ДЕМОН. Вы прибыли в пункт назначения.

Глава 1

ДЕМОН. ВЫ ПРИБЫЛИ в ПУНКТ НАЗНАЧЕНИЯ.

Глава 1.

Шум города врывается в тишину небольшой комнаты на втором этаже аварийного дома, где спит, свернувшись калачиком, девушка. Ворон врезается в окно, пуская трещину по стеклу, и начинает беспокойно летать по всей комнате, хлопая крыльями и открывая клюв с воплем.

Девушка распахивает сонные глаза в ужасе. Ее пальцы на руках и ногах цепенеют. Она не понимает, где сон, а где реальность. Огромная птица, острые когти и черные как ночь, умные глаза.

Ольга.

Молча лежу на спине и наблюдаю, как черный ворон мечется под облезшим потолком. От страха из головы вылетели все слова, вместе с русским алфавитом, и остатки снов.

Какого черта? Дыхание учащается, не понимаю, что делать. Птица орет и бьет крыльями по люстре, шторам и шкафу. Стеклянный плафон люстры опасно раскачивается прямо над головой.

- Оля! - Мария Фёдоровна грохочет неизменными каблуками по деревянной лестнице. - Ты что там творишь?! - гневный голос женщины пугает ворона, и тот внезапно пикирует вниз.

Три пальца с сильными изогнутыми когтями угольно-черных лап цепко обхватывают металлическое изножье кровати. Ворон замолкает, уставившись на меня глазами - бусинками.

- Чего тебе? - хриплю пересохшим горлом, но страх быстро улетучивается.

Я словно не с птицей говорю, а с разумным существом. Только, ответа я не получаю.

- Ольга! - громыхание, стуком в дверь это не назовешь, и вопль хозяйки квартиры ничуть не волнует ворона.

Он наклоняет голову вбок резким движением и медленно моргает полупрозрачным веком. Я осторожно подбираю к себе ноги и приподнимаюсь на локтях.

- Открывай или я полицию вызову!

- Сейчас, Мария Фёдоровна! - кричу ей, но глаз с ворона не свожу.

Внезапно ворон начинает хлопать крыльями и кричать, задирая голову вверх. Я снова прибиваюсь к изголовью, страх не уходил, он просто притаился.

- Кыш!

Хватаю подушку и бросаю. Она тяжелым снарядом летит не туда, а вот ворон поднимается в воздух, продолжая орать, как и хозяйка за дверью.

- Пошел вон!

Черная птица мощно размахивает крыльями, взгляд направлен на меня. Он снова кричит и бросается ко мне камнем. Адреналин в крови взрывается, сбрасывая оцепенение. Я сигаю с кровати к входной двери, и в этот момент с потолка падает люстра. Стеклянный плафон мягко приземляется на то место, где я только что была.

Моя рука на дверной ручке, сердце бьется где-то в горле, пульс барабанит в ушах. Ворона нет… только черное перо медленно опускается на стол у подоконника.

- Ольга, открой, в конце концов!

Выдохнув весь воздух из легких, я поворачиваю защелку против часовой стрелки и отхожу. Мария Фёдоровна буквально вваливается в комнату. Едва удержавшись на ногах, женщина таращится на кровать с люстрой широко раскрытыми глазами. Я же медленно и осторожно иду к окну.

- Что здесь было?

На потолке вместе люстры торчат два провода, а от них по штукатурке расходятся трещины. Плафон уцелел, но… звук бьющегося стекла заставляет подпрыгнуть. Круглая стекляшка все же скатилась с кровати и рухнула на пол.

- Ольга, - тон пожилой женщины опасно понижается.

Бигуди на голове дамы наполовину открутились и болтаются абы как. Я стою опустив руки в полном бардаке и хлопаю ресницами.

- Я не знаю…

- Как это не знаешь?

- В окно залетела черная ворона.

- Черных ворон не бывает.

- Ворон, да, - потерянно собираю все мысли в кучу.

- Это ж надо быть такой невезучей! - Мария Фёдоровна упирается кулаками в тощие бока. - Именно к тебе залетела птица и посмотри, что наделала! Люстра разбита! Стекло треснуло!

- Я… я все исправлю, все оплачу, - пячусь от хозяйки и упираюсь в стол, стоящий у распахнутого окна.

- Конечно исправишь! И знаешь, что?! Собирайся и проваливай в конце месяца. А люстру и окно почини немедленно!

- Но… - слова застревают на губах.

Женщина пышет яростью, словно паровоз. Я же не виновата… к чему сразу выгонять? Орет прямо, как чертов ворон.

Мария Фёдоровна уходит, закрывая за собой дверь наотмашь. Плечи опускаются все ниже. Чувствую себя так погано. Резко развернувшись, я злостно хватаюсь за ручку окна и захлопываю его. Половина треснувшего стекла с треском и звоном обрушивается на подоконник.

Теперь совсем супер! Буду спать на свежем воздухе. Хорошо, что лето.

- Твою ж рать! - хватаю черное перо и сжимаю в кулаке, представляя шею того ворона, взгляд цепляется за белый конверт, на котором оно лежало.

Присыпанный осколками, он теряется на фоне бумаг, разбросанных по столу. Я совершенно точно помню, что не оставляла ничего подобного здесь.

Осторожно тяну за кончик конверта и осколки сползают с него, переливаясь на солнечных лучиках, пробивающихся сквозь крону старого клена под окном.

Конверт большой, формата А4. Тут же сажусь на стул в одном белье и привычно натягиваю футболку на колени.

Развернув конверт проклеенной стороной, я не нахожу ни слова, ни марки. Однако, письмо запечатано странной печатью. На ней нарисован какой-то герб, но я не понимаю его. Как этот конверт вообще здесь оказался? Но, раз уж он здесь, то и открывать его мне.

Печать плотно прилипла, приходится подцепить её ногтями и вуаля! Легкий щелчок, взгляд на часы - 6:06. Бумага с потрескиванием отрывается по клейкой дорожке, пока загиб конверта не отворачивается полностью. Внутри торчит край белого листа. Интересно.

Заглянув внутрь конверта, ничего кроме одинокого листа я не нахожу. В одно движение вынимаю его, жадно припадая глазами к официальному бланку:

«Уважаемая Ольга Александровна, извещаю вас о необходимости явиться в десятидневный срок по адресу: деревня Подгорье, дом 13 (ориентир - берег озера Высокое), для вступления в право наследования. Нотариус Горохов Ю.А.».

- Че-е-его?! - иступлено смотрю в документ с печатью нотариуса и кодом лицензии.

Как это понимать? Какая еще деревня. Здесь даже фамилия моя не указана! Какое странное извещение. Наследование - это значит, что мой родственник скончался, а я никогда не слышала про Подгорье. Задумчиво откладываю письмо на стол.

Зеленые листья клена шелестят на ветерке в такт моим мыслям. На часах 6:30 - пора собираться на работу.

Что бы не портить себе настроение окончательно, я накрываю кровать вместе с штукатуркой, грязью и проводом от люстры покрывалом. На стол я просто стараюсь не смотреть. Это утро началось слишком странно, а значит, день должен быть спокойным, как течение лесного ручейка.

Душ на втором этаже, где из трех комнат занята только моя. Трубы старые, вода подтекает повсюду, но Мария Фёдоровна выжимает из этой рухляди максимум, сдавая комнаты за гроши. Чаще всего на такое клюют командировочные или залетные гости на одну ночевку. Только я зависла здесь, но зато смогла купить сильно поддержанный автомобиль.

На часах 7 утра - пора выходить. Бодрой походкой спускаюсь на первый этаж. Хозяйка, видимо, напилась валерьянки после переполоха и отдыхает, судя по громко орущему телевизору. Тихонько прошмыгиваю к двери и выхожу.

Моя крошка - машинка Тойота, длину которой можно преодолеть в четыре шага, стоит у подъезда и ждет меня. И… не только она. Коты любят мою красную ягодку и постоянно спят то на лобовом стекле, то на крыше.

- Брысь, пушистые! - взмахиваю рукой, глядя в ленивые мордочки, которые меня не боятся.

Еще бы, они едят с моих рук каждый вечер, что не нравится Марии Федоровне. Как только мотор включается в работу рыжий и белый с черными пятнами на голове коты лениво выгибают спины и спрыгивают, перебирая лапками подальше от шума двигателя.

Радио хрипит и шипит. Так всегда. Но стоит отъехать на пятьдесят метров, как сигнал улучшается. Наверное Мария Фёдоровна глушит волны своим негативом.

Тойота трогается, а вместе с ней и мои мысли. Первое, что нужно сделать - это починить то, сломано некультурным вороном. Второе - разобраться с письмом. Может быть, мне повезет, и я разбогатею? Хотя… деревня в глуши и старый гнилой дом не сулят больших денег, которые так сейчас нужны.

Наконец дворы заканчиваются, и я выезжаю на нормальную дорогу, а точнее вливаюсь в поток. Мужик передо мной сигналит и машет кулаком, когда я нахально высовываю морду машины в правую полосу.

- Простите! - ору в открытое окно и выравниваю свою ягодку.

В этом городе или ты, или тебя. Редко кто пропускает по доброй воле. Поток мерно катится, мне осталось немного, и я на месте - в хосписе «Золотая осень».

Надо позвонить маме, пока дорога прямая. Мы созваниваемся крайне редко. Даже крайне крайнего, но сейчас у меня есть резонный вопрос.

Кроме родной матери, родственников у меня нет. Отца я вообще не помню, но он был. Мама говорит, что папа бросил нас, как только мне исполнилось полтора года, и я пошла в садик. Она сожгла все фотографии с ним в пылу ярости, а потом заливала свое горе и тяжелую судьбу, отягощенная ребенком, водкой. Поэтому, я давно стала взрослой, еще в семнадцать, когда ушла из дома.

Сейчас мне двадцать два, и я учусь на заочном в мед. колледже благодаря хоспису и их оплате. Грех жаловаться. Глядишь и врачом стану. Но пока, я едва свожу концы с концами.

До моего поворота остается два километра. Достаю телефон, не отвлекаясь от впереди едущей дорогой тачки. Поток замедляется, телефон наготове. Как только движение возобновляется с прежней скоростью, я быстро разблокирую телефон и открываю телефонную книгу.

Вызов пошел, переключаю на громкую и удар! В глазах пляшут звезды и фейерверки, в ушах гремит хлопок от удара и взрыва подушки безопасности, нос вдавливает белой тканью в лицо, так что нечем дышать. Что произошло?! Ремень безопасности натягивается, больно впиваясь в грудину и ребра, которые болят от удара.

Глава 2

Глава 2.

- Алло! Алло! - голос мамы в динамике. - Оля! Ты чего молчишь?!

В шоке открываю глаза. Телефон по прежнему у меня в руке, нажимаю отбой, комкая подушку.

- Коза! Куда смотришь, дура?! - из Мерседеса на дорогу выскакивает мужчина красный от гнева.

Он буквально влезает в окно, отбивая подушку от моего лица.

- Кто права выдал?! - он кричит и брызгает слюной, еще немного и начнет бить.

- Эй! - вспыхиваю я и хватаю ручку двери.

Нас начинают объезжать люди, сигналя и глазея. Движение возобновляется, но сильно замедленно. На часах 7:36 - я скоро опоздаю! Толкаю дверь со всех сил. Со скрипом она открывается и бьется о мужчину.

- Совсем охренела? - немного спокойнее говорит он, разглядывая меня. - Ты знаешь сколько эта тачка стоит?

- Мужчина, сбавьте громкость, - хватаюсь за голову, понимая, что ворон - это не самое плохое на сегодня.

- Свой острый язычок прибереги для кредитного отдела или хирурга, когда почку пойдешь продавать.

- Нужно вызвать ДПС, - пропускаю мимо ушей его слова, отряхивая топ от пыли и талька, которыми меня обдало, и иду к капоту.

Из-под моего капота валит дым, а на заднице Мерседеса красуется вмятина. Две красивые фары треснули, одна вдребезги, но в целом он прав - придется продать почку.

Пальцы впиваются в голову под вьющейся шевелюрой, ноги подкашиваются от осознания масштабов моего невезения. Я медленно оседаю на корточки, буравя взглядом значок Мерседеса.

- Попала ты, - мужчина приседает на корточки рядом, громко цокая. - Даже жалко орать на тебя. Тебе лет-то сколько? Права недавно получила?

- Год назад, - отрешенно отвечаю, судорожно соображая, что делать.

- Слушай, - мужчина взмывает вверх и тянет меня за локоть за собой, - я не буду вызывать патруль.

- Не будете?

- Нет, если мы договоримся. Не люблю я страховые. Больше возни и ограничений. У меня свой автоцентр. Починят так, что лучше прежнего будет.

- Сколько? - поднимаю решительный взгляд. - Я соглашусь, если сумма не превысит официального…

- Голову включи, малышка! - нагло перебивает меня мужчина лет сорока с яркими голубыми глазами и загорелой кожей.

Он хватает меня за локоть и притягивает ближе.

- Эй! - упираюсь рукой в мужскую грудь. - Отпустите!

- Слушай, ты все равно не расплатишься. Сумма большая, а судя по тебе, - его масляный взгляд спускается вниз по телу до видавших виды кроссовок, - деньгами ты не богата.

- Так, что вы хотите?!

- Тебя, - шепчет он на ухо.

Ну всё! Рывком опускаю руку вниз, выкручивая из его хватки запястье, и толкаю, что есть мочи от себя подальше. Получается так сильно, что мужчина едва не падает под колеса проезжающей ГАЗели.

- Слушай сюда! - мужчина срывается обратно ко мне, но я выставляю руку вперед.

- Стой! - рявкаю, а в голове круговорот из мыслей, я понимаю, что сейчас не потяну такие деньги. - Я согласна!

Мужчина останавливается прямо у моей руки, а на его лице расплывается похотливая ухмылка.

- Номер давай, - он деловито достает из кармана брюк последнюю модель Айфона и выжидающе смотрит.

- Блин! Хорошо!

Быстро диктую номер, а руки исходят мелкой дрожью. Это дно, Оля! В машине разрывается телефон, и ехать дальше я не могу.

- Так, сегодня вечером обсудим график твоего погашения долга, - тоже мне хозяин моей жизни, уже распоряжается. - Отдай мне ключи. Твою тележку к вечеру сделают. Это тоже в долг. А сейчас, прыгай ко мне, подвезу. Куда ехала?

- На работу, - сникаю все больше под его натиском, но только потому, что вариантов больше нет.

- Вот и вперед! Быстрее, детка! - мужчина хлопает меня по заднице, от чего внутри что-то взрывается до боли, но я продолжаю идти к машине.

На экране телефона пять пропущенных. Запихнув гаджет в сумку, я бросаюсь с ней к багажнику, где лежит аварийный знак. Отмерив двадцать шагов, я ставлю его на дорогу и бегом обратно.

- Сейчас съезд направо будет! - направляю, усаживаясь на заднее сидение.

Мужчина медленно оборачивается, поднимая брови.

- Почему не вперед?

- Вы, кажется, торопитесь. Я тоже на работу опоздала.

Усмехнувшись, он давит на газ, и машина плавно трогается.

- Зовут как?

- Оля.

- А я Денис.

- А отчество?

- Просто Денис! - недовольно рычит и включает поворотник.

До хосписа ехать пять минут. На часах 8:18, а на телефоне пропущенный от старшей медсестры. Блин…

- Ты что, в этой богадельне работаешь? Утки старикам выносишь?

- Именно так. И памперсы надеваю. Если вам понадобится…

- Следи за язычком, девочка! - он резко тормозит так, что я едва не врезаюсь лбом в его подголовник. - Я займусь твоим воспитанием, не сомневайся, - последнюю фразу он произносит низким тягучим голосом, от которого по телу разбегаются леденящие мурашки, а кожа покрывается пупырышками.

Ничего не ответив, я выбегаю из машины как ошпаренная. Высокая кованная калитка скрепит, впуская меня на территорию. Обернувшись, я замечаю на себе липкий взгляд и противную ухмылку. Что ж за день сегодня?!

Телефон в сумке начинает вопить как раз на крыльце здания хосписа. Достаю, а там старшая медсестра, Татьяна Егоровна.

Врываюсь в центральный холл, пугая Валю, сидящую на входе.

- Оля! - женщина поправляет очки, хмурясь. - Осторожнее, так и убить кого-нибудь можно.

- Ага! Здравствуйте! - проношусь мимо нее будто ветер, скрываясь на лестнице.

Мой этаж - второй и меня уже встречает на входе Татьяна.

- Татьяна Егоровна! Я попала в аварию! Разбила машину! Извините за опоздание! - сгибаюсь пополам выдавая все на одном дыхании.

- Оля, - тихо отвечает она, что настораживает, обычно у нее громкий командный тон, - тебя главврач вызывает.

- Меня? Но я опоздала всего на пол часа.

- Не из-за этого.

В ее голосе появляются нотки сочувствия.

- Что случилось? - внутри снова обрыв.

Я сжимаюсь как пружинка в ожидании её слов, но она разворачивается и уходит молча! Та, которой палец в рот не клади! Это плохо… очень плохо!

- Евгений Геннадьевич ждет тебя, - бросает через плечо, скрываясь за углом.

- Татьяна! - рука тянется вслед за ней, но тщетно.

К горлу подступает нервный ком. Грудная клетка болит после удара, и слезы давят на глаза. Какое-то нехорошее течение меня подхватило, ничего не понимаю!

Резко разворачиваюсь, и стремительно поднимаюсь на третий этаж. Кабинет главврача находится сразу в общем холле, и я захожу в приемную не притормаживая.

- Ольга! - Василиса, дочь Евгения Геннадьевича и его секретарь по совместительству, вскакивает из-за стола, бросаясь ко мне. - У тебя все хорошо?

Слухи разлетаются быстрее, чем я думала. Девушка окидывает меня беспокойным взглядом: грязный топик, присыпанные тальком джинсы и взлохмаченные волосы с ним же.

- Не уверенна, - обхожу стороной ее лживую заботу и открываю дверь кабинета главврача.

- Здравствуйте! Вызывали?

Во мне еще горит маленький огонек надежды, что все это закончится, как страшный сон. Выговор за опоздание и вперед трудиться.

- Оля! Заходи. Татьяна Егоровна сказала, что ты попала в аварию.

Мужчина с густой проседью в волосах, медленно снимает очки, указывая жестом на стул.

- Садись.

Я сажусь, неловко обтягивая топик, который едва доходит до высокого пояса джинс. Обычно я в халате, от того и не привычно. Ощущаю себя голой перед ним.

- Как себя чувствуешь?

- Нормально, - голос срывается, громко прочищаю горло. - Спасибо.

- Ты или в тебя?

- Я.

- Сильно? - он задает вопросы словно любопытный и бесчувственный чурбан. Хотя, это норма для врачей.

- Дорого.

- Понятно, - он наклоняется вперед, переплетая пальцы рук. - Мне жаль, что я добавлю в твой плохой день еще дегтя.

- Говорите уже, - цежу, сдерживая слезы.

- К моему великому сожалению, «Золотую осень» сокращают на половину.

- Что? - дыхание вырывается рывками.

- Да, - Евгений Геннадьевич отворачивается, устремляя взгляд в окно. - Финансирования не будет. Из постояльцев останутся только те, кто могут ходить.

- А как же лежачие или при смерти?

- Это уже не наша забота. Отправим на тот свет своих и новых брать не будем. Количество мест резко урезали и…

- Персонал, - заканчиваю фразу за него.

- И персонал, Оля. Мне жаль, но ты попадаешь под сокращение.

- А как же учеба?

- И учеба. Если сможешь, продолжай. Ты станешь хорошим медиком.

Пульс бьет по вискам, я слушаю его словно через слой воды, медленно опускаясь на дно. Пальцы на руках исходят мелкой дрожью, я смотрю как крупная одинокая как и я слеза падает на синюю ткань джинсов.

- Ты можешь идти, я внесу этот день в табель, расчет получишь в течении часа. Повторюсь, мне жаль.

- Не нужно!

Меня разрывает изнутри истерика, хоть кричи, но я не позволю видеть свои слезы всем подряд. Вскакивая со стула, я роняю его с грохотом на спинку. Глаза затягивает пелена из слез. Главврач поднимается, безвольно опустив руки. А что он может?

- Оля…

- Нет! Вы хороший, просто… мне пора.

С трудом поставив стул вертикально, я сматываюсь прочь из кабинета. Больше не о чем говорить.

- Оль, соболезную, - почти врезаюсь в Василису.

Боже, какая она тупая при таком-то отце!

- Сочувствую, Вася! Сочувствую! - слезы прорываются, и я стремительно исчезаю из приемной.

По коридору идет старушка Вера: белые словно одуванчик волосы и добрая улыбка. Она будто готовый ангелок, что ждет отправление поезда на станцию «Рай».

Хотела бы я прошмыгнуть к лестнице незаметно, но со зрением у нее порядок.

- Оля! - хрипит она в спину. - Это ты?!

Торможу, опустив голову. Внутри клокочет злость, обида, досада и разочарование во Вселенной, что так опустила меня за один день!

- Я, Вера! - вытирая мокрые от слез глаза, я разворачиваюсь к бабушке.

Её никто ни разу не навестил, а ведь у старушки двое сыновей. Но, кто его знает, что было в их жизнях. Здесь я давно перестала судить людей. Разобраться кто хороший, кто плохой крайне трудно. На пороге смерти мы все равны: бедные, богаты, знаменитости. Все старые и больные.

- Ты как пробка вылетела от Евгения. Что стряслось, внученька?

- Ничего, Вера. Я… просто в туалет хочу сильно. Не переживайте.

- Ах, ты! - улыбается она и мне сразу легчает. - Беги, детка! Терпеть нельзя, уж поверь!

- Хорошо!

Через пару минут я вхожу в бытовку на первом этаже. Там, за столом, сидят Юля и Галина, женщины, возраста моей мамы. Юля всегда приветливая, а Галина жесткая. Но при этом, они подруги.

- Привет, - говорю тихо и без эмоций. На сегодня лимит исчерпан.

- Оля, - Юля поднимается на встречу. - Ты как? Сильно пострадала?

- Где? - упираюсь в нее хмурым взглядом, вгоняя женщину в ступор.

- Ну, как? В аварии.

- Оля, ты головой долбанулась? - Галя присоединяется к Юле, и мы стоим и смотрим друг на друга по очереди.

Глава 3.

- Наверное, - потираю лоб. - Меня сократили, - отрешенно отвечаю, направляясь мимо теперь бывших коллег, к своему шкафчику. - Машина разбита. Точнее две, - открываю дверцу и вываливаю одежду на скамейку рядом. - А утром птица разбила окно и оборвала люстру в комнате. Хозяйка выгоняет меня в конце месяца.

Женщины стоят словно истуканы, шумно сглатывая и переглядываясь.

