Детектив и эльф

Глава 1 Серебряный Скит

Лечебница «Серебряный Скит» не закрывалась никогда. Не потому, что таковы были правила, а потому, что больных с каждым днём становилось всё больше. Персонал выбивался из сил, управляющий хватался за любую возможность — нанимал всех подряд, упрашивал о помощи. Так в людской больнице и появились лесные эльфы в роли помощников.

Одну из них, юную эльфийку по имени Фан, бросали туда, где нужны были руки. У неё не было чётких обязанностей — она просто делала всё, что скажут.

— Листья алоэ и полотенце. Живее! — скомандовала старушка Нэнэ в белом халате.

— Несу!

Эльфийка уже хорошо ориентировалась в этой больнице, хотя прошло всего две недели. Они выдались такими насыщенными, что времени на отдых почти не было.

— Вот. — Рыжая эльфийка протянула то, о чём просили.

Старушка быстро покрошила листья в раствор, перемешала, опустила туда полотенце и, отжав, протянула обратно:

— Сейчас положишь на лоб больной, не больше минуты держать так. Потом за мной на второй этаж, мигрени усилились в палате № 3. Затем через час вернёшься сюда и повторишь процедуру. Поняла?

— Да, мэм!

Некогда было даже выдохнуть. Стоило заняться одним больным, как второму становилось хуже. «Серебряный Скит» принимал всех без разбора, и это сыграло с лечебницей злую шутку. За последний месяц больных стало втрое больше, лекари не успевали. Переломы, простуда, мигрени, болезни лёгких — казалось, все хвори мира собрались в одном месте. Даже смотреть за собой не было времени: эльфийка была одета в простецкую зелёную одежду и носила на каждой руке браслеты, сделанные из тонких нитей.

Но Фан не жаловалась. Она видела, как тяжело приходится сестре Нэнэ — у той дрожали пальцы, когда она держала ступку, хотя старушка и не подавала виду. Главные лекари за последние сутки спали всего по несколько часов, сменяя друг друга прямо у коек. Помощники же работали по двенадцать часов, а кто хотел, мог остаться подработать.

Мистер Кэролл, глава лечебницы, выбил у королевы Розвела дополнительные средства — они пошли на наём новых лекарей и алхимиков. Алхимиков ждали через несколько дней, а пока приходилось держаться своими силами.

Фан как раз спустилась на первый этаж, когда услышала шум у входа. Охранники привели нового пациента. Это оказался юный лесной эльф, скорчившийся от боли. От него волнами исходил жар. На секунду ей показалось, что его тень вела себя странно, но Фан быстро переключила внимание на больного.

— Что с ним? — Подбежала к ним Фан.

— Не знаем, он к нам дополз в таком состоянии, — ответил грубо охранник. — Просто приполз, и мы его сюда привели.

— Помогите… — с трудом выдохнул больной.

Девушка прижала ладонь к его лбу. Тот пылал, но в руку ударило что-то острое, ледяное. Такого она ещё не видела.

— Я отведу его, спасибо. — Кивнула она охранникам и взяла его за плечо. — Потерпите, на втором этаже только что место освободилось, отведу вас туда.

На втором этаже сестра Нэнэ хмурилась и возмущалась из-за нового пациента. Но пыталась ему помочь. Увы, успехов не было.

— Не понимаю, я впервые вижу нечто подобное. Пойду за одной книгой, хочу кое-что проверить.

— Милая собратка, — обратился больной к Фан. — Вы мне поможете… правда?

— Конечно! Мы всех вылечим!

— Спасибо. Приятно, когда тут есть кто-то из родной расы.

— Вам пока лучше отдохнуть, поспать. Мы к вам скоро вернёмся.

Больной слабо кивнул и постарался прилечь. Выйдя из кабинета, Фан направилась к сестре Нэнэ, но с первого этажа донёсся шум — кто-то спорил у входа. Эльфийка сразу побежала вниз.

Перед охраной стояла высокая женщина-человек — блондинка с длинными волосами и глазами такой чёрноты, будто в них не отражался свет. На ней был тёмный дорожный камзол гладкого кроя; из-под него виднелась белая рубаха, простая, как обет. Поверх всего — длинный бурый плащ, сотканный из дорожной пыли сотен миров. Он хлопал за спиной, как знамя без королевства. Штаны, вытертые до синевы полуночного неба, держались на металлических заклёпках у карманов, будто те были частью брони. Тяжёлые бурые башмаки на толстой подошве явно знали грязь, камень и долгие переходы.

— Послушайте, — говорила она громко, но на удивление спокойно, — я тут по делу. Я могу помочь с этим местом.

— Кто вы такая, что можете помочь нам? — спросил охранник в кожаных доспехах.

— Доктор. Разбираюсь в медицине. И я видела, как вы забрали одного эльфа, что полз сюда. Если всё так, как я думаю, то смогу ему помочь. У него редкая болезнь, знакомая из моих мест.

— Да, конечно. — Усмехнулся мужчина, не скрывая улыбки. — Вот так совпало: увидели и пришли. Ищи других дураков, шарлатанка.

— Позовите любого, кто его осматривал, и я назову все симптомы! И это станет не совпадением, а везением.

— Послушай, ещё немного, и я… — не успел закончить охранник, как пришла Фан и прервала его.

— Я его отнесла нашему лекарю. — Чуть не прыгнула к ним эльфийка.

Охранник ошарашенно на неё посмотрел, а вот женщина улыбнулась и заговорила:

— У него сильный жар, но при этом, если коснуться, почувствуете что-то острое. Словно озноб.

— Д-да, всё верно. — Слабо кивнула эльфийка.

Она посмотрела на охранника. Тот недовольно вздохнул и сказал:

— Сами решайте. Но лично я против.

— Вы и вправду сможете помочь? — Фан внимательно посмотрела в чёрные глаза женщины.

Та выдержала её взгляд, не моргнув.

— Да. — Кивнула она, глядя на эльфийку. — Я помогу.

— Идёмте, я проведу вас.

— О, спасибо большое!

Незнакомка повернулась к охраннику и добавила, всё так же улыбаясь:

— А вы отлично выполняете свою работу.

Тот лишь нахмурился в недоумении, а она уже развернулась и зашагала за эльфийкой.

— Как вас зовут? — обратилась гостья, минуя других больных.

— Фан, мисс.

— Ты лекарь?

— Нет, я просто помогаю здесь. Таких, как я, тут много, — ответила эльфийка, поднимаясь по лестнице и иногда поглядывая на собеседницу.

— Да, тут очень оживлённо. — Осматривалась вокруг женщина. — И столько разных болезней.

— Это точно, словно мистика какая!

— Может быть, — очень тихо пробормотала гостья.

— Нам сюда. — Указала Фан на дверь с пациентом.

Фан вошла первой, а следом — гостья. Эльф пытался уснуть, ворочался, но не смог и сразу отреагировал на их появление. Гостья улыбнулась и начала разговор:

— Привет. Как самочувствие?

— Тело горит, дышать тяжело. А… вы кто?

— Доктор.

— Д-Доктор? — Глаза больного расширились.

— Да, верно. Я тут, чтобы вам помочь. Ложитесь на спину.

Лесной эльф посмотрел на Фан, та кивнула, и он последовал указанию. Женщина подошла поближе: пощупала лоб, потом щёки, затем осмотрела его грудную клетку. После этого взяла листок и начала быстро писать. Фан наклонилась, чтобы почитать, но женщина неожиданно сунула этот листок ей в руку.

— Принесите всё, что тут написано. И быстрее! — Повысила тон гостья.

Фан не стала задавать вопросов. В лечебнице от помощников требовали прежде всего скорости, поэтому вскоре она уже обежала половину здания, собирая всё указанное в списке. Увидев в списке небольшой кусок мяса, Фан остановилась и перечитала написанное. Затем сложила листок и продолжила поиски. Вернувшись, она первым делом увидела Нэнэ, спорившую с гостьей.

— Это не даёт вам никакого права руководить нашими сотрудниками! Вы не из лекарей лечебницы.

— Верно. Однако клятву Гиппократа нарушать не намерена.

— Какую ещё клятву? — Нахмурилась старушка.

— Ладно, это выражение вам не знакомо. — Закатила глаза женщина и увидела Фан. — О, эльфийская помощница! Принесла, что я просила? — Та кротко кивнула. — Отлично, давай сюда, я сейчас.

— Фан. — Нэнэ грозно посмотрела на помощницу.

— П-простите, она сказала, что поможет, и я…

— Я понимаю твоё беспокойство, но нельзя быть такой беспечной. У нас много работы, но внимательной нужно быть всё время, мало ли кто сюда зайдёт.

— Неужели она…

— Не знаю, но речь у неё поставлена хорошо и осанка уверенная. Понимаю, почему ты ей сразу доверилась.

Не понимая, упрёк это или нет, эльфийка поправила свои рыжие волосы и начала высматривать гостью. Через несколько минут та двигалась к ним быстрым шагом, держа кастрюлю в руках:

— Откройте дверь! — крикнула она им, игнорируя удивлённые взгляды остальных.

Фан, с широко раскрытыми глазами, на автомате распахнула дверь; женщина вбежала в комнату с кастрюлей. За ней вошли старушка Нэнэ с помощницей.

Та, кто называлась Доктором, поставила посуду на стол и начала наливать суп в тарелку, подув на него. Затем поднесла тарелку к больному, зачерпнула суп и осторожно поднесла ложку к его губам. Тот начал тихонько отхлёбывать.

Нэнэ медленно подошла к кастрюле и вдохнула. От удивления она начала тяжело дышать и шипеть:

— Это же обычный суп!

— Лучшее лекарство от горячки. Так зовётся эта болезнь. — Улыбнулась женщина.

— Издеваетесь?! У нас тут много больных, а вы еду приготовили и говорили, что можете помочь! Вам место на кухне с такими умениями!

— Между прочим, еда — отличное лекарство. — Гостья развернулась к старушке и направилась прямо к ней. — Правильно приготовленная еда способна на чудеса. Хороший чай поможет избавиться от простуды. А мёд с тёплым молоком порой лучше многих лекарств!

— Вы кипятите молоко? — Удивилась Нэнэ, нахмурив брови, стараясь представить, как это выглядит.

— Ну… Давно, сейчас уже нет. Но сути не меняет! Нельзя недооценивать пользу еды в медицине. Проверьте! — Указала женщина на пациента, который спокойно начал есть суп, словно привыкнув к нему.

Фан сделала это первой. Она коснулась лба и резко сделала шаг назад. Она потрясённо посмотрела на Нэнэ.

— Жар начал пропадать. И озноб ослаб.

— Не может быть! Жар не может так быстро спадать! — возмутилась старушка и повторила движения эльфийки.

И через секунду выражение её лица переменилось. От гнева не осталось ни следа — только удивление. Она хлопала глазами, глядя то на больного, то на улыбающуюся гостью.

— К-кто вы? — запинаясь, спросила она.

— Доктор. И я здесь, чтобы помочь вашей лечебнице. Скажите, я могу осмотреться здесь?

— Такое разрешение вам может дать только наш руководитель.

— Тогда пойдёмте к нему. Чем скорее начнём, тем лучше будет всем.

Нэнэ не стала пререкаться — ей самой было любопытно, чем всё закончится. Фан тоже поспешила следом, стараясь не отставать.

Они поднялись на самый верхний этаж, остановились перед кабинетом Кэролла, главы лечебницы. Нэнэ, как лекарь, вошла первой, остальные за ней. Внутри было чисто и свежо, из раскрытых окон дул приятный весенний ветерок. На столе лежало много аккуратно сложенных бумаг, а рядом с ним стоял высокий и полный мужчина средних лет с серыми волосами. Он внимательно осмотрел вошедших.

— Мистер Кэролл. — Поклонилась Нэнэ. — Эта женщина пришла к нам помочь. Она уже успела улучшить самочувствие одного из пациентов.

— У него была горячка, на моей родине это нормальная болезнь, — добавила гостья.

— Ещё и новая болезнь? Что ж так тяжело становится. — Поник начальник лечебницы и хлопнул по щекам. — И спасибо вам за помощь. Расскажете, как лечить это?

— Я… запомнила рецепт, — выдохнула Нэнэ, скрывая смущение.

— Отлично, нам он пригодится. — Заулыбался начальник. — Вы хотите тут работать, мисс…

— Доктор.

— Доктор? Это прозвище? — Попятился Кэролл.

— Эм… Да, можно и так сказать. — Кивнула женщина.

— Хорошо. Итак… Доктор, вы хотите тут работать?

— Не совсем. Скорее хочу помочь вам. За последние недели в этой местности распространилась куча болезней, даже таких, которых никогда не было в этом климате. Такое неспроста, не думаете?

— Ну… и вправду работы много стало. — Пожал плечами мужчина. — Но что вы хотите сказать? Думаете, тут замешаны высшие силы?

— Высшие вряд ли, а вот чужеродные — вполне. И я хочу это выяснить. Вы и сами наверняка понимаете, что тут не всё в порядке, верно?

— Мои люди ничего не заметили за это время.

— Вашим людям хорошо бы поспать и отдохнуть. — Упёрлась гостья. — Из-за усталости и работы они не могут заниматься чем-то ещё. А вот свежий взгляд вполне поможет. Мой взгляд.

— Звучите так, будто хотите сказать, что без вас мы не справимся. — Рассмеялся мистер Кэролл. Но, глядя на серьёзное лицо женщины, улыбка быстро пропала.

— Я напрямую это говорю, — ответила та без тени иронии, её голос был холоден, словно ветер на вершине гор севера. — Мои умения подойдут для решения проблемы.

— Вы что, маг?

— Скажем так, расследование — моё хобби.

— Детектив, что ли?

— Можете так звать; главное, чтобы вы согласились на помощь.

— И как вы можете помочь?

— Как любой детектив: осмотреть всё, поискать скрытые места и лазейки. А там уже правда найдётся.

— Это возможно, если болезни вызваны чем-то конкретным. Ну там, магией или ещё чем.

— Чем именно, ещё предстоит выяснить. Но я не верю, что так много больных — случайность. Нет, тут явно нечто большее. Я чувствую, на верхних этажах что-то есть.

Кэролл занервничал; он несколько раз легонько постучал пальцами по столу. На его лбу выступил пот, словно у него нашли что-то постыдное. Он прикусил губу и покосился на Фан, будто боялся встретиться с ней взглядом, а затем спросил:

— И я должен потратить своё время и время своих лекарей ради вашего мнения? Не пойдёт, я не могу рисковать.

— Меня и одной хватит. — Пожала плечами женщина. — Если сомневаетесь, то можете дать мне кого-то для слежки. Вот её, например.

— Я?! — Поразилась Фан, когда на неё указали пальцем.

— Да хоть охранников, мне всё равно. — Проигнорировала её удивление гостья. — Главное, чтобы не мешались.

— Сестра Нэнэ, вам помощница нужна? — выдохнул Кэролл.

— Пока нет, у меня сейчас всего четверо пациентов. — Покачала головой старушка.

— Тогда решено. Доктор, с тобой будет Фан. Проводи своё расследование, но чтобы к вечеру была хоть какая-то информация. Иначе прогоняю вас за лишнее беспокойство лечебницы!

— Я не намерена задерживаться, хочу сегодня всё сделать. Пойдём, Фан, у нас есть работа. — Кивнула женщина в сторону двери и скрылась за ней. Эльфийка поклонилась и побежала за ней.

— Интересная гостья, — процедила Нэнэ. — Но сумасшедшей не назову, от неё веет уверенностью.

— Я всё же хочу надеяться, что она ошибается. — Вздохнул Кэролл.

— Куда мы идём? — спросила Фан, проходя мимо работников лечебницы, которые уносили одного больного на носилках.

— На самый верхний этаж, с него начнём. — Уклонилась от резко открывшейся двери женщина.

— Почему с него?

— Потому что подвал — слишком примитивное место. Я бы там ничего не прятала.

— Прятать? О чём вы? — переспросила Фан, подняв брови.

— Потом объясню. — Остановилась женщина у самой верхней двери. — Сначала дело. Что там?

— На верхнем этаже находятся пациенты, чьи симптомы мы не смогли определить. Туда нужен особый доступ для работы.

— Ладно, там ничего не спрячешь. Но идеальное место для сбора информации. Пошли.

— Но нам нельзя туда!

— Не страшно, разрешат, когда я поговорю с ними.

— Стойте!

Но её проигнорировали. Доктор вошла в комнату, словно к себе домой. Глубоко вдохнув, Фан отправилась за ней.

Внутри они увидели всего пару лекарей в халатах и несколько кроватей с больными. Доктор сразу подошла к ближайшей и стала осматривать мужчину. К Фан подбежал мужчина с сединой и недовольным видом.

— Как это понимать? — заворчал он, нахмурив брови. — Сюда вход доступен только специальным лекарям!

— П-прошу прощения, — заикалась эльфийка. — К нам присоединилась новенькая, и она сразу сюда пошла. Я пыталась её остановить, но она не слушала!

— Новенькая? Кто? Святой Паймон! — Обратил свой взор мужчина на женщину в плаще. Он надул щёки и пошёл к ней. — Что вы делаете?! Вам запрещено здесь находиться!

— Пытаюсь помочь, только и всего. — Игнорировала она его, проверяя зрачки больного. — Интересно. А у этого что?

— Остановитесь!

Лекарь взял её за плечо, но женщина проигнорировала его, спокойно освободилась и подошла к следующему больному. Тот лежал с закрытыми глазами и тяжело дышал. Гостья приложила руку к горлу, словно пульс мерила.

— Так, мне это надоело! Я позову охрану. Главный, может, и разрешил вам осмотреть лечебницу, но правила всё равно необходимо соблюдать!

— По-вашему, это нормально? — спросила женщина, не поворачивая голову. Фан подошла поближе к ним.

— Конечно, нет! Правила существуют не просто так! — продолжил ворчать мужчина.

— Я не про ваши правила или эго. — Цокнула та языком. — Я про ваших пациентов. Вы считаете нормальным то, чем они болеют?

— Не понимаю, о чём вы, — осёкся мужчина, сглотнув.

— Всё вы прекрасно понимаете. — Недовольно покачала головой женщина. Она смотрела прямо в глаза мужчины, а пальцем показывала на больных. — У этого уши посинели, но при этом горячие — явный признак синеухой лихорадки. А этот лысеет, но неестественно, больше похоже на каменную плешь. И этот. — Она указала на лежащего рядом пациента. — Кожа синеет и волосы опадают с тела. Симптомы лазурной линьки. Вы же знаете, что объединяет все эти болезни?

Мужчина не решался отвести взгляд, хотя смотреть в глаза Доктору ему явно было страшно. Он знал ответ. Фан подошла поближе, чтобы услышать всё. Доктор же ответила почти шёпотом. Ледяным шёпотом.

— Вы не обычные лекари. Вы не лечите людские болезни. Вы лечите болезни других рас. Синеухой лихорадкой болеют только эльфы всех видов, каменная плешь — уже болячка дворфов. А вот с лазурной линькой всё интереснее. Только кальдары ею болеют, потому что за ней следует опадание шерсти. Кальдары — раса полулюдей-полульвов, для которых шерсть — предмет гордости. Только у них от природы и кожа, и шерсть синего цвета. Тут у нас больной, у которого кожа синеет и волосы опадают со всего тела. Бесплатное бритьё — это, конечно, хорошо, но вот кожу синюю он вряд ли будет рад видеть. Вы понимаете, к чему я веду?

— Люди тут с болезнями других рас! — ахнула Фан, на что Доктор одобрительно кивнула.

— Верно. Тут не нужны никакие разрешения, просто надо знать, как лечить это. Но возникла проблема. Организм людей отличается от остальных рас, некоторые болезни невозможны. Так, лазурная линька только у кальдарцев из-за их меха, люди не должны таким болеть. Но заразились. Интересный случай, не находите?

Мужчина стоял некоторое время. Он взял платок и начал вытирать лоб.

— Простите, как вас ещё раз зовут?

— Доктор.

— Жерар, лекарь по кальдарским болезням. И вы правы. Все лекари тут — специалисты по болезням других рас, не людей. Притом люди не просто болеют, их организм словно меняется.

— У кальдарцев от природы синяя кожа. У этого больного она начала синеть. Я взял немного кожи, чтобы проверить. Она становится похожей на кожу кальдарцев.

— Иными словами, организм подстраивается под болезнь. — Покачала головой женщина. — Плохо, очень плохо. Организм, наоборот, должен сражаться с заразой, пытаться победить её. А тут болезнь заставляет его под себя подстраиваться.

— Это худший сценарий, — закончил за неё мысль Жерар.

— Когда это произошло?

— Сегодня симптомы усилились, так ещё это добавилось. Больше скажу: у кальдарцев болезнь медленно прогрессирует. Как и все остальные.

— Это плохо. Лучше рассказать вашему главному, Кэроллу. Пойдёмте, будет лучше, если вдвоём расскажем.

— Но как это поможет нам?

— Вам — никак. Но мне развяжет руки. Теперь нужно всю лечебницу осмотреть. Фан, можешь тут подождать, если хочешь.

— Я… пойду помогу. Уже час ничего не делала для лечебницы, меня уже потеряли. Тем более я совсем бесполезна в таких сложных вопросах.

— Не стоит на себя наговаривать, а то сбудется. Но жалко. Встретимся позже.

Фан быстро вышла, не дожидаясь продолжения разговора. А Доктор обратилась к Жерару:

— Пошли.

Эльф, которого вылечили супом, спокойно лежал на кровати. Не спал, просто смотрел на потолок, словно ждал чего-то.

Он услышал звук открывшейся двери и немного привстал. А затем улыбнулся:

— А, это ты.

По пути гостья заметила, что на неё почти никто не обращал внимания. Один из лекарей засыпал на ходу, а некоторых сотрудников лечебницы поддерживали сами больные.

— В таком состоянии и носа не заметишь. — Тихо вздохнула она.

Зайдя в кабинет, они сразу рассказали Кэроллу о новостях. Тот вспотел ещё сильнее и взял другой платок. Известие от Доктора и Жерара застало его врасплох. Он потянулся за коробочкой на столе, взял оттуда маленький белый шарик и проглотил.

— А это? — Нахмурилась женщина.

— От нервов. — Недовольно покачал головой глава лечебницы. — Вы, Доктор, за такое короткое время принесли плохих вестей больше, чем за всю последнюю неделю.

— Вам повезло, я думала, тут каждый день плохие новости.

— Это не шутки, Доктор! — взревел Кэролл, его лицо покраснело. — Это уже не обычные болезни. Всё гораздо серьёзнее и опаснее! Видели Боги, я не хотел, чтобы так получилось.

— Что именно получилось? — сразу спросила женщина. — О чём вы?

Кэролл выдохнул, глядя прямо на гостью. Она всего час назад перешагнула порог, а он уже был готов всё рассказать. Некая мистика, которая не поддаётся осознанию. Но почему-то он готов был поверить ей.

Только не успел сказать ни слова, в кабинет ворвалась старушка Нэнэ, её волосы потрёпаны, а голос дрожал:

— У нас… уб… уб… УБИЙСТВО!

Вокруг мёртвого собрались глава лечебницы Кэролл, старушка Нэнэ, специалист по кальдарским болезням Жерар, помощница Фан, Доктор и двое охранников. Последние осматривали тело, поскольку это уже их случай.

— Это определённо удушье, — заявил один из них, осматривая тело. — Слабые следы ниток, но они видны.

— Как же так. — Фан прикрыла рот ладонью и уставилась на мёртвого эльфа.

— А ведь его только привели сюда, чтобы жизнь спасти. — Покачал головой второй охранник. — Какая ирония.

— Попрошу воздержаться от подобных выражений! — возмутилась Нэнэ, стараясь быть спокойной. — Ситуация не шуточная.

— Похороните в бою десяток своих знакомых и не таким станете, — спокойно ответил охранник, отойдя от тела. — Убийство, не иначе. Когда последний раз заходили к нему?

— Лечили его около часа назад. Вот она. — Указала Нэнэ на Доктора.

А Доктор смотрела будто сквозь тело. Лесной эльф, которого она лечила супом, лежал на кровати мёртвым. Его глаза были закрыты, лицо выглядело умиротворённым, только на шее были видны слабые красные линии. Казалось, окружающий мир на несколько секунд перестал для неё существовать. Она даже не заметила, как её несколько раз позвали.

— Доктор. — Коснулась её Нэнэ. Та вздрогнула и осмотрелась, словно впервые увидела всех. — Что вы думаете по этому поводу?

— А? — Очнулась та. Все взоры направлены на неё. Женщина несколько раз поморгала и посмотрела на тело. — Ну… Мы понимаем, как это сделали и чем; осталось ответить на «кто?» и «зачем?». Тут сложнее. Кто тут был последним?

— Я. — Подняла руку Нэнэ. — Я сделала повторный обход, всегда так поступаю, чтобы проверить больных. И вот его увидела таким, сразу побежала искать помощь.

— В таком положении? — уточнила Доктор.

— Да.

— Никто его не трогал, если вам интересно, — добавил охранник.

— Хорошо, правильно. И не советую этого делать. Лучше ночью похоронить, шуму меньше будет.

— А мне кажется, старушка всех на уши подняла. — Рассмеялся охранник, на что Нэнэ надулась.

— Интересное выражение, надо бы запомнить, что у вас так говорят. — Прикусила губу Доктор.

— Может, это было предупреждение? — тихо промолвила Фан. Все поражённо на неё посмотрели.

— Объяснись. — Подошла к ней Доктор, посмотрев сначала на браслет из нитей, а потом в глаза девушки.

— Просто у нас всякое бывало, но не убийство. Поэтому мне кажется, это не просто так. И всё началось, когда вы явились. — Фан продолжала смотреть на следы вокруг шеи.

— А если подумать… — Охранник потёр подбородок. — Сначала явился этот эльф, а следом вы. Интересное совпадение.

— Я не могла к нему подойти, если вы об этом, — возмутилась женщина. — Со мной всегда кто-то был.

— Это правда, — подтвердил Жерар, — с того момента, когда она вошла к нам, я не отходил от неё.

— А до этого? Фан? — Обратил свой взор Кэролл на помощницу.

— Я… — сказала эльфийка, нервно теребя волосы, — шла за ней. Но в один момент потеряла из виду, а потом увидела на верхнем этаже. Совсем немного времени прошло, правда.

— Интересно ты заговорила. — Покачала головой женщина.

— Доктор, — обратился к гостье Кэролл. — Ради безопасности лечебницы я вынужден попросить вас уйти.

Та удивлённо посмотрела на главу лечебницы, потом на остальных. Охранники словно были готовы исполнить приказ сейчас, а вот Жерар с Нэнэ непонимающе смотрели друг на друга.

— Простите, — первой заговорила старушка, — но почему?

— Потому что всё началось с её прихода. — Сглотнул мужчина, поправив воротник рубахи. Тот словно сдавливал ему горло. — Это может быть взаимосвязано.

— Может быть… — тихо проговорила Доктор. — Словно вы сами в этом не уверены, но всё равно так говорите. Любопытно.

— Но болезни и без неё… — хотел вставить слово Жерар, но его прервал гневный голос Кэролла.

— Что я сказал, то и будет! Выполнять!

Даже охранники неодобрительно переглянулись, ждали продолжения. И первой тишину прервала гостья.

— Раз так, то не буду спорить. Убийство вас, похоже, не так волнует. — Подошла Доктор поближе к двери, а затем обернулась к остальным. — Можете меня не провожать, сама найду выход. Только мой вам совет. Не трогайте труп некоторое время, будет плохо, если его увидят другие больные.

И закрыла за собой дверь. Глава лечебницы посмотрел на своих охранников и приказал им:

— Убедитесь, что она действительно ушла.

— Я не уверена, что это правильно, — набралась сил сказать это Нэнэ. — Всё же у нас нет доказательств, что она как-то причастна к этому.

— Рисковать всё равно нельзя. Возвращайтесь к работе, — отрезал Кэролл. — Я у себя буду.

Начальник лечебницы проглотил ещё одну таблетку для успокоения. За такой короткий промежуток это было вредно для здоровья, но мужчина не мог терпеть. Многое случилось за сегодня, и он никак не мог перестать потеть.

Он услышал звук открывшихся дверей. А затем приятный голос:

— Можно?

— О, Фан, это ты. — Узнал голос Кэролл сразу, но не обернулся. — Всё вышло из-под контроля. Ты не об этом мне рассказывала. Ты говорила, что только увеличим влияние лечебницы, денег больше получим. А тут болезни меняют людей, не говоря уже об убийстве. Это перешло все допустимые границы.

— Я могу считать это чистосердечным признанием? — раздался голос, тоже знакомый, но другой.

Кэролл резко обернулся и увидел Доктора. Та спокойно смотрела на него, а тот постоянно моргал:

— Но как… Почему? Я же слышал Фан!

— Не знаю, кроме меня тут никого не было. — Покачала головой женщина. — Только спросила: «Можно?» — и всё.

— Что это за трюк? Вы должны были уйти!

— Я быстро выбежала и спряталась. Хорошо, что охрана послушная: к выходу пошли и решили, что я ушла.

— Это… проникновение! Я на вас доложу страже!

— Мистер Кэролл, вы сейчас не в том положении, чтобы мне угрожать, — медленно произнесла Доктор, прохаживаясь по кабинету. — Вы сказали очень интересную фразу. Что там с Фан и вашим секретом?

