Детектив из Сиэтла: Город чужих

Глава 1

— Красная все же лучше будет, — улыбнулась Джеки, прикладывая к белым розам атласные ленты. — Мне кажется, получится чудесный букет.

— Отлично, — прозвучал мужской голос из-за высоких стендов со свежесрезанными цветами.

Джеки была молодой и очень красивой — стройной, с длинными темно-русыми волосами и золотисто-зелеными глазами. Она вернулась в Хилтон всего пару лет назад. И в этом городе не было ни одного человека, который бы плохо о ней отзывался. Как и она не могла сказать ничего дурного про его жителей. Ей очень нравилось держать эту лавку, наполненную ароматом цветов, и радовать улыбкой всех, кто сюда заходил.

Джеки завернула розы в прозрачный целлофан и подвязала букет красной лентой. Вдруг над входной дверью звякнули колокольчики — в лавку вошла одна из самых частых посетительниц: старушка Бекки в розовом кашемировом кардигане с нитью жемчуга на шее. Джеки всегда удивляло, что эта женщина была больше похожа на аристократку с побережья, чем на жительницу маленького городка, окруженного заснеженными горами и непроходимым хвойным лесом.

— Дорогая, добрый вечер, — произнесла Бекки, подойдя к прилавку. — Помнишь, мы вчера договаривались, что ты принесешь мне саженец тех прекрасных цветов из своего сада?

— Ох, да, конечно, — закивала Джеки, отставила букет белых роз и скрылась в маленькой подсобке.

У окна стояло старое кресло, к которому был прислонен саженец кустовой розы в пакете. Она забрала его, напоследок бросив взгляд в окно, и заметила на залитой вечерним солнцем улице припаркованную машину шерифа. Джеки задумалась и посмотрела на настенный календарь — четверг, 10 августа 1995 года. Тяжелые мысли прервал звон колокольчиков, и она, обрадовавшись новому покупателю, вернулась в зал. Но никого, кроме Бекки, не увидела. Вместо собранного букета на прилавке лежали деньги.

— А куда он делся? — Джеки кивнула в сторону стендов, за которыми недавно стоял мужчина.

— Ах, дорогая, я не заметила, — оглядевшись, ответила Бекки. — У тебя тут такой интересный журнал. Могу одолжить? У меня какой-то жучок поел все листья на лилиях, а здесь такая хорошая статья.

— Конечно, берите. — Джеки отдала старушке саженец и, забрав деньги с прилавка, пробила чек.

— Через сколько он зацветет? — спросила Бекки, осторожно заворачивая пакет с саженцем в платок.

— Скоро, — улыбнулась Джеки, — совсем скоро.

***

Оливер ехал по пустой трассе. За окном мелькал темный хвойный лес, а по местному радио играло кантри, которое ему так не нравилось. Но как только он подумал переключить волну, очередная мелодия сменилась голосом радиоведущего. Оливер прибавил громкости и прислушался к новостям:

— Напоминаю, что до сих пор продолжаются поиски Джеки Браун. Все, кто обладает хоть какой-нибудь информацией о её нахождении или о нахождении её красного “Форда Эскорт” 1981 года, просьба обратиться в офис шерифа. А теперь к хорошим новостям: ежегодное состязание по ловле карпа состоится уже через несколько недель. И, как всегда, наша чудесная лесопилка спонсирует неплохой призовой фонд. Пора доставать спиннинги, готовить снасти и надеяться на хорошую погоду. К этому часу все, и с нами снова наш любимый хит «Цветочки на стене».

Оливер сделал магнитолу потише — эту песню ему точно не хотелось слушать. А тем временем дорога вела его всё дальше на север, вглубь штата Вашингтон, всё ближе к канадской границе.

Оливер работал в полицейском департаменте Сиэтла, и к тридцати трем годам уже зарекомендовал себя как детектива с безупречной репутацией. Он был высоким и худым — за последний год потерял не один десяток фунтов. Черная футболка смотрелась на нем мешковато, а коричневый ремень на темных джинсах приходилось застегивать на последнюю дырку. Лицо сильно заострилось, заметно выделяя прямой нос. Под зелеными глазами темнели круги, на щеках — щетина. Темные волосы были давно не стрижены и отросли чуть ниже ушей, чего бы раньше он никогда не допустил.

— Да что ж это такое? — пробормотал Оливер, когда по радио заиграла очередная раздражающая песня.

Терпение подошло к концу, и он резким движением выключил магнитолу.

— Наконец-то, — вздохнул он, оказавшись в тишине, и взглянул на наручные часы с металлическим браслетом, чтобы еще раз убедиться, что приедет вовремя.

Последний год Оливер провел в отпуске за свой счет, всерьез подумывая уйти со службы. Но личная просьба капитана — разобраться с исчезновением девушки вдали от Сиэтла — заставила его передумать. Он не смог отказать старому наставнику. Собравшись с силами, Оливер прервал отпуск: вернул значок, восстановил разрешение на оружие и через несколько дней уже ехал к своему новому делу.

Он проехал высокий мост над рекой. На обочине показалась деревянная вывеска на массивных бревенчатых столбах. Под потрескавшимся рисунком серой рыбы виднелось название небольшого городка.

— Ну, здравствуй, Хилтон, — вздохнул он, — в такой глуши я еще не был.

Первое, что Оливер проехал, — это небольшой трейлерный парк; за ним — жилые разноцветные дома. Повернув, он оказался на центральной улице, вдоль которой стояли невысокие многоквартирные здания с магазинными витринами на первых этажах. Оливер сбавил скорость и стал искать место, где ему назначили встречу.

— Вот, кажется, и оно, — проговорил он, заметив на одном из перекрестков закусочную.

