ДЕНЬ ВАМПИРОВ - 3: Тяжелая Ночь

1 ДЕНЬ ВАМПИРОВ: Тяжелая Ночь - Главы 1/2/3/4

1. Алкаш

Огонь. Повсюду огонь. Все горит – пылает небо над головой, плавится асфальт под ногами, пылают дома и люди вокруг. Горит он сам, даже не горит, а распадается от нестерпимого жара. И все же, он еще жив, жив и бежит вперед, спасаясь от пришедшего с неба огня, словно зверь от лесного пожара. Нет никаких мыслей, нет даже страха, только инстинкт – бежать от огня со всех ног, бежать до тех пор, пока не упадешь замертво.

Алкаш не понял этого и не смог бы вспомнить потом, но первые, самые страшные секунды после взрыва он пережил только благодаря высоченной башне какой-то корпорации, у подножья которой безуспешно искал добычу. Башня своей махиной закрыла его от выжигающей глаза вспышки белого света, только так Алкаш умудрился сохранить зрение там, где десятки тысяч людей и вампиров ослепли в считанную секунду. А затем башня приняла на себя чудовищной силы удар, сносивший целые кварталы. Небоскреб содрогнулся, но каким-то невероятным образом устоял, позволив оглушенному и обожженному вампиру вырваться из-под своей спасительной тени и броситься куда глаза глядят.

Воздух настолько горяч, что в городских водоемах кипит вода, миллионы горящих обломков, взметенных ядерным взрывом, низвергались теперь на руины, поджигая абсолютно все, что способно гореть. А Алкаш бежит вперед через ад, прикрыв голову какой-то тряпкой, бежит, не обращая внимания на бегущих рядом с ним людей, в чьих венах течет чистая кровь – инстинкт, требующий бежать вперед, пересиливает даже голод.

Лестница, крутая металлическая лестница, ведущая куда-то вниз, он натыкается на нее, и, не раздумывая, несется сломя голову в подвал, не имея ни малейшего представления, что ждет его там. Сбежать вниз, словно крыса, уйти под землю, только там можно найти укрытие от пришедшего с неба огня. Один за другим два пролета, затем короткий забег по узкому коридору, хватаясь рукой за стены, на полном ходу врезаться в распахнутую дверь, проскочить внутрь, и тут же задраить дверь за собой.

- Кто здесь?! Кто вы?!

2. Чемпион

- Девяносто восемь, девяносто девять, сто!

Закончив с отжиманиями, Гектор вскакивает на ноги и приступает к отбивке, обрушив град ударов кулаками, локтями и коленями на истрепанные телефонные справочники, в несколько слоев наклеенные на стену камеры. А затем, расправившись с невидимым противником и едва переведя дух, сразу же приседания – Гектор предпочитает тренировки в максимально быстром темпе, равно как и бои. Словно Наполеон, он верит, что самый верный путь к победе – кратчайший путь.

Гектор Родригез исповедовал этот стиль в уличных стычках с ранних лет, задолго до того, как начал зарабатывать на богатую жизнь в подпольных боях без правил, где быстро получил новое, заслуженное прозвище – Чемпион. Позже, уже на официальном ринге в турнирах по смешанным единоборствам, он также не изменял своей взрывной, и одновременно хорошо просчитанной тактике, сносившей противника с дороги за считанные секунды. Он до сих пор держит рекорд по победам нокаутом в первом раунде, хотя уже четвертый год дерется только за серыми стенами тюрьмы Доннаджер. Его новый мрачный дом, где Чемпион оказался по подлой воле его же собственного босса, который за счет Гектора спас свою задницу от федералов, раскрывших запутанную схему нелегального тотализатора.

Сменив чемпионский пояс на оранжевую робу, Гектор по-прежнему зарабатывает на жизнь для себя и своей семьи при помощи меткого глаза и тяжелого кулака, но уже не на ринге, а в коридорах, общей душевой и столовой – везде, где потребуется силовое прикрытие для его клиентов. Финансирование при новом президенте увеличилось, обрадованное начальство пристроило пару новых корпусов к старой коробке, возведенной еще при Рузвельте, так что контингент Доннаджера стабильно возрастает. И не только за счет уличной шпаны: периодически сюда попадают и жирные свиньи с пухлыми кошельками, готовые выложить большую деньгу за спасение своей богатой тушки. Один знакомый с воли, хитрожопый черный наемник стабильно сводит Гектора с такими вот состоятельными поросятами, так что Чемпиону остается только назначать цену, да следить за своевременным поступлением чеков на абонентский ящик любимой мамы. Со своей же стороны, он обеспечивает надежное прикрытие для клиента, спасая своих подопечных от группового изнасилования, тяжких телесных повреждений, а то и от удара заточкой в затылок. Чемпион Гектор, ангел-хранитель и карающая десница по найму.

В первые три года у него было несколько клиентов, от именитого голливудского продюсера, присевшего за педофилию, до местного политического босса, с которым несколько раз пытались свести счеты бывшие коллеги по коррупционным схемам. А теперь Гектор работает только на одного человека, дона Боргезе, в недавнем прошлом заправителя всей проституции в Южной Калифорнии. Этот заказ был самым прибыльным, но и самым сложным даже для Гектора, ибо старый макаронник нажил чертову прорву недоброжелателей, которые отнюдь не собирались ограничиваться простым и понятным публичным изнасилованием. Нет, им твердо необходимо прикончить старикана и несколько провалившихся попыток ликвидации не останавливают врагов дона Боргезе. Еще и месяца не прошло с того момента, как боевик Арийского Братства пытался перерезать горло клиенту заточенной крышкой от консервной банки, и спасся мафиози только благодаря Гектору, который выбил нападавшему все зубы, сломал обе руки, а затем кастрировал отобранной заточкой. Этот инцидент стоил Чемпиону двухнедельной отсидки в карцере и принес свежие сто тысяч на счет мамы. Вообще-то, Боргезе должен был заплатить полтинник, но решил не скупиться и сопроводил удвоенный чек букетом роз, хорошо понимая, что его ждет, если Чемпион откажется от дальнейшего сотрудничества.

Грядущий уик-энд обещает быть более спокойным, ибо в Доннаджер недавно подсели несколько солдат дона Боргезе, и теперь Чемпиону не придется все делать в одиночку. Но Гектор давно приучил себя к постоянной боевой готовности, вот и сейчас он начинает утро пятницы с привычной тренировки. За тренировкой обычно следует завтрак, но сегодня вертухаи что-то запаздывают, их должны были отвести в столовую еще пятнадцать минут назад.

- Эй, шеф, как насчет завтрака? – Гектор окликает надзирателя, что торопливым шагом пересекает западное крыло.

- Заткнись на хер! - огрызается вертухай, дрожащими руками заряжая помповый дробовик. А затем, в нарушение правил, он выскакивает на лестницу, так и не дождавшись сменщика. Что-то не так.

- Бунт, бунт, в городе бунт! В южных кварталах бунт!

Новость о бунте в южных кварталах мгновенно охватывает тюрьму: многие заключенные, в том числе и сам Гектор, в нарушение правил имеют в камерах телефоны и радиоприемники. Но первоначальное воодушевление контингента сменяется растерянностью, когда становится понятно, что это не обычные беспорядки, а что-то более странное.

- Эй ты, чмо! – не дождавшись ответа охранника, Гектор переключается на одного из лохов, назначенного в поломойки, единственного сейчас за пределами решеток, в общем коридоре. – Слышь сюда, чмо! Ну-ка метнись к окну, глянь, что происходит!

- Мне нельзя, я…

- Бегом!

Поломойка бросает швабру и идет к зарешеченному окну, взгромоздившись на опрокинутое ведро.

- О господи!

- Что там?! Говори быстрее!

- Там огонь, весь юг горит! Солдаты, я вижу солдат на шоссе, там…

Чмо говорит что-то еще, но Гектор его не слышит, ибо где-то в небе взревели моторы, а солнце на мгновенье накрывает гигантская тень.

- Берегись!

Рев моторов заканчивается оглушительным грохотом, Чемпион чувствует, как задрожали решетки, а затем взрывная волна раскалывает окна во всем крыле, сбросив лоха на пол. И пока остальные обитатели Доннаджера только приходят в себя от сокрушительного взрыва, Гектор, с детства умевший держать удар, уже готов к дальнейшим действиям.

- А ну встать, чмо! А ну встать! Обратно к окну, и скажи мне, что там!

Оклик Чемпиона приводит лоха к жизни, он справедливо боится Гектора больше, чем неожиданной катастрофы, и снова лезет к разбитому окну.

- Самолет! Ни хера себе, это самолет упал на шоссе перед главными воротами, здоровый такой! Там все горит, солдаты…

- От окна, козел!

Вертухай возвращается в коридор, на сей раз не с дробовиком, а с короткоствольным автоматом. Лох спешит исполнить приказ, скрывшись в своей клетке, дверь с грохотом захлопывается за ним. Восстановив порядок, вертухай сам идет к окну, периодически поднося к глазам маленький бинокль. Он говорит с кем-то по рации, но Гектор не пытается услышать о чем именно, его гораздо больше интересует отчетливый треск выстрелов, пробившийся через рев пожаров.

- Начальник, слышь, начальник! Нужна эвакуация, выводи нас отсюда! Там стреляют на улице!

- Ну-ка, отошел от решетки, крыса!

- Да там же пожар, пламя идет сюда! Мы тут все сгорим к чертям, выводите нас отсюда, ублюдки! Ты отвечаешь за каждого человека в этом крыле!

Вертухай хочет еще раз огрызнуться в ответ, но вместо этого он хватается руками за простреленное лицо, кровь хлещет через черные перчатки, и только сейчас приходит одиночный щелчок винтовки. Смертельно раненый охранник отшатывается от окна, все так же закрывая рану руками, а затем делает пару шагов назад и падает прямо на заботливо подставленные руки Гектора. Ладонь Чемпиона смыкается на связке ключей.

- Спасибо, родной!

3. Хлоя

- Мы не пойдем туда, это же самоубийство! Их слишком много, там пулеметы, никто не пройдет! Вы используете нас как пушечное мясо, мы не…

Женщина в деловом костюме, в недавнем прошлом одна из самых дорогих адвокатов Лос-Анджелеса не успевает высказать до конца свои претензии, ибо экспансивная пуля сорок пятого калибра, ударившая ее в лицо, ставит точку в робкой попытке мятежа.

- Еще есть желающие спорить, - спрашивает девушка в черной форме, непринужденно помахивая кольтом с перламутровой рукояткой. – Я жду…

Если кто-то еще недоволен последним приказом, то они не желают высказывать свое недовольство. И точно, не желает этого Хлоя, что пытается оттереть со своего лица ошметки мозгов самого дорогого адвоката в горящем городе. Нет, она совсем не хочет спорить, сейчас не до этого.

- Ну, вот и славно, вот и договорились. А теперь слушайте внимательно! Солдат там немного, меньше взвода, но они закрепились в здании товарной биржи, что господствует над всем кварталом. А сразу за биржей, в спортзале расположен эвакуационный пункт, куда они согнали тысячи гражданских, десятки тысяч галлонов крови. Дорога блокирована, и вывезти добычу они не могут, это наш шанс. Здесь больше нигде нет чистой крови, так что, если не хотите сдохнуть с голоду, идите вперед и добудьте нам кровь, мать вашу! Сбейте заслон на бирже, или сдохните все вместе прямо здесь прямо сейчас! Вперед!

Автоматчики с черными повязками на рукавах разом вскидывают свое оружие, нацелив десяток стволов на две сотни новых, голодных вампиров, что должны принять свой первый и последний бой на безымянном перекрестке у товарной биржи.

- Шевелись, народ! Разбирай оружие!

Заслышав про оружие, Хлоя вскакивает с места первой, надеясь получить дробовик или пистолет, но вместо этого, ей, как и всем остальным, достается пара бутылок темной жидкости с запечатанной крышкой.

- Поджигать фитиль не надо, просто бросаешь вперед, и она вспыхивает! Пошла!

Сунув бутылки в сумку из супермаркета, Хлоя занимает место у изрешеченной пулями стены вместе с десятками других голодных. Все, как и должно быть – пушечное мясо идет вперед, стрелки с черными повязками подпирают с тыла.

- Ждите!

Сразу за углом широкая улица, заставленная разбитыми машинами, дома на противоположной стороне уже горят. И где-то впереди должна быть чертова товарная биржа, где именно, девушка не помнит, она вообще почти ничего не помнит, и не сможет объяснить даже самой себе, как оказалась на этой горящей улице среди сотен таких же, как она. В бессвязных и путаных мыслях Хлои нет места для столь сложных измышлений, есть только осознание простого факта – за биржей их ждет добыча.

- Вперед!

Пронзительный полицейский свисток дублирует приказ офицера, подгоняя новичков, словно удар хлыста. Голодная волна выплескивается на улицу вся разом, и тут же распадается под ударом неведомой и страшной силы, разрывающей десятки вампиров в клочья. Хлоя, что шла одной из первых, успевает найти укрытие за разбитым мебельным фургоном, и теперь заворожено наблюдает, как рубиновые трассеры рубят на части ее товарищей по оружию. Она не знает, что это такое, но точно не пулемет или винтовка, нечто сильнее и крупнее, что сопровождает свою страшную работу дробным перестуком отбойного молотка.

Бойня продолжается около двадцати секунд, затем огонь прекращается – меняют стреляную ленту. И пока автоматическая пушка молчит, снова свистит полицейский свисток, выбрасывая на горящую улицу следующую партию голодных – пушечного мяса у черных сильно больше, чем снарядов у защитников биржи.

4. В упор

- Ленту!

- Последняя!

Тяжеленный снарядный ящик с лязгом встает на свое место, оружейник откидывает крышку и заправляет ленту, автоматическая стрелковая турель снова готова к стрельбе. И стрелять приходиться почти сразу, несмотря на то, что ствол орудия раскален, воздушное охлаждение не справляется, и точность порядком упала. Но сейчас особенная точность не требуется, до противника чуть больше сотни метров по разгромленной улице.

- Короткими бей, это последняя лента!

- Да знаю, я, знаю! Господи, да сколько же их там?!

Убедившись, что рядовая Белл, оператор стрелковой турели, четко исполняет его указание и стреляет по вампирам короткими очередями, экономя каждый снаряд, сержант Везерс бежит на второй этаж биржи. Здесь, в угловых офисах с выступающими окнами его поредевший взвод устроил свой командный пункт вместе с импровизированным госпиталем, в котором медленно умирают трое тяжелораненых. Эвакуировать их в тыл сейчас нет никакой возможности, надо ждать деблокирующего удара, который должен прорваться к ним и к гражданским в эвакуационном пункте. Так, по крайней мере, обещали по радио, пока связь еще была.

- Они в переулке с правой стороны!

- Одиночными бейте, экономьте патроны!

Столкнувшись с убийственным сопротивлением автоматической пушечной турели на главной улице, вампиры меняют тактику, пытаясь пробраться к бирже и эвакуационному пункту через переулки. Второй турели у них нет, значит, надо обложиться минами и работать ручным инструментом, тщательно выцеливая каждого окровавленного безумца – боекомплект на исходе.

- Снайпер, снайпер на водокачке!

Взобравшись на водонапорную башню, вампир с винтовкой поддерживает атаку своих безоружных собратьев, стреляя через широкие окна биржи. И третий его выстрел находит цель – пулеметчик утыкается в подоконник простреленным лицом.

- Сука! Гранатомет мне!

Прижавшись к изрешеченной кирпичной колонне и разложив трубу одноразового выстрела, Везерс высматривает цель через маленькое зеркальце – до башни чуть больше двухсот метров. Пора вспомнить старую школу.

- На счет три – огонь на подавление! Раз, два – три!

Все, кто жив, поднимаются из укрытий, стреляя по покосившейся махине водонапорной башни, заставив вампира с винтовкой затаиться, и дав возможность сержанту подскочить к окну и сделать прицельный выстрел. Даже в просторном офисе, даже в тактических наушниках грохот выстрела оглушает, но еще больший грохот приходит с улицы, где расколовшаяся от прямого попадания башня сбрасывает снайпера вниз потоками бурлящей воды.

- Отличный выстрел, сержант!

- А то! Дай-ка мне спортзал…

Схватит трубку полевого телефона, Везерс уточняет положение в эвакуационном пункте. Там пока все в относительном порядке, второе отделение отбило атаку вампиров, что пытались зайти с тыла, пока их основную группу расстреливали на главной улице. Но, как и у них, у защитников спортзала прибавилось потерь и заканчивается боекомплект. А гражданские, что набились в старый спортзал как сардины в бочку, на грани паники от непрекращающегося боя – они ждут эвакуации в тыл уже третий час.

- Пропустите меня! Пропустите меня к командиру!

- Сержант, этот офицер очень хочет вас видеть!

