Девять грехов

Часть 1

ПРЕДИСЛОВИЕ

К религии можно относиться по-разному. Можно слепо идти по её устоям или же противопоставить себя ей. Так или иначе, невозможно отрицать то, что наша вселенная подчинена законам мироздания, по своей сути неподвластным человеческому разуму и выступающим Первоначалом всего существующего.

Тысячи лет люди всех народностей мира, несмотря на цвет кожи, разрез глаз, веру, пытались найти ответ на извечный вопрос, терзающий сознание многих поколений – «Что есть смысл нашей жизни?»

Следом появилась наука, пытающаяся объяснить причинно-следственные связи с законами природы, но даже она была и по сей день остаётся не в силах объяснить природу человека и смысл нашей миссии на земле. А без цели человеческая жизнь утрачивает всякий смысл и становится равноценна животному существованию. Раскрыть всю ценность жизни, а наравне с ней и сущности грехов помогает вера, исследование первопричины бытия и неведомой силы, создавшей мир и наделившей его смыслом.

Данное произведение основывается на видении религии Данте Алигьери, жившего с 1265 по 1321 годы. Он был поистине великим итальянским поэтом, мыслителем, богословом, политическим деятелем, одним из основоположников литературного итальянского языка. Данте создал великое и незабвенное по сей день произведение «Комедию» (позднее получившую эпитет «Божественную»), в которой впервые так широко был дан синтез позднесредневековой культуры.

Как ни странно, описанное им представление концепции ада актуально и на сегодняшний день. Научный прогресс человечества с тех пор шагнул далеко вперёд, и минувшие времена остались лишь на страницах энциклопедий. Однако сущность человеческого сознания и души осталась неизменной и по сей день, в чём предлагаю лично убедиться, прочитав произведение, находящееся у Вас в руках.

Глава 1

МАРК

В ушах предательски громко загудел клаксон стоящего позади автомобиля. Открыв глаза, Марк не сразу понял, что стоит в плотном потоке прямо посередине оживлённого перекрёстка. В час пик все магистрали центра Москвы превращаются в кровеносные артерии, буйным потоком разгоняющие сотни тысяч автомобилей по телу столицы, ни на минуту не сбавляя ритм, в котором город живёт уже не одно десятилетие. Намного острее вопрос о непроходимости дорог становится во время погодных катаклизмов и особенно зимой. Дорожная техника хоть и пытается расчищать завалы на сотнях километрах магистралей и дорог, но сделать это в короткие сроки ей не под силу. Как следствие, и без того перегруженные улицы становятся непроходимыми заторами в бетонных джунглях мегаполиса.

Вновь раздались громкие звуки гудков автомобильного клаксона. Давая понять, что нервы соседей по потоку находятся на пределе и излишнее промедление может перерасти как минимум в словесную перепалку.

– Да успокойся ты, козёл, сейчас я поеду! – тихо выругался Марк, стараясь, чтобы его не услышала сидящая на заднем сидении дочка, хотя прекрасно понимал то, что в этой ситуации виновником являлся не кто иной, как он сам.

В последнее время Марк очень часто начал замечать, что большинство окружающих его людей, да и просто те люди, с которыми он особо не пересекался, ведут себя очень грубо, на первом месте у многих выступают корыстные интересы, нетерпимость к чужим недостаткам или банальное невежество. Складывалось впечатление, что мир всё больше и больше деградирует вместе со всеми его обитателями. Хотя, разумеется, дело было не в окружающих людях, а в нём самом. Гораздо проще в своих бедах винить всех вокруг, чем пытаться разобраться в себе самом, но положение в обществе и высокий статус давали Марку право пренебрежения ко многим вещам.

– Папа, нам зелёный загорелся, – звонко проговорила Аня, сидя на заднем сидении и весело играя со своей новой куклой, купленной по дороге от гипермаркета. Лишь один человек в жизни Марка дарил чарующий свет в сером и неприветливом мире. Его маленькая дочурка являлась центром всей вселенной и путеводной звёздочкой, дающей силы преодолеть все невзгоды и идти дальше по нелёгкой судьбе, которая много раз пыталась поставить его на колени и сломить волю, но ей это так и не удалось.

Резко нажав педаль газа, Марк тут же почувствовал, как дорогой элитный внедорожник с лёгкостью набрал скорость, оставляя далеко позади посмевших посигналить ему простолюдинов. Сегодня ровно в полдень должны состояться очень важные переговоры с европейскими коллегами по вопросам подписания очередного многомиллионного контракта на экспорт нефтяных продуктов и прокладке новой газовой магистрали, так что опоздание на них было равносильно смерти.

Всю осознанную жизнь, Городов Марк Викторович, как его всегда уважительно называли коллеги, да и все окружающие люди, посвятил карьере в бизнесе. К своим сорока пяти годам он уже имел солидное состояние и уважение в высших кругах бизнес элиты столицы и страны в целом.

Сразу после срочной службы в армии, Марк без труда поступил в Московский государственный университет на факультет экономики. При всей своей загруженности в учёбе, он не забывал посещать спортивные залы, филармонии, но главной его страстью была библиотека античной истории. Проводя там по несколько часов в день, Марк изучал историю древней Греции, Рима. Истории величайших правителей, полководцев и мыслителей тех времён. Его впечатляли храбрость, харизма, несгибаемая воля к свершению великих деяний людей того времени. Всю жизнь Марк проецировал их героические характеры на себя, и это во многом сыграло значимую роль в построении успешного бизнеса, да и в его личных качествах характера, проявляющегося в сложных жизненных ситуациях. Особенно его впечатляли рассказы о древних мифических божествах и ужасных чудовищах, живших в умах людей, хотя он сам никогда не верил в существование богов и какого-либо иного физического проявления религии.

Именно там, в один из самых простых вечеров, когда он уже собирался уйти из библиотеки домой, в зал неожиданно вошла она. Она была невысокого роста, с красивыми длинными русыми волосами. Её яркие зелёные глаза одарили Марка мимолётным взглядом, но этого вполне хватило, чтобы навсегда поселиться в его сердце. В таких глазах хотелось тонуть вечно. Лицо незнакомки было настолько красивым, что невозможно было отвести глаз, и это безумно смущало милую девушку, отчего на её бархатной коже начал появляться румянец. Правильные, даже идеальные черты лица приковывали взгляд. Он помнил, с каким удивлённым лицом девушка смотрела на него, когда Марк без всякой причины быстрым уверенным шагом подошёл к ней и без малейшей дрожи в голосе заявил, что не уйдёт отсюда, если она не согласиться пойти с ним на свидание. Её звали Екатерина. Не прошло и полу года, как Марк сделал ей предложение и они поженились. Родителей у Кати не было ровно так же, как и у Марка. Возможно, именно это и сроднило их одинокие души, заблудшие в сером и угрюмом мире.

Своих родителей Марк практически не помнил, потому что, даже будучи живыми, они не занимались воспитанием сына. Отец его был жёстким человеком, для которого работа и домашнее счастье заключалось лишь в том, чтобы добраться до очередной бутылки и в пьяном угаре вновь и вновь оскорблять, и бить мать. На всё это накладывались тяжёлые времена перестройки, голод, нищета и тотальная безработица. Свою мать Марк помнил гораздо лучше, чем отца, но всё же её образ померк в пучине прошедших лет. Она была простой, милой, но слабой женщиной. Сотни раз она хотела уйти от мужа, но почему-то вновь и вновь возвращалась, испытывая какое-то необъяснимое чувство вины перед тем страшным человеком, коим был отец Марка. Ушла из жизни она практически в одно время с ним, как говорили воспитатели в детском доме - у неё образовалась опухоль головного мозга, а денег на высококвалифицированных врачей у них не было. Отца не стало спустя несколько месяцев, но для Марка это страшное событие ничего практически не поменяло, а может быть и наоборот - освободило от гнёта и домашней тирании.

Но именно благодаря тяжёлому детству он смог реализоваться в жизни и стать весьма успешным человеком, хотя и нельзя было сказать, что оно не оставило неизлечимую рану в его душе. Взрослея, Марк всё отчётливее понимал, что хочет добиться в жизни гораздо большего, чем его родители, и поэтому уделял всё своё свободное время на самосовершенствование и постройку успешной карьеры. Катя очень долго терпела постоянное отсутствие мужа рядом, его долгие рабочие командировки и нежелание заводить детей.

– Давай подождём ещё немного, сейчас у меня совершенно нет на это времени, нам нужно сделать ещё много дел, а уж потом можно, – постоянно отвечал Марк на любой вопрос Кати о рождении ребёнка.

Но когда их очередная ссора практически привела к разводу, Марк всё же решился подарить ей долгожданного малыша. Так спустя девять месяцев родилась прекрасная Анечка. Несмотря на свой тяжёлый характер, Марк полюбил дочку сильнее всего на свете. Он старался не отказывать Анечке ни в чём, порой даже втайне от матери, ругающейся его за то, что он излишне балует ребёнка. Но этому счастью не суждено было длиться вечно. И спустя семь лет после рождения дочери, Кате неожиданно поставили диагноз лейкемия. Марк потратил огромное количество денег, нанимал самых высококлассных врачей, но болезнь оказалась сильнее. Спустя несколько месяцев она забрала Катю в мир небытия. Потеряв любимую жену, Марк ещё больше стал проводить времени с Аней, пытаясь хоть как-то компенсировать материнскую любовь. Даже задерживаясь подолгу на работе, он всегда брал с собой Анечку, предпочитая, чтобы дочь всегда была рядом.

Сегодня, как и многие годы до этого, они вместе ехали на очередную рабочую встречу. Джип Марка, уходя в отрыв от остальных автомобилей, резво набрал скорость, приближаясь к очередному перекрёстку Москворецкой набережной. Замёрзшая Москва-река в это время года была покрыта тонкой коркой льда, слега припорошённой выпавшим накануне снегом. Взглянув на лёд и вспомнив обещание вместе отправиться на каток, Анечка легко подёргала за отцовское плечо.

– Что такое, зайка? – обернувшись, ласково спросил Марк.

– Папа, а ты помнишь, что сегодня вечером мы идём с тобой на каток? – весело спросила Анютка, держа куклу в руке, и с её помощью попыталась изобразить один из элементов фигурного катания.

Марк довольно улыбнулся и положительно качнул головой, от чего глаза дочери ещё больше засветились беспечным детским счастьем. На свете для него не было ничего важнее, чем искорки радости, горящие в глазах самого близкого и самого любимого человечка на земле.

Неожиданно, ещё секунду назад беззаботно улыбающееся личико Ани сменилось лицом, наполненным страхом и ужасом, а глаза открылись так, словно она увидела нечто настолько ужасное, что дар речи покинул её уста. Марк обернулся, но было уже слишком поздно. Прямо перед стремительно несущимся внедорожником, будто бы из ниоткуда возник огромный грузовик муниципальной службы города, стоявший прямо посреди проспекта с включённой аварийной сигнализацией и жёлтыми проблесковыми маячками на крыше. Уходя от столкновения, Марк рефлекторно вывернул руль вправо, но ни многочисленные системы стабилизации, ни хорошая реакция не помогли уйти от столкновения на скользкой зимней дороге.

Громкий хруст пластика в сопровождении ужасного скрежета, прозвучавшего от скользящего соприкосновения металлических поверхностей, заполонил салон автомобиля. К счастью, ремни безопасности, которыми всегда пристёгивался Марк и обязательно пристёгивал в поездках свою дочь, спасли от удара и удержали в кресле. Но, потеряв управление, тяжёлый внедорожник несколько раз раскрутило вокруг своей оси и выбросило в невысокое бетонное ограждение набережной. Безжалостная сила инерции без особого труда перекинула автомобиль через спасительную преграду. На секунду Марку показалось, что он видит перед капотом быстро падающего автомобиля огромные чёрные крылья неведомого существа, заслонившие собой стремительно кружащееся пространство. Искорёженный кусок пластмассы и металла с запертыми в его ловушке людьми, проломив своим весом тонкую корочку льда, мгновенно оказался в ледяной воде. Безжалостно холодные потоки начали просачиваться внутрь тонущего автомобиля, заливая мутной грязной водой белоснежную и безумно дорогую обивку салона.

– Папа, папа, помоги! – неистово кричала девочка, чувствуя, как вода неумолимо заполняет автомобиль.

Марк изо всех сил пытался выбраться из водительского кресла, но спасительный ремень безопасности, оказался смертельной ловушкой. Он уже чувствовал, как вода заливается за ворот его пуховика и подступает к горлу. Когда её уровень сровнялся с уровнем рта, Марк сделал последний вдох и, предприняв очередную безуспешную попытку вырваться из цепких объятий смерти, сдался на милость судьбе.

Искорёженный автомобиль полностью скрылся в полыньи реки. Проезжающие в этот момент вдоль набережной водители бросали свои автомобили посреди проспекта. Количество зевак неимоверно быстро увеличивалось, скапливаясь у ограждения, но никто, как это часто бывает в современном мире, даже не предпринял попытки спасти двух людей, заточённых в ловушку грудой металла. Зеваки беспомощно разводили руками и громко охали, пытаясь тем самым оправдать своё безразличие.

Чувствуя, как сознание уходит во мрак бесконечности, Марк с сожалением подумал о дочери, и даже страх смерти отступил перед чувством безграничного отчаяния и вины.

– Вот и конец, конец всему, что я знал, что видел, чувствовал, – подумал он затухающим сознанием.

Время будто остановилось. Марк увидел себя маленьким мальчиком, идущим с родителями по бесконечно зелёному парку, утопающему в цветах и благовониях. Как же он был тогда счастлив, и не было ничего важнее этого момента. Всё остальное вдруг стало абсолютно неважным и даже мелким. Он просто наслаждался жизнью, в самое последнее её мгновение. Никто и ничто в тот момент не могло помешать его счастью. Любовь… Она заставляла душу трепетать и окрыляла сознание. Любовь к родителям была неотъемлемой частью его воспоминаний, хоть они и не смогли дать столь нужной заботы и тепла. Даже сейчас перед страшным безликим лицом смерти он вспомнил о них. Всю свою жизнь Марк пытался окружить любовью Анечку, дать ей то, чего лишён был сам, но, похоже, так и не смог этого сделать.

– Прости меня, милая, – подумал он, и сознание окончательно покинуло тело.

Спазм грудной клетки заставил Марка сделать непроизвольный вдох, и ледяная вода устремилась в лёгкие, причиняя невыносимую боль. Будто яркой белой вспышкой озарилось дно озера. Неистовый белый свет, словно искра, окутал автомобиль, но двум людям, заточённым в металлической клетке, было уже всё равно.

Глава 2

УТРАТА

С трудом приоткрыв глаза, Марк не сразу понял, что с ним произошло. Он лежал на кровати в яркой белой комнате, освещаемой искусственным светом ламп, висевших над головой и монотонно гудящим в такт мёртвой тишине. В помещении находилось большое окно, но разглядеть что-либо не представлялось возможным ввиду бушевавшей на улице снежной бури. Вообще это место навевало неприятные, жуткие ощущения. Рядом с кроватью стоял некий прибор, который постоянно неприятно пощёлкивал, и на дисплее бегали какие-то цифры. Марк пытался вспомнить, где он и как сюда попал, но сознание противилось попыткам, оставляя в томительном неведении. Облачён он был в белую одежду необычного покроя, похожую на медицинскую. На ногах обуты туфли из какого-то очень прочного и в то же время мягкого материала.

Он попытался встать с кровати, но тело не слушалось. Повернув голову, Марк попытался найти телефон или какую-нибудь кнопку вызывной сигнализации, но кроме стола, со странным на вид прибором, вокруг ничего не было.

– Что за чёрт? – ругнулся Марк, пытаясь приподняться с кровати и, как ни странно, во второй раз ему это вполне удалось.

Дверь распахнулась, и в палату зашёл незнакомый мужчина. Он пристально посмотрел на ничего непонимающего Марка. Выглядел вошедший человек как самый обычный медицинский работник, коих Марк немало повидал на своём веку. Одет незнакомый мужчина был в самый обычный халат, а голову венчал большой медицинский колпак с ярко-красным крестом в центре. Вид незнакомца был настолько стереотипный, что непроизвольно начал внушать некую иллюзию подвоха или даже обмана, но в чём именно он кроется, Марку понять не удавалось.

– Как Вы себя чувствуете? – спокойным тоном, не проявляя абсолютно никаких эмоций, спросил вошедший незнакомец.

– Вы доктор? – недоверчиво, вглядываясь в холодные глаза, поинтересовался Марк.

– Да, меня зовут Владислав Люций, как Вы себя чувствуете? – представился он.

– Я почти ничего не помню, только отрывки из ужасного кошмара. Я задыхался и… О, боже, где моя дочь? – неожиданно спохватился Марк.

– Мне очень жаль, но спасти её не удалось… Соболезную, – с присущим многим врачам цинизмом, ответил незнакомец.

– Что Вы несёте!? – возмутился Марк, поднимаясь с кровати, – этого не может быть, этого не может быть…

– К сожалению, это так! Вы, а точнее Ваш мозг, тоже должен был умереть, гипоксия и гипотермия могли убить, но Вы тут и за исключением некоторых отклонений, вполне дееспособны.

Мир для Марка вновь перевернулся, словно земля начала уходить из-под ног. Глаза тут же начали заливать слёзы, рисуя на лице влажные дорожки. Он абсолютно не слышал дальнейшие слова врача, его словно оглушили страшным ударом, от которого оправиться было не суждено.

– Как же так, как же так, моя малышка, ну как же так? – рухнув на колени и обхватив руками голову, бормотал он. Странный прибор, стоящий возле кровати и подключённый к руке, рухнул вслед за ним на пол и разлетелся на множество осколков.

– Мы можем дать Вам успокоительное. Через пару часов придёт психолог, – холодно проговорил доктор, смотря на бьющегося в истерике человека.

– Где она?! Где моя малышка? – с нотками злости ко всему миру, спросил Марк и посмотрел на стоящего перед ним врача обезумевшими красными глазами, тонущими в нескончаемом потоке слёз.

– Она в морге, – сухо ответил тот.

– Отведите меня к ней! – встав на ноги, твёрдо приказал Марк.

– Вам сейчас лучше не ходить туда, тем более это против наших правил.

– Отведите меня к ней, я прошу Вас, ради всего святого…

– Святого говорите, – с нотками иронии в голосе и совершенно другим, каким-то чуждым тоном, повторил врач, – что для Вас есть святое, Марк Викторович?

– Что за идиотские вопросы?! – потеряв терпение, вскрикнул Марк, а может быть ему просто хотелось выплеснуть переполняющие его эмоции.

– Вы же понимаете…, – попытался возразить доктор, но посмотрев в пылающие болью глаза пациента, осёкся.

– Сейчас же отведите меня к моей дочери! – из последних сил сдерживая нахлынувшие заполненные горем эмоции, громко вскрикнул Марк.

– Я лишь спрашиваю Вас, Вы хотите её ещё раз её увидеть? – словно издеваясь, по крайней мере, так показалось Марку, спросил врач.

– Вы специально задаёте глупые вопросы? Неужели Вы не видите, что сейчас для меня нет ничего важнее, чем увидеть свою маленькую дочурку, просто отведите меня к ней… Пожалуйста!

– Хорошо, – согласился врач, – но поверьте, это будет самым сложным испытанием, и Вы уже никогда не станете прежним, Марк.

– Оставьте пустые слова, сейчас мне не до того, чтобы слушать предостережения. Она была моей жизнью, моим миром и единственной причиной находиться на этом свете.

– Хм... Ну раз так, тогда прошу проследовать за мной, – произнёс врач и, повернувшись спиной, вышел в большой светлый коридор.

Марку показалось, что, даже не зная этого человека, он начинает испытывать по отношению к нему необъяснимую неприязнь и недоверие, хотя, возможно, за много лет работы в большом бизнесе, это был лишь выработанный рефлекс.

Несмотря на завывающую вьюгу, бесившуюся за окнами, лампы ярко освещали просторные коридоры больницы. Внутри здания царила исключительная тишина и стерильность. Повсюду стояли кожаные диваны и множество растений, аккуратно рассаженных в большие горшки. Судя по качеству мебели, отделочных материалов стен и потолков, гранитному полу – это была дорогая и явно не муниципальная клиника, решил Марк.

Он прекрасно знал то, как выглядит обычная Московская больница, с её обшарпанными стенами, грязными палатами и толпами бомжей, тут и там слоняющимися по коридорам в поисках возможности раздобыть бутылочку медицинского спирта.

Помимо всего прочего, Марку показалась очень странным относительно невысокая температура в помещениях больницы, хотя, возможно, это был просто озноб от переохлаждения, но все же, ничего хорошего это не предвещало.

– Что это за место? – озираясь по сторонам, спросил Марк, ступая за доктором, – это какой-то центр платной медицины?

– Что-то вроде того, – ответил врач, продолжая идти по нескончаемому коридору, – сюда попадают «исключительные» люди, именно такие как Вы, Марк.

– Что вы имеете ввиду под словом «исключительные»?

– Это место для тех, кому судьба подарила второй шанс, но воспользоваться им или нет, каждый решает сам за себя.

– А что бывает с теми, кто не хочет? – продолжал расспрашивать Марк, пытаясь хоть как-то отвлечься от происходящего.

– К великому сожалению они попадают в наш морг.

– И где он находится?

– На нижнем этаже, – не оглядываясь, ответил врач.

Наконец-то они подошли к металлической двери лифта.

Краем глаза Марк заметил, что на блестящей панели управления отсутствовали кнопки.

– Хм, может быть она сенсорная? – подумал он, но никаких экранов и тачскринов видно не было.

Двери лифта беззвучно распахнулись и врач услужливо, сопровождая просьбу жестом, попросил Марка войти внутрь.

– Вам на нижний уровень, там и находится то место, которое Вы ищите.

– А разве Вы не проводите меня? – удивлённо спросил Марк.

– Нет, нет, мне нельзя покидать этот этаж, – заторопился ответить врач, – тем более скоро ко мне на встречу прибудет другой пациент.

Пройдя в кабину лифта, Марк попытался найти кнопку нужного этажа, но внутри их не было. Несмотря на это, двери кабины мягко и беззвучно закрылись, оставляя по ту сторону неприятную личность странного врача.

Часов у Марка не было, но даже если учесть факт того, что больничный комплекс являлся высокоэтажным зданием, да ещё и с развитой подземной инфраструктурой, кабина лифта двигалась слишком долго.

Счётчика этажей, собственно, как и кнопок управления, видно не было. Но организм прекрасно чувствовал, что кабина движется, причём с немалой скоростью, о чём свидетельствовал факт того, что уши быстро заложило от перепада давления. Холод верхних помещений, проникающий до самых костей, отступил, и через какое-то время Марку показалось, что теперь ему становится жарко.

– Хотя, это может быть следствием невыносимого стресса, – подумал он, и опять перед глазами предстала маленькая беззащитная Анечка.

Сердце вновь чуть не разорвалось от страшной нестерпимой боли, выжигающей всё его существо.

– Она жива! Она не может вот так просто уйти, только не она! – бормотал себе под нос Марк, приложив лоб к холодному металлу дверей лифта.

Наконец раздался громкий звонок, сигнализирующий о прибытии на нужный этаж. Двери лифта распахнулись, и Марк буквально обомлел от увиденного.

Глава 3

НА ПОРОГЕ

Распахнувшиеся двери блестящего металлического лифта открыли вид, который своим величием заставлял разум задуматься о реальности происходящего. Прямо перед глазами простиралось огромное выжженное огнём пространство голой земли. В это нельзя было поверить, но под зданием госпиталя, хотя Марк теперь был далёк от мысли, что это и вправду был госпиталь, находилось место, по своим масштабам превосходящее все, что он видел доселе. Неведомое пространство уходило вдаль и упиралось в исполинское сооружение, напоминающее ворота.

Пустая мрачно-чёрная земля, озаряемая кроваво-алым отсветом, была окружена со всех сторон мощными отвесными скалистыми образованиями, уходящими высоко вверх и утопающими в беспросветной тьме, мрачной и леденящей душу. Потолка пещеры, если это конечно была пещера, видно не было. Вместо него, на огромной недосягаемой взгляду высоте, простиралось чёрное небо. На нём не было видно ни единой, даже самой маленькой и тусклой звезды. Хотя откуда им было взяться глубоко под землёй?

В увиденное невозможно было поверить, но Марк всегда был верен своим глазам, и сейчас не оставалось ничего иного, кроме как поверить в то, что открывшаяся взору пугающая картина существует на самом деле. Держа себя в руках и стараясь сохранить хладнокровие, он попытался разобраться с панелью управления, дабы вернуться на верхний этаж и высказать всё, что думает о так называемом докторе. Но вопреки желаниям Марка, панель управления кабиной лифта смотрела на него безжизненным куском серебристого металла.

Осознав, что все попытки вернуться наверх тщетны, Марк осторожно вышел из лифта и осмотрелся. Огненно-красный пейзаж казался абсолютно безжизненным. Изредка где-то вдали раздавались какие-то крики. Оглядевшись, стало понятно, что кабина лифта стоит прямо посреди протоптанной тысячами ног тропы. Извиваясь, она вела прямо к пугающим воротам.

Странной оказалась и кабина самого лифта. Она не была закреплена тросами. Не было даже намёка на хоть какие-нибудь подъёмные или иные механизмы, обеспечивающее её движение по шахте. К слову сказать, и самой шахты тоже не оказалось. Абсолютно ничего.

– Но как такое может быть? – задал себе вопрос Марк.

Его рационализаторское холодное мышление ещё могло воспринять огромную пещеру под фундаментом какого-то сомнительного здания, но парящую в воздухе кабину лифта - вряд ли.

– Это мне снится, этого просто не может быть! – затараторил Марк, чувствуя, как по спине начинают скатываться неприятно холодные капельки пота. – Чёрт бы подрал этого доктора, наверное, это всё действие препарата или ещё какой-нибудь медицинской ерунды, вколотой мне, пока я был без сознания.

Чувство паники начало овладевать сознанием, но годы службы в армии и десятки лет работы в одной из крупнейших компаний столицы закалили его и без того сильный характер настолько, что Марк научился подавлять внутри себя практически любые эмоции. Присев на корточки, он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул затхлый и неприятно тёплый воздух.

– Всё хорошо, они просто что-то мне вкололи, но как только всё пройдёт, я доберусь до этого доктора и закрою его за решёткой до конца жизни, – пробормотал Марк, вставая на ноги и чувствуя, как ему становится немного лучше.

Осознав, что крутясь возле не подающей признаков жизни кабины лифта, бесполезная трата времени, Марк осторожно зашагал в сторону странной стены.

Исполинские ворота возвышались в нескольких километрах от того места, где стоял Марк, и именно в них упиралась змейка пыльной дороги. Сделав несколько шагов, он оглянулся, и его сердце в очередной раз сжалось от страха и непонимания происходящего, особенно при виде того, что кабины лифта уже нет. Просто нет! Она словно растворилась, не издав ни малейшего звука, а вместо неё осталась бесконечная тропа, уходящая в чёрную пустоту пугающего пространства. Мысль о том, что это может быть подвал здания окончательно стала неактуальной, но поделать что-либо с этим было не в его силах.

– Да что же тут, чёрт возьми, происходит? – пробормотал Марк, продолжая идти к виднеющимся вдалеке воротам.

Настил пустынной песчаной дороги состоял из неестественного красноватого песка, да и всё окружающее пространство, выглядело так, будто полыхает в огнях алого отсвета. Странное свечение не имело явного источника, оно будто окутывало собой окружающую область, придавая картине ещё более зловещий вид.

Марку с трудом удалось разглядеть две небольшие фигуры. Небольшими они казались лишь в сравнении с неестественно огромными воротами, продолжающимися неприступной стеной, напоминающей гигантские крылья неведомого чудовища. Над самими воротами была высечена каменная голова не то быка, не то собаки, увенчанная огромными изогнутыми рогами, ярко подсвеченными все теми же алыми отсветами. Странный орнамент украшал стены и сами ворота, но с такого расстояния разглядеть подробности было невозможно.

Подойдя ближе, Марк понял, что у самого основания ворот его ждали три фигуры. Нечто неуловимо знакомое было в одной из них, но Марк никак не мог понять, что же именно так привлекло его внимание. В душе вновь неприятно что-то сжалось от неведомого страха, но впадать в панику сейчас было не самое лучшее время. Слишком много вопросов требовали незамедлительных ответов. Как бы то ни было, ему не оставалось ничего другого, кроме как продолжить свой странный путь.

По мере приближения вдоль дороги начали проступать сутулые скрюченные и при этом совершенно облезлые стволы невысоких деревьев. Их ветки походили на кривые руки, застывшие в агонии страшных мучений. У основания из земли торчали каменные плиты надгробий, потрескавшихся от времени. Часть из них была окутана корнями всё тех же жутких деревьев.

Подойдя к одной из плит, Марк стряхнул рукой песок и увидел надпись, «Sit tibi terra levis Aurelius Augustinus 105-148».

– Похоже на латынь, – подумал он, благо остатки базовых институтских знаний всё же помогли расшифровать странную надпись. – «Пусть земля тебе будет пухом, Аврелий Августин», – вслух прочитал он.

Тягостный протяжный вздох нанёсся из-под земли и почва немного вздыбилась, выпустив небольшой клуб белого пара.

– Очень странно видеть подобные захоронения вблизи Москвы, – удивлённо подумал Марк и тут же поймал себя на мысли о том, что в сложившейся ситуации нельзя было точно утверждать, что он до сих пор там.

Сотни, а может быть и тысячи надгробных камней, усеивали видимое пространство вдоль, казалось бы, нескончаемого забора, уходящего по обе стороны от ворот. Странные формы барельефа самой стены вновь бросились в глаза. Его вид вызывал неописуемое глубинное чувство внутренней тревоги, но причина этого необъяснимого чувства была неясна.

Странные силуэты, стоящие возле входа, начали обретать некую чёткость, и Марку наконец-то удалось разглядеть лицо одного взрослого человека, держащего за руку маленькую девочку, и сердце вновь сжалось от неожиданно нахлынувшей тревоги.

Возле входа стоял не кто иной, как тот самый врач, который ещё несколько минут назад беседовал с ним в палате.

– Минут ли? А может быть прошло уже несколько часов? – неуверенно подумал Марк. – Наручные часы как назло остались где-то там, в недрах больничного комплекса, наверное, – опять засомневался он.

Марку было очень трудно точно определиться со временем, проведённым в лифте, но сейчас эти вопросы можно было немного отложить в сторону. Гораздо важнее был факт присутствия других людей в этом странном месте.

Врач окинул приближающегося человека каменным взглядом, не отражающим ни малейшей эмоции, он словно безмолвная статуя, глядел вдаль черноты пространства, раскинувшегося за спиной Марка. Остальные фигуры продолжали стоять не шелохнувшись.

– Эй! – крикнул Марк и ещё быстрее зашагал в сторону стоявших людей.

Маленькая фигурка девочки неожиданно обернулась.

– Конечно же, это Анюта, живая и здоровая! – радостно подумал Марк, – только выглядит она немного иначе, да какая разница, ведь это моя Анюта!

Девочка была одета в белое, сверкающее платьице, но совсем не то, в котором она ехала в машине.

– Живая! – Марк ещё раз повторил себе под нос желанное слово и рысью бросился к ней, не замечания ни усилившегося жара, ни красных налитых кровью глаз врача, стоявшего рядом с дочерью.

Когда до них оставалось не больше десятка метров, правая нога неожиданно за что-то запнулась, и Марк повалился на землю. Чертыхаясь, он попытался подняться, но, к своему удивлению понял, что и левая нога больше не слушается. Приподнявшись на руках, он повернул голову и с ужасом обнаружил, что обе его ноги плотно обвиты мерзкими змеями. Но присмотревшись, он понял, что это вовсе не змеи, а корни всё тех же деревьев со скрюченными ветками, растущими по обе стороны от дороги.

– Идём к нам, мы чувствуем тебя, мы хотим тебя… – раздались странные неведомые, но в то же время пугающе-приятные, голоса.

– Что это ещё такое? – ошарашено, произнёс Марк, чувствуя, как ветви всё сильнее сжимают свою мёртвую хватку.

– Как видите, господин Градов, я предупреждал о том, что Ваше путешествие не будет лёгким, – спокойным, но в то же время неестественным голосом проговорил Владислав Люций.

– Ах, ты, мразь! Зачем ты сказал мне, что она мертва? – сорвался на крик Марк, сверля яростным взглядом безумную физиономию доктора.

Всё внутри бушевало и разрывалось. Не дождавшись ответа, Марк перевёл взгляд на личико Ани. Девочка спокойно стояла, держа за руку человека, не так давно считавшегося простым врачом самой обыкновенной клиники, каких насчитывалось великое множество, а ныне, больше напоминающего психопата или маньяка-убийцу.

– Милая, как ты? Что с тобой случилось? Как ты сюда попала? – спросил Марк, попутно пытаясь выбраться из цепких объятий неведомых деревьев.

– Меня позвал с собой этот дядя. Он пообещал, что отведёт в новый чудесный мир, – радостно произнесла девочка и звонко хихикнула.

– Отпусти её! – грозно приказал Марк, пытаясь внешне изобразить спокойствие.

– Или что? – язвительно спросил доктор, обняв девочку за плечи.

– Иначе я убью тебя!

– Для начала тебе придётся найти меня, но я уверен, что ты в состоянии это сделать, ведь всю свою жизнь, ты шёл к своим целям несмотря ни на что! – специально сделав акцент на последней фразе, ядовито кинул врач и улыбнулся холодной улыбкой, заставляющей колючие мурашки бежать по всему телу, – именно поэтому я и выбрал тебя, только ты способен на это.

– Кто ты такой? – стараясь оттянуть время, спросил Марк, ещё яростнее пытаясь распутать корни деревьев.

– Кто я - совсем не важно! – твёрдо ответил врач, – гораздо важнее, кто ты сам такой?

– Меня зовут… – начал было Марк, но врач тут же перебил его.

– Я знаю о тебе всё, глупый человечишка! Но вот способен ли ты посмотреть правде в глаза и признаться самому себе в том, какой ты человек?

– Отпусти мою дочь, тварь! – яростно зашипел Марк, чувствуя, как корни всё больше и больше опутывают его тело.

– Она пока побудет рядом со мной, это хорошая гарантия того, что, даже умирая, ты не остановишься ни перед чем, – сказал Люций и, крепко сжав ладонь девочки, направился в сторону ворот.

Анюта и фигура неизвестного человека, стоявшего немного позади них, покорно направились вслед за доктором. Огромные ставни ворот с треском и ужасным грохотом начали расходиться в обе стороны, поднимая густые клубы огненно-красного песка. Разглядеть что-либо за ними было невозможно, но как только гул немного стих, из глубин открывшегося пространства начали доноситься истошные, душераздирающие крики сотен, а может быть и тысяч голосов.

– Анюта, стой! – ещё отчаяннее закричал Марк, но, девочка даже не обернулась.

– Ты сможешь найти её в конце пути, – бросил через плечо Люций, – но, пройдя через ворота, ты никогда не вернёшься обратно…

– Анечка, я найду тебя, чего бы мне это ни стоило… Я клянусь! – крикнул вслед уходящим фигурам Марк, практически весь окутанный корнями.

Пройдя через ворота, фигуры людей начали понемногу растворяться в густой дымке, стоящей невидимой стеной и покрывающей всё внутреннее пространство.

Марк ещё долго смотрел вслед растворяющегося силуэта девочки, той единственной, которая все последние годы была для него источником жизни, самым дорогим человеком на всём белом свете, но сейчас он был не в силах её спасти. Величественные ставни начали обратное движение, с неимоверным шумом плавно двигалось массивное сооружение, скрывая уходящие в неизвестность фигуры, и оставляя обездвиженного человека лежать в одиночестве.

– Да как такое вообще может происходить со мной? – бормотал Марк, – какого чёрта я тут делаю? А может быть я и вовсе сошёл с ума или, что наиболее вероятно, просто умер?

– Идём к нам, мы чувствуем тебя, мы хотим тебя… – ласкали слух странные голоса.

Как бы он ни старался, но вырваться из цепких объятий неведомых существ, продолжавших говорить одни и те же фразы, никак не получалось.

