Деревенщина для Снежного Человека

Глава 1

- Манька, а, Манька, ты это видела? - указала мне подруга на хорошо знакомую мне парочку, которая только что скрылась в тени сирени. - Да ладно, - охнула она. - Что же это делается, люди добрые?! - голосила на всю ивановскую Лизавета.

Я честно попыталась закрыть ей рот рукой, но все было тщетно, потому что подруга все равно изворачивалась в моих руках и галдела чуть ли не на всю деревню, привлекая к нам внимание. Я же, в свою очередь, не слышала ни единого ее слова, потому что в голове то и дело стучали молоточки, а руки начинали трястись от нереальности происходящего.

Этого просто не может быть, старалась я себя убедить, но куда там… Собственные глаза не могли же врать?! Это был тот самый, мой Сереженька, голубоглазый и светловолосый, самый красивый и самый умный. Он один из немногих, кто смог выбраться из вездесущей нищеты, которая пропитала наше село до основания и поступить в институт в небольшом городке неподалеку, но оно и понятно, ведь его отец, председатель правления. Сережка не любил выставлять наши чувства напоказ, ведь «счастье любит тишину», как он иногда говорил, но, видимо, это касалось только меня, потому что сейчас он ни капли не таясь, обнимал и целовал не меня, а мою двоюродную сестру Верку. Меня, как будто ударили под дых. Она же знала, все прекрасно знала про наши отношения с Сережей и все равно так гадко поступила. Неприятный комок подкатывал к горлу.

- Что делать-то? - почему-то шепотом спросила свою подругу, которую пыталась же и оттащить за угол полуразвалившегося сельского магазинчика.

- С Веркой? Да космы ей все проредить, да и дело с концом. Манька, за свое счастье надо бороться. А то, где еще ты найдешь себе такого жениха? Не вешай нос, подруга. Лучше иди и разберись.

Легко сказать, но намного сложнее сделать.

Лизавета вытолкнула меня из укрытия на проселочную дорогу и воинственно помахала кулаком, мол, только попробуй сдрейфить и пойти на попятную. Ей-то легко говорить, это она чумачечая баба, которой все нипочем. О таких, как раз говорят, что она и коня на скаку и в избу горящую войдет, только… Я-то не такая. Во мне чуть больше полутора метров, субтильное телосложение, абсолютно невзрачная внешность, только коса до пояса и была моим преимуществом когда-то, но сейчас, по совету той же Верки, я ее сдуру состригла по моде. Я всегда трезво оценивала себя и поэтому долго не могла понять, что же такого нашел во мне Сергей?!

- Сережа? - окликнула негромко, подойдя к уединившейся парочке.

- Манька?! - встрепенулся парень при виде меня, чем у так называемой сестрицы вызвал ехидненькую улыбочку. - Я тебе сейчас все объясню.

- Милый, - протянула сестра, - ну, хватит уже этот цирк устраивать. Манька большая девочка и должна понимать, что мужчина не может столько времени просто гулять за ручку. Что ты на меня смотришь своими коровьими глазами? - обратилась она уже ко мне. - Разве я не права?

- Но мы же… Мы же собирались…

Мой мир прямо в этот самый момент буквально рушился на глазах.

- Забудь, что вы там собирались! Это все теперь в прошлом. Я поеду с ним в город, а ты так и останешься в нашей деревне. Будешь мамке помогать и секретарем на полставки подрабатывать при председателе, так уж и быть, я с будущим свекром об этом договорюсь.

- Что? - опешила я. - Но как же…

- Прости Мань, но я понял, что Веру люблю. Понимаешь, ну, так бывает?! - он что, сам не уверен, что так бывает?!

Я не стала дальше слушать. Слезы уже застилали глаза. От обиды и разрывающего сердце на части горя, и чтобы дальше не унижаться, выслушивая все, что там они нарешали, я не нашла ничего лучшего, как сбежать. Мне в спину доносился звонкий хохот моей сестрицы и я пришла к выводу что моя жизнь кончена. В один момент все мои планы полетели коту под хвост. Как же так все получилось? У меня никак не укладывалось это в голове.

Не смотря себе под ноги, я бежала и бежала, но от себя ведь не убежишь никогда. Не жили богато, так нечего и начинать, так думают некоторые. А я никогда не жила счастливо, так и не надо было, даже мечтать. Дура, поверила в призрачную мечту, что я могу быть кому-то нужна, просто я, просто потому что я есть на этом свете. Никому не нужна была, кроме мамы, которой уже нет со мной больше десяти лет. Да уж, рак обошелся с ней не менее безжалостно, чем жизнь со мной. Мечты рассыпались в пыль, и я осталась там же, где и была. Одна, никому не нужная, только если тетке, которая с самого моего появления в ее доме эксплуатировала меня, не стесняясь, потому что я же ей обязана и должна по гроб жизни, ведь она добрая душа, пригрела сиротку у себя. Спасибо ей и на этом, так как, если бы не она, то светил бы мне детский дом, а так, какая-никакая, но семья у меня была. Отца я никогда и не знала, мама не рассказывала мне о нем ничего, да я особо и не горела желанием. Ну, нет и нет, не я первая и не я последняя. Каждый волен поступать, так как он хочет. Видимо, мой отец меня не хотел, да и ладно, это было его решением, я не в обиде. От него у меня только фамилия, да и она обычная, ничего не говорящая. Получается, что в сухом мне остается только ишачить на тетку, отдавая ей все заработанные копейки на отца моего бывшего «жениха», который оказался самым настоящим предателем, да жить в тесной коморке до старости, не ожидая от судьбы ничего лучшего.

«Мамочка, знаю, ты всегда учила благодарить судьбу, не роптать на испытания, которые она подбрасывает, а преодолевать их с гордо поднятой головой. Но, мамочка, не могу я, понимаешь, не могу, по крайней мере, не сейчас. Подскажи, как дальше быть?! Подай хоть какой-нибудь знак, чтобы я знала, что это не конец», говорила я, смотря на ярко-голубое небо, щурясь сквозь слезы и пытаясь найти там ответ. Простояла так еще минут пять, пытаясь взять себя в руки и утирая предательские слезы, которые все никак не желали останавливаться.

Я брела, сама не знаю куда, совершенно не разбирая дороги, позабыв обо всем, полностью погрузившись в себя, как спустя какое-то время меня окатило столпом пыли, поднятой на дороге, на которой отродясь не было и намека на асфальт. Сильно закашлялась, потому что теперь пыль была везде, она пропитала всю одежду, осела на открытых участках кожи и даже в рот забралась, вызывая тем самым нестерпимое удушье.

- Эй, Потеряшка, - окликнул меня басовитый голос. Протирая глаза, я попыталась оглядеться. Ну да, ошибок быть не могло, потому что только я стою посреди дороги в таком гордом одиночестве. И как только так далеко зайти успела?! - Малышка, я тебя чуть не задавил. Отойди в сторонку, дай дяде проехать, - снова обратился ко мне незнакомец.

А я, как воды в рот набрала, понимая, что если бы ни реакция этого мужчины, то отправилась бы прямиком на тот свет. Оп, одно мгновение и нет меня. Может, оно так и было бы лучше для всех?!

- Девочка, - снова протянул грубый голос, который почему-то пробирал до костей и заставлял съеживаться все, что только можно. - Брысь с дороги, кому сказал?! А не то дядя Егор рассердится.

Я все еще непонимающе смотрела на него. Что нужно-то от меня этому мужчине, который уже успел выйти из машины.

- Эй, с тобой все в порядке? Что молчишь-то? Немая? - он смастерил какой-то жест руками.

Мамочки родные, какой он огромный-то. Я ж ему до подмышки еле достаю. И он, к слову, уже шагает в мою сторону своими большими и длинными ногами. Божечки, что же делать-то? Мои мысли попытались судорожно найти верное решение, но куда там, когда на тебя надвигается человек-гора. Я растерялась. Ну что мог забыть такой человек близ нашей деревни?! Неужели отдыхающий? Да только туристы давно не жаловали местный берег и наше село, поэтому все и перебиваются с хлеба на воду, да работать уезжают в ближайшие города и поселки.

- Девчуля, чего молчишь? - снова поинтересовалась гора, вплотную подходя ко мне. – Ты это, извини, я ж не специально, - мужчина вроде бы улыбнулся, а мне стало страшно. - Ой, да ты только не реви. Солдат ребенка не обидит, - сказал он, наблюдая, как я все больше и больше съеживаюсь под его напором и смешливо потрепал меня по макушке. - Ты откуда такая нарядная? - снова спросил он, сканируя меня пристальным взглядом. Как и любой мужчина, у которого имеются глаза он смог заметить, что я уже перешагнула разряд девочек и перешла в более старшую лигу. - Ого, так ты у нас уже большенькая, все при тебе. Пардон, это уже лишнее я ляпнул. Скажи, а я правильно еду в деревню «Чака»? А то уже битый час вокруг да около меня навигатор кружит и все никак не может доставить в конечный пункт.

- Правильно, - тихонечко ответила я этому гиганту.

- Да не шугайся ты меня так, я не кусаю маленьких девочек. Может, покажешь тогда куда дальше ехать по доброте душевной? А я потом подброшу тебя, куда надо.

- Нет, спасибо, это будет уже лишним. А Вам туда, - махнула рукой на дорогу за спиной, - по прямой пару километров, и Вы у цели.

- Спасибо, Малышка, - улыбнулся человек-гора во все тридцать два зуба. - Тебя точно не надо подвезти куда-нибудь? А то ты какая-то потерянная. Точно все в порядке?

- Точно. Спасибо, не нужно. Я сама, - говорила все это, заливаясь румянцем. Этот огромный мужчина как-то странно на меня действовал.

- Ну, смотри, если что звони, - сунул он мне в руку клочок картона, и резко развернувшись, в два шага достиг своей громадной машины, которая была под стать ему. - Потеряшка, ты бы все равно по дорогам лучше не бродила в таком состоянии. Не знаю уж, что с тобой случилось, но это может быть опасно, - я не сказала ничего в ответ, просто стояла и пялилась на него. - Ладно, бывай, - я смогла лишь неуверенно кивнуть.

Я почему-то туго соображала, но как только взревел мотор его автомобиля, крепко сжала в руке картон и отпрыгнула в сторону с дороги. Да, в присутствии такого человека, как-то в один момент все кажется только его: дорога на которой он стоит, близстоящий редкий лесок, ведущий к деревне и даже я. Он непроизвольно подавлял.

Минутная встреча, он вроде ничего такого и не сделал для меня, но каким-то образом дал понять, что я могу рассчитывать на поддержку. Можно сказать, могу рассчитывать на совершенно постороннего человека. И как ни странно, я ему поверила, правда, поверила. Никто другой подобного для меня в жизни никогда не делал, даже не пытался, не считая так рано ушедшей мамочки. Может, с его стороны это были только слова между делом, но для меня этого хватило, чтобы не опустить окончательно руки. Простое неравнодушие не дало мне совершить непоправимые глупости.

Посмотрела вслед удаляющейся машине и поняла, что это был тот самый знак, который послала мне мама. Мир не без добрых людей.

Тогда я еще не знала, что эта встреча на дороге станет для меня судьбоносной во всех отношениях и круто изменит всю мою жизнь.

Глава 2

Взглянула на часы и чуть на месте не подпрыгнула. Я очень сильно опаздываю. Иваныч пропесочит меня по всем статьям даже за минутную задержку, а сейчас, кажется, минуткой не обойдется. Собравшись с духом и подхватив остатки растерянного самообладания, я понеслась во весь опор в сторону сельсовета, где уже через пятнадцать минут начинается моя рабочая смена. Не приведи Господи, если меня уволят, тогда тетка точно со свету сживет. И так я для нее всегда косорукая, ленивая неумеха. Как бы я неустанно ни старалась доказать обратное, все бесполезно, все я не ценю то добро, которое она оказала мне. Сколько бы я ни терла углы в ее доме, все без толку. Сколько бы ни готовила, ни помогала, все как об стенку горох. Да я в принципе все делала за нее и сестрицу мою, которая же и увела Сереженьку, хотя не бычок же он на привязи, чтобы его уводить. Сам не был против, раз пошел. Кулаки сжались и слезы к горлу подкатили при воспоминании об этом предателе, ведь он же обещал жениться и забрать меня с собой в город, а теперь получается, любовь прошла – завяли помидоры. Не нужна я ему больше.

Ненавижу. Никому в этой жизни нельзя доверять, хотя сама дура, нечего было уши развешивать. Тетка же говорила, что попользуется Сережка мной и выбросит на помойку, как мусор и другую себе найдет, получше. Так оно и вышло, а теперь все только и будут делать, что смеяться за моей спиной. Ну уж нет, не дождутся.

Так я и бежала напрямки к нашей деревне, молясь, чтобы Иваныч не заметил моего опоздания и не нашел повод, чтобы меня уволить, теперь же нет у меня Сереженьки, который бы меня защитил от гнева своего бати. Щеки раскраснелись, в боку начало колоть, дыхание сбилось, но я это сделала. Прибыла на место рабочей дислокации почти вовремя, красивая хоть куда. Если честно, то в гроб краше кладут. Волосы растрепались, джинсовый старый сарафанчик весь пылью пропитался после встречи с этим странным дядей Егором. Блин, наверное, и лицо не лучше, все в пыли. Хотела было уже метнуться в старенькую и давно не ремонтированную туалетную комнату, но мне навстречу вылетел из своего кабинета Павел Иванович со зло сверкающими глазами. Ага, тот самый, встречу с которым я так жаждала отложить.

- ПалИваныч, здравствуйте.

- На кого ты похожа, чушка?! И почему опять опаздываешь?! Приведи себя в порядок быстрее, а я пошел гостя важного встречать, авось повезет и деревня наша расцветет, как в былые времена и станет чуть ли не центром местного туризму, - мечтательно рявкнул на меня начальник, протер платочком свою взмокшую от нервов, видимо, лысину и бодренько так поковылял на выход.

Эк он загнул. Ну, мечтай, мечтай, говорят полезно. Только кому мы нужны-то?! Это какие деньжищи нужны, чтобы с колен поднять нашу деревню? Да, конечно, в какой-то степени он прав, лет пятьдесят назад, когда еще был СССР и партии, сюда к нам по путевкам направляли в санаторий людей, на озерах лечебных здоровье поправлять, да и до моря было рукой подать, ведь живем-то мы на юге. Рай для туриста, но это когда было-то… При перестройке все забросили и осталась лишь небольшая деревня на пару десятков домов. Люди перебивались с хлеба на воду и обратно, когда подработать удавалось, то хватались за возможность всеми руками и ногами.

А место-то у нас на самом деле было на загляденье. Природа, от которой кружилась голова, пляжи, галечные и песчаные, которые тянулись вдоль прозрачно-голубого моря. Огромный потенциал так-то. По-моему, этого было достаточно, чтобы жить хорошо. Было бы только что есть и где спать, я звезд с неба не хватаю, поэтому на многое и не претендую. Хотя может и зря? Ведь должны же люди, стремиться к лучшему? Но я, почему-то не такая, я больше исполнитель, а не мечтатель.

В темпе вальса заскочила в местный ватерклозет и чуть не подпрыгнула от собственного отражения в зеркале. Вот это красавица, помереть же можно от красоты такой не писанной. Умылась, попыталась пальцами прочесать воронье гнездо, которое образовалось на голове, но куда там, волосы спутались и не хотели подчиняться моим рукам, ложась так, как надо. Да уж, а с пропыленным сарафанчиком уже ничего не сделаешь, да и вариантов-то у меня не так чтобы много. Попыталась мокрыми ладошками, привести его в более или менее приличный вид, но, кажется, сделала только хуже.

В моей приемной послышались голоса. Лебезящий, точно принадлежал моему непосредственному начальству, а вот второй… Второй был точно мне не знакомый. Грубый бас, от которого мне не хотелось высовываться из туалета, но надо. Блин, страшно-то как. Аккуратно приоткрыла дверь. Фух, пусто. Я с облегчением выдохнула. Гость с Иванычем уже скрылись в его кабинете, в который я и постучалась, немного уняв дрожь в руках.

Вот кого кого, а незнакомца с дороги я вообще не ожидала увидеть в нашем сельсовете. Он вальяжно развалился напротив шефа. Я невольно поперхнулась от удивления.

- Э-м-м. Здравствуйте, - проблеяла я, как овца, при виде старого-нового знакомого.

- Манька, тебя то не дождешься, то стоишь, как истукан без дела. Чего встала-то? Кофе неси. Или Вы, Егор Валентинович предпочитаете что-то другое?

- Потеряшка, - с задорной улыбочкой на губах обратился ко мне этот Егор Валентинович. - Павел Иванович, наверное, это я виноват.

- В чем? - недоуменно воззрился начальник на своего посетителя.

- Девочку задержал. Знаете, - задумчиво, уставившись на меня, протянул человек-гора, - я ее у Вас украду ненадолго. Вы же не против?! Она мне все и покажет. Не буду Вас от дел отвлекать.

- Может, не надо? - тихонько пискнула, почему-то еще больше напугавшись этого человека, а шеф и слова не сказал против.

- Надо, Потеряшка, надо. Да не боись ты, говорил же, что солдат ребенка не обидит.

- Вы не совсем солдат, да и я не ребенок уже давно.

Так-то оно так, ведь мне уже скоро двадцать шесть будет, а не шесть, а он со мной уже второй раз разговаривает, как с ребенком. Интересно, а сколько лет ему самому? Это же просто неприлично быть таким большим и внушительным. Я бы не сказала, что он качок, который очень долго сидит на анаболиках или на чем они там сидят, чтобы руки, как банки были, да и не слащавый щеголь он вовсе. Просто Егор Валентинович, если правильно запомнила его имя, такой внушительный, что мне хочется сжаться в комочек и не отсвечивать, чтобы его внимание обошло меня стороной. Я даже глаза боюсь от пола оторвать, потому что он подавляет своей аурой. Я уже молчу о том, что перспектива идти куда-нибудь с ним вместе меня совсем не прельщает.

У нас в деревне парни в основном все щупленькие, да за алкоголем охочие, так себе контингент, если честно. Хватит просто кулаком погрозить, чтобы они с горизонта усвистели, а этого Егора и бульдозером, скорее всего, с места не сдвинуть, если он сам того не захочет.

- Павел Иванович, ну мы пошли, - невозмутимо сказал человек-гора и подхватил меня под ручку, уводя прочь.

- Но я против.

- Да не ерепенься, - ослепительно улыбнулся тот. - Просто мне ваш председатель уже поперек горла, - уже шепотом продолжил этот Егор Валентинович мне на ухо, отчего мурашки побежали по всему телу от такой близости мужчины. - Не люблю таких пронырливых товарищей, уже всю плешь проел. Тебя как вообще зовут, Малышка? Ты нос так не задирай, а то ненароком споткнешься или люстру на потолке снесешь.

Издевается?!

Хотела только сказать этому прохиндею, что я, вообще-то, слежу за дорогой, как тут же мысок туфли запинается за отставший от пола линолеум, и я начинаю падать, широко растопырив руки.

- Куда? - зычно воскликнул человек-гора, хватая за руку, и не давая тем самым пробороздить носом все, что только можно и нельзя, - Ну, говорил же. Вечно вы женщины сами себе на уме.

А мне так стыдно что-то стало, аж уши, наверное, покраснели. Этот человек, по сути, ничего плохого мне не сделал, два раза уже, можно сказать, жизнь спас, а я только молчу или не осознанно огрызаюсь. Благодарить надо, а не зубки показывать.

Не успела я придумать, что бы подходящее ответить, как мы уже спустились на первый этаж и вышли из здания правления. Однако, как он шустро все провернул. Я даже пикнуть не успела.

Егор Валентинович галантно открыл мне переднюю дверь и пригласил вовнутрь его зверь-машины. У меня в голове вообще все то не многое, что было связано с этим человеком, просто кричало, что не стоит никуда ехать с ним. Ну не сулит мне подобная поездка ничего хорошего. Он, как викинг из стародавних времен, весь такой большой, опасный, подавляющий и в то же время надежный, что ли, но совершенно незнакомый.

Не успела я осознать, что собираюсь делать и с кем, как из-за угла вышла очень знакомый парочка: Сережка с Веркой. Увидев меня, аж остановились, не веря своим глазам. И моя сестра сказала противным голосом:

- Ну, правильно. Жених бросил, так по рукам сразу и пошла, - Егор Валентинович только вопросительно приподнял одну бровь. - Манька, много хоть взяла? - как же мне стало стыдно, не передать словами. И не за себя же, а за нее.

У моего попутчика уже вторая бровь взлетела вверх, а Сережка стоял, потупив глаза в землю.

- Это кто? - своим густым голосом спросил Егор Валентинович.

- Моя сестра и жених, - тихонько, как будто признавалась в самой ужасной тайне, пропищала я.

- Бывший, - добавила та самая сестра.

А этот невыносимый тип, нет, чтобы просто сделать вид, что не заметил ничего такого, он залился гомерическим хохотом, да так сильно, чуть ли не до слез.

- Потеряшка, так ты радуйся, - хлопнул он меня по плечу, шутя, ага, но я чуть пополам не сложилась, прямо там, возле его машины. - На хрен тебе не нужен этот жених, который тебя когда-то в жены звал, а теперь глаз поднять не может. Стыдно, молодой человек, должно быть таким говном-то быть, стыдно, - обратился Егор Валентинович уже к моему бывшему жениху, - ну да ладно, не мое это дело. Потеряшка, давай показывай, где бывший санаторий, а то я снова петлять буду, навигатор глючит, перегрелся, видимо, на вашей южной жаре.

Это со мной Верка может себя вести, как хочет, говорить, что только в голову взбредет, а вот глядя на Егора Валентиновича, у нее больше язык не повернулся что-то ляпнуть в мой адрес. Хотя ей-то что, она потом сполна отыграется, когда мы останемся тет-а-тет.

Мой попутчик, по-джентльменски помог мне взобраться в свою зверь-машину. Цыкнул угрожающе на притихшую парочку, которая неотрывно наблюдала за нами и с грацией льва он сел на водительское место. Утробно заурчал мотор, как хищник готовый к нападению и мы сорвались с места.

- Нам, вообще-то, в обратном направлении.

- Ох, Потеряшка, сейчас. Мне как-то не по себе от произошедшего, - передернул плечами. - Серьезно? Твоя сестра увела твоего жениха?

- Ну да, сегодня об этом узнала, случайно, - тихо подтвердила его слова, пытаясь все-таки до конца осознать, что это не вымысел и не сон, а самая что ни на есть правда, которая уже свершилась. - Извините, сама не знаю, почему рассказываю Вам это все. Извините еще раз.

- Да ладно, Кнопка, всем порой надо выговориться. Я что, не человек, что ли? Я все понимаю. Так что валяй, на ближайшее время у тебя есть свободные уши. И можешь не стесняться, возможно, ты видишь меня сегодня первый и последний раз. Кстати, я хоть правильно еду-то? Или ты меня в лес решила заманить и надругаться? Так ты знай, я не такой. Только после свадьбы.

- Что? - опешила я в свою очередь.

- Шучу я. Едем мы, говорю, правильно?

- Ну да. После вон того оврага, где крест стоит, левее берите, и вдоль берега, а там уж куда дальше, покажу.

- Хорошо, только вот давай без этих твоих страдальческих выражений лица. Лучше расскажи, как дело было?!

- Какое дело?

- Ну как расстались-то?

- Может, не надо? Как-то неудобно.

- Лучше мы с тобой сейчас между делом разберем всю эту канитель, чем ты еще потом год будешь лить слезы по этому бестолковому раздолбаю.

- Он небестолковый, - попыталась было я защитить Сережку, это вышло по привычке, честное слово.

- Ну да, ну да. Он же, наверное, самый лучший и первый парень на деревне, только вот сволочью редкостной оказался. Верно?

- Нет, - попыталась защититься от напора, можно сказать, незнакомого человека.

- Да действительно. И под машину ты бросалась не из-за него?

- Вы не так все поняли. Я не бросалась под машину. Это вышло случайно.

- Так расскажи тогда, чтобы я ТАК все понял.

- Да какое Вам-то дело?! Вы же сами сказали, что мы видимся, возможно, в первый и последний раз.

- Как сказала бы одна моя подруга: «Йети, ты в каждой бочке затычка» и была бы права. Просто порой человеку достаточно протянуть руку, чтобы выкарабкаться из, - он немного помялся, подбирая слова, - неприятной ситуации, по себе знаю.

- Некому мне руку протянуть, - еще больше расстроилась я, - одна я.

- Так не бывает.

- Бывает. Мама умерла, когда мне было пятнадцать. Тетка забрала меня к себе, а там…

- А там, как по сценарию поди: стирка, уборка, глажка, готовка, то гречку разбери, то горох процеди. Прав?

- Нет, - чересчур громко воскликнула я. - Получилось же, что тетя одна, а нас на тот момент двое было с сестрой Верой, ей же надо было помогать. Хоть и сдавали мы наш с мамой домик, чтобы лишняя копейка была, да что там, крохи, а не деньги. Я не хотела нахлебницей быть, поэтому и помогала, как могла и помогаю до сих пор. Это потом уж так получилось, что как-то незаметно я абсолютно все делать стала, - последнее предложение я говорила намного тише, потому что со стороны все выглядело очень уж плачевно.

Егор Валентинович меня мастерски раскрутил на откровенный разговор, что я и не заметила, как выложила все «от и до» о своей жизни. Мужчина только хмыкал периодически и косился на меня, но не перебивал. В какой-то момент он сказал мне:

- Кажется, приехали.

- Ой, и в самом деле. Разболталась я что-то. Извините еще раз.

- Да прекращай ты уже все время извиняться. Не за что пока. Пошли, посмотрим, что там осталось целым, если вообще осталось, - последнее он хмыкнул уже себе под нос.

- Хорошо, - промямлила я смущенно, вылезая из его зверь-машины.

Кстати, я на такой вообще в первый раз в жизни ездила. Она большая, сиденья комфортные кожаные, ни одной кочки не почувствовала, пока ехала и пахло в ней так приятно, не то что у местных водил соляркой несло так, что потом еще неделю приходилось отмываться.

- Аккуратнее. Смотри под ноги.

- Да смотрю я, смотрю. А зачем мы вообще сюда приехали, если не секрет.

- Не секрет. Но с какой целью ты интересуешься?

- Просто, - пожала я плечами. - Столько лет этот санаторий стоял никому не нужный, и вы первый на моей памяти, кто им интересуется.

- Да вот, хотели нам втюхать кота в мешке, поэтому я приехал, чтобы посмотреть на это добро, которое и бесплатно, как посмотрю, не стоит брать, - он задел рукой покосившуюся деревянную дверь и она тут же упала. - Здесь проще все целиком снести и заново отстроить.

- Ну да, - протянула. - Уже лет тридцать точно стоит. Мы детьми здесь часто играли, но потом случай неприятный случился, один ребенок провалился на лестнице, ну и запретили потом, всем сюда ходить.

- Ясно. Думаю, тогда мы наверх не пойдем и так все понятно.

- Жаль, - сказала я, тяжело вздохнув.

