Дэррон

История первая. Сожаление

Джонатан сонно сидел в своём затёртом кожаном кресле и слушал привычный скрип, медленно покачиваясь. В полицейском участке ничего не происходило уже довольно давно, поэтому работать приходилось только с кучей неприятных бумажек. Джонатан Рэндолл занимал место старшего детектива небольшого города Дэррон четыре года. Он никогда не стремился занять свою почётную должность, но так как больше кандидатов на тот момент не было, а начальство давило, то Рэндоллу пришлось согласиться. Хотя он не видел сильную разницу в должности старшего детектива по сравнению с младшим, если только в количестве лишних бумажек. Особенно когда ты работаешь в городе, где максимум, что может произойти – это ограбление магазина местными хулиганами, которых Джонатан знал поимённо. Да и нужна ли ему эта должность? Джонатан до сих пор не мог понять пользу своего повышения.

Он был высоким мужчиной, под рубашкой которого выступало небольшое брюшко, чуть больше пятидесяти лет, в волосах уже начинала пробиваться седина. Седина появилась только недавно, после развода с женой, который сильно повлиял на его нервную систему. Когда кто-то начинал разговор об этом событии, детектив очень нервничал и даже начинал переходить на крик. Всем его знакомым было видно, что этот момент жизни прошёл слишком болезненно для Джонатана. Тем более это было единственное серьёзное потрясение в жизни детектива, и больше никаких особенно важных происшествий не происходило. Поэтому можно было вечно прозябать в абсолютно одинаковых рабочих днях.

Город Дэррон был одним из самых спокойных и тихих мест с довольно скудной историей. Поэтому местные жители частенько придумывали новости и эпизоды, наподобие призраков и всякой мифической чепухи, в которые Рэндолл не верил. «Конечно, всё это байки старушек на лавочках, – всегда говорил он. – Существует множество примеров, когда люди специально сочиняли мрачные и интересные истории для города, чтобы привлечь туристов. Вон, например, в соседнем городе целый музей построили, потому что там в Средневековье ведьм сжигали». Для Джонатана это было смешно: «Это же не Салем какой-нибудь. Просто глупая расточительность со стороны правительства».

Единственное, что было самым примечательным за последние годы в городе, – это переехавшая семья азиатов. Рэндолл уже не помнил, кто конкретно это был – китайцы, японцы, а может, корейцы. «Всё равно все на одно лицо», – небрежно думал детектив. Но весь город тогда всполошился. Естественно, когда у человека другие цвет кожи, разрез глаз, то все сразу начинают относиться к нему с опаской, а в дополнение ещё придумывать всякие небылицы. Как и предполагалось – новые соседи не прижились. У детектива тогда было много звонков, связанных с ними. Мол, по ночам новые жители города проводят тёмные ритуалы, украли ребёнка, съели соседскую собаку, и так далее. Но сколько Джонатан не ходил к ним домой с проверками, никогда не видел ничего подозрительного. Они были совершенно тихие, мирные граждане, которые скорее всего хотели начать жизнь в таком же спокойном месте. Но разве возможно это сделать в маленьком городке, где тебя знают как облупленного? Детектив и сам довольно настрадался от соседей, которые были в курсе всей его жизни.

За окном раздался резкий гром. Шёл дождь, и от этого хотелось спать ещё сильнее. От полусна детектива разбудил громкий звонок телефона. Джонатан вздрогнул и лениво потёр глаза.

«Давно пора было поменять телефон. Он звонит так громко, что начинает трещать голова».

– Старший детектив Джонатан Рэндолл. Слушаю, – твёрдо сказал Джонатан.

– …

– Алло! Говорите, я слушаю.

– …

Детектив повесил трубку и вспомнил ещё несколько подобных «молчаливых звонков».

«Опять эта шпана. Наверняка Джеймс со своими дружками дурью маются. Встречу его в следующий раз, дам подзатыльник».

В этот момент Джонатан заметил косой взгляд своего коллеги Аллена Брауна.

«Что он там обо мне подумал? Что я трубку специально бросил?» – зародилась неприятная мысль в голове детектива.

Отношения с коллегами у Рэндолла были не самые лучшие. Многие помнили его состояние и выходки ещё до должности старшего детектива, поэтому отнеслись к повышению своего сотрудника не очень положительно, а иногда в разговорах проскальзывала пренебрежительность.

Из-за дождя пришлось задержаться на работе, что совсем не входило в планы детектива. В семь начиналось шоу «На громких улицах», которое он смотрел каждый день. Это было ритуалом: детектив приходил после работы домой, быстро перекусывал, брал из холодильника холодное безалкогольное пиво, садился на диван и смотрел телевизор. Раньше, конечно, он пил и напитки покрепче…

Между тем с каждой минутой капли за окном становились всё мельче, и детектив решил наконец-то выйти. Выключив старый компьютер и немного прибрав своё место к завтрашнему дню, Рэндолл вышел на мокрую улицу. Дорога к дому всегда была одна и та же, но почему-то Джонатан каждый раз рассматривал пейзажи приевшегося города. Возможно, это была просто рабочая привычка. Ведь тут никогда ничего не менялось, всё те же дома, цвета, люди. Детектив знал каждый кирпичик дома, дворик и улочку.

Каждый раз, как и сегодня, Рэндолл прошёл мимо магазина антиквариата.

«Никогда не понимал, зачем этому маленькому городку подобный магазин, но раз до сих пор работает, значит, товар покупают», – почему-то именно сегодня задумался об этом детектив.

В магазине всегда было тихо. Рэндоллу никогда не приходилось заезжать сюда по делу и, конечно же, из личных побуждений. Это «старьё», как он выражался, ему уж точно не нужно.

Вдруг из угла послышалось чьё-то жалобное мяуканье. Джонатан повернулся на звук и, заглянув в темноту, увидел мокрую грязную коробку, из которой выглядывал огромный кот.

– Кто это тебя здесь оставил?

В ответ послышалось только жалобное «мяу». Рэндолл приблизился к животному, чтобы лучше его рассмотреть. В ответ кот прижался к руке детектива. Он весь дрожал. Джонатан немного приподнял его и понял, что перед ним не кот, а кошка. Окрас шерсти у неё был трёхцветный: основной цвет белый с чёрными и рыжими пятнышками. Она явно была породистой и довольно взрослой кошкой. В тёмных пятнах шерсти просматривалась седина, да и окрас был довольно бледным. Джонатан также заметил потрёпанный ошейник с именным значком, означающий, что кошка домашняя. Но на значке всё ужасно потёрлось, не было видно ни адреса, ни имени. Только первая буква «Р».

Рэндолл грустно посмотрел на кошку. Человеку, у которого даже кактус умер на подоконнике, было очень опрометчиво брать с улицы какое-либо животное. Но что-то было в этом беззащитном создании, отчего сердце старого детектива сжалось.

– Ну что же, шоу уже прошло, все планы и так нарушились, так что… – Джонатан осторожно взял кошку на руки и направился в сторону дома.

В своём «холостяцком убежище» Джонатан аккуратно протёр животное от грязи мокрым полотенцем и отпустил обследовать территорию. В доме не было никаких излишеств, особенно после ухода жены. Все свои вещи она увезла с собой. Осталось что-то по мелочи, но Рэндолл почти ничем не пользовался.

– Даже не знаю, что тебе дать… – задумался он, смотря на вернувшуюся после знакомства с новой местностью кошку. Она явно ждала продолжение.

Он открыл полупустой холодильник. Из съестного было только пару сосисок. Джонатан положил их в тарелку, погрел в микроволновке и порезал на кусочки. Больше ничего подходящего не было.

«Если не понравится, придётся идти в магазин», – думал детектив, внимательно смотря на кошку. Ему не очень-то хотелось выходить в такую неприятную погоду на улицу.

Тем не менее кошка после недолгого обнюхивания еды начала жадно есть.

«Вроде бы нравится…»

Джонатан опять открыл холодильник, взял безалкогольное пиво и сел на диван. Однако после получасового просмотра телевизора детектив почувствовал неприятную боль в коленях. Они всегда гудели в дождливую погоду. Рэндолл решил: больше ничего сегодня делать не будет (тем более бутылка быстро закончилась).

Он сходил в душ и лёг на кровать. Через несколько минут снизу послышалось знакомое мяуканье. Детектив в полудрёме открыл глаза и посмотрел в сторону звука. Кошка явно просилась в кровать.

– Ну что с тобой делать… Иди сюда.

Джонатан мягко взял её и положил на грудь. Правда, кошка оказалась достаточно тяжёлой, поэтому пришлось положить под руку. Она не сопротивлялась.

«Какая послушная девочка», – подметил детектив уже в полудрёме.

Под мелодичное мурчание Джонатан уснул.

* * *

На следующее утро после чашки кофе детектив думал, что ему делать со новой соседкой. Временно он дал ей имя Рут, так как на значке была только буква «Р».

«Почему бы и нет. Может, её так и звали», – наивно полагал Рэндолл.

В полицейском участке ему помогли сделать объявление о пропаже и попросили мальчишку за небольшую плату развесить листовки по городу. Джонатан уже хотел было сесть в своё кресло с кружкой горячего кофе и начать перебирать нудные бумажки, как вдруг в участок позвонили. Ночью кто-то надебоширил в доме Ларкинсов и украл несколько вещей, пока те были в отъезде. Пришлось собираться и выезжать на вызов.

«Давно у нас не было никаких ограблений. Этот год был относительно спокойным», – думал детектив, сидя в машине со своим напарником.

Подъехав к месту преступления, Джонатан увидел ждущую на пороге миссис Ларкинс.

– Здравствуйте, миссис Ларкинс, – поздоровался Рэндолл, выходя из машины.

– Здравствуйте, детектив.

Рэндолл пересекался с ней всего пару раз за свою жизнь. Она была полноватой женщиной с добрым характером. Детектив помнил, что до какого-то времени миссис Ларкинс с сыном жили одни в довольно плохом материальном положении, но на жизнь по крайней мере хватало. Вроде бы она недавно вышла замуж, однако от этого лучше не стало. Кому могло прийти в голову их обокрасть?

– Рассказывайте, что у вас произошло.

– Мы с мужем уехали на ночь к его родителям, а когда вернулись домой, то… Ох, мистер Рэндолл, там просто всё вверх дном. Мебель разбросана, еда вся украдена…

– Еда?

– Да, в холодильнике ни одной крошки не осталось.

– А ещё что-то украли?

– Кольцо, но оно не имеет большой ценности.

– И всё?

– Вроде бы да. Хотя я так разволновалась… Я сразу позвонила в участок…

– Ладно, не беспокойтесь, миссис Ларкинс. Посидите, подумайте, что ещё могли украсть, а мы пока осмотримся, хорошо?

– Да, конечно.

– А где мистер Ларкинс?

– Его срочно вызвали на работу, будет только вечером.

– Ясно, – ответил детектив, осматривая дверь на предмет вскрытия, но ничего не увидев, зашёл внутрь.

Основной разгром произошёл на кухне: разбили почти что всю посуду, мебель раскидали. Еда и вправду была украдена, и не только из холодильника, но и из шкафов, что-то из круп было рассыпано по полу.

«Из ценностей почти ничего не пропало, кроме кольца, которое, в принципе, как утверждает миссис Ларкинс, нельзя выгодно продать. Значит, это просто какая-то шпана решила позабавиться».

– Миссис Ларкинс, вы кого-нибудь подозреваете?

– Не знаю… Не могу сказать… Я со всеми в хороших отношениях. Хотя… – женщина явно замялась, будто что-то осознав. – Ну нет.

– Миссис Ларкинс, прошу вас быть честной. Мы же хотим вам помочь.

– Да, конечно, детектив, я понимаю. Просто это касается моего сына, Томаса… Сейчас он находится в таком возрасте… Ну, вы сами понимаете. Мы сейчас с Лори начали новую жизнь, но у Томаса, видимо, сыграл юношеский максимализм, и он был категорически против. Украденное кольцо как раз подарил мне Лори. Но вот только зачем это Томасу? Он ведь в этом доме живёт, да и не такой у него характер. Я воспитывала его добросовестным гражданином. Не понимаю…

– А где он сейчас? И где был этой ночью? С вами?

– Нет. Он ночевал у друга. Где сейчас, не знаю.

Миссис Ларкинс схватила детектива за рукав.

– Мистер Рэндолл, Томас хороший мальчик. Просто связался с плохой компанией. С этим Джеймсом... Вы же его знаете, он ещё тот бандит.

– Да, миссис Ларкинс, лучше вам поговорить с сыном на эту тему. Джеймс не самая лучшая компания, – начал успокаивать беспокойную женщину детектив. – Вы не волнуйтесь, я схожу к ним, знаю, где они обычно проводят время.

Рэндолл попросил своего напарника закончить со всеми формальными делами, а сам поехал в убежище местных хулиганов. Это было почти на окраине города, в сторону давно заброшенных полей.

Раньше город славился своими богатыми урожаями. Почти что все жители занимались сельским хозяйством, пока почва по каким-то неизвестным обстоятельствам стала неплодородной. Причину так и не установили. Многие тогда лишились работы, а место, где раньше стояли огромные машины и хранились зёрна, опустело.

Рэндолл прошёл через пустое поле к беспризорному ангару, где обычно собиралась банда Джеймса. Он уже давно нашёл их секретное место, так как частенько приходилось заводить разговоры о морали с этими ребятами. Открыв деревянную скрипучую дверь, детектив вошёл в ангар. Внутри находились пять подростков, в одном из которых Джонатан узнал Томаса.

Всех их Рэндолл знал в лицо, особенно главаря – Джеймса Фишера, который возвышался на брошенных в помещении деревянных коробках. Не сказать, что детектив ненавидел этого подростка или как-то плохо к нему относился. Нет, наоборот, он даже немного жалел его. Мальчик был из неблагополучной семьи и вёл себя соответствующе. Ничего удивительного, что с таким отцом и непутёвой матерью он стал главным нарушителем порядка в городе и частым гостем в полицейском участке. Если бы обстоятельства сложились иначе, то из него вышел бы толк: мальчик был совсем не глуп и иногда даже совершал какие-то благородные поступки.

В ангаре повисла напряжённая тишина. Рэндолл твёрдым шагом подошёл к мальчишкам и начал:

– Ну вот мы опять с вами встретились. Джеймс, Джо, Брук, Томас, Уэсли, – детектив быстро поднял руку в знак приветствия и продолжил уже серьёзнее. – Но в этот раз я не к тебе, Джеймс. Томас, могу я задать тебе пару вопросов наедине?

– Томас останется тут, – твёрдо сказал Джеймс. Наглости у пятнадцатилетнего подростка было хоть отбавляй. Ещё Джонатана раздражало, что Джеймс всегда надменно и развязно разговаривал с людьми старше него.

– Джеймс, я думаю, что это не тебе решать. Томас…

– Мы знаем, зачем ты пришёл. Томас ни в чём не виноват.

«Ох уж эти подростковые недобанды. И ещё это дурацкое “мы”. Ведут себя как стая собак. Один за всех и так далее», – раздражённо думал про себя детектив, смотря на враждебное лицо Джеймса.

– Так вы знаете. Интересно… И откуда же? Может, как раз Томас похвастался вам своими «подвигами»?

– Томас был всю ночь с нами. Все это подтвердят.

– А есть у него ещё алиби?

– Тебе не хватает моего слова и наших ребят?

– Боюсь, что вы все тут в сговоре.

– Да вы сами подумайте, зачем мне это?! – наконец-то детектив услышал возглас виновника торжества.

– Самому интересно… – Джонатан сделал паузу. – Например, насолить своему отчиму или матери. Пока все улики указывают на тебя.

– Да пошёл этот козёл куда подальше!

– У вас нет никаких улик, не врите, – уверенно сказал Джеймс. Многолетний опыт пребывания в участке в последнее время сильно помогал ему сводить все аргументы Рэндолла на нет.

– Это всё боггарт! – послышалось писклявое тявканье самого мелкого из банды.

– Тс! – шикнул на Уэсли Джеймс.

– Какой ещё боггарт?

– Ну этот… маленький такой, страшный домовой из… – продолжил уже почти шёпотом Уэсли.

– Так, понятно. Не нужно мне здесь придумывать всякие небылицы вроде домовых. Говорите как есть! Детский сад, честное слово…

– Мы не придумываем! Он приходит ко мне по ночам, проводит своей холодной рукой по лицу, одеяло скидывал! – резко начал кричать Томас.

– Угу, и кольца воровал, да?

– Какие кольца?

На юном лице Томаса отразилось удивление. Тем не менее детектив не смог понять, была ли это искренняя эмоция или фальшь.

– У твоей матери украли кольцо. Про погром знаешь, а про кражу нет, значит? Как удобно.

– Я правда ничего не знаю про кольцо! И я не вор! Тем более у матери воровать!..

Джонатан хотел верить мальчику. Он искоса посмотрел на Джеймса, но тот сидел всё с тем же холодным выражением. Уж у него точно ничего нельзя было прочитать по лицу. Однако предъявить этим двоим Джонатану и вправду нечего, пока никаких улик нет. Но Томас всё равно остаётся главным подозреваемым.

– Так, шпана, пока вы не разозлили меня ещё сильнее, предлагаю сделать так: кто-нибудь из вас придёт с повинной в мой участок и расскажет всё, как было. Иначе потом вам всем не поздоровится.

– Участок не твой, – только и ответил Джеймс.

– Ну хорошо, оговорился. Старость. В общем, предложение действует два дня, – с этими словами детектив раздражённо направился к выходу.

– Я же говорил, что он не поверит, – услышал детектив тихий голос Джеймса, закрывая дверь.

* * *

Рэндолл, к огромному сожалению, не нашёл ни одной улики против шайки Джеймса. Никто так и не пришёл в участок, угрозы перестали на них действовать. Он ещё несколько раз ходил в ангар, но ничего путного выбить из ребят не смог. С каждым разом они молчали всё настойчивее. После третьего визита детектива в ангаре вообще перестал кто-либо появляться. Видимо, нашли другое убежище.

Из соседей никто ничего не видел и не слышал, хотя обычно они такие «внимательные»… А тут ничего. Как будто специально. Замок на двери не был взломан, все окна плотно закрыты… Но должен же был грабитель хоть как-то пробраться в дом. Только один вариант – с помощью ключа, а его имел только Томас.

Естественно, от такой работы, которая казалась пустяком в чужих глазах, начальство было не в восторге. Каждый раз, проходя мимо стола Рэндолла, начальник окидывал его осуждающим взглядом. Детектив уже готов был спихнуть это дело на любых домовых, лишь бы это сработало. Но какой здравомыслящий человек в это поверит?

Джонатан откинулся на кресле и на минуту ушёл в свои мысли. Сейчас единственное, что его успокаивало, это дом, где его всегда встречала Рут. Она прекрасно прижилась на новом месте, и Рэндоллу было приятно, что хоть кто-то его встречает, разговаривает… Да, именно разговаривает. Джонатан не раз замечал, что кошка как будто его понимает, хотя слышал что-то подобное от соседки-кошатницы. В добавок Рэндоллу нравился её необычайно длинный и пушистый хвост, который было очень приятно гладить, да и смотрелся он красиво. Единственное, что напрягало детектива, – это огромные размеры кошки и её аппетиты. Такие затраты не входили в планы. Но что делать, не выкидывать же обратно на улицу.

«Странно, что никто так и не откликнулся на объявление о потерянной кошке. Рут точно больше десяти лет, по виду домашняя. Где же тогда хозяин? Он не ищет своего питомца? Или он оставил её в коробке намеренно? Настолько кошка мешала ему жить? Боже, даже хозяина потерянной кошки не могу найти. Как до такого дошло?» – раздумывал детектив насчёт всех последних событий.

Если придерживаться версии о том, что кошку оставили намеренно умирать от голода и холода, то даже у Джонатана от одной этой мысли кровь застыла в жилах. Разве так можно?..

Его мысли прервал громкий звонок телефона.

– Старший детектив Джонатан Рэндолл. Слушаю.

– Рэндолл, зайди ко мне.

Звонил начальник. У детектива было плохое предчувствие. В дополнение, если вспомнить прошлое неприятное дело, где Рэндолл напортачил с этим Дженкинсом, ситуация складывается не из лучших.

«Чёртов наркоман! Заблудился в лесу в пьяном угаре, плёл всякую чертовщину. Как возможно было хоть как-то решить это дело?!» – с этими мыслями Рэндолл неохотно встал с кресла и направился в сторону кабинета начальника, где вальяжно расселся нахмурившийся Брюстер, рукой пригласивший Джонатана сесть напротив.

– Рэндолл, как продвигается дело с кражей? – начал Брюстер, внимательно смотря на детектива.

– Пока нет никаких новых зацепок. Свидетелей не нашли, сами мальчишки…

– Угу, то есть ты хочешь сказать, что элементарно не можешь найти того, кто украл у бедной женщины еду и одно жалкое колечко?

– Пока да, – детектив напрягся ещё сильнее.

– А что там с её сыном?

– Против него нет никаких улик.

– Угу, – Брюстер сделал долгую паузу, которая показалась Джонатану вечной. – Ты понимаешь, что ходишь по тонкому льду, Рэндолл? Я начинаю задумываться, что ты не пригоден на эту должность, как и на все остальные в нашем отделе.

У детектива от таких слов комок в горле встал.

«Непригоден? А кто говорил, что нет людей, и что эта должность идеально мне подходит? Как быстро он переобулся! Избавиться от меня, что ли, хочет?»

– В общем, через неделю я хочу видеть на своём столе раскрытое дело. Свободен.

Джонатан быстро встал, что-то пробормотал в ответ и вышел из кабинета. Домой он вернулся позже, пропустив своё любимое шоу. В расстроенных чувствах Рэндолл сидел на диване и нервно поглаживал кошку, которая каждый раз ложилась на его ноги.

«Чёртов Джеймс со своими ребятами! Сначала забавляются в домах, потом ещё и скрываются, что их совсем не найти, а теперь эта свинья Брюстер сделал мне выговор. Непригоден! Я столько лет потратил на этой проклятой работе, и вот благодарность! Походил бы он, как я сейчас! Только и знает, как сидеть в своём кабинете и жрать. А как делами нормально заниматься, уже и забыл».

В этот момент зазвонил телефон. Детектив минуту помедлил, думая, кто бы это мог быть, и взволнованно взял трубку.

– Привет, Джонатан, – раздался до боли знакомый голос в ушах.

– Привет, Роуз. Как поживаешь? – радостно спросил Джонатан.

– Всё хорошо. Я просто… Звоню узнать о твоём здоровье. Маргарет сказала, что в последнее время ты какой-то нервный. Я вспомнила про твою проблему со спиной… У тебя не обострение?

– Нет, всё в порядке. Спасибо за беспокойство.

– Ну хорошо, береги себя.

– Роуз! – в страхе перед тишиной выкрикнул Рэндолл.

– Да?..

Детектив помедлил, не зная, как начать.

– Роуз, может, ты приедешь ко мне на день? – в трубке раздался недовольный вздох. – Ну или хотя бы на вечер. Посидим, поговорим. Мы же не виделись уже полгода.

– Нет, Джонатан, я ещё тогда тебе сказала, что больше не вернусь. Даже если мне вдруг понадобится что-то забрать, то я попрошу Маргарет к тебе заглянуть. А все новости я и от неё слышу. Так что даже не знаю, о чём мы можем говорить…

– Роуз, я завязал, честное слово…

– Джонатан…

«Слишком долгая пауза, слишком», – проносилось в голове Рэндолла.

– Не в этом дело. Я уже всё решила. Давай больше не будем об этом. Я рада, что у тебя всё в порядке. Кладу трубку.

Раздались гудки…

Джонатан ещё долго держал трубку в руках, потом медленно и неохотно положил её обратно.

– Какой же я дурак! – только и смог произнести Рэндолл и упал на диван.

«Больше не вернусь».

Лучше бы он этого не слышал. Было невыносимо больно.

Джонатан очень надеялся, что всё будет как раньше, если он завяжет.

«Дурак!» – ещё раз повторил про себя детектив.

Рэндолл вздохнул, поняв, что день дерьмо, и, наспех одевшись, направился на улицу в магазин. Подойдя к двери, детектив остановился и задумался:

«Стоит ли начинать?»

Однако ноги сами повели Джонатана в магазин рядом с домом к давно знакомому уголку. Он неуверенно встал возле холодильника. Разум тянулся к безалкогольному, но рука к бутылочке покрепче. От нервного напряжения Джонатан сам не заметил, как в корзинке оказалась одна бутылка, потом две, три…

«Хорошо, что за кассой стоит Френсис», – подумал про себя детектив.

Она никогда не смотрела на него осуждающе, что помогло ему без зазрения совести уйти из магазина с полным пакетом алкоголя.

Вернувшись домой, Джонатан поставил бутылки на стол, включил телевизор и расположился на диване. Не важно, что буде идти по телевизору, главное, чтобы была хоть какая-то картинка, шум. Остальное – не имеет значения.

Такое состояние небытия продолжалось долго, и Рэндолл уже потерялся во времени. На часы смотреть не хотелось. Однако нужно было встать за дополнительной «приправой». Джонатан резко поднялся с дивана, но потерял равновесие и упал на колени. Голова кружилась, в глазах мутнело, хмель ударил в голову слишком быстро. Особенно после такого перерыва…

Позади послышался чей-то шёпот. Детектив обернулся на шум. От увиденного Джонатан обомлел. Возле него на двух ногах, совсем как человек, стояла Рут. Она помахала перед его лицом огромной лапой и тихо сказала:

– Что, Джонатан, опять пьём?

Рэндолл от шока и хмеля в голове не смог связать и двух слов. Он не знал, что ответить. Да и нужно ли отвечать? С ним разговаривала кошка!

И всё-таки после нескольких минут шока он смог выдавить из себя пару слов:

– Я не виноват…

– Ну конечно, ты не виноват. Виноваты всегда другие, люди на улице, работе, начальство, жена…

– Вот не нужно сейчас о жене, ты ничего о ней не знаешь!

Существо, напоминающее кошку, посмотрело на детектива своими жёлтыми звериными глазами.

– Я всё о тебе знаю, Джонатан.

И тут по телу Рэндолла прошёлся холодный пот. Эти слова прозвучали очень твёрдо и пугающе. Что она хочет этим сказать? Какая-то кошка с улицы ему угрожает? Почему она вообще читает какую-то мораль? Это же просто животное… Откуда ему знать о человеческих чувствах?

Однако Рэндолл сказал совсем другое:

– Ну хорошо, допустим, я опять не сдержался, напился. Допустим, я виноват. И что? Какая теперь разница…

Кошка всё так же внимательно и непрерывно смотрела на детектива. Джонатан постоянно отводил взгляд от этих пронзительных кошачьих глаз, не смея двинуться с места.

– Разница в том, что ты ещё можешь всё изменить. Ты и хотел, но при малейшем напряжении не смог сдержаться. Ты слабак, Джонатан. И из-за своей слабости ты лишился жены.

– А ну заткнись! Да как ты смеешь! Ничего ты обо мне не знаешь! Ты всего лишь кошка, которую выбросили на улицу.

Рэндолл от переизбытка чувств и хмеля резко поднялся, чтобы дать этой кошке хорошего леща, однако опять не удержался на ногах и упал.

* * *

Детектив проснулся от неприятных лучей солнца из окна, которые жутко слепили глаза. На улице было невыносимо светло. Тошнило.

«Скорее всего, уже обед… Сколько я проспал?» – первое, что промелькнуло у Джонатана в голове.

Он начал медленно вставать, рука дотронулась до чего-то липкого. Рэндолл осмотрел комнату вокруг. К счастью для него, всё было знакомо, он точно находился у себя дома возле дивана. На столе и полу лежали бутылки из-под пива и питья из старых запасов, телевизор был включён. Джонатан пытался вытащить хоть какие-то воспоминания из своей больной головы. В еле работающем мозгу мелькали отрывки воспоминаний: магазин, дом, какая-то ерунда по телеку, кошка…

Кошка.

Мозг вспомнил ужасающую картину: стоящая на двух лапах огромная кошка с жёлтыми звериными глазами, чей пронзительный взгляд был направлен на детектива.

Джонатан резко обернулся, отчего поймал очередной прилив боли в голове, в поисках зверя. Рядом её нигде не было. Тяжело дыша, Рэндолл стал заглядывать в комнаты: на кухню, в туалет, чулан, спальню. Рут лежала на его кровати и мурлыкала как ни в чём не бывало.

– Привет, – начал Джонатан в непонятной надежде услышать какой-то ответ.

Кошка подняла свою разноцветную голову и невероятно умным взглядом посмотрела на него.

– Мяу.

От этого звука детектива передёрнуло. Он с облегчением сел на кровать. Кошка в это время подошла поближе и облизала его руку. Джонатан машинально погладил её по голове.

«На что я надеялся? Что кошка заговорит? Глупо. Скорее всего, белочка…»

– Всё. Теперь точно завязываю, – сказал самому себе Джонатан.

С этими словами детектив собрал все пустые бутылки в доме и выбросил оставшиеся запасы в мусорку в надежде, что больше не притронется к спиртному.

История вторая. Отчаяние

– Тётушка Френсис, тётушка Френсис! Можно нам конфетки? – громко упрашивали дети женщину за кассой. – Пожалуйста!

– Ладно, сегодня можно, но это в последний раз.

– Ура! – звонко прокричала ребятишки и с конфетами в руках и довольными лицами шумно вышли из магазина. Мейси заплатила за детей из своего кармана, понимая, что это далеко не «последний раз».

Тётушка Френсис. Так её называли все дети в городе. Френсис Мейси была худощавой женщиной тридцати девяти лет. На её лице всегда отражалось добродушное выражение, однако морщины выдавали усталость и тяжело пережитые годы хозяйки. Она никогда не считала себя красавицей и от других слышала только «милая девушка». Поэтому всю жизнь старалась поддерживать образ милого и доброго человека. Хотя, бывало, ей не удавалось сдержать накопившееся напряжение. Особенно это сказывалось на отношениях с мужем.

С ним Френсис прожила пятнадцать лет. Они познакомились, как почти все её подруги, в городе, через знакомых. Его звали Фрэнк Мейси. Тогда он только начал работать в поле, водил трактор, был хорошо сложенным, плотным мужчиной. Начало их семейной жизни было стабильным и спокойным, но всё изменилось, когда почва на поле стала неплодородной. Фрэнка, как и всех остальных, уволили. Потом, получив травму на следующем рабочем месте, он довольствовался пособием по безработице. Теперь муж просиживал штаны на диване с бутылкой когда пива, когда виски, всегда по-разному. От того приятного молодого человека, которого она знала раньше, почти ничего не осталось. Каждый день ей приходилось выслушивать жалобы на несправедливую жизнь и тупых чиновников, что государству он ничего не должен, должны только ему. Из-за такого отношения мужа к работе Френсис пришлось начать зарабатывать самой, что поначалу было тяжело, ведь она пять лет сидела дома, высшего образования и хоть какого-то первоначального опыта не было. Поначалу работа попадалась неприятная, а если увольняли или что-то случалось у работодателя, то новое место в маленьком городе было найти очень тяжело. Сейчас Френсис работала на кассе в небольшом продуктовом магазине. Это не приносило больших денег, но на первые нужды хватало.

Мужа устраивала такая жизнь, и Френсис давно перестала с ним спорить. Если она начинала говорить о его безделье, Фрэнк всегда отвечал агрессией, чего Френсис боялась больше всего. В такие моменты она часто задумывалась об уходе. Как, например, это сделала Роуз Рэндолл. Однако Роуз было куда уйти: она уехала к родственникам в другой город. Но куда уходить Френсис? Дом, где они жили с мужем, принадлежал ему, ферма её отца давно прогорела, всё продали, родители умерли, ближайших родственников не было. Кому она будет нужна? И как сможет прожить с её маленьким доходом? На эти вопросы Френсис никогда не находила ответов. Часто её посещала мысль: «В маленьких городках как раз многие и спиваются, так как делать нечего. Он не виноват. Это всё условия. Если бы мы уехали…»

Такая жизнь продолжалась уже девять лет. Иногда тупое бездействие и неизменность ситуации доводили Френсис до отчаяния. Наверное, единственной отрадой сейчас для Мейси стали бы дети. Но своих детей у них с мужем не было. Это и стало причиной того, что Френсис не могла отказать ни одному ребёнку в городе. Каждый для неё был как свой. Дети в ответ на её доброту отвечали тем же и знали, что тётушка их не выдаст и не обманет, поэтому часто приходили к ней за советом или выклянчить что-то. Сейчас больше всего они выпрашивали конфеты с прилавка, которые Френсис им покупала. Сладости стоили копейки, а детям приятно. Для Мейси это было главное.

Казалось бы, наконец-то появилось место, где Френсис могла почувствовать себя спокойно. Сюда часто заходят дети, платят без задержки (по сравнению с прошлой работой), да и хозяин, на вид, добропорядочный. Однако не раз Френсис слышала об этом месте не самые приятные слухи. Первое, что многих настораживало, – раньше дом был жилым, но по неизвестным причинам жильцы его продали и уехали из города, а новый хозяин решил сделать магазин. Вскоре после открытия начали расползаться жуткие истории о новом магазинчике. Что только не придумали: свет по ночам включается, как будто внутри кто-то есть, непонятные шумы, крики, падающие предметы, исчезновение еды из пакетов после покупки, неприятная аура места и так далее. Список городских слухов слишком велик, чтобы перечислить всё, но именно из-за подобных историй покупателей в магазин заходило всё меньше и меньше. Спасло только то, что директор установил низкие цены на продукты. После такого хода все резко забыли о страхе, но всё равно продолжали говорить о неприятной атмосфере в магазине.

Несмотря на все услышанные истории, Френсис всё равно устроилась сюда работать. Ведь на данный момент это было единственным свободным рабочим местом для неё в городе. Мейси и сама впоследствии убедилась, что в магазине происходят странные вещи: иногда продукты или ценники менялись, слышались непонятные звуки, издававшиеся из разных уголков. Френсис никогда не жаловалась на плохую память или слуховые галлюцинации и точно помнила, куда что ставила. Поначалу она начала подозревать свою коллегу, которая работала в следующую смену, однако та всё отрицала. Из-за подобных случаев, хоть Френсис не очень верила в злых духов и прочую ересь, крестик с собой всегда носила. Это её немного успокаивало.

«Лучше бы Фрэнк тогда согласился на ту работу. Мы бы уехали из этого города, глядишь, что-нибудь получилось бы. Тут же ничего нет», – время от времени думала Френсис, когда снова слышала странный шум в магазине.

Больше всего о ней беспокоилась Джил Ларкинс. Она была частым гостем в магазине. Вот и сейчас она пришла за покупками, как обычно. Наверное, весь город уже услышал о переполохе, который произошёл в её доме. Многие, в том числе и сама мать, подозревают Томаса. Однако Френсис кажется, что это не он. Она много раз видела мальчика. Томас был честным и добрым, и даже под плохим влиянием вряд ли бы стал разрушать собственный дом. Тем более мальчик знал, как много его мама работает. Мейси часто слышала, как Томас жалел маму.

– Как у вас дела? – спросила Френсис миссис Ларкинс, когда та подошла к кассе.

– Ох, да ничего, всё налаживается. Вот только посуды не хватает. Да и лишних трат в этом месяце оказалось немало.

– Да, ужас, конечно. Так никого и не нашли?

– Ищут, да никого не находят. У меня вообще чёрная полоса в жизни какая-то. Томас из-за всей этой ситуации ещё больше отдалился от меня. Не знаю, что и делать.

Френсис понимающе кивнула.

– Да, и место всё-таки здесь плохое, – неожиданно начала Джил. – Ты разве сама не чувствуешь? Однако цены тут замечательные!

Мейси уже не в первый раз слышала подобное, но всегда отвечала, что подумает об уходе. Однако мыслила совсем по-другому: «Пока что это единственное место для работы. Кто мне будет платить? Ты, что ли?»

Френсис всегда заканчивала работать в десять вечера. Проверяла стойки с продуктами, заполняла бумаги, выключала свет и закрывала двери. До дома было идти полчаса, и Мейси даже нравилась эта дорога, потому что она всегда проходила мимо антикварного магазина. Френсис всегда засматривалась на статуэтку молодого жеребца на витрине, стоящего на дыбах. Это напоминало ей о прошлом.