Когда силы были уже на исходе, а ярость начала перетекать в безысходность, яркий свет ослепил привыкшие к полутьме глаза. Озаривший всё вокруг сгусток яркого, чуждого этому месту, света, быстро приблизился к лежащему на земле человеку. Корни деревьев медленно возвращались под землю, нехотя отпуская свою жертву.

Почувствовав, что мёртвая хватка ослабла, Марк с остервенением и отвращением вырвал несколько корней из земли, освободив свои ноги. Но подняться на них он смог лишь спустя несколько мгновений, уж сильно долго он лежал в неудобном положении. Когда ему это удалось, он, наконец-то смог осмотреться. Каково же было удивление, когда он увидел вместо сгустка белого света высокого, статного и длиннобородого мужчину. Скорее даже старика, одетого в старый длиннополый дорожный плащ. Его седую голову опоясывала лента, украшенная всевозможными причудливыми узорами, а опирался он на длинную палку, напоминающую посох. Несмотря на его возраст, который был отчётливо виден по глубоким морщинам, расчерчивающим всё лицо, холодному взгляду, присущему только людям прошедшим тяжёлый жизненный путь и уставшим от бесконечной земной суеты, выглядел незнакомец довольно крепким. Необычное свечение ледяного белого света, окружающее странного человека ореолом, тускло освещало чернильную пустоту безжизненного пространства, царившую в этом странном и, одновременно пугающем, месте.

– Кто ты? – недоверчиво спросил Марк.

– Люди зовут меня Велесом, подземным богом, подателя плодородия и богатства, владыкой мудрости, колдовства, поэзии, повелителем мёртвых.

Конечно, эти слова звучали достаточно дико, по крайней мере, по современным меркам. Ведь в наше время, наш век, само понятие религии многими воспринимается как нечто неестественное, и чем больше человек подчиняет себе законы природы, тем больше наука доминирует над религией, заставляя человека поверить в иллюзию господства над законами мироздания. Но после всего увиденного, разум Марка уже не воспринимал слова незнакомого человека как нечто принципиально невозможное, хотя, сомнения никуда не делись.

– Велес? – недоверчиво начал Марк, – где я нахожусь?

– Ты там, куда суждено попасть многим из вас, людям живущим ныне на земле и верующим в безмятежную вечность в райских гущах под божьей сенью! – с усмешкой презрительно ответил старик.

– А что ты здесь делаешь? И почему помог мне?

Велес улыбнулся и принялся мелодично молвить странные слова:

– Я увожу к отверженным селеньям,

Я увожу сквозь вековечный стон,

Я увожу к погибшим поколеньям.

Был правдою мой Зодчий вдохновлён:

Я высшей силой, полнотой всезнанья

И первою любовью сотворён.

Древней меня лишь вечные создания,

И с вечностью пребуду наравне.

Входящие, оставьте упованья.

Марк непонимающе смотрел на странного человека, называющего себя никем иным, как самим богом. Сотни разных мыслей возникали и тут же исчезали из головы. Он окончательно запутался в этом новом и ужасном мире, где нет ничего, кроме страха, непонимания и непроглядной темноты, поглощающей безжизненный пейзаж.

– Как ты попал сюда, человек? – грозно спросил Велес, – никто кроме ныне мёртвых не имеет право быть в этом месте, а ты пока не есть таков.

– Меня сюда направил врач, то есть я думал, что это врач, – растерянно развёл руками Марк и тут же добавил, – а где именно я оказался?

– Ты у врат владений Сатаны, Люцифера или Демона, выбирай сам, как тебе больше понравится.

– Ну, этот бред уже точно переходит все мыслимые и немыслимые границы, – с наигранной усмешкой ответил Марк и оглянулся по сторонам.

Только теперь ему удалось подробно разглядеть барельеф гигантских стен, а точнее то, что изначально показалось им. Марк даже подумал, что это очередное видение или, быть может, просто действие психотропных препаратов, но то, что предстало перед ним, повергло в шок. Материалом, из которого выстроены эти гигантские стены, было не что иное, как сотни, тысячи, а, может быть, и миллионы гниющих человеческих тел, переплетённых между собой корнями всё тех же жутких деревьев. Внезапное чувство тошноты и отвращения мгновенно окутали тело и разум Марка.

– Что это за мерзость? – спросил Марк, и в этот момент содержимое желудка выплеснулось на землю.

– Все вы люди одинаково впечатлительны, – расхохотался бог, – здесь навеки томятся те, кто за всю свою никчёмную жизнь так ничего и не совершили. Ни добра, ни зла.

– Но почему они тут? – удивлённо спросил Марк, вглядываясь в лица тех несчастных, которым суждено стать узниками этого места, – они же не совершили плохих поступков!

– Неужели ты думаешь, что для того, чтобы попасть в царство истинного Бога, которое люди называют Раем, достаточно просто не делать плохих поступков? – спросил Велес, продолжая громко хохотать.

Марк ничего не ответил, лишь с ужасом всматривался в горы человеческих тел.

– А что с их душами, Велес?

– Их души навсегда останутся между Адом и Раем, они никогда не попадут ни туда, ни сюда.

– Это ужасно, – тихо прошептал Марк.

– Поверь мне, богу подземелья, там за воротами, именно там находится настоящий ужас.

– Мне нужно туда! – твёрдо заявил Марк, вытирая рот рукавом больничной пижамы, – тот человек или демон, чёрт бы его подрал, он забрал мою дочь.

– И ты решишься отправиться за ней прямо в его владения? – уже с неким удивлением в голосе, уточнил Велес.

– Она - это самое дорогое, что у меня осталось в жизни, и я ни перед чем не остановлюсь, пока не найду её!

– Я смотрю, ты не трус, это даже очень интересно, – задумчиво пробормотал бог.

– Помоги мне, Велес, если ты и вправду обладаешь божественной силой, помоги вернуть мою дочь, мою Анютку! – взмолился Марк, понимая, что это единственная возможность для того, чтобы хоть как-то увеличить шансы на успех путешествия.

– Я могу провести тебя, но ценой моей услуги будет твоя душа, жалкий человек! – грозно произнёс старик и посмотрел в наполненные страхом и отчаянием глаза Марка.

– Ты прекрасно знаешь, что у меня нет выбора, я согласен …

– Выбор есть всегда, глупый человек, просто не все умеют его делать. Да будет так! – сказал бог и с силой ударил посохом о землю.

С оглушительным грохотом и лязганьем старых ржавых цепей гигантские ворота вновь начали своё неторопливое движение, открывая проход в пугающую неизвестность, в самом сердце которой ждёт маленькая Анечка.

– В таком виде тебе туда нельзя пройти, ты будешь смотреться слишком, как бы это сказать, – задумался Велес, но, тут же найдя искомое слово, добавил, – инородно, а там, куда мы отправимся, чужаков не любят, так что не надейся на тёплый приём и беззаботную прогулку.

– И где же мне, по-твоему, взять другую одежду? У меня ничего нет, кроме этого дурацкого халата, – Марк осмотрел своё нелепое больничное одеяние.

Не обращая внимания на вопрос, Велес ещё раз сильно ударил посохом о землю, и вновь неведомые корни начали опутывать тело Марка, но на этот раз это не показалось болезненно или страшно, даже, наоборот, сделалось необычайно комфортно. Когда Марк опомнился от странных ощущений, то с удивлением обнаружил, что он облачен не в больничный халат, а в некое подобие плетёных доспехов, или как нынче модно говорить - экзоскелет, хотя, конечно, никаких дополнительных преимуществ, кроме твёрдой защитной оболочки, он не давал. Крепкие чёрные плети овивали тело Марка с шеи до пят. Было удивительно то, что вес этой одежды, если её можно было назвать таковой, практически не чувствовался. Вдобавок удивлял тот факт, что, несмотря на плотное прилегание к телу, одеяние абсолютно не сковывало движения.

– Думаю, так тебе будет удобнее, – удовлетворённо произнёс Велес, смотря человека.

Марк стоял в растерянности. Ведь ещё несколько часов назад он просто лежал на больничной койке после страшной аварии. Сейчас же находится в странном месте, беседует с каким-то несильно приятным, явно страдающим манией величия, человеком, называющим себя ни кем иным, как богом. А вокруг постоянно происходят необъяснимые и пугающие вещи.

Взяв себя в руки, Марк спросил:

– Теперь мы можем отправляться в путь?

– Иди за мной, жалкий человек, и постарайся не отставать, тебе предстоят нелёгкие испытания, – Велес вновь громко рассмеялся.

Они направились сквозь открывшиеся ворота, ведущие в непроглядную черноту, наполненную болью и бесконечными страданиями.

Проходя через монументальные своды, Марк на секунду замешкался и даже хотел остановиться. В его разуме заговорили сотни тысяч голосов, требующих остановиться и отказаться от губительной затеи, все они пытались подавить его волю, но обратной дороги не было, ведь где-то там во тьме и холоде ждёт спасение его маленькая Анюта, и сдаваться, не сделав и шага, он не имеет права. С этими мыслями он двинулся вперёд, оставляя за собой старый мир, который ещё не так давно казался настолько простым и понятным, что ничего не могло разубедить Марка в обратном.

Пройдя несколько десятков метров, он заметил, что давящие стены длинного коридора начали понемногу расступаться, и вскоре путники подошли к огромному котловану, напоминающему гигантскую впадину, уходящую глубоко под землю.

Всё это больше походило на громадный карьер или, скорее, напоминало жерло огромного вулкана, выдыхающего клубы белого пара, застилающего всё вокруг. Делающего и без того мрачную картину поистине пугающей, и в тоже время завораживающей своим величием.

Множество огненных метеоров расчерчивали черноту пространства над жерлом. Стоя на краю, было прекрасно видно, что горящими метеорами были люди, а скорее всего, их души, стремительно падающие вниз без шансов на спасение. Сотни горящих точек издалека казались красивым метеоритным дождём на фоне чернильного неба. Вся эта картина не была бы такой ужасной, если бы не душераздирающие, истошные крики обречённых душ, которые ещё относительно недавно искренне верили, что их место не иначе, как на небесах.

– Дальше дороги нет, Велес, куда нам идти? – стоя на краю пропасти, спросил Марк, осторожно вглядываясь в жерло.

– Теперь у тебя всего один путь, жалкий человек, и этот путь ведёт туда, – опустив голову, спокойно ответил бог.

– Но как нам спуститься? Я не вижу никакой лест… – закончить фразу Марк так и не успел.

Сильный удар посохом в спину, заставил потерять равновесие и, чувствуя, как земля уходит из-под ног, Марк попытался схватиться за стоящего рядом путника, но всё оказалось тщетно, и он стремительно понёсся вниз навстречу неминуемой смерти.

Глава 4

ХАРОН

Острая боль, словно издалека, из-за границы сознания, начала возвращаться и усиливаться с каждым мгновением. Всё тело было скованно невыносимым чувством самого древнего страха, страха боли и смерти. Собравшись с силами, Марку понемногу удалось приоткрыть глаза. Он лежал на всё том же красноватом песке, который, казалось, был буквально пропитан кровью. Повсюду раздавались томные вопли сотен голосов, усиливая и без того гнетущую атмосферу ужаса. Царивший в этом месте страшный смрад, заставлял задыхаться от своей плотности и едкости.

Собрав волю в кулак, Марк поднялся на ноги. К своему немалому удивлению он не обнаружил на теле страшных увечий и переломов, которые непременно должны были возникнуть после такого затяжного падения. Кроме нескольких ссадин и внутренней тупой боли в суставах, всё, казалось, вроде бы, нормальным. Долго думать об этом времени не было, и Марк решил осмотреться.

Во все стороны, насколько хватало взгляда, виднелись огромные скалы, напоминающие своим видом острые зубы гигантской акулы, раскрывшей хищную пасть в предвкушении добычи. Основание скал уходило в беспокойную, бурлящую воду неведомой реки. Черными, словно смола, волнами, она билась в истерике, пытаясь захлестнуть небольшое плато, на котором стоял Марк. Самым удивительным показались не разъярённые волны и беспокойство водной глади, а то, что вызваны они отнюдь не ветром. Стоя на возвышении, Марк не чувствовал ни малейшего дуновения прохлады. Несмотря на это, чёрные воды неистово бесились в агонии, словно встревожены страшным ураганом.

Небольшое плато соединялось с тонким и хлипким мостиком, болтающимся над бурлящей водой. Велеса нигде видно не было, и Марк, решив не терять времени попусту, осторожными шагами направился в сторону единственной дороги, ведущей от одного плато к другому. Тропа эта уходила вниз, ближе к кромке воды.

Сотни болидов тел грешников, огненным дождём продолжали стремительно падать откуда-то сверху. Горящие тела с шипением плюхались в воду, и в местах соприкосновения возникали густые клубы белого пара.

Пройдя несколько сотен метров, Марк увидел, что некоторые скалы напоминают анфас огромных уродливых лиц, изо рта которых, подобно реке, изливается нескончаемый поток человеческих тел. Падая, эти тела оказывались в огромном резервуаре, напоминающем нечто вроде жерла очередного вулкана, нисходящего прямо к воде. Присмотревшись, он увидел, что прямо у подножья этой адской горы качается на волнах диковинное судно.

Огромное чудовище с расправленными крыльями, подобными гигантской летучей мыши, адским парусом возвышалось над истлевшей и прогнившей древесиной корпуса. По размерам судно напоминало большой танкер или что-то подобное, хотя, конечно, невозможно было с такого расстояния точно сопоставить его размеры.

Ввиду отсутствия возможности выбрать какой-либо иной путь в обход странного корабля, не говоря уже о возвращении обратно, Марк направился по дороге, ведущей вниз к реке.

Чем ближе он приближался к причалу, возле которого и стояло таинственное судно, тем больше становились понятны реальные размеры огромного корабля. Старый деревянный корпус оказался вовсе не деревянным. Он состоял из бесконечного числа гнилых жёлтых ногтей изъеденных трупными паразитами. Местами в нем зияли огромные дыры, через которые виднелись искажённые бесконечным ужасом лица сотен людей.

Борта судна украшали огромные черепа невиданных монстров. Но самым страшным казалось чудовище, что восседало на корме, заслоняя крыльями непроглядную черноту над головами медленно поднимающихся на борт сгорбленных фигур.

Шедшие люди, а скорее оболочки людей, их истерзанные обречённые души, угрюмо смотрели вперёд пустыми взглядами. Марк не заметил, как случайно коснулся одного из них. Перед глазами вспыхнула страшная картина жестокого убийства, вызванного ревностью и страхом. От неожиданности Марк отшатнулся и тут же коснулся другого человека. Вновь сознание обожгла картина того, как из-за глубокого отчаяния человек выпрыгивает с балкона высотного здания. Сердце сжалось от страха и обречённости, царившей в душах проходящих мимо людей. Ещё множество картин последних секунд жизни и переживаний обречённых душ предстали перед глазами, обжигая распалённое сознание.

– Стой, смертный! – раздался ужасающий голос чудовища, усиленный многократным эхом, – тебе сюда нельзя!

– Кто ты такой? – в ответ крикнул Марк, боясь, что с такого расстояния его не услышат.

– Ты не знаешь меня? – удивлено переспросило чудовище и повернуло свою огромную голову в сторону мужчины.

Ужасное белое лицо, если это можно было назвать лицом, смотрело на Марка пустыми провалами глаз. Острые как бритва клыки заполняли его пасть. Нечто похожее на длинную седую бороду спускалось практически до уровня палубы. Тяжёлое дыхание тихим и глубоким рыком доносилось из недр тела чудовища.

– Кто ты? – остановившись, повторил Марк, стараясь больше не прикасаться к проходящим мимо людям.

– Я есть Харон, я великий страж Порога, проводник падших душ в царство вечной боли и страха!

– Куда ты увозишь всех этих людей?

– Я проводник через реку Ахерон. Это граница между верхним и нижним мирами. Никому не суждено вернуться назад.

– Проведи меня, великий Харон, я иду за своей дочерью! – стараясь не показывать страха, взмолился Марк.

– У тебя нет платы, смертный! – громко проскрежетали уста Харона, – все, что было при жизни, можешь забыть, здесь, в пучине боли и страданий, ты никто!

– Я пройду чего бы мне это ни стоило, и ты меня не остановишь! – Марк почувствовал разгорающуюся в глубине сознания ярость, перемешанную с всепоглощающим страхом.

– А ты смелый человек, но глупый! – усмехнулся Харон, – я перевожу только тех, чьи кости обрели покой в могиле или в пламени вечного огня, а твоих там пока нет.

– Возьми мою душу! – резко оборвал Марк.

– Ты глупец! – вновь расхохотался перевозчик, – все души мира земного и так наши.

– Проведи меня, прошу…, – вновь взмолился Марк, но в ответ последовала лишь мертвецкая тишина, прерываемая стонами идущих на борт корабля людей.

– Постой, – неожиданно осёкся Харон, – ты предложил мне уже и так завещанную душу, а обещанного никто не вправе взять дважды. Так и быть, я помогу тебе.

Марк удивлённо поднял брови, хотя даже если бы чудовищный проводник в царство мёртвых ему отказал, то он в любом случае предпринял попытку взойти на борт.

Как только Марк собрался сделать шаг на трап судна, на плечо легла чья-то рука. От неожиданности он вздрогнул и резко обернулся. Это был не кто иной, как Велес.

– Постой, подумай, человек! – грозно произнёс седовласый старик, – даже если тебе удастся найти свою дочь, никакие силы уже не смогут вернуть тебя обратно.

– Ты не понимаешь, моя Анечка сейчас там, она одна, напугана, несчастна, я не могу её бросить…

Велес стоял и отрешённо смотрел на Марка, не выражая абсолютно никаких эмоций.

– Чего бы мне это ни стоило, я должен пойти за ней, у меня нет выбора, это я во всём виноват, – тихо сказал Марк, чувствуя, как одинокая слезинка стекает по его щеке.

– Моё дело предупредить тебя, человек, – уже без иронии в голосе сказал Велес, – но выбор всегда остаётся за каждым…

– Я пойду! – твёрдо решил Марк и направился вверх по трапу.

– Громким хохотом разошёлся Харон и, взяв в длинные скрюченные руки огромное весло, начал неторопливо отталкивать борт судна от пристани.

Как только корабль отошёл на нужное расстояние, огромные крылья Харона расправились и начали неистовые движения, разгоняя судно сквозь бурлящую воду.

Взглянув за борт, Марк с ужасом понял причину безветренного волнения чёрной воды. Множество рук тянулись к бортам корабля, безуспешно пытаясь уцепиться за что-либо.

– Кто это? – спросил Марк, с отвращением и ужасом наблюдая страшную картину.

– Это те, кто попытался вплавь вернуться из мира Люцифера, они не в силах этого сделать, но каждый думал, что именно он способен стать первым, – с каждым новым словом в голосе Харона чувствовалось нарастающее отвращение, – глупые и самомнительные люди, вообразившие себя выше всяческих правил.

Закончив фразу, Харон размахнулся и с немыслимой силой рассёк веслом воду ровно в том месте, где люди пытались уцепиться за борт. Жалобные стоны донеслись снизу, но Марк не посмел взглянуть на утопающих людей, которые по страшной иронии судьбы не могли утонуть.

– Почему ты так ненавидишь людей? – не скрывая неприязни и пересилив собственный страх, спросил Марк.

– Люди словно болезнь чумы, вы живёте глупой, бесцельной жизнью, хаотично размножаясь и уничтожая при этом свой собственный мир. Вами движут низменные желания. Вы убиваете себе подобных из-за прихоти или ради выгоды. Вы бич земного мира, и всех ждёт кара за грехи ваши, – яростно молвил Харон, а на месте его глазниц то и дело вспыхивали искры адского пламени.

– Далеко не все такие, среди нас есть невинные, моя дочь! – ответил Марк, смотря в пылающие глазницы чудовища.

– А ты сам, жалкий червяк, считаешь себя безгрешным? – спросил Харон, безумным хохотом озаряя все вокруг.

Марк ничего не ответил. Он подумал, что ещё немного и ситуация может выйти из-под контроля, а разъярённое чудовище явно не было мирно настроено по отношению к нему. Велес молча стоял в стороне, продолжая вглядываться в удаляющийся берег.

Прошёл час, а может день, казалось, что время в этом страшном месте застыло в бесконечности и нет силы, способной его подтолкнуть или ускорить. Всё же, вдали показался край земли, медленно выползающий из бесконечной пустоты, окружающей черные воды Ахерона. Харон причалил к берегу и спустил наземь трапы. Сотни душ покорно начали спускаться по ним, заканчивая своё последнее путешествие.

– Что я должен тебе, Харон? – сойдя с трапа и обернувшись, спросил Марк.

– Твоя дань будет оплачена, жалкий человек, можешь в этом не сомневаться, а теперь ступай и никогда не возвращайся, иначе и тебе томиться в этих водах, – громко сказало чудовище, и его корабль вновь направился в бесконечную черноту.

Глава 5

ЛИМБ

Посмотрев вслед кораблю, исчезающему во мраке чёрной бездны, Марк направился дальше по единственной дороге, ведущей всё ниже и ниже вглубь невиданного мира. Вокруг шло множество безликих стонущих фигур, идущих, как скот на скотобойню, но не в силах вернуться вспять. Велес отстал и затерялся в толпе позади них. Марк старался держаться как можно дальше от проклятых угрюмых душ, всячески избегая какого-либо контакта, ибо тяжесть боли, царившей в их сердцах, была невыносима.

– Сквозь тьму не плач до слуха доносился,

А только вздох взлетал со всех сторон

И в вековечном воздухе струился.

Он был безбольной скорбью порождён,

Которою казалися объяты

Толпы младенцев, и мужей, и жён…

Тихое пение, словно журчащий ручеёк в нескончаемой пустыне, раздалось совсем близко и, обернувшись, Марк вновь увидел идущего прямо за ним Велеса.

– Хорошо, что ты тут, – облегчённо признался Марк.

– Моё присутствие тебе ничем не поможет, человек! – словно отрезав, промолвил Велес, – ты один на этом пути, и никто кроме тебя самого не в силах помочь.

– Куда ведёт эта дорога? – спросил Марк, меняя тему разговора.

– Мы на первом круге, здесь страдания грешников безболезненны, их наказание - это вечная скорбь. Выпало оно на долю тех, кто не был крещён и недостаточно верил в Бога.

– Крещён? – удивлённо спросил Марк, и тут же добавил, – а как же миллионы людей, исповедующих десятки, а то и сотни других религий?

– Ты глупый человек, основная победа Люцифера в ваше время заключалась именно в том, что ему удалось заставить людей поверить в нереальность бытия загробного и в силу науки. Он сам создал десятки лжерелигий только с одной целью, дабы отвернуть людей от истинного врага его - Бога небесного.

Конечно, Марк никогда не был особо религиозным человеком, он верил в нечто неподвластное человеческому разуму, но уж точно не в то, что почти всё на земле создано ужасным демоном.

– Зачем ему это, Велес?

– С помощью вашей грешной сущности извращённой деньгами, похотью, жаждой власти, он пополняет свои ряды и заселяет своё царство. И когда его царство наберёт достаточную силу, он вновь вознесётся к небесам, свергнув тех, кто сослал его в пучину ада.

Незаметно дорога расширилась, и пейзаж перестал быть мертвенно-пустынным. Вдоль неё начали возвышаться угловатые, сгорбленные холмы и колонны очень старых развалин непонятной формы. Множество их оголённых остовов были погребены тысячелетним песком времени. Лежащие повсюду обломки конструкций и повсеместное запустение усиливали и без того томную тоску этого места. Вдали виднелось некое, более или менее, сохранившееся здание, больше напоминающее старинный амфитеатр. Марку доводилось и раньше видеть подобные сооружения, когда они вместе с дочерью путешествовали по Италии и Греции.

Тихий детский плач донёсся из-под груды очередной каменной насыпи.

– Что это за звук? – остановившись, удивлённо спросил Марк, но Велес стоял молча, пристально смотря вдаль стеклянными глазами.

Плач раздался вновь, и Марк, не дождавшись ответа, бросился в сторону одной из насыпей.

Звук усилился. Упав на колени, Марк яростно принялся разбирать груду обломков.

– Помоги мне, Велес, похоже, тут ребёнок! – закричал Марк, откидывая камни в разные стороны, но старик, словно статуя, продолжал стоять на месте, не реагируя на призывы о помощи.

Откинув очередной камень, Марк увидел небольшой кулёк. Добравшись до него, он тут же развернул шёлковую ткань и опешил от ужаса. В его руках лежало тельце маленького ребёнка. Ещё совсем крохотного, которому не суждено было родиться на свет. В сознании вспыхнула страшная картина, которую уже десятки лет Марк старался забыть, вычёркивая детали из памяти. Этот кошмар преследовал его в самых страшных снах. Это был его ребёнок, тот самый, рождения которого он не захотел. Слёзы градом побежали по щекам, создавая солоноватый вкус на губах.

Это было то самое время, как только Марк начал встречаться с Катей. Он искренне любил её, и она отдавала ему всю себя без остатка. Но непомерная тяга к успеху в карьере, старание не быть похожем на своих вечно пьющих и ругающихся родителей, подталкивали Марка на то, чтобы посвящать всего себя нескончаемой работе и деньгам. Даже незапланированная беременность Кати не остановила Марка в его стремлении к богатству и хорошей жизни.

– Я люблю тебя и хочу оставить нашего ребёнка! – говорила тогда она, но Марк был непреклонен.

– Нет! Мы подождём ещё пару лет, скоро мне должны предложить новую должность управляющего, вот когда встанем на ноги, тогда и заведём, хорошо любимая? – холодным тоном отвечал он.

– Но так нельзя, это же убийство! – старалась переубедить его Катя.

Спустя пару дней Марк отправил её в клинику, и всё было кончено. Только по прошествии пяти лет Катя решилась на вторую попытку, в результате которой родилась Анечка.

Руки Марка начали трястись, он не мог поверить в то, что этот ужас происходит на самом деле. Звук плача этого маленького комочка родной плоти звонко отдавался в ушах.

– Как же такое может происходить? Это сон, это просто страшный сон! – закричал Марк, бросив свёрток на землю.

Звук плача стал невыносим, он был настолько громким и тонким, что барабанные перепонки сдавило сильной болью. Оглядевшись по сторонам, Марк обнаружил, что множество небольших фигурок, появившихся из ниоткуда, начали его окружать. Детский писк заглушал все посторонние звуки, и Марк даже не сразу понял, что Велес уже давно стоит у ворот амфитеатра и что-то громко кричит, размахивая руками. Маленькие фигуры были практически голыми, с виду они напоминали детей, только их лица были искажены страшными увечьями, а изо рта торчали маленькие острые зубы.

Не дожидаясь окончательного окружения, Марк бросился бежать. Несколько фигурок с нечеловеческой быстротой прыгнули на него, стараясь свалить на землю. Сильная боль охватила правую ногу. Опустив взгляд, он увидел, что одно из этих страшных существ впилось в бедро, прокусив острыми зубами материал доспехов, подаренных Велесом. С размаху ударив существо локтем, Марк почувствовал, как хрустнули кости, и оно разжало смертельную хватку. Превозмогая боль, он ещё стремительнее бросился к стоящему у дверей амфитеатра, Велесу. Ещё несколько существ попытались схватить его за ноги, но не успели. Хлёсткий удар ногой помешал очередной твари остановить Марка, почти добежавшего до спасительных ворот.

– Закрывай! – закричал Марк, буквально пролетев сквозь оставленный Велесом проём.

С гулким грохотом, заглушаемым пронзительным писком маленьких чудовищ, большие ставни массивных ворот закрылись, отрезая Марка от кровожадных тварей, стучащихся своими телами о непреступную для них стену.

– Чёрт, ну и быстрые же они… – прислонившись к стене, прохрипел Марк, пытаясь восстановить дыхание.

Он хотел приложить ладонь к прокусанной ране, но одетый на него доспех не позволил добраться до места укуса.

– Тебе повезло, смертный, ты бы пришёлся им по вкусу, – съехидничал Велес и направился вглубь старинного строения, Марку ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

Длинные чёрные коридоры местами сменялись большими комнатами. На стенах висели портреты известных учёных и философов. Посреди мрачных тёмных комнат стояли большие столы. Подойдя к одному из них, Марк увидел покрытую пылью и песком времени модель солнечной системы. Она была совсем старая, скорее даже - древняя и совершенно не отражала известную нам реальность. На ней была изображена плоская Земля и вращающееся вокруг неё Солнце. Стены были исписаны сотнями длинных замысловатых формул. В следующей комнате Марк обнаружил загадочные механизмы. Тут стояла платформа, над которой закреплён своеобразный винт удивительной формы. Присмотревшись, Марк понял, что перед ним находится не что иное, как первый в мире вертолёт - гениальное изобретение великого Леонардо да Винчи. Оно было в обветшалом состоянии, и толстый слой пыли явно давал понять, что уже много лет никто к нему не прикасался. Немного поодаль лежали деревянные, увешанные обугленными птичьими перьями, крылья.

– Это крылья Икара, глупца, возомнившего себя равным богам, – ответил Велес на вопрос, который Марк даже не успел задать.

– Почему боги так ревностно к этому относятся? – поинтересовался Марк, – ведь недаром, как гласят легенды, бог создал нас по своему образу и подобию.

– Негоже человеку тягаться с богом! – нервно ответил Велес и всем своим видом показал, что разговор окончен.

Ещё раз окинув взглядом десятки различных макетов и странных конструкций, Марк направился дальше. Пройдя вдоль пустого и холодного коридора, они остановились возле очередной двери. Глухой гул и гогот доносились из глубины помещения.

– Что там такое?

Не ответив, Велес распахнул ворота, и они оказались на трибуне древнего амфитеатра. Длинные лавочки тянулись по всему периметру огромного зала и поднимались до самой его вершины. На миг Марк почувствовал себя в шкуре гладиатора, загнанного дикими зверями под разъярённый вой ликующей толпы. Но первое чувство мгновенно улетучилось, потому что вместо толпы он увидел лишь чёрные тени людей, а вместо рёва услышал их томный шёпот.

– А я говорю, что Земля круглая, – тихо промолвила тень, напоминающая Аристотеля.

– Весь мир контролируют иллюминаты, – шептала тень на противоположной стороне арены.

– Религия - это полнейшая чушь и заблуждение. Наука - вот истина, к которой мы должны стремиться! – возразила очередная тень.

И так сотни голосов превращались в абсолютно несвязанный гул, заполняющий всё пространство амфитеатра. Присмотревшись, Марку удалось разглядеть в этих померкнувших душах множество некогда великих людей, о жизни которых он знал только из книг по древней истории и мифологии. Среди сотен теней он узнал величайших поэтов и учёных древности, таких как Гомер, Гораций, Овидий, Вергилий, Сократ, Платон, Демокрит, Лукан и ещё множество других. Также там были римские и греческие герои: Электра, Гектор, Эней, Цезарь. Но больше всего его поразило то, что наряду с ними сидели и его современники, такие как Стивен Хокинг, Роберт Эдвардс, Альберт Хофман, Нельсон Мандела и ещё сотни других, не менее известных личностей.– В этом круге навечно останутся те, кто не совершал тяжких грехов, но и не верил в истинного Бога, – проговорил Велес и направился вдоль арены.

– Я никогда не думал, что свобода мысли может наказываться подобным жестоким образом, – угрюмо буркнул Марк, смотря на длинную вереницу теней, ведущих свою неспешную, бесконечную беседу во тьме подземного мира.

Они вышли из полуразрушенного обветшалого сооружения с противоположной стороны. Огромные ворота, со свойственным им скрежетом и грохотом, поднимая многовековую пыль, сомкнулись за спиной чужака, коим был Марк в этом ужасном месте.

Они отправились по уходящей вниз извилистой дороге, тянущейся между острыми скалами и освещаемой тысячами горящих факелов, раскиданных по обе её стороны.

– Неужели истинный Бог настолько жесток по отношению к людям? – прервав молчание, спросил Марк.

– Это не он жесток к людям, это вы сами жестоки по отношению к себе и окружающему вас миру, – не поворачиваясь, ответил Велес. – Вы думаете, что всё в мире подчинено только вам, пытаетесь изменить и подстроить его законы под низменные желания и прихоти, совершенно не замечая при этом, что губите свой же собственный мир.

– Это неправда, никто не вправе судить нас только за то, что мы пытаемся сделать свою жизнь чуточку лучше, – возразил Марк.

– Ты скоро встретишь того, кто вправе! – расхохотался Велес, и на этом диалог подошёл к концу.

Глава 6

ПОХОТЬ

Спустя некоторое время вдали показалась зазубренная верхушка величественной башни странного маяка или древнего форта, окружённого бесконечной бушующей водной гладью с одной стороны и глубоким скалистым обрывом с другой. Отсюда было достаточно сложно определить назначение подобного сооружения. Страх понемногу начал отступать, а на смену ему приходило отчаяние и усталость. Холодный ветер яростно хлестал путников по их лицам, давая понять, насколько нежеланными гостями они являются в этом мире.

– Что это за место, Велес? – пересиливая порывы ветра, крикнул Марк.

– Это второй круг. Здесь обитает несговорчивый судья проклятых, а страстных любовников и прелюбодеев в этом круге наказывают кручением и истязанием бурей, – с ухмылкой ответил бог. – Здесь всё покрыто мглой и постоянно бушует буря, порывы ветра швыряют души тех, кого на путь греха толкнула любовь. Возжелал чужую жену или мужа, жил в разврате - твоя душа будет носиться неприкаянной над бездной во веки вечные.

– Получается, что и любовь тоже нынче ужасный грех, достойный вечных мук? – фальшиво усмехнулся Марк.

– Не путай истинную и чистую любовь с порождением желания плоти, жалкий человек. Вы уже забыли, что значит любить и быть любимым, – угрюмо ответил Велес. – Для каждого главное деньги и положение среди таких же ничтожеств, ради которых вы готовы продать своё тело и душу, невзирая на истинные чувства и желания.

Марк прекрасно понимал, о чём говорит ему Велес. Ведь и правда после того, как у него самого появилось много денег, круг знакомых расширился до такой степени, что он не помнил имён и половины девушек, с которыми плелись мелкие интрижки. Любовь умерла вместе Катей и уже больше никогда не возвращалась в его сердце. Все, кто был после неё, являлись блеклыми тенями, уходившими на рассвете нового дня и не оставляющими за собой абсолютно никаких эмоций.

Чем ближе путники подходили к величественному маяку, тем сильнее становились порывы ветра, а красноватое сияние, царившее повсюду в столь ужасном мире, постепенно ослабевало, давая волю непроглядной тьме. Мрак окутывал всё сильнее, чернота стелилась плотной пеленой. Тёмный силуэт огромного маяка не освещался, и от этого выглядел ещё более зловещим. Обнажённые каменные фигуры женщин с гордо выпирающей грудью и мужчин, не скрывающих своего мужского величия, высились по обе стороны от дороги. Очередь измученных теней длинной вереницей тянулась от входа в башню призрачного маяка.

– Чего они ждут? – громко спросил Марк, пытаясь пересилить порывы ветра, которые своей необузданной силой заглушали звуки гула безликой толпы.

– Они ждут своего последнего и самого страшного суда, а судить их будут за деяния, о которых при жизни они даже не задумывались или считали, что это глупые предубеждения. Людям свойственно, находясь в безликой толпе, становиться её серой глупой, ничем не думающей частью, безвольным винтиком огромного неповоротливого механизма.

Как ни странно, но стоящая у входа толпа безропотно расступилась, освобождая приближающимся путникам проход в странный маяк. Марк буквально чувствовал, как холод их тел неприятной волной окутывает его и заставляет невольно передёрнуть плечами. Проходя через ворота, Марк неожиданно почувствовал, как его легонько одёрнули за руку.

– Что ещё за…? – начал было Марк, но тут же оборвал себя на полуслове.

Рядом с ним стоял его старший брат, при жизни с которым он практически не общался, но и о том, что он умер, Марку было не известно.

– Помоги мне, брат, – взмолилась тень.

– Игорь? Как ты сюда попал?

– Я не знаю где я, только чувствую бесконечную печаль и боль, – ответила тень, – я хочу вернуться, у меня дома семья, ты мне поможешь, брат?

– Пойдём! – твёрдо сказал Велес, – ты ему уже не в силах помочь, теперь его душа во власти Люцифера, и судьба его тесно связана с этим местом.

