясь в темноту.

— Оберон! — крикнул он, шаря руками по снегу.

Над головой продолжали рваться огни, озаряя двор академии вспышками красного и золотого цвета. Студенты на дереве орали от восторга.

— Пи! — донеслось откуда-то слева.

Финли бросился на звук, разгреб сугроб — пусто. Метнулся вправо, проваливаясь по колено.

— Пи!

— Да где ты?! — заорал он в отчаянии. — Я не вижу!

— Финли! — сверху свесился чей-то силуэт. — Ты чего там, головой ударился? Иди сюда, ты самое интересное пропустишь!

— Да сова моя пропала! — Финли задрал голову, продолжая шарить руками. — Пищит где-то, а где — не пойму!

— Пи!

— Вот! Опять! Слышал?!

— Да никто там не пищит, — хохотнули сверху. — Иди сюда, быстрее.

— Пи!

Финли замер.

Он прислушался к своим ощущениям, что то изменилось. Но теперь как будто все так, как и должно быть. Чётко, ясно — «Пи!» — и ощущение, что все хорошо.

Он выдохнул, закрыл глаза, сосредоточился. Протянул руку вперёд, повинуясь наитию.

Ладонь вспыхнула мягким светом. И в ней материализовался Оберон — взъерошенный, с ошалевшими глазами от такой способности перемещения.

Финли уставился на него. Птенец — на Финли.

— Охренеть... — выдохнул он.

Оберон, вспомнив наставления, грозно расправил крылья. Даже махнул головой для солидности.

Руки Финли сверкнули снова. Оберон исчез.

И тут же раздалось недовольное:

— Пи!

— Охренеть! — заорал Финли уже в голос. — Грань! Я открыл грань!

Сверху донеслось:

— Да хорош, давай залазь быстрей!

Финли не слушал. Он смотрел на свои руки, трясущиеся от возбуждения, и улыбался во весь рот. Над головой гремел салют, но он не обращал на это внимания. Ведь только что, он сделал еще один шаг на магическом поприще.

Глава 17

— Нет! Замолчи!

Викта подпрыгнула, пытаясь дотянуться до рта Аспид, но двухметровая драконида даже не шелохнулась. Ее могучий рост нанес превентивный удар по любым попыткам полторашки заглушить рассказ вчерашнего вечера.

— И тут ты вешаешься ему на шею и…

— АААААА! — Викта закрыла уши руками, а после выставила обвинительно палец. — Я не помню, значит, не было!

Снизу, из холла, донёсся громкий девичий смех, перекрываемый возмущёнными воплями Викты. Мы сидели на втором этаже, в нашей общей гостиной, и старательно делали вид, что ничего не слышим. Рори, попивавший чай, поморщился, когда особенно громкий взрыв хохота сотряс стены.

Я знал, что это значит. К вечеру слуги разнесут по всему городу десятки версий того, как молодой пиромант вступился за честь простой девушки. Детали будут обрастать подробностями, как снежный ком — и не все из них будут правдивы, даже скорее наоборот.

Но у нас была своя сеть. Люди, которым мы платили за то, чтобы в нужный момент подправить слухи. Если история начнёт играть против нас — мы просто вмешаемся.

Рени допил чай, бесшумно поставил чашку на столик и поднялся. В дверях он остановился, обвёл нас взглядом и громко, так чтобы слышали не только мы, но и те, кто внизу, произнёс:

— Пойдём на спарринг, герой-любовник.

И исчез в коридоре.

Дуглас, как раз сделавший глоток, поперхнулся. Чай брызнул на рубаху, он закашлялся, пытаясь одновременно продышаться и сдержать рвущийся наружу смех. Леви похлопывал его по спине, но сам едва держал лицо.

Под нами раздался такой грохот, будто стадо разъярённых гоблинов пошла в нападение. Судя по звукам, Викту удерживали всем женским составом поместья, чтобы она не бросилась вдогонку за Рени.

Рори же медленно, с абсолютно каменным лицом, поставил чашку, промокнул губы салфеткой и встал. Воздух вокруг него задрожал и пошёл рябью — верный признак того, что спарринг обещает быть зрелищным.

Я посмотрел на свой кусочек пирога, оставшийся на тарелке. Подумал. Взял вилку, справедливо рассудив, что спарринги дело постоянное, а пироги явление временное.

Когда последний кусочек исчез во рту, а с заднего двора донеслись первые взрывы, я вздохнул и поднялся. Пора было встретиться лицом к лицу со своим самым страшным врагом.

Дверь кабинета открылась, и я уставился на стол, заваленный бумагами так, что не видно было столешницы. Кипы конвертов, свитков, отчётов громоздились друг на друге, словно бумажная крепость.

— Твою ж… — выдохнул я и шагнул в эту бумажную кабалу.

Дверь за спиной тихо открылась, горничная поставила на край стола заварник с травяным чаем и чашку. Исчезла так же бесшумно, как появилась.

Я хрустнул пальцами, взял первый попавшийся конверт. Нож для писем скользнул по сгибу и я вчитался в витиеватые строки.

«Я, барон Торнвальд, ввиду сложившихся обстоятельств, могу предоставить свой отряд в обмен на…»

Я потёр глаза. Досчитал до десяти. Перечитал ещё раз.

Потом взял чистый лист и начал составлять список. «Край непуганых идиотов», — пробормотал я, записывая имя барона. Следом полетели ещё несколько писем с похожим содержанием.

Под аккомпанемент взрывов с заднего двора и шипение водяных паров, доносившееся из-за окон, список рос. Когда чайник опустел, я с удивлением обнаружил, что придётся дописывать на второй половине.

Очередной конверт — и внутри оказался не очередной «доброжелатель», а отчёт от Тита Аргелия. Цифры выстраивали стройную картину, но суть я уловил быстро: объёмы выросли на семнадцать процентов. Выручка увеличилась. Требовалось согласовать строительство новых складов.

— Ну хоть одна хорошая новость, — выдохнул я, откидываясь на спинку кресла.

Взгляд упал на список, который я составил. Они хотели предоставить гвардейцев, но сами не хотели участвовать в боях.

Я перечитывал все эти письма одно за другим.

Они не просто предлагали помощь. Они можно сказать жертвовали своей гвардией ради земли. Похоже, их кто то надоумил на этот ход, ведь по факту не было никаких противоречий. Только вот от подобных людей нужно держаться на приличном расстоянии. Возможно стоит привлечь их гвардию, но отдать земельные наделы солдатам.

Я усмехнулся. Коротко, холодно.

— Что же, пора использовать наши связи.

Колокольчик звякнул. Дверь открылась мгновенно — служанка замерла на пороге.

— Позови Бруно.

— Да, ваше благородие.

Мой капитан по разведке появился через несколько минут. Я молча протянул ему бумагу.

— Ознакомься. — Я кивнул на список. — Это те, кто решил, что они самые умные и хотят получить больше чем могут унести.

Он пробежался глазами по первым строкам — и его брови понемногу начали хмурится.

— Ваше благородие, это…

— Наглость, — закончил я. — Это оскорбление. Они хотят отсидеться под защитой стен, пока я с остальными буду пробиваться через гоблинов.

Бруно молчал, ожидая приказов.

— Мне нужно знать о каждом. — Я откинулся на спинку кресла. — Кто они, с кем связаны, чем владеют. Их долги, их враги, их слабые места.

Управляющий кивнул, но в глазах мелькнуло сомнение.

— Всех сразу не получится, ваше благородие. Список уж очень большой, время нужно…

— Я знаю. — Я поднял руку, останавливая его. — У нас есть время, собери на всех подробную информацию.

Он убрал список себе в сумку.

— Будет сделано.

Бруно традиционный стукнул по нагруднику и вышел.

Я позвонил в колокольчик и вновь вошла служанка. Я передал ей бумаги на разрешение строительства новых складов.

— Возьми документы и передай их Викте. Пусть согласует с дедом где необходимо возвести новые помещение. И потом обратится к Ханне.

Служанка поклонилась и вышла.

Я взял чашку. Чай давно остыл, щиты с резонировали и из чашки повалил легкий пар. За окном всё ещё грохотало — Рори и Рени выясняли отношения на спарринге. Снизу доносились возмущённые крики Викты, которую, судя по звукам, всё ещё удерживали.

Жизнь в поместье шла своим чередом.

Я посмотрел на оставшиеся письма и продолжил ковыряться в следующей стопке.

Когда служанка принесла пятый — или, может, уже восьмой? — чайничек, я наконец откинулся на спинку кресла и оглядел стол.

Бумаги кончились.

Стопка проверенных отчётов по городам аккуратно лежала в углу, перетянутая бечёвкой, готовая отправиться в шкаф до лучших времён. Рядом пристроилась тонкая пачка выгодных предложений — те, что стоило обдумать. Остальное, письма с «добрыми пожеланиями» и прочий словесный мусор, было рассортировано по стопкам побольше. На некоторые из них придётся отвечать. Я откинулся и посмотрел в потолок, в принципе не обязательно отвечать именно мне.

— Лирин, — пробормотал я, — это твой звёздный час.

В кабинете царил полумрак. Единственный магический светильник под потолком горел ровным тёплым светом, выхватывая из темноты только рабочий стол и кресло. Углы комнаты тонули в мягкой тени, создавая ощущение уюта и одновременно — закончившегося дня.

Я встал, потянулся так, что хрустнула спина, и вышел в общий зал.

Энтони сидел в кресле у окна, листая какую-то книгу. При моём появлении он поднял голову и отложил её в сторону.

— О, ты закончил?

— Да, — я зевнул, прикрывая рот ладонью. — Разгрёб бумажный шторм. Теперь на моем столе спокойствие и порядок.

Энтони усмехнулся, но сразу перешел к делу:

— Я насчёт колизея хотел поговорить.

Я снова зевнул, потёр переносицу.

— Давай, выкладывай.

— Моя семья может заняться им. — Он подался вперёд, опираясь локтями на кресло. — Тебе ведь понадобятся люди, которые смогут доставлять гоблинов. Да и деду Викты будет сложно разорваться между стройкой и остальными делами.

Я кивнул, обдумывая. В словах Энтони был резон. Тит Аргелий и так работал за троих.

— Я не против, — ответил я после паузы. — Сейчас мы наполняем запасы семьи Викты, чтобы она ни о чем не переживала, когда мы отправимся в путешествие. — Я посмотрел на него внимательнее. — Это касается только твоей семьи или Гельмонт тоже хотят поучаствовать?

— Это моя личная просьба. — Энтони чуть заметно пожал плечами. — Но не думаю, что они откажутся. У нас, как и у них, под управлением всего пара деревень. Уверен, дополнительные доходы никому лишними не будут.

— Идём.

Я развернулся и направился обратно в кабинет. Энтони встал с кресла и двинулся следом.

Магический светильник встретил нас ровным свечением. Я подошёл к одному из шкафов, вытащил толстую папку, пролистал, нашёл нужный лист и протянул Энтони.

— Вот примерные расчёты. — Он взял бумагу, пробежал глазами. — Но учти: не уверен, что дела такого толка будут хорошо восприняты остальными аристократами. Для них это может выглядеть как… ну, ты понимаешь.

Энтони усмехнулся, но в усмешке не было веселья.

— Это не так важно. — Он поднял на меня взгляд. — Я первый маг в семье. Сейчас нам нет дела до мнения обычной аристократии. А на фоне магической… — он махнул рукой, — рассчитывать нам всё равно не на что. Ты ведь знаешь, что такие как мы зарабатывают только при посредничестве великих кланов.

Я кивнул. Понимающе.

Все, кто попал в мою группу, пришли к нам не от хорошей жизни. У каждого из них были свои сложности с кланами или родственниками.

За окном, за толстыми стенами поместья, уже давно стояла ночь. Где-то там, в темноте, спали горожане, патрулировали гвардейцы и гудели таверны. А здесь, в тёплом свете магического огня, мы решали свои проблемы.

— Завтра поговорим с Титом, — сказал я, забирая у Энтони бумаги. — И с девчонками. Если они согласны — то примем их в дело, я не вижу в этом проблемы.

Энтони кивнул и направился к выходу. У двери обернулся:

— Спасибо.

— Мы команда и подобное должны решать сообща.

Дверь закрылась. Я остался один в кабинете, глядя на ровный свет магического шара под потолком.

Но на сегодня — хватит.

Утро встретило меня привычной серостью за окном и лёгким морозцем, который за ночь разрисовал стёкла причудливыми узорами. Я оделся и вышел на наш этаж.

Рори сидел за столом, мрачнее тучи. В одной руке он сжимал чашку с чаем, в другой — булку, которую терзал с такой яростью, будто она была его личным врагом. Крошки летели во все стороны. Явно раздумывал о вчерашнем спарринге и по всей видимости проигрыш был разгромным.

— Привет, — я опустился на стул напротив. — Не переживай так. Это всего лишь спарринг.

Рори поднял на меня взгляд — в глазах горело пламя, готовое вырваться наружу.

— Люц, вот ты мне объясни, — сказал он, откладывая остатки булки. — Почему я не могу его победить? Я стараюсь, я учусь, я... — он сжал кулаки. — А он каждый раз уходит от моих атак, как будто я стою на месте.

— Он начал учиться магии намного раньше тебя, — ответил я спокойно. — Жил в приграничной деревне, где опасность подстерегает за каждым углом. А ещё он на редкость упорный в магии.

— То есть я никогда не смогу его победить? — Рори выглядел так, будто я объявил ему приговор.

— Ну почему же, — я покачал головой. — Сможешь. Но для этого нужно перестать действовать по шаблонам из книг. Ты слишком предсказуем. Атакуешь так, как написано в книгах. Рени это видит и легко парирует. Чтобы его победить, нужно что-то нестандартное. У тебя есть молнии — придумай, как использовать их неочевидно.

Рори задумался. Я видел, как в его голове крутятся шестерёнки.

— Думаешь, мне стоит развивать эти грани?

— Не обязательно, — я откинулся на спинку стула. — Ты должен понимать простую вещь: сейчас время года, которое играет на руку Рени. Всё поле боя буквально залито водой. Ему даже напрягаться не нужно — для ее создания, все поле боя буквально ждет его приказа.

— Получается... мне нужно высушить поле боя? — Рори прищурился.

— И при этом не попасть под удары его конструктов. — Я усмехнулся. — Легко сказать, трудно сделать, да?

Рори погрузился в размышления. Я видел, как он мысленно проигрывает схватки, пытаясь найти ту самую нестандартную комбинацию. Похлопав его по плечу я поднялся.

— Думай. А я поехал по делам.

Спустившись в столовую, я застал привычную картину: служанка уже накрывала завтрак, а за окном разворачивалось утреннее представление. Викта и Аспид носились по заснеженному двору, перебрасывая друг другу толстую палку. Между ними скакала Луа — которая пыталась отобрать эту палку, но каждый раз промахивалась.

Выглядело это на удивление мило. Волчица прыгала, как огромный щенок, смешно перебирая лапами на скользком снегу. Викта хохотала, дразня её палкой, а Аспид с едва заметной улыбкой подкидывала добычу то выше, то дальше.

Я улыбнулся, наблюдая за этой идиллией. Луа действительно вписалась в нашу компанию. Особенно ценно было то, что она постоянно прикрывала Викту — стоило той чуть отойти в сторону, как волчица уже была рядом, настороженно оглядывая окрестности.

Мысль о том, чтобы привести сюда Нову, всё чаще приходила мне в голову. Но тут же отступала — слишком много проблем. Как объяснить волчице, что нельзя лопать двуногих, даже если они очень вкусно пахнут? А ведь обязательно найдутся идиоты, которые решат проверить мощь её челюстей. Вспомнить хотя бы пьяных наёмников, которые набросились на Луну. До сих пор удивляюсь, как они остались живы.

— Ваше благородие, завтрак подан, — вывел меня из размышлений голос служанки.

Я кивнул и сел за стол. Завтракал быстро, поглядывая в окно, где всё ещё резвилась троица. Потом поднялся, проверил, всё ли взял, и вышел во двор.

Карета уже ждала. Возница придержал дверцу, и я нырнул внутрь, в тепло, пахнущее кожей и сухими травами.

Первый адресат сегодня — Амалия Лористон, наш незримый защитник. Она одним своим присутствием отбивала у великих кланов желание совать нос в наши дела. Без неё нам пришлось бы гораздо тяжелее.

Карета медленно катилась по заснеженным улицам столицы. На севере города с уборкой снега не спешили — видимо, здешние жители предпочитали не тратить силы на то, что природа всё равно вернёт. Местами сугробы намело так, что я всерьёз забеспокоился, не застрянем ли мы.

Но возница показал свой опыт. Он уверенно вёл лошадей, объезжая самые глубокие места, и вскоре мы остановились у ворот замка Лористон.

На входе меня встретила стража — им холод тоже доставлял проблем. Узнав меня, они не стали задерживать, а сразу проводили внутрь. Я оказался в небольшой гостиной, здесь висела пара моих картин. Небольшой резной столик с стеклянной столешницей и пара кресел.

Я опустился в кресло и огляделся. Камин горел ровным пламенем, отбрасывая танцующие тени на стены. На столике уже стоял чайный сервиз и вазочка с печеньем.

Ждать пришлось минут пятнадцать. Наконец дверь открылась, и вошла сама хозяйка — в своём обычном виде: молодой девушки в платье с широкой юбкой.

Я встал и поклонился.

— Ваша светлость, рад вас видеть.

— И я вас, ваше благородие, — она жестом указала на кресло. — Садитесь. Что-то вы не спешили ко мне в гости.

Я опустился обратно, а Амалия махнула рукой слуге, который тут же наполнил чашки и бесшумно исчез.

— Дела, — ответил я, беря чашку. — Сами знаете.

— Знаю, — она усмехнулась. — Кстати, знаете что? Вам теперь следует держаться подальше от рода Росарио.

Я приподнял бровь, пытаясь вспомнить, когда и как мог перейти им дорогу. Вроде бы не было конфликтов...

— Похоже, вы ещё не проверяли доходы вашего ювелирного магазина в Эраме, — продолжила Амалия, наслаждаясь моим замешательством.

— Нет, — честно признался я. — Там работа отлажена, проверки требуются раз в год. А что?

— А то, что жена и дочь главы клана скупают практически всё, что там появляется. — Амалия отпила чай. — Не удивлюсь, если магазин сейчас закрыт из-за отсутствия товара.

Я замер. В голове быстро выстроился график с резко взлетающей вверх стрелкой.

— Серьёзно? — переспросил я, чувствуя, как внутри загорается азарт. — Если они скупят хотя бы половину... я ведь смогу выкупить здесь пару замков. — Я задумался. — Кстати, замок Фостеров как раз освободился. Расположен, конечно, неудобно, но... престиж.

В гостиной раздался девичий смех. Я поднял взгляд — Амалия смеялась, прикрывая рот ладонью.

— Урежьте ваши аппетиты, молодой человек, — сказала она, отсмеявшись. — Вы обещали мне город невиданной красоты, а не замок Фостеров.

— Это так, мысли вслух, — я отмахнулся и пригубил чай. — На самом деле я приехал выразить вам благодарность. Вы нас очень сильно выручили. Без вашей защиты великие кланы могли доставить много проблем.

— Мелочи, — Амалия отставила чашку. — Не так уж сильно они рвались завладеть вашей группой.

— Я бы так не сказал, — возразил я. — Выйди они из города без вас — проблем было бы не избежать. Спасибо.

— Возможно, — она пожала плечами. — Но я чту наш договор. К тому же мне понравилось то, что я увидела в Эраме. Очень жду момента, когда увижу это в вашем исполнении.

— Всё не будет так быстро, — предупредил я. — Под моим руководством будет максимум тридцать тысяч человек. Это не город, а так...

— Я могу подождать тридцать-сорок лет, — перебила Амалия. — Для меня это не имеет значения.

Мы помолчали, каждый думая о своём. Я допил чай и поднялся.

— Мне пора. Спасибо за приём.

— Удачи, Люций. — Амалия проводила меня взглядом.

Я кивнул и вышел. За дверью меня снова встретила стража и проводила до выхода. На улице всё так же падал снег, укрывая город белым одеялом.

Карета тронулась, увозя меня к следующим делам.

Торговый центр гудел, как растревоженный улей. Даже в утренние часы, когда большинство лавок в столице только начинали просыпаться, здесь уже яблоку негде было упасть. Крестьяне с мешками зерна и сушёного мяса, купцы с помощниками, нагруженными образцами товаров, несколько гвардейцев, пришедших за провизией для казарм — все они толкались в проходах, создавая тот особый шум, который бывает только в местах, где деньги переходят из рук в руки.

Я протиснулся сквозь эту людскую реку, лавируя между корзинами и тюками, и поднялся на пятый этаж. Но и здесь было шумно, не смотря на то что это были административные помещения. Дверь в кабинет Тита Аргелия оказалась распахнута настежь, и оттуда доносилось такое, что даже стены, казалось, краснели.

— Я не могу продавать ниже себестоимости! — гремел Тит так, что дрожали стекла. — Ты понимаешь, что такое себестоимость, мать твою? Это не просто слово! Это...

— А ты понимаешь, что мои люди без зелий не выйдут? — перебил его хриплый голос. — Они там, на трактах, каждый день рискуют! Им без зелий — нельзя!

Я шагнул внутрь. Тит стоял за столом, сжимая в руке бумаги с такой силой, будто хотел их задушить. Напротив него переминался с ноги на ногу пожилой купец в камзоле, который когда-то был дорогим, а теперь выглядел так, будто его владелец уже не раз закладывал последнее.

— Ваше благородие, — Тит мгновенно сменил тон, даже лицо разгладилось. — Проходите, присаживайтесь. — Он перевёл взгляд на купца: — А вы, уважаемый, идите. Я пришлю весточку, когда цены изменятся. Если изменятся. — С ехидством добавил он.

Купец покосился на меня, хотел что-то сказать, но махнул рукой и вышел, бормоча под нос проклятия.

— Что случилось? — спросил я, опускаясь в кресло напротив стола.

Тит рухнул в своё кресло так, будто ноги его больше не держали. Устало потёр лицо ладонями.

— То же, что и всегда, ваше благородие. — Он кивнул на кипу бумаг. — Гоблины на трактах активизировались. Караваны без огненных зелий теперь не ходят — себе дороже. Охрана стоит денег. Огненные зелья, которые мы даём наёмникам, тоже стоят денег. В итоге цены ползут вверх, купцы возмущаются, а я крайний. Как всегда.

— Викта уже была у вас?

— Да, — Тит кивнул. — Они сейчас с Ханной внизу, обсуждают строительство новых складов. Договорились уже. Моя внучка та ещё переговорщица — Ханна только кивала и соглашалась.

Я усмехнулся. Представил, как Викта, с её напором, «объясняет» Ханне — зрелище, должно быть, то ещё.

— Хорошо, — сказал я. — Склады помогут снизить нагрузку. Меньше будете зависеть от сезонных поставок. И цены, глядишь, удастся удержать.

— Надеюсь, — Тит вздохнул.

— Кстати, я отчёт ваш посмотрел. Вы провели отличную работу.

— Не стоит, ваше благородие.

Он махнул рукой, но я видел, что похвала ему приятна.

— Тут вот ещё какое дело, ваше благородие. — Тит замялся. — Ко мне недавно обращались... интересовались, нельзя ли дорогу до Эрама сделать такую же, как у крепости Падших Ветров.

Я усмехнулся.

— Можно, — ответил я. — Если вы, конечно, не обращались к клану Пьер.

Тит сморщился так, будто лимон надкусил.

— А, вот оно что. Я думал, может, договоримся...

— Пьер дорогу строить не дадут, — покачал я головой. — Это их территория, их влияние. Переходить им дорогу сейчас — себе дороже. Белфорты и так за нами слежку устроили, только повод дай.

— Знаю я, знаю, — Тит вздохнул. — Вы, ваше благородие, столько ног оттоптали, что уж... Пока вас не было, тут такое было, ух!

— Знаю, — кивнул я.

Тит понимающе прищурился.

— Добро. А по делу что скажете?

— Продолжайте в том же духе, — я поднялся. — Последние цифры меня изрядно порадовали. И вот ещё что: подумайте о выделении территории под ювелирный магазин.

— Ювелирный? — Тит удивился.

— Да, как то упустил этот момент, — я усмехнулся.

Тит кивнул, хоть и не понял до конца.

— Сделаем, ваше благородие.

Я вышел из кабинета и направился к лестнице. Внизу всё так же гудел торговый центр, пахло пряностями, свежим хлебом и кожей. Где-то в толпе мелькнуло знакомое платье — кажется, Викта с Ханной уже закончили и направлялись к выходу.

Я не стал их догонять. Пусть занимаются своим делом. У меня ещё были визиты.

Карета ждала у входа. Возница, увидев меня, бросил веселые обсуждения и сразу же открыл дверцу кареты.

— Куда теперь, ваше благородие?

— К Санчесам, — бросил я вознице, забираясь в карету.

Особняк Санчесов встретил меня привычной деловой суетой, но сегодня она казалась особенно лихорадочной. Во дворе грузили тяжёлые ящики — судя по глухому звону при погрузке, с металлом. Слуги сновали с папками и свитками, чуть не сталкиваясь лбами. А у ворот, чего раньше никогда не было, стояли трое магов в парадных доспехах.

— Ваше благородие! — узнал меня один из них, молодой парень с огненной эмблемой на плаще. — Проходите.

Я поднялся на второй этаж, где располагался кабинет Эрика. В голове всплыла старая шутка из прошлой жизни — грех было не попробовать. Коротко постучав, я тут же распахнул дверь настежь и шагнул внутрь.

Картина маслом: Эрик Санчес, наследник огненного клана, грозный пиромант, сидел, закинув ноги на стол, и с наслаждением раскачивался на резном стуле. При моём появлении он дёрнулся, потерял равновесие и со всего маху рухнул на пол вместе со стулом.

— Люций, чёрт тебя дери! — взревел он, пытаясь быстро подняться. — Тебя не учили сначала стучать, а потом входить?!

Я изобразил максимально беззаботное лицо и с гордостью выдал:

— Так я стучал.

Эрик замер, лёжа на полу, и уставился на меня. В его глазах боролись ярость, недоумение и... осознание моей правоты.

— Ты... — начал он, но потом просто махнул рукой, отбросив попытки найти достойный ответ. Встал, поднял стул и уселся обратно.

Я не стал разводить политесы — просто уселся на стул рядом.

— Я по делу. Думаю, про марионеток ты уже слышал.

— А то, — Эрик потёр ушибленный локоть. — Белфортов попробуй не услышь.

Я поморщился, вспоминая нашу словесную дуэль на балу.

— Нам нужно нарастить поставки металла.

Эрик пригнулся, будто ожидал, что в него сейчас полетит что-то тяжёлое. Потом встал, подкрался к двери, приоткрыл её, высунул голову в коридор, убедился, что там никого нет, и только после этого вернулся на место.

— А может, попозже? — спросил он почти шёпотом. — Я обещал Гидеону, что в этом году он на шахту не вернётся.

— Всё настолько плохо?

— Мне кажется, он скоро начнет шугаться замкнутых помещений. Сам понимаешь.

— Так присылай его ко мне, — усмехнулся я. — Пусть вместе с Дугласом шугается. У нас там марионетки — пусть попробует поработать с ними.

Эрик посмотрел на меня внимательно.

— Ты насчёт этих марионеток серьёзно?

— Видел образцы, что из шахт вывезли, когда я пропал?

— Видел. — Он кивнул. — Внушительно.

— Так вот, у империи было кое-что подобное. Не такое разрушительное, конечно, но в перспективе... — Я сделал паузу. — Хороший противовес может получиться.

— Мне бы больше людей, — вздохнул Эрик. — Металл — это хорошо, но люди нужны.

— А разве все помещения заселили в нашем замке?

— Нет, но... — он замялся. — Ты пойми, у нас и другие дела есть.

— Понимаю. — Я подался вперёд. — Может, в городе объявить набор шахтёров? Вы же всё равно раз в месяц их меняете?

Эрик посмотрел на меня так, будто я предложил ему продать душу.

— Ты представляешь, сколько это денег?

Я улыбнулся.

— Марионетки настолько перспективны?

Я просто кивнул.

Эрик запустил пятерню в волосы, растрепав их окончательно.

— Ладно, — выдохнул он. — Найм объявлю сегодня. Но мне нужно, чтобы ты погасил часть расходов.

— Я тебе больше скажу, — ответил я, поднимаясь. — Первые рабочие модели — твои.

Мы вышли из особняка вместе. Вечерний воздух заметно похолодал, мороз пощипывал щёки.

— Удачи, — Эрик хлопнул меня по плечу.

— И тебе не завязнуть в бумагах.

Карета тронулась, увозя меня обратно в поместье. За окнами проплывали огни вечернего города — жёлтые пятна магических фонарей, тёплый свет из окон таверн, редкие факелы в руках запоздалых прохожих.

Я вошёл в поместье, когда уже совсем стемнело. В холле горели магические светильники, отбрасывая мягкий свет на полированный камень. Из столовой доносились голоса и смех. Я заглянул на минуту, просто чтобы сказать, что я дома и поднялся в кабинет.

На столе лежала записка от Бруно, придавленная тяжёлым пресс-папье: «По аристократам информация собирается. К пятнице будет полный отчёт». Я усмехнулся, отложил бумагу и сел в кресло.

В комнате царил полумрак — только один светильник над столом. Я вытянул руку и позволил магии вырваться наружу.

Сотни тонких нитей отделились от пальцев, закружились в воздухе, сплетаясь в причудливые узоры. Они переливались, пульсировали, резонировали, создавая лёгкий, едва уловимый гул. Нити стянулись, уплотнились, и через мгновение на их месте возникла мощная лапа вервольфа — серая, полупрозрачная, но вполне осязаемая.

— Я приду за вами… За каждым из вас.

Глава 18

Карета мягко качнулась, замедляя ход, и остановилась перед невысоким особняком на центральной улице столицы. Я отодвинул шторку, взглянул на знакомые очертания поместья, на аккуратный палисадник, припорошенный снегом. Дверца открылась, и в лицо ударил свежий морозный воздух.

Гвардеец у входа щёлкнул каблуками, отдал честь и молча развернулся, приглашая следовать за ним. Мы поднялись по ступеням, дверь открылась почти бесшумно — дворецкий, сухой старик с идеально уложенными седыми волосами, поклонился и жестом показал в глубину дома. Мы шли по небольшому но уютному залу, где висели несколько картин включая мои старые работы.

— Её светлость сейчас выйдет, прошу подождать в малой гостиной.

Я кивнул, прошёл в комнату, где уже горел камин. Огонь потрескивал, бросая тёплые блики на стены, обитые светлым шёлком. Я опустился в кресло, прислушиваясь к тишине. Где-то наверху слышались приглушённые шаги, потом скрип двери.

Лирин появилась на пороге минут через двадцать — я успел изучить узор на каминной решётке и мысленно перебрать список дел, которые мне предстояло решить в скором времени.

Она была в новом платье. Не таком, как на балах — никаких открытых плеч, никаких вызывающих вырезов. Тёмно-синее, приталенное, с длинным рукавом, юбка чуть ниже колена. Простое, но идеально повторяющее ее фигуру. Волосы убраны в небрежный пучок, несколько прядей выбились и касались щеки. Смотрелось очень по домашнему, будто она вот вот скажет: добро пожаловать домой.

— Не ожидала что ты приедешь, — сказала она, и в голосе скользнуло что-то похожее на удивление и радость одновременно.

— Привет. — я поднялся, сделал шаг навстречу. — Ты хорошо выглядишь.

Она чуть заметно улыбнулась, опустила глаза, но тут же взяла себя в руки. Подошла, жестом предложила сесть, а сама опустилась в соседнее кресло, поправив платье.

— Принести чай? — спросила она, уже потянувшись к колокольчику на столе.

— Не откажусь.

Лирин позвонила в него, и через минуту в комнате бесшумно появилась служанка, приняла заказ и сразу же вышла.

— Хотел предложить тебе съездить со мной в Эрам, — сказал я, глядя на огонь.

Она замерла, на ее лице было удивление вперемешку с недоверием.

— Ты же собирался вернуться к учёбе? — в её голосе прозвучало сомнение.

Раздался стук в дверь, в комнату вошла служанка с небольшим подносом. На столе появились две чашки, небольшой чайничек и ваза с печеньями.

— Собирался. Но честно говоря, хочу проверить, как там идут дела. Да и с Филиппом встретиться не помешает. — Я перевёл взгляд на неё. — Стройка пока будет проходить без меня, Ханна справится. Марионетки — там вообще смотреть не на что. А в Эраме есть дела, которые давно меня ждут. Лирин задумалась, провела пальцем по подлокотнику кресла.

— Наша учёба, если честно, тоже ничего не даёт. — Она подняла глаза. — Думаю, я могу составить тебе компанию. Когда ты хочешь ехать?

— Сейчас.

Она уставилась на меня, приподняв бровь. Я усмехнулся.

— Прямо сейчас?

— А чего ждать?

Лирин покачала головой, но в глазах заплясали искорки. Она молча поднялась, поставила чашку с недопитым чаем на столик и направилась к двери.

— Я скоро, — бросила через плечо.

Сборы заняли чуть больше часа. Я успел выпить ещё одну чашку, пройтись по гостиной, разглядеть все убранство и даже представить что бы изменил. Когда Лирин наконец спустилась, за ней плыл аккуратный чемодан — похоже привычка тренироваться в любой ситуации прижилась даже к княгине. Сама она была в лёгком пальто с меховым воротником и маленькой шляпке с полями, которая сейчас набирала популярность.

— Я готова, — сказала она, и чемодан послушно выплыл за дверь.

Карета тронулась, мягко покачиваясь по мостовой. За окном мелькали виды на снежную столицу, которая проснулась и начинала свою деятельность. Люди спешили по своим делам, слуги с корзинами сновали к лавкам, детвора столпилась у пекарни, требуя свежего хлеба у довольной девушки за прилавком. У ворот стража только мельком взглянула на герб и козырнула, даже не задерживая нас.

В карете царила тишина. Лирин смотрела в окно, теребя край пальто. Я не торопил ее. Минут через двадцать она не выдержала молчания и повернулась ко мне.

— Почему ты решил ехать со мной, а не с командой? — спросила она, и в голосе сквозило любопытство.

— У них свои дела. Сейчас нет опасностей, а учёба в академии... — я пожал плечами. — После всего, что было, мне сложно воспринимать её всерьёз. — Я посмотрел на неё. — Кстати, как у тебя с гранями?

Она на мгновение нахмурилась, потом улыбнулась.

— Вообще-то ты обещал помочь мне с быстрым полётом. Как у Аспид.

Я усмехнулся, вспомнив тот разговор.

— Тогда тебе нельзя было этим заниматься. А сейчас, возможно, получится. — я внимательно посмотрел на неё. — Как оцениваешь крепость своего тела?

— Меньше, чем у дракониды. — Она задумалась. — Последний раз, когда мы сходились в ближнем бою, я не смогла её победить в прямом противостоянии. Но и её удары меня уже не отбрасывают, как раньше.

— Думаю, это может сработать. — я подался вперёд. — Ты летаешь, когда убираешь действие гравитации планеты. Но при этом не используешь второй эффект.

— Притяжение? — догадалась она.

— Верно. Если сможешь задействовать оба эффекта, твоя скорость может даже превзойти Аспид.

Она задумалась, взгляд упал на снежный пейзаж природы за окном.

— В теории звучит... выполнимо. Но почему ты спросил про прочность тела?

— Потому что есть вероятность, что ты не сразу справишься с этой скоростью. — я сделал паузу. — А падение с высоты... в общем, последствия могут быть болезненными.

Лирин кивнула, обдумывая, и надолго замолчала. Я достал из сумки походную кружку в которой уже был прохладный чай, десяток прозрачных нитей влетели в кружку и начали резонировать. Над кружкой поднялся лёгкий пар.

Лирин удивлённо уставилась на меня, потом перевела взгляд на мою кружку. Нахмурилась, достала свою кружку из пространственного кольца и сделала вопросительно кокетливый взгляд.

— Твоя способность тоже так может, — сказал я, делая глоток. — Разность давления работает на разные продукты с разным эффектом. Например, если ослабишь давление на кружку, вода сразу закипит. И советую делать это именно с водой, не трогая кружку.

Она кивнула, уставилась на свою кружку. Сначала ничего не происходило. Потом вода чуть дрогнула. Лирин нахмурилась сильнее, сжала губы. Через двадцать минут над кружкой появился слабый пар.

— Получилось! — воскликнула она и, неожиданно подавшись вперёд, чмокнула меня в щёку. Я не успел даже среагировать.

Она отстранилась, покраснела и вдруг, словно решившись, снова приблизилась. На этот раз поцелуй был дольше, неуклюжим, но очень искренне. Я ответил, придерживая её за талию. Ее рука заскользила по моим волосам.

Не знаю, сколько это длилось — может, минуту, может, пять. Потом она вдруг отстранилась, будто обожглась. Отскочила на свою сторону кареты, закрыла лицо рукой и отвернулась к окну. Но довольная улыбка раскрывала ее полностью.

Я молчал, давая ей время прийти в себя. Смотреть на неё было забавно и трогательно одновременно. Княгиня, аристократка, гордая наследница древнего рода — и сейчас краснеет, как девчонка, спрятав лицо.

Я откинулся на спинку сиденья, глядя в окно. В конце концов, мы оба взрослые люди. Но её воспитание, её положение... я понимал, что для неё этот шаг — нарушение всех правил. И если такие чувства сохранятся... что ж, возможно, однажды я сделаю предложение. Но не сейчас. Сейчас у нас впереди слишком много дел.

Эрам встретил нас через два дня. Я с удивлением смотрел в окно: вдоль дороги, на месте где сейчас должен был лежать снег, выстроились ряды теплиц, каменные купола меня не обманывали. Похоже даже Дану привлекли к работе над зельями. Неожиданное решение на мой взгляд.

— Сэм постарался, — пробормотал я, не скрывая восхищения.

У городских стен стояли десятки големов — самых разных форм и размеров. Тех что Дана создала первыми теперь стояли словно памятники встречая гостей города. Стража у ворот, завидев герб на карете, вытянулась по стойке смирно и пропустила нас без единого вопроса.

Центральная улица гудела. Горожане в добротных пальто и шинелях спешили по делам, дети с портфелями бежали из школы. Я заметил отряд кадетов — молодые парни в новой форме, подтянутые, делающие серьёзный вид. Будущие командиры, которые отправятся завоёвывать новые земли.

Карета остановилась у моей резиденции. Слуги уже выстроились у входа, ожидая нас. Из дверей вышел Леонид, мой дворецкий, с неизменной приветливой улыбкой. Он поклонился, помог выйти из кареты и тут же доложил:

— Ваше благородие, покои для вас и для её светлости подготовлены. Чай будет подан через полчаса, если пожелаете.

Я кивнул, обернулся к Лирин. Она стояла, поправляя шляпку, и с любопытством разглядывала особняк.

— Добро пожаловать в Эрам, — сказал я, протягивая руку.

Она улыбнулась и шагнула вперед беря меня под руку.

***

Финли стоял в тени старого дуба, наблюдая за группой, собравшейся у края тренировочного поля. Два мага камня, пара пиромантов, один водник. Чуть поодаль, опершись на металлический посох, стоял Грем — капитан отряда, он смог получить поддержку дома Стайнхартов. Они о чём-то переговаривались, пироманты то и дело хлопали друг друга по плечу, водник чертил на снегу схему будущего маршрута.

Финли сглотнул. Сердце колотилось так, что казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди. Он ещё раз прокрутил в голове заготовленную речь. «Здравствуйте, я Финли, мой спутник — магический зверь, через пару лет он сможет летать, и тогда я стану вашими глазами...». Мысленно он уже десять раз отрепетировал этот разговор. Молодой студент выдохнул, постучал себя по щекам, сжал кулаки и шагнул вперёд.

— Все пройдет хорошо.

Снег хрустел под ботинками. Группа заметила его не сразу — только когда он подошёл на пять шагов, пиромант толкнул Грема в бок. Все головы повернулись к нему.

— Здравствуйте, Грем, — выпалил Финли, и вся заготовленная речь вылетела из головы, оставив после себя только звон в ушах. — Я хотел бы к вам присоединиться.

Грем приподнял бровь, окинул его взглядом с ног до головы — куртка, перепачканная после вчерашних занятий, ботинки со следами грязи, никаких нашивок, никакого оружия.

— Эм... А ты кто?

— О, я его знаю, — подал голос один из пиромантов, коренастый парень с рыжими волосами. — Это тот приручитель, который не может управлять животными.

— Эй! — Финли нахмурился, но в этот момент рука сама дёрнулась, и на плече материализовался Оберон. Белый пушистый комок расправил крылья точно так, как они репетировали перед зеркалом в замке, — широко, грозно, с видом хищника, готового к атаке.

На секунду воцарилась тишина.

А потом гогот разорвал тренировочную площадку. Рыжий пиромант схватился за живот, двое магов, переглянувшись, заржали в голос. Даже невозмутимый водник скривил губы в усмешке. Финли стоял, чувствуя, как жар заливает щёки. Оберон, почуяв неладное, захлопал крыльями и недовольно запищал.

Грем отсмеялся, несколько раз кашлянул в кулак, пытаясь вернуть серьёзное выражение лица.

— Извини, — сказал он, разводя руками. — Но ты сам понимаешь, места у нас ограничены. А твой питомец... ну, скажем так, не выглядит полезным.