Выглядела она как и все закусочные за пределами большого города: простое одноэтажное здание, обшитое оцинкованными панелями, с широкими закругленными окнами. Неоновая вывеска над входом гласила, что каждый посетитель, переступив порог, окажется «У Рона».

На голубом небе ярко светило полуденное солнце. Оливер припарковался в тени напротив закусочной, чтобы салон не нагрелся. Он даже подумал оставить кожаную куртку на переднем сиденье, но в кобуре висел тяжелый пистолет, и чтобы его прикрыть, куртку пришлось все же надеть. Он вышел из машины и внимательно ее оглядел — хорошая дорога закончилась на подъезде к городу, и надо было убедиться, что с подвеской все в порядке. Все служебные машины в департаменте были заняты, так что в Хилтон пришлось отправиться на своей — длинный черный седан “Линкольн” 1985 года с квадратными фарами и белым кожаным салоном. К облегчению с машиной ничего не случилось. Отполированный кузов даже не запылился, а в больших хромированных дисках отражалась улица.

Оливер закрыл машину, дернул дверную ручку еще раз и только тогда перешел дорогу в поисках человека, с которым должен был встретиться. Он посмотрел на часы — назначенное время уже прошло — и хотел уже зайти в закусочную, как за спиной раздался женский голос:

— Детектив Оливер Стоун?

Оливер обернулся и увидел невысокую фигуристую девушку в служебной форме. Бежевая рубашка с коротким рукавом, такого же цвета прямые брюки. На черном поясе — рация, значок и пистолет, на ногах — кожаные ботинки с широким мысом. Светло-русые волосы были завязаны в низкий хвост. Черты лица выглядели весьма миловидными: большие голубые глаза и пухлые губы.

— Младший помощник шерифа Лили Вудсон, — представилась она, протягивая ладонь.

Он коротко пожал ей руку.

— Извините, вас должен был встретить шериф, — продолжила она. — Но он отъехал по срочным делам и попросил меня поприветствовать вас в нашем городе. — Она посмотрела на закусочную, а затем вернула на него свой доброжелательный взгляд и улыбнулась. — Сейчас у всех обед, да и вы наверняка после долгой дороги проголодались. Может быть, для начала поедим?

— Не помешало бы, — согласился Оливер.

— Тогда прошу. — Она улыбнулась и предложила ему пройти первым, открыв перед ним стеклянные двери. — Вам повезло, сегодня день острой говядины. Она у Рона лучше всего получается. И конечно же повезло вовремя приехать: сегодня четверг, а закусочная всегда в этот день пораньше закрывается. Уж не спрашивайте почему, так заведено с самого открытия.

Оливер кивнул и зашел в кафе, отметив про себя, что Лили очень болтливая. Закусочная на удивление оказалась просторной, но главное — чистой. На полу блестела черно-белая плитка. Кожаные ярко-красные диваны хоть и выглядели обшарпано, но никаких дырок или заплаток. На металлических столах аккуратно стояли деревянные подставки с солью, перцем и кетчупом в стеклянных банках. Из окон лился дневной свет. В воздухе стоял запах жареного мяса.

Лили предложила Оливеру столик в углу. Он про себя усмехнулся — если она хотела остаться незамеченной, то точно не стоило посещать закусочную в служебной форме во время обеда. Но говорить свои мысли вслух не стал и сел напротив нее под любопытные взгляды остальных посетителей.

Официантка — чернокожая полная женщина — стояла у барной стойки и заваривала кофе. Вместо привычного для таких мест форменного платья на пуговицах на ней были простые джинсы и обтягивающая синяя футболка из тонкого трикотажа. И даже кудрявые темные волосы были не подколоты, как этого требовали санитарные нормы. Оливер смотрел на нее и думал, когда же она обратит на них внимание и сообразит принести меню.

— Шериф разрешил мне ввести вас в курс дела, — произнесла Лили. — Но если вы не против, давайте я вам все расскажу после обеда. На сытую голову и думается лучше. Не правда ли?

Лили высоко подняла руку, и только тогда официантка посмотрела в их сторону. Раскачивая широкими бедрами, она, наконец, принесла им два плотных листа. Оливер пробежался глазами по списку и с грустной иронией подумал, что стоило отъехать подальше от большого города, и любое меню в любой придорожной забегаловке предлагало одно и то же — жирные, огромные и подозрительно дешевые блюда.

— Нина, бургер дня. И картошки положи, пожалуйста, побольше, — попросила Лили, не взглянув на меню. Оливер решил заказать то же самое. — Как вы доехали? Как дорога?...

Оливер коротко и вежливо что-то отвечал, пока Лили не умолкала, а сам смотрел на посетителей закусочной: рабочие в клетчатых рубашках и джинсовых куртках с нашивками местной лесопилки; курьер в сером комбинезоне, занесший коробку; хозяин закусочной, показавшийся из кухни — очень высокий и крепкий мужчина в чистом, белом переднике, с сеткой на темных волосах. “Рон” быстро расписался за принятую коробку и вернулся к бургерам. Официантка по-прежнему медленно ходила между столов и неторопливо подливала всем кофе. Правда, у одного задержалась подольше, заговорив с пожилой женщиной в розовом кашемировом кардигане с нитью жемчуга на шее. Та манерно держалась, красиво пользовалась столовыми приборами и выглядела так, как будто была совсем не отсюда.

— Ох, эта наша старушка Бекки, — пояснила Лили и внезапно поменялась в лице. — Она, похоже, последняя, кто видела Джеки.