- Конец месяца? - Галя непривычно тихо говорит. - Это же завтра.

- Ага, - пожимаю плечами, глубоко вздыхая.

Все, больше не могу! Падаю на скамейку, закрывая лицо руками, а слезы так и катятся градом. В груди жгет обида. Что со мной будет?! Почему?! Я так старалась выбраться из болота, а меня жестко откидывает обратно!

- Оля! - Юля бросается ко мне, заключая в объятия. - Все наладится, слышишь. Черная полоса у всех бывает. Спокойно, милая. Спокойно.

Так, покачиваясь в руках чужого человека, я успокаиваюсь медленно и болезненно. Мало мне в жизни дерьма, так теперь еще больше стало. Еще этот… Денис. Я должна ноги раздвигать по его расписанию?! Рано он обрадовался!

Из сумки доносится едва слышный гул вибрации.

- Оль, это твой тарабанит? - Галя подхватывает мою сумку и кладет мне на колени.

Я с трудом отрываюсь от Юли, зареванная и с заложенным носом. Достаю телефон, а там незнакомый номер. Я не хочу отвечать и даже боюсь. Вскоре вибрация стихает. Я неотрывно смотрю на экран, не замечая, что осталась одна. Юля и Галя свалили под шумок. Ну и ладно. Соберу вещи и в бухгалтерию. Я не вернусь к маме и не вернусь к озабоченному толстосуму! Нет!

Телефон снова оживает в руках, но теперь это сообщение. Номер тот же, что звонил. Открываю: «Твоя машинка в ремонте. Сделают за пару дней. Скину геолокацию, где мастерская. Жду тебя там вечером, обсудим нашу сделку. Р.S. белье можешь снять заранее. Денис».

- Вот урод! - вскрикиваю, и телефон летит прямиком в открытый шкафчик.

Хватаю одежду и выпихиваю, что влезет в сумку. Остальное пусть себе забирают! Только я собираюсь выйти, как телефон, брошенный в шкафчик, начинает громко гудеть вибрацией.

- Вот, блин! Еще и забыть здесь не хватало!

Мама звонит, даже странно. Неужели волнуется? Отвечаю на вызов, оперевшись спиной на стену у выхода.

- Алло.

- Оля! Что у тебя происходит?

- Все в порядке, я въехала в чужую машину.

- Как? На деньги попала?! Учти, у меня по нулям!

- Ты думаешь, я не знаю, - резко отвечаю и сбрасываю. - Наследство! Точно!

Бьюсь затылком со стену, вспоминая, что хотела спросить у мамы. Черт с ним, пойду заберу деньги и перезвоню. Как мне все это разгребать?!

Глубокий вдох и медленный выдох. Давай, крошка, ты справишься. Главное, продинамить Дениса, а потом… а потом он все равно найдет меня.

Распахиваю дверь и молча прохожу мимо грустных медсестер. Им точно будет, что обсудить сегодня за обедом.

- Всем спасибо, всем пока!

- Удачи!

- Забегай!

- Ага.

Бухгалтерия находится в противоположном краю здания, в пристройке. По коридору я пролетаю словно ветер. На первом этаже размещены лежачие или те, кому мало осталось. Как правило, здесь никто не бродит.

- Здравствуйте, - вхожу в кабинет, приветствуя бухгалтершу Александру Степановну, которая уже несколько лет как на пенсии, но все не желает отдыхать.

- Заходи, - женщина не отрывается от монитора, тут же включается принтер, с шумом выдавливая из себя бумагу, - я как раз закончила твой расчет. Евгений Геннадьевич попросил как можно быстрее.

- Хорошо, спасибо.

Пристроив свою невезучую задницу на стул, я молча смотрю в окно мимо Александры Степановны. Буйная зелень парка вокруг хосписа величественно покачивается на ветерке. Так спокойно здесь, но не в моей душе. По венам тонкими ручейками растекается страх. Быть подстилкой - не мой вариант. Надо искать квартиру и вызвать электрика к Марии Федоровне. Перспектива нулевая.

- Итого, восемьдесят пять тысяч, включая выходное пособие.

Женщина поднимается из-за стола и открывает сейф, откуда появляется пачка денег. Александра Степановна плюет на палец и отсчитывает купюры.

- Вот, держи и удачи тебе.

- Спасибо, - воодушевлено смотрю на деньги.

Так много и даже больше на двадцать тысяч, у меня в руках было единожды - перед покупкой машины. Только, я копила эту сумму целый год и ела варенную колбасу с Дошираком.

Из здания выхожу с чувством камня на шее. Не сказать, что это место мечты, но я отработала здесь три года. Непреодолимое желание обернуться и взглянуть в последний раз, вызывает зуд. Резко выдыхаю и открываю калитку, выныривая из территории хосписа. Вот и всё.

До автобусной остановки топать минут пять, а вот автобус будет через двадцать пять. Вдыхая чистый воздух леса, я поднимаю взгляд в небо. Большие хвойные кроны рисуют безмятежные вековые узоры на голубом небе. Птички поют, все цветет и пахнет. Стать бы деревом. Стой себе и кислород производи.

Лицезрение природы наталкивает меня на мысль о сельской местности. Деревня Подгорье… похоже, это единственный лучик света в этом слишком темном дне.

Набираю номер мамы. Она не торопится отвечать, и приходится настойчиво звонить второй раз.

- Остыла? - голос мамы недовольный, как, впрочем, всегда.

- Мама, я звоню по делу.

- Говорю же, денег нет.

- Мне нужна информация.

- О чем?

- Ты знаешь кого-нибудь из моих родственников из деревни Подгорье?

- Из деревни?! Пф! Мы все городские! Если только папаша твой.

- Можешь вспомнить конкретнее?

- А тебе зачем?

- Мне? - начинаю расхаживать по пустой автобусной остановке, сочиняя ложь. - Я делаю древо.

- Древо?

- Да, генеалогическое древо. Попалась ссылка на эту деревню.

- Не знаю, чем ты там занимаешься, но звучит не очень. Насколько я знаю, родители папаши твоего были из деревни. Названия, понятное дело, я не помню.

- Ты была там?

- Нет! Они странные, я их вообще не видела в глаза.

- Понятно.

- Ты как будто не договариваешь мне о чем-то.

- Я? Пф! Мама, радуйся на этот счет.

- В смысле?! Ты еще что-то натворила?! Оля?!

- Пока, мам!

Опустив глаза, я завершаю звонок. После разговоров с мамой на душе всегда так тяжело. Мы виним друг друга в неудачах. Наверное, проще забыть друг о друге. А вот про деда или бабку надо подумать.

Усевшись на скамейку, я понуро рассматриваю трещины на асфальте. Моя жизнь трещит так же. Надо что-то решать, иначе я потеряю себя как и мама. Этому не быть!

Вскакиваю и шурую пешком. Денис написал, о встрече вечером. А еще, что машина в ремонте. Надо добраться в сервис раньше, что я вполне смогу, и свалить. Деньги, пусть и небольшие, есть. Главное, исчезнуть, и я даже знаю куда. Лето, деревня, озеро - устрою себе каникулы. Крыша над головой, надеюсь, будет!

Шкала настроения немного поднимается со дна. Возможно, я переживу этот день, сохранив себя. Позади слышен шорох шин, и натужное гудение мотора. Автобус медленно куляется по ухабам и ямам старого асфальта.

- Эй! - машу двумя руками, закинув сумку на плечо. - Стой!

С оглушающим визгом тормозов автобус останавливается, открывая двери, выпуская струю горячего воздуха прямо мне в лицо.

- Спасибо! - кричу в открытое маленькое окошко водителю.

Дядечка с усами и в одной тельняшке кивает в ответ. Полупустой автобус катится дальше. Усевшись к окну, я достаю смартфон. Денис, как и обещал, скинул геолокацию сервиса. Копирую и вставляю в навигатор. На весь автобус раздается женский мелодичный голос:

- Маршрут построен! Прямо пятьсот метров, затем…

Быстро переключаю на беззвучный режим, игнорируя взгляды в мою сторону. Отлично, АвтоМотоГараж находится не так далеко, как я думала. Если прикинуть, то от места аварии, метров четыреста. Долго им тащить мою ягодку не пришлось.

Перед поворотом я выхожу из автобуса. Если пойти через кривые ряды гаражей, то срежу путь.

Несколько раз наткнувшись на тупики, я все таки попадаю на ту сторону. Сервис виден отсюда, а точнее его большая вывеска на крыше двухэтажного здания. От предвкушения увидеть свою ягодку я прибавляю скорость.

Просторная площадка, наполовину заставленная автомобилями в разных состояниях, раскинулась за забором из рабицы. Двухэтажное здание вмещает в себя гараж и мойку, а на втором этаже, видимо, офис. Рядом расположены ряды высоких гаражей, где кипит работа.

Неспешно захожу на территорию. Шум резки металла и ударов молотком. Запахи краски и растворителя. Как я все это не переношу.

Минуя главное здание, я замечаю Мерседес Дениса. Бампер и фары уже сняли. Где-то рядом должна быть и моя крошка.

Дохожу до второго гаража и останавливаюсь, расплываясь в улыбке. Из открытых ворот торчит многострадальная мордашка Тойоты: бампер сняли, капот тоже и одна фара отсутствует. Под машиной раздаются громкие звуки, а за ними ругань.

- Простите, - осторожно подбираюсь к машине. - Кто-нибудь!

- Чего еще?! - недовольный мужской голос раздается из-под машины.

- Вы бы не могли вылезти?!

- Твою рать! Если втюхивать что-то, то лучше бегите!

С другой стороны машины появляется сначала разводной тяжелый ключ, а потом и его хозяин: полный мужчина грязный как черт и потный, что видно по его футболке.

- Чего тебе? - он хватает с верстака ветошь и вытирает лоб.

- Эта машина моя.

- Да, ну! - прыскает от смеха как конь. - Это ты въехала в хозяина?

- Как бы да, - в замешательстве смотрю, как мужик трясет боками, пока ржет. - Могу ли я забрать машину?

- Нет, - резко становится серьезным. - Мне еще часа два минимум, плюс капот править. Бампер под замену и фары. Покраску не забудь. Несколько дней, не меньше.

Механик загибает перед моим лицом пальцы, а меня аж подбрасывает.

- Не надо! - выпаливаю на эмоциях. - Сделайте, что бы ехать смогла. Пожалуйста!

Мужик сводит брови к переносице, где образуется шарик между двух морщин. Он медленно озирается на машину и так же медленно возвращает взгляд обратно.

- Так нужно?

- Очень!

- Капот кривой.

- И бог с ним!

- Ладно, - он швыряет разводной ключ на верстак, - погуляй один час. Но далеко не уедешь. Ты понимаешь?

- Да, - облегченно выдыхаю, - спасибо. И еще…

- Еще?!

- Вам вряд ли заплатят за работу.

- Почему? - он разворачивается обратно.

- Потому, что так вышло. Скажите сколько я должна.

- Я работаю через кассу.

- Я вам говорю, что хозяин не заплатит вам.

- Да, почему?!

- Потому! - взрываюсь, краснея. - Что он мудак и хочет оплату натурой!

- Вот, гад, - мужик опускает голову. - Значит, ремонт за его счет?

- Получается, что так.

- Мне влетит за тебя?

- И это возможно.

Несколько секунд раздумий. Мы смотрим друг другу в глаза не уступая. Мне реально терять нечего, кроме себя.

- Хорошо. Давай пять тысяч, и мы в расчете. Денису скажу, что знать тебя не знаю.

- Спасибо!

- Гуляй пока! Тут, кстати, за углом есть чебуречная. Правда контингент гаражный.

- Угу, - улыбаюсь и ухожу, засекая время на наручных часах. - В двенадцать приду!

Глава 4.

За гаражами действительно находится чебуречная. Такая, где повар и официантка знают своих клиентов поименно. Только я вижу вывеску с изображением чебурека, так сразу мой желудок напоминает о себе урчанием. Пыльная дорога, две собаки, лениво лежащие у входа, и полуживая клумба в старой покрышке.

Подхожу к забегаловке, и собаки тут же поднимаются мне на встречу. Их взгляды направлены на меня и мне стоило бы испугаться. Но… не сегодня. С гордо поднятой головой я просто прохожу мимо них. Одна из дворняг даже жалобно заскулила от обиды, что она не такая уж и устрашающая.

- Добрый день! - останавливаюсь у барной стойки с кассой, где никого нет.

Через пару секунд из кухни доносятся торопливые шаги, а еще через несколько передо мной появляется женщина.

- Здравствуйте! - она удивленно смотрит на меня, словно на призрака.

- Что-то не так?

- Девушки у нас редкие гости.

- Жду машину с ремонта, а еще я голодная до жути и уставшая.

Женщина усмехается, устраиваясь локтями на прилавок.

- Чего тебе, уставшая?

- Два! Нет! Три чебурека!

- Хм, - ее неестественно черные брови подскакивают вверх, - ты явно не знаешь о чем говоришь. Я готовлю для мужиков.

- И?

- И три чебурека в тебя, детка, не влезут! - она заливается задорным смехом, так что и мне становится смешно.

Глядя на простую и тоже уставшую хозяйку чебуречной, я сливаю со смехом тяжелый груз, давящий на больную грудь. А ведь она вкалывает здесь каждый день, готовит одни и те же чебуреки каждый день. Возможно, жизнь дает мне шанс изменить направление. Хоть я и не просила.

- Простите, - успокаиваюсь позже нее, - у вас очень заразительный смех.

- Это верно. Тебе хватит одного чебурека, поверь. Чай? Кофе три в одном?

- Черный чай, - вытираю слезы и лезу в сумку за полным, пока, кошельком.

- Посиди здесь, пока свободно. Через полчаса будет нечем дышать.

- Можно вопрос?

- Да, - она разворачивается обратно, сделав шаг в направлении кухни.

- Вам это не надоело?

Женщина опускает взгляд и меняется в лице, словно внутри переключили тумблер на нее настоящую.

- Место хорошее. Клиенты стабильные.

- Нравится?

- Нет, - быстро сдается она, - но выбора нет. Надо дочку выучить, с квартирой помочь, а там, глядишь, продам эту забегаловку.

На лице женщины появляется робкая мечтательная улыбка. Я словно чувствую ее боль, но любовь к дочери сильнее.

- Вашей дочери повезло, - хлопаю её по руке и отхожу к столику.

Время пролетает незаметно, как и рой мыслей в голове. Этот день начался бурно и закончится новой главой в моей жизни.

Чебурек действительно оказался огромным. Я едва впихнула в себя один, а хотела три. Быстро управившись с ним, я выхожу с полным животом как раз во время. Мужчины из гаражей и сервисов начинают стягиваться к чебуречной с разных сторон. Мне остается пятнадцать минут, но я пойду к своей ягодке и подожу там.

Размахивая сумкой в воздухе, я не спеша бреду по пыльной дороге, пиная камни. Двухэтажное здание с этой стороны не огорожено забором, и я прохожу вдоль стены. За углом слышны громкие голоса. Наверное недовольный клиент ругается с механиком.

Угол близко, площадка видна все больше и черный джип, стоящий близко к входу. Заворачиваю за угол и бросаюсь обратно, едва не врезавшись лбом в стену.

- Черт… - бубню под нос, медленно и бочком отступая от угла.

Денис стоит у капота джипа и машет руками перед мужчиной в рабочем костюме. Руководитель он нервный и злой, судя по крикам и брани.

Мне никак нельзя попасться ему на глаза. Как только я оказываюсь за зданием, то бросаюсь со всех ног вдоль стены. Здание заканчивается и начинаются стены гаражей. Все плотно, нигде не пролезть. Я бегу и бегу, пока гаражи не заканчиваются.

Снова по стеночке к углу, а там мужик.

- Ой! - вскрикиваю от испуга, а он обкладывает меня трехэтажным матом.

- Дура что ли?! Инфаркт можно схлопотать.

- Ага, простите! - пытаюсь отдышаться.

- Зачем крадешься? Воровка?!

- Нет! Нет! - заглядываю за спину механика, и вижу в далеке джип Дениса, но его самого нет. - Послушайте, мне нужно во второй гараж, срочно и… незаметно.

- С дуба рухнула? Ты чего несешь?!

- Блин, - подпрыгиваю от злости, - позовите механика со второго, прошу!

Делать нечего, я делаю вид, что сейчас плюхнусь на колени перед ним. Мужчина хватает меня под локоть и крутит пальцем у виска.

- Ладно! Стой только. Я все равно на обед собирался. Ненормальная.

- Спасибо, - выдыхаю и отступаю за угол.

Мужчина поднимает брови, удивляясь моему поведению. И пусть думает, что с головой не дружу, лишь бы позвал механика.

Поглядывая за угол, я наконец вижу своего спасителя. Он быстрым шагом направляется ко мне и озирается. Наверное, понял в чем дело.

- Ты это… - запыхавшись, начинает он слету, - стой здесь. Денис пошел разбираться со своим Мерином, а потом и ко мне заглянет. Я сейчас подгоню тачку и проваливай по тихому через гаражи.

- Вы даже не представляете, как я обязана вам.

- Ты все оплатила. Передо мной у тебя долгов нет.

От его готовности помочь, меня распирает теплые чувства. Я интуитивно бросаюсь на него, обнимая за мокрую футболку.

- Ладно тебе, - силой оттягивает меня от себя, но улыбаясь, - испачкаешься.

На этой ноте механик уходит. Через пару минут из второго гаража выезжает моя ягодка. Чувства переполняют так, что хочется прыгать от радости. Только… из главного здания появляется Денис и уверенно направляется к джипу. Пока он не смотрит, я не дышу.

- Только не смотри. Только не смотри, - шепчу, прожигая его взглядом.

В этот момент моя Тойота сворачивает ко мне за угол.

- Быстрее! - пот градом льется по лицу механика. - Он вышел.

- Спасибо вам огромное!

- Давай - давай!

Запрыгиваю на водительское сидение и вдавливаю педаль газа, уезжая за гаражи. Капот топорщится, изламываясь на конце горбылем. Бампера нет и только одна фара. Но главное - машина на ходу.

Выехав из гаражей, я выныриваю на трассу. Направление - домой. Надо решить вопрос с Марией Федоровной. На самом деле, я даже рада, что больше её не увижу. Старая ворчливая бабка, которая строит из себя аристократку. Она мне изрядно надоела. С улыбкой высовываю руку в окно, ощущая сильный поток ветра на скорости.

Да, этот день из ряда вон. Но! Он еще не окончен! Проезжая мимо заправки, я не пропускаю ее и сворачиваю. Мне нужен полный бак, и еще канистру с собой. Не очень хочется заблудиться в глуши и застрять из-за того, что кончится топливо.

Дворы и старые дома встречают меня привычными ямами. Скорость на минимум. В сумке начинает звонить телефон. Запускаю руку, не отрываясь от дороги, и достаю гаджет. Только я хочу заглянуть на экран, как в голове молнией пролетает воспоминание о телефоне и аварии. Стоп!

Останавливаюсь полностью и смотрю на экран. Это Денис, что б его! Обнаружил пропажу! Скидываю звонок и включаю режим «в самолете». Отъеду подальше от города и тогда включу вместе с навигатором.

Мотор глохнет, стрелка полного бака опускается. Ягодка больше похожа на пережеванную, но функцию свою исполняет.

Забегаю в дом с четким планом действий.

- Оля? - Мария Фёдоровна выходит из своей комнаты с покусанной конфеткой «Черноморочка» в руке. - Ты чего так рано?

- Говорить с набитым ртом не аристократично! - пролетаю мимо женщины к лестнице и на верх.

- Чего?! Ты совсем страх потеряла?! - ее крики доносятся мне в спину, но мне все равно… уже. Какое, однако, прекрасное чувство.

Со шкафа достаю чемодан и швыряю на кровать. Плафон так и лежит разбитый на полу, как и окно. Взглянув на стол, я бросаюсь к нему за письмом. Вот это надо забрать обязательно.

Пока хозяйка поднимается, я успеваю сложить половину вещей. Остаются мелочи и обувь. Дверь в комнату распахивается, и на пороге останавливается пыхтящая от злости женщина.

- Ты съезжаешь?

- Ага, - не отвлекаюсь от сборов. - Вы, насколько я помню, выгнали меня в конце месяца.

- А чинить кто будет? Не пущу!

Молча достаю кошелек из сумки, отсчитываю три тысячи и подхожу к хозяйке.

- Вот, этого хватит на простое стекло, дешевую люстру и электрика с плотником.

- А моральный ущерб?!

- Вы мне его хотите заплатить?

- Еще чего! - вспыхивает Мария Фёдоровна, так что шея краснеет. - Нахалка! И хорошо, что уезжаешь! - губа женщины трясется, но она резко отворачивается.

- И вам здоровья и счастья!

- Тьфу ты! - доносится уже на лестнице.

Наконец вещи собраны, документы в сумке, можно отправляться в путь. Сажусь на дорожку, осматривая комнату в которой ютилась пять лет. Я привыкла к ней, хоть и ненавидела. Возможно, в деревне меня ждет жилище хуже этого, но решение принято.

Тяжелый чемодан оттягивает руку. Я медленно спускаюсь по лестнице, а из комнаты Марии Федоровны орет телевизор - обиделась.

- Мария Фёдоровна! - оставив чемодан у двери, я стучусь к старушке. - Можно?!

В ответ она делает громкость еще больше. Все понятно.

- Прощайте и будте здоровы! - ору так громко, что бы перекричать телевизор.

Услышала или нет не знаю. Подхватываю чемодан и покидаю аварийный дом.

В маленький багажник мой чемодан помещается с трудом. Усаживаюсь за руль и завожу мотор. Он резво включается в работу.

- Поехали, - провожу рукой по приборной панели и открываю полностью окно.

На часах 14:40. Судя по навигатору, ехать до деревни часов пять. Путь совершенно не близкий, а надежность ягодки под вопросом. Будь, что будет.

Сдаю назад и замечаю, как колыхнулась занавеска на окне комнаты Марии Федоровны. Усмехнувшись, выруливаю из двора.

Дороги пока еще не загружены пробками, но я боюсь показываться на трассе. Петляя дворами, я все же выбираюсь за город.

Дорога равняется с железнодорожными путями, и я выезжаю параллельно товарному поезду. Как нелюбитель быстрой езды, я еду немногим быстрее него. Бесконечные цистерны и открытые вагоны с углем мелькают с левой стороны.

Вскоре наши пути расходятся. Машинист на прощание подает сигнал, а я сигналю в ответ. Кто бы там ни был, счастливого тебе пути!

Ветер порывисто врывается в окно, разбрасывая волосы по салону. Я никогда так далеко не ездила, но мне уже нравится. В желудке снова пусто. Достаю из бардачка упаковку ванильных бубликов и с удовольствием откусываю.

