День зимнего солнцестояния

Глава 1 - Когда начало зимы - это нечто большее

Мист-Спарклинг – мой родной, не совсем живописный, дышащий паром шахтовый городок, расположенный в глубине горного ущелья. Мы славимся своими драгоценными камнями, волшебными минералами, углем и паровыми машинами, обеспечивающими абсолютно любое производство. Одни из немногих, кто принял механическую веху развития, позволив магии и жестяным роботам перенять на себя львиную долю тяжелой работы. Последствия такого решения наших далеких предков были таковы, что город был закрыт от всего мира. Золотая клетка, покинуть которую мечтали многие, но очень редко кому это и вправду удавалось. Исключение - купцы, мелкие торговцы и знахари. Люди этих ремесел могли свободно въезжать в наш город и выезжать из него. Без каких-либо ограничений. Не знаю, в этом ли причина, но вся моя дружная компания относится к семьям этого узкого круга. Я всегда мечтала покинуть это место и увидеть мир своими глазами, поэтому с удовольствием слушала увлекательные рассказы, когда мы в очередной раз собирались на вечерние посиделки с душистым чаем и разными играми. Друзья рассказывали о дивных лесах и бескрайних океанах, пустынях с песчаными замками и сказочных оазисах... О магии, которой пропитан насквозь весь остальной мир, и которую почти запретили у нас. Почти. В нашем городе запрещено было открыто колдовать всем, кроме знахарей. Знахари могли использовать магию, если того требовала ситуация и от этого зависела чья-то жизнь. Остальным разрешалось использовать лишь вспомогательные магические артефакты. Так, например, по ночам город освещался люминесцентными кристаллами в дополнение к редким фонарям, работающим от электричества. Последнее было весьма ценным и ограниченным ресурсом, поэтому мы старались не тратить его там, где можно было применить что-то другое. С наступлением сумерек город словно оживал, серые фасады из дерева и камня окрашивались разноцветными бликами волшебных кристаллов, из таверны и пабов доносилась манящая музыка, а ночной плющ, захвативший некоторые стены, распускал свои нежные, розовые, ни на что не похожие бутоны. Единственный зеленый уголок во всем этом царстве, окруженном отвесными скалами - бездонное озеро с ниспадающим в него водопадом, находящееся в глубине ущелья, минутах в двадцати или тридцати ходьбы от знахарского дома. Вокруг озера раскинулся хвойный лес, который величественно тянулся в небеса, скрывал от посторонних глаз своими пушистыми лапами, но в то же время завлекал к зеркальной водной глади извилистыми тропинками. Любимое место для того, чтобы подумать в тишине и упорядочить свои мысли. Особенностью этого озера было то, что оно не замерзало даже зимой, подогреваемое горной породой.

И вот я здесь. В очередной раз... Сижу на берегу, постелив на снег куртку, и размышляю о будущем, лениво закидывая в воду мелкие камушки. Скоро наш главный зимний праздник - День зимнего солнцестояния. В это время мы отмечаем начало нового года, но сами празднования длятся целую неделю. В городе проходит ярмарка, где каждый день мы чтим традиции наших предков. В эти дни позволяется чуть больше - магам разрешается демонстрировать свои таланты и устраивать представления. Каждая улочка во время праздников буквально искрится от концентрации волшебства, даже уличные кристаллы сияют ярче, подпитываясь буквально из воздуха. Считается большой удачей встретить свою пару во время ярмарки. Наши предки верили, что такой союз будет благословлен богами, и пара будет жить в изобилии. Так почему мне грустно? Едва я начала осознавать себя, мне активно вменяли идею, что главная моя задача - вступить в выгодный для семьи брачный союз. Увы, в нашем закрытом обществе такое не редкость. Бывало даже, что семьи договаривались о браке, как только малыши появлялись на свет. Какое варварство! Почему кто-то решил, что может распоряжаться жизнями своих детей лишь по праву их рождения?! Никогда не грезила о браке. Точно не о таком, какой мне пытались навязать. Наоборот, я хотела учиться, освоить ремесло и нести пользу этому миру не прибегая к выгодной продаже своего тела. Звучит довольно грубо, но если откинуть эмоции, то в сухом остатке именно так я и вижу ситуацию с браками по договору. Недавно мне исполнилось восемнадцать, и этот День зимнего солнцестояния может стать для меня последним. Если только не случится какое-нибудь новогоднее чудо, на что с моим везением я не очень-то и надеюсь.

Не знаю, сколько времени я уже здесь просидела, но уже начало смеркаться, и горизонт над горами окрасился таинственным розовым цветом. Мысли уносили меня к моим друзьям, которых я незаметно покинула прямо в разгар наших посиделок у костра. Мы знакомы с ними, кажется, уже целую вечность, но как только разговор зашел о празднике и предстоящих традиционных ритуалах, мне захотелось сбежать подальше и спрятаться где-нибудь глубоко в пещерах. Я очень их люблю, но иногда чувствую себя чужой. Почему? Дело в том, что все мои друзья, так или иначе, обладают магией. Например, Вилена может перемещать что-то не очень тяжелое с помощью левитации, у Эльвира - утонченный голос сирены... К слову, он имел возможность учиться, хоть и не долго, в столице, и теперь может влиять голосом на небольшую толпу. Украдкой вздыхает по Вилене, кстати, но не замечает этого только она. Вроде бы, у их семей нет брачных договоренностей, и я искренне не понимаю, почему он еще ничего не предпринял. Наша Габриэлла - отменная травница, унаследовала дар от своей бабушки. Маттео, младший брат Габриэллы, как и я, не обладает каким-то особенным даром. Но ему проще, он мужчина и в будущем примет от отца семейное дело – угольные шахты. И, наконец, Алан, самый старший из нас, племянник нашего городского знахаря, отлично управляется с магией стихий, причем всех четырех, а еще может подлечить что-то незначительное, вроде легких порезов и ссадин. Его обожает моя маленькая сестренка. Совсем крохой она постоянно болела, и господин Санто, дядя Алана, был у нас частым гостем. Когда они приходили вместе, то Алан всегда рассказывал малышке Гвендолин занимательные сказки, а мы, падкие на интересные истории, со временем втянули его в нашу дружную компанию.

Алан - единственный полукровка в нашей компании. Его отец – обычный человек, без дара магии, а мать принадлежит древнему роду Гринмор, представителям голубой крови. В древних писаниях есть упоминание высших существ, некогда населявших наш мир. Это были мудрейшие создания, которые делились с людьми тайными знаниями. Практически ничем от нас не отличались внешне, только отсутствие половых признаков и цвет крови говорили о том, что перед тобой стоит высшее существо. Она, их кровь, не была голубой буквально, все тот же насыщенный алый оттенок, но, тем не менее, на свету имела ярко выраженное голубое мерцание, словно краситель-хамелеон, в который густо добавили кристаллической пыли. Однажды они исчезли, не оставив после себя и следа, но спустя какое-то время в некоторых семьях родились дети совершенно обычные внешне, но с голубой кровью, как когда-то у высших. Их провозгласили потомками, а весь род получил особое влияние, благодаря наследнику. Род Гринмор был как раз таким. Союз их наследницы и простого человека подарил сыну нехарактерные для высших крупные черты лица, пухлые губы и задорную россыпь веснушек на широких скулах. Его кожи коснулся легкий загар, черные вьющиеся волосы изящно обрамляли лицо, но главная его изюминка была в разноцветных глазах - медовый правый и оливковый левый. Мы познакомились, когда мне было только тринадцать, а Алану – уже семнадцать. Сложно было не попасть под его чары, но когда через год я узнала, что его семья достигла брачного соглашения для сына, запретила себе о нем думать. Я убедила себя, что он относится ко мне как к младшей сестре. И если поначалу это и было так, то со временем, чем я становилась старше, тем яснее становились его знаки внимания. И я принимала их, потому что да, черт возьми, мне этого хотелось! У меня не вышло списать мои чувства на детскую влюбленность, и теперь мое сердце разрывалось на части, зная, что вместе нам точно не быть.

- Пожалуйста, всего лишь свободы! Разве я так много прошу? – Закрыв лицо ладонями, вырвалось внезапно вслух с уверенностью, что никого рядом нет.

- Достаточно, чтобы я услышал. - Спокойный голос раздался позади меня, совсем рядом.

- Алан? - Испугавшись, я подскочила на месте и едва ли не упала в воду, но внезапный порыв ветра подтолкнул меня в противоположную от воды сторону, прямо в руки моего спасителя. - Какого...

- Спасибо, Алан. - Парень театрально стряхнул с меня пылинки и, убедившись, что я твердо стою на ногах, выпустил из рук. - Если решила искупаться, то тут за водопадом есть более подходящее место. Или, может быть я настолько сногсшибателен, м-м? – Бровь лукаво скользнула вверх.

Наверное, он сказал что-то еще, но я пропустила это мимо ушей. Стояла и смотрела на него, абсолютно не прикрыто любуясь. В сумерках его глаза, казалось, по-особенному сияли. «Зачем ты пришел сюда? Прошу, уходи, беги от меня подальше!» - Разум кричал, но вслух я, разумеется, этого не сказала. Его семья не жила в нашем городе, и его приезда я всегда ждала как глотка свежего воздуха. Даже если сказки, которые он обычно рассказывал, были совсем не для меня. Габриэлла на редких девичниках как-то обмолвилась, что не раз замечала его заинтересованный взгляд, адресованный мне. Якобы, на других он смотрит совсем иначе. А еще, она считает, что он часто поддается мне в карты и другие настольные игры, потому что ему нравится исполнять мои глупые желания. Боги, если бы она знала, насколько права! Но я всегда отмахивалась, делая вид, что между нами ничего не происходит.

- Ау, Гленн, прием! - Друг щелкнул пальцами у меня перед носом. - Я знаю, что прекрасен, как бог, но пунш сам себя не выпьет.

- Пунш? – Непонимающе потупила взгляд.

- Да. Идем. - Алан взял меня за руку и повел ближе к водопаду. - Живете тут и ничего не знаете. А волшебные места у вас под носом.

Не совсем поняла, что он там бормочет. Какие места? Парень аккуратно провел меня по каменным выступам прямо под водопадом, и среди соединяющихся скал я замечаю таинственный проход. И правда, не знала, что здесь есть что-то подобное. Если вглядеться в темноту манящего прохода, можно заметить слабое разноцветное мерцание сразу за поворотом. Оно так и зовет последовать за ним, привлекает внимание, чтобы случайно обнаруживший это место путник точно поддался искушению и позволил неизвестному увести себя вглубь пещеры. Заметив мое любопытство, Алан щелкает пальцами, слышится треск, и на его ладони вспыхивает мерцающий огненный шар, чтобы осветить нам путь. Когда мы наедине, он частенько позволяет себе подобные шалости, так как знает, что я сохраню это в тайне. Поэтому и сейчас я уверенно следую за ним, всецело доверяю так же, как он доверяет мне. Знаю, что этот человек не сделает мне ничего плохого. Он так воспитан. В его семье патриархальный уклад, но в ней заложены ценности уважения к женщине и ее слову. Даже завидую немного. В моей семье отец хоть и трепетно относится к нам с сестрой и маме, но есть вещи, которые обсуждению не подлежат. Мы не имеем права голоса, даже если решения касаются напрямую нас, а так же можем быть строго наказаны за непослушание. Не представляю, что будет, если отец узнает, что я проявляю интерес к парню, которого он не выбирал. Возвращаясь к Алану, подмечу, что не только я попала под действие его харизмы и очарования. Вилена тоже поглядывала на него украдкой, но никогда не пыталась сблизиться. А может и пыталась, только мне это доподлинно не известно.

Мы проходим достаточно далеко по узким переходам. Каменные своды слабо подсвечиваются редкими кристаллами или люминисцентным пещерным плющом. Сочетание голубого и фиолетового свечения в совокупности с оранжевым теплым светом в руке Алана создает ощущение волшебного портала, ведущего в совершенно новый мир. Уверена, если бы я и пыталась запомнить дорогу, то вряд ли смогла бы. Вскоре моему взору предстает подземное озеро с чистейшей прозрачной водой, окруженное большими сияющими друзами кристаллов. Розовые, фиолетовые, голубые... Куда ни посмотри - всюду волшебные блики. Каменные своды поднимаются высоко, а в центре этого купола есть отверстие, через которое пробивается свет луны. Разве мы так долго шли? Хотя… Когда мой друг пришел ко мне, то уже смеркалось. Зимой ночь наступает куда быстрее. К счастью, домой мне сегодня торопиться не нужно, главное, вернуться до полуночи, как девочке из сказки. Восторг от увиденного так захватил меня, что не могу проронить и слова. В этом месте сконцентрировано много магии. Даже я это чувствую, не имея никаких способностей. Сам воздух будто бы мерцает волшебными частицами, если приглядеться. Или это мне уже мерещится?

- Пунш? – Алан отвлекает меня, протягивая металлическую фляжку с резными вензелями.

- Как ты узнал? - Принимаю напиток из рук и замечаю, что он достает вторую фляжку, очевидно, для себя.

- Про озеро дядюшка рассказал, а про тебя... Тебя не было два часа! Еще в начале вечера я заметил перемены твоего настроения, подумал, что нужна поддержка. Габриэлла подсказала, куда ты уходишь подумать.

- М-м, Габриэлла… Ясно. Я и правда хотела побыть одна. – Разочарованно вздыхаю, но и радуюсь одновременно тому, что подруга выдала мое тайное место.

