Детский сад для мажоров

Часть 1. Глава 1

Июль 1999 года

– Ковалева!.. Дина Михайловна, я к вам обращаюсь! Проснитесь!

Кто-то тронул Дину за плечо, потом легонько потряс его. А она упрямо не хотела открывать глаза, думая, что это происходит во сне. Но незнакомец оказался настойчивым, все тормошил и тормошил ее. Вдруг, в какой-то момент, она с ужасом поняла, что хорошо знает этот голос...

"Я заснула прямо на лекции!" – яркой вспышкой мелькнула испуганная мысль.

Дина в один миг распахнула глаза и тут же вскочила, автоматически пытаясь придержать откидывающееся сидение. Почему-то их громкий стук безумно раздражал преподавателей.

Мужчина, склонившийся над ней, едва успел отшатнуться, чудом не схлопотав по носу.

"Какой позор! О чем меня спрашивали? И какой сейчас предмет? Хоть бы подсказал кто!" – перепуганные мысли метались в голове как стайка пичужек.

Спросонья Дина никак не могла сообразить, что происходит. Она растерянно оглянулась, ища поддержки у одногруппников... и поняла, что находится не в институтской аудитории. Вот почему ей не удалось "поймать" сидение! Его просто не было, она уснула в жестком вокзальном кресле.

Зал ожидания в это время суток был необычайно тихим. Немногочисленные пассажиры, расположившиеся в неудобных пластмассовых креслах, либо дремали, либо негромко переговаривались. В дальнем углу с комфортом устроились какие-то сомнительные личности, которые, похоже, спали. Своим неряшливым видом они распугали "конкурентов", та часть зала совсем пустовала.

Почему же Дине послышался голос Артема Валерьевича, куратора их группы? И кто этот странный бородатый парень в потертых джинсах и светло-синей рубашке с закатанными рукавами? Наверное, тоже пассажир – рядом с ним стоит огромный рюкзак, лицо немного обгорело на солнце. А глаза яркие, практически голубые.

– Проснулись? Извините, что напугал вас, я не хотел.

Улыбка парня была на удивление знакомой... Да это же их Валерьяныч! Ой, Артем Валерьевич!

Не удивительно, что Дина его не узнала – на работу куратор их группы обычно приходил в костюме с галстуком, гладко выбритый. И всегда пользовался одеколоном с каким-то интересным запахом – студентки любили гадать, как называется этот аромат. Некоторые даже в магазины специально ходили, нюхали там парфюмы, пытаясь найти похожий.

– Здравствуйте, Артем Валерьевич, – растерянно пробормотала Дина.

– Здравствуйте-здравствуйте, – снова улыбнулся преподаватель. – Еще раз извините, что разбудил вас. Я испугался, что вы можете проспать свой поезд – уж очень крепко уснули.

– Ничего страшного.

Дина смущенно опустила голову. Старательно разглядывала свои ноги, обутые в легкие тканевые балетки, будто обнаружила что-то необычное.

Кто бы мог подумать, что ночью, на вокзале, она встретит Артема Валерьевича! Если бы знала, на автостанцию бы поехала. Отсюда совсем недалеко, можно даже пешком дойти. И сидения там удобнее.

– Надеюсь, вы не пропустили свой поезд? – не унимался куратор. – Когда у вас отправление? Боюсь, до утра уже ничего не будет в сторону побережья.

Артем Валерьевич замолчал, многозначительно посмотрев на костюм Дины. Девушка подняла голову, собираясь ответить, но случайно перехватила внимательный мужской взгляд, бесцеремонно пробежавшийся по ее фигуре. Чувствуя, что краснеет, она снова опустила глаза.

Угораздило же ее надеть именно этот, почти пляжный, костюмчик! А всё подружки, будь они не ладны! Мол, не вздумай платье надевать, кто сейчас в платьях на море ездит? Будешь выглядеть как чучело из провинции!

Наседали на нее не один день и всё-таки уговорили купить яркий комплект – обтягивающие трикотажные шортики чуть выше колена и такой же топик с открытыми плечами. Писк сезона! Все модницы их поселка перед поездкой на море обязательно покупали себе похожий. Родители ничего не сказали, когда увидели, в каком виде их дочь собралась ехать, но одного взгляда отца хватило, чтобы понять, что он думает о современной моде.

– Я не еду, – чуть слышно пролепетала Дина.

– Что же вы тогда здесь делаете? Да еще и с дорожной сумкой, – удивился куратор.

Дина досадливо поморщилась. Это же надо было ляпнуть, не подумав! Ну что ей стоило сказать, что все в порядке, что ее поезд будет через час? Тогда бы Артем Валерьевич преспокойно отправился домой. И не надо было бы краснеть перед ним, стоя в этом дурацком костюмчике.

Лучше бы она свои старенькие джинсовые шорты надела! А то чувствует себя чуть ли не голой под пристальным взглядом симпатичного преподавателя.

Не дождавшись ответа студентки, Артем Валерьевич нахмурился:

– Я надеюсь, вы не собирались ночевать прямо здесь? В столь... неприглядной компании.

Он кивнул в дальний угол, где дежурный наряд как раз разбирался с компанией сомнительных личностей.

Покраснев еще больше – лицо, казалось, полыхнуло жаром, – Дина повернулась к креслу, с которого только что вскочила, взяла свою куртку-джинсовку и набросила себе на плечи. Хоть немного прикроется от пристального взгляда куратора. Ишь, как глазами ест! И смотрит так сурово, будто застал ее за каким-то непристойным занятием.

Ну и что ему ответить? Жаль, не на лекции они сейчас – некому подсказать нерадивой студентке.

Будь на месте Артема Валерьевича кто-нибудь другой, Дина бы одной фразой его отшила. Если разобраться, то что тут такого страшного в ночевке на вокзале? Куратор спрашивает так, будто сам никуда не ездил "на перекладных", не знает, что это такое. Хотя, откуда ему знать, городскому "тилигенту"? Небось, даже автостопом никогда не приходилось кататься!

– Дина, я жду ответа! – строгим голосом напомнил преподаватель.

Ага, указкой по столу еще постучите!

Сердито хмыкнув, Дина подняла голову и посмотрела прямо в глаза своему куратору. Очень хотелось надерзить ему, но она не рискнула. Лето промчится быстро, а в сентябре им снова придется встретиться в институтской аудитории. И как ей потом зачеты Артему Валерьевичу сдавать?

– Да, собиралась! – громко сообщила Дина.

Глаза уже не отводила смущенно, не считала нужным. Наоборот, прищурилась вызывающе. Мол, ну и что вы, Артем Валерьевич, теперь сделаете? Запретите мне во время летних каникул путешествовать и ночевать на вокзалах?

Ее начинал раздражать этот допрос. Понятное дело, в институте Дина должна ему отчитываться, но сейчас он чего к ней прицепился?

– А почему здесь, не в общежитии? – удивился преподаватель.

И тут же спохватился:

– Совсем забыл, сейчас же каникулы... А почему в гостиницу не пошли?

Дина все-таки не удержалась, посмотрела на него, как на умалишенного. И что она забыла в гостинице, скажите на милость? На хорошую деньги жалко тратить, а в дешевенькую и даром не хочется. Потому что не знает Дина, как ищут приличные дешевенькие гостиницы, никогда ее это не интересовало.

Похоже, Артему Валерьевичу надоело странное поведение Дины. Он снова нахмурился и, добавив металла в голосе, жестким тоном произнес:

– Ковалева! Я требую объяснений! Что вы делаете ночью на вокзале? Почему вы одна? Почему собрались ночевать здесь? Вы же когда-то говорили, что у вас родственники живут в этом городе. Да и в группе подружки есть. Почему к ним не пошли?

Потому что подружки нагло "прокатили" ее с поездкой на море, а родственников дома не оказалось. Не собиралась Дина к ним заезжать, вот и не позвонила заранее, не предупредила, что хочет у них остановиться.

Может, Дина и смогла бы что-то сказать Артему Валерьевичу, но при воспоминании о сегодняшних злоключениях, у нее перехватило горло. Вместо внятного ответа вырвался лишь сдавленный писк, глаза вмиг стали влажными.

Торопливо отвернувшись, Дина тихонько шмыгнула носом, пытаясь втянуть обратно непрошенные слезы. Не хватало еще расплакаться перед Артемом Валерьевичем! Будто она маленькая!

– Понятно всё с вами, – тяжело вздохнул преподаватель.

Что именно ему было понятно, он не сказал. Молча надел свой рюкзак, взял сумку Дины и кивнул ей:

– Пойдемте!

– Куда? – не поняла Дина.

– Куда надо! – неожиданно рыкнул он. – Или вы тут всю ночь рыдать собираетесь? Я не хочу из-за вас на последний трамвай опоздать.

Развернулся сердито и пошагал к выходу. Дина поспешила за ним, на ходу надевая куртку. Возражать она не осмелилась – впервые видела своего куратора таким злым.

В "единичке" народу было совсем мало. Дина даже улыбнулась про себя – три курса уже отучилась, а впервые едет в таком пустом трамвае. Ее институт находился в студгородке, начинавшемся недалеко от вокзала. Отдельные корпуса могли располагаться в нескольких кварталах друг от друга, потому студенты часто подъезжали на пару этой же "единичкой". Трамвай, обычно и до того не пустой, после их остановки становился забитым "по самую завязку".

К удивлению Дины, они с Артемом Валерьевичем вышли на "родной" остановке – там, где за деревьями виднелся корпус их факультета.

– Вы в деканат меня ведете? – растерянно спросила Дина.

Артем Валерьевич оглянулся на нее и насмешливо усмехнулся в ответ:

– Дина Михайловна, что с вами происходит? Я совсем не узнаю свою рассудительную старосту. Ну подумайте сами... Что сотрудники деканата могут сейчас делать в институте? Дежурить всю ночь, ожидая, когда к ним приведут студентку, случайно выловленную на вокзале?

Она почувствовала, что снова краснеет. Хорошо, темно было вокруг, можно было надеяться, что куратор не заметит.

Следом за Артемом Валерьевичем (Дина почему-то стеснялась идти рядом с ним, все время норовила отстать) она миновала знакомое здание своего факультета, свернула в узенький проход между домами и вышла ко входу в институтский парк. Уставшая, Дина уже и не пыталась угадать, куда ее ведет преподаватель. Просто шагала следом, механически переставляя ноги.

Они свернули на дорожку, ведущую вдоль парка, и направились мимо изящной кованой ограды. Дина хорошо знала этот путь – дальше находился центральный корпус института, старинное красивое здание. Однако, Артем Валерьевич до него не дошел, остановился у какой-то калитки и стал шарить в своих карманах.

Впрочем, и эту калитку Дина хорошо знала – за ней находился пятиэтажный дом с колоннами, башенками и симпатичными балкончиками. Перед ним раскинулся небольшой дворик с детской площадкой. Ей нравилось украдкой заглядывать сюда, пытаясь угадать, кто живет в этом уютном уголке.

Вытащив из кармана связку ключей, Артем Валерьевич приложил один из них к ограде. Тихо пиликнув, замок щелкнул и калитка приоткрылась.

– Заходите! – кивнул преподаватель своей студентке.

– Туда? – опешила она. – А можно? Меня не прогонят?

– Дина, вы специально меня злите?! – вновь рассердился Артем Валерьевич. – Заходите сейчас же, не тяните время!

Девушка испуганно юркнула во двор и остановилась, не зная, куда идти. Артем Валерьевич молча обогнул ее и направился ко входу в дом. Связку он продолжал держать в руке. Оказавшись на пороге, мужчина отработанным жестом приложил ключ к замку и распахнул перед Диной дверь.

Очутившись в холле, она еле сдержала удивленный возглас. Наверх вела широкая мраморная лестница. "Будто в музее", – подумала Дина.

Рядом со ступеньками находился лифт, и какой! Тоже, наверное, старинный – его шахту ограждала ажурная кованная решетка, кнопки были массивными, металлическими, натертыми до блеска. Дине безумно захотелось покататься на таком диковинном лифте, посмотреть, что внутри, но Артем Валерьевич уже начал подниматься по ступенькам. Пришлось поспешить за ним.

Оказавшись на третьем этаже, они свернули в длинный коридор с рядом дверей. У одной из них Артем Валерьевич остановился, тихо щелкнул замком и шепотом произнес:

– Уже пришли! Только не шумите – родители, наверное, спят.

"Так он к себе домой меня привел? Ох, стыд-то какой!" – успела подумать Дина.

– Артемка, это ты? – раздалось откуда-то из квартиры. – Почему так поздно? Я уже волнуюсь.

– Да, это я! Вернее, мы вдвоем, – ответил Артем Валерьевич, легонько подталкивая Дину. – Проходите, не стойте же!

Она послушно переступила порог и тут же услышала:

– Ты кого-то привел?

– Ага! – жизнерадостно ответил "Артемка". – Принимай еще одну "потеряшку".

Дина, услыхав, как ее назвали, хотела возмутиться, но замерла, ошеломленная. Перед ней стояла Анастасия Сергеевна – заведующая кафедрой прикладной механики. К счастью, Дина не сталкивалась с тамошними преподавателями, но в общежитии успела наслушаться рассказов о том, какие "звери" преподают механику. Особенно часто упоминали Анастасию Сергеевну, специализировавшуюся на сопромате.

– Это кто? – спросила гроза всех студентов, строго сдвинув брови. – Обычно ты бездомных котят подбираешь...

– Мама, не обижай Дину, – улыбнулся Артем Валерьевич, целуя Анастасию Сергеевну в щечку. – Я не мог позволить своей лучшей студентке ночевать на вокзале.

– Так это Диночка? – сразу смягчилась она. – Староста твоей группы? Та самая Дина, которая всегда напоминает тебе о несданых ведомостях?

Переход от "бездомного котенка" к "Диночке" был таким стремительным, что девушка окончательно растерялась. Ей срочно захотелось спрятаться хоть куда-нибудь, чтобы собраться с мыслями. Может быть, Артем Валерьевич за это время сам расскажет суровой и принципиальной Анастасии Сергеевне историю встречи с Диной?

Куратор по-своему истолковал ее несчастную гримасу:

– Дина, может быть, вам надо в туалет? А то мы держим вас в прихожей.

– Да! – автоматически пискнула Дина.

– По коридору налево. Вторая дверь. И смотрите под ноги, здесь ступеньки.

Закрывшись в туалете, Дина обессиленно прислонилась к стене.

Да что же за день сегодня такой! Будто мало ей было проблем, надо было попасться на глаза Артему Валерьевичу! Ну почему она не поехала ночевать на автостанцию?

И как теперь себя вести? У нее ведь при одном взгляде на Анастасию Сергеевну внутри будто все замерзает. Даже сказать ничего не может – мысли испуганно разбегаются во все стороны.

Ну и семейка!

Интересно, кто отец Артема Валерьевича? Не декан ее факультета и не ректор – они по возрасту не подходят... хотелось бы надеяться.

Стоп! Валериев среди знакомых ей преподавателей нет, значит, он не с их факультета.

Министр, что ли? В таком доме только министрам и жить. Впрочем, после встречи с Анастасией Сергеевной Дину сложно будет министром напугать – ему-то сопромат сдавать не надо!

В дверь туалета осторожно постучали, раздался голос Артема Валерьевича:

– Дина, у вас все в порядке?

– Да! – громко ответила Дина и торопливо нажала на кнопку спуска воды.

– Когда помоете руки, приходите на кухню. Вам надо поужинать.

Ужинать?! Ой, нет, только не это! А нельзя как-нибудь сразу спать лечь? Чтобы меньше "светить" перед грозными преподавателями своим модным "пляжным" костюмом?

Ужин прошел на удивление спокойно. Похоже, Анастасия Сергеевна и Артем Валерьевич успели договориться о чем-то, пока Дина была в туалете. Расспросами ее не донимали, на вызывающе-яркий костюмчик не косились. Наоборот, оставили ее одну, сказав, что пока постелют Дине постель. Торопливо выхлебав тарелку супа, Дина наотрез отказалась от второго и поспешила спрятаться в отведенной ей комнате. Раздевшись, выключила свет, поспешно нырнула в постель.

И лишь тогда подумала:

"А что будет завтра утром? Что я им скажу, когда они все-таки спросят, что я одна делала на вокзале ночью?"

Проснулась Дина ни свет, ни заря. Дома привыкла рано вставать, вот и здесь поспать подольше не получилось. Впрочем, все равно успела отдохнуть – уставшая, спала она крепко, без снов.

Но радужное настроение быстро улетучилось. Как только Дина вспомнила о том, что ее ждет завтрак в обществе преподавателя и завкафедрой, сразу помрачнела. Пусть и симпатичный у них куратор, пусть и мило улыбается Анастасия Сергеевна, но встречаться с ними еще раз Дине никак не хотелось.

Отыскав в сумке свои любимые джинсовые шорты и чистую футболку, Дина торопливо оделась, после чего осторожно открыла дверь и выглянула в холл. Никого! Отлично!

Едва ступая, чуть ли не на цыпочках, она направилась к выходу. Правда, и здесь судьба захотела посмеяться над ней: Дина благополучно забыла о коварных ступеньках, ведущих вниз, в холл. Оступилась, но смогла затормозить, чудом не полетев кубарем вниз. Ну кто так строит?!

Замерев с колотящимся сердцем, Дина испуганно прислушалась к тишине сонной квартиры. Ждала, что вот-вот скрипнет дверь и выглянет разбуженная ее шумом Анастасия Сергеевна. Или, что еще хуже, Артем Валерьевич, сонный и злой. Но к счастью, никто не проснулся.

Осторожно, чтобы не щелкнуть, она повернула ручку и выскользнула из квартиры в общий коридор. Хорошо, что замок здесь был стандартный, сам защелкивался. Оставлять дверь открытой было бы неправильно – все-таки жильцы еще спят.

На первом этаже, у выхода, Дина немного замешкалась – не сразу увидела кнопку, открывающую мудреный электронный замок. Зато, во дворе, у калитки уже было проще – знала, как можно ее отпереть.

И лишь очутившись в институтском парке Дина облегченно выдохнула. Получилось! Пусть простит ее Артем Валерьевич, но не готова она обсуждать свои проблемы с куратором группы. Тем более, таким симпатичным!

О том, что она скажет своему преподавателю, когда они встретятся в аудитории, в сентябре, Дина старалась не думать.

Глава 2

– Ковалева!.. Дина Михайловна, проснитесь!

Кто-то легонько тряс Дину, положив руку на ее плечо.

Странно... Кажется, ей уже снился этот сон. По крайней мере, она помнит и этот голос, и теплую ладонь на своем плече.

– Дина, просыпайтесь, не выдумывайте! Что за странная привычка ночевать на вокзале?

До чего же он настырный, этот Артем Валерьевич! Ну что ему снова нужно? Почему нельзя просто пройти мимо?!

Слегка приоткрыв глаза, Дина сквозь ресницы посмотрела на мужчину, маячившего перед ней.

Да нет, это не Валерьяныч. У незнакомца белая рубашка, а у их куратора – светло-синяя. Значит, можно спать дальше. Девушка облегченно закрыла глаза.

– Ну уж нет, так не пойдет! Просыпайтесь немедленно! – раздался возмущенный вопль. – Иначе придете на пересдачу!

"Какую пересдачу?! Я ведь уже сдала сессию! У меня каникулы!"

Дина возмущенно открыла глаза, собираясь высказать наглому преподавателю всё, что она о нем думает. И в тот же миг испуганно подскочила, вспомнив, что находится не в институте, а в зале ожидания железнодорожного вокзала.

Снова ее застукали за непристойным занятием! Хотя что тут такого непристойного – ночевать на вокзале? Вон, сколько народа вокруг – и никого это не смущает.

– Та-ак... Вы снова за свое! – укоризненно протянул Артем Валерьевич. – Вам не стыдно?

Сегодня он выглядел еще боле симпатично, чем вчера. Белая рубашка с закатанными рукавами выгодно оттеняла его загар. А вытертые джинсы подчеркивали голубизну его глаз. Или не они подчеркивали? От джинсов до глаз все-таки далековато...

Окончательно запутавшись в своих мыслях, Дина судорожно зевнула. Можно она еще немного поспит? День был такой длинный...

Сказано – сделано! Девушка снова опустилась на кресло, собираясь устроиться поудобнее.

– Вы куда?! – возмутился преподаватель. – Я не разрешал садиться!

Ага! Не разрешал, потому что никто и не думал спрашивать разрешения. Так думала Дина, снова укутываясь в свою джинсовую куртку.

– Ковалева, вставайте немедленно и следуйте за мной! Постарайтесь не отставать – ждать никого не буду!

Дина лениво открыла глаза... и нервно вздрогнула. Что он делает? Кто ему разрешил? Да что он вообще себе позволяет?!

Сон мигом улетучился, когда девушка увидела, как Артем Валерьевич решительно шагает к выходу с ее сумкой в руках. Дина вскочила и, на ходу попадая в рукава куртки, поспешила следом за ним.

Услыхав за спиной тяжелое дыхание, куратор, как ни в чем ни бывало, продолжил читать нотацию своей студентке. Даже не оглянулся! Знал, что никуда она не денется, вынуждена будет выслушивать.

– Ни стыда, ни совести у этих студентов! – выговаривал он. – Такая девушка! Красавица, отличница...

"...спортсменка, комсомолка", – продолжила про себя Дина.

– ...взяла привычку ночевать в бомжатнике!

"Почему бомжатнике? Очень чистенький вокзал! Хотя на автостанции кресла удобнее. Жаль, ее закрывают на ночь, иначе бы вы, Артем Валерьевич, в жизни меня не нашли!"

– Скажите, почему я должен искать вас на вокзале, вместо того, чтобы спокойно отдыхать?

"Действительно, почему? И что вам не спится по ночам?"

– А если бы не нашел? Что тогда?

"Как что? Спать бы пошли".

– Метался бы по всем вокзалам, разыскивая вас!

– Зачем??? – Дина даже остановилась от удивления.

Впрочем, они все равно уже пришли на трамвайную остановку, можно было поговорить спокойно, а не на бегу.

– Дина, у вас совесть есть?! – возмущенно спросил Артем Валерьевич.

Ее вопрос он проигнорировал. Действительно, такая мелочь!

– Утром вы сбежали самым бесстыжим образом, – негодовал куратор. – Даже ничего нам не сказали.

– Но как я могла сказать? Вы ведь еще спали.

– Могли записку оставить! Могли подождать, когда мы проснемся. Могли позвонить мне днем! Вы же знаете мой номер телефона.

"Ага, знаю. Только записная книжка с институтскими телефонами осталась дома. Зачем она мне на море?"

– Хорошо, что я все-таки не поленился съездить и проверить, нет ли вас в зале ожидания! Иначе бы вы всю ночь там просидели!

– И что в этом страшного? – не выдержала, возмутилась Дина. – Я – взрослый человек. Ночую, где хочу!

В этот момент к остановке подъехал трамвай. Из-за шума и грохота девушка не услышала, что ответил преподаватель. Видела только его возмущенное лицо с выпученными глазами. Надо сказать, выглядел он сейчас "изумительно", одно слово – "красавчик"!

В трамвае Артем Валерьевич подтолкнул ее к задней площадке. Здесь никого не было, можно было спокойно ругаться. Вернее, ругался один куратор, Дина лишь сердито сопела в ответ, то и дело гневно зыркая на него.

– Дина, я в шоке от вашего поведения! Обычно вы такая рассудительная, а сейчас как с цепи сорвались, творите неизвестно что. Признайтесь, вы влюбились?

– Что-о?! – Дина даже привстала от возмущения.

– Садитесь! Я вас не вызывал, – автоматически бросил Артем Валерьевич.

Подумав немного, сам сел рядом с ней и продолжил:

– Я не знаю, что у вас стряслось, но я требую, настаиваю, чтобы вы прекратили ночевать на вокзале! Если вам некуда идти, могли бы прийти к нам.

– Что-о?!

Добровольно явиться прямо в лапы к его мамочке? Может, еще и учебник по сопромату с собой прихватить? Да никогда в жизни!

– Хорошо, я понял, что вас этот вариант не устраивает. Хотя мне не ясно, чем так страшен наш дом. Мы с Анастасией Сергеевной похлопотали бы за вас, попросили о месте в общежитии. Думаю, в порядке исключения вам бы временно выделили комнату. Но это можно было сделать днем, а не глубокой ночью.

"Сделали бы доброе дело, пристроили бы в хорошие руки бездомного котенка", – меланхолично подумала Дина.

Только никто не спрашивал этого котенка, нужно ли его пристраивать?

Артем Валерьевич продолжал возмущенно бубнить всю дорогу – и когда они ехали в трамвае, и когда шли мимо парка, и когда поднимались по широкой мраморной лестнице. Дина слушала его вполуха. Все равно она не собиралась посвящать Валерьяныча в свои личные проблемы. Утром тихонько сбежит, а если снова придется искать место для ночевки, постарается придумать что-нибудь оригинальное. Пусть ее куратор без толку мотается по вокзалам, если собственных ног не жаль!

В квартире Артема Валерьевича было подозрительно темно и тихо. Никто не выскочил из комнаты с радостным возгласом: "Артемка!" Да и сам куратор не предупреждал ее, чтобы вела себя осторожно, не разбудила его родителей.

– Э-э... А разве здесь никого нет? – растерянно спросила Дина.

– Нет. Родители уехали на дачу, – бодро отрапортовал Артем Валерьевич. – Так что чувствуйте себя свободно, не стесняйтесь.

– Э-э-э... А вы?

– А я оттуда лишь вчера приехал. Или что я, по-вашему, делал так поздно на вокзале? У меня нет привычки ночевать во всяких странных местах.

Дина промолчала, ничего не сказала в ответ на его выпад. Хорошо так говорить, когда есть дом, в котором тебя ждут. Артем Валерьевич, поняв, что сказал что-то не то, поспешил сгладить свою неловкость:

– Вы знаете, где можно руки помыть. Потом приходите на кухню, будем ужинать.

– Я не буду! – торопливо пробормотала Дина.

– Будете! Иначе с Анастасией Сергеевной вам придется разбираться самостоятельно. Я на себя такую ответственность не возьму!

Сказав это, Валерьяныч сердито ткнул куда-то в стену. Дина повернула голову, следуя взглядом за его пальцем, и увидела небольшую черную доску, на которой мелом было написано: "Артем, мы уехали на дачу. Если Дина вернется, покорми ее. Проследи, чтобы она обязательно съела суп и котлету".

Да у них и здесь доска! Как в аудитории. А в дальней комнате, небось, парты с откидывающимися сидениями стоят?

– Как видите, вы обязаны поесть. Иначе я получу выговор, – продолжил Артем Валерьевич.

Да уж, для бездомного котенка приготовили специальный корм, который нужно срочно оприходовать.

– Ну что вы стоите?! – не выдержал куратор. – Идите мойте руки!

– Артем Валерьевич, – растерянно пробормотала Дина. – Я не могу остаться. Это будет неправильно...

– А ночевать на вокзале, значит, правильно?

– Я могу поехать в гостиницу.

– Если бы вы хотели так поступить, вы бы сейчас спокойно спали в гостинице, а я бы не скакал вокруг вас серым зайчиком.

Девушка почувствовала, что ее щеки запылали, и поспешно отвернулась. Протянула руку к черной доске и начала старательно вытирать пальцем меловый след, будто не было для нее сейчас занятия важнее.

– Дина, в прихожей разговаривать неудобно. Давайте, вы помоете руки и придете на кухню. Там я вам объясню, почему нас – меня и Анастасию Сергеевну – так беспокоит ваше поведение.

– А ваш отец?

– Что мой отец? – не понял Артем Валерьевич.

– Его не беспокоит мое поведение?

– Нет, конечно же. Ведь отец вас не знает, он вчера уже спал, когда мы пришли. И вообще... – куратор на мгновение запнулся, но потом все-таки продолжил. – Потеряшками обычно мы с мамой занимаемся, он не вмешивается.

– Какими потеряшками? – удивилась Дина.

– Ну, у меня привычка есть... Я вечно домой кого-то приношу. Мама говорит, что бездомные щенки-котята сами ко мне притягиваются, как магнитом.

– А людей-потеряшек тоже приводите?

– Редко. Но девушек раньше не приходилось, если вы об этом спрашиваете.

– А куда вы потом потеряшек деваете?

– Раздаю знакомым.. У меня рука легкая, обычно такие питомцы своим хозяевам счастье приносят.

Значит, Дина – не просто потеряшка, она обязана принести счастье своим новым хозяевам.

Маразм какой-то! Что только в голову от усталости не лезет!

Когда Дина пришла на кухню, ее уже ждала полная тарелка горячего супа.

– Котлету с картошкой разогревать? – деловито поинтересовался Артем Валерьевич.

– Не надо картошки.

Дина бы и от котлеты отказалась, но не осмелилась перечить Анастасии Сергеевне.

Щелкнув дверцей микроволновки, куратор сел напротив девушки. Дина, широко распахнув глаза, смотрела на чудо-печку. Конечно, она знала, что это такое, не раз видела в магазине, но на домашней кухне впервые встретила. А вчера внимания не обратила, так испугана была.

Заметив, что преподаватель с улыбкой наблюдает за ней, она поспешно взяла в руку ложку.

Ну что он так уставился? Почему-то Дина всегда стеснялась есть при посторонних. Особенно, если ела только она одна, а остальные глазели.

– Я хотел вам сказать, – прокашлявшись, нерешительно начал Артем Валерьевич. – Вернее, наоборот, я не должен вам этого говорить. Нас особенно об этом просили. Чтобы не распространяли слухи... Но я надеюсь на вашу сдержанность. Вы никогда не были пустоголовой болтушкой...

Дина недоуменно посмотрела на своего преподавателя. О чем это он?

– В общем, в нашем районе в последнее время находят девушек. Потерпевших. Одну из них обнаружили на территории нашего студгородка.

– Ох! – Дина даже рот рукой прикрыла от неожиданности. – Что с ними?

– Насколько мне известно, все живы, сейчас находятся в больнице. Но некоторые из них – в реанимации. Больше ничего сказать не могу. Этим делом занимается полиция, как вы понимаете, нам самим мало что говорят.

Не зная, что сказать, Дина лишь испуганно смотрела на преподавателя.

– Когда я увидел вас на вокзале – одну, и в этом вашем наряде... Думаю, вы понимаете, о чем я в первую очередь подумал.

– Понимаю, – тихо прошептала Дина.

– Поэтому я вас очень прошу: прекращайте свои эксперименты с ночевками на вокзале. Сегодня, конечно, уже поздно куда-то ехать. Мне кажется, лучше будет, если вы переночуете здесь. А завтра постарайтесь найти нормальное место для ночлега. Если у вас нет такой возможности, давайте, мы вам поможем.

– Не надо! – торопливо ответила Дина. – Я завтра вечером, скорее всего, домой уеду. Что-то не складывается у меня эта поездка.

– Вот и отлично! А если вас беспокоит мое присутствие в квартире, то можете переночевать в комнате родителей. У них дверь с замком, сможете запереться на ночь. Я перенесу вашу постель туда.

– Не надо ничего переносить. Не беспокойтесь!

Не хватало еще спать в личной комнате Анастасии Сергеевны! Для остроты ощущений.

– И еще... Мне кажется, вас этот момент тоже должен волновать. В общем, я бы не хотел, чтобы кто-то в нашем институте узнал об этой истории. Только-только утихли слухи о моем втором разводе – и тут же новый повод для кулуарных разговоров. Полагаю, вы тоже не стремитесь к огласке...

– Угу... – ошарашено пробормотала Дина.

То, что Артем Валерьевич отбросил свои нравоучения и говорил с ней нормальным тоном, как со взрослой, обескуражило ее. Она ведь и не подумала, что может поставить куратора в неловкое положение, навредить его репутации. А ведь должна была – не маленькая уже!

Помолчав немного, осознавая услышанное, Дина все-таки не выдержала, спросила:

– Вы дважды были женаты?!

– Неужели вы не знали? Я думал, весь институт в курсе. Хотя, как я понимаю, вы сплетнями не интересуетесь, могли и не слышать.

Дина молчала, не зная, что сказать.

– Идите уже спать, поздно совсем. Завтра над всем этим подумаете, – мягко сказал Артем Валерьевич, первым поднимаясь из-за стола.

Дина и спала, и не спала в эту ночь. Уж очень шокирующей была информация, которой с ней поделился куратор. Конечно, обидно было, что нельзя никому сказать, ни с кем обсудить. Не стоило подставлять Артема Валерьевича, все-таки он по-дружески рассказал ей о нераскрытых преступлениях.

Полночи проворочавшись в постели, Дина наконец-то забылась тревожным сном. А утром снова подскочила спозаранку. Часов в комнате не было, сколько времени сейчас, она не знала. Поразмыслив, девушка какое-то время просто сидела на кровати. Уходить немедленно не имело смысла: если она выскочит слишком рано, придется идти пешком или долго ждать на остановке первого трамвая. После рассказа Артема Валерьевича эта идея уже не казалась ей такой забавной.

Наконец Дина решила, что достаточно выждала, и начала осторожно одеваться, стараясь не шуметь. Время от времени она застывала, прислушиваясь к тишине квартиры. Очень не хотелось разбудить куратора, а потом снова объясняться с ним. Честно говоря, Артем Валерьевич уже порядком надоел ей со своими нотациями и чрезмерной опекой. Раньше они никогда так много не общались.

Медленно, чтобы случайно не скрипнуть, девушка приоткрыла дверь, снова прислушалась. Кажется, тихо, можно выходить.

Подхватив свою сумку, Дина спустилась в холл и, постоянно оглядываясь, начала крутить замок входной двери. Почему-то он никак не хотел поддаваться.

– Я заблокировал "собачку", можете не стараться.

Голос Артема Валерьевича раздался так громко, так неожиданно, что девушка вздрогнула и испуганно замерла, даже не убрав руку с замка.

Со стороны кухни послышались шаги, преподаватель спустился в прихожую.

– Вам не стыдно? – спросил он. – Вы уже второй раз убегаете, даже не сказав "спасибо".

Дина молчала, низко склонив голову. Что тут скажешь?

– Возьмите из своей сумки вещи, которые понадобятся вам сегодня, – приказал куратор.

– Зачем? – спросила девушка.

– Затем! Я сказал "возьмите" – значит, возьмите.

Послушно расстегнув сумку, Дина вытащила из нее маленькую изящную "почтальонку" на длинном ремешке. В ней были сложены все те мелочи, которые всегда должны быть под рукой в путешествии.

– Извините, Дина, но вы потеряли мое доверие. Я с пяти утра вас караулю и, как оказалось, не зря. Сейчас вы оставите свою дорожную сумку здесь. После обеда я буду дома, позвоните мне, скажете, когда собираетесь уехать. Я привезу вашу сумку и лично посажу вас в поезд. Мне не хочется и сегодня вечером гулять по вокзалу, разыскивая вас.

– А если я передумаю уезжать?

– Тогда вы позвоните мне и сообщите, где остановились. Я приеду туда с вашей сумкой и удостоверюсь, что вы говорите правду.

– У меня нет вашего телефона. Я не брала с собой блокнот.

– Ничего страшного. Я еще раз запишу вам свой номер.

Дина недовольно скривилась. И на каникулах нет покоя от этих настырных преподавателей! Ну почему Валерьяныч не может от нее отцепиться просто так, без всяких условий?

Конечно, от внимательного взгляда Артема Валерьевича не укрылась ее гримаска.

– Ничего личного, Дина, – пробормотал он, старательно выводя цифры на обычном листике в клеточку. – Я должен быть уверен, что с вами ничего не случится. В прошлом году один из студентов параллельной группы сломал ногу, возвращаясь после занятий домой. Его куратора заставили написать кипу объяснительных. Я боюсь даже представить, что мне придется пережить, если...

Преподаватель запнулся на мгновение, но тут же продолжил своим обычным голосом:

– Не будем озвучивать это "если". Не стоит провоцировать судьбу.

Дина удивленно посмотрела на него. Все-таки их куратор временами бывает странным. Каким-то... отвлеченным, что ли. Приставить бы его к деревенскому стаду да отправить на пастбище, на свежий воздух. На тамошних ветрах вся бы заумь из его головы вылетела.

Протянув ей листик с номером телефона, Артем Валерьевич строгим тоном приказал:

– И не вздумайте хитрить! У меня в залоге остается ваша сумка...

