Демонический культиватор 5

Глава 192

Глава 192 (Пролог)

Архангельская область. Сумерки впитывали последние отблески дня. Горизонт погружался в черную синеву. Ледяной воздух хлестал по лицу так, что обжигал кожу. Но холод был не главной нашей проблемой.

Чуть позже раздал грохот разрываемого пространства. Сама реальность будто треснула пополам, и распахнулся портал. Засверкали молнии — и небо позади нас рассекли две враждебно настроенные фигуры средней фазы Духа.

Мы ни на миг не остановились, продолжая нестись быстрее ветра. Облака рвались в клочья от нашего ускорения… Но преследователи нагоняли с каждым вздохом.

— Куда это ты собралась, Альфина?!

Голос Авилхейна прокатился по небу, напоминая запоздалый раскат грома после молнии. В нем звенело то ли королевское, то ли отеческое оскорбленное величие. Призрачный монарх явно не привык к тому, чтобы его дочурка сбегала с каким-то «смертным» из плоти и крови… Пускай и уже достигшим Второй ступени Духа.

Этим смертным, как уже понятно, был я. Дмитрий Ледов. В России более известный по самоназванному прозвищу — Иньдуан.

— …Думала провести своего старика?!

Мы не отвечали. Под самую завязку я пополнил Ледяные крылья духовной энергией. Воздух захрустел от мгновенно кристаллизующейся влаги позади меня. Принцип моей техники полета сейчас напоминал не «птичье», а скорее реактивное движение. Во взмахах нет нужды, как нет нужды во взмахах крыльев, скажем, у самолета. Хотя по привычке я все же иногда ими «подмахивал», как делал это еще на фазе Ци.

— …Это демоническое отродье тебе совсем голову вскружило?!

Продолжал яростно реветь король-отец призрачной девы.

На огромной скорости Альфина мелькала рядом со мной, совершенно не отставая. Ее призрачная фигурка стала почти прозрачной, за это время потеряв, наверное, добрую половину веса. Контроль бестелесности давал ей огромные преимущества в скорости. Возможно даже по той самой… самой заезженной формуле Эйнштейна. Масса Альфины сейчас бесконечно стремилась к нулю. Она прошивала облака будто игла, оставляя после себя туманные, застывшие в сгустках конденсата очертания.

— А ты, парень… Совсем не дружишь с головой?! — не унимался где-то позади король-отец. — Добрую волю принял за слабость? Я тебе точно сегодня что-нибудь оторву. И сделаю так, чтобы оно у тебя в ближайшее время не отросло!

Боюсь… боюсь… Нет, правда! По крайней мере — опасаюсь за своего «чин-чина». Хотя после «почти-смерти» в Клети в Призрачной обители или ментально-иллюзорных испытаний во Дворце Падшего Духа на Алтае… Сомневаюсь, что фантазия Авилхейна меня сможет чем-то удивить.

Проверять я, конечно, не собирался…

Король и гвардии-капитан нас нагоняли с чудовищной скоростью примерно в четыре Маха. Расстояние стремительно сокращалось каждый вдох. Былая фора в секунд десять теперь казалась какой-то насмешкой над всеми моими усилиями и неделями приготовлений к «тихому» побегу. Вообще-то я рассчитывал, что король выйдет из уединения многим позже…

Кто ж знал? Такого ведь не предусмотришь. А если и предусмотришь — тогда семь раз подумаешь, прежде чем бежать… Правда — я бы в любом случае попробовал. Даже если бы вероятность удачного побега была ноль целых хрен десятых!

Плавая во мрачно-веселых мыслях, как рыба в воде, на грани духовного сознания я все же заметил, что Адонелла, эта маленькая крылатая чертовка, отдалялась ровно в противоположную от нас сторону — и никто ее не преследовал… Выкрутилась. И я рад, что приложил к этому руку. А то так бы и куковать ей долгие годы в качестве «духовной батарейки» для призрачного народа… В этом плане накхайцы весьма гуманны: «отработал» свое, истощился, хорошо себя вел, — под зад ногой из Вечной Обители. И на это были свои причины, почему не «пускали в утиль». Но сейчас не до них…

В мыслях позволил себе немного расслабиться — на ту микродолю, которую мог позволить себе человек, когда за ним гонится разъяренный властитель аж целого измерения. И чью дочку я вроде как «похитил», соблазнив неизвестными, но явно «порочными», по мнению короля, вещами… Думаю, этот момент ему тоже не давал покоя.

Вздох. По крайней мере План Бэ не понадобился — и на том спасибо….

Где бы теперь взять План А?

Не кидаться же мне в самоубийственной атаке на призрачного монарха шестой ступени Духа, чтобы… Чтобы что? Подтвердить себе, что я пока еще слабее? Так это ж очевидно, тут опыты ставить не нужно: второй этап Духа — шестой этап Духа… Разница колоссальна. Вот будь я на пятой или хотя бы на четвертой — может еще бы и пободался при случае, а так…

Да пошел он в свое призрачное измерение! Одной только разницы в базовом объеме духовной энергии между нами раз в пять, если не больше!

В любом случае — сдаваться в плен я больше не намерен. А значит надо найти выход…

Я сузил глаза и переглянулся с Альфиной. Напряженное личико говорило больше всяких слов, а эти ее черные, нечеловеческие глаза с белыми зрачками… Сейчас действовали откровенно гипнотически. В них затаились легкий испуг и авантюрный девичий азарт — и не ясно, чего больше. Так смотрят, когда балансируют на краю пропасти и понимают, что падать будет невесело. Правда, думаю, в отличие от меня, вся эта ситуация ее даже немного заводила. В том самом смысле.

У меня же мозг начинал уже сбоить в попытках найти выход; спина одубела от холодного мокрого пота, как бы я не пытался ее разогреть своим черным юмором и реалистичной прикидкой собственных возможностей в бою.

А «то самое место», которое обещал отрезать король-отец, скукожилось так, будто его окунули в прорубь. Да так там «нижнюю часть» и оставили болтаться… Даже щупать не надо — ничего не нащупаешь. Все естественным образом попряталось в карманное измерение, ожидая развязки.

Или фатального исхода.

Авилхейн и капитан гвардии безжалостно настигали. Даже если отбросить духовное зрение, позволяющее мне видеть на «триста шестьдесят» на километры во все стороны, спиной и черепом я вовсю чувствовал давление духовной силы преследователей — за нами гнались далеко не два обычных практика, а будто два сгустка первобытной мощи, которые прошивали пространство, как раскаленные ножи сквозь масло.

— Иньдуан… — Альфина заговорила сквозь сжатые зубы, не поворачивая головы. Ветер рвал ее слова на части, но я слышал, потому что она вкладывала в каждое слово свою ментальную волю. — Давай я сдамся… Попробую их задержать… Уговорить не преследовать тебя. А ты… ты уходи. Может…

Ни капли фальши в голосе. Она устала. Она боялась. Не за себя — за меня. Потому что понимала, насколько ее отец страшен в гневе.

Я молча качнул головой, оценивая ее благородный порыв. Не то чтобы мне нечего сказать… Но, как и себя, «сдавать» я ее тоже не собирался. Мы в одной лодке. Я вытяну нас обоих. Правда, пока не знаю, каким образом…

И именно в этот момент, фортуна наконец повернулась к нам не задом, а передом. Или, в моем «проактивном» случае, правильнее наоборот? А, не важно.

Важно, что мои поиски любой возможности наконец были вознаграждены!

Своим духовным восприятием я кое-что нащупал, помимо смазанных лесов и полей. Внимание зацепилось за нечто на границе духовного горизонта. От неожиданности я на мгновение замер — по инерции преодолев несколько сотен метров... Этого хватило, чтобы сфокусироваться.

На юго-востоке, прямо над ельником, застыли два больших создания. Они выглядели весьма чужеродно посреди архангельского леса. И это не говоря об их уровне… Сопоставимом с Авилхейном!

Черт бы вас побрал! — одновременно обрадовался и огорчился я. Сколько же меня не было?! Точно от силы пару месяцев?!

Хитин, восемь лап, человекоподобный торс, морды с изогнутыми клыками на манер жвал…

Откуда здесь взялись эти… твари?! Или в призрачной обители время еще больше растягивалось, чем я думал?! Какой сейчас год?! 2026?!

…Ни за что не поверю, что эти паукообразные гады эволюционировали естественным образом. Таких химерных уродов еще поискать надо. Даже матушка Земля за миллиарды лет эволюции не успела бы такое породить!

Ах… Так они еще и не одни.

Постепенно я стал снижать градус удивления, особенно когда заметил целую волну биодуховных отпечатков послабее и позади этих монстров. На самом деле они застыли во главе миниатюрной паучьей армии, которая сквозь лес, как рой, двигалась плотной массой куда-то на запад…

Энергия «миньонов» тоже отдавала чем-то хитиновым, чуждым, резким, но как следует рассмотреть я их пока не мог из-за огромного расстояния. Впрочем, нам и их главарей хватит по самое не могу…

«Хе-хе-хе… За мной!»

Холодно рассмеялся я и ментально позвал Альфину. После чего в нескольких скупых фразах изложил ей свой план. Ее белые зрачки азартно заблестели.

Ускорились, сжигая невероятные объемы духовной энергии. После определенного порога каждый следующий прирост скорости обходится все дороже — энергозатраты растут быстрее, чем сама скорость, и ускорение теряет всякий смысл; это как в обычном физическом смысле резко стартануть — и лечь спустя пару метров с порванными связками и сердечным приступом. В нашем же случае — «растяжение» и «колебательные приступы» испускал сам даньтянь, грозясь разорваться в любой момент.

Позади послышалось недовольное королевское восклицание, обладатель которого уже было понадеялся теми же темпами нагнать нас в течение минуты.

А вот хрен ему.

На горизонте замаячил слабый проблеск надежды. Теперь мы рванули не прочь от погони, а в сторону неведомой паучьей армии…

Пожалуй, только в этот момент я позволил себе мысль, что за время моего отсутствия в измерении народа Накхай — в мире, на Земле и в России в частности… Произошел какой-то натуральный кабздец.

И пока не знаю, чем это для меня обернется… Вот сейчас и проверим!

Глава 193

Глава 193

Расстояние между нами и двумя главарями паукообразных сократилось за несколько ударов сердца.

Еще на подлете я на полную выпустил из себя Ледяной иллюзорный туман, чтобы замаскировать наши с Альфиной фигуры. Морозная взвесь хлынула из крыльев, заполняя пространство на сотни метров вокруг. Туман был плотным и насыщенным моей ци. Обычный глаз не сможет видеть сквозь эту технику, но самое главное — он сбивал духовное восприятие, перемешивая ауры и создавая десятки фантомных отпечатков на мой вкус.

Там, где только что были двое беглецов, теперь мерцала целая толпа схожих силуэтов, разбегающихся во все стороны в тумане, как отражения в разбитом зеркале. Низкоуровневый практик и вовсе увидел бы лишь как на чудовищ наползает холодная мгла.

Что дозволено Юпитеру, то не позволено быку… Авилхейн и капитан гвардии не успели среагировать, и лишь чуть на ходу замедлились, влетая в мою технику-область с противоположной стороны. Более того, туман по моей воли вокруг них наоборот — расступался…

Что-то осознавать они наверняка начали с заметным запозданием… Примерно в тот момент, когда перед ними возникли враги, перебирая лапами прямо по воздуху.

Двое генералов арахнидов!

…Пожалуй, не сильно ошибусь, если назову их именно «генералами» и именно «арахнидами».

…Мускулистые человекоподобные торсы вырастали из огромных паукообразных тел, метра четыре в высоту, не меньше. Шесть конечностей — две пары паучьих лап плюс две островидные руки, которые поблескивали жестким хитином, у одного — цвета запекшейся крови, у другого — грязно-фиолетовым отливом. На получеловеческих-полупаучьих мордах пылал звериный голод, а в глазах пульсировал расчетливый, хищный интеллект. Для обычных «главарей» — слишком уж большая армия за ними шла… И кстати, в копилку об и чужеродности: на земле пауки вообще-то имели четыре пары конечностей!

— К-тр-тр-ктр!

Генералы арахнидов что-то едко прострекотали на гортанном языке, который напоминал треск веток под сапогами, — и тут же бросились в атаку.

Не знаю, у кого высокомерия больше — у этих арахнидов или у призраков, но… Авилхейн даже не замедлился!

Тупо переключил свой гнев с нас на них.

…Мелькнули, ослепляя, высокоранговые дальнобойные техники, а затем в ход пошли и техники ближнего боя. Началась возня на расстояния удара меча.

Вскоре вокруг места стычки воздух загустел от мельтешения хитиновых тел. Десятки арахнидов помельче стягивались к схватке со всех сторон, как муравьи на две капли меда с «экзаплазменной начинкой» — уж пусть простит Авилхейн и капитан гвардии за такое сравнение.

В воздух на помощь своим взлетели сотни паукообразных. Целая армия. Их гортанные трескучие кличи слились в один пульсирующий скрежет, и в этом шуме я «расслышал» главное — инстинкт. Роевой инстинкт. Подавляющая часть действовала именно на нем, отчего я незаметно выдохнул, скрываясь в тумане неподалеку.

Низкоуровневые арахниды не анализировали ситуацию. Они видели добычу и атаковали — либо сами, либо по приказу более высокоранговых сородичей. Никто из них даже не взглянул в сторону той части ледяного тумана, где прятались мы с Альфиной. Лишь несколько особей какое-то время преследовали наши туманные образы, но сразу теряли к ним интерес, как только они развоплощались. Иллюзорные покровы работали безупречно. Для существ, которые не слишком умны и полагаются на грубую силу, я мог становиться сродни невидимке и мог в любой момент отвлечь их внимание.

Позвав Альфину, я начал снижаться вниз, к кронам деревьев, стараясь не создавать воздушные, духовные и иные колебания. Тем не менее, моя скорость все равно была приличной. Уши заложило от перепада давления, отчего даже весьма громкая воздушная битва теперь казалась дальше, чем на самом деле.

Лес возник стремительно: темно-зеленое море елей и сосен, разбавленное проплешинами редких болот. Мы заскользили поверх сумрачного вечернего леса. Если и оставляли за собой едва видимый туманный или энергетический след — то он в любом случае рассеется, не пройдет и пары минут.

Коснувшись земли, ощутил под босыми ногами влажную мшистую подстилку. Возникло немного иррациональное чувство: вот я и почти дома.

Не теряя времени, мы полностью подавили всплески духовной энергии в теле и спрятались под прикрытием вековых стволов, перемещаясь от одного к другому. Похоже, бывают ситуации, когда полезно прикинуться обычным человеком…

…А вокруг — тишина. Лишь собственное едва различимое дыхание и хруст шагов по оживленному лесу. Не все арахниды умели летать… Но мы находились от «сухопутных» на приличном расстоянии.

Отдалено, где-то высоко над головой, все еще слышалось эхо многоголосого паучьего рева — да и тот уже сходил на нет — сверху неподалеку постоянно падали разрубленные хитиновые тела.

Неужто отец Альфины и капитан побеждают? Находясь в таком меньшинстве? Ну, молодцы-молодцы… Скатертью дорожка. Мне их победы и поражения до лампочки. Я только за, если они одно место порвут от натуги…

С такими нехорошими мыслями покосился налево за соседний ствол дерева, туда, где по моим прикидкам находилась призрачная дева. Но даже под «расслабленным» Пси-взглядом ее я там не видел. Пустота. Никого. Ни силуэта. Ни мерцания. Только если «сильно» напрячь зрение: легкое колебание воздуха, как над сильно нагретым асфальтом.

— Как у тебя все просто, прямо царь во дворца… — цокнул я, чувствуя, как внутри колышется нечто среднее между легкой завистью и восхищением. — Бац — и стала невидимой!

Из пустоты по левое плечо донесся легкий девичий смешок.

Ба-бах!

А сверху вновь громыхнуло от последствий применения высокоэнергетических техник.

Я вскинул голову, прислушался, и мы попятились вглубь леса в противоположную сторону. Тихонько преодолевая одну из прогалин — не удержался и осторожно блеснул Пси-взглядом вверх и чуть назад.

Увиденное в полукилометре над лесом заставило меня замереть на долю секунды.

…Один из генералов арахнидов рванул из слепой зоны к Авилхейну с такой скоростью, что воздух вокруг него схлопнулся в белый конус. С запозданием пришел хлопок, будто пролетел сверхзвуковой истребитель. Мгновением позже — «рука» арахнида, напоминающая саблеобразную конечность из хитина, заточенную до бритвенной остроты, — сверкнула от переполнявшей ее темной энергией и пронзила призрачному королю плечо, несмотря на выставленный им защитный барьер. Вспышка. Треск разрываемого призрачного тела, резко ставшего материальным, — и рука Авилхейна отлетает в сторону, будто сделанная из плоти, вращаясь в воздухе, разбрызгивая кровь, похожую на серебристо-зеленую ртуть, что переливалась в сумерках, как жидкий жемчуг.

Но Авилхейн не моргнул и даже не вскрикнул от боли. Лишь жестоко ухмыльнулся. И в ответ ринулся в такой беспощадный обмен ударами, что я даже невольно уважительно покачал головой…

В какой-то момент призрачный меч возник за спиной у арахнида будто из ниоткуда. Длинное, вытянутое лезвие, сотканное из белого пламени, рассекло генерала надвое!

Ровно посередине, от темени до брюха, так, что обе половинки мигом позже разошлись в стороны, как створки ворот. Следом король молниеносно притянул меч к себе и вогнал прямо в «раскрытое» пополам тело, выпуская ледяное призрачное пламя.

Внутренности арахнида вспыхнули белым, две половинки забились в агонии, и осыпались пеплом, сгорая прямо в воздухе.

Авилхейн сделал взмах рукой и из останков притянул к себе… ядро. И задумчиво уставился на него.

Как и я. Как и я.

…Голубоватое, пульсирующее, размером с кулак. Оно светилось изнутри мягким, переливчатым сиянием. О, узнаваемая духовно-магическая структура.

Отдаленно, на первый взгляд, ядро арахнида напоминало нечто среднее между ядром духовных зверей и ядром извергов, с которыми я имел дело не единожды. Но чем-то принципиально и отличалось от них… Жаль, что с такого расстояния разглядеть сложно.

Одно я досконально осознал сразу: где ядро — там и рост силы. Развитие. А развитие в современном мире — это наше все. Без этого ты быстро окажешься позади. Не пройдет и полугода. Как и показывают эти паучьи гады, как черти вылезшие из табакерки… Не говоря уже о целой призрачной расе, врагом предводителя которой я успел невольно стать.

Издалека мысленно облизываясь в сторону ядра, я не забывал тихонечко, в темпе, с расстановочкой, отступать со своей спутницей поглубже в лес. Даже в сторону Авилхейна и ядра я ранее смотрел не прямо, чтоб, не дай дао, король почувствовал направленный на него взгляд, а «затылком» — то бишь гранью своего духовного восприятия.

Тем временем второй генерал, увидев ужасающую смерть собрата, издал вопль такой силы, что у обычного человека, наверное, заложило бы уши и на куда большем расстоянии между нами. Вокруг арахнида заклубилась фиолетовая энергия, густая, как сироп, и пропитанная такой плотной яростью, что воздух затрещал от переизбытка энергетических флуктуаций.

Более низкоранговые арахниды тут же подхватили этот рев. Сотни глоток исторгли единый трескучий вой, и армия летучих паукообразных бросилась на короля в самозабвенном неистовстве. Никакой тактики. Только злоба. Только жажда разорвать… Чистое самоубийство!

И мне внезапно подумалось: интересно, а осознавали ли они, что сейчас их бросали на убой? Или они сами инстинктивно бросились?

Могучего короля Авилхейна не смыло этим ревущим потоком только потому, что с фланга его прикрывал усатый капитан гвардии, как тень следующий за ним. Он-то на миг и остановил почти бесконечную орду хлынувших тварей — рапира призрака замелькала так быстро, что оставляла после себя остаточные образы, будто капитан держал сразу сотню рапир. Великолепное владение оружием.

Практик сферы Ци, наверное, не увидел бы ни одного взмаха, думая, что рука призрака застыла, не двигаясь с места.

Поток тварей самопроизвольно по касательной начал замертво падать вниз.

Что за опасный и скоростной противник… «Затылком» я даже не успевал отследить траекторию его ударов и сам «видел» лишь остаточные энергетические волны, приходящие заметно позднее самого выпада. При этом, что самое удивительное, с каждым движением, капитану все же приходилось отступать; шаг за шагом его теснила ревущая орда, бравшая огромным количеством!

В то же самое время Авилхейн отбил беспощадный натиск второго генерала арахнидов и отбросил его на сотни метров от себя. У монарха возникло время на передышку. Ею он сразу же и воспользовался. Охватил духовным взглядом огромную область пространства, сканируя, возможно, каждый дюйм окружающего неба и земли, включая то место, где мы приземлились буквально полминуты назад.

Нас он так и не нашел: туманный след уже рассеялся, поглощенный лесной сыростью.

Король скривился и выдохнул холодный воздух сквозь зубы. Причем с таким недовольным выражением лица, будто ранее глотнул целую стопку уксуса; его громоподобный голос ударил на многие километры вокруг, сотрясая верхушки деревьев подобно невидимому молоту:

— Мальчик! Я вижу, ты отлично спрятал голову в песок. Но я знаю. Знаю, ты меня слышишь… — зловеще прошипел он. — От своих слов я не отказываюсь. Не вернешь дочь — пеняй на себя. Целым далеко не уйдешь. Нигде не спрячешься!