- Не злись на нее. Мы волновались.

- Вы? - Спросила, уже не глядя на него, и тут же пожалела, враг мне мой язык.

- Я. – Голос нервно дрогнул. - Кстати, озеро теплое, можешь искупаться, я не буду смотреть. Говорят, озеро волшебное. Помогает понять себя, увидеть свои истинные желания, а кому-то в отражении даже является суженый. – Тема ловко ушла в другое русло.

- Угу. Суженый, как же…

Алан сдержал слово, отвернулся и сел на камень, медленно потягивая свой пунш. Выглядел он не менее задумчивым, чем я, однако тревожить его я не стала. Вероятно, поразмышлять и помолчать хотелось нам обоим. Осушив за раз половину фляжки, я разделась до исподнего, аккуратно проверила температуру воды пальчиками ноги, после чего уверенно вошла на глубину. Друг не соврал, озеро и впрямь встретило меня приятным теплом. Я позволила себе окунуться с головой прежде, чем остановилась в месте, где глубина скрывает меня по плечи. Я стояла, запрокинув голову вверх, позволяя энергии озера пройти сквозь мое тело. Кончики пальцев приятно покалывало, каждой своей клеточкой я ощущала потоки магии, что приняли меня в свои объятия. Как бы я хотела иметь хоть толику способностей…

- Гленн. – Мои мысли в тишине нарушил мужской голос.

- М-м?

- Поговори со мной.

- О чем?

- О том, что тебя тревожит.

- Хм. - Горько хмыкнула. - Разве ты сможешь помочь? Праздники закончатся, ты уедешь снова в свой город. А когда приедешь, я могу уже оказаться чьей-то безвольной женой! – Произнесенная вслух, мысль казалась еще ужаснее.

- Я могу остаться. Только попроси.

- Зачем? - Горячий пунш с примесью магии озера давали странный эффект, я начинала злиться, эмоции просились наружу, а к чему ведет мой собеседник, я не понимала. Или просто отказывалась понимать, убедив себя в его недоступности. – Вряд ли у тебя есть решение…

- Ты мне нравишься. Давно и сильно. Думаю, ты и так это знаешь. А я тебе? Мне важно это услышать.

- Что?

Что за бессмыслицу он несет?! Он не должен мне этого говорить! Не должен! Его брак уже предрешен. Расторжение договоренностей, насколько мне известно, грозит страшным скандалом и пятном на репутации семьи.

- Я тебе нравлюсь, Гленн? Ответь.

- Нет! - Со злости плеснула водой в его сторону. Брызги друга едва ли задели. - Мне не нравится говорящая со мной спина! Такие признания не делаются…так.

Если не так, то как? Откуда мне вообще знать, как происходят признания? Веду себя как ребенок. Пытаюсь оттолкнуть человека, в котором так отчаянно нуждаюсь. Никогда не думала, что произошло бы, если бы я решила открыто бунтовать против решений отца. Но сейчас, стоя в этой мерцающей воде, то ли пунш на меня действует, то ли вся эта магия, но все мои опасения и переживания отошли на второй план. Чувства, которые я так старательно прятала в себе, сжались тугой пружиной и грозились разорвать меня изнутри. Они требовали выхода, и как удачно, объект этих чувств находится сейчас прямо передо мной. Тем временем, допив свой напиток, Алан небрежно скинул с себя верхнюю одежду и направился ко мне. Теперь его тело скрывала лишь легкая нижняя рубаха и брюки. Что ж, эту игру я затеяла сама. Он подошел ко мне вплотную под размеренный шум воды. Щеки были румяные от пунша, видимо, как и у меня. Правда, я сгорала еще и от стыда, что завлекла парня на такие довольно интимные купания. От былой злости не осталось и следа. Я просто не имею права давать каких-то ложных надежд, но сейчас, под его пристальным взглядом, как никогда полна решимости броситься в бездну. Делаю шаг назад и упираюсь спиной в каменный свод, в то время как, опираясь ладонью чуть выше моей головы, Алан нависает надо мной, не разрывая зрительного контакта. Его веснушки почти растворились в хмельном румянце, однако взгляд был ясный, как морозный день. Осознаю, что мы точно не пьяны, градуса пунша недостаточно, чтобы напиться с пол-литровой фляжки.

- Гленн, есть выход, правда. Ты мне нравишься. Очень. Я ждал твоего совершеннолетия четыре года и молился всем богам, чтобы твое сердце осталось свободно. Для меня. Я вижу, как ты смотришь на меня. Пожалуйста, Гленн, скажи, что я не ошибаюсь. Если мои чувства хоть сколько-то взаимны, я готов бросить вызов вашим дурацким правилам.

Я смотрела на него, не моргая, пытаясь скорее осмыслить происходящее. Парень, который привлек меня, как только я его увидела, который был причиной моих запретных грез, теперь стоит передо мной и признается в чувствах. Озеро и впрямь волшебное. Может, я сплю или мне мерещится? Аккуратно щипаю себя за руку. Больно. Точно не сплю. Поднимаю руку из-под воды и невесомо касаюсь его щеки. Кристальные капли падают вниз, стекают по его открытым изящным ключицам и теряются в расстегнутом вороте рубашки. Так волнительно. Невольно представляю его без нее. Алан перехватывает мою руку, требуя ответа. Не хорошо заставлять его ждать, и уж тем более вынуждать повторять трижды.

- Взаимны, Алан. Знал бы ты насколько. Но... – Не сразу могу собрать мысли в кучу.

- Но…? – Друг напряженно хмурится, надумал, наверное, всякого.

- Есть ли шанс? Не хочу, чтобы ты подставлялся из-за меня. Не знаю, какой у тебя план, но если он провалится, то мы будем вместе, но уже посмертно.

- Боги… - Эмоция сменяется на радость. Парень сгребает меня в охапку и прижимает к своей широкой груди. – Не волнуйся, я не отправлю нас на плаху. Отец готов помочь, уже говорил с ним об этом. Увезу тебя отсюда, и все будет хорошо.

Алан легонько касается моего подбородка, привлекая к себе. Чувствую, как под моими ладонями бьется его сердце. Так быстро, словно птичка трепыхается в силке. Мое, к слову, тоже норовит пробить грудную клетку. Пожалуйста, пусть это не будет красивой зимней сказкой с печальным финалом. Смотрю на него, не отводя глаз, пытаясь сохранить в памяти каждую секунду, каждый блик в его прекрасных глазах, смотрящих сейчас на меня с нежностью. Наследник голубой крови, наш названный принц, как мы звали его в шутку, наклоняется ко мне, касаясь щеки сперва кончиком носа, затем своими мягкими губами, от которых все еще пахнет ягодами после напитка. Так маняще. Проследив за моим взглядом, Алан целует другую щеку, дразнит специально, знает за столько лет, что если мне что-то нужно, я могу быть нетерпелива. Черт, никогда никого не целовала, понятия не имею, как это делается правильно, только в книжках читала и картины видела. На мгновение становится неловко за свою неопытность, но он ведь знает, что я ни разу... Знает, потому что недавно я проиграла в "Правду или действие" и пришлось отвечать на каверзные вопросы. И вот он здесь, со мной, открыл мне свое сердце. Хочу немедленно ощутить, каково это, целовать возлюбленного, о ком мечтала уже не первый год. Ведомая желанием, скольжу руками вверх по его груди, обвиваю вокруг шеи и запускаю пальцы в волосы, ненавязчиво надавливая, вынуждая его сместить лицо в нужном мне направлении. Наши губы, наконец, встречаются, и я закрываю глаза, растворяясь в этом сладком ощущении. Алан нежен и деликатен в своих действиях. После нескольких неспешных касаний, он аккуратно проводит языком по моим губам, словно прося разрешения зайти дальше. Понимаю, что ему важно, чтобы я чувствовала себя комфортно, но я жажду познать весь вкус поцелуя и поддаюсь ему. Ему и этому волшебному моменту, соединившему нас, наконец. Как же много раз я допускала в мыслях подобный момент. Интересно, он тоже?

Когда наши языки сплелись в медленном тягучем танце, мне показалось, что внутри меня взорвалась целая вселенная. Для меня это были совершенно новые ощущения, пробуждающие томящиеся в сладкой неге инстинкты. Поцелуй опьянял сильнее пунша. Время и пространство перестали иметь значение, ведь сейчас мой мир сузился до этого мгновения. Чувствую, как с поцелуем мне передается его энергия, его магия. Несмело запускаю руки под его рубашку, ласково проводя ладонями по напряженному торсу. У Алана стройное, но при этом довольно крепкое тело. Он продолжает неспешно целовать меня, иногда прерываясь, позволяя тем самым снять с него эту чертову рубашку. Мы увлекаемся. Слишком. Бывший друг подхватывает меня под бедра и поднимает выше, направляя мои ноги себе за спину. Инстинктивно скрещиваю их, чтобы не упасть. В таком положении парень прижимает меня сильнее к каменному своду. Наши лица теперь находятся на одном уровне, и я могу увидеть его темный затуманенный желанием взгляд. Он смазанно целует меня в губы, а затем смещается к шее и ключицам. Чувствую, как от этих ласк внизу живота расползается странное незнакомое ранее чувство. Так ощущается желание близости? Запускаю пальцы ему в волосы, с губ срывается томный вздох, но Алана это будто отрезвляет. Он отстраняется от меня, все еще держа крепко. Вижу в глазах сопротивление своим же желаниям, но не понимаю, почему он остановился.

- Черт, Гленн, нам нельзя... - Парень прикрывает глаза, чтобы успокоиться. - Ты с ума меня сводишь. Я теряю контроль.

- Но почему? Не понимаю... - Не могу скрыть досаду в голосе. - Почему нельзя?

- Хм. - Прозвучала безнадежная ухмылка. - Ты понимаешь, к чему все это идет?

- В теории. - Я ответила, густо покраснев до самых кончиков ушей.

- Дядя убьет меня раньше, чем я успею сказать, что это было по обоюдному желанию. - Алан шумно выдохнул и уткнулся носом мне в шею. - Сейчас я успокоюсь, и мы вернемся к нашей компании. Хорошо?

- Конечно. - Я нехотя согласилась с другом и обняла его в знак доверия и поддержки. – Но как твой дядя узнал бы? Мне теперь любопытно.

- М-м, а тебе тут совсем ничего не рассказывали, да? – Алан принялся объяснять, все еще не отрываясь от меня. Голос звучал где-то у самого уха ленивым полутоном. – Скажи, что ты почувствовала? При поцелуе.

- Эм… - Вопрос меня откровенно смутил. – Твою магию, кажется.

- Именно. Так оно и есть. Маленький нюанс тесного контакта с магами – остаточный магический след. Ничего не будет, если я просто коснусь тебя или обниму, но поцелуи или близость оставляют достаточно яркий отпечаток. Любой хоть сколько-то сильный маг заметит в тебе присутствие чужой энергии. А наличие родственной со мной связи совершенно точно подскажет дяде, чья эта энергия. Чтобы все понять, ему понадобится меньше минуты. Чем сильнее присутствие, тем теснее был контакт. Понимаешь?

- О, боги… Нет, я этого не знала. Полагаю, такое, обычно рассказывают матушки своим дочерям, но все, что мне говорили, было связано с моей единственной целью – выйти замуж за того, на кого укажет отец. Они даже не допускали того, что мне может кто-то понравиться, полагаю.

После таких откровений дальнейшие слова были излишни. Какое-то время мы еще провели в пещере, затем Алан высушил нас с помощью заклинания воздушной стихии, и мы вернулись к друзьям. Практически сразу я поймала на себе хитрый изучающий взгляд Эльвира, но жест моего спутника заставил его сделать вид, что ничего не происходит. Лишь спустя пару минут я догадалась, что наш друг заметил перемены наших отношений. Хотя… Не могу сказать, что раньше Алан как-то скрывал свой интерес перед друзьями. Что ж, пусть так.

Глава 2 - Предложение или приговор?

До ярмарки оставалось еще пару недель. Мои родители по-прежнему молчали, а сердце подсказывало, что действовать нужно быстро. Возможно, это было влияние энергии моего избранника, но каждой своей клеточкой я ощущала приближение опасности. Не понимала, откуда она исходит, но точно знала, что грядет что-то нехорошее. Матушка вела себя тоже странно. Я заметила, что она стала более нервной, будто все время пребывала в каком-то волнении, хотела завести со мной разговор, но так и не решалась, поэтому наше взаимодействие ограничивалось типичным будничным общением. Тем временем Алан решил разузнать информацию о контракте моей семьи. Уж не знаю, каким способом ему это удастся, но предпочитаю знать, с кем нам придется столкнуться, и какие у этого могут быть последствия. Вероятно, скандала точно не избежать. Зная нрав моего отца, он может даже отказаться от меня. Впрочем, а что не так? Он ведь хотел, чтобы я вышла замуж. Чем же ему наследник голубой крови не угоден?

В это же время в городе шла активная подготовка к празднику: жители украшали свои дома хвойными гирляндами с цветными сияющими кристаллами и хрустальными шарами, торговцы тоже спешили сделать свои лавки ярче и привлекательнее, используя левитирующие свечи в совокупности с яркими рождественскими композициями декора. Волшебство постепенно заполняло узкие улочки, на центральной площади разместились ярмарочные шатры приезжих торговцев и артистов, тут и там виднелись ледяные скульптуры, созданные стихийными магами, и все это великолепие подсвечивалось друзами волшебных камней и редкими фонарями. В самом центре площади уже начали готовить праздничное кострище, вокруг которого будут традиционные пляски, а парочки, кому это дозволено, смогут дать обет перед богами. Город постепенно преображался, все больше напоминая обитель магов, а не бездушных машин.