Неожиданно его взгляд потеплел и он очень ехидно добавил:

– ...с очень ценным пляжным костюмчиком.

Дина почувствовала, что снова краснеет. Да сколько же это будет продолжаться? Когда он ее уже отпустит? Она и сумку свою готова здесь оставить, лишь бы вырваться из западни!

Будто услыхав ее мысли, куратор громко щелкнул замком и распахнул перед нею дверь:

– Прошу!

Пунцовая от стыда девушка, не мешкая ни секунды, рванула на свободу, только пятки замелькали. Плевать ей было, что её шаги гулко раздаются в пустом коридоре! Быстрее, быстрее отсюда. Из этой квартиры, из этого дома! Подальше от этой семейки!

Глава 3

Налегке ходить по городу было намного удобнее. Правда, куда ей можно сейчас пойти, Дина не представляла.

Дойдя до ближайшей остановки транспорта, она опустилась на лавочку. Можно было сесть на маршрутку и съездить проверить, не появилась ли тетя Таня или кто-то из ее девочек. Но, во-первых, было еще слишком рано – вряд ли хозяева, разбуженные ни свет, ни заря, обрадуются нежданной гостье. Во-вторых, было безумно жаль снова тратить деньги на маршрутку. Казалось бы, не так много Дина ездила, чаще норовила на своих двоих пройтись, а без студенческого проездного за день набегало прилично.

Кстати! А почему бы не пойти к тете Тане пешком? Сумки у нее теперь нет, ничто не мешает прогуляться, пока солнце еще не высоко, не так жарко. Конечно, по городским меркам далековато, но дома Дина и дальше, бывает, ходит.

Идти дворами Дина не рискнула. Все-таки она не очень хорошо ориентировалась в городе, могла заблудиться. Потому пошла вдоль дороги, по линии движения маршрутки. Конечно, так получилось дольше, маршрутка временами петляла, но зато надежнее. Остановки были ее ориентирами, дойдя до очередной, Дина проверяла, есть ли на табличке транспорта знакомый ей номер, не сбилась ли она с пути.

Невысокую девушку, одиноко стоявшую посреди тротуара, Дина приметила в квартале от дома тети Тани. Было уже не рано, прохожие спешили на работу, торопливо огибая препятствие, а незнакомка будто и не собиралась двигаться дальше. Почему она стоит, стало понятно сразу же – у ее ног примостился багаж, даже с виду неподъемный. Наверное, с маршрутки встала, от остановки идет, вот и остановилась отдохнуть.

В этот момент незнакомка тряхнула красивой стрижкой и обернулась. Да это же Инга, дочь тети Тани! Дина и не знала, что она постриглась, обрезала свои длинные волосы.

Ура, объявилась! Теперь не придется ночевать на вокзале!!!

Заметив радостно спешащую к ней Дину, Инга тоже улыбнулась:

– Привет! Как здорово, что я тебя встретила!

У Дины потеплело в груди. Все-таки приятно, когда тебе искренне радуются, а не воспринимают как очередного подкидыша!

– Тебе помочь?

Не дожидаясь ответа, Дина схватила большое эмалированное ведро, стоявшее возле Инги, и испуганно охнула:

– Что это? Почему оно такое тяжелое?

– Пятнадцать литров яблочного варенья, – вздохнула Инга. – А в сумке – десятилитровая кастрюля жареных грибов.

– Ничего себе! – присвистнула Дина. – И кто же тебя с таким грузом одну отправил?

– Мама. Она сейчас на даче, мы все вместе должны были приехать машиной, вместе с Андреем Григорьевичем.

– С кем? – не поняла Дина.

– Не важно! В общем, утром машина не завелась, что-то с зажиганием. Или с чем-то другим, я в этом совсем не разбираюсь. А продукты были уже упакованы. Мама побоялась, что они испортятся на этой жаре, и договорилась с водителем молочной машины, что меня довезут до железнодорожной платформы. Но до станции я не доехала – дорогу ремонтируют, все сворачивали на объездную. В итоге мне с этими сумками пришлось часть дороги идти пешком, короткими перебежками.

– Кошмар! – со знанием дела посочувствовала Дина.

Она сама регулярно попадала в похожие ситуации. Пусть и в крупном поселке жила, но на окраине, далеко от междугородних трасс. По-всякому приходилось ездить – и с комфортом, и с приключениями. Однако, для городского цветочка Инги подобный экстрим явно был в новинку, она никак не могла успокоиться:

– На станции пришлось часа полтора ждать электричку. Утро, холод жуткий, а я в шортах. Зуб на зуб не попадал. Хорошо, у меня курточка летняя с собой. Я ее надела и села на лавочке, на солнце, чтобы хоть чуть-чуть теплее было. Только в электричке заметила, что слегка обгорела.

Дина поспешила спрятать невольную улыбку. Слегка! Ярко-розовые коленки и щечки кузины она приметила сразу же, как только та обернулась. Только не захотела ничего говорить. Зачем зря расстраивать Ингу? Пара-тройка дней в прохладе городской квартиры – и от яркого загара не останется даже следа, как и от воспоминаний о небольшом путешествии "на перекладных".

– Так что мы будем делать? – Дине уже надоело стоять посреди тротуара.

Они явно мешали прохожим, спешившим на остановку, ее то и дело толкали.

– Может, я постою здесь с грузом, а ты сбегаешь домой, возьмешь еще какие-то сумки? – предложила она. – Разложим на четыре баула, всё же легче нести будет.

– Для этого придется варенье развязывать и посреди улицы переливать, – с сомнением произнесла Инга. – И во второй сумке – лишь качественно упакованная кастрюля грибов, не так просто разложить.. Давай, еще немного пройдем, а по пути, может, что-то придумается.

Что именно собиралась придумать Инга, стало ясно практически сразу. Прошагав немного с ведром – со спины хрупкая девушка, перекосившаяся под тяжестью груза, выглядела впечатляюще – она остановилась, осмотрелась вокруг и очень несчастным голосом произнесла:

– Мужчина, вы нам не поможете, пожалуйста?

– Помогу, конечно! – раздалось за спиной у Дины.

В тот же миг сильная мужская рука бесцеремонно выхватила у нее сумку. Второй рукой случайный прохожий перехватил ведро Инги. Не успела Дина и глазом моргнуть, а мужчина уже отошел на приличное расстояние. Зато Инга не зевала, сразу же поспешила за ним, восторженно щебеча:

– Как хорошо, что вы согласились нам помочь! Тут совсем рядом, но мы бы час шли, не меньше! С вокзала пока доберешься с таким грузом – все руки оборвешь.

К удивлению Дины, мужчина совсем не сердился, что его так беспардонно "припрягли". Наоборот, в ответ охотно поделился своей печалью:

– Вот и мои должны были на электричке приехать, тоже с сумками возвращаются. Я специально на вокзал ездил, хотел их встретить, чтобы сами не тащили тяжести. Стоял там, ждал-ждал, а они так и не приехали. Наверное, опоздали. А я тоже не могу на вокзале весь день гулять, мне на смену пора. Как будут теперь добираться – не знаю.

– Да уж, ситуация! – с сочувствием покачала головой Инга. – Будем надеяться, им кто-то поможет. Все-таки есть еще отзывчивые люди на свете.

Мужчина, услыхав об отзывчивых людях, выпрямил спину и прибавил шагу.

Дина спешила за ними, не уставая восхищаться способностями сестры. Надо быть Ингой, чтобы на ровном месте завести беседу со случайным прохожим! Сама Дина никогда не умела в такт поддакивать и находить темы, интересные собеседникам. А Инге абсолютно незнакомые люди – попутчики, соседи по очереди в магазине – регулярно рассказывали какие-то увлекательные истории. Надо признать, Дина и сама любила поболтать с кузиной, поделиться с ней девичьими секретами.

Доведя их до нужного подъезда, мужчина оставил багаж у двери и поспешил дальше. Инга едва успела крикнуть ему вслед: "Спасибо большое!".

Очутившись дома, девушки, не сговариваясь, сбросили обувь и сразу же прошли в комнату, где рухнули без сил. Инга – на диван, Дина – в кресло.

– Ты к нам надолго? Или спешишь куда-то? – спросила Инга.

– Тебе нужна моя помощь? – осторожно уточнила Дина.

Она, конечно, знала, что отвечать вопросом на вопрос нехорошо, но пока не решила, что можно рассказать своим родственникам, а о чем лучше умолчать.

– Мне сейчас придется консервацией заниматься, – начала объяснять Инга. – Варенье переварить, в банки разлить. С грибами разобраться. Поможешь? Я, конечно, понимаю, что ты – гость...

– Ага, очень важный, – фыркнула Дина. – Ты бы еще придумала встречать меня с хлебом-солью.

Инга довольно улыбнулась:

– Тогда отдохнем немного и примемся за работу... гр-р-р!

– Почему "гр-р"? – удивилась Дина.

– Не люблю консервировать.

– А я люблю. Это же не тяпкой на огороде махать – хорошая работа, не тяжелая. Могу тебя заменить, будешь мне только помогать.

– Договорились! – радостно согласилась Инга.

После непродолжительного отдыха, завтрака и душа – Инга выделила сестре смену одежды из своих запасов – Дина заметно приободрилась. В принципе, ситуация складывалась не так уж и печально. Главное, где ночевать, у нее есть, а остальные проблемы как-нибудь потихоньку разрешатся.

– Ты по делу приехала или просто так, по городу погулять? – спросила Инга, когда они в ванной возились с банками: мыли их и ставили в тазик, чтобы отнести на кухню, для стерилизации.

– Как тебе сказать, – невесело усмехнулась Дина. – Ехала на море отдыхать, да не вышло.

Совсем утаивать свою грустную историю девушка не собиралась. С Ингой они дружили, но их семьи были не слишком близки. Дине нравилось, что с кузиной можно было сплетничать без опаски – как со случайным попутчиком, зная, что тебе этот разговор никак не аукнется.

– И как же у тебя так получилось? – сочувственно спросила Инга.

– Одногруппницы предложили вместе поехать. Давно, еще весной. Я и согласилась. А когда приехала, как договаривались, подружек моих уже и след простыл. Подвернулась им возможность на билеты не тратиться, на машине прокатиться к морю. Вот они и рванули раньше.

– А тебя почему не предупредили, чтобы зря не приезжала? Может, ты бы успела с ними уехать.

– Откуда мне знать? Я ведь их даже не видела. Созванивались с одной из них дней десять назад, она подтвердила, что все остается в силе. А потом, видимо, что-то поменялось. Я перед отъездом ей звонила, но никто не отвечал. Может, они и пытались мне дозвониться, да возле телефона никого не было. Сама ведь знаешь, лето, горячее время.

– Знаю... – вздохнула Инга. – А почему ты думаешь, что они без тебя отдыхать поехали? Может, у них случилось что?

– Нет, не случилось, – Дина даже улыбнулась, вспоминая произошедшее. – Я ведь представить не могла, что подружки меня не дождутся. Стояла под дверью квартиры и трезвонила, думая, что не слышат звонок. Наверное, долго стояла, потому что из квартиры напротив какая-то женщина вышла. Она мне и рассказала, что несколько дней назад ее соседка уехала вместе с двумя парнями и еще одной девушкой. Радостные, с чемоданами и сумками, будто на отдых собрались.

– Да они, похоже, решили оторваться на полную катушку!

– Угу... – горько вздохнула Дина.

– Плюнь на них! – вдруг с жаром сказала Инга. – Если они тебя в самом начале так кинули, то неизвестно, какой бы отдых у вас получился. Если бы еще и мальчиков пришлось делить...

– Ты думаешь?

– Конечно! Если не дозвонились тебе – значит, так хотели. Давай, варенье уже поставим на огонь, а то мы до вечера с ним провозимся.

– Я что-то никак не пойму... Получается, ты не сегодня приехала? – спросила Инга, когда они закатывали первую партию банок.

– Не сегодня, – тихо сказала Дина.

– А где остановилась? – продолжала допытываться сестра.

– Нигде.

– То есть? – не поняла Инга.

Дина тяжело вздохнула. Наверное, придется всё рассказывать, раз уже начала. Хорошо, что ни тети Тани, ни Яны сейчас нет. Одной Инге как-то проще признаваться.

– Ну я же не знала, куда вы уехали и когда будете, потому и не искала ничего. В первый день дважды к вам заходила, думала, может, после работы домой придете. А потом умудрилась на свой поезд опоздать. Решила сэкономить, пойти пешком и не рассчитала время.

Дина торопливо отвернулась к плите и начала чересчур старательно помешивать варенье.

Она тогда не просто опоздала на вокзал, она заблудилась в городе, в котором проучилась три года. Заплутала, вышла непонятно куда, пришлось дорогу у прохожих спрашивать. Но об этом рассказывать не хотелось, почему-то очень стыдно было.

– Так вот, прихожу я на вокзал, а поезд мой давно ушел, – как ни в чем ни бывало, продолжила она. – Что делать? Я пошла в зал ожидания и там решила устроиться.

– Так ты всю ночь на вокзале куковала? – сочувственно спросила Инга.

Она ничуть не удивилась тому, что Дина решила переночевать в зале ожидания... в отличие от некоторых.

– Не совсем...

Дина набрала побольше воздуха, собралась с духом и выпалила:

– Я там недолго просидела, меня Валерьяныч подобрал!

– Какой Валерьяныч? – не поняла Инга. – И как это – "подобрал"?

– Артем Валерьевич, куратор нашей группы. Увидел меня на вокзале и решил приютить.

– ...подобрать, обогреть и накормить, – в тон Дине продолжила Инга. – Ну-ну, рассказывай дальше, это уже становится интересным.

Она даже банки отставила, полностью развернулась к сестре. Во все глаза смотрела на нее и одновременно сыпала вопросами:

– Он хоть симпатичный? Очень старый? Женат? Ну не тяни, рассказывай! Интересно же!

– Да что там тянуть! И рассказывать особенно нечего. Лучше слушай, какой он мне сюрприз устроил. Приводит к себе домой, а там нас встречает знаешь, кто?

– Кто же?

– Анастасия Сергеевна с кафедры прикладной механики. Оказывается, она – его мама!

– ...! Вот это номер! – Инга даже выругалась от неожиданности. – Ой! Извини, я случайно. Давай, сделаем вид, что этого не было.

– Ты так говоришь, будто я таких слов никогда не слышала, – улыбнулась Дина.

Ее совсем не удивило, что Инге известно имя Анастасии Сергеевны. Сестра лишь год назад закончила тот же институт, в котором сейчас училась Дина. Только, в отличие от своей кузины-бухгалтера, Инга получила диплом инженера и знала многих преподавателей технических кафедр.

– Ты с какого раза ей сопромат сдала? – поинтересовалась Дина.

– В первом семестре – со второго, во втором – с первого. Но зубрить тогда начала еще во время семестра. И на всех практических занятиях руку тянула, чтобы хорошую репутацию заработать. Как вспомню тот сопроматовский марафон, так вздрогну.

– Сочувствую!

– Рассказывай о них дальше, мне же интересно! – поторопила ее Инга.

– Да что там рассказывать? Мы ведь туда очень поздно пришли, я почти сразу спать легла. А утром ушла пораньше, чтобы их не стеснять.

– Тогда расскажи про своего Валерьяныча. Надо же, я и не знала, что сын Анастасии тоже работает в нашем вузе.

– Наверное, он просто не преподавал на вашем факультете. Артем Валерьевич профильные предметы ведет. У нас пока ничего не читает, только на старших курсах будет.

– Скорее всего... Он, наверное, еще не старый? Анастасия Сергеевна не выглядит пожилой.

Дина замолчала, задумавшись. После продолжительной паузы она сказала:

– Забавно, но я не знаю, сколько ему лет. В институте он мне таким солидным казался, всегда в костюме, при галстуке, прическа аккуратная. Всех студентов на "вы" зовет и по имени-отчеству. А на вокзале я его сразу не узнала – типичный студент.

– Значит, молодой, – авторитетно заключила Инга. – А живут они где?

– Возле главного корпуса, рядом с парком. Так есть такой интересный дом за оградой.

– Пятиэтажный? – оживилась сестра. – Старое здание?

– Да!

– Ух ты! Всегда мечтала в него заглянуть. Внутри, в подъезде, красиво?

– Очень, как в музее! И квартира необычная – от комнат в прихожую ведут три ступеньки. А сама прихожая круглая! Без углов.

– Как интересно! Завидую тебе. Повезло там побывать!

Дина удивленно посмотрела на Ингу. Ей, наоборот, казалось, что она попала в переделку, из которой нужно срочно выбираться. И уж точно ей не могло повезти при таком раскладе! А кузина умудрилась развернуть ситуацию совсем другой стороной.

– Ты так заинтриговала меня, – продолжала Инга, не замечая взгляда Дины. – Теперь придется наведаться к тебе в институт, чтобы посмотреть на сына Анастасии Сергеевны. Удовлетворить свое любопытство.

– Зачем? Он должен сюда приехать. Вечером привезет сумку с моими вещами и проверит, все ли у меня в порядке. Сам так решил и даже не захотел слушать мои возражения.

– Ну ты даешь! – восхитилась Инга. – Твой куратор лично твои сумки возит! Я всегда думала, что это у меня талант – находить приключения на свою пятую точку. Но, похоже, в этот раз ты меня переплюнула.

Дина довольно улыбнулась. Ей уже не казалось, что ее нынешняя поездка стала самой неудачной в ее жизни.

Глава 4

Инга и Дина уже занимались грибами, когда зазвонил телефон.

– Ну кто там еще? – недовольно вздохнула Инга и поплелась к аппарату.

Дина только плечами пожала, ей не до звонков было – грибы по банкам как раз раскладывала.

– Тебе привет от Яны, – сказала Инга, когда вернулась на кухню. – Они с Владом вечером заедут тебя повидать.

– А разве они не здесь живут? – удивилась Дина.

Яна, родная сестра Инги, не так давно вышла замуж, но уезжать из родительской квартиры не спешила. По крайней мере, так Дине казалось.

– Уже с месяц, как переехали... – начала рассказывать Инга.

Договорить она не успела, телефонный звонок перебил ее.

– Ну всё! Сейчас начнется Смольный, проверено! – непонятно пробормотала Инга и снова исчезла в недрах квартиры.

– Да, Миша, слушаю тебя... – послышался ее голос.

Не успела Инга положить трубку, как снова раздался звонок:

– Привет, Анечка!

Дина не вслушивалась в чужие разговоры, думала о своем. Был уже обед, можно было позвонить Артему Валерьевичу и сказать, что они с Ингой приедут, заберут вещи. Кузина подтвердит ему, что Дина живет у них. Заодно и на диковинный дом посмотрит, и на сына самой Анастасии Сергеевны, раз ей так интересно.

Все-таки неправильно было гонять взрослого человека, преподавателя, как какого-то мальчика на побегушках! И так Дина ему столько хлопот доставила. Ей еще не один год учиться, не стоит портить отношения с куратором.

– Ди-ина-а! Денег заработать хочешь? Хорошо платят! – раздался из коридора веселый голос Инги.

– Кто же от такого откажется? – в тон ей ответила Дина. – Только в поле с тяпкой не пойду, после своего огорода спина болит.

– Она согласна! – радостно сообщила кому-то Инга. – Мы завтра будем!

Дина нервно вздрогнула. Куда она уже успела влипнуть?! Правду кузина говорила, у нее талант находить приключения! А если объединить их с Ингой способности...

Послышались шаги, но сестра не зашла в кухню, остановилась в прихожей, у зеркала.

– Это же надо было так не вовремя обгореть! – недовольно пробормотала она. – Теперь придется с красной физиономией на работу идти.

– Ты лучше расскажи, на что меня подписала, – сказала Дина, выходя в коридор. – А то я так согласилась, не думая.

– Не бойся! Ничего страшного не будет! У нас на работе мероприятие намечается, будем чествовать студентов – победителей нашего конкурса. На два дня надо будет выйти, помочь с организацией. Я специально на это время в отпуск сбежала, хотела прогулять заварушку. Но у них запарка, сами не справляются, вызывают всех, кто сейчас в городе. Платят за такие мероприятия обычно хорошо, из зарубежного гранта.

– А я сумею? – растерялась Дина. – Я же не работала у вас никогда.

– Ой, только не бойся. Там ничего особенного не будет, – капризно махнула лапкой Инга. – Обычные студенты соберутся. Разные, но будут и мажоры, пофорсят своими крутыми тачками. Родители студентов, наверное, тоже приедут. Правда, папеньки мажоров вряд ли осчастливят нас своим присутствием, им вечно некогда. Один замминистра точно будет, он церемонию открывает, а по поводу других не знаю, – рассказывала она, старательно намазывая лицо каким-то кремом.

– Какие мажоры? Какой замминистра? – едва прошептала Дина.

Матка боска, да что же это за поездка такая! Только-только она успокоилась, решила, что у нее всё хорошо, как новая напасть! Дина должна будет на каком-то серьезном приеме работать? И что она туда наденет? Джинсовые шорты или свой "пляжный" костюмчик? А что там надо будет делать? Она же ни английского не знает, ни хороших манер. У них в поселке, да и в институте, министры по коридорам не гуляют.

– Ты почему такая бледная? – удивилась Инга. – Все-таки испугалась?

– Немного, – честно призналась Дина.

– Кого? Мажоров? Они – такие же люди, как и мы. Только хлопот с ними больше. Знаешь, как компанию, в которой я работаю, часто называют?

– Как?

– Детский сад для мажоров. К нам вечно кого-нибудь из них пристраивают на работу, чтобы хоть какого-то опыта набрались после института. А мы потом за ними бегаем, хвосты заносим, носы выти... ошибки их исправляем.

– А в чем я пойду? Я же официальную одежду не брала с собой. Да и нет у меня ничего подходящего.

– Найдем тебе что-то! Вы с Яной почти одинакового роста, а в ее шкафу полно вещей, не успела еще забрать. Сейчас в парикмахерскую быстренько сбегаем, приведем твою голову в порядок. Обычный хвостик, который ты носишь, не подойдет.

– В парикмахерскую?!

Но Инга уже не слушала сестру, деловито накручивала диск телефона.

Дина ушла на кухню и обессиленно опустилась на табуретку. Ну за что ей это всё?! Не хочет она никаких мажоров, ей визита в "министерский" дом Артема Валерьевича с головой хватило!

– Ты же не собиралась пока домой ехать? У нас несколько дней побудешь? – зайдя на кухню, Инга с порога засыпала ее вопросами. – А то я тебя не спросила, сразу на работу записала.

– Ну... если я вам мешать не буду... – пробормотала Дина.

– Слушай, а ты всё мне рассказала? – вдруг нахмурилась Инга. – У тебя больше ничего не стряслось? Что-то ты весь день глаза прячешь.

Дина молчала, лишь расстроенно ковыряла пальцем цветастую клеенку на кухонном столе. Ну как объяснить свою ситуацию кузине, чтобы она поняла? Инга ведь – не просто городская, ее сестра – из другой жизни.

Жизнь Инги – это чистенькая уютная квартира и такая же чистенькая, не пыльная работа. Мажоры, иностранцы, министры, депутаты – вот ее круг общения.

А круг общения Дины – студенты-одногруппники да поселковые подружки. Ей даже обычные институтские преподаватели небожителями кажутся. Для нее поездка на море – давняя и тайная мечта. Никогда она там не была и вряд ли скоро выберется. Потому что лето в поселке – самая горячая пора. Некогда по морям ездить, сеном да огородом заниматься надо, молоко да творог на рынок возить, зарабатывать деньги на собственных ягодах-овощах, пока сезон. На курорты, конечно, из ее поселка тоже ездили, но всегда это вызывало массу сплетен и обсуждений. Вот и Дина уезжала под завистливыми взглядами подружек, слыша у себя за спиной перешептывание соседей.

Как она могла сейчас вернуться домой и сказать, что поездка не удалась? После того, как с отцом поссорилась, фыркнула ему в лицо? Он ведь, как чувствовал, не хотел отпускать свою любимицу, то одну, то другую причину находил. Лучше уж пересидеть где-нибудь тихонько, а вернуться в положенное время и не особенно кому-то рассказывать, где была и что делала.

Всё-таки Инга не отстала от Дины, по дороге в парикмахерскую вытянула из нее, почему кузина куксится. Но отнеслась к ее проблемам как-то... небрежно:

– Пока поживешь у нас, заодно и денег заработаешь. Я не думаю, что твои родители сильно ворчать будут, если ты им в семейную кубышку что-то подбросишь. А потом на пляж с тобой несколько раз сходим, я все равно собиралась. Там загоришь правильно, подружкам своим какие-то сувенирчики в городе купишь, и кому какая разница, где ты отдыхала?

Услыхав "загоришь правильно", Дина покраснела до корней волос. Загар у нее был "колхозный", по топик и шорты. А какой еще на огороде можно получить? Она так надеялась, что Инга не заметит.

Да и сам поход в парикмахерскую ее очень смущал. Кузина отвела Дину не в обычную рядовую цирюльню с двумя креслами, где знают всего два варианта стрижки – коротко и подлиннее, а в салон. Здесь новую клиентку даже не спрашивали, что она хочет, Инга с мастером сами обсуждали различные варианты. А Дина сидела перепуганным воробушком, закрыв глаза. Что толку ей в разговоре участвовать, если она до того ни разу у парикмахера не была? Волосы ей мама всегда ровняла, чтобы не секлись. И все время восхищалась при этом, какой у дочери красивый цвет – глубокий каштановый, да шевелюра густая, еще и локоны вьются немного. Очень просила не портить волосы всякими экспериментами, вот Дина ни разу и не решилась.

– Может, высветлим пару прядок? – предложила мастер. – Инга, смотри, у нее здесь выгорело до светлого, можем подчеркнуть, интересно будет.

– А может, не надо красить? – все-таки вмешалась, пискнула Дина. – Родители заругаться могут.

– Тогда временное окрашивание можно сделать, – предложила Инга. – На мероприятии побудешь красивой, а к тому времени, как домой поедешь, все уже смоется. И для волос не так вредно.

Дина согласно кивнула и снова закрыла глаза. Открыла их только, когда мастер сказала:

– Готово! Принимайте работу!

В первый момент Дина себя не узнала, впервые видела со стрижкой. Она всегда собирала волосы, гладко зачесывая их, даже с распущенными редко ходила.

– Запомни, твоя стрижка называется "боб". На твоих волосах она очень хорошо смотрится, – тем временем рассказывала мастер. – Будешь освежать, попросишь, чтобы тебе "боб" сделали.

Дина едва сдержалась, чуть ли не фыркнула, услыхав ее слова. Кому она это будет говорить? Инга ее в салон затащила, потому что для работы надо, а сама Дина не скоро сюда снова выберется. Не привыкла на себя так бездумно деньги тратить. Ее и привычный хвостик устраивал, с ним было удобно.

Дома их ждал сюрприз: тетя Таня уже вернулась с дачи, даже успела сумки распаковать. Дину она сначала не узнала с новой стрижкой. Зато, когда поняла, кто перед ней, ахам и охам не было конца:

– Диночка, тебе обязательно надо делать такую стрижку, следить за прической. Ты же красавица теперь – глаз не оторвать.

Ее племянница лишь смущенно улыбнулась в ответ. Сама она то и дело украдкой поглядывала в зеркало, никак не могла привыкнуть к своему новому образу. За всей этой суетой чуть не забыла Артему Валерьевичу позвонить, спохватилась уже ближе к вечеру.

– Давай, маму попросим с ним поговорить, – предложила Инга. – Все равно ей придется рассказать, где ты сумку оставила и почему я обязательно должна вместе с тобой поехать. Вся эта история и так, и так всплывет, потому лучше сразу сказать, но без подробностей.

Подумав, Дина согласилась. Если Валерьяныч заупрямится, захочет непременно сюда приехать, тетя Таня у него всё выпытает, не отстанет, так что молчать смысла не было.

Тетю их рассказ немного встревожил – всё-таки племянница одна в городе куковала, бродила где-то неприкаянная. Но, к счастью, обошлось без нравоучений.

– Не будете вы никуда ехать, – категорически заявила тетя Таня. – Пусть ваш Валерьяныч привозит сумку сюда, как и собирался. А я посмотрю, что он еще за фрукт, сама поговорю с ним.

Девушки понимающе переглянулись и заулыбались ехидно. Тетя Таня работала завучем в школе, при необходимости, могла кого угодно отчитать и на место поставить. Похоже, Артему Валерьевичу грозил серьезный "разбор полетов", но сам преподаватель об этом пока не догадывался.

Как ни странно, появление куратора они проморгали. Вечером пришли Яна с Владом, в квартире сразу стало шумно и весело. Дине одного взгляда хватило понять, почему сестра Инги поспешно съехала на другую квартиру. Заметно выпирающий животик Яны свидетельствовал о том, что тетя Таня скоро станет бабушкой.

– Дина, выйди, покажись своему преподавателю, – позвала Инга, заглядывая в комнату. – Он хочет удостовериться, что ты здесь.

– Ой! Валерьяныч уже пришел? – вскочила Яна. – Я тоже хочу на него посмотреть!

Дина только-только закончила рассказывать им с Владом о своих приключениях. Честно говоря, ей уже немного надоело повторять одно и то же.

В итоге они вывалились в прихожую всей гурьбой. У входной двери стояла тетя Таня, грозно уперев руки в бока, рядом с ноги на ногу переминался Артем Валерьевич с дорожной сумкой в руке. Он был уже без бороды, гладко выбрит, и от того выглядел как провинившийся школьник.

– Какой симпатичный! – не выдержала Яна и тот час умолкла под грозным взглядом мужа.

Артем Валерьевич порозовел, поспешно опустил глаза... и уперся взглядом в живот Яны. Покраснев еще больше, он пробормотал:

– Я к Дине Михайловне...

– На аудиенцию? – не удержалась от подколки Яна. – Вам исключительно повезло, она сегодня принимает.

– Яна, ну как тебе не стыдно! – приструнила ее тетя Таня. – Артем Валерьевич, извините ее, сами понимаете...

– Да-да, я понимаю, гормоны и всё такое, – поспешно пробубнил он.

– Дина, подойди ближе. Разве не видишь, что куратор тебя не узнал с новой стрижкой? – скомандовала тетя Таня.

Пришлось Дине выйти из своего убежища. А жаль! Она так удачно притаилась за высоким и крупным Владом.

Преподаватель еле сдержал свое удивление:

– Так это вы?

– Она это, она! – подтвердила тетя Таня. – Отдавайте ее сумку и разувайтесь, будем чай пить со свежим вареньем. Вы же не думаете, что вас голодным отпустят?

Артем Валерьевич даже не пытался сопротивляться, покорно протянул Дине сумку. А она подумала, что, наверное, все мамы одинаковы. Сейчас тетя Таня была чем-то неуловимо похожа на Анастасию Сергеевну.

Дина хотела уклониться от застолья, но безжалостная тетя Таня выгнала ее из комнаты.

– Ты же понимаешь, что это будет неприлично, если ты не выйдешь? Он ведь к тебе пришел, – недовольно сказала она. – Присоединяйся, не выдумывай, а то мои девочки его заклевать могут. Яна точно не удержится, сморозит что-нибудь. Вдвоем с тобой будем оборонять Валерьяныча от нападок.

– Но он всего лишь мой преподаватель, – растерянно пролепетала Дина.

У нее никак не укладывалось в голове, как Артем Валерьевич мог так быстро из грозного куратора превратиться в провинившегося школьника, неловко переминающегося в прихожей.

– Я даже не сомневаюсь в этом, – успокоила ее тетя Таня. – Но сегодня он – наш гость, а в этом доме гостей не принято обижать. Просто напоим-накормим его, пообщаемся. У вас дома ведь тоже так принято?

– Да, – улыбнулась Дина. – Точно так же.

Надо отдать должное Артему Валерьевичу, он быстро освоился в новой компании. Когда Дина зашла в гостиную, куратор уже весело пикировался с присутствующими, наперебой с тетей Таней рассказывал забавные преподавательские истории. На свою студентку, правда, и не смотрел, больше с Яной уморительно пререкался. А Дина с удовольствием слушала их, довольная, что ее не пытаются втянуть в общий разговор. В словесных баталиях она была не сильна, предпочитала помалкивать.

– А где у вас будет проходить мероприятие? – поинтересовался Артем Валерьевич у Инги.

Кузина уже успела выложить ему всё об их с Диной "халтуре". Надо сказать, "раскручивать" собеседника, выуживать из него информацию, Валерьяныч умел мастерски, не хуже тети Тани. Одно слово – преподаватели!

– На территории вашего института, – радостно доложила Инга. – В центральном корпусе, там зал вместительный и кафе совсем рядом. Мы же конкурс совместно с министерством образования проводили, им надо, чтобы всё выглядело солидно.

– А долго ваше мероприятие будет длиться? Поздно закончится?

Дина услышала, что голос Артема Валерьевича изменился, веселые нотки из него исчезли. Она встревоженно посмотрела на куратора. Так и есть! Валерьяныч смотрел на ее сестру внимательно... даже слишком внимательно.

– Наверное, поздно, – беззаботно щебетала Инга, не замечая перемены в его настроении. – После объявления победителей и призеров будет экскурсия. А потом фуршет – обычно они затягиваются. Но не на всю ночь, студенты должны успеть на последний поезд метро.

Здесь кузина улыбнулась, будто приглашая гостя оценить ее шутку, но тот молчал.

– А вот в день подготовки работа может и до утра затянуться. Вечно, то копир сломается в самый неподходящий момент, то еще что-то, – продолжила Инга. – В начале лета похожее мероприятие организовывали, так под утро закончили. Юра вынужден был по домам нас с Анечкой развозить.

– Это какой Юра? Кржижановский? – немедленно уточнила тетя Таня.

Похоже, она тоже что-то почувствовала, то и дело бросала косые взгляды на Артема Валерьевича.

– Да, он копир нам тогда отремонтировал.

– А какая у вас охрана обычно на мероприятиях? – неожиданно спросил куратор.

– Какая охрана? – не поняла Инга. – У нас в этот раз никого чересчур важного не будет, чтобы надо было охрану нанимать. Хотя правительственные чины обычно со своими охранниками приезжают. Даже рамку с металлоискателем могут потребовать.

– Какую рамку? – не поняла Дина.

– Ну-у... такую, как в аэропортах. Знаешь?

Дина неопределенно пожала плечами. На самолете ей еще ни разу не приходилось летать.

– Это специальное устройство с датчиками, с его помощью проверяют, не несет ли кто-то бомбу. Вдруг решат на министра какого-нибудь напасть, – объяснила Яна.

– Ага, – подтвердила Инга. – Только наши мажоры ее терпеть не могут, вечно кто-то скандалит, что его заставляют карманы выворачивать. Так что лучше, когда без нее.

Пользуясь тем, что девочки увлеклись разговором, Дина украдкой бросила взгляд на Артема Валерьевича. И замерла испуганно. Куратор сидел очень серьезный и смотрел на нее. Кажется, Дина догадывалась, о чем он сейчас думает.

Глава 5

На следующее утро, собираясь вместе с Ингой на работу, Дина то и дело мысленно возвращалась ко вчерашнему разговору за столом. Артем Валерьевич после рассказа кузины о "халтуре" заметно поскучнел и, воспользовавшись первой же возможностью, ушел. Дина так и не смогла переговорить с ним наедине, спросить, что ей делать. Должна ли она как-то предупредить руководство Инги? Быть может, нужно попросить их сообщить в милицию о намечающемся мероприятии? Или, наоборот, Дине не следует показывать, что она что-то знает, но лучше быть начеку?

Звонить Валерьянычу домой, да еще и ранним утром, Дина не захотела. Во-первых, их разговор обязательно бы услышали, во-вторых она могла разбудить куратора. Не хватало, чтобы он снова ее отчитал!

Жаль, нельзя было с Ингой об этом посоветоваться, сестра бы точно что-то придумала.

В конце концов, Дина решила, что о таком серьезном мероприятии милиция и сама должна знать, его же заранее планировали. Да и руководство института в курсе, что у них на территории происходит, само должно подсуетиться. А ее ждет первый рабочий день в "детсаду для мажоров", у нее своих хлопот хватает!