После чего он резко смягчил тон и обратился уже к своей «непутевой» дочурке.

— Альфина! Будь хорошей девочкой… Не гневь своего старика!

И замолк, ожидая нашего ответа.

Глава 194

Глава 194

Разумеется, ответа он не получил. Ага, пусть держит карман шире… Отмерев, буднично продолжили двигаться сквозь лес уже в десятке километров от места схватки. Саму Альфину я по-прежнему не видел, но чувствовал, как она неслышно летит-скользит рядом; и как ухмыльнулась в темноту после слов о «хорошей девочке».

Не добившись никакого результата, Авилхейн злобно еще что-то рявкнул, после чего, под натиском паучье орды, он и капитан резко решили стать невидимыми. По крайней мере — для обычного зрения. Призрачный покров окутал обоих; их фигуры слились с сумерками… Но я чувствовал: это не остановит второго генерала арахнидов. Он едва ли слабее короля по рангу развития, а значит, в отличие от своих менее разумных сородичей, видел их почти так же ясно, как днем. Даже я сейчас: хоть сами фигуры призраков не мог разглядеть, но и на таком расстоянии примерно ощущал, где они находятся… И куда двигаются.

А двигались они обратно, восвояси. К своей Призрачной обители. Причем ранее король не забыл притянуть к себе обрубок собственной руки…

Главарь арахнидов начал преследование.

Все поменялось местами — теперь король и капитан гвардии приняли роль беглецов. Бумеранг вернулся? Теперь будут знать, как слабых щемить!

Но если серьезно, оно и понятно: не знаю, сколько король израсходовал энергии на убийство первого генерала арахнидов, но точно не мало. Навскидку — более половины своего резерва. Плюс досадное ранение. Еще один такой бой и их вместе с капитаном можно будет брать тепленькими. Да и кто знает, сколько еще этих высокоуровневых тварей в округе? Причина драпания ясна как божий день.

…Вся паучья армия — а это, на минутку, несколько тысяч тварей, включая парочку арахнидов моего ранга Духа, — перестроилась и клином полетела вслед за своим генералом, уходя за горизонт по пятам за призрачным королем и его одиночным эскортом. Знай Авилхейн заранее, что такое случится, явно взял бы себе в свиту кого побольше…

Я проводил две разные по численности группы слегка насмешливым взглядом. Арахниды всех мастей и мазей — от мелких, с собачку, до громадных, ростом с лошадь и более, — пронеслись сквозь небо сплошным хитиновым потоком; земля под нами затряслась от топота сотен лап помельче.

Запоздало, но вспомнил об Амулете сокрытия личины… ну, лучше поздно чем никогда, — спасибо одному демоническому отродью с забавным именем Битум. Активировал его. Духовный артефакт приятно захолодил кожу на груди, после чего мой облик изменился на ничем не примечательного путника в зеленом плаще.

Лес сомкнулся за нами. Вскоре мы перестали ощущать кого-либо вокруг. Одна мыслишка пересилила, и я изменил направление движения подобно преступнику, стремящемуся вернуться на «место преступления».

Ветрило стояло знатное. Сосны зашумели, заглушая звуки где-то далеко вновь разразившейся воздушной битвы. Похоже, королю-таки наконец удалось вызвать подкрепление…

Вообще, если так порассуждать: промедли Авилхейн еще немного — и они с капитаном имели все шансы попасть в окружение, где их банально задавили бы числом и без еще одного арахнида их уровня. Закидали мясом, как каких-то дворовых собак. Приятная мысль… И одной отрубленной рукой, которая наверняка отрастет за пару дней, он бы точно не отделался!

Уделил я внимание и другой стороне.

Несмотря на прямолинейность атак — никакого тактического изыска — под предводительством более старших сородичей арахниды наседали вполне грамотно. Брали массой, животной яростью, и полным пренебрежением к собственным жизням. Этакая тактика муравьев против богомола: дорого, кроваво, но в перспективе смертельно для одиночки, каким бы сильным тот ни был в пределах фазы. Запасы энергии всегда ограничены — в бою против равного противника расход идет мама не горюй… — невольно скривился, представив себя на месте Авилхейна.

Да и не такими тупыми оказались высокоранговые арахниды, как я думал изначально. Второй генерал сознательно координировал атаки, бросая вперед низших тварей, чтобы измотать короля и капитана, и сам на рожон не лез. Расчетливый хищник… командир, готовый жертвовать своими последователями и даже равным себе. В плане тактики — опасный противник, с какой стороны ни посмотри. Обязательно учту этот момент. Мудрый учится на чужих ошибках.

— В итоге отрубили кое-что именно тебе, старик… — с довольным урчанием в душе закончил я свои измышлизмы и расплылся в злорадной усмешке.

…Тут же получил невидимый удар локотком под бок.

Альфина на миг проявилась, показывая хмурое лицо со слегка голубоватой кожей, сведенные вместе бровки и воинственно выступившие скулы. Белые зрачки сузились до булавочной иголки… Осуждает.

Еще бы — все-таки речь об ее отце…

Наверное, побывав в плену в Призрачной обители, дважды на краю смерти, — трижды, если считать успешную попытку побега, — характер у меня все же немного испортился?

Сделаю вид, что мне стало немного неловко.

— Кхем… — кашлянул я, поправляя воротник «невидимой» рубашки. — Я хотел сказать, это карма. Мгновенная карма, Альфи, понимаешь, о чем я?

— Карма? — просмаковала она и уставилась на меня своим призрачным немигающим взглядом; в нем читалось искреннее непонимание напополам с любопытством.

— Причинное возмездие, — подобрал я более доходчивое словосочетание и неопределенно помахал рукой, более не став умничать. — Потом расскажу.

Взял призрачную деву за руку — прохладную, теперь вполне материальную — и повел в нужную мне сторону, почти противоположную сторону той, куда скрылись король и капитан гвардии с преследующей их армией... Но не совсем.

— Не знаешь, что это за твари такие и откуда они вообще взялись? — спросил я на ходу, не оборачиваясь и быстро пролетая меж деревьями.

Невеселые мысли крутились в голове, как шестеренки в перегруженном механизме. Как там Елена? Вайю? Остальные? Не пала ли столица под натиском этой паучьей чертовщины? Не удивлюсь, не удивлюсь… Уж слишком силы неравны. Хотя… Ядерку все же сбрасывать со счетом не стоит. А списывать — и подавно.

— Без понятия… Сама их в первый раз вижу, — Альфина задумчиво покачала головой и нахмурилась. — Кажется, в нашей библиотеке что-то было о схожих созданиях… но как они попали сюда, на Землю… Хм-м… Вопрос на миллион.

Она замолчала. Я прямо почувствовал, как заскрипели извилины в ее не самом обычном девичьем мозгу. Даром, что призрачном. Пожалуй, касаемо всяких загадок — она была такая же въедливая, как и я, и из всех женщин, кого я знаю, общим интеллектом уступала разве что Тиан. Но Тиан и я местами, наверное, проигрывал, особенно что касается памяти на всякие штучки-дрючки, так что тут ничего зазорного.

— Может, их телепортом, из какого-нибудь измерения… подобного вашему? — сделал первое пришедшее в голову предположение я.

— Может быть, — пожала плечами призрачная дева. — Или, может…

…Озвучили мы еще несколько равнозначных версий, после чего я поморщился, завершая тему:

— Да уж… чтоб их! Скрестили ежа с гадюкой, — и тут же поправил себя, брезгливо представив картинку во всех подробностях. — Точнее паука с…

Скривился еще сильнее. Воображение — штука безжалостная, особенно когда начинаешь размышлять о происхождении полулюдей-полупауков. Паучья матка и какой-то гуманоид… Может и дальний предок человека. Бр-р.

В чистую магию, порождающую такое «из ничего», я не верил категорически. Даже с приходом Энергии Всего Сущего на Землю — она не стала сказочным местом, где что-то происходит из ниоткуда; почти все имело свое объяснение, пускай и выходящее далеко за рамки современной науки. О ее «современном» состоянии, кстати, в России и мире теперь могу только догадываться. И скептически морщить нос. Я и до всей этой истории морщил нос — что уж говорить сейчас…

С такими мыслями я как раз достиг того места, где призрачный капитан прикрывал спину своему монарху. Вернее — кромсал все, что подлетало, шевелилось и подавало признаки жизни. Земля здесь была усеяна трупами и частями тел; кроны деревьев изуродованы призрачным пламенем, напоминая «застывшие» пепельные очертания, будто ветки и листья сначала изжарили, а потом придали форму с помощью ледяного элемента; сам воздух до сих пор дрожал от остаточных эманаций. Сосны, которым было лет по двести, лежали изрубленной грудой, переломанные, словно через лес прошелся гигантский рубящий все и вся ураган. Капитан гвардии явно не экономил на призрачно-огненных слэшах.

Местами языки призрачного пламени еще догорали на хитиновых панцирях и конечностях, потрескивая, шипя и испуская едкий, химический запах, с примесью чего-то лишь отдаленно напоминавшего жженую плоть.

Арахниды громоздились целыми кучами. Десятки. Сотни. Вспоротые брюха, отсеченные конечности, расколотые головогруди с застывшими выражениями злобы на уродливых, отдаленно напоминающих человеческие, лицах. У одного из них — того, что покрупнее, — из груди торчала проекция призрачного клинка, до сих пор не истлевшая в воздухе… Впечатляет. Сколько же капитан «засадил» энергии в этот дальнобойный разрез, что он до сих пор не развеялся? На половину моего резерва энергии потянет?

Недолго думая, я присел рядом с трупами и ментально закопался в каждом из них. Не успел я разочарованно что-то пробухтеть, поскольку ни в одном из них по какой-то пока неведомой для меня причине я не находил то, что искал, как в очередных останках неожиданно кое-что обнаружил: телепатические пальцы скользнули по еще теплому хитину и наконец наткнулись на твердый предмет… С довольным видом я выудил из останков ядро арахнида второй ступени Духа!

Наконец и на моей поляне праздник. Почувствовав, сколько в нем заключено энергии — ладонь аж заломило от «тяжести», я не удержался и присвистнул. Плотное, сконцентрированное, ядро пульсировало в руке, как крохотное сердце яйцеобразной формы. Такое за один присест не поглотишь. Невольно прикинул: если грамотно распределить силы — дня на два непрерывной культивации хватит. Или на один рывок до пика текущей подстадии. А если таких набрать с десяток…

С горящими глазами я на дистанции обшарил еще несколько порубленных на куски трупов арахнидов. Увы: либо ядер у них не было вовсе, скажем, по причине низкоранговости, либо они были уничтожены в ходе безжалостных атак… гадкого усатого капитана. Его усы на итальянский манер над верхней губой теперь казались мне верхом уродливости. Такую подлость в будущем я точно не собираюсь ему прощать. При случае верну должок… — еще долгое время я в шутку мысленно мстил ему и мстил, разочарованно вздыхая. Ведь буквально четыре таких ядра второго ранга — и третья ступень Духа была бы не за горами…

…Хитин мелких особей и вовсе крошился под пальцами, как яичная скорлупа. Там все уже «съело» призрачное пламя, довершая начатое взмахами призрачного меча, что проходили сквозь них, не встречая сопротивления, и вместе с плотью рассекая все полезное, что попадалось на пути... Включая потенциальные трофеи. Вот же усатый транжира!

Тут мозговитым алхимиком быть не надо, чтобы понять, что тела высокоранговых арахнидов сплошняком состояли из ценных алхимических частей и реагентов. Вера Александровна, бабушка Вайю, как алхимик семьи Вахрамеевых, наверняка бы обрадовалась такому «подарку», если с наплывом арахнидом она осталась до сих пор жива. Но чего нет — того нет…

Рассуждения выше навели меня на более прикладную мысль. Я прокрутил в голове картину боя — ту, что успел лицезреть непосредственно пси-взглядом, пока мы отступали. Капитан ведь рассекал арахнидов не обычным образом. Его клинок странно мерцал, будто… будто проходил сквозь материю, совершенно не задерживаясь на твердой хитиновой основе… Да и Авилхейн, когда располовинил генерала, тоже не встретил особого сопротивления на вид мощной темной костяной брони у своего противника.

Их атаки… они резали не столько плоть, а нечто более тонкое. Саму… структуру жизни? Или духовную основу? — я аж закивал своим догадкам, искоса взглянув на призрачную девушку, тоже поспешно обыскивающую в сторонке тела.

Выходит, призрачная раса могла не только становиться невидимыми и нематериальными, весьма вероятно, они могли напрямую атаковать энергетические ядра, узлы и меридианы противников, минуя защиту из плоти, снаряжения или костяного хитина!

Немезида. Идеальное оружие против «тяжелых танков» вроде арахнидов. Неудивительно, что король с капитаном продержались так долго против аж целой армии. В своих атаках они не имели преграды в виде физической брони. Или точнее — брони на физической основе.

Я еще долгое время расширял эту концепцию, мотая на ус возможные слабые места стиля боя этой невероятно могущественной расы. Вспомнил я и про свою догадку насчет их возможного происхождения… Секрет, который они могли оберегать как зеницу ока. Пуще всякого сокровища. Их слабое место. Их «иголка в яйце». Ведь в таком случае: стоит удачно попасть или схватить — и…

***

Позже, когда мы уже летели над серо-зеленым морем тайги, простиравшимся до самого горизонта, Альфина будничным тоном заговорила, прерывая мои весьма непростые наблюдения:

—…Прости, Иньдуан, я так и не припомнила этой расы, но отец в детстве рассказывал, что на Земле существует еще как минимум несколько субизмерений… Столь же протяженных как наша Обитель.

Я сделал вид, что это новая для меня информация. Поднял бровь, изобразив легкое удивление.

— Да?

— Угу… — Альфина скользнула чуть ближе, наши плечи почти соприкоснулись. Ветер затрепал ее белые волосы, делавшиеся то материальными, то бестелесными. — Ранее мы успели поймать и допросить многих местных практиков и… пришлых. Причем далеко за пределами своего измерения. А также расспросить о вашем мире, Иньдуан. И по всему выходит, что как минимум еще одно ближайшее крупное субизмерение находится в Китае — либо у горы Лушань, либо чуть дальше. Другое — где-то в глухих джунглях Индии. Сведений о других измерениях у нас нет. И вряд ли появятся в ближайшее время. Разве что кто-то из тамошних существ решит посетить нашу скромную обитель…

— Не то слово скромную… — мрачно усмехнулся я и кивнул, размышляя.

Китай. Гора Лушань. Индия. Дремучие джунгли. Для меня далеко не секрет, что Зоны изначально располагались у «сильных» природных мест и на относительно непроходимых территориях. Не знаю, с чем это связано и можно только предположить, почему люди за все эти бесчисленные года в тех медвежьих углах так и не поселились, — деревеньки на сотню другую жителей не в счет.

Одно можно сказать точно: пока я «прохлаждался» в Вечной обители, мир не стоял на месте. И наверняка еще много открытий чудных мне предстоит увидеть и даже пощупать, — мысленно погладил я ядро арахнида в своем пространственном кулоне.

Кто еще «пробудился», помимо крылатого племени Урсу, народа Накхай и полчищ арахнидов? Какова их расовая принадлежность? Насколько они сильны? И самое главное — как заманить их на свою сторону или по крайней мере — на условно нейтральную?

С сородичами Адонеллы я уже смог договориться и даже подружился. Сородичи Альфины тоже кажутся договороспособными, с ма-аленькими такими оговорками. И пока только, если в шутку сказать, «хитиновые последователи богини Ллос» выглядят как те, кто не любят говорить, а сразу рубят с плеча и… жрут твои потроха.

Я почесал подбородок, но спросил другое.

— И все же… а сколько их всего, как ты думаешь? Я имею в виду — измерений с целыми… внеземными расами?

Глава 195

Глава 195

— Сложно сказать… — Альфина на мгновение зависла в воздухе, замедлившись. — Изначально их ведь могло быть много, это длинная история, множество теорий их возникновения… Но вот скольким из них удалось дожить до наших дней? Суметь сохранить себя в условиях мира без духовной энергии? Как это сделали старейшины моего народа Накхай…

Она помедлила на последней части предложения, будто сболтнула лишнего. Я сделал вид, что не заметил.

— Надеюсь, расскажешь как-нибудь эту длинную историю? — расслабленным голосом предложил я и хмыкнул. — Люблю, знаешь ли, длинные истории… кхм, на тысячи глав. Очень уж мне любопытно, что вы здесь все забыли, в нашем человеческом мире, и нахрена вообще приперлись на Землю тысячи и тысячи лет назад…

Причем, похоже, не одновременно. В разные эпохи и времена.

— Обязательно. Как-нибудь… — Альфина слегка улыбнулась, но взгляд ее по-прежнему оставался сосредоточенным и изучающим. Она как бы невербально давала понять: тайну эту и все что касается моего народа — я так просто не выдам. — Причины были. И их много, поверь мне на слово, Иньдуан.

— Верю. Чего бы не верить… Может, хотя бы одну назовешь для начала, о, моя принцесса?

Я слегка потянулся и игриво протянул руку, пытаясь приобнять ее за талию, но пальцы сомкнулись на пустоте. Альфина ускользнула — в миг применив свою бестелесность.

— Хватит подлизываться… — фыркнула она без тени снисхождения или обиды и многозначительным тоном кое-что все же раскрыла. — Достаточно сказать, о, мой фаворит, что изменения на Земле сейчас, в эту эпоху, были предсказаны за тысячи световых лет отсюда… Еще более бесчисленное число лет назад. Многое может выглядеть случайно… Но в случае с Планетой-колыбелью никакая случайность не случайна. Помяни мои слова, Иньдуан.

— Планета-колыбель? — повторил я вслух, смакуя.

Слова упали в сознание, как камень в воду. Круги расходились, задевая все новые и новые пласты догадок. Колыбель. Похоже, намеки Тиан имели под собой правдивую основу, а не фантазии на ровном месте… Только что я подтвердил это из независимого и никак не связанного с ней источника. Конечно, существует вероятность, что их общий «источник» мог заблуждаться, но что-то у меня большие сомнения. Выходит, Земля — в самом деле не просто какая-то серо-бело-голубая точка на краю галактики, которой «повезло» стать магнитом притяжения для самой «развитой» ее части.

Источник притяжения… Источник зарождения. Наследие древних могущественных созданий… а может и целых цивилизаций. Гадать можно бесконечно. Вот только, как и у людей, «наследство» это сильно ограничено и, как водится, делить его мирным путем никто не собирался.

Если Альфина права, и все «предсказано», кто же тогда все предсказал? Каков его уровень развития? И главное — «предсказал» ли он или «знал», каким-то образом «выяснил» заранее?

Я так глубоко ушел в свои мысли, что чуть не пропустил странное ощущение. Пространственный кулон на груди нагрелся. Не сильно, едва заметно, но я это почувствовал; как будто к коже приложили монету, пролежавшую пару минут на солнце. Я остановился прямо в воздухе и на мгновение завис.

— Что такое? — Альфина обернулась.

Я не ответил. Сфокусировал свое внимание на кулоне, просканировал по всем слоям восприятия. Подозрения к самому артефакту сразу отмел… Подарок от Урсу, лично от главы племени Белоса. Старое, надежное хранилище, без «сюрпризов» с вложенными чарами и карманными измерениями — тщательно проверил это еще, когда прорвался на фазу Духа.

В кулоне лежало все необходимое: самое современное ручное оружие, точнее те образцы, которые я смог достать благодаря семье Вайю; еда, амулеты, простенькие артефакты, сушеные травы, алхимические запасники, остатки духовных камней и даже деньги старого мира — рубли, доллары, евро, которыми сейчас разве что попу подтирать можно или топить костер…

Последовательно я проверил каждый предмет, который даже в теории мог испустить колебание, заставившее на миг нагреться довольно редкий и сложнейший тип артефакта. Ничего более не пульсировало. Ничего не излучало тепла. Все вещи оставались на своих местах, как и положено, — в точности, как я их и оставил.

Лишних «пассажиров» или предметов не появилось. Хотя мелькнула мысль, что Авилхейн или его последователи могли подкинуть мне в кулон своего рода «маячок»… Но еще находясь в Призрачной обители, выйдя из состояния полубеспамятства после прохождения Клети Духа, я лично несколько раз прошерстил все свои вещи и ничего нового или подозрительного не обнаружил. Все так же, как и сейчас.

…Тогда откуда был чертов нагрев?!

Списать на то, что мне показалось, на моем уровне развития я уж никак не мог!

Ситуация одновременно настораживала и забавляла, особенно когда на ум пришло неожиданное сравнение с переполненным автобусом и закрытыми форточками… Тут явно «что-то» гнусное произошло, но непонятно откуда. «Виновник» сливался с толпой!

…Преступная вещь сидела посреди других вещей и больше не отсвечивала.

Я снял кулон, подержал его в ладони и даже подбросил пару раз. Что мы имеем? Неизвестный металл, предположительно с примесью серебра, из которого сделан кулон, остыл почти сразу. Никаких следов внешнего воздействия. Никаких остаточных эманаций. Просто тепло, которое нагрело артефакт изнутри. Без причины, необъяснимо… Может, короткой горячей вспышкой духовной энергии?

Без причины ли?..

Я нахмурился и покачал головой, еще раз выведя ментально топором в своем сознании: артефакты такого уровня не нагреваются сами по себе.

Зарубку сделал. Хотя, конечно, можно все списать на «неполадки» в самом кулоне или даже на собственную усталость... Долгий день, погоня, схватка двоих призраков против армии арахнидов, все дела; обещание короля мне кое-что отрезать. Нервы… Может и правда нервишки шалят? — я аж мрачно усмехнулся, как бы пытаясь себя в этом убедить. Перегрузка духовного восприятия. Случайная аномалия организма, перегретого ци и адреналином. Простая случайность…

Случайность?