Оставляя за плечами прошлую жизнь, я ярко ощущаю нечто новое и неизведанное. Что-то, к чему меня неизбежно тянет.

Дорога тянется бесконечным полотном. Я проезжаю деревни и городки, перекрестки и переезды. Поля, сменяются лесами, а леса озерами и реками. Солнце клонится к горизонту, ослепляя даже в солнечных очках. В радио играет приятная музыка. Все хорошо, если бы не затекшая спина и усталость. Мои веки следуют за солнцем, закрываясь.

Ехать остается час или два. До темноты точно успею! Сделав короткую остановку на туалет, я разминаюсь, бегая вокруг машины. И снова в путь!

Поля появляются все реже, в основном дорогу обступает лес, перекрывая остатки солнечного света. До заката еще пару часов, но становится слишком темно. Непонятно как. Может лес? В любом случае, я включаю фару.

На навигаторе четко видна точка, куда мне нужно. Она так близко, но справа от дороги. Через лес не проехать, а значит будет крюк.

Чем ближе, тем меньше терпения. Наконец перекресток. Сворачиваю вправо и снова долго еду. Солнце садится за горизонт, оставляя розовые разводы на небе.

Такое ощущение, что этот тоннель из леса никогда не кончится. Ни одного дома или съезда. Нервы начинают шалить. На очередном повороте, в кромешной темноте, я бью по рулю с психами. Бензина на дне, а выходить не хочется.

Внезапно, лес расступается. Дорога упирается в Т-образный перекресток. Как только я въезжаю на него, женский голос навигатора громко оповещает:

- Вы прибыли в пункт назначения!

Глава 5.

- Что значит прибыли?! - торможу на обочине у кустов.

Впереди и сзади чернота густого леса и больше ничего. Справа от меня непроглядные кусты. Никаких знаков и указателей. Стрелка уровня топлива в баке лежит на нуле. Отлично! Остается умереть в этой глуши от страха.

Делать нечего, проверяю, что бы все двери были заперты, окна закрыты и глушу мотор. Свет помог бы не бояться, но привлекать внимание не хочу. Деревней здесь и не пахнет! Даже линий электропередач нет! Блин!

Свернувшись калачиком на откинутом сидении, я накрываюсь с головой курткой. Страх страхом, но усталость тяжелее. Веки закрываются, и я проваливаюсь в сон.

Тук - тук! Тук - тук! Звук бьет по ушам, развеивая сон. Внезапное и резкое:

- Ка-а-ар-р-р!

Вскакиваю на сидении, врезаясь головой в крышу. Дыхание частое и сильное, словно я бежала десять километров без остановки. Пульс такой же, а на капоте, прямо напротив меня, устроился черный ворон. Его умный взгляд недвусмысленно говорит о том, что мы уже встречались.

- Ты? - ошарашено хлопаю ресницами, на что ворон начинает орать и хлопать крыльями, заслоняя ими все небо и солнце. - Преследуешь меня? Пф, дожилась. Разговариваю с вороном черт знает где. Кыш! - швыряю куртку в стекло, и птица улетает, громко каркая и ругаясь.

На улице рассвело. Бросаю взгляд на наручные часы, время 7:33. Нормально я проспала. Солнце светит прямо в окно и жутко слепит. Открываю дверь, и она со скрипом медленно распахивается. Дорога, по которой я приехала сюда, выглядит при свете дня не так пугающе, как вчера.

Спина, ноги и руки затекли на неудобном кресле. Вываливаюсь из машины и едва не падаю на карачки. Позвоночник с громким щелчком нехотя расправляется, так что звезды в глазах мерцают.

С протяжным старческим вздохом, я все же выпрямляюсь, открывая глаза новому дню. Я жива, и цела - это уже успех. Так… осматриваюсь вокруг.

- Ого! - развернувшись к машине, я устраиваю на горячую крышу локти, любуясь видом.

Передо мной раскинулось прекрасное озеро, видимо «Верхнее», как указано в адресе. Ночью оно казалась сплошным черным полотном. Странно…

Долго не думая, бросаюсь, оббегая свою ягодку, к воде. Умыться, а может и искупаться, не помешает!

Берег, заросший кустами, не хочет, что бы я пробралась к воде, но я настырная. Получив пару царапин на руках, я все же прорываюсь через деревянный кордон. Берег оказывается обрывом, но метром ниже, под торчащими корнями, спокойно лежит песочек. Волны чистой воды омывают его мерными волнами. Этот звук воды ласкает мой слух, и я иду на него.

Топик, который надо бы давно сменить, падает на торчащие корни вслед за джинсами. Снимать белье я не решаюсь и ступаю в прохладную, бодрящую воду так. Холод и ласки воды умиротворяют. Я стою, закрыв глаза, и глубоко вдыхаю новый для меня воздух. Свежесть и новизна - такое начало дня мне нравится.

С визгом и смехом я ныряю под воду с головой. Тальк, пыль и прошлая жизнь ощутимо смывается с меня, оставляя чистоту. Вынырнув через два метра, я хватаю ртом воздух, и крик вырывается из меня как пена из огнетушителя. Так здорово!

- Да! - кричу в водную гладь и осекаюсь.

Прямо передо мной, в центре озера возвышается дом с башней. Как я могла не заметить острова сразу? Не понимаю. Иступлено смотрю на красоту перед собой, болтая ногами в воде. Дом двухэтажный с треугольной высокой крышей. Слева пристроена башня, и все это отражается в воде.

Взгляд скользит по острову с окантовкой кустами, пока не переходит на перешеек, соединяющий его с землей. Мысль вспышкой рождается в голове - это и есть дом номер 13!

Ныряю в обратном направлении. Мне нужен навигатор и карта! Если я прибыла в пункт назначения, и кроме этого дома на острове ничего нет, то я действительно на месте!

Вода ручьями стекает с меня, а я продираюсь к машине, помогая вещами отгибать ветки. Теперь я вижу, что основная дорога уходит в право. Она изрядно испорчена временем, но, чуть дальше заметен указатель «Подгорье».

- Бинго!

Открываю багажник, а за ним и чемодан. Как знала, полотенце положила сверху. Завернувшись в него, я шлепаю босыми ногами к водительской двери. Телефон спокойно лежит в кармашке у рычага переключения передач.

- Давай милый, - разблокирую экран, а мне показывает минуту до отключения. - Нет - нет!

Быстро открываю навигатор. На карте отчетливо видна точка прибытия прямо посреди озера. Значит…Не успеваю додумать, как смартфон вырубается.

- Твою рать! Там хоть электричество есть?!

Обернувшись по сторонам, я стягиваю с себя мокрое белье, прыгая на горячем уже асфальте. Чистая одежда на омытом свежей водой теле придают некий уют и силы. Я выбираю самое простое и удобное - бежевый сарафан на бретельках, который держится в ТОПе моего гардероба вот уже четыре года.

Мокрые волосы хорошенько расчесываю и встряхиваю. Я готова ехать на разведку! Хлопаю крышкой багажника и довольная шурую к водительскому месту.

Ключ по часовой, бр - бр и все…

- Ягодка!? - смотрю на приборную панель, а бак-то пустой. - Точно!

Снова выпрыгиваю и бросаюсь в багажник за канистрой. Этого хватит на пол пути отсюда. Ладно, будет видно. Заливаю всю канистру и завожу свою ягодку.

Покалеченная Тойота резко трогается с места, оставляя за собой шлейф из пыли. Грунтовка ведет вдоль берега озера, а во мне разыгрывается любопытство. Если этот дом - мое наследство, то не все так плохо.

Наконец, я доезжаю до поворота. Дорога и без того плохая, а сейчас превращается в мокрое месиво грязи между кустами и камышами.

Ягодка буксует, грязь разлетается во все стороны и приходится закрыть окно.

- Давай, детка! - ору глядя на водную гладь вокруг.

Мы добрались до середины озера, но дорога лучше не становится, только наоборот. Машина рычит и скулит, останавливаясь в конце концов.

- Приехали? - спрашиваю у ягодки, будто она ответит.

Кроссовка с громким причмоком вдавливается в грязь. Очень мило, но ругаться не на кого, кроме родственников, решивших поселиться на острове!

Чемодан оттягивает руку и перекашивает тело. Ноги вязнут в грязи, но я уперто иду туда, где можно приютить многострадальную пятую точку.

Чертыхаясь, я наконец ступаю на твердую землю. Первое, что я делаю - это снимаю мокрые и грязные кроссы и достаю из чемодана шлепанцы. Теперь другое дело.

Остров прекрасен. Замираю, сидя на корнях высоких сосен и лицезрею. Пологий склон тянется выше, а сосны словно нити связывают его с небом. На самом верху холма раскинулся дом, и он прекрасен. На старой черепице разросся мох, зеленая краска на дереве и мох на камне создают нерушимый союз с природой. Дом словно дышит вместе с природой вокруг в едином порыве.

Сама не замечаю, как улыбка растягивается на губах. Свежий запах, легкий ветерок и запах хвои придают сил. Поднимаюсь с корней, забывая про кроссовки, и подхватываю чемодан.

Ближе к дому начинается утоптанная тропинка, засыпанная иголками сосен. Вблизи дом кажется огромным. Зачем такой большой? Чуть поодаль стоит что-то вроде сарая, с виду крепкий и надежный. Никаких животных, к счастью. Только будка у красивого крыльца с резными деревянными столбами.

- Эй! Есть кто живой?! - кричу, приложив руки ко рту трубой, но ответа нет. - Окей!

Хихикаю себе под нос, пристраивая чемодан на скамейку у крыльца. Дом надежный и крепкий, но явно давно забыт гостями. Медленно, потягиваясь словно кошка после сна, я вышагиваю в направлении вокруг дома. Номера его я так и не вижу.

Сарай или гараж, трудно определить, закрыт сразу двумя навесными замками, наряду с врезным. Там, видимо, спрятана Бугатти за сто миллионов.

Продолжая хихикать, я прохожу по широкой тропинке между гаражом и домом. Теперь я вижу, что сюда есть другой подъезд. Срываюсь на бег, ведь впереди песчаный берег и лодка, пришвартованная к пирсу. Он не сильно длинный, видимо дно углубляется резко. Меж сосен и кустов из острова ведет лесная дорога к очередному перешейку, а на том берегу видны дома деревни Подгорье.

Навигатор не всегда ведет по правильному пути - это факт, проверенный на мне. Тем не менее, я добралась в чудесное место.

Обойти дом по периметру и вернуться к крыльцу - это мои действия за последний час. Желудок бурлит, съедая себя от голода. Надо зайти в дом, если это возможно, или позвонить нотариусу. Стоп! Позвонить никак.

Подхватываю чемодан и решительно поднимаюсь на крыльцо. Номера дома я так и не увидела, но это явно он. Я это чувствую.

Широкое пустое крыльцо покрыто слоем пыли, песка и иголок. Никаких следов человека, как и следов от открытия двери, а они были бы.

Отставив чемодан в сторону, я берусь за дверную старинную ручку из наполированного металла. Сосредоточившись на ощущениях, которые сейчас противоречивые, я надавливаю на нее, и… дверь просто открывается. Легко и без скрипа петель, она распахивается на меня.

Припыленное пространство впечатляет. Я думала про старые сундуки и провисшие панцирные кровати, а здесь: паркет на полу, хрустальная трехъярусная люстра на потолке и деревянная мебель с резными изогнутыми ножками. Все под слоем пыли, но тем не менее. На стене справа висит растянутая шкура волка, а справа расположена лестница на второй этаж.

Ноги сами идут вперед, тогда как я не могу перестать глазеть вокруг. Это не просто деревенский дом. Я точно туда зашла?

Прижав руки к груди, я ступаю вперед. Резкий шум и хлопок закрывшейся двери, заставляет вскрикнуть от испуга.

- Твою… рать! - оборачиваюсь назад, сгруппировавшись. - Что за…

Прищуриваюсь, что бы разглядеть странное темное пятно у двери, которую закрыл, видимо, сквозняк.

- Добрый день, Ольга Александровна, - голос раздается четко и громко.

Ан, нет, это не сквозняк. Как ни странно, я даже не шелохнулась от голоса и официального тона.

- Вы бы не могли выйти из тени!

- Ах, да. Прошу простить, если напугал, - фигура движется, и я бдительно за ней слежу.

- Это дом номер тринадцать?

- Вы не ошиблись, - наконец мужчина, старый как и этот дом, выходит на свет.

Бледное морщинистое лицо, словно он не выходил на солнце много лет, и впалые глаза с серыми кругами. Тонкое строение тела, черный фрак, которому уже много лет и блестящие туфли.

- Образ огонь, - киваю одобрительно. - Вы реально дворецкий?

- Все верно. Мое имя Иван.

- Здравствуйте, Иван. Вы, как полагается по должности, не многословный?

- Вы очень проницательны.

- А вы льстите.

- Рад, что вы добрались до нас.

- Правда?

- Я не лгу.

- Посмотрим. Кто умер? Моя бабушка?

- Ваш дедушка.

- Как он умер?

- Я не знаю.

- Это правда?

Дворецкий не сводит с меня прямого взгляда, но молчит.

- По-моему, вы уже соврали два раза.

- Вы ошибаетесь.

- Нет.

Дворецкий меняется в лице. Еще немного и улыбнется. Его чопорность складывалась годами - это видно. Но…

- Вы не такой, каким хотите казаться.

- Ольга Александровна, вас ожидает Юрий Адамович, нотариус.

- Что? - Быстро меняю пластинку в голове, к дворецкому я еще вернусь.

- Наследство. Помните?

- Да, помню. Так… - растерянно смотрю по сторонам, выискивая нотариуса, - где он?

- Юрий Адамович ждет в кабинете вашего дедушки на втором этаже.

- Больше никого не будет?

- Больше никто и не нужен.

Эта фраза звучит недвусмысленно, но я пропускаю - есть дела поважнее.

- Показывайте!

Глава 6.

Лестница под ногами скрипит. Деревянные ступени, многослойно покрытые лаком, имеют насыщенный темный оттенок. Поручень и массивные балясины с резными переходами придают лестнице вид несокрушимого произведения искусств. Если бы еще не скрипели…

Иван поднимается впереди меня, опустив руки вдоль тела. Его ровная осанка и спокойствие говорит о железной выдержке. Видимо, он давно служит в этом доме. Мои дед с бабушкой бедными не были, раз могли позволить такого дворецкого.

В предвкушении цифр с множеством нулей, я восхожу на второй этаж. Большие окна вдоль длинного коридора мягко освещают помещение, пропуская солнце сквозь тканые занавески. Небольшой холл встречает нас после лестницы софой у окна и столиком, а дальше сплошные двери.

- Кабинет Соломона, - Иван останавливается сразу у первой двери, которая закрыта.

- Кого?

- Вашего дедушки.

- Ах, да. Я ведь даже имени его не знаю.

- Теперь знаете.

Мужчина жестом указывает на дверь, спокойно разворачивается, опустив взгляд, и уходит. Немного проводив его взглядом, я открываю дверь.

Кабинет - громко сказано. Однако, комната большая. Одинокий стол у окна стоит боком к двери, а за ним сидит мужчина в коричневом пиджаке и в круглых очках на носу. На вид ему лет сорок - сорок пять. Сосредоточенный взгляд и модная прическа.

- Здравствуйте, - робко делаю первый шаг.

- Ольга Александровна, - мужчина поднимается из-за стола, на котором разложены несколько бумаг и лежит черная папка. - Рад встрече. Как добрались? - он подходит все ближе, но останавливается за метр от меня.

- Спасибо, добралась. Вы и есть нотариус?

- Да, позвольте представиться. Юрий Адамович, душеприказчик Соломона Астаховича.

- Приятно, но мне бы хотелось услышать завещание.

- Конечно, прошу, - мужчина сверкает белоснежной улыбкой на гладковыбритом лице. - Мы собрались именно за этим.

Напротив стола у стены стоит двухместный диванчик. Ни одного стула, что бы сесть ближе, нет. Сажусь на край, разглаживая сарафан, и смотрю на Юрия Адамовича пытливым и нетерпеливым взглядом.

Мужчина кладет руки на стол и опускает глаза к документам.

- Ольга Александровна, начнем с того, что ваш дедушка исчез три месяца назад.

- Стоп. Исчез? Не умер?

- Фактически, его тела нет. Я вам поясню, в чем заключается моя роль.

- Уж пожалуйста, - складываю руки на груди с ощущением, что меня обманули или разыграли.

- С Соломоном Астаховичем я работаю больше двадцати лет. Пять лет назад он вызвал меня для составления завещания. Завещание вступает в силу после смерти, как правило, но ваш дедушка решил добавить несколько оговорок. Причина мне не известна. Я зачитаю, - нотариус поднимает один из листков, поправляя очки на носу, и начинает зачитывать: - В случае тишины с моей стороны в течении более двенадцати недель, считать меня погибшим.

- Какой еще «тишины»? - подбираюсь на диване, подавляя желание натянуть сарафан на колени.

- Соломон Астахович стабильно, один раз в неделю, выходил на связь со мной или же с моим секретарем.

- Зачем? Я не понимаю! - во мне вскипает гнев от того, что я слышу бред. - У него был Альцгеймер?!

- Дедушка в возрасте, но здоров.

- Это не объясняет исчезновения. А как же полиция? А Иван? Вы искали его? Может он с инфарктом на берегу слег, пока рыбу ловил!

Вскакиваю с дивана, прилипая взглядом к окну. Пальцы впиваются в подоконник. От тяжелых бордовых гардин с кисточками пахнет пылью. За окном сосны и озеро меж светлых коричневых стволов.

- А может, утонул?

- Ольга Александровна, - мужчина откладывает очки в сторону и поднимается.

Он обходит стол и присаживается на край. Я разворачиваюсь к нему лицом, а внутри клокочет возмущение от огромного непонимания и его спокойствия.

- Я действую в тех рамках, какие мне четко задал ваш дедушка.

- Это значит, что ни вы, ни полиция, ни даже Иван не искали дедушку?

- Нет.

- Да вы что?! - гнев взрывается как бомба. - Так нельзя! Я сейчас же позвоню в органы.

- Нельзя.

- С чего это?! - упираюсь руками в бока, глядя на нотариуса с вызовом.

- По условию завещания, - совершенно спокойно отвечает он. - Соломон Астахович запретил заниматься его поисками. Я должен передать вам право на имущество, как он и завещал.

- Я все равно не понимаю, - обреченно падаю обратно на диван, обхватывая себя руками. - Где он? Что с ним? А может быть, жив? Почему нельзя искать? Это ведь бред.

- На этот вопрос я не дам ответа. А вот зачитать завещание, - он спрыгивает со стола и возвращается к креслу, - моя обязанность.

- Оставляете мои вопросы без ответа?

- К сожалению, я не обладаю всеми ответами. Соломон был или есть, уж не знаю, странным. Сколько его помню, жил здесь один с Иваном. Ни гостей, ни жены, ни детей. Чем он занимался тоже не знаю, но был при деньгах.

- Мда. Зачитывайте свое завещание.

Голова пухнет от размышлений. Самое ужасное - это жить в неведении.

- Дом и остров, принадлежащие мне, я завещаю единственной внучке Ольге, дочери моего покойного сына Александра. Мои сбережения, хранящиеся в банке, разделить поровну между Ольгой и Иваном. Остров фамильный - продавать запрещаю.

- Как это?

- Так, - пожимает плечами, - просто запрещено.

- А если я не хочу здесь жить?

Внезапно, сильный порыв ветра врывается в окно, и вся пыль с надувшихся гардин летит на меня.

Чихая и кашляя, я бросаюсь к окну, дабы стекло не посыпалось. Как ни странно, нотариус спокойно сидит и наблюдает. Позыва к помощи даже не наблюдается.

Закрывая окно, я замечаю, что кусты и деревья на улице не колышутся. Словно мимо пронесся реактивный самолет, но деревья этого не заметили. Странно.

- Дом прекрасен, - Юрий поднимается и начинает переворачивать документы лицом ко мне. - Если нет желания жить, то можно использовать как дачу.

- Ну да, - заторможенно киваю и подхожу.

- Распишитесь там, где галочки. Если будут вопросы, звоните - номер на обороте. Как только я закончу с переоформлением и банковскими делами, я вам позвоню сам. И еще, мне нужен ваш паспорт.

- Мне он то же нужен, - усмехаюсь, подписывая документы.

- Всего на день.

- Точно? - разгибаюсь, прищуриваясь в его сторону.

- Мне вы можете доверять. Я лицо официальное с оплатой на двадцать лет вперед вашей семьей.

- Ого, - замираю, переваривая услышанное.

Вручаю малознакомому человеку свой паспорт, а в голове созревает вопрос:

- Как же Иван?

- А что с ним?

- Он ведь не идет в комплекте с домом, а мне дворецкий не нужен.

- Не нужен, так увольте. Он живет здесь, по-моему, всю жизнь.

- И как быть? Зарплата и всё такое?

- Поговорите с ним, Ольга Александровна. Просто поговорите, а мне пора.

- Спасибо за вашу работу.

- Всего доброго.

Юрий отправляет черную кожаную папку под мышку и уходит, оставляя меня наедине с табуном мыслей в голове.

На столе лежат мои экземпляры завещания. Медленно подхожу к столу и сажусь в удобное старое кресло. Справа и слева расположены ряды выдвижных ящиков. Это ведь все мое, значит могу открывать, что угодно и вообще делать, что захочу.

К моему разочарованию, кроме пустых ручек и огрызков бумаг, здесь ничего нет. Как и нет двойного дна или сейфа. Как раз его я сейчас и ищу, стоя на карачках.

- Ольга Александровна? - голос Ивана так внезапен, что я бьюсь головой, забывая, что под столом.

- Да! Я здесь! Ручка упала.

Наконец выбираюсь из-под стола и встаю на ноги, отряхивая сарафан.

- Я отнес чемодан в вашу комнату. Если вы не против, я проведу вас по дому.

- Только «за»! А еще у меня к вам вопрос.

- Конечно, - кивает в ответ, ничуть не поменявшись в лице.

Выйдя в коридор, мы неспешно идем к следующей двери, которые все на одно лицо.

- В конце коридора ванная и туалет, - Иван указывает на дверь в торце, и открывает комнату, вторую по счету. - А здесь ваша комната.

Ныряю внутрь и замираю. Так красиво и сказочно, что хочется здесь остаться. Стены оклеены обоями с приятными зелеными изображениями плакучей ивы на белом фоне. У окна стоит туалетный столик с зеркалом и пуфик. Огромная кровать с балдахином из ткани с рисунками, как и на обоях. Две тумбочки с лампами по бокам кровати дополняют комплект. У стены на входе громоздится большой трех створчатый шкаф из массива дерева. Необходимый и уютный минимум. Я о таком только мечтать могла, привыкшая жить в клоповниках.