- Почему? - удивился мой визави.

- Так если б вы начали здесь стройку или что вы там хотели, то и места бы рабочие появились бы. Всем бы хорошо было…

- Забавная ты, Потеряшка. Наивная еще, но это ничего. С возрастом пройдет. Тебе-то что страдать, у тебя же есть работа?!

- Есть, - снова печально вздохнула, а про себя подумала, что это только пока она меня есть и, возможно, скоро ее уже не будет, и Сережка Верку на мое место пристроит, хотя вообще не факт, потому что она ленивая очень.

- Ладно, поехали обратно.

Я только кивнула в ответ и потопала обратно, осторожно перешагивая через всякий мусор и хлам.

Обратная дорога как-то намного быстрее прошла. Я и заметить не успела, как мы уже въезжали в деревню и все прохожие только и делали, что оглядывались на машину Егора Валентиновича. А то, как же, такие тут вообще не ездят. А еще я, рядом с таким мужчиной на пассажирском сидении. Покраснела до корней волос, когда только представила, какие сплетни теперь поползут. Мне же житья не будет здесь, а уж Верка постарается еще и приукрасит все, да так, что потом вовек не отмоюсь.

Егор

- Ну почему я опять? Езжай сама, - придал голосу весомости, взяв свой самый устрашающий тон, но куда там, только подзатыльник получил и прищурил глаза на свою так называемую обидчицу.

- Йети, блин, не беси меня. Поедешь как миленький. Кто еще много лет назад топил за сотрудничество с Соросовым и Мидманом? Так вот они тепленькие, бери не хочу. Эти товарищи вообще неугомонные, смотрю. На уме одни только деньги, деньги, деньги, а в глазах нули, увеличивающиеся в геометрической прогрессии.

- Может, ну его? - с надеждой посмотрел на свою старую подругу, которая была непреклонна.

- Ну уж нет, голубчик. Я никак не могу поехать, пацаны тоже в разъездах. Не Марго же мне посылать по заброшенному санаторию бродить. Ну Йеть, будь зайкой, метнись кабанчиком, позагораешь заодно, а то в последнее время ты бледноват.

- Станешь тут бледноватым с вами. АлиБаба ты изверг, так и знай. И где я там буду загорать, за рулем?

- Хотя бы. Видишь, какой ты находчивый?! Так что давай, пулей, туда и обратно. Сроки горят. А там как раз место подходящее, да и до аэропорта не так уж далеко, всего час на машине. Кстати, о месте, Соросов точно оценит, он вроде оттуда же, примерно из тех краев. Так что отелю быть.

Ага, отелям быть, а вот я с выходным пролетел, как фанера над Парижем. Долбанул по рулю, стараясь сосредоточиться на дороге. Уже второй час петляю по этим «дивным» местам и все не могу нужный поворот найти, то не доеду, то наоборот. Да чтоб тебя Алина, уболтала на это «дивное приключение». М-да, отказ от матов проходит не очень, так и хочется выразиться покрепче. Я уже начал закипать, когда в очередной раз повернул, куда указывал этот долбанный навигатор, одновременно с этим затрещал мобильник.

- Да, Ба. Привет. Как дела?

- Хорошо, Егорушка. Не переживай. Как твои? Злой слышу. Что-то случилось?

- Да прям. Все нормально, только вот дорогу найти не могу.

- А ты где?

- В командировке, Ба, но если все нормально пойдет, то вечером уже дома буду.

- Это хорошо. Хотела попросить тебя таблетки мне от давления купить, а то мои кончаются уже.

- Конечно. Если сам не смогу, то пришлю кого-нибудь.

- Ой, да не надо тогда, незачем из-за старушки беспокоить людей.

- Из-за моей любимой старушки, - улыбнулся я одними глазами. - Не дрейфь, Ба, все будет в лучшем виде. Говори сразу, что еще надо.

- Да ничего больше. Все есть.

- Понял. Тогда до связи, - сказал я на прощание и хотел уже отключиться, как сам от себя такого не ожидая, добавил, - люблю тебя, Ба.

- И я тебя, Егорушка, - расчувствовавшись, ответила Людмила Прокопьевна.

Она вообще у меня мировая женщина, хоть и сдает в последнее время. Ба, вырастила меня одна на пенсию и подработки репетиром иностранного языка. Она у меня лингвист. Порой так зубодробительно говорит, аж уши в трубочку сворачиваются. Я это списываю на возраст и одиночество. Скучно ей, а подруг за всю жизнь особо и не нажила. Как бы я ее ни любил, но в силу обстоятельств не могу проводить достаточно много времени с ней, а его не факт, что много-то осталось. Надо с этим что-то делать. От сиделки она отказывается, говорит, что она еще сама поскрипит и из ума не выжила, чтоб за ней кто-то чужой по пятам ходил и песок подметал.

Твою мать. Резко ударил по тормозам. Почему ребенок посреди дороги один стоит? И в небо смотрит? Вот так да. Потерялась, что ли?

- Эй, Потеряшка, - кликнул я мелкую девчонку, которая испуганно вылупила на меня свои глазищи. - Малышка, я тебя чуть не задавил. Отойди в сторонку, дай дяде проехать, - молчит и только таращится на меня. Немая, что ли? Это уже начало немного раздражать. - Девочка, брысь с дороги, я сказал, а не то дядя Егор рассердится.

Вышел из машины, чтобы уже самостоятельно переставить это горе луковое в сторонку. Она аж затряслась вся, при моем приближении. Блин, ну я же не маньячина, чтобы кушать маленьких девчонок.

- Эй, с тобой все в порядке? Что молчишь-то? Немая? - Малышка еле дотягивала мне до плеча. Мелкая еще совсем. - Девчуля, чего молчишь? - снова спросил я, вплотную подойдя к мелкой пигалице, которая вот-вот собиралась разреветься. - Извини, я ж не специально. Ой, да ты только не реви. Солдат ребенка не обидит, - потрепал ее по макушке. Не помогло. Блин, а с пацанами Алинки всегда проканывало. Что не так? Я ж молодец, типа успокоил ребенка?! По крайней мере, хотя бы попытался. - Ты откуда такая нарядная? - в очередной раз спросил девчонку, осматривая ее с ног до головы. Она явно чем-то расстроена, потому что вся зареванная. Черт, это же не из-за меня? Я вроде еще так не успел накосячить. Е-мое, так она ни разу не девчонка, девушка уже, компактная сильно, правда, очень. Я больше фигуристых люблю, несколько крупнее, чтобы были. - Ого, так ты у нас уже большенькая, все при тебе, пардон, это уже лишнее, - попытался я пошутить, но слезливая барышня не оценила. Надо как-то исправлять ситуацию. - Скажи, а я правильно еду в деревню «Чака»? А то уже битый час вокруг меня навигатор кружит и все никак не может доставить в конечный пункт.

- Правильно, - прошептало еле слышно это чудо в перьях.

- Да не шугайся ты меня так, я не кусаю маленьких девочек. Может, покажешь куда дальше ехать по доброте душевной? А я подброшу тебя, если нам по пути.

- Нет, спасибо, это будет лишним. А вам туда, - махнула она мне рукой на дорогу за моей спиной, - по прямой пару километров и Вы у цели.

- Спасибо, Малышка, - попытался я выдать свою самую ослепительную улыбку, а то аж не по себе как-то, что девчонка считает меня, поди, непонятно кем. Я не такой. Если б хоть одна дурная мысль возникла, то Ба бы телепатически ее уловила и понавтыкала бы пистонов, куда ее левой пятке захочется. - Тебя точно не надо подвезти куда-нибудь? А то ты какая-то потерянная. Точно все в порядке?

- Точно. Спасибо, не нужно. Я сама, - сказала девчонка, краснея, как рак.

- Ну, смотри, если что звони, - сунул ей в руки визитку. Не привык я проходить мимо человека в беде. Вдруг я как раз для нее тот, кто протянет руку помощи и поможет выйти из затруднительного положения. - Потеряшка, ты бы все равно по дорогам лучше не бродила в таком состоянии. Не знаю уж, что с тобой случилось, но это может быть опасно для тебя. Ладно, бывай, - махнул девчонке на прощание рукой.

Какие-то неоднозначные чувства у меня остались после встречи с этим недоразумением. Хотя я и чувства, это как медведь и балет. Но какой-то маленький червяк царапнул внутри, как будто я мог сделать что-то, но отмахнулся. Да ладно, если судьба, то увижу еще раз и уж точно не пройду мимо.

Что это было именно судьба, я смог убедиться буквально через каких-то тридцать минут. Потому что стоило мне отъехать от Потеряшки, как я снова укатил не в ту степь. Да что ж за день сегодня такой?! Все через жопу. Пришлось снова набирать местному председателю правления, чтоб его черти по очереди… Блин, я ж не матерюсь с некоторых пор. Короче, не нравился он мне, прямо чуйка кричала, мудак он, держись от него подальше Егорыч. Этот председатель мне все мозги прокомпостировал, когда я с ним созванивался, только чтобы уточнить некоторые вопросы по поводу заброшенного санатория, так он мне все так расписал, что там чуть ли не отель пять звезд с полным пансионом. Это-то меня крайне и насторожило. Теперь еще и встречаться с ним придется. Говорю, через жопу день.

Стоило только встретиться с этим слизняком, так он сразу же запел, как свиристель. Точняк, здесь что-то нечисто, я даже половину его слов пропускал мимо ушей, на автомате вставляя реплики, соответствующие случаю. Только я посетовал на то, что зря скатался, как в дверь постучались, и вошла моя Потеряшка. Вашу мамашу, какая встреча на Эльбе.

Так ноги в руки и валим. Валим, я сказал. Нет, этого потного лысика мы с собой точно не берем, а эта Малышка станет моим гидом. Как это против? Сорян, Детка, но против ты будешь в следующий раз, иначе мне не выбраться отсюда из заложников. Конечно, говорил я не так. Было все чинно и красиво, ну почти.

Не успел я выволочь свою Потеряшку из обшарпанного здания, как из-за угла вырулила парочка. Штрибан, аля местный мачо, без слез не взглянешь, и потасканная девка, на которой пробы негде было ставить, я таких издалека вижу. Она с ходу открыл свой грязный ротик:

- Ну, правильно. Жених бросил, так ты по рукам сразу пошла, - я только вопросительно приподнял одну бровь. - Манька, много хоть взяла?

У меня уже вторая бровь взлетела вверх, а парниша только глазки свои в пол уткнул. Не о нем ли речь, собственно? Жених епта, да такого и врагу не пожелаешь.

- Это кто? - спросил я.

- Моя сестра и жених, - снова как мышка пропищала моя Потеряшка. Да что ж она такая зашуганная-то?

- Бывший, - добавила эта, в рот мне ноги, сестра.

Что, блин, за шведская семья-то? Твою мать, опять забыл, я ж не матерюсь. Рассмеялся, еле сдерживая слезы.

- Потеряшка, так ты радуйся. На хрен тебе не нужен этот жених, который тебя когда-то в жены звал, а теперь глаз поднять не может. Стыдно, молодой человек должно быть таким говном быть, стыдно, - обратился я к экс женишку этой девчонки, - ну да ладно, не мое это дело. Потеряшка, показывай, где бывший санаторий, а то я снова петлять буду, навигатор глючит, перегрелся, видимо, на вашей южной жаре.

Что-то меня так развеселила и опечалила одновременно такая неоднозначная ситуация. Мне-то что? Я просто мимо проходил, а она в этом дерьме живет. Обидно, что порой родственники, по идее самые близкие люди в жизни вот такие перлы выдают, по себе знаю и до сих пор помню, как мать не вернулась за мной в свое время. У нее личная жизнь, видите ли… Да ради Бога.

Слово за слово, Потеряшка сама и не заметила, как ее язык развязался, и она начала говорить и говорить такое, что у меня волосы на жопе дыбом встали. Картина такая: Потеряшка на самом деле потерялась по жизни. Ишачит под гнетом злобной тетки, которую, кстати, еще и защищать умудряется между делом, дом Малышки к рукам эта ушлая баба, так понимаю, уже прибрала, еще и зарплату эта дурочка ей отдает. Вот где мозги, спрашивается? Валить надо ей и как можно дальше от этой тетки, пока всю жизнь на эту мегеру не положила. И по хрену, что это единственная ее семья. Такой семьи и врагу не пожелаешь.

Вот так незаметно мы и подъехали к полуразвалившемуся зданию. Да уж, чуйка не подвела и в этот раз, состояние постройки оставляло желать лучшего. И это еще мягко сказано. Проще все снести и заново отстроить, только затратно это будет чересчур. Надо думать.

- Ясно, думаю, тогда мы наверх не пойдем и так все понятно.

- Жаль, - сказала она, тяжело вздохнув.

- Почему? - удивился я.

- Так если б Вы начали здесь стройку, то и места бы рабочие появились бы. Всем бы хорошо было…

- Забавная ты, Потеряшка. Наивная еще, но со временем это пройдет. Тебе-то что страдать, у тебя же есть работа?!

- Есть, - ответила она как-то кисло.

Забавная, наивная девчонка. Неужели еще такие существуют? А я думал, что все вымерли уже давно. Знаю только одну такую, но с ней я только дружу с самого детства. Вместо того чтобы о себе думать, она о других всегда беспокоится, так и эта такая же. Наивняшка, блин.

Сам не заметил, как в деревню ее вернулись. Народ из домиков своих покосившихся повываливал и смотрит на арендованный автомобиль, как будто на восьмое чудо света, а Потеряшка сжалась вся и покраснела, не понятно отчего.

Вот вроде не дурак, но дошло до меня не сразу. Здесь же люди простые и в голову к ним может прийти все что угодно и вообще не факт, что это будет что-то хорошее. Картинка скверная вырисовывалась. Стоило мне только припарковаться у конторы правления, как из нее вылетела грузная тетка с веником и распахнув пассажирскую дверь, принялась лупить Потеряшку со всей дури.

- Ах ты голодранка. Ты почто меня позоришь на старости лет?! Сережка к моей Верке переметнулся, так ты по рукам пошла?! Совести у тебя нет, тварь. Я из тебя эту дурь выбью! А ну, выходи быстро.

Честно, я аж охренел на секунду и не сразу среагировал. Блин, я же матом не выражаюсь, но по-другому тут вообще никак. Это что ж за тараканы в голове у этой бабы, раз она такого мнения о собственной племяннице?

- Тетя, ты не так все поняла, - начала «защищаться» Потеряшка. - Я тебе сейчас все объясню.

- Объяснит она. Шал*ва. Да как ты могла?!

- Закрой рот, - гаркнул я на склочную бабу, - а ты, - это уже было Потеряшке, постарался сказать более мягко, как мне показалось, - дверь.

Чуть не хохотнул так не вовремя, хоть я и привык, что все выполняется по первому моему требованию, потому что положение, так сказать, обязывает, но сейчас смех был бы не к месту, совсем. Тетка смачно захлопнула свой грязный рот, а Потеряшка дверь, сжавшись в один маленький комочек. Мысли мои стали в срочном порядке искать приемлемое решение. Умею я порой собраться, если того требует положение, вот например, как сейчас. Что я там говорил сегодня про судьбу? Эй, Злодейка, намек понял, не дурак, но выбор все-таки предоставлю Малышке, как-никак, но теперь я чувствую ответственность за нее. Надеюсь, я потом не пожалею о своем решении.

- Смотри, у тебя есть два варианта, - начал серьезно. - 1) Ты остаешься здесь и прославляешься не в самом лучшем свете. 2) Уезжаешь со мной, и я помогаю тебе с работой. Думай быстрее, а то эта бабища очухается скоро.

Глава 3

Мария

Со мной никогда ранее такого не случалось. Я думала, что сгорю со стыда от такого выступления тетушки. Что там она себе выдумала, я и представить боюсь, но точно не то, что было на самом деле. Да еще и с веником на меня набросилась. Позорище какое. Что подумает обо мне теперь Егор Валентинович?! Ужас. Я вперилась в одну точку на приборной панели, боясь отвести глаза от нее, съеживаясь все больше, а между тем услышала, что этот невероятный мужчина предложил мне либо остаться здесь и быть ославленной, как гулящая девка, наши кумушки и не то придумают, либо просто взять и уехать с ним. Попробовать себя на новом месте. Но как же? Я совсем не из тех, кто рискуют и потом пьют шампанское. Не умею я так, во мне ни капли от авантюристки отродясь не было. Как же просто было все в моей жизни до этого самого момента, работа-дом-работа, меж тем готовка, уборка, глажка… И ни минутки для себя. Подвела я мысленный итог. А ведь и правда, я все последние годы, как оказалась на попечении родной сестры мамы ни разу, даже спасибо не услышала, как бы ни старалась. А так хотелось, если не благодарности, то хотя бы просто внимания. Может, там, в другом месте, куда зовет Егор Валентинович, мне будет лучше? Но я ведь его совсем не знаю?! Может он маньяк какой-нибудь?! Сейчас то и дело по новостям то одну украдут, то другую в рабство сдадут. И тут я, святая простота уже почти согласная на все. Хочется, но колется.

- Решать, конечно, тебе. Это твоя жизнь и я не настаиваю, но поторопиться не помешало бы.

- Зачем Вам это? - спросила я, испытующе смотря ему в глаза, пытаясь найти там ответы на все мои вопросы.

- Потеряшка, ты там себе ничего не придумывай. Я с самыми благими намерениями. Честно. Я уже говорил, по себе знаю, как порой необходима рука помощи в затруднительном положении. Так уж сложились обстоятельства, что для тебя этой рукой будет моя, потому что других как-то не наблюдаю. Не бзди, салага, не обижу, - потрепал он меня, как котенка за плечо.

Мать моя женщина, сколько силищи в этом мужчине?!

И какие у меня варианты? Да никаких, если быть честной хотя бы с самой собой, потому что мне и до этого несладко жилось. Раз за разом приходилось зубы покрепче стискивать и молиться, чтобы не погнали из дома, какого-никакого, но дома с родными. Не знаю, зачем я пытаюсь схватиться за последнюю соломинку и убедить себя мысленно, что лучше, чем дома нигде быть не может. С одной стороны, это так, но с другой, нет уж того дома и чувства защищенности в нем, потому что главной его хозяйки нет вот уже больше десяти лет, а я так, приживалкой существую, как говорит тетя.

- Я поеду с тобой, - робко выдаю я свой ответ.

- Вот и славненько, не сомневался в тебе Потеряшка. Куда теперь?

- Что?

- Ну, ты же с собой что-то брать будешь или прямо вот так поедешь? - спросил меня Егор Валентинович, бегло взглянув на часы.

- А мы что, прямо вот сейчас поедем? - ошарашенно округлила глаза. - Я думала, как-то у меня будет побольше времени собраться с мыслями, да и вообще.

- Малышка, «вообще» в планы не входит, рейс через три часа. Могу тебе дать тридцать минут на сборы, а потом ракетой до аэропорта.

- Так быстро, - пробормотала больше сама себе, чем своему спутнику. - Хорошо, - хлопнула себя по коленям, выпрямляя спину. - Сейчас прямо, а через три дома направо, а там покажу. Я успею все собрать за отведенное Вами время. Ой, а сколько стоит билет? А где я буду жить? Что делать?

Егор Валентинович рассмеялся чисто по-мужски и тронулся с места, направляясь в указанную сторону, оставляя за собой зевак с открытыми ртами. А я смогла даже расслабиться на пару мгновений, подумав о том, что у меня вроде как ангел-хранитель появился.

Стоило ему только припарковаться около дома тетушки, как я галопом стартанула вовнутрь, стараясь успеть до того, как нагрянет гроза в виде моей родственницы. В первую очередь взяла с собой вообще все мои документы, даже на дом, который мне остался от мамы, не Бог весть что, но он мой. Не знаю, что мной руководило, но было такое ощущение, что если я сейчас уеду, то никогда уже не вернусь. В старую спортивную сумку полетели повседневные вещи, такие как: джинсы, футболки, сарафаны, кофты, обувь, гигиенические принадлежности, старый фотоальбом и еще несколько мелочей. Вот вроде и живу немало, а вещей с гулькин нос. Решила прихватить с собой еще и ветровку на всякий случай. Кто его знает, какая погода там, куда мы направляемся. А ведь я даже не потрудилась это выяснить. Как оказалось позже, я ни разу не прогадала, знала бы еще и куртку взяла с собой. Взглянула в окно, остановилась на мгновение, почти фатальное для меня, чтобы полюбоваться на своего спасителя. Не знаю уж, что у меня переклинило в мозгах, что я бросилась за ним, как в омут с головой, но сердце подсказывало мне, что так будет правильно. Мамочка, надеюсь, это был тот самый знак, который я так просила у тебя.

- Ах ты, паскуда, - раздался за спиной теткин голос, и она дернула меня за волосы. Как только скальп-то не сняла?! - Вот так ты отплачиваешь за мою доброту? Вот так я тебя воспитывала, чтоб ты под мужиков залетных стелилась?! Ну, яблоко от яблоньки не далеко падает, что ты, что твоя мать дура.

- Не смей так про нее говорить, - взвилась я.

- Правда глаза колет? - едко спросила меня тетя. - Если ты сейчас уедешь, то обратно не приму, даже если на коленях будешь вымаливать прощение. Так и знай, прошмандовка.

Не говоря ни слова, я вылетела, как пробка из бутылки из дома, подгоняемая гневными выпадами со стороны своей «любимой» родственницы. Ладно, она про меня постоянно гадости говорит, но как она посмела на маму замахнуться?! Никогда ей такого не прощу. Никогда.

- Живая? - спросил Егор Валентинович, как только я умостилась на пассажирском сидении с пристроенной на коленях объемной сумкой. Я ему только кивнула в ответ. Мое лицо до сих пор горело от сдерживаемой злости и обиды на тетушку и ее слова. Я все никак не могла отойти, крепко сжимая ручки сумки. - Ну ладно тебе, Потеряшка, выдохни, все уже случилось. Не нервничай ты так, - он улыбнулся ослепительно и помахал у меня перед носом своим телефоном. - Пляши, нам повезло, я тебе билет оформил.

Ага, легко ему говорить пляши, когда только поджилки трясутся после такого прошлого да перед неопределенным будущим. Я уже хотела дать заднюю и сказать, что я передумала, как на крылечке дома, который я покидала в данный момент, появилась разгневанная тетка, машущая в воздухе внушительным кулаком и орущая что-то явно непристойное, и я окончательно решилась. Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать вовсе.

Фух, с Богом.

До аэропорта мы домчали одним махом, мне кажется, я только и успела, что моргнуть пару раз и опа, мы стоим около огромного здания. Стоило бы заметить, что все то время я то и дело косила глазом на серьезный профиль Егора Валентиновича, на его сведенные на переносице брови, волевой подбородок изрядно скрытый под густой бородой, красиво вылепленные губы… Божечки, что-то не о том я думаю.

- Потеряшка, на выход. Хорош ворон считать, а то наша птичка без нас отчалит.

- Что? - не поняла я.

- Шевели ножками, говорю. Опаздываем.

Шевелить, так шевелить, деваться мне все равно уже некуда. На улице уже пахло по-другому, не так, как у нас в деревне. Здесь пахло железом и огромными машинами, не было той свежести, которая присуща сельской местности и которая, к сожалению, уже была в моем прошлом. Знаю, так пахнут перемены. Надеюсь, они будут только к лучшему.

Егор Валентинович переговорил пару минут с незнакомым мужчиной, отдал ему ключи от машины и мы направились в здание, которое возвышалось на несколько этажей ввысь. У меня неприлично открылся рот, стоило только войти в этот муравейник. Здесь было столько людей, что у меня разбегались глаза. Все куда-то спешили и периодически кричали, поторапливая друг друга.

- Так всегда? - решила поинтересоваться у Егора Валентиновича.

- Что ты имеешь в виду? Столпотворение людей? Так да, одни прилетают, другие улетают. Ты в первый раз? - кивнула в ответ. - Вот и нам пора. Пошли, все нормально будет, ты же со мной, - человек-гора подхватил меня под руку и чуть ли не понес сквозь толпу, которая буквально расступалась перед его внушительной фигурой. Он хоть и не был перекаченным типом, но его размеры не заставляли ни одного человека сомневаться в том, что он может пренебрегать физкультурой.

Как только мы подошли к какой-то стойке он сказал мне:

- Давай паспорт, оформлять тебя будут.

Я беспрекословно подчинилась ему и уже спустя пятнадцать минут сидела в просторном кресле и смотрела в иллюминатор.

Даже не верится просто, я сейчас полечу на самолете, по-настоящему.

- Егор Валентинович, мне очень неудобно, что Вам пришлось оплатить мой билет, но обещаю Вам, что я все до копеечки отдам. Обещаю. Сколько, кстати, я Вам должна?

- Понял, - только и ответил мне мой визави. - Ты, кстати, как относишься к тому, чтобы стать компаньонкой?

- Кому? - насторожилась я.

- Да не смотри ты так испуганно на меня. Не в рабство же я тебя везу в самом-то деле. Ба у меня в последнее время сдавать начала, а ты девчонка толковая вроде, ответственная, надеюсь, да и понравишься ты ей. Наверное. Деньгами не обижу.

От озвученной им суммы у меня чуть глаза на лоб не вылезли. И эти деньжищи будут платить мне за то, чтобы я следила, как одна милая бабуля будет принимать лекарства и кушать вовремя?! Серьезно? Еще и с бесплатным проживанием и питанием? Эх, чувствую, что не все так гладко будет, как стелет Егор Валентинович. Ну, просто не бывает такого, чтобы все так хорошо шло. Не бывает!

Сначала меня не отпускало волнение и переживания по разным мелочам, да и от первого в своей жизни полета было не по себе, но отужинав почти по-королевски, оставшуюся часть полета я проспала и открыла глаза лишь тогда, когда шасси коснулись твердой земли.

И снова все закрутилось с невероятной силой так, что я только и успевала головой крутить по сторонам, дабы не упустить ни секундочки из происходящего. Егор Валентинович не отрывал свой телефон от уха ни на секунду. Все время кто-то ему звонил и что-то от него хотел. Я только ужасалась, это ж сколько он деньжищ сейчас проговорит! Безумный человек. Как только мы вышли на парковку, получив свой багаж, он нажал кнопку на брелоке. Я округлила глаза еще больше, потому что, если я считала до этого, что встретила его впервые на зверь-машине, так увиденный мной сейчас квадратный монстр просто поверг в ужас. Неужели на нем могут ездить простые смертные и с ними после, ничего плохого не случается?

- Потеряшка, давай в темпе вальса, я тебя сейчас к Ба заброшу и объясню ей все. Ты только на свой счет ничего не бери, она первое время может быть немножко против. Не тебя лично, а, в принципе, помощницы. Она до сих пор уверена, что она прежняя, ну, в смысле, если отмотать назад лет так тридцать назад, но годы все равно берут свое, хоть она пока и отказывается смотреть правде в глаза. Ба так-то хорошая, просто у нее порой не самый легкий характер.

- Я поняла Вас, Егор Валентинович.

- Надеюсь, вы поладите.