– Но мой брат не был плохим человеком! Почему он оказался именно тут? – одёргивая руку, спросил Марк.

– Не твоё дело судить его! – ответил бог и направился внутрь маяка.

Окинув взглядом стонущую тень брата, который с надеждой смотрел потухшими и наполненными страхом глазами, Марк с ненавистью перевёл взор на молча удаляющегося Велеса и, чертыхаясь, последовал вслед за ним.

Далее они оказались в большом зале, холодные стены которого были украшены разноцветными коврами, а на полу стелились мягкие, пушистые шкуры невиданных животных. Множество теней лежали на них, извиваясь в неестественных позах. Томные звуки страсти наполняли помещение, в котором уже перестали слышаться завывания порывистого ветра, яростно бьющегося о стены мрачного маяка.

– Это он… он… – ласково промурлыкал тихий женский голосок.

Множество теней тут же обратили на Марка свои потухшие взоры.

– Идём к нам, ты такой красивый, мы тебя будем любить и ласкать вечно, ты самый лучший, – нежные голоса заполонили помещение.

– Зайчонок, ты больше не хочешь меня? – прошептала подошедшая почти вплотную тень, – помнишь, как нам было хорошо с тобой?

Марк едва смог разглядеть бледное лицо. Оно выглядело совсем не таким жизнерадостным и румяным каким он его помнил, но всё же это было именно оно. Перед ним стояла его бывшая секретарша, с которой когда-то был мимолётный роман, а после она быстро уволилась из его фирмы, и они никогда больше не встречались. Её худое, белое личико всё ещё пыталось отразить невинную и истинную красоту, за которую её ценил Марк, но сделать это уже не удавалось.

– Ты вспомнил меня, любимый? – тихо прошептала она, – а ты помнишь, что говорил мне тогда, когда возложил на свою постель? То, как ты говорил, что мы теперь всегда будем вместе, и я единственная любовь?

– Это было давно, с тех пор многое изменилось! – попытался оправдаться Марк, видя, как другие тени встают с пола и медленными шагами начинают его окружать.

– А ведь я и правда тебя любила. Я верила тебе. Ты был моим первым мужчиной! – не останавливаясь, тихо молвила тень маленькой хрупкой девушки. – После того, как ты меня предал и бросил, я не хотела больше жить и от отчаяния искала всё новых и новых мужчин, пока не нашла того, кто избавил меня от страданий. С тех пор я жду тебя тут, любимый, я жду тебя!

Тень девушки резко обрела довольно чёткие очертания, а глаза налились кровью. Стало ясно, что её руки не заканчиваются тонкими красивыми пальчиками, как это было раньше, сейчас это были, скорее, некие острые скрюченные, вызывающие отвращение, длинные ногти.

– Что ты такое? – оторопел Марк, пятясь в противоположную сторону от бывшей любовницы и идущих за её спиной теней.

– Мы любим тебя, мы хотим тебя, Марк, – не унимались они, причём их голос звучал сродни тому, с которым шептали корни тех деревьев овивающих тело на пороге ворот ада, – мы давно ждали тебя, теперь ты наш!

В молниеносном прыжке демон, являвшийся при жизни миловидной девушкой, сократил дистанцию настолько, что ему хватило длины острых как бритва ногтей, чтобы располосовать прочную одежду Марка.

Ошарашенный таким резким поворотом событий Марк упал на спину. Врождённая реакция и обострённый инстинкт самосохранения предупредили об очередной опасности. Перекат на бок, буквально на несколько сантиметров позволил отвести грудь от впившихся в пол десятков ногтей другой твари, прыгнувшей откуда-то справа.

– Теперь я возьму тебя, мой сладкий зайчик! – зашипела другая тварь, обходя с противоположной стороны.

Времени на обдумывание ситуации не было. На первый план вышел первобытный страх, и Марк с силой рванул одну из лежащих на полу шкур. Стоящий перед ним демон потерял равновесие и повалился на пол. Вскочив на ноги, Марк тут же схватил стоявший вблизи металлический подсвечник на длинной стойке. Размахнувшись, он ударил ещё одного демона, прыгнувшего из дальнего угла.

– Прочь, исчадия ада! – яростно закричал Марк, ощущая, что виски сдавливает от перенапряжения, а костяшки пальцев белеют от того, с какой силой его руки сжимают спасительный подсвечник.

Краем глаза он заметил приоткрытую дверь, за которой проступали очертания лестницы. Не мешкая, Марк бросился к ней. Фыркая и рыча, демоны кинулись вслед за жертвой. За спиной продолжали звучать сладкие стоны и приятные женские голоса, просившие не уходить от них, отдаться им, но, разумеется, делать этого он не стал.

Подниматься по лестнице, да ещё и с не особо лёгким металлическим предметом в руках, было тем ещё удовольствием, но страх смерти и ужас от вида преследовавших тварей не позволял остановиться. Выбежав на верхнюю площадку башни, являющейся венцом всего маяка, Марк в очередной раз обомлел от увиденного.

Перед ним возвышались удивительные колонны, укрепляющие верхние своды сооружения и защищающие от порывистого ветра вечно бушующего урагана. Узоры этих колонн напоминали разные части тел, переплетённых между собой в странных, зачастую экзотических позах, в которых проглядывалась извращённая сексуальность и адская изощрённость неведомого архитектора.

Между ними, устроившись на большом каменном троне, восседало ужасное, мерзкое, но в то же время величественное существо. Оно было не человеком, хотя имело голову и руки, отдалённо похожие на человеческие. Лицо, если это можно так назвать, руки, тело были словно оплавлены до такой степени, что кожа превратилась в обвисшую бесформенную массу. Омерзительная туша, являющаяся его телом, плавно переходила в длинный мясистый змеиный хвост, заканчивающийся острым зазубренным наконечником. Хитиновая чешуя хищно переливалась светом горящих факелов. Глаз не видно, они были погребены под бесконечными складками висящей кожи. В руке оно сжимало большой деревянный молот.

Оказавшись прямо перед отвратительным существом, Марк остановился и, к своему удивлению, обнаружил, что погоня прекратилась, а демоницы наблюдают за ним из-за колонн, не решаясь приблизиться.

– Кто ты? – борясь с внутренним смятением и страхом, Марк спросил неведомое существо.

– Я царь Минос, я тот, кто приговорён на веки вечные судить проклятых за их деяния! – голос чудовища звучал настолько громким, что в голове возник сводящий с ума чугунный звон, с лёгкостью заглушающий рычание ветра, – а кто ты сам, что так бесцеремонно вторгаешься в мои покои?

– Я тот, кто пришёл сюда в поисках своей невинной дочери, которую у меня отнял твой господин! – твёрдо ответил Марк и демонстративно сделал шаг вперёд, давая понять, что страха он не испытывает, хотя, на самом деле, он еле удерживал зубы от набивания чечётки.

Минос наклонился и приблизился так близко, что Марк почувствовал движение его огромной мощной груди. Дыхание чудовища тяжёлыми порывами вырывалось из растопыренного носа.

– Дочь твоя может быть и невинна, но в тебе я чувствую запах предателя, чревоугодника, изменника, – немного тише проговорил Минос и тут же, улыбнувшись, добавил, – ах да, от тебя пахнет убийцей!

– Я никого не убивал! – возразил Марк.

– Твоё враньё меня не убедит, я чувствую в тебе то, чего ты сам признавать боишься, прекрасно зная, что говорю я правду, – заговорщическим тоном прошептал Минос.

– Ты врёшь, чудовище! – вскрикнул Марк.

– Я лишь судья, а настоящие чудовища - это люди, если их можно таковыми назвать, похожие на тебя, – он легонько ткнул молотом в живот Марку и добавил, – тебе не убежать, ни от воспоминаний, ни от греха своего!

– Раз я убийца, тогда отправь меня прямо к сердцу ада, о великий судья! – предложил Марк, понимая, что это его шанс быстрее попасть туда, где Люцифер удерживает Анну.

– А ты хитрый человек, но неужели ты думаешь, что сможешь вот так просто одурачить великого судью? – Минос вновь приблизился к Марку и глубоко вдохнул его запах, – вначале я убью тебя, а уж потом, поверь мне, я отправляю твою душу в самое страшное место этого мира!

Мощный удар в живот судейским молотом откинул Марка на несколько метров. Дыхание перехватило, а мышцы свело судорогой. Странная одежда, подаренная Велесом, немного смягчила удар, но полностью защитить оказалась не в состоянии.

Вознеся молот над головой лежащего человека, Минос торжествующе фыркнул и опустил тяжёлый предмет в надежде раздавить назойливое насекомое. К его удивлению, молот не достиг своей цели, а упал в нескольких сантиметрах от жертвы. Не теряя ни секунды, Марк бросился к ближайшей колонне. Толстый хвост с тонким и крайне острым лезвием на конце последовал в погоню за букашкой, мельтешащей перед великим судьёй мёртвых.

Один из демонов в обличии прекрасной обнажённой девушки ринулся навстречу Марку в неистовом желании впиться острыми когтями в тело и разодрать в клочья. Предугадав готовящийся смертельный манёвр, Марк резко сменил траекторию, уходя в сторону от неминуемой смерти. Бросившийся из-за колонны демон прыгнул прямо навстречу зазубренному хвосту Миноса, который разорвало его на две части. Фонтаны серого вещества брызнули во все стороны, заливая и без того поросший грязью и плесенью пол. Воспользовавшись заминкой, Марк успел скрыться за колоннами в надежде попытаться покинуть башню по наружной стене, но всё было тщетно. Высокие стены не имели выступов и парапетов, позволяющих покинуть верхнюю площадку.

Каким-то внутренним чутьём или невесть, каким чувством, обостряющим все человеческие рефлексы в момент смертельной опасности, Марк заметил, как за его спиной, словно вздыбленная змея, с пола поднялся чешуйчатый хвост в готовности нанести свой удар.

– Это конец! – решил для себя Марк, зажмуривая глаза и готовясь к неизбежному.

Лезвие стремительно бросилось на жертву, предвкушая неминуемую победу, но вдруг остановилось прямо перед лицом человека, мысленно распрощавшегося с жизнью. Открыв глаза, Марк с удивлением обнаружил, что длины хвоста, запутанного среди множества колонн, не хватает.

Яростно взревев, Минос пытался освободить себя и закончить начатое. Мощными ударами хвоста вправо и влево он распутывал хитросплетения своего тела. Марк решился на отчаянный шаг и, вновь выбежав на середину башни, подобрал ржавую стойку подсвечника. Подобно рыцарю на турнире он набрал скорость и всадил импровизированную пику в живот огромного чудовища.

Ещё более яростно, ещё более громко Минос взревел от боли и нескончаемого удивления столь неожиданному повороту событий. Огромная река серой жидкости хлынула на каменный пол. Движения хвоста стали хаотичными, но от того не менее стремительными и смертоносными. Ещё одному демону не повезло оказаться у него на пути. Как и предыдущую тварь, его разорвало ударом острого наконечника. Значительная вибрация начала разноситься по всей башне, заставляя колонны, стоявшие сотни, а то и тысячи лет в спокойствии, осыпаться и терять устойчивость.

Весь маяк пошёл ходуном. Несколько колонн завалились прямо на середину башни, придавив извивающийся в конвульсиях хвост. Огромный свод башни накренился. Марку не оставалась ничего иного, кроме как добраться до единственной винтовой лестницы, по которой он и попал в башню. Шипение десятков демониц преследовало нёсшегося сломя голову человека.

Усиливающиеся вибрации, расходящиеся по всему маяку, стали напоминать страшное землетрясение. Один неловкий шаг или неправильно выбранная траектория, несомненно, привели бы к падению с большой высоты, но Марк не останавливался. Он стрелой летел вниз, не оглядываясь, а лишь быстрее и быстрее набирая скорость.

Выбежав на центральный двор маяка, Марк увидел, как на самом верху башни огромный накренившийся свод с ужасным грохотом начал обрушаться, погребая под собой всех чудовищ, выбежавших на помощь великому судье.

Сотни теней, стоявших у ворот, бросились в рассыпную в надежде уйти от неминуемого наказания. Многовековые стены тряслись в агонии и осыпались на мелкие куски, разносимые бушующим ветром по всей округе. Спустя несколько минут всё было кончено. Маяк лежал в руинах, и даже ураганный ветер на время перестал петь свою адскую песню диких порывов. Настала давящая тишина, изредка разрываемая далёкими криками и отчаянными стонами.

– Спасибо тебе, брат, – тихим голосом прошептала тень, единственная не убежавшая в поисках спасения, – но то, что ты сделал, продлится не долго, скоро он вновь вернёт всё на круги своя, они не позволят нам сбежать отсюда, мы теперь его рабы.

– Я постараюсь найти путь к спасению, и как только мне это удастся, то обязательно вернусь за тобой, Игорь, я тебя не оставлю, – произнёс Марк, пытаясь дотронуться до дрожащей странным маревом тени.

– Я верю тебе, брат, но теперь я точно знаю, что меня уже не спасти, – жалобно простонал Игорь, – теперь я совершенно чётко осознал, что жизнь моя завершена, и я ничто иное, как бесплотная душа, заблудшая в мире который сам же заслужил.

– Нельзя сдаваться, тебя ещё можно спасти, – возразил Марк, – ты же сам говорил о своей семье, и о том, что они жду тебя!

– Я их предал, Марк, я их бросил, никто меня не ждёт, я вспомнил всё то, что делал при жизни и то, как поступил в её конце. Рано или поздно всех нас ждёт последний суд, – промолвил Игорь, смотря на развалины башни, – ступай с миром и никогда сюда не возвращайся, тут нет ничего кроме нескончаемой боли и страданий!

Марк протянул руку и практически дотронулся до Игоря, но его тень задрожала и мгновенно превратилась в пар, который тут же развеял порывистый ветер.

– Как ты посмел, жалкая тварь? – громыхнул ужасающий голос, доносившийся ниоткуда и отовсюду одновременно, – как ты посмел сеять неповиновение в моём царствие, человек?

Марк, ещё не отошедший от шока происходящего, оглянулся по сторонам в поисках источника звука, но кругом была непроглядная тьма, крики демонов и несчастных душ, погребённых под руинами древнего строения.

– Я придам твою душу таким мучениям, что даже девятый круг покажется раем! – продолжал говорить страшный голос, заставляющий дребезжать все пространство.

– Кто ты? – во весь голос закричал Марк, чувствуя, как волны адреналина ещё продолжают разливаться по телу горячими ручейками.

Ответа так и не последовало. Яростные порывы ветра с гулом разносились по округе. Как всегда внезапно, совсем рядом, возник силуэт невозмутимого Велеса. Словно не чувствуя тех самых порывов, он подошёл к растерянному Марку.

– Тебе нужно продолжать свой путь, нельзя тут долго останавливаться, иначе ты никогда не найдёшь её, – успокаивающе и в то же время ободряюще проговорил бог.

– А куда мне теперь идти, дорога ведь кончилась?

– Твой путь лежит только вниз, по развалинам маяка, уходящим вглубь обрыва. Именно он и ведёт к третьему кругу.

– Видимо, другого пути у меня нет, – подумал Марк и, подойдя к обрыву, частично заваленному обломками маяка, принялся осторожно спускаться по огромным камням, уходящим в черноту гигантского обрыва.

Глава 7

ЧРЕВОУГОДИЕ

Марку пришлось изрядно попотеть. Обрыв был завален большими кусками камней и представлял собой непроторённую и крайне опасную дорогу, ведущую в необъятную тьму.

Спустя какое-то время, он осознал, что весь покрылся потом. Конечно, это могло стать следствием сильной усталости после долгого спуска, но, скорее всего, здешняя температура была значительно выше, чем наверху.Схватившись за один из камней, Марк почувствовал, как его рука проскользнула по скользкой и неприятной поверхности. Потеряв опору, он тут же покатился вниз по склону. Каково же было удивление, когда вместо удара о твёрдую поверхность холодного камня он начал скользить по мягкой тёплой глади, обильно смазанной мерзко пахнущей жидкостью.

Смертельное падение стало напоминать катание с детской горки, только вместо весёлого смеха оно сопровождалось адским воем измученных душ и хлюпаньем непонятной жижи.

Спустя несколько минут удалось достигнуть дна. Марк звонко плюхнулся в большую лужу. Ноги увязли в рыхлой субстанции, похожей на болотистый ил. Возникшие неприятные ощущения напоминали причмокивания огромного рота всасывающего с непреодолимой силой попавшую внутрь еду.

– Велес! – закричал Марк, понимая, что ещё несколько мгновений и мерзкая жижа скроет его в своих объятиях, – помоги мне!

Кроме истошных воплей, ставших привычными в этом месте, никто не отозвался. Почувствовав, что вот-вот жижа начнёт просачиваться в рот, Марк набрал в лёгкие воздуха и отдался на милость беспощадной судьбе, ровно так же, как и тогда, когда его автомобиль тонул в мутных водах столичной реки.

Маленькое личико Анютки мелькало перед затухающим взглядом его глаз, застилаемых красной пеленой. Фрагменты воспоминаний страшной аварии, разделившие его жизнь на до и после, сменялись картинками собственного детства.

Он вспомнил, как будучи ещё маленьким мальчишкой, играл на полу миниатюрной однокомнатной квартиры, переоборудованной из старого общежития. Отец как всегда выпивал в компании своих «друзей» и что-то грозно кричал матери. А мама, милая мамочка, всячески пыталась угождать его непомерным прихотям, порой становясь объектом, на который отец выплёскивал свой гнев по любому пустяку. Марк помнил, как всё детство он плакал, когда отец избивал мать, а, став взрослее, пытался ему помешать, при этом сам становился жертвой побоев.

Лёгкий удар по голове, заставил вернуться в реальность. Собрав разбежавшиеся мысли, Марк вскинул вверх увязшие в жиже руки и схватился за протянутую жердь. Однако вопреки ожиданиям, вместо посоха Велеса, которого по-прежнему нигде видно не было, Марк увидел сломанную ветку, протягиваемую каким-то уродливым чудовищем. Его тело выглядело настолько огромным и практически бесформенным, что, лишь внимательно присмотревшись, можно было определить принадлежность к человеческому роду. Небольшие тоненькие ручки и ножки торчали из огромного живота, состоящего из сотен жировых складок. Его голова казалась настолько маленькой по сравнению с необъятным телом, что Марку не сразу удалось её разглядеть.

Выбравшись на относительно твёрдую поверхность, Марк лёг на спину, переводя дыхание и начал стряхивать с себя остатки непонятной густой жидкости.

– Кто бы ты ни был, спасибо тебе! – тихо проговорил Марк, повернувшись лицом к чудовищу, и попытался встать на ноги.

– Я был тебе должен, друг мой, – ответило чудовище.

Этот голос Марк никогда и ни с кем не мог перепутать. Он мог принадлежать только одному человеку на земле, и этот человек был его самым близким другом, с которым он дружил с раннего детства. Они вместе жили в общежитии с вечно пьющими родителями, защищали друг друга от хулиганов во дворе, вместе служили в армии и после всего пройдённого вместе основали империю, которой руководил Марк.

– О, господи, Максим, неужели это ты? – опешил Марк.

– Да, – мрачно ответило чудовище, и складки на его теле мерзко зашевелились.

– Что с тобой случилось, как ты оказался в этом страшном месте?

– Ты помнишь, сколько мы зарабатывали денег, какие у нас были дома, машины, девочки, еда? – на последнем слове чудовище осеклось, но через мгновение продолжило, – ты помнишь, как всё это было у нас, и мы были королями?

Марк еле сдерживал рвотный рефлекс, возникающий от вида своего некогда самого близкого друга, погрязшего в неимоверном зловонии этого места.

– Я помню. Ты поддался на всё это, – Марк указал на бесформенное брюхо, – я пытался тебя образумить, ты меня не слышал, Максим.

– Но откуда же мне было знать, что такой ничтожный грех, как любовь к еде, может привести к инфаркту и последующим столь страшным мучениям? – виновато опустив голову, в задумчивом отчаянье промолвило чудовище.

– Как я могу помочь тебе? – сочувствующе спросил Марк, стараясь не смотреть на стоящее перед ним существо.

– Я понимаю, что вид мой ужасен, а запах, о, господи, этот запах, – чудовище закашляло, – он уже давно приелся, хоть и тошнотворен, да и всё в этом месте не вызывает ничего иного, кроме отвращения.

Марк стоял молча, продолжая отводить глаза и затыкая нос ладонью.

– Ты должен убить его! – твёрдо сказал Максим, и по его жирному телу вновь пробежала волна.

– О ком ты говоришь?

– Ты поймёшь, когда увидишь его, в нём и скрыто наше спасение, – ответило чудовище и маленькими шажками направилось вглубь таинственного места.

Максим забавно дёргал маленькими ножками, стараясь перемещать своё огромное неповоротливое тело. В любой другой ситуации это могло вызвать неловкую улыбку, но, кроме нескончаемой тоски, ужаса и сочувствия, Марк ничего не почувствовал. Он сожалел, что столь страшная участь постигла его самого близкого друга, с которым он бок о бок прожил практически всю жизнь. Но большие деньги в наше время имеют страшную власть и создают непреодолимую зависимость, которую Максим так и не смог побороть.

– Расскажи мне об этом месте, – попросил Марк, ступая за своим другом.

– Такие же несчастные, как и я, находят в этом месте своё вечное мучение, – в очередной раз вздохнул Максим, изо всех сил старясь удерживать равновесие. – Кто при жизни не знал меры в еде, были сосланы на этот круг. Цербер - страж этого круга, он ненасытен и ужасен. Каждое мгновение он пожирает души проклятых, переваривает и испражняется ими. Затем всё повторяется вновь.

– Господи, как же я хочу есть, голод мучает меня с тех пор, как я оказался тут, – жалобно простонал Максим, – здесь столько еды, но я не могу до неё дотронутся. Горы сгнивших помоев буквально устилают это место, но, только взяв её в рот, всё тело сковывает агония и заставляет выплёвывать наружу.

Марк сочувствующе посмотрел на нелепую фигуру Максима, после чего, отведя глаза, окинул взглядом нескончаемую пещеру, не имеющую краёв. Как и прежде, её огромные своды уходили в непроглядную черноту. Тысячи жирных тел повсюду копошились в горах тухлой прогнившей еды, жадно засовывая её себе в рот и тут же выплёвывая обратно.

– Это отвратительно! Как Господь допустил подобное? – ужасаясь спросил Марк, посмотрев вверх, на черноту сводов гигантской пещеры.

– Здесь нет Бога, это владения Люцифера, – развёл маленькими ручками Максим, – никто не имеет тут власти большей, чем он.

Марк заметил, что сверху начали капать маленькие капельки странного дождя. Вместо освежающей прохлады, они показались едкими и неприятно тёплыми. Проведя ладонью по щеке, куда попала одна из капель, Марк взглянул на ладонь. Капелька имела ярко-алый цвет. Он поднёс её к носу и, вдохнув, сразу же понял, что вопреки ожиданию это была не кровь. Терпкий и неуловимо знакомый запах исходил от неё, но в окружении нестерпимого зловония было очень трудно распознать запахи.

Ещё множество похожих капель и каких-то небольших кусочков непонятного вида, словно град, стремительно падали из черноты, нависающей над этим отвратительным местом. Вся земля сотрясалась подобно истерзанному телу в агонии страшных пыток. Повсюду возникли странного вида воронки, напоминающие своим видом крошечные лунные кратеры. Гнилая почва начала расступаться прямо среди этих отверстий, и из них, к ужасу Марка, перемешанному с отвращением, начали выползать на поверхность огромные черви. Их мерзкие тела будто бы состояли из бесконечного количества туго сплетённых колец. Вдоль плоти чудовищ неспешно стекала зеленоватая слизь. Огромные слепые головы венчали широко открытые рты и ничего больше. Острые как бритва гнилые зубы в три ряда усеивали их пасти, из которых торчали ошмётки ещё не проглоченной пищи.

Они бесцеремонно хватали несчастные души проклятых и с нечеловеческой силой разрывали на куски, смакуя их внутренностями. От ужаса, Марк не сразу почувствовал, что Максим дёргает его за рукав, пытаясь вывести из оцепенения.

– Если мы останемся здесь, они доберутся и до нас, – взволнованно предупредил Максим.

– Да, ты прав, нужно скорее найти укрытие, – согласился Марк, смотря по сторонам в поисках безопасного места.

Довольно большой кусок обглоданного гнилого мяса упал прямо рядом с бесформенным телом Максима. От неожиданности тот вздрогнул, а Марк с отвращением передёрнул плечами.

– Вон туда! – Марк указал на виднеющиеся чуть ниже выступы, образующие нечто подобное саду кривых камней.

Шматки мяса гнилым потоком сыпались с неба. Капли, принятые изначально за дождь, были ничем иным, как кусочками растопленного жира, срывающегося из черноты на землю. И без того довольно скользкая поверхность в считанные секунды превратилась в скользящую пульсирующую массу.

– Нужно бежать быстрее, – поторапливал Марк, хотя прекрасно понимал, что как бы ни старался Максим, он не сможет ускорить своё передвижение.

– Ааа! – завопил Максим, оступившись маленькими ножками на скользкой поверхности.

Огромная туша, словно гигантский валун, чем-то напоминающий шар для игры в боулинг, скользила по наклонной поверхности, набирая скорость и неминуемо приближаясь к убегающему Марку. Уйти в сторону от надвигающейся кучи жировых складок ему так и не удалось, и она в буквальном смысле подмяла его, унося вслед за собой.

Проскользив несколько десятком метров, туша Максима с громким шлепком ударилась о кривые выступы каменных образований, торчащих из месива скользкой поверхности. Марку пришлось мобилизовать все силы, чтобы выбраться из-под навалившейся на него непосильной ноши. Он чуть было не задохнулся, раздвигая жировые складки. Всё же ему удалось вовремя вылезти на поверхность. Хватая ртом затхлый воздух, он медленно встал на ноги и огляделся. Повсюду, как и прежде валялись кучи гниющей еды, и стоял всё тот же невыносимый смрад. Странный дождь из ошмётков мяса и жира на какое-то время прекратился.

– Господи, что это было? – задал риторический вопрос Марк, пытаясь понять, миновала ли опасность, и в какую сторону необходимо продолжить путь.

– Это то место, где мы найдём свой персональный ад, – кряхтя и чертыхаясь, пробурчал Максим, пытаясь перевалиться на другой бок.

– Куда нам идти? – всё ещё озираясь по сторонам, спросил Марк.

– Мы уже там, где и должны быть! – перекатываясь с бока на бок, ответил Максим, – это и есть место прохода.

– Прохода куда?

Ответ не заставил себя ждать. Земля заходила ходуном, горы гнилых ошмётков разлетелись в разные стороны. Кривые каменные образования пришли в движение, всё больше и больше показываясь из-под земли.

Спустя пару секунд стало ясно, что это вовсе не камни, а зубы невиданного доселе монстра. Они торчали в разные стороны, заполняя всю хищную пасть исполинского монстра. Каждый из зубьев втрое превосходил Марка по высоте и ширине, а их общее количество не поддавалось подсчёту. Огромная длинная шея монстра вздымалась вверх на несколько десятков метров.

– Это он! – с трепетом и ужасом проговорил Максим, смотря на величие своего вечного мучителя.

Голова монстра была похожа на невообразимый гибрид шеи анаконды и морды аллигатора, усеянной множеством ртов с торчащими рядами зубов. Тела видно не было, похоже, оно было скрыто под слоем зыбучей поверхности из гниющей еды, много тысяч лет скапливающейся в этом месте. Ещё несколько таких же ужасных голов показались справа и слева, медленно поднимаясь от земли. Из пасти, которая находилась ближе всего к Марку, доносилось ровное тяжёлое дыхание, покрытое смрадом и запахом смерти. Глаз не было, но то, что монстр прекрасно ориентируется в пространстве, сомневаться не приходилось. Его морда пристально наблюдала за пятившимися назад Марком и его другом.

– Хм…. Милейший пёсик, – с ужасом разглядывая мифическое животное, кинул Марк.

– Ты должен его остановить, ты - наша последняя надежда на спасение из этого места, – тихо прошептал Максим и, словно фокусник, достал своей маленькой ручонкой до одной из складок в животе, выудив, как по волшебству, острый блестящий кинжал. – Возьми это, тебе он пригодится больше, – добавил он.

– Кинжал?! Здесь?! Откуда ты вообще его тут взял? – не скрывая своего удивления, спросил Марк.

– Я забрал его у одного султана, который уже много веков находился в этом месте, он давно мечтал расправиться с тварью, но мы его узники и рабы, поэтому никто из нас не в силах пойти против своего мучителя. Но мы можем дать шанс тебе, так что бери его, – Максим протянул кинжал и Марк без колебаний перехватил рукоятку. – Я дам тебе шанс! – Максим направился в сторону пасти Цербера, размахивая маленькими ручонками.

Недолго думая, тварь одним резким движением метнулась в сторону жертвы и вцепилась острыми зубами в его бесформенную тушу.

– Давай! – истошно закричал Максим, захлёбываясь кровью и раздираемый ужасным монстром.

Превозмогая животный ужас, перемешанный с душераздирающим криком нескончаемой боли раздираемого в клочья друга, Марк бросился к пасти монстра. С размаху он попытался вонзить кинжал в шею чудовища, но отполированное лезвие со звоном отскочило от щетинистой чешуи Цербера, не причинив тому ни малейшего вреда. Кровь и ядовитые слюни из пасти брызнули в разные стороны. Яростно взревев, зверь мотнул головой и мощным ударом сбил Марка с ног. Кинжал вылетел из рук и воткнулся лезвием в груду гниющей еды. Марк бросился за ним, уходя от клокочущих зубов, тут и там пытающихся схватить свою жертву.

Церберу давно не приходилось иметь дело со столь подвижным лакомством. Ни одну сотню лет проклятые, отданные ему на съедение и вечные муки, были гораздо менее подвижными и уж тем более, не представляли абсолютно никакой угрозы. Но тот, кто оказался сейчас перед ним был иным, не таким как все, и именно это заставляло стража подземелий использовать всю свою силу в стремлении уничтожить незваного гостя.

Схватив торчащий из кучи гниющих отбросов кинжал, Марк рысью взобрался на ближайший холм, который возвышался над отвратительной поверхностью, покрытой толстым слоем разлагающейся плесени.

– Я смогу, только ради неё, – шептал себе под нос Марк, смотря, как огромная голова ужасающего монстра, подобно дикой необузданной кобре, вознеслась перед заклинателем змей.

– Малышка, я иду к тебе! – крикнул Марк и одним стремительным прыжком бросился прямо в широко раскрытую пасть Цербера, рванувшую ему навстречу.

Время сжалось, хотя было непонятно, есть ли вообще подобное явление в этом мире мук и страданий. Непроглядная тьма окутала и без того тёмное мрачное место, а смрад многократно усилился. Ощупав своё тело, Марк убедился, что кроме частично разодранного одеяния и нескольких царапин, полученных от острых зубов зверя, в остальном всё в порядке. Хотя, слово «в порядке», явно не применимо в сложившейся ситуации, особенно для человека, находящегося внутри невероятного монстра, в самом центре ужасного места, называемого адом. Адреналин, давящий на виски, не позволял долго бездействовать, особенно принимая во внимание то, что любое промедление может грозить неминуемой и ужасной смертью. К счастью кинжал так и остался в его руке. Поднявшись на ноги, Марк попытался ощупать границы узкого и тёплого пространства внутренних органов Цербера. Выпрямиться в полный рост ему не удалось, а сохранять равновесие мешали постоянные передвижения монстра.

Скользкая поверхность внутренностей чудовища заливалась слюной и, спустя мгновение, тело очередного несчастного узника провалилось в глотку. Огромная туша сбила с ног Марка и повлекла за собой, унося всё дальше вглубь стража третьего круга.

Место, в котором оказался Марк, выглядело уже не таким тёмным и куда более просторным, нежели то, в котором он был несколько мгновений назад. Пожалуй, даже чересчур большим, особенно для внутренностей живого существа.

Едкая жижа похожая на желудочную кислоту больно обожгла открытые участки тела и принялась разъедать одежду. Оглянувшись, Марк заметил множество нечастных душ, утопающих в этой субстанции. Их крики заполняли чрево Цербера.

– Спаси нас! Помоги! Освободи! – кричали проклятые, приговорённые к столь невероятной и отвратительной участи.

– Как мне это сделать, как спасти?! – громко спросил Марк, переводя взгляд от одного проклятого к другому.

– Убей его! Освободи нас! Как больно! – голосили они.

– Убить? Но как же мне это сделать? – спросил Марк и взглянул на огромную пульсирующую полусферу, венчающую центр этого ужасного места.

Гигантское сердце билось в такт крикам боли, издаваемым обречёнными, вновь и вновь перевариваемыми вечным хозяином. Марк подошёл ближе к единственной уязвимой части чудовища не скрытой за твёрдой непробиваемой чешуёй. Было очень странным то, что внутренности Цербера не разделялись как у обычного земного существа. Все органы находились в едином пространстве, из которого исходили его хищные головы и где переваривались тела истерзанных жертв.

Что-то больно укусило Марка за ногу, ровно в то место, где не так давно была открытая рана, оставленная одним из жутких младенцев. Вскрикнув, он чуть было не потерял равновесие, пытаясь удержаться на скользкой, пульсирующей мягкой поверхности. Посмотрев под ноги, он увидел, как в едкой кислоте сотнями кишат желудочные черви. По виду они напоминали простых дождевых, только с обеих сторон у них был широкий рот, в котором сверкало множество маленьких зубов.

– Неужели в этом круге все создания только и делают, что едят или хотят сожрать всё подряд? – подумал Марк.

Одна из этих тварей, учуяв запах крови, буквально выпрыгнула из мутной, гниющей жижи и впилась в правое бедро. Молниеносное, скорее даже рефлекторное, движение клинка, разрубило тварь пополам. Ещё несколько таких же паразитов предприняли попытки наброситься на непривычно-живую для этого места жертву, но были остановлены острым лезвием. Прорываясь сквозь кишащую массу, Марк приблизился к заветной цели.

– Если я смог убить непобедимого судью, то смогу и тебя, мерзкая тварь! – зло прошипел Марк, и, что есть силы, всадил остриё клинка в пульсирующее сердце Цербера.

Оглушительный рёв донёсся из вне, а всё тело содрогнулось в неимоверных судорогах. Чёрная, словно смола, кровь хлынула из раны, оставленной острым лезвием. Нанеся ещё несколько ударов, Марк замер в ожидании неотвратимых последствий. Смешиваясь с кислотой, кровь мгновенно вскипала, заставляя чудовище ещё больше биться в агонии. Кровь заполняла все больше и больше пространства внутренних органов неведомого существа.

Цербер, повинуясь инстинктам и пытаясь спастись, всё глубже и глубже зарывался под землю, но всё было тщетно. Предсмертный рык ужасающего монстра, бывшего множество столетий правителем это круга ада, слился со звуком рвотного рефлекса, вызванного резкой и нестерпимой болью. Густая жижа вперемешку с кровью и останками переваренных тел выплеснулась из пасти монстра на холодную, твёрдую землю. Цербер замер, достигнув дна своих владений на следующем круге тёмного царства. Залитый кровью и перепачканный отвратительной слизью, Марк тяжело дышал, глядя в беспросветную тьму сводов очередной неизведанной пещеры. Воздух в этом месте, хоть и был спёртым, но зловоние исходило только из мёртвой пасти лежащего рядом монстра и собственной одежды.

Глава 8

ЖАДНОСТЬ

Немного отдышавшись, Марк поднялся на ноги и огляделся. Как и прежде он находился в огромной пещере, но та выглядела слегка иной, нежели все предыдущие. Каменные стены были отнюдь не каменными. Они переливались золотистым оттенком, будто бы состояли из очень дорогого металла, блестящий цвет которого инстинктивно радовал глаз. Его чистый блеск одаривал теплом и был очень хорошо знаком.

– Откуда, черт подери, тут было взяться столь дорогому материалу, да ещё и в таких огромных количествах? – спросил сам себя Марк, подойдя к стене и проведя ладонью по гладкой блестящей поверхности.