За повседневными хлопотами незаметно подкралось начало ярмарочной недели. С приближением праздника чувство тревоги во мне все больше усиливалось, мне плохо спалось, а сегодня и вовсе всю ночь снились кошмары. Я проснулась разбитой и вымотанной, поэтому прямо с утра мне захотелось оказаться в объятиях своего возлюбленного. Он всегда мог меня успокоить. Сборы не заняли много времени. После купальни я наспех натянула кожаные доспехи, в которых обычно выбиралась на прогулку в горы, накинула плащ и отправилась к дому знахаря. Еще не успевший растаять после ночи снег задорно хрустел под моими ногами, сопровождая каждый шаг. Путь к Алану лежал через маленькую круглую площадь с волшебным колодцем в центре, расположенную в середине торговой улицы. Проходя мимо одной лавки с украшениями, я услышала разговор двух девушек. Они, не таясь, обсуждали, что идут прямиком к моему другу, чтобы предложить ему провести ритуал у костра с одной из них. Сердце рухнуло в пятки. Я никак не могла допустить, чтобы они пришли к нему раньше меня. И хоть я верю, что Алан не стал бы мне врать, беспокойная ночь и странное предчувствие не давали сейчас мыслить рационально. Бросив на удачу монетку в волшебный колодец, я что есть сил побежала в конец улицы, где и был дом знахаря.

Торговые лавочки сменялись одна за другой. Мне казалось, что каждый провожает меня сейчас недоумевающим взглядом, подозревает в чем-то или догадывается о моей тайной связи с магом. На самом же деле всем было плевать, просыпающийся город медленно погружался в бытовую рутину. Я остановилась только тогда, когда руки зацепились за перила террасы, расположенной чуть ниже уровня брусчатки. Отдышавшись, заметила, что терраса пуста, а на столе лежат приготовленные ритуальные предметы: свечи, благовония, специальный нож и какая-то склянка с алой мерцающей жидкостью. В груди неприятно кольнуло. На миг показалось, что Алан знает о приходе тех девиц и подготовился заранее. Мной завладела тревога и еще что-то непонятное, вызывающее злость. Это ревность? Мысль о возможном предательстве била в голове набатом. Я в один шаг пролетела ступеньки и ворвалась в мастерскую – помещение, где господин Санто, обычно, варил зелья и делал защитные амулеты. К моему сожалению, там тоже никого не оказалось. Ходить по всему дому в отсутствии хозяев было как-то не вежливо, поэтому я решила подождать здесь. Наверняка, кто-то из домочадцев скоро вернется, а я пока осмотрюсь.

С детства меня интересовала алхимия, поэтому мастерская знахаря быстро отвлекла меня от гнетущих мыслей. Конечно, алхимия и зельеварение немного разные вещи, но суть у них схожа. Я ходила вдоль полочек с разными баночками и колбами и разглядывала их содержимое. Из детских грез об учебе меня вырвали голоса, раздавшиеся со стороны террасы. Ласковые, заискивающие. Они явно принадлежали тем девушкам, которых я встретила в лавке ювелира у колодца. Первым моим порывом было выбежать навстречу и прогнать их отсюда, но я понимала, что таким образом выдам себя и устрою ненужную сцену. Уверена, Алан точно способен разобраться с этим сам. Я затаилась, обратившись в слух. Сквозь узкую щель приоткрытой двери плохо было слышно весь разговор, девушки не были громкими, задавая диалогу соблазняющий тон. Однако по реакции вернувшегося Алана стало понятно, что от такого поведения он совсем не в восторге.

- Я сказал нет! – Прозвучало достаточно грозно. – Уходите, я уже занят.

Первая фраза прозвучала так хлестко, что вздрогнула даже я. Кажется, претендентки на сердце мага были слишком настойчивыми. Простите, дамы, но это мой маг! Внезапно за моей спиной раздалось деликатное покашливание, дядя Алана поймал меня с поличным. Наверное, вернулся через черный ход, ведущий на задний двор прямо к лесу, и теперь вопрошающе смотрел на меня, выгнув бровь. Сложно было прочесть по лицу, зол ли он, или испытывает любопытство.

- Простите, я… - Что я? Какое ты придумаешь оправдание, Гленн? – Доброе утро, дядюшка Мэрилл. – Неловко выдавила из себя с виноватым видом.

- Доброе, Гленн. Подслушивать не хорошо, ты знаешь? – Мужчина должен был отчитать меня, но вместо этого добродушно насмехался с лукавым прищуром. – Выйдешь к нему? Леди уже ушли.

Сглотнув нервный комок в горле, я кивнула и неуверенно открыла дверь, выходя на террасу. Увидев меня, Алан растерялся на мгновение, но тут же собрался, подошел в два шага, схватил меня за руку и спешно увел на задний двор подальше от любопытных глаз случайных прохожих. Едва мы остались одни, парень без лишних предисловий заключил меня в объятия и требовательно поцеловал. Так жадно, словно пустынный путешественник добрался, наконец, до желанной воды. От него пахло хвоей и утренним морозным инеем – чарующий аромат! Вероятно, до моего прихода он был в лесу. Отстранившись, он опустился предо мной на одно колено, все еще трепетно держа в руках мои ладони.

- Гленн, я знаю, мы не говорили с тобой об этом, но ярмарка началась, а финальное торжество - тот день, когда мы можем все решить. Прошу, проведи со мной ритуал соединения судеб – наш по праву рождения особый ритуал, несколько отличающийся от того, что ты привыкла видеть. Если мы сделаем это, закон непреложен, никто не сможет разорвать такой союз и навязать нам другой брак. Умоляю тебя, прими меня и мои чувства. – Голос друга ни разу не дрогнул, а глаза были полны надежды.

- Алан… - Ответа сразу у меня не нашлось.

Я стояла и не верила своим ушам. Никогда не слышала о таком ритуале, и не знала, что он обладает такой силой. А может, мне не говорили специально? Матушка, возможно, и знала. Я думала, что обет пред богами, который вскоре проведут многие пары, не более, чем демонстрация намерений. Своего рода помолвка, свидетельство договоренности между семьями. Так мне объясняли дома. Обычно, парочки подходят к священному костру, связывают вместе две красные ленты, и бросают этот узел в костер. Считается, если при этом в небо поднимутся искры, то союз благословили боги. Никакой особой магии, просто данность древним традициям.

- Так значит, в этом твой план? Ты хочешь дать обет…со мной?

- Нет, Гленн. Не обет. – Он поднялся, продолжая объяснять. – Ваш ритуал, если его можно так назвать, ничего общего не имеет с настоящим. Ритуал соединения судеб – наша древняя традиция. Он соединяет два любящих сердца и не дает право расторжения такого союза. Это общепринятый закон, запечатленный в древних свитках. После ритуала у нас с тобой на предплечье появится магический узор. Любой маг сразу поймет при взгляде на него, к какому роду ты принадлежишь, а для всех остальных – это символ неприкосновенности. Никто не сможет выдать тебя замуж насильно, это довольно строго наказывается. Твоим родителям придется принять меня и смириться.

- Я и правда никогда не слышала о таком. – Мой голос звучал растерянно.

- Боги… - Алан раздраженно потер переносицу. – О чем еще тебе тут недоговаривали?

- Я уже ни в чем не уверена, Алан. Ни в одном услышанном с детства слове.

- Алан! – Сбоку скрипнула дверь, и на улицу вышел знахарь. Голос его звучал строго. – Прежде, чем предлагать девочке такое, ты подумал о последствиях? Что скажет семья твоей невесты? А ее жених?

Хотелось припомнить дядюшке Мэриллу его же слова о подслушивании, но они застряли в горле нерешительным молчанием. Я пыталась осмыслить еще одну ошеломительную новость. Хотя, конечно, я догадывалась.

- Мой…кто?

- Жених. Твоя семья договорилась о браке еще четыре года назад. Я свидетельствовал твою…кхм, невинность при заключении сделки. – Слова знахаря звучали как приговор.

- Но мне же всего четырнадцать! Было… Понятно теперь, к чему были все эти разговоры дома. – Предательство семьи больно кольнуло в груди. Меня разрывало на части от того, что мой собственный отец меня продал. – Алан, ты узнал и поэтому не виделся со мной?

- … - Ответом было мрачное недолгое молчание. – Узнал на днях и собирался рассказать. При встрече. Мне мало было просто выяснить это, я должен был найти и предложить тебе решение. И я нашел. Прошу, - он снова опустился на колено, руки уже дрожали, - прими меня. Я не врал, когда сказал, что говорил об этом с отцом. Он поможет все уладить. Без его поддержки я бы не подвергал тебя риску. И я не врал, когда открыл тебе свое сердце. Все, о чем мечтаю – называть тебя в будущем своей женой. Гленн, стань моей, молю.

Со стороны послышался тяжелый вздох. Дядя Алана удалился в дом, а спустя минуту вышел, держа что-то в руках.

- Молодежь, - прозвучало ворчливо, - всему вас учить надо. Держи, - мужчина бросил Алану маленький кожаный мешочек, - не порти девочке момент. Сделай это, как полагается. Ты же для этого его заказывал.

Я ничего не понимала. А мой друг, потупив взгляд, развязал шнурок, и из мешочка на ладонь упало витиеватое кольцо из серебра с изумрудом – фамильным камнем рода Гринмор.

- Гленн, я идиот. Прости меня. – Алан взял мою левую руку, а второй свободной рукой держал кольцо. – Да?

- О, боги, да!

Надев кольцо на мой палец, парень подхватил меня на руки и радостно закружил. А потом увел в беседку для продолжения разговора. Оказалось, он узнал даже от своего дяди, кто является моим женихом по контракту - лорд Эдриан Кристофер. Человек без магического дара, но очень влиятельный. Насколько помню из разговоров отца с партнерами, крупный меценат и экспортер большей части добываемого у нас в шахтах сырья, а еще он является владельцем завода по производству паровых машин. Все это его деловые заслуги, однако, что он за человек, я совсем не знала. Как и не знала, как он выглядит. Нас не знакомили и не представляли друг другу. На сделке, когда ему меня обещали, я лично не присутствовала. Страшно представить, что будет с делом моего отца при нарушении данного контракта, однако мой друг уверяет, что его отец сможет уладить эту проблему. Он буквально попросил сына позволить «взрослым дядям» решить все самим. Странная и очень волнительная формулировка. Я все еще часть этой семьи, и своим поступком подвергаю их огромному риску, но в то же время не хочу становиться жертвенным агнцем и смиренно принимать уготованную судьбу. В любом случае, отец Алана сказал нам готовиться к ритуалу и ждать от него вестей.

К полудню у дома знахаря, на заднем дворе, собрались и наши друзья. Мы договаривались, что с началом ярмарки соберемся здесь и все вместе отправимся на площадь. Первым изменения заметил, естественно, Эльвир. Изумруд на моем пальце говорил сам за себя, не говоря уже о том, что двумя неделями ранее он заметил на мне магический след нашего друга. Он отвел Алана в сторону, но, приложив усилия, я все равно смогла расслышать их разговор. А может, Эльвир и не сильно-то старался быть тише.

- Алан, мне поздравлять тебя или готовиться к конфликту? - Маг был явно обеспокоен.

- Ее семья не в курсе, если ты об этом.

- О, боги... - Наш друг нервно провел ладонью по лицу. - Вы безумцы! Куда смотрел, дядюшка Мэрилл?

- Поддержал. Как и мой отец. И матушка тоже. В конце недели, на финальном празднике, мы проведем ритуал. А дальше... Будь, что будет. Я готов. Сам знаешь, если кто-то из нашего рода влюблен…

Остаток разговора я уже не слышала, потому что девочки, уловив его суть и сопоставив с моим новым украшением, перебили диалог своими восторженными визгами. Мне определенно было радостно получить поддержку от своих подруг. Габриэлла не удержалась от своего фирменного "ну я же говорила", чем вызвала у нас с Виленой приступ смеха, а у своего брата – сеанс закатывания глаз.

До вечера мы не покидали уютный задний дворик, играли в карты, пили ягодный пунш… Друзья вынудили нас с Аланом рассказать, как так вышло и обещали, что если на празднике с рассветом нас казнят, то наша история будет увековечена бардами. Что ж, очень обнадеживающе. Пользуясь тем, что вокруг все свои, мой избранник не выпускал меня из рук, даря ласковые прикосновения и короткие нежные поцелуи украдкой. Когда на город опустились сумерки, наша компания отправилась на центральную площадь. Сегодня должны быть выступления приезжих артистов и различные конкурсы на силу и выносливость, чтобы парни могли покрасоваться перед девушками, а до этого мы решили посетить несколько торговых лавок и таверну. Беспокойство все еще скреблось где-то внутри. Казалось, в каждом прохожем я теперь вижу врага, готового схватить меня и привести на покаяние к отцу. Но в целом, вечер протекал довольно хорошо. Перед трапезой я зашла в уборную, а когда уже мыла руки, дверь открылась, и внутрь протиснулись двое внушительных парней.

- Господа, вы ошиблись дверью. – Тактично поправила нежданных гостей.

- Нет, дорогуша, мы как раз по адресу.