В детстве её отец имел хозяйство. У них были куры, пара свиней и лошадь. Лошадь была для неё самой важной живностью на ферме. Её звали Грэт. Она имела красивый чёрный окрас и благородные черты, хоть и не была породистой. Отец купил её у знакомого по небольшой цене. На рынке она стоила совсем ничего, но в доме очень любил эту лошадь. Именно с Грэт Френсис путешествовала по всему Дэррону и ближайшим городам, с ней они многое повидали и пережили. Поэтому любое упоминание, изображение или разговор о лошади вызывали в Мейси затаённый восторг.

После магазина антиквариата Френсис входила в сквер, которые жители сами облагородили, и шла к небольшим домам неподалёку, где и жила. Недалеко от сквера в темноте виднелось большое озеро, которое у многих жителей ассоциировалось как с плохими, так и с хорошими вещами.

Многие беспокойные мамы и бабушки, чтобы дети не подходили близко к озеру, придумывали всякие страшилки вместо разумных объяснений. Например, Френсис часто слышала о водяных келпи – чудовище в образе лошади, которое хватает малыша, сажает себе на спину и затем погружается в воду. Это единственная история про лошадь, которая не нравилась Мейси. Для неё эти животные были олицетворением благородства и доброты. Как они могут кого-то убить? Это просто глупая страшилка, как, например, история про Дженни Зелёные Зубы.

Добравшись до дома и зайдя внутрь, Френсис увидела знакомую картину: муж на диване, на столе бутылки алкоголя, бычки от сигарет, включённый телевизор. На приветствие Мейси всегда слышала только ворчливое «угу». Заглянув в холодильник, она поняла, что муж ничего не ел.

«Только закусывает. Лучше к нему сегодня не подходить».

* * *

Так и проходили дни Френсис Мейси. Беспеременная картина: работа, одинаковые лица, дорога, быт, дом. Так же, казалось, проходила и жизнь в городе – в нём мало что менялось.

Вот и сейчас Френсис стояла у кассы, и в магазин зашла уже знакомая компания подростков. Однако сейчас к компании прибавился один новый мальчишка, в котором Мейси узнала Томаса. Она не стала сразу же нападать на парня, ведь знала, что подростки этого не любят, и подождала, когда мальчики подойдут к ней сами.

Среди них всегда выделялся Джеймс. Френсис заметила, что дети и подростки к нему тянутся, чувствуя его силу и влияние. Мейси всегда было жалко этого мальчика. Ещё в молодости она знала его мать, Айрис, с которой много общалась. И всё было хорошо, пока девушка не связалась с этим Тодом… Френсис казалось, что именно из-за него Айрис сбилась с пути: начала пить, вести разгульный образ жизни. Она помнила другую Айрис. Та Айрис была всегда здоровой, доброй и весёлой, хоть и был в её глазах какой-то опасный огонёк. Да и мальчик родился такой же хорошенький. А теперь один Бог ведает, что они с ним делают.

Подростки быстро подошли к кассе, разговор начал Джеймс:

– Привет, Френсис, – он всегда обращался к ней на «ты». Мейси не обращала внимание на это и старалась найти свои плюсы. Например, чувствовать себя с ним «на одной волне», будто они одногодки.

– Привет.

Все остальные тоже поздоровались с ней, но, в отличие от Джеймса, назвали «тётушкой». Она ответила милой улыбкой и начала пробивать покупки. Это был самый подходящий момент для разговора.

– О, Томас, ты тоже здесь. Твоя мама недавно заходила в магазин, она за тебя очень волнуется.

– Да я уже вернулся домой, перетерпел наказание. Что ещё мне нужно сделать, чтобы она не волновалась?

– Родители всегда волнуются о своих детях, не важно, сколько им лет. Не нужно быть с ней таким жестоким.

– Да я ей и слова плохого не сказал! Это она всё говорит, как меня любит и так далее, а сама каждый день спрашивает, почему дом порушил и где её кольцо. Я уже в сотый раз ей талдычу, что не виноват!

– А кто же тогда виноват?

– Да боггарт!

– Боггарт? – удивилась Френсис. – А-а-а, это домовой такой, из мифов, который проказничает в доме?

– Ничего себе проказничает! Да он нам полдома разрушал и еду своровал! Я не знаю, как его выгнать. От этих детективов нет толку, они мне не верят.

Френсис понимающе кивнула.

– Френсис тоже нам не верит, – резко сказал Джеймс. Мейси даже вздрогнула от таких слов. Она всегда чувствовала, что этот мальчик как будто видит людей насквозь. – Это нормально, ты же взрослая.

С этими словами Джеймс расплатился, и вся орава мальчишек вышла на улицу.

В такие моменты Френсис думала, что дети иногда понимают больше, чем взрослые. И всё же они остаются детьми и, естественно, не могут по-взрослому ответить за свои поступки. Для этого нужно вырасти. Поэтому и придумывают себе всяких боггартов, призраков и других чудовищ. В подобные ситуации Френсис вспоминает своего мужа и думает, что это такой же вечный ребёнок, который никак не может справиться со своими проблемами. Но и сама она так привязалась к этому ребёнку, что мысль о разрыве страшила ещё больше. Наверное, это было самое большое «но» в её оправданиях.

Перед уходом Френсис вспомнила, что директор оставил задание убраться в подсобке, где особенное внимание нужно уделить продуктам. Это было что-то новенькое, вроде бы подобные вещи при заключении договора с ней не обговаривались. Но Френсис смирилась и с этим. Тем более сегодня ей не очень-то и хотелось возвращаться домой.

Взяв швабру, метлу и тряпки, Мейси пошла в подсобку. Немного прибравшись, она осмотрела продукты, а также заметила всякий хлам, с которым совершенно не знала, что делать. В довершение всего Френсис нашла угол, в котором валялась небольшая конструкция, отдалённо напоминающая шалаш, состоящий из тряпок, грязи и камней.

«Дом для тараканов здесь, что ли?» – подумала Френсис и быстро убрала этот хлам из угла.

Измотанная дополнительной работой, закрыв все двери на замок, она направилась домой. Под конец рабочего дня у неё ужасно разболелась голова. Проходя по скверу, Мейси уже мечтала лечь в тёплую постель, как вдруг вдалеке послышался собачий вой, отчего по коже женщины прошли мурашки, а голова разболелась ещё сильнее. Френсис не помнила, чтобы поблизости водились собаки, поэтому ускорила шаг. Ей не хотелось долго оставаться на улице.

Дома муж как обычно сидел на диване в гостиной. Френсис заметила только, что бутылок было больше, чем накануне. Раздражающе шумел телевизор, отчего виски пронзила режущая боль. После нескольких минут мучений Мейси не выдержала.

– Фрэнк, сделай потише, пожалуйста. Ты всё равно не смотришь телевизор.

– Как хочу, так и слушаю. Ты королева английская, что ли, чтобы мне указывать?

– Фрэнк!

– У меня сегодня опять болит нога, дай мне отдохнуть. Весь день мучаюсь.

– Дай мне тоже отдохнуть, я работала, между прочим!

– Да ты не работаешь, так, развлекаешься от нечего делать. Отчего ты там устаёшь? Стоишь за прилавком и деньги считаешь? Тоже мне работа! Вот на поле пахать…

– Прошу, не начинай! – Френсис уже осточертели рассказы о работе на поле, которых давно не существует. – Моя работа тоже нелёгкая. Я устаю! А чтобы у тебя нога не болела, нужно меньше пить!

– Опять ты начала свою песню. «Не пей, не пей». Не от хорошей жизни это началось!

– Так чтобы хорошая жизнь началась, знаешь, что нужно сделать?

Она резко подошла к столу у телевизора, взяла бутылку с джином и понесла её к раковине. Затем демонстративно начала выливать ненавистную жидкость. Внезапно в метре от неё пролетела бутылка и в дребезги разбилась о стену. Осколки разлетелись по всей кухне. Ей повезло, что ничего не попало в глаз. Френсис остолбенела и не могла поверить в то, что сейчас произошло.

– Идиотка! Ты хоть знаешь, сколько это стоит?!

Остальные ругательства Френсис не услышала. Она быстро побежала в спальню и закрыла дверь. Боясь, что Фрэнк сейчас зайдёт в комнату и продолжит на неё орать, Френсис залезла под одеяло и свернулась клубочком. Голова разболелась ещё сильнее.

Никто не пришёл, но испуганная женщина не могла сомкнуть глаз до рассвета.

* * *

В последнее время Френсис была ужасно нервной. Всё валилось из рук, продукты и ценники теперь ещё активнее менялись, молоко на прилавке скисало, яйца тухли (из-за чего приходилось частенько слушать недовольства покупателей), рвались пакеты для продуктов, чисто вымытый пол как будто грязнился ещё чаще и сильнее. Сначала Френсис предполагала, что началась чёрная полоса в жизни, как у Джил Ларкинс, но проходил один день, второй, третий… Неприятные ситуации повторялись каждый день. Последней каплей стала разорванная рабочая одежда и кража ключей от магазина из кармана. Мейси была уже на сто процентов уверена, что это её сменщица, Глория. Но за что Френсис перед ней провинилась? Она всегда была мила, они никогда не ссорились...

После очередной выходки Френсис собралась с духом и решила зайти в магазин в смену Глории, чтобы поговорить. Глубоко вздохнув и открыв дверь, Мейси зашла внутрь совершенно спокойно, однако, увидев свою мучительницу, задрожала всем телом.

– Привет, Глория, – ей еле удалось сдержать нотки раздражения в голосе.

– О, Френсис! А почему ты не дома?

– Я пришла поговорить.

– Поговорить?..

– Да. Скажи мне, зачем ты всё это делаешь? Чем я тебе насолила? Я старалась быть дружелюбной, помогать, не обращать внимания на эти ценники, подмену товаров…

– Ах, ты опять про это. Я же говорила, что не имею…

– Хватит врать! – перебила Френсис. Нервы её были на пределе. – Последней каплей стала моя разорванная рабочая одежда, а уж про кражу ключей я вообще молчу. По доброте душевной я не сказала ничего мистеру Чапману, не волнуйся! Надеюсь, что и ты надо мной сжалишься и прекратишь пакостить.

– Я тебя не понимаю. Это не я!

– А кто ещё? Только у тебя есть доступ к нашим комнатам и магазину!

– Ну, может, это мистер Чапман?..

– Зачем это ему? Портить свой же магазин? Ты совсем меня за идиотку держишь?!

– Так, Френсис, послушай, я ничего не знаю и ничего не делала! Со мной подобных вещей не происходит… – Глория на секунду замолчала, а потом сказала тихо: – Может, у тебя с головой что-то?..

– У меня с головой всё нормально!

– У меня тоже.

– Ну и отлично.

На этом Френсис решила поставить жирную точку. После ссоры они не разговаривали. Если и нужно было что-то сказать, то сотрудницы оставляли друг другу записки. У Мейси больше не было желания и сил заводить какой-либо разговор с Глорией. Она поняла, что это бесполезно.

«Лицемерка! Ещё и сумасшедшей меня назвала. Ну и дрянь!»

Но Френсис была в своём уме. Это не она оставляет прокисшие продукты на стойке, портит свою одежду и крадёт ключи! Возможно, в другой ситуации Мейси не обратила бы на такие глупости внимания, но сейчас ей нужно было спокойствие хоть где-то.

В последнее время отношения с мужем были на пределе. Они не разговаривали после того случая, однако жгучая боль в сердце Френсис осталась. Вдобавок над ней издевался ближайший человек, с которым она общается! Мейси казалось, что судьба наказывает её за что-то. Но за что? В чём она так провинилась? Она не ходит в церковь по воскресеньям? Богохульствует? Ненавидит мужа? Френсис не могла найти ответ.

Проработав на очередной смене несколько часов, Мейси присела рядом с кассой, так как ноги заныли от усталости. Когда она в очередной раз подумала обратиться к врачу, из подсобки послышались знакомые неприятные звуки. Сначала Френсис думала, что ей показалось, но затем звуки неоднократно повторились. Это было не в первый раз, и директор, выслушав жалобы, сказал только, что это просто признаки старого здания.

Френсис попыталась успокоиться, но звуки не прекращались. Минуту, две, три... Они издавались из подсобки и уже напоминали скрежет ногтей по доске. У Мейси от этих звуков опять разболелась голова (в последнее время это происходило слишком часто). Она была готова сделать всё что угодно, лишь бы прекратить этот неприятный, давящий на голову шум.

С неохотой встав со стула, Френсис направилась к подсобке. Найдя рукой выключатель, она нажала на него несколько раз, однако лампочка почему-то не зажглась.

«Видимо, перегорела», – подумала Френсис и взяла из рабочей комнаты фонарик.

Вернувшись в подсобку, она осветила все углы в поисках источника ненавистного шума. Её взгляд остановился на небольшом силуэте в углу. Френсис подошла ближе и ужаснулась. Это был какой-то маленький недочеловек в тёмной одежде, весь покрытый шерстью. На голове у него была шапочка, из-под которой торчали длинные острые уши. Существо спокойно стояло и тупо смотрело на Френсис безумными выпуклыми глазами. Затем оно улыбнулось, обнажив кривые зубы.

Мейси даже не смогла закричать. Страх был настолько сильным, что она выбежала из подсобки и со всей силы захлопнула дверь, затем спряталась за кассой, чтобы перевести дух. Её знобило, руки тряслись от ужаса, со лба тёк холодный пот.

«Что это было? Какое-то чудовище? Мне просто привиделось в темноте? Было ли это реальностью?» – в голове Френсис один за другим появлялись вопросы, на которые никто не мог ответить.

Раздался громкий звук колокольчиков над входом. Мейси вздрогнула и медленно поднялась. В магазин зашёл детектив Рэндолл. Он быстро подошёл к холодильнику со спиртным. Френсис в ту же минуту хотела подбежать к нему, разрыдаться, рассказать, что видела. Однако опять не смогла сказать ни слова, ей даже шаг было мучительно тяжело сделать. Она безмолвно смотрела, как детектив неуверенно подходит к кассе. Френсис дрожащими руками начала пробивать бутылки из корзинки с продуктами. Одна, две, три… После каждой её знобило всё сильнее.

«И этот туда же. Не смог даже полгода без бутылки продержаться. Все они одинаковые».

После этого ей даже не хотелось с ним разговаривать, она быстро отпустила покупателя и ничего ему не сказала.

Страх полностью завладел Френсис. Всё пугало: оглушительный тик часов, грохот от работающих холодильников, сильный ветер за окном. Она вздрагивала от каждого шороха. До конца смены оставалось два часа, но Френсис еле сдерживалась.

Из подсобки послышался чей-то мерзкий смешок.

Это была последняя капля. Френсис вскрикнула и понеслась к выходу из магазина. Скорее домой. Она несколько раз споткнулась, чуть не упала плашмя на асфальт, но не остановилась. Всё это время её не покидало чувство, будто кто-то вот-вот догонит её гонится, что он вот-вот дотронется своими отвратительными шерстяными руками до спины.

Вся в поту и слезах она в страхе прибежала домой и захлопнула дверь. Фрэнк сидел на своём месте и только недоумевающе посмотрел на жену. В отчаянье Френсис кинулась к нему в ноги и начала истерично кричать:

– Фрэнк, это какой-то кошмар! В магазине живёт чудовище! Оно истязало меня всё это время, а сейчас я увидела его в подсобке. Это страшное, мерзкое…

– Ты что, совсем с ума сошла?! Или пьяная?

– В отличие от тебя, я не пью!

– Пф! Тоже мне достижение. Если бы ты…

– Фрэнк, умоляю, не начинай! Мне правда страшно! Пойми меня хотя бы сейчас. Я убежала с работы, всё там оставила и не хочу больше возвращаться в этот проклятый магазин!

Фрэнк осмотрел свою жену с ног до головы пьяными затуманенными глазами. Мейси понимала, что сейчас ничего не добьётся от него, но ей хотелось, нет, нужно было человеческое понимание. Именно сейчас. В эту минуту.

– Ты что, дура?! Убежала? Оставила всё?! Хочешь, чтобы тебя в очередной раз уволили? Ты и вправду тупая!

– Это ты идиот! Послушай, там в магазине какой-то…

Френсис не успела договорить – муж встал с кресла и сделал замах. Она закрыла глаза и почувствовала резкую боль в щеке. От удара Френсис упала на твёрдый пол. Боль была невыносимая. Физически и морально. Она с ещё большим страхом посмотрела наверх. Над ней стоял совсем другой человек. Не тот, кого она знала и любила. Это был жестокий, разжиревший от дрожжей и сидячего образа жизни мужлан, который только что ударил женщину, отдавшую ему полжизни. Он начал было кричать что-то ещё, но у неё звенело в ушах. Френсис ничего не слышала. Собрав последние силы, она встала и быстрым шагом направилась в сторону двери. Дрожащими руками еле отодвинув щеколду, Френсис выбежала на улицу.

Она бежала, бежала, пока не закончились силы, и вскоре измотанное тело несчастной женщины упало на холодную траву. Неприятный комок от жажды встал в горле, сердце болело, щека всё ещё горела. По лицу лились слёзы. Она не знала, как ей жить дальше и что делать. Это был конец.

Её взбодрил холодный ветерок, немного остудивший боль. Френсис осмотрелась и увидела, что лежала на траве возле озера. Совсем рядом послышалось ржание лошади. Она опешила и ещё раз посмотрела в сторону звука. Возле края озера и вправду паслась лошадь. Точнее, конь. Он был чёрного цвета, без единого пятнышка, мощный, красивый и… грустный. Казалось, во всём его виде отражалось состояние Френсис. Ей захотелось обнять это печальное существо, прижаться к нему всем телом.

Она осторожно встала и медленным шагом подошла к коню. Взглянув на него ближе, Френсис вздрогнула. Глаза животного были полны слез. От его всепоглощающего взгляда сердце сжалось.

«Он так похож на Грэт», – пронеслось в голове Френсис.

Конь заблеял и всем своим видом как бы приглашал сесть на себя. Мейси, не раздумывая, приняла его приглашение. Вспомнив свои навыки наездника, она быстро села на лошадь без седла. Мощное животное сначала пошло медленным шагом, потом перешло на рысь.

В этот момент Френсис похолодела. Она никак не могла остановить ход – тело как будто прилипло к лошади. Её последний крик был слишком слаб и растворился в воде. Ослепительная вспышка света ударила в глаза, и Френсис больше никогда не чувствовала боли.

История третья. Предчувствие

Итан Оуэн уже час стоял в назначенном месте и каждую минуту нервно смотрел на наручные часы. Было больше восьми утра. Он не понимал, почему Люси до сих пор не пришла. Если бы отец её поймал, она бы написала. Но никаких весточек не было. Её тоже не было. Итан стоял совершенно один у дерева возле церквушки. В ней уже давно закипела жизнь. Ещё немного, и они не смогут ничего сделать тайком. Итан ещё раз набрал номер. Опять недоступен.

9.00.

Итан терпеливо ждал.

9.30.

Ноги болели от усталости. Давно нужно было понять, что она не придёт. Итан решил пойти к ней домой, несмотря на опасность.

«Может, ничего не получилось, и сейчас она сидит и плачет в своей комнате?» – в надежде думал он.

Вдобавок ко всему нужно было обо всём рассказать преподобному отцу, но Итан не решался. В сомнениях он в сотый раз посмотрел на маленькую церквушку. За два часа она успела ему изрядно надоесть. Итан до сих пор не понимал, как можно было ходить в это обветшалое пристанище. Если бы не Люси, ноги бы его там не было…

«Пусть думает что хочет».

В этот момент он заметил на куполе какое-то движение, будто наверху кто-то сидел. Итан мельком увидел маленькое чёрное существо, похожее на собаку.

«Собака на куполе?!»

Он протёр глаза и ещё раз посмотрел наверх. Всё пропало.

«Видимо, сказывается недосып…»

Итан решительно направился к дому возлюбленной и, дойдя до места, притаился за соседним домом. Внутри раздавались голоса, там явно был какой-то переполох. Когда он собирался подойти поближе, из дома выбежал отец Люси. Они чуть было не столкнулись. Итан поблагодарил судьбу и заметил, что мистер Блер очень нервничал: лицо покраснело, движения резкие. Грузный мужчина тревожно крикнул своему брату, находящемуся в доме:

– Жди здесь. Она может вернуться, – с этими словами он порывистым шагом направился в сторону главной улицы.

«Видимо, побежал ко мне…», – подумал Итан и решил, что сейчас не лучшее время возвращаться домой.

Он решил прогуляться и обдумать ситуацию. Город только-только начал просыпаться: магазины открывались, люди куда-то спешили, улицы потихоньку оживали. Итану же теперь некуда было спешить. Он никак не мог понять, почему Люси не пришла к церкви. Это ведь была её идея втайне повенчаться и уехать. Уже всё было готово: с преподобным отцом всё обговорено, готовые вещи лежали в доме Итана, деньги собраны. Они ведь вместе всё планировали, зарабатывали!..

«Могла ли она просто убежать сама? Ведь все собранные деньги были у неё…», – эта ужасная мысль не выходила у Итана из головы и съедала его как паразит.

Именно она настояла оставить все накопления у неё, ссылаясь на рассеянность Итана. Он не стал спорить. Вспоминая эту историю, Итан ещё больше забеспокоился. В голове не укладывалась мысль, почему Люси могла так поступить.

Он вернулся домой к позднему обеду. Его мать, тараторя, что-то беспокойно спрашивала об отце Люси, но Итан даже слушать её не стал. Он махнул рукой и направился в свою комнату, закрыв дверь. На него навалилась ужасная усталость от недосыпа, долгой ходьбы и переживаний. Посмотрев на сумки возле своей кровати, Итан тяжело вздохнул, упал на кровать, закрыл глаза и провалился в глубокий сон.

В следующий миг он стоял в тихой прекрасной роще. Всё было как во сне. Точнее, это и был сон. Итан отдалённо понимал, что это всё не по-настоящему, и решил подыграть своему воображению.

Неподалеку зазвучала весёлая музыка, слышался женский смех. Один из голосов отдалённо напоминал Люси. Итан сразу же направился в сторону раздававшихся звучаний. Прибежав на голоса, он увидел странную картину. Впереди на деревянном самодельном кресле сидело необычное существо, а возле него танцевали голые девушки. Итан готов был поклясться, что знал некоторых из них. Существо на троне было с рогами. Самое страшное – его лицо отдалённо напоминало Люси. А вместо человеческих ног – копыта. Существо тоже заметило Итана, но ничего не сказало, только медленно достало дудку и начало подыгрывать играющей музыке. Мелодия наполнилась новыми нотками: страстью и безудержным весельем. Девушки рядом начали танцевать ещё энергичнее.

Итан всё это время не смел сдвинуться с места. Что-то здесь было не так. Он не мог объяснить, но чувствовал, что не должен находиться здесь. Всё его нутро активно сопротивлялось происходящему. Итан ещё раз внимательно посмотрел на существо на троне. В его синих глазах отражались беспощадность и жажда. Жажда обладать.

Это была не Люси. Всё ложь.

Итан резко открыл глаза. Вся подушка промокла от пота, тело дрожало.

«Что это было?..»

* * *

На следующее утро Итан решил встретиться со своим другом Лео. Ему нужно было поговорить с кем-то, ведь Люси до сих пор не брала трубку.

Когда парень зашёл в кафе, Лео беззаботно сидел и смотрел в окно.

– Привет.

– Привет! – Лео, как обычно, был в прекрасном расположении духа.

Они заказали кофе. Лео терпеливо ждал, когда его друг назовёт причину такой срочной встречи, однако Итану было слишком тяжело начать. Он сидел и нервно мешал сахар в кофе.

– Так у вас… Ничего не получилось?.. – осторожно начал Лео.

– Нет, она не пришла.

– Ты серьёзно? Люси, которая сидела тут и божилась, что любит тебя и готова на всё, просто не пришла? Ты ей хоть звонил?

– Конечно, я ей звонил! Я не дебил! Она не берёт трубку, на связь не выходит. Просто пропала. Я ходил к её дому вчера утром, там Люси тоже нет.

– Да я и не говорю, что ты дебил. Просто… Странно всё это…

– Угу.

– Может, случилось что-то?

– Не знаю.

Оба долго молчали.

– Ты, кстати, слышал о Френсис Мейси? Она вроде тоже пропала, – вдруг начал Лео. Итан всегда поражался, как его друг так легко мог прыгать с темы на тему.

– Неужели? – безучастно спросил Итан.

– Ага, уже неделю о ней ничего неизвестно. Утром увидели открытый магазин, она всё бросила и куда-то убежала. Вроде её муж сказал, что она возвращалась домой, но была неадекватна, как будто под наркотой, а потом сбежала в неизвестном направлении. Больше её никто не видел.

– Ну конечно. Ты её хоть раз встречал? Никогда не поверю, что она была под чем-то. Скорее, её муж.

– Кто ж теперь знает.

– А полиция ничего не нашла?

– Не-а.

– Понятно. Как обычно. Это как с Крисом.

– Ой, не напоминай мне о нём. Его семья на лечение увезла в другой город, знаешь?

– В дурку, что ли?

– Говорят, что в какой-то центр реабилитации.

– Да это всё одно и то же.

– Мда… Бедный Крис. Совсем сошёл с ума из-за сестры.

– А ведь её тоже так и не нашли… – Итану от этого разговора становилось не по себе.

– И не найдут. Тут походу ничего не могут найти. Вроде город маленький, а толку…

Итану было страшно подумать о том, что Люси могла стать ещё одной жертвой исчезновений. Лучше бы она просто убежала от родителей и от него. Но всё слишком непонятно. Итану также не давал покоя сегодняшний сон. Он не был похож на обычный. Знак ли это?

– Мне сегодня такой странный сон приснился...

– В плане?

– Там танцевали куча женщин, и одна из них была похожа на Люси. Играла музыка…

– Эротика снилась, что ли?

– Нет! Просто… Сложно объяснить... Да, они были голые, но…

– Да ладно, мне тоже иногда такое снится…

– Да иди ты!

Больше Итан не хотел ничего обсуждать с Лео. Тем более он не знал, как объяснить свои ощущения. Да и был бы его друг немного посерьёзнее…

«Мне бы немного его позитива…», – часто думал Итан, общаясь с Лео.

Через несколько минут парни разошлись, и Итан направился обратно домой. Он чувствовал себя ужасно уставшим, будто не спал вовсе. Возможно, это было просто душевное истощение. Итан всё больше подозревал, что Люси убежала и от него, и от родителей вместе с деньгами. Он никогда не сказала бы, что она похожа на обманщицу. Хотя они были всего полгода знакомы. И всё же… Говорила, что друзей у неё нет, что максимум, куда выходит – это церковь. Рассказывала ему, как она страдает от постоянного контроля отца. Неужели это всё была хитрая манипуляция? А он повёлся, как мальчишка? Но ведь Итан и вправду её любил и… любит. До сих пор любит. Для него Люси была невинным ангелом, чистой и непорочной девушкой. Он никогда не позволял себе никаких пошлостей или неприличных прикосновений, хоть и не был религиозен, но по её наставлению решил повенчаться. Ведь для Люси только брак, одобренный господом, был истинным. И они столько времени потратили на все эти беседы, договорились с преподобным отцом о тайном венчании... Хотя Итану казалось всё это бессмыслицей, он согласился на подобный шаг ради Люси. Всё это было ужасно непросто. И что в итоге? Все старания потрачены впустую.

Когда Итан дошёл до дома, он чувствовал себя ужасно истощённым. Все эти мысли давили на него тяжёлым грузом. Он ушёл в свою комнату и лёг в кровать. Ужасно клонило в сон, хотя, казалось бы, он спал всего несколько часов назад. Несмотря на это, Итан закрыл глаза и ушёл в забытье.

Заиграла уже знакомая музыка. Он как будто отлучился в реальный мир всего на пару минут и вновь вернулся в страну грёз. Итан сразу же устремился в известную рощу. Девушки всё так же танцевали, как будто и не останавливались вовсе. Их танец даже начинал нравится Итану. Хотелось тоже окунуться в эту беззаботную, дикую пляску. Будто прочитав мысли, одна из девушек легонько взяла его руку. Он молча согласился на её предложение и начал кружиться вместе со всеми. Что-то был во всём этом сумасшедшее. В Итане появились чувства, которые он никогда не ощущал. У него кружилась голова, но он забыл обо всём и всё танцевал, танцевал. Ноги не слушались, голова кружилась. Итан упал на мягкую траву и перевёл дух. Музыка стала громче, начала играть быстрее. Перед глазами Итана показались два копыта. Он поднял голову и увидел уже знакомое таинственное существо. От него пахло цветами и чем-то животным, похотливым… Сейчас его лицо почему-то ещё больше напоминало Люси. Оно подало ему свою худую руку и ласковым голосом сказало:

– Птенчик, иди ко мне.

Итана пробрала дрожь от этих слов. Это был голос Люси, только искажённый, неестественный… «Птенчик» – так его называла только Люси. Откуда существо знает об этом?

Итан машинально поднялся, но руку не взял. Существо сразу же обняло его, отчего ещё больше почувствовался животный запах. Оно без конца повторяло слово «птенчик», и Итана с каждым словом одолевал гнев. Он не мог больше это выносить и грубо оттолкнул существо.

– Заткнись! Только Люси могла меня так называть! Пошла вон! Шалава!

И тут лицо существа исказилось. Оно показало своё истинное «я». От его уродливого вида Итана чуть не вырвало. Виски пронзила острая боль, в ушах зазвенело.

Итан открыл глаза.

Он был в своей комнате. Однако запах… Так пахло в больницах. Итан поднял голову и увидел, что возле кровати стоит капельница. Лицо исказилось в страшной гримасе. Ему было ненавистно всё, что с связано с больницей. В панике он выдернул из артерии иглу. Руку пронзила боль. Прижав ладонью ранку, Итан медленно поднялся. Голова кружилась. В голове было пусто.

«Нужно спуститься и спросить маму, что произошло».

Итан неторопливо, чтобы не упасть от головокружения, спустился вниз и позвал маму. Женщина, услышав своё имя, выбежала из кухни.

– Боже, Итан, ты проснулся! – воскликнула она и подбежала к сыну. Беспокойная женщина начала обнимать и судорожно целовать его, от этого голова Итана закружилась ещё сильнее.

Он неохотно отодвинул её от себя и тихо спросил:

– Мам, что произошло?

– Итан, мой мальчик. Я так за тебя переживала. Ты не выходил из своей комнаты почти целый день. Я стучала, звала тебя, но безрезультатно. Пришлось ломать дверь. Ты лежал на своей кровати и спокойно спал, но никак не реагировал. Я толкала тебя, звала, но ты не просыпался. Мне пришлось позвонить в скорую… Знаю, ты этого не любишь. Но я так испугалась! Врач сказал, что ты впал в летаргический сон.

– Летаргический сон?..

– Сама удивилась! Ведь с тобой такого никогда не происходило…

Итан не мог вспомнить ничего. Всё было как в тумане. Он долго сидел на диване, судорожно пытаясь вспомнить хоть что-то. Мать принесла ему чай и ласково погладила по плечу.

– А ещё… О, боже, Итан, не знаю, как тебе сказать… Наверное, не стоит сейчас…

– Говори уже, – нервно перебил её сын.

– Люси…

Сердце Итана застучало сильнее.

– Люси умерла…

– Как?!

– Её нашёл отец… Сбросилась со скалы либо упала. Бедняжка…

Итан не был готов к такой новости. Он хотел кричать, бежать, рвать на себе волосы.

– Когда похороны? Я пойду… – только и сказал он.

– Они были вчера…

От этих слов Итан упал на диван и расплакался. Миссис Оуэн пыталась его успокоить, обнимала, говорила успокаивающие слова, но он не воспринимал никакую информацию. Итан не мог поверить в услышанное. Ему нужно было видеть могилу собственными глазами. Несмотря на протесты матери и угрозы, он быстро оделся и пошёл на кладбище.

* * *

Был холодный тёмный вечер. Только слабые фонари освещали кладбище. Итан недолго искал её могилу, так как примерно понимал, где могли похоронить Люси. Возле матери. Они часто приходили к ней. Люси знакомила её со своим будущим мужем, разговаривала…

Когда Итан увидел возле знакомой плиты совсем новую, со свежими цветами, то чуть не упал в обморок. Он не мог в это поверить. Не осознавал. На плите была надпись:

«Люси Блер. Вечная память о тебе в сердцах родных».

Итан опустился на колени и положил возле могилы лилии. Это были её любимые цветы.

«Как?» – бесконечно повторялся вопрос в голове Итана.

Он ничего не понимал. За что и почему такое произошло. Только недавно они были счастливы, смеялись вместе, говорили о будущем… И вот конец…

От тяжёлых мыслей Итана отвлёк тихий собачий вой неподалёку. Он осторожно посмотрел за плиту, откуда послышался звук. В отдалении стоял чёрный грязный пёс. Глаза его сияли зловещим блеском. Итан не шевелился, боясь, что пёс побежит к нему и набросится. Однако тот стоял и спокойно смотрел на Итана сияющими глазами.

«Рай», – раздался неизвестный голос в голове.

– Ты что здесь делаешь?! – послышался грубый и до боли знакомый возглас за спиной. Итан поднял голову и увидел отца Люси. – Вали отсюда, щенок, пока я сам тебя не выгнал!

Итан посмотрел в сторону, где стоял пёс, но там уже никого не было.

«Галлюцинация?..»

– Эй! Не притворяйся, что не слышишь меня! Я сказал, убирайся отсюда!

– Простите, но мне кажется, что я тоже имею право с ней попрощаться.

– Ты не имеешь никакого права! Пошёл вон с могилы моей дочери! Если бы не ты, она была бы жива!

– О чём вы говорите?! Я только сегодня узнал, что она умерла, потому что всё это время болел и даже на похороны не смог прийти. Дайте мне с ней проститься, будьте человеком!

– Слава богу, что не пришёл! Твоё присутствие никто бы не перенёс.

– О чём вы говорите? Я понимаю, вы были против наших отношений, но обвинять меня в убийстве?!

Мистер Блер ненавистно смотрел на парня. Итан ответил ему тем же злым взглядом.

– Примерно пять дней назад она пришла ко мне ночью… проститься… – тихо начал мистер Блер, сжимая кулаки от гнева. – Тихо толкнула меня, быстро сказала, что уходит навсегда и скрылась. Это длилось буквально минуту. Я спросонок не понял, думал, приснилось. Когда настало утро, поздно понял, что всё это не сон. Я искал её по всему городу. Пришёл к тебе, а твоя мамаша сказала, что тебя тоже нет. В тот момент я понял, что ты всё-таки уговорил её сбежать, и пошёл искать вас. Однако через несколько часов твоя мать позвонила и сказала, что ты вернулся домой, очень странный и сонный, и сразу же закрылся в своей комнате. Моё отцовское сердце чувствовало, что что-то здесь не так. Люси до сих пор не было… Я чувствовал, что нужно спешить. Мы с братом долго её искали и на следующий вечер нашли… Мёртвую… Она сбросилась с обрыва. Вскрытие не выявило каких-либо насильственных действий, она сделала это сама.

От этих слов у Итана кровь застыла в жилах.

– Что ты сказал моей дочке, паршивец? Что ты ей сказал?!

Мистер Блер толкнул ногой Итана и, когда тот упал, взял за шиворот и начал грубо трясти. Итан задыхался. Он жёстко оттолкнул нападающего и побежал подальше, пока тот его не убил. Вдалеке слышались слова проклятия.

Итан, спотыкаясь, бежал всё дальше. Ему казалось, что если отец Люси его догонит, то точно убьёт. Пробежав достаточно далеко, он остановился, чтобы собраться с силами. Голова взрывалась от количества вопросов.

«То есть не только я не дождался Люси? Значит, она шла ко мне, но что-то случилось… Почему, почему она умерла… так?.. Не верю! Она бы никогда не покончила жизнь самоубийством! Она любила жизнь, она, она… О, Люси!»

Итан ломал руки, не понимая, как такое могло произойти. Всё это время он думал, что Люси убежала с деньгами, встречался с другом, спал. А на самом деле нужно было тоже искать её! Итан чувствовал себя последним подонком.

«Нужно пойти в полицию и там всё выяснить, дать показания. Может, это как-то поможет. Буду надеяться, что кто-то сжалится надо мной и расскажет, как всё было».