С рабочей одеждой вопрос решился очень быстро. Покопавшись в комплектах, специально отложенных Яной, Инга вытащила офисные легкие брючки и протянула их Дине:

– Пойдешь в них, они с лаконичной однотонной футболкой хорошо смотрятся. Нам сегодня слишком парадная форма не нужна – будем материалы множить, зал готовить. Может, придется мебель какую-то небольшую носить, офисную технику в машину грузить. В юбке и блузке будет неудобно.

Подходящая футболка нашлась у Дины в сумке, даже не пришлось у сестер одалживать. Это придало ей уверенности в себе. Все-таки волновалась она в свой первый рабочий день, что и говорить. До поступления в институт Дина успела два года у себя в поселке поработать, но там было все знакомым, привычным. А здесь пока неясно, как дело сложится. Хорошо, официальная часть – само награждение победителей – будет только завтра. Есть возможность хоть немного осмотреться, с сотрудниками заранее познакомиться.

Офис Инги располагался совсем недалеко от метро, добрались они быстро. Небольшое двухэтажное здание, явно, очень старое, показалось Дине домашним и уютным. Даже дворик перед ним был, хоть и небольшой.

Засмотревшись на цветастую клумбу недалеко от входа, Дина потеряла бдительность. Потому резкий визг тормозов, раздавшийся за ее спиной, как хлыстом ударил по ушам. Девушка даже голову в плечи втянула от неожиданности.

Инга, в отличие от нее, сориентировалась мгновенно: дернув кузину за руку, быстро отступила к стене здания.

– Адриан, ты совсем очумел?! – громко возмутилась она. – Ты же нас до смерти перепугал!

Дина, все еще чувствуя предательскую дрожь в коленях, немедленно обернулась, чтобы посмотреть, кого отчитывает сестра. И замерла восхищенно. Перед ней стояла машина... Нет, не просто машина... Перед ней стоял спорткар. Именно так называли подобные автомобили ее одногруппницы. Правда, в их достаточно рядовой институт сие чудо дивное заезжало крайне редко.

Ярко-желтая новенькая машина, да еще и тщательно вымытая, казалось, слепила своим блеском. Завороженная ее внешним видом, Дина даже не обратила внимание на водителя. Но тут дверца автомобиля открылась, из спорткара выскочил какой-то парень. Девушка не думала, что кто-то может ослепить ее еще сильнее, однако, именно это и произошло. Незнакомец буквально светился чистотой и ухоженностью. Все в нем было "на пять с плюсом", от прически до изящных летних туфель.

– Привет, красотка! – кивнул ей парень. – Ты – наша новая сотрудница?

Дина, казалось, язык проглотила от захлестнувшего ее шквала эмоций. Владелец этого чудо-автомобиля с ней заговорил? Мало того, назвал ее "красотка"?

Вдобавок ко всему, парень еще и подмигнул ей, будто поторопил с ответом. Но, как ни странно, от такой фривольности Дина в обморок не упала, наоборот, мгновенно пришла в себя. Может, потому что незнакомец смотрел насмешливо, словно потешался над ее робостью?

– Нет, – хрипло произнесла Дина. – Я здесь временно.

– Жаль... – он оценивающим взглядом пробежался по ее фигурке и широко улыбнулся.

Какая улыбка! Дина вновь почувствовала, что готова растаять лужицей перед ним.

– Это – Дина, моя сестра, – поспешила вмешаться Инга. – Она будет помогать на награждении конкурсантов. Кстати, Адриан, ты работы студентов уже оценил? Завтра церемония, а мы до сих пор призеров не определили. Ведь еще дипломы надо успеть напечатать.

– Понял-понял... – недовольно скривился Адриан. – Только не начинай с утра пораньше.

– Тебя же с утра если не пнешь, до вечера результата не будет!

– Ладно, сделаю сейчас. Не строй из себя начальницу, – возмущенно фыркнул Адриан.

Дине даже обидно стало, что сестра так налетела на этого красавчика. Когда он огрызался, казалось, терял половину своего блеска, начинал напоминать взъерошенного воробья.

Адриан подошел к входной двери, одним красивым жестом распахнул ее и сказал:

– Девушки, прошу вас!

От таких изысканных манер Дина снова онемела. Конечно, перед ней и раньше дверь открывали, но никому не удавалось сделать это так элегантно.

Инга снова дернула ее за руку:

– Пошли, хватит стоять! Нас работа ждет.

Дина послушно поспешила следом за кузиной. Когда проходила мимо Адриана, не удержалась, посмотрела на него. А тот, заметив ее взгляд, снова подмигнул заговорщицки и улыбнулся. Самой красивой улыбкой в мире!

В приемной, куда привела ее Инга, никого не было.

– Наверное, Анечка вышла на минутку. Вот ее сумка стоит, – сказала Инга. – Располагайся, подождем. Ты чай, кофе или какую-то воду будешь?

– Нет, – мотнула головой Дина.

Она никак не могла прийти в себя после встречи с Адрианом. Раньше ей казалось, что такие парни только на обложках журналов бывают. Если и встречаются где-нибудь, то уж точно на таких, как Дина, внимания не обращают.

Дверь громко хлопнула, в приемную стремительно влетела какая-то девушка:

– Привет! Давно пришли? – бросила она на ходу.

– Только что, – проворчала Инга.

А потрясенная Дина молча смотрела на девушку. В эту компанию, что ли, по внешности сотрудников отбирают?

Если бы незнакомка была просто красивая, Дина, наверное, не так бы удивилась. Однако, выглядела она уж слишком необычно. Казалось, в приемную по ошибке заглянула героиня какого-то восточного фильма. Конечно, в городе Дина не раз сталкивалась с азиатами, да и в институте у них учились иностранцы. Но в этой девушке так интересно смешались европейские и восточные черты, что хотелось разглядывать ее лицо бесконечно.

– Ты почему такая сердитая с утра пораньше? – поинтересовалась незнакомка у Инги, деловито заглядывая в один из ящиков письменного стола.

– Адриан нас только что чуть не сбил. Прямо перед офисом, во дворе. Рассекает на своей "Феррари", на дорогу совсем не смотрит.

– Он уже здесь? Нужно ему о студенческих работах напомнить.

– Я напомнила, ты же говорила об этом вчера. Удалось испортить ему настроение с утра пораньше, – мстительно улыбнулась Инга. – Кстати, познакомься, это – Дина, моя сестра, она нам поможет. Дина, а это – Анечка, секретарь. Если меня рядом не будет, со всеми своими проблемами можешь смело обращаться к ней.

– Здравствуй, Дина, – приветливо улыбнулась Анечка и сразу стала более близкой, не такой отстраненно-красивой.

От ее улыбки у Дины потеплело на душе. Она почему-то подумала, что в этой компании у нее обязательно сложится всё хорошо, без неприятных сюрпризов.

Девушки перебросились буквально парой слов, когда дверь в приемную снова распахнулась, и в комнату влетела какая-то женщина.

"У них все на повышенной скорости передвигаются?" – подумала Дина, но вслух ничего не сказала, не успела.

– Сидите? – чуть ли не с порога спросила незнакомка. – Прохлаждаетесь?

– Прохлаждаемся, – с готовностью подтвердила Анечка.

– А мне с самого утра мозги выносят!

– Кто? – хором спросили Инга с Анечкой и тут же, переглянувшись, прыснули смехом.

– А вам всё смешно! Досмеетесь когда-то, – недовольно пробормотала женщина, но по ее голосу чувствовалось, что она уже не так сердита. – Это кто у вас такой хорошенький появился? Еще одна хохотушка?

Переход на другую тему был таким быстрым, что Дина не сразу сообразила, о ком спрашивают. Хорошо, Инга выручила, поспешила ее представить:

– Это – моя сестра, Дина.

– Помню, Анечка говорила, – улыбнулась ей женщина.

Потом внимательно осмотрела Дину и заключила:

– Хорошая девочка, видно, что из приличной семьи. Только маникюр сделай на завтра, негоже девушке с неухоженными руками ходить.

Еле подавив желание срочно спрятать куда-нибудь свои ладони – например, в карманы засунуть – Дина послушно пробормотала:

– Сделаю.

Ногти у нее, действительно, были не в лучшем состоянии. Если присмотреться, то можно было понять: с огородов Дина приехала, не с курорта. Но, как она думала, в глаза это не бросалось, перед поездкой девушка всё-таки постаралась в порядок их привести.

– Да не пугайся ты так Валентину Андреевну, – рассмеялась Анечка, заметив, что новенькая чувствует себя неловко. – Она тут всех строит, следит за порядком. Главбух – как боцман на корабле, все видит.

– Язви, язви, язва малолетняя, – беззлобно проворчала Валентина Андреевна.

– Вы лучше расскажите, что у вас стряслось, – напомнила Инга.

– Подруженка моя стряслась, Лизавета, – охотно откликнулась бухгалтер. – Она ведь финансовую документацию по нашему конкурсу ведет, и по призам, и по стипендиям победителям на следующий год. А у нее помощница в декрет ушла, она сама сейчас в бухгалтерии. Еще и отчеты надо делать за полугодие. Вот и возмущалась, что одна за всех отдувается, хотя организаторы конкурса – обе наши компании, не только они.

– Елизавета Петровна – главбух из второго нашего офиса, – объяснила Инга кузине. – Кстати, Валентина Андреевна, Дина тоже на бухгалтера учится, будет вашей коллегой.

– Да? А сколько лет уже отучилась?

– Третий курс закончила, – ответила Дина.

– Слушайте, да она же – ценнейший кадр!

Дина даже замерла, услыхав это заявление. Похоже, сегодняшний день станет для нее рекордным по числу комплиментов. То красоткой ее назвали – и кто! – то хорошей девочкой из приличной семьи, то ценным кадром. А ведь день только начинается.

– Валентина Андреевна! Полегче, пожалуйста, – Анечка сразу поняла, к чему клонит хитрая бухгалтер. – Я никого никуда не отпущу! И так команду еле собрала, работы сегодня невпроворот.

– Но это же только на полдня! – взмолилась та. – Дина поможет Лизавете ведомости составить да документы кое-какие оформить. Вдвоем они быстро управятся. А я договорюсь, чтобы Дину машиной обеспечили, она быстро обернется, еще успеет вам в зале помочь.

Дина, молча слушавшая их перепалку, навострила ушки.

"Машиной обеспечили"? Так она будет на авто ездить, как начальник какой-то? Неплохой карьерный рост всего-то за пару дней – от "бездомного котенка" до "ценного кадра с личным водителем".

– Анечка, отпусти ее, – вмешалась Инга. – Здесь Дине пока нечего делать, она же ни с ксероксом толком никогда не работала, ни с компьютером. Нужно всему учить. А после обеда пусть ее в институт привезут, там лишние руки будут очень кстати.

Дверь в приемную снова скрипнула, на пороге появился незнакомый Дине мужчина. "Красивый", – автоматически отметила она про себя. И ничуть этому не удивилась, ей уже казалось, что здесь и не могут другие люди работать.

– Здрасьте, девушки! Вы так кричите, что в коридоре слышно. Надеюсь, не подрались еще? Или я опоздал на представление? – незнакомец улыбался так обаятельно, что Дина и не хотела, а засмотрелась на него.

– Юра! – обрадовалась ему Валентина Андреевна. – Ты нам очень нужен!

– Ну вот, сейчас снова припрягут по полной программе. И что у меня за карма такая? – деланно огорчился Юра. – Ладно, говорите, что у вас сломалось?

– Ничего не сломалось! – поспешила заверить его Инга. – Дину нужно в ваш офис отвезти. Ты же туда будешь ехать?

– А мы тебя конфетами угостим. И пирожными... У нас со вчерашнего дня рождения еще остались, – умильно взглянув на него, добавила Анечка.

К удивлению Дины, незнакомый ей Юра ничуть не повелся на подхалимаж Анечки. Самой Анечки!

– Хм... Как-то многовато лишь за то, чтобы попутчицу с ветерком прокатить, – хитро сощурился он. – Признавайся, всё-таки нужно что-то починить?

– Нет, только за Диной присмотреть. После обеда ее будут ждать в институте, в зале, где завтрашнее мероприятие пройдет. Проследишь, чтобы кто-то из водителей Дину отвез?

– Это – не проблема, – облегченно махнул рукой Юра. – С кем-нибудь отправим. Давай сюда свои конфеты. Вместе с пирожными! А то они у вас еще скиснут... А ты, малявка, срочно собирайся, – обернулся он к Дине. – Выезжаем через пару минут.

– Какая она тебе малявка? – возмутилась Инга.

– Скажешь, нет? – довольно ухмыльнулся Юра. – У нее же на лице написано: "студентка".

– Ты на наших студенток меньше заглядывайся! Тебя жена дома ждет, – припечатала Валентина Андреевна. – Лучше скажи, ты мне бумагу привез?

– Да я только ради этого и приехал! Надо же, чуть не забыл отдать. Совсем вы мне голову заморочили своими студентками.

Когда они вышли на улицу, Юра направился к черному автомобилю, выглядывавшему из-за желтого "Феррари". Проходя мимо спорткара, Дина бросила на него восхищенный взгляд – классная машина!

– Нравятся красивые автомобили? – улыбнулся Юра.

– Очень! – искренне ответила Дина.

– Значит, и у тебя когда-нибудь такой будет.

– Не будет. Для наших дорог он не годится, утонет в первой же серьезной луже.

– Да ты шутница! – рассмеялся Юра. – А про мой что скажешь?

Дина внимательно посмотрела на двухдверный "Мерседес", стоявший перед ней. Не "Феррари", конечно, но машина явно не простая.

– Слабоват! Для мешков с картошкой совсем не годится.

– Конечно, не годится. Это – машина для эгоистов, заднее сидение здесь только для того, чтобы куртку туда забросить.

Он распахнул перед Диной дверь и кивнул, приглашая садиться.

– Ты кто будешь, такая серьезная и деловая? – спросил Юра, когда они выехали со двора.

– Сестра Инги. Меня позвали помочь на мероприятии, – заученно ответила Дина.

Она столько раз слышала сегодня эту фразу, что ответила автоматически, не задумываясь.

– А я – Кржижановский! Приятно познакомиться.

– Кр... Криж... Как-как? – переспросила Дина.

Ну и фамилия! Это же надо было такую заполучить! Язык можно сломать.

– Кржижановский.

– Крыжановский?

– Нет, неправильно! Кржи-жа-новский, – по слогам произнес Юра. – Будешь называть меня "Крыжановский", пожалуюсь Инге. Потому срочно учи, пока я рядом.

Это он серьезно? Дина удивленно посмотрела на водителя и лишь тогда увидела, что тот ехидно улыбается. Не выдержав, сама рассмеялась в ответ. До чего же забавный этот Юра! Хоть и заметно старше ее, а разговаривает непринужденно, будто с ровесницей. Артем Валерьевич такое никогда бы себе не позволил.

– Кр-рж-жи-жа-новский, – старательно, по слогам произнесла она. – Правильно?

– Правильно! – одобрил Юра. – Молодец, быстро схватываешь! Ты откуда такая сообразительная?

– В каком смысле? – не поняла Дина.

– Откуда приехала? Ты же – не местная, правда?

– Правда... А что, так заметно?

– Мне заметно. Слишком хороша ты для большого города. Скромная, правильная девочка. Хотя, сестра Инги, наверное, и должна быть такой.

Дина молчала, не зная, как реагировать на его слова. Что это было? Комплимент? Тогда почему такой странный?

– Так откуда ты? – переспросил Юра.

– Из одного поселка. Ты его не знаешь – в глуши расположен, – уклончиво ответила Дина.

– А я – из одного города, – передразнивая свою пассажирку, сказал Юра. – Скорее всего, ты его знаешь – известный курорт на побережье.

– Не знаю, – возразила Дина. – Я никогда не была на море. И вообще, мало куда ездила.

"... не считая путешествий на рынок с молоком и творогом", – чуть не ляпнула она, но вовремя спохватилась.

Почему-то Юре было легко признаваться в таких вещах. В отличие от недосягаемого Адриана, был он каким-то... своим. Хотя чувствовалось, что Кржижановский не так прост. Как и его машина.

– Совсем никогда моря не видела? – удивился он.

– Совсем!

– Непорядок! Надо сказать Инге, чтобы срочно исправила ситуацию.

– Как она это сделает?! – не поняла Дина.

Но Юра ей не ответил, притормозил у какого-то здания и сказал:

– Уже приехали! Вылезай!

– Так быстро?

– Так быстро. Здесь совсем рядом, если ехать партизанскими тропами, а не центральными трассами.

Глава 6

Елизавета Петровна оказалась не такой уж и страшной, как представляла себе Дина после рассказа Валентины Андреевны. "Мозг выгрызать" никому не собиралась, наоборот, постаралась сразу расположить к себе новую помощницу. Кругленькая и улыбчивая, она напомнила Дине их соседку в поселке – тоже умела одной фразой вызвать взрыв смеха. Правда, к огорчению Дины, с Кржижановским они недолго пререкались, Лизавета прямыми текстом сказала, чтобы он уходил, не мешал им работать.

– А Юра, он – кто? Водитель? – осторожно спросила Дина, когда дверь за ним закрылась.

Признаться, этот вопрос заинтересовал ее не на шутку. Кржижановский не мог быть вчерашним студентом – выглядел заметно старше. При этом Валентина Андреевна откровенно командовала Юрой, Анечка с Ингой то и дело его подначивали. К Дине, временной сотруднице, Кржижановский отнесся снисходительно, но разговаривал без тени превосходства. Однако, для простого сотрудника он был чересчур независим, как-то по-особенному себя вел. В общем, Дина окончательно запуталась, пытаясь угадать, кто ее привез.

– Почему водитель? – удивилась Елизавета Петровна. – Официально его должность называется "заместитель директора по административно-хозяйственной части". А вообще-то, он – мастер на все руки. Где бы какая проблема не возникла, всегда Юру зовут. Без него офис, наверное, развалился бы. Техника – так точно.

Услыхав это, Дина даже побледнела немного, так озадачил ее ответ бухгалтера. Кржижановский – замдиректора? Почему же Инга не предупредила сестру, что ее будет опекать такая шишка? Впрочем, кузина и сама не слишком уважительно общалась с Юрой...

Это же надо было Дине так сплоховать, распустить язык в разговоре с начальством! Хоть бы не ляпнула чего лишнего.

Девушка попыталась вспомнить, о чем они с Кржижановским говорили в машине, но мысли все время ускользали от нее, и это расстраивало еще больше.

– Ты что там затихла? – приветливо улыбнулась ей Елизавета Петровна. – Давай, подходи ближе, буду рассказывать, что делать.

Объясняла бухгалтер доходчиво, Дина с первого раза поняла, что от нее требуется. Но всё равно задала несколько вопросов, чтобы удостовериться: всё именно так, как она себе представляет.

И потом старалась не отвлекаться на пустяки, делать свою работу внимательно, чтобы Елизавете Петровне не пришлось косяки за ней исправлять. Не хотелось подводить Ингу, всё-таки сестра за нее поручилась.

Усилия Дины не остались незамеченными:

– Да мы с тобой за полдня гору работы переделали! – довольно сказала бухгалтер ближе к обеду. – Мне бы постоянную такую помощницу, горя бы не знала!

Дина улыбнулась: еще один комплимент от Лизаветы! Девушке нравилось про себя называть бухгалтера Лизаветой, уж очень ей шло такое имя.

Дверь скрипнула, в комнату заглянул Юра:

– Малявка еще здесь?

– Какая "малявка"? – не поняла бухгалтер.

– Вот эта, – кивнул он на Дину. – Анечка звонила, просила придержать ее у вас. В институте еще никого из наших нет, ей там нечего делать.

– А данные на победителей твоя Анечка прислала? – нахмурилась Елизавета Петровна. – Или сколько нам ждать?

– Прислала-прислала, не ворчите. Как раз несу вам.

Кржижановский, оставив несколько листов факс-бумаги, ушел. Выждав немного, бухгалтер сердито развернулась к Дине:

– Признавайся, девонька, ты давно Юру знаешь?

– Нет, только сегодня познакомились, – растерялась Дина.

Она сидела ни жива, ни мертва, не понимая, что произошло, почему Лизавета вдруг заговорила с ней таким строгим голосом.

– А почему он тебя малявкой называет?

– Не знаю. Юра не объяснил...

– Ох, темнишь ты, девка! Смотри мне! Кржижановский – женатый мужик, у него в семье ребенок растет, не вздумай ему глазки строить.

Глазки строить?! Да она ни о чем таком и не думала. На новом месте, в первый же рабочий день... За кого ее принимают?

Дина, слушая нотацию бухгалтера, низко склонила голову, чтобы Лизавета не видела, как покраснело ее лицо, как заблестели глаза от набежавших слез.

Ну почему с ней постоянно что-то случается?! Только-только она почувствовала себя нужной, только-только ее хвалить начали, и нате вам – сюрприз! Снова ее ругают.

– Да не огорчайся ты так! Может, и показалось мне, – наконец-то сжалилась над ней Лизавета. – Ведь Юра с чужими обычно осторожничает, подолгу присматривается. А тебя, получается, сразу за свою принял.

Слова бухгалтера озадачили Дину еще больше. Неужели, она сделала что-то, чем расположила к себе Кржижановского? Но когда бы успела?

– Ладно, забудь, что я тебе тут наговорила, – женщина, видимо, уже и сама расстроилась, что завела такой разговор. – Совсем замоталась с этим конкурсом, вот и чудится мне. Сейчас быстренько гляну, что тут принесли, а потом пообедаем.

В воздухе повисла неловкая пауза. Чувствовалось, что Лизавета смущена, но и Дина не знала, как себя теперь вести. Не готовили ее в институте к таким ситуациям.

Не зная, что сказать, девушка смотрела на ручку, которую она нервно крутила в руках, на ногти, которые безжалостно раскритиковала Валентина Андреевна... Кстати, идея!

– Елизавета Петровна, я с вами посоветоваться хотела, – несмело начала Дина.

– Да-да... – откликнулась бухгалтер, просматривавшая листы, принесенные Юрой.

– Валентина Андреевна сказала, что мне ногти надо в порядок привести. Вы не знаете хорошую парикмахерскую? Чтобы не очень дорого и сделали нормально? Я бы забежала после работы.

– Когда же ты успеешь забежать? Вы, наверное, закончите только ближе к ночи, – недовольно проворчала бухгалтер. – А ну, покажи свои руки.

Дина послушно протянула к ней ладони, повернув их тыльной стороной вверх.

– Ничего тут страшного нет! Вечно Андреевна придирается.

Елизавета Петровна бубнила недовольно, а сама уже поворачивалась к телефону, снимала трубку.

– У Валентины своих две дочки. Она из них, наверное, принцесс растит, всё пилит, чтобы следили за собой, вели себя прилично. За случайную стрелку на колготках голову прогрызть готова. Вот и к чужим детям цепляется...

Наблюдая за тем, как Лизавета тыкает пальцем в кнопки телефона, Дина еле сдерживала улыбку. Как же они похожи с Валентиной Андреевной, хоть и по возрасту разные, и внешне! Зато ворчат совершенно одинаково!

– Милочка? Здравствуй, дорогая, – уже совсем другим тоном сказала в трубку бухгалтер. – Хочу направить к тебе девочку, ей пальчики надо срочно сделать.

Дина не верила своим ушам. Строгая Елизавета Петровна сама бросилась ей помогать?

– У Милочки сейчас никого нет, – деловито сообщила Лизавета, закончив разговор. – Беги к ней срочно, пока она свободна. Как раз успеешь в обеденный перерыв с ногтями своими разобраться. Это рядом совсем, адрес сейчас запишу... Валентина тоже хороша! Носом она ткнула, а подсказать, что делать, – на это у нее ума не хватило.

Когда Дина выскочила на улицу, она все еще улыбалась, вспоминая довольное лицо Елизаветы Петровны. Небось радовалась, что утерла нос своей подружке, позаботилась о ее студентке. Видимо, бухгалтера – та еще парочка кумушек!

Надо будет Ингу подробно выспросить, кто есть кто у них в офисе. Ведь сегодня Дина то и дело попадала впросак, потому что ничего не знала о местных интригах. Она-то настроилась, что здесь основная проблема – мажоры, а из них только одного Адриана и видела. Зато обычные сотрудники будто сговорились, так и норовили ее озадачить.

Парикмахерскую Дина нашла быстро, салон совсем рядом оказался. Милочка – необъятная тетя солидного возраста – быстро и ловко сделала ей маникюр. По пути обратно Дина то и дело украдкой поглядывала на свои ногти. Ей очень нравилось, что лак был не яркий, почти телесный, но с интересным отливом и еле заметными блестками. Она и не видела раньше такой.

С ведомостями победителей и стипендиатов провозились долго, Елизавета Петровна несколько раз звонила Анечке, уточняла что-то. Правда, Дину назад и не требовали, снова у организаторов какая-то заминка была.

– Ох, продержат они тебя сегодня допоздна! – вздыхала Лизавета. – Куда же это годится? Уже четыре часа, а в зале еще не начинали ничего делать!

Дина лишь невнятно поддакивала ей в ответ. Признаться, ее саму это никак не беспокоило. В небольшом кабинете бухгалтера они были одни, и девушка понемногу успокоилась, почувствовала себя увереннее. Поразмыслив спокойно, она решила, что не так уж и сильно напортачила сегодня. Зато успела многое, Елизавета Петровна была ею довольна.

В институт Дину отвез Мих Мих. Девушка честно пыталась звать его официально, Михаилом Михайловичем, но он так насмешливо морщился при этом, что Дина мигом перешла на более привычный для него вариант.

В отличие от Кржижановского, водитель самого шефа (еще бы выяснить, кто этот таинственный шеф, которого все почему-то звали "Мистер Биг") носил хороший костюм и тщательно отутюженную сорочку с галстуком. Вот он, в понимании Дины, идеально вписывался в образ замдиректора! Хотя, честно говоря, Мих Миха было немного жаль. По июльскому зною, наверное, было некомфортно целый день в костюме ходить. Хорошо, они ехали уже в шестом часу, солнце не сильно жарило.

Машина в этот раз была такая, что Дина, сидя в ней, и вздохнуть лишний раз боялась. Она впервые ехала в авто с настоящим кожаным салоном, по самую завязку напичканным какими-то хромированными прибамбасами. Даже телефон здесь имелся! Хотя у Мих Миха был и мобильный, дико модный, самая настоящая "раскладушка".

Для приличия улыбнувшись ей, водитель бросил пару фраз, а потом всю дорогу думал о своем. Дина лишь порадовалось этому, не хватало еще Мих Миху что-то не то сказать!

Когда они приехали, в зале уже суетились сотрудники обеих компаний. Анечка сразу же окликнула Дину и отправила к столу, где формировали папки с раздаточными материалами. Здесь командовала Инга, успевавшая и сама работать, и задания всем раздать, и переброситься шуткой с коллегами. Компания у них подобралась веселая, за разговорами Дина и не заметила, как на улице стало смеркаться.

– Кто у нас Ковалева?! – вдруг раздалось у нее за спиной.

Дина даже вздрогнула от неожиданности. Получается, это ее ищут? Она обернулась, обвела взглядом присутствующих. Никто не спешил откликаться, значит, ее однофамильцев здесь не было.

У входа, совсем недалеко, стоял Юра с пейджером в руке.

– Среди нас Ковалева есть? – нетерпеливо повторил он.

– Я – Ковалева, – спохватилась Дина.

– Что ж ты не откликаешься? – беззлобно буркнул он. – К тебе кто-то пришел. Валерий Геннадиевич сообщение передал, сказал, чтобы ты подошла к центральному входу.

– А кто такой Валерий Геннадиевич?

– Мой непосредственный начальник, ты его еще не знаешь, – вмешалась в разговор Инга. – Юра, а где сейчас Геннадиевич?

– Наверное, где-то там и гуляет, – хмыкнул Юра. – Я его по пути сюда встретил, он покурить шел.

– Может, мне сходить вместе с Диной? Где и кого она будет искать? Темно ведь.

– Ты ждешь кого-то? Знаешь, кто тебя спрашивал? – обратился к девушке Кржижановский.

– Понятия не имею, – она недоуменно пожала плечами. – Я никому не говорила, что буду здесь.

– Хорошенькое дело... Ладно, я тебя сам провожу. А ты, Инга, не отвлекайся, без тебя вся работа развалится. Дина, пойдем!

– Вот так всю жизнь! Не дали прогуляться! – нарочито громко вздохнула Инга, но ее уже никто не слушал.

– Юра, я ведь могу и сама сходить, – робко предложила Дина, когда они вышли в коридор. – Вам совсем не обязательно со мной идти.

Гонять замдиректора из-за какой-то студентки-практикантки показалось ей неправильным, но девушка не осмелилась заявить об этом при всех. Дину совсем не пугали темные коридоры, да и главный корпус она знала как свои пять пальцев, у них часто здесь занятия проходили.

– Это решение не обсуждается, малявка! – неожиданно резко отбрил Юрий. – Кстати, почему ты вдруг на "вы" перешла? Мы разве успели поссориться?

При этом глянул на нее так, что даже в полумраке коридора было заметно, как сердито блеснули его глаза.

Скорее всего, Юра не хотел ей хамить, просто Дина попала под горячую руку. Она еще в зале заметила, что Кржижановский какой-то взвинченный. Шагая рядом с ним, девушка хорошо ощущала его беспокойство, чем-то он был не на шутку встревожен.

Но сегодняшний день был таким сложным, ее столько раз отчитывали – и по делу, и без. Грубость Кржижановского стала последней каплей.

– А почему вы меня малявкой зовете? Что я вам такого сделала? – звенящим голосом спросила она, чувствуя, что на глаза наворачиваются злые слезы.

Специально называла его на "вы", еще и голос при этом немного повышала, чтобы заметил, как она к нему обращается. Не нужно ей ни с кем фамильярничать, тогда и желания накричать на нее будет меньше.

Юра удивленно посмотрел на Дину и мягко улыбнулся.

– Да ты, я вижу, девушка с характером. Это у вас, наверное, фамильное, – уже намного спокойнее произнес он. – Не сердись, я не со зла. На дочку мою ты похожа, я ее малявкой зову. Она у меня тоже темненькая, и характер такой же. С виду тихая и смирная, а сама шустрая, глаз да глаз нужен. И обижать себя никому не позволяет.

Помолчав немного, он добавил:

– Нравится тебе это или нет, но сама ты по темному зданию ходить не будешь. Ночь уже на улице, мало ли кто тебя разыскивает! Я же за безопасность сотрудников отвечаю, что Виталию скажу, если с тобой что-то случится?

Дина искренне порадовалась тому, что светильники в коридорах не горят, что Кржижановский не видит, как она покраснела. Ну и зачем было набрасываться на человека? Выставила себя истеричкой!

Юра прав, не надо ей одной идти, тем более, сейчас, после того, что она узнала от Артема Валерьевича. Дина ведь не только себя, но и других подставить может из-за своей бестолковости.

– Ты что замолкла? – спросил Юра. – Всё еще сердишься?

– А вам не всё равно? – огрызнулась Дина.

И тут же пожалела, что снова не сдержалась. Ну что она всё рычит? Да еще и на начальника!

– Конечно, не всё равно. Тебя ведь Инга привела, ты – ее сестра. А у нас с ней хорошие отношения. Коллеги мы с Ингой, оба за технику отвечаем, каждый в своем офисе. Если я тебя обижу случайно, она на меня рассердится. И как мне потом с ней работать?

От того, что Юра объяснял такие простые вещи, растолковывал их как маленькому ребенку, Дина расстроилась еще больше. Скорее бы этот бесконечный коридор закончился, и Кржижановский перестал к ней со своими разговорами приставать! Кто там говорил, что у них зам привык осторожничать? Неправда это, болтун он самый настоящий! Еще и дерганный какой-то, по сторонам так и зыркает!

Не смогла Дина взять себя в руки, всё-таки всхлипнула. Уж очень устала она за этот день.

– Да ты плачешь? – Юра даже остановился, заметив, что творится с его спутницей. – И после этого будешь настаивать, что ты – не малявка? Из-за ерунды всякой расстраиваешься.

– Я не из-за ерунды, – пробормотала Дина. – Просто... просто... все меня ругают. И вы, и Елизавета Петровна.

"И Валерьяныч", – добавила она про себя.

– Лизавета уже успела тебя отчитать? А утром, наверное, Валентина раздала на орехи? Эти двое могут, их хлебом не корми – только дай кого-нибудь повоспитывать.

Расстроенная, Дина ничего не отвечала.

– Ну и ребенок же ты еще! – вздохнул Юра. – Пошли к окну, присядем на минутку.

Дина послушно подошла к окну, села на лавочку, стоявшую здесь же. Кржижановский примостился рядом.

– Успокаивайся уже, – как-то растерянно пробормотал он. – Тебя ведь хмырь какой-то ждет. Да и в зал заплаканной нехорошо возвращаться.

– Откуда вы знаете, что хмырь? Может, приятная женщина.

– К таким молодым и красивым обычно приходят такие же молодые и красивые... хмыри.

Дина невольно улыбнулась его шутке.

– Ты, вообще, впервые на работу пришла? Раньше нигде не работала? – спросил Юра.

– Работала. Дома у себя. Но там по-другому было...

– А в этом городе давно живешь?

– Три года.

– И как, уже освоилась здесь?

– Не очень, – честно призналась Дина. – Какое-то чужое всё... Да и кроме института я мало где бываю. Родителям надо помогать, приходится домой два раза в неделю ездить.

– Да уж, с таким графиком не погуляешь, – вздохнул Кржижановский. – Я тоже не сразу тут своим стал.

– Вы? – удивилась Дина.

Даже голову подняла, чтобы проверить, не шутит ли Юра.

– А чему ты удивляешься? Я – такой же человек, как и ты. Для меня переезд в другой город – тоже непростое дело. И на новой работе мне всегда сложно начинать. Особенно, в первый день. А у тебя он еще и сумасшедший выдался, не каждый такой ритм выдержит.

Дина тихонько слушала его, но уже не всхлипывала, успела успокоиться. Кржижановский помолчал немного, потом зашуршал в потемках, полез в свой карман:

– На, возьми платок, глаза вытри. И пошли быстрее. А то нас скоро искать начнут... с собаками.

Когда они вышли из коридора в холл, Дина уже совсем успокоилась. Юра прав, у нее просто был тяжелый день. Причем, не первый по счету! К счастью, и он уже заканчивается.

Валерия Геннадиевича они увидели сразу, мужчина как раз входил в здание.

– Вот, Ковалеву привел, – доложил ему Кржижановский. – Где ваш посетитель?

– Разве он не здесь? – удивился Геннадиевич. – Мне казалось, он в корпус зашел.

– Странно, – пробормотал Юрий, оглядываясь по сторонам.

– Наверное, он у лестницы ждет! – предположила Дина, кивая в сторону единственной освещенной площадки. – Что ему здесь, в темноте, делать?

И она, не дожидаясь ответа, побежала назад.

Артем Валерьевич – именно он спрашивал Дину – действительно не захотел слоняться по темному пустому холлу. Свернул в один из боковых коридоров и присел на ближайшую лавочку, прятавшуюся за колонной. Думал, Ковалева быстро придет, а она где-то задержалась. Дожидаясь ее, преподаватель задремал. Которую ночь толком не высыпался, глаза уже сами слипались.

Проснулся он от звука голосов – в холле кто-то громко разговаривал. Прислушавшись, Артем Валерьевич распознал интонации Дины. Наконец-то пришла!

Но студентка, сказав что-то – спросонья он не разобрал, что именно – поспешила обратно. Да она же сейчас снова уйдет!

Резко вскочив на ноги, Артем Валерьевич выбежал из-за колонны и понял, что может упустить ту, ради которой пришел, – впереди мелькнул девичий силуэт. Что было духу он помчался за Диной. Едва успел схватить ее за руку!

– А-а-а-а!!! – раздался перепуганный вопль Дины.

– А-а-а-а!!! – звонкое эхо раскатилось по коридорам старинного здания с высокими потолками.

– Отпусти ее!!! – послышался отчаянный крик Юры.

И снова эхо помчалось по этажам, повторяя его слова.

Дина перепугалась до смерти, когда из темного коридора кто-то выскочил и попытался поймать ее. Что он сказал, девушка не поняла: от страха в ушах зазвенело, сердце колотилось как сумасшедшее. Она отчаянно дернулась, пытаясь освободиться, но незнакомец крепко держал ее за руку.