- Здесь все убрано и постирано.

- Большое спасибо за заботу, Иван. Кстати об этом. По завещанию вам полагается половина сбережений дедушки. Вы знали?

- Да, нотариус известил меня.

- Так вот, я не знаю, как дедушка вам платил и, тем более, его давно нет…

- Не беспокойтесь, Ольга Александровна. Я работаю не за деньги. Этот дом - моя жизнь, и если вы не выгоните меня, то я буду служить вам до конца своих дней.

- В смысле? - упираюсь в него непонимающим взглядом. - Работать бесплатно? До смерти?

- Именно так. Моя комната располагается на первом этаже, рядом с кухней. Я вас не стесню.

- Я… - в замешательстве отвожу взгляд. - Хорошо, оставайтесь, если вам некуда идти.

- У меня нет семьи, если вы об этом.

- Сочувствую.

Иван кивает и выходит из комнаты. Следуя за ним, мы исследуем комнату дедушки, что расположена сразу за моей. Она ничем не отличается, кроме рисунков и цвета обоев. У него они синего цвета и изображен водопад. Дальше расположена еще одна комната, но абсолютно пустая. Только белые стены.

Открываю дверь в ванную, а там настоящая красота - ванная у окна. Полупрозрачные занавески развиваются на сквозняке, но есть и плотные жалюзи. Белоснежная ванна с пологой спинкой обещает приятное времяпрепровождение, пока я не осознаю одну важную деталь.

- Здесь есть водопровод? - разворачиваюсь к Ивану, замечая и унитаз у стены, и раковину.

- Есть, только надо починить насос. Давления едва хватает на сливной бочок и кухню. Соломон Астахович не успел этого сделать.

- Ладно, разберемся. Где кухня? Я жутко проголодалась.

- Для вас я приготовил омлет с помидорами и лесными грибами.

- Звучит очень аппетитно.

На первом этаже словно стало светлее. У меня складывается впечатление, что дом не торопится открываться мне, скрывая некоторые места в тени. Холл перед парадной дверью залит солнечным светом, и можно разглядеть мебель и стеллажи с книгами. А еще круглый стол по центру, которого точно не было!

- Разве, - в замешательстве прохожу мимо деревянного стола и стульев, - это было здесь?

- Конечно, уж много лет, как стоит на этом месте.

Резная арка после холла ведет нас к другому, меньшего размера, холлу, где расположены две двери и арочный проем на кухню.

- Здесь второй санузел и моя комната. А вот и кухня.

Обилие дерева в мебели и отделке стен должны тяготить помещение, но этого не происходит. Белые занавески и белый стол у окна с красивой вазой, полной пышных белых пионов, уравновешивают цвет дерева. На кухне чисто, а на крючках висят выглаженные полотенца.

- Мило, - прохожу к столу.

- Вам где удобнее: здесь или в гостиной?

- Здесь, и мне, если честно, не ловко.

- От чего же? - Иван открывает духовку, извлекая керамическую форму с омлетом. - Вы с дороги.

- Да, но впредь будем готовить вместе.

Уголки губ Ивана слегка поднимаются, что заметно по морщинкам на щеках, но все равно он виду не подает.

- Как скажите, Ольга Алек…

- Просто, Оля! - перебиваю его, - Пожалуйста.

Поставив передо мной форму на красивую подставку, он кивает и бесшумно уходит. Передо мной стоит тарелка с вилкой, но я такая голодная, что просто придвигаю к себе форму и начинаю наворачивать за обе щеки прямо из нее. Вкусно! Не описать словами!

Все так странно и туманно, но я словно в нужном месте… словно дома.

Глава 7.

Завтрак, он же обед, приятно устроился в моем животе. Откинувшись на спинку стула, я любуюсь чудесным видом из окна. Что-то красивее придумать сложно: сосны, кустарник расходится перед берегом, где плещутся волны. Купайся хоть каждый час. Солнце не печет - кроны сосен отлично рассеивают прямые лучи. Сказка!

Порция омлета была минимум на двоих, но я справилась одна. Ставлю форму в раковину, а из крана бежит тонкая струйка холодной воды. Мда, надо что-нибудь придумать.

Иван куда-то испарился, и как бы я его не звала, не откликается. Но, мне так даже лучше.

Руки в замке за спиной, и я вышагиваю по паркету в гостиную. Большой стол, стеллажи с книгами. Еще массивный комод, на котором стоят старинные часы. Однако, время на них замерло.

Начинаю открывать один за другим выдвижной ящик. Газеты, журналы, ничего особенного. В другом ящике лежат кожаные перчатки, причем не плохие. Дедушка, видимо, любил эту часть гардероба. Еще я нахожу шарфы в ассортименте от летнего до шерстяного. А в нижней шуфлядке находка интереснее - дамская шляпка с изогнутыми вниз бортами бордового цвета.

Надеваю шляпку и поднимаюсь. Взгляд упирается в зеркало. Я смотрю на себя в шляпке и мне нравится. Но, тревожит одно - буквально пять минут назад этого зеркала здесь не было.

- Ты играешь со мной? - вглядываюсь в свое же отражение, словно спорю сама с собой.

В этот момент со стороны лестницы раздается грохот. Сердце падает камнем в пятки. Я едва не запрыгиваю на комод от испуга.

- Кто здесь?! - голос срывается. - Иван?!

Вжимаюсь в комод, но картина начинает проявляться. Этот дом ненормальный. Я снова вижу то, чего не было: прямо под лестницей стоит вешалка на трех ножках, и одна из них почему-то отломалась. Вешалка уперлась в зашитое наполовину пространство под лестницей. Вот и получился громкий удар - вешалка металлическая и тяжелая.

Не снимая шляпку, крадусь к лестнице. Стояла себе сто лет, рогатина железная, а сейчас решила сломаться?!

Ножка вешалки, оказывается, не сломалась, а съехала с паза, в который была вставлена. Что ж, мой дом, мне и чинить.

- Сейчас поправим, - хватаю стальную трубу вешалки и аккуратно убираю на пол. Тяжелая как бревно, но в этот момент открывается непонятная дверь с тихим скрипом за моей спиной.

- Что же такое? - медленно разгибаюсь и смотрю туда, где только что была вешалка.

Оказывается, она упала на дверь, которой тоже не было!

- Домик! Ты что, живой? - начинаю истерично хихикать и останавливаюсь перед невзрачной дверью под лестницей.

- Выглядит не очень, - смотрю в темную щель, из которой веет сыростью. - Подвал, что ли?

Нет уж. Подопру дверь вешалкой и привет. Я по темным подвалам не шастаю. Только я разворачиваюсь, что бы снова взяться за вешалку, как упираюсь носом в выключатель. Он сливается с обшивкой лестницы и почти не заметен, но я его вижу.

Казалось бы, надо брать ноги в руки и валить. Такие странные вещи происходят здесь и сейчас, что должно быть страшно. У меня же наоборот пробуждается любопытство и исследовательский инстинкт. Словно я прохожу квест и точно знаю, что меня не обидят.

- Окей, - бубню под нос и щелкаю выключателем.

Щель в приоткрытой двери озаряется мягким светом. Открываю дверь, а там бетонная лестница, уходящая вниз и фрагмент бетонного пола. Это все, что я вижу.

Шаг за шагом я спускаюсь ниже. Запах сырости становится вся явнее, а вскоре передо мной предстает сплетение труб и старый большой насос, стоящий под слоем пыли у стены. Здесь же рядом большой водонагреватель. Такой же заброшенный и забытый.

Система идеальна с точки зрения точности линий, их изгибов и рычагов, но пол покрыт лужами от течей. Сюда определенно нужен сантехник. И механик не помешает.

Подвал оказывается не таким и страшным. Поднимаюсь наверх, прикрывая дверь. За стенами дома прекрасная погода, Ивана по прежнему нет. После подвала меня тянет на улицу, а еще надо решать вопрос с ягодкой, а то завязнет в грязи намертво.

Выбегаю на крыльцо ощущая в теле легкость, а в груди растущий энтузиазм. Как по заказу, в углу стоит и скучает метла. Схватив её, я начинаю приводить дом в порядок. Так, маленькими шажками, я сделаю из пыльной хмурости блестящую радость. А начинать надо именно с крыльца! Знать бы еще, сколько денег дедушка мне завещал.

Крыльцо очищено, но я мету дальше по ступеням и дорожке. Оказывается, к дому ведет красивая каменная дорожка, которая затерялась под слоем иголок.

Работая с метлой, я теряю счет времени. Я обхожу дом полукругом. Пот стекает по лбу, надо бы передохнуть, а рядом как раз стоит скамейка из половины бревна. Подхожу к стене с намерением прислонить к ней метлу, и только сейчас понимаю, что стою у башни.

- Ого! - задираю голову выше и выше.

Если в доме два этажа, то башня находится на высоте третьего.

- Тут я еще не была!

Метла остается стоять у стены, а я бросаюсь вокруг башни, забывая про усталость.

- Где же вход? - шарю руками по каменному высокому фундаменту.

Я обошла башню вокруг и никаких дверей или окон, в конце концов, не нашла. Может быть, проход в башню из дома? Было бы логично.

Долго не думая, я бросаюсь в дом. Мне жуть, как надо попасть в башню.

Залетаю в гостиную и вперед шарить по стене в сторону лестницы. Спустя десять минут поисков я врываюсь в комнату Ивана, увлеченная до сумасшествия.

- Ой, - останавливаюсь на пороге личного пространства мужчины, который в данный момент лежит на кровати словно труп, сложив руки на груди, в своем фраке. - Иван, - шепчу, не решаясь зайти, но его бездыханное тело пугает.

Делаю шаг вперед, не на шутку волнуясь, как он вздыхает и, посапывая, переворачивается на бок.

Шумно выдохнув, я пячусь из комнаты. Неловко вышло и дверей, кроме этой, здесь нет.

Проходит час, а за ним и другой. Я простучала ложкой всю северную стену от второго этажа до подвала и ничего! Устало сползаю по стене, выпрямляя ноги на прохладном паркете. Неужели такая красота и просто декорация? Обидно даже.

- Ольга Александровна? - Иван появляется в коридоре второго этажа, где я распласталась. - Вам не хорошо?

- Нет - нет, - взмахиваю рукой, заправляя взлохмаченные волосы за уши. - Я искала вход в башню.

- Нашли?

- Нет.

Я смотрю на старика в надежде, что он переубедит меня, но он только пожимает плечами и говорит:

- Я иду в деревню за продуктами. Не хотите со мной?

- В деревню?! - силы мгновенно возвращаются ко мне.

- Да и мне кажется, вам нужен трактор.

- Зачем мне трактор?

- Вам незачем, а вот вашему автомобилю…

- Точно, Иван! Из головы вылетело из-за башни.

Поднимаюсь по стеночке, поправляя сарафан.

- Дайте мне минутку, привести себя в порядок.

- Я буду на улице.

Чемодан вместе с сумкой одиноко стоят у шкафа. Интересно, что будет, если я включу телефон? Наверное, аврал из пропущенных звонков и гневных сообщений. Смотрю на разряженный гаджет в сумке и зарядное рядом.

Пару секунд раздумий и я все таки ставлю телефон на зарядку, но не включаю его. Мобильная связь - дело стратегическое. Пусть будет наготове, а вот я пока не готова заглядывать в прошлое.

Чемодан с раскрытой пастью лежит на полу. Я выгрузила всю косметику и средства гигиены на туалетный столик и сейчас усердно расчесываю волосы. Количество пыли на них такое, что лак не нужен для фиксации.

Оставив в кошельке пять тысяч рублей, я прячу остальные деньги в косметичку, а косметичку за шкаф. Так спокойнее.

Иван, как и сказал, сидит на скамейке у крыльца и гладит черного кота. Упитанный котяра громко мурчит и трется о ногу мужчины.

- Ух, ты! - задорно сбегаю по лестнице, ощущая себя ребенком с огромным любопытством. - Он наш?

- Наш, - усмехается моему энтузиазму Иван. - Только свободный.

- Это как? - подхожу ближе, и котик сразу подходит ко мне, проглаживая по моей ноге пушистым бочком.

- Захотел пришел, захотел ушел.

- Это же кот, его не привяжешь, - присаживаюсь на корточки, протягивая к нему руку, а котик мгновенно откликается.

Гладкая иссиня-черная шерстка на голове и взгляд… Я замираю перед черными словно бусины глазами. У котов таких не бывает. Лишь только тонкая окантовка белка отделяет зрачки от шерсти.

Внутри что-то лопается. Перед глазами возникает образ ворона, начавшего переворот в моей жизни.

- Пойдем? - Иван поднимается, выдергивая меня из оцепенения.

Такое же чувство было у меня сутки назад, когда вместо привычного будильника меня разбудил ворон. Оцепенение и страх, ощущение, что на меня смотрят глаза человека из глубины птицы, а теперь животного.

- Все в порядке?

Отрываю взгляд от кота и, пошатываясь, поднимаюсь. Иван с привычной спокойной физиономией внимательно разглядывает мое лицо.

- Да, в порядке. Наверное.

- Тогда, в путь.

- Ага, - опускаю взгляд вниз, но кота уже нет.

Тряхнув головой, я сбрасываю наваждение и топаю вслед за Иваном.

- Дом закрывать не нужно?

- Да, кстати, - Иван внезапно останавливается, и я едва не врезаюсь в его спину.

Мужчина достает из кармана увесистую связку ключей и протягивает мне.

- Это ваше, забыл отдать.

- Так много? - в ужасе смотрю на металлический клубок из разнообразных ключей.

- У меня нет привычки выбрасывать ключи. Никогда не знаешь, какой из них пригодится.

Брови лезут на лоб от тяжести в руке, но делать нечего, кладу связку в сумку.

Иван продолжает идти, но я так и не услышала ответа.

- Вы как-то успели закрыть дом?

- Нет, это лишнее.

- Вы серьезно? Обворуют ведь!

- Люди обходят остров стороной.

- Здасте, приехали.

Иван неспешно идет, и я за ним. Минуя гараж, мы выходим на лесную дорогу, ведущую к перешейку. Нормальному и широкому, по которому легко проедет грузовик.

- Вам, Ольга Александровна, бояться нечего.

- А остальным есть? - обгоняю мужчину на шаг вперед, что бы взглянуть в безмятежное лицо.

- Про остров и дом ходят слухи. Как они появились не известно. Возможно, их распустил ваш дедушка, дабы отвадить воров.

- Интересный ход, а что за слухи?

- Что здесь обитает нечесть.

Глава 8.

За интересной беседой, я забываю смотреть по сторонам. Перешеек зарос по краям кустами, сквозь которые видна вода озера. Он длится метров десять, а дальше переходит в смешанный лес.

Дорога прямая и ровная, в конце ее видны первые постройки деревни. Я оглядываюсь назад: дом величественно возвышается вместе с соснами над озером, острая пика на башне вытягивается к небу, и именно к ней ведет провод линии электропередач.

- Это ведь сказки, - скептически пожимаю плечами. - Детей пугать, что бы к воде не шастали.

- Возможно.

- Воров таким не напугать.

- Сказками нет, но здесь действительно пропадали люди, которые приходили с дурными намерениями.

- Вы меня пугаете, - обгоняю, разворачиваясь на ходу, и продолжаю идти задом наперед. - Криминал?

- Нет, что вы.

- Убийства или несчастный случай?

- Их не нашли.

- Как?

- Вот так.

- Как дедушку?

- Похоже.

Снова пристраиваюсь к Ивану с правого плеча, ведь мы добрались до первого дома деревни Подгорье.

- Почему же вы такой спокойный? Не страшно жить в таком месте?

- Мне? Нет.

- С ними могло произойти, что угодно!

- Верно, и меня это не касается.

- Вы не исправимы, - фыркаю, обращая внимание на первый явно заброшенный дом.

Выглядит постройка крепко, забор ровный и банька есть. Только, людей не видно.

- Здесь много таких заброшенных домов?

- Нет, всего пару.

И пара тут же вырисовывается рядом.

- И этот?

- Да, остальные жилые.

Задумчиво разглядываю приличного вида дома и больше вопросов не задаю. От ответов Ивана все только путается в голове.

Наконец мы входим в нормальную деревню за плавным изгибом дороги и колодцем. Здесь слышны голоса: кто-то бранится, кто-то ржет как лошадь. Или это и есть лошадь? Звуки лая собак и кудахтанье куриц. Все это наполняет меня, и я иду с улыбкой на лице.

- Добрый день! - Иван машет женщине, стоящей согнувшись в огороде.

Она медленно разгибается и машет в ответ. Её голос звонкий и громкий:

- И тебе привет! Кто это с тобой?!

Вот так просто спрашивает, словно меня здесь нет. Даже не спрашивает, а орет на всю деревню.

Я неловко озираюсь и не зря. Из соседних дворов показываются любопытные лица разных возрастов.

- Хозяйка острова! - Иван сдает меня с потрохами, за что получает тычок в плечо.

- Вот как?! - женщина торопливо перебирает ногами по грядкам, в направлении забора. - Как звать? - спрашивает у него, а смотрит на меня.

- Ольга меня звать! - не выдерживаю такого хамства.

- Ух! - усмехается женщина. - Молодая и с характером. Купила что ли?

- Ты, Иванна, яйца продашь нам?

Имя у женщины красивое. На то, что Иван резко сменил тему, она и глаза не ведет, словно давно друг друга знают.

- А то! Твои два десятка лежат и ждут. Теперь, поди, больше надо будет? Или вы, Ольга, не на долго.

Следуя примеру Ивана - не отвечать на вопрос, а задавать свой, я спрашиваю о том, что мне нужно:

- Иванна, не подскажите, где трактор можно заказать?

- Трактор? - она снова будто не замечает смены темы. - К Жорику ступай.

- Я покажу его дом, - Иван тянет меня за предплечье вперед.

- Он, кстати, холостяк и с руками! - орет мне в след Иванна.

Щеки вспыхивают от смешков за спиной. Это ж надо! Высмеяла, получается. Каменный век и пережитки прошлого вот так навязывать мужиков!

- Не кипятись, Оля, - Иван ухмыляется, глядя на мое раскрасневшееся лицо. - Иванна одна из немногих, кто помогает нам. И яйцами, и молоком и мясом, когда животину забьет.

- Так-то не похоже!

- Так требует общество, в котором мы живем. Наедине она другая, и у дедушки твоего была частым гостем.

- Вот как?

- Да, дружили они. Много лет.

Дороги в деревне нет, но вскоре мы выходим на асфальт. Вдоль него расположены муниципальные строения: администрация, амбулатория, школа и дом культуры рядом, а в конце - магазин с пунктом приема. Здесь же автобусная остановка с расписанием.

Улица красивая, с клумбами и кустиками, но короткая. С ней и асфальт заканчивается, а деревня продолжается. Проходя мимо магазина, я пытаюсь в него завернуть, но Иван подталкивает вперед.

- Я сам все куплю, а вам к трактористу нужно, - он указывает вперед, а там как раз трактор медленно едет по дороге, поднимая за собой пыль.

- Ага! - бросаюсь бегом вперед, оставляя Ивана позади.

Трактор догнать не сложно, но приходится прилично разогнаться. В сарафане до колен и шлепанцах - это трудно.

- Эй! - скачу за ним вприпрыжку под смеющимися взглядами жителей. - Стой!

Внезапно трактор выпускает в трубу черный дым и останавливается. Я сбавляю ход, морщась от боли в стопах, которые нещадно расцарапаны камнями.

Из распахнувшейся двери кабины, появляется рыжая лохматая голова.

- Эй! - запыхавшись кричу. - Подожди!

Как только я добираюсь до трактора, так и его хозяин спрыгивает на землю. Кирзовые сапоги, штаны, в них заправленные, и тельняшка. На вид ему не больше тридцати лет. Широкая улыбка, травинка в зубах, веснушки и рыжие непокладистые волосы.

- Тебе чего?

- Трактор нужен.

- Кому ж он не нужен? - он ехидно усмехается глазами, не стесняясь рассматривать меня с ног до головы. - Городская?

- Да, а у вас принято в жару сапоги носить?

- В поле да, - его улыбка все шире. - Застряла что ли?

- Именно. В грязи у озера забуксовала намертво.

- Ладно, помогу, - он разворачивается к трактору, хватаясь за поручни. - Тебе повезло, что я закончил. Давай, поднимайся!

С этими словами он ловко запрыгивает в кабину пыльного монстра, а я непонимающе хлопаю ресницами.

- Куда… поднимайся?

- В кабину! - высовывается смеясь и заводит мотор.

Двигатель грохочет, из трубы валит дым. Я брезгливо обхожу трактор, а там уже открыта вторая дверь.

- Давай сумку и хватайся за поручни, городская!

- Еще чего! - фыркаю на него и перекидываю сумку через плечо.

Ухватившись за скользкие почему-то поручни, я достаточно легко поднимаюсь по высоким ступенькам. Сарафан задирается, но я поворачиваю колени в бок. Рыжий тракторист Жорик с интересом наблюдает за мной. Нет, чтоб помочь!

Наконец я в кабине, где тесно, и вжимаюсь в дверь, что бы увеличить дистанцию в водителем.

- Где застряла? - подпрыгивает он на сидении.

- На перешейке к полуострову, - перекрикиваю гул мотора.

- И зачем ты туда полезла?!

- Не ваше дело!

- Ух, - снова заискивающий взгляд. - И характер и красота. Как зовут тебя, городская?

- Ольга! И перестаньте глазеть!

- Ладно - ладно! А ты перестань мне «выкать»! Просто Жора, просто на «ты»!

- Хорошо! - усмехаюсь с того, как он корчит рожицу.

Спустя десять минут тряски и шума мы выезжаем к указателю, за котором знакомый перекресток.

- Ты отсюда приехала? - он кивает на дорогу, затененную от солнечного света непролазным лесом.

- Да!

- Есть же нормальная дорога в деревню.

Он удивляется, а я пожимаю плечами. Жорик знает куда ехать и перед перешейком разворачивается к нему задом. Примерно в середине озера стоит моя красная машина, погрязшая в грязи.

- Ягодка, - шепчу, глядя в заднее стекло, пока мы пятимся по узкому проезду.

Жорик сосредоточенно смотрит в зеркала, лавируя по ямам. Наконец, мы достигаем машины, и Жорик выпрыгивает из кабины.

Долго не думая, спускаюсь за ним. Моя ягодка увязла передними колесами до середины, задние чуть меньше.

- Садись за руль, я сейчас трос закреплю.

Шлепанцы вязнут в грязи. Видимо, это место большую часть времени находится под водой. Открываю дверь и сажусь за руль. Машина заводится не с первого и даже не со второго раза. Жорик заканчивает с тросом и Тойота все таки схватывает.