— Пи! — возмущённо взвизгнул Оберон, и даже подпрыгнул на плече Финли.

— Через пару лет он сможет летать, — выдавил Финли, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я смогу видеть его глазами. Вы же сможете получать разведку за пять километров, я сразу расскажу, что там.

Рыжий пиромант перестал смеяться, задумчиво посмотрел на совёнка. Грем почесал подбородок.

— Звучит и правда полезно, — признал он. — Давай договоримся так: как только твой летун поднимется в воздух, приходи. Если у нас ещё будет место — примем.

— Да как ты... — начал Финли, но вдруг остановился. Плечи его распрямились. — А знаешь что? Нет. Не надо. Я пришёл в лес, полный чудовищ, не для того, чтобы ждать и надеется на свободное место. Я участвовал в отражении атаки гоблинов — не для того, чтобы ждать, пока мой монстр вырастет. Ты хоть понимаешь, что я пережил, чтобы добыть магического зверя?

Грем тяжело выдохнул, растворяя свой посох.

— Слушай, твои перспективы туманны. Всё, что ты говоришь, звучит хорошо, но мы не можем рисковать. Кланы помогают нам с тренировками, но с вами, зелеными, всё сложно. Будь ты физиком, которому нужно просто чаще сражаться — одно дело. А с приручителями... В общем, принять тебя мы не можем.

Финли почувствовал, как кровь приливает к лицу. Кулаки сжались сами собой.

— А знаешь, ты прав. — Голос его прозвучал неожиданно твёрдо. — Мне действительно незачем присоединяться к вашему отряду.

— Хорошо, что ты понял... — начал Грем.

— Я должен создать свой отряд, — перебил Финли. — Чтобы потом вы сами ко мне пришли. Так будет правильно.

Он резко развернулся на пятках, взметнув снег, и зашагал прочь. За спиной снова грохнул смех — рыжий пиромант уже валился на плечо товарища, вытирая слёзы. Но Финли не оборачивался. Он шёл, высоко подняв голову, под грозный писк Оберона, который возмущенно подпрыгивал выказывая свое негодование.

***

Первый день в Эраме я вынужден был оставить Лирин под присмотром прислуги — она не спорила, лишь устало кивнула, закутавшись в дорожный плед. Поездка в карете, даже по безопасной дороге, вымотала её сильнее, чем она хотела показать. Отдых в моих апартаментах отличался от столичной резиденции, но это было скорее приятное отличие.

Я провёл её в покои, которые готовил специально для таких случаев. Лирин замерла на пороге, разглядывая комнату. Огромные смотровые окна показывали просыпающийся центр города — сейчас, в морозном тумане, он выглядел сказочно. Стеклопакеты, которые здесь ставили по моему проекту, не пропускали холод, и в комнате было удивительно тепло. Под ногами — подогреваемый пол, приятно греющий даже сквозь подошвы. Мебель из красного дерева: широкая кровать, изящный туалетный столик, пара кресел у камина. Ничего лишнего, но каждая деталь дышала качеством.

На полу — шкуры. Не маленькие коврики, а настоящие полотнища: бурый медведь, световой тигр, несколько волков. Каждая шкура размером с добрую половину комнаты, мягкие, тёплые, они покрывали паркет почти полностью. Лирин сделала шаг, утопая ногами в меху, и обернулась ко мне.

— Это ведь со времен стройки дороги к шахте?

— Все так, — подтвердил я. — Добыча группы. Отдыхай, завтра у нас будет время осмотреть город.

Она кивнула, и я оставил её на попечение расторопным служанкам. Сам же я отправился в свои покои, твердо для себя решив что делами займусь завтра. Проснувшись рано утром я вскочил и сразу отправился в кабинет, уж очень хотелось увидеть баланс по городу. Дверь в кабинет распахнулась, здесь было все иначе в отличии от столичной резиденции.

Никакой изысканности, только строгая функциональность, помноженная на дорогие материалы. Стены из светлого мрамора, вдоль них — высокие стеллажи, забитые папками, отчётами, картами. Огромный стол из тёмного дуба стоял у окна, на столешнице — аккуратные стопки бумаг, письменный прибор из полированной стали, магическая лампа с регулируемой яркостью.

Рядом с креслом — небольшая тумба, где всегда стоял графин с водой и чашка. Пол — тот же подогреваемый паркет, но без шкур. На стене напротив стола висела большая карта региона, вся в пометках и флажках. В углу — сейф, встроенный прямо в стену, незаметный с первого взгляда.

Я опустился в кресло, откинулся на спинку, прикрыл глаза. Тишина. Редкое удовольствие. Дверь бесшумно открылась — Леонид двигался по кабинету так, что половицы не скрипели. Он положил на стол небольшую папку и замер в ожидании.

— Как у нас дела? — спросил я, не открывая глаз.

— Всё идёт своим чередом, Люций. — Голос дворецкого звучал ровно, с лёгкой теплотой. — Первые отряды уже готовы приступить к обязанностям.

Напомнив себе о важности данных, взял папку. Первый лист — списки кадетов, окончивших обучение. Первый выпуск прошёл без меня. Жаль, но ничего не поделаешь. Пробежал глазами по фамилиям, отметил знакомые имена. Все подписали новые контракты. Моя система подготовки офицеров работала.

Я усмехнулся, перевернул страницу.

Следующий документ заставил меня присвистнуть. Финансовый отчёт. Наш ювелирный салон, просто ограбил Росарио. Прибыль, от которой у меня на миг перехватило дыхание. Я перечитал цифры, потом ещё раз.

— Сто сорок тысяч? — я поднял взгляд на Леонида.

— Золотом, — спокойно ответил он, позволив себе лёгкую улыбку. — Семья Росарио, как оказалось, очень ответственно отнеслась к поездке и не желала себе в чем то отказывать.

Я покачал головой, откинулся на спинку кресла. Астрономическая сумма по меркам этого мира. Даже представить не мог, что лекари могут быть настолько богаты. Следующий документ заставил мои брови поползли вверх.

— Это что? — я повернул лист к свету.

— Совет попросил нарастить поставки, — Леонид чуть склонил голову.

— И как они после... — я покрутил рукой в воздухе, подбирая слово, — после всего, что случилось?

— Живы, ваше благородие. — Дворецкий улыбнулся чуть шире. — Достойная вам смена растёт.

Я ещё раз глянул на цифры. Объёмы поставок выросли в пятнадцать раз. Значит, теплиц вокруг Эрама построили намного больше, чем я предполагал. Сэм поработал на славу.

Я отложил финансовые отчёты, взял следующую папку.

— Есть подвижки по изучению пришельцев?

Леонид помолчал, собираясь с мыслями.

— Тут говорить сложно, но Френсис Дарк утверждает: воины, с которыми столкнулись имперские маги, и те, что были у нас, — это разные группы. — Он сделал паузу. — Уровень вооружения тех, что нападали на нас, на порядок проще. Это говорит о массовости изделий. На это же косвенно указывает отсутствие боевой мощи, способной противостоять Гипериону.

— Логично, — я откинулся на спинку кресла. — Элите нужно лучшее оружие, а лучшее в массы не пускают.

— Хрономант добавил свои выводы, — продолжил Леонид. — По его представлению, империя столкнулась с элитными подразделениями противника. К нам же, скорее всего, должны были прийти наёмники. Или исследовательский вооружённый отряд.

— Кража магов точно не случайна, — я постучал пальцем по столу. — Но зачем тогда выпускали гоблинов? Зачем устраивать эту бойню, если можно было просто украсть нужных людей?

Леонид пожал плечами.

— Ладно, — я вздохнул. — Показатели мне нравятся. Уведоми Сэма и Филиппа, что я в городе. Приглашаю их к себе.

Леонид кивнул, но с места не сдвинулся.

— Ваше благородие, вам нужно посетить ещё одну маленькую персону.

Я улыбнулся, уже зная, о ком речь.

— Как она?

— Сейчас нормально, — в голосе дворецкого проскользнули тёплые нотки. — Но ваше появление должно её обрадовать.

Я кивнул, закрыл папку и поднялся из-за стола.

***

Лирин медленно потянулась, мышцы откликнулись готовностью к действию после хорошего сна. Но подниматься не хотелось. Огромная мягкая кровать словно обняла её, не желая отпускать. Она всё же заставила себя подняться, натянув на себя халат она вышла из спальни.

Едва она приоткрыла створку, в коридоре раздались шаги — служанка уже спешила к ней с подносом.

— Ваша светлость, завтрак.

Лирин хмыкнула, глянув в окно: солнце стояло высоко, явно перевалив за полдень. Скорее обед, чем завтрак. Но спорить не стала — ноги сами понесли её обратно в комнату, где на полу уже ждали мягкие белые тапочки. Странная обувь с забавными ушками, которую Люций привёз откуда-то, оказалась настолько удобной, что расставаться с ней сейчас не хотелось категорически.

Служанка ловко расставила на столике тарелки с лёгкими бутербродами — салат, кусочки курицы, тонкие ломтики хлеба. От еды поднимался лёгкий пар. Лирин улыбнулась: похоже, у прислуги теперь тоже появились артефактные кольца, сохраняющие тепло блюд.

Она откусила бутерброд, с наслаждением жуя, когда служанка снова подошла ближе.

— Ваша светлость, хотите попробовать новый напиток?

— Новый? — Лирин подняла бровь.

— Её благородие София вывела одно интересное растение. Во всех кафе столицы уже подают этот напиток. Говорят, пока даже в другие города не отправляют — хотят, чтобы сначала здесь распробовали.

— Что ж, давай.

Перед Лирин появилась чашка с тёмно-коричневой жидкостью. Дурманящий, сладковатый запах мгновенно наполнил комнату, перебивая аромат еды. Лирин сделала осторожный глоток.

Сладость накрыла с головой, заставив прикрыть глаза от удовольствия. Она удивлённо посмотрела на чашку, словно та могла объяснить, как такой вкус вообще существует.

— Действительно... очень вкусно.

— Рада, что вам понравилось, — служанка улыбнулась. — Его благородие Люций называет это шоколадным напитком.

Лирин поднялась, сжимая чашку в ладонях, и подошла к огромным окнам, распахнутым настежь. Город раскинулся внизу — крыши, шпили, дымок над трубами. Она сделала ещё глоток, глядя на прилегающие территории, где обычно гуляли дети.

Присмотрелась.

Протёрла глаза рукавом.

Посмотрела снова.

— Вот пигалица! — выдохнула она и залпом допила остатки шоколада. — Так, помоги мне одеться. Быстро.

Глава 19

Дверь на площадку ещё не успела закрыться за моей спиной, а воздух уже разрезал звонкий крик:

— Люций!

Я повернул голову и увидел оранжевую шапку с помпоном, летящую в мою сторону. Серое пальто развевалось, маленькие ножки мелькали так быстро, что Молния, кажется, готова была взлететь. Она врезалась в меня, обхватила руками за пояс и тут же отпрянула, задирая голову.

— Ты пришёл! Ты правда пришёл!

Я усмехнулся, присел на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне. Щёки у неё раскраснелись, глаза сияли, а шапка съехала набок, закрывая один глаз.

— Я же обещал, что вернусь. Разве я когда-нибудь обманывал?

Молния мотнула головой, поправила шапку и, не найдя слов, просто кинулась мне на шею. Я подхватил её на руки, крутанул — она взвизгнула от восторга, засмеялась так звонко, что даже гвардейцы у входа обернулись. Маленькие пальцы вцепились в ворот моего плаща, будто я мог исчезнуть в любой момент.

— Я им всем говорила! — выпалила она, когда я остановился. — А они мне не верили! Говорили, что ты там, в лесу, а я им — нет, он вернётся!

— Конечно, вернулся. — я прижал её покрепче. — Я же маг. Что со мной может случиться?

Молния отстранилась, посмотрела на меня серьёзно, даже нахмурилась, насколько это возможно при съехавшей набок шапке.

— А я уже читать и писать научилась! — выпалила она, выпятив грудь. — Меня теперь можно... ну это... как его... помощницей брать!

— Помощницей? — я сделал удивлённое лицо. — А считать?

Молния тут же потупилась, уставилась в пол. Помпон печально качнулся.

— Цифры... они сложные, — пробормотала она, теребя пуговицу на моём плаще. — Но я выучу! Обязательно!

— Для начала тебе нужно закончить обучение, — я легонько щёлкнул её по носу. — Вот тогда и поговорим о работе.

Она вдруг ткнула меня кулачком в грудь — не больно, но обиженно.

— Ты обещал взять меня замуж!

— Обещал, — кивнул я, придав лицу выражение вселенской скорби. — Но как я возьму в жёны ту, которая считать не умеет? Кто тогда моими делами управлять будет?

Молния задумалась. Нахмурилась. Потом тяжело, по-взрослому вздохнула:

— Ладно... выучу я твои цифры.

Я рассмеялся, опустил её на землю. Молния тут же развернулась и рванула обратно к группе, лишь оранжевый помпон мелькнул в толпе детей. Леонид стоял у стены, закрыв лицо ладонью, и плечи его тряслись.

— Когда готовить свадьбу, ваше благородие, — выдавил он сквозь смех.

— У девочки хороший вкус, нельзя ее за это винить, — хмыкнул я, поправляя помятый плащ.

Я уже собрался двинуться дальше, но дверь позади распахнулась, впуская поток холодного воздуха. На пороге стояла Лирин. Красное платье сменилось тёплым шерстяным пальто, волосы рассыпались по плечам, а на губах играла та самая улыбка, от которой у меня внутри что-то переворачивалось. Она подошла, взяла меня под руку, будто мы так и договаривались.

— А я думал, ты сегодня отдыхать будешь, — сказал я, накрывая её ладонь своей.

— Решила, что хочу провести с тобой больше времени. — Лирин чуть склонила голову, глядя на меня снизу вверх. — Ты куда?

— По группам пройтись, проверить, как тут всё без меня.

— Отлично, — она прижалась плотнее. — Мне тоже интересно посмотреть, что изменилось, пока меня не было.

***

На стене висел большой лист с пятьюдесятью именами — список первокурсников, ещё не присягнувших великим кланам. Напротив каждого было аккуратно выведено: способность, потенциал, заметки. От некоторых имён тянулись цветные нити к разложенным на столе документам — описаниям великих кланов. Имена, от которых нити уходили к кланам, были перечёркнуты красным. Но еще были имена из которых можно было выбирать.

Финли сидел за столом, в сотый раз просматривая этот список. Пальцы барабанили по дереву, взгляд метался от одной фамилии к другой. Птица на плече нетерпеливо хлопала крыльями, время от времени издавая грозные звуки, подозрительно напоминающие злодейский смех. Но Финли не отвлекался.

Список ему не нравился. Но других вариантов не было. Он откинулся на спинку стула, прикрыл глаза. В голове снова всплыли насмешки тех, кто уже нашёл себе место при кланах. Финли поморщился, открыл глаза.

— Старшие смогли, — сказал он вслух. — У меня тоже получится.

Он резко вскочил. Оберон, не ожидавший такого, кувыркнулся в воздухе, рассыпался снопом искр и исчез, чтобы через секунду возникнуть уже на подоконнике. Оттуда он возмущённо заухал.

— Идем набирать людей, — бросил Финли, хватая куртку.

Сова проводила его взглядом, когда он натягивал ботинки и поняв, что сейчас будет выход на холод, благоразумно рассыпалась устраиваясь в пространстве для зверей. Подключившись к зрению Финли, она наблюдала, как тот шагает через двор академии.

Цель была проста — женское общежитие. Там жила та, кого Финли присмотрел для своей будущей команды. Элла. Первокурсница со странной, почти бесполезной на первый взгляд способностью: она могла дублировать часть материи, к которой прикасалась. В теории — сила невообразимая, но на практике никто не знал, как её применить. Так же, как и в случае с Финли, ей отказали везде, куда она просилась.

— Значит, мы подходим друг другу, — пробормотал Финли, подходя к башне.

Женское общежитие было отдельной территорией, вход посторонним был строжайше запрещён. Финли огляделся: ни одной одногрупницы, только старшекурсницы, сгрудившиеся у входа и что то оживленно обсуждавшие. Он тяжело вздохнул и шагнул к ним на встречу.

— Здравствуйте, — он постарался, чтобы голос звучал уверенно. — Можете мне помочь?

Девушки посмотрели на него. Одна, высокая, с насмешливым прищуром, окинула его взглядом:

— Чего тебе, парень?

В этот момент на плече Финли возник Оберон. Птенец распушился, расправил крылья, задрал голову и издал грозное «пи!». Девушки взвизгнули и приблизились. Оберон довольно кивнул, но радость была недолгой: чьи-то быстрые руки уже схватили его что то восторженно обсуждая. Он дёрнулся, пискнул и исчез, вернувшись в свое безопасное пространство. Финли прокашлялся, привлекая внимание.

— Мне нужна Элла. С первого курса. Можете позвать её?

— Первокурсницы на последнем этаже живут, — бросила одна из девушек, теряя интерес. — Попроси кого-нибудь еще.

Они ушли, даже не обернувшись. Финли постоял, глядя им вслед, потом перевёл взгляд на дверь общежития. Пятый этаж значит, не думаю, что общежитие сильно отличается.

— Это будет моим первым испытанием! — пробормотал он и решительно шагнул к двери. На ладони возник Оберон. Финли поднёс его к лицу:

— Ну что, напарник, твой выход.

Совенок гордо кивнул и расправил крылья.

В холле было тихо. Надзирательница сидела за своим столом, уткнувшись в потрёпанную книгу. Оберон быстро пробежал незамеченным, увидев открытую дверь он забежал туда и сразу дернул веник, раздался звук. Женщина подняла голову, огляделась, не увидела ничего подозрительного и снова уткнулась в книгу. Через секунду грохот повторился — уже громче.

— Ах вы чертовки! — заорала надзирательница, вскакивая. — Кто посмел без разрешения?!

Она рванула в кладовку. Финли, скинув ботинки и зажав их в одной руке, скользнул внутрь, нырнул за её стол и прижался к стенке. Из кладовки доносилась отборная брань — надзирательница высказывала всё, что думает о бестолковых девицах, не способных убрать за собой инструменты.

Финли выдохнул, выглянул из-за стола, убедился, что путь свободен, и на цыпочках пробежал мимо открытой двери кладовки. Надзирательница стояла к нему спиной и самозабвенно переставляла вёдра с криками. Финли нырнул на лестницу и только там позволил себе выдохнуть.

Ботинки вернулись на свое законное место. В голове раздался торжествующий уханье Оберона.

— Тихо, — прошептал Финли, прислушиваясь.

Сверху кто-то спускался. Финли замер, лихорадочно соображая куда ему спрятаться. Решение пришло мгновенно: он вышел на лестницу и стараясь выглядеть максимально невозмутимо, зашагал наверх. Две девушки, щебечущие о чём-то, мельком глянули на него, сделали пару шагов вниз — и вдруг остановились, соображая, что парня здесь быть не должно. Они обернулись, но лестница была пуста.

Финли, прижавшись спиной к стене за поворотом, пытался отдышаться. Оберон в его сознании довольно ухал.

— Спокойно, — выдохнул Финли и выглянул: путь свободен.

Он шагнул на лестницу, собираясь подняться дальше, и вдруг чья-то рука легла ему на плечо. Медленно, очень медленно он повернулся, выдавив самую лучезарную улыбку, на которую только был способен.

— И кто это у нас тут такой? — спросила девушка, ее взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Привет, — пискнул Финли. — Я... я к подружке.

— К подружке? — переспросила девушка, но вторая зажала ей рот ладошкой.

— К кому именно? — спросила она, прищурившись.

— К Элле. Она на пятом этаже должна быть.

— А-а-а, — протянула девушка, и в её глазах зажглось что-то понимающее. — Ну, тогда иди.

Первая попыталась возразить, но проиграла игру в гляделки своей подруге. Финли кивнул и пулей взлетел наверх, не веря своей удаче.

Пятый этаж встретил его длинным коридором с десятками дверей. Финли замер, лихорадочно пытаясь понять, куда идти. В голове вертелась заготовленная речь, но сейчас она казалась жалкой. Он двинулся вдоль дверей, прислушиваясь. За одной из них послышалось шуршание.

Финли постучал в надежде узнать где проживает его будущий союзник. Старая дверь открылась от удара, медленно показывая хозяйку помещения. На пороге стояла Элла. В накидке, наброшенной на плечи, и панталонах. Она смотрела на него круглыми глазами.

Текст вылетел из головы мгновенно. Финли открыл рот и выдал единственное, что смог вспомнить перед темнотой:

— Будь моей...

***

В классе стояла та особенная тишина, которая бывает только во время разбора тактических задач. Все взгляды были прикованы к карте, разложенной на центральном столе — рельеф местности, отмеченные флажками позиции, красные стрелы предполагаемых ударов. Молодой курсант стоял у карты, указывая указкой на точки сосредоточения войск. Форменный пиджак сидел на нём безупречно, волосы зачёсаны назад, подбородок вздёрнут — он явно наслаждался моментом. Сегодня ему выпал шанс отличиться перед бароном, который сидел в дальнем углу класса, сложив руки на груди.

Карта, подсвеченная снизу магическими кристаллами, проигрывала одну из недавних баталий на границе. Правильного ответа не существовало — только цена ошибки: жизни солдат, сожжённые деревни, потраченная казна. Преподаватель молчал, выжидающе глядя на аудиторию. Вопросы не заставили себя ждать.

— Ты бросил обозы, — поднялся плотный курсант с круглыми очками. — Как они отобьются в случае нападения?

Отвечающий развернулся к нему, указка описала в воздухе полукруг.

— Я отправил передовые дозоры по пять человек в разные стороны. Они успеют предупредить обозы об атаке и подадут сигнал тревоги. Основные силы успеют вернуться.

— Твой передовой отряд будет маршировать два дня, — вмешался другой голос из глубины класса. — В сражение они вступят уставшими и не боеспособными.

— В отряде есть десятники с огненными зельями. — Парень говорил с надменной усмешкой. — Когда на поле боя запылают первые ряды врага, остальные побегут. Усталость не помеха, когда враг в панике.

С задней парты поднялся ещё один курсант — худощавый, с дерзкой улыбкой на лице.

— Идея хороша, но это дорого. Двадцать зелий — это сорок серебра за одну победу. Если такие нападения станут регулярными, казна просто треснет по швам.

Отвечающий зыркнул на оппонента, сжав указку так, что костяшки побелели. Но тот лишь улыбнулся в ответ. Преподаватель, убедившись, что вопросы иссякли, медленно поднялся из-за стола. Тишина стала абсолютной.

— На самом деле, — начал он, обводя взглядом аудиторию, — решение хорошее. Если применять его своевременно. — Он сделал паузу. — Когда враг угрожает передовым деревням, такие манёвры оправданы. Но в обычной ситуации разделять силы не стоит.

— Но наставник, — не унимался отвечающий, — в армии ведь будут пространственные кольца! Почему мы не можем рассчитывать на них?

— Будут, — кивнул преподаватель. — Но пока их нет. А вы, как будущие военные, обязаны использовать то, что имеете здесь и сейчас.

— Но у «Розящих» уже есть кольца, — вмешался кто-то с места.

Преподаватель усмехнулся, поправив очки.

— А разве отряды баронов Леонарда Везера и Оскара Гольца — это армия?

— Нет, но ведь по их образцу сейчас будут формировать новые отряды, — не сдавался курсант.

— Вот когда сформируют — тогда и поговорим об этом, — отрезал преподаватель. — А пока садитесь.

Парень, скрипнув зубами, опустился на скамью.

Лирин толкнула меня локтем в бок. Глаза её хитро блестели.

— Разве это не напоминает тебе нашу академию?

— Ничуть, — я кивнул на аудиторию. — Присмотрись, как они одеты.

Лирин оглядела класс. Курсанты сидели ровными рядами, одинаковые, как солдатики: тёмно-синие пиджаки, белоснежные рубашки, строгие брюки, чёрные ботинки. Единственное различие — причёски. У кого-то волосы зализаны назад, у кого-то аккуратный пробор, у одного даже смешной хохолок торчал на макушке.

— А почему здесь нет девушек? — вдруг спросила Лирин.

— Потому что это военное отделение, — пояснил я. — Сюда отбирают только парней. Девушки учатся другим специальностям.

— Например?

— Обслуживание города, логистика, обустройство территорий. — я начал загибать пальцы. — Много разных задач.

Лирин покачала головой и вздохнула:

— Мне уже жалко аристократов, которые попадут в наш город.

— Зря, — я улыбнулся. — Я подготовил целый список того, чем они смогут заниматься. И эти самые девушки будут контролировать все производства.

Она посмотрела на меня с прищуром, но в глазах плясали смешинки.

— Это всё, что ты хотел здесь увидеть?

Я кивнул, бросив последний взгляд на карту с разноцветными флажками. В аудитории уже начинался новый разбор — другой курсант выходил к доске, чтобы предложить своё решение той же баталии. Преподаватель, что то помечал в блокноте.

— Да, — сказал я, беря Лирин под руку. — Пойдём. Сегодня я доволен увиденным, к тому же нам еще нужно подготовится к вечеру.

Мы с Лирин встречали гостей в приёмной комнате, когда дверь распахнулась, пропуская группу Сэма. Со стороны могло показаться, что они просто идут под руку с девушками, но я сразу заметил, как центры тяжести Сэма и Томаса буквально обрушиваются на своих спутниц. Костюмы висели на них, как на вешалках — плечи обвисли, пиджаки топорщились там, где раньше сидели идеально. Впалые щёки, тёмные круги под глазами, землистый цвет лица.

Эти полгода дались им тяжело. Очень тяжело.

Но я знал цифры. Отчёты, которые мне предоставили, говорили сами за себя: объёмы производства зелий выросли в десятки раз, прибыль улетела в стратосферу. Цена была высока, но и отдача соответствующая.

Мы обменялись приветствиями. Сэм, пытаясь улыбнуться, скривился так, будто у него всё лицо болит. Томас молча кивнул и сразу же рухнул в кресло, едва не промахнувшись мимо сиденья. Девушки из их группы — Юта и Лора — выглядели ненамного лучше, но держались бодрее.

— Располагайтесь, — Лирин указала на диваны. — Сейчас подойдут остальные.

Почти сразу дверь снова открылась, и вошло семейство Росарио в полном составе. Впереди шествовал Викт — глава клана лекарей, невозмутимый, как скала. За ним — его супруга, Эмиля, и дочь Ингрид. А рядом с Ингрид гордо вышагивал Филипп.

Он двигался твёрдо, даже торжественно, старательно копируя осанку своего будущего тестя. Но всё портила улыбка. Та самая улыбка, которая бывает у кота, которого не просто не выгнали из мясной лавки, а ещё и признали хозяйским любимцем.

Я переглянулся с Лирин. Она едва заметно прикрыла рот веером.

— Ваше благородие, — Филипп подошёл ко мне, протягивая руку. — Рад видеть вас в добром здравии.

— Взаимно, — я пожал его ладонь. — Как поставки?

Улыбка стала ещё шире.

— Без проблем. — Он понизил голос до заговорщического шёпота: — Спасибо за те мечи. Уже скоро мне будет что предоставить твоему отряду. И возможно, они даже превзойдут оригинал.

Я подался вперёд, заинтересованно прищурившись:

— Как скоро?

— К весне надеюсь найти золотую середину. — Филипп поправил воротник. — Так что ждать осталось недолго.

Сзади деликатно кашлянул Викт Росарио. Филипп мгновенно выпрямился, улыбка сползла до приемлемого уровня, и он чинно последовал с Эмилией к подготовленным местам.

— Ему предстоит научиться держать лицо у тестя, — шепнула Лирин.

— Или хотя бы не светиться так, будто он важнее всех, — добавил я.

К нам подошли Викт Росарио с супругой. Мы с Лирин поклонились в приветствии.

— Ваше благородие, вы стали выглядеть лучше с нашей последней встречи, — удовлетворённо кивнул Викт.

— Не знаю, что бы я делал без вашего лечения, — я ответил благодарным кивком.

Викт хмыкнул и отправился за прислугой, чтобы занять своё место. Мы последовали за ним.

Усевшись во главе стола, я сразу поднял бокал:

— Рад, что вы нашли время прибыть в моё скромное поместье.

Викт Росарио хмыкнул, но бокал поднял.

— За наше светлое будущее!

Раздались радостные крики, послышался звон бокалов. Мы приступили к первым блюдам, и сразу проявилась разница в воспитании. Хотя, возможно, дело было в том, что группа Сэма полгода провела не в городе, а на полях.

Мясные котлеты с картофелем были буквально сметены. Следующей жертвой пала тарелка с жареными куриными ножками. Мне оставалось только кивнуть прислуге, чтобы принесли ещё несколько блюд — гости не должны испытывать недостатка в еде. Когда первый голод отступил, беседы за столом оживились.

— Сэм, когда планируете расширение? — спросил я, отпивая вино. — Теперь с финансами всё будет хорошо.

Он отложил вилку, промокнул губы салфеткой:

— Вернёмся в столицу, купим свой особняк. Объявим на приёме, что готовы расширить группу.

— Это правильный ход, — поддержала Лирин. — Сразу сможете показать, что ваши условия ничуть не хуже, чем у клановых.

— А я готов к вашим заказам, если таковые появятся, — вклинился Филипп, сияя улыбкой.

— Первый комплект по себестоимости? — моментально среагировал Сэм.

Филипп только улыбнулся и кивнул. Глаза Сэма сверкнули, он с удовольствием потёр руки, видимо, уже представляя себя блистающим на собственном приёме. Мне оставалось лишь горько улыбнуться — он пока не представлял, сколько на самом деле будет стоить его задумка. Но этот болезненный опыт ему тоже необходим.

Я повернулся к Викту:

— Ваша светлость… — начал я, но он меня перебил:

— Можно по имени, мы давно сотрудничаем.

— Викт, вы надолго в Эраме?

Его лицо на секунду скривилось.

— Совсем нет. Мне поручили проконтролировать поставки новых зелий.

Я удивлённо приподнял бровь.

— Моя жена довольно сильный маг природы, — пояснил Викт, проследив за моим взглядом.

Получив подтверждающий кивок от Эмилии, я сложил картину целиком.

— Теперь понятно, — я поднял бокал. — Тогда давайте выпьем за прекрасно проделанную работу.

***

— Итак, мы должны придумать план, как защитить Люция от этой тетки!

Молния решительно хлопнула ладонями по столу, отчего деревянные кубики подпрыгнули и с грохотом рассыпались. Она быстро сгребла их в кучу и принялась расставлять, имитируя улицу.

— Смотрите, это наши здания. — Она придвинула несколько кубиков поближе. — Когда они придут к нам в группу, мы сразу же должны их разделить.

Между кубиками она поставила деревянного волка и курицу. Волк угрожающе скалился, курица глупо таращилась.

— Этим займутся Ганс и Грег. — Молния ткнула пальцем в сторону парней.

Вокруг курицы тут же появились фигурки бобра и льва.

— Вы должны показать ей, как вы проходите полосу препятствий. В идеале вообще заставить её проходить вместе с вами. — Молния постучала пальцем по столу. — Вопросы?

Ганс уставился на фигурки. Его брови поползли вверх.

— А почему я бобёр, а он лев?!

— Да с чего ты взял, что ты бобёр? — нахмурилась Молния.

— Так это получается я бобёр! — Ганс ткнул пальцем в собственную грудь, потом в фигурку.

— А я лев! — Грег моментально выхватил льва из-под носа противника.

— А ну отдай!

— Нет, это мое!

Они сцепились, перетягивая фигурку туда-сюда. Лев жалобно скрипел, рискуя потерять лапы. Молния прикрыла лицо руками, но шум только нарастал. Тогда она решительно шагнула вперёд и со всей силы приложила обоих по макушкам.

— Тук! Тук!

Парни замерли, потирая ушибленные места.

— Так, слушать меня! — Молния упёрла руки в бока. — Я просто взяла то, что было под рукой! Понятно?!

Ганс и Грег надули щёки, исподлобья глядя на неё. Было видно, что они считают наказание несправедливым. Молния закатила глаза и нырнула под стол, где стояла коробка с игрушками. Оттуда донеслось сосредоточенное сопение и звон падающих игрушек.

— Ага! — Она вынырнула обратно, сжимая в руке полосатого тигра. — Вот!

Фигурка бобра была немедленно заменена на тигра. Молния отступила на шаг, любуясь результатом. Парни переглянулись, потом уставились на тигра, потом снова друг на друга. Их лица медленно расплылись в довольных улыбках.

— Так, — продолжила Молния, переставляя фигурки. — Пока вы будете её отвлекать...

Она сдвинула в сторону курицу, льва и тигра, освобождая место в центре.

— ...я буду рядом с Люцием.

На стол опустилась изящная статуэтка пантеры. Она замерла рядом с волком, готовая к прыжку.

Ганс скрестил руки на груди.

— Так нечестно! Ты сразу себе пантеру взяла, а нам бобра подсунула!

— Да, нечестно!

— Я же поменяла бобра на тигра! — Молния топнула ногой. — В чём проблема?!

— Я всегда хочу быть львом, — насупился Ганс.

— А я тигром! — Грег демонстративно задрал нос.

Молния замерла, глядя на них. Потом медленно выдохнула, сжала кулаки.

— Держите! — она подвинула их парням. — Лев и тигр ваши. Но пантера будет моей. Договорились?

Парни переглянулись. Ганс взял льва, повертел в руках и довольно кивнул. Грег схватил тигра и прижал к груди. Потом они одновременно посмотрели на Молнию и кивнули.

— Договорились.

Молния облегчённо выдохнула. План был утверждён.

Глава 20

Утро в Эраме начиналось с запаха сдобы. Пекарни уже отправили в город первые партии хлеба. Теперь по улицам сновали мальчишки и девчонки с корзинами, разнося свежий хлеб по заказчикам. У ворот поместья Вилд тоже толпился народ — только вместо корзин у них были щиты и учебные мечи. Курсанты строились на утреннюю тренировку, проверяя свое снаряжение. Младшие группы глазели на них, с восторгом обсуждая увиденное.

— Смотри, у капитана новый щит, — прокричал Ганс, вытащив руку за ограду.

Десятки разноцветных помпонов устремили свои взгляды, на владельца нового снаряжения, которое еще не получило своих первых повреждений. Парень видя внимание к себе стал в более героическую позу поправляя свой учебный меч.

— Ага, — отозвался Грег, поправляя свою синюю шапку. — Я тоже буду с новым щитом ходить.

Они вышли на прогулку быстрее всех, специально чтобы занять место поближе к воротам. Но они не забыли о задании, и поглядывали на вход в поместье: когда цель появится, они с двух сторон берут её в клещи и уводят. Остальные создают шум и мешаются под ногами, чтобы взрослые ничего не заподозрили.

— Идут! — выдохнул кто-то сзади.

Двери распахнулись, и Люций появился вместе с той самой теткой. Молния, притаившаяся за спинами, быстро поправила оранжевую шапку и подала знак, операция началась.

Ганс шагнул вперёд, ловко просочился между чужих локтей и ухватил тётку за руку. Грег с другой стороны сделал то же самое. Десяток ребятишек, будто случайно, окружили их плотным кольцом.

— А у нас там полоса препятствий! — затараторил Ганс, сияя улыбкой. — Я быстрее всех прохожу! Пойдёмте покажу!

— Неправда! — возмутился Грег, дёргая тётку за другую руку. — Я быстрее!

— Нет я!

— А вот и нет!

И они поволокли её прочь, увлекая за собой всю галдящую ораву. Часть плана сработала идеально. Ее задача сейчас не попасться на глаза окружающим. Она заняла позицию в игрушечном домике и ждала когда основная масса детей с воспитателями пройдет дальше. Убедившись что осталась незамеченной она устремилась к объекту. Люций подхватил её на руки, даже не удивившись.

— Люций, я научилась считать! — выпалила Молния, гордо задрав нос.

— Всего за один день? — он улыбнулся.

— Да! Так что теперь ты можешь брать меня к себе на работу.

— Хорошо, давай проверим. — Люций сделал вид, что задумался. — Сколько будет два плюс два?

Молния замерла. Такого в плане не было. Она стянула варежки зубами, освобождая красные от холода пальцы и принялась судорожно загибать их: раз, два... Потом подняла глаза на Люция — и неуверенно показала два растопыренных пальца.

— Уверена? — его улыбка стала шире.

Молния лихорадочно осмотрелась в поисках подсказки. Ганс с Грегом уже скрылись за углом вместе с тёткой, остальные дети тоже скрылись на площадке. Она выбросила вперёд сначала пять пальцев, потом добавила ещё один, надеясь, что этого хватит.

— Слишком много. — Покачал он головой.

— Ладно, не знаю, — сдалась она и, чтобы сменить тему, ткнула пальцем в тётку, которая была с остальными. — А чего она тут делает?

— Помогает мне с делами, — Люций проследил за её взглядом. — Кстати, считает она тоже хорошо.

— Так она на тебя работает? — брови Молнии поползли вверх.

— Ага. Все, кто на меня работают, умеют хорошо считать.

— Она же старая, — выпалила Молния последний довод.

— Маги старыми не бывают. — Последовал легкий тычок в лоб.

— Кто это тут старая? — Из-за спины Люция вдруг раздался голос Лирин. Улыбка у неё была такая ласковая, что Молния сразу вспомнила сказку про кошку, которая играла с мышкой перед тем, как съесть.

Молния медленно осмотрелась проверяя где ее подручные, зеленая и синяя шапка быстро попались ей на глаза. Они стояли. И на их щеках, измазанных шоколадом, не читалось ни капли раскаяния. Молния все поняла, она еще больше побледнела понимая что план был полностью провален.

Лирин тем временем уже приблизилась поближе, всё так же ласково улыбаясь.

— Люций, — сказала Лирин, не сводя с неё глаз, — а ты покажешь мне игрушки, которыми тут играют дети? Очень хочу поглядеть на птичек.

Голова Молнии медленно запрокинулась назад. Прямо над ней плыли белые облака — совершенно равнодушные к ее горю.

***

Во дворе стоял привычный подготовительный хаос. Грузчики таскали тяжёлые ящики с провизией, покрикивая друг на друга, равномерно распределяя ее между повозками. Возница деловито проверял упряжь, то и дело дёргая ремни и успокаивая тяжеловоза. Наемники строились у телег, проверяли снаряжение, перекидывались короткими фразами.

Мы с Лирин стояли чуть поодаль, наблюдая за этой суетой. Ее красное пальто несмотря на ветер даже не колыхалось, в отличии от моего нового плаща.

— Не ожидал от тебя подобного коварства, — сказал я, покосившись на неё.

— Ты о тех двух мальчуганах? — Лирин рассмеялась, запрокинув голову. — это было намного проще чем ты думаешь.

— Придётся теперь добавлять в программу, что брать от незнакомых девушек вкусняшки — это плохо.

— А там не будет изменений в программе для девочек? — она приподняла бровь.

— Нет, тут я всем доволен. — Я усмехнулся. — Разработали операцию, провели как смогли. Исполнение подкачало, но они в том возрасте, когда можно ошибаться.

— Но теперь она осталась без подчинённых.

— Максимум на один день, — я покачал головой. — Ну, может, на два.

Лирин рассмеялась, глядя в сторону моего поместья, похоже эта шпионская игра ей понравилась. Я еще раз окинул ее оценивающим взглядом и сразу же поймал такой же в свою сторону.

— Честно говоря, мне даже не хочется уезжать отсюда, — сказала она.

Я взял её за руку, сжал пальцы.

— У нас много дел. Надо подготовиться к возведению нашего замка.

— Ты ведь понимаешь, что его просто отдадут другому клану?

— Я не против. — Пожал плечами. — Эти земли меня всё равно не интересуют. Тратим мы только время, а так мы даже можем обеспечить большую безопасность простым людям.

Лирин тяжело вздохнула, отпустила мою руку и направилась к карете. У самой дверцы обернулась, бросила взгляд на суетящийся двор. Обратная дорога с караваном будет долгой и утомительной. Это она знала, но изменить была не в силах. Мне оставалось только последовать за ней.

— Трогаемся! — заорал возница, и караван пришёл в движение.

Я помог Лирин забраться в карету, сам сел напротив. Дверца хлопнула, отрезая нас от утреннего холода. За окном поплыли стены Эрама, потом редкие домики предместий, потом бесконечные заснеженные поля. Лирин молчала, глядя в одну точку. Мне тоже было о чем подумать и первый мой интерес касался постройки колизея. Караван растянулся по тракту, под мерный скрип телег.

***

— Это наша следующая цель.

— Фу. — Элла скривилась так, будто надкусила лимон. — Ты его видел вообще?

Финли провёл ладонью по лицу, будто смывая неприятное воспоминание.

— Видел. Но ты пойми: мы не в том положении, чтобы выбирать. — Он постучал пальцем по записям, развешанным на стене. — Именно потому, что он так выглядит, его никто не берёт. А нам нужны люди.

— Но он же… .

— Твои предложения?

— Давай я лучше поговорю с кем-нибудь из девчонок. — Элла оживилась, подалась вперёд. — Уверена, кто-нибудь согласится.

— Ты уже говорила с подружками. — Финли посмотрел на неё в упор. — Напомнить, чем всё закончилось?

Элла сжала кулаки, отвернулась. Скулы заходили желваками.

— Слушай, — Финли вздохнул, — старшие рассказывали, как это работает. Сначала мы объединяемся, потому что вынуждены. А когда все увидят, что мы команда — сами захотят присоединиться, понимаешь?