— Я ничего не обязан вам объяснять. Вы не стража, не королевский дознаватель и даже не лекарь этой лечебницы. Вы не имеете права!

— Имею. Ещё как имею. Ведь я знаю, что Фан хотела отравить того эльфа.

От услышанного у главы лечебницы глаза расширились. Он растерянно по сторонам смотрел, словно помощи искал. А женщина слабо улыбнулась.

— Вижу, что попала в точку. Не смотрите так, я видела, как вы смотрели на Фан, будто боялись. Или чувствовали, что она на вас смотрит. Во всей этой неразберихе в лечебнице легко пробраться куда-то и сделать свои тёмные дела. Но вместо этого она придушила больного. Не по плану. Ведь если отравление сработало, то было бы проще меня во всём обвинить. Что же пошло не так, как думаете?

Мужчина молча сел. Он надулся и наклонил голову, словно стараясь не смотреть на неё.

— А вот причина. — Продемонстрировала она кусок разбитой посуды. — По какой-то причине больной не стал это есть, а разбил тарелку. Увы, всей истории я не понимаю, но когда придут алхимики, можно проверить, были тут следы яда или нет. Не получилось отравить, но действовать надо.

— Я не причастен к этому! Это её решение, не моё!

— Возможно, но вы же только про убийство говорите, верно?

— Я не знал про опасность!

— Возможно, и Фан. Незнание не спасает от ответственности. Мистер Кэролл, я же слышала вас. Вы имеете какую-то совесть. Вы согласились на эту аферу ради развития лечебницы и дополнительных денег, потому что поверили, что никто серьёзно не пострадает. И всё шло по плану. И поверьте, мой приход никак не повлиял на болезни и их особенности. Я хочу остановить это. Довольно болезней, давайте покончим с этим спектаклем, пока ситуация не стала хуже. Вы станете не просто аферистом, а виновником массовой гибели людей!

Мужчина взял новый платок. Он посмотрел на себя в зеркало. Ему показалось, что часть волос уже поседела. Вытерев пот, глава лечебницы перевёл свой взгляд на женщину и начал говорить, делая паузы:

— Это её план, не мой. Фан сказала, что никто не пострадает, всех вылечим.

— Какой план?

— Она пришла ко мне с какой-то штукой. Похожа на сферу, небольшая, в ладонь поместится. Сказала, что вызовет болезни вокруг, но ничего серьёзного не будет, всё излечимо. Я сделал всё, как она говорила, а потом она пришла работать сюда. Чтобы убедиться, что всё идёт по плану.

— Но вы стали всё чаще узнавать, что болезни становятся опаснее, и начали волноваться по этому вопросу, я права?

— Всё не должно было так развиваться. — Чуть ли не заплакал глава лечебницы.

— Я понимаю. — Начала нарезать круги по кабинету женщина. — Значит, это ваша маленькая афера, чтобы заболело побольше людей и вы могли запрашивать больше денег на развитие лечебницы. Заодно немного в карман себе положить. Простая и понятная схема. Но она дала трещину. — Остановилась Доктор и посмотрела на Кэролла. — Где сейчас эта сфера? Её нужно уничтожить.

— В подвале. Самая левая комната. Она заперта на ключ.

— Давайте. — Протянула руку женщина. — Я пойду и сделаю всё, мистер Кэролл. Но свою судьбу вы решите сами. Сдадитесь ли вы страже или попытаетесь сохранить должность — мне всё равно. Главное — спасти жизни.

Мужчина выдохнул и слабо кивнул. Затем полез в один из ящиков на столе, а потом подал ключ, сказав:

— Вверяю судьбу лечебницы в ваши руки.

— Много пафоса. Но спасибо, что быстро.

Женщина быстро взяла ключи и побежала в подвал. Она ловко проскальзывала между больными и лекарями, а они её словно не замечали. Даже охрана.

Таким образом она оказалась у подвала и вошла в него. Найдя самую левую комнату, женщина вставила ключ в замок. Он подошёл, и дверь открылась. Вдохнув, она вошла внутрь.

Комната была тёмной, ни свечей, ни факела, ничего. Только бледно-белый свет шёл от сферы на пьедестале. Доктор подошла к ней и уже хотела взять её в руки, когда услышала голос:

— Стойте!

Она узнала этот голос. Обернувшись, увидела Фан в своей привычной одежде помощника лечебницы. Но взгляд у неё был уже другим. В ней не было той невинной девушки, что была с ней сегодня утром. Скорее неприязнь.

— Отойдите от неё! — приказным тоном сказала она.

— Фан, эта штука очень опасна. От неё нужно избавиться, — спокойно ответила Доктор, глядя девушке прямо в глаза.

— Поэтому отойдите от неё. Мне нужна эта штука.

— Из-за неё погибнет много людей. Болезнь, которую мы видели наверху, неизлечима для людей. Они умрут, если не остановить это.

— Возможно, именно этого я теперь и хочу, — ответила эльфийка, глядя на женщину мёртвыми глазами. — Я не против такого исхода.

— Ты специально принесла сюда эту сферу, чтобы убивать людей?

— Сама не ожидала. Сначала я просто хотела помучить людей, но то, что ты показала мне сегодня, дало понять, что можно зайти гораздо дальше.

— Ты специально вредишь людям, значит. — Разочарованно покачала головой женщина.

— Не всем. Тем, кто связан с этой лечебницей. Хочешь знать, как я к такому пришла?

— Нет.

— Что? — Девушка широко раскрыла глаза.

— Я пришла сюда спасать людей, а не слушать истории прошлого того, кто готов зайти так далеко. Так что отойди и не мешай мне выполнять свою работу.

— Стой! — Фан достала маленький арбалет, который легко было спрятать под одеждой. Она начала нервничать, уверенный взгляд пропал. — Я не позволю тебе помешать моим планам.

— Ты мне не помешаешь. А вот он тебе — да. — Женщина указала пальцем на выход.

Фан не поверила ей и не стала поворачиваться. Но почувствовала чьё-то присутствие и дыхание. Немного повернула голову и краем глаза заметила, кто это.

И резко развернулась. У двери стоял тот самый эльф, которого она встретила сегодня. Тот самый эльф, который умер от удушья. Он стоял, улыбался, а следы удушения всё ещё были видны на его шее.

— Ничего личного, просто задержу тебя. — Улыбнулся эльф.

— Аааааааааааа!!!

Доктор уже была в полумиле от лечебницы. Она держала сферу в левой руке, периодически подбрасывая её и ловя.

— Эльдарон, я знаю, что ты тут, не прячься, — произнесла она, чуть повысив голос.

Перед ней явился тот эльф из лечебницы. Всё такой же бодрый и с отметиной на шее.

— Хватит уже, можешь возвращать свой облик. — Женщина махнула рукой.

— Как скажешь… Доктор. — Щёлкнул эльф пальцами и начал меняться.

Его лицо стало более округлым, а глаза — голубыми. Он стал выше; на нём появилась яркая фиолетовая мантия, а на голове такого же цвета огромная шляпа с павлиньими перьями. Бледноватый цвет волос контрастировал с его румянцем. Преображение заняло секунду. Эльф стал улыбаться ещё шире.

— План прошёл успешно.

Ранее

— Эльдарон, превратись в больного лесного эльфа, тебя примут, а я за тобой пойду.

— Почему эльф? — Поразился тот.

— Потому что все больные там — люди. Твой приход может вызвать интересную реакцию. Главное, играй убедительно!

— Горячка? Ты уверена, что никто не знает, что это за болезнь?

— Конечно. Потому что ты сам назвал её болезнью. Горячка — это реакция организма на болезнь, а не сама болезнь.

— Ого, тогда да, такое у нас никто не знает.

— Поэтому я верю в эту задумку.

***

— И он сработал прекрасно. — Улыбнулась женщина.

— Да, признаю это. Но дальше пошли сложности…

— О чём это ты? Всё прошло отлично! Я притворялся больным, и все поверили. Только знаешь… над именем надо было подумать подольше.

— Хи-хи-хи.

— Твоя интуиция не подвела. Начать с верхнего этажа — отличная идея. — Кивнул Эльдарон, вспоминая события.

— Скорее опыт. Я привыкла начинать искать с противоположной стороны. Но Фан меня удивила: она пошла на убийство. — Женщина грустно опустила голову.

— Да, повезло мне, что я разыграл спектакль.

— Что именно ты сделал?

Ранее

Фан принесла с собой ещё тарелку с супом, Эльдарон был удивлён её приходом, но не подавал виду.

— Скоро обед, я принесла вам поесть. — Поставила она тарелку на тумбочку, улыбаясь.

— С-спасибо, — робко ответила иллюзия и принялась есть.

Сам же маг не притронулся к тарелке, просто создал иллюзию для девушки, чтобы она ничего не заподозрила. Фан никуда не уходила: она наблюдала. Она начала нервно тереть руки. Эльдарону это не нравилось. Он заставил иллюзорного больного закашляться и схватиться за горло. Тот отставил тарелку и повалился на кровать, изображая приступ. Фан не бросилась ему на помощь — она продолжала стоять и наблюдать.

— Интересно, — прошептал маг. Фан его не услышала.

Он сделал сцену болезненнее. Лицо иллюзорного больного посинело, дыхание стало прерывистым, а тело забилось в судорогах. Иллюзорный больной задел тарелку рукой. Одновременно Эльдарон столкнул настоящую тарелку на пол, чтобы Фан услышала звон и увидела реальные осколки. Дошло до того, что «больной» лёг и не двигался. Только тогда девушка поднялась, начала прибираться и сказала:

— Мне жаль. Но остановить эту женщину нужно.

Когда она ушла, Эльдарон выдохнул и покачал головой:

— Дело стало интереснее.

Он запомнил браслеты из нитей, которые носила девушка. Он создал отметины на шее у иллюзии, чтобы остались следы удушения.

— Это точно запутает её планы.

***

— Умно. — Одобрительно кивнула женщина. — Намекнул, кто это сделал, заодно спас меня от обвинений и тюрьмы.

— О, ты бы видела её взгляд. Столько негодования не каждый день вижу в глазах.

— Тяжело было создавать иллюзию трупа и передавать мне информацию о Фан?

— Терпимо, не через такое проходил. Но ты делай реакции почаще, а то смотрела так, будто ожидала информацию от трупа.

— Запомню. Повезло, что мистер Кэролл очень покладистым оказался. Не пришлось придумывать кучу объяснений. И хорошо, что ты подделал голос Фан в кабинете Кэролла.

— А дальше всё легко и просто, — довольно произнёс Эльдарон. — Ты нашла след, я стал невидимым и последовал за тобой. Поняв, что Фан не будет сдаваться, я решил припугнуть её иллюзиями. Но я только одного не понимаю. Что произошло в конце? — с интересом спросил маг.

Ранее

Испуганная Фан прижалась к углу. Иллюзии Эльдарона сделали своё дело. Доктор уже взяла сферу и перекинула напарнику. Тот начал шептать заклинание.

Пока он это делал, женщина подошла к дрожащей Фан. Она осторожно положила ладонь ей на голову. На мгновение взгляд Доктора стал чужим — будто она смотрела не на Фан, а сквозь неё, куда-то далеко, в день, которого здесь не было. Прежде чем отойти от эльфийки, она прошептала:

— Мне жаль твою семью.

***

— Фан забрали без проблем, она не сопротивлялась. Но что ты сделала? У тебя какие способности? А то не очень честно, что ты знаешь мои, а я твои — нет.

— Лучше спать будешь, если не узнаешь. — Покачала головой женщина. — Поверь. Просто я поняла, зачем она всё это сделала. Именно поэтому сделала то, что должна. Мистер Кэролл заслужил тюрьму.

— Да, я удивился, когда ты сказала, что нужно и на него наложить иллюзии. После моих иллюзий он выбежал из лечебницы и начал признаваться в причастности к гибели семей. От стражей теперь точно не сбежит. Это как-то связано с Фан?

— Скажем так, увидела достаточно, чтобы понять: всё началось задолго до сегодняшнего дня. И Кэролл причастен к этому сильнее, чем признавался. — Горько улыбнулась она. — К тому же, я сама о твоих способностях мало что знаю. Ты притворялся трупом, обманул охранников и Фан, когда бросил тарелку, ходил потом в невидимости за мной и обманул мистера Кэролла своими иллюзиями. Знаешь, ты какой-то слишком могущественный для обычного мага. У тебя вообще есть границы? Как далеко ты можешь обманывать?

— М… Ты права. Давай лучше будем меньше знать друг о друге. — Хлопнул в ладоши Эльдарон.

— Что ж. — Вздохнула женщина. — Тогда на этом остановимся. Лучше скажи: заклинание сработало? Разлом в сфере закрыт?

— Состояние самых тяжёлых больных перестало ухудшаться. Это уже хорошо. Но лекарям ещё придётся повозиться. Я верю в Жерара и старушку Нэнэ, они хорошие лекари.

— Странно, я даже представить не могла, что разлом может быть похож на безделушку. — Женщина осмотрела стеклянный шар. Он стал похож на игрушку для маленьких детей.

— Будем считать, это тоже часть испытаний. — Пожал плечами эльф.

— Я вот подумала. Разлом — это же явление, которое меняет мир, форму, правила и прочее. Он прежде всего сгусток энергии. Так почему эта энергия оказалась в этом стеклянном шаре?

— Считаешь, кто-то засунул туда эту энергию?

— Очень надеюсь, что я ошибаюсь. Иначе боюсь представить, кто это мог сделать.

Атмосфера стала мрачной мгновенно. Словно птицы и все зверьки скрылись за секунду. Эти двое некоторое время смотрели друг на друга, пока эльф не улыбнулся:

— Ладно, продолжим. В Розвеле есть ещё разлом. Только… — Резко он поднял указательный палец правой руки. — Имя другое возьми. Доктор — это уже перебор!

— Арине, — быстро ответила она. — Просто Арине.

— Ты давно решила, да?

— Конечно, просто поиграться хотелось. Пошли, напарник.

— Идём. Навстречу приключениям и тайнам! — Вприпрыжку побежал за ней Эльдарон.

Несколько лет назад

Фан добралась до своего дома. Её муж, обычный человек, уже встречал её. Несмотря на болезнь, они всё равно подготовились к празднику: испекли маленький пирог, украсили дверь лентами и поставили на стол деревянную куклу. Теперь они ждали только её. Когда муж спросил, какой подарок она нашла для дочери, эльфийка достала кое-что из кармана.

Небольшой стеклянный шарик.

Глава 2 Куклы и бочка

Зрители собрались вокруг сценки. Это было небольшое и дешёвое представление на радость публике. В основном тут присутствовали обычные крестьяне, но было и несколько богатых купцов. Особенно выделялся мужчина в синей одежде и с длинной черной бородой.

Резко погас свет, освещённой осталась только сцена. На ней начали появляться куклы, управляемые нитями. Их было две, одна с длинной мордой и в красно-белой одежде, а вторая — в зелёной рубахе и с круглыми глазами.

— Ох, Кал, — первой заговорила кукла в зелёной одежде, — смотри, сколько людей пришло!

— Вижу, Том. — Кукла в красном быстро начала кивать головой. — Это всё благодаря мне и моим историям!

— Каким историям? Они уже должны закончиться!

— А вот и нет! Истории никогда не заканчиваются, всегда есть новые!

Зал охал и перешептывался. Куклы были почти как живые, даже тона голосов у них различались. У Тома голос был более простодушным, тогда как в голосе Кала чувствовалось величие.

— Тогда ты можешь порадовать нас новой историей? — спросил Том, поворачиваясь к зрителям.

— Разумеется! Слушайте! — Теперь Кал посмотрел на присутствующих и словно к ним обратился. — Жил-был один богач. Огромный, с большим пузом и большой бородой. — На этих словах явилась новая кукла, выглядевшая согласно описанию. Только вместо живота был огромный шар, что перекрывал кукле весь обзор. — Пузо было настолько большое, что не позволяло богачу видеть ничего вокруг себя, даже небо. Да чего уж небо! Даже бочку летающую не видит!

Тут же всё перешло к сцене, где толстая фигура шла вперед, а над ней пролетала бочка. Фигура всё шла и шла, а бочка летала над ней.

— Он ничего не замечал, просто шёл и шёл дальше. И тут она… БАМЦ!

Вмиг бочка перестала левитировать и полетела на толстую фигуру. Произошёл удар, раздался смешной звук, и фигура плюхнулась на свою пятую точку, смотря в разные стороны. От такой сцены зрители начали громко смеяться. А Кал сказал:

— Так что следите, чтобы летающих бочек не было!

— Калофир, небольшой городок Розвела. Именно тут есть ещё один разлом.

Это было первое, что сказал Эльдарон, когда они вошли в город. Город был обычным и ничем не примечательным. Каменные здания стояли в более богатых районах, в остальных — деревянные. По одежде сразу было видно, кто где жил. Поскольку на дворе была ночь, людей на улице было мало, но для Арине и Эльдарона это было на руку. Они предпочли по-быстрому сделать всё и пойти дальше, без лишнего шума и внимания.

— Ты чувствуешь, где находится разлом? — спросила Арине, обходя богато одетого бородатого мужчину.

— Только образно. Я всё же ощущаю их примерно, дальше нам надо самим искать.

— С лечебницей мы угадали. Надо бы понять, с чего тут начать.

— Начнём с таверны, лучшего места для сбора информации. — Эльф поднял палец вверх.

— Классика, да? Пошли.

Но Эльдарон не двигался, он вдруг поморщился.

— Странно. Пахнет чем-то едким.

Глухой удар раздался позади. Они обернулись, но ничего не увидели — только услышали крик.

— Аааааааа!!!

Дуэт резко побежал на шум, за ними ещё несколько людей. Они увидели толпу, которая окружила что-то и смотрела на землю. Из-за спин зевак торчали только чьи-то ноги в дорогих сапогах — и уже по ним стало ясно, что человек не встанет. А рядом с ними лежала бочка. Они проскользнули через толпу и увидели лежащего бородатого мужчину в богатой одежде. Из его головы обильно лилась кровь, а сам он не дышал.

— Что произошло?! — крикнула Арине, проверяя пульс. Он отсутствовал.

— На него упала бочка! — крикнула женщина средних лет.

— Просто на голову и всё! — подхватил мальчик.

— Бочка? Но откуда? — Арине посмотрела наверх. Там ничего не было: чистое небо, бочке падать было неоткуда.

— Не знаем! Просто упала и всё! — Молодая девушка начала рыдать.

Начались крики, а затем беготня, стража начала подходить к происшествию. Арине отошла и прошептала Эльдарону:

— Похоже на наше дело?

— Увы, да. — Эльф кивнул. — Хотелось избежать смертей.

— Сначала начну общение со стражниками, помоги тут со своей иллюзией.

— Чтобы они увидели то, что нужно?

— Скорее, чтобы никто не задавал лишних вопросов. Можешь?

— Ох, чую, это будет постоянно. — Эльф театрально приложил руку к голове. — Только не общайся с большим количеством людей, ладно?

— Постараюсь.

Арине пошла к стражникам, они уже прогнали всех прохожих. Она подошла к одному из них и представилась:

— Арине, детектив из Вензеля. Тут проездом. Что здесь произошло? — быстро проговорила женщина, стараясь не давать возможности стражнику одуматься.

— Несчастный случай. На этого благородного господина упала бочка, и он умер. Печальный исход.

— Но как бочка могла упасть? Здесь нигде нет высоких зданий.

— А как вы это объясните? Магия или сверхъестественное? Удобное объяснение для всего того, чего не понимаем.

— Как вас зовут?

— Кир.

— Кир, вы довольно умную мысль изложили. Однако списать всё на несчастный случай тоже не выход.

— Как знаете. Если хотите, можете осмотреть тело. — Он указал рукой на труп.

— С удовольствием!

Она подошла к телу ближе и наклонилась, Кир стоял рядом с ней. В этот раз осмотрела тело внимательнее. У жертвы была не только разбита голова: кожа на лице и шее покраснела, словно её обдало едкой пылью. Затем решила перепроверить пульс.

— Что вы делаете? — спросил Кир, увидев, как женщина приложила пальцы к горлу.

— Убеждаюсь, жив ли он, измеряю пульс. И его нет.

— Пульс? Что это?

— Мой уникальный метод проверки состояния человека. Его отсутствие означает смерть.

— Это мы уже давно поняли. — Стражник усмехнулся.

— Да, я предпочитаю всё узнавать своими методами. Вот это упало на него? — Она указала пальцем на бочку, на ней были следы крови.

— Верно, так сказали свидетели.

— Интересно. Из чего она сделана? А то ожог свежий, бочка наша не так проста.

— Это нам ещё предстоит выяснить.

Арине подошла к бочке ближе. Она была перекошенной, почерневшей у нижнего края, но странным образом целой. Постучала по ней, и раздался глухой звук.

— Там что-то есть. Она не пустая, — заключила она. — Кир, я советую вам открыть бочку. Там может быть подсказка по этому делу.

— Почему вы так решили? — с интересом спросил стражник. В его словах не было ни капли иронии.

— Потому что её содержимое могло стать причиной того, что бочка оказалась в воздухе. Готовы открыть её?

— Не торопитесь, мы будем делать это не здесь. — Кир отрицательно покачал головой. — Мы отнесем бочку нашим ребятам на проверку. Мало ли что там. Хоть и видно, что пробка неплотно прижата, осторожность не помешает.

— Справедливо. Я бы хотела к вам зайти, когда всё станет известно. Для расследования.

— Через два часа, думаю, всё будет готово. Северная башня стражников. Но только потому что я рад, что хоть кто-то думает здраво, а не винит кукол.

— Каких ещё кукол? — с интересом спросила женщина, приподнимая бровь.

— Умоляю, только не говорите, что вы поверите.

— Мне интересно. Пока дело открыто, готова послушать любые доводы.

— Среди крестьян был один, что винил во всём каких-то кукол. Кричал, что это они убили жертву. Показали её смерть, и теперь она произошла.

— Любопытно. И где этот театр находится?

— В самом дальнем углу ярмарки. Неужели вы хотите пойти туда?

— Надо проверить всё. Но я с вами обязательно встречусь сегодня. Увидимся!

Помахав стражнику, Арине последовала к Эльдарону, который стоял в тени. Ему она вкратце обрисовала ситуацию. При упоминании кукол его глаза загорелись.

— Это уже интереснее. Предлагаю сходить туда и проверить. Может быть, как раз по нашей работе.

— Тогда пошли, не будем терять время.

Они быстро направились на ярмарку, благо она недалеко. Чем дальше они шли, тем меньше становилось людей. Хоть ночь, но всё равно кто-то гулял. Некоторые лавки были открыты, но большинство уже закрывались.

Немного походив по ярмарке, нашли этот кукольный театр. Он стоял поодаль от остальных, словно наказанный ребенок. Эльдарон присмотрелся к нему и не разговаривал, словно кого-то гипнотизировал. Арине стояла рядом и ждала его, когда услышала голос:

— Вы послушать выступление хотите?

Голос принадлежал молодому пареньку с веснушками. Его одежда состояла из лохмотьев, что о многом говорило о его статусе.

— Почему ты так решил? — спросила его Арине.

— Ваш друг смотрит на этот кукольный домик. Он будто не моргает.

— Ему просто интересно стало. — Женщина улыбнулась. Она не думала, что кто-то заметит их.

— Но лучше уходите. Вам не стоит на это смотреть.

— Почему?

— Людей настигает несчастье, если они посмотрят это выступление. Я ни одного не пропустил, и всё в них сбывалось.

— Что сбывалось?

— Вы были там, верно? На мужчину бочка упала. — Юноша медленно повернул голову к театральному домику. — На прошлой неделе показали представление о том, как на фигуру падает бочка. И фигура была с бородой и в синей одежде. Прямо как тот мужик на базаре. А ещё показывали ребёнка, который играл в конюшне и на которого наступил конь. Сын конника погиб так в прошлом году. Последнее было про мужчину, на которого упали огненные прутья. Ничего подобного не было, но скоро произойдет, я уверен. То, что показывает этот театр, сбывается.

— Интересное заключение. — Эльдарон неожиданно обернулся. — Юноша, можешь подождать? Мне с подругой нужно кое-что обсудить.

Тот слабо кивнул, и они оба отошли на несколько шагов.

— Всё слышал, — первой заговорила Арине.

— Да, сразу, как только услышал новый голос. Интересную вещь он рассказал. И да, там разлом.

— Что будем делать? Магия к тебе ближе.

— Скажи, ты хочешь действовать быстро или профессионально?

— Что это значит?

— Смотри. — Эльф начал жестикулировать пальцами. — Быстро — это мы подходим и разбираемся с проблемой по ситуации. А профессиональный метод — это уже мы собираем информацию, пытаемся понять природу магии или существ, разрабатываем план и действуем.

— Сторонница второго, — быстро ответила женщина.

— Эх, никакого духа авантюризма. — Маг положил руки в карманы. — Но соглашусь, тут лучше узнать побольше. У меня две версии. Первая, самая безобидная: они предсказывают будущее. Ничего особенного, но вот подача оставляет желать лучшего. Вторая: они создают то, что показывают. И в зависимости от версии надо смотреть, как поступать.

— Хорошо. И как мы поступим?

Эльдарон несколько секунд смотрел на женщину, а потом развернулся к юноше и подошёл к нему.

— Как тебя зовут?

— Оливер, сэр.

— Хорошее имя. Ты знаешь этот город?

— Да, сэр. — Он робко кивнул.

— Ты смотрел все выступления этого театра?

— Да, сэр.

— Их всего три было? Те, что ты перечислил? И без «сэр»!

— Д-да, — чуть не вырвалось у Оливера это слово.

— И ты знаешь, где находится конюшня и дом кузнеца?

— Да.

— Согласен сейчас меня отвести в эти места за деньги? Плачу 20 серебряных монет.

— Да. — Парень активно кивал головой.

— Ты знаешь ещё слова кроме «Да»?

Мальчик запнулся: он чуть не ответил как обычно. Эльф улыбнулся от такой реакции. Оливер несколько раз положительно кивнул.

— Чуть не подловил. Подожди минутку. — Эльдарон развернулся и вернулся к Арине. — Предлагаю так. Я пойду и посмотрю, что там с жертвами этих кукол. Может, информацию какую получу. А ты проведи дальше расследование по той бочке.

— Интересно, почему ты решил, что это важно?

— Хочу убедиться, что это не случайность. Плюс следы самые свежие.

— Отлично, я согласна. Через два часа на этом месте?

— Да. И ещё. — Эльф поднял палец, повернувшись вполоборота. — Не подходи близко к этому театру. Мало ли что там.

— Поняла, удачи вам.

Так они разошлись, намереваясь закончить эту историю этой же ночью. А за ними всё время наблюдала кукла в красно-белой одежде из-под занавеса.

Арине решила вернуться на место преступления. Людей почти не осталось, даже стражники разошлись, словно здесь ничего и не произошло. Она обошла место гибели купца, внимательно осматривая землю. Сначала ничего необычного не заметила, но возле засохшей крови обнаружила несколько белых крупинок.

Арине присела и растёрла одну между пальцами.

— Известь?

Чуть дальше лежала тёмная липкая стружка. Такая же смола покрывала нижний край бочки. На камнях осталась прерывистая полоса белой пыли, уходившая к соседней улице.

«Если бочка упала сверху, откуда здесь след?»

Арине пошла вдоль полосы. Пыли становилось всё меньше, но вскоре к ней добавились почерневшие пятна. Последнее оказалось возле стены алхимической лавки. На камнях лежали осколки бутылки, а рядом виднелось круглое светлое пятно, словно здесь долго стояла бочка.

Возле лавки ходил туда-сюда дворф, осматривая землю.

— Здравствуйте. Вы что-то потеряли?

— Бочку с известью! Час назад здесь стояла, а теперь пропала!

Арине посмотрела на круглое пятно, осколки бутылки и уходящий к месту смерти след.

— Полагаю, я знаю, где находится ваша бочка. Арине, детектив.

— Зовите меня просто Вульфграном. И где она?

— Вам повезло, кузня работает.

Оливер остановился у небольшого здания с открытыми окнами, из них шёл свет. Слышался стук наковальни и стали.

— Не поздно для работы? — Эльф подошёл поближе.

— Говорят, заказов сейчас много, отправляют соседям, там сейчас неспокойно.

— Что ж, тем лучше для меня. Жди здесь.

Эльф вошел внутрь, ему сразу ударили в лицо жар и запах горящего металла. Взрослый и запотевший мужчина бил молотом по наковальне. Его тело уже чернело, но он продолжал работать.

— Чего вам надо? — чуть ли не крича обратился кузнец к гостю.

— Здравствуйте, меня зовут Эльдарон. Можно сказать, я эксперт по всяким мистическим явлениям.

— Олаф. И что надо эксперту от простого кузнеца? — Мужчина продолжил ковать.

— Исследую одно странное явление в этом городе. Скажите, вы не бывали в новом кукольном театре неподалёку?

На этих словах стук наковальни прекратился. Причиной было то, что мужчина положил кусок горячей стали в ведро с водой.

— Да, бывал. И честно скажу, не понравилось мне. Вроде неплохо получается смешить людей, но темы мне не понравились.

— Почему?

— Не вижу ничего смешного в смертях и покалечивании людей. — Он впервые посмотрел на эльфа. — Я как раз попал на болезненную тему. Они показали, как на кузнеца падала куча раскалённой стали. По опыту знаю: это очень опасно. Выживешь, но шрамы и ожоги останутся навсегда. Ещё и одежда похожа на мою, так правдоподобно. Не по себе от такого представления.