Какой-то молодой гражданский в дорогом костюме настойчиво лезет на командный пункт, размахивая удостоверением.

- Сержант, я хочу говорить с вами!

- Кто такой?!

Предъявленные документы удостоверяют, что перед ними совсем не гражданский. Везерс с подозрением взирает на парня, чья уверенная молодость и модный вид не очень вяжутся с армейской формой и высоким чином.

- Майор Труман, военная разведка. Как вы оказались здесь, майор, и почему не в форме и без оружия?!

- Потому что у меня отпуск, и я случайно оказался среди гражданских. Слушайте внимательно, сержант, это очень важно. Вы должны немедленно эвакуировать меня отсюда, я носитель секретной информации. Ни в коем случае я не должен погибнуть или достаться в плен этим кровососам!

2 ДЕНЬ ВАМПИРОВ: Тяжелая Ночь - Главы 5/6

5. Нет выхода

Очень многие вещи запрещены в тюрьмах строгого режима, особенно средства связи, радиоприемники и мобильные телефоны. Но, разумеется, из этого правила случаются исключения, особенно если у арестанта найдутся деньги на смазку неповоротливого тюремного механизма. У дона Боргезе деньги есть, а посему у него и его людей имеются не только радиоприемники, но и смартфоны. И сейчас эти маленькие экраны транслируют городские телеканалы, все как один перешедшие на прямой эфир, в котором во всех красках демонстрируют охватившее Лос-Анджелес небывалое бедствие.

- Ну что там, долго еще ждать?! Они должны были быть здесь еще десять минут назад! Тут же ехать всего пару кварталов!

- Нет ответа, босс, не могу дозвониться, никто не отвечает!

- Звони с другого номера, идиот!

- Я пробую, босс, но телефоны сдохли! Еще пять минут назад связь была, а сейчас…

- Дай сюда!

Старый мафиози торопливо вырывает телефон из рук шестерки, но и личное участие не дает желаемого результата – ему не удается дозвониться до племянника Винни, который должен был уже прийти на выручку любимому дяде. Неужели мелкий ублюдок его кинул?

- Святые угодники, да что же это?!

Радио и телевидение все еще функционируют, несмотря на усиливающиеся помехи. Но телефонная линия и всемирная сеть приказали долго жить, лишив их связи с внешним миром в тот момент, когда эта связь нужнее всего.

Привычный утренний распорядок рухнул вместе с пассажирским самолетом, что разбился на шоссе, после чего уголовники быстро захватили все западное крыло, где спокон веку содержались особо опасные арестанты. Никакие меры безопасности не помогли, особенно после того, как охрана сбежала в полном составе. Но, внезапно оказавшись хозяевами тюрьмы, бандиты и убийцы также внезапно поняли, что опять не могут покинуть серые стены. Только теперь их сдерживают не решетки, стальные двери и пули охранников, а орды окровавленных безумцев, что заполонили окрестности с невероятной скоростью. Они пришли со стороны кварталов муниципального жилья на юге, они выбирались из разбитых и горящих машин на шоссе, они лезли со всех сторон, и там, где минуту назад был один или двое, теперь собирались целые толпы. Сквозь узкие тюремные окна обитатели тюрьмы Доннаджер видели, как эти безумцы множат свое число, убивая всех, до кого могли дотянуться. Военный блокпост полностью погребен обломками упавшего самолета, несколько полицейских экипажей сметены за пару минут, и больше не видно никого, кто мог бы оказать сопротивления психопатам в окровавленных одеждах.

- Босс, ждать больше нельзя, Винни и его кореша не приедут! Надо выбираться самим, пока этих уродов не стало слишком много! Во дворе стоит тюремный автобус!

В последний раз взглянув на погасший экран, дон Боргезе бормочет самое страшное проклятье из всех, что знает, а потом идет к выбитым дверям.

- Хорошо, идем на прорыв. Чемпион, ты со мной?

- Конечно, - с улыбкой отвечает Гектор, поднимая трофейный автомат. – Джуниор, выводи шестерок вперед!

Если спуститься по пожарной лестнице, то можно попасть во внутренний двор, где стоит синий тюремный автобус и еще пара машин. Массивные задние ворота открыты, а подручные дона смогут завести автобус без ключа, так что это шанс.

- Вперед!

Построившись клином вокруг босса, они начинают спуск по лестнице, предварительно погнав перед собой всяких лохов на разведку. И эта мера предосторожности сразу же дает свой результат, ибо зомби ждут их уже во дворе, атакуя заключенных ножами, обломками кирпичей, а то и с голыми руками. Среди нападавших почти нет зеков, это все простые фраера, что пришли с горящего шоссе, неожиданно понимает Гектор, разрядив очередь в девушку в свадебном платье. Раньше он крайне редко брал в руки огнестрел, и теперь пользуется им неумело, паля длинными очередями и быстро опустошая магазины.

Окровавленная невеста отлетает на асфальт, вокруг продолжается драка, зеки орудуют пожарными топорами и обрезками труб, психи продолжают атаку голыми руками. Пришлось положить их всех, но до того, как последний пал, безумцам удается порвать в лоскуты пару лохов. Черт с ними, главное, что теперь можно грузиться в автобус, надо только взломать бронированную дверь.

- Босс, смотри!

Черт подери, они достали Тони, одного из лучших людей Боргезе, повалили на асфальт и просто перегрызли ему глотку. Но каким-то невероятным образом Тони не умер, несмотря на явно смертельную рану. Вместо этого он встает, и, покачиваясь, бредет к бывшим корешам, неустанно что-то бормоча.

- Черт подери, да что же это?! Он должен быть мертв!

- Гектор, стреляй в него!

Чемпиона не надо долго упрашивать, и вскинув автомат, он трем пулями раскалывает башку бывшему сокамернику. Тот падает и больше уже не встает.

- Джуниор, сукин ты потрох, долго еще там?!

- Сейчас босс, почти уже…

Пока бандиты возятся с заклинившей дверью, Чемпион торопливо оглядывается кругом. В огромном тюремном дворе не осталось кроме них никого живых, из-за ворот доносится стрельба. Он слышит крики из восточного крыла, женское отделение. Кажется, окровавленные безумцы добрались и туда.

- Готово!

Тяжелая дверь распахивается и Джуниор запрыгивает на место водителя.

- Сейчас поедем, босс, сейчас, я заведу, только…

Грохот пулемета обрывает торжествующий вопль Джуниора, изрешеченный бандит валится из кабины обратно во двор. Расстреляв водителя, невидимый стрелок переносит огонь на заключенных у автобуса, сразу накрыв несколько целей, а из открытых ворот во внутренний двор вваливается новая толпа психов.

- Бежим, бежим обратно на лестницу, надо закрыть двери!

Выпустив две очереди по наседающим психопатам, Гектор вставляет последний магазин, и только сейчас он замечает пулеметчика – он или она занял позицию на крыше женского корпуса, откуда весь двор как на ладони. Чемпион вскидывает автомат и стреляет, но с такой дистанции у него нет шансов попасть. А вот пулеметчик стреляет лучше, и одна из пуль пронзает ногу Гектору у подножья пожарной лестницы.

- Твою мать, помогите!

Чьи-то крепкие руки подхватывают его и пытаются поднять, но окрик старого макаронника прерывает спасательную операцию.

- Брось его, брось! Автомат возьми!

Гектор снова падает на окровавленные бетонные ступени, кто-то вырывает у него из рук автомат, торопливо обшарив пустые подсумки.

- Стойте, стойте, не бросайте меня здесь! Боргезе, стой, я нужен тебе, стой!

- Закрывай!

Тяжелая стальная дверь с грохотом захлопывается, отрезая путь к спасению, а сзади уже накатывает рев безумной толпы, разглядевшую последнюю доступную добычу.

- Открой дверь, сука, открой!

6. Плохой день в Лос-Анджелесе

- Почему они больше не стреляют?!

- Не знаю, может, снаряды кончились…

Хлое не хочется проверять предположение об исчерпании боезапаса у противника, никому не хочется. Из тех двух сотен голодных, что вампиры в черной форме выбросили на улицу, к подножью разрушенной и сгоревшей пожарной станции добрались меньше трех десятков, все остальные так и остались лежать на мостовой, большей частью разорванные в клочья. До главной цели атаки, до торговой биржи и спортивного зала за ней, где солдаты прячут больше тысяче человек, остается пройти совсем немного, полусотня метров, не больше. Но, чтобы пройти их, надо опять выходить на улицу, туда, где их ждет короткий раскаленный ствол автоматической пушечной турели, уже отправивший на тот свет сотни новоявленных вампиров. Правда, в последние несколько секунд, когда Хлоя опрометью бежала до спасительного угла пожарной станции, турель почему-то прекратила огонь, и по ней стреляли только из винтовок, не попали. Может быть, у них и правда кончились снаряды?

- Слушайте все – добыча все еще в спортзале, к солдатам до сих пор никто не пришел на выручку. Нам осталось сделать всего один бросок, - объявляет новичкам вампир с черной повязкой на руке, заслушав короткое сообщение по армейской радиостанции. Впрочем, они и так в курсе, что добыча где-то рядом, и рация здесь не нужна – Хлоя чувствует чистую кровь, все чувствуют. Но чертова биржа и засевшие в ней солдаты преграждают путь.

- Может быть, нам дождаться здесь ночи, а потом атаковать? Они окружены, мы обойдем их по темноте и тогда…

- Сейчас я сказал! - вчерашний литературный агент, а теперь сержант Армии Тьмы направляет на них свой АК-47. – Мы идем сейчас и сейчас берем спортзал и биржу. Ночи ждать нельзя, к ним может подойти подкрепление, и тогда они эвакуируют добычу. Другой крови здесь нет! Знаете, что тогда с нами будет, чувствуете этот огонь у себя в башке? Так вот, он станет еще сильнее, и ваши мозги сгорят к чертовой матери!

Здесь сержанту не нужен устрашающий жест, ибо они все чувствуют огонь у себя в голове. Поначалу, только приходя в себя после страшной раны и едва способная вспомнить, как именно она была ранена, Хлоя не обращала внимания на это странное, доселе неведомое чувство. Но крошечный огонек, который тлеет у нее в затылочной части черепа, начинает разгораться, и теперь девушке кажется, что она засунула свои мозги в микроволновку. От внутреннего пожара ее мутит, а звуки яростного боя вокруг меняются странным образом, играя на повышенных тонах. Со зрением тоже что-то не так, у нее двоиться в глазах, а все, что дальше сотни метров, почему-то начинает отливать синими и фиолетовыми оттенками, словно другие части видимого спектра перестают работать. И Хлоя, хорошо учившаяся в школе и имевшая талант к физике, внезапно понимает, что все ее восприятие мира непонятным образом сместилось в сторону более высоких частот и коротких волн. Но есть и плюс в пожаре, что бушует в мозгах: девушка больше не чувствует боли от рваной раны на шее, равно как и изодранные в кровь пальцы больше не беспокоят – ища укрытия, Хлоя голыми руками разбила окна опрокинутого автобуса. Боль от ран ушла, она сгорела во внутреннем пожаре вместе со страхом, и теперь Хлоя спокойно воспринимает тот факт, что им опять надо идти в огонь – до биржи всего-то сто шагов, немногочисленные солдаты не смогут убить их всех. Она готова к финальному броску, все готовы.

- Тогда не будем ждать, босс, надо атаковать, пока они не сбежали! – девушка решительно встает во весь рост, готовясь к последнему броску.

- Нет, стойте, стойте, еще рано! Мы ждем вторую группу, она должна зайти с переулка и ударить им в спину. Пока возьмите эти штуки!

Этими штуками оказываются тяжелые цилиндры армейских дымовых шашек.

- По моему сигналу – бросайте шашки на улицу, затем ждем минуту, пока поднимется дым, и вперед, одним броском. Сначала зачистим биржу, затем спортзал будет наш! Ждите команды!

Хлое сложно дождаться того момента, когда рация сержанта наконец-то даст им добро – вулкан в голове становится все сильнее. И все же, он еще не настолько силен, чтобы она бросилась на врага без подготовки, она еще способна понять, что под прикрытием плотной дымовой завесы им будет проще преодолеть последний открытый участок. Где-то в глубине квартала, за серой коробки биржи стрельба начинается с новой силой, низко над горящим городом проносится боевой самолет.

- Все, давай!

Четверо вампиров с дымовыми шашками выскакивают из-за угла на улицу, солдатам удается застрелить двоих, но зеленые цилиндры уже падают на разделительную линию, выпуская желтые облака густого серного дыма.

- Ждите!

Последние шестьдесят секунд становятся особенно долгими, и Хлоя, чтобы хоть немного унять внутренний пожар, крепче сжимает матерчатую сумку с бутылками. У нее по-прежнему нет нормального оружия. Но это обстоятельство ее не остановит, никого не остановит.

***

- Вы что, не поняли меня, сержант?! Я же ясно сказал – вы должны немедленно меня эвакуировать! Я носитель секретной информации об армейских системах разведки и дальней связи, вы хоть представляете, что будет, если вампиры возьмут меня в плен? Свяжитесь со своим комбатом, вызовите сюда вертолет или наземную группу на броневиках, пусть вывезут меня отсюда!

Сержант Везерс усталым взглядом смотрит на малолетнего говнюка, невесть как получившего майорский погон. Ну как дети, ей богу…

- Мой комбат убит два часа назад, его заместитель ранен. Обе вертушки, что прикрывали нас, сбиты. И если большое начальство не собирается прислать за тобой эвакуаторов, майор, то это не моя проблема, я тут по-другому поводу. Мне поручили держать биржу и спортзал до подхода деблокирующей группы, чем я и занимаюсь. А если тебе нужна моя помощь, то это все, что я могу предложить…

Везерс протягивает Труману карабин и залитый кровью подсумок с запасными магазинами.

- Надеюсь, ты знаешь, как этим пользоваться, майор. И еще возьми у Райли бронежилет и каску, ему уже все равно не нужно. Займи позицию вон там, в правом углу, и стреляй этих ублюдков вместе с нами, только патроны береги, боекомплект на исходе. Нам надо дождаться роты Альфа второго батальона, они завязли на перекрестке…

Дрожащими руками надев пробитый бронежилет и нацепив поврежденный шлем, молодой человек с удостоверением майора бросает испуганный взгляд во внутренний двор, где оборону пятерки пехотинцев подпирает бронированный хаммер с тяжелым пулеметом.

- Сержант, у вас же есть броневик!

- Да, и он нужен мне здесь, на турелях вышли все снаряды. Это мой последний резерв.

- Но мы же можем прорваться на нем в тыл, северная дорога еще свободна! Вывезем ваших раненых заодно, они же умрут здесь!

- Да, хорошая идея, просто отличная, майор, ты прям чертов гений. Только вот есть одно но – если мы прорвемся отсюда на броневике, как ты предлагаешь, то вампиры возьмут биржу за одну минуту. Затем они возьмут спортзал, ради которого они тут все и собрались. А там почти полторы тысячи человек гражданских, в основном женщины и дети. Ты видел, как вампиры рвут глотки людям ради их крови? Нет?! А я только на это и смотрю с утра, и не хочу увидеть такое еще раз. Так что, извини майор, но твоя драгоценная задница не стоит для меня больше этих полутора тысяч жизней – мы все остаемся тут, и будем драться до подхода подкрепления. А теперь, возьми автомат, сынок, и сделай, наконец, хоть что-то полезное, убей кого-нибудь!

***

- Вперед!

Хлоя шагает в серный дым третьей – двоих перед ней уже убило. Убивают сразу же и того, что бежит за ней, но девушке нет резона оглядываться, ей надо бежать вперед сквозь серное облако к темной громаде биржи, едва не натыкаясь на брошенные машины и не обращая внимания на пулеметный огонь из окон. Дымовая завеса делает свое дело, трассеры проходят мимо, и большая часть их отряда успешно преодолевает последние полсотни метров. Самого страшного, единственного, чего она еще способна бояться, так и не происходит – автоматическая турель молчит, похоже, у них и вправду закончились снаряды.

Вот, наконец, она у биржи, прячется за обгоревшим остовом бронемашины. Здесь надо совладать с нарастающим голодом и не рваться вперед наобум – те, что пытались сходу заскочить в выбитые двери и разбитые окна, уже убиты, несколько солдат ждут их на первом этаже, остальные стреляют из верхних окон.

- Напалм!

Точно, пришел черед коктейля Молотова. Хлоя достает тяжелую бутылку бурой жидкости, ищет запал, и только потом, с огромным трудом вспоминает слова сержанта – поджигать ничего не надо, надо просто бросить вперед.

- На счет три – раз, два, три!