— Ладно, — буркнула Элла, не поворачиваясь. — Где его искать?

Финли только рукой махнул в сторону выхода.

Дорога к полигону тянулась через рыночную площадь. Из распахнутых дверей таверны валил пар, пахло жареным мясом и свежим хлебом. У Эллы громко заурчало в животе. Она закусила губу и прибавила шагу. Финли сглотнул, но даже не замедлился — только наклонил голову, будто это могло помочь. Оберон на его плече воинственно распушился, но пискнул как-то жалобно.

На полигоне было тихо. Только изредка из-за стен доносились визги и лязг. Финли и Элла подошли к смотровой площадке. Внизу, на песке, парень в простых доспехах планомерно разделывался с десятком гоблинов. Одноручный меч свистел, описывая дуги, и каждый взмах оставлял на песке очередное тело.

Финли тяжело вздохнул и направился к выходу из боевой зоны. Ворота лязгнули, выпуская парня. Он стянул шлем — и Финли невольно дёрнулся. Глаза. Полностью красные, без белков, без зрачков. Две кровавые дыры, создавалось впечатление, что из них идет кровавый свет.

Оберон воинственно пискнул на плече, распуская крылья и больно цапнул за ухо напарника.

— Привет. — Финли протянул руку, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Меня зовут Финли.

Парень посмотрел на протянутую ладонь, потом на Финли. Красные глаза не выражали ничего.

— Я знаю, кто ты. — Голос прозвучал спокойно. — Слышал, как про тебя говорили.

Финли внутренне сжался, убирая руку. Но старался смотреть с достоинством.

— Хорошо. Это многое упрощает. — Он выдохнул. — Адвик, я хочу, чтобы ты присоединился к моей команде. Как и старшие, планирую обеспечить замком или поместьем на выбор. Без налогов.

Адвик усмехнулся — одними уголками губ.

— Команда — это ты и птах? — Он кивнул на Оберона.

— Ещё Элла. Так что ты не первый кто получает подобное предложение.

— То есть вас целых двое.

Оберон грозно захлопал крыльями, пискнул так громко насколько это было возможно.

— Хорошо, — Адвик пожал плечами. — Но главным буду я.

— Исключено. — Финли мотнул головой. — Главный — я. У меня связи со старшими, и Элла уже признала моё старшинство.

Адвик оглядел его с ног до головы. Финли напрягся но не отступал.

— Вас двое, нас двое. — Он усмехнулся уже шире. — Предлагаю пари. Выходим по очереди на полигон. Каждый заход — на пять гоблинов больше. Кто не справится — тот и подчиняется.

Оберон сжал коготки на плече Финли и ухнул так воинственно, как только может ухать пушистый комок.

— Идёт. — Финли сглотнул.

Через полчаса он стоял перед воротами в броне, которая была точь-в-точь как у Адвика. Та же, только чуть свободнее. Металл холодил плечи, ремни давили.

Ворота поползли вверх.

Финли шагнул вперед, и в голове лихорадочно заметались обрывки его тренировок. Щит вперёд. Меч вниз, ждать. Шаг. Удар.

За спиной лязгнуло — ворота закрылись.

Визг. Пятеро гоблинов выбежали из-за барьера, размахивая кривыми клинками. Финли ждал. Смотрел, как приближается первый — зелёная рожа, щербатый рот, бешеные глаза.

Сейчас.

Шаг вперёд — щит врезался в грудь гоблина, сбивая с ног. Короткий тычок мечом, и тот затих. Два удара обрушились на щит. Глухо, тяжело. Финли шагнул снова, вбивая щит в следующего, ткнул мечом — ещё один упал.

Краем глаза заметил движение справа. Гоблин заходил за спину.

Над ним возник Оберон — вцепился когтями в башку противника, заверещал так, что у самого Финли уши заложило. Гоблин заорал, замахал руками, пытаясь сбросить сову.

Финли не стал ждать. Ещё шаг, ещё удар. Оставшиеся двое дёрнулись назад, но он настиг их, вогнал меч в одного, развернулся, принимая на щит удар последнего.

Оберон снова оказался на плече — Финли даже не понял, когда. Он добил последнего гоблина, и в наступившей тишине услышал только собственное хриплое дыхание.

Ворота открылись.

Адвик стоял у входа, сложив руки на груди. Красные глаза смотрели уже не так равнодушно.

— Похоже, ты кое-что умеешь.

Финли вытер пот со лба, попытался улыбнуться. Но получилось слишком вымученно.

— Это что, — выдохнул он. — Я одного сумкой с учебниками забил.

***

Когда за окнами кареты поднялся шум, мы с Лирин переглянулись — и через секунду уже вылетели наружу. Она подхватила меня гравитацией, взмыла вверх, и открывшаяся картина заставила челюсть сжаться.

Донжон пылал. Огненные шары с визгом врезались в каменные стены, вышибая осколки, которые градом сыпались вниз. С башен в ответ летели стрелы — от немногочисленных защитников. На верхней площадке дежурный маг раз за разом посылал световые лучи в самую гущу атакующих.

Но главная проблема оказалась ближе. Часть гоблинов заметила нас. От основной орды отделилась зеленая волна, перестраиваясь на ходу и устремляясь к каравану.

Внизу уже кипела работа. Возницы орали, разворачивая повозки, ставили их в круг. Лошадей заводили внутрь, те били копытами, фыркая чуя скорое сражение. Наёмники, не дожидаясь команд, выстраивались в линию, выставив копья. Лица у всех были сосредоточенные — отступать некуда.

— Лирин! — крикнул я, падая вниз. — Хватай повозки с зельями и тащи в крепость. Шаманы — на мне.

Она кивнула и рванула к телегам. Я приземлился перед строем наёмников, перехватил меч поудобнее.

— Стоим и держимся, парни! — гаркнул я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Эти зелёные жопы ничего нам не сделают. Как только её светлость заберёт все повозки — она и нас подхватит.

— Я высоты боюсь! — выкрикнул кто-то из заднего ряда.

— Значит, заберём всех, кроме тебя, — отозвался я. — Пойдешь пешком через центральные ворота.

Строй грохнул смехом, застучали копья по щитам. Я развернулся и рванул вперёд, высматривая шаманов.

Меч в руке привычно завибрировал, наливаясь силой. Первая волна гоблинов неслась прямо на меня, радостно вереща. Но шаманов среди них не было. Я прыгнул, перелетая через их головы, — с этими разберутся наёмники.

Некоторые гоблины остановились, задрав морды, провожая меня недоумёнными взглядами. Сзади на них налетели свои же, сбивая с ног и затаптывая.

Мой путь лежал дальше — к тем, кто мог достать Лирин, пока она таскает повозки. Она пока не умела одновременно держать защиту и переносить тяжести.

Очередной прыжок — и прямо передо мной из толпы взмыла зелёная тварь с кривым ножиком. Троль очень точно метнул собрата. Я крутанулся в воздухе, выбросил ногу вперед, стараясь не растерять инерцию. Удар пришёлся вскользь, но летун кувыркнулся и рухнул вниз, ломая шею.

Приземляясь, я вогнал в землю кинетику. Ударная волна рванула во все стороны, опрокидывая ближайших гоблинов. Хруст и треск был отчетливо слышен — этот удар мог пережить далеко не каждый.

С башни ударили световые лучи, в ответ на огненный шар от шамана. Я рванул туда, предвкушая сражение. Тролли преградили путь в ярости бросившись на меня, размахивая своими дубинами. Пришлось выпустить щиты, увеличиваясь в размерах.

Первые шаманы оказались в десятке метров. Они уже поняли, что я иду по их души, но отвлечься не могли — маг надежно сковал их боем. Рывок, и голова тролля, заслонявшего их, слетела с плеч. Тяжёлая туша полетела в толпу, сминая гоблинов.

Шаманы выставили защитные экраны, засверкали разноцветными куполами. Я ворвался в их строй, меч прорвал их барьеры, и засвистел от скорости, описывая дуги. Первый огненный упал, второй, третий.

Снова из башни ударили световые лучи, указывая новую цель. Краем глаза я заметил, как вторая партия повозок оторвалась от земли и поплыла за стены крепости. Лирин справлялась.

Я пробивал просеку в рядах, но орда не кончалась. Следующая группа шаманов встретила меня шквальным обстрелом огненных шаров и молний. Пришлось хватать ближайших гоблинов и использовать их как живые щиты — они сгорали после первого же попадания, но давали мне возможность сблизится, метр за метром.

Вдруг ноги провалились в землю. Я выругался, ударил кинетикой в землю — комья грязи и пыли взметнулись в воздух, ослепляя всех вокруг. Включил эхолокацию: мир стал серым, наполнился контурами. Шаманы метались, не понимая, куда я делся.

Я отслеживал все вокруг, стараясь понять где этот опасный противник. Меч находил цели, но сам я всё глубже увязал в разрыхленной земле. Каменный шаман где-то рядом — это он устраивал мне ловушки.

Наконец я засёк его. Прямо у стены крепости, вжавшись в камень, он готовил очередное заклинание. Я метнул меч со всей силы — полуторник вошёл ему точно в грудь, пригвоздив к стене, как бабочку.

И в этот миг гоблины словно обезумели. Дикий рёв прокатился над полем боя, и вся орда, забыв про стены, развернулась и хлынула к наёмникам. Те и так держались без магической поддержки. Я активировал грань усиливающую голос и рёв перекрыл даже грохот битвы:

— ЛИРИН, ЗАБИРАЙ ЛЮДЕЙ!

Она уже летела к повозкам. Гравитация подхватила двух караванщиков, застывших у телег с оружием — они даже не поняли, что произошло, только заорали, когда их оторвало от земли.

Она работала быстро. Хватала всех, кто попадался под руку: конюхов, помощников, возниц. Люди один за другим взмывали в воздух и замирали в ее сфере. Некоторые визжали, кто-то терял сознание, но большинство просто зажмуривались и терпели.

Молодой конюх — лет семнадцати, в рваном тулупе рванул к лошадям, которые бились в центре за телегами, и полоснул ножом по первой упряжи. Лошадь шарахнулась, рванула в сторону. Он рубанул по второй, по третьей, не глядя на приближающуюся орду.

Гоблины уже лезли на повозки. Я видел, как они опрокидывают ящики, рвут тюки, размахивают добычей. Конюх успел перерезать ещё две упряжи, потом его подняли в воздух. Лошади погребенные под лавиной зеленокожих жалобно ржали, но не долго.

Я стиснул зубы. Ничего не сделаешь.

Лирин тем временем уже собирала людей вокруг себя — тех, кто оказался ближе. Несколько караванщиков, двое наёмников, которых она выдернула прямо из строя. Она поднимала их группой, увозила к стенам и снова возвращалась.

Наёмники держали строй. Щит к щиту, копья вперёд. Они не бежали, не паниковали. Знали: их заберут последними, но постепенно линия превратилась в ощетинившийся сталью круг.

Я перевёл взгляд на повозки. Одна из них была набита ящиками с огненными зельями — я сам проверял груз перед выездом. Гоблины уже облепили её, как муравьи.

В руке появилось склянка из пространственного кольца. Я ждал. Гоблины бесновались, тащили ящики, дрались за тряпки. Кто-то уже открыл один из ящиков и радостно размахивал склянкой.

Минута. Две. Лирин забрала последних наемников.

Орда кипела вокруг повозок, не замечая ничего вокруг.

Бросок.

Склянка описала дугу и разбилась точно о борт.

Сначала тишина. Потом — вспышка, от которой заложило уши.

Взрыв разметал повозку в щепки. Ударная волна рванула во все стороны, опрокидывая гоблинов, швыряя троллей, перемалывая всех кто был рядом. Крики боли смешались с рёвом пламени.

Мои щиты сомкнулись идеальной сферой. Доски, осколки, бутылки барабанили по щиту, но я стоял, вжавшись в землю. Когда стихло, я опустил щиты. Вокруг дымилась воронка. Уцелевшие гоблины визжа пытались подняться. Меч снова загудел. Шаманы. Нужно добить их, пока они не пришли в себя.

***

Битва стихла так же внезапно, как началась. Последние гоблины, оставшись без шаманов и троллей, ломанулись кто куда, подвывая на бегу. Я проводил их взглядом, вытер меч о снег и побрёл к форту.

В ноздри бил запах гари и палёного мяса. Мебель, что везли для продажи, превратилась в щепки. Десяток бочек с виноградников Леонарда, сейчас благополучно впитывались в снег. А от повозки с огненными зельями осталась только дымящаяся воронка и несколько обгорелых досок.

Я сплюнул. Слишком рано мы обрадовались, что разобрались с тем племенем. Чертовы твари не хотят угомониться.

Подошёл к стене, кинетика запустила меня как пушечное ядро. Щиты спокойно выдержали нагрузку и я с легкостью оказался на стене. А после приземлился во внутренний двор.

Внутри царил праздник. Кто-то обнимался, кто-то просто валился на скамьи, пытаясь отдышаться. Наёмники, заметив меня, вставали и стучали кулаками по нагрудникам — отдавая честь. Я кивал в ответ, пробираясь к донжону.

У стены, прижимая ладони к ушам, сидел конюх. Глаза у него были пустые — видно, до сих пор слышал, как ржут лошади которых он не успел освободить. Похоже среди них был его конь которому просто не повезло в этом сражении. Я остановил одного из наемников.

— Присмотри. — Коротко кивнув в сторону парня.

Наемник кивнул и отправился к конюху.

Из донжона вышел маг. Белый плащ которые носили городские стражники, сейчас висел чёрными лохмотьями, в дырах и подпалинах. Он увидел меня, распахнул руки и рванул навстречу.

— Ваша светлость! Ваше благородие! — Схватил мою руку, затряс, будто хотел оторвать. — Даже не знаю, что бы мы делали, если б не вы!

— Как вас зовут, — напомнил я про этикет, высвобождая ладонь.

Он замер, хлопнул себя по лбу.

— Ох, простите! Барон Брайан Грот, временный констебль этой… этого донжона. — Он обвёл рукой стены.

— Барон Брайан, вы же должны были отправить весть о нападении.

Маг потупился, будто нашкодивший мальчишка.

— Отправили. — Голос стал тише. — Но теперь не уверен, что гонцы доедут. Разведка обещала не больше тысячи, а тут… — он развёл руками, — сами видели.

— Теперь понятно, почему вы отбивались такими скромными силами.

Брайан окинул взглядом оставшиеся повозки, пересчитал их, вздохнул.

— Вы не полетите в столицу сегодня? — спросил он с надеждой.

— Груз с зельями надо довести. — Я кивнул на уцелевшие телеги. — Одну мы уже потеряли. Но оставшиеся нужно доставить.

Он понимающе кивнул.

— Моим людям нужно отдохнуть.

— Конечно-конечно! — засуетился Брайан. — Эй, Крю! — крикнул он в сторону ворот.

Подбежал парень в нагруднике, на котором ржавчины было больше, чем стали. Поклонился, едва не стукнувшись лбом о мою руку.

— Людей размести, — приказал Брайан. — Чтоб в тепле были, понял?

Крю кивнул и убежал распоряжаться.

— Прошу за мной, — маг указал на донжон. — Я покажу где вы можете отдохнуть.

Лирин тронула меня за рукав. В глазах — вопрос.

— Мы точно не полетим сегодня? — тихо спросила она.

Я покачал головой:

— Нет смысла. Как стемнеет, всё равно зажгут костер — сообщат, что нападение отбили. Наше появление ничего не изменит. А завтра с утра выедем. Думаю у совета будет много работы.

Лирин кивнула, сжала мою руку и шагнула следом за мной.

Глава 21

Караван медленно шел по разбитой дороге, боевые кони всю дорогу возмущенно фыркали, косясь на возниц. Эти жеребцы привыкли срываться в галоп по первому щелчку, а теперь плелись в упряжке, и их это бесило. Возницы сидели как на иголках — чуть дёрнешь повод, и конь взвивается на дыбы, забывая про тяжесть повозки.

От нашей кареты ничего не осталось, так что теперь мы с Лирин парили над головами наёмников, высматривая опасность. Ветер трепал волосы, плащ хлопал за спиной. Наемники двигались в пешем строю осматривая все вокруг, все понимали пока мы не за стенами города, мы в опасности.

Дорога была истоптана множеством мелких следов — тысячи гоблинов прошли здесь не больше суток назад. Значит, та орда упёрлась в донжон, а мы влезли в самую мясорубку. Обидно, но это тот момент, когда мы оказались не в то время, не в том месте.

Один из наёмников вдруг сорвался с места, побежал к обочине. Я поморщился — там, в снегу, валялись обрывки сёдел и тёмные пятна. Посыльные действительно не доехали.

К вечеру показались белые стены Орфена. Город жил своей обычной жизнью — над крышами вился дым, у ворот толпились крестьяне. Стражники лениво посматривали на горизонт. Нас никто не встречал. Ни одного разъезда. Значит, о нападении здесь даже не слышали.

В голову полезли нехорошие мысли. Крепость Падших Ветров теперь принадлежит клану Вейгель, а у них всего пяток магов. Маги природы, много они навоюют. Если гоблины попрут туда так же, как на донжон…

— Надо отправить Аспид, — сказал я Лирин. — Пусть проверит, как они там.

Она кивнула, но ничего не ответила.

Стражники на воротах забеспокоились, только когда разглядели боевых коней. Те и так за время пути озверели, а теперь ещё и норовили цапнуть всякого, кто подходил. Десятник засуетился, приказал пропускать всех в город и готовиться к возможной атаке. Несколько новобранцев сразу рванули в сторону совета.

— Останемся здесь? — спросила Лирин.

— Думаю, да. Скоро кто-нибудь придет из ответственных, лучше рассказать все сейчас.

Я повернулся к десятнику:

— Тит, отправь кого-нибудь ко мне в поместье. Пусть Аспид срочно летит к крепости Падших Ветров проверит обстановку.

Тит кивнул, махнул рукой одному из новобранцев. Тот, чуть не споткнувшись, рванул выполнять приказ. Лирин удивленно приподняла бровь.

— Что, — я смахнул снег с плаща. — Старый знакомый.

Вспышка осветила всю улицу — глава стражи материализовался прямо у ворот. Теперь уже моя бровь поползла вверх. Найтхел. Собственной персоной.

Ну всё, промелькнуло в голове, теперь точно будет какая-то жопа.

Мы с Лирин переглянулись и поклонились.

— Ваша светлость.

— Оставим это. — Он поднял руку. — Докладывай.

Я коротко обрисовал ситуацию: донжон, осада, три тысячи гоблинов, шаманы, взрыв повозки.

У Найтхела на виске запульсировала вена. Кулаки сжались, но голос остался ровным:

— Не в курсе, почему они не отправили запрос о помощи?

— Они ждали нападения с другой стороны. — Я покачал головой. — По всей видимости орда разделилась и всадники нарвались на засаду. Мы перебили шаманов и троллей, но часть гоблинов рассеялась по лесу. Добить не успели.

В небе со свистом пронеслась Аспид — даже нас обдало ветром. Она скрылась за крышами, взяв курс на крепость.

— Ты думаешь… — начал Найтхел.

— Боюсь, мы рано отпустили аристократов. — Я посмотрел вслед Аспид. — Если гоблины попрут на замок Падших Ветров…

Найтхел резко повернулся к десятнику:

— Караваны из Иштры должны прибыть сегодня?

— Никак нет, ваша светлость. — Десятник вытянулся. — И разъезды ничего не заметили сегодня.

— Ваше благородие, благодарю вас за информацию. Совет узнает о вашей помощи в отражении нападения.

Свет блеснул — и Найтхел исчез во вспышке, я поймал несколько почтительных взглядов стражников которые не так и часто видели проявление магии.

— Теперь мы можем идти домой? — Лирин проводила взглядом стражников, которые расходились по своим местам.

— Да, дождемся Аспид в поместье.

Она подхватила меня гравитацией, и мы взмыли над крышами. Я оглянулся на купол вдалеке — там сейчас должны работать магессы камня. Хорошо бы успеть до весны.

В голове само собой завертелось: магесс камня дергать сейчас не хотелось. Стоит ли брать Викту... пожалуй, стоит. Теперь она может постоять за себя, да и лишней не будет. Пусть держится подальше от боев.

Показалась крыша нашего поместья. Луа заметила нас сразу — заметалась по двору, подпрыгивая и смешно взбрыкивая передними лапами. Лирин опустила нас на землю и не удержавшись, принялась чесать волчицу за ухом. Та довольно жмурилась, получая свою порцию ласки.

Дверь распахнулась, и на пороге появились Леона с Энтони. Мы направились в поместье и нас сразу окружили. Служанки подбежали, засуетились, принимая верхнюю одежду. Я стянул плащ, повертел в руках — и поморщился. Трети не хватало. Край висел рваными лоскутами, похоже кто то из гоблинов зацепил в бою.

— Совсем новый был, — заметил Рени, выглядывая из-за плеча.

— Не повезло.

Я вздохнул и шагнул в холл, где уже собиралась вся команда. Все смотрели ожидая новостей из Эрама.

— Коротко, — начал я, — на обратном пути нарвались на гоблинов. Донжон еле отбился. Найтхел в курсе, Аспид улетела проверять Падшие Ветра.

В холле повисла тишина.

— Если там тоже что-то намечается, — продолжил я, — мы вылетаем. Готовьтесь.

Рори кивнул и сразу направился к лестнице. Викта рванула следом, на ходу что-то спрашивая. Леона с Фреей переглянулись и тоже исчезли в коридоре.

Дуглас остался стоять. На его лице появилось такое выражение, будто ему только что подарили путёвку на курорт.

— Дуглас, ты чего застыл?

— Я готов, — ответил он слишком быстро. — Прямо сейчас. Хоть в бой, хоть в разведку. Хоть к гоблинам в пасть.

Я прищурился.

— Настолько достали марионетки?

Он только развёл руками и счастливо улыбнулся. Кажется, придется сменить его на время.

***

Предчувствия не обманули. Аспид вернулась через полчаса — влетела во двор, даже не приземляясь как следует, и с ходу выкрикнула:

— Вейгели в осаде! Бой уже идёт!

Я не стал задавать лишних вопросов. Бруно, стоявший у входа, перехватил мой взгляд и рванул к совету, даже не дослушав. Мы же, не теряя времени, собрались в круг, и Лирин раскинула гравитацию, подхватывая всю команду разом.

Луа, когда её оторвало от земли, дёрнулась, но быстро поняла, что падать не собирается. Она принялась смешно перебирать лапами в воздухе, будто переплывала невидимое озеро. Викта тут же забралась ей на спину, обхватила за шею и зашептала что-то успокаивающее прямо в мохнатое ухо. Волчица прижала уши, но успокоилась, только хвост нервно подёргивался.

Мы летели над трактом. Снег на дорогах лежал ровно, без единого следа боёв. Редкие разъезды спокойно патрулировали свои участки, донжоны стояли невредимо, стража на стенах переминалась с ноги на ногу, пряча руки в рукавицах. Никто и не знал, что всего в паре часов отсюда уже льётся кровь.

Всё изменилось, когда из-за леса показались стены Падших Ветров.

Противник — тысячи две, не больше — гоблины кишели вокруг замка, будто отбивали новый муровейник. Вокруг полыхали огромные деревья, похожие на древних энтов. Кто-то из шаманов сумел поджечь их, и теперь они горели, разбрасывая искры, заставляя гоблинов кричать яростней. Пара энтов Вейгелей все еще вели сражение, уничтожая скопления противника, но силы были слишком неравны.

Рори не стал ждать.

Над ним вспыхнул десяток зелёных сфер — они пульсировали, от переполнявшей их энергии. Пиромант взмахнул рукой, и сферы сорвались вниз, врезались в самую гущу орды. Огненные всполохи взметнулись в небо, раскидывая тела, разрывая ряды противника. Гоблины взвыли от ярости, и в нашу сторону ударил шквал ответных заклинаний — огненные шары, ледяные копья, разряды молний.

Энтони вскинул руку. Оранжевый купол развернулся вокруг нас, сотканный из переливающихся шестигранников. Атаки врезались в него, выбивая куски защиты, но на месте каждого разрушенного сегмента тут же вырастали три новых, выталкивая вражескую магию прочь.

Те, кто мог сражаться в ближнем бою, сгрудились внизу, ожидая, когда нас высадят на стены. Смотря в низ заметил — там уже носились водяные конструкты, вгрызаясь в гоблинов, но держась подальше от шаманов и троллей.

Лирин пошла на снижение.

Я спрыгнул одним из первых — кинетика смягчила удар, и я врезался в толпу, разбрасывая ближайших гоблинов. Огляделся.

Стены замка заросли терновником — с шипами, они явно были ядовиты. Гоблины обходили его стороной, жались ближе к краю опасаясь царапин, новые лестницы опускались на стены и гоблины устремились новой волной. Кое-где терновник горел — шаманы старались спалить препятствие, чтобы гоблины и тролли могли пройти по новым путям.

Викту с Луной Лирин опускала аккуратно, следя, чтобы волчица не рухнула в последний момент. Леви, не дожидаясь команды, побежал в лазарет.

Пятеро гоблинов выскочили передо мной из-за груды камней, размахивая кривыми клинками. Я даже меча не вынимал — просто выбросил руку вперёд, и кинетический всплеск отправил их в полёт. Они врезались в стену башни и сползли по камням, оставляя кровавые следы.

На стенах замелькали фигуры защитников. Гвардейцы и крестьяне, заметив подмогу, закричали — радостно, с новой надеждой. Их крики подхватили другие, и скоро уже весь замок гудел, как растревоженный улей.

Сражение набирало обороты, защитников было слишком мало. Шаманы всё чаще выдавали себя вспышками магии — и всё чаще попадали под ответные атаки, отправляясь к своим богам, если такие у них вообще были.

Я рванул вдоль стены, щиты на левой руке вытянулись, превращаясь в мощную лапу. Очередная лестница с гоблинами, карабкающимися наверх, попала под удар — конструкция с визгом поехала в сторону. Гоблины посыпались вниз, разбиваясь о камни. Мы продвигались, зачищая позицию за позицией.

Мимо пробежали гвардейцы. Двое тащили третьего — молодого парня в дорогой одежде, у которого вместо лица было сплошное кровавое месиво. Огненный шар пришёлся прямо в упор. Я стиснул зубы и ускорился — там, впереди, защита сыпалась буквально на глазах.

Не успел я добежать, как в гущу врага влетело нечто.

Шестирукий стальной монстр врезался в толпу, как таран. Мелькнули лезвия — сразу шесть штук, по одному в каждой руке. Воздух наполнился свистом, и гоблины лишь в ужасе смотрели на стальной вихрь. Они просто перестало существовать. Разорванные тела разлетались в стороны, заливая камни гоблинской кровью.

Дуглас, войдя в раж, ухватился за одну из вражеских лестниц, оттолкнулся и используя её как шест, спустился со стены падая в гущу противника. В него тут же ударили разряды молний — часть брони слетела, но он даже не замедлился. Только повернул голову в сторону, откуда били, лезвия наполнились гулом и вновь засвистели убивая гоблинов.

Я поморщился и рванул дальше . Там тоже нужна была помощь.

***

Викта вцепилась в бойницу, вглядываясь в мечущиеся на стенах фигуры. Гоблины прорвались — сразу в трёх местах, но защитники уже теснили их назад, кроша противника и сбрасывая вниз лестницы. Только на дальнем участке всё шло не так хорошо.

Там не было магов. Здоровенный тролль с дубиной, перемахнул через зубцы и с размаху врезал по щитам. Двое стражников полетели со стены, строй дрогнул. Ещё удар — и защитники попятились, отдавая зеленой волне пространство на стене.

Викта огляделась. Внизу кипел бой, на неё никто не смотрел.

Она вытянула руки. Тёмное марево всколыхнулось прямо перед ней, нагревая воздух. Второе такое же пятно возникло в десятке метров над стеной, как раз за спинами нападавших.

Викта улыбнулась — одними уголками губ.

— Луа, взять!

Волчица рванула с места. Мелькнула серая тень, и зверь исчез в портале. В то же мгновение на стене, прямо из чёрной воронки, вылетела Луа, сбивая с ног ближайших гоблинов.

Она даже не приземлилась толком — вцепилась в горло троллю. Тот даже не понял, что случилось. Хруст, булькающий рык — и здоровенная туша рухнула на камни, увлекая за собой пару гоблинов.

Волчица, не останавливаясь, ударила лапой — ближайший зеленокожий полетел со стены крича от ужаса. Ещё удар, ещё. Гоблины шарахнулись в стороны, кто-то сиганул вниз. Те, кто остался, попятились, открывая путь защитникам.

В стене снова распахнулась чёрная воронка. Луа, закончив с гоблинами, одним прыжком нырнула в неё.

Стражники, только что видевшие, как огромный зверь выкосил врагов, а потом исчез, переглянулись, но медлить не стали — с криками бросились сбрасывать лестницы по которым спешили новые гоблины.

Викта отступила от портала, пропуская волчицу. Та вышла, отряхнулась, довольно оскалилась и потянулась к хозяйке мордой.

— Фу! — зашипела Викта, отмахиваясь. — Сидеть!

Луа обиженно покосилась, но послушно уселась на пол и принялась вылизывать лапу.

Викта перевела дух и снова уставилась на стену. Там, где только что хозяйничали гоблины, теперь мелькали копья защитников. Прорыв был ликвидирован.

Она улыбнулась. Её способность работала. Она могла влиять на бой, могла помогать, могла стать тем самым козырем, о котором противник даже не подозревает.

Когда придёт время — она им всем покажет.

***

Из-за маскировочного полога, сотканного из мельчайших светоотражающих элементов, открывался идеальный обзор на стены крепости. Двое в экзоскелетах, покрытых адаптивной тканью, сливающейся с корой деревьев, не отрывались от окуляров тактических биноклей. Системы слежения сами наводились на вспышки магии, фиксируя каждое заклинание.

— База, говорит Пёстрый. — голос в шлемофоне звучал приглушённо, динамики гасили лишние шумы. — ПОдтверждаю наличие новой постройки, координаты отправлены. Подтверждаю наличие магических аборигенов. Время прибытие команды поддержки зафиксировано…

Тычок сервопривода в плечо заставил его оборвать доклад и раздражённо обернуться.

— Чего тебе, Крег?

— Порталист! — выдохнул напарник, не отрываясь от бинокля. В его шлеме замигал индикатор захвата цели. — Там порталист!

— Иди ты.

Пёстрый дёрнул головой, активируя голографическую проекцию с камер Крега прямо перед глазами. На стене разгорался бой — гоблины лезли на каменные стены, но вдруг прямо в гуще схватки разверзлась чёрная воронка, из которой вылетела огромная волчица и с ходу вцепилась в тролля. Через минуту зверь исчез в такой же аномалии, будто его и не было.

— Охренеть, — присвистнул Пёстрый, отключая проекцию. — Да ты хоть понимаешь, что это значит?

Крег, чей экзоскелет тихо гудел, перераспределяя нагрузку после долгого сидения, ухмыльнулся, обнажая ряд металлических зубов:

— Мы поимеем бабки?

— Мы поимеем гребанного Брока! — Пёстрый хлопнул ладонью по нагруднику, оставив на маскировке рябь. — Черта с два я отдам ему этого порталиста. Такая корова нужна самому. — Он откинулся назад, опираясь на ствол, и прикрыл глаза, но за прозрачной пластиной шлема было видно, как лихорадочно бегают зрачки. — Надо подумать. Надо сделать всё красиво.

Внизу, у крепости, стихали последние крики битвы. А в лесу двое уже строили планы, как перехватить добычу, о которой их конкуренты могли только мечтать.

***

Я смотрел со стены, как Дуглас ворвался в строй шаманов. Лезвия его боевой формы мелькали с такой скоростью, что глаз не успевал следить — каждое касание пробивало защитный барьер, и шаман разлетался на куски. Молнии и огненные шары продолжали долбить по его броне, но выщербленные места тут же зарастали металлом, будто время поворачивало вспять.

Гоблины занервничали. Натиск на защитников ослаб, они уже не лезли с прежним остервенением — оглядывались, пятились. Оставшийся энт, огромное ожившее дерево, воспользовался этим. Его ветви обрушивались на толпу, как камнепад. А в какой-то момент он не просто раздавил десяток гоблинов, а схватил их и с размаху швырнул в сородичей. Тела полетели, как шрапнель, сбивая целые группы.

Стражники на стенах засуетились — торопливо сбрасывали лестницы, не давая новым гоблинам подняться. Гвардейцы, ещё минуту назад еле державшие строй, теперь стреляли в спины убегающим. Началась привычная после боя работа: раненых грузили на носилки, тащили к донжону. Лекарь, появившийся словно из ниоткуда, уже принимал первых.

Лирин спустилась ко мне, за ней — Рори и Энтони. Мы смотрели, как гоблинские отряды пытаются удрать от разъярённого энта и не менее разгорячённого Дугласа. Рори машинально создавал огненные шары, но теперь это были обычные атаки, без усиления — так, для острастки.

— Похоже, мы успели вовремя, — сказала Лирин.

— Да, — кивнул я.

— Но кажется, у нас будут небольшие проблемы.

Я удивлённо поднял бровь.

— Мы видели, как на стенах бесновалась Луа.

Я замер, потом до меня дошло.

— Не удержалась, значит?

Лирин кивнула.

— Наблюдатели были?

— Думаю, да. В воздухе мелькали пару точек.

Я выдохнул:

— Это проблема, но решаемая.

Энт тем временем направился в нашу сторону. Только сейчас, вблизи, я разглядел, как сильно ему досталось: ветви обгорели, многие сломаны, кора обуглена. Издалека этого не было заметно. Магическое творение тяжело переступало, но всё ещё держалось.

Ветви распахнулись, и из-под них вышел глава клана Айдан Вейгель. Он был бледен, на лице — копоть и несколько свежих царапин.

— Ваша светлость, ваше благородие, — его голос был твердым и благодарным, — не представляете, как я рад, что вы пришли к нам на помощь.

— Дело случая, — я пожал его руку. — Мы тоже попали под удар с караваном. Сразу подумал, что вам может понадобиться помощь.

Мы начали спускаться со стены. Камни под ногами были скользкими от крови и тающего снега.

— Первые нападки мы отбили без особых проблем, — говорил Айдан, стараясь не смотреть на тела. — Сыновья разогнали орду, даже облачаться не пришлось. Но когда полезли тысячи… мы просто не были готовы. Уже думал, придётся отдавать стены.

— Когда мы строили этот замок, — заметил я, — предполагалось, что им будут владеть Санчесы. Размах соответствующий.

— Да, строили вы с размахом. — Айдан криво усмехнулся. — Теперь думать надо, как в следующий раз не попасть в такую переделку.

— Почему сразу не отправили за подкреплением?

Он досадливо махнул рукой:

— На кураже. Думали, одолеем своими силами, но как оказалось это только первые пару волн мы одолели.

Мы спустились во двор. Повсюду сновали люди, носилки с ранеными, лекари. Луа сидела в углу, вылизывая окровавленную шерсть, и делала вид, что вообще ни при чём.

Я посмотрел на небо. Солнце клонилось к закату.

— Как насчёт пира для молодых героев? — Сказал Айдан.

— Хорошо, обратно сегодня мы уже не полетим.

Айдан улыбнулся — впервые за весь разговор:

— Наша первая битвы хоть и прошла не очень, но мы победили, это нужно отпраздновать.

***

Пока они накрывали столы, я вышел во двор. Луа сидела у входа в донжон, положив голову на лапы, и смотрела на дверь таким несчастным взглядом, будто её только что лишили единственной косточки в мире.

— Понимаю, — сказал я, присаживаясь рядом. — Сам не люблю, когда меня не пускают туда, где вкусно пахнет.

Она вздохнула. Очень по-человечески.

Изнутри доносился гул голосов, звон посуды и запах жареного мяса. Луа шумно втянула носом воздух и жалобно заскулила.

— Не поможет. — Я потрепал ее по холке.

Она посмотрела на меня с укором.

В зале было тесно, шумно и жарко. Столы сдвинули в огромную букву «П», и за ними едва хватало места для всех — гвардейцев, наёмников, выживших защитников и, конечно, самих Вейгелей.

Глава клана Айдан сидел во главе, по обе стороны от него — пятеро сыновей. Я насчитал троих взрослых и двоих совсем молодых, почти мальчишек. Старший вроде бы Стефан, сидел ближе всех к отцу и деловито разливал по кружкам травяной настой.

— Это наша гордость, — кивнул на сыновей Айдан, поймав мой взгляд. — Старшие — Стефан, Леон и Мартин. Младшие — Дитмар и Юлиус.

— Все пятеро в бою были? — спросил я.

— Все, — ответил за отца Стефан. — Юлиус вообще первого гоблина лично зарубил. Топором.

Юный Вейгель, щуплый паренёк с оттопыренными ушами, залился краской и уткнулся в кружку.

— Молодец, — кивнул я. — Первый — он самый страшный.

Рядом грохнул смех — это Рори что-то рассказывал наёмникам, активно жестикулируя. Леона и Фрея сидели с местными девушками и, судя по оживлённым лицам, обсуждали что-то секретное. Лирин, как всегда с идеальной осанкой, вела светскую беседу с женой главы клана, и та даже перестала хмуриться.

Внезапно снаружи донёсся протяжный вой.

За столом стало тише. Кто-то поперхнулся.

— Это… — начал было Айдан.

— Волчица, — спокойно сказал я. — Луа. Викта, ты её покормила?

Викта, уплетавшая сразу двумя руками мясо, замерла, посмотрела на меня круглыми глазами и медленно покачала головой.

— Забыла, — прошептала она с ужасом.

Снаружи снова завыли — теперь жалобнее и дольше.

— А она… не опасна? — осторожно спросил младший, Юлиус.

— Когда сытая добродушней волчицы не сыскать. — Решил пошутить, но по вытягивающимся лицам понял что зря.

Айдан посмотрел на вход, потом на меня.

— Может, пригласим? В зале места хватит.

— Не боитесь, что сожрет запасы?

Он усмехнулся:

— После такого боя — пусть жрёт.

Я поднялся, вышел во двор. Луа при моём появлении перестала выть и уставилась на меня с таким выражением, будто я её предал.

— Идём, — я махнул рукой. — Но без фокусов.

Она вскочила, отряхнулась так, что снег полетел во все стороны, и гордо потрусила к двери. Внутри при её появлении снова стало тихо, но Луа вела себя идеально: подошла к свободному углу, свернулась калачиком и положила голову на лапы, уставившись на стол с мясом.

— Ей можно? — спросил Юлиус, уже протягивая кусок.

— Только не с руки, — предупредил я. — Иначе привыкнет.

Парень кинул мясо, Луа ловко поймала его на лету, довольно рыкнула и снова уставилась на стол.

— Она… понимает? — изумился Стефан.

— Она вообще много чего понимает, — ответил я, возвращаясь на место. — Иногда больше, чем некоторые люди.

За столом засмеялись, разговор завязался с новой силой. Луа, получив ещё пару кусков, наконец успокоилась и задремала, время от времени подёргивая ухом.

— За новых друзей! — поднял кружку Айдан.

— За победу! — отозвался я.

Кружки с грохотом столкнулись. Пир продолжался.

Глава 22

Четверо стояли перед весящими на стене записями, вглядываясь в имена на доске. За последнюю неделю список заметно поредел — кто-то ушёл к великим кланам, кто-то сколотил свою команду. Но выбирать всё ещё было из кого.

Финли упёрся в стену, обводя взглядом оставшиеся фамилии. Оберон на плече нетерпеливо перебирал лапками, вцепившись в плече напарника. Адвик стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди, его красные глаза без зрачков скользили по списку без особого интереса. Дивит, наоборот, подался вперёд, почти касаясь носом доски, и шевелил губами, беззвучно читая имена. Элла держалась позади всех, теребя край рукава и то и дело оглядываясь на дверь, будто прикидывала пути к отступлению.

— Нам нужен лекарь, — сказал Финли.

— И это должна быть девушка! — выпалила Элла, и её голос сорвался на последнем слове.

Трое парней уставились на неё. Адвик приподнял бровь. Дивит, стоявший рядом, хмыкнул и скрестил руки на груди. Оберон на плече Финли недоумённо ухнул, склонив голову набок.

— И как ты предлагаешь заинтересовать аристократку? — спросил Адвик. Голос его звучал ровно, без насмешки, но Элла почему-то поёжилась.

— Ну... — Она переступила с ноги на ногу, теребя рукав. — Не знаю. — Она покосилась на доску, потом на парней. — Но на меня уже и так смотрят как на прокажённую!

Адвик и Дивит рассмеялись. Дивит, отсмеявшись, ткнул пальцем в сторону Эллы:

— Тогда почему ты не привела хоть одну подружку в мою команду?

— Эй! — Финли шагнул вперёд, заслоняя Эллу. — Во-первых, спор ты проиграл, так что это моя команда. — Оберон воинственно расправил крылья, издав угрожающее «ух». — Во-вторых, она уже пробовала, так что работаем с тем что есть.

Адвик поднял руки в примирительном жесте:

— Слушай, я хоть тебе и проиграл, но у нас всё равно опыта больше. Наши отцы — наёмники. Они сотни раз ходили за караванами. Мы с детства знаем, как держать строй и где у гоблина слабое место.

Элла, наблюдавшая за перепалкой, закатила глаза и отошла к окну. Ей было неуютно в компании этих двоих. Они были слишком... дикими. Слишком грубыми. Адвик с его жуткими глазами, Дивит с его отвратительной способностью. Но в то же время раздражали тем, как легко вписались в отряд, пока она всё ещё чувствовала себя чужой.