— Но вы на всякий случай остерегайтесь подобного.

— Знаю и без этих выступлений. Хоть я сейчас работаю, но успеваю всё в срок. Такой исход возможен только при невероятном заказе. Скажем, война начнётся. Но, Боги, такое развитие событий плохо само по себе. — Олаф покачал головой.

— Полностью согласен. Но вы хотя бы подмастерье себе найдите. Никогда лишним не бывает.

— Это правда: надо бы. А что, хочешь?

— Нет, спасибо. У меня работа есть. Спасибо за рассказ.

— И это всё? — поразился кузнец. — Даже заказывать не будете ничего? Я же ничего не сделал, только на ваш вопрос ответил.

— А больше мне и не надо. Берегите себя, не надрывайте спину. — Эльф подмигнул и пошёл на выход.

Снаружи его ждал Оливер. Увидев эльфа, юноша не спеша направился к нему.

— Теперь в конюшню?

— Да, пошли туда.

По пути эльф заметил, как юноша смотрел на него и отводил взгляд. Это веселило Эльдарона, но остановить это ему пришлось:

— Спрашивай, ты явно хочешь.

— Как кузнец? С ним всё в порядке?

— Максимум, что его ждёт, — это переработка. Он аккуратно работает, так что смысла оставаться не было. Могу сутки наблюдать, но ничего не произойдёт. А вот ты ещё как можешь! Работа есть? Нет? Кузнецу как раз подмастерье нужен. Заработаешь, заодно за ним присмотришь.

— Думаете, он примет сироту? — с долей надежды спросил Оливер.

— Пока не попробуешь — не узнаешь.

— С куклами что?

— Пока ничего не могу сказать. Посмотрим, что будет после конюха.

Арине приближалась к северной башне стражников. Высокая башня сильно выделялась на фоне каменных стен, окружающих город. Алхимик Вульфгран забеспокоился, когда они подошли к охране. Охранники пропустили их без проблем, когда та упомянула Кира.

Затем начали подниматься по лестнице; один из стражников решил провести их. Они оказались в небольшом кабинете, сам Кир сидел за столом. Провожающий оставил их и закрыл дверь.

— Так вы у нас не простой стражник. — Арине улыбнулась.

— Обычный с вами никогда не заговорил. — Мужчина поднял взгляд на гостей. — Мастер Вульфгран, а вы что тут делаете?

— Ко мне пришла эта женщина и сказала, что знает, где моя бочка с известью. Вот и пришёл сюда. — Дворф развёл руками.

— Бочка с известью? Какое интересное совпадение. А мы как раз открыли ту, что упала на нашу жертву. И там оказалась известь.

— Так и думала. — Арине кивнула, глядя на алхимика.

— Жертву? О чём вы? — Вульфгран хлопал глазами.

— Вы не рассказали ему? — поразился мужчина.

— Не хотела шокировать. Давайте вы расскажете по пути, пока приведете нас к бочке.

Алхимик ахал и охал всю дорогу. Он несколько раз извинился и клялся, что не делал ничего плохого. От его непрекращающихся слов стражник уже начал жалеть, что рассказал о случившемся. И понимал, почему детектив промолчала: все муки перешли к нему. А та только прикрывала свою улыбку ладонью.

Они оказались в нижней комнате, где находилось ещё несколько людей; рядом с ними стояла открытая бочка, из неё исходил слабый горячий запах.

— Наконец-то! — Один из стражников подбежал к ним. — Уберите уже это! У нас нет окон — уже дышать невозможно.

— Неужели вы её подожгли?! — возмутился дворф.

— Не они, а та разбитая бутылка водки. — Арине улыбнулась.

— Прошу прощения. — Кир повёл бровью. — Расскажите эту историю подробнее.

— Начнем по порядку. Мастер Вульфгран, расскажите, что в этой бочке было, — попросила Арине.

— Известковый камень, воздушная соль и пепел саламандры. Обычная строительная смесь, если держать её сухой.

— А если залить её водкой?

Вульфгран нахмурился.

— Смотря какой. В крепкой палёной водке остаётся огненное масло. Пепел саламандры от него нагревается, а воздушная соль начинает выделять газ. Но для этого нужно много жидкости.

— Допустим, бутылка была большой, — сказала Арине. — Она разбилась рядом с бочкой. Часть водки попала внутрь через неплотно вставленную пробку.

— Тогда смесь могла вспениться, — медленно произнёс дворф. — Газу некуда было выходить…

— Кроме отверстия возле пробки, — продолжила Арине. — Давление выбило её, а струя горячего газа толкнула бочку в сторону улицы. Она не парила в воздухе — её выбросило, как камень из катапульты. Эльдарон услышал удар и почувствовал запах всего за несколько мгновений до падения.

Кир постучал пальцами по уцелевшей древесине.

— Но почему она не развалилась?

— Я смазал её укрепляющей эльфийской смолой, — признался Вульфгран. — Она должна была защитить бочку при падении и не дать обручам разойтись.

— Смола удержала доски, — заключила Арине, — а заодно почти герметично закрыла щели. Поэтому давление не рассеялось постепенно. Бочку целиком выбросило на соседнюю улицу, где она и упала на купца. Осталось только выяснить, что это была за водка, раз она вызвала такую реакцию.

Вульфгран принюхался, но почти сразу отшатнулся.

— Палёная. И очень скверная. В ней есть огненное масло.

— Зачем добавлять масло в водку?

— Оно ускоряет перегонку и делает напиток крепче. Некоторые подпольщики используют его, чтобы за одну ночь получить столько же водки, сколько нормальный мастер готовит несколько дней. Дёшево, быстро и незаконно.

Кир нахмурился:

— Значит, кто-то здесь не просто распивает водку по ночам, но ещё и покупает её у подпольного винокура.

— Или сам её готовит, — сказала Арине. — В обычной водке было бы недостаточно огненной примеси для такой реакции. Нам попалась особенно неудачная бутылка.

— Бутылку мог разбить обычный рабочий, возвращавшийся с ночной смены, — предположила Арине. — Он пил дешёвую палёную водку, уронил бутылку возле бочки и ушёл, не заметив, что жидкость попала внутрь.

— А через несколько минут началась реакция, — закончил Вульфгран.

Кир помрачнел:

— Значит, теперь мне предстоит найти и пьяницу, и того, кто продал ему эту дрянь.

— Зато вам не придётся искать убийцу, — ответила Арине. — Его здесь не было.

Все на несколько секунд замолчали.

— Иными словами, — сказала Арине, — водка запустила реакцию, воздушная соль создала давление, смола не позволила бочке развалиться, а неплотная пробка превратила её в неуправляемый снаряд. Никакого проклятия. Только крайне неудачная цепочка совпадений.

— Ахахахахаха! — Раздался смех Кира. Он был так громок, словно его смех распространился по всей башне. — Я же говорил, тут ничего сверхъестественного нет.

— О Боги. — Вульфгран покачал головой. — Из-за меня погиб человек.

— Не из-за вас, это всё случайность. — Арине покачала головой.

— Если бы я не оставил ту бочку… — Дворф не слушал её.

— Если бы я не поставил бочку. Если бы не разбили бутылку. Если бы тот человек не проходил по этой улице. Если бы вы не жили тут. Если бы вы не родились, — монотонно перечислила Арине. Алхимик перестал корить себя и посмотрел на женщину пораженным взглядом. — И так можно продолжать бесконечно. Нечего себя винить почём зря, лучше запомните, что тут произошло и постарайтесь, чтобы такое не повторилось.

— Это правда. — Кир кивнул.

— Я… постараюсь. Спасибо вам. — Дворф слабо улыбнулся. Он всё ещё был напряжен, но теперь знал, что может сделать. — Могу попробовать узнать, из чего делали эту водку. Вдруг поможет узнать, кто это. Если повезёт, конечно. Водка уже могла известись.

— Это дело. Но родственникам погибшего нужно всё рассказать. Не дело укрывать правду, какой она ни была.

— Да, я понимаю. — Дворф покорно кивнул.

— Что ж, раз всё решено, я пошла. — Арине хлопнула в ладоши. — У меня есть другие дела, а это закрыто. И можете ответить на один вопрос? Недавно у вас появился кукольный театр, можете узнать, кто его владелец?

— Некий Клэм Инфорг, — ответил Кир. — Но никто его не видел, и никто не знает, где он живёт. — На последней фразе стражник призадумался.

— И вас это устраивает? — Арине внимательно посмотрела на всех. Заметив, как присутствующие стали удивлённо пересматриваться, женщина улыбнулась. — Интересно. Теперь у меня точно всё. Удачи вам.

Эльдарон с Оливером подошли к дому конюха. Свет не горел; человек уже спал. Мысленно извинившись, эльф постучал в дверь. Ничего не происходило около минуты; маг повторил стук. А потом ещё несколько раз. И так дверь открылась спустя минуты три.

Это сделал высокий мужчина с растрепанными каштановыми волосами и зелёными глазами. На нём была надета обычная белая пижама. В его глазах читались сонливость и желание вернуться в кровать.

— Ой, прошу прощения, что разбудил, я пришёл по важному делу. — Эльдарон поклонился.

— Что за дело такое, раз ночью приходите? — Мужчина зевнул.

— Что ж, с вами я буду честнее. — Эльф выдохнул и сказал: — Я здесь из-за кукольного театра. У меня есть подозрение, что с ним не всё так просто. Говорят, вы там были на представлении. Хочу с вами пообщаться.

Конюх сглотнул. Он несколько раз проморгал и шире раскрыл дверь.

— Проходите. Только не рассчитывайте на чай.

Оливер также остался снаружи, а Эльдарон воспользовался гостеприимством. Конюх сел за пустой стол, эльф расположился напротив него.

— Рори, — представился мужчина. — А вы?

— Эльдарон. Маг. Изучаю этих кукол, которые дают представления. У меня есть подозрение, что они необычные.

— И почему вы так решили? — сухо спросил тот.

— Сегодня умер мужчина: на него упала бочка, говорят, куклы показывали нечто подобное. А ещё было выступление, в котором ребёнка задавила лошадь. — На этих словах эльф смотрел прямо в глаза своему собеседнику. — Ваш сын погиб подобным образом в прошлом году, ведь так?

Мужчина молчал некоторое время; он перевел взгляд на картину в доме, на ней нарисованы рассвет и красивые луга. На выдохе тихо произнес следующее:

— Мне не понравилось то выступление. Подобные смерти не так редки, как хотелось бы, я сам видел такое раза два. Мой сын был третьим. — Мужчина проронил одну слезинку. — Он просто играл, а конь резко взбесился — даже веревка не удержала. А дальше… вы и так знаете.

— Что-нибудь было странное в этот день? Никаких гостей, явлений?

— Нет, всё как обычно. Работал, и тут такое произошло. Приходил лекарь, сказал: заболел конь, бешенство у него. Не знаю, как он его подцепил, но мне неинтересно. Сдерживался, чтобы не прибить.

— И правильно, — тихо вымолвил Эльдарон. — Это принесло временное успокоение, но не утешение. Если это болезнь, то никто не виноват.

— За время работы я научился понимать животных, только это и сдерживало. — Рори прикусил губу. — А так уже сорвался бы.

— Что стало с этим конём?

— Продал его одному господину. Если увижу на улице, то узнаю, как дела у лошади. Никаких проблем нет, вылечили.

— Полагаю, он далеко?

— Да. Господин живёт теперь в другом городе.

— А те куклы появились не так давно, верно?

— Может, неделю-две назад. Вы сказали, что они необычные. Хотите сказать, они виновны в смерти сына?

— Судя по вашему рассказу, больше похоже на несчастный случай. И проверить это сейчас на магию я не могу.

— Тогда зачем пришли?

— Прежде чем делать выводы, предпочитаю узнать всё.

— И как, помог вам мой рассказ? — спросил Рори, словно надеясь, что его сын погиб не напрасно.

— Немного, — честно ответил эльф. — Я теперь начинаю думать, что те куклы показывают не то, что я считал изначально.

— Я туда приходил развлечься три дня назад, а они такое показали. Словно судьба так сложилась.

— Не уверен. Ладно, не буду вам мешать больше, идите спать. — Маг встал из-за стола, поправив шляпу.

— Странно, я мало кому всё это рассказывал, но вам я открылся. — Мужчина слабо улыбнулся. — Какая-то магия.

— Называется обаяние. — Эльдарон подмигнул. — Удачи вам, думаю, жизнь образуется.

Его ждал Оливер у другого дома. Заметив, как эльф выходит, медленно подошёл к нему.

— Вы всё? — спросил парень.

— Да. Теперь вернусь назад, дальше я сам. Держи. — Он подкинул в воздух монету, юноша схватил её. — Как договаривались. Теперь наши пути расходятся. Удачи тебе. И подумай о работе у кузнеца.

— Я подумаю. Спасибо вам, мистер. До свидания!

— Прощай, — тихо промолвил эльф, чтобы его не услышал Оливер. Он был уверен, что больше они не встретятся: он не из тех, кто задерживается надолго в одном месте.

Они оба оказались на месте встречи. Арине и Эльдарон передали друг другу всё, что узнали. Услышав всё, первой начала говорить детектив:

— Больше похоже на то, что куклы лично не участвуют во всём этом. Они просто показывают главное горе в жизни.

— Вполне может быть. По опыту предполагаю, они действуют так — перед началом выступления узнают прошлое и будущее зрителей и выбирают то, что считают более забавным. Видят беду и просто делают из этого шоу.

— Забавным? Шоу? Что смешного в смертях?

— Если преподнести это как комедию, то это может рассмешить зрителей; вопрос больше в этике. Общение с конюхом навело меня на мысль, что они смотрят только самое большое горе человека. Для конюха — смерть сына. Для богатого купца — смерть. Для кузнеца — получение ожогов по неосторожности, что может привести к травмам.

— И зачем это? Что за магические существа способны на такое?

— Не знаю, впервые вижу подобное.

— Ладно, получается, это куклы, которые видят самое плохое, но никак в этом не участвуют, правильно? Опасности от них нет?

— Это ещё предстоит выяснить, но я ничего не почувствовал. Честно, всё похоже на злую шутку.

— Но они не могли появиться просто так. — Арине почесала подбородок. — Клэм Инфорг — владелец кукольного театра, но его никто не знает.

— Тогда напрямую спросим у кукол. — Маг подмигнул. — Наше расследование закончилось; мы имеем представление, что они такое. Проклятья и прочее нам не страшны. Наверное. Но пойду лучше я один.

— Почему?

— Потому что если они окажутся могущественными магами, то мне проще одному работать. Заодно прикроешь меня. — Эльф улыбнулся.

— Эх, против такого я не так сильна. — Арине наигранно опустила голову. — Но как ты будешь сражаться? Твои иллюзии и против кукол работают?

— Я не настолько силён. — Маг рассмеялся. — Буду действовать по ситуации. Как и всегда.

— Что ж, хорошо. Я буду рядом. Зови, если что.

Эльдарон подходил к кукольному театру медленно. Но не осторожно, скорее как важный зритель, которого нужно ждать столько, сколько потребуется. Небольшой театр под открытым небом тёмной ночью — по-своему мистическое место. Самое подходящее время, чтобы закончить с этим представлением.

Занавес театра медленно открылся. Там стояла только одна кукла с длинной мордой и в красно-белой одежде. Она медленно подняла свою деревянную голову.

— Здравствуй, путник! — начал он своё театральное выступление. — Кто ты? Милый зритель или беспощадный критик?

— Скорее ревизор. И вас надо бы закрыть. — Маг улыбнулся. Он заметил, как за кулисами наблюдают остальные куклы. — Эльдарон, лесной эльф.

— Жестокий лесной эльф, как же больно такое слышать! Так, может, представление тебе какое показать? Комедию иль трагедию?

— Давай лучше ты покажешь мне… разоблачение. — Эльдарон подошёл поближе к сцене. — О том, что творят живые куклы.

— Ты зашёл слишком далеко. — Кукла наклонилась к эльфу. Её тон был смесью угрозы и веселья. — Моё имя Кал. А ты?

— Эльдарон. Я маг. И я хочу окончательно разобраться в вашей природе. Видишь ли, я провёл расследование небольшое, и у меня возникла одна теория о вас. Рассказать?

— Говори. — Кал отодвинулся назад, но его голос стал более мрачным и угрожающим.

— Итак… — Эльф хлопнул в ладоши, начиная ходить вокруг сцены. — Я долго думал, что вы такое. Все эти представления хаотичны, выбор людей странен. От обычных до знатных. Демонстрируете то прошлое, то будущее. То смерти, то несчастные случаи. Поговорив с вашими жертвами, я понял, что их связывает. Вы показали самое страшное, что произойдёт или произошло в их жизни.

Последние слова он произнес почти шипя. Но кукла ничего не ответила, только меняла положение головы. Эльф продолжал:

— Для богатого купца, который, судя по животу, себя очень любит, собственная смерть крайне неприятное событие. Для любящего отца смерть сына на своей работе — самое настоящее горе. Для кузнеца — травма, которая поставит крест на его ремесле. Возможно, в самый нужный для страны момент. Крайне неприятно. И мне самому лично неприятно, что вы преподносите это как шутку! — Эльф подошёл к Калу максимально близко, но тот даже не шевелился. — Вы могли помогать людям, пытаться предостеречь их, утешать. Но вы не дали ему шанса — вы сделали из его смерти шутку, над которой он сам смеялся.

— Мы не спасаем. Мы показываем. Каждый видит то, что хочет увидеть, — медленно ответила кукла.

— Они не знали, на что смотрят. Вы не дали им выбора.

— Такой наш стиль работы, так мы и живем.

— Что ж, скажу как критик… — Маг подобрался к нему ещё ближе. — У вас отвратительная подача сюжета!

— Как обидно. — Кал покачал головой. — Вы оскорбляете наш театр. Но признаю — вы интересный зритель. Первый, кто догадался. И это случилось довольно быстро.

— Благодарю, но лестью вы ничего не добьетесь. Только скажите, зачем вам это? Зачем вы это показываете людям? Это продлевает вашу жизнь, дает силу? Что?

Позади Кала начали появляться ещё несколько кукол. Они медленно подняли головы, издавая скрипучий звук. А затем все хором сказали:

— Потому что это весело! Ахахахахахахахахаха!

Они в унисон, вслед за Калом, запрокинули головы неестественным образом. Челюсти щелкали, каждый смешок звучал так, словно ломали ветки. От такого Эльдарону стало не по себе, но он не подавал виду. Просто ждал и смотрел на них.

— А большей причины нам и не нужно. — Кал жутко вернулся к разговору, его глаза словно покраснели. — Это так весело, когда люди смеются над тем, что их ждет! Правду говорят, что невежественный человек — самое веселое, что есть в мире!

— Надо же, впервые слышу об этом. — Эльф покачал головой. — Не думаю, что вашему театру стоит продолжать работу.

— А знаешь? — жестко обратилась кукла к гостю. — Не хочешь посмотреть «самое страшное», что с тобой случится?

Лицо Эльдарона преобразилось. Он на мгновение потерял уверенность, за что ухватился Кал.

— Тогда мы начнём! — Кукла махнула рукой.

— Нет, стой!

Заиграла веселая музыка, все куклы, кроме Кала, скрылись, а сам ведущий начал театрально говорить:

— Устроим представление для одного зрителя! Прошу, не покидайте места!

Открылась маленькая дверца, из неё полетели стальные лески. Они оплели эльфа и опустили на колени. Не только не позволили двигаться, но и заставили смотреть на представление. Лески сжимали его шею, но не душили. Это уже было шоу не для Эльдарона, а для кукол.

— Жил-был эльф. Да не обычный, а очень важный! — Явилась кукла с острыми ушами и в фиолетовом халате. — И были у него друзья, много друзей. И любовь! — Затем явилось ещё несколько кукол, среди которых одна с накрашенными губами. Эльдарон молчал, он тяжело дышал. — Дни шли спокойные и беззаботные. Как и все прочие лесные… — Кал замолчал. Он несколько раз покрутил головой, остальные куклы просто замерли на месте. — Кхм! Как и все прочие… эльфы! Ничто им не предвещало беды. Но однажды они посмотрели на небо. И увидели там… — Теперь он задрожал. А за ним задрожали и остальные куклы, они прекратили своё плясание и веселье.

А Эльдарон начал улыбаться:

— Что ты там увидел? Показывай.

Куклы засомневались. Они нервно смотрели друг на друга, не понимали, что делать. Только Кал дрожал всё сильнее.

— А, так ты — сердце. — Эльдарон улыбнулся. — Всё идёт через тебя, Кал, верно? Да, ты обладаешь этой силой и пропускаешь всё через себя и передаёшь это остальным. Они сейчас ждут твоей команды. Так чего ты медлишь? Давай, показывай им.

Но кукла в красном колпаке не двигалась. Только ему надо было выполнять свою работу. Так же, как и всегда. Кал передал информацию крайней кукле, которая была одета беднее всех. Она подняла голову, готовясь к своей сцене и вдруг… Её голова взорвалась! Щепки разлетелись во все стороны, остальные куклы с ужасом наблюдали за этой картиной.

— Не скромничай ты так, Кал. — Эльдарон издевательски рассмеялся, кукла в красном колпаке впервые на него посмотрела. — Покажи всем. Покажи, что ты увидел. Это твоя природа — познать самое страшное, что произойдет с жертвой и пережить это. Поэтому тебе нужны остальные куклы. Ты же не можешь держать всё в себе, верно? Ты боишься, что сам не выдержишь.

Последние слова прозвучали как приговор, словно его судьба предрешена. Трещины на лице Кала словно стали подтверждением. А затем лопнула ещё одна кукла. За ней другая. Возле куклы в красном колпаке появилась куча деревянных щепок.

— Будь ты проклят! — заскрипел Кал. — Ты обманул нас! Ты не лесной эльф! Ты скрываешь свой внешний вид от всех! Ты — представитель вымершей расы, последний из своего рода! Ты — высший эльф!

— Да. — Маг удовлетворённо кивнул, улыбаясь, словно дьявол. — Самый последний. И вы наблюдаете за последними часами моей расы. То, что я пережил. То, что я видел своими глазами. То, что сломало мой разум. Но знаешь, у меня хотя бы голова не взрывается.

Кал сильнее сдавил лески. Только уже было поздно: ему сейчас было тяжело контролировать свои силы, чтобы выжить. Все остальные куклы полопались, один он остался. А маг всё так же продолжал улыбаться.

— Я живу с этим ужасом каждый день. Я каждый день вижу эту сцену. Лица тех, кого давно нет. Я сам давно потерян. В какой-то период моей жизни меня звали самым безумным магом. И сколько бы я ни жил и ни путешествовал, это никогда не заменит мне родину. Но знаешь, несмотря на это, я не люблю одну вещь. — Эльдарон подошёл поближе к Калу, словно лески его больше не сдерживали. — Я не люблю, когда умирает кто-то. И тем более не люблю, когда над этим насмехаются. Я не зол — скорее разочарован, что такие удивительные создания, как вы, поддались своей природе. Вы могли стать лучше, но вместо этого пошли по легкому пути. Мне жаль вас.

— Лжец! — вырвалось у Кала, его лицо было полностью покрыто трещинами. — Ты просто крупный лжец! Лжёшь и друзьям, и врагам! Будь ты проклят, ты и твоя раса!

— И тебе… — Эльдарон язвительно улыбнулся напоследок. — Всего хорошего.

Кал полностью лопнул. Он был ближе всех к воспоминаниям эльфа; в отличие от остальных, его тело совершенно не выдержало всего того ужаса. Лески окончательно упали и перестали держать Эльдарона. Маг спокойно поднялся и отряхнулся от щепок.

Никаких живых кукол не осталось; нужно было только закончить свою работу.

Ранним утром Эльдарон встретился с Арине у выхода из города. Начинало светать, запели петухи. Эльф достал милую куклу в платье.

— Смотри, разлом тут находится. — Он повеселел.

— Придерживаешься правила до конца, это хорошо. — Женщина кивнула.

— Разлом надо поместить в тот предмет, с которым схож изначально. Я всё помню. Как считаешь, те куклы мог кто-то сделать или купить?

— Несомненно, это мог сделать только Клэм Инфорг. За ним театр числится. Пока было время, спрашивала всех, кого могла. Никто не знает его; никто не видел. Идеальный зачинщик.

— Думаешь, именно он стоит за всеми этими разломами? — Эльф убрал куклу.

— Вполне возможно. Не исключаю, что он сам сделал этот театр. Ладно, пойдём в следующий город. И, кстати… — Арине обернулась, в её взгляде читалось беспокойство. — Как ты? Они тебе показали самое страшное, что будет с тобой? Всё в порядке?

— Не переживай так. — Эльдарон поправил шляпу. — Это всё давно в прошлом.

Неделю спустя

Загадочная тень явилась на том месте, где стоял театр; теперь там пусто. Ничего нет, словно так и было изначально. Тень неодобрительно покачала головой.

— Какая жалость: мой невинный театр убрали. Кто-то явно идет по этим разломам. Буду с нетерпением ждать, когда они подойдут ближе. Не люблю, когда портят шутку.

Глава 3 Барабан, который помнит

— Так, ещё немного, и мы будем в Винелле! — радостно заявил молодой мужчина в зеленой одежде.

Он звал себя Олегом, странствующим торговцем. По пути в город встретил Арине с Эльдароном, и они вместе решили добраться туда. По пути они получше познакомились. И вот вдали стали видны огни города.

— О, мы как раз вовремя! Сегодня День спасения!

— Это что за день такой? — спросила женщина.

— С удовольствием расскажу, — улыбнулся торговец. — Винелл располагается на территории Ничейных земель. Тут нет королей, правителей, графов, каждый сам за себя. Здесь люди надеялись жить без жестоких тиранов. Но по итогу большинство постигла печальная участь. Винелл — один из немногих, кто выжил и развивался. Ему повезло, потому что город расположился рядом с богатыми шахтами; сейчас он может позволить себе купить наёмников для охраны, а также получить поддержку от других стран.

— И вправду повезло, — кивнул эльф.

— К тому же раньше, — проигнорировал его Олег, — этот город смог дать отпор бандитам. Говорят, те захватили город и терроризировали его. Но народ восстал против них и смог прогнать. Этой легенде больше семидесяти лет, и именно сегодня они отмечают День спасения.

И так вплоть до прихода в город Олег воодушевлённо рассказывал об этом, пока их не встретила стража. На этом их пути разошлись.

— Я пойду, товары оставлю, а потом на праздник заскочу. Удачи вам! — помахал им торговец.

— Вам того же, — повторила движение женщина и обратилась к магу. — Куда идём?

— Тоже на праздник. Разлом как раз там.

Гуляния были слышны на главной площади. Арине с Эльдароном отправились туда. Там вовсю играли музыканты, пели барды, народ танцевал, кто-то в ладоши хлопал. Вокруг было много лавок с разнообразными товарами и едой. Везде было полно людей с семьями, несколько стариков даже было; мальчишка в белой рубахе потерял яблоко и побежал за ним. Несмотря на смех и шум повсюду, было слышно чей-то чих.

Но этот дуэт никак не интересовался праздником. Очередной разлом оказался в его центре. И они остановились рядом с музыкантами. Эльдарон пальцем указал на барабанщика.

— Вот он, разлом в этом барабане.

— Хорошо. Хотя выглядит странно, военные такими не пользуются. Тогда как поступим: заберём его после праздника или это слишком опасно?

— Чем быстрее, тем лучше. Но привлекать много внимания тоже нельзя. К тому же, — начал медленно осматриваться вокруг эльф, — я его чувствую вокруг. Слабо, очень слабо. Странно, с другими такого не было.

— Значит, лучше не медлить. Раз ты его чувствуешь, значит у него могущественный эффект.

— И вполне возможно, он уже активировался, — прикусил губу Эльдарон. — Кто знает, что будет. Но и привлекать внимание тоже нельзя. Если мы сорвём праздник, то проблем не оберёмся.

— Ждём, когда музыканты уйдут на перерыв, и забираем барабан, — заключила женщина.

Но музыка дальше играла. Даже если танцы прекратились, вышли барды с пением. Темп музыки стал спокойнее, но она продолжала играть. Дуэт ждал момента, но он словно не наступал.

И только барды закончили петь, как вновь вышли танцоры.

— Вы издеваетесь? — закатил глаза Эльдарон.

Но Арине присмотрелась к ним. Что-то ей не понравилось. Ей показалось, что ещё один мальчик в белой рубахе побежал за яблоком. Она смотрела за танцорами и прислушалась к музыке. Затем снова услышала чих. Такой же, как и в прошлый раз.

— Они повторяют, — тихо проговорила женщина. — Музыка, танцы, движения — всё повторяется.

— Как интересно, — осмотрелся маг. — Подожди здесь, я сейчас туда пойду, хочу выйти осмотреться.

Эльдарон пошёл куда указывал и скрылся в тени домов. Арине ждала его, не видя, куда он делся. И тут позади раздался весёлый голос:

— Как и думал, — от шока Арине подскочила и обернулась. Это был её напарник. — Мы не можем выбраться отсюда: праздничная ярмарка стала ловушкой. Ярмарка продолжается и продолжается: попытаешься выйти — тут же вернёшься назад. Это словно временная петля.

— Нет, это не петля, — отрицательно покачала головой Арине. Её тон был серьёзным и суровым; эльфу казалось, такое ей не свойственно. — Будь это временной петлёй, нас тут уже не было бы. Не наш уровень — слишком серьёзный вопрос.

