Девятимирие. Долгожданное пророчество

Битва за Мир Великанов

Добро всегда побеждает.

Мирс Релайс.

Кто победил, тот и добрый.

Дерф Ситхорс.

Шёл восьмой год Великой Межмировой Войны. После сокрушения светлой команды защитников, защита Энтхема стала ослабевать. Мир терял всё новые и новые территории, отдавая свою землю ненасытному врагу.

Дерф Ситхорс сидел у себя в кабинете, в своей резиденции в Варталхейме и затачивал меч, слегка потупившийся во время схватки с Мирсом, произошедшей несколько месяцев назад. Меч затачивался крайне неохотно, словно предпочитая оставаться с зазубринами.

«Зазубрины, может и хорошее дело – меч рвёт плоть. Но, я предпочитаю резать, а не рвать» - размышлял Дерф.

Неожиданно в дверь постучали. Дерф посмотрел на неё сквозным взглядом и пригласил:

- Да, входи.

Вошёл Иммортал, имевший весьма деловой вид.

- У меня к Вам две новости: хорошая и… необычная.

- Хм, оригинально. Обычно, у всех новости хорошие и плохие, а у тебя необычные. – пошутил Ситхорс.

Иммортал кисло улыбнулся, хотя шутку не оценил. «Мрачный маг, очень мрачный. И глазами так жутко делает – морг, морг, морг!» - некогда любил говорить о нём Гизий.

- С какой начать? – хмуро поинтересовался он.

- Ну, давай с хорошей.

Иммортал подошёл ближе к столу и начал:

- Вот хорошая новость: Южный район Энтхема сдался.

- Замечательно! – воодушевился Ситхорс. Он вышел из-за стола, подошёл к карте и, сделав отметку, продолжил: - Значит, нам осталось захватить два района – Северный и Центральный. Просто отлично. Иммортал, где сейчас идёт основное сражение?

- В Северном.

- Хорошо. Прикажи отправить туда отряд Файорита.

- Слушаюсь. А теперь необычная новость: в измерении, известном как MIF, пробудился известный Камень Судьбы.

- Камень Судьбы? – переспросил Дерф.

- Да. Вы понимаете, что это может значить?

Ситхорс понимал. Камень Судьбы – артефакт, на котором проявлялись очень важные пророчества самых известных прорицателей. Появление пророчества на Камне означало, что оно, не смотря ни на что, непременно сбудется.

- И какое пророчество там появилось? О чём оно? – спросил Дерф внезапно севшим голосом, предчувствуя недоброе.

- Я думаю, Вам будет лучше самому взглянуть на него. Я уже приготовил портал для перемещения. Идём?

- Да, Иммортал, идём. Я должен его увидеть.

Портал перенёс Дерфа и Иммортала на обширную, но местами сильно заболоченную равнину. В воздухе слышалось множество звуков. Стрекотали жуки, квакали лягушки. От многих болот поднимался зеленоватый дым, имевший неприятный запах. В общем, вид у этого места был неважный, и производил мутное впечатление.

- Нашли же эти Древние место, где можно Камень оставить. Не могли его в пустыню поместить, или хотя бы в джунгли? – возмутился Дерф, и обернувшись к Имморталу, спросил: - Куда нам идти надо?

Иммортал молча указал направление на небольшой лесок, видневшийся неподалёку. Дерф поморщился: деревья выглядели склизко. Создавалось впечатление, что лес расплывается.

Шли молча, осторожно выбирая путь между большими лужами и трясиной. По пути Дерф едва не провалился в одну из них, но Иммортал вовремя подхватил его.

Внезапно лес оказался рядом. На взгляд Ситхорса, это был самый неприятный лес из всех, что давалось ему увидеть. Тропы не было. Вся земля представляла собой единое грязное месиво. Такая же грязь покрывала деревья, большими жирными каплями свешиваясь с их кроны. Кое-где виднелись провалы, так же заполненные этой серо-зелёной массой. Вдобавок ко всему, в глубине леса то и дело раздавался утробный чавкающий звук.

Иммортал пошёл вперёд. Двигался он спокойно, совершенно не обращая внимания ни на деревья, ни на грязь. Его, как некроманта, мало что могло удивить или испугать. Брезгливость же была вообще ему неведома. Дерф, на которого лес продолжал производить неприятное впечатление, уныло тащился за ним следом, по пути спрашивая себя, когда же они, наконец, придут.

Впереди показался деревянный настил, весьма неожиданный в данном месте. Посреди него помещался большой, гладко отполированный, пирамидальной формы, пурпурного цвета камень. На передней его грани были начертаны непонятные знаки, между которыми пролегали неглубокие трещины.

Едва Дерф ступил на настил, как над знаками зажглись огненные буквы:

…Уж скоро человек… родится в светлом мире…

…И будет он всегда… нести большую Силу…

…Он Силу обретет… перенеся страдания…

…От Тёмного Владыки… подвергнут испытаниям…

…И сможет он тогда… избавить миры от Зла…

Ситхорс достал пергамент и переписал пророчество. После этого он обратился к Имморталу:

- Спасибо, что показал мне это. Теперь мне будет над чем подумать. Идём отсюда.

Иммортал подошел к Камню и пальцем осторожно обвёл контур одного из знаков. Перед Камнем открылся сияющий голубоватый проход, и Дерф и Иммортал шагнули туда.

××××××××××××

Когда они прибыли в резиденцию, Ситхорса накрыла волна эмоций.

- Ну, и что же мне теперь делать?! То, что пророчество сбудется, это ясно! Но, не могу же я сам, САМ подарить Силу человеку, которую он будет использовать против меня! – психовал он: - Я бы придушил того, кто произнёс это проклятое пророчество! Тоже, нашёл героя-мученика!

Иммортал тоже находился в кабинете. Он сидел чуть в стороне, на стуле, и с беспокойством поглядывал на Ситхорса, но даже не пытался подойти и успокоить его. Он знал, что в таком состоянии Дерф может убить всякого, кто подойдёт к нему хотя бы на полшага.

А Дерф продолжал распаляться:

- Он овладеет Силой, только пройдя через испытания! Сила – награда герою-мученику! Ну, ничего, я покажу ему «испытания»!

Ситхорс остановился, поражённый внезапной идеей. Он подошел к столу, на котором лежал пергамент с пророчеством, и внимательно его перечитал. А потом воскликнул:

- Ну, конечно! Кто ещё кроме меня сможет подвергнуть любого человека страшным испытаниям. Пусть будет так. Пусть пророчество сбудется. Пусть этот человек обретёт Силу! А потом… я заберу её себе!

Иммортал попытался возразить:

- Но, то, что появляется на Камне Судьбы, всегда сбывается, как бы не пытались этому помешать и…

Но Дерф не стал его слушать.

- Поверь, если правильно подгадать момент, то всё может получиться. А там, ещё неизвестно, какие будут обстоятельства. А теперь, у меня к тебе поручение – попытайся определить, кто из ближайших новорождённых Алхема, наверняка сможет быть обладателем Силы.

- Но, почему именно Алхема?

- Читай: «Человек родится в светлом мире…» - всё же ясно. Давай, определи избранного.

- Но, как?

- Что «как?»? У тебя же есть списки рождённых и умерших. Посмотри по ним. У «носителя», скорее всего, будет необычное время рождения, которое выделит его среди прочих. Понял? Теперь иди.

Иммортал вышел.

Ситхорс сел за стол и оглядел комнату. На стенах находились длинные полки с книгами и карты уже захваченных миров. В углу стоял шкаф с кристаллами, в нём пара мелких тёмных артефактов. К потолку прикручен светильник на сто двадцать свечей. Лишь один новый предмет нарушал идеальную обстановку.

- Так. Я не понял, что ты здесь забыл? – обратился Дерф к фикусу, задумчиво моргавшему изумрудными глазами: - давай, иди сюда!

Поняв, что его маскировка не удалась, фикус исчез. У стола возникла двухметровая фигура телепата Гизия.

- Да, я слушаю.

- Давно ты здесь?

- Недавно.

- Что ты здесь делаешь?

- Ничего.

Убедившись, что из Гизия ничего вытянуть не получится, а допрашивать его нет желания, Дерф начал выпроваживать его из кабинета:

- Гизий, для тебя есть работа: иди к Имморталу и жди его. Когда подойдёт, пусть сообщит тебе имя, а ты проследишь за семьёй этого человека. Понял? Если «да», то убирайся!

Гизий поднёс руку к голове, как если бы отдавал честь, и, повернувшись к двери, бодрым маршем вышел из кабинета.

Дерф остался один. Он взял со стола пергамент и снова перечитал его. Затем вытащил из кармана зеркальце и шепнул в него имя. Спустя некоторое время в зеркале отразился высокий, чуть полноватый человек в чёрном, отливающим синевой, костюме.

Потянулся нудный, но крайне эмоциональный разговор. Ситхорс спорил, кричал, угрожал, но, в конце концов, добился своего.

Отложив зеркальце в сторону, он прошептал:

- Теперь Совет не будет мне мешать…

××××××××××××

Мирс Релайс шёл по лесу. Шёл уверенно, не боясь заблудиться, так как успел всё хорошо запомнить. Лес уже успел ему надоесть, потому что Мирс проходил его в четвёртый раз.

Со времени поединка с Дерфом прошло почти три месяца, а Мирс всё никак не мог добраться до Алхема. Дело в том, что Дерф приказал Гизию устанавливать ложные порталы на его пути, которые отбрасывали его назад, на уже пройденные участки. Вскоре Мирс научился отличать ложные порталы от настоящих по тому розоватому отблеску, пробегавшему по ним. Но иногда и настоящие порталы приводили его не туда, куда нужно. Это было полезно в плане отдыха, но самостоятельно переправиться в Алхем Мирс не мог, а никто из тех с кем он встречался, не желал ему помочь. Алхем же находился на самой вершине кольцевой пирамиды миров. Так что попасть туда можно было только с помощью особого портала.

Мирс, наконец, выбрался из этого леса, по которому блуждал почти целую неделю. Он устал и хотел как можно скорее добраться до дома и поесть, так как был очень голоден, а в лесу, понятное дело, много не съешь. Мирс стоял на краю поляны, поросшей пыреем и чертополохом, а буквально в четырёх шагах от него слабо серебрился портал. Серебрился… Это обстоятельство сильно насторожило Мирса, так как порталы обычно голубые. Но делать нечего, надо было рискнуть. Мирс подошёл и осторожно протянул руку. Портал издал звук, похожий на звон маленького колокольчика. Мирс глубоко вздохнул, зажмурился и шагнул вперёд…

По мерному и нежному звучанию воздуха, по приятному свежему запаху, по той радостной расслабляющей атмосфере, которая царила вокруг, Мирс понял, что серебристый портал перенёс его куда надо – в Алхем. Мирс открыл глаза и огляделся. Он стоял у подножия невысокого холма, на котором находился, стройный, в два этажа, дом. Так как уже вечерело, Мирс решил попроситься переночевать. Он знал, что в Алхеме ему точно не откажут, и не потому, что он известный маг, а потому, что здесь оказывать не принято.

Мирс поднялся на холм. Перед домом располагался маленький, но уютный фруктовый садик. В окнах дома горел свет, значит, хозяева ещё не ложились. Мирс подошёл к двери и постучал. Ему открыл человек; на вид - лет сорок, среднего роста, с тёмными волосами и светло-серыми глазами.

Мирс первым начал разговор:

- Здравствуйте. Меня зовут Мирс Релайс. Вы не будете против, если я у вас переночую?

- Да-да, конечно, проходите. Мирс, да? Очень рад!

- А вас, простите, как зовут?

- Кирк Арсеникум.

- И мне очень приятно! Арсеникум? М-м-м… что-то ваше имя мне кажется знакомым. Вы, случайно, не зельевар?

- Да, вы угадали. Так, что же вы не заходите? Давайте, не стесняйтесь!

Кирк провёл Мирса в комнату, обставленную довольно стильно и, в то же время, уютно. Чувствовалось, что к интерьеру была приложена женская рука. Посреди комнаты стоял стол, за которым сидели двое парней, примерно двадцати лет, и играли в шахматы. Кирк представил их:

- Знакомьтесь, мои сыновья: Августо и Серж. Ребята, - обратился он к ним: - это Мирс Релайс, поздоровайтесь.

Серж встал и слегка поклонился. Лицом он был похож на отца: те же светлые глаза, которые, правда, украшали квадратные очки, и радостная, приветливая улыбка. Августо лишь сухо кивнул. Он был чем-то похож на Иммортала: костистое тело, которое, казалось, несколько раз удлиняли, необычайно бледная кожа, скуластое лицо с глубоко посаженными карими глазами, и тёмные короткие волосы, передняя прядь которых была длиннее и намного светлее, чем остальные. Сразу бросалось в глаза крайняя непохожесть братьев, как если бы они были от разных отцов, но Мирс не позволил себе мысленно развивать эту тему.

Кирк продолжал разговор с Мирсом:

- Августо внештатный сотрудник ОМП. А Серж маг-эксперт, создаёт и совершенствует разнообразные приборы.

Мирс хотел поинтересоваться про необычную причёску Августо, но в его присутствии не решился, и предпочёл спросить при первом удобном случае. Вместо этого он спросил:

- Ясно. А, скажите, пожалуйста, где сейчас ваша жена?

- О! А откуда вы знаете, что я женат?

- Догадался.

- Она в Алхемской Клинике. Вот-вот родит ребёнка! – было видно, что Кирк очень воодушевлён этим событием. Мирс порадовался за него:

- Заранее поздравляю!

- Заранее не поздравляют. – угрюмо отозвался Августо.

- Не отвлекайся, а то я уже твоего слона съел! – посоветовал ему Серж.

- Сам не отвлекайся!

- Вечно спорят по пустякам. – шутливо пожаловался Кирк.

Братья вновь углубились в игру.

Мирсу пришла в голову запоздалая мысль:

- Вы не будете против, если я воспользуюсь вашей ванной. Понимаете, я неделю бродил по лесу, только сегодня выбрался. Уже стал на лешего похож.

- Для вас, всё что угодно! Вы ведь столько много сделали!

- Много то, много, а всё – без толку. Плохой из меня получился защитник!

- Ладно, идите в ванную. О делах после потолкуем.

Вскоре все сидели в гостиной. Не смотря на то, что на дворе была ночь, спать никому не хотелось. Кирк и Мирс продолжали разговор. Временами к ним присоединялись Августо и Серж, чтобы высказать своё мнение. Кирк предлагал Мирсу помочь укрепить оборону Энтхема, и что его сыновья, друзья и соседи помогут в этом. Мирс отказывался, мотивируя тем, что война – дело ужасное, и что он, Мирс, никого не собирается приносить в жертву ради победы. Но Кирк, Серж и Августо так наседали, что Мирс уступил, правда, с одним условием:

- Ты сначала ребёнка вырасти, а потом воевать будешь.

- Эллина, моя жена, позаботиться о нём.

- Но, ребёнку всё равно нужен будет отец.

- Я уже связался с ней, и всё рассказал. Так что, в крайнем случае, о нашей семье позаботишься ты, Мирс.

- А у меня ты не спросил.

Неизвестно, чем бы закончился этот спор, если бы стоявшее на столике зеркальце не осветилось. На его поверхности появилась бородатая голова и произнесла:

- Кирк Арсеникум, поздравляю. У вас родилась дочь.

Никто долго не мог вымолвить ни слова.

××××××××××××

На следующий день Кирк, Мирс и Серж отправились в Алхемскую Клинику, чтобы навестить Эллину. Августо с ними не было – он отправился на работу.

Перед этим недолго совещались, как можно лучше всего добраться до Клиники, ведь ни Мирс, ни Серж телепортировать не умели. После краткого обсуждения, решено было воспользоваться телепортом, тем более, что ближайший находился в ста шагах от дома.

Во время лёгкой прогулки Мирс всё ещё делал попытки отговорить Арсеникумов от участия в войне. Он интуитивно чувствовал, что ничем хорошим это не закончится. Но и Кирк, и Серж упорно стояли на своём, и никакие заверения Мирса в расчёт не принимали. Их мысли были заняты предстоящим праздником, который должен был состояться по поводу рождения девочки (имя для неё придумано ещё не было). Так что Мирсу пришлось оставить попытки.

Наконец показался телепорт. По форме он напоминал пятиконечную звезду с вписанным кругом посередине.

- Ну вот. Мы и пришли. – жизнерадостно заключил Мирс.

- Ага. Хорошо. – согласился Серж.

Сержу стало неуютно. Мирс это почувствовал, и хотел успокоить его, но к сыну подошёл Кирк и повёл его к телепорту. Было видно, что каждый шаг удаётся Сержу с огромным трудом. Когда до телепорта оставалось два шага, Серж предпринял попытку убежать, но Кирк не дал ему этого сделать. Он стал в чём-то убеждать сына, но в чём, Мирс так и не расслышал. Вскоре Серж решился, сделал шаг и вступил в звезду. Через пару мгновений его тело стало прозрачным, а потом Серж исчез.

Мирс подошёл к Кирку.

- Почему он боится перемещений? Это же совсем не больно. – спросил он.

- Это из-за меня. – ответил Кирк.

- Как это?

- Был один неприятный случай, когда Серж был маленьким. Мы с ним неудачно переместились, и меня расщепило. Он очень испугался. Да и мне, сказать по правде, было не очень приятно. С тех пор он боится, что попадёт в расщеп.

С этими словами Кирк шагнул в телепорт. Мирс наблюдал, как тот медленно исчезает, а затем вошел сам.

Они стояли возле большого белоснежного цвета здания, красивей которого сложно было себе представить. Больше всего оно напоминало Воздушный Замок, который однажды видел Мирс во время путешествий. Надпись над входом сообщала: «Алхемская Клиника». Конечно, каждый маг сам себе врач, но помощь высококлассных специалистов требуется везде и всегда.

- Прибыли. – возвестил Релайс.

Все трое вошли внутрь.

Высокий холл освещался крупными, чуть желтоватыми шарами, висевшими под потолком. Из холла вели семь коридоров, стены которых были окрашены в радужной последовательности цвета. Каждый коридор вёл в отдельное здание.

Это было сделано не по чьей-либо прихоти. Такая цветовая гамма нужна была для пояснения различных функциональных отделов Клиники. В красном отделе занимались лечением ожогов, в оранжевом была травматология, в жёлтом снимались следы неудачно наложенных заклятий, в зелёном было родильное отделение, в голубом был устроен стационар, где избавлялись от инфекционных и волшебных болезней, в синем лечили от отравления, а в фиолетовом находились пациенты на реанимации.

Но, никто из друзей не знал тонкости этого дела.

- В какой же коридор нам идти? – спросил Серж.

- Не знаю. – одновременно ответили Кирк и Мирс.

Пока они пытались определиться, в зелёном коридоре послышались шаги, и вскоре из него вышел Августо.

- Привет, сын. А что ты здесь делаешь? – спросил Кирк.

- Как что? Маму навещал, конечно.

- Ну, и как она?

- О, сами увидите. – Августо улыбнулся. – Ну ладно. Мне пора. Шеф отпустил меня всего на час, так что мне надо торопиться.

- Хорошо. А в какой она палате?

- Зелёный дом, третий этаж, палата двадцать первая.

- Спасибо.

Августо ушёл. Кирк, Мирс и Серж отправились к указанному месту. Когда они подходили к палате, из неё вышел врач, тот самый, чьё лицо они видели вчера в переговорном зеркале. Он молча взглянул на них, затем повернулся и ушёл. Мирс поглядел ему вслед, и вместе с Арсеникумами вошёл в палату.

Палата была очень просторная. Как и в коридоре, стены, пол и потолок были окрашены в зелёный цвет. Напротив двери на стене находилось широкое окно. Вдоль стен стояли девять кроватей, из которых занята была только одна. На ней сидела молодая красивая женщина. У неё были длинные светлые волосы, светло голубые глаза, а её улыбка лучилась теплотой. Глядя на неё, Мирс вспомнил прощание с Селестиной, своей мамой.

Пока Мирс предавался воспоминаниям, Кирк и Серж подошли к Эллине, поздравили её, а затем завели какой-то разговор. Мирс ощутил, что он чего-то не сделал. Вспомнив, что он забыл поздороваться и познакомиться, а так же объяснить, что ему некоторое время придётся пожить с Арсеникумами. Он подошёл, поздравил Эллину и стал поддерживать разговор.

Через некоторое время разговор завёлся о семьях. Арсеникумы стали подробно рассказывать Мирсу о своём, хотя и не древнем, но весьма знаменитом роде зельеваров и магов-рационализаторов, который уже сделал много полезных открытий и усовершенствований.

Мирс также подробно рассказал о родственниках по материнской линии, и всё, что знал о происхождении Ксенона и Дерфа. Ему было неловко от того, что могли сказать Арсеникумы о его родстве с такими тёмными личностями. Но все его опасения были напрасны. Эллина горячо заверила его, что он не виноват в таком родстве, так что не стоит убиваться из-за этого. Мирсу стало легче.

Минут через десять вошел бородатый врач и объявил, что время посещения закончилось. Серж, Мирс и Кирк распрощались, и, покинув Клинику, тем же телепортом отправились домой.

××××××××××××

Через три дня Эллина с дочкой были уже дома. Девочку назвали Ксения, однако Мирсу это имя не нравилось: он заявил, что по смысловому значению это имя отражает то же, что и Ксенон – «Чужой». И по произношению и написанию очень похоже. Кирк с ним не согласился, зато заявил, что ждёт от Ксении великих свершений.

- В ней есть что-то особенное! – сказал он.

Каждый родитель вправе восхищаться своим ребёнком, поэтому Мирс не стал спорить. Тем более, что в данный момент он и Серж устанавливали вокруг дома и сада куполообразную магическую защиту, которую Серж собирался усилить Бифростовым зельем. Это было подарком Мирса на день рождения Ксении. Когда защита была установлена, Мирс и Серж отправились в дом. Оба так устали, что не заметили, как в глубине сада на мгновение зажглись яркие изумрудные точки.

…родится в светлом мире… нести большую Силу… перенеся страдания… подвергнут испытаниям… избавить миры от Зла…

Эти слова раздались в голове у Дерфа, словно кто-то невидимый громко прошептал их ему на ухо. Дерф вздрогнул и проснулся. Как оказалось, ожидая новостей, он на несколько минут задремал за столом. Дверь тихонько открылась.

В кабинет Ситхорса вошёл Иммортал. Он был очень доволен собой, так как выполнил все поручения.

- Вы не поверите, но у меня для вас снова есть две новости, на этот раз обе – хорошие.

- Рассказывай обо всём по-порядку.

- По пути сюда я узнал новости с фронта. Файорит сообщил мне, что великаны готовы бросить Север.

- О да, это замечательно. Останется захватить центр и Энтхем наш. А теперь… ты узнал имя избранного?

- Да. Удивительный ребёнок – она родилась спустя час и одну минуту после наступления нового месяца, и на одну минуту раньше других детей Алхема.

На Дерфа нашёл ступор: он никак не ожидал, что избранный, это – она.

- Она… погоди, это что, девочка?

- Да.

- И, как её зовут?

- Ксения. Ксения Арсеникум.

- Ты узнал что-нибудь ещё?

- Нет. Только имя. Остальное должен узнать Гизий. Думаю, он скоро придёт, и тогда мы всё узнаем.

Согласно традиции, новое действующее лицо появляется после разговоров о нём.

- Тук-тук, а вот и я! Не ждали?! – с этой фразой Гизий вошёл в кабинет.

Ситхорс смотрел на него с нетерпением.

- Давай. Рассказывай.

Но, Гизий не был бы Гизием, если бы стал рассказывать нормально. Во время повествования он подпрыгивал, визжал и кривлялся. Всё это он проделывал только для того, чтобы позлить Дерфа. Один раз он скорчил такую ужасную гримасу, что даже Иммортал не выдержал и отвернулся. Ситхорс тоже не выдержал и рявкнул:

- ПЕРЕСТАНЬ! Рассказывай нормально, или я тебя убью!!!

Гизий перестал. Угрозы Дерфа не беспочвенны, слова с делом расходятся редко. Поэтому он, уже без фокусов, стал продолжать. Попутно он вытянул из внутреннего кармана лист пергамента, на котором была зарисована семья Арсеникум (зарисована довольно карикатурно, но, вполне узнаваемо), и протянул его Дерфу. Тот стал изучать рисунок. Когда Гизий упомянул, что видел Мирса с Арсеникумами, Дерфа охватили волнение и злость:

- РЕЛАЙС! Там! С ними! Он что, узнал про пророчество?!

- Нет. Даже не догадывается. Наверно, он встретился с ними случайно.

Дерф слабо в это верил.

- У тебя всё?

- Да-да, да-да, да-да, да-да, да-да…

- СВОБОДЕН!

- Как птица в ясном небе!!! – как сумасшедший заорал Гизий, и подтверждая это, выпрыгнул в окно, которое, к счастью, было открыто. Иммортал покрутил пальцем у виска:

- Совсем с ума сошёл. Может у него опухоль головного мозга? – с медицинским уточнением спросил он.

- Если это так, то мы её удалим. – сказал Дерф, посмотрев на свой меч. Меч задрожал. – Ничего, скоро в самом деле полетят головы. Защиту Ксении необходимо разрушить.

- А как мы это сделаем?

- Есть у меня один план, и обстоятельства могут сыграть нам на руку. А пока придётся немного подождать, и посмотреть, что из этого выйдет…

××××××××××××

Прошло два года.

Продолжалась битва за Центральный район Энтхема, который защищался лучше всех прочих. Главное в этом событии было то, что лидеры обоих отрядов Дерф Ситхорс и Мирс Релайс лично сражались за судьбу Мира Великанов. Великая Межмировая Война приближалась к своему завершению.

Дерф, Иммортал, Файорит и Гизий держали военный совет. Обсуждалась проблема быстрого решения затянувшейся войны. Ситхорс наскоро разработал план о разрушении защиты избранной, Ксении Арсеникум, где главное было – избавиться от всех троих её защитников, отца и братьев. Мирса Дерф в расчёт не брал. Когда план был продуман, Дерф сделался необычайно добродушным. Он подозвал всех к себе и начал рассказывать:

- Друзья мои, у меня есть план, который поможет нам разрешить все проблемы. Самое главное – лишить Мирса духовного равновесия. Если мы убьём его друзей, он прекратит сражение и уйдёт. Сила и магия этого мира уже с нами, и теперь, настал момент использовать их. Сейчас каждый получит свою часть задания, и если всё будет выполнено в точности, то война может прекратиться в ближайшие дни.

Иммортал подал голос:

- Но, почему мы не использовали Центр Мира раньше? Если бы мы сразу выкачали всю жизненную силу из Энтхема, нам не пришлось бы столько воевать.

- Да, я взломал источник жизненной силы, и нашёл способ как им управлять. Но я не намерен лишать это Мир его достоинств. Мне не нужны подданные-зомби. А начёт того, что надо было раньше… Мирс, вот кто мне мешает. Не будет его, всё обернётся так, как надо. А теперь, задания.

Все приготовились внимательно слушать.

- Первое. Файорит атакует полк Арсеникумов, отсекает их от войска и гонит на ближайшую свободную поляну. Там их необходимо задержать на несколько минут, пока я не установлю купол.

Второе. Иммортал прикрывает Файорита. Он убирает всех лишних на пути, и никому не даёт пробиться к куполу.

Третье. Гизий должен задержать Мирса на то время, пока мы будем разбираться с Арсеникумами. Неважно как, главное – задержать. Тебе всё понятно? – непосредственно к Гизию обратился Дерф. Тот кивнул.

Иммортал снова подал голос:

- Могу я попросить вас кое о чём?

- Можешь.

- Не убивайте Августо. Я недавно обнаружил в нём некросилу, и хочу взять его к себе в ученики.

- Хорошо. Я выполню твою просьбу. А теперь, советую всем набраться сил – выступаем завтра на рассвете.

Солнце медленно поднялось и осветило место сражения: обширная поляна, с двух сторон окружённая лесом, и кое-где покрытая небольшими холмами. Небольшими – для великанов. Для остальных это были, скорее, небольшие горы.

Мирс стоял на одном из них, обозревая окрестности. Сейчас на поляне было небольшое и, в целом, мирное сражение. Людские волны накатывали друг на друга, попеременно отступая и вновь бросаясь в атаку. Жертв видно не было, а небольшие раны в расчёт не шли. Происходило это потому, что Дерф, каждый раз устраивавший на поле кровавую резню, сейчас отсутствовал.

Мирс наблюдал за Арсеникумами и их соседями, которых тем легко удалось уговорить идти на бой. Несмотря на все его протесты, эти люди пришли защищать совершенно чужой им Мир. Серж размахивал коротким мечом с такой силой, что враги отлетали от него в разные стороны. Так же действовал и Кирк. Поэтому к ним старались не приближаться. Августо сражался быстро, но скупо, и то и дело оказывался во вражеской гуще.

Через некоторое время это ритмичное действо надоело великанам, и они, собрав ударный отряд, ринулись в бой. Это послужило для разномастной армии Ситхорса сигналом к отступлению.

Неожиданно, сверху ударил столб огня, едва не испепелив нескольких великанов. Те взглянули наверх, и увидели парившего Файорита. Тот, приготовив огненную бомбу, кинул её в Арсеникумов, рассчитывая напугать их. Это ему удалось. Он выпустил из рук новые огненные потоки и стал теснить Арсеникумов, уводя их от общей массы народа.

Великаны принялись запускать камни из пращи, но Файорит ловко уворачивался, а, иногда, сбивал камни в воздухе, и те падали, подобно огненным метеоритам, оставляя на поляне разрушения, калеча и убивая защитников Энтхема. Великанам пришлось прекратить обстрел, и отступать вместе с Арсеникумами.

Выгнав отряд на свободную поляну, Файорит облетел вокруг них, создавая заграждение из сплошного огня. Человек не смог бы пройти сквозь него или перепрыгнуть, но великан – запросто. Один из них и хотел это сделать, но, неожиданно схватившись за сердце, упал. Прежде чем его тело коснулось земли, оно рассыпалось прахом. Остальные великаны, видя, что стало с их товарищем, в ужасе разбежались. Файорит неподвижно завис над центром огненного круга и принялся отгонять тех, кто решил приблизиться. Впрочем, никто и не решался. Через несколько мгновений над поляной куполом возникла полупрозрачная фиолетовая завеса. Файорит улетел.

Мирс отлично всё видел, но вмешиваться пока не спешил. Лишь увидев купол, он ринулся с холма, надеясь успеть к Арсеникумам, пока не поздно. Но, пробежав несколько шагов, застыл, не в силах пошевелиться. Чья-то чужая воля сковывала его движения. Неожиданно он увидел перед собой Гизия, глаза которого горели изумрудным огнём. Чтобы попробовать освободиться, Мирс решил разговорить его:

- Скажи, Гизий, ты делаешь это по своей воле?

- Нет. Это приказ.

- Ты можешь нарушить его?

- Нет. Иначе Ситхорс убьёт меня.

- Ты боишься, да?

- Да. Я больше не нужен ему. Он ищет повод, избавиться от меня.

- Гизий, послушай. Дерф не сможет убить тебя. Ты сильнее его, сильнее духом. Ты прекрасно сражался на нашей стороне, и я не знаю, что побудило тебя перейти к нему. Теперь ты расплачиваешься за свою ошибку.

- Я бы ушёл от него. Но, вы не примите меня. А я хочу быть полезным. И не хочу умирать зря.

- Гизий, ты видел, и знаешь, что такое Добро, и что такое Зло. Хватит метаний, пора уже определяться, на чьей ты стороне.

- Не могу. Я никому не нужен.

- Гизий, определись! А я… я прощаю тебя за предательство…

В этот момент послышался тихий, но отчетливый звук, будто лопнула толстая верёвка. Гизий долго стоял, продолжая взглядом сковывать Мирса. Затем он закрыл глаза…

Стена огня постепенно спала, открыв фиолетовую завесу. Арсеникумы пытались пробить её всеми известными им способами, но не могли. Им уже стало ясно, что их загнали в ловушку.