Без сомнения, все они были отлиты из чистого золота. Такого количества драгоценного металла он никогда не видел. Даже на самых золотоносных рудниках никогда не находили ничего подобного. Велес по-прежнему не появлялся. Хотя, ничего удивительного в этом не было, ведь он мог просто-напросто забыть о каком-то одном несчастном человеке, заблудившимся в бесконечных лабиринтах ада и заняться более важными делами. Как ни странно, но Марк поймал себя на мысли, что без этого наглого, ворчливого и к тому же не особо любящего людей бога, достаточно одиноко в этом ужасном пристанище бесконечных страданий.

Решив, что оставаться на одном и том же месте не имеет никакого смысла, Марк пошёл вдоль золотых скал в надежде найти дорогу к проходу в следующий круг.

Спустя некоторое время он увидел вдалеке мерцающий в огнях огромных жаровен блеск. Серая, твёрдая, местами потрескавшаяся земля перетекала в сказочный, блестящий всеми цветами радуги океан. Приближаясь ближе, Марк заметил, что под ногами чаще и чаще попадаются золотые монеты. Подняв одну из них, он внимательно её рассмотрел. По периметру странной монеты были вычеканены слова, – «A caelo usque ad centrum» — «от небес до центра земли», – с трудом перевёл Марк.

В середине монеты был нанесён анфас демонического существа, имеющего жуткий, кривой и длинный нос, пустые глазницы, острые рога и пугающую ухмылку. Монета вызывала не то что бы отвращение, Марк всю жизнь руководствовался крылатой поговоркой о том, что деньги не пахнут, но в этой символике было что-то отталкивающее, но в то же время и демонически притягательное. Ещё немного повертев её в руках, любуясь на завораживающее зрелище мерцания чистого золота, Марк непроизвольным движением сунул странную монету в один из карманов, неожиданно появившихся в его необычной одежде.

– Хм, это очень странно… – задумавшись, пробурчал он.

Марк прекрасно помнил, что как только Велес подарил ему это одеяние, он очень внимательно изучил его покрой и уж точно бы не проглядел торчащие по бокам карманы. Но долго думать о таких несущественных мелочах, особенно в сравнении с тем, что уже довелось повидать в этом безжалостном и чудаковатом мире, было некогда, и Марк отправился дальше.

Пройдя ещё несколько сотен метров, Марку удалось разглядеть, что показавшийся издалека океан представлял собой не что иное, как груды золотых, серебряных, медных монет, горы разноцветных изумрудов, рубинов, алмазов и множество других разновидностей драгоценных камней. Вся гигантская пещера утопала в ярких бликах, весело играющих на её золотистых стенах. Завораживающее своей неописуемой красотой зрелище омрачали дикие вопли, вновь и вновь раздающиеся из глубины этого океана, теперь больше напоминающего безжизненную, выжженную палящим солнцем пустыню. Огромные водопады, состоящие из жидкого кипящего золота, словно лава, извергались по краям всё тех же золотистых скал, делая картину ещё более величественной, но от этого не менее пугающей.

Миновав ещё несколько километров, но, возможно, это расстояние могло быть гораздо меньше, или же на оборот, нескончаемо дольше, Марк остановился. Осмотревшись по сторонам, стало ясно, что безбрежный, бесконечно дорогой океан простирается во все стороны, и не было ему конца. Даже те скалы, что поначалу окружали его, и то отступили, давая волю бесчисленным золотым барханам.

Переведя дыхание, Марк продолжил своё бесконечное путешествие по таинственному миру. Спустя ещё несколько часов в голову начали заползать странные мысли, словно хищные черви, они накинулись на его уставшее, воспалённое сознание, раздирая в клочья сформировавшиеся взгляды и отношения к насущным делам. Только оказавшись в такой ситуации, Марк наконец-то осознал, что деньги нельзя есть, ими невозможно заменить всё вокруг. Они лишь инструмент для жизни, а не сама её цель. В прошлой, как сейчас ему казалось, жизни, окружая себя столичными олигархами и очень обеспеченными чиновниками, Марк был уверен в том, что весь мир у его ног. Непомерное для простого человека богатство дурманило и извращало сознание, давая волю самым изысканным и эксцентричным идеям. Баснословные траты на самые эксклюзивные и абсолютно ненужные вещи, дорогих женщин и десятки престижных автомобилей занимали львиную долю последних лет жизни. Как ни странно, но тогда он даже не задумывался о том, что подобное отношение приведёт его в это место, в этот безбрежно-дорогой и мёртвый океан никому не нужного богатства.

– Ну и как же теперь найти из этого выход? – спросил он сам себя, но вместо ответа в ушах раздался страшный крик.

Адские вопли разносились громогласным эхом, быстро растворяясь в золотом океане. Они были настолько чудовищны и наполнены болью, что сердце сжималось в клубок и не хотело продолжать биться. Множество других не менее ужасных голосов наполнили эту жуткую симфонию. Взобравшись на соседний бархан, Марк смог разглядеть источник этих душераздирающих воплей.

Огромная низина представляла собой нечто, похожее на кратер вулкана, только уходящего не вверх, а на оборот полого спускающегося вниз. В самом его центре располагалось огромное кипящее озеро, в котором вместо голубой воды или красной лавы, кипело блестящее золото. Подойдя ближе, Марк увидел множество чёрных обугленных силуэтов, залепленных частицами раскалённого металла. Корчась в нескончаемой агонии, несчастные души испытывали дикие муки от страшной пытки уготованной им жестоким судьёй мёртвых. Под воздействием высокой температуры их кожа закипала и тут же опадала с белеющих костей, но, спустя мгновение, она вновь нарастала на теле, снова и снова начиная тлеть, принося при этом невообразимую боль и страдания.

По берегам золотой кипящей поверхности, гордо подняв головы, увенчанные длинными изогнутыми рогами, прогуливались демоны. В руках они удерживали длинные жерди, похожие на шест-балансир, используемый канатоходцами. Как только любой из проклятых пытался выбраться на спасительный берег, они тут же бросались к нему, нанося десятки ударов длинными палками и не позволяя приблизится к желанной цели.

Множество статуй в виде распятых людей тут и там стояли по периметру озера. Их лица казались искажёнными застывшей гримасой боли, а изо рта струились нескончаемые потоки жидкого золота.

В некоторых из них Марк смог различить знакомые лица его друзей. Все они некогда были очень состоятельными бизнесменами и влиятельными чиновниками, возглавляющими бизнес элиту страны. Многие были частыми гостями топовых рейтингов модных экономических журналов. Сейчас же они были похожи на изуродованные манекены, застывшие в изуверских позах и приговорённые к вечной муке томления в кипящих потоках металла, о котором они так сильно мечтали всю свою жизнь.

Повсюду сидели странные фигуры. Их тела больше походили на огромные бесформенные мешки, в которых принято перевозить банковские монеты. Он имели множество рук, если эти кривые отростки можно было назвать таковыми. Ими они постоянно хватали горсти монет и драгоценности, щедро разбросанные повсюду. Впихивали всё это в самих себя не в силах остановиться. Даже когда брюхо раздувалось до гигантских размеров, а передвигаться становилось просто невозможно, они продолжали лёжа загребать в себя никому не нужный металл. Их глаза буквально горели, глядя на сверкающие камни и блестящие побрякушки. Им было невдомёк, что тут эти драгоценности не ценнее мусора, и они не в силах принести облегчения.

– Господи! – тихо прошептал Марк, ужасаясь извращённым разумом создателя этого жуткого места, – как же ты мог допустить подобное? – вновь задал вопрос и вновь не получил на него ответа.

Среди всего прочего в самом центре, прямо у границы, разделяющей кипящее золото от твёрдого настила из миллиардов монет, выделялась огромная золотая статуя многорукого божества. В каждой из его рук, сжимаемые длинными пальцами, находились большие подносы, усеянные невиданными драгоценностями.

Как ни странно, но демоны, блуждающие вокруг озера, не обращали на приближающегося человека ни малейшего внимания. Они даже не удостоили того мимолётным, пусть и презрительным, взглядом, не говоря о том, чтобы попытаться остановить. Исчадия ада были полностью поглощены тем, что не допускали вечно мучающихся душ до такого желанного спасения вне кипящего металла. Подойдя ещё ближе к изящной сверкающей статуе божества, Марк увидел, что его тело состоит из тысяч переплетённых и залитых золотом тел людей.

– Твоего господа тут нет, сын мой, – раздался знакомый голос, и из-за статуи вышла, хотя правильнее сказать - выползла очередная тварь.

Тело этого существа имело несколько кривых, покрытых чёрными волосами ног и четыре руки с длинными костлявыми пальцами. Тварь была буквально увешана блестящими серебряными и медными цепями, а на шее висел большой драгоценный крест, усыпанный яркими изумрудами. Что-то неуловимо знакомое проглядывалось в ужасном лице, больше похожем на звериную морду одичавшего волка, покрытую шрамами и воспалёнными язвами.

– Хм… Значит, не узнаешь меня? – заговорщическим голосом сказала тварь, всё ближе подходя к человеку, – зря твоя мать не сделала аборт, как я её просил тогда.

– Отец? – неуверенным, дрожащим голосом спросил Марк, – это не можешь быть ты!

– Отчего же не могу, сынок? Я давно ждал тебя, и теперь мы вновь станем одной любящей семьёй.

Марк в ужасе попятился назад не в силах поверить в то, что перед ним стоит тот самый человек, который хоть и был далеко не самым лучшим отцом, но всё же им когда-то был.

– Посмотри, в кого ты превратился! – крикнул Марк, стараясь сдерживать овладевшую им боль сострадания вперемешку с неконтролируемым чувством отвращения.

– Я очистился, а не превратился, я стал тем, кем и должен был быть, это мой круг, мой дом и это моя судьба!

– Боже мой, да посмотри же ты на себя! – призывал Марк, пытаясь всё же вразумить обезумевшего отца.

– Господа, здесь нет! – заревело чудовище, – в этом месте только один господин, и именно он пообещал мне нескончаемое богатство и блаженные наслаждения в обмен всего лишь на маленькую услугу.

– Услугу? – переспросил Марк.

– Да, совсем малюсенькую, я всего-то должен убить своего нежеланного первенца. Сущая мелочь в сравнении с бесконечным блаженством, правда?

От таких слов, доносящихся из пасти чудовища, бывшего некогда родным человеком, у Марка засосало под ложечкой, а спина покрылась испариной холодного пота.

– Но ведь я твой сын!

– Ничего страшного, я лишь доделаю то, что не смогла сделать в своё время твоя мать.

Не говоря больше ни слова, чудовище со всех ног бросилось на стоявшего в растерянности человека. Опешив от такого поворота событий, Марк едва сумел парировать мощный удар когтистой руки, пронёсшегося рядом монстра.

Упав на колени, Марк собрал горсть монет и кинул их в лицо озверевшего чудовища.

– Ты можешь даже не сопротивляться, мерзкий мальчишка! – сказало чудовище, словно Марк и вправду до сих пор был тем самым мальчиком, которого всё детство обижал вечно пьяный и агрессивный отец.

Марк схватил острый кусок необработанного алмаза, чтобы иметь хоть какое-то оружие против грозного противника, но тяжёлый удар в спину свалил его с ног. Мощные, пальцы сжались на его шее, поднимая вверх и отрывая от земли.

– И это всё, что ты можешь мне сделать, жалкий сосунок? – с презрением прошипело чудовище, смотря прямо в глаза человека, закатывающиеся от нестерпимой боли.

– Хоть и рождён тобой, но я не ты! – прохрипел Марк, чувствуя, как наливаются кровью сдавленные сосуды.

Отдавшись инстинкту и полагаясь на удачу, он изо всех сил размахнулся и на ощупь всадил кусок драгоценного камня прямо в глаз чудовищной твари. Громкий рык разлетелся во все стороны, даже отрешённые от всего, кроме своего садистского занятия демоны обратили на них внимание.

Тиски пальцев мгновенно разжались, и Марк повалился на твёрдый настил из золотых монет, звонко разлетевшихся во все стороны. Чудовище схватилось обеими руками за морду, пытаясь вырвать застрявший в окровавленной глазнице алмаз.

– Ах ты, гнусный мальчишка! – яростно заревел монстр, обливаясь собственной кровью, – сейчас я тебя накажу!

Не теряя драгоценного времени и понимая, что подобная рана будет далеко не смертельна для такого чудовища, Марк со всех ног бросился к стоявшей рядом с ними статуе. Подбежав к основанию, он начал взбираться по гладкому металлу. Монстр с громким рёвом бросился вслед за ним, осыпая проклятиями.

– Как только я доберусь до тебя, ты сам пожалеешь, что родился на свет, – яростно кричал монстр, пытаясь вскарабкаться на ногу статуи.

Тем временем Марк уже взбирался на один из огромных подносов, заваленных разными драгоценностями. Он взглянул с края платформы на кипящую золотую массу, разливающуюся у ног гигантской статуи, в которой извивались в нечеловеческих муках десятки тысяч проклятых душ. Дальше бежать было некуда, путь к спасению оканчивался кромкой огромного подноса, удерживаемого загадочным исполином.

– Ну, вот и всё, – задыхаясь, прошипел монстр, взбираясь на нужную платформу, – теперь тебе некуда бежать.

– Что он пообещал тебе? – стараясь протянуть время, спросил Марк.

– Несметные сокровища и тихое место, лишённое пыток и ужасов его царства, – торжествующе заголосил монстр и обвёл руками простирающуюся во все стороны золотую пустыню.

– Зачем мёртвому деньги? На что ты их тут обменяешь?

– Слишком много вопросов, сын мой, пришло время выполнить мою часть сделки! – подытожил зверь и набросился на стоящего у края пропасти человека.

Пронзительный свет, отражённый миллиардами золотых монет, яркими камнями и другими драгоценностями, озарил пространство вокруг Марка. Его яркость была настолько велика, что пришлось зажмуриться даже перед лицом неминуемой смерти. Одноглазый монстр, неожиданно ослеплённый яркой вспышкой, в своём последнем прыжке промахнулся мимо цели.

Осознав, что решающий удар не нанесён, монстр попытался остановиться и изменить направление стремительного рывка. Но у судьбы были на этот счёт свои планы. Рассыпанные по всему подносу монеты звенели под копытами чудовища, не позволяя сменить траекторию броска или хотя бы просто остановиться. Срываясь с крика на истошный вопль, чудовище перемахнуло через край платформы.

Открыв глаза, Марк увидел перед собой пылающий в сотнях отражений силуэт Велеса.

– Как же я рад тебя видеть! – с облегчением выдохнул Марк, всё ещё не веря в столь чудесное и неожиданное спасение.

Но Велес продолжал стоять молча, смотря в сторону края платформы.

– Сынок, помоги мне! – раздался знакомый жалобный голос, – спаси меня и я покажу тебе дорогу к твоей дочери.

В нерешительности Марк подошёл к краю подноса, всем своим телом ощущая жар, исходящий от расплавленного золота.

Схватившись одной рукой, чудовище висело на краю бездонной пропасти, ведущей в раскалённый ад.

– Спаси меня, сын, – жалобным тоном умоляло чудовище, чувствуя, как под весом огромного тела разжимаются пальцы, – я помогу тебе, ведь Анечка и моя кровинка, я помогу тебе!

– В этом месте каждый находит ровно то, что полагается ему, отец, и это твой грех! – холодным тоном ответил Марк, глядя, как чудовище с яростным криком понеслось навстречу яркому, бурлящему металлу.

Ещё несколько минут он смотрел, как тело его отца извивается в страшных муках под стоны других проклятых, исчезая в пучине самого желанного металла.

– Это лишь исчадие ада, он уже давно не твой отец, – словно успокаивая, промолвил Велес.

– Но он когда-то им был, – еле удерживая накатывающуюся слезу, произнёс Марк и отвернулся.

– Тебе нужно иди, времени осталось очень мало, иначе ты уже никогда не сможешь её найти.

– Где ты пропадал столько времени?

– Я покажу тебе, – сказал бог и протянул руку растерянному Марку.

В нерешительности он взялся за неё и все вокруг померкло. Бесконечная череда неразборчивых фрагментов, отрывков чьих-то жизней мелькали перед глазами. И вот они уже находятся в каком-то очень тёмном месте, освещённом лишь рассеянным холодным светом, нисходящим откуда-то сверху, а на холодной земле лежит его маленькая дочка. Ни секунды не сомневаясь, Марк бросился к ней, но как бы быстро он ни бежал, как бы сильно ни рвался к ней, она оставалась недосягаема.

– Ты не можешь до неё дотронуться, человек – остановил его Велес, – это лишь обрывки моего видения, не более.

– Тогда зачем мы здесь? – разъярённо спросил Марк, ощущая свою беспомощность.

– Сейчас ты всё поймёшь!

Маленькая девочка продолжала сидеть на земле, глядя потускневшими глазами в бесконечную пустоту, окружённую пронзающим холодом. Платьице на ней было перемазано грязью, а местами виднелись остатки тины и водорослей. Взгляд её холодных глаз не выражал абсолютно никаких эмоций, кроме отрешённости и безразличия к происходящему. Но вдруг сверху, откуда струилось рассеянное свечение, снизошёл яркий луч белого света, а тьма отступила, приклоняясь перед ним.

– Папа, это ты? – тихонько прошептала девочка, поднимая свой растерянный взгляд.

Слишком яркое свечение ослепляло привыкшие к тьме зрачки.

– Да, дитя моё, я твой отец и имя моё Люцифер!

Ярко-белый свет вспыхнул красными языками пламени. Окутывая маленькую девочку, огромная фигура демона очертила свой силуэт.

– Аня! – Марк вскрикнул от ужаса и неожиданности.

– Ааа! – закричала девочка, закрывая заплаканные глаза ладонями.

– Не бойся дитя, пока ты в безопасности, – успокаивающе, но не менее пугающе прошептал демон, – ты поможешь мне занять моё истинное место там, откуда меня свергли, и уничтожить всех, кто не подвластен моей воле.

В ужасе разъярённый Марк ещё раз попытался броситься на помощь к дочери, но Велес вновь остановил его, произнося странные слова:

– Как упал ты с неба, денница, сын зари!

Разбился о землю, попиравший народы.

А говорил в сердце своём: "взойду на небо,

Выше звёзд Божиих вознесу престол мой

И сяду на горе в сонме богов, на краю севера;

Взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему".

Но ты низвержен в ад, в глубины преисподней.

– Что всё это значит?! Отвечай, бог Велес, или ты привёл меня просто для того, чтобы окончательно свести с ума? – срываясь на крик, спросил Марк.

Но Велес стоял молча, глядя на то, как языки пламени ласково окутывают тело девочки, вознося её тельце над землёй. Сердце Марка до предела наполнилось болью, чувством сожаления и ненависти ко всему в этом несправедливом мире. Его буквально разрывало на части, доставляя при этом невообразимую боль, несравнимую даже с самыми страшными пытками всех кругов ада.

– Как такое может происходить с одним человеком? – спрашивал сам себя Марк, стоя на коленях и сжимая голову руками, – я ведь всю жизнь считал себя сильным, правильным и мудрым, а сейчас… Сейчас я просто ничтожество… Как же так?

Слёз уже практически не оставалось, но две влажные дорожки на щеках блестели в ярко-алых отблесках пламени.

– Ты должен ему помешать, человек, – твёрдо сказал Велес, – если он вознесётся на небеса, то всему мирозданию придёт конец. И дело будет даже не в твоей жизни или жизни твоей дочери, погибнет всё! Войны, хаос и болезни поглотят человечество, без того впавшее ныне в пучину отчаяния.

– Но кто я такой? – спросил Марк, – я же просто человек!

– Все вы просто люди, и даже я когда-то был одним из вас, – задумчиво произнёс Велес, пытаясь вспомнить давно минувшие времена.

– Я не понимаю… Если твой Бог настолько велик, почему тогда он сам не может помешать всему этому ужасу? Почему все те, кто с ним, бездействуют?

– Частица истинного Бога есть в каждом из нас, и именно поэтому ты сможешь сделать это, даже если пока сам не можешь осознать своего предназначения. В мире ничего не происходит случайно, у всего есть своя миссия.

– Чёртовы боги, чёртово всё это! – сорвался на крик Марк. – За что мне все эти наказания?!

– Ты сможешь понять это, встретившись лицом к лицу с пожирателем ночи и единовластным правителем этого мира.

– А что если я не смогу, что если я простой человек, что тогда, Велес?

– Все вы глупые и жалкие людишки, – захохотал старик, отчего ещё больше разозлил Марка.

– Твой путь ещё долог до завершения, нам нельзя терять больше времени, – сказал Велес и дотронулся ладонью до плеча человека.

Всё вокруг размылось в черноте, словно кто-то пролил чернила на холст бумаги. В сознании вновь возникли страшные образы, сменяемые друг друга в адской карусели небытия.

Глава 9

ГНЕВ

Открыв глаза, Марк увидел чёрные камни очередной холодной пещеры, ставшие уже такими знакомыми. Велес вновь исчез, также неожиданно, как и появился, но радовало лишь то, что Марк до сих пор жив и может продолжать своё самое страшное путешествие в жизни. Где-то там, в лапах ужасного демона его ждёт маленькая и беззащитная Анечка. Кроме него никто в мире не в силах её спасти.

Дорога, по которой Марк направился вглубь пещеры, петляла и извивалась, словно огромная слепая змея, зажатая между обрывистыми скалами. Вскоре он почувствовал, что дорога круто начала уходить под откос и превращаться в нечто наподобие монументальной лестницы, спиралью спускавшейся в непроглядную черноту.

Спустя несколько минут испарины пота покрыли лоб человека, продолжавшего спускаться вниз. Марк стряхнул их и почувствовал неприятный запах. Конечно, он был несравним со смрадом, висящим в царстве Цербера, но и благовониями его назвать не удавалось. Что-то неуловимо знакомое, буквально земное, ощущалось в его составе. Жуткие звуки наполнили пещеру. Они отнюдь не напоминали вопли кипящих людей в расплавленном золоте, но всё равно их звук, многократно усиленный отвесными скалами, окружающими спуск, заставлял непроизвольно ёжиться и инстинктивно передёргивать плечами.

Дорога резко оборвалась. Прямо перед Марком раскинулось огромное болото, края которого уходили далеко за видимый горизонт. Смрад испарины гниющих водорослей царил в воздухе, замещая собой любые другие запахи.

– Как же тут пройти? – вслух спросил Марк, пытаясь разглядеть хоть какую бы то ни было тропу.

Повсюду, насколько хватало взгляда, раскинулись корявые, низкорослые деревья. Их скрюченные ветви тянулись к серой мутной жиже болота, тяжело свисая с боков гниющих стволов. Тут и там виднелись покрытые мхом пни. Томная дымка покрывала жутковатый лес, из которого продолжали доноситься непонятные звуки.

– Это топи пятого круга, – как всегда внезапно раздался голос Велеса, – буйные и ленивые души беспрестанно дерутся, плавая в этой болотной воде.

От неожиданности, а может просто от сильного перенапряжения, Марк вздрогнул, чуть было не свалившись в ближайшую лужу.

– Тебе не меня нужно бояться, человек, – громко хохоча, произнёс бог.

Было отчётливо видно, что подобные вещи доставляют ему некое садистское удовольствие.

– Ты как всегда в своём репертуаре, Велес, – процедил Марк, – лучше поведай мне, как пробраться на другую сторону?

– А ты, похоже, так и не намерен сдаться, жалкий человек?

– Веди меня или убирайся прочь с моего пути, я сам найду Люцифера, и тогда он пожалеет, что связался со мной! – раздражённо огрызнулся Марк, с силой и нескрываемой ненавистью сжав кулаки.

– Громкие слова маленького человека, – удовлетворённо пробормотал бог, и, подумав, добавил, – но это именно то, что я и хотел от тебя услышать, значит, наконец-то ты вразумил моим словам, а теперь ступай следом…

Подойдя к одному из уродливых деревьев, Велес сломал большой сук и передал его Марку.

– Это пригодиться тебе, по крайней мере, если ты не захочешь остаться тут навсегда.

Не задавая глупых вопросов, Марк взял в руки большую палку. Он не раз бывал с друзьями на вылазках и в походах, так что не понаслышке знал, какую опасность может переставлять с виду спокойная водная гладь коварных болот.

Тростью прощупывая перед собой почву, Марк не спеша шёл вслед парящему над кромкой воды, светящемуся ореолу Велеса. Каждый шаг давался с большим усилием. Сложно было определить, куда ступать дальше. Всё вокруг было покрыто толстым слоем мха, и даже вода местами заволакивалась зелёной тиной. Одно неосторожное движение могло запросто обернуться неминуемой гибелью. Пойти на дно в жутком болоте не входило в планы Марка, поэтому он очень тщательно выверял каждый шаг, перед которым не раз втыкал трость в глинистую жижу.

Так они двигались на протяжении нескольких часов, пока Марк не услышал пугающий тонкий звук, прорезающий барабанные перепонки. Спустя несколько секунд звук усилился и превратился в нечто подобное громкому шёпоту ветра под крыльями бабочки или стрекозы.

– Что это за звук? – прислушиваясь к непонятному шуму, спросил Марк и остановился, устремив свой взор в сторону высоко поросших камышей.

– Это твари здешнего мира, и я не советую тебе медлить, иначе они с удовольствием полакомятся тобой, – как всегда в своей эгоистичной манере проговорил Велес и звонко рассмеялся.

Не став испытывать судьбу, Марк бросился в противоположную камышам сторону, но топкая зыбь не давала сделать и нескольких шагов без попытки поглотить желаемую жертву. Марк буквально чувствовал, как его ноги увязают в трясине, словно тысячи рук тянут его вниз, но он не сдавался, просто не имел на это право.

Превозмогая нечеловеческие усилия, он шёл вперёд, слыша, как жужжащий звук неумолимо приближается. Спустя несколько мгновений из-за поросли камышей показались огромные летающие чудовища, похожие на мерзких и отвратительных москитов. Их длинные лапы вытянулись в предвкушении лёгкой добычи. Тело москита было налито красной кровью, высосанной им из предыдущей жертвы. Длинный и невероятно острый хобот, словно шпага дьявольского фехтовальщика, хищно смотрел в сторону убегающего человека. Три пары маленьких крыльев с невиданной скоростью вздымались и опадали, создавая завихрения в туманной дымке, висящей над болотом.

Спасаться бегством было уже поздно, но и просто так сдаваться Марк не собирался. Как только почувствовал, что ближайшее к нему насекомое вот-вот всадит в спину своё жало, он резко плюхнулся на живот, пропуская над собой жужжащего хищника.

Второе насекомое и не думало повторять ту же ошибку. Оно с громким хлюпаньем приземлилось прямо перед Марком и с некой грациозностью, даже своеобразной красотой, вознесла жало над жертвой, словно рыцарь отдавая последние почести поверженному врагу. Единственное, что до сих пор не могли уяснить демонические обитатели здешнего мира, было то, что нет ничего на свете опаснее, чем загнанный в угол человек, который готов на всё ради своей цели.

С громким нечеловеческим рыком Марк вскочил и бросился в атаку. Сильный удар вогнал трость прямо в сетчатый глаз чудовища. Ужасающий писк оглушил, заставляя закрыть уши руками.

Оправившись от промаха, первый москит развернулся в воздухе и, напоминая пикирующий бомбардировщик, ударил согнувшегося от боли человека. Невероятно плотная ткань брони не позволила жалу проникнуть в тело, но мощный удар сбил Марка с ног и вновь окунул в смрадные воды болота. Вонючая жижа попала в открытый рот и тут же вызвала рвотный рефлекс.

Поняв, что следующий удар наверняка не пройдёт мимо цели, Марк приготовился к отражению последней атаки. Остриё жала находилось буквально в нескольких сантиметрах от лица Марка, как вдруг молниеносное движение иного неведомого существа остановило летящее насекомое и, в долю секунды охватив его тело, утянуло в тихо качавшуюся траву.

Оцепенев, Марк лежал на спине не в силах пошевелиться, ощущая, как холодная мутная вода заливается за шиворот. Ещё несколько резких выпадов страшного, длинного и неуловимого в своей быстроте языка решили судьбу бросившихся врассыпную насекомых. Поймав последнего москита, притаившееся в зарослях чудовище довольно фыркнуло и громко загоготало. Это были те самые звуки, которые Марк слышал, спускаясь к кромке болота.

Камыши расступились, и перед ним предстала огромная жаба. Её кожа, если эту чешую можно было назвать кожей, поблёскивала и нежно переливалась разными цветами. Огромные выпученные глаза отрешённо смотрели в разные стороны, а большой рот неустанно пережёвывал остатки добычи. Марк старался сохранять спокойствие и не выдавать своего присутствия, но страх вперемешку с адреналином не позволяли замереть настолько, чтобы полностью слиться с враждебным ко всему живому окружением. Постояв ещё несколько минут и громко фыркнув, жаба исчезла в высокой траве также неожиданно, как и появилась.

Ещё несколько минут Марк лежал в болотной жиже, переводя дыхание. Велес молча стоял рядом, лишь искоса посматривал на испуганного человека.

– Какие ещё ужасы меня ждут в этом царствии мрака и холода? – спросил Марк, поднявшись на ноги и стряхивая с себя липкую тину.

– Ужасы? – усмехнулся Велес, – ты ещё не видел настоящих ужасов, всё, что происходит в этом мире создано самими людьми, их грехами, страхами, невежеством и бесконечной алчностью.

– Как можно всех людей судить по общим канонам? – не удержавшись, вскрикнул Марк, – не все люди такие, какими их видишь ты!

– Я ли их вижу такими? – удивился Велес, не ожидая резкого ответа от человека, которого он считал лишь одной из множества ничтожных букашек, – оглянись вокруг, сколько ещё проклятых душ, извращённых мирскими грехами попадут в это место вечных страданий?

– Мир наполняют хорошие, добрые и порядочные люди, – выдал Марк, пытаясь обуздать неожиданно возникший огонь ненависти к Велесу и всему окружающему загробному миру, – далеко не все они плохие и не все заслуживают столь ужасной участи.

– Не тебе об этом судить, ты всего лишь человек, – спокойным голосом ответил Велес и направился дальше по зыбучим и коварным водам болота.

Поняв, что разговор окончен, Марк поднял испачканную зелёной слизью палку, и, что-то ворча себе под нос, направился за уходящим в заросли богом. Велес был единственным человеком из всего этого мира, кому можно было хоть как-то довериться, но в то же время он вызывал непреодолимое чувство злости и ненависти. Марк тут же поймал себя на мысли о том, что назвал Велеса человеком. Но человек ли он? И вообще, существовал ли такой человек на самом деле? Или всё это вымыслы и чушь? Зачем ему вообще помогать мне и почему он сам находится в этом месте? Зачем богу, который презирает людей, спасать кого бы то ни было? А не может ли он быть просто перевоплощением одного из демонов, а то и вовсе самим Люцифером? Слишком много вопросов оставалось без ответа, но другого пути, кроме как до поры до времени слепо следовать за ним, не было.

Идти за парящим над зыбунами Велесом было очень трудно, особенно принимая во внимание то, через какие испытания пришлось пройти. Чертыхаясь, Марк, словно железный человек, собирая силы в кулак, неизменно продолжал идти, не отставая ни на шаг. Даже когда его ноги проваливались в зыбучие заболоченные трясины он вставал и продолжал путь, несмотря ни на что. Сотни комаров, непонятных мошек, мух, постоянно стремились облепить с ног до головы идущего человека. Рот приходилось постоянно держать закрытым, дабы невзначай не полакомиться одним из здешних обитателей. Множество укусов оставляли на открытых частях тела красные, сильно чешущиеся точки и нарывы.

Провалившись в очередной раз, Марк уже привычным взмахом воткнул палку в более или менее твёрдую почву, пытаясь нащупать опору. Но вместо этого конец палки упёрся в мягкое образование, скрытое зелёным мхом. Сделав ещё несколько попыток, ему удалось выбраться на твёрдую почву. Капли пота ручьём струились со лба, а всё тело изнывало из-за сильного зуда, но Марк не обращал на это внимания, лишь изредка проводя заляпанным рукавом по лицу, стряхивая грязь и отгоняя надоедливых насекомых.

Дикий ужас овладел Марком, когда он подошёл к краю маленького островка твёрдой почвы. Перед его взором раскинулось небольшое озеро, покрытое всё той же зелёной тиной. Единственное его отличие было в том, что в этом водоёме поверхность выглядела немного прозрачнее. Сквозь неё на Марка смотрели стеклянные глаза десятков утопленников, неподвижно висевших внутри водной глади болота. Огромные существа стояли прямо над ними на поверхности болотной воды. Их тоненькие длинные ножки опирались на воду, не проваливаясь в неё. Существа напоминали болотных водомерок, знакомых каждому человеку с детства. Но в отличие от тех безобидных маленьких насекомых, эти твари хищными жвалами рвали на куски тела несчастных утопленников болотного озера.

Попятившись назад и чувствуя, как очередная волна рвотного рефлекса подступает к горлу, Марк запнулся о небольшое препятствие, покрытое мхом, то самое, в которое он пытался до этого воткнуть трость. Упав на спину, он тут же попытался встать, но кочка пришла в движение и из-подо мха показались две руки, тянущиеся к ногам незваного гостя.

– Помогите, – раздался приглушенный, жалобный голос.

– О господи! – вскрикнул Марк, отползая как можно дальше от очередного чудовища.

– Помогите, – вновь раздался жалобный стон.

Превозмогая страх и отвращение, он пристально смотрел на зелёный бугорок, извивающийся под толстым слоем мха. Погребённое в хитросплетениях острых лиан неизвестного растения тело извивалось и стонало, испытывая ужасающие муки.

– Кто ты такой? – найдя в себе силы встать и подойти ближе, спросил Марк, всё ещё ожидая очередного подвоха.

– При жизни величали Ильзой, а фамилия моя Кох. Освободите меня из этого страшного места, – жалобно стонало измученное тело.

– Господи, неужели это девушка? – подумал Марк и попытался разжать руками шипы лиан, сдавливающие горло и впивающиеся в кожу.

Однако вместо того, чтобы поддаться и освободить несчастную жертву, они с ещё большей силой сжались вокруг тела. Марк почувствовал жгучий ожог и одёрнул ладони.

– Кто Вы такая и за что Вам отведена столь мучительная участь? – спросил Марк, потирая обожжённую ладонь.

– Я ни в чём не виновата, они всё подстроили, я не виновата, освободите меня, прошу Вас! – извиваясь в муках, бормотало тело.

Марк ещё раз попытался освободить мученицу, но всё было тщетно и закончилось очередным ожогом.

– Оставь эту душу, – вмешался Велес, – она именно там, где ей суждено провести всё время мира вплоть до скончания веков.

– Что же такого ужасного совершила эта женщина?

– Она была женой коменданта концентрационного лагеря Бухенвальда, собственноручно пытала и убивала сотни людей, жестоко избивала женщин и детей, её гневу не было конца и теперь она сама узница своего порыва, – холодно пояснил Велес, не обращая внимания на извивающееся тело, и направился дальше.

Постояв ещё несколько секунд, Марк вновь взглянул на истерзанное тело проклятой женщины. Муки и страх в застывших глазах вызывали сочувствие, но её поступки не давали шанса на прощение. Покачав головой, Марк последовал за богом, прислушиваясь к тому, как из-за спины стали раздаваться всё более и более гневные выкрики.

– Гнить тебе в самом центре ада, он убьёт тебя и будет пытать до скончания времён, сволочь! – кричала Ильза, но никто её уже не слушал.

Так прошли ещё несколько часов, пока путники не оказались перед длинным пустынным берегом болотного озера. Тут и там из воды торчали острые колья. На некоторых из них были насажены черепа людей. Они представляли собой предостерегающие знаки, недвусмысленно намекавшие, что прохода дальше нет, и всех заблудших путников ждёт неминуемая смерть.

Воды болотного озера уходили далеко за утопающий в болотной дымке горизонт. Изредка где-то там виднелись клочки суши, представляющие из себя некие мигрирующие острова, заросшие всё той же зелёной тиной и мхом, плывущие по водной глади в хаотичном порядке.

– И куда нам теперь идти? – растеряно оглядывая берег, спросил Марк.

– Он скоро придёт за нами, – тихо прошептал Велес, всматриваясь в царящее над мрачным болотом марево.