Не успела я даже пикнуть, как они схватили меня, накинув на лицо пропитанную чем-то ткань. Резкий запах ударил в нос. Я брыкалась и пыталась вырваться, однако сознание начало быстро покидать меня. Мир вокруг становился мутным, к горлу подступила тошнота, а тело становилось ватным и неповоротливым. Прежде, чем я провалилась в кромешную темноту, мою голову пронзила резкая головная боль.

Не знаю, сколько времени я провела без сознания, но когда снова начинаю ощущать себя живой, все тело ломит, а голова по-прежнему болит. В помещении темно и холодно, пахнет землей и сыростью, а где-то вдали слышу звук капающей воды. Я не связана, но лежу на каменном сыром полу, на который не потрудились бросить даже соломы. Шевелиться довольно сложно, но приложив усилия, у меня получается сесть и отползти к стене. Теперь я яснее вижу, где нахожусь, а мысли постепенно обретают ясность. Помню, что меня схватили в уборной таверны. От запаха тряпки воротит до сих пор. Эти двое явно не рассчитывали ни дозу, ни усилия. Кому вообще я понадобилась? Оглядевшись, понимаю, что нахожусь в маленькой камере темницы. Здесь нет ничего, кроме каменных замшелых стен и узкого окошечка высоко под потолком, через которое проникает тусклый лунный свет. Шум города не слышен, не видно и праздничного мерцания огней. Это значит, что я где-то на окраине, а то и вовсе в заброшенной горной тюрьме. Наверняка, меня будут искать, но и самой надо подумать, как можно выбраться отсюда. Только вот как? Я не знаю, кто меня держит, сколько их человек, и какие у них требования. До моего слуха доносятся шаги, а затем из темноты коридора, держа в руках факелы, появляются мои похитители.

- Ну, привет, красавица, как спалось? – Будто бы искренне интересуется один из них, закрепляя факел возле решетки, разделяющей нас.

- Вашими стараниями, господа. – Надеюсь, намек был достаточно прозрачный.

- Язвишь, значит, хорошо. – Пока один разговаривает, второй так же закрепил факел с другой стороны от решетки. Лиц не видно, мужчины предусмотрительно скрыли их, повязав платки. – Хотим сразу кое-что прояснить, нам ты без надобности. Посидишь здесь тихо, потом отпустим.

- Так просто? – Верится что-то с трудом.

- Так просто.

- Допустим, я вам верю. Но кому это нужно? И зачем?

- Ха-ха-ха! – Парни рассмеялись, словно услышали хорошую шутку, а затем один продолжил. – Ты же не думала, что мы и впрямь расскажем? Но подсказать могу – кто-то очень не хочет, чтобы ты попала на праздник.

Боги… Праздник. Не в состоянии сейчас мыслить здраво - головная боль усиливается при любой попытке сформировать сложную мысль. От трепещущего огня режет глаза, поэтому я демонстративно отворачиваюсь от собеседников, устремив взгляд в темный угол. Их это, в общем-то, ничуть не задевает. Они уходят, а спустя какое-то время мне приносят поднос с водой, хлебом и какой-то похлебкой, а так же теплый плед, в который я могу завернуться или просто постелить на пол. Все это тактично оставляют у входа в камеру, не рискуя подойти ближе. Проявление такого рода заботы наталкивает меня на мысли, что заказчик не собирался причинять мне вред, только задержать. Но даже так, ума не приложу, кому это было бы выгодно. Пока пытаюсь устроиться удобнее, чтобы не отморозить зад, из коридора доносится разговор.

- Зря мы в это ввязались. На кой сейчас было? Возись теперь с ней всю неделю.

- Гар, где тебе еще денег отвалят за то, чтоб ты с девчонкой понянчился и даже руки не замарал?

- Херня это все, Джо. Грядет переворот, уж давно к нему готовимся. Если все так, как сказали, замуж бы она выйти все равно не успела.

- Какая разница? Нам заплатили. От легких денег грех отказываться.

Я вся обратилась в слух. Мозг зацепился за слова «переворот» и «замуж». Направление моих мыслей мне совсем не понравилось. Что значит, выйти замуж не успела бы? И главный вопрос, за кого? С одной стороны мы имеем контракт моей семьи, а с другой – обещание Алану, о котором мало кому известно. Верить в предательство кого-то из друзей я отказывалась наотрез. Вероятно, на этой неделе моя семья представила бы меня жениху. На празднике мы должны были бы продемонстрировать всем наши намерения, бросив несчастные ленты в костер. Вот только им неизвестно, что планы у меня были другие. Казалось, ответы лежат на поверхности, но я так и не могла понять, кто и какому союзу хочет помешать. И что, их план в том, чтобы продержать меня здесь до конца праздника, а потом вернуть домой, как ни в чем не бывало? Ерунда какая-то! А переворот? О чем это они, интересно. Конечно, на улице до моих ушей доносились шепотки, что есть у нас в городе несогласные с текущей властью, но… Сколько читала исторических книг, всегда и в любое время, при любом даже самом лояльном правителе были те, кто недоволен. Недоволен законами, недоволен правителем, и так же оставался недоволен, когда все менялось. Поэтому даже и помыслить не могла, что у нас действительно могут поднять восстание. Город закрыт уже много веков. Да и всегда был закрыт с самого основания, если верить летописи. Неужели кто-то и вправду решился и все может измениться?

Дни потянулись медленно. Помощь не приходила, а моя единственная попытка сбежать под предлогом посещения уборной не увенчалась успехом – лишь порвала одежду и содрала ладони в кровь. Теперь даже нужду справлять я была вынуждена под наблюдением. Какое унижение! Ну, хоть отвернуться этим болванам ума хватало. Сейчас как никогда раздражало собственное бессилие. Я сокрушалась и винила себя в том, что я не маг, у меня нет никаких способностей, я жалкая и беспомощная, и не могу за себя постоять. Но в то же время я понимала, что данное обстоятельство от меня не зависело, и я никак не могу на это повлиять. Бесполезное создание. И как только Алан вообще мог обратить на меня внимание? Алан… Мысли рисуют в голове любимый образ. Надеюсь, ты найдешь меня, и эта чертова тюрьма разлетится на камни!

Однажды ночью, кажется, была уже суббота, я отчетливо услышала звук леденящей душу песни, доносящийся из глубины коридора. Все тело сковал страх, мне казалось, что я сошла с ума, раз слышу такое. Здесь нет никого, кроме меня и моих охранников, которые чутко бдят за любыми моими действиями. Никогда не встречалась с призраками, но сейчас уверена, что это именно они. Этого еще не хватало. Сердце зашлось в бешеном ритме, я изо всех сил пыталась придумать, чем буду защищаться, но паника нарастала все сильнее по мере того, как песня становилась громче.

- Эй! Как вас там?! Выпустите меня отсюда! – Подбегаю и бью кулаками по железной решетке.

Но ответа не следует. Я заперта в клетке и, вероятно, умру бесславной смертью от рук пробудившегося привидения. Слов песни было не разобрать, какой-то древний диалект или просто протяжные завывающие звуки. Чем ближе подходил поющий, тем сильнее я погружалась в пучины отчаяния. Не было сил даже кричать, горло сковало, словно колючей проволокой. Тяжело дыша, я осела на пол, хватаясь за прутья решетки, как за спасительную соломинку. Все вокруг расплывалось, я едва ли могла различить силуэты и тени, а сердце стучало так быстро, что вот-вот должно было пробить грудную клетку. Страх, паника, первобытный ужас… Вот, что я сейчас испытывала, но ничего не могла сделать, словно в ночном кошмаре, от которого никак не пробудиться.

- Эй! – Кто-то обратился ко мне, встряхнув за плечо. – Боги, Эльвир, ты сейчас убьешь ее!

Эльвир? Это точно кошмар. Их не может здесь быть. Мне все это снится. Я либо проснусь, либо умру во сне. А чей это голос? Габриэллы? Почему перед смертью я слышу именно их? Не успеваю, подумать что-то еще, чья-то нежная ручка отрывает мою ладонь от решетки и вкладывает в нее бутылек.

- Пей! Ну же, давай скорее! – Силуэт с голосом Габриэллы помогает откупорить флакон и подносит его к моим губам.

Повинуясь указаниям, запрокидываю голову, и содержимое из бутылочки выливается внутрь. Жидкость приятно растекается по горлу, а спустя минуту или две я уже могу мыслить ясно – паника отступила, и сердце бьется ровнее. Вглядываюсь в плохо освещенные силуэты и действительно узнаю в них своих друзей. Лицо Эльвира скрывает глубокий капюшон плаща, но я точно знаю, что это он и его волшебный голос. Вероятно, он сейчас контролирует разум моих похитителей, сосредоточен и совсем не смотрит на нас. Вторым спасителем действительно была Габриэлла.

- Габи! – Прижимаюсь сильнее к металлическим прутьям.

- Слава богам, ты пришла в себя! Прости, наверное, твой организм сильно истощен, а Эльвир использует сильную магию. Мы никак не могли заранее передать тебе защитное зелье.

- Все в порядке, вроде, пережила. Алан здесь?

- Ждет снаружи. Он в гневе, и если мы не поторопимся, то произойдет непоправимое. Ему точно нельзя позволить применить свои силы, иначе все здесь превратится в руины, а город накроет лавиной! Сейчас я возьму ключи и открою эту чертову дверь.

Девушка подскочила и быстро метнулась в сторону, а спустя несколько минут уже отпирала темницу. Пока наш друг продолжал удерживать неприятелей внутри кошмара, Габриэлла вывела меня на поверхность. Не передать словами, как же приятно было вдохнуть ночную прохладу после затхлого воздуха подземелья. Но еще радостней было осознать, что есть те, кто пошли ради меня на риск. От нахлынувших эмоций, которые я сдерживала все это время, захотелось расплакаться. Впрочем, увидев Алана, сдержаться я уже не смогла.

- Гленн, хвала богам! - Парень подбежал и заключил меня в крепкие объятия. - Клянусь, если бы с тобой что-то случилось, этот город сгинул бы в огне.

- А причиной мог стать Эльвир! - Подруга возмущенно прошипела. - Если бы я не пошла с вами, она могла не пережить его песню. Бр-р, у меня у самой кровь в жилах стынет.

- Спасибо, Габи. Я у вас двоих в долгу. - Мягко поблагодарил маг, пока я заливала его плащ слезами. – Чш-ш, Гленн, все закончилось. Я здесь.

- Да где же этот чертов певун? - Травница нервничала.

- Алан, погоня! - Резко донеслось из темноты лестничного пролета вместе с быстро приближающимся бегущим человеком.

Взяв эмоции под контроль, я обернулась как раз тогда, когда из входа в подземелье выскочил Эльвир, а следом за ним - четверо вооруженных кинжалами парней. Откуда они здесь взялись? Я совершенно точно уверена, что кроме меня и тех двоих, в темнице никого не было. Этих людей я видела впервые. Возможно, меня хотели куда-то увести, да только не успели. Или узнали, что за мной идут.

- Пригнись! - Алан среагировал мгновенно, сменив милость на гнев. В разбойников полетел огненный шар, заключая их в плотное горящее кольцо. - Предупреждаю, еще шаг, и до конца дней своих вы будете вспоминать запах своей паленой плоти в приюте для умалишенных.

- ... - Ответом были лишь оскалившиеся лица, шагнуть сквозь пламя никто не решался.

- Так-то лучше. Мы сейчас уйдем, а вы молите всех богов, чтобы ваш покровитель не узнал, чью именно невесту вы украли. – Последние слова мой маг выделил особенной интонацией.

Вопросов было очень много, но все объяснения оставили на потом. Сперва нужно было добраться до безопасного укрытия, коим, как объяснили ребята, стал дом Габриэллы. До него отсюда ближе всего. Ее родители еще вчера покинули город и вернутся только сегодня к кульминации праздника, поэтому у нас будет время прийти в себя и подготовиться к ритуалу. Только после этих слов я в полной мере осознала, сколько дней провела в заключении. Сегодня воскресенье – День зимнего солнцестояния.

Глава 3 - Союзник из тени

К рассвету мы были уже в доме Габи. К родителям соваться было нельзя, но я уговорила подругу, чтобы ее брат отнес письмо моей матери. Уверена, что они с сестрой места себе не находят. Я быстро написала, что со мной все в порядке, но до конца праздника я не вернусь. Причины так же объяснила. Надеюсь, мама сможет меня понять и простить когда-нибудь.

Тем временем травница любезно предоставила мне комнату с личной купальней, чтобы привести себя в порядок, и сменную одежду. Когда спустя час, или даже два, я вышла в комнату, укутанная лишь в одно полотенце, с удивлением обнаружила, что на кровати лежит Алан. Его веки прикрыты, дыхание ровное и умиротворенное. Только сейчас, подойдя ближе, я заметила, как сильно он истощен – лицо немного осунулось, а под глазами залегли большие темные круги. Ночью это не было так заметно. Повинуясь мимолетному порыву, легонько провожу пальцем вдоль скулы, от чего парень вздрагивает и резко ловит мою руку.

- Прости… - На секунду открыв глаза, Алан замечает, что это я, расслабляется и прислоняет к своей щеке всю мою ладонь, однако сразу чувствует на ней ссадины. – Это что?

- Сбежать пыталась. – Неловко пожимаю плечами.

Маг устало вздыхает и садится на кровати, свесив ноги. Его пристальный взгляд проходится по всему моему телу, которое сейчас весьма плохо прикрыто. По мерцанию глаз я понимаю, что он анализирует мое состояние. Пойманная ладонь все еще находится у него в руке, и, когда он заканчивает с осмотром, второй рукой рисует в воздухе над моей какие-то символы. Я мгновенно ощущаю прилив сил, а ссадины сходят на нет, словно их никогда и не было. Мне приятна такая забота, но, очевидно, ему самому помощь нужна не меньше.