Понимая, что попала в капкан, девушка мгновенно развернулась и свободным локтем двинула нападавшего в грудь. Пытаясь увернуться, всего лишь на доли секунды незнакомец ослабил захват. Этого оказалось достаточно, чтобы его добыча выскользнула из ловушки.

Не дожидаясь, когда ее схватят снова, Дина со всех ног помчалась назад... в объятия Валерия Геннадиевича, уже спешившего ей на помощь. Она не сразу поняла, что большой зверь, с угрожающим ревом пронесшийся мимо нее, – Кржижановский. Лишь услыхав звуки борьбы, поняла это.

Оказавшись под надежной защитой, Дина тот час обернулась. И увидела, как Юра заламывает руку какому-то парню, согнувшемуся в три погибели. Где-то она уже видела эту светло-синюю рубашку и потертые джинсы...

– Не трогай его!!!

Очередные раскаты эха поскакали-побежали по коридорам старинного здания... А в это время Валерий Геннадиевич растерянно суетился вокруг драчунов. Было совсем не просто оттащить от них разъяренную Дину, отчаянно молотившую кулаками в спину Кржижановского.

Глава 7

Битва в темном коридоре завершилась на удивление быстро. В кармане у Геннадиевича громко зазвенел мобильный. В тот же миг в кармане у Юры запищал пейджер, принимая шквал новых сообщений. Мужчины дернулись практически одновременно, решая, реагировать на вызовы или нет. Нескольких мгновений заминки Дине вполне хватило, чтобы сообразить, что делать.

– Не бей его!!! – что было духу заорала девушка. – Он – мой!!!

Кржижановский даже голову в плечи втянул, оглушенный ее новым воплем.

– Малявка, какая ты громкая! – недовольно поморщился Юра. – Зачем же прямо в ухо кричать?

Он беспрекословно отпустил противника и тот час полез в карман за пейджером.

– Это – твой хмырь, что ли? – уже более спокойно спросил Кржижановский, торопливо пролистывая свежие сообщения.

– Почему сразу "хмырь"? – возмутился Артем Валерьевич и нервно поправил воротник своей рубашки. – Попрошу без оскорблений!

– У нас все в порядке, – сообщил кому-то по телефону Геннадиевич. – Нет, наряд присылать не надо. Нет, здесь никого не бьют. Так, легкая ссора.

– Какой наряд? – тут же вскинулся Юра, на миг оторвавшись от экрана.

– Дежурный! – сердито ответил Геннадиевич, отключая телефон. – Вы с ума все сошли? Ночь на дворе, а вы орете на весь институт! Еще и драку устроили! Хотите, чтобы сюда полгорода сбежалось?

Будто в подтверждение его слов где-то хлопнула дверь, в коридоре послышались шаги.

– Они и так уже бегут, – тяжело вздохнув, сказал преподаватель. – Дина Михайловна, отпустите меня, пожалуйста! Будем сейчас перед общественностью расшаркиваться.

– Ой! Извините, Артем Валерьевич, – пробормотала Дина, делая шаг в сторону.

Она и не заметила, как сама схватила куратора за руку, пытаясь защитить его.

– Так ты и к нему на "вы" обращаешься? Да еще и по имени-отчеству? Ну, малявка, ты даешь! – восхитился Кржижановский.

Надо же, а Дине казалось, что в корпусе никого нет, кроме их сотрудников! Которые, кстати, ничего не слышали. Зал находился далеко отсюда, в торце здания, да и двери в него были закрыты.

Зато в ближайших коридорах заскрипели-захлопали двери кабинетов, то и дело доносились звуки шагов. В холле появлялись всё новые и новые люди, желающие узнать, что случилось.

Артем Валерьевич был вынужден несколько раз объяснять, что ничего страшного не произошло, всего лишь небольшое недоразумение. Чужаку вряд ли бы поверили, уж очень взъерошенным он выглядел, но многие из сотрудников знали Валерьяновича в лицо. Дина пыталась не думать о том, какие слухи пойдут завтра по институту. И как отреагирует Анастасия Сергеевна, когда узнает о них.

Юра тем временем воспользовался телефоном Валерия Геннадиевича и позвонил какому-то Виталию, доложил о происшествии. Как выяснилось, тот уже знал о переполохе.

Девушка незаметно отошла в сторону, стараясь слиться со стенкой. А ведь им еще предстоит объясняться с Ингой и ее коллегами! Похоже, первый рабочий день Дины имел все шансы войти в историю обеих компаний.

Хорошо, ее куратор уже не так сердито смотрел на Кржижановского. Всё-таки вместе улаживали инцидент, пришлось забыть о своих претензиях друг к другу. Так думала Дина, но мужчины, похоже, имели свое мнение на сей счет.

– Дина Михайловна, вы когда собираетесь уходить? – нарочито громко спросил Валерьяныч, как только рассосалась толпа любопытных. – Я специально пришел, чтобы проводить вас. Юная девушка не должна ходить одна темным парком. Честно говоря, я удивлен, что вы вынуждены работать так поздно.

Будто Инга не предупреждала его об этом!

– Я не знаю, когда меня отпустят, – пролепетала Дина. – Мы еще не закончили.

– Думаю, никто не будет возражать, если ты уйдешь прямо сейчас, – раздался рядом с ними насмешливый голос Кржижановского. – Работы осталось совсем немного, и без тебя справятся. Не стоит лишний раз нервировать твоего... знакомого.

Юра обернулся к Валерьянычу и демонстративно засунул руки в карманы джинсов.

– Можете не беспокоиться, я лично отвезу Дину домой, – сообщил он. – Если вам так важно убедиться, что она добралась благополучно, приглашаю поехать с нами. Но назад придется добираться самостоятельно, я платным извозом не промышляю, меня семья дома ждет.

– Спасибо за приглашение. Пожалуй, я не буду утруждать вас и докучать своим присутствием, – витиевато отразил его атаку куратор. – Дина Михайловна, доброй ночи! Я оставляю вас. Вижу, о вашей безопасности есть кому позаботиться.

Дина лишь нервно сглотнула в ответ. Куда она попала? В Версаль? На прием к английской королеве? Они оба думают, что ей еще недостаточно развлечений?

Тем временем Артем Валерьевич гордо вскинул голову и направился к выходу. Юра проводил его задумчивым взглядом.

– Ну что, малявка? – обернулся он к Дине, как только хлопнула тяжелая входная дверь. – Наделала шума? Впрочем, может, оно и к лучшему. Если кто-то сегодня вечером бродил в парке, вряд ли захочет именно здесь и сейчас безобразничать. Виталий говорит, что милицейский наряд все-таки сюда заезжал, только в корпус они не заходили, получив наш "отбой".

Дина, разинув рот, смотрела на Кржижановского. Получается, он знает о преступлениях? Потому и навязался в провожатые?

– Что застыла? Пойдем уже, – поторопил ее Юра. – Ведь вас с Ингой и Анечкой еще надо у Нели отпросить. Много чести вам будет, каждую лично домой отвозить.

К счастью, Неля – секретарь из второго офиса, выступавшая этим вечером в роли главнокомандующего, – не стала возражать. Уже минут через двадцать дружной компанией они ехали в машине Кржижановского. В пути выяснилось, что Юра не просто так вызвался их отвезти, ему надо было переговорить с ними.

– Как я понимаю, девушки, двое из присутствующих здесь уже знают, что творится на территории института. А двоих еще надо просвещать, – начал он и со значением посмотрел в зеркало заднего вида.

Дина лишь тяжело вздохнула, поняв, на кого он смотрит. Снова ей придется отвечать на шквал вопросов! Она только-только рассказала о недавнем происшествии (под насмешливым взглядом Кржижановского, ага!) и, признаться честно, порядком устала.

– Дина, не молчи, начинай рассказывать, – не дал ей уклониться от разговора Юра. – Я тоже должен понимать, что тебе известно, а что – нет.

К сожалению – или к счастью – знала она не так уж и много. Но и этого хватило, чтобы Инга и Анечка испуганно заохали. Кузина даже попыталась возмутиться, почему Дина ей ничего не сказала, но Кржижановский глянул на нее очень красноречиво и она, пристыженная, умолкла.

– Как я понимаю, самое главное твой драгоценный преподаватель и не сказал, – заключил Юра, выслушав рассказ Дины.

Всё-таки действовал ему на нервы Валерьяныч! Бывает такое: будто и нечего людям делить, а терпеть друг друга не могут, так и норовят ужалить побольнее.

– О чем же таком важном он умолчал? – с вызовом спросила Дина.

Поняв, что Кржижановский не по собственной воле крутился возле нее, она заметно успокоилась, стала вести себя смелее. Всё-таки расстроила ее Елизавета Петровна, не хотелось Дине, чтобы о ней плохо думали. Да и Юра своим поведением озадачил, надо честно признать. Взрослый мужчина, семейный, на хорошей должности. Что ему проблемы какой-то там студентки?

Сейчас же всё встало на свои места.

– А о том он умолчал, что потерпевшие похожи одна на другую, – нарочито медленно, чтобы девушки прониклись, начал рассказывать Кржижановский. – Темные волосы, все – стройные тростиночки, рост – средний или чуть выше среднего. Но не смуглые, кожа светлая, среднеевропейского типа барышни.

– Ой! – Инга испуганно зажала себе рот и невольно посмотрела на сестру.

– Вот тебе и "ой"! – задумчиво проговорил Кржижановский. – Нас просили особенно присматривать за такими девушками.

– Получается, в институт столько народа сегодня съехалось из-за этих преступлений? – подала голос Анечка. – Хотя начальству и делать там было нечего. Тот же Геннадиевич без толку крутился, постоянно на улицу выходил. Обычно в подготовке мероприятия он не участвует, да и ты изредка приезжаешь, лишь когда отремонтировать что-то надо.

– Да, поэтому, – подтвердил Юра. – Министерство не захотело переносить давно запланированный праздник. Тем более, как мне известно, злоумышленник каждый раз выбирает новые места, а возле главного корпуса он уже отметился. Но Виталий решил перестраховаться, всем нам хвост накрутил и с милицей договорился, чтобы в эти дни дежурные наряды к институту вечером заежали.

– А кто такой Виталий? – спросила Дина.

Она уже не первый раз слышала это имя, не удивительно, что оно ее заинтересовало.

– Инга, тебе – выговор с занесением в трудовую книжку! – ухмыльнулся Кржижановский. – Ты привела к нам новую сотрудницу и даже не удосужилась ей сказать, как моего директора зовут.

– Так это Виталия возит Мих Мих? – обрадовалась Дина.

Хоть одна загадка разрешилась!

– Нет, у него более скромная машина, не "Лексус",– тут же огорчил ее Юрий.

– Мих Мих возит нашего общего шефа, учредителя обеих компаний, – поспешила объяснить кузина.

– Говори уже прямым текстом: Мистера Бига, – вставил свои пять копеек Кржижановский. – Но он сейчас в Минфине работает, в офис редко приезжает. Да ты знаешь его, должна была слышать.

У Дины и челюсть отвисла, когда ей сообщили фамилию шефа. Действительно, Мистер Биг! Конечно, Дина о нем слышала и в новостях по телевизору видела... чуть ли не каждый день. Вот почему Мих Мих такой отутюженный ходит, не позволяет себе даже в жару пиджак снять!

А Кржижановский, глядя на Дину, уже откровенно потешался:

– Инга, срочно просвети свою сестру! Ты – бессовестная садистка. Сразу же отдала ее на растерзание Лизавете, даже не рассказав, кто, где и с кем. И как им было сплетничать? То-то наша главбух так рассердилась!

– Елизавета Петровна уже успела отругать тебя? – возмутилась Анечка. – Я к ней такого ценного кадра направила, чуть ли не от сердца оторвала, а она!

Дина даже улыбнулась, когда поняла, что никто ее стычку с Лизаветой всерьез не воспринимает, только она сама.

– Да нет, она не сильно ругалась, – поспешила защитить бухгалтера Дина. Всё-таки Елизавета Петровна к своей помощние хорошо отнеслась, не надо на нее наговаривать. – Так, наскочила не подумав, а потом сама же извинилась.

Говорить, по поводу чего возмущалась бухгалтер, Дина не собиралась. Ей показалось стыдным при всех такое рассказывать.

– Это она может! – понятливо кивнула Инга. – Ты не бойся ее, она – тетка добрая, зла в сердце не носит. Но вспыльчивая немного, может иногда наговорить.

– Я уже поняла.

Дина, пользуясь возможностью, начала расспрашивать о других сотрудниках. Всё-таки завтра у нее был еще один рабочий день в их компании. И повторять сегодняшние ошибки Дине никак не хотелось!

Когда Инга с Диной приехали домой, тетя Таня не долго с девочками сидела, почти сразу же ушла спать. А они, заперевшись в комнате Инги, еще долго шушукались, обсуждая события дня. Посовещавшись, тете Тане решили о преступлениях не рассказывать, не волновать ее. Да и Юра просил меньше языками трепать, не распускать слухи.

Больше всего Дине хотелось распросить сестру о Кржижановском, в машине она ведь не могла его обсуждать!

– Скажи мне, это правда, что Юра – заместитель директора? – в лоб спросила Дина.

– Правда, – подтвердила Инга. – А что тебя в этом смущает?

– Понимаешь... – замялась Дина. – Не похож он на зама.

– Так у него эта должность – формальная, надо же было что-то в трудовую книжку записать, – объяснила Инга. – Да и вообще, ты сама видела, компании у нас небольшие, сотрудников не так много, штатное расписание не блещет разнообразием. Кстати, знаешь, как Юра сам себя зовет под хорошее настроение?

– Как?

– Зачуха! Расшифровывается "зав чужим хозяйством", – рассмеялась сестра.

Однако, Дина ее шутку не оценила. Какой же Кржижановский зачуха? Он такой красивый, пусть и одевается по-простому, без лоска. Да к тому же отчаянный. На Валерьяныча сегодня коршуном налетел, готов был на куски его порвать из-за Дины. Хоть и закончилась стычка конфузом, зря переполошили всех, но в душе Дине было приятно о ней вспоминать. Раньше мужчины никогда из-за нее не дрались!

– Мне кажется, ему надо построже одеваться, все-таки зам, – попыталась Дина объяснить свою позицию.

– Как построже? – снова улыбнулась сестра. – Костюм надеть? С его-то работой? Юра ведь всё умеет ремонтировать, от водопроводных сетей до компьютера. Прикажешь ему бачок унитаза в рубашке и галстуке чинить? Даже компьютерные провода под столом искать в свитере и джинсах намного удобнее.

– Но почему он ведет себя уж очень просто? Ведь не обычный водитель, – не унималась Дина.

– Очень просто? Не знаешь ты характера Кржижановского! Он ведь только со своими друзьями такой веселый и открытый, а с другими гораздо строже общается. Может целый день в одной машине с человеком проездить и слова лишнего не сказать.

– Так, он, получается, твой друг?

– И твой тоже, раз ты такие вопросы задаешь.

Дина улыбнулась: надо же, всего один день поработала, а уже друзьями обзавелась на новом месте. Анечка, Юра, Елизавета Петровна – все они к ней хорошо отнеслись, хоть и могли прикрикнуть, если заслужила.

– Мне показалось, что Адриана ты бы охотнее в друзья записала, – не удержалась от подколки сестра. – Такие улыбки ему сегодня утром дарила!

Выпущенная меткой рукой стрела достигла своей цели: Дина почувствовала, что лицо опалило жаром. Ей действительно понравился красавчик-мажор, она никогда не встречала таких парней, даже отдаленно похожих. Правда, сама Дина на свой счет не обольщалась: не в ее силах заслужить внимание Адриана, у него, наверное, и девушка такая же, как он сам.

– Я хотела предупредить тебя, – осторожно начала Инга.

Дина навострила ушки: что не так с этим парнем?

– Дело в том... – задумалась Инга. – Одним словом, он у нас коллекционер. Девушек коллекционирует. То одной, то другой голову кружит. Как добьется своего, ищет новый объект. Серьезно ему никто не нужен, родители его давно уже сосватали. Пока он здесь развлекается, его невеста в Англии учится. Как только престижный диплом получит, так свадебное платье и наденет. Ведь Адриану простушки только для разового знакомства годятся, для более длительных отношений он предпочитает утонченных женщин с хорошим образованием.

Хм... Неужели Инга думает, что ей удалось удивить Дину? Нет, не удалось, что-то такое она и подозревала. Как говорится, кто бы сомневался?

– Постарайся не попасть в его коллекцию, – тем временем продолжала Инга. – И с другими мажорами учись дистанцию держать, все они – с детства чьи-то женихи. Впрочем, завтра тебе вряд ли удастся с ними пообщаться, не до того будет. Может, только на фуршете.

– Думаешь, они будут на фуршете? – удивилась Дина. – Что им делать среди студентов?

– Будут-будут. На общем чествовании, может, и не появятся, а на вечерний сабантуйчик точно придут. Выпивка там будет хорошая, такую дармовщинку они стараются не пропускать. Да и на молоденьких студенточек поглазеть не против... коллекционеры!

Уснуть Дине удалось далеко не сразу, хоть и устала так, что ног не чувствовала. В комнате Инги давно погас свет, а она все крутилась, не могла найти удобное место на подушке. В голове проносились вихри мыслей...

Получается, Артем Валерьевич не оставил Дину в покое, продолжает стеречь свою студентку. Неужели думает, что она, как сопливая первокурсница, все еще нуждается в опеке? Но понять его можно. Если преступник выслеживает похожих на нее девушек, у Дины достаточно шансов заполучить неприятности. Сейчас на территории студенческого городка полно абитуриентов, поступающих в вуз, где еще такой цветник найдешь? Преступника не может это не привлекать.

А Кржижановский, похоже, напуган не меньше куратора. Вон, как оглядывался по сторонам, когда они шли по темному коридору! Надо же было Инге такой "подарочек" своему коллеге подбросить, привести именно темненькую девушку со светлой кожей! Получается, Юра еще утром Дину на карандаш взял, только вида не подал. Потому и пытался в доверие втереться, понимал, что придется по пятам ходить за новенькой студенткой.

Интересно, Адриан тоже знает об этих преступлениях? Хотя ему как раз могли и не говорить, вряд ли он будет о безопасности сотрудников беспокоиться. Да и не видела его Дина в институте. Уж машину точно бы не пропустила, такую яркую!

Какой же всё-таки Адриан... лощёный! С таким бы в поселок свой приехать на его "Феррари"... Вот бы подружки попадали... Они, наверное, никогда и не видели таких парней.

Мысли уже путались, Дина чувствовала, что засыпает. Это было такое блаженство – спать в чистой постели, а не в жестком, неудобном кресле железнодорожного вокзала!

Глава 8

На следующее утро Дина снова подскочила с самого утра. Дверь в комнату Инги была еще закрыта, но тетя Таня уже суетилась на кухне.

– Ты что так рано встала? – удивилась она, увидев сонную Дину. – Часик еще могла поспать.

– Не спится что-то, – призналась девушка.

– Нервничаешь?

– Очень! Такое важное событие, начальство из министерства будет.

– Да ладно тебе! – махнула рукой тетя Таня. – Начальство заедет всего лишь на полчаса, чтобы речь произнести. Ты этого замминистра и не увидишь толком, такие шишки долго не засиживаются. Обычно больше всего хлопот с иностранцами, но в этот раз только "свои" бельгийцы будут.

– Как это – "свои" бельгийцы? – не поняла Дина.

– Те, кто живет и работает здесь, – объяснила тетя Таня. – Ведь спонсор конкурса – бельгийская компания.

– А откуда вы это всё знаете?

– Мне же Инга многое рассказывает. Всего лишь год она работает, а что только не организовывала. Ты возле нее держись и делай, что велят, – вот и вся премудрость на сегодняшний день.

По пути на работу Инга еще раз рассказала сестре о программе дня. Дину очень интересовала экскурсия на кондитерскую фабрику: интересно, там и кормят или только показывают?

– Вы специально гостей на фабрику везете? Чтобы на фуршете меньше съели? – пошутила она, стесняясь спросить "в лоб".

– Нет, конечно, – улыбнулась Инга. – Наш конкурс проводился для студентов-"пищевиков". Кондитерам специалисты нужны: бельгийцы у них новый цех открыли и еще расширяться планируют. Вот они и решили отобрать самых перспективных студентов. Сегодня лишь познакомят их с предприятием, а потом на практику будут приглашать.

– А при чем здесь ваша компания? Вы же к конфетам не имеете отношения.

Жаль, конечно, что не имеют, вздохнула про себя Дина. Сладкое она любила.

– Мы специализируемся на проведении разных конкурсов и конференций. Министерство ведь не будет организационными мелочами заниматься, вот и поручили нам, – объяснила Инга.

– Всё равно не понятно. Почему работы студентов Адриан должен был прочитать? Он здесь каким боком?

– В жюри участвуют не только бельгийцы, это же официальный конкурс министерства образования. Обязательно должны быть приглашенные эксперты. Наш главный мажор – дипломированный кондитер. Да и фамилия громкая: его отец владеет контрольным пакетом акций шоколадной компании. Адриана готовят в преемники, он то и дело ездит на стажировки в разные страны. Вот только пользы не много от его стажировок. Парень он неплохой, но бестолковый.

"Зато красивый!" – чуть не ляпнула Дина, но вовремя прикусила язык.

– Кстати, вчерашняя заминка из-за него произошла, – продолжала Инга. – Надо было многое успеть, в офисе все на ушах стояли, телефон разрывался от звонков, а мы полдня Адриана ждали, его вердикт по конкурсным работам.

– Что же он тогда в вашей компании делает? – недоуменно спросила Дина.

Ей и так было сложно увязать в общую картину бельгийцев, минобразования и шоколадную компанию, конфеты которой очень любили ее младшие сестренки. Типичный прожигатель жизни Адриан в составе строгого жюри окончательно добил ее.

– Как "что делает"? Я же тебе говорила: мы – детский сад для мажоров. Он сидит здесь на теплой и не пыльной должности замдиректора...

– Еще один зам???

– На меньшее звание он бы не согласился. И вообще, у нас – в компании, насчитывающей всего двадцать пять сотрудников – шесть замов. Было семь, но одного мажора родители уже забрали.

Дина нервно повела плечами:

– А Кржижановский как замом стал, к мажорам затесался?

– При чем здесь Юра? – удивилась Инга. – Кржижановский в другом офисе работает, они к нашим "питомцам" отношения не имеют. Мне иногда кажется, что эту компанию именно как детский сад и организовывали. Хотя здание бывшего детсада занимает офис Виталия, а не мы.

"Да уж, там было бы удобнее, – язвительно подумала Дина. – У них, наверное, и площадки для выгула сохранились, и песочницы".

– Но почему Адриан не работает на каком-нибудь производстве отца? Ему же надо опыта набираться, – вслух спросила она.

– Потому что простым технологом он не пойдет – не барское это дело, а лишние должности там не любят плодить. Да и присматривать за ним надо, чтобы серьезных глупостей не творил. Здесь же престижно – под крылышком у самого Мистера Бига! – и должность звучная, и сопли вовремя вытрут, уж извини мою грубость.

Слушая кузину, Дина только хмыкала удивленно.

Присматривать за взрослым парнем, даже мужчиной, уже закончившим институт? А подгузники ему не нужны?

Сама Дина чувствовала себя взрослой лет с восьми, как сестренки-близняшки в семье появились. Друзья ее поселковые тоже при деле всегда были, помогали родителям. Да и среди одногруппников лодырей не водилось: всё-таки, бухгалтерия – профессия не для мажоров.

В институте их уже ждала Неля, раздававшая указания прибывающим сотрудникам. Говорила она четко и по делу, но казалось, еще чуть-чуть – и задымится от напряжения.

– Хорошо, что пришли! – кивнула им девушка. – Нужно расклеить указатели для участников, от входа до зала. Вот вы этим и займетесь.

– От какого именно входа? – поинтересовалась Дина.

Характер у нее всегда был занудистый, она и сама это знала. Но считала, что лучше переспросить сразу и сделать правильно, чем потом переделывать.

– От того, через который вы вошли, – уточнила Неля.

– Значит, от центрального.

– А есть другие?

– Конечно! – сказала Дина, удивленно приподняв брови.

Но тут же спохватилась, согнала с лица непрошенную гримасу. Это ведь она здесь учится, остальные откуда могут знать, какие порядки в главном корпусе?

Дина, знавшая в своем институте все входы-выходы, оказалась для организаторов незаменимой помощницей. То и дело ей поручали новое задание, всё утро присесть было некогда. Зато чувствовала себя уверенно – никто на нее не сердился, она была нужным человеком.

Когда Неля сказала, что хватит уже бегать, надо встречать первых посетителей, Дина искренне обрадовалась. Хоть посидит немного!

Увы, спокойно отдохнуть не пришлось. Поток участников начал быстро нарастать, каждого надо было внести в одну из ведомостей, вручить рекламный пакет, ответить на массу вопросов.

Суета немного улеглась лишь после отъезда замминистра, открывавшего мероприятие. Как и говорила тетя Таня, он не стал долго задерживаться в институте.

Решив, что вряд ли кто-то еще придет, Анечка собрала у подруг заполненные ведомости.

– Ох! – вздохнула она, пересматривая их записи. – Сегодня уж очень много народа собралось. Такое впечатление, что участники конкурса всех своих родственников пригласили.

– Много и есть. Неле пришлось просить, чтобы в зал принесли дополнительные стулья, – отозвалась Инга.

– Кстати, перед входом несколько крутых тачек стоят, мне водитель Виталия сказал. Похоже, и в этом конкурсе мажоры имеются, – сообщила Анечка.

– Странно, если честно, – задумчиво сказала Инга. – У бельгийцев пахать придется, состязание они устроили для бедных и амбициозных.

– Зато какую "громкую" строчку в свое резюме можно будет добавить! – ухмыльнулась Анечка. – Да и не все мажоры такие беспомощные как наши.

– Адриан даже на объявление победителей не пришел. Член жюри, называется!

– А что он здесь забыл? Вот вечером, на фуршете, Адриан обязательно будет.

– Как же он пропустит такое событие?

Подруги дружно захихикали, а Дина молча слушала их разговор, наслаждаясь покоем. Неизвестно, когда удастся отдохнуть в следующий раз.

– Давайте, сразу списки участников в компьютер внесем, – предложила Анечка. – А то я завтра запарюсь одна их набирать. Вы-то уже отдыхать будете!

– И будем, – весело подтверила Инга, пересаживаясь за компьютер. – Имеем право!

Они уже заканчивали с ведомостями, когда к ним подбежала встревоженная Неля:

– Девочки, срочно решайте, кто из вас поедет на кондитерскую фабрику сопровождать победителей. Нужно два человека. Должны были другие ехать, но у них не получается.

– А можно я? – несмело подала голос Дина. – Никогда там не была.

"Все-таки интересно, дадут конфеты попробовать или нет? Вряд ли... Никаких сладостей не напасешься – всех экскурсантов кормить!" – подумала она.

– Можно, конечно, – согласилась Неля. – Только ты не развлекаться едешь, а работать. Если умудритесь кого-то потерять – головы всем сниму и назад приставлять не буду!

– Никуда твои студенты не денутся! – махнула рукой Анечка. – Это же – производственный объект. За ними тамошние специалисты по пятам будут ходить, следить, чтобы не влезли куда-нибудь.

– А в автобус посадить после экскурсии? Вечно кто-то норовит отстать, – не унималась Неля. – Еще из министерства будут две барышни, но с них спрос маленький, организаторы – мы!

– Пусть Дина с Ингой едут, – предложила Анечка. – Я там уже была когда-то, шоколадом объелась так, что до сих пор тошнит, как вспомню. Инга, поедешь?

– Поеду. Неля, не беспокойся, мы проследим за всеми.

– Угу... И сладкого много не ешьте, еще фуршет вечером будет.

Дина лишь улыбнулась довольно. Пусть и устала, пусть и хлопотный выдался день, но какой интересный! И конфеты дадут попробовать.

Ура! Экскурсия прошла без сучка и задоринки, они даже никого не потеряли.

Правда, две министерские "барышни" – тети в строгих костюмах лет "за сорок" с намертво залакированной "трехдневной" укладкой – поначалу норовили отстать и сбежать в магазин сладостей при фабрике. Во время экскурсии им тоже всё не так было. Специальные шапочки надевать не хотели – прическа помнется, халаты на их костюмах еле сошлись. От густого запаха шоколада, окутывавшего фабрику, одну из них постоянно подташнивало, в сторону конфет она и смотреть не хотела.

Дина, глядя на них, недоумевала, зачем было вообще ехать на экскурсию, если совсем неинтересно? В итоге забот с "барышнями" было больше, чем со студентами. Победителей конкурса так напугали на инструктаже по технике безопасности, что по цехам они ходили "гуськом", боясь хоть шаг ступить в сторону.

Самой Дине экскурсия очень понравилась, она даже немного пожалела, что не будет работать на таком интересном производстве. Инга поделилась с ней блокнотом, который постоянно носила в сумочке "на всякий случай", и Дина время от времени делала в нем пометки. Когда будет родственникам рассказывать о поездке, записи пригодятся!

Больше всего ее впечатлил автомат, который заворачивал конфеты в фантики. Его механические "пальцы" быстро и ловко справлялись со своей задачей, упакованные сладости вылетали как из пулемета, одна за другой. Студенты как зачарованные смотрели на механизм – было что-то завораживающее в его движениях. А ведь Дина всегда думала, что это делают вручную!

Инга у "пальцев" не задержалась, зато долго наблюдала, как еще "голые" прямоугольнички конфет на конвейере подъезжают на упаковку. Автоматика строго следила, чтобы они двигались аккуратной "змейкой".

– Смотри, идут "след в след", – шепнула Инга сестре. – Как наши студенты по цеху!

– Наверное, с ними тоже проводили инструктаж по технике безопасности, – хихикнула Дина.

– А те две конфеты отстали от группы...

– В фирменный магазин за сладостями бегали...

– А ты обратила внимание, что они чуть пузатее остальных?

Девушек так рассмешили отставшие конфеты, что пришлось срочно уходить от конвейера – уж очень сердито поглядывал на них экскурсовод.

В следующем цеху делали драже и карамельки. Их "закатывали" в глазурь в специальных барабанах, потому они получались идеально круглые. Все сто килограмм!

– Это же целый мешок конфет! – восхищенно прошептала Инга.

– Я бы дома такой поставила, не отказалась, – поддакнула Дина. – Чтобы в магазин не надо было бегать.

– Ты лучше здесь ешь конфеты, не зевай! – толкнула сестру Инга. – С территории фабрики выносить ничего нельзя, потому всё, что съешь, – то и твое. Со своими записями ты можешь голодной остаться.

– Да я уже сыта! – успокоила ее Дина. – Мне кажется, я на шоколад месяц еще смотреть не смогу.

– Я тоже наелась, – вздохнула Инга. – А жаль! Столько вкусного вокруг.

Когда экскурсия закончилась, студенты дружно направились к проходной. Здесь их уже поджидали две молодые симпатичные сотрудницы фабрики. В четыре руки они быстро раздали гостям яркие пакеты с конфетами. Наборы были не очень большие, зато сладости насыпали в них разные. Дина довольно вздохнула: вот и подарок сестренкам будет, не только она наестся конфет.

– Скажите, а вы из какого издания? – вдруг обратился к ней экскурсовод, немолодой уже мужчина-технолог.

– Издания? – удивилась Дина.

Потом посмотрела на блокнот в своих руках и рассмеялась:

– Я – не журналист, для себя записывала.

– А-а-а... – разочарованно протянул технолог.

Девушка поспешила заполнить неловкую паузу:

– Спасибо, вы очень интересно рассказывали! Я боялась, что не запомню всё, вот и делала пометки. Родители ведь обязательно будут расспрашивать об экскурсии.

– Мне приятно слышать, что вам понравилось! – улыбнулся мужчина. – Приходите к нам на стажировку, нам молодые толковые сотрудники очень нужны!

– Я подумаю, – кивнула Дина и поспешила присоединиться к своей группе.

Говорить о том, что она и к победителям конкурса не имеет никакого отношения, ей не хотелось.

В автобусе, вспомнив этот разговор, Дина снова улыбнулась. Надо же, она всё детство мечтала работать в газете, а сегодня ее назвали журналисткой. Жаль, конечно, что ей пришлось другую специальность выбрать, но бухгалтерия – тоже хорошая профессия. Как говорят ее родители, надежная, на свой кусок хлеба с маслом она всегда заработает.

В институт Дина с Ингой вернулись в самом радужном настроении. Ничего не стряслось, никого не потеряли, конфет наелись, еще и с собой им дали. А через полчаса начнется фуршет. Одним словом, жизнь хороша!

Отчитываясь Неле, встретившей автобус у центрального входа в корпус, они обе улыбались, ожидая, что их похвалят. Однако, "главнокомандующему" было не до того:

– Хорошо, – кивнула она, выслушав их доклад. – Пойдемте со мной, вас уже ждут.

И повела их в здание. Разбираться с приехавшими студентами осталась незнакомая Дине женщина.

Почему-то девушки пошли не к центральному входу, хотя он был совсем рядом, а к боковому. Тому самому, рядом с "их" залом. Кстати, в зале уже всё было готово к приему гостей, у накрытых столов суетились официанты. Дина облегченно вздохнула, увидев незнакомых парней с ресторанными тележками, загруженными посудой и бутылками. Значит, помогать сервировать столы не придется – одной задачей меньше.

Неля, спешившая впереди, в зале на минутку остановилась и покрутила головой, будто разыскивая кого-то. Увидев Анечку, она тоже позвала ее с собой. Инга вопросительно посмотрела на подругу: мол, что происходит? Но та лишь недоуменно пожала плечами.

Постучавшись в одну из дверей, расположенных в торце зала, рядом со сценой, Неля заглянула внутрь:

– Можно? Девушки уже приехали.

И сразу же обернулась к подругам:

– Заходите!

Дина, заглянув в комнату, чуть не присвистнула от удивления: они очутились в самой обычной аудитории. Правда, маленькой совсем, рассчитанной на половину группы.

Получается, прямо на занятии можно слушать концерт, проходящий в зале! И даже тихонько подглядывать в приоткрытую дверь. Интересно-о...

Хотя преподавателю это вряд ли понравится. Кстати, а не он у доски расположился? Строгий такой, будто зачет собрался принимать.

За преподавательским столом обосновался незнакомый светлый парень в черных джинсах и белой рубашке с короткими рукавами. Недалеко от него стоял Кржижановский. Вернее, практически сидел на первой парте, опираясь на нее обеими руками.

Лица у обоих были серьезные, но напряжение в воздухе не чувствовалось. Это успокоило Дину: когда собираются выписать нагоняй, с таким спокойным видом не сидят.

– Добрый день! – вежливо кивнул незнакомец в ответ на нестройное приветствие девушек.

Кржижановский не здоровался – виделись уже. Он лишь слегка улыбнулся им, но в этой мимолетной улыбке было намного больше тепла, чем в словах его собеседника. Тот был какой-то... холодный. Что-то не так было в его внешности.

Дина мельком глянула в лицо незнакомца, пытаясь понять, что ее смутило, и испуганно замерла, случайно столкнувшись с ним взглядом. Кажется, она теперь знала, как выглядят глаза со "стальным" отливом.

Но самым неприятным был даже не их цвет – непривычно светлый, а то, что незнакомец не отпускал Дину, не позволял ей разорвать зрительный контакт.

"Гипнотизирует меня, что ли?" – внутренне поежилась Дина.

По спине пробежал холодок, захотелось срочно спрятаться за чью-нибудь спину. Да хотя бы за Юру!

– Как я понимаю, Ковалева Дина Михайловна – это вы... – задумчиво произнес незнакомец.

– Я, – растерянно пролепетала девушка.

Еще бы знать, кто перед ней! Нужно его бояться или нет?

Снова повисла тягостная пауза. Дина молчала, не понимая, что от нее требуется, а остальные явно ждали дальнейшего развития событий.

Глава 9

Дина, как завороженная, смотрела в светлые глаза незнакомца, боясь отвести взгляд хоть на секунду. Почему-то она знала, что делать этого никак нельзя.

Неожиданно девушка заметила, что цвет его радужки начал меняться. Только что был холодным, со стальным отливом, а в следующий миг смягчился, незаметно превратился в жемчужный с едва заметными крапинками и лучиками чуть рыжеватого, более теплого, пигмента.