Я выворачиваюсь корпусом назад, закинув руку за сиденье, и смотрю, как трактор начинает движение. Трос натягивается, и меня дергает назад. Рывок выносит машину правее нужного. Я выворачиваю руль влево и следующий рывок выравнивает ягодку как нужно. Трактор выходит на стабильную связь, автомобиль мотает и крутит. Словить дорогу очень трудно, но я справляюсь.

Грязь под колесами заканчивается. Дорога обретает твердость, и Жорик останавливается. Я облегченно выдыхаю и выхожу из забрызганной грязью машины с разбитым передом.

- Молодец! Не ожидал, что справишься, - парень подходит к машине и начинает отсоединять трос.

- Дальше я сама, спасибо! - гордая собой я расплываюсь в улыбке. - Сколько я должна?

- Должна? - Жорик медленно разгибается, накручивая трос на руку.

- Денег! - быстро дополняю вопрос, хмуро сводя брови на переносице.

- Да не нужны мне твои деньги.

- Так не бывает. Слышала я такое - не прокатит! - упираю кулаки в бока, вспоминая Дениса.

- В городе не бывает, а у нас люди помогаю друг другу. Помощь, слышала такое слово?

- Я не привыкла…

- Уедешь и забудешь.

- Нет, я сейчас домой.

- И где же твой дом?

- Вон там, - машу рукой в сторону острова, и Жорик меняется в лице.

- Врешь! Там дед живет.

- Ага, я внучка его. Дедушки нет… пока, - боюсь сказать, что он умер, ведь это не совсем правда.

- Да, ну! Внучка Соломона! Вот это да! Так ты в гости заходи, землячка!

- Спасибо.

- Я серьезно! - Жорик расцветает на глазах. - Может быть помощь какая нужна? Говори, не стесняйся. Я все могу по дому и по хозяйству.

Его слова наводят на мысль о насосе, который надо починить. Интересно, сможет?

- Мне как раз нужен сантехник, который в насосах разбирается.

- Так, это ты по адресу. В сантехнике я не силен, но в насосах разбираюсь.

- Это же здорово! - подпрыгиваю на месте, не веря своему счастью.

Над озером разворачивается потрясающий закат. Трактор выезжает из перешейка, а за ним и я, задом. Пока Жорик на своей рабочей лошадке набирает скорость, выпуская из трубы черный дым, я обгоняю его, сигналя. Мы договорились на утро. Если он делает так же, как говорит, то завтра я смогу принять ванну!

Теперь, зная дорогу, я качусь по деревне к дому. У Дома культуры собираются подростки. Видимо, на танцы.

Солнце почти село, но яркое небо, исполосованное розовыми и оранжевыми разводами, еще дает много света.

На остров я въезжаю уже в сумерках. Над гаражом горит фонарь и над крыльцом тоже. В окне кухни я замечаю Ивана, но он не один. С ним за столом сидит Иванна. Глушу свою ягодку под фонарем гаража и выхожу. Мимо пробегает кот, взглянув на меня зелеными кошачьими глазами. В тот раз мне явно померещилось увидеть черные глаза.

Размахивая сумкой, я довольная иду к дому. Я здесь всего один день, но такое ощущение, что жила всегда. Открываю дверь, а меня уже ждут.

- Вот она! Кровь и плоть Соломона! - женский голос гремит в стенах дома.

Иванна выглядит совсем иначе, чем на своем огороде. И выражение лица и говор другой. Я удивленно смотрю на женщину, знакомясь с ней заново.

- Проходи, хозяйка! - она подходит и ласково обнимает меня за плечи, увлекая на кухню. - Я пирог с курицей принесла. Пальчики откусишь.

Глава 9.

Пирог с мясной начинкой из курицы столь красив, как и тает во рту. Иванна была права. С её талантом готовить нужно в ресторане работать шеф - поваром.

Я доедаю очередной кусок пирога под болтовню Ивана и Иванны. Тут меня пронзает озарение, когда эти двое повернуты ко мне в профиль.

- Вы брат и сестра?

Две пары глаз устремляются на меня.

- Как ты это поняла? - женщина с интересом ждет ответ, улыбаясь.

- Не знаю, по профилю. У вас одинаковый лоб и изгиб носа.

- А ведь ты права, Оля, - усмехается Иван.

- А говорили, что семьи нет.

- Вот, есть.

- Странные вы, - усмехаюсь, глядя на этих двоих, а глаза так и закрываются после плотного ужина. - Я, пожалуй, пойду спать. Спасибо за ужин, Иванна.

До комнаты добираюсь как в тумане. Так сильно меня в сон никогда не клонило.

Как только дохожу до кровати, так и падаю на нее, не переодевшись. Запах свежего и чистого постельного белья обволакивает, и я проваливаюсь в сон, натянув на себя покрывало.

Река, бесконечная и широкая, но с чистой прозрачной водой. Поток её мерный и неспешный. Я стою на берегу и наблюдаю, как река словно змея закручивается вокруг меня, оставляя на острове. В этот момент на реке появляется лодка, а в лодке стоит человек.

Лодка плывет сама по себе: нет ни весел, ни мотора. Она приближается все ближе к острову, пока не упирается в берег носом.

- Здравствуй, Оленька, - мужчина, а точнее дедушка, в лодке расплывается в улыбке.

- Вы кто? - удивленно разглядываю его и словно узнаю.

- Я твой дедушка, Соломон.

- Дедушка?! Вы нашлись! - вскрикиваю, но осекаюсь. - Это сон?

- Да, милая, это сон. Я пришел к тебе рассказать очень важную новость.

- Ты жив? - делаю шаг вперед к берегу, вглядываясь в лицо дедушки.

- Я на границе двух миров и только ты сможешь вытащить меня оттуда.

- Как, дедушка?! - в груди вспыхивает огонь надежды.

Я вижу его впервые, но меня тянет к родному безудержно. Делаю последний шаг к воде.

- Ты должна подняться в башню и вызвать демона, что заточил меня здесь.

- Демона? Башню? - стою опустив руки в растерянности. - О чем ты?

- Оля, в твоих жилах течет кровь охотника. Наш род издревле истреблял нечесть, которая прорывается на землю.

- Охотник на демона? Но я…

- Да, ты не знала и знать не могла, но ты здесь, дорогая моя. Вход в башню я тебе покажу. Мы много раз встречались с тобой, только я был в обличии ворона или кота.

- Так вот, что! А я чувствовала!

- Да и дом принял тебя, как родную.

- Он живой?!

- У него есть душа. Этот остров появился здесь не случайно. На этом месте очень давно образовался разлом из самого ада.

Слушаю голос, который растекается эхом по водной глади и понимаю, что каждое слово - правда.

- Мы его стражи, внучка, и должны защищать людей. Я боролся с могущественным демоном Зилием, но проиграл. Он заточил мою душу на границе миров, а тело оставил в подвале.

- Я была в подвале, там ничего нет.

- В доме не один подвал. Тот, где лежит мое тело, отрезан от дома заклятьем. Поверь в себя и ты сможешь найти его, дом поможет.

- Это все так сложно! - обхватываю голову руками, задыхаясь от правды.

- Ты справишься. Найди вход в башню! - голос дедушки становится отдаленным. - Вызови Зилия и найди меня!

Последнее слово едва слышно, как и его образ растворяется над водой вместе с лодкой. Меня пробивает странная дрожь и вдруг раздается низкий басистый голос:

- Ольга!

Вскрикнув от страха, я открываю глаза. Тело словно парализованное. Хлопаю ресницами и хватаю ртом воздух. Пульс бьет по вискам, а сердце бешено колотится в груди. Дедушка, демоны… но голос. Это был голос из самой преисподней.

Стук в дверь, поворачиваю голову - уже не плохо. За окном давно рассвело. Голос Ивана слегка взволнован:

- Ольга! С вами все в порядке?!

Открываю рот, что бы ответить, но не получается и слова вымолвить. Пытаюсь пошевелить хоть пальцем, но и это не получается. Начинается паника, что не помогает.

Вдруг дверь открывается, и в комнату входит Иван. Его взгляд сосредоточен на мне, в руках кувшин и кружка. Он будто знает, что делать и молча садится рядом, на край кровати.

Я лишь могу наблюдать, как из кувшина льется зеленоватая жидкость по консистенции, как кисель.

- Оля, это надо выпить.

Иван просовывает руку под шею и приподнимает голову. Я боюсь, но верю и открываю рот.

Похоже на кисель из ревеня, кислый до оскомины. Глоток за глотком я чувствую как разум очищается, а оковы, стягивающие тело, испаряются. Рука сгибается, я сама обхватываю кружку и выпиваю странный напиток до конца.

- Что это?! - выдыхаю, удивленно глядя на Ивана.

- Ревень и еще парочка трав. Ты побывала в мире теней, где можно общаться с духами.

- Откуда ты знаешь? Я думала - это сон.

- Дом подсказал. А кисель - это обязательный напиток, без которого нельзя уходить в транс. Он очищает и возвращает силы.

- Но я не собиралась туда уходить, - сажусь в постеле, натягивая сарафан на ноги. - Это был сон. Река и дедушка. Он рассказал такие вещи…

- О которых мне знать не нужно. Это всё реально, Оля.

- Вы все знали? Что он охотник?

- Да и горжусь, что помогал в невидимой для остальных борьбе. Ваш отец отдал жизнь ради людей, но о нем не говорят, как о герое.

- Папа? Его убили демоны?

Иван кивает в ответ, опуская взгляд.

- Ты не должна рассказывать мне то, что слышала там. Это запрещено.

Только я открываю рот, ответить, как в доме эхом раздается стук.

- Кого еще принесло? - Иван вскакивает и бросается прочь из комнаты.

То, что он часто уходит от ответа, для меня не новость. Смотрю на наручные часы - 9:00. Точно! Жорик должен прийти!

В голове сумбур, в теле странные ощущения. Выбегаю из комнаты со стопкой чистой одежды и в ванную. Напор слабый, вода холодная, но я кое-как обмываюсь, умываюсь и чищу зубы. До сих пор не могу осознать, что дом живой и демоны реальны.

Спускаясь по лестнице, я замечаю Жорика, сидящего за столом со стаканом воды. С кухни доносится аромат завтрака, но мне сейчас не влезет.

- Привет!

- Привет! - Жорик вскакивает, а в его руках появляется букетик из полевых цветов. - Это тебе, - парень расплывается в улыбке, протягивая мне букет, - пока шел, нарвал.

- Спасибо! - забираю букет и кладу на стол второпях. - Пойдем в подвал, покажу насос!

- Ты всегда такая по утрам? - Жорик медленно переводит взгляд с букетика на меня, но я уже возле лестницы, открываю дверь.

- Не отставай!

Щелкаю выключателем и начинаю спуск. Главное озадачить человека и заняться своими странными делами.

- Оля! - Жорик торопится за мной, тогда как я уже внизу.

Картина здесь не изменилась: те же трубы и лужи.

- Ого! - наконец и Жорик спускается, тут же хватаясь за голову. - Тут надо разбираться.

- Что? - скептически хмурю брови. - Это слишком?

- Ну, знаешь, я такого раньше вообще не видел. Только по телеку.

- Ясно, - опускаю плечи и голову, - привезу сантехника с города.

- Нет! - он вдруг громко вскрикивает, так что труба резонирует. - Я разберусь! Только за инструментами схожу.

- Уверен?

- Да, - Жорик разворачивается к выходу, не отрывая взгляда от насоса, - через пол часа жди!

- Дорогу знаешь, я предупрежу Ивана.

- Хорошо, - улыбается солнечный парень и бросается вверх по лестнице.

Его горящие глаза мне не по душе. Еще не хватало поклонником обзавестись!

Сверху слышен хлопок входной двери. Быстро он. Я же никуда не тороплюсь, пристально осматривая подвал. Комната не большая, примерно два на два метра, окон нет. Только трубы на всю стену и оборудование.

- Что ж домик, показывай мне подвал, где лежит тело дедушки!

Стою как дурочка и пялюсь в потолок, а в ответ мне тишина.

- Ладно, тогда вход в башню!

В этот момент раздается тоненький скрип двери, а за ним громкое:

- Мяу!

- Дедушка! - бросаюсь вверх по лестнице, где меня ждет черный кот.

Он лениво потягивается и резво отпрыгивает от двери, когда я поднимаюсь. Перебирая черными лапками, котик движется на улицу, я за ним.

Сегодня будет жаркий денек. Еще утро, а солнце уже жарит. Я думала, что дедушка поведет меня к башне, но не тут-то было. Котик бежит к гаражу, что совершенно в другой стороне.

Черный кот протискивается в щель между досок и исчезает в темноте гаража.

- Класс! - стою и смотрю на маленькую щель, в которую, если только, руку просуну.

- Ольга! - Иван распахивает окна на кухне и опирается на подоконник локтями. - Завтрак остыл уже!

- Мне некогда!

- Не спорь! Тебе нужны силы!

Опускаю голову, протяжно вздыхая. Ладно, мне все равно нужен ключ от гаража. От кота и след простыл.

- Иван! - захожу на кухню и сразу в лоб. - Мне нужен ключ от гаража!

- Пожалуйста, - мужчина с привычным спокойствием игнорирует мой запрос и ставит на стол тарелку с глазуньей из трех яиц и свежим хлебом.

На плите закипает чайник, в раковине отмокает сковорода. Иван садится за стол, указывая на тарелку.

- Ладно, - сажусь и беру свежий мягкий хлеб в руку.

- Где ключи мне не известно. Всю связку я отдал тебе.

- Вы не были там?

- Нет.

- За все время?

- Нет.

- Вы очень интересный человек. Меня бы разорвало от любопытства.

- Это ваша семейная черта. Моя черта - спокойствие. Поищи на связке.

- Я поняла, - откусываю хлеб, который макнула в желток, и едва не мурлычу от ощущений. - Очень вкусно, - восторгаюсь с набитым ртом.

- Пожалуйста, - усмехается Иван.

- Да, кстати, через полчаса вернется Жорик с инструментами.

- Думаешь, он починит?

- Надежды мало, но пусть попробует. Нет, так новый куплю.

Завтрак окончен за пару минут, и вот я иду к гаражу со связкой ключей. Такой и убить можно.

На двухметровых воротах весит два замка: один обычный навесной, а второй непонятный самодельный. На этом самодельном замке красуется гравировка в виде шестиконечной звезды. Замочная скважина чудная - просто круглое отверстие снизу. Такой ключ я быстро найду.

Сажусь прямо на землю и начинаю перебирать ключи один за другим. Круглый находится самым первым. Дальше - сложнее. Второй замок стандартный и ключей к нему сразу шесть штук.

Поднимаюсь и начинаю пробовать каждый, пока, наконец, замок не открывается.

- Да! - снимаю два замка, и ворота сами открываются перед мной, под тяжестью своего веса.

Темнота слишком кромешная и густая. Солнечный свет не пробивается дальше порога, будто кто-то повесил черную шторку на входе.

- Кис, кис! Дедушка!

- Мяу! - доносится словно из колодца, и я сразу ступаю в обволакивающую темноту.

Ворота с лязгом закрываются за мной.

Глава 10.

Несколько секунд растягиваются в вечность, пока мои глаза начинают различать свет. Он мягко рассеивается кругами, все больше фокусируясь в одну линию. Я боюсь шелохнуться, что под ногами непонятно и тьма такая густая, что трудно дышать.

- Дедушка, - шепчу и делаю робкий шаг вперед, в ответ тишина.

Вытягиваю руки и начинаю двигаться к лучу, прощупывая ногой твердый пол. В лоб что-то врезается, со звоном. По ощущениям - это металлический шарик. Протягиваю к нему руку и подтверждаю свою догадку - шарик на цепочке. Конечно! Свет!

Осторожно тяну шарик вниз, щелчок и тусклая лампочка загорается прямо перед моим лицом.

Морщусь и отворачиваюсь, пока глаза привыкнут. Теперь другое дело. В гараже нет дорогих машин, здесь вообще ничего нет. На полу много песка и иголок, хотя он явно бетонный. Вдоль одной стены стоит длинный верстак, на стене висят инструменты. С первого взгляда - рай для перфекциониста, все на своем месте.

Я помню про луч, но сейчас на этом месте голая стена, у которой лежит горка из кирпичей, а рядом стоит тележка.

- Ничего не понимаю, - медленно подхожу к стене, как вдруг за спиной раздается знакомое:

- Мяу!

- Котик! - резко развернувшись, я вижу черного кота.

Он расхаживает по верстаку, осторожно перепрыгивая все преграды, и останавливается напротив тисков. Кот садится рядом с ними и начинает увлеченно вылизывать шерстку.

- Хочешь, что бы я подошла туда?

Ноль реакции, иду. Тиски, как тиски. Рядом другие инструменты. Бью щелбан по пиле, висящей на стене, и она звонко отвечает. Рукоять тисков висит в свободном пространстве. Толкаю её, но она не шевелится. Странно.

Кот мяукает и спрыгивает с верстака, а я обхватываю рукоять и поднимаю, прокручивая. С большим усилием мне удается немного разжать губки тисков. Видимо, механизм заржавел. За спиной снова раздается мяуканье.

Обернувшись, я замираю в шоке. Это не в механизме дело. За горкой кирпичей зияет проход там, где был луч в темноте. Снова хватаюсь за рукоять тисков и кручу - стена отъезжает еще шире.

Котик снова меня опережает, запрыгивая в темноту.

- Снова мрак? - горестно вздыхаю, но тут на глаза попадается старая керосиновая лампа, висящая на крючке. - А это пригодится!

К лампе и спички находятся на полках. Поджигаю фитиль и вот он свет. Не теряя ни секунды я ступаю во мрак за потайной дверью.

Первое, что я вижу - это балку, в которую едва не врезаюсь лбом. Под ногами резко уходящая вниз лестница с высокими ступенями, закрученными спиралью. Такое ощущение, что здесь когда-то был колодец.

Не торопясь, я спускаюсь все ниже, пока вход не теряется из вида. Наконец лестница заканчивается и начинается туннель. Зная, что этот мир полон нечисти, немного страшно идти в черную бездну. Однако, далекое «Мяу!» придает уверенности, и я прибавляю скорость.

Через двадцать шагов, примерно, я снова упираюсь в лестницу. Прямо над первой ступенькой на стене обнаруживаю выключатель. Какое облегчение!

Свет озаряет лестницу, и я тушу керосиновую лампу, начиная подъем. Лестница по конструкции ровно такая же как и на входе. Только вот, она никак не кончается. По ощущениям, я поднялась уже достаточно высоко. Близкие стены и нескончаемый тоннель давят на мозг, и я все быстрее перебираю ногами.

Когда паника внутри начинает нарастать, я достигаю двери. Деревянная и массивная, она оказывается приоткрытой, а в замочной скважине торчит ключ. Толкаю дверь, и она открывается с легким скрипом.

Я в башне. Круглая и огромная комната, по периметру расположены четыре окна с буквами над ними: С, З, Ю, В. Здесь царит бардак и хаос, словно пронеслось стадо слонов или же… случилась битва. Про нее говорил дедушка.

Медленно ступаю вперед, перешагивая разные предметы, книги и бумагу. Центр комнаты пуст, кроме разбросанных вещей. Правее, между окнами С и З стоит массивный деревянный стол с лежащей на нем лампой. Стул валяется рядом. Между окнами З и Ю полукругом вдоль стены и до самого потолка растянулся стеллаж с книгами. Между окнами В и С стоит странный стол, похож на лабораторный, с разными пробирками и склянками. Рядом с ним возвышается то ли шкаф, то ли сейф.

- Так, - упираю руки в бока, осмотревшись, - для начала, здесь надо прибраться.

Подвернув края футболки повыше, я приступаю к наведению порядка. Все бумаги в стопку, потом с ними разберусь. Мелкие предметы на письменный стол, крупные в сторону. Среди всего бардака, мне попадается фоторамка. Стекло разбито, но не высыпалось. Видимо, такое уже случалось, и дедушка проклеил его.

С интересом усаживаюсь прямо в ворох бумаг и открываю заднюю крышку рамки. Фотография вываливается мне в руку, а на ней надпись красивым почерком: «Оля. Первый класс». Сердце замирает, переворачиваю фото, а там я с букетом хризантем. Первое сентября, крыльцо школы, мама рядом, поправляет мне бант на макушке. Фотография сделана со стороны. Значит… за мной всегда следили.

- Почему вы допустили все те годы, что я прожила с мамой?! - кричу в круглый свод над головой.

Слезы давят на глаза, горло распирает ком от обиды. Следили, но не вмешивались!

- Почему? - на фотографию падают слезы, во мне вскипает злость.

У меня был отец - бросил и исчез. У меня был дед, которому я понадобилась только тогда, когда он проиграл! Разве это честно?!

Вскакиваю с пола, в порыве уйти отсюда, а лучше вообще уехать, но мне под ноги попадается другая рамка. В ней стекла уже нет, осыпалось. Изображение перекрывает лист бумаги, застрявший в рамке.

Знаю, что это дом подбрасывает мне, но снова приседаю к рамке. Под листом фотография, и сейчас становится совсем не весело. На ней мы с мамой. Я помню тот день - день моего десятого дня рождения, 13 марта. Была ранняя весна, и мама купила торт. Я еще в школьной одежде натянуто улыбаюсь на камеру, ведь рядом мама, дышащая перегаром.

Провожу рукой по фото. Мама молодая, я маленькая. Небольшой перепад высоты заставляет остановить движение пальцев. Бесцеремонно вырываю фото из рамки, а там письмо и наш адрес!

Вчитываясь в корявый почерк на пожелтевшем листе, я уже не сдерживаю слез:

«Саша, это последняя фотография, больше не жди. Я не жду тебя, надоело. Не пиши и не требуй увидеть дочь, я не дам. Где бы ты ни был, знай, я любила тебя. Прощай и забудь о нас. Вика».

Мама общалась с ним, а мне ни слова. К моим пятнадцати годам она спилась, поливая отца помоями каждый день. Неужели, это из-за любви?

Легкое гладкое прикосновение черной шерсти к руке и грустное «Мяу…».

- Как же так, дедушка? Вы бросили меня все.

Кот вглядывается в мои глаза, а потом начинает копать ворох бумаг, пока когти не скребут по стеклу, издавая жуткий звук.

Достаю очередную фотографию. Правда, с черной лентой.

- Папа? - всматриваюсь в красивое лицо мужчины.

Волосы цвета пшеницы, зеленые серьезные глаза и слегка курносый нос. Я похожа на него как две капли воды. Взгляд спускается ниже к рамке, где написана черными чернилами дата 08.01.1972 - 14.09.2010г.г.. Быстро прокручиваю дату смерти в голове. Боже… он умер спустя две недели после того, как сделал снимок первого сентября. Значит, мама писала ему, не зная, что папы уже давно нет на этой земле.