Спустя несколько минут из мглы показалась мрачная тёмная лодка.

Жутковатое свечение окутывало её единственного пассажира и капитана в одном лице.

Длинное чёрное одеяние похожее на лохмотья тряпок покрывало всё его тело. Костлявые руки крепко сжимали увенчанную мутным зелёным фонарём трость. Тусклый свет, испускаемый ею, придавал ещё больше зловещности и без того жуткой картине. Лодка не была настолько большой и пугающей, как у Харона, но что-то неуловимо неприятное исходило от неё.

– Кто это, Велес? – спросил Марк, обращаясь к богу.

– Это демон Флегий, страж и одновременно перевозчик через болота реки Стикс.

– И кто же он?

– При жизни Флегий был сыном Ареса - бога войны, и Хрисы. Он сжёг храм Аполлона и в наказание за это оказался сослан в царство Люцифера.

– Всё то, что ты рассказываешь мне - не более чем древние мифы и легенды, разве они могли когда-то существовать на самом деле? – недоверчиво поинтересовался Марк, глядя на приближающуюся лодку.

– Всё то, что невозможно потрогать, увидеть и поверить - не значит, что этого не существует, человек, – задумчиво произнёс Велес, – порой даже самые невероятные вещи обретают плоть и живут в мирах, неподвластных пониманию большинства людей.

Тем временем странная лодка с не менее пугающим хозяином, причалила к берегу.

– И это ты возомнил себя вторым Данте? – раздался жуткий голос лодочника, – ты и вправду думаешь, что сможешь добраться до обиталища самого Люцифера?

– У него моя дочь! – громко ответил Марк, сделав шаг вперёд.

– Ты глупый червяк! – пренебрежительно сказал Флегий, – но тебе не занимать отваги. В моё время мужчины, имевшие сердце льва, были в почёте, и не важно, хорошие творили они поступки или нет. Поэтому я помогу тебе, но не надейся на то, что сможешь вернуться обратно.

– Где-то я уже слышал подобные слова, – усмехнувшись, заметил Марк.

– Запрыгивай! – скомандовал Велес, – конечно, если ты ещё не передумал.

Постояв пару секунд, Марк ответил:

– За Анечкой я в силах вплавь преодолеть это болото, и никто меня не остановит!

Впервые Велес с нотками уважения взглянул на своего спутника, казавшегося ещё совсем недавно очередным представителем глупого человечества.

Как только они оба оказались на борту лодки, Флегий пробормотал какие-то слова, и судно медленно начало дрейфовать, всё дальше и дальше удаляясь от берега. Марк увидел на берегу несколько больших жаб, вышедших из трясины болот. В ответ те всматривались своими большими жёлтыми глазами в удаляющихся от берега незваных гостей.

Спустя немного времени перед лодкой показались странные волны, но при этом был абсолютный штиль.

– Что там, Велес? – глядя вдаль, спросил Марк.

– Это буйные и ленивые души, которые обречены беспрестанно драться, плавая в болотной воде, – пояснил бог и добавил, – сколько этих душ считали себя королями, а сейчас они лежал лицом в грязи.

И вправду, волнение болотного озера было вызвано отнюдь не воздействием воздушных масс. Тысячи проклятых копошились в грязной и мутной воде, словно черви в куче навоза. Пытаясь вцепиться друг другу в глотку, они били находящихся рядом ногами и руками, получая удары в ответ.

– Это страшная мука, – с грустью произнёс Марк, смотря в наполненные гневом лица дерущихся, возле которых проплывала их лодка.

– Эй, ты! – неожиданно раздался громкий крик, – я тебя знаю, чёртов мерзавец!

Оглянувшись на крик, Марк заметил барахтающегося в толпе человека, и его вновь прошиб холодный пот.

– Ага, значит, и ты узнал меня, – яростно прошипел человек и медленно поплыл в сторону лодки, – думал, мы больше никогда не встретимся?

– Но… как такое может быть? – ужаснулся Марк.

– Может, ещё как может! – кричал человек, всё ближе и ближе подбираясь к лодке, – спускайся сюда к нам, это и твоё место тоже, мерзкая тварь!

Этот голос, это выражение лица, хоть и помутневшее, но вызывающее всё те же отвратительные эмоции, что и раньше. Это был его старый друг, а в последующем, один из главных конкурентов империи Марка.

– Спускайся сюда, я задушу тебя своими руками, – кричал человек, подплывая к лодке.

Марк прекрасно помнил тот страшный день, когда они вместе с Максимом решили, что конкуренцию в стране можно победить не только честными способами, и выбрали наиболее простой путь. Но мог ли Марк тогда подумать, что люди, к кому он обратился за помощью, в продвижении своих интересов начнут хладнокровно расправляться с его конкурентами. Конечно, после того, как всё случилось, можно было обратиться за защитой к государственным структурам, но, к сожалению, и в них работало множество нечистых на руку чиновников. Побоявшись расправы, Марк заплатил большую сумму денег исполнителям грязных дел, дабы сберечь свою жизнь, но тяжесть совершенного греха ещё много лет терзала его душу.

– Я помню тебя Михаил, я прекрасно помню тебя, и сочувствую твоей страшной участи, – сказал Марк, глядя, как барахтается изуродованная душа, пытаясь уцепиться за лодку.

– Спускайся сюда и раздели её со мной, ведь именно из-за тебя я оказался в этом месте, именно ты нанял тех людей для того, чтобы они убили меня!

– Ты бы сделал то же самое со мной, твоя агрессия и непомерное чувство неутолимой жажды власти затуманили разум, я не мог поступить иначе, но видит Бог, я не хотел тебя убивать! – словно оправдываясь, тараторил Марк, смотря на ужасную участь бывшего друга.

– Ты не лучше нас всех, что находимся в этом болоте, твоя участь будет самая жестокая и не будет тебе спасения, Марк, запомни мои слова!

Резкий и удивительно сильный удар длинной тростью, мгновенно остановил цепляющуюся за лодку проклятую душу. Пустыми провалами глазниц лодочник смотрел на истерзанную муками душу Михаила, но это не вызывало в нём абсолютно никаких эмоций.

– Твоё место уже определено, – холодным и абсолютно беспристрастным голосом сказал Флегий, смотря, как проклятый обмяк и начал погружаться в болотистую воду.

Лодка медленно продолжала плыть по мрачным и тёмным водам реки Стикс, всё больше и больше углубляясь в земли царства самого страшного демона, которого породили чистые и безгрешные небеса.

– Даже в этом непонятном мрачном мире существуют свои парадоксы, – подумал Марк, пытаясь разглядеть в дымке противоположный берег.

– Велес, а кто такой Данте? – спросил Марк, вспомнив слова лодочника.

Немного подумав, Велес ответил:

– Это был великий человек, прошедший путь, по которому ныне ступаешь ты, но его мотивировала не месть или страх, а поиск пути к небесам в царствие главного творца и истинного Бога.

– Как же он смог преодолеть все ужасы и опасности здешнего мира?

– Он был иным человеком, нежели ты, – влез в разговор Флегий, недобро уставившись пустыми глазницами на Марка. – Не преследуя своих мирских целей, он просто был тем, кого Люцифер избрал с целью привнести в мир людей сказания о своём мрачном царстве.

– А помимо него были те, кто смог вернуться? – с надеждой в голосе спросил Марк, пытаясь придать себе хоть немного уверенности в том, что это путешествие не в один конец.

– Сюда попадали те, кто обманом или же своей божественной силой пытались изменить законы здешнего мира. Такие как Геракл, Пирифой, Тесей бывали в этом мире, но сгинули на бесконечно тёмных просторах, – усмехнувшись, ответил Флегий.

– Это не правда! Ведь история этих людей свита из подвигов и великих деяний, пусть даже это просто мифы, но они не заканчивали путь в аду, – возразил Марк, косясь на Велеса, молчаливо стоящего на корме лодки.

– Ты всё же глупый и наивный человечишка, – захохотал Флегий, но, как ни странно, Велес не поддержал его в очередной издёвке над человечеством. – Всё ваши книги об истории, религии - всё это создано Люцифером с одной единственной целью - совратить ваш разум, показать хорошим то, что противоречит велению Бога, и вы все слепо идёте на поводу своего невежества, веря в то, чего нет, отрицая то, что было на самом деле.

– Всё это чушь! – разозлено вскрикнул Марк, – ты просто очередной демон, сам живущий под властью Люцифера, затуманившего разум и забравшего твою душу.

– Пустые эмоции несмышлёного человека, – спокойно отмахнулся Флегий, – тебе ещё предстоит многое узнать об этом мире. Жаль только, что больше мы с тобой уже не встретимся.

– Смотрите, – сказал Велес, указывая рукой на алые отсветы, проступающие сквозь болотный туман.

– Мы уже почти на месте, – подтвердил Флегий и направил лодку в направлении выплывающего из мглы каменного берега.

Глава 10

СТЕНЫ ГОРОДА ДИТ

Не спеша лодка пристала к берегу, и Марк вслед за Велесом сошёл на холодную землю.

– Как же приятно вновь почувствовать под ногами твёрдую почву, – подумал он, рассматривая каменное плато, на котором они оказались.

– Надеюсь, ты найдёшь то, что ищешь, человек! – громко сказал Флегий, взмахнул своим посохом, и лодка, словно поймав встречный порыв ветра, направилась обратно вглубь нескончаемых болот Стикса.

– Оказывается, не все демоны этого мира чудовищны и свирепы, – констатировал Марк, смотря вслед скрывающемуся во мгле силуэту мрачного лодочника.

– Тебе не стоит обольщаться, Марк, – произнёс Велес, вызвав неподдельный интерес собеседника тем, что это был первый раз за всё время путешествия, когда бог произнёс его имя, – дальше тебя ждут отнюдь не такие демоны, которых ты встречал ранее, и смерть твоя идёт бок о бок в этом путешествии.

– Я уже говорил тебе, сколько бы ты не пугал меня чудовищами царства Люцифера, я не остановлюсь и не отступлю, пока Анечка находится где-то там! – твёрдо заявил Марк и посмотрел Велесу прямо в глаза.

Отведя взгляд, бог направился вдаль от берега, всё больше и больше углубляясь в тернии шестого круга. Постояв несколько мгновений, Марк с опаской зашагал вслед за ним.

Миновав небольшие холмы, вздымающиеся вдоль всего побережья, путники оказались у огромной, даже по здешним меркам, пышущей адским пламенем стены. Жар, исходивший от неё, был настолько силён, что Марку не удавалось подойти ближе нескольких десятков метров, хотя его спутник мог спокойно стоять прямо у основания.

– Что это, Велес? – спросил Марк, борясь с жуткой удушливостью.

– Это стены великого города Дит, – громко промолвил Велес, гладя рукой полыхающую стену, а в его голосе чувствовался трепет к этому месту.

– Ты уверен в том, что нам нужно именно туда? – спросил Марк, смотря вдоль простирающейся на многие километры стены и пытаясь отыскать ворота.

– Другой дороги нет, наш путь к девятому кругу лежит через этот город.

– Тогда нам нечего тут задерживаться, нужно как можно быстрее отыскать вход, – сказал Марк и зашагал вдоль нескончаемого и величественного сооружения, построенного в центре мрачного царства, наполненного болью бесконечных страданий и жуткими исчадиями ада.

Через некоторое время на пути начали встречаться пустые надгробья и каменные ямы открытых могил. Они тянулись ровными рядами прямо вдоль стен города. Нечеловеческие крики раздавались из их глубин. Марк не смог просто пройти мимо и с опаской, перемешанной с любопытством, заглянул в одну из них.

Его лицо тут же обдало сильным жаром, сравнимым с тем, что вырывается из разогретого докрасна печного шкафа. Отпрянув назад, он случайно коснулся каменной кладки, ограждающей могильную яму. Жгучая боль мгновенно заставила его одёрнуть ладонь от раскалённого камня.

– Ааа! – непроизвольно вскрикнул Марк, и начал дуть на обожжённую кисть.

Кожа на руке покраснела, а место ожога начало сильно болеть, смешиваясь с болью полученной от шипастых лиан предыдущего круга. Велес как всегда просто стоял рядом и неодобрительно молчал, качая седой головой. Он лишь изредка поглядывал на своего спутника, а порой его взгляд казался полностью отрешённым от мирского бытия.

– Помогите, спасите меня, как же тут жарко, помогите, – раздавались жалобные стоны из открытой могилы.

– Кто ты? – спросил Марк, вновь осторожно подойдя к пылающей яме.

– Моё имя Мартин, – простонала душа, – пожалуйста, помоги мне, добрый человек, я больше не могу это терпеть, тут так горячо!

– За что ты тут, Мартин?

– Церковный собор осудил меня за то, что моё учение привлекло много людей, свободных от предрассудков веры, и они сожгли моё бренное тело, а душа была навсегда заточена в этом месте!

– Я сочувствую тебе, но не могу помочь, – ответил Марк и с грустью в сердце направился к следующей могиле.

Жалобные крики Мартина продолжали слышаться из его последнего пристанища, но быстро растаяли в тысячах других голосов, доносившихся из соседних могил.

– Помоги, –громкий голос донёсся из недр очередной раскалённой ямы.

Марк подошёл к могиле и заглянул вниз. На раскалённых камнях лежал старец. Его голое, истощённое тело покрывали волдыри от страшных ожогов, а длинная седая борода тлела, словно тростинка в очаге бесконечного пожара.

– Кто ты? – спросил старца Марк, стараясь ещё больше не обжечься от пара, выходящего из могильной ямы.

– Галилео Галилей, я был учёным, но церковь посчитала меня иноверцем и заставила отречься от своих убеждений, признав еретиком. Всё это было фальшью, все мои труды, и с тех пор я тут, – с болью и непередаваемым отчаянием в голосе промолвил старец.

– Я сочувствую тебе, но сначала я должен найти свою дочь, – вновь ответил Марк, стараясь сохранить непоколебимость в голосе.

Отойдя от очередной могилы, он окинул взглядом нескончаемое странное кладбище. Ещё сотни, а может быть и тысячи, миллионы могил, из которых вырывались языки пламени, буквально пылали, принося чудовищные муки своим вечным узникам. Страшные стоны звучали адской симфонией, но никто и никогда уже был не в силах избавить их от бесконечных страданий.

– Велес, ответь мне, чем заслужили они сию страшную кару? – поинтересовался Марк.

– Грехом своим. Не жалей их, здесь сплошь еретики и лжеучителя, – без нотки сочувствия ответил бог.

– Но нельзя же просто так слепо идти за церковными наставлениями. Мы все живём в век науки и достижений ума человеческого, – возмутился Марк, – что тут может быть плохого?

– Ты ослеплён достижениями прогресса, как и все остальные, – прервал его Велес, – и за это вы будете наказаны так же, как и те, кто праведностью да Божьим словом прикрывали грехи свои, заслужив место в раскалённых могилах, ибо многих сгубили они своими учениями и прогневали Бога.

Поняв, что вступив в спор с Велесом толком ничего не добиться, Марк деликатно промолчал и неторопливо направился дальше вдоль нескончаемой стены и уходящих за горизонт пылающих могил, в недрах которых нашли своё пристанище бесконечное количество несчастных душ.

По дороге Марк встретил множество могил великих учёных, деятелей искусства и философии, учителей и пророков. Все они были сосланы на этот круг за свои убеждения и неправедные учения, хотя Марк абсолютно не разделял столь суровое наказание за такие, казалось бы, простые и безобидные поступки. Но все они были здесь навеки заточены без права на спасение и оправдание.

Пройдя несколько километров, Марк остановился. Силы были на исходе, но ворот так и не было видно даже на горизонте. Неожиданно налетел сильный порыв ветра, поднимая столбы песка вперемешку с мелкой каменной крошкой. Подхватываемые резким дуновением ветра частички пыли образовали непонятную, размытую фигуру. Марк закрыл лицо ладонями, не допуская попадания пыли в глаза.

– Ты всё же не отступаешь, – раздался ужасный, но, к сожалению, уже ставший знакомым голос, – похвально, но в тоже время и абсолютно бесполезно.

Открыв глаза, Марк увидел огромное, по-настоящему чудовищное лицо Люцифера. Оно было соткано из вихревых потоков, яростно танцующих дикий танец и смотрело большими, пылающими красным огнём глазами.

– Я найду тебя, демон, где бы ты от меня ни прятался! – с ненавистью закричал Марк, – верни мою дочь!

– Ммм… Ярость - это очень хорошо, она пригодится тебе тогда, когда ты станешь очередной душой, порабощённой моей властью, и навсегда останешься терзаемым вечными страданиями и муками.

– Если ты такой могучий и бессмертный, тогда выходи ко мне, и мы покончим с этим раз и навсегда, – превозмогая страх, сказал Марк и сделал ещё несколько шагов вперёд, прикрывая ладонью лицо от песчаных вихрей.

– Мы обязательно встретимся, – заговорщически произнёс Люцифер, – но не здесь, ты найдёшь меня в самом низу моего царства, а пока чистая, поистине безгрешная душа твоей дочурки поможет мне вновь вознестись на небеса, где и есть моё место.

Небольшой вихрь закрутился прямо возле лица демона и образовал фигурку маленькой девочки, свернувшейся калачиком. Сомнений, конечно же, не было, Марк сразу узнал Анечку. Сердце больно сжалось, и в кровь мгновенно выплеснулась большая доза адреналина.

– Ты всё ещё хочешь её увидеть? – спросил Люцифер, поднося открытую пасть к небольшому вихрю, принявшему облик маленькой девочки.

– Отпусти её! – взревел Марк и бросился на вихревой анфас демона, но мощный поток воздуха с лёгкостью откинул его, ударив о твёрдую стену.

– Ну что же, мы будем ждать тебя, Марк, надеюсь, ты успеешь увидеть мой триумф, – хитро улыбнувшись, сказал Люцифер, и маленький вихрь Анечки скрылся в пасти демона.

Спустя несколько секунд ветер стих, оставляя упавшего на колени Марка биться в отчаянье и беспомощности.

– Я уничтожу этого демона преисподней, чего бы мне это ни стоило! Господи, единственное, что я прошу тебя, помоги мне, дай мне силы победить это, – губы Марка тихо шевелились, произнося молитву, а из глаз ручьём струились слёзы.

– К сожалению, Бог тебя не услышит. Это место находится во владении демонов, – тихо проговорил Велес и положил ладонь на плечо человека, – нам нужно идти дальше, я знаю дорогу.

Собравшись с силами, Марк приподнялся на ноги и спросил:

– И куда нам идти? Ведь ворот мы так и не нашли…

– У этих стен, нет ворот. Есть только один путь, путь наверх! – Велес указал рукой на неровные выступы, торчащие из нескончаемой стены.

– Но эти стены раскалены и пылают пламенем, – возразил Марк, – как ты предлагаешь мне взбираться по ним?

– Главное, просто поверь в свои силы, человек, – ответил Велес, – если ты сможешь искренне поверить в себя, то никакие преграды тебя не остановят.

Собравшись с мыслями, стиснув зубы в предвкушении обжигающей боли и представив, как Люцифер издевается над душой Анечки, Марк дотронулся до поверхности стены ровно в том месте, куда его отбросил поток ветра.

Резкой боли не последовало, даже, скорее, наоборот, по руке разлилась приятная прохлада, передаваемая твёрдой поверхностью камня. От неожиданности Марк даже немного вздрогнул, но постарался не подавать вида.

– Тогда идём! – Марк вытер ладонью лицо и начал взбираться на нижний выступ.

Благо выступы вдоль высоченной стены были достаточно большими, чтобы без особого труда и специальных альпинистских навыков удавалось взбираться по ним вверх. Поднимаясь всё выше и выше, Марк более отчётливо начал испытывать страх, ведь до этого ему никогда не приходилось бывать на такой высоте, да ещё и без какой-либо страховки. Всё то, что происходило с ним, абсолютно не напоминало прогулку весёлых и дружных альпинистов-любителей. Велес молча парил в воздухе рядом с человеком, запыхавшимся от тяжёлого подъёма по вертикальной стене.

Спустя некоторое время, окончательно лишившись сил, Марк сел на очередной холодный выступ и прижался спиной к стене, переводя дыхание. Перед ним открылся величественный, но в то же время мрачный и таинственный вид простирающейся нескончаемой чёрной пустоты, царившей повсюду. С такой высоты открывался изумительный вид на всю округу, расстилающуюся за пределами стен города, но кроме тоски и бесконечной грусти, она не вызывала абсолютно ни каких эмоций. Ни о каком небе, разумеется, речи и быть не могло. О, боже, как он по нему скучал, как несказанно был бы рад, увидев хоть малюсенький лоскут этого синего покрывала. Вместо него чёрная пелена, словно густая смола, разливалась над бесконечной пустотой пугающего пространства, а горящие могилы бесчисленными рядами усеивали всю округу.

– Велес, мне нужно немного отдохнуть, – задыхаясь, признался Марк, – иначе я просто оступлюсь от усталости.

– Мне некуда торопиться, человек, моё время давно кануло в лету. Перед тобой моя душа, навечно заточённая в этом мире, и проклята на бесконечные скитания.

– Зачем тогда ты мне помогаешь?

– Я уже говорил о том, что платой в обмен на помощь будет твоя душа.

Марк тяжело вздохнул, конечно, после того, что они пережили, он надеялся услышать иной ответ, но Велес был как всегда до крайности невозмутим. Хотя, конечно, за столько сотен лет, проведённых в этом месте уже очень трудно чему-то по-настоящему удивиться.

– Зачем тебе души людей, ты же всё равно останешься на веки вечные в этом мире?

– Это не твоя забота, смертный, наш договор уже заключён и обратной дороги теперь нет, – угрюмо ответил Велес.

– Расскажи мне тогда о Люцифере, кто он такой, и как ему удалось сотворить подобное место?

– Он вместе с другими мятежными ангелами ослушался Бога, за это был низвергнут с небес. После Люциферу было дано имя - Сатана и Обитатель преисподней. Ангелы, которые были сброшены на землю вместе с ним, превратились в его демонов. Бог обрёк их на вечные страдания и муки, но вместо того, чтобы осознать свои грехи, демоны занялись подкупом и соблазном. Как говорится в Библии, люди с самого рождения грешны, неразумны, постоянно должны противостоять искушениям и соблазнам, причиной которых называют Люцифера.

– А за что ты был сослан в это царство боли и мук?

Велес немного помолчал, смотря на открывающиеся с такой высоты просторы тёмного царства, и нехотя ответил, – божественной силой я был наделён истинным Богом уже после своей кончины. Я был простым человеком и жил по канонам Божьим, за это и получил место рядом с ним…

– Но сейчас ты тут, – перебил его Марк.

– Я был одним из мятежных ангелов, что были сосланы с небес, но сейчас, спустя сотни лет, я осознал, насколько чудовищны были истинные планы Люцифера и я хочу, чтобы нашёлся тот, кто будет в силах противостоять его могуществу.

Марк с недоверием посмотрел на Велеса, который на самом деле являлся ни кем иным, как мятежным демоном, прислужником Люцифера и был проклят самим Богом.

– А где гарантии того, что уничтожив Люцифера, ты сам не захочешь занять его место и убить меня?

– У тебя нет выбора, человек, тебе придётся довериться моему слову.

Марк прекрасно понимал то, что Велес был прав. Идти дальше в одиночку было бы чистой воды самоубийством, но слепо доверится предателю - тоже был не самый лучший выбор.

Тени сомнений блуждали в его голове, не давая спокойно отдохнуть. Страх и неутолимая тревога воспалили мозг. Нервы были на пределе. Но сильная усталость, обезвоживание и истощение сделали своё дело. Марк даже не почувствовал, как мозг отключился и сознание провалилось в пучину тревожного сна.

Ему на мгновение приснилась Катя, держащая на руках маленький кулёчек, в котором громко кричала маленькая Анечка. Это был тот день, самый счастливый день в его жизни, когда он первый раз увидел её, забирая из роддома. Потом он вспомнил себя, весело играющего с дочерью в песочнице. Её весёлый, звонкий голосочек тонкими нотками разливался по залитой зеленью детской площадке. Марк видел всё будто бы со стороны. Как они вместе под лучами тёплого весеннего солнца уплетали холодное мороженное, как под маленьким розовым зонтиком прятались от капель прохладного дождя. Кто в то время мог предположить, через какие страдания суждено будет им пройти. Счастливые образы постепенно сменялись всё более и более пугающими картинами страшной аварии, убийств и демонических существ. Ему привиделась встреча с Миносом, Цербером, разъярённым демоном в обличии отца во главе с самым злейшим врагом, повелителем этого мира - Люцифером. Но самым страшным было то, что в каждом из них он видел себя, словно отражение в зале кривых зеркал. Каждое из них показывало его собственное искажённое страшными страданиями лицо. Глаза, зубы, всё было не такими, каким он видел их прежде. Его лик был обезображен жуткой гримасой боли и улыбкой одновременно, глаза навыкате наливались злобой. Перед ним предстало отражение его собственной чёрной души. Оно улыбалось, пристально смотря бешеными глазами. Не выдержав ужасного взгляда, Марк ударил отражение рукой, и зеркало тут же рассыпалось на множество мелких осколков, оставляя после себя громкий звон бьющегося стекла. Звон показался настолько сильным, что у Марка из ушей полилась кровь.На секунду показалось, что он слышит сквозь адский звон, будто бы кто-то зовёт его по имени. Всё вокруг внезапно потемнело и исчезло в дымке уходящего во тьму снов кошмара, а на смену ему пришёл реальный.

– Марк, быстро вставай! – сквозь уходящий сон раздался взволнованный голос Велеса, – они нашли нас.

Подняв налитые свинцом, тяжёлые веки, он попытался понять, о чём предупреждает Велес, но дымка сна всё никак не хотела отпускать его воспалённое и раздавленное нечеловеческими муками сознание. Придя в себя, он посмотрел в то направление, куда указывал проводник.

– Что это такое? – вскрикнул Марк, быстро вставая на ноги.

Прямо на них летели, звонко гаркая пронзительным криком, трое чудовищ. Это были страшные старухи с уродливыми лицами, головы которых покрывали шипящие и извивающиеся змеи. Их оскаленные зубы торчали из приоткрытого рта в ожидании лёгкой добычи. Острые как бритва когти венчали пальцы кривых длинных рук. За их спинами виднелись большие и чёрные, словно вороньи, крылья. Жуткий вой оглушил Марка, заставляя закрыть уши ладонями.

– Это фурии, мерзкие злобные твари загробного мира, – пояснил Велес, – они стражники шестого круга.

Бежать было некуда. Марк всё же попытался быстро взобраться на следующий выступ, но всё оказалось тщетно. Летящая впереди фурия с громким гоготом бросилась в атаку, выставив перед собой длинные когти. Взмах крыла сбил его с ног. Только чудом Марку удалось не свалиться вниз, остановившись у самого края.

Увидев то, что атака не увенчалась успехом, фурия вновь взмахнула своими крыльями и отпорхнула от стены, уступая место для атаки следующей. Долго такого противоборства быть не могло, любое промедление, да ещё и при неравном соотношении сил, было для Марка сродни верной гибели.

Вскочив на ноги, Марк, что есть силы, оттолкнулся от стены и выпрыгнул с обрыва навстречу адской фурии. Не ожидая такого сумасшедшего поступка, фурия оторопела, и этого времени вполне хватило, чтобы Марк уцепился за тело чудовищной старухи. Барабанные перепонки разрезал громкий визг твари, и они оба стремительно понеслись вниз. Когда до земли оставалось совсем немного, фурия пришла в себя и вновь продолжила яростно размахивать крыльями.

Тварь устремилась вверх. Остальные фурии пытались уцепиться за тело назойливого человека, но подойти близко у них не получалось. Кавалькада чудовищ и висевший на одной из них человек, поднимались всё выше и выше, миновав верхнюю кромку стены города. Отмахиваясь от ударов когтей, Марк вскарабкался к груди чудовища, но как только попытался вцепиться шею уродливой твари, одна из змей на её голове бросилась в атаку. Повинуясь инстинкту, Марк молниеносно разжал хватку, предугадав траекторию смертельного укуса. С хищным шипением змея всадила ядовитые клыки в то место, где мгновение назад было тело жертвы, но к её сожалению и не малому удивлению, это оказалась её собственная шея.

Очередной сводящий с ума визг звучал более тонко и гораздо громче. Заполняя собой всё вокруг, он разнёсся по тёмному царству. Чудовище забилось в предсмертной дрожи и стремительно понеслось вниз. Благо высота до верхней кромки ворот была не настолько огромна, как до земли. Сгруппировав всё тело, Марк приготовился к удару. Но фурия пронеслась мимо ворот и устремилась дальше. Её тело безвольно падало, ударяясь о выступающие части стены, словно пытаясь скинуть своего убийцу. Пролетев несколько десятков метров, они оба рухнули в огромный ров, заполненный алой жидкостью. Удар был такой силы, что сотряс каменные своды и поднял высокие волны. Марку очень повезло, что в момент удара о водную гладь он не оказался под телом твари, иначе падение стало бы для него роковым.

Руки и ноги пронзила сильная боль, а дыхание перехватило. Марк барахтался в тягучей тёплой жидкости, пытаясь как можно быстрее оказаться на поверхности, но его левая нога запуталась в перьях огромных крыльев уходящей всё глубже и глубже мёртвой фурии. Спустя несколько мгновений, Марк почувствовал холодное дыхание смерти, жадно вдыхающее аромат своей будущей жертвы. Воздуха в лёгких почти не осталось. Перед глазами промелькнул момент той страшной аварии, где он, пристёгнутый к сиденью, уходит под воду в искорёженном автомобиле.

– Только не в этот раз! – мысленно сказал себе Марк и рванул застрявшую ногу.

К счастью, этот рывок всё же сделал своё дело, позволив высвободить конечность. Оказавшись над кромкой жидкости, он всей грудью вдохнул сладкий и такой желанный воздух, который мгновенно заполнил его лёгкие. Сердце билось так сильно, что, казалось, словно дикий зверь просился наружу после долгого заточения.

Оглядевшись, Марк не заметил остальных фурий, видимо, они остались по ту сторону от стены и не последовали за ним в надежде отомстить за сородича. Да и вообще, ведомо ли им сострадание и какие-либо чувства, помимо ненависти ко всему живому и желания убивать?

Оставив ненужные мысли и успокоив дыхание, Марк поплыл к противоположному берегу.

Часть 2

Глава 11

КРУГ НАСИЛИЯ

Жар, исходивший от кровавой реки, начал быстро усиливаться. Марк старался плыть как можно быстрее, ощущая, как кровь в реке начинает покрываться пузырьками и вот-вот закипит, пытаясь заживо сварить попавшего в неё человека. Доплыв до края реки, он взобрался на неровный берег как раз в тот момент, когда кровь превратилась в дикую бурлящую лаву. Жалобные стоны вновь наполнили и без того жуткое место неведомого города.

Оглядевшись, Марк увидел, что вдоль реки, опоясывающей город, возведено множество больших статуй некого существа. Оно напоминало мускулистое человеческое тело, выточенное древними мастерами из гранита и имевшее лик и копыта быка. Огромные рога венчали массивную голову, придавая существу величественный и пугающий вид. Руки покрывали налитые кровью мышцы, окутанные толстыми вздутыми венами. Огромные цепи удерживались мощными кулаками, а на их конце висели клетки, в которых кричали души проклятых людей. Словами сложно передать величественность этого места, но количество статуй, простирающихся вдоль всей реки и количество клеток, с заточенными в них изнеможёнными душами, захватывало дух.

Велес стоял рядом с Марком, отрешённо глядя на бурлящую кровавую реку.

– Что это за место?

– Это река носит имя - Флагетон. В ней томятся души, совершившие насилие над своим ближним, над их материальными ценностями и достоянием, тираны, разбойники и грабители давятся кипящей кровью, заливающей их рот.

– Сколько же их тут? – спросил Марк, оглядывая взором несчётное количество клеток с томящимися в них душами.

– Человечество всю свою историю вело войны, одни народы угнетали другие, одни люди издевались над другими, – молвил Велес, – на протяжении всего своего существования ничего не менялось и не поменяется, такова ваша природа, и многие окончат жизнь в этом круге.

– Далеко не все люди жестоки, в них есть много хорошего и доброго! – возразил Марк, – многие люди приносят в наш мир свет…

Велес вновь расхохотался и спросил:

– А ты сам считаешь себя хорошим человеком?

Марк замолчал, прекрасно понимая то, что бог видит весь его жизненный путь от начала и до конца, и назвать его гладким и хорошим было бы явным преувеличением. Только сейчас, прислушавшись, Марк услышал металлическое постукивание. Шестерни огромного механизма пришли в неспешное движение. Гул всё нарастал, души заточённые в клетках принялись жалобно стонать, предвкушая очередные муки. Цепи неторопливо пришли в движение, подобно якорю корабля, опуская клетки в кровавую кипящую жидкость. Мученические стоны перерастали в истошные вопли, как только дно клетки соприкасалось с поверхностью реки.

Марку пришлось закрыть уши ладонями, дабы хоть немного заглушить душераздирающие крики, доносящиеся до мозга и пробирающие всё тело. Бурление реки резко усилилось. Тёмно-красные волны с шипением и яростью вздымались, напоминая множество языков. Они облизывались в предвкушении пиршества. Каменный взгляд исполинов, безучастно опускавших переполненные клетки, оставался неизменным, что придавало зрелищу ещё более чудовищный оттенок.

– Они все были достойно наказаны за свои деяния, и нет нужды им сопереживать, – холодно произнёс Велес.

– Но ведь они живые люди, по крайней мере, были ими когда–то, – сказал Марк, глядя на мучения сотен тысяч людей, запертых в утопающих ржавых клетках.

– Это не твоё наказание, так что идём, – почти приказным тоном скомандовал Велес.

Марк ещё раз молча посмотрел на кипящую кровь, жадно пожирающую своих жертв. На секунду ему показалось, что уровень реки слегка приподнялся, хотя возможно это была просто иллюзия.

Отвернувшись от ужасающей картины, путники направились вглубь центральной улицы города, полыхающего бесконечным пожаром. Вдоль неё, также как и на берегу кровавой реки, возвышались огромные статуи. Однако теперь это были не статуи монстра, а статуи всевозможных воинов. Все они навеки застыли в позах, изображающих убийство и насилие. Вот всеми известная экспозиция Самсона, своими мощными руками разрывающего пасть свирепому льву. Дальше стояла статуя человека, на теле которого была лишь набедренная повязка, а в руках он сжимал длинное копьё, острие которого плотно вошло в тело другого воина. Вот и древнеримский легионер, как определил Марк, судя по его доспехам, застыл с мечом в руке перед смертельным ударом, полагающимся лежащему у его ног рабу. Далее великий Наполеон, гордо восседающий на своём коне, указывал рукой главное направление удара своих войск. Вот и безымянный индеец, в ярости схватки втыкающий свой томагавк в тело американского солдата. Поодаль виднелся ещё один воин. Одет тот был в довольно современную экипировку, а в руках удерживал высеченный из камня автомат Калашникова. Видимо, в пылу сражения он так и не успел заметить, как враг, облачённый в длинный балахон и с чалмой на голове, приготовился нанести решающий удар в спину.

Ещё сотни различных фигур, олицетворяющих ненависть, ярость и насилие стояли вдоль всей улицы. Жителей города видно не было, да и вообще могли ли они быть в этом месте, оставалось для Марка неразрешимой загадкой. Тлеющие, полуразрушенные дома представляли собой ансамбль давно минувшего величия. Почти все здания и сооружения походили на бесформенные каменные кучи, хаотично разбросанные по всему городу. Исключением из общей картины являлось довольно крупное сооружение напоминающее храм и возвышающееся прямо за центральной площадью. Запах горящего дерева вперемешку с запахом жареного мяса вызывал отвращение и необъяснимую тревогу. Две фигуры на фоне пылающего города неспешно шли вдоль пустых улиц.

Марк остановился и ещё раз оглядел центральную площадь. Чувство опасности вновь больно обожгло его сердце, но её источника он так и не заметил, лишь уровень реки вновь будто стал немного выше.

– Если это город, тогда почему тут так тихо и мрачно? – спросил Марк, продолжая с опаской рассматривать окрестности.