Неожиданно завеса чуть колыхнулась, и из неё вышел Дерф Ситхорс. Он сделал шаг вперёд и выхватил меч прямо из воздуха, тут же раздвоив его. Затем он сразу ринулся в атаку, не дав Арсеникумам времени на подготовку. Сначала двигаясь неуклюже, он ускорился, успевая отражать их удары и наносить свои, которые пока удавалось худо-бедно блокировать. Так продолжалось, буквально, пару минут. Затем ситуация резко переменилась.

Серж несколько раз обернулся вокруг себя и сумел нарушить чёткую защиту Ситхорса, проникнув под его руку. Его меч оставил на шее Дерфа глубокую царапину. Но, в тот же миг, Ситхорс обернулся, и с силой рубанул его по руке, нанеся удар снизу, едва не отрубив кисть. Другим мечом он плашмя ударил Сержа по голове, и тот упал, потеряв сознание.

Августо кинулся к Ситхорсу, чтобы не дать тому добить брата, но был встречен сразу двумя мечами. Дерф подрубил его крест-накрест, глубоко всадив концы мечей, и оставил на груди две длинные, глубокие раны. Получив такую травму, Августо упал, и не мог больше продолжать бой. Дерф и Кирк остались вдвоём. Убрав соперников, Дерф немного расслабился.

Кирк действовал спокойно, не тратя время и силу на яростные атаки. Дерф, напротив, бил быстро и размашисто, нанося длинные рубящие удары, стремясь измотать соперника, и нарушить его сбалансированную защиту. Кирк начал уставать, стараясь не допустить ту ошибку, которая тут же лишила бы его жизни. Но это всё-таки произошло…

Кирк устал, сбился с шага, и, потеряв равновесие, слишком далеко выдвинулся вперёд. Тогда Дерф свёл вместе оба меча и обезоружил его, нанеся удар снизу вверх, а затем…

Серж очнулся как раз в тот момент, чтобы увидеть, как один меч Ситхорса пронзил Кирка сердце, а другой снёс ему голову…

Серж не выдержал и закричал. Дерф повернулся к нему, чтобы добить, но тут, что-то привлекло его внимание. Ситхорс поднял голову и увидел Иммортала, подававшего ему какие-то знаки. Дерф вышел сквозь завесу, которая растаяла за его спиной.

- Что случилось? – спросил он.

- Релайс уже рядом!

- Открывай портал, а я займусь телами!

- Августо? Он, жив?

- Некогда разговаривать. Оживишь, если что!

Ситхорс бросился к Арсеникумам. На бегу, он метнул сгусток огня, который мгновенно сжёг тело Кирка. Подбежал к бесчувственному Августо, перехватил его, и перебросил Имморталу, словно тряпичную куклу. Затем склонился над Сержем, поднял руку и… услышал громкий хлопок. Дерф обернулся.

Рядом мерцал портал, возле которого грудой тряпья неподвижно лежал Иммортал. Недалеко от них стоял Мирс, объятый белым огнём. Ситхорс никогда не видел его таким. Забыв про Сержа, он метнулся к порталу, подхватил Иммортала и прыгнул. Перед тем, как исчезнуть он крикнул:

- Извини, Релайс! Но, ты немного опоздал!

Портал закрылся. Мирс подошёл к Сержу, который вновь потерял сознание. Наскоро вылечил ему руку. Поднял его на руки, и понёс к лагерю.

Через пару дней стало известно, что Мирс бросил защиту Энтхема. Его отряды, оставшись без командира, продолжали сражаться, хотя и безуспешно. Лучшего времени, чтобы осуществить последнюю часть захвата Мира Великанов, у Дерфа просто не было. Поэтому он решил не мешкать, вдруг Мирс передумает и вернётся.

Был вечер, который начинал плавно переходить в ночь. Дерф и Иммортал приближались к Астрону. Горная цепь, которая была всё ближе, грозно нависала над ними. Но маги не обращали на неё ни малейшего внимания. Грубой красотой Астрона они успели полюбоваться ещё в прошлый раз. Сейчас было главное – найти вход в пещеру.

Маги подошли к широкой, и почти пологой стене. Дерф начал осторожно простукивать камни. Вскоре один отозвался гулким звуком. Дерф надавил на него. Камень провалился внутрь стены, но на его место тут же упали несколько других. Ситхорс чуть отошёл назад и вытянул вперёд правую руку. Спустя секунду все набросанные камни вдавило внутрь мощным потоком воздуха. Открылся широкий проход.

Дерф направился было к нему, но по пути обернулся.

- Подожди меня здесь. Можешь зайти в пещеру, если я не вернусь через час. – сказал он Имморталу. Тот кивнул, подошёл ко входу, и встал у него, словно часовой.

Дерф прошёл внутрь.

Всё правильно, он не ошибся. Вот он – узкий каменный коридор, начинающийся прямо от входа. Почти без ответвлений. Надо идти всё время прямо, и лишь в самом конце свернуть налево. Дерф неспешно двинулся вперёд. Спустя пару минут коридор привёл его в просторную пещеру. С прошлого раза ничего не изменилось. Вот он – камень, похожий на человеческое сердце, пульсирует ровным красным цветом, медленно, словно собирается умереть. Но Дерфу было нужно не это.

Он осторожно приблизился.

Совсем недавно, Дерф нашёл ценные записи древних энтов, в которых говорилось, как надо управлять Центром Мира, или, как его называли, Сердцем Мира. Долгое время Дерф потратил на расшифровку, и теперь надеялся, что правильно понял все указания, в противном случае это могло плохо кончиться, как для него, так и для самого Мира.

Камень продолжал пульсировать, никак не реагируя на близкое присутствие тёмного мага. Дерф подошёл к нему на расстояние вытянутой руки. Затем, собственно, вытянул руки и осторожно приложил ладони к поверхности камня.

Дерф едва не крикнул и не отдёрнул руки – камень обжигал! Но, это длилось всего несколько мгновений, затем камень остыл. Дерф поморщился: «Охранная магия». Затем ему пришлось сосредоточиться. Чтобы подчинить себе Сердце Мира, требовалось наполнить его отрицательными эмоциями и воспоминаниями. Возможно, с этим лучше бы справился Иммортал, у которого такие эмоции буквально перехлёстывали через край, но Дерфу хотелось всё сделать самому. Кому принадлежит Центр, тому принадлежит весь Мир.

Дерф начал рисовать в своём воображении самые страшные картины, какие мог представить (а представить он мог многое, благодаря Ксенону и Имморталу), но ничего не выходило. Камень никак не реагировал. Дерф попробовал по другому. Он начал вспоминать все жестокие и унизительные моменты, происходившие с ним, или с теми, кого он знал. Но, опять ничего не произошло. Дерф начал впадать в отчаяние и тут, совсем безотчетно подумал о Мирсе. И вот, что странно; эта мысль о светлом человеке породила в нём такую ярость, что камень под его руками начал трескаться, а где-то в отдалении прогрохотал гром, настолько сильный, что был слышен даже здесь, в пещере. Ситхорс поумерил пыл. Он хотел наполнить мир отчаянием и безнадёжностью, а не устраивать «конец света». Но, теперь дело пошло на лад. Камень стал пульсировать чаще, и уже не красным цветом, а фиолетовым, тёмным до черноты.

Хотя, кроме этого, больше никаких признаков не появилось, Дерф понял, что он победил. Великая Межмировая Война закончена. И ещё один мир оказался во власти тьмы…

××××××××××××

Дерф, как всегда, находился у себя в резиденции. Он вновь и вновь обдумывал план получения Силы. Он имел все основания убедиться, что в плане было полно изъянов. Во-первых, до пробуждения магии у Ксении было ещё минимум семь лет. Во-вторых, один из её братьев остался жив. И в-третьих, на защиту Ксении встал Мирс, который никого и близко не подпустит.

Сделав такие выводы, Дерф решил действовать по обстоятельствам. Для него семь лет, были как семь месяцев, можно было и подождать. Теперь следовало заняться и другими вещами, например, сделать выговор Гизию, за плохо выполненный приказ. И Дерф вызвал его к себе. Когда Гизий пришёл, Дерф начал его спрашивать:

- Келвин, помнишь тот день, когда мы разработали план убийства Арсеникумов?

- Да.

- Скажи, что я велел тебе сделать?

- Велели задержать Мирса Релайса.

- Хорошо. А скажи, почему ты плохо выполнил приказ?

- Я начал держать его, а потом отпустил.

- Почему? Он заставил тебя?

- Нет. Я сделал это намеренно.

- ЧТО??? – Дерф выскочил из-за стола и взглянул Гизию в глаза. – ПОВТОРИ!

- Я. Сделал. Это. Намеренно. – членораздельно произнёс Гизий.

- НАМЕРЕННО?! ОБЪЯСНИ!

- Он сказал, что я могу не исполнять твои приказы. Сказал, что я должен сам решать, кому надо подчиняться. Сказал, я должен сделать выбор. И я решил: я ухожу.

- Нет-нет. Ты никуда не уйдешь. И знаешь, почему? Нет? ПОТОМУ, ЧТО Я УБЬЮ ТЕБЯ!!!

С этими словами Дерф выбросил из правой руки молнию, которая отбросила Гизия в глубь кабинета, к окну. Гизий ожидал этого, но всё равно оказался не готов. Дерф продолжал атаковать. Гизий выставил ментальный щит, но толку от него было мало. Молнии одна за другой проходили по щиту, и некоторые пробивали его насквозь. Одновременно из другой руки Ситхорс выбрасывал небольшие огненные шары, которые прожигали одежду и опаляли кожу Гизия. Тот, не смотря на такую атаку, сдаваться не собирался. Дерф не выдержал.

- Ну, всё, предатель-перебежчик, больше ты никому мешать не будешь! – прохрипел он.

Дерф прекратил атаку и взвёл вверх руки, готовясь нанести решающий удар. Ослабевший Гизий приготовился отразить его. Он знал, что у него всего одна попытка. Дерф опустил руки, выбросив ослепляющую яркую молнию. В этот момент Гизий поднял руку… Молния, натолкнувшись на невидимое препятствие, повернула назад и, всей своей мощью обрушилась на Ситхорса, пригвоздив того к полу и на время обездвижив. Гизий поднялся, подбежал к столу, схватил пергамент с пророчеством, который Ситхорс никогда не убирал, и покинул кабинет, выпрыгнув в окно.

Когда Дерф пришёл в себя, он обнаружил, что пророчество исчезло; понял, что Мирс, если узнает, приложит все усилия к тому, чтобы избавиться от него (Ситхорса), и научит Ксению тому, что знает сам. Не в силах сдерживаться, он издал крик ярости, и, выхватив меч, разрубил стол.

С момента битвы прошло две недели, и всё это время в районе, где жила семья Арсеникум, не прекращался траур. Кирк был известным магом, его все знали и уважали. А Эллина и Серж не могли найти себе места. Ещё бы, лишиться разом двух самых близких людей. Не мог найти покоя и Мирс.

Всё это время он размышлял, почему Ситхорс загнал в ловушку именно Арсеникумов, а не кого-то другого. Предупреждение жителям Алхема, чтобы не мешали? Но, из Алхема прибыло много людей, и убивать только одну семью не имеет смысла. Нет. Очевидно, Дерф знал об Арсеникумах что-то, чего не знал Мирс. Но, что? Ответ на этот вопрос мог бы дать Гизий, если бы он был здесь.

Не успел Мирс подумать так в очередной раз, как вдруг, дверь затряслась так, будто в неё стучали десять человек. Мирс подбежал к ней и открыл. Через порог, в буквальном смысле, ввалился Гизий. Выглядел он очень плохо, если не сказать – ужасно. Одежа частично порвалась, частично была сожжена. На открытых участках виднелись ожоги и кровоточащие рубцы. На лице Гизия присутствовали выражения муки и удовольствия, странным образом сочетаясь.

- Ну… вот… я… пришёл… - пробормотал Гизий и потерял сознание.

Когда он очнулся, то обнаружил, что лежит на кровати, а Эллина и Мирс смазывают его раны мазью. Недалеко стоял Серж, склонившись над маленьким котелком и помешивая в нём что-то белое, вероятно, ту самую мазь. Заметив, что никто особо не обращает на него внимания, Гизий решил привлечь их к себе.

- Гх… а я, вот, очнулся. – проскрипел он. Эллина и Мирс подняли на него глаза.

- Извините, что я вот так ввалился. Даже представиться не успел. – продолжал он.

- Так сейчас представьтесь. Что вам мешает? – со смехом сказала Эллина.

- Можно и на «ты». Меня зовут Гизий Лициний Юзеф Келвин. Можно просто – Гизий.

- Очень приятно. Я Эллина, это мой сын Серж, Мирса, я думаю, ты и так знаешь. Ещё у меня есть дочь Ксения, ей недавно исполнилось два года.

- Это хорошо. А, где она сейчас?

- В соседней комнате. Спит.

Тут Гизий заметил, что его ноги довольно далеко высовываются из кровати. Что ж, два метра, есть два метра, никуда не денешься. Гизий немного подтянулся и сел. И тут в разговор вмешался Мирс.

- Гизий, зачем ты пришёл сюда? – строго спросил он.

- Зачем так грубо? – обиделся Гизий. – Сам сказал тогда, на холме: Гизий, хватит, брось ты этого Психорса, нечего с ним нянчиться, он без тебя управиться. Лучше приходи сотрудничать со мной. Я сделал, как ты сказал.

- Между прочим, я ничего такого не говорил.

- Всё равно, я ушёл от Ситхорса. Сам видишь, что он со мной сделал. И, кстати, я принёс тебе небольшой подарок.

Гизий хотел сунуть руку в карман, забыв, что плаща на нём нет. Тогда он спросил:

- А где мой плащ?

- Там, в коридоре, - махнув рукой, сказал Серж. – порванный, обгоревший.

- У-у-у, тогда его можно выбрасывать. Серж, будь другом, сбегай, достань из кармана пергамент, и дай его Мирсу. Думаю, ему будет интересно.

Серж побежал в коридор. Вскоре он вернулся с пергаментом, и передал его Мирсу. Мирс начал читать, внимательно приглядываясь к заметкам Дерфа. Все (кроме Гизия) слушали его, затаив дыхание. Вот он - долгожданный выход из-под тирании Ситхорса.

Закончив читать, Мирс воскликнул:

- Всё ясно. Избранный получит Силу, пройдя испытания Ситхорса, а затем сможет победить его. Нам надо найти этого ребёнка, помочь пройти испытания, научить всему!

Гизий хмуро посмотрел на Мирса, и поняв, что данная новость может ему не понравиться, осторожно произнёс:

- Мы уже нашли этого ребёнка: избранный родился два года назад.

- Но, кто же это? КТО???

- Тише, побереги нервы, они тебе ещё пригодятся. Да и остальные, прошу приготовиться.

Повисло напряжённое молчание.

- Это Ксения. Ксения Арсеникум.

Дерф чувствовал себя так, словно на него нашло безумие. Он не мог найти себе места, не мог собраться с мыслями. С момента побега Гизия прошло пять дней, и тот, наверняка, успел сообщить обо всём Релайсу. Ну, а уж Мирс постарается сделать всё, чтобы пророчество сбылось в нужном ему направлении, не стоит и сомневаться.

Чтобы хоть как-то поправить создавшееся положение, Ситхорс вызвал к себе Иммортала и приказал ему найти того, кто мог бы пригодиться в качестве шпиона: надо знать, какой сюрприз может приготовить ему Релайс. Попутно он осведомился, как проходят дела с Августо. «О, как нельзя лучше! Из него выйдет отличный некромант! » - последовал ответ. Успокоенный таким сообщением, Дерф отправил Иммортала на поиски.

Тот вернулся примерно через час, ведя за собой неприятное, скользкое существо. Оно было низкого роста. Тело сгорбленное, склизкое, оплывающее, практически не имевшее формы. Длинные белые руки имели по шесть пальцев. Лицо было просто невообразимое. Глаза (а их было три), находились внизу, нос отсутствовал, а широкий рот, в котором виднелись острые клыки, располагался на лбу. Вдобавок ко всему, голову существа покрывали густые, длинные, маслянистые, чёрно-зелёные волосы. Хотя, в целом, существо было скорее отвратительное, нежели страшное.

Как только общая картина сложилась в сознании Ситхорса, ему захотелось отвернуться от этой мерзости. Однако, он не сделал этого, а наоборот, пристально посмотрев на существо спросил:

- Кто ты, кошмарное создание?

- Метаморф. – прошипело существо.

Дерф почувствовал к пришельцу что-то вроде уважения. Метаморфство – способность изменять внешний вид и структуру своего тела – очень ценная особенность. Никто не знает, как выглядят метаморфы на самом деле, но что-то подсказывало Дерфу, что он видит истинное обличие. Дерф продолжил разговор.

- Как же тебя зовут?

- Хидраргирум. Это значит – Ртуть.

- А, ты не против, если я буду называть тебя «Ртутный»? Это прозвище очень подходит к тебе.

- Хорошо.

- Откуда ты?

- Из Магпала.

- Я так и думал. Там живёт много народностей. Теперь к делу. Ты знаешь, зачем тебя привели?

- Да, ваш помощник мне всё объяснил.

- Ты согласен?

- Да, но с условием. Оплата – золотом.

- Когда выполнишь работу, проси, сколько захочешь. Вот тебе рисунок, – Дерф вытащил из ящика набросок семьи Арсеникум, с дорисованными Мирсом и Гизием, которых Ситхорс добавил сам. – Будешь следить за ними. Отправляйся в Алхем.

Ртутный уполз, а Иммортал не спешил покидать кабинет. Посмотрев на Дерфа, он неуверенно произнёс:

- Можно спросить?

- Можно.

- Я подумал, может оставить Ксению совсем без родителей? – маниакально предложил он, внимательно следя за реакцией Дерфа. Было видно, что ответ Ситхорса очень важен для него.

- Нет, Иммортал, нет. Я КАТЕГОРИЧЕСКИ запрещаю тебе трогать Эллину Арсеникум. Если ты посмеешь нарушить мой приказ, то я… Нет, я не убью тебя, потому что обязан тебе жизнью, но… впрочем, тебе лучше не знать, что будет… Теперь, иди.

Иммортал вышел. Дерф погрузился в раздумья. И снова, уже в которой раз в его сознании начали звучать строчки: …родится в светлом мире… нести большую Силу… перенеся страдания… подвергнут испытаниям… избавить миры от Зла…

Мирс, Эллина, Серж и Гизий обсуждали план защиты Ксении. Когда Гизий рассказал Мирсу всё, что знал о планах Дерфа, тот принял решение спрятать Ксению. Поскольку за светлой стороной оставались три мира – Алхем, Мидарг и Асард, то было принято единственно верное решение. В Алхеме оставаться было нельзя, в Асард было попасть невозможно, осталось только отправиться в Мидарг.

Сейчас все внимательно изучали атлас Мидарга, выбирая место будущего проживания.

- Смотрите. Мир Смертных очень большой, но в нём крайне мало магии, и распределена она неравномерно. Основные точки её сосредоточения находятся в Восточной Азии, Центральной Африке и Южной Африке. Кроме того есть ещё крупные очаги, в наиболее крупных странах. Я предлагаю отправиться в одну из них. – говорил Мирс, указывая на магическую карту.

После небольшого совещания была выбрана страна Россия. Во-первых, она была самой больной по площади. Во-вторых, содержала три магических очага. В-третьих, русский язык больше всех походил на всеобщий язык Алхема, во всяком случае, на нём можно было научиться разговаривать, читать и писать примерно с пятой попытки.

Гизий и Серж уже вовсю занимались этим, пока Мирс с Эллиной собирали вещи, необходимые во время путешествия.

Чуть позже, когда все приготовления были выполнены, Гизий уточнил место прибытия. Было решено отправиться не в Центральную Россию, как планировалось изначально, а в Южный регион, поближе к морю, и подальше от всякой суеты.

Осталось только выбрать подходящие имена, чтобы ничем среди смертных не выделяться. После краткого спора и изучения справочника имён, было решено, какие имена им следует использовать: Эвелина Арсеньева, Сергей Арсеньев, Григорий Кельвин и Михаил Рисов. Имя Ксении решили оставить без изменения.

Немного посидев перед дальней дорогой, маги вышли во двор.

Через некоторое время все стояли на заднем дворе. Гизий готовился открыть портал. Мирс увеличивал защиту дома, дабы в их отсутствие туда не мог проникнуть никто. Эллина и Серж наблюдали, как вокруг дома появляется и расширяется защитный купол, постепенно становясь всё плотнее. Ксения спала у Сержа на руках.

Создав купол, Мирс подозвал к себе Гизия.

- Можешь поставить Ксении блок? – спросил он.

- Могу. Какого рода?

- Сделай так, чтобы для неё, пока она будет жить в Мидарге, всё необычное казалось естественным. И чтобы события прошлого не тревожили её.

- Ладно. – Гизий подошёл к Эллине и Сержу и объяснил ситуацию. Эллина кивнула. Гизий поднёс руки к вискам Ксении, закрыл глаза и постоял так несколько минут. Затем объявил: - Готово.

После этого он отошёл на несколько шагов. Поднял вверх руки, помахал ими, сделал несколько круговых движений, затем резко вытянул их вперёд. Раздался негромкий хлопок и пространство перед Гизием словно прорвало. Вспыхнул голубой свет, и на дорожке возник открытый портал.

- Помните, магию применяем как можно реже. Нужно скрывать от смертных все свои дела. – произнёс Мирс.

Все начали проходить через портал. Первым шагнул Гизий, потом Серж с Ксенией на руках. Когда дошла очередь до Эллины, пройти она почему-то не смогла.

- Он не пускает меня. – сказала она Мирсу.

Мирс просунул голову через портал (трюк технически и магически неправильный) и крикнул:

- Эллина не может пройти. Мы остаёмся. Удачи!

Мирс высунул голову, и вовремя: портал с треском захлопнулся.

В кабинет к Ситхорсу приполз Ртутный. Дерф приветствовал его коротким кивком. Он сидел за столом и пытался разобрать отчёт, присланный Файоритом. Это было непросто, так как в документе были сплошные ошибки. Например, что означала фраза: «Большой народ разрыв задавлен» - Дерф понять не мог.

Но, в конце концов Дерф разобрался, в чём дело. В отчёте сообщалось, что группа великанов из Западного Энтхема пыталась устроить мятеж, но их сопротивление было быстро подавлено. Дерф решил оставить наказание мятежников на потом – для начала нужно выслушать Ртутного. Метаморф отчеканил деловито и кратко:

- Гизий Келвин, Серж Арсеникум и Ксения Арсеникум отбыли в Мидарг.

- Они придумали неплохой способ защиты. Если они не станут применять магию, найти их там будет невозможно. А, что же Мирс и Эллина?

- Они остались в Алхеме. Я заблокировал портал, чтобы он не пустил их.

- ТЫ ЗАБЛОКИРОВАЛ? Как? И зачем?!

- С помощью этого. – Ртутный продемонстрировал Дерфу короткую булаву с небольшим шариком из тёмного стекла. – Это дал мне ваш помощник-некромант. Он же приказал заблокировать портал. Но, я думал, что приказ исходит от вас.

- Ясно. Позови ко мне Иммортала, а сам отправляйся на задний двор.

Ртутный уполз. Вскоре пришёл Иммортал, ведущий за собой Августо. У последнего был такой вид, будто его три раза убивали, а оживление до конца не доводили. К тому же, было заметно, что на него наложили слабую зомбирующую магию.

- Иммортал, я хотел бы спросить тебя кое о чём. – произнёс Дерф.

- Я вас слушаю.

- Зачем ты приказал Ртутному заблокировать портал?

- Я не приказывал.

- КАК НЕ ПРИКАЗЫВАЛ?! Ртутный сказал, что ты велел ему запечатать портал так, чтобы Эллина не смогла пройти. – Заметив странный блеск в глазах Иммортала, Дерф добавил: - Что-то ты темнишь. Я чувствую, что тебе надоело всё, чем мы занимаемся. Смотри же. Я даю тебе полную свободу. Делай, что хочешь, но не поступай слишком опрометчиво. Ни к чему хорошему это не приведёт. А теперь ступай, занимайся своими делами. Мне тоже надо идти.

Дерф, Иммортал и Августо вышли из кабинета. Дерф отправился на задний двор. Ртутный был уже там, в нетерпении переползая с места на место, булькая и бурча. Дерф подозвал его к себе.

- Мне нужно, чтобы ты приложил все силы для того, чтобы выполнить поручение, которое я тебе сейчас дам. Ртутный, ты должен наблюдать за Ксенией, поэтому я отправлю тебя в Мидарг. Держи, - Дерф протянул ему небольшое зеркальце. – будешь связываться со мной. Пока я буду готовить портал, прими человеческий облик.

Ртутный начал медленно перетекать: ноги и тело удлинялись, руки становились короче, а лишние пальцы исчезли. Лицо перевернулось в нормальное положение, вырос нос, а третий глаз перетёк куда-то внутрь. Волосы стали короче, поседели. И вот перед Дерфом стоит слегка полный пожилой человек.

Дерф надорвал ткань миров и открыл портал. После этого он подошёл к Ртутному, и внимательно его осмотрел.

- Глаза сделай нормального цвета. Зелёного или коричневого. И хвост убери.

Ртутный быстро исправил обе ошибки. Но, так и не определившись с цветом глаз, сделал их коричнево-зелёными. Дерф отступил на полшага, давая ему пройти в портал. Ртутный быстро прошёл. Дерф запечатал портал.

- Посмотрим, к чему это приведёт… - произнёс он.

××××××××××××

Гизий, Серж и Ксения, сидевшая у Сержа на руках, стояли на широкой дороге, находившийся на высокой скале. С двух сторон дорога была ограждена невысоким полосатым каменным бордюром. Далеко внизу синело море. Дальше на скале виднелось большое белое здание. Возле дороги стояла белая металлическая табличка с надписью: «Широкая Балка».

- А что, ещё «узкая» есть? – спросил Гизий.

- Не знаю. – честно ответил Серж. – Давай пойдём туда, вниз. – добавил он, увидев группу людей, стоявших под зелёным колпаком.

- Пошли. – согласился Гизий.

Идя по дороге, они толкали друг друга локтями, споря, кто из них подойдёт к смертным – неизведанное страшило. Ксения с удивлением наблюдала за ними. Наконец, когда они уже подошли совсем близко, Гизий сдался. Взобравшись под колпак, он выбрал самого добродушного на вид человека, и, собираясь задать вопрос, о том, как можно будет покинуть это место, неожиданно для себя выдал набор слов, смешав все языки Мидарга в кучу.

- Чего??? – глаза у человека поползли на лоб.

Гизий виновато завозился. Серж и Ксения смеялись над нелепостью ситуации. Всё же, надо было как-то выкручиваться, и Гизий, поддавшись внезапному вдохновению, заговорил:

- Прошу простить меня, если я что-то не то сказал. Понимаете, я… полиглот, изучаю много языков, и иногда их смешиваю. – все необходимые слова Гизий извлекал из мыслей человека.

- Да, ничего. Просто я не понял, что вы сказали.

- Я только хотел спросить, как мы (он указал рукой на Сержа и Ксению) можем отсюда… м-м-м… - Гизий замялся.

- Уехать? – подсказал человек.

- Да-да, уехать!

- Подождите здесь немного. Через полчаса приедет автобус.

- Большое спасибо.

Распрощавшись со смертным, Гизий подошёл к Сержу и пересказав ему разговор, спросил:

- Как ты думаешь, кто такой Автобус?

- Скорее всего не «кто», а «что». Какое-нибудь средство перемещения, которым пользуются смертные. Вот, вроде этого! – он указал на проезжавшую мимо машину.

- САМОДВИЖУЩАЯСЯ ПОВОЗКА! – выдохнул Гизий.

Не стоит удивляться такой малой осведомлённости. Дело в том, что в Магических Мирах не было ни машин, ни самолётов, ни другой подобной им техники. Маги переходили из мира в мир с помощью порталов, а по мирам перемещались путём телепортации. Для тех же, кто не мог телепортировать, всюду были установлены специальные устройства – телепорты, которые переносили магов в нужные места. Те кто не желал иметь дело с такого рода магией, ездили на повозках и каретах, а иные, заколдовав садовый инвентарь, перемещались по воздуху. Именно поэтому Серж и Гизий были сильно удивлены при виде машины.

- Вот домой вернёмся, надо будет всё нашим академикам рассказать. Пусть и у нас что-нибудь подобное сделают. – сказал Гизий.

Заметив внизу лестницу, ведущую к морю, Серж предложил:

- Давай спустимся, у воды посидим.

- Давай.

Идя по лестнице, Гизий вдруг произнёс:

- Болваны. Болваны мы. Отправились в мир, о котором почти ничего не знаем. А ведь нам придётся долго, очень долго жить здесь. Будем чувствовать себя обезьянами, наблюдая за жизнью смертных.

Серж не нашёл, что ответить. Он впервые видел Гизия таким серьёзным. Между тем, всё сказанное – верно, отметил Серж. Утешала только мысль, что, живя в Мидарге, они всё выучат, и гораздо быстрее, чем обычные люди.

Спустившись, они подошли к морю. Серж посадил Ксению у воды, и она стала бросать туда небольшие камешки, которых на берегу находилось с избытком. Гизий неуверенно сунул в воду руку.

- Как вода? – спросил Серж.

- Мокрая, - Гизий вытащил руку, и задумчиво слизнул капли: - и солёная.

- Что вы здесь делаете? – раздался голос откуда-то со стороны.

Серж и Гизий обернулись. Справа от них стоял маленький одноэтажный гаражик. Его дверь была приоткрыта. Из-за неё выглядывал человек в синей форме.

- Сидим, разговариваем. – крикнул Гизий.

- Вы отдыхающие?

- Да. – подумав, ответил Серж.

- Тогда, извините.

Человек в форме скрылся внутри гаражика. Посмотрев в его сторону, Гизий буркнул:

- До чего же люди подозрительны. У нас никто бы и внимания не обратил.

- Что да, то да. – согласился Серж.

Тем временем сверху раздался скрипящий звук. Снизу друзьям было видно, как к зелёному колпаку подкатывается что-то громоздкое. Серж и Гизий побежали наверх. Когда они уже выбежали на дорогу, снизу раздался громкий, протестующий крик.

- Мы забыли Ксению. – в ужасе прошептал Серж.

- Ничего. Я сейчас…

Не договорив, Гизий вскочил на бордюр, и, мало заботясь о том, что это происходит на глазах у смертных, распахнул плащ и спрыгнув, начал планировать вниз. По пути, однако, что-то не заладилось, и Гизий рухнул на землю так, что камушки разлетелись в стороны. От удивления Ксения перестала плакать. Люди наверху с изумлением смотрели на происходящее.

Через некоторое время Гизий поднялся, выплюнул попавший в рот камень, и, подхватив Ксению на руки, кинулся вверх по лестнице.

Тем временем, Серж пытался успокоить разволновавшуюся толпу. Кто-то хватался за сердце, кто-то протирал глаза. Некоторые просто стояли с непонимающим видом. Многие выхватывали из карманов разного вида трубки и сосредоточенно нажимали на них кнопки. Серж сообразил, что это – средство связи. И если об их прибытии узнает ещё кто-то, им несдобровать.

Когда Гизий вбежал на площадку, Серж кинулся к нему:

- Останови этих людей, иначе, о том, что здесь произошло, узнает весь Мидарг.

Гизий пересчитал людей глазами. Двенадцать человек. Много.

- Я не знаю, получиться ли у меня. Их слишком много.

- Ничего. Отвлеки тех, которые с трубками.

- Постараюсь.

Гизий передал Сержу Ксению и сосредоточился. Надо действовать медленно, аккуратно, иначе, может получиться неизвестно что. Он поднял голову и широко раскрыл глаза. Серж успел заметить ударивший из них изумрудный свет, который смертным был не виден. Гизий громко обратился к людям:

- А, чего вы, забеспокоились, засуетились, занервничали? Ничего ведь не произошло.