Итан осмотрелся по сторонам. Повсюду виднелись могильные плиты, кресты и нескончаемый лес. Он бессильно сел на первую попавшуюся лавочку.

«Никогда не думал, что кладбище такое огромное…»

Бесполезно было разглядеть что-то вдалеке. Повсюду царила тьма. В этой части кладбища не было ни одного фонарика. Только луна на небе освещала место. Итан просидел так пару минут. Становилось всё холоднее.

«Ни черта не видно! Почему здесь нет ни одного фонаря? Может, это какая-то старая часть кладбища? Не могу же я всю ночь здесь пробыть. Нужно выбраться из этого проклятого места!»

Итан встал и направился в сторону тропинки, по которой он бежал от мистера Блера. Вдруг сзади послышались тихие писки. Парень обернулся и увидел вдалеке что-то отдалённо похожее на огоньки.

«Может, это люди?»

– Эй! – прокричал он, надеясь, что его услышат. Но огоньки так и продолжали стоять на месте.

Итан быстрым шагом пошёл в сторону света, но огни как будто отдалялись. Итан предположил, что люди уходят, и стал кричать ещё громче, звать на помощь, затем побежал. Однако огоньки уходили всё дальше и дальше.

«Может, это светлячки такие? Да нет… Слишком большие…», – промелькнуло в голове Итана, когда свет вдалеке стал совсем бледным.

Он остановился и, осмотревшись, понял, что идёт не к выходу, а наоборот –дальше, вглубь кладбища. Парень ещё раз посмотрел в сторону огоньков. Они снова остановились и как будто ждали, когда за ними пойдут.

«Что-то тут не так…»

Итан зашагал обратно. Однако прошло довольно много времени, но картина не менялась. Кладбищу не было конца, хотя всё это время Итан шёл по тропинке.

«Её же кто-то здесь протоптал!» – в отчаянье думал Итан.

Внезапно вдалеке раздался протяжный звук, словно кто-то скользил по сухому стволу дерева. Затем послышался чей-то слабый стон и нечто похожее на рыдание…

«Люди!» – опять подумал Итан и побежал на плач.

Он не заметил, как вокруг всё окутал туман, появившийся из ниоткуда. Чем ближе к звукам – тем гуще он становился. Сквозь дымку Итан заметил силуэт, отдалённо напоминающий длинноволосую женщину в плаще. Лица её не было видно.

– Эй, девушка! Прошу, помогите мне. Кажется, я заблудился…

Женский силуэт обернулся, и Итан остолбенел. Он увидел перед собой страшную старуху. Лицо её было ужасно бледным и иссохшим. Только отдалённые черты напоминали человеческие. Как будто она была существом из потустороннего мира. Маленькие чёрные глаза пристально смотрели на Итана.

В них он увидел свою смерть.

Итан резко повернулся и побежал дальше. Дальше от смерти. Позади слышалось рыдание, но он не обращал на это внимания. Итан бежал от видения. То, что ему привиделось, не могло быть правдой. Это страшно, ненормально, неправильно…

Он споткнулся и упал на холодную землю. После этого он немного пришёл в себя. Итан осмотрел тело. Отделался только царапинами на ладонях, грязью и несколькими дырками на одежде. Ничего страшного. Он с опасением прислушался.

Всё затихло, будто умерло.

Итан уже не понимал, куда идти. Казалось, что отсюда невозможно сбежать. Он оказался в ловушке. Городское кладбище никогда не было таким большим.

«Нужно выбираться!» – подбодрил себя Итан.

Он встал и обречённо побрёл вперёд. Через некоторое время неподалёку опять послышались неприятные звуки. Итан быстро спрятался в зарослях, боясь вздохнуть. Его нервы были максимально натянуты. Он будто бы попал в комнату с испытаниями. Невозможно хоть на секунду расслабиться – постоянно что-то происходит. Итан внимательно осмотрел всё вокруг из зарослей кустарника.

Возле груды камней стояла гигантская свинья с длинным спиральным хвостом. Итан не мог вспомнить, чтобы видел что-то подобное. Её пасть украшали огромные острые клыки. Она агрессивно рыла землю копытами, будто выискивая что-то, и протяжно хрюкала. Этот хрюк явно не принадлежал обычной свинье: слишком громкий, казалось, он сотрясал землю. Глаза свиньи в темноте горели ужасающим красным цветом. От такого зрелища со лба Итана потёк холодный пот.

«Нужно было уходить отсюда, и как можно скорее!»

Он хотел тихо отойти подальше от неизвестного существа. Однако не успел Итан сделать шаг назад, как огненные глаза свиньи посмотрели в его сторону.

Мир на секунду остановился. Они оба, не отрываясь, смотрели друг на друга.

Итана пробрала дрожь. Свинья выгнула спину и опустила голову, готовясь к нападению. Щетина на её спине выросла, стала острой и напоминала лезвия пилы. Она с огромной скоростью надвигалась на свою жертву. Итан еле успел увернуться, после чего в страхе обернулся. Он боялся, что свинья пойдёт на него ещё раз. Однако она ждала. Как будто давала время. Итан не стал тормозить и в панике помчался подальше от монстра.

Пробежав довольно долго, он остановился и спрятался за деревом, чтобы отдышаться. Ужасно хотелось пить, грудь болела, сильно пахло потом и грязью. Итан понимал, что ещё один подобный забег его тело не выдержит.

– Господи, если ты и вправду существуешь, спаси меня.

Итан уже начал вспоминать молитвы, которым учила его Люси, как вдруг над головой послышалось громкое карканье. От этого звука парень подпрыгнул. Он уже не был уверен, что находится на кладбище. Это всё больше походило на страшный сон.

«Может, мистер Блер всё же убил меня?»

Карканье повторилось, Итан поднял голову. На суку сосны сидел седой ворон с белым клювом. Глаза его больше походили на человечьи, чем на птичьи. Ворон быстро перелетел на ветку соседнего дерева.

«Неужели он ведёт меня?..»

После недавно пережитых событий Итан уже мало чему удивлялся. А что если это ловушка? Но от ворона не исходило никакой злобы. Даже наоборот. Что-то вызывало в нём доверие. Возможно, такое ощущение создавалось из-за глаз. Уж больно они напоминали человеческие…

Итану ничего не оставалось, как пойти за птицей. Пройдя примерно полчаса за странным существом, парень заметил вдалеке что-то отдалённо напоминающее забор. Но он не спешил с выводами. Из-за темноты и лёгкого тумана мало что можно было разглядеть на расстоянии. Подойдя поближе, Итан уже точно мог сказать, что видит железную дверь. Он, как ненормальный, бросился вперёд. Выйдя на волю, Итан готов был целовать землю. За кладбищем даже воздух казался другим.

«Господи, если это не сон, и я вправду выбрался, то готов поверить в тебя!»

За спиной послышалось знакомое громкое карканье. Итан обернулся. Необычная ворона осталась сидеть на суку дерева возле выхода. От одного вида кладбища Итана пробрала дрожь. Он решил, что больше никогда сюда не вернётся. В ушах до сих пор слышался вой той старухи. И это видение… Видение смерти. Его смерти.

– Что, чёрт возьми, со мной произошло?

История четвёртая. Сомнение

На тумбочке лежала сегодняшняя местная газета. Эшли Патерсон мельком взглянула на неё и сразу же пожалела об этом.

«Опять кто-то умер. В последнее время столько смертей…»

Эшли всегда пыталась отгородить себя от плохих новостей, но в последнее время это было невозможно. Когда в маленьком городе происходят крупные события, людям сложно молчать и не обращать внимания. На улице каждый третий обсуждал, что кто-то умер, кто-то попал в больницу, кто-то пропал, а самое главное – якобы на городе нависло проклятье. Эшли как могла пыталась отгородить себя: старалась ничего не читать, а с одноклассниками и родными не разговаривать на подобные темы. Но от неё не отставали. Кому-нибудь обязательно нужно было посплетничать о недавнем происшествии либо спросить её мнения. А ещё в последнее время девочки в школе бурно обсуждали, что им снились странные сны, и пересказывали их содержание. Эшли не могла поддерживать эту тему, потому что ей очень редко снились сны. У неё была совершенно другая проблема.

Сегодня она проснулась от неприятного ощущения. Эшли чувствовала, что кто-то пристально смотрит на неё. Когда она обернулась, возле кровати увидела свою младшую сестру с полуоткрытыми глазами. Эшли заставила себя успокоиться. Кэнди с самого детства страдала лунатизмом. Тем не менее её ночные хождения стали происходить слишком часто. Такие «ночные выходки» ужасно пугали девушку и действовали на нервы. Она понимала, что сестра делает это не специально, но Эшли начинало это надоедать. Ей хотелось жить в отдельной комнате, не с сестрой. Она часто обсуждала этот вопрос с мамой, но та на её страхи только отмахивалась.

«Поддержи Кэнди, ей и так тяжело. Ты привыкнешь», – эти слова Эшли слышала каждый раз при разговоре с матерью. Но мама же не спит с сестрой и не знает, каково это, когда ночью в темноте на тебя смотрят полуоткрытые, безжизненные глаза.

Эшли знала, что лунатиков будить нельзя, поэтому отвернулась и молилась, чтобы Кэнди поскорее отошла от неё. Однако в этот раз Кэнди стояла долго.

– Они придут за тобой, – послышался ей шёпот в полусне.

Эшли повернулась. Кэнди медленно подходила к своей кровати и наконец легла. Больше всего Эшли напугал голос. Он как будто бы принадлежал не сестре. Был чужой…

Утром, стоя перед зеркалом, Эшли закатила рукава пижамы, чтобы умыться холодной водой и отогнать от себя ночные кошмары. Она с ужасом обнаружила на запястье отчётливый синяк. Его не было вчера вечером, когда она ложилась спать, поэтому вывод был только один…

Эшли потрогала синюю линию, та отозвалась болью.

«Неужели Кэнди?..»

Эшли не помнила, чтобы Кэнди до неё дотрагивалась или как-то сильно взяла руку, чтобы оставить синяк. Но кто ещё мог это сделать?

В Эшли закипала злость. Она плохо спала из-за сестры, которая пугала её по ночам, а теперь ещё и синяк. Девушка вышла из ванны и начала одеваться, раздражаясь от каждой мелочи ещё больше и проклиная вслух всё на свете.

– Эш, что-то случилось? – сонным голосом спросила её сестра. Она только проснулась, что ещё больше разозлило Эшли.

– Да, случилось. Я ужасно спала из-за кое-кого.

– Ты о чём?

– О том, что твой лунатизм мне надоел! Когда ты уже прекратишь это делать? Ещё оставляешь по ночам мне синяки на руках. Вот смотри, что ты наделала! – Эшли закатила рукав и показала Кэнди синяк. Та печально посмотрела на сестру и ничего не ответила.

– Прости, – сказала Кэнди. Эшли заметила, что она готова была заплакать.

– Девочки, что там у вас происходит? – послышалось за дверью.

– Ничего!

С этими словами Эшли вышла из комнаты и отправилась к выходу.

– Завтракать не будешь? – спросила недоумевающая мама.

– Не хочу.

Эшли вышла из дома и тяжело вздохнула.

Вот такая неприятная сцена произошла у неё сегодня утром. Ещё и эта ужасная новость в газете… Эшли была уверена, что вся школа будет говорить об этом.

Идя по дороге в школу, она злилась на себя за слова, сказанные сгоряча. Она понимала, что Кэнди не виновата в своей болезни, однако ничего не могла с собой поделать. Ей уже осточертела эта история с лунатизмом. Тем более мало кто мог её понять, ведь ни у кого из знакомых не было похожей ситуации. Кто-то даже не слышал о такой болезни.

Эшли вообще мало с кем могла поговорить. Она не была изгоем в школе или одиночкой. Эшли просто ни с кем не сближалась, сама не понимая почему. Возможно, не хотела, а может быть, просто не нашёлся такой человек, которому она готова была довериться. У Эшли иногда возникали сомнения, что она найдёт такого человека в Дэрроне.

В последнее время ей приходилось прятаться в классе. Эшли было всё труднее разгуливать на переменах в школе. И на то были причины.

Вот и сейчас она быстренько переоделась и хотела спокойно дойти до своего класса, как вдруг услышала знакомый голос из раздевалки:

– Эй, Эшли, привет!

Девушка закатила глаза и даже не обернулась. Она поняла, что сегодня не её день.

– Эш!

Парень дернул её за плечо. Она окинула его недовольным взглядом.

Джеймс Фишер. Вот причина её «пряток» в классе.

После летних каникул он почему-то начал к ней приставать. Эта ситуация Эшли совсем не нравилась. Не таким она представляла своего «принца на белом коне». Тем более, как только об этом узнала её мать, то сразу же предупредила, чтобы Эшли ни за что не связывалась с Джеймсом. Да она и сама не хотела. Все в школе знали, что его отец алкоголик, а мать часто гуляет с другими мужчинами. А самое главное, Джеймс – бандит, и был частым гостем в полицейском участке. Эшли больше всего таких не любила. Ей никогда не нравились плохие мальчики из романов. Ещё ей очень не нравилось, что за ним и в школе, и на улице постоянно ходят другие мальчишки, с которыми он после занятий тусуется в заброшенных ангарах или домах. Да и он был не в её вкусе: неопрятный, с постоянной гривой на голове, в одежде не по размеру. Ещё и шатен с зелёными глазами. А Эшли всегда нравились голубоглазые блондины. Даже его родинка на щеке её бесила. Особенно сейчас.

– Чего тебе? – наконец сказала Эшли, когда поняла, что Джеймс от неё не отстанет.

– Слушай, Эш, не хочешь завтра в кино пойти? Я купил…

– Нет, не хочу! Сколько можно уже ко мне приставать? Отвали от меня!

– Да ладно тебе! Я на классный фильм билеты купил.

– Не хочу! И вообще, не говори со мной. Вор!

– Эй, что за наезд?

– Да потому что все уже знают, что вы недавно с ребятами из дома Ларкинсов всё своровали, даже еду из холодильника!

– Враньё! Мы не воры.

– Ну да, конечно, – Эшли сразу подумала об отце Джеймса, который за свою жизнь точно уж хоть что-то своровал.

– Я тебе клянусь, что мы таким не занимаемся. Особенно – украли всё в доме Томаса. Мы, по-твоему, у своих же воровать будем?

– Мне всё равно. Я просто не хочу с тобой разговаривать и уж тем более куда-то ходить! – Эшли развернулась и быстро ушла.

«Боже, как же он мне надоел!» – подумала она про себя и зашла в кабинет. Это было единственное место спасения, так как в её класс он не сунется. Не так давно они подрались с Бобби, и учитель пригрозил, что если ещё раз увидит, как они дерутся, то выгонит из школы. А они точно подерутся, если увидят друг друга…

После этого прошли очередные нудные уроки, бессмысленные разговоры с одноклассницами, чередующиеся с приставаньями Джеймса. Эшли ещё раз отметила, что сегодня не её день. За всё это время Джеймс надоел ей даже больше, чем лунатизм сестры. Она не понимала, как можно быть таким упрямым. Ведь она говорила «нет» уже сто раз. Сколько можно к ней приставать?

Перед уходом из школы Эшли взглянула на себя в зеркало.

«И что он во мне нашёл? Ведь есть куча других девушек посимпатичнее».

Она уже давно перестала нравиться себе в зеркале. Даже новая причёска не помогла. Зачем она послушала маму? Каре как будто ещё больше подчеркнуло её слишком круглое лицо. Глаза ей также не нравились. Голубой – вот идеал красоты. А у неё что? Цвет грязи. В зеркале, особенно во весь рост, Эшли понимала, насколько она толстая. Не толстуха, конечно, но и не милая пухляшка. Ей совсем не нравилась её чересчур большие для четырнадцати лет грудь и ляжки. Хотя мама постоянно успокаивала её и говорила, что мальчикам такое нравится. Но это неправда. Самый яркий пример – Аманда. Это была самая красивая девушка в их классе. У неё совсем не было груди, она была худой и стройной, и парни за ней табуном бегали.

«Вот какие девушки парням нравятся, а не такие», – и она снова посмотрела на своё отражение в зеркале и грустно вздохнула.

Из-за дополнительных уроков Эшли вышла из школы, когда солнце близилось к закату. Она готовила извинения для Кэнди. Сестра наверняка весь день проплакала из-за утренней ссоры. Эшли ещё раз посмотрела на синяк.

«Прости, Кэнди, я понимаю, что тебе тоже тяжело».

Поднимаясь по каменной лестнице, Эшли услышала стук копыт и остановилась. В нескольких метрах от неё стоял жеребёнок. Девушка несколько секунд недоумевала. Откуда здесь жеребёнок? Ещё и почти в центре города. Уже давно никто из соседей не занимается скотоводством.

Вдруг жеребёнок встал на задние копыта и издал звук, совсем не похожий на ржание. Это больше напоминало скрипучий хохот старухи. Глаза жеребёнка засверкали и были похожи на два красных огонька. От вида этого чудовища Эшли вскрикнула и пошатнулась. В следующий миг она увидела красное небо с плывущими по нему огненными облаками.

* * *

Когда Эшли открыла глаза, наверху красовался белый обшарпанный потолок. Голова ужасно болела. Она медленно приподнялась, но даже от малейшего движения у неё зашумело в ушах. Поэтому она не слышала, что говорили девушки возле её кровати. Она только чувствовала запах лекарств и больницы…

Через несколько минут пришёл врач. Только тогда Эшли поняла, что голова её перевязана. Врач сказал, что она упала с лестницы и ударилась. Само падение Эшли не помнила. В голове девушки остались только обрывки воспоминаний: красное небо и два глаза, в которых пылало пламя. Но чьи они были? Кого она увидела? От этих вопросов голова болела сильнее, и Эшли сдалась.

Врач сказал, что она пролежит здесь не меньше недели. Эта новость ужасно её расстроила. Она никогда не лежала в больнице, но часто приходила к своей сестре, которой за короткие одиннадцать лет «повезло» оказаться здесь уже три раза. Кэнди часто рассказывала, как здесь тяжело и скучно. Да и кормят отвратительно.

И Кэнди не была далека от истины.

Всё время пребывания в больнице Эшли одолевали слабость и сонливость, а больше всего – уныние. Она поняла, насколько тяжело было лежать в больнице её сестре. Эти белые безжизненные стены, скрипучие кровати, безвкусная еда, приём таблеток, о которых ты ничего не знаешь. А главное – куча незнакомых людей. Хотя какие-то девочки из палаты показались Эшли знакомыми, возможно, она их где-то уже видела в городе. Однако говорить с ними, кроме обыденных тем и как она сюда попала, было не о чем. Медсёстры часто менялись, какие-то были добрыми и милыми, другие противными и грубыми. Врач заходил каждое утро, но ничего конкретного не говорил, а только спрашивал о состоянии Эшли. Одинаковые, бесконечно долгие дни угнетали. Так как у неё часто болела голова, Эшли в основном лежала и ничего не делала. Это было невыносимо.

В один из таких унылых дней в окно неожиданно постучали. Девочки в палате вскрикнули. Одна из них осторожно подошла к окну, чтобы посмотреть на нарушителя, и тихо спросила:

– Ты кто?

– Я к Эшли. Она тут?

«Джеймс», – всплыло у Эшли в голове. Этот голос она узнает везде.

Девочка возле окна вопросительно на неё посмотрела.

– Я сейчас подойду.

Эшли аккуратно встала с кровати и медленно подошла к окну. Она уже проклинала Джеймса, заставившего её сделать столько движений, от которых голова болела всё сильнее и сильнее.

– Что ты тут делаешь? Ты знаешь, что тебе сюда нельзя? – обвинительным тоном сказала она.

– Знаю. Но пробраться сюда – раз плюнуть. Я хотел тебя проведать.

– Спасибо, но это было необязательно. А теперь уходи, пока я тебя не сдала!

– А что такого? Я же по-дружески. Почему ты такая грубая?

– Мне очень плохо. Джеймс, я правда не могу с тобой болтать, – в этот момент она услышала шёпот за спиной и представила, что девочки из палаты уже себе надумали.

– Ладно-ладно, я понял. Главное, что ты живая. Вот возьми, я тебе принёс, – он протянул кулачок Эшли. Она высунула руку в окно и почувствовала, как на ладошку упало несколько конфет.

– Спасибо. Иди, а то тебя поймают.

– Да не парься, всё нормально.

Джеймс, довольный, побежал в сторону забора. У Эшли в голове не укладывалось, как он смог перелезть, но и узнавать она не собиралась. Ей просто хотелось лечь обратно в кровать.

Эшли представила, как страшно сейчас выглядит: бледная, с грязной головой и бинтом на голове.

«Вот уродина! Наверняка посмеялся надо мной».

Эшли надеялась, что теперь-то он точно от неё отстанет и больше не придёт. И от этой мысли почему-то ей стало ещё тоскливее.

* * *

В эту ночь девушки решили рассказывать страшилки, чтобы хоть как-то развлечься. Эшли сослалась на боль в голове и не стала участвовать, так как не любила подобные вещи. Но и уйти, к сожалению, не могла, поэтому пришлось с неохотой слушать. Не закрывать же голову подушкой. Первые истории были не такие страшные, и Эшли давно уже где-то их слышала, но вот от последней у неё побежали мурашки по телу. Она поняла, что сегодня заснуть не сможет. Рассказывала её самая старшая девушка в палате, которая явно обладала хорошим воображением.

– Давным-давно на месте этой больницы располагалась шахта. Однако по загадочным причинам её закрыли и поверх неё построили больницу. Люди говорили, что шахту закрыли из-за обвала, и многие люди погибли, а кто-то остался в живых. Рабочие не смогли найти выход и мучительно умирали от голода. Теперь они поднимаются из-под земли и приходят к больным, чтобы нашептать, как им плохо. Ещё говорят, что умершие восстановили шахту и до сих пор работают. Но им не хватает сил. Поэтому они поднимаются сюда, в больницу, чтобы забрать с собой кого-нибудь вниз. Обычно они делают это по ночам. Тихо приоткрывают дверь, затем высовывают свою чёрную от грязи руку и зовут какую-нибудь больную девочку или мальчика. Жертва, как будто под гипнозом, встаёт и идёт за ним. Они доходят до подвала к огромной дыре. И когда девочка или мальчик подходит к ней, то видит внизу кучу шахтеров, живых и мёртвых. В этот момент призрак толкает жертву, и она проваливается прямо в огненную яму, и…Бу! – она испугала свою соседку по кровати, и та подскочила. Все тихо посмеялись, однако Эшли было не до смеха. Эта история была связана с местом, в котором они находились, да ещё и якобы основана на реальных событиях, поэтому девушке стало не по себе.

После вскрикиваний и смеха пришла медсестра, которая услышала шум в палате, и наказала всем ложиться спать. Когда все улеглись, Эшли закрыла глаза, но сон не шёл. Она пролежала в темноте час, после чего открыла глаза и посмотрела вокруг. Палату освещал только свет из окна двери, который помог рассмотреть Эшли всех соседок по несчастью. Все девочки спокойно спали.

Эшли не понимала. Неужели она такая трусиха и из-за какой-то выдуманной страшилки не может заснуть? Возможно, она и вправду была слишком чувствительной, как часто говорила мама. Поэтому всегда пыталась слушать поменьше плохих историй.

Она отвернулась к стенке и опять закрыла глаза. Эшли чувствовала, что начинает засыпать. Друг за другом шли несвязные картинки, в одной из которых появился жеребёнок. Его глаза горели ярким огнём. Эшли стало страшно, захотелось убежать. Она думала, что сейчас он её догонит и… Она упала.

Эшли вздрогнула. Это был всего лишь сон. Ей так редко снятся сны, и они всегда такие несвязные и… глупые.

Она до сих пор смутно помнила, как попала в больницу и почему. Возможно, из-за сотрясения всё было как в тумане. И всё-таки что с ней случилось?..

Эшли почувствовала, как кто-то смотрит на неё. Для неё это было знакомое ощущение. Эшли повернулась с полной уверенностью, что сейчас увидит Кэнди. Однако…

Она не дома.

От этого осознания Эшли ужаснулась. Возле её кровати никого не было, но она чувствовала, что кто-то продолжает непрерывно смотреть на неё. Девушка задрожала. Это было отвратительное ощущение. Она осторожно приподнялась, посмотрела в сторону двери и испугалась огромной чёрной тени на полу.

За дверью кто-то стоял и смотрел на неё.

Эшли пришлось сделать над собой усилие и заглянуть в окошко двери. За стеклом черты существа смотрелись расплывчато, но Эшли смогла разглядеть кругообразную лысую голову на огромных плечах. Девушка вся задрожала, когда дверь тихонько приоткрылась. Ручку держала толстая сероватая рука, которую закрывал чёрный балахон. Сквозь щель на Эшли смотрели большие выпуклые чёрные глаза.

В ушах зазвенело, голова закружилась. Эшли думала, что сейчас упадёт в обморок от страха либо стучащее с бешеной скоростью сердце остановится. Она закрыла глаза и уши и услышала хлопок двери.

Существо ушло.

Когда Эшли открыла глаза, всё было тихо, а за дверью никого не было. Соседки мирно спали. Она прислонилась к холодной стене, но ничего не услышала. Сердце не переставало стучать в бешеном ритме, казалось, оно никогда не успокоится. Эшли полностью закрылась одеялом. Глаза она не закрывала. Не могла. Думала, что если сейчас уснёт, то чудовище точно заберёт её. Всё это время ей было очень холодно. Хлопковое одеяло не спасало.

Она пролежала так до самого утра, пока не пришла медсестра мерить температуру. Когда все проснулись, Эшли немного успокоилась. Началось хоть какое-то движение, и ей больше не придётся лежать в темноте и беспокойно ждать.

Примерно через час пришёл врач. Он заметил, что Эшли очень бледна, и спросил, хорошо ли она себя чувствует. В этот момент девушка не сдержалась и сказала, что её тревожит:

– Ночью приходило какое-то огромное существо. Оно открыло дверь и что-то хотело…

– Существо? Может, это медсестра была, а ты в темноте не разглядела?

– Нет! Это было какое-то чудовище! У него были огромные чёрные глаза и серые…

– Эй, Эшли, да ты просто напридумывала себе от страха! – врач повернулся к девушке позади. – Мы вчера страшилки друг другу рассказывали, развлекались. Видимо, последняя история тебя слишком напугала.

– Нет, я говорю правду!

– Понятно, – задумчиво произнес врач.

Доктор глупо пошутил по этому поводу и продолжил обход, однако Эшли было не смешно.

После этого случилось то, чего Эшли боялась, – девочки начали над ней подшучивать. Это казалось ей несправедливым. Она пережила такой ужас ночью, но ей никто не верил. Ей было настолько обидно, что, когда от соседки по кровати прозвучала очередная шутка, Эшли кинула в её сторону банан, который размазался о стену, оставив пятно. После такой выходки все девочки только злорадно посмеялись над Эшли. Она уже пожалела, что вообще обращает внимание на подобные вещи. Девушка просто надеялась, что, когда выйдет из больницы, больше никогда не встретит этих мерзких соседок.

Когда наступил вечерний отбой и медсестра выключила свет, все девочки легли в постель, в очередной раз пошутив по поводу своей пугливой соседки. Эшли не обратила на это внимания. Теперь её волновало совсем другое: ей опять придётся лежать в полутьме и ждать. Вспоминая прошлую ночь, Эшли не могла даже на несколько секунд закрыть глаза. Она тревожно смотрела на полоску света на полу, вздрагивая от каждого шороха.

Эшли не могла понять, сколько прошло времени, когда она услышала громкий тяжёлый топот за дверью. Эшли сразу же захотела разбудить девочку, которая над ней посмеялась перед доктором, чтобы показать то самое существо. Она подошла к краю кровати и толкнула её за плечо. Однако девушка не шелохнулась и продолжила спать. Она толкнула её сильнее, но та не отозвалась. Эшли в испуге подошла к другой кровати и толкнула спящую на ней девочку, но та также продолжила спать как ни в чём не бывало. Эшли в отчаянье крикнула, но никто не ответил.

Мёртвую тишину нарушил звук открывающейся двери. Эшли сразу же спряталась под кровать. Голова от резкого движения заболела, но она стерпела приступ боли и, дрожа от страха, ждала, когда существо уйдёт. Дыхание участилось, Эшли почувствовала, что вспотела. Под кроватью девушка увидела потёртые огромные ботики. Существо носило мешковатые чёрные штаны, из-за чего невозможно было ничего разглядеть. Оно передвигалось очень громко и долго стояло посередине комнаты. Через несколько секунд, которые казались Эшли вечными, существо медленно развернулось и ушло.

Эшли долго лежала на грязном полу. Она боялась выходить, тем более за стеной до сих пор слышался громкий топот.

Оно куда-то шло.

Девушка тихонько выбралась из-под кровати и прислонилась ухом к двери.

Ничего.

Эшли обернулась. Все спали, как будто ничего не произошло. Как будто никто не заходил…

Приоткрыв дверь, Эшли осмотрелась по сторонам в надежде увидеть хоть кого-нибудь из взрослых. Но никого не было. В коридоре было тихо.

Эшли вышла из палаты и посмотрела в сторону, куда ушло существо. Дверь на пожарную лестницу была открытой. Девушка, как будто под гипнозом, пошла за ним, хотя в глубине души понимала, что лучше вернуться в палату. Однако ноги сами шли за неизвестным существом.

Открыв дверь в холодный коридор, она прислушалась. Существо куда-то спускалось. Эшли аккуратно посмотрела вниз, но никого не увидела. Она стала спускаться, сама не понимая, зачем это делает. Эшли надеялась, что хоть кто-то её поймает и унесёт обратно в палату.

Звуки топота привели её на последний этаж. Эшли на минуту застыла и вспомнила вчерашнюю страшилку. Всё повторялось. Она хотела убежать, закрыться в палате, спрятаться под одеялом.

Но…

Руки, будто ими кто-то управляет, открыли дверь. Впереди показался длинный коридор с толстыми трубами на стенах. Эшли пошла вперёд. Казалось, он был бесконечный. Однако чем дальше она шла, тем жарче становилось. Эшли не понимала, почему становится всё теплее и теплее, пока не дошла до огромной дыры в полу.

Эшли посмотрела вниз и почувствовала адский жар. Ничего не было видно, кроме камней, которые освещало красное пламя. Прямо как глаза того жеребёнка, из-за которого она упала с чёртовой лестницы.

«Ну конечно! Глаза!»

Эшли вспомнила, что испугалась жеребёнка с огненными глазами, и, попятившись, не почувствовала, что за ней была каменная лестница. И упала.

Как же она могла это забыть?

Послышался громкий стук. Ещё один. И ещё. Как будто стучали киркой по камню.

«Неужели это правда? Под больницей находится шахта?»

Эшли наклонилась ещё ниже и почувствовала запах влажного камня, грязи и костра. Сзади послышался смешок. Эшли обернулась. Страх от увиденного был настолько сильный, что девушка не смогла издать ни звука. Хотя вряд ли бы её кто-то услышал. Огромная нога чудовища больно ударила её по животу, и она не смогла удержаться. Эшли упала вниз и почувствовала жар адского пламени.

История пятая. Видение

– Идиоты! Ни черта не могут сделать! Сидят на своих жирных жопах и даже не шевелятся! – ненавистно восклицал Крис Дженкинс, идя по лесной тропинке сквозь густой лес.

Крис уже не раз проклинал местных полицейских за их бездействие. И не просто так. Неделю назад его сестра, Айрис Дженкинс, ушла в лес за грибами и не вернулась. По мнению Криса, полиция все семь дней бездействует. При этом он всячески оказывал им содействие: рассказывал и показывал на карте конкретные места, куда всегда ходила сестра, её характер и привычки, предполагал, что могло случиться. Но каждый день он слышал только одно – ничего не нашли. Особенно Дженкинса раздражал старший детектив их города – Джонатан Рэндолл.

«Вот кто самая ленивая свинья в нашем городе, так это он! – опять завёлся Крис, вспоминая лицо детектива. – У него только одна вещь хорошо получается – бухать!»

Больше всего Дженкинс боялся, что за семь дней сестра навряд ли осталась живой. Ведь могло произойти что угодно. Айрис могла упасть в яму и сломать ногу, либо её убил дикий зверь, либо она просто заплутала и умирает от голода и жажды. Однако Крис продолжал надеяться на хороший исход, в отличие от своих родителей. Всю неделю семья Дженкинс жила в постоянном беспокойстве и напряжении. Мать каждый день плакала, отец почти ничего не ел и всегда молчал. Всего неделю назад они жили спокойной и обычной жизнью, и тут на них свалилось это страшное событие. За что? Дженкинсы до сих пор задавались этим вопросом.

Их семья всегда была дружной, родители воспитывали Криса и его старшую сестру в любви. Поэтому, в отличие от многих, у брата с сестрой были самые тёплые отношения. Айрис была старше всего на два года, но присматривала за ним, как мама. Даже когда Крис уже закончил школу, она не выходила из роли «заботливой мамочки», что всегда его веселило. Единственное пристрастие сестры, которое ему не нравилось, – это собирание грибов в лесу. Он никогда не одобрял это хобби. Да и тем более грибы им были не нужны. Это был всего лишь предлог для родителей, чтобы Айрис спокойно могла гулять в лесу. Пару раз она брала Криса с собой. Ему, конечно, тоже нравилась красота природы, но атмосфера необъятного и неизвестного леса пугала.

Ведь лес в Дэрроне был большой и дикий. Если прогуливаться по его границам, то ничего страшного не увидишь, все тропинки уже давно протоптали, а звери наподобие волков обитали в глубине леса. Однако Айрис всегда искала новое, какое-нибудь безлюдное место. После нескольких лет «охоты» у неё сформировались любимые дорожки. Айрис могла уйти на рассвете и вернуться только поздно вечером. И вот после очередной «охоты» не вернулась совсем. Крис был одним из первых, кто занервничал. С наступлением ночи от неё не пришло ни одного сообщения, и он уже тогда начал сходить с ума. А уж после семи дней поисков сестры его нервы были на пределе.

Крис посмотрел на небо сквозь густую листву высоких деревьев. Смеркалось. Он не предполагал, что поиски займут столько времени.

«Теперь понятно, почему Айрис иногда приходила поздним вечером».

Крис зашёл в лес рано утром и провёл здесь почти целый день. За это время он прошёлся почти по всем любимым местам сестры в поисках хоть каких-то подсказок. Карта была при нём, так что заблудиться он не боялся. Из списка осталось ещё одно место, где Айрис могла собирать грибы. Самое опасное. Крис надеялся всё внимательно осмотреть там до наступления темноты и вернуться домой не позже девяти. Ему совершенно не хотелось ещё больше тревожить родителей.

Разглядывая карту, Крис услышал, как под ним что-то противно пискнуло. Он посмотрел вниз.

«Какой странный ёж…»

Ёж и вправду был странный. Виднелись длинные руки и ноги вместо лап. Да и иголки были слишком большие для обычного ежа.

«Может, новый вид?»

Крис даже не почувствовал, что наступил на кого-то. Что-то похожее на ежа зло посмотрело на человека чёрными маленькими глазами и быстро скрылось в кустах.

«Померещится же… Это был просто ёж. Крис, успокойся».

Однако на подсознательном уровне он понимал, что всё не так просто. Что-то было странное в этом существе. Дженкинс попытался отвлечься от неприятных мыслей и продолжил внимательно разглядывать карту. Сверившись, он сделал пометки на дереве и пошёл дальше.

Идя по лесу уже долгое время, Крис не переставал восхищаться природой в городе: огромные поля, лес, озеро на окраине. Он всегда поражался и даже гордился этими подарками природы, которые окружали его всю жизнь. Если бы город ещё не был таким маленьким… Нет, как раз пусть он будет маленький. В этом и заключается вся его прелесть. Ведь чем больше город – тем меньше природы.

Дойдя до места назначения, Крис стал всё внимательно рассматривать. Он надеялся найти всё что угодно: ведро, одежду, следы, кровь. Тем не менее в этом месте не было ничего, как и в остальных. Криса расстраивала не только бесполезность его сегодняшнего похода, но и потраченное время, а также правота полицейских.

«Возможно, она решила найти какое-то новое место. Это и было её ошибкой…»

Дженкинс готов был расплакаться от отчаяния. Он посмотрел наверх и глубоко вздохнул.

Солнце почти зашло.