– Инга, у тебя сестра всегда такая перепуганная? – неожиданно весело поинтересовался незнакомец.

Он как-то очень смешно двинул бровями и громко приказал:

– Отомри!

Наваждение сразу развеялось: Дина вздрогнула и облегченно вздохнула. Действительно, чего она испугалась? Лицо как лицо, глаза как глаза – светло-серые.

– Думаю, это вы ее так напугали, Виталий Александрович, – улыбнулась Инга. – Своими фирменными фокусами.

Так это и есть Виталий? Директор второй компании?

Пользуясь тем, что на нее больше не обращают внимания, Дина присмотрелась к мужчине внимательнее. Он был гораздо старше, чем показался ей вначале. И одежда на нем была не простая, хоть и без вычурности. Джинсы уж очень ладно скроены, да и пошиты не из обычной ткани, слишком глубокий цвет без потертостей. Рубашка сидела как влитая, да еще и белизной сияла так, будто только-только ее в магазине купили.

Надо бояться Виталия или нет, девушка так и не поняла. Она ведь с "фирмачами" никогда не общалась, не работала в таких организациях. Кстати, директора Инги она тоже еще не видела.

– Да я уже всех вас готов запугать. В профилактических целях, – вздохнув, сказал Виталий. – Присаживайтесь, девушки, что вы стоите?

– Присядем, но не надолго, – парировала Неля, недовольно нахмурившись. – Виталий Александрович, у нас очень мало времени...

Секретарь так укоризненно посмотрела на своего директора, что Дина сразу подумала: не того начальника она боялась.

– Мы быстро, – подал голос Кржижановский. – Мне тоже пора бежать.

И к окну отошел, чтобы хорошо видеть всех – и директора, и своих коллег, дружно усевшихся за первую парту. Трехместную, правда, но они поместились – толстушек среди них не было.

– Юра, как я понимаю, больше всего тебя беспокоит присутствие Дины, – задумчиво произнес Виталий. – Ее внешность полностью соответствует милицейскому описанию.

На девушек он больше не смотрел, но Дине казалось, что директор всё равно за ней наблюдает. На всякий случай она старалась сидеть тихо, не шевелясь. Еще придумает снова ее взглядом сверлить, бр-р!

– Скажем так, в светлое время суток я опасаюсь только за Дину, – сказал Кржижановский. – А в сумерках – за всех троих.

– Их тут четверо, – Виталий Александрович даже голову к девушкам повернул, будто хотел убедиться, что никто не сбежал украдкой.

– Ингу можно исключить.

– А можно поинтересоваться, откуда меня хотят исключить и за что такое "доверие"? – тут же отозвалась Инга.

В отличие от сестры, рядом с начальством она чувствовала себя свободно, даже улыбалась.

– Да, объяснитесь, пожалуйста, – поддержала ее Неля. – Разговариваете о чем-то своем, а мы в догадках теряемся.

– Я предлагаю вас троих – Дину, Анечку, Нелю – отправить сейчас домой, – объяснил Кржижановский. – У всех вас темные волосы, вряд ли в сумерках преступник будет присматриваться, белая у вас кожа или смуглая. Думаю, присутствующие здесь понимают, о чем я говорю, вы все в курсе сложившейся ситуации.

– Мы-то с радостью уедем, – недовольно хмыкнула Неля. – Но кого вы вместо нас оставите?

– Как этого "кого"? – улыбнулась Инга. – Меня, получается. Буду бегать бодрой рысью по залу, пытаясь всё успеть.

– В том-то и загвоздка, что некого оставить, – сразу помрачнел Виталий Александрович. – Мало того, среди наших гостей тоже есть девушки похожего типа. И я очень рассчитывал на то, что именно вы будете присматривать за ними.

– Вот и не пугайте нас вашими домыслами! Мы никуда не поедем! Если милиция мероприятие разрешила, значит, преступник здесь вряд ли появится. А сейчас нам надо идти работать. Надеюсь, у вас всё? – Неля решительно встала со своего места, показывая, что собирается уходить.

– Сегодня вечером вы должны быть в здании. Все, включая Ингу! До окончания мероприятия на улицу вообще не выходите. Это – приказ, – отчеканил директор.

В его голосе явственно лязгнул металл. Дина сразу же вспомнила о специфическом взгляде Виталия Александровича и поспешно опустила глаза, чтобы случайно не посмотреть ему в лицо.

– Хорошо, – ответила за всех Неля. – Я прослежу за этим.

– Других брюнеток тоже постарайтесь на улицу не выпускать. Если кто-то из гостей всё-таки выскользнет, сразу сообщайте. И в коридоре, и у выхода будут постоянно дежурить наши водители.

Дина подумала, что их маленькое совещание похоже на военный совет. Видимо, Виталию нравилась роль полководца.

– Принято! – мгновенно отреагировала на приказ Неля. – Но какой толк студенток стеречь, если они всё равно после окончания фуршета через парк пойдут, на метро?

– А вот это – уже моя забота, – сказал Кржижановский. – Можете не беспокоиться на сей счет.

Когда девушки вышли в коридор, Неля тот час поманила их в дальний закуток. Оглянувшись на всякий случай – нет ли кого-то рядом? – она, кривовато усмехнувшись, спросила:

– Ну что, сильно Виталий вас напугал? Дина, ты как себя чувствуешь?

– Нормально, – неопределенно пожала плечами Дина. – А что это было?

– Виталий в юности гипнозом увлекался, пытался практиковать. Сейчас своими умениями не пользуется, но в разговоре любит "цеплять" собеседника взглядом.

– Зачем ему это? – удивилась Дина.

– Может, действительно, припугнуть хотел, чтобы согласилась уехать. Его милиция прессует из-за нашего мероприятия, он уже который день рычит на всех подряд. Я-то привычная к его трюкам, а вас могло и пронять.

"Загипнотизировать Нелю, наверное, никому не удастся. Она сама кем угодно командовать будет", – добавила про себя Дина, но вслух ничего не сказала.

– Мы тоже наслышаны о его фокусах, – хмыкнула Инга. – Но на моей памяти он еще никого по-настоящему в транс не вводил.

– Если кто-то из вас очень боится, могу отпустить домой, – тем временем продолжала Неля. – Даже вопросов задавать не буду, просто в машину посажу. На вашей оплате это не отразится.

– Ты лучше нам скажи, что сама думаешь? – спросила Анечка. – Всё-таки, у мужчин свои резоны, а ты – такая же как мы.

– Я думаю, что Юра и Виталий – известные перестраховщики. Впрочем, директора я могу понять: если что-то произойдет, ему отвечать. А Кржижановский – его правая рука, будет делать то, что Виталий скажет.

– Тогда пошли работать! – скомандовала Инга. – У нас дел – по горло, пусть мальчики сами в свои игры играют. Мне кажется, если мы будем здесь, в зале, – и они станут меньше беспокоиться, глядя на нас. Главное, вести себя как обычно, не заражаться от них нервозностью.

Как выяснилось, пока Инга и Дина ездили на экскурсию, Юра развил бурную деятельность.

Например, он попросил администрацию закрыть огромные двери между залом и коридором, ведущим к центральному входу. Надо было быть Кржижановским, чтобы уговорить институтских на такой подвиг: ни одна из сестер не помнила, чтобы эти двери когда-то закрывались – уж очень тяжелыми были. Дина подозревала, что уборщицы даже полы в тех углах не всегда протирали, только бы лишний раз двери не трогать.

Теперь к ним можно было попасть лишь через боковой вход: короткий коридорчик вел от двери в небольшой холл перед залом. Выхода на лестницу здесь не было, ответвлений в другие коридоры – тоже. Значит, можно было не бояться, что гости разбредутся по всему корпусу.

Кроме того, на улице, у входа в здание, Кржижановский поставил дежурных. В "предбаннике" тоже всё время кто-то был – он присматривал и за коридором, и за входом в туалетные комнаты.

Не случайным было и то, что среди официантов не оказалось ни одной девушки, только парни. Как подозревала Инга, для этого пришлось заранее "прессануть" руководство институтского кафе, обслуживавшего фуршет. Что именно Юра им сказал – можно было лишь догадываться.

Неля какое-то время еще пыталась ему возражать, но в итоге и она рукой махнула: остановить сейчас Кржижановского не смог бы никто. Проще было подчиниться его требованиям.

Сейчас Ингу и Дину отправили к центральному входу. Они должны были встречать гостей и рассказывать им, как пройти в зал. Недалеко крутился Валерий Геннадиевич, усиленно делавший вид, что он "просто покурить вышел".

Анечка осталась с Юрой – вместе они изучали сегодняшние списки участников, прикидывая возможные маршруты гостей. (Да-да, спрашивать при регистрации почтовые адреса гостей – якобы для рассылки материалов конкурса – тоже было идеей Кржижановского!)

Честно говоря, Дине было смешно их слушать. Не такая уж и большая площадь института, чтобы необходимо было раскатывать по ней на машине. А они уже собрали для гостей целый автопарк! Юра даже мини-бусик где-то успел одолжить – тот стоял припаркованный недалеко от входа. Но возражать вслух девушка не посмела: кто она такая, чтобы перечить бывалым организаторам?

Дежурство у центрального входа показалось Дине скучноватым. Приглашения на фуршет получили не многие – днем посетителей пришло в разы больше. Причем, победители конкурса, ездившие на фабрику, были уже в зале. Фактически, девушки должны были встретить только организаторов – представителей бельгийской компании, сотрудников минобразования и свое начальство. Ах, да! И мажоров! Как же без них?

Чтобы занять сестру делом, Инга предложила ей составить список тех, кого девушки должны были "пасти" сегодня. Студенток они вдвоем перечислили быстро, а вот на организаторах конкурса застопорились: неизвестно было, кто из них явится вечером.

– Записывай всех, кто мимо нас прошел, – подумав, скомандовала Инга. – А потом, в зале, по головам пересчитаем и добавим тех, кого пропустили. Кстати, ты еще не думала, как мы их пасти будем?

– А что тут думать? – беззаботно отозвалась Дина. – Как коров... Разделим всех темненьких девушек по самым ярким признакам: кто-то из нас будет пасти тех, кто одет в темное, кто-то – тех, кто одет в светлое, кто-то – самых модных, пестрых.

– Логично, – одобрила Инга. – Кстати, сколько у тебя уже получается?

– Пока немного... Если Анечка с нами будет, по три барышни на нос выходит. Нелю я не считаю.

– Правильно! Неле не до слежки будет – ей надо многое успеть. Например, нашу оргтехнику обратно в офис отправить.

– А если Кржижановский не досчитается какого-нибудь винтика на принтере, еще и с Юрой разбираться придется, – ехидно добавила Дина.

Сестра лишь язвительно хихикнула в ответ:

– Да уж, за свой любимый принтер он кого угодно голыми руками порвет.

Бельгийцы оказались самыми точными – явились ровно за десять минут до начала мероприятия.

– У них, что ли, одни темненькие в офисе работают? – печально спросила Дина, когда иностранцы ушли. – Троих в список гостей добавила!

– И еще одну впиши! – недовольно фыркнула Инга. – Адриан привел какую-то фифу! Ему, что ли, студенток мало? Кто на такие мероприятия со своим самоваром ходит?

Дина торопливо обернулась. Желтая "Феррари" была уже припаркована – и как ее можно было не услышать? – Адриан шел к входу в корпус. Рядом с ним на каблуках-ходулях вышагивала высокая стройная девушка.

"Ничего себе!" – вот и всё, что смогла подумать разинувшая рот Дина.

В супермодных джинсах-клеш, яркой футболке, облегающей тело словно вторая кожа, туфлях с острыми, изумительно-длинными носами, незнакомка казалась ей настоящей инопланетянкой. Длинные темные волосы, тщательно вытянутые утюжком, завершали образ.

– Фух! – облегченно вздохнула Инга. – Это ведь Милана! Снова она имидж сменила, я и не узнала сразу. В список сотрудников ее внеси.

Дина хотела спросить, кто такая Милана, но не успела, парочка подошла к ним.

– Привет, девчонки! – ослепил их своей улыбкой Адриан. – Скучаем?

– Работаем! – отрезала Инга. – Куда идти знаете?

– Нет, конечно, – снисходительно улыбнулась Милана, блеснув идеально-белыми зубами. – В этом институте мы не учились.

– Поворачиваете налево, вдоль корпуса идете к торцу здания, там увидите двери с нашим плакатом, – заученно оттарабанила Инга, сделав вид, что не заметила выпущенную колючку.

– Спасибо, дорогая! – кивнула Милана с видом императрицы, утомленной государственными делами.

Инга дежурно улыбнулась ей в ответ.

– Кто такая эта Милана? – нетерпеливо спросила Дина, когда парочка ушла.

– Еще одна... мажористая.

– Так она у вас работает?

– Ага! Ее хвост мы тоже заносим. Папенька Миланы коллекционирует контрольные пакеты крупных компаний. Надо сказать, у него это неплохо получается.

– Смешно у тебя выходит: тот коллекционирует компании, тот – девушек. Одни коллекционеры!

– Да-да... Может, и не нужна ему та компания, но пусть будет – для коллекции!

– А Милана что коллекционирует?

– Институты!

– В каком смысле?

– В прямом! Она сменила уже вузов пять, не меньше. Но в каждом училась не больше года, неинтересно ей!

– М-да... А зачем ей тогда высшее?

– Ее папенька тоже так подумал и пристроил доченьку в одну из фирм Виталия.

– Но она же у вас работает, – не поняла Дина.

– Теперь уже – у нас!

– Ничего не понимаю... Инга! Ты меня специально запутываешь?

– Нет! Всего лишь честно отвечаю на твои вопросы. Кстати, у нас новые гости.

Только что подъехавшую машину Дина хорошо знала, как и Мих Миха, сидящего за рулем. А вот его пассажира увидела впервые. Девушка сразу же поняла, кто перед ней, всё-таки столько раз по телевизору видела.

В реальной жизни Мистер Биг оказался таким же импозантным, как и на телеэкране. Правда, приехал он не сам... с еще одной темненькой барышней!

Да что ж их так переклинило на темненьких?! Рыжие им на глаза не попадаются, что ли?

Появление очередной брюнетки так возмутило Дину, что она пропустила мимо ушей начало разговора, сразу принялась делать пометки в списке.

– Приятно познакомиться... – услышала Дина, заканчивая торопливо черкать в блокноте, и лишь тогда обратила внимание, что все смотрят на нее.

Оказывается, Инга ее уже представила, а она даже не заметила! Стыд-то какой!

Почувствовав, что щеки начинают предательски розоветь, Дина постаралась сосредоточиться. Надо же как-то ответить!

Девушка торопливо подняла глаза. (А шеф-то – не маленький! Действительно, Мистер Биг!)

Уже открыв рот, чтобы что-то сказать, Дина удивленно замерла: Мистер Биг улыбался ей, в его глазах плясали лукавые огоньки. Да-да, тот самый министр, депутат и прочая, прочая, прочая...

И этот туда же! Мало того, что приехал без какой-либо свиты или хотя бы охраны, как обычный человек, так еще и выражение лица у него такое, будто задумал что-то хулиганистое. А ведь солидный мужчина!

– И мне приятно... – наконец-то пролепетала Дина, совершенно сбитая с толку.

– ...познакомиться, – охотно подсказал шеф, чем окончательно смутил девушку.

– Мистер Биг всегда такой? – осторожно спросила Дина, когда они с Ингой остались одни.

– Какой? – не поняла сестра.

– Ну-у... – замялась Дина. – Несерьезный!

И выдохнула облегченно, наконец-то сформулировав то, что ее так беспокоило. Да, именно несерьезность больше всего смущала Дину в коллегах Инги. Например, Кржижановский, в ее понимании, никак не мог быть строгим замом. Разве зам может называть подчиненных малявкой и бросаться бить морду обидчику своей сотрудницы?

Конечно, Мистер Биг, в отличие от Юры, одет был подобающе, да и его машина соответствовала статусу своего владельца. Но с подчиненными он совсем просто общался!

Когда Дина попыталась изложить Инге свои сомнения, та лишь рассмеялась в ответ:

– Мистер Биг – профессор экономики. До того, как пришел в политику, в университете преподавал. Поэтому он всегда с удовольствием со студентами общается. На фуршете обрати внимание, вокруг него толпа молодежи обязательно соберется.

– Всё равно, – не соглашалась Дина. – Милана и та...

– Для Миланы выпендреж – смысл жизни, – снова рассмеялась Инга. – А Мистеру Бигу это не нужно, все и так знают, кто он. И его жена такая, ты же видела.

– Я его жену не видела.

– А с кем он, по-твоему, приехал?

Дина удивленно уставилась на сестру. Эта миниатюрная, неброско одетая брюнетка и есть жена Мистера Бига? В первый момент девушке вообще показалось, что шеф с дочерью приехал. Однако, когда незнакомка заговорила, стало ясно, что женщина не может быть студенткой, гораздо старше.

– Ты лучше мне про Милану доскажи, – свернула девушка на другую тему. – Почему она у вас работает?

– По тем же причинам, что и остальные мажоры. Присматривать за ней надо.

– А почему она у Виталия не прижилась? – продолжала настойчиво допытываться Дина.

Она нюхом чувствовала какую-то интересную историю и, конечно, хотела услышать ее.

– Потому что не потянула должность пресс-секретаря. Там тоже надо что-то делать, а не только величественно улыбаться. Ну и...

Инга запнулась, сомневаясь, надо ли продолжать.

– Говори, – поторопила ее Дина. – Интересно же!

– Да история одна произошла. Некрасивая. Работой Милану не сильно нагружали, ты сама понимаешь, что пресс-секретарь из нее никудышный. Вот ей скучно и стало, начала она глазки строить, флиртовать напропалую.

– С кем флиртовать? – не поняла Дина.

– С Виталием, конечно. С кем же еще? Другие сотрудники были не достойны ее внимания.

– Неужели, Виталий не женат?

– Конечно, женат. Думаешь, для Миланы такие "мелочи" – серьезное препятствие?

– Вряд ли. И что Виталий?

– Ему даже не жена, любовница, сразу же скандал устроила. Делить его с женой она еще соглашалась, а на троих – нет... Внимание! Кажется, еще одни наши гости приехали.

Глава 10

В этот раз Дина даже не расстроилась, увидев брюнеток в составе делегации министерства. Брюнеткой больше – брюнеткой меньше, какая уже разница? Ей не терпелось узнать о романе Виталия и Миланы. Такая история, как в кино! Правда, девушка не представляла себе, как можно любить Виталия. Вспоминала его тяжелый гипнотизирующий взгляд и всё сжималось внутри. Бр-р...

Увы, услышать продолжение Дине так и не удалось. Несколько машин подъехали практически одновременно, нужно было уделить время вновь прибывшим.

Было еще одно событие, которое Дина ждала с нетерпением – знакомство с другими мажорами. Если Адриан и Милана такие необычные, какими же будут остальные? Потому она то и дело поглядывала по сторонам, ожидая увидеть очередной спорткар.

Но реальность разочаровала ее: ни экзотическими именами, ни яркой внешностью Роман и два Максима не выделялись. Роман вообще напоминал сына директора какой-нибудь районной "Сельхозтехники", приехавшего учиться в город. Огромный здоровяк с пудовыми кулачищами, на котором трещали модные футболки и джинсы. Максимы были слишком похожи друг на друга – оба невысокие, худые, даже тощие, с невыразительными лицами. Модная дорогая одежда смотрелась на них обычно. Все трое приехали на ничем не примечательной темно-синей «вольво».

– А где шестой? – тихонько спросила Дина, когда они с Ингой уже шли к залу.

– Кто «шестой»? – не поняла сестра.

– Мажор. Ты говорила, у вас шесть замов.

– Правильно. Шесть замов, из них пять – мажоры. Кто-то же и работать должен.

Действительно, о том, что кто-то должен работать, а не только место занимать, Дина и не подумала.

Вернувшись в зал, Дина даже растерялась. Приветственную речь они с кузиной пропустили, гости уже успели разойтись по залу. Ингу практически сразу отвлекли какие-то женщины, представители бельгийской компании. Никого из знакомых рядом не было, потому Дине оставалось только скучать, ожидая, когда сестра освободится.

На фуршетах Дина никогда не бывала, и, честно говоря, не очень понимала, что это слово означает. То, что стульев не было, есть нужно было стоя, ее, мягко говоря, смутило. На столах были расставлены блюда с закусками, здесь же стояли стопки чистых тарелок, но приборов никаких не было. Да и ходить с тарелкой по залу Дина стеснялась. А вдруг рассыплет всё?

Центральное блюдо, стоявшее на ближайшем столе, вообще повергло ее в ступор. На разных ярусах большой пирамиды были красиво выложены мясные закуски, сыры, какие-то рулетики. Венчали композицию огромные усатые креветки. (Дина не была уверена, но предполагала, что креветки). Девушка точно знала, что их надо чистить. А как и чем?

Главное, у Дины не было никакой возможности подсмотреть, как поступают другие гости! Пирамида заслоняла весь обзор. Еще и местный фотограф ею заинтересовался, выглядывал то с одной стороны "креветочной" этажерки, то с другой, ослепляя девушку вспышкой. Скорее всего, он фотографировал и других участников, но Дине казалось, что объектив нацелен именно на нее.

Демонстративно перейти к другому столу, бросить сестру, Дине показалось неправильным, как и вертеть головой, подсматривая за другими гостями. Вот и переминалась нерешительно, украдкой поглядывая то на кузину, то на пирожки, стоявшие совсем недалеко. Интересно, будет очень неприлично взять один из них прямо рукой? Или его салфеткой берут?

Наконец-то к их столу подошла какая-то изящная барышня (не брюнетка, потому Дина не запомнила, как ее зовут). Незнакомка подумала немного и взяла стаканчик с непонятными разноцветными палочками. Вытащила одну из них и начала с аппетитом ее грызть, макая в соус на дне стаканчика.

Дина последовала ее примеру... и недовольно скривилась. Одинакового размера палочки оказались аккуратно нарезанными овощами: здесь были обычные огурцы, морковка, сладкий перец. Какие-то зеленые побеги с почками добили ее окончательно: она – коза, что ли, ветки грызть и морковкой заедать? С соусом, конечно, вкусно, но ей и дома огурцы надоели, каждый день на огороде полное ведро собирала.

К сожалению, незнакомка больше ничего не взяла, отошла от стола со стаканчиком в руке. Дина лишь огорченно вздохнула, посмотрев ей вслед.

– Что скучаешь, малявка? – раздался откуда-то из-за спины знакомый голос. – Ешь, пока столы не пустые. Сегодня у нас в гостях вечно голодные студенты, так что зевать не рекомендую.

Кржижановский! Впервые Дина, услыхав его «малявка», искренне обрадовалась, а не рассердилась.

– Юра, а как это едят? – тихонько спросила она.

Специально отступила немного в сторону и повернулась к нему лицом, чтобы никто другой не услышал ее.

Пожалуй, Кржижановский был единственным человеком в зале, кому девушка могла задать этот вопрос, абсолютно не стесняясь. После вчерашней схватки, а главное, разговора в коридоре, Дина поняла, что Юра не имеет никакого отношения ни к мажорам, ни к депутатам, ни к "владельцам газет, пароходов". Хоть и занимал он "громкую" должность, сейчас девушка воспринимала его как старшего брата, в ответ на ехидные реплики которого можно было даже огрызаться, не боясь, что ляпнешь что-то не то.

– Едят прямо руками, – ничуть не удивившись ее вопросу, сообщил Кржижановский.

Он подошел к столу и ловко подцепил с ближайшей тарелки миниатюрный шашлычок: ухватил его за палочку, на которую были нанизаны кусочки сыра и оливки. Порция была совсем мизерная, для него – на один укус. Юра одним движением, прямо зубами, снял весь шашлык с "шампура" и с удовольствием начал жевать.

– Если ты присмотришься, то увидишь, что в каждом рулетике и канапешке есть такая шпажка, – Кржижановский продемонстрировал Дине пустую палочку. – За шпажку и хватай.

– Но в креветках нет шпажки... – возразила Дина.

– Малявка, да у тебя глаз – алмаз! – хитро улыбнулся Юра. – Сразу креветки приметила. Их не едят, для красоты положили, потому их так мало. Да еще и неочищенные, возиться с ними неудобно будет, только руки пачкать.

– А эти корзиночки как брать?

– Тарталетки? Прямо руками. Видишь, внизу у каждой бумажная «юбочка» есть? За нее и берешь. С них можешь начинать, они обычно очень вкусные.

Рассказывая это, Кржижановский и сам не терялся, постоянно что-то жевал. Глядя на него, Дина почувствовала, что тоже голодна. Правда, в сторону сладкого до сих пор смотреть не хотелось.

Рядом с Юрой Дина почувствовала себя защищенно, совсем расслабилась. Уже не хватала все подряд, высматривала закуски повкуснее. Сыры, например, она не очень любила, а вот красную рыбу обожала. Жаль, пробовать приходилось не часто.

Неля и Анечка появились в зале, когда они уже перешли к фруктам. Инга всё еще продолжала разговаривать со спонсорами – к ним присоединились бельгиец с переводчицей. Кржижановский то и дело недовольно поглядывал в их сторону, успокоился лишь увидев, как Инга подошла к столу и взяла какой-то пирожок.

– Юру кормишь? Молодец! – похвалила Неля Дину. – За ним надо следить, вечно он поесть забывает на мероприятиях.

– Это смотря еще кто кого кормит! – возмутился Кржижановский. – Ты сама-то не голодная? Или всё некогда?

– Сейчас, еще кое-что...

– Твое "кое-что" никуда не денется. Поешь сначала!

– Я хотела водителей наших подменить, которые на улице дежурят. Чтобы тоже перекусили.

– Давай, я схожу, всё равно уже ничего не хочу, – предложила Дина.

– Вы куда обе собрались? – недовольно спросил Юра. – Уже забыли, о чем договаривались? Никто из вас на улицу не пойдет. Я сам этим вопросом займусь. Вы лучше брюнеток своих пасите.

– Мне брюнеток не досталось, девочки между собой их поделили, – сообщила Неля, приступая к рулетикам из семги.

– Как это поделили? – не понял Юра.

Дина вкратце рассказала ему о своей идее.

– Да ты у нас – головастая! – похвалил ее Кржижановский.

Будто и мелочь, а Дине было очень приятно услышать его комплимент.

«Пасти» брюнеток оказалось совсем несложно: Дине достались девушки в розовом. В нынешнем сезоне были безумно модными любые оттенки этого цвета. Вот и на фуршете, достаточно официальном мероприятии, многие щеголяли в ярких нарядах. Их было видно издалека, Дина просто пересчитывала своих подопечных время от времени.

Уходить из зала пока никто из них не собирался – на столах еще было полно всего. Вокруг Мистера Бига собралась не маленькая толпа молодежи – он громко рассказывал какую-то байку, а студенты охотно смеялись над его шутками. Остальные гости разбились на группки помельче, стояли то здесь, то там, но от столов старались не удаляться.

Неля пробыла вместе с ними совсем не долго – ее окликнул Виталий Александрович и они куда-то ушли вдвоем. Зато Инга наконец-то вернулась и с аппетитом набросилась на еду. Дина с Анечкой лишь посмеивались тихонько, глядя, как она сметает все подряд.

Девушки с удовольствием болтали втроем, обсуждая нынешнее мероприятие и, что уж там скрывать, охотно сплетничая. По совету Дины, они постоянно следили только за единственным входом в зал – в окно ведь никто не будет выскакивать!

Увлеченная беседой, Дина проморгала тот момент, когда рядом с ней снова появился Кржижановский. Даже отшатнулась испуганно, обнаружив рядом с собой его, а не Ингу.

Подруги дружно рассмеялись, глядя на ее удивленное лицо, а Юра даже не улыбнулся.

– Дина, к тебе твой хмы... – начал он, но осекся, увидев ее сердитую гримаску.

– Выйди, тебя Артем Валерьевич спрашивает, – быстро поправился он.

– К Дине Валерьяныч пришел? – мигом оживилась Инга. – Почему же ты его сюда не привел? Нам ведь нельзя на улицу выходить.

– Нечего ему здесь делать, – недовольно буркнул Юра. – Пусть Дина к нему выйдет. Ничего не случится, если у входа постоят, я тоже недалеко буду.

Артем Валерьевич стоял недалеко от входа, то и дело растерянно поглядывая на серьезного Мих Миха, дежурившего у входной двери. Дина, забыв о запрете Юры, сама подбежала к куратору, ей совсем не хотелось разговаривать с ним прямо на пороге.

Увидев свою студентку, преподаватель приветливо улыбнулся и предложил:

– Может, отойдем немного? На той лавочке можем посидеть.

– Только дальше лавочки – ни шагу! – тут же отозвался от двери Кржижановский. – Головой за нее отвечаешь!

Артем Валерьевич поморщился недовольно, но возражать Юрию не стал, не захотел связываться.

Конечно, на лавочке, стоявшей прямо под фонарем, Дина чувствовала себя как на ярко освещенной сцене. И Юра, и Мих Мих, не скрываясь, то и дело поглядывали в их сторону. Зато, если говорить практически шепотом, можно было не бояться, что их будут подслушивать. Дина не собиралась секретничать со своим куратором, но и посвящать всех в свои личные дела не планировала.

– Что-то случилось? – спросила девушка, когда они оба уселись спиной к корпусу.

– Нет, – поторопился ее успокоить Артем Валерьевич. – Я заглянул практически случайно, в дальний магазин направлялся. Решил на всякий случай спросить, как вы будете добираться домой после мероприятия. Вас будут провожать?

Дина улыбнулась про себя... Ладно, поверим, что "практически случайно" куратору срочно понадобилось в "дальний магазин".

– Я поеду на машине, нас организованно развезут по домам, – сообщила она. – Вы, наверное, заметили, что сегодня все девушки – под строгой охраной, никто не отпустит меня саму.

– Да уж, я это заметил, – снова поморщился Валерьяныч. – Надеюсь, этот... хм... товарищ... не обижает вас?

Он кивнул в сторону ярко освещенного входа, где негромко беседовали Кржижановский и Мих Мих.

– Почему Юра должен нас обижать? – искренне удивилась Дина, сразу поняв, о ком идет речь. – Наоборот, он защищает...

– И очень рьяно... Вчера я имел счастье убедиться в этом...

Вспомнив драку Юры и Валерьяныча, девушка улыбнулась. Пожалуй, у них было достаточно оснований сердиться друг на друга.

– Надеюсь, сегодня – ваш последний рабочий день? – тем временем продолжил куратор. – Завтра вы уже не будете работать?

– Кончено, нет, – немного удивилась Дина. – Мероприятие длится только один день, зачем мне завтра выходить?

– Мало ли... – пожал плечами Валерьяныч. – Вы – ответственная, исполнительная. Вам вполне могли предложить постоянную работу.

"Мне???" – чуть не ляпнула Дина, но вовремя прикусила язык.

Еще пару дней назад она бы рассмеялась в ответ на такое заявление. По ее личному мнению, бедная студентка из "бесперспективного" поселка никак не могла претендовать на работу под крылышком самого Мистера Бига. Но сейчас она вспомнила слова своей сестры: "Шесть замов, из них пять – мажоры. Кто-то же и работать должен". Действительно, на реальные, не придуманные, должности сюда берут самых обычных людей. Та же Анечка – из простой семьи, и мать, и отец – мастера-технологи на промышленных предприятиях. Но, увы, Дине никто не спешил предлагать здесь место, всё-таки она всего лишь два дня успела поработать.

– Нет, мне ничего... – начала Дина и осеклась, услыхав крик, доносящийся откуда-то из глубины парка.

Женский крик!

"Упустили! Кого-то из брюнеток упустили!" – подумала она и испуганно посмотрела в сторону входа в корпус.

Увидев, как Кржижановский и Мих Мих в один миг сорвались с места, Дина рванула вместе со всеми, следом за Валерьянычем, уже набравшим приличную скорость. Но Юра сразу же перехватил ее:

– Куда?! Бегом в зал, к нашим. Пусть водители срочно бегут в парк! Скажи Неле или Виталию, пусть милицию вызывают. Срочно!

Услыхав это рычащее "Ср-рочно!!!", Дина, наклонилась, сбросила босоножки на каблуках и что было духу босиком помчалась назад, к корпусу. К счастью, в холле перед залом она встретила Геннадиевича и какого-то водителя, которые шли на смену дежурным. Отправив их в парк, Дина забежала в зал.

Неля стояла совсем не далеко от двери и заметила ее в первую же секунду. Иначе Дина бы точно заорала на весь зал "Тревога!!!" или что-то похожее, уж очень перепугана была. Но Нелю не просто так за глаза называли "главнокомандующим". Увидев запыхавшуюся девушку, босую, с босоножками в обеих руках, она мгновенно всё поняла. Тут же перехватила Дину, не дав ей сказать и слова. Подтолкнула к ближайшей стене и прикрыла ее своей спиной от чужих взглядов, чтобы меньше привлекала внимание гостей.

– Что стряслось? – выдохнула Дине в лицо. – Говори, быстро!

Девушка постаралась в двух словах, как можно четче, сообщить, что произошло.

– Срочно надевай обувь на ноги, а улыбку – на лицо! – отчеканила Неля. – Потом медленно и спокойно иди к Инге, пересчитаете вместе брюнеток. Переполошите мне гостей – всем головы откручу! Вы лично отвечаете за порядок в зале. С остальным без вас разберутся!

– Кому потом сказать, кого из девушек не хватает? – спросила Дина уже более спокойным тоном.

– А почему ты решила, что в парке кто-то из наших? – недовольно хмыкнула Неля и неторопливо направилась к Виталию, беседовавшему с одним из бельгийцев.

Пока Дина пробиралась к Инге и Анечке, она старательно прокручивала в голове события последнего часа.

Пожалуй, Неля была права. Когда Дина выскочила из зала, все брюнетки были на месте. Пока они разговаривали с Артемом Валерьевичем, никто на улицу не выходил, мимо Кржижановского и Мих Миха точно бы не проскочили. Да и не долго Дина разговаривала, не успела ничего толком рассказать Валерьянычу.

Крик донесся откуда-то из глубины парка. Чтобы дойти туда спокойным прогулочным шагом, понадобилось бы несколько минут. И когда бы "их" брюнетка успела пробраться на то место, даже если бы нашла способ выйти из здания незамеченной?

А значит, не стоит влезать в чужую драку, пусть мужчины сами разбираются. Тем более, надо за порядком здесь следить, на дежурстве никого не осталось...

Действительно, она же направила дежурных в парк! У входа в здание никого нет!

Как можно спокойнее, делая вид, что просто прогуливается по залу, Дина развернулась и отправилась искать Нелю. Та, наверное, сама ее заметила, потому что вынырнула совсем неожиданно, из-за какого-то рослого студента.

– Что еще? – спросила шепотом.

Дина сообщила ей о дежурных.

– Молодец, что подумала об этом! – похвалила ее Неля. – А теперь иди к девочкам, не суетись зря. Я разберусь со всем.

Конечно, Инге и Анечке пришлось все рассказать. Молчать было бессмысленно: подруги сразу поняли, что что-то произошло, уж очень встревоженная вернулась Дина. Вместе они пересчитали брюнеток – все оказались на месте.

В зале стоял негромкий ровный гул, никто не суетился, никуда не спешил. Тем не менее, Дина скоро заметила, что Виталия уже здесь нет, как и его сотрудников. Фактически, не было никого из ее коллег-мужчин, лишь Мистер Биг, директор Инги (Дина наконец-то с ним познакомилась!), мажоры и гости.

– Хватит по сторонам зыркать! – дернула ее кузина. – Ты пугаешь людей своим мрачным взглядом. Продолжаем болтать, как ни в чем ни бывало, и пасти брюнеток. Приказ ведь никто не отменял, что-то другое делать тоже не говорили.

Легко сказать "болтать, как ни в чем ни бывало"! Дине стоило огромных усилий непринужденно улыбаться, не оглядываясь нервно по сторонам.

Глава 11

Дина облегченно вздохнула, лишь увидев в зале Виталия. Были он спокойным и невозмутимым, будто выходил исключительно для того, чтобы свежим воздухом подышать. Сейчас его внешняя холодность не пугала, наоборот, девушка восприняла ее как хороший знак.