- Спасибо. – Благодарю его поцелуем в щеку. – Но…

- Но я в порядке. И даже смогу ясно мыслить, если ты оденешься. – Последнее он уже по-кошачьи мурлычет, растягивая слог.

Чувствую, как его пальцы медленно крадутся по моему бедру, поэтому задорно хихикнув, выворачиваюсь из крепких рук и ухожу к шкафу. Выбираю подходящую одежду, после чего Алан помогает мне со шнуровками кожаных брюк и корсета.

К моменту, когда мы покидаем спальню, за окном яркими солнечными лучами уже разливается полдень. Снегири, рассевшись на ветках дерева, задорно щебечут, знаменуя начало торжественного дня. В гостиной нас уже ждут друзья, но вместе со знакомыми лицами я вижу парочку новых – двое взрослых мужчин. Паниковать еще рано или уже в самый раз? Чувствую, как Алан, заметив гостей и одновременно положив руку на мою талию, притягивает меня ближе к себе.

- Отец? – Его голос звучит подозрительно и строго. – Разве ты собирался остаться?

- Видишь ли, вскрылись новые интересные обстоятельства. – Ответил один из мужчин, в лице которого угадывались схожие с Аланом черты. – Позвольте представить, лорд Эдриан Кристофер. – Рукой он указал на другого статного мужчину, который сидел в кресле, сложив ногу на ногу, и величественно держал одну руку на изголовье трости.

Кажется, в этот момент мое сердце перестало биться. Я знала, что конфронтации не избежать, но мы надеялись, что все это случится уже после того, как мы проведем ритуал. Сейчас я не понимала, чего ждать от этих мужчин. И как вообще лорд узнал, что я здесь? И во мне ли причина его визита? Я терялась в догадках, пока глазами неприкрыто изучала своего жениха по контракту. Всем своим видом он излучал непоколебимую власть, смотрел так же открыто, не пытаясь скрыть эмоции или намерения. К слову, явной угрозы от него я не чувствовала. На вид ему лет пятьдесят или около того, строгий коричневый костюм в клетку идеально сидел на нетронутой возрастом фигуре. Его возраст выдавали лишь морщинки на лице и благородная седина, коснувшаяся висков и аккуратно уложенной бороды. Образ дополнялся бордовым галстуком, лакированными туфлями и изящной тростью с изголовьем в виде головы льва. Возможно, если бы мое сердце не билось для другого, мы могли бы обсудить оптимальные условия союза.

- Дети, - по гостиной разлился низкий бархатный голос, - давеча птичка на хвосте принесла мне весть, что моя невеста пропала и удерживается, как ни странно, моими людьми. Леди Эверстоун, Вы можете это подтвердить? Может быть, слышали их имена?

- Не знаю, чьи они люди, лорд Кристофер, но называли друг друга Гар и Джо. Может быть, Вам это о чем-то скажет.

- М-м, как неприятно, но да, действительно, это о многом говорит. Прежде всего, я хотел бы принести извинения за неподобающее поведение моих наемных рабочих, с ними вопрос я решу сам. – На последних словах лорд вполне недвусмысленно посмотрел на Алана. – Милорд, я искренне рад, что моя невеста оказалась в надежных руках. Уверен, рядом с Вами ее ждет прекрасное будущее, правда Дэмиан? – С этим вопросом мужчина обратился к отцу моего возлюбленного.

- Разумеется. – Старший Санто-Гринмор утвердительно кивнул.

- Наверняка, у вас сейчас много вопросов, однако, все они могут подождать. – Продолжил лорд Кристофер. – Главное то, что ваша история, как бы это сказать, мне на руку. Уже несколько лет я занимаюсь тем, что веду свою негласную борьбу за власть в этом городе. Я намерен прекратить многое из того, что у вас происходит, в том числе договорные браки и запрет на магию. Простите, леди Эверстоун, Вы изначально были частью моего плана, однако, все сложилось даже лучше, чем я предполагал. Так вышло, что мы с Дэмианом давние и хорошие друзья. Так как я не выезжаю, то просил его помочь мне с покупкой резиденции для моей будущей жены, а он, заботясь о сыне, попросил меня оказать содействие, предупредив о том, что ты, Алан, планируешь несколько пошатнуть местные устои. Каково же было наше удивление, когда мы поняли, что в итоге причиной нашего беспокойства является одна и та же девушка. Леди, вы умеете собрать вокруг себя правильных союзников, вы знали? – Лорд добродушно усмехнулся.

- Н-нет… Я… О, боги! – От стыда и смущения закрываю лицо руками.

- Ну что вы, не стоит. Как я и сказал, все удачно складывается. После праздника я намерен идти к мэру с требованием его отставки. Безусловно, много горожан поддерживает мое движение, люди выйдут с митингом на площадь. И я хочу вас попросить, в связи с этим, провести ритуал сегодня на площади. Разыграем небольшое представление. Это значительно усилит боевой дух моих повстанцев, а так же добавит мне положительной репутации в глазах горожан. Я буду для них тем, кто поступился условиями контракта ради чистой любви. Романтично, не правда ли? Люди такое любят, а то, что мы с вами заранее договорились – малозначительный факт.

Что? Я не верила всему, что слышу. К чему угодно я была готова, но точно не к такому повороту событий. Вообще, наш ритуал не требует такой масштабной демонстрации, все и так будет видно, когда он завершится. Мы думали сделать все тихо. И только вдвоем. А уже потом, по факту, предъявить всем свидетельство нашего союза.

- Это все, что от нас требуется? – В голосе Алана послышались стальные нотки, я даже вздрогнула от неожиданности.

- Да, милорд, это все. Мы с Леди Эверстоун подпишем необходимые бумаги, освобождающие ее от условий контракта, а после ритуала вы вольны уехать из города.

- Хорошо, мы сделаем это на площади. – Ответил маг.

Я не стала возражать, полностью доверившись мнению друга. Мы еще немного обговорили некоторые детали, после чего лорд и отец Алана покинули дом моей подруги. Габриэлла распорядилась подать обед, а я только сейчас заметила, что среди нас нет Вилены. Все здесь, кроме нее.

- Ребят, а где Вилена? С ней все в порядке? – Интересуюсь совершенно искренне.

После заданных вопросов атмосфера за столом стала более гнетущей. Я отчетливо увидела, какими тяжелыми взглядами обменялись Алан и все остальные. В груди зародилось щемящее неприятное предчувствие. Что с ней случилось?

- Гленн, видишь ли… - Начала Габриэлла, виновато отводя глаза.

- Я сам, Габи. – Перебил мой избранник. - Гленн, прогуляемся в сад? Если ты закончила трапезу, разумеется.

- Конечно.

Мы встали из-за стола и покинули трапезную через террасу, выходящую к прекрасному зимнему саду. Казалось, там были собраны растения и деревья со всего света, а в глубине оранжереи раскинулся маленький прудик с причудливыми рыбками. Алан привел меня к нему и предложил разместиться на скамейке. Я начинала волноваться. Сложно было даже представить, какие новости могут скрываться за таким поведением вечно сдержанного молодого человека. Он бережно усадил меня к себе на колени, снова обнял крепко и положил голову мне на грудь. Жест, говорящий очень о многом. Обнимаю его в ответ и глажу по голове, словно ребенка. Сотни раз так делала с младшей сестрой, когда ей нужна была моя поддержка.

- Это все Вилена, Гленн. - Спустя какое-то время мой избранник нарушил тишину.

- Что? - Мой мозг отказывался воспринимать эту информацию. - Но... Как? И зачем. Я не понимаю. Мы столько лет дружим.

- ... - Маг устало выдохнул. - Если кратко, то она решила, что раз я на нее не обратил внимания, то и тебе достаться не должен. Расчет был на то, что тебя отпустят после праздника, когда что-то предпринимать будет уже поздно. Тогда ты бы вышла замуж по договоренности, а я остался свободным. Для ее попыток завоевать меня. Не учла только, что для проведения нашего ритуала нам не нужен особенный день. Да и обратилась не к тем людям. А там уже, как выразился сегодня лорд Кристофер, птички напели, кому надо.

- Ясно. - Сама поразилась своей безразличной реакции на предательство подруги. - Знаешь что, господин похититель женских сердец, тебе стоило вместо кольца подарить мне ружье. Что-то ко мне толпы тайных воздыхателей не прилагается. А от твоих поклонниц отстреливаться нужно. - Наигранно изображаю досаду.

- Н-нда? - Алан поднимает на меня игривый взгляд. - А почему ты так уверена, что поклонников нет или не было? Может, это все моих рук дело. М-м?

- Тц, шутник... - Не верю, но слышать такое крайне приятно.

- Может, да. А может, и нет. - Алан задумчиво отводит глаза в сторону пруда. – Бедный Эльвир. Вилена даже отпираться не стала, четко обозначив свою позицию, а он страдает теперь. Она ведь нравилась ему.

- Жаль его. Это правда. А что будет с ней?

- Не знаю. Не уверен, что дело о твоем похищении вообще есть у констебля. Твоя семья думает, что ты сама сбежала. Твой отец отказался от последствий, заявив, что по условиям контракта с наступлением совершеннолетия ты – часть другой семьи. И лишь по устной договоренности предпраздничные дни проводила дома, готовясь к переезду.

- Какая наглая ложь! Я даже не знала об этом контракте до недавнего времени! Уверена, в один прекрасный день меня бы просто забрали из дома, как купленную вещь. – Услышанное меня не на шутку разозлило. – Хорошо, что я отправила письмо маме. Надеюсь, она сделает правильные выводы.

Какое-то время мы еще провели у пруда, обсуждая планы на будущее, которое, учитывая лояльность моего жениха по контракту, уже не выглядело таким туманным. Конечно, общественные перевороты и захваты власти были далеки от моего понимания, но, в конечном итоге, я разделяла мотивы и позицию лорда – город должен стать свободным от оков и запретов. Мои переживания практически сошли на нет, ведь что может быть сложного в том, чтобы разыграть небольшую сценку? До вечера Алан готовил ритуальные предметы и ингредиенты, попутно объясняя мне правила проведения самого ритуала и его суть. Звучало очень интригующе, поэтому я старалась запомнить каждое слово, чтобы в ответственный момент не подвести любимого.

Мысли то и дело возвращались к Вилене. Я просто отказывалась понимать, как можно было столько лет так удачно изображать искреннюю дружбу. Конечно, я замечала ее взгляды в сторону Алана, но и она не могла не видеть того, что его интерес направлен в мою сторону. В кругу друзей он не слишком-то скрывался. Как он позже мне объяснил, шансов у подруги не было с самого начала. У потомков голубой крови есть одна не характерная для людей черта – возможность встретить истинную пару. Вы скажете, что такие люди называются однолюбами, но это не совсем одно и то же. Сложно объяснить доступными словами, но они чувствуют, когда встречают того самого человека и уже никогда не смогут полюбить кого-то другого. Если, а такое, конечно же, бывает, избранник или избранница не отвечают взаимностью, тогда они могут согласиться на договорной брак, но любви в таком союзе никогда не будет. Впрочем, обретение истинной пары – единственная причина, по которой можно расторгнуть договорную помолвку без последствий. Тем не менее, по словам мага, его отец заплатил щедрые откупные семье его бывшей невесты. Интересно, что предприняла бы Вилена для устранения этого препятствия? Не то, чтобы мне прям очень хотелось это узнать, просто любопытно, на какие еще выдумки способен этот человек.

Тем временем, настала пора выдвигаться из дома. Костер на площади разожгут в восемь вечера, когда на город уже опустятся сумерки. Маттео остался дома, а мы вчетвером не спеша отправились в сторону площади, к месту, где договорились встретиться с лордом Кристофером. Так как никакого преследования за нами не было, и в розыске никто не находился, мы не скрывались и не чувствовали никакой угрозы со стороны горожан. Тем не менее, я замечала на себе и моем спутнике некоторые любопытные взгляды, но, как пояснила Габриэлла, это сторонники лорда, поддерживающие смену власти. Некоторых она знала в лицо, так как и сама посещала тайные собрания. Эта информация меня хоть и удивила, но совсем чуть-чуть. Вероятно, Кристофер успел предупредить некоторых своих людей, чтобы в случае чего, нам оказали поддержку. До начала торжественной церемонии еще было время, поэтому мы снова решили посетить таверну, это было уже своего рода традицией – начинать праздник с экзотических яств и напитков. Мне же явно для храбрости понадобится бокал пунша. Мы расселись за столом и спокойно ждали нашего заказа, но внезапно двери заведения с грохотом распахнулись, и на пороге появился констебль с отрядом гвардейцев. Все мои внутренности сжались, словно подсказывая мне, что пришли они по нашу душу. Не знаю, откуда возникло это мерзкое предчувствие, но сердце уже зашлось в паническом ритме. Почувствовав мою тревожность, Алан сжал под столом мою ладонь, переплетая наши пальцы. Констебль медленно обводил таверну ледяным взглядом и, как только остановился на нашем столике, прозвучало грозное:

- Вон они! Схватить живыми!