— Ладно, — Финли вздохнул и снова повернулся к доске. — Девушка нам действительно не помешает. Для ровного счёта. И чтобы лекарь был.

Все взгляды снова устремились на список. Дивит, поколебавшись, ткнул пальцем в одно из имён. Оно было женским. Элеонора Веласкес.

— Я видел, как её задирали клановые, — сказал Дивит. — В столовой. Они кидались в неё едой, а она только отворачивалась. Думаю, она может к нам присоединиться.

— Она же не лекарь! — воскликнул Финли.

— Она аристократка! — одновременно с ним возмутилась Элла.

— И что? — Дивит почесал затылок. — Она не пошлёт нас сразу. Нас будет уже пятеро. Тогда и к лекарям можно подойти. А сейчас мы выглядим не очень перспективно.

Финли посмотрел на список, подумал, еще раз посмотрел на список и кивнул.

— Ладно, — выдохнул он. — Идём.

Дорога к библиотеке вилась через внутренний двор академии. Четверо шли как ледокол, привлекая взгляды. Вернее, взгляды привлекал Адвик — его полностью красные глаза без зрачков заставляли студентов шарахаться в стороны. Дивит шагал рядом с ним, поигрывая пальцами, на которых медленно нарастала и опадала плоть. Он делал это машинально, стараясь получить грани. Элла старалась держаться поближе к Финли, то и дело оглядываясь на парней.

Про Элеонору они знали немного. Её дар пробудился странно — в одночасье её вес изменился, и с тех пор она только прибавляла, не в силах совладать с гранями. В довесок ко всему девушка боялась крови. Поговаривали, что на первых тренировках с гоблинами она падала в обморок, едва завидев зелёную морду.

— И как мы её уговорим? — спросила Элла, когда они подходили к двери библиотеки.

— Какие у нее варианты, — честно признался Финли.

— Да все будет нормально. — Дивит хмыкнул.

Но не успели они войти, как из-за поворота донеслись громкие голоса и смех. Девчачий, визгливый, издевательский смех.

— Эй, Элеонора! — кричал кто-то. — И почему же ты не хочешь открывать новые грани? Боишься, что лопнешь?

— С чего ты взяла? — вторил другой голос. — Может, чем больше ешь, тем больше открывается!

Взрыв хохота.

Дивит уже рванул вперёд, не дожидаясь команды. Финли чертыхнулся и помчался за ним. Адвик спокойно двинулся следом, на его лице расползлась улыбка. Элла лишь обхватила лицо руками:

— Они сейчас что-то устроят!

За углом открылась неприятная картина.

Три девушки в дорогих костюмах окружили полную светловолосую особу. Та пыталась пройти, но на её пути то и дело возникали препятствия — то огненный шар, лениво перекатывающийся из стороны в сторону, то водяной пузырь, преграждающий дорогу. Девушки хохотали, явно наслаждаясь зрелищем. Элеонора, опустив голову, пыталась обойти препятствия, но каждый раз натыкалась на новое.

Дивит не стал ждать.

Он влетел в центр компании, не тратя времени на разговоры, приобнял двух девиц за плечи. Те даже не успели пискнуть — он уже запустил свою способность. Плоть на его руках и шее зашевелилась, поползла, нарастая буграми и складками. Лицо Дивита исказилось, становясь всё более чудовищным. Огненный шар погас, водяной пузырь лопнул, выплеснув воду на камни.

— Привет красотки!

— А-а-а! — заорала одна, вырываясь.

— Монстр! — вторила вторая и они, спотыкаясь, бросились прочь. Третья, стоявшая чуть поодаль, просто развернулась и побежала, даже не оглядываясь.

Дивит разжал руки, и плоть медленно опала, возвращаясь в норму. Он довольно ухмыльнулся, отряхивая ладони.

Элеонора, наблюдавшая эту сцену с расширенными глазами, сделала шаг назад. Потом ещё один. Её взгляд метался, ища пути к отступлению, и вдруг наткнулся на два красных провала.

Адвик стоял в двух шагах от неё, не двигаясь и смотрел прямо в глаза.

На плече у Адвика вдруг материализовался Оберон. Сова ухнула — громко, пронзительно, и в этом уханье почему-то слышалось что-то зловещее.

Элеонора открыла рот, чтобы закричать, но вместо этого её глаза закатились, и она мягко осела на землю.

***

Неделя в крепости Падших Ветров пролетела как один долгий день. Мы отбили ещё одну атаку — гоблины использовали свою излюбленную тактику, накатывать на крепость огромной волной. Но наше подкрепление было непреклонно: стены держались, энты Вейгелей давили подступающих, а Дуглас, окончательно войдя во вкус, каждую ночь выходил за ворота и рубил тех, кто пытался подобраться к стенам. К утру он возвращался, покрытый кровью и довольный, будто лично зарубил дракона.

На седьмой день Аспид облетела окрестности и вернулась с докладом:

— В радиусе двух переходов пусто. Гоблины ушли вглубь леса, следы ведут на юго-восток. Ближайшие недели они не сунутся.

— Значит, пора домой. — Улыбнулся я.

Сборы были недолгими — мы тут не обживались, всё необходимое всегда было при себе. Но один момент затянулся: младший сын Вейгелей, Юлиус, обнаружил у повозки Луну и теперь не мог с ней расстаться.

Волчица лежала на снегу, лениво щурясь на утреннее солнце, а мальчишка обнимал её, зарываясь лицом в густую шерсть.

— Она такая тёплая, — бормотал Юлиус. — И мягкая. А можно ее тут оставить?

— Нельзя, — ответил я, проходя мимо.

— Ну как она в городе?

Луа приоткрыла один глаз, посмотрела на Юлиуса, потом на меня — и демонстративно зевнула, обнажив ряд клыков. Паренёк ничуть не испугался, наоборот — засмеялся и потрепал её.

— Она думает, что ей сейчас дадут вкусняшку, — заметил Рени, наблюдая за этой сценой.

— Она всегда так думает, — вздохнул я.

Викта подошла к волчице, потрепала по холке:

— Луа, вставай. Пора.

Волчица нехотя поднялась, отряхнулась, обдав Юлиуса снегом, и лизнула его прямо в лицо. Мальчишка взвизгнул и отшатнулся, а потом засмеялся ещё громче.

К нам подошёл Айдан Вейгель. Старший сын Стефан держался чуть позади, поглядывая на стены, которые теперь предстояло восстанавливать.

— Ещё раз спасибо, ваше благородие. Если мы чем-то сможем помочь — только позовите.

— Обязательно, — кивнул я. — И не забудьте обратиться к новому алхимику. Уверен, она вас приятно удивит.

Айдан улыбнулся, но в глазах мелькнуло любопытство:

— Обязательно, ваше благородие.

Лирин мягко подхватила нас гравитацией, и мы взмыли над крепостью. Внизу Юлиус махал рукой.

Обратный путь прошёл спокойно. Дуглас всю дорогу сиял, как начищенный медяк. Проведённая вдалеке от столицы неделя, полная драк и крови, явно пошла ему на пользу. Я поймал себя на мысли, что теперь придётся возвращаться к марионеткам — и видимо, заниматься ими придется самому. Дуглас эту тему уже ненавидел так, что при одном упоминании начинал подбирать отмазки.

Но я уже придумал, как его занять. Строительство колизея, новые заказы, поездки к Санчесам — пусть побегает, чтобы жизнь мёдом не казалась.

Леви, напротив, держался чуть поодаль и молчал. За эту неделю он вытащил с того света не меньше пятидесяти человек. Я сам видел, как он собирал по частям молодого парня, которому тролль оторвал руку. Леви тогда работал шесть часов без перерыва, и к утру парень уже шевелил пальцами.

— Люций.

— Что?

— А ты не думал отправить сюда наших новичков? — он кивнул в сторону крепости, оставшейся за горизонтом. — Хороший же полигон.

Я задумался. И правда — неплохое место. Боевой опыт, возможность увидеть, как воюют клановые, понять, что такое настоящая осада. Но потом я покачал головой.

— Нет. Мы их учим совсем другому. Здесь они скорее проблем наживут, чем пользы. Уверен, первые же драки начнуться, как только они ступят на эту землю.

Рени помолчал, потом кивнул.

— Но им нужен опыт, — возразил он.

— Нужен, — согласился я. — Но не сейчас.

Рени вздохнул, но спорить не стал.

Орфен встретил нас привычным шумом и суетой. Люди под нами бегали по своим делам и лишь немногие обращали внимание что кто то летит по небу. Мы сразу отправились к поместье.

Бруно встретил нас у входа. Его лицо было озабоченным, что само по себе было плохим знаком.

— Ваше благородие, — начал он, едва мы вошли, — тут такое дело... Совет требует вашего присутствия. На следующий день по прибытию.

— По какому поводу?

— По поводу... Викты ваше благородие. Белфорты подали запрос. Говорят, что в вашем отряде находится незарегистрированный маг с опасной гранью. Требуют передачи под надзор великих кланов.

Викта, услышав это, замерла с открытым ртом. Луа, почувствовав её напряжение, глухо зарычала на улице.

— Спокойно, — сказал я. — Так и знал, ведь не помогли в отражении атаки.

Внутри у меня всё кипело. Белфорты могли вступить в бой вместе с нами, но предпочли отсидеться. Ладно мы это еще припомним.

***

Зал Совета встретил меня тяжёлым молчанием. Все главы кланов были в сборе. Арин Белфорт сидел с каменным лицом, но в глазах его плясали торжествующие огоньки. Урбен переглядывался с франческой, явно предвкушая зрелище. Санчес хмурился, глядя в стол. Председатель, как всегда невозмутимый, жестом указал мне на место.

— Люций Вилд, — начал он без предисловий, — нам стало известно, что в вашем отряде находится маг с даром пространственной магии. Это так?

— Так, — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Её зовут Викта. Она дочь Кассия Аргелия ныне покойного. Её способность проявилась некоторое время назад.

— И вы скрыли этот факт от Совета? — встрял Белфорт.

— Я не скрывал. Ее способность развивалась постепенно. И пока не представляет ничего действительно важного.

Белфорт скривился, но промолчал.

Председатель поднял руку, призывая к тишине.

— Ваше благородие, великие кланы обеспокоены. Порталисты — огромная ценность. Такие маги должны находиться под контролем Совета.

— Она под контролем, — ответил я. — В моём отряде. И, если позволите, она уже успела проявить себя. Вчера, при обороне замка Падших Ветров, именно её способность спасла жизни десяткам защитников. В отличии от других магов которые в бой не вмешались, хоть и могли.

По залу пронёсся лёгкий шум. Белфорт побагровел.

— Это не отменяет того, что она должна быть передана...

— А какой смысл, — перебил я. — Она развивается и совершенствует грани в моём отряде. Вы же сами говорили, что мы — экспериментальная группа. Что мы должны показывать результаты. Викта — один из этих результатов.

Председатель задумался. Пальцы его барабанили по столу.

— Это так, но порталис действительно важен для нашего развития?

— Дайте ей право основать великий клан, — сказал я. — Ее способность в будущем будет действительно важной, контролировать ее посредством силы просто не получится. Да и вам нет смысла полагаться сейчас на нее, сомневаюсь что Белфорты придумают как использовать порталы на сотню метров.

В зале повисла тишина. Потом раздался смешок — кажется, Санчес не удержался.

Председатель обвёл взглядом присутствующих.

— Есть возражения?

Белфорт открыл рот, но Роберт Санчес опередил его:

— Предложение разумное. Порталист под присмотром, но при этом сохраняет боевую эффективность и набирает опыт. Я поддерживаю.

— Я тоже, — кивнул Стайнхарт смотря на Белфорта.

Белфорт скрежетнул зубами, но выдавил:

— Она должна развиваться в безопасном месте, мы не можем ее потерять. Под присмотром моего клана она вырастет сильным магом.

Председатель поморщился и окинул взглядом присутствующих.

— Решено. Магу Викте присваивается титул княгини с правом наследования и прямым подчинением Совету. Она остаётся в отряде барона Вилда. Вопрос закрыт.

Я выдохнул.

Выходя из зала, я поймал на себе тяжёлый взгляд Белфорта на что лишь улыбнулся.

***

Когда я появился в поместье с широкой улыбкой, холл взорвался. Меня окружили со всех сторон, вопросы сыпались градом:

— Люций! Ну как? Что сказали? — Рори протолкался сквозь толпу и встал прямо передо мной, сжимая кулаки в напряжении. Его рыжие волосы торчали в разные стороны, будто он только что проснулся.

— Тише вы! — Лирин попыталась восстановить порядок, но её тоже затолкали.

— Дайте человеку войти! — крикнул Рени, но сам при этом протиснулся поближе.

Я поднял руку, останавливая этот переполох.

— Всё хорошо. Совет принял решение. Викта остается под нашей опекой.

Я посмотрел на неё и… промолчал. Только улыбнулся шире.

— Люций! — взвизгнула она. — Это точно, меня не заберут?!

— Никто тебя не заберет, — загадочно ответил я, пробираясь к лестнице. — Но есть кое что, чего не скажу.

— Чего?! — донеслось мне вслед, но я уже скрылся на лестнице.

В голове уже рисовалась картина: очередной бал, все в парадных нарядах, Викта идет с Рори, и тут распорядитель объявляет: «Её сиятельство виконтесса Викта Аргелия!» О, это будет стоящее зрелище.

На кураже от этой мысли я решился на то, чего избегал всю неделю. Спустился в подвал, где уже несколько дней не стихала работа.

Открыл дверь — и меня встретил такой шум, будто там проходил чемпионат по боксу. Лязг металла, крики, удары — всё смешалось в какофонию.

— Добрый день, господа!

Тишина наступила мгновенно, будто звук выключили. Специалисты замерли, кто с молотком в руке, кто с чертежом, кто держа коллегу за грудки. Потом началась суета: кто-то поправлял съехавшую одежду, кто-то прятал за спину недоделанный чертеж, кто-то просто отводил глаза.

Я удовлетворённо кивнул, проходя в центр помещения. Вокруг громоздились части марионеток — руки, ноги, торсы, некоторые уже собранные, некоторые ещё в чертежах.

— Ну, рассказывайте. Почему ваши марионетки до сих пор не могут начать самозабвенно дубасить друг друга?

Вперёд вышел молодой парень в простом, но опрятном костюме. Русые волосы растрепаны. Он явно нервничал, но старался держаться.

— Меня зовут Луи, ваше благородие. — Он кашлянул в кулак. — Основная проблема в том, что мы… мы не поняли, как именно марионетка должна воспринимать окружение. Мы прописали множество движений — удары, блоки, перемещения, — но не знаем, как объяснить ей, кого именно атаковать.

Я кивнул, обдумывая.

— Понятно. То есть у нас есть модель поведения, но нет способа её запустить в нужный момент.

— Именно! — Луи обрадовался, что меня не нужно долго вводить в курс дела. — Мы можем заставить её махать молотом, но она будет махать им постоянно, даже если рядом никого нет.

В зале повисла тишина. Я оглядел собравшихся — одиннадцать человек, все смотрели на меня с надеждой.

— Что такое? — спросил я, чувствуя подвох.

— Мы… — Луи замялся, покосился на коллег. Те согласно закивали. — Мы не знали, как назвать набор действий. У нас нет общего термина.

Я усмехнулся. Название — это последнее, о чём стоило переживать.

— Давайте попробуем сделать следующее. — Я прошёл к столу, где лежали чертежи, и принялся объяснять, водя пальцем по схемам. — Мы предполагаем, что марионетки будут усилением для отрядов разведки. Они должны уравнивать шансы в стычках с шаманами и троллями.

Все одиннадцать человек синхронно достали небольшие блокноты и принялись записывать. Скрип перьевых ручек по бумаге заполнил тишину.

— Первое: марионетка должна сканировать свой отряд. Она должна знать, где свои, чтобы случайно не прибить кого-нибудь из наших.

Кивки, записи.

— Второе: нужно выстроить старшинство. Марионетка должна принимать команды от одного конкретного человека. Командира отряда.

Луи быстро строчил, кивая шевелюрой.

— Третье: как базового противника задаём гоблинов. Марионетка должна отличать их от всех остальных. Если видит зелёную морду — бьёт. Если не видит — ждёт команды.

Луи поднял голову, в глазах его зажглось понимание.

— То есть мы можем зашить в неё образ врага?

— Именно, модуль окружения прекрасно подойдет для этого. Начните с гоблинов. Потом, если получится, добавим троллей и шаманов.

Я обвёл взглядом зал.

— Вопросы?

Вопросов не было. Только сосредоточенные лица и быстро пишущие руки.

— Завтра проверю ваши творения, — сказал я, направляясь к выходу.

— Всё будет готово, ваше благородие! — выдохнули они хором.

Я вышел в коридор и прикрыл за собой дверь. Из-за неё тут же донёсся возбуждённый спор— они принялись обсуждать услышанное.

***

Следующий день начался с марионеток. Дуглас стоял у марионетки с таким видом, будто я приговорил его к каторжным работам, вплавлял крепежи в корпуса. Металл под его пальцами послушно тёк, принимая нужную форму, но каждое движение сопровождалось тяжёлым вздохом.

— Дуглас, ты чего как не родной? — не выдержал я, подходя ближе.

— Я думал, ты сам будешь этим заниматься.

— Хочешь заняться квартальными расчетами, — с улыбкой спросил я.

Он сразу замахал головой и руками.

— Вот то та.

Проблема обнаружилась быстро. Я перенёс набор рун на кристаллы, но когда попытался закрепить их в корпусе, понял что Дуглас делал это с помощью дара. Собственно потому он сейчас создавал крепеж.

Я замер, глядя на эту конструкцию, и в голове завертелись шестерёнки. Как там в моём мире программисты решали такие задачи? Модульность, унификация, интерфейсы... Но здесь не было чего то подобного.

— Ваше благородие Люций.

Я обернулся. Пожилой человек в простом, но добротном костюме стоял в дверях, не смотря на возраст он держал спину прямо. Седые волосы аккуратно зачёсаны назад, на пальце — массивный перстень с гербом, которого я не знал.

— Меня зовут барон Дерик. Я хотел уточнить один момент.

Я кивнул, приглашая подойти.

— Я разработал возможность сохранять данные для сканирования, — начал он, разворачивая передо мной лист с рунами. — Но потом подумал: если марионетку выключат, а потом включат снова, ей придётся заново сканировать отряд. А это не быстро.

Я посмотрел на его схему. Мысль была здравая.

— И какое у вас решение?

— Нам нужен шестой кристалл, — Дерик указал на свою схему. — Вот здесь. В нём будет храниться дополнительная информация. Что-то вроде памяти управляющего модуля. Марионетка будет обращаться к нему, когда получает команды, чтобы подтвердить, что это свои.

Я кивнул, оценивая идею.

— Давайте сюда.

Дерик протянул новый лист с рунами. Я взял чистый кристалл, сосредоточился и перенёс руны внутрь. Кристалл мягко засветился, принимая новый набор.

— Дуглас, — позвал я, протягивая ему кристалл. — Закрепи вот это.

Дуглас посмотрел на меня таким взглядом, но кристалл взял. Вздыхая, принялся вплавлять его в корпус.

Я похлопал его по плечу:

— Держись, скоро всё закончится. — Про себя же подумал: точно нет.

— Врёшь ведь, — буркнул он, но в голосе проскользнула усмешка.

Первая активация прошла в полной тишине. Марионетка, собранная наконец полностью, стояла посреди двора, уставившись пустыми глазницами в пространство. Никаких команд она не выполняла — просто ждала.

— Сканирование, — сказал я.

Марионетка не шелохнулась.

— Я командир отряда.

Вот тут она ожила. Голова повернулась ко мне, зелёные глаза мигнули. Потом она обвела взглядом всех, кто стоял рядом — Дугласа, подошедшего Рени, пару зевак из рабочих. Через секунду марионетка кивнула и замерла, готовая к действиям.

— Пошли, — махнул я рукой.

Марионетка двинулась за нами, старательно обходя всех, кто попадался на пути. Шаг у неё был тяжёлый, но ровный. Дуглас, идущий рядом, то и дело косился на неё с плохо скрываемой гордостью.

На заднем дворе стояла мишень — деревянный щит, обмотанный мешковиной, набитой соломой. Я указал на неё:

— Уничтожь.

Марионетка стояла и не шевелилась.

— Не работает, — констатировал Дуглас с ноткой злорадства.

— Какая команда должна быть? — спросил я, поворачиваясь к рабочим.

— Атака, ваше благородие, — подсказал кто-то из них.

Я задумался. Потом повернулся к группе:

— Так, запишите несколько фраз, которые в пылу боя могут использовать бойцы. Включая матерные, разумеется. Марионетка должна понимать любую команду, даже если её отдаёт перепуганный новобранец.

Рабочие переглянулись, кто-то сдержанно усмехнулся.

— Атака, — сказал я.

Марионетка шагнула вперёд. Подошла к мишени, остановилась на секунду, будто прицеливаясь, и её молот взметнулся вверх. Воздух свистнул, и молот обрушился вниз с такой силой, что мишень разлетелась в щепки. Удар впечатал молот в камень по самую рукоять.

Я закашлялся, отмахиваясь от пыли и опилок.

— Мощно, — выдохнул Рени, выглядывая из-за моей спины.

— Слишком мощно, нужно доработать, — поморщился я.

Марионетка вытащила молот и вошла в режим ожидания. Дело сдвинулось. Теперь это было вопросом времени.

Глава 23

Пятерка магов шагала по мостовой, держа путь к дому, где им должны были дать первые наставления. Совёнок, вцепившись коготками в плечо хозяина, спал, уронив голову набок — пока была такая возможность, надо было пользоваться. Две девушки держались в стороне друг от друга, будто между ними невидимая стена. Элла то и дело косилась на Элеонору, но та смотрела только под ноги, будто боялась подскользнуться.

Финли шагал впереди, показывая дорогу к заветному поместью. Он старался держать спину ровно, но внутри его грызли сомнения. С одной стороны он нашел людей которые к нему присоединились, с другой стороны он не знал как им развиваться и что делать с их гранями.

— Слушай, а ты это... — Адвик поравнялся с ним, с сомнением косясь на своего командира. Красные глаза на мгновение вспыхнули ярче. — Ты прям уверен, что нас выслушают и не выставят? Ходят слухи, что у них сейчас свои задания, они могут быть заняты.

— Конечно могут, — Финли даже не сбавил шаг. — Но чтобы помочь нам, они могут выделить кого-то одного. Так что не стоит беспокоиться.

Он сказал это увереннее, чем чувствовал на самом деле. Раздался металлический скрежет, от которого заложило уши. Громкие крики, лязг, уханье — всё смешалось в какофонию.

Группа переглянулась. Парни рванули вперёд, даже не думая. Адвик с Дивитом неслись так, будто за ними гнались демоны, Финли едва поспевал за ними. Оберон, только что мирно спавший, от неожиданного ускорения кувыркнулся в воздухе и полетел вниз, но Элеонора, сама удивившись своей прыти, подхватила его у самой земли.

— Пи! — возмущённо пискнул совёнок, вцепившись в её рукав.

— Тише ты, — прошептала она, прижимая его к груди и видя, что парни уже скрылись за воротами, с опаской двинулась за ними.

Парни влетели во двор и замерли.

Два металлических гиганта сходились в центре площадки. Один, с рогатым шлемом, занёс молот. Второй, будто с ведром на голове, выставил щит. От удара — воздух дрогнул, звук был такой, будто молотом ударили по колоколу. Финли показалось, что сердце пропустило удар.

Рогатый снова взмахнул молотом. Второй механизм качнулся, но устоял.

Вокруг толпились десятки гвардейцев. Они орали, размахивали руками:

— Да бей же ты его в корпус! Чего в щит лупишь?!

— Уворачивайся! Зачем принял удар!

Финли перевёл взгляд на будку в углу двора. Оттуда торчала морда Луны. Волчица скалилась на механизмы, но каждый новый удар заставлял её втягивать голову обратно, будто боялась, что железяки разлетятся и попадут в неё.

— Бух! — очередной удар. Луа исчезла в будке.

Рогатый механизм вдруг толкнул противника всем корпусом. Тот рухнул на землю с такой силой, что Финли подбросило на месте. Молот рогатого взметнулся вверх и опустился на поверженного врага. Второй великан дёрнулся и затих.

Половина толпы взорвалась радостными криками, вторая — принялась проклинать создателей неудачливого механизма.

Финли наконец заметил барона. Люций стоял чуть поодаль, переговариваясь с Дугласом. Он крутил руками, показывая что-то на пальцах, а Дуглас хмуро кивал, изредка переспрашивая барона.

Финли улыбнулся, поднял руку и решительно направился к ним, пробираясь сквозь толпу.

— Ваше благородие!

Люций обернулся, на лице мелькнуло удивление, сменившееся тёплой улыбкой.

— О, Финли! Какими судьбами?

— Я привёл свою группу, — Финли обернулся, проверяя, все ли на месте. Адвик стоял, скрестив руки на груди, Дивит вертел головой, разглядывая механизмы. Элла подходила к ним, а Элеонора замыкала шествие, прижимая к груди проснувшегося и вертящего головой Оберона. — Нам нужны советы.

Люций кивнул, бросил быстрый взгляд на Дугласа.

— Дальше сам.

Дуглас кивнул и направился к толпе спорщиков, которые уже что-то громко обсуждали размахивая руками.

Люций махнул рукой в сторону входа в поместье.

— Пойдёмте. Там и поговорим.

Первогодки гуськом потянулись за Финли, стараясь не отставать. Элла то и дело оглядывалась на механизмы, Адвик и Дивит перешёптывались, оценивая увиденное. Элеонора бережно несла совёнка, который теперь во все глаза таращился на нового человека, идущего впереди.

Дверь за ними закрылась, отсекая шум двора.

Приход первогодок оказался для нас неожиданным развлечением. Едва они переступили порог, как я поймал Ханну, окинув взглядом разношёрстную компанию, представил Эллу:

— Помоги открыть побольше граней первогодке, ее способность необычная. Но думаю есть грани которые откроются с вашими тренировками.

Элла замерла, не зная, радоваться или пугаться. Ханна тяжело вздохнула, но, не тратя времени на уговоры, схватила новую ученицу за руку и потащила к выходу, на ходу объясняя, чем копирование камня может помочь ей. Элла обернулась, бросила на Финли отчаянный взгляд, но дверь уже захлопнулась.

С остальными вышло проще. Аспид, стоявшая без дела получила себе подопечных.

— Значит, вы физики, отлично идем по спаррингуем! — ее хвост заходил ходуном в предвкушении драки, а оранжевые зрачки загорелись.

Красноглазый парень потупил взгляд, наверное сейчас Аспид представлялась ему страшным огромным хищником способным закусить им.

— Да, мы готовы. — Неуверенно ответил он.

Она развернулась и, не оглядываясь, направилась к выходу. Парни, переглянувшись, поплелись следом. По их лицам можно было прочитать, что они ещё не догадываются, что их ждёт.

С Элеонорой всё оказалось сложнее. Она стояла в углу, прижимая к груди совёнка, и смотрела на нас с таким ужасом, будто мы собирались пытать её прямо сейчас. Оберон, чувствуя напряжение, нахохлился и недовольно водил головой.

Леви, выслушав мои объяснения, почесал затылок и хмуро уставился на девушку.

— Так получается, она скорее всего физик? — спросил он, оглядывая её с ног до головы.

— Да, первая грань открылась, но что именно она даёт — непонятно. — я кивнул. — Но сейчас есть более важная вещь, хочу чтобы ты помог ей побороть страх крови и провёл учебный спарринг.

При слове «кровь» Элеонора побелела так, что даже веснушки на носу стали незаметны. Её пальцы вцепились в совёнка с такой силой, что тот возмущённо запищал и попытался вырваться.

Леви вздохнул, кивнул и прихватив Викту, повёл их в подвал. Элеонора обернулась, бросила на Финли умоляющий взгляд, но тот только пожал плечами.

Я остался с Финли один на один.

— Ты же вроде хотел примкнуть к какой-нибудь команде великих кланов? — спросил я, наблюдая, как он провожает взглядом уходящих.

Финли поморщился, будто откусил лимон. Махнул рукой.

— Слухи о моей неудаче разлетелись быстрее, чем я думал. А пока мы были в крепости, все решили, что я вообще сбежал.

— И ты решил взять всё в свои руки.

Он кивнул, но в глазах застыла неуверенность.

— Только не понимаю, как нам действовать. Мои условия явно хуже чем у остальных, из-за этого никто не хочет к нам присоединяться.

Я прислонился плечом к косяку, сложил руки на груди.

— Не спеши искать покровителя. Посмотри на группу Сэма. У них тоже никого не было, а как только открыли пару граней — появилось своё дело.

— И что могут придумать три физика, призыватель и повторитель? — Финли развёл руками.

— Для начала — открыть грани. А потом уже думать об источнике дохода. — я сделал паузу и, не сдержавшись, широко улыбнулся. — Хотя, знаешь...

Финли вздрогнул. Похоже, моя улыбка его напугала.

— Есть одно дело, с которым ваша группа вполне может справиться. Как тебе те огромные механизмы?

— Ну... — он замялся, покосившись в сторону двора, где ещё недавно грохотали марионетки. — Выглядели они мощно.

— Мы столкнулись с проблемой при их производстве. Нужны маги, которые будут наносить руны на кристаллы. Работа несложная, но у нас просто нет на это времени. Ваша группа могла бы этим заняться.

— Эм... — Финли поёжился, переступил с ноги на ногу. — Я не умею наносить руны.

— Научу. Там всё просто. Ваша задача — переносить руны на кристаллы по нашим записям. Потом мы проводим тесты, вносим правки. Работа монотонная, но я готов платить по десять золотых в месяц.

Финли закивал, даже не думая торговаться. В его глазах зажёгся тот самый огонь, который бывает у человека, увидевшего свет в конце туннеля.

— Я согласен. Это нам очень поможет.

— Хорошо, позже заключим договор. — Я кивнул. — А теперь насчёт твоих граней. Как далеко продвинулся?

Финли поморщился.

— Понимаю: не продвинулся.

— В книге написано, что монстры должны получать грани. Они могут охотится и как раз это дает грани, которые помогут мне. Но я не могу заставить Оберона охотиться сейчас.

— Не можешь, но что мешает тебе проводить с ним тренировки?

— Как?

— Думаю они уже начали, пойдём покажу.

Мы спустились к полигону как раз вовремя. Аспид уже вовсю «разминалась» с парнями. Те, видимо, успели возомнить себя магами, и теперь драконида старательно возвращала их на грешную землю.

Адвик и Дивит стояли спина к спине, тяжело дыша. Лица у обоих были красные, на лбу выступил пот. Наш приход и вовсе остался незамеченным. Аспид кружила вокруг них, едва касаясь земли, и каждый взмах её посоха отправлял парней в полет.

— Думаете удержать строй! — крикнула она, и в ту же секунду её посох описал широкую дугу.

Удар пришёлся в щит Адвика, парней буквально снесло с места — они кубарем покатились по площадке, поднимая тучи пыли. Адвик врезался в стену, Дивит пролетел ещё пару метров и замер, раскинув руки.

Финли сглотнул. Я услышал, как скрипнули его зубы.

— Они... переживут?

— Вполне. — я усмехнулся, наблюдая, как Аспид медленно приближается к поверженным таща посох за собой. Его скрежет должен был помочь им оценить как далеко противник. — Она полностью контролирует бой. Удар только выглядит страшно. Сейчас она будет делать вид, что одно попадание — и они покойники. Это поможет им открыть новые грани. Смотри.

Парень что с красными глазами, начал окутываться туманной дымкой. Тени вокруг него неестественно задрожали, поползли по стенам, искажаясь. Но изучить новую способность ему не дали — Аспид материализовалась прямо перед ним и врезала кулаком в щит. Парень покачнулся, но устоял.

Второй, лежавший на земле, попытался вскочить, но получил удар ногой, отбросивший его к стене. Рога дракониды вспыхнули, и она выдохнула струю пламени. Дивит, летевший в воздухе, вдруг раскинул руки в стороны и, словно белка-летяга, отклонился от эпицентра удара, уходя в сторону и приземляясь на четвереньки не совладав с гравитацией.

— Похоже, твои друзья впервые встретили того, кто сильнее их в разы, — заметил я.

Финли лишь кивнул, не в силах оторвать взгляд от полигона. Я заметил, как его пальцы сжались в кулаки, а зрачки расширились — он явно мысленно передавал увиденное Оберону.

В ответ откуда-то снаружи донеслось возмущённое «пи!».

— Слушай, Люций... — Финли покосился на меня. — Я боюсь, он такое не переживёт.

— Никто не говорит, что его нужно избивать до полусмерти. — я хлопнул его по плечу. — Но он — магический зверь. Не забывай, где мы его нашли. Сомневаюсь, что он так беззащитен, как ты думаешь.

— И что мне делать?

— Отдай ему во владение дерево, где часто бывает другая живность. Пусть учится охотиться. Территория, добыча, конкуренты — это естественная среда.

Финли задумался, глядя на полигон, где Аспид начинала новую атаку. Его парни стояли, пошатываясь, но пока видели возможности для контратаки.

***

Элла сидела в кабине каменного голема, вцепившись руками в край сиденья. Механизм быстро перебирал лапками, огибая повороты городских улиц с такой скоростью, что дома за окном менялись каждый вздох. Её посадили в самый перед — Ханна сказала, что новичкам полезно видеть всё с первого ряда. И она не врала. Скорость была дурманящей, пейзаж менялся так быстро, что Элла забыла обо всех страхах и просто смотрела, открыв рот.

Когда голем остановился у огромного купола, Элла выбралась наружу и замерла. Сооружение возвышалось над землёй, как гигантский мыльный пузырь, застывший в камне. Сквозь камни было невозможно увидеть что там внутри происходит.

В академии ходили разные слухи. Кто-то говорил, что там тренируются элитные боевые маги. Кто-то — что это просто склад для неудачных големов. Сейчас у неё была возможность увидеть всё своими глазами.

Ханна шагнула к куполу, и в стене бесшумно раздвинулся проход. Элла шагнула в темноту и тут же замерла — глаза не видели ничего, кроме темноты.

— Как вы тут видите? — спросила она, шаря руками в пустоте.

Раздался звонкий шлепок.

— Точно, ты ведь первокурсница. — Ханна зашуршала одеждой.

В руке старшей вспыхнул яркий камень, осветивший длинный туннель. Стены были гладкими, будто отполированными, а пол уходил куда-то вниз лёгким уклоном.

— Есть грани, которые позволяют нам ориентироваться в толще земли, — пояснила Ханна, шагая вперёд. — Поэтому свет нам не так важен.

— А это у вас артефакт? — Элла кивнула на светящийся камень.

— Давай на «ты». Ты теперь тоже магесса, не забывай.

— Ну просто у нас эм... — Элла замялась.

— Аристократы выделываются? — Ханна хмыкнула. — Знаю, проходила. Даже отправляла парочку в лазарет.

— Вы участвовали в дуэлях? — Элла перешла на визг.

— Отправила в лазарет одного из Пьеров. — Ханна улыбнулась, вспоминая. — Он потом месяц отлеживался.

— То есть про войну великих и боевых — это правда?

Девушки, шагавшие позади, прыснули со смеху. Ханна обернулась, погрозила им кулаком, но в глазах плясали смешинки.

— Нет никакой войны, — сказала она, снова поворачиваясь к Элле. — Наследники иногда наглеют, за что и получают. А великие кланы в детские игры не играют. Им есть чем заняться.

Туннель закончился, и они вышли к центру арены. Здесь тоже было темно — хоть глаз выколи. Элла слышала только собственное дыхание и шорох одежды спутниц.

— Бренда, скинь снег с купола, — скомандовала Ханна.

Сверху, сквозь матовую поверхность, пробился луч света. За ним второй, третий — и через минуту пространство залило солнечным сиянием. Элла зажмурилась, а когда открыла глаза — забыла, как дышать.

Каменные колонны уходили вверх, теряясь где-то под самым куполом. Они были увиты причудливой резьбой — невиданные животные оплетали камень, застыв в вечной погоне друг за другом. Сотни скамей тянулись рядами, разделённые широкими проходами. А прямо перед ней возвышалась десятиметровая стена, расписанная сценой великого сражения. Элла задрала голову — вершина терялась где-то в вышине.

— Что это? — выдохнула она.

— Это тренировочный полигон, — Ханна обвела рукой пространство. — Но не простой. Когда достроим, горожане смогут сидеть на трибунах и смотреть, как мы тренируемся. Думаем открыть к лету.

— Но ведь в академии есть полигон, — Элла непонимающе обернулась. — Там сейчас не так...

Хлопок в ладоши оборвал её на полуслове.

— Сейчас это не важно. — Ханна шагнула ближе, взяла её за плечи. — Мне объяснили, как работает твоя грань. В общих чертах, конечно. Сейчас мы погрузим тебя в песок, и ты должна будешь выбраться с помощью своей способности.

— В смысле — погрузим? — Элла попятилась, но Ханна держала крепко.

— Главное — пытаться использовать грань. — Ханна говорила спокойно, даже ласково. — Вдох, выдох, запуск грани. Поняла?

— Вдох, выдох, запуск грани... — автоматически повторила Элла.

— Готова?

Элла отчаянно замотала головой. Ханна улыбнулась — и в следующую секунду первокурсница провалилась по самую шею.

Холодный песок сдавил тело. Элла закричала — громко, отчаянно, чувствуя, как паника сжимает горло.

— Вдох, выдох, запуск грани! — крикнула Ханна сверху.

— Я ща помру! — Элла дёргалась, но песок держал крепко, не давая двинуться.

— С тремя боевыми магами это тебе не грозит! — Ханна присела на корточки, заглядывая в глаза. — Давай, взяла себя в руки. Вдох-выдох. Пробуй грань.

Элла зажмурилась, попыталась сосредоточиться. Но в голове билась только одна мысль: «Песок, везде песок, сейчас утону в нем». Грань не откликалась.

— Не работает! — всхлипнула она.

— Повторяй.

Элла сделала глубокий вдох. Выдох. Ещё вдох. Сердце колотилось где-то в горле, но паника чуть отступила.

— Слушай сюда, — голос Ханны звучал ровно, почти гипнотически. — Этот песок мы лично привезли из каменоломен. Он чистый, без примесей. Сейчас думай только о нём. Он может стать частью тебя. Ты можешь стать частью него. Ты можешь им управлять, а он тобой — нет.

Ханна шагнула в песок — и погрузилась в него, как в воду. Медленно, плавно, без единого всплеска. Через секунду её рука нашла руку Эллы и сжала.

— Это не будет быстро, — сказала Ханна. — Мы потратили на это почти целый день. Но ты справишься. Успокоилась?

Элла кивнула. Песок уже не казался таким враждебным.

— Это хорошо, — Ханна улыбнулась. — А теперь работай.

Она отпустила руку и спокойно поднялась, будто стояла на твёрдой земле, а не на зыбучем песке. Песок осыпался с ее одежды и Ханна посмотрела на Эллу сверху вниз.

— Я в тебя верю. Помни о гранях.

Элла кивнула, закрыла глаза и попыталась сосредоточиться. Песок... Он был везде. Холодный, тяжёлый, но почему-то уже не страшный. Он может быть частью меня — могу им управлять!

Позади Бренда и Майра стояли, прикрывая рты ладонями и беззвучно тряслись от смеха. Ханна, проходя мимо, показала им средний палец, не оборачиваясь. Девушки зашлись в беззвучном хохоте.

А Элла осталась в песке — одна, стараясь пробудить грань. Она сделала глубокий вдох и впервые за всё время попыталась не бороться, а почувствовать.

***

— А кто у нас тут такой хороший? — кусочек змеиного мяса исчез в жадном клюве. — Кто у нас тут белый и пушистый?

— Пи! — Оберон довольно прикрыл глаза, требуя добавки.

Викта уже тянулась за следующим куском, когда краем глаза уловила движение. Подняла голову и тяжело выдохнула.

Элеонора сидела на стуле вцепившись побелевшими пальцами в подлокотники. Её взгляд был прикован к скелету химеры, который мы привезли в одной из поездок. Челюсть монстра, утыканная тремя рядами зубов, скалилась прямо на неё. Девушка медленно бледнела, и Викта физически ощущала, как та теряет сознание.

Леви стоял рядом, держа раскрытую ладонь над её макушкой. Он хмурился, водил рукой туда-сюда, словно пытаясь нащупать невидимую нить.

— Не пойму, — пробормотал он. — Какой механизм её выключает? Мана течёт ровно, никаких блоков...

— Слушай, — Викта отложила мясо и вытерла руки о полотенцо которое пропало во вспышке. — А может, нужно по другому? Ты же говорил, во время драки что-то зашкаливает там.

— Адреналин, — Леви понимающе кивнул. — Но не уверен, что это сработает.

Он щёлкнул пальцами перед лицом Элеоноры. Та вздрогнула, моргнула — и снова уставилась на оскаленную пасть. И вдруг её лицо исказилось. Глаза полыхнули злостью, она замахнулась и со всей силы врезала кулаком по челюсти.

— Ай! — взвизгнула она, тряся ушибленной рукой. Челюсть даже не качнулась.

Леви довольно хмыкнул, делая отметку в блокноте.

— Хорошо. Боевое состояние найдено. Пока искусственно, но для начала сойдёт.