- Как ничего? Мы сами видели, что… - начал кричать кто-то сзади.

- Говорю вам: ничего не было, вам показалось. Успокойтесь, всё нормально.

Небольшая толпа постепенно уступала магическому взгляду Гизия. Люди убирали трубки в карманы, и начинали садиться в только что подъехавший автобус.

- Вот. Всё нормально. – сообщил Гизий.

- Спасибо. – произнёс Серж, рассматривая автобус. – Смотри, на двухэтажную карету похож.

- Ага. Вон и кучер сидит. – согласился Гизий, по незнанию обозвавший водителя «кучером».

- Ну что, пошли?

- Пошли.

Повесив на спины рюкзаки, друзья вошли внутрь. Как бы низко не наклонялся Гизий, всё равно он умудрился удариться головой о дверь. Пройдя в глубину автобуса, они нашли свободные места и сели. Дверь закрылась. Водитель повернул ключ, и опустил вниз длинную ручку. Что-то грохнуло, и по салону прокатилась вибрация. Автобус начал издавать тарахтящие звуки. «Трых… трых… ртых…» - слышалось по всему салону. Друзья ожидали, что автобус сейчас тронется и поедет, но, ничего не происходило.

Пять. Десять. Пятнадцать минут. Гизию надоело тарахтение, и он решил поторопить водителя. Он подошёл к кабине, и, согнувшись в три погибели, заглянул внутрь и обратился к водителю:

- Чего стоим? Поехали!

- Не положено. Поедем через десять минут. По расписанию. – ответил тот.

- Тогда выключите этот… - Гизий искал подходящее слово в мозгу водителя. - …двигатель. – произнёс он, взглядом заставляя водителя выполнить просьбу.

Мотор затих.

- Спасибо. – поблагодарил Гизий, и отправился на своё место.

- Ну, что? – спросил Серж.

- Отбываем через десять минут.

- Ясно.

Наконец, автобус тронулся. Пейзаж за окном постепенно начал меняться. Море уплывало назад. Его место заняли горы, между которыми пролегал путь автобуса. Когда они выехали на пригорок, далеко внизу им открылся вид города. Город располагался по обе стороны бухты, как бы обхватывая её. Далёкие его части наползали на небольшие горы, которыми тот был окружён.

- Что будем делать дальше? – спросил Гизий, любуясь видом.

- Последуем совету Мирса. Приедем в город и затеряемся среди людей.

- Главное, чтобы у города было хорошее название. – произнёс Гизий, вспоминая название города, в котором он родился – Свинотортомынск.

- Почему хорошее?

- В городе с хорошем названием, и люди хорошие.

По происшествии часа, они подъехали к городу. Если до этого машины встречались довольно редко, то теперь их было столько, что за всеми невозможно было уследить взглядом. В стороне от дороги стояли белые каменные буквы: «Новороссийск».

- Да, здесь нас ждёт хорошая жизнь! – с пафосом произнёс Гизий.

Город Новороссийск был местом уникальным. Он располагался на берегу Чёрного моря, поэтому ему принадлежал небольшой залив, названный «Цемесская Бухта». Город Новороссийск был грузовым портом.

Ещё одним уникальным явлением в городе была погода. Она могла поменяться до шести раз на дню. Никогда нельзя было сказать, какая она будет завтра. Более того, для каждого района города, она была своя. Пока в одном районе шёл дождь, в другом светило солнце, или дул ветер. Сказывалось близкое присутствие субтропической зоны.

Времена года были словно прокручены в миксере, и не были похожи на самих себя. Нет, конечно, летом снег не шёл, но среди разнообразных погодных комбинаций могли быть и такие. В одном году весны не было вообще: до середины апреля был холод, а после, без плавного перехода, сразу наступила жара. А было и так: зимний холод подошёл только к середине января, до этого было тепло как летом, зато потом апрель ответил февральскими морозами.

Если сравнить Новороссийск с более крупными городами, такими как Москва, Санкт-Петербург или Нижний Новгород, то, на их фоне он покажется посёлком, но для Гизия, Сержа и Ксении – это был настоящий крупный город. Город, в котором им предстояло жить долгие-долгие годы…

Мирс и Эллина вернулись в дом. Они были сильно омрачены случившимся. Портал должен был закрыться только после того, как все пройдут через него. Можно было, конечно, создать новый, но данный процесс стопорился некоторыми трудностями. Ни Мирс, ни Эллина создавать порталы не умели, а привлекать к этому делу соседей не хотелось. Кроме того, значительное использование магии могло быть засечено Ситхорсом. Сам бы он не стал нападать на них, но кому-нибудь из его сподвижников могла прийти в голову мысль, устроить им какую-нибудь пакость. Например, Имморталу, который был способен на всё.

Другая проблема состояла в том, что определить место прибытия Сержа, Гизия и Ксении, было нельзя. Новый портал мог перенести Мирса и Эллину в другой город, и тогда они наверняка бы заблудились в огромном Мидарге, стремясь найти друг друга.

- Не понимаю, как такое могло произойти? – подумал вслух Мирс.

- Да, теперь мы не сможем отправиться к ним. – согласилась Эллина.

Мирс достал из своей сумки зеркало, и попытался связаться с ребятами, но ничего не вышло. Связи не было. Лицо Мирса помрачнело.

- В чём дело? – забеспокоилась Эллина.

- Скверная новость. Связи с Мидаргом нет. Мы не сможем даже изредка видеться с ними.

Эллина расплакалась.

- Я осталась одна. Совсем одна. Кирк убит. Августо похитили. Серж и Ксения далеко, и мы не сможем связаться с ними. Кроме тебя, Мирс, у меня больше никого нет!

Мирс подошёл к Эллине, и приобнял её.

- Не волнуйся, я уверен: всё будет в порядке. За Сержем и Ксенией присмотрит Гизий. Он никому не позволит их обидеть. Нам тоже ничего не угрожает.

- Почему?

- Мы не нужны Ситхорсу. Ему нужна лишь сила Ксении. Хотя… - Мирс на секунду задумался. - …ближайшие годы вряд ли можно будет назвать лёгкими.

Если бы Дерф услышал его слова, он бы с ними согласился…

××××××××××××

Прошло шесть лет.

Гизий, Серж и Ксения продолжали жить в Новороссийске. Вопреки представлениям Мирса жилось им не так уж и плохо. Сотрудники Межмирового Совета вышли с ними на связь, зарегистрировали и подсказали, как улучшить условия проживания. Благодаря способностям телепата Гизию удалось найти работу в банке, открыть счёт, и, буквально, засыпать Сержа и Ксению деньгами. На приобретённые средства им удалось купить квартиру в доме у моря, и снабдить её всевозможной бытовой техникой. Гизий старался, чтобы Серж и Ксения ни в чём не нуждались. Он всегда оказывал им помощь, поддержку и защиту.

Была весна. Шёл апрель месяц, самый странный месяц в году. От него можно было ожидать как тепла, так и холода. Природа пребывала в задумчивости.

Гизий и Серж с покупками возвращались на троллейбусе с рынка.

За прошедшие годы они быстро изучили все аспекты жизни в Мидарге, и теперь спокойно могли притворяться смертными, не боясь сделать какую-нибудь глупость, как это бывало в первое время прибытия.

Друзья старались особо не выделяться. Будучи по своей природе скромными магами, они довольствовались малым. Поэтому у них не было даже машины, хотя Гизий с третьей попытки сдал экзамен и получил права. На всякий случай. Да и курортные зоны Мидарга они посещали довольно редко, иной отпуск предпочитая проводить дома.

Гизий выглядел недовольным. На самом деле так и было: минут десять назад, когда они только вошли в троллейбус, толстая женщина-кондуктор стала выталкивать их, заявив, что «…с ручной кладью длиннее ста восьмидесяти сантиметров входить не положено». Почему она решила, что Гизий – ручная кладь, понять было невозможно. Но Гизий крепко на неё обиделся. Обиделся так, что заставил отдать ему все деньги, которые он сегодня взяла за проезд. Мало того, приказал, чтоб она больше ни у кого их не брала.

- Вот так. В другой раз умнее будет. – сказал он напоследок.

- Что-то ты, Гриша, злобный сегодня. – обратился к нему Серж.

- Я злобный? Ничуть. Вот, окажись на моём месте Психорс или Мотя…

- Кто?

- Иммортал. Так вот, окажись они на моём месте, они бы тут всех на салат накрошили. Причём, крошил бы Дерф, а Мотя отбирал бы лучшие куски.

- Не. Они бы на твоём месте не оказались бы.

- Почему?

- Из-за роста: один – метр семьдесят пять, другой – столько же, в прыжке. – поддразнил Серж.

- Ладно. Пусть рост. Но, с кем, или с чем можно перепутать высокого живого человека? Тем более, с близкого расстояния?

- Хорошо. – отмахнулся Серж. – Проехали. В смысле: приехали. – сказал он указывая на остановку.

Идя к дому, друзья вновь разговорились. Первым начал Гизий, ощутивший волны беспокойства, исходившие от Сержа. Мысли из вежливости читать не стал, а просто спросил:

- Тебя что-то беспокоит?

- Да. – помолчав немного, ответил Серж. – Понимаешь, день рождения Ксении всего через неделю. Ей исполняется девять, а это значит, что у неё может пробудиться магия. Пусть не сразу, но всё же… А ведь она уверена, что мы – обычные люди. Нам придётся давать объяснения. Тем более что… тем более, что на неё возложена такая задача. А ведь с этой проблемой не может справиться всё Девятимирие.

- Главное, чтобы это не произошло дома. Если эти зануды увидят магический всплеск, то не помогут никакие внушения, и их придётся отправить в дурдом.

Гизий говорил о соседях, очень любопытных людях, которые постоянно наблюдали за друзьями, лезли в их жизнь, и, чуть что было не так, сразу бежали куда-то жаловаться. Гизию даже пришлось слегка их зомбировать, чтобы отстали.

Гизий положил руку на голову Сержа, и тот успокоился.

- Понимаю, ты боишься её реакции. Точнее, боишься за саму Ксению. Если честно, я тоже. Но, я думаю, беспокоиться не надо. Она и так уже многое знает.

Гизий знал, о чём говорил.

Дело в том, что на протяжении этих лет, занимаясь воспитанием Ксении, Гизий и Серж рассказывали ей истории о Девятимирии, о Ксеноне и Мирсе, о Дерфе и его битвах за миры. Хотя о том, какая роль отводилась при этом самой Ксении, никто из них не упоминал. Сама Ксения с удовольствием слушала эти рассказы, думая, что это сказки, хотя на самом деле это была правда.

И прежде, чем мы познакомимся с ней, я хочу сообщить кое-какие подробности.

Ксения росла удивительным ребёнком. Уже с самого детства она отличалась от других. Энергия била в ней ключом. Необычный склад ума позволил ей научиться читать в два года, в три – писать, а в пять лет она пошла в первый класс. Поэтому, сейчас она училась не в третьем, а в пятом классе.

В школе её любимыми были самые сложные предметы, такие как математика, или русский язык. И ещё она с удовольствием ходила на физкультуру, и посещала все дополнительные занятия. Это высвобождались скрытые резервы магии, которыми каждый волшебник наделён с рождения. Другое дело, что со временем они пропадают, и взрослым магам приходится нелегко. Но, у Ксении энергия заканчиваться пока не собиралась.

Внешне она была похожа на свою маму Эллину, разве что кожа и волосы имели чуть более тёмный оттенок. В остальном – точна копия Эллины Арсеникум. Так что, даже Серж, сравнивая, фотографии Ксении и Эллины в детстве, мог их перепутать.

Сама Ксения в данный момент находилась в школе, на уроке русского языка. Учитель, он же классный руководитель, прохаживался перед доской, беспокойно взмахивая руками. Звали его Гиенов Александр Васильевич. Несмотря на неприятную фамилию, он был хорошим человеком. Молодой, высокого роста, русоволосый, с тёмными коричневыми глазами, он был, в некотором роде, личностью уникальной. В минуты крайнего волнения у него появлялась странная манера речи: начинал говорить тихо, а заканчивал почти крича, вдобавок, начиная произносить странные и бессмысленные фразы и словосочетания. Так было и сейчас.

- Ребята, - обратился он к классу. – пора, пора исправлять СВОИ ОЦЕНКИ, особенно по моему предмету. Осталась последняя и САМАЯ ВАЖНАЯ четвёртая четверть. И, я не понимаю, что вы делали ВЕСЬ ГОД. Вы что, хотите, чтобы меня РУГАЛ ПЕДСОВЕТ, и я стоял перед ними красный как НОВОГОДНЯЯ ЁЛКА?!

Сидевший за одной партой с Ксенией толстяк Влад Хорошев хихикнул и записал последнюю фразу в блокнотик. Было у него такое хобби – записывать самые забавные и смешные фразы.

- Подведём итоги. – продолжал Александр Васильевич. – У нас в классе двадцать пять человек. И ни одного отличника. НИ ОДНОГО! Зато, у нас есть семь человек, которые БЛИЗКИ К ЭТОМУ. Среди них, конечно, наша любимая Ксения Арсеньева. Хоть и живёт без родителей, но учится ЛУЧШЕ ВСЕХ. Но, есть и такие, которые запросто могут остаться на ВТОРОЙ ГОД!

Александр Васильевич с плохо скрываемым неудовольствием посмотрел на последнюю парту, где рядком сидели Коля Порядков, Юра Царёв и Женя Тихов – отъявленные прогульщики и хулиганы. Порядков был главным в этой троице.

Александр Васильевич хотел добавить что-то ещё, но тут прозвенел звонок. Ребята остались сидеть на местах – они знали, что их руководитель не любит, когда после звонка все сразу убегают.

- Какой у вас следующий урок? – спросил учитель.

- Природоведение!!! - недружным хором ответили ребята.

- Можете идти. А ты, Порядков, останься. Надо поговорить.

Не известно, о чём был разговор, и чем он закончился, но Порядков вышел из кабинета угрюмым. Таким же угрюмым он поднимался на третий этаж, к кабинету природоведения.

Учительница Ольга Владимировна, худая женщина, похожая на Железного Дровосека из сказки «Волшебник Изумрудного Города» тоже была сегодня не в духе.

- Контрольная! – крикнула она, едва ученики вошли в класс.

Ребята рассаживались по своим местам. Порядков занял последнюю парту у приоткрытого окна. Раздав ребятам тетради, учительница начала рассказывать:

- На прошлом уроке вы писали самостоятельную работу. Среди различных заданий было такое: правильно закончить начатые предложения. Например: «Мы вдыхаем кислород, а выдыхаем…» естественно, углекислый газ. Почти все справились с заданиями. Но, некоторые работы меня просто удивили.

Вот Царёв написал: «Мы вдыхаем о-два, а выдыхаем це-о-два» причём, химические формулы написал не латинскими, а русскими буквами. Всё правильно, но умничать не надо – «три». А Порядков вообще выкрутился, послушайте: «Мы вдыхаем кислород, а выдыхаем кровь, лёгкие и углекислый газ». И всё это с ужасными ошибками. «Два», Порядков, «два», и ничего больше. Лучше бы ты сдал чистый лист, как Тихов, и остался без оценки.

Дав ребятам новые, более сложные задания, Ольга Владимировна села за учительский стол, и принялась заполнять журнал. Сидевший, за последней партой Порядков, который даже не думал открывать тетрадь, подал голос:

- Ольга Владимировна, а, Ольга Владимировна, а я в окно выпрыгну!

Учительница подняла голову.

- Ну, прыгай. – с безразличием сказала она.

- Я выпрыгну!

- Прыгай.

- Выпрыгну! – Порядков встал на подоконник, раскрыл окно и высунул голову. – Я выпрыгну!

- Прыгай, прыгай! Что тебе мешает?

- Я не буду прыгать! – хихикнул Порядков. Он слез с подоконника и сел за парту.

Понаблюдав за этой сценой, ребята продолжили писать. Через несколько минут всё повторилось. Потом ещё раз… Когда Порядков в четвёртый раз крикнул: «Я прыгать не буду!» и сел за парту, терпению Ольги Владимировны пришёл конец. Она встала, и, подбежав к Порядкову, схватила его за ворот рубашки, подтащила к двери и, не открыв её, вышвырнула его в коридор. Порядков сам, в полёте, открыл дверь головой. Следом полетела его сумка. Изумлённые ученики сначала ничего не поняли, затем дружно рассмеялись.

- Такое невозможно забыть! – воскликнул Хорошев.

- И не говори! – согласилась Ксения.

Хорошее настроение было обеспеченно ребятам на весь день.

Вечером об этой истории узнали Гриша и Сергей. Выслушав её, долго смеялись. Особенно сильно смеялся Гриша. Он упал на пол и начал перекатываться из стороны в сторону, безумно хохоча при этом. Перестал он лишь тогда, когда в комнате воцарилось неловкое молчание, вызванное его, мягко говоря, странным поведением.

- Что с тобой Гриша? – с испугом спросила Ксения.

- Смеялся. А что, нельзя?

- Можно. Но не так же.

- Можно так. Мне родители и друзья говорили: «Первым делом делай что хочешь, вторым – то, что заставляют». Вот я и живу по этому правилу.

- Зато теперь понятно, почему ты убираешь свою комнату раз в три месяца. Значит, пока я не надоем тебе со своими требованиями, ты и не пошевелишься. – недовольно произнёс Сергей.

- Не преувеличивай. «Раз в три месяца». Что я, по-твоему, свинья что ли? Максимум раз в три недели.

- Ребята, не надо ссориться, пошли лучше ужинать. – примирительно сказала Ксения.

Все трое отправились на кухню.

××××××××××××

Тем же вечером Александр Васильевич возвращался из школы домой. Жил он недалеко, но, чтобы добраться до дома, ему требовалось пройти три тёмных двора. Учитель всегда проходил их быстро, с опаской озираясь по сторонам. Обычно всё происходило мирно, но, в этот раз, всё произошло совсем по-другому.

Едва учитель вошёл в третий двор, как дорогу ему перегородил низкорослый мужичок. Медленно, но решительно он двинулся на учителя. Хотя в его руках не было ни ножа, ни пистолета, ни какого-либо другого орудия, Александр Васильевич почему-то принял мужика за грабителя. Учитель не был трусом, но здравый смысл подсказывал ему, что в таком случае лучше спокойно отдать свои ценности первым, не дожидаясь «вежливой просьбы».

- Подождите, я сейчас отдам вам ДЕНЬГИ И ТЕЛЕФОН! – крикнул учитель.

- Да не нужны мне твои деньги. Стой смирно, и больно не будет! – проскрипел мужик, надвигаясь на него.

Однако, Александр Васильевич не стал следовать совету и побежал прочь. Но мужик не погнался за ним. Он вскинул правую руку, и из неё вырвались две длинные толстые верёвки. Миг, и они опутали учителя, не успевшего далеко убежать. Александр Васильевич с ужасом смотрел, как верёвки, волоча его, САМИ втягиваются в руку незнакомца. «Нет, это не человек» - мелькнула у него мысль.

- Странные вы, люди. Когда говорят: «Беги!» - стоите, а когда «Стой!» - начинаете бежать. Ну, что, попался. – обратился мужик к учителю.

Он подволок его поближе, поднял и прижал к стене дома. Александр Васильевич пытался вырваться.

- Не трепыхайся! – что-то тяжёлое ещё сильнее прижало учителя к стене. Опустив глаза, он увидел, что из живота незнакомца выпирают железные клещи, которые сжимают его тело. Рассудок Александра Васильевича помутнел. Ощутив, что что-то не так, мужик забеспокоился.

- Слабонервный какой! Ты в обморок падать не вздумай, ты мне в сознании нужен! – он дохнул в лицо учителя нашатырём.

Почувствовав противный запах, Александр Васильевич открыл глаза. Из шеи незнакомца вылезли две заострённые полые трубки.

- Ч-ч-ч-что э-эт-то?! – заикнувшись, спросил учитель.

- Слышал выражение: «Короткий путь к сердцу лежит через желудок»? Так вот, короткий путь к мозгу лежит через уши. – пояснил мужик.

Трубки потянулись к голове учителя. Вставив трубки, каждую отдельно, в уши, незнакомец предупредил:

- Будет больно, но терпимо.

Не успел Александр Васильевич почувствовать что-либо, как в его сознании промелькнул поток коротких мыслей, образов. Это мужик бесцеремонно считывал информацию с коры его головного мозга. Семья… работа… коллеги… ученики… Среди их лиц ярко высветилось одно. Ксения Арсеньева – одна из лучших учеников класса. Затем всё прекратилось.

- Оп-па, так вот ты какой, Александр Васильевич. Дай-ка, я тебя получше рассмотрю. – глаза незнакомца осветились изнутри.

Внимательно осмотрев учителя, мужик принял его облик. Александр Васильевич тихо охнул.

- Так. Теперь слушай! Как только я прекращу контакт с твоим мозгом, ты всё моментально забудешь. Но, ты должен сделать следующее: иди к себе домой и не показывайся в школе примерно две недели. – проговорил незнакомец и, моментально убрав все приспособления, скрылся.

Зомбированный Александр Васильевич немного постоял, а затем, нетвёрдым шагом отправился домой.

Как вы, наверно, уже догадались, этим «незнакомцем» был метаморф Хидраргирум, посланный Ситхорсом в Мидарг, чтобы следить за Ксенией. Думаю, мне стоит рассказать, как метаморф оказался в Новороссийске.

Дерф отправил его в наш мир, но, хотя и засёк портал Гизия, точное место их прибытия определить не сумел. Так что, первоначально Ртутный оказался в Анапе. Уже много позже Ситхорс сумел определить более точное место открытия портала из Алхема, и приказал Ртутному двигаться на юго-восток, в сторону Новороссийска. Разумеется, чтобы добраться из Анапы в Новороссийск, шесть лет не нужно. Но Ртутный, что называется, был «себе на уме» и не стал торопиться. И эти шесть лет ожидания новостей измотали Ситхорса сильнее, чем десять лет войны.

Почему же Дерф сам не мог отправиться в Мидарг и шпионить за Ксенией? Года три назад Дерф так и хотел поступить, но его отговорил Иммортал, объяснив, что Дерф, рождённый не в Девятимирии, оказавшись в Мидарге, потеряет свою магическую силу. Такие доводы заставили Ситхорса отказаться от своего решения.

Через год после этого, метаморф оказался в Новороссийске. Когда Дерф узнал об этом и пригрозил, что убьёт его, если тот не начнёт поиск, Ртутный принялся выполнять задание, добывая информацию вышеописанным способом. Так продолжалось до тех пор, пока случай не свёл его с Александром Васильевичем.

По мнению Ксении (и многих других учеников и преподавателей) Александр Васильевич сильно изменился. Перестал кричать во время уроков, а заодно и произносить смешные фразы, что очень огорчало Хорошева. Не стал хвалить отличников, и перестал обращать внимание на двоечников. Это радовало только Порядкова и его компанию, потому что теперь они могли делать всё, что угодно. Ещё одно обстоятельство тревожило Ксению: глаза учителя поменяли цвет. Раньше они были более тёмные, теперь же, посветлели и стали отливать зелёным. И Ксения решила рассказать об этом брату.

После урока литературы ученики пошли на географию, а лжеучитель отправился в туалет. Закрыв за собой дверь, он достал из кармана небольшое зеркало и шепнул в него:

- Вызываю Ситхорса.

Через пару секунд зеркало засветилось.

- Здравствуй, Ртутный. Что у тебя? – спросил Дерф, осматривая новый облик метаморфа.

- Я нашёл Ксению Арсеникум. Уже почти неделю слежу за ней, притворившись учителем.

- Почти неделю? Почему ты не сообщил сразу?

- Мне нужно было убедиться, что это действительно она. И, ещё одна новость: у неё послезавтра день рождения. Ей исполняется девять.

- День рождения? У неё может появиться магия. Надо сделать так, чтобы это случилось как можно скорее.

- Я могу напугать её.

- Напугать? Неплохая идея. Самые сильные всплески магии появляются, когда человек напуган или разозлён. Но, будет лучше, если это сделаешь не ты.

- Почему?

- Понимаешь, первый всплеск энергии может уничтожить тебя. Лучше подговори сделать это кого-нибудь другого. Кого не жалко.

- У меня есть кое-кто на примете.

- Отлично. Только сделай всё необходимое после дня рождения.

- Хорошо. – Ртутный убрал зеркало.

Ситхорс спустился в подвал замка и стал ждать Иммортала, который должен был принести редкий артефакт – Всевидящее Зеркало Девятимирия. Подвал по форме походил на амфитеатр, с четырьмя небольшими колоннами посередине, и зеркало требовалось установить в центре, среди колонн – эта форма усилила бы его свойства.

Дерф обдумывал своё положение. С одной стороны, всё шло как будто неплохо: жители захваченных миров вели себя смирно, беспорядков не ожидалось. Командиры магической армии прочно держали их в своих руках. Кроме того, Дерф сумел отыскать в каждом мире его жизненный Центр, с их помощью удерживал свою власть. Но, с другой стороны…

Дерфа беспокоил Иммортал. Он и раньше производил впечатление мерзкого типа, а теперь ещё стал скрытным как три мистические обезьяны. Уклончиво отвечал на вопросы, неохотно выполнял приказы, словом, вёл себя так, словно замыслил переворот. Но это у него бы вряд ли получилось, так что Ситхорс особенно не беспокоился.

Существовали и другие причины плохого настроения Дерфа. Особенно его удручала невозможность попасть в Мидарг, чтобы самому проследить за Ксенией, и выбрать момент, чтобы отнять силу.

Вскоре в подвал пришёл Иммортал. С ним было восемь носильщиков, которые несли большое прямоугольное зеркало в тяжёлой раме. Они установили зеркало, и Ситхорс расплатился с ними, кинув каждому по небольшому мешочку серебра. Маги ушли, а вслед за ними, быстро и не сказав ни слова, подвал покинул Иммортал. Дерф продолжал следить за ним через дверь и убедился, что тот покинул замок.

Дерф уже собрался заняться артефактом, но тут его переговорное зеркало замерцало красным и жёлтым цветами. Ситхорс вздохнул. Когда зеркало так мерцало, с ним хотел поговорить только один маг – его Величество, его Сиятельство, его Совершенство… и т.д. и т.п. – Рекс Резерф, очень неприятная, и крайне надменная личность.

«Что ему от меня надо?» - с тоской подумал Дерф, но зеркало всё-таки взял. Стоило ему это сделать, как в зеркале отразилось лицо Рекса, практически не изменившееся, хотя Дерф последний раз видел его семнадцать лет назад.

- Здравствуйте, господин Ситхорс. Здравствуйте любезный. – слащаво произнёс Рекс.

- Приветствую, ваше Невеличество. – съехидничал Дерф, испытывая дикое желание сказать Рексу пару нелюбезных выражений.

- Как дела? Как жизнь? Как здоровьице? – продолжал экс-правитель Варталхейма.

- Не жалуюсь. А чего вы, собственно, от меня хотите?

- Я, собственно, чего хочу? Хочу спросить: вы наш уговорчик тот помните?

- Склерозом не страдаю.

- Вы его выполнять собираетесь?

- Почему? Ведь время ещё не пришло.

- Ну, тут до меня дошли слухи, что вас скоро возможно убьют.

- Слухи? Ну-ну. И откуда?

- Первыми стали говорить об этом те, кто имеет контакт с измерением MIF. На Камне, мол, пророчество появилось. И Избранный уже нашёлся.

- Пророчество? Избранный? – Дерф притворился, что не в курсе, но чувствовал, как в нём закипает ярость.

- А, вы разве не знаете? – искренне удивился Рекс.

- А… я… нет… - пробормотал Ситхорс, которому с трудом удавалось сохранять связную речь. – Знаешь… я… сам… свяжусь… с тобой… потом… ладно?

Не дожидаясь ответа Рекса, Дерф аккуратно положил зеркало на столик, постоял пару секунд и, с криком ударил кулаком по мраморной колонне. Мрамор брызнул крошками – Дерф отбил от колонны большой кусок. В обычном состоянии Ситхорс вряд ли смог бы поломать мрамор руками. Но теперь… Хотя и сейчас Дерф совершил безумный поступок – сломал кисть руки. Боль вернула Ситхорсу здравомыслие.

Дерф сел на пол и телепортировал с верхнего этажа небольшую банку с зелёной жижей. Обмазав ей руку, Дерф наблюдал, как кисть приобретает прежнюю форму. Зелье приготовил Августо, и сделал его качественно.

«Хорошая всё-таки сила – некромагия… А я совсем с ума сошёл – уже камни руками ломаю… Скорей бы всё закончилось… Ксения… или я, или она… а то уже всякие лезут не в свои дела… И Иммортал что-то против меня замышляет… ничего… вот оторву ему голову и в шкаф положу… неделю полежит – одумается… хотя, он молодец – отличного ученика себе нашёл...» - носились мысли в голове Дерфа, отвлёкшегося неожиданным появлением Рекса.

Взгляд Ситхорса, бесцельно блуждавший по комнате, наткнулся на повреждённую колонну. Щелчком пальцев Дерф восстановил её. Вернув банку с зельем на место, Дерф встал и подошёл к Всевидящему Зеркалу. Когда он провёл рукой по его поверхности, оно показало карту Мидарга. Найдя Новороссийск, Дерф увеличил его, и, внимательно всматриваясь в карту города, произнёс:

- Буду ждать…

××××××××××××

Накануне дня рождения Ксения возвращалась домой в приподнятом настроении – она думала о завтрашнем дне. Каждый год на её день рождения Сергей и Гриша всегда устраивали большой праздник. Ксения приглашала всех своих друзей, а Сережа на пару с Гришей развлекали их, показывая разные фокусы.

В этот раз Ксения чувствовала, что ей будет приготовлен особый подарок, которого у неё ещё не было. Неожиданно её словно пронзила подозрительная, чужая ей мысль. Ухватившись за неё, Ксения задумалась: «Недавно… когда мы обсуждали предстояший праздник, брат как-то странно взглянул на меня… Напрягся, будто должно произойти что-то плохое… Потом его отвёл в сторону Гриша и что-то сказал ему… Они оба смотрели на меня с испугом…»

Постепенно к ней стали приходить и другие, столь же очевидные, но ранее не посещавшие её мысли. Одновременно, все те вещи, которые её окружали, стали вдруг чужими, никак с ней не связанными… Это происходило потому, что Гизий забыл в очередной раз сменить блок, который он поставил семь лет назад. Когда проделываешь такую процедуру всего раз в год, неудивительно, что в следующий раз об этом можно будет забыть.

Неожиданно Ксения увидела Александра Васильевича. Обычно, прямой как солдат, в этот раз он шёл согнувшись, будто на его плечах лежал тяжёлый рюкзак, либо жаркое солнце последнего апрельского дня пыталось растопить его фигуру. Двигаясь таким странным образом, учитель скрылся в подворотне, где обычно собирались сомнительные компании, в том числе и компания Порядкова. Не особо обратив на это внимание, Ксения заторопилась домой.

Когда лжеучитель Ртутный вошёл в подворотню, он встретил небольшую, человек в восемь, компанию. Среди них была и известная нам троица: Порядков, Царёв и Тихов. Остальных он не знал, но, приняв во внимании их внешний вид, окрестил про себя «уголовными элементами». В частности, это характеризовалось тем, что у некоторых из подростков, Ртутный заметил ножи. Некоторые из них были чуть старше Порядкова, некоторые чуть младше, но всё рано чувствовалось, что Коля занимает здесь не последнюю роль.

- Эй, ребята! – крикнул он, привлекая внимание.

- О, блин, Александр Васильевич! Что вам здесь надо? – отозвался Порядков.

- Заработать хотите? – Ртутный вытащил из кармана пачку стодолларовых купюр. Денег в кармане не было – он только что изготовил их.

Увидев деньги, хулиганы начали приближаться. Замелькали выкидные ножи. Ртутный стоял, и спокойно оценивал ситуацию: «Ножи достали, кто-то часы на кулак перетянул. Ого, монтировку откуда-то взяли! Всё равно не поможет».

- А что мешает нам забрать деньги прямо сейчас? – спросил один из высоких.