Следом за своим директором неспешно шла Неля. Оба они присоединились к Мистеру Бигу, увлеченно рассказывавшему что-то бельгийцам, и уже через несколько секунд включились в разговор: весело улыбались и поддакивали шефу.

А вот трем девушкам, издалека следившим за ними, было всё сложнее и сложнее сохранять спокойствие. В институтском парке происходило что-то интересное, а они понятия не имели, что именно!

Дина места себе не находила – где там, в гуще событий, был Артем Валерьевич! Куратор хлюпиком никогда не выглядел, но вряд ли Анастасия Сергеевна разрешала своему сыну часто драться в детстве. Преподаватель Дины не был похож на человека, имеющего хорошие навыки рукопашного боя.

Выяснять подробности у Нели, а уж тем более – у Виталия, они не рискнули. Как известно, от начальства лучше держаться подальше, а вокруг Мистера Бига как раз собрались топ-менеджеры разных компаний. Оставалось ждать, когда в зале появится кто-то еще.

Первой не выдержала Инга:

– Я всё-таки выйду на улицу, спрошу у дежурных, не знают ли они, что да как. Не убьют же меня за это! А то, боюсь, все наши уже в курсе произошедшего, а мы тут умираем от любопытства.

И привычно добавила:

– Следите за брюнетками!

Вернулась Инга на удивление быстро. Как-то странно взглянула на сестру, быстро отвела глаза и пробормотала:

– Дина, тебя зовут. Выйди, пожалуйста, в коридор, там всё узнаешь. А я пока Анечке расскажу, что произошло.

Конечно, Дина сразу же встревожилась. Не стала терять времени, расспрашивать, что к чему, сразу же поспешила к выходу из зала. Но на улицу выйти не успела, в предбаннике ее окликнул Мих Мих. Водитель шел со стороны туалета, в руке он держал какую-то белую тряпицу.

– Не беги так быстро, – сказал он. – Здесь твой ненаглядный...

Ничего не понимающая девушка пошла за ним, в дальний угол холла. Здесь, за колонной, надежно укрытая от чужих глаз, стояла еще одна лавочка. На ней сидел, сильно запрокинув голову, Артем Валерьевич.

В отличие от своего преподавателя, уличные потасовки Дина наблюдала не раз. (Да что там скрывать, даже участвовать иногда приходилось!) Потому девушка сразу всё поняла, лишь только увидела, как ее куратор прикладывает к переносице компресс.

– Давайте сюда ваш платок! – приказала она Мих Миху, протягивая к нему руку.

– Да это я твоему Валерьянычу несу, – кивнул тот на Артема Валерьевича.

– Как вы его назвали?! – оторопела Дина.

– Валерьяныч... Юра его так называет, ну и я... А что, не надо было? Валерьяныч будто не обижался...

– Отдавайте немедленно платок! – сердито рыкнула Дина, чувствуя, внутри поднимается волна возмущения.

Ох, и выдаст она Кржижановскому за его фамильярность! Пусть только на глаза ей попадется!

Думает, если Дина "малявку" ему прощает, то и посторонних людей можно обзывать?!

В тот момент Дина даже не вспомнила о том, что сама знает Юру совсем недавно, что Кржижановский – старше ее лет на десять, не меньше. Кроме того, занимает ответственную должность, а сейчас является ее непосредственным руководителем. Фактически она собиралась отчитать своего начальника. И уши ему надрать... если дотянется.

Гораздо сильнее девушку беспокоил тот факт, что куратора в глаза называли его самым нелюбимым прозвищем. Говорили, появилось оно пару лет назад. Какому-то студенту его друзья в шутку сказали, что их нового преподавателя зовут Артем Валерьяныч. Тот принял розыгрыш за чистую монету: весь семестр упорно звал лектора именно так, хотя одногруппники не раз пытались разубедить своего друга. Сам Артем Валерьевич, надо отдать ему должное, издевательство над своим именем терпел достаточно долго. Замечание сделал лишь на экзамене, во время ответа студента... Стоит ли говорить, что горемыке пришлось потом приходить на пересдачу?

Увы, было поздно. Въедливые студенты успели заметить, как недовольно морщится их строгий преподаватель, когда слышит "Валерьяныч". Новое прозвище приклеилось к Артему Валерьевичу намертво, за глаза его теперь только так и звали. Кому охота язык ломать, борясь с трудным отчеством, если есть более простой вариант?

И конечно, куратор отлично понял, от кого Кржижановский мог услышать этот прозвище. Не мог не понять, вариантов было не так уж и много!

Мих Мих, увидев, что творится с девушкой, не стал больше возражать, молча отдал ей мокрую холодную тряпицу.

– Не уходите далеко, еще один нужно будет намочить! – приказала ему Дина.

Сейчас она совсем забыла о своей стеснительности. Какие тут могут быть сантименты, если надо Артему Валерьевичу помочь?

– Слышь, Валерьяныч, она у тебя всегда такая строгая? – удивленно спросил водитель. – Зеленая совсем, а командует как боцман на судне!

– А что вы хотели? Староста группы! – весело отозвался куратор.

– И угораздило же тебя связаться с начальством! – уже откровенно рассмеялся Мих Мих.

Дина, не обращая внимания на их подколки, подошла к Артему Валерьевичу, осторожно забрала у него компресс и внимательно всмотрелась в его лицо.

– Ну что там? Жуткий синяк будет? – поинтересовался преподаватель, не опуская головы. – Нос не сломан?

– А почему вы думаете, что сломан? – удивилась Дина, мельком глянув на платок, зажатый в руке. – Разве много крови было? Рубашка у вас чистая.

– Да откуда ему знать, как нос ломают? Он же не по этим делам... – вмешался Мих Мих. – Давай, я гляну, что там у него. Я по молодости в какие только драки не влезал, да и в армии пришлось всякого насмотреться.

Дина послушно подвинулась.

– Твоему носу лишь краешком досталось, потому и недолго кровило, – доложил Валерьянычу Мих Мих. – А вот в скулу ты схлопотал, синяк приличный будет. Дина, прикладывай ему свежий компресс к щеке, а я этот еще раз намочу, к носу приложим.

– Подождите минутку, – остановила его девушка.

Она ловко протерла лицо Артема Валерьевича, удалив следы крови, и только после этого отдала платок водителю. Тот немедленно направился в туалет.

– А теперь рассказывайте, что там у вас произошло! – приказала Дина.

Девушка чувствовала себя неловко, находясь так близко к Артему Валерьевичу. Она всегда старалась держать дистанцию, разговаривая с преподавателями. Сейчас впервые позволила себе такую вольность, но и ситуация была неординарная. Потому Дина специально говорила строгим голосом, чтобы никто не сомневался, что так и должно быть.

– Да ничего особенного... – неохотно отозвался куратор. – Один идиот в парке по лицу двинул.

– Только вам или кому-то еще?

– Только мне...

Дина тихонько вздохнула, почувствовав, как с души спадает тяжесть. Значит, серьезных травм ни у кого нет – уже хорошо! А то она успела себе напридумывать, пока ждала в зале.

– Почему же вы с разбитым носом так далеко шли? – удивилась Дина.

– Потому что мы не знали, какие корпуса сейчас открыты и где в них туалет, – раздался у нее за спиной голос Мих Миха. – Здесь-то уже ориентируемся.

– Но ведь Артем Валерьевич совсем рядом с парком живет... Зачем надо было от его дома уходить? – недоумевала Дина.

Даже в полумраке холла девушка увидела, как лицо преподавателя заливает краска.

– Ох, дочка, что ж ты такая недогадливая? – усмехнулся Мих Мих. – К тебе он возвращался...

Водитель, покрутившись для виду рядом с ними, ушел в зал, сославшись на то, что ему надо срочно разыскать своего начальника. Дина, немного подумав, села рядом с Артемом Валерьевичем – всё равно никто их сейчас не видит.

– А теперь расскажите мне всё по порядку! Только всё-всё! – строгим голосом сказала она.

– Хорошо, – усмехнулся преподаватель. – Расскажу.

– И сразу скажите, поймали вы того... Который к девушкам...

– Поймали, да не того, – донесся откуда-то из коридора голос Кржижановского. – Вы где разговариваю? Я вас не вижу.

– Юра, мы здесь, за колонной, – подал голос куратор.

– Ага, уже нашел!

Кржижановский тоже не упустил возможности полюбоваться травмами Артема Валерьевича.

– До свадьбы заживет! – успокоил он Валерьяныча.

– Мне бы до первого сентября! – улыбнулся тот.

– И до первого заживет! – поспешил заверить Юра. – А если малявка позаботится, за пару недель и следа не будет.

– Она – не малявка, она – строгая староста Дина Михайловна. Вот как начнет за тобой с ведомостями бегать... Да еще отчитывать будет за то, что вовремя документы в бухгалтерию не сдал! Сразу же на "вы" и с реверансом начнешь к ней обращаться.

– То-то я вижу, ты уже начал! – рассмеялся Кржижановский.

– Вы лучше не отвлекайтесь, расскажите, кого поймали, – перебила их девушка.

Ее этот разговор начинал раздражать – мужчины хохмили так, будто Дина их не слышала. С другой стороны, радовало, что Юра и Валерьяныч уже не сердились друг на друга, успели подружиться за этот вечер. Еще пара совместных драк – и совсем не разлей вода будут. Вот только что скажет Анастасия Сергеевна, увидев в каком виде ее интеллигентный сын домой вернулся?

Впрочем, пусть у Артема Валерьевича об этом голова болит, Дина-то тут при чем?

– Эксгибициониста твой Артем поймал, чуть ему все драгоценности не пообрывал сгоряча. А когда Мих Мих подоспел, тот еще от себя добавил, в бараний рог мужичонку скрутил и поясом от его же плаща зафиксировал, –начал рассказывать Кржижановский.

– Да уж, Мих Мих оказался на высоте, – Артем Валерьевич даже языком прищелкнул от восхищения. – В одну минуту его упаковал.

– Что ты хочешь – бывший спецназовец.

– Кто? – удивилась Дина. – Мих Мих?

– Конечно. А ты думала, наш шеф с простым водителем ездит?

Дина только плечами пожала в ответ. Она ничего не думала, не успела – уж очень много всего за два дня произошло.

В остальном, история, рассказанная Артемом Валерьевичем и Кржижановским, выглядела очень обыденной. Женщина, которую подстерег эксгибиционист в темном парке, тоже знала о недавнем преступлении. Жила совсем рядом с институтом, не могла не знать. По вечерам она старалась одна не ходить, но в этот раз муж не смог ее у метро встретить.

Дама и так была не на шутку встревожена, то и дело оглядывалась по сторонам, а тут еще какой-то странный тип прямо перед ней из кустов вынырнул. Не особо задумываясь над тем, почему незнакомец не бросается на нее, а лишь размахивает расстегнутым плащом (на такую мелочь, как отсутствие белья, она даже не обратила внимания), женщина сразу же начала кричать. Скорее, на всякий случай, чем из-за острой необходимости.

Делала она это громко, со вкусом, продолжая быстро идти навстречу развевающемуся плащу. Ее ведь дома ждали, чего ради останавливаться?

Надо отметить, "жертва" имела пышные формы, да и голосом природа ее не обидела. Нападавший, наоборот, был щуплый, невзрачный, только плащ немного объема добавлял. Увидев, что на него, радостно крича, во весь дух мчится какая-то необъятная особа, он порядком струсил.

Даже не застегнув свой плащ, мужичонка изо всех сил драпанул в другую сторону... прямо в руки Артема Валерьевича, первым прибежавшего на место преступления. Тот не стал разбираться, что к чему, одной подсечкой свалил любителя острых ощущений на землю. Истошно заверещав, преступник попытался уцепиться за Валерьяныча (а за кого же еще?), падая, взмахнул руками и совершенно случайно заехал ему по носу кулаком.

Кржижановский, бежавший следом, в сумерках мало что мог разглядеть. Увидел только, что преподаватель резко отшатнулся, и схватился за свое лицо. С воплем "Наших бьют!" Юрий бросился на помощь Артему Валерьевичу.

Понимая, что влип по самые... те, которые драгоценные... развратник попытался замереть на земле, изображая невинную жертву уличного произвола. Увы, то ли от холода, то ли от страха, именно в этот момент на него напала икотка. Громкая и беспощадная...

Только вмешательство Мих Миха спасло несчастного эксгибициониста от немедленных разборок. Водителям, прибежавшим позже, оставалось лишь наблюдать, как Мих Мих профессионально "пакует" преступника.

Милиция тоже не задержалась, дежурная машина была совсем недалеко от парка. Своего постоянного "клиента" милиционеры узнали сразу же, за ним числился не один такой эпизод. Потому лишних вопросов не задавали, сразу погрузили задержанного в "уазик". Тот лишь рад был сдаться в руки властям – лежать на голой земле в окруженнии толпы агрессивно настроенных мужиков, ему совсем не понравилось. Бить его Мих Мих не позволил, но пообещать развратнику успели многое.

– Получается, настоящего преступника так и не поймали... – задумчиво проговорила Дина, выслушав рассказ. – Значит, мне надо продолжать пасти своих брюнеток.

– Я думаю, мы уже можем заканчивать мероприятие, – глянув на часы, сказал Юрий. – Скоро начнем потихоньку вывозить отсюда гостей. За один рейс не получится, не так много у нас машин.

– Вы их будете и по домам развозить? – удивленно спросил Артем Валерьевич. – Вот это сервис!

– Нет, конечно. Гостей доставим к основным остановкам транспорта. Главное, за территорию института их вывезти, чтобы не разбредались по парку. Домой только своих сотрудников отвезем.

Дина тихонько поднялась с лавочки:

– Я пойду уже. Меня, наверное, в зале ищут.

– Побудь еще здесь, – остановил ее Кржижановский. – Постойте с Валерьянычем где-нибудь у окна. Сейчас суматоха поднимется, присматривайте, чтобы никто не ушел отсюда безлошадный. Я предупрежу дежурных у входа и начнем сборы.

– Дина Михайловна, вам не показалось, что Юра нас специально двоих оставил? Дал нам возможность самим поговорить... – тихонько спросил Артем Валерьевич, когда Кржижановский ушел.

– Показалось...

– Мне кажется, он – не плохой парень. Зря я на него так сердился.

– Да... – рассеянно пробормотала Дина, занятая своими мыслями.

Помолчав немного, девушка собралась с духом и наконец-то спросила о том, что так тревожило ее этим вечером:

– Артем Валерьевич, а на меня вы не сердитесь?

– За что? – удивился тот.

– За всё... За то, что я втравила вас в эту историю. То на вокзалах вы меня среди ночи искали, то к себе домой были вынуждены вести. Теперь в драки постоянно ввязываетесь. Вчера хоть без травм обошлось, а сегодня... Как вы в таком виде своим родителям на глаза покажетесь?

– Так и покажусь. Будем надеяться, что родители уже спят и до завтра ничего не увидят...

– Завтра ваши синяки еще страшнее будут, – вздохнула Дина. – Да и не спит Анастасия Сергеевна, как она может лечь, если вас дома нет?

– Откуда вы знаете? – улыбнулся куратор.

– Мамы все одинаковые. Моя бы тоже не спала.

– Да, наверное, вы правы. А по поводу вашего вопроса... Нет, не сержусь. Как ни странно, даже немного доволен, что попал в такую историю.

– Вы шутите? – искренне удивилась Дина.

– Нет, ничуть. У меня ведь достаточно скучная жизнь. Детский сад, школа, институт, работа – всё происходило и происходит на одной территории, в пределах трех трамвайных остановок. Изо дня в день, из года в год. Все ровно, правильно, по давно накатанной колее... А с вами так интересно! Какие-то жуткие преступления, постоянная охрана... Вас даже домой под подъезд доставляют! Сейчас вы – настолько важная персона, что за вас можно на пустом месте по морде схлопотать. Да и ваши постоянные поездки домой – если подумать, это же так романтично! Дома у вас одна жизнь, здесь – абсолютно другая. Вы живете в двух разных мирах!

"Это он серьезно?!"

Дина ошарашенно смотрела на куратора, все еще надеясь, что он шутит. Глядя на него, девушка вдруг подумала, что Валерьяныч – совсем еще молодой, лет на пять ее старше, не больше. А сейчас, когда глаза у него вдохновленно сверкали, он казался ей чуть ли не ровесником. И куда девался тот строгий Артем Валерьевич, который обращался даже к студентам исключительно на "вы" и по имени-отчеству?

Глава 12

На следующее утро Инга решила отоспаться после напряженной работы. Вечером она специально всех предупредила, чтобы не вздумали ее будить. Ранние пташки – тетя Таня и Дина – утром даже дверь на кухню закрыли, не желая ей мешать. Завтракали и разговаривали о том, о сем. Больше, конечно, Дина рассказывала. Тетя так ловко задавала ей вопросы, что девушка и не заметила, как всё выболтала, даже о нераскрытых преступлениях поведала. Надо же было как-то объяснить, почему мужчины на улице постоянно дежурили и в парк сломя голову все побежали.

Конечно, тетя Таня охала и ахала, возмущалась, что от нее такую серьезную информацию скрыли. Дина не возражала ей, слушала молча, но в душе была уверена в своей правоте. На фуршете они фактически под замком сидели, шагу не могли ступить без охраны, а тетя Таня, ожидая их дома, маялась бы в неизвестности, напридумывала себе всякого.

Инга, зевая, выползла из своей комнаты лишь ближе к десяти. Тетя Таня и Дина как раз возились с цветами на балконе, а большой серый кот, сидевший на соседских ящиках, глядя на них, недовольно ворчал.

– Ну как, выспалась? – спросила Дина.

Больше никто и слова сказать не успел, как зазвонил телефон.

– Инга, это только тебя... – рассмеялась тетя Таня. – Видишь, Дина, твоя сестра и телефон уже выдрессировала. С утра пораньше не звонил, ждал, когда хозяйка проснется. И сразу же обозвался, как только она появилась.

Недовольно что-то ворча, Инга поплелась в коридор. Вернулась она еще более сердитая, зато полностью проснувшаяся.

– Мама, ты куда это нас с Клевановым уже отправляешь? – спросила прямо с порога. – Хочу напомнить тебе, что у меня – отпуск. Отдыхаю ото всех, и от Миши – тоже!

– Правильно, у тебя – отпуск, – невозмутимо ответила тетя Таня. – А у Диночки – каникулы. Этим летом твоя сестра хотела поехать на море. Впервые в жизни! Даже у родителей разрешение получила, из поселка своего сумела вырваться в разгар летней страды. Так почему бы не съездить? Тем более, как раз "горящий" вариант подвернулся. Зачем вам двоим в городе чахнуть?

– Вот именно, двоим! При чем здесь Клеванов?

– При том, что вместе с ним я вас куда угодно могу отпустить. Он такой правильный, разумный...

– ...и занудистый до невозможности. Миша даже на пляж в неглаженной одежде не ходит!

– Видишь, какой аккуратный молодой человек! С него можно брать пример!

– Да-да... Только в прошлый раз из-за его утюга у сумки ремень порвался и мы с ней намучились... Клеванов нам весь отдых испортит своим брюзжанием!

– А ты его не слушай! Побрюзжит и перестанет, – резонно возразила тетя Таня. – Зато я буду спокойна, что у вас всё в порядке, отпуск проходит без неприятностей.

– Да уж, все неприятности разбегаются, услышав ворчание Клеванова!

Дина лишь посмеивалась тихонько, слушая их перебранку. Она понятия не имела, кто такой Клеванов, но уж очень забавно возмущалась кузина.

– Тем более, деньги вы заработали, не совсем с пустыми карманами поедете... – продолжала тетя Таня.

– Кстати, мой конверт так и лежит в сумке! Я его даже не вытащила, – подскочила Инга.

– И я не посмотрела, сколько мне дали, – спохватилась Дина.

Действительно, ей ведь тоже заплатили! Может теперь и на море съездить, и что-то отложить – родителям отдаст по возвращении. Пусть отец меньше сердится... Когда Дина уезжала, он всё бубнил недовольно: "На курорты ездить – только деньги зря тратить. Чем тебе тут не курорт? Солнце, речка..."

Ага! Только речку она и не видела в этом году, некогда было за работой на огороде и на сене.

Зато, если вернется с честно заработанными деньгами, отец сразу забудет, как не хотел ее отпускать. И, может, не спросит, сколько она потратила.

Дина смотрела на ворох разноцветных бумажек, лежавших перед ней на столе, и никак не могла сообразить, сколько здесь. Почему так много? Или ей только кажется?

– Ты чего застыла? – Инга уже начала беспокоиться, всё ли в порядке с сестрой.

– Это всё мои? – недоверчиво спросила Дина. – Или мне надо будет что-то вернуть?

– Почему вернуть? – не поняла Инга. – Кому и зачем?

– Не знаю... Налоги... Отчисления...

– Бухгалтерия с тебя уже всё высчитала, не нервничай! Ты разве вчера в ведомости не посмотрела, сколько получаешь?

– Не-а... Просто расписалась... Мы же спешили, нас машина ждала, а деньги уже в конвертах были, отсчитанные. Зачем на них смотреть?

– Действительно, зачем?.. Только больше никому не рассказывай, что ты, будущий бухгалтер, когда деньги получаешь, даже не смотришь, за что расписываешься.

– Так их же Лизавета Петровна отдавала...

– А Лизавета, значит, не человек, ошибиться не может...

– Инга, хватит ее клевать! – вмешалась тетя Таня. – Пожалей Дину. За последние дни у нее столько событий было, что в голове не уместить. Еще и придумали деньги сразу после мероприятия отдавать! Что она могла соображать поздно вечером, после работы?

– А когда же еще? Это я Лизавете сказала, что лучше вечером, чтобы не надо было сегодня ехать, – оправдывалась Инга.

– И в кого ты такая – рационализатор местного масштаба? – беззлобно ругнулась на свою дочь тетя Таня. – Дина, ты посчитала уже?

– У меня как-то много получается... – растерянно пробормотала девушка.

– Почему много? – вмешалась Инга. – У нас же были не обычные рабочие дни, а мероприятие с участием иностранной компании. Для бельгийцев это нормально – по пятьдесят долларов за день работы. Обычная ставка – тридцать, плюс надбавка за сверхурочные, за работу на выезде...

– Почему "на выезде"? – не поняла Дина. – За экскурсию на фабрику, что ли?

Получается, им еще и приплатили за то, что конфет от души наелись? Бред какой-то!

– И за фабрику тоже. Мы ведь руководителями группы ездили, отвечали за студентов... – начала объяснять сестра.

Дина смотрела на нее, не мигая, ловила каждое слово. У нее в голове не укладывалось, что обычной студентке за два дня работы могут столько заплатить. Интересно, если на стипендии пересчитать, это за сколько месяцев получается?

– Инга, хватит, ты ей совсем голову заморочила! – снова вмешалась тетя Таня. – Дина, не ломай над этим голову. Вы же там пахали с утра до ночи, вот вам и дали премию. Какая разница, за что именно? Конкурс бельгийцы оплачивают, а у них свои зарплаты и расценки. Лучше прячьте деньги и давайте думать, что вы с собой в поездку возьмете. Вам же сегодня вечером выезжать!

– Что-о?! – хором возмутились сестры.

Тетя Таня всегда была склонна к мелким авантюрам, но в этот раз она, похоже, превзошла саму себя. Пока девочки вкалывали на мероприятии, тетя успела организовать им поездку на море.

Началось все со звонка бабы Томы, дальней родственницы тети Тани, жившей в небольшом приморском городке. Как и прочие местные жители, она подрабатывала сдачей комнат приезжим. Постоянных клиентов у нее хватало – в сезон площадь никогда не пустовала, записываться к бабе Томе на постой надо было за несколько месяцев.

Увы, иногда налаженная схема давала сбой. В этот раз "горящими" оказались сразу две комнаты – не смогла приехать семья из четырех человек. Конечно, где-нибудь на вокзале баба Тома мигом жильцов бы нашла – в сезон-то! Но ей очень не хотелось пускать незнакомых в свою ухоженную "времянку" (небольшое капитальное строение с водопроводом и электричеством). Потому она и засела за телефон в надежде, что кто-то из родственников согласится на ее предложение.

– Я сразу о вас, девочки, подумала, – рассказывала тетя Таня, пока Инга завтракала. – Ты же, Диночка, так хотела на море. Инге тоже надо отдохнуть, зеленая уже от своей работы...

Дина, услыхав "зеленая", тихонько улыбнулась и мельком глянула на сестру. Ярко-розовый загар Инги немного поблек, но до нормального этому цвету было еще далеко. Хорошо, вчера среди студентов хватало таких же розовых "загоральщиков", кузина не очень выделялась на их фоне.

– ... Тем более, предложение "горящее", да и к родственнице едете, не совсем к чужим людям. Баба Тома возьмет с вас по-божески. Где еще такой вариант найдешь? – продолжала бубнить тетя Таня. – Правда, заехать к ней надо уже завтра утром, у бабы Томы – жесткое расписание, как в санатории.

– А Клеванов нам зачем? – упрямо гнула своё Инга.

– Я же сказала, комнаты – две! – громко, как особо непонятливым, объяснила тетя Таня. – Ты ведь знаешь бабу Тому. Она предложила отличные условия, но по одной комнате сдавать ей неинтересно. Тем более, и на две сразу желающие нашлись.

– Ага, мы и Миша! Кстати, с кем он едет? Или один будет барствовать в персональной комнате?

– Почему сразу "барствовать"? Не такие уж там хоромы... Я хотела предложить ему взять с собой Артема Валерьевича...

Дина, как раз налившая себе водички – хоть и утро, а жарко уже было – даже поперхнулась, услыхав это. Перепуганная Инга подскочила к сестре и что было силы захлопала ее по спине.

– Хватит! – немного отдышавшись, попросила Дина. – Всё в порядке.

– ... К сожалению, я так и не дозвонилась вашему Валерьянычу, – как ни в чем ни бывало, продолжала тетя Таня. – И где это он бродит по вечерам?

Вспомнив, где Валерьяныч бродил вчера вечером, Дина поперхнулась снова. Хорошо, что она тетю Таню решила не волновать, не рассказывала об участии куратора в задержании эксгибициониста.

– А так был бы чудесный вариант – поездка под присмотром двух преподавателей. Миша уже почти согласился... – не умолкала тетя Таня.

– Мама! Тебе не стыдно? Ты за спиной Дины устраиваешь ей поездку на море с ее же куратором! Даже не спросив, хочет ли она этого, – возмутилась Инга. – Между прочим, ей еще в институте учиться, экзамены ему сдавать!

– Так не получилось же! – тетя Таня даже руками демонстративно всплеснула: мол, о чем разговор?

Но когда Инга снова уткнулась в свою тарелку, она все-таки не выдержала:

– А жаль, такой симпатичный преподаватель... воспитанный, интеллигентный... – пробормотала тихонько.

– Мама.... Я все слышу!

– Слышит она! Слушала бы мать, не куковала бы одна... И Дину с пути истинного сбивает. Сразу же видно: приличный мальчик из хорошей семьи этот Артем Валерьевич! А вы всё носами крутите...

Дина тихонько выскользнула из кухни, чтобы не мешать им ссориться. Тетя Таня в своем стремлении выдать Ингу замуж иногда перегибала палку. Вот и Дине за компанию прилетело.

Жаль, что тетя не увидит сегодня "мальчика из приличной семьи"... Было бы любопытно послушать, что она при этом скажет. Небось, отметины у него знатные, на пол-лица. Как говорится, только на курорт и ездить. Интересно, у Артема Валерьевича нос сильно распух или только посинел?

Отдыхать их дружная компания ехала ночным автобусом – на поезд билетов, естественно, уже не было. Хорошо, Миша подсуетился, успел вчера утром взять хоть какие-то. Дина лишь посмеивалась, глядя, как они по-родственному воркуют с тетей Таней. Похоже, понимали друг друга с полуслова. Вернее, тетя Таня открыто командовала Клевановым, а он соглашался, как и положено хорошо воспитанному молодому человеку.

Впрочем, Инга тоже ворчала на него лишь в разговоре с мамой. С самим Мишей она не ссорилась, наоборот, перебрасывалась шуточками. Узнав, что они будут сидеть в разных концах салона, сестра вообще повеселела, даже иногда специально поворачивалась и мило улыбалась Клеванову.

А Дина, забравшаяся в самый дальний угол, смотрела в окно автобуса – на заходящее солнце, на пробегавшие мимо деревья – и думала о том, что завтра она наконец-то увидит море. Море!

– Девочки, вы куда побежали? Дина, ты зачем по камням скачешь? Так ведь и ногу можно сломать, они же скользкие! Осторожнее, волна идет! Инга, если тебя там водой окатит – будешь сама сушиться!

Миша, щеголявший в отутюженных брюках – стрелки такие, что порезаться можно, – и новой красивой тенниске, удачно оттенявшей цвет его глаз, старался не подходить к линии прибоя. Не хотел испачкать свои новые белые кроссовки. В принципе, он был весьма симпатичным молодым человеком, а в своем наряде, на фоне моря, вполне мог позировать для обложки какого-нибудь глянцевого журнала.

Но Дине и Инге было не до фотографий. Они наконец-то попали на пляж! Правда, Миша не дал им долго плескаться и валяться на берегу. Он и на море их поволок практически сразу после приезда, пока солнце не такое жесткое. И за временем постоянно следил. Даже отругал, когда долго не мог выгнать их из воды.

Сегодня на море был небольшой шторм. Инга сразу же показала Дине, как можно качаться на волнах, вот они и увлеклись. И чего нервничать, спрашивается? Они же на глазах у Клеванова всё время были, волны ловили...

Теперь Дина понимала, почему тетя Таня не хотела отпускать их на море без Миши. Рядом с бдительным Клевановым им никакая охрана была не нужна, он отлично справлялся сам. Но девушку ничуть не раздражали его замечания. Она просто радовалась всему – морю, солнцу, шторму, красивым пейзажам. А Миша был не ее другом, значит, можно было слушать его вполуха. Пусть Инга сама с ним и разбирается, если что-то пойдет не так.

Искупавшись, они пошли бродить по набережной. По настоянию Миши, шли не у воды, а выше, в тени деревьев. Но Инге быстро надоело брести в толпе таких же курортников, и она снова свернула на пляж. Там, сняв невесомые летние тапочки, кузина начала увлеченно прыгать по прибрежным камням. Дина поспешила за ней.

Девушка и не заметила, как они с сестрой оказались в тупике. Народ сюда почти не заходил: прямо перед ними возвышался сетчатый забор, а дальше пляжа уже не было – начиналось подножье какого-то утеса. Немного пройдя вдоль преграды, тянувшейся далеко в море, Инга обернулась и кивнула сестре: иди за мной! Дина послушно попрыгала по камням к ней.

Оказывается, в заборе была восхитительная дыра, совсем недалеко от берега! Как раз подходящего размера – будто специально для них с Ингой кто-то вырезал. И камни здесь удобно лежали, можно было аккуратно переступить и оказаться по другую сторону забора.

Когда Клеванов увидел, где очутились его подопечные, он, конечно, возмутился. Но Инга быстро его успокоила:

– Миша, мы немного здесь погуляем и вернемся. Иди пока в тень, наверху побудь. А то сгоришь!

И так мило улыбнулась ему, что Клеванов ее послушался, пошел вверх вместе с их вещами. Кстати, подумала Дина, это очень удобно, когда есть кому отдать свои вещи. Налегке по камням прыгать сподручнее.

– Посмотри на утес, – конспиративным шепотом приказала сестре Инга. – Тебе ничего интересным не кажется?

Дина старательно всмотрелась в скалу, возвышавшуюся совсем рядом. Гора как гора, что в ней интересного?

– Подними голову! Видишь, тропинка по склону вверх идет? А там чуть выше – площадка небольшая. Знаешь, какой классный вид оттуда открывается?

– Предлагаешь наверх забраться? – восхищенно прошептала Дина.

– Да! Пошли скорее, пока Клеванов не спохватился. Ему скоро надоест в тени сидеть.

– Девочки, куда вы полезли? Я запрещаю вам подниматься! Вы же – без горных ботинок, без страховки, неподготовленные! Это – нарушение техники безопасности!

Миша стоял у самого забора и возмущенно махал им рукой. Но девушки усиленно делали вид, что не видят и не слышат его. Инга, уже взобравшаяся на площадку, подала руку Дине, следовавшей за ней, и одним рывком вытащила сестру наверх.

– Посмотри под ноги, – прошептала она.

Дина глянула вниз и увидела несколько окурков, лежавших на земле.

– Как ты думаешь, все, кто поднимался сюда, были в горных ботинках? – спросила Инга.

– Ага, со страховкой и с рюкзаком за плечами!

Сестры дружно рассмеялись, представив себе эту картину.

– Дальше полезем? – деловито спросила Дина, всматриваясь в тропинку, ведущую по склону еще выше.

– Не надо, а то Миша перебредет к нам по морю в своих новых брюках. А потом в белых кроссовках взберется наверх, чтобы прочитать нотацию прямо здесь. Иногда он бывает чересчур ответственным.

– Тогда давай немного здесь посидим. Красиво-то как!

Миша, поняв, что девушки не будут взбираться дальше, наконец-то замолчал и только сердито поглядывал на них, выразительно хмурясь.

А Дина восторженно смотрела на бескрайнее голубое море, на волны, красиво перекатывавшиеся по поверхности, на длинную полосу пляжа, уходящую далеко-далеко... И думала о том, что она всё-таки добралась до моря! Пусть и не сразу, но добралась.

– Девочки, спускайтесь осторожнее, смотрите куда ногу ставите! Инга, не иди той стороной, там камень какой-то ненадежный...

Клеванов, увидев, что они наконец-то спускаются, вновь принялся размахивать руками и командовать.

– Он всегда такой... правильный? – осторожно спросила Дина.

– Ага! Зато вместе с ним меня могут отпустить куда угодно, – отозвалась Инга. – Если бы не Клеванов, мама могла и не согласиться на предложение бабы Томы. А мы бы даже не знали, что упустили такую возможность!

– А он долго ворчит потом?

– Не-а! Он мне многое прощает. Главное, искренне покаяться и пообещать, что мы больше не будем.

Девушки дружно рассмеялись. У них было такое чудесное настроение, что хотелось смеяться по любому поводу. Даже успешный спуск вниз их радовал, они себе казались необычайно ловкими и удачливыми... в отличие от некоторых, стоявших совсем недалеко.

– Миша, мы уже идем! – крикнула Инга и первая поскакала по камням вдоль ограды.

– Идите-идите, я вам уши надеру! – уже более миролюбиво ответил Клеванов. – Обед скоро, а они по горам бродят. Мелкие хулиганки!

Дина поспешила за сестрой. Сейчас они пообедают и снова пойдут на море. На море!

Часть 2. Глава 13

Август 1999 года

– Наш поезд прибывает... Не забывайте свои вещи... – невнятно пробормотало радио.

Динамик был расположен как раз над головой Дины, прикорнувшей у окна, потому она и сквозь сон услышала слова машиниста. Но открывать глаза не спешила: в вагоне сейчас поднимется суета, пассажиры с множеством сумок и баулов начнут продвигаться к выходу. С тяжелым багажом лучше не соваться в эту толпу, подождать, когда все выйдут.

– Просыпайся уже! – раздался недовольный голос отца. – Выходить надо, а то электричка поедет.

– Не поедет, – пробормотала Дина. – Это – конечная остановка, поезд минут двадцать будет стоять, не меньше.

– Много ты знаешь! Вставай-вставай...

Как всегда, отец нервничал во время поездки, переживал, как в этот раз сложится. Дина старалась не реагировать на его ворчание. Ссориться с ним было себе дороже – всё равно его не переспоришь, только поругаются.

Дина открыла глаза, лениво потянулась и лишь потом вскочила с неудобной жесткой скамейки. Надела свою джинсовую курточку, одернула шорты, оценивающим взглядом окинула сумки. Отец как раз доставал из-под сидения самую маленькую и удобную, но отнюдь не самую легкую.

Да уж! Их багаж впечатлял своими масштабами. Только с пересадками с таким грузом и ездить! Да по подземным переходам вверх-вниз гулять!