Он молча протянул ей тяжёлую деревянную дубинку. Элеонора вцепилась в неё мёртвой хваткой. Леви понимающе кивнул и скрылся за массивной дверью.

С той стороны раздался скрежет, потом визг — такой, что у Элеоноры кровь застыла в жилах. Оберон на плече Викты встрепенулся, распушился и грозно расставил крылья.

Дверь медленно открылась. Леви вышел, волоча за ногу гоблина со свернутой шеей. Тело глухо протащилось по каменному полу, оставляя тёмный след.

— Мне нужно слить кровь и провести пару тестов, — буднично сказал Леви, подвешивая тушу вниз головой на крюк. — А ты сиди и не теряй сознание. Потом пойдём на полигон.

Элеонора кивнула, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. Та злость, что вспыхнула минуту назад, утекала сквозь пальцы. Леви полоснул гоблина по запястьям.

Кап, кап, кап...

Дубинка с глухим стуком упала на пол. Леви обернулся.

— Значит, эффект недолговечный, — констатировал он, наблюдая, как Элеонора заваливается набок.

Викта крякнула, подхватывая тяжёлое тело под мышки. Леви подошёл, снова положил руку ей на голову. Постоял секунду, проверяя состояние организма.

— Кажется, нашёл.

Элеонора очнулась, дёрнулась, попыталась вскочить, но сильные руки удержали её на месте.

— Тихо, — голос Леви звучал ровно, даже успокаивающе. — Посмотри вокруг.

Она посмотрела. Подвал больше не казался пыточной камерой. Свет от магических ламп выхватывал аккуратные стеллажи с инструментами, склянки с жидкостями, стол, заваленный бумагами. Обычная мастерская. Немного жутковатая, но не более.

— Твоя грань даёт интересный эффект, — Леви улыбнулся. — Потом объясню. А сейчас идите на полигон. Викта, покажи где переодеться.

Викта кивнула, посадила Оберона на плечо и потащила Элеонору за собой.

***

Когда они вошли их уже ждал Леви. Он стоял у стойки с оружием, перебирая тренировочные мечи, взвешивая каждый в руке. Увидев девушек, подал Элеоноре деревянный полуторник.

— Твоя задача на сегодня — нанести мне хотя бы один удар.

— Но я не умею, — пробормотала она, с ужасом косясь на штаны.

Леви, словно прочитав её мысли, демонстративно завязал глаза чёрной повязкой.

— Не переживай. Я даже смотреть не буду.

Воинственный крик разорвал тишину — Викта налетела на Леви, размахивая рапирой. Она кружила, заходила с флангов, пытаясь открыть его для удара первогодки. Элеонора, набравшись смелости, тоже закричала и ткнула мечом в спину лекаря.

Леви даже не обернулся. Просто завёл руку назад, отбил клинок и продолжил возиться с Виктой. Элеонора попробовала рубануть сверху. Меч встретил пустоту, её клинок скользнул по чужому лезвию и чуть не врезался в Викту.

И тут Леви сам перешёл в нападение. Выпад — и Элеонора даже не поняла, откуда пришёл удар. Меч ткнул её в плечо, руку, бок — не больно, но чувствительно.

— Гоблины не будут ждать! — крикнул Леви, уворачиваясь от выпада Викты. — Злись! Вспомни всех, кто над тобой смеялся!

Очередной удар пришёлся по ногам. Элеонора покачнулась, но устояла. В голове застучало: один удар. Просто один удар. Клинок в её руках начал двигаться быстрее. Она перестала думать — просто махала, пытаясь достать верткую цель.

— Хорошо! — донеслось откуда-то сбоку.

После чего Викта сбила ее с ног получив пинок и они вместе полетели на пол.

— Я всё Люцию расскажу! — крикнула Викта потирая попу.

— А я расскажу, что ты гранями не пользовалась! — парировал Леви снимая повязку.

Элеонора лежала на полу, тяжело дыша. Тело гудело, руки дрожали, но внутри разливалось странное чувство. Она смогла. Она дралась. Она не отключилась.

— Опа, — Леви присвистнул, глядя на неё. — Кажется, кто-то открыл грань. Викта, давайте в купальню. Скоро ужин.

Викта кинулась к первогодке, подхватила ее заруку и потащила к выходу, на ходу тараторя про горячую воду и мыло.

***

Ужин проходил в непривычной тишине. Первогодки сидели за столом, уткнувшись в тарелки, похоже всех знатно погоняли. Но в нашем деле по другому никак, а они и так потеряли много времени.

Я отпил чай, посмотрел на Леви.

— Что можешь сказать о нашей подопечной?

Элеонора застыла, ложка замерла на полпути ко рту. Она уставилась на Леви не обращая на окружающих внимание.

Леви отложил гренку, тщательно прожевал и только потом заговорил:

— Я не уверен, что этот дар можно отнести к физическим граням. Это что-то похожее на наших Гельмонт.

— Конкретнее, — я поставил чашку.

— Проблема в том, что Элеонора может накапливать в себе энергию, но не может её выпустить. — Леви покосился на девушку, та вжала голову в плечи. — Организм, чувствуя переизбыток, начал распределять её как умел. То, что мы видим сейчас — последствия этого.

— Получается, ей нужно открыть пару граней, которые помогут расходовать энергию, и тогда всё придёт в норму?

— Именно. — Леви кивнул. — Но я не уверен, что это физические грани. У физиков высокая импульсивность, быстрая реакция на внешние раздражители. У неё я такого не заметил.

— Может, физические нагрузки как раз вернут её в норму?

— Нужно наблюдать, — Леви потянулся за очередной гренкой.

Я повернулся к Ханне:

— У тебя как?

— Прошло ровно так же, как с моим даром, — она пожала плечами, откусывая кусок хлеба.

— Получается, в теории она может пользоваться всеми стихиями?

Ханна только плечами повела.

— Надо наблюдать, — и тоже потянулась за гренками, переглянувшись с Леви.

Я хлопнул в ладоши, привлекая внимание.

— Что ж, хочу сделать объявление. Мы с Финли заключили первый договор с вашим отрядом.

Финли, сидевший рядом с Обероном на плече, выпрямился. Совёнок тоже заинтересованно завертел головой.

— Каждый день кто-то из вашей команды будет приходить и помогать нам с работой над рунами.

Дуглас, до этого мрачно ковырявшийся в тарелке, вдруг подскочил, вскинув руки к потолку:

— ДА!

Я бросил на него неодобрительный взгляд. Дуглас мгновенно рухнул обратно на стул, сделав вид, что ничего не было.

— Мы договорились, что ваш отряд будет получать по пятьдесят золотых в месяц.

Адвик и Дивит подскочили синхронно, будто их катапультой вышибло.

— ДА!

Их глаза горели таким огнём, что Оберон на плече Финли даже пригнулся, спрятав голову под крыло. Финли неодобрительно покачал головой, и парни, переглянувшись, медленно, с явной неохотой, опустились обратно.

Я поднял кружку:

— За долгое сотрудничество.

— За долгое сотрудничество! — отозвались за столом.

И даже Элеонора, впервые за вечер, робко улыбнулась.

Финли остановился у старого дуба, росшего перед самым входом в общежитие. Вечерний воздух уже наливался прохладой, фонари бросали длинные тени на запорошенную снегом землю. Он осторожно снял Оберона с плеча и усадил на толстую ветку, на уровне своей груди. Совёнок недовольно заухал, переступая лапками и цепляясь когтями за кору. Его круглые глаза смотрели на Финли с немым укором: «Ты что, серьёзно? Ты в тепло, где еда, а ты меня — сюда?»

— Теперь это твоё дерево, — Финли говорил тихо. — Только твоё. Твоя территория. Понимаешь?

Оберон склонил голову набок, прислушиваясь к голосу.

— Скоро я сделаю для тебя домик, — Финли похлопал по стволу. — Повешу туда, куда скажешь. А пока... привыкай.

Он отступил на шаг, глядя, как совёнок неуверенно перебирается на ветку повыше. Там Оберон остановился, огляделся — и вдруг довольно запрыгал, перелетая с ветки на ветку, словно проверяя границы новых владений.

Финли удовлетворённо кивнул, запахнул куртку и направился к двери общежития. В кармане лежал список рун, который дал Люций. Нужно было их выучить, чтобы завтра же начать учить остальных.

Дверь за ним закрылась с мягким стуком.

На улице воцарилась тишина. Оберон замер на верхней ветке, вслушиваясь в ночные звуки. Где-то вдалеке лаяли собаки, ветер шелестел сухими листьями, оставшимися с осени. Совёнок уже собирался спуститься пониже, как вдруг почувствовал чужое присутствие.

К дереву бесшумно скользнула тень. Чёрная, гибкая, она двигалась так плавно, будто сама была частью ночи. Оберон покрутил головой, расправляя свои крылья готовясь отстаивать свои территории.

Позади раздалось протяжное, вкрадчивое:

— Мя-а-а-ау.

Глава 24

Двери таверны распахнулись, выпуская на улицу клубы пара и запаха жареного мяса. Завсегдатай — бородатый мужик в грязном тулупе — ввалился внутрь, привычно оглядел зал и сразу приметил новое лицо. Точнее, новую спину, в дальнем углу. Незнакомец расположился у стены, не обращая на окружающих никакого внимания.

Перед ним стояли две пустые бутылки, на лавке рядом лежала дорогая, но повидавшая виды куртка, а рукоять меча, торчащая из-за пояса, была украшена искусным навершием — оскалившаяся пасть неизвестного хищника. Аристократ в углу заливал горе дешёвым пойлом — зрелище не частое, но и редкостью такое событие назвать нельзя.

Крю сразу оживился. У него были на этот случай чёткие инструкции: если в таверне появляется новое лицо с деньгами или историями — быть рядом. Он с грацией слона в посудной лавке двинул к цели. На ходу отвесил шлепок разносчице, та взвизгнула и влепила ему пощёчину. По залу прокатился дружный хохот.

— Эй, Крю, я ставлю на то, что Риота выбьет тебе зуб на этой неделе! — крикнул кто-то из угла.

— Черта с два! — Крю потирал щёку, но улыбка не сходила с лица. — Это ласка, а не удар!

Он рухнул за стол к незнакомцу, пододвинулся поближе и натянул самую доброжелательную улыбку. Тот поднял глаза — холодные, оценивающие.

— Приветствую нового друга в нашей таверне, — Крю развёл руками, будто обнимал всё заведение. — За приличную историю мы всегда рады поставить пару бутылок. А у вас, гляжу, пара точно найдётся? Зал застучал кружками в поддержку новичка.

Незнакомец не спешил отвечать. Медленно отпил из кружки, повертел её пальцами и поставил на стол.

— Иди отсюда, — голос глухой, усталый. — Моя история такая же, как у сотен других пропавших родов. А то, что у меня осталось, никто из вас не сможет оценить по достоинству.

Крю заметил, как одна из рук незнакомца скользнула вниз и сжалась на рукояти меча. Ухмылка сползла, сменившись притворной обидой.

— Зря вы так. — Он подался вперёд, понизил голос. — Мы и правда люди простые, но знаем людей совсем не простых. Беспокоить их просто так не станем, но если есть что интересное, то для друга...

Незнакомец прищурился. Крю ощутил, как воздух вокруг стал плотнее. Потом тот усмехнулся — нехорошо, будто загнанный зверь, готовый дать последний бой.

— Мой брат работает на барона Вилда, — выпалил Крю, чувствуя, что надо обозначить, что речь идёт о действительно сильных мира сего. — Десятником. У этого барона денег столько, что хватит на десяток таких трактиров.

Незнакомец убрал руку с меча, подался вперёд, опёрся локтями о стол. Бутылки звякнули.

— Десять тысяч, — тихо сказал он, глядя в глаза Крю.

Тот невольно сглотнул. Сумма была сумасшедшей, но это уже решать не ему.

— Не торопись, друг. Деньги — не проблема. Но и товар должен быть стоящим.

Незнакомец откинулся на спинку лавки, разглядывая потолок. Потом медленно, будто нехотя, вытащил из-за пазухи небольшой, тускло блеснувший в свете ламп предмет, тут же спрятал обратно.

— Меня зовут Малус, — сказал он, наливая себе. — Теперь просто Малус. Остановился в «Стальном молоте». Пусть туда придёт человек. Лучше сам барон. Не всякий сможет оценить то, что я продаю.

Крю схватил кружку, опрокинул её в себя, вытер рот рукавом.

— Заметано! — Хлопнул он рукой по столу, уже предвкушая премию за ценную информацию. — А сегодня... сегодня выпивка за мой счёт!

Одобрительный рёв десятка глоток сотряс стены. Малус поднял свою кружку, но в глазах его плескалась не радость, а холодный, спокойный расчёт.

***

В кабинете царила тишина, нарушаемая только шелестом бумаг. Я перебирал очередную стопку документов, раскладывая их по стопкам — утвердить, отложить, отказать. Чайник на столе давно остыл, но запах трав всё ещё витал в воздухе, смешиваясь с ароматом чернил.

Викта сидела в кресле у окна, углубившись в какие-то списки. Леона сидела за своим столом, составляя вежливый отказ на глупое предложение. Раздался стук в дверь — короткий, уверенный.

— Войдите, — бросил я, не поднимая головы.

Дверь открылась, и в кабинет шагнул Бруно. Он был в своей обычной броне, войдя прикрыл за собой дверь. Девчонки, увидев входящего, уткнулись обратно в документы, не обращая внимания на происходящее.

— Ваше благородие, — он остановился у стола, — у нас появилась некоторая... нестандартная информация.

— Рассказывай, — я отложил бумаги, откинулся на спинку кресла. — Не стесняйся.

Викта и Леона одновременно подняли головы. Отложили свои дела.

— Один из информаторов сообщил о разорившемся аристократе, — Бруно говорил неуверенно, было видно, что недоволен отсутствием информации. — Тот показал какую-то странную шкатулку. Просил за её содержимое десять тысяч золотых.

Викта и Леона синхронно возмущённо засопели. Я поднял руку, призывая их к молчанию.

— И что такого в этой шкатулке, что он требует десять тысяч? — спросил я, не менее удивлённо.

— Нет информации, ваше благородие. — Он кашлянул в кулак. — Человек назвался Малусом. При пьянке обмолвился, что его род пришёл из далёких земель империи. Сейчас остановился в «Стальном молоте». Просил приехать либо вас, либо знающего человека, который может оценить товар.

Я поднялся из-за стола, накинул пиджак.

— Тогда поехали. Посмотрим, что за ценность может стоить целых десять тысяч.

***

«Стальной молот» не был самой богатой гостиницей столицы, но держал марку. Чистые простыни, которые меняли каждый день, свежая еда, постоянное присутствие стражников у входа — здесь любили останавливаться купцы среднего звена и обедневшие аристократы, которые ещё не привыкли к жизни в стеснённых условиях.

На первом этаже, как и полагалось, находилась харчевня. Пахло жареным мясом, свежим хлебом и чем-то сладким — пирогами, наверное. Подавальщицы в накрахмаленных передниках кружили между столами, ловко обходя посетителей, не задевая локтей и кружек. Гвардейцы, вошедшие со мной, сразу направились к хозяину — коренастому мужчине с окладистой бородой, который в этот момент отчитывал зазевавшуюся прислугу.

Они перекинулись парой слов. Хозяин кивнул в сторону дальнего стола, где сидел одинокий посетитель, и я сразу понял — это он. Малус сидел, опустив голову, и явно страдал от вчерашнего вечера. Бледное лицо, тёмные круги под глазами, взгляд, устремлённый в одну точку. Но когда я направился к нему, он поднял голову, и взгляд его мгновенно опустился на перстень.

— Барон Вилд, полагаю? — спросил он, когда я опустился на стул напротив.

— А вы, значит, Малус, — я кивнул. — Не ожидали, что я сам приеду?

— Признаться, нет. — Он усмехнулся, но в глазах не было иронии. — Озвученная цена, видимо, вас заинтересовала.

— Заинтересовала. Честно говоря, не представляю, что может стоить таких денег. Обычно за десять тысяч продают целые поместья.

Малус расплылся в улыбке, но улыбка была грустной, с горчинкой.

— Информация, конечно же.

Я кивнул, давая понять, что слушаю.

— Мой род служил одному из древних магов, — продолжал он, понизив голос. — Его башня... мне известно её расположение. Я готов продать вам эту информацию.

— Предполагаю, что найти там что-то ценное уже не представляется возможным? — я прищурился.

— Напротив. — Малус откинулся на спинку стула, и в его глазах мелькнул огонёк. — Мой предок был капитаном стражи одного из древних магов, в моём роду сохранилась карта с отметкой. Но добраться туда обычным людям не представляется возможным. А у вас есть боевая группа, которая может передвигаться в окружении гоблинов без особых проблем.

Я задумался. В его словах был резон.

— А как насчёт других кланов? — спросил я. — Они тоже знают?

Малус пожал плечами, но в этом жесте читалась усталость.

— Тут ничего не могу сказать. Они могли знать, могли и не знать. Вопрос в другом — хотите вы туда попасть или нет.

Я не ответил. Вместо этого вытащил из пространственного кольца небольшой сундучок, поставил его на стол между нами. Пальцы сами собой откинули крышку. Внутри, на бархатной подкладке, лежали монеты — десять тысяч золотом. Малус даже не взглянул на них. Его рука ушла за пазуху, и через секунду на столе появилась необычная шкатулка — длинная, узкая, из тёмного дерева, инкрустированная камнями.

— Похоже, это артефакт? — спросил я, разглядывая знакомые кристаллы.

— Всё верно, — кивнул Малус. — Именно потому карта и сохранилась. Теперь она ваша.

Я открыл шкатулку. Внутри лежал кусок тонкой выделанной кожи, свёрнутый в трубку. Я развернул его — и передо мной предстали старые знаки имперских картографов. Точные линии, аккуратные пометки, масштаб. Карта была старой, но отлично сохранившейся. Аристократ, конечно, приврал насчёт сохранности — такая и тысячу лет переживёт, если правильно хранить. Но это уже детали, сделка того стоила.

— Надеюсь, нас не обогнали ныне почившие Фостеры, — сказал я, пряча карту в пространственное кольцо.

— Удачи, барон, — Малус поднял кружку. — В тех землях она вам понадобится.

Я кивнул, поднялся и направился к выходу. Пометки на древней карте были не так далеки от мест, где мы бывали, а в голове уже крутились мысли о том, когда нам отправляться. Гвардейцы у входа козырнули, хозяин поклонился. Я сел в карету, приказал трогаться.

***

Пятерка магов двигалась по коридору академии. Студенты, попадавшиеся навстречу, шарахались в стороны, кто-то, наоборот, замедлял шаг, чтобы рассмотреть их получше. Взгляды были разными — кто-то усмехался, кто-то откровенно кривился, будто увидел что-то мерзкое. Но равнодушных уже давно не было. Слишком пестрая группа собиралась вопреки обычной логике.

Финли шёл впереди, сжимая в кармане список рун, которые не только давали доступ к деньгам, но и могли стать их силой. Оберон на его плече дремал, уткнувшись клювом в голову напарника. Элла держалась чуть позади, поглядывая по сторонам. Адвик и Дивит замыкали шествие, переговариваясь вполголоса. Элеонора шла рядом с ними, прижимая к груди стопку книг.

Из-за поворота вывернула группа. Финли узнал их сразу — та самая, что так нагло отказалась брать его к себе. Грем шёл впереди, за ним трое его приятелей. Они перегородили коридор, даже не думая уступать дорогу.

Оберон встрепенулся, сон как рукой сняло. Он расправил крылья, нахохлился, глядя на чужаков круглыми жёлтыми глазами.

— Что ж, — Грем усмехнулся, скрестив руки на груди, — ты действительно удивил. Взял и собрал свой отряд.

— Я только начал, — Финли ответил, не сбавляя шага.

— И что же ты будешь делать с гоблинами? Пугать их уродствами? — Усмехнулся он.

Оберон воинственно захлопал крыльями, издал короткое, злое «ух!». Элла за спиной Финли хихикнула.

— Ещё неизвестно, кто будет пугать гоблинов, — Финли остановился в шаге от Грема, заставив того нахмуриться. — Я пока не слышал, чтобы кто-то, кроме меня, участвовал в настоящей битве с зелёными тварями.

— Да ты хоть знаешь, скольких мы убили на полигоне?

— Это не важно. — Финли подошёл ещё ближе. Грэм попытался не отступить, но ему пришлось отклонить голову назад. — Вот когда вы уничтожите первое стойбище, тогда и поговорим. А сейчас у меня дела.

Финли шагнул вперёд, толкнул плечом заградившего путь парня. Тот качнулся, посторонился, растерянно моргая.

— А не боишься, что я вызову тебя за подобное? — крикнул Грем в спину.

Финли не остановился. Он продолжал идти, и за спиной у него слышались только шаги своих. Оберон на плече повернул голову, глядя на соперников свысока, и издал ещё одно короткое «ух!», полное презрения.

— Он бы тебя уделал, — донеслось от Айдана.

— Теперь не факт. — С улыбкой ответил Финли.

— Это что, ты грань открыл?

Финли вытянул руку в сторону, и его рука преобразилась: она пожелтела, а когти вытянулись. Когти коснулись стены и идеальный гранит подался под давлением. Камень посыпался на пол, не в силах противостоять необычному материалу.

— И кто кого бы уделал?

Адвик и Дивит переглянулись и схватили Финли под руки потащив его подальше от солидной отметины на стене.

— Ты чего творишь, идиот? Хочешь к директору попасть?

— Да это, оно само.

— Ага, вот так и скажешь директору, оно само.

Девчонки бежали следом, не веря, что они присоединились к этим идиотам.

***

— Я не верю, что ты реально согласился на это! — в тысячный раз повторила Ханна, вгрызаясь в свой бутерброд.

Голем нёсся чуть медленней галопа, его каменные лапы увязали в грязи с хлюпаньем, оставляя глубокие следы. Гоблинские равнины тянулись до горизонта, но тёмные клубы дыма, которые взметались от разорённых стойбищ, резко контрастировали с окружением.

— Ну что ты заладила, — ответил я, не поднимая глаз от карты, разложенной на столе. — Работа завершена. В открытии участвовать нам не нужно. Твоё имя вписано на доске.

— И что? — она покосилась на меня, и в голосе мелькнула обида. — Я хочу увидеть, как люди будут заполнять трибуны. Как маги будут сражаться на арене. Как всё пройдёт в первый раз!

— Личная резиденция мага империи. — я проверил карту, сверяя ориентиры. — Мы можем найти там всё, что угодно.

— Это в том случае, если там хоть что-то осталось. — Кабина дёрнулась, голем объезжал особенно большую лужу. Нас немного тряхнуло, но мы привыкли к подобному. — С чего ты вообще взял, что маги не добрались туда раньше нас?

— Даже если маги там были, они нашли только то, что лежало на виду. — я сложил карту и сунул её в пространственное кольцо. — Сомневаюсь, что кто-то тащил туда магов камня. Помнишь, как Пьеры противятся големам? На лошади туда не доберёшься — слишком много гоблинов.

Ханна замолчала, сосредоточившись на дороге. Тишину нарушал только мерный гул каменных ступней, вдавливающих грязь, да глухой шум ветра за стенами кабины. Я смотрел вперёд, в серую пелену горизонта, где карта обещала найти что-то интересное.

— Смотри, — сказал я, — кажется, это и есть наша цель.

Ханна прищурилась, подалась вперёд.

— Скала?

— Похоже на то.

Комья грязи взметнулись в разные стороны, многоножка набирала скорость, ощущая конец долгой дороги. Чёрная точка довольно быстро возросла в размерах. Через несколько минут мы уже различали её форму. Скала стояла посреди равнины, как брошенная титаном глыба. Ровная, серая, без единого намёка на обитаемость, да и намёка на имперские дороги тут не было. Вокруг не было ни одного гоблина — что было странно, они любили такие места, прятались в расщелинах, вили гнёзда под навесами камней. Но здесь было пусто.

Голем остановился в сотне метров. Я выбрался наружу, спрыгнул на влажную землю. В лицо ударил пронизывающий ветер, заставляя плащ трепетать. Скала возвышалась метров на тридцать, её склоны были пологими, и пока не было понятно, как именно маг мог здесь обитать. Ханна спрыгнула следом, и воздух вокруг неё дрогнул, пошёл рябью.

— Освоила обогрев? — я удивлённо оглядел её.

— Ты отправил нас работать под каменным куполом, холодное место, знаешь ли. — она поёжилась, но не от холода, а скорее от воспоминаний.

Я подошёл ближе. Грань окружения скользнула по камню, но ничего не нашла — ни пустот, ни ходов, ни трещин. Ханна положила руку на поверхность, прикрыла глаза.

— Проход запечатан, — сказала она через минуту. — Но странно. Я бы действовала иначе.

— Где он?

Ханна не ответила. Она провела ладонью по камню, и там, где её пальцы касались поверхности, камень подрагивал, будто вода, закованная в плёнку. Со склона откалывались куски налёта, показывая благородный белый мрамор. Магесса остановилась — и плита бесшумно ушла в сторону, открывая тёмный проём. Лестница уходила вниз, ступени терялись в темноте.

Я достал артефакт света, направил луч внутрь. Каменные ступени были чистыми — ни пыли, ни мха, ни следов копоти. Будто их только что вырезали.

— Что ж, — сказал я, — это определённо то, что мы искали. — я обернулся к Ханне. — Подводи голема. Готовимся к спуску. Снаряжайтесь. Мы не знаем, что мог оставить нам старый маг империи.

Голем подошёл ближе, занимая позицию у входа. Каменные лапы вдавились в землю, и механизм замер, готовый к развёртыванию. Луа выскочила наружу, отряхнулась и сразу насторожилась, поводя носом. Она обнюхала скалу, замерла у входа, но не рычала, не скалилась — просто ждала.

— Может, я просто запущу туда конструкта? — спросил Рени, не скрывая сомнений.

— Для начала геоманты проверят всё из толщи камня, — я покачал головой. — Как закончат — тогда отправим конструкты. А уж потом и мы.

— Что насчёт меня? — Леви вышел из-за голема, вытаскивая походный стул.

— Леви, Лирин, Рори и Викта остаётесь снаружи. — я обвёл их взглядом. — На случай, если нам понадобится помощь.

Магессы растворились в камне, и пошло утомительное ожидание. Леви вытаскивал всё необходимое для лагеря. Лирин с сёстрами Гельмонт занималась облётом и осмотром скалы.

Через несколько минут Ханна появилась из камня, отряхнула колени.

— Вокруг всё спокойно, — доложила она.

— Ничего странного не заметила?

— Там всё странное, — она усмехнулась. — Когда спустишься, увидишь, что именно я имею в виду. И да, это не гора. Маг камня законсервировал это строение. Крепостью это не назовёшь, скорее... странная резиденция. Внутри большой зал. Непонятно, зачем он.

— Разберёмся, — я повернулся к остальным.

Дуглас и Аспид стояли у входа, закованные в доспехи. Узкие клинки — для боя в замкнутом пространстве. Рени уже окутал водяной доспех, рядом с ним мерцали несколько конструктов, готовых в любой момент сорваться с места. Сёстры Гельмонт парили в воздухе, ожидая отмашки.

Я достал меч из кольца.

— Начинаем.

Конструкты двинулись первыми — водяные пантеры скользнули в темноту подземелий. Мы шагнули следом. Щиты разгорались мягким серым светом, освещая внутренние помещения. Коридор был без изысков — каменные стены без малейшего намёка на украшения. Помещения здесь были тесными: коридоры не шире трёх шагов, потолки низкие, будто строили не для магов, а для слуг. Хотя существовала вероятность, что это был личный бункер, где хозяин не ждал гостей.

Первый зал оказался столовой. Длинный стол из тёмного дерева, покрытый белой скатертью, стулья расставлены ровно, готовые принять гостей хоть сейчас. Под потолком висели знакомые артефактные светильники — такие же, как в замке совета. Однако освещение не работало, что было странно: артефакты должны светить в темноте.

Из каменной стены бесшумно выступила фигура Ханны. Она огляделась и сразу направилась к нам, проводя рукой по столу.

— На этих этажах ничего интересного, — сказала она негромко. — А вот внизу... — голос её стал многозначительным.

— Не стоит спешить, — я поднял руку, останавливая её.

Прошёлся по комнате. Камин идеально вычищен. Буфет с посудой, готовый к пиршеству. Несколько картин на стенах — пейзажи, портрет суровой женщины в тёмном платье. Ничего магического. Ничего, что стоило бы тащить с собой.

Мы двинулись дальше. Коридоры петляли, комнаты сменялись одна за другой. Спальни с резными кроватями, кабинет с пустыми книжными шкафами, детская с игрушечным деревянным конём. Дорогая мебель, дорогие ткани, но ни следа магии. Будто здесь жил обычный богач, а не маг, способный переломить хребет врагам империи.

— Странный набор комнат, — заметил я.

— Ничего странного. — Леона шла чуть позади, внимательно осматривая стены. — Похоже, здесь прятали ребёнка, который был дорог магу. Всё это убранство очень дорогое, но обустроено так, чтобы это место было сложно обнаружить.

— Думаешь, тут жила любовница?

— Скорее похоже на место, где хранили тайны. Хотя вариант с любовницей нельзя отбрасывать.

У развилки Ханна указала на лестницу, уходящую вниз.

— Мои конструкты добрались до самого низа. Нападений нет, — отрапортовал Рени. — Но как-то слабо верится, что магическое жилище не готово встретить незваных гостей.

Я остановился. Мысль была здравая.

— А может, его так защитили? — сказал я, поворачиваясь к нему. — Маг знал, что нападение будет. Отключил все магические контуры, чтобы не выдать себя. Потому его жилище и не разрушили.

Фрея кивнула. Глаза её блеснули в свете моих щитов.

— Это имеет смысл.

Винтовая лестница шириной в три метра уходила вниз. Ступени вели вниз, и с каждым шагом воздух становился тяжелее и плотнее. Светильники здесь, как и в остальных помещениях, не горели.

Нижний этаж встретил нас простором.

Колонны уходили вверх, к сводчатому потолку, и каждая была исписана рунами от основания до самой вершины. Они переливались тусклым золотом, отражая мой свет от щитов. В конце зала было странное небольшое возвышение, будто на нём должно находиться что-то важное.

Я обошёл одну из колонн, провёл пальцами по рунам. Они были холодными, гладкими. Некоторые руны я узнавал — они участвовали в механизмах наших марионеток. Каждая руна была вплавлена в камень, но сейчас это смотрелось как экзотическое украшение, а не магическое устройство.

— Нам нужен маг света, — с неудовольствием сказал Рени.

— Похоже тут…

С потолка упали маленькие круглые предметы.

Глава 25

Капитан штурмовой группы, позывной Пёстрый, наблюдал за голографической проекцией. Дрон, зависший над руинами, передавал картинку. Движение странного транспорта и двенадцать тепловых точек медленно двигались к скале и заготовленной ловушке. Никакого охранения, никакого построения — идут как на прогулке.

Пёстрый облизнул губы. Среди целей была та самая аристократка, Лирин Помпео. Если взять её живой, можно завязать с наёмничеством навсегда. А порталист будет служить такой прибавкой что и на свою планету можно замахнуться.

— Объекты на подходе, — его голос в наушниках отряда прозвучал спокойно. — Повторите списки целей для захвата, остальных в расход. Оружие проверить. Сегодня день когда мы станем неприлично богатыми.

На его пульте замигали индикаторы: два боевых меха закончили проверку, бомбы в подвесах перешли в активный режим. Система маскировки выдала зелёный — корабль, замаскированный под скальный выступ, оставался невидимым.

— Почему не у башни? — спросил Бит по внутреннему каналу. Его мех замер в двадцати метрах от входа, в тени обрушенной арки. — Накрыли бы гранатомётами с двух сторон и зажали.

— Потому что прямой удар, во-первых, не гарантирует сохранность нужных целей, — Пёстрый поморщился, вспоминая записи с личных камер прошлых рейдов. Маги в ближнем бою рвали броню на лоскуты и крики пилотов ему снились пару раз. — А во-вторых, на открытой площади ещё неизвестно, кто кого. Наша задача — взять нужных, уничтожить лишних и уйти до того, как остальные поймут какой куш мы урвали.

Бит хмыкнул, но спорить не стал. Когда он получит свою долю, он соберёт собственный отряд и вернётся на эту планету. Маяк он тут уже оставил. А найти звездолет который сделает пару вылазок сюда это не такая уж и проблема.

— Разделяются, — доложил оператор дрона.

Пёстрый переключил канал. Четыре точки остались наверху, восемь начали спуск вглубь. То, что нужно.

— Всем внимание, — Пёстрый переключился на общий канал. — Ждём, пока зайдут в ловушку. Глушим, снимаем щиты, вяжем. Если полезут с магией — огонь на поражение. Мёртвым кредиты не положены.

Подтверждения щёлкнули одно за другим.

— Начали.

Десять светошумовых гранат сорвались с креплений и, кувыркаясь, полетели вниз, в огромный подземный зал. За ними — плазменные бомбы, с двухсекундной задержкой. Пёстрый отсчитал про себя: раз, два…

Грохот ударил такой, что изображение с дрона на секунду рассыпалось помехами. Одна из колонн рухнула, подняв облако пыли. На тепловизоре всё смешалось в белое кипящее пятно. Пять секунд — и Пёстрый активировал сброс крио-бомб. Морозный туман мгновенно схватил пыль и пламя, возвращая камерам чёткость.

Картина радовала: половина магов валялась на каменном полу. Но четыре маркера горели ровно и ярко — их щиты устояли. Маги стаскивали своих в кучу стараясь защитить.

— К ногтю обезьяны! — радостно взревел Бит, выводя мех из невидимости. Прицел поймал фигуру в тяжёлом доспехе. Дуглас, маг металла. — Тебя в списке нет! — Плазменная пушка открыла шквальный огонь.

Голова мага отлетела раскаленными каплями металла, вслед за ней в полет отправились часть корпуса и левая нога.

— Есть! — Бит уже разворачивал машину для следующего выстрела, как вдруг раздались сигналы тревоги.

— АААА…

— Сзади, сзади там…

Боевая машина развернулась и в камеры попала крылатая магесса с сверкающими рогами. После чего тепловизор вновь накрыло показывая белый экран. Система охлаждения взвыла, экраны погасли, кабину заполнил едкий дым от горелой изоляции. Бит еле успел нажать на кнопку катапультирования.

— Проклятье! — Пёстрый застучал по клавишам видя семь красных отметок на панели командования, переключаясь на камеры второго меха. Тот пытался отбиться от водяных конструктов — полупрозрачных фигур, что текли по полу, мешая ему продвинуться к оставшимся магам. Пушка меха была раскурочена и горела от раскаленной плазмы. Мех размазывал их в ближнем бою, но конструкты восстанавливались снова и снова.

— Группа захвата, — Пёстрый переключился на резервный отряд. — Боевое оружие. Заходите с левого фланга. Снимите мага воды. Красный маркер, повторяю, красный.

— Принял!

Десять человек сменили лёгкие бластеры на тяжёлые плазменные пушки и скользнули в боковой проход. Зал встретил их звоном осколков, криками раненых и клубами пара. Красный маркер прятался за колоннами. Отряд рассредоточился, обходя его по широкой дуге.

— Цель захвачена. Огонь!

Три плазменных росчерка разорвали водяной купол. Мага отбросило на стену, но купол восстановился, и из него хлынули новые конструкты — которые устремились к новым противникам.

— Живучий ублюдок! — крикнул командир группы. — Вы двое, заходите дальше! Мы сдержим!

— Поня…

Оранжевый росчерк пробил говорившему грудь.

— Мы под огнем!

Отряд шарахнулся за упавшую колонну, продолжая обстреливать купол. Но в этот момент мех второго пилота, наконец прорвавшись сквозь конструктов, рванул вперёд. Он врезался в водяную сферу, пробил её гидравлическим ударом, схватил мага гигантской клешнёй и со всей силы обрушил на пол. Конструкты распались лужами. Но из-за спин раненых вырос новый купол — плотнее, с оранжевым отливом.

А из него вылетела тень. Серый переливающийся оборотень обрушился на кабину второго меха, куски стали полетели в разные стороны. Броня захрустела, гидравлика брызнула маслом. Мех закрутился стараясь сбросить противника.

— Вся панель красная! — заорал пилот.

— Отряд захвата, какого чёрта?!

— Пушки на пределе!

Еще несколько иконок на пульте управления окрасились красным.

— Гранаты! Кидайте гранаты!

В кабине первого меха Бит, обжигаясь, выбил крышку аварийного люка, он вывалился наружу, путаясь в страховочных ремнях. Всполохи перестрелки мелькали по всему залу. Он сполз по стене, стараясь остаться незамеченным. И тут увидел его. Первый кто схлопотал его плазму.

— Тяжко в перестрелке без огнестрела, а?

Он тяжело поднялся и опершись о стену начал выбираться, автоматическая аптечка впрыскивала все новые и новые препараты восстанавливая его состояние. Стальной трос обмотал его шею и дернул обратно, в его грудь вонзился меч. В глазах начало темнеть, последнее что он слышал.

— У кого теперь выгодная позиция?

На корабле Пёстрый смотрел, как на его панели один за другим гаснут зелёные индикаторы. Семь… десять… пятнадцать… все двадцать. Он сдёрнул наушники, швырнул их на пол. Звук автоматически переключился на внешние динамики, и теперь из них доносился только треск помех и далёкие крики.

— Проклятые ублюдки! Тупые идиоты! Такой план — и всё к чертям! — Он начал топтать аппаратуру, размалывая ее на мелкие кусочки. Из динамиков, сквозь шум, пробился незнакомый голос:

— Говорит барон Люций Вилд. За вероломное нападение на граждан Империи вы и ваши люди ответите за это!

— Чертов варвар, шкуру спущу! — Закричал он в бессильной ярости. — Брок мне не простит двадцать человек и снарягу. — Он заметался по рубке. — Планету не покинуть, нужно укрыться!

Он рванул к панели управления, выдрал из неё несколько датчиков слежения, расстрелял их из плазменного пистолета. Но тут завыл тревожный сигнал — приближалась магическая аномалия.

Пёстрый бросился в кресло пилота. Двигатели взревели снимая маскировку, отрывая корабль от земли. Едва он поднялся на десяток метров, как в обзорном экране возникла она. Лирин Помпео — аристократка, одна из приоритетных целей. Обычный походный костюм, расправленные волосы. Рядом с ней, в воздухе, пульсировала сфера, похожая на маленькое солнце.

Она вытянула руку, сжала пальцы в кулак — и резко опустила вниз.

Корабль рухнул, будто придавленный невидимой горой. Пёстрый ударился о панель, автоматическая аптечка впрыснула в вену коктейль из стимуляторов, возвращая сознание. Он попытался вылезти через аварийный люк, но ноги не слушались. Люк открылся сам — снаружи его уже ждали.

Лирин парила в воздухе, глядя сверху вниз.

— Бежать некуда, — сказала Лирин. — Ты думал улететь от меня на своей железке?

Пёстрый поднял руки. Сопротивляться было бесполезно. В голове билась только одна мысль: он влип, охренительно влип.

***

Начало нападения мы откровенно проморгали. Даже не думали, что противник может так подготовиться к встрече. Самым неприятным сюрпризом стали два робота, которые сумели спрятаться от нашего сканирования. Я невольно покачал головой, разглядывая останки гения инженерной мысли: из развороченной кабины всё ещё сочился едкий дым, гидравлическая жидкость растекалась по камню маслянистой лужей, а броня, которая должна была держать мощные удар, теперь висела рваными лепестками.

Позади послышались шаги.

— А знаешь, это отвратительно.

Я обернулся. Рени подошел и прислонился плечом к уцелевшей колонне. Его одежда висела клочьями, но ткань уже медленно стягивалась, восстанавливаясь на глазах. Лицо было бледным и раздраженным. Но то, что меня бесконечно радовало, что он открыл новую грань. Одно из доказательств глубокого понимания стихии, грань боевой формы.

— Что именно? — спросил я, хотя догадывался.

— Этот ублюдок застал меня врасплох. А ты его добил. — Он дёрнул плечом, скидывая прилипший к рукаву осколок. — Главное, что ты продержал щиты, пока Ханна тащила сюда Леви.

— Эй, вообще-то моя гордость пострадала! — возмутился он, но в голосе прорезалась не злость, а скорее обида на саму ситуацию.

Я усмехнулся, хотя вышло кривовато — ситуация мне тоже не нравилась.

— Иди это Дугласу расскажи. Он вообще ничего сделать не успел. Попал под бомбу, только восстановился, попал под заморозку и вишенка на торте очередь из пушки.

В подтверждение моих слов с другой стороны зала разнёсся разъярённый крик:

— Я задержал опасного противника!

— Угу, — буркнул я, не поворачивая головы. — И что там с Гельмонт?

Рени отвел взгляд в сторону, где у стены работал Леви. Его руки светились ровным зеленым светом, а вокруг пострадавших тел двух девушек — висели водяные коконы удерживая кровь. У девушек не было конечностей, да и кожа сейчас представляла жуткое зрелище, если бы не Леви.

— На пару месяцев не бойцы, — тихо сказал Рени. — Перепад температур выбил их боевые формы. Обморожение конечностей. Леви сказал, будет держать их во сне, пока не восстановит основной функционал тела.

Я кивнул. Потом посмотрел на Аспид. Она сидела на обломке колонны, прижимая к груди оторванное левое крыло. Такие серьезные повреждения мы получили впервые, но лучше так, чем кого то потерять.