Последнее слово застряло в голове, как заноза в заднице. И выковырнуть ее теперь было совсем непросто…

Фраза Альфины про «случайность» — точнее, про то, что никакая случайность «на Земле» не случайна, — тут же всплыли в памяти, не успев погрузиться куда-то глубже. Невольно я сжал кулон покрепче и пообещал себе провести еще более дотошную проверку позднее, а пока больше не вешать его на шею и держать в кармане, подальше от жизненно важных органов.

Моя подруга-паранойя снова вернулась, и не скажу, что я не рад ее видеть… Ведь она уже не раз меня спасала.

***

Несколько дней спустя.

Четвертый день пути начинался так же, как и предыдущие три: с серого рассвета, обволакивающего лесные угодья. Лето подходило к концу, но погода давно стояла по-осеннему хмурая.

Небо над центральной Россией висело низкое и тяжелое, будто пропитанное пеплом. По «пешим» человеческим меркам мы двигались довольно быстро, но почти не задействуя внутренней энергии, чтобы нас не смогли отследить ищейки короля.

Альфина летела подле меня — как всегда, то материальная, то призрачная, — для нее это было как дышать. Я то и дело касался ее руки, чтобы обновить Призрачные узы маскировки.

Эта техника родилась почти случайно. Пару дней назад, из чистого любопытства экспериментируя на ходу, я выяснил: призрачная дева могла одним касанием передавать свои свойства не только неодушевленным предметам, но и, при определенных обстоятельствах… Живой материи!

Держа ее за ладонь, я научился сам становиться невидимым, без всяких амулетов, почти без затрат энергии… Правда, в отличие от призрачной девы, бестелесность мне по-прежнему никак не давалась, сам принцип постичь еще куда ни шло, но чтобы применить на себе… Совершенно иной уровень сложности. Недоступный, как горизонт… Но, может, только пока? Может, эта следующая ступень развития техники? Гложило любопытство. Опыты не прекращались… Эта техника стала для меня своего рода «кистевым эспандером» — я занимался ею при любой свободной возможности.

В отличие от Призрачных уз, тот же Амулет сокрытия давал лишь фоновую маскировку и никакой полноценной невидимости. В этой технике я задействовал схожий, но более глубинный механизм… В чем-то они даже дополняли друг друга.

Я уже прикидывал, как можно развить эту технику дальше. Магия иллюзии, преломление света энергией, искажение восприятия у возможного наблюдателя… Если скрестить все это с пониманием призрачной природы Альфины, возможно, скоро и физический контакт не понадобится…

Но пока приходилось держаться за руки. И не скажу, что меня или ее это каким-либо образом тяготило. Сама того не подозревая, принцесса стала для меня живым пособием, которое я изучал в свободные минуты, делая наработки и для совершенно иных техник. На будущее. Далекое или нет — покажет лишь время.

На четвертый день мы миновали Вологду — вернее, то, что от нее осталось. Город встретил нас абсолютной тишиной. Не той, какая бывает ночью в хорошем спальном районе, а другой — глубокой. Гробовой.

Выбитые окна многоэтажек смотрели на нас пустыми глазницами. Ветер раскачивал оборванные провода троллейбусных линий, и те тоскливо скрипели на одной ноте. На тротуаре иногда попадались следы запекшийся крови. Самих тел нигде не было видно. Съели?

У перекрестка, заваленного мешками с песком, пулеметными гильзами и осколками стекла, лежал остов автобуса, проржавевший и покореженный так, будто его сжевали гигантские челюсти.

Я даже остановился и присел, чтобы осмотреть борозды в металле. Глубокие, рваные, с оплавленными краями... Как от хитина, по своим свойствам не уступающего самой прочной стали. Такие следы явно оставила тварь на уровне Духа. Больше никаких сомнений. Арахниды прошли здесь плотной волной, сметая и пожирая все, что попадалось на пути.

На стене уцелевшего магазина кто-то вывел баллончиком: «Люди, живые есть? Мы в подвале почты…» — надпись давнишняя, краска успела облупиться. Не стал искать почту, чтобы выяснить, есть ли там кто до сих пор. Каждый выживает как может. Я не нянька и не спаситель.

…

Дальше по пути мы решили посетить Ярославль. Прямо сопровождаю свою спутницу по Золотому кольцу… Будто апокалипсис нас никак не касается.

Вернее, не сам Ярославль, а Ярославскую агломерацию — россыпь поселков, деревень и городков, через которые мы пролетали почти не задерживаясь.

В одном из сел — название стерлось с таблички, какое-то длинное, на «Щ», — мы увидели свежие человеческие следы. Сарай, присыпанный лапником для маскировки. Внутри — трое: мужчина, женщина и ребенок лет семи. Все — слабые практики, едва-едва перешедшие начальную стадию Ци. Сидят в погребе, навалив сверху мешки с прелой картошкой. Как только я добавил шума в воздухе, они на миг замерли и даже перестали дышать… Хорошая реакция, — одобрительно качнул головой.

Единственное — арахниды все же могут учуять липкий и холодный, как испарина на стенах погреба, страх. Но точно не низкоранговые, так что в целом эта семья действует правильно.

Более не стал их зазря тревожить и даже в качестве компенсации за испуг оставил им пару пистолетов и автомат с цинком бронебойных патронов, все с глушителями. На моем уровне они все равно почти бесполезны. Жаль, но толком так и не успел ими воспользоваться… Быстро перерос.

Пролетая дальше, сделал себе мысленную заметку: те, кто с приходом арахнидов при каждом стороннем звуке высовывались наружу, попросту не дожили до этого момента. Похоже, из обычных людей и низкоуровневых практиков выживали только самые тихие и осторожные. Те, кто умел прятаться и не отсвечивать.

В деревнях и городках издалека я смог разглядеть еще множество таких семей и даже целые общины с патрулями. Народ не полностью вымер. Кому-то повезло: кто-то оказался в нужном месте в нужное время, не на пути волн арахнидов. Кто-то от природы умел быть незаметным. Кто-то приобрел этот навык в ходе духовных и энергетических практик…

Там же, под Ярославлем, я даже «встретил» одного своего давнего знакомого — резко помолодевшего старика с посохом и в диковинной буро-зеленой робе, но теперь похожего не на монаха, как в нашу первую встречу, а скорее — на лесника…

Глава 196

Глава 196

В бытность моего становления полноценным практиком — еще в Тверской зоне — этот старик называл себя Гроссом. В ходе рейда на логово рысей он поступил не очень красиво, но разошлись мы на вполне мирной ноте…

Сейчас Гросс уже достиг пика восьмого уровня Ци — по меркам обычного практика, не связанного с древними кланами, вполне себе достижение, без шуток. Он руководил небольшим поселением культиваторов посреди глухого леса то ли с языческим, то ли со старообрядческим уклоном, душ сто, не больше, от мала до велика.

Понаблюдав за ними пару минут с высоты птичьего полета, я вновь с одобрением кивнул сам себе. Уже в который раз за сегодня. Вот они выжили не случайно. А значит Гросс оказался неплохим старейшиной, жрецом или волхвом, или кто там у язычников.

Тоже решил оставить ему небольшой подарок. Скорее даже — самому поселению: несколько ценных вещичек, которые они при желании найдут уже в самое ближайшее время.

…Подобные жесты доброй воли я воспринимал как очистку своей кармы, этакое меценатство, помощь слабым и малоимущим, но не во вред своему процветанию и только тем, кто этого достоин. Их воля к жизни заслуживала поощрения. Если и не в лице судьбы, то в моем собственном. Я видел в них себя.

Альфина в такие моменты не понимающе на меня глядела, но не спрашивала. И правильно — я ж не ее царские сокровища разбазариваю…

…

На пятый день мы пересекли невидимую границу — что-то вроде линии фронта. Здесь арахниды встречались все чаще. Не отдельные особи, которых я при случае издалека давил телепатической ногой, — а целые отряды.

Один из таких отрядов я увидел на холме, поросшем молодым березняком: три десятка паукообразных тварей размером с крупных собак и теленков, выстроенных клином. Они неспешно двигались на запад. Во главе — особь покрупнее, с высокого человека ростом, с мощными саблевидными конечностями, пика сферы Ци.

Напрягая до предела Пси-взгляд, как бы заглядывая внутрь тел арахнидов, я насчитал четверых с зачатками духовных ядер. Но ни одного с полноценным. Поэтому, подумав, решил все же их не трогать. Зачем зазря привлекать внимание... Да и не выглядели они как боевой отряд, а скорее как… Разведывательный.

С такими лучше не связываться без крайней нужды. Хотя бы потому, что у них могли быть способы перед смертью позвать более старших товарищей. Да и банально кричать они умели.

Прямую схватку с арахнидом уровня третьего или четвертого этапа Духа и его «братишками» я могу и не осилить, придется растрачивать энергию, бежать — и все для чего? Проверить свои силы?

Вот будь у этих разведывательных тварей ядра я бы еще подумал, прикинул бы, нашел место для засады. А так… раз нет «духовной валюты» — идите с миром. Идите лесом, пока я добрый.

…Хитиновая колонна, не замечая нас, прошелестела мимо.

…

На шестой день, уже на северо-восточных подступах к Подмосковью, вдали он Призрачной обители, я предпринял конкретную попытку разузнать, как такое произошло — «как страна докатилась до жизни такой».

Заприметил одинокого путника — плотно сбитого мужика лет сорока, практика пятой стадии Ци, в камуфляже и с автоматическим ружьем на плече. Тот тихо-мирно шел по своим делам, каждые несколько метров прислушиваясь к дневному лесу.

Вскоре ему приспичило по нужде, он отошел в кусты, чтобы облегчиться, и как только расслабился, — тут-то я и появился у него за спиной. Коснулся ментальным щупом его затылка.

Никакого сопротивления оказать он не успел. Слишком уж расслаблено было в этот момент сознание… Мое духовное намерение оказалось в его разуме до того, как он что-либо смог вообще осознать. Если сравнить: я будто прошил пальцем теплый воск, не успевший затвердеть.

Последние воспоминания мужика оказались у меня как на ладони: паника… бегство из Костромы… гибель целого отряда культиваторов… трехметровый арахнид, пробивший грудную клетку его напарника…

Вскоре я добрался до нужных мне «картинок». Мыслей и образов того, как и когда арахниды впервые появились.

…Бежавшие с Урала люди рассказывали всем, будто эти твари с неба свалились. Одни описывали их как черные точки, падающие из облаков где-то далеко на востоке, ближе к Сибири. Другие утверждали, что лично видели космические корабли и как из них высаживается десант из этих паукообразных тварей; что это полноценное инопланетное вторжение…

Насчет последнего и у меня, и у мужика были большие сомнения. Вероятнее всего, они появились либо из субизмерения, либо… откуда-то из-под земли. Уж слишком зрение у них недоразвито для тварей, привыкших к жизни на поверхности. Но даже если забыть про зрение: свою «жизнедеятельность» они предпочитают проводить в основном ночью — разведывательные отряды не в счет. Подозреваю, что где-то существуют их подземные гнезда, где они отсыпаются и спариваются днем, но никаких дыр в земле я еще не видел — либо слишком далеко они «закапываются»…

…

Это все, что Федя знал полезного на эту тему. Более глубоко я не стал копаться, чтобы случайно не повредить нейронные связи. Мозг ведь дело тонкое…

Аккуратно подчистил его память о нашей встрече и двинулся дальше.

К этому моменту он еще даже не успел облегчиться — настолько быстро все произошло. Хоп — и все. Схватился за голову, нахмурился, заозиравшись по сторонам. И глянул вниз — не обронил ли чего.

…

Сибирь, значит… Кусочки мозаики начинали складываться, но картинка пока расплывчатая и совершенно не радовала.

Опасаясь привлечь внимание Авилхейна — вдруг старик до сих пор активно рыщет и посылает ищеек во все стороны, — мы по-прежнему старались не светить энергией. Без крайней нужды — ни одной техники. Только ноги, сила тела, только Призрачные узы, делавшие нас невидимыми тенями даже для кого-то уровня Духа.

…Знакомую укрепленную территорию поместья Вахрамеевых мы достигли на седьмой день. Еще издалека узнал ее с высоты птичьего полета — заминированные огражденные поля, крутой обрыв с восточной стороны, кованая четырехметровая ограда с бойницами, теперь к тому же усиленная бетонными блоками и армейскими «ежами».

Вокруг поместья, в нескольких десятках километрах, в военных городках и деревнях, теперь стало настолько многолюдно, что куда не пальни с высоты — попадешь либо в дом, либо в человека.

Над главным же особняком на территории поместья развевался штандарт семьи — серебряный ястреб, кружащий над алым полем. Не знаю… может, в моду у кланов и семей вошло за последнее время. В прошлый раз штандарта я точно не видел... Окончательно теперь вышли из тени? Вот не удивлюсь, кстати. Непростые времена требуют непростых решений…

По периметру территории — посты с бронетехникой, четыре противоракетные и противовоздушные «махины» на каждую сторону света; сонмы дежуривших практиков с новейшим автоматическим оружием, парочка кружащих беспилотников... Что могу сказать? Вахрамеевы серьезно укрепились и осели — ничего не скажешь, уважаю. Вера Александровна или ее отцы-командиры знали свое дело.

Я просканировал поместье еще на подлете. Старшая глава семьи отсутствовала. А вот младшая, внучка… Анастасия-Вайю была в поместье. Как только я нашел ее Пси-взглядом, то не удержался от радостного удивления. Прорвалась, зараза… Молодчина. Вторая стадия Духа! Неужели она сделала это без всяких «путешествий» по крайне опасным местам? Дома, в постели? Тогда ей можно только позавидовать. Ну, выясним…

Чтобы испытать свою маскировку, я и Альфина незаметно проникли в особняк через восточное крыло — там, где старая вентиляционная шахта выходила на чердак. Действовал я бесшумно, но пришлось повскрывать парочку стен… Ничего, потом вызовет бригаду рабочих и все «вырезанное» ей заделают и отремонтируют. Зато у нее появится опыт проникновения невидимых наемных убийц» в ее жилище. А то, смотрю, после прорыва совсем расслабилась, думает, что нет никого сильнее нее на сотни километров вокруг… ух, вон как расслабленно лежит-полеживает на диване в одном сиреневом бархатном халатике — то ли после бани, то ли душа.

Я вот душ не видел уже хрен знает сколько… Высокоэнергетическим льдом провел по всем местам — и чист как младенец.

Не то чтобы я завидовал младшей главе семьи Вахрамеевых, но руки прямо-таки чесались ее проучить.

Третий этаж…

Альфина держала меня за руку, оба невидимы, два призрака, скользящие по коридорам чужого родового гнезда.

Второй этаж…

Я ориентировался по памяти: например, припомнил кабинет Вайю, сразу за лестницей.

Пара телохранителей, седьмой и восьмой стадии Ци, прошли в двух шагах от нас, но ничего не заметили и ничего не почувствовали… Слишком велика разница между нами. Да и по сравнению с младшей главой они выполняли скорее декоративную функцию и сгодятся разве что против мелкого ворья. И только в том случае, если кто из практиков столь же низкого уровня проникнет в особняк, а хозяйка их не заметит или ей совершенно не будет до них дела. Что на грани фантастики: Вайю определенно почувствует их своим духовным восприятием.

Слева нас встретил коридор и знакомая дверь в обеденный зал. Справа — слегка приоткрытая в гостиную, что выполняла роль совмещенной библиотеки и читального зала; здесь за стульями, креслами и на диванчиках могли поместиться десятки человек совсем не стесняя друг друга.

Едва мы вошли без стука, как из глубины гостиной, там, где к нам спиной на центральном диване сидела темноволосая леди, донесся треск помех из стоящей на невысоком стеклянном столике рации… Или это чудо-устройство размером с саквояж лучше назвать полевой военной радиостанцией?

Сквозь помехи послышались обрывистые фразы.

— …докладывает третий пост, квадрат семь-четыре. Прием. Наблюдаем разведывательный отряд арахнидов. Особей пятнадцать, может, двадцать. Движутся вдоль русла реки. Пытаемся отследить, но они постоянно пропадают из виду… Видимость ограничена густым хвойным лесом. Возможно, они уже знают, что мы их обнаружили…

Вайю взяла рацию, и раздался ее сухой, сосредоточенный голос с командирскими нотками, которые я редко раньше за ней слышал; похоже, поднаторела за последнее время:

— Принято, третий. Без приказа в бой не вступать. Дождаться мобильной группы реагирования, уже выслала. Будут у вас через… — она взглянула на плазменный телевизор размером со стену, висящий в дальнем конце комнаты перед ней; при этом свободной рукой она что-то параллельно набирала на раскрытом рядом с радиостанцией ноутбуке. —...шесть минут. Как слышно? Прием.

— Слышно хорошо. Ожидаем.

— Конец связи.

Щелчок рации. Шорох. Вайю отложила передатчик и откинулась на диване, издав тяжкий протяжный вздох. Как я ее понимаю… Я уже и сам устал, пока наблюдал за ней.

И сколько раз с ней сегодня так связывались? Это ее Вера Александровна за «старшую» оставила или она кого «в связи с плохим самочувствием» подменяет? — невольно улыбнулся, припомнив свою невысказанную колкость насчет возраста старшей главы семьи. Может, младшая как раз ее и подменяет.

Под невидимостью мы застыли позади в нескольких метрах от нее, ближе к стене у распахнутого окна, наблюдая за ее действиями, подобно юным вуайеристам. Даже в ауре призрачной девы появился легкий и оценивающий проблеск интереса. Так девушки, наверное, смотрят на представительниц своего же «класса» — и не важно, касается это внешности, статуса или еще какой надуманной, но важной в их глазах ерунды.

Стянув волосы в пучок на затылке, Вайю встала и прошлась вглубь комнаты. По комнате распространился едва заметный приятный банный аромат. Украдкой от Альфины я на миг сверкнул Пси-взглядом, чтобы по достоинству оценить ее фигуру и все знакомые изгибы. Как сказал бы любой мужчина — ох-ё, это я не зря зашел.

Залюбовался ею без какого-либо грязного оттенка, чисто как на произведение искусства или, лучше сказать, как на дар матери природы, пускай и с пометкой 16+.

Аж нахлынули воспоминания о наших совместных приключениях... Вайю — одна из тех редких женщин, что в пору моей «культиваторской безбашенной юности» добиться я так и не смог. Пускай и эта «юность» случилась всего несколько месяцев назад…

Без шуток, но я столько всего пережил за это время, что для меня по ощущениям прошли целые годы, а прыжок в портал в центре Тверской зоны вместе с этой красоткой, Щуром и Хуаном теперь казалось таким далеким… Пробивает на ностальгию, что уж тут. Пробивает.

Вайю присела за массивный дубовый стол. Он стоял к нам боком, заваленный картами, схемами и прочими бумагами. На столе — несколько армейских раций, лампа и чашка с недопитым кофе или, скорее, аналогичным напитком на его основе, судя по слегка травянистому аромату.

Ее профиль порадовал взгляд не меньше, чем вид со спины. Средней длины волосы обрамляли лицо с едва заметными то ли ближневосточными, то ли средиземноморскими чертами. Высокие скулы, тонкая линия бровей; часть замысловатой татуировки выглядывала из-за волос чуть выше виска. На скуле — свежая белая отметка от недавно зажившего шрама, которого раньше не было. Выражение лица — слегка недовольное, уставшее, но собранное.

В этот момент я поймал на себе вопросительно-подозрительный взгляд Альфины, — и решил, что хватит на сегодня играть в призраков или прикидываться извращенной табуреткой с рентгеновским зрением. Пора поздороваться.

Я обогнул стол, ступая по мраморному полу совершенно бесшумно. В этот момент Вайю что-то усердно записывала в блокнот, склонив голову. Подсматривать — что именно, я не собирался. Все-таки нужно знать меру и тайну личной жизни… Хоть это и могло звучать из моих уст немного лицемерно, но у меня были свои принципы и границы, которые я не собирался переступать просто потому, что мне это в голову взбрело.

Я знал меру, и знал, что такое шалость, а что — низкий поступок по отношению к тем, кто тебе дорог. И чем выше становился мой уровень культивации, тем отчетливее я понимал эту разницу. Наверное, это и есть тот самый пресловутый духовный рост в его самом обыденном значении…

Протянул руку и легонько попытался коснуться плеча своей дао-подруги.

Глава 197

Глава 197

Вайю вздрогнула всем телом и напряглась, будто через нее пропустили разряд тока. Ее сердце заколотилось как бешенное. Стул скрипнул. С тихим шелестом в ее руке появился длинный белый костяной клинок.

Более любопытное произошло вокруг ее тела: воздух схлопнулся в непроходимый барьер… Коснуться ее плеча я так и не смог.

Даже на уровне Ци-конденсации ее пуленепробиваемые защитные ветряные техники впечатляли, что уж говорить сейчас… Правда, у меня возникло странное ощущение насчет этой техники.

…Вайю развернулась на месте, крутанувшись по горизонтальной оси. Костяное лезвие описало широкую дугу, пройдя всего в сантиметре от моего горла. Костяшки побелели на ее руке, сжимающей рукоять.

Я успел отклонить шею назад. Материализовался перед ней, отпуская руку призрачной девы, и тихо произнес:

— Спокойно, моя дорогая подруга. Не бойся, свои.

И обезоруживающе улыбнулся.

— Иньдуан?!

Лицо Вайю вытянулось. На нем отразилась целая гамма всевозможных эмоций: недоверие, шок, гнев, раздражение, облегчение, принятие.