— Говоришь так, — очень тихо прошептал Эльдарон, — будто проходила через это.

— Просто знаю и всё. Нам нужно понять, что это и как выбраться отсюда. Мы поняли, что дело в разломе, а он в барабане. Может, и вправду попробуем его забрать?

— Что забрать? — раздался голос позади: это был торговец Олег; он держал кружку с пивом в руке.

— Ой, перепугали. Да так, нам нужно будет забрать какую-то вещь и вернуться домой.

— Жалко, праздник в самом разгаре! Эй, без меня не разливать! — бодро и весело покинул их мужчина, идя к столу, где сидело шесть человек с кружками пива.

— За спасённых! — крикнули все сидящие.

— Фух, было близко. Пошли, пока не стало поздно, — развернулся эльф и уткнулся во что-то твёрдое.

Там стояли четверо высоких стражников в броне. Они грозно смотрели на этих двоих. Самый крайний справа заговорил первым:

— Это вы тут хотите праздник испортить?

— Что вы, наоборот, мы хотим спасти его! — улыбался маг.

— Ага, поэтому хотите забрать барабан у музыкантов? Пройдёмте с нами.

— Вынужден отклониться, — поднял шляпу Эльдарон и посмотрел на Арине. — Пойдём, пока на них действует моя магия.

— Магия? — внезапно спросил стражник. От такого у эльфа мурашки пробежались. — Что ты с нами хотел сделать, колдун?

— Не сработало, но почему? — поразился эльф.

— Нет времени, бежим! — Арине взяла его за руку, и они рванули что есть силы.

Стражники за ними побежали, но у этих двоих было преимущество. Они нырнули в толпу, а затем побежали прочь от ярмарки. И тут же снова в ней оказались. Сразу приметили стражников: те хлопали в ладоши в такт с музыкантами. Заметив этих двоих, они радостно кивнули и продолжили своё веселье.

— Хорошая новость, перезаходя сюда, все возвращаются назад, — покачал головой эльф. — Плохая новость, моя магия на них не действует. Ну, визуально, по крайней мере.

— А очень плохая новость, — прикусила губу детектив, — разлом себя защищает. Этих стражников не было рядом с нами; они не услышали наши разговоры отсюда и при таком шуме.

— Да, с этим разломом посложнее, — почесал затылок Эльдарон. — Надо что-то придумать. Но почему моя магия не сработала? Я даже против нежити нашёл способ, как использовать иллюзии.

— Возможно, это из-за реакции разлома: он защищает себя, а для этого усиливает стражников. То есть тебе нужно рассматривать, как обмануть не совсем живой объект.

— Тогда зрение точно не сработает. Нужно подумать.

— Но главное — разобраться, как он работает. Это не временная петля, но близкая к ней. Скорее ловушка, но какая, — начала осматриваться вокруг Арине, словно ища что-то. К сожалению, не за что было ей ухватиться, что могло бы помочь. — Пока самая первая мысль — всё кроется в празднике.

— Почему ты так решила?

— Барабаном явно пользовались только сейчас, поэтому он является главным звеном. Возможно, узнав об истории праздника, мы сможем найти выход.

— Это уже похоже на план, я согласен.

— Тогда у меня есть к тебе условие, — посмотрела на своего товарища Арине. Он видел в её чёрных глазах решимость и серьёзность. — Оставь разговоры мне. Только я буду беседовать, а ты смотри и наблюдай за всем. Запомни время: сейчас будет чих. — Как по заказу, он раздался в этом шуме. — Девять минут, примерно столько длится эта… ладно, будем звать петлёй, но это не петля! Смотри вокруг, запоминай, что происходит, следи, кто не повторяет движения. Эти люди нам как раз тоже нужны будут.

— Думаешь, мы не единственные такие?

— Надо найти Олега! — вспомнила Арине.

Они начали осматриваться вокруг, ища горе-торговца. Спустя пару минут им это удалось. Он шёл с кружкой пива в руках и крикнул:

— Жалко, праздник в самом разгаре! Эй, без меня не разливать!

Он шёл к столу с шестью людьми. И у каждого — по кружке с пивом. Всё так же, как и в прошлый раз.

— За спасённых! — опять произнесли они все. Только на этот раз у Арине с Эльдароном прошёлся холодный пот.

— Неужели… — ужаснулась женщина.

— Да. Этот праздник «поглотил» его. Теперь он — его часть, — ледяным голосом подтвердил маг.

— Но почему нас это не коснулось?

— Не знаю, но надо выяснить. Заодно попытаться вытащить всех отсюда. Давай воспользуемся твоим планом. Ты — разговариваешь, я — наблюдаю. Нам нужна информация.

— Пошли.

Арине начала обход. В первую очередь решила начать с простых граждан. За один цикл она успела поговорить с несколькими жителями:

— Простите, мы с напарником тут не местные, хотели узнать, что празднуете?

— О, значит, вам повезло. Сегодня День спасения. День, когда наши предки спасли город.

— Можете рассказать подробнее?

— Моя прабабушка это рассказывала, когда была жива. В этот день, 70 лет назад, на наш город напали вооружённые бандиты. Они взяли в плен стариков и детей, требуя выкуп. Но жители Винелла сплотились и дали им отпор. Погибшие были. Но взамен они спасли город и всех его жителей.

— Дедушка говорил мне, что в этот день бандиты напали на наш город. Но жители сплотились и прогнали нарушителей. Это кажется мелочью, но для самостоятельного небольшого города — огромное достижение. Дедушка застал это, когда был маленьким ребёнком.

— Бабушка рассказывала, тогда наш город сражался с бандитами, что напали. Говорила, это была жестокая битва, но они выжили. И с тех пор её мучают кошмары. Я слышу, как она просыпается по ночам. Даже в этот день ей тяжело уснуть.

— Подытожим, — хлопнула в ладоши Арине, когда они отошли подальше. — Жители дали отпор бандитам, что привело к спасению города. Странно, что общая картина та же, но у всех разные представления о случившемся. Значит, от этого будем двигаться. Я не увидела рядом библиотек и ратуш, так что информацию нужно собирать всё так же на этом праздничном веселье. И все рассказывали, что их родственники застали этот момент. 70 лет прошло, но кто-то из стариков тут остался. Нужно поговорить с теми, кого найдём. Думаю, всё кроется в том дне. У тебя как? — обернулась она к Эльдарону, который всё это время осматривался.

— Ничего. Пока всё одно и то же. Зато теперь понял, что чихал тот лысый мужчина.

— Хорошо, продолжай следить дальше, пока я буду разговаривать со стариками. Главное — найти их.

С этим было сложнее. Потребовалось несколько минут, чтобы найти хотя бы одного нужного человека. Это была старушка с тростью. Несмотря на шум, она заговорила ностальгическим тоном:

— Эх, мне родители рассказывали о том дне, я совсем маленькой была.

— Вы сами не застали? — уточнила Арине.

— Нет, я ещё в яслях была, — улыбнулась старушка. — Только через пару лет достигла того возраста, чтобы застать праздник.

— Можете рассказать, что было тогда? Мне интересно, как встречали этот праздник в первые годы.

— Ох, милочка, это было весело. Тоже были барды, музыканты, играли весь вечер, а дальше семья ушла домой спать. Но я помню, как много еды тогда было, тоже веселились. Только мальчишки постарше не присоединились.

— Это почему? Вроде мальчишки любят гулять.

— Вот и я не понимаю, — пожала плечами старушка. — Когда я повзрослела и поговорила с одним из них, он сказал следующее:

«Я не вижу тут праздника».

— До сих пор не понимаю, что это означает.

На этих словах Арине с Эльдароном отошли. Женщина думала несколько минут:

«Не нравится это. Будто придётся действовать на удачу».

Эльф же стоял и наблюдал. Он вновь увидел мальчика, что побежал за яблоком. Через время снова чих. Но музыка играла дальше, уже мотив начал запоминать. И он уже кое-кого приметил.

— Тяжело, — покрутила головой Арине. — Информации мало, зацепок ещё меньше. Кроме мальчишек, что не воспринимали праздник, ничего в голову не приходит. Слабая соломинка, но больше ничего нет.

— Не такая уж и слабая, — улыбнулся Эльдарон. — Один старик за нами наблюдает.

Совсем седой и с морщинами дедушка давно присмотрелся к этому дуэту. Он наблюдал за ними, ждал, когда те продолжат идти. А они остались на месте и общались. Только нервы у старика начали сдавать, как позади него раздался приятный женский голос:

— Поговорим?

Старик подпрыгнул, как только мог, и обернулся. За ним стояли та женщина и эльф. Обернувшись, увидел, как их копии всё так же стояли на том месте и разговаривали, а затем исчезли. Протерев глаза, он снова обратил свой взор на тех, что за спиной. Эльф махнул рукой и сказал:

— Магия.

— А теперь мы поговорим. — Женщина сделала шаг вперёд. — Вы не повторяете все действия — почему?

— Заметили, — проворчал старик.

— Такая у нас работа. Я — Арине, а это Эльдарон. Вы определённо знаете больше, чем кажется.

— Вам какое дело?

— Просто хотим разобраться, что здесь происходит. Город застрял, он повторяет одни и те же действия, словно праздник должен длиться вечно. Нужно освободить город от всего этого.

— И с чего вы решили, что я вам нужен?

— Просто догадка, — пожала плечами женщина. — Вы свободны двигаться, не зациклены на повторяющихся действиях. Это явно не просто так.

— Тогда скажите, — прищурился старик, — что вы думаете про этот День спасения?

— Суть его нам ясна, но детали отличаются от очевидца к очевидцу. Такое возможно только при трех условиях. Первое: прошло очень много времени, сотни, а то и тысячи лет. А у нас тут семьдесят от силы, ещё не такой большой срок — даже свидетели есть. Второе: когда нет официальной информации, что произошло тогда. Конечно, всегда есть так называемый человеческий фактор, но я предпочитаю его не учитывать. И третье: барабан. Меня смущает его форма, словно он не для праздника сделан. Понимаю, это мелочь, но что-то меня в нём смущает. Но самое главное — другое, — мрачно начала заканчивать фразу женщина. — Они говорят не о победе. Они говорят о спасённых. Но никто не называет, кого именно спасли.

— Больвар. Так меня зовут, — прокряхтел старик, словно признав женщину. — Вы куда умнее многих гостей. Наверное, поэтому вас праздник не поглотил.

Арине сглотнула, она вспомнила Олега и сразу поняла, о чём он говорит.

— Этот праздник длится дольше, чем должен. До его начала приехало несколько гостей, они пришли, чтобы посмотреть его, и стали частью праздника. А вон тот мужчина, — указал он пальцем человека с бакенбардами, — пришёл сюда в процессе. Он не заметил, что праздник повторяется, и теперь стал обычным зрителем, словно так всегда было. Вы относитесь со скепсисом к этой истории, не верите, поэтому ещё сохранили свободу.

— И много таких, как мы?

— Кроме нас троих здесь больше никого не осталось, — тихо проговорил Больвар. Снова слышен чих вдалеке.

— А почему вы не стали его частью?

— Потому что я знаю, что этот День спасения — ложь, — прошипел старик. — Всё, что вам рассказали, всё, что вы услышали, — всё ложь.

— Так расскажите нам, — смотрела прямо ему в глаза Арине. — Расскажите нам правду: что произошло в этот день.

Больвар посмотрел на гуляющих. Вновь те же песни и танцы. Снова они повторяются. Эти весёлые лица вызвали у старика раздражение. Всё из-за их незнания.

— Я единственный, кто помнит правду, — выдохнул старик, посмотрев на Арине и Эльдарона. — Семьдесят лет назад на нас напали бандиты. Но это произошло в шахте. Они взяли в плен всех работников и требовали выкуп. Поскольку мы в Ничейных землях, помощи ждать неоткуда. Максимум, что могли себе позволить, — позвать на помощь у тех, с кем торговались. Но никто не будет рисковать своей жизнью ради этого. Тогда старейшина придумал план — взорвать вход в пещеру. Потратив средства, что у нас были, они свершили задуманное. Подорвали вход и всех похоронили заживо в пещере. Вот такая правда.

— Но почему придумали другую версию? — сдерживалась Арине.

— Чтобы была красивая легенда. Чтобы люди думали о Винелле как о городе, который может за себя постоять. Всё ради репутации. Так и был создан День спасения. Хотя, как по мне, это траур.

— Почему вы знаете всё это?

— Мой отец был одним из шахтёров, — пустил слезу старик. — Те дети, чьи семьи там оказались, никогда не радовались этому дню; мы хотели плакать. Нам говорили: «Ваши отцы погибли героической смертью». Но это не так; слезам моей матери я верю сильнее. Мы не праздновали, пытались рассказать правду, но никто не слушал. Прошло время, и только я один остался, а легенда разрослась. У каждого своя версия, но все красивые, повествующие о «благородстве» наших предков.

— Это и вправду плохо. Кто-то ещё знает правду? Староста может?

— Нет, только я остался. Но знаете, забавно, что вы упомянули барабан, — улыбнулся старик. — Этот барабан используется шахтёрами как сигнальное оповещение. Я хорошо его помню, звучит так же. Только здесь гуляют, танцуют и веселятся.

— Интересное совпадение. Эльдарон, отойдём на пару слов, — махнула рукой женщина, и они оба отошли к стенке. А Больвар остался их ждать. — Твоё слово как опытного мага. Что теперь скажешь?

— Для начала скажу, что большинство разумных организмов — невежды, — начал отвечать эльф серьёзным тоном, держа руки в карманах. — Мало кто понимает, насколько сильны слова, какая в них мощь, даже в имени она кроется. Есть такое поверье, что нужно всегда думать, о чём говоришь. Правильно подобранные слова в определённом месте и при определённых обстоятельствах способны такое сотворить, что даже магия не поможет. Это касается и лжи. Она приятная и ядовитая одновременно. И этим опасна. Она всегда вырвется наружу. Либо через лечение, либо как гной. Здесь второй случай.

— Интересная… метафора.

— Старался. И, отвечая на вопрос, — да, дело скорее в этом. Разломы по-разному реагируют на наш мир и взаимодействуют с ним. Мы уже видели невозможные болезни и живых кукол, теперь — барабан, что закрыл в этой ловушке город и даже гостей, которые поверили в этот праздник. Его внешний вид, звук, который издаёт, то, ради чего он создан, — всё указывает, что этот барабан не для веселья. А тут ещё ложь, которая усилила эффект. Думаю, это какое-то особое свойство этого разлома, которое сработает только при определённых условиях, даже мне тяжело понять его природу. И какое совпадение, что оно оказалось в нужном месте.

— Да, всё меньше верится в это — будто чей-то умысел, — кивнула Арине. — Есть идея, как освободить всех?

— Да, но потребуется помощь старика Больвара.

Они вернулись к Больвару и рассказали свой план. Старик недовольно усмехнулся, смотря на них как на глупцов.

— Какой идиотизм, — пробубнил он. — Как такая глупость может сработать?

— Я маг и уверен в этом плане, — подмигнул эльф. — От вас всё, что нужно, — это быть искренним.

— Семьдесят лет прошло с тех пор, как людям сказали эту сладкую ложь; в неё всё так же хотят верить. А вы считаете, что всё изменится за пару минут.

— Не всё. Главное, что вера в эту ложь пошатнётся, и мы сможем закончить этот вечный праздник.

— А там уже посмотрим, что будет. Может, прислушается кто к вам, и правда будет жить дальше, — утешилась Арине.

— Сомневаюсь. Но если и вправду получится закончить это вечное веселье, то я в деле, — кивнул Больвар.

— Отлично, нам больше и не нужно. Ждите сигнала! — развернулся эльф и пошёл в другую сторону.

— Уверен, что получится? — засомневалась женщина. — Твоя магия не сработала против тех стражников.

— Верно, но зато она сработала против старика. Значит, разлом её не блокировал, просто есть ограничение по применению. Я пришёл к выводу, что иллюзии не сработают против самого разлома и тех, кто его защищает. Но вот против обычных людей всё работает. Именно это нам и нужно.

Они добрались до площади с музыкантами. Те всё так же играли, особенно активен был барабанщик.

— На месте. Итак, давай ещё раз, — развернулся к женщине маг. — Я использую свою магию иллюзии, чтобы заглушить весь шум, кроме барабана. Это заставит людей остановиться. Тогда Больвар начнёт рассказывать правду под звуком сигнального барабана. Этот эффект должен встряхнуть всех и ослабить разлом. Тогда ты забираешь барабан и убегаешь. Если всё получится, так мы сможем снять это проклятье.

— А что если… — хотела уточнить женщина, но маг выставил палец перед ней.

— Давай без этого. Лучше, чтобы всё получилось, — мягко улыбнулся Эльдарон. — Вперёд, пора действовать!

Маг ожидал недолго, как раз запомнил ритм барабана, подобрал подходящий момент и хлопнул в ладоши. Вмиг всё затихло, хотя музыканты и дальше играли — только звука не было. Барды пели, но и их не было слышно. Только звук барабана распространился по площади. Он больше не веселил людей. Теперь он вселял только ужас.

Народ перестал танцевать, оглядывался и пытался понять, что происходит. Испугался, перешёптывался, начал злиться. Тогда из толпы вышел Больвар. Чистый звук сигнального барабана навеял забытые воспоминания. Как его отец учился его распознавать. Как он гулял по этим шахтам. Как познакомился с самими шахтёрами. Он пустил одну слезу и заговорил громко, что есть силы:

— Этот звук был предупреждением. Об опасности. И это последнее, что я услышал, когда завалили шахту!

Толпа начала собираться вокруг него, понемногу успокаиваясь. Будто один старик стал центром всего города. Он рассказывал правду, горькую правду, неприятную. Но его слушали. Не все. Староста ушёл первым. Следом за ним двое мужчин отвернулись к столу, будто слова Больвара были всего лишь неприятной песней. Кто-то зажал уши. Кто-то смотрел в землю. Правда дошла не до всех.

А бедный барабанщик продолжал играть. Веселье пропало на его лице — только усталость и боль.

Арине спохватилась и рванула что есть силы. Она подбежала к барабанщику и выхватила инструмент, пока никто не понял, что происходит:

— Я заберу! — крикнула она и направилась подальше от площади.

Стражники отреагировали на неё. Они попытались схватить мерзавку, что посмела нарушить праздник. И тогда Эльдарон прыгнул прямо на них, зацепив плащом и шляпой. Все кучкой повалились на землю, а маг махнул рукой, чтобы напарница бежала не останавливаясь.

Она бежала несколько минут, пока не осознала, что давно покинула центр города. А это означало только одно:

— Получилось, — выдохнула она.

Спустя полчаса центр города продолжил праздновать. Но тише. Без музыки и танцев. Кружки поднимали за упокой шахтёров, кто-то предпочитал молчать. Олег, до этого с удовольствием пивший, сказал, что будет рассказывать правду дальше. А Больвар впервые искренне улыбался в этот день. Словно он сделал так, чтобы его отец нашёл покой.

А Арине с Эльдароном уже покинули Винелл, как только забрали барабан и убедились, что теперь всё хорошо.

— Знаешь, а приятно иметь дело с опытными людьми. — Маг почесал спину: она ещё побаливала. — С тобой прямо дела идут быстро.

— Признаю, с тобой тоже. Ты явно многое повидал на своём веку, — улыбнулась женщина.

— Осторожнее. Уже пытаемся больше узнать друг друга. — Эльф подмигнул. — Но нам повезло. Если бы что-то пошло не так, то ещё долго думали бы, как выбраться оттуда.

— Везение — это тоже часть приключений. Но не будем на него особо надеяться. Когда-нибудь оно закончится.

— Мрачные у тебя мысли, напарница.

— Опыт. Просто чувствую: скоро что-то будет.

Глава 4. Холодное железо

Эльдарон посмотрел на карту, а потом на компас. Он пытался понять, куда их приведет следующая дорога. Проведя пальцем по карте, сказал:

— Похоже, мы окажемся в небольшой деревне под названием Свободное Яблоко. Креативно, буду звать просто Яблоком.

— Следующий разлом там?

— Да. Судя по имеющейся информации, рядом с очень богатой семьёй Жэновьер. Можно сказать, они самые главные там.

— Как можно заработать в Ничейных землях?

— Не знаю, никогда об этом не думал. Наверное, именно поэтому не богат, — рассмеялся эльф. — В любом случае нам туда.

— Надеешься, что всё будет спокойно в этот раз?

— Всегда.

Богато одетый мужчина выпил последний бокал вина. Он смотрел в окно, откуда хорошо видна Свободное Яблоко. Его деревня, ведь он последний из семьи Жэновьер, по имени Рамон. Поправив свои серебряные волосы, он заговорил:

— Я слышу, что вы здесь. — Раздался звук металла, но тот не пошевелился. — Значит, вам нужно это, да? Хорошо, я даю разрешение. Только постарайтесь без шума. Люди ещё не готовы вас видеть.

Словно в знак подтверждения раздался ритмичный звук. Но ритм — неправильный. Словно шаги существа, которое не дышит и не устаёт. А затем затихло. Мужчина осмотрел рукава своей богатой одежды, словно там что-то было. Ему показалось.

— Пока ещё рано, — прошептал Рамон.

Деревня и вправду оказалась небольшой: пара десятков деревянных домов, одна таверна, по совместительству гостиница, кузница и травник местный. Дуэт решил остановиться в таверне, отдохнуть немного, а потом продолжить путь.

Внутри таверны был занят всего один стол, остальные три — свободны; они сели за тот, что ближе к окну. Молодая девушка к ним подошла за заказом, они попросили немного салата и молока. Пока ждали ужин, начали обсуждать свои дальнейшие действия:

— Где находится разлом?

— Он находится дальше, — указал эльф пальцем налево. — Возле того поместья, наверняка он там. Но знаешь, я бы отдохнул немного, и так весь день в пути. Тем более вечереет.

— Не против, но рано утром продолжим путь.

— Без проблем. А то ноги мои устали! — потянулся эльф.

— Прошу! — Явилась официантка с заказом и поставила его на стол.

Гости начали есть, но девушка не уходила; она некоторое время смотрела на Эльдарона. Он почувствовал это и спросил:

— Что-то не так?

— Прошу прощения, я просто поражена вами, — скромно улыбнулась девушка. — Сколько тут живу, никогда не видела таких, как вы. Такая причудливая шляпа, цветная одежда. Вы маг, да?

Эльф озадаченно хлопал глазами, несколько раз покрутил головой, словно осмотрелся. А затем спросил:

— Ты так меня видишь?

— Конечно! А как ещё? Ой, прошу прощения! Меня зовут Маргарита, живу в этой деревне.

— Эльдарон, а это моя напарница Арине. Мы путешественники. Ты тут работаешь?

— Скорее подрабатываю. Хочу заработать денег, чтобы хватило на учёбу в академии Лангрии. Говорят, это очень хорошее место.

— Согласен, тебе там самое место, — довольно кивнул эльф; девушка засияла от этих слов. — Можешь принести ещё молоко? Тебе доплачу дополнительно.

— Правда? — Глаза Маргариты расширились. — Минуту, я скоро принесу. — И побежала в сторону корчмаря.

— Это что сейчас было? — удивилась Арине.

— Помогаю хорошему уму развить свой потенциал, — улыбнулся Эльдарон, выпив своё молоко. — Арине, эта девушка удивительна, нельзя позволить ей остаться здесь.

— Она разглядела твою иллюзию?

— Одну из. Знаешь, как работает магия иллюзии?

— Ты обманываешь органы чувств у живого объекта?

— Частично правда. Магия иллюзий — это не только обмануть зрение и показать что-то. Это воздействие на все органы чувств. Вспомни Винелл: я сделал так, что никто не слышал больше ничего, кроме барабана. Своей магией я воздействовал на уши людей. Но на глухого это не сработает. Как визуальные иллюзии на слепого. Надо понимать, на кого что сработает. Сейчас я действую более эффективным образом — насылаю иллюзию своей внешности на мозг человека, тем самым обманывая все его органы чувств. Но несмотря на эффект, он не сработает, если цель очень и очень умная. И эта девушка как раз из таких. Нельзя позволить такому потенциалу пропадать здесь.

— Да, я тебя понимаю. А ты и на меня пытаешься распространить эту иллюзию? — поближе подвинулась Арине.

— Мммм… — прикусил губу эльф. — Давай я просто скажу, что ты очень и очень умная женщина?

— Чисто любопытства ради, такой образ ты вселяешь в умы?

— Обычный и неприметный эльф, чтобы не привлекать внимание.

— Прошу, — подбежала Маргарита, принеся кувшин с молоком.

— Спасительница ты моя, держи, — подкинул маг монетку вверх. Девушка её схватила и поразилась.

— Целый золотой?!

— Мало ещё для учёбы, согласен. Давай ещё дам?

— Нет, что вы! Я ничего не сделала, чтобы столько получить.

— Смотри, умная, красивая, у тебя опрятные каштановые волосы и ещё скромная. Где твои женихи?

— Сэр, вы мне льстите очень.

— Ты сказала, что хочешь учиться в академии, а кем? — перехватила беседу Арине.

— Инженером. Говорят, там очень хорошо учат этому. Хотя это и единственное место, где учат подобному.

— Инженерия? — нахмурился Эльдарон. — А что это такое?

— Ой, так в двух словах не объяснишь, — призадумалась девушка. — Это строительство мельниц, мостов, осадных орудий и прочего. Именно механизмы всякие.

— А, вот как сейчас это называется! — рассмеялся эльф. — Во времена моей молодости это просто называли строительством.

— Меня больше интересуют Древние Технологии, хочется закончить учёбу и заниматься их изучением, — засияли глаза Маргариты.

— Почему именно они? — с интересом спросила Арине.

— Дух захватывает от одной мысли о существовании древней цивилизации, — прижала кулачки к груди девушка. — Подумать только, что до нас кто-то жил, развивался, создавал технологии и всё равно сгинул. Столько вопросов и возможностей! А когда нашли первые руины Древних, небывалый шум поднялся. Я хочу посмотреть их и изучить!

— Милая Маргарита, — легонько взял её за плечо Эльдарон. — В тебе есть дух авантюризма, не теряй его — он очень важен для тебя. Мы хотим остаться на ночь, это с владельцем таверны поговорить?

— Да, к нему.

— Отлично. И держи ещё, за приятный разговор.

— Ещё один золотой?!

— Древние Технологии, да? — меланхолично и тихо проговорила Арине.

Дуэт остановился в комнатах наверху — их как раз было две. Они разошлись и пошли спать.

Но долго сон не длился. Арине проснулась на инстинктах. Словно холодный вой услышала. Только это оказались звуки необычные, словно кто-то передвигался через стальные протезы.

— Откуда тут взяться подобному звуку? — спросила она сама себя и начала собираться. — Прости, Эльдарон, но с этим сама.

Она тихо пробралась на улицу, чтобы никого не разбудить. Птицы не пели. Собаки не лаяли. Деревня мёртво безмолвствовала, пока где-то ходило это существо. На земле детектив заметила следы. Только собиралась наклониться посмотреть, как услышала сзади голос:

— Это следы монстра?

Арине по инерции развернулась. Это была Маргарита, которая с любопытством наблюдала за женщиной.

— Что ты тут делаешь? — спросила Арине.

— Я только закончила работу и собиралась домой, как вас тут заметила. Вы тоже что-то услышали, да? Поэтому сюда пришли.

— Ты слишком умная для этого места. А теперь иди домой, — указала женщина и развернулась.

— Вы оба очень добры ко мне, я хочу вам помочь.

— Боюсь, с этим вопросом ты мне не поможешь. Я всё же детектив.

— Тогда я вам как раз смогу помочь! Вам нужна информация, так? Сейчас все спят, только я могу вам её предоставить.

— Владелец таверны тоже спит?

— Ну… если честно, он всегда уходит спать раньше. Я закрываю дверь на ключ.

— Мда уж, не повезло тебе с работой, — присела Арине, осматривая следы. — Рассказывай.

— Последний месяц тут происходят странные вещи. У кузнеца стали пропадать инструменты и материал, также и масло для колесниц. Некоторые жители рассказывали, что по ночам слышат жуткие и чёткие шаги. Мы думаем, что какой-то монстр поселился в деревне.

— Монстр, говоришь. Наклонись-ка, — махнула рукой Арине, и Маргарита сделала это. — Допустим, это след вашего монстра. Твои мысли?

— Ну… — наклонила голову девушка. — След большой, тяжёлый и глубокий. По форме похож на… человеческий? Только будто наступали чем-то тяжёлым. Словно металлический сапог.

— Эльдарон был прав, ты слишком умная для этого места, — улыбнулась Арине. — Уточню, что след и вправду похож на человеческий, только вес невозможный для человека.

Они оба услышали шорох позади и обернулись. Там стоял забор с маленькой щелью. Арине насторожилась.

— Стой здесь, — приказала она и пошла вперед.

Пролезая через щель, женщина осторожно осматривалась. Она внимательно искала всё, что может вызвать подозрение. Ничего, а из-за твёрдой поверхности никаких следов не было.

— Как вы тут? — выглянуло лицо Маргариты из щели забора.

— Я что сказала тебе сделать? — стиснув зубы, сказала Арине.

— Мне любопытно стало, — надулась девушка.

— Любопытство кошку сгубило.

— Кошку жалко.

— Это… выражение такое. Пословица. Ты же знаешь, что такое пословица?