Оливер с еще большим интересом посмотрел на Бекки. В этот момент официантка с грохотом опустила перед ними огромные тарелки с горой картошки фри. Хваленые бургеры, утопая в масляном безумии, лежали посередине: говяжья жареная котлета с корочкой сочилась жиром, соус чили стекал по листьям салата и тонко нарезанному помидору, булочка намокла и грозила съехать в сторону. Оливер уже было засомневался в своем выборе, но что-то подсказывало, что все позиции из меню жарились на одном масле.

Лили перехватила бургер руками, а Оливер, последовав примеру старушки Бекки, взялся за ножик с вилкой и отрезал небольшой, но сочный кусок. На вкус он оказался действительно неплохим, но доедать его Оливер не стал. Картошку он и вовсе не тронул.

— Итак, — произнес он, отодвинув от себя тарелку, а затем вытер салфеткой рот и взял в руки кружку с горячим черным кофе. — Почему вы считаете, что с Джеки что-то случилось? Разве она не могла просто взять и уехать? Насколько я помню, ее машину вы не нашли.

— Да, вы правы, ее машину не нашли, — Лили покачала головой, — но все ее вещи остались в доме. — Она опустила взгляд на стол и после недолгого молчания продолжила: — Джеки мне звонила. Она звонила в тот вечер, когда исчезла, но я не успела взять телефон. Мы с ней в последнее время говорили почти каждый вечер. Она рассказывала про свою лавку, я про свои дежурства. Так вот скажите мне, если Джеки уехала искать лучшей жизни, разве она бы мне не перезвонила?

— Хорошо, — кивнул Оливер, сделал глоток кофе и поморщился — он оказался ужасно крепким. — Разве она не могла просто заблудиться? Северный лес — весьма опасное место. Непролазные заросли, хищники, овраги — мало ли что могло случиться?

— Она никогда не ходила в лес одна. Да и зачем ей это?

— Вы проверяли окрестности? — настаивал Оливер.

— Детектив Стоун. — Лили громко отставила тарелку, положила руки на стол и слегка наклонилась в его сторону. — В этих лесах каждый год кто-то теряется. Наш участок больше похож на штаб поисково-спасательной службы. Поэтому все окрестности мы уже не раз обошли, но ничего не нашли. — Она замолчала, когда к ним подошла официантка подлить кофе, а потом в знак благодарности кивнула и продолжила: — Джеки — моя подруга, и я чувствую, что с ней случилось что-то страшное.

— У нее есть родственники? — спросил Оливер, приступив к самым банальным вопросам, которые всегда сопровождали начало расследования.

— Нет, мама погибла много лет назад. А бабушка умерла совсем недавно. Вот поэтому Джеки и вернулась в Хилтон. Думала продать дом, но решила остаться и открыла, как всегда мечтала, цветочную лавку.

— Кто заявил о пропаже?

— Я, — тут же ответила Лили. — На следующий день после того самого звонка я приехала к ней на работу, а затем домой, где ее тоже не оказалось. Тогда я и поняла — надо действовать.

— Почему шериф решил отправить запрос в департамент? — спросил Оливер и тут же заметил, как Лили опустила взгляд на свою кружку с кофе и покраснела.

— Понимаете, шериф не верит в то, что Джеки пропала, — отозвалась она. — Он, конечно, согласился дать ориентировку на машину, запросить информацию с заправок по дороге, даже вот лавку осмотрел. Но все остальное… Он у нас очень упрямый. Так что мне пришлось подделать его подпись и отправить факс в Сиэтл с запросом прислать нам помощь. — Она подняла на него взгляд. — Знали бы вы, как он на меня орал, когда об этом узнал.

— Вот как, — Оливер поднял брови, — а вы знаете, что это незаконно? К тому же, если окажется, что Джеки действительно просто уехала, вас будут ждать весьма большие проблемы.

— Будут, — кивнула Лили, — но я к этому готова. Только, пожалуйста, найдите Джеки.

— Не могу сказать, что мне это нравится. Вызвать человека из департамента ради догадок без доказательств. — Он тяжело вздохнул. — Но раз я здесь, тогда давайте приступать к расследованию. Где в последний раз видели вашу подругу?

Глава 2

— Она работает на себя? — спросил Оливер, оглядывая витрину цветочной лавки со старой деревянной рамой и треснувшим стеклом.

— Да, на себя. — Лили осторожно отклеила бумагу с надписью «опечатано» с входных дверей и провернула ключ в замке. — Ей в наследство от бабушки осталось немного денег, и она решила вложить их в свою давнюю мечту — радовать людей цветами. — Она задержалась на дверной ручке и улыбнулась. — Букеты у Джеки и вправду очень красивые.

— И как идут дела?

— Ну, как сказать? — Лили пожала плечами. — Это маленький городок. Здесь мало кому так часто нужны цветы, чтобы лавка приносила большую прибыль.

— И на что же она живет?

— Ну, Джеки не только срезанными цветами занимается. У нее есть еще большой сад, где она выращивает рассаду для продажи.

Лили, надавив на ручку, с трудом открыла дверь — зазвонили колокольчики — и вежливо пустила его вперед. Оливер коротко кивнул, зашел в лавку и вдохнул спертый воздух с запахом сгнившей воды из ведер, где по-видимому раньше стояли букеты.

— Цветы-то я выкинула, а вот вылить воду не успела. Постоянно на патрулях пропадаю… — вздохнула Лили и вошла в полумрак помещения. — Я на всякий случай еще выключила щиток, — пояснила она и отошла в конец зала, а Оливер направился к прилавку и взглянул на старый кассовый аппарат.

— Вы помните, в какое время пробивался последний чек? — спросил он.

— Да, конечно, в 17:05, — отозвалась Лили, со скрипом открыв крышку щитка.