Кот сидит и смотрит на меня, а я на него. Прижимаю фото папы к груди, и так тепло становится, словно он обнимает меня.

- Ладно, - бодро выдыхаю, - за дело!

Спустя час комната становится похожа на нормальный кабинет: ровные стопки бумаг, которые предстоит разложить, вещи на полках, рамки на стенах, книги в стеллаже. Стою и осматриваюсь, любуясь своим трудом. Остается подмести.

Как и полагается, стоило только подумать, как за дверью обнаруживается метла. С ними у дома проблем нет.

Пыльный пол, с кусками стекла, дерева и всякой мелочи начинает приобретать благородный цвет темного дерева. Еще бы помыть.

Сгребая мусор от северного окна к двери, я замечаю черные линии на полу. Вскоре картина вырисовывается полностью. Я слабо в этом разбираюсь, но кое что знаю. Это пентаграмма. Прямо в центре комнаты.

В голове звучат слова дедушки про демона Зилия. Он говорил, что я должна вызвать его. Но как?

Кот громко урчит прохаживаясь по убранной комнате. Видимо, нравится. Я с интересом переключаю внимание на него, ожидая следующей подсказки. Кот запрыгивает на стеллаж с книгами. Он ловко скачет на пятую полку и принюхивается к одной из книг, больше похожей на блокнот.

- Хорошо, поняла.

Указанная книга действительно оказывается блокнотом, исписанным тем самым аккуратным почерком. Есть и картинки и оглавление. Меня мгновенно затягивает чтение, а слова и предложения всплывают в голове, словно давно забытое знание. Усаживаюсь за стол и ухожу с головой в строки.

Тем временем в доме…

- Оля! - Жорик входит в дом без стука, но громко об этом извещает.

В руках у рыжеволосого парня ящик с инструментами и новый букет, но теперь бордовых пионов.

- Ольга Александровна сейчас занята, - Иван появляется словно тень из-за угла.

- Как? Мы же договорились, - Жорик обреченно кладет букет на стол.

- Вы договорились о ремонте насоса. Она предупредила, что вы придете.

- Но…

- Я поставлю букет в вазу. Где подвал знаете?

- Да, - сдается Жорик, а ведь он так хотел её внимания.

Ольга сразу приглянулась парню. В деревне выбор невест невелик, а Оля красавица, не похожа на остальных. Тот факт, что она внучка безумного старика, его не смущал, а наоборот подзадоривал. Жорик чувствовал себя смельчаком и героем, что спасает жуткий дом и принцессу в нем.

Сейчас парень покладисто топает к подвалу под бдительным взглядом Ивана. Щелчок, загорается свет на лестнице, и он спускается вниз. Без Ольги здесь совсем неуютно, но сделать нужно, что бы стать нужным.

- Бабе без мужика в доме не прожить, - бубнит себе под нос спрыгивая с последней ступени.

Жорик поднимает взгляд и столбенеет.

- Как они все так быстро? Не было же…

Две ранее свободные стены подвала сейчас занимают стеллажи. Здесь и закатки огурцов, компоты, варенье, овощи и множество консервов на любой вкус. Жорик подходит именно к ним, к тушенной говядине и свинине. Долго не думая, он берет одну жестяную банку и кладет на дно ящика.

- Ладно, начнем, - улыбаясь он раскладывает инструмент на полу и приступает к работе.

Полтора часа пролетают как десять минут, и вот, Жорик пробует включить аппарат. Насос гудит и кряхтит, но потом схватывает и начинает качать воду.

- Давление пошло! - Жорик радуется как ребенок, бросаясь к водонагревателю.

Там поплавок уровня воды тоже начинает подниматься.

- Работает!

Жорик на радостях хватает еще несколько банок консервов не глядя и сует в чемодан вместе с инструментами.

- Все равно будет моим, - шепчет под нос, но тут одна из банок, стоящих на стеллаже, падает на пол с грохотом.

Жорик настороженно смотрит на нее и протягивает руку.

- Наверное, на краю стояла.

Только он берет банку, как со стеллажа падает вторая.

- Что за?!

За ней третья и четвертая. А вот пятая… падает и взрывается, покрывая Жорика зловонной жижей давно просроченной консервы.

- Фу! - орет он, смахивая жижу с лица.

Парень в ярости хватает банки, вчитываясь в срок годности, а там… нанесенная черными несмываемыми чернилами дата производства тает на глазах, словно таймер на часах. Был 2026, а уже 2024… и цифры не останавливаются.

Глаза парня округляются, сердце вот - вот выскочит из груди. Банка в его руках взрывается! Он хватает чемодан, роняя из него ворованные банки и инструмент. Пол скользкий, взрывы не кончаются.

С воплями и трехэтажным матом Жорик вырывается из подвала и проносится мимо Ивана с бешеным взглядом. Иван лишь молча подходит к входной двери и закрывает её. На губах мужчины играет самодовольная улыбка.

Глава 11.

Начитавшись до дури в голове, я закрываю блокнот. Удивительно, но я словно перечитывала то, что сама когда-то написала. Слова и фразы легко остались в памяти. Вот с желудком дела хуже. Я голодная как волчица. Сколько времени? Смотрю на часы и ахаю - время пять часов дня. Ничего себе! А я думала прошло час - два, не больше. Жорик же должен был прийти!

Поднимаюсь со стула, а голова кругом. Перетрудилась, надо пообедать, а потом буду думать про то, как Зилия вызвать. Нам есть о чем поговорить.

Шатаясь, я выхожу из долгого тоннеля по стеночке. Котика нигде не видно. В гараже тишина, двери наглухо закрыты на деревянный затвор. Видимо, дом и гаражом заведует. Забираю связку ключей с верстака и закручиваю ручку тисков обратно. Теперь можно выходить.

Открываю ворота, а меня обдает дождем как из ведра. А ведь в гараже тихо! Ливень льет, тучи нависают над островом, закрывая солнечный свет наглухо. Быстро выбегаю под мощные капли и замыкаю ворота на один самодельный замок. Искать второй ключ совсем некогда.

Промокшая до нитки я врываюсь в дом. Иван спешит ко мне на встречу с распростертым махровым полотенцем.

- Долго тебя не было.

- Да уж, потеряла счет времени.

- Пожалуй, надо переодеться и принять горячую ванну.

- Что?!

- Да, ты не ослышалась. В доме есть вода.

- Вот, Жорик! Вы его поблагодарили?

- Не успел, - Иван хихикает в кулак, будто я не вижу.

- В смысле?

- Он не понравился дому.

Понимая, что нормального ответа от Ивана не услышу, я решительно направляюсь в подвал.

- Горячий обед ждет тебя на кухне! - слышу в догонку.

- Спасибо, Иван!

Спускаюсь по лестнице, оставляя мокрые следы босыми ногами и кутаясь в полотенце. Шум от работающего насоса приятно тешит слух. Так радостно становится! Жора оставил после себя некоторые инструменты на полу и пару луж с маслом. Но это мелочи, главное, что он сумел починить это старье!

С широкой улыбкой поднимаюсь наверх, что бы наконец-то помыться по человечески. О чем говорил Иван, я так и не поняла.

Трубы в ванной удивленно гудят, выпуская воздух, скопившийся в них за долгое время. Первая вода ржавая, кран подпрыгивает от воздушных выстрелов, но спустя минуту поток становится стабильным и чистым. С огромным удовольствием, я погружаюсь в теплую воду и мурлычу от кайфа.

Ступени мягко пружинят под ногами, когда я спускаюсь в добром расположении духа, но все еще голодная. Запах плывет по гостиной из кухни сногсшибательный. Явно что-то мясное!

Ивана на кухне нет, но дождь за окном по-прежнему барабанит по отливу. Так хорошо и уютно находиться в доме в такую непогоду.

На столе стоит замотанный в плед сверток. С любопытством ребенка крадусь к нему и разворачиваю словно подарок. Наконец, передо мной появляется большая чугунная утятница на подставке. Хватаю тяжелую и еще горячую крышку, и мне в лицо бьет пар. Аромат бесподобный. Вдыхаю его в себя и слюна наполняет рот под рев желудка. В утятнице лежит утка, запеченная с овощами!

Поджаристая корочка не дает покоя, пока я ищу хоть одну вилку по выдвижным ящикам.

- Что же это такое?!

Одна дверка внезапно открывается, после моего вскрика. На полочке подвесного ящика стоит подставка со столовыми приборами.

- Спасибо! - громко говорю в воздух и беру вилку, где тарелки я знаю.

Усевшись за стол, я приступаю к обеду. Хотя, скорее к ужину.

Иван приходит как раз тогда, когда половина утки съедена. На мужчине длинный дождевик и резиновые сапоги, а в руках корзина.

- В грибы ходили? - опираясь на косяк кухонной арки, я ковыряюсь в зубах зубочисткой, после утиного мяса.

- Я чувствую сарказм, Оля.

- Простите, но вы именно так и выглядите. Спасибо огромное за утку. Она бесподобна!

- Пожалуйста.

Мужчина заканчивает снимать мокрую обувь и ставит её в специальный лоток, плащ отправляется на крючок у двери. Иван размашисто идет к своей комнате в тапочках и плотно закрывает за собой дверь. Что в корзине не показал. Но и ладно, я так понимаю, что у каждого в этом доме свои границы. Я не буду их нарушать, и уверенна во взаимности.

Я вновь полна сил и знаю, что с этим делать. Мысленно прокручиваю примерный план, который сложила по инструкции дедушки. Остается воплотить его в жизнь.

Прибравшись на кухне, я хватаю грушу из плетеной корзинки для фруктов и выбегаю в гостиную. Ивана нет, но на столе меня ждет сюрприз. Стеклянная бутылка с зеленым киселем из ревеня, запечатанная пробкой, и записка: «Не забывай!». С улыбкой набираю полную грудь воздуха и кричу:

- Спасибо!

На улице прекрасный вечер: дождь закончился, прохладно и свежо, солнце властно прорезает облака, распуская лучи по водной глади. Правда, прохладно через чур, можно было и кофточку накинуть.

Круглый ключ найти просто, даже на ощупь. Открываю гараж, и снова меня встречает темнота. Что за магия такая? Не мешкая, ступаю за порог и марширую вперед, пока шарик не бьет по лбу. Мгновение и свет загорается.

В этот раз до башни добираюсь намного быстрее. Только дедушки нет рядом, хотя его поддержка не помешала бы.

Кабинет в это время суток особенно красив. Закатное солнце светит в окно З, меняя все пространство внутри. Комната кажется еще больше и светлее, словно зажгли огромный камин, который не обжигает, а лишь придает уют и тишину в душе. Завороженная видом, я подхожу к столу и усаживаюсь, глядя в окно.

Момент заката для меня лучше любого видео или кино. Так и сидела бы часами, но солнце стремительно скрывается за горизонтом.

Я словно прихожу в себя, ощущая невероятное тепло в груди. Будто солнце дало мне сил, особенных сил.

Опускаю взгляд на блокнот и шепчу:

- Пора.

Как только слова срываются с губ, в кабинете зажигаются все свечи разом. Шумно выдыхаю от неожиданного восторга. Они стоят повсюду: на стеллаже, на рабочем и лабораторном столах. Я не припоминаю такое их количество, но уже не удивляюсь. Одно я знаю точно - этот кабинет место силы. Как удивительно и странно я начинаю чувствовать этот тонкий мир. Спустив вожжи современного поля, я позволяю разуму открыться тому, что всегда было нереальным.

В выдвижных ящиках лабораторного стола я нахожу картонные коробочки бережно подписанные чернилами. В каждой определенный вид высушенного растения. Блокнот лежит рядом, и я перечитываю каждую строчку, что бы не сделать себе же отраву.

Что бы устроить созвон по видеосвязи, изъясняясь современным языком, нужно приготовить занятный коктейль из трех достаточно простых ингредиентов: шалфей, чабрец и можжевельник. А вот то, чем я это заливаю, мне не понятно.

Держу в руках стеклянную бутылку (одну из десяти, что нашлись в ящике под столом) и вздыхаю в голос:

- Ну, дедушка, здесь меня никто не спасет. Да и не найдет.

Жидкость в бутылке вроде прозрачная, но переливается всеми цветами радуги будто блесток насыпали. Отмеряю одну ложку, форма которой напоминает стаканчик, и перемешиваю до консистенции кашицы. Сказать, что это выглядит аппетитно, значит нагло соврать.

На каждый угол шестиконечной звезды ставится свеча с высушенными шариками гармалы. Кабинет начинает наполняться дымом. Замираю с пиалой в руках, выдох и выпиваю содержимое одним махом.

Дым щекочет нос, зеленый смузи тяжело проваливается в желудок, а голова начинает кружиться. Наконец, послевкусие от душистого сена, приправленного чем-то похожим на прокисшее молоко, проходит. Я открываю глаза.

- Вот это… да, - из меня вырываются растянутые во времени слова.

Я ошарашено смотрю в центр комнаты, где над пентаграммой переливается то красным, то оранжевым странное облако из дыма. Я теряю пол под ногами, будто парю в воздухе. Сердце бьется медленно, но громко. В этом ярком облаке мне чудится движение, словно множество теней проходят мимо.

С трудом вспоминаю инструкцию деда. Он предупреждал о головокружении и спутанном сознании в первые разы. Теперь мне нужно три раза назвать имя демона, которого хочу вызвать.

Собираюсь с духом. Страшно? Немного. Но я не сверну с пути, каким бы козлом ни был этот демон. В руке зажат канцелярский нож - я смогу выгнать его лишь поджарив каплю крови на свече.

Итак…

- Зилий! Зилий! Зилий!

Делаю глубокий вдох, наполняя легкие воздухом и дымом, а оранжевый дым вздрагивает и начинает темнеть. Черное пятнышко в центре разрастается все больше, поглощая яркие краски. По коже пробегает мороз. Воздух становится ледяным. Пятно становится настолько большим, что затмевает все, и из него раздается голос, от которого кровь стынет в венах:

- Ольга! - разносится эхом.

Казалось бы, нужно описаться и бежать, но вместо этого я отвечаю, словно другу по телефону:

- Да, я! Заходи!

В шоке сама от себя, я трясусь и наблюдаю появление руки из кромешной и густой тьмы. Длинные черные пальцы и когти. Руки демона пульсируют сплетением алых вен. Он вылезает из дыры так медленно, что я не выдерживаю.

- Можно побыстрее! Я оценила маникюр!

- Что?! - ревет он, так что пол дрожит.

От страха мой язык начинает жить своей жизнью и выдает такое, от чего в ступоре даже я сама. Это моя супер способность.

Тем не менее, демон действительно ускоряется. За руками появляются черные плечи и багровые рога, причем давольно большие и уродливые. Они смотрят в разные стороны, что противоречит закону гармонии. Демон огромен и обнажен до пояса, остальное пока не видно, к счастью. Торс его испещрен ранами и шрамами, которые появляются и тут же рубцуются сами и так бесконечно. Наверное, это дикая нескончаемая боль…

Я разглядываю демона с интересом ненормального ученого, который заглушает страх. Мой взгляд скользит по черному телу, пока не упирается в красные, горящие адским огнем, глаза. Лицо его давольно человечье, не считая уродливости и рогов. Демон, выставляет из темноты ногу. Вместо кроссовки у него торчит копыто, и, судя по всему, вторая половина тела будет обнажена.

Глава 12.

- Эй! - выкидываю руку вперед, перекрывая линию взгляда. - В гости к дамам без брюк не ходят!

- Ты знаешь с кем говоришь, смертная?! - демон рывком покидает темную дыру.

Я зажмуриваюсь, но зря - выше колена и до пояса демон покрыт чешуей с красным кровяным отливом, а позади него болтается хвост с острой чешуйчатой кисточкой. Самое интересное появляется в конце - огромные крылья, покрытые блестящими, словно покрытые лаком, перьями.

Выдыхаю, и наши взгляды снова встречаются.

- Знаю, ты запер моего деда!

- О-о-ольга-а-а, - растягивает он и опускается ниже от потолка, становясь на одно колено. - Ну, здравствуй.

- Мы не знакомы!

Во мне играет адреналин или травы, не понимаю. Но дерзость сейчас на максимуме, а инстинкт самосохранения на минимуме.

- Тебе так кажется. Ты! - рявкает басом, пропуская по телу волну вибрации от рокота. - Должна изменить этот мир!

- Как весь мир? У меня в планах было спасти дедушку.

- Они не достойны тебя, дитя! В твоих жилах течет кровь древнего рода демонов!

- Нет! Кровь охотников на демонов!

Демон раскрывает безобразную пасть, из которой вырывается длинный с заостренным концом язык, и громко смеется. Его мощная, сочащаяся кровью грудь содрогается, от чего раны расползаются еще шире. Он резко опускает хищный взгляд на меня и говорит:

- Без крови демона рода охотников не существует! Обычному смертному не дано видеть, слышать, а тем более… убить демона. Тебе лгали, дитя.

- Я тебе не дитя и прекрасно знаю, что демоны любители присесть на уши. Так что, давай по делу.

- М-м-м… - Зилий задумчиво почесывает когтями острую бороду. - Тебя не проведаешь.

- Я серьезно, отпусти моего деда.

- Зачем? Я много лет боролся с Соломоном за врата.

- Врата?

- Ах, да! Он ведь ничего тебе не рассказал. Почему? Потому, что забыл о твоем существовании. Твои проблемы, пьющая мама с поехавшей крышей, отсутствие отца, побои в школе…

- Хватит! - вскрикиваю, закипая от злости.

Чувство жалости к себе, которое я так не люблю. Оно убивает, вытягивает все силы, заставляет рыдать часами на полу! Не хочу!

- Не нравится вспоминать свою жизнь? Эти люди даровали ее тебе, полукровка.

- Замолчи! Моя жизнь! Моя! Посторонним туда вход запрещен!

- Как скажешь, но ты уверенна, что хочешь вернуть Соломона?

- Уверена.

- Тогда, ты знаешь, что демоны заключают сделки?

- Читала, - складываю руки на груди, готовая слушать.

Демон не пытается выйти из круга, но приближает свою черную морду очень близко к границе. Его дыхание обжигает, а шепот пробирается под кожу ледяными иглами:

- Ты отдашься моему сыну в жены за душу Соломона.

- Что?! - вскидываю руки в ярости. - Ты перегрелся в аду?! Какому сыну?! Какое отдаться?! Никогда!

- Мое дело предложить, - Зилий спокойно возвращается в центр круга. - Ты сказала, что уверена. Ты, не я!

- Сделки не бывать! - срываюсь на крик, рисуя в голове образ того самого сына с кривыми как у папы рогами.

На эмоциях сжимаю в руке нож, ощущая как кожа лопается под давлением лезвия. Взмахом руки брызгаю на свечу кровью, четко поговаривая:

- Заклинаю силой крови, возвращайся в ад, Зилий!

Черная дыра, клубящаяся дымом открывается словно воронка в центре звезды и затягивает демона. Зилий спокойно смотрит на меня свысока.

- Выбирай, - шепот его доносится с закрывающейся воронки.

Хлопок, оранжевая вспышка и все исчезает. В кабинете только я одна, больше никаких демонов. Дым рассеялся, свечи погасили, а мои ноги подкашиваются.

С трудом преодолеваю три шага до стула. Руки исходят мелкой дрожью. Только сейчас я здраво понимаю, что здесь было. Я видела демона и дерзила настоящему демону. Он разорвет меня на кусочки и сожрет, если вырвется из круга. Зилий боролся за врата, но не смог их заполучить. Почему?

Взгляд падает на бутылку с киселем из ревеня. Быстренько, на уровне черепахи, наливаю себе в стакан зеленого поила и выпиваю.

Вздох облегчения вместе с отрыжкой вырываются из меня, когда пустая кружка опускается на стол. Этот напиток стоит всех энергетиков в мире! Я чувствую, как по венам растекается сила и энергия.

Только подумав про вены, я вспоминаю слова демона о своей крови. Неужели и правда во мне течет кровь демона? И на больное он умеет давить, как и сделку невыполнимую предлагать. Я ведь не видела своего дедушку, кроме как во сне. Стать женой такого вот чудища за его душу не катит. Демон от части был прав.

Задумавшись, наливаю еще половину кружки киселя и залпом выпиваю. Где же мы будем жить? Здесь? Как счастливая семья: я в переднике и бигудях, а он с газетой и копытами под столом? Потом нарожаем детишек, и муж будет переносить их в корзине на крыльях в детский сад. Замечательно!

В нехорошем расположении духа я выхожу из гаража, когда луна сияет на небе словно фонарь, но в доме горит свет. На часах полночь, а я снова хочу есть.

В гостиной горит свет, как на всем первом этаже. С кухни доносится то ли скрип половиц, то ли скулеж щенка. С безразличием на лице я направляюсь прямиком туда, на звук, и ближе к еде.

Как только я миную арку, то сразу вижу источник скрипа - это спящий прямо за столом Иван. Он так искусно сопит, что под этот звук можно много чего подобрать.

Стою и улыбаюсь, но постепенно мне на ум приходит идея. Иван не вмешивается в дела охотников. Это табу. Но с домом он на одной волне. Этот старик не так прост, как кажется. Я убедилась в этом, а еще и его сестра. Они оба странные. Травки собирают и прочее. Иван может знать, как найти подвал с дедушкой. Если он не один, а тот, что нужен запечатан демоном, то я не смогу найти его никак. Без помощи.

Тихонько беру с полки тазик и черпак снимаю с крючка. Это отличный инструмент для шокового пробуждения. На всякий случай ставлю поблизости стакан с водой. Все таки, мужчина в возрасте.

- Где подвал Соломона? - шепчу едва слышно на ухо Ивана. - Где подвал Соломона?

Иван хрюкает и сонно открывает глаза. Тут я запускаю свою шарманку, словно разменивая кашу в звенящем тазике. Шум резкий и громкий. Иван вскакивает, но приземляется обратно на стул, ударившись коленями о столешницу.

- Он закрыт! - выкрикивает он и резко замолкает. - Оля?

Мужчина медленно тянет ладонь к сердцу. Откладываю тазик, который сработал и сажусь на соседний стул.

- Воды? - мой извиняющийся тон не помогает.

Мужчина смотрит на меня исподлобья и тихо говорит:

- Валерьяны.

- Я не хотела убивать вас.

- Знаю, но так нечестно.

- Иначе, вы бы не признались.

Иван берет стакан и отпивает. Он молча смотрит на воду в стакане, прокручивая его на столе. Я жду.

- Да, я знаю, где подвал. Точнее, он был там. Мне он не открывается.

- Почему нельзя было сразу показать?

- Оля, твоя кровь должна вести тебя, а не я. Ты не знаешь, на что способна.

- Но, маленькие подсказки можно?