— Угу. Я запомню её. Вот кошку всё равно жалко. Так что вы нашли?

— Ничего. Всё чисто. Ты когда ко мне в помощники записалась?

— Просто хочу отплатить вам за добро. Вам говорили, что у вас речь странная?

— Да, мой напарник. Ну, раз ты здесь, покажи, где кузнец живёт. Хочу осмотреться.

— Он, скорее всего, спит.

— Не страшно, я вокруг обойду. Тогда пошли.

Эльдарон очнулся скоро и в одиночестве. Нигде не видел Арине рядом и её вещи. Немного обеспокоился и вышел на улицу. Но на заднем дворе он увидел какую-то тёмную и здоровую фигуру, похожую на человека. Она словно убегала. Не сдержав своего любопытства, эльф отправился за ней.

— И вправду ничего, — развела руками Арине.

Они минут десять ходили вокруг кузницы — и ничего. Про себя детектив признала, что только зря потратила время.

— Может разбудить кузнеца? — спросила Маргарита.

— Не стоит, пока всё тихо.

И тут же раздался громкий хруст с другой стороны. Сразу же зажглись свечи в домах, люди начали просыпаться. Но никто не выходил. Просто смотрели из окон. Арине сразу побежала на шум, за ней Маргарита. Хоть детективу это не понравилось, препираться не хотелось.

Они нашли сломанный забор у дома с раскрытыми дверями, и работница таверны ахнула:

— Мистер Бриг!

Девушка побежала к дому, за ней детектив. Внутри Маргарита начала бегло осматриваться и кричать:

— Мистер Бриг!

— Здесь никого нет, — заключила Арине. Дом маленький — успела оценить. Ничего приметного нет, кроме недопитого молока и куска хлеба на столе. И один стул. — Не похоже, что тут должно быть два человека.

— Мистер Бриг пропал, наверное, похитили его!

— Почему ты так решила?

— Кто по ночам оставляет дверь нараспашку?

— Тот, кто ждёт кого-то.

— Ладно, верно. Но что с забором? — указала девушка пальцем туда.

— Это уже аргумент, — кивнула женщина и подошла к забору.

Она начала рукой проводить по сломанному участку. Почувствовала противоестественный холод, будто дерево побывало в леднике — и это в летнюю ночь. Затем обратилась к Маргарите:

— Продолжаем обучение. Твоё мнение — что это такое?

— Ну… — нахмурилась девушка. — Наверное, это то, что забрало мистера Брига. Но ущерб какой-то ровный, словно… дверь тут должна быть.

— Интересное сравнение. Давай я скажу точнее — забор ровно продавили. А кто такой мистер Бриг?

— Обычный фермер, ничего примечательного. Он капусту и помидоры разводит там, — указала девушка на огород. — Вернее, разводил, последние две недели морковкой только занимается.

— Враги у него есть?

— Что вы! Это маленькая деревня, тут все друг друга знают.

Соседи начали подходить и перешептываться. Кто-то был с дубинками, словно искали виновного. Некие обрывки Арине услышала:

— Монстр его забрал, точно говорю!

— Месяц тут ходил, сначала железо у кузнеца, теперь человек.

— Доколе нам это терпеть?! Где господин Жэновьер?!

— Он этого монстра наслал! Как только монстр появился, так сразу же пропал. И к себе в особняк не пускает!

— А кто-то видел этого монстра? — через крик обратилась Арине к толпе. Люди перестали шептаться, просто смотрели друг на друга. — Никто? Тогда почему вы решили, что это монстр?

— На улице порой холодно летом!

— Собака моя перестает лаять по ночам!

— У кузнеца уже месяц железо всякое пропадает!

Начались крики, каждый что-то своё пытался продвинуть. Детектив же слушала, но старалась запомнить самое интересное. Но ничего нового не узнала: обо всём этом говорила Маргарита ранее.

— Ладно, зато теперь убедилась, что вся деревня так считает, — детектив обернулась к спутнице своей. — Что в той стороне? — указала Арине туда, где сломан забор, игнорируя толпу.

— Особняк господина Жэновьера. Вы же не хотите сказать, что… — Голос Маргариты звучал звонко, но Арине заметила, как девушка теребит рукав платья — быстро, нервно.

— Совет — не делай поспешные выводы. Но к нему я точно приду в гости.

— Может быть такое, что тот след и тот, кто похитил мистера Брига, — это одно и то же существо?

— Возможно. Это мне ещё предстоит выяснить.

— Вы не боитесь его? Меня дрожь берёт от всего этого, — взялась за плечи девушка.

Арине ответила не сразу, через секунду:

— Привыкла. Уже нет времени бояться.

— Но вы знаете, кто это, да? — с интересом посмотрела на детектива Маргарита. — Вы выглядите так, словно знаете ответ.

— И надеюсь, что ошибаюсь. Иди лучше домой. Я верну мистера Брига.

— А ваш напарник?

— Ему лучше поспать.

Эльдарон продолжал следить за фигурой. Хоть она старалась скрываться в тени, он заметил, что фигура довольно массивная, но ловкая. Также постоянно слышал звуки холодного металла, исходящие от неё.

Она остановилась у небольшого дома, начала в окно смотреть, аккуратно коснулась его. Эльф старался не двигаться и наблюдать. Фигура ничего не делала, просто стояла около минуты и продолжила путь.

Маг аккуратно подошёл к окну и посмотрел внутрь. Там на кровати спала маленькая девочка.

«Зачем ему понадобилось за ней смотреть?» — задал сам себе вопрос эльф.

Но размышлять времени не было, он продолжил преследование. Фигура начала покидать деревню; она обошла последний дом. И снова Эльдарону не удалось разглядеть свою цель: она быстро спряталась за деревьями. Интерес брал верх, и маг продолжил путь.

Эльф наступил на ветку, и она хрустнула. Неестественно громко для этой ночи. Фигура остановилась и резко развернулась. Маг пригнулся, опустил шляпу и затаил дыхание. Существо немного наклонило голову, словно прислушиваясь вокруг. А затем развернулось и пошло дальше. Эльдарон выдохнул, не заметив, как его пальцы дрожали.

Он сам думал использовать иллюзии, чтобы лучше понять существо, но не рискнул. Если его цель опасна и он ошибется, то все преследование провалится. И это в лучшем случае. В худшем — смерть.

К тому же одна мысль испугала эльфа:

«Я не чувствую в нём магии. Оно явно не совсем живое, но не сделано с помощью магии, как големы».

А неизвестный враг — худший для мага иллюзии: не знаешь, что сработает, а что нет. Ему оставалось надеяться, что тот не заметит преследование.

Арине продвигалась через лес к поместью Жэновьер. Больше никаких следов не обнаружила, кроме парочки сломанных веток. Сам лес казался спокойным, но холодным. Благо для детектива он оказался небольшим, так что добралась до места назначения быстро. Её путь перегородили большая кирпичная стена и стальные врата. Поняв, что действовать скрытно не получится, она постучалась и начала ждать.

Ей показалось, что рядом кто-то есть, неживой, не дышит. Но здесь. Осмотрелась вокруг, никого не обнаружила. Внутренняя тревога не проходила. Детектив про себя надеялась, что Маргарита и вправду пошла домой.

Никто не открыл врата несколько минут, и Арине повторила действия.

Она не подозревала, что за ней наблюдает из окна барон Рамон Жэновьер. Он смотрел, как женщина вновь постучалась, а затем услышал слова. Словно приказ.

— Хотите, чтобы я её впустил? — спросил Рамон, не двигая головой. Ответ ему поступил тихим шёпотом. — Хорошо, я понял.

Через минуту пришёл лысый слуга и открыл стальную дверь, сказав следующее:

— Проходите, господин Рамон ожидает вас, — поклонился слуга.

— Мило, — улыбнулась одним уголком рта Арине.

Они проходили мимо небольшого сада; он был украшен розами и ландышами. По их виду заметно, что за ними хорошо ухаживают.

Сам дом был трёхэтажным, из тёмного кирпича, с окнами в готическом стиле. Статуи гаргулий на окраинах крыши только придавали мистику этому месту.

— Только дождя с грозой не хватает, — тихо проговорила Арине.

Внутри сохранялся тот же стиль. Чёрные стены и золотые канделябры, которые сильно выделялись на общем фоне. По центру в коридоре стоял высокий мужчина в богатой одежде и с бакенбардами.

— Приветствую, меня зовут Рамон Жэновьер, владелец этого поместья, — гордо представился он.

— Арине, детектив. Хороший дом, со вкусом.

— Благодарю, под себя делал. Полагаю, вы из деревни. Месяц там не был — интересно узнать, как там живётся.

— Неплохо, но очень вредный сосед попался им.

— С чем пожаловали, детектив? — игнорировал иронию в голосе женщины владелец дома.

— Я остановилась в деревне Свободное Яблоко и услышала странный шум. Когда пришла на него, то обнаружила похищение со взломом. Некоего мистера Брига похитили.

— Фермера, что разводит морковку? — холодным тоном переспросил Рамон. — Но почему? Он же обычный фермер, ничего примечательного.

— Вот и я удивилась. И прихожу пока к выводу, что он просто попал «случайно». Не было никакой конкретной цели, просто нужно забрать одного человека и всё. И если он живёт один, то вообще идеально.

— Да, у Брига жена умерла три года назад от болезни. Печальное совпадение, — поправил свой пиджак владелец дома.

— Смотрю, вы многое знаете о жителях деревни.

— Это нетрудно, когда их немного, — слабо рассмеялся Рамон. — К тому же нас многое связывает. Хотите послушать?

— Прошу прощения, но мне надо найти мистера Брига, — поклонилась Арине, словно собираясь уходить.

— История, которую я вам расскажу, может навести на некоторые мысли. Я серьёзно, — посмотрел прямо в глаза женщины владелец дома.

— Это связано с неким существом из металла? — ответила таким же взглядом женщина, словно идя ва-банк.

— Вполне возможно, — безразлично ответил Рамон.

— Хорошо, только быстро.

Существо подбиралось к большому чёрному зданию. Эльдарон нервно сглотнул. Ведь именно тут находился разлом. Картина в его голове начала складываться, и от этого эльфу стало не по себе.

И тут он услышал скрип. Существо приложило руку к стене, и она начала открываться.

«Потайной проход!» — ахнул про себя маг.

Как только кусок забора пропал, существо медленно вошло туда, и через несколько секунд забор сам начал восстанавливаться.

«Автоматический, что ли?» — решил про себя эльф.

Как только забор закрылся и жуткая фигура скрылась, маг начал медленно подходить к забору. Он ждал несколько минут, надеясь, что никого тут не останется. А затем начал щупать стену, ища скрытую кнопку. И пальцы нашли углубление.

Забор заскрипел, и проход начал открываться. Эльф сразу проверил, что никого нет. Так и оказалось. Подойдя к замку поближе, он обнаружил странные следы. Наклонившись, проговорил:

— Железный сапог? Что ты за существо такое?

Тени от гаргулий словно стали подтверждением тревожных мыслей. Но таким опытного эльфа не испугаешь. Он поднялся, думая, что делать.

«Следы ведут направо, судя по всему в подземелье. Но я чую разлом на втором этаже. Интерес или работа? Интерес или работа?»

Размышление длилось недолго. Эльф подошёл ближе к стенам поместья и тихо пробубнил:

— Работа есть работа. Надеюсь, Арине не скучно, где бы она ни была.

Рамон отвёл Арине в обширную комнату с кучей картин, столиком и выходом на второй этаж. Структура этой комнаты являлась для детектива загадкой; она оставила всё на «личные вкусы хозяина».

— Скажите, что вы знаете про жителей Ничейных земель? — начал диалог Рамон.

— Что тут живут те, кто ушел от своих правителей? — делала вид Арине, что смотрит на картины. На деле же она осматривалась по сторонам. В коридоре второго этажа заметила металлический блеск.

— Верно. Но тут всё сложнее, — сложил руки Рамон, словно начав лекцию. — Если уходить единицами, то стоит уповать только на удачу. Что вы попадёте в хорошую деревню. Что не наткнётесь на разбойников. Что у вас хотя бы провизия не закончится. Слишком много факторов. И даже если группой уходите, то шансов немного. Моей деревне повезло.

— И откуда вы?

— Из Рафора. Слышали, что сейчас там происходит? Недавно король сменился, прошлый умер, теперь на престоле его сын. И сразу всё стало хуже. Начал поднимать налоги, ужесточились правила, фермерам стало сложнее разводить свой огород. Он словно хотел всё контролировать. Тиран, одним словом. Я не мог его терпеть, собрал жителей деревни и предложил уйти. Все согласились. Не прошло и суток, как мы отправились сюда.

— Вы жили на улице, пока не построили всё это?

— Нет, уже всё было готово, осталось обустроиться и по мелочи доделать.

— Как вы смогли? Заранее подготовили? — с подозрением спросила женщина.

— Скажем так, отец был не сахар, но сынок ещё хуже, — пожал плечами Рамон. — Просто подготовка к худшему. И оно произошло. Я забочусь о своих людях, знаю их нужды, помогаю им, и они меня поддерживают. Не мог позволить, чтобы они остались под гнетом тирана.

— Вы знаете, кто такой тиран? — спросила Арине. Рамон несколько раз моргнул. — Я вам расскажу одну историю. В одном королевстве умер король. На его место должен был сесть сын. Но он очень мал для такого, поэтому королевский наместник правил от его имени. И в один из первых дней правления наместник отправил своих солдат на задание. Они шли убивать детей женщин, с которыми бывший король проводил ночь. В тот день много молодых людей погибло. Долгое время наместник правил страной, менял её правила под себя. И только тогда часть знати осознала — мальчика-короля давно не видели. Его нашли через время — когда один скелет остался. Он умер в тот день, когда наместник занял престол.

Ледяная тишина в коридоре усилила эффект рассказа. Рамон почувствовал мурашки, он сжал рукав, словно ища там оружие, а изо рта женщины выходил морозный пар.

— То, что вы описали, больше похоже на дурака у трона. Это не тиран или узурпатор, нет, — медленно покачала головой Арине. — Есть те, кто намного страшнее глупцов на троне, — закончила она ледяным шёпотом.

Жэновьер ёрзал руками и смотрел по сторонам, словно ища подсказки. Он будто поддержку искал.

— Мистер Рамон, — прервала тишину детектив. — Вы не глупый человек, сами всё знаете и понимаете. Вы в ловушке, я могу вам помочь. Только помогите найти мистера Брига.

— К-как вы… — начал заикаться Рамон, но договорить не успел.

— Вы сами себя выдали, — покачала головой женщина, шагая по коридору. — Когда сказали, что мистер Бриг морковку разводит. Это произошло пару недель назад, а вы месяц не выходили в деревню, сами говорили. Откуда это можно знать, если вы не общались с ним совсем недавно? Скажем, сегодня.

— Это мог рассказать любой житель деревни, придя сюда, — нервно улыбнулся мужчина.

— Только вы никого не пускаете целый месяц и не выходите. Так мне рассказали жители деревни.

— Это… могла быть клевета, — прикусил губу Рамон.

— Почему? Вы же сказали, что заботитесь о народе, и он вас поддерживает. Звучит как противоречие.

Мужчина нервно поправил рукава; он снова смотрел в темноту коридора, потом на второй этаж. Арине это заметила и повела туда взглядом. Ничего не видно, но веет металлическим холодом. Рамон быстро перевёл взгляд на Арине, словно боясь, что она тоже увидит. Детектив словно этой реакции и ждала. Она подошла к владельцу дома и заговорила почти шёпотом:

— Я вижу, что вы в отчаянии. Вам нужна помощь, вы почти её просите, но не можете сказать. Я помогу вам. Только скажите и помогите найти мистера Брига. Прошу.

— Я просто… — подбирал аккуратно слова Жэновьер. — Просто хотел помочь своим людям.

— Верю. — Затем женщина наклонилась ближе и совсем тихо прошептала: — Они тоже так думают.

Рамону только оставалось смотреть на неё широко раскрытыми глазами.

Эльдарон тихо пробирался по поместью. Он не знал, чей это дом, но, подумав логически, пришёл к выводу, что здесь живёт семья Жэновьер.

Эльф перебирался по тёмным и мрачным коридорам, только свет луны хоть немного освещал путь. Он уже давно перестал думать о том существе. Кроме тех случаев, когда ему казалось, что за ним следят.

Разлом совсем рядом, чувствовал его. Как раз в последней комнате коридора. Соблюдая осторожность, маг вошёл внутрь.

Это оказалась обычная комната отдыха. Тут была полка с книгами, столик, несколько стульев, свечи и окно. Самое то, чтобы сесть и почитать после тяжёлого дня. Эльдарон собрал волю в кулак, чтобы самому не соблазниться таким предложением.

В этой комнате холод особо усилился; эльф понимал: это эффект от разлома. Начал осматривать комнату в поисках нужного предмета.

Это не заняло больше минуты. Это оказались разбитые часы. Маг взял их в руку и обернулся. Никого сзади нет.

«Хорошо, значит, продолжу».

Эльф начал читать заклинание шёпотом. Особое, которому его научил тот, кто дал это задание. Ничего сложного, но очень важное. Оно убирает все эффекты разлома с предмета, вернув ему прежние свойства. А может, и вид. Голос эльфа звучал тихо, как успокаивающая мелодия, словно очищая предмет.

Часы слабо засияли, а затем из них начала выходить золотая пыльца. Маг выдохнул: это эффект разлома выходит из предмета, задание выполнено. Только успокаиваться он не намерен:

— Какой же был у них эффект? Способности разлома связаны с самим предметом или его владельцем. — На этих словах эльф сел на свободный стул, перекинув ногу на ногу. — Что же ты такое?

Он начал анализировать всё, закрыв глаза. Вспомнил это место, существо, сам предмет — всё, с чем столкнулся. Перебирал все варианты, пока не нашёл тот, который звучит логичнее всего.

Да, этот вариант подходит. Но он его по-настоящему пугал.

Эльдарон быстро встал со стула и побежал из комнаты. Прочь от этого здания. Он был не один. Кто-то ещё был рядом и наблюдал всё время.

И он пошел за добычей.

Рамон сглотнул и собрался с мыслями. Он хотел заговорить, пока мог.

Но его прервал шум сверху. Внезапно по лестнице бежал лесной эльф в фиолетовой мантии и большой шляпе. Он будто их игнорировал, пока Арине не произнесла его имя:

— Эльдарон?! — шокировалась женщина.

— Арине!? — резко остановился маг, остановившись на одной ноге. В этой же позе и развернулся, направившись к ней. — Ты не представляешь, что я нашёл!

— Что ты тут делаешь? — возмутилась его напарница.

— Исследовал. — Эльф заметил Рамона и протянул руку. — Эльдарон, я маг, очень приятно.

— Я… — Глава дома пожал в ответ , но его прервали.

— Жэновьер, я догадался, — улыбнулся маг и повернулся к женщине. — Арине, я далеко продвинулся! У меня две новости: хорошая и плохая. Начну с хорошей. Я нашёл разлом и закрыл. — Он продемонстрировал часы. — Плохая новость: беду он навлёк, и закрытие нам не поможет.

Эльф начал быстро шагать по коридору, словно от этого зависела его жизнь, а также часто жестикулировать руками. Он полностью игнорировал всех:

— Я шёл сюда за неким существом, природу которого не понимал. Давно такого не было, даже мурашки пробежали, видите? Не видите, ладно! Это была не магия, но и не человек. Это нечто иное, чужое, несвойственное этому миру. И вот тут разлом в виде часов — тогда я понял! Они призвали сюда что-то из иного времени! То, чего быть не должно здесь! Это потрясающе! И жутко. Потому что часы потеряли силу, а значит, проход назад не откроют для этого существа. Но придумаем что-то!

— Эльдарон, — тихо произнесла его имя Арине.

— Что? — улыбнулся эльф.

— Осмотрись.

Маг сделал, что она сказала. И увидел их.

Трое окружили их со всех сторон. Тусклый свет свечей едва доставал до их чёрного металла. Они напоминали не воинов и не машины, а ходячие гробницы — саркофаги, облечённые в броню.

Их тела были закованы в тяжёлые пластины, почерневшие от копоти. Поверх металла тянулись кабели, цепи и тонкие трубки, похожие на высохшие жилы. Ни один изгиб в их силуэтах не казался созданным для удобства живого существа: всё было слишком грубым, слишком тесным, слишком окончательным.

Прямо перед ними стоял согнутый, искалеченный, будто его собирали заново после страшной битвы. Его шлем был наклонён, руки висели слишком низко, пальцы походили на металлические когти. В нём чувствовалась не слабость, а сломанная воля: он выглядел как человек, которого заставили продолжать идти после смерти.

У лестницы, возвышаясь над ними, находился неподвижный и мрачный, словно жрец забытой катастрофы. Его шлем был лишён лица: только узкая тёмная щель, за которой могло скрываться всё что угодно — пустота, мёртвый взгляд или ничего. На груди у него виднелось круглое застеклённое отверстие, за которым что-то тускло мерцало, будто сердце, превращённое в механизм.

Со стороны, от которой прибежал эльф, медленно шёл самый жуткий. Его корпус напоминал вытянутый железный гроб — узкий, высокий, с тяжёлой дверцей и мутным стеклом посередине. За этим стеклом что-то просматривалось, но не разобрать, что именно. И никто из присутствующих не хотел.

Тот, что был у лестницы, заговорил ржавым и скрипучим голосом:

— Райген! Главный враг Кочевников!

— Это он кому? — прошептал Эльдарон.

— Ко мне, — выдохнула женщина, игнорируя шокированный взгляд напарника. Она была спокойна, словно знала конец всего. — Я главный враг Кочевников. Но есть и другое имя. Более подходящее для них. Так же, как зовётся их броня. Саркофаги.

Глава 5. Стальная душа

Кочевники не двигались. Они окружили Арине, Эльдарона и Рамона, но больше ничего не делали, словно ждали чего-то. Нервы у владельца дома начали сдавать: он открыл рот, но его прервал эльф:

— Слушай, Арине, почему ты назвала их Саркофагами?

— Арине? — отреагировал сгорбленный механизм. Его голос казался тягучим и тяжёлым. — Так ты себя решила тут назвать, Райген.

— И снова они назвали тебя Райген, — вздохнул маг. — Это имя такое?

— Фамилия, — спокойно пояснила женщина, сохраняя строгую, почти военную осанку. — Так я им представилась, когда встретила. Своё настоящее имя я им никогда не скажу.

— Нас не так интересуют имена, — издал голос с застеклённым отверстием. — Нас больше интересует, почему ты выбрала ЭТО имя?

— Захотелось, — пожала плечами Арине. — Просто оно мне нравится.

— У тебя ничего не бывает просто, — насколько мог, качнул головой тот, что на лестнице.

— Где мистер Бриг? — перехватила инициативу детектив. — Куда вы его дели?

— Он стал частью эксперимента, — отозвался сгорбленный. — К сожалению, его мозг оказался непригоден. Его мозг не выдержал нагрузки. Слишком слабая структура памяти. Слишком мало устойчивости. Люди этой эпохи деградировали сильнее, чем мы ожидали.

— Что за эксперимент? — ужаснулась Арине.

— Мы так не договаривались! — не удержался Рамон, крича что есть силы. — Вы сказали, что экспериментировать будете, когда мы окажемся готовы!

— Мы уже готовы, Рамон, — отрезал тот, что на лестнице. — Мы за себя говорили, не за тебя. Мы получили все необходимое от тебя и деревни и начали эксперимент. Как и планировали.

— Какой эксперимент? — Арине смотрела прямо на Кочевника.

— По воссозданию эксперимента профессора Брока.

— Что? — ужаснулась женщина. Она нервно начала крутить головой. — Вы знаете, что значит провал вашего эксперимента?

— Да. Смерть человека.

Он сказал это ровно, словно обыденность. Женщина прикусила губу. Она сказала, что вернет фермера домой. А теперь его нет. Детектив сдерживала себя, чтобы не впасть в ярость, но эмоции сдерживать ей тяжело:

— Вы безумцы! Профессор Брок сошел с ума!

— Профессор Брок был прав, — гордо произнес механизм. — Мы — прямое доказательство его правоты!

— Я ничего не понимаю уже, — приложил руку к голове Эльдарон. — Какой ещё эксперимент?

— Сделать из человека носителя для такой брони, — тихо, но четко произнесла Арине.

— А?! — раскрыл рот эльф.

— Верно, — едва заметно кивнул сгорбленный. — Мы уже попробовали на испытуемом, которого вы зовёте Бригом. Он провалился. Нужен кто-то другой. Умнее.

— Есть такая, — немедленно отозвался с застеклённым отверстием. — Девушка Маргарита, что в таверне работает. Я видел твоё общение с ней, Райген. Она умна. Её мозг может выдержать нагрузку и стать одной из нас. Исполнитель, — обратился он к тому, кто на гроб похож, — иди за ней и приведи сюда. Чем быстрее мы начнём эксперимент, тем лучше.

— Нет, нет, нет, нет, нет! Я не позволю вам это сделать!

— И что ты сделаешь, чтобы остановить нас?

Девушка не спеша начала подводить руку к своему камзолу, словно собираясь из него что-то достать. Остальные Кочевники напряглись, они ждали её действия первыми. А девушка тихо прошептала:

— Эльдарон, когда я подниму руку, ты беги со всех ног к деревне. Их всего трое, позади нас коридор, что ведет к выходу. Защити Маргариту и деревню.

— Но как же ты? — так же тихо прошептал он.

Ответа не последовало, только действие. Женщина подняла руку, что была под камзолом. Механизмы напряглись, готовясь прятаться, и… озадаченно смотрели на руку женщины. Она держала в руках стеклянный шарик.

— Что это? — спросил тот, что на лестнице.

— А, это? — опустила она руку и посмотрела на шарик. — Сувенир от первого дела на этом месте. Мне он понравился, поэтому оставила себе.

— Что за глупость? — раздражённо бросил сгорбленный.

— Между прочим, он был дорог своему бывшему владельцу, — с грустной улыбкой качнула головой детектив.

— Минутку… Где эльф?

Словно только сейчас все заметили пропажу мага, посмотрели на то место, где он стоял. Он испарился, только Арине тихо засмеялась.

— А бегает он довольно быстро для того, кто носит мантию.

— Исполнитель! Схвати его! Используй короткий путь, что есть на втором этаже!

Гроб неторопливо поклонился и направился в сторону, скрывшись в темноте. Его холодные шаги эхом раздались по коридору.

— А теперь я, да? — кивнула головой Арине.

Эльдарон бежал что есть силы, придерживая шляпу. Он использовал старый трюк с иллюзорной тенью. Не знал, как она сработает против такого врага, но решил что-то предпринять. Выиграл секунды, но зато это шанс убежать.

Коридор и вправду вёл к выходу. Он подбежал к двери и распахнул её. Продолжал дальше бежать к стальным воротам.

И тут ему путь перекрыл один из Кочевников. Тот, что похож на гроб. Он явился из темноты и встал на дороге. А затем неспешно развернулся и направился к эльфу. Маг успел затормозить и начал отходить назад. Чтобы успокоиться, начал вести беседу вслух:

— Так, думай, Эльдарон, думай! Ты лучший маг иллюзий, что ты можешь сделать в этой ситуации? Они механизмы, но там есть люди! На что сработает иллюзия? — Гроб не спеша шагал к нему под светом луны. — Мозг? Нет, вы с ним что-то сделали. Глаза? Нет, у вас точно не обычное зрение. — На этих словах эльф чуть не споткнулся, но удержал равновесие. — Уши? Тоже не факт, что поможет. Нужна гарантия, что на вас точно сработает! Точно, придумал, — хлопнул маг в ладоши.

В этот момент Кочевник остановился и встал на колени, словно земля из-под ног уходила. Он будто руками пытался ухватиться за что-то. Эльдарон не медлил и ещё быстрее побежал прочь. Механизм махнул левой рукой, попытавшись схватить цель, но тот перекатился. Ощущение от холодного металла осталось витать в воздухе. Всё ещё удерживая шляпу, дальше он продолжил бег, перепрыгивая через кусты. Он добрался до стальных ворот и открыл их. Несмотря на то, что происходило позади, эльф продолжил бежать.

— Осязание. Всегда срабатывает, — почти смеялся маг.

Кочевник начал вставать, не понимая, что происходит. Он осознал главное — его цель скрылась. Механизм направился обратно в поместье к остальным.

А маг продолжал бежать дальше, все время думая по дороге. О многом. Об Арине, об их враге, о том, как сражаться с ними.

— Это слишком жестоко. Ты меня просишь невозможное. Как магу иллюзии и маленькой деревне победить хотя бы одного такого? — горько улыбнулся маг, стараясь придумать план.

Двое Кочевников подошли к Арине ближе. Они окружили её, но не приближались больше. Рамон отошел от всех, встал поближе к стене.

— И? — прервала тишину женщина. — Что теперь будете делать? Убьете меня?

— В этом мало смысла. Ваша смерть ничего нам не принесет, — отозвался сгорбленный.

— Нам нужно ваше унижение, — перехватил инициативу второй. — Чтобы вы признали свои ошибки. Чтобы вы признали, что профессор Брок был прав.

— Серьезно? — поразилась детектив. — С чего бы это я соглашусь с этим хоть когда-либо?

— Потому что мы здесь.

— Вы здесь из-за ошибки. Вас перенёс сюда разлом, то, чего не должно быть здесь.