Медлить было нельзя. Одного взгляда друг на друга хватило, чтобы, не сговариваясь, мы бросились врассыпную. Алан лишь успел предупредить остальных жестами, что мы бежим на площадь, и утащил меня за собой, ловко огибая другие столики. Я искренне не понимала, в чем причина такого поведения стражей порядка, но паника и страх за срыв ритуала уже подстегивал бежать быстрее. Мы вдвоем скрылись через черный ход, выходящий в темный узкий переулок. К моему удивлению, повар без лишних слов провел нас к нужной двери, отрезая от погони гвардейцев. Оттуда до площади было рукой подать, но, добежав до кострища, мы поняли, что нас загнали в кольцо. Гвардейцы окружили, наставляя оружие. За ровным строем уже начала собираться толпа, подтягиваясь от торговых лавочек, среди которой я разглядела наших друзей. Я быстро поняла, что целью констебля были только я и Алан. В какой-то момент солдаты расступились и из толпы вышли констебль и…мой отец. Он то что здесь делает? Сам же отказался от меня и последствий за мои действия.

- Господин Алан Санто-Гринмор, младший лорд, наследник рода голубой крови Гринмор, вы арестованы! – Раздался требовательный возглас констебля. – Сдайтесь добровольно, и никто не пострадает, это в ваших же интересах.

- Хм. – Впервые видела мага таким хладнокровным. – Могу я узнать, в чем же меня обвиняют? – Ни один мускул не дрогнул на прекрасном лице.

- Разумеется. Вы обвиняетесь в похищении юной леди Эверстоун, насильственном ограничении ее свободы и покушении на ее честь.

Толпа, стоящая за гвардейцами ахнула. Отец кипит от злости. За ним я разглядела матушку, которая украдкой смахивала слезы платком. Наши друзья, не моргая, смотрели на нас, словно ожидали какого-то знака. Черт! Какие еще испытания нам уготованы? Если буду молчать, все действительно будет выглядеть так, как говорит констебль. Нервы, которые весь последний месяц скручивались в тугой узел, наконец, натянулись и лопнули.

- Что за вздор?! – Сжимаю руку Алана еще крепче. – Я здесь по собственной воле!

- Не слушайте ее и схватите подлеца! – Сокрушается отец.

- Не Вы здесь командуете, господин Эверстоун. – Парировал глава гвардии.

- Гленн. – Слышу тихий зов у себя над ухом, пока отец занят спором с констеблем. – Сейчас. Ты готова?

- К чему угодно. – Говорю это, а сама смотрю прямо в глаза своему отцу и знаю, что он прекрасно прочел по губам.

Алан отпускает мою руку и начинает свое собственное представление, после которого пути назад уже точно не будет. Могло ли в целом что-то пойти не так? Могло. Впрочем, в итоге, мы у костра, как и обещали лорду. Левой рукой он делает пасс и вокруг образуется магическая завеса - плотные мерцающие и искрящиеся потоки волшебной энергии медленно кружатся, образуя вокруг нас высокое кольцо. Кто-то из гвардейцев попытался прорваться внутрь, но его моментально отбросило в сторону разрядом электричества. Вижу, как Эльвир в ужасе прикрывает рот рукой – за такой открытый протест предусмотрено суровое наказание, вплоть до смертной казни. Осознавала ли я в тот момент риск смерти? Прекрасно. Жалела ли о чем-то? Точно нет! Если здесь и сейчас я умру, то надеюсь, что моя жертва еще больше всколыхнет наше общество и заставит поднять бунт против этих варварских правил. Тем временем мой бывший друг, а теперь почти полноправный жених, правой рукой бросает искру в огромную кучу поленьев и веток. Они моментально вспыхивают, и языки пламени взмывают в небо, обозначая начало священного ритуала. С восхищением подмечаю, что Алану совершенно не сложно использовать две стихии одновременно. Вообще впервые вижу боевую магию в действии. Впрочем, как и большинство наших невольных зрителей.

- Гленн, я должен удерживать барьер. Сними у меня с пояса ритуальный нож, а в сумке найдешь бутылек с настойкой. Открой его, выпей половину и отдай мне.

- М-м, да, нашла. – Послушно выполнила все, что он сказал.

- Умница. – Маг осушил стеклянный флакон и бросил его в огонь, который тут же отозвался яркой вспышкой и искрами. – Теперь возьми нож и полосни меня по ладони. Затем – себя. Только перед этим закатай нам рукава по локоть.

- Что? Я…

- Ты сможешь. – Он перебил, предупреждая мои сомнения. – Сделай порезы и возьми меня за руку так, чтобы наша кровь смешалась. Давай!

Делаю, как он сказал, попутно замечая, что Эльвир набрался смелости и включился в нашу игру. Сложив руки в молитвенном жесте, он использовал голос, чтобы прямо сейчас никто не кинулся на нас, хоть таких отважных желающих особо и не было. Толпа просто стояла и следила за развитием событий с замиранием сердца. Кажется, даже отец с констеблем перестали спорить, не понимая, что вообще мы делаем.

- Что дальше? – Жду от возлюбленного дальнейших указаний.

- Клятва. Текст не важен, только намерение. – Алан перевел взгляд на моего отца и прокричал громко. – Читайте по губам, господин Эверстоун! – Затем продолжил обычным голосом. – Гленн Эверстоун, куда бы ни завел нас этот путь, отныне и навеки я только твой.

- Алан Санто-Гринмор, кем бы ты ни был и где бы ты ни находился, я доверяю тебе свою жизнь. Отныне и навеки я только твоя.

Отражение огня в глазах мага придавало его взгляду безумный блеск. Наверное, сейчас так оно и было, мы – два безумца, бросившие вызов глупым устоям. Алан сильнее сжал мою руку, заводя ее над костром. Когда несколько капель нашей крови исчезают в огне, в небо поднимается густой сноп искр, озаряя всю площадь так, словно сейчас день. Завороженно смотрю на это зрелище – никогда ничего подобного не видела. Руку начинает покалывать, и я перевожу взгляд. Вокруг наших предплечий волшебным мерцанием начинает вырисовываться идентичный опоясывающий узор, такой красивый, серебристых и зеленоватых оттенков, в цвет дома Гринмор. В конечном итоге он доходит до середины предплечья от самой кисти. Фамильный орнамент рода Гринмор напоминает сплетение лоз с редкими листочками и бутонами цветов. Алан смотрит на меня с нежностью, а затем отпускает барьер и отчаянно целует, крепко обнимая обеими руками, на глазах у изумленной толпы и пунцового от злости отца. Действие песни Эльвира тоже прекратилось. Гвардейцы тут же срываются с места, и все погружается в хаос. Меня хватают, оттаскивая от мага. Кричу и брыкаюсь, но все бесполезно. Вижу, как Алана бьют прикладом по голове и он отключается.

- Нет! Пустите меня, чертовы ублюдки! – Не прекращаю попыток вырваться, глотая злые слезы.

От площади до дома моих родителей совсем не далеко. Осознав всю безысходность, я перестала сопротивляться, позволив гвардейцам увести меня прочь. Спустя какое-то время, которое показалось мне вечностью, миновав пару кварталов, меня швырнули в мою спальню, оставив наедине с отцом.

- Ты, неблагодарная маленькая дрянь! Твоя задача была максимально проста, но ты решила спутаться с этим знахарским выродком! – Отец приблизился и ударил меня по лицу наотмашь, так сильно, что я упала, а во рту моментально возник привкус железа. – Если понадобится, я кожу сдеру с твоей руки. Моли богов, чтобы лорд Кристофер оказался благосклонен. – Прошипев это, словно ядовитая змея, он покинул мою комнату, запирая дверь на ключ.

При отце я стерпела, но теперь слезы градом полились из глаз. Я действительно молила богов, но не о благосклонности лорда, о которой мне и так было известно, а о том, чтобы Алан остался жив. Он ведь говорил, что его отец поможет. Верю ему, и надеюсь, что у его семьи действительно столько влияния. Да и лорд Кристофер не сможет остаться в стороне. Допускал ли маг такой исход? Подумав, понимаю, что да, он прекрасно осознавал все риски, когда отпустил барьер. Специально подставил себя под удар, чтобы для меня последствия были как можно мягче. Я прорыдала всю ночь под звуки праздника, доносящиеся с площади. С одной стороны, а чего я ожидала, соглашаясь на такую авантюру? Но с другой... Боль от того, что при всей любви отца, контракт оказался важнее собственной дочери, заглушала все остальное. Любил ли он меня на самом деле? Или все это было лишь для того, чтобы в конечном итоге вырастить из меня послушную марионетку? Одно оставалось не ясным - кто доложил моему отцу о нас с Аланом, и кто донес констеблю. Мы бы рассказали, обязательно рассказали, но... Преподнесли бы это как уже свершившийся факт, как изначально и планировали. Клянусь, когда я узнаю имя предателя, ему не поздоровится! Хотя, может ли это снова быть Вилена? Не могу представить, чтобы еще кому-то настолько мешал мой союз с наследником Гринмор.

Утром ко мне пришла матушка. Я думала, она будет осуждать меня, пытаться вразумить. Но вместо обвинений мама жестом попросила меня молчать и протянула красивый тисненый конверт, в котором оказалось письмо от Кристофера. Он писал, чтобы я не волновалась, собирала вещи и делала вид убитой горем невесты, а об остальном они с отцом Алана позаботятся сами. Что ж, это мне точно сейчас под силу, даже играть, собственно, не придется. Я отказалась от еды, которую мама принесла вместе с письмом, но это и не каприз был вовсе. Аппетита в самом деле не было.

- Дочь, - мама тихо, вполголоса, обратилась ко мне, отставляя поднос. – Я хочу, чтобы ты знала, что я бесконечно горжусь тобой. Когда-нибудь твой отец тоже это поймет.

- Что? Но я думала…

- Думала, что стану тебя отчитывать? Нет. – Прости меня. Я знаю, что мне следовало учить тебя большему, уделять время многим важным вещам, а не только тому, как быть достойным украшением подле мужа. Я так виновата перед тобой!

- Мам, ты…не могла, я знаю. – Беру ее руки в свои.

- Нет, послушай, ты должна знать. Я в курсе того, что лорд Кристофер готовит свержение власти. Я не могла в этом открыто участвовать, но сделала все возможное, чтобы твой отец заключил контракт именно с ним. Тогда я и правда считала, что это отличный шанс обеспечить тебе хорошее будущее.

- Спасибо, мам. – Улыбаюсь и пытаюсь сдержать, подступающие слезы, нам давно следовал поговорить.

- Спасибо?

- Да. Он и правда хороший человек. А еще, приходится хорошим другом отцу Алана. Они вместе способствовали тому, что вчера произошло. И чем бы ни закончилась эта история, я никогда не пожалею. Это мой выбор. И Алана.

- Алан, Алан… - Мама делает задумчивое лицо. – Достойным мужем станет этот мальчик. Вот уж не ожидала, что племянник знахаря окажется наследником знатного рода голубой крови. Впрочем, этого никогда нельзя знать наверняка, они ведь ничем визуально не отличаются. Постой, ты сказала, лорд не против?

- Абсолютно нет. – Мотаю головой. – У него, как оказалось, были свои планы на меня. Появление в моей жизни претендента на руку и сердце только сыграло в его пользу. Все будет хорошо, вот увидишь. Что до Алана… Думаю, ты понимаешь, что его происхождение не имеет для меня абсолютно никакого значения. Он мог оказаться и сыном самого знахаря, тогда был бы обычным, без голубой крови и большого магического потенциала, каким, собственно, является его отец. Алан – полукровка, да. Но это все условности. Гораздо важнее, какой он человек, и как ко мне относится. И не менее важно, что я испытываю взаимные чувства. Не своим статусом он добивался моего расположения.

- Ох, дочка… - Мама тянется к лицу, смахнуть непрошеные слезы.

- Ладно, мам, не разводи сырость. Помоги лучше вещи собрать. – Машу перед ней письмом. – Лорд пишет, что скоро заберет меня.

- Конечно, родная.

Глава 4 - Рассвет свободы

Спустя еще три дня моего принудительного затворничества в наш дом, наконец-то, нагрянули гости. Я слышала, как отец распинался в любезностях и извинениях перед посетителем. Не сложно было догадаться по такому поведению, кто именно удостоил нас визитом. Увидев мое состояние, разбитую губу и ссадину на щеке, лорд отчего-то нахмурился.

- Кто? - Спросил мужчина без лишних вступлений. - Отец?

- ... - Сказать мне было нечего, я лишь стыдливо отвела взгляд, прикрывая щеку.

- Впрочем, да, можете не отвечать. Леди Эверстоун, я приехал, чтобы забрать вас в свою резиденцию. Приведите себя в порядок, за вашими вещами я пришлю слуг. – Жестами Кристофер попросил подыграть ему.

- Что? Никуда я с вами не поеду! Вы не можете увезти меня! - Возмутилась со всей злостью, которую копила в себе эти дни.

- Леди. - Мужчина в четыре шага подошел ко мне вплотную и сказал тихо, чтобы слышала только я, но никак не прислуга, очевидно, подслушивающая за дверью. - У меня дома вас ждут. Постарайтесь, когда выйдете из комнаты, сохранять лицо несчастной девушки, которую увозит ее немолодой жених.

Намек был настолько прозрачен, что я просияла от радости, забыв о разбитой губе, которая тут же отозвалась болью, снова треснув вдоль еле зажившей ранки.

- Черт, больно. - Приложила к губе салфетку. - Дайте мне пятнадцать минут! Вещи уже собраны. Я только оденусь.

- Лицо, леди Эверстоун. Вы страдаете от несчастной судьбы, а не бежите на встречу с любимым. - Сам лорд при этом лукаво улыбался, покидая мою комнату.