«Нужно возвращаться домой».

Вдруг он услышал чей-то тихий голос. Крис обернулся на звук. За густыми деревьями показался силуэт женщины. Шёпот повторился. Будто кто-то звал его.

«Может, это Айрис?»

Крис в надежде пошёл в сторону виднеющегося силуэта. Вглубь леса по неизвестному маршруту. Силуэт отдалялся всё дальше. Напряжение росло, и он, не выдержав, прокричал:

– Айрис!

– Крис! – послышалось ему в ответ.

Он стремительно побежал на зов. Крис был уверен, что расслышал голос сестры.

«Это она, это точно она!» – думал Крис, пробегая как ненормальный по густому лесу всё дальше и дальше.

Когда же он почти вплотную добежал до силуэта, тот растворился в темноте. Крис достал фонарик. Осмотревшись, он попытался найти исчезнувший силуэт, но не увидел ничего, кроме деревьев.

Дженкинс понял, что совершил ошибку. Захваченный своей фантазией, он перестал ориентироваться в лесу и делать пометки. Крис достал карту и мысленно постарался воссоздать дорогу, по которой пробежал. Однако это было не так-то просто. Он посмотрел наверх. Солнце зашло. Вечернее небо закрывали листья высоких деревьев, покачивающихся на ветру. Становилось холодно. Крис поёжился и начал успокаивать себя, понимая, что главное в такой ситуации – не паниковать. Он решил попробовать пойти обратно.

Крис не должен был далеко убежать от прошлого места, хотя не мог воссоздать картину дороги. Усложняло ситуацию ещё и то, что деревья в лесу были густые: дальше света фонаря тяжело разглядеть путь.

«Быстро же потемнело…»

Крис не понимал, почему так получилось. У него точно было ещё полчаса до наступления полной темноты. Он не мог столько бежать.

Из-за резко наступившей темноты пришлось идти медленнее. В дополнение к этому дорога непротоптанная, часто встречались ухабы и ямы, а также корни деревьев, о которые можно было с лёгкостью споткнуться. Через кроссовки чувствовалось, что земля мокрая, хотя дождя не было уже больше недели.

Вдалеке Крис услышал волчий вой.

«Этого только не хватало».

И опять его насторожила сложившаяся ситуация. Он не мог настолько далеко уйти в лес, чтобы дойти до места обитания волков. Либо они осмелели и подошли поближе к городу…

С мыслей Криса сбил треск сзади. Он с опаской посветил фонариком в сторону звука, но там никого не было. Крису стало совсем не по себе. За ним будто наблюдали. От этого ощущения знобило.

«Это просто паранойя от страха и темноты… Всё нормально», – мысленно пытался успокоить себя Крис.

Пока он шёл, в потёмках мерещились звуки, фигуры. Пугала неизвестность. Как будто кто-то играл с ним. Крис задрожал, но уже не от холода, а от ужаса, который полностью овладел его сознанием.

Через несколько минут бесполезной ходьбы по темноте Дженкинсу показалось, что под одеждой кто-то ползает по коже. Нечто скользкое и противное. Он не мог больше этого терпеть и начал нервно проводить под одеждой рукой в поисках какого-то насекомого или чего-то подобного.

– Крис!

Парень обернулся и направил фонарь в сторону раздавшегося голоса. В темноте за деревьями спряталось существо, отдалённо напоминающее человека. Оно почти что слилось с деревьями. Длинные волосы закрывали лицо. Из его огромного рта высовывался длинный острый язык.

От ужаса Крис упал в обморок.

* * *

Первое, что он почувствовал, был холод. Когда Крис стал постепенно приходить в себя, то услышал чьё-то шипение. Ему это не понравилось. Он увидел перед собой змеиные черты. От страха Дженкинс сразу же очнулся. На нём лежала огромная змея, готовая к нападению. Крис с силой отбросил её и в панике начал искать фонарь. Рядом послышался треск похожий на трещотку гремучей змеи. Руки чувствовали только мокрую землю. В голове Криса проскользнул вопрос: откуда здесь гремучие змеи? В этот момент он наткнулся на холодный металл. Схватив фонарь, Крис быстро встал и побежал подальше от опасного хищника. С болью в голове, ударяясь о деревья, он пытался убежать как можно дальше.

Крис уже совсем не мог дышать от быстрого бега, в горле пересохло. Он остановился и попытался восстановить дыхание. Крис хотел достать из рюкзака воды, но, коснувшись плеча, понял, что оставил рюкзак на месте своего падения. Единственное, что осталось, – найденный на земле фонарь.

Чтобы перевести дух, он облокотился на толстый дуб неподалёку и тяжело вздохнул. Рука почувствовала что-то выпуклое. Он резко обернулся. На глазах Криса на дереве стало образоваться человеческое лицо: губы, затем глаза и нос. От страха парень уронил фонарик и вскрикнул. Но, быстро придя в себя, поднял единственный источник света. Когда он в нерешительности снова посветил на источник своего страха, дерево полностью приобрело человеческие черты лица. Крис не мог поверить своим глазам.

Изо рта дерева вылезло и спрыгнуло на землю маленькое человекоподобное существо с острыми ушами и в разодранной одежде. Оно быстро подошло к Крису, держа в руках деревянную тарелку с ягодами, и протянуло ему.

– Они ядовитые, не ешь, – послышался чей-то хриплый голос.

Маленькое существо обернулось к дереву и погрозило кулаком, что-то пропищав. Затем поставило тарелку возле ног Криса и скрылось в ближайших кустах.

– Приходится соседствовать с этими вредителями, – снова услышал Крис мужской грубый голос. Он посмотрел на дерево: его губы шевелились. – Тесно нам здесь. Лес не такой уж и большой. Только из-за хозяина ещё друг друга не перебили.

– Хозяина? – Крис до сих пор не верил, что разговаривает с деревом.

Однако могучий дуб не отвечал.

«Боже, может, у меня галлюцинации? Но от чего? Не припомню, чтобы что-то ел в лесу. Может, головой сильно ударился и у меня сотрясение?..»

Дженкинс подошёл ближе к дереву и посветил на него фонариком. Человеческие черты начали потихоньку исчезать.

– Стой! – в страхе прокричал Крис. Казалось, что сейчас эта галлюцинация была его единственной надеждой. – Ты знаешь, как выбраться из леса?

– Я? Нет. Но он может помочь.

– Он?

– Хозяин леса.

– Он сможет меня вывести?..

– Ну-у… Если посчитает нужным.

– А если не посчитает?..

– Смерть, – раздалось эхом, отчего Криса передёрнуло.

И тут лицо окончательно исчезло. Перед Дженкинсом стоял обычный дуб, покрытый мхом. Как будто минуту назад на нём ничего не было.

Крис долго стоял возле дерева, пытаясь понять, что творится в его голове. Возможно, это всё просто страх. Может, он и вправду ударился головой или съел что-то, или просто обезвоживание, либо всё вместе. Крису стало ещё страшнее. Он не знал и не понимал, что делать. Единственное, что он сейчас мог, – просто идти дальше. Хоть куда-нибудь.

«Дуб был прав. Лес не такой большой, как, например, тайга. Из него можно выбраться. Тем более я не мог уйти так далеко от выхода. Если выйду на какую-нибудь тропинку, это будет шансом на спасение».

Крис в надежде пошёл дальше, хотя ноги болели и ужасно хотелось пить. Но нужно было идти. Дженкинс думал, что если с сестрой произошло то же самое, то, скорее всего, она уже умерла (эта мысль пугала ещё сильнее). Она бы не смогла прожить здесь семь дней.

Запахло тухлятиной. Крис осмотрелся по сторонам. Вариантов было несколько: либо где-то неподалёку валяется чья-то мёртвая туша, либо… Дженкинс принюхался. Пахнет гнилью. Он спустился по небольшому холму и понял, что подошёл к болоту.

«Вот откуда этот запах…»

Крис попытался мысленно восстановить карту и вспомнил, что болото располагалось почти что в центре леса.

«Чёрт, вот же занесло…»

Был шанс выйти, однако нужно понять, куда идти. Но без компаса, который остался в рюкзаке, определить лучшую сторону для продвижения очень трудно. Он попытался вспомнить уроки географии. Но даже если бы и вспомнил, то всё бесполезно. Было ужасно темно.

«Может, стоит переждать ночь и на рассвете сориентироваться?»

От этой мысли всё тело Дженкинса покрыли мурашки. Спать в этом лесу ему совершенно не хотелось.

Крис подошёл поближе к болоту, чтобы оценить масштабы и присмотреться к какому-нибудь ориентиру. Из-за темноты болото казалось нескончаемым и чёрным, как смола. Вблизи воняло ещё хуже.

«Видимо, придётся идти обратно и найти место для ночлега…»

Вдруг его ногу пронзила сильная боль. Крис посвятил фонариком вниз, чтобы понять, в чём причина, и ужаснулся. В свете фонаря он увидел чью-то чешуйчатую руку. От страха Крис с силой наступил свободной ногой на неизвестного, но тот не отпустил его и схватил вторую ногу. Существо грубо потянуло Криса, и он больно упал на землю, но успел схватиться за торчащий поблизости корень дерева. Создание не сдавалось и ещё сильнее тянуло свою жертву к себе. Он был уже по колено в вонючей воде. Крис, собрав оставшиеся силы, схватившись за корни, тащил своё тело обратно на сушу. Удача явно улыбнулась ему, и он уже перетянул своего врага на берег. Из болота раздался скрипучий крик, и Крису удалось выбраться. Он быстро отбежал от проклятого места во тьму. Дженкинс посмотрел в сторону болота и увидел работающий фонарь на берегу. Единственный источник света был потерян.

На поверхности воды появились большие пузыри, стала проявляться чья-то голова. Только свет валяющегося фонаря помог Крису разглядеть своего противника в темноте ночи. Это был не человек. С его рыбоподобной головы, торчащей из воды, свисали длинная борода и волосы. Он весь был покрыт чешуёй и тиной и больше всего напоминал огромную уродливую рыбу.

Крис испугался, что сейчас монстр побежит за ним, и, быстро развернувшись, направился в противоположную сторону. Из-за темноты было очень трудно понять, куда бежать. Его лицо и руки царапали острые ветки деревьев. Он несколько раз спотыкался о корни, но в страхе поднимался и продолжал бежать дальше. В конце концов парень споткнулся об очередной корень и кубарем покатился вниз, в огромную яму.

Несколько секунд Крис тяжело дышал и не мог прийти в себя. После болезненного падения он перевернулся на спину. Всё тело болело. Он чувствовал несколько ушибов, царапин, грязь и… возможно, кровь.

Вокруг было тихо. Крису показалось, что он оглох, пока тишину не прервал шум деревьев, раскачивающихся на ветру. Потом Крис услышал треск, отдалённые звуки каких-то зверей, вой ночного ветра. Лес жил. Парень понимал, что он здесь не один. В этом месте обитало множество странных, необъяснимых существ.

«Тесно нам здесь», – вспомнились Дженкинсу слова дерева.

Крису стало очень холодно. Он открыл глаза и посмотрел наверх. Однако увидел там не небо, как обычно, а чьё-то огромное лицо. Существо было одного роста с самыми высокими деревьями. Их листва прикрывала его тело, тёмно-зелёное и костлявое. Лицо существа было покрыто густой бородой. Крис пытался понять, что это: очередная галлюцинация или правда. Он пытался заглянуть в глаза невиданному незнакомцу, но их не было. На месте глаз сияли жёлтым светом две впадины. Однако всё равно казалось, что монстр не отрываясь смотрит на Криса. Из его огромного рта раздался страшный и гулкий смех.

Крис весь похолодел, когда увидел, что к его бренному телу тянется огромная рука, покрытая мхом и спорами. Парень попытался отползти подальше, но тело не поддавалось. Оно слишком устало и болело. Крис не мог позвать на помощь. Да и кого звать? Он один в глухом тёмном лесу.

Парень почувствовал, как тонкие жёсткие пальцы схватили его и подняли на несколько метров вверх. Лицо существа наклонилось к парню ближе. Можно было разглядеть его огромные, будто деревянные, зубы. Воняло сыростью.

Криса затрясло. Ему было страшно. Очень страшно. Он никогда в жизни так не боялся. Знобило. Болела грудь. Голова не работала. Крис не знал, что ему делать, и даже не мог пошевелиться. Он просто смотрел на огромное лесное существо, на светящиеся впадины. В этом жёлтом свете было что-то безумно страшное, властное. Этот свет как будто уничтожал изнутри.

– Ещё рано, – услышал он грубый нечеловеческий голос. Дженкинс опять почувствовал запах гнили, как будто до сих пор стоял у болота.

От звука услышанного голоса Криса пробил смертельный холод. Он сильно зажмурился и заорал. Кричал так сильно как никогда. Глотка болела, но он продолжал. Крису хотелось либо сразу же умереть от страха, либо понять, что это просто страшный сон и проснуться у себя дома.

В глаза засветил мерзкий свет фонаря.

– Подними руки, чтобы я их видел, – этот голос был очень знаком Крису.

Он быстро заморгал и, привыкнув к свету, узнал перед собой нескольких полицейских.

– Мистер Рэндолл?!

– Подними руки, чтобы я их видел! – прокричал Джонатан ещё раз.

Крис не понимал, зачем ему нужно поднимать руки, но на автомате подчинился. Когда на него надели наручники, Дженкинс увидел, что его руки были запачканы кровью.

– Это не моя!

– Логично. У тебя есть…

– Мистер Рэндолл! Прошу, выслушайте меня! В этом лесу обитают монстры! Чудовища! На меня напало какое-то существо из болота, а потом я увидел гиганта со светящимися глазами, который чуть не убил меня!

Рэндолл внимательно осмотрел парня и осуждающе покачал головой.

– Про чудовище в болоте и лесных гигантов будешь рассказывать нашему врачу, а мне нужно знать другое. Откуда кровь и чья она?

– Я не знаю!

– Отлично, тогда будем разговаривать в участке, когда очухаешься, – с этими словами Рэндолл грубо наклонил Криса и повёл к машине, хотя сила была совсем ни к чему – Дженкинс всё равно не смог бы дать отпор.

Криса в наручниках довели до полицейской машины. Он не сопротивлялся. Наоборот. Он хотел, чтобы его поскорее увезли отсюда, подальше от этого проклятого леса. Когда Джонатан с напарником выехали на дорогу, Крис стал неистово смеяться. Полицейские переглянулись. Джонатан понял, что ночка будет не самой лёгкой.

История шестая. Пробуждение

Он проснулся в необъятной тьме. Над головой громко шуршали листья деревьев.

«Так холодно и мокро… Я в лесу?..» – были его первые мысли.

Он попытался подняться, но помешала ноющая боль в голове. Прикоснулся к затылку – рана отозвалась новой болью, а руки почувствовали что-то влажное. Жидкость на пальцах пахла металлом.

«Кто я? Что здесь делаю?»

Он понял, что совершенно ничего не помнит о себе: имя, внешность, возраст, откуда, чем занимается. Ничего. А главное – что с ним произошло. Почему он лежит на земле в лесу?

Чёрные тучи на небе потихоньку стали уходить, и сквозь них показалась луна. Лунный свет позволил немного ориентироваться в ночной темноте. Он осмотрел свою одежду. Всё было покрыто грязью, ботинки насквозь промокли. Посмотрев на свои руки, он увидел, что пальцы испачканы кровью. Становилось всё холоднее.

Немного погодя парень всё-таки встал, хотя голова кружилась, а рана на затылке как будто горела. Но нужно было идти. Здесь нельзя было оставаться. Собрав все силы, он, весь продрогший, пошёл по первой попавшейся дороге. С каждым шагом холод и боль усиливались, всё тело дрожало, а ноги еле передвигались. Несмотря на это, ему всё-таки удалось пройти большое расстояние и выбраться на открытую дорогу. Неподалёку он увидел светящуюся телефонную будку. Он подошёл к ней и дрожащими руками взял трубку. Послышались гудки.

«Нужна монета. Иначе я никуда не смогу позвонить», – дошло до него.

Он осмотрелся по сторонам, а потом проверил все карманы. В одном из них оказалось немного мелочи.

«Спасение! Однако…»

Кому звонить?

Он понял, что не помнит ни одного номера. Хотя нет… Какие-то цифры всё-таки сохранились в его голове. Правда, он не знал, кто это, но в надежде набрал заветный номер. Трубку взяли почти сразу же:

– Старший детектив Джонатан Рэндолл. Слушаю, – послышался твёрдый голос.

– …

– Алло! Говорите, я слушаю.

– …

Он повесил трубку.

Кто он? Почему помнит номер детектива? Может, работает вместе с ним? А может, преступник, который хотел в чём-то сознаться? Или на него напали, и он хотел позвонить в полицию? Версий было много, и все без ответа.

Он вышел из телефонной будки и пошёл дальше в неизвестном направлении. Дорогу освещали фонарные столбы, а вдалеке показались небольшие дома. Город. Но какой? Живёт ли он в этом городе? Или случайно оказался здесь?

На лавочке неподалёку он заприметил лежащего человека и с надеждой подошёл к нему. Ему хотелось докоснуться до человека, услышать голос, вспомнить, как говорят люди. Понять, что он тоже человек. Парень на лавочке, проснувшись от шагов, вздрогнул. Потерявший память при свете фонаря смог рассмотреть незнакомца с лавочки повнимательней. Ему примерно больше двадцати, с тёмными, как смола, волосами и карими, почти чёрными, глазами. Одежда на нём казалась больше по размеру, мятая и поношенная.

Они неотрывно наблюдали друг за другом, как будто изучали. Тишину нарушил человек, потерявший память. Он быстро начал рассказывать о своём недавнем пробуждении, как будто боясь, что сейчас забудет и это. В ответ на его несвязные речи человек с лавочки грубо спросил:

– Бомж, что ли? Много выпил?

– Ну даже если бомж, что с того? Ты сам не сильно от него отличаешься. Одежда такая, будто по тебе трактор проехал. Спишь на лавке! Дома нет, что ли? – грубо ответил он. Почему-то вопрос незнакомца его сильно обидел. Хотя он не мог до конца понять, в чём заключалась причина.

Тот только усмехнулся и сказал:

– Дом у меня есть. Просто захотелось поспать, вот я и прилёг. Ничего не помнишь, говоришь? Ну благодари бога. Мне бы так.

– А ты что-то плохое сделал?

– Нет, но знаешь, иногда хочется забыть всё и начать жизнь с чистого листа… Имя-то хоть своё помнишь?

Человек без памяти сделал огромное усилие, но мозг был пустой. Ничего.

Он покачал головой.

– У тебя кровь на шее? А ну-ка повернись. Ого! В больницу надо. Нехило тебя по голове ударили.

Раненого покрыли мурашки по всему телу при слове «больница». Почему-то он очень туда не хотел. Почему? Может, он и вправду что-то сделал?

– Я не уверен, что хочу туда…

Незнакомец с лавочки долго смотрел на него, потом встал и неожиданно предложил пойти к нему. Такому порыву нельзя было не удивиться. С чего вдруг он предлагает человеку, которого совсем не знает, ночлег? Доброта? Личная выгода?

– Эй, ну что? Так и будешь стоять? – прокричал странный человек с лавочки, пройдя уже довольно большое расстояние.

Он понял, что идти ему некуда, и направился за незнакомцем.

Как только они зашли в город, его сердце забилось сильнее, а внутри зародилось беспокойство. А когда они переступили порог многоквартирного дома, беспокойство превратилось в отвращение. Ему были непонятны все эти чувства и причины их возникновения. Был ли он здесь? Если был, то почему не может вспомнить? Ему ненавистен этот город? Что он сделал?

Они поднялись по каменным ступенькам и дошли до выцветшей кожаной двери. Внутри удручало всё: стены, потолок, мебель. А главное, что квартира была окрашена в серые тона и угнетала ещё больше. Он не понимал, как можно жить в подобном месте. Похож ли его дом на этот? Он попытался вспомнить, но ничего не получалось.

– Вон там ванная. Сейчас дам тебе одежду. Рост у нас одинаковый, так что тебе должно подойти.

Когда человек без памяти включил душ и почувствовал струи холодной воды, ему стало намного легче. Он смыл с себя кровь и грязь. Даже рана на затылке стала меньше болеть. Выйдя из ванной, он начал аккуратно вытираться и, обернувшись к зеркалу, обомлел. Он никого там не увидел. На него посмотрел размытый силуэт. Парень попытался вспомнить, как выглядит, но не смог. Отражения в зеркале не появилось. На него продолжала смотреть расплывчатая фигура незнакомца.

Живот скрючило от голода. Он понял – желудок пустует уже долгое время. Ему показалось, что завтра, отдохнув, он точно сможет увидеть своё отражение. С этими мыслями парень вышел на кухню. Незнакомец как раз заваривал чай. На его лице красовалась неприятная ухмылка.

– Как тебя зовут? – ему захотелось узнать хоть чьё-то имя. Понять, как звучат имена.

– Томас. А своё имя ты так и не вспомнил?

Он только пожал плечами. Однако у него проскользнуло воспоминание, что его имя тоже начинается на букву «т».

– Дай я посмотрю на твою рану. Хм, вроде не так всё плохо. Да и, помывшись, ты гораздо лучше выглядишь. Я тебе чай сделал. Ещё диван расстелил, можешь на нём спать.

Он жадно выпил чай, съел какие-то печенья на столе и пошёл к дивану в соседней комнате. Томас же зашёл в свою комнату и закрылся, не сказав больше ни слова. Он не придал этому значения, так как ему показалось логичным, что человек не доверяет незнакомцу с улицы и поэтому запирается у себя в комнате. Когда он лёг на кровать, усталость дала о себе знать. Парень сразу же заснул.

На утро он вскочил с дивана, осознавая, что куда-то опаздывает.

Но куда?..

Голова всё ещё болела, хотя уже не так сильно, как вчера. Он постучал в комнату Томаса, но тот не ответил, хотя за дверью слышались шаги. Потерявший память решил довериться своему чутью и пойти на улицу.

Когда он вышел, моросил мелкий дождик, серые тучи поглотили небо. Он медленно шёл по грязной дороге по городу. Спешить не было смысла, ведь он даже не осознавал, куда направляется. Ноги шли сами, они знали дорогу. Как будто каждый день преодолевали этот путь.

Дойдя до небольшого кирпичного здания, парень остановился и осмотрелся. На стене дома висела замысловатая вывеска: на круглой деревяшке были выгравированы название и змеевидное существо. Он не мог вспомнить, какой зверь изображён на вывеске, а по названию и приписке понял, что стоит возле антикварного магазина. На витрине красовалось множество неизвестных предметов. Возможно, когда-то они были ему знакомы.

Он долго не решался, но всё-таки зашёл внутрь. Колокольчик над дверью звонко зазвенел, отчего у него с новой силой заболела голова. На звон никто не откликнулся. Магазин был пуст.

«Зачем я сюда пришёл? Может, я украл что-то здесь?»

Он уже хотел выйти, как вдруг его любопытство привлекла маленькая картина в красивой серебряной рамке. В порыве чувств он сам не заметил, как взял её и стал внимательно рассматривать. Она была нарисована очень яркими красками, а главное, в центре огромным жёлтым пятном было изображено солнце, освещающее ростки пшеницы. Всё было в золотистых тонах, что навевало теплоту. Почему-то эта картина казалась ему знакомой. Где он мог её видеть?

– Добрый день.

Он громко вскрикнул и обернулся, картина выпала из рук. Возле него стояла девушка.

«Видимо, продавец или что-то в этом роде».

Он ждал криков или выговора за упавшую картину, но девушка спокойно подняла предмет и аккуратно положила на место.

– Простите… – только и смог выдавить он.

– Всё в порядке. Вам что-то нужно? – спокойно спросила она.

Девушка была ему как будто бы знакома. Длинные чёрные волосы, приятный голос. Голубые глаза смотрели сонно, будто она находилась в другом мире. На лице совершенно нельзя было прочитать эмоций. Всё это время она молча ждала его ответа. У него закрались сомнения, что они знакомы. Но тогда она бы как-то на него отреагировала? Ведь так?

– Я… Просто зашёл посмотреть.

Девушка посмотрела по сторонам и тихо сказала:

– Лучше вам уйти отсюда.

– Что, простите?

Она посмотрела прямо ему в глаза:

– Уходи.

Внутри у него всё сжалось. Он не стал задавать вопросов и быстрым шагом направился к выходу.

* * *

– То есть она выгнала тебя из магазина? – спросил Томас, помешивая суп на плите.

– Да.

– Может, ты просто бросил её, и она на тебя обижается?

– Не знаю…

– А эта прогулка помогла тебе что-то вспомнить?

– Не уверен… По крайней мере, мне кажется, что я часто ходил к этому магазинчику… Может, работал там…

– И чем-то не угодил этой бедной девушке?

– Не могу вспомнить… Но я, скорее всего, её знаю.

– Хм, понимаю. Такое странное чувство, когда ты видишь человека и тебе он кажется знакомым… Но ты не можешь понять, кто это.

– Ты о чём?

– Когда-нибудь слышал о Доппельгангере?

– Доппе… что?

– В народе его ещё называют двойником.

– Без понятия. Я же память потерял. Мне это слово незнакомо.

– Доппельгангер – это двойник человека, появляющийся как тёмная сторона личности.Двойник, зачастую, активно стремится поработить своего прототипа. Если ты столкнёшься с ним, то ваша встреча превратится в противостояние: обычно двойник становится сильнее, а оригинал, наоборот – слабее. Доппельгангер будет изживать оригинал со света, чтобы занять его место. Ничего не напоминает?

Он отрицательно покачал головой. Эта информация была ему совершенно ни к чему, и парень не понимал, зачем Томас начал эту тему.

– А! Совсем забыл. У меня появилась идея, – вдруг начал Томас. – Давай звать тебя Тим?

Ему показалось, что такое имя больше похоже на кличку для собаки, но не стал возражать. Буквы в этом имени казались знакомыми.

С каждым днём Тим чувствовал слабость, однако в больницу идти боялся. Он до сих пор не знал, почему оказался в лесу с раной на голове и почему запомнил только номер детектива. Он боялся понести наказание за то, чего не помнит. Однако чувствовал, что перед ударом по голове случилось что-то ужасное. Но что именно? Почему остались ощущения, а воспоминания исчезли?

Единственный выход из ситуации – ещё раз пойти в антикварный магазин и расспросить ту девушку. Но каждый раз, когда он вспоминал её слова, всё тело пробирала дрожь. Было в этом «уходи» что-то пугающее. Как будто она предупреждала его, хотела от чего-то уберечь.

Может быть, его страшная история как раз связана с магазином? Он ведь так отчётливо помнит дорогу к нему. Возможно, он что-то украл? Но у него в кармане не было ничего, кроме мелочи. Хотя… Он ведь мог где-то спрятать украденное. Это было бы логичнее всего.

Несколько дней Тим размышлял над сложившейся ситуацией. Всё это время он жил у Томаса. Тот за проживание просил только выполнять кое-какие поручения по дому или готовить еду. Сам Томас каждый день уходил рано и возвращался поздно вечером. Возможно, он где-то работал. Тим совсем ничего о нём не знал, да и не хотел задавать лишних вопросов. Почему-то ему казалось, что ответа не будет. Больше всего в этой ситуации была непонятна мотивация Томаса. Почему он позволяет какому-то проходимцу с улицы жить у него, оставляет одного в квартире, не боясь быть ограбленным?

«Томас очень странный. Может, он сумасшедший?» – каждый раз думал Тим, когда тот уходил из дома. И на такие раздумья у него были основания.

Во-первых, как уже было сказано, Томас приютил у себя дома незнакомца, которого сначала принял за бомжа, не отправляя его в больницу или полицейский участок. Во-вторых, он ничего о себе не рассказывал, приходил вечером, ужинал, а затем закрывался у себя в комнате. В-третьих, Томас (Тим это чувствовал) поручал все домашние дела надменно, смотрел насмехаясь. Тим не понимал, почему Томас испытывал такое наслаждение, когда он на корячках моет полы или убирает со стола грязную посуду. Самое странное, что Томас не позволяет Тиму выходить на улицу и не рассказывает ничего о городе и его жителях. А ведь именно эта информация, возможно, помогла бы Тиму вспомнить своё прошлое. Он иногда всё-таки выходил ненадолго на улицу, хоть Томас и закрывал входную дверь и никаких ключей не оставлял. Однако возвращался обратно, боясь, что в квартиру кто-нибудь зайдёт или узнает его на улице.

Да. Он боялся, что его узнают.

Это было странно. Тим одновременно очень хотел узнать своё прошлое и в то же время ему было страшно встретить знакомого, который мог рассказать о его жизни. Эти противоречивые чувства пугали. Иногда Тиму казалось, что он проснётся и полностью потеряет себя. Он и так лишился памяти и имени. Но самое страшное для него было – полностью потеряться в пустоте. Стать ничем. А в этом доме, который больше похож на конуру, казалось, потеряться можно в любой момент. Страшное уже случилось – он до сих пор не видит своего отражения.

С такими мрачными мыслями Тим сидел, когда в квартиру вернулся Томас. Парень посмотрел в окно и понял, что уже давно настал вечер. Он даже не заметил, как стемнело.

– А почему ты ничего не убрал? Я, что ли, должен это делать? Насвинячил, значит, убирай, – послышался приказной тон Томаса. Тим вспомнил, что действительно ничего не убрал после готовки, так как слишком сильно погрузился в свои мысли.

– Да, прости, я сейчас уберу.

– И смотри, не урони ничего, как в прошлый раз!

Томас отчитывал его как маленького ребёнка, когда они столкнулись в коридоре. Высокомерный взгляд не сходил с лица Томаса ни на секунду. Тим не мог ему противостоять, ведь он буквально находится на содержании у Томаса.

Когда Томас зашёл в ванную, Тим придержал дверь, чтобы ещё раз извиниться. Но не смог проронить ни слова от ужаса. Он машинально посмотрел на зеркало и понял, что Томаса, как и его, там нет.

– Да закрой ты дверь!

Тим пришёл в себя только после того, как перед лицом громко захлопнулась деревянная дверь. В голове было слишком много вопросов.

Нормально ли то, что они оба не отражаются в зеркале? Что силуэты расплывчаты? Разве на стекле не должна появиться твоя точная копия? Они как будто оба были призраками.

После ванны Томас, как обычно, зашёл в свою комнату. Тим внимательно посмотрел ему вслед. Что-то здесь было не так, он чувствовал это.

– А, чёрт! – выкрикнул Томас, выбежав из комнаты. – Мне нужно кое-что купить. Я отойду на минуту. Ок?

Тим ничего не смог ответить, только медленно кивнул. Когда захлопнулась входная дверь, он сел на диван и задумался. Тим взглянул на дверь в комнату Томаса. Чутьё подсказывало, что все ответы могут быть там. Тим встал и попробовал открыть дверь. Она, естественно, была заперта.

«Возможно, стоит оставить всё как есть?..»

Однако что-то внутри сопротивлялось. Тим чувствовал, что должен понять, кто он. А все ответы были за запертой дверью.

Он толкнул дверь, но она не поддалась. Тим толкнул ещё и ещё. От тряски голова заболела вновь, но он не останавливался. Ещё один удар, и – победа. Дверь распахнулась, и Тим чуть не упал.

В комнате царила тьма, окно было закрыто плотной шторой. Он судорожно начал искать выключатель. Зажёгся жёлтый неприятный свет, который очень отличался от оттенка в других комнатах. Внутри всё было минималистично, ничего лишнего. Выделялся только стол Томаса. На нём лежала куча бумаг и вырезок из газет. Тим подошёл ближе и быстро просмотрел заголовки и статьи. Попадалось очень много информации об исчезновениях, смертях и несчастных случаях, поразивших весь город.

«Зачем ему всё это?»

Среди огромного количества вырезок его внимание больше всех привлекла одна – где было лицо Томаса. Он дрожащими руками взял листок. В вырезке возле фотографии было написано всего пару строк: «Пропал мужчина. Томми Гаррисон, 22 года». Далее писали, что в полицию обратился хозяин антикварного магазина, где Томми работал продавцом, и в чём он был одет. Была описана та самая одежда, в которой он очнулся в лесу несколько дней назад.

«Но почему здесь его фотография?»

Ответить на этот вопрос можно только одним способом.

Тим выбежал из комнаты и подбежал к зеркалу в ванной. На него, как и всегда, смотрел размытый силуэт. Он потряс головой, протёр глаза, но всё равно не мог рассмотреть лицо.

– Чёрт возьми, кто я? Я хочу понять, хочу увидеть! Том, соберись!

Он вздрогнул.

«Том, соберись!» – эту фразу он часто говорил себе.

«Том… Значит, я и вправду Томми Гаррисон. Но кто тогда Томас?»

Внезапно раздался щелчок входной двери.

«Он вернулся».

– Кое-чего не было в магазине, придётся завтра ещё раз сходить. Ты что, до сих пор ничего не убрал? Я отсюда всё вижу! – Томас активно снимал ботинки, пока не заметил на себе неотрывный взгляд, и посмотрел в ответ. – Что у тебя с лицом?

– Мне тоже очень интересно, что у меня с лицом.

Томас обернулся и заметил, что дверь в его комнату открыта. Томми думал, что он начнёт ругаться или набросится на него, но тот только улыбнулся и с каким-то странным наслаждением в голосе произнёс:

– Понятно.

– Что тебе понятно?

– Было забавно использовать тебя как собачку. Но веселью всегда приходит конец.

Томми заглушил закипавшую злость и задал самый важный вопрос:

– Кто ты такой?

– Хочу задать тебе тот же вопрос.

– Я – Томми Гаррисон. А ты?

– Ха-ха, ну хорошо! А я – Томас Гаррисон.

– Мы близнецы?..

– В каком-то смысле.

– Я тебя не понимаю…

– Слушай, Томми, я тебе помочь хочу.

– Чем же?

– Хочу открыть тебе глаза на твою никчёмность. Мать твоя залетела, а аборт было делать слишком поздно. Она не знала, куда тебя деть, когда ты родился, поэтому просто забила на тебя. Так, никому ненужный, ты слонялся без дела всё своё детство, пытаясь хоть чем-то угодить своей мамаше, чтобы она обратила на тебя, несчастного, внимание. Но её больше интересовали соседские мужики, чем собственный ребёнок. Твоя успеваемость в школе была хуже средней, ты даже в местный институт не смог поступить. Единственное место, куда ты смог устроиться, слоняясь в поисках работы по всему городу, был антикварный магазин. И то у хозяина на тебя были определённые планы, которые ты не смог оправдать. В итоге ты ему только всё испортил. Чуть не сорвал такой великий замысел! Я-то, наоборот, ему помогаю, в отличие от тебя. Вот и зачем так никчёмно жить? Предлагаю тебе сдаться и наконец-то помереть. Ты же ничего не можешь. Хотел стать героем, спасти жизни. И что в итоге? Смог только сбежать, когда тебя спалили, и удариться головой. Если бы ты не зашёл в мою комнату, то так бы и сидел на диване, держась за свою бесполезную голову.

– Я что-то узнал, да? И теперь ты хочешь меня отвлечь, чтобы я не рассказал полиции?

– Много чести. Мне было бы слишком лень. Да и ради чего?

– Ради денег! Тебе заплатили.

– Пф! Ты о себе слишком большого мнения.

– Тогда зачем ты устроил весь этот спектакль? Что тебе нужно?

– Ты, – его голос прозвучал настолько пронзительно, что у Томми на секунду заложило уши. – Твоя жизнь.

Томас резко встал и ударил Томми по голове, отчего его старая рана открылась и он упал на пол. Перед глазами мигали красные точки, а в ушах звенело. Томас готовился нанести новый удар, но Томми увернулся и, зажимая рукой затылок, побежал на кухню.

– Зачем ты сопротивляешься?

Томми судорожно искал, чем можно защититься. Он готовил здесь уже несколько дней и хорошо знал эту комнату. Томми схватил нож из ящика и принял оборонительную стойку.

– Cлабак! У тебя не хватит сил убить меня! Сдавайся!

Томас с безумной улыбкой на лице набросился на Томми. Ему показалось, что время в этот момент остановилось. Он яростно поднял нож, в лицо брызнула тёплая и липкая красная жидкость, во рту почувствовался привкус металла. Томас с грохотом упал на пол перед ним. Томми в страхе выронил нож и нагнулся к телу.