Его бы слова, да Богу в уши. Не зря я волновалась и думала, что слишком хорошо стелет этот Егор Валентинович. Первое, что меня насторожило, это было само место, где мне предстояло поселиться. Это был просторный жилой комплекс, какой раньше я могла видеть только по телевизору. Он находился в центре хвойного леса, ну как леса, можно сказать, что небольшого парка. И здесь было абсолютно все: продуктовые магазины с красивенными вывесками, клиника для питомцев, парикмахерская, что-то для ногтей, детский сад, школа, аптека и, по-моему, даже не одна, магазинчик хозяйственных товаров, да еще много чего здесь было. Я снова, как юла верталась на одном месте, пытаясь ничего не упустить. Вот, Егор Валентинович тормозит на своем монстре около помпезного подъезда. Я думала, что мои глаза уже не могут больше округлиться, но я ошиблась, потому что они чуть из орбит не выпали, так как нам навстречу вышел настоящий дворецкий в представительской ливрее. Господи, как будто в прошлый век попала во время такой-то урбанизации. Стоило мне только войти в холл просторной квартиры и наткнуться на серьезный взгляд чуть поблекших глаз, то сразу же поняла, что нам будет ох как непросто сосуществовать вместе с этой леди преклонного возраста.

Как только она заметила меня на входе в ее логово, без каких-либо приветствий дама выпалила:

- Егорушка, а это кто? - и ТАК посмотрела, что мне захотелось, сквозь землю провалиться, лишь бы быть подальше от этой тетеньки. Я интуитивно попятилась назад, но меня остановила огромная ручища Егора Валентиновича.

- Ба, тормози. Это Мария, будет жить здесь.

- В смысле этомариябудетжитьздесь? - переспросила она одним словом, изящно приподняв бровь.

- Ба, ну не начинай только, а?! - сказал этот внучек все так же с порога. - Она помогать тебе будет во всем, по хозяйству там, за лекарствами сходить или еще чего-нибудь. Ты же все время жалуешься, что тебе скучно?!

- Егорушка, я что, по-твоему, совсем немощная? - как-то уж очень воинственно спросила эта дама преклонных лет. Я даже немного поежилась от такого тона.

- Ба, это из лучших побуждений. Все, не спорь. Знакомьтесь вот, а я пошел. У меня дел выше крыши.

- Опять аврал?! - спросила эта «Ба», а как будто сказала: «Ври-ври, приятно слушать, но я-то тебя знаю». - Ну, беги Форрест, беги.

- Люблю тебя, Ба. Марию не обижай.

- Я? Да ни в жизнь.

Егор Валентинович чмокнул свою родственницу в щечку, махнул мне на прощание и был таков, захлопнув за собой дверь. Мы остались с пожилой женщиной один на один.

- Ну, пройдем, Мария? Покажу твою комнату, раз внук сказал, что помогать мне будешь, хотя я и не нуждаюсь ни в какой такой помощи, - повела меня эта женщина по широкому коридору. - Где он хоть тебя взял?

Вот и что прикажете отвечать этой мадам? Не скажу же я, что на дороге или так сложились обстоятельства?! Лишь неопределенно пожала плечами, на что женщина только глаза закатила.

- Располагайся, это будет твоя комната. Никого не водить, музыку громко не слушать, а то у меня давление, список твоих дел я сейчас оформлю. В свободное время вольна делать все, что только твоя душа пожелает, если она есть, конечно. Вопросы есть?

- Есть. Один.

- Какой?

- Как Вас зовут?

- А, это, - хмыкнула пожилая дама. - Можешь называть меня Людмилой Прокопьевной.

- Очень приятно, а я Маша.

- Ну, иди Маша, приведи себя в порядок, а после мы уж поговорим.

- Хорошо, спасибо, - ответила я Людмиле Прокопьевне и смущенно вошла в дверь, за которой, по идее, скрывалась отведенная мне комната.

- Жду тебя через тридцать минут, и попрошу не опаздывать.

- Хорошо.

Я про себя ахнула, как только вошла в, нет, не в комнату. Это были самые настоящие хоромы с большущей кроватью, стоявшей с левой стороны, рассчитанной, наверное, на целую баскетбольную команду. Я со всего маху завалилась на постель, да попрыгала на ней всем телом. Мягкая, это хорошо. Повернула голову направо, а там, красота-то какая, туалетный столик с большим зеркалом. Посидела за ним. Я и вправду, как принцесса сейчас, среди такой роскоши. Ага, невеста без места. Напротив кровати в левом углу стоял просторный шкаф и комод. Господи, да у меня ни разу в жизни не было столько пространства для меня одной. Куда мне столько места, думала я, когда быстро раскладывала свои пожитки. А еще в правом дальнем углу притаилось умопомрачительное кресло под стать всему интерьеру. Слева от королевского ложа была еще какая-то дверь. Как горная лань поскакала дальше обследовать мою, хоть и на время, территорию. Божечки, так это ж ванная комната, своя собственная, с личным умывальником, белым другом и душевой кабиной. Она хоть и не была очень просторна, но мне хватит. Я быстро ополоснула лицо и руки, расчесалась, подмигнула себе в зеркале и пошла искать свою новую начальницу.

Про себя тихо ойкнула, ведь у меня совершенно вылетело из головы, что необходимо было предупредить Иваныча, что я как бы ухожу. Хотя, они там и без меня разберутся, и на мое место еще пять претенденток найдут до вечера. Блин, еще же была и Лизавета, которая себе места сейчас не находит, наверняка. Она моя единственная настоящая подруга, которая, как говорится, и в огонь, и в воду. Она по натуре такая, если любит, то всей душой, а если уж нет, то ненавидит до смерти.

- Людмила Прокопьевна, я здесь, - окликнула я пожилую даму, которая задумчиво смотрела в окно на кухне.

Это, кстати, был тот еще квест, не потеряться в этом хитросплетении коридоров.

- Ну, заходи, раз пришла, Мария. Поговорим?

- Поговорим, - как попугай, повторила я за ней.

- Мария, не знаю, что побудило моего внука нанять тебя, но я тут подумала немного и не имею ничего против. Все-таки я уже не та, надо смотреть правде в глаза, но Егорушке ни слова, чтобы лишний раз не переживал. Мальчик и так настрадался за свою жизнь. Поняла? - я кивнула головой, как китайский болванчик. - Значит так, убираться тебе нет необходимости, в этом плане у меня уже давно есть помощница. Эта квартира, не наша прежняя халупа в хрущевке, здесь одной очень тяжело справляться. Думаю, ты будешь готовить, следить за моими лекарствами ну и по ходу дела еще что-нибудь придумаем. Ты готовить-то умеешь? - снова кивнула, как болванчик. - То есть да, я не отравлюсь, и все будет просто «пальчики оближешь» или можешь только яйца пожарить и пельмени сварить? Вот только не кивай в ответ. Ты же разговаривать умеешь?!

Я-то умею, только что-то я стушевалась перед этой железной леди. Ее внук подавляет, а эта мадама так вообще в пол впечатывает, как нечего делать.

- Умею супы, второе там, салаты, да как все, в общем-то. Печь умею: пирожки, кексы, кулебяки, пироги с начинкой, торты, да все, что душе угодно. Мне только рецептик посмотреть и я со всем справлюсь. Честное слово.

- Да кто вас разберет сейчас, молодежь, - пожала плечами пожилая леди. - Вот завтра и посмотрим. Удиви меня с утра. На первое время мы договорились, а там посмотрим, - я снова кивнула в ответ, как китайский болванчик. - О-о, - воскликнула Людмила Прокопьевна чуть ли не возмущенно, - хватит кивать, ты как деревенщина себя ведешь, - я пожала плечами в ответ, потому что против правды не попрешь. - Завтрак в восемь. Не опаздывай.

На этих словах Людмила Прокопьевна удалилась из кухни, оставив меня в гордом одиночестве немного смутившуюся. Голова шла кругом от всего. Новый город, новые лица, место жительства и, в конце концов, новая работа, которая с первого взгляда хоть кажется не сложной, но просто мне точно не будет. В этом я уже уверена, судя только по одному высокомерному тону мадам в возрасте. Она, как будто делает мне великое одолжение, что позволяет готовить для себя и следить за ее режимом дня. Хотя чего я хочу-то?! Это же совершенно другой мир, где живут люди поднебесья, такие богатые, но такие одинокие. Самый очевидный тому пример -- это Людмила Прокопьевна, у которой есть абсолютно все, но она совершенно одна. Хм, а мы даже чем-то похожи с ней, только у меня нет ничего, и я совершенно одна.

Повесив нос, от таких грустных мыслей, побрела в свою комнату. Уже довольно поздно и смена часовых поясов изрядно вымотала меня. Утро вечера мудренее.

Приняв душ и переодевшись в свою старенькую ночнушку, уже лежа в постели, я попросила, чтобы на новом месте мне приснился жених.

Кто знает, вдруг сработает примета, правда?

Глава 4

Спала я хорошо, сказала бы даже, что просто замечательно. Подскочила, когда еще даже солнце не встало. Умылась, привела себя в порядок, переоделась в сарафан в мелкий цветочек и поскакала на кухню. Пришло время творить и удивлять Людмилу Прокопьевну. Надеюсь, ей будет приятно, а не наоборот. Завела тесто на блины, нашла в холодильнике творог, а еще ветчину и сыр, собственно, будут блины фаршированные и обычные. Сварила рисовую кашу. Долго пыталась разобраться, как работает агрегат под названием кофе-машина, это был тот ещезверь. В этом новом для меня мире, что не машина, так обязательно тот еще зверь. Долго чесала голову и не знала, с какой стороны стоит подходить к этой бандуре.

- О Господи. Что ты натворила, дуреха? Что ЭТО? - я аж подпрыгнула от внезапно материализовавшейся Людмилы Прокопьевны за своей спиной.

- И Вам с добрым утром. Как спалось? - сделала вид, что пропустила мимо ушей ее нелицеприятное высказывание в свой адрес. - С чего желаете начать? Только вот у меня небольшая загвоздочка вышла, - показала глазами на бандуру, которая, по идее, должна кофе выдавать.

- Что? - высокомерно переспросила Людмила Прокопьевна. - И это ты называешь завтраком? Приличным дамам не пристало питаться с самого утра такой жирной пищей. Сколько масла ты извела на блины? Еще и в кашу бухнула половину пачки. Не меньше же? Первый прием пищи должен быть сбалансированным, питательным и вкусным, но никак не вот таким, - Людмила Прокопьевна брезгливо покосилась на покоившиеся на плите блюда. - Достаточно было бы злаковых мюслей с фруктами или омлета с клубникой. Твоя еда неприемлема! - строго вынесла мне вердикт начальница.

Ну вот, первый рабочий день и уже опростоволосилась. Молодчина, Мария, так держать. Еще один такой прокол и можно брать обратный билет на малую родину. О нет, только не это. Я этого просто не переживу.

- Что за шум, а драки нет?! - мы с Людмилой Прокопьевной подпрыгнули от баса ее внучка, который в одних боксерах продефилировал из коридора в кухню и направился прямиком в нашу сторону. - М-м-м, как вкусно пахнет, - протянул мужчина. - Здорово, хоть человеческий завтрак теперь будет в этом доме, а то ты Ба меня на своих мюслях, да яйцах держишь, думал уже скоро закукарекаю, ан нет, выжил, - Егор Валентинович улыбнулся во все тридцать два зуба и сделав пару пассов рукой запустил бандуру с кофе. - Молоток Маха, спасибо. Кофе будешь?

- Леди не пьют кофе, они пьют чай.

- Ой, Ба, мне до леди, как тебе до Китая пехом, - ответил ее внучек.

- Егор, - возмутилась эта «Ба», - как ты можешь?!

- Тебе ли меня не знать, я еще и не такое могу, - хитро улыбнулся Егор Валентинович.

Ого-го-го, слушала я препирательства родственников с открытым ртом, вмиг позабыв все претензии моей подопечной, потому что до сих пребывала в таком шоке от полуголого полубога, который, не отходя от плиты, один за одним поедал мои блинчики. Блин, хоть и покраснела до корней волос, но взгляд так и не могу от него оторвать. Нельзя же быть таким, таким красивым и идеальным. Божечки, куда я попала?!

Не такая уж и маленькая стопка блинов довольно быстро уменьшалась. У него там что, вместо желудка бездонная бочка? Ну хоть кому-то пришлась по душе моя стряпня.

- Немного перекусил. Что-то еще есть? - довольно потирая плоский живот, выдал Егор Валентинович.

И это называется, немного перекусил? Я в шоке.

- Сейчас Егорушка, я тебе мюсли подам.

Я хихикнула про себя, когда снова услышала это ее кудахтающее «Егорушка». Этот Егорушка двухметровый лоб, больше похожий на пирата, которому уже немного за тридцать, наверное, не меньше, а Людмила Прокопьевна все также с ним тетешкается, как с маленьким.

- Э не, Ба. Ты только не обижайся, но я больше не могу есть эти зерна, тем более, когда в доме появилась человеческая еда, с пылу с жару, так сказать.

После слов Егора Валентиновича о еде, я удостоилась ТАКОГО взгляда, что поняла, быть мне битой и не раз. Эта старушенция еще и не то, скорее всего, может изобразить. Брр, тьфу-тьфу-тьфу, от греха подальше.

Людмила Прокопьевна с деловым видом проигнорировала мою стряпню, заварила себе чай и стала довольствоваться какой-то сушеной ерундой. Я хотела что-то сказать, что вот эти ее сухари ну ни разу не сбалансированные.

Но, как говорится, не судьба, да и не посмела бы я так выступить. Я здесь без году всего лишь день, лезть со своим самоваром в чужой огород? Нет уж, без меня, пожалуйста.

В дверь кто-то позвонил. Я вздрогнула от неожиданности, а оба моих нанимателя переглянулись.

- Ты кого-то ждешь? - поинтересовалась Людмила Прокопьевна у внука.

- Нет, - отрицательно покачал головой Егор Валентинович.

- Мария, будьте добры, откройте дверь и поинтересуйтесь, кого там в такую рань принесло?!

- Хорошо.

Да мне что, сложно, что ли? Да ни капли! Я бодренько прошлепала босыми ногами по хитрым коридорам и оказалась в прихожей.

- Кто там? - спросила я, смотря в дверной глазок, где стоял тип сомнительной наружности.

- Свои. Открывай. Дело срочное.

- Свои, все дома сидят и завтракают в такое время, а кто Вы такой я не знаю. Представьтесь, пожалуйста.

Нет, ну, мне правда никаких «своих» больше не представляли, поэтому я посчитала, что вполне имею право на некоторые уточнения.

- Это шутка, что ли? Егора позови, девочка.

Еще один. Тоже мне, девочку нашел. Хам, окрестила я нежданного посетителя про себя.

- Маха, кто там? - заорал Егор Валентинович так, что аж стены завибрировали.

- Свои, - буркнула я себе под нос, а хотелось же ему ответить в строчку, но только не положено мне. Я же всего лишь наемный рабочий и не надо наглеть, принимая оказанную доброту за должное.

- Так чего стоишь, открывай, раз свои, - вновь мимо меня продефилировал полуголый полубог открывая, как есть в труселях, входную дверь. Да что ты с ним будешь делать?! Это, вообще, прилично?

Действительно, логика наше все. Только я-то откуда знаю, кто у нас свои, а кто чужие?

Тем временем на пороге появился еще один ОЧЕНЬ одаренный природой субъект мужеского полу. Мамочка родная, они, что тут все такие, как на подбор? Мое сердечко не железное же.

- Так и кто тут у нас такой деловой? - шутливым тоном начал незнакомец. - Егорыч, че за дела? Прихожу – не пускают, говорят свои все дома и завтракают. А я?

- Ой, Живчик не прибедняйся. Пошли и тебя накормим.

- Не, не. Я всякие зернышки и ягодки не люблю. Спасибо, - попытался откреститься мужчина.

- Да ладно тебе, - шутливо боднул вновь прибывшего плечом Егор Валентинович. - Живем, - поднял он обе руки вверх, - у меня Маха появилась, а у нее из нужного места руки растут, поверь. Я уже оценил. Пойдем.

Сказано это было весьма двусмысленно, особенно про руки.

- Погоди. А кто такая Маха?

- Я, - робко пискнула, давая понять, что я как бы все еще здесь и не стоит в моем присутствии обсуждать, откуда мои руки растут.

- Твоя Лялька? - поинтересовался этот Живчик заговорщическим тоном, как будто только что меня увидев.

- Эй, - возмутилась я, поражаясь абсурдом происходящего, - вообще, я все еще здесь стою, если вы не заметили, уважаемые господа.

- Тарас, тормози. Маха со вчерашнего дня является компаньонкой Ба. Так что без рук.

- Легко, - подмигнул мне этот шут гороховый, разулся и ушел вглубь квартиры, оставляя нас с полуголым начальником наедине.

- Привыкай, Маха, - сочувствующе похлопал Егор Валентинович меня по плечу, - помимо Тараса у меня еще есть и Тимур.

- Что? Так вы это, - помахала я в воздухе руками, округляя глаза, - не за ту команду болеете?!

Егор Валентинович разразился гомерическим хохотом, аж затрясся весь и на его глазах выступили слезы.

- Ну, Маха, ну насмешила. Работаем мы вместе, бизнес совместный ведем, в основном базируемся на стройке. Я тебе потом файлы предоставлю на всех приближенных, которые вхожи в дом. Еще Алинка есть, эти люди из самых близких. Ее выводок иногда у меня гостит, но это не часто. Ба предпочитает уходить из дома, когда пацаны Алибабы наведываются в гости.

- Ага, - только и смогла выдавить из себя я. Честно, я ничего не понимаю. То есть он нормальный, а приходящие мужики всего лишь коллеги, еще есть какая-то Алибаба с целым выводком. Странные они эти городские.

- Расслабься, Потеряшка. Привыкнешь и со всеми обязательно познакомишься.

- Охо-хонюшки, теперь я понял, что ты имел в виду, когда говорил про руки Махи, - раздался голос нового действующего лица по имени Живчик, он же Тарас, с кухни.

- Не Маха, а Мария Аркадьевна, - буркнула я, но скорее для себя.

Вот так сумбурно и началась моя жизнь на новом месте. Я уже не удивлялась, что Егор Валентинович живет с бабушкой, это воспринималось, как само собой разумеющееся и даже глазом не моргала, когда он в полуголом виде рассекал по собственному дому. С Людмилой Прокопьевной у нас все чаще случались трения, и она не уставала повторять своему любимому внуку, что такой деревенщине, как я, не место в ее доме или его доме, я так и не поняла, да, собственно, мне без разницы. Я готовила, и каждый раз натыкалась на колючий взгляд старушенции и одобрительный Егора Валентиновича. Пыталась помогать с уборкой, но от чистящих средств меня чуть ли не пинками отогнала шустрая женщина по имени Ольга Сергеевна, которая на свою территорию не пускала всяких залетных пигалиц. Поначалу даже подумывала обидеться, но куда уж, на правду не обижаются. Я ведь и вправду из деревни, и не мне было выбирать, где родиться. Да, я не такая утонченная леди, не тягаться мне с такими, и я это прекрасно понимала. Я пыталась скрашивать одиночество сварливой бабушки беседами, но она только отмахивалась от меня. Вот и получилось, что все мои дни состояли из экспериментов на кухне, попытках подобрать ключик к сердцу Людмилы Прокопьевны и забега по аптекам, во время которого я и присматривалась к новому месту жительства, а посмотреть здесь было на что.

Вот так в один из обыденных дней я чуть ли не силком вытащила мою вреднючую старушонку прогуляться, а то, сколько тут уже живу, она все время сидит дома и на улицу даже носа не кажет. Может, проветрится и ее нрав немного поубавит свой пыл? Не знаю, чем я ей все время не угождаю, но не перестану стараться сломить эту стену непонимания, которая образовалась между нами. Людмила Прокопьевна очень долго не поддавалась на все мои ухищрения, то у нее нет настроения, то голова болит, и это в ясный-то солнечный денек в начале июня, то вообще мне пора прекращать дурью маяться. Э нет, подруга. Если уж я что-то решила, то точно от этого не отступлюсь, сейчас у меня идея фикс понравится этой дамочке. Хочешь, не хочешь, а надо. Мне не привыкать к такому отношению, а вот бабуля меня в два счета может за порог выставить и сейчас ее только и останавливает, что протекция Егора Валентиновича.

- Ну, Людмила Прокопьевна, миленькая. Ну сколько ж можно чахнуть над златом в этом склепе?! - Какая я тебе миленькая?! Нахалка! И я совсем не чахну, - гордо вздернув носик, сказала мне эта мадама. - С тобой же стыдно выйти в люди, деревня.

Опять двадцать пять. Эта мегера не перестает тыкать мне на очевидное. Так это уже свершившийся факт и не мне было выбирать, где родится и расти.

- Какие люди? Мы променад по двору устроим. Между прочим, у вас здесь такая красота.

- Вот без тебя бы и не догадалась, где живу. Егорушка же строил.

- Сам? - искренне удивилась я.

- Ну не прям сам, но проектировал и следил за всем точно сам.

- Ого, - открыла я рот, поражаясь масштабами. Это ж где он работает, что может позволить себе строить такие домины и так потрясно их благоустраивать?!

- Вот о чем я тебе и говорю, - старушка, с небывалой для себя скоростью щелкнула меня по подбородку так, что рот сам собой захлопнулся с глухим звуком.

- Ай, - возмутилась я.

- Не ай. Веди себя нормально, а то, как придурошная. Мария, ну как ты не понимаешь?!

- Что не понимаю?

- Ты теперь не у себя дома и люди смотрят на тебя, как на мое отражение, а ты огокаешь и порой ведешь себя просто отвратительно.

Я сильнее сжала зубы. Терпи Машка, тебе не привыкать. В первый раз, что ли? К сожалению и не в последний, призналась я сама себе. И так обидно стало, аж мочи нет терпеть больше.

Последние десять лет только и делаю, что терплю то одно, то другое, а жить-то получается некогда. Слезы невольно потекли по моим щекам. Я отвернулась от противной старушки, которая скуксила свои тонкие губки.

- Так научите меня, - в порыве чувств, сказала я громче, чем следовало.

- Ой, ли. С чего вдруг такое рвение?

- С того. Я устала быть второсортной, никому не нужной и не оцененной. Устала. Понимаете? Я же никому не хочу и не желаю зла, мне просто хочется быть…

- Я подумаю, - перебила меня Людмила Прокопьевна, немного изменившись в лице.

Божечки, неужели на ее вечно брезгливом выражении лица промелькнуло сочувствие и даже некая доля понимания? Не верится как то, если честно. Хлопнула входная дверь и по коридору промчался слон. Мы обе, как по команде, вздрогнули. А нет, не слон, это всего лишь домой пожаловал Егор Валентинович.

- Ба, Маха, да где вы обе, черт подери!? - пробасил на всю квартиру Егор Валентинович, влетая в гостиную.

- Егорушка, ну что ж ты так выражаешься?! - встала с дивана Людмила Прокопьевна и с размаху выдала этой великовозрастному детине подзатыльник. - Сколько раз я тебе повторяла, чтоб чертей не поминал при мне, негодник ты этакий.

- Ба, да я так.

- Еще один из лесу сбежал, - покачала головой старушка. - Что случилось-то?

Кажется, она не делит на наших и ваших. Все получают, если ей что-то не по нраву.

- Ба, аврал! Соросов, наш компаньон в городе и по стечению обстоятельств живет он здесь.

- Где здесь?

- Так в нашем же комплексе. Короче, Ба, не суть. Через три часа он придет к нам на ужин и надо, чтобы комар носа не подточил. Закажи что надо, стол организуй, только очень тебя прошу, давай без твоих вот этих ростков пшеницы и зелени везде, - Ба нахмурила брови. - Я понял, хотя бы по минимуму зелени тогда. Хорошо?

Людмила Прокопьевна взглянула на меня, как бы оценивая. Снова. Ну сколько можно?!

- Так я могу, ужин приготовить. Егор Валентинович, на сколько человек надо? Мне не сложно будет. Что вы предпочитаете?

- А это идея. Маха, мясо любят все мужики, а кто не любит, так те козлы, а не мужики.

Егор Валентинович снова схлопотал подзатыльник, а я бросила взгляд на свою старушенцию.

- Иди уже ты. Что не нравится мне, то нравится мужчинам, - горестно вздохнула женщина. - Удиви нас, Мария. Только очень прошу, полбутылки масла в салат не обязательно лить, пару капель достаточно.

- И не лила я полбутылки масла в салат ни разу, пару ложек и то для вкуса, на тазик-то Вашей любимой травы, - пробубнила я себе под нос, направляясь в кухню, засучивая рукава.

Егор Валентинович хрюкнул, пытаясь сдержать смех, и увернулся от очередного подзатыльника. Что-то бабулька сегодня в ударе.

Оказавшись в подвластном царстве кастрюль и поварешек, застыла на месте, обдумывая дальнейшие действия. Так-так и что мне изобразить? Пожалуй, не буду мудрить, и буду придерживаться концепции, что все гениальное просто. Решила, что у нас будут голубцы, мамино коронное блюдо, которое я самого детства умею делать. Можно сказать, что оно было моим первым. На гарнир пюре и стручковая фасоль, чтобы уважить Людмилу Прокопьевну. И завертелось…

Я что-то размораживала, мыла, чистила, резала, заворачивала, короче крутилась, как белка в колесе, но это были приятные дела, которые отвлекали от посторонних мыслей, таких как моя ущербность. Нельзя этого не заметить, когда тебе столько лет подряд тыкают в подобное носом. Невольно начинаешь задумываться надо всем. Моим пределом стала Людмила Прокопьевна, которая, не стесняясь, постоянно проезжалась по моему самолюбию, как на тракторе. Если раньше я закрывала на что-то глаза, то теперь не получается, потому что того самого, пресловутого самолюбия и не осталось. Выпито оно до дна. Но я каким-то шестым чувством ощущала, что моя вредная старушка не со зла это говорит, как например, тетка в свое время. Хоть у Людмилы Прокопьевны язык, как бритва, уж этого у нее не отнять.

Я так закрутилась и погрузилась в свои мысли, что не услышала ни звонка, ни пришедших гостей. Когда я пошла в столовую, то на автомате поздоровалась со всеми и только потом вздрогнула от понимания того, что гости уже пришли, а у меня еще не все готово. Божечки, хорошо хоть закуски и пара салатов на столе.

- Извините, - пискнула я, ставя тарелку с горячими бутербродами на стол.

Наткнулась глазами на побледневшего мужчину, которого видела в первый раз.

- Варя, - ахнул он, обращаясь ко мне.

- Здравствуйте. Я не Варя, я Маша.

И только сбежав на кухню, задумалась. А почему он назвал меня именно так? Ведь никто не знал, что именно так, когда-то звали мою маму.

Что, вообще, такое сейчас было?! Такое ощущение, что произошло что-то неимоверно важное, только вот что, я все никак не могла понять. Этот странный мужчина и его реакция. На меня? Да быть такого не может. Он просто обознался. Где я и где он?! Не, это просто совпадение.