Все, кто живы, бросают свои бутылки в двери и окна, Хлоя тоже, но только один заряд, сохранив вторую бомбу для продолжения атаки. Пламя, рожденное десятком литров самодельного напалма, охватывает торговый зал, в ответ продолжается стрельба, но голодных кровососов сопротивление нескольких карабинов остановить уже не в состоянии. Они лезут вперед, стреляя из пистолетов и дробовиков – несколько стволов все же нашлись. Хлоя следует за ними, не заметив даже, как обжигает руку о раскалившуюся оконную раму. Внутри идет рукопашная схватка, Хлоя едва уворачивается от удара прикладом, и в следующую секунду атаковавший ее солдат вспыхивает факелом – еще одна бутылка разбивается о его шлем.

Не успев подхватить трофейное оружие, Хлоя и другие вампиры рвутся сквозь огонь к лестнице на второй этаж, неукротимые в своей голодной ярости. Добить последний очаг сопротивления, а затем сразу же в спортзал, осталось уже совсем недалеко.

- Ложись!

Затаившись в засаде и переждав бойню на первом этаже, рядовая Белл стреляет почти в упор, за несколько секунд выпустив последнюю ленту и скосив десяток вампиров разом, всех тех, кто выскочил с первого этажа на лестницу.

- Чисто!

Утерев внезапно вспотевший лоб, рядовая осторожно направляется вниз, подсвечивая цель тактическим фонарем – может быть, из первого отделения хоть кто-нибудь остался жив. А еще ей нужны патроны.

Не желая тратить выстрелы к карабину, рядовая проворно тычет штыком изрешеченных ею вампиров – она уже знает, что их сложно убить, и надо действовать наверняка. Удар в толстяка в гавайской рубашке, удар в ребенка с раскроенным черепом, удар в черную девушку с разорванным горлом…

Штык не достигает цели, вместо этого он бьет в стену, выбросив сноп искр – вовремя притворившись мертвой, Хлоя правой рукой отражает удар винтовки, левой вонзив нож бабочку в ногу рядовой Белл, чуть выше колена. Не давая врагу отдернуть винтовку, повернуть нож в ране и ударить еще раз, стараясь попасть в пах.

Дико крича, девушки скатываются с лестницы обратно в горящий торговый зал, Хлоя с хрустом заламывает руку солдату, перебрасывает ее через плечо, а затем продолжает работать ножом, нанося все новые удары в горло, чуть выше особо прочного воротника и тут же подставив ощеренный рот под струю горячей крови.

***

- Сдавайтесь!

- Иди на хер…

Тщетно пытаясь зажать левой рукой хлещущую из ран кровь, сержант Везерс хватается правой за окровавленную инерционную машинку.

- Сержант, что ты делаешь?!

- Рота Альфа не успеет, надо задержать их… все эти уроды собрались здесь, на первом этаже… хорошо… тут все заминировано!

- Сержант, стой, а как же я, я не собираюсь тут подыхать из-за тебя!

- Извини, майор, но я должен не пустить их в спортзал, по-другому никак. Это все не важно, это просто один большой неудачный день…

Маленький пистолет неслышно стреляет в затылок, Везерс утыкается головой в пол. Майор Труман аккуратно разжимает его правую руку, так и не успевшую опустить рычаг подрывной машинки.

- Сдавайтесь!

- Сдаюсь, я сдаюсь! Не стреляйте!

По разрушенной лестнице на второй этаж взбираются трое – двое белых парней и черная девушка. Все ранены, все вооружены, все перемазаны кровью.

- Не стреляйте, я сдаюсь! Не убивайте меня, я буду вам полезен, у меня есть доступ к секретной информации! Не стреляйте!

3 ДЕНЬ ВАМПИРОВ: Тяжелая Ночь - 7/8/9

7. Дыра в заборе

- Прямо вперед, четверть мили.

Вперед так вперед, они медленно идут по темноте, изредка подсвечивая путь фонариками. Многочисленные прожекторы на высоких мачтах больше не разгоняют сумрак, луны не видно за низкими облаками, и только далеко на востоке зарево горящего городка подсвечивает ночь.

- Осторожно, стойте, дальше нельзя! Дайте нам проверить!

Головной дозор с миноискателями и полицейскими собаками уходит вперед. Раньше здесь не было минных полей, эту меру посчитали чрезмерно жестокой, равно как и установку автоматических пулеметных турелей. Но все равно проверить необходимо – мины появились уже в пятницу днем, когда американская авиация щедро засеивала окрестности стены пластиковыми бабочками, установленными на неизвлекаемость.

- Все чисто!

Отряд продолжает неторопливое ночное путешествие. Сейчас здесь тихо, но грохот взрывов и треск пулеметов умолк лишь недавно – весь день у разрушенной стены шел жестокий бой. Да и не только здесь, но и на многих других участках границы, где полиция, пограничники, а затем и армия пытались удержать рвущиеся из Мексики орды вампиров. Кое-где это удалось, но точно не здесь.

Расстрелянных и сожженных трупов становиться все больше, сухая земля щедро усеяна воронками от снарядов и бомб, стреляные гильзы хрустят под ногами. На разгромленном КПП продолжается пожар, дальше, за контрольно-следовой полосой начинается кладбище автомобилей, десятки, если не сотни сожженных и разбитых транспортных средств, устремившихся в пролом после удара подрывников-камикадзе.

- Направо.

Петляя между сгоревшими машинами, они постепенно приближаются к проселочной дороге, где стоит на перекрестке подбитый танк, сбросивший набок тяжелую башню. И тут они слышат характерный стрекот авиационного двигателя малой мощности, что доноситься откуда-то из низких облаков.

- Пригнитесь, туши огни!

Приходится прятаться, и женщина в плаще находит укрытие у взорванного танка. Стрекот мотора то приближается, то удаляется, беспилотный разведчик кружит где-то над ними по самому гребню облаков, осматривая выжженную землю объективами ночных прицелов. Это армейский дрон, сомнений быть не может. Заметил ли он их? Скорее всего – да, у летающего робота наверняка есть тепловизор. Но что именно он видит? Еще одну группу пеших нарушителей, что пересекли разрушенную границу, только и всего. Таких групп сейчас сотни и тысячи, и навести на каждую из них артиллерийский или авиационный удар нет никакой возможности. И тем более, дрон не станет тратить на них свои противотанковые ракеты, если они вообще у него остались – за бесконечный день боев янки изрядно потратились на высокоточные боеприпасы, и теперь экономят каждый выстрел, выискивая особо важные цели. Группа бродяг точно не подпадает под категорию особо важных, именно на этот случай они предусмотрительно оставили свои машины в укрытии на той стороне, и пересекли границу пешком.

Не обнаружив ничего необычного, дрон улетает. Отряд ждет еще пять минут, а затем продолжает движение, углубляясь вглубь американской территории. Впереди коротко вспыхивает и гаснет красный сигнальный фонарик.

- Вот они.

Дальше пешком не пройдешь, слишком далеко, и транспорт уже движется им навстречу – десяток бесшумных электромотоциклов, что не выдадут своего присутствия предательским теплом моторов. Еще раз коротко вспыхивает фонарик, старший группы указывает каждому его мотоцикл. Ей достается новенькая гражданская модель, за рулем которой восседает молоденькая девушка в черном шлеме. Завидев пассажирку, девушка поспешно снимает шлем и склоняется в низком поклоне.

- Мисс, это огромная честь для меня. Рада приветствовать вас на нашей территории!

- А я рада вернуться домой, - отвечает Френсис Палмер, садясь на мотоцикл. – Едем!

8. Освобождение

- Сколько всего?!

- Семьдесят два патрона к автомату и двенадцать к дробовику. В пистолете только одна обойма!

Мало, этого слишком мало, отчетливо понимает дон Боргезе. Попытка прорыва к автобусу провалилась с большими потерями, да и оружия почти не осталось, всего три ствола с малым боекомплектом. И теперь им придется не пробивать себе путь на свободу, а держать оборону в крыле строгого режима, неожиданно превратившегося в осажденную крепость.

- Ну, что скажешь? Есть отсюда выход, или нет?!

Охранник отвечает не сразу, сложно говорить с выбитыми зубами. Когда рухнул самолет, и зэки рванули из своих камер, он единственный из вертухаев остался в живых. Хорошенько избитый и без оружия, но живой. И теперь дон рад, что его ребята не успели линчевать вертухая, его знания могут быть весьма полезными.

- Есть, не убивайте, есть выход, я покажу! Кабельный коллектор внизу, через него можно пройти наружу. Он закрыт, но там можно снять крышку, если инструмент найти. Я покажу, только не убивайте!

- Ладно, поверим на слово. Берем его с собой и пошли!

Пройдя через разгромленную караулку в подвал и немного поплутав по темным коридорам, вертухай все же выводит их к цели – массивной металлической плите на огромных болтах, за которой должен быть вход в коллектор.

- Там туннель с телефонным кабелем, он ведет куда-то за стены, не знаю, как далеко, но за стены тюрьмы, можно выйти на поверхность через люк!

Боргезе торопливо озирается на дверь, через которую они пришли сюда и через которую доносится шум боя и пожара. Если они выйдут на поверхность через подземелье, то окажутся в эпицентре этого хаоса. Но и оставшись здесь, хаоса явно не избежать. Раздумывая, какое из двух зол выбрать, мафиози впервые жалеет о случившейся катастрофе, которая поначалу сулила такие заманчивые перспективы. Ну зачем ему такой побег, досидел бы спокойно два последних года…

- Ладно, вскрывайте чертову дверь!

С большим трудом подобрав ключ нужного размера, Вито начинает откручивать заржавевшие болты. Дон Боргезе тем временем делает еще одну попытку дозвониться кузену. И, потерпев очередную неудачу, в ярости разбивает смартфон. Трусливый сукин сын, никогда на него нельзя было положиться!

Тяжелые болты один за другим падают на бетонный пол, еще немного, и крышку можно будет снять.

- Давайте сюда фонари! Вито, ты идешь первым, затем Донни…

- Стой, стой!

Последний болт отлетает в темноту, и тяжелая плита, доселе неподвижная, рушиться на бандитов под давлением десятков тел. И не успела она еще рухнуть, погребя под собой избитого охранника, как Донни уже стреляет в упор по вампирам, рванувшим в подвал из коллектора. Он выпускает весь магазин одной очередью, тянется за запасным и отлетает назад, словив полный живот картечи. И пока в подвале продолжают стрелять, дон Боргезе разворачивается и бежит обратно в крыло строгого режима. Он бежит до тех пор, пока тяжелая решетчатая дверь, неожиданно пришедшая в движение, с силой и хрустом зажимает его ногу.

- Шлюхина дочь!

Сдвинуть решетку не получается, кто-то снова подал напряжение на цепь, и все двери закрылись одновременно. Выстрелы затихли, зато отчетливо слышны шаги – кто-то поднимается по лестнице.

- Помогите, помогите мне! Я очень богат, я заплачу вам пять… нет, десять миллионов, если вы выведете меня отсюда, у меня большие связи, я…

- Заткнись, поц, я и так знаю про твои связи!

Чемпион поднимается по лестнице, слегка хромая на простреленную ногу и опираясь на окровавленный гаечный ключ.

- Ну, здравствуй, старая сволочь!

- Гектор?! Но как…

- Как я остался в живых, после того как ты бросил меня во дворе, и эти твари порвали мне глотку? Честно признаться, я и сам смутно понимаю это. Зато понимаю, что ты, старый макаронник готов поторговаться за свою шкуру. Сколько ты там предлагаешь за жизнь – десять миллионов?

- Да, да, Гектор, хорошо, я дам тебе десять, наличными!

- Но это ведь мало, особенно при нынешней инфляции, все так обесценилось. Как насчет двадцати пяти миллионов?

- Да, конечно, даже тридцать, твоей маме хватит на богатую жизнь, отвезешь ее в Швейцарию!

- Ну, раз ты так хочешь жить, то ты и на сотню раскошелишься. Сто миллионов, что скажешь?

Старый мафиози затравленно оглядывается.

- Да, хорошо, я заплачу сто миллионов. Не сразу, но за месяц соберу, только поверь мне!

- Я верю, верю, - с улыбкой отвечает Чемпион Гектор. – Я тебе верю. А вот мой гаечный ключ – нет!

Тяжелый инструмент, обрушенный со всей огромной силой молодого вампира, с одного удара раскалывает голову прежнего босса, так что мозги летят в сторону. Бить еще раз нет необходимости, но Гектор не может отказать себе в удовольствии, и наносит еще несколько ударов, а затем подставляет рот под струю горячей крови.

- Хоть ты и был редкостный говнюк, но я и от тебя сумею получить пользу, сука!

9. Вестовой

- Эй, она вампир, вампир! Стреляйте! Убейте ее!

Пистолетные выстрелы и автоматные очереди крушат последние уцелевшие витрины на бульваре, но Хлоя уже несется вперед, выжав газ до максимума и прижавшись к сиденью. Каким-то чудом ей удается проскочить в просвет между горящим бронетранспортером и опрокинутым автобусом, засада остается позади. Или это была не засада, а просто очередная группа гражданских, что прорывались из города и случайно наткнулись на мотоциклистку. Сначала они приняли ее за своего, но потом рассмотрели черную повязку и едва не нашпиговали свинцом.

Ей сложно дышать в клубах черного дыма, жар от бесконечных пожарищ так силен, что еще немного, и начнет тлеть кожаная куртка. Так, надо сделать остановку, она, кажется, заблудилась…

Хлоя притормаживает мотоцикл у сорванного гидранта, снимает шлем и торопливо умывается под струей воды, не забывая напиться. Вода тоже горячая, но все же не кипяток. Так, теперь надо осмотреться, надо понять, куда ее занесло после рывка из засады.

Тротуары и мостовая усеяны трупами и разбитыми машинами, большинство зданий горят, из наполовину обрушившегося небоскреба справа торчит хвост громадного самолета. Никого в живых в зоне прямой видимости, табличка с названием улицы ничего ей не говорит. Так, быстрый взгляд на туристический путеводитель, найти нужную страницу, определить, куда ехать дальше, кажется, уже должно быть недалеко.

Выстрелы в подворотне заставляют ее вздрогнуть, и не успевает Хлоя снова сорваться с места, как на горящую улицу вырываются парень и девушка, которых преследует десяток или более голодных. Парень разворачивается на бегу и стреляет из пистолета в преследователей, стреляет не меньше десяти раз, пока его живот не взрывается от заряда крупной картечи, часть преследователей вооружена. Голодная волна сметает его и продолжает преследование. Девушка спотыкается на очередном трупе и падает, пытается подняться, но старушка в халате и бигуди уже рубит ей шею и спину мачете. Добычи слишком мало, а голодных слишком много, они все вместе наваливаются на два свежих трупа, и только потом замечают Хлою.

- Спокойно, я своя! Стоять!!!

Девушка высоко поднимает правую руку, так, чтобы черная повязка была хорошо видна. Несколько секунд голодные безучастно смотрят на нее пустыми глазами, а потом возвращаются к пиршеству, пытаясь уловить каждую каплю крови до того, как она впитается в горячий асфальт. Надо ехать дальше, Хлоя внезапно вспоминает, где именно она находится.

Разбитых машин, трупов и обломков зданий очень много, так что проскочить улицу на полной скорости нет возможности, и она опять теряет время, а ведь ей велели успеть к девяти вечера. Хлоя смотрит на часы, снятые с убитой девчонки солдата – кажется, еще успеет. Интересно, а та пулеметчица, может, она тоже осталась жива, несмотря на многочисленные удары ножом в шею? В конце-концов, ей ведь и самой несколько часов назад порвали горло зубами, и от этого страшного воспоминания Хлоя неожиданно начинает зло хохотать.

Так, впереди эстакада, кажется, здесь можно будет ехать быстрее, но пандус обрушен взрывом, так что придется спешиться и вкатить мотоцикл вверх по лестнице. В обычной ситуации Хлоя ни за что не справилась бы с такой нагрузкой, но сейчас ее руки словно налились силой, как и в тот момент, когда она била врага в горло маленьким ножом. Девушка упрямо толкает мотоцикл по высоченной лестнице, один за другим преодолев восемь пролетов. Так, еще немного, пара шагов, и вот она наверху, можно снова ехать.

- Стой, стой, стрелять буду!

В этот раз повезло, перед ней свои, она видит нарукавные повязки и черные полосы на машинах. Они тоже признали своего.

- Ты с какого взвода?!

- Двадцать третий! У меня депеша к командиру Дайсону! Срочно!

- Давай за нами!

За ними так за ними, решает Хлоя, вскакивая на байк. С группой будет легче пробиться, у них вон десяток разномастных тачанок во главе с трофейным армейским хаммером, прорвутся как-нибудь.

- Едем!

Колонна мчится по эстакаде в сторону океана: броневик идет впереди, расталкивая тяжелым бампером брошенные машины. Хлоя бросает взгляд на часы, кажется, еще успеет, тут уже недалеко…

- Справа, вертушка справа! Воздух!