– Ты дурак, Томми… Ты всё равно умрёшь, – прохрипел Томас, после чего его глаза остекленели.

Кровь начала растекаться по всему полу, Томми посмотрел на руки. Они были окрашены в устрашающий красный цвет. Он вскочил, побежал в ванную и начал смывать с себя противную красную слизь. Всё было красное. Томми посмотрел на себя в зеркало, чтобы проверить, нет ли где ещё крови, и застыл.

Он увидел себя. Нет, точнее, лицо с фотографии. Своё лицо, которое как две капли воды похоже на лицо Томаса.

Томми не помнил, сколько просидел в ванной. Возможно, несколько минут, а может, несколько часов. Он не мог понять, кто он и кто сейчас лежит на кухне.

В голове промелькнули воспоминания. Уже была подобная сцена: его руки уже держали нож, он бежал, но не убивать, а от кого-то. Кто-то преследовал его. Вспомнились поля, лес, удар, боль и небытие.

«Антикварный магазин».

Он понял, что ему нужно именно туда. Ответы были в этом таинственном антикварном магазине.

Томми выбежал из квартиры, закрыв её на ключ, и побежал, ничего не видя перед собой. Он знал, куда бежать. Адреналин бил в голову. Это было чудо, что ему вообще удалось так быстро двигаться с такой дикой болью в голове. Перед глазами до сих пор плясали красные пятна.

Когда впереди показался магазин, он упал прямо на пороге, тяжело задыхаясь. Отдышавшись, Томми в отчаянье постучал, но никто не ответил. Дверь отличалась от двери в квартире. Поэтому вряд ли её можно будет выломать. Томми чувствовал, что нужно попасть туда именно сейчас. Он осмотрелся и нашёл возле соседнего магазина цветочный горшок. Схватив его, Томми со всей силой кинул его в окно антикварного магазина. Громкий звук разбившегося стекла раздался по всему району. Томми понял, что нужно действовать быстро, иначе его поймают. Красные пятна в глазах стали больше, он ничего не видел, пока пробирался через разбитое витринное окно. Однако всё равно больно порезал руку и с грохотом свалился на пол. Его крик нарушил мёртвую тишину в магазине. Боль в голове усиливалась, зубы дрожали, с шеи капала кровь.

«Безумие… Во всех моих действиях нет смысла. Мне сложно отличить правду от лжи, везде тупик».

Он с дрожью в ногах поднялся и судорожно стал что-то искать. Какая-то вещь в этом магазине должна была подсказать ему. Томми чувствовал это. И тут на стене, освещённой луной, Томми увидел висящую коллекцию ножей. На стене не хватало только одного.

Нож.

Томми вспомнил, что именно с этим ножом он бежал в поле, чтобы защищаться. Только от кого? Ему не удавалось вспомнить лица нападающего, но это точно был кто-то знакомый. Ещё он вспомнил, что нож он обронил по дороге в лес. Но ему не нужно было в лес. Он должен был прибежать к полям. В этих прогнивших заброшенных полях что-то было…

И тут он вспомнил.

Муфистория.

– Боже, ну конечно! Она же до сих пор там! До сих пор работает. Боже! Нужно скорее её отключить!

«Рин в тот день хотела предупредить меня! Бедная, несчастная девушка. Нужно скорее отключить эту дрянь!» – пронеслось в его голове, когда он в панике кинулся в сторону полей.

Добежав до одного из множества пустующих полей, Томми стал активно искать устройство. Оно точно было под землёй, и парень в очередном приступе безумия рыл сухую землю руками. Рана на руке болела всё больше и больше. К боли в голове и красным пятнам он уже привык.

Наконец-то после долгих мучительных копаний из-под земли показался золотой предмет округлой формы. Он напряг все оставшиеся силы и попытался достать прибор из земли. Томми понимал, что слишком слаб для этого, но времени не было. Не у кого было просить помощи, ему всё равно не поверят.

Вдруг Томми услышал звуки выстрела и почувствовал сильную боль в ноге. Всё тело задрожало, и он упал на грязную землю. С каждым вздохом становилось тяжелее дышать. Послышались шаги.

Томми поднял глаза. Над ним возвышался мужчина. Однако это был не Томас. В этих голубых глазах отражалось презрение, но никак не то холодное высокомерие.

– Опять всё те же ошибки. Столько проблем от тебя… – послышался знакомый голос. Томми слышал его много раз.

Но где, где?..

Он закрыл глаза. Это был конец. Нет смысла убегать от того, что не поддаётся человеческому разуму. Томас был прав – он всё равно умрёт, так ничего и не сделав.

Раздался ещё один выстрел. Последний.

История седьмая. Осознание

Аллен Браун уже несколько часов просматривал дело о Френсис Мейси. Эту работу отдали ему, так как старший детектив Джонатан Рэндолл был завален другими делами. Работа была не такой уж и простой, как казалось вначале. Последним, кто видел Френсис, был её муж-пьяница, который утверждал, что его жена выбежала из дома, ничего не сказав. Логично было бы предположить, что именно он в пьяном угаре убил её, а тело спрятал. Однако тела, как и улик, не нашли. Всё было чисто, будто женщина растворилась в воздухе.

Это не было самым странным исчезновением. Недавно произошло нечто похожее: из больницы пропал пациент – четырнадцатилетняя Эшли Патерсон. В последний раз девушку видели вечером перед отбоем, а наутро, когда соседки по палате проснулись, её уже не было. Ночью никто из пациенток и персонала ничего не слышал и не видел. Аллену хотелось бы заняться этим делом, но его отдали Рэндоллу, якобы он старше по званию и опытнее. Браун уже давно заметил, что дела, связанные с подростками, обычно отдают Рэндоллу. Ему казалось это странным, так как он не замечал, чтобы старший детектив сильно с ними ладил. Хотя кое-что всё-таки Брауну досталось.

С недавних пор второй основной работой Аллена было дело Ларкинсов. Оно перешло ему от Рэндолла. Дело Ларкинсов висело в полиции уже довольно долго. Шефу Брюстеру это очень не нравилось, и он намекал Рэндоллу, что пора уже наконец-то найти грабителя. Но ничего так и не сдвинулось. Поэтому шеф решил передать дело о краже Брауну, тонко намекнув, что если Аллен справится, то он обязательно поставит галочку в своём блокноте: «хороший работник». Ведь расследование действительно затянулось.

Все до сих пор подозревали сына Ларкинсов, Томаса. Однако никаких улик против него не нашли. По крайней мере, Рэндолл ничего не нашёл. Шеф чётко дал понять, что дело нужно закрыть на этой неделе, чтобы приступить к другой работе и немного успокоить жителей, которые в последнее время очень нервничали из-за каждодневных происшествий в городе.

Аллен понял: наконец-то настал шанс доказать начальнику, что он лучше, чем этот старый пьянчуга, который даже с кражей в доме не может разобраться. Хотя Браун тоже был неидеален. У него до сих пор мёртвым грузом висело старое незакрытое дело: Томми Гаррисон. Его также не нашли. Первым об исчезновении сообщил хозяин антикварного магазина, Томми работал у него продавцом. Семьи у бедного парня не было, ни в каких криминальных делах не замечен, все соседи и директор магазина характеризуют его как одиночку, замкнутого и тихого. Ни трупа, ни каких-либо идей, куда мог подеваться парень, нет. Всё точно так же, как в деле Френсис Мейси.

И всё-таки в приоритете были Ларкинсы, поэтому Браун в первую очередь решил наведаться к ним домой. Близился вечер, и, скорее всего, все уже пришли. Аллен быстро собрался, попрощался с коллегами и направился к Ларкинсам. Когда он подошёл совсем близко к дому, то заметил сидящего на лавочке Томаса, который сонно смотрел в пространство.

– Привет, – обратился к парню детектив и присел рядом.

– Угу, – Аллен внимательно посмотрел на Томаса и заметил огромные мешки под глазами. Парень явно долго не спал. Совесть мучает или что-то ещё?

– Я детектив из полиции, Аллен Браун. Ты, возможно, помнишь меня.

– Вроде помню. А что вам надо? Я уже всё рассказал тому, старому. Рэндолл, кажется? И не один раз! Он нам уже надоел со своими тупыми вопросами.

– Теперь этим делом занимаюсь я.

– А что стало с тем?

– Ничего. У него просто много работы.

– Ясно.

– Давай начнём всё сначала, – у Аллена давно зародилась кое-какая идея, чтобы расколоть упрямого подростка. – Скажи, у тебя есть мысли о том, кто мог совершить кражу в вашем доме?

– Я уже всё сказал. Это боггарт!

– Да, эту версию я слышал и немного почитал про этих… боггартов. А ты сам его видел?

– Видел! Маленький уродец! До сих пор нас достаёт. А мама всё на меня валит!

– И где же он? Почему ты его не сфотографировал?

– Да потому что он быстрый и очень хорошо прячется. Выходит только ночью, когда темно. Просто так его не поймаешь, мы с ребятами уже пробовали.

– Хм, ну хорошо… А давай я помогу тебе его поймать, – Аллен дружелюбно улыбнулся, якобы веря в эти сказки. Возможно, удастся войти к парню в доверие и в этой игре выяснить правду.

– А ты мне веришь, что ли?

– Верю и хочу помочь.

Томас сразу же взбодрился и рассказал, что вычислил убежище боггарта. Он прятался в старых напольных часах на чердаке. Аллен решил подыграть пареньку. В какой-то книге по психологии он читал, что многие дети придумывают существ, чтобы свалить на них свои выходки. Браун, вспомнив уроки дедушки, рассказал Томасу о ловушке, с помощью которой обычно ловят зайцев в лесу. Много инструментов им не потребуется, единственная проблема – найти большую коробку или ящик. К счастью, на том же чердаке у семьи Ларкинсов хранилась куча хлама.

Пока они мастерили ловушку, Аллен добывал у Томаса информацию. И кое-что узнал. Всё-таки у ребят была некая «игра», а главарём в ней был Джеймс Фишер. Его-то знал весь участок, да и весь город. В глазах общества он был местным молодым бандитом. Фантазия у парня явно работала как надо, да и времени для её воплощения было предостаточно. У Брауна закралась мысль, что Джеймс на самом деле подстраивает грабежи через своих мальчуганов, которые его слушаются, а чтобы они ничего не рассказывали или чтобы успокоить их совесть, пугает ребят страшилками про всяких боггартов и прочих сказочных существ. Аллен не в первый раз видел, какое влияние Фишер оказывает на парней помладше. Они буквально в рот ему смотрят и готовы делать всё, что он скажет. Аллен решил, что через Томаса можно узнать много полезной информации о Фишере. Однако сначала нужно войти к нему в доверие.

Томас сказал, что боггарт выходит только по ночам. Оставаться вдвоём с ребёнком ночью на чердаке довольно подозрительное занятие для тридцатилетнего мужчины, но другого выхода не было. Мать Томаса работала в ночную смену, а его отчим уехал в другой город, поэтому мальчик был один дома. Так что им никто не мешал. «Охотники на монстров» поужинали и вернулись на чердак.

Томас и Аллен спрятались за массивные коробки с барахлом и стали выжидать. Они сидели в полной темноте, так как Томас запретил включать фонарик, ведь боггарты активны только во мраке. Охота на боггарта чем-то напомнила Аллену его детство. Он поймал себя на мысли, что ему даже понравилось строить ловушки с Томасом и играть в «охотников». Возможно, сестра была права, и Аллену давно пора задуматься о детях…

Мысли детектива перебил странный скрежет в старых часах, Томас дёрнул его за рукав. Хоть глаза Аллена и привыкли к темноте, было сложно рассмотреть, что происходит. Детектив заметил, как кто-то приблизился к ловушке и начал забирать приманку. Браун выскочил из укрытия и быстрым движением схватил нарушителя, на секунду задумавшись, что надо было всё-таки надеть перчатки, так как крыса явно была слишком большой и, возможно, заразной.

Мысль о крысе или дворовой кошке сразу рассеялась, когда детектив услышал грозное шипение. Оно не было похоже на шипение какого-либо зверя. Косматое существо в ответ схватило Аллена. Он увидел длинные жёлтые зубы, вонзающиеся в руку. Детектив стерпел боль и потянул существо за жёсткую шерсть на себя. Вблизи Аллен рассмотрел звериную морду с огромными ушами и свинячим носом. От отвращения и ужаса он вскрикнул и ударил существо кулаком. Мерзкое создание издало громкий рык и убежало в темноту, в старые пыльные часы.

Браун тяжело дышал и дрожащими руками достал из внутреннего кармана фонарик. В свете фонаря он осмотрел часы, но так ничего и не нашёл.

«Куда он мог спрятаться?»

– Ты видел?! – услышал Аллен возбуждённый голос мальчика за спиной.

– Я… возможно, это какой-то дикий зверь, которого мы не знаем. Прибежал из леса…

– Нет, это боггарт!

Аллен сглотнул. Он не мог до конца поверить в увиденное.

* * *

После произошедшего Браун пошёл в местную библиотеку. Он долго думал о том, кого мог увидеть. У детектива было несколько вариантов: либо это зверь, которого он просто не знает, возможно, из Красной книги, либо мутировавший зверь, либо, как бы странно это ни звучало, боггарт. Просмотрев всю Красную книгу, Аллен не нашёл ничего похожего на увиденное существо. Вариант с мутантом тоже отпадал, ведь поблизости не было никаких мест с радиацией, а также нигде в ближайших городах не наблюдались встречи с мутировавшими животными. Возможно, Аллен стал первым, кто встретился с мутантом. Но не всё так просто. Аллен это чувствовал. Осталось только проверить вариант с боггартом. Он наврал Томасу о том, что изучал этот вопрос. Детектив даже примерно не представлял, как должно выглядеть это существо. А так как никакой литературы по мифологии у него не было, он направился в библиотеку. Тем более в городской библиотеке работала его бывшая одноклассница – Агата Хейг. Браун помнил, что её дядя увлекался мифологией, возможно, она или он смогут ему помочь.

– Привет, Агата!

Девушка-брюнетка обернулась. В больших круглых очках Аллен увидел своё крохотное отражение. Он никогда не понимал, зачем она носит очки такой формы. В них ведь совершенно не разглядеть её карих глаз! А глаза у неё были очень красивые, Браун помнил это ещё со школы.

– Привет, – тихо ответила она. – Ты редко заходишь. Что-то случилось?

– Тут такое дело... Скажи, у вас есть книги по мифологии?

– Хм… Я сейчас посмотрю.

Агата направилась к своему рабочему столу, чтобы посмотреть базу, а Аллен напряжённо ждал. Нечеловечески хотелось спать. После произошедшего в доме Ларкинсов Браун не смыкал глаз. Наутро мать Томаса обработала детективу рану и предложила диван в гостиной. Он успокоил её, что это всего лишь укус зверя, однако женщина волновалась, что у неё на чердаке живут огромные крысы. Дома, после просмотра Красной книги, он смог поспать всего час, пока не увидел перед собой омерзительную ухмылку лохматого существа, а затем услышал ужасающий рык. После такого кошмара заснуть ещё раз Аллен не смог и решил больше не закрывать глаза.

– Нет, прости, – нежный голос Агаты вернул его в реальность. – Недавно один парень забрал все книги по этой теме. Я могу сделать запрос в соседнюю…

– Не нужно. Спасибо. Я что-нибудь придумаю. Скажи, а как поживает твой дядя… Хью, кажется, да?

– Вроде бы у него всё хорошо. Но он давно ко мне не заходил и не звонил. А что?

– Ничего, просто. Ладно, я пойду.

Он уже повернулся, чтобы уйти, как вдруг услышал:

– Подожди! Я вспомнила, что видела какую-то книгу по мифологии в антикварном магазине.

– В антикварном магазине… Хм… Спасибо, Агата. Я посмотрю.

В ответ она мило улыбнулась, а он поймал себя на мысли, что ему давно нравятся ямочки на её щеках. Сказать об этом Аллен не решился, как и обо всём остальном.

До антикварного магазина Браун дошёл меньше чем за полчаса. Зайдя внутрь, он услышал над собой звон колокольчиков. На звук обернулась девушка с длинными чёрными волосами. Её большие голубые глаза как обычно равнодушно смотрели на детектива. Аллен давно понял, что по лицу девушки невозможно было прочитать ни одной эмоции. Оно всегда выражало только одно – холод. Но сейчас он заметил небольшую странность в её внешнем виде. Либо дело было в фасоне платья, либо девушка немного пополнела, но её плечи явно стали шире. Да и сама поза выглядела неестественно.

– Здрав…

– Мистер детектив! Здравствуйте, – перебил девушку голос хозяина, который только что вышел из комнаты за стойкой. – Вы пришли по поводу Томми? Что-то узнали?

Прямо к Аллену шёл высокий подтянутый мужчина средних лет – хозяин магазина. Браун ещё при первой встрече заметил, что мистер Янг выглядит достаточно молодо для своего возраста. Живой блеск в глазах, в волосах нет ни единого седого волоска, всегда активный и отзывчивый. Аллен даже сказал бы, что слишком. Его отзывчивость граничила с навязчивостью. Особенно это выделялось на фоне его дочери Рин. Она всегда была сухой и будто безжизненной. Единственным, что выдавало их родство, были голубые глаза. Только если у отца они были живые, цвета яркого неба, то у дочери – будто стеклянные, как у куклы.

– Здравствуйте, мистер Янг. Нет, я сегодня по личным причинам.

– Ах вот как. Рин, пойди приберись в кабинете, а мы тут поговорим с детективом.

– Хорошо.

Девушка неестественно медленно пошла в комнату за стойкой.

– Это было необязательно. Я…

– Простите, но Рин очень сильно переживает за Томми. Они ведь вместе работали, – у мистера Янга была привычка перебивать, и это не нравилась Аллену. – Любая мелочь, связанная с ним, её расстраивает. После вашего допроса она не спала всю ночь.

– Примите мои извинения. Не хотел расстраивать вашу дочь.

– Ну что вы. Это же ваша работа. Так чем могу быть полезен?

– Скажите, нет ли у вас книги по мифологии? Мне посоветовали обратиться к вам.

– Есть одна. Привёз её из Европы. Сейчас принесу.

Мистер Янг отошёл к книжной полке, а Аллен ещё раз осмотрел этот странный магазинчик. Он разделял мнение своего коллеги, Джонатана Рэндолла, о бесполезности подобных магазинов в маленьком городе. Кому понадобятся старые вещи? В Дэрроне у каждого второго куча ненужного хлама. Зачем же его ещё покупать?

Внимание Брауна привлекла стена, на которой висели различные ножи. В прошлый раз, когда он их заметил, мистер Янг уверял, что у него есть лицензия и он их никому не продаёт, а выставляет для красоты. Однако одного ножа не хватало…

– Пожалуйста.

Аллен вздрогнул. Он не заметил, как мистер Янг подошёл к нему. В руках он держал большую книгу в твёрдом переплёте.

– Не знал, что вы увлекаетесь мифологией, мистер детектив.

– Есть немного…

Аллен взял массивную книгу из рук хозяина магазина и полистал. Книга больше походила на энциклопедию по мифическим существам, разделявшую их по рангам и месту обитания. Браун посмотрел на обложку, но не увидел автора. Потом заглянул в алфавитный указатель и нашёл нужную страницу.

«Боггарт – дух или домовой. В основном дружелюбно настроен к хозяевам дома, но иногда способен и на злые проделки».

Аллен также приметил, что любимая проделка боггарта – покрасться ночью в спальню, провести холодной мокрой лапой по лицу человека и сдернуть одеяло. Он вспомнил, как Томас рассказывал об этом.

– Не знаю, позволите ли вы… взять на время эту книгу? Верну в целости и сохранности, естественно.

Аллен не был уверен, что хозяин согласится на такую сделку. Однако лишних денег сейчас у него не было. Он уже успел представить, сколько эта книга могла стоить.

– Хорошо. Можете взять, если она вам так нужна. Всё-таки нужно помогать служителям закона, не так ли?

Аллен не совсем понял, к чему клонил мистер Янг, но обрадовался, что смог получить книгу бесплатно. Браун вышел из магазина и вздохнул с облегчением. Всё время, пока находился там, он чувствовал пронзительный взгляд хозяина. Это страшно раздражало.

Вернувшись домой, Браун внимательно изучил книгу. Времени было много – выходной. Его внимание остановилось на разделе о лесных мифических существах. Множество из них напомнило Аллену допрос с Крисом Дженкинсом, которого они нашли в лесу. Руки парня были испачканы в крови, глаза – безумны.Рэндолл уверял, что Крис употреблял наркотики, хотя после анализа в его крови ничего не нашли. Парня в итоге забрали в какой-то центр реабилитации.

Аллен долго рассматривал рану на руке.

«И всё-таки стоит съездить к нему…»

* * *

Центр реабилитации находился довольно далеко от Дэррона на большой открытой территории возле леса. По внешнему виду он напоминал Аллену санаторий для стариков, в котором жил его дедушка.Когда сотрудник центра проводил детектива к Крису, тот сидел за столом и смотрел на шахматную доску перед собой. Фигуры стояли на своих местах, и вряд ли у этой партии был хоть какой-то конец или начало. Дженкинс довольно сильно изменился с того момента, когда Аллен видел его в последний раз. Детектив за свою карьеру уже наблюдал подобное: человек после сильного потрясения становится либо неузнаваемым, либо мёртвой куклой.

– Привет. Не знаю, помнишь ты меня или нет. Я Аллен Браун, детектив. – Аллен присел рядом с Крисом, тот посмотрел на него пустыми глазами и кивнул. – Я бы хотел, чтобы ты ещё раз рассказал мне то, что с тобой произошло.

Перед поездкой Аллен узнал о состоянии Криса, поэтому не боялся задавать вопросы. Его лечащий врач удостоверил детектива, что состояние Дженкинса улучшилось, однако всё равно стоит быть осторожным. Аллену страшно было представить, каким парень был раньше, если сейчас это состояние называют «стало лучше».

– А зачем? Вы всё равно мне не верите.

– Послушай, Крис. – Аллен придвинулся к парню совсем близко и посмотрел прямо в его безжизненные глаза. – Я готов тебе поверить. Недавно я увидел то, что до сих пор не могу объяснить.

– Что вы видели?

– Какого-то монстра. Он укусил меня, когда я пытался вытащить его из убежища. Вот, – Аллен закатил рукав и показал Крису отметину от зубов на коже. – Расскажи мне всё с самого начала и поподробнее.

После этого Крис немного оживился и начал свой длинный рассказ гораздо спокойнее, чем в участке. Аллен слушал Криса, выключив рациональное мышление. Чтобы понять всю картину, нужно было отключить логику и представить, что миф вдруг стал реальностью.

– Как ты думаешь, почему вдруг мифические существа стали реальны? Почему именно сейчас, именно в Дэрроне?

– Не знаю. Но очень отчётливо запомнил, как тот великан сказал: «Ещё рано». Возможно, они чего-то ждут. Может, они всё это время спали, а теперь проснулись?

– Хм. Как вариант. Однако очень сложно понять то, о чём слышал только в сказках. Ладно, Крис, спасибо за разговор. Я попробую что-нибудь выяснить.

– Лучше всего спросите детей, – внезапно начал Крис, когда Браун уже собирался уйти.

– Детей? Зачем их втягивать?

– Дети понимают больше, чем мы. Они верят.

Выйдя из центра, Аллен понял своё следующее место назначения.

– Мне нужно знать, где обычно собирается банда Джеймса.

Джонатан обернулся на слова своего коллеги, его взгляд совсем не понравился Аллену.

– Зачем?

– Хочу с ними пообщаться. Если вы не забыли, то дело Ларкинсов передали мне.

– Да, спасибо, что напомнил. Только вот я у них уже всё спросил. Почитай отчёты.

Аллен закатил глаза.

«Почему этот мужик такой упрямый?»

– Я имею право опросить их ещё раз. Поэтому прошу вас предоставить мне нужную информацию. Иначе придётся обращаться с запросом через начальство.

Джонатан злобно посмотрел на Аллена и долго молчал. Брауну казалось это вечностью. Он даже успел посчитать количество кошачьих волос на пиджаке старшего детектива.

– В ангаре на поле, – наконец ответил Рэндолл.

– В каком конкретно ангаре?

– Их там немного. Поищи.

‌‌‌‌‌‌‌‌‌Браун понял, что разговаривать тут бесполезно.

– Неужели так сложно ответить нормально?

– А ты думаешь, что можешь разобраться с делом лучше, чем я? – Аллен хотел закончить разговор, но Рэндолл не собирался останавливаться. – Я прекрасно знаю эту «молодую амбициозность». Сам таким был. Но иногда стоит послушать старших по званию и на секунду задуматься, что опыта у них больше, чем у тебя.

– Тут всё намного серьёзнее, чем вы думаете, – ответил Аллен, хотя сам ещё не до конца верил в свои слова.

– Всё я прекрасно понимаю. Думаешь, ты один понял, что Джеймс этим всем промышляет? Что он запутал парням голову, чтобы совершать свои мелкие кражи? Давай, иди, попробуй с ним поговорить. Я тебя уверяю, что это не так просто, как кажется.

– Я вас понял. Спасибо за совет.

Аллен быстро вышел из участка и направился к полям. Как же ему надоел этот старый пьяница со своими премудрыми советами! Аллену уже давно не 20 лет, чтобы какие-то хрычи его поучали.

Браун недолго искал нужный ангар на заброшенных полях. Их и вправду оказалось немного. Открыв очередной ангар, детектив увидел мальчишек, сидящих на ящиках и о чём-то бурно спорящих. Среди них Аллен сразу же заметил Джеймса. Он всегда выделялся. Не внешне, была в нём какая-то внутренняя сила, Браун чувствовал это, поэтому готовился к предстоящему напряжённому разговору.

– Привет. Вы, наверное, меня помните. Аллен Браун, детектив. Мне нужно задать вам парочку вопросов.

Все притихли. В одном из мальчишек Аллен узнал Томаса и доброжелательно кивнул. На встречу к нему подошёл Джеймс, остальные держались позади.

– Привет. Томас рассказал нам о том, что вы чуть не поймали боггарта.

– Да он ему так вмазал, что тот до сих пор не вылезает!

– Так ты теперь веришь нам?

Браун не ответил. Он задумался. До сих пор сложно было поверить в происходящее. Всё-таки ему могло всё показаться, ведь было темно, а Крис, возможно, просто сумасшедший, который верит в свои галлюцинации. А теорию о Джеймсе, который запугивает своих «прихвостней», нельзя сбрасывать со счетов. Аллен пристально посмотрел на главаря банды. Тот не отвёл взгляд, наоборот, смотрел в ответ твёрдым взглядом зелёных глаз.

– Может, расскажешь то, что знаешь? – решил задать ответный вопрос Браун.

Джеймс нахмурился. Детективу показалось, что парень о чём-то глубоко задумался, а потом ответил:

– Не знаю почему, но на город напали.

– Напали? Кто?

– Существа из мифов. Видимо, что-то их пробудило.

– Угу, интересно… И откуда появились такие мысли?

– Сам посуди, люди бесследно исчезают, многие видят такие вещи, что сходят с ума, кого-то убивают, а убийц и улик не находят. Ведь всё так?

Аллен не мог опровергнуть эти слова. Всё было именно так. В последнее время самоубийства и пропажи людей стали происходить почти что каждую неделю, что для маленького городка немыслимо. А ответов – всё меньше.

– И что же, наш город захватили боггарты?..

– Не только они. Много всяких. Например, келпи, хобгобблин, банши, баргесты, хобьи…

Почти всех их Аллен уже видел в книге о мифических существах. Однако одного из них там не было.

– Хобьи? Да вы сказки старого Джозефа[1] перечитали!

– Это правда! Они у Джеймса подружку украли!

Послышался громкий шлепок. Джеймс дал парню подзатыльник. Аллен невольно вспомнил свои школьные годы, когда среди его одноклассников существовало строгое табу: никаких разговоров о девчонках.

– Они уже многих украли, забрали в шахту, – ответил Джеймс строго.

– У нас в городе нет никакой шахты.

– Есть, под больницей. И Эшли они похитили туда.

«Он, видимо, про Эшли Патерсон».

– То есть ты утверждаешь, что под нашей больницей находится шахта, из которой вылезают хобьи и крадут детей из больницы?

– Да, – Джеймс сказал это настолько уверенно, что Аллен готов был поверить в этот бред.

– Хорошо. А у вас есть доказательства?

– Мы нашли ещё один вход. Через него можно попасть в шахту.

– И вы туда заходили?

– Нет. Нам нужна собака.

– Собака?

– Да, хобьи боятся собак. Но ни у кого из нас нет дома пса, поэтому мы пока что думаем, где его можно достать. Бродячих собак в Дэрроне нет.

Аллен до конца не мог поверить, что готов помочь этим ребятам. Однако информация о заброшенной шахте показалась ему интересной. Он в первый раз слышал об этом.

– Хорошо. Я добуду вам собаку, и вы покажете мне этот тайный проход в шахту, о котором никто не знает. Но если там ничего и никого не окажется, я хочу услышать реальную историю. Кто, зачем и где. Ты меня понял, Джеймс?

Парень долго смотрел на детектива и утвердительно кивнул.

* * *

Аллен позаимствовал у друга старую овчарку и вместе с Джеймсом, Джо, Бруком и Томасом направился к предполагаемому входу в шахту. Самому младшему, Уэсли, сказали ждать в ангаре и, если никто не вернётся, сообщить в полицейский участок. Тем более Аллен чувствовал ответственность перед мальчиком, ведь это был сын Агаты.

Из ангара они направились в сторону леса. По этому пути Браун никогда не ходил. Да он и не был любителем гулять по лесу. Только если нужна была помощь в поиске любителей собирать грибы. Джеймс успокоил детектива, что глубоко в лес заходить не придётся.

Через некоторое время они подошли к месту. Мальчики стали активно убирать листву, под которой спрятали дверь. Если специально не искать проход, то навряд ли обратишь на него внимание. Сама деревянная дверь давно обросла мхом. Ребята вчетвером открыли её, и Аллен смог заглянуть в яму. Посветив фонариком, он увидел лестницу, ведущую вниз. Спуск был небольшой, но Браун испугался за собаку. Как они спустят её?

– Так. Собака остаётся здесь вместе с вами. А я посмотрю, что там внизу.

– Они тебя убьют! Тебе нужна собака!

– Томас прав, – поддержал Томаса Джеймс. – И мы тоже идём с тобой.

– И что вы там будете делать? Проход маленький, только толпиться будете. Хорошо, давайте так: я спущусь, а вы аккуратно дадите мне в руки собаку. Не такая уж и глубокая яма…

– Мы идём с тобой.

Браун направил фонарь в сторону Джеймса. Тот был настроен решительно.

– Хорошо, парень. Скажи, тебе или им туда нужно? – Аллен внимательно посмотрел на всех присутствующих. Ответ был очевиден. – Ладно, тогда идём я, ты и собака. А остальные остаются здесь, будут караулить, – все молча согласились, и детектив передал поводок Джеймсу. – Только прошу, осторожнее.

Аллен аккуратно спустился. Запахло сырой землёй, воздух был влажный. Браун поблагодарил родителей за высокий рост и протянул руки, чтобы аккуратно спустить собаку. Когда все трое спустились, Аллен направил свет фонаря в глубины туннеля, и они пошли в тёмную неизвестность.

С самого начала затея с собакой и Джеймсом казалась детективу плохой, очень плохой. И теперь с каждым шагом волнение усиливалось всё больше. Но этого упрямого парнишку не переубедить. А теперь они одни, под землёй, неизвестно где. Могло произойти всё что угодно, а Браун даже не додумался никому сказать, куда направляется. Это был глупый поступок, особенно для полицейского. Он и сам не понимал, почему этого не сделал. Видимо, не хотел показаться глупым в чужих глазах, если нужно будет рассказывать эту историю с самого начала.

Шли они долго, казалось, туннель бесконечен. Повезло, что не было никаких развилок, однако Аллен ещё раз пожалел, что даже не взял бутылку воды. Напряжение возросло, когда детектив почувствовал, что земля стала теплее, затем почувствовался жар, будто где-то горел большой костёр. А главное – вдалеке начали раздаваться стуки. От звука, будто кто-то бьёт по камню, сердце Аллена забилось сильнее.

Вдалеке показался неприятный жёлтый свет. Аллен выключил фонарик, и дальше они пошли уже при свете ламп. Детектив до сих пор не мог поверить, что здесь кто-то работает, но с каждым шагом удары о камень становились громче. Как будто кто-то и вправду бил киркой.

Вдруг собака зарычала. Аллен насторожился и показал жестом Джеймсу остановиться. Но парень, наоборот, ринулся вперёд.

– Джеймс, стоять!

Браун вместе с псом побежал за парнем, но, догнав его, Аллен обомлел. Он выбежал на огромное пространство, а вокруг стояли дети разного пола и возраста. У кого-то была ужасно потрёпана одежда, у кого-то – совсем новая. На некоторых детях детектив заметил раны и засохшую кровь. Никто не обратил внимания на двух незнакомцев с собакой, дети продолжали обречённо бить по каменным стенам кирками. В огромной пещере Аллен заметил ещё несколько туннелей, ведущих в неизвестном направлении.

«Насколько же огромна эта шахта?..»

– Эшли!

Аллен обернулся на голос Джеймса. Тот подбежал к девушке с повязкой на голове. Это и вправду была Эшли Патерсон, Браун узнал её по фотографии из дела. Детектив подбежал к двум подросткам.

– Эшли, мы пришли за тобой. Пошли отсюда!

Джеймс тряс девушку и кричал ей прямо в ухо, но она, казалось, была под гипнозом и ничего не слышала. Тогда парень грубо выхватил из её рук кирку и бросил на землю. Девушка на секунду остановилась, потом, как зомби, подошла к кирке и взяла обратно в руки. Когда она поднимала свой инструмент, Аллен заметил, что её глаза были пусты и безжизненны.

– Эшли, что ты делаешь?! Мы пришли тебя спасти. Слышишь?! Эшли! Эш!

– Эй, Джеймс, она тебя не слышит, – твёрдо сказал Аллен и сжал плечо парня, чтобы тот прекратил толкать несчастную девушку. – Брось это занятие. Нам нужно вернуться и сообщить обо всём в участок. Мы придём сюда и заберём всех. Даже если придётся действовать против их воли…

– Я без Эшли не уйду! И куда ты пойдёшь? В участок? Да тебе там никто не поверит!

– Я найду способ доказать.

Когда собака залаяла, Аллен вздрогнул всем телом. Обернувшись, он увидел нечто непохожее ни на зверя, ни на человека. Оно было огромное, метра два в высоту, в мешковатом чёрном балахоне, из которого торчала кругообразная лысая голова. У Аллена тело покрылось мурашками от одного вида этого неведомого существа. Ему было очень страшно. Как никогда в жизни.

Пёс залаял ещё сильнее, и, казалось, чудовище боялось подойти ближе, поэтому держалось на расстоянии. Его большие и выпуклые глаза с чёрными зрачками хищно смотрели в сторону непрошенных гостей. Он явно выжидал. В этот момент Аллен пожалел, что не взял пистолет.

– Так. Хватай свою подружку, и бежим отсюда, пока этот монстр нас не убил.

Джеймс схватил Эшли на руки, и они направились в сторону туннеля, из которого пришли. Но девушка заорала так громко, будто её резали ножом, и начала вырываться из рук Джеймса. Аллену пришлось прикрыть ухо, а собака лаяла ещё агрессивнее и вырывалась из поводка.

– Смотри! – услышал детектив сквозь вопль и лай голос Джеймса. Он показывал на один из проходов.

В отдалённом туннеле показалось ещё одно существо в чёрном балахоне, точно такое же, как стоящее рядом. А потом ещё и ещё. Почти что во всех туннелях виднелись эти мерзкие существа. Все они ждали.

Эшли яростно выбилась из рук Джеймса, опять подняла выроненную кирку с земли и бегом направилась на своё прежнее место. Джеймс хотел побежать за ней, но Аллен схватил его руку.

– Оставь! Ты ей сейчас не поможешь. Видишь же, она загипнотизирована этими уродцами.

– Я же сказал, что её не оставлю!

– Ну ты и упрямый! Тебе что, жить надоело?

– Без неё я не уйду!

– А я тебя тут одного не оставлю!