— И мы здесь. Мы пережили конец света.

— Конец с-света? — расширились глаза Рамона.

— Но вы тут оказались не из-за профессора и его глупых идей! — почти гневалась женщина.

— А почему ты решила, что мы здесь оказались не потому что стали такими? Что, если сама судьба нас выбрала, потому что мы стали Кочевниками? — холодно спросил сгорбленный.

— …

Арине скрипела зубами. Она знает, что такое судьба, знает, что она не случайна. Иначе её тут не было. Эту слабину почувствовали механизмы. Они переглянулись друг на друга и едва заметно кивнули.

— Вот вам и ответ. — Сгорбленный направился к выходу слева. — Идемте, покажем вам кое-что. Мистер Жэновьер, вы тоже можете пойти.

Он даже спорить не хотел, уже понимал, что не контролирует ситуацию. Эти механизмы теперь сами по себе.

Они шагали по темному коридору, что вёл в подвал. Сгорбленный шел впереди, а с застеклённым отверстием замыкал строй. Они двигались неспешно, воздух становился все холоднее и холоднее.

— Детектив, — обратился Рамон к женщине, — вы знаете, кто это?

— Да, и довольно хорошо, — спокойно отозвалась она.

— Можете рассказать?

— Только сначала вы ответьте. Как вы ввязались во всю эту историю?

— Я просто жил тут со своими слугами, — начал рассказывать тот, смотря в пол. — И вдруг появились они на втором этаже. Сначала мы перепугались, хотели сбежать, но по итогу как-то смогли поговорить. Они сказали, что пришли из иной эпохи, а их костюмы — будущее человечества.

— И вы им поверили, — раздражённо качнула головой женщина.

— Я был слишком наивен. — Чуть ли не прослезился мужчина. — Я правда верил, что они помогут людям.

— Что они вам наговорили?

— О будущем. Что человечество ждет испытание, к которому нужно подготовиться, и они помогут. Как не верить им, когда они перед тобой? Кочевники не отсюда. Они словно… из Древних Технологий.

— Иными словами, из прошлого, — закончил фразу по-своему механизм позади.

— И вы просто воспользовались этой возможностью, чтобы подогнать легенду под себя, — осуждающе бросила Арине, не поворачивая голову. — Очень удобно и подло, под стать вашему создателю.

— Мы пришли, — закончил их разговор сгорбленный.

Они оказались в хорошо освещенном подвале, наполненном железными инструментами, деревянными гробами, цепями и медицинскими инструментами. В дальнем шкафу лежало что-то тёмное и узкое. Не инструмент. Слишком аккуратное, слишком знакомое. Арине задержала взгляд на секунду, но Учёный сразу заслонил шкаф корпусом.

В одном из гробов детектив увидела, как из него течёт кровь, а рядом лежит порванная ткань.

— Сволочи, — выругалась она.

— Вы не говорили, что будете проводить свои… эксперименты таким образом, — недовольно сказал Рамон. — Вы сказали, что будете делать защиту для людей.

— Так и есть. — Кочевник с застеклённым отверстием развернулся к ним. — Мы готовим стальные доспехи, которые станут им новым домом. Только они будут такими же, как и мы.

— Вы умолчали об этом!

— Потому что иначе ты был против, мистер Жэновьер. Мы знаем, каково это — быть неосведомлённым. Неподготовленным. Мы проходили через это сами. Но есть сложность в воссоздании технологии: тут очень мало нужных материалов — приходится экспериментировать. Первый оказался провальным. Мы пришли к выводу, что дело в мозге. Нужно продолжить работу на ком-то умнее.

— То есть вы даже не знаете, сработает ли! — горько рассмеялась Арине. — Вы безнадёжны!

Позади них раздались новые шаги. Это был третий Кочевник, похожий на гроб, которого назвали Исполнителем. Он был один и с чистыми руками. Для остальных понятно стало, что он провалился.

— Медлить нельзя. Идём в деревню, пока эльф не придумал какой-то трюк, — указательным тоном произнес с застеклённым отверстием.

— А зачем вам я нужна? — прервала его Арине. — Вы могли меня убить давно, но не сделали этого, так ещё сюда привели. Почему?

— Чтобы ты нам помогла воссоздать технологию профессора. Иначе умрёшь.

— Выбор без выбора. Обожаю, — махнула рукой женщина и села на свободный стул. — Я сделаю это, но только при одном условии. Пойдёт в деревню кто-то один из вас, а остальные сыграют со мной. Выиграете — помогу вам. Проиграете — отпустите.

— Что за глупости! — возмутился с застекленным отверстием.

— Не глупости, а интерес. Вы сами понимаете, я никогда вам не помогу. И тут предлагаю условия, где вы можете получить от меня помощь. Поверьте, такого предложения вы больше никогда не получите.

Механизмы посмотрели друг на друга, анализировали сложившуюся ситуацию. Это заняло у них несколько минут, пока Арине спокойно продолжала сидеть на стуле. Рамон же просто стоял в стороне и сжал кулаки к груди, словно молясь богам. На деле он же молился за эту женщину.

— Исполнитель. Иди в деревню и приведи девушку Маргариту, начни с таверны. От тебя сбежал эльф, но больше на его трюки не попадись, — приказал Кочевник с застеклённым отверстием.

Гроб коротко поклонился и направился к выходу. Его тяжёлые шаги постепенно затихали в темноте.

— Что за игра, Райген? — обратился тот же Кочевник к женщине.

— Все просто. Каждая сторона задаёт ровно три вопроса в первом круге. Каждая сторона обязана один раз соврать. После шести ответов обе стороны называют, где была ложь противника. Если обе стороны ещё не солгали — игра продолжается вторым кругом. Угадал — победил. Не угадал — проиграл. Сначала вы, потом я. Но только вы вдвоём считаетесь за одного!

— Никакого затягивания времени, — процедил с застекленным отверстием. — Будешь тянуть время — игре конец.

— Согласна, — кивнула женщина и подвинула стул поближе. — Вы начинаете первыми.

Эльдарон успел прибежать в Свободное Яблоко вовремя. Ещё не все жители успели лечь спать после пропажи одного из них. Эльф начал кричать что есть силы:

— Жители Свободного Яблока, вы в опасности! На деревню надвигается угроза!

Все обратили на него внимание. Началось перешептывание, люди недовольно смотрели на незнакомца. А тот продолжал говорить:

— Сюда идёт металлическое чудище, ему нужны вы. И ничего хорошего вам это не сулит. Один из ваших, которого похитили, теперь мёртв. Они убили его. И сейчас они направляются сюда, за новыми жертвами!

На его слова толпа начала реагировать по-разному. Одна женщина ахнула, вторая схватилась за сердце, один старый человек присел на землю. И все комментировали:

— М-мертв? О чем он говорит?

— Неужели про Брига?

— Я знал, что здесь что-то есть!

— Чушь! Это не может быть правдой!

— Этот эльф, может, сошёл с ума? Какие-то металлические чудища ему мерещатся.

— Увы, но нет, — возразил маг. — У нас мало времени, нужно подготовиться к встрече с ними.

— Что за бред? Он пьян небось!

— Неужели кто-то способен на убийство?

— Что, если он прав? Много странностей тут творится. Все и так знают, что у меня много материала пропадает, — сказал кузнец в ночной рубахе.

— А как же господин Жэновьер? Что с ним?

— Как по мне, нужно запереть этого эльфа, чтобы оклемался.

Эльдарон тяжко выдохнул. Не было времени спорить и искать доказательства. Он использовал доступный только ему способ — магию.

Раздался громкий металлический звук. Словно крик из ржавой стали. Жители перепугались, кто-то прогнулся, кто-то спрятался. А эльф продолжил свою речь:

— Он идет сюда. У нас совсем мало времени, чтобы к нему подготовиться. Прошу, поверьте мне!

— Н-но… — Заикаясь, подошёл лысый мужчина. — Что мы можем сделать? Мы обычные жители, не воины.

— Выиграть такого у нас нет ни шанса — это правда, — подтвердил маг, но в его глазах горело желание бороться. — Но что-то мы можем сделать. Мне нужны лопаты, побольше досок и несколько ведер с землей. Нужен каждый житель деревни, если хотим выжить. И где живёт молодая девушка по имени Маргарита? У неё особая роль в моем плане.

— Что ты чувствовала, когда убивала профессора Брока? — первым задал вопрос сгорбленный.

— Ого, — почти просвистела Арине. — Не ожидала такого почти философского вопроса.

— Вот именно, — недовольно согласился второй механизм. — Ты только зря потратил вопрос.

— Но он уже задан. Значит, мне отвечать, — улыбнулась женщина. — Удовлетворение. Я всегда довольна, когда мерзавец получает по заслугам. Брок был ужасным человеком, слишком испорченным, чтобы оставлять в живых. Так что я ни о чем не жалею.

— Вот только профессор был прав! — начал пререкаться с застеклённым отверстием. — Мы тут, во времени после конца света, что доказывает его правоту.

— Вас тут быть не должно! Но не осуждаю вас, что вы ничего не почувствовали. Вас сюда привёл разлом через время и пространство, вы даже не можете знать, в будущем вы или в прошлом.

— Следуя логике, мы в будущем. Здесь происходят события, которые невозможны в прошлом.

— О, да неужели, — язвительно протянула женщина. — Мы знаем историю по учебникам и тому, что находили в раскопках. Все это можно исправить и переписать. Оттого не можем сказать, что было правдой в прошлом.

— Райген, это слишком натянуто для тебя, — качнул головой Кочевник с застеклённым отверстием. — Теперь твоя очередь задавать вопросы.

— Вы назвали третьего Исполнителем. У вас появились имена? Мне правда интересно.

— Да, — подтвердил сгорбленный. — Мы дали себе прозвища, когда явились сюда. Так мистер Жэновьер захотел: ему проще общаться с нами. Меня зовут Учёный.

— А я — Воин, — прервал второй. — Запомни это, Райген.

— Как мило и просто, — улыбнулась женщина.

— Что ты здесь делаешь, Райген? Какова твоя цель? — резко спросил Воин.

— Эй, аккуратнее, а то учту это за два вопроса. Но так и быть, на первый раз прощаю. Я со своим напарником здесь, чтобы найти и закрыть разломы. Из-за них происходят странные и непонятные вещи. Как вы, например.

— Какова природа разломов? — спросил сгорбленный.

— Учёный! — рявкнул громким голосом Воин.

— Подумай хорошо над следующим вопросом, моя очередь, — подмигнула Арине. — Зачем вы пытаетесь воссоздать эксперименты Брока? Если взять вашу логику, вы и так тут — задача выполнена. Смысла в Саркофагах нет, тем более не все подходят.

— Угроз бывает несколько. Конец света — всего один из возможных. Людям нужно подготовиться, защитить себя. Эта броня, — хлопнул Воин по груди, — главный способ сохранить человека.

— И цена за это — вечная ноша этой тяжести, — цокнула Арине.

— П-простите, — заикнулся Рамон, смотря на них всех с шоком. — Что значит эта фраза?

— Ты решил участвовать в этой игре, — отрезал Воин.

— Да ладно вам, — возмутилась женщина. — Он первый, кого вы здесь встретили, помогал вам. Имеет право хотя бы это знать.

Механизм издал недовольный звук, Учёный же просто кивнул. Детектив посмотрела прямо на Рамона:

— Кочевники — это не просто механизмы. Это броня, в которой находятся живые люди.

— Броня? Но я не видел, чтобы они её снимали!

— Её невозможно снять, — мрачно пояснила Арине. — Она вживлена в людей, становится частью человека. Ты больше ни в чем не нуждаешься — это, считай, новое тело. Ни стареющее, ни желающее отдыха — ничего. Просто живой механизм.

— Это кошмар! — схватился за голову Рамон. — Я помогал вам в… этом?!

— Детали были не важны, — резко бросил Воин и тут же обернулся на детектива. — Продолжаем. Как ты сюда попала?

— Благодаря тому, на кого я работаю. И больше ничего не могу вам сказать. Не потому что не хочу, а потому что не могу. Я просто не могу даже подумать над ответом. — Смотрела прямо на Кочевников женщина. В её глазах была мольба.

— Почему-то я верю ей, — тихо произнес Учёный.

— Возможно. Но теперь можно предположить, что она на кого-то работает, — удовлетворённо кивнул Воин. — Теперь ты.

— Что произошло с вашим третьим, которого зовете Исполнителем? — спокойно продолжала она. — Он не сказал ни слова, не принимает решений, слушается вас. Словно с ним произошла какая-то неполадка.

— Так и есть, — подтвердил Учёный. — Стоило нам сюда попасть, как он потерял речь. Проанализировав его тело, мы пришли к выводу, что внутри организма что-то сломалось. Его не починить никак, увы.

— Но подчиняется беспрекословно, большего нам и не надо, — сразу вставил слово Воин. — Он поможет осуществить мечту профессора. И нашу тоже.

— Если он сам этого хочет, — съязвила женщина.

— Что?

— Вы с ним не считаетесь. Отдаете приказы, и он их исполняет. Не можете узнать, чего он хочет, и просто используете случай. Это мерзко по отношению к одному из вас!

— Следи за своей речью! — стукнул ногой Воин. — Мы, Кочевники, едины в своём мнении!

— Не заметила, чтобы Исполнитель хотя бы кивал. Интересно, почему? Это был риторический вопрос, не отвечайте!

— И не собирался, — гордо заявил Воин, ударив себя по груди. — Кочевники верны своему пути!

Учёный только едва заметно наклонил голову. Он словно выдал тяжёлый вздох, но вместо этого послышался скрип.

— Итак, — хлопнула в ладоши Арине, — вопросы заданы, ответы получены.

— Да, — выдохнул Воин. — У нас нет лжи. А у тебя?

— Нет, я ещё не солгала. Продолжим.

Эльдарон изначально хотел выкопать яму как можно быстрее, но кузнец предложил иной вариант. Возле его кузницы есть яма, куда он скидывал отходы; нужно только их достать и углубить её. Собрав всех мужей, способных на физические работы, селяне начали подготовку: им нужно выкопать яму хотя бы больше одного метра. К этому моменту подбежала Маргарита, она узнала о плане и сразу же сказала:

— Не выкидывайте только весь этот уголь, шлак и золу! Нужно засыпать ими землю: по неровной поверхности тяжело выбраться. К тому же они забьют его внутренности — должно помочь с обездвиживанием.

— Откуда ты это знаешь? — поразился кузнец.

— Я же говорила, что хочу научиться инженерному делу. Вычитала в книгах, — подмигнула девушка.

— Как же повезло вашей деревне, что кто-то читает такие книги! — чуть ли не подпрыгнул Эльдарон. — Действуйте!

Яму копали с большой интенсивностью. Когда закончили, тут же засыпали большую часть назад, оставив пару ведер шлака и угля. Яму прикрыли досками, которые не способны выдержать вес стального монстра. Эльдарон возьмет на себя магию, чтобы их враг ничего не почувствовал, когда ступит на доски.

Но это полдела. Самое сложное — подготовить ловушку сверху. Наковальню сняли с колоды, чтобы заменить деревянный чурбак под ней на более свежий и крепкий. Её подняли на цепи и временно закрепили под потолочной балкой прямо над ямой. Кузнец ударит молотом по удерживающему штырю, и наковальня рухнет прямо на врага, когда тот окажется в ловушке.

На большее времени не хватило. Эльф чувствовал — Кочевник уже здесь.

Ледяной воздух почувствовали все жители. Женщины прижали своих детей ещё сильнее. Маг махнул, чтобы все прятались. Остались тут Маргарита, кузнец и ещё несколько мужиков. Они ждали, когда тот попадется в ловушку.

И он явился.

Самый жуткий и тихий из всех. Стальной гроб с мутным стеклом. От его вида у всех дыхание перекрыло.

— Могущественный Паймон, — перекрестился кузнец.

— Боже, какая ирония, — закатил глаза эльф.

— Куда он смотрит? — прошептала Маргарита.

— Не знаю, он словно ищет что-то, — отозвался маг.

Кочевник неторопливо осматривался по сторонам. Он никого не чувствовал, даже животных и птиц. Как и всегда. Только и людей тут не было. Хоть и ничего не мог сказать, но все прекрасно понимал. Однако ему дали четкую задачу.

И он резко повернул налево и пошёл.

— Куда это он? — чуть ли не крикнул кузнец.

— Он пошел… в сторону таверны? — прикрыла рот девушка.

— Плохо дело, у нас только одна яма! — цокнул маг.

Исполнитель начал шагать, словно ничего не замечал. Он уже начал скрываться за домами в деревне, все дальше отдаляясь от назначенной ему ловушки.

— Что будем делать? — спросил кузнец, нервничая.

— У меня есть план, — быстро выдохнула Маргарита и выбежала.

— Ты куда! — попытался ухватить её эльф, но девушка оказалась быстрее.

— Эй, ты! — крикнула Маргарита механизму.

Тот остановился, но через секунду обернулся. Его взор был направлен прямо на девушку. Она стояла столбом несколько секунд, собираясь с мыслями. Ей очень хотелось бежать. Впервые в жизни ей было так страшно: слова из горла не выходили.

Она начала чувствовать смерть.

— Продолжаем игру, — подмигнула Арине. — Ваш вопрос.

— Нет, — Воин чуть качнул головой. — Теперь ты задаёшь вопрос.

Детектив отшатнулась от таких слов, на секунду она потеряла контроль над ситуацией, но быстро пришла в норму, откашливаясь.

— Интересный ход. Не ожидала, что вы дадите мне фору. Если только не думаете, что, задавая вопрос первыми, находитесь в невыгодном положении. Но мне казалось, тут как раз наоборот все.

— Дело не в положении. Дело в исполнении правил. Вопрос прозвучал. Ответ прозвучал. Правила соблюдены.

— Не понимаю тебя, — качнула головой женщина.

— Все ты прекрасно понимаешь, — грозно произнес Воин, наклонив голову поближе к оппоненту. — Иначе не старалась избегать вопросов сейчас. Я задал тебе вопрос о вранье, ты ответила. Если ты рассчитывала, что это мой просчёт, то ты ошибаешься. У тебя теперь на один ответ меньше — нам будет проще понять, где ложь. Ибо на мой вопрос с ложью нельзя соврать.

Арине начала смеяться. Не как сумасшедшая или запаникованная. Скорее как человек, который избавился от вечной скуки.

— Ну надо же! — театрально развела она руками. — Я даже подумать не могла, что вы сделаете такой ход. Признаю, подловили. Думала, что это ваша оплошность, а на деле оказался целый план. Неплохо, мне нравится. Теперь становится интереснее! Ты прав, я не могу солгать на этот вопрос, потому что он загонит меня в ловушку. Если я соврала на прошлые вопросы, то вынуждена была сказать «Да», но тогда это двойной обман. А если все правда, то вынуждена выбрать «Нет». Только это означает, что это ответ — истина. Теперь у меня осталось меньше мест, куда можно спрятать ложь. Или дальше говорить правду. Честно, неожиданно, я прям почувствовала себя живее!

— Как вы можете радоваться, — поразился этой сцене Рамон. — Вас же лишили преимущества.

— Всегда интереснее, когда оппонент не глупый. Но вернемся к моему вопросу. Дайте-ка подумать, — потерла руки Арине от предвкушения. — У вас есть какие-то сожаления от прошлой жизни? Неисполненная мечта, отсутствие семьи или ещё что-то подобное.

Учёный склонил голову, но не ответил. За него шаг вперёд сделал Воин:

— Нет. Мы едины в своих целях и амбициях. Наша прошлая жизнь — ничто в сравнении с этим.

— Понимаю, — задумчиво кивнула Арине, — что-то человеческое в вас все же есть.

— Почему ты выбрала именно это имя, Арине? — быстро спросил Воин, не позволив продолжить эту тему разговора. — Оно не твоё, ты могла взять любое, но остановилась на нем.

— Мне… просто нравится это имя. Всё. Признаю, раньше я взяла его как память, но те времена давно прошли, теперь же просто нравится. Оно необычное, красиво звучит. Больше причин нет.

— Как скажешь, — довольным, но холодным тоном отозвался Воин.

— Что вы будете делать, если у вас все получится? — чутка наклонила голову детектив. — Я имею в виду: вы по технологии превосходите это время, будете мощнее любого «Кочевника», которого создадите. Вы уже не будете равны, и мне интересно, к чему это все приведет.

— Ты права, равенства не будет. Я, Учёный и Исполнитель будем направлять остальных, учить их, искать тех, кто добровольно станет одним из Кочевников.

— Звучит как культ, мило.

— Таков наш путь. Путь спасения человечества.

— Не сомневаюсь. Жалко, что вы продолжаете мировоззрение Брока. Могли сами жить.

— Почему вы так не любите профессора Брока? — задал свой вопрос Учёный. Воин недовольно на него посмотрел, но тот игнорировал. — Несмотря ни на что, он хотел спасти человечество, только своими методами.

— Главная причина моей ненависти к Броку — его методы, — меланхолично начала отвечать женщина. — Если ради выживания нужно терять человечность, перестать быть похожими на людей, то в чем смысл? Это риторический вопрос! Вы теряете очень многое ради этого, все, что у вас остается, — разум. Но пройдет время, а разум все больше и больше перестанет быть похожим на человека. Без этих мелких потребностей мы перестаем быть людьми, хоть не сразу.

— Главное, что вы живы, — начал пререкаться Воин.

— Меня радует ваша вера. Жаль, что она ложная, — с прискорбием заметила Арине. — Ладно, теперь подводим итоги. У меня была ложь. Теперь вы. — Женщина сделала движение, словно передала эстафету.

Воин издал тихую ухмылку. Но ответить не успел, его опередил Учёный.

— Да. У нас есть ложь.

Второй Кочевник недовольно развернулся; воздух сжался вокруг него. А Арине начала улыбаться:

— Чудно. Тогда пора угадывать, где ложь.

Маргарита ещё некоторое время стояла как вкопанная. Она пыталась подобрать слова, но они не выходили. А механизм ждал, не двигаясь. Как послушное животное. Жуткое животное.

— Я… — собиралась с духом девушка. Она сжала свои кулаки со всей силы. — Меня зовут Маргарита. А ты?

Словно по сигналу, Исполнитель направился в её сторону. Прямо напрямик через забор и деревянный дом. Существо шло прямо, не сворачивая, ломая все на своём пути. Деревянные изделия задержали его в лучшем случае на секунду. Он прошёлся как нож по маслу.

Девушка вскрикнула, но не двигалась. Она стояла напротив ловушки, куда шёл Кочевник. Поняв её план, Эльдарон готовился использовать магию, чтобы скрыть ощущение скрытых досок.

Но тут механизм остановился. Всего шаг остался до ловушки, а он встал напротив.

«Заметил он её?» — пробежала страшная мысль у эльфа.

Но Исполнитель просто не двигался. Он словно смотрел на девушку, стараясь увидеть что-то. Она уже меньше стала бояться, но готовилась убегать. Не решалась, словно боясь его обидеть.

— Что она делает? — прошептал кузнец.

Эльдарон от этого вида кое-что вспомнил. Как сегодня один такой монстр стоял под окном и наблюдал за спящим ребёнком.

— Это он… — едва слышно произнес маг и выбрался из своего укрытия.

Кочевник заметил его, но не двигался; поражённая Маргарита только хлопала глазами. Эльф приподнял руки, словно сдаётся.

— Это ты, да? — осторожно заговорил Эльдарон. — Это ты сегодня наблюдал за спящим ребёнком? Почему? Зачем тебе это? И почему ты остановился?

Но тот не отвечал: он постоянно смотрел то на девушку, то на мага. В нём не было агрессии или злобы; казалось, даже холод начал отходить.

— … — издал звук Исполнитель.

— Что? — переспросил эльф.

— Не говорите, Райген. Я сам скажу, где была ложь. — Учёный поднял руку и обратился ко второму Кочевнику. Воздух вокруг него стал тяжелее.

— Но по правилам я… — хотела ответить женщина, но Учёный поднял руку.

— Это я должен сделать. Я должен это сказать.

— Сказать что? — со сдержанной злобой спросил Воин.

— Что ты ошибаешься. — Учёный обратился к напарнику. — Мне есть о чем жалеть. Я всегда хотел создать что-то новое, но Брок забрал это у меня!

— У тебя появилась сила. Ты пережил конец света. О чем ещё можно мечтать? Тем более тебе ничего не мешает развиваться дальше, творить.

— Мешает. Это тело. — Развел руки Учёный. — Как ты можешь закрыть глаза на Исполнителя? Он же тоже раньше разговаривал.

— Это плата за спасение.

— А если нет? Что, если это дефект из-за длительного использования Саркофагов? Он же был первым, кто их стал носить. И против своей воли!

— Откуда ты можешь это знать?

— Потому что я был там. Своими глазами видел, как его насильно надели эти доспехи! Нет, Воин, нужно закончить с этим. И помочь Исполнителю.

— П… п… п…

Кочевник, похожий на гроб, издавал слабые звуки, неразличимые. Но эльф навострил все уши, пытаясь его понять. Даже подошел поближе.

Только ничего не было. Словно он не понимал, как сказать. Жестов не было, и он не понимал, как делать, чтобы его поняли. Только смотрел по сторонам и кряхтел.

— Тебе нужна помощь? — вырвалось у Маргариты.

Механизм резко повернулся, словно подтверждая её мысли. Девушка едва заметно улыбнулась, думая, что стала его понимать. Теперь он не казался ей страшным.

Кочевник сделал шаг в сторону девушки.

— Нет! Стой! — крикнул что есть мочи Эльдарон.

— У вас очень важный разговор, я понимаю, — тихо заговорила Арине, заставив Кочевников посмотреть на неё. — Но игру надо закончить. Вам нужно определить, где я солгала.

— Эта игра уже не имеет смысла, — гневно процедил Воин.

— Ошибаешься. Это самое важное, что сейчас есть. Это то, от чего зависит ваше будущее.

— О чем ты? — почти прошептал Учёный.

Даже Рамон, что все время стоял тихо, приблизился, чтобы послушать её. Арине встала ровно, выпрямив спину. Она старалась придать своему тону серьёзность и сухость, которую только могла позволить:

— О причинах моей ненависти к Броку. Это была ложь. Не главная. Методы были чудовищны, но ненавижу я его за другое: он не создавал спасение. Он создавал мир, в котором ему самому не придётся видеть людей. Профессор с детства видел людей искажёнными. Не метафорически. Для него лица были мерзкими, тела — неправильными, движения — отвратительными. Он не мог смотреть на человека без отвращения. Хоть это и только внешний вид, но он не мог скрыть свою неприязнь. Общение с любым человеком было для него пыткой. Став учёным, профессор мог часто запираться и не заниматься своими экспериментами. И однажды решил: если он не может изменить своё зрение, он изменит людей. Тогда он сможет с ними общаться. Так и пришла ему в голову идея о создании… Кочевников.

Все молчали. Никто не мог произнести ни слова. Будто пытались переосмыслить своё существование. Даже Рамон, которого эта правда касалась меньше всех.

— Если хотите спросить, откуда я это знаю, то скажу: я читала документы профессора. Спасение человечества не было началом его идеи. Сначала был одинокий человек, который хотел общаться с другими, не видя в них чудовищ. Потом появились слова о конце света. Возможно, он даже поверил в них. Но Кочевники появились раньше этой веры. Они родились не из милосердия. Они родились из его отвращения к нам.

— Это… — пытался произнести слова Учёный, но ему словно воздух перекрыли.

— Ложь! — вырвалось у Воина. Его тело начало нервно двигаться. Если его лицо было видно, то можно сказать смело — оно испепеляло взглядом. — Это ложь, чтобы посеять сомнение в нашей решимости!

— Тогда вспомни реакцию профессора. — Подошла прямо к механизму женщина. — Как он на тебя смотрел до того, как надел костюм, и что было потом. Вспоминай и прими реальность.

— Да, — кротко кивнул Учёный. — Я вспомнил. Профессор и вправду избегал встреч с людьми. Только с Кочевниками хорошо общался.

— Именно. Потому что с вами его недуг не работал. С вами он мог нормально общаться. Он просто больной и одинокий человек. Вот и все.

— И даже если так, — шепотом начал отвечать Воин, — то какая разница? Главное, что мы выжили. А значит, что-то для человечества профессор Брок сделал. И я намерен продолжить его дело. Даже один.

— Это глупость. Наши тела не выдерживают. Особенно здесь. Нет поддержки, нет нужной технологии. Смерть фермера тому подтверждение. Наше время прошло, нужно покончить с этим.

— Нет, — грозно произнес Воин. — Даже если он начал с отвращения — он всё равно дал нам жизнь. Я благодарен профессору, что до сих пор жив, поэтому продолжу его дело. Нужно усовершенствовать доспехи. И я сделаю это сам, если потребуется.

— Именно поэтому я должен тебя остановить. Чтобы спасти мир от этой ошибки.

— Ошибки?!

Воин не сдержался. Он махнул рукой и со всей силы толкнул Учёного. Тот чуть не упал и врезался в стену. Она удержала его и не позволила упасть, но большую трещину на стене оставил. Нападавший грозно процедил:

— Мы. Не. Ошибка!

— Что вы наделали! — ругался Эльдарон на кузнеца.

Все случилось быстро. Исполнитель только сделал шаг и сразу рухнул в яму. Ловушка сработала слишком хорошо. Яма ему по грудь: только и успел, что вытащить руку. И именно на эту руку рухнула наковальня. Она нанесла значительное повреждение; он её даже поднять не мог. А из-за шлака и угля он с трудом мог двигаться.