Ему неожиданно приглянулась очередная статуя с человеческим телом и головой быка. Она была почти такая же, как и те, что держали клетки с проклятыми душами. Но чем-то немного отличалась. От неё исходила необъяснимая аура опасности.

Велес нагнулся и провёл рукой по брусчатке, из которой выложена вся центральная площадь мёртвого города. Он пытался набрать в ладонь немного пепла, но она прошла сквозь лежащую на земле горсть, даже не затронув её.

С грустью вздохнув, бог ответил:

– Все жители этого некогда процветающего города стали жертвами собственного гнева и жестокости. Улицы утопали в крови собственных граждан, брат пошёл против брата, отец против сына. Люцифер поработил их тёмные души и вместе с целым городом поместил в своё царство.

– Если тут никого нет, тогда кто управляет всеми этими гудящими механизмами?

– Как и у всех доселе прошедших кругов, у этого есть свой страж и хранитель, своё демоническое исчадие, движимое волей Люцифера, – ответил Велес.

– Ты как всегда прав! – громкий и удивительно спокойный голос раздался из недр статуи быка.

Его каменные глаза неожиданно открылись, и кроваво-красные зрачки уставились на незваных гостей. Из ноздрей вырвался пар тёплого дыхания. Одним мощным прыжком он спрыгнул с пьедестала и тяжело приземлился на землю. От удара копыт каменная крошка брусчатки разлетелась в разные стороны. Мощное мускулистое тело было не менее трёх метров в высоту. Большие скрюченные рога, словно острия демонической короны, торчали из его головы. В руках монстр сжимал увесистый ржавый топор.

– Не думал, что мы так быстро встретимся, но я очень сильно этого желал, смертный, – обращаясь к человеку, прохрипело чудовище.

– Кто ты, демон? – отступив назад, спросил Марк.

– При рождении мне дали имя Минотавр, я приёмный сын Миноса и родной сын его супруги Пасифаи. Истинный отец мой, Посейдон – владыка безбрежных морей.

– Позволь нам с миром пройти твои владения, мы идём за похитившим его дочь, – Велес указал на Марка, – Люцифером.

Осматривая пути к отступлению, Марк обратил внимание на то, что уровень кровавой реки поднялся настолько, что уже вышел из русла и начал заливать ближайшие улицы. Грохот огромных механизмов продолжал нарастать. Жалобные стоны практически перестали слышаться от того, что клетки с пленниками полностью погрузились в кровавую жижу. Несколько статуй, основание которых скрылось в кипящей реке, накренились и с грохотом упали прямо в неё, навсегда забирая с собой клетки с душами проклятых.

– Я убил твоего отца, и если ты не пропустишь нас, я сделаю то же самое с тобой, монстр! – твёрдо произнёс Марк, стараясь как можно ярче показать свою решительность.

– Ты жалкая букашка в царстве истинного бога - Люцифера, – яростно ответил минотавр, не скрывая возникшего раздражения, – ты не можешь убить царя Миноса. В этом царстве все мы без смерти, точно также как и без жизни. Никто не в силах убить нас, ровно, как и вдохнуть новую жизнь. Мы слуги повелителя мёртвых.

– Уйди прочь, монстр! – ещё более решительно выкрикнул Марк, видя, как ярость вспыхивает в огненно-красных глазах чудовища.

– Наше отличие от живых заключается в том, что мёртвые могут видеть будущее, и в нём ты навсегда останешься проклят в этом месте! – зарычал Минотавр и, вознеся над головой топор, обрушил сокрушительный удар на человека.

Смерть оказалась близка настолько, что свист разрезающего воздух металла едва не оглушил опешившего человека. Каменная крошка брызнула во все стороны, едва лезвие коснулось земли. Не дожидаясь пока минотавр освободит своё орудие и поднимает его вновь, Марк бросился бежать вдоль бесконечных пустых улиц.

Он без оглядки нёсся вперед, не разбирая дороги. Всё закоулки были завалены каким-то хламом, горящими кострами и хижинами, покрытыми толстым слоем пепла. Стараясь не приближаться к пепелищам, дышащим жаром, он миновал несколько кварталов.

Укрывшись за одним из ветхих обугленных домиков, Марк остановился перевести дыхание и осмотреться. Рёв чудовищного монстра где-то там, ближе к центральной площади проклятого города, разнёсся по всей округе, заставляя кровь стынуть в жилах.

– Нужно добраться до противоположного края города, Велес говорил, что там будет проход, – подумал Марк, намечая маршрут в обход центральной площади.

Он неспешно пробирался сквозь опустевшие, заброшенные жилища, стараясь не создавать лишнего шума.

– Ты не сможешь прятаться вечно, – свирепо кричал минотавр, – я найду тебя и исполню волю Люцифера!

Толстый слой пепла и пыли покрывал всё вокруг, создавая маленькие барханы на горизонтальных поверхностях. Повсюду валялись обломки деревянной мебели, оборванные лоскуты непонятных и причудливых одежд. Взгляд Марка упал на маленькие статуэтки, разбросанные возле небольшой детской кроватки. Подойдя, он взял одну из них в руки. Лицо статуэтки было небрежно раскрашено детской рукой. Видимо, когда-то она была игрушкой в руках маленького розовощёкого мальчика или милой девочки, весело играющих на улицах утопающего в зелени города. Глубоко вздохнув, Марк поставил статуэтку возле истлевшего остова кроватки и направился дальше. Но не успел он сделать и нескольких шагов, как мощный удар хвостом проломил стену ветхого жилища. Перекрытие потолка затряслось и рухнуло, погребая под собой человека.

Что-то едкое, жидкое и очень горячее залилось Марку за шиворот, обжигая кожу. Могучая рука минотавра с лёгкостью отшвырнула деревянную балку, придавившую человека.

– Вот ты и попался! – довольно пробормотало чудовище, вытаскивая Марка из-под обломков.

Свирепая бычья морда красными глазами смотрела человеку прямо в лицо. Его взгляд был настолько пугающим, что ни одна мысль не могла пробиться в сознание Марка кроме первородного животного страха. Немного опустив взгляд в ожидании неминуемой смерти, Марку удалось разглядеть, что кровавая река разлилась настолько, что подошла вплотную к тому самому месту, где стоял монстр.

Неприятные ощущения заставили минотавра опустить голову и взглянуть себе под копыта. Воспользовавшись этим, Марк резко схватился двумя руками за металлическое кольцо, торчащее из носа быка, и что есть силы, дёрнул за него.

Крик чудовища, вызванный резкой болью, не заставил себя ждать. Кровь фонтаном брызнула на лицо Марка. Хватка минотавра ослабла, но это был лишь временный эффект, и уже спустя несколько мгновений получеловек-полубык в ярости приготовился собственными руками разорвать назойливого человека. К удивлению монстра, человека перед ним не оказалось, что ещё больше привело его в бешенство.

– Я разорву тебя на мелкие куски, грешник, – ревел минотавр, повсюду рыская в поисках жертвы.

Кровавая река заливала центральную площадь, погружая развалины домов в свои пучины. Уловив молниеносное движение, монстр обернулся и увидел, как фигура маленького человека неслась в сторону городского храма, стоящего значительно выше остальных зданий города. Громко взревев, Минотавр бросился вслед убегающей жертвы.

Быстро взбираться по высоким ступеням вверх было очень тяжело, но разъярённый монстр позади и прибывающий уровень кипящей кровавой реки не оставляли Марку другого выбора, кроме того, как всё выше и выше карабкаться по нескончаемым ступеням. Уровень реки резко поднимался, поглощая всё новые и новые пространства. Статуи на центральной площади уже по пояс стояли в кипящей крови.

Добравшись до вершины центрального храма, Марк огляделся. Дальше бежать было некуда. Он уже слышал рычание гнавшегося за ним чудовища, лязг зубов и горячее дыхание его пасти. Смерть приближалась к беспомощному человеку, стоявшему на вершине утопающего города.

Облако пепла закружилось прямо перед Марком. Но вместо ужасного лика Люцифера возник силуэт Велеса, гордо восседающего верхом на кентавре. Это существо имело тело лошади, а на нём торс человека, да не просто человека, а самой настоящей женщины. Копыта невиданного доселе существа были наполовину скрыты жёсткой белой шерстью, а могучие ноги казались толщиной с человеческое тело. Лошадиная спина имела больше полуметра шириной и гордо возвышалась на полтора метра над землёй. Из неё грациозно исходили изящные белые крылья.

Не проронив ни слова, Велес ударил посохом о стену храма, и ярчайший свет ослепил пространство, вновь заливая тёмное царство несвойственными красками.

– Сюда, человек, скорее сюда, – закричал бог.

Марк бросился к Велесу и с ходу запрыгнул на спину таинственному существу, о котором слышал только в легендах, и пару раз видел в фантастических фильмах и сказках.

– Вперёд, Несс, уноси нас отсюда! – скомандовал Велес и как раз вовремя.

В тот самый момент минотавр с рёвом взобрался на последнюю ступень храма и вытянул свои руки в надежде остановить беглецов. Но ему этого не удалось, и кентавр, словно небесный пегас, рванулся вверх, унося Марка дальше от утопающего в крови горда Дит.

– Запомни, Марк, – произнёс Велес, – насилие порождает лишь ещё большее насилие и никогда не приводит к упокоению души.

Марк ничего не ответил и лишь изредка оборачивался на проклятый город. Сверху было прекрасно видно, как бурлящие потоки раскалённой крови, яростно бурля, поглощают величественные сооружения города-порока. И вот уже сам центральный храм оказывается в её владении.

Ещё какое-то время страх не отпускал Марка, а сердце продолжало колотиться в бешеном ритме, набивая чечётку в израненной груди. Так они парили несколько часов, пока на горизонте не показались заросли леса.

– Дальше я не могу вас провести, – повернув голову, промолвила Несс, – дальше дорога мне закрыта.

Кентавр резко снизилась и плавно коснулась земли прямо на опушке странного засохшего и мёртвого леса. Велес и Марк спустились с тела своего спасителя.

– Спасибо тебе, Несс, – сказал Велес.

– Не жду я благодарности, не в ней заключена моя душа, а тебе, смертный, – женщина-кентавр обратилась к Марку, – я желаю, чтобы ты нашёл то, что ищешь, но побереги свою душу от пороков зла.

– Спасибо тебе, – одобрительно кивнул головой Марк.

Оттолкнувшись сильными ногами и вспорхнув большими крыльями, Несс стремительно набрала высоту и скрылась во мраке чёрного свода.

Проводив взглядом странное, но по-своему прекрасное существо, Марк ещё раз посмотрел на раскинувшийся перед ними дремучий лес и произнёс:

– Нам нужно спешить, Анечка где-то там, а значит в путь…

Не дождавшись и так очевидного ответа, он твёрдым и уверенным шагом направился по узкой извилистой тропинке вглубь чащи.

Проходя сквозь торчащие повсюду сухие, кривые ветки и тонкие стволы деревьев, Марк случайно сломал одну из них. Из сломанной ветви бурным чёрным потоком брызнула кровь. Жалобный стон донёсся из глубины. Десятки воронов взлетели с верхушек мёртвых деревьев и начали гоготать, превращая томительную тишину в подобие многолюдного базара.

– За что так со мной? Неужели вы все настолько жестоки? – простонало дерево.

От неожиданности Марк отшатнулся и приготовился к очередному нападению исчадий ада, но ничего не произошло, лишь стоны продолжали исходить из странного дерева.

– Что не так с этим лесом, Велес?

– Это не просто лес, это - души тех, кто совершил насилие над собой, над своей плотью. Здесь душа, просящаяся к небесам, взмывает над землёй в виде сухого древа, и нет в нем ничего, кроме нескончаемого горя и бесконечной боли.

– Какое ужасное наказание, – пробормотал Марк, осторожно ступая по узкой тропинке и стараясь не дотрагиваться до сухих веток.

Немного успокоившись, стая ворон вновь опустилась на кромки деревьев и продолжила клевать их стволы.

– Марк, Марк, – раздался из глухой чащи знакомый женский голос.

Вначале Марк даже подумал, что ему это показалось, ведь в этом жутком лесу он точно не мог встретить кого-то из своих знакомых. Но тихий женский голос продолжал настойчиво повторять его имя.

– Нет, Марк, не ходи туда, ни к чему тебе видеть всё это, – просил Велес, но это не помогло его остановить.

Осторожно раздвинув густые, торчащие из земли кусты, он оказался на небольшой поляне, в центре которой возвышалось хрупкое дерево, хотя даже скорее не дерево, а заточённая в ствол фигура женщины. Её руки были распяты и прорастали из тонкого ствола кривыми деревянными сучьями.

– О, Боже, нет! – вскрикнул Марк, – только не ты, только не в этом месте, мама.

– Марк, – в ответ тихо прошептало дерево.

– Но ты же умерла от опухоли, почему ты тут? – подбежав к ней, спросил Марк.

– Я устала, я больше не могла терпеть всё, что было в моей жизни, весь этот кошмар, – жалобно произнесла женщина или та, что раньше была ею, – я устала от вечной тирании твоего отца, от постоянного страха.

– Но, мама, – попытался возразить Марк.

– Нет, я не смогла, я была слабой, я бросила тебя, мой сын, – дрожащим голосом говорила женщина. – Каждое следующее слово давалось ей всё сложнее, но она продолжала, – я наложила на себя руки, Марк, я сама отреклась от жизни, прости меня…

Словно гром среди ясного неба, эти слова поразили сердце Марка, и он непроизвольно сделал несколько шагов назад, не веря в услышанное.

– Этого не может быть! – вскрикнул он, – ты врёшь мне, это не может быть правдой!

– Прости меня, сынок, но мёртвые уже не могут раскаяться и искупить свои грехи, это привилегия живых, – ласково, но в то же время душераздирающе жалобно, прошептало дерево, и по стволу заструились капельки росы.

– Как мне помочь тебе, мама? – спросил Марк, вытирая с лица слёзы, бегущие по блестящим дорожкам на щеках раздираемого горем человека.

В душе боролись несколько противоречивых эмоций. Одной из них была обида на самого родного и в то же время предавшего его человека. Другая эмоция таила в себе тепло встречи, пусть даже мимолётной, сопровождаемой нечеловеческой болью, но всё же встречей с некогда любимым человеком.

– Я освобожу тебя! – твёрдо заявил Марк и встал на колени перед деревянной фигурой матери.

Крепко сжав ладонью висящий на груди крест, некогда подаренный Катей, он опустил голову и начал произносить молитву:

– В руке твоего превеликого милосердия,

О, Боже мой, вручаю душу и тело матери моей,

Чувства и глаголы её, дела её и вся тела и души.

Вход и исход, веру и жительство,

Течение и кончину живота,

День и час издыхания тела её, преставление,

Упокой душу и тело её.

Капля, просочившаяся из наполненных болью глаз, упала на прижимаемый к груди крест. Соскользнув, она разбилась о дьявольскую землю, тут же впитавшись в сухое, не знавшее влаги, тело. Вороны резко вспорхнули с ближайших деревьев и загоготали мерзкими и зловещими голосами. Яркий свет озарил тёмную лесную чащу. Задрожав, дерево начало осыпаться, скрипя старыми ветками, а мёртвый лес наполнился множеством странных, абсолютно не свойственных ему, звуков. Ровно в том месте, куда упала маленькая капелька, образовалось, вначале небольшое, затем всё увеличивающееся в размерах свечение, бьющее ослепительными искрами и постепенно заполоняющее всё вокруг.

– Ты спас меня, сын мой, – произнёс прекрасный силуэт женщины, появившийся из ствола старого дерева, ещё больше озаряясь яркими лучами света, – теперь моя душа принадлежит Богу.

– Увидимся ли мы ещё с тобой, мама? – спросил Марк.

Он не верил своим глазам, которые заполняли слёзы.

– Ты сможешь искупить себя в этих кругах, я верю в то, что у тебя светлая и чистая душа, – тонким, нежным голосом сказал силуэт женщины и нежно прикоснулся ладонями к лицу Марка, – любая боль, что душу раздирает, так же даёт тебе силы на борьбу, очищая её.

Марк смотрел в глаза яркой фигуры матери, больше похожей на ангела и не мог поверить, что всё это происходит на самом деле.

– Мне пора, меня ждёт царствие Божие, прощай сынок, – сказала женщина, и её силуэт, ярко вспыхнув, растворился во тьме мёртвого леса.

Давящая темнота и звуки карканья чёрных воронов вновь опустились на скрюченные стволы проклятого леса.

Привычная гримаса безразличия улетучилась с лица Велеса и с нотками удивления он спросил:

– Как такое может получиться у простого смертного, душа которого чернее ночи?

Но в этот раз человек не удосужился ответить богу, тем более он и сам не понимал сути произошедшего. Силы Марка как физические, так и моральные были на пределе, он уже практически не мог стоять на ногах и вновь в бессилии, отчаянии и страшной скорби опустился на колени.

– Сколько ещё, черт бы тебя побрал, мне предстоит испытать ужасов и лишений? Как сильно ты ещё хочешь истерзать и без того разорванную душу? – кричал он в пустоту чёрного неба.

– Успокойся! На это он и рассчитывает, и если ты сейчас потеряешь свою веру, Люцифер победит, и твоя дочь во веки веков останется в его царстве, как и ты сам! – предупредил Велес с несвойственными ему интонациями в голосе.

Марку даже показалось, что в голосе бога он почувствовал нотки сострадания, скрывающиеся за спадающим занавесом безразличия и отрешённости.

– Ты прав, бог, – поднимаясь на ноги, твёрдо ответил Марк. – Пройдя всё, что выпало на мою долю, мне уже больше нечего бояться, и я дойду, обязательно дойду, чтобы ни приготовил мне Люцифер.

– Тогда идём, человек, этот круг ещё не закончен, так что нам нужно спешить, подытожил Велес, и они оба отправились в путь, всё дальше и дальше углубляясь в чащу ужасного леса.

Спустя какое-то время деревья начали редеть, а кустарники уже и вовсе практически пропали из виду, на смену им пришёл песок. Это был самый настоящий белый песок. Глядя вдаль, создавалось впечатление, что ещё вот-вот и перед путниками раскинутся голубые воды прекрасного моря, где кристально чистая и тёплая вода будет ласково омывать золотистые берега. Но подобным ожиданиям было не место в этом мире и ничего, кроме ужасов и боли тут быть не могло. Повсюду виднелись остовы старинных каменных построек, стен давно разрушенных сооружений, наполовину утопающих в песочных дюнах. Тотальная разруха и запустение царили в этом месте.

Раскалённые огненные хлопья опадали с чёрного неба. Похожие на зимний снегопад они устилали пустынную землю. Одно из таких хлопьев легло на плечо Марку и тут же оставило сильный ожог.

– Ааа, чёрт, – вскрикнул он, стряхивая раскалённый уголёк и дуя на образовавшийся очередной ожог, который остался, даже не смотря на довольно твёрдую ткань одежды.

Начало казаться, что странный и пугающий мир так или иначе пытался оставить отметины на теле незваного гостя, чуждого всем устоям загробного царства.

– Каждый из них очищает твою душу, Марк, – промолвил Велес, – каждый ожог или рана напоминает тебе о собственных пороках.

– Это бремя я готов вытерпеть, но долго ли ещё нам осталось до перехода в следующий круг? – спросил Марк, осматривая больное плечо.

– Это последний пояс седьмого круга, – пояснил Велес, оглядывая пустыню, – здесь нашли свою кару убийцы и насильники, которые совершили преступления против Бога. Над ними вечно льётся огненный дождь, а их тела истязают голодные дикие собаки.

Вдали виднелось множество чёрных душ, кричащих под раскалённым дождём, но не смеющих ступить и шагу, чтобы попытаться спастись от огненных хлопьев. Все они были обнажены, а тела покрывали множественные ожоги. Их адские стоны разносились по округе и исчезали в бесконечных барханах пустыни. Марку удалось увидеть, как один из проклятых, не выдержав адской муки, бросился бежать от ниспадающего с неба огненного дождя. Но не успел тот сделать и полсотни шагов, как из-под насыпи песка тут и там начали вылезать морды разъярённых диких псов. Увидев это, проклятый ускорил темп, что-то крича на непонятном языке. Выбравшись на поверхность, псы завыли, став подобными диким голодным волкам, и бросились в погоню.

Заметив Марка и Велеса, проклятый бросился к ним в надежде найти спасение. Марк уже было хотел пойти к нему навстречу, но Велес остановил его своим посохом.

– Не стоит этого делать, – предупредил он, смотря, как несчастный бежит к ним и молит о помощи, – ему ты не в силах будешь помочь, а на себя беду накличешь.

Проклятый изо всех сил бежал сломя голову, но гончие неминуемо сокращали и без того небольшую дистанцию. Осознав безысходность тщетной попытки бегства, он остановился и ещё раз жалобно посмотрел в глаза Марку. Что-то выкрикнув, мученик развернулся как раз в тот момент, когда один из псов накинулся на него, злобно клацая острыми зубами. Проклятому удалось перехватить пасть животного, но сильный удар сбил его с ног и повалил на песок. Остальные псы тут же бросились на жертву. Громкие крики переросли в нечленораздельный рёв, который практически сразу затих. Не прошло и минуты, как довольные морды псов, покрытые алой кровью, перестали копошиться вокруг красного пятна на песке.

Теперь стало ясно, почему остальные души боялись сделать даже шаг, терпя бесконечные муки огненного дождя. Марк продолжал смотреть на кровавое пиршество дьявольских гончих, не в силах отвести взгляда. Закончив трапезу, псы вновь зарылись в белоснежные насыпи барханов.

– Куда попадают души, умирая в этом мире? – неуверенно спросил Марк, глядя на алый песок.

– Все те, кто вновь и вновь умирают в этом мире, навсегда связаны с этим местом и никогда уже его не покинут. Они будут вновь и вновь переживать эти страшные муки.

– Это чудовищно даже по отношению к этим людям, – тихо промолвил Марк, указывая на души, изнывающие от боли и безысходности.

– Идём, – сказал Велес и направился дальше.

– Но эти дикие псы могут напасть и на нас, – возразил Марк.

– Нет, они терзают только души проклятых, которые пытаются ослушаться своего приговора или тех, кто вздумает им помочь, – пояснил, бог, – для нас они не опасны.

Проходя сквозь толпы кричащих и молящих о пощаде людей, терзаемых раскалённым дождём, Марк узнал множество известных ему лиц. Так ему встретились ныне покойные главы столичных банков, дающих бедному населению кредиты под ужасающий процент, приговорённые к прозябанию в этом кругу за ростовщичество. На их шеях, закованных толстыми цепями, весели тяжеленные кошельки, прижимая головы к земле. Повсюду он видел политиков и чиновников, проклятых за содомию и извращения естества природы, богохульников, порицающих право других людей на веру в бытие Бога. Все они с презрением смотрели на проходящего мимо человека. Взгляд пустых очей был переполнен ненавистью и желанием во что бы то ни стало покинуть это гиблое место, но они были бессильны перед проклятием, нависшим над их душами.

– Твоё место здесь, человек, – кричала одна из них, – я вижу твою чёрную душу.

– Хм, много ли ты знаешь? –остановившись, спросил Марк.

– А ты меня забыл? Я тот, кого ты нанимал для расправы над своими конкурентами, я делал для тебя всю грязную работу, а ты лишь пожинал плоды и купался в лучах славы и богатствах.

Конечно же, это был он. Тот человек, которого когда-то порекомендовал Марку Михаил для решения их общих финансовых и политических проблем. По иронии судьбы этот же человек поставил жирную точку в жизни самого Михаила.

– Я знаю, я вижу в твоих глазах, что ты помнишь, как я помогал тебе в решении грязных и кровавых вопросов. А ты, наверное, думал, что останешься чистеньким? – с презрением в голосе говорил дух, – но знай же, что их кровь и на твоих руках, гнить тебе вечно рядом со мной.

Марк хотел что-то ответить, но немного поколебавшись, промолчал. Он прекрасно знал, что дух говорит правду и нет смысла отрицать это. Душа его была так же черна, как бездонная тьма, висящая над всем царством ада. Ничего не ответив, Марк быстрым шагом направился прочь от духа, продолжающего выкрикивать проклятия.

– Ты животное, Марк Викторович, ты чудовище, не лучше любого из тех, кто стережёт дьявольское царство! – распинаясь, кричал проклятый, но Марк шёл дальше, стараясь его не слушать.

Пройдя ещё несколько часов, Марк и Велес оказались у гигантской пропасти, в которую с трёх сторон вливались мощные потоки рек. Завораживающая картина была настолько величественной, что захватывала дух и вызывала необъяснимый трепет. Мощные бурлящие потоки, смешиваясь, превращались в один исполинский водопад, бесконечные воды которого с жутким шипением падали в черноту бездонного разлома. Клубы белого пара, образованного смешением холодных вод и кипящей крови, тёплыми облаками поднимались из расщелины вверх, создавая иллюзию жерла вулкана.

– Куда ведёт эта пропасть? – спросил Марк, подойдя к краю обрыва и осторожно взглянув вниз.

– Это место, где сходятся устья трёх рек: Ахерон, Флагетон и Стикс, здесь переход в следующий круг.

– И как же нам туда спуститься? – спросил Марк, продолжая с опаской глядеть вниз.

Велес подошёл к краю обрыва. Вскинув свой посох, он что-то громко прокричал, пытаясь своим голосом перебороть гул бурлящего водопада. Эхо неведомых слов пронеслось по округе, утопая в пространстве небытия, и песок под ногами неестественно вздрогнул, предвещая приближение неведомой силы.

С каждой секундой землетрясение становились всё сильнее и сильнее, заставляя сердце с ужасом сжиматься в предвкушении опасности. Из темноты расщелины показалась некая платформа, напоминающая формой огромное блюдо.

Конечно, её можно было бы сравнить с неким экзотическим видом лифта, но самым удивительным было то, что крепилась она цепями к спине исполинского великана, карабкающегося вверх по отвесной скале. Его тело, если конечно это переплетение человеческих конечностей и туловищей можно назвать таковым, было обвешено старыми ржавыми цепями. Марку удалось насчитать три пары рук и столько же ног, которыми великан, будто бы не чувствуя тяжёлой ноши, ловкими движениями хватался за очередной выступ, всё ближе и ближе приближаясь к вершине. Его усталые глаза были отрешены от мира, и взгляд был пуст и рассеян.

– Это очередной демон Люцифера? – с ужасом спросил Марк, отходя от края обрыва во избежание сорваться от сильных содроганий земли.

– Это наш путь в восьмой круг, – спокойно ответил Велес, – этого великана зовут Герион, он сын рождённого из крови горгоны Хрисаора и океаниды Каллирои, и он же страж следующего круга.

Как только край платформы поравнялся с верхом расщелины, Велес без тени сомнения вступил не неё. Превозмогая внутренний страх высоты и неуверенности в огромном монстре, удерживающем платформу, Марк тоже же вступил на её поверхность вслед за старцем. И как только оба путника оказались в её центре, Велес ударил посохом о поверхность блюда, и оно тут же пришло в движение.

Громко пыхтя, великан неторопливо начал свой спуск по отвесному склону, стараясь как можно ровнее держать закреплённую цепями чашу. Его огромные, сильные руки хорошо отмеренными движениями хватались за торчащие из отвесной скалы выступы, в нескольких метрах от бурлящего потока, падающего в бездонную пропасть. Марк пытался удерживать равновесие, но как бы сильно он ни старался, пару раз ему всё-таки не удалось устоять, и он падал навзничь, стараясь откатиться ближе к центру платформы.

К счастью странный и тяжёлый спуск продолжался не долго, и вскоре они уже были на дне расселины. Воды трёх рек ада сливались в одну, извиваясь хищной змеёй, и уходили в одно из боковых ответвлений чёрной пещеры. Лишь звук бурлящих потоков и застоявшаяся сырость напоминала об их близости. Безмолвный великан высадил пассажиров и принялся безустанно вновь карабкаться вверх.

Глава 12

ЗЛОПАЗУХИ

Очередная пещера, собственно как и прежние, не имела освещения и была полностью поглощена густым мраком. Марк с трудом мог разглядеть то место, где они находятся. Опустив глаза, он решил осмотреться, но как только сделал первый шаг, раздался приглушенный хруст, и появилось ощущение чего-то очень мягкого.

– Что тут такое? – спросил Марк, пытаясь разглядеть чёрный пол под ногами.

Велес что-то шепнул, и венец его трости озарился синеватым свечением. В тусклом свете Марку наконец удалось разглядеть поверхность под ногами. Весь пол оказался покрыт маленькими, пушистыми, копошащимися волнами странных существ.

Приглядевшись, он понял, что это не что иное, как бесчисленная колония отвратительных пауков. Их тонкие лапки и пушистые брюшки тёрлись друг о друга, создавая иллюзию сплошного покрывала устилающего поверхности пещеры.

Марк, конечно, испытывал отвращение к насекомым, но не настолько, чтобы они вызывали острые приступы паники. Смирившись с увиденным, он продолжил движение за уверенно шедшим вперёд Велесом, стараясь при этом не наступать на мельтешащие под ногами тельца насекомых. Спустя какое-то время своды пещеры расступились, и перед ними раскинулась огромная жуткая долина, окружённая десятком глубоких рвов.

Соединялись они длинными старыми мостами. Их архитектура была выполнена в готическом стиле, и украшены они были длинными столбами, на которых висели тусклые фонари. К несчастью почти все мосты находились в довольно плачевном состоянии. Толи от множества столетий, прошедших с момента их возведения, толи от миллионов душ, прошедших по ним. Вместо твёрдого каменного покрытия остались тонкие и хлипкие дорожки над пугающей пропастью. По краям некогда величественных мостов возвышались древние скульптуры. Они были высечены из тёмного камня и напоминали человеческие фигуры, застывшие в изнеможении от бесконечных чудовищных пыток. Велес невозмутимо шёл вперёд, не оглядываясь на отставшего человека.

– Куда мы попали? – спросил Марк, осматривая огромные просторы загробного мира.

– Восьмой круг разделён на десять рвов, называемых Злопазухами, – невозмутимо ответил Велес, – в первом из них казнятся сводники и обольстители.

Подойдя к краю полуобрушенного моста, Марк опустил голову и увидел, как в глубоком рве проклятые души идут двумя встречными потоками, а по краям их бесконечного строя стоят уродливые бесы и бесконечно бичуют несчастных своими плетями. Звонкие шлепки и жалобные стоны сгорбившихся фигур одной нескончаемой симфонией доносятся снизу. Донжуаны и альфонсы, бывшие некогда страстными и желанными мужчинами, соблазнившие не один десяток женщин, теперь обречены на вечные мучения под хлыстами адских служителей сатаны. Марк прекрасно понимал, что и в его жизни было немало моментов, когда он и сам, преследуя те или иные цели, сладостными словами или красивыми поступками склонял к себе множество женщин и использовал их для получения выгоды. Но всё это было с ним очень давно и теперь, когда он стал тем, кем является сейчас, старые грехи должны были быть прощены.

Ведь за свою жизнь он пожертвовал не один миллион на благотворительность, постройку красивых и монументальных церквей. Не жалел денег на финансирование множества социально значимых проектов, помогал сиротам. Словно бы оправдываясь за свои поступки, Марк вспоминал всё то, что он пытался делать во благо общества, но тревожные и угнетающие мысли не давали покоя. Они старались забраться как можно глубже под корку сознания и отравить мозг, забрав оставшуюся силу воли.

Страх и усталость усиливались с каждым пройдённым шагом, но Марк прекрасно понимал, что не может сейчас вот так взять и сдаться, особенно тогда, когда осталось совсем ничего, совсем чуть-чуть, и он вновь встретит свою Анечку.

Миновав первый ров, они направились к следующему мосту. По краям его стояли статуи людей, склонившихся к ногам уродливого беса. На их каменных лицах застыли капли слёз, вытекающих из пустых глазниц, невидящих ничего, кроме боли.

– Это ров, где нашли своё пристанище льстецы, – пояснил Велес.

Жуткий смрад ударил в нос. Опустив голову, Марк посмотрел вниз и увидел отвратительную картину. Тысячи проклятых душ утопали в зловонной жиже, издающей дикий смрад. Как только один из них пытался поднять голову, чтобы набрать в лёгкие воздуха, тут же получал хлёсткий удар всё от тех же бесов, стоящих по обе стороны рва.

– Их наказанием являются зловонные испражнения, в которых любители лести погрязли навеки, – как всегда беспристрастно к страданиям людей, продолжил говорить Велес, ступая по мосту через ров.

– Спасите меня, я тут по ошибке, помогите! – раздался громкий женский крик, за которым тут же последовал удар хлыстом.

– Ты знаешь, кто она? – поинтересовался Марк, пытаясь разглядеть женщину, кричащую среди тошнотворного зловония, – нам нужно попытаться спасти её!

– Нет, в этом нет нужды, Марк, её имя Мирра. Она была блудницей, но несёт своё наказание не за то, что была склонна к разврату, а за то, что льстила своему любовнику, говоря, что ей хорошо вместе с ним. Выбрав красивую жизнь, она обрекла себя на эти страдания.

– Вы не понимаете, помогите мне, пожалуйста, я не заслужила подобной участи, – истошно кричала женщина под хлёсткие звуки ударов.

Ещё несколько бесов подскочили к несчастной женщине, пытающейся держаться на плаву и обрушили на неё десятки страшных ударов, пока её голова окончательно не погрузилась в мерзкую жижу. Спустя пару мгновений всё кончилось, и надо рвом вновь нависла тревожная тишина, изредка прерываемая очередными ударами хлыста.

Не останавливаясь, Марк и Велес направились к следующему мосту. Тяжесть на сердце становилась всё более и более осязаемой. Подобно висящей гири, тянущей вниз с неимоверной силой. Мысли путались и переплетались с пылающими на душе тяжёлыми эмоциями.

Чем ближе они подходили к следующему рву, тем истошнее были слышны крики. Следующий мост выглядел гораздо более пугающим. Вместо висящих на столбах горящих свечей, на них были насажены тела людей. Их каменные глаза смотрели на путников бессмысленным мёртвым взором. Проходя мимо них, Марк почувствовал, как по телу пробежала холодная дрожь, а на лбу выступила испарина.

– Следующий ров выложен камнем, пестреющим по бокам круглыми дырами, из которых торчат горящие ноги высокопоставленных духовных лиц, торговавших церковными должностями, – не дожидаясь вопроса, начал молвить Велес. – Головы же и туловища их зажаты скважинами каменной стены, а их преемники, когда умрут, будут так же на их месте дрыгать пылающими ногами, полностью втеснив в камень своих предшественников.

– Господи, даже духовных деятелей, посвятивших свою жизнь служению церкви, и то ждёт страшное наказание? – ужаснулся Марк, глядя на пылающие стопы, торчащие из камня далеко внизу.

– Ваша жизнь тесно переплетена с неимоверным количеством грехов. Только человеку с чистым сердцем и светлым разумом будет дарована вечность под божьей сенью, а остальных ждут нескончаемые муки в кругах Люцифера…

Страшные крики остались позади, а им на смену пришёл громкий плач десятков тысяч людей. Статуи перед входом на следующий мост изображали людей в двух ипостасях. В первой те выглядели статными, великими людьми, одетыми в красивые одеяния и всем своим видом призывающие людей следовать их словам и убеждениям. В другой же - они представлялись в ободранных одеяниях и изнеможённом виде, стоя на коленях, моля прощение и изливаясь слезами. Причём ручейки слёз действительно стекали из слепых, каменных глаз статуй.

Следующий ров заметно отличался от предыдущих. Тысячи проклятых душ просто стояли на месте. Их не хлещут кнутами бесы, они не утопают в зловониях, их ноги не пылают адским пламенем, вместо всего этого их шеи свёрнуты так, что рыдая, они орошают слезами не грудь, а спину.

Сострадание, присущее любому живому существу, обладающему разумом и сердцем, взыграло душевной болью. Охваченный эмоциями Марк и сам чуть не поддался слезам, видя столь ужасные издевательства. Но Велес был непреклонен и попытался пристыдить Марка, ещё раз повторяя, что не стоит жалеть грешников, ведь они сами выбрали подобный путь, и их страшная участь была ничем иным, как результатом собственных грехов. Любое деяние ложится на весы человеческой души, и когда одна из чаш перевешивает, тогда и решается его судьба.

– И какие же страшные деяния совершили эти люди, за что они подвергнуты столь изощрённым пыткам?