- Ну, кое-что всё же мешает. – ухмыльнулся Ртутный.

- И, что же?

- Я не Александр Васильевич.

Над значением этой фразы, хулиганам бы следовало поразмыслить. Но, верзила не стал обращать внимание на этот намёк, а скомандовав: «Бей его!», первым бросился на метаморфа.

Раз! Длинное когтистое щупальце впечатало его в стену. В тот же миг Ртутный выпустил ещё семь…

Щупальца, двигаясь независимо от Ртутного, хватали замешкавшихся парней. Кого-то за руку, кого-то за ногу, кого-то за пояс. Оказавшись в таких «объятиях», парни быстро переставали трепыхаться – все находились в шоке. Ртутный был доволен – все, как один, смотрели ему в лицо. Желая ещё больше насладиться тем ужасом, который отражался в глазах ребят, Хидраргирум несколько раз прокрутил голову вокруг своей оси. Хулиганы дружно охнули. Кто-то, наверно, самый впечатлительный, захныкал.

Ртутный притянул к себе Порядкова. Тот был бледный, как мертвец. Глаза он держал закрытыми. Метаморф встряхнул его.

- Эй, Колян, ты живой? А? Ну, хоть звук какой-нибудь издай!

Коля послушался.

- Умм…

- Это хорошо, что «умм…». Я так понимаю ты в этой компашке главный? Ну?! Отвечай! – Ртутный перешёл на крик.

- Д-да, й-я…

- Значит так… - Ртутный притянул к себе остальных. - …пока вы не потеряли рассудок, объясняю задачу. Завтра Первое мая – день рождения Ксении Арсеньевой. Через несколько дней после праздников, когда она будет возвращаться из школы домой, встретьте её. Напугайте. Неважно как. Главное – сделайте. Нападите, как на меня. Ножами угрожайте. Если всё сделаете как надо, получите деньги, любую сумму, которую попросите. Но, если не выполните мой приказ, или как-то повредите Ксении… ИЗУРОДУЮ! Понятно?

Не дожидаясь ответа, Ртутный опустил подростков на землю, тем самым показав, что они свободны, и уже начал оборачиваться, чтобы уйти. На этом всё могло бы и закончиться, но тут один из парней, очевидно «самый умный», решил, что в дальнейшем можно будет обойтись без встреч с метаморфом. Коротко вскрикнув, он метнул нож в Ртутного. Нож попал лжеучителю в грудь. Ртутный поморщился, и вытащил его. Из раны медленно потекла тёмная вязкая кровь, но, тут же втянулась обратно. Хулиганы с ужасом наблюдали за этим.

- Значит, вы решили, что мои приказы можно не выполнять? – прохрипел Ртутный.

Схватив щупальцем метателя ножей, он притянул его к себе.

- Смотрите, что бывает с теми, кто не слушается меня.

Из тела метаморфа выползли чёрные верёвки. Они опутали несчастного хулигана и втянули его внутрь. Раздался противный чавкающий звук.

- То же самое я сделаю с вами, если что-то пойдёт не так. А теперь… ВАЛИТЕ ОТСЮДА!

Подворотня мигом опустела.

Вернувшись домой, Ксения застала там только Гришу. Тот, распевая мотив какой-то песни, прыгал по комнате и развешивал украшения. Вдруг, словно почувствовав что-то, он остановился и повернул голову. Увидев Ксению, он поник, и продолжил развешивать украшения уже не в таком приподнятом настроении. Реакция Гриши на её приход, совсем не понравилась Ксении, довершив в её сознании картину «странного» к ней отношения.

- Слушай, Гриш, присядь, я хочу поговорить с тобой. – попросила она.

Гриша медленно подошёл к дивану и сел. Ксения села рядом, и спросила напрямую:

- Почему вы с Сережей так странно смотрите на меня, когда мы говорим о моём празднике. Завтра должно случиться что-то плохое?

- Нет, не должно.

- Тогда объясни, почему. Мне надоело ваше поведение.

- Вот придёт Сергей, и мы всё расскажем. – Грише не хотелось объяснять всё одному.

- А, где он?

- За сладким в магазин пошёл.

Словно в ответ на его слова, из коридора раздался звон. Гриша поспешил открыть. Было слышно, как он что-то говорит входящему. Через пару минут оба вошли в комнату. По дороге Сергей протирал очки платком – было заметно, что он волнуется. Сев напротив Ксении, он произнёс:

- Спрашивай.

- Я хочу, чтобы вы мне всё рассказали.

- Попытаемся… Слушай внимательно: то, что я тебе расскажу, может показаться невозможным, но это чистая правда. Помнишь сказки, которые мы тебе рассказывали. Про волшебные миры, про страшные войны, про злого и доброго мага, которые сражаются друг с другом, и про девочку, которая может всё это прекратить.

- Помню.

- Это не сказки. Это реальность. Дальше, больше и страшнее…

Сергей вкратце рассказал про семью Арсеникум, и про те события которые произошли с ними, начиная с того дня, когда к ним случайно забрёл Мирс, и чем эта встреча для них обернулась. Не пропустил он и пророчество, и их приключения в Мире Людей. Оставалось сообщить самую неприятную новость.

- …девочка, которая избавит Девятимирие от зла – это ты. Ты, Ксения – волшебница. – закончил рассказывать Сергей.

Известие поразило Ксению, словно удар молнии.

- Нет! Я не верю! Этого просто не может быть. Допустим, Девятимирие существует. Но, если бы я была волшебницей, то со мной должны были происходить странные вещи, а ничего не было.

- Это потому, что твоя сила ещё не пробудилась. Мы ожидаем, что это произойдёт завтра. Хотя это может случиться и не завтра, а через неделю, месяц, год – точно никто не знает. – сказал Гриша.

- Мы, ведь, тоже волшебники. – напомнил Сергей.

- Докажите.

Сергей сложил ладони вместе, затем развёл их. В воздухе появился небольшой шар, сотканный из огня. Сережа повёл вокруг него рукой, и огонь обратился в воду. Взмах – вода стала камнем. Ещё один – камень стал дымом, и рассеялся по комнате.

- Это не самый сложный приём, я могу ещё больше. Мы с тобой способны управлять стихиями. Когда ты научишься, сможешь делать так же.

- Это просто невероятно, но теперь я тебе верю. А ты, Гриша, можешь так?

- Называй меня «Гизий». Мы с Сержем взяли простые имена, чтобы ничем не выделяться среди людей. А, по поводу моих способностей… Как твой брат я делать не умею. Но, я могу передвигать предметы силой мысли, могу загипнотизировать и подчинить себе любого человека, могу просто читать мысли.

- Здорово!

Восхищённая Ксения вдруг стала грустной.

- Если то, что вы говорили мне раньше – правда, это значит, Ситхорс охотится за мной. Он убил папу и теперь, хочет убить меня. Поэтому мы скрываемся среди людей?

- Да. – ответил Серж. – Мирс приказал нам спрятаться в Мире Людей, пока у тебя не появится магия… и, если нас выследят – тогда мы сможем вернуться домой, в Алхем.

- К сожалению, наши переговорные зеркала – они у нас вместо мобильных телефонов – здесь не действуют. Мы просили представителей Совета установить связь, но нам сказали, что это невозможно. Поэтому мы уже почти семь лет не знаем, что там происходит. Удалось ли вернуть твоего старшего брата, как дела у твоей мамы…

- Не будем о грустном. Что решаем насчёт завтрашнего дня? – попытался сменить тему Серж.

- Мне что-то не хочется праздновать. Просто сами посидим. – сказала всё ещё грустная Ксения.

- Хозяин – барин. – заключил Гизий.

××××××××××××

Проснуться под утро иногда приятно. Полежать, подумать о чём-нибудь. Или пойти посидеть на кухне и выпить чашку чая. Но, за одним исключением… если просыпаешься не от крика, как это случилось с Мирсом.

Мирс резко встал с дивана и побежал в комнату к Эллине, чтобы успокоить её, ибо больше никто в доме кричать не мог. Мирс вбежал в комнату. Эллина сидела на кровати и плакала. Увидев Мирса, она произнесла:

- Опять…

- Снова этот сон? – утвердительно спросил Мирс.

- Да… Мирс, скажи, когда это закончиться.

Мирс сел на стоявший возле двери стул, и спрятал лицо в ладонях. Сказать было абсолютно нечего.

- Не знаю…

Пожалуй, в этом месте следует сделать небольшое пояснение.

Дело в том, что в последний месяц Эллине снился страшный сон, в котором Иммортал и Ситхорс на её глазах убивали Августо, Сержа и Ксению. Но, самой жуткой деталью сна, о которой Эллина не рассказывала, был Мирс, спокойно стоявший в стороне, и, с улыбкой наблюдавший за этим.

Эллина взглянула на Мирса.

- Скоро кто-то умрёт. – спокойно сказала она.

- Что? Зачем ты говоришь так?

- Я знаю, вернее, я чувствую.

- Но…

- Ничего не говори. Это случится, и мы ничего не сможем изменить.

Мирс ничего не мог понять, но чувствовал, что эти страшные слова – правда…

На следующий день после майских праздников Ксения пошла в школу. Свой день рождения она отметила тихо и скромно, ожидая какого-то сигнала, или намёка, что магия уже пробудилась, и она может считать себя волшебницей. Но, ничего не произошло.

Рядом шёл её сосед Владик, показывая на ходу тетрадку с выписками из школьных сочинений, забавными фразами и прочим. Зная, что Ксения, как и он, любит юмор, на день рождения Влад подарил ей сборник анекдотов.

Классный руководитель Александр Васильевич подождал, пока весь класс соберётся у школы, и только потом запустил учеников внутрь. Влад и Ксения вошли первыми. Когда Ксения проходила мимо учителя, тот как-то странно вздрогнул, и как бы съёжился.

Когда все вошли в класс (первым уроком был русский язык), учитель хмуро приказал открыть учебники, назвал тему урока и, буркнув: «Читайте!», покинул кабинет.

Многие ученики недоумённо переглянулись.

- Какой-то он странный стал. – обратился Владик к Ксении.

- Я тоже это заметила. А ты обратил внимание – у него глаза цвет поменяли.

- Нет. Правда, что ли?

- Ага. Раньше они у него темнее были. А теперь ещё зелёным отливают.

- Ухты! Слушай, а может, он себе линзы купил?

- Может быть.

Но, после того, как Ксения узнала о себе такую информацию, изменение цвета глаз учителя, казалось ей событием значительным и страшным. Ещё, она вспомнила, что ничего не сказала об этом брату.

Тем временем, на заднем дворе школы, Ртутный, Коля и ещё те шесть человек, что были посвящены, обсуждали план действий.

- Нападёте на неё по дороге из школы, начнёте угрожать ей, - говорил Ртутный. – но, не вздумайте что-либо сделать, только напугайте, и больше ничего.

- Зачем? – спросил кто-то из парней.

- Я не просил бы вас, если бы не было причин.

- А почему вы сами её не напугаете?

Ртутный не ответил.

- Так, вы заплатите нам? – осмелев, спросил Порядков.

- После того, как вы всё сделаете, просите сколько угодно. Всем всё понятно? Глупых вопросов нет? Приступайте минут через двадцать.

- …

- Я об этом позабочусь.

Незадолго до звонка, лжеучитель вернулся в класс.

- Ксения, - позвал он. – только что звонил твой брат, просил, чтобы я отпустил тебя с уроков. Так что, можешь идти.

- Что-то случилось?

- Не знаю. Он не говорил.

- Тогда я пойду. – Ксения начала собирать вещи. – До свидания.

- Счастливо.

Когда Ксения вышла из кабинета, Ртутный улыбнулся. Влад Хорошев спросил:

- Александр Васильевич, чему вы улыбаетесь?

- Настроение хорошее, Горошев.

Влада передёрнуло. Он не любил, когда коверкали его фамилию.

Ксения торопилась домой. Она настолько поверила словам учителя, что не подумала их проверить. Зря. Когда до дома осталось пройти один двор, дорогу её преградил незнакомый парень. Помня совет Сержа, не допускать непонятных встреч, Ксения повернула назад, но там её поджидали уже двое. Бежать налево, в проулок, было невозможно, так как опасность была и там. Ксения шмыгнула в подворотню… и, оказалась в ловушке…

Её со всех сторон окружили шесть парней, среди которых был и Порядков. Он держался позади и, казалось, не хотел подходить близко. Хулиганы приближались.

- Что вам нужно?! Не трогайте меня! – закричала Ксения.

Не отвечая, парни начали доставать ножи. Чтобы хоть как-то защититься, Ксения выставила вперёд руки. Парней это не напугало. Один из них, стремясь ещё больше напугать Ксению, поднял нож и бросился на неё.

Неожиданно от ладоней Ксении отделилось белое сияние, сгустилось в плотный шар, который взорвался с громким хлопком, на несколько секунд ослепив Ксению. Когда она вновь смогла видеть, то обнаружила, что в подворотне никого нет: шар выбросил из него всех хулиганов. Вылетев во двор, они попадали на землю, затем кое-как поднялись, и разбежались в разные стороны.

Магия, освобождённая испугом и желанием защититься, ударила не только по хулиганам.

Дерф Ситхорс, склонившись над зеркалом, просматривал карту города. Зеркало вдруг задрожало. Поверхность заволоклась белой дымкой. Раздался хлопок, и, в вспышке белого цвета, Дерф отлетел к ближайшей колонне, ударился об неё, и сполз на пол. Поднявшись, он увидел, что зеркала больше нет: оно разбилось, и теперь всюду лежали осколки. Ситхорс мог восстановить его, но не стал этого делать – оно уже не могло работать. Дерф пошёл к лестнице и покинул подвал, где безвылазно находился много дней.

- Началось… - прошептал он, ища в кармане зеркало для переговоров.

Буквально через минуту на место происшествия телепортировали Серж и Гизий. Это он засёк вспышку магии. Ксения рассказала им о случившимся. Друзья не на шутку перепугались.

- Понимаешь, - начал Серж, теребя очки. – в городе, кроме нас, находится ещё кто-то, кто знает, что ты колдунья, которая ещё не владеет своей силой. Он и направил на тебя смертных, специально, чтобы напугать, чтобы разбудить магию.

- Может, это Ситхорс?

Серж уронил очки. Не долетев до земли, они остановились, и перелетели в руку к Гизию, который отдал их хозяину.

- Нет. – ответил он. – Это не Ситхорс, он не может попасть сюда.

- Почему?

- Он родился за пределами Девятимирия. Он может путешествовать между мирами, но здесь он потеряет свою силу.

- Так вот зачем ему нужна моя!

- Да, если он заберёт у тебя силу, он сможет завоевать три оставшихся мира, которые ему не доступны. Так что, это не Ситхорс, а какой-нибудь шпион.

- Александр Васильевич! – охнула Ксения.

- Твой учитель?

- Да. Я кое-что не рассказала о нём.

Ксения высказала все свои подозрения, и упомянула о сегодняшнем уроке. По лицам Гизия и Сержа она поняла: дело серьёзное.

- Что же теперь делать? – спросила она.

- Возвращаться. Мирс сказал, что как только нас обнаружат, нам надо будет вернуться в Алхем.

- И когда мы туда отправимся?

- Как можно скорее. Пошли домой. – сказал Серж.

Не успел Ртутный выйти из школы, как почувствовал жжение в кармане. Он засунул туда руку, и вытащил зеркальце. Оно дрожало и светилось всеми цветами радуги – так велико было нетерпение собеседника. Ртутный только взглянул на него, как оттуда раздался голос:

- Ксения обрела магию! Ты отлично справился с заданием! Но, теперь они наверняка решат вернуться в Алхем! Следи за ними днём и ночью! Начинай прямо сейчас! – Ситхорса трясло, его переполняли эмоции. – Понял?!

- Понял. – ответил Ртутный, и, хотел уже убрать зеркальце, но, отшатнулся, вдруг увидев в нём черепообразное лицо Иммортала. Тот проговорил:

- Встретишь их – убей. Девчонку не трогай. – и отсоединился.

- Слушаюсь. – прохрипел метаморф.

В этот же день Ксения, Серж и Гизий готовились к возвращению в Алхем. Нужные вещи были собраны, оставалось сделать только одно дело.

- Ты, наверно, удивишься, Ксения, - говорил Гизий: - но здесь, в Мидарге, тоже есть маги. Это специальный отдел Межмирового Совета, который контролирует действия жителей Девятимирия. Помнишь, я рассказывал?

- Если у них всё под контролем, то почему они допустили, чтобы Ситхорс развязал две крупные войны и пришёл к власти?

- Смелости не хватило. В Правительстве сидят одни трусы, они занимаются только мелкими делами. Так вот, семь лет назад, как только мы сюда прибыли, Совет прислал своих агентов для регистрации. Они нас зарегистрировали, объяснили правила поведения, и подкинули пару советов, как нам обеспечить себе жизнь. Они оставили нам свой телефон, чтобы мы могли с ними связаться. Вот я хочу позвонить им и спросить, что нам делать с деньгами, квартирой и т.д.

- А, всё-таки, почему Правительство не обеспечило связь между нами и мамой и Мирсом? Ведь шпионы Ситхорса каким-то образом получают от него указания?

- Не знаю. Я просил об этом, но нам отказали, так ничего не объяснив.

- А где расположен местный отдел Правительства?

- Основная часть – в Москве, остальные – по крупным городам. Это здесь, в России. В других странах такие отделы тоже есть.

Гизий вышел в коридор, взял телефон и попытался связаться с агентами Правительства. Сначала долго не было связи, но потом, ему всё же ответили. Некоторое время они вели переговоры, затем Гизий попрощался и положил трубку.

Войдя в комнату, он сообщил:

- У меня неприятная новость: нам придётся задержаться.

- Почему? – спросил Серж.

- Они смогут приехать только послезавтра, чтобы всё уладить.

- Понятно.

- Вы пока отдыхайте, а я схожу в магазин, и чего-нибудь нам куплю.

Гизий вышел из дома, и отправился в расположенный недалеко магазин. Проходя мимо строящегося большого гаража, он остановился, уловив обрывок враждебной мысли.

Не успел Гизий разобраться что к чему, как длинное щупальце втащило его в гараж.

- Один есть! – услышал он скрипучий голос.

В полутёмном помещении Гизий увидел низкорослое, оплывшее существо. «Метаморф!» - догадался он. Справиться с метаморфом будет непросто. Умея перестраивать своё тело, они являются практически неуязвимыми. Кроме того, они могут переносить важные для жизни органы в другие части тела, и быстро залечивают раны, так что поразить их нереально. Но Гизий решил рискнуть.

- Что тебе нужно? – крикнул он.

- Ничего особенного. Просто убить тебя и твоего друга.

- Обойдёшься! – ответил Гизий.

Нашарив взглядом острую совковую лопату, он мысленно притянул её, и, перехватив руками, перерубил щупальце метаморфа. Щупальце разжалось, и Гизий упал на пол, но тут же вскочил, готовый продолжать бой.

Ртутный не растерялся. Отрастив ещё девять щупалец, он принялся кидать в Гизия кирпичи, забытые рабочими инструменты, в общем, всё, что валялось вокруг.

Гизий ловко уворачивался, останавливал предметы и посылал их обратно. Сам же старался подойти как можно ближе к метаморфу, и рубануть его лопатой. Но Ртутный, постоянно перемещаясь и непрерывно атакуя, не давал ему такой возможности.

Неуклюжий метаморф так же старался уклониться от летящих предметов, или перехватить их, но за всеми всё равно следить не мог. Два или три кирпича попали ему в голову, молоток и пассатижи угодили в живот, но, значительного ущерба не нанесли.

Отбросив мелкие «снаряды», Ртутный схватил мешок с затвердевшим цементом, и со всей дури швырнул его в Гизия. Тот не мог перехватить такой тяжелый и быстролетящий предмет, поэтому предпочёл уклониться, запредельно откинувшись назад. Мешок пролетел над ним. На морде метаморфа проступило сожаление.

Гизий не остался в долгу, взял мешок, раскрутил, и, с ещё большей скоростью, послал его обратно метаморфу. Ртутный попытался повторить приём уклонения, но не успел. Мешок сбил его с ног, и впечатал в стену. Недостроенная стена не выдержала, и с грохотом обрушилась на метаморфа, полностью подмяв его под себя, и подняв облако пыли.

Гизий немного подождал, желая убедиться, что метаморфа действительно раздавило. Убедившись, что ничего не происходит, он помчался домой, совершенно забыв про магазин.

Он уже не видел, как из-под кирпичей показалась шестипалая рука…

Гизий закончил рассказ о своём приключении.

Серж и Ксения были неприятно поражены этой новостью. Серж даже начал впадать в панику.

- Мы должны отправиться в Алхем! Сегодня! Прямо сейчас! – крикнул он.

- Без разрешения Правительства нельзя. Если мы покинем Мидарг самовольно, нас могут арестовать.

- Ну и что! Если Ситхорс послал шпиона, который нас выследил, то он может и послать кого-нибудь, чтобы нас убили! Уходим!

- Нет. Законы нарушать нельзя. Нас арестуют.

- За то, что мы хотим спасти себе жизнь?

- Да. Именно…

- Это просто глупо!

- Глупо, не глупо, но есть такой закон.

- Откуда ты знаешь?

- Серж, друг мой. Я изучал эти законы в школе, когда твой отец ещё лежал в пелёнках.

Этот довод заставил Сержа поумерить пыл. Зато Ксения просто изумилась.

- Ты настолько старый?!

- О, нет. Мне ещё жить и жить.

- Ладно. Придётся ждать до завтра. – смирился Серж.

- До послезавтра. – мрачно поправил Гизий.

- Я чувствую опасность! Я знаю: случиться что-то плохое!!! – кричала Эллина. Она была просто вне себя.

- Но…

- Мирс! Один и тот же сон не может повторяться просто так! Он что-то значит! Как ты можешь мне не верить?!

- Эллина, успокойся, я верю тебе. Но, у нас нет оснований думать, что произойдёт что-то страшное.

- Есть, Мирс, есть! Какой сегодня день?

- Это имеет значение?

- Имеет! Семь лет, Мирс. Семь лет назад я стала вдовой. Семь лет я не видела своих детей, и не знаю, что с ними. Для меня семь – это страшное число.

Словно в ответ на слова Эллины, во дворе раздался громкий хлопок. Задрожала земля.

- Портал сработал! – Мирс подбежал к окну. – Не-е-ет… - в ужасе прошептал он.

Подойдя к окну, Эллина посмотрела туда же, куда и он, и закричала.

- Но, защита… Она выдержит?! – плача спросила она.

Мирс не ответил…

××××××××××××

Наступил день отбытия.

Серж и Гизий сидели, как на иголках, часов с семи утра. А Ксения оставалась спокойной, хотя ей сегодня предстояло впервые путешествовать в другой мир.

В десять часов зазвонил телефон. Серж бросился в коридор и схватил трубку:

- Я вас слушаю.

- Это Межмировой Совет. Отдел Перемещения между мирами. Пожалуйста, сообщите, куда вы переместились в Мидарге. Полные координаты.

Серж назвал место.

- Отлично. Отправляйтесь туда. Встретимся там и всё обсудим.

Раздались гудки. Серж вернулся в комнату.

- Ну, что?! – завопил Гизий и подпрыгнул, ударившись головой о потолок. – Ох…

- Едем в Широкую Балку. Там нас встретят.

- Хорошо. Собираемся.

После получаса сборов все стояли на остановке: предстояло прокатиться на троллейбусе. Вокруг друзей была «мёртвая зона» - у Гизия было плохое настроение, и он отгонял людей, навевая им страшные мысли.

Подошёл троллейбус, и друзья забрались внутрь. Гизий плюхнулся на сидение, проигнорировав табличку «Место кондуктора не занимать». Подошла кондуктор и не очень вежливо попросила его встать. Гизий посмотрел на неё тяжёлым взглядом, и кондуктору захотелось выброситься в окно. Она отогнала эту жуткую мысль, и, на всякий случай, ушла в другую часть троллейбуса.

Ни Серж, ни Ксения, Гизия не трогали. Им были известны частые перепады его настроения и их последствия. От мага, прошедшего войну, нельзя ожидать другого.

Они стояли рядом, и смотрели в окно, на котором какой-то шутник маркером дописал объявление: «В окно кондуктора не смотреть». Мимо проплывали ставшие родными улицы города, который, они теперь вряд ли когда-нибудь увидят. Каждый думал о том, что ждёт их дома…

Серж представлял встречу с Мирсом и мамой, и сожалел, что его отец не увидит свою дочь, а она так и никогда не увидит его…

Ксения представляла себе светлый и чистый Алхем, в котором она будет жить, и другие миры, в которых она обязательно побывает. Лишь об одном она старалась не думать – о том, что в Магических Мирах у неё есть страшный враг, который хочет встретиться с ней, чтобы лишить её магии, и, возможно, жизни… И, что враг у ней не один…

О чём думал в этот момент Гизий, было неизвестно. Любитель читать чужие мысли, свои он тщательно скрывал…

В центре города им предстояла пересадка на автобус. Ждать нужного пришлось довольно долго. В этом году май выдался необыкновенно жаркий, и поэтому, друзья по-очереди подбегали к стоящему неподалёку киоску, чтобы купить мороженое или прохладительные напитки.

Наконец, автобус подошёл. Гизий вбежал в него первым, и стукнулся головой о низко висящую табличку «Место для удара головой». Обычно такие приколы вывешивают в маршрутках, что весьма актуально. Но, что табличка делала в автобусе, было совершенно непонятно. Но, видать, случаи были…

Гизий потёр голову и машинально перевёл взгляд на кабину водителя. Над стеклом синела сделанная маркером надпись «Улыбнись, и заплати!». Ниже к стеклу была приклеена отпечатанная на принтере бумага, сообщавшая: «Заплати за проезд, и спи спокойно!».

- Сегодня день Весёлых Табличек! – смеясь, сообщил Гизий Ксении и Сержу. Те посмеялись вместе с ним. Никто и не догадывался, что просто радоваться они будут нескоро…

Автобус пересёк границу Широкой Балки и высадил друзей на конечной остановке. Напротив неё стояли двое по выражению Гизия, «людей в чёрном» - представители Совета. Они были похожи как братья-близнецы, но только один был выше другого на целую голову, но даже он едва доставал Гизию до груди. Друзья и служащие сблизились.

Завязался долгий и нудный разговор. Представители Совета никак не отреагировали на сообщение о нападении метаморфа. Не впечатлила их и новость о возможной угрозе со стороны Ситхорса.

После переговоров было условлено, переправить друзей в Алхем, если они оставят предметы, принадлежащие Мидаргу. Об их квартире и счёте в банке, представители пообещали позаботиться лично. Серж и Ксения без сожаления расстались с мелочёвкой, но Гизий умудрился спрятать мобильный телефон, с которым не желал расставаться.

Представители открыли проход. Когда в воздухе появилась сияющая дыра, Серж и Ксения вздрогнули и одинаково повели плечами. Гизий хмыкнул. «Ладно, Ксения – она никогда не видела порталов… - думал он, глядя в её круглые от удивления глаза: - Но, почему Серж их так не любит…».

Видя их нерешительность, Гизий мысленно подхватил их, и забросил в портал, а сам прыгнул следом. Представители Совета запечатали проход и исчезли. Произошедшее никто не заметил – вокруг не было ни души.

Теперь следует сказать несколько слов о других участниках событий, изменивших жизнь друзей.

Банда подростков, возглавляемая Порядковым, перестала существовать. Её участники, получившие шок от встреч с Ртутным и Ксенией, разъехались кто куда, и постарались забыть всё, что с ними произошло. Много позже некоторым удалось убедить себя, что всё это им почудилось, и они списали всё на воздействие жары и неумеренно выпитого пива. Что ж, люди – большие специалисты по самообману…

Через неделю после отъезда Ксении, в школу вернулся Александр Васильевич, ничего не помнивший о встрече с метаморфом.

До сознания учителя и учеников как-то сама собой дошла мысль, что Ксения переехала жить в другой город, поэтому ни у кого никаких вопросов не возникло. Разве что было неприятно, что она уехала, не попрощавшись.

А Александр Васильевич продолжал жить обычной жизнью, пока с ним не произошло одно событие, круто изменившее её…

Но, это уже другая история, и я расскажу вам её как-нибудь в другой раз.

Возвращение в Светлый Мир

××××××××××××

Друзья переместились на край цветочной поляны. Если пересечь её, то можно было выйти как раз к дому Арсеникумов. Друзья почти бегом устремились к нему. По пути Гизий и Серж наперебой расхваливали красоту дома и сада.

Впереди показался холм. Гизий и Серж, бежавшие впереди, резко остановились, словно налетев на невидимую преграду. Они, конечно, ждали изменений, но никогда бы не смогли представить, что холм изменится так…

От цветущего сада не осталось и следа. Всё было выжжено. Земля – в рытвинах, как после бомбёжки. В доме выбиты все стёкла. В довершение всего, садик перед домом был усыпан костями и обрывками ткани.

Гизий, Серж и Ксения молча и осторожно приближались к дому. Когда они прошли в сад, в дверях дома показался человек. Гизий и Серж смотрели на него и не узнавали. Это был Мирс.

Выглядел он ужасно. Мирс был без рубашки; всё тело, шея и руки были обмотаны бинтами, испачканными кровью. Лицо – в царапинах. Нос и верхняя губа разбиты. От великолепного «конского хвоста», которым Мирс так гордился, осталась лишь тонкая нить волос.

Мирс вышел из дома и двинулся навстречу друзьям. Подошёл, и каждому внимательно заглянул в глаза. В лицо Ксении он смотрел особенно долго, а потом прошептал:

- Ксения, как же ты выросла. Ты стала такой красивой…

Звук его голоса убрал оцепенение друзей, вызванное ужасным видом.

- Мирс, расскажи, что здесь произошло. – требовательно попросил Гизий.

Мирс молчал. На его лице появилась печаль. Затем, он начал рассказывать:

- Это случилось несколько дней назад. Сюда пришёл Иммортал с отрядом бойцов и разной нежити. Он привёл с собой Файорита и Позитрона, а это – гремучая смесь…

- Что ему было нужно? – спросил Серж.

- Он хотел убить нас. – ответил Мирс, становясь ещё печальнее. – Атаковал без предупреждения…

- А, наши соседи? Неужели они не пытались помочь?

- Пытались…

- И?!

- Я похоронил их тела там, - Мирс махнул рукой за дом. – на краю поляны.

- А что сделал Совет? Как они отреагировали?

- Никак… Да, я и не обращался. Я потерял к Правительству доверие после того как они предпочли ничего не замечать, когда мы с Эллиной остались вдвоем… - голос Мирса странно дрогнул.

Это не укрылась от Сержа.

- Где она? Где моя мама, Мирс?! – спросил он.

Мирс не ответил. Серж повторил вопрос. Мирс затрясся, но продолжил молчать. Серж накинулся на него, стал трясти за плечи, крича только одно слово: «ГДЕ?!!». Ксения испуганно прижалась к Гизию. Она никогда не видела брата в таком состоянии. Наконец Мирс не выдержал и сказал:

- Иммортал забрал её…

Ясные глаза Мирса были совершенно сухими. Похоже, слёз у него, просто не осталось. А вот Серж зарыдал…

Следующие несколько минут у Сержа была истерика. Он плакал, кричал, обвиняя и проклиная Мирса, вспоминая и гибель отца, и их непродуманное отбытие, и годы ожидания… А, теперь, ещё и такая новость… Серж порывался исступлённо бить Мирса, но никто не пытался его успокоить, даже Мирс, стоически сносивший все удары… Под конец, уже выдыхаясь, Серж воскликнул:

- Должен же ты сделать что-нибудь хорошее?!!

Тут на лице Мирса возникла странная улыбка.

- Как ни странно, но кое-что хорошее я всё-таки сделал. – проговорил он.

Эта фраза заставила Сержа успокоиться. Друзья переглянулись.

- Пойдёмте… - он пригласил их в дом.