- Маха, присоединишься к нам? Все-таки ты почти член семьи, - пробасил Егор Валентинович

- Как-то неудобно.

- Неудобно спать на потолке, а это всего лишь ужин. Все нормально, тем более ты постаралась на славу, - сказал он, выуживая помидорку из салата и отправляя ту в рот.

- Спасибо, - ответила я своему работодателю и отвернулась, чтобы он не увидел моих заалевших щек. - Я через минутку подойду.

С ним проще согласится и сделать так, как он хочет, чем объяснить, почему нет. Егор Валентинович, как будто для него в порядке вещей, подхватил большую пиалу с уже готовым салатом и с милой ухмылкой на лице удалился из моего царства кастрюль и поварешек.Он не устает меня удивлять. Вот вроде человек-гора, и не потому, что он большой и весь такой из себя внушительный и солидный, просто Егор Валентинович с грацией медведя и улыбкой на губах вечно вовремя со своими скабрезными шуточками решает на раз любую проблему, рушит все преграды на своем пути и выходит победителем в любой ситуации. Да уж, он такой, а я вот даже с работой компаньонки справиться не могу. Казалось бы, чего уж проще, найти общий язык со старушкой? Ага, куда там, моя, фору даст самым сильным ведьмам в их лучшие годы. Поэтому и приходится все чаще прятаться в кухне под предлогом готовки. Хоть так.

Не успела я ничего сделать, как в кухню царственной походкой вошла Людмила Прокопьевна. Вот, как говорится, помяни черта…

- И как это понимать?

- Что? - недоумевала я.

- Откуда ты знаешь Соросова?

- Я его не знаю, - честно призналась я.

- Значит, ты хочешь сказать, что он обознался?

- Естественно. Где я и где этот мужчина? Скорее всего, он принял меня за кого-то другого.

- Что-то я в этом очень сильно сомневаюсь, - задумчиво пробормотала, скорее сама себе, Людмила Прокопьевна. - Пойдем, некрасиво заставлять гостя ждать. У тебя на плите все под контролем?

- Я, наверное, лучше здесь останусь. Присмотрю.

- Мария, не нервируй меня.

- Хорошо, - ответила я и поплелась за старушкой.

Блин, знаю я, в кого Егор Валентинович непробиваемый такой.

Вновь войдя в столовую, встретила взгляд того незнакомого мужчины. Он все так же не отрывал от меня глаз и сканировал мою скромную персону, как будто я в чем-то провинилась. Странный какой.

- Аркадий Романович, знакомьтесь, это наша Маха, - сказал весельчак, который мой работодатель.

Я прямо увидела, как у Людмилы Прокопьевны зачесались руки, чтобы огреть этого шута по шее. Да уж, с этой бабулей шутки плохи.

- Мария, - процедила она сквозь плотно сжатые губы.

- А, ну да, Мария. Это она сегодня у нас кудесница. Как вам закуски? Салат?

- Все прекрасно, Егор. Мария, очень рад знакомству, - протянул мне руку этот незнакомец, - можно просто Аркадий.

- И я, рада, - сказала, присаживаясь на краешек стула, после того, как пожала его крупную и немного шероховатую ладонь.

Образовалась неловкая тишина.

- Маха, молоток. Чуть язык не проглотил, - а я-то думала, тишина у нас повисла, а это просто у одного босса рот был занят. И смех, и грех с ним, честное слово. - Спасибо. Что там на второе? Скоро будет?

- Ой, точно, - соскочила я со своего места и унеслась на кухню.

Есть немного времени перевести дух, а то как-то неловко очень себя чувствую. Руки на автомате все делали за меня, сказались годы тренировок. Вот уже и оформила вторые блюда, подала, а дальше была опять одна сплошная неловкость.

Этот Аркадий Романович, все-таки просто по имени мне было неловко его называть, жутко любопытный тип. Я как-то думала, что он больше с Егором Валентиновичем будет общаться, на крайний случай удостоит своим вниманием мою старушку, а я так, довесок, как я считала, но нет, ошиблась. На меня градом сыпались вопросы. Кто я, откуда, чем занималась, кто мои родители, где училась, в кого влюбилась, что от жизни хочу. Меня передергивало от такого напора. И если сначала Егор Валентинович в своей нормальной манере переводил все в шутку, то после пятого вопроса напрягся, нахмурив брови, это я еще про Людмилу Прокопьевну молчу, та-то вообще всегда с таким лицом ходит, как будто съела лимон, так что она была вполне предсказуема.

Как итог я не выдержала, и извинившись сбежала в свою комнату под предлогом разболевшейся головы. Мне было не по себе, Аркадий Романович устроил мне форменный допрос. Да с чего бы только? Я же его вообще в первый раз в жизни вижу. Странные эти люди городские. Я уже стала сомневаться в правильности своего решения по поводу переезда на большую землю. Все-таки в своей деревне было спокойнее, хоть и не так богато на события.

Егор

- Аркадий Романович, что происходит? - спросил своего коллегу, как только Маха сбежала, что было очень странно, потому что она настоящий оловянный солдатик, который очень долго терпит и никогда не пасует, по крайней мере, мне так казалось до сегодняшнего вечера.

Ей, вообще, стоит дать медаль за выдержку. Как только она терпит Ба? Еще даже ни разу не сорвалась на истерику, другие бы на ее месте уже давно бы пятками сверкали, не выдержав сварливости моей Ба.

- Ох, Егор, - тяжело вздохнул Аркадий Романович, смотря на молодого мужчину, который прятался за маской балагура. - Не знаю вот, что и думать. Подлог ли это с твоей стороны и вы с командой неплохо поработали, нарыв в моем прошлом то, чем я не очень-то и горжусь или все же это просто стечение обстоятельств.

- О чем Вы? Я не понимаю.

- Егор, как ты познакомился с этой Марией? Что ты о ней, вообще, знаешь?

- Да это случайно вышло. Я ее чуть не сбил на дороге. Как из-под земли выросла за секунду, хорошо хоть среагировать успел. Поехал проверять санаторий тот, который «работает, как часы и только ремонт требуется небольшой». Правда, по-моему, там проще все снести к чертовой матери, - тут Ба не выдержала и ткнула меня в бок. Хорошо хоть не подзатыльник отвесила, а то неудобно было бы. Она может. Ей вообще по барабану, что я как бы уже вырос.

- Ага, то есть информация по санаторию недостоверная. Понял, потом решим. Про Марию расскажи подробнее, наверняка же нарыл уже всю ее подноготную.

- Да что там рыть-то?! Она все мне сама и рассказала. Сирота, мать умерла от рака, воспитывалась теткой больше десяти лет, батрачила на ту, как ломовая лошадь за спасибо, еще и зарплату всю ей отдавала.

- Так, с этим все ясно. А к себе ты ее почему взял?

- Стечение обстоятельств, - пожал я плечами. - Не подумал, а потом по-человечески жалко ее стало. Тетка там, мегера. Маха секретарем работала у председателя местного, а тот скользкий тип, аж зубы сводит. На объект ее взял с собой, чтобы дорогу показала, она и слова вставить не успела.

- Не подумал он, - влезла Ба, - столько лет, а ума до сих пор нет. Не подумал он.

- Егор, все-таки, как Мария здесь оказалась?

- Я не понимаю, Аркадий Романович. Какая разница?

- Понимаешь, - ответил мужчина, - в жизни каждого мужчины есть такие моменты, которыми он не очень гордится. Может, у тебя в кабинете это обсудим тет-а-тет, так сказать? Людмила Прокопьевна, спасибо за ужин, все было потрясающе вкусно, как будто в прошлое вернулся.

- Да мне-то за что? Это Мария постаралась.

- Молодец девчонка, вся в мать.

Ба не став отсвечивать быстренько ушуршала к себе. Понимающая она у меня, а мы проследовали в святая святых, мой кабинет.

- Присаживайтесь. Выпьете?

- Знаешь, не откажусь. Надеюсь то, что ты сегодня услышишь, останется между нами?!

- Обещать ничего не могу.

- Хм, зато честно. Что мне нравится в вас, молодых и дерзких, вы сделали за несколько лет то, что нам старикам и не снилось в ваши годы, прете семимильными шагами, при этом не шагая по головам других, все кристально чисто. Уважаю.

- Не думаю, что Вы об этом хотели поговорить. Если у Вас появились какие-то виды на мою Маху, то говорю сразу – забудьте. Девчонка и так уже натерпелась за всю свою недолгую жизнь, я ей, конечно, руку и сердце не обещал, но ответственность за нее теперь лежит полностью на мне.

- Ой, Егор, тебя понесло не туда. Ничего такого я и не думал. Это длинная история, присядь, - Аркадий Романович покрутил в руках бокал с янтарной жидкостью и серьезно посмотрел на меня. - Это личная история. Я бы очень не хотел, чтобы она ушла дальше этого кабинета.

- Я понял, но, как и говорил прежде, обещать ничего не буду. Я по совести живу, и если Вы сейчас расскажете что-то, что противоречит моим жизненным убеждениям, то извиняйте уж.

- Это было около четверти века назад, плюс минус пару лет, точно уж и не помню, я окончил второй курс, и поехал отдыхать на море с друзьями в родные места. Некоторых из них ты даже знаешь, в свое время мы открывали одно дело, но потом жизнь развела нас. Тогда еще в юные годы мы одновременно познакомились с одной девчонкой, Варварой. Она была тоненькая, как тростинка, маленькая, вся такая нежная, коса до пояса, щечки красные. Красота, я больше таких никогда не встречал. Аркашка, мой закадычный товарищ со школьной скамьи на тот момент тоже был со мной и тоже влюбился в Варю с первого взгляда. Ее просто невозможно было не любить, понимаешь?! - я кивнул, не говоря ни слова.

А Соросова понесло, он рассказывал про свою молодость, про любовь с этой Варварой. Я только и успевал ему подливать, потому что его изрядно потряхивало. Когда он дошел до сути, потряхивать начало уже меня. Я не дурак и подозревал, что по такому невероятному стечению обстоятельств моя Маха окажется дочкой Соросова, но нет. Он и сам был пока в этом не уверен.

- Понимаешь, Егор. Я ее сегодня, как только увидел, так и остолбенел, как будто в прошлое вернулся. Со мной сто лет такого уже не случалось. Тогда же, когда я ее застукал под Аркашкой, в тот же день все бросил и уехал. Не хотел я никаких объяснений, уверений в верности и тому подобное. Поступки говорят сами за себя. Аркашка потом только посмеялся надо мной, мол, вот тебе и вся любовь прошла, завяли помидоры в один миг. Я не стал говорить, что видел их вместе, уж очень больно это ударило по моему самолюбию. А для него это был всего лишь спортивный интерес. Ему всегда нужно было все самое лучшее, больше машина, квартира, дом, яхта и так далее. Женщины самые лучшие и тому подобное. Тогда в нем взыграло чувство конкуренции. Он не понимал, почему Варя выбрала не его, а меня. А ведь он прекрасно знал, что я собирался на ней жениться.

- М-да. Первая любовь, самая памятная. Я это понимаю. Но причем здесь Мария?

- Мария дочь Варвары. Она может быть как моей, так и Аркашки.

- Подождите, если мне не изменяет память, то свое первое дело вы открывали как раз с Аркадием Галомедовым.

- Все верно.

- То есть Маха…

- Да, и я хочу сделать анализ ДНК.

- Хм. Так это Вам не ко мне, а к ней.

- Хотелось бы как-нибудь решить эту проблему, не вынося ее за пределы этого кабинета.

- Ага, и как Вы предлагаете это сделать? Погодите, неужели Вы мне предлагаете подойти к ней и попросить нацедить мне стаканчик крови или выдрать у нее клок волос?! - я офигел от собственного предположения.

- Ну, не так, мой мальчик, но мысль ты уловил правильно. Достаточно будет волос с ее расчески. Ты же сможешь их достать?

- Как у Вас все быстро. Оп-оп и готово.

Это уж точно, оп-оп и готово. И вот я, после этого длинного разговора, в потемках крадусь по своему собственному дому, как шпион недоделанный, чтобы скомуниздить у компаньонки своей Бабушки расческу, а Соросов, один из основных инвесторов стоит на шухере. Блин, да это абсурд. Если когда-нибудь расскажу кому-нибудь, то мне точно у виска покрутят и скажут больше отдыхать, потому что крыша поехала уже совсем.

Глава 5

Мария

Нет, ну не может быть все так хорошо, как кажется. Вот и первый звоночек не заставил себя долго ждать… Я обмерла от страха, потому что сквозь сон услышала щелчок открываемой двери. Вот и подтвердились все мои самые страшные ожидания. Егор Валентинович пришел по мою душу и наверняка, с не очень благими намерениями. Так и знала. Кажется, я даже дышать перестала, ожидая дальнейшего развития событий. Слышался какой-то шорох, мужские чертыханья. Вдруг что-то упало в темноте, я чуть не вскрикнула от ужаса. Моя неуемная фантазия уже в ярких красках разрисовала, что меня ждет в ближайшем будущем, а паника еще и шлифанула, оставив обмирать от ужаса под одеялом, претворяясь спящей.

- Твою мать, - выругался тихо мой начальник.

- Что Вам здесь нужно? - стараясь сдерживать всхлипы ужаса, которые так и норовили вырваться наружу, спросила я свое шефа, который, как ни странно не оказался нависшим над моей постелью в попытках приступить к тому самому. Он лишь копался на моем туалетном столике. Как только это заметила, даже осмелела немного. - Как это понимать, Егор Валентинович?

Он чуть ли не подпрыгнул на месте от неожиданности.

- Маха, блин. Зачем так пугать-то?

- В смысле? Вы накатили, что ли, и комнаты перепутали? Так Ваша дальше по коридору, а эту Вы выделили мне.

Он смачно выругался негромко и добавил:

- Маха, расческу потерял. Одолжу твою?

- Расческу? То есть никакого насилия?

- Тьфу на тебя, бестолочь. Что только в твою голову лезет?! - махнув на меня рукой, Егор Валентинович направился на выход, а мне стало стыдно, хоть все равно и непонятно. Мало ли что случается, вот и этому человеку, у которого, по идее, есть вообще все, понадобилось что-то от меня и такое незначительное, что будет очень некрасиво с моей стороны отказать ему в такой малости. От меня же не убудет, правильно? - Постойте, - окликнула я его и как была, метнулась в ванную комнату, подхватывая требуемый им предмет. - Вот, возьмите.

- О, Маха, спасибо. Я твой должник. Ты не подумай ничего лишнего, со мной все порядке. Я в здравом рассудке и твердой памяти, просто вот, - он растеряно развел руками.

- Ой, - отмахнулась я от него. - Идите уже, спите. Время позднее.

Ничего не ответив, только раз кивнув головой в знак благодарности, он вернулся туда, откуда и пришел. Я пожала плечами. Странные сегодня все какие-то, хмыкнула я про себя. Типчик этот нарисовавшийся с тысячей вопросов, даже моя старушка сегодня не сильно зверствовала, наверное, держала марку перед этим Аркадием Романовичем.

Я и не заметила, как меня снова сморило. Снился какой-то сумбур, поэтому и встала я с квадратной головой.

- Мария, поднимайся. Уже десять, а ты до сих пор в постели. Давай, давай девочка, у нас с тобой тысяча и одно дело. Я приняла решение.

- И Вам с добрым утром, Людмила Прокопьевна, - сказала я тоном не выспавшегося ребенка, пытаясь отвоевать свое одеяло. У этой семейки уже входит в неприятную традицию без предупреждения появляться в отведенной мне комнате и будить меня.

Подскочила, как ужаленная. Как десять? Я же никогда так долго не сплю, вот вообще никогда. А как же завтрак?

- Не гоношись, Егорушка уже уехал, а я голубцы твои еще раз попробовала, - я посмотрела на свою склочную старушенцию с сомнением. Здрасьте – приехали. Прожорливый хомяк свинтил ни свет, ни заря и не было даже криков: «Маха, а я тебе, что телка малахольная глазунью из двух яиц есть? Мне бы что посущественнее». Это я, образно выражаясь, конечно. Обычно мое непосредственное начальство просто хотело жрать, именно так и никак иначе, всегда, сколько бы в него не было положено до этого. Да и бабуля удивила. А как же ее правильное питание, которое включает в себя столько всего мудреного, что мне порой стыдно становится за свою неосведомленность в подобных вещах, а тут нате, голубцы она хомячит с утра пораньше. Может, ей плохо? Очень уж это на нее не похоже. - Мария приводи себя в порядок. У тебя полчаса, а потом поедем в центр, а то как-то нехорошо получается, что ты столько времени уже у нас и ни разу еще за ворота комплекса-то и не выходила.

- Правда, можно? - очень обрадовавшись, спросила я.

- Так ты же не в тюрьме, - пожала она плечами. - У тебя тридцать минут.

Сказано – сделано. Мне понадобилось пятнадцать, чтобы умыться, стянуть волосы в хвост, влететь в джинсовые шорты и футболку и вуаля, начинающий турист готов. Достав все деньги из туалетного столика, прикинула в уме сколько стоит взять с собой. Все еще сомневаясь, сунула все в небольшую сумочку через плечо. Все-таки я неместная и не знаю здешних расценок. Если уж простой компаньонке столько платят, то, возможно, в этом городе все непомерно дорогое и мне невероятно повезло, что работаю я на полном пансионе. Нацепила на голову соломенную панамку, которой было уже сто лет в обед, и отправилась искать Людмилу Прокопьевну, совершенно позабыв про завтрак. Женщина ожидала меня, как настоящая королева. В спину ей как будто кол вставили, на лице непроницаемая маска. О, моя девочка, если, конечно, ее так можно назвать в силу возраста, хотя она была из той категории дам, при взгляде на которых с первого раза и не поймешь, сколько ей пятьдесят или все семьдесят плюс. Короче, она была в своем репертуаре с поджатыми губами и холодным взглядом.

- Мария и ты вот в этом собираешься выезжать?

- Ну да, - не задумываясь, ответила ей. - А что не так-то? Лето же на дворе.

- Ох, ты не исправима, - картинно вскинула руками эта мадам. - Горе ты мое луковое, пойдем уж.

Ну, пойдемте, коль не шутите. Что вот ей сейчас не понравилось? Вроде все прилично. Зад из шорт не выглядывает, грудь не выпрыгивает, макияж вообще отсутствует. По-моему, миленько и весьма свежо.

На улице нас уже ожидала машина, не такой зверь, как у Егора Валентиновича, но она тоже была очень внушительной и наверняка дорогой, нечета российскому автопрому, который царствовал в моей деревне.

Какое-то время мы ехали молча, я все время старалась одергивать себя и так откровенно не пялиться в окно, после того, как мы въехали в оживленную часть города, хотя посмотреть было на что.

Любопытство мой порок, который до добра меня точно не доведет. Это я усвоила однозначно. В тот момент, когда мы подъехали к внушительному зданию, которое возвышалось над землей на добрую сотню метров, не меньше, я обомлела. Такой высотки я еще ни разу в жизни не видела. Это было просто потрясающее зрелище. Сталь, стекла и бетон. Все так гармонично сочеталось, что рот непроизвольно чуть ли не по коленкам начал стучать.

- Варежку захлопни, а то муха залетит, - оторвала меня от созерцания прекрасного моя старушка. Вот вечно она так, не вовремя, так сказать.

- Людмила Прокопьевна, - возмутилась я. - Как Вам не стыдно!?

- Я бы тебе в рифму ответила, да неприлично так говорить филологу.

Ну, кто бы сейчас говорил о приличиях, да только не она. Филолог в ней уже давно умер, это уж точно. Моя старушка с невозмутимым выражением лица выпорхнула из автомобиля и королевским взмахом одной руки пригласила меня последовать за ней.

- Куда мы? - спросила ее.

- Егорушку проведывать.

Что блин? Я впервые выехала в город, чтобы Егорушку проведывать, которого она видела этим утром?! Я уставилась на нее, всем своим видом пытаясь показать, что я об этом всем думаю. Да что не так с этой женщиной?

- Серьезно? - спросила я Людмилу Прокопьевну, все еще надеясь, что она шутит.

Но куда там, Людмила Прокопьевна и шутки – это совершенно несовместимые вещи. Стоило нам подняться на лифте, который стоял немного в стороне от ряда своих собратьев, как мы очутились в шикарном холле, который плавно перетекал в приемную.

- О, Людмила Прокопьевна, рада Вас видеть. Какими судьбами? - приветливо улыбнувшись, спросила симпатичная девушка.

- Любовь, как невежливо, - ответила ей моя злобная старушенция, сжав губы в одну сплошную линию. - Панибратство в нашем с Вами случае совершенно неуместно. Я пришла к своему внуку, - я уже собиралась закатить глаза, предчувствуя ту тираду, которую уже была готова сорваться с языка моей старушки.

- Людмила Прокопьевна, - из бокового ответвления коридорных хитросплетений вышла девушка. Женщиной назвать ее, у меня бы язык не повернулся, хотя ей и было уже слегка за тридцать. - Душа моя, как давно я Вас не видела, - девушка обняла бабулю и расцеловала в обе щеки.

У меня округлились глаза от шока. Да ладно? Как? Как она это сделала и осталась цела при этом?! На лице моей старушки расцвела добродушная улыбка. Е-мое, кто это дама, способная творить такие чудеса? Людмила Прокопьевна из злючки в одно мгновение превращается в милейшую бабушку, которая готова делиться своими секретиками и просто сплетничать с этой незнакомкой. Взявшись под ручки, они последовали прочь, совершенно позабыв про меня, оставив наедине с Любовью.

- Хм, а Вы у нас кто? - вдруг опомнилась последняя.

- Маша, - коротко ответила я.

- Но не наша.

- Конечно не Ваша, я Егора Валентиновича, - как есть ответила ей.

У девушки от моего заявления глаза готовы были вот-вот вылезти из орбит, и рот вытянулся в форме буквы О.

- Ой, извините меня, ради Бога. Мария, чем могу быть Вам полезна?

- Мне? - теперь настал мой черед удивляться. Чем это она может быть мне полезна?

- Маха, - раздался до боли знакомый оклик, который я слышала с некоторых пор практически ежедневно. Я немного вздрогнула от неожиданности. - Ты что здесь делаешь? - я все-таки закатила глаза. - Понял, здесь Ба. Где она? - я пожала плечами в ответ, а он посмотрел на Любовь.

- Ее увела Алина Афанасьевна.

- Ага, - я кивнула, как бы подтверждая слова Любви, тьфу ты, Любови, блин запуталась.

- Эта Алина Афанасьевна ведьма, - Егор Валентинович приподнял одну бровь. - Она сказала пару слов Людмиле Прокопьевне, обняла ее и та, как завороженная пошла за ней. Это Вам не фокусы про экстрасенсов. Блин, да такого не бывает, - шептала я своему боссу на ухо.

- Бывает, - Егор Валентинович улыбнулся во все тридцать два зуба. - Ты просто еще не знаешь Алину. Она лысого заставит расчесаться, а безногого переобуться. У нее дар убеждать и располагать к себе людей.

- Говорю Вам, она точно ведьма, - подвела итог я тихим шутливым шепотом, чем вызвала заливистый хохот своего непосредственного начальства.

Смешно ему, а мне вот есть чему поучиться у этой милой дамы. Клянусь, она своим милым голоском умеет завораживать кобру, это я про свою старушку. Егор Валентинович приобнял меня за плечи и под еще более ошарашенным взглядом то ли Любви, то ли Любови повел меня одному ему известной дорогой.

Мы шли по направлению, где скрылась Людмила Прокопьевна и та самая искусница по приручительству злобных финтифлюшек. Егор Валентинович все никак не мог успокоиться и оглашал своим ржанием, наверное, все здание. Из-за одной двери показалась знакомая физиономия, эмоции сменялись одна за одной на ней, от возмущения до откровенного ехидства. У-у-у, я ему, была бы возможность, кулаком бы погрозила, но неприлично как-то выйдет.

- Валентиныч, твою дивизию, - гаркнул он на мое смешливое начальство. - Ты что народ пугаешь?

- Я? Да ни в жизнь.

- Как показывает практика, если ты чересчур весел, то кому-то скоро станет чересчур грустно.

Я передернула плечами, припоминая, что Егор Валентинович дома практически всегда на позитиве, по крайней мере, сколько я его помню, в плохом настроении ни разу еще его не видела.

- Брехня, - ответил Егор Валентинович.

- Цыц мне тут.

- Ес Босс, - в очередной раз дурачась, ответил Егор Валентинович, приставив руку к голове.

- Куда мы?

- Грудью на амбразуру, - притворно грустно и тяжко вздохнул начальник и вошел в белые двери, которые выглядели неприлично богато.

Он распахнул эти ворота в ад, коими я их себе уже разрисовала в голове. Натянул на лицо привычное выражение лица и шагнул вовнутрь. Так, огляделась я по сторонам, не так страшен черт, как его малюют. Почему? Да потому что, стоило Людмиле Прокопьевне найти меня глазами, как она тут же начала сворачивать разговор и бочком пятится в сторону выхода. Причиной столько скоропалительного ретирования послужили двое сорванцов, лет пяти, которые без передышки трещали в оба уха моей старушке. Мне ее даже жалко стало. Ненадолго.

- Не стоит благодарностей, - сказала эта Алина Афанасьевна, выскакивая из кабинета и обращаясь к Егору Валентиновичу. - Я очень люблю и уважаю Людмилу Прокопьевну, но ее бывает чересчур много порой, а особенно сейчас, когда она так воинственно настроена.

Я с сомнением посмотрела на свою подопечную. И где там они воинственность нашли, спрашивается?Растерянность да, желание побыстрее удалиться однозначно, осознание того, что она вообще не вовремя решила попроведывать своего Егорушку, разумеется. Но она точно растеряла где-то по дороге всю свою воинственность.

- И поэтому ты выпустила тяжелую артиллерию?

- А ты как хотел? По камерам ее охрана сразу приметила, а вы все заняты. Так что первый удар я взяла на себя.

- Прекратите, - вмешалась я, нахмурив брови. – Значит так, будете в нелицеприятном свете говорить о моей Людмиле Прокопьевне, получите и я даже не посмотрю, что Вы, - ткнула пальчиком в начальника, который немного позабыл, что такое чувство меры, - мой босс.

- Маха, да мы ж не со зла. Это шутка.

- Петросяны блин, недоделанные.

Мне как-то обидно стало за мою вредную старушенцию, хоть она та еще язва, но она уже моя язва и за столь короткий срок стала для меня совсем не посторонним человеком и я просто не могу перешагнуть через себя и не вмешаться в эту «шутливую» перепалку. Хоть это и было сказано, как бы между прочим, но будь я на месте Людмилы Прокопьевны мне бы было, как минимум не приятно.

- Людмила Прокопьевна, вот Ваш Егорушка, жив, здоров, бодр и полон сил. Может, поедем дальше уже, а? Что там в Вашем плане Барбаросса следующее.