– В этом рве томятся прорицатели, звездочёты, колдуньи, все те, кто думал, что они посланники Бога и предсказатели людских судеб. Они заставляли простых людей верить в их сказания, доверять им свои судьбы. Они предсказывали страшные события, творившиеся на Земле и ужасные болезни, постигающие людской род. Но на самом деле они их не предсказывали, а провоцировали своим невежеством. Каждый из людей знает, что есть силы, воплощающие все ваши желания при условии того, что человек в них искренне верит. Именно поэтому эти люди, заставляя верить множество других в свои пророчества, обрекали человечество на не менее ужасные страдания, чем те, что уготованы им самим.

Пока путники шли вдоль рва, Велес поведал Марку о том, что здесь нашли свою судьбу такие известные пророки как Нострадамус, Ванга, Кассандра, Вольф Мессинг, Распутин и многие другие, посмевшие бросить вызов божьему промыслу.

Подходя к следующему рву, Марка заинтересовала статуя беса, восседающая на сгорбленном человеке, стоявшая у самого обрыва. Его уродливая морда смотрела вниз, как бы наслаждаясь картиной, наполненной болью и человеческими страданиями. Козлиные ноги крепко сжимали тело несчастного, ставшего извозчиком отвратительной нечисти, а хвост переплетал его шею и служил своеобразной уздечкой. В руках бес удерживал трёхзубые вилы, направленные в сторону рва. Терпкий запах доносился от жидкости, заполняющей всю пазуху. Повсюду всплывали пузыри, и поднималась вверх испарина, указывающая на высокую температуру поверхности. По запаху Марку удалось определить, что ров наполнен ничем иным как кипящей смолой.

С виду он напоминал укрепление, возведённое вдоль стен средневекового замка, простирающееся далеко за границы видимого горизонта. Самым страшным было то, что мост, перекинувшийся через пропасть, был полностью разрушен, и пройти по нему не представлялось возможным.

Подойдя ближе к монументу, Марк дотронулся до статуи. Каково было удивление, когда вместо холодного камня он почувствовал необычное тепло. Резкий удар распрямившимся хвостом на секунду оглушил и свалил с ног. Конечно, неожиданность сыграла свою роль, но и Марк уже начинал привыкать к подобным вещам, поэтому всегда был начеку. Как только он упал на спину, сидящая верхом на статуи тварь, резко вскочила, а в её лапах блеснули острия трезубца. К счастью бес был не настолько быстр, чтобы одним ударом пригвоздить непрошенного гостя к полу, поэтому ему пришлось немного прицелиться, рассчитывая траекторию сокрушительного удара. Разумеется, Марк уже был готов. Ровно в сантиметре от его головы, высекая оранжевые искры о поверхность каменного моста, прошёлся смертельный удар трезубца. Промахнувшись, бес попытался одёрнуть оружие, но было уже поздно. Марк всем телом навалился на край трезубца, и что есть силы, потянул на себя. Не удержав рукоять, бес громко рыкнул и попытался отпрыгнуть в сторону, но ответный удар его же рукоятью, попал прямо в свиной нос твари.

Вскрикнув, бес обеими руками схватился за разбитую морду. Тем временем, Марк, встав на ноги и размахнувшись вилами, нанёс удар по ногам твари, сбив её с монумента.

Грохнувшись на спину, бес закричал человеческим голосом:

– Не убивай меня, прошу!

Марк молча поднёс острие вил прямо к шее твари и уже был готов нанести последний удар, но последующие слова беса его остановили.

– Не делай этого, я помогу найти твою дочь, – заголосило лежащее на спине исчадие ада, – без моей помощи тебе тут не пройти, я покажу дорогу.

– Кто ты такой? – спросил Марк, легонько ткнув беса острием в шею.

– Меня зовут Злохвост, – ещё быстрее принялся тараторить бес, – я тут смотрю за тем, чтобы грешники не поднимали головы из кипящей смолы.

– Откуда ты знаешь о моей дочери, тварь? – зло спросил Марк, так как любое напоминание об его утрате мгновенно выливалось в непреодолимую агрессию.

– Он проходил тут не так давно, он предупреждал о том, что ты придёшь, и мы должны были тебя остановить.

– Мы? – удивлённо спросил Марк и поднял глаза.

Десятки отвратительных бесов уже окружали его со всех сторон, их глаза были налиты кровью и желанием разорвать жертву, но они почему-то медлили.

– Если они нападут, то ты разделишь мою судьбу! – рявкнул Марк, ещё больше нажав на вилы.

– Постой, постой, – быстро пробурчал бес, – мы можем с тобой договориться.

– Мне нужно найти свою дочь, и ты мне в этом поможешь, – твёрдо сказал Марк, немного отодвинув острие вил от шеи Злохвоста, позволяя тому встать. – Но если ты обманешь меня, то все муки, придуманные твоим хозяином, покажутся тебе райским наслаждением по сравнению с тем, что я сделаю с тобой!

Не опуская вил, Марк смотрел, как бес неуклюже поднимается на свои копыта.

– Помоги мне, и тогда я отпущу тебя, – сказав это, Марк ещё раз оглядел окруживших его тварей.

Взглянув на свои же вилы, упирающиеся остриями в живот, Злохвост тяжело вздохнул и ответил:

– Я могу провести тебя до следующего рва, но не более, там дальше не наши владения.

Злохвост громко произнёс слова на чужеродном языке, и остальные бесы начали нехотя расходиться, с отвращением глядя на чужаков.

– Тогда не стоит медлить, человек, идём сюда, тут есть ещё одна переправа, – сказал Злохвост, указывая рукой путь вдоль рва, – если хозяин узнает о том, что я помог вам, меня самого ожидают страшные пытки и истязания.

Пока они шли, Злохвост поведал Марку о том, что даже он когда-то жил жизнью обычного человека. У него была семья, двое детишек, свой дом и прекрасная жизнь. Он занимал высокий пост в своём государстве, но ему всегда было мало, и это повлекло взяточничество. Под конец своей жизни он, даже будучи богатым человеком, не переставал брать и брать взятки. За это его сослали на этот круг. И спустя сотни лет заточения в кипящей смоле, сам Люцифер сделал его своим подданным.

Пока он рассказывал о своей судьбе и годах проведённых в вечных муках, Марк оглядывал по сторонам края рва, на которых сидели кучки таких же отвратительных бесов, каким был и Злохвост. Бесы кривлялись друг перед другом, показывая языки, издавали непристойные звуки, но при этом не забывали пристально смотреть на поверхность кипящей смолы, дабы не пропустить момент всплытия очередного несчастного, пытающегося вдохнуть немного спёртого воздуха.

И тут как раз над поверхностью показалась голова одного из несчастных. Он вынырнул на мгновение, но и его оказалось вполне достаточно, чтобы острие вил, разрезав воздух, впились в тело жертвы и подняли его из смолы для растерзания.

– Ааа, – закричал проклятый, хватаясь руками за вилы и пытаясь освободиться.

Бес с удовольствием загоготал, стараясь повыше поднять свою жертву. Ещё несколько демонов тут же бросились к несчастному, втыкая в него свои вилы.

Марк отвёл взгляд от ужасной картины и с ненавистью взглянул на Злохвоста, идущего впереди и пытающегося что-то напевать.

– Почему Люцифер выбрал именно тебя и из мучеников превратил в мучителя? – поинтересовался Марк, непроизвольно сжимая рукоятку отобранного у беса оружия.

Злохвост сделал вид, что не услышал вопроса и продолжал идти, весело напевая какую-то неизвестную и, похоже, очень старую песенку. Впереди показался небольшой подвесной мостик, перекинутый от одного конца рва на другой. С виду его прочность оставляла желать лучшего, но иного варианта перебраться на другой край не было.

– Ты уверен, что он выдержит и не развалится, пока мы переходим ров? – спросил Марк, с недоверием глядя на пошатывающийся мостик, выложенный из прогнивших досок перевязанных старым канатом.

– Другого пути к следующему кругу нет, человек, иди или поворачивай обратно, – нервно огрызнулся Злохвост, поглядывая на отобранные вилы в руках чужака.

Марк ещё раз посмотрел на кипящие потоки смолы и сделал первый шаг. Удержать равновесие было очень трудно. Вся конструкция моста болталась и ходила из стороны в сторону, норовя сбросить вниз. Прогнившие доски жалобно скрипели под ногами, а канаты, выполняющие роль перил, вытягивались словно струны, больно впиваясь в ладони. Велес неспешно плыл вслед за Марком, не касаясь поверхности моста. Ближе к середине они услышали хихикающий голос, раздающийся за их спинами.

– Ты хотел знать, почему Люцифер сделал меня таким какой я есть? – совершенно другим тоном произнёс Злохвост, и тут же сам себе ответил, – потому что я, даже будучи утопленным в смоле, продолжал топить других, пытаясь выкарабкаться. Как-то раз мне даже удалось договориться с одним из бесов, чтобы тот позволил мне нормально дышать, за это великий Люцифер покарал предшественника и поменял нас местами.

Выдержав равновесие, Марк оглянулся и не поверил своим глазам. Злохвост вцепился зубами в канат, удерживающий опору хлипкого мостика. Марк рванулся к противоположному краю, но острые как бритва зубы сделали своё дело, и после очередного укуса старый канат лопнул.Потеряв опору, мостик начал падать вниз. Волею извращённого чувства юмора судьбы или просто-напросто злого рока, откусанный конец каната запутался вокруг копыт самого беса. Мощный рывок тут же сбил его с ног и потащил вниз вслед за рушащимися конструкциями моста. Сделав ещё пару быстрых шагов, Марк постарался оттолкнуться как можно сильнее, но опоры под ногами уже не было и, споткнувшись, он полетел вниз.

К счастью, колонны правого края смогли удержать вес вытянувшегося вертикально моста. Его левый край немного погрузился в кипящую смолу, из которой тут же принялись выныривать проклятые, пытаясь взобраться на неожиданно открывшийся путь к спасению.

Уцепившись одной рукой за доску, Марку удалось избежать падения, но сил долго держаться у него не было. К ужасу он заметил, как вверх карабкается Злохвост, глядя на него разъярёнными глазами. Своим хвостом он яростно бил проклятых, ползущих вверх по висящим конструкциям.

– Я убью тебя, жалкий человек, я лично утоплю тебя, – шипел он, ловко переставляя руки и взбираясь на очередную доску.

В правой руке Марк продолжал удерживать вилы, но он понимал, что с ними подняться наверх не получится. Когда между висящим на одной руке человеком и карабкающимся вверх бесом оставалось несколько метров, размахнувшись, Марк что было силы, метнул вилы. Острые зазубрены вошли в тело Злохвоста как раскалённый нож в масло. Бес громко захрипел и, отпуская канат, схватился обеими руками за рану.

– Это ещё не конец! – выкрикнул Злохвост, погружаясь в кипящую смолу и утаскиваемый десятками рук, окутавшими его отвратительное тело.

Марк без какого-либо сожаления посмотрел на него и, полез вверх к краю рва. Велес уже стоял на вершине и неодобрительно качал головой, бросая взгляды на поверхность кипящей смолы.

Выбравшись, Марк присел на колени, восстанавливая дыхание, и спросил:

– В этом месте вообще можно ли доверять хоть кому-нибудь?

– Только сам человек определяет, кому ему стоит верить, – без тени эмоций ответил Велес.

– А ты, бог, могу ли я тебе доверять? – спросил Марк и посмотрел в глаза Велесу, – вдруг ты один из посланников Люцифера?!

Велес ничего не ответил. Подождав ещё несколько секунд, Марк поднялся на ноги и, повернувшись спиной к богу, немного пошатываясь, зашагал к следующему рву.

Пока они шли, Велес поведал о том, что следующий ров отведён лицемерам. Их вечным наказанием является беспрестанное хождение в свинцовых позолоченных одеждах. Он объяснил, что эти люди при жизни совершали заведомо безнравственные поступки, преследуя эгоистические интересы, по низменным мотивам и во имя антигуманных целей, приписывая псевдоморальный смысл, возвышенные мотивы и человеколюбивые цели.

Велес произнёс слова, написанные в священном писании задолго до рождения Марка:

– Итак, когда творишь милостыню,

Не труби перед собою,

Как делают лицемеры в синагогах и на улицах,

Чтобы прославляли их люди.

Истинно говорю вам:

Они уже получают награду свою!

Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры,

Что очищаете внешность чаши и блюда,

Между тем как внутри они полны хищения и неправды.

Горе вам, книжники и фарисеи,

Лицемеры, что уподобляетесь окрашенным гробам,

Которые снаружи кажутся красивыми,

А внутри полны костей мёртвых и всякой нечистоты.

К счастью, следующий мост хоть и выглядел довольно ужасно, но всё же исправно выполнял свою единственную функцию. Проходя по нему, Марк увидел, как толпы людей в громоздких, сверкающих, но в то же время ничего не стоящих одеждах, еле-еле переставляя ноги, волочатся по бесконечному кругу. Под их ногами были распяты кольями и раздавлены иудейские первосвященники, настаивающие на казни Христа. Завидев Марка, несколько проклятых подняли вверх свои уставшие и потухшие глаза, но остановиться они не моги, и поэтому им не оставалось ничего иного, кроме как продолжить свой путь.

Миновав очередной ров, Марк заметил, что равнинная поверхность всё больше и больше начинает покрываться холмами и скалистыми обрывами, уходящими в черноту расщелин. Углубляясь в царство Люцифера, он чувствовал, как всё более и более тяжелеет его собственная душа. Каждый грех находил отражение в его собственном «Я», разливаясь нестерпимой болью в израненной душе. С каждым шагом он терял веру в себя и всё более отчётливо понимал своё истинное место в этом царствие. Он был готов остаться тут, но его единственной путеводной звездой была Анечка, и пока бьётся сердце, он никогда не остановится.

Проходы между скалистыми обрывами становились всё уже и уже. Порой казалось, что каждый следующий шаг неминуемо приведёт к падению, но Марк неотступно шёл вперёд, невзирая на опасность. Труден был переход в седьмую пазуху, но, несмотря ни на что, они дошли до очередного полуразвалившегося моста.

По его краям были воздвигнуты статуи величественных змей, овивающих тела безмолвно кричащих людей, лица которых сковывала гримаса ужаса и боли.

– Чьи души обитают в этом рве? – спросил Марк, подойдя к краю моста и взглянув вниз.

– Тут обитают одни из презреннейших отродий люда человеческого, позволявшие при жизни брать себе чужое.

Марк заметил, как какой-то человек бежит в ужасе, крича и размахивая руками. Присмотревшись, удалось узнать его лицо. Это бы не кто иной, как один из его бывших знакомых политиков. В прошлом этот человек покрывал теневой бизнес столицы и смог заработать на этом немалое состояние путём чёрных махинаций с федеральными деньгами и собственностью. К несчастью, насколько знал Марк, его бывший друг скоропостижно скончался в прошлом году от инфаркта, по крайней мере, так писали местные газеты. И теперь встретить его в этом месте было не то что бы уж слишком необычно, но вполне себе жутковато.

Тем временем человек, не останавливаясь, бежал вдоль узкой пазухи, громко крича и жестикулируя. Как ни странно, но никого другого видно не было, хотя Марк, конечно, не сомневался, что за подобный грех был наказан не он один.

– Эй! – крикнул Марк и помахал ему рукой.

Человек на секунду остановился, поднял взор вверх и тут же во всё горло закричал:

– Помогите!

От такого резкого и истошного крика, многократно усиленного узкими стенами рва, у Марка даже немного заболели барабанные перепонки.

Несчастный не останавливаясь, продолжал кричать:

– Они идут за мной, помогите, они уже тут, помогите!

Марк не успел ответить, как вслед за криком раздалось отвратительное шипение. Человек внизу остановился как вкопанный и резко обернулся. Громкое шипение стало ещё более пугающим.

– Нет, пожалуйста, только не это, пощадите меня, – взмолился проклятый и панически принялся вертеть головой, отступая назад.

Из-под моста показалась голова большой змеи, победоносно ползущая к оцепенелому от ужаса человеку. Рептилия неспешно подползла к ногам жертвы и начала неторопливо взбираться вверх по его телу. Теперь ужас охватил и Марка. Скользкое и блестящее тело змеи все больше и больше, даже с какой-то странной нежностью, овивало несчастного, подбираясь к его голове.

– Помогите, – в последний раз тихо прохрипел мужчина перед тем, как неимоверно широко открытая пасть, проглотила его голову.

От отвращения Марка вырвало на каменную поверхность моста.

– О, Господь, неужели это и есть твоя воля и твоя милость? – вытирая рукавом рот, спросил Марк, хотя и так знал, что тут царствует только власть чёрного демона и ни чья больше.

Проглотив свою жертву, змея громко фыркнула и заползла под ближайший камень переваривать добычу. Теперь Марк наконец-то понял, почему в этом рве он не увидел других несчастных душ проклятых на веки вечные. Их истерзанные души пожирают хищные змеи, и наверняка тут водятся куда более отвратительные гады, оставляющие только душераздирающие крики бесконечно пожираемых людей.

– Эти воры - это бич вашего народа, отродье безнравственного общества, понимающего только политику потребления и готового продать душу ради мирских благ, – удивительно эмоционально промолвил Велес. – За это они будут вечно пожираемыми мерзкими тварями, а некоторых ждёт мука совокупления с гадами, коих уродство и отвращение не знал людской род.

Марку было нечего ответить на столь бурную и необычную реакцию своего проводника, и они молча направились дальше.

Мост через следующую пазуху был не просто разрушен под влиянием времени или иных факторов, а отсутствовал в принципе. Благо ров, через который он должен был быть перекинут, оказался не столь глубоким, как все предыдущие, и Марку не оставалось ничего другого, как попытаться пройти по низине.

– Что за чудовищные муки ждут грешников в этой пазухе? – спросил Марк, стоя у края обрыва.

– В восьмом рве обитают коварные советчики, которые своими лживыми и корыстными советами погубили доверившихся им людей, – ответил Велес.

Весь ров был окутан мягким алым свечением, несвойственным серым краскам подземного мира. Поборов в себе страх, Марк начал понемногу спускаться в этот, как казалось на первый взгляд, безопасный ров. В нём не было видно коварных бесов, истязающих своих жертв, не кипела раскалённая смола и не ползали отвратительные гады, но всё же, расслабляться и чувствовать себя в безопасности было крайне предрассудительно, если не сказать - глупо.

Оказавшись в пазухе, Марк осторожными короткими шагами направился вдоль святящихся пульсирующих огоньков, стараясь ни к чему не притрагиваться.

– Остановись, путник загробного мира, – прохрипел старческий и натужный голос.

Марк резко остановился и замер в поисках источника звука. Но никого кроме себя и оставшегося на краю рва Велеса он не увидел.

– Остановись, путник, ибо дальше тебя ждёт ужасная участь, – вновь раздался неведомый голос.

– Кто ты? – озираясь по сторонам, спросил Марк.

– Моё имя Персин, я был великим голосом народа при одном благочестивом правителе много веков назад.

Теперь Марк понял, что источником голоса является не что иное, как блуждающий огонёк алого цвета.

– За что тебя сослали на этот круг? – спросил Марк, обращаясь к неведомому огню.

– Я подбивал своего владыку начать геноцид соседнего народа, дабы расширить границы нашего государства и, к несчастью, мне это удалось, – угрюмо промолвил Персин, – тогда я не знал, что это будет стоить мне вечных мук без права на спасение.

– Ты страшный человек, Персин, – оборвал его Марк, – у меня нет времени вести подобные беседы.

Не обращая внимание на возражения горящего огонька, Марк направился дальше, стараясь близко не приближаться к светящимся в огне душам проклятых.

– Марк, постой, это же я, ты не узнаешь меня? – прозвучал знакомый женский голос, и Марк вновь остановился, неуверенно оглядывая парящие повсюду огоньки.

– Виктория? – произнёс Марк, обращаясь к висевшему прямо перед ним огоньку.

– Да, к сожалению, нам суждено было встретиться в этом страшном мире, – уставшим голосом произнесла она.

– За что ты оказалась в этом круге? – спросил Марк.

На самом деле вспомнив всё то, что связывало его с некогда прекрасной, но до боли коварной и жадной Викторией, он прекрасно понимал, за какие грехи та была сослана в адское чрево. Скольких людей она, околдовав своей красотой и обаянием, заставила совершать чудовищные поступки, дабы расположить к себе чёрную даму. Марк и сам когда-то давно попал под её чары, и это чуть не разрушило его собственную семью и жизнь. Спустя много лет он узнал от Михаила, с которым Виктория тоже не брезговала очередной интрижкой, что её нашли мёртвой в собственной квартире с большой дозой наркотиков в крови.

– Освободи меня, Марк, и я найду, как тебе за это отплатить, – ласково прошептала она, приблизившись к его уху, – ты же помнишь, как нам было тогда хорошо? Всё то, что я делала, я делала только для тебя и в угоду твоим самым потаённым желаниям.

– Каждый, кто попадает в это место, так или иначе заслуживает его, и ты среди них не исключение, – холодно ответил Марк, и уже хотел направиться дальше, как вдруг огонёк, в котором вечным пламенем горела душа Виктории, неожиданно вспыхнул ярчайшим светом, оставив ожог на щеке.

– Ты будешь гнить здесь Марк, среди нас, только он подвергнет тебя таким пыткам, о которых ты даже помыслить не можешь! – яростно кричала Виктория, метясь из стороны в сторону в истерике и необузданной злобе, о чём свидетельствовали искры, высекаемые из пульсирующего пламени.

К счастью, Марк уже отошёл на приличное расстояние, дабы вновь не быть обожжённым её злобой. Щека покраснела и жутко заныла жгучей болью. Руки, плечо, лицо также изнывали от нестерпимой боли, напоминая Марку обо всех тяжестях и опасностях которые он миновал, но что ждёт его впереди знал только он - вечный страж загробного мира.

Добраться до противоположного конца рва удалось без особых усилий и неожиданностей, коих с лихвой хватает в царстве боли и страданий. Миновав десятки, а то и сотни пылающих в вечной муке огоньков, сжигающих души проклятых, Марк не раз слушал истории несчастных судеб и несправедливой кары, но он не был в силах им помочь.

Добравшись до противоположного края, он с облегчением выдохнул, увидев стоящего там Велеса. Взобравшись наверх, они вновь продолжили свой путь.

– Осталось совсем немного, Марк, – следуя рядом, изрёк Велес, глядя на следующий ров, – к моему сожалению, вскоре мне придётся покинуть тебя.

– Но почему? – удивился Марк.

– Мне запрещено ступать на земли девятого круга, самого ужасного и глубокого места, в которое когда-либо забредала душа человека, – мрачно промолвил бог.

– Тогда я пойду туда один, кроме того, я слышал о великом Данте, которому удалось вернуться из девятого круга, а это значит, что и я смогу, – уверенно заявил Марк и ускорил шаг.

Велес неодобрительно покачал головой.

Подойдя к следующему рву, бог объяснил, что тут томятся сеятели смуты. Все они, как говорил старик, зачинщики кровавых раздоров и религиозных смут.

Сам ров представлял собой нечто вроде огромной чаши, соединённой длинным узким проходом с другой такой же. В середине стоял помост, возле которого толпились души проклятых, замерших в ожидании своей участи. Разглядеть то, что происходило в центре своеобразной площади, с такого расстояния было практически невозможно. Томные вздохи и перекаты охов толпы доносились до слуха даже с такого значительного расстояния. Как и в предыдущий раз, моста через ров не оказалось, и Марку пришлось преодолевать ров по низине огромной чаши. Велес остался позади, не желая спускаться вниз. Пробираясь сквозь толпу, Марку повстречались такие известные люди как Магомет, Курион, побуждавший Цезаря к гражданской войне, разные политики, выступающие в аппозиции своих государств и другие деятели, сеявшие смуту в свои времена. Попался даже обезглавленный человек, чья отсечённая голова находилась в руках, словно фонарь, и неустанно твердила одно и то же:

– Горе мне, горе.

Толпа нехотя расступилась, и Марк оказался в первых рядах, прямо перед громоздким помостом. На нём стояло огромное, уродливое чудовище, напоминающее своим видом самого настоящего дьявола, каким его предоставляли в школьных страшилках и фильмах ужасов. Его большие и острые рога, являющиеся чуть ли не обязательным атрибутом всех местных тварей, высоко вздымались над головой, придавая существу отвратительный сюрреалистичный вид. По всему помосту стояло множество изощрённых инструментов, предназначенных только для одной цели - для чудовищных пыток. Тут были ножи, топоры, острые копья и ещё множество неизвестных Марку инструментов, вызывающих страх и отвращение. У ног чудовища лежало множество распотрошённых тел мучеников, а в руках трепыхалась очередная жертва, пытающаяся спастись от неминуемого наказания. Резким движением дьявол, проломив кости грудной клетки, вонзил свой кулак прямо в тело жертвы, закричавшей от нестерпимой боли. Сделав рывок, он буквально разворотил туловище и достал безвольно пульсирующее сердце. Тело жертвы обмякло, и дьявол привычным движением бросил его в кучу гниющих трупов.

– Как ты посмел прийти сюда, смертный? – жутким голосом процедил монстр и уставится на Марка красными зрачками хищных глаз.

Поборов внутренний страх, Марк ответил:

– Я следую в девятый круг, там твой повелитель держит мою дочь, и я не остановлюсь ни перед чем, пока не найду её!

Толпа безвольных фигур, ожидающих страшной расправы, немного оживилась, и по ней пронёсся тихий, чуть слышный, гул возмущения и недовольства.

– Громкие слова маленького и ничтожного человека, – расхохотался дьявол, – если бы я хотел, то твоё распотрошённое тело валялось рядом с остальными такими же грешниками, как и ты.

– За что ты таким страшным способом терзаешь души этих людей? – спросил Марк, косясь на горы распотрошённых трупов.

Дьявол с ухмылкой ещё пристальнее взглянул на столь наглого и, на удивление, бесстрашного человека, не боящегося задавать вопросы.

– Взгляни на них, – он обвёл рукой толпу мучеников склонивших свои головы, – это смутьяны, чьи высокопарные речи привели к ужасающим последствиям для их собственных народов и людей, которые в них верили.

– Но это не так, – тихо промолвила душа какого-то человека, стоявшего во втором ряду, – я боролся за освобождение своего народа из-под гнёта тирании.

– Как ты смеешь?! – зарычал дьявол и тут же бросился к несчастному.

Преодолев короткое расстояние, он в несколько прыжков оказался рядом с человеком, осмелевшим возразить самому дьяволу. Толпа бросилась врассыпную, стараясь не встать на пути разъярённого чудовища.

Присмотревшись в искажённое ужасом лицо человека, Марк узнал его - это был не кто иной, как Махатма Ганди, и насколько Марк помнил из учебников истории, этот человек являлся символом ненасильственного сопротивления в борьбе за независимость Индии от Великобритании или что-то вроде того.

Дьявол схватил жертву за горло и, приподнимая тело от земли, прошипел:

– Никто не имеет права мне перечить, жалкий червяк, и сейчас ты узнаешь, что есть на самом деле истинная боль.

Конечно, за время путешествия по загробному миру Марк уже начал привыкать к виду боли и страданий, но каждый раз его сердце сжималось от вида такого количества жестоких наказаний, выпавших на долю далеко не самых плохих людей.

И этот раз не стал исключением. Он видел, как сжимаются острые кривые пальцы не шее бывшего при жизни революционера и смутьяна, коим его считала горстка правящей элиты той далёкой страны.

Марк сам не понимал, что толкнуло его на столь отчаянный шаг, ведь он мог просто продолжить свой путь, к тому же, до последнего круга осталось совсем немного, но вместо этого он вбежал на помост, подобрал валявшееся окровавленное копьё и метнул им в дьявола. Остриё пронзило тело чудовища, из которого брызнули чёрные как смола капли крови. Зверь зарычал и отпустил жертву, пытаясь обеими руками вынуть копьё, пронзившее живот.

Марк поймал на себе яростный взгляд монстра, готового разорвать его голыми руками. И без того свирепые глаза налились яростью. Так и не вытащив копьё, дьявол с рёвом бросился на человека. Но, к удивлению самого чудовища, дорогу ему преградила толпа проклятых, всё также смиренно окружающих помост. Только теперь они не разбегались в ужасе, а наоборот, мешали ему пройти и распотрошить очередную жертву.

– В сторону, жалкие твари! – взревел демон, раскидывая толпившиеся перед ним тени, но они даже и не думали расступаться, а только плотнее смыкали свои ряды.

– Я разорву вас всех! – кричал демон, выхватив одного несчастного из толпы.

Могучими руками он в одно мгновение превратил его тело в отвратительное месиво, орошая кровью непослушную толпу.

– Ты сам заслуживаешь не меньшего наказания чем мы, выкрикнул, поднявшийся на ноги человек, бывший при жизни Махатмой Ганди, – поэтому мы осудим тебя точно так же, как и ты терзаешь нас многие века.

Демона окружили со всех сторон, и поглотили массой толпы отчаявшихся душ. Они раздирали плоть чудовища под яростные крики и проклятия. Казалось, что сейчас разверзнутся небеса, и земля, обильно орошаемая кровью чудовища, пойдёт ходуном, но спустя несколько мгновений всё было кончено.

– К сожалению, это ещё не конец, – сказал Марк, подойдя к стоявшей душе Ганди, – он обязательно вернётся и продолжит своё страшное дело.

– Я это понимаю, но теперь мне удалось показать этим людям, что вместе они - сила и могут противостоять чудовищу, – воодушевлённо молвил бывший революционер, – я поведу их, как некогда Иисус повёл за собой евреев, совершая великий исход из Египта!

Высокопарные речи, произносимые Ганди, донеслись до слуха толпы, и она начала воодушевлённые волнения. К сожалению, Марк чувствовал, что это не что иное, как иллюзии заблудших во тьме, проклятых навеки, и утопающих в своём грехе, ибо их судьба уже неотделима от этого места.

Ничего не сказав, Марк направился к противоположному краю рва, изредка оборачиваясь на громкие возгласы смутьянов и революционеров, пытающихся даже в загробном мире сплотить ума людей и выступить против угнетателей. Встретив на противоположном краю Велеса, он вновь направился дальше, к последнему препятствию и проходу в обитель Люцифера.

И вот перед ними раскинулся последний ров, в котором, по словам Велеса, нашли свою участь алхимики, фальшивомонетчики и лгуны. К счастью, мост оказался цел, но был полностью покрыт какими-то растениями, напоминающим дикий лишай. Вся поверхность глубокого рва, простирающегося у ног Марка, походила на один огромный тропический лес. Густо заросшие джунгли казались настолько плотными, что сверху невозможно было разглядеть их дна. Никаких ужасных статуй или чего-то подобного на мосту воздвигнуто не было, но почему-то это древнее сооружение вызывало волнение и неподдельный страх. Другого варианта дойти до центра восьмого круга не было, а посему Марк принял единственно возможное решение, продолжить путь по мосту.

Вступив на него, он почувствовал, что нога стоит не на холодном камне, а на мягкой поверхности причудливого растения. Неприятные ощущения переросли в мурашки, которые разбежались вдоль спины.

Велес как всегда остался у края рва и холодным взглядом наблюдал за человеком, посмевшим бросить вызов всем чудовищам ада. Марк заметил, что чем ближе они приближались к последнему кругу, тем молчаливее и задумчивее, становился названный бог.

На пороге обители Люцифера Велес практически перестал говорить, лишь смотрел тяжёлым и, в тоже время, пустым взглядом. Каждый шаг, сделанный Марком по мягкой и неприятной поверхности странного моста, давался с усилием. Что-то его останавливало, будто бы предупреждало о грозящей опасности. Сделав очередной шаг, Марк услышал сдавленный хрип. Немного спустя хрип повторился в такт его следующего шага. Источник звука явно находился под ногами, но Марк не мог понять, где именно, пока слегка не наклонился и не присмотрелся к поверхности необычного моста.

– О господи! – вскрикнул он, приподняв ногу.

Под подошвой находилось лицо самого настоящего человека. Оно было искорёженно болью, отчаянием и почти полностью покрыто лишаем, глубоко въевшимся в кожу. Отступив назад, Марк вновь наступил на мягкое и услышал сдавленный стон. Только теперь он с ужасом осознал, что поверхность моста, да сам мост, не что иное, как очередное сплетение человеческих тел, покрытых толстым слоем ядовитых растений.

– Помоги нам, освободи нас, – тихо шептало ещё одно лицо, почти полностью изъеденное страшной болезнью.

Тысячи людей, а скорее даже просто их тел, составляли основу жуткой конструкции, перекинувшейся через последний ров. Вначале приглушенный, но всё нарастающий стон переплетённых в жутких фигурах людей вскоре стал невыносим, и Марк бросился к противоположному краю. Не разбирая шагов, не смотря на тех, чьи лица оказываются под его стопой, он нёсся к заветному переходу в последний круг.

Миновав страшную переправу, Марк оказался на противоположном краю. Теперь ничто не отделяло его от заветной цели. Велес уже ждал его, молча глядя в пустоту бытия. Дальше было не пройти. Перед ним возвышались отвесные скалы, не имеющие даже намёка на проход.

– Куда дальше? – спросил Марк, пытаясь отыскать проход или расселину.

Впервые Велес ему не ответил. Вместо этого посмотрел своими уставшими и, как ни странно, полными боли, налитыми непонятной грустью глазами.

– Почему ты молчишь, бог? – поинтересовался Марк, не понимая, что происходит.

Но, Велес вновь ничего не ответил. Марк с недоверием взглянул на своего спутника. Некогда яркий ореол его фигуры сейчас почти утратил силу и блеклой тенью окружал сгорбленного старика.

– Возьми вот это, человек, больше я тебе ничем не смогу помочь в предстоящей битве, – неожиданно ответил Велес, протягивая Марку явившийся огненным пламенем белоснежный меч, – дальше ты пойдёшь один.

Красивый длинный клинок, словно сошедший с картин о древних благородных рыцарях, блистал в его руках. Рукоять была усеяна множеством дорогих камней, а лезвие, подобно острой бритвы, поблёскивало холодным отсветом. Марк недоверчиво посмотрел на смертоносное оружие в руках бога и взял его в свои. Поразительная лёгкость тонко сочеталась с приятным весом, вселяя уверенность.

– До того как я попал в это царство, мне никогда не доводилось обращаться с подобным оружием, – произнёс Марк, чувствуя, как плотно и приятно лежит в ладони рукоять оружия.

– У тебя получится, человек, – грустно ответил Велес.

– Пойдём со мной, без тебя я не справлюсь, – попросил Марк и попытался положить руку на плечо бога, но она прошла сквозь его материю.

– Запомни, Марк, что бы ни случилось дальше, просто верь мне, ведь то, что должно случиться, обязательно произойдёт, и на всё будет воля Всевышнего, – промолвил Велес и, покрывшись языками яркого пламени, исчез в темноте подземелий.

Мощный поток ветра налетел внезапно, словно дикая буря, сбивающая путника с ног, обдавая лицо обжигающим холодом. Страшный лик смотрел из глубины кружащихся вихрей. Марк отпрянул в сторону, стараясь не попасть в водоворот бури.

– Смертный, тебе удалось достичь врат в последнее пристанище моего царства, но ты шёл слишком долго, и я надеялся на то, что тебе это никогда не удастся, – промолвил лик Люцифера и выразил нечто напоминающее зловещую ухмылку.

– Бог поможет мне одолеть тебя, демон подземелий, и как только это случится, я помолюсь за твою душу, – заявил Марк.

– Молись за свою, смертный, ибо я жду тебя.

– Я убью тебя в твоём же логове, где бы ты ни находился! – не сдерживая эмоций, крикнул Марк и сделал шаг вперёд, – я уже встретился со всеми своими грехами, отпусти её!

– Тогда тебе стоит поспешить, человек, ведь твоя любимая дочурка скоро навсегда станет моей!

Вместо лика Люцифера перед Марком возник образ маленькой девочки, окружённой вихрями, похожими на языки ядовитых змей.

Как бы сильно Марк ни всматривался в образ девочки, он никак не мог разглядеть знакомые и такие любимые черты её личика. Вместо них он увидел глубокий и не по годам взрослый взгляд. Сейчас она не выглядела той маленькой, беспомощной Анюткой, которой он её знал. На лице нависла странная гримаса отвращения ко всему живому, а в глазах играли искорки огня.