Тощий белый парень в кузове тойоты разворачивает тяжелый пулемет и бьет длинной очередью над головой Хлои куда-то в горящее небо. И в ответ на его рубиновые трассеры из черных облаков падает белая молния противотанковой ракеты, что сбрасывает хаммер с эстакады горящим куском металла.

- Быстрее, быстрее давай!

Эстакаду уже бомбили, в настиле зияют огромные проломы, и горящие машины торчат повсюду, но сейчас нельзя медлить, сейчас надо гнать вперед, до спасительного съезда в жилые кварталы больше мили. Маневрируя на полной скорости и ежесекундно рискуя столкнуться лоб в лоб или слететь с дороги, Хлоя пытается разглядеть вертолет там, куда стреляет белый парень и другие пулеметчики. Она его не видит, но он видит их, и вот еще одна белая молния, на этот раз ударившая не в голову, а в хвост колонны, накрыв прямым попаданием автобус с пленными.

- Ракета, ракета где?!

У них нет зенитных ракет, все сгорели в броневике. Но и оператор Кобры исчерпал запас адских огней, что, впрочем, не мешает вертолету продолжать атаку, перейдя в ближний бой.

Рев авиационных моторов приближается, первый залп неуправляемыми снарядами, мимо, смертоносная гроздь проходит над эстакадой. Поправить прицел, второй залп, попадание, еще один пулеметный пикап в хвосте колонны разорван в клочья. Хлоя думает бросить байк и попробовать сбежать на своих двоих, но сразу отбрасывает эту идею – вертушка пришпилит ее здесь, словно бабочку.

Отстреляв все неуправляемые снаряды, Кобра переходит к последнему аргументу – скорострельной пушке. Прочертив широкую дугу в черных облаках, вертолет заходит к ним с кормы, исключая возможность повернуть назад. Развернув свои пулеметы на шесть часов, стрелки на колесницах пытаются отогнать преследователя, но огонь их пулеметов не может сравниться с дробным грохотом пушки, разрубающей самодельные броневики как раскаленный топор. Хлоя видит, как взрывается кабина идущего впереди гантрака, разбитая тачанка переворачивается и парня пулеметчика выбрасывает из кузова, так что она едва успевает притормозить, чтобы не врезаться в него.

- Запрыгивай!

Пулеметчик цепляется за заднее сиденье, одновременно пытаясь из пистолета достать ненавистную вертушку. Пилот и стрелок Кобры даже не заметят его выстрелов, они продолжают атаку до тех пор, пока не выйдут все снаряды в ленте.

- Направо, направо сворачивай!

Едва удержав мотоцикл после наезда на пару трупов, Хлоя отворачивает по указке пулеметчика, позади во вспышке взорванных баков исчезает замыкающий гантрак, впереди никого, только сгоревшие машины и горящие дома.

- А ну-ка!

Выскочив на тротуар, Хлоя загоняет байк в разбитую витрину мебельного салона, расталкивая передним колесом столы и стулья красного дерева.

- Где остальные, ты видела еще кого-нибудь из колонны, я…

- Тихо!

Рев моторов и шум винтов приближается, преследователь над ними.

- Ищет нас, сволочь!

Он их не видит, а они видят его отражение в огромном зеркальном шкафе. Вертолет висит над разгромленной улицей, поводя из стороны в сторону стволом орудия, словно охотничья собака, потерявшая след. Этот поиск длится секунд тридцать, затем пилот резко прибавляет оборотов, Кобра набирает высоту и скрывается в черных облаках.

- Где Дайсон?!

- Что?!

- Где этот ваш чертов командир Дайсон из тридцатой группы?! У меня депеша к нему, надо доставить до девяти вечера, осталось пятнадцать минут!

- Едем, здесь недалеко, я покажу. Отлично водишь, девчонка!

- Еще бы. Следи за моим хвостом, а то этот летающий ублюдок опять вернется!

Выбравшись на мостовую, недолго осмотревшись в поисках других уцелевших из колонны, и не найдя никого, они продолжают движение по разрушенным кварталам в сторону моря, пока впереди не показывается высокое кирпичное здание некогда дорогого отеля.

- Это здесь, заезжай со двора!

Трое охранников оттаскивают в сторону противотанковый еж, Хлоя въезжает во двор, соскакивает с мотоцикла и бежит к вампирам в военной форме. Большие часы на покосившемся фонарном столбе показывают без пяти минут девять.

- Дайсон, Дайсон, где командир Дайсон, у меня депеша для него!

Вот он, старший тридцатой группы, уставший черный мужик с потухшей сигарой в зубах, что занят изучением каких-то финансовых документов.

- Чего тебе, девочка?

- Это вам, срочно прочтите!

Хлоя срывает с шеи цепочку, разламывает колбу, вынимает записку и отдает ее командиру. Тот раздраженно хватает бумажку, читает, тлеющая сигара падает из его губ. Дайсон смотрит на часы, отшвыривает бумаги и орет во всю глотку.

- Бежим, в подвал бежим! Скорее, все в подвал!

4 ДЕНЬ ВАМПИРОВ: Тяжелая Ночь - Главы 10/11/12

10. Чертовски высоко – I

- Берегись, берегись, сверху!

Гектор низко пригибается, закрывая голову руками и ожидая неизбежной стрельбы. Но защитники Башни экономят каждый патрон, и вместо выстрелов он слышит звон разбитого стекла. И сразу за ним волну испепеляющего жара.

- Горим!

Дюжина бензиновых бомб падает из распахнутых окон прямо на подъездную дорожку, отсекая очередную волну голодных. Гектор, что уже достиг спасительного бетонного козырька, опасливо оглядывается назад и видит, как горят его подельники и какие-то гражданские фраера, что пошли вместе с ними. Бомбы взорвались прямо у них под ногами, а кому-то и вовсе прилетело по голове, и теперь с десяток вампиров катаются по горящему асфальту, словно пропитанные спиртом ватные палочки, а с верхних этажей защитники Башни добавляют еще огня.

- Джордж!

- Здесь!

- Чико, Виктор?!

- Здесь, оба здесь, - отвечает вампир, пытаясь сбить пламя с рукава тюремной робы.

- Рита?!

- Живая!

- Томми, где Томми?!

- Вон он, уже догорает, - справившись с горящей курткой, Виктор указывает на обугленное тело, что еще дергает конечностями. – Мы рядом бежали, и тут как полыхнуло…

- Черт с ним, давайте сюда ящики!

Тяжелые стальные ящики, ради которых они пошли на отчаянный прорыв, не пострадали, им нипочем коктейль Молотова. И теперь Гектор торопливо распахивает крышку, зная, что спасение лежит внутри.

- Вот она, родимая! – Чико выдергивает из ящика массивную электродрель и целует инструмент, словно любимую подругу. – Проверьте кабель, где аккумулятор?!

- Вот он, включаю!

Откинув крышку маленького чемоданчика, Чико проводит ладонью по дюжине разнокалиберных сверл, выбирает одно и вставляет в головку дрели.

- Справишься?!

- Не ссы, Гектор, и не таких бегемотов уделывали! – отвечает медвежатник, опустив очки и подступаясь к тяжеленной стальной двери. – Берегите глаза!

Мощный инструмент с визгом вонзает сверло в массивную стальную плиту, что прикрывает замок: искры и острая стружка летят во все стороны, в воздухе разносится запах горячей стали. Чико уверенно работает с тяжелой дрелью, хотя он никогда не был строителем или рабочим металлистом, да ему и не надо. Он специализировался по сейфам в частных домах и банковским хранилищам, именно по этой причине Гектор взял его сюда вместе с инструментом, ибо другого пути внутрь у них нет. Несмотря на свист и вой сверла, они все прекрасно слышат выстрелы, там, у главных ворот, где обезумившая толпа раз за разом идет на верную смерть.

- Сколько еще?

- Минут пятнадцать, не меньше!

Долго, это слишком долго, можем не успеть, думает Чемпион. Он чувствует, что пожар в затылке разгорается все сильнее, все кругом это чувствуют. Если они не получат добычу, то сгорят и без напалма, огонь сожрет их изнутри.

Неожиданное превращение в вампира мало что изменило в Чемпионе. Он по-прежнему был бандитом и командовал бандитами, всеми, кто пережил кровавый штурм тюрьмы Доннаджер. Но, неожиданно обретя свободу, он и его подельники тут же получили новую зависимость, что была намного сильнее зависимости от любого наркотика, которые Гектор всегда презирал. Он никогда не был зависим от химических препаратов, а теперь стал зависим от биологического материала, от крови. Они все стали зависимы.

Утолив первичный голод за счет старого макаронника и других лохов, Гектор и его люди существенно отсрочили распад своего рассудка, выиграв несколько очень важных часов. Но теперь их фора истекает, ибо крошечный огонек в затылке разгорается все сильнее, грозя спалить остатки мозгов и подгоняя новых носителей к единственно важной для них работе – к охоте.

Захватив оружие из тюремного арсенала, банда Чемпиона еще раз тщательно прочесала Доннаджер, но без толку – людей там уже не осталось. Пробовали прорваться в женское отделение, но Нулевой Образец прорвался туда раньше, и теперь Гектор встречается с сотнями женщин вампиров в оранжевых робах, что также рыщут по всем углам в отчаянных поисках крови.

- Валим отсюда!

Потерпев фиаско в тюрьме, банда Гектора выплескивается на горящие улицы, но там ситуация ничуть не лучше. Тут прошли одна за другой несколько волн голодных, а посему людей с чистой кровью в венах уже не осталось, сколько бы ни искали. Пару раз он видел, как голодные волны находили кого-то, кто прятались в подвалах или брошенных машинах, но оба раза не успел к обеду – добычу моментально разрывали в клочья до его появления. Так, в бесполезных поисках они прошли десяток горящих кварталов, постепенно смещаясь на запад, к океану. А пламя в голове разгорается все сильнее, и Гектор чувствует, что скоро этот пожар сожрет его без остатка. Он понимает, что сходит с ума.

Но вот впереди, возможно, показалась удача – огромная жилая многоэтажка, более известная как Башня. Эта громадина возвышается над всем кварталом, и Гектор как-то раз бывал здесь, его промоутер устраивал бой на крыше небоскреба, где Чемпион дрался с каким-то польским громилой под восторженные вопли местных богатеев. Тогда, после тяжелого боя и победы, он был не в состоянии заценить всю красоту и богатство внутренних покоев Башни, только запомнил, что охрана там серьезная. И сейчас именно эта охрана сыграет ключевую роль в его плане – многочисленные вооруженные охранники сдержали штурм голодной волны, и сдерживают его до сих пор, пускай и потеряли несколько нижних этажей и окружающие постройки. Но все равно, Башня стоит непокоренная, единственная на многие квадратные мили горящих городских кварталов вокруг. Так, внутри, на верхних этажах, все еще сражаются люди, много людей. Там, наверху, все еще можно достать кровь и Гектор со своей бандой сделает все, чтобы ее достать раньше тысяч других голодных конкурентов, что толпятся у подножья небоскреба. Последний пир в Городе Ангелов…

11. Чертовски высоко – II

Найти добычу – сложно, ухватить ее зубами – еще сложнее. У охранников и жильцов Башни, кажется, бесконечный запас патронов, и они щедро усеяли подходы к небоскребу трупами тех, кто пытался поживиться их кровью. Железную ограду давно снесли, голодная волна заняла первый этаж, но дальше продвинуться пока не смог никто, а с верхних этажей все так же продолжают стучать винтовки.

Огонь в голове Гектора и его подручных еще не настолько силен, чтобы они совсем рехнулись от голода, и позволяет ему адекватно оценивать происходящее. Вариант с прорывов через главный вход он отметает сразу, ибо там идти придется прямо на пулеметы. Значит, надо искать другой путь, и Чемпион посылает своих корешей смотреть повсюду, гадая, как черт подери, добраться до крыши небоскреба. Вот если бы угнать где-то пожарную машину и приставить лестницу повыше…

Кореша возвращаются с плохими новостями – они пробовали везде, и везде их ждала неудача. Подземный паркинг затоплен водой из взорванного водопровода, там не пройти. Проникнуть со двора тоже не вариант, вампиров встречают непроходимые баррикады на лестницах. Есть еще вариант взорвать стену, но никто не знает, где достать столько динамита.

- Ты! Ты, эй ты, иди сюда! Тебе говорю, козел, сюда иди!

Гектор уже подумывал над тем, чтобы оставить неприступную Башню и поискать крови где-нибудь еще, но тут его взгляд привлекает один из голодных. Это тощий высокий азиат, чья одежда щедро залита кровью из разорванного горла. Но запекшаяся кровь не может скрыть характерную эмблему на форменной куртке.

- Давай его сюда, - командует Гектор и Чико выдергивает азиата из толпы голодных, что движется прежним курсом к главному входу, где опять молотит пулемет.

- Ты, ты ведь здесь работаешь, так?! Ты работал в Башне?! Отвечай!

Вампир не может ответить, возможно, он забыл, как нужно разговаривать. Не дождавшись ответа, Гектор отвешивает собеседнику пару здоровенных оплеух, и после третьего удара в глазах голодного появляется что-то похожее на мысль.

- Башня… работа…

- Вспомнил, значит?! Смотри сюда, сукин сын! Как попасть наверх?! Должен быть еще путь – как попасть наверх! Вспоминай!

Сантехник в окровавленной робе стоит неподвижно около минуты, и это ожидание пугает Гектора больше чем ожесточенная стрельба. Вот так и они скоро будут стоять, уставившись в бесконечность, что-то бормоча и вспоминая самые простые вещи. Вот что их ждет, если они не попадут наверх.

- Лестница, есть лестница…

- Какая лестница, где?!

Вампир не может ответить, но он может отвести за собой Гектора. И он отводит к массивной стальной двери без ручки и замочной скважины.

- Как ее открыть?! Как, отвечай, почему тут нет замка?!

Техник уже более не может внятно говорить, он просто бьется в дверь лбом, это все, на что способна его деградирующая память. Он еще помнит, что на другой стороне можно найти кровь.

- Гектор, это пожарная дверь, она не открывается снаружи. Но если мы собьем замок с другой стороны, то сможем пройти наверх, лестница идет до самой крыши!

- Хорошо, несите кувалду!

- Кувалдой тут ничего не сделаешь, сверло по металлу надо!

- А где его взять?!

- А я почем знаю?! Но если найдем сверло, то я смогу открыть дверь.

- Ладно, все ищем чертово сверло!

Бандиты расходятся в поисках инструмента, Гектор идет последним, только для начала ломает шею сантехнику, что по-прежнему пытается проломить стальную плиту лбом. Не надо, чтобы он и дальше стоял здесь, иначе конкуренты сбегутся.

Богатство Башни в очередной раз выручает их, мощная электродрель обнаруживается в разграбленной автомастерской, где небожители приводили в порядок свои лимузины и спорткары. Автомашин внутри не осталось, их угнали много часов назад, а вот кое-какой инструмент имелся, в том числе и сверло. Чико осматривает дрель, одобрительно хмыкает и указывает на здоровенный стальной ящик, в котором они понесут трофей обратно к подножью небоскреба. Но с возвращением возникли серьезные проблемы.

Защитники верхних этажей обнаружили новую группу кровососов внизу, обнаружили и устроили засаду. Теперь они экономят патроны, но не жалеют бензиновых бомб, и банда Гектора попадает под огненный дождь вместе с десятком других вампиров, что пошли за ними словно овцы за пастухом. Самодельный напалм едва не поджарил их всех, но все же Гектор снова добрался живым до закрытой стальной двери. И Чико добрался тоже, вместе с ящиком и инструментом, так что теперь у них есть шанс вскрыть чертову дверь, пока голод не прикончит их. Но Гектор беспокоится о том, что их видели сверху, наверняка видели. Значит, могут ждать с той стороны.

- Виктор, собери этих голодных ублюдков вокруг нас, они пойдут первыми. Печенкой чую, нас там ждут, и нам нужен щит. Но будь готов стрелять им в затылок сразу, как откроют нам путь, нельзя, чтобы они убили нашу добычу раньше нас!

- Понял, сделаю!

Горящие бутылки больше не падают с неба, выстрелы продолжаются. Гектор прикладывается ухом к стальной плите, стараясь уловить любой звук из-за двери, но все тонет в монотонном жужжании сверла. Хотя нет, он слышит что-то еще, но этот звук идет не из Башни. Мерный гул, которого не было еще минуту назад, и гул этот нарастает.

- Эй, вы слышите?!

- Да, вроде как моторы.

- Ага, приближаются. Чико, быстрее давай!

- Сейчас, почти уже… Готовьтесь!