Описав сверхзвуковую дугу, покрытый высокоуровневой энергией ветра клинок замер в воздухе, и рука медленно опустилась...

—...

Девушка выдохнула какое-то беззвучное матерное ругательство сквозь зубы и клинок исчез в ее руке. Она спрятала его в свое пространственное хранилище.

— Смотрю, прибарахлилась, — одобрительно скосил я взгляд на ее кулон, почти идентичный моему, с характерными витиеватыми узорами. Кажется, знаю, у кого она его приобрела.

— Ты-ы… — прикусила губу она то ли от ярости, то ли от радостного волнения, сверкая сердитым взглядом, но осеклась, как только заметила, что я пришел не один.

Рядом со мной возникла призрачная девичья фигура в довольно экстравагантном для нашего времени наряде: белом походном слегка «средневековом», слегка «космическом» одеянии, похожем на смесь платья и облегающего костюма, со своим характерным черным широким защитным ожерельем на шее.

Под техникой маскировки личины, а ею, как выяснилось, обладает почти любой призрак, Альфина выглядела иначе, нежели, когда я увидел ее впервые в ее родном измерении.

…Белокурые, почти белые волосы струились по плечам, кожа бледная до фарфоровой прозрачности, черты лица — тонкие, острые, с тем неуловимым изяществом, что способно выдать нечеловеческую природу даже при полной маскировке облика. Глаза она сделала светло-серыми, но даже в них проскальзывало что-то чуждое — то ли отсутствие зрачкового рефлекса, то ли глубина, в которую не стоило заглядывать слишком долго обычному человеку.

Вайю перевела взгляд с меня на Альфину. Потом снова на меня. Одна ее бровь поползла вверх, другая — пыталась нахмуриться, мол, а это кто. Дальнейшие ее слова «не разочаровали»:

— Еще одну пассию где-то себе отыскал? — спросила она с той особенной интонацией, которая вроде бы шутливая, но на самом деле нет.

Я растянул губы в улыбке. В ней засквозило немного напускного «непонимания», о чем речь.

— Не совсем, — ответил я и кашлянул, взглядом давая понять Вайю, что не стоит развивать эту тему. — Позволь тебе представить. Альфина Полуночная, наследная принцесса Призрачного измерения…. Альфина, это Вайю. В миру — Анастасия Вахрамеева, наследница древнейшей российской семьи и одна из сильнейших практиков страны.

Девушки обменялись чопорными кивками. Вайю оглядела Альфину еще раз — более цепко и профессионально. Теперь наверняка заметила «потустороннюю» бледность и не моргающий взгляд. Призрачная дева до сих пор не переняла эту обычную человеческую привычку. Вероятно, не осталось незамеченным и то, как она стоит — слишком плавно, ровно, без микродвижений, свойственных… живым людям.

— Призрачного измерения? — переспросила Вайю и выжидающе на нас посмотрела.

— Да, — подтвердил я. — Она — не человек. Призрак… Это долгая история. Давай об этом позже.

Вайю молча, но без лишних ужимок кивнула.

Даже если забыть о крылатом племени Урсу, полгода назад «такая» новость вызвала бы как минимум шквал ментальных расспросов, но сейчас — тут, похоже, каждую неделю мир менялся так стремительно, что существование еще одной нечеловеческой расы уже не тянуло на сенсацию. Просто еще один факт в копилку о-дивного нового мира, куда «вторглась» Пра-энергия, у разных народов имеющая сотню альтернативных названий.

— Добро пожаловать в наше скромное поместье, — как радушная хозяйка, но уже более официальным тоном поприветствовала Вайю призрачную гостью и жестом указала на кресла. — Присаживайтесь. В ногах правды нет. Раз уж вы здесь, значит… я так понимаю, новостей у тебя не меньше, чем у меня, Иньдуан?

— Начни ты, — предложил я, усаживаясь; Альфина молча уселась на соседнее кресло, продолжая «сверлить» Вайю изучающим взглядом. — Что за чертовщина тут творится? Арахниды, мать их… — добавил я экспрессии в голос. — Это только у нас так? Или в других странах тоже? Откуда взялись эти твари? Только не рассказывай мне сказки, что с неба свалились, ладно?

Вайю помрачнела. Поманила пальцем и в нашу сторону сдвинулась одна из самых детализированных карт России, которые я видел в жизни. Размер — соответствующий. Даже широкий массивный стол терялся на ее фоне.

На карте я увидел пометки красным и черным маркерами: точки, стрелки, закрашенные зоны. Подмосковье было буквально испещрено ими, как оспой. Восточные рубежи — сплошная красная линия. Москва — черный островок в море пометок.

— Арахниды, — невесело усмехнулась она, собираясь с мыслями. — Очевидно их назвали, не правда ли? Только нам их тут не хватало… Появились около трех месяцев назад. Не поверишь, но почти сразу после твоего и моего ухода из окрестностей Московского региона. Я так полагаю… В тот портал в небе над Архангельской областью ты попасть все-таки успел? — и скосила взгляд на Альфину.

— Верно. К моему великому… счастию, — сделал я ударение на последнюю букву, и обе спутницы прекрасно поняли, что имел в виду я отнюдь не «счастье».

— Я тоже туда рвалась, — вздохнула Вайю. — Но портал захлопнулся почти прямо под моим носом… Видимо, оно и к лучшему. Пришлось резко изменить свои планы. И отправилась тогда я в другую ближайшую аномальную зону… В Коми. Но сейчас не об этом…

— Угу, давай пока завершим с арахнидами.

Я кивнул, слегка удивленно переваривая ее слова. Вот же совпадение. Они там с Адонеллой наперегонки что ли стремились в плен к народу Накхай? Одна в итоге попала, другая — нет… Что сказать: повезло клуше.

—...Сначала к людям вышли единичные и разрозненные группы слабых особей, — продолжила Вайю. — Руководство КПО первые часы думало, что это какой-то особый вид мутировавших пауков, прущих откуда-то из вечной мерзлоты, оттаяли, мол, по аномальной жаре… Но потом пошли волны. Целые армии. Во главе с арахнидами поздних этапов Духа!

— Я так понимаю, ни страна, ни армия, ни люди ваших кланов оказались к этому совершенно не готовы?

— Правильно понимаешь. В ход пошло все, вплоть до малого ядерного и тактического термоядерного оружия, сверхзвука и суборбитальной баллистики… Нам еще повезло.

— Хм?

— Основные волны арахнидов хлынули на юг — в сторону Монголии и Китая, и дальше в теплые края и юго-восточную Азию… Теплолюбивые оказались гады, — фыркнула Вайю. — Там, по словам немногих выживших очевидцев, они сметали города как полчища саранчи… Северный Китай был уполовинен буквально в течение месяца.

На мгновение Вайю прикрыла глаза, как бы молча говоря: мы ничем не могли им помочь, своих бед хватало.

—...Но и нам тоже досталось, Иньдуан. Вся восточная и центральная Сибирь пала за неделю. Миллионы погибших и без вести пропавших.

— Ожидаемо… — вздохнул я.

— Хоть и запоздало, но военные начали бить по эпицентрам распространения и скопления тварей. Как оказалось, в вечной мерзлоте раскрылось что-то вроде огромного разлома… бездны прямо в земле. Туда ударили так, что подземные толчки слышались, наверное, на противоположном конце земного шара… В Антарктиде.

— Шутить про бедных пингвинов не буду, — мрачно пробормотал я.

— И не надо, — столь же кисло скривилась Вайю. — Уже шутили. Заезжено.

Сейчас орды арахнидов растянулись по всей центральной России. Мы держим оборону здесь, — она ткнула пальцем поочередно в восточные, южные и северные подступы к Москве, — вместе с армией Комитета. Бабушку выбрали главой объединенного альянса кланов. Ее нет в поместье уже… половину месяца точно. Она на передовой.

— Вера Александровна достигла фазы Духа, что ли? — удивился я.

— От тебя ничего не скроешь, — довольная собой и своей бабушкой, Вайю прищурилась. — Верно. Она сделала это первой среди лидеров древних кланов и семей. Однако даже так…

— В прямом бою с главарями арахнидов вы им не противники, — покачал головой я.

— Угу… Второй, третий этап Духа. Даже с такими вблизи мы стараемся не иметь дело.

— Ну я бы на вашем месте тоже не стал подпускать их ближе, чем на пушечный выстрел, — протянул я.

Вайю позволила себе короткую усмешку.

— Стараемся… Грех же не использовать наше технологическое преимущество.

— Хм, а вот…

Я задал еще несколько уточняющих вопросов — про численность арахнидов, снабжение, про то, как держится фронт вокруг столицы. Ответы были короткими и неутешительными. Тогда я перешел к более вдохновляющей теме.

— А что там в Коми? Счастливый шанс? — одними глазами улыбнулся я.

Вайю заколебалась, вновь взглянув на Альфину, но я ментально успокоил ее, чтобы она не переживала насчет утечки информации или чего похожего. Болтать она не станет.

…Чуть ранее, на подлете к поместью Вахрамеевых, я взял с Альфины чуть ли не клятвенное обещание, что она ни под каким предлогом не будет вмешиваться в мои дела, а, как и планировала изначально, выступит всего лишь наблюдателем за жизнью людей. Наберется, так сказать, обычного «мирского» и «человеческого» опыта, которого у нее не было с рождения.

Конечно, она может нарушить обещание, как в положительном, так и негативном ключе. Но во втором случае я точно не буду сидеть сложа руки, о чем и предупредил ее. Альфина не обиделась, а даже наоборот — посчитала это вполне «легитимным» требованием. В конце концов, в отличие от Призрачной обители, теперь я «гид» — все ей показываю и рассказываю. И она везде следует за мной. Куда я — туда и она… В случае с призраком, я аж невольно ухмыльнулся своим мыслям: это выглядит не только романтично, но и… слегка жутковато.

— Ладно.

Вайю наконец приняла решение, доверившись мне.

Встав, она извлекла из кулона какой-то легкий небольшой предмет, завернутый в кусок плотного шелка. Положила на стол перед нами и с особым почтением развернула.

Глава 198

Глава 198

В шелке лежало перо. Но совершенно необычное, а уж если посмотреть Пси-взглядом, то и вовсе — невероятное. Я не мог «просветить» его и даже приблизительно понять его свойства. Иными словами, оно казалось плотнее, или как минимум, энергетически насыщеннее, чем пара метров бетона!

Сканирующая энергия уходила словно в бездну. Нечасто мне попадались такие «предметы» и… ровно один сразу же пришел мне на ум!

Но и обычный человек догадался бы, что это весьма диковинное перо. Можно только гадать, какой древней духовной птице или птицезверю оно принадлежало.

…Длинное, чуть больше локтя, с белоснежным, отливающим сталью стержнем и перламутровым опахалом, переливающимся серебристо-голубыми оттенками. От пера веяло ветром — в прямом смысле.

Как только Вайю влила в него немного энергии — воздух вокруг пера едва заметно задрожал, кончики опахала затрепетали, хотя в кабинете не было сквозняка. Откуда-то изнутри него исходила насыщенная циркуляция стихии воздуха — плотная, давящая, многократно усиленная скрытыми свойствами самого артефакта — именно так бы я описал свои ощущения. Даже представления не имею, как такое можно создать или как оно могло возникнуть естественным образом. И опять же — лишь один предмет в моем кулоне до сих пор вызывал у меня схожие чувства…

— Защитный артефакт, — удовлетворенно бросила Вайю, будто прочитав мои мысли. — Нашла его в портале в центре зоны Коми. Наследие предка моей семьи.

— Даже так? Вот это совпадение… Расскажешь? — попросил я, задумчиво разглядывая перо.

Вайю присела на краешек стола, скрестив руки на груди.

— После того как портал над Архангельском схлопнулся, как я уже упомянула, я отправилась на север и посетила Зону Коми… Гиблое место, я тебе скажу, с какой стороны ни посмотри. Непроходимое, болотистое. Даже практики поздних стадий Ци пропадали там чуть ли не каждый день… Однако, как только я вступила в область Зоны, не поверишь, со мной произошло кое-что странное: я вдруг будто «вспомнила» то, чего никогда не знала. Связанное с наследием моего предка… Ты же припоминаешь ее образ, который я тебе передавала?

— Конечно. Танцующая богиня воздуха… Такое не забудешь. Возможно, именно благодаря ей в свое время я смог настолько быстро овладеть собственной ледяной техникой передвижения, — кивнул я, почти не приукрасив.

Вайю явно понравились мои слова. Она кивнула.

—...Рада, что ты об этом не забыл. Так вот, тот же образ позвал меня куда-то в центр аномальной зоны, а затем и в портал, схожий с тем, что был в Тверской зоне.

Не буду описывать свои злоключения на подходе в портал — они, наверное, почти в каждой Зоне одинаковые. Постоянная опасность, угроза предательства, множество конкурентов.

Внутри портала оказалась небольшая область пространства с чем-то вроде монолитного каменного храма в джунглях, растущих прямо посреди облаков. Жуткое местечко.

Вайю аж передернула плечами и замолчала на секунду, а ее пальцы непроизвольно сжались вокруг предплечья — там, где кожа до сих пор казалась чуть темнее остальной, будто обожженная.

—…Испытания не на жизнь, а на смерть, — продолжила она, бегая зрачками и вновь проживая случившееся. — Храм. Три этажа. На первом — воздушный лабиринт. Стены из ураганного огненного ветра, способного резать сталь. Я и еще несколько практиков, в том числе Пришлых, пробивалась сквозь него почти сутки.

Второй этаж. Воздушные тени в броне из камня. Выглядели как древние многорукие существа. Пытались убить все, что двигалось и подавало признаки жизни… Помнишь, ты рассказывал, что с тобой произошло на Алтае в Долине Падшего Духа? Вот, схожие големы, но эти еще и разговаривали на неизвестном языке. Правда, скорее повторяя заложенные слова… Как попугаи.

Атаковали в основном в ближнем бою, используя магию ветра. Но главное — они двигались рывками, будто телепортировались сквозь воздух. Ударил — а он уже за спиной. Я была одной из немногих, кто мог им противостоять без космических затрат энергии.

— Ты тогда была на пике первой ступени Духа? — уточнил я, опытным взглядом представляя саму картину сражения.

— Верно… Более слабые либо погибали на первом этаже, либо не решались идти дальше, здраво оценивая свои силы, — она на мгновение сделала паузу. — Третий этаж…

Третий оказался самым тяжелым.

Сердце Бури. Ты в эпицентре, а вокруг ураган — даже стен не видно, тебя сдувает, болтает с места на место, но если случайно прикоснешься границы бури — тело начинает разрывать на части, клетка за клеткой…

Благодаря своей схожей, атакующе-защитной технике, ну ты помнишь ее, Тюрьме Ветра, я продержалась около двенадцати часов в этом ветряном аду.

Из последних сил, но все же решилась прорываться на вторую ступень Духа, ибо Буря не кончалась, — ее глаза заблестели с гордостью. — И у меня получилось!

Почти одновременно со мной прорвалось еще несколько практиков. Дальше стало намного проще, но выйти из эпицентра нам не доставало силенок. У меня начало получаться проникать на пару метров вглубь Бури, и я быстро поняла, какие преимущества это мне дает…

—…И насколько такое давление внешней среды ускоряет культивацию. Прекрасно тебя понимаю, — тихо заметил я, припоминая свою схожую прокачку.

—...Угу. Шли дни, недели. Прошел месяц. Кажется, из всех… Я первой достигла третьей ступени Духа!

— Третьей? — обрадовался я и удивился, слегка присвистнув. — Молодчина!

И как я мог не заметить… Похоже, в том нашем «размене» она каким-то образом смогла скрыть часть своей силы, показав лишь энергетический уровень практика второй ступени Духа. Наверное, даже самые приближенные люди не знают, что она на третьей ступени… Старается держать низкий профиль? Уважаемо-уважаемо.

— Спасибо. Это и помогло мне окончательно выйти за границы Сердца Бури, — чуть, но искренне улыбнулась Вайю, довольная моей похвалой. — Назад я больше не возвращалась.

На этот раз воздушный образ предка возник уже не в моей голове, а наяву… Она-то и указала мне путь к… сокровищнице того места!

—...И самым ценным приобретением стало это перо, — завершил за нее я, и мы одновременно взглянули на лежащий в шелке артефакт. После чего я не поскупился на похвалу, посмотрев ей в глаза. — Потрясающе, Вайю. Серьезно. Я знал, что ты талантлива, но чтобы настолько… На одной воле вытянула месяц страданий и прорвалась сразу на две ступени… За одно путешествие. Искреннее рад за тебя!

Переглянулся с Альфиной. Даже она казалась впечатленной. Ее потусторонний взгляд заметно потеплел в сторону младшей главы семьи Вахрамеевых. Я неспроста упомянул «силу воли». Уж что-что, а силу воли, способность преодолеть любые невзгоды, представители ее расы ценили более всего. Это я еще в ее родном субизмерении понял.

От моей сладкой похвалы Вайю польщено дернула плечиком и даже немного зарделась.

— Спасибо, Дуан. Но ты тоже времени зря не терял, как я погляжу… — и коротко обратила внимание на Альфину; ее слова вновь прозвучали весьма двусмысленно. — У тебя второй этап Духа или выше?

— Кто знает… — с полуулыбкой не стал подтверждать или опровергать я. Альфина тоже не стала ее убеждать в обратном.

Но тут моя полуулыбка застыла. Возникло едва заметное тепло в районе солнечного сплетения. Я даже сначала спутал его с тем «нагревом» кулона, пока не вспомнил, что тот лежал у меня в кармане штанов.

Следом пришла отчетливая пульсация.

Я замер, прислушался. Что-то пульсировало в моем Духовном море!

Вайю заметила мое странное состояние и вопросительно уставилась. Альфина тоже скосила взгляд.

— Секунду! — поднял я руку и на мгновение погрузился внутрь себя, чтобы в следующий момент другой рукой достать материализовавшийся бирюзовый осколок из своего Земного даньтяня.

Мета-камень. При прорыве на фазу Духа он загадочным образом стал частью меня. Я мог его свободно перемещать в свой даньтянь.

Вайю либо не подала виду, либо не поняла, что достал я осколок отнюдь не из пространственного хранилища.

…Тепло и странные периодические колебания исходили именно из мета-камня. Причем такого рода колебания показались мне весьма знакомыми. Именно такие пульсации в свое время привели меня на Алтай во Дворец Падшего… — не успела мысль оформиться до конца, как бирюзовый осколок с невероятной силой выскочил из моей руки в сторону… ранее лежавшего в шелке перламутрового пера!

Перо поднялось в воздух, и они притянулись, как пара магнитов, и закружились на одинаковом расстоянии друг от друга, но так и не соприкоснулись. Оба запульсировали, испуская быстрые духовные всплески в такт друг другу, будто два давно разлученных сердца, бьющиеся в унисон.

Удивлению Вайю, казалось, тоже не было предела. Даже Альфина подалась слегка вперед, с интересом наблюдая за этим магическим представлением.

И тогда произошло еще кое-что странное.

Между артефактами протянулась тонкая, едва различимая серебристо-голубая нить света. Нить дрогнула и пошла волнами, будто материализовавшись, но более ничего не произошло. Так они и зависли в воздухе, кружась и испуская колебания.

В ходе этого события своим острым взглядом я заметил, что Мета-камень и Мета… перо притягивались друг к другу скорее не на физическом, а на каком-то более глубоком, даже чем духовная энергия, уровне.

— Как это вообще?.. — выдохнула Вайю, теряясь в догадках.

— Весьма вероятно, что они имеют схожую природу… — медленно, взвешивая каждое слово, предположил я. — Мой мета-камень и твое мета-перо.

Девушка крепко задумалась и неожиданно выдала:

—...Дуан, я не успела тебе этого рассказать, но… Тот образ моего предка, прежде, чем развоплотиться, успел сказать мне одну вещь. Точнее, одно слово: «Ансвум». И указал на перо… Мы с бабушкой долго рылись по разным языкам и даже привлекли языковедов со стороны. В итоге выяснилось, что «ансвум» на древнеперсидском диалекте означает…

— Ключ, — тихо, но уверенно вырвалось у меня.

Глаза Вайю невольно округлились.

— Откуда ты…

Я махнул рукой.

— Здесь не нужно быть языковедом, чтобы догадаться.

Тем временем Альфина бесшумно встала и склонилась над столом, наблюдая за двумя парящими в воздухе мета-артефактами. Ее немигающие глаза изучали их с тем же рвением, какое возникает у любого, желающего разгадать древнюю тайну.

— Да, это не случайность, — заговорила она своим холодным, но вполне обычным тоном. — Слишком много совпадений. Эти артефакты… Они часть чего-то большего. О свойствах мета-оружия Иньдуана я уже в курсе. Вайю… А что умеет твое перо?

Они встретились взглядами. Потом Вайю перевела взгляд на меня. Я кивнул. Сейчас нет особого смысла это скрывать. Даже захоти вдруг Альфина их отнять — по крайней мере в моем случае у нее это не выйдет.

Как я уже говорил, мета-камень теперь часть меня. Я его владыка и даже могу контролировать на расстоянии. Почти мгновенное перемещение к себе в руку — это самое безобидное, что я мог с ним сделать.

К этому моменту голубоватая световая нить пропала между мета-артефактами. Они перестали вибрировать и плавно опустились на стол, будто выдохлись. Вайю провела рукой над пером, и то отозвалось легким ветерком, пробежавшим по комнате.

— Защита, — наконец сказала она. — Мое перо — это в первую очередь артефакт защиты… Возможно, ты успел почувствовать это на себе, Дуан?