- Не беги впереди паровоза Мария, поедем, как только, так сразу. Следующее у меня в планах сообщить моему бесцеремонному внуку, что тяжелая артиллерия была, когда он был маленьким с вот этой вот егозой, - шлепнула она ту самую егозу чуть пониже спины, - а вот эти два шалопая так, - махнула она рукой в сторону уже что-то замыслявших пацанов, - цветочки. И еще, Егорушка, мы с Марией поехали по магазинам. Не теряй нас.

- Так-то это и по телефону можно было сообщить.

- Это вы акселераты-переростки, а мне привычней по старинке, глаза в глаза общаться.Терпеть не могу все эти гаджеты, да и по дороге было, - Егор Валентинович без лишних разговоров выудил из кармана брюк бумажник, а уж оттуда пластиковую карточку, которая моментально перекачивала в морщинистую ручку. – А ты Душечка моя ненаглядная, зубки еще не выросли, чтобы пытаться точить их об меня. Где ты училась, я там преподавала. И кстати, я старая, но не глухая.

- Простите меня, Людмила Прокопьевна, - потупив взор и ковыряясь в полу мыском красивой туфельки, пробубнила эта Алина Афанасьевна.

- Ба.

Нифига я не права была, никакая она не ведьма, просто игру этих детей моя старушка уже давно выучила на зубок и лишь подыгрывает периодически им в свое удовольствие.

- Пожалуй, нам пора, - гордо вздернув нос, сказала Людмила Прокопьевна, взяла меня, все еще хмурую на буксир и с грацией королевы выплыла из кабинета.

Я, как и Людмила Прокопьевна тоже гордо вздернула носик, послав парочку испепеляющих взглядов этим двум зубоскалам, удалилась. Ишь ты, шутники мне нашлись.

- Мария, а ты умеешь приятно удивлять.

- В смысле? – не поняла я, все еще следуя за своей старушенцией смурнее тучи.

- Еще одна, - закатила глаза Людмила Прокопьевна. – Я старая, а не выжила из ума.

- Все равно не поняла.

Людмила Прокопьевна не стала ничего пояснять, но на ее лице промелькнуло что-то очень смахивающее на улыбку. Ититьтвоюналево, да ладно, в шоке подумала я.

Рано радовалась, как говорится, потому что потом последовала форменная экзекуция, которая состояла из пыток магазинами. Вот не жили богато и нечо начинать.

Людмила Прокопьевна была на редкость добродушна, что было ей вообще не свойственно. Она расточала улыбки и несла свет в этот мир, когда я напротив все никак не могла успокоиться и вернуть свой добродушный нрав. Меня вообще не впечатляли блестящие витрины дорогущих магазинов, притворные улыбочки акул, который маскировались под консультантов и особенно настораживал меня настрой моей старушенции сделать из меня куклу барби, а точнее нарядить меня, как одну из фиф, которые с очень важным видом прогуливались между этими магазинчиками. Я была здесь лишней. Мне здесь не место, каждая клеточка моего воспаленного мозга кричала об этом.

- Людмила Прокопьевна я не могу себе этого позволить, - в очередной раз я пыталась воззвать к разуму моей старушенции, но у нее в одно ухо влетало, а в другое вылетало. Все было без толку, что бы я не говрила.

- Считай, что это униформа, - серьезно сказала моя старушка, строго оглядывая меня со всех сторон, в одном из кучи выбранных ранее черных коктейльных платьев. Чуть мозг себе не сломала, пока пыталась выговорить это про себя. Мне срочно нужен перерыв.

Зачем? Зачем я ввязалась в эту авантюру? Сидела бы дома, да блины пекла. Блин, рассуждаю, как домохозяйка какая-то. Вообще мое отчаяние скоро достигнет пика, потому что Людмила Прокопьевна даже и не собирается утихомириваться. На мое твердое нет, она талдычит, что я обязана соответствовать ей и все такое и что это только начало. Ага, начало конца, лично для меня и моих нервов, которые держались на честном слове. Это еще один вид ее изощренных издевательств надо мной.

Брр, отставить нытье, этим сейчас вообще делу не поможешь.

- Мария, не скули, - сказал мне филолог (в далеком прошлом). – Красота требует жертв.

- Пусть требует, я то здесь причем? Я вообще-то не просила ни о чем таком.

- Здравствуйте, - всплеснула руками Людмила Прокопьевна. – А кто просил сделать из тебя лучшую версию себя?? Кто?

- Если честно, - немного смутилась я, ладно, не немного, - я представляла себе это чуть-чуть по-другому.

- Например?

- Ну,- протянула я, - высокоинтеллектуальные беседы, которые бы обогащали мой внутренний мир.

- Ерунда. Любой человек в первую очередь смотрит на обертку, а потом уже пробует саму конфету. Запомни это раз и навсегда. Упакуем тебя, как говорит Егорушка, а потом поищем твой так называемый внутренний мир или создадим новый, где ты будешь иметь свое собственное мнение.

Обрадовала, ничего не скажешь. Вот что значит скучно человеку на пенсии. Я ее новый проект, можно сказать и так. Тяжко вздохнула и решила отдаться на волю судьбе, все-таки я еще практически ни разу не пожалела, что тогда меня чуть не сбил Егор Валентинович. Судьба сделала крутое пике и теперь на меня вот сыплются вот такие плюшки от моей старушки. Да чем бы дите не тешилось, лишь бы козни не строило, потому что у меня есть такое ощущение, что это и вправду лишь начало.

Глава 6

Егор

В голове то и дело крутился мотив какой-то песенки, не давая окончательно переключиться на дела. Тьфу ты, можно сказать, что отделался малой кровью. Эта дурацкая выходка с расческой все не давала мне покоя и чуть не попался же, как малолетний идиот. Бред. С чего ради, я вообще пошел на поводу у Соросова? Сам до сих пор понять не могу. Я убеждал себя в который раз, что не зря решил все провернуть за спиной у Махи, ведь еще же все вилами по воде писано. Маха, она же маленький цветочек, который попал в руки к моей Ба. У них по началу вроде не все клеилось, но все равно это уже намного больше, чем было до этого. А как она зашипела, а? Встала на защиту Ба, даже смешно от такой абсурдности. Это ее надо защищать, а не Ба. Ей палец в рот не клади – по локоть откусит. Аж гордость взяла непроизвольно за эту воинственную малышку. Она просто еще не привыкла ко мне и моей семье, которая славится своим не сильно стандартным чувством юмора. Да какие ее годы – привыкнет. Времени еще вагон. Есть у меня такое ощущение, не знаю, откуда оно у меня, но я точно знаю, что Маха нуждается во мне. Благотворитель из меня не очень, но одной малышке я в состоянии помочь. Вечером объясню ей, что ничего предосудительного не произошло. Это всего лишь шутка такая была, не очень удачная и сказанная уж точно не со зла. Ба к такому уже давным-давно привыкла, да и мы не просто так такие, точнее не без ее непосредственного участия мы стали теми, кем являемся в данный момент. А все же вместе терлись, вот и выросло, что выросло.

Твою мать, выругался я про себя. Соросов. Опять черти принесли этого мужика. Я конечно неплохо к нему отношусь, но после крайнего ужина и открывшихся подробностей, а точнее невероятных совпадений… Короче, скоро вздрагивать начну при виде него. Чую-чую, не просто так он без приглашения пожаловал. Вот как хорошо раньше было, переговоры, документы, споры до хрипоты о причитающейся доле, а сейчас этот абсурд больше попахивает дешевеньким детективом, где одна маленькая Маха живет и не подозревает, что мутят за ее спиной великовозрастные придурки. Все-таки что-то отчаянно скребло душу, не хорошо я поступаю, но правильно. Да? Убеждай, не убеждай себя в чем-то, но уже собственноручно раскрутил маховик, который уже пришел в действие.

Пока подходил к Аркадию Романовичу, заметил, что он оказывается и не один, а в компании Аркадия Олеговича Галомедова. Вот так-так, какая неожиданная встреча. Последний, очень мутный тип, в прошлом бандит и этакая «жертва девяностых», а сейчас же достаточно успешный бизнесмен и политик. Тьфу ты, терпеть не могу политиканов, аж зубы сводит от их двойственного суждения и всего прочего. Я думаю всем известно, как так получилось, что из главаря одной из самых крупных группировок в те кровавые годы, этот скользкий тип быстренько переобул тапки и подался в политику?!

По решительному выражению лица понял политикана и нервному Соросова, что по мою душу эти двое явились, вот как пить дать.

- Егор, - Аркадий Романович протянул мне руку в знак приветствия. – Знакомьтесь, это Аркашка.

- Это тебе я Аркашка, а для него Аркадий Олегович.

- Эй, полегче. Понял.

Понял я, что разговор уж точно не получится простым.

- По какому поводу визит? – спросил я, понимая, что этот самый повод не так давно отчалил гордо задрав свою носопырку.

- Пройдем в твой кабинет. Разговор есть.

Махнул рукой, приглашая в свое рабочее помещение. Мужчины по-хозяйски расположились на огромном диване, который я предпочитал использовать для неофициальных переговоров. Только сейчас приметил, что у Галомедова была разбита губа, да и вообще у обоих мужчин видок был весьма потрепанный. Это где они так умудрились? Хотя по лицам и так все понятно.

- Надеюсь, этот разговор останется между нами, - первым нарушил тишину Аркадий Романович.

- Ничего не могу обещать. Для начала, было бы неплохо, если бы вы рассказали, с чем пожаловали. Хотя, как могу догадываться, то пожаловал отец номер два, гипотетический, естественно.

Снова образовалась неудобная тишина и никто не хотел нарушать ее.

Первым не выдержал Галомедов:

- Да моя она, чего там рассуждать. Ты, - обратился он к Соросову, - еще ни одного не заделал, а я…

- Головка от х…

Так, я вскинул брови, потому что эти два взрослых мужика распетушились не на шутку, то и дело, перебивая друг друга.

- Воу-воу. Брейк, - одним рывком встал между двумя мужчинами, которые вмиг растеряли свою многолетнюю «дружбу». – Мужики, если пришли кулаками помахать, так это не по адресу.

- Не паясничай щенок, - чуть ли не выплюнул мне в лицо Галомедов.

- Что, бля**? Охрана, - нажал кнопку селектора, не став рассусоливать.

Еще не хватало, чтобы на моей же территории меня оскорбляли. Хоть этот бычара и имеет вес в определенных кругах, но честно говоря, он завис в прошлом веке, который давно уже канул в лету.

- Не много ли ты на себя берешь, мальчик? Только посмей…

- Да ладно?! - сказал я, откровенно кидая вызов этому борову.

В кабинет без стука ворвались три шкафа три на два и это только голова. Эти ребята в прошлом служили в местах не столь отдаленных, которые стараются не упоминать вслух, и я не про места лишения свободы.

Аркадий Олегович кричал и возмущался на весь офис посыпая голову пеплом, обещая мне все кары небесные. Напугал козла капустой. Дядя, да ты себе не представляешь, что мне в свое время пришлось пережить и твои «фи», мне вообще до фонаря. Толстенькое тельце, которое когда-то в прошлом было могучим (наверное), сейчас расплылось и обрюзгло, лысина блестела от выступившего пота. Это лет так тридцать назад ты был крут и опасен в самые шальные годы, а сейчас только и делаешь, что протираешь штаны в своей мэрии от звонка до звонка, придумывая как бы кого покрепче нае… черт, я же не ругаюсь матом. Придумываешь, как и кого получше нагреть.

- Пошел вон, - с улыбкой от уха до уха и наглой мордой, не повышая голоса, послал этого товарища подальше с глаз своих, а то я ведь могу и не вспомнить, что гипотетически я должен уважать возраст.

Охрана свое дело знала, и ей не нужно было никаких знаков. Они подхватили под руки извивающееся и орущее тело. Тихонько закрылась дверь.

- Аркадий Романович, со всем уважением, но какого хрена?

Соросов как будто постарел лет на двадцать за пару минут.

- Извини Егор, думал, ты нас рассудишь. А оно вон как вышло.

- На кой черт Вы ему вообще что-то сказали? Сами бы сделали анализ, а потом и видно было бы, что делать дальше. А сейчас он злой и не понятно, чего от него можно ожидать. Пиздец.

- Вероятность того, что Галомедов является отцом Марии гораздо больше, чем мне хотелось бы. Он прав, у меня нет детей, вообще, а у него как собак, тьфу ты, нельзя так про карапузов. У меня за плечами три неудачных брака и ни одного, ни одного ребенка. Сам понимаешь, что это означает.

- В чем проблема? Миллион детских домов, которые нуждаются в помощи, с вашими возможностями можно их все содержать, особо не парясь, а уж парочку взять на попечение вообще ничего не стоит.

- Ты не понимаешь. Свое есть свое.

- Я действительно ни хрена уже не понимаю, - сказал я этому престарелому интригану.

- Конечно, не стоило так форсировать события, но у меня теперь есть надежда.

- Какая надежда?

- Что я ее отец.

- Действительно не понимаю.

- Маловат еще, значит. Только давай без обид, пройдет время и ты пойдешь о чем я, если также останешься жить бобылем. Я допустил ошибку, сказав о потенциальном отцовстве Галомедову, хотел по-человечески, что ли поступить, ведь он не посторонний мне человек. Все же, столько лет проработали бок о бок. Я бля** никак не ожидал, что он прогнивший до самого основания своей души, даже не подозревал об этом. Никак не думал, что правда окажется такой неприглядной. У меня кровь в венах стынет от того, что тогда я поверил ему, а не Варе. А сейчас получается, что уже поздно.

Соросов смотрел в одну точку и как будто был вообще не здесь.

- Какую правду? – спросил я, понимая, что ответ меня не порадует.

- Хм, - Аркадий Романович медлил, подбирая слова – понимаешь Егор, с тех пор прошло больше четверти века. Я тогда был молод и глуп, дерзок и горяч. Я не мог здраво рассуждать, когда увидел ТУ картину, которая до сих пор так и застыла перед моими глазами. Моя Варя, которую я безумно любил и никогда ни с кем не хотел делить, которая клялась, что никогда не предаст, лежала под Галомедовым безвольной куклой, а он вколачивался в нее со всей дури. Тогда я просто ушел, зализывать раны и теша свою гордость бросил ее без объяснений. А вот сегодня выяснилось, что Аркашка тогда «пошутил». Сука, «пошутил», а ведь все могло сложиться совершенно иначе. Короче, - Аркадий Романович встряхнулся, как будто выплывая из воспоминаний, - тогда он ее заставил силой. Она не по своей воле была с ним.

- То есть, есть такая вероятность, что Мария появилась на свет в результате насилия?

- Есть.

- Пиз*ец.

А что еще тут скажешь?

Мария

Фух, вот это меня замучила эта старая бестия. В рот мне ноги, если я когда-нибудь думала о ней, как о божьем одуванчике, никогда в жизни не повторю этой ошибки. Людмила Прокопьевна – истинная фурия. Сейчас я только вздрагиваю всем телом, если ощущаю приближении этой чересчур деятельной особы. Нашла себе развлечение, что называется.

Моя старушка была в ударе не только один день, а целую неделю. Неделю!!! Это же тихий ужас. Все это время она таскала меня, как комнатную собачку на привязи за собой. Апгрейд мне проводила, как она смела выразиться. Я-то дура наивная надеялась осмотреть город, посетить достопримечательности, освоиться на местности хоть как-нибудь, а получилось все совсем наоборот. Я только и видела, что шмотки, цацки, бельишко и тапки разного калибра. На такой новый для меня город у меня удавалось посмотреть лишь из окна автомобиля. Жизнь проносилась мимо меня, а я как будто была той самой принцессой Фионой, которую заточили в башне под охраной драконицы под видом «любезной» Людмилы Прокопьевны.

Вашу мамашу о чем я думаю?! Я должна же быть благодарна, если бы не она и ее внук, даже и не знаю, чтобы со мной сейчас было и как бы мне жилось в родной деревне после того случая с Егором Валентиновичем. Вроде и ничего такого в тот день и не случилось, а поди ж ты, объясни всем, как все было на самом деле. Слушать даже не станут, это как пить дать. Блин, какая-то нервная и дерганная стала в последнее время с этими шоппингами, будь они не ладны. Ну, нравится Людмиле Прокопьевне в куклы играть, да ради Бога, только я-то живой человек, которому хоть иногда требуется немного личного пространства.

- Мария, ты готова? – раздался голос моего сторожевого дракона, который ждал меня на бранч.

Я непроизвольно вздрогнула. Тьфу ты, напугала меня старушка.

Мамочка родная, слово то какое «БРАНЧ», то есть второй завтрак, если я правильно поняла.

Когда жила в родной деревне и помыслить не могла, что когда-нибудь буду заниматься такой ерундой. Обычно, в это время я уже успевала управиться по хозяйству, обеспечить все семейку завтраком и убежать на работу, а тут нате вам цаца, наряжаюсь уже битый час, когда в прошлом мне это и в голову не пришло. Отвал башки, подумала, оглядывая себя с ног до головы в полном боевом облачении, раскрас племени тумба-юмба тоже был при мне. Но это была не я. Сидящий на мне, как влитой костюм в честь какой-то незнакомой мне тетки стоил ну просто баснословных денег, но мой дракон говорил, что Шанель это вам не хухры-мухры. Блин, а еще филолог, брешет старая, как пить дать, брешет. Только вот в чем? Да и странная она какая-то в последнее время стала. Ходит так странно как-то, фыркает исподтишка, как будто присматривается и не может определиться, нравлюсь я ей или нет. Радует, хоть открытой конфронтации, как раньше больше нет. Тьфу-тьфу, чтобы не сглазить.

- Мария, - снова гаркнула сторожевая драконица, которая вообще не отличается терпением.

- Да иду я, иду, - отозвалась я.

Людмила Прокопьевна прищелкнула языком, стоило ей оглядеть меня с ног до головы. Вот и думай теперь, одобрение это было с ее стороны или нет.

- Вот, - сказала она, - можешь же, когда хочешь.

- Что хочешь?

- Выглядеть, как нормальный человек, а не как деревенщина провинциальная.

Ну куда деваться, какая уж есть и вряд ли уже поменяюсь в таком солидном возрасте.

- Людмила Прокопьевна, знаете что?!

- Что?

- Человек не волен выбирать, где и кем ему родиться.

- Правильно, девочка. Но он волен выбирать, где и кем ему умереть.

- Что-то Вы загнули и даже наверное, запутали меня.

- Ладно уж, пойдем почти бывшая деревенщина.

Пойдем, куда ж мне деваться. Как говорит Людмила Прокопьевна выход в свет это еще один повод поднять себе настроение – испортив его другим. Порой она ставила меня в ступор, такими своими фразочками, но ее-то уж точно ничем не исправить. То-то оно и видно, что у нее с настроением не лады чаще всего.

И снова нас ждала машина, мелькавшие за окном виды проносящегося мимо меня незнакомого города и моя вредная старушенция, которой в голову именно сегодня взбрело непонятно что. Сегодняшний поход на завтрак вообще тайна покрытая мраком.

Я была одета в строгий костюм цвета слоновой кости, по мне так бежевый он и в Африке бежевый и никакой солидности он мне не придает, как считает одна вреднючая старушенция. Я потеряла свою какую-никакую, а индивидуальность и стала похожа на моль, и еще эти ненавистные каблуки пришлось одеть. В очередной раз оступилась, как и много раз до этого учась ходить на таких стремянках. Каблук, по собственной воле, сменил траекторию и я начала заваливаться своим разукрашенным фэйсом, норовя познакомиться поближе с асфальтом. Спасибо большое, госпоже Судьбе за то, что в последний момент подсуетилась и послала-таки мне Егора Валентиновича с его мгновенной реакцией. Неудобно-то как вышло. Я покраснела, кажется до корней волос.

- Маха, петсык нашла?

- Что? – что-то в последнее время я деградирую и все меньше и меньше понимаю эту «веселенькую» семейку.

- Шучу я. Вы, кстати, уже опаздываете. Маха отлично выглядишь в такой ответственный день.

- Что? – опять не поняла, что он имеет в виду.

- Леди не опаздывают, а немного задерживаются, - в своей привычной манере выдала Людмила Прокопьевна.

- Ба, ну не начинай сейчас. Ты и леди, у вас разные весовые категории.

Людмила Прокопьевна лишь фыркнула в ответ. А я поинтересовалась:

- Зачем мы сюда пришли? – насторожилась я, понимая, что эти двое определенно что-то задумали.

- Не бзди, Маха. Пошли знакомиться.

- С кем? – мне определенно пора что-то делать с головой, потому что это не дело, быть такой недалекой. Или это все мои комплексы?

- С Батей твоим.

- Что? – меня как будто из холодного душа окатили.

- Потом объясню, хотя и сама все поймешь. Поздравляю - папка объявился. Это же хорошие новости? – последнее Егор Валентинович говорил уже настороженно, видя, что я не сдвинулась с места ни на шаг.

- Нет, - коротко ответила я.

- Что «нет»?

- Я никуда не пойду. У меня вообще никогда не было отца, а тут вдруг объявился, как ясно солнышко. Зачем? Не нужен он мне, как я не нужна была ему когда-то.

- Но почему?

- Почему Вы, Егор Валентинович, не хотите наладить контакт со своей матерью? – ответила я вопросом на вопрос.

Людмила Прокопьевна фыркнула.

- Потому что она меня бросила.

- Тогда соответственно Вы можете предположить, почему у меня такая реакция и я не желаю его видеть в принципе.

- Здесь совершенно другая ситуация, - попытался было он меня переубедить.

- Почему?

- Да потому что ни один из них, даже не предполагал, что у него может быть такая взрослая дочь.

- Что?

- Пошли. Сама все поймешь.

Но я даже и не подумала двигаться с места.

Я смотрела на этих двоих и не могла понять, разыгрывают они меня или нет. Смотрела и не верила, что подобные события разворачиваются в моей реальной жизни. По серьезным выражениям лица можно было понять, что нет никаких розыгрышей . Это капец, товарищи. Я еще не решила, что собираюсь предпринять, но тревожный колокольчик в моей голове уже бил набатом, сообщая, что пора валить. У меня не было абсолютно никакого желания ни знакомиться, ни тем более общаться с гипотетическим мужчиной, который когда-то был в довольно близких отношениях с мамой.

- Голуба, что это ты задумала? – Людмила Прокопьевна пронзала меня своими глазами, как сканером.

Вот вроде старушка со своими погремушками, но еще точно не выжила из ума. Она сразу просекла, какие мысли витают в моей голове.

- Маха, да все нормально, - сказал Егор Валентинович, покрепче перехватив меня под локоток. - Мы же тебя никуда не сплавляем! Живи, работай, все в силе, как и раньше, только теперь у тебя будет человек, на которого ты сможешь положиться, - Босс немного замялся, как будто сам себя убеждал в своей правоте в этот самый момент.

- Ну уж нет, - уперлась в асфальт своими ходулями, отказываясь продвигаться в какое-то фешенебельное место, от которого так и фонило опасностью.

Я уверена, если зайду туда, то моя жизнь в очередной раз за последнее время сделает крутое пике и тогда дороги назад уж точно не будет.

- Мария, тебя это знакомство ни к чему не обязывает.

- Да ладно?!

- Мария, но это же так некрасиво с нашей стороны опаздывать.

- Е-мое, мы ж леди, мы только задерживаемся, - ляпнула я в ответ на автомате, чем вызвала нескрываемую усмешку Егора Валентиновича.

- Я очень рада девочка, что мои слова не в одно ухо влетают, а в другое вылетают, а все-таки где-то оседают и приносят свои плоды, но сейчас не самый подходящий случай для оттачивания подобных навыков.

У меня и так с нервишками не все в порядке, то полуголые начальники по дому шастают, то сторожевые бабушки в куклы начинают играть.

Тьфу ты, что я несу. Мысли, как тараканы разбегались и от такого раздрая и дикого желания просто-напросто сбежать. Ко мне подкрадывалась истерика и не такая, что слезы, сопли рекой и все такое, а смех уже начинающий клокотать где-то внутри меня, не давал покоя и чуть ли не душил. Это нервное. Я до сих пор не верю, что все происходящее сейчас случилось именно со мной и от абсурдности всей ситуации в целом я начала хихикать, как какая-то умалишенная. На меня уставилась две пары недоумевающих глаз.

Хи-хи-хи.

Егор Валентинович чуть не выронил меня, опуская руку, в объятиях которой я почти пригрелась и расслабилась, полностью облокотившись на нее. Снова потеряла равновесие и чуть не поцеловалась с асфальтом тоже снова, но слава всем боссам у которых все намного лучше с реакцией.

- Да что ж это такое?! – уставилась на него почти серьезно, если можно так сказать, потому что слезы, портившие мой раскрас племени тумба-юмба (за утрату которого, кстати, тоже было обидно) текли чуть не в три ручья. Дурацкое хихиканье все никак не прекращалась и все мои тщетные попытки сделать ну очень серьезное выражение лица, кажется, провалились с треском.

- Маха, ты меня пугаешь.

Хи-хи-хи.

- Мария, серьезней, пожалуйста, - потребовала Людмила Прокопьевна.

И снова только несерьезное хихиканье с моей стороны. И не надо вот так вот на меня смотреть, говорю же с нервами у меня нелады. При таком раскладе не только истеричкой неуравновешенной станешь, а еще и…впрочем, это уже не важно.

- Мах, да угомонись ты. Я думал, ты наоборот рада будешь.

- Индюк тоже думал, - выдала сторожевая бабушка, на стороне которой я сейчас была полностью. Вот так и видела, что у нее руки чешутся залепить любимому Егорушке подзатыльник. – Говорила же тебе, что надо было как-то подготовить к такому знакомству, а ты меня и слушать не стал. Заладил про сюрприз, а оно вон как вышло, - показала она рукой на меня, а я рассмеялась еще сильнее.

Это нервное, говорю же.

- Так может ее это, - мой Босс мотнул головой куда-то назад, я непроизвольно проследила взглядом, куда он показывал, но ничего не обнаружив, кроме двух солидных мужчин, один из которых был определенно мне знаком.

- Я тебе дам это, сам в больничку поедешь. Довел мне девочку до нервного срыва со своими сюрпризами, - Людмила Прокопьевна уже замахнулась для такого любимого жеста, но почему-то одумалась.

Удивительное дело, обычно драконица легка на расправу чуть что не по ее, а тут нате вам – отступила.

- Добрый день.

- Вообще-то утро, и не самое доброе, - отозвалась моя старушенция.

Я снова хихикнула, замечая новых действующих лиц, которые невольно стали свидетелями развернувшейся картины.

- Ну и долго мы тут у всех на виду собираемся стоять? – буркнул угрюмый лысый пузан.

Неприятный тип. Сразу мне не понравился.

- Аркаш, давай без гонора, все-таки у нас у всех такая ситуация, - старый любознательный знакомый немного помедлил и добавил, - пикантная, я бы сказал.

- Погодите, погодите. Егор Валентинович это кто?

- Конь в пальто, - ответил нервный пузан.

- Вы себе льстите, - на автомате отметила я, а потом вжала шею в плечи, понимая, кому я по дурости это ляпнула.

- Хе-хе, точно моя, и никакого анализа не надо, - вдруг развеселился лысенький мужчина.