– Нет, оставишь! – от такого заявления Аллен опешил. Джеймс, похоже, не шутил. Казалось, он совсем не боялся остаться наедине с монстрами в заброшенной шахте. – Оставь мне собаку, а сам беги обратно в свой участок.

– Нет!

– Хочешь, чтобы они меня тоже заполучили? Отдай мне собаку!

– Не в собаке дело! Я тебя тут не оставлю!

Джеймс начал вырывать поводок у Аллена, собака всё это время не переставала отчаянно лаять.

– Не волнуйся за меня. Чем быстрее ты выйдешь и приведёшь подмогу, тем лучше, – уже спокойнее сказал Джеймс. Аллен с неохотой отдал поводок. Он всегда считал себя слишком чувствительным для работы в полиции и сейчас готов был заплакать. Оставить парня одного, когда вокруг столпилась куча монстров, просто немыслимо. Несмотря на это, Джеймс толкнул его и посмотрел прямо в глаза. – Только обещай, что вернёшься. И с подмогой!

– Обещаю.

Джеймс твёрдо держал собаку за поводок. Было видно, что собака устала лаять и чуть затихла. Аллен ещё некоторое время смотрел на Джеймса, потом оглядел это проклятое место с несчастными детьми и огромными чёрными существами, которые продолжали стоять на месте и ждали, когда собака уйдёт. Джеймс кивнул Аллену, и тот направился обратно к выходу. Пока он бежал к заветной двери, ему казалось, что земля под ногами дрожит, как будто его догоняют огромные мешковатые существа на своих толстых ногах.

[1] Имеется в виду сборник сказок английского литературного критика и фольклориста Джозефа Джекобса, опубликованный в 1890 году.

История восьмая. Осмысление

Агата Хейг сидела за своим рабочим столом в библиотеке и задумчиво смотрела в окно. Она не переставала думать об Аллене со вчерашнего дня, когда он зашёл в библиотеку. Они давно не виделись, и Агата подметила, что Аллен стал ещё привлекательней. Не зря говорят, что мужчины с годами становятся только лучше. Нет, конечно, он всегда был красив: высокий, светловолосый, сероглазый. Просто сейчас в нём появилось что-то… завораживающее. Либо Агата просто соскучилась.

«Придёт ли он снова?» – задавала себе вопрос Хейг всё это время.

Он мало заходил к ней, в основном из-за работы, когда нужно было что-то спросить. Поэтому Агата не могла понять, нравится она до сих пор Аллену или нет.

Когда они учились в одной школе, то хорошо общались. Браун даже ухаживал за ней. Но Агата тогда думала о другом парне – её будущем муже. О том, чьё имя теперь даже вспоминать не хочет. Хейг уже давно поняла, что совершила ошибку и нужно было всё-таки остаться с Алленом. Он порядочный, честный и добрый парень. Да и профессия у него достойная. Однако в юности не смотришь на таких парней, не ценишь их внимание.

Её мысли прервал посетитель. Им оказался именно тот, чьи книги нужны были вчера!

«Пришёл бы он чуть раньше! Я бы смогла отдать их Аллену».

Молодой парень еле слышно поздоровался и аккуратно положил книги на стол. Агата также тихо поздоровалась и осмотрела книги, не порвал ли он что-нибудь. Этот парень с самого начала показался ей странным. Что-то было в нём отталкивающее. Только Агата не могла понять, что именно. Отстранённый взгляд? Нервные движения? Обречённый вид?

Она посмотрела на библиотекарскую карточку. Итан Оуэн. Это имя ничего ей не говорило. Вряд ли они знакомы.

– Вам понравились книги? – спросила Хейг из вежливости, думая в этот момент, позвонить Аллену или нет.

– Да, спасибо. Я кое-что узнал, – после этого парень молча ушёл из библиотеки, не взяв никаких других книг.

Через некоторое время Агата всё-таки набралась храбрости и набрала заветный номер. Но абонент на противоположной стороне упорно не отвечал. Она грустно вздохнула и отложила телефон. Посмотрев на часы, Хейг поняла, что скоро пора закрывать библиотеку, поэтому начала подготавливать всё к уходу.

До дома она всегда шла пешком – он был недалеко. Как и всё вокруг. И это нравилось Агате. Ещё она любила местную природу, людей и всю атмосферу маленького городка. Да, каждый здесь друг друга знает, и иногда весь этот маленький мир может наскучить, но Агата любила Дэррон таким, какой он есть.

Как только Хейг ступила на порог своего маленького дома, её радостно встретил Уэсли. Она любяще обняла его и поблагодарила соседку, миссис Блер, которая всегда соглашалась присматривать за мальчиком по вечерам. Без неё Хейг не знала, что и делать. Попрощавшись с миссис Блер, Агата начала готовить ужин, а Уэсли, как обычно, во всех подробностях рассказал, как прошёл его день в школе. Она знала все имена его друзей, учителей и даже что он ел на обед. Мальчик рос очень общительным. Агата жалела, что из-за усталости не слушает с должным вниманием его рассказы. Как, например, сегодня. Ей даже послышалось, что Уэсли рассказывает про Аллена, но она отогнала эти мысли. Скорее всего, это была её фантазия. Однако в чём девушка точно была уверена, так это в том, сколько раз она слышит имя Джеймса. Ей не особо нравилось, что Уэсли водится с этим мальчиком… Она боялась, что из-за него её сын попадёт в какую-нибудь гадкую историю. На все возмущения матери Уэсли отвечал, что мальчишки редко куда его берут, ссылаясь на его возраст. Это её успокаивало.

После ужина и проверки домашнего задания Хейг укладывала Уэсли спать. К её удивлению, перед сном Уэсли вдруг сказал:

– Мам, ты можешь сегодня поспать со мной?

– Дорогой, ты ведь уже большой мальчик и давно спишь один. Чего ты боишься?

– Меня хочет похитить Чёрная Аннис!

– Чёрная Аннис? Ведьма?

– Да! Она хочет меня похитить и сожрать!

Агата понимающе кивнула. Кто-то, видимо, рассказал Уэсли об этой старой страшилке. Она помнила её ещё с детства. Злая страшная ведьма, которая крадёт маленьких детей. Неудивительно, что он теперь боится спать один.

«Полежу с ним, а потом, когда он заснёт, – уйду».

Агата по просьбе Уэсли почитала ему книгу, и он быстро заснул. Девушка с умилением посмотрела на спящего сына. Она до сих пор не могла понять, как её бывший муж и свекровь могли даже заикнуться об аборте.

«Уэсли же просто маленький ангелочек!»

Но её муж так не думал. Он ненавидел детей. Когда Агата забеременела, она долго скрывала это, зная, как муж относится к детям. Через три месяца скрывать беременность уже не было смысла. Хейг сделала УЗИ и принесла мужу снимок их будущего ребёнка. Агата надеялась, что когда он увидит ребёночка, то забудет о своей ненависти и обрадуется точно так же, как и она. Но всё случилось наоборот. Он обозлился. Свекровь, как обычно, была на стороне сына. Тем более она с самого начала ненавидела невестку и когда узнала о ребёнке, заявила, что Агата специально забеременела, чтобы ещё больше привязать к себе мужа, а если он её бросит, потребовать денег. Но что там было привязывать? Лживого эгоиста? Агата была уверена: в тот момент она сделала правильное решение – развелась и оставила ребёнка. Её бывший муж тоже поступил по-своему: уехал с новой девушкой в другой город. Больше она о нём ничего не слышала, да и не хотела. Все семь лет Агата воспитывала сына одна и даже не подавала на алименты. Всё равно это бесполезно. Тем более было куда идти – дом родителей, которые уже давно умерли и оставили ей наследство.

«Может, ещё раз позвонить Аллену?..» – подумала Агата, зайдя в свою комнату.

Она ещё раз набрала номер и, лёжа в постели, в полусне слышала только глухие гудки.

* * *

Агата разбирала книги на полке, когда услышала, как в библиотеку вбежал посетитель. Перед ней оказалась знакомая фигура: Хью Остин, её дядя. Его вид и взгляд очень насторожили Агату.

– Дядя Хью? Что-то случилось?

– Да, случилось! – девушка вздрогнула от его громкого возгласа. Она редко видела дядю таким возбуждённым.

Агата предложила ему сесть, он поблагодарил, но продолжил стоять. Агата же села за своё рабочее место и с опаской посмотрела на дядю.

– Что случилось? Неужели тётя Эванз...

– Да к чёрту тётю Эванз! – Хью Остин стукнул по столу руками и посмотрел на неё безумными глазами. В этот момент девушка не на шутку испугалась. – Агата! Я только что видел эала! Собственными глазами!

– Кого? Дядя Хью, я тебя не понимаю.

Он быстрыми движениями подошёл к стулу и сел, подвинувшись к племяннице почти вплотную. Если бы Агата не знала своего дядю, то подумала бы, что он выпил лишнего или что-то употребил… Но дядя Остин никогда не увлекался ничем подобным.

– Эал или йейл. Мифическое существо. Это что-то между антилопой и козлом с большими рогами, которыми оно может двигать. И я видел это собственными глазами!

Агата вспомнила, что подобное существо часто изображают на гербах и в архитектуре.

– Дядя Хью… Что с тобой? Я тебя не узнаю. Ты точно не пьян?..

– Агата! – он резко встал, девушка отпрянула. Сейчас её очень пугало состояние дяди. Он начал ходить взад и вперёд и продолжил всё тем же тревожным тоном. – Сначала я думал, что мне показалось. Нет! Начнём всё сначала. Три дня назад я навестил моего приятеля, ты его знаешь. Джон Крофтон. У него ещё есть своя мельница на окраине города. Помнишь? Ладно, неважно. В общем, я пришёл его проведать, мы дружно побеседовали. И вот, когда пришло время уходить, я заметил на лестнице киллмулиса.

– Кого?

– Киллмулиса! Я посчитал, что мне показалось. Поэтому не обратил внимания. Тем более было темно, а так как перед этим я прочёл много литературы на тему английской мифологии, то подумал, фантазия разыгралась. Но сегодня утром произошло невероятное: на нашем поле, вдалеке, я увидел эала! Он гордо стоял и смотрел прямо на меня. А его рога двигались!

– Может, это был просто какой-то большой олень из леса? А рога… Ну… Тебе могло опять показаться…

– Нет! Это был эал! Я уверен в этом. Но… ты мне не веришь, да?

Агата отрицательно покачала головой.

– Ты, наверное, и вправду заработался. Тебе нужно отдохнуть.

Остин присел рядом с племянницей и взял её руки.

– Агата, ты мой самый близкий человек. Я думал, что ты точно мне поверишь!

– Дядя…

Видимо, Остин всё понял без слов и не стал ничего слушать. Он только отчаянно махнул рукой и направился к выходу. Когда дверь в библиотеку захлопнулась, Агата вздохнула спокойно.

«Видимо, обиделся. Позвоню ему завтра, когда он успокоится... Что ж такое, сначала Уэсли, теперь дядя Хью. Что они все с ума посходили от этих мифических существ?»

Нет, дядя Остин уже давно увлекается этой темой. В детстве она обожала его сказки. Но сейчас… Сейчас она понимает, что неприемлемо пятидесятилетнему дяде-холостяку верить в подобное, да ещё и так яро доказывать, что видел придуманных существ вживую.

И всё-таки о дяде она сейчас переживала меньше всего. Прошло уже несколько дней, как к ней заходил Аллен, а она до сих пор не может ему дозвониться: либо мобильник выключен, либо он сбрасывает. Агата уже думала о том, чтобы самой пойти в полицейский участок. Однако пока не решалась.

«Возможно, нашёл себе кого-то, раз даже разговаривать со мной не хочет».

Она понимала, что упустила свой шанс ещё в школе. И всё же надежда всегда умирает последней. Хейг грустно вздохнула и продолжила раскладывать книги.

Сегодня Агате по многим причинам пришлось задержаться на работе. Так поздно она уже давно не возвращалась домой. Девушка несколько раз звонила миссис Блэр, чтобы удостовериться, что Уэсли хорошо поел и лёг спать, и поблагодарила бога за такую прекрасную соседку.

Когда она закрывала библиотеку, солнце уже давно село. Как бы Агата ни любила Дэррон, поздним вечером город выглядел устрашающе. Улицы были плохо освещены, и тебя всегда преследовала зловещая тишина. Если бы не свет в окнах некоторых домов, то могло показаться, что город вымер. Хейг часто удивлялась, насколько в тихом районе она живёт. Поэтому, услышав чьи-то редкие и громкие прыжки, девушка не на шутку испугалась. Она успокаивала себя мыслью, что это просто какая-нибудь лесная зверушка, которая ищет дорогу домой. Всё-таки город находился недалеко от леса. В детстве она часто видела возле своего дома лису или заблудившегося оленя. Дядя Остин иногда находил зайца возле дороги и показывал его Агате, потом они отпускали его в лес.

«Нужно не забыть позвонить ему завтра».

Внезапно Агата услышала за спиной чьё-то отчётливое приземление. Девушка в страхе повернулась. Перед ней стояло человекоподобное существо высокого роста с отвратительным лицом, заострёнными торчащими ушами, большими когтями на пальцах рук. Его тело было спрятано под чёрным плащом. Существо надменно похихикало и выпустил изо рта клубы синего пламени. Его глаза в этот момент выпучились и засветились красным пламенем.

Агата в страхе закричала и хотела убежать, но чудовище схватило её за ногу, отчего она упала. Очки с её лица слетели, и мир вокруг расплылся. Девушка с ужасом почувствовала, что когти на руках чудовища были металлическими. Существо продолжало мерзко хихикать и подняло Агату за ногу. Голова у девушки закружилась, весь мир перевернулся и ещё больше расплылся. Чудовище стало рвать на Агате одежду, трогая её тело когтистыми руками, прикосновения которых были холодными и липкими, словно у мертвеца. В отчаянье девушка опять закричала. Она надеялась, что хоть кто-то в этом городе должен её услышать.

В этот момент раздался чей-то громкий звонкий возглас. Агата от страха не могла расслышать, кто закричал, но существо остановилось и беспокойно посмотрело в сторону звука. После чего оно отпустило Агату, и девушка больно упала на холодную землю. Последнее, что она увидела, – это как монстр высоко прыгнул и скрылся за крышей дома вдалеке.

– Вы в порядке? – послышалось Агате.

Голова у Агаты как будто отключилась. У неё был слабый вестибулярный аппарат, поэтому от нескольких секунд, проведённых верх ногами, её затошнило. Она до конца не могла осознать, что только что произошло. Агата судорожно начала искать свои очки. Парень рядом заметил это и сунул их в руку Хейг. Она опечалилась ещё сильнее, почувствовав, что стекло в оправе разбилось.

– Вот. Наденьте, – парень укутал её в своё пальто, и только сейчас Агата поняла, что одежда на ней разорвана, а тело покрыто длинными царапинами. – Я отведу вас в больницу.

– Нет-нет. Мне нужно домой. У меня ребёнок.

– Вы уверены?

– Да.

– Хорошо. Пойдёмте, я вас провожу.

Агата взглянула на человека, спасшего ей жизнь. Это был тот самый парень, Итан Оуэн. Она медленно встала с земли и, облокотившись на Итана, направилась в сторону дома. Несколько минут они шли молча. Агата судорожно пыталась понять, что произошло и что она видела.

– Кто это был? – наконец спросила она, когда вдалеке показался её дом.

– Это был Джек-прыгун.

– Что? – Агата подумала, что ей послышалось.

– Джек-прыгун. Гуманоидное существо. Он в основном нападает на девушек. Передвигается с помощью огромных прыжков.

– Если вы шутите, то это не смешно.

– Я похож на человека, который шутит?

Агата внимательно посмотрела на парня и заметила глубокую морщину на лбу и уставший безжизненный взгляд. Казалось, он многое повидал за свой короткий промежуток жизни. Агата поняла, почему парень ей не понравился с самого начала, – от него веяло смертью.

– Вы сами всё видели, – сказал он так чётко, что Агата похолодела.

Возле дома Хейг они тихо попрощались. Итан больше ничего не спрашивал и не предлагал. Просто ушёл. Агата медленно дошла до двери и тихонько зашла в дом.

– Боже, Агата, что с тобой случилось? – спросила миссис Блер, когда девушка зашла на кухню. Она надеялась, что соседка давно ушла.

– Упала.

– Какой кошмар! Давай я помогу тебе обработать раны.

– Нет-нет. Вы и так сегодня многое для меня сделали. Не волнуйтесь. Ничего страшного. Идите домой.

Агата еле-еле уговорила миссис Блер уйти, и, когда та наконец закрыла дверь, Хейг сразу же направилась в ванную, прихватив с собой новые очки. Она посмотрела на себя в зеркале и горько вздохнула. По лицу было видно, что она, конечно же, не просто упала. Агата осторожно сняла с себя чужое пальто и со страхом взглянула на свои раны. Одежду можно было выбрасывать, здесь уже ничего не зашьёшь, на теле же виднелись длинные порезы. Агата поблагодарила бога, что они были неглубокие, и заплакала. Она провела в ванной не меньше часа, и всё это время, плача, обрабатывала свои раны. Девушка надеялась, что шрамов не останется.

На следующее утро она проснулась без сил, как будто и не спала вовсе. Разбитая и с болью во всём теле, Агата проводила Уэсли в школу, сказав, что заболела, и села на диван возле камина. Отпросившись с работы, она осталась дома, боясь выйти на улицу. Агата до сих пор не могла осознать, что вчера произошло. Всё было как в страшном неправдоподобном сне, который оставил на теле реальные отпечатки.

После долгих раздумий она всё же решилась позвонить. У своей коллеги, которая её заменила, Агата узнала номер телефона Оуэна.

– Алло, – раздался за трубкой женский голос.

– Здравствуйте. А Итан Оуэн может подойти к телефону?

– Итан?.. Да, конечно. Подождите секунду.

Агата поняла, что это была его мама. Слишком взрослый голос для подружки.

– Да?

– Здравствуй, Итан. Это Агата Хейг из библиотеки.

– Откуда вы узнали мой номер?

– В твоей библиотечной карточке написано. Слушай, я бы хотела поблагодарить тебя за вчерашнее и… Вернуть твоё пальто.

– Не нужно, всё в порядке. Берегите себя.

– Подожди! Я… я хотела ещё кое-что спросить.

На том проводе слышалось тяжёлое дыхание. Он ждал. Агата не знала, с чего начать.

– Ты правда думаешь, что вчера на меня напало существо из мифов, а не какой-то ненормальный маньяк?

– Я всё видел собственными глазами. Это был Джек-прыгун.

– Может, это был какой-нибудь переодетый мужчина, который хочет быть похожим на Джека-прыгуна? Просто… Если у нас в городе завёлся какой-то сумасшедший, то нужно сказать об этом полиции.

– Делайте что хотите.

– Мне нужен свидетель. Пойдём со мной. Вместе дадим показания.

– У меня нет на это времени.

– Послушай, ведь это касается не только тебя. Сколько людей могут пострадать!

– Я знаю сколько! – внезапно парень повысил голос, отчего Агата вздрогнула. Он глубоко вздохнул и сказал уже спокойнее: – Я знаю, что есть способ избавиться от всего «этого». Только не могу найти. И никакая полиция здесь не поможет. И времени, как назло, мало!

– Времени мало до чего?

Наступило долгое молчание. Агата уже подумала, что Итан отошёл от телефона, и хотела бросить трубку, как голос за трубкой продолжил:

– Я знаю, что вскоре должен умереть.

– Почему?..

– Слишком много предвестников... Слишком много… Я слышал её вой, она плачет только по тому, кто скоро умрёт. Она предсказала мою гибель. Я… Больше ничего не могу сказать. Пока.

– Итан!

Парень повесил трубку. Агата поняла, что её просьбы будут бесполезны. Она ещё раз попыталась дозвониться до Аллена, но в ответ слышала только гудки.

Оставшийся день прошёл как в тумане. Агата уже не пыталась до кого-то дозвониться или что-то предпринять. Да и в полицию она не хотела идти. Улица её пугала, особенно когда наступил вечер.

Ближе к ночи она уложила Уэсли спать. В отличие от неё, он сладко спал, а Агата всё ещё лежала с ним. И тогда к ней пришло ужасающее осознание: а что, если бы то чудовище убило её? Что стало бы с Уэсли? От одной этой мысли её бросало в дрожь, а на глазах выступали слёзы. Агата тихонько обняла своё сокровище и закрыла глаза.

Она бы так и пролежала всю ночь с сыном, если бы не раздался звонок в дверь. Девушка спросонок неохотно встала, потёрла глаза и пошла к двери.

«Наверное, это миссис Блер», – подумала Агата, спускаясь по лестнице.

Однако на пороге стоял человек, которого она уже не ожидала увидеть.

Это был Аллен. Девушка испугалась, так как не сразу узнала его. Они не виделись всего несколько дней, но он успел сильно осунуться. Больше всего Агату напугали глаза Аллена. На неё смотрели измученные, полные скорби, серые глаза.

– Аллен?.. Что случилось?

– Я могу зайти? – тихо спросил он.

– Да, конечно.

Он очень медленно, как будто с опаской, зашёл в дом. Агата усадила его на диван и спросила, будет ли он чай, но мужчина отказался. На все вопросы девушки он отвечал так же отрицательно. После короткого молчания парень взял её руку и с мольбой в глазах спросил:

– Я хочу тебе кое-что рассказать. Мне кажется, что ты поймёшь меня. Только сразу предупреждаю – я не сошёл с ума. Это всё правда!

Агата испугалась ещё сильнее и почувствовала дежавю. Эта ситуация напомнила недавнюю странную беседу с дядей. Но видеть, как человек, который ей небезразличен, страдает, было для неё невыносимо. Поэтому она молча кивнула в знак согласия и погладила его по плечу.

Аллен долго смотрел на неё, после чего начал свой длинный и удивительный рассказ. С каждым словом Агата ужасалась больше и больше. Всё сказанное походило на какой-то фильм ужасов или страшилку у костра, но никак не на реальную историю.

– И понимаешь, я оставил… оставил его там… всех их…

После этих слов Аллен заплакал. Агате стало безумно жаль этого несчастного мужчину. Тем более она никогда не видела, чтобы он плакал. Агата погладила его по волосам и ласково сказала, что всё будет хорошо. Она всегда так делала с Уэсли и по-другому успокаивать не умела.

– Когда я пришёл в участок и всё им рассказал, мне никто не поверил, – продолжил он, обнимая Агату. – Ещё и на время отстранили от должности. Сказали, «переработал». Я силой заставил Рэндолла пойти со мной в лес, чтобы показать вход в шахту. Но проход исчез. Будто там ничего не было. Мы с мальчиками пытались найти другие входы, но всё безрезультатно. Агата, скажи, ты веришь мне?

В глубине души девушка понимала, что поверить в этот рассказ очень трудно. И всё же её пугала мысль, что, если Аллена не поддержать, он уйдёт. На этот раз навсегда. Поэтому Агата не могла ответить отрицательно. Особенно если учесть, что вчера вечером она сама стала жертвой чего-то сверхъестественного.

– Я тебе верю, – он ничего не ответил, только крепче обнял её.

Когда Аллен немного успокоился, Агата заварила ему и себе чай с мятой и растопила камин. Они оба сидели в тишине, больше не сказав друг другу ни слова. Агата не стала рассказывать про вчерашнее нападение. Она понимала, что сейчас совсем не время для этого. Тем более через несколько минут Аллен положил голову на спинку дивана и закрыл глаза. Агата поняла, что он заснул, когда услышала тихое сопение.

«Так быстро… Наверное, совсем не спал всё это время».

Она аккуратно прилегла на его большое твёрдое плечо и задремала.

Агата открыла глаза, услышав жуткий вой. Девушка долго не могла понять, раздался ли этот звук во сне или на улице.

– Что это? – озвучил её вопрос проснувшийся Аллен.

Внезапно раздался крик Уэсли. Агата вскочила и побежала наверх. Позади она услышала, как Аллен тоже бежит за ней. Когда Хейг вошла в комнату сына, она обомлела. Ноги её ребёнка схватила огромная когтистая рука. Маленький мальчик держался за кровать и громко кричал. Сердце замерло, когда она услышала его голос:

– Мама!

Агата сразу же подбежала к сыну и схватила его маленькое тело, держа изо всех сил. Она попыталась убрать руку чудовища, но оно вцепилось в несчастного мальчика мёртвой хваткой. Агата выглянула в окно и посмотрела страху в лицо. От ужаса она ещё сильнее прижала к себе своего сына. На неё в ответ смотрела уродливая скрюченная карга, чья кожа отливала синевой. Кровь похолодела, когда лицо старухи расплылось в дьявольской улыбке, обнажающей острые длинные зубы.

«Чёрная Аннис», – пронеслось в голове Агаты, когда она услышала звонкий грохот за спиной.

В этот момент закричали все трое: Агата, Уэсли и чудовище. Хейг развернулась и увидела Аллена. В руках он держал револьвер. Глаза его ненавистно смотрели в окно. Она никогда не видела у него такой взгляд. Казалось, что Аллен сейчас и тот Аллен, который плакал на её плече, два разных человека.

Детектив побежал на улицу, а Агата посмотрела на Уэсли. Он отделался несколькими царапинами. Ребёнок испуганно смотрел на маму и ничего не мог сказать от пережитого ужаса. Девушка услышала за окном мерзкий голос старухи, но не слушала, что та говорила. Она слушала только дыхание своего ребёнка – больше ей ничего не было нужно.

* * *

– Вам всё равно здесь никого не спасти. Вы обречены, обречены! – услышал Аллен, когда подбежал к мерзкой синеватой старухе.

Внутри всё сжалось от её пронзительного и ужасающего смеха. После чего она неуклюже побежала в сторону леса, придерживая своей костлявой рукой рану. Аллен пошёл по следам крови. На удивление она была синей. Хорошо, что он сохранил револьвер своего отца. Когда у него отобрали оружие после временного отстранения, он был в отчаянье. Ведь нужно защищаться от этих тварей.

Детектив поспешил за Чёрной Аннис. Он был уверен, что старая ведьма приведёт его к своему логову либо к логову своих соплеменников.

Когда он добежал до леса, то чертыхнулся. За деревьями царила непроглядная тьма. Фонарика у Аллена с собой не было, и всё же он решил рискнуть. Другого шанса может не быть. Детектив решил ориентироваться на звуки, а так как косматая Аннис двигалась громко, это не составляло труда.

Старуха, как и говорилось в сказках, обитала в пещере в корнях старого дуба, которую выцарапала своими когтями. Если Аллен правильно помнил рассказы бабушки, то в убежище Аннис должен быть тоннель, соединявший её пещеру с подземельем замка.

«Тоннель… Возможно, тут, в лесу, целая сеть тоннелей. Может, у меня получится», – мысли Аллена сбил громкий звук неподалёку.

Детектив спрятался за деревом и выжидал. В темноте сложно было определить, кто идёт. Шаги были лёгкие, это мог быть и какой-нибудь зверёк, и какое-нибудь мелкое существо из мифов. Аллен пытался вспомнить всех перечисленных существ, о которых ему рассказал Крис. Звуки шагов становились всё громче, враг приближался. Сердце Аллена забилось сильнее. Сейчас или никогда. Он выбежал из укрытия и направил оружие на существо в темноте.

– Аллен, это я!

Детектив не мог поверить своим ушам и глазам, которые мало что видели в темноте. Он попытался рассмотреть очертания парня впереди.

– Джеймс?..

– Угу.

Аллен опустил револьвер и чуть ли не со слезами на глазах проговорил:

– Это правда ты?.. Я думал, что…

– Не будем об этом. Я узнал кое-что. Времени мало.

– О чём?

– Я знаю, почему на наш город напали мифические существа.

– Как?

– Я… Неважно. Есть один артефакт, и его можно… Нет. Нужно выключить.

Аллен хотел спросить, что произошло. У него накопилось много вопросов. Но не увидев возле Джеймса ни собаки, ни Эшли, побоялся. В темноте было плохо видно лицо Джеймса, но Аллен понял по голосу: он изменился…

История девятая. Воспламенение

Джеймс упал на холодную землю и попытался восстановить дыхание. Он бежал не останавливаясь уже очень долго и совсем вымотался. Они гнались за ним. Джеймс на секунду задержал дыхание и прислушался. Как будто бы погоня прекратилась, шагов не было слышно.

«Видимо, правильным решением было завернуть именно в этот туннель».

Туннель показался Джеймсу у́же остальных, хобьи со своим ростом вряд ли пролезут сюда. Можно было наконец-то отдохнуть. Джеймс сел, облокотившись на прохладную и влажную стену туннеля, и ударил себя по щеке. Он делал так всегда, когда наказывал себя за совершённую ошибку. Трюк с собакой сработал – хобьи не подошли к ним ни на шаг. Однако вскоре собака устала, и хитрый хобьи издалека пристрелил её самодельным ружьём. Когда собака жалобно заскулила, Джеймс понял: нужно бежать. Эшли они всё равно не тронут, а с ним... Страшно подумать, что они сделают с ним. Джеймс побежал в туннель, из которого они с Алленом вышли, но через некоторое время понял, что путь ему совершенно не знаком. Как будто всё изменилось. Он не помнил никаких развилок, когда шёл сюда с Алленом. Они точно шли по прямому туннелю. Но… Он уже ни в чём не был уверен. Парень надеялся, что хотя бы детектив успел убежать. Тогда он приведёт помощь. Аллену можно было доверять, не то что Джонатану. Тот мог слушать только себя.

После небольшой передышки Джеймс встал. Здесь нельзя было долго оставаться, нужно было двигаться дальше. Через некоторое время в конце узкого туннеля показалась каменная лестница, ведущая вниз. В этом месте заканчивался свет, дальше огни не горели, впереди царила тьма. Джеймс задумался. Нужно ли спускаться? Ведь ему нужно наверх, а не вниз… Снизу подул свежий ветерок, это давало слабую надежду на спасение по сравнению с затхлым воздухом в туннелях.

Джеймс уже давно научился ориентироваться в темноте. Нужно просто привыкнуть к тьме. Главное – ничего не бояться. Он немного спустился, чтобы его полностью покрыл мрак. Затем закрыл глаза и досчитал до десяти. Джеймс стал осторожно спускаться по каменным ступенькам. Глаза начали различать силуэты в темноте. Когда же длинная лестница закончилась, Джеймс ступил на холодную твёрдую землю. Вдалеке показался какой-то свет, то ли от светильников, то ли от живого огня. Джеймс с рвением побежал к этим загадочным огонькам.

Огни оказались факелами, освещающими огромный извилистый коридор, больше похожий на лабиринт. Идти было некуда, поэтому Джеймс отправился дальше, в неизвестность. Дорога не имела прямых путей, здесь встречались повороты и тупики, а над каждым проходом были нарисованы непонятные для Джеймса символы и тексты.

Вдруг вдалеке послышались чьи-то человеческие голоса. Джеймс с опаской пошёл на звуки. Сейчас всё казалось максимально подозрительным.

– Что там? Что-то интересное? – услышал он, когда подошёл совсем близко.

Перед ним стояло два парня. Вроде бы местные, из Дэррона. Вся их одежда была покрыта грязью, как будто они копали руками путь сюда.

– Дальше мы не пойдём, – решительно ответил один из мужчин.

– Как так?

– Дальше идти опасно.

– Почему? – спросил Джеймс.

Парни обернулись.

– Ты ещё кто такой?

– А вы?

– Мы первые спросили!

Джеймс промолчал. Он не был уверен, что им можно довериться. Было в их лицах что-то неприятное.

– Ладно, неважно. Сейчас мы в одинаковом положении: все тут застряли. Ты откуда пришёл?

– Из туннеля, оттуда спустился вниз по лестнице и попал сюда.

– А вернуться этим путём нельзя?

– Если хотите умереть, то можете попробовать.

После этих слов оба парня замолчали и переглянулись. Джеймс им явно не понравился, как и они ему.

– А вы сами как сюда попали?

– Мы с братом копали яму, чтобы… Да, в принципе, это уже не имеет значения! Мы нашли проход вниз и тоже спустились по лестнице. И надо ж было нам попасть в этот чёртов лабиринт! Теперь не можем вспомнить, откуда пришли.

– А зачем вы копали?

– Да какая разница! Лучше найти выход, да побыстрее. Этот лабиринт на меня давит.

– Да, Фред, есть такое дело. Как будто потолок сейчас на тебя свалится или стены сожмут.

– Тебя, значит, Фред зовут? – спросил Джеймс самого, по его мнению, неприятного.

– Ага, а это Самюэль, мой братец. А тебя, пацан, как зовут?

– Джеймс.

– Ладно, Джеймс. Ты пришёл оттуда, а мы оттуда. Оба прохода – никуда не ведут. Остаётся пойти вон туда, – парень грязным пальцем показал в один из выходов. Над ним Джеймс опять увидел странную надпись и какой-то знак.

– А вы не знаете, что изображено над этими проходами?

– Без понятия. На каком-то еврейском или арабском, может, написано. Я в этом не разбираюсь.

– Знак похож на ветер. Может, это намёк на выход? – предположил тот, кого звали Самюэль. Джеймсу этот парень показался слишком запуганным.

– Больше на реку крови. Воздух не рисуют красным.

– Ты, парень, какой-то мрачный. Братец прав. Знак похож на воздух. Пошли туда.

Джеймсу не нравился этот Фред. Особенно то, как он называл его «парнем». Но в одном он готов был с ним согласиться: они в одинаковом положении. Поэтому пришлось пойти в неизвестном направлении. Дальше показалось ещё несколько входов, в которые они пошли наобум.

«Так мы будем блуждать вечно», – думал Джеймс, почувствовав боль в ногах от долгой ходьбы и беготни.

И тут они неожиданно вышли в просторную комнату с каменными стенами. Самое удивительное было то, что на полу лежали золотые монеты и драгоценности. Джеймс с подозрением остановился. Фред же побежал к драгоценностям и упал к ним, громко смеясь. Самюэль держался в стороне. Его брат смеялся всё громче.

− Фред, ты в порядке? Что-то мне это всё не нравится, – он осторожно подошёл к брату и дёрнул его за плечо.

− Что?! Уже пришёл за своей половиной? А ведь не хотел копать! И ныл всю дорогу! – закричал на него Фред. Его голос изменился.

− Фред… − тихо позвал Самюэль. – Послушай, не трогай ты их. Как-то это всё подозрительно...

− Ага, ну конечно! Не трогай! А потом всё сам заберёшь. Знаю я тебя. Нет, нет! Тебе ведь больше всех надо, да?! Я с самого начала знал, тут что-то есть. И вот доказательство моей правоты. А тебя надо было уничтожить первым!

− Прекрати! Ты бредишь!

Внезапно Фред достал из кармана перочинный нож и накинулся на Самюэля, тот упал на пол. Джеймс быстро среагировал, подбежал к братьям и со всей силы толкнул Фреда на каменный пол. Парень упал, а Самюэль с Джеймсом отошли от него подальше. Джеймс искал глазами хоть что-нибудь, чем можно защищаться, но кроме дурацких безделушек на полу ничего не было. Фред уже было хотел опять накинуться на них с ножом, но вдруг остановился и, будто под гипнозом, побежал в один из проходов.

− Фред! Подожди! − Самюэль побежал за братом.

Джеймс стоял как вкопанный. Вся эта сцена была очень странной, будто какой-то сон. И эти «сокровища»… Парень взглянул на монеты, но не смог определить, к какому времени они относятся. Возможно, очень древние, как и другие украшения рядом.

«И почему здесь всё это валяется? Побежать ли мне за этими двумя? Нет. Зачем? Чтобы и меня порезали?»

В этот момент он увидел на стене ещё рисунки и надпись. Слова прочитать было невозможно, но вот рисунок…

Джеймс в спешке побежал за братьями, чтобы предупредить. Ему повезло, что туннель, в который они побежали, не раздваивался и был прямой, поэтому ему удалось быстро догнать их. Фред всё ещё держал нож, перед ним стоял Самюэль и пытался его успокоить.

– Это всё стены! Стены на нас давят. Успокойся, Фред!

Джеймс закрыл рот Самюэля рукой.

– Не кричи, иначе нас услышат.

– Кто услышит?

– Говорю же – не кричи.