Я молча кивнул. Тот «затвердевший» воздух вокруг Вайю до сих пор вызывал вопросы и неподдельный интерес. Я еще понимаю, когда ветер быстро движется, и сквозь него не пройти, но чтобы он «застыл?

—...Как я его только не мучила, пытаясь выяснить все его свойства, — Вайю нежно погладила перо.

Не знаю, может мне показалось, но перо даже будто прошелестело что-то в ответ, переливаясь всеми оттенками перламутра… или это Вайю прикалывается?

Со своим мета-камнем я кстати тоже могу разные «приколы» делать… Ну как например: превратить его в здоровенный «кхем» и размахивать им. Или перекинуть через реку, как в небезызвестной старой матерной песенке. Здоровенный был мужик…

На моем лице не дрогнул ни один мускул, и я продолжил внимательно слушать Вайю.

—…Если говорить о защитно-усиливающих свойствах, то… С помощью него я способна артиллерийский снаряд остановить на подлете, — раскрыла она. —...Ракету из Града тоже, но, наверное, до определенного предела и, если не кучно бить. Также перо защищает мое тело в пассивном режиме, в особенности от «скоростных» вещей. Пули не долетают, отклоняются в сторону, как будто вокруг меня застывшие воздушные потоки толщиной в метр. Ветер такой плотности, что он действует как твердое тело, обладающее свойствами газообразного. Я пока не научилась контролировать перо в полной мере, но потенциал… — она вдохновленно заблестела глазами и вновь погладила артефакт.

— Огромен, — как и прежде завершил за нее я и пробормотал, мысленно уже прокручивая варианты. — Почти непробиваемый обычной физикой барьер… Баллистика… Ракеты… А если достигнуть в его контроле максимума…

Я замолчал. Невероятно сжатый воздух, что со стороны прекращает всякое движение, но на самом деле движется настолько быстро, что не уследить?

Если довести эту защиту до предела — она станет абсолютной.

Мысли перескочили...

Два артефакта — перо и камень. Два фрагмента одной мозаики. Существуют ли другие? И что произойдет, когда они соберутся вместе? Ключ… Значит, мой мета-камень тоже ключ? И в таком случае они все… притягивают друг друга?

Вайю смотрела на меня, ожидая продолжения. Альфина тоже. А я смотрел на артефакты и чувствовал, как в груди разгорается знакомый предвкушающий холодный огонек. Тот самый, что всегда предшествует чему-то большому. Чему-то, что способно поменять правила «игры» и вознести на самую вершину.

…Интереса ради я предложил испытать защиту Вайю против техник равного противника. Девушка блеснула взглядом и пожала плечами, сказав, что не против, и мы втроем покинули ее уютную гостиную.

Пора проверить, чего стоит ее хваленый барьер. И размяться заодно…

Глава 199

Глава 199

Внутренний двор поместья встретил нас промозглой сыростью. Низкое небо сеяло мелкой водяной пылью, а ветер гнал по брусчатке сор с недавно стриженного газона. Мы отошли подальше от построек, туда, где старый сад упирался в аккуратно подстриженную стену зарослей. Неподалеку виднелся небольшой прудик, напротив которого стояла скамья с деревянным сиденьем и черной узорчатой спинкой.

Вайю встала напротив и прикрыла глаза. Воздух вокруг нее завибрировал и дрогнул — сначала едва заметно, как марево над раскаленным асфальтом, потом плотнее, гуще.

Перламутровое перо в руке засветилось, и вокруг хозяйки начало формироваться защитное поле. Я неспешно наблюдал, как потоки ветра сплелись в сферу, слои накладывались друг на друга, создавая структуру, похожую на прозрачную жемчужную раковину, только сотканную из самого воздуха. Она переливалась розово-голубым, мерцала белым, и создавалось впечатление, что каждый слой двигался с разной скоростью — внешние быстрее, внутренние медленнее, — что слегка напоминало эффект вихревой брони. Похоже, это усиленный, а не изначальный вариант защитной способности ее мета-пера…

— Готова? — спросил я, вытаскивая свой бирюзовый осколок.

— Всегда!

Я сжал мета-камень в ладони, и тот послушно трансформировался, изменяя форму и вес. Появилась рукоять и тут же удлинилась, заострилась, и через пару мгновений я уже держал голубое копье, наполненное моим собственным природным элементом. Льдисто-прозрачное, с древком, покрытым микроскопической вязью со случайными символами от вложенных флуктуаций, и наконечником, который, казалось, притягивал к себе окружающий свет.

Отступил на несколько шагов, разминая ноги. Напряг мышцы — все, от икр и до плеч. Ци хлынула по меридианам, напитывая каждую клетку, каждое волокно.

В последнее время я тщательно следил за каждым током энергии в теле, так сказать, оптимизируя общий расход духовной энергии. Наверное, такого рода манипуляции можно было проводить и на уровне Ци-конденсации, но только после многолетних тренировок… Причем с теми ничтожными крохами энергии, которые есть у практиков Первой фазы. По мне так это все равно что качать мышцы гантелькой весом в один килограмм, причем вес этой гантельки сильно ты не сможешь увеличить вплоть до следующей фазы. Такой вариант не слишком подходит в мире, где все окружающие тебя эксперты развиваются как бешенные и идет постоянная борьба за ресурсы для ускоренного развития.

Не став более расширять неожиданно вспыхнувшую мысль, решил для начала не использовать против защиты Вайю какие-либо техники. Для чистоты эксперимента. Вооружился лишь чистой физической силой и своим оружием, помноженным на бурлящую по жилам внутреннюю энергию.

Первый удар должен показать базовую прочность барьера.

Наклонившись почти параллельно земле, в момент свободного падения я рванул вперед, с хлопком преодолевая звуковой барьер.

Мета-копье на полной скорости ударило в ветряную сферу Вайю; искры разразились во все стороны от столкновения двух высокоуровневых духовных энергий. Барьер яростно и негодующе заколыхался — пошел рябью, как поверхность озера, в которое бросили тяжелый заостренный камень.

Следом от точки соприкосновения во все стороны хлестанули воздушные потоки — да с такой силой, что с ближайших деревьев сорвало часть листвы и пожухлые ветки, а брусчатку под ногами с противным треском вылизало дочиста. Я застыл, уперев копье будто в невидимую стену, и чувствовал, как барьер отдает вибрацией в мою руку. Кости загудели от натуги.

— Удивительно…

Кивнул Вайю, ослабляя хватку на древке.

Благодаря этому удару я понял, что ее усиленная артефактом защитная техника гасила входящую энергию, рассеивая ее по всем слоям одновременно. И грубо говоря, чем больше силы в ударе, тем больше слоев задействуется, черпая степень защиты из уже вложенной энергии в артефакт. И тогда понятно, каким образом он способен защищать хозяйку в том числе в пассивном режиме, да еще из пространственного хранилища, — энергия в нем сохраняется и связана непосредственно с телом Вайю. Это что-то вроде ее «продолжения», как и в случае с моим мета-камнем.

Точечный одиночный пробой, если, конечно, не вложить в удар кучу своего резерва, не сработает нужным образом и будет малоэффективен. Для такого барьера необходима целая серия ударов. Как минимум пять, нанесенных примерно в одну точку, и что немаловажно — за короткий промежуток времени. Тогда верхние слои энергии ветра не успеют перераспределить нагрузку, и пробой станет возможен. Правда пять — это все же в идеальных условиях, вот примерно как сейчас: обладатель стоит — я атакую. В реальном бою, когда Вайю будет двигаться и контратаковать, понадобится больше ударов или больше времени… — на опыте я заприметил еще парочку нюансов, а мысли выше промелькнули в течение всего одного вздоха.

— А дай-ка я теперь попробую.

Неожиданно предложила Альфина, и в ее глазах мелькнул азартный блеск; на мгновение даже спала маскировка, явив миру черные радужки и белые зрачки.

Она исчезла с места без предупреждения.

Миг — и вот она уже рядом с Вайю и на призрачной скорости выбрасывает руку вперед. В момент соприкосновения с защитным барьером рука резко становится нематериальной, проходя сквозь плотные колебания воздуха.

…Ладонь почти без видимых усилий миновала внешние слои барьера. Где-то на середине, уже на внутренних слоях, энергия барьера стала оказывать сопротивление; слои попытались отторгнуть вторжение чужеродного почти невесомого объекта, но бестелесная рука прошла и сквозь них, хотя и гораздо медленнее, по сравнению с изначальной скоростью; как ложка сквозь мед, но тем не менее.

Внимательно наблюдавшей за движением противницы Вайю пришлось немедленно отреагировать. Она отшагнула и, уже внутри барьера, встретила призрачную ладонь собственным кулаком, под завязку наполненным быстродвижущейся духовной энергией ветра.

Удар на удар!

Воздух между девушками схлопнулся, и духовная энергия хлынула во все стороны множественными кругами, взметнув волосы обеих. Альфина отступила на шаг, Вайю — на два. Пожалуй, это говорило о небольшой разнице в рангах развития. Защитный барьер плавно сдвинулся вслед за ней.

— А вот и обнаружилось слабое место… — тихо пробормотал я себе под нос и уже в голове продолжил прокручивать «энерго-физику» процесса.

Ветряной барьер обладал низкой духовно-энергетической проводимостью. Он был настроен на отражение быстрых и силовых материальных атак — пуль, осколков, ударных волн. Слоистая структура работала как идеальный амортизатор для всего, что имело массу и скорость.

Но нематериальный удар — это совсем другое. Не пуля, не снаряд, не клинок. Это волна чистой энергии, которая распространяется по принципу мягкой силы. Как вода, обходящая камень. Вода не ломает камень в лоб — она просачивается в микротрещины, заполняет пустоты, после чего рано или поздно камень трескается изнутри или окончательно деформируется, изменяя свою первоначальную структуру. Так и здесь: призрачная ладонь Альфины не пробивала барьер — она проходила сквозь его энергетическую «решетку», минуя сильные физические слои и слабые энергетические. Барьер был великолепен против материи, но против духа его эффективность падала многократно.

Я озвучил эти мысли Вайю, чтобы помочь ей еще лучше понять свои способности и возможности мета-пера, и в конце добавил:

— Против практиков сферы Ци ты почти неуязвима. Отскочит или облетит что угодно. Но на уровне Духа, как ты уже заметила, у многих практиков происходит качественный скачок сил… А некоторые и вовсе, — я скосил взгляд на призрачную принцессу, которая тоже внимательно меня слушала, чуть склонив голову. — Имеют этот «скачок» с рождения или благодаря своей уникальной расе.

Их концептуальные силы работают иначе. Твой барьер больше заточен под физические атаки. Против практика твоего уровня и выше, который бьет прежде всего не кулаком, а мощью духовной энергии, он будет работать кратно хуже. Так что… не ослабляй бдительность, подруга. На барьер надейся, но сама не плошай, — закончил я свою «мини-лекцию».

— Спасибо, Дуан. Я и сама все смутно подозревала, но ты здорово все обернул в стройную теорию, — поблагодарила Вайю и сурово кивнула. На ее лице — ни капли разочарования, лишь холодный, трезвый анализ. Одобряю. Не все женщины умеют принимать даже конструктивную критику.

— И тебе спасибо за науку, — обратилась она уже к Альфине.

— Нет проблем, — просто ответила та.

…Я же тем временем не стал озвучивать и прокручивать в мыслях, что у меня самого есть как минимум три хитрых способа не прямым образом проломить или обойти воздушный барьер Вайю за весьма короткий срок. И это даже без моих коронных «взрывных» приемов наподобие Иллюзорной молнии уничтожения и прочих производных со смешиванием высоких энергий… Но не хочу раньше времени расстраивать ценную союзницу и сметать ее самооценку вообще под ковер. Ведь нам еще предстоит дружеский спа…

И именно в этот момент рация на поясе Вайю ожила. Сквозь треск помех прорвался молодой, срывающийся на хрип голос:

— Госпожа Вахрамеева! Критическая ситуация во Владимире! Старшей главе нужна ваша помощь! Два генерала арахнидов выбрались из-под земли в центре города и с тыла прорвали артиллерийский заслон на восточных рубежах! Седьмой и Двенадцатый опорные пункты уничтожены! Военные отступают к пригороду! Бойцы Альянса кланов держатся, но…

Еще один треск. Голос изменился на женский: более зрелый, глубокий, и в нем зазвенели знакомые нотки облеченного властью человека, которые я хорошо помнил.

— Вайю, детка… — заговорила в рацию Вера Александровна сквозь помехи, на втором слове ее голос потеплел. — Нужна твоя помощь. Один из генералов имеет третий ранг. Второй, вероятно, тоже. Если потеряем Владимир — восточный фронт рухнет и придется отступать до самого Подмосковья. Бить водородной по центру города… да еще такого древнего, — бабушка Вайю аж недовольно цокнула. — Как-то не хочется, знаешь ли!

Снова треск помех и раздались приглушенные матюки молодого бойца, а также взрывы где-то неподалеку от него:

—... что… что… передать, молодая госпожа?

Вайю молча обернулась. В глазах — зарождающаяся тревога вместе с легкой надеждой. Я обнадеживающе оскалился и кивнул, проведя рукой по шее. И только тогда она расслабила плечи и поднесла рацию к губам:

— Девятнадцатый, скажи бабушке: пусть держатся. Я выдвигаюсь. И передайте всем… — выдохнула она и сделала паузу, уголок ее губ слегка дрогнул. — Иньдуан вернулся.

***

На миг в многоканальном эфире установилась тишина и даже треск помех ушел куда-то на задний план. Потом молодой связной семьи Вахрамеевых пробормотал весьма неуверенно и удивленно:

— Что? Тот самый?..

Глава 200

Глава 200

Владимир встретил нас дымом и грохотом.

Город горел. Сразу в нескольких местах — в центре, на восточных окраинах, в промзоне и где-то у вокзала. Черные столбы дыма поднимались в серое небо, и ветер нес запах гари, перемешанный с химозно-формалиновым смрадом арахнидов.

На подлете в город я нацепил на лицо демоническую маску, сделанную из специальных духовных материалов, чтобы даже если кто мог увидеть сквозь Амулет сокрытия — натолкнулся на еще одно препятствие. Не то чтобы я сильно параноил, но мало ли вдруг ищейки Авилхейна уже и досюда добрались…

За спиной обновленная техника полета — Ледяные иллюзорные крылья; «иллюзорные» в том плане, что почти прозрачные, чтобы и в этом плане не палиться раньше времени. Скорости она пока не прибавляла, требовалось больше времени на доработку.

Вайю летела рядом, окутанная потоками ветра; за ее спиной образовывался своего рода маленький горизонтальный смерч, время от времени придающий ей отличное ускорение. Несмотря на разную энергетическую природу наших техник полета, принцип у них всем известный — реактивный.

Где-то позади нас, на почтительном расстоянии, в роли прикрытия, на «призрачной тяге» следовала Альфина под невидимостью. Я едва ли чувствовал ее присутствие краем духовного сознания — и то скорее потому, что мы много времени провели вместе.

Картина боя открылась с высоты птичьего полета.

Владимир… Город на реке Клязьме, старый, с крепостными валами двенадцатого века, а теперь — последний серьезный рубеж перед Москвой на восточном направлении.

Как коротко объяснила мне ситуацию Вайю: если арахниды прорвутся на этом участке оборонительной линии, дальше — только Покров, Петушки, Орехово-Зуево. А там до Москвы, и основной агломерации выживших страны, уже рукой подать будет.

Армия паукообразных тварей накатывала волнами.

Первая линия обороны: бетонные заграждения, противотанковые ежи, пулеметные гнезда — уже была сметена. Перевернутые остовы БМП, разорванные гаубицы с задранными в небо стволами, всюду тела в военной форме и в гражданской одежде…

Вторая линия еще держалась. Там клановые практики создали целый эшалонированный заслон из различных типов останавливающих, заградительных и ударных техник. Огненные стены, воздушные барьеры, каменные шипы, вырастающие из земли, и водно-кислотные лужи, — это из тех, что сразу бросались в глаза.

Военные отошли за них и теперь вели огонь из всего, что осталось: крупнокалиберные пулеметы, автоматические гранатометы, пара уцелевших танков, бивших прямой наводкой. Еще в центр орд арахнидов постоянно летели артиллерийские снаряды — крупнокалиберные «мста-эсы» и «гиацинты» били с закрытых позиций, накрывая целые скопления паукообразных. «Торнады» и «ураганы» выкашивали поля арахнидов кассетными зарядами. «Птуры» и «Вихри» с вертушек точечно сносили самых мощных арахнидов пика Ци и даже первого этапа Духа. Пара «Кинжалов» прошлась по тылам наступающей паучьей армии, разнеся мост, по которому лезла свежая волна…

И в центре этого ада — в воздухе парили двое генералов арахнидов. Их трех-с-половиной-метровые уродливые силуэты зависли на уровне четвертого этажа на фоне серых многоэтажек и какого-то собора, чьи золотые купола теперь покрыты копотью и паутиной.

Третий ранг Духа… Оба.

Массивные паучьи тела, шириной в грузовик каждый, человекоподобные торсы и… четыре руки вместо ожидаемых двух; дополнительные конечности росли из плеч, заканчиваясь серповидными лезвиями из костяного хитина. Прямо братья-мутанты какие-то… Их черная костяная броня даже издалека казалась толстой, отливала металлом, а на груди пульсировали какие-то органические наросты, светящиеся фиолетовым от внутренней энергии.

Черт, такое ощущение, как будто их кто-то целенаправленно усилил… Или это они сами так «усилились»? Эволюционировали? Не припоминаю такого даже у их более высокоранговых сородичей, например тех, что сражались с призрачным королем и капитаном. Или, может, тогда я просто не придал значения их «отличиям», а тут они как на ладони? Проверить свои домыслы придется на собственной шкуре…

Один из генералов повернул голову и на огромной скорости решил опуститься вниз, проломив бетонное заграждение. Как оказалось мгновение позже — в надежде полакомиться несколькими практиками поздних стадий Ци, которые прятались там и периодически шмаляли чем-то убойным, вроде ручных многозарядных минометов.

…Серпы завращались на бешеной скорости, как у богомола, создавая вокруг арахнида смерч из крошева и крови. С таким лучше на мечах не драться… Вмиг порубит на кусочки. Укрепленный опорный пункт пал в течение пары вдохов.

В то же время второй генерал издали плевался чем-то вроде сгустков фиолетовой слизи. Они летели по дуге, прилипали к поверхностям и взрывались, разбрасывая едкие кислотные брызги. Я видел, как одному практику попало на плечо — броня, ткань, кожа и мясо сползли с кости секунды за три.

— Вайю, — шепнул я, дублируя ментально, чтобы перекрыть ветер. — Попробуешь еще на подлете сдувать едкие плевки? Может даже, в его сторону?

— Попробую.

— Тогда давай так. Ты прикрываешь меня и других практиков, сносишь арахнидов среднего уровня и мелочь. А я последовательно займусь генералами.

Брать каждому из нас по генералу будет слишком опасно и неэффективно. Тем более если второй не рвется в ближний бой — нам же лучше.

Вайю кивнула и рванула вниз. Вокруг нее закрутился воздушный вихрь. Сначала небольшой, потом разросся на огромную область, отчего фиолетовые плевки, летевшие в сторону обороняющихся, начали менять траекторию, заворачиваясь в воронку и падая в противоположную сторону. Один плевок даже прилетел обратно в его обладателя, но с шипящим звуком уничтожился об вспыхнувшую темную энергетическую оболочку.

Еще мгновение — и Вайю выбрасывает руки вперед — ветер ударяет по передней линии пеших арахнидов, которые двигались чуть в стороне от генералов. Мелких тварей просто смело; десятки хитиновых тел покатились по земле, расшибаясь в лепешку о стены зданий. Тех же, кто покрупнее, ветер заставил вжаться в землю; они существенно замедлились и стали отличной мишенью — по ним тут же открыли огонь военные. Кто-то внизу радостно закричал:

— Это госпожа Вайю! Братья, подмога пришла, ни шагу назад! Ура-а!

Тем временем я по широкой траектории, под прикрытием облаков, спикировал за спину первому генералу с клешнями, как у богомола.

В последний момент, видя, что тот реагирует слишком уж запоздало, я попытался рухнуть на него сверху, как сокол на змею. В падении существенно увеличил свой вес, уплотнив Ледяную броню едва ли не до толщины в две ладони; дополнительно покрыл тело техникой защитной циркуляции; а Ледяные когти-лезвия удлинил до размера полноценных боевых клинков. Мета-камень и алую саблю пока не счел нужным использовать — слишком те приметные.

Генерал отреагировал лишь за миг до столкновения. Может так и планировал, хитрец… Развернулся и взмахнул своими серпами, от которых повеяло чудовищной энергией смерти. Однако я успел поднырнуть под первый, чтобы мне не снесло голову, и блокировал второй когтями. Лязг. Искры. Набранное ускорение помогло мне теснить это чудовище всего в течение пары секунд, пока в бой не вступили весовые категории и длины рычагов, слишком уж не равные… Арахнид рывком отбросил меня назад на десятки метров, но я сразу вернулся, не давая ему продыха и дополнительно маневрируя в воздухе благодаря своей Скользящей походке; пару раз я оттолкнулся прямо от стен окружающих зданий, меняя траекторию резкими зигзагами.

Генерал гортанно взревел и яростно атаковал, как только я вновь оказался на ближней дистанции. Четыре серпа заработали одновременно: верхние зарубили сверху, нижние — с боков. Теперь пришлось уклоняться и отступать, блокируя по касательной лишь в самом крайнем случае.