Но что поделаешь, сегодня – среда, а значит, Дина снова встретила утро в поездке. От того, насколько она окажется удачной, зависит, сможет девушка купить себе новые джинсы или придется потерпеть. Одежда для сестренок сейчас важнее – обе очень вытянулись за лето, первого сентября им не в чем будет в школу идти. А Дина и в шортах может пока походить. Авось, сентябрь будет теплым, не нужно будет влезать в старенькие "вельветки", безбожно потертые во всех стратегических местах.

Сегодня удача им улыбнулась, даже отец смотрел на Дину по-другому, ласково, когда они уже без сумок возвращались обратно.

– Купить тебе мороженое? – спросил он у Дины. – С барышей?

– Где ж ты его купишь? Рано, закрыто еще всё, – отмахнулась Дина. – Давай, лучше шагу прибавим. Может, успеешь на ближайшую электричку. Чтобы потом два часа не ждать...

– И то дело говоришь... Лучше раньше приеду, дома-то малышня сама. Мать, небось, снова до вечера на работе сидеть будет.

– Что ты хочешь? Первое сентября на носу, они школу готовят...

Проводив отца на электричку, Дина поспешила к выходу. Конечно, в институт было еще рано ехать, но ей не хотелось ждать здесь и толкаться в жарком, заполненном пассажирами здании вокзала. Будь ее воля, она бы сюда и не возвращалась, где-нибудь на лавочке в парке посидела бы. Но отец, чувствовавший себя в любой чащобе как дома, в большом городе обычно терялся. Мог сесть не на тот трамвай или свернуть не в тот переулок. Дине спокойнее было самой отвезти его на вокзал и посадить на поезд.

Подумав немного, она решила всё-таки сразу отправиться в институт. Можно даже не садиться на трамвай, пройтись пешком – тут не так уж и далеко, да и время есть. К Ильиничне, коменданту общежития, лучше заранее прийти, чтобы одной из первых наведаться. А то уйдет куда-то по срочным делам, жди ее потом! Зато, если всё быстро сладится, Дина к вечеру уже будет дома.

Хоть и шла Дина еле-еле, как говорят, "нога за ногу", а всё равно явилась рано. На каникулах комендант обычно раньше одиннадцати не появлялась. Девушка даже в корпус не заходила – что толку в коридоре под дверью стоять? Сразу свернула к лавочке, притаившейся за декоративным кустом. Очень ей нравилось это место – и вход хорошо видно, и сидящие скрыты пышной зеленью, в глаза прохожим не бросаются.

К огорчению Дины, скамейка не пустовала – на ней расположилась какая-то крупная женщина. Мало того, что сама расселась как барыня, сразу половину места заняв, так еще и большую дорожную сумку рядом поставила. Девушка хотела пройти мимо, сделать вид, что не нужна ей никакая лавочка, но незнакомка вдруг сама ее окликнула:

– Девонька, ты сесть, наверное, хотела? Садись, я подвинусь!

И даже сумку свою торопливо убрала, чтобы Дина нормально могла устроиться, а не ютиться с краешка. Девушка охотно примостилась рядом: почему бы и не присесть, если приглашают? Честно говоря, после поездки с тяжелыми сумками ноги слегка гудели.

– Ты, небось, тоже к Ильиничне, коменданту? – спросила женщина, внимательно окинув ее взглядом.

– Да...

– Поселяться будешь?

– Ага...

– Вот и я ее жду. Хочу быстренько ключ получить, чтобы по своим делам еще обернуться да на последний автобус успеть, не ночевать здесь.

Дина удивленно посмотрела на нее:

– А вы разве студентка?

– Что, старовата для учебы? – рассмеялась женщина.

Дина даже вздрогнула от неожиданности, услыхав ее смех. Голос у незнакомки был густой, низкий, почти бас. Смеясь, женщина никак себя не сдерживала, не пыталась стеснительно прикрыть рот ладошкой. Хохотала громко, с удовольствием. Да и вся она была какая-то громкая, большая, так и веяло от нее здоровьем, первобытной силой. При этом ничуть не толстая, без лишнего жира. Как говорится, "ущипнуть и не пробуй – палец сломаешь".

– Студентка я, студентка... – вытерев набежавшие слезы, подтвердила женщина. – Который раз уже пытаюсь институт закончить, всё никак не складывается. То с первым ребенком академку брала, то со вторым. Потом ни с того, ни с сего свекровь заболела, дома кому-то надо было крутиться – еще один год мимо прошел. Начала догонять, вижу, что времени сюда ездить нет – вообще на заочный перевелась. А какая учеба может быть с хозяйством и двумя маленькими детьми на руках?

Дина сочувственно кивнула. Да уж, с такой нагрузкой не до учебников! Она ведь и сама потому стационар выбрала, что знала: дома ей учиться не дадут. Хотя отец не раз заводил разговор о заочном.

– Думала уже плюнуть на институт, сколько можно без толку в город ездить? Я ведь даже поступала не сюда, позже перевелась. Да соседка, подружка моя, поманила, – продолжала женщина. – Говорит, на пенсию собралась. Когда уйдет, место у них в бухгалтерии консервного завода освободится. А ты, наверное, сама знаешь, как работу в райцентре искать. Раз предлагают, надо идти и не оглядываться...

Девушка лишь вздохнула в ответ. Конечно, знает! Сразу после школы она в институт не поступила, вернулась домой ни с чем. Пришлось в больницу идти работать, санитаркой. И то, родители по большому блату устраивали. Правда, и хлопотали не зря, на "чистенький" этаж, а не в какую-нибудь гнойную хирургию определили.

– ...Я ведь в бухгалтерии уже давно работаю, знаю, что к чему. Да только этот завод солидный – корочка о высшем им обязательно нужна. Пришлось о своем неоконченном институте вспомнить. Пришла в деканат, а они говорят: можно восстановиться, но только на четвертый курс. Еще и долгов мне насчитали, не знаю, как сдавать их буду. Муж мой, как глянул на тот список предметов, только охнул. Говорит: иди снова на стационар, там хоть будет у кого спросить, что да как. Потому что на заочном ты это всё не сдашь... Как буду учиться – даже не представляю. Хорошо, свекровь уже лучше себя чувствует, есть на кого детей оставить...

Дина и слушала, и не слушала незнакомку. Было видно, что женщине просто скучно и она рада хоть с кем-то поговорить. Девушка в ответ вежливо кивала, а сама о своем думала.

По большому счету, место в общежитии у нее было, ключ от комнаты в сумочке лежал. Только очень не хотелось ей туда возвращаться, ведь придется жить рядом со своей бывшей подружкой. После той истории с неудачной поездкой на море они ни разу не общались. Ни по телефону, ни вживую, никак. Не нужны были Дине ее оправдания и извинения. На море она и так попала, спасибо Инге и тете Тане, а снова ворошить уже забытую обиду не хотелось. Да и сама подружка, видимо, не горела желанием держать ответ перед Диной. Иначе бы давно уже позвонила – раньше ведь связывались регулярно.

Вторая подруга тоже молчала. Она вообще местная была, наверное, и не знала, где общежитие их факультета находится. Сразу же сказала, что из ее дома на море ехать будут. Именно к ней домой Дина летом и приезжала.

Учились подружки Дины не просто в другой группе – на другом курсе. Если бы удалось тихонько съехать из комнаты, можно было бы и не видеться с ними больше. Институт большой, при желании можно разминуться.

Ильинична, комендант общежития, конечно, новое место Дине предоставит, но ору будет... Женщина она была вспыльчивая, в выражениях никогда не стеснялась. Внезапные переезды из комнаты в комнату не любила, считала, что студенты сами виноваты, если характерами не сошлись. Вот и хотела Дина с утра к ней попасть, пока коменданту еще не успели испортить настроение. Может, повезет, не будет на нее кричать.

– Девонька, да ты слышишь меня? – окликнула ее женщина.

– Что? – вздрогнула Дина.

Это же надо было так задуматься! Даже не услышала, что незнакомка к ней обращается.

– Спрашиваю, как зовут тебя?

– Дина.

– А я – маманя Лида. Или просто маманя. Муж меня так зовет и соседи за ним подхватили. Ты на какой специальности учишься?

– Бухучет.

– Надо же, и я туда иду. А курс какой?

– На четвертом буду...

– Да мне тебя сама судьба послала... – Лида даже придвинулась к Дине поближе, так обрадовалась. – Я же, наверное, к вам в группу попаду.

– Или в соседнюю. У нас со второй группой все лекции общие, только практические занятия разные, но у одних и тех же преподавателей.

– Да я помню! Все-таки уже сколько училась... – улыбнулась Лида. – А ты чего коменданта ждешь? Ключ от своей комнаты потеряла?

– Не потеряла... – неразборчиво пробормотала Дина.

Может, повезет, незнакомка не поймет ее слова. Продолжит о себе рассказывать, у нее это хорошо получается.

Нет, не повезло... Лида, наоборот, прищурилась и внимательно посмотрела на Дину:

– Что-то ты темнишь... Ты глаза-то не отводи, говори прямо, что стряслось. Я ведь – маманя, привыкла, что моя малышня всегда ко мне со своими горестями бежит.

Снова ее в дети записали, вздохнула про себя Дина. И как она так умудряется? Вечно все ее опекать норовят, даже Клеванов сразу же под свое крылышко взял, наравне с Ингой всю поездку воспитывал. Хорошо, хоть не в бездомные котята на этот раз определили.

Помявшись немного, Дина все-таки рассказала Лиде свою историю. Имен не называла, номер своей бывшей комнаты тоже. Кому какая разница, с кем именно она поссорилась?

– Ну и змеюки они! – припечатала новая знакомая, выслушав ее рассказ. – Правильно ты решила сбежать от них. Может, и не самые плохие девчонки, но с гнильцой. Неизвестно, когда в следующий раз подставят.

Дина молча слушала ее гневную тираду. Обсуждать снова эту историю, перемывать косточки бывшим подружкам ей не хотелось. Какой смысл?

– А с кем ты сейчас будешь жить? – поинтересовалась маманя.

– Не знаю, – пожала плечами Дина. – Наверное, с первокурсниками какими-то поселят.

– Зачем тебе та малышня? Давай, вдвоем будем. Ты мне глянулась: видно, что девка умная. С уроками, если что, поможешь. Я тебя подкармливать буду за это – а то тощенькая, смотреть больно. Соглашайся, я вкусно готовлю!

– Да я не знаю...

– А что тут знать? Решено! Ты, как будем у коменданта, помалкивай, я сама с Ильиничной поговорю. А то скажешь что-то не то, она разорется на полдня. Мне же некогда ее выслушивать, вещи в комнату только заброшу да дальше побегу.

Эта идея Дине понравилась – все-таки разговор с комендантом ее немного страшил. Да и прямолинейная грубоватость Лиды была более привычной, чем сюсюканье бывших подружек. В глаза они ей щебетали, а за глаза... Не привыкла Дина к такому, сама не умеет интриги плести и от других ждет открытости, разговоров без двойного дна.

С суровой Ильиничной Лида договорилась в считанные минуты. Комендант сразу ее узнала, начала о детях расспрашивать. Маманя отделалась короткими фразами, сказала, что спешит, потом поговорят. Деловито расстегнула свою сумку, выставила перед Ильиничной две литровые баночки варенья:

– Это – земляничное, – ткнула пальцем в одну из них. – Вашей младшей внучке, тут железа много. Второе – малиновое, на случай, если простудится кто из внуков. И не отказывайтесь, это – лекарство, а не баловство.

Комендант и не думала отказываться, расцвела улыбкой сразу же, как только Лида о ее внуках заговорила. На Дину Ильинична даже не глянула, не спрашивала, с чего это вдруг ей переехать захотелось. Правда, когда комнату им подбирала (маманя попросила поприличнее, чтобы из окон не очень сифонило), задумалась.

– Лида, а хочешь я вас в люкс поселю?

Дина даже брови вскинула удивленно. "Люксами" у них называли блоки из двух комнат с персональным санузлом и махонькой каморкой под кухню, оборудованной плитой. Комнаты были обычного размера, но жили в них по двое, не втроем, как везде.

– Ильинична, вы не темните, сразу говорите, что не так с тем люксом?

Лида, в отличие от Дины, сразу почуяла подвох, не спешила хвататься двумя руками за такое соблазнительное предложение.

– Да люкс-то хороший, даже обои не надо будет переклеивать, свежее там все, – затарахтела комендант. – Но соседки...

– И кто там соседки?

– Негритянки две, из Гвинеи. Сама понимаешь, за них деньги институту платят, я их не могу в обычную комнату поселить, без соседей за стенкой.

– И что с теми негритянками? Ильинична, давайте быстрее, мне уже бежать надо.

– Бестолковые они какие-то. То дверь у них захлопнулась, а ключ внутри. Ночью уже, у соседей до утра ждали, когда я приду. То еда сгорела на плите, всю неделю этаж вонял африканскими специями. То парни к ним пришли с каким-то барабаном...

– Так они гулящие, что ли? – нахмурилась Лида. – Этого я не потерплю!

– Да не сильно гулящие... Говорю же тебе, бестолковые! Первокурсников к ним не поселишь, за теми тоже следить надо. Предыдущие жильцы от них сбежали – устали от такого соседства. А ты быстро их перевоспитаешь.

– Да что их перевоспитывать? Пару раз носом ткнуть, как шкодливых котят, да приглядывать потом вполглаза...

– Вот и я говорю... – обрадовалась Ильинична. – Возьмешься?

– Дина, ты как? Пойдем соседями к негритянкам?

Девушка лишь плечами пожала неопределенно. Она всё равно в общежитии только в будние дни ночевать будет и то – не каждый день. Экзотические соседи с барабаном вряд ли ей мешать будут.

– Договорились! – сказала Лида. – Давайте ключи!

– Держите! – Ильинична так поспешно выложила две связки ключей на стол, будто боялась, что новоиспеченные жильцы передумают.

– Только подождите! Они по-нашему говорят-то? Эти негритянки? А то у меня с английским совсем туго.

– Говорят-говорят... Только того... с акцентом.

– Ладно, на месте разберемся.

Комнатой Лида осталась довольна:

– Смотри, даже холодильник есть куда поставить, – бубнила она, – Это хорошо, буду нам супы варить сразу дня на три... И кухня своя, хоть и совсем махонькая, – донеслось уже из крохотной прихожей. – Но нам же не на роту готовить!.. И ванна даже есть, хоть и сидячая. Не просто душ из потолка торчит... Стирать удобно, надо будет тазиком обзавестись...

Маманя говорила что-то еще, но Дина не вслушивалась. За новой подругой она не ходила, присела на кровать. Безумно хотелось прилечь – встала-то в несусветную рань. Но нельзя было, уснет ведь, а еще многое надо успеть. Будь она одна, ушла бы сразу – потом осмотрится, когда на занятия приедет. Но бросать сейчас Лиду Дина посчитала неправильным, хотя бы для приличия надо было с ней посидеть, поддакнуть, что комната хорошая. Все-таки она так старалась, выхлопотала для них "люкс".

В принципе, маманя ей нравилась, с ней было спокойно как с родителями. Конечно, с ровесницами было бы веселее в одной комнате жить. Вот только предыдущие соседки часто не могли понять, почему Дина никуда с ними не ходит, по вечерам либо отсыпается, либо вообще домой уезжает. Среди недели! Да и выходные она никогда в городе не проводила, ни на одном уличном фестивале не гуляла, в театре ни разу не была.

В "той" комнате обе соседки были городские, для них поселок Дины был такой же экзотикой, как для нее самой африканская Гвинея. Потому и не спешила девушка с ними откровенничать. Признаться честно, не хотела подколок, скрытых насмешек. У них своя жизнь, у нее – своя. Как показала жизнь, права она была: чуть больше сдружилась с одной из них – и вот что из этого вышло, пришлось из комнаты тайком сбегать...

– Ты когда на учебу приедешь? – деловито спросила Лида, заходя в комнату. – Первого будешь тут?

– А на какой день недели первое попадает?

– На среду.

Да уж... Идти на первое сентября сразу после пробежки с тяжелющими сумками? Она же ни переодеться не успеет, ни в душ забежать. Конечно, деканат затребует списки тех, кто приступил к занятиям, но преподаватели обязательно будут проводить переклички, отмечать в журнале отсутствующих. Значит, Валерьяныч и сам со списками справится, без помощи старосты.

– Вряд ли буду, – честно призналась Дина. – Не думаю, что родители отпустят, не успеем картошку к тому времени выкопать.

Маманя Лида ничуть не удивилась ее ответу. Наоборот, восприняла как должное:

– А мне, наверное, придется приехать, в деканате свои дела уладить. Хотя у самих еще полный огород картошки, и на работе я толком не договорилась, как буду совмещать. Совсем увольняться не хочется, попробуй потом работу найти, если с заводом не получится. Придется на дом бумаги брать...

– Если соседи окажутся тихими, ты сможешь здесь работать. Дети отвлекать не будут, да и я только наездами бываю. Хотя бумаги, наверное, неудобно туда-сюда возить.

– Это идея! – оживилась Лида. – А ты почему наездами будешь?

– Дела у меня дома, – уклончиво сказала Дина. – Во вторник вечером обязательно там должна быть, и в пятницу тоже. И так – каждую неделю.

– То-то ты такая худая! Тебе же и отдохнуть толком некогда, считай, всё время в поездках! Вот и мне придется туда-сюда мотаться... – вздохнула Лида. – Ладно, разберемся как-нибудь. Главное, чтобы соседки вменяемыми оказались. А то я с африканцами никогда и не общалась...

– Я тоже!

Распрощавшись с Лидой, Дина поспешила на трамвай. Тот пришел, как всегда, переполненный. Но ей повезло – на задней площадке удалось протолкаться к окну и занять удобное местечко. Глядя, как за окном проплывают высотки, Дина думала о том, что, пожалуй, ей повезло с новой соседкой. Понимали они друг друга с полуслова, лишних вопросов маманя Лида не задавала. Авось, в этой комнате у Дины удачнее жизнь сложится!

Глава 14

Сентябрь 1999 года

В эту среду на остановку Дина бегом бежала, но всё равно трамвай ушел без нее. Девушка даже руками всплеснула от огорчения, когда поняла, что не втиснется в переполненный салон.

И сегодня она не успеет на первую пару... Которую уже среду пропускает лекцию!

Проводив взглядом уезжающий вагон, Дина присела на скамейку. Хоть отдохнет немного, пока следующая "единичка" придет. Сумки, которые она только что привезла на рынок, были особенно тяжелыми – знакомая перекупщица заказала крупную партию товара.

Что же ей делать с первой лекцией? Конечно, можно схитрить: не забегать в общежитие, а этой же "единичкой" проехать дальше, в учебный корпус. Как раз успеет к началу занятий. Но тогда Дина весь день будет чувствовать себя как грузчик после рабочей смены. Футболка, наверное, пропотела вся... Да и сумки пустые придется под партой стыдливо прятать, избегая насмешливых взглядов одногруппников.

Нет, в таком виде в институте нельзя появляться, лучше уж снова пару прогулять!

И это же надо было, чтобы именно лекцию Артема Валерьевича в среду первой поставили!

Лида как раз собиралась уходить, когда взмыленная Дина влетела в комнату.

– Ты снова первую пару прогуливаешь? – недовольно покачала головой подруга.

– Трамвай из-под носа ушел... А ты почему так поздно выходишь?

– Я у Валерьяныча отпросилась, мне на медосмотр надо. Видишь ли, тот, давний, уже просрочен. Подумаешь, и десяти лет еще не прошло, а они уже придираются!

Дина хихикнула, представив, как возмущалась Лида, когда ей сказали, что медосмотр надо снова проходить.

– Завтрак на столе, но ты ведь не успеешь ничего съесть... – недовольно нахмурилась маманя. Сейчас она выглядела именно как маманя, отчитывающая нерадивого отпрыска. – Времени-то уже сколько!

– После института сразу и пообедаю, и позавтракаю, – попыталась отшутиться Дина, на ходу сбрасывая свою любимую джинсовую куртку и шорты.

– Допрыгаешься ты когда-нибудь! Угробишь свое здоровье. Разве можно так жить?

– Можно! – девушка схватила полотенце и направилась в ванную.

– Только не вздумай снова шорты надевать! Днем дождь обещали. Я ухожу, дверь захлопну! – крикнула ей вслед Лида.

– Ага! – Дина уже включила воду, потому ответила лишь для порядка, всё равно подруга ее не услышала.

Одеваясь, Дина на минутку задумалась, но потом решительно натянула шорты. Хорошо, мама когда-то отговорила ее покупать короткие, предложила взять чуть выше колена. В них даже утром было не так уж и холодно, а из института она вообще днем будет возвращаться, по солнцу. Тут совсем недалеко, перебежит. Ее заслуженные "вельветки", мало того, что потертые, еще и треснули очень неудачно, на самом видном месте. Дина пробовала их зашить, но они лишь дальше расползались. А заплатку не поставишь – заметно будет.

Главное, в коридоре африканок случайно не встретить. Соседки при первом же малейшем похолодании дружно вытащили штаны и осенние куртки. Рядом с ними Дина чувствовала себя как диковинная зверюшка, сбежавшая из зоопарка, – уж очень выразительно южанки поглядывали на ее голые коленки. Ничего, Дине только до выходных осталось потерпеть, а потом она купит себе джинсы. Сегодняшняя поездка оказалась удачной, на джинсы должно хватить.

Почувствовав недовольное урчание в животе, Дина подошла к столу, схватила еще теплый оладушек и целиком засунула в рот. Остальные потом съест, после пар, некогда сейчас.

Рядом с тарелкой лежали институтские методички и какие-то конспекты. Похоже, Лида снова принесла ей подработку. Но смотреть сейчас было некогда, потом, после лекций...

После лекций Дина стояла в институтском коридоре, у окна, и с грустью смотрела на улицу. Как и обещала Лида, на улице шел дождь. Красивый – ровный, густой. Заканчиваться он, похоже, и не собирался.

Ну почему Дина не взяла с собой клеенку?! Есть же где-то в дорожной сумке, мать засунула перед отъездом, не обращая внимания на возмущенные вопли дочери.

Дине было чего возмущаться – ведь это был даже не дешевенький китайский дождевик, а обычный кусок "архивной", советской еще, клеенки, вручную отрезанный от большого рулона. Прозрачная, но толстая такая, что не только дождь, и град ей нипочем. Правда, щеголять в ней перед одногруппниками Дина стеснялась.

А теперь приходится стоять, стараясь не вспоминать об оладьях, скучающих в общежитии...

Живот, будто подслушав ее мысли, недовольно заурчал: кроме утреннего оладушка она так ничего и не ела сегодня. Была бы клеенка под рукой – сейчас бы пошла под ней, ни на кого не оглядываясь. Сил уже не было терпеть!

– Дина Михайловна, вы не меня ждете? – вдруг раздался за спиной голос Артема Валерьевича.

– Нет... – испуганно вздрогнула Дина и неохотно повернулась лицом к преподавателю.

Угораздило же ее остановиться недалеко от лестничной площадки! Будто не знала, что Вальерьяныч в свой кабинет обычно по этой лестнице поднимается!

– А я, между прочим, вас искал. Зайдите ко мне!

Дина тяжело вздохнула и пошла следом за куратором. Надо же было так влипнуть! Артем Валерьевич пригласил ее таким тоном, что никаких сомнений не осталось – Дину ждет "разбор полетов".

– Дина, что происходит? – без всяких предисловий начал преподаватель, как только они сели. – Вы объявили мне бойкот?

– Почему бойкот? – оторопела Дина от его напора.

Ничего никому она не объявляла. Когда бы успела? Дина в этом семестре и на парах-то бывает пролетом, даже с одногруппницами некогда посплетничать.

– Сентябрь уже заканчивается, а вы до сих пор не были ни на одной моей лекции, хотя в институт ходили каждый день.

– Извините, я опоздала, – смущенно улыбнулась Дина.

– Все пять раз опоздали...

– Неужели, пять? – искренне удивилась девушка. – Надо же, как много сред в один несчастный сентябрь поместилось!

– Дина, не ёрничайте! Вам это не идет!

Ну не идет, так не идет. Можно и помолчать, если Артем Валерьевич так настаивает.

– В октябре начинаются практические занятия по моему предмету, – тем временем продолжил куратор. – Я не представляю, что вы собираетесь на них делать, если не слышали ни одной лекции. Или практику вы тоже намерены бойкотировать?

– Да я и лекции не бойкотировала. Само как-то получилось...

Дина снова попыталась улыбнуться, подняла глаза...

Ох! Это что же такое с Валерьянычем творится? Он из-за ее прогулов так сердится? Пожалуй, она как-нибудь в следующий раз ему улыбнется.

– Я уже молчу о ваших обязанностях старосты, – гневно зыркнул на нее преподаватель. – Наша группа так и не подала списки приступивших к занятиям студентов. А скоро нужно будет подавать заявки о материальной помощи...

Ну и кто должен их подавать? Дине некогда было напомнить Артему Валерьевичу, а сам он, похоже, прохлопал ушами. Как обычно!

– Я уже дважды проводил собрание группы, но вы не пришли ни на одно!

Ага, проводил он! Назначал собрания в пятницу, после пар. Будто не знает, что пятница – короткий день. Дине надо было успеть на электричку, о каком собрании могла быть речь? И так она вечно прибегала на вокзал к отходу, едва успевала запрыгнуть в поезд.

Да и вообще, что за срочность такая? Никогда в сентябре Артем Валерьевич собраний не проводил, ближе к сессии начинал суетиться.

Конечно, ничего этого Дина вслух не сказала. Куратор метал громы и молнии, на него взглянуть лишний раз было страшно, не то, чтобы отшучиваться. Ладно, сам виноват! Дина честно пыталась перевести разговор в более легкий формат. Но, видимо, придется всю беседу изображать раскаяние и виновато прятать глаза.

– Дина, в следующем году вы получаете диплом!

Валерьяныч сказал это так значительно, будто сообщал страшную тайну. А сама Дина никогда бы не догадалась!

– Но с таким подходом к учебе у вас есть все шансы испортить свою "красную" корочку. Вы понимаете это?

Конечно, понимает. Но что ей даст эта "красная" корочка? Она совсем не уверена, что в нынешних реалиях ей хоть когда-нибудь удастся поработать бухгалтером.

Преподаватель продолжал возмущаться, говорил еще что-то, но девушка продолжала упорно молчать. Старательно разглядывала поверхность стола, ни на секунду не отрывая взгляд от лакированной поверхности. Артем Валерьевич разошелся не на шутку, она не хотела добавить масла в огонь неосторожной фразой.

Да и какой смысл что-то ему говорить?

Всё равно сыну преподавателей, живущему в "министерском" доме, не понять проблем девушки из далекого захолустья. Конечно, она попыталась оттуда вырваться, но, увы, неудачно. Судьба настойчиво возвращает ее обратно, в родной поселок...

– Дина, ну что вы молчите? – голос Артема Валерьевича неожиданно смягчился. – Скажите честно, я вас чем-то обидел? Тогда... летом... Раньше у нас с вами никогда таких проблем не возникало, а в сентябре вы какая-то совсем другая в институт вернулись.

Вот это поворот! Дина даже замерла испуганно, не зная, что сказать.

Получается, Валерьяныч думает, что Дина настолько обидчивая? Что могла обозлиться на него из-за какой-то ерунды? Глупости какие!

Да, летом они немного сдружились с куратором, общались, можно сказать, по-приятельски. Но это было так давно... За последние недели в жизни Дины произошло столько событий, что и поездка на море, и летняя подработка теперь казались чем-то очень далеким. Будто происходили не с ней, а с другой Диной.

Кто бы тогда сказал, что в сентябре она всерьез задумается над тем, не бросить ли ей учебу... В лицо бы рассмеялась наглецу!

Вчера родители прямо заявили, что дочь должна взять академотпуск. Мол, здоровья у нее не хватит и институт тянуть, и помогать родным. Она наотрез отказалась, ведь хорошо знала, что никто ее потом не отпустит доучиваться. Пример мамани Лиды – перед глазами. Подруга так бы и не собралась закончить институт, если бы ее не поманили хорошей работой. Но у Дины такой "морковки" никогда не будет, неоткуда ей взяться.

А ведь она и так два года потеряла, не сразу поступила в институт. Что ж, до пенсии теперь учиться? И кто захочет это терпеть? Отец уже ворчать потихоньку начинает, что о замужестве пора думать, а не об учебниках. После всего, что произошло, ему не терпится зятя в доме увидеть, молодого и сильного, способного взвалить их проблемы на свои плечи.

Задумавшись о своих бедах, Дина сразу и не сообразила, что преподаватель всё еще молчит, ждет ее ответ.

А что она может ему сказать? Мол, ничего личного, Артем Валерьевич, не переживайте зря? Вашей старосте просто вожжа под хвост попала. Через пару недель она успокоится (может быть!) и снова станет послушной исполнительной студенткой, к который вы так привыкли. Или просто перестанет приезжать в институт, тихонько забрав из деканата свои документы.

Интересно, почему Артему Валерьевичу именно сейчас припекло свои претензии предъявлять? Другие студенты и больше занятий пропускают, никто к ним не цепляется! Не мог немного подождать...

– Хорошо! Не хотите говорить – не надо!

Артем Валерьевич нервно швырнул ежедневник на стол (и когда он успел его в руки взять?), вскочил, с шумом отодвинув стул, и в два шага очутился у окна. Стал, демонстративно повернувшись к студентке спиной, и, заметно сдерживая себя, тихо, но очень четко, с каким-то особенным нажимом, произнес:

– Только знайте, если у вас во время сессии возникнут проблемы – я заступаться не буду! Хоть вы и староста моей группы. На моем экзамене тоже не ждите поблажки. Ее не будет!

И замер истуканом, сердито уставившись в одну точку.

Надо же было, чтобы именно в этот момент у Дины заурчало в животе! Да еще и громко, вызывающе! Кабинетик был небольшой, всего на три стола, конечно, Артем Валерьевич всё услышал. Ничего не сказал, даже не обернулся, но недовольно дернулся.

Дина, смущенная до невозможности, робко спросила:

– Мне можно идти?

А сама руками живот со всей силы прижимала, надеясь, что так урчать меньше будет.

– Идите! – раздраженно дернул плечом куратор.

И было в этом движении столько недовольства, даже пренебрежения, что Дина почувствовала, как ее щеки запылали от обиды. Девушка пулей выскочила из кабинета, забыв попрощаться.

В коридоре остановилась лишь на мгновение, чтобы дух перевести, и тут же побежала к лестнице. Не хватало еще разрыдаться прямо перед кабинетом! Не дождется, мажор недопеченный!

Всё-таки Дина попала под дождь... Совсем забыла о том, какая погода на улице! А когда выскочила на улицу, не захотела возвращаться. Хватит, уже постояла тихонько у окна – и вот чем это закончилось! Ждать на улице, под козырьком, тоже было опасно: вдруг Артем Валерьевич сейчас выйдет? Что ему делать в институте, если пары уже закончились?

Вот и рванула Дина домой прямо по лужам, не особенно разбирая, куда ступает. Дождь к тому времени немного стих, осталась противная густая морось. Осенняя, монотонная, пропитывающая сыростью все вокруг. Ее как раз хватило, чтобы промочить курточку, пока девушка добежала до общежития.

Зато слез в такую погоду не было видно, можно было плакать, сколько хочется.

К счастью, Лиды в их комнате еще не было. Вот и отлично, никто не будет допытываться, где Дина задержалась, почему бродит так долго голодная и кто довел ее до слез.

Прихватив с тарелки оладушек, Дина начала торопливо раздеваться. Куртка, шорты, обувь – всё было мокрым насквозь. Что с ними делать в такую погоду, девушка не представляла. Дома бы дровяную плиту растопила да возле нее и высушила. А здесь батареи еще не включали, на улице шел дождь.

С одеждой девушка решила разобраться позже, просто бросила ее на стул, а на себя натянула легкие домашние спортивки и сухую футболку. Сейчас надо было наконец-то поесть и срочно выпить горячего чая. После пробежки по холодным лужам ее немного знобило, хотелось согреться.

Дина заскочила в кухоньку, поставила чайник на плиту. Пока закипит, она как раз успеет голову вытереть.

У соседей скрипнула дверь, в коридор выглянула одна из африканок. Ее звали Фанта, потому Дине все время казалось, что от нее попахивает апельсинами. Девушка понимала, что это – самовнушение, но всё равно каждый раз ловила себя на том, что принюхивается к соседке. Фанта еще и домашний костюм носила какого-то апельсинового оттенка: ярко-оранжевый, мягкий и пушистый, будто плюшевый. Наверное, мерзла в нашем в климате – иначе, зачем ей такая шуба в помещении?

– Дина! Привет! – улыбнулась африканка, сверкнув белыми зубами. – Тетради видела? Я Лиде отдала. Решить надо. Программа.

Дина даже остановилась, напряженно вслушиваясь в ее слова. Говорили африканцы своеобразно – уж очень выделяли "а" и "о" в своей речи. Еще и ударения часто путали. В первые дни учебы Дина вообще не разбирала их речь, но сейчас уже приноровилась. Всё-таки постоянно приходится с соседями общаться, живут в одном блоке. Хорошо, обе девушки были приятные, улыбчивые, Дина не стеснялась переспросить у них, если что-то не поняла.

Получается, методички, лежавшие на столе, – это заказ соседки. Надо сразу выяснить, что и на когда нужно делать, Дине ведь в пятницу снова уезжать. Если там большое задание, да еще и срочное, придется домой его забирать, на выходных делать. А Дина так не любила чужие тетрадки туда-сюда возить! Вдруг помнет или испачкает случайно? В дороге ведь всякое бывает.

– Пойдем в комнату! – кивнула африканке Дина, позвоночником чувствуя, как по ее шее на спину стекает противная холодная капля.

Интересно, Фанта будет возражать, если Дина при ней станет сушить волосы? Не хотелось бы, чтобы и эта футболка намокла, у нее сухих и чистых не так много. Или у африканцев есть какие-то предрассудки по поводу чужих голов?

Глава 15

К счастью, Фанта не возражала, когда Дина первым делом схватила полотенце. Но трясти мокрыми волосами над конспектом африканка не дала. Приказала своей соседке сесть и ловким движением свернула на ее голове тюрбан. Дине сразу стало теплее.

Девушка довольно покрутила головой – полотенце плотно прилегало и даже не пыталось упасть.

– Научишь? – спросила Фанту, тыкая пальцем в тюрбан.

– Хорошо, потом, – кивнула головой африканка и раскрыла свой конспект.

Дина, покосившись на тетрадь, тихонько цапнула с тарелки оладушек и торопливо затолкала себе в рот. Есть хотелось до жути, не хватало, чтобы живот снова начал урчать.

Задание девушка поняла сразу, не в первый раз похожее видела. Зачем надо было ставить программирование в учебный план бухгалтеров, она не знала и знать не хотела. Но не уставала прославлять "гения", придумавшего это. Курс был ознакомительный, длился всего два семестра. Большинство студентов ленились серьезно изучать этот предмет – и так забот хватало. Зато Дина уже который год имела стабильный заработок, составляя программы по заданиям из одной и той же методички.

Правда, в прошлом году случился небольшой конфуз. Преподаватель, когда-то читавший у них программирование, отловил Дину в коридоре (надо же, и запомнил ее!), сердито поздоровался, а потом чуть ли не сквозь зубы процедил:

– Ковалева, прошу вас, сбавьте обороты своего бизнеса! Или, хотя бы, пишите не такие яркие программы! Я их уже с первого взгляда узнаю.

– Хорошо, – только и смогла пробормотать смущенная Дина.

Теперь она старалась писать каждый раз по-разному. Но это ее не раздражало – девушке и самой уже надоело делать одно и то же. А тут хоть какое-то разнообразие!

– Сколько? – спросила Фанта, когда Дина отложила методичку. – Долларов сколько? Двадцать?

– Двадцать много. Десять! – возразила Дина.

– Мало. Объяснить надо. Я должна учителю объяснить.

– Всё объяснить? Зачем?! Тебе же "тройки" хватит?

– Хватит, но он не поставит. Объяснить надо!

– А кто у вас преподает? Кому сдавать будешь?

– Барановский!

Дина с сочувствием посмотрела на соседку. Бедная Фанта!

В определенном смысле Трофим Зотович был легендарной личностью в их институте. У бухгалтеров он не преподавал, но в группе Дины о нем знали все! Сдача программы Барановскому могла растянуться до бесконечности, он цеплялся чуть ли не к каждой строчке. Не удивительно, что возле его кабинета, прямо на стенах, регулярно появлялись надписи, авторы которых в самых ярких выражениях объясняли преподавателю, как он не прав.