Бандиты поднимают все свое оружие, предварительно построив перед собой клином два десятка безумных голодных, что будут пробивать им дорогу на лестнице. Гектор занимает позицию в центре строя, для удобства положив дробовик на плечо изувеченной девушки в школьной форме.

- Готово!

Чико откладывает дрель и хватается за кувалду, нанеся несколько ударов по изрешеченной плите, дверь начинает поддаваться.

- Пошли!

Дверь распахивается, но ворваться внутрь лихим напором не получается, ибо узкий лестничный пролет завален битой мебелью на несколько этажей вперед.

- Быстро, сукины дети, разбирайте баррикаду!

Кажется, они уже чуют запах крови, и пушечное мясо рвется вперед, голыми руками разбивая тяжеленные деревянные шкафы и изогнутые офисные стулья. Гектор подводит свою огневую точку поближе, в любую секунду готовый отскочить назад, если защитники снова бросят напалм.

- Я уже вижу лестницу, еще немного!

Клин подается вперед, баррикада почти разбита. Но не успевают еще они выбросить последние стулья наружу, как сверху начинают стрелять.

- Вперед, вперед, толкай их вперед!

Первые голодные уже рванулись вверх по лестнице и тут же упали, пробитые пулями, бандиты начинают стрелять в ответ, подталкивая впереди себя новых камикадзе.

- Попал, я попал в него!

Точно, кто-то попал в охранника, свежая рана разносит одуряющий запах крови, и, уловив его, голодная волна рвется вперед уже без всяких приказов. Стрельба начинает стихать, и Гектор толкает девушку вверх, здесь нельзя медлить, иначе все сожрут без них.

- Гранаты, ложись!

Подпрыгивая на бетонных ступенях, сверху падает пара лимонок, одна из которых приземляется прямо перед Гектором, оставив ему последнюю секунду, чтобы спрятаться за своим щитом. Взрыв, и девушка в школьной форме переламывается надвое, приняв в грудь и живот десяток крупных осколков. Чемпион отбрасывает ее в сторону и хватает какого-то очкарика, чтобы снова прикрыться им и положить ствол ему на плечо.

- Держитесь, гады!

Автоматический дробовик начинает грохотать, и с третьего выстрела Чемпиону удается в кого-то попасть, и снова волна свежей крови подтверждает удар, добыча совсем близко. Гектор на ходу меняет магазин, стреляет еще раз, и еще, сейчас…

Он не слышит последнего выстрела, ибо выстрел дробовика кажется комариным писком рядом с выстрелом танковой пушки, что проревел где-то за дверью.

- Что там?!

Еще грохот, такой силы, что едва не разрывает барабанные перепонки. Это не внутри, это снаружи.

- Танки, там танки на улице! Армия! – истошно кричит Рита, что стоит у двери и указывает куда-то в сторону главных ворот. Очередь тяжелого пулемета обрывает ее вопль, отбросив женщину в оранжевой робе куском рваного мяса, где-то снаружи снова разливается жидкое пламя.

- Сука! Уходим, все уходим, вниз! – Гектор увлекает свою команду обратно во двор. Там стреляют все сильнее, и голова очкарика разлетается в клочья, встретившись с пулей. Гектор отбрасывает безголовый труп и скатывается в дренажную канаву, в последний момент увернувшись от громадных окровавленных гусениц танка, что давит его корешей, подобно боевому слону. К богатым обитателям Башни подошло подкрепление…

12. Убежище

- Копайте быстрее, а то задохнемся!

Дайсону нет необходимости повторять приказ, все и так чувствуют, что воздуха в подвале почти не осталось. А температура все поднимается, и никто не знает, что ждет их снаружи.

Удары киркой и кувалдой постепенно рушат гору битого кирпича, несколько пленных поспешно оттаскивают огромные корзины с землей, а впереди все так же непроходимый завал.

- Осталось немного, всего пара метров!

Да, осталось совсем немного, всего пара метров черной земли и горячих обломков. Но за ними обнаруживается здоровенная бетонная плита, которую не возьмешь киркой.

- Босс, тут взрывать надо, иначе никак!

Дайсон и так видит, что без динамита не справится, но ему очень хочется обойтись без взрыва. Во-первых, в замкнутом подземелье взрывная волна будет чудовищной, треснувшие своды могут обрушиться, окончательно похоронив их всех. Во-вторых, взрыв и вспышка пламени мгновенно сожрут остатки кислорода. В-третьих, с них уже достаточно взрывов, того, первого, хватило.

- Ладно, черт с вами, тяните шнур и взрывайте. Все остальные – отходим в левый угол, под балку! Ящики берем с собой!

Пока подрывники устанавливают заряды, все остальные, вампиры и люди ищут укрытие в самом дальнем углу, обложившись тяжелыми стальными ящиками с трофейным имуществом.

- Арчи – возьми девчонку!

Бледный парень в бандане наклоняется к девушке, чтобы проверить пульс – вроде жива, густая кровь перестала течь из глубокой раны на голове. Он подхватывает Хлою за руки и тащит волоком за собой, у него уже нет сил закинуть ее себе на плечо. Рядом гаснет последняя свеча, кислород на исходе.

- Ложись!

Взрыв порождает еще более сильную ударную волну, чем предполагал Дайсон, но все же бетонная балка не раскололась, удержав рухнувшую гостиницу у них над головой. И не успела еще развеяться пыль, как поток горячего воздуха проникает в подвал с поверхности.

- Вперед, вперед, уходим отсюда! Ящики забрать все до последнего!

Несмотря на то, что им почти нечем дышать, вампиры работают кирками и лопатами с удвоенной силой, в своей последней попытке расколоть разбитую плиту и выбраться наружу.

- Ни черта себе…

Старой гостиницы, квартала и всего города больше не существует. Вместо них бесконечный пустырь, усеянный обломками высотных зданий, словно осколками выбитых зубов. И пожары. И радиация, что падает с горящего неба черными пепельными снежинками.

- Что будем делать, босс?!

- Сваливаем на запад, к океану. Хорхе – проверь те машины, может быть, хоть одна заведется. Дана – построй пленных!

С криком и ударами дубинкой построив пленных колонной и нагрузив их поклажей так, что едва могут идти, вампиры готовятся оставить прежнюю базу и двинуться в сторону океана пешим порядком – машины завести так и не удалось.

- Босс, я не могу ее разбудить…

- Спокойно, сейчас поднимем нашу спящую красавицу.

Дайсон наклоняется к раненой девушке с инъекционным пистолетом и выстреливает ей в горло зарядом свежей крови. Секунду ничего не происходит, затем Хлоя открывает глаза и начинает судорожно хватать ртом горячий воздух напополам с дымом.

- Ну как, полегчало? Арчи, бери ее, и валим отсюда!

Парень помогает девушке подняться, она смотрит кругом большими глазами без страха, но с удивлением.

- Где… где мой байк, я ведь должна была вернуться, я из двадцать третьего…

- Забудь, красавица, теперь ты с нами, в доблестном тридцатом взводе, разведка, это круче всего на свете. Ты жива, мы живы, так что вставай и сияй! И еще – спасибо, что вовремя доставила депешу, ты спасла наши задницы из огня. Не знаю, как вы узнали, но это было чертовски вовремя…

5 ДЕНЬ ВАМПИРОВ: Тяжелая Ночь - Главы 13/14/15

13. Новичок

- Шире шаг, ублюдки! Шевелись!

Они снова идут вперед, там, совсем рядом, по соседней улице. Огромная колонна пленных делает привал, чтобы набрать воды из чудом уцелевшего ручного насоса, и теперь они снова шагают под хлопьями серого пепла, что валиться с горящего неба.

- Стой, не подходи! Стоять!

Угроза не действует, и где-то в голове колонны громко бахает дробовик, уничтожив очередного нарушителя. Это не попытка побега, это попытка проникновения, третья за последние пятнадцать минут, и явно не последняя.

Гектор надеется, что стрельба будет долгой, что кому-то там впереди удастся прорваться сквозь ружейный огонь и опрокинуть охрану. Тогда будет беспорядок, тогда какой-нибудь пленный наверняка попытается сбежать и спрятаться в руинах, тогда у него будет шанс.

Он следует за этой колонной, он скрытно наблюдает за пленными и конвойными… сколько? Чемпион не может ответить внятно на этот вопрос, ибо исчисление времени требует осмысления, а вот с осмыслением у него сейчас все очень плохо, мыслей просто не осталось, все сгорели в пожаре, что бушует в затылке. Чемпион не сможет даже сказать, стал ли он красться за этой колонной до того, как небо вспыхнуло огнем, и центр города исчез в потоке белого света, или уже после, под падающим с горящего небосвода пеплом и среди огня. Ни пепел, ни огонь ничего больше не значат, равно как и боль от многочисленных ран и порезов. Важно только то, что колонна опять остановилась…

- Принимай!

Армейский грузовик с истрепанным тентом подъезжает к пулеметному пикапу, водитель останавливает машину, но не глушит мотор. Задний борт откидывается, и охранники сбрасывают на мостовую новых пленных, всего около двух десятков, конвойные незамедлительно вталкивают новичков в колонну. Гектор видит, как водитель грузовика берет сигарету у солдата в конвое, скоро он поедет дальше. Может быть, сейчас, пока они заняты на приемке, может быть, это шанс…

Снова стреляют, не у колонны, но где-то поблизости. Охранники встревожено ищут цель, но рядом никого нет, стрельба доносится откуда-то с запада, с побережья. Вот он, подходящий момент, пока они отвлеклись, сейчас надо выскочить из канавы и броситься вперед, проскочить тридцать метров открытого пространства, схватить какого-нибудь пленного полегче, женщину или ребенка, и бежать с добычей. И Гектор бросился бы вперед, если бы не один из охранников, что стоит, широко расставив ноги и угрожающе направив в его сторону ручной пулемет. Если сейчас вскочить из канавы, то у него нет шансов, его нашпигуют свинцом, равно как десятки других – пожар в голове Гектора еще не настолько силен, чтобы сжечь эту простую мысль. Он не добежит.

- Стоять!

Кто-то здоровый и тяжелый с размаху наступает ему на спину, просто берет и наступает ногой, даже не заметив Гектора, что утыкается лицом в горячую вязкую грязь. А спустя секунду, когда он наскоро протирает глаза ладонью, Чемпион видит дюжину своих голодных собратьев, что не стали ждать подходящего момента и решились в атаку. Гектор в последний раз оглядывается кругом, осознав, что другой возможности уже не будет, и поднимается из канавы. Его левая рука сжимает обломанную рукоятку садовой лопаты, конвойные вступают в бой, а голодные уже почти преодолели пустырь, разделяющих их от перепуганных пленных. Момент неожиданности прошел, вампиры с черными повязками методично отстреливают конкурентов короткими, точными очередями, но Гектор уже неспособен повернуть назад, он не может больше ждать.

Десять метров – вампир с пулеметом лихорадочно меняет стрелянный барабанный магазин. Пятнадцать метров – бегущий впереди старик наступает на противопехотную мину и падает, разорванный надвое. Двадцать метров – вампир с пулеметом вставил новый магазин и палит теперь длинными очередями от бедра. Двадцать пять метров – последние трое голодных перед ним падают, в том числе и толстяк, что наступил на спину Чемпиона: он опускается на колени, пытаясь удержать руками выпадающие внутренности. Пулемет уже направлен на него, Гектор не добежит.

- А ну иди сюда, сука!

Гектор не может объяснить своего решения, видимо, лишняя капля крови старого макаронника спасает его рассудок на последнее нужное мгновение. Он останавливает свой бег и начинает остервенело лупить толстяка по голове черенком от лопаты.

- Никогда, сука, никогда не смей наступать на меня!!!

Смертельно раненный вампир и не думает защищаться, так что окровавленный черенок крушит его череп без всяких помех, разбрызгивая во все стороны кусочки мозга и выбитые зубы. Отразив очередную атаку, конвойные молча наблюдают за процессом, не сводя прицела с конкурентов. А потом пулеметчик начинает хохотать, показывая пальцем на Чемпиона. Еще секунду и начинают смеяться все остальные.

Вдребезги разбив голову обидчика, Гектор бросает треснувший черенок и медленно поднимает руки.

- Сеньоры, я умоляю вас, не стреляйте! Помогите мне, умоляю! Возьмите меня в свою команду, я все для вас сделаю! Я буду драться за вас, буду убивать за вас, буду умирать за вас, только дайте мне хоть каплю крови!

Охранники больше не смеются, они, кажется, вообще теряют интерес к Гектору, боязливо прислушиваясь к ожесточенной стрельбе где-то на побережье. Там, в паре кварталов севернее идет жестокий бой, там рокочут мощные моторы, и рубиновые линии трассеров взмывают в вечернее небо. Земля дрожит под ногами, в глазах пляшет белый огонь, невидимый молот методично бьет по ушам, и умирающий мозг Гектора с огромным трудом осознает, что все это ему не кажется. Все происходит на самом деле.

Из армейского грузовика высаживается девушка и бежит к ближайшей колеснице, массивная коробка полевой радиостанции болтается за ее спиной. Вот она подбегает к высокому черному мужику в зеленом берете, тот хватает трубку, слушает и кричит в ответ.

- Понял, соберу всех, кто есть! Эй ты, иди сюда!

Зеленый Берет машет Гектору рукой, и Чемпион не заставляет себя ждать.

- Спасибо, спасибо сеньоры, я все сделаю, все…

- Заткнись! Подставь шею!

Гектор думает, что ему дадут напиться крови как в старом фильме о вампирах, но вместо этого старший охранник подносит к его шее странный медицинский прибор.

- Я командир Смит, я спас твою жизнь, теперь ты мой верный солдат, и мое слово для тебя закон!

Игла вонзается в шею Чемпиона, и в следующую секунду он переживает лучшее мгновение всей жизни, пришедшее с волной чудовищного холода, что мгновенно гасит пожар у него в затылке.

- Чего встал как столб?! Держи!

Командир Смит протягивает новичку АК-47 и окровавленный подсумок с тремя запасными магазинами.

- Умеешь пользоваться этой штукой, парень?!

- Да, конечно, сеньор!

- Хорошо, полезай в грузовик! Чистую кровь надо отрабатывать.

Гектор, уже полностью восстановившийся от внутреннего пожара, проворно занимает место в изодранном и разбитом грузовике, рядом с десятком других боевиков, кто-то протягивает ему грязную черную повязку. Водитель трогается с места, и грузовик медленно едет на запад, где с каждой секундой стреляют все сильнее и земля дрожит от взрыва тяжелых снарядов. Они едут к берегу.

14. Кирки и лопаты

- Руки, руки подыми!

- Не стреляйте, пожалуйста, не стреляйте!

Алкаш бросает окровавленную лопату и поднимает руки, пытаясь закрыться ладонью от бьющего по глазам прожектора.

- Это наш!

- Вижу. Эй ты – подь сюда! Быстро!

Алкаш неуверенно шагает к перегородившим улицу машинам, ежесекундно ожидая выстрела, прожектор все так же бьет в глаза. Пожары кругом продолжаются, но испепеляющий жар уже спал, можно нормально дышать, не обжигая легкие. В густых облаках на севере сияют молнии.

Прожектор поворачивает луч куда-то в сторону, дав, наконец, возможность увидеть, с кем ему довелось встретиться по выходу из подвала. Три джипа, в кузове головного тяжелый пулемет, большегрузный трейлер и десятка полтора вооруженных людей подле своих боевых колесниц и мотоциклов. Он никогда не видел этих людей, но знает, что это свои, такие же, как он сам. Откуда он это знает?

- Шевелись давай, мудак! Говорить можешь?!

- Я… я могу, а что…

- Неважно, он сытый. А ну-ка лезь в кузов!

Чьи-то сильные руки заталкивают его в трейлер, который и так уже полон – внутри десятки, если не сотни людей. И Алкаш не единственный новый пассажир, вслед за ним заталкивают еще с десяток других, отловленных на этом перекрестке.

- Едем!

Охранники захлопывают двери, грузовик трогается с места. Внутри так тесно, что нельзя даже сесть, Алкаш хватается за плечи своих попутчиков. Кто-то кричит, кто-то бормочет что-то несвязное, большинство молчат. Кто они, как оказались здесь? Они такие же, как и он, он такой же, как и они. Он не знает их имен, никогда не видел их лиц, но есть что-то, что объединяет их всех, что-то, что собрало их вместе в тесном кузове грузовика, несущегося по улицам разрушенного города.

- Стоп машина, приехали!

Грузовик резко тормозит, отбросив пассажиров друг на друга, затем сдает задним ходом, двери распахиваются.

- Сбрасывай двадцать рыл и езжай дальше!

Охранники выхватывают два десятка пассажиров, в том числе и Алкаша, вытаскивают наружу, затем снова захлопывают двери, трейлер уезжает.

- Пошел, вперед!