Моя скользящая техника движения позволяла мне уходить из-под ударов на волосок, но долго так продолжаться не могло. Арахниду достаточно крепко попасть всего один раз, чтобы сбить весь мой натиск и инициативу, а может и чего хуже.

При своей фактуре генерал арахнидов оказался довольно быстрым. Эта туша работала верхними конечностями так, будто они ничего не весили, а его броня успешно сдерживала мои Ледяные когти-лезвия. Я успешно пробивал его вспыхивающую темную энергетическую защиту, но на хитине оставлял лишь глубокие царапины — дальше зайти так и не смог; в свою очередь его огромные серпы пару раз ощутимо чиркнули уже по моей броне, оставляя в ней широкие борозды и трещины.

Зато в ходе этого пробного размена ударами мне удалось многое выяснить. Я нашел парочку его слабых мест. Неспроста он почти все время стоял на одном месте… Скорость нижней части тела явно не была его сильной стороной.

…Пока мы летели во Владимир, Вайю успела рассказать мне про различные классы высокоранговых арахнидов, которые тяготели к тому или иному типу способностей и тактике боя.

Так вот, данный арахнид, несмотря на «скоростную» и «количественную» мутацию верхних конечностей, принадлежал к условному классу «танк». Второй арахнид — «стрелок». Еще распространенными типами были «стихийник» и «универсал». Последний, ясное дело, самый опасный, тяжелый в бою и непредсказуемый. Таких люди старались уничтожать на дистанции всем, чем только можно.

Теперь же мне предстояло вскрыть эту ходячую и огрызающуюся «консервную банку»… Я резко сменил тактику!

Ледяной иллюзорный туман хлынул из моего тела, заполняя пространство между нами. При этом я добавил в него одну интересную иллюзорную особенность: снаружи он был почти невидим — разве что случайные флуктуации воздуха.

…На пути в Москву было время тихонько попрактиковаться, задействуя буквально одну ладонь, а сейчас на порядок увеличив масштабы…

Видимость упала до нуля — но лишь для одного генерала арахнидов, который, если смотреть со стороны других людей и пауков, стал более дерганным и настороженным. Сквозь свою стихийную технику я тоже видел его как на ладони.

В «видимо-невидимом» тумане замелькали фантомные силуэты — десятки похожих на меня фигур, атакующих с разных сторон. Генерал заметался, рубя пустоту, и попытался разорвать дистанцию, чтобы выбраться из тумана, что в очередной раз показывает, что не такой уж он и глупый, как его более низкоранговые сородичи. По всей видимости, третий этап Духа накладывал свои отпечатки даже на изначально не самых смекалистых существ…

Серпы успешно рассекали иллюзии. Из черных желез на уровне подбородка он даже стал постреливать жидкой паутиной, охватывающей сразу нескольких «меня». Я же тем временем спокойно подготовился, достал мета-камень, сотворив из него меч, выждал момент и с фланга ударил уже всей своей мощью!

Ледяной темный слэш!

Концентрированная дуга смеси темной и ледяной энергии прошла почти вертикально вверх и врезалась ему снизу под брюхо. Я неспроста атаковал именно с этой стороны. Еще из обычного животного мира я знал, что брюхо и пах являются одними из самых слабых мест такого рода существ… Да и, наверное, вообще большинства существ. Тут биологом быть не нужно. Короткая разведка боем это только подтвердила. Ранее я даже специально не атаковал его живот, лишь пару раз чиркнув для проверки, чтобы раньше времени не спугнуть.

Хитин треснул с характерным звуком, будто кто-то раздавил ботинком переспелый арбуз. Генерал взревел и контратаковал вслепую — фиолетовые застывающие прямо в воздухе сгустки паутины полетели во все стороны. Пара сопель попала на мое плечо, и Ледяная броня зашипела, существенно истончаясь… Пожалуй, теперь можно сказать, что он лишь немногим недотягивает до «универсала»? Или я преувеличиваю?

Я отпрыгнул, на миг разрывая дистанцию и снова прицеливаясь. Арахнид теперь настолько яростно вертелся, стараясь прикрыть раненное брюхо, что вновь попасть в раскрывшуюся рану, из которой капала кислотного вида кровь, не представлялось возможным.

Стал искать подходящий момент, и тут, не поворачивая головы, обратил внимание, чем «занята» Вайю.

Она парила над городом в центре ветряного вихря, и вокруг нее формировались мощные воздушные лезвия — десятки, нет, сотни тончайших сабель из сжатого воздуха. Они срывались с ее рук и летели в ряды арахнидов, разрезая хитин, как бумагу.

«Воздушный шторм… Неплохо!», — мысленно окрестил я эту технику и похвалил. А когда особо крупная и хитрая пешая особь забралась на многоэтажку и, щелкая челюстями, попыталась достать девушку со спины почти сверхзвуковым прыжком, Вайю завела руку за спину и уплотнила воздушную стену на середине прыжка — с мерзким чавкающим звуком тварь разбилась о воздушную стену, как о бетон.

Вскоре на Вайю обратили внимание находящиеся на другой стороне поля боя два арахнида первой ступени Духа. В обычных обстоятельствах их тоже можно было назвать «генералами», но в текущем бою они, я считаю, до такого звания не дотягивали. Ступая по воздуху, они со скоростью разгоняющегося самолета направились к Вайю. Ей пришлось сконцентрировать большую часть своего внимания именно на них…

Краем глаза я также заметил, как ожили военные и кланы. Контратака пошла по всему городскому фронту. Практики — кто с мечами и другим колюще-рубяще-дробящим оружием, кто с голыми руками, усиленными собственной уплотненной энергией ци, — рванули вперед, прикрываемые воздушной поддержкой Вайю и второй линией практиков, ведущих заградительный огонь из дистанционных техник и старых добрых пулеметов. Гранаты к этому моменту, наверное, уже все закончились…

Уцелевшие в этом аду танки двинулись, давя мелких арахнидов гусеницами. Крупнокалиберные абразуры на бронетранспортерах захлебывались огнем. Бойцы кланов и КПО дрались отчаянно, чувствуя, что теперь были способны переломить исход всего боя.

Второй генерал арахнидов, что ранее издалека лениво плевался кислотыми сгустками, наконец обратил внимание, что на поле боя начало происходить «что-то не то». Но вместо Вайю, которая всеми силами пыталась заманить его высоко на свою «ураганную» территорию, он отчего-то развернулся ко мне и, отталкиваясь прямо от воздуха, в пару прыжков оказался неподалеку от первого генерала арахнидов, который продолжал бесноваться и верещать в моем тумане.

Это что же получается: решил прикрыть или даже спасти своего раненого брата, товарища? Или подумал на два хода вперед и понял, что следующий в очереди будет он? Вот уж ни за что бы до боя не подумал, что этим тварям присущ «настолько» развитый эмоциональный или аналитический интеллект… Выяснять, какой именно, я конечно же в данный момент не собирался.

Таким образом я оказался меж двух огней. Между двумя тварями, которые выше меня на целый ранг. Положение — хуже некуда. Раненый генерал-богомол, с треснувшим боком, заходил слева, перестав методом тыка в тумане избавляться от моих иллюзорных клонов, которых я между прочим уже не успевал воспроизводить… Если бы это было так просто! — на каждого тратилось ощутимое количество ментальной и ледяной энергии…

Кислотный генерал-плевун заходил справа. Он-то и наверняка, постоянно щелкая челюстями, подсказывал первому, где нахожусь «реальный» я. Оба готовились атаковать одновременно.

Передо мной встала небольшая дилемма: растягивать ли свой иллюзорный туман на второго генерала, и тем самым серьезно опустошая и без того свои не бесконечные резервы энергии, либо одного генерала продолжать держать в тумане, но теперь сделать туман «обычным», — и тем самым абсолютно точно выдать свое местонахождение призрачному королю.

Думаю, в таком случае призрачные ищейки появятся в Московском регионе всего в течение недели — половина на выяснение обстоятельств битвы за Владимир у самых болтливых человеческих голов, может даже видео кто заснял, половина — на путь из Архангельска и методичное прочесывание окружающих населенных пунктов; первая же «осведомленная» голова скажет призракам, что я связан с некоей известной семьей… Семьей Вахрамеевых.

Нет, второй вариант мне не подходит. Да и первый, при прочих равных, попахивает либо пирровой победой, либо позорным тактическим отступлением. Мне тупо не хватит духовной энергии, чтобы постепенно разобраться сразу с обоими.

…Поэтому слово «постепенно» нужно отбросить в сторону. Хватит прощупывать противника. Нащупал уже: говно, кровь и слизь. Пора заходить с козырей.

Глава 201

Глава 201

С такими мыслями я уже летел к генералу Богомолову, заведя руки за спину для формирования ультимативной техники. Хотя, если смотреть со стороны наблюдателя, такого как генерал Плевацки, мои руки по-прежнему под иллюзией находились перед собой.

…Качественные и правдоподобные иллюзии я пока не мог формировать вдалеке от своего тела. Для этого предстояло еще пройти долгий путь — наверное, такой же, как это было с контролем обычной внутренней энергии.

Ледяная ци хлынула по меридианам, концентрируясь в ладонях. Постепенно к ней начали подмешиваться еще несколько субстанциональных типов энергии… Я не стал формировать Иллюзорный Шар Уничтожения — он все же больше для площади. А мне требовалось нечто точечное, пронзающее, выжигающее все на своем пути. И такое тоже имелось в моем арсенале. Равная Шару коронная техника. Сплав магии льда, ментала, магии тьмы и чистой разрушительной силы.

Иллюзорная Молния Уничтожения!

Между ладонями затрещало. Воздух ионизировался. Запахло озоном… Но враг его не успеет почувствовать.

Всего десять метров до лобового столкновения. Вскидываю руки из-за спины. Электризованные дуги забились о мою ледяную броню, но поглотились более плотными слоями. В ладонях сгусток молнии, но не простой — ледяной, мерцающий, одновременно иллюзорный и поглощающий свет, с прожилками абсолютной тьмы в центре!

Высокоранговая смесь энергий грозилась разорвать все вокруг, требуя выхода, и я чувствовал, как трескаются кости в руках от едва сдерживаемой мощи.

Иллюзорная составляющая дополнительно делала ее непредсказуемой для вражеского восприятия — траектория раздваивалась, растраивалась, создавая фантомные копии молнии. Даже я до конца не знал, куда и когда нанесу удар, поскольку бурлящая многослойная энергия могла выйти из-под контроля в любом момент… Прочитать мою атаку со стороны будет довольно сложно.

Тем не менее кислотный генерал кинулся мне наперерез, будто на каком-то тонком уровне чувствуя исходящую от меня угрозу для своего сородича. Генерал-богомол заверещал, пытаясь отступить по указке более смышленного товарища, но действовал слишком медленно.

Более не скрываясь и выжимая все соки из своей техники полета на полную, я с хлопком преодолел звуковой барьер на огромную величину, нырнув сначала вниз, затем сразу вверх, оказавшись прямо под раненным брюхом отступающего генерала…

Чуть позади злобно защелкал челюстями кислотный, выпуская мне в спину особо мощный плевок, напоминающий скорее водный поток, растворяющий все на своем пути и будто даже часть пространства...

Такую атаку моя ледяная броня может и не выдержать! — усмехнулся я на грани сознания и сверкнул глазами.

…И вместо добивания подранка, еще раз реактивно сделал рывок вниз с разворотом тела в полоборота вверх, пропуская плевок над собой, и нос к носу сталкиваясь с кислотным генералом!

…Чудовищный заряд молнии сорвался с руки почти вплотную к торсу твари. Она даже не успела блокировать атаку своими серповидными руками. Молния прошла сквозь хитин, как множество игол сквозь ткань, распыляя на атомы грудину и молниеносным потоком расходясь далее.

Изо рта арахнида брызнул фонтан фиолетовой жижи, а сама тварь забилась в предсмертных конвульсиях, разваливаясь на два куска — нижняя, паучья часть тела полетела вниз, верхнюю — человекоподобную — по инерции оторвало вверх!

Я с досадой чертыхнулся. Где ядро, Плевацки… Мое ядро. Почему оно оказалось именно там?!

Перестал обращать внимание на еще живого, но уже не особо опасного противника, ставшего мясной тушей без ног и энергии. Так уж получилось… что своей молнией я «испарил» и часть его ядра, находящегося в нижней части головогруди!

Остаточные потоки высокоуровневой энергии из ядра с запозданием хлынули во все стороны от падающей вниз нижней части тела монстра, не причиняя никакого вреда, словно от лопнувшего шарика. Теперь здесь на пару километров вокруг можно будет даже покультивировать низкоуровневым практикам, чтоб их!

…Мне же эти крохи почти бесполезны. Слишком рассеяны. Если мое предположение верно: духовная энергия в ядре монстра уровня Духа двигалась на огромной скорости, и как только эта скорость прекращалась, ядро почти мгновенно теряло весь свой чудовищный духовный потенциал. Как и произошло в случае этого кислотного уродца.

Принцип схож с ядерной энергией или даже… ядерной бомбой! Для многих ученых мужей не секрет, что если случайно подорвать готовую атомную бомбу со стороны, скажем, ракетой, то… ничего катастрофического не произойдет — наружу, из оболочки, выйдут разве что продукты ядерного распада без самого ядерного взрыва. Для окружающей среды неприятно, но не более.

Ядро монстра дает схожий эффект. Чтобы оно сдетонировало — нужно определенным образом сильно постараться. Скорее всего, на уровне Духа, лишь сам обладатель ядра мог провернуть нечто подобное… В самоубийственной атаке. Если успеет это сделать.

…Каюсь, одно время, в бытность совсем юным культиватором, я даже хотел использовать ядра духовных зверей в качестве маленьких бомб — ядра уровня Ци правильно подорвать намного проще, энергия там почти не движется и «витает» в пределах ядра — однако быстро пришлось дать себе по рукам, как только я осознал, что так драться будет слишком уж расточительно… Все равно что подрывать золото в надежде, что оно «осколками» причинит вред твоему неприятелю. Сомнительная затея, как ни посмотри. Да еще и не существовало на Земле настолько много ядер монстров и зверей, чтобы вот так ими разбазариваться, тем самым замедляя свое будущее развитие.

…Мысли выше промелькнули в одно мгновение, которое я потратил на разворот в сторону первого генерала Недобитка и смотря на него как хищник на свою законную добычу! Нет, ты больше не генерал Богомолов!

Зигзагами рванул в его сторону, придав появившемуся в руке мета-камню форму длинного копья — со стороны это выглядело так, будто я достал из кулона новое оружие. И оно тоже находилось под иллюзией — связать, что и то и другое оружие — это изменения формы мета-камня… Авилхейн здесь лично должен быть, чтобы это заметить!

Возможно, арахнид растерялся из-за смерти своего напарника, но сопротивлялся он слишком уж вяло, или же ранение в брюхо наконец внесло свою лепту… Всего за пару обманных движений, уклоняясь от паутинных сюрпризов, мне удалось догнать его и вновь атаковать в подбрюшенную область, где зиял окровавленный разрез от прошлого удара.

Влив в копье кучу духовной энергии, не забыв укрепить собственную ледяную защиту, я нанес чудовищный таранный удар!

Отступая, богомол успел выставить фиолетовый щит из темной энергии, напоминающий застывшие нити паутины, однако тот треснул, едва я коснулся его наконечником копья. Дожимая, навалился всей инерцией и влил еще энергии, чтобы почти мгновенно удлинить лезвие.

…Со смачным звуком наконечник прошил хитин ровно в месте предыдущего ранения и наконец вошел в податливую паучью плоть!

Генерал заверещал от боли, засучил лапами по воздуху, и четырьмя верхними конечностями попытался меня выковырнуть из моей ледяной брони. Однако к этому моменту я уже почувствовал духовным восприятием, где находятся сразу два сердца твари — ну точно мутант! — и вновь изменил наконечник мета-копья, раздваивая его в форме вилки.

…Два под завязку наполненные ледяной энергией шипа почти одновременно пробили пару сердец.

Тело арахнида дернулось в агонии, но он не сдох — мозг ведь не поврежден. На всякий случай я обернул ледяной энергией его духовное ядро, телекинезом притягивая к себе сквозь плоть.

Из последних сил арахнид выпустил что-то вроде темного яда вокруг себя, сквозь который мало что можно было разобрать; разъедая ледяную броню, но не критично. Он еще не знал — но это сыграет с ним злую шутку. Теперь он развязал мне руки!

…Кровавая сабля из кулона появилась рядом со мной, и я телепатически метнул ее прямо в одну из бешеных глазниц чудовища… Тут же невольно возникло острое чувство ностальгии: а ведь в самом начале своего пути я для такого маневра пользовался обычным охотничьим ножиком!

…Сабля прошила мозг ослабленной твари, взрываясь внутри заблаговременно заложенной энергией крови, и вылетела с другой стороны.

Только после уничтожения большей части мозга тварь перестала дергаться, испустила дух и затихла. Начала падать. Из-за подавляющей массы тела меня потянуло за ней, но к тому моменту я успел сунуть ледяную руку сквозь дыру в хитине, перемешивая кости и внутренности, чтобы притянуть и вырвать наконец злосчастное ядро!

Ядро генерала-арахнида третьего ранга!

От радости я коротко усмехнулся, блокируя носовые рецепторы, куда уже вовсю начала проникать исходящая от выпотрошенного арахнида вонь, и пинком с двух ног высвободил мета-оружие из плоти чудовища, придавая мертвой туше дополнительное ускорение. А сам завис в воздухе, разжав ладонь, где яростно пульсировало фиолетовое ядро размером с кулак подростка.

…

Тишина наступила не сразу. Еще несколько минут шла горячая фаза боя — добивали мелких и средних арахнидов, потерявших командование. Вайю к этому моменту успела разобраться со своими двумя арахнидами фазы Духа.

Без высших генералов армия паукообразных быстро утратила боевой дух, стала действовать хаотично и разрозненно. Инстинкты гнали их вперед — пожирать и уничтожать все на своем пути — но теперь это была не армия — стадо безмозглых хищников, мешающих друг другу, а иногда и нападающих со спины на своих же сородичей. Клановые практики и военные теперь методично вырезали остатки наиболее сплоченных групп.

…

Вернулся к более приятным вещам, чувствуя в ладони впечатляющую концентрацию энергии. Все-таки третья стадия Духа это тебе не хухры-мухры… Даже принудительно покинув тело своего обладателя, ядро продолжало пульсировать, будто живое!

Рядом на ураганной тяге появилась Вайю. Ее ветряная сфера частично рассеялась, лицо раскраснелось от напряжения, но глаза горели победоносным огнем. В левой руке она сжимала два ядра генералов-арахнидов первого ранга. Гораздо мельче моего. Размером с детский кулачок. Для ее развития, кстати, они будут почти бесполезны…

— Поздравляю, Дуан! — взглянула она на мое ядро, стараясь скрыть свое желание, но более ничего не сказала.

— Спасибо, Вайю... Без тебя я бы не справился, — обнадеживающе кивнул я, намекая, что, возможно, и она не уйдет обиженной.

Я коснулся щетины. Созрел небольшой план. И ведь действительно, если по справедливости: без прикрытия Вайю, практиков и армейской огневой поддержки — не возьми они на себя большую часть остальных высокоуровневых арахнидов — один против двух арахнидов третьего ранга и толпы тварей помельче я бы точно не вытянул. Пожалуй, можно и поделиться частью энергии в ядре, но взамен получить «кое-что» большее… И не только от самой девушки. Я мыслил на несколько шагов вперед.

Осталось обернуть план в красивую обертку. Потеряю в моменте, но приобрету в долгосроке… Тем более даже полного ядра мне вряд ли хватит для прорыва на следующую ступень. А половинки как раз — чтобы перешагнуть среднюю и достигнуть поздней второй ступени. Хотя, смотря как поглощать… — я окончательно уверился в мысли, что лучше не жадничать.

Не успел во взгляде Вайю вспыхнуть интерес от моего кивка, как рация на ее поясе зашипела, и нам пришлось спуститься на землю, чтобы получить… благодарности кучи комитетских командиров и лидеров клановых практиков.

…Кто-то меж делом доложил о потерях, о необходимости перегруппировки, о том, что западная часть города удержана, и что дальше они сами справятся, но желательно будет наше присутствие…

Вайю уточнила у подошедшего подчиненного, где ее бабушка. Оказалось, что та вместе с экспертами Альянса кланов по-прежнему ведет бои где-то ближе к восточной окраине города. И действительно — там все еще бабахало; люди защищали подступы от основной волны арахнидов, хоть и низкоуровневых.

Только эти двое генералов арахнидов вылезли в тылу из-под земли, прямо в центре города, с небольшими диверсионными отрядами, чтобы расширить плацдарм. По самим дырам уже конкретно влепили, но до этого оттуда успела просочиться чуть ли не тысяча тварей. Остальные же арахниды перли по старинке — напрямик с восточных рубежей.

…Я слушал и отмечал вполуха, задумчиво вертя ядро в руке.

Когда раскланивания закончились, и мы вновь остались вдвоем, я предложил Вайю:

— Как насчет поделить ядро?

— Что? С чего такая щедрость? — она удивленно и даже с каким-то подозрением приподняла бровь. — Нет, Дуан, это твой трофей. Заслуженный.

— Энергии хватит нам обоим… Ты тоже многое сделала для победы, — постарался объяснить я свой маневр, напуская немного благородства. — Как сильнейший представитель кланов и военных, тебе нужна сила не меньше, чем мне. Тем более… — я сделал паузу и воспользовался последним, добивающим аргументом, — мы же все-таки не чужие люди, а?