Быстро ополоснувшись в купальне, выбрала подобающее аристократке платье, мама помогла собрать волосы, и я спустилась в гостиную, не забывая при этом держать страдальческое лицо, как меня и просили. Расслабиться я смогла только тогда, когда мы с лордом сели в его механическую карету - новое достижение технологий и его личная разработка, по слухам. Управлялось это чудо специально обученным человеком.

Через сорок минут дороги мы уже были на месте. Резиденция господина Кристофера поражала воображение - площадка с множеством строений была высечена прямо в скале и находилась чуть в стороне от основного города, скрытая от случайных прохожих высоким каменным забором с массивными деревянными воротами. От ворот до террасы особняка раскинулся роскошный яблоневый сад. Яблони. В горах. С ума сойти! Не знаю, как ему это удалось, но выглядит невероятно. По пути сюда Эдриан, как он сам попросил себя называть, игнорировал мои вопросы, объясняя это своим нежеланием все повторять дважды. Но часть из них отпала сама собой, когда в огромной гостиной, куда меня привели, я увидела Алана, который метался вдоль камина, как загнанный зверь. Выглядел он тоже не важно, на его скуле виднелось кровавое рассечение, а на запястьях - ссадины от антимагических браслетов.

- Алан! – Забыв о любом этикете, бросаюсь в объятия любимого.

- Боги, Гленн! – Маг заключает меня в крепкое кольцо рук. – Я чуть с ума не сошел за эти дни! – Он отстраняется, оглядывает меня и хмурится, завидев последствия отцовского гнева. Переводит острый взгляд на уже сидящего на диване Эдриана. – Я могу?

- Конечно. – Мужчина неопределенно взмахнул рукой. – В этом доме нет запретов.

- Любимая, моя… - Алан ласково касается моего лица, проводя линию от скулы к губам, и я чувствую, что ссадина и разбитая губа заживают. – Вот и все. – Констатирует с нежной улыбкой.

- Спасибо. А себе ты так можешь сделать?

- Могу. Но не хочу. – Бывший друг прижимает меня к себе сильнее, и кладет подбородок мне на макушку. – Пусть заживает по-человечески.

- Ишь, какой упрямый. – Откуда-то сбоку раздается ворчание, и в нем я узнаю дядюшку Мэрилла. – Мать твоя в молодости такой же была.

Из боковой двери в гостиную входят двое – собственно, сам дядя Алана и, что поразило меня не мало, лорд Кристофер. Еще один. Непонимающе уставилась на своего избранника, но тот лишь пожал плечами, мол, пусть сами объясняют, что здесь происходит.

- Леди Эверстоун, рад, наконец, увидеть вас лично после всех последних событий. – Вежливо поприветствовал второй господин Кристофер. – Эдриан Кристофер – это я. А достопочтенный господин, который привел вас в мою скромную обитель – лорд Дэмиан Санто-Гринмор, отец вашего, кхм, жениха.

От полученных новостей я перестала что-либо вообще понимать. Как так вышло? Я ведь точно помню, что они ничуть не похожи. Да и возраст у них несколько разный. Мысли хаотично вспыхивали, но не укреплялись во что-то вразумительное.

- Ох, что же это я! – Сам себе возмутился настоящий лорд Кристофер. – Дети, вы, должно быть голодны? Распоряжусь подать завтрак. Обсудим все за трапезой или после. Может, заклятие к этому времени уже спадет. – Мужчина неопределенно махнул рукой в сторону отца Алана. – Не могу смотреть на себя со стороны.

Вот оно что. До меня понемногу начало доходить. Старший лорд Санто-Гринмор находился под действием оборотного заклятия. Забавно. Все еще находясь в объятиях Алана, я чувствовала себя более, чем комфортно, поэтому ситуация начинала меня веселить. Взрослые мужчины, а авантюру затеяли, сравнимую с нашей. Однако теперь поведение лорда в моей спальне было вполне объяснимо. Нехотя отстраняясь, но, все еще держа меня крепко за руку, Алан провел меня в трапезную, вслед за остальными.

Минут двадцать за столом царила тишина, нарушаемая только звоном приборов о тарелки. Старшие мужчины удалились в кабинет лорда Кристофера, позволив, нам с Аланом спокойно позавтракать в компании друг друга. Маг все время не сводил с меня глаз, словно боялся, что я внезапно исчезну, а у меня впервые за последние дни появился аппетит, подогреваемый обилием манящих ароматов. Первым к нам вернулся дядюшка Мэрилл. Как раз, когда подали десерт - изумительный воздушный вишневый мусс с мятным сиропом.

- Алан, отчитать бы тебя, но я больше горжусь тобой, чем злюсь. - Он подошел и обнял племянника, потрепав за волосы, как мальчишку. - Гленн, добро пожаловать в семью. - Меня тоже настигло теплое объятие. – Если наш молодой господин вздумает тебя обидеть, шепни мне, я подскажу, как на пару дней превратить его в лягушку.

- Ха-ха, не думаю, что это понадобится, но совет на всякий случай запомню. – Смеюсь и подмигиваю знахарю. – Но… Что теперь будет с нами? Все, как бы это сказать, немного вышло за рамки планируемого. – Интересуюсь, смакуя божественный по вкусу мусс. - И зачем понадобилось папу Алана маскировать под лорда Кристофера? Признаться честно, совсем такого не ожидала. Впрочем, даже не мыслила, что такое возможно.

- Моему отцу нужно будет в любом случае выстроить диалог с твоим отцом. Ну... Наверное. Если вообще в этом будет необходимость. - Вместо дяди ответил сам Алан. - Таким образом он решил лично разведать обстановку в твоем доме и оценить оппонента до возможной конфронтации. Судя по его лицу, когда он вернулся с тобой, увиденное ему, мягко говоря, не понравилось.

- Верно, верно. - Знахарь подключился к диалогу. - В любом случае, сегодня вы отдыхаете. Все, что от вас зависело, вы сделали. Весьма феерично, кстати. - Мужчина добродушно усмехнулся. – Безумцы.

- Дядя... - Алан закатил глаза. - Подумаешь, маленькая шалость. Нам не оставили выбора.

- Маленькая? Алан, люди в этом городе живой магии ни разу не видели! Тебя могли сжечь в том же костре. Знаешь же, что такая демонстрация силы тут под запретом. Про вас барды уже поют в каждой таверне. Слава богам, не посмертно.

- Знаете, дядюшка, стоя там, за барьером, я была готова к такому исходу. Я лишь надеялась, что случившееся заставит наше общество задуматься.

- Нет, вы точно не в себе. Оба! – Господин Санто наигранно возмущается. – Но я правда восхищен вашей смелостью.

- Да будет вам. На нашем месте мог быть кто угодно. Кстати, с чего вдруг гвардейцы на нас как с цепи сорвались?

- М-м… Сама догадаешься, кто тут замешан? – Алан откинулся на спинку стула. – Сразу скажу, вариант один.

- Оу. Вилена, да?

- Именно. Узнала, что мы тебя вызволили из темницы и, кроме того, сговорились с лордом… - Маг устало вздохнул, показывая, что эта ситуация ему уже порядком надоела. – И, видимо, решила действовать радикально. Пришла к твоему отцу и обвинила меня в похищении и всем прочем, что там еще на меня пытались повесить. А он уже обратился к констеблю.

- О, боги… Сколько еще это будет продолжаться? Она когда-нибудь успокоится? – Я полна искреннего негодования.

- Успокоится. Пришлось крайне доходчиво поговорить с ее родителями. – Ответил знахарь.

- И что теперь с ней будет?

- Ничего. Нам нечего ей предъявить. – Продолжил Алан. - Это мы с тобой нарушили правила, не она. Она, как добропорядочный гражданин, сообщила о посягательстве на честь своей подруги ее отцу. Надеюсь, родители сумеют повлиять на нее.

Разумеется, все именно так и выглядело. И я, и Алан нарушили договоренности своих семей, заключив союз между собой. Вероятнее всего, не сегодня, так завтра, меня бы представили лорду Кристоферу как его невесту и заставили подписать с ним брачный договор. Но я выбрала путь сердца, доверилась магу, который был мне до этого хорошим, надежным другом. Кто-то скажет, что это было импульсивное поспешное решение, но на кону стояли моя свобода и мое счастье. То, что лорд заведомо оказался на нашей стороне – чистая удача! Мои родители, как и их родители до них, всю свою жизнь с рождения прожили в Мист-Спарклинге. Они на веру принимали все установленные мэром города правила, даже не пытаясь узнать и понять, что жить можно по-другому. Полагаю, информация о ритуале соединения судеб скрывалась преднамеренно. Не верю, что за пределами нашего города о нем всем известно, и его свято чтят, и только мы о нем как-то вдруг позабыли. Почему-то именно матушке хочу задать этот вопрос. Где-то внутри меня своим корявым когтем скребется сомнение, что она могла знать, но слишком была подвержена влиянию отца за столько лет брака. Наш последний разговор натолкнул меня на эти мысли. К тому же, как я уже упоминала, папа любил нас, но очень сильно по-своему, извращенно, с причинением боли и полным ограничением свободы. Не знаю, какие теперь между нами будут отношения. Подозреваю, крайне натянутые. Но о своем поступке я вряд ли пожалею.

Мысли уносят меня к нашему другу Эльвиру. Он ведь учился в столице. Интересно, знал ли он? О ритуале. Кажется, да. Он не был удивлен, когда Алан озвучил свой план. Хотя, думаю, о том, что ритуал можно провести вот так, он мог и не догадываться. По общепринятой информации нашим обетом скрепляли союз уже заранее договорившиеся семьи, чьи дети подходили по возрасту. Вряд ли они рассказывали им, что можно поступить иначе, и оспорить это уже никто не сможет. В конечном итоге, нам с самого детства внушали свою искаженную версию правды.

После непростого разговора мой истинный жених увел меня в зимний сад, где мы провели еще несколько часов, ловя каждый момент наедине друг с другом. За хрустальными стенами изящно кружили снежинки, мерцая в полуденном солнечном свете. Я ловила себя на мысли, что даже дышится здесь свободнее. В родительском доме все чаще ощущалось давление, гнетущая атмосфера неизбежности и безысходности. Здесь этого не было. Было ли дело в месте или, может, в том, что я больше неподвластна воле отца, я не знала. Здесь и сейчас, в руках любимого человека, мне было хорошо и спокойно. Наше уединение было нарушено размеренными шагами. Тактично откашлявшись, на тропинке у скамейки появился лорд Кристофер и попросил нас о разговоре. Грело душу, что нас воспринимали как неразделимое целое.

- Дети, простите, что нарушаю вашу идиллию, но мне необходимо обсудить с вами кое-что важное. Только с вами. Прошу, давайте пройдем в мой кабинет.

Мы с Аланом переглянулись, но все же встали со скамьи и проследовали за лордом. Не знаю совсем, чего нам теперь ожидать, несмотря на то, что между нами имелась договоренность. В конце концов, лорд Кристофер - мой несостоявшийся жених. Все еще. Точнее, формально, пока сделка между ним и отцом не расторгнута, он мой законный жених. То, что мы с Аланом сделали, не было предусмотрено условиями контракта и никак не отменяло его.

- Что ж, - начал лорд, когда мы разместились на диване его кабинета, - леди Эверстоун... Гленн, - назвал меня по имени после секундной паузы, - прежде всего, я хочу, чтобы ты знала, я в любом случае собирался предоставить тебе свободу и от всего сердца рад, что все сложилось таким образом. Алан, - мужчина подошел к эльфу для рукопожатия, и тот его принял, - позволь выразить тебе свое искреннее восхищение. Твоему отцу я доверяю как себе, а ты наглядно продемонстрировал, что станешь надежным мужем для этой девочки. Признаюсь, когда твой отец сообщил мне, что ты собираешься пошатнуть местные традиции, я и представить не мог, что речь идет о моей невесте. Но, тем лучше все сложилось для нас всех, не так ли?

Мой мир буквально перевернулся с ног на голову, и из лап домашней тирании я попала в руки тех, кто привык проявлять заботу о близких. Лорд сказал, что мне нужно будет подписать бумаги, освобождающие меня от условий сделки. А еще, мой отец никак не сможет этому помешать, поскольку достигнув совершеннолетия, я автоматически получила статус невесты лорда Кристофера, и все решения относительно меня теперь принимал он. Странно, да, не жена ведь еще, но таковы условия договоренности с моим отцом. И эти условия, определенно, были мне на руку. Наверняка, папа будет в ярости. А может, и нет. Это ведь никак не затронет основной предмет контракта - их совместное дело. Впрочем, меня это уже совсем не волнует.

Так же, лорд настоял на свадебном подарке для меня. В прошлую нашу встречу он уже упоминал, что просил отца Алана помочь с приобретением недвижимости для своей будущей жены, но, кроме этого, еще и оплатил обучение в столице. По его словам, отец Алана настаивал, что это не нужно, но лорд Кристофер сделал это еще до того, как мы провернули нашу авантюру. Он действительно готовился к тому, чтобы забрать меня из семьи и отпустить на свободу, не подвергая вынужденному неравному браку, и отнимать свои подарки не собирался. Дом уже был оформлен на мое имя, а грант на обучение ждал, пока я выберу направление и сдам вступительные экзамены. К слову, по счастливой случайности, или нет, моя новая недвижимость располагалась в Сильверфоресте - городе, где проживает Алан и его семья. Забавно, если подумать, и я все еще не могла поверить, что все обернулось именно так. У меня есть дом, меня ждет обучение в столице, и рядом со мной мой надежный друг и любимый, который в ближайшем обозримом будущем станет моим законным супругом. Я не сплю. Я же не сплю, правда?