Да уж, "натаскивать" Фанту придется долго. Судя по конспекту, африканка не очень много поняла на лекциях. А Барановский – такой клещ, что будет гонять ее на пересдачи до новых веников.

С другой стороны, двадцать долларов на дороге не валяются...

– Хорошо, двадцать. Объясню.

Довольная Фанта упорхнула в коридор и сразу же закричала оттуда:

– Дина, плита!

Ох, чайник! Совсем заморочили Дине голову!

Схватив с тарелки еще один оладушек, девушка поспешно выскочила на кухню. К счастью, вода выкипела не вся. Прихватив чайник с собой, Дина направилась в комнату, но дверь соседей снова скрипнула.

Ну что там еще?! Она пообедает сегодня или нет?

Фанта, выйдя в крохотную прихожую, протянула ей какой-то мешочек. По виду, с измельченными сушеными травами. Махорка, что ли?

– Что там? – удивленно спросила Дина.

– Это – тебе. Чай. Лекарство. Ты – мокрая, в комнате холодно. Нельзя болеть.

– А как его заваривать? – озадаченно пробормотала Дина. – Варить как?

От лекарства она бы сейчас не отказалась – всё-таки замерзла сильно, уже начинала носом пошмыгивать. Не хватало еще свалиться с простудой!

– Пошли! Сама сделаю, – решительно направилась в кухоньку Фанта.

Пока африканка колдовала над плитой, Дина стояла над ней с тарелкой оладушек, уж очень проголодалась. Предложила угощение и соседке – оладьи были вкусные, с ванилью, но та и смотреть не захотела, слишком занята была. Дина не настаивала – ей больше достанется. Знала, что африканки предпочитали мясо, чуть ли не каждый день что-то жарили.

Уходить в комнату она не спешила, наблюдала за действиями Фанты. Интересно было, да и проконтролировать не мешало. Мало ли что соседка насыплет в чай? Африканка, вдохновленная интересом Дины, разошлась не на шутку. Сбегала к себе в комнату, принесла оттуда небольшой эмалированный ковшик, какие-то мешочки и баночки.

– Железо нельзя! – показала Дине ковшик. – Если нет другого, такой бери.

Подумав немного, добавила:

– У нас варят в глиняном.

Понятно, лучше всего варить чудо-зелье в глиняном горшке, отметила про себя Дина. Посуда с антипригарным покрытием явно не годится.

Когда вода в ковшике закипела, африканка добавила туда какой-то коричневый порошок. Немного, половину чайной ложки, а то и меньше.

– Это что? – требовательно спросила Дина.

– Кофе!

– Кофе? – удивилась девушка. – А можно?

– Нужно! – улыбнулась Фанта. – Это – наш, мы привезли. Кимел. Нюхай!

Она ткнула соседке под нос мешочек. Дина осторожно понюхала: пахло кофе и какими-то фруктами. Странно, а на вид – самый обычный кофе, без добавок.

Выждав немного, африканка взяла небольшую жестянку, открыла ее и вытащила непонятный темный ошметок:

– Корица! – радостно сообщила она. – Много!

Небрежно швырнув в ковшик кусочек, Фанта тщательно перемешала напиток.

"Точно, корица", – подумала Дина, уловив знакомый запах, и взялась за последний оладушек.

Жаль, уже закончились, такие вкусные были! Даже эксперименты африканки не отбили у девушки аппетит.

Дина помыла тарелку и отнесла ее в комнату, после чего поспешила обратно на кухню. По пути взяла платок – из носа уже немного текло. Да, видно, всё-таки прихватила ее простуда!

Фанта успела выключить огонь под ковшиком, но уходить не собиралась. Увидев Дину, она взялась за какой-то сверточек. Видимо, специально ждала соседку, чтобы при ней добавить очередной ингредиент.

– Имбирь! – громко объявила африканка. – Много!

Бросив в напиток три тонкие светлые пластинки, Фанта старательно притопила их ложкой. Зачем, Дина не поняла – они и так быстренько утонули. Девушка тщательно принюхалась, но особого запаха не уловила – корица забивала все ароматы, даже кофе. Жаль, с имбирем она не очень знакома была, хотелось бы понять, чем он пахнет. Правда, насморк не прекращался, куда уж тут что-то разнюхать?

– Лимон! – сказала Фанта. – Много!

В этот раз Дина проморгала стратегический момент. Она ожидала, что африканка, как фокусник, вытащит откуда-нибудь из кармана свежий лимон. Но вместо этого соседка добавила в напиток две чайных ложки какого-то желтоватого порошка.

– Ты что всыпала? – возмутилась Дина.

– Лимон! Сухой, – радостно сообщила Фанта. – Много!

А потом взяла в руки тот самый мешочек с "махоркой":

– Лекарство! – громко объявила она. – Очень много!

И щедро сыпнула прямо в ковшик. Смесь немного запенилась, по кухоньке начал расползаться какой-то ядреный запах.

– Это что? – ошарашенно спросила Дина и громко чихнула, не удержавшись.

– Лекарство! Цветы. Не знаешь их, – попыталась растолковать африканка. – Трава. Кора. Много-много...

Дина уже не слушала ее. От непривычного запаха слезились глаза, постоянно хотелось чихать. Запершило в горле.

– Я пойду, – пробормотала девушка и выскочила в прихожую.

Но и здесь коварный запах не отступал, пришлось прятаться в комнате. Изрядно прочихавшись и прокашлявшись, девушка вытерла набежавшие слезы. Кажется, она теперь знала, какими специями африканки когда-то провоняли весь этаж.

Скрипнула дверь, в комнату зашла Лида в плаще и с мокрым зонтом в руке:

– Что у вас тут творится? Тараканов травите или клопов морите? – недовольно морщась, поинтересовалась она.

Аккуратно пристроила зонтик в углу и поспешила к окну, открывать форточку.

– Лекарство варим! – гордо сообщила Фанта, заходя следом за ней. – Дина, готово. Пей!

И торжественно поставила на стол пузатенький глиняный чайничек.

Дина возмущенно чихнула в ответ. Это еще и пить надо?! Девушке казалось, что она уже насквозь пропиталась запахом африканского зелья.

– Вот! Болеешь, – авторитетным голосом прожженного эксперта сказала Фанта. – Пей сейчас!

– Почему болеешь? – нахмурилась Лида. – Что стряслось?

– Под дождь попала, замерзла. Фанта предложила мне свое лекарство.

– Ага-ага... – покивала головой африканка и немного поправила чайничек на столе.

Она откровенно наслаждалась моментом: сияя белозубой улыбкой поглядывала то на Дину, то на свой глиняный "пузатик".

Маманя внимательно посмотрела на мокрую одежду Дины, сгруженную на стуле:

– Уже вижу, промокла до нитки. Как же ты так умудрилась?

– Само вышло, – неопределенно ответила Дина и снова посмотрела на чайничек. – Думаешь, стоит это пить?

– Можешь немного попробовать, – пожала плечами Лида. – Или хочешь, я сначала глотну? Во мне веса много, на меня яда не напасешься.

– Не яд! Лекарство! – возмутилась Фанта. – Пей сейчас! Жду!

Дине стало неудобно перед соседкой. Она же так старалась, специально варила! Свои экзотические специи тратила. Девушка плеснула немного в чашку и, стараясь не морщиться от непривычного запаха, осторожно отхлебнула.

А-а-ах!.. А-апчхи!.. О-о-ох...

Что это было?! Пожар концентрированный в жидкообразной форме?

Дина даже вкус не успела ощутить: из глаз брызнули слезы, горячий комок опалил на секунду рот, согревающей волной прошелся по горлу, спустился куда-то дальше, к животу. Желудок, занятый оладушками, от неожиданности что-то коротко буркнул, но тот час замолк.

– Ап-чхи! – снова не удержалась девушка. – Ап-чхи!

– Ну как? – с профессиональным интересом исследователя-натуралиста спросила Лида.

– Зверский напиток! Но зато я согрелась, – честно доложила Дина, вытирая слезы.

– И то польза! – кивнула ей Лида.

– Польза-польза, – подтвердила Фанта. – Пей всё. Вечером еще сварю!

Маманя недовольно поморщилась, мельком глянув на форточку, но возражать не стала. Дину надо было лечить, из носа девушки текло ручьем.

Выпроводив довольную Фанту, Лида закрыла форточку и повернулась к Дине:

– Так ты что, будешь это зелье пить?

– А что делать? – ответила девушка, снова утыкаясь в носовой платок. – Заболеть очень не хочется.

– Бесстрашная ты! Не боишься в себя такое вливать?

– Да что там бояться? Африканцы-то пьют! Тем более, Фанта туда столько всего намешала, жаль продуктов. И корицу, и лимон, и кофе...

– Даже кофе? – удивилась Лида. – Тогда мне тоже надо попробовать! Ты же знаешь, я его люблю, хоть свекровь и ворчит, что дорого покупать. Какой кофе, не спрашивала?

– Соседка говорила, но я не запомнила. Какой-то их местный, фруктами очень пахнет. Хотя на вид там ничего не должно быть, кофейный порошок без добавок.

– Фруктами? Надо же, никогда такой не пробовала! Давай сюда чайник!

Лида, не жадничая, от всей души плеснула себе экзотического напитка. У нее, правда, и ёмкость для чая была не маленькая, поллитровая. Наливать туда по чуть-чуть – только по дну размазывать.

Не колеблясь ни секунды, подруга отхлебнула из чашки. Щедро, крупным глотком...

– Зачем же столько имбиря класть?! – возмущенно спросила Лида, когда наконец-то смогла продышаться. – Еще и корица концентрированная! Убойная смесь!

– Думаешь, не надо это пить? – переполошилась Дина.

– Пей-пей! После такого пойла ни одна простуда не удержится, сбежит, роняя тапки. И я ближе к вечеру еще глотну. Для профилактики, от твоих вирусов.

Конечно, полными чашками африканское лекарство Дина не рискнула употреблять. И так после пары глотков прочихалась от всей души. Зато из носа больше не текло, видимо, стратегический запас соплей уже закончился.

Маманя Лида, отобрав у нее остатки зелья, загнала Дину в постель, еще и своим одеялом сверху укрыла:

– Поспи хоть немного, пока нос не заложен. Сон все хвори прогонит. А я подумаю, что с твоей одеждой можно будет сделать. И морс тебе сварю, будешь пить тепленький.

Дина не сопротивлялась. В среду после обеда она обычно с ног валилась от усталости – сказывался ночной подъем и поездка с тяжелыми сумками. Засыпая, девушка еще раз вспомнила о ссоре с Артемом Валерьевичем и расстроенно нахмурилась: нехороший разговор у них получился. И чем он ей аукнется, непонятно.

Вечером Дина проснулась поздно, темно уже было. Зато чувствовала она себя нормально отдохнувшей. Правда, есть совсем не хотелось, что было странно, учитывая отсутствие завтрака.

Выпив чашку морса, Дина сразу же взялась за заказ Фанты. Она никогда не любила откладывать работу в долгий ящик. Неизвестно, будет ли завтра время, а в пятницу ей уже надо ехать. Маманя Лида примостилась с другой стороны стола со своими тетрадками.

Вначале они занимались молча, каждая свое писала. Но Лида не могла долго сидеть за уроками, ей становилось скучно.

– Я всё хочу тебя спросить, да забываю, – начала она, печально глядя в список долгов, которые ей нужно было сдать. – Не знаешь кого-то, кто мог бы мне чертежи сделать? Или вручную, или на компьютере?

– Так вручную или на компьютере? – спросила Дина, не отрывая взгляд от своих записей.

– В принципе, и такие, и такие нужны. Зачем бухгалтерам черчение, не знаешь? Чем мы судьбу прогневили? Сколько лет уже работаю в бухгалтерии, ни разу чертить не приходилось.

– Не знаю. Но радуюсь, что у нас оно было лишь один семестр. Сестра на своей инженерной специальности два года с чертежами возилась. И это только чистое черчение! А потом они всякие механики начали изучать – то теоретическую, то сопромат. Видела я ее "простыни" – смотреть страшно.

– Может, она мне сделает чертежи? – оживилась Лида. – Ты же знаешь, я заплачу, сколько скажет.

– Она уже давно такие заказы не берет, – усмехнулась Дина. – Хорошо зарабатывает, не нужно ей это. Давай, я сделаю.

– А ты сумеешь?

– Конечно! Не тебе первой делать буду.

– Какая ты все-таки молодчина! – восхитилась Лида. – Любой предмет можешь сделать!

– Ну, допустим, не любой...

– Всё равно! Только почему ты заказов так мало берешь? Могла бы неплохо зарабатывать на этом. Давай, я поищу для тебя клиентов?

– Не надо, – буркнула Дина. – Нет у меня времени.

А про себя подумала, что не знает, дотянет до ближайшей сессии или нет. Наберет заказов, а потом что с ними делать?

Маманя Лида лишь хмыкнула недовольно, ничего ей не сказала, но как-то странно посмотрела на свою соседку, уж очень внимательно. Дина не реагировала на ее гримасы, продолжала старательно писать программу. Знала, что подругу только тронь, снова заведется языком чесать.

Через несколько минут Лида всё-таки не выдержала, начала со своими вопросами приставать:

– Ты как себя чувствуешь?

– Нормально, уже легче.

– Ты в пятницу домой поедешь?

– Конечно.

– А если всё-таки заболеешь, что делать будешь?

Дина, почувствовав подвох, промолчала, ничего не ответила. Но Лида уже завелась, начала наседать на нее:

– Ты не можешь ни одной поездки пропустить, что бы ни случилось. Тебе самой не кажется это перебором?

– Нет, не кажется, – насупилась Дина.

– И как ты только выдерживаешь, больше трех лет постоянно ездить?

– Раньше проще было, только в этом году...

Девушка запнулась, соображая, что она может сказать, а о чем лучше промолчать. Но Лида уже вцепилась в нее:

– Что в этом году? У тебя что-то случилось?

– Случилось, – неохотно ответила Дина и начала торопливо собирать свои записи.

Сложив тетрадки и методички в стопку, она сказала:

– Я к соседям загляну. Фанте нужно объяснить, как ее программа работает.

И не дожидаясь ответа Лиды, вышла из комнаты.

К африканкам Дина не сразу пошла, вначале завернула в санузел. Закрыла дверь на защелку и присела на краешек ванны. Хотела побыть немного одна, не видеть никого и ни с кем не разговаривать.

Ну что они все прицепились? Лида – хорошая подруга, заботится о ней, готовит вкусно. Дина рада, что у нее такая соседка, хоть ей и приходится помогать с заданиями. Но деревенская назойливость мамани часто раздражает, сама она границ не чувствует.

Еще и Артем Валерьевич добавил неприятностей. Надо же было попасться ему на глаза!

Почему они все не понимают, что Дина сама бы рассказала о своих проблемах, если бы считала нужным? Она даже тете Тане ни разу не звонила в сентябре, так боялась, что ей устроят допрос с пристрастием, что придется лгать и выкручиваться.

Да, у Дины проблемы в семье. Да, им всем – и ей, и ее родителям, сейчас очень сложно. Но любые неприятности когда-нибудь заканчиваются, нужно только перетерпеть черную полосу.

Стук в дверь заставил Дину подняться и отодвинуть защелку. За порогом стояла Фанта с ковшиком в руке. Увидав соседку, она заулыбалась:

– Мне вода надо! Чай варить. Лекарство. Твой чай уже нельзя. Плохой! Холодный.

Дина улыбнулась ей в ответ. Надо так надо, она же не сопротивляется.

– Я к тебе иду, – сообщила она африканке. – Объяснять буду.

И помахала тетрадками перед носом соседки.

– Хорошо! – улыбнулась Фанта.

А Дина подумала, что иногда языковые трудности бывают очень удобными. Если бы Фанта лучше владела языком, обязательно бы спросила, почему Дина сидела одна в ванной с тетрадками в руках. И почему ходит в летних шортах под холодным осенним дождем.

Глава 16

Африканское зелье оказалось очень эффективным. Перед сном Дина снова сделала несколько глотков и, со вкусом прочихавшись, легла спать. То ли уставшая такая была, то ли "лекарство" помогло, но спала она до самого утра, ничто ей не мешало.

Фанта не поленилась встать пораньше и перед парами преподнесла Дине свеженькую порцию своего напитка. Благодаря ему до вечера девушка и не вспоминала о своей простуде. А перед сном на вопрос соседки, нужно ли еще варить зелье, отрицательно помотала головой. Похоже, вирусы действительно испугались африканских трав, чуствовала Дина себя неплохо. Потому даже не задумывалась, ехать ей домой или нет. Не могла не поехать – родители ее ждали.

В понедельник Дина появилась в институте в новых джинсах. Довольна была до невозможности: не придется теперь в шортах скакать по холодным лужам. Первым делом, когда зашла к себе в комнату, упаковала в старый пакет свои вельветки. Когда выйдет на улицу, выбросит в мусорный бак, стоящий недалеко от корпуса. Видеть их не хотелось – уж очень надоело подштопывать.

Эти штаны ей купили не так давно, года полтора назад. Взяли с рук, у какой-то семейной пары. Дина с первого взгляда влюбилась в обновку: очень понравился цвет и то, как они хорошо сидели на фигуре. Да и не видела девушка таких на рынке, можно было не боятся, что кто-то из одногруппниц будет ходить в похожих.

Уже в городе, переодеваясь в общежитии, Дина увидела, что вельветки приношенные. То-то их дешевле, чем обычно, отдали! Но это показалось ей не самой большой бедой – кто там знает, сколько она их носила и в каком виде покупала? А вот то, что штаны были лежалые – минус серьезный. Ткань просто не выдерживала нагрузок, начала тихо "сыпаться" уже через год аккуратной носки. Родителям Дина тогда ничего не сказала, у них и так проблем хватало. Сама ведь прошляпила, что уж на других пенять?

Зато сейчас свои новые джинсы Дина чуть ли не обнюхала перед покупкой. Проверила всё, что только можно было проверить. По виду штаны были новенькими, да и вытащили их из огромного мешка с точно такими же – верный признак свежей партии. О том, что половина института может ходить в похожих, девушка уже и не думала. Не до выпендрежа было.

Увы, новые джинсы не смогли уберечь Дину от неприятностей, которые свалились на нее в среду. Ночной подъем всегда давался ей с трудом, но в этот раз она чувствовала себя не просто невыспавшейся, а по-настоящему разбитой. В автомобиле соседа, с которым Дина выехала из поселка на трассу, девушка немного подремала, но сколько там той дороги было? Пешком идти, конечно, далеко, а машина проглотила эти тринадцать километров меньше, чем за двадцать минут.

В стареньком дребезжащем автобусе, который подхватил ее на трассе, было холодно. Пассажиров первым рейсом ехало совсем немного, по салону гулял сквозняк. Снова Дине не удалось толком поспать!

Еще и на железнодорожном вокзале девушка сглупила: не в тот вагон электрички села. Рейс был удобный, многие им на работу ездили. Вот и сегодня народу на перроне собралась тьма. Поезд, конечно, подали длиннющий, чтобы всем места хватило. Дина как представила, что придется с тяжелыми сумками в голову поезда идти, то и дело петляя между пассажирами, даже думать об этом перехотела. Ведь потом, когда приедут на конечную, снова в хвост возвращаться придется, да по ступенькам наверх груз тащить.

Последние вагоны были забиты людьми, Дине едва удалось занять сидячее место на краю скамейки и хоть как-то пристроить свои сумки. Какой там сон? Мимо постоянно кто-то ходил, переступая через ее багаж. В город девушка приехала совсем измученная, а ведь еще предстояло с тяжелым грузом добраться до рынка.

Наконец-то все ее утренние страдания были вознаграждены – на рынке не пришлось долго торговаться, пристраивая товар. Дина, выходя с пустыми сумками, довольно улыбалась: поездка оказалась прибыльной и времени много не потратила. У нее были все шансы успеть на более ранний трамвай и наконец-то попасть на первую пару. Не хотелось снова дразнить Артема Валерьевича – девушка дорожила хорошими отношениями с ним, ссора с куратором ее сильно расстроила.

Чтобы не опоздать на остановку, нужно было лишь немного подбежать, совсем чуть-чуть... Но Дина вдруг поняла, что ей это не по силам. После тяжелого багажа кисти рук неприятно ныли, ноги гудели. Плечи, поясница, спина – Дина чувствовала усталость каждой клеточкой своего тела. Впрочем, эти симптомы ее не испугали, раньше тоже такое бывало. Сейчас отдохнет немного, сидя на лекции, – и всё пройдет. А вот голова кружилась впервые, и мошки какие-то перед глазами мелькали...

На трамвай она всё-таки опоздала: до остановки еле доплелась, куда уж там бежать? Хорошо, пассажиров собралась не маленькая толпа, ее просто внесли в вагон. Внутри Дина стояла, зажатая со всех сторон, можно было хоть на время закрыть глаза, не боясь, что случайно упадешь.

К общежитию девушка тоже еле-еле шла, пришлось даже на лавочку сесть, отдохнуть немного. Очутившись наконец-то в своей комнате, Дина, не раздеваясь, без сил рухнула на кровать.

"Минут десять полежу, а потом пойду на пары", – успела подумать она, проваливаясь в темноту.

– Дина, Дина, проснись! Ты почему одетая и в кроссовках лежишь? – послышался откуда-то издалека голос Лиды. – Ты на парах была? Что с тобой?

– Лида, мне это совсем не нравится, – раздался совсем другой голос, Ильиничны. – Давай, скорую или хотя бы просто врача вызовем.

Странно, подумала Дина, а комендант здесь откуда? Разве что-то случилось? Обычно Ильиничну звали, если студенты громко скандалили или другой непорядок случался, но в их "люксе" было тихо.

С трудом разлепив глаза, девушка увидела две фигуры, возвышающиеся над ней. Они были какими-то мутными, ей почему-то никак не удавалось "навести резкость".

– Не надо скорую, – еле слышно пробормотала она. – Я сейчас встану... на пары пойду. Отдохну только чуть-чуть...

– Какие пары? Вечер скоро, – всхлипнула Лида. – Ты сколько одна лежишь? И я, дура, не заглянула сюда после занятий, за холодильником сразу поперлась. Нужен мне был тот холодильник?

– Так, Лида, сопли подбери, – жестко оборвала ее Ильинична. – Рыдать потом будешь. Побудь с ней, а я сейчас Зинаиде Никифоровне позвоню, врачу из нашей поликлиники. Она – женщина бывалая, лучше скорой разберется, что к чему.

Поняв, что идти никуда не надо, Дина снова закрыла глаза.

"Какое блаженство – просто лежать", – только и успела подумать она, прежде чем уснуть.

Потом девушку снова кто-то тормошил... Врач в белом халате осматривала ее, о чем-то спрашивала. Дина даже отвечала на вопросы, но что именно она говорила, позже так и не вспомнила. Из всей этой суматохи ей запомнился только возмущенный, очень пронзительный, голос Зинаиды Никифоровны:

– У вас мозги есть? Что значит, лечилась каким-то африканским зельем? Она же отравиться могла! А если это грипп был, осложнение себе заработать – простейшее дело.

– Но там же обычный имбирь с корицей... И кофе совсем чуть-чуть... Я его и не почувствовала, – растерянно гудела Лида.

От огорчения она начала говорить басом, ее слова отдавались гулким эхом в ушах у Дины.

"Лида за меня расскажет, как было. Она всё знает...", – подумала девушка и темнота снова обступила ее.

– Малявка, хватайся за мою шею! Только крепко держись, а то уроню.

Кто-то очень знакомый склонился над Диной, осторожно тронул ее за плечо. Девушка удивленно открыла глаза, пытаясь понять, кто ее разбудил. Но мужчина уже наклонил голову, она видела лишь коротко стриженные черные волосы. Зато запах туалетной воды, который Дина почувствовала, был своим, дружелюбным.

Она послушно обняла знакомого незнакомца, не совсем понимая, зачем это делает. В тот же миг потолок стремительно приблизился, ее подхватили на руки. От резкого движения закружилась голова, Дина снова закрыла глаза, пытаясь унять подступившую к горлу тошноту.

– Малявка, голову ко мне прижимай, а то в дверь не впишемся!

Дина послушно прижалась щекой к мягкому свитеру. Сразу стало легче, голова не так кружилась. Вот только откуда она знает этот запах? Аромат не очень тяжелый, но насыщенный, зимний. Однако, почему-то вспоминается лето, институтский парк...

"Да это же – Юра! – озарила ее догадка. – Юра Кржижановский! Лишь он меня "малявкой" зовет!"

Но что делает Кржижановский в студенческом общежитии? Как он вообще ее нашел?

Спросить об этом самого Юру не хватило сил. Дину мерно покачивало в такт его шагам, от этого снова клонило в сон.

– Инга, ключи возьми, машину открой, – послышалось у Дины над ухом. – И сама сразу садись...

Ее сестра тоже здесь? А она откуда?

Дина хотела снова открыть глаза, но подумала, что всё правильно: где Кржижановский, там должна быть и Инга. Они ведь связаны друг с другом. Как именно связаны, девушка не успела вспомнить, откуда-то со стороны донесся еще один голос:

– Дина?

И через паузу, совсем рядом, растерянное:

– Что с тобой?!

– Валерьяныч, ты очень вовремя! – радостно загудел Кржижановский. – Помоги нам, а то я уже устал малявку на руках держать.

Как необычно было слышать его голос так близко! Казалось, он исходил прямо из грудной клетки. Дина всё еще честно прижималась щекой к мягкому свитеру, боялась отклонить голову – вдруг Юре будет неудобно?

– Артем, пусть Инга садится, а ты потом спинку переднего сидения откинешь, – продолжал командовать Кржижановский.

Значит, Дине ничуть не послышалось? Артем Валерьевич тоже здесь?

Правильно, Лида сказала, что скоро вечер. Значит, пары у него уже закончились...

Ой! Сегодня ведь среда... А Дина снова не попала на лекцию Артема Валерьевича!

Девушка почувствовала, как ее щеки начинают гореть. Ну за что ей это? Почему другие могут безнаказанно гулять весь семестр, их отсутствия будто не замечают, а она постоянно попадается на глаза преподавателю?

Неужели Артем Валерьевич так сильно на нее рассердился? Дина всё-таки надеялась, что со временем они помирятся, ей не придется уходить из института с ярлыком безнадежной прогульщицы. Однако, если куратор не поленился найти ее в общежитии, значит, он очень зол на свою студентку. Точно хотел прямо в комнате Дине разнос устроить! Знал, что из дома она никуда не денется!

И что теперь делать? Жаль, нельзя было изображать бездыханное тело до бесконечности, когда-то придется открыть глаза.

Страх придал девушке сил: сознание стало четким, ясным. Сейчас ей хотелось, как котенку, вскарабкаться Юре на плечи и попытаться укрыться у него за спиной. Чтобы хоть как-то спрятаться, Дина сильнее прижалась к Кржижановскому, чуть ли не уткнулась носом в его шею.

– Малявка, ты как там? Чего так громко засопела? – тут же среагировал Юра. – Давай, я тебя на землю поставлю, и ты сама на сидении устроишься. Ведь в машину тебя положить не так-то просто...

Не дожидаясь ее согласия, Юра осторожно поставил Дину на ноги. Хочешь – не хочешь, девушке пришлось открывать глаза.

Артем Валерьевич, как назло, стоял совсем рядом, придерживал открытую дверцу машины!

Дина лишь мельком глянула на него, но этого хватило, чтобы сердце сжалось в комок и часто-часто забилось. Не поднимая головы, она поспешно юркнула мимо преподавателя на сидение и сразу же прикрыла глаза рукой, будто защищаясь от яркого света.

– Тебе снова плохо? – тут же встревожился Кржижановский. – Голова закружилась?

Дина снова почувствовала, что предательски краснеет. Поехали быстрее, сколько можно стоять над ней и смотреть так пристально?

Инга, кажется, что-то поняла:

– Юра, давай уже ехать, на месте будем разбираться, – сказала она и положила руку сестре на плечо, даже слегка погладила, ободряя.

– Пристегнуться еще надо, – недовольно пробормотал Кржижановский.

– Сейчас... – поспешно пробормотала Дина.

Не хватало еще, чтобы Юра возле нее с ремнем безопасности возился. На глазах у Валерьяныча!

Девушка нащупала ремень, попыталась защелкнуть замок. Попасть в разъем удалось не сразу, пальцы предательски дрожали. Когда ей всё-таки удалось пристегнуться, Дина подняла голову и виновато посмотрела на терпеливо ожидавших мужчин.

Надо сказать, зрелище было отменное!

Они оба умудрились всунуть свои головы в салон. Одновременно!

То-то, ей показалось, что в машине стало очень тесно. Хуже, чем в трамвае!

Лицо Валерьяныча оказалось совсем рядом с Диной, куратор смотрел на нее какими-то совсем уж несчастными глазами.

– Все будет хорошо... – попыталась успокоить его Дина.

Что именно "хорошо", она не знала, но надо же было что-то сказать! Правда, признаться честно, "хорошо" было относительным – от пересадки в машину девушка умудрилась устать, перед глазами снова что-то замелькало.

– Куда тебя везут? Где тебя искать? – растерянно спросил куратор.

– У нас дома, – совсем рядом отозвалась Инга. – Вы же не потеряли наш номер телефона?

– Нет, не потерял...

– Пропустите меня! – вдруг раздался откуда-то снаружи бас Лиды. – Да что ж вы столпились, мужчины!

Ситуация сразу разрядилась – что и говорить, маманя умела одной только фразой отрезвлять окружающих. И Юра, и Валерьяныч разом исчезли, в салон всунулась энергично пыхтящая подруга.

– Дина, вот, я тебе пакет собрала – немного твоих вещей и конспекты все сгребла. Вечером Инге позвоню, скажешь, что еще передать, – затараторила она. – Никифоровна Инге рассказала, что с тобой делать. Говорит, тебе сначала отдохнуть надо хорошо, а потом уже смотреть...

– Спасибо, Лида, – улыбнулась Дина.

– И не вздумай в субботу утром снова ехать на свой рынок. Узнаю, что была там, – сама тебя в угол поставлю за такой "героизм"! Придумала она, по ночам с тяжелющими баулами ездить. Да еще и одна!

Действительно, скоро ведь суббота! Не забыть бы родителям позвонить, предупредить их, что ее поездка может сорваться...

Дина почувствовала, что ее глаза снова закрываются, темнота наступает со всех сторон.

Конечно, на этой неделе никуда ее не отпустили. Честно говоря, в пятницу Дина и сама забыла о том, что должна быть вечером дома. Какой сегодня день, выяснила лишь после обеда, когда поздно уже было на вокзал бежать. Тетя Таня сказала, что с родителями Дины она говорила, так что племянница может спокойно болеть, ее подстрахуют.

Кто именно подстрахует, тетя не уточнила, сказала, что о делах потом поговорят.

У девушки никаких сил не было сопротивляться, что-то выяснять и доказывать. Три дня она только и делала, что спала, иногда просыпаясь на недолгое время. Есть не очень хотелось, в основном, только чай пила.

Аппетит у Дины проснулся лишь в воскресенье, ближе к обеду. Позавтракала она, как обычно, вяленько. Для приличия каши немного поела, лишь бы хозяйку отказом не обидеть. А вот в обед захотелось есть по-настоящему. Помявшись немного, девушка пошла в гостинную, где тетя смотрела телевизор.

– Тетя Таня, я как-то есть хочу, – сообщила она.

И, запнувшись на миг, еле слышно добавила:

– Очень!

– Слава тебе Господи! – обрадовалась тетя. – Я уж подумала, что в понедельник врача снова придется вызывать. Разве можно так долго не есть?

Пока тетя Таня разогревала обед, Дина помогала ей на кухне: нарезала хлеб, доставала тарелки-приборы.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила тетя.

– Хорошо. Даже спать не хочется, – улыбнулась Дина.

– Вот и отлично! Только не вздумай в понедельник идти в институт, у тебя больничный. В четверг, если будет все нормально, покажешься врачу. Пусть он сам решает, когда тебя выписывать.

– Но ведь мне надо... – растерянно пробормотала Дина.

– О своих поездках пока забудь! – жестко оборвала ее тетя Таня. – Врач сказала, ты до инсульта могла допрыгаться со своими экспериментами.

Дина огорченно вздохнула: врачи вечно перестраховываются, любят припугнуть своих пациентов, чтобы честно лечились. Однако, длительный больничный она никак не может себе позволить!

– И не вздумай сбежать тайком! – правильно истолковала ее вздох тетя Таня. – Я разговаривала с твоими родителями, они уже придумали какой-то временный вариант. Никуда твои заработки не денутся, подождут, когда ты выздоровеешь.

– Значит, они вам всё рассказали? – осторожно спросила Дина.

– Не знаю, всё ли, но рассказали.

– И... – девушка запнулась, но потом всё-таки собралась с духом и продолжила. – И об отце тоже сказали?

– О чем именно? О том, что его обвинили в воровстве? Или о размере штрафа, который вам придется выплатить? Или о том, что он еще и руку сломал в придачу ко всему, не может теперь с тобой по утрам ездить?

– Значит, всё рассказали...

– Дина, ты знаешь, что я на тебя очень сердита?

– Почему? – расстроенно спросила девушка.

Ну вот, еще кто-то на нее сердится! Ну почему она такая неуклюжая? Вечно у нее какие-то странные отношения с людьми!

– Потому... Как бы тебе объяснить, чтобы не обидеть зря... – замялась тетя Таня.

Подумав немного, она сказала:

– Наверное, мы и сами виноваты, что ты к нам не часто заходишь. Между Мишей, твоим отцом, и Володей, моим мужем, никогда не было особой дружбы...

Дина навострила ушки. Тетя Таня коснулась запретной темы, которую у них в семье было не принято обсуждать. После того, как отца Инги не стало, о давней ссоре вспоминали всё реже, потому Дина и не надеялась уже что-то разузнать. Увы, тетя тоже не стала вдаваться в подробности.

– Однако, это совсем не значит, что их конфликт как-то повлиял на наше отношение к твоей семье, – продолжила она. – Твоя мать – родная тетя моим девочкам, сестра Володи. А мы родственниками не привыкли разбрасываться. Я очень рада, что ты дружишь с Ингой и Яной.

– Я тоже рада... – пробормотала Дина.

– Тогда почему вместо того, чтобы прийти к нам, рассказать о своей беде, ты предпочла взвалить на себя неподъемный груз и тащить его в одиночку? Я понимаю, неприятно признаваться, что твой отец оказался замешанным в такой истории. Но ты могла хотя бы Инге об этом сказать!

– Зачем? Только расстроила бы ее...

– Конечно, расстроила бы! Но все вместе мы бы что-то придумали. Ты понимаешь, что могла инвалидом остаться? Надо сказать "спасибо" твоей Лиде, что она вовремя забила тревогу.

– Извините... – чуть слышно пробормотала Дина.

– Тебе не за что извиняться, – уже спокойнее сказала тетя Таня. – Ты пыталась решить проблему, как умела. Я говорю это всё не для того, чтобы упрекнуть тебя. Но, пожалуйста, в следующий раз помни о нас, о том, что к нам всегда можно обратиться за помощью.

– Мне казалось неправильным взваливать на вас мои проблемы...

– Дина, любую задачу можно решить разными способами. Мы не обязаны тащить за тебя твой груз, но можем подсказать, как сделать это проще. Согласись, твои поездки – уж очень экстремальный метод зарабатывания денег.

– Наверное...

– Наверное! – саркастически хмыкнула тетя Таня. – Ты хоть понимаешь, сколько людей переполошила? Твой Артем Валерьевич сюда каждый вечер звонит. Он ведь искренне переживает за тебя, боится, что ты бросишь институт из-за этой истории, не доучишься. И Лида регулярно названивает, и Юра несколько раз спрашивал о тебе у Инги.

Дина молчала, не зная, что сказать.

– Ладно, девочка, не расстраивайся так! – тетя Таня подошла к Дине и, как маленькую, погладила ее по голове. – Ты не виновата, что твоя юность на такое сложное время пришлась. Просто в следующий раз больше доверяй своим близким. А сейчас расскажи мне подробнее о ваших проблемах. Будем вместе думать, что можно сделать.