От этих слов Вайю наконец оттаяла и снизила бдительность.

— Ну если ты настаиваешь… Тогда не стану отказываться. Хотя моя семья и так уже в неоплаченном долгу перед тобой, — вздохнула она напоследок.

— Есть такое, — усмехнулся я и в шутку напомнил. — Я еще помню, что ты вроде как собиралась выйти за меня замуж…

…Вайю — ведь не только моя хорошая знакомая, но и та, к которой я не раз подбивал свои клинья. Ни один клин не зашел, к моему сожалению. И вот представилась еще одна возможность… покорить гору, на которую я так и не забрался. Мог перелететь, забыть, но забраться — нет! — в шутку я не переставал подтрунивать сам же над собой. Неужели я должен оставить все как есть? Свернуть на половине пути?

— Кто это там за тебя собирался?! — с показной серьезностью фыркнула Вайю и отвернулась. — Я изначально была против ваших с бабушкой закулисных договоренностей… Не смей ей об этом даже напоминать!

…Нет уж. Я дам ей последний шанс определиться.

— С чего мне об этом… — улыбнувшись, я уже хотел продолжить нашу старую добрую околофлиртовую перепалку, как вдруг застыл на полуслове, почувствовав на себе холодный, пристальный, чуть ли не враждебный взгляд со стороны.

Оборачиваюсь.

Глава 202

Глава 202

На крыше многоэтажки — той, что чудом уцелела после боя, — застыла едва видимая девичья фигура с белоснежными волосами.

Альфина смотрела на меня своим призрачным немигающим взором, и в этом взгляде читалось нечто такое, от чего я внутренне поежился. Будто она только что прочитала мои мысли. Все до единой. Особенно ту, про «клинья», «гору» и «сожаление».

Я незаметно испарил холодный пот со лба, и кивнул ей, делая вид, что не замечаю ее «несколько отличающийся» от обычного пристальный взгляд. Неужели она услышала? Ох и зря я ляпнул про «свадьбу»… Совсем принцесса вылетела из головы.

И чуя нутром, куда все веет, невольно мысленно простонал: а не пригрел ли я у себя на груди ту еще призрачную тигрицу-ревнивицу? Если она залезет мне в голову — мне точно придет конец. Точнее — нашей зарождающейся духовной связи...

— Что такое? — спросила Вайю, заметив и проследив мой взгляд.

К этому моменту на многоэтажке уже никого не было.

— Ничего, — поспешил заверить я. — Что-то вдруг стало как-то зябко…

— Зябко? — недоуменно посмотрела на меня она.

Ну да, понимаю: очень странно такое слышать от практика, у кого лед — это основная стихия…

***

Объединенный кланово-армейский прифронтовой штаб разместился в центре Владимира в подвале уцелевшего здания городской администрации. Массивное такое сталинское строение с толстыми стенами, которое выдержат, наверное, даже прилет сверхтяжелой авиабомбы. Внутри пахло затхлостью, машинным маслом и потом. Типичная армейская рабочая атмосфера. С поправкой на постапокалипсис.

Под потолком гудели лампы аварийного освещения, запитанные от полевых генераторов. По словам Вайю, электричество в город шло с большими перебоями. Сети рвали арахниды, оплетавшие опоры липкой паутиной и делавшие кладки в тепле; помогали им в этом и мародеры, воровавшие кабель для сдачи цветного металла — одно из немногих «хлебных» занятий в прифронтовой зоне. Правда, если поймают — тут уж без суда и следствия…

В штабе свет давали генераторы на солярке, но ее тоже экономили; хоть заправки и были под контролем КПО, но топливные цистерны периодически взрывали местные изверги-диверсанты, чисто забавы ради. На примере энергетической инфраструктуры: арахниды, мародеры и изверги — вот три главные напасти российских городов в это непростое время.

…Карты Владимира и окрестностей кто-то заботливо разложил на составленных вместе столах. Не знаю, подсмотрели ли они у Вайю или это она у них подсмотрела: но испещрены они были уже схожими пометками — красные стрелки наступления, синие линии обороны, черные кресты потерь или вражеских групп; каких обозначений там только не было.

Вокруг столов должны сейчас собраться те, кто руководит целыми объединениями выживших в московском регионе и центральной России, или по званию и силе — не последние люди в Альянсе кланов и Комитете.

Поскольку для меня старые деревянные двери и железобетонные стены уже давно не были критическим препятствием для зрения, я заранее узнал, кто в штаб войдет первой.

Первой вошла Вера Александровна, старшая глава семьи Вахрамеевых, бабушка Вайю по совместительству. Выглядела она лет на пятьдесят с небольшим — худощавая, с густыми седыми волосами, собранными в строгий пучок. В глазах — стальной блеск. Прорыв на фазу Духа скинул с нее добрые пару десятков лет. Исчезли старческие морщины, спина выпрямилась, движения стали резче. Теперь она больше напоминала поджарую тетку, следящую за собой, чем бабушку.

За ней вошли трое клановых людей из Альянса, которых я видел впервые, но сидевшая рядом Вайю ментально сказала мне пару слов о них: угрюмый мужчина с обожженной половиной лица представлял семью Курбских; сухощавый старик в костюме клерка — семью Самойловых; а молодая женщина с забинтованной рукой — наследница клана Демидовых. Следом зашли военные КПО, помимо прочих: полковник с уставшим лицом и, если не ошибаюсь по звездным шевронам, седой генерал-майор, чей китель был разорван на плече.

Все расселись. И только Вера Александровна осталась стоять во главе стола.

Начала она с обращения и «официальной» благодарности:

— …От лица объединенного альянса кланов и командования Центрального военного округа…

…Пока она говорила, окружающие лица со смесью любопытства, опаски и настороженности глазели в мою сторону. Похоже, все уже знали, что я еще являюсь и, мягко говоря, неплохим менталистом, поэтому никто не смел проявлять даже толику враждебности или агрессивных намерений. Либо скрывали, либо… может, их и не было? Тут не скажу.

В конце концов напрямую дорогу я никому из них не переходил. И они мне — тоже. В их же интересах сохранить этот статус-кво. Пожалуй, своим «привычным» ледяным взглядом я прекрасно давал это понять без всяких слов и ментального давления.

Взглядом человека, который на их глазах лично разобрался сразу с двумя генералами арахнидов третьей ступени Духа. Таких практиков у армии и кланового альянса даже близко не было. Самыми сильными считались как раз бойцы уровня Веры Александровны и скрывающей свои силы Вайю.

—…выражаю вам, Иньдуан, большую человеческую благодарность, — продолжала Вахрамеева-старшая, и ее голос, хоть и усталый, звучал твердо. — Без вашего вмешательства мы бы вне всяких сомнений потеряли Владимир… И он бы пал в пепле ядерного огня. Чтобы враг не прошел дальше.

Она сделала паузу и мрачно обвела взглядом собравшихся. Никто не возразил. Никто не оспорил ее слова. Генерал-майор хмуро кивнул. Молодая представительница клана Демидовых отчего-то неловко опустила взгляд в стол, но промолчала, и это молчание выглядело красноречивее всяких слов.

— …Но даже если забыть про наш последний Аргумент, — вздохнула Вера Александровна со все тем же сухим тоном и безрадостно покачала головой, — потери на этом участке фронта могли составить до семидесяти процентов личного состава. Два генерала третьего ранга, как не прискорбно нам это признать, — она вновь с нескрываемой надеждой взглянула на меня, — это та сила, которую нам пока нечем крыть. Разве что малым термоядерным оружием и точечным сверхзвуком, но оно не бесконечно... Мы много потратили в самом начале войны. У нас нет практиков вашего уровня, Иньдуан. Вернее… не было. Теперь, если вы с нами, у нас такие есть, и это способно развязать нам руки. Мы искренне надеемся, что вы не бросите свою страну в такую трудную минуту.

Хитрая старушка… И что мне в такой ситуации ответить?

— Пока я здесь, будь то Москва или Владимир, можете ни о чем не переживать, — по-простому ответил я, немного подыгрывая. — Своих в обиду не дам.

Многие от моих слов облегченно выдохнули. Видимо, Вера Александровна успела им многое обо мне наплести… Раздался одобрительный гул. Кто-то пригладил бороду, стараясь, чтобы другие не заметили его слабой улыбки. Другой расслабленно откинулся на спинку стула и прикрыл глаза.

— Вы не только спасли город, господин Иньдуан, — добавила женщина из клана Демидовых, поглаживая забинтованную руку и откровенно строя мне глазки. — Вы спасли весь восточный фронт!

— Госпожа Демидова верно говорит, — подлизал полковник с горячечным взглядом; правда, кому больше, не берусь сказать. — Иньдуан, такие как вы незаменимы в текущей обстановке. Страна гордится вашей помощью. Где ж вы…

— Все так, — кашлянула Вера Александровна, останавливая явно охочего до беседы полковника. — После Владимира фронт бы сложился, и следующая остановка арахнидов была бы в Москве. А Москва и окрестные регионы — это миллионы выживших гражданских, коих мы стараемся эвакуировать подальше от всего этого кошмара уже который месяц.

Я кивнул, принимая благодарность и игнорируя «глазки». Оглядел собравшихся и потребовал:

— Расскажите мне об арахнидах и как они оказались у Москвы. Я, конечно, многое и так успел узнать, но хотелось бы услышать официальное и исчерпывающее мнение. Откуда они? Успели ли их хорошенько изучить? Да и что вообще происходит в стране и мире за последние месяцы? Так уж получилось, что я… выпал из жизни на долгий срок, поэтому многое могу упускать из виду.

Вера Александровна кивнула и опустилась в кресло. Беседа приняла менее официальный тон. Ее сухощавые пальцы, унизанные старинными перстнями негромко забарабанили по столу.

— Это случилось около трех месяцев назад, — начала она, — в Сибири зафиксировали необъяснимый выброс энергии. Настолько масштабный, что спутники ослепли на полминуты. Сначала даже подумали, что кто-то провел испытание оружия неизвестного происхождения. Наши товарищи из Комитета, — она мельком глянула на генерал-майора. — Выслали разведку. Никто не вернулся. А спустя пару дней первая волна арахнидов добралась до Новосибирска...

— Новосибирск пал за сутки, — уронил полковник глухим голосом. — Мы потеряли связь с областным подразделением комитета и гарнизонами в два часа ночи. Последнее сообщение: «Нам конец. Их слишком много». К утру город вымер.

— Потом был Омск, — не меняясь в лице, продолжила Вера Александровна. — Томск. Красноярск. Сотни тысяч погибших. Тех, кто отказался эвакуироваться…

Арахниды шли лавиной, сметая все на своем пути. Как выяснилось позже… Последние Аргументы их не останавливали, а даже наоборот — побуждали двигаться дальше.

— Возможно их «высшие командование», если можно так выразиться, — басом пояснил седой генерал-майор, — считали, что мы защищаем нечто важное… сверхценное для их развития.

— Ага, а не собственные жизни, страну и мирных жителей, — вновь вздохнула Вера Александровна. —…Регулярная армия пыталась держать оборону по Уралу. Взрывали перевалы, закапывали армии арахнидов под целыми пластами горных пород, засеивали все минными полями, закладывали ядерные фугасы по пути их следования… Не вышло. Эти монстры не ведают страха, усталости, не боятся смерти, не требуют снабжения… Ими движет одно: чудовищный голод.

— Прут, как вода в половодье, — скривился полковник и сплюнул. — А еще любопытны, как черти.

—…Сейчас их армии растянулись от Урала до Волги. Мы держимся только потому, что они, как бы сказать… — она на миг задумалась.

— Не под общим управлением? — озвучил я свои наблюдения. — У высших арахнидов возникли свои терки и дележ территорий?

— Да, верно говоришь, — кивнула Вера Александровна и ткнула пальцем в карту. — Наша часть альянса держит фронт здесь. По линии Рязань-Владимир-Иваново. Южнее — Воронеж, там ад. Севернее — Вологда, пала. Да ты, наверное, видел, если пришел с той стороны… — и вопросительно уставилась на меня.

Я неопределенно качнул головой.

— Группы выживших, что прячутся, как могут, не в счет, — добавил генерал-майор и сжал кулаки. — Ничем пока помочь им не можем. Самим бы…

—…Связь с Архангельском и дальше на север и восток утеряна полтора месяца назад. Как ни странно, Мурманск пока держится. Скорее всего из-за холодов — арахниды по пути впадают в спячку и становятся не сильно активными и агрессивными. Дальний Восток… — Вахрамеева-старшая покачала головой. — О Дальнем Востоке мы ничего не знаем. Кажется, там что-то произошло параллельно с исходом арахнидов из Сибири… ну и туда они наверняка тоже сунулись. По всем каналам связи тишина. Никто до нас оттуда даже не доходит.

— Китай? — в тон ее приглушенной речи уточнил я.

Вера Александровна взглянула на мужчину с обожженным лицом из семьи Курбских. Тот быстро сориентировался:

— Китай молчит. Индия молчит. Европа… — скривился он. — Европа полностью закрыла границы после того, как арахниды появились в Польше. Да-да, они уже там. Прорываются через Беларусь и в обход нее.

—…Нашим братьям белорусам помогаем как можем, — вновь вставил свои пять «комиссарских» копеек полковник, будто пытаясь меня в этом заверить, и гордо приподнял квадратный подбородок. — Это наш долг. На нас равняются все соседи. Мы ж ведь теперь передовая всего континента…

— М-да, вряд ли на других концах материка случились более масштабные катастрофы… Хотя хрен его знает. Все молчат, — проворчал седой генерал и взглядом слегка поумерил пыл своего визави.

Я заинтересованно слушал то одного говорящего, то другого, не перебивая и задавая уточняющие вопросы. Вера Александровна вскоре вновь подключилась:

— …Как я уже упомянула, мы организовали эвакуацию. Мирное население из прифронтовых областей вывозим через местные укрепрайоны. Прячем в подземных убежищах, старых бункерах, метро. Москва и ближнее Подмосковье превратились в гигантскую агломерацию беженцев. Даже несмотря на смерти населения от болезней, шаек извергов и перебои с поставками продовольствия — выжило порядка пятнадцати миллионов — плюс те, кто успел прийти из Ленинградского региона и ближайших крупных восточных городов. Еще миллионов семь сверху… — и она бросила короткий взгляд на представителя семьи Самойловых, сухощавого старика в костюме.

— …Из-за нарушения логистики и цепочки экономических связей, — прокашлявшись, слегка официозно заговорил он, подсматривая в бумажку и перескакивая с пятого на десятое; его, наверное, сюда только для этого и позвали. — Как следствие — еды на всех не хватает. Вода пока есть, но фильтровальные станции работают на пределе… Практиками пока стали менее трех процентов подконтрольного населения, по прогнозам…

Сидящие за столом недовольно поморщились. Вера Александровна спокойно прервала старика твердым, но вежливым поднятием руки.

— Борь, если Иньдуан будет заинтересован, эту информацию можно будет передать ему в бумажном или цифровом виде. Сейчас мы несколько о другом…

Она замолчала. Старичок сглотнул, нащупывая воротник рубашки, поправил, и тоже молча кивнул.

Установилась редкая для собрания тишина, которую нарушал только гул генератора где-то в соседнем помещении.

В воздухе повис вопрос: что делать дальше.

Глава 203

Глава 203

Я посмотрел на большую карту на столе, на красные стрелки, пронзающие страну от Сибири до Подмосковья, пытаясь полностью осознать масштаб. Три месяца. Прошло всего три месяца с моего исчезновения в Вечной Обители, а мир уже неузнаваем. Разоренные мегаполисы, нарушенные связи, редкие общины выживших, миллионы беженцев, армии хитиновых монстров, марширующие сквозь весь континент… И где-то на севере Сибири — выжженный ядерными ударами эпицентр, откуда вылезли твари. Бездна. Разлом прямо в земле.

— Что с их генетикой… происхождением? Исследовали? Может… пытались понять их язык? — решил вызнать я информацию, которую сложно будет добыть самостоятельно. — Что вообще удалось узнать?

Вера Александровна переглянулась с представителем семьи Курбских. Будто это было его поле деятельности.

— Кхм… Да мы захватили несколько смышленых особей, — угрюмо проскрипел он. — Даже пытались наладить контакт. Бесполезно. Их структура мозга, речи, странный щелкающий протоязык… Все чуждо нашему восприятию. Правда кое-что любопытное мы все же выяснили. Их генетический код… Он не совпадает ни с одним известным на Земле!

…Вайю ментально передала, что этот мужчина с обожженным лицом — в прошлом видный ученый и даже кандидат каких-то там наук, так что его словам в этом плане можно доверять, хоть и с оговорками.

— Это буквально другая ветвь эволюции жизни… — продолжал он с огоньком в глазах, а ожог придавал ему лицу зловещий оттенок. — Потом на это наложились видоизменения в ходе уже так называемой биоэнергетической эволюции. Хотя последнее уже скорее наши домыслы — никак проверить это или опровергнуть мы пока не можем — нет научной базы, технологий, нет приборов...

— А можно попроще? — шмыгнул носом полковник.

— Можно… Эта раса паукообразных эволюционировала точно не на Земле. Зародилась где-то еще. Что намекает на их космическое происхождение… Либо же на какое-то огромное земное измерение, вроде тех, что в центре многих аномалий… Но тогда такое измерение должно было вместить миллиарды особей. Не представляю, как они там выжили и не пожрали друг друга… — покачал он головой.

…А я представляю и иные варианты, но свои домыслы не счел нужным говорить вслух.

«Или, может, они, как и крылатое племя, были заморожены во льду...» — ментально вновь озвучила свою версию Вайю. На что я неопределенно качнул головой.

— Где именно в Сибири находился эпицентр их распространения? — уточнил еще один важный вопрос, собирая всю мозаику.

— Плато Путорана, — ответил полковник и сбивчиво пояснил. — Безлюдный район. Ни городов, ни дорог, ни сел, одни скалы да тундра. Если они правда оттуда и там образовался какой-то гигантский провал в земле, а не мы так туда долбанули, — это идеальное место для того, чтобы их там никто ранее не нашел. До поры до времени…

Плато Путорана… Я запомнил. Может, как-нибудь придется его навестить, чтобы получить ответы на все вопросы и когда радиационный фон сойдет на нет... Но точно не раньше, как достигну поздних стадий Духа. Сувать голову в логово арахнидов из-за одного любопытства… Угу, пускай ищут других дураков, готовых к тому, что их убьют, переварят и… оставят под ближайшим кустом.

Я медленно покивал своим мыслям. Кажется, выяснил все, что нужно. Остальные детали можно будет уточнить позже.

— Ладно, — сказал я, поднимаясь с места и потягиваясь. — Засиделись. Пора и честь знать. Как я уже сказал, можете на меня рассчитывать, если буду неподалеку. Связь я поддерживаю… Вы и так знаете, через кого.

Представители кланов и военные серьезно кивнули и бросили внимательный взгляд сначала на Вайю, а потом и на старшую главу семьи Вахрамеевых. Кто-то даже едва скрывал зависть, что только у них была такая возможность…

Вера Александровна тоже слегка кивнула, и в ее глазах старой лисицы блеснуло нечто среднее между благодарностью и удовлетворением.

Благодаря мне, ее статус в очередной раз подскочил в этом вынужденном альянсе.

Альянсе, контролирующем судьбы миллионов жителей страны…

***

Возвращались мы поздним вечером. Поместье Вахрамеевых встретило нас тишиной; лишь ветер гулял по аллеям старого сада да где-то на КПП залаяла сторожевая собака.

Альфина скользнула в отведенную ей комнату в гостевом доме, бросив на меня короткий взгляд, в котором читалось: «Позже поговорим. Обязательно поговорим». Не стал уточнять, о чем именно.

С Вайю же мы расположились в знакомом тренировочном зале: просторном помещении с голыми каменными стенами, где несмотря на проведенный косметический ремонт до сих пор витал в воздухе прежний боевой дух. Именно здесь в свое время я обучал Адонеллу, Хуана и Лану противостоять огнестрельным видам оружия, с которыми они не были знакомы. Еще они просто здесь какое-то время проживали и тренировались вместе. Я, Елена и Вайю часто тогда их навещали.

Казалось бы — уже прошли годы, но нет. Всего-то несколько месяцев… В текущих суровых реалиях каждый день идет за два, а то и за три; время течет в чем-то медленно, в чем-то очень быстро.

Если верить Тиан, то объективно правильный ответ: время внутри Барьера течет быстро… Быстрее, чем снаружи. Хотя те, кто внутри, этого не замечают. Как она там говорила? Здесь три года, как один снаружи? И тогда что же получается: если смотреть из-за пределов Барьера, здесь все наши действия происходят в ускоренном «икс три» режиме, как на перемотке?

Я прекрасно себе это представляю, поскольку еще до прихода в мир духовной энергии, будучи обычным человеком, баловался тем, что почти все видео, фильмы, сериалы смотрел на скорости «икс два», а аудиокниги слушал на скорости «икс три» и более. Дальше уже тупо восприятие не позволяло в полной мере насладиться видео и аудио-картинками… Интересно, у кого-то за Барьером существовала такая же проблема?

Один год снаружи — три года внутри… Да, практик постареет, но при прочих равных, его базовая скорость культивации будет в три раза выше. Даже если сравнить двух равных по внутренним предрасположенностям гениев — один будет в три раза казаться талантливее только за счет этого внешнего фактора. А ведь есть и другие, и их много, как например, «принцип чистого листа», «выживание на пределе сил», «эффект первопроходца» и так далее… В итоге, за тот же промежуток времени коэффициент развития можно смело повышать, наверное, вплоть до «икс десяти», если не больше. Поэтому «инопланетяне», эти галактические фракции, на Землю, сюда, так и рвутся, не считаясь с потерями, ресурсами и жизнеспособностью своего молодого поколения… Эта игра в долгую.