– Что ты с ней сделал, адская тварь? – с болью в голосе взревел Марк, чувствуя, как его сосуды переполняет бурлящая кровь, выливаемая в необузданную ярость.

– Я лишь немого приобщил её к будущему в моём царстве.

– Нет! – закричал Марк и бросился в атаку, но дымка резко растворилась, словно её и не было.

Жуткий хохот ещё какое-то время доносился до разъярённого разума одинокого и несчастного человека. Раздался сильный грохот, и земля задрожала под ногами. Каменным дождём огромные куски скал падали сверху. Устоять на ногах оказалось невозможно. Ужасающий грохот поглотил собой всё, не оставляя шансов пробиться другим звукам. Огромные трещины, подобно паутине, мгновенно разрослись до внушительных размеров. Марк попытался подняться на четвереньки, но было уже слишком поздно. Огромный валун, падая сверху, с треском проломил плато и обрушился вниз, забирая с собой человека, безвольно летящего навстречу своей судьбе.

Глава 13

ПРЕДАТЕЛЬСТВО

Холод, неимоверный холод пронзал уснувшее сознание. Острые иглы, впивающиеся в каждую клеточку тела, доставляли сильнейшую боль, но организм не реагировал на подобные мелочи. Тьма возвращающегося сознания понемногу покрывалась инеем и светлела. Дышать становилось очень тяжело, хотя, в тот миг Марк даже не понимал, зачем ему вообще это делать. Всё в голове было переплетено и вывернуто наизнанку, чувства и эмоции отошли далеко на задний план сознания и никак не хотели возвращаться обратно. Ужасные боли сковали всё тело, силы были на исходе, и вот уже пришёл тот момент, который должен поставить точку в этом путешествии, но Марк не мог сдаться, не мог просто так отступить, не мог потерять душу Анечки в лапах чудовища.

– Папа, папа, – тихий, ласковый голосок прозвучал в сознании, – я знаю, ты меня не оставишь, я люблю тебя, папа, забери меня, я больше не хочу тут оставаться…

– Я не могу идти, малышка, – с трудом шевелящимися губами промолвил лежащий в сугробе человек.

Его сгорбленное тело заметала кружащаяся и жутко воющая вьюга. Забытьё в бесконечном и тёплом сне, вот и всё о чём он сейчас мог думать. Желанное тепло, так и не пришедшее на смену пронзающему холоду.

– Я должен идти, Велес, я должен, – посиневшими от холода губами молвил Марк, пытаясь хоть немного пошевелить руками и приподняться над сугробом.

Но Велес ему не ответил, бога рядом не было, в чём Марк убедился, немного повернув голову и оглядевшись по сторонам замёрзшими и бесконечно усталыми глазами.

В поднимающихся белоснежных вихрях заметить что-либо было практически невозможно. В какое-то мгновение Марку показалось, что он видит силуэт маленькой девочки, машущей ему своей крохотной ручкой.

– Анечка! – закричал Марк, но вместо слов из его лёгких вырвались обрывки нечленораздельных звуков, тут же заглушаемых адским вихрем.

Собрав остатки сил, ему удалось подняться на ноги и медленными шагами направиться в сторону одиноко стоящего в ледяной пустыне силуэта.

Сколько бы он ни пытался добраться до неё, сколько бы ни кричал, всматриваясь в постоянно исчезающий силуэт, всё было тщетно. Марк шёл навстречу ледяной пустоте по самым дальним от божественного лика краям неизведанного и чудовищного мира. В понимании человечества ад всегда представлялся чем-то ужасно горячим, вроде пресловутых кипящих котлов и сковородок. Марк, как и все остальные люди, всегда думал, что чем ближе к сердцу ада, тем жарче должны были встречать его круги, но всё оказалось иначе, и теперь бескрайняя ледяная пустошь в самом центре ада простиралась бесконечной белой пеленой.

Огромная скала показалась едва различимой сквозь бушующие ветра. Подойдя к ней, Марк понял, что это отнюдь не безжизненный кусок камня, а тело великана, вмёрзшего в лёд. Его тяжёлое, обжигающее холодом дыхание больше походило на резкие порывы ледяного северного ветра. Слепые глаза, покрытые мутной пеленой инея, смотрели пустым взглядом в белоснежную ледяную пустыню.

– Кто ты такой? – крикнул Марк, пытаясь перекричать гул ветра.

Дыхание великана участилось. Он попытался опустить голову, чтобы посмотреть на источник звука, потревоживший его спустя сотни лет тишины. Но ледяные оковы, покрывающие всё тело, не позволили этого сделать.

– При жизни меня звали Эфиальт, – натужно произнёс великан, – я жил много веков назад на солнечных берегах Греции.

– Какие страшные грехи ты совершил, и за что тебе выпало столь суровое наказание?– спросил Марк, пытаясь вспомнить до боли знакомое по урокам истории имя.

Громко вздохнув, набирая в замёрзшие лёгкие воздух, он рассказал, что давным-давно, поддавшись на искушение несметного богатства, пытаясь произвести впечатление на юную девушку, которую любил больше жизни, он решился на предательство своего народа. За это его прокляли и навсегда сослали в это жуткое место, где нет ничего, кроме холода и тьмы. Выслушав трагическую историю великана, Марк направился дальше вдоль всё увеличивающихся снежных холмов.

На пути ему повстречались ещё несколько великанов, таких как Бриарей и Антей, но они практически не могли говорить, умирая от вечной мерзлоты, и поэтому тратить на них время Марк не стал, иначе сам мог разделить их участь.

Конечности сводило холодом. Марк практически не чувствовал пальцев на руках и ногах, а тело покрывал озноб. Всё чаще на пути встречались горы замёрзших тел, лежащих голыми на ледяной земле. Лица некоторых Марку доводилось знать из уроков истории двадцатого века. Так он увидел бездыханное, наполовину вмёрзшее в лёд тело немецкого генерала Фридриха Паулюса, некогда призывавшего немецкий народ на свержение своего же главнокомандующего, а рядом с ним лежал советский генерал Андрей Власов, предавший собственный народ. Ещё сотни тысяч тел повсюду устилали безжизненную пустыню. Огромные, покрытые инеем цепи, громко скрепя и покачиваясь на пронзающем ветру, провисали над горами замёрзших тел и уходили вглубь девятого круга. Марку не оставалось ничего иного, кроме как следовать вдоль них, всё больше и больше уходя в ледяную пустыню.

Вскоре на пути стали попадаться не то столбы замёрзшей воды, не то колонны древних монументов, полностью покрытых толстым слоем наледи. Тихое, снежное королевство спало своим ледяным спокойным сном. Не было слышно криков о помощи тех, кто обречён вечно тлеть в котле, кого терзают чудовищные монстры, и даже тех, кто волею судьбы навеки заточён в этом царстве, терзаемый душевными муками. Идеальная пустота, прерываемая порывами ветра и лязганьем огромных цепей.

Заиндевевшая рука схватила Марка за левую ногу. От неожиданности он дёрнулся в сторону и кривые, обмороженные пальцы тут же разжали хватку.

– Как ты смеешь просто так бродить по этому месту? – прохрипел противный, и в то же время вызывающий некоторую жалость, голос.

– Где мне найти Люцифера? И что это за… – переборов страх неожиданности, спросил Марк, подойдя к вмёрзшей в ледовый столб фигуре.

– Повелитель нижнего круга находится в центре замёрзшего озера Коцит, он свергнут с небес и, продолбив в падении гигантским телом бездну преисподней, создал сие тёмное царство боли и отчаяния, – замёрзшими губами молвила душа.

– Куда мне идти? – с нетерпением интересовался Марк, чувствуя, как замерзает его тело, а воля покидает душу.

– Иди вслед за старцем с маленькой девочкой, проходившим до тебя.

– Анечка была здесь? – громко спросил Марк, ощущая прилив надежды, – кто вёл её и куда?

– Велес, бог людской, сопровождал её в царстве Люцифера, – тихо продолжала молвить проклятая душа, еле-еле шевеля замёрзшими губами.

Марк не мог поверить услышанному. На секунду, подхватываемый сильным порывом ветра, он даже чуть не потерял опору под ногами, но всё же устоял, пытаясь осознать сказанное.

– Ты всё врёшь! – закричал он, – ты обманщик и предатель, и я не буду верить твоим словам.

– Ты вправе не слушать предателя, но в глубине души ты знаешь правду, – сказал проклятый и вновь замер, покрываемый тонким слоем инея.

Злость одолевала сознание, и даже немного позволила забыть о холоде. Только сейчас Марк понял, что же такое знакомое он увидел в той фигуре, стоявшей у ворот ада.

– Неужели всё это правда? – спросил себя Марк, но, кроме завывания снежных вихрей, ответа не последовало.

В любом случае ответ он узнает только в самом сердце ада, в логове самого страшного чудовища, которое породили небеса.

Идти становилось труднее с каждым шагом, и, несмотря на дикую силу воли и желание спасти любимого человека, смертельная усталость, подпитываемая адским холодом, сделали своё дело и, споткнувшись, Марк вновь упал наземь не в силах больше подняться.

Марк не сразу осознал причину столь сильного удара. Вопреки ожиданиям падения в пусть и холодный, но всё же мягкий снег, он оказался распластан на холодном скользком льду.

Сквозь замёрзший, чистый, бесконечно прозрачный лёд были видны лица утопленников, навсегда застывших в ужасных позах. Под их ногами, там, где вода ещё не превратилась в лёд, плавали отвратительные существа, хищно поглядывая вверх.

По лбу Марка начала струиться тонкая дорожка алой крови, маленькими капельками разбиваясь о поверхность замёрзшего озера и оставляя яркие багровые следы. При падении он разбил себе лоб, но сейчас это было совершенно неважно. Марк был у цели, той страшной цели, ради которой он прошёл все круги ада, лицезрел ужасы, уготованные всем и каждому, кто оступится с пути божьего. Но то, что предстало перед ним, не шло ни в какое сравнение ни с одним, а то и сотней демонов, увиденных им прежде. Ничто в мире не вселяло столь живого, продирающего до каждой клеточки организма, страха. Самый центр Земли, центр владений загробного мира раскинулся перед ним в своём чудовищном и величественном обличии.

Большое озеро, походившее на ледовую арену, тускло поблёскивало своей гладкой поверхностью. Гигантские ржавые цепи сходились к центру озера, а в их оковах был он, сам Люцифер, вмёрзший в лёд властитель ада. Ангел, низверженный с небес, обезображенный трёхликий исполин. Своим ужасным торсом он заслонял всё озеро, а его огромные чёрные крылья, словно ночь, вздымались из-за спины.

Голова чудовища смотрела своими ужасными глазами во все стороны сразу, вселяя ещё больший ужас в оцепеневшего человека.

– Наконец-то, Марк, а то я уже начал переживать, что ты так и не сможешь добраться до моего скромного пристанища, – спокойным, но от этого ещё более зловещим голосом, промолвил Люцифер, – теперь ты видел все мучения и весь ужас, ожидающий каждого из вас.

Марк безмолвно смотрел на ужасного величественного монстра, божьего ангела, ставшего самым могучим демоном загробного мира.

Найдя в себе силы и, невзирая на душераздирающий, первобытный страх, Марк твёрдо ответил:

– Я пришёл сюда за своей дочерью, просто отдай мне её и я уйду!

– Как ты смеешь диктовать свои условия, находясь передо мной, повелителем этого мира и властителем твоей души? – расхохотался демон, и земля задрожала в такт его смеху.

Огромные сосульки стали падать со сводов пещеры. Тяжёлыми ударами они разбивались о ледяную поверхность замёрзшего озера.

– Приклони свою голову, ты стоишь у ног нового правителя людского рода! – величественно заявил Люцифер, – я вновь вознесусь к небесам и займу своё положенное место.

– Ты не что иное, как очередное чудовище, что стоит у меня на пути, – громко крикнул Марк, – просто скажи, где моя дочь?

– Покажи ему её! – приказал Люцифер.

Яркое пламя, уже ставшее знакомым, появилось между огромным демоном и озябшим, умирающим от холода, боли и усталости человеком.

– Нет! – закричал Марк, увидев Велеса держащего за руку маленькую Анечку.

– Как ты мог так поступить? – закричал Марк, не в силах сдержать гнев, ненависть и слёзы.

Велес молча стоял, опустив голову, а Анечка, увидев отца, попыталась вырваться и бросится к нему, но бог крепко сжимал её ручку.

– Прости меня, человек, – тихо ответил старик, – я не смог ему воспротивиться, потому что сам являюсь узником девятого круга.

Словно гром среди ясного неба, слова пронзили сознание. Теперь картинка полностью сложилась в один ужасающий пазл. Все сомнения, таившиеся глубоко в душе, которые Марк пытался подавить, выплеснулись кровавой рекой.

– Но зачем ты тогда помогал мне, ты же повёл меня в обмен на мою душу?

– На то была воля повелителя, – ответил бог и посмотрел на Люцифера, – твоя душа была обещана мне, чтобы вернуться в мир людей и вновь обрести себя человеком.

– Отпусти её, иначе я клянусь, что убью тебя, Велес! – с ненавистью прошипел Марк, доставая из ножен меч, им же и подаренный.

– Каково тебе встречать предателей, Марк? – спросил Люцифер, – а теперь спроси себя, чем ты лучше нас всех, и заслуживаешь ли ты прощение?

На секунду душу Марка обожгло жгучим пламенем и отдалось сильнейшей болью. Перед глазами промелькнули десятки картин, десятки лиц, сотни мгновений, которые он хотел навсегда исключить из своей памяти. Там была любимая Катя, которой он не был верен. Друзья, которых он предал. Несчастный Михаил, что проклят на века. И даже Анечка, которую не уберёг.

– Ты такой же предатель, как и те, что были до тебя, – зловеще промолвил Люцифер, – Иуда, Брутт, Кассий, я сжирал их души сотни лет подряд, ведь они были самыми страшными предателями, но и после них мне было, кем поживиться. Ваше естество состоит из предательств, насилия, обмана и других грехов, которые я собрал в своём царстве.

– Хоть Он и создал вас по своему образу и подобию, – Люцифер поднял голову, как бы указывая наверх, – вы ничем не лучше меня, и поэтому я никогда не преклоню колено перед людским родом.

– Велес, отдай мою дочь, ведь ты не такой как он, – крикнул Марк, – ты лучше него, освободи свою душу.

Анечка молча стояла рядом с Велесом в чёрном одеянии, ничем не напоминающем её любимое яркое платьице. Лицо было холодно-синего цвета. Словно бы мёртвые глаза, отрешённо смотрели в сторону.

– Его душа в моей власти! Он был сослан в этот круг задолго до твоего рождения, человек, и освободить его ты не в силах, – громко произнёс Люцифер, – ты тоже навсегда останешься здесь, а вот что касательно твоей дочери, ей я уготовил более важную миссию.

Люцифер посмотрел на маленькую девочку, кажущуюся просто крохотной на фоне величественного ужасного демона, и сказал:

– Теперь ты должна убить отца, осквернив свою чистую душу и позволив мне переродиться в твоём теле.

Марк не верил своим ушам, и, разумеется, никогда бы не смог представить, что его маленькая любимая Анечка сможет совершить нечто подобное.

– Я сам убью тебя, демон преисподней, и ничто меня не остановит! – взревел Марк и, выхватив меч, в отчаянии бросился на гигантское чудовище, возвышающееся изо льда замёрзшего Коцита.

– Нет! – неожиданно вскрикнул Велес и бросился на человека.

Марк вовремя увидел приближение бога и одним мощным ударом меча рассёк его еле видимую фигуру.

– Ты не понимаешь, – тихо прошептал Велес и растворился в ледяном воздухе.

– Теперь только я и ты, тварь! – крикнул Марк и бросился на трёхликого Люцифера.

Сотни беспощадных ударов обрушились на демона. Марк резал и колол поглощённый яростью и чувством отмщения. Бурая кровь, напоминая огромный фонтан, струилась из ран и растекалась по белоснежной поверхности замёрзшего озера. Громкий рёв чудовища раскатистым эхом разлетался по всем уголкам ада.

Взобравшись прямиком на голову, ещё крепче ухватив окровавленную рукоять меча, Марк с яростью, присущей разъярённому быку перед смертью на арене корриды, вонзил остриё в глаз Люциферу.

Вся пещера задрожала. Казалось, что черные своды вот-вот рухнут, погребая под собой узкие тропы, огромные пустыни, мёртвые леса и кровавые реки, всех чудовищ и демонов этого места.

Но этого не случилось, и вскоре землетрясение прекратилось точно так же, как и предсмертный рёв Люцифера.

Всё затихло. Мир вновь поглотила мёртвая тишина. Весь облитый кровью Марк стоял над поверженным чудовищем, сравнимым лишь с титанами и ужасами древних летописей.

– Теперь ты повержен, Люцифер, и я смог спасти свою дочь и душу, – прохрипел Марк, высматривая Анечку, ещё несколько мгновений назад стоявшую внизу.

Как ни странно, её нигде не было. Кровавая поверхность озера поблёскивала и переливалась страшными красками. Вскоре из-за поднятой землетрясением ледяной дымки, видимость сократилась до нескольких метров.

Марк быстро спустился вниз, в панике ища Анечку. Её по прежнему нигде не было.

– Где ты, малышка? – истошно кричал Марк, ощущая, что случилось что-то непоправимое.

Громкий хохот разлетелся, словно бы из ниоткуда, и в то же время, полностью окружая всё вокруг.

– Наконец-то, я так долго ждал этой минуты! – прозвучал ужасный голос, – сотни тысяч лет я провёл в заточении. Александр великий, Моисей, Атилла, Спартак, и даже великий Данте пытались свершить то, что удалось только тебе, Марк.

– Ты всё врёшь, демон, ты специально туманишь мой разум, дабы спастись от расплаты! – не веря услышанному, Марк продолжал кричать в пустоту.

– Поверь мне, человек, только тебе и только сейчас удалось освободить меня, и всё это благодаря твоей чёрной душе. Человечество сейчас достигло той точки злобы, ненависти, предательства и обмана, что готово к моему возвращению. За долгие тысячелетия я буду первым, кто покинет это место.

– Но Данте смог покинуть твои владения, именно он поведал о тебе миру, – воскликнул Марк.

– У него почти получилось, но это я, именно я вселил в людей веру в грех и покаяние, я сам создал это место в умах людского рода. Я сам сотворил всё вокруг, – торжествующе звучал голос, – Данте, как и все остальные, навеки остался бледной тенью, блуждающей во тьме.

– Ты всё врёшь, я убил тебя, тварь, и теперь ты - ничто! – крикнул в морозную пустоту Марк, ещё сильнее сжимая в руках окровавленный меч, с опаской оглядываясь по сторонам.

– Ты глупец, Марк, меня невозможно убить, как и всех тех созданий ада, кого ты посчитал убитыми собой. Они переродятся в ещё более ужасных созданий и взойдут со мной на небеса, где мы построим новый мир. Именно ты помог нам в этом!

– Господь тебе этого не позволит! – возмутился Марк.

– Ты чтишь его, но кто, если не он создал зло? Ведь он создал меня. Ты сам совершал вещи, гораздо худшие, чем я. Я восстал против Бога в попытке освободиться от оков устоев, придуманных им, а ты просто грешил ради удовлетворения своих низменных желаний, и в этом вся сущность человека. Он создал тебя по своему образу и подобию, а теперь я, повелитель ада, должен подчиниться тебе? Этому никогда не бывать!

– Выходи, тварь, я закончу начатое, и что бы ты ни говорил, это лишь пустые слова, – кричал Марк, продолжая отступать, оглядываясь по сторонам в плотной морозной дымке.

– Как и все, ты с рождения в цепях, в тюрьме. Ты этого не можешь осознать, потому, что не видишь её стен и решёток, но она есть и ты её узник, Марк.

Голос демона из угрожающего перешёл в заговорщический и он продолжил:

– Миллиарды людей живут полноценной жизнью, но они всего лишь спят, они проснуться от своих грёз только тогда, когда окажутся здесь и поймут то, что обратно им уже не вернуться.

– Хватит с меня этих пустых речей, – перебил его Марк, – отвечай, демон, где моя дочь?

– Твоей дочери тут нет, и никогда не было, – властным тоном продолжал говорить невидимый собеседник, ты был ослеплён и заманен сюда специально, а твоя дочурка была не более чем иллюзией, мотивацией твоих действий, а иначе ты бы никогда сюда не дошёл.

– Ты всё врёшь! – опешил Марк, – я видел её, я чувствовал её!

– Папа, папа, – раздался детский голосок Анечки, – папа, ты здесь? Тут так холодно, помоги мне, папа.

– Где ты, милая? – крикнул Марк, не понимая, что происходит.

– Папа, папа, папа, – обычный тонкий голосок с каждым произнесённым словом становился все более грубым, громким, зловещим.

Вскоре грохот голоса стал настолько невыносим, что Марк почувствовал, как из ушей полилась кровь.

– Выходи, тварь! – пытаясь прийти в себя, зарычал Марк, – только ты и я.

– Нет, мой друг, ты вновь ошибаешься, есть только ты и ты, – зловеще проговорил приближающийся голос.

Знакомый силуэт начал прорисовываться сквозь ледяную дымку. Эти шаги, походка, фигура были знакомы Марку лучше всего на свете. Отнюдь, это не был Владислав Люций, Велес, или ещё какой-нибудь человек из окружения или родни Марка.

Спокойной, неспешной походкой навстречу окровавленному, покрытому шрамами, в изорванном одеянии и смертельно уставшему Марку шёл он сам. Выходящий из дымки Марк был одет в дорогой пиджак, гладко выбрит и его лицо светилось от счастья.

– Кто ты такой? – еле стоя на ногах, спросил Марк.

– Я - воплощение греха, я - повелитель ада, я - самая ужасная тварь на земле, я - это ты! – величественно представился незнакомец.

– Я убил тебя, ты мёртв, Люцифера больше не существует, – вновь повторил Марк, не веря своим глазам.

– Я был скован тысячи лет в обличии огромного отвратительного демона и был не в силах скинуть оболочку, но ты помог освободиться, и твоя чёрная душа теперь поможет вознестись туда, где моё истинное место.

Позади незнакомца задрожали своды, огромные валуны вновь начали свой камнепад, ещё сильнее ударяясь о поверхность льда. Тонкий лучик света, совершенно несвойственный этому жуткому месту, легонько коснулся вечно замёрзшего озера.

– Вопреки всем ожиданиям, я не гигантский монстр, я не чудовище, и не такой как вам рассказывает библия. Я был изуродован Им, – незнакомец указал пальцем наверх, – но на самом деле, я - это каждый из вас, жалкие людишки. – Я есть в каждом человеке, в каждом живом существе, совершающем грех. Я живу и питаюсь вашими душами, я всю вашу жизнь готовлю вас к вечным мукам в моём царстве.

– Ты предатель и лгун, сейчас своим раздвоенным змеиным языком ты вновь пытаешься обмануть, затмив моё сознание, – бросил Марк, поднимая клинок меча.

– Пускай и так, но за тысячи лет я собрал в своём царстве столько грехов, что, опираясь на них, я вознесусь к небесам, – невозмутимо молвил незнакомец, смотря горящими глазами на бьющий сверху луч, – а ты останешься здесь до последнего вздоха последнего живого существа.

– Я тебе этого не позволю, демон, твоё место здесь, – твёрдо сказал Марк.

– Возможно, но есть один маленький нюанс, – хитро прищурившись, прошипел Люцифер, – ты ведь помнишь аварию, Марк?

Ужасные кадры пробежали перед глазами, жутким скрежетом металла и криками дочери, истязая разорванное сердце.

– Да, Марк, – улыбнувшись, промолвил демон, – ведь ты тоже мёртв, точно также, как и все остальные души моего царства, а как ты уже, наверное, понял, что для таких, как мы, обратной дороги из загробного царства не существует.

– Это не правда! – оглядываясь по сторонам, выпалил Марк, – это не может быть правдой.

Дыхание перехватило, пульс резко усилился, и по всему телу пробежала судорога животного страха.

– Загляни внутрь себя, в душе ты прекрасно понимаешь, что это правда, – улыбнулся Люцифер и тут же продолжил свою речь, подняв голову, словно бы обращаясь к невидимым небесам, – сам бог, которому ты так поклоняешься и веришь в его помощь, установил такие правила, так что смирись с тем, что мы стоим на пороге новой эры моего владычества.

– Ты лживый изворотливый демон, я убью тебя! – ещё яростнее закричал Марк и бросился в атаку.

Одним точным ударом Марк проколол тело демона и замер, проворачивая рукоять меча в его теле. Но вместо ужасных криков боли, он услышал зловещий смех, переходящий в нездоровый хохот.

– Этот клинок ты получил только потому, что я приказал отдать тебе его, – Люцифер взялся обеими руками за остриё меча и резко выхватил его из рук человека. – С помощью него ты должен был освободить меня из вечных оков, но теперь я, пожалуй, верну его себе.

Марк с ужасом смотрел на чудовище, стоящее перед ним, но видел в нём лишь своё отражение.

– Ты и вправду смог бы убить себя? – усмехнулся демон, – я так не думаю!

Мощный удар рукой или чем-то ещё, Марк даже не смог определить источник страшной боли, мгновенно свалил его с ног, во рту появился солоноватый привкус крови.

– Ты жалкое ничтожество, Марк, твои грехи станут последней ступенькой к моему величию, – сказал Люцифер и вознёс меч над распростёртым на льду человеком.

Остриё блестело, подобно драгоценному камню в волшебном луче света, падающем в это место с невиданных высот, где нет боли, зла и холода.

– Велес, – тихо, едва шевеля губами, произнёс Марк, переведя взгляд за спину незнакомца.

– Он тебе не поможет, он мой раб и предатель, а теперь пришло время умирать, – сказал Люцифер, опуская клинок.

Всплеск молнии прошёлся между ними. Вместо смертельного удара Марк почувствовал лёгкое прикосновение. Открыв глаза, он увидел Велеса, склонившегося над ним. Тело бога в этот раз не светилось, и не было прозрачным. Спутник загробного мира был похож на обычного человека, только ярко блестящие глаза выдавали его волшебную сущность. Клинок выступал из его спины.

– Как ты посмел вмешаться? – отступив, разъярённо рявкнул Люцифер.

Теперь он всё меньше и меньше походил на Марка, да и на человека в целом. Одежда на его теле лопалась и сползала лоскутами. Из-за спины вспорхнули большие черные крылья, с каждым взмахом поднимая тело над поверхностью льда. Вместо ног появился длинный уродливый хвост, а лицо исказила страшная гримаса.

– Теперь уже всё не важно, отныне меня уже не остановить, – выкрикнул демон, поднимаясь вверх.

– Не дай ему уйти, – тихо прошептал Велес, скатываясь на бок и закрывая умирающие глаза, – ты должен освободить всех нас.

– Поздно, теперь уже слишком поздно! – победоносно кричал Люцифер, ещё яростнее взмахивая крыльями, – теперь меня уже ничто не в силах остановить!

– Я знаю того кто сможет, – сказал Марк и встал на колени, приклонив голову. Перед собой он воткнул меч, чья рукоять и острие образовали нечто похожее на православный крест.

–Господи, нет у меня оправданий грехам моим, – начал произносить Марк, – это конец моего пути, я остаюсь здесь, отдавая свою душу, но прошу тебя, не позволь ему разрушить наш мир.

– Что ты делаешь? – недоуменно спросил Люцифер, глядя на отчаянную и бесполезную попытку человека помешать новому владыке мира.

– Господи, Боже мой, – не обращая внимания на удивлённого демона, Марк продолжал молиться, – ты знаешь, что для меня спасительно, помоги мне и не попусти мне грешить пред Тобою и погибнуть во грехах моих, ибо я грешен и немощен. – Не предай меня врагам моим, яко к Тебе прибегох, избави меня, Господи, ибо Ты моя крепость и упование моё и Тебе слава и благодарение во веки. – Аминь.

– Нет! – яростно взревел Люцифер и, спикировав прямо на Марка, схватил рукой его горло, заставляя захрипеть от боли, – он тебе не поможет, здесь я - истинный повелитель!

Вновь вспорхнув черными крыльями, демон оторвался от земли, увлекая за собой человека. Изо всех сил Марк ухватился за руку, сжимающую его шею, дабы хоть немного ослабить хватку, но силы были неравны.

Жгучая боль пронзила живот. Необычные ощущения буквально сжигали кожу, доставляя ужасные муки. Оборванная одежда тут же намокла и пропиталась кровью. Не обращая внимания на судороги своей жертвы, Люцифер нёсся к проходу из царства тьмы. Казалось бы, ещё немного и он навсегда вознесётся к небесам, посеяв там ужас, страх и разрушив божье мироздание.

– Ааа! – закричал Марк, больше не в силах терпеть страшную боль.

Всё его тело окутало странное свечение. Только теперь демон обратил внимание на то, что из-под обрывков одежды человека просвечивает непонятный символ. Содрав рукой остатки одежды, Люцифер на секунду был вынужден зажмурить глаза, привыкшие к непроглядной тьме. Ярчайшие лучи света вырвались на свободу, ослепляя всё вокруг.

Яркий белый крест был выжжен на груди и светился с такой яркостью, что даже сам повелитель ада был не в силах устоять перед ним. Ослеплённый и обескураженный демон попытался отпустить из рук шею Марка, но было слишком поздно.

– Этого не может быть! – яростно заревел Люцифер, – ты не можешь так, я повелитель мира, – в мгновение демон оказался пронизан божественным светом.

– Этому никогда не бывать, чудовище! – из последних сил промолвил Марк, теряя сознание.

Черные крылья вспыхнули огненным пламенем. В последнее мгновение Марк почувствовал, как разжались пальцы на его шее и как они вместе с демоном понеслись к поверхности заледенелого озера. Доли секунды, минуты или же это был один бесконечный миг - всё слилось в одну тягучую субстанцию. Совершив последнее и самое сложное путешествие, ему, простому человеку, всё же удалось помешать демону ада, но теперь их судьба будет едина, и всего лишь одно мгновение разделяет его от настоящей смерти и долгожданного забвения.

Сильный удар перемешал весь мир. Марк чувствовал неописуемую боль, слышал громкий хруст льда, ломающегося под тяжестью стремительно падающего огромного демона. Всё тело обожгла ледяная вода, забирая последние частицы жизни, ещё таившиеся в истерзанном человеке, рискнувшего бросить вызов повелителю ада.

Глава 14

ЧИСТИЛИЩЕ

– Вот и конец, конец всему, что я знал, что видел, чувствовал, – подумал Марк затухающим сознанием, все эти слова уже были произнесены, но вновь сорвались с его уст.

Он увидел себя маленьким мальчиком, идущим с родителями по бесконечно зелёному парку, утопающему в цветах и благовониях. Он простил их, простил за их грехи. Как и раньше Марк шёл с ними за руки на встречу яркому, тёплому солнцу, ласково греющему целый мир. Мгновение спустя, он уже сам, будучи родителем, вместе с Катей держал за ручку улыбающуюся Анечку, смотрящую на них бесконечно голубыми, радостными глазами.

– Прости меня, милая, – подумал Марк с неописуемой горечью в сердце, и сознание окончательно покинуло истерзанное тело.

Будто бы вспышкой, дно озера залилось ярким светом. Неистовый огонь, белоснежными искрами, окутал искорёженный автомобиль. Таинственная сила одним рывком выдернула из разъёма ремень безопасности, освобождая тело Марка из плена.

Он пытался уловить суть происходящего, но мозг уже не хотел воспринимать ничего иного, кроме внутренних химических процессов.

– Запомни, человек, – неописуемо приятный, даже можно сказать родной, но в то же время абсолютно незнакомый голос раздался в сознании Марка, – у каждого из вас есть свой персональный ад и, лишь пройдя его, вы сможете очистить свою душу, получив второй шанс, а уж как использовать его, зависит только от вас самих.

Голос незнакомца растворился в сознании также неожиданно, как и возник. Безвольное тело Мака несло наверх к свету, который казался чем-то невероятным и бесконечно недостижимым, миражом в нескончаемой чёрной пустыне.

Он хотел его обнять, утонуть в нём, но свет этот был слишком далеко, дальше любой галактики, дальше края вселенной. Сознанию не хотелось возвращаться в серый и грязный, наполненный множеством проблем, злобы и несправедливости мир бытия. Оно хотело пойти дальше, пойти к свету, который так ласково протягивает свои лучи, обнимая и маня к себе.

– Папа, папа, – прозвенел знакомый детский голосок.

Он был так далеко, на самой отдалённой периферии сознания. Словно бы потерявшиеся нотки блуждали по кольцам планеты, затерявшейся в безграничном космосе. Он звучал с другой стороны. Оттуда, куда падают лучи яркого света, но противоположной его источнику.

– Папа, не оставляй меня, – не унимался голосок, – очнись папа!

С трудом Марку удалось приоткрыть глаза. Вместо отдалённого ласкового света в глаза ударил острый луч фонаря, который держал в руке незнакомый человек в медицинской маске.

Вой сирен и гул толпы донёсся до ушей.

– Ты очнулся! – вскрикнула сидящая рядом на коленках Анечка и обняла лежащего на спине отца, – я верила, что ты сможешь, я верила, что ты никогда меня не бросишь! – взахлёб, обливаясь слезами, твердила девочка.

– Малышка, – тихо, с трудом выговорил Марк, поднеся свою руку к лицу дочери, – это ты, я так скучал по тебе, но как мы выбрались?

– Нас спас какой-то дядя, – прижимаясь к отцу, ответила Анечка, – он сказал, что его зовут Василий, но для друзей он просто Велес.

Десятки врачей окружили Марка. Ему тут же принялись ставить какие-то уколы, проверять давление, пульс и ещё множество только им известных показателей.

Грудь ужасно болела от сильного удара подушки безопасности, или от столкновения автомобиля с водой.

– Как Вы себя чувствуете? – спросил один из врачей, только что проверивший пульс, – Вас здорово потрепало, возьмите плед, он должен согреть и не допустить дальнейшего переохлаждения.

– Всё болит, доктор, мышцы словно онемели, – признался Марк, пытаясь снять с себя промокшую и изорванную рубашку. – Как вам удалось нас спасти?

– Спасатели подъехали позже, но свидетели нам сказали, что вас спас какой-то человек, сейчас его пытаются найти, но точно опознать его никто не может, – проговорил врач, помогая Марку снять замерзающую мокрую одежду.

– Ого! – удивился доктор, – чем это Вас так?

– О чём Вы? – удивлённо переспросил Марк, опустив глаза.

Большой отпечаток креста с запёкшимися краями венчал живот и половину груди.

– Этого не может быть, – не веря своим глазам, произнёс Марк и коснулся рукой груди.

Жгучая боль не оставляла ни единого шанса на нереальность увиденного.

– Значит, всё это было на самом деле, – тихо промолвил Марк, не отводя взгляда от креста, – и он дал мне второй шанс…

– О ком Вы говорите? – недоуменно переспросил врач, – и, кстати, кажется, это Ваше.

– Монета? – удивился Марк.

– Да, – ответил доктор, протягивая блестящую монетку странного вида, – она выпала из кармана. Наверное коллекционная? Поди кучу денег стоит? никогда таких не видел.

Положив монету в ладонь, Марк увидел на ней отчеканенное лицо улыбающегося демона. Это была та самая монета, которую он подобрал в своём путешествии.

– Но всё же, о чём Вы? – повторно переспросил врач, – Вы про какой-то шанс говорили, – добавил он.

– Да так, ни о чём, – быстро спохватился Марк и, укутавшись в тёплое одеяло, обнял Анечку.

Врач с любопытством взглянул на чудом спасшегося странного пациента. Встав на ноги, Марк ещё раз посмотрел на лежащую в ладони монету и тихо промолвил:

– Просто сегодня мой второй день рождения…

Замахнувшись, он выбросил странную монету в воду и, вместе с прижавшейся к нему Анечкой, зашагал к переливающейся разноцветными лучиками проблесковых маячков карете скорой помощи.

– Он есть в каждом из нас, теперь я это знаю, спасибо тебе, – подумал Марк и ещё крепче обнял дочь.

Конец