— Что с Аспид?

— Нужно восстанавливать крыло, — Рени проследил за моим взглядом. — Тот тип, что подстрелил Дугласа, успел отстреляться и по ней. Сейчас из летающих у нас только Лирин.

Я оглядел зал. Разрушенная колонна разлетелась на десятки крупных осколков, лужи от крио-бомб, дым, смешанный с паром. В разных местах лежали группы наемников, десятки ран нанесенные Энтони говорили о его возросшем мастерстве. С потолка посыпались новые осколки, Леви уже закончил и сейчас сидел восстанавливая силы. Маги камня стояли чуть поодаль, и даже отсюда было видно, как они смотрят в пол.

— Ладно, — я отправился на выход. — Могло быть и хуже. Слушай, с Брендой и Майрой поговори. Кажется, они думают, что это из-за них все пострадали. Объясни: раз ты их не увидел, значит, остальные тем более не увидели бы.

Рени хмыкнул, но кивнул.

— Хорошо, я поговорю с ними. Но как? — он посмотрел на меня с вызовом. — Я проверял все, я загнал в эти залы столько воды и ничего. — Рени разжал кулак. — Если они могли прятать такие машины от стихии, мне кажется, они могут как то блокировать магию.

Я повернулся к нему.

— Когда я сразился с мехом, — я припомнил свои ощущения. — Мех никак не противостоял моим атакам, броня рвалась легко. Но знаешь, меня ждет кое кто.

У нас был тот кто может знать, как два боевых меха сумели спрятаться от магов камня и воды.

Вечер опускался на равнину. Дождь, мелкий и назойливый, моросил потихоньку. Ветер гулял по полю свободно, не встречая преград, и с каждым порывом бросал в лицо холодные брызги. Хорошо, что у нас есть маги камня — которые закрыли пространство от неспокойной стихии. Несколько секций каменного голема были открыты и образовывали целый лагерь который скрывал нас от посторонних глаз.

В каменной клетке, которую Майра срастила прямо с грунтом, сидел пленник. Бывшая форма наёмников — была испачкана грязью, лицо заляпано кровью, но в целом он выглядел целее остальных. Я специально оставил его напоследок.

Рядом с клеткой, свернувшись клубком, лежала Луа. Зверь не спал — жёлтые глаза следили за каждым движением двуногого с таким гастрономическим интересом, что пленник старался лишний раз не дышать. Луа уже поняла, что этот нужен нам живым, но надежды на то, что его статус изменится, на ненужный, пока была крепка.

— Как он себя ведёт? — спросил я, подходя ближе.

Луа фыркнула, не отводя взгляда от клетки. Я усмехнулся.

Ханна, дежурившая у входа, кивнула. Каменные плиты клетки разошлись ровно настолько, чтобы я мог войти. Пленник поднялся. Я ожидал, что он будет выше — и не ошибся. Он был на пару голов выше чем я, продолговатое лицо, плечи будто выточены под броню, лысый череп тускло отсвечивает в свете магических светильников, которые Ханна воткнула прямо в камень. Но главное — глаза. Красные зрачки на жёлтой белковой оболочке. Он очень напоминал человека, хотя может это тоже люди.

— Как тебя зовут? — спросил я ровно.

Ответом послужила гортанная тарабарщина. Ни одного знакомого слова. И взгляд — пренебрежительный, свысока, даже сейчас, в каменной клетке. Мне это не понравилось.

Я ударил его в солнечное сплетение — не со всей силы, но достаточно, чтобы он согнулся, лишаясь возможности вдохнуть. Пока он хватал ртом воздух, добавил ногой по щиколотке. Пленник рухнул на одно колено, удерживая равновесие только за счёт натренированного тела.

Из пространственного кольца, в руку скользнул меч. Лезвие загудело, переполненное силой. Я приставил остриё к шее пленника, чуть нажал, чтобы проступила капля крови и стекла по ключице. Превосходство в его глазах исчезло. Остался только откровенный, животный ужас.

— Как тебя зовут? — повторил я.

Снова непонятная речь. Быстрая, испуганная, но всё та же тарабарщина.

— Ты думаешь, я не знаю, что вы нас прослушивали? — я не повышал голоса, от этого тишина между словами становилась тяжелее. — Думаю, левая рука тебе не нужна.

Я схватил его за запястье, выворачивая руку так, чтобы плечо хрустнуло. Пленник дёрнулся, но не закричал — только задышал чаще. Глаза расширились, но он молчал.

— Последняя попытка. Как тебя зовут?

— Я не понимать, — послышался сдавленный голос. — Я не понимать.

Я отпустил его руку, но меч не убрал. Некоторое время мы смотрели друг на друга. Он — с надеждой, что я поверю. Я — просчитывая варианты.

— У вас был переводчик, — сказал я наконец. — Получается, вы технологичней, чем я думал. Но это недальновидно с вашей стороны.

Я убрал меч в кольцо. Пленник не двинулся с колена — замер, ожидая следующего удара. Вместо этого я достал из внутреннего кармана блокнот и перьевую ручку. На первом листе начертил таблицу: три столбца, много строк. Потом пододвинул блокнот к пленнику, ручку вложил в его пальцы.

Знаками — тыканьем в таблицу, в его грудь, в собственный рот — показал, что хочу получить. Азбуку. Звуки. Буквы, которыми он говорит.

Пленник уставился на блокнот. Потом на меня. В его глазах плескалось непонимание, смешанное с недоверием.

— Пиши, — сказал я, и даже без перевода этот тон не требовал уточнений.

Снаружи зашелестел дождь сильнее. Земля дрогнула создавая водоотводы, появились небольшие стенки у камеры — Ханна решила, что нашему пленнику лишняя вода не нужна. Луа, потеряв интерес к пленнику, побежала к себе в выделенное место в големе переждать непогоду.

Я ждал. У нас было время. А у него — только один способ сохранить вторую руку целой.

Пленник старательно выводил символы, каждую букву он выводил так, будто делал это впервые. Пальцы, привыкшие к спусковым крючкам и рычагам управления, с напряжением сжимали хрупкую ручку. Чернила расплывались, буквы кренились, но я терпеливо ждал. В какой-то момент он поднял на меня глаза — и в них уже не было вызова. Только усталость и кажется, первый проблеск понимания, что здесь правила устанавливает не он.

Мне уже через минуту стало понятно: в этом вопросе он умён ровно настолько, насколько это необходимо. Хотя, возможно, они просто не пользуются бумагой и в этом навыке не нуждаются. Если они используют технологии в жизни то наверное достаточно нажать пару кнопок и получить необходимый результат.

Я терпеливо ждал. Когда список разросся до сорока корявых символов, мне протянули блокнот, но у меня был свой план, я стал записывать звуки. Он повторял, я помечал — на слух, без надежды на идеальную точность, но для начала сойдет.

Убрав блокнот обратно в карман, я окинул пленника взглядом. Тот больше не выказывал признаков враждебности.

— Отдыхай, — сказал я, и даже без перевода он понял, что разговор окончен.

Каменная плита за моей спиной сомкнулась с тихим скрежетом. Бренда уже ушла в лагерь, оставив голема сторожить вход. Дождь потихоньку разошелся, а ветер всё ещё гулял по полю.

Ханна стояла у костра, вороша угли длинной веткой. При моём приближении подняла голову.

— Кормить только простой едой, — сказал я, кивая в сторону каменной клетки. — Он не должен чувствовать себя как на курорте.

— Хорошо, — Ханна отложила ветку и потянулась. — Попрошу Викту сварить ему кашу.

Я остановился.

— Она же её всю сожжёт.

Ханна посмотрела на меня с той самой улыбкой — медленной, спокойной, от которой у нормальных людей по спине бегут мурашки.

— Вот именно.

Я вздрогнул.

— Ваша жестокость просто не знает границ, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Не получилось.

К тому времени, как Викта закончила «готовить», дождь совсем утих. Я перекинулся парой слов с Ханной, проверил, как проходило лечение у сестер Гельмонт, и двинулся обратно в зал. Бренда с Майрой должны были навести там порядок. Теперь здесь было тихо и чисто: обломки колонн восстановили, трупы наёмников убрали — Бренда с Майрой уволокли их куда-то вниз. Малуса мы тоже нашли — он был в группе с тяжёлым оружием. По всей видимости был одним из обученных разведчиков.

Многие собрались в зале, разглядывая боевые трофеи. Рени уже восстановил экипировку, сидел, привалившись к стене, и вертел в руках трофейный бластер. Рори возился с костюмом одного из штурмовиков. Аспид пила вино в углу, рядом с ней хлопотала Лирин, что-то тихо нашёптывая.

Мне достался планшет наёмников — пришлось выписывать незнакомые слова, функции которых я не понимал. Бренда и Майра только что вернулись и теперь молча переглядывались, будто решали, кто первый начнёт разговор о том, как они «не заметили» огромные трёхметровые машины.

— Да расслабьтесь вы уже, — сказал я, откладывая планшет в сторону. — Поговорим об этом, когда будем в безопасности. Не занимайтесь самокопанием.

— Но ведь мы…

— Не только вы. Мы тоже не заметили слона в посудной лавке.

К нам подошёл Рени.

— Мы сможем восстановить ту машину?

— Которую Лирин уронила? Это очень, очень сложная техника. Не уверен, что мы сможем её отремонтировать, да и если честно, тащить эту громадину в столицу тоже не выйдет.

— Думаешь, Лирин не справится?

— Думаю, в этом нет особого смысла. Я бы вернулся сюда всем курсом. Перевозка этого корабля едва ли не сложнее стройки Колизея.

— Да зачем ты опять напомнил! — крикнула Ханна.

Луа, которая до этого слонялась между нами, вынюхивая, не уронил ли кто кусочек мяса, вдруг насторожилась. Подняла голову, повела ушами — и резко сорвалась с места, метнувшись к дальней стене зала.

Я проследил за ней взглядом. Там, у самой границы света от наших светильников, стояла Викта. С начала я не обратил на ее отсутствие внимания, но сейчас она замерла совсем неподвижно, вытянув руки вперёд, будто ощупывала невидимую ткань. Луа крутилась вокруг, привлекая внимание, а потом вдруг завыла.

— Викта? — окликнул я.

Она не ответила. Её руки не шевельнулись, и я вдруг понял, что происходит что-то странное. Неужто у неё открывается новая грань? Я встал и направился к ней — прикрыть на случай если пойдет что то не так.

— Эй, — Рени поднялся, откладывая бластер. — Что с ней?

Тут уже воцарился настоящий переполох.

Викта сделала шаг вперёд. Ещё один. Ладони её, чуть светящиеся в полумраке, надавили на воздух — и он пошёл рябью, как вода, в которую бросили камень. Луа взвизгнула и отскочила, шерсть на загривке встала дыбом.

Послышался жуткий скрежет — будто кто-то схватил молнию и пытался разорвать её на части.

— Что происходит? — спросила Лирин, но Викта уже не слышала.

Она ухватилась за рябь обеими руками. Воздух перед ней задрожал, пошёл трещинами — и с глухим, низким гулом, от которого заложило уши, разорвался.

Мелькнула вспышка.

Глава 26

Происходящее в зале завораживало. Прорванная червоточина клубилась, переливалась фиолетовыми потоками энергии, и от неё по каменному полу расходились едва заметные волны. Зал оживал. Руны на колоннах вспыхнули ровным синим светом, зажигаясь одна за другой, и их свечение начало медленно перетекать по резным линиям, будто по сосудам. Светильники под сводом разгорались сами собой, полностью освещая все пространство.

Жилище неизвестного мага просыпалось от столетней спячки, с каждой секундой все больше и больше напитываясь энергией.

Как ни странно, первой действовать начала Лирин. Она притянула Викту к себе, заслоняя ее от портала. Это действие было словно спусковой крючок, запуская цепную реакцию для нашей команды. Я встал перед группой запуская свои щиты, чтобы первым встретить опасность. Рени уже выстраивал водяной купол защищая раненных, Рори сжимал в кулаке огонь, готовый выплеснуть его в любую секунду. Леви и Лирин отошли к раненым — Аспид и сёстры Гельмонт оставались на носилках, но пока ничего не происходило.

Дуглас стоял в боевой форме, металлическая броня переливалась на свету. Он смотрел на разрыв, и я видел, как заходили ходуном его плети — готовые рвать любого, кто полезет.

— Так, это, конечно, очень интересно, — сказал я, не отрывая взгляда от пульсирующего проёма. — Но эту штуку можно закрыть?

Все взгляды скрестились на Викте. Та, сжавшись в руках Лирин, пожала плечами. Лицо у неё было бледное, но глаза горели.

— Я просто почувствовала, что могу открыть здесь портал. Но этот — другой. Он не такой, как в Эраме. Из этого будто энергия рвется.

— А то мы не поняли, — хмыкнул Энтони. — Тот не полыхал как солнце.

— Нам нужна пятёрка гоблинов, — неожиданно сказал Дуглас. Голос у него прозвучал глухо, металлические кнуты задергались в предвкушении.

Я кивнул. Они отличные претенденты, для чести вступить первыми в этот портал.

— Займись этим.

Дуглас сорвался с места — помогая себе всеми дополнительными конечностями. Он выбежал из зала, как ураган, судя по его энтузиазму долго его ждать не придется.

— Ханна, — повернулся я к магессе камня. — Запечатай этот портал камнем. Если оттуда что-то вылезет, пусть сначала столкнётся со стеной. Не хочу встретится с еще одной неожиданностью.

Ханна кивнула и подняла руку. Пол перед червоточиной дрогнул, и из него начал расти камень — мрамор поплыл обволакивая всю червоточину. Стена вздымалась быстро, метр за метром, закрывая проём. Когда она достигла потолка, Ханна опустила руку, и движение прекратилось.

— Готово, — отрапортовала она.

Портал исчез за каменной плитой, но воздух вокруг неё всё ещё дрожал — червоточина продолжала работу. Стена, может, и сдержит тварей, если полезут, но я бы не стал на это полагаться.

— Пока ожидаем Дугласа, раненых переместить выше, — сказал я, глядя на каменную преграду. — Здесь один дежурный постоянно.

Рени убрал свой водяной купол и подошел поближе.

— Выглядело очень опасно, и мой сонар не прошел через портал.

— А с чего он должен пройти? — Удивился я. — Ты видел какой выброс энергии идет.

— Привычка, — он пожал плечами. — Но да лучше дождаться гоблинов.

Викта высвободилась из рук Лирин, и открыла свои порталы для транспортировки пострадавших. Лирин подняла их и спокойно шагнула в портал вместе с Леви.

— Бренда, твое дежурство будет первым, если что то случится сразу поднимай тревогу.

— Хорошо,

— А что насчет пленника? — Поинтересовался Энтони.

— Да ничего, бежать ему некуда, а даже если и сбежит то просто станет сытным обедом для пары гоблинов.

— Что он рассказал?

— Ничего полезного, язык у них другой и наш они знают плохо. Составил небольшую азбуку, но сам понимаешь это дело не самое быстрое.

Луа заметалась по залу, не зная что ей делать. С одной стороны была странная опасная штука, с другой стороны те кто ее подкармливают ушли. В виду не долгих терзаний она отправилась наверх к остальным. Никакой ответственности покачал я головой.

***

Финли шёл с отрядом на открытие нового полигона. Огромное каменное строение встречало гостей изящными барельефами, но главным здесь был мост — двадцать метров прозрачных стен, сквозь которые просматривалась дорога, уходящая на восток. Десятки людей останавливались рассматривая все с высоты птичьего полета.

Внутри, в просторном зале, висели десятки штандартов. Все они принадлежали клану Санчесов и тем, кто состоял с ними в добрых отношениях.

Распорядитель, заметив группу студентов, преградил путь:

— Молодые люди, этот проход ведёт к личным комнатам. Что бы пройти дальше необходим жетон.

Финли кивнул, достал жетон который ему вручили в поместье.

— Барон Вилд разрешил нам посетить открытие.

Распорядитель проверил жетон, поклонился, улыбнувшись уже доброжелательно:

— Для вас подготовлена седьмая комната. Приятного времяпрепровождения.

Они нашли нужную дверь, вошли внутрь. Перед огромным смотровым окном стояли несколько кресел, перед каждым из них стоял небольшой но высокий столик для удобства. Служанка, уже ожидавшая их, подала чай и начала расставлять на столы вазочки со сладостями.

— Не верится, что мы присоединились из-за этих жетонов, — с грустью сказала Ниа, лекарь отряда.

— Да брось, — отмахнулся Финли. — Наш отряд — отличный вариант для тебя. Будешь чувствовать себя спокойно, не придётся никому подчиняться. Да и подумай о балах, ты будешь там с кем тебе хочется, а не с кем прикажет великий дом. Сплошная выгода.

— Если бы не Дерик, я бы и не подумала к вам присоединяться, — фыркнула она.

Раздалось громкое хлюпанье. Все взгляды устремились на двух физиков, которые самозабвенно уничтожали сладкие закуски.

Дивит, заметив, что на них обратили внимание, невозмутимо пожал плечами:

— Чего? Сказали же — можно хоть всё съесть.

Оберон, приняв это утверждение за призыв к действию, сорвался к столу, но был пойман в полёте. Уже готовясь к бою с неожиданным наглецом, он вдруг получил прямо в клюв печенье. Оберон повернул голову, обиженно глянул на компаньона.

— Пи!

Финли закатил глаза, достал пару кусочков вяленого мяса. Оберон тут же забыл об обиде и с удовольствием принялся за угощение, подцепив один кусок своей лапой.

На арене тем временем начиналось представление. После вступительной речи на поле выпустили двадцать гоблинов, они начали метаться по арене громко крича и размахивая своими мечами. Толпа кричала в ответ — кто от ужаса, кто от восторга. Из противоположных ворот появился Эрик Санчес, помахал рукой присутствующим. Трибуны взревели, скандируя его имя.

Гоблины, увидев живую добычу, рванули вперёд. Эрик встретил их струёй пламени, выкашивая самую резвую пятерку.

— Он же может размазать их одним ударом, — заметил Дивит. — Чего возится?

— Ты забыл? — обернулся Финли. — Полигон работает по другим правилам. Здесь нужно показывать зрелищные атаки. Обычные люди увидят, как работает магия, а маги учатся контролировать поле боя.

— Зачем? — Удивился Дивит.

— За деньгами.

— Подожди, — Дивит резко вскочил, — за это платят?!

Адвик поднялся следом, глаза у обоих горели азартом.

— Вы чем слушали, когда мы получали жетон? — удивился Финли. — Здесь будут вестись сражения, для того чтобы студенты академии могли подзаработать.

— Так мы идём, где записываться?

Девчонки посмотрели на них с презрением. Оберон, сидевший на плече у Финли, заухал подпрыгивая, поддерживая боевой настрой.

***

Дуглас вернулся под утро. Семь гоблинов висели на его плетях, как ёлочные игрушки, — орали, но уже без прежнего огонька. Связанным особо не покричишь. Этот живой будильник поднял всех на ноги: из многоножки выходили сонные маги, кто-то матерился, кто-то хватался за оружие. Луа примчалась первой, рыкнула, припала к земле, но быстро смекнула, что зеленые — не добыча. Пленник в каменной клетке тоже заворочался, я заметил, как он прижался к дальней стене — видимо, боялся, что эту орущую компанию засунут к нему в «квартиру».

— Захватил с собой парочку, — Дуглас дёрнул плеть, и гоблины жалобно взвизгнули. — Как насчёт испытаний?

— Мы вроде на пятёрку договаривались.

— Увлёкся, — он развёл руками, и пленники синхронно качнулись в воздухе.

— Не будем тянуть. Идём, посмотрим, что открыла Викта.

Зал встретил нас ровным светом — За ночь здесь ничего не изменилось. Руны на колоннах плыли по кругу, перетекая из одной в другую, будто пытаясь что то сообщить нам. Ханна, не спрашивая, убрала каменный заслон. Дуглас выхватил первого гоблина и, даже не прицелившись, швырнул в портал.

Тот вошёл в бурлящую гладь с сухим треском — будто кто-то сломал сухую ветку.

Я посмотрел на Дугласа.

— Что?

— Думаю, твой бросок свернул ему шею.

— Думаешь?

— Он не кричал в полёте.

Дуглас почесал затылок.

— Оу.

Следующего гоблина он толкнул плетьми — аккуратнее, почти бережно. Тот скрылся в портале с тем же треском, только рябь пошла. Замерли все. Даже гоблины в плетях притихли, будто поняли, что сейчас решится их судьба.

Тишина затянулась. Я уже хотел спросить, не пора ли послать ещё одного, но портал вспыхнул выпуская гоблина обратно. Тот вылетел пулей, крича и стараясь броситься в атаку, но стальные плети Дугласа уже обвили его, прижимая к земле. Я присел рядом, перевернул тварь на спину. Кожа цела, глаза без повреждений, вопит так, что уши закладывает. Живой. И злой.

— Пускай их в расход.

Хрустнуло шесть раз. Дуглас стряхнул пустые плети, развернулся и пошёл к выходу, даже не оглянувшись.

— Ну что же, — я выпрямился. — Сейчас Дуглас вернётся, и мы пойдём глянем, что там происходит.

— Ты хочешь пойти только вдвоём? — Лирин сделала шаг ко мне.

— Мы самые крепкие в отряде. Все будет нормально.

Дуглас вернулся быстро, будто только и ждал команды. Мы шагнули в портал вместе. Мне вспомнился старый фильм из моего мира — там армейцы прыгали в синие порталы и отправлялись в неизведанные миры. Наш портал выглядел эпичней: он клубился, переливался фиолетовым, бросал на стены причудливые тени. Но управлять им мы не могли, по крайней мере пока.

Шаг — и темнота исчезла. В лицо ударил солнечный свет, пахнуло цветами.

Я замер. Поляна, усыпанная белыми цветами, простиралась до самого леса. Зеленая трава будто сейчас лето. Дуглас тронул меня за плечо, показал на странную линию, что тянулась по краю — полупрозрачную, мерцающую, будто стена из застывшего воздуха.

— Барьер, — почесал я подбородок. — Барьер защищает портал, интересно.

— Странно, — Дуглас огляделся. — Я ожидал чего-то более опасного.

— Пройдёмся до леса. Глянем что там.

Мы двинулись через поляну. Что-то было не так — я чувствовал это, но не мог понять, что именно. Обычные белые цветы, куча зеленых сорняков. Вроде все было как обычно, но чего то не хватало. Ладно, подумал я, разбираться сейчас не время, после можно будет осмотреть всё внимательней.

Граница барьера нас не остановила — прошли сквозь неё, будто через сильный порыв ветра. Лес выглядел не менее величественно чем наш, пышные кроны, толстые стволы. Деревья были незнакомыми. И воздух странный — влажный, пахнет прелью.

Грани что то засекли, предупреждая об опасности. Я замер, подал знак Дугласу. Тот выставил шесть клинков и к нему вылетел большой жук. Метр опасного хитина, шесть лап, жвала — меч вошёл четко в голову твари по самую рукоять, жук рухнул у ног, не подавая признаков жизни.

— Что за хрень? — Дуглас мотнул мечом, стряхивая зелёную слизь.

Я перевернул тушу носком сапога. Жвала — размером с ладонь, лапки с крючьями, хитин коричневый, с тёмными разводами. В таком лесу его не заметишь, пока он сам не прыгнет.

Странный звук раздался из чащи — похожий на стрекот, только многоголосый, усиленный эхом.

Мы переглянулись.

— Бежим, — крикнул я.

Рванули к границе барьера. Сзади стрекот нарастал, превращаясь в сплошной гул. Я оглянулся — из леса выплёскивалась живая волна. Десятки, сотни жуков, они гнались за нами залезая друг на друга, стараясь добраться до нас во что бы то ни стало.

— Твою мать! — выдохнул я на бегу. — Тут нужен клан Санчесов! Спалить всё к чертовой матери!

Дуглас не отвечал, только ноги переставлял быстрее. Мы влетели под купол почти одновременно, откатились в стороны, готовые к бою. Я выставил щит, Дуглас принял боевую стойку.

Первая волна жуков ударила в границу барьера — и рассыпалась, как о волнорез. Хитин трещал, тела ломались, но новые твари уже наползали на упавших, вгрызались в барьер, давили со всей дури. Купол держался. Ни трещины, ни ряби — только лёгкое свечение стало чуть ярче.

Я подошёл ближе, запустил грани окружения. Прощупал границу и структуру этой защиты. Ничего. Ни источника, ни подпитки, ни заклинания. Просто барьер, который есть. И всё.

Дуглас стоял у портала, плети наготове, глаза сканируют поляну. Жуки продолжали биться в купол, но уже не так яростно — то ли поняли бесполезность, то ли просто скапливались у границы, ожидая, пока она рухнет.

Я кивнул Дугласу.

— Назад.

Он шагнул в портал первым, я — следом, краем глаза заметив, как последний жук сползает с купола и замирает на траве, провожая нас чёрными глазами-бусинами.

***

— Там что? — Викта дёрнулась к порталу, ноги уже несли её вперёд, но Дуглас поднял ее одним из кнутов, даже не глядя. Она продолжала перебирать ногами в воздухе, будто это могло что-то изменить.

Девчонки смотрели на нас с ужасом. Лирин, Ханна, Бренда, Майра — все сделали шаг назад, даже не скрывая, что сражаться с ползучими гадами не были настроены. Парни тоже не рвались в бой. Энтони попивал свой чай, морщился понимая что идти придется, Рори сжимал в кулаке огонь, желая проявить свои грани.

Я и сам не сильно хотел схлестнуться с жуками. Но подумав, понял: кое-что им противопоставить могу.

Если идти чисто мужским коллективом, получится приличное боевое звено. Я с Дугласом — в первой линии, выходим как приманка. Энтони и Рени — средняя дистанция, Рори будет выжигать скопления. Кивнул своим мыслям, проблем не увидел.

— Лирин, — повернулся к ней. — Пусть Леви займётся обучением нашего пленника. Уверен, у совета будет много вопросов. Да и планы этих уродцев узнать не помешает.

Она кивнула. С ней оставались геоманты — отряд прикрытия на случай, если что-то полезет сюда.

— Мы пошли.

Я вспомнил, как мы пробивались к залежам стали через чащу, когда занимались лесорубством. Идея была простая: сфера, а по ней — режущие лезвия. Противника столько, что махать мечом просто нет смысла.

— Ну что, готовы? — спросил я, когда щит уже обтекал моё тело.

— Давай уже, — Зажег огненные шар Рори. — Глянем, кто погнал вас с поляны.

Мы шагнули в портал.

Поляна встретила нас всё той же тишиной. Я прищурился, оглядываясь, — ни следа от прошлого боя. Белые цветы, не примята трава.

— Насекомые, — сказал я. — Под куполом нет насекомых.

— Так этот купол занимался вашей охраной? — Рори уже зажёг цепь огненных шаров, они крутились вокруг него, готовые сорваться.

— Что-то вроде того. Он сдержал множество тварей.

— Где враг? — спросил Энтони, и лезвия засвистели в воздухе.

— О, сейчас будут.

Я выставил сферу, шагнул за барьер. Дуглас шагал рядом, его боевая форма менялась обрастая магопилами, зубцы со скрежетом стали набирать обороты, разбрасывая искры. Мы двинулись к лесу нарочито громко — всячески привлекая внимание.

Противник не заставил себя ждать.

Жуки устремились к нам из под земли сплошным коричневым морем, наступая друг на друга, желая оказаться первым. Я приготовился встречать противника, лезвия двигались в хаотичном порядке, набирая скорость. Дуглас взмахнул плетьми, и стальные жгуты засвистели, разрывая хитин.

Живая волна накрыла нас с головой.

Зелёная слизь полилась реками. Я перестал видеть Дугласа, только слышал его работу его магопил и свист плетей. Где то впереди рванули взрывы — Рори работал, выжигая целые пласты тварей. Свист водяных лезвий смешивался с моих гулом.

Я выжал всплеск, и сфера взорвалась шипами во все стороны. Треск хитина, хлюпанье, визг.

Запах ударил такой, что желудок подкатил к горлу. Гниль, кислота, горелая плоть — всё смешалось в один смрадный ком. Я сжал зубы, заставил себя дышать через раз, лишь бы не вывернуло.

Особо мощная серия взрывов раздалась справа, и меня дёрнула водяная плеть — Рени вытащил из мясорубки. Я отлетел под купол, Дуглас оказался рядом, весь в зелёной слизи, плети висят, облепленные ошмётками.

— А чего остановились? — я перевёл дыхание.

Рени молча показал пальцем.

Я проследил за его рукой. На опушке, за спинами мечущейся мелочи, стояли другие. Крупнее твари, выше человеческого роста. Двуногие, с телами, покрытыми тёмным хитином с зелеными и красными прожилками, и передние конечности — огромные серпы, сложенные у груди. Жвалы шевелились, перебирая воздух.

Они не двигались как остальные, будто просто наблюдали за нами.

Я оглядел поле боя. Мы сражались, около получаса. За это время можно было положить три, а то и четыре сотни гоблинов. Здесь же, сколько мы убили? Пятьсот? Восемьсот? А они всё лезли и лезли, да и эти крупные не вмешались.

Купол держался так же отлично как и прошлый раз. И судя по всему это было непреодолимой преградой даже для тех громадин.

— Нужно отходить, — сказал я. — Нас слишком мало. Их тут десятки тысяч. А может, и больше.

Дуглас кивнул. Рори погасил огонь, Энтони свернул лезвия. Мы отступили к порталу, оглядываясь.

Шаг — и я оказался в зале.

Девчонки смотрели на нас, как на призраков. Лирин уже подняла руку, готовая сломить любого, кто полезет следом. Ханна тоже держала руки, готовая сомкнуть стены перед порталом. Даже Луа, которая обычно слонялась без дела, стояла перед Виктой и скалилась на портал.

— Ну? — Лирин шагнула вперёд. — Что там?

— Их слишком много, — ответил я. — похоже там что то, типа гнезда пауков. К тому же на нашу вечеринку пришли и другие твари.

Я перевёл взгляд на портал, который всё так же пульсировал за спиной.

— Нам нужно больше магов.

— Хочешь позвать Эрика? — спросила Лирин.

— Думаю, да. Нашей огневой мощи просто недостаточно.

Рори подошёл ближе, скидывая дымящиеся перчатки.

— Может, попробуем снять барьер? Если эти твари схлестнутся с гоблинами, им не поздоровится.

— Вот уж нет. — Я покачал головой. — Жуки могут увеличить свою популяцию при наличии пищи. Мы просто сменим одного противника на другого. К тому же, эти — возможно, даже худший вариант.

— Если эти жуки пойдут в другую сторону… — неуверенно протянул Рори.

— Во-во. Не можешь контролировать — не трогай. — Я посмотрел на портал, который всё так же пульсировал мощью. — Теперь я даже понимаю, почему это делали именно под землёй. Боялись прорыва. И в случае чего, наверное, просто обрушили бы всю скалу на портал.

Викта стояла рядом, бледная, но спокойная.

— Викта, попробуй закрыть портал. Не хочу оставлять это без присмотра.

Она кивнула, шагнула к порталу, подняла руки. Я ждал. Секунда, другая, третья. Ничего не происходило. Викта дёрнула ладонями, будто пыталась сдвинуть невидимую дверь, напряглась, выдохнула — портал даже не дрогнул.

— Ясно, — сказал я. — Понятно. Придётся закапывать под грудой камня.

Ханна поморщилась, но кивнула. Я видел, как ей надоело все это, но она понимала необходимость. Да и справедливости ради только она и могла с этим справиться.

Я оглядел зал. Грязный и уставший отряд приводил себя в порядок. Дуглас отошел в сторону с Рени и тот сейчас смывал весь глубокий внутренний мир жуков. Энтони уселся на походный стул и по всей видимости опять раздумывал как ему сделать свои атаки массовыми. Рори к моему удивлению отправился к Луне и стал ее наглаживать, что же каждый борется со стрессом по своему.

Поездка получилась опасной, но и принесла неожиданный урожай. Планшет с данными, кучу снаряжения, летательный аппарат, хоть и подбитый. И портал, который Викта всё-таки открыла — пусть и не может закрыть.

Я посмотрел на пульсирующий проём.

— В следующий раз, — сказал я, — мы покажем этим жукам, кто здесь вершина пищевой цепи.

Рори усмехнулся, зачесывая волчицу.

— Эрику это понравится. Мы устроим здесь огненный шторм.

— И я с удовольствием посмотрю на это, — я перевёл взгляд на Ханну. — Запечатывай. Все Равно мы не будем здесь оставаться на долго.

Ханна подошла к проёму, положила ладони на каменные глыбы. Камень поплыл, все больше заливая портал каменной массой, когда толщина составила полтора метра Ханна оторвала руки.

Я отправился к выходу, нужно было распределить что мы повезем обратно. Луа выскользнула из-за колонны, ткнулась носом в мою ладонь. Шерсть у неё на загривке всё ещё стояла дыбом — портал заставлял нервничать хищника.

— Не боись, — тихо сказал я, почесал её за ухом. — В следующий раз все будет иначе.

Я шагнул на свежий воздух, щурясь от утреннего солнца.

Глава 27

Тысячи голосов, звуки оваций, стук ногами все это сливалось в единый низкий гул, который поднимался от каменных трибун к огромному прозрачному куполу, заставлял дрожать воздух. Новый Колизей — гордость клана Санчесов и лично Тита Аргелия — принимал все новых и новых зрителей, и те сполна отплатили за потраченные силы звонким серебром которое ссыпали уже в третий ящик. Толпа людей все никак не останавливалась.

Первоначальный план был прост и предсказуем: маги против гоблинов. Молодые дарования демонстрируют мощь стихий, толпа рукоплещет, казна пополняется. Первые дни сражений шли по сценарию. Огонь, вода, камень — гоблины падали десятками, маги принимали овации, зрители довольные увиденным спокойно расходились по тавернам. И всю ночь обсуждали увиденное.

Но сегодня всё пошло не так.

Случилось то что просто не укладывалось в голове, молодой студент соблазненный золотом за выступление отказался выходить. Испугался выходить на бой и просто убежал. Пришлось выкручиваться, на арену вместо молодого мага вышел обычный гвардеец.

Стальная кираса блестящая на солнце, шлем в форме головы орла, щит, с грозным грифоном и стальной меч. Против него выпустили пятерых гоблинов — задача была проста, продержаться пока срочно ищут мага, который должен выйти следующим.

Гвардеец действовал осторожно. Щит держался впереди, будто он идет в монолитном строю. Стальной меч ждал своего часа, готовый ужалить в любую секунду. Первый гоблин получил самый обычный укол и гоблин упал словно подкошенный. Группа не предала этому значения и попыталась окружить с трёх сторон, они скалились, кричали, но гвардеец не ушел в глухую оборону, рывок, и легкого гоблина снесло ударом щита. Короткий тычок и вот противников всего трое.

Третий упал через минуту. Четвертый — через две. Толпа молча начала привставать с мест. Когда пятый гоблин рухнул на песок, перерубленный пополам, трибуны взревели.

Крики смешались в сплошной гомон. Люди топали ногами, хлопали по каменным парапетам, свистели, орали что-то бессвязное. Охрана, стоявшая в проходах, даже не пыталась успокоить толпу — да и какой смысл? Арена жила своей, первобытной жизнью, и сейчас этот дикий зверь ликовал.

Гвардеец стоял посреди амфитеатра. Грудь ходила ходуном, лицо под шлемом блестело от пота — бой был проведен по всем правилам. Он медленно поднял меч и отбросил щит, принимая овации победителю. Солнце ударило в лезвие, и на мгновение показалось, что в руках у человека не простой клинок, а само пламя.

Тит Аргелий не верил своим глазам.

Он сидел в центральной ложе, откинувшись на спинку кресла, и смотрел на арену сквозь пальцы, сложенные домиком. В голове шумело — от криков, от жары, от внезапной, острой, как бритва, мысли. Маги всегда сражались с гоблинами. Это было в порядке вещей: обученные маги против диких тварей, сжигают врага своей стихией. Горожане принимали это как данность, как устройство мира: маг силён, маг защищает, простому человеку там делать нечего.

А теперь простой человек вышел — и победил.

Тит резко выпрямился. Пальцы вцепились в подлокотники кресла. До него начало доходить. Идея — обрушилась всей тяжестью осознания. Его зрители хотят видеть обычных людей на арене, ведь магом они никогда не станут, но вот умелым бойцом. Значит, вся стратегия, все выстроенные планы сражений нуждались в пересмотре.

Он поднялся, не прощаясь с соседями, и быстрым шагом направился в боковой проход. За спиной всё ещё гудела арена, но Тит уже не слышал её. В голове крутились шестерёнки, выстраивая новую схему.

Дверь кабинета отлетела в сторону и стукнулась о стену. Тит откинул занавеску, впуская свет и рухнул в кресло. Бумаги полетели на пол. Свитки, черновики, наброски расписаний — всё, что он с таким трудом выстраивал неделями, теперь казалось мусором. Он рылся в стопках документов, отбрасывая все ненужное на пол.

— Где же оно? — прошипел он. — Где это было?

Обрывок бумаги попался на глаза. Он поднял его и пробежался глазами по строкам.

«Наёмный отряд Железного Джо. Я и мои парни готовы заняться поставками гоблинов для вашей арены. Семь человек с обычным снаряжением. Мы уже совершили семь удачных выходов с караванами. Три столкновения с гоблинами, вышли без потерь».

Тит улыбнулся.

— Будет вам показательное сражение, — тихо сказал он, обращаясь к бумаге, будто та могла слышать. — Я покажу вам, что война с гоблинами это не только дело для магов.

Он откинулся в кресле, закрыл глаза. Картинки сами складывались в голове, одна за другой.

Первый блок — молодые маги. Пусть показывают свою мощь, пусть привыкают к толпе, пусть толпа привыкает к ним. Простые сражения как и было задумано, демонстративное уничтожение стихией. Второй — дуэли между магами, если таковые будут. Огонь против воды, воздух против камня. Зрелищно, мощно, зрителям такое нравится. А молодым магам нравится слава.

А финал…

Тит открыл глаза. Финал должен быть смертоносным. Гоблины против людей. Без магии. Кто выживет, будет решать только сталь, наемники против гоблинов. Гвардейцы аристократов, стражники города.

Но если люди погибнут, если смерть обычных бойцов станет просто частью шоу — это вызовет не восторг, а гнев. Тит понимал: нужен баланс. Нужен тот, кто сможет удержать жизнь на краю.

Он потянулся к другому листу, исписанному убористым почерком. Маги-целители. Список тех, кто согласится работать на арене за долю от сборов. Тит нашёл нужное имя, выделил его жирной чертой.

— Маг будет стоять у арены, — проговорил он вслух, выстраивая план. — Второй — у клеток с гоблинами. Третий — на трибуне, на случай, если что-то пойдёт не так.

И ещё. Нужен знак. Что-то, что заставит зрителей затаить дыхание, а потом выдохнуть с облегчением. Что-то громкое, видимое, понятное каждому.

— Гонг, — Тит усмехнулся. — Один удар — пал боец. Два удара— если успели вытащить. Множество ударов— если бой завершен.

Он встал, прошёлся по кабинету. Пальцы сами собой потёрлись друг о друга, разминаясь перед работой. В голове уже складывались цифры: билеты на магические дуэли, надбавка за финальные бои, ставки на то, сколько гоблинов убьёт один боец. Имя «Железный Джо» будет работать само по себе, привлекая тех, кто хочет увидеть не колдовство, а настоящую, грубую, человеческую силу.

Да, это сработает.

Тит Аргелий остановился у окна, глядя на стены столицы, где мирные горожане не знали проблем, живя под защитой магов. Толпа уже расходилась, но гул всё ещё висел в воздухе, как эхо прошедшей бури.

Он заработает столько, сколько не снилось его отцу. Столько, чтобы его потомки никогда не рисковали собственными жизнями как его сын.

— Всё только начинается, — сказал он тихо, и в его голосе не было сомнений.

***

Пока наша многоножка мерно покачивалась на ухабах дороги, я сидел на скамье у борта и смотрел, как за низкой каменной оградой проплывают поля гоблинских земель. Мысли крутились вокруг странного — пленника.

Этот оборванец в грязной форме наёмников управлял тем летающим аппаратам, он был явно не простым человеком. Не каждый день ловишь капитана, который устроил нападение на тебя. К тому же, он мог сообщить множество ценных данных: кто они, как оказались на этой планете, какими силами они располагают. Всё это хотелось узнать из первых рук, а не получать отфильтрованные порции информации от Совета.

Совет, конечно, разрешил оставить Викту в отряде. Но что бы ни было, наш отряд стал результативным именно потому, что мы всегда были готовы к разным проблемам. Информация это слишком ценный ресурс чтобы отказаться от нее.

Я откинул голову на борт, прикидывая варианты. Совету хватит и того, что мы нашли портал. Оригинальный, надо сказать. Это покажет им что Викта не зря находится с нами. Руны на колоннах, которые ожили, после открытия портала, — они явно использовали всплески энергии, питая всё в этой крепости.

Вспомнилась забавная платформа, которую вывозили на показы, чтобы впечатлить студентов. Её напитывали маной, и она могла летать всего час, после чего требовалась новая зарядка. Вполне возможно, что такие же платформы могли работать от подобных магических установок. А это уже не просто находка — это магическая технология, которая может изменить многое.