Три глубоких вдоха. Один медленный выдох. Четыре кратких полувдоха. Один выдох… Все эти месяцы я не переставал экспериментировать со своей техникой дыхания, которую вывел сам, в результате вдохновения, подбирая наиболее оптимальную глубину. Пытался нащупать резонанс… с самой размерностью пространства.

По сравнению с другими моими техниками, Дыхание пространства почти не прогрессировало, застыло на месте. Я даже не уверен, была ли эта техника дыхания — именно техникой, а не способностью в процессе зарождения чего-то большего. Тем не менее — она работала и позволяла мне полноценно культивировать и циркулировать энергию даже на уровне Возведения Духа. Возможно, она все еще находилась вне пределов моего понимания, в ней больше фантазии, нежели реальности, но… Всей силой своего воображения я верил. Верил, что она хоть и медленно, но развивается вместе со мной!

Приоткрыл один глаз. Встретился взглядом с сидящей в метре напротив меня в позе лотоса очаровательной темноволосой девушке в свободной тренировочной одежде. На личике застыло нетерпение, но она не смела нарушать мой цикл культивации.

Чуть выставил руку в ее сторону и раскрыл кулак костяшками вверх. Фиолетовое духовное ядро генерала арахнидов третьего ранга, будто что-то почувствовав, запульсировало с удвоенной мощью, распространяя волны высокоуровневой духовной энергии. Такая сырая энергия самопроизвольно еще не могла видоизменять окружающий мир, но вот что касается всякого рода «духовных мутаций»… Напрямую влиять на жизнь, пускай и самую простую, преобразовывать ее без всяких циклов культивации… она была на такое способна. Я почти в этом уверен.

— Готова? — улыбнулся я.

— Всегда, — нетерпеливо закатила глаза Вайю, будучи явно начеку; спина выпрямлена и собрана как у дикой кошки, готовой располосовать лицо обидчику или сорваться в сторону.

Она знала: от меня можно ожидать чего угодно. Иногда я прямо-таки любил культивировать концепцию непредсказуемости. Немного поддразнивал ее этим, но без злого умысла. Как говорится, на все воля небес — я всего лишь проводник… Улыбнулся еще шире. Уголок рта девушки тоже дернулся.

Наши ладони соприкоснулись с ядром с двух сторон. Сверху и снизу. Началось поглощение. Ци хлынула из моих ладоней, проникая в структуру ядра, разрывая и втягивая его энергетические связи. Со своей стороны то же самое делала Вайю. Ядро испуганно задрожало, чувствуя, как забирают саму его суть. По поверхности побежали трещины — и физические, и энергетические. Фиолетовый свет запульсировал чаще, быстрее, как вдруг наши с девушкой духовные намерения соприкоснулись где-то в середине ядра, и оно стало распадаться на два потока чистейшей духовной силы. Один устремился ко мне, второй — к Вайю.

Я закрыл глаза и сосредоточился на преобразовании энергии в свою собственную. Чужеродная сила арахнида ощущалась грубой, необработанной, как сама природа; шторм; как извержение вулкана... Она обжигала, проходя по меридианам, как раскаленный песок.

Однако мой метод культивации, Техника Ледяного Демона, успешно перемалывал ее, замораживал, укрощал и превращал в чистую ци с ледяными примесями.

Циркуляция ускорилась. Сколько прошло — час, два, три? — я не считал. В культивации время течет по-своему. Духовные меридианы напряженно загудели и расширились, подобно обычным кровяным венам, адаптируясь к все возрастающей нагрузке. Дыхание само подстраивалось под ритм поглощения — вдох, выдох... Даньтянь наполнялся чистой нейтральной силой, сжимаясь до критической точки, а потом расширяясь. И так цикл за циклом — чтобы в конце концов исторгнуть из себя волны преобразованной духовной энергии…

На фазе Ци в такие моменты происходил прорыв на следующую стадию, однако, находясь на фазе Духа… я всего лишь перешел на позднюю вторую ступень. Тоже неплохо. Грех жаловаться, но…

Поток монструозной энергии резко начал иссякать. Едва я подумал, что справился быстрее Вайю, и хотел открыть глаза, как вдруг!

Чудовищный, но такой… я долго не мог подобрать подходящее слово… нежный?.. поток уже очищенной арахнидской энергии вновь хлынул по меридианам рук в сторону моего даньтяня… От неожиданности я даже приоткрыл глаз, уставившись на слегка самодовольно улыбающуюся девушку.

— Вот я и верну тебе должок, Дуан. И без всякого… Ну ты понял! — тихонько сказала она и закрыла глаза, усилив напор очищенной энергии. И без пояснений я догадался, что она хотела сделать и сказать.

Довольно быстро мы приноровились к друг другу и вошли в так называемый… Двойной цикл культивации. Это был подвид двойной культивации, но без непосредственно «соития» телом и душой.

Тем не менее, партнеры должны сильно доверять друг другу, чтобы такая культивация между ними вообще произошла и прошла гладко. С первым встречным, как и в случае секса, этим заниматься не будешь сразу по многим причинам.

…Все происходящее я посчитал своей маленькой победой, хотя и не планировал… Правда. Надеялся на другое… Но так даже лучше. Как там в присказке? Делай кармически правильные дела, и она, карма, к тебе еще вернется?

Отбросив все посторонние мысли, я с удовольствием погрузился в сам процесс.

Поток очищенной энергии половины ядра арахнида совместно с «десертом» в виде энергии практика третьей ступени Духа хлынули в мой Земной даньтянь. Да так, что я едва успевал его перерабатывать и очищать уже под свое развитие…

Вайю напористо пыталась контролировать процесс, но в ходе нескольких циклов я перенял управление на себя, «пододвинув» подругу в сторону более пассивной роли. Да и что там говорить: лучше у меня получалось; опыт-с не пропьешь, чего уж тут…

Сам поток энергии в наших телах напоминал витиеватый символ бесконечности: ци из ядра арахнида входила сквозь правую руку, совершала цикл по моим меридианам, самые очищенные крохи энергии поглощались даньтянем, а «недоочищенный» избыток шел в левую руку и сквозь уже почти прозрачное и эфемерное ядро арахнида передавалось обратно девушке, где она проворачивала почти все то же, что и я, но… Не поглощала энергию, а снова отдавала.

Без последствий для своего даньтяня долго она так делать не сможет, а значит следовало поторапливаться… Я ускорил поток, и в какой-то момент наконец нащупал нужное состояние. Мой земной источник вновь сжался и разжался, энергия трансформировалась в более жидкую форму… Я оказался на пике второй ступени Духа!

Вдох… Выдох… Вдох… Постепенно и наше дыхание вошло в полный резонанс.

…Очищенная энергия арахнида уже давно кончилась. Ядро осыпалось энергетическим пеплом. Теперь мы держались за руки. Лоб Вайю покрылся испариной, а глаза зажмурились.

Как водоворот мой даньтянь продолжал вытягивать энергию из ее тела… Однако я понимал: не успеваю. Нужно либо прерываться, либо… прорываться. Ни того, ни другого я не мог позволить себе сделать в данный момент. Второй случай понятен, первый же грозил помножить на ноль усилия Вайю по моему прорыву на следующую ступень. И чем больше она давала мне поглощать сущность ее ци из даньтяня, тем больший откат ее будет ждать впоследствии!

Я не успевал. И срочно нужно было что-то сделать.

Глава 204

Глава 204

Идея пришла как всегда неожиданно.

Нужен дополнительный поток… Русло. А лучше целых два. Проблема, которая ни за что бы не возникла, занимайся мы «полноценной» двойной культивацией.

— Вайю, если позволишь… — и ментально я мгновенно объяснил ей ситуацию. — Нет, нет, я прекрасно помню твое отношение к этому… Чисто по-дружески. Я буду тебе благодарен.

— Все-таки нашел повод… — сердито выдохнула Вайю с закрытыми глазами; ее веки дрогнули. — Ладно уж, сама виновата... Но в первый и последний раз!

— Договорились!

Больше ничего не говоря, я нежно притянул девушку к себе. Усадил на колени и…

Поцеловал.

Духовные нити протянулись из губ и чуть ниже пупка.

Возникло два дополнительных потока энергии и циклы культивации стали происходить почти в три раза быстрей, а Вайю теперь требовалось в три раза меньше усилий. Совокупно же… Не прошло, наверное, и нескольких минут, как я оказался на грани прорыва!

Вскоре возникло ощущение, подобное экстазу. Наслаждение прокатилось по телу волной. Но я не расслабился, а резко собрал всю энергию и сжал даньтянь…

Прорыв!

Всплеск…

В самом даньтяне произошло нечто напоминающее духовный всплеск — вместо последующего расширения, он будто бы схлопнулся сам в себя, «брызги» энергии полетели во все стороны; два соединенных «озерца» Земного даньтяня стали намного гуще, чем до этого, и на мгновение покрылись льдистой коркой моего основного элемента.

…На мгновение я очутился в своем Духовном море, где в этот момент царил абсолютный ноль. Ноль в центре всего твоего естества. Даже сознание на миг заморозилось и меня посетило состояние безмыслия.

Я прошел через это на одном дыхании. Спасибо Технике Ледяного Бессмертия. Она уже закалила мое тело, сердце и разум до предела… А то так бы я мог здесь остаться надолго с неизвестными последствиями снаружи.

Уже позже я понял механизм: в измерении даньтяня почти вся энергия настолько загустилась, что перестала «парить» и стала течь, начав существовать в более высоком духовном состоянии. Почти на треть жидкостным, а не газообразным. Соединенные озерца, когда-то бывшие нижним и средним даньтянем, теперь в самом деле заключали в себе водную структуру, а не «облачную». Иллюзорная статуя Ледяного духа с демоническими очертаниями стала еще более материальной, дойдя почти до середины оголенных мускулистых бедер. Миг — и я выныриваю обратно из дебрей своего внутреннего мира…

…Охлажденное сердце билось замедленно, но ровно, перекачивая усиленную энергию ци. Мозг хладнокровно обрабатывал огромные потоки мыслей и информации, ничуть не перегреваясь. На мгновение я даже почувствовал, хотя, может, и показалось, что тело, благодаря возросшему качеству духовной энергии, перестраивается на клеточном уровне — кости закаляются и крепчают, мышцы обжигает холодом и они наливаются новой несравнимой силой, а духовное зрение становится острее, чем когда-либо… Мир вокруг стал четче, объемнее. Я «разглядел» пылинки, танцующие в приглушенном лунном свете снаружи тренировочного зала. Слышал, как в фундаменте здания скребется мышь. Чувствовал, как Вайю дышит размеренно и глубоко, и насколько ускоренно бьется ее сердце по сравнению с моим…

Открываю глаза. Она тоже закончила. Сидела уже не на моих коленях. Ее аура пылала насыщенным ураганным серебристо-голубым цветом. Середина третьей ступени? Наверное, всего немного недотянула до поздней… Пускай так, но как и обещано — она не уйдет сегодня разочарованной.

— Значит, тебе удалось… Поздравляю! — хмыкнула она, стараясь не встречаться со мной взглядом. — Почти догнал меня… Да не совсем!

— Почти? — я примиряюще улыбнулся, но сказал ровно противоположное. — Я и так тебя догоню, Вайю. Назови срок.

— Не сомневаюсь, Дуан…

Помолчали. Закрыли глаза. Всем своим умиротворенным видом я старался не напоминать, что между нами все же состоялся немного интимный контакт, пускай и только в одной лицевой плоскости. Промелькнула чисто мужская задорная мысль: но какие мои годы… Одной своей спутнице я это уже говорил — пора сказать и ей:

— …У нас целая вечность впереди. Помни об этом, Вайю.

— Что? — не поняла она и приоткрыла глаза.

Я сохранил благородное молчание.

— Нет, повтори? К чему ты это вообще? — не унималась девушка, кажется, даже начиная сердиться.

Наша смешанная энергия до сих пор витала в воздухе, покалывая холодом кожу и освежая дуновениями ветра, будто взявшимися из ниоткуда. Я смотрел на свою подругу духовным зрением и от ее вопроса неожиданно вспомнил наш первый «неоднозначный» контакт. От этого воспоминания мне стало немного неловко. Но надо это преодолеть… И я даже знаю, как.

— Помнишь тот случай… в пещере на острове? — медленно спросил я.

Вайю приподняла бровь.

— Если ты о том случае… Да, такое сложно забыть. А что? — и прищурилась.

Кашлянул.

— Просто внезапно вспомнилось. Тогда пришлось пойти на чрезвычайные меры, и сейчас тоже… А ты переживала, бранила, сердилась…

— Чрезвычайные меры, ну-ну… Не начинай! — Вайю покачала головой и поджала губы.

— Пришлось импровизировать, — вздохнул я. — Но получилось не очень, согласен.

— Сыта я уже твоими импровизациями… — заметила она и неожиданно тихо добавила. — Дуан, я… Елена… При всей моей к тебе симпатии… Ты пойми, я по-прежнему не готова переходить определенные границы.

— То было прошлое, сейчас настоящее, — философски произнес я и спросил, глядя ей в глаза. — Но а в будущем? Скажи мне честно и однозначно — нет, и тогда, клянусь, Вайю, я «в этом» плане отстану от тебя навеки! Во веки веков! Слышишь?! Скажи это? — с непривычной для себя резкостью попросил я.

Выражение лица Вайю дрогнуло. Она нахмурилась и вновь отвела взгляд, приоткрыла рот:

— Я… — но нужные слова так и не сорвались.

— Молчание говорит за тебя, — вздохнул я и легонько сжал ее ладонь. — Я буду ждать. Столько, сколько придется.

И себе же пообещал: но не вечность… Вечность нужно проводить с теми, кто выбирает тебя. Без исключений.

—...А до тех пор, — ослабил я голос, — предлагаю сохранить статус-кво и оставить все как прежде? Если ты не против?

— Еще бы я была против… — оттаяла Вайю, выбравшись из своих мыслей, затем фыркнула беззлобно. — Главное, чтобы статус-кво не включал в себя твои привычные поползновения…

…Семя колебаний я уже посеял, а там уже пусть сама разбирается в своих чувствах. Готов принять любой вариант. У меня нет иллюзий на этот счет.

— Какие такие поползновения? Слишком ты плохого обо мне мнения… — пожаловался я.

И мы искренне улыбнулись друг другу, а после припомнили былые деньки — все наше путешествие вглубь Тверской зоны.

…Как я однажды забурился под снег, оставив Хуана сторожить пещеру, а Вайю, как птица, осталась ночевать на дереве; как победили и приручили Щура; а потом и о приключениях в уже несуществующем измерении небесного острова, где отыскали замурованное во льду крылатое племя; как встретили Лану, как она помогла мне найти мета-камень, как я одолел гигантского питона, едва не оказавшись у него в желудке… Было что вспомнить, много чего, прекрасных эпизодов и не очень.

Странное чувство — сидеть здесь, в мире, разорванном войной и нашествием чужеродных тварей, и с теплотой погружаться в воспоминания, которым, кажется, сто лет. Хотя и года не прошло с нашей первой встречи... Сколько всего случилось.

— Знаешь, — сказала Вайю, окончательно приходя в себя и возвращая прежний настрой, — я рада, что ты вернулся. Честно.

— Я тоже рад, что ты достигла середины третьей ступени Духа, — нарочито занудным тоном поздравил я. — Миру как никогда нужны сильные практики. Особенно сейчас. В такое непростое время.

— Прагматик, — улыбнулась она, наверняка догадываясь, кого я беззлобно передразниваю.

— Стране нужны герои… Нет, я реалист. Да и разве не приятно быть впереди планеты всей? Быть первопроходцем там, куда еще не ступала нога человека?

— Не думала под таким углом…

— А ты подумай.

Без задних мыслей мы в свойской манере обсудили еще парочку весьма абстрактных, но легких вещей, и наш сеанс «беседы-медитации-культивации» подошел к концу.

Вайю поднялась, магией воздуха отряхивая одежду. Взглянул на висевшие на стене часы. Как оказалось, в тренировочном зале мы просидели более шести часов.

— Пойду проверю, как там у наших дела... Ты как — останешься в поместье?

— Пока да. Нужно осмотреться, понять, куда двигаться дальше.

С серьезным видом она кивнула и ушла, оставив меня одного в тренировочном зале. Я еще долго сидел, глядя на лунный свет, льющийся сквозь подпотолочное окно, и думал о том, что измениться все может в любой момент. Мирные деньки не вечны; когда не надо никуда бежать. Нужно потратить это время с пользой…

…Еще одного разговора, на этот раз с призрачной леди, я сегодня точно не вытяну. Она если и не заглядывала в спортзал, то по крайней мере почувствовала мощнейший всплеск энергии после моего прорыва. Наверняка нагрянут закономерные вопросики… Уж она-то сразу догадается, что ядра арахнида третьего ранга мне вот ну никак бы не хватило для прорыва на следующую ступень.

Долго я бегать и прятаться не собираюсь, но по крайней мере до утра… Утро вечера мудренее. Эту ночь хочется провести в спокойствии. А там уже посмотрим-поглядим.

***

Резкий пронзительный звук разорвал утреннюю тишину.

Взвывшая на всю округу сирена стала медом для моих ушей. С довольным и отдохнувшим видом я выбрался из-под земли ударом ледяного кулака, готовый к войне хоть с арахнидами, хоть с женщинами, хоть с самим дьяволом!

Вся территория поместья мгновенно ожила. Практики выбегали из казарм, хватая оружие. Военные на вышках по периметру разворачивали крупнокалиберные пулеметы. РСЗО наводили орудия в сторону восходящего солнца. Кто-то закричал в рацию:

— Воздушная тревога! Цель с востока! Опасность ранга альфа! Высокоуровневая сигнатура! Ожидание приказов младшей главы!

Неужто Авилхейн?! — я резко стал серьезнее. Мед в ушах грозился превратиться в совершенно противоположную субстанцию известного оттенка.

Пару мгновений еще понаблюдав за оперативной суетой в поместье, я взлетел ввысь и на ходу выставил Ледяные крылья.

Вайю тоже уже находилась в воздухе. Ветер крутился и клубился вокруг нее, словно сам вошел в боевой режим. Альфина материализовалась рядом с нами. Ее призрачные глаза устремились на восток, но прежде она с легким прищуром взглянула на меня и бросила:

— Поздравляю, Иньдуан… Я чувствовала, что ты где-то рядом, но никак не могла найти тебя. И где это ты пропадал?

«Бегал» — хотел ответить ей в рифму, но удержался. Она бы все равно не поняла юмора…

— Извини, после поглощения ядра решил побыть наедине с самим собой, — с каменным лицом ответил я.

— Да-а? А Вайю мне уже кое-что рассказала, — леденяще улыбнулась она одними уголками губ; глаза оставались немигающе неподвижными и пронзающими. Примерно так в моем представлении улыбался бы маньяк-социопат, вышедший за очередной своей жертвой.

Не успел я дежурно уточнить, что же такого поведала ей хозяйка особняка, как Вайю встревоженно воскликнула:

— Дуан, успокойтесь! К нам приближается практик минимум пика четвертой ступени Духа!

— Откуда ты знаешь? — перевел я на нее свое внимание, старательно игнорируя сверлящий мой затылок призрачный взгляд.

— Дэ-эс-э зафиксировали, — коротко пояснила она, вглядываясь в горизонт; будто это мне о чем-то говорит.

«Датчики смерти или жопы?» — хотел не к месту спросить я, продолжая мысленно упражняться в остроумии и разминать тело, готовясь к большой заварушке; но теперь меня бы не поняли обе девушки.

— ДСЭ? — сухо все же уточнил я.

— Да, датчики сканирования энергии… Новейшие разработки альянса, между прочим, — отвлеклась от разглядывания рассвета Вайю.

— О, я так и понял.

Она достала из кармана устройство и помахала им. Оно напоминало нечто среднее между маленьким смартфоном и стареньким КПК, который я застал еще в детстве.

…Похоже, пока не слишком хорошо в стране работает «импортозамещение». Но оно и не удивительно: мировая торговля прекратилась всего как несколько месяцев… Аналоги собирают из того, что есть.

Глаза Вайю вновь расширились.

— Этот неопознанный практик выдает пять скоростей Маха! Пять, Дуан!

— Гонишь? — не поверил я.

Даже Авилхейн гнался за мной и своей дочерью не с такой прытью… Или он тоже успел за это время прорваться?

Или что тут вообще происходит?!

Если это по мою душу, то… в пору перебирать все свои козыри, чтобы ненароком не забыть их в пылу схватки или побега. А Вайю лучше помолиться своему предку: если это пришли за ней — ее-то я еще попробую вытащить, но не ее родовое гнездышко с последователями.

Пока я предавался мрачно-веселым мыслям, наслаждаясь предбоевым азартом, Вайю произнесла одними губами:

— Нет… Пятая ступень… Пятая!

Сурово кивнул. Духовным восприятием и так уже чувствовал приближение обжигающе-пылающей ауры, что двигалась в нашу сторону на чудовищной скорости.

По крайней мере… не арахнид. Определил я сразу. У тех энергия буквально кричала об инородности. А жаль… — вздохнул я. Но тут же изменился в лице, как только враг приблизился еще на пару километров.

Эта духовная энергия… Такая чистая. Вроде даже знакомая… Нечто внутри моего Духовного моря аж завибрировало от неясного зова!

…Она появилась из-за облаков.