Подгоняемые охранниками, они сходят с шоссе и бегут вверх на холм по объездной дороге, мимо них пару раз проезжают армейские джипы и пикапы. Кругом тихая ночь, жар прошел окончательно, но низкие облака по-прежнему светят багровым сиянием. Алкаш оборачивается, чтобы увидеть горящий город внизу – они где-то на северных окраинах.

- Пришли!

Коротко вспыхивает мощный фонарь, осветив стоянку для грузовиков, забитых самым разнообразным транспортом: легковушки, грузовики, автобусы и даже танки. Сотни людей вокруг, большинство вооружены. Еще больше народу внутри грузовиков, ждут своей очереди, чтобы ехать куда-то. Но в данный момент никто никуда не едет, дорога перекрыта оползнем, и его новым начальникам это совсем не нравится.

- Рабочих сюда! Давайте инструменты!

- Шевелись, народ – хватайте лопаты!

С подошедшего грузовика с эмблемой садоводческой компании спешно раздают инструменты, охранник подгоняет Алкаша в очередь и тот получает в руки лопату на длинной ручке, следующий за ним хватает тяжелый лом.

- Так, слушайте внимательно! Надо срочно расчистить дорогу, срыть завал к чертовой матери. Работать быстро, не фелонить, кто попытается сбежать – пристрелим. Успеете за час – получите дозу свежей крови. Начали!

Мобилизованные рабочие принимаются махать кирками и лопатами, Алкаш пашет в самом конце ряда, спешно скидывая землю вперемешку с кусками асфальта и мелкой щебенкой в сточную канаву. Он работает быстро и усердно, равно как и остальные в рабочей команде – они все слышали о дозе чистой крови, которая станет их наградой по выполнению задания. Алкаш думает о свежей крови, только сейчас осознав, что лопата в его руках точно такая же, как та, что он нашел в подвале, спасаясь от пожара.

Именно той лопатой он убил двух стариков, мужчину и женщину, пытавшихся спрятаться в подвале, убил ради их чистой, незараженной крови. Эта кровь реанимировала его мозг, вплотную подошедший к грани необратимости, позволив вспомнить события долгого дня.

Алкаш вспоминает, как очнулся поздно утром после очередного запоя. Теперь он помнит, как застрелил соседа, что пришел за его кровью. Потом убил копа и случайно спас богатую актрису. Он помнит, как пошел вместе с ней на крышу, где должен был сесть вертолет – она пообещала ему кучу денег за спасение. Он выполнил свою часть сделки, но обещанных миллионов так и не получил, равно как и места в вертолете – они улетели без него, бросив раненного и зараженного Алкаша умирать на крыше. Только вот он не умер, а сумел подняться на ноги, впервые за долгое время не хромая от боли в сломанной спине. Спустился на первый этаж и вышел на охоту, вместе с сотнями и тысячами других голодных вампиров. И охотился без всякого успеха, тщетно выслеживая добычу до тех пор, пока с неба не пришел огонь. Спасаясь от огненной смерти, он случайно попал в тот подвал. Там случайно оказалась парочка незараженных. В его руках случайно оказалась лопата. Такая же, какой он сейчас кидает землю и битый асфальт.

Подгоняемые голодом, они управились с завалом меньше чем за час, гигантская пробка начинает рассасываться, грузовики и автобусы уходят вглубь штата, стараясь избегая автострад и следуя по объездным дорогам.

- Подходи, народ, щас раздача будет!

Алкаш поначалу думает, что им просто отдадут несколько пленников, он видел их в грузовиках. Но пленников для того и брали в плен, чтобы не убивать, потому рабочие вампиры получают кровь другим путем – через шприц-пистолет в руках одного из бригадиров.

- Подставь шею! Следующий! Подставь шею! Следующий! Подставь…

Короткая боль от укола сменяется волной блаженства, заставляющей забыть обо всем на свете. Холод, невероятный холод пронизывает все тело, но это хороший холод, нужный, спасающий. Голод сразу прекращается, в мозгах чисто как никогда прежде, Алкаш чувствует себя на седьмом небе от счастья. Этот момент скоротечен и пролетает за пару секунд. Надо будет повторить.

- Десять рабочих – за мной, пойдете вместе с солдатами!

Алкаш безоговорочно подчиняется, следуя вместе со своими товарищами за группой вооруженных боевиков в их персональный грузовик. Сейчас надо делать что прикажут, только так можно гарантировать себе новую кровь. Гарантировать жизнь.

15. Берсерк

- Стоп, стоп, останови машину! Все на выход! Вылазь!

Гектору не нужен приказ, он и сам рвется выпрыгнуть из кузова, обгоняя очередной выстрел. Только что взлетел на воздух идущий за ними бронеавтомобиль, следующий снаряд взрывается так близко, что едва не опрокидывает грузовик, третий наверняка будет их, надо срочно покидать корабль.

Чемпион ловко переваливается через борт и бежит к разрушенной закусочной, где уже собрались десятка два новичков с черными повязками. Прямо перед ними широкая улица, забитая сгоревшими машинами и заваленная трупами, дальше ряд прибрежных отелей и ресторанов, в массе своих разрушенных и охваченных огнем. А за ними берег океана, набережная и корабли у причала. Именно туда командиры гонят их отряд, и откуда исходит небесный гром.

Каждые десять секунд горячий воздух взрывается ударом бича, и спустя мгновение где-то рядом падает очередной снаряд, складывающий дома и расшвыривающий машины, словно кегли. Земля раскалывается под ногами, взрывы то приближаются, то удаляются, а гром в небе продолжает грохотать с частотой метронома.

- Слушайте внимательно! Сейчас мы атакуем, в просвет между залпами. Во что бы то ни стало надо пересечь улицу и захватить дома на другой стороне, выбить оттуда солдат! За ними набережная и корабль у причала, там тысячи сбежавших пленных, их надо вернуть любой ценой, это наша кровь! Это наша жизнь!

- Мы готовы, мы готовы идти прямо сейчас, командир! - Гектор нетерпеливо вскакивает с места, но вампир в зеленом берете отталкивает его назад.

- Не сейчас, дурак! Жди приказа, сейчас подойдет наше прикрытие… а, вот и они!

- Какого черта?

Обещанным прикрытием оказывается огромная толпа голодных, которую пригнали из центра города. Большинство из них обгорели в ядерном пожаре, одежда лохмотьями свисает с искалеченных тел, оружия и черных повязок нет ни у кого.

- Разбиться на двойки и тройки, не сбивайтесь в стадо под обстрелом! Пропустите голодную волну вперед и следуйте за ней, внимательно смотрите, откуда по вам будут стрелять. Ты – держи эту штуку!

Командир Смит протягивает Гектору полевую радиостанцию.

- Будешь моими глазами на той стороне. Приготовиться!

Голодная волна не нуждается в приказе, она слепо катится вперед, выплескиваясь на последнюю улицу. И сразу же принимает на себя град пуль и снарядов: вражеская оборона, молчавшая еще секунду назад, огрызается десятком пулеметов. А потом в их квартал снова возвращается небесный гром, и тяжелые снаряды разрывают в клочья десятки и сотни бывших людей, что идут за кровью своих недавних соседей.

- Пошли!

Гектор не помнит, как именно ему удалось пересечь эти пятьдесят метров смерти на открытом пространстве, лавируя между разбитыми машинами и наступая на трупы голодных. Он просто идет в огонь, не чувствуя боли и страха смерти, чувствуя лишь бурлящую в венах веселую ярость, что довела его живым и невредимым до стен старого отеля, из окон которого неустанно бьют пулеметы.

- Бросай!

Одноглазая женщина одна за другой бросает в окно первого этажа пару лимонок. Гектор дожидается взрыва, хватается за автомат поудобнее и одним могучим прыжком вскакивает на подоконник, стреляя от бедра. Длинная очередь добивает раненых морпехов пулеметчиков, еще пара выстрелов в спину ополченца, что пытался бежать с позиции.

- Чисто!

Чемпион спускается в разгромленный номер, поднимает трофейный пулемет, осматривает. Рядом с убитым расчетом осталась пара жестянок с патронами и запасной ствол, но он не умеет снаряжать ленту в эту машину. Надо спросить у напарницы, может быть, она знает…

- Берегись!

Заряд картечи раскалывает оконную раму в метре над головой Гектора, он поторопился заявить, что все чисто. Калашников молчит, вышли патроны, и Гектор швыряет автомат в лицо раненого врага, что пытается перезарядить обрез двустволки. Удар тяжелой железки в голову отбрасывает ополченца на лестницу, и Чемпион тут же продолжает атаку своим любимым способом – голыми руками.

- Сволочи!

Ополченец на лестнице не один, их тут трое, мгновенно оценивает диспозицию Гектор, уклоняясь от удара саперной лопаткой в лицо. Классическая двоечка в ответ, по печени и в челюсть пацана лет пятнадцати, выбив ему все зубы и отбросив вниз по лестнице. Кричащая в ярости и ужасе мать пацана пытается достать его в шею трофейным кабаром, промахивается, и нож вонзается в плечо Чемпиона. Не думая о тяжелой ране, с хрустом переломить ей локоть, вспороть живот длинным взмахом ножа, а затем бросить через бедро прямо на короткий ствол лупары, что выбрасывает заряд картечи в спину женщины. И тут же продолжить атаку, пока отец не перезарядит во второй раз, продолжить правой ладонью в шею, расколов врагу кадык, подобно пустому ореху. И не успевает еще смертельно раненный враг упасть на пол, как Гектор выдергивает дробовик из его рук и с размаху бьет сына по затылку прикладом, пробив череп и расколов приклад в щепы.

- Гектор Родригез, тридцать семь побед нокаутом, сукины дети!

- Гектор, помоги мне!

Это одноглазая женщина с гранатами, Чемпион подает ей окровавленную руку и помогает подняться в комнату. Кажется, что они единственные, кто добрался до этой точки и уцелел в ближнем бою, все остальные остались лежать убитыми на улице. Но оставшегося в тылу командира Смита это не смущает, и он поднимает в атаку вторую группу, одновременно выбросив на улицу следующую голодную волну.

- Рация, мужик, твоя рация!

Точно, маленький приборчик у него на поясе пищит и мигает красной лампочкой.

- Гектор на линии!

- Слушай сюда! Сейчас подойдет тачанка, укажи ей цели в гостинице!

- Ага, сейчас, сделаю.

Бой продолжается, где-то у них над головой без остановки лупит тяжелый браунинг, прореживая голодную волну. Гектор торопливо выглядывает из окна, задрав голову вверх и без страха глядя на метровый факел пламени, что вырывается из балконной двери двумя этажами выше.

- Смит, они на балконе, третий этаж, справа от подъезда, их много!

- Смотри внимательно, попадем или нет. Вперед!

Новая волна безумцев выплескивается на улицу с правой стороны, и факел дульного пламени поворачивает на них, засыпая окровавленный асфальт стреляными гильзами. Как раз то, что нужно, чтобы боевая колесница выскочила из-за левого угла и всадила длинную очередь в балкон на третьем этаже.

- Готов, готов сука, попал! – торжествует Гектор, глядя, как раненый морской пехотинец вываливается с балкона в объятья голодной волны, вражеская огневая точка подавлена.

- Чемпион, бери парней с машины, затащите пулемет внутрь и дуй на крышу, будете сверху стрелять по причалу!

- Сейчас! Ближе подходи!

Бронированный пикап подкатывает вплотную к стене, Гектор помогает двум боевикам забраться внутрь, вместе они снимают тяжеленный пулемет и заносят его в номер вместе со станиной и патронными коробками.

- Эй ты, с гранатами, давай за нами!

Все вместе они поднимаются по разбитой лестнице на семь этажей вверх, таща пулемет на своих плечах. Вот и последняя дверь, Гектор пинком сбивает ее с петель и выскакивает на крышу, на долю секунды остановившись, обозревая фантасмагорический пейзаж горящего берега и горящего океана под горящим небом. Но этот миг быстро проходит, и он увлекает братву за собой, к краю крыши, где можно установить браунинг и лупить очередями по длинному причалу и сотням людей на нем. Никто не позволял бывшим пленникам бежать…

- Отставить, отставить огонь!

- Не слышу, командир, не понял!

- Отставить, Гектор, отставить, не стрелять по кораблю, не стрелять! Перемирие, у нас перемирие, не стрелять, отставить!!!

6 ДЕНЬ ВАМПИРОВ: Тяжелая Ночь - Главы 16/17/18

16. Контакт

- Разбирай пожрать, народ. Шевелись, ехать надо!

Только заслышав хриплый женский голос, предлагавший поужинать перед дорогой, Алкаш понимает, что он голоден. Зверски голоден, и очень хочет пить. До момента как солдат со шприцем сделал ему инъекцию, Алкаш этого факта не замечал, просто не мог думать о провианте и воде, ибо все его мысли были заполнены жаждой крови. Но теперь главный Голод получил то, что требовал, и сменил гнев на милость. И вот тогда проснулся голод обычный, наряду с потребностью в питьевой воде. Оказывается, свежая кровь совсем не заменяет воду и провиант, надо хорошенько это запомнить и срочно пожрать.

- По одному пакету в руки и бутылки воды, по одному, я сказала!

Отстояв короткую очередь, Алкаш получает вожделенную пайку – большой пакет холодных гамбургеров и бутылку воды с лимоном. Есть предстоит на жестких лавках в тесном кузове армейского грузовика, но он и остальные рабочие в команде не замечают этих неудобств, полностью поглощенные поздним ужином. Грузовик медленно катит вперед вместе с десятками других машин, подпрыгивая на ухабах проселочной дороги, а Алкаш торопливо поедает гамбургеры, запивая их большими глотками кисло-сладкой воды.

Никогда еще обычная еда не доставляла ему столько удовольствия. Привыкший к гамбургерам и прочему фастфуду за последние годы, Алкаш подивился тому, какой богатый вкус у этих конкретных гамбургеров, недавно извлеченных из морозильника разбитой забегаловки на окраине. Он ощущает всю полноту консистенции сдобных булок и холодных котлет, ловит языком каждый оттенок сыра, лука и кетчупа со сладкой горчицей, словно гурман, наслаждающийся кулинарным шедевром. А затем вода, дарующая райское блаженство. Что стало с обычными гамбургерами и сладкой водой? Или что стало с ним, может быть, это еще одно странное последствие его трансформации? И как далеко может зайти процесс – Алкаш впервые по-настоящему задумывается о своем новом бытие вампира, в котором почти ничего не ясно, кроме простого и понятного исходного факта – он нуждается в человеческой крови…

- Стой!

Где-то впереди багровая вспышка вспарывают душную ночь, ударная волна лупит по ушам, кто-то кричит, но ударивший им в борт пулемет с легкостью перекрывает вопли, навылет пробивая машину и пассажиров.

- Бежим отсюда! - вопит Алкаш, на ходу вываливаясь из грузовика. Шлепнувшись на асфальт, он едва успевает увернуться от колес следующей машины и скатиться в дренажную канаву. Бой продолжается, неизвестные нападавшие взяли колонну в огневой мешок, расстреливая в лоб с перекрестка, и с вершины пологого холма слева от дороги, Алкаш видит вспышки выстрелов. Головной дозор сметен за полминуты, дальше нападавшие переключаются на грузовики и автобусы с личным составом, избиение колонны продолжается. Замыкающие машины пытаются развернуться и уйти обратно к городу, но Алкашу из его укрытия видно, что у них нет шансов – нападавшие, числом около десятка, уже оседлали дорогу, отрезая путь к отступлению. Единственное спасение – бежать направо от дороги, через пустырь, на дальней стороне которого виднеются какие-то постройки. Бежать, пока еще есть время, пока пулеметы и ракетные установки на холме заняты истреблением его новых друзей.

- Направо, через пустырь! Бежим!

Не только он один спасается здесь, рядом бегут еще несколько вампиров, что успели выскочить из горящих машин и автобусов. Противник не сразу обнаруживает их поспешное бегство, занятый уничтожением колонны, но затем в спину бегущим бьет луч прожектора, за которым уже тянутся трассеры пулеметов. Алкаш падает на сухую траву, вскакивает, бежит еще десяток метров, стараясь не попасть в пятно смертоносного белого света, и затем падает снова, запнувшись об одного из убитых. Кажется, это офицер, что руководил погрузкой: Алкаш выхватывает карабин из его рук и бежит дальше, до темных громадин старых цехов осталось совсем недалеко. Прожектор продолжает поиск, пулеметные очереди настигают еще двоих, но он уже переваливается через разбитое окно, тяжелые пули дырявят растрескавшийся бетон в метре над головой.

- Пригнитесь, пригнитесь!

Кто-то зовет на помощь, кто-то корчиться в смертельных судорогах, а прожектор все так же шарит лучом по окнам цеха, пулеметный обстрел продолжается. Но все же самого страшного, чего так боялся Алкаш, не происходит – по ним не стреляют из танковых пушек. Может быть, танков у них нет?