— Я просто видел, как он сделал шаг и… — запинался кузнец, теряясь в происходящем.

— Это ловушка для монстра, но мы ошибались. Это существо разумное, — старался сдерживать себя эльф.

Но он злился прежде всего на себя. Арине говорила, что внутри этих доспехов находятся люди, а значит проблески разума у них могут быть. Но он видел в них только опасность.

Маргарита наклонилась к Исполнителю. Он особо не двигался и не говорил. Только издавал тяжкий вздох. Но не боли.

— Прости. — Прикусила губу девушка. — Это была идея, и теперь ты мучаешься. Что мы можем для него сделать? — Посмотрела она на мага.

— Ждать. Я надеюсь, Арине скоро придет и поможет.

— Мистер Рамон, — повернула мужчину к себе детектив, — собирайте всех своих слуг и покиньте дом!

— Что? Но почему?

— Сейчас тут будет драка между двумя механизмами, способными проломить стены. Как думаете, что станет с этим домом? — Мужчина расширил глаза и схватился за голову. — Вот, понимаете. А теперь — бегите отсюда, быстро! Кто-то должен вести людей в Свободном Яблоке. И постарайтесь в следующий раз выбрать своих людей.

Жэновьер несколько раз кивнул и побежал. А тем временем Воин несколько раз толкнул Учёного, ударил всего один раз. Тот не отвечал, только шатался и куда-то полз. Даже дракой не назовешь, скорее избиением.

— Эй! — крикнула ему вслед Арине. Тот остановился и через секунду обернулся. — А я? Я же главный враг твоего любимого профессора. Так почему же меня не трогаешь?

— Хуже предателей никого нет, — отозвался тот металлическим тоном. — Сначала с ним, а потом враги профессора.

— А что, если я скажу, что я его предала?

— Что? — поразился Воин, полностью сконцентрировав внимание на женщине.

Этим воспользовался Учёный, продолжая идти к шкафу в этой комнате.

— Что, если я была одной из тех, — краем глаза заметила Арине второго Кочевника, — кто предал Брока? До этих экспериментов он был уважаемым учёным, но я нашла доказательства, что он похищал людей и ставил на них опыты. И именно я раскрыла это, передала кому надо, и профессора раскрыли?

— Ложь! Очередная ложь! — ударил Воин рукой о стену, образовав там дыру.

— Возможно. Но в этом и смысл. Ты держишься за образ, который легко перевернуть и изменить. Даю последний шанс. Отступись от своих желаний, хватит мучений! Помоги мне принести вам покой!

— Не-е-ет, — протянул Воин. — Я не отступлюсь от своего. И ты, Райген, будешь первой, кто наденет «Саркофаг».

— Ошибаешься, Воин, — издал слабый стон Учёный. Все обратили на него внимание. У него в маленьких руках металлическое оружие. — Этот кошмар закончится сейчас.

Раздался глухой хлопок. Маленькая искра. Стеклянное отверстие Воина пробито, из него текла чёрная жидкость. Это масло, которым пропитаны доспехи. Кочевник даже слова не издал, просто рухнул на землю громким ударом.

— Ого, я поражена, — выдохнула детектив, — не думала, что у вас тут есть оружие.

— Забрал один такой из моего времени. На всякий случай. Тем более я знаю слабые места всех нас. У Воина — его стекло. Оно как сердце. Но я бы не хотел его применять, — грустным тоном сказал Учёный. — Это была крайняя мера для нас всех. Наши тела долго не протянут. — На этих словах он выставил вперёд руку с оружием. — Возьмите. Вы знаете, как им работать. Там как раз две пули. Я скажу, куда по мне стрелять, а потом упокойте Исполнителя.

— Но… почему?

— Потому что мне нужно время, чтобы сломать здесь все и завалить нас с Воином. Нельзя, чтобы этот мир изучал такие технологии. Они слишком опасны. Даже просто наши тела могут принести беды.

— Я не это имела в виду, — вздохнула женщина, взяв оружие и рассматривая его.

— Знаю. Но прошу, у нас мало времени. Нужно упокоить Исполнителя. Это не смерть. Это единственный способ не дать делу Брока продолжиться.

— Последний вопрос, — направила Арине оружие на Учёного. — Как вас зовут?

— Я… я не помню.

Арине опустила оружие на миг. Совсем ненадолго.

Потом снова подняла. И сказала только одно.

— Мне очень жаль.

Когда Арине вышла из ворот, под землёй что-то глухо треснуло. Поместье Жэновьер осело, будто старик, у которого наконец переломились кости. Потом рухнули верхние этажи, за ними остальное здание. Все секреты этого поместья, всё, что здесь происходило, похоронены.

Арине быстрым шагом направлялась в Свободное Яблоко. Никого рядом с поместьем не было, Рамон успел всех вывести. Такая же история оказалась в деревне. Пусто, ни души, некоторые дома остались с раскрытыми дверями.

— Арине! — услышала детектив своё имя.

Это оказался Эльдарон, что её звал. Он находился неподалёку от кузницы. Женщина развернулась в его сторону и подошла ближе. Рядом с эльфом она увидела Исполнителя. Его тело по грудь в земле, торчала только правая рука, и то раздробленная. Он не произносил ни звука, только едва повернул голову в сторону женщины.

— Можешь оставить нас? — обратилась женщина к своему напарнику. — Дальше я сама все сделаю.

— Мммм… Хорошо, — недолго думая, согласился эльф и ушёл.

Арине осталась одна рядом с Исполнителем. Женщина наклонилась к нему, встав на одно колено. Её лицо стало добрее, но грустнее.

— Привет, Роджер. Помнишь меня? — Механизм издал слабый звук на слова женщины. — Думаю, что да. Потерпи немного, это будет быстро. Ты отлично справился со своей работой. Те данные, что ты нам отправил, помогли спасти много людей от экспериментов с Саркофагами. Мне очень жаль, что тебя схватили при этом. Но прошу, поверь, ты спас многих. Мы отключили всех Кочевников, кроме троих. Самого верного подчинённого Брока, его ассистента и тебя. И вот, я нашла вас здесь, окончательно закончив это дело. Знаю, ты наверняка о многом хочешь знать. Как я сюда попала? Кто мой напарник? И да, и вообще думаешь: да кто я такая? Но знай самое главное — твоя дочь выросла и стала хорошим человеком, археологом. Как ты и мечтал.

— … — Исполнитель отреагировал на эти слова. Пытался поднять свою поврежденную руку, но не получилось. Только тихий вздох послужил ответом.

Арине достала оружие, что передал Учёный. Последний выстрел для упокоения одного человека. Чтобы его мучения закончились. Она направила оружие на Кочевника, на его слабую точку, о которой рассказал Учёный.

— Отдыхай, солдат. Ты заслужил покой.

Эльдарон услышал глухой и короткий хлопок. Он мог догадываться, что это было. Но остался на месте, доверял своей напарнице. А она сама явилась через полчаса со словами:

— Дело сделано.

— Ты в порядке? — забеспокоился эльф.

— Все нормально, задача выполнена. Где все?

— Мистер Жэновьер со своей прислугой прибежал, немного выяснил отношения с остальными и отправился в путь. Куда — не знаю.

— Остается надеяться, что в этот раз он совершит ошибки.

— Да, будем верить в него, — раздался приятный женский голос позади эльфа.

Это была Маргарита. Она улыбалась и держала в руках корзинку с вещами. Арине сначала посмотрела на неё, а потом на Эльдарона. В её взгляде читалось осуждение.

— Так, я объясню все! — Выставил руки вперёд маг. — Мы договорились путешествовать до Лангрии, где находится нужная ей академия! Родители дали добро, я поговорил с ними. Девушка неглупая, нам ещё может помочь, деньги есть, Рамон передал. Он пытался говорить с жителями, но не как хозяин, а как обычный человек. Извинился. Некрасиво, не громко — как смог. И пошёл вместе со всеми. Деревня будет заброшенной, тут никто не останется. Мы разрешили все вопросы!

Женщина подошла как можно ближе к нему. Эльф зажмурился, готовясь к нагоняю. И она произнесла:

— Девушка под твоей ответственностью.

— А?

Эльф ещё некоторое время стоял и хлопал глазами. А Арине развернулась и пошла дальше. Маг ещё некоторое время наблюдал за ней, затем встряхнул голову и побежал:

— Слушай, ты, наверное, меня не поняла. Я вправду со всеми поговорил, все хорошо будет. И да, я просто… прости, я не думал, что ты так быстро согласишься. Скажи ещё что-нибудь, мне страшно!

— Хи-хи, с ними не будет скучно. — Побежала за ними вприпрыжку Маргарита.

Через неделю у обломков дома Жэновьер

Некое существо пробиралось через обломки поместья. Удивительное создание с рогами, козлиной бородкой и копытами. Он рыл уже некоторое время, каждый день после разрушения поместья. И вот сегодня плоды его труда окупились. Он нашёл что-то металлическое.

Что-то не из этого мира.

— Отлично. Ради этого вся эта операция и существует. На этот раз я сделаю свой ход. Одна дверь закрылась, пора открыть новую.

Глава 6 Бумага для грешника

— Итак, снова самоубийца.

Капитану стражи Винсенту захотелось набить трубку и забыть, что сегодня он вообще проснулся. Его люди осмотрели это помещение полностью, вывод напрашивался сам собой. Но проще от этого ему не стало.

— Что будем делать? — спросил молодой стражник.

— То же, что и всегда. — Винсент махнул рукой. — Снимите тело, найдите родственников, передайте им на похороны. Если не найдём через неделю, то где-нибудь и сами похороним.

— А расследование?

— Какое расследование, сынок? Это самоубийца, тут нечего выяснять. Только ещё церковь нужно позвать на отпевание грешника.

— Но это третий за неделю. Разве это не странно?

— Что поделать, может мода какая-то. Самоубийц нам не выловить.

— Здравствуйте. — В помещение резко вошла блондинка в костюме. — Кто тут сказал про трёх самоубийц?

— А вы ещё кто такая?! — возмутился наглостью капитан.

— Арине, странствующий детектив. А это мои помощники, Эльдарон и Маргарита.

На этих словах в комнату вошли эти двое, эльф довольно махал рукой, а девушка тихо сказала:

— Здравствуйте.

— Значит. — Женщина потёрла руки и подошла ближе к погибшему. — Расследование всё-таки будет. Кто жертва?

— Что за запах тут странный? Горелая бумага? — сморщился эльф, но его проигнорировали.

— Жертву зовут Сандор, мастер ювелирных изделий, — начал отвечать молодой стражник, периодически посматривая на Маргариту. — У него есть свой собственный магазин, а мы находимся в его личном доме.

— Стеннис! — недовольно буркнул капитан стражи.

— Причина смерти?

— Повешение в мастерской, где он создаёт свои изделия. Дверь была полностью закрыта, окон нет, ключ один и тот у него в кармане. Предполагаем, что это самоубийство.

— О, убийство в идеально закрытой комнате? Интересно. Жалко, что мы живём в мире магии, всё можно списать на мистику.

— Никакой загадки тут нет. — Винсент подошёл к женщине ближе. — Обычный самоубийца, такое не редкость.

— Три самоубийцы за неделю и, по-вашему, это обычное дело? — повела бровью женщина. — Да тут всё кричит, что есть загадка.

— Никакой загадки нет, обычные больные и виновные люди — вот и всё.

— Простите, — прервала их Маргарита, подойдя к стене, — а что это?

Она указала на надпись на стене. Там чернилами написано «Прости».

— Интересно. — Эльф подошёл ближе, внимательно осматривая надпись.

— Что это такое? — спросила Арине, сохраняя строгую осанку.

— Так очевидно же, «детектив», — издевательским тоном передразнил Винсент.

— Не глупите, это не делает вас умнее. Вы прекрасно понимаете мой вопрос.

— Эту надпись мы всегда находим у жертв, — робко ответил Стеннис. — Всегда находим это «Прости», но способы написания разные. У первого вообще было написано… кровью. — Молодой стражник сглотнул.

Все отреагировали на него, юноша опустил лицо, словно боялся смотреть.

— О, боги. — Винсент ударил ладонью по лицу. — Первый самоубийца был в коптильне, естественно, там кровью написать проще, чем чернилами. Всегда говори детали, парень!

— П-простите.

— Я, по ходу, единственный, кто чует странный запах, — вздохнул эльф.

В этот момент в комнату вошёл взрослый мужчина в чёрно-сером костюме. Морщины выдавали его возраст. Он держал в руках кипу бумаг, перо и чернила. От него исходила аура серьёзности и беспощадности.

— А вот и младший судебный писарь Герберт. Как по расписанию, — почти рассмеялся Винсент.

— Как и вы. Всегда, когда есть смерть, там и многословный капитан стражи Винсент, — спокойным голосом парировал мужчина.

— Как узнали про смерть?

— Боги ради, Винсент, не заставляйте разочаровываться в вас ещё сильнее. Ваши люди мне сообщили, и я пришёл. Всё как всегда, по работе.

— Работа? — Арине подошла ближе. — Какая работа?

— Опись имущества. — Писарь развернулся к ней. — Когда умирает тот, кто не составил завещания, приходят писари для описи, а дальше будет наследство через суд. Правда, у нас и так есть все эти данные, но проверка нужна.

— Есть? То есть жители Рафора рассказывают вам, какое у них имущество?

— Ну не каждую же посуду мы учитываем, — улыбнулся писарь. — Но раз в год обойти каждый дом для проверки — надо. Верите или нет, но благодаря этому мы раскрыли не одно преступление. Стандартная практика нашей страны, Рафора. Вы?

— Арине, детектив. Это мои напарники, Эльдарон и Маргарита.

— Очень приятно. — Писарь вежливо поклонился. — Но что именно вы хотите узнать? Разве это не самоубийство?

— Возможно. Однако в вашем городе три самоубийцы за неделю и у всех на стене надпись «Прости». Ещё странность — здесь чернила, а вот у жертвы в коптильне кровь. Словно надпись оставили тем, чем удобнее. Я не верю в случайности. Возможно, их всех связывал какой-то общий секрет, который давил на них. И если так, то не факт, что самоубийства закончатся, если знающих секрет было больше, чем трое.

— Интересное умозаключение. — Герберт поднял голову. — По крайней мере, вы задаёте вопросы. Это уже больше, чем обычно происходит в таких случаях.

— Эй! — возмутился тот.

— Можно узнать, когда он умер? — тихо спросила Маргарита.

— Хороший вопрос. — Арине кивнула.

— Уже пошло трупное окоченение, тело холодное, так что часов четырнадцать он мёртв точно. Мы вошли сюда в девять утра, — деловито ответил Винсент.

— А сейчас десять часов утра. — Детектив посмотрела в окно. — Когда жертва вернулась домой и кто обнаружил тело?

— В восемнадцать часов жертва закрыла свой магазин, — быстро ответил Стеннис. — И его нашёл один из сотрудников. Сказал, что обеспокоился, когда владелец не пришёл, решил проведать его. Прибежал к нам, и мы сюда направились.

— Подождите. — Женщина поморщилась. — Значит, он вернулся домой ближе к половине седьмого вечера, он мёртв около четырнадцати часов, а тело нашли в девять утра. То есть между тем моментом, когда его в последний раз видели живым, и моментом смерти прошло совсем немного времени. Понимаете, что это означает?

— Он повесился сразу, как вернулся? — ахнула Маргарита.

— Или почти сразу. — Арине прикусила губу. — Интересно получается.

— А, понял! — крикнул что есть силы Эльдарон. Все на него развернулись. Он стоял возле свечи в коридоре, в другой части здания. Она полностью догорела. — Это был запах свечи, она горела всю ночь!

— Это и так было очевидно. — Винсент закатил глаза.

— Правда? А мне запах не понравился. Жалко. — Маг наигранно надул губы.

— Так. — Арине развернулась к капитану стражи. — Мне нужны имена остальных умерших, где это произошло и вообще вся возможная информация.

— А вы наглые, я смотрю. — Винсент покосился на них. — Что будете делать, младший судья?

— Главное, чтобы нам не мешали работать. — Герберт делал свои записи. Он был полностью поглощён своим занятием.

Арине с компанией покинули дом жертвы, когда получили всё нужное. У неё с собой был список информации, необходимой для расследования. Они проходили мимо толпы зевак, игнорируя их. Женщина начала зачитывать вслух:

— Первой жертвой был Гаррет, 27 лет, рабочий в коптильне. Нашли повешенным на том же месте. Он… я не буду это читать, просто скажу, что использовался крюк, смерть была долгой, мучительной и с кучей потерь крови. Надпись написал кровью животного. Комната была закрыта, дверь взрывали.

Маргарита сдержала свои рвотные позывы, а Эльдарон наклонил свою шляпу. Он с лёгкостью представлял эту сцену.

— Второго звали Гарри, 26 лет, архивариус. Тело нашли сразу, заметили в окне. Использовалась одежда для содеянного. Надпись написал чернилами. Дверь была закрыта, её взламывали. Найдено разбитое зеркало.

Вот на этот случай у остальных реакции не было: слишком шокирующе всё звучало в предыдущем случае.

— И последний — Сандор, 27 лет, мастер ювелирных изделий. Повесился дома, используя постельное бельё. Надпись написал чернилами. Дверь в дом открыта, замок сломан давно. Дверь в мастерскую была закрыта, её взламывали.

Женщина сложила эти бумаги и посмотрела на остальных:

— Итак, ваши мысли. Маргарита, ты первая. Помни, что я тебе рассказывала ранее: обращать внимание на мелочи.

— Зачем так жестоко было убивать Гаррета? — скривилась девушка. — Никто не заслуживает такой судьбы.

— Если отбросить то, что в тебе сейчас говорит жалость, то вопрос хороший. — Арине слабо кивнула. — Скажу честно и жестоко — это была проба пера. Иными словами — первое убийство, более грязное и нелепое, чтобы понять, как лучше дальше действовать. Впрочем, если речь идёт про маньяка с маниакальными идеями, то тут даже логика не поможет.

— Проба пера? Маниак… — попыталась повторить незнакомое выражение Маргарита.

— Ты меня специально игнорировала, Арине? — нахмурился Эльдарон. — Ты-то точно должна была отреагировать на запах.

— Да, я тебя прекрасно понимаю. Но ты видел реакцию капитана стражи, сомневаюсь, что он нам помощник. Не хочу, чтобы он нам мешал.

— Почему вы думаете, что он нам будет только мешать? — не поняла Маргарита.

— Старый вояка, который просто хочет прожить свой век. С такими всегда тяжело, поверь. И, отвечая на твой вопрос, Эльдарон: да, странно, что свеча горела, за запах ничего не скажу, не чувствовала. Поверю, что это была бумага. Сейчас лето, свечу зажигать так рано не стоит, но мы определились, что жертва повесилась в семь часов вечера. При этом он сделал это в коридоре, где есть окна. Зачем он это сделал?

— Ммммм…, — начала думать девушка.

— Просто держи эту мысль в голове. — Женщина положила руку ей на плечо. — Также странно: в его мастерской есть лампа, но она не горела, судя по её состоянию. И зачем нужно было зажигать свечу в коридоре, но не лампу, где совершено преступление? Пока мы не можем дать чёткого ответа, только гадать, не стоит тратить на это время.

— А? Поняла! Тогда вот что я ещё заметила — все жертвы примерно одного возраста.

— Верное замечание. — Детектив щёлкнула пальцами. — Двадцать семь, двадцать шесть, двадцать семь. Они не просто одного возраста. Они могли быть знакомы с детства.

— И вообще в этом деле много общих элементов. Закрытая комната, повешение, надпись. — Эльф загибал пальцы. — Отличаются место преступления и время.

— Если это убийства, то почерк у них один. — Арине довольно кивнула.

— Но как можно сделать убийство, если это самоубийство? Магией? — недоверчиво произнесла Маргарита, словно не видя смысла во всём этом.

— Понимаю твоё недоверие, и, увы, такое возможно, что делает расследование практически невозможным. — Детектив кивнула. — Но мы всё равно должны попытаться. К тому же помню нашу главную цель — разлом.

Девушка серьёзно посмотрела на этих двоих. В пути они рассказали ей о своей миссии, что ищут разломы и закрывают их. И в этом городе есть ещё один такой. Но Эльдарон сказал, что с ним есть сложность.

«Я чувствую его повсюду», — вот что он сказал.

Поэтому они решили проверить самые подозрительные места, вот так и оказались в доме повешенного. Наличие стражников вокруг привлекало внимание.

— Вы считаете, что с помощью разлома можно убивать? — сжала кулачок девушка.

— Не исключено. — Арине достала карту. — Идёмте в архив, там продолжим расследование.

Трио направилось в путь. Но Маргарита почувствовала что-то сзади и развернулась. Там ничего не было, только люди начали гулять по улице. А на верхушке каменного здания напротив она заметила необычную статую. Это взрослая фигура, её тело полностью покрыто плащом, а глаза закрывает ладонями, прижимающими платок к лицу.

— Странная архитектура.

Девушку бросило в дрожь, и она пошла за остальными.

Когда она отвернулась, статуя пропала.

Архивом оказалось небольшое двухэтажное здание, охраняемое одним наёмником. Рассказав ему о цели визита, тот буркнул про себя и пошёл за начальством. Через минуту вышел мужчина средних лет в деловом костюме. Он откашлялся:

— Меня зовут Григорий, глава архива. А вы, значит, детектив Арине и её помощники? — Он внимательно осмотрел всех присутствующих, а затем развернулся в сторону двери. — Пойдёмте за мной.

Внутри было множество закрытых дверей, каждая из которых подписана годами или названием места. Арине поняла, что это обозначение того, какие бумаги тут хранятся, чтобы проще работать.

Они оказались на втором этаже в самом большом зале. Он был просторным, с несколькими столами и стульями, с приятным видом из окон, словно созданный для чтения.

— Здесь это и произошло, — вздохнул глава архива. — Здесь повесился Гарри.

— А там было разбитое стекло? — Арине указала пальцем на пустующее место. — Не секрет, для чего оно тут было?

— Это вообще зал для работы и поиска информации. Тут сидели люди, которые что-то искали или же просто читали. Однажды здесь просидел почти весь день капитан стражи Винсент и сказал, мол тут нужно зеркало, чтобы за собой следить, если засидишься здесь.

— Забавно, — усмехнулся эльф.

— Что было с жертвой в этот день? Он вёл себя странно?

— Нет, всё как обычно. — Директор архива пожал плечами. — Только перед тем как… повеситься, он сказал, что нужно поработать в этом зале. А дальше вы уже знаете.

— У вас были какие-то странные личности в последнее время? Или же запросы?

— Нет, всё как обычно.

— Поняла. — Арине кивнула. — Можете нас оставить? Нам нужно осмотреться.

На этом Григорий откланялся и вышел из зала. Компания начала осматриваться, взгляд Арине остановился на свечке на столе, ею явно пользовались. А затем на люстре-канделябре.

— Очень крепкая, раз выдержала человека, — задумчиво произнесла она. — Весь план убийцы мог провалиться из-за такой мелочи.

— Мне просто любопытно, — задумчиво произнёс Эльдарон, — если убрать магию, то как можно объяснить, что это убийство?

— Довести человека до такого состояния. Скажем, поставить такие отвратительные условия, сказать что-то такое, когда жертва эмоционально нестабильна. — Женщина сгибала пальцы. — Но вот чтобы троих за неделю — это что-то интересное. Либо тут обосновался клуб самоубийц, либо с помощью магии всё сделали.

— Клуб самоубийц? — чуть ли не рассмеялся маг. — Вот это уже за областью фантастики.

— Хотелось бы. — Детектив покачала головой.

Маргарита пока осматривала зал, но ничего необычного не обнаружила. Её взгляд был прикован к окну. Оно полностью прозрачное, прекрасно видно, что на улице происходит.

И тут её взгляд был прикован к статуе на доме. Женская фигура, что прикрывала лицо руками, держащими длинный платок. Похожая на ту, что она видела совсем недавно. Девушка не отворачивала взгляд, статуя словно гипнотизировала её.

Почему-то сейчас она вспомнила Исполнителя. Его судьбу в Свободном Яблоке. Как из-за неё он страдал.

— Маргарита, — позвал её Эльдарон. Девушка словно вернулась на землю и развернулась. — Идём, мы тут закончили.

— А? — ей понадобилась секунда, чтобы понять, что происходит. — Ой, поняла! Что-то узнали?

— Ничего особенного, зададим пару вопросов начальнику архива и всё. Пойдём, Арине уже там.

— Бегу! — Девушка рванула за эльфом.

А статуя на верхушке дома пропала.

— Значит, вы переставляли вещи? — задала вопрос Арине Григорию.

— Конечно. Потому что Гарри переставил стул, чтобы добраться до люстры. Мы не могли оставить его там. И дверь сменили, понятное дело.

— Да, это логично. — Арине кивнула. — И это всё? Остальное не трогали?

— Да, верно.

Как раз подошли остальные, детектив развернулся к ним и сказал:

— Мы здесь все. Теперь в коптильню. Узнала, что она находится в доме жертвы, отдельную комнату сделали, а жертва так-то охотником была. Так что пошли.

— Вы думаете, что это было убийство? — обеспокоился Григорий.

— Вполне может быть.

— Не представляю, как, если в этом виноваты Плакальщики.

На этих словах Арине остановилась. Она медленно повернулась в сторону начальника архива и тихо спросила:

— Откуда вы знаете этих существ?

— Город полон слухов о них, каждый второй житель о них знает.

— Нет. Вы сказали это слишком уверенно. И что вы слышали о них? — спросила Арине, остальные слушали с нетерпением.

— Что они убивают виновных. И ещё что это не первые их жертвы. Была ещё одна.

— Кто?

— Дочь нашего младшего судебного писца Герберта. Она погибла в прошлом году — повесилась. И в этом году всё повторяется, — с ужасом произнёс Григорий, терев рукава. — Господин Герберт начал винить этих существ последние две недели. Сначала никто не реагировал, но за последние дни всё изменилось.

— Мой вам совет — не слушайте всё, о чём говорят, — сказала Арине и развернулась. Остальные побежали за ней. Выйдя на улицу, она развернулась в другую сторону, не в коптильню.

— Хочу поговорить с Гербертом. Если город винит Плакальщиков, то тут дело не чисто.

У Маргариты много вопросов было, но она пока держала их в себе. Чувство, что за ними следят, не покидало её.

Компания стояла у большого и богатого дома младшего судебного писца. Поговорив со стражниками, узнали, что в это время он дома на обеде.

— Будьте здесь, я сама. — Арине указала им оставаться на месте и пошла внутрь.

Эльдарон напевал себе под нос, а Маргарита держалась за своё платье. Она часто осматривалась по сторонам, искала похожие статуи, для неё словно рядом идущие люди не существовали. Ничего не обнаружила. И так несколько раз было.

— Что тебя беспокоит? — прервал тишину эльф. — Если тебя беспокоят те смерти, то мы предупреждали, что таких вещей не избежать.

— Я понимаю, это тяжело, но… постараюсь привыкнуть. — Девушка набрала воздуха. — Меня другое интересует.

— И что же?

— Кто такие Плакальщики?

Дом выглядел богато внутри, весь чёрно-белый, с небольшим количеством изделий золотистого цвета. К ней вышел Герберт, словно знал, что она придёт.

— Только не говорите мне, детектив, вы меня подозреваете, — слегка язвительным тоном сказал писарь.

— Тогда я пришла бы не одна. Я хочу поговорить с вами, мистер Герберт. О вашей дочери и Плакальщиках.

— Так и думал, что вы узнаете это, — натужно выдохнул писарь. — Пойдёмте за мной, я вам кое-что покажу.

Женщина последовала за ним на второй этаж. Звук её обуви эхом распространялся по всему коридору, словно она в пустом замке находится. Герберт стоял у двери с левой стороны, словно приглашая туда. Что она и сделала.

Внутри оказался приятный кабинет с большим столом, меланхоличной атмосферой и полной тишиной. Мужчина сел за стол, приглашая даму занять место напротив. Когда она села на свободный стул, писарь достал конверт и сказал:

— Вот тут письмо. Прочтите его и вы всё поймёте.

Женщина аккуратно взяла конверт и достала листок бумаги оттуда. Она начала читать его глазами и…

— Плакальщики, — задумался Эльдарон. — Стоило догадаться, что их будут подозревать. Что ж, присесть тут не получится, так что стой и слушай.

Эльф отшутился в своей привычной манере, но даже Маргарита чувствовала, что ему нелегко даётся этот разговор.

— Давай начну с главного. Плакальщики — самые несчастные существа в мире. Есть легенда, что когда-то они совершили такой страшный проступок, что их одолели стыд и вина, невиданные ранее. Их стыд настолько велик, что они вечно плачут, а также каменеют, когда любое живое существо на них посмотрит.

— Что? — Маргарита от удивления раскрыла рот.

— Да, так и есть. Поэтому их чаще видят в виде статуй людей, прикрывающих глаза платками. Чтобы они не смотрели друг на друга.

— Это проклятье такое?

— Нет. Это их собственный стыд. Никто их не проклинал, они сами это сделали. И теперь они ищут способы избавиться от этого проклятья.

Девушка быстро осмотрелась вокруг, словно пытаясь увидеть хотя бы одну статую. Ничего. Эльдарон же сделал вид, что не заметил этого.