- Демоны не редкие гости в этом доме. Многие пытались убить Соломона. Это не шутки. Ты должна найти его или освоить навык охотника. А мне нельзя знать ваши дела потому, что я сын ведьмы, открывшей эти врата. Душа моей матери заключена в этом доме, как наказание.

- Боже… я не знала.

- Конечно, не знала. Но будь уверенна, я не предам и помогу, как смогу.

Я впервые вижу на лице Ивана эмоции. На его глазах сверкают слезы. Сын ведьмы, обреченный на служение охотникам.

- Спасибо, - тихо отвечаю, глядя ему прямо в глаза. - А вы… хотели бы уйти отсюда?

В этот момент пол под ногами начинает дрожать, словно началось землетрясение.

- Пора спать, - обреченно говорит Иван и поднимается, пока я ошарашено хвастаюсь за стол.

- Но…

Мужчина не обращает внимания на тряску и уходит.

- Утром! - кричит он и хлопает своей дверью.

Дрожь дома сразу заканчивается. Значит, мама не отпускает его? Задумчиво поднимаюсь и открываю холодильник.

Половина холодной утки залетает в меня как в бездну. Глаза слипаются, я собираю последние силы и убираю грязную посуду в раковину. Теперь остается маленький подвиг - подняться на второй этаж.

Засыпаю еще в полете на кровать, не умытая и не раздетая.

Противный звук детского клаксона, только очень громкого, и крики вырывают меня из сна. Я ведь только закрыла глаза!

Гневно сажусь в постеле, которая заправлена и прислушиваюсь. За окном вовсю светит солнце.

Гудок, еще гудок и знакомый голос:

- Ведьма! Отдай мои вещи!

- Жорик? - непонимающе хлопаю ресницами.

С чего такой бунт? Поднимаюсь и решительно выхожу из комнаты. На голове бардак, но я одета и ладно.

Заглядываю в окно коридора, а внизу, у дома и правда трактор Жорика, а сам он сидит в кабине и орет из нее. Вот, дурак!

Распахнув окно, я набираю полную грудь воздуха и ору во все горло:

- Тише! Я здесь!

- Ах, вышла! Использовала меня, ограбила!

- Ты чего?!

- Я чего?! Я чуть не погиб от обстрела в твоем подвале, а ты даже не явилась! Это все ты подстроила! Ведьма, как и всё на этом острове! Я тебе цветы! - Жорик пьян, не смотря на ранее утро, и собирается плакать. - Всей душой к тебе, а ты! Плюнула в нее…

- Стой там! - рявкаю, что Жора подскакивает в кабине.

Такую размазню я терпеть не хочу! Хватаю сумку и быстро вниз. Иван спокойно стоит в гостиной, а на столе лежат чистые инструменты, что забыл неудавшийся ухажер.

- Спасибо, - собираю их в кучу и выхожу, дверь сама распахивается передо мной.

Жорик сидит с мокрыми щеками и наблюдает, как я иду к трактору.

- Вылезай! - ору и попутно достаю кошелек.

- Нет уж! Я на эту землю ни ногой!

- Вот же зараза рыжая.

Хвастаюсь за поручни и поднимаюсь на верхнюю ступень. Жорик в смятении отворачивает взгляд, а я методично выкладываю гаечный ключ на двенадцать, разводной ключ, отвертку и моток синей изоленты на сидение рядом. В эту же кучу бросаю пять тысяч.

- Стыдно Жорик, - жду, когда посмотрит.

- Мне?! - все же поворачивается. - У меня вся спина в синяках, болит! Твои консервы портились…

- Че-е-его?! - брови ползут вверх от бреда. - Какие консервы?!

- Вот смотри! - Жорик снимает свою тельняшку и разворачивается ко мне спиной.

- Ого, у тебя веснушки даже на спине! - усмехаюсь и только.

- В смысле?! - Жорик подскакивает и в позе креветки пытается увидеть спину в зеркале заднего вида. - Были синяки!

- Ты сколько дней не просыхаешь?

- Я вообще не пью!

- Ну, да. Удачи и спасибо за помощь!

Спрыгнув с трактора, я ухожу. Смех так и разбирает, ведь я догадываюсь в чем дело.

Глава 13.

- Иван! - захожу в дом широко улыбаясь. - Доброе утро забыла сказать!

- И тебе доброе! - доносится со второго холла.

Энергичной походкой направляюсь к нему. Мужчина сидит на софе у окна и натягивает на ноги высокие рыбацкие сапоги. Рядом, на полу, стоят два лукошка, сплетенных из лозы.

- По грибы или на рыбалку? По вашему прикиду не определить.

- Я, Оля, на болото пойду, за травами.

Иван опускает ногу и поднимает на меня серьезный взгляд. Я даже закрываю рот, а ведь хотела спросить, что произошло с Жориком.

- Оля, возьми, но дождись, пока я уйду, - Иван протягивает мне обычный не запечатанный конверт.

- Почему?

- И позавтракай плотно, - в своей манере игнорить, он поднимается и хватает корзинки. - На плите найдешь яйца с поджаркой.

- Ясно, - обреченно киваю, большего я не услышу. - Спасибо.

Иван широким шагом выходит в гостиную, снимает с крючка свой плащ и выходит из дома. Дверь закрывается за ним с хлопком.

Брови вверх, глубокий вздох и направление на кухню. Без Ивана я бы с голода опухла. На сковороде ну очень плотный, но аппетитный завтрак из трех яиц и хорошо поджаренной грудинки. Шикарно, не смотря на то, что очень жирно.

Усевшись за стол с полной тарелкой еды, я жую и открываю конверт. Вдвое сложенный лист бумаги ложится мне в руку, а в нем схема. Это уже интересно.

На схеме совершенно очевиден вход в подвал под лестницей, обозначенный стрелкой, но подвал изображен в разы больше, чем он есть. Комната продолжается под лестницей и ведет в соседний подвал. По схеме видно, что в него можно попасть из санузла, который расположен рядом с комнатой Ивана. Дальше коридор и еще два подвала друг напротив друга.

Отставив пустую тарелку, я всматриваюсь в последнее помещение. Оно в конце коридора и обозначено крестиком. Видимо туда мне и надо. Вопрос в одном, пустит ли меня дом?

Вооружившись фонариком и плотным спортивным костюмом с капюшоном, я спускаюсь в подвал. Насос пока молчит, а водонагреватель подмигивает зеленой лампочкой. Все работает, как надо. Поворачиваю к лестнице, ожидая увидеть пустую стену, и прыскаю от смеха. Пустая стена и есть.

- Ты прячешь от меня вход? - словно играя с ребенком, говорю дому.

В ответ, само собой, тишина. Подушечки пальцев касаются неровной поверхности стены, когда я медленно прощупываю её. Шаг за шагом, я прислушиваюсь к своим ощущениям и чувствам.

Внезапно, по пальцам пробегает дрожь, словно легкое прикосновение к оголеному токоведущему проводу. Почти в самом углу, я чувствую течение энергии.

- Дом, я нашла! И все равно открою!

Вот же! Сопротивляется! Закрываю глаза и сосредотачиваюсь на энергии, что бьет мне в пальцы слабыми разрядами. Дрожь начинает больше щекотать, чем сильнее я пытаюсь понять её.

Вдруг перед глазами начинает появляться размытое очертание прямоугольника на стене. Оно соткано из сотен тысяч язычков энергии, которые словно пламя танцуют на поверхности.

- Это печать! - внезапно вспоминаю блокнот, где это было описано.

Ее наложил сам дедушка! Вот почему дом не помогает!

- Откройся, - шепчу в стену и надавливаю руками.

Язычки энергии начинают протестовать, дотягиваясь до моих рук и жаля, но я чувствую лишь щекотку. Стена поддается, слышится треск. Энергия вспыхивает, а целый прямоугольник стены исчезает, оставляя черную бездну вместо себя.

- Вау… , - в восторге от того, что только что произошло, я смотрю не в проход, а на свои руки.

На ладонях играют искорки, словно статическое электричество на морозе. Ощущение потрясающее, сила, возможность и желание действовать.

Зажигаю фонарик и смело шагаю внутрь. Схема Ивана впечаталась мне в память, и смотреть на листок не нужно. Минуя подвал под санузлом, я вскользь обращаю внимание на сплетение труб. Дальше, как по плану, коридор. Правда, он очень узкий, так что приходится приподнять плечи к ушам.

Запах сырости и отдаленный писк мышей или крыс, непроглядная темнота и свет фонарика. Я иду медленно, осматривая каждый метр стен, потолков и пола.

Наконец, я достигаю двух подвалов, что смотрят черными разинутыми ртами друг на друга. По телу пробегает неприятная дрожь. Ощущение, что на меня смотрят из этой тьмы пронзает стрелой.

Направляю столп света внутрь правого подвала, но там, кроме голых стен, ничего нет. Направляя свет в левый подвал, я вздрагиваю, героически не проронив ни слова. Убегая от света прямо мимо меня, проносится мышь! Кроме нее здесь никого, хотя ощущение тяжелого взгляда не походит.

Постоянно озираясь, я дохожу до тупика. Здесь должен быть последний подвал. Иван не зря поставил на нем крест - ни двери, ни дыры. Коридор узкий, и стена передо мной не большой площади. Укладываю фонарик на пол и прислоняю ладони к шершавому бетону.

Я не чувствую ничего подобного, что было. Скорее наоборот, гнетущее ощущение пустоты наполняет меня. Чувство безысходности и боли проходит через эту стену. Я уверена, дедушка там!

Сосредоточившись на неприятных ощущениях, я припадаю к стене всем телом. В горле зарождается ком, хочется плакать и выть, но это все не по-настоящему. Выравниваю дыхание и шепчу:

- Откройся мне.

В этот момент за стеной раздается треск непонятного происхождения. Боль и тьма, ползущая из стены, как яд, наваливаются на мои плечи. Желание сбежать отсюда трудно преодолеть.

- Откройся! - беру верх над чувствами и ору в стену.

Горло дерет от крика, сердце ускоряется, вызывая на помощь гнев.

- Я приказываю! Исчезни! - голос неожиданно становится низким и рычащим словно не мой, пальцы дрожат от ярости.

Резким движением рук, я протаскиваю ладони по стене, царапая кожу до крови. На красных следах сразу начинают появляться паутинки трещин. Они разрастаются все больше и быстрее, пока не покрывают всю стену. Пячусь назад, тяжело дыша. Мгновение и громкий хлопок раздается на весь коридор.

В лицо бьет ветер с пылью, заставляя закрыть глаза. Однако, когда я их открываю, то вижу перед собой проем. Я открыла его!

Ни камней, ни бетона - стена просто исчезла. Устремляя свет вперед, я спешу в подвал.

Только я пересекаю границу помещения, как свет фонарика гаснет. Я оказываюсь в густой темноте, словно на глубине озера. Воздух тягучий и холодный. Пульс ускоряется, выбивая трель по викам. Судорожно бью фонариком по стертой ладони, и, к счастью, он начинает подавать признаки жизни. Вспыхивая несколько раз, лампочка все же загорается. Боль на ладонях напоминает, что я жива.

Столп света мгновенно упирается в бледное лицо в шаге от меня. Страх вырывается наружу криком. Я ору до тех пор, пока не срываю голос. Словно в оцепенении, я смотрю на застывшего будто статуя мужчину - своего дедушку.

Посреди пустого подвала, в ужасной позе, он застыл во времени. Соломон словно пытался удержать что-то в руках, но не смог. В его открытых замерших глазах застыл ужас и боль.

- Дедушка, - шепчу, вглядываясь в его черты лица.

Его душа блуждает по Земле, а тело обречено на страдание в этом подвале. Протягиваю руку, с замиранием сердца, и невесомо касаюсь его пальцев. Он ледяной…

- Нет, - слезинка скатывается по щеке, - так нельзя.

На ум приходят воспоминания о моих фото и переписке с мамой. Демоны отнюдь не дружелюбные. Дедушка спасал меня, удерживая подальше. Я не могу оставить его здесь.

- Как тебя вернуть? - обреченно опускаю руки, хотя знаю ответ на свой вопрос.

Не в силах больше смотреть в застывший взгляд дедушки, я разворачиваюсь и выхожу из подвала. Стена за мной тут же занимает свое место.

Меня раздирает изнутри выбор. Оставить или спасти? Уничтожить свою жизнь или дать шанс Соломону?

Только ближе к выходу из подвалов, я замечаю, что иду с выключенным фонариком и неплохо вижу. Да уж, демоны ведь хорошо видят ночью.

Дневной свет, который льется из окон в гостиную, режет глаза. Я потратила не много сил, но тем не менее, сразу направляюсь на кухню за зеленым киселем. В голове чертовы весы, на разные чаши которых ложатся аргументы.

Не совсем аккуратно перевязываю кисти. На белых быстро проступают алые пятна. Делаю глоток тягучего кислого напитка и все же принимаю трудное решение - дедушка будет жить!

Внезапный сигнал автомобиля заставляет подпрыгнуть на месте, вырывая из мыслей. Поперхнувшись, я разворачиваюсь к окну.

Крутая тачка стоит на въезде на остров, а рядом с ней знакомый мужчина с модной прической и в дорогом пиджаке.

Торопливо поправляю волосы и отряхиваю спортивный темный костюм, на котором отлично видна пыль. Нотариус дедушки не спеша идет к крыльцу, и я выскакиваю к нему на встречу.

- Юрий Адамович!

- Ольга Александровна, добрый день!

- И вам, проходите, - кивком приглашаю гостя внутрь.

- Благодарю.

Юрий Адамович не собирается идти в кабинет, как в прошлый раз. Он сразу ставит кожаный портфель на стол в гостиной и достает документы.

- Я, как и обещал, приехал сразу после посещения банка. Счет Соломона разделили и перевели на ваше имя и имя Ивана. Где он, кстати?

- В лесу, - машу рукой, что бы продолжал быстрее.

Нотариус медленно поднимает брови и переводит на меня взгляд, а затем на красные бинты на руках.

- Нет! Что вы подумали?! - прыскаю от смеха. - В грибы пошел! А я слишком рьяно навожу порядки в доме.

Мужчина округляет глаза, но все же тактично молчит, продолжая держаться деловой линии.

- Тогда, - он кладет на стол большой конверт формата А4 на стол, - передадите ему в руки.

- Разве так можно?

- Я вам верю.

- Да?

- Да, - он достает второй конверт и серьезно всматривается в моем лицо, - вы все еще здесь, - снова взгляд на руки, - а это аргумент.

- Мда, - неловко улыбаюсь, - не поспоришь. Место странное.

- Я уверен, вы сможете его приручить.

Следуя принципу Ивана, не вмешиваться в личные границы, я больше не задаю вопросов. Нотариус явно знает больше, чем говорит.

- Это ваше, - Юрий Адамович вручает мне конверт. - Документы подпишите и изучите. Снять или перевести на другой счет можно только в отделении банка с паспортом.

- Кстати! - вспоминаю про важный документ.

- Да - да, возвращаю.

Итого, у меня на руках мой паспорт и документы с банка, в которые не терпится заглянуть.

- Спасибо! Чаю?

- Нет, я поеду. Звоните по любым вопросам. А будете в городе, то я вас угощу чаем с удовольствием.

- Обязательно.

Мы вежливо кланяемся, и нотариус быстро уходит из дома. Он даже машину не глушил. И пусть! Усмехнувшись, открываю конверт.

Глава 14.

Передо мной на столе лежат три документа, ждущие моей подписи. Но самое главное, это сумма, которая напечатана в них черным по белому - 3 000 000 рублей! Я смотрю и радуюсь, но не понимаю, откуда они у дедушки. Тем более, что Ивану достанется такая же сумма. Разгадку на эту загадку, мне расскажет сам дедушка. А демона я проведу! Вдвоем, мы сможем заточить их и уехать. С этими деньгами раз плюнуть.

Оставив конверт Ивана на столе кухни, я поднимаюсь наверх. Документы нужно убрать в надежное место и вымыться после подвала. От костюма так и несет затхлым подземельем. Мне предстоит встреча с демоном, а то и не с одним. Нужны силы.

Прихватив с собой бутылку зеленого смузи, я выхожу из дома с куском колбасы во руке и во рту. Времени много, с первого взгляда, но это не так. Душа без тела, как и наоборот, не может существовать на земле.

Вдруг, мне на перерез выбегает черный кот и становится на дыбы.

- Дед, ты чего? - недоуменно смотрю, как котяра шипит на меня. - Колбасы хочешь? Блин, да я тебя спасать иду, брысь!

Топаю по дорожке кроссовкой, но кот не убегает. Стоит как баран и шипит.

- Ты передумал оживать? - сажусь на корточки с тяжелым вздохом и тянусь к черной голове кота.

Он тут же тыкается мокрым носом в ладонь и меняет гневное шипение на урчание.

- Мяу! - смотрит прямо в душу, словно отговаривая.

- Я решила.

- Мяу!

- Я так решила, дедушка. Мы справимся вместе. Одна я не потяну.

- Мяу!

Он садится на дорожку и просто смотрит.

- Вот и славно.

Я продолжаю идти к гаражу, под грустный взгляд дедушки. Мне и самой не по себе. Куда иду, на что подписалась? Я никогда не отступала от трудностей. Лишения меня не пугали, я и сейчас не боюсь. Неуютное чувство неизведанного - вот, что напрягает каждую клетку моего мозга и тела. Я совершенно не знаю, чего ожидать. Возможно, смерти?

В густой темноте гаража выверено делаю три шага вперед и хватаю шарик выключателя. С каждой минутой меня все больше наполняют два чувства: сомнение и уверенность. Две противоположности, словно тело, в котором течет сила и кровь демонов, спорит с разумом человека.

Быстро открываю проход при помощи рукояти тисков и устремляюсь вниз по лестнице. Фонарик больше не нужен, я спокойно вижу в темноте, правда, в черно - белых тонах.

Долгий подъем в башню и я на месте. Ключ легко проворачивает массивный затвор, и я попадаю в кабинет. Здесь все еще витает аромат шалфея и чабреца. Сейчас обновим.

Солнечный свет, просачиваясь сквозь колючую крону сосен, мягко наполняет кабинет теплым светом. Жарко, но окна не открываются, хотя вентиляция здесь хорошая. Расставив свечи, как положено, я собираю травы в пиалу и заливаю их тягучей прозрачной жижей. Можно начинать.

Снова дым гармалы затягивает пространство и затуманивает разум. Во рту послевкусие от трав. Я становлюсь у края круга и вызываю рогатое чудовище:

- Зилий! Зилий! Зилий!

Дым меняет окрас с серого и белого на оранжевый. Он клубится и извивается, скрывая за собой иной мир. Но спустя считанные минуты моего спокойного ожидания, дым начинает дрожать словно в такт огромному динозавру, что тяжело ступает по земле.

- Ну, привет, - смотрю на черную точку, что появилась в центре дыма.

Она растет медленно, но верно, заполняя собой все пространство в пределах круга. Наконец, из тьмы появляются багровые рога. Горячее дыхание ада и леденящий кровь холод штурмуют мое тело одновременно. Я уверенно смотрю на то, что вылезает в мой мир.

- Ольга, - тихо шепчет Зилий, но пробирает до костей. - Ты передумала.

- Если все знаешь, то ближе к делу, - смело гну свое.

- Деловой подход, мне нравится.

- Зачем ты хочешь женить сына на мне?

- Я хочу положить конец нашей войне.

- Разве такое может быть? Демон, жаждущий мира?

- Согласен, но я слишком давно не был на Земле.

- Тебе тут нечего делать.

- Ошибаешься. Равновесие Вселенной состоит в равенстве черного и белого. Иначе, законы перестают работать, что приведет к краху человечества. В каждом человеке есть темная сторона.

- Ее надо сдерживать, а не питать. Зилий, я не для лекции тебя вызвала. Дедушка, помнишь?!

- Конечно, - усмехается он, - ты ведь нашла его и сердечко сдалось.

- Это мой выбор, и я хочу его обсудить.

- Давай, обсудим, - демон переминается с ноги на ногу, бесшумно переставляя копыта, и наклоняется ниже. - Ты, Ольга, станешь женой моего сына Дарка! Я освобожу Соломона через семь дней после свадьбы.

- Свадьбы?

- Конечно! - Зилий закидывает рогатую голову назад, оглушая басистым смехом. - Это будет пир!

- Боже…

- Давай его не будем приглашать.

- Зачем все это?!

- Таковы традиции.

- Так не пойдет! Свадьба, муж рогатый… - едва сдерживаюсь, что бы не перейти на личности. - С таким раскладом, дедушку надо вернуть немедленно.

- Не выйдет.

- Почему?!

- Заклятие, что держит его душу и тело порознь, так быстро не снять. Иначе, он может остаться дефектным.

- Что это значит?

- Умалишенным.

- Я тебе не верю, - шепчу, опуская глаза в пол.

- И правильно, дитя. Однако, у тебя нет выбора. В таком виде, как сейчас, Соломон протянет от силы месяц. Тело - это всего лишь плоть на костях. Без хозяина оно развалится.

- Черт бы тебя побрал!

- Как по-семейному звучит. Жду не дождусь обнять тебя, как родную!

- Никогда!

Демон заливается гадким смехом, а меня раздирает желание снять саблю со стены и рубануть его голову. Только, передо мной лишь иллюзия, а не настоящее тело демона.

- Выбирай! - внезапно смех обрывается, и взгляд красных глаз устремляется на меня. - Больше шанса не будет!

- Я согласна, - не верю сама себе, но шепчу, отвечая прямым взглядом.

Демон замирает, а на тонких потрескавшихся губах растягивается хищная ухмылка, являя острые зубы.

- Сделка завершена, - спокойно говорит он, а затем раздается громкий хлопок.

По ушам словно бьют битой. Мозг кричит содрогаясь от громкости. Тело бессильно теряет контроль, и я падаю на пол. Реальность воронкой закручивается в бездну, куда я проваливаюсь.

Открываю глаза. Голова гудит, я лежу на полу у самой границы круга. Дым повсюду, а прямо надо мной возвышается непонятный силуэт.

- Что это было? - недовольно ворчу, приподнимаясь на руках.

- Пространственный тоннель.

Я замираю, уперев взгляд в пол. Голос приятный, мелодичный и не принадлежит Зилию. Часто моргая, я поднимаюсь. Взгляд скользит по полу к кругу, за которым я вижу не копыта, а обычные мужские ботинки на шнуровке. Черные брюки и массивный ремень с тяжелой пряжкой, черная кожаная куртка нараспашку, обычная человеческая шея, щетина, мужественный подбородок с ямочкой, губы…

Ошеломленно стою и пялюсь на красавца во всем черном с безупречным лицом. Его черные волосы каскадом спускаются к лицу, взгляд черных глаз без белка смущает, но все же… не отталкивает.

- Это подстава? - наконец выдыхаю я, интуитивно поправляя футболку.

- Ты, видимо, Ольга, - высокомерно, но ровно подмечает он.