Очевидно, дом пострадал только снаружи. «Радужная» защита не позволила неприятелям проникнуть внутрь. Все предметы остались целыми и невредимыми. Ксения с удивлением рассматривала убранство дома, который уже стал для неё своим.

Мирс повёл друзей в подвал, который полностью занимал весь нижний ярус дома. Центральную часть составлял длинный коридор, тускло освещаемый волшебными шариками. Справа и слева располагались двери, ведущие в другие подвальные помещения.

Мирс подошёл к одной из них и открыл её. Это оказалась комната. Внутри было темно. Мирс протянул руку, и сделал круговое движение кистью. В воздухе возник светящийся шарик и поплыл к потолку. Там он остановился и осветил комнату.

В ней не было никаких предметов, кроме большой деревянной кровати, стоявшей у торцевой стены. На кровати, одетый в чёрную ткань непонятного пошива, лежал…

- Августо?! – воскликнул Серж, первым разглядевший лицо человека.

Да, это был Августо, хотя он меньше походил на себя. Он вытянулся, похудел так, что просматривались кости. Кожа стала бледной и почти прозрачной. На лице, и на открытых участках тела были заметны следы давно заживших, но явно глубоких ран – трогательных подарков Иммортала.

Августо крепко спал магическим сном, но, когда на него упал луч света, он задёргался, будто слабый свет шарика причинял ему невыносимую боль. Мирс поспешно затушил шарик.

Они вышли в коридор, и Мирс закрыл дверь.

- Мирс, скажи… - начал, было, Серж, но Мирс взмахом руки остановил его:

- Я объясню всё наверху…

Друзья сидели за обеденным столом.

Мирс, надевший белую рубашку, чтобы своим видом не портить им аппетит, расставлял перед ними тарелки с наскоро приготовленной рисовой кашей. Хорошие новости лучше усваиваются вместе с хорошей пищей. Проследив за тем, чтобы все приступили к обеду, Мирс начал рассказывать:

- Иммортал наверняка действовал по приказу Дерфа, но я сомневаюсь, что это так. Всё выглядело непродуманно. Он добился цели только потому, что брал количеством. В тот день, когда он напал, он взял с собой и Августо. Ты ведь знаешь, как твой брат попал к нему? – обратился Мирс к Ксении. Та кивнула.

Мирс продолжал:

- Я не знаю, почему он сделал это. Может не хотел оставлять одного, может нуждался в поддержке, может хотел продемонстрировать свою силу… не знаю… Но, мне удалось отбить Августо, и больше Иммортал к нему и пальцем не притронется.

- Но, что случилось? Почему ты держишь Августо в подвале, как заключённого? – с недоумением и, скорее, с обидой, спросил Серж.

- Так лучше для него. Я сохраняю ему жизнь. Душа и тело Августо переполнены некромагией, и он не сможет жить в Алхеме. Чистый свет и чистый воздух убьют его за несколько часов. В темноте, под землёй, он чувствует себя гораздо лучше, но, просто держать его в подвале, это, конечно, не выход.

- Что же тогда делать? Его можно будет вылечить? – спросила Ксения.

- Да. Есть один способ. Тёмный маг сможет жить в Алхеме после того, как искупается в целебных водах озера Хилзи, или выпьет из него. При этом он потеряет часть своих сил, но уже сможет ничего не опасаться.

- Что-то я в первый раз слышу о таком озере. – задумчиво произнёс Серж.

- О нём мало кто знает. Даже из местных.

- Но, как же ты узнал?

- Ну… скажу так: в белой магии для меня нет границ… почти…

- Где же оно находится?

- Точного места у него нет. Его свойство такого, что если выйти из любой точки Алхема, и двигаться к его центру, то до озера можно дойти через восемь часов. А можно и телепортировать, но тогда попадёшь к нему только с восьмой попытки.

- А что мы будем делать теперь, когда мы все вместе? – спросил Гизий.

- Сначала, искупаем Августо. Затем решим, как избавиться от Иммортала. И, конечно, будем тренировать Ксению, чтобы могли одолеть Ситхорса. Ты ведь нам поможешь? – обратился Мирс к Ксении.

- Да, конечно помогу.

- Хорошо. Скоро наступит вечер, и я советую всем отдохнуть. Завтра рано вставать. – предложил Мирс.

××××××××××××

Солнце едва начало вставать из-за горизонта, а друзья уже шли в неизвестном им направлении, стараясь держаться к нему боком, чтобы не слепило глаза.

Ксения шла налегке, а Гизий и Серж – нагруженные, но не вещами. Серж придерживал Мирса, который нетвёрдо стоял на ногах, а Гизий нёс спящего Августо и рюкзак с продуктами. Идти оставалось несколько часов.

Ксения шла, немного обгоняя их. Она с интересом смотрела, как пробуждается природа.

Алхем, и правда, был красив, но не яркими красками, которые бросаются в глаза, а своей естественной простотой. Из всех миров он один считался точной копией некогда существовавшего Единого Мира. Он не менялся, всегда оставаясь собой. Ксения чувствовала – мир передаёт ей свои силы и наполняет тихой живительной энергией. Ещё она ощущала некую связь, не магическую, а, вроде той, что связывает близких родственников, или человека с местом его рождения. Эта связь чувствуется всегда, когда после долгой разлуки возвращаешься в родной город, или в родной дом.

Время проходило быстро. Поляны сменялись холмами, холмы – лесами, а леса – полями. На пути попадались реки и мелкие озёра, у которых друзья останавливались на отдых, и пополняли запасы воды.

Через некоторое время постепенная смена пейзажа вдруг нарушилась. Лесок, по которому шли друзья, резко закончился, будто его вырубили, и они внезапно оказались на краю озера. И тут Августо проснулся…

Никто не успел понять, что же произошло, но, в следующий миг, Гизий оказался на земле, сбитый с ног мощным ударом. Августо был уже на ногах. Его глаза горели чёрным огнём. Он вытянул вперёд руки, словно хотел ударить Гизия заклятием, но, ничего не получилось. Августо взглянул на руки – на запястье правой свободно лежал серебристый браслет с красным прозрачным камнем. Августо пытался снять его, но не мог – браслет сжимался.

Гизий, который к тому моменту уже встал, воспользовался заминкой и попытался скрутить Августо. Тот, не имея возможности использовать магию, стал биться врукопашную. Он ринулся вперёд, на Гизия, а тот, не смея атаковать, поставил руки перед грудью, защищая корпус, и, иногда, наносил короткий удар левой, отталкивая Августо. Серж и Ксения не решались вмешаться, а Мирс, хоть и пытался помочь, но толку от этого было мало…

- Не надо мне помогать! – завопил Гизий, в третий раз контуженный заклинанием, пущенным нетвёрдой рукой Мирса. Мирс выпустил пять несильных заклинаний, из которых два не долетели до сражающихся, а три попали в Гизия, который почему-то ловил их, как громоотвод – молнии.

- Гизий, заставь Августо войти в озеро! – крикнул Мирс. – Не то Алхем убьёт его!

Было видно: Августо становилось хуже. Пока он спал, солнце и воздух не действовали на него, но теперь… Многие старые раны начали открываться и кровоточить.

- Не могу! На некромантов не действует телепатия! – ответил Гизий, едва успевая уворачиваться от ударов Августо, которого внутренняя тьма заставляла действовать всё яростнее.

- Сделай хоть что-нибудь! – крикнул Мирс.

Новый источник звука привлёк внимание Августо. Он оставил Гизия и побежал к Мирсу. Гизий догнал Августо, схватил его за плечи, приподнял, раскрутил и бросил в озеро. Августо упал в воду, и, барахтаясь, камнем пошёл ко дну. Когда его не стало видно, вода забурлила и постепенно стала окрашиваться в чёрный, с зеленоватым отливом цвет.

- Э-э-э… Мирс, ты уверен, что в озере вода, а не кислота? – протянул Гизий, наблюдая за водой.

- Всё нормально. Это растворяется его тёмная энергия. – ответил Мирс.

Вода вновь стала гладкой и прозрачной, но Августо не было. Наконец, он вынырнул.

Выглядел он значительно лучше, хотя и был таким же бледным. Было видно, что Алхем уже не терзает его. Кроме того, вода смыла всю зомбирующую магию Иммортала. Августо направился к берегу. Он выбрался из воды и лёг возле неё. Гизий, Мирс, Серж и Ксения осторожно приблизились…

Следующие полчаса ушли на разговоры. Августо, для которого события последних лет были словно скрыты в тумане, узнал всё: и о жизни Ксении в Мидарге, и о жизни Мирса и Эллины, и о нападении Иммортала. Последняя новость встревожила и разозлила его. Он хотел немедленно отправиться к Имморталу, горя желанием оторвать тому голову. Мирсу еле удалось его успокоить. Наконец, ему было рассказано о роли, которую отводили Ксении в борьбе с Ситхорсом. К этому сообщению он отнёсся очень серьёзно. Он встал перед Ксенией, и взял её руку в свою.

- Клянусь магией, телом и жизнью, что буду защищать тебя до самой своей смерти! – медленно произнёс он.

- Что это за клятва? – спросила Ксения.

- Ей меня научил Иммортал. Такую клятву уже не нарушишь.

- Надеюсь, ты не клялся ей в верности Имморталу? – строго спросил Мирс.

Августо улыбнулся: «Нет».

Было решено отправиться домой. Напоследок в озеро нырнул Мирс. Когда он вылез, он стал выглядеть значительно лучше, хотя кое-какие мелкие травмы и остались. Пешком домой идти не хотелось, и Августо вызвался всех телепортировать. Мирс снял браслет с его руки. Друзья встали вкруг, взявшись за руки. Августо поднял руки вверх. В следующее мгновение они исчезли в короткой белой вспышке.

××××××××××××

Перемещение прошло успешно. Этот процесс очень понравился Ксении, и она решила впредь путешествовать только так.

- Хорошо, - согласился Гизий с её предложением. – но, подожди, пока тебе исполнится пятнадцать, раньше не получится.

Мирс был странно задумчив. Ни с кем не разговаривал, на вопросы не отвечал. Казалось, он уговаривает сам себя выполнить какое-то действие, но никак не может решиться.

Скоро он встал и отправился наверх, попросив его не беспокоить. На втором этаже он вошёл в комнату, которую занимал с тех пор, как поселился в доме Арсеникумов. Там он сел на кровать, и взял со столика маленькое зеркало.

Мирс вновь задумался. С этим человеком он не разговаривал долго, очень долго. Неизвестно, в какую сторону повернёт их разговор, если он вообще состоится. Мирс решился.

Он начертил на зеркале руну вызова и шёпотом, словно боясь, что его услышат, назвал имя. Собеседник не отвечал. Мирсу пришлось ещё дважды повторить вызов. Зеркало засветилось.

Дерф Ситхорс сначала хотел отвернуться, но, всмотрелся в лицо Мирса и засмеялся.

- Что, Релайс, в сарае света не было, и ты в темноте на грабли наступил?! – воскликнул он довольно.

Мирс позволил себе кисло улыбнуться.

- Кроме шуток. Дерф, у меня к тебе серьёзный разговор.

- Хочешь узнать, когда я приду за Ксенией, или сам желаешь предложить мне её силу?

- Как ты узнал, что она уже здесь? – испуганно спросил Мирс.

Дерф рассмеялся так, что задрожала ваза, стоявшая в комнате на прикроватном столике. При этом смех не был «демоническим», каким привыкли смеяться киношные негодяи. Просто громкий смех внезапно осчастливившего человека. За прямоугольными очками его глаза Ситхорса полыхнули красным.

- Попался! Мирс, я купил тебя! Откуда я мог это знать, если кто-то из вас убил моего шпиона, а Совет перекрыл все источники информации. Ты же сам мне сейчас всё выложил!

Мирс пустыми глазами смотрел на Дерфа. Давно его брат не был так доволен. А тут Мирс сам преподнёс ему шикарную новость. Но, ошибку уже не исправишь. Мирс поспешил вернуть разговор в нужное ему русло.

- Дерф, поклянись, что на мой вопрос ты ответишь правду! – потребовал он так грозно, как только мог.

- А, когда это я лгал? – всё ещё улыбаясь, ответил Ситхорс.

Мирс задумался. Действительно, когда? Из всех положительных качеств Дерфа (а их было очень мало), честность занимала не последнее место.

- Всё равно. Поклянись!

- Хорошо! Клянусь говорить только правду! – Дерф начал испытывать раздражение.

- Зачем ты приказал Имморталу напасть на меня и Эллину?

Недоумение, непонимание, пустой, ничего не выражающий взгляд. Мирс видел, что Дерф ожидал любого вопроса, но не этого. Дерф немного задумался, а потом произнёс:

- Я не приказывал…

- Как не приказывал?! – настала очередь Мирса изумляться.

Некоторое время братья молчали. Потом Дерф потребовал:

- Рассказывай. Всё.

Мирс начал. По мере повествования, лицо Дерфа страшно искажалось, в нём поступали звериные черты. В нём постепенно просыпалась ненависть ко всему, что его окружало. Под конец он уже едва сдерживался.

- Я во всём разберусь! – прорычал Дерф и отсоединился.

Спустя несколько секунд Дерф по своему зеркалу пытался вызвать Иммортала. Одна попытка. Вторая. Иммортал упорно не отвечал. Дерф отбросил зеркало в сторону.

- Не хочешь по-хорошему, будет, по-моему! – прошипел он.

Ситхорс встал. Поднял руки и встряхнул кистями, разминая их. От пальцев правой руки отделилась белая молния. Долетев до середины комнаты, она стала двигаться по кругу против часовой стрелки, замкнувшись на себе кольцом.

Дерф выпустил из левой руки жёлтую молнию, и она стала кружить вокруг белой, но уже по часовой стрелке. Ситхорс стал ждать.

Молнии вращались всё быстрее, постепенно меняя окраску. Когда они стали красными, воздух вдруг загудел. В круге молний появился чёрный проход. Раздался хлопок, и оттуда мешком вывалился Иммортал. Молнии исчезли.

В ту же секунду Дерф бросился на него. Времени вытащить меч у него не было, поэтому Ситхорс поступил иначе. Он схватил Иммортала и, с силой швырнул его. Иммортал врезался в шкаф. Посыпались осколки стекла. Не успел он опомниться, а Ситхорс уже достал его, перевернул, и опрокинул на письменный стол. Стол развалился на доски. Дерф поднял Иммортала и прижал его спиной к стене.

- Как прикажешь это понимать? С каких пор ты действуешь против моей воли? – прорычал Ситхорс.

- С тех самых, когда мы наши Избранного! – ответил Иммортал, выплёвывая кусок стекла.

- Ты сам до этого додумался – вытворять невесть что у меня за спиной?

- Нет. Просто я нашёл себе более сильного покровителя.

- Кто это? ГОВОРИ!

Иммортал промолчал. Дерф ударил его, но осторожно, чтобы не снести половину черепа. Иммортал молчал. Дерф ударил его ещё раз, уже сильнее. Иммортал выплюнул выбитый зуб и сказал:

- Я всё равно тебе ничего не скажу. Можешь убить меня, если хочешь.

Дерф заскрипел зубами.

- Тогда скажи, что ты сделал с Эллиной Арсеникум?

- Я отправил её туда, откуда не возвращаются.

Ситхорс закричал и швырнул Иммортала в направлении двери. Тот долетел как раз до порога. Иммортал медленно, но с достоинством поднялся. Он подошёл к двери, но остановился, услышав голос Ситхорса:

- Отправляйся в Хелл. Делай, что хочешь. Но, не смей попадаться у меня на пути. Если я встречу тебя – я тебя убью. – На пальцах правой руки Дерфа вспыхивала молния. Иммортал вышел. Спустя секунду дверь за его спиной разлетелась в щепки.

Много позже в подвале Крепости Аида в Хелле, Иммортал сидел за каменным столом, и листал Книгу Смерти. Он перечитал тысячи имён, сотни тысяч имён, миллионы имён. Но, эти имена ему были не нужны. Ему нужно было только одно – «Дерф Ксенон Ситхорс». Но, его там не было. Иммортал искал его несколько дней, и не нашёл. Отомстить не получилось.

Он ещё раз проверил Книгу, уже по другому имени, но снова потерпел неудачу. Имя «Ксения Эллина Арсеникум» в Книге почему-то больше не значилось.

Мирс вздрогнул, когда его зеркальце неожиданно осветилось. Его поверхность рябила – у Дерфа сильно тряслись руки. Через несколько секунд Мирс услышал его непривычно тихий голос:

- Я говорил с Имморталом. Мне не удалось точно узнать, что он сделал с Эллиной. Вероятно, он забрал её в Хелл.

- …!

- Не ругайся, Мирс. Тебе это не к лицу. Я понимаю… Я не буду препятствовать, если ты захочешь убить Иммортала, и спасти её. Но, сам понимаешь, от своей цели я не отступлюсь.

- Хорошо. Дерф, пообещай мне кое-что… - видя, в каком состоянии находится Ситхорс, Мирс решил рискнуть.

- Я готов поклясться своей жизнью, что исполню любую твою просьбу.

- Пока я буду искать Эллину, ты не будешь пытаться напасть на Ксению и её братьев, и не…

Мирс не договорил. Поверхность зеркала почернела и покрылась трещинами.

Ситхорс сидел неподвижно, словно статуя, и смотрел перед собой ничего не видящими глазами. Расплавленное зеркало медленно стекало у него по руке, но, Дерф не чувствовал боли.

«Ах ты, Мирс… как подловил меня… воспользовался моим состоянием себе на пользу… Теперь, пока он будет искать Эллину, я и пальцем не смогу прикоснуться к Ксении… Но… я могу подослать кого-нибудь к ней… Но, кого?..» - думал он.

После происшествия с Имморталом, Дерф потерял всякое доверие к своим подчинённым. Никому нельзя верить! Дерф решил поискать кого-нибудь на стороне, кого-то, кто особо не был бы в курсе его дел. И Дерф придумал, как можно поступить.

Мирс спустился на первый этаж, но, никого там не застал. Тогда он вышел в сад. Августо, Ксения, Серж и Гизий были там. Августо и Гизий занимались уборкой, остальные наблюдали.

Под взглядом Гизия весь мусор слетался в кучу, выросшую в центре сада порядочной горой. Августо подходил к наиболее загрязнённым участкам, к которым Гизий подходить брезговал, и щёлкал пальцами. По щелчку, кости, и другая органика, оставшаяся от оживленцев Иммортала, сама собой поднималась, и отправлялась в ту же кучу.

Серж и Ксения сидели в стороне, и вид у них был не самый радостный. Мирс направился к ним.

- Мы тут тренировались, - сказал Серж на незаданный вопрос Мирса, когда тот подошёл. – но, у нас пока ничего не получается.

Ксения вздохнула. Она была благодарна брату, за то, что он говорил «у нас», а не «у неё».

- Ничего. – ответил Мирс. – опыт приходит с тренировками… Зовите-ка сюда всех. Мне есть о чём вам рассказать.

Мирс пересказал друзьям всё, что ему удалось узнать от Дерфа. Тут же он начал строить планы немедленного освобождения Эллины. Но, сам скоро отказался, вспомнив, к чему приводит спешка.

В конце, совместными усилиями был разработан план действий. Вариант был не самый надёжный, зато он всех устраивал.

××××××××××××

- Почему мы не можем отправиться в Хелл напрямую? – недовольно спросил Гизий.

- Чтобы это сделать, нам пришлось убить бы друг друга. – спокойно отвечал Мирс. – Этот вариант нам не подходит.

- Ладно, но тогда у меня другой вопрос: почему мы уже два часа тащимся по Костяной Низменности?

- Потому, что проход в Хелл находится где-то здесь, но, я не знаю, где именно.

- У тебя на всё ответ найдётся…

Упомянутый разговор происходил, когда Мирс и Гизий отправились искать проход в Хелл, о котором Мирс знал только то, что он находится где-то на Костяной Низменности в Западном Варталхейме.

Костяной же, данная низменность была названа не из-за любви к «типа, жутким названиям», а из-за окружающего её горного хребта, который выглядел как скелет гигантского животного. Словно, когда-то какой-то огромный зверь нашёл здесь свою смерть. Учитывая историю формирования этого мира, возможно, так и было.

План, разработанный Мирсом, был очень прост: он с Гизием отправляется в Хелл на поиски Эллины, а Ксения остаётся в Алхеме под охраной братьев. За время поисков ничего не должно было случиться, предполагал Мирс. Что ж, даже великим магам свойственно совершать ошибки.

В то время, когда друзья искали проход в Мир Мёртвых, Дерф уже приближался к своей цели, а именно к «Клинике Маньяковского», где не только лечили, но и перевоспитывали и содержали самых отъявленных негодяев, слишком буйных и жестоких, даже для Мира Тьмы.

Вот и она, тёмная, похожая на обломанный карандаш, башня, грузно нависает над ним. Дерф остановился у входа, размышляя, на какой этаж лучше пойти. Пообещав Мирсу не трогать Ксению, он допустил ошибку, и теперь искал обходной путь. Для устранения Сержа и Августо он решил нанять нескольких преступников, достаточно сильных, чтобы справиться с братьями, и легко контролируемых, чтобы можно было избежать ненужных последствий. А после, их можно будет спокойно убить, чтобы не оставлять свидетелей.

Ситхорс вошёл в здание и начал подниматься по винтовой лестнице на третий этаж, где уголовники находились на перевоспитании. По пути он усмехался: «Если меня когда-нибудь остановят, то отправят на минус девятый уровень… Но, этого не случиться, пока я – хозяин…». «Клиника», помимо девяти верхних уровней, ещё на девять уровней уходила под землю, где содержались такие личности, о которых было страшно даже подумать.

Поднявшись на нужный ему уровень. Дерф двинулся вперёд, внимательно осматривая заключённых. Многие камеры были наглухо закрыты, чтобы не допускать тёмных магов к контакту с внешним миром. В таких были мощные металлические двери, и совсем не было окон. Были лишь отверстия для дыхания, пробитые в стенах. Дерф прекрасно видел сидящих внутри магов, но они по разным причинам его не устраивали.

Дерф вышел в другое отделение, где камеры были попросторнее и уже не наглухо запечатанные. Обстановка в них была одинаковая: койка, стол со стулом и небольшая тумбочка. Не успел он сделать несколько шагов, как его кто-то окликнул:

- Господин Ситхорс! Господин Ситхорс!

Дерф повернул голову на источник звука, некоторое время всматривался, потом воскликнул:

- Френсис!

Действительно, в крайней камере подпрыгивал пухленький человечек, одетый в мятую тюремную робу. Ситхорс направился к нему.

- Пропустите меня! – потребовал он у санитаров. Те безропотно подчинились.

Войдя в камеру, Дерф внимательно осмотрел своего давнего знакомого. Да, это был Френсис, за семнадцать лет вытянувшийся и слегка похудевший. Из-за своей привычки постоянно кланяться и приседать, он казался совсем маленьким, хотя был выше Ситхорса на полголовы. Вот и сейчас он присел и смотрел на Ситхорса преданным щенячьим взглядом своих серо-зелёных глаз, и, если не вилял хвостом, то по причине отсутствия оного.

- Господин Ситхорс, как же я рад вас видеть! – громким шёпотом повторял он.

Ситхорса обрадовало, что нашёлся человек, который был искренне рад ему, и совершенно не боялся, разве что на том уровне, на котором слуга должен бояться своего хозяина. Вот только Дерф не был хозяином Френсиса.

Ситхорс поднял бывшего дворецкого, и потребовал отставить церемонии. Тот, продолжая приседать, пригласил Дерфа за стол, уступив ему койку, а сам сел на табурет. Дерф уже кое-что продумав, начал с Френсисом разговор «за жизнь».

- Рассказывай, как тебя угораздило оказаться в этой дыре. Я же прекрасно помню, что ты отправился вместе с этим… - одним презрительным движением губ, Дерф выразил всё, что думал об экс правителе Варталхейма.

- Так оно и было, господин Ситхорс. Но потом, когда мы нашли новое место (бывшему королю очень трудно устроиться), я оказался ненужным и он выгнал меня, а я…

Дальше Френсис поведал свою нехитрую историю. Оставшись без средств к существованию, он начал искать работу, но мало что умел, а в большинстве мест не подходил по возрасту. И он начал воровать. И, как вскоре обнаружилось, – весьма профессионально. Однажды он украл ценную вещь из дома зажиточного мага, и был пойман им. Вопреки ожиданию, маг не сдал вора в ОМП, а предложил поработать. Он был коллекционером артефактов и стремился их заполучать их любым способом, законным или незаконным. И Френсис согласился. Он воровал артефакты у других коллекционеров, приносил хозяину, и получал плату. Заработанные деньги тратил, как хотел. Так продолжалось несколько лет, пока Френсис в очередной раз не попался. И тот маг, которого он грабил, в отличие от своего коллеги-коллекционера, сдал вора в ОМП, а там Френсиса определили на перевоспитание в «Клинике».

- … и вот, мне осталось сидеть всего несколько дней, а там, я буду свободен. – закончил Френсис.

- И, куда ты направишься? – проницательно спросил Дерф.

- Не знаю. – вздохнул Френсис и пустил слезу.

Дерф приманил его пальцем. Френсис осторожно опустился на койку.

- Я могу взять тебя к себе. Если честно, мне не нужны слуги, но ты получишь крышу над головой, и возможность развлекаться.

- Это, правда?!

- Да. Что ты готов сделать, чтобы я взял тебя?

- Всё, что угодно господину.

- А можешь… - Дерф понизил голос, чтобы не услышали санитары. - …можешь убить человека?

- Убить?!

- Тише! – Дерф зажал рот Френсиса ладонью. – Допустим, не убить, а серьёзно покалечить, так чтобы он долго не смог восстановиться. Сможешь?

- Наверное. А вы разве не… - начал Френсис, едва Дерф убрал руку. Но Ситхорс не дал ему договорить.

- В том то и дело, иначе бы я не просил. Давай, сделаем так: я выпускаю тебя отсюда, а ты нападаешь на мага, которого я тебе укажу, и взамен получаешь дом и награду. Согласен?

- Да, господин.

- А теперь, расскажи, что ты знаешь о других преступниках?

Френсис начал перечислять все известные ему имена и дела этих людей. Но Ситхорса особенно заинтересовал один, со странным и неприятным прозвищем Оксигениум. Выяснилось, что данный маг обладает просто несоизмеримой мощью, но лишён возможности полностью контролировать магию. Такой представлял большую опасность, как для себя, так и для окружающих. Именно по этой причине Оксигениум и оказался в «Клинике».

Пока Френсис выбалтывал сведения, Ситхорс размышлял: «Оксид – опасная натура, его нельзя оставлять в живых… Но, его болезнь может сыграть мне на руку… После задания он может убить сам себя… А Френсис патологически верный маг, такой уже не предаст… Хотя, нужно будет слегка изменить ему память… Так, на всякий случай…»

Дерф распрощался с бывшим дворецким. Затем он отправился знакомиться с новым подручным. Но, к Оксигениуму его не пустили из соображения безопасности. Тогда Ситхорс отправился к управляющему, что бы оформить документы, необходимые для освобождения пациентов. Все обязательства Дерф принял на себя, пообещав нести ответственность за возможные неприятные последствия.

××××××××××××

- Вот. Это то, что мы искали. – произнёс Мирс указывая на небольшую трещину, в одиноко лежавшем булыжнике размером с сарай, который когда-то отломился от горы, и прикатился на поляну, на которой они сейчас стояли.

- Камень как камень, трещина как трещина. Ничего особенного. – пожал плечами Гизий.

- Для тебя, да. А для меня – нет. Я ясно вижу скрытый проход. Более того, от него веет холодом, и пахнет плесенью. Этот проход хоть и символичный, но он доставит нас куда надо. Теперь надо его активировать.

- Кровью? – предположил Гизий.

- Можно и кровью. Но есть и другой способ. Как ты думаешь, зачем мы, прежде чем отправиться к Костяной Низменности, собирали проклятый пепел у подножия вулкана Зувивия?

- Не знаю.

- Как раз для этой цели – открыть проход.

Гизий удивлённо вздохнул. Его в который раз поражала врождённая способность Мирса находить связи между, казалось бы, совершенно разными предметами и явлениями. С другой стороны, эта же способность одновременно делала Мирса близоруким, и он не мог понять очевидных фактов, например, что нельзя доверять тёмным магам. Поэтому, он плохо переносил «удары судьбы».

Сейчас Гизий наблюдал, как Мирс осторожно посыпает пеплом трещину, скороговоркой приговаривая заклинания. Когда тёмный пепел стал менять окрас на ярко-красный, Мирс протянул вперёд левую руку. С его пальцев сорвалась тонкая чёрная молния и ударила в центр трещины. Проход тут же распахнулся. Теперь в него мог пройти и Гизий, и ему не пришлось бы нагибаться.

- Пошли. – махнул рукой Мирс.

Друзья проникли в отверстие. Перед ними неожиданно оказался глубокий каменный коридор. Можно было решить, что он вырублен, но кривые стены и потолок доказывали его естественное происхождение. Через некоторое время маги вышли в просторную пещеру, своды которой терялись где-то в вышине, а дальних стен не было видно вовсе. Им стало ясно, что они проникли в Мир Мёртвых, но самого перехода из мира в мир никто не заметил.

Друзья стояли на каменистом берегу. Невдалеке скользила неширокая река. Ещё дальше можно было заметить ещё несколько рек, которые спиралями закручивались одна вокруг другой. Но у друзей не было времени, рассматривать природу Хелла и они решительно направились к пристани, видевшейся у реки.

Возле пристани на волнах медленно покачивалась огромная деревянная ладья. Пассажиров видно не было, лишь на носу стоял вытянутый, одетый в длинный серый плащ, похожий на мумию старик. Гизий помахал руками, привлекая его внимание. Старик обернулся.

- Кто ткие? Чго ндо? – пошамкал он беззубым ртом, сглатывая гласные звуки.

- До Крепости Аида довезёшь? – спросил Мирс.

Старик присмотрелся к ним повнимательнее.

- Жвые, что ли? Не, не првезу – не пложено.

- А за плату?

- Взятку дъёте? Вам пвезло, что я взточник. Склько?

- Три серебряных с человека.

- Не. Не пйдёт. Три сребряных с пкойника бру. С жвых – трйная плта. Дсять. И злотом!

- Договорились.

- Сдитесь.

Мирс и Гизий осторожно погрузились в ладью. Та поплыла, тихонько качаясь на волнах. Было видно, что старик ей совсем не управлял, но раз присутствовал, значит, надо было.

Всю дорогу друзья рассматривали открывавшиеся пейзажи. По левому берегу, если смотреть по течению реки, яркие краски голубого неба, зелёных лесов и жёлтых полей буквально радовали глаза. С правого берега всё отражалось точно в чёрном зеркале, всё такое же, но серое, безрадостное и унылое. Оно и понятно; кто при жизни вёл себя хорошо, тому и жизнь после смерти предоставлена радостная, а кто – нет… ну, в общем, всё ясно?

Перевозчик всё дорогу рассказывал о том, на каких мертвецах можно неплохо заработать. Сначала молчаливый, он постепенно становился всё словоохотливее, сразу видно – соскучился по живым собеседникам. С мёртвыми особенно не поболтаешь.

- … осбенно, хрошо с бгачами вскими! Им в мгилу чго тлько не лжат. Вот тлько пбрякушки вские вбрасывать прходиться – не нжны они мне, да и не рботают всё рвно. А уж днег склько, бвает. В бнке обмняешь, и пжалуйста – мжно лдку пчинить, а мжно и на удвольствия тртить! – говорил он и лукаво подмигивал.

Гизий охотно вёл беседу, невольно размышляя, на какие удовольствия тратит свои деньги этот старик. А Мирс сильно нервничал – ладья плыла ужасно медленно, и он попросил старика плыть быстрее. Тот нахмурился и погрозил ему сухим пальцем.

- У рки тлько одна скрость! Хчешь бстрее – отпрвляйся вплавь!

Но Мирс знал, что в реках Хелла плавать нельзя. Всё равно утонешь, каким бы профессиональным пловцом ты не был. Надувные жилеты тоже не помогут.