И тут-то до меня дошло, как до утки на третьи сутки, что эти два новых действующих лица, одним из которых являлся тот любопытный мужчина с недавнего ужина (кажется, он еще та деловая колбаса) и грузный лысый, который после моего глупого ляпа заметно развеселился. Короче, один из них мой гипотетический папашка?! Да ладно? Что могло связывать мою маленькую мамочку с этими двумя? Как-то уж очень мне не верится в это.

- Да не дай Бог, - сказала я, серьезно открестившись от такого родства, абсолютно позабыв про свое глупое хихиканье.

- Да к бабке не ходи, моя, - выдал пузан. – Глядите ка какая борзая, - обратился тот к заметно сникшему товарищу.

Все происходило, как будто во сне, потому что после слов пузана о моем гипотетическом родстве с ним, мой мозг предпочел отключиться. Бывает же такое, когда случается какая-нибудь шоковая ситуация, кто-то начинает что-то делать, но я точно не из такого разряда людей, а я же в свою очередь замираю, как та самая лань на дороге, видящая приближающуюся машину в свете фар.

Ступор, мать его, привет, ты пришел

Я понимала, что под чутким руководства Босса переместилась в фешенебельный ресторан, о котором раньше могла только мечтать. Я все слышала, как незнакомые мне люди совещались по поводу моей дальнейшей судьбы, совершенно, исключая мое мнение, им было виднее. Стало так обидно. Я прикусывала щеку изнутри, лишь бы не разревется при всех. Людмила Прокопьевна предпочла снова натянуть свою самую непроницаемую маску. Как там пелось у Фредди Меркьюри? Шоу маст гоу он?! И это, кажется, только начало.

Егор

Да чтоб вас всех, выругался я про себя. Вот если день не задался с самого утра, то дальше только хуже будет. Вот знал же, что ничем хорошим не закончится эта дурацкая история.

Маха рефлексирует, уперлась рогом, не пойду, говорит. Да только поздно девочка, человек предполагает, а судьба располагает. Сам уже сто раз пожалел, что ввязался во все это дер*мо, да еще и Галомедов этот, как кость поперек горла. Затаился скот, что-то замышляет.

Недолго музыка играла, мои ожидания, что Соросов приедет на встречу один не оправдались. Если честно я думал, что такие честные уж точно в прошлом веке остались. Или это просто, потому что дело касается лично его и его семьи? Бросил взгляд на Маху, на ней лица нет, как будто в облаках витает. Видно не вооруженным взглядом, что дай ей только шанс и она быстро лыжи навострит отсюда. Что нервничать то так? Наоборот же хорошо, теперь не одна будет в этом мире. Будет, кому постоять за нее, только лишь бы ее батей не Галомедов оказался, а то от этого хитрого скота можно ожидать все что угодно. И не надо вот сравнивать эту ситуацию с той, где одна мадама в свое время меня родила, считая ошибкой, а потом бросила. Эти мужчины даже не догадывались, что столько лет назад заделали какой-то селянке такую миленькую дочурку. Маха, кстати, менялась прямо на глазах, я до сих пор не мог решить, хорошо это или не очень. Фак, ну что такое-то?! Где этот курьер с результатами теста?

- Егор, когда будут результаты? – спросил меня Соросов, который заметно поник после высказываний Галомедова.

Оно и понятно, какие бы отношения их не связывали давно, но сейчас они в разных весовых категориях сильных мира сего.

- С минуты на минуту, - ответил я, сверяясь с часами.

По идее результаты теста должны были уже подвезти. Сам лично договаривался по поводу такого щекотливого вопроса. Галомедов, как отец года голословно рассуждал о будущей жизни Махи, она бедненькая, аж съежилась вся от перспективы уехать в дождливый Лондон. Оно и понятно, куда еще ехать опальным олигархам и почти бывшим политикам.

После нашей недавней стычки я о нем разузнал немного и точно уверен, что ему вот-вот хвост прижмут и отправят на нары. А Соросов, как будто сдался уже, что странно, этот мужик еще тот мастодонт на бизнес-арене, а вот дети походу его больная тема. М-да уж… приплыли блин.

Накалившуюся атмосферу разбавил улыбчивый парень, прибывший из клиники с логотипом последней на футболке, вручил конверт и был таков. Да собственно о чем я, это у нас важное дело решается, а ему все вообще до фонаря должно быть. Его работа лишь доставка. Я уже не раз себя спрашивал, почему Маха так плотно осела в моей жизни и так ненавязчиво подстраивает мой быт под себя. По утрам я точно знаю, что меня ожидают плюшки, а не трава. Ба походу козлом меня еще тем считает, что все свои салаты в меня впихнуть пыталась, а теперь уже и сама не прочь втихаря трескать Махины шедевры, но только так, чтобы никто не видел, она же за здоровый образ жизни у меня. Ага, как же.

Маха стала теми весами, которые уравновешивают все вокруг, даже мою характерную родственницу, хоть последняя и не подает вида, но я то вижу, что Ба уже считает Маху своей.

- Ну что там? Не томи, - подал голос Соросов.

Конверт в моих руках, как гремучая змея, готовая в любой момент напасть, жег мне руку. Может все бросит и на хрен всех, жила же Маха как-то и без этого знания и дальше проживет.

- Егор? - приподняв бровь, обратился ко мне Галомедов.

Скот, как же он мне не нравится. Очень скользкий тип. Выдыхаю, пытаясь унять волнение, вскрываю конверт, всматриваюсь в какие-то цифры и строчки, пытаясь уловить смысл. На одном ноль процентов совпадений, а на втором девяносто девять. Черт, где же имена то? О, нашел.

Черт, черт, черт! Я олень, собственноручно вручил эту мелкую пигалицу «такому» отцу. Твою мать! А он же не отступится, в своей голове наверняка уже разменял ее или пристроил выгодно, а может вообще, подложил под кого-то. Этот только так и может. Моя бурная фантазия выдавала такие картинки, что мороз лез по коже. Посмотрел на Соросова, потом на Галомедова, который сидел с ехидненькой улыбкой чеширского кота. Брр.

- Ну и кто там будет вершить мою судьбу, а, Гражданин Начальник? Как погляжу, мое мнение совершенно не учитывается.

- Мах, да не беги впереди паровоза. Это ничего не значит, - попытался было, я пояснить свою позицию, но она меня уже не слышала.

- Да ладно? Вы, Егор Валентинович, - ткнула она в меня своим маленьким пальчиком, - вообразили, что являетесь вершителем судеб? Если я Вам поверила и доверилась один раз, это совершенно не дает Вам никакого права решать вообще все за меня.

- Маха, да что не так то?

- Все не так. Так кто из них? Эта любопытная Варвара или этот хомяк переросток, которого аж перекосило от такого счастья?! – обвела она себя руками, показывая всем, какое она счастье.

- Эй, девчуля, базар фильтруй.

- Дяденька, - обратилась она к Аркадию Олеговичу, - я Вам никто и не желаю узнавать так называемую правду, которая уже давно никому не нужна.

- Мах, он как раз таки кто, он твой отец.

- Хех, подумаешь, не велика наука - детей делать. Слава Богу, я в маму пошла, а то красавицей еще той бы была. Извините, думаю, мне пора носик припудрить. Правильно сказала? – спросила она у Ба.

- Нормально, - ответила та.

Маха подскочив, как ужаленная понеслась в сторону уборных, я хотел пойти за ней и попытаться что-то объяснить, но меня остановила Ба.

- Дай ей пару минут, - я только кивнул в ответ.

- Хм, ну раз все прояснилось, то я думаю, мы можем расходиться. Отправлю с Марией водителя, чтобы она смогла забрать свои вещи и документы. Спасибо за дочь, - протянул мне руку этот неприятный боров, чтобы пожать. Как будто забыл о нашей недавней стычке. Вот двуличная мразь, такой как он ничего и никогда не забывают.

- Я, пожалуй, пойду, - откланялся Соросов с непроницаемым лицом.

- А я проверю, как там Мария.

Мы остались с Аркадием Олеговичем один на один. У того сразу же слетела напускная веселость.

- Ну что, лишился девки?

- В смысле?

- В коромысле, - ответила эта жертва девяностых. - Машка теперь моя, и кроме меня у нее никого в этой жизни по большому счету нету. Она не будет твоей подстилкой, я ее в руки получше определю.

- А не много ли ты на себя берешь Галомедов? Мария взрослый человек, который вполне способен сам решать, как и с кем ей жить и только от ее желания зависит, будете ли вы оба хотя бы общаться или нет.

- Ага, размечтался. Она баба, молодая и глупая, раз спуталась с таким «идеалистом», как ты. На твоем месте, я бы не стал вставать у меня на пути.

- Ого, угрожаем?

Галомедов не успел ничего ответить, так как Ба с удивительной скоростью для ее лет подскочила к столу и запыхавшись выдала, тряся меня за плечо:

- Егор, твою мать, ее нет.

- Кого нет?

- Марии, бестолочь. Напугали мне девку своими раскладами. Где мы теперь ее будем искать?

- Может она воздухом вышла подышать?

- Нет ее, говорю я тебе.

- Да быть такого не может. Куда она могла деться? Маха же никого здесь не знает, да и город не особо видела то.

- Егор, взял быстро ноги в руки и нашел мне девочку, а Вы ,товарищ Галомедов, надеюсь, больше никогда не появитесь в нашей жизни.

- Эх, мечты, - протянула эта свинья. - Вот, так удачно подвернувшуюся, дочку заберу и с удовольствием откланяюсь.

- Сволочь, - сказала себе под нос Ба.

Вот и где теперь искать эту «умницу»? Все-таки дала деру, как я и предполагал.

Глава 7

Мария

Мамочка моя родная, как же мне тебя сейчас не хватает. Почему это произошло именно со мной? Зачем? Не знала всю сознательную жизнь этого борова и еще столько бы не знала. Ведь не просила я Егора Валентиновича об этом. Для чего он решил нас познакомить?

Правильно говорят: «благими намерениями вымощена дорога в ад». Полностью согласна. У меня не было вопросов к тому гражданину, даже не было интересно, почему так получилось, что он никогда не догадывался о моем существовании. Пусть он живет своей жизнью, а я своей. Меня она абсолютно устраивает. Не собираюсь я ни за какие бугры лететь в дождливые столицы. Это не для меня. Может, вообще вернуться к себе в деревню? Поселюсь в нашем бывшем домике, найду работу, проживу как-нибудь, ведь руки, ноги на месте. Я смогу. Конечно смогу, только бы подальше от всего этого хаоса, думала я, выбегая из того помпезного заведения. Блин, а как же моя сторожевая бабушка, к которой я уже душой прикипела и мой чудо Босс?

В голове билась только одна мысль: БЕЖАТЬ. Бежать, как можно дальше. Мне очень давно не было так страшно. В последний раз такой ужас меня охватывал больше десяти лет назад, когда я маленькая стояла у постели своей матери и ловила ее последний вздох. В тот день все кардинально изменилось, и моя жизнь перевернулась с ног на голову. Не было больше нашего с мамой мирка, в котором мы жили только вдвоем и радовались каждой мелочи, которая с нами происходила. У этого борова даже и мысли не возникло, чтобы узнать меня, как человека. Он уже составил целый план, по которому я должна жить. Навозный жук. Не нужен он мне и жизнь такая мне тоже не нужна.

Не успела я разогнаться, как следует на своих ходулях, как снесла кого-то и повалилась на асфальт. После некоторого барахтанья на горячем асфальте я признала в этой даме ту самую «шутницу». Ну ту, которая ведьма и с чувством юмора у нее не лады.

- Мария, если не ошибаюсь, - прохрипела девушка подо мной. – Хорошо, что у тебя вес, как у тощенького барана. Ты конечно, очень даже ничего, но я как бы замужем и по девочкам не прикалываюсь, если что, - ткнула она безымянный пальчик под нос. - Задавить ты меня не задавишь, но уже помяла знатно. Может, слезешь все-таки с меня?

- Ой, - пискнула я, сгорая от стыда и преприняла попытку скатиться с этой девушки. – Извините, я не хотела.

- Не хотела она, - крякнула девушка в очередной раз, когда я случайно ткнула ее одной из своих конечностей.

- Извините еще раз, - сказала я, кое как приняв вертикальное положение. Начала помогать в том же самом моему невольному «препятствию».

- Да нормально все, - отмахнулась от моих дерганых попыток помочь девушка. – Я Алина, кстати, если ты еще не знаешь.

- Маша.

- Ну, вот и познакомились. Рада, очень рада, - протянула мне руку эта Алина, я осторожно пожала ее, предварительно протерев свою об костюмчик. – Да не трясись ты так, я привычная. У меня дома пять сорванцов, за которыми глаз да глаз нужен и неловкие падения бывают каждый день.

- Мне, правда, очень неловко.

- Не бери в голову. Ты мне лучше скажи от кого бежишь то? Не от Людмилы Прокопьевны случайно?

- Хм.

- Что случилось? - спросила уже серьезно девушка. Я молчала в ответ, потупив взгляд. - Рассказывай! Все равно узнаю.

- Мне пора, - попыталась сбежать и от Алины, но не тут то было. У нее хватка, как у бульдога.

- Никуда ты не пойдешь. Говори, кто обидел. Мы своих в беде не бросаем.

- Так я и не Ваша.

- Тебя Йети в свою семью принял, - как само собой разумеющееся выдала она, вроде как этот факт объясняет абсолютно все. - Но пока никто не может понять почему. Почему, кстати? - Я пожала плечами в ответ. – Он что тебя обидел?

- Нет, нет, что Вы.

- Да не выкай ты мне! Еще не бабка старая так-то, мне и на работе этого хватает.

- Не поймите не правильно, но мне и вправду пора. Сейчас Этот выйдет и увезет меня.

- Кто? Егор что ли?

- Нет.

- А кто тогда?

- Галомедов Аркадий Олегович, - Алина присвистнула.

- В тихом омуте черти водятся. Это откуда у тебя такие знакомства?

- Да ниоткуда, Егор Валентинович постарался, - неопределенно ответила я. – Он мой отец.

- Егор?

- Да нет же, Аркадий Олегович.

Снова неприличный свист выдал рот Алины.

- Вот это родственнички у тебя. А Йети говорил, что ты сирота.

- Почему это? У меня мама есть, правда она умерла уже давно.

- Понятно. В бега, значит, собралась от такого перспективного папашки?

- Ага, то есть да, - шлепнула себя по губам, просто автоматом вспомнилось, как мне съедала мозг Людмила Прокопьевна за это самое «ага».

- Подвезти? – просто спросила Алина.

- Если не сложно.

- Прыгай, - махнула она рукой на свою машину.

Господи, да откуда у них столько денег то? У Егора Валентиновича такая квартира огромная, что и мне целая комната нашлась, машина-зверь, он мне такая зарплату выплачивает, что мне раньше и не снилось (хотя, если честно, то за мое ангельское терпение в обществе такой характерной бабушки, как Людмила Прокопьевна еще надо подумать достаточно ли мне платят). Вот и у этой Алины машина была, как с картинки, да и она сама, как будто только сошла со страниц глянцевых журналов.

- Долго будешь думать и весь твой «план» пойдет к псу под хвост.

- Какой план? – не поняла я.

- Побега, - усмехнулась она.

Не став и дальше стоять столбом посреди дороги, я постаралась со всей аккуратностью умоститься на пассажирском сидении. Мотор взревел и Алина осторожно выехала с парковки. В зеркало заднего вида мне бросился в глаза мужчина, вылетевший из ресторана, как пробка от шампанского.

- Ой, что будет, - покачала головой Алина, ехидно улыбаясь. – Йети добрый, по жизни на позитиве, но ты девочка, кажется, его довела.

- С чего бы это?

- А то я не увидела его перекошенное лицо.

- Сам виноват, - буркнула я себе под нос. – Кажется, я уволена.

- Ага, размечталась. Прокопьевна только за тебя взялась, не знаю уж, чем ты покорила это семейство, но намереваюсь это в скором времени узнать.

- О чем ты?

- Да так. Мысли вслух, так сказать. Куда едем?

- Не знаю, - пожала я плечами.

Девушка хохотнула негромко.

- А куда хоть бежать то тогда собралась? – я только и смогла, что пожать плечами в ответ. – Ясно. Доверишься мне?

- А надо? – спросила я, понимая, что вариантов-то как бы у меня особо и нет.

- Надо Муля, надо.

Одной рукой она вела автомобиль, а второй бегло прошлась пальчиками по своему телефону и поставила его на приборную панель

- Марго, объявляю слет бабсовета. Будем принимать нового члена в наши ряды.

- Какого это? - спросил строгий женский голос из динамика.

- Нового. Вся информация при встрече. Через час на нашем месте и перенеси все мои дела на завтра или придумай что-нибудь, очень тебя прошу. Чувствую, что часа через два я уже буду не в состоянии решать какие-либо вопросы.

- Алина, но сейчас же еще даже не обед.

- Правильно. С утра выпил - весь день свободен.

- Бестужев тебя убьет, если ты ему дело запорешь.

- Ой, напугала козла капустой.

- Окей, но я тебя предупредила, - сказала девушка из динамика и отключилась.

- Видала, - спросила у меня Алина, - какая у меня подруга понятливая?

- Да Вас попробуй не пойми, даже Людмила Прокопьевна готова, с Ваших рук есть.

- Не преувеличивай, просто я ее знаю, сколько себя помню, и хватит мне выкать, в самом-то деле. Нормально же общались?!

Так я и поверила, говорила же Егору Валентиновичу, что эта Алина - ведьма, а он не верил. А вот я точно верю, потому что уже сама готова хоть яду выпить вместе с ней. Умеет она располагать к себе. Умеет.

***

Да уж, время обед, а я уже красивая. И не в плане внешности, я просто-напросто напилась, что не делала, по-моему, вообще никогда. Компания душевная попалась, как никогда прежде. Даже и подумать не могла, что в женском обществе практически моих ровесниц мне будет так комфортно. Никаких тебе издевок, тычков и понуканий, просто сидим девочками на берегу реки, общаемся. Так освежающе поддувает легкий ветерок, само заведение находится на настоящем корабле – красота. Я себя даже не чувствую не в своей тарелке. После парочки бокалов красного, с которого все началось, мой язык зажил своей собственной жизнью. Уже потом я поняла, что на это и был коварный расчет, потому что правильно же говорят, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Я не стала исключением.

Разговор тек сам собой, как и винишко.

Время перевалило за полдень и три барышни уже порядочно поднабрались. Пришло время правды. Я же уже говорила, что моя язык начал работать без моего на то ведома? Так вот, я выложила все от и до, о своей жизни Алине и ее подружке Маргарите. Но ни одна из них не стала вдаваться в подробности о себе, так чисто по мелочи. Походу сегодня мой день и мне дают выговориться.

С первого взгляда на этих двух непреступных красоток, можно было сказать только одно – не подходи, убьет. Такие у них порой леденящие душу взгляды, что аж голову хочется спрятать под стол. Но я изменила свое мнение, когда пообщалась с каждой из них с глазу на глаз. Мне хватило и получаса, чтобы понять, что мы подружимся. Сердце мне подсказывало, что им можно доверять. Или я снова делаю из желаемого действительное? Пока не знаю.

Как же мне не хватает моей бойкой Лизаветы в такие моменты, которых с каждым днем становится все больше. Но я лучше попробую и пожалею, ведь у меня теперь есть, если не подруги, то, по крайней мере, хорошие знакомые, с которыми можно поделиться наболевшим. Их обеих в свое время тоже неплохо помотало, как выразилась Маргарита: « жизнь умеет ставить раком». Это-то я тоже знаю, как никто другой. Я смотрела и не верила их словам, правда, я никак не могла подумать, что когда-то эти сильные женщины могли жить совершенно по другому, но у них получилось встать с колен и подчинить себе свою жизнь. Они смогли. А я смогу? Смогу ли снова не просто плыть по течению, подстраиваясь под обстоятельства, а взять ответственность на себя? Вот это вопрос.

- Алина в нашем полку прибыло, - коварно улыбаясь, сказала Марго, да-да, Марго, а не Маргарита Андреевна, потому что красное винишко сближает. Не переборщить бы только! Но кажется, об этом уже поздно думать.

- Это точно. Машка, мы все поняли про семью и так далее, не повезло тебе, это понятно. И вот мой тебе совет, вдруг пригодится, держись подальше от Галомедова, он может красиво в уши заливать, а на самом деле правда может вскрыться не очень-то приятная.

- О чем ты?

- Да так, - пожала плечами Алина, - просто настоятельно рекомендую, будь осторожна. Если бы выяснилось, что Соросов твой отец, я бы перекрестилась и в прекрасную жизнь тебя отправила. Он нормальный мужик.

- Ага, который всю жизнь не желал меня знать.

- Вот тут ты не права подруга. Почему ты решила, что хоть один из них знал о твоем существовании?

- Ну как?! Наверняка же, когда заделываешь кому-то ребенка, не уходишь в закат тут же?!

- Хм, - призадумалась Алина, - не говори гоп, пока не перепрыгнешь. Маш, не зарекайся, в жизни всякое бывает. Я вот вообще не думала и не гадала, а стала мамой целой пятерки пацанов и появлялись они в моей жизни при абсолютно разных обстоятельствах.

- Ого, а по тебе и не скажешь, - ошалела я от озвученной цифры. – Серьезно? Целых пять?

- Ага. Старшим вот недавно совершеннолетие отпраздновали. Я им платочком машу и говорю съезжать, а они ни в какую, - Алина с Марго рассмеялись. – Что? – спросила Алина, видя, как неверующе смотрю я на нее.

- Извини, конечно, за бестактный вопрос, но, сколько тебе лет? Ты что эликсир молодости хлещешь ведрами?

Мои слова снова вызвали настоящий взрыв женского смеха.

- Ой, не могу, - хлопала себя по коленке Алина, - Машка, ты святая простота.

- Знаю, - горестно надула щеки. – Людмила Прокопьевна, постоянно называет меня деревенщиной.

- Да не обращай внимания, - отмахнулись от этих слов девушки в унисон. – Она постоянно кого-то учит, просто не может жить без этого. Характер у нее такой, тебе пора бы уже шкурку то нарастить, потому что то ли еще будет.

- Обнадежила, так обнадежила.

- Маш, - приобняла меня за плечи Маргарита, - да ты не дрейфь, если что, ты нам звони мы уже наученные, как Людочкуобезвреживать. Она тетка старой закалки, хотя в свое время сама такое вытворяла.

- А ты-то откуда знаешь? – спросила Алина свою подругу.

- Тим рассказывал.

- Ага, - воскликнула пьяненькая ведьма на все заведение, - так и знала, наконец-то дело сдвинулось с мертвой точки.

- Ничего никуда не сдвинулось, - пробурчала Марго. – Я же уже не раз говорила, что мы просто друзья и коллеги.

- Ага- ага, чеши это кому-нибудь другому, а то у меня глаз нет и я, как будто ничего не вижу. Вы как два дятла, три шага вперед делаете, а потом два назад и так уже не первый год.

- А что у вас с Егором? - неожиданно сменила тему Маргарита, заметно покраснев.

- Понятно, как из меня всю душу вытаскивать, так вы обе первые, а как самим подробнее рассказать о себе, так хренушки Машенька, не твоего ума дела.

- Маш, да ты не так все поняла! – воскликнули они в один голос.

- Машуль, - взяла слово Марго, - в общих чертах мы поведали тебе уже намного больше о себе, чем знает кто-либо еще. Это, так скажем, кредит доверия. Ты, наверное, еще плохо осознаешь, в какой мир попала, но здесь нет места дружбе и тому самому доверию. Любой, повторюсь еще раз, абсолютно любой человек может предать тебя за пять баксов. Очень не многим везет, допустим, как нам с Алинкой найти свою половинку в плане настоящей дружбы. Просто мы практически в один момент оказались в похожем положении и еще помним, каково это быть один на один со своими проблемами. Я ни в коем случае не хочу тебя обидеть, но ты чересчур доверчива. В нашем случае тебе повезло, мы не желаем тебе ничего плохого. Никакой зависти с нашей стороны нет, но будь на нашем месте кто-то другой, то такие откровенные разговоры, могли бы выйти тебе боком.

- Ну, спасибо.

- Да не обижайся ты, - сказала Алина.

- Поняла я, это вы так завуалировано меня обозвали той же самой деревенщиной.

- Я тебя сейчас еще похлеще обзову, - шутливо стукнула меня по плечу Маргарита. – Ты же с Егором, а значит наша.

- Нет, вы не так все поняли! Я не с ним, я работаю на него и его сторожевую бабушку. Ик.

- О, этому столику больше не наливать, - рассмеялись девушки.

- Что-то я не поняла, если я такая никакая, то почему вы все-таки откровенничали со мной? Мне же не показалось?

- Не показалось. Машка, да не бери в голову. Марго хотела сказать, не бзди и не болтай лишнего, если ты с нами, то мы, где надо поможем, где надо подскажем, и все будет тип-топ. И это, я не поняла, у вас с Йетей что, не все на мази?

- В смысле? – не поняла я.

- Да мы на работе только и слышим, Маха то, Маха се, засела ты в душу к нашему Егорке.

- Перестаньте, я лишь работаю на него. Знаете же уже, что он очень помог мне.

- Ну да, ну да. Только я его знаю всю свою жизнь, он не особо то занимается такого рода благотворительностью.

Хм, здесь есть над чем подумать, только, кажется, я сделаю это уже завтра. Ик.

Егор

Твою мать. Где она? Куда могла пойти эта мелкая пигалица? Чувство вины не покидало меня. Злюсь на себя и на всю ситуацию в целом тоже. Маха, Маха, где же ты девочка?

- Егорушка, она не могла далеко уйти, - тронула меня Ба за плечо, как только мы вышли из ресторана, удостоверившись еще раз, что Махи там нет. - Давай ты налево, а я направо. Вместе мы быстрее ее найдем. Сейчас одумается и вернется.

- Ба, езжай домой. Я сам.

- Но..

- Ба, - прорычал я, перебивая ее, - езжай, пожалуйста, домой и не переживай. Я тебе обещаю, что найду ее.

- Хорошо, - на удивление быстро согласилась она и скрылась в ближайшем такси.

Радует, что Ба знает, когда надо уступить.

Галомедов не заставил себя долго ждать и тоже появился на крылечке уже моего не самого любимого заведения.

- Егор, не желаешь объясниться?

- А должен?

- Где моя дочь?

- В кармане спрятал. Моя роль в вашем театре абсурда сыграна, а посему я умываю руки. Дела.

- Ты еще допрыгаешься у меня щенок!

Кулаки тут же загудели, было такое сильное желание вмазать этому мудаку, что я уже стал надвигаться на него, но тут, как из под земли выросли два амбала и преградили мне дорогу.

- Не дорос еще, чтобы со мной тягаться, мальчик.

- Ну да, куда уж тягаться с коррумпированным политиканом, который прячет свою жопу за спинами своих «мальчиков». Не стремно, Галомедов? Да хотя куда тебе, старому хрычу. Недолго осталось твоей музыке играть.

- О чем ты?