— А что в нем было?

— Конечно же, цветы…

— Я бы хотел узнать поподробнее, — сказал Оливер, но ответа не последовало. Он поднял голову и увидел, что Лили борется с щитком. Наконец, переключатель оказался нажат, и в лавке появился свет.

— Я, к сожалению, не помню, что точно было там, — ответила Лили, когда подошла к прилавку. — Наверное, розы. Все чеки у шерифа в офисе. Думаю, там с ними можно будет ознакомиться.

Оливер продолжал смотреть, но ничего не трогал. Исцарапанная столешница, оберточная бумага, разноцветные ленты, ножницы и все остальное, что нужно для работы в цветочной лавке, — ничего необычного. Он выпрямился и, оглядевшись, заметил за собой открытую дверь в подсобное помещение. Оставил Лили и зашел в совсем маленькую комнату, где рядом с креслом у окна стоял невысокий стол, а под столешницей виднелась картонная коробка. Оливер, наклонившись, поднял ее, поставил на стол и заглянул внутрь — там оказались одни бумаги.

— Бухгалтерия, — тихо произнес он, быстро пробежавшись по тексту, и подумал, что компетенции у местного участка немного, раз они не забрали их в офис вместе с чеками. Сложил все обратно и решил, что надо будет обязательно ознакомиться с ними поближе. Бросил взгляд в окно: день разгорался, светило яркое солнце, но здание напротив было не разглядеть. Обзор загораживал огромный патрульный внедорожник из офиса шерифа — бежевый “Шевроле Блейзер”. Без сомнения, 1989 года — именно эту модель несколько лет назад списали из крупных городов и прислали в такую глушь. На кузове виднелась широкая коричневая полоса, а на водительской двери — позолоченная звезда с указанием местного участка.

Оливера вдруг посетила странная мысль: что же он тут забыл? Его всегда вызывали на самые сложные расследования, когда дело касалось богатых и влиятельных людей, когда на улицы выходил серийный маньяк или же когда все остальные детективы оказывались в тупике. А сейчас он стоял в маленькой подсобке маленького городка и пытался понять, что произошло в этой лавке и произошло ли вообще? И поймал себя на мысли, что даже с этим может не справиться. И дело было не в долгом отпуске... Вновь звякнули колокольчики, и Оливер, оставив тяжелые мысли, насторожился.

— Лили, дорогая, — послышался старческий, но не лишенный звонкости женский голос. — Я видела, ты сюда заходила с каким-то мужчиной. Скажи мне, пожалуйста, он по поводу Джеки? Она наконец-то нашлась?

— Нет, мисс Пеннингтон, — ответила Лили, — к сожалению, мне нечем вас порадовать.

— Может быть, я чем-то еще могу помочь? Сердце уже какой день не на месте, все думаю о моей дорогой Джеки.

— Нет, мисс Пеннингтон, вы нам уже помогли. Хотя… — Ненадолго повисла тишина, затем Лили продолжила: — Вы можете рассказать все то же самое, что рассказывали нам, когда Джеки пропала? Детектив, — позвала она, — не могли бы вы подойти?

Оливер вернулся в зал и увидел рядом с Лили ту самую старушку в розовом кардигане. Она стояла в проеме открытой двери. Подойдя к ним, он заметил, что воздух в лавке стал свежее: запах протухшей воды успел выветриться.

— Как я уже говорила, мисс Пеннингтон последней видела Джеки в тот день, — сказала Лили.

— Да, я видела ее в этой самой лавке, — оживилась Бекки. — Мы давно были знакомы с бабушкой Джеки и выращивали вместе цветы. И вот я недавно попросила Джеки принести мне пару саженцев. Она девочка милая, сразу согласилась…

— Она была в тот день расстроена или вы заметили за ней странное поведение? — мягко перебил Оливер.

— Ой, нет, я такого не заметила, — ответила Бекки. — Может быть, она была удивлена, потому что один покупатель ушел. Но он оставил деньги, так что не думаю, что это ее огорчило…

— Какой покупатель? — вновь перебил Оливер.

— Не знаю, я его не видела, но букет был красивый. — Она улыбнулась. — Наверное, на свидание к кому-нибудь шел, такие цветы только девушкам дарить. Белые розы, — вздохнула она, — перевязанные красной лентой.

Не успела она договорить, как в дверях появился высокий, крепкий и широкоплечий мужчина в форме. Оливер сразу же понял, что перед ним стоял шериф Хилтона: на нем была шляпа с широкими подогнутыми краями по бокам, а на груди гордо блестела пятиконечная звезда. На вид ему было лет сорок, морщины уже тронули лицо с крупными чертами, а в густой аккуратно подстриженной бороде виднелись седые волосы.

— Офицер Цветочек, что ты здесь делаешь? — В его голосе прозвучало неприкрытое раздражение. — Я же тебе сказал только встретить и ввести в курс дела, а не водить экскурсии по оцепленным помещениям.

— Извините, я не подумала… — растерялась она.

— А ты никогда не думаешь, — стиснув зубы, ответил он. — Ты посмотрела его значок?

— Нет, — покраснела Лили.

— А письмо из департамента?

— Нет.

— Тогда откуда ты уверена, что это тот самый человек, которого к нам прислали? — нахмурился шериф. — Клянусь, если не твой папаша, я бы тебя к чертовой матери выгнал. Сам бы патрулировал каждый день улицы, но, по крайней мере, был бы уверен, что мои подписи никто не подделывает…

Пока шериф отчитывал Лили, Оливер заметил, как из закусочной вышли трое мужчин: один постарше, два помладше. Вставили сигареты в зубы и стали за ними с интересом наблюдать.