— Главная проблема в том, как снять это проклятье, — продолжил эльф. — Чтобы это сделать, нужно посмотреть на их отражение и принять свою вину. Также это испытание происходит непосредственно перед человеком и не позволяет тому уйти в другое место. Звучит просто, но на деле это не так. Они выбирают самую больную вину, ту, что гложит человека сильнее всего. Даже если он забыл о ней, они её достанут. А принять это — не просто сказать: «Да, я виноват». Нет. Ты должен смириться, согласиться с этой виной и перестать винить себя, жить с этим. Это гораздо тяжелее, чем кажется, — голос мага звучал успокаивающе, словно он вспоминал, как это было. — Мало кто может это выдержать.

— И что с теми, кто не выдерживает? — через силу спросила Маргарита.

— Они совершают суицид, — с прискорбием ответил эльф. Его взгляд был полон грусти. — Чувство вины добивает их, и Плакальщики продолжают существовать, пока не будут те, кто выдержат это чувство вины.

— Это ужасно. — Маргарита приложила руку ко рту.

— Да. И не подумай о Плакальщиках плохо. Они не убийцы или монстры, это несчастные люди, которые хотят освободиться от этого «проклятья». Они не желают никому зла.

— В теории, они могли прийти за этими тремя?

— М? — Эльдарон приподнял бровь. — Интересный вопрос. В теории — да. Плакальщиков притягивает чувство вины. Но они выбирают не простые жертвы, а тех, кого считают сильными духом и волей. Являлись эти трое такими — другой вопрос. Но главное другое — Плакальщики тут ни при чём, они не убивали этих людей.

— Почему? — поразилась девушка.

— Да, теперь я понимаю, почему вы считаете виновным в этом деле Плакальщиков. — Арине отложила письмо.

Она прочитала его полностью и положила в конверт снова. А затем перевела взгляд на писаря.

— Это письмо вашей дочери?

— Да, оно. Это её почерк, — с грустью ответил Герберт. — Теперь вы понимаете, почему я уверен в виновности этих монстров.

— Я немного знаю их и скажу, что они тоже жертвы судьбы. — Детектив потёрла глаза.

— Это не вернёт мою дочь. Детектив, я надеюсь, вы поможете с ними разобраться.

— Сначала расследование, у меня свои интересы есть, а потом буду решать, что делать. Но хочу понять, при чём тут ваша дочь? В письме она винила Плакальщиков, только как они на неё вышли? Они ищут людей с чувством вины.

— Вины? Интересно. — Мужчина почесал подбородок. — Наверное, в этом участвовали эти трое.

— Трое? Вы имеете в виду остальных жертв?

— Да. Гаррет, Гарри и Сандор. Они с моей дочерью — друзья с самого детства. Вчетвером всё время гуляли и играли, даже когда выросли, продолжали связь поддерживать. И, судя по последним событиям, у них был общий секрет. Но какой? Этого я не знаю.

— Кто ещё знает об этом? О связи жертв?

— Я никому не говорил. Только соседи наверняка в курсе об этом. Они всё же видели.

— Тоже верно. У меня остался последний вопрос. Когда вы нашли это письмо?

— Недели две назад. Я рылся в вещах дочери, думал выбросить что-то и нашёл его.

— Именно поэтому о Плакальщиках заговорили только сейчас?

— К сожалению. Узнай я об этом раньше, возможно, трагедии удалось бы избежать.

— Корить себя уже бессмысленно. — Женщина пожала плечами. — Будем жить с тем, что есть.

— Пожалуй, — с тяжестью выдохнул писарь.

Тройка направилась в коптильню. Арине рассказала им о связи жертв, но вот о Плакальщиках умолчала. Маргарита же получила ответ, почему это не они, но лучше не стало. Краем глаза увидела статую с платком и быстро отвернулась. Ей хотелось надеяться, что это всё фантазии. Или что Эльдарон прав и их не тронут.

— Пришли. — Арине остановилась у большого дома с небольшой пристройкой. — Первая жертва, Гаррет, был охотником и готовил мясо здесь, в своём доме. Судя по имеющейся информации, нужно поговорить с соседом, у него ключи остались от пристройки.

— Тогда вперёд. — Эльф потёр ладоши.

Сосед оказался разговорчивым молодым человеком. Он не только дал ключ, но и рассказал подробности о том дне. О том, как дверь ломали, потому что дым долго шёл, как звали стражников на помощь. Для Арине самая главная информация была такая:

— После того как нашли труп, там ничего не трогали и дверь сразу закрыли.

Для детектива эта информация означала, что можно работать и осматривать.

Войдя внутрь, они сразу почувствовали запах дыма и копчения. Словно эту постройку не проветривали после произошедшего. На потолке находилось несколько крюков, Маргарита сдержала свой рвотный позыв, глядя на них. Место для огня, хранение туш, сушка мяса — всё необходимое тут было.

— Отдаю должное, — почти просвистел эльф, — подготовлено всё тут по высшему разряду для одиночки.

Арине задумалась. Она словно пыталась найти тут что-то, но ничего в голову не приходило. Ни зацепок, ни следов, ни намёков.

— Как же Плакальщики его тут достали? — пробормотала она.

— Прости? — не понял маг. — При чём тут Плакальщики?

— Они могут быть виновны в этом деле. Их почерк. И это как-то связано с дочерью младшего судебного писаря.

— Эм… Очень странно от тебя это слышать, Арине. С тобой всё нормально?

— Всё как всегда, — спокойно ответила женщина.

— Не похоже. Странно, что ты упомянула Плакальщиков.

— Город о них говорит, так что неудивительно. Все четверо были как-то связаны, и это могло привести к чувству вины, что привлекло их сюда.

— Я не понимаю. — Эльф покачал головой. — Ты до этого говорила про влияние, нужные слова в нужное время, как можно довести до самоубийства. Как ты пришла к тому, что тут виноваты Плакальщики? Что произошло?

— … — женщине нечего было ответить. Словно она сама не понимала.

— Я… видела одного из них, — тихо проговорила Маргарита, словно боясь, что её услышат. Но её услышали.

— Что? — Эльдарон первым подошёл к ней. — Когда это было?

— У мест преступления. Я видела в окне одну статую в форме человека с платком, она прикрывала глаза. И такое я видела дважды.

— Не понимаю. — Эльф покачал головой. — Они не возвращаются на места смерти, их это не интересует, если только… — Он посмотрел на девушку и заметил, как она начала дрожать.

— Маргарита. — Арине положила руку ей на плечо. — Скажи мне, только честно. Ты винишь себя в чём-то?

Девушка сглотнула и посмотрела на детектива. Она сжала свои кулаки и слабо кивнула:

— Моя деревня… Когда Исполнитель пришёл за мной. Я до сих пор думаю, что он мог избежать той ловушки.

— Это не твоя вина. Он не мог существовать в таком виде, — заступилась Арине. — Он мучился тем, что был в этом костюме.

— Но из-за меня он почувствовал сильную боль. — Девушка едва сдерживала слёзы.

— Да, — с грустью в голосе ответила Арине. — Он мог это почувствовать. Но тебя не винил.

— Откуда вы это знаете?

— Я… просто уверена в этом и всё, — тихо ответила женщина. — Когда покончила с его мучениями, словно почувствовала, как он довольно издал последний вздох. У него не было ни ненависти, ни злобы.

— Это… не так просто. — Маргарита опустила голову.

— Знаю. — Арине начала её гладить. — Это непростой и долгий процесс. Но помни, если вдруг встретишь Плакальщика — не смотри на него через отражения. Это главное.

— К тому же дверь закрыта. — Маг довольно кивнул и тут же убрал свою улыбку. — Ведь так?

Раздался слабый скрип двери. Все трое резко повернули головы. У входа стояла статуя. Она была похожа на женщину с длинным платком в руках, которыми закрывала глаза. Маргарита больше всех испугалась, но её удерживала Арине.

— Спокойно, главное не через отражение. Плакальщики ничего нам не сделают.

— Ого, — восхищённо произнёс эльф. — Они и вправду тут.

— Да, вот только… — хотела сказать Арине и схватилась за голову. Её мысли словно в тумане.

— Что с тобой? — обратился к ней эльф, не отворачивая взгляд от статуи.

Но она не ответила. Начала осматривать всё помещение, жадно изучая каждую деталь тут. Для неё словно перестало существовать всё вокруг. Анализируя, она словно пыталась с чем-то бороться. С чем-то внутри себя.

«Закрытая комната. Плакальщики. Письмо. Самоубийство. Надпись. Зеркало. Отражение», — начала перебирать свои мысли.

И тогда её осенило.

— Ага! — крикнула она и начала ходить по коптильне, словно не замечая Плакальщика. — Теперь я поняла! Какая же я глупая! Почему начала думать, что Плакальщики виноваты?

— О, ты вспомнила. — Эльдарон довольно улыбнулся.

— И не только. — Женщина развернулась к нему. — Конечно, Плакальщики не могли их убить, потому что комнаты закрыты!

Арине начала ходить по коптильне, словно для неё никто не существует, пока остальные смотрели то на детектива, то на Плакальщика. Женщина продолжала говорить быстро, но чётко:

— Плакальщики всё равно имеют физическое обличие, они не могут пройти сквозь стены и прочее. Значит, если комната закрыта, то они должны остаться там. Статуя в коптильне или в архиве не менее приметна, чем повешенный. Это, во-первых. Во-вторых, надпись «Прости». Если жертва проваливается, то она просто совершает самоубийство, она не пишет никакие сообщения, тем более не закрывает двери. Но это всё ерунда. Тут, в коптильне, главное доказательство невиновности Плакальщиков. Маргарита! — Она быстро развернулась к девушке. — Как именно работают Плакальщики?

— Отражение? — с трудом вырвалось у неё.

— Именно! А теперь вопрос — где здесь отражение? Осмотрите комнату, не бойтесь.

Эльдарон сразу это сделал, а вот Маргарите потребовалось время. Она боялась отвернуть взгляд от статуи, но доверилась этим двоим. Бегло пробежав глазами коптильню, они пожали плечами.

— Посмотрите туда. — Арине указала пальцем наверх, как раз на то место, где стояла статуя. А над ней висел крюк для мяса. Детектив смотрела прямо на Плакальщика. — Вы здесь не за Маргаритой. Вы здесь за справедливостью. Вас обвинили в этих смертях, но вы невиновны. Именно поэтому вы стоите здесь, на том месте, где мы должны видеть отражение. — После этих слов она развернулась к остальным. — Здесь всё в саже и угле. Здесь нет отражений. Значит, Гаррет не мог умереть от них. Вот моё главное доказательство.

— Вот теперь я тебя узнаю! — Эльф довольно кивнул.

Маргарита облегчённо выдохнула. Ощущение, будто вся тяжесть ушла. Она перестала смотреть на статую со страхом, словно перед ней теперь стоит союзник.

— Так, теперь надо понять, причём тут письмо дочери Герберта. Мои мысли о Плакальщиках начались с него. Эльдарон! — Детектив щёлкнула пальцами. — Твоя консультация нужна. Я теперь понимаю, как совершались эти убийства и кто их совершал, но нужны детали. Как можно загипнотизировать с помощью бумаги?

— Бумаги? — Маг приподнял брови. — Нет, такой бумаги не существовало никогда. Но когда-то росло растение с таким эффектом. Если растереть его кору в пыль и добавить её в бумагу, то она будет обладать мощным гипнотическим эффектом. Но, — запнулся на секунду эльф, — это невозможно, растение уничтожили около 1000 лет назад. Так, подожди. Ты хочешь сказать…

— Что это и есть наш разлом, — закончила за него Арине. — Его волокна вмешивают в бумагу и доставляют жертвам письма. А если сделать это через курьера в виде письма, то оно пройдётся по всему городу. Поэтому ты не мог определить, где находится разлом.

— Это… интересная мысль. — Эльф осмысливал услышанное.

— А теперь пошли. Я теперь знаю «как» и догадываюсь «кто». Осталось узнать «зачем». И расскажет об этом сам убийца. Но сначала в архив. Надо кое-кого проверить.

Капитан стражи Винсент направлялся домой уже ночью. Сегодня у него много работы оказалось. Снова самоубийца. Всё чаще упоминают монстров Плакальщиков. Это ещё не считая типичной работы, когда находят новое тело. Ему очень хотелось попить чай и лечь спать.

Зайдя в дом, он сразу заметил на полу конверт. Он от младшего судебного писаря. Понимая, что с таким не стоит шутить, он достал письмо и начал его читать. Когда закончил, то сложил это письмо в конверт и направился в свой домашний кабинет. Там он достал несколько листов бумаги, чернила и перо, затем сел за стол и начал ждать. Он нервно, но крепко держал перо в руках. Стоило послышаться приятному, но строгому голосу, как он тут же начал писать.

— Неприятно попасть в свою ловушку?

Из темноты вышла детектив Арине. Она была одна, лицо холодное, взгляд безразличный, руки держала в карманах, словно там что-то есть. Женщина подошла поближе к окну, чтобы её силуэт капитан стражи мог хорошо разглядеть.

— Теперь мы можем поговорить.

— Как это понимать? — гневно спросил Винсент. Его рука крепко держала перо и писала всё, что они говорили. — Вы понимаете, что это означает? Вас тюрьма ждёт!

— Это ждёт вас, не меня. Я обвиняю вас в убийстве трёх людей: охотника Гаррета, архивариуса Гарри и ювелира Сандора. Если кого-то упустила, то можете добавить. А, стоп, это рано ещё.

— Вы! — Мужчина хотел встать с места, но не смог: его тело не слушалось.

— Всё как и написано в письме, — начала медленно диктовать женщина. — «Ты будешь сидеть всю ночь и не вставать со стула в своём кабинете. А также будешь записывать весь разговор, ничего не утаивая». Удобная штука, этот гипноз.

— Как? Почему? — вырывались у Винсента с трудом слова.

— Почему вы в сознании и понимаете, что делаете, когда ваши жертвы под гипнозом ни о чём не думали? Думаю, потому что мы использовали письмо, которое вы подложили Герберту от его… дочери. Оно же от вас, верно? Забыла, вам пока рано отвечать на вопросы.

— Какое ещё письмо?

— В котором его дочь якобы винила во всём Плакальщиков. На деле там просто были записи, что нужно делать ему. Думать, что письмо от дочери. Думать, что виноваты Плакальщики. Думать, что нужно его показать, если Герберта кто-то заподозрит. Вы неплохой план придумали. Но к несчастью для вас, я очень хорошо знаю Плакальщиков. И когда нашла противоречия в преступлении, то сразу поняла, что меня насильно заставили думать, что виноваты Плакальщики.

Женщина достала листок бумаги и начала зачитывать вслух:

— «Ты будешь сидеть и слушать, что говорят. Когда тебе приведут доказательства, что ты, Винсент, являешься виновным в убийствах трёх людей, то будешь отвечать на все вопросы честно».

Детектив вновь посмотрела на Винсента, тот кипел от ярости, тяжело дышал, вены на лице стали видны. Но Арине только слабо, но ехидно улыбнулась.

— Что ж, а теперь пора рассказать, как вы убивали. И не перебивайте. — Она отложила бумагу и начала свою дедукцию. — Гипнотизирующая бумага. Вернее, особое растение, которое можно в неё добавить и дать ей такие свойства. Любой, кто её прочтёт, будет выполнять то, что там указано. Идеальный способ для сокрытия убийства. Нужно было создать условия, чтобы все поверили в самоубийство. Закрытые двери как раз являются частью этого элемента. Но это не всё. Вы каким-то образом узнали о существовании Плакальщиков и решили подстроить всё против них. Поэтому смерти происходили там, где есть отражения и надпись «Прости». Жертвы делали всё согласно инструкции. Но как заставить жертвы прочитать такую бумагу? Отправить в виде письма от капитана стражи. Такое они точно прочтут. Даже на работе. А дальше уже ерунда: прийти на место преступления и подтвердить, что это самоубийство.

Пока женщина объясняла, Винсент смотрел на неё, словно испепеляя взглядом. А та даже бровью не повела и продолжила:

— Но в вашем плане было несколько просчётов. Мелких, но вместе они образовали картину. Во-первых, время смерти. Люди открывали письмо сразу, значит, им достаточно знать, от кого оно, чтобы прочесть. Так это было с Сандором, который вернулся домой и сразу прочёл письмо. Так это было с Гарри и Гарретом, которые читали письма на работе. Лучшие места, где можно создать закрытую комнату. Второй ваш просчёт — уже важный. В архиве нет зеркал, а окна без отражений, всё хорошо видно на улицу. Нужно что-то с этим делать. И вы просто «предложили» поставить зеркало. На деле вам нужны были условия, чтобы миф о Плакальщиках работал. Третий просчёт — смерть в коптильне: там нет отражений. И я уверена, вы поздно заметили, что крюки все грязные и в саже. Они не чистились давно, отражения нет. Вам повезло, что это была первая смерть, никто об этом не подумал.

Винсент хотел ответить, но не мог. Таковы правила в бумаге. Он сидел, молчал, слушал и всё записывал.

— Но это всё ерунда. Потому что так можно обвинить младшего судебного писаря Герберта. Он мог допустить то же самое. Письма от него кто угодно захочет прочитать, зеркало в архиве может быть совпадением, а ошибка с коптильней могла быть и у него. Хотя нет, тут не факт. — Арине посмотрела прямо в глаза мужчине. Искра задора разгорелась в ней. — Нет, есть причины, по которым Герберт мог не допустить такую оплошность. Возвращаемся к Сандору. Вам нужно было уничтожить письмо, чтобы никто не обнаружил улики. Сжечь в коптильне — легко. В архиве есть свечи, это легко объяснить, даже днём они могут пригодиться, чтобы лучше разглядеть документы. А вот на ювелире всё посыпалось. Закрытую комнату можно сделать только в мастерской, а там свечей нет, канделябр на потолке служит источником света. И тогда жертва зажгла свечу в самом доме, когда ещё солнце было. Мы ещё пытались игнорировать моего напарника, к сожалению для вас, я его хорошо слушаю. Странный запах только усилил подозрение. Жалко, что ничего не осталось: было бы проще, если бы там остались остатки бумаги. И к чему это я? Герберт по своей должности делает опись имущества каждый год. Он точно мог знать, что в мастерской нельзя было сжечь бумагу и придумал более чёткий план. А вы же создали странности. И всё вместе указывает на вас как на главного подозреваемого, а не на череду случайных событий.

Женщина замолчала. Она довольно смотрела на Винсента, который всё ещё скрипел зубами. А та властным голосом добавила:

— А теперь скажи — я права?

— … Да… — выдавил через силу Винсент и опустил голову.

— Можете не переживать. Ваше признание не единственное доказательство. Оно дополнительное.

На этих словах Арине открыла тумбочку, там стояло пушистое зелено-красное растение со множеством розовых тычинок.

— А вот и ваш гипнотизирующий цветок. Который уничтожили 1000 лет назад. Интересная находка. Но знаете, вы сделали ещё один просчёт. Вы заставили Герберта поверить, что у него была дочь. А город — что он просто слишком долго молчал о своём горе.

— Как вы… — Капитан стражи ошарашенно хлопал глазами.

— Догадалась. Потому что никто ни разу не произнёс её имени. У Герберта не было ни одной вещи, ни одного воспоминания, ни одной случайной фразы, которая принадлежала бы живому ребёнку. И честно скажу: это я поняла не как детектив, а как женщина с материнским сердцем. Я не верю, что убитый горем родитель, ненавидящий убийцу своего ребёнка, не назовёт его по имени хотя бы раз. У настоящего горя есть лицо. У вашей выдумки было только письмо.

Последние слова прозвучали грозно, словно женщина в любой момент может сорваться. Винсенту стало страшно, он начал съёживаться и с трудом нашёл в себе силы спросить:

— Как… я мог это сделать? Как с помощью одной бумаги сделать так, что весь город поверил?

— Гипноз. Мы могли поставить объявление в городе, и каждый проходящий мимо прочтёт, а затем попадёт под влияние. Мой напарник как раз ищет его. А затем вы отправили письмо Герберту, чтобы он никогда не забывал об этом. Но, разумеется, я не сделала такие выводы на одних догадках. Как только поняла, что дело в гипнозе, сразу пошла в архив. И не обнаружила никаких записей о дочери Герберта. Ни о рождении, ни о смерти, ни об отпевании. Даже имени нет.

Мужчина чувствовал, что может начать говорить. И первым он задал самый ожидаемый вопрос:

— Зачем? Зачем мне убивать тех троих? Какой смысл? Я жду ответа!

Последняя фраза вырвалась с криком и яростью. Кому она была направлена — никто не мог ответить. Но детектив только медленно покачал головой:

— Это вы мне расскажете.

— Нет, так не пойдёт! — с довольным лицом ответил капитан стражи. — Вы здесь детектив, а значит, и вам искать ответы.

От таких слов женщина хлопнула по столу левой рукой. Она недовольно смотрела на капитана стражи, будто готовая испепелить взглядом.

— Хотелось бы, но вы сами всё разрушили. Весь город попал под влияние вашего гипноза. Кто знает, что теперь творится в головах людей, какую путаницу вы создали. — Арине наклонилась к нему ближе и почти перешла на шёпот. — Вот почему это растение уничтожили, в неправильных руках оно может оказаться страшным оружием. Я вышла из-под гипноза только благодаря нахождению несоответствий и опыту.

— Нет, — ядовито ответил Винсент. — Я знаю, как ведут себя люди под этим гипнозом. Вы другая. Вы не ведёте себя как все. У вас есть ещё что-то, какой-то способ защитить себя, я уверен.

На этих словах Арине отошла от мужчины. Но её лицо было спокойным. Её голос вернулся к прежнему тону:

— Будем считать это признанием. Теперь ваша очередь. Зачем вы убили тех людей? Какой ваш мотив?

Винсент ещё некоторое время сидел с надутыми губами, словно пытаясь сдерживать себя. Но сила влияния гипноза дала о себе знать:

— У меня была жена. Два года назад она отправилась в Розвел отдохнуть. Но она не вернулась домой. Я беспокоился и начал проводить расследование. Оказалось, её видели там не одну, а в компании трёх мужчин — Гаррета, Гарри и Сандора. И эти трое тоже покинули наш город в то же время, что и моя жена, а вернулись без неё. — Мужчина перевёл дыхание, набираясь сил для дальнейших слов. — Что они там делали — загадка по сей день. Но они остановились в одной гостинице. А потом я узнал, что мою жену порой видели в ювелирной лавке, архиве и рядом с домом охотника. Думаю, понятно, зачем.

— Вы разговаривали с этими тремя?

— Конечно. Но ответов я никогда не получал: они говорили, уклончиво и избегали темы того, что произошло в Розвеле, словно боялись. Я целый год проводил расследование, но так и не выяснил, что произошло с моей женой. И когда получил эту бумагу, то решил, что пора действовать.

— Вы перешли на убийство?

— Сначала тесты. Смотрел, как гипноз влияет на людей. И да, вы правы, одно объявление в городе тоже было под воздействием гипнотического растения. И только потом я уже принялся за свой… план.

— Сразу убийство?

— … Да…

— Я разочарована, — вздохнула Арине. — У вас под рукой такой инструмент, благодаря которому вы могли раскрыть любое преступление, а по итогу вы решили просто стать преступником. Вы могли раскрыть дело своей жены за один день, узнать всю правду!

— Какую правду?! Её нет уже два года, кого я должен ждать? Чудо? Что за наивность! Моей жены уже нет в живых, это стоит просто принять!

— Два года и вы сдались? — осуждающе спросила Арине. — Мало, очень маленький срок, чтобы похоронить дорогого человека. Достаточно!

На этих словах Винсент опустил перо, больше он ничего не писал. Его рука мгновенно заболела, словно только сейчас почувствовала боль. Это отдача за три исписанных листа.

— Теперь я хочу поговорить с вами без записей, этого хватит для властей в городе. — Женщина села на стул напротив Винсента. — А теперь скажи, как ты получил это растение и знания о Плакальщиках? Это информация не для простых ушей. Откуда ты знаешь?

— Я не помню. Просто пришёл домой и оно тут.

— Вот так просто. И ничего рядом не было?

— Нет, просто увидел записку и понял, что надо делать.

— Записка? Где она?

— Я её сжёг.

У Арине промелькнула одна мысль. Ей стало неприятно из-за неё.

— Она тоже была с гипнозом, так?

— … Я не помню… — У мужчины чуть ли не слёзы пошли.

— Ладно, тогда оставим эту мысль. Последние вопросы пошли. Вы использовали на себе бумагу?

Мужчина застыл, его губы начали дрожать. А затем потекла одна слеза, из его уст вырвалось только:

— Я не помню…

— Следующий вопрос точно последний, — сказала Арине эти слова как приговор. Тихо и грозно. — Зачем нужно было на самом деле писать «Прости»? Перед кем вы извинялись? Перед женой?

Тишина длилась дольше, чем нужно. Мужчина трясся, вертел головой, а слёзы шли и шли. Этого хватило детективу.

— Такое молчание лучше любых слов, — сказала она и встала со стула, взяв растение и письмо, которое Винсент прочитал. — Я заберу это и уничтожу. А вы ждите утра, за вами придут.

На крыше послышался шорох и шаги. Винсент резко развернулся и начал нервничать:

— Что это?

— За вами пришли те, кого вы обидели, — медленно отвечала Арине, под стать шороху. — Те, кто не любит убивать. Те, кто ищет спасение. А вы выставили их убийцами. Такое они не простят. И только прохождение испытания вины может вас спасти.

— О чём вы? Отпустите меня, это же самосуд! То же, что и я делал!

— Ошибаетесь. Вас будут судить высшие силы. И вы сами. Это ваш шанс очиститься. Они пришли показать вам то, что вы прятали даже от себя. Если выдержите — будете жить. — Женщина ухватилась за дверную ручку, но остановилась. Она добавила напоследок: — Но если боитесь, то мой вам совет. Не закрывайте больше глаза.

Герберт со стражниками утром пришли на место происшествия. Исписанные листы от Винсента всё для него прояснили. Всё, как и обещал детектив вчера вечером.

Но он не мог её вспомнить. Как выглядел детектив, мужчина это или женщина, какой голос — ничего. Словно её вычеркнули из его воспоминаний.

Только в этот раз никаких писем не было.

Горевать по человеку, которого не существовало, оказалось больнее, чем он думал. Герберт долго стоял на пороге, а потом вдруг подумал, что в городском приюте наверняка есть дети, которым не хватает отца.

Компания уже покинула город, Эльдарон нашёл то объявление и уничтожил его. А затем сделал то же самое и с растением. Всё сделали втайне, но Арине ему полностью доверяет.

— Хочу уточнить, — обратился эльф к детективу. — Ты название растения не упоминала?

— Нет. — Арине резко покачала головой. — Ещё не хватало, чтобы кто-то пытался воссоздать его или искать. Так будет лучше для мира. Мы хорошо ощутили его эффект и силу. Жутко. Полное послушание, а если постараться, то жертва даже ничего не почувствует. Защиты от этого мало, мне ещё повезло, что Эльдарон рядом был и знал о Плакальщиках. Такие вещи не должны существовать в этом мире: это слишком могущественная сила.

— Бумагу саму уничтожала?

— Разумеется. Самой было противно её использовать.

— Жалко, что мы не узнаем, что произошло на самом деле, — вздохнул маг.

— Да. Из-за этого гипноза всё перепуталось и перемешалось. Правда с вымыслом стали едины. Даже не могу сказать, гипнотизировал Винсент себя сам или нет, чтобы забыть правду о своей жене. Эх, а я так надеялась, что дело будет полностью раскрытым и интересным. Ненавижу такое.

— Значит, всё кончено? — осторожно спросила Маргарита, словно боясь задеть кого-то.

— Очень на это надеюсь. — Арине кивнула. — Странно, что разломом оказалось это растение. Такого я не ожидала, так ещё его Винсенту кто-то подкинул. Всё больше начинаю думать, что здесь не случайность.

— Есть идеи, кто? — спросил Эльдарон, хотя понимал, какой будет ответ.

— Только то, что он могущественный.

— Я ещё не понимаю одну вещь, — тихо проговорила Маргарита. — Вы оба раньше сталкивались с Плакальщиками? А то ведёте себя так, будто знаете их.

— Да, знаем, — ответила Арине, а маг кивнул утвердительно.

— Тогда вы могли бы им помочь снять проклятье?

— Теперь не можем. — Эльдарон опустил плечи. — Ты уже знаешь, как снять проклятье, но это работает только один раз. Один человек может спасти только одного Плакальщика. Мы с Арине уже помогли по одному. Дальше всё — остаётся только надеяться, что будут ещё разумные существа, которые помогут им.

— Значит, и я смогу когда-то одному из них помочь? — с осторожностью спросила Маргарита.

— Возможно. Но не рискуй напрасно. Плакальщики не хотят убивать. Им самим больно, когда люди не справляются с чувством вины, — спокойно ответила детектив, смотря в глаза девушке. — Так что живи дальше, и не думай об этом особо. Это тяжёлая задача, оставь её для других, у кого будущее не такое многообещающее, как у тебя.

Маргарита ещё некоторое время обдумывала её слова. Словно что-то личное сказала Арине. А затем обернулась. Не знала почему, просто почувствовала. Позади них стояло несколько статуй людей, закрывающих глаза платками. Но теперь девушка их больше не боялась. Скорее наоборот — сочувствовала.

И решила для себя, что когда-нибудь она встретится с ними вновь.