– А! Я понял. Вы заодно, – в истерике начал Фред. Джеймс готов был его чем-нибудь ударить, чтобы тот замолчал. – Ну конечно! Решил привлечь подростка, так как у самого кишка тонка? Только, парень, не обольщайся на его счёт. Он не такой уж и душка, как кажется. У него пистолет, которым он тебя застрелит, как только ты поможешь ему вытащить наверх все драгоценности.

– Фред, заткнись! Ты не в себе!

Джеймс почувствовал лёгкое дрожание земли и запах мертвечины. Он где-то читал, что минотавр с разбегу атакует всех, кого видит, сначала бодая рогами, а потом разрубая сбитого с ног врага надвое. От одной этой картины кровь застывала в жилах.

Дрожь в земле становилась сильнее, а за спиной Фреда и вправду показался ужасный монстр. Он был огромен, больше двух метров, его рогатая голова упиралась в потолок. Чёрное мускулистое тело во многих местах покрывали твёрдые густые волосы. По его забитым копытам стекала кровь. Воздух в коридоре стал невыносим. Джеймсу пришлось закрыть нос, чтобы не чувствовать запах, но это было невозможно: им был пропитан весь воздух. Монстр смотрел на них чёрными, налитыми кровью глазами.

– Что это?.. – со страхом спросил Самюэль.

Все застыли в ужасе. Джеймс задрожал. Он никогда так никого не боялся в своей жизни, как сейчас.

– Фред, беги! Он сейчас тебя убьёт!

Самюэль уже хотел подбежать к брату, но было поздно. Минотавр огромной рукой грубо схватил его, сжав тело так сильно, что, казалось, был слышен треск костей. Чудовище медленно открыло зубастую пасть, откуда капала слюна, и жадно откусило голову своей жертвы, с наслаждением чавкая свежей плотью.

От этого зрелища Джеймса чуть не вырвало, Самюэль же мертвецки побледнел.

– Идём быстрее, пока он на него отвлёкся… – еле слышно сказал Джеймс и схватил Самюэля за рукав.

– Нет… Боже… Фред… – Самюэль вытащил из кобуры пистолет и направил на минотавра. Джеймс понял, что сейчас случится непоправимое, и побежал обратно.

– Сдохни! – услышал Джеймс, убегая. Раздались несколько громких выстрелов и оглушительный рёв зверя, затем грохот копыт, вопли, и что-то врезалось в стену.

После этой сцены Джеймс тихо, почти не дыша, сидел в углу комнаты с монетами и слушал. Было тихо уже довольно долгое время. Он понял, что из лабиринта просто так не выбраться. Он либо умрёт от жажды и голода, либо заберётся ещё в какую-нибудь смертельную ловушку. Джеймс встал и решил вернуться к месту, откуда с ужасом сбежал несколько минут назад.

С каждым шагом запах становился всё омерзительнее, а когда Джеймс подошёл к месту, увидел жуткую картину. Возле окровавленной стены лежала оставшаяся часть тела. Что осталось от Фреда, Джеймс знать не хотел. Недалеко от Самюэля сидело пристреленное существо, из его огромного тела текла густая тёмно-красная кровь. Минотавр тяжело дышал, похоже, ему оставалось недолго. Джеймс заметил, что монстр был ранен не только пулями, но и чем-то ещё, как будто он недавно вышел с арены и случайно наткнулся на них.

Джеймс долго думал, стоит ли подходить к существу.

«И всё же… Другого шанса не будет».

– Пришёл посмотреть на смерть, мальчик? – раздался грозный бас минотавра. Джеймс даже издалека почувствовал вонь из его пасти.

– Нет, – он пытался ответить твёрдо, но голос его всё равно дрожал. – Я хочу задать только один вопрос: почему вы нас убиваете?

– Жажда убийства. Здесь нет сложных ответов.

– Зачем? Мы ведь вам ничего не сделали.

– Она заставляет нас. Её голос.

– Она?

Минотавр проговорил что-то на непонятном языке, Джеймс не понял ни единого слова.

– Муфистофия? Это чьё-то имя?

– Имя? Нет, глупец. Это то, что держит нас во сне, и то, что нас пробуждает. Она поёт нам о смерти и о жизни. Однако в этот раз она выбрала слишком маленький город. Нас много, мы убьём друг друга.

– И всё-таки что это такое?

– Никто не знает. Мы никогда её не видели. Мы просто приходим на её зов. Так было всегда.

Глаза минотавра почернели ещё больше. Джеймс понимал, что зверь на последнем издыхании.

– Если хочешь выбраться, следуй по правильному пути.

– И как мне понять этот… правильный путь?

– Иди по знакам солнца.

Джеймс вспомнил, что и вправду видел над некоторыми проходами знак в виде круга или огня. И всё же... Он задумался: не ловушка ли это.

– Почему ты мне помогаешь?

– Не хочу, чтобы ты достался моим соперникам. Стыдно признавать, что я упустил жертву.

После этих слов Джеймсу стало ещё страшнее. Значит, этот минотавр здесь не один. Он быстро вернулся в комнату с сокровищами и направился по знакам. Джеймс не был уверен, что это хорошая идея – доверять монстру, который хотел тебя убить. Однако другого выхода не было. Возможно, мама права, и он родился под счастливой звездой. Если он выйдет, то поверит в это.

После долгого блуждания в лабиринте Джеймс дошёл до ещё одной лестницы. Радовало то, что она вела наверх и была освещена факелами. Джеймс муторно поднимался, но всё же дошёл до двери. Он грубо толкнул её плечом, и… она открылась. Джеймс наконец-то почувствовал свежий лесной воздух. В бессилье он лёг на холодную землю. Ему казалось, что он пробыл под землёй несколько недель, а то и месяцев.

«Больше никаких подземелий».

* * *

Хью Остин, его племянница и детектив, представившийся Алленом Брауном, слушали рассказ Джеймса с неподдельным ужасом. Он увидел много того, чего лучше не видеть парню в его возрасте. Остин предполагал, что Джеймс рассказал далеко не всё, не говоря уже о том, какой осадок это событие оставило в его душе.

Вся эта история с мифическими существами, конечно, была страшной и невероятной. И всё же Хью был рад, что племянница позвала его сюда. Он уже давно заметил: в городе творятся странные вещи. Его подозрения укрепились, когда он собственными глазами увидел Киллмулиса и Эала. А утром Агата позвонила ему и рассказала о вчерашнем нападении. У Остина чуть сердце не остановилось, когда он услышал о Чёрной Аннис. Ведь Хью знал, что Аннис обычно ворует детей из домов, а потом съедает или разрывает на части. Если бы с его любимым внучатым племянником произошло подобное, Остин бы себя никогда не простил. Да и Агата так сильно его любит... Бедная девочка. Возможно, если бы он тогда смог уговорить её, всё было бы по-другому.

Аллен Браун дополнил историю Агаты и рассказал, что недавно произошло с ним и Джеймсом. Затем сам главный герой истории в лице Джеймса начал свой рассказ. По лицу Брауна Остин понял, что детектив тоже слышит эту историю впервые. Бедный парень готов был расплакаться, но сдержался и вместо этого проговорил:

– Я знаю одного человека, которому пришлось столкнуться с мифическими существами в самом начале их пробуждения. Он отчётливо запомнил фразу великана: «Ещё рано». Возможно, нас всех не перебили, потому что они чего-то ждут. Но когда наступит их время?

На этом вопросе все замолчали. Многое прояснилось, но и многое осталось без ответа. Пока что понятно только одно: на Дэррон напали мифические существа, которых кто-то призвал, и город погибнет, если ничего не сделать.

– Дядя Хью, – начала Агата после всеобщего долгого молчания. – Недавно в библиотеку приходил один парень. Его зовут Итан Оуэн. Он взял все книги по теме «Мифология» и вернул их незадолго до твоего прихода. Потом я для интереса спросила, почему он увлекается данной тематикой. Он тоже говорил, что на Дэррон напали мифические существа и что есть способ «избавиться» от них. Кажется, так он выразился. Ещё добавил, что времени мало. Тогда я подумала, что он бредит, но сейчас…

Остин заметил, что Агата будто что-то недоговаривала, но не стал на неё давить.

– Ты можешь ему позвонить? Пусть приедет. Сейчас нам нужна любая помощь.

– Да, конечно.

После небольшого перерыва, когда все попытались немного успокоиться и отдохнуть, приехал Итан. Хью немного удивился, он ожидал увидеть кого-то… взрослее. Гостем оказался совсем молодой парень, не старше двадцати пяти лет, очень худой и, как показалось Остину, безжизненный. Казалось, он не спал и не ел уже несколько дней. В его глазах Хью увидел только обречённость, будто парня вели на плаху.

Вчетвером они ввели Итана в курс дела. Тот как будто ожил. Он не рассказал, откуда узнал о мифических существах, а сразу начал с дела:

– Рассказ Джеймса подтверждает мою теорию. Есть вещь, которая призывает мифических существ. Назовём его «артефактом». Я нашёл информацию о секте, которая поклоняется Василиску. И они, как я узнал, пытаются всячески его призвать. Она находится в другом районе, неподалёку отсюда.

– Секта? И как они себя называют? – перебил его Аллен.

– «Serpentes»[1]. А что? Ты что-то знаешь?

– Не знаю. Просто как-то это всё… Слишком банально. Не находите?

– Да, понимаю, – вмешался Остин. – Но пока никаких других зацепок у нас нет. Пока мы можем предположить, что некая секта из соседнего района хочет призвать Василиска для каких-то своих нужд. Они находят некий артефакт, который может помочь им в достижении цели, а жертвой выбирают наш город.

– Ты прав. Но проработав в полиции, я понял, что девяносто процентов информации, собранной в результате расследования, бесполезны. Есть только один способ проверить: ездить и анализировать. Даже если они не виноваты, возможно, у них можно будет узнать какую-то новую и полезную информацию.

После долгого разговора Хью, Аллен и Итан решили ехать в город, оставив Агату и Джеймса в Дэрроне. Парень возмущался и просился поехать с ними, но ему отказали. Хью отметил рвение мальчика, но всё же ему нужно было отдохнуть после пережитых событий.

* * *

Рэндолл был готов поверить, что город и вправду кто-то проклял. Мало того, что его коллеги начали сходить с ума, как этот выскочка Аллен Браун, так ещё и стали поступать жалобы женщин на нападения какого-то маньяка. Маньяка! В Дэрроне. Это было немыслимо. И всё же все жертвы рассказывали одно и то же: поздно вечером на них нападал некто в чёрном плаще с омерзительным лицом и огромными острыми когтями. Также все как одна утверждали, что маньяк прыгает очень высоко, чуть ли не до крыши двухэтажного дома. На теле потерпевших Рэндолл увидел огромные порезы, одна из-за них умерла.

«Исчезновения, смерти, самоубийства, а теперь нападение на женщин сумасшедшего маньяка. Какой-то дурдом!»

Рэндоллу всё это ужасно надоело. На протяжении месяца каждый день что-то происходит и с каждым днём ситуация ухудшается. Тут и вправду с ума сойти можно. Все люди в участке были загружены на максимум, поэтому на этот раз детектив решил самостоятельно поймать эту прыгающую сволочь. Он хотел сделать хоть что-то.

Джонатан решительно вышел из полицейского участка поздно вечером и направился в район, в котором часто активничает этот уродец. Чутьё подсказывало детективу, что он его застанет. Застанет и пристрелит. Он держит пистолет наготове уже несколько вечеров.

На улице было дождливо, дул холодный ветер. Никого не было, будто город вымер. Это уже не удивляло детектива. Многие приходившие в участок жаловались, что боятся выйти из дома, особенно вечером. Каждый божий день он только и слышит, как всем страшно и плохо. Выдерживать подобное общее настроение очень трудно. Рэндолл понял, что теперь он долго не сможет бросить пить. Очень долго…

И тут Джонатан остановился. На крыше дома он заприметил человекоподобную фигуру в чёрном плаще. Тот, как показалось Рэндоллу, насмешливо смотрел на детектива своими красными выпученными глазами и как будто ждал. Джонатан не выдержал и вытащил пистолет.

– Полиция! Медленно спускайся с крыши.

Человек в плаще продолжило спокойно сидеть. Рэндолл прокричал ещё раз. Он был обязан несколько раз предупредить подозреваемого, прежде чем стрелять. В данном случае делать это было максимально сложно, ведь Джонатану хотелось пристрелить эту сволочь на месте. После второго выкрика человек в плаще приподнялся, Рэндолл напрягся ещё больше. Послышался мерзкий хохот, и он совершил гигантский прыжок, запрыгнув на соседнюю крышу дома.

Детектив не мог поверить своим глазам. Однако руки знали, что делать. Джонатан стрельнул в существо, когда оно приземлилось на соседнюю крышу. К удивлению Рэндолла, пуля не причинила существу никакого вреда. Не было ни крика боли, ни крови, ни падения. Ничего. Джонатан услышал только глухой металлический звук, будто бьют в пустое ведро. Существо в плаще усмехнулось и совершило ещё один высокий прыжок. Затем ещё. Он всё дальше и дальше уходил от Рэндолла.

Детектив всё это время стоял и больше не нажимал на курок. Он пытался вспомнить, когда в последний раз пил. Это точно было не сегодняшнее утро. Но тогда как объяснить подобное? Галлюцинации? Стресс? Или он тоже сходит с ума?

Джонатан даже не побежал вслед за маньяком, хотя совсем недавно выслеживал его и поклялся пристрелить. Он просто засунул пистолет обратно в кобуру и медленным шагом направился домой. Рэндолл был уверен, что не пил, но голова болела так, будто у него сильнейшее похмелье. Несмотря на это, Джонатан был уверен, что единственным правильным решением будет выпить.

Когда детектив вернулся домой, то принял душ и сел на диван. Из соседней комнаты послышалось звонкое «мяу», и к нему подбежала Рут. Она уселась рядом и внимательно на него посмотрела.

«Есть, что ли, хочет? Вроде миска полная».

Только он хотел взять бутылку из тайника, как раздался настойчивый стук. Детектив чертыхнулся, неохотно встал и пошёл открывать дверь. На пороге стоял Джеймс.

– Какие люди.

– И тебе привет. Можно зайти?

Джонатан отошёл от прохода, чтобы дать парню войти в своё холостяцкое жильё.

– Что тебе нужно?

– Присядем? – предложил Джеймс и показал на потрёпанный диван детектива.

– Ну давай.

Они сели. Джонатан не успел опомниться, как Джеймс без лишних неловких пауз начал:

– Я хочу поговорить с тобой по поводу Агаты Хейг. Ты должен её знать, она местный библиотекарь.

– Да, видел её пару раз. Но я не любитель ходить по библиотекам, – Джонатан пытался вспомнить, как выглядит эта девушка, но тщетно.

– Так вот, недавно на неё напали. И она рассказала это только мне. Агата почему-то не хочет обращаться в полицию. А этого гада… Его нужно поймать. Ведь она точно не первая и не последняя…

– Почему она рассказала тебе? Разве ты её родственник?

– Нет. Я… Возможно, она хотела «подбодрить» меня своей историей.

– Подбодрить?

– Неважно.

Джеймс рассказал ему, как напали на Агату, внешность нападающего и что он оставил на ней длинные порезы от когтей. Всё это было знакомо Джонатану. Один и тот же почерк. Теперь он хотел выпить ещё сильнее. Но пока этот парень здесь, это сделать не получится. Джонатан тяжело вздохнул и спросил:

– Слушай, Джеймс, зачем тебе всё это? Не лезь. Взрослые сами разберутся. Не хочет она подавать заявление, ну и ладно. Это её дело. А твои показания я приму.

– Да послушай же ты! Я хочу хоть кому-нибудь помочь.

Джеймс посмотрел на Рэндолла в упор. Взрослым взглядом. Джонатан только сейчас заметил, как Джеймс изменился. Внезапно подросток вздрогнул и отшатнулся. Джонатан посмотрел на причину его страха и усмехнулся.

– Аллергия, что ли?

Возле них сидела Рут и внимательно наблюдала за происходящим.

– Джонатан… Это не просто кошка, это бакэнэко.

– Бако… что? Это на каком-то вашем молодёжном сленге?

– Нет, это мифическое существо! Оно убьёт тебя!

– Да ладно, хватит чепуху молоть, – детектив ещё раз посмотрел на своего любимца. – Кошка как кошка. Обычный зверь. Большая, конечно, но зато мягкая.

Рэндолл повернулся к Джеймсу. Тот продолжал в страхе смотреть на кошку. Казалось, она загипнотизировала его.

– Надеюсь, ты меня услышал. Я ухожу.

– Ладно.

Детектив проводил Джеймса до выхода, но тот вдруг остановился и пристально посмотрел на Джонатана.

– Ты же всё равно его не поймаешь, да?

Рэндолл не ответил, но Джеймсу и так было всё понятно. Как только он вышел за порог дома детектива, Джонатан закрыл дверь. Рэндолл вернулся обратно на свой любимый диван и вытащил заначку.

Только он хотел открыть бутылку, как услышал холодный и до жути знакомый голос:

– Ты и вправду слабак, Джонатан. Даже одного моего собрата не смог остановить. Я дала тебе уже слишком много шансов. Хватит.

По телу Рэндолла прошёл холодный пот, он задрожал. Этот голос. Он уже слышал его. Кошка всё-таки говорит! Он со страхом повернулся и с ужасом увидел, что огромный кошачий хвост горит. Глаза кошки расширились, а пламя искрилось возле старых зелёных штор. Эти шторы они покупали с Розой вместе. Тогда она посмеялась над его неостроумной шуткой. Он знал, что неудачно пошутил, но Роза всегда смеялась.

Всегда.

[1] Serpens – змея (лат.).

История десятая. Наваждение

Хью Остин остановил машину и задумался:

«Да уж, смотря на такие деревушки, начинаешь думать, что Дэррон – столица».

Трое мужчин вышли из машины и направились к маленьким домикам на холме.

– Самая настоящая дыра. Ты уверен, что это здесь? – Хью подметил, что мысли Аллена совпали с его собственными.

– Да. Посмотрите. Ведь это идеальное место для таких как «Serpentes». Посудите, ни полицейского участка, ни больниц – ничего. Обычная, ничем не примечательная деревушка. Никто не будет спрашивать лишнего, докапываться. Ты как детектив так не думаешь?

– Возможно…

Хью не был уверен в верности этого рассуждения, но своего варианта у него не было. Особенно когда время поджимало. Стоит попробовать. Посмотрев на деревню издалека, Остин увидел только грязь от прошедшего дождя и старые домишки. А главное – тишина. Было так тихо, будто все жители умерли.

– И всё же… Давайте поспрашиваем местных жителей. Возможно, что-то выясним.

– И что ты собрался у них спрашивать?

Остин не стал отвечать на этот вопрос, а просто подошёл к первому попавшемуся дому и громко постучал в дверь. Открыл старик с двумя оставшимися зубами во рту. От мужчины воняло навозом и землёй. Хью приметил, что один зрачок у него был белый, как будто искусственный.

– Здравствуйте, я из полиции. Нам поступило сообщение, что неподалёку произошло убийство. Вы не замечали в последнее время что-то подозрительное или, может, слышали что-то?

– Чо-чо? – спросил он скрипучим голосом.

– Я спрашиваю: не замечали ли вы в последнее время что-то подозрительное?

– Ничо не знаю, – на этом слове старик с грохотом закрыл дверь.

– Мерзкий хрыч… – прошипел Остин.

После такого неприятного разговора Аллен предложил разделиться и осмотреть деревню. Все согласились, и Хью направился на запад. Немного осмотрев это захолустье, он заметил один аккуратный каменный домик и решил попытать удачу ещё раз.

На этот раз на пороге появилась старуха. Черты её лица показались Остину неприятными с первого взгляда. Цвет глаз старухи был болотно-серый, как и вся местность вокруг. Лицо полностью покрывали морщины и пигментные пятна, волосы больше походили на солому. Хью уже не в первый раз подумал, что не хочет доживать до подобного возраста, и, скрывая свою неприязнь, вежливо спросил:

– Здравствуйте, я из полиции. Поступило сообщение, что неподалёку произошло убийство. Вы не замечали в последнее время что-то подозрительное?

– Да, ходят тут всякие по ночам. Я уже говорила Старшему, что нужно их выгонять, а он не слушает. Он походу с ними заодно.

– «Старшему»? Это ваш староста?

– Ага, мы к нему обращаемся, если нужно что.

– И куда же ходят эти «всякие»?

– Да на наше кладбище, куда ж ещё! Наверняка ритуалы какие-нибудь проводят. Видит бог, дьявола призовут.

– А где находится кладбище?

– Да вон там.

– Спасибо за информацию.

– Засадите этих гадов куда подальше. Нечего им на нашем кладбище делать. Там хорошие люди похоронены, а они их оскверняют.

– Приму к сведенью. Спасибо за…

Старуха недослушала и захлопнула дверь. Остин только облегчённо вздохнул и направился к месту, где они с парнями условились встретиться через час.

Хью уже успел пожалеть, что Агата позвала этого детектива и студента. Конечно, без них Остин не узнал бы столько новой информации, но эти двое наверняка его не поймут. Обвинят в сговоре, и всё. А Хью всего лишь нужна информация до того, как они избавятся от мифических существ. И только. Он не считал себя злодеем, но и не был альтруистом. Тем более недавно ему исполнилось пятьдесят. Время поджимало.

Когда Хью встретился с остальными, то узнал, что Аллен уже успел поговорить с так называемым «Старшим». Тот сначала отказывался хоть что-то говорить, поэтому Брауну пришлось немного попугать старосту своим полицейским званием, тот сразу же заговорил. Действительно, уже очень давно на кладбище по ночам собираются люди. Многие жители жаловались на огни факелов на кладбище. Все боятся, что случайно зажжётся сухая трава, которой здесь предостаточно.

– Староста подтвердил, что огни через какое-то время пропадают. Скорее всего, где-то там есть потайной проход. Вряд ли они всю ночь проводят на кладбище, – рассуждал Аллен. Хью и Итан не стали с ним спорить.

Когда они добрались до кладбища, то отметили, что здесь не было ничего примечательного, кроме старой часовни. Хью только поёжился и с остальными подошёл к часовне поближе, дверь оказалась заперта на цепь.

– Пойду схожу за ломом, он в багажнике. Подождите здесь, я быстро, – сказал Аллен и побежал к машине.

Хью не очень хотелось оставаться на кладбище. Оно вызывало у него неприятные чувства и напоминало о времени. Однако какой толк постоянно ходить вместе. Он посмотрел на Итана, облокотившегося на каменную стену часовни. Парень выглядел всё таким же усталым и унылым. В нём как будто совсем не осталось жизни. За всю дорогу он почти ни слова не сказал.

– Можно поинтересоваться, а как ты в первый раз столкнулся с мифическим существом? – спросил его Хью, чтобы хоть немного отвлечься от мыслей о старости и смерти.

Итан не ответил, будто не услышал вопроса. Хью только недовольно хмыкнул и не надеялся услышать ответ. Он уже понял, что парень слишком замкнутый, да и их компания как будто была ему в тягость, как и самому Остину.

– Из-за этих тварей девушка, которую я любил, умерла. И тот, кто их вызвал… Я хочу посмотреть ему в глаза и спросить: «Зачем?»

– И что тебе это даст? Думаешь, его ответ тебя успокоит?

– Нет, ни один ответ меня не успокоит. Я просто выслушаю, а потом убью его. Если сам не умру раньше времени.

После этих слов Остин увидел в потускневших глазах парня что-то живое. Но это не было что-то хорошее, это был огонь ярости. Хью прекрасно знал: от людей, поглощённых местью, ждать чего-то хорошего не стоит.

Через несколько минут вернулся Аллен с ломом. Он с лёгкостью, будто делал это не в первый раз, снял металлическую цепочку, и они зашли внутрь.

Часовня ничем не отличалась от остальных, где был Хью. Правда, в этой явно требовался ремонт: потёртые лавочки, обшарпанные стены, грязные окна. Всё старое и потускневшее. Единственное место, где стоило искать потайной ход, был алтарь. Они подошли к нему поближе и изучили.

Аллен заметил, что из щелей в полу дует воздух. А это значит – внизу есть проход. Возможно, где-то спрятаны кнопка или рычаг. Аллен и Итан стали осматривать стены и крест, а Остин изучил стол, где обычно лежала библия.

«Стол как стол, ничего необычного, всё гладко. Если только…»

Хью наклонился и заглянул под стол. Было темно, поэтому он решил провести рукой по дереву в надежде, что не наткнётся на какую-нибудь гадость. Рука почувствовала что-то похожее на кнопку. При нажатии прозвучал громкий скрежет, и проход позади Остина открылся. В дыре показалась каменная лестница, было ужасно темно. Аллен достал фонарик, и все трое осторожно спустились вниз.

Первое, что они увидели, был длинный стол. Справа от него стояла огромная статуя василиска. Уж его-то Хью сразу узнал. Он прочитал большое количество литературы по этому мифическому существу. Остин с огромным интересом подошёл к статуе и стал внимательно её разглядывать.

«Работа мастера! Интересно, где они её взяли и как сюда притащили?»

Раздался треск. Хью обернулся и увидел, как Аллен взломал дверь и вместе с Итаном зашёл в комнату позади стола. Хью ещё раз оглядел величественную статую и пустой стол с зелёной, будто чешуя василиска, скатертью.

«Чем они, интересно, здесь занимаются? Неужели ищут то же, что и я?..»

Мысли Хью прервал голос Аллена, который настойчиво его звал. Остин зашёл в комнату, похожую на кабинет. На столе лежала куча бумаг и книг, которые внимательно изучал Итан. В комнате стояло ещё несколько стеллажей и диван с тумбочкой. Рядом висел старый гобелен всё с тем же василиском.

– Я не пойму только одного: зачем они поклоняются этому существу? Что в нём особенного? – недоумевал Аллен, стоящий вместе с Хью возле гобелена и осматривающий тумбочку.

– На самом деле всё просто. Василиску уже давно поклоняются, это началось ещё в Египте. Египтяне верили, что василиск бессмертен и дыханием способен убить всё живое на своём пути, его даже изображали над головами богов. В Среднем веке оккультисты обнаружили в смертоносном существе массу полезных свойств. Например, считалось, что его кровь избавляет от всех болезней. А в алхимии василиск ценился на вес золота, поскольку мог заменить философский камень. Что-нибудь нашёл?

– Барахло всякое. Итан, а что у тебя?

– Посмотрите.

Хью и Аллен подошли к письменному столу, и Итан протянул Остину папирус. На нём был изображен сложный кругообразный механизм. Рядом с рисунком Хью заметил длинные надписи на языке, напоминающим латынь. Он не мог точно сказать. Остин увлекался этим древним языком в молодости и уже многое позабыл. К папирусу был прикреплен листок, где кто-то старательно перевёл часть текста.

– Возможно, это и есть наш артефакт. Что там написано?

– Хм, перевели не так уж и много. Тем более этот папирус не оригинал, а скорее всего, копия. – Хью ещё раз внимательно посмотрел на текст. Сначала он попытался прочитать вслух, но стал спотыкаться на каждом слове, так как почерк был ещё неразборчивее, чем древний язык на папирусе. Поэтому Остин просто пересказал всё, что смог разобрать.

– Муфистория – так называется артефакт. Он управляет мифическими существами, которые всё время спят и просыпаются только когда артефакт включается. Если я правильно понимаю, то для этого нужно воткнуть его в землю, желательно плодородную, и открыть замок, встроенный в прибор, ключом. Он начнёт впитывать энергию почвы и потихоньку пробуждать существ. Сначала проснутся мелкие и безвредные существа – затем самые опасные.

– Почву? Вот почему наши поля опустели!

– Похоже на то. Хм. Написано, что в конце, когда артефакт накопит достаточно энергии, оставшихся живых должна постигнуть смерть.

– В каком смысле?

– Не могу разобрать… Да и вряд ли там есть определённый ответ. Может быть, в конце этот артефакт призовёт кого-то очень сильного, кто уничтожит город. Возможно, именно василиска. Не зря же они ему поклоняются. Скорее всего, именно его они в конечном итоге и хотят призвать.

– И как же нам его обезвредить?

– Судя по всему так же, как и запустили, – ключом.

– А что будет, если мы отключим этот артефакт? Существа просто исчезнут?

– Не могу ответить на этот вопрос... Аллен, ты вообще слушаешь?

Хью уже давно заметил, что детектива привлекло что-то другое. Он внимательно смотрел на открытую книгу за стеклом стеллажа.

– Что там? – Хью отдал папирус Итану и обеспокоенно подошёл к Аллену. –Что-то важное?

– Посмотри на имена.

Остин посмотрел на текст в открытой книге за стеклом. В ней чернилами были написаны имена тех, кто входил в «Serpentes».

– Я никого здесь не знаю.

– Зато я знаю. Финис Янг – хозяин антикварного магазина в Дэрроне. И, если верить тому, что ты прочитал, у этого засранца должен быть ключ от артефакта. И всё закончится.

– Да, только не для тех, кто уже умер.

Внезапно за закрытой дверью послышался шум, исходивший из зала.

– Чёрт возьми! – Аллен вытащил из кобуры револьвер и посмотрел в магазин. – У меня всего шесть патронов. Если их больше…

– Возможно, они безоружные…

– Почему-то я думаю об обратном. У этого чёртового Янга в магазине висели огромные африканские ножи. Одного из них как раз не хватало. Не думаю, что он им мясо на ужин режет.

За дверью послышались возмущённые голоса. Человека три, не больше. У Хью застыла кровь в жилах. Он не собирался здесь умирать. Не сейчас, когда он стал чуть ближе к своей цели.

Аллен подал знак Хью и Итану притаиться возле двери, чтобы их не заметили. Остин стоял наготове, сердце стучало как бешеное.

«Не сейчас, не сегодня. Мне ещё рано умирать».

Дверь открылась. Аллен направил пистолет на людей за порогом, те явно напряглись. На несколько секунд воцарилась тишина.

– Руки вверх, чтобы я их видел! Если шевельнётесь – застрелю.

Хью посмотрел на Аллена. В этот момент он был совсем другим. Жёстче, яростнее. Остин понял, что с таким человеком лучше не ссориться.

Детектив подал знак остальным, чтобы они шли на выход. Итан и Остин медленно прошли напротив троих мужчин. Одежда у всех была чёрная, как на поминках, на пальцах Остин приметил перстень со знаком «s» в виде змеи. Хью на секунду посмотрел на одного из них. Черты лица незнакомца были благородные, в глазах читался ум. При других обстоятельствах Хью обязательно поговорил бы с ним. Но, к сожалению, не сейчас, когда Аллен направил на них дуло револьвера, а он с Итаном идёт по лестнице на выход, чтобы сбежать из их тайного убежища.

Они уже почти дошли до выхода, как вдруг Аллен чертыхнулся и упал. Раздался выстрел.

«Чёрт возьми, у них тоже есть оружие!»

Втроём они быстро вышли из потайной комнаты и выбежали на улицу. Позади послышался оглушительный выстрел, затем ещё один. Остин обернулся и увидел, что Итан еле держится на ногах, а край его рубашки окрасился в красный. Позади лежал другой стрелок в чёрном костюме. Остин подбежал к Итану и помог подняться, положив его руку себе на плечи.

«Аллену нужно стрелять, а не отвлекаться на раненых, тем более это получается у него лучше всего».

– Скорее, в машину! – прокричал Браун.

Хью дотащил Итана до автомобиля детектива и вместе с ним сел на заднее сиденье. Аллен завёл машину и нажал на газ. Хью тем временем осмотрел Итана.

«Попали в живот – плохо».

– Мистер Остин…

– Тише, не разговаривай. Я сейчас найду что-нибудь в аптечке… Что-нибудь…

– Не надо. Слишком много предвестников... Слишком…

– Тише, говорю! Не напрягайся.

Машину из-за дороги трясло так, что Хью и вправду подумал, что парень не протерпит даже километра.

– Пообещайте мне, что убьёте этого гада. Пообещайте…

Дальше Хью ничего не разобрал. Итан еле шевелил губами, а затем замолчал навеки.

* * *

Браун и Остин вышли из больницы в подавленном настроении. Ещё в машине сердце Итана перестало стучать, здесь всё было ясно. Если что-то и спасёт парня, то только чудо. Но, проработав в полиции много лет, Аллен понимал, что подобных чудес не бывает.

Перед поездкой Хью позвонил Агате и рассказал, что им удалось узнать. Аллен настоял, чтобы Остин предупредил её об опасности. Если что-нибудь с ней случится, детектив себе этого не простит. После звонка они молча поехали в Дэррон. Браун еле сдерживал себя, чтобы сразу же не поехать в антикварный магазин. Он хотел посмотреть в глаза мистеру Янгу, когда на него будет направлено дуло его револьвера. Однако Хью настоял, что нужно вернуться к Агате и там обсудить дальнейшие действия.

Они были совсем недалеко от дома Агаты, как вдруг Аллен увидел Джонатана Рэндолла. Браун испугался, что они опоздали и с Агатой или Уэсли что-то произошло. Что ещё делать старшему детективу у её дома?

– Что такое? Почему мы остановились? – встревожился Хью.

Аллен ничего не ответил, только вышел из машины, Остин сделал то же самое. Браун окликнул своего коллегу и подошёл ближе, тот обернулся. В этот момент Аллен увидел в глазах Джонатана блеск, которого до этого не замечал, и напрягся всем телом. Выражение лица Рэндолла стало каким-то… хитрым. Аллен не мог объяснить, почему у него возникли эти ощущения, но что-то явно было не так.

За спиной послышался голос Джеймса в отдалении:

– Это не Джонатан! Это бакэнэко. Стреляй в неё!

Аллен сразу же вытащил револьвер и направил на старшего детектива. Тот даже не шелохнулся и, не моргая, неотрывно смотрел на Аллена. Браун понял, что не может заставить себя нажать на курок. Он целился в своего коллегу, хоть и ненавистного, и всё же застрелить его у Аллена не было сил. К ужасу, Джонатан, а точнее его копия, медленным шагом направился к машине.

– Стреляй! – ещё раз услышал Аллен голос Джеймса, но тело не двигалось. Он не мог нажать на курок.

Существо в образе Джонатана почти вплотную подошло к Хью, тот как вкопанный стоял, не шевелясь.

– Мы ещё встретимся, – проговорило оно голосом старшего детектива и медленно пошло дальше.

Аллен обернулся и увидел спину своего бывшего коллеги, а затем с подозрением посмотрел на Хью:

– Что это значит?

– Не знаю…

– Почему ты не выстрелил в него? – спросил подбежавший к ним Джеймс.

– Я… Не могу сказать. Просто не смог.

– Но это уже не Джонатан! Его дом вчера сгорел! Это всё бакэнэко. Я видел эту кошку у него.

– Бакэ… что?

– Бакэнэко. Кошка-оборотень из японского фольклора. Считается, что она может съесть своего хозяина и принять его облик. Похоже, это и произошло… – пояснил Хью.

Аллен снова с подозрением посмотрел на дядю Агаты. Он уже давно заметил, что Остин хорошо разбирался во всех мифических существах. Как справочник, который он одолжил у мистера Янга. Вроде бы Агата рассказывала, что он увлекается этим уже очень давно. И всё же… Может ли Хью быть в сговоре с Янгом?.. Эту версию не стоит сбрасывать со счетов.

– Пошли к Агате, у неё гостья.

– Гостья?

Когда Аллен переступил порог дома Агаты и увидел Рин, сидящую на диване, его удивлению не было предела. Ещё больше он изумился тому, что глаза девушки были опухшие от слёз. До этого он видел только холодное и отстранённое выражение её лица.

– Что она тут делает?

– Аллен, не сердись, Рин хочет помочь, – начала Агата; дочка мистера Янга закивала в ответ. – Как только дядя Остин мне позвонил, я пошла в магазин и обратилась к Рин за помощью. Я не боялась её, так как знала, что она хорошая девушка. И Рин пошла мне навстречу и всё рассказала. Впрочем… Я думаю, что вам стоит послушать её историю. Рин, ты же сможешь всё повторить?

Девушка ещё раз кивнула и печально посмотрела на Аллена и Хью.

– Твой отец в сговоре с «Serpentes»? – начал Браун. Он был настроен скептически. Всё-таки именно её отец устроил весь этот ад в городе.

– Нет, он уже давно ушёл от них, потому что считает своих бывших товарищей ничего не понимающими дураками. Но от них он узнал о муфистории и сам нашёл её.

– И чего он хочет с помощью неё добиться?