— Шериф, — перебил Оливер. — Давайте поговорим об этом в офисе?

Шериф, нахмурившись, посмотрел на него, затем обернулся в сторону закусочной, коротко кивнул тем трем мужчинам, вернул взгляд на Оливера и с неохотой кивнул.

— Я вам еще нужна? — спросила Бекки.

— Нет, мисс Пеннингтон, — бросил шериф. — Можете идти. Если нам еще что-то понадобится, мы сообщим.

Он резко развернулся и пошел прочь, Лили засеменила за ним, а Оливер, еще раз взглянув на закусочную, последовал их примеру. Офис шерифа находился недалеко: за углом, на первом этаже в одном из многоквартирных домов.

— Очень много она о себе возомнила. — Шериф сел в большое кресло и закинул ноги на стол из темного дерева.

Кабинет шерифа оказался небольшим, яркий свет пробивался сквозь белые вертикальные жалюзи и падал на грязную столешницу, на которой были разбросаны бумаги, папки и канцелярские принадлежности. Громоздкий монитор от компьютера пылился на длинном металлическом комоде со множеством ящиков. Оливер остановился напротив стола шерифа, сложив руки за спиной, и прикинул, сколько же грязных кружек здесь было: четыре на столе, две на подоконнике и три на комоде. А пятнам от кофе и пересчету не было.

— Забыл, кажется, представиться, — сказал шериф. — Джим Тэтчер. — Но руку для пожатия не протянул, только продолжил громко возмущаться: — Эта девчонка совсем недавно закончила академию, а уже возомнила себя великим детективом. Мало того что ведет какое-то свое расследование, проникает на оцепленную территорию, так еще и подделывает документы, пороча мое имя. Я в ее годы тихо сидел в участке и молча патрулировать улицы, во всем слушая старого шерифа.

— Так почему бы вам не забрать у нее значок? — спросил Оливер.

— Ай, долгая история, — махнул шериф Тэтчер и недовольно постучал пальцами по столешнице. Из нагрудного кармана достал пачку сигарет “Мальборо” и, щелкнув зажигалкой, закурил. — Как я уже говорил, для начала покажите сопроводительное письмо из департамента.

Оливер достал из кармана аккуратно сложенный плотный лист бумаги, развернул его и протянул шерифу. Джим небрежно взял листок, пробежался взглядом по тексту, а затем поменялся в лице. Прочитал уже внимательнее и поднял на него весьма озадаченный взгляд.

— Ничего себе, какими важными людьми разбрасывается департамент. — Джим задрал высоко брови. — Вы же тот самый Стоун, который поймал маньяка из Портленда?

— Он, — кивнул Оливер.

— И что же вас занесло в нашу дыру? — Джим убрал ноги со столешницы и уставился на него. — Почему нам не прислали какого-нибудь младшего детектива?

— Устал от громких дел, — слабо усмехнулся Оливер, почесав подбородок. — А теперь, если позволите, я бы хотел ознакомиться с делом Джеки. Лили сказала, что там должны быть последние чеки, я хочу на них взглянуть.

— Не поймите меня неправильно... — Голос шерифа стал спокойнее. Он даже отложил сигарету в пепельницу и показал на офисный стул напротив стола. Оливер заметил на серой текстильной обивке крошки и задумался, не сочтет ли шериф за оскорбление попытку их стряхнуть. Опыт подсказывал что может, поэтому он воспользовался приглашением, хотя прекрасно представил, во что превратятся его джинсы, когда он встанет. Тем временем шериф продолжил: — Я бы эту Джеки только сам рад найти. Целую и невредимую, в каком-нибудь мотеле, а лучше — чтобы та додумалась позвонить своей подружке и расписать во всех красках, про свою новую жизнь. — Джим тяжело вздохнул. — Я в этом городе родился, живу уже столько лет, и на моей памяти здесь никогда никого не убивали. Конечно, люди пропадают — все же лес рядом. Да и без несчастных случаев на лесопилке не обходимся. И то, что офицер Цветочек кричит на каждом углу, расклеивает объявления и пугает мой народ, добавляет мне только больше проблем. Вместо того чтобы заниматься поисками, я вынужден успокаивать впечатлительных старух и женщин, уговаривать мужиков и парней не выходить на самовольные поиски и дежурства. А я как чую, — он пальцем стукнул по столешнице, — удрала она в большой город, и все с этим.

— Признаю, я думаю о том же, — кивнул Оливер. — Но все же лучше постараться не делать поспешных выводов.

— Постараемся, — ответил Джим, а затем отодвинул ящик и плюхнул на стол тонкую картонную папку. — Здесь все, что мы нашли. Весьма немного. Как понимаете, если нет тела, нет преступления, а значит, у нас почти связаны руки. Если что нужно — пожалуйста, Лили в вашем распоряжении. Думаю, она сама с удовольствием все расскажет и покажет. Так что прошу, чувствуйте себя как в офисе Сиэтла, правда, нам до него очень далеко, — и Джим, нахмурившись, закурил.

— Почему вы думаете, что она могла уехать? — продолжал Оливер. — Вы были знакомы с ней лично?