Через некоторое время неспешное покачивание лодки прекратилось.

- Прплыли. Плтите и всаживайтесь.

- Что-то я Крепости не вижу. Ты нас не довёз! – возмутился Гизий.

- Дльше рка млчает – дном цпляться бдем. И ещё – обртно я вас не пвезу, нльзя.

Расплатившись с перевозчиком, друзья выбрались на берег, такой же каменистый, как и везде.

- Дальше придётся идти пешком. Давай поторопимся, мы потеряли много времени. – сказал Мирс.

- А мы не заблудимся? – забеспокоился Гизий.

- Нет. Тут всего одна дорога.

Френсис и Оксигениум стояли напротив стола в кабинете Ситхорса. Сам хозяин сидел за столом и внимательно осматривал своих новых слуг.

Щёголь Френсис был одет в блестящий тёмно-зелёный костюм, делавший его похожим на большую ящерицу. В руках он держал длинную золотистую волшебную палочку, в рукоять который был вделан крупный камень, по-видимому, хрусталь. Оксигениум же был одет в простую серую рубаху и кожаные штаны. На его запястьях и лодыжках красовались подавляющие магию браслеты. Дерф не находил в нём ничего такого, что могло бы стоить внимания. Ну, мужик и мужик, разве что заросший до звероподобия. Таких, в дальних деревнях можно увидеть немало. Оба уже знали, для чего Дерф освободил их, и были готовы выслушать новый приказ.

Дерф начал давать им последний инструктаж.

- Сначала пойдёшь ты. – обратился он к Оксигениуму. – Ты сильный, и вполне сможешь справиться с двоими. Вполне вероятно, что помощь Френсиса тебе не понадобиться. Как только выполнишь работу, доставь сюда девчонку и можешь быть свободен. Получишь награду и отправишься на все четыре стороны.

Дерф щёлкнул пальцами. Браслеты со звоном скатились с рук и ног Оксигениума. В тот же миг он исчез в ядовито-зелёной вспышке, сопровождавшейся грохотом. Пробитая в воздухе дыра не спешила сразу затягиваться. Дерф привстал, но Френсис опередил его. Он направил на портал палочку и из неё вылетели четыре тонких синих луча, которые затянули проход. После телепортации Оксида на полу осталось копотное пятно и оплавленные браслеты. Френсис услужливо поклонился.

- Благодарю. – пробурчал Ситхорс. – Не советую тебе спешить, возможно, тебе и в самом деле не придётся ему помогать, а теперь…

Дерф вышел из-за стола, извлёк из внутреннего кармана плаща длинную булавку с крупной головкой, которая часто пульсировала желтоватым светом, и протянул её Френсису.

- Закрепи на пиджаке и наблюдай. Это индикатор. Если он погас, значит, Оксигениум мёртв. После этого подожди примерно час и отправляйся к Арсеникумам. Докончи работу и приведи девчонку. Дальше – как договаривались.

- Господин Ситхорс, почему вы так уверенны, что Оксигениум умрёт?

- Когда я первый раз встретился с ним, чтобы поговорить, то дал ему чуть-чуть своей энергии. Его магия, плюс моя, плюс его неспособность к контролю… Он просто не выдержит. Да и мне невыгодно оставлять его в живых.

Почувствовав себя неуютно, Френсис стал переминаться с ноги на ногу.

- Значит, когда и я закончу ваше задание, вы и меня… того…

- Нет. Зачем? Мы же друзья?! – улыбнулся Ситхорс.

Френсис нервно хихикнул.

- Можешь быть свободен. Наблюдай за индикатором. Отправляйся, когда будет необходимо.

Френсис покинул кабинет.

Дерф достал из ящика две булавки. Одна пульсировала желтоватым, а другая зелёным цветом.

- А я буду смотреть за вами обоими. – проговорил он.

××××××××××××

Помня совет Мирса, не покидать пределы защитного купола, Серж, Августо и Ксения прогуливались по саду. Увы, после атаки Иммортала, от его великолепия мало что осталось. Если смотреть со стороны, то сад выглядел огромным выжженным пятном на зелёном ковре из трав и цветов. И Ксения с тоской смотрела на дальние луга. Она неоднократно умоляла братьев пойти хотя бы на соседний участок, но те были непреклонны.

- Это слишком опасно. Когда вернутся Мирс и Гизий, тогда можно будет. – говорил Серж.

- Но Мирс сказал, что Дерф не станет нападать на меня. – возражала Ксения.

- То, что он сам не нападёт, ещё не означает, что он не пришлёт кого-то вместо себя. Обычно Ситхорс предпочитает действовать сам, но когда у него связаны руки, он поручает действие стороннему магу. А чтобы никто не узнал его слабость – убивает свидетелей и соучастников. – пояснил Августо. – Потерпи немного. Теперь ты будешь жить здесь всегда, и ещё не один раз погуляешь по Алхему. А когда с Ситхорсом будет покончено, мы отправимся осматривать Вансейские заповедники.

Ксения вздохнула. Предложение хорошее, но, когда это ещё будет? К тому же она не была уверена в своих силах. Даже самые простые заклинания получались у неё только после долгих тренировок, и моментально теряли силу, если она забывала их повторять. Как тогда бороться с Ситхорсом? Впрочем, все сомнения Ксения держала при себе.

Она постоянно держалась у границы купола, которая была отчётливо видна благодаря траве. Вот под ногами выжженная гарь, с кое-где пробивающимися травинками, а вот, буквально в шаге – яркий зелёный ковёр, усеянный жёлтыми и голубыми цветами.

Ксения вытянула руку. Та свободно проникла сквозь купол, не встретив никаких препятствий. Ксения оглянулась. Августо и Серж убирали упавшее дерево, которое лежало посреди дорожки. «Шаг. Всего один шаг. Туда, и сразу назад» - подумала Ксения. Искушение было слишком велико, и девочка сдалась.

Августо и Серж отвлеклись буквально на минуту, чтобы передвинуть упавшее дерево. Едва они подняли его, как за их спинами раздался громкий хлопок, а затем крик Ксении. Обернувшись, они увидели, как нечто, похожее на обезьяну в рубашке, уносит Ксению в яркой телепортационной вспышке. Зелёный контур остался в воздухе, медленно затягиваясь. Братья, не раздумывая бросились к нему. Перед самым прыжком Серж притормозил, из-за своего страха перед порталами, но Августо не дал ему времени на сомнения, и, подхватив его, прыгнул в проём. Проход исчез.

Некоторое время братьев словно волокло по горячему коридору, а затем выбросило в раннее неизвестное место. Больше всего оно напоминало заброшенную зельеварильню – всюду стояли котлы. Некоторые были гигантских размеров. Над ними на металлических подпорках висели деревянные мостки, по которым приходилось ходить, чтобы добавить в зелье какой-нибудь ингредиент, или просто помешать его. Под многими котлами ещё теплился огонь. Разнообразные зелья громко булькали, а в воздухе ощущался стойкий запах горелого пластика.

Братья быстро нашли Ксению возле одного из котлов. Она была в порядке, но совершенно напугана. Едва братья подошли к ней, как откуда-то сверху спрыгнуло то самое существо в серой рубахе и кожаных штанах. Это был Оксигениум, но они этого не знали.

Не тратя времени, Оксид вскинул руки. От них оторвались мощные потоки зелёной энергии. Впрочем, ни один из них не задел братьев, так как те успели выставить защиту. Оксигениум слегка растерялся.

- Бери Ксению и уходи отсюда. Я задержу его. – крикнул Августо, извлекая из воздуха короткий меч с костяной рукоятью.

Пока Августо отвлекал Оксида ложными выпадами. Серж подхватил Ксению, и они бросились к открытой двери, видневшийся неподалёку. Вслед им летели зелёные вспышки, которые Серж отклонял ещё в воздухе. Сзади слышались яростные крики Оксигениума. Пробежав через дверь, они оказались в узком коридоре с ответвлениями. Поблуждав по нему некоторое время, они внезапно оказались на открытом пространстве.

Зельеварильня располагалась на небольшом холмике. Было видно, что она давно заброшена – часть стен обвалилась, а крыша прохудилась. Относительно целым был отдел с котлами, из которого они сбежали. Серж и Ксения отбежали от здания и остановились передохнуть. Серж досадовал, что не имеет возможности узнать, что же происходит внутри.

Тем временем Августо пытался придумать, как избавиться от Оксида. Он уже выяснил, что тот не владеет своим даром, так как заклинания у него получались через раз, а мощные вспышки из рук выходили помимо воли. Но маг совершенно не давал ему приблизиться для удара, каждый раз ловко отпрыгивая в сторону. Сам Августо опасался использовать магию – одной искры было достаточно, чтобы все застоявшиеся зелья взорвались.

За время сражения Оксигениум не произнёс ни слова. То ли не считал нужным, то ли просто не умел говорить. Когда, казалось, наступил выгодный момент для атаки, Августо ринулся вперёд, но Оксид исчез в короткой вспышке, и появился на мостике над одним из котлов. Не желая тратить магические силы, Августо подбежал к лестнице, что вела на мост, и, в несколько прыжков оказался наверху. Оксигениум уже ждал его.

Едва Августо забрался, как Оксид вырвал у него из руки меч, перевернул и всадил обратно, метя в сердце, но промахнувшись. Меч прошёл ниже, и пробил тело Августо насквозь. Оксид за рукоять развернул Августо и сбросил его с моста.

В падении Августо успел зацепиться за край другого котла, который находился ниже. Он подтянулся, подпрыгнул и оказался на мосту. Там Августо выдернул меч из тела. Больно, но терпимо. Раны зарастут через пару минут. Сверху раздался треск. Привлечённый шумом, Августо вскинул голову. На него летел Оксигениум.

Примерно прикинув место, где тот должен был приземлиться, Августо вонзил меч в доски моста и отколол приличный кусок. Он угадал. Оксид пролетел мимо, но в последний момент кончиками пальцев вцепился в обрубленный край. Попытался подтянуться, но…

Из его рук неожиданно хлынул поток энергии, который прожёг доски и расплавил металлические подпорки. Мост накренился и начал проваливаться вниз. Августо успел ухватиться за уцелевшие подпорки, а Оксиду повезло меньше. Разбрызгивая потоки энергии, он полетел в котёл, в котором закипало едкое зелье. Августо обратил на это внимание слишком поздно. Возможности спастись у него уже не было. Когда Оксигениум упал в котёл, тот раскололся с громким треском. Разлитое зелье коснулось других котлов, которые тут же начали взрываться.

Вначале Серж и Ксения услышали громкий хлопок, раздавшийся со стороны цеха с котлами. Только они посмотрели в его сторону, как цех разнесло. Взрыв сопровождался грохотом, и огненными вспышками. Из щелей понеслись мощные потоки зелья. Крупные пласты металла из обшивки полетели в их сторону, но Серж выставил щит, и они разбились о него. Зато взрывная волна смела его и Ксению с ног, и они оказались засыпаны более мелким мусором.

Когда взрыв поутих, Серж и Ксения побежали к месту бывшего цеха. От него остались лишь обломки, и несколько развороченных котлов. Брат и сестра начали внимательно осматривать место взрыва, надеясь найти Августо. После непродолжительных поисков ими был найден кусок кожи из штанов Оксида, затем его обгоревшая рубаха. Эти останки врага наводили их на неприятные мысли, что, может быть, и от Августо остались такие же вот ошмётки.

Спустя ещё некоторое время Серж наткнулся на мешок из грубой ткани. Лишь перевернув его, Серж узнал Августо. Это было страшное зрелище. Вероятно, уходя от взрывной волны, тот сгруппировался для прыжка или переката, но едкое зелье накрыло его, оплавив тело и одежду, смесив их в один кокон, так что было не разобрать, где начинаются руки и заканчиваются ноги. Не решившись больше двигать его, Серж присел рядом и прислушался. Он услышал слабое хриплое дыхание. Августо был ещё жив.

Серж осторожно прикрыл его своим плащом. Достал из кармана зеркало и вызвал бригаду целителей из Клиники – самостоятельно перемещать Августо он опасался. Объяснив место своего нахождения, и кратко обрисовав ситуацию, он получил в ответ просьбу немного подождать.

Серж убрал зеркало. Тут подошла Ксения. Серж указал на Августо, высказал предположение о произошедшем и сообщил о прибытии врачей. Брат и сестра стали ждать. Ксения начала плакать – сказывалось нервное потрясение, а Серж как мог, успокаивал её.

Примерно через десять минут подъехала карета скорой помощи. Настоящая карета, только вытянутая и выкрашена в белый цвет. На дверях были нарисованы красные девятиугольные звёзды. Целители бегло осмотрели Августо, покачали головами и погрузили его в задний отсек кареты. Сержа и Ксению усадили впереди. Лошади помчались со всей возможной скоростью, в ближайшее отделение Клиники.

Но, уже на месте, едва не случился скандал. Главврач, узнав, что пациент – некромант, сначала отказывался содержать его в Клинике. Сержу пришлось напомнить ему врачебную клятву Кратогиппа: «Лечить всегда. Лечить любого», и пригрозить судебным разбирательством. Младшие сотрудники, не слушая вялого отпирательства начальника, уже готовили операционную. Без хирургического вмешательства, и причём, неоднократного, обойтись было нельзя. Но, положительный результат гарантирован не был.

- Если он умрёт – я вас по судам затаскаю! – кричал Серж.

- Поймите, он уже должен быть мёртв. Но мы сделаем всё возможное, чтобы этого не случилось. Ситуация очень непростая. – отвечали целители.

- Если речь о деньгах, то оплатим всё. Вы утонете в золоте.

- Поверьте, не в деньгах счастье. Главное, чтобы все были здоровы. – было понятно, что младшие сотрудники были куда добросовестнее своего начальства.

Осмотрев Сержа и Ксению, и не найдя у них никаких травм, целители отправили обоих домой. Возможно, стоило бы оставить их в Клинике, но кто же знал…

Серж и Ксения почти бежали. Дом был уже недалеко, но это не внушало им оптимизма. Как оказалось, нужно было сделать лишь один шаг от дома, чтобы защита перестала действовать. Теперь они старались быстрее забраться под купол, чтобы оказаться в безопасности.

Когда до него оставалось несколько шагов, воздух перед ними всколыхнулся, и, через образовавшуюся складку протиснулся человек, одетый в зелёный костюм. Он взмахнул палочкой в их сторону. Упругая сила разделила их. Ещё один широкий взмах, и Ксения почувствовала, что её куда-то уносит. Спустя миг она оказалась прижата к дереву, а ещё спустя секунду – была прикована к нему железными обручами. Она пыталась высвободить хотя бы руки, но ничего не выходило – обручи держали крепко. А перед ней начиналась битва.

Откатившийся Серж встал на ноги и направился к Френсису, на ходу извлекая из воздуха свой короткий меч. Френсис повернулся к нему и поднял палочку на уровень груди. Из палочки вытянулся тонкий жёлтый луч, спустя секунду расширившийся. Теперь у Френсиса был световой клинок.

Противники сблизились. Серж напал первым, быстро подбежав, и атаковав Френсиса в прыжке, но едва не был насажен на клинок, который тот выставил вперёд. Противники обменялись несколькими ударами. Серж начал наносить короткие уколы, которые Френсис легко отвёл, а сам сделал несколько подрезающих движений, которые тоже не достигли цели.

Противники отступили друг от друга. Постояли несколько секунд, оценивая силу друг друга, затем уже Френсис двинулся вперёд. Он раскручивал клинок, а сблизившись на необходимое расстояние, принялся наносить размашистые рубящие удары – практически единственный стиль боя, который возможен с магическим клинком. Пользуясь этим, Серж ловко уворачивался, стремясь проникнуть сопернику под руку и подрезать его. Но Френсис не давал ему такой возможности.

Во время одного из замахов, Френсис чуть отклонился назад, и Серж решил использовать такой шанс. Он поднырнул под клинок Френсиса, и коротким движением резанул его бок. Рана не была опасной, но могла вывести соперника из строя. От боли Френсис согнулся пополам и резко опустил руку с клинком. Тот вошёл бы Сержу в плечо, но маг успел отклониться, и тонкий луч разрезал рукав рубахи. Серж почувствовал, как что-то обожгло ему руку, и понял – от магического клинка исходил жар. Он поспешно отодвинулся от Френсиса, который начал выпрямляться.

Некоторое время противники приходили в себя после болезненных ударов. Но бой был ещё не закончен. Отдышавшись, Серж решил покончить с Френсисом. Если раньше он планировал лишь обезоружить соперника, то теперь дело принимало не шуточный оборот. Придётся убить мага, даже если это произойдёт на глазах у Ксении. Зато они будут в безопасности. Она поймёт. Приняв решение, Серж приготовился атаковать. Порезанная рука слушалась плохо, придётся прибегнуть к магии.

Френсис, который тоже восстановил силы, снова пошёл на сближение. Когда он казался рядом с Сержем, тот направил на него руку, сделав толкающее движение вперёд. Упругим потоком воздуха Френсиса отбросило назад. Он упал на спину, раскидав в стороны руки и ноги, отчего стал похож на дохлую жабу. А Серж уже спешил к нему, стремясь сильным коротким ударом довершить сходство. Он не слышал, как Ксения кричит ему что-то предостерегающее.

Оказавшись рядом с Френсисом, Серж с разгону опустил меч, целя противнику в грудь, но… Френсис отодвинулся в сторону. Меч глубоко вошёл в почву. Серж начал тянуть за рукоять, а в этот момент Френсис световым клинком резанул его по руке. По случайности удар пришёлся по тому месту, где на руке был шрам, оставленный Ситхорсом. Рука была отрезана, и хотя крови не было, это никак не облегчало положение. Вспышка боли, и Серж обнаружил, что лежит на спине, а над ним нависает Френсис, готовый опустить свой клинок.

Глядя на происходящее, Ксения мысленно умоляла о помощи: «Нет! Его же убьют! Нет! Помогите, кто-нибудь, прошу! Помогите!..»

××××××××××××

Её мысленный призыв был услышан!

Мирс и Гизий уже дошли до Крепости Аида, которая грозно возвышалась на холме. Никакой охраны не было, поэтому всё, что оставалось сделать, это пройти внутрь, найти Иммортала и забрать у него Эллину, при условии, что она всё ещё жива.

Они как раз поднимались на холм, когда Гизий неожиданно упал на колени, схватившись руками за виски. Мирс кинулся к нему.

- Это Ксения… ей плохо… - произнёс Гизий. Он не мог точно уловить мысли, зато эмоции ощущал отчётливо.

- Ксения?! Как?! Но… это невозможно! Мы же в другом мире! – растерялся Мирс.

- Не знаю. Ей очень плохо и она… она в опасности! Мирс, поторопись! Отправляйся в Алхем, помоги ей!

- А как же Иммортал и Эллина?

- Я справлюсь с ним, и спасу её. Мирс, иди же! У тебя нет времени.

- Отсюда можно выбраться с помощью проклятого пепла, но он перенёсёт меня в Костяную Низменность. Но, как же я попаду в Алхем, ведь я же не умею создавать порталы?

Гизий поднялся, схватил Мирса за плечи, поднял его и потряс.

- МИРС, НЕ ТУПИ! – почти прорычал он. – Там же локальный телепорт в двух шагах! Иди, или потеряешь Ксению!

Гизий отпустил Мирса. Тот очнулся, и достав мешочек с пеплом, принялся посыпать им самый крупный камень, который смог найти на холме. когда всё было сделано, и проход открылся, Мирс побежал по нему. Вслед он слышал крик Гизия:

- Я убью Иммортала, и вернусь в Алхем с Эллиной. Обещаю!

Серж успел откатиться от очередного не точно направленного удара. Френсис никак не мог заколоть его. Дерф ошибся, выбирая Френсиса для такого поручения. Уж кем-кем, а убийцей тот точно не был. У него не хватало решимости, вот так взять, и заколоть безоружного человека. У Френсиса тряслись руки, и он постоянно промахивался. Если бы не жуткая боль в руке, Серж бы справился с ним, а так все его силы уходили лишь на уклонение от ударов.

Френсис уже в пятый раз поднял руки и уже был готов опустить клинок, как рядом что-то хлопнуло, и Френсис с воплем исчез из поля зрения. Серж привстал и огляделся. Рядом с деревом стоял Мирс и освобождал Ксению. Недалеко лежал, и вяло шевелился Френсис.

Мирс и Ксения спешно приблизились к Сержу. Ксения обняла его, уткнулась в плечо и заплакала.

- Я так боялась за тебя… - всхлипнула она.

- Как ты? – коротко спросил Мирс.

Выглядел он порядком взмыленным, что было неудивительно: большую часть пути Мирсу пришлось пробежать на скорости, которая была гораздо больше человеческой. На это ему пришлось потратить порядочный запас внутренних сил.

- Нормально. Только рука… - Серж осторожно пошевелил обрубком.

Мирс бегло взглянул на него.

- Поздно. Твоя рука обратно не прирастёт. Придётся доставить тебя в Клинику. Там вырастят новую руку и прирастят к твоей. Но это будет долго. Потерпишь немного? Надо разобраться с этим. – он кивнул в сторону Френсиса. Серж кивнул. Если ему придётся задержаться в Клинике, то ждать этого или не ждать, значения уже не имело.

Друзья встали и подошли к Френсису. Тот перевернулся на спину, пытаясь отдышаться.

- Кто ты? – не выдержав, крикнул Серж.

- Френсис Флуорум! – пискнул тот. – Пожалуйста, прошу, не убивайте меня, я не хотел!

- Откуда ты? Что тебе надо?

Френсис прощебетал что-то насчёт того, что «он не имеет права разглашать личную информацию», но Мирсу и так стало всё понятно.

- Это Дерф прислал его, чтобы он убил тебя и забрал с собой Ксению. – пояснил он Сержу. При этих словах зрачки Френсиса расширились от ужаса: как этот маг узнал приказ господина Ситхорса?

- Сейчас делаем так. Ксения иди домой, и не выходи оттуда – внутрь никто не проникнет. Я отведу Сержа в Клинику и вернусь. Что касается тебя, Флуорум… - Мирс задумчиво взглянул на дерево, к которому была прикована Ксения.

Через несколько минут на её месте оказался Френсис. Он не сопротивлялся, только пищал, чтобы его не поранили, и чтобы «господин Ситхорс» ничего не узнал.

- Ишь, как заговорил! Как людей резать, так первый! А чуть что, «…не трогайте, не трогайте меня!» - насмешливо произнёс Серж.

На такого мага, как Френсис, даже нельзя было сердится.

- Так. Будешь здесь, пока я не вернусь, и не решу, что с тобой делать. А это… - Мирс взял палочку Френсиса и сунул её за пояс. – я забираю с собой.

Мирс и Серж направились в сторону телепорта. Напоследок Мирс попросил Ксению время от времени приглядывать за Френсисом. На всякий случай.

Глаза главврача районного отделения Алхемской Клиники в буквальном смысле полезли на лоб, когда он стал заполнять медицинскую карту Сержа. Подумать только: братья Арсеникум, оба с тяжелыми травмами, поступили в один день. Тут уже попахивало криминалом, но главврач не решился связываться с ОМП, и оставил всё как есть, решив взять на себя все расходы на лечение.

Серж подробно рассказал Мирсу о нападениях Френсиса и Оксигениума, а тот сообщил последние новости о поиске Эллины. Попутно он узнал о состоянии Августо – новости давали некую надежду, что всё обойдётся, но врачи и сами не были уверены в успехе.

Серж и Мирс подробно обсудили сложившуюся ситуацию. Теперь только Мирс мог защитить Ксению, но у Сержа были основания сомневаться, что всё будет в полном порядке.

- Мирс, почему ты так уверен, что Ксения справится с Ситхорсом, когда ты сам не смог победить его. Даже простые заклинания у неё не выходят. Придумай что-то другое. – умолял Серж.

- Не могу. Обстоятельства сложились так, что тянуть дальше больше не имеет смысла. Ксения должна встретиться с Ситхорсом, пророчество полностью подтверждает это. Только что сбылась его предпоследняя часть: «От Тёмного Владыки подвергнут испытаниям...» - пережить травлю близких, (пускай, в конечном счёте, всё обойдётся) это страшное испытание. Но ничего бы не случилось, если бы Дерф ничего не знал.

- Да плевать на пророчество! Мирс, она слишком мала, она не справится! Ситхорс убьёт её, и, что тогда?

- Не волнуйся, всё обойдется.

- Но…

- У Дерфа есть одно уязвимое место. Один секрет. Если его разгадать, Дерф будет побеждён.

- Ты знаешь, что это за секрет?!

- Да. Но скажу я его только Ксении. – улыбнулся Мирс.

Серж понял, что ему ничего не скажут, а убеждать Мирса бесполезно. Остаётся только довериться ему, но если…

- Мирс, ты постоянно совершаешь ошибки. Мы всегда верили тебе, но всё заканчивалось плохо. Если ты не убережёшь Ксению, то мы с Августо, когда выйдем отсюда, найдём тебя и убьём. Пусть лучше Девятимирие будет во власти Ситхорса. – разозлился Серж. Но тут же испугался своих слов.

Мирс тяжело посмотрел на него.

- Пусть будет так. Я согласен. – четко произнёс он.

Эти слова заставили Сержа прекратить бесполезный спор.

В конце концов, решили оставить всё как есть: Гизий продолжает поиски Эллины, а Мирс приступает к тренировкам с Ксенией – могли появиться новые головорезы. Но Мирс интуитивно чувствовал, что опасность осталась всего одна, зато худшая из существующих – Дерф Ситхорс. Релайс не сомневался: скоро тот придёт за Ксенией лично.

Уже собираясь покинуть Клинику, Мирс встретился с главврачом и авансом выделил тому часть средств на лечение братьев Арсеникум. Тот пообещал полностью контролировать процесс, одновременно посетовав на странность поступления братьев в Клинику.

- Я смотрю, нехорошие дела у вас там творятся. Мой долг – сообщить об этом происшествии ОМП. Но, если честно, не хочу связываться с ними.

- И не надо. Я и сам прекрасно со всем справлюсь и без участия ОМП.

- Надеюсь, у вас будет всё в порядке. Я уже не удивлюсь, если вечером вы приведёте к нам их маленькую сестричку…

Главврач взглянул в глаза Мирса и замолчал. Ему стало ясно, что ещё одна такая фраза, и он сам окажется в палате травматологии, а то и в реанимации.

Мирс отвернулся от неприятного ему субъекта, и случайно поймал взглядом своё отражение в зеркале. В его глазах горел бешеный огонь, который нередко можно было заметить в глазах Ситхорса.

Дерф Ситхорс продолжал наблюдать за булавками.

Когда погасла желтая, он немного удивился. «Значит, Оксид уже мёртв… Что-то быстро он откинулся… Интересно сумел ли он забрать хоть кого-то из Арсеникумов с собой…» - размышлял он.

Прошло несколько часов, а Френсис с девчонкой так и не появились. Булавка не гасла, а значит, всё было в порядке. Но маг не показывался, не желал выходить на связь, и сам не отвечал на более чем настойчивые вызовы Дерфа.

Ситхорс смутно чувствовал, что что-то пошло не так, и это чувство тревожило его. Под конец он решил:

«Даю ему три дня… Если ничего не произойдёт – пусть не смеет показываться мне на глаза… Потом я сам приду за Ксенией… Я слишком долго ждал… Я пойду сам, и ни Релайс, ни магия Алхема меня не остановят… Я буду победителем…»

Смутное чувство, что он может совершить самую большую ошибку в своей жизни, не отступало, и Дерф перестал обращать на него внимание, полностью мыслями сосредоточившись на предстоящем поединке с обладательницей Силы.

××××××××××××

Когда Мирс ушёл, Гизию стало неуютно. Но он решил не отвлекаться и быстрым шагом двинулся к Крепости. Эллина находилась в плену уже много дней, и за это время Иммортал мог сделать с ней что угодно. Хорошо, если просто убил, а если… Гизий поспешил отбросить эту неприятную мысль. Почему-то его не покидала уверенность, что всё обошлось, но и эту мысль также было необходимо проверить. Гизий ещё больше ускорил шаг.

Крепость появилась неожиданно, так что Гизий сперва растерялся. Он некоторое время постоял, рассматривая строение. Крепость как Крепость. Построена в готическом стиле. Стены сложены из чёрного камня. Ничего особенного. И никого не видно.

«Странно… Это всё-таки Мир Мёртвых, а ни одного покойника не видно… Страшно… Мне было бы гораздо спокойнее, если бы они тут толпами шастали…» - подумал Гизий.

Подойдя к воротам, которые были закрыты лишь для порядка, Гизий принялся «просвечивать» Крепость, пытаясь найти мысленный или эмоциональный отклик, который мог принадлежать только живому магу. Мёртвые не испытывают эмоций.

Через некоторое время такой отклик был обнаружен в одном из подвалов. В нём чувствовались тьма, ненависть и боль. Это был Иммортал. А вот отклика Эллины Гизий обнаружить так и не сумел. Это могло означать следующее: либо она была мертва, либо без сознания, либо её здесь не было.

Не тратя зря времени, Гизий направился к Имморталу. Он открыл ворота, пересёк внутренний двор и вошёл в Крепость. Внутри никаких дверей уже не было, и ничего не мешало двигаться к нужному подвалу. Изнутри здание было отделано тем же чёрным камнем. Только камень и больше ничего. Ни картин на стенах, ни мягких ковров на полу. Везде только камень.

Пробираясь в подвал, Гизий ощутил холод. По мере того, как он спускался глубже, становилось холоднее. Гизий перестал обращать на это внимание, полностью сосредоточившись на Иммортале. Наконец он достиг нужной подвальной комнаты.

Ещё с порога Гизий увидел Иммортала. Тот стоял у дальней стены, и что-то рассматривал в большом зеркале – единственном предмете в комнате.

- Рожей своей любуешься? – крикнул Гизий.

Иммортал обернулся.

- Какие люди! И даже живые! Но, это не надолго. С чем пожаловал, Келвин?

- Что ты сделал с Эллиной?

- Так я тебе и рассказал! – Гизий заметил, что этот вопрос застиг Иммортала врасплох – тот ведь не знал, о разговоре Дерфа и Мирса.

- Верни её, или я убью тебя!

- Не смеши. Где тебе тягаться со мною…

- … с самим Балдою. – докончил Гизий, вспомнив детский стих.

Иммортал позеленел.

- Предлагаю поединок. Если я выиграю, ты возвращаешь Эллину. Живую или мертвую. Если ты, я весь в твоём распоряжении.

- Говоришь, девушку можно вернуть и мёртвой? Хорошо, я убью её и верну. Это будет моим подарком к возвращению Ксении.

Гизий внимательно всмотрелся в Иммортала. Тот выставил блок от телепатии, но Гизий был убеждён – Иммортал врёт. Теперь следовало заставить его сказать правду. Но это сделать легко.

- Ты. Врёшь. – твёрдо сказал Гизий.

- Нет. Я не вру. Эллина здесь. Она ещё жива, но я замучил её до безумия. И теперь она не похожа на человека. Я…

Имморталу явно доставляло удовольствие, рассказывать о том, как он пытал Эллину. Но чем больше он смаковал подробности, тем больше Гизий был уверен, что всё это происходило не наяву, а лишь в извращённом воображении некроманта.

- Ты врешь. От первого до последнего слова. Ты похитил Эллину, но не сумел доставить её в Хелл. Она не преступала порог Крепости. Я это чувствую. Говори правду.

Иммортал взбесился, что его речь не подействовала на Гизия. Он не выдержал:

- Да! Её здесь нет! Я не сумел доставить её сюда!

- Но, где она?!

- Когда я готовил проход, на меня напал какой-то тёмный маг. Он ранил меня, забрал Эллину и ушёл!

- Это, правда?

- Правда, чтоб ты сдох, правда!

Гизий отбил случайное проклятие.

«Вот незадача… Теперь этого неизвестного мага надо искать…» - подумал он.

Иммортал с ненавистью смотрел на него.