Решение было важным. Мысленно я представлял висы и потихоньку накидывал доводы в пользу разных вариантов, и все больше склонялся оставлению пленника. В конце концов, если от пленника будет реальная угроза, мы всегда успеем передать его Совету. А если нет — сможем разобраться сами и приберечь кое-что для себя.

Мы несколько раз отдавали свои находки, и с тех пор никаких нововведений не появилось. Никто не спешил делиться открытиями, мы получали золото и некоторую свободу действий, но на этом все. К чему тогда отдавать то, что можно использовать самим?

Это стало последним кирпичиком. Я принял решение: здесь лучше положиться на тех, кому доверяю.

В голову пришла мысль, которая сразу показалась правильной: дед Лирин. Антонио Помпео, улыбчивый маг который без каких либо сомнений вырезал любых аристократов, стоило тем хоть немного начать хитрить. Он проведет самый качественный допрос и сможет обеспечить безопасность пленнику. Мы же пока передохнем в Эраме. Развеется после жестокой битвы не помешает.

Я спустился в кабину и громко хлопнул в ладоши, привлекая внимание. Те, кто дремал, встрепенулись, Луа подняла голову с немым вопросом.

— Мы едем в Эрам.

— Эм, но ведь… — Ханна хотела что-то уточнить, но я перебил:

— Часть наших находок лучше оставить там. С нападением разберёмся сами, а вот с порталом понадобится помощь. Работа с рунами — не то, что мы сейчас потянем.

— По какой дороге мне пройти? — спросила Ханна, не отвлекаясь от управления.

— Сначала мы заедем в Орфен. Следует доставить пострадавших к Росарио. Потом отправимся в Эрам.

Лирин, сидевшая рядом, повернулась ко мне:

— Разве мы не хотели сдать оружие и этого… Совету?

Я встретил её взгляд.

— С этим разберёмся сами. К тому же, разве не хочешь повидаться с Молнией?

Лицо Лирин скривилось так, будто я предложил ей съесть лимон вместе с кожурой. Я усмехнулся, а в дальней части нашей многоножки раздались радостные крики. Рори что-то кричал, Бренда смеялась, даже Рени, обычно сдержанный, что-то одобрительно высказывал. Большинство родственников нашей компании жили в Эраме, и для них это был не просто крюк на карте — это был дом.

Я смотрел на мелькающие за бортом поля, и мысли снова вернулись к книгам. В библиотеке моих родственников, пылились фолианты, которые никто не открывал десятилетиями. Может, там есть что-то важное? Записи предыдущих поколений магов, которые сталкивались с порталами, с рунами, с той энергией, что мы видели в подземном зале?

Хотя, зная своих родственничков, они скорее распродали бы всё, что стоит хоть серебряк. Надежды на их запасы было мало. Но проверить стоило.

***

Орфен встретил привычным шумом. У ворот толпился народ, прибывший караванщик спорил с десятником, размахивая руками так, что чуть не сбил с ног проверяющего стражника. Тяжеловозы фыркали, переминаясь с ноги на ногу, — ждали, когда их распрягут и наконец отведут в стойло.

Я спрыгнул с многоножки. За мной медленно выходила Аспид, Леви поддерживал ее под руку. Оторванное крыло мешало ей держать центр тяжести, из за чего ее могло повести в сторону. Лирин уже была рядом с носилками. Она присела, поправила под головой сестёр Гельмонт немного выбивающуюся подушку и поправляя одеяло. Гравитация мягко подхватила раненых. Они поднялись в воздух плавно, без рывков.

— Давай, — сказал я, кивая в сторону клана Росарио. — Не спеши.

Мы летели над городом, Лирин то и дело посматривала на носилки чтобы их не качало лишний раз..

Ворота клана распахнулись перед нами без лишних слов. Нас всегда были готовы принять. Во дворе замка царило небольшое оживление, лекари в светлых одеждах выходили из зданий, готовясь принимать раненых.

— Глава клана на месте? — спросил я у женщины, которая встретила нас у входа.

— В Эраме ваше благородие. Дела задержали, — ответила она, сразу переходя к делу. — Но у нас двадцать лекарей, ваши подопечные в надежных руках. Разместим всех.

Лирин опустила носилки на подготовленные места, придержала руками, смягчая касание. Аспид коснулась земли последней, недовольно покосилась на дверной проём — пришлось пригнуться.

С кроватями вышла заминка. Те, что стояли в палате, были рассчитаны на обычных людей. Аспид, была мощным физиком, сейчас ее рост был два метра десять сантиметров, крылья же были на пару голов выше.

— Мы закажем новую удобную кровать, — успокоила меня старшая лекарь, видя проблему. — С усиленным каркасом. Это не проблема.

Аспид повела плечом и лишь грустно улыбнулась:

— Не переживай, восстановим твое крыло, будешь летать как раньше — успокоила ее лекарь.

Она кивнула стараясь казаться грозной воительницей.

Когда раненых разместили, мы вышли во двор. Оглядевшись последний раз мы отправились обратно. Лирин подхватила меня своей гравитацией, путь по воздуху не занимал много времени для нас.

Город раскинулся под нами — серый, шумный. Крыша нового Колизея блестела на солнце.

— Не хочешь проверить, как работает твой Колизей? — спросила Лирин, когда мы пролетели над поместьем.

— Он не мой, — ответил я. — Нынешние дела важнее.

Она повернулась ко мне.

— В этот раз ты даже не уделял внимания этому проекту. Когда строили торговый центр, ты действовал иначе.

— Если я буду заниматься всем подряд, времени не на что не хватит. Ханна разбирается в стройке, Аргелии знают, как устроить шоу, а авторитет Санчесов защитит от нападок.

— Когда будешь строить свой город, тоже не будешь следить? Это может сыграть злую шутку.

— Может, — я кивнул. — Но проще прибить одну проблему, чтобы остальные не появлялись.

— Будешь убивать людей? — она смотрела внимательно.

— Да. У меня не так много времени. И не думаю, что поначалу будут большие проблемы.

— Меня учили другому.

Я усмехнулся.

— Как-нибудь поинтересуйся смертными приговорами в Окриде.

— Что ты имеешь в виду? — Нахмурилась Лирин.

— То, что какой бы добрый ни был человек, правитель — это совсем другое дело.

Столица с высоты птичьего полета выглядела внушительно, наши новые постройки очень даже вписывались в общий интерьер.

Когда мы приземлились за стенами Луа встретила нас с игривым настроением. К обычным повозкам ее не пускали, но и убегать далеко она не хотела.

— Выступаем в Эрам, — сказал я, когда все собрались у многоножки.

— Мы точно должны поступить именно так? — спросила Ханна.

— Если это будет важная информация, тогда совет ее получит. Но пока мы должны действовать с теми, кому доверяем.

Я посмотрел на лица своих людей.

— В Эраме нас ждут ответы и отдых. Знаю что мы многое прошли, но осталось еще немного.

Луа ткнулась носом мне в плечо требуя внимания.

***

Поездка по дорогам в Эрам сейчас стала относительно безопасной. По всей видимости, Сэму наконец удалось наладить производство огненных зелий в тех объёмах, которые требовались для патрулирования трактов. Вдоль обочин то и дело попадались свежие кострища и обгоревшие туши гоблинов, оставленные конными разъездами. Безопасные дороги — это жизненно важно для нашей маленькой империи. Без них голод в столице мог стать совсем не иллюзорным событием.

Сам Эрам встретил нас привычной деловой суетой. Ничего не изменилось с момента нашего последнего визита: те же крепкие стены, те же хмурые стражники у ворот, тот же запах дыма и свежего хлеба, смешанный с десятком снующих повозок. Единственное, что пришлось добавить в этот раз, — паранойю.

Коробка с пленником, которую Майра срастила из камня, чтобы не привлекать внимания, стояла в середине многоножки. Мы загрузили её так, чтобы со стороны казалось — обычный груз, что-то из трофеев, не более. Луа то и дело принюхивалась к щелям, но Энтани уводил ее своим куполом — лишний интерес к «грузу» мог привлечь ненужные вопросы.

У ворот нас остановили, но ненадолго. Стражники узнали многоножку, кивнули мне, глянули на пассажиров — и махнули рукой, пропуская.

Когда многоножка въехала во внутренний двор, я спрыгнул на землю, приказал остальным разгружать припасы, а сам направился к замку.

Гиперион, насколько я знал, сейчас должен был быть у себя в кабинете пытаясь решить десяток каждодневных вопросов. Но вопрос, который меня мучил, был прост: могли ли эти пришельцы — наёмники, снабжённые передовыми технологиями, — знать, что происходит в замке правителя? Имели ли они агентуру внутри или полагались только на технику?

Ответа у меня не было. И, как часто бывает в таких делах, проверить это можно было только опытным путём. Если люди не знают тайны, они её и не выдадут. А значит, чем меньше народу в курсе, где именно мы держим пленника и кто им занимается, тем безопаснее.

Я поднялся по лестнице, миновал стражу, которая пропустила меня без вопросов, и толкнул дверь в кабинет.

Гиперион сидел в кресле у камина, листая какую то книгу. При моём появлении он поднял голову, отложил книгу.

— Неожиданно?

— Приветствую ваша светлость. Я привез кое что занятное, не хотите пройтись.

— Хорошо. — Он поднялся, потянулся, разминая плечи. — Радан уже в курсе?

— Ещё нет. Сначала хотел поговорить с тобой.

— Тогда веди.

***

— Так значит, вас атаковали наши старые знакомые? — Мы спускались в один из подвалов замка. — И в этот раз вы смогли захватить одного из них.

Я молча толкнул дверь. Метаморф вошёл в комнату и наш пленник, до этого спокойно сидевший на стуле, оживился. Вот только подобного я не ожидал, одна из моих теорий сразу же проявилась во всей своей красе. Он вскочил со стула опрокидывая его с грохотом и вжался в стену, будто старался слиться в месте с ней. Глаза расширились, и я увидел в них не просто страх, а узнавание.

Гиперион удивлённо приподнял бровь и вопросительно посмотрел на меня.

— Похоже, этот парень уже видел, как ты сражаешься.

— О чём ты? — Гиперион перевёл взгляд с меня на пленника. — Все нападавшие на Эрам отправились в небытие.

— Они могут видеть на расстоянии. Что-то вроде способностей приручителей видеть глазами животных. Но они могут сохранять увиденное и показывать остальным. — Я кивнул на пленника. — Похоже, он в курсе, на что ты способен.

Гиперион оскалился. Оскал вышел хищным, и на лице пленника читался нескрываемый ужас.

— Это существенно упрощает наш разговор.

— У вас началось что-то интересное, а меня не позвали.

В дверном проёме стоял Радан Лорсен. Маг крови прислонился плечом к косяку, скрестив руки, и с ленивым любопытством разглядывал нашего пленника.

— Чего так затравили бедолагу? — он склонил голову набок, прищурился. — Его кровь будто застыла от ужаса. Если продолжите в том же духе, его сердечко просто не выдержит подобных переживаний.

— Этот человек — командир напавшей на нас группы, — сказал я. — Как мы сейчас выяснили, он явно причастен к нападению на Эрам.

— Люций, а ты не перестаёшь удивлять. — Радан усмехнулся, и в воздухе за его спиной начали сгущаться кровавые фигуры. Одна, вторая, десяток — они вырастали из пустоты, бесформенные, но с лицами, и все до единой уставились на пленника. Тот вжался в стену так сильно, что, казалось, хотел продавить камень.

— Есть проблема, — сказал я. — Он не говорит на нашем языке.

— Это и не проблема вовсе. — Радан ухмыльнулся, и кровавые фигуры качнулись вперёд, окружая пленника полукругом. — Я займусь его обучением. Неделя — и будет говорить так, будто всю жизнь прожил здесь.

— Что насчёт их снаряжения? — Гиперион повернулся ко мне, возвращая разговор в деловое русло.

— Мы много чего нашли. — Я прошёл к столу, сел на край. — У них был летающий корабль, но после удара Лирин боюсь, его не восстановить.

— Возможно, мы сможем его разобрать и что-то использовать?

— Слишком далеко. — Я покачал головой. — Не удастся перевести его сюда незамеченным. А значит, и про нашего гостя узнают.

Гиперион понимающе кивнул.

— Радан, тогда обучение на тебе. А я позову на отдых Помпео — думаю, его заинтересует провести время у нас.

Я поднял руку, останавливая его.

— Сделайте так, чтобы про существование этого человека никто не знал. — Я посмотрел на пленника, который, казалось, перестал дышать. — Со мной они связались в городе и продали карту с местом засады.

— Купился на подделку? — Радан скривился с ехидцей.

Я молча достал из пространственного кольца шкатулку, протянул магу крови. Он открыл, взял карту, повертел, поднёс к свету.

— Хм… — лицо его изменилось. — Выглядит настоящей.

— О том и речь. — Я забрал карту обратно. — Разведка у них работает на отлично, нашли оригинальную карту. Вычислили моих людей, да и я сам попался. Чего уж тут.

Гиперион посмотрел на пленника, потом на меня.

— Твоя группа сильно пострадала?

— Пострадала, — ответил я, вспоминая лица сестёр Гельмонт, Аспид. — Но обошлось. Иначе мы бы доставили его не в полном комплекте.

Радан хмыкнул и повернулся к пленнику. Кровавые фигуры за его спиной сомкнулись, отрезая тому пути к отступлению, которого и не было.

— Ну что же друг мой, давай знакомиться, — сказал маг крови, и в его голосе не было ни капли сострадания.

Глава 28

Столица изменилась. Это чувствовалось уже на подступах к воротам — если раньше это было деловое состояние, то сейчас оно стало воинственным. Каждый горожанин обеспокоился личным оружием и хотя бы раз присмотрелся к покупке доспехов.

Каждый лавочник, даже тот, кто ещё вчера торговал вяленой рыбой и дегтем, сейчас орудовал ножом у разделочной доски, нарезая снедь, заворачивая в промасленные тряпицы и передавая десяткам мальчишек. Те, сбивая друг друга с ног, ныряли в толпу, пробирались к новому зданию, которое вздымалось над стенами, чтобы успеть первыми, продать свою нехитрую ношу.

Самые ушлые не бегали вовсе. Они покупали билеты на само представление и уже там начинали свою малую торговлю. Гвардейцы Санчесов, выставленные вдоль периметра, покрикивали, чтобы не мешали проходу, но руку на мечах не держали — мелкая торговля не вредила порядку, а сытые зрители, это довольные зрители.

Проходя по рынку сквозь людскую толпу можно было услышать обрывки разговоров. Их было много, и все они были об одном.

— …вчера наёмники против гоблинов, слышал? — толстяк в засаленном кожухе толкнул локтем соседа. — Говорят, чисто отработали, ни единого ранения.

— Да за такие деньги, я бы их голыми руками рвал! — сосед, тощий, с длинным носом, сплюнул под ноги. — Вот только меч куплю. И сразу туда…

Раньше такие разговоры вели только бывалые наемники или стража, возвращавшаяся с вылазок. Теперь об этом думал каждый. Гоблины перестали быть далёкой угрозой, о которой знали, но не видели. Теперь их знали в лицо: грязные, зелёные, с кривыми кинжалами, которые держат в лапах, и их всегда много. Слишком много. Теперь, пафосные барельефы на стенах великих кланов, для горожан, заиграли новыми красками.

Наёмники, те кто согласился выйти на песок, теперь ходили в героях. Каждый караванщик, собираясь в путь, теперь первым делом искал знакомые лица — тех, кто недавно рубил гоблинов на виду у всего города. Если такой идёт с обозом, значит, и в пути будет спокойнее. Хотя все понимали: в дороге случается всякое. Но смотреть на человека, который доказал свою силу, было спокойнее, чем полагаться на слухи.

И вроде как все успокоилось, но тут появились маги.

Клановые, прознав, что на арене можно не просто сражаться, а выставлять напоказ свою родословную, свою силу перед всем городом, просто сорвались с цепи. Сегодня Стайнхарт выходил против Белфорта, Санчес против Урбена. Слухи работали быстрее любой типографии. На перекрестках, в тавернах, у лавочников только и было: «кто кого», «ставки принимаются», «мой дядя видел, как тот огненный…».

И среди всего этого гама, среди криков зазывал, лязга медяков и запаха жареного лука, случилось то, что заставило толпу расступиться.

Безродный физик, крепкий мужчина с коротко стриженным затылком, в простой куртке, каких на рынке десятки, вышел на середину площади и крикнул, не пряча лица:

— Я вызываю этого мага-стражника на дуэль, этот ублюдок забрал последнее у моей семьи!

Толпа охнула. Кто-то засмеялся, кто-то замер с открытым ртом. Стражник в серебристой мантии, стоявший у входа в рынок, даже не повернул головы. Но вызов был брошен.

Финли, который знать не знал о происходящем, сейчас смотрел на сумасшествие своих подчиненных, он видел как Дивит толкнул плечом одного из клановых с синей накидкой.

— Безродные шавки! — голос, полный презрения, перекрыл шум. Высокий парень в дорогом артефактном костюме краснел на глазах. За его спиной двое таких же — с холодными глазами, от которых исходила едва неприкрытая ненависть. Водники. Аристократы. — Мы вызываем вас на командный бой!

Финли дёрнулся было, чтобы вмешаться и остановить эту вакханалию, но его опередили.

— Принимаем! — Дивит шагнул вперёд, разведя руки. — Порвём тебя, Урбен, и прихлебателей твоих тоже!

Адвик, стоявший рядом, ткнул его локтем в бок.

— Правильнее будет сказать, что мы их утопим, — насмешливо поправил он, понизив голос. — Они ведь водники.

Дивит замер, переваривая услышанное. Финли, прикрыв глаза, хлопнул себя ладонью по лицу. Оберон, сидевший на плече, сделал то же самое крылом, издав при этом жалобный стон.

— Ааа! — Дивит вдруг расхохотался так громко, что толпа вокруг зашумела. — Тогда встретимся в Колизее!

Урбен скривился, но не отошёл.

— Я настаиваю на дуэли в академии! — отчеканил он, и в голосе его зазвенела стихия. — Арена для черни.

— Ой, ой! — Дивит сложил ладони рупором. — А что такое? Кто это у нас тут такой трусишка?

— Я аристократ! — Урбен выпрямился, и его спутники синхронно качнулись за ним. — Развлекать плебеев не намерен.

Толпа загудела неодобрительно. Кто-то свистнул. Но Дивит и Адвик не растерялись. Они полезли за пазуху, вытащили туго набитые кошели и, не сговариваясь, высыпали на ладони звонкие кругляши. Золото блеснуло на солнце, и вмиг стало тихо.

— У нас есть что поставить, — сказал Адвик, и голос его был спокоен, как у менялы, назначающего цену.

Урбен смотрел на золото. Смотрел долго. Потом перевёл взгляд на Финли, на физиков, на филина, который сидел на плече и чистил свои перья. Глаза его блеснули.

— Я хотел сохранить хоть толику вашей чести, — процедил он, растягивая слова, — но раз вы просите… Я унижу вас на глазах всего города! Ждите моего посыльного.

Он резко развернулся и зашагал прочь от деревенщин. Его спутники последовали за ним, не оборачиваясь.

Толпа расступилась, пропуская их, и тут же сомкнулась, загудела с новой силой. Ставки, имена, сроки — всё смешалось в сплошной шум.

Финли стоял, глядя вслед уходящим водникам, и чувствовал, как внутри начало появляться, липкое чувство. Элла, молча подошла ближе и её лицо было бледным.

— Ну зачем? — простонал Финли, обращаясь то ли к физикам, то ли к самому себе. — Зачем?

— Во-первых, авторитет, — Адвик поднял указательный палец в верх, всё ещё держа в руке золотой. — Во-вторых, за победу мы получим десять золотых от Колизея и ещё двадцать от противника. Тридцать золотых на ровном месте.

— Ты думаешь, он сражаться не умеет? — Финли повернулся к нему, и в голосе его прорвалось раздражение.

— Да мы их порвём! — Дивит сжал кулак, и под его курткой вздулись бугры мышц. — Эти напыщенные индюки только выглядят грозно.

— Нам ведь дали хорошую работу, — напомнила Элла, и её тихий голос прозвучал резко на фоне шума. — Что вам ещё нужно?

Двое физиков переглянулись. Адвик почесал затылок, а Дивит вдруг поморщился, вспоминая, видимо, те самые бесконечные списки рун и часы, проведённые за переписыванием формул, которые им поставляли нескончаемым потоком.

— Авторитет, — наконец выкрутился Адвик, и в его голосе не было прежней бравады. — Нам же нужно ещё людей набрать. Как мы покажем остальным, что способны защитить их в бою, если будем только руны учить?

Финли замолчал. В голове крутились мысли. С одной стороны — золото. Тридцать золотых. Сумма, которая позволит отряду дышать, купить нормальное снаряжение. С другой — Урбен, его холодные глаза, его спутники с влажной дымкой над ладонями.

Но с третьей… почему бы и нет? Если они выиграют, если покажут, на что способны, к ним потянутся. Может быть, удастся заполучить в отряд мага камня или воды. А без них их группа — всего лишь компания для сопровождения.

— Ладно, — сказал он, и Оберон на его плече напрягся, почувствовав перемену. — Но тогда нужно придумать, как с ними бороться.

Адвик улыбнулся. Он полез за пазуху и извлёк сложенный в несколько раз листок, замусоленный по краям, исписанный мелким почерком.

— Это что? — спросил Финли, принимая бумагу.

— Это список успеваемости водников на первом курсе, — ответил Адвик, и его голос звучал так, будто он только что вытащил из колоды главный козырь.

Финли развернул листок, пробежал глазами. Имена, даты, грани. Урбен был среди них, и его отметки были лучшими, но не достаточными на такое высокомерие.

— Вы это… — Финли поднял глаза на физиков. — Вы всё это специально, да?

Дивит и Адвик молчали, но их лица были красноречивее любых слов. Оберон на плече Финли громко захлопал крыльями, издал торжествующий крик и подпрыгнул.

***

Мы вошли в комнату, где сидел наш пленник. За неделю, которую мы его не видели, он изрядно исхудал — скулы заострились, глаза ввалились. Хотя сомневаюсь, что его морили голодом. Радан знал своё дело: хотя может быть и так, что наш заключённый изучал язык, не отвлекаясь на еду и сон.

Помимо меня в комнате находились все защитники Эрама и Антонио Помпео. Боевые маги, которые зачищали от гоблинов этот город, сейчас рассаживались в креслах вдоль стен, и на их лицах не было ни снисхождения, ни жалости — только холодное, цепкое внимание.

— Итак, господа, я провёл интересную беседу с нашим новым другом, — Антонио подошёл к пленнику, обошёл его, как лошадь на ярмарке. — И скажу я вам — ситуация у нас уникальная.

— Не томи, — Гиперион уселся в кресло поудобнее, сложил руки на груди, ожидая доклада.

— Начну с хороших новостей. Молодой человек, который попал к нам, состоял в отряде наёмников. Общее их количество — всего пятьсот человек. Прибыли они сюда для тайного захвата молодых магов.

— Звучит не очень хорошо, — подал голос Лисандр Вейн, маг в щегольском костюме, что стоил дороже большинства домов в городе.

— На самом деле это звучит отлично, потому что потом начинается настоящее сумасшествие. — Антонио взял со стола планшет, нажал пару клавиш, и в комнате развернулась голограмма звёздной карты. — Те, кто ранее уничтожил нашу империю, называют себя Ксархи. И триста лет назад это была единая империя. Как сказал этот молодой человек, и как я позднее убедился по звёздным картам, мы находимся на окраине владений этой империи. Нашли нас можно сказать случайно. Один из приближённых к императору кланов хотел заселить именно наш Дарвус. Вот только когда они прибыли, обнаружили нас.

В комнате повисла напряжённая тишина. Даже лекарь, который за всю встречу не проронил ни слова, перестал перебирать чётки.

— Клан носит название Борей. И вот когда они попытались тайно перебросить сюда свои силы, привлекли внимание другого клана — Берул. Пока Борей были заняты нашим уничтожением, на них напали Берул. Обе стороны понесли ощутимые потери и отступили. Собственно, именно благодаря их вражде мы сейчас живы.

— А что с гоблинами? — спросил я. — Они же не просто так плодятся под стенами.

— Это всего лишь рабочие. — Антонио Помпео усмехнулся, но усмешка вышла грустной. — Биологические машины, выведенные для добычи, амбициозный проект одного умника. На планете где-то должна быть база, которая контролирует их популяцию. Плохая новость в том, что их численность измеряется в миллиардах.

Я забарабанил пальцами по подлокотнику кресла. Тишина давила, каждый обдумывал услышанное.

— Сведения очень важные, — сказал я. — Но чем нам это всё грозит? Сейчас, здесь, на Дарвусе?

— По сути, ничем, — Антонио приблизил карту, оставляя нашу звёздную систему. — Этот конфликт император подавил крайне жёстко. Да так, что оба клана были вынуждены убегать, в родные галактики сверкая пятками. Но это не понравилось остальным восьми кланам, и началась война, которую они ведут уже триста лет. Наша часть космоса отдана одному из принцев, но своих сил у него попросту нет. Потому эти наёмники и пробрались сюда — если их и заметят, то наказывать попросту некому.

Слово взял Гиперион — он поднялся с кресла и стал в центре:

— Получается мы сейчас находимся на стороне императора?

— Все так, — Антонио улыбнулся. — Кланы располагаются на очень дальних от нас территориях.

— Получается, что кроме этих наёмников про нас никто не знает?

— Не совсем так, — Антонио кивнул на пленника. — Наёмники сюда прибыли не сами по себе. У них есть координатор, кто-то из сильных мира сего, кто захотел прибрать к рукам пару магов. Но у нашего «Пёстрого» слишком маленькое положение в иерархии, чтобы знать больше.

— Значит, нам нужно выловить всех наёмников, — сказал я. — Всех до единого. И тогда узнаем больше.

— Всё верно, Люций. — Антонио сел на край стола, сложил руки на груди. — Но именно тут начинаются сложности. Их корабль висит на орбите. Мы просто не сможем добраться туда. Не сейчас по крайней мере.

— Хорошо, — я перевёл взгляд на пленника. — А зачем они старались выманить нас из столицы? Зачем вся эта охота, засада?

— Это всё из-за порталиста, — ответил Антонио.

— Викты?

— Именно. Технология порталов им известна, но это требует огромных энергоустановок, которые трудно обслуживать. Порталисты же не нуждаются в дорогом оборудовании. Они просто открывают порталы туда, куда хотят. Если бы они заполучили её, то смогли бы перебрасывать отряды в любую точку империи, где есть специальные маяки.

— Ну, я бы так не сказал, — я покачал головой. — Её предел — всего сотня метров. Иначе мы бы просто телепортировались к башне и не тряслись бы неделю в големе, будь она так сильна.

Помпео пожал плечами и кивнул на пленника давая понять, что все с его слов.

— У них есть данные о наших возможностях и способностях? — спросил Гиперион. — Может, сохранили что-то от нашей империи? Какие-то архивы, карты, информацию о магах?

— Это ему тоже не известно. — Антонио взял со стола лист бумаги, исписанный мелким почерком. — Он в принципе знает о происходящем исключительно потому, что получил координаты и стал выяснять всё, что связано с этой территорией. Всё остальное ему сообщали по мере необходимости.

Я понимающе кивнул. Хорошо поставленная система: даже капитану отряда не доверяют всего.

— И насколько эта империя Ксархов была большой? — спросил Радан, глядя на пленника. — Раз угробили нас, должны были быть сильны.

Пленник приосанился, будто сам был тем самым императором. Ввалившиеся глаза на мгновение вспыхнули гордостью.

— Свыше пяти тысяч обитаемых миров, — сказал он, и голос его, хриплый от долгого молчания, прозвучал отчётливо.

Радан, до этого сидевший в углу с невозмутимым лицом, присвистнул.

— Звучит как очень большая проблема, господа.

— Да нам конец, — подала голос Дана. — Как только они обратят внимание, нас просто сотрут. Пять тысяч миров…

— Не факт, — сказал я. В комнате стало тихо.

— Первое, что нам нужно, — дать по зубам наёмникам. Выбить их с планеты, чтобы они не могли доложить. Второе — найти того, кто нас заказал, и выяснить, что именно им известно. И третье — найти способ связаться с теми, кто у них действительно что-то решает в этой империи.

— Связаться? — Помпео приподнял бровь. — С кем? С принцем, который забыл про эту планету?

— С тем, кто нуждается в надёжном союзнике. Магия — это наш весомый козырь. Мы должны показать, что достаточно сильны, чтобы с нами считались, но при этом не опасны для империи, чтобы нас не уничтожили превентивно, как это было триста лет назад. Нам нужно, чтобы нас не трогали, будет плюсом, если получим наследие предков.

— Автономию, — тихо сказал Гиперион.

— Именно. — Я остановился напротив пленника. Тот смотрел на меня с недоумением. — Нам всего-навсего нужна автономия. И чтобы нас оставили в покое. А для этого мы должны показать, что с нами дешевле договариваться, чем воевать.

В комнате повисла тишина. Маги переглядывались, кто-то кивал, кто-то хмурился. Гиперион откинулся на спинку кресла, задумчиво глядя в потолок.

— Это… неожиданно, — наконец сказал он. — Но в этом есть смысл. Если у нас действительно есть то, что им нужно, мы можем торговаться.

— Тогда нам нужно больше узнать об этой империи, — добавил Помпео. — О её кланах, о её войнах, о том, с кем мы можем сотрудничать, а кого лучше обойти стороной.

Я кивнул, возвращаясь на своё место.

— Пленник владеет этой информацией? — уточнил Гиперион.

— Нет, — покачал головой Помпео. — Наёмник, в самом гнусном смысле этого слова.

— С Виктой понятно. Для чего им остальные маги?

— Тут по-разному. Как нам сообщил наёмник, точной информации у него нет, но в их сети, — Антонио постучал по планшету, — проскальзывали интересные данные. Некоторые люди неожиданно стали очень сильными, кто-то пользуется огнём, одна девушка на приёме пострадала от нападения, но её раны сразу затянулись.

— Они проводят опыты на магах и, похоже, добились кое-каких успехов.

— Не факт, — пожал плечами Помпео. — Возможно, не всех магов уничтожили, а просто забрали к себе для селекции.

Я понимающе кивнул.

— Что насчёт совета?

— Однозначно рассказываем. Великим придётся поработать. Одно дело, когда мы не знали, чего опасаться, а вот сейчас — совсем другое дело.

— Что насчёт наёмников? — Спросил я, обводя взглядом комнату. — Как нам стоит их ловить?

Слово взял Нокс. Он поднялся с кресла, прошёлся вдоль стены, и в его движениях появилась та самая хищная плавность мага тени: он был готов открыть сезон охоты на ищеек-наёмников.

— Мне нужны данные, — сказал он, не повышая голоса. — Как они смогли создать сеть в столице. Есть ли у нас похожие люди, которые работают на них. Лишим их информации — заставим действовать вслепую.

Я улыбнулся. В голове уже складывалась картинка: наёмники, привыкшие к тому, что они полностью контролируют ситуацию, вдруг начнут терять свои преимущества. К тому же они прилетели охотиться за новичками, которые только учатся первым заклинаниям. Но что будет, когда они столкнутся с настоящими мастодонтами, которые десятилетиями вычищали гоблинские гнёзда и выслеживали опаснейших тварей? Да у них просто земля будет гореть под ногами.

— Мы не знали о других группах, — быстро сказал пленник, уловив, куда клонится разговор.

Нокс даже не посмотрел на него. Он остановился у окна, глядя на улицу, и его голос стал спокойным, почти ленивым:

— Это не имеет значения. Расскажешь мне, как именно вы действовали. Дальше — моя работа.

Он обернулся, и я увидел, как его губы раздвинулись в оскале. Бывало такое у наставника, не любил он тех кто воюет против него.

— Переловлю вас как цыплят.

Пленник закивал так часто, что голова, казалось, готова была оторваться. Он заговорил, торопливо, сбивчиво, но быстро вошёл в ритм: средства определения магов, портативные сканеры, которые носили в ранцах, амулеты-глушилки, которые они получали перед каждым выходом, коды, пароли, точки сбора. Он вываливал информацию, будто боялся, что если замолчит, его прервут навсегда.

По мере того как лились подробности, лица магов в комнате мрачнели. У Лисандра Вейна дёрнулся глаз. Даже Дана помрачнела от услышанного, перестав теребить свой веер. Понимание того, что мы здесь ходим как на ладони, напрягало. Каждый шаг, каждый выход за стены — всё было под контролем этих людей.

Но один момент заставил меня замереть.

— Ты сказал, вы можете определить, находится рядом маг или нет? — перебил я.

Пленник замер, испуганно глядя на меня.

— Всё так, — быстро закивал он. — Всё так.

Я откинулся на спинку кресла. А потом начал смеяться.

Не сдерживаясь, без намека на вежливость. Громко, заливисто, так, что Радан нахмурился, а Гиперион приподнял бровь. Я смеялся, пока не закончился воздух в груди, и только тогда, вытирая выступившие слёзы, сказал:

— Вы хоть понимаете, что это значит? — спросил я, оглядывая присутствующих.

Все взгляды скрестились на мне. Даже пленник уставился с недоумением, чувствуя, что происходит что-то важное.

— Мы сможем узнать, будет ли ребёнок магом, — сказал я, и голос мой прозвучал отчётливо в наступившей тишине. — Это значит, что количество магов может возрасти в разы. Мы перестанем полагаться на наблюдения, у кого прорежется дар, а кто так и останется обычным человеком. Мы сможем искать их, обучать, готовить с детства.

Антонио Помпео, до этого сидевший неподвижно, медленно кивнул. Он повернулся к пленнику, и в его глазах полыхнул жгучий интерес. Понимание того, что всё может измениться с помощью одного устройства, было пьянящим. Сражение даже не началось, а прибыль уже появилась на горизонте.

— Насколько точно ваша аппаратура определяет это? — спросил он, и голос его был спокоен, но под этим спокойствием чувствовалась сталь.

— Аппарат настроен так, чтобы предупреждать о противнике за пятьдесят метров, — пленник замялся, почесал затылок, явно пытаясь вспомнить технические детали, которые ему вряд ли объясняли. — Но можно ли его настроить на детей… — он пожал плечами. — Я не техник. Но думаю, что-то можно попробовать сделать. Принцип тот же: фиксация энергетического источника. Только пороги чувствительности изменить. Н- н наверное.

Нокс, всё это время стоявший у окна, хмыкнул и повернулся к нам. Он покивал своим мыслям, и на его лице появилось удовлетворение.

— Получается, если человек старается скрыться от меня на расстоянии пятидесяти метров, — сказал он, растягивая слова, — скорее всего, это противник. Или тот, кто не хочет, чтобы его нашли. А таких людей среди горожан не так уж и много.

Он подошёл к своему креслу и присел, расправляя одежду.

— Сеть противника нужно обрушить разом, — Нокс перевёл взгляд на меня, на Гипериона, на Помпео. — Не дать им опомниться, не дать связаться с верхушкой. Начнём действовать в договорённости с Советом. Удар должен быть молниеносным, во всех городах.

— Аппаратура, — напомнил я. — Нам нужна она. И те, кто умеет с ней работать. Если мы сможем определять магов с детства…

— Это уже не просто война с наёмниками, — тихо сказал Гиперион. — Это будущее. Совет пойдёт на всё ради этого.

Помпео кивнул, и его лицо стало жёстким.

— Тогда не будем тянуть. Люций, собирай своих людей и отправляйся в Орфен. Мы должны вести себя естественно, чтобы не спугнуть противника раньше времени.

Я поднялся и кивнул.

— Хорошо, тогда мы выезжаем сегодня. — Я кивнул на наёмника. — Он едет с нами?

— Да, но предупреди Совет о его полезности, убьют ещё ненароком. Вот краткие записи допроса, предоставь их совету.

Наш небольшой совет подошёл к концу. Мне предстояло отправиться в Совет и немного похлопать глазами, пошаркать ножкой за то, что не привёз пленника сразу. Многие подошли к проекции звёздной карты, рассматривая списки ближайших обитаемых планет.

Я поймал взгляд Нокса. Он усмехнулся уголком губ.

— Цыплята, — сказал он одними губами, и я кивнул.

Ну что же наемники, ещё посмотрим, кто из нас будет охотником.

Глава 29

Мы ехали в Орфен по важному заданию, но сейчас я был спокоен, ведь наша небольшая война еще даже не началась. Я сидел в кресле на крыше многоножки, смотрел на мелькающие за низкой оградой поля и чувствовал, как напряжение, которое не отпускало меня последние дни, понемногу спадает. Раньше мы думали, что незримый противник просто выжидает, затаился, готовит удар. Теперь знали: ему просто не до нас. И это было и хорошо, и плохо одновременно.

Хорошо — потому что у нас появилось время. Плохо — потому что, раз они решили уничтожить жителей планеты, человеколюбием они не страдают. Такие не будут разбираться, кто прав, кто виноват. Увидят цель — прибьют, не задумываясь.

С другой стороны, даже какие-то наёмники смогли устроить нападение на магов и уничтожить целый город. Это лишний раз показывало, насколько развит противник. Портальная система, корабль на орбите, амулеты-глушилки, сканеры, определяющие магов. Всё это было у них. А у нас — только магия, которую они уже научились обходить.

Я поднялся, прошёлся к спуску в салон, остановился у пленника. Он сидел в углу, привалившись спиной к стенке, и смотрел в одну точку. Луа, лежавшая рядом, подняла голову, повела ушами, но поняв, что я не к ней, снова уткнулась носом в лапы. Я присел рядом, прислонился плечом к стенке.

— Как получилось, что вы стали наёмниками? — спросил я. — Как я понял, у вас должна идти война.

Пленник повернул голову. Ввалившиеся глаза блеснули в полумраке.

— Мы закончили наши контракты по службе, — сказал он. Продлевать контракт было слишком опасно, — развел он руками. — Вот и присоединились к «хищникам».

— «Хищники?»

— Название группы наёмников. Нас обучали в течение года. Показывали, как стоит действовать, рассказывали, как проходит жизнь в ваших городах.

— Получается, вы собирали информацию и готовились к захвату.

Он кивнул, и отпил чай. Пленника мы пытать и морить голодом не собирались, хотя в скором времени таких как он будет больше.

— Да. А когда объявили о захвате новых территорий, это сильно спутало нам карты. Верхушка была сильно недовольна, но решили подождать, когда вы отправитесь на завоевания. Получалось, что мы сможем захватить больше и не столкнемся с остальными магами.

Я задумался. У нас две группы, которые могут привлечь внимание: Эрика и моя. И если наёмники узнают, что в моей группе порталист, они сделают нас приоритетной целью. Но как отбиваться? Пятьсот наёмников, из них сто уже разбросаны по городам. Еще какое то количество это персонал корабля. Значит, в резерве остаётся около трёхсот. Много, но не так уж и страшно.

Нужно взять с собой Амалию Лористон. Но так, чтобы она не привлекала внимания. Сильный маг огня может стать очень неприятным сюрпризом. Если они знают о её способностях…

— Что вы знаете о наших сильнейших магах? — спросил я.

— То, что смогли заснять камеры во время нападения на ваши города, — ответил пленник. — Больше ничего, приоритетно избегать ваших старших магов.

Я помолчал, переваривая услышанное.

— Ты упомянул об устройстве, которое определяет присутствие мага, — сказал я. — Скажи, оно может понять, насколько маг силён?

— Портативные нет. Они регистрирует наличие большого количества энергии. Для точных подсчётов нужно более сложное и дорогое оборудование.

— Значит, обнаружить её могут? — Я почесал затылок. — Как укрыться?

Пленник посмотрел на меня, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на понимание.

— Наши костюмы, — сказал он. — Они как раз помогают это сделать. Не важно, какое сканирование — они просто делают носителя частью среды.

Я кивнул. Хорошо. Очень хорошо. Осталось только придумать, как убедить утончённую даму, носить это технологичное устройство и ожидать нападение противника.

— Мы почти прибыли, — сказал Рори всматриваясь в даль.

Вдали уже виднелись стены Орфена. Город, где нас ждали очень важные дела, которые смогут изменить мир. Хотя тут как решит совет, может изменений и не будет вовсе.

Луа вскочила, потянулась, зевнула и посмотрела на меня с таким видом, будто говорила: «Ну что, пошли гулять?»

— Бренда, открой проход пусть Луа разомнется.

***

Зал совета заливал солнечный свет. Огромные окна, располагались по кругу башни, лучи солнца падали на длинный стол из светлого дерева, на кресла с высокими спинками, на лица магов, которые засидали здесь уже третью сотню лет. Единственно что изменилось это длительное молчание, и отсутствие препирательств.

«Пестрый» стоял в центре зала, и я видел, как он пытается слиться со стеной. Плечи вжаты, руки по швам, взгляд уткнулся в пол. Для человека, который командовал отрядом наёмников и охотился на магов, он выглядел сейчас жалко. Но совет магов за столом это не обманывало.

Рассказ о наёмном отряде, об империи Ксархи, о пяти тысячах миров и войне между кланами вызывал у них разве что лёгкое недоумение. Председатель, слушал не перебивая, только пальцы его мерно стучали по столешнице. Остальные переглядывались, кто-то покачивал головой. Удар, к которому они так тщательно готовились, на самом деле не состоится. Из-за обстоятельств, которые никто не мог предвидеть.

— Это очень важная информация, молодой человек, — голос председателя прозвучал ровно, без тени паники или радости. Он наклонился вперёд, будто пытаясь просканировать наемника. — Вы сказали, что основная группировка сил противника обитает на орбите нашей планеты. Почему же они не подготовили базу на планете?