— Эх, — усмехнулся Джим, — видно, вы никогда не были в городе, подобном Хилтону. Здесь все друг друга знают, — он сделал долгую затяжку, — но Джеки я знал не очень хорошо. Так, здоровались по утрам. У нее же лавка недалеко от участка, на дороге иногда сталкивались. А почему я думаю, что она уехала? Тут и гадать не надо. Кому нужны эти цветы? Ни для никого не секрет, что дела у нее худо шли. Особенно когда открылся маркет и там стали продавать цветы дешевле. — Он положил руки на стол и, сложив их в замок, наклонился и продолжил: — Понимаете, наш уважаемый мэр особо не заинтересован в том, чтобы Хилтон развивался. А нет развития, нет и работы. Одним открытием магазина делу не поможешь. Все отсюда и бегут. Да я сам, если бы не семья, с удовольствием свалил. Деньги есть только у тех, кто несколько смен пашет на лесопилке, а остальные… — Он поджал губы и, махнув ладонью, вновь откинулся на спинку кресла. — Но факт есть факт: Джеки пропала. Вот и заявление от Лили лежит, так что просто так мы уже это не закроем. Поэтому, пожалуйста, делайте свою работу, только не возбуждайте слишком сильно народ, они и так нервничают от расклеенных повсюду объявлений.

— Обещать ничего не могу. — Оливер забрал папку с делом Джеки, открыл ее и быстро перелистал. — Вы правы, и вправду немного. — Он поднял на Джима взгляд и поджал губы. Определенно шериф Тэтчер был непростым человеком, особенно его слова про мой народ только убедили Оливера, что работа с ним будет не из легких. Но все же он как детектив из департамента имел здесь больше прав, чем обычный полицейский, и тот наверняка это знал. Так что без каких-либо сомнений Оливер продолжил: — Шериф Тэтчер, вы должны возобновить прочесывание окрестностей, расширить круг патрулей. И продолжайте искать машину Джеки. Красный “Форд Эскорт” 1981 года — машина не новая: мало ли где стоит, сломавшись по пути.

И не дожидаясь ответа, Оливер встал и вышел из кабинета. Отряхнул джинсы от крошек и осмотрел участок. Помещение было небольшим и светлым, правда, сильно захламленным. Столов было немного, некоторые использовали как шкаф — складывали документы. Один был отдан под засохшие комнатные цветы в белых пластиковых горшках. А вот остальные, похоже, были обжиты: на одном лежала куртка, на другом стояла кружка и свежая булочка. Ближе всех к выходу сидела Лили. Наклонившись к столешнице, она что-то размашисто записывала.

— Лили! — нарушил сонную атмосферу громкий голос шерифа. — Освободи детективу стол. Вызови ко мне Кевина. И сделай мне, черт возьми, кофе! Нервов уже никаких с вами нет…

Глава 3

Оливер проснулся в кровати, заправленной свежим белым постельным бельем, и ему это очень понравилось. В Хилтоне была всего лишь одна небольшая гостиница, которая находилась недалеко от центральной улицы. И вчера, заметив обшарпанную кривую вывеску над входом, он настроился на худший вариант. Но когда ему выдали ключи и он зашел в номер, его порадовала чистота темно-бордового ковролина и хорошая меблировка — кровать, тумбочка, открытый шкаф и длинный стол, занимавший почти всю стену, а под ним — маленький холодильник. Даже электрический чайник в номере был, правда, кофе лежал только в растворимых пакетах.

Оливер встал пораньше и разобрал вещи, которые захватил с собой из Сиэтла. Совсем немного: несколько пар носков, запасные джинсы, пару футболок и на всякий случай черный свитер с высоким горлом. Принял горячий душ, собрался и сейчас допивал утренний кофе, стоя у окна. Все номера в гостинице располагались на втором этаже и выходили на улицу. Оливер закинул в рот таблетку из оранжевой баночки и посмотрел на часы — почти семь утра. Совсем недавно взошло солнце, и над городом еще стояла рассветная дымка.

Джеки пропала уже около двух недель назад. Телефон, как и прежде, оставался выключенным. Но если она решила уехать из маленького города, то почему ни с кем не попрощалась и не продала дом?

— Хотя кому он здесь нужен? — пробормотал Оливер и заметил, как по дороге на приличной скорости несется патрульный бежевый внедорожник, резко затормозив у входа в гостиницу. Оливер отошел от окна, вернул банку с таблетками в шкафчик над раковиной, вышел из номера, закрыл двери и спустился. Воздух с ночи еще не успел прогреться, и даже в кожаной куртке было весьма прохладно.

— Доброе утро, детектив, — поприветствовала его Лили, когда он открыл пассажирскую дверь внедорожника.

— Доброе. — Оливер сел в машину, пристегнулся и хотел побыть в тишине. Принятые таблетки еще не подействовали, и он чувствовал легкое недомогание.

— Вы есть не хотите? — спросила Лили.

— Нет, спасибо, — бросил он. Но машина так и стояла на дороге, и Лили, кажется, никуда не собиралась ехать.

— А я сэндвичи сделала. Хотите?

Оливер покачал головой.

— Они весьма вкусные, тут и копченая куриная грудка, и свежие помидоры, и маринованные огурцы, и хрустящие листья салата. Только майонез не положила. Заметила, как вам не понравилась картошка-фри в закусочной. Но зато горчица…

Оливер резко повернулся к ней, открыл рот и уже хотел попросить, чтобы она замолчала, но она так приветливо улыбалась и тянула к нему контейнер, что он вздохнул и спокойно произнес:

— Я совсем не голоден.

— Тогда, может, кофе? — Она подняла металлический термос.

— Спасибо, не надо, — с раздражением ответил Оливер. — Лучше давайте поскорее поедем к дому Джеки, — уже более любезно добавил он и понадеялся, что Лили поймет, что у него сейчас нет настроения разговаривать.

— Конечно, — вежливо улыбнулась она, подкрутив переключатель на магнитоле погромче.