- Поживем – увидим. А ты к Махе не лезь, если она проявит желание пообщаться с «отцом», то я дам ей твои контакты.

- Без тебя разберусь! Она моя и не твоего ума дело, что будет делать моя дочь.

- Это мы еще посмотрим.

Да что я так в нее вцепился то? Ведь прекрасно понимаю, что у Махи своя жизнь, а у меня своя, но все равно я чувствую некую ответственность за нее. Зараза, ее появление спровоцировало очень много всего, что раньше меня вообще никак не волновало. Да, точно меня волнует она, дошло-таки до меня. Это было так дико, что я сам не верил в это.

На протяжении всей жизни у меня было всего две постоянных женских величины, о которых я переживал. Ба и Алина, они всегда были рядом, не смотря ни на что. В какой бы жопе я не оказался только они, да Тим с Тарасом те, на кого я могу рассчитывать при любом раскладе. Порой сверх опека от Ба напрягает, а Алина так вообще знатный гвоздь в моей заднице, который душит время от времени… но семью не выбирают! Хотя нет, вру, еще как выбирают. Сугубо мой выбор жить так, как я сейчас живу. Если девка, то только на раз, чтобы у нее не было возможности залезть в душу. Сам же знаю, что на раз, поэтому и Маху не буду воспринимать, как кого-то иного, иначе я только все испорчу. Жизнь ей ломать не собираюсь. Справлюсь уж как-нибудь со своими «волнениями».

Епта, с каких это пор я стал такой чувствительный? Было бы смешно, если бы не было так грустно, потому что Махи то нет. Я уже исколесил пару близлежащих районов, а она как сквозь землю провалилась. Засранка маленькая, не могла в лоб мне сказать что не так?? Нет блин, всем бабам драму подавай.

Я успел разрисовать такие картины в головы, что «страшно» это не совсем подходящее слово. Представил, что ненароком ее сбила машина или изнасиловал кто-нибудь и она сейчас лежит и плачет в безлюдном тупике или вообще... Нет, о таком лучше вообще не думать. Фак, да чтоб тебя Маха, ремнем по заднице пройдусь, как только увижу.

Поднял на уши всю службу безопасности и друзей предупредил, если эта пигалица объявится в офисе, чтобы мне сразу дали знать. Слежку за Галомедовым установили, так как были у меня подозрения, что Махино исчезновение без его рук не обошлось.

Прошло уже несколько часов, успел и домой заскочить, проверить на месте ли ее вещи, а то кто ее знает, может решила податься в свое Новопердуново. Зря приехал, только Ба распереживалась вся.

От дурных мыслей и предчувствий меня отвлек звонок Бестужева.

- Алло. Жмурик, вот сейчас вообще не до тебя.

- Ха-ха, я оценил твой искрометный юмор, только тут это, э-э, - замялся Андрюха, - я за своей приехал, потому что никакая уже, скопом и Марго забираю. Твою забирать или сам заедешь?

- Что? Какую мою? Ты что тоже пьяный? – не понял я.

- Йети, мать твою за ногу, за Машкой приезжай, - крикнула в трубку АлиБаба, - мы как раз бутыль добьем.

- Дай сюда, Пьяница, - послышалась какая-то возня. - Да, Егор, так что?

- Сейчас буду. Где?

- Биирман на речке.

- Двадцать минут.

- Понял.

Дожился бл*, я ни за одной девчонкой в своей жизни так не скакал, как за этой мелкой пигалицей. Она у меня точно на ремень напрашивается. Скрипнул зубами, злясь сам не зная на что больше.

- Ну что? – вопрошающе смотрела на меня Ба.

- Да нашлась. Я за ней.

- Ох, ну слава Богу, а то я вся испереживалась. Она же совсем город не знает, да и адрес наверняка не помнит. Мое упущение, я так увлеклась ее сборами, что совершенно вылетело из головы хотя бы основное показать.

- Так вот этим и займетесь, как отойдет эта гулена.

- В смысле?

- Они с Алиной и Марго на грудь приняли. Все, поехал забирать.

Вот чего-чего, а заливистого смеха я от Ба уж точно не ожидал.

- Что вылупился, как будто в первый раз меня видишь? Езжай! Допекли мы девчонку. Она из огня, да в полымя. Хотели, как лучше, а видишь, - Ба развела руками, - как все получилось. Зато я спокойна, что Мария с Алиной, она девчонка толковая.

Только кивнул в ответ, подхватил ключи от машины, телефон, чмокнул в щеку Ба и поспешил выйти из квартиры.

Дорога стелилась под колеса, фоном играла музыка, хорошо, что пробки еще не начались, а то я бы надолго здесь встрял. Костерил себя на чем свет стоит за то, что, казалось бы, все предусмотрел, а Маха сорвалась, хорошо хоть в цепкие лапки Али попала. Про что-то другое не хотел даже думать.

Так, выдохни тряпка, с Махой все порядке, ну наклюкалась скорее всего, с кем не бывает. Да епт, с ней не бывает, по крайней мере, я не замечал ни разу, чтобы она к бутылке прикладывалась. Хотя, зная одну парочку неугомонных дев, они любят иногда устраивать вот такие вот девичники. Пока Бестужев не стал постоянной величиной в жизни Алины, я, Тарас, а чаще Тим подрабатывали бесплатным такси для них. Фак, а теперь я что ли в одной банде с Бестужевым? Серьезно? Нет уж, дудки, это в первый и последний раз, ладно не в первый, но точно в последний.

Как только я подъехал, моему взору предстала презабавнейшая картина. Приблизился к столику настолько, чтобы было слышно, что там происходит. Не сдержался и прыснул от смеха.

Один холенный павлин, не обращая внимания на колючий взгляд Бестужева подкатил к столику, аккурат рядом с Марией наклонился и прошептал своим типа томным баском, от которого по идее девчонки должны писать кипятком:

- Ух, какая симпатяжка.

Маха, вскинула голову на этого смертника и серьезно так выдала:

- Охренел? Я не в подтяжках.

Злость на нее, как-то сама собой прошла. Я ржал, как и Андрей с девчонками, которые веселились от души. Подошел и смерил взглядом донжуана-неудачника.

- Какие-то проблемы?

- Нет, - ответил он, быстренько ретируясь, а жаль, размялся бы, а то нервы не к черту.

Андрей, заметив меня, облегченно выдохнул и сказал:

- Ну все бабоньки, пора по домам.

- Так мы еще песню не спели, - возмутилась Алина.

- О-о, пьяная мать – горе в семье.

- Не нарывайся Бестужев! Ты парень хоть куда, но незаменимых не бывает.

- Да знаю я, что ты у меня сама независимость. Поехали уже. Марго?

- Я такси вызову, не беспокойтесь обо мне.

- Не надо, я тебя увезу, - раздался за моей спиной голос Тима. Оп-па, а этот-то, откуда здесь взялся?

Впрочем, не маленькие, сами разберутся. А сейчас меня интересовала моя пигалица. Я пробежавшись взглядом от макушки до пяток по ней, остановился на ступнях. Что-то меня определенно смущало, только вот что я все никак не мог понять.

- Егор Валентинович, - встрепенулась Маха, замечая меня, - Вы за мной?

- А есть другие варианты?

- Не имею ни единого варианта, ик.

Она встала и прошлепала без обуви ко мне пару шагов, не решаясь подойти вплотную и объясниться. Маха оставляла за собой мокрые следы. Это еще что такое?

- А-ха-ха-ха, - раздался дружный женский смех за ее спиной.

- Готовилась она милого встречать, пятки намывала. Машка, ты, когда ноги мыть ходила после своих диких плясок, чулки то снимала? – Маха покраснела, а Алина с Марго еще сильнее закатились.

- Ой, ик, - смущенно пискнула она.

- Ты в порядке? – спросил я свою потеряшку, показав кулак двум смеющимся девушкам.

- Да, только я к этому Пузану страшному не поеду, так и знайте. Если хотите, то увольняйте, но я лучше в свою деревню вернусь, чем к нему.

- Понял. Поехали уже домой, завтра решать все будем, когда ты будешь в состоянии общаться, не икая и не спотыкаясь на каждом слове.

Маха тяжело вздохнула, подхватила свои пожитки и попрощалась со всеми. Если честно, я был сильно удивлен, зная Марго и Алину, и как они в целом относятся к женской компании, не считая друг друга… а тут такая идиллия, как будто сто лет уже знакомы.

Мелкая гордячка, с видом независимой птицы пошлепала на выход, забросив сумочку на плечо, а я, махнув на прощание друзьям, подхватил ее туфли, по любезной указке Марго, которая в любом состоянии держала ситуацию под контролем. Ух, а у них с Тимом буря намечается. Это Андрюха уже привыкший к любым закидонам своей сумасбродной благоверной и переносит их с заметной меланхолией, правда подкалывать ее не прекращает еще долго после вот таких посиделок.

Перехватил Маху уже на выходе с корабля, сцапав за шкирку, а то еще миг и она бы точно навернулась за борт, потому что пьяному и море по колено. Зигзагообразная траектория движения не предвещала ничего хорошего. Она что-то усердно бубнила себе под нос, правда понимал я третью часть, вычленяя более или менее понятные слова. Не мог я злится на нее в таком состоянии, завтра выскажу все, что я думаю о ее поведении и сегодняшнем бегстве.

- Домой? – спросила она меня, удобно устроившись на пассажирском сидении.

Кивнул в ответ и не прошло и минуты, как она уснула. Во дает, поняла, что ее детское тельце доставят до родных пенатов в целости и сохранности и сразу же вырубилась. Неужели она настолько сильно мне доверяет? Зря. Не такой я и хороший, каким она меня считает.

Да и черт с ним. Из открытого окна слышался запах приближающегося летнего вечера, пробуждая во мне непонятное умиротворение, под боком сопела моя Потеряшка. Я постарался запихнуть подальше все свои чисто мужские волнения, все же я не железный человек, не хотелось бы обмануть доверие этой милой девчонки.

Глава 8

Мария

Ух-ух-ух, как же болит голова! Что со мной? Еще не открыв глаза, я поняла, что при таком состоянии проще умереть. Серьезно. Что же со мной вчера произошло, что я помню вчерашний день как-то урывками? Разрушивший мою жизнь бранч, отец-молодец, который уже все за меня решил, встреча с ведьмами, блин, то есть с Алиной и Марго. Да твою ж дивизию, я пила вино, много вина, а потом темнота. Все, как в тумане.

- Эй, спящая красавица, - послышался голос вездесущей Людмилы Прокопьевны. – Ты долго еще собираешься ляжки тянуть?

- Я точно умерла и оказалась в аду, - проскрипела я, укрывшись одеялом с головой.

- И не мечтай. Рано еще тебе. На, вот, - протянула мне старушенция стакан с прозрачной жидкостью.

- Вода?

- Лучше. Это средство для таких вот неумельцев на поприще начинающих алкоголиков.

- Я не такая.

- Ага, жду трамвая. А кого вчера Егорушка в бессознательном состоянии принес? Ты мало того, что на ногах не стояла, так еще и отрубилась по дороге домой.

Ой, стыдно то как.

- Да ладно, с кем не бывает, - подбодрила меня Людмила Прокопьевна.

Мне захотелось потрогать ее лоб и проверить, нет ли у нее температуры. С чего бы ей меня поддерживать после такого моего промаха?

- Не смотри ты на меня так. Что я, по-твоему, никогда молодой и такой же шустрой не была? Мария, надеюсь только на одно, такие выходки не войдут у тебя в привычку.

- Конечно, нет! Я вообще больше никогда не собираюсь пить. Мне так плохо. Я даже не могу понять, что больше меня беспокоит, голова или революция в животе.

- Пей, - сунула она мне еще раз под нос стакан.

Делать нечего, выпила. Жидкость была немного кисловата, но после целого стакана, даже жить захотелось, если честно.

- А теперь в душ и я жду тебя на кухне. У тебя полчаса.

- Ес Босс, - согласилась я, вслед выходящей старушенции.

Душ был божественный, но путь был до него не так-то прост. Результаты порадовали, хоть я и была до сих пор немного опухшая. Почистила зубы, попыталась сообразить на голове что-то хотя бы отдаленно напоминающее прическу, я ж типа леди с некоторых пор, по крайней мере, таковую из меня пытается вылепить некогда филолог. Надеюсь, я вчера не учудила ничего сверхъестественного, а то и так стыдно.Не стала заморачиваться по поводу одежды, потому что сил на это не было, надела свой любимый цветастый сарафанчик. Мне стало немного полегче, но все равно было такое ощущение, что у меня все внутренности ходят ходуном, как и руки с ногами. Посмотрела на часы и ахнула, время уже близилось к обеду. Вот это я поспала. Мысленно перекрестилась и пошла сдаваться Людмиле Прокопьевне. Еще и с Егором Валентиновичем придется объясняться вечером, сто пудов, потому что просто так он от меня не отстанет. Хорошо, хоть сегодня будний день и его сейчас нет дома. У меня еще есть время до вечера, чтобы придумать правдоподобное оправдание своему вчерашнему такому необдуманному поведению.

Блин, почему я ничего не помню. Как вообще я добралась то до дома? Наверное, девчонки привезли. Или все-таки сама?

Погруженная в собственные невеселые мысли я добралась до кухни и протяжно выдохнула. Я попала, это было первое, что пришло в голову, потому что увидела я чересчур серьезную физиономию своего Босса. Что-то развелось их. Вторая мысль, которая посетила меня: бежать. Я тут же развернулась на сто восемьдесят градусов и уже занесла ногу, чтобы сделать первый шаг, но за моей спиной прогремел голос Егора Валентиновича:

- Стоять! Только попробуй сквозануть куда-нибудь. Ей Богу, выпорю на этот раз.

Обмирая от страха, развернулась к лицам своих судей. Если честно, не похоже на меня это, не моя манера поведения убегать от проблем. Я всегда считала себя здравомыслящей девушкой, способной решить любую свою проблему, но видимо и у меня бывают осечки. Вчера я не только растерялась и рассердилась от того, что практические незнакомые мне мужчины все за меня решили и не очень то мне теперь верится, что Егор Валентинович будет противостоят тому пузану, который вдруг решил поиграть в родителя. Кто я ему? Правильно, никто. Я просто для него еще один нанятый рабочий персонал, чтобы его бабушка была под присмотром, этакий шут при королеве, как во времена старой Англии.

- Мария, - точно попала, если уж он так официально ко мне обращается, то жди беды, - я хотел бы прояснить вчерашнюю ситуацию, послушать тебя и понять, что тебя побудило бежать, куда глаза глядят. Я же ни разу тебе не дал усомниться во мне! Если я сказал что все остается по-прежнему, то оно так и остается. Никто тебя никуда не гонит без твоего на то желания. Хочешь, оставайся с нами, хочешь, езжай в Лондон и живи там припеваючи, но только для начала поинтересуйся у своего так называемого отца при каких обстоятельствах он был близок с твоей матерью. Аркадий Олегович очень опасный человек и не стоит ждать, что в нем внезапно проснется бескорыстный мужик. Ты уже большая девочка и сама способна взвешивать и оценивать свои решения. Короче, я тебя предупредил. Но бегство – это не выход. А если бы с тобой что-нибудь случилось?? Ты об этом не подумала? Что бы я делал потом?! Ведь с моей невольной подачи все эта херабора закрутилась. Если бы знал, что так получится, никогда бы на порог Соросова не пустил.

- Егорушка, выдыхай, - вставила свои пять копеек Людмила Прокопьевна.

- Ба, ну что ты прикажешь делать с этой сумасбродкой? Я вчера чуть не поседел, пока рыскал по всему городу, а она в это же время накидывалась, как портовый грузчик. Скажи, пожалуйста, вот оно мне надо? Это же не дело.

- Извините, - осипшим голосом пробормотала я. – Я так больше не буду.

- Как Мария? Как ты больше не будешь? Я считал тебя уравновешенной девушкой, а одна из ряда вон выходящая ситуация…

- Каждый человек имеет право на ошибку, - перебила я его, пытаясь сдержать слезы, которые уже были готовы хлынуть из моих глаз.

- Маха, не беси меня, зараза ты этакая. Ты себе даже представить не можешь, как я себя чувствовал вчера.

Неожиданно зазвонил телефон. Я вздрогнула.

- Да, - рыкнул в трубку Егор Валентинович. Дальше последовало молчание с его стороны, слушает, что там ему в трубку говорят. - Алин, ты что бл* прикалываешься? Я бы и тебе по заднице надавал. Не могла вчера позвонить и сказать, что Маха с тобой? Я себе чуть все волосы на жопе не вырвал, гадая, где она, пока вы там втроечка винишко дегустировали. Совесть есть? Хотя о чем я, у тебя ее отродясь не было. И нет, я тебе ее не дам, звони на ее телефон. Как нет? У тебя, что нет телефона? – обратился мой злющий Босс уже ко мне. Отрицательно покачала головой. – На, только недолго. Мы еще не закончили.

Кивнула и приняла из его рук телефон, прикладывая к уху.

- Алло, - сказала я, выходя из кухни, под напряженным взглядом двух пар глаз.

- Привет дама в подтяжках.

- Что? – не поняла я.

- О-о, - протянула Алина в трубку. – Неужели все так плохо? Головка побаливает и ливер трясется?

- Это еще мягко сказано.

- Значит надо поправиться! Ты хоть что-нибудь помнишь?

- Ну, так, урывками, - не буду же я ей признаваться, что большая часть вчерашнего женского сабантуя просто-напросто не отложилась в моей голове.

- Значит так, слушай мое распоряжение, как старшей по званию. Давай собирай своих и дуйте к Тиму. Мы уже выезжаем. Артур, я тебя сейчас укушу, если не прижмешь пятую точку к креслу, - обратилась она уже явно не ко мне. – Тема, не беси маму с утра пораньше.

- Что? Куда?

- Не тормози, сникерсни. Кинь трубкой в Егора, а то ты какая-то непонятливая с утра.

- Так уже почти обед.

- А у меня еще утро и внезапный выходной.

- Так у меня то нет.

- Не ссы лягуха, болото будет наше. Сейчас все утрясу. Давай Егора.

- Хорошо, - согласилась я, пожав плечами.

Или из моей головы еще не до конца выветрились алкогольные пары, или я точно что-то упустила. Конечно, упустила, большую часть вчерашнего дня. Мало что ли? Каких своих я должна собрать и к какому Тиму ехать? Ее логика мне точно не ясна. Ничего не понимаю.

Отдала трубку Боссу, который тут же поспешил уйти из зоны видимости, показав мне кулак. Направилась к кофе-машине.

- Людмила Прокопьевна Вам что-нибудь сделать?

- Да не надо, - отмахнулась от меня она. – Та как хоть, гулена?

- Честное слово, такое больше не повторится. Извините меня, пожалуйста.

- Ты меня очень напугала, как и Егорушку. Мария не делай так больше, все-таки у меня уже возраст не тот, чтобы так сильно нервничать.

- Извините еще раз, - промямлила я, утыкаясь газами в пол.

- Хватит уже извиняться. И так Егор тебя нехило пропесочил. Наверняка, он еще не выдохся, запала его еще надолго хватит, поэтому я умываю руки. С тебя и без меня хватит. Понимаю, что вчерашние новости были для тебя, из ряда вон и стоило заранее как-то к ним подготовиться, но сделанного уже назад не воротишь, поэтому и ты меня извини. Стоило настоять и ввести тебя в курс дела раньше, а не ставить таким образом перед фактом. Ты же знаешь, что эти мужики, как вобьют себе что-то в голову, так не переубедишь потом.

- Если честно, то не знаю, потому что не было в моей жизни постоянных мужчин. Был вот, жених бывший, да и тот решил, что любит сестру мою, а не меня.

- Тебе же лучше. Зачем тебе такие перебежчики?!

Кто эта женщина и где моя ехидная старушенция, которая была в каждой бочке затычка?! Остановите Землю, я сойду.

- Спелись, значит? – раздался тихий рокочущий голос Егора Валентиновича за моей спиной.

- О чем Вы, Босс? Я не понимаю.

- Не понимаешь, значит?! Ну ладно, ладно. Я тебе еще это припомню. Выходной так выходной. Забыл совсем, что сегодня праздник. Поедем все вместе отмечать День России. Ты же патриотка, Мария? - смогла только кивнуть головой, потому что стояла сейчас перед шефом, как кролик перед удавом.

Мамочки, как же страшно-то а. Егор Валентинович сегодня вообще сам на себя не похож. Где мой любимый Босс, который не стесняется разгуливать в труселях по дому, святить своим умопомрачительным торсом, не забывая шутить по поводу и без. Где он, тот балагур? Почему на его месте сейчас стоит опасный зверь, который вот-вот съест меня со всеми потрохами?!

- Так я зачем поеду? Я же всего лишь ваш рабочий персонал. Как-то неудобно.

- А пить тебе было удобно с моими подругами?? Так вот, довожу до твоего сведенья, что ты теперь в клубе самостоятельных и независимых девиц, которые шутя, съедают мозг чайными ложками.

- Это Вы вот такого обо мне мнения?

- Я уже и сам не знаю, какого о тебе мнения. Думал одно, а на деле все по-другому оказалось. Все так запуталось. Не знаю, Мах. Но пожалуйста, если в следующий раз решишь, что-то подобное учудить, то хотя бы сообщи. Я как-никак взял ответственность за тебя.

- Хорошо. Наверное, мне стоит купить телефон. Я как раз отложила некоторую сумму. Думаю, хватит.

- Не бери в голову. Что раньше-то не сказала, что без связи сидишь? Я думал, что таких мамонтов уже не осталось. Сейчас принесу какой-нибудь свой старый телефон.

- Да неудобно как-то. Вы и так уже столько для меня сделали, а тут еще и телефон.

- Эх, Маха, бестолочь ты деревенская. Ба, собирайся, поедем к Тимуру на шашлыки, ждут нас всех, - обратился он уже к своей греющей уши родственнице.

- А кто там будет?

- Все.

- Да ни в жизнь! Я вас четверых мелких переносила только, если поблизости был пузырек с валерьянкой, так вы мне до сих пор спокойно жить не даете. Одна Алинка за голову взялась и замуж уже второй раз выскочила, а ты до сих пор один как сыч, и дружки твои такие же, а я же не вечная. На кого я тебя оставлю?

- Ба, не заводи свою старую шарманку.

- Не поеду, я от вас маленьких еще не отошла, а там будет целая орава вам подобных. Нет. Даже не проси. И вообще, у меня стресс, мне нужен отдых, тишина и покой. Пожалуй, мне и дома будет неплохо.

- Ну вот, мы с Людмилой Прокопьевной остаемся, а Вы, Егор Валентинович поезжайте. Отдохните.

- В смысле поезжайте, а ты? – удивился Босс.

- Да, а ты? – спросила бабушка этого Босса.

- А я дома останусь с Вами. Вдруг что-нибудь случится, а Вы одна?

- Ух, как заговорила, - покачала она головой. Дразнится? - Вчера то ты совершенно не думала, что со мной будет, когда пропала так внезапно.

- Я же уже извинилась и не раз. Вы мне это еще долго будете припоминать?

- А то. Иди, собирайся, проветришься хоть, а то дальше жилого комплекса, да нескольких магазинов и не была нигде. Уж справлюсь я без вас денек. Не переживай.

- Но…, - попыталась было я возразить ей, но меня тут же перебил Егор Валентинович.

- Иди давай. Хватит мне нервы мотать. Тоже мне, взяла моду.

Иду я, иду. Что ж так нервничать то? Подхватила чашку с кофе и скрылась в своей комнате. Всего какой-то день, а уже такие кардинальные перемены в местных жителях. Людмила Прокопьевна, как будто встала на мою сторону и даже не ехидничает, не делает мне все поперек и даже не вставляет палки в колеса, как зачастую было до сегодняшнего дня. Егор Валентинович же напротив, был хмур, суров и не очень то добродушен. Что случилось то? Неужели на этих двоих так повлиял мой единственный необдуманный поступок, сделанный мной так неосмотрительно?! Согласна, была не права, но не должно же все становится вверх тормашками?!

Я уже минут десять тупила, глядя в одну точку, перебирая мысли, попивая вкусный кофе и пытаясь вспомнить, что же еще я по пьяной лавочке учудила. В какой именно момент все так изменилось? Куда я вообще собралась и зачем пришла в свою комнату? Что-то голова не хочет работать, как ей, по идее и полагается. Ах да, вспомнила. Надо собираться. Или может, все-таки не надо?

- Ты готова? – постучавшись, спросил через дверь Егор Валентинович.

- Я? Даже и не знаю.

- Я вхожу.

Да кто ж Вас остановит, если Вы уже все решили. В проеме комнаты я снова увидела свое хмурое начальство.

- Ну и что сидим? Кого ждем?

- Может, я никуда не поеду? – заискивающе спросила я. – Все-таки Вы собираетесь со своими друзьями, а я там никто. Как-то не хотелось бы смущать всех своим присутствием. Мне, правда, неудобно.

- Маха, ну опять двадцать пять? Я думал, мы уже с этим разобрались. Алинка меня со свету сживет, если ты не приедешь. Так что давай, долго не копайся. Форма одежды свободная.

- Хорошо, - нехотя согласилась я.

Кто я, чтобы спорить с начальством. Как ни крути, но он странный. Не знаю уж какой он в своем огромном офисе, но здесь же я порой, даже и не чувствую, что я на работе, как будто я член их семьи. Хоть и не сладко порой живется с Людмилой Прокопьевной, но все равно лучше, чем с теткой и сестрой. Людмила Прокопьевна и Егор Валентинович за такой короткий срок длиною всего лишь в месяц с небольшим стали для меня по настоящему близкими людьми. Надеюсь, я больше никогда не предам их доверия ко мне. Стыдно до сих пор. Вот перед своими настоящими родственниками я до сих пор не испытывала подобного чувства, а вот перед ними да, а все потому, что они, каждый по своему, но были мне благодарны, будь то ужин или просто мое непосредственное присутствие дома. Такое ощущение порой, что я стала именно тем самым буфером, которого так не хватало этим двоим.

Еще немного поразмышляв, пришлось поднять свою прекрасную пятую точку и начать собираться. Хотела сначала переодеться, а потом плюнула на все, ведь нищему собраться – только подпоясаться, да и за окном была прекрасная погода. Ничего мудрить. Осталась в своем веселеньком сарафанчике, только шляпу на голову нахлобучила, да сумочку подхватила с самым необходимым.

Стоило мне только выйти в коридор, как я тут же столкнулась с идущим мне навстречу Егором Валентиновичем.

- Ого, а ты быстро. Держи, - протянул он мне дорогущий гаджет, - коробки с документами уже не найду, но он исправно работает. Это предыдущая версия, ему еще и года нет.

- А почему сами тогда с ним не ходите? Вы не подумайте ничего такого, что мне не нравится, просто он же нереально дорогой. А вдруг я его нечаянно разобью?

- Сам не хожу, потому что новый купил, где памяти в два раза больше, а тебе и такой сойдет. Ну а если разобьешь, то починим или еще что-нибудь придумаем. Ты уж постарайся и специально его об пол не колоти, а так он вообще довольно стойкий, должен долго прослужить тебе верой и правдой.