- Я убью тебя. Как и мой друг Ситхорс, я не люблю оставлять свидетелей своего позора. И прежде, чем ты умрёшь, я хочу показать тебе, с кем ты решил сразиться. Я хозяин этого мира.

Иммортал в театральном жесте воздел руки к потолку и вдохновенно закрыл глаза. Неизвестно, на что он рассчитывал, но ничего не произошло. Иммортал открыл глаза, опустил руки и с недоумением посмотрел на них.

- Фокус не удался – фокусник был пьян. – прокомментировал Гизий.

- Не понимаю... Ситхорс же передал мне полномочия – пробормотал некромант.

- Какие полномочия?

- Не важно. Я убью тебя и так.

Иммортал начал делать быстрые пасы руками, как будто боксировал с тенью. При этом из его рук вылетали короткие всплески тёмной энергии. Они были видимы, физически осязаемы, и походили на густые комки чернил. Гизий растянул перед собой ментальный щит, и комки разбивались об него, разлетаясь липкими брызгами.

Некоторые сгустки Гизий ловил и посылал обратно, хотя знал, что это бесполезно – магия не действует на своего хозяина. И действительно, сгустки проникали в тело Иммортала, не причиняя ему ни малейшего вреда. Тогда Гизий решил немного помедлить, и не подпитывать своего врага.

Иммортал, видя, что телепат с успехом отражает его заклятия, каждое из которых могло свалить слона, переменил тактику, решив воспользоваться старым как Девятимирие способом боя, а именно «хваткой». Он вытянул руку в сторону Гизия, и резко сжав пальцы в кулак, стал медленно поворачивать его.

Гизий ощутил, что все его органы словно скрутились в узел. От боли он начал оседать на пол, но сдаваться не собирался. Он протянул вперёд руку, и направил её Имморталу в голову, надеясь устроить тому «взрыв мозга», приём, которым он с успехом пользовался в первые годы Великой Межмировой.

Иммортал свободной рукой схватился за голову. Вены на его висках вздулись, а глаза буквально вылезли из орбит. Из носа потекла струйка крови. Также опускаясь на пол, он продолжал сдавливать органы Гизия.

Таким образом, противники «давили» друг друга, пока оба не упали без сил, чтобы перевести дыхание. Оба лежали, не в силах пошевелиться. Иммортал начал первым приходить в себя.

- Сила телепата не подействует на меня. Но, почему ты не сдох… - проскрипел он.

- Меня защищает заклятие Мирса. Тебе придётся постараться, чтобы убить меня. – сказал Гизий, вспоминая последний день Войны, когда Мирс простил его.

Тогда Гизий почувствовал, что его накрыло невидимым щитом, который будет находиться с ним до самой смерти. Или пока Гизий снова не предаст, но этого уже не случиться.

- Ничего. У меня есть заклятие, от которого не спасёт ничто. – проговорил Иммортал.

Он быстро вскочил на ноги, и поднял руки на уровень груди, сложив пальцы кольцом. Сделав ими несколько круговых движений, он поднёс их к лицу и дунул. От рук отделился чёрный плотный шар, который быстро помчался к так и не успевшему встать Гизию.

Гизий затравленно огляделся по сторонам в поисках, чем можно отразить или закрыться от заклятия. Зеркало! Оно сможет отразить заклятие! Гизий взглядом притянул его к себе, и заслонился им, как раз в то мгновение, когда шар был уже рядом. Зеркало разлетелось в дребезги, но отлично справилось со своей задачей. Шар помчался к Имморталу.

Тот, понимая, что уже не сможет убрать его, попытался телепортировать (Гизий видел, как контур его фигуры чуть раздвоился.), но не успел. Шар прикоснулся к Имморталу, а спустя секунду его тело рассыпалось прахом.

Гизий поднялся на ноги, но как оказалось, ему не следовало делать это. Неожиданно прах взвился в воздух, и плотной тучей пролетел через Гизия. Каждая пылинка словно прожгла его тело насквозь, не оставив видимых повреждений. Боль, вызванная прахом, лишила Гизия последних сил, и он упал замертво.

××××××××××××

Ксения осталась совершенно одна. Всё ещё переживая стремительно прошедшие события, она с удивлением обнаружила, что не испытывает страха. Если она чего-то и испугалась от этих нападений, так это их неожиданности. Куда больше её волновала судьба Сержа и Августо.

Но существовал и ещё один повод для беспокойства. «Если обычные маги – такие мастера боя, то чего же ждать от Ситхорса?..» - мелькнула тревожная мысль. Но, Ксения предпочла не думать об этом, утешая себя тем, что лёгкой жизни в Магических мирах ей никто не гарантировал.

Время от времени она поглядывала в окно, что проверить Френсиса. И каждый раз находила его в приподнятом настроении. Он то вертел головой, осматривая окружение, то принимался шевелить губами, наверно, сочинял стихи или напевал песни (из-за большого расстояния слов слышно не было).

Но, когда Ксения в очередной раз выглянула в окно, она увидела, что Френсис как-то странно обмяк и опустил голову. Видимых причин для этого не было. Мирс не был садистом, и приковал его чисто декоративно, так, что будь у Флуорума его палочка, он освободился бы за считанные секунды. Погода была пасмурной и нежаркой, так что под деревом он мог находиться сколь угодно долго. И прошло слишком мало времени, чтобы пленник мог потерять сознание от голода.

Ксения поспешила к нему. Она остановилась у границы купола, не решаясь переступить её, но Френсис был рядом, и можно было говорить с ним, не повышая голоса.

- Что с тобой? – спросила она.

Маг поднял голову, и с трудом сфокусировал взгляд на Ксении.

- Не знаю. У меня кружится голова, и я задыхаюсь. – с усилием выговорил он.

Ксении сразу стало всё ясно: «Он же тёмный! Алхем убивает его!..».

Она поспешила в дом. Когда они были у целебного озера, Серж набрал из него воды – вдруг пригодится. Ксения нашла флягу у него в комнате. Теперь она начала беспокоиться – не утратила ли вода своих свойств. С этой флягой она вновь поспешила к Френсису.

Когда она подошла к нему, тот уже был без сознания. Осторожно пройдя сквозь купол, она подошла к дереву. Ксения с опаской ждала, что на неё набросятся новые враги, но ничего не происходило, и принялась приводить Френсиса в чувство.

Сначала она побрызгала водой ему на лицо, а когда он поднял голову и открыл глаза – заставила сделать несколько глотков из фляги, после чего отошла внутрь купола. Френсис немного подвигал головой, посмотрел по сторонам, затем, повернулся к Ксении. Выглядел он значительно лучше.

- Спасибо. Ты спасла мне жизнь. – сказал он.

- Не за что. Так любой бы сделал. – Ксения порадовалась, что всё обошлось. Эту радость не омрачало даже то обстоятельство, что Френсис недавно покушался на жизнь её брата.

- Теперь я должен оказать тебе ответную услугу. Что ты хочешь, чтобы я сделал?

Сперва Ксения решила отказаться, но потом передумала. «Если мне предстоит бой, то надо узнать противника лучше…» - решила она.

- Можешь рассказать о Ситхорсе?

Френсис замялся.

- Я не имею права выдавать личную информацию о господине Ситхорсе. Я могу только подтвердить общеизвестные факты его биографии. – бюрократически отчеканил Флуорум.

- Ладно. Скажи, а Ситхорс и вправду бессмертен? – она давно слышала об этом от Гизия, но тот не желал распространяться на эту тему, а ей необходимо было всё узнать.

Френсис пожевал губами, задумавшись, насколько такая информация имеет личный характер.

- Точно этого никто не знает. Господин Ситхорс отправился в Хелл, и там, на дуэли победил Повелителя мёртвых, полу-демона Даркнесса и забрал его оружие. Кроме него этого никто не смог сделать, хотя некоторые и пытались. После этого случая его стали считать бессмертным.

- А кем был Даркнесс?

- Даркнесса иногда называли Смертью. Если господин Ситхорс победил Смерть, значит – он бессмертен. Так считают люди.

- Спасибо, что рассказал мне это. – произнесла Ксения и отправилась в дом.

Через некоторое время, продолжая наблюдать за магом, Ксения увидела, как к нему откуда-то пришёл Мирс. Он обернулся в её сторону, помахал рукой, показывая, что скоро подойдёт. Затем он освободил Френсиса и, взяв его под руку, повел куда-то. Ксения стала ждать.

Мирс вернулся примерно через полчаса и кратко рассказал ей о своём визите в Алхемскую Клинику. Потом он рассказал и о Френсисе.

- Он перевоспитывался в «Клинике Маньяковского», куда угодил за воровство. Ему оставалось находиться там несколько дней, но, пришёл Дерф, и забрал его. Я отправил его в ОМП, где он даёт показания, он во всём сознался. Теперь, когда он пытался совершить убийство, его ждёт более долгий срок лечения. Такая же судьба ожидает и Ситхорса, ему приготовили пожизненное заключение на нижнем седьмом уровне.

Мирс начал рассказывать о «Клинике» подробнее, но Ксения не пожелала его слушать.

- Мирс, почему никто из вас не рассказал мне, что Ситхорс бессмертен? Вы пообещали подготовить меня к поединку, а сами прекрасно знали, что убить его невозможно? – с укором и обидой спросила она.

- Откуда ты узнала про его бессмертие? – удивился Мирс.

- Мне рассказал его слуга, Френсис… - Ксения объяснила, что случилось во время отсутствия Мирса.

- Ты хорошо поступила, что спасла его. Я не учёл, что он тёмный, иначе никогда бы не приковал его. – произнёс Мирс.

- Всё равно. Мирс, к чему это всё? Дерфа не могут убить профессиональные маги, а ты хочешь, чтобы это сделала я? И всё это из-за какого-то пророчества?

- То, что никому не удалось убить Дерфа, ещё не означает, что это невозможно. В конце концов, во время нашей прошлой встречи я нанёс ему смертельную рану, и, если бы не вмешался Иммортал, Дерф бы умер. Мне не хватило одного удара, но я не нанёс его.

- Почему?

Мирс подошёл к окну. Ему было трудно говорить, и он не хотел, чтобы Ксения видела его лицо.

- Я не самый надёжный пример для подражания… Я струсил. Мне не хватило решимости убить родного мне человека. Так было с Ксеноном, так случилось и с Дерфом. Я ранил его и сбежал… И во время Войны, едва дело доходило до серьёзного уровня, я поворачивался к товарищам спиной. Я трус. Я неуверен в себе. Поэтому я постоянно проигрываю.

Мирс повернулся к Ксении.

- Но тебе нужна будет уверенность в себе. Иначе – ты не победишь. Я буду тренировать тебя. Я знаю слабые места Ситхорса. Я научу тебя приёму, благодаря которому ты сможешь легко одолеть его.

- Но, о каком приёме может идти речь, если у меня не получаются самые слабые заклинания? Я слишком мала для серьёзных поединков. Почему нельзя отложить нашу встречу на потом, когда я вырасту?

- Время потянуть можно. Мы можем отправиться путешествовать по измерениям, и затеряться так, что Ситхорс не найдёт нас, даже если пошлёт тысячу шпионов.

Мы подождём, пока ты вырастешь, и тебе исполнится тридцать пять – пик магических сил для девушки. Всё это время я буду тренировать тебя, и, в конце концов, ты станешь настолько сильной, что сможешь победить Ситхорса лёгким движением руки. Но, это будет лишено всякого смысла.

- Почему же?

- За это время ты сама погребёшь себя под своими сомнениями, не зная о том, какие события будут происходить в Девятимирии. Тебе будет казаться, что твой враг тоже наращивает мощь, хотя тот приём с молниями Дерф освоил лет тридцать назад, и с тех пор не использует ничего нового.

В конце, когда придёт время вашего поединка, ты просто упадёшь перед ним на колени, и позволишь забрать свою силу. Если ты неуверенна сейчас, не будешь уверенна и тогда. Вечно же бегать от опасности нельзя. Я убедился в этом на собственном опыте.

- Мирс, ты рассказываешь о Ситхорсе так, словно он не собирается убивать меня. Будто нам предстоит не бой, а игра в шахматы. – не поверила Ксения.

Мирс улыбнулся.

- Ты почти угадала. Сейчас я сообщу тебе важную информацию, о которой знают очень немногие. Это та самая «личная информация», о которой не желал рассказывать это маг, Френсис. Это секрет победы над Ситхорсом. Думаю, то, что я тебе сейчас скажу, придаст тебе уверенности.

Ксения приготовилась выслушать его.

- При всех своих дурных качествах, Дерф не лишён некоего благородства. Вероятно, его предки были знатными и уважаемыми людьми, и Ксенону не удалось полностью вытравить его.

Суть его состоит в том, что Дерф изначально не намерен убивать тех, кто слабее его, если в этом нет необходимости. Он всегда старается выбрать равного себе. Если маг не может драться мечом, он будет биться только с помощью магии. Если маг не умеет пользоваться своим даром, но зато отлично владеет клинком, Ситхорс не станет использовать свои умения. Он не станет биться со взрослыми женщинами. Он никогда не посмеет напасть на ребёнка, и тем более на девочку.

Ксения поражённо слушала Мирса, и почти не верила его словам. Серж, Гизий, Августо говорили о нём, как об «исчадии Ада», а получается – Ситхорс просто благородный убийца.

- Понимаешь, какая складывается ситуация. Ему не нужна твоя смерть, иначе он не сможет получить твою магию. Ты намного слабее его, не владеешь клинком, и он вынужден будет пользоваться только слабыми заклятиями. Ты – девочка, и он не посмеет серьёзно ранить тебя.

Вполне возможно, что сначала он будет уговаривать тебя добровольно отдать ему силу, но ты не должна поддаваться. А если дело дойдёт до поединка, максимум, что ты сможешь получить – несколько вывихов и ушибов, если попадёшь под «отбрасывающее» заклинание. Тем более, я буду прикрывать тебя.

Вместе мы загоним его в угол, и он сдастся, потому, что у него нет выбора – либо он получает твою силу и готовит новую войну, либо его ждут вечные притеснения захваченных миров, которые рано или поздно поднимут восстание. Я убедил тебя? – рассказывая это, Мирс выглядел очень счастливым – он искренне верил в Ксению, даже если она не верила сама в себя.

Ксения кивнула.

- С завтрашнего дня приступаем к тренировкам. Тебе необходимо выучить хотя бы два приёма; для атаки и для защиты. У нас получиться, вот увидишь.

Ксения думала над словами Мирса, потихоньку обретая уверенность. Ещё она думала о Ситхорсе, что на самом деле он не такой жестокий, как про него говорят, просто он не умеет жить по-другому.

Теперь, главное, чтобы тренировки прошли успешно. Получится на тренировке, получиться и во время боя – в этом она была уверенна.

××××××××××××

Ксения и Мирс находились в саду, который был расчищен для предстоящих тренировок, чтобы ничего не мешало их проведению. Большую кучу мусора Мирс сжёг ещё вечером. На дым съехались жители из посёлка (ближе уже никто не жил), и Мирсу пришлось долго их успокаивать.

Теперь же он прохаживался перед Ксенией, рассказывая о магической технике, и в волнении взмахивал руками.

- Как правило, всякое обучение начинают с основ. Но, у нас не тот случай. Тебе необходимо пройти ускоренный курс, и овладеть минимум двумя приёмами. При таких обстоятельствах, у меня имеется возможность обучить тебя самым тяжёлым для твоего уровня вещам. То, что ты не знаешь основ, сыграет нам на руку – тебе не нужно будет отвлекаться на посторонние мысли.

Для начала мы потренируемся выполнять приём защиты (Защита прежде всего!), так называемый «перехват». Суть его состоит в том, что маг внешне принимая атаку противника, пересылает его энергию по обратному пути. Это значительно ослабляет атаку. Но, данный приём требует быстрой реакции и полного контроля, при длительной атаке. Всё ясно?

- Если честно, то не совсем. Я понимаю, как это происходит, но не могу представить. – призналась Ксения.

- Ничего. Как говориться, лучше один раз увидеть… А ещё лучше – попробовать. Сейчас я тебе покажу.

Мирс подошёл к небольшой коробке, которую принёс в сад. Эту коробку он отыскал на чердаке. Релайс немного покопался в ней, затем вытащил короткую золотистую булаву, увенчанную стеклянным шариком, который постоянно менял цвет.

- «Искорка». Детская игрушка. Будет заменять нам энергетические всплески. Лучше бы, конечно, кристалл силы, но игрушка подойдёт тем, что для её использования не нужна магия.

Мирс передал игрушку Ксении.

- Сейчас ты будешь атаковать меня. А я попытаюсь защититься, используя «перехват». Только искры я буду отбрасывать в сторону, а не в тебя. Хоть вреда от них никакого, всё равно неприятно, когда искра попадает на кожу.

- А как пользоваться «Искоркой»?

- Просто. Шар работает передатчиком энергии. Он же – накопитель. Возьми игрушку за рукоять, ближе к середине. Вращая булаву над головой, ты накапливаешь энергию. Резкий выпад вперёд – выбрасываешь искру. Чем дольше вращаешь – тем больше накапливаешь.

Мирс отошёл от Ксении на десять шагов и остановился напротив.

- Оптимальное расстояние для магических поединков. – пояснил он. - Это если надеешься на благополучный исход. Если хочешь убить соперника – нужно подойти ближе. Минимальное расстояние для «перехвата» – три шага. Сейчас начинай атаковать меня искрами и постепенно приближайся.

Ксения раскрутила булаву и выпустила вперёд искру. Искра, довольно большая, быстро летела вперёд и, на лету, меняла свой цвет. Мирс правой рукой подхватил её, чуть сжал и отбросил в сторону.

- Тебе могло показаться, что я схватил искру рукой, но, это не так. Во время «перехвата» и «отражения» вокруг руки мага образуется тонкая «перчатка», именно она позволяет брать, или отбивать заклинания. Вызвать «перчатку» легко – требуется только представить её и сосредоточиться. Но, не всякое заклинание можно отбить руками. Но, не думай об этом. Давай, начинай сближение.

Ксения начала приближаться к Мирсу. Она шла медленно, и булавой действовала по-другому, не так, как советовал Мирс. Она раскручивала её недолго, но с большей скоростью. В результате, искры получалось выбрасывать почти беспрерывно. Мирс иногда не успевал их ловить (после битвы с Имморталом ему не хватало реакции), и тогда он морщился, когда искры попадали в него.

Когда Ксения была в трёх шагах, она хотела остановиться. Но потом она решила посмотреть, что же будет, если попытается атаковать с двух шагов. Она посильнее раскрутила булаву, сделала шаг и выпад. Большая яркая искра понеслась к Мирсу, и ему пришлось отклонить её обеими руками.

Раздался треск, и что-то толкнуло Ксению в грудь. Она не удержалась и села на землю. Рядом сидел Мирс и смотрел на неё, одновременно хмурясь и улыбаясь.

- Видишь, что бывает, когда нарушаешь нужную дистанцию? Сейчас ты убила меня, а себя серьёзно ранила. Хотя, если класс магов повыше – защищавшийся остался в живых, а противник при смерти. – пояснил он, понимаясь на ноги.

- Я не знала, что так будет.

- Теперь знаешь. А теперь я буду атаковать, а ты – защищайся.

- А, может, сначала отдохнём, и перекусим что-нибудь?

- Быстро ты устала! Отдохнуть – можно. А перекусить – вряд ли. Тренировки с магией лучше проводить перед едой. Да, и любая нагрузка вредна после еды. Поэтому, ты сначала отработаешь «перехват», а потом мы с тобой пообедаем.

- Ладно. Давай попробуем. – вставая, согласилась Ксения.

Мирс забрал у Ксении игрушку, и снова отошёл с ней на десять шагов.

- Я бы мог атаковать настоящими искрами. Но, так будет безопаснее. А теперь, подключи воображение. Представь магические вспышки в виде небольшого предмета, который нужно поймать, и сразу отбросить, например, в виде горячего уголька – так проще сосредоточиться.

- Представила.

- А теперь представь, что опускаешь руки в мыльную воду и вытаскиваешь их. Часть пены, плёнка, осталась на руках – это и есть «перчатка». Держи эти образы в голове, и не отвлекайся на детали. Перехваченные искры отправляй в меня. Готова?

Ксения кивнула.

Мирс начал атаку. Он делал короткий взмах булавой, и резко выбрасывал её вперёд. От этого искры получались не очень мощными, зато летели быстро.

Первые две Ксения пропустила – не могла решиться поймать их. Но потом стала повторять движения Мирса и перехватывать искры. Когда они оказывались в руках, Ксения чувствовала лёгкое покалывание, будто на секунду брала уголёк. Искры она старалась отбросить как можно быстрее, опасаясь, что они прожгут «перчатку». Из-за этого они не долетали до цели.

Мирс, видимо, был в курсе её опасений.

- «Перчатка» - не универсальная защита. Но она очень крепкая, и такой вид атаки выдерживает легко. Главное – сохранять в сознании её образ. Отвлёкся – потерял защиту. Можешь задерживать искры, и, пускай их более сильно. Я начинаю сближение.

Мирс двинулся вперёд, но замедлил атаку, давая Ксении возможность сильнее сосредоточиться. Ксения немного привыкла и начала действовать увереннее. Она перехватила все искры и пустила их в нужном направлении. Мирс легко отклонил их. Он сблизился до трёх шагов, и прекратил атаку.

- Попробуем по-настоящему? – предложил он.

Ксения, которую постепенно начал захватывать азарт тренировочного боя, согласилась.

Следующие полчаса тренировка проходила в экспертном режиме. Мирс метал заклинания с обеих рук, то, увеличивая их силу и скорость, то уменьшая. Он перемещался по саду в разных направлениях, заставляя Ксению постоянно поворачиваться к нему.

Затем Ксения принялась двигаться сама. Тренировка напоминала игру в большой теннис, где искры были мячами, а руки – ракетками. Ксения перестала думать о возможных последствиях, и просто приняла правила игры. Она ловко ловила сгустки энергии и быстро и точно пересылала их Мирсу, который иногда промахивался, и тогда искра сбивала его с ног. Иногда ей казалось, что побывав у неё в руках, искры набирали мощь. Иногда она начинала видеть «перчатку» - тонкую, отливающую серебром плёнку, повторяющую форму руки.

Под конец, Мирс так разошёлся, что вместо искры выпустил несколько тонких хилых молний, которые Ксения отбила, даже не взглянув на них. Это была её полная победа.

Окончив тренировку, друзья без сил повалились на землю.

- Ещё пара таких тренировок, и всё – ты будешь лидером. Дерфу придётся удавиться ремнём от ножен. – смеясь заявил Мирс. – Сейчас передохнём и пойдём обедать. Уж что-что, а обед мы заслужили.

Обедали в доме. На обед был приготовлен суп с фрикадельками. Мирс был не ахти, какой повар, но выбирать не приходилось.

Мирс был немного задумчив. Он сидел и перелистывал потрепанный блокнот, иногда что-то отмечая там тонким карандашом.

- Сначала я хотел предложить тебе потренировать «копьё», а теперь сомневаюсь, что всё получиться, как надо. «Копья» явно будет недостаточно. Нужно кое-что помощнее. – размышлял Мирс.

- Придумай. Ты хорошо разбираешься в магии.

- Жизнь заставила. Что ты чувствуешь по отношению к Ситхорсу? – вдруг спросил он.

- Не знаю. – растерялась Ксения. – А что я должна чувствовать?

- Какие эмоции ты испытываешь, когда думаешь или слышишь о нём? Страх, злость, ненависть, неприязнь? – подсказывал Мирс.

- Я немного боюсь его, ведь я даже не представляю, как он выглядит, и меня пугают его возможности. Но… я не испытываю никаких отрицательных эмоций. Наоборот, мне даже немного жаль его…

- Жаль? – не поверил Мирс. – Почему? Ведь он причин столько зла. Он разрушил твою семью.

- Да. Но… мне кажется, у него не было выбора. После того, что ты рассказал мне вчера, его просто невозможно представить неуправляемым убийцей. Гизий как-то упомянул, что Ситхорс развязал эту Войну не по своей воле. Он отдавал долг памяти Ксенону. Если бы не Ксенон, Дерф жил бы по-другому, так?

- Может быть… Даже я об этом не задумывался… А ты смогла бы простить его, не смотря на причинённую тебе боль. Простить искренне, не думая о последствиях.

- Наверное, смогла бы… хотя… нет. Я могу простить его. Но, зачем?

- Сила прощения очень велика. Она может уничтожить всю тёмную энергию Ситхорса. Он привык, что, сражаясь с ним, маги призывают себе в помощь злобу и гнев. Он сам переполнен этими чувствами, и поэтому не боится их. Но добрые чувства могут сломить его. Правда, во время боя их редко можно призвать себе на защиту. Это требует больших сил. Поэтому я и спросил.

- Да. Я смогу простить его. Но, я не уверена что, смогу выйти на бой. Я ведь не знаю ни одного атакующего приёма.

- Тогда, «копьё» мы всё-таки потренируем. Но, завтра. На сегодня достаточно магии.

××××××××××××

Срок, отмеренный Ситхорсом, подошёл к концу.

Френсис так и не объявился, но зато Дерфу пришло уведомление из «Клиники Маньяковского» о том, что его подопечный Флуорум снова отправлен на воспитательные работы. Попутно сообщалось о смерти Оксигениума. В конце сотрудники «Клиники» выражали Дерфу своё недовольство, что он так обошёлся с вверенными ему людьми.

Впрочем, ругались мало, и положенный крупный штраф Дерфа оплачивать не просили. Сотрудники прекрасно знали, с кем имеют дело, потому что в противном случае, им самим пришлось бы выплачивать штраф собственной кровью.

Тогда Дерф понял, что Мирс уже покинул Хелл и, наверняка, приступил к тренировкам с Ксенией. О судьбе её братьев, Дерф ничего не знал, но решил рискнуть.

«Я отправлюсь в Алхем сегодня ночью… Пусть лучше не встают у меня на пути… А, с Мирсом надо что-то решать…» - подумал он.

Ситхорс подошёл к стеклянному шкафчику, где хранились мелкие артефакты (шкаф, да и всю мебель в комнате он давно восстановил), и стал внимательно осматривать содержимое. На глаза ему попалась небольшая серебряная табличка, исписанная мелкими рунами. Дерф открыл дверцу и осторожно взял её.

«Странно, что я не догадался использовать это раньше… Проблем было бы намного меньше… Хотя, меня трудно назвать дипломатом… Теперь бы ещё вспомнить, как она работает… - Дерф обратил свой взор на книжный шкаф. – В одной из них, наверняка, что-то есть…».

Мирс нахмурился.

- Скверно работаешь, Ксения. После вчерашней битвы, я надеялся на лучший результат. – произнёс он.

- Я стараюсь… - захныкала Ксения.

Отрабатывали «копьё». Приём заключался в том, чтобы направить в противника тонкий луч света, который пробивал магическую защиту и разрушал тело соперника. Энергия накапливалась в середине груди, и её было необходимо вывести наружу, сделав руками толкающее движение вперёд. При достаточной концентрации, у мага имелась возможность вызвать большее количество лучей (максимально девять). «Копьё» поражало соперника с пяти шагов.

Методика Ксенией уже была отработана, но каждый раз «копьё» получалось очень слабым. Луч света вытягивался шага на три, затем быстро пропадал, и едва справлялся с простеньким «щитом» Мирса.

Возможно, дело было в том, что Ксения опасалась причинить своему тренеру боль. По словам Мирса, даже слабое прикосновение луча вызывало серьёзные ожоги. Этим опасением она поделилась с Релайсом.

- Не думай об этом. Сейчас я твой враг. Меня жалеть не надо. Если ты не желаешь убивать, что вполне нормально, то ты должна меня остановить. Ранить, лишить возможности продолжать бой. Лишить сил. Выполняя «копьё», надо быть уверенной, что это приём тебе необходим. «Просто так» не работает ни одно заклинание.

Поэтому, прочь сомнения. Поранишь меня – нестрашно. Дерф любил хвалиться, что однажды на тренировке отрубил Ксенону три пальца. Тот, кстати, не ругался, а наоборот, был доволен, что сын делает успехи.

- Хорошо. Я буду стараться.

Но, увы, последующие тренировки прошли с тем же результатом. Правда, к концу дня у Ксении начало выходить лучше. «Копьё» достигало оптимальной длины, и легко пробивалосреднюю защиту Мирса. Но Ксения каждый раз убирала его, когда видела, что оно находится на опасном расстоянии от тела. Мирс был удовлетворён и этим.

- Если будет необходимо, Ситхорса ты всё-таки ударишь.

- Я уже готова простить его, и поэтому, не знаю, стоит ли драться…

- Опять ненужные сомнения? – возмутился Релайс. - За что-то же его надо наказать? Пошли в дом – будем ужинать.

Ужин выдался скромным. Мирс отварил макароны и пожарил котлеты.

Ксения рассказывала, как она проводила вечера в Мидарге, и жаловалась, что здесь нет ни телевизора, ни компьютера. Вроде бы и не самые нужные вещи, а без них всё равно неудобно.

- Как у магов вообще с такой техникой? – спросила она.

- С техникой немного неважно. Вся информация находится в Архивах Правительства. А уж они её и распределяют: в книги, в газеты. У нас и радио есть, только нерегулярное. Тут приёмник где-то лежит, да только он сломался, а когда чинить? Когда с Ситхорсом разберёмся, всё в норму придёт. А там, может, и с Мидаргом обмениваться опытом начнём.

Спустя некоторое время они разошлись по своим комнатам, и стали готовиться ко сну.

Мирс ещё не успел переодеться, как почувствовал лёгкое жжение в кармане брюк. Зеркальце! Мирс вытащил его, но смотреть не спешил. Пульсирует ярко, то синим, то красным цветом – Дерф Ситхорс. Вот это странно – Мирс вообще не ожидал, что Дерф сам свяжется с ним.

Интуиция подсказывала, что отвечать ни в коем случае не стоит, но Мирс, как всегда, предпочёл проигнорировать её. Он сел на кровать, взглянул в зеркало, и подтвердил, что готов ответить.

И, уже не смог оторвать от зеркала взгляд…

На той стороне, Дерф сидел и, держа в руке серебряную табличку, медленно водил ею крест-накрест перед лицом Мирса.

- Ты сделаешь всё, что я скажу. Ты выполнишь все мои приказы. – медленно, тихо и чётко говорил он.

Мирс пытался сопротивляться, но магия таблички была сильнее его. Она медленно, но неуклонно подтачивала его волю, лишала способности мыслить самостоятельно.

В конце Релайс сдался…

××××××××××××

Ксения проснулась ночью, внезапно испытав острое чувство страха. Девочка никак не могла понять, чем оно вызвано, ведь внешне всё было спокойно. Она села в кровати и огляделась.

В комнате было непривычно темно. Вроде так и должно быть, но в Алхеме ночи светлые, и, обычно, этот свет легко проникает через окно. Но, в этот раз, окно едва можно было разглядеть.

Ксения присмотрелась внимательнее и поняла: мрак был не снаружи, он был внутри комнаты. И как только она осознала это, она тут же почувствовала – в комнате есть кто-то ещё. Она попыталась зажечь свечу, стоящую на прикроватном столике, но ничего не вышло. Свеча упорно не желала гореть.

Едва она оставила попытки, как свеча тут же вспыхнула сама собой, чуть рассеяв покров мрака. Ксения всмотрелась вглубь комнаты. У двери кто-то стоял.

- Я представлял нашу встречу несколько иначе, Ксения Арсеникум. – произнёс резкий, не слишком приятный голос.

Неизвестный сделал шаг вперёд, и попал в пространство света.

- Ситхорс… - прошептала Ксения.

Да, это был он. Высокий, сильно похудевший. Стоит не прямо – чуть кренится на левую сторону. Короткие белёсые волосы неровно выстрижены. На лице – глубокие морщины, похожие на шрамы от ударов клинка. К глазам плотно прилегают тёмные очки, кажется, что они вросли в кожу. Возраст – неопределим, можно дать как тридцать лет, так и триста. В общем, нестрашный, но сердце пугливо замирает. Таким Ксения увидела его.