Оливер мог подумать, что Лили сделала это в отместку. Но вряд ли она знала о его нелюбви к радио Хилтона. Там, как всегда, играло кантри, а что самое ужасное, старые песни перепевали какие-то местные исполнители. Поначалу еще было неплохо — Скотт Маккензи в исполнении мужских голосов. Но когда на всю громкость завыл женский вокал, у Оливера больше не осталось никакого терпения.

— А когда уже будут новости? — с недовольством спросил он.

— О, сегодня без радиоведущего, — ответила Лили, постукивая по рулю и тихонько подпевая. — Целый день музыка будет. Правда, замечательно?

— Да, замечательно, — повторил Оливер, дернув бровью.

— А если вам нужны новости, сейчас я вам о них расскажу. — Она сделала магнитолу потише. — За лето побили рекорд по заготовке древесины, значит, работников ждет хорошая премия. Недавно открылся супермаркет, мне он, честно говоря, нравится, а вот тем, кто держит свои лавки, не очень. На этой неделе юбилей у главного врача нашей больницы мистера Коллинза. Все готовятся к большому состязанию по ловле рыбы, и наверняка Дик со своими сыновьями опять победит. Ну и, конечно же, все болтают про пропажу Джеки. На этом, наверное, и все.

— Даже не знаю, что и сказать. — Оливер развел руками. — И вправду небольшой городок.

— Небольшой, но весьма старый, — продолжила Лили, сворачивая на одном из перекрестков, перед мостом. Дальше они поехали вдоль каменистого берега, а рядом неспешно несла свои воды широкая река. — В этих краях раньше добывали золото. Потом оно закончилось, но нашлось кое-что, на чем еще можно было заработать, — лосось. Говорят, раньше во время нереста можно было ловить его голыми руками. Поэтому-то эта жирная рыбеха и стала символом Хилтона, как вы, наверное, уже успели заметить. Но где-то двадцать лет назад ниже по течению поставили небольшую дамбу. Небольшую, но о ловле лосося можно было забыть. Конечно, остался карп в озере, но его было не так много, и он не такой дорогой, чтобы прокормить весь город. И многие решили покинуть эти края, но мой отец купил здесь землю и построил лесопилку, дав многим работу. Ее все равно не хватает для всех, но хоть что-то…

— Ваш отец? — переспросил Оливер.

— Да, мой отец, мистер Вудсон, владелец лесопилки, — с легкостью ответила она, и Оливер вдруг вспомнил слова шерифа про папашу. Не удивительно, что он не мог ее уволить — она была дочерью важного человека для этого города. — Так что советую остаться здесь подольше, чтобы сходить хотя бы на День карпа. Конечно, руками рыбу ловить никто не станет, но будет пиво с хот-догами.

— Думаю, неплохая идея, — ответил Оливер, раздумывая, что вряд ли он здесь задержится.

Лили вела машину дергано и быстро, резко останавливаясь на перекрестках. Оливеру даже захотелось пару раз схватиться за ручку, но вовремя себя остановил. Знал, что это не очень хороший тон. Наконец, они доехали до окраины Хилтона и остановились напротив возвышенности, где располагался участок, по всей видимости, принадлежавший Джеки Браун. На входе встречала высокая белая садовая арка с калиткой, увитая лианами. К небольшому светлому дому вела каменная лестница, а за живой изгородью был разбит сад. Оливер вышел из машины и с удивлением посмотрел на это буйство красок. Неужели в таком небольшом и явно скучном городе, могло оказаться настолько красивое место?

— Джеки очень любит цветы, — пояснила Лили. — И они у нее так хорошо растут: что ни посадит, сразу все приживается. В точности, как у ее мамы и бабушки. А у меня вот руки совсем не оттуда растут, — она вздохнула, — я даже все цветы в офисе загубила, но вы, наверное, видели…

— Я так понимаю, вы уже осматривали дом? — перебив, спросил Оливер.

— Да, конечно, — ответила Лили. — Но мы ничего не нашли, надеюсь, что вы сможете что-то заметить.

Лили открыла перед ним калитку под садовой аркой, и они стали подниматься к дому по каменной лестнице. Сад встретил их сладким ароматом и жужжанием пчел. Цветы вдоль их пути так сильно разрослись, что мешали пройти. Оливер осторожно через них перешагивал, стараясь не наступить на листья.

— Это вы еще задний двор не видели, — продолжала Лили, открывая ключом белую дверь с занавешенным окном. — Там у Джеки оранжерея, где она как раз выращивает цветы для продажи, а некоторые на рассаду. Я много раз говорила, что ей надо отправить фотографии в какой-нибудь журнал. Это же так красиво. Или вообще за посещение брать деньги. Правда, кто тут ходить будет… но все же.

Они зашли в дом, свет не стали включать — утреннее солнце ярко светило в окна. Сразу из прихожей, где располагалась лестница, ведущая на второй этаж, находилась весьма уютная, но требующая ремонта, гостиная, обставленная мягкой мебелью в классическом стиле. Обивка была в тон старым обоям в нежно-голубую полоску и ковру с цветочным орнаментом. На стенах висели маленькие картины с пейзажами, а в буфете стояла фарфоровая посуда и статуэтки. Сложно было представить, что этот дом принадлежал девушке, скорее, в его интерьере можно было представить старушку Бекки.

— Этот дом достался ей от бабушки, — пояснила Лили. — Я часто предлагаю Джеки одолжить денег для ремонта, но она всегда говорила, что ей и так хорошо.

— Вы уверены, что она не забирала никаких личных вещей?

— Уверена, по мне, все на месте. Но здесь не так много предметов, которые она могла бы взять с собой, — ответила Лили и показала на лестницу. — Все вещи у нее в основном хранятся в спальне, но и там все выглядит как обычно.