Пестрый дёрнул плечом, будто пытался стряхнуть невидимую тяжесть.

— Так дешевле, — сказал он, и голос его прозвучал глухо. — Ваша планета слишком агрессивна для нас. Для обычной защиты потребовалось бы тяжёлое вооружение, укрепления, постоянный гарнизон. Потому и считалось, что жизнь среди вас — это что-то вроде курорта. Мне пришлось приплатить чтобы попасть в эту группу.

Председатель кивнул, и я заметил, как на его лице мелькнуло что-то, похожее на усмешку.

— Как именно вы должны попасть на ваш корабль? — спросил он.

— В установленное время с нами выходили на связь и собирали данные, — Пестрый говорил теперь быстрее, будто боялся, что его перебьют. — Если что-то было необходимо сделать, тогда присылали отряд. Эвакуации на данный момент не предполагалось.

— Это не стыкуется, — голос председателя стал жёстче. — Вы ведь собрали людей для нападения.

Пестрый сглотнул, и я увидел, как на его шее дёрнулся кадык.

— Всё потому, что мы узнали о порталисте, — выдавил он. — Я, да и те, кто были в моём отряде, хотели заработать на этом в обход нашей верхушки. Такой куш выпадает не часто.

— Наёмники, — Роберт Санчес откинулся на спинку кресла, и его губы раздвинулись в улыбке. — Это действительно меняет очень многое. Мы можем спокойно развернуться для…

— Не торопись, Роберт, — председатель поднял руку, и Санчес замолчал на полуслове. — Мы не можем менять нашу стратегию. Молодые таланты должны быть под нашей защитой. Но да, это даёт нам определённые варианты для маневров. — Он повернулся ко мне, его взгляд смотрел цепко, как у хищника, который всё ещё помнит вкус крови. — Барон Люций Вилд, как бы вы оценили силы противника?

Я выпрямился. Взгляды всех присутствующих скрестились на мне.

— Опасны, — сказал я. — У меня три серьёзно раненых в отряде. Будь их данные чуть точнее, смертей бы мы не избежали.

— Как бы вы оценили подобное нападение год назад? — спросил председатель.

Я помолчал, прикидывая.

— Пришлось бы бежать с высокими потерями.

— Неужели наш боевой маг узнал о своих слабостях? — подал голос Белфорт, но председатель поднял руку, и маг ветра, скривившись, замолчал.

— Что насчёт отряда Эрика? — председатель смотрел на меня в упор.

— Победят, — ответил я. — Но с потерями, ваша светлость.

Тишина повисла в зале. Председатель кивнул, и его пальцы перестали стучать по столу.

— Что же, мы понимаем ваше мнение. И позже вы получите свою награду за столь ценный вклад. Сейчас же прошу оставить вашего пленника для тщательного разбирательства.

Я поклонился.

— Да, ваша светлость.

Двери совета закрылись за моей спиной с глухим, тяжёлым стуком. Я вышел в коридор, направляясь на выход. Совет не стал задавать неудобных вопросов, все всё понимают, но первый шаг был сделан. Теперь пора навестить наших раненых.

***

Когда двери за молодым магом закрылись, все взгляды вновь скрестились на пленнике. Тот стоял, вжав голову в плечи, и под этим давлением только бледнел, силясь держаться ровно. Он знал: каждый в этой комнате мог убить его парой сотен разных способов, даже не напрягаясь. Его жизнь сейчас зависела исключительно от их настроения. Но маги, к его удивлению, заговорили совсем о другом.

— Наставник, — Роберт Санчес откинулся на спинку кресла, и в голосе его зазвучала ленивая усмешка, — хватит мальчугану в баронах сидеть. По землям гоблинов ходит как у себя на заднем дворе, врагов ловит, о совете магов не забывает.

— Он должен был привезти его сюда сразу! — Белфорт вскочил, едва не опрокинув кресло. Его лицо, и без того красное от вечного недовольства, налилось багровым.

— Да бросьте, — Санчес даже не повернул головы. — Никто в здравом уме не побежал бы в Совет. А так — собрал данные, оценил проблему, сообщил кому следует. Я бы поступил так же.

— Деяние действительно существенное, — продолжил Андреас Лористон, и его голос прозвучал ровно, но пальцы, лежащие на подлокотнике кресла, чуть заметно сжались. — Вот только слишком слаб он для следующего титула. Мальчик хорошо усилился, но на защитника города пока не тянет. Однако и без награды оставлять не можем. — Он помолчал, прищурился. — Помнится на одном из балов говорили что мальчик возится с марионетками? Получилось у него что-то дельное?

— Нет, — Белфорт, ещё не остывший, с ехидством в голосе откинулся на спинку. — Мои люди в красках описывали, как его марионетки не могут понять, где свои, где чужие, и гоняют гвардейцев по его резиденции. Толку — ноль, а шуму — на весь квартал.

Председатель, сидевший во главе стола, медленно кивнул. Когда-то они тоже видели в этой технологии выход, возлагали надежды, тратили ресурсы и время. Тоже не преуспели. Сейчас эти ресурсы пылились в подвалах.

— Решено, — сказал он, и голос его прозвучал так, будто подводил черту. — Выдайте ему все наши исследования по данному вопросу.

— Но наставник, это же… — Белфорт дёрнулся, но председатель поднял руку, и он снова замер, так и не договорив.

— Бесполезная макулатура, которая нам не помогла, — председатель посмотрел на него спокойно, без раздражения. — Если у него получится — отлично. Если нет — так и не важно.

— Да, наставник. — Белфорт в очередной раз скривился. Именно его род приложил такую кипу усилий и в итоге не смог повторить творение магов прошлого.

— Теперь, — председатель перевёл взгляд на пленника, и в его голосе появилось бушующее пламя, — что касается крыс, которые у нас завелись.

В зале стало тихо. Даже весеннее солнце, казалось, потускнело.

***

Сэм остановился у ворот поместья, его рука поднялась и прикоснулась к проржавевшим створкам. Он знал, что сейчас всё это выглядит отвратительно, но цена в три тысячи золотых его полностью устраивала. Кроме того, они жили в одном районе с Люцием Вилдом, что однозначно повысит их статус. Он усмехнулся: производитель огненных зелий — мало что могло переплюнуть этот статус.

Поместье вздымалось перед ним серой громадой. В лучах весеннего солнца каждая трещина на стенах и фасаде была отчётливо видна. Дорогие резные ставни утратили свою форму. Он посмотрел направо и увидел, что часть зубцов на заборе обвалилась — настолько давно, что теперь там вырос мох.

— Ну что, капитан, — Томас подошёл сзади, положил руку ему на плечо, — принимай владение.

Сэм усмехнулся. Капитан. Смешно звучало. Ещё год назад они мечтали о том, что будут сражаться с гоблинами, вести кровопролитные сражения с монстрами. А в итоге они занимались грядками, и это принесло им гораздо большую прибыль.

Из-за поворота донёсся визг. Такой пронзительный, что птицы на ближайшем дереве вспорхнули. Лора бежала впереди всех, размахивая руками.

— Наше! — кричала она, не стесняясь. — Наше, наше, наше!

Но алхимик была поймана за шкирку Ютой, и та поставила её на место, заставляя прийти в себя.

— Мы в столице, хватит орать как умалишённая. — Она погрозила ей кулаком. — Если и здесь на нас будут смотреть как на сумасшедших — пеняй на себя.

Лора обиженно поправила своё пальто, но Сэм видел, что та готова сорваться на новый осмотр своих владений. Однако звериные уши Юты дернулись, она вновь схватила её и распахнула пальто.

— Ты, — прошипела Юта, убирая с подруги портупей из двадцати склянок, стараясь, чтобы те не разбились. — Ты на кой чёрт это с собой взяла?

— Ну, ты знаешь, как-то привыкла, потому решила, что возьму их на всякий случай.

— Десять взрывных зелий! Десять ядовитых зелий! — Это на какой такой случай ты их взяла?

За ними стоял Дьюик, привыкший к постоянным разборкам. Он скептически оглядывал здание, подмечая свой фронт работы. А поработать над фасадом придётся, но Сэма заверили, что здание хоть и выглядит плохо, но стоит на крепком фундаменте. Так что работа предстояла в основном косметическая.

Гретта уже посматривала на ржавый забор. Её работа с металлом будет тоже достойной. После того как она занималась выстраиванием конвейера, такая простая работа должна прийтись ей по вкусу. Пройдёт неделька, и их поместье будет выглядеть как новенькое. А там, глядишь, и замахнутся на полноценный ремонт.

Дьюик подошёл к Сэму.

— Учитывая фронт работы, который мне предстоит, а это полное восстановление поместья, восстановление дороги, я требую право первоочередного выбора комнаты. — Его глаза жадно сверкнули.

— Комнату? — Лора подскочила к ним, сверкая глазами. — Ты думаешь о комнатах? Ты должен поставить мне лабораторию! Я смогу поставить печи! Большие! И хранилище для реагентов! И…

Она замолчала, перехватив взгляд Дьюика. Тот одним видом ясно говорил, что и не подумает спать там, где будет её лаборатория.

— Лабораторию мы для тебя сделаем за стенами города, — сказал он твёрдо. — Мы здесь собираемся жить, и я никому не позволю взорвать этот район.

Лора огляделась в поисках поддержки, но все явно поддерживали оппонента. Она хотела схватиться за колбу, но вспомнила, что её разоружили, и как ребенок надула щёки.

— Помещения для лазарета нам точно необходимы, — подошла Райна. — Они пригодятся, как минимум для Лоры.

Услышав подобное от подруги, она закатила глаза и отошла в сторону.

— Для начала отремонтируем то, что есть. — принял решение Сэм. — Всё будет, — он поднял руку, останавливая поток требований. — Всё будет. Просто сначала приведём в порядок то, что есть.

Он толкнул ворота. Петли жалобно скрипнули, заставив всех на миг замереть. А потом они хлынули во двор. Юта первым влетела в дом и оттуда донеслось её радостное: «Здоровый зал!» Лора уже тащила Дьюика к заднему крылу, где по слухам, когда-то была лаборатория. Гретта и Райна пошли за ними, и Сэм слышал, как они спорят о том, где лучше поставить кузню, а где — лечебницу.

Сэм остался у ворот. Он смотрел на здание, на то, как солнце освещает старую черепицу и лицо его было спокойным, но Томас знал этот взгляд.

— Думаешь, потянем? — спросил он тихо.

— Потянем, — ответил Сэм. — Мы и не такое тянули. Помнишь, как первую партию зелья делали? Когда печь чуть не взорвалась, а Лора неделю ходила зелёная?

— Не напоминай, — поморщился Томас, вспоминая, как он отмывал руки.

Сэм усмехнулся. Да, год был тяжёлым. Они вкалывали на полях, на складах, в мастерских. Они наращивали производство, когда заказы сыпались один за другим, когда не хватало рук, когда реагенты кончались в самый неподходящий момент. Они спали по четыре часа, ели на ходу, а лекари в Эраме срывали горло каждый раз, когда их приносили для лечения.

И вот теперь они стояли у ворот своего поместья.

Из дома донёсся грохот, следом — звонкое: «Я же говорила, что стены крепкие!»

Сэм поднялся на крыльцо, обвёл взглядом двор, заросший травой, покосившийся столб, сарай, который кажется, держался только на честном слове. И вдруг понял, что не чувствует усталости. Руки наполнялись силой, и из-под земли появились небольшие древесные клубни, которые принялись за расчистку участка.

Из окна второго этажа высунулся Дьюик.

— Комнату наверху, справа, я займу, — он поднял палец, не скрывая торжества. — На других условиях я не согласен на ремонт.

Сэм махнул рукой.

Из дома выскочила Лора, в руках у неё была какая-то ржавая железяка, которую она, видимо, оторвала от чего-то важного.

— Сэм! Здесь можно сделать…

— Лора, — Сэм поднял руку, — сначала обед.

— Но…

— Обед, — повторил он твёрдо. — Мы это заслужили.

Лора замерла, посмотрела на железяку, потом на Сэма, затем на Томаса и вдруг улыбнулась.

— Заслужили, — сказала она. — Это точно.

***

Замок клана Росарио гудел, как потревоженный улей. Десятки людей сновали по двору и коридорам, кто-то тащил ведра с водой, кто-то — свёрнутые бинты, кто-то просто стоял у стен, переговариваясь вполголоса. Я остановился на крыльце, окинул взглядом эту суету и невольно приподнял бровь. Здесь всегда было людно — клан лекарей редко простаивал без дела, — но сейчас количество людей будто выросло вдвое. Насколько я знал, последнее время не было серьёзных столкновений с гоблинами.

Я окликнул мужчину, который стоял у стены в компании таких же, как он, — в грубой одежде, с замотанными руками, с лицами, тронутыми свежими шрамами.

— Добрый день, — сказал я. — Почему здесь так много людей?

Мужчина обернулся, узнал меня, и его лицо расплылось в улыбке.

— Так известно чего, ваше благородие, — он кивнул в сторону главного здания. — После того как разрешили обычным людям биться с гоблинами в Колизее, тут сразу все решили попробовать.

Я недоумённо приподнял бровь.

— Разве там не только маги сражаются?

— Не, — мужчина махнул рукой. — Ну то есть и маги тоже. — Он оглянулся на своих товарищей, те закивали. — Я вот недавно с парнями вышел. Пятнадцать тварей раскатали. Правда, Маджеру ногу прокусили, злющие твари. — Он кивнул куда-то в глубь замка. — Вот сейчас ждём, когда его подлатают.

— Спасибо, что прояснили.

Я двинулся дальше, в глубину замка, обходя толпу. Мы договаривались немного о другом, но раз Аргелий решил поменять программу — значит, так было нужно. На лестнице, ведущей к палатам, мне навстречу вылетел пернатый ком. Оберон громко требовал, чтобы его покормили, и его крики разносились по всему коридору.

Я остановился и свернул туда, откуда он вылетел.

— Финли, — сказал я, подходя к группе молодых магов, — а вы чего здесь?

Трое парней, сидевших на скамье, увидев меня, вскочили так резко, что Оберон, недавно севший на плечо у Финли, кубарем полетел в сторону. Я выбросил руку, щиты подхватили недовольную птицу, и я вернул её на законное место.

— Эти, — он кивнул на своих спутников, — нарвались на Урбена. Нас вызвали на групповую дуэль.

— Ну так мы же выиграли, — подал голос красноглазый парень, и в голосе его прозвучала обида. — И золотишко при нас.

— И сейчас мы всё спустим на лечение, — прошипел Финли, сверкнув глазами.

— Ну так кто же знал? — развёл руками парень.

Я покачал головой, пряча улыбку.

— Раз победили, пользуйтесь моментом. — Я перевёл взгляд на Финли. — Группа у вас пока не полная, как я понимаю?

— Пока нет, — он поднял руку к ребрам, похоже получил серьезный удар. — Но у нас появился лекарь и телекинетик.

— Это хорошо. Но стихийники тоже нужны. — Я хлопнул его по здоровому плечу. — Пользуйтесь моментом.

Они закивали, и я оставил их разбираться со своими ранами. Бретеры недоделанные, покачал я головой.

***

Палата Аспид была просторной, с высокими окнами, выходящими на улицу города. Огромная кровать, рассчитанная на дракониду, стояла у стены пустая — сама Аспид сидела на стуле у окна, поджав под себя ноги, и читала книгу. Услышав шаги, она подняла голову, и лицо её осветилось улыбкой.

— Привет, — она отложила книгу, встала.

— Привет. — Я присел на кровать. — Всё нормально. Крыло?

— Через две недели будет как новое, — она повела плечом. — Лекари говорят, я быстро иду на поправку.

— Не переживай, в ближайшее время мы никуда не пойдём. — Я посмотрел на её руку, лежащую на столе, пальцы сжаты в кулак. — Но знаешь, это хорошая возможность открыть новую грань.

— Ты про смену боевой формы? — Аспид прищурилась.

— Да. Ты ведь уже поняла, что ты в частичной форме?

Она опустила взгляд на свои руки, разжала кулак, посмотрела на ладони.

— Да, мне рассказывали в Эраме. Но честно говоря, я уже привыкла к этой форме.

— Понимаю, о чём ты, — сказал я. — Но всё же лучше иметь несколько форм. Подумай об этом.

Аспид молчала, глядя в окно. Потом перевела взгляд на меня.

— Ты сейчас к сёстрам?

— Да. Ты была у них?

— Да. — Она усмехнулась, и в усмешке проскользнуло что-то тёплое. — Они ужасно злы на случившееся.

— Вот кто по-настоящему зол, так это Дуглас, — я поднялся. — Ладно, отдыхай.

Аспид кивнула, взяла книгу, но читать не стала — смотрела в окно, на весеннее солнце.

***

Подходя к палате, где лежали сёстры Гельмонт, я услышал голоса. Не обычный разговор, а настоящую перепалку. Я толкнул дверь и замер на пороге.

Посреди комнаты, над столом, висели два небольших духа. Они махали перед друг другом маленькими ручками, в очередной раз исчерпав все доводы. Одна полыхала язычками пламени вместо волос. Вторая — прозрачная, мерцающая инеем, с кристалликами льда, рассыпающимися вокруг.

— А я думал, вы должны отдыхать, — сказал я с усмешкой, прикрывая за собой дверь.

Они обернулись синхронно.

— Люций! — голоса их слились, и в этом единстве не было ни капли раздора.

— Это ваши формы, когда вам было по десять лет? — я подошёл ближе, разглядывая.

— Так мы выглядим при значительных повреждениях, — ответила Леона. — Мы подобрали температуры, чтобы не испортить тут всё. — Она махнула ручкой в сторону стен, и я заметил, что по камню пошла едва заметная рябь жара. — Но валяться целый день… — она закрутилась в воздухе, разгоняя искры.

— Ужасно скучно, — закончила за неё Фрея, и от её дыхания пошёл пар.

Я прислонился к косяку.

— Я переживал, что у вас будут проблемы, но похоже, всё хорошо.

— Ничего не хорошо! — Леона подлетела ко мне, и я почувствовал жар, идущий от её маленькой фигурки. — Нас вырубили почти сразу. Даже сразиться не дали!

— Не только вас, — я поднял руку, успокаивая. — Но ваши боевые формы требуют улучшения.

Обе замерли. Перестали кружить. Повисли в воздухе, приглядываясь.

— Раньше это не было проблемой, — тихо сказала Фрея.

— Но нападение показало, что вы уязвимы, — продолжил я. — Вам нужно придумать, как вы будете бороться с тем, что вас выбивают из формы.

— И каким же образом? — не выдержала Леона, и её ручки упёрлись в бока.

— А разве не очевидно? — я пожал плечами. — Вам нужно научиться переходить в другие состояния.

— Это какие? — спросила Фрея, и её прозрачные пальцы сжались.

— Я не знаю, — признался я. — Тут всё от ваших граней зависит. Раньше у вас был порог в температурах. Думаю, нужно искать другие ваши состояния. Те, которые вы не использовали раньше.

— Сложна! Сложна! Сложна! — заявила Леона и заметалась по комнате.

Я отмахнулся.

— Вас согласны отпускать в наше поместье?

— Нет, — Фрея покрутила головой, и кристаллики льда посыпались вниз, тая на лету. — Но нам разрешают гулять в определённое время.

Я кивнул. Уже хорошо.

— Ладно, восстанавливайтесь. — Я шагнул к выходу. — Как только вернётесь, у нас будет много работы.

Я прикрыл дверь и направился к выходу.

— Наемники, вы навредили моим людям, это будет вам дорого стоить.

Глава 30

Ещё один солнечный день в Орфене начинался как обычно. Высокий кряжистый лавочник, с руками по локоть в муке, оглядел толпу мальчишек, что ждали его продукцию у порога. Запах свежего хлеба как всегда привлекал десятки покупателей к его лавке — его утро начиналось раньше многих, ведь всем без исключения был нужен хлеб.

— Давай, Грег, поторапливайся! — крикнул он, закатывая рукава повыше. — Нам нужно ещё партию сделать, пока первые бои на арене не начались! Нельзя упускать прибыль, иначе не хватит на зиму!

Парень, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони, оглянулся на полки.

— Мастер, у нас мука кончается, — сказал он, разводя руками.

— Ну так и что? — лавочник хлопнул себя по бокам, отчего облачко муки взметнулось в воздух. — Купим в торговом центре. Вон, наймём пару прохиндеев — домчат быстрее ветра.

Грег тяжело вздохнул и отправился к квашне, запуская руки в упругое тесто. Помощник недовольно засопел: Мог бы и меня отправить, тогда я мог бы побродить по городу, вдруг бы какая аристократка прогуливалась бы. Хоть немного отдохнуть от этой духоты и вечной муки, которая, кажется, въелась в кожу навсегда.

Тень в углу дрогнула.

Парень не обратил внимания — мало ли, кто там прошёл мимо окон. Но мастер вдруг дёрнулся, стараясь что то ухватить, его руки потянулись к столу.

Из тени вырвалась фигура. Темный сгусток быстро принимал форму руки, повторяя контуры мага. Маг схватил пекаря, заломил руку за спину, перехватил челюсть — он действовал быстро и нагло, не заботясь об опрокинутом прилавке. Пекарь потянулся к странному устройству, но маг тени лишь сильнее сдавил его руку.

В пекарню ворвались стражники — двое, с мечами наголо, мгновенно оценили обстановку и навалились на пленника, помогая удержать пекаря.

Раздался сдавленный крик. Маг тени отпустил пекаря, отступил на шаг и с интересом рассматривал зуб, зажатый между пальцев. На сером камне алела кровь.

— Проклятье! — прохрипел пекарь, скрученный стражниками. — Вы хоть понимаете, с кем связались, проклятые ракхи?!

— Обидно, да? — усмехнулся маг, не пряча трофей. — Вы все такие из себя секретные, а вас взяли и скрутили как обычных контрабандистов.

— Да что ты обо мне знаешь!

— Много чего. — Рука мага поплыла, обволакивая шею и голову пленника. Голос стал глубже, будто из самой тени. — А скоро буду знать вообще всё! — Раздался немного сумасшедший смех. Охотник вышел на действительно стоящую добычу и в ответственный момент рука не дрогнула.

Грег, сжавшись под столом, с ужасом смотрел, как его наставника выводят под руки стражники, как выносят ящики, которые мастер строго-настрого запрещал трогать. Тень сделала шаг в его сторону — и парень, втянув голову в плечи, замер, молясь, чтобы его не заметили.

— Подмастерье Грег, — голос мага раздался совсем рядом, — именем Совета — покажись.

Сердце стучало так, что, казалось, заглушает всё вокруг. Парень не мог дышать. Но Совет… наверное ему ничего не сделают. Он выглянул из-под стола, зажмурившись на секунду. Когда открыл глаза, маг стоял всё там же, у прилавка, сложив руки на груди. Капюшон чуть сдвинулся, и Грег увидел бледное лицо, спокойные глаза — без капли интереса к происходящему.

— Вылазь, — велел маг.

Грег выбрался, держась за край стола, чтобы не упасть. Ноги стали ватными.

Маг тени окинул взглядом пекарню — полки с формами, остывающие буханки, квашню, мешки с мукой. Он кивнул, будто оценивая.

— Испеки несколько видов хлеба и приходи в канцелярию, — сказал он, не повышая голоса. — Если выпечка будет достойной… — маг обвёл рукой помещение, — это всё будет твоим.

Грег открыл рот, чтобы спросить, но тень уже сгустилась, и мага не стало. Только короткий, жутковатый смех остался висеть в воздухе, а потом и он растаял.

Парень осел на пол, прислонившись спиной к остывающей печи. Доска, на которой мастер резал тесто, была перепачкана мукой и кровью. На столе все еще лежали теплые формы, которую Грег должен был заполнить перед тем, как всё началось. Он смотрел на неё, не понимая, что сейчас произошло.

Но маг тени сказал — нужно сделать хлеб. Мастер учил как.

Он поднялся, нашарил рукой чистую тряпку, вытер столешницу. Потом подошёл к квашне, засучил рукава и запустил руки в тесто. Оно было послушным, тёплым, знакомым. Работа понемногу успокаивала.

Грег приподнял голову, оглядывая пустую пекарню. Ящики вынесли, но мастер их никогда и не использовал. Все было готово к работе, печь была разогрета, формы — на месте, мука в кладовой ещё оставалась. Мастер бы сказал: «Не ной, работать надо».

— Что же натворил мастер, — прошептал Грег, мешая тесто, — раз за ним пришли тени Совета?

***

— Проклятье, откуда вы их берете? Там уже места нет! — начальник тюрьмы взмахнул руками, глядя на очередную повозку, въезжающую во двор.

Повозка заскрипела, останавливаясь. Из черной кареты выводили помятого мужчину тот пытался сопротивляться.

— Ублюдки, а ну быстро отпустили меня! Я баронет… — заорал было очередной задержанный, но мощный удар стражника пришёлся под дых. Пленник скрутился, хватая ртом воздух, ноги его подогнулись.

— Заткнись, ублюдок! — рявкнул стражник, поправляя хватку на воротнике. — Раз ты оказался здесь, то ты никто. И звать тебя никак!

Начальник тюрьмы спустился с крыльца, прищурился. Пленника, которого волокли под руки двое гвардейцев, почти не держали ноги. Лицо бледное, изо рта сочится кровь, щека неестественно впала. Следом выгружали ящики — не меньше трёх, тяжёлые, с металлическими уголками.

— Этому тоже зуб вырвали? — спросил начальник, не скрывая усталости. Голос сел ещё к полудню, а сейчас было уже за полдень.

— Да, — ответил один из стражников. — Тень лично скрутил. Сказал, что этот особенно важный.

Начальник потёр переносицу. Это был уже тридцатый особо важный за сегодня.

— Так, накинем кандалы и закидывайте его в одиночку.

— Но там уже…— попытался возразить гвардеец.

— Без тебя знаю! — отрезал начальник. — Камеры не резиновые. И кляп не забудьте вставить. А то лекари потом опять орать будут, когда он себе язык откусит.

Группа стражников подхватила пленника и поволокла вниз, к подвальным помещениям. Кандалы загремели по каменным ступеням, кто-то из охраны выругался, споткнувшись. Начальник проводил их взглядом, потом обернулся к двору.

Тени Совета как с цепи сорвались. Все патрульные отряды утром получили приказы: при малейшей проблеме вмешиваться, если видят тень — оказывать содействие. И вот результат. С утра пораньше началось, и до сих пор не кончилось. Звук новых карет оповестил о приближении новых проблем.

Увидев ещё одну повозку, въезжающую в ворота, он закатил глаза, но шагнул вперёд.

— Чего стали растяпы! Кандалы тащите! — крикнул он, перекрывая шум. — Третью камеру слева освободить, дайте по ребрам этим дебоширам и пускай проваливают! Лекаря сюда, пусть сидит у входа, кажется тени особо и не сдерживаются!

Повозка остановилась. Стражники начали выгружать очередного задержанного — этот был в дорогом камзоле, но камзол изодран, на лице кровоподтёки. Начальник мельком глянул на него, перевёл взгляд на въезжающую следом телегу — и понял, что сегодняшний день будет очень долгим.

***

Раздался звуковой сигнал.

— Капитан, там чего-то связисты паникуют. Пропустить? — голос из динамика звучал напряжённо.

— Да, пропускай.

Дверь с лёгким шипением ушла в сторону. В кабинет влетел растрёпанный молодой парень. В руках он тряс планшет — так сильно, что изображение на экране прыгало.

— Дирк, какого черта? — капитан Брок даже не поднялся, только откинулся в кресле. — Чего ты там тыкаешь?

— П-п-пленили, — выдавил связист, заикаясь. — Всех пленили.

— Кого всех пленили? Я не давал приказа на операции с аборигенами.

— Н-наших… наших пленили.

Брок вскочил, выхватил планшет из рук подчинённого. На экране шло видео. Маг тени хватал одного из их оперативников — знакомое лицо, один из тех, кто работал в Орфене. А потом маг тени посмотрел прямо в камеру и медленно провёл пальцем по горлу.

— Когда?! — Брок швырнул планшет на стол. — Как прошляпили?! Кто был первый, мать вашу?!

— К-команда Пестрого, — с ужасом проговорил связист, отступая на шаг.

— Когда это произошло?

— М-месяц назад.

— Что?!

Брок медленно перевёл взгляд на подчинённого. Тот стоял, вжав голову в плечи, и не поднимал глаз.

— Ты ведь всё знал, да? — голос капитана стал холодным, уточняющим нюансы.

Связист неловко кивнул. В ту же секунду заряд из бластера ударил ему в голову. Тело рухнуло на пол, дёрнулось и затихло. Брок выстрелил ещё раз, потом ещё — уже в остывающую плоть, выпуская злость.

Он опустил бластер, сунул его в кобуру, сел в кресло. Пальцы нажали на кнопку коммуникатора.

— Бил, это ты был замом по связи?

— Да, капитан, — голос в динамике звучал насмешливо.

— Поздравляю с повышением. Твоё первое задание — зайди ко мне и выкинь мусор через шлюз.

— Чего? — Удивился наемник.

— Ничего. Быстро. — Раздраженно бросил капитан.

— Есть!

Брок отключил связь. Поторабанил пальцами по столу, чертыхнулся. Все планы рухнули. Совет директоров будет недоволен подобным провалом. Потерять всю только обученную агентуру. Он начал прикидывать, сколько необходимо молодых магов, чтобы покрыть убытки… он ведь и сам может отправиться следом за Дирком.

Дверь открылась. Бил вошёл, глянул на труп и резко побледнел, узнав нашивки убитого.

— Этот ублюдок нарушил протоколы, — сказал Брок, не глядя на него. — Мне нужно знать с какого момента. Нужны все данные — с того самого дня. Ты меня понял?

— Д-да, капитан, — выдавил Бил.

— Приступай.

Побледневший парень подхватил остатки тела, с трудом перекинул через плечо и потащил к шлюзу. В кабинет закатились небольшие роботы-уборщики, засновали по полу, стирая кровь. Через пять минут ничто не напоминало о происшествии — только лёгкий запах озона и горелой плоти, который вытягивала вентиляция.

Брок нажал несколько кнопок на панели. Пошло долгое ожидание. Абоненты не спешили выходить на связь.

Наконец, экран моргнул, и появилось изображение — человек в лабораторном халате, с бледным лицом и мешками под глазами.

— Исследовательская станция сбора ресурсов на связи, — сказал он устало.

— Приветствую, — Брок наклонился к микрофону. — Говорит капитан наёмного отряда «Хищник». У нас были некоторые договорённости с вашим научным руководителем.

Человек отклонился к другому экрану и быстро застучал по клавиатуре.

— На данный момент я являюсь руководителем, — человек на экране даже не моргнул. — Мы не вели с вами никаких дел.

— Понимаю. Но возможно, вас заинтересует некоторая информация о делах предыдущего руководителя?

— Вы знаете, как умер мой отец? — голос стал жёстче.

— Всё так. Но далее хотел бы обсудить всё лично.

Повисло долгое молчание. Брок ждал, не отрывая взгляда от экрана.

— Хорошо, — наконец сказал парень. — Вы можете прибыть в наш центр. Но вы должны быть одни — иначе система обороны атакует вас.

— Меня это устраивает, — Брок откинулся в кресле. — Опознавательные данные пришлю позже.

Экран погас. Капитан остался сидеть обдумывая последующие шаги. Проклятые дилетанты самоубились в погоне за прибылью, как бы они вывезли магов, их не спрячешь в каюте. Не могли же они…

***

Трибуны Колизея гремели. Новое зрелище заставляло зрителей вскакивать с мест, купцы в ложах жадно щурились, прикидывая выгоды которые сулит покупка. На песке, залитом ярким солнцем, замерла марионетка — три метра ростом, в одной руке сверкающий молот, в другой — огромный щит. Стальная кираса блестела на солнце надежно закрывая механизмы. Напротив, в клетках, бесновались сорок гоблинов. Периодически из клеток вылетали огненные всполохи и разряды молний, но водяной купол над трибунами надёжно укрывал зрителей.

В воздухе парил маг ветра. Его белые одежды развивались, голос разносился над всей ареной, чтобы каждый человек погрузился в атмосферу.

— Совсем недавно людям барона Вилда удалось вернуть в строй грозных воинов! — маг взмахнул рукой, указывая на марионетку. — Тех, что своей силой сокрушали противников империи! Грозные машины, что поддерживали легионы, беря на себя самых свирепых врагов! Грозные машины, что помогали империи установить господство! И сегодня история возвращается на песок нашей арены! Вы готовы это увидеть?

— ДА! — рев трибун ударил в небо.

— Я вас не слышу!

— ДА!!!

— Ну так начнём!

Каменные клетки распались. Гоблины вырвались наружу, скалясь и размахивая кривыми кинжалами. Глаза марионетки сверкнули, переключились с зелёного на синий. Она крутнула молот, будто человек, выставила щит вперёд и понеслась к противнику словно грузовой состав.

Шаманы, увидев несущуюся на них громадину, выпустили огненные шары. Пламя объяло механизм, но марионетка даже не замедлилась — она врезалась в первые ряды, сметая гоблинов, словно кегли. Шаманы рванули врассыпную — никто не хотел сходиться с этой махиной в ближнем бою. Горящая фигура взмахнула молотом, и пятерка гоблинов превратилась в мясной фарш. Марионетка сменила приоритет целей.

Ещё один огненный шар взорвался рядом. Марионетка пошатнулась, но удержалась и снова перешла на бег. Шаман выпускал шар за шаром, но механизм будто не замечал повреждений. Он на полном ходу врезался в огненный барьер — тот лопнул, как стеклянная фигура, и молот опустился на шамана, смешивая противника с песком арены.

Разряд молний ударил в спину, разрушив часть обшивки. В ответ в воздух взлетел молот — шаман едва увернулся в последний момент. Громовая броня сдержала натиск, но когда шаман попытался найти противника взглядом, его накрыла тень. Щит опустился с такой силой, что шамана просто вбило в песок. Громовая броня вспыхнула искрами, но металлическая нога марионетки поставила точку в этом противостоянии.

Оставшиеся трое гоблинов в ужасе жались к стенам. Марионетка, будто хищник, неумолимо набрала скорость и просто раздавила их. После чего вернулась за своим снаряжением и, как и полагается победителю, подняла молот над головой.

Трибуны кричали от восторга, скандируя:

— Вилд! Вилд! Вилд!

***

В закрытой ВИП-ложе царило праздничное настроение. Все группы разработчиков, ещё недавно с ужасом наблюдавшие за попаданиями огненных шаров, сейчас обнимались и хлопали друг друга по плечам. Кто-то уже открыл вино, кто-то лихорадочно делал пометки в блокнотах.

Пожилой аристократ, сидевший у окна, отхлебнул вино и смотрел на марионетку, которая неторопливо покидала арену в сопровождении гвардейцев.

— Барон Дерик, — я подошёл к нему, — поздравляю вас с полным успехом.

— Барон Вилд, — Дерик поднялся, пожал мою руку. — Это всё благодаря вам.

— Бросьте, я бы в жизни не написал ничего подобного. Ваша модель поведения просто на голову превзошла наши ожидания.

— Это не только моя идея. Труды, которые вы предоставили, заставили меня вспомнить наш разговор о выборе поведения. Мне просто осталось привнести право выбора.

— И тем не менее, именно это делает её такой боеспособной. — Я кивнул на арену, где уборщики уже закидывали остатки гоблинов песком.

Марионетка спокойно шла за двумя гвардейцами, и в её механических движениях не было ни спешки, движения были точными и размеренными.

— Помимо нашего контракта, — сказал я, — я хотел бы помочь вам. Возможно, есть что-то, что я мог бы сделать для вас?

Барон Дерик серьёзно задумался. Он отставил бокал, провёл пальцами по седой бороде. Все свои дела за последнее время он поправил. По контракту ему уже обещали поместье на выбор.

— Знаете, — наконец сказал он, — возможно, это будет немного глупо. Но я хотел бы, чтобы моя внучка прошла проверку на магию.

Я не скрыл удивления.

— Некоторые знакомые рассказали, что подобное возможно, — пояснил Дерик, поймав мой взгляд.

— У вас весьма высокопоставленные знакомые, барон Дерик. — Я помолчал, обдумывая. — Тем не менее, это возможно. Но вашей внучке необходимо отправиться в Эрам. Там я смогу устроить подобное.

— Не вижу проблем, ваше благородие. — Дерик снова взял бокал, отсалютовал им. — Как раз посмотрю, как проявят себя наши марионетки в реальной работе.

***

Мы собирались в новый поход. Прошло достаточно времени — наши магессы успели восстановиться после прошлых ранений. Восемь каменных многоножек выстроились в колонну, готовые двинуться по землям гоблинов.

Аспид стояла на спине одной из них, взмахивая новой алебардой. Лезвие со свистом рассекало воздух, оставляя за собой едва заметный след. Норис и Анника что-то воодушевлённо рассказывали дракониде, размахивая руками. Дуглас, не отставая, с энтузиазмом объяснял что-то своему коллеге Гидеону — по всей видимости, разговор шёл о марионетке.

Из лагеря вышел Эрик. Я махнул ему рукой. Он кивнул и отдал приказ на отправление.

Наша встреча с насекомыми была до невозможности странной — первое путешествие через подобный портал. Перед нами стоял ряд задач, поставленных Советом. Мы должны были попытаться создать аванпост. А затем — определить, где именно находится выход из портала.

Многоножки тронулись. Мы снова отправились в путь. Вместе с нами двигались отряды аристократии — им предстояло увидеть наши будущие земли. В этот раз они не проявляли столь большого интереса к происходящему, хотя некоторые всё же с удовольствием выбирались на крышу, щурясь от ветра.

Эрик перекинулся в сгусток пламени и сразу понесся в мою сторону. С прошедшего времени он хорошо поработал и теперь это не была мощная вспышка, а скорее аккуратный всполох.

— Ну рассказывай, — сказал он, присаживаясь на край ограждения. — Что нас там ждёт?

— Всё то же самое, — я усмехнулся. — Долгий бой с тысячами врагов. И непонятно, получим мы что-то или нет.

— Ты уже начал учить язык этих пришлых? — Эрик приподнял бровь.

— Да. Выбирать не приходится. Мы либо нагоним их, либо нас просто сметут.

— Почему бы просто не посидеть спокойно? — он махнул рукой в сторону леса. — Наша планета большая. Требует внимания.

— Не факт, что мы сможем противостоять тем, кто победит императора Ксархов. — Я покачал головой. — Нам нужна информация. И очень много.

Эрик махнул рукой — по всей видимости, его уже нехило пропесочили по этой теме. Я понимал: магу огня, который только-только получил свою силу, опять приходится учиться чему-то новому. А ведь именно мы чуть позже должны будем собирать информацию.

Рассказы пойманных наёмников не прибавляли оптимизма. При всей нашей силе технологичное общество имело целый ряд своих сложностей. Одна легализация наших отрядов стоила бы огромных трудов.

Вариантов получить гражданство было множество. Вступить в армию — но это нам не улыбалось. Можно было отправиться в один из миров и там отстаивать интересы империи — эдакие отряды надсмотрщиков. В обоих случаях служба составляла десять лет, что нас не устраивало. Были и более тёмные варианты: найти семейку граждан и прикинуться их неожиданными детьми.

На пути показалось стойбище. Наши големы остановились — нужно было проверить, как именно они будут работать. Десять машин переключились в боевой режим. Глаза их вспыхнули синим, и они понеслись на верещащую толпу.

По лицу Эрика я видел, что он не одобряет происходящего. Я его понимал: десяток големов, которые сейчас ловили огненные снаряды и увязали в баталиях, по нашей скромной оценке стоил около двухсот тысяч золотых. Настоящее бросание денег в костёр. Но мы должны были понять, насколько нам удалось воспроизвести древнюю технологию.

Мне нравилось то, что я видел. Големы без особых проблем расправлялись со стойбищем. Пять сотен гоблинов с троллями и шаманами не могли остановить молниеносное нападение. Лишь одна машина увязла в каменных тисках — но судя по всему, у шамана силы кончатся намного раньше, чем энергия у марионетки.

Через пару минут другая марионетка заметила проблемы союзника. Она развернулась и, не сбавляя хода, атаковала шамана. Каменные оковы треснули. Марионетка вырвалась, встряхнулась и вновь начала крушить противника.

Когда зачистка завершилась, големы подошли к своим капитанам. Дуглас принялся за обслуживание. Я присмотрелся и улыбнулся — в основном он просто занимался очисткой. Среди гоблинов не нашлось никого, кто мог бы повредить машинам.

Наше движение продолжалось. Все тесты, которые мы намеревались провести с марионетками, прошли на ура. Машины двигались слаженно, без проблем держали строй. И самое главное — видя затруднения союзника, они оказывали помощь. Это было, пожалуй, самым важным.

Когда оставался всего один дневной переход, мы с Эриком вместе ехали на крыше многоножки. Путешествие ему не очень нравилось — из-за наших испытаний он просто находился в роли пассажира, который только смотрит на проносящиеся деревья.

— Люююююц, — как-то странно протянул Эрик, щурясь. — А твоя крепость — это же просто гора посреди поля, да?

— Ага, — легкомысленно ответил я, глядя на нашу колонну, растянувшуюся по дороге.

— А это вот что?

Я посмотрел на удивлённого Эрика. В одной руке он держал походную кружку, другой показывал куда-то вверх. Я проследил за его взглядом.

— Какого?