Ситхорс коротко кивнул, подтверждая её догадку.

- Обойдёмся без предисловий. Ты прекрасно знаешь, зачем я пришёл. Я не желаю причинять тебе вред, поэтому я предлагаю сделку. Ты отдаёшь мне свою магию добровольно. Взамен, я сохраняю жизнь тебе и твоим близким.

- Это бессмысленно. Если ты получишь магию, ты пойдёшь на Алхем войной. Нас всё равно могут убить.

- Я гарантирую вам защиту. Никто не осмелится напасть на вас – им придётся иметь дело со мной. Я даже не буду пытаться убить ничтожного Релайса, если он не станет мешать мне.

- Нет. Я не отдам тебе магию. Я не могу позволить, чтобы ты продолжал мучить покорённые народы. Ты достаточно повоевал.

- Есть и другой путь. Присоединяйся ко мне. Я буду учить тебя. У тебя необычная Сила. Ты можешь стать самый сильной волшебницей всех Миров. Мы завоюем всё Девятимирие и будем править им. Ты можешь мне верить – я никогда не обманываю.

- Нет. Я отказываюсь от сделки.

- Тогда мне придётся забрать магию силой. Лучше не сопротивляйся, маленькая волшебница.

Ситхорс сделал несколько шагов по направлению к кровати, но внезапно остановился, точно наткнулся на стену. Дерф протянул вперёд руку. Было видно, что что-то невидимое не пускает её. Ситхорс выпустил тонкую, и неяркую молнию. Молния заметалась в воздухе, освещая собой пространство. Вскоре стало видно, что вокруг кровати находится небольшой защитный купол.

Дерф повернул голову в сторону двери.

- Релайс… - прошипел он.

В дверях стоял Мирс.

- Оставь её, или тебе придётся иметь дело со мной. – громко сказал он.

Дерф сделал вид, что испугался.

- К чему это, Релайс. Мы оба прекрасно знаем, чем закончится дело. Лучше уйди сразу и не вмешивайся. Ты не защитишь её.

- Нет. Я не уйду. Я буду сражаться.

- У тебя уже был шанс убить меня, но ты им не воспользовался.

Мирс сделал шаг вперёд.

- Я готов защищать Ксению ценой своей жизни.

- Ты не умеешь драться. Не можешь убивать. Поэтому, не строй из себя благородную жертву, а просто уходи.

- Я не отступлю!

- Что ж, ты сам напросился. Я буду биться с тобой. Только не обижайся, если найдёшь свою голову под кроватью.

Дерф повернулся к Мирсу, извлёк меч, и тут же в стремительном прыжке бросился на Релайса. Мирс не успел достать свой клинок, поэтому ему пришлось принимать удар голыми руками. Он присел и ладонями поймал меч, несущийся к его шее. Немного подержав, он с силой оттолкнул его от себя. По-видимому, он использовал «перчатку», потому что на руках не осталось ни царапины.

Мирс поднялся и извлёк свой клинок. В это время Дерф готовился провести новую атаку. Мирс стал просчитывать его движения.

Релайсу отлично было известно, что Дерф сначала наносит несколько рубящих ударов сверху и чуть со стороны. Плюс несколько ложных комбинаций. Затем в ближнем бою проводит серию быстрых уколов, стремясь измотать соперника, или обыграть того на невнимательности. Затем – короткий, мощный, обезоруживающий удар снизу. И финальный удар – в любое место на теле соперника.

Но Дерф мигом нарушил стратегию Мирса, нанеся удар не сверху, а сбоку. Мирс успел отбить. Дерф, словно издеваясь, продолжал атаковать его в бок или снизу, чередуя удары и уколы. Каждый раз Релайсу удавалось уходить, но так не могло продолжаться вечно.

Мирс, привыкший действовать в защите, понял, что данная стратегия здесь не сработает, и начал сам двигаться вперёд, понемногу начиная теснить Дерфа.

Тот перешёл на уколы, явно горя желанием насадить Мирса на клинок. Тот пока уворачивался, но начинал понемногу уставать, и некоторые уколы достигали цели. Мирса спасала его быстрая реакция, и пока он отделался лишь несколькими глубокими царапинами на теле.

Дерф начал колоть сильнее, постепенно поднимая уровень атаки и стремясь поразить противника в шею.При этом он понемногу начал после каждой атаки отводить меч чуть назад и вбок, вынуждая противника отклонятся в нужную ему сторону, после чего снова колол.

Мирс понял, что если он срочно не изменит тактику, и не использует какой-нибудь переломный приём, Дерф выполнит своё обещание, и тогда – Релайсу точно придётся искать свою голову под кроватью.

Ситхорс слегка замедлил темп, понимая, что уже может расслабиться, вот только этого делать не следовало. Мирс сделал ложный шаг назад, а когда Дерф вытянулся, пытаясь достать его, обошёл защиту и сумел просунуть меч глубоко вперёд, едва не порезав Ситхорсу грудь.

Дерф вовремя отступил, и поспешил вытянуть руку, но Мирс поставил клинок вертикально вверх и мечи сцепились рукоятями. Противники рванули их, каждый в свою сторону. Мечи, громко звякнув, вырвались из рук хозяев, и разлетелись в стороны, моментально исчезнув в темноте.

Обезоруженный Дерф выпустил из рук яркие молнии, которые совершенно не освещали комнату, зато наполняли её громким треском. Мирс был к этому готов, и уже собирался применить «перехват». Но он не учёл, что магическая атака Ситхорса будет настолько мощной. Молнии отбросили Релайса на другой конец комнаты.

Дерф временно прекратил атаковать, чтобы накопить больше сил, чем невольно дал Мирсу возможность поставить «щит», и подготовиться к «перехвату». Затем он быстрым шагом двинулся к Мирсу, буквально поливая его потоками энергии. Мирс держался, хотя уже сосредоточиться не мог. Молнии разбивались о «щит» и подхваченные силой Мирса разлетались по комнате. А Дерф всё подходил, приближаясь на опасное расстояние.

Ксении это было прекрасно видно, и она с ужасом наблюдала за происходящим. Ей сразу вспомнилась их тренировка, и слова Мирса о критическом расстоянии: «Если у противников высокий ранг, защищавшийся получает раны, а нападающий будет при смерти». Так всё и случилось.

Дерф оказался в двух шагах от Мирса. Неизвестно, почему он пошёл на это. То ли забыл о взрывном эффекте, то ли ярость затуманила его ум. Пространство между Дерфом и Мирсом накалилось. В последний момент Мирс сделал руками движение, словно набрасывал на Ситхорса покрывало. И тут произошёл взрыв…

Дерфа отбросило на несколько шагов, а его одежда загорелась. На этот приём у Мирса ушли последние силы. Купол, защищавший Ксению, медленно погас. Сознания Мирс не потерял, он просто лежал у стены, не в силах пошевелиться, и поэтому вынужденный наблюдать за тем, что происходило. Ксения тоже не хотела этого видеть, но, не могла отвернуться.

Дерф горел. Горел и никак не мог сбить с себя волшебное пламя, полыхавшее то зелёным, то красным цветом. С одежды огонь перекинулся на тело и голову Дерфа, и теперь он весь был объят пламенем. О том, какую невероятную боль он испытывал, можно было судить по яростным нечеловеческим крикам.

Он заметался по комнате, затем остановился, и трижды повернулся кругом. Тело Дерфа обволок чёрный дым, и пламя угасло. Ситхорс обрушился на пол там, где стоял. Упал и не двигался.

«Неужели это конец,.. - подумала Ксения. – Мне даже не пришлось сражаться с ним…»

Она встала с кровати и хотела подойти к Мирсу, чтобы помочь ему подняться, но её остановил взгляд Релайса. Он неотрывно смотрел за её спину, и в глазах его читался ужас. Ксения обернулась, и вскрикнула.

Дерф Ситхорс медленно поднимался!

Встав, он сначала держался к ним спиной, затем повернулся.

Теперь Ситхорс выглядел намного страшеннее обычного. Одежда и плоть горелыми обрывками свисали с его тела, которое приобрело красно-коричневый цвет плохо прожаренного мяса. Местами, особенно это было заметно на груди и руках, обнажились чёрные кости. А лицо… Теперь в нём не осталось ничего человеческого – обожжённый череп, с остатками кожи и расплавленными, прочно въевшимися в эту кожу очками, которые сползли куда-то на середину.

Представшая сцена могла испугать любого своей сюрреалистичностью: получеловеческое существо, явно пришедшее из Ада и стоявшая напротив, маленькая девочка в белой ночной рубашке, спускавшейся ниже колен.

- Он… дейст… бесс… - прохрипел Мирс. От ужаса у него пропал голос.

Дерф услышал его хрип.

- Я. Говорил. Ты. Не. Умеешь. Сражаться. – очень тихо и отчётливо, с большими паузами между словами, проговорил он.

Это испугало Ксению и Мирса ещё больше. Этого просто не могло быть. Ситхорс должен был умереть. А он стоит и говорит с ними. А, значит…

Ксения поняла: у Дерфа остались кое-какие резервы магии, и значит – он ещё сможет сражаться. Эта мысль окончательно ободрила Ксению. Теперь её, никто не остановит.

Решившись, Ксения сделала шаг вперёд.

- Ты. Всё. Ещё. Не. Хочешь. Отдать. Мне. Свою. Силу. Добровольно?

- Нет. Попробуй, отними её.

«Сейчас узнаем, то, что говорил Мирс, правда ли это?» - мелькнула у Ксении мысль.

Ситхорс выпустил несколько отбивающих заклятий, которые Ксения легко перехватила и отправила обратно. У него не было сил отклонить их, и они оттолкнули Дерфа на несколько шагов. Сразу стало понятно, что сил у Ситхорса осталось не так много, и держится он за счёт своей ненависти и яростного упорства.

Ситхорс попытался использовать огонь, чтобы прорвать защиту Ксении, но стоило первым язычкам пламени появиться у него на руках, как он вскрикнул, и чуть не упал от боли – не мог вынести новых ожогов.

Краткая заминка дала Ксении возможность выставить мысленный щит. В тот момент она сама не знала, как это у неё получилось. Мирс не учил её этому приёму – она просто повторила его движения, которые он применял при бое с Дерфом.

Дерф выпустил несколько молний, подобных тем, что пускал на тренировке Мирс. Но, всё-таки, это были не дружественные безобидные заклятия, а вражеские и вполне опасные. Ксения поняла это тогда, когда, перехватив одну из них, летевшую вскользь, она отправила её в сторону и случайно попала в прикроватную тумбочку, которая тут же разлетелась в щепки.

Ксения сосредоточилась. Нельзя, чтобы хотя бы одна молния коснулась её. Ситхорс если и не сможет её убить, зато оглушит, парализует, и тогда, отнимет магию.

И Дерф и Ксения начали сближаться, но остановились шагах в четырёх друг от друга. Ксения начала уставать – возведённый ею щит понемногу терял силу, и тогда молнии Дерфа, тоже ослабленные, но всё ещё опасные, проносились совсем близко к телу.

Ситхорс прекратил атаку, а Ксения продолжала держать щит.

- Тебе. Не. Победить. Меня. Ты. Слишком. Добрая. Для. Этого. Тебе. Нельзя. Оставлять. Меня. В. Живых. Ты. Должна. Убить. Меня. Но. Ты. Не. Сделаешь. Этого. Тебе. Не. Хватит. Ненависти. Ты. Должна. Ненавидеть. Меня. Я. Твой. Враг.

Ксения закрыла глаза и так же медленно ответила:

- Ты неправ. Да, я не смогу убить тебя. Но, чтобы победить, необязательно убивать. Ты, причинил Девятимирию много боли и страданий. Ты, разрушил мою семью. Но, я думаю, ты не виноват. Поэтому я… прощаю тебя. Прощаю всё, что ты сделал.

- Ты. Не. Должна. Прощать. Меня. Ты. Должна. Меня. Убить. Только. Так. Можно. Всё. Исправить.

Что мелькнуло на страшном лице. Сомнение? Страх? Непонимание? Ситхорс опустил руки. Он начал говорить что-то ещё, пытался настоять на убийстве, но Ксения решительно воспротивилась этому.

- Нет, Дерф. Я ПРОЩАЮ ТЕБЯ! – крикнула Ксения и выставила вперёд руки, выбросив «копьё» в грудь Дерфу.

В эту магию она вложила все чувства, что в ней накопились. И прощение тёмного мага, и боль за близких, и немного досады, что Дерф так ничего и не смог понять, и, радость предстоящей победы... Каким-то образом она уже знала, что у неё всё получится, и всё закончится хорошо…

Тонкий луч белого света пронзил искромсанное тело Ситхорса. Сначала, ничего не происходило, но затем… Из тела Дерфа вырвались семь лучей, уничтожив его без остатка. Ксения лишь успела заметить, как мелькнула струя чёрной пыли.

На том месте, где находился Дерф, остался витать его призрак – белёсая дымная тень, очертаниями похожая на хозяина. Он никуда не улетал, лишь смотрел на Ксению пустыми слепыми глазами.

Неожиданно позади призрака воздух немного всколыхнулся, и появилось большое зеркало из чёрного стекла, в толстой металлической оправе. Оно втянуло в себя призрак тёмного мага, и осталось стоять, слегка покачиваясь вперёд-назад. Затем поднялось над полом и подплыло к стене.

Ксения обернулась.

Мирс пришёл в себя. Это он телепортировал зеркало. Он сидел на полу и рукой осторожно двигал его. Ксения только сейчас заметила, что мрак в комнате рассеялся, и в окно пробиваются первые лучи восходящего солнца. Ксения шагнула в сторону, и устало опустилась на кровать. Всё закончилось, и можно отдохнуть. А Мирс поднялся и направился к ней.

Подойдя, он пожал Ксении руку. Скромно поздравил без лишних громких хвалебных слов, а затем, вдруг упал перед ней на колени и громко запричитал.

- Ксения, прости меня за то, что подверг тебя опасности. Я предал тебя, я чуть не погубил тебя. Я не достоин прощения, но я умоляю – прости.

Ксения с испугом смотрела на него. Так храбро сражался, не отступил перед Ситхорсом, и вдруг…

- Подожди, Мирс, успокойся. Я не понимаю, о каком предательстве ты говоришь.

- Я вижу, ты даже не задумалась о том, что произошло. – горько сказал Мирс. – Когда ты только родилась, я установил на ваш дом Бифростов купол. Снаружи в саду он слабее, маг-одиночка не проникнет внутрь, а вооружённый отряд сможет. На доме защита более универсальная – никто и ничто не сможет прокинуть внутрь без разрешения хозяина дома. Ситхорс не смог бы прийти просто так – я впустил его. Этим я тебя предал.

- Но, почему ты так сделал? Ты же не предатель! Дерф наверняка околдовал тебя.

Ксения оглянулась на зеркало. Призрак внутри неопределённо колыхнулся – «считайте, как хотите».

- Да, околдовал, но… У него бы ничего не вышло, если бы я сам не рассчитывал на вашу скорую встречу. Как только я узнал имя избранного – твоё имя – я сразу начал представлять, как ты побеждаешь его… А когда мы приступили к таким успешным тренировкам, я совсем потерял голову. Мне хотелось, чтобы ваш поединок состоялся. Дерф только подстегнул события.

Пусть я не предал тебя явно, я предал тебя мысленно. Ты подумай, великий белый маг, второе по силе и значимости лицо, способный самостоятельно устранить Ситхорса, прикрывается маленькой девочкой, которая ещё не научилась управлять магией, надеясь на пророчество, которое могло и не сбыться.

То, что я рассказывал о Дерфе – правда, но почему я так был уверен, что за эти годы, что мы не виделись, он не изменился. Могло случиться и так, что он не посмотрел бы, что ты ребёнок, оглушил бы тебя, забрал силу и убил бы. Вот в чём моё предательство – я заставил тебя нести непосильный груз.

- Мирс, всё же кончилось хорошо. Всё произошло так, как ты планировал. Ты ослабил Ситхорса, а я вытеснила из него злобу с помощью прощения, и исторгла его с помощью «копья». Он и правда бессмертный, но его тело уничтожено, а дух ничего не сможет сделать.

- Да, ты совершенно права, но…

Видя, что Мирс всё больше опускается в пучину отчаяния, Ксения решила помочь ему. К чему ворошить события, выискивать причины, и наказывать себя за несовершённые поступки, если всё закончилось хорошо.

- Да, Мирс, ты этого не достоин, но всё равно, я прощаю тебя. – произнесла она с улыбкой.

Да, Мирс определённо вручил ей мощное орудие разрушения, но оно же было и спасительным щитом.

Услышав эти слова, Мирс расслабился. Свет, постепенно наполняющий комнату, словно бы просочился внутрь находящихся в ней, и теперь наполнял их души.

Единственным тёмным пятном, не желающим принимать в себя этот источник жизни и счастья, было чёрное зеркало с заточённым в нём призраком.

Ситхорс понимал, что всё для него уже законченно, и возможно, навсегда…

××××××××××××

С Ситхорсом было покончено. Пророчество сбылось так, как должно было, и никакие обстоятельства не могли этому помешать. Но, праздновать победу было ещё рано – необходимо было решить несколько проблем с тёмной армией, оставшейся без главнокомандующего. Впрочем, это оказалось самым простым делом.

На другой день Мирс и Ксения отправились во Дворец Правительства, и рассказали о случившемся, продемонстрировав чиновникам зеркало с призраком. Те сначала не могли поверить своим глазам, а, когда поверили – долго не могли успокоиться. Мирс начал опасаться, что всю правившую верхушку придётся отправить в магические клиники.

Когда представители Совета успокоились, они совместными усилиями разработали план устранения ставшей ненужной и, поэтому, более опасной армии Дерфа.

От его имени магам-солдатам был послан приказ о роспуске войск. Им предлагалось вернуться домой, к своим семьям, если таковые у кого-то были. В противном случае их ждала смертная казнь. Разумеется, многие предпочли первый вариант.

Прирученных Дерфом монстров отловили. Самых опасных уничтожили, остальных отправили по зоопаркам. Оставалось только избавиться от тёмных элементалей.

Мирс настаивал на своём присутствии, но его вежливо попросили не вмешиваться, зато пообещали предоставить результаты операции. Когда всё было исполнено, Мирс получил отчёт. В нём сообщалось, что все элементали, вынужденные подчинятся любому приказу, прибыли во Дворец и практически добровольно расстались с кристаллами, которые Правитель спрятал в одному ему известное место. Файорит, обладающий более высокоорганизованным разумом, отказался передать кристалл, и был уничтожен. Теперь, когда все важные дела были улажены, Межмировой Совет начал подготовку к большому празднику Победы.

На все дела ушло больше недели. Возможно, к кое-каким событиям Совету следовало отнестись повнимательнее, но правящая верхушка была слишком занята организацией предстоящих торжеств. В этот раз Мирс лично следил за ходом проведения мероприятий, и сам составлял список приглашённых.

И, в какой-то момент его осенило, кого же не хватает на празднике.

«Гизий!».

В творившейся суматохе, и он, и Ксения просто забыли о его существовании. Что ж, иногда такое случается, но, в данном случае их забывчивость могла стать роковой.

Мирсу пришлось вновь отправляться в Хелл, оставив Ксению на попечении Совета. Гизий не выходил на связь, поэтому Мирсу логичнее было искать его там, где они расстались.

Прибыв на Костяную Низменность, и найдя проход, Мирс начал осуществлять боле тонкую настройку перемещения, чтобы отправится прямиком к Крепости, минуя косноязычного перевозчика и его медленную ладью. Не с первой попытки, но ему это удалось.

Оказавшись в точке назначения, он отправился прямиком в Крепость и принялся обыскивать строение, начав с верхних этажей. После долгих и безуспешных поисков, он спустился в подвалы, и в одном из них нашёл бесчувственного Гизия.

Поверхностный осмотр друга весьма опечалил Мирса, и тот не знал, что ему делать, и не мог найти себе места – ведь, судя по всем признакам, Гизий был мёртв.

Мертв.

Это подтвердили целители, когда Мирс доставил Гизия в Клинику, где они проделали более тщательный осмотр. Чтобы выяснить действительную причину смерти, требовалось вскрытие, но Мирс не позволил провести его.

Врачей смущало то обстоятельство, что тело Гизия совершенно не подверглось разложению, хотя с момента смерти прошло больше недели. Создавалось впечатление, будто маг умер несколько часов назад. Мирс не раскрыл обстоятельств, предшествующих обнаружению Гизия, лишь упомянул, что в том месте где он был найден, было очень холодно. Это могло объяснить то обстоятельство, что тело мага не подверглось изменениям.

Межмировой Совет, узнав о смерти Гизия и о его вкладе в сражении с Ситхорсом, оказался в лёгком замешательстве. С одной стороны, всё было почти готово к празднику, с другой – нельзя было праздновать вот так, не проводив замечательного мага в последний путь. А то, обидится, и вернётся из Хелла призраком, и будет надоедать всем, как это делают другие несправедливо умершие, неотомщённые, и маги, о которых не позаботились должным образом. Поэтому, было принято решение, что в начале пройдут похороны Гизия, а затем, можно будет отпраздновать победу.

Из-за того, что Магпал до сих пор являлся оккупированной территорией, похоронить Гизия решили в Алхеме, но, следуя магпаловским обычаям. Согласно им, тело умершего следовало сжечь на широком погребальном костре, разведённом на берегу моря. В качестве место проведения ритуала было выбрано срединное море Алхема, которое называлось Речеон.

На самом крутом его берегу несколько десятков магов вручную складывали костёр, как того требовал обычай. Когда помост был готов, на него постелили красное полотнище, а сверху положили Гизия, одетого в новый погребальный костюм. Рядом с ним были сложены несколько принадлежащих ему вещей.

Мирс и Ксения стояли у самого помоста, и Мирс готовился зажечь просмолённые брёвна.

- Почему он не положил серебро для покойника? – спросил кто-то.

- Перевозчик уже получил тройную плату. Золотом. Он ещё Гизию должен будет. – прошептал Мирс, чтоб услышала его только Ксения.

Он запалил факел, и аккуратно зажёг брёвна. Затем взял Ксению за руку, и сошёл с ней с помоста. Огонь начал разгораться с неохотой, но постепенно начал с удовольствием поедать брёвна, неспешно подбираясь к телу Гизия. Постепенно он начал сжигать и красную ткань.

Когда огонь добрался до тела, и потихоньку зажёг костюм… Гизий сел и открыл глаза! Это вогнало собравшихся в панику. Кто-то закричал, кто-то сразу лишился чувств. Более приспособленные маги немедленно нацелили на Гизия свои волшебные палочки, или начали вычерчивать руками боевые знаки.

Гизий спрыгнул с помоста, и принялся сбивать пламя с костюма.

- Товарищи граждане, вы чего это придумали – живого мага сжечь? – с искренним изумлением воскликнул он.

Некоторое время на берегу царило лёгкое безумие, но затем всё успокоилось. Маги начали расходиться, немного обескураженные, но довольные, что присутствовали сразу на двух событиях – проводах покойного, и его воскрешении. Вскоре у догорающего костра остались только Мирс, Ксения и Гизий, да в стороне топтались несколько представителей совета.

Мирс принялся расспрашивать про Эллину, но, увы, Гизий не мог ничего рассказать.

- Я не знаю. Последнее, что я помню, как вошёл в подвал Крепости, и встретил там Иммортала, а дальше… всё. Кстати, а что с Мотей-то?

- Похоже, вы сражались, и ты убил его. Я нашёл разбитое зеркало и прах.

- Мотя мёртв. Что-то не верится. В любом случае, замечательный был некромант, помянем его минутой бурчания. – задумчиво произнёс Гизий, и что-то забормотал себе под нос. Потом перестал бормотать, и спросил:

- Я тут слышал, что все о каком-то празднике говорят. Что за праздник-то, по какому поводу?

Мирс хлопнул себя ладонью по лбу:

- Ой, мы же самого главного тебе не рассказали…

Узнав о победе Ксении над Ситхорсом, Гизий начал буквально светиться от счастья.

- Ну, надо же! А я вам такой праздник чуть не испортил! – воскликнул он. Друзья дружно рассмеялись.

Когда Совет объявил об официальном начале праздника, и, соответственно, о его причине, сказать, что простые маги обезумили от радости и принялись творить всё, что душе угодно, значит, не сказать ничего. Порой, буйство граждан достигало такого накала, что приходилось принимать крутые меры – самых неуравновешенных отсылали в Варталхейм к «Маньяковскому». Это давало лишь кратковременный эффект, но кода Правительство пригрозило ввести закон о пожизненном заключении зачинщиков беспорядка, это возымело действие.

Ксения моментально превратилась в главного героя. Иногда она не могла спокойно пройти в ближайший магазин, и Мирсу и Гизию приходилось постоянно сопровождать её. Так, на всякий случай. Тем более, что многие граждане, зная о их роли в ВМВ тоже уделяли им немало своего внимания, а иногда готовы были порвать всю троицу на сувениры.

В этой ситуации тяжелее всех приходилось Гизию. После своих похорон он вновь был доставлен в Клинику, и прошёл полный медосмотр. С его физическим здоровьем всё было в порядке, но магический дар, превращавший его в телепата, был утерян им безвозвратно. По законам Девятимирия, маг, утративший свой дар, должен был отправиться на поселение в Мидарг, но, в честь праздника, ему позволили ненадолго задержаться, чтобы взглянуть на торжество.

Самое интересное, что происходило во время предпраздничной эйфории, было то, что простые маги откуда-то узнали про пророчество. Друзья смотрели друг на друга, и никак не могли понять, кто же мог проболтаться. Но, это было неважно, потому что никаких неприятных последствий данная новость не принесла. Просто буквально каждый встречный маг, считал своим долгом подойти и сообщить о том, что «… всегда знал, что случится чудо, и Ситхорс будет побеждён благодаря вмешательству высших сил…», или «… я ждал чего-нибудь неожиданного, и пророчество – самая приятная из всех неожиданностей…».

Находились и такие, кто смел утверждать, что знал обо всё заранее, и даже строил кое-какие планы. Если брать коллективное мнение магов, то получалось что «долгожданное», как его называли, пророчество, произнёс каждый третий из магов, а, к его осуществлению приложил руку каждый пятый.

Друзья лишь посмеивались над этими глупостями, понимая, что простому волшебному люду надо выговориться, выплеснуть накопившиеся эмоции, и что каждый ощущает себя виноватым в том, что вовремя не посодействовал борьбе с врагом. Сами же друзья активно готовились к Празднику, на который Совет обещал приготовить особенную программу.

Все торжественные мероприятия проводились на площади перед Дворцом. Вот и сейчас там помимо Мирса и Ксении, там собралась вся правящая верхушка Совета и несколько сотен приглашённых магов. Стоит ли упоминать, что на праздник все маги надели мантии – своё традиционное одеяние? Сначала был устроен торжественный банкет, и вся еда находилась в свободном доступе. Гости разделились по группам и все обсуждали свои дела.

Мирс общался с Правителем – тучным, похожим на бульдога магом.

- Может, вы сумеете всё-таки объяснить, почему в столь трудное для нас время, вы приняли «политику невмешательства»? – вопрошал Мирс. Хотя он говорил преувеличенно вежливо и спокойно, было видно, что он сердится.

- Войдите в наше положение. Ситхорс сумел взять в заложники несколько семей наших сотрудников. Он приказал нам не вмешиваться. У нас просто не было выбора!

- О, понимаю. Но, всё же вы виноваты. Вы как-то собираетесь загладить свою вину перед Ксенией.

- Да, разумеется. У нас есть для неё замечательный подарок, который мы преподнесём в конце праздника…

Ксения отошла чтобы проведать братьев, которым, по случаю праздника, разрешили на время покинуть Клинику. Серж выглядел бодро. Правая рука была на перевязи. Там, где новая кисть крепилась к телу, располагалась лента-фиксатор.

- Я пока не могу ей двигать, но, это временные неудобства. Ещё пару недель, и всё будет в порядке. А ленту я на память оставлю. – пояснил он, показывая Ксении руку.

Августо сидел в инвалидной коляске, с головы до ног укутанный в фиолетовую ткань. Открытые участки тела были забинтованы. Лицо он прятал под капюшоном.

- Не хочу своим видом народ распугивать. От меня и так все соседи по палате шарахаются. Я их могу понять. Когда я после операций первый раз на себя в зеркало взглянул, тоже испугался, хотя Иммортал показывал мне вещи и похуже. Пока ходить я не могу, да и руками двигаю с трудом, но, всё самое страшное уже позади. – рассказывал он тихим голосом.

Ксения и подошедший Гизий рассказали братьям о последних событиях. Как и Гизий, Августо стал сомневаться в смерти Иммортала, но никаких доказательств обратного привести не мог, поэтому оставил неприятную тему.

- А почему я жив остался? – с интересом спросил Гизий. – Даже целители не могут ответить, может быть, ты сможешь?

- Не знаю. Может, тебя действительно спасло прощение Мирса. А, может, ты «умер» в Хелле, где в каком-то плане смерти нет, потому, что там нет и жизни. А, может, и то и другое сразу.

- Убедил. Хоть какой-то ответ. А то, «Свершилось чудо! Свершилось чудо!» - передразнил Гизий медиков.

За разговорами друзья не заметили, как праздник перешёл в новую стадию, а значит, наступило время того сюрприза, который Правительство приготовило для Ксении.

Правитель поднялся на небольшую кафедру, установленную недалеко от главного входа во Дворец. Несмотря на небольшой размер кафедры, её можно было увидеть из любой точки площади – вмешивалась особая пространственная магия.

Правитель заговорил. Его негромкий густой голос услышали все присутствующие – снова магическая особенность дворцовой площади.

- Уважаемые маги, дамы и господа, я хотел бы сделать небольшое заявление. От магов Межмирового Совета и моего имени я провозглашаю Ксению Эллину Арсеникум номинальной Правительницей Алхема. Отныне все принимаемые законы и решения гражданских проблем будут приниматься с её согласия. А когда она достигнет совершеннолетия, то сможет занять свой пост уже официально!

Присутствующие дружно зааплодировали. Правитель откуда-то выудил свиток пергамента, перевязанный синей ленточкой, зажал его в руке и поднял, в воздух, ожидая, когда его заберут. Тем временем Гизий вёл совершенно ошеломлённую Ксению к кафедре.

Когда они подошли, Правитель вышел и торжественно вручил пергамент Ксении. В этот момент вверху послышались громкие хлопки, и ночной воздух осветился яркими разноцветными вспышками – начался праздничный салют.

Вручая свиток, Правитель негромко, так чтобы слышала только Ксения, проговорил:

- Ты вправе отказаться от нашего подарка, и выбрать другой, какой посчитаешь нужным.

Что-то в его голосе говорило, что он надеется на этот вариант. Ксения уловила эту скрытую интонацию и сказала:

- Спасибо, уважаемый Правитель, я с удовольствием приму ваш подарок!

Правитель отдал пергамент, сохраняя на лице неискреннюю улыбку, после чего, пожелал приятно провести время, и куда-то удалился.

Праздник продолжался. Едва отгремел салют, как откуда-то со стороны Дворца полилась бодрая и торжественная музыка, и присутствующие маги, разбившись на пары или группы, принялись танцевать. Этот танец одновременно напоминал и школьный вальс и, почему-то, лезгинку.

Мирс, Гизий и Ксения с братьями находились в стороне от танцплощадки, которая образовалась в центре площади, и с удовольствием наблюдали за красивым зрелищем…

Ксения, Мирс и Гизий вернулись домой (Августо и Серж были отправлены обратно в Клинику.). Было почти утро, и спать было совершенно бессмысленно. Но, всё-таки надо было отдохнуть.

Находясь у себя в комнате, и уже готовясь ко сну, Ксения внезапно услышала голос, который, она была уверенна, ей слышать не приходилось. Голос был тихий, чуть хриплый и резковатый, но, в целом – самый обычный, однако он вселял в Ксению некое подобие страха.

Голос произнёс всего несколько слов:

- Ты думаешь, что это конец, маленькая волшебница? Нет, это – только начало…

Конец.