Оливер коротко кивнул и, оставив Лили, прошелся по остальному дому, который оказался намного больше, чем выглядел с улицы. Несколько подсобок, кабинет и кухня. В ней он задержался, чтобы рассмотреть белые деревянные шкафчики с круглыми бронзовыми ручками. Из техники — невысокий холодильник, большая плита и старая кофеварка. На витиеватых крючках висели цветастые полотенца и прихватки. Оливер посмотрел на настенный телефон, поискал записную книгу, но ее нигде не было. Тогда он подошел к мусорному ведру, но оно стояло пустым.

— Лили, это вы вынесли мусор? — чуть громче спросил Оливер, чтобы она услышала его из гостиной.

— Да.

— А вы изучили содержимое?

— Нет.

— Очень зря, там могло быть что-нибудь важное, — ответил Оливер, оставил кухню и вернулся к Лили. — Например, какие-нибудь скомканные записи с адресами и телефонами. Или еще лучше — личные письма или документы.

— Простите, совсем вылетело из головы. — Она опустила взгляд. — Я просто не хотела, чтобы от него пошел неприятный запах.

— Тогда будем работать с тем, что есть.

Оливер вышел обратно в прихожую и думал уже подняться на второй этаж, но обратил внимание на вешалку с верхней одеждой у входной двери.

— Какая погода была в тот день? — спросил Оливер, рассматривая прихожую.

— Обычная: днем было довольно тепло, вечером пошел дождь.

— Лили, вы наверняка знаете, в какой куртке ходит Джеки?

— В красной.

— Ее здесь нет? — Он позвал ее в прихожую и показал на вешалку.

— Нет, нету, — покачала она головой.

— Она могла после работы вернуться домой и забрать куртку?

— Не знаю, — протянула она. — Мы так и не узнали, возвращалась ли она домой после работы. Но насчет куртки… Детектив, здесь с утра всегда холодно. Так что я более чем уверена: на работу она пошла в ней.

— Была ли какая-нибудь вещь, без которой она бы точно не уехала? — спросил Оливер, на что Лили призадумалась и как ему показалось, слишком надолго. Это показалось ему немного странным — все же хорошие подруги должны были о таком знать. — Сколько лет вы дружите с Джеки?

— Со средней школы, — вздохнула она. — Но когда она первая уехала учиться, мы больше не виделись. Так что вновь общаться стали только недавно, когда она вернулась. Поэтому простите, я ничего такого не подскажу…

Они поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж. В тесном коридоре было несколько дверей, и Лили показала на последнюю.

Спальня выглядела намного современнее, чем остальной дом: новые однотонные обои, никаких картинок на стенах, темно-серое постельное белье, даже пластиковая ярко-розовая лампа на тумбочке — все говорило о том, что Джеки была не такая простая. В комнате царил беспорядок: всюду лежали разбросанные вещи, кровать была не заправлена, на большом громоздком комоде лежала куча белья, на туалетном столике — косметика и баночки с кремами, а на зеркале висели украшения. Все окна были занавешены, и только из одного пробивался яркий свет. Оливер пригляделся к одежде — джинсы, футболки, клетчатые рубашки. Ничего такого, что бы отличало Джеки от жителей этого города. Он собирался выдвинуть верхний ящик комода, как его остановила Лили.

— Это обязательно? — спросила она.

— Даже не поверите, что может скрываться в таких комодах. — Оливер потянул ящик на себя и высоко поднял бровь: ажурное нижнее белье черных, красных и ярко-розовых оттенков. Все это время он думал, что Джеки — какая-то скромная девушка, домоседка, увлеченная розами, но судя по тому, что он увидел, она была весьма раскрепощенной. — У нее есть парень?

— Да, конечно, Найджел Миллер, — ответила Лили.

— Вы его проверяли? — Оливер задвинул ящик и выпрямился.

— Его не было в тот момент в городе. Впрочем, он и сейчас не вернулся.

— А куда и почему уехал?

— Мы не знаем…

— Где он работает?

— У моего отца на лесопилке.

— Тогда сделайте запрос, узнайте, не брал ли он отпуск. Поспрашивайте соседей и поставьте патруль рядом с его домом.

Оливер тяжело вздохнул: наличие парня, с которым она могла бы уехать, кажется, раскрывало дело. Хотя с другой стороны, они могли поругаться. А обиженные парни всегда становились первыми подозреваемыми и часто оказывались виноватыми. Он посмотрел в окно и увидел большую старую оранжерею. Белая краска на металлической раме потрескалась, стекла местами были заменены на поликарбонат. Лили была права — задний двор утопал в цветах. Кажется, ступить негде было — везде росли цветы. Он мало что соображал в них, но все же мог понять, что Джеки очень любила розы. Здесь они и вились по шпалерам, и цвели пышными кустами, и росли в кадках. А каких только оттенков тут не было… Оливер поднял взгляд от сада и увидел совершенно удивительный пейзаж — белоснежные горы вдалеке и хвойный лес. И от этого вида его сердце неприятно кольнуло…

— Кто будет поливать цветы? — вдруг спросил он.

— Не знаю, — пожала плечами Лили, — может, попрошу старушку Бекки. Все же жалко их, а у меня времени совсем нет…

— В любом случае мы должны найти этого Найджела и поговорить с ним, — закончил Оливер.

Вдруг рация на поясе Лили включилась с громким треском.

— Младший помощник шерифа Вудсон слушает, — нажав на кнопку, произнесла Лили, но в ответ раздался неразборчивый голос и помехи. — Прошу повторить, вас плохо слышно. — Она приложила рацию к уху, прислушалась, а затем распахнула глаза и уставилась на Оливера. — Они, кажется, нашли машину Джеки.