- Слушайте!

Точно, за треском пуль приближается шум мотора – кто-то едет к ним с дороги. Алкаш с максимальной осторожностью выглядывает из окна, пропустив над головой луч света и ожидая увидеть армейский бронеавтомобиль, намеревающийся добить бежавших кровососов. Но это всего лишь легкий мотоцикл с парой седоков, что приближается к цехам вплотную под прикрытием очередей.

- Ложись!

Увидев, как пассажир мотоцикла взмахивает рукой, Алкаш отшатывается от окна, ожидая взрыва гранаты. Но вместо оглушительного грохота раздается звон битого стекла, сопровождаемый оранжевой вспышкой и волной жара – у нападавших нет гранат, но есть коктейль Молотова. Мотоцикл следует вдоль цеха, все новые бутылки летят в окна, жаркое пламя и черный дым заполняет бетонную коробку.

- Надо бежать, мы тут все сгорим!

- Стой, дурак!

Кто-то рвется к выходу мимо Алкаша, прямо на луч прожектора и длинную очередь в грудь, еще одна бутылка влетает в окно, поджигая разбитую сенокосилку.

- Ну, все…

Поймав момент, когда луч света отшатывается к другой мишени, Алкаш поднимается над подоконником с офицерским карабином в руках. Водитель мотоцикла замечает его и пытается застрелить из пистолета, но старый карабин быстрее, пули тридцатого калибра пробивают шею и голову водителя, а затем раскалывают бутылку с горючей смесью в подсумке пассажира, мгновенно превратив мотоцикл и его седоков в погребальный костер. Но Алкаш уже не увидит этого, ибо прожектор снова бьет ему в лицо. А вместе с прожектором и одиночный снайперский выстрел, навылет пробивший правое легкое вампира.

17. Специальное задание

Гектор еще долго смотрит вслед уходящему кораблю, испытывая острое желание встать к пулемету и дать длинную очередь по беглецам. Но он умеет подчиняться приказам, и тяжелый браунинг не делает ни единого выстрела. С другой стороны тоже перестали стрелять, треугольная громада зумвальта неподвижно висит в океане, прекратив извергать огонь своих чудовищных пушек.

- Пошли отсюда…

Проигранный бой оканчивается долгим маршем по разрушенным пригородам, куда офицеры в черной форме уводят всех, кто сохранил способность думать и держать в руках оружие. Рабочие команды прочесывают окрестности в поисках всего, что может пригодиться на войне, а тысячные орды голодных бродят вокруг них толпами в своих бесконечных попытках найти кровь. Пустая затея, эти кварталы обыскали сверху донизу уже много раз подряд.

- Бенни, Бенни, стой!

В толпе голодных мелькает знакомое лицо и характерная кожаная куртка, Гектор выхватывает на дорогу старого кореша, что когда-то организовывал для него первые схватки. Он узнал бы старого друга из тысячи, но сам друг упорно отказывается узнавать Чемпиона, равно как и показывать хоть какие-то признаки интеллектуальной активности. Вместо этого Бенни все порывается идти куда-то, беспрестанно бормоча что-то на неизвестном языке.

- Ну тебя и уделали, кореш. Командир Смит, сеньор, помогите мне!

Схватив Бенни за обгоревшую руку, Чемпион тянет его к командирской машине.

- Командир, пожалуйста, сделайте ему укол своим пистолетом! Я его знаю, он будет драться в моей команде, он…

Чернокожий на секунду окидывает Бенни презрительным взглядом, а затем разражается хохотом.

- Гектор, ты зачем привел этого мудака? Что не видишь – он конченый, голодал с рассвета. Укол уже не поможет.

- Как не поможет, я думал…

- А тебе не надо думать, парень, не твоя это работа. Тебе надо знать. В глаза ему посмотри, увидишь.

Гектор светит в глаза старого друга маленьким фонариком и бормочет проклятье на испанском. Когда-то давно у его мамы был аквариум с золотыми рыбками, и эти рыбки смотрели на него точно так же, как сейчас смотрит Бенни. Разве что рта не открывает.

- Он голодал часов двадцать, мозг сгорел к чертовой матери. После такого никакая кровь не поможет. Брось его.

- А что потом с ним будет?

- Ну, если твой корефан не сгорит в этих пожарах, и найдет где-нибудь воду, то побегает еще суток пять максимум, потом сдохнет, неизбежно издохнет. Я же сказал – он конченый. Пошли!

Оставив обезумившего друга умирать на улице, Гектор следует к сборочному пункту, где уже ждут десяток самодельных боевых колесниц.

- Седлайте коней, народ, вы теперь воюете в мотопехоте. Едем!

Еще одна короткая поездка через разрушенный город, которая заканчивается в подземном гараже под расколовшимся небоскребом. Здесь их ждет привал, и только сейчас, завидев полевую кухню и огромные канистры с питьевой водой, Гектор понимает, как сильно он голоден. Голоден как волк и просто умирает от жажды. Точно, он ведь так и не позавтракал в тюрьме, да и потом совсем не думал о жратве и воде, все мысли и усилия ушли на поиски крови. Кровь он в итоге нашел, но, как сейчас выясняется, она совершенно не отменяет потребности в обычной пище и воде. Оказывается, у него теперь два голода, и чтобы выжить, надо помнить о каждом из них.

Пока он торопливо ужинает холодной тушенкой и кукурузными лепешками, людей в убежище становится все больше. Вампиров становиться все больше, с улыбкой поправляет себя Гектор, наблюдая, как охранники вводят в подвал новую группу. У них нет оружия, но есть нарукавные повязки, но не черные, а белые. Интересно, кто они такие? Вот новички устанавливают компьютеры, протягивают кабели, запускают передвижной генератор – кажется, инженеры. Видимо, тут для каждого найдется свое дело, бездельников сюда не пустят…

- Чемпион, подь сюды!

Командир Смит зовет его, и Гектор вскакивает с места, не закончив скромный ужин.

- Слушаю, сеньор!

- Ты ведь из местных, город хорошо знаешь?

- Так точно, командир. Я тут родился и вырос!

- Отлично, а то я с восточного побережья, в ваших краях впервые, - усмехается Смит, с хрустом разжевав тарталетку с черной икрой. – Знаешь, где это?

Тактический планшет демонстрирует один из восточных кварталов города, примерно в десяти километрах от их текущей позиции.

- Да, конечно, знаю. Я был там много раз, сеньор!

- Отлично. Значит так, у меня есть для тебя особо важное задание, слушай внимательно. Сейчас соберешь отряд и поедешь в этот квартал, найти надо кое-кого.

- Кого найти, командир?

- Добычу, много добычи. У нас там возникли трудности.

Продолжая ужинать черной икрой на прожаренных тостах и запивая их десятилетним виски, командир Смит излагает суть проблемы. Проигранное сражение в порту поставило их всех в крайне сложное положение, ибо тысячи пленных бежали вместе с чистой кровью в своих венах. Но у них есть резервный план. Вернее, план был…

- Там действовала большая банда, наши новые союзники. Мы освободили их из тюрем, собрали вокруг себя, вооружили, дали им наших командиров, обеспечили связь и поручили хорошую работу. Эти мародеры действовали по всей восточной окраине, ловили людей повсюду, собрали больше трех тысяч голов. Но потом, перед самым взрывом, неблагодарные ублюдки надумали бунтовать, убили наших офицеров и сбежали с боевой позиции. И, что хуже всего, они забрали с собой пленных, всех наших пленных, нашу кровь. Другой крови не осталось, и если не найдем их, то нам всем кранты. Помнишь своего друга, помнишь, как он выглядел? Ну, так вот, если не отыщем этих пленных, то через восемнадцать часов с нами будет то же самое. Этих сучьих бунтовщиков надо найти, пленных надо вернуть живыми, а где их искать – никто не знает. Может быть, они все погибли при взрыве, а вдруг нет? Так что, Гектор, бери десяток парней покрепче, пару машин и дуй на восток. Переверни весь город вверх дном, носом землю рой, но найди их, понял?!

- Да, конечно, понял. Будет исполнено, сеньор!

- Хорошо, дай залатаю твое плечо и подставь шею, чистая кровь помогает от радиации.

Снова удар короткой иглы в артерию и снова этот прекрасный момент, ради которого стоит жить и стоит умирать.

- Запомни, Чемпион – не смей возвращаться без пленных! Убивай всех, кто станет на пути, умри, если потребуется, но найди их. Уже почти полночь, - Смит засекает время на дорогих электронных часах. – Сейчас полночь, и ты должен вернуть добычу к пяти утра. Понял меня – все должно быть сделано к рассвету. А пока, взгляни-ка сюда, вот те ублюдки, что вздумали бунтовать против своих благодетелей…

Командир рассыпает на столе стопку черно-белых фото, и Гектор внимательно вглядывается в каждое лицо. Да, такие сволочи могли взбунтоваться, он в курсе про эту банду. Так, а это кто? Неужели, сколько лет, сколько зим…

- Узнал кого-нибудь?

- Да так, пара знакомых рож попалась на глаза. Я пойду, командир, ехать надо…

18. Побочный эффект

- Больно-то как, голова раскалывается! Эй, парень, у тебя есть обезболивающее, любое, хотя бы аспирин?

Тощий белый парень, тот самый, которого она подвезла на мотоцикле и тот, кто вынес ее из подвала, невесело улыбается в ответ на ее просьбу. Затем начинает рыться у себя в рюкзаке и протягивает Хлое упаковку таблеток.

- Вот, держи. Только вот воды нет, извини.

- Ничего, обойдусь пивом…

Пива у них действительно хоть залейся, ибо их группа остановилась переждать ночь в подвале маленького магазинчика где-то на северной окраине. Пожары продолжаются, водопровод, естественно, не работает, так что жажду можно утолить лишь дешевым светлым пивом, которого Хлоя терпеть не может. Черт с ним, пусть будет горячее пиво из раскалившихся банок, лишь бы голова не болела так сильно.

- Выпей две таблетки, не больше, иначе начнется головокружение и шум в ушах. Только вот, - парень дожидается, пока девушка проглотит таблетки и запьет их пивом и жизнерадостно продолжает. – Только вот помогут таблетки тебе мало, скорее всего, не помогут вовсе.

- Как так? Я знаю этот препарат, хорошее зелье, продается только по рецепту, он мне всегда помогал, и сейчас поможет.

- Не в этот раз. Не в твоем нынешнем состоянии. Ты сытая, я совсем недавно вкатил чистую кровь, чтобы ты очнулась. Поэтому другие лекарства сейчас для тебя работать просто не будут…

- Не понимаю, я не понимаю, как так, - озадаченно отвечает вампирша, прислушиваясь к собственным ощущениям. – Разве я теперь не должна быть неуязвимой, я же теперь…

- Ага, все верно. Ты же теперь вампир, как и все мы. Только вот, насчет неуязвимости тебе кто-то соврал, впарил чушь, - со смехом отвечает незнакомая женщина, что разогревает над углями банку сосисок. – Извини, подруга, но у нас по части ран и медицины все работает немного не так, как кажется с первого взгляда.

- Не понимаю, объясните, я должна знать! Вампира можно убить, я видела. Но если не убили сразу, то мы ведь встаем обратно, разве нет? Нужно только крови дать…

В этот раз улыбается даже старший группы, все улыбаются, ибо новичок сказала что-то весьма смешное.

- Ладно, посмеялись и хватит. Слушай внимательно, девочка, ты заслужила право на этот урок, - Дайсон берет на себя функцию просветителя и все умолкают. – Нулевой Образец, та штука, что делает нас вампирами, этот замечательный образец может справиться отнюдь не с любой раной. Он плохо и очень медленно латает мозги, слишком сложная деталь, поэтому пуля или осколок в голову для нас смертельны, так что обзаведись каской и снимай ее как можно реже. Точно так же неизбежен капут, если сломать шею. И сердце, сердце тоже надо беречь, Нулевой Образец неспособен сам себя перекачивать по венам.

- Мелкие раны не опасны, мы мало кровоточим, а затягиваются они быстро, плюс никакая инфекция не страшна. Ожоги тоже не представляют особо серьезной угрозы, если вовремя давать чистую кровь, много крови.

- Но вот проникающие раны, особенно в живот, это гораздо сложнее. Гораздо хуже. Обычно такие раны смертельны, все кишки разрывает в клочья, вместе с печенью, почками и всем остальным. Так бывает с человеком. С вампиром может быть по-другому, у нас есть шанс выжить даже при попадании в живот, если сразу вкалывать кровь, пинтами вкачивать ее в себя. Тогда, может быть, на свежей заправке Нулевой Образец успеет залатать твою рану до того, как ты отбросишь копыта. Это вопрос времени, что быстрее – смерть или исцеление. Но и само исцеление способно тебя убить, у него есть побочный эффект, тот самый, что ты сейчас чувствуешь. Как твоя рана на голове?

- Все так же болит, и это после двух таблеток! Никогда такого со мной не было раньше!

- Ну, естественно, как иначе. Обезболивающие должно притупить твои чувства, так, чтобы ты просто не обращала внимания на проблему, игнорировала рану, так это работает с обычным человеком. Но свежая кровь у таких, как мы, разом обостряет все чувства, вот почему таблетка не работает. Следовательно, надо как огня боятся раны в живот, так как она может тебя убить, убить болью. Чтобы залатать разорванное брюхо, как я уже сказал, кровь нужна пинтами, буквально ведрами, если найдется столько. И когда ты ее получишь, твое восприятие боли взлетит до небес, а от пули в животе боли всегда бывает много. Я видел, как наши парни и девчонки подыхали от болевого шока, часами корчась в муках, и это не самое приятное зрелище. Если стерпишь, если переживешь боль, с тобой все будет в порядке, рана затянется, а Нулевой Образец отрастит тебе новую почку или селезенку. Ну, или убьет в процессе.

- Теперь поняла, спасибо, босс. Я буду осторожна, теперь я знаю, как они могут нас убить.

- Тебе и самой это знание пригодится, если понадобится завалить вампира, а такое часто случается. Так что, стреляй в голову, или в живот, несколько раз стреляй. У большинства при себе нет зарядов крови для экстренного переливания, а если и есть, то несколько часов рези в желудке им обеспечены.

- А что, и правда может понадобиться стрелять в своих? Разве мы воюем с другими вампирами?

Дайсон не дает ответа на этот вопрос, все остальные предпочитают отшутиться. Так что Хлоя решает сменить тему и снова возвращается к белому парню, приняв от него тарелку с тушеными бобами. Кажется, голова стала болеть чуть меньше. Ей надо поесть.

- Слушай, я вот тут подумала, мы ведь все время про внутренние органы говорим, тут все понятно. А если там руку или ногу отхватит взрывом, тогда как? Отрастет новая рука, если крови дать?

- Не знаю, не пробовал. Кто говорит, что да, кто говорит что нет, в любом случае на себе лучше не проверять.

- Слушай, а ты ведь не сегодня стал вампиром, так? Раз уж ты все знаешь, значит, ты не с улицы пришел, как я…

- Да, не сегодня, и не вчера. Я в Армии Тьмы уже почти год, перешел на их сторону в Мексике. Все мы тут не новички, кроме тебя. Но ты толковая, мы берем таких в нашу шайку. Ты ведь спасла нас там, доставив депешу. А меня еще раз спасла, на дороге, когда остановилась и взяла на борт.

- Да, было дело.

- Ну и в знак благодарности за спасение, вот тебе от меня подарок, - белый парень передает черной девушке увесистый пакет. – Очень хорошо помогает от проблем с животом и другими неприятностями.

- Спасибо, - отвечает Хлоя, надевая бронежилет. – Тяжелый какой…

- Ничего, привыкнешь, тяжесть – это хорошо, тяжесть – это надежно. Мы сильнее обычного человека, так что скоро ты вообще не будешь ощущать вес этой брони. Он теперь должен быть как твоя вторая кожа, абсолютно незаменимая штука. Я уже неделю его только в душе снимаю, так надежнее, - с этими словами, парень протягивает ей руку. – Я Арчи, снайпер в нашей команде.

- А я Хлоя, мотоциклист. А еще могу на рации, ну, или ножом пырнуть кого-нибудь, если понадобиться…

7 ДЕНЬ ВАМПИРОВ: Тяжелая Ночь - Главы 19/20/21

19. Кратковременный кризис

- Да живой я, живой! Но всю мою группу к чертям разбили, потеряли кучу классных специалистов… глупо-то как!

Рауль Розенталь на секунду отвлекается от полевого телефона, чтобы сделать большой глоток кубинского рома, а затем продолжает свой печальный рассказ.