- Спасибо, - ответила я, все еще не веря, что у меня появился такой гаджет.

Ведь я даже никогда и не мечтала о чем-то подобном. Думала, что когда-нибудь накоплю на дешевенькую трубочку, которая будет служит мне средством связи, но это… это за гранью моего понимания. Босс взял и просто так отдал мне его, не потребовав даже и половины стоимости этого телефона. Вот это чудеса.

- Ба, мы поехали. Ты не надумала с нами рвануть?

- Нет, Егорушка, поезжайте. Только звоните иногда.

- Да-да, конечно, - влезла я в разговор бабушки и внука. - Я теперь тоже на связи, - очень довольная покрутила телефончиков в руках.

- Номер-то, у тебя какой, Егоза?

- А какой у меня номер? – опешив, спросила Егора Валентиновича.

Вот дурында, так обрадовалась, а о самом главном и не подумала. Телефон без сим-карты то работать не будет.

Босс усмехнулся и сказал:

- Ба, ты мне звони, если что. Махе по дороге симку возьмем и она тебе отзвонится попозже.

- Хорошо, Егорушка. Езжайте уже, а я прилягу, что-то устала немного.

Мне кажется или кого-то не возьмут в актрисы? Месяц, что я прожила с ней под одной крышей, она ни разу ни ложилась отдыхать в обед, а тут нате, как по заказу и нервы у нее, и устала, спать в общем собралась. Ага, как же. Не верю!

Егор Валентинович подхватил меня под локоток и как бульдозер попер на выход. Только и успела, что махнуть Людмиле Прокопьевне на прощанье, на что она тоже махнула мне в ответ и улыбнулась во все тридцать два своих вставных зуба. Я уже просила остановиться Землю? Да?! Так еще раз пора просить!! Остановите Землю! Я сойду.

Спустились на паковку. Босс открыл передо мной дверь, усадил как маленькую, пристегнул, захлопнул дверь. Все это происходило в полном молчании. Эх, неужели буря до сих пор еще не миновала и мне ждать новой волны негодования от шефа?

Едем тоже в полном молчании, Егор Валентинович крепко сжимает руль и старательно так следит за дорогой, как будто меня и нет в автомобиле. А я что? А я ничего, сижу и стараюсь не отсвечивать, не дай Бог еще раз нарваться на нагоняй. Он может, я это уже точно знаю. Один его строгий взгляд, вгоняет меня в уныние. Я сразу готова сквозь землю провалится от стыда.

-Что молчишь? Стыдно? – подал голос шеф, как только мы выехали за черту города.

- Мне?

- Ну, неужели ты еще кого-нибудь здесь видишь?

- Нет.

- Нет, не видишь или нет, не стыдно?

- Егор Валентинович!

- Что? - спросил он уже со шкодливой улыбочкой.

- Я не понимаю Ваших перепадов настроения, то Вы дуетесь и хмуритесь, то шутите, как всегда.

- Как вспомню вчерашний день, так сразу хочется взяться за ремень. Головой то понимаю, что ты не истеричка и далеко не факт, что на твоем месте я бы поступил по-другому. Тебе нужно было время, чтобы все обдумать и принять решение, - Егор Валентинович замолчал, как будто ждал от меня какого-то ответа. – Так что?

- В смысле?

- Ты приняла решение?

- Я же уже говорила, что не нужен мне никакой отец, да и не отец он мне вовсе. Это так, - отмахнулась я, - у нас с ним общее лишь ДНК и все. Видно же, что не нужна я ему, не знаю уж, зачем он устроил тот спектакль, но со стороны казалось, как будто на показ были все его действия и не по-настоящему что ли.

- Понятно, - протянул шеф, а потом добавил, - если честно, то я рад.

- Почему?

- Потому что тебе не место с таким человеком, как он.

- Второй или третий раз слышу уже это. Странно.

- Что именно?

- Раньше в моей жизни, во-первых, никогда не было таких людей, чтобы предупреждали о чем-то или ком-то, не считая мамы, конечно, а во-вторых, даже и не знаю… Почему вы все так беспокоитесь обо мне?

- Не знаю, просто у меня такое чувство, как будто я знаю тебя всю жизнь и получается, что просто некому больше позаботится о тебе. Такое случается.

- Что-то не сильно верится, что Вы так уж часто занимаетесь подобной благотворительностью.

- Ты права, именно такой, вообще никогда, - задумчиво сказал шеф.

Разговор как-то сам собой стек на нет и я уставилась в окно. Красиво и не привычно одновременно. Вроде страна одна и та же, а природа совершенно другая. Нет тех лесов и полей, которые окружали меня с самого детства и самое печальное, что нет моря по близости, а я так к нему привыкла. Каждый раз, когда было грустно, я находила несколько свободных минуток и убегала на скалы, любоваться бескрайней стихией. Этого не передать словами, какое море бывает завораживающим. Посидишь вот так немного и уже кажется, что отпустило и ты не одна. И что самое странное, ведь здесь же меня ни разу, да вчерашнего дня не посещала мысль о том, чтобы хоть куда-нибудь спрятаться ото всех, хоть на минуточку, а ведь с моей старушенкой в коробченке порой очень не просто. Она, как маленький ребенок, постоянно требуюет внимания. Однако между ней и малышом есть различия, она понимает намного больше, чем говорит.

Я не заметила, как мы оказались перед внушительного вида воротами. Быстро доехали, кстати.

- Ого, вот это махина, - воскликнула я увидев особняк, который виднелся за оградой. - Сколько людей здесь живет?

Егор Валентинович улыбнулся и выдал так просто:

- Один.

Вот это да. Для одного человека все ЭТО? Да где все эти люди работают, чтобы получать столько денег и покупать себе вот такие вот домики? Сюда же влезет вся моя бывшая деревня.

Ворота плавно отъехали в сторону, и мы оказались на просторной парковке. К нам уже спешили какие-то люди.

- Что так глазаньки то округлила? – спросил меня Босс, улыбаясь.

- Да я такого большого дома никогда в жизни не видела, а Вы еще и огорошили меня новостью, что ЭТО все, лишь для одного.

- Ну, когда он строился, то планировалось, что здесь будет жить целая семья, но потом все пошло совсем не по плану. Дом построился, а с семьей не срослось. Как-то так. Ну, пошли?

- Ага, - сказала я, а потом опомнилась и мысленно пнула себя за это «ага», «да» нужно же отвечать.

Первыми к нам подскочили двое молодых парней, абсолютно одинаковых и быстро завладели нашим вниманием. Мамочка родная, да их на обложку журнала можно помещать. Они тарахтели без устали.

- А ну брысь щеглы, Машка моя, а вам двоим, вон тот товарищ, - сказала внезапно материализовавшаяся передо мной Алина, показывая на Егора Валентиновича, - поступает в полное ваше распоряжение.

- АлиБаба, - шеф погрозил кулаком этой ведьме, а та лишь рассмеялась, уводя меня к дому.

Глава 9

Мария

Если честно, то я не особо поняла, что такое сейчас произошло, но видимо так и надо было. Перечить именно вот этой мадаме, я не собиралась, не знаю почему, но где-то на подсознательном уровне я не хотела этого. Припоминая начало вчерашнего вечера, а точнее обеда я интуитивно чувствовала, что она мне не чужая, но пока и не родная. Пущу все на самотек, раз уж Егор Валентинович не стал вступать с ней в полемику, то и я не стану. Тьфу-тьфу, от греха подальше.

- Ну как ты Машка-растеряшка, - шутливо спросила меня Алина.

- Нормально, - пожала я плечами. – Что-то не так?

- Да не смотри ты на меня так, просто спрашиваю. Как доехала? Вчера у тебя был такой вид, что ты казалась немного перебравшей.

- Не немного, - честно ответила я, как тут же вспомнились мои утрешние рулады в животе и отвратительное состояние в целом.

Алина рассмеялась, а я так и не поняла до конца, что же она имела в виду, потому что было такое ощущение недосказанности что ли.

- Пошли, познакомлю тебя с моими обормотами, они у меня милые, правда, когда поодиночке и спят. Двоих, ты, кстати, уже видела.

- ??

- Вон те, двое из ларца, как раз мои старшенькие, - сказала она уже входя в дом.

Это было просто вау-вау. Роскошно в моем понимании этого слова. Вот это домина. Он не только снаружи смотрится замечательно, но и внутри здесь все так гармонично организовано, что просто хочется здесь прямо сразу и поселиться. На удивление не было того самого «дорого-богато», а было на самом деле уютно и комфортно. Кругом вертелся народ. Периодически промеж ног пробегал, то человек-паук, то черепашка ниндзя. Алина представила мне их, как младших и попросила отнестись к ним с пониманием. Я как бы и не против, я люблю детей. Еще была парочка: Богдан и Алиса. Они были средними, очень серьезный на вид мальчик и очаровательная и немногословная принцесса. И вот тут я запуталась во всех этих детях и их родителях. Это у нас в деревне все друг друга знают, кто кому брат, сват и так далее, а здесь же получалась целая головоломка. Спасла быстро подоспевшая Марго, она мне иобъяснила, что девочка ее. Но потом я не поняла почему, новое действующее лицо в виде некоего Тимура, возится с ней, как со своей? Марго же вроде мне еще вчера говорила, что не замужем?! Ничего не понимаю. Ввело в ступор еще одно обстоятельство, которое мне до сих пор не понятно, все мужики, базирующиеся здесь, были, как на подбор. А говорят еще у нас, в деревне, вроде как природа и продукты все натуральные, поэтому богатыри растут, врут, точно теперь знаю. Наши хлипкие богатыри, что пивко попивают у местного магазина и в подметки не годятся этим мужчинам. Был здесь и Тарас, с которым наше общение началось откровенно не с той ноги, но он как-то быстро скрылся из поля зрения, как собственно и все остальные.

- А почему..? – начала я задавать свой вопрос, как меня бесцеремонно и обреченно перебила Маргарита.

- Хочешь узнать, почему внезапно именно мы втроем оказались на кухне?

- Ага, догадайся ка давай. Раз вступила в клуб, то ты теперь с нами, - сказала Алина, подойдя к раковине и начала мыть овощи. - Если раньше мы как-то по очереди на кухне крутились, но с появлением такого количества детей, проще оккупироваться здесь и посплетничать всласть, а то с этой работой порой кажется, что вся жизнь мимо проходит. Сегодня как всегда? – спросила она у Марго.

- Давай, - согласилась та.

Сегодняшняя Маргарита отличалась от вчерашней. В первую нашу встречу она и вправду оправдывала свое офисное прозвище Ледяной Королевы, а сегодня она, видимо, как и все мы, мучается похмельем. В таком состоянии мы каши тут не сварим.

- Машка, да не пугайся ты так. Салатов настрогаем по-быстрому, овощей нарежем, лаваш уже готов. В шесть рук вообще махом все сделаем. Или ты из этих?

- Из каких?

- Ну, тех дамочек, кто не готовит.

- Прям. Вы мне только покажите, что и где здесь, а я уж махом, сварю кашу из топора.

- О, вот это по-нашему. Только из топора не надо. Хорошо?

И взялись мы за дело довольно споро, хоть и не слажено, потому что состояние у всех было хоть и удовлетворительным, но отнюдь не бодрым. Ручки до сих пор потряхивало, поэтому с ножами мы сегодня были на Вы.

Девчонки начали рассказывать, что было вчера и вот на этом моменте я начала беспрестанно краснеть. Мне было жуть, как не по себе. Какие блин подтяжки? Как я умудрилась помыть ноги в чулках, готовясь к приезду Егора Валентиновича?! Видимо, на подсознательном уровне, мне хотелось для него быть лучше, чем на самом деле? Уже и не знаю, потому что не помню. Эх, Маша-Маша, ну и наворотила ты делов, умница, что тут еще скажешь. Из положительного, хотя это с какой стороны посмотреть, я теперь знаю, как оказалась в выделенной мне комнате, но это не отменяет того факта, что шеф до сих пор на меня волком смотрит периодически. Ну что сказать, день удался. А сегодня что? Продолжение банкета!

Рано радовалась дурочка, если в итоге сама все и делала, черт бы меня побрал, с этой инициативой. Правильно же говорят, что инициатива имеет инициатора. Решила, понимаете ли показать мастер класс. Показала, что тут скажешь. Девчонки то намотали на ус и поблагодарили, а я выдохлась. Но не мне ли привыкать, из самых обычных продуктов соображать несколько салатов, второе, а еще лучше и суп не забыть. За последний месяц, естественно, я привыкла к огромному разнообразию всевозможных продуктов, которые никогда не переводились в холодильнике Егора Валентиновича.

- Иди ка ты отдохни Машка, а то на тебе лица нет, - сказала Марго, - а мы и сами дальше справимся.

- Я в порядке.

- Спасибо зарядке. Иди, ты и так все практически сама сделала, как названный обед, а требовалось только овощи покромсать, да по тарелкам разложить.

- Но?!

- Но теперь ты обеспечила нам с Марго постоянные дежурства у плиты, когда все вместе собираемся, потому что мужские организмы очень быстро подсаживаются на все хорошее. М-м-м, вкуснотища. Это из обычной рыбной консервы с луком такие бутерброды получились? – кивнула в ответ. – Улет, а самое главное быстро. Ну, все иди, часок подремли.

- Я, правда, не устала.

- Вторая комната налево.

- ?

- На втором этаже.

- Хорошо, - ответила я, пожав плечами.

Странные они все-таки, видимо, мне богатых так и не понять. Хоть я примерно и разложила по полочкам вчерашний день, но все равно до конца не верилось во все случившееся. Это под винишком мне было и море по колено, а вот сейчас было не только стыдно, но и осталось над чем подумать. Я с некоторых пор для себя уяснила, что верить можно только себе, хватит уже верить в чудеса. Вон, верила я Егору Валентиновичу. И что? Без спросу влез, куда его не просили, так еще в итоге и обиделся. Видите ли, как вспомнит, так беситься начинает. Царь, мать твою, нашелся на мою больную голову. Надеюсь только, что этот новоявленный папашка больше не покажется, вообще и никогда. Хватит с меня этих сильных и своевольных мужиков. Мне и с Прокопьевной на парочку не плохо, хоть она еще та заноза в заднице.

Блин, надо же, наверное, Лизавете отзвониться?! Что-то я совсем завертелась, закрутилась и это желание совсем из головы выпало, хотя я и порывалась попросить у моей старушенции телефончик на пару минуток, но как только представляла ее ответную реакцию, желание тут же пропадало, ведь будет сразу же миллион вопросов, зачем, да почему. Не, лучше со своего сейчас наберу, ведь мы же сюда по дороге, как раз приобрели все необходимое. Ну как мы, Егор Валентинович выскочил на пару минут из своей зверь-машины, прихватив, подаренный мне аппарат, а вернулся уже с полным комплектом. Показал, какой код стоит на нем, ведь там все не так-то просто. Чтобы разблокировать сей инструмент, надо либо лицом посветить, но, видимо, им я не вышла, поэтому теперь мне придется каждый раз вводить кодовый пароль. Блин, как все сложно!

Добралась до нужной двери. Немного помялась около нее. Постучалась, но никто не ответил. Стукнула себя по лбу. Действительно, кто мне может ответить, если я по другую сторону баррикад. Тупица. Тихонечко вошла, все еще немного побаиваясь кого-нибудь потревожить. Фух, зря боялась, в комнате никого не было. Выглянула в окно, ого, так тут еще и озеро свое есть, где сейчас так весело резвились маленькие и большие мужчины. Засада, а я даже и не подумала, что купальник надо взять. Чуть еще раз себя тупицей не обозвала. Ну, умница, блин, безмозглая. Последнее серое вещество вчера оставила на том корабле. Нет, мне категорически запрещен алкоголь.

Меня отправили отдохнуть, значит буду отдыхать. Походила по комнате, огляделась. Все увиденное мне понравилось, смесь темного, почти черного дерева со светлой отделкой пришлась мне по душе. В комнате не было ничего лишнего. Я завалилась на кровать, все равно ощущая себя здесь немного чужой. Нервно побарабанила ногой по кровати. Что-то не лежится, только подумала я, как в комнату вошел Егор Валентинович, на ходу стягивая с себя все, ну как все, шорты, которые и так сидели опасно низко на его налитом мускулами теле.

- О, - открыла я неприлично рот.

- Маха, - чуть ли не подпрыгнул от удивления Босс, быстро натягивая, только что приспущенные шорты. – Черт. Ты что здесь делаешь?

- Как что? Отдыхаю, меня девочки сюда послали.

- Понятно, - процедил он сквозь зубы. – Ну, отдыхай, а я в душ.

Да ради Бога, я ж не против, да и кто я ему такая, чтобы указывать. Пожала плечами. Хоть я и подустала, скача на кухне, как сайгак. Но мне ли не привыкать? Сейчас я почему-то вообще вся такая разволновалась. Да что со мной не так? Подорвалась и пулей вылетела из комнаты, прихватив со столика сумочку, тут же нарвавшись на две заговорческие мордахи.

- Это вы все подстроили?! - возмутилась я, упрямо сложив руки на груди.

- Ой, ну подумаешь, - протянули они в один голос.

- В смысле подумаешь?! – не переставала негодовать я. – Вы, что меня решили обычной подстилкой выставить перед начальником? Я от вас такого не ожидала, - обиженно произнесла я.

Им-то все шуточки, а для меня это настоящая жизнь.

- Маш, ну Маш, да не обижайся ты. Мы тут подумали, что, возможно, если вас двоих немного подтолкнуть друг к другу, то у вас и получится что-нибудь.

- Что получится? В нашей ситуации может получиться только то, что он меня уволит. И что дальше? Я не хочу возвращаться в свою деревню, где как раз меня уже и считают той самой, которой вы только что выставили перед Боссом. Спасибо, блин.

Сказав это, метнулась вниз по лестнице. Запнулась и уже начинала группироваться, чтобыкубарем вниз скатиться, но эти чертовки вовремя подоспели, схватив кто куда успел. Марго порвала мне подол сарафана, а Алина ухватившая меня за шиворот, который остался, кстати, у нее в руке с победоносной улыбкой смотрела на меня. Вот вредительницы! Слезы и так подкатывали, а сейчас они уже полились, намереваясь, перерасти в самую настоящую истерику.

- Да еперный театр, - выругалась Алина. – Мы ж не специально. Прости нас, дур. Уж чего-чего, но до слез тебя уж точно никто не хотел доводить. Как лучше же хотели.

- Один, вон, тоже, как лучше хотел. И что из этого вышло? А вы? Что я вам такого сделала, что вы так со мной? Видимо и вправду я чересчур доверчива, что так рано решила, что могу надеяться, если не на дружбу, то хотя бы на приятельские отношения. Наверное, не судьба. Вы же бизнес-леди, а я деревенщина, над которой только и можно, что потешаться.

- Маш, ты не так все поняла.

- Да как тут по-другому можно все понять?! И так все ясно. Ладно, не берите в голову. Я, пожалуй, пойду. Мне здесь не место. Передайте от меня искренние восхищения домом хозяину. Здесь просто фантастично и Егору Валентиновичу передайте, что я домой поехала. С Людмилой Прокопьевной и то проще, я хоть могу предполагать, чего от этой бестии можно ожидать. А вы, - махнула рукой, - впрочем, не важно. И я не сбегаю, а просто возвращаюсь туда, где мне самое место.

- Маш, - потерянно сказали Алина и Марго.

- Не надо, - выставила я перед собой руку, - на сегодня с меня хватит. Как говорится, не делай добра…

Теперь я пошла, тщательно смотря под ноги. Да уж, не задался день, что тут скажешь. Знала бы я, чем он закончится в итоге, уж лучше бы еще разок напилась и на постельке Босса повалялась.

Егор

Сам себя травлю, за тот бред, что наворотил. Как вспомню, так снова закипать начинаю и не понятно от чего больше, от того, что я косяк или от того, что Машка попала в незавидную ситуацию. Фак, да что за на фиг? Смотрю на Маху сейчас и не верю, что она может быть дочерью такого скота. Вот так, молодец Егорыч, карму ты себе теперь подпортил знатно и хрен уже что поменяешь. Хорошо, она хоть не собирается в лапы к этой гниде. Ни на грамм не поверил в его благотворительные разглагольствования по поводу судьбу Махи. Хочет он и то и это, а еще, чтобы все было чики-пуки. Знаю я, как там в его кругах такое проворачивается. Женщина не человек, а курица не птица и абсолютно все решается за нее. Такой судьбе я бы уж точно не позавидовал. Надо бы Соросову оторвать его длинный язык. Ну кто, спрашивается, его просил? Честный, мать его, нашелся. Зачем вообще он это сделал? Не утереть ли нос хотел Галомедову? Да не, бред какой-то. Надо бы разузнать поподробнее, что случилось больше четверти века назад. Что-то мне подсказывает, что там не только изнасилование имело место быть, там кроется что-то еще. Не верю я, что два кориша, которые по словам Соросова и в огонь, и в воду тогда вместе готовы были идти, не смогли поделить одну бабу.

Вышел за симкой для этой пигалицы, а то и тут умудрится же вляпаться еще в какое-нибудь дерьмо. Я теперь точно знаю, что она может. На автомате установил все также, как и для себя, все равно телефон был привязан к моему аккаунту. В любом случае радует, что здесь есть функция «найти аппарат», а теперь, где он, там и его новая владелица. Не потеряется, по карйней мере не должна. Рано радовался придурок! Знал бы что случится буквально через несколько часов, запер бы ее дома под строгим присмотром Ба. Из под ее то глаза еще никто не ускользал, если она сама того не позволяла.

Стоило нам только приехать к Тиму, как на мою Маху набросились двое старших Бестужевских обалдуя. Стоп, мою, серьезно? Что я несу?! Не моя она. Я немного расслабился, когда Маху забрала Алинка. Хорошо, можно теперь голову не греть ни о чем. Подхватил сумочку этой Маши-растеряши, которая даже и не подумала, чтобы взять свои вещи. Хотя много ли этих самых вещей уместится в сумку величиной с мою ладонь?! Нифига, правильно. Женщины вообще странные существа, то у них целая батарея чемоданов на один день, то вот так, сумочка величиной с мою ладонь. Или это зависит от конкретной женщины?

- О, какие люди, - выдал Тарас, как только я присоединился к мужской половине отдыхающих, переодевшись в шорты, - да не одни, как доложила разведка.

- Если под разведкой ты подразумеваешь клан Бестужевых, то да. Андрюх, хватит размножаться, а то скоро вообще одна ваша семья будет занимать целый дом и нам останется только ставить палатки во дворе.

Бестужев хохотнул. Ну а что, против правды не попрешь. Кто-кто, а он у нас отец-молодец, сейчас. По одиночке они все еще ничего, но когда все вместе, то как тараканы в разные стороны разбегаются и лови их потом непонятно где и все такие громкие, что туши свет. Вот и мелкие подоспели, было прикольно позадуряться с ними немного, но я не сказал бы что хочу столько детей. Один-два, еще неплохо, да и то в далекой перспективе. Хотя пора уже. Не в полтинник же отцом становится. Кстати, может, стоит проверить всех своих пассий? Возможно, у меня уже есть дети, а я ни сном, ни духом. Придется поднапрячься корпоративному СБшнику, работки я ему подкину непочатый край.

Пока общался с друзьями, пытаясь хоть ненадолго выкинуть свою маленькую пигалицу из головы, не заметил, как провелась диверсия в отношении меня и самые мелкие Бестужевские отпрыски вымазали меня сливками, под видом крема от загара. Твою мать, я теперь как коровья сиська пахну, еще и жирный весь.

- Арт, Тема?! – взревел я. - Шалопаи мелкие!! Только попадитесь мне на глаза.

- Ну, попробуй, попытка не пытка, - гоготнул этот отец-молодец, - но имей в виду, что мстя их может быть оче-е-ень страшна.

- Знаю, - согласился я с ним, понимая, что эта выходка покажется мне еще цветочками, по сравнению с тем, что меня может ожидать.

Как мог, обтер всю «красоту» и решил завязать с водными развлечениями и солнечными ваннами. Ну их.

По инерции, как только зашел в комнату, где обычно и обитаю, начал стаскивать с себя шорты, которые тоже подверглись сливочному нашествию. Мне и в голову не могло прийти, что здесь может быть кто-то еще, по крайней мере, до сегодняшнего дня так и было. Типа личное пространство и все дела, даже Арт с Темой сюда никогда не лезли. А тут поглядите ка, улеглась, как у себя дома пигалица моя ненаглядная. Я чуть не подпрыгнул от неожиданности. Не понял?!

Все ее слова прошли мимо, что-то ляпнул в ответ и поспешил скрыться в ванной комнате. Это что же получается, Маха мое отношение расценила как нечто иное и готова со всеми потрохами греть мне постель?! Да ладно, сам не поверил своим глазам. Быть такого не может, выглянул в комнату, а она до сих пор там. М-да, надо бы обсудить с ней это и как-то разъяснить, что между нам ничего не может быть, не смотря ни на что. На фиг девчонке жизнь портить моим дрянным характером?

Пока отходил в душе, все как-то встало с ног на голову. В ванную ворвалась Алина, ни капли не стесняясь моих голых телес. Я только вопросительно выгнул бровь и ладонью прикрыл член. Как-то неудобно, что ли.

- Ой, да что я там не видела, - отмахнулась она от меня. – Хватит жопу мыть! – уже гаркнула на меня, как умеет только она. - Не знаю уж, что там у твоей Машки-потеряшки в голове, но кажись ее надо лечить. После того, как мы неудачно с Марго сватовством позанимались, она свинтила, ну мы за ней тихонько потопали. Все ж мы виноваты, как никак. Думали, проветрится и отойдет, но нет…

- Короче, - перебил я подругу.

- Короче ее увезли.

- В смысле увезли?

- В прямом, Йетя, в прямом. Сама ах**ла. Как с вами связалась, да с Бестужевым, не жизнь, а боевик какой-то. Две тачки тонированные подъехали, а оттуда жулики какие-то повылезали, да вовнутрь твою Машку затолкали.

- Алина, ты прикалываешься?

- Ни капли, Егор! Марго к Тиму побежала. Может, по камерам что-нибудь видно будет, а я к тебе.

- Кто это был?

- Я-то откуда знаю!

- Вы что стояли и смотрели, как ее заталкивают в машину?

- Нам что надо было грудью кидаться на ее защиту? Нет уж, увольте. Я неплохо к ней отношусь, но и не хочу, чтобы мне по темечку дали до кучи. Здесь от нас всех будет больше пользы. Скажи, пожалуйста, ты где такую бедовую бабу взял, чтобы я туда ни ногой?! Вот не может быть у тебя все просто с дамой сердца, как только чуть ближе подпускаешь, начинается какой-то невообразимый трындец!

- Она не моя дама сердца.

- Ага, и из всего сказанного ты услышал только это?! Натягивай портки, тормоз, я в рубку.

- Провокаторша хр*нова, - бросил ей уже в спину.

Черт возьми, что за день то такой?! Все через жопу. Маха, ну что ж тебе на одном месте то не сидится?!