- Однако, - лорд продолжал свой монолог, - есть в этой бочке меда и ложка дегтя, так сказать.

- И какая же? - Алан настороженно уточнил.

- Вы стали народными героями. – Будто извиняясь, лорд развел руками. - Вы вдохновили их своей смелостью! Как вдохновили и меня перейти от планирования к действиям. Впрочем, на то ведь и был расчет.

- Не совсем понимаю, к чему вы ведете, лорд Кристофер. - Пытаюсь аккуратно уточнить.

- Ценю твое воспитание, Гленн, но пожалуйста, давай без этой помпезности. Я вам практически родственник. Всерьез рассчитываю стать крестным вашего первенца. Зови меня по имени или дядя Эдриан, на худой конец. К тебе, Алан, это тоже относится. Итак, вернемся к делу. Будет восстание. Как уже говорил, я намерен свергнуть старый режим и занять место мэра, чтобы отныне никто из детей не подвергался такому гнету, как ты, моя дорогая. Считаю, что браки должны заключаться по желанию двух сердец, а не потому, что отцу невесты или жениха так выгодно скрепить контракт. Этим варварским методам пора кануть в небытие. Не прошу вас участвовать в захвате власти, постараюсь все сделать максимально тихо, но... Люди вас уже не отпустят. Вы первые, кто так открыто посмел сопротивляться местным порядкам. Они уже практически боготворят вас.

- Видят боги, я не хотел такого шума. - Алан произнес с сожалением.

- Я знаю, мальчик мой. Я знаю. - Лорд продолжил. - Тебе не оставили выбора и ты вынужден был продемонстрировать силу. Я ведь был там и все видел. Впечатлен. Вы своим поступком запустили необратимую цепочку событий. Вместо наказания люди требуют свободы для вас и для себя. Вы для них как символ борьбы за эту свободу. Свободу жизни и выбора. Не по своей воле вы оказались вмешаны в эти политические игры, но прошу, помогите мне довести начатое дело до конца. С вашей открытой поддержкой будет куда меньше крови, а может, и вовсе обойдется без нее.

- Думаю, - Алан ответил за двоих, - тут и обсуждать нечего. Этому городу пора сбросить оковы лжи и ограничений.

Маг был тверд в своем решении, а мне нечего было возразить. Несколько дней назад я была готова умереть ради этой борьбы, стоя там, на площади у костра. Мой запал и сейчас ничуть не угас. Не хочу, чтобы мою младшую сестру постигла та же участь, ведь шансы, что ей может повезти так же, как мне, крайне малы.

- Эдриан, позвольте вопрос? – Кое-что меня мучало.

- Конечно, моя дорогая.

- Почему вы…так благосклонны ко мне? Вы делаете очень дорогие подарки совершенно случайной девушке, по сути.

- О, ты права, милая, совершенно случайной. На твоем месте могла оказаться любая из твоих подруг или еще кто-то. Но оказалась ты. Что ж… - Лорд вздохнул со скорбью. – Я расскажу. Не всегда я жил в этом городе, и когда-то у меня уже были жена и дочь – редкая красавица. Как и все, я тогда заключил контракт с местным лордом Харвисом. Его репутация не позволила усомниться в его чести и благих намерениях, однако, вскоре после свадьбы дочь перестала писать письма. Я обеспокоился и приехал сюда с визитом. Оказалось, Харвис бил ее, и в итоге она сбросилась в реку со скалы, так как покинуть город уже не смогла. Супруга моя, не выдержала горя, заболела и умерла спустя два мучительных года.

- Эдриан, мне так жаль. – От услышанного мое сердце разрывалось от сочувствия.

- Ох, Гленн. Когда все это случилось, ты только родилась. За эти годы боль утраты уже не такая яркая, хоть и не прошла совсем. Я тогда добился смертной казни для нечестивого лорда, а когда оправился от трагедии, переехал сюда и стал изучать обстановку. Я подумал, сколько еще было таких печальных финалов, как у моей семьи? Неужели ни у кого не возникло желания изменить это, наконец? У всех ведь дети… Разве никто не желает им счастья? Позже я понял, что этот город живет по своим, совершенно неведомым законам. Жестоким и безоговорочным. Я решил, что в моих силах что-то изменить, и начал подготовку. На сделку с твоим отцом я согласился только потому, что подумал, что таким образом смогу спасти хоть одну невинную душу. Как я и говорил, планы на тебя у меня были изначально. Только потом, увидев случайно на одном из праздников, с тоской осознал, как ты напоминаешь мне дочь – жизнерадостная, увлеченная, желающая учиться и познать мир. Мне показалось, это знак богов. Через тебя я могу искупить часть вины перед дочерью, сделать то, что должен был сделать для нее, но не осознавал этого. Так же, как сейчас не осознает твой отец. Он поймет когда-нибудь. Обязательно поймет. Надеюсь, ему хватит благоразумия не повторить тех же ошибок с твоей сестрой.

После такого рассказа я не смогла сдержать ни слез, ни эмоций. В порыве поднялась с дивана, подошла к лорду и крепко обняла, смыкая руки за спиной и уткнувшись щекой в грудь. В этом жесте не было ничего непозволительного. Так же я обняла бы отца, если бы хотела его утешить. Эти же чувства мне хотелось передать и лорду. Хотелось, чтобы он почувствовал семейное тепло и мою бесконечную ему благодарность. К моему удивлению, Кристофер не оттолкнул меня. Молча обнял в ответ, позволив себе несколько раз провести ладонью по моей спине. После он предложил сразу подписать необходимые для моей свободы бумаги, а так же передал мне документы на дом и обучение. Уезжать сразу мы отказались, решив остаться до конца, каким бы он ни оказался.

Подготовка к свержению мэра заняла еще несколько дней, а воспоминания о дне икс стерлись из памяти - так сильно я волновалась. Алан, как стихийный маг, был в первых рядах восстания. Собственно, как и Эльвир с его голосом и навыками. Меня же в самое пекло, разумеется, не пустили. Мне оставалось только наматывать круги по поместью, молясь всем богам, чтобы мужчины вернулись целыми, невредимыми и с добрыми вестями. К счастью, стратегия лорда Кристофера оправдала себя. Увидев количество людей, вышедших в тот день на площадь, а так же вялое сопротивление стражей порядка, действующий мэр предпочел добровольно сложить полномочия. К тому же, предъявленный Эдрианом компромат, явно не подталкивал к сопротивлению. Все закончилось довольно быстро и без кровопролитий, как и предполагал лорд. Спустя еще несколько дней провели референдум, где горожане большинством голосов согласились с кандидатурой лорда Кристофера. Мы же, как и обещали, поддержали его перед лицом народа, выступив с речью на предвыборном собрании. Лорд не врал, люди и вправду с каким-то отчаянным благоговением смотрели в нашу сторону. Мы действительно стали для них героями, первыми, кто решился на открытый протест.

Отныне город был открыт для всех. Любой мог, как въехать внутрь, так и выехать, независимо от рода профессии и родственных связей. Запрет на магию так же был упразднен, как и договорные браки. Когда мы уезжали, проводить нас пришли все друзья и даже матушка с сестрой. Ну и еще добрая часть нашего славного городка. Не было только Вилены и отца, разумеется. Первую родители выслали подальше отсюда, едва открыли ворота. В целом, я могу понять ее чувства, но искренне недоумеваю, почему нельзя было просто поговорить? Думаю, нет в жизни ситуации, которую нельзя было бы решить разговором. Что до отца… Он отказался от меня, заявив, что старшей дочери у него больше нет. Он не мог так сразу признать, как был не прав, и решил делать еще больнее. Матушка плакала, благословляя нас, и говорила, что папа обязательно одумается, ему просто нужно время. Что ж…

С момента переворота прошло уже десять лет. За это время я выучилась на алхимика, как и мечтала, освоив дополнительно курс травничества. Благодаря Габриэлле я всегда была лучше других подготовлена к зачетам, поэтому после первого года обучения вышла на ректорскую стипендию. Не то, чтобы мы с Аланом как-то нуждались в деньгах, у нас было все прекрасно. Просто, это было моим первым серьезным достижением, и я очень собой гордилась. По такому случаю, мой любимый, на тот момент уже супруг, пристроил к нашему дому чародейскую башню в три этажа, организовав мне собственную лабораторию и кабинет. Алан стал мне прекрасным мужем и главой нашей семьи. Не было ни одного дня, чтобы я вдруг пожалела о том, что ответила тогда согласием. Быть любимой женщиной мага – волшебно, а любить его в ответ – высшее счастье. Он исполнил каждое свое обещание, окружил любовью и заботой, не позволив усомниться ни в одном его слове. Когда я закончила учебу, занявшую всего три года, на первом этаже моей башни мы открыли лавку артефактов, которая быстро приобрела популярность из-за редкой сложности выполняемых нами заказов. Спустя еще два года в нашей семье родились первенцы – очаровательные близнецы. Алан радовался, как мальчишка! Буквально носил меня на руках. Иногда нас навещала матушка и Гвендолин. Им удавалось под видом посещения знахаря приезжать к нам в его сопровождении. Она рассказывала, что отцу трудно даются перемены - из города он ни разу не выезжал, часто запирается у себя в кабинете, оставив дело на своих двух помощников. Кто-то из слуг рассказывал, что застал его как-то с бутылкой виски плачущим над моей фотографией. Но… На трезвую голову он гневился, все отрицал и утверждал, что у него по-прежнему нет дочери.

Тем временем лорд Кристофер не соврал, народ действительно возвел нас с Аланом в ранг героев, символов революции, и теперь центральную площадь Мист-Спарклинга украшает фонтан с нашими фигурами. Мне было сложно к этому привыкнуть, но со временем я смирилась с этой ролью. Сегодня десятая годовщина тех событий. Нашим маленьким сорванцам-близнецам уже 5 лет, а уже весной у них появится сестра. Мы приехали в родной город на ежегодный праздник, который сливается с завершением празднования Дня зимнего солнцестояния. После официальной части и беседы с мэром, крестным наших близнецов по совместительству, мы всей семьей прогуливались по ярмарке. К нам присоединились наши друзья – Габи и Эльвир, которые, между прочим, тоже обручились в прошлом году. Они стали чаще общаться после того, как мы покинули город, что в итоге привело к крепкому союзу. Я была искренне за них рада!

Что до Вилены? Я слышала, что она все же получила своего потомка голубой крови. После нападений на нас родители сослали ее на другой конец континента. Позже – уехали вслед за ней. Там она приглянулась какому-то наследничку, который не обладал таким благородным воспитанием, как Алан. Он буквально насильно женился на ней, выкупив согласие родителей за баснословную сумму. О дальнейшей ее судьбе мне неизвестно, но, в конечном итоге, она получила то, что хотела. И что заслужила, как я считаю.

В разгар вечера я обернулась, следуя за внезапно нахлынувшим предчувствием. Чужой взгляд так ярко прожигал спину, что сложно было его игнорировать. Метрах в двадцати от нас стоял мой отец. К моему удивлению, прежней злобы я в нем не увидела. Выглядел он совсем неважно – сломленный под гнетом своих ошибок человек.

- Эль, Габи, могу я попросить вас отвести мальчишек на карусели? - Обратилась я к друзьям.

- Конечно. - Проследив за моим взглядом, травница все поняла без слов. - Ребята, идемте кататься? Маме и папе нужно решить взрослые дела. - Обратилась она уже к нашим сыновьям.

Близнецы радостно убежали в сопровождении наших друзей, даже не заметив неожиданного гостя. Мы с Аланом остались вдвоем, позволяя папе сократить расстояние между нами. Муж становится ближе ко мне и кладет руку на талию, демонстрируя защиту. Рядом с ним всегда так спокойно, я знаю, что мне ничего не угрожает.

- Ну... Здравствуй, дочь.

- Отец. – Вместо слов приветствия делаю легкий кивок головой.

- Это, - легким наклоном головы он указал в сторону детей, - мои внуки? - Голос сквозил глубоким сожалением.

- Да. Остин и Оскар, им пять лет. Весной, как видишь, - тактично указываю на свое положение, - у них появится сестренка Оливия.

- Пять лет... - Отец повторил с горечью, провожая их взглядом.

- Папа, я хотела сказать...

- Нет! - Некогда строгий глава семьи упал на колени, не дав мне договорить. - Гленн, Алан, простите меня. - На глаза навернулись скупые мужские слезы. - Я так перед вами виноват! Всех последующих лет не хватит, чтобы исправить мои ошибки.

- Встаньте, лорд Эверстоун, прошу. - Алан протянул отцу руку. - Нашей семье уже хватило публичности, а мне лично, Вы ничего не должны. Только перед дочерью ваша вина. А я поддержу любое ее решение.

- Конечно. - Папа встал, пожимая моему мужу руку. - Прошу, мы будем рады принять вас дома. Я должен, нет, просто обязан попытаться исправить все, что натворил. Если еще не поздно, конечно...

- Папа, я хотела сказать, что давно не держу на тебя зла. Может, не все я простила, но я готова начать сначала, если ты и впрямь сожалеешь о прошлом. Отныне, я жду только честности.

- Конечно! Конечно, дочка.

Наша история на этом далеко не закончилась, но примирение стало прекрасным финалом всех предшествующих событий.