- Да, именно, засада, на тридцать втором перекрестке, уже в глубине нашей зоны. Попали под перекрестный огонь, я чудом ушел, моя машина сгорела, охрану смели за пару секунд. Какие к черту военные?! Не было там военных! Это местные ополченцы, вчерашние гражданские надрали нам жопу! Да если бы там были военные с танками, вообще никто бы не спасся! Мне и ополченцев хватило по самые уши – они разгуливают у нас по тылам и творят что хотят. Вот, смотрите!

Свежих военных карт Северной Калифорнии еще не успели сделать, и Рауль использует туристический путеводитель, чтобы подкрепить свои слова.

- Ага, здесь и вот здесь их видели, и еще дальше к востоку. Говорю же – они везде, и их много. Воздушная разведка ни черта не смотрит, дронов не хватает, а армейцы глушат связь! Нам самолеты нужны, обычные легкие самолеты и вертушки с наблюдателями и биноклями, чтоб хоть чего-то видеть. Если у нас простые ополченцы по ночам в тылу жгут колонны, то что будут делать военные уже с утра, когда подтянуться сюда со своими батальонными тактическими группами, под прикрытием авиации? Они же вспорют нашу оборону как свиное брюхо! А отойти обратно к городу мы не можем, там и так все горит и счетчик Гейгера в центре зашкаливает!

- Да не знаю я что делать, я не военный. Моя задача – обеспечить крепкий тыл, а как я могу его обеспечить, когда в каждую секунду к нам могут пожаловать армейцы. И не рассчитывайте больше на объект 21 – мастерская цела, а работать там некому, все в колонне сгорели, где теперь искать новых специалистов и рабочих я даже не представляю. Нет, пленных недостаточно, мало, говорю, пленных, особенно квалифицированных. А что делать, это не я направил уголовников в тот сектор. Бандитские ублюдки неуправляемые, с ними нельзя работать, вы не представляете, сколько ценного народу они положили зазря! Сделайте мне одолжение – бросьте их под танки уже с утра, так хоть какая-то польза будет. Все, конец связи!

Повесив трубку, сеньор Розенталь еще раз накатывает рому, а затем делает себе очередную инъекцию чистой крови прямо в шею – надо немного успокоить нервы. А еще желательно хоть немного поспать, но до рассвета всего час, начинается новый день. День, до которого он едва дожил, чудом уцелев в мясорубке на объездной дороге. Вон, обожженная до кости ладонь левой руки все еще болит, даже Нулевой Образец не справится с таким ожогом мгновенно.

- Босс, мы готовы!

- Хорошо, сейчас проверю…

Начальник тыловой группы спускается в подвал через старый, давно пересохший колодец. Надо признать, с маскировкой тут полный порядок, подтверждением чему служит тот факт, что оперативники агентства по борьбе с наркотиками три года не могли обнаружить это место, крупнейший метамфетаминовый завод в Калифорнии. Если копы не смогли, то и у военных не сразу получиться, по крайней мере, Рауль надеется на это – ему не хочется лично проверять, выдержит ли бетонный свод удар тяжелой управляемой бомбы.

Там, где раньше варили и фасовали мет, теперь размещается его штаб. Конечно, надолго задерживаться нельзя, но хотя бы пара дней спокойной работы ему необходима – слишком сложное это дело перемещение подобного командного пункта. Они не могут позволить себе роскошь иметь летающий штаб, как у противостоящих им армейцев, и им придется руководить войной в стиле партизан Вьетконга, как можно меньше высовываясь из нор.

- Все линии связи проведены, у нас есть свет, вода и еда, а криптографический отдел готов к работе.

Группа армейских шифровальщиков, его самый ценный ресурс уже заняла дальний подземный бокс, куда с величайшими предосторожностями спустили их электронные игрушки. Слава богу, они ехали в другой колонне и не попали под удар.

- Антенное поле?

- Уже готово, все кабели под землей. Даже если они засекут антенны с воздуха и накроют их бомбой, армейцы ни за что не смогут понять, откуда исходит сигнал.

- Кто прокладывал кабели?

- Я знаю, что это нарушение, но нам пришлось использовать пленных, босс. Вся моя инженерная команда накрылась вместе с колонной.

- Ясно. Ликвидировать всех.

- Да, но…

- Всех, я сказал. И того барыгу, что подсказал нам этот подвальчик – тоже.

- Будет сделано.

Убедившись, что криптографы уютно устроились и готовы к работе, Рауль поднимается на поверхность, проверить, как идут дела в госпитале. Дела идут не очень, большинство тяжелораненых повреждены слишком сильно и уже не встанут, следовательно, нет смысла тратить на них драгоценную чистую кровь. Кроме двух или трех, одного из которых босс хорошо запомнил – это он спас их всех в горящем цеху.

- Что с ним?

- Тут все нормально, сеньор. Пуля пробила легкое навылет, главное, что позвоночник не задет. Уже к полудню забегает.

- Хорошо. Выяснили, кто он?

- Вот все что у него было вместо документов, - медсестра протягивает администратору скидочную карту ликероводочного магазина.

- Грэг Андерсон, все ясно. Лаверн! – Розенталь указывает своей помощнице на раненого Алкаша, что без сознания лежит под капельницей. – Как придет в себя, отправь его в группу Берча, а то ублюдок постоянно ноет, что толковых людей мало. Этот вот – толковый…

20. Гончие псы

- Ты! Водить умеешь?

- Конечно!

- Шаг вперед!

Бандит с татуировкой на полморды выходит из строя, Гектор продолжает смотр, придирчиво выбирая личный состав.

- Ты!

Молодая девушка со снайперской винтовкой выходит вперед. Следом идет уже знакомая Чемпиону одноглазая женщина с гранатами, он хорошо запомнил ее в бою.

- Ты! И еще ты!

Здоровяк с автоматическим дробовиком и щуплый очкарик, несущий за спиной ранец с взрывчаткой.

- Ты! Ты! Ты!

Как и сказал Смит, Гектор выбирает десяток бойцов, тех, кто кажется ему наиболее подходящими для ответственного задания. Каждый из них уже дрался с ополченцами и солдатами, такие не подведут и в охоте на мятежных вампиров. А еще каждый хорошо водит машину и знает город.

- Дай мне карты.

Снабженец из команды Смита рассыпает перед Чемпионом стопку дорожных карт и туристических путеводителей.

- А армейские карты где?

- Размечтался! Бери что дают…

Гектор хочет выбить снабженцу все зубы, но сдерживает праведный гнев, забирает путеводители и молча уходит. Интересно, будет ли хоть какой-то толк от этих бумажек, при условии, что ядерный взрыв и последующие пожары сровняли с землей целые кварталы?

- Все смотрите внимательно, мы ищем этих уродов! Они где-то на востоке, прячутся с огромной группой пленных, которые принадлежат нам. Узнаете кого-нибудь?

Гектор раскладывает фотографии на капоте, но никто из его новичков не знает противника в лицо. Сейчас Чемпион жалеет, что в его команде нет какого-нибудь опытного копа из убойного отдела, вот кто бы пригодился в поисках.

- Короче, смотрите и запоминайте. Раньше они крышевали торговлю наркотой и уличных шлюх по всей восточной окраине, следовательно, там у них много малин и убежищ. Но загнать тысячи пленных в какой-нибудь дом или квартиру эти ублюдки не могут, значит, им нужно некое большое здание или подвал, там они и будут сидеть.

- Но там тысячи подходящих точек, где начинать поиск? – недоверчиво спрашивает девушка с винтовкой.

- А мы не будем искать пленных. Мы сначала найдем какого-нибудь поца из этой шайки, и вежливо его спросим, где они держат добычу. Вот, - палец Гектора упирается в карту, указав на угловой дом. – Вот здесь бар, где эти ублюдки раньше торчали круглосуточно. Если бар и сам дом пережили удар, то именно там стоит начать охоту. Все, по машинам!

Для выполнения ответственного задания Смит щедрой рукой выделил Гектору две боевые колесницы – полноприводные пикапы, обвешанные стальными листами и с тяжелыми пулеметами в кузовах. Экипажи занимают свои места, сам Чемпион становится к браунингу на второй машине.

- Поехали!

У них не получается сделать стремительного броска по ночным улицам, с ревом моторов и стрельбой во все стороны, как показывают в кино и как мечтал Гектор. Вместо этого колесницы катят медленно, осторожно пробираясь между скоплениями сгоревших машин, минуя баррикады, провалы грунта и обломки рухнувших домов. Большинство пожаров здесь прекратились, потому что все, что могло гореть, уже сгорело, и лишь пепел падает с неба. В руинах рыщут голодные безумцы, кое-где продолжается стрельба.

- Стой!

- Господи Иисусе и все святые…

Взобравшись на пригорок, маленькая колонна останавливается, дав возможность экипажам колесниц хорошенько рассмотреть эпицентр ядерного удара. Из частокола небоскребов в центре города устоял только один, что возвышается, накренившись над морем огня, словно опаленная кость. Десятки, если не сотни кварталов обращены в руины, и над всем этим пространством хаоса лениво вращается исполинский торнадо. Но не черный торнадо из песка и пыли, а огненный, впитавший в себя тысячи отдельных пожаров. Гектор вспоминает старый журнал, который читал со скуки, когда мотал срок, вспоминает статью про бомбардировки Германии, где летающие крепости сносили за один день целые города, вот как сейчас. Огненный шторм, так называется это страшное рукотворное чудо, что молчаливо пожирает его родной город. Повезло еще, что дует устойчивый северный ветер, и пылающий торнадо неторопливо уходит на юг. На юг, а не на восток, значит, их поиск все еще имеет смысл.

- Чего встали?! Поехали!

Путешествие через разрушенный город занимает больше часа, хотя в обычных условиях они бы доехали за десять минут. Дважды им приходилось спешиваться, чтобы вручную разбирать завалы и перетаскивать машины через провалы в грунте, а в третий раз пришлось расстрелять из браунингов толпу голодных, что блокировали дорогу, беспрестанно что-то крича. У Гектора и его команды нет при себе крови, но голодных безумцев это не интересует, они наваливаются волной и грозят опрокинуть машины, так что приходиться опустить тяжелый ствол и бить в упор.

- Вот он!

Как и предсказывал Гектор, угловой дом и знакомый бар уцелели. Вообще, восточные кварталы пострадали мало, тут даже сохранились окна кое-где, и лишь периодически вспыхивают новые пожары, когда с неба падают горящие обломки.

- Сколько их там?

- У входа я видел пятерых, все вооружены. Сколько внутри – не знаю, не смог подойти. Но там точно кто-то есть, горит свет, - вернувшийся из разведки очкарик докладывает обстановку. Гектор и сам слышит мерный гул дизельного генератора, ублюдки хорошо устроились. Конкуренты не рыщут в округе в поисках людей и крови, значит, кровь у них есть, причем много, хватает на всех. Кажется, они не зря приехали.

- Я беру на себя говнюков у входа, а вы очистите бар, - Чемпион раздает последние приказы и встает за пулемет. – И помните – покойники не разговаривают, так что всех не убивать, кого-нибудь обязательно взять живым! Пошел!

21. Старый долг

- Я буду считать до десяти! Восемь! Девять! Де…

- Стой, Гектор, не стреляй, я все расскажу, я знаю, где они! Не убивай, я покажу!

Пленный вампир не сомневается, что Чемпион вот-вот его пристрелит. Нет, сначала он сомневался в угрозе, вел себя нагло и хамил Гектору. Но после того как Гектор отстрелил ему пальцы на левой ноге крупной картечью, а затем приставил дробовик к виску, желание хамить у пленного сразу пропало, и он тут же вспомнил все.

- Где они?!

- Склад Гриндэйл, рядом со старым рынком. Там большие подвалы, где раньше были морозильники, они все там, больше двух тысяч! Мы вернулись сюда, чтобы собрать для них продовольствие и воду…

Внезапная атака увенчалась полным успехом: выскочив на улицу перед баром, Гектор лично расстрелял охранников из пулемета, дав возможность своим пехотинцам ворваться в здание. Там еще около минуты шла стрельба, затем все кончилось – вражеская точка разгромлена и им удалось взять пленного, ценой одного убитого с их стороны. Гектор считает такую цену приемлемой, он всегда сможет найти других боевиков.

С источником информации им тоже повезло, Гектор немного знает этого пленного ублюдка, что раньше промышлял детской порнографией. Теперь же он ответственен за сбор провизии для огромной группы пленных, так что точно знает, где их держат.

- Зачем вам столько людей?!

- Не знаю, босс не сказал! Наверное, на продажу, кровь сейчас будет нужна всем.

Выслушав ответ, Гектор спокойно осознает факт того, насколько быстро новое общество адаптируется к новым условиям. И ни война, ни ядерный взрыв, ничто не может этому помешать – на родных улицах ушлые дельцы снова делают бизнес, торгуя вразвес самым дорогим из возможных товаров, торгуя самой жизнью.

- Он с вами? – Чемпион тычет старой фотографией в лицо пленного.

- Конечно, он всем руководит. Не убивай меня, и я помогу тебе добраться до него!

- Естественно, поможешь, я не сомневаюсь в этом. Где твоя машина?

Грузовик торговца порнографией стоит во внутреннем дворе, тентовый кузов до краев набит коробками с едой и тяжелыми бочками с питьевой водой. Но все же немного места найдется.

- Садись за руль, мудак! Чарли, давай с ним в кабину и постоянно держи на мушке, чуть дернется – стреляй! Билли, Тамара, Рекс – за мной. Остальные следуйте за нами на колесницах, держите дистанцию сто метров. Едем к складу Гриндэйл!

Еще одна короткая поездка через разрушенный город. Несмотря на поздний час, они ясно видят, что происходит кругом, поскольку низкие облака отражают багровое зарево пожарищ, подобно экрану кинотеатра. Прильнув к прорехе в брезенте и созерцая город в этом призрачном красноватом сиянии, Чемпион осознает, что здесь меньше препятствий на улицах, чем у побережья, отчего их грузовик едет быстрее. Кто-то столкнул с проезжей части большинство разбитых машин и разобрал баррикады, причем, кажется, сделал это уже после взрыва. Точно, один раз Гектор видит в переулке тяжелый колесный трактор, что пробивает очередной завал. Стало быть, конкуренты реально серьезно решили закрепиться здесь.

- Приехали!

Точно, вот он, старый овощной рынок, где его мама любила покупать зелень и красный перец. А вон и склады, конечная цель их путешествия. Да, это вполне похоже на главную базу противника – он видит вокруг десятки вооруженных вампиров, а также несколько пленных, которых отправили чинить разбитый автобус.

- Эй, Бадди, там еще одна машина должна была прийти, не видел их…, - к грузовику подходит местный управленец, подсвечивая фонариком какие-то бумаги.

- Конечно, видел, - отвечает Гектор, выстрелив в управленца из дробовика прямо через тент. – За мной, братва! Мочи козлов!

Дальнейшего боя он не помнит, все происходит слишком быстро. Смяв охрану и разогнав пленных на площади, отряд Гектора врывается в здание администрации рынка, где конкуренты организовали свой штаб. Снова, как и в битве за гавань, прокладывание себе дорогу при помощи гранат и бензиновых бомб, снова стрельба из пулеметов в упор. Только на этот раз вампиры дерутся с обеих сторон.

Опустошив два магазина к дробовику, Гектор хватается за мачете и окованную сталью дубинку, обоими руками пробивая себе путь на верхний этаж. Кто-то со всей силы бьет его в лоб прикладом, но он стоит на ногах и не чувствует боли, ибо всегда умел держать удар. А вот головы его врагов не держат тяжелой дубины и острого лезвия, пока последний из них не падет на пороге кабинета директора рынка.

- Гектор!

Заряд картечи дублетом бьет в бронежилет, неопасно. И не успевает еще старый бандит переломить ствол, как мачете отсекает ему руку вместе с лупарой.

- Сеньор Римо, какая встреча!

Отшвырнув воющего от боли вампира, Гектор хватает отрубленную руку и начинает ей же избивать старого знакомого, словно куском шланга. А затем, отведя душу, вставляет новые патроны в обрез и направляет кусок железа на старого друга и старого босса, что когда-то заметил будущего Чемпиона в качалке. Затем привел на ринг и организовал прекрасную карьеру. А затем, когда вскрылись его махинации на ставках, не задумавшись, подставил Гектора федералам и вышел сухим из воды.

- Говорят, старые привычки никогда не меняются. Ты всегда был крысой, Римо, ты всегда предавал тех, с кем работаешь. Сначала кинул меня, а теперь решил предать всю нашу армию, предать всю нашу войну?!

- Гектор, подожди, все не так, ты ничего не понял! Послушай меня, мальчик, я не предавал, это они предали, предали нас всех! Они и тебя используют, я узнал такое, что…

Распорядитель рынка не успеет поделиться своим открытием, ибо заряд самодельной картечи из крупных гвоздей вонзается ему в лицо.

- В аду расскажешь, крыса!