– Тут долгая история… Всё началось со смерти матери. Через год у меня обнаружили серьёзную болезнь. Мне тогда было пять. Я не буду вдаваться в подробности, скольких врачей мы посетили и сколько мой отец пережил. Понимаю, вам это неважно. Но эта ситуация сильно повлияла на моего отца, ведь моя болезнь неизлечима. А из семьи у отца осталась только я. Он тогда уже состоял в «Serpentes» и знал, что кровь василиска может излечить любой недуг. Особенно если это касается его хозяйки. Вы только не подумайте, что я его оправдываю! Мой отец – монстр. Он до сих пор говорит, что ему нужен василиск из-за моей болезни, но это только предлог. Отец просто поглощён этим чудовищем! Я в этом уверена. Я видела, что он делал. Бедный Томми тоже…

– Томми? Ты о Томми Гаррисоне? Что с ним?

На глазах девушки опять появились слёзы:

– Когда отец запустил артефакт, Томми почти сразу же узнал об этом. Он хотел уговорить отключить муфисторию, но отец пригрозил, что убьёт его, если он попытается остановить его или хоть кому-то расскажет. И он так и сделал. Томми был моим единственным другом и поддержкой. В последний раз я видела его в магазине. Он держал картину, которую я ему когда-то подарила. Когда он пропал, я специально поставила её на видном месте в надежде, что Томми придёт и поймёт знак. Но когда это произошло, я увидела, что Томми потерял память. Я хотела его уберечь, правда, хотела! Сказала, чтобы он уходил из магазина и никогда не возвращался. Подумала, что хоть так он спасётся. Но нет. Через какое-то время после моей встречи с Томми отец сказал: «Он нас больше не потревожит». Я сразу поняла, что произошло. Что Томми больше нет.

– А как твой отец собирается пробудить василиска? Он сам проснётся? – вмешался Хью.

– Нет, василиска давно убили. Отец хочет создать нового. С помощью старого чёрного петуха и меня. Он нашёл способ: как только из чёрного петуха вышло яйцо, отец отдал его мне, я должна была держать его подмышкой девять недель, после чего из яйца вылупится василиск. – Аллен вспомнил ту странную позу и походку девушки, когда в последний раз заходил в магазин. Видимо, тогда она уже держала яйцо под мышкой. – Вчера я отказалась. Сказала, что больше не могу это терпеть, не могу носить чудовище. Мы сильно поссорились, и отец нашёл другой способ: яйцо, снесённое тем же чёрным петухом, может также высидеть жаба на подстилке из навоза. Я не знаю, как отец это провернул, но уверена, что он это сделал. Он способен на всё. Он помешанный, и его ничто не остановит. Нужно забрать ключ и уничтожить муфисторию, иначе нам никогда не избавиться от этого кошмара!

– Тогда не будем терять времени. Где сейчас твой отец?

– Либо в магазине, либо в тайнике, где он держит яйцо.

Аллен, Хью и Рин вышли из дома Агаты и направились в антикварный магазин. Браун настоял, чтобы Джеймс остался с Агатой, он не вынесет, если с мальчиком опять что-то случится. Тот не сопротивлялся. Аллен заметил, что парень смертельно устал. И всё после той истории… Сколько ещё жизней успел погубить этот Янг? Аллена трясло от злости при мысли об этом.

Когда они подъехали к магазину, надвигался дождь, внутри было темно, дверь закрыта. Аллен вытащил револьвер из кобуры и кивком дал знак Рин, чтобы она отперла дверь. Девушка открыла замок своим ключом, и все трое зашли в холодное здание. Обыскав комнаты, они никого не обнаружили.

– Значит, он в другом месте. Хью, останься здесь на всякий случай, а мы поедем в его тайник.

Хью кивнул в знак согласия, хотя Аллен заметил, что тот явно хотел пойти с ними. Есть всё-таки что-то подозрительное в дяде Агаты. Однако детектив не мог сказать, что именно. Слишком он был любознательный... Особенно после той ситуации с кошкой-оборотнем. Как после услышанного можно доверять Хью?

Аллен и Рин сели в машину и поехали на окраину города. Браун ехал быстро, чтобы не потерять драгоценное время, но даже пять минут казались вечностью. Тайником оказался небольшой домик с курятником. Рядом не было ни души. Аллен остановился неподалёку от дома в надежде, что мистер Янг не услышал грохота мотора.

Рин предложила сделать так: она зайдёт в дом одна и попробует выманить отца на улицу, а если у него будет оружие, то уговорит его оставить. Аллен не был против этого плана, тем более сложно было предугадать, на что способен этот сумасшедший. Пока Агата заходила в дом, Аллен решил осмотреть курятник и спрятаться. Высока вероятность, что яйцо находится там.

Открыв хилую дверь, Аллен зашёл внутрь. В курятнике не было ни одной курицы, только старый чёрный петух сонно сидел на жёрдочке. Посмотрев на птицу, Алленрастрогался. Его поблекшие перья были во многих местах общипаны, на теле виднелись раны от петушиного боя, дыхание было сбивчивое и редкое, казалось, петух вот-вот умрёт.

– Ну что, старик? Тебе тоже немало досталось в этой жизни, да?

Петух посмотрел на детектива бессмысленным взглядом. Аллен осмотрел небольшой курятник, но никакой жабы с яйцом не увидел.

Внезапно с улицы раздался мужской крик. Детектив достал револьвер и выбежал из курятника. На пороге дома стоял мистер Янг и кричал:

– Эти придурки ничего не умели! Даже полученными знаниями не воспользовались! Только мешали и ныли! Им было слабо пожертвовать несколькими людьми, чтобы исполнить свою мечту.

– Несколькими?.. Ты говоришь о тысяче жертв, о целом городе!

Мистер Янг обернулся, когда услышал слова Аллена. Его голубые глаза наполнились кровью.

– Ах вот оно что…

– Не двигаться, руки за голову, встать лицом к стене!

Всё случилось в один миг, Аллен даже не успел ничего предпринять. Мистер Янг поднял руки, и тут раздался выстрел, но не из револьвера Брауна. Рубашка мистера Янга с каждой секундой всё больше окрашивалась в красный цвет. Он в негодовании обернулся:

– Рин?.. Что ты наделала? За что…

– Это тебе за всё то, что ты со мной сделал!

– Нет, Рин, стоять! – прокричал Аллен, но раздался ещё один выстрел, и мистер Янг упал на землю. – Ты что, с ума сошла?!

– Он хотел призвать василиска! Он отдал его мне и хотел совершить ритуал. Хотел запереть меня с этим чудовищем в доме! Что я должна была делать?!

– И где?! Где это яйцо?

– Как только он отвлёкся на тебя, я выкинула его в огонь.

Девушка показала на небольшой камин позади неё. Аллен подбежал к нему, чтобы убедиться в сказанном. Но увидел в огне лишь догорающую скорлупу.

– Он почти весь сгорел. Его больше нет.

– Хорошо, но где ключ?

– Отец всегда носил его в кармане пиджака.

С этими словами она отдала Аллену пистолет, который всё это время держала в руках, и посмотрела на Брауна. Он понял намёк. Подойдя к трупу, он со вздохом просунул руку во внутренний карман пиджака. Тело мистера Янга было ещё теплым, вся рубашка пропитана кровью. Аллен отогнал от себя все мысли и вытащил небольшой золотой ключ.

– Я… Позвоню в полицию. Скажу, что кто-то застрелил отца. А ты иди в поле. Я покажу на карте, где отец зарыл артефакт.

Когда Аллен сел в машину, он положил голову на руль и закрыл глаза. Ему нужно было несколько секунд, чтобы прийти в себя и осознать, что скоро всё закончится, станет, как прежде. Он спрятал пистолет в бардачке, а лопату положил в багажник. Всё было продумано. Браун посмотрел на карту и кружок, нарисованный красным карандашом. Это место не так уж и далеко, но всё равно нужно заехать за Остином. Мало ли что…

Аллен и Хью доехали до отмеченного на карте места за несколько минут. Это оказалось одно из множества заброшенных опустошённых полей возле леса. Дойдя до места назначения, Браун стал осторожно копать, чтобы случайно не задеть артефакт. Когда послышался стук о металл, детектив остановился и продолжил копать руками. Под землёй показался золотой предмет округлой формы. Детектив схватился за выпирающие диски и потащил артефакт наверх, но не смог вытащить его полностью.

– Тяжёлая штука… Эй! Не хочешь помочь? – позвал Аллен Хью. Тот, не отрываясь, смотрел вдаль.

Браун обернулся и увидел приближающего оленя. Точнее, кого-то, похожего на оленя. Чёрное существо с подвижными рогами медленно подходило к ним на своих массивных копытах. Аллен вскочил и вытащил револьвер, но Остин остановил его.

– Опусти оружие. Он не опасен.

Аллен послушался Хью, но держал револьвер наготове. Когда существо подошло к ним почти вплотную, Браун поёжился. Рога существа двигались в хаотичном порядке, от одного этого зрелища становилось не по себе, а когда существо начало говорить человеческим голосом, детектив забыл, как дышать.

– Вы не убили его. Он жив.

– Ты о василиске? – Аллен удивился, насколько спокойно Хью разговаривал с этим оленеобразным, как будто они давние знакомые.

– Да, о моём заклятом враге. Он родился с помощью своей хозяйки.

– Хозяйки? Но ведь… – в этот момент Аллен всё осознал. Вот почему он никого не увидел в камине. Там была только скорлупа. Ничего больше. Ведь они даже не спросили у Рин, сколько она держала яйцо под мышкой! – Эта маленькая дрянь нас провела! Нужно возвращаться.

– Сначала отключите муфисторию.

Хью подошёл к яме и помог вытащить артефакт. Они перевернули муфисторию, под ядром виднелась скважина. Браун осторожно всунул ключ и с силой повернул его. Ядро начало быстро вращаться, его лопасти закрутились, Хью и Аллену пришлось отойти подальше, чтобы их не задело. После нескольких кругов прибор остановился, а диски вошли в ядро. На земле осталось лежать позолоченное ядро размером со страусиное яйцо. Аллен с опаской подошёл к нему и взял, чуть не обжёгшись, – оно было очень горячим.

Всё это время рогатое существо стояло и наблюдало, не вмешиваясь, что больше всего удивило Брауна. Когда же они с Хью побежали к машине, существо с двигающимися рогами внимательно наблюдало за ними.

Аллен гнал с огромной скоростью. Когда они подъехали к домику с курятником, детектив побежал внутрь. Там, как и ожидалось, никого не оказалось, кроме мертвеца, так и оставшегося лежать у порога. Они сразу же направились в антикварный магазин, но и там было пусто. Как будто никого и не было. Только холод и пустота.

Последняя история

Как только Нейл Гилберт приехал на место, всё оказалось именно таким, каким ему и представлялось до поездки: старым и заброшенным. Он открыл позолоченным ключом стальную дверь решётки, ставни неприятно заскрипели.

«Да уж, вот оно, моё наследство!»

Неделю назад Гилберт стал обладателем небольшого трёхэтажного особняка, по подсчётам ему было не меньше двухсот лет. Это наследство досталось ему от дяди, которого он видел от силы три раза. Единственное, что Нейл знал о мистере Гилберте, – он был закоренелым холостяком и одиночкой. Ни друзей, ни жены, ни детей, ни любовницы, а все связи с родственниками дядя порвал. По информации от юриста, он жил в своём особняке безвылазно последние пять лет, в нём и умер от инсульта. Поэтому Нейл не понимал, почему дядя Гилберт решил отдать этот особняк именно ему.

Пройдясь по саду своего нового дома, Нейл заметил, что тут совсем всё заброшено. Сад во дворе пришёл в запустение, дом снаружи выглядел очень… старо. Его бы не мешало реконструировать. В гараже остались только пыльные инструменты да сломанный велосипед. Открыв ещё одним позолоченным ключом входную дверь дома, Нейл вошёл внутрь. Он отметил, что хоть всё и было не в самом лучшем состоянии, но смотрелось довольно солидно.

Архитектура и интерьер дома были выполнены в викторианском стиле. В декоре диванов, кресел, стульев и прочего присутствовала позолота, которая уже успела чуть потускнела. Шторы, украшенные балдахинами, были увесистые, тяжелые. Под украшенными старыми коврами виднелась плитка с оригинальным орнаментом. Гилберт подметил, что все двери сделаны из хорошего дерева, с декоративными ручками из латуни.

Когда же Нейл поднялся на третий этаж, то удивился контрасту: здесь был ремонтный беспорядок. Все двери были заперты, ни один ключ, который дал ему юрист, не подходил ни к одной двери. Гилберт сел на деревянный пыльный пол и задумался.

«Что это? Дядя хотел здесь что-то сделать? На что он рассчитывал, завещая мне этот дом? Или это связано с тем, что я тоже хирург, как и он? Но я всего лишь работаю в городской больнице и не получаю каких-то огромных денег. По крайней мере, денег на ремонт этого дома у меня точно нет. Так что же он хотел? Чтобы я здесь жил? Спасибо, но моя квартира в городе меня вполне устраивает. Идеальным решением будет продать его какому-нибудь ценителю искусства, и дело с концом. Хоть какие-то деньги получу».

Спустившись в гостиную, Нейл в надежде посмотрел на мобильник. Связь была, и Гилберт набрал номер.

– Алло? – ответил мужской голос.

– Мэтт, привет!

– О, Нейл! Ты уже вернулся домой?

– Нет, я звоню тебе из своего нового особняка.

– О! Точно, ты же теперь у нас богач. Ну что, почувствовал себя настоящим аристократом?

– Да уж… Шутки-шутками, но, Мэтт, это просто старая рухлядь! Похоже, здесь ничего не трогали со времён постройки. Хотя третий этаж явно пытались во что-то переделать, но, видимо, не успели…

– И что ты собираешься делать?

– Как что? Продавать! Кстати, не хочешь?

– Нет уж, спасибо… Если будешь продавать, то тебе придётся изрядно потратиться на оценщиков и агентов.

– Да-да, я знаю. Надеюсь, что это окупится. Ладно, мне ещё кучу дел нужно до темноты сделать. Встретимся завтра. Пока.

– Ага, пока!

После разговора с другом Гилберт позвонил юристу дяди и высказал своё решение о продаже особняка. Тот посоветовал хорошего оценщика и предупредил, что до сдачи особняка в продажу нужно убрать личные вещи дяди. Будет неприлично, если новый покупатель найдёт какую-то интимную подробность о бывшем владельце дома или его семье. Нейл решил приехать в дом на следующие выходные и хорошо всё осмотреть, особенно комнату дяди.

* * *

В выходные Гилберт приехал с несколькими пустыми коробками и в более подходящей для сбора «мусора» одежде. В доме лежала куча безделушек и украшений для интерьера, которые Нейл решил не трогать, а оставить новым жильцам. Он начал «уборку» с библиотеки. В ней оказалось большое количество книг по анатомии, биологии и медицине, которые Нейл решил взять себе. Он поразился, что здесь также стоял отельный шкаф, посвящённый оккультным наукам и мифологии. Эти лженаучные книги смотрелись в библиотеке врача совсем неуместно.

Наконец настало время комнаты дяди. Нейл откладывал её до последнего, так как не очень хотел рыться в личных вещах покойного. И всё же это было необходимо. Гилберт начал со шкафов с одеждой. Он разложил её по коробкам, остальные вещи, лежавшие на столе, сбросил не глядя. Нейл скептически посмотрел на ловца снов над кроватью, сорвал и бросил в коробку.

Заглянув под кровать, Гилберт заметил небольшой сундук. Вытащив его и осмотрев, парень понял, что он заперт на замок. Юрист давал ему огромную связку ключей, и в ней был только один маленький ключ. Как ни странно, он подошёл. Раздался щелчок, и крышка легко открылась. Внутри оказались личные письма дяди, книга, похожая на дневник, коробочка с кольцом, а главное – пистолет. Гилберт прочитал имена адресатов писем.

– Дэррон… Мистеру Янгу… Хм… Не знаю, кто бы это мог быть, но, похоже, у них с дядей была длинная переписка.

Нейл был не из любопытных, поэтому письма решил не читать. Ему никогда не нравилось рыться в чужих вещах, да он и не хотел копошиться в прошлом человека, которого почти не знал и чей дом собирается продавать.

Когда все вещи были собраны в коробки, Гилберт поднялся на третий этаж и ещё раз осмотрел незаконченный ремонт. Ему казалось странным, что никаких счетов ему до сих пор не приходило, рабочих тоже нет. Так кто же тогда занимался ремонтом, и почему все комнаты заперты на ключ?

«Мог ли дядя сам здесь что-то строить? И что в этих комнатах? Хотя… Какой смысл это узнавать? Вряд ли там будет что-то ценное».

Внезапно Нейл услышал громкий звук хлопнувшей двери и вздрогнул. Мысль, что кто-то вошёл в дом, его не на шутку испугала. Он быстро спустился на первый этаж.

В гостиной стояла девушка с длинными чёрными волосами, которые закрывали половину лица, из-за чего Нейл не мог понять, сколько примерно лет незнакомке и как к ней обращаться. Гилберт с опаской подошёл к девушке. Та взглянула на него голубыми, будто стеклянными, глазами. В них отражалось спокойствие. Она явно не занервничала при виде незнакомого мужчины, а наоборот, как будто обрадовалась.

– Должно быть, вы мистер Гилберт? – у девушки был какой-то странный голос. Нейлу показалось, будто она шепелявит.

– Да, а вы?..

– Ох, простите. Я, наверное, вас напугала. Меня зовут Рин. Мы с вами родственники.

– Неужели?

– Да, далёкие. Я живу у вашего дяди чуть больше года.

– Живёте?.. Я не заметил, что…

– Это моя вина. По некоторым причинам мне нужно было уехать, поэтому на прошлых выходных мы с вами не встретились. А обо мне вам никто не сообщил, потому что дядя никому не говорил, что я живу у него. Понимаете, я поссорилась со своими родителями и не хочу, чтобы они знали, где меня найти.

– Да… Понимаю. Простите, но я в скором времени собираюсь продать этот дом. Боюсь, мои финансы не позволят содержать дом. Мне очень жаль…

– Продать?..

Спокойное лицо девушки преобразилось. Было видно, что она очень расстроилась. Нейл не знал, куда себя деть и что сказать.

«Но что я могу сделать? – успокаивал он себя. – Не могу же я из-за одной незнакомой девушки держать этот особняк».

– Разве мистер Гилберт не оставил вам письмо или записку?

– Простите, но в последний раз я общался с ним шесть лет назад. После этого мы с ним не поддерживали связь. Я, признаюсь, очень удивился, когда узнал, что получил этот особняк в наследство.

– Странно, он же должен был… – она осеклась, и минуту они простояли в неловкой тишине. – Может, мы поговорим на кухне за чашкой чая? Вы не против?

Нейл не очень хотел соглашаться, но отказывать девушке, которую он только что буквально выгнал на улицу, было бы верхом неприличия. Они прошли на кухню.

Девушка начала заваривать чай, одновременно разговаривая с Нейлом:

– Мистер Гилберт, вы ведь тоже врач?

– Да, но я всего лишь хирург в городской больнице.

– Как бы то ни было, ваш дядя очень лестно о вас отзывался.

– Неужели? Мне это льстит. Правда.

– Скажите, мистер Гилберт, а вы верите в сверхъестественное? – начала девушка, поставив чашки на стол и наливая чай.

– Ох, прошу, не нужно со мной об этом говорить. Я не верю в псевдонауку и уже заметил, что дядя увлекался подобным. Я не одобряю такие увлечения.

– Да, он увлекался мифологией.

– Тем более. Я готов поговорить о мифологии с исторической точки зрения. Но верить всерьёз… Вы уж меня простите.

Гилберт отпил чаю, который показался ему странным. Возможно, напиток был сделан из неведомых ему трав.

– Вам придётся поверить, мистер Гилберт. Иначе мы с вами не подружимся.

– В каком смысле?..

В этот момент девушка убрала свои волосы за уши, и Нейл смог полностью рассмотреть её лицо. Ему показалось, что кожа на свету у неё заблестела и была покрыта какими-то блестящими чешуйками. Девушка резким движением подошла к Нейлу и впилась в его руку острыми ногтями. Нейл только сейчас увидел, что клыки у девушки больше походили на змеиные. Он грубо оттолкнул её от себя и побежал к выходу.

Он добежал до двери, но как только схватился за ручку, то в глазах потемнело. Нейл понял, что теряет сознание. Пошатнувшись, Гилберт задел тумбочку с вазой, и она с дребезгом разбилась о пол. Это был последний звук, который он услышал.

Первое, что почувствовал Нейл – сильную боль в голове. Перед глазами всё плыло, тошнило. Вспоминая, что произошло, он понял: в чай ему подсыпали какое-то сильное снотворное. Оно могло дать побочные эффекты. А возможно… Это был слабый яд. Неизвестно сколько таблеток или порошка положила ему в чашку девушка.

«Сумасшедшая дура!»

Его одолевала жуткая слабость. Невозможно было сосредоточиться не только из-за боли в голове, но и из-за духоты в комнате. Нейл, медленно поворачивая голову, осмотрелся. Он находился в какой-то комнатке с кучей хлама в пыли.

«Сколько я провалялся здесь без сознания? Несколько часов или день? Заметит ли кто-нибудь моё отсутствие и обратится в полицию? Нет. Нужно выбираться, пока эта девка не вернулась. Никто не знает, на что она способна, и что они вообще делали здесь с дядей».

Гилберт собрал все силы и попытался встать. Он проверил карманы пиджака в поисках телефона, но они были пусты, однако во внутреннем кармане остался ключ от машины. Появился шанс.

Перед глазами всё закружилось, и Нейл опять чуть не свалился. Оперевшись на шкаф, покрытый белой грязной тряпкой, Гилберт начал глубоко дышать, но закашлял, так как воздух был пыльный. В ушах зазвенело.

Придя в себя, Гилберт подошёл к двери и дёрнул ручку. Закрыто. В панике он со всей силы толкнул дверь плечом. Она была сделана из плотного дерева, и парень понял, что не сможет открыть её силой. Он начал судорожно придумывать способы побега.

Нейл стал искать вещи, которые могут ему помочь. Нов комнате валялся один хлам. На тумбочке стоял грязный чугунный чайник. Нейл взял его и кинул в маленькое окошко наверху, которое с дребезгом разбилось. В комнату подул холодный свежий воздух. Стало чуть легче. В отчаянье Нейл сел на пол и попытался успокоиться.

Он ещё раз оглядел комнату и заметил небольшое длинное отверстие в стене за комодом. Гилберт встал и передвинул комод. Действительно, за ним оказалась треснутая стена.

«Возможно, сломали во время ремонта».

Он взял кочергу, валяющуюся неподалёку, и стал долбить. Часть стены, как ни странно, треснула ещё больше, создавав дыру. Гилберт догадался, что раньше здесь была одна большая комната, а стену сделали недавно, и, видимо, из дешёвых материалов, раз она сыпется на глазах. Приложив усилия, Нейлу удалось сделать дыру, через которую он смог пролезть.

Окно в другой комнате было открыто, и Гилберт наконец-то почувствовал свежий воздух. Он посмотрел вниз и окончательно убедился, что находится на третьем этаже. Ему в голову пришла безумная идея спрыгнуть. Но он сразу же передумал. Он никогда не был в хорошей физической форме и вряд ли бы спрыгнул вниз без переломов. Если он что-нибудь себе сломает, то точно не выберется отсюда.

Нейл осмотрел комнату. Вся мебель была закрыта белыми простынями. Когда он их снял, то увидел алхимические станки. Возле одного из них стояла мусорка с кучей разорванных пополам бумажек. Гилберт быстро просмотрел их. Всё это были счета и письма от прораба. Из этих бумаг Нейл понял, что дядя хотел построить лабораторию на третьем этаже, но по каким-то причинам жалел деньги на рабочих и на стройматериалы. Из-за чего в конечном итоге рабочие ушли, ничего не достроив. Последнее письмо со счётом было датировано двумя месяцами назад.

«Зачем дяде нужна была домашняя лаборатория? Что он хотел сделать? И если она была ему необходима, зачем он экономил деньги на рабочих и покупал дешёвый материал? Был на грани банкротства? Но он же как-то содержал особняк… Был просто скуп? Хотя… Если подумать, то у него почти не было денег, когда его юрист показывал мне счёт в банке. Тогда я подумал, что он прячет наличку в доме. Но и тут я ничего не нашёл. Хотя не сильно-то я и искал…»

Гилберт покачал головой, сейчас ему было не до этого. Нужно было выбраться. Дверь в коридор, как ни странно, была открыта, и Нейл медленно спустился по лестнице. Он ступал по ступеням осторожно, чтобы не издать ни единого звука. В доме царила нагнетающая тишина. Не было слышно ни шума на улице, ни каких-то других звуков в самом доме. Только его шаги. Гилберт напряг все свои органы чувств. Сердце билось в бешеном ритме.

Спустившись на первый этаж, он подошёл к входной двери и дрожащей рукой схватился за холодную ручку. Дёрнул. Дверь не открылась. Сделав ещё несколько судорожных попыток, Нейл наконец понял, что она заперта. Взломать её без посторонней помощи будет тяжело. Он вспомнил про дверь на кухне, ведущую в сад, и быстрым шагом направился туда.

Зайдя на кухню, Нейл ужаснулся. Здесь царил беспорядок, дверь в подвал была открыта. Снизу чувствовался неприятный запах, похожий на химикаты. Гилберт отогнал все мысли и подошёл к двери, ведущей на улицу. Она тоже была заперта. И всё же она была не такой уж и крепкой, её можно было выломать. Нейл стал искать что-то наподобие лома или молотка.

Вдруг в соседней комнате послышался звук, не предвещающий ничего хорошего. Гилберт замер и затаился. После нескольких секунд тишины он начал тихо открывать шкафчики на кухне, чтобы найти хоть какое-то орудие.

И тут дверь напротив с громким скрипом открылась, и в полумраке Нейлу привиделось существо. Сложно было назвать увиденное человеком. По волосам он узнал ту девушку, Рин, но с ней явно было что-то не то. Её голубые глаза светились каким-то неестественным светом, а когда из её рта высунулся длинный язык, похожий на змеиный, Гилберт обомлел. Он сидел не шевелясь и не дыша. Существо медленно и устрашающе приближалось к нему.

Он понял, что монстр готовится накинуться на него, и побежал к подвалу и закрыл дверь. Ему повезло, что она закрывалась изнутри на щеколду, иначе долго держать её он бы не смог. Существо настойчиво стучало по двери.

Снизу повеяло холодом. На секунду в мыслях Нейла родились сомнение и страх. Однако идти было некуда. Когда в дверь ещё раз сильно стукнули, Гилберт быстро побежал по лестнице вниз.

Внизу царила полутьма, подвал освещал только неяркий свет лампочки. Нейл осмотрелся, помещение больше напоминало заброшенную лабораторию. Здесь было мерзко и жутко воняло. Напоминало химикаты, смешанные с трупным запахом. В отдалении Нейл приметил огромный стол, на котором лежало небольшое существо. Гилберт осторожно подошёл ближе. Перед ним лежали испачканные чёрной жидкостью останки какого-то животного, напоминающего рептилию. От останков жутко воняло. В институте Гилберт часто резал всяких животных, но подобное не видел никогда. Здесь как будто одновременно разделывали и петуха, и змею.

Внезапно Гилберта осенило. Разделывали. Значит, неподалёку должен лежать нож. Нейл ещё раз осмотрел подвал и увидел в углу металлический стол с приборами. Он схватил нож и сжал так, что побелели костяшки пальцев. Возле стола стоял ящик со склянкой чёрной жидкости. Нейл даже не хотел знать, что это.

Гилберт понимал, что никакого выхода из подвала не было. Выход только один – дверь на кухню. Он осторожно поднялся с ножом наверх. Стук давно прекратился, но Нейл не верил, что монстр просто так ушёл. Он стоял и ждал. За дверью было тихо. Возможно, это была ловушка. От запаха в подвале уже болела голова, Нейл хотел глотнуть свежего воздуха. С дрожью в теле он решил открыть дверь. Повернул защёлку, дверь со скрипом открылась.

Ничего.

На кухне никого не было. Нейл медленно и тихо вышел, осмотрелся. Существо и вправду ушло. Все двери закрыты, никакого другого оружия, кроме ножа, у него нет. Хотя…

На этот раз Гилберт бросился в комнату дяди. Он быстро поднялся на второй этаж и с грохотом закрыл дверь в спальню. Ему казалось, что чудовище побежало за ним. Однако за дверью было тихо. Отдышавшись, Нейл подошёл к кровати и достал сундук. Порывшись в нём, он вытащил ранее найденный пистолет. Проверив обойму, обнаружил четыре пули. Не густо, но лучше, чем ничего. Стрелять его научили ещё в армии, так что прицелиться и выстрелить сможет.

Держа пистолет наготове, он подошёл к двери и прислушался. Снова ничего. Появился шанс найти лом или что-то подобное и выломать дверь. Если существо нападёт, он сможет защититься. Руки его дрожали от мысли, что придётся ещё раз встретиться с тем монстром. А ведь он сразу заметил, что с девушкой что-то не так. Зачем же он пошёл с ней на кухню? Всё эта глупая вежливость.

Нейл не решился выйти. Он ещё раз осмотрел сундук дяди. Должно же там быть что-то ещё, что-то, объясняющее весь этот хаос. Он открыл коробочку с кольцом. На перстне был изображён знак «S» в виде змеи. Этот знак ничего не говорил Гилберту, он никогда его не видел. Нейл посмотрел на дневник. Уж очень не хотелось его открывать, но вдруг там будет информация. Однако Гилберта ждало разочарование: почти что весь дневник был зашифрован, разобрать можно было только последнюю страницу. На ней было написано:

«Нас ищут те двое из Дэррона. Вряд ли мы сможем где-то спрятаться. Зачем я вообще согласился помогать Рин? Она совсем сошла с ума, как и Финис. Я поддался на её провокации, как десятилетний мальчишка. Начал строить эту лабораторию… Она обещала мне вечную жизнь, вылечить меня! Какой же я был дурак! Боже, я никогда не верил в тебя, но прошу – помоги. Помоги мне!»

Внезапно за окном послышались какие-то крики. Они явно принадлежали мужчине. Не чудовищу.

«Возможно, кто-то из соседей всё-таки услышал шум, или пришли на мои поиски. Но ведь эта тварь может убить их…»

В этот момент Нейл вспомнил, что на первом этаже был телефон. Это был один из лёгких способов, но при этом очень опасный. И всё же стоит попробовать… Гилберт решил спуститься и позвонить. С пистолетом в руке у него был шанс.

Спустившись в гостиную, он сразу же подбежал к телефону. Взяв трубку, он с ужасом понял, что провода перерезаны. Нейл вышел в коридор и увидел приоткрытую входную дверь.

«Ловушка», – сразу же промелькнуло у него в голове.

Однако это был шанс на спасение. На улице стояла машина, он мог уехать отсюда.

Гилберт с опаской вышел, держа пистолет наготове. Вокруг не было ни души. Нейл быстрым шагом пошёл к машине. В этот момент он услышал чьё-то шипение. Парень обернулся, к нему направлялся монстр. Он протянул острые когти к его горлу и схватил за кофту, притягивая к себе. Вблизи Гилберт полностью лицезрел уродливое лицо чудовища. Это точно была та девушка, которая отравила его и заперла в комнате. Но что с ней случилось? Глаза, которые теперь больше походили на звериные, чем на человеческие, жадно и неотрывно смотрели на него.

– Ты должен был меня защищать! – с шипением проговорила она. Из её рта воняло серой, отчего Нейла чуть не вырвало.

В этот момент раздался выстрел. Но не из пистолета Гилберта. Он почувствовал, как вся его одежда стала мокрой от крови.

Девушка упала на землю, а Нейл стоял как вкопанный, смотря на свои дрожащие руки. Они были испачканы в чёрной крови. На секунду Нейлу показалось, что он сейчас упадёт в обморок, и вздрогнул, когда кто-то положил руку ему на плечо.

– Ты в порядке?

Парень обернулся и увидел незнакомого мужчину средних лет.

– Я… Наверное…

Он ещё раз посмотрел на мёртвую девушку. За врачебную практику он повидал немало трупов, но это было что-то другое. Это был монстр в человеческом обличье.

– Ты Нейл Гилберт, да?

Услышав своё имя, парень подозрительно взглянул на незнакомца и спросил:

– Откуда вы меня знаете? И кто вы, чёрт возьми, такой?!

– Меня зовут Хью Остин. Я уже давно выслеживаю эту девушку. А недавно мне рассказали, что она прячется здесь, в этом доме. А хозяином этого особняка являешься ты.

Нейл вспомнил записи и вещи дяди в комнате и испугался. Этот человек наверняка думает, будто он замешан во всём этом ужасе.

– Я… Послушайте, я не имею к этой девушке никакого отношения! В первый раз я увидел её вчера или сегодня... Не могу сказать наверняка. Да, особняк достался мне по наследству, но про эту девушку я ничего не знал! Она подсыпала снотворное мне в чай и заперла в комнате. Когда я оттуда выбрался, она напала на меня. Я смог укрыться от неё в лаборатории…

– В лаборатории?

– Ну да, вместо подвала у дяди какая-то лаборатория с химикатами или чем-то подобным… И он или эта девушка там явно кого-то разделывали…

– Отведи-ка меня туда.

Остин как будто потерял хоть какой-то интерес к делу. Нейл заметил, что его очень взволновало слово «лаборатория». Гилберт совершенно не хотел показывать этому мужчине подвал, он хотел просто уехать отсюда, чтобы этот кошмар наконец-то закончился. Но отказывать человеку, который явно управляет оружием лучше, чем он, не самая лучшая идея.

Гилберт с неохотой отвёл Хью в подвал. Тот с интересом всё рассматривал.

– А как вы вообще обо мне узнали? И нашли особняк? – решился спросить Нейл.

– Один мой новый знакомый помог. Не за бесплатно, конечно… Ещё я кое-что нашёл в антикварном магазине мистера Янга. Ты его знаешь?

– В первый раз слышу… Послушайте, я ничего не знаю. Давайте вызовем полицию или ещё кого-нибудь и просто уедем отсюда?

Но Хью как будто не слышал Нейла. Он долго рассматривал останки животного и вдруг произнёс:

– Ясно… Всё-таки она решила его съесть…

– Съесть?..

– Василиска. Неудивительно, что с ней произошли такие изменения. Возможно, он тоже опять заснул, и она поняла, что ничего от него не добьётся, и решила пойти на крайние меры. Всё-таки Рин болела…

– Вы в своём уме? Вы хоть понимаете, что говорите?

В ответ Хью посмотрел на него таким холодным взглядом, что Нейл поёжился. Этот мужчина явно был ещё страннее и опаснее той девушки. Он стал медленно подходить к столу с приборами. Нейл обрадовался, ведь ножа там больше не лежало, а пистолет до сих пор был при нём. Однако Хью подошёл к ящику со склянкой с чёрной жидкостью.

– Последняя… Наконец-то я достиг своей цели… – послышался шёпот в тишине.

Неожиданно для Нейла Остин открыл пузырёк и выпил его содержимое. Гилберт понял, что этот Хью такой же псих, как и та девушка. Он быстро развернулся и побежал на выход, к машине.

Он бежал, бежал и бежал. Подальше от этого кошмара, от этого дома. Нейл проклинал тот день, когда прочитал это чёртово завещание. Только когда он сел в машину, то понял, что выбрался. Он обернулся. Пока что никого не было. Нейл молился, чтобы этот чокнутый не направился за ним или не стрельнул в колёса. Но через несколько секунд он увидел его силуэт в лобовом стекле. Нейл завёл машину и хотел нажать на газ, как вдруг почувствовал у своего виска холодный металл. Боковым зрением Гилберт увидел другого мужчину с полицейским значком. На нём было написано «Полицейский участок Дэррона».

«Дэррон… Где-то я уже слышал это название…» – это были его последние мысли перед тем, как Джонатан Рэндолл выстрелил Гилберту в висок.

В этот момент к нему подошёл Хью и задумчиво поглядел на бывшего владельца особняка, затем на труп Рин Янг.

– Хью Остин, за тобой должок, – проговорило существо голосом старшего детектива и посмотрело на мужчину, который наконец-то поборол страх смерти.