- Еще и догадливый.

- Пф, будет сложно, - он показательно воротит лицо.

- Тебе? Да, - расплываюсь в улыбке, представляя, как засажу его в один из подвалов на вечно.

Он красив, ничего не скажу. Даже сердце сейчас бьется иначе, но не на ту напали.

- Я, Дарк, - парень слегка наклоняет голову в бок, окидывая меня любопытным взглядом.

- Я в курсе. Не глазей так, сделка еще не значит, что тебе можно все.

- А мне кажется, что она именно это и значит.

- А мне кажется, что ты папенькин сосунок. Сказали женись, ты и приперся.

Вдруг Дарк, который все это время стоял с каменным внимательным выражением лица, прыскает от смеха. Его хохот чистый и заразительный, словно настоящий.

- А ты ничего!

- Пошел ты в ад!

- Нет, спасибо! - парень разгибается, а улыбка его завораживает.

Тряхнув головой, я делаю три шага назад к столу. Перочинный нож лежит там смирно и ждет своего участия.

- Эй, тише!

- Нет, сеанс окончен.

- Ты заключила сделку. Помни об этом, Ольга, - Дарк продолжает ухмыляться.

- Помню. Приходи через семь дней.

- Я бы с радостью, но у нас сегодня свадьба.

- Чего?! - я вспыхиваю так, что от меня волной исходит энергия.

- Ух, тише! - в глазах Дарка отражается интерес. - Не волнуйся так. Разве Зилий не сказал тебе?

- Сказал, - цежу сквозь зубы, ощущая, что на взводе и силы на нуле, - но дату не уточнил.

- Понятно, - кивает он.

- Что тебе понятно, демон?!

- Держи себя в руках, демоница, - Дарк шипит, и в этот миг за его спиной расправляются крылья.

Меня обдает ветром. Внимание полностью приковано к черным блестящим словно у ворона крыльям.

- Я… не демоница, - заикаюсь и смотрю на демона перед собой.

Он спокоен, но все говорит об обратном. Я чувствую, что в мужчине происходит борьба, как и во мне.

- Готовься, - так же тихо шепчет он, - в полночь за тобой придут.

- Кто? - уставшая, я не могу тратить силы на споры, дело сделано.

- Ты увидишь.

Крылья словно щиты закрывают Дарка, и он просто растворяется в черной бездне, откуда пришел.

Силы покидают меня и, как только дым рассеивается, я падаю на пол, хватаясь за столешницу. Что я сделала? Что теперь будет? Дедушки нет…

Преодолевая желание спать и не двигаться, я дотягиваюсь до киселя из ревеня. Зубами открыв пробку, я пью прямо из горла, оживая с каждым глотком.

Солнце за окнами клонится к горизонту. Я смотрю на его лучи, блуждающие по стенам, и успокаиваюсь. Кем бы он меня не назвал, я знаю себя. Но… не свои возможности.

Зеленый смузи восполнил энергию, но тело истощено. Надо выбираться отсюда и набить желудок чем-нибудь пожирнее.

Спустившись в прохладу тоннеля, я начинаю дышать свободно. Тело расслабляется, и в гараж я ступаю в спокойном состоянии.

- Мяу! - раздается от верстака, и мне в ноги бросается черный кот.

- Мяу, - устало и грустно отвечаю. - Прости, не получится так быстро.

Усевшись прямо на грязный пол, я беру кота на руки. Он мгновенно начинает урчать, успокаивая меня.

- Я заключила сделку, сегодня свадьба.

Кот перестает урчать, выпуская когти, но не царапая меня.

- Да, приятного мало. Но, через семь дней, ты вернешься ко мне. Мы сядем за стол и выпьем чаю, как настоящая семья.

Раскачиваясь на полу с котом, мне вдруг становится грустно. Я бы хотела увидеть маму и родной город. Пересмотреть свою жизнь. Сейчас, боюсь, я обречена.

Глава 15.

На остров опускается вечер. Уже не жарко, а вот комары выходят на охоту. Не смотря на жужжащий рой кровососущих, у крыльца сидит Иван. Он одет в привычный фрак, а в руках чайная пара, видимо, с чаем.

- Добрый вечер, Иван, - устало сажусь на скамейку, рядом с мужчиной.

Он опускает голову, упираясь взглядом в пустую посуду с разводами от заварки. Я чувствую недосказанность, которую он старательно запихивает глубоко в себя.

- Иван, - толкаю его в плечо, - я не дедушка, вы можете высказать мне все, что думаете. Так будет легче и мне и вам.

Мужчина медленно поднимает на меня взгляд, полный смысла и желания говорить.

- Ну же, - слабо улыбнувшись, толкаю его снова, и голова падает на плечо мужчины.

- Тебе надо поесть.

- Да. Но вы не это хотели сказать.

- И это тоже.

- Говорите уже, кто знает, наступит ли для меня рассвет после этой ночи.

Моя проникновенная речь не могла не подействовать. Иван чуткий человек, как бы он это не прятал за фарфоровой маской дворецкого.

Внезапно, блюдце в руках мужчины лопается.

- Ох, вот же я! - Иван вскакивает, роняя на мягкую землю и чашку.

Я тяжело вздыхаю, поднимая брови, и делаю вывод вслух:

- Иногда слова спасают жизни посуде.

- Оля, - Иван выпрямляется, взмахом руки отправляя посуду куда подальше, - ты понимаешь, что связалась с темной силой. Силой, Оля!

Вот сейчас я вижу истинное лицо Ивана. Он негодует, так что ноздри раздуваются как две черные дыры.

- Что они хотят взамен? Ты согласилась, да?

- Да, согласилась.

Иван садится обратно на скамейку, пристально вглядываясь в мои глаза. Он ждет ответ.

- Сегодня я стану женой сына демона, заточившего Соломона.

- Оля! - мужчина вскакивает словно ужаленный. - Это невозможно! Зачем же ты согласилась, девочка моя?

- Это сделка, а значит, он вернет дедушку.

- Это демоны! Они всегда лгут!

- Но и я не человек.

Я опускаю голову, а Иван руки - он знает.

- Ты хороший человек, дорогая.

- Спасибо, - горько усмехаюсь, а живот аж скручивает от голода.

- Пойдем, я покормлю тебя.

- Угу.

Как только мы заходим в дом, то повсюду загорается мягкий уютный свет словно дом поддерживает меня, как может.

Усевшись за стол на кухне, я смотрю в окно. Страшно подумать, что будет этой ночью. Демоническая свадьба! Это как вообще? Вместо ЗАГСа спустимся в ад?

- Отвлекись и поешь, - Иван вырывает из мыслей и ставит перед носом полную тарелку с макаронами по-флотски.

Долго уговаривать не нужно, я бросаюсь на еду будто не ела неделю.

- Тише, нельзя так быстро, - Иван садится напротив.

Прикончив ужин, я благостно вливаю в себя чай с мелиссой. Иван подливает мне и себе из красивого фарфорового заварника и молчит, как и я. За окном стемнело.

- Думаю, вам не стоит выходить из комнаты после полуночи, - прерываю тишину, бросая беглый взгляд на наручные часы. Время 22:50.

- Свадьбы этот дом еще не видел.

- Он сказал, что за мной придут.

- Скорее всего, тебя уведут под воду.

- Что?!

- Я видел единожды, как Соломон входил в ад.

- В ад через озеро?

- Да. Врата находятся под островом.

- Вот блин…

- Я даже не знаю, чем тебе помочь.

- Ничем. Просто оставайтесь в комнате. Не смотря ни на что.

- Дом защищен.

- Все равно. Сделка, как я поняла, стирает некоторые границы.

Поднимаюсь из-за стола с полным животом и беру тарелку с вилкой.

- Я сам помою, ступай.

- Спасибо.

- И не забудь! - Иван указывает на ряд бутылок с зеленым смузи из ревеня.

- Точно!

С бутылкой под мышкой я поднимаюсь к себе в комнату. Наряжаться я не собираюсь. Даже прихорашиваться не буду. Смотрю в зеркало на свое отражение: волосы стянуты в кривой пучок, растянутая футболка и джинсы. Махнув рукой, я падаю на кровать. Глаза сами закрываются от усталости и переживаний.

Сон накрывает меня мгновенно. Тело расслабляется по щелчку. Тишина дома и уют мягкой постели создают впечатление объятий. Однако, в мой приятный сонный полет вмешивается что - то скользкое и холодное.

Резко открываю глаза. Я все так же лежу на кровати, но не одна! По моей ноге ползет змея!

- Вот гадость! - вскакиваю на ноги, отбрасывая шипящую тварь в стену.

Дыхание сбивается, смотрю на часы: 00:00. Только до меня доходит, что время пришло, как дверь в комнату медленно открывается. Забывая о змее, я все внимание перевожу на темную щель, что становится все шире.

- Кто здесь, - голос дрожит, но я беру себя в руки. - Покажись!

С моим вскриком дверь распахивается. Два красных глаза в метре от пола и непроглядная тьма вокруг.

- Кто ты?

- Иди за мной, - растягивая слова, до меня доносится низкий голос словно издалека.

- Еще чего! Выйди из мрака!

Глаза приближаются резким рывком, но и тьма вслед за ними словно они не делимы. Я слышу его поступь, напоминающую мягкий шаг большой когтистой собаки.

- Мы поведем тебя… - за клубком тьмы с глазами загораются еще несколько пар таких же.

Говорить с этим трудно. Очертания напоминают собаку, но я не хочу в это углубляться. Медленно сползаю с кровати и тут же наступаю на хвост змеи.

По телу пробегает неприятная дрожь отвращения. Надо бы кричать, но я замираю в шоке. Змея словно смотрит на меня, приподнимая свою мерзкую голову. Она не шипит и не кусает, лишь уползает во тьму адских псов.

- Пора…

Шумно выдыхаю, сжимая руки в кулаки, и иду к двери. Тягучая тьма расступается передо мной. Красные глаза смотрят непрестанно.

Как только я выхожу в коридор, то натыкаюсь еще на двоих. Эти мрачные тени разворачиваются и бесплотно движутся к лестнице.

Окруженная черным облаком тварей, я выхожу из дома. Дверь тихо закрывается за мной. Я слышу щелчок замка.

Вспоминая слова Ивана, про врата под озером, я громко усмехаюсь.

- Ну - ну! - останавливаюсь у кромки темной воды, наблюдая, как две тени впереди меня плавно погружаются.

- Следуй за нами, - шипящими переливами льется речь оттуда, где даже рта нет.

Тени скапливаются вокруг меня, налегая.

- Ладно, - озираюсь вокруг, а по коже проносятся мурашки, - если что, я предупреждала, что плавать не умею.

Делаю первый шаг, ожидая холод, но ничего не чувствую. Глаза видят воду, а тело не ощущает.

- Не понимаю, - делаю еще два шага, но будто не в воде, а по воздуху.

Тени движутся за мной. Вскоре я скрываюсь под водой с головой. Так странно идти по песчаному дну озера и дышать. Никакого сопротивления, просто иду вслед за тенями. Редкие водоросли и рыба от большой до малой проплывают мимо. Они именно плывут, выпуская пузырьки воздуха, прямо возле меня. Опустив взгляд на себя, я вижу, как моя одежда тоже колышется, но ощущаю это как легкий ветерок.

Наконец мы упираемся в каменную преграду, она устремляется со дна к острову, но не выходит на поверхность. Пройдя пару метров, передо мной открывается тоннель, который длиться под грудой камней и уходит под остров. Это он - вход в ад.

Как только я ступаю под круглый свод тоннеля, как за мной раздается шум воды, словно волна бьющаяся о скалы. Резко разворачиваюсь и отчетливо вижу переливы и блеск воды. Она шумит и словно бьется о невидимую преграду, желая прорваться за мной.

Любопытство гложет. Вытягиваю руку вперед, и пальцы проваливаются сквозь барьер. Капли воды срываются с них.

- Следуй за нами, - снова шипение.

- Помню я! - раздраженно рявкаю, сама удивляясь своему гневу.

В ответ мне лишь смиренная тишина. Тени движутся вместе со мной, заполняя все пространство внизу тоннеля. Темнота вокруг, но я прекрасно вижу.

Спустя метров десять, на кончиках пальцев начинают потрескивать электрические разряды. И чем мы дальше заходим, тем они сильнее. Касаюсь подушечкой толстого пальца указательного, и раздается легкий хлопок.

- Ого, - задумчиво смотрю на руки, по которым бегают и переливаются разряды.

- Пришли, - тень отвлекает, и я наступаю на нее.

Тень никак не реагирует, а я забываю обо всем, когда поднимаю взгляд. Высотой в три этажа сталинки и толщиной как её стены, передо мной раскинулись врата в ад. Тяжелые кованые затворы из толстого металла и два кольца вместо ручек. Такие двери сможет открыть если только великан.

- И дальше что? - опускаю взгляд на тени, но они молча пялятся на меня своими красными пустыми глазницами. - Я сама должна это открыть?!

Снова тишина, причем глухая. Как они сами здесь оказались?

- Ладно!

Подхожу к воротам, а руки начинают дрожать от силы в них. Сейчас во мне не электрические разряды гуляют, а целая электростанция разгоняется.

Вспоминая, как открыла проход в подвале, делаю тоже самое: прикладываю ладони к створкам врат и чувствую, как они сопротивляются.

Меня необузданно тянет прикоснуться к ним всем телом. Это словно зов, который идет из глубины моей души. Шаг, прикосновение и выдох. Я слышу, как в толстых створках врат течет моя кровь. Они живые, они слышат и откроются только мне.

- Привет, - шепчу одними губами, и врата отвечают мне дрожью.

На моих губах расцветает улыбка. Сила наполняет. Ощущение, что я здесь не чужая, вселяет уверенность.

- Откройся, - шепчу, почти касаясь губами створки, и врата с громким треском открываются.

Тени толпятся за мной, сбиваясь в плотный единый туман. Ворота медленно открываются. Сквозь тонкую щель прорывается горячий воздух прямо в глаза. Отвернувшись, я закрываюсь от адского ветра руками. За мной в этот момент возникает туманный демон, сотканный из тьмы. Его красные глаза смотрят мимо меня на врата.

Оторопело оборачиваюсь обратно и шумно выдыхаю. Ворота открыты ровно настолько, что бы я могла войти. А за ним каменные своды и огромный зал, словно я попала в средневековый замок.

Глава 16.

Огромный зал словно высечен в мраморной скале. Темные оттенки камня перемежаются красными и багряными полосами. Под ногами идеально гладкая поверхность.

Как только я перехожу за порог, демон из тени просачивается вслед за мной и мгновенно обретает плоть. Ворота закрываются, я смотрю на них и понимаю, что шутки кончились.

- С прибытием, охотница! - демон передо мной скалит острые зубы.

Он меньше Зилия в размере, но его бугристая морда уродливее в сто раз. Каждая кость на его черепе неестественно выпирает невпопад. Глаза выпученные и полностью черные, как были у Дарка. Багровые рога торчат в стороны, а хвост мечется из стороны в сторону.

- Чего скалишься?! - рычу на него, а внутри разгорается раздражение и гнев.

Я не боюсь его - он мне противен.

- Ты не на своей территории… - шипит он, но я не даю продолжить.

- Уверен?! - делаю шаг вперед.

- Хочешь проверить? - жуткая перекошенная ухмылка.

Не знаю откуда во мне столько сил и дерзости, но я чувствую себя так, словно за спиной расправляются крылья, которые были сложены так долго за спиной. Я выпускаю своего демона и мне это нравится. Стоя перед этим страшилищем, я не знаю своих сил, но готова хоть сейчас бросится на него. На ладонях трещат заряды силы.

- Гран! - грубый низкий бас раздается за спиной демона, и он мгновенно отступает от меня. - Тебе не помешает преподать урок вежливости!

Когда путь открыт, я вижу целую делегацию, которая идет ко мне из тоннеля напротив. Я не заметила его раньше.

Возглавляет шествие Зилий. Он еще больше, чем я его помню. Его черное тело и мощные ноги с копытами тяжело ступают по мраморному полу. Крылья недовольно расправляются, словно стряхивая гнев. Красные глаза горят как два фонаря.

За демоном следуют черти поменьше. Они будто гиены выглядывают из-за хозяина. Их пятеро и у каждого в руках что-то лежит.

- Зилий, - демон, что привел меня приклоняет колено, опуская рогатую голову вниз, - я привел охотницу.

- Не охотницу, а невесту, идиот!

Зилий размахивается мускулистой ногой и дает пинка Грану. Тот отлетает к стене, но звуков не издает. Демон поднимается и остается стоять у стены с виноватым видом, в то время, как Зилий останавливается возле меня.

- Доброй ночи, Ольга.

Поднимаю голову так высоко, что шею скручивает, но иначе не взглянуть в его лицо.

- Добротой и не пахнет, - ворчу я.

Тут Зилий все же опускается ниже, становясь на одно колено.

- Нас ждет веселая свадьба. Не будем терять время. Это, - он разворачивает корпус, указывая на пятерых чертей моего роста, - ваши помощники. Они подготовят невесту к церемонии и проводят вас ко мне.

- Как мило.

- Да, спасибо.

- Это сарказм.

- Я в курсе.

Зилий поднимается с колена и отходит в сторону, перед ним открывается новый тоннель будто двери лифта.

- У вас полчаса! - бросает он через плечо и уходит.

Гран так и стоит у стены, а черти начинают суетиться.

- За нами!

- За нами! - визжат они.

Глубоко вздохнув, я иду туда, куда меня ведут эти черные, лохматые существа с маленькими черными рожками на лбу. С другой стороны от тоннеля, куда ушел Зилий, открывается другой проход. Выглядит, словно черная дыра в стене. Черти ступают в нее и исчезают.

- Ладно, - отвечаю на ждущий взгляд двух чертей, стоящих рядом.

Делаю шаг. Глаза интуитивно закрываются. В лицо бьет более свежий воздух, после стесненного жара каменного зала. Открываю глаза, глубоко вдыхая, и замираю. Я стою на втором этаже своего дома. Только… здесь все наоборот. Окна не с левой стороны, а с правой. Двери открываются в другую сторону, и цвета… неестественно блеклые, кроме красных оттенков.

- Где я? - оторопело оглядываюсь.

- Дома, - ехидно улыбаются черти.

Бросив на них недобрый взгляд, я бросаюсь к окну. Там все так же, как и на острове. Только нет гаража и сосны словно сожженые спички стоят с черными стволами и пустыми ветками.

- Зеркальное отражение острова, - за спиной раздается знакомый шипящий голос Грана. - Переход между двух миров.

- А что за ним? - оборачиваюсь, упираясь взглядом в уродливое лицо.

- Ад.

Коротко и доходчиво, так что больше вопросов не задаю.

- Вам пора готовится.

Гран жестом указывает на зеркальную копию моей комнаты, куда уже заходят черти.

Фыркнув ему в лицо, я в два шага преодолеваю коридор и вхожу в комнату. Здесь все призрачно и серо. Черти суетятся, раскладывая на кровати странное платье. Другие толкаются рядом с туалетным столиком, на котором я замечаю черную корону.

- А ну! - вскрикиваю, уперев руки в бока. - Пошли вон!

- Мы должны подготовить невесту, - разносится по комнате шелест их голосов.

- Вон, я сказала, - шиплю словно змея, и на ладонях начинают сверкать искорки.

В этой мрачной обстановке они, как напоминание о живой силе. Черти мигом смываются, захлопнув за собой дверь.

- Так-то лучше.

На кровати, аккуратно заправленной и покрытой слоем пыли, лежит платье. Не буду кривить душой, оно шикарное. Багряное и переливающееся, с глубоким декольте и длинными рукавами. Руки тянутся к нему сами. У кровати стоят туфли лодочки на шпильках такого же цвета.

- Вот, черти! Знают, чем зацепить, - усмехнувшись, прикасаюсь к ткани.

Невесомая словно паутинка, сотканная тысячей маленьких паучков, ткань струиться и переливается на моих руках. Не сводя завороженного взгляда, я снимаю с себя всю одежду.

Платье скользит по телу, обволакивая его словно вторая кожа. Я с восторгом смотрю на себя в зеркало: оголенные плечи и плавный переход выреза вдоль ключиц к центру груди и вниз острой стрелой. Ткань плотно облегает талию и бедра, а затем спадает до пола переливающимся водопадом. При каждом движении платье играет светом, словно миллионами звезд на багряном небе ада.

Только я успеваю надеть туфли, как раздается громкий стук в дверь.

- Пора, - шипение Грана.

- Я готова!

Мой взгляд поднимается от острых носков туфель и вверх по стройному силуэту. Однако, когда я дохожу до головы, то понимаю, что поспешила с заявлением.

- Где корона? - Гран застыл в дверях, осматривая меня.

- Корона!

- Корона!

Черти забегают в комнату и прямиком к туалетному столику. Один хватает корону, другой тащит стул, третий усаживает меня, а четвертый уже начинает расчесывать. Пятый черт подносит ко мне коробку с колье. Такого мастерства ювелира я еще не видала: цепочка соткана из тонких словно волоски прутиков золота, внизу они переплетаются в ложбинку, где лежит шикарный ограненный алый камень.

Я не успеваю и глазом моргнуть, как волосы струятся гладким каскадом до пояса, корона черного цвета с острой пикой уверенно лежит на голове, а на груди сияет колье.

- Шикарно!

- Королева!

- Зелий будет в восторге!

Черти бегают вокруг меня, а я не понимаю, кто смотрит на меня из зеркала. Шикарная женщина с вызовом в глазах, безупречной фигурой и королевской осанкой. Корона завершает этот образ словно печать - я тут главная.

- Тебя ждут, - Гран неожиданно меняет шипение на привычный низкий голос и склоняет голову.

Платье волной повторяет каждый мой шаг и движение тела. Я уверенно иду на высоких каблуках с гордо поднятой головой. Слушать приговор, так красиво!

Третья ступень лестницы скрипит ровно так же, как и дома, только с другой стороны. Гран увесисто вторит моим шагам позади, а черти толпятся за ним.

Как только я спускаюсь вниз, где темно и мрачно, то повсюду вспыхивает свет. Шум резко давит на уши: голоса, гомон, шипение и треск.

- Вот и она! - громкий выкрик, глаза привыкают к резкой смене освещенности, и я ошарашено озираюсь.

Холл дома непривычно огромен, хоть и узнаваем, но не это меня ввергает в шок. Сотни лиц и рогов, черные и красные глаза, где-то рыло, где-то две уродливые дыры вместо носа. Все эти демоны сливаются в одну уродливую массу. Они пожирают меня глазами, расступаясь.

- Можешь глазеть на них в ответ, - из толпы ко мне выходит Зилий, - ты здесь королева и невеста моего сына.

Зилий самый крупный из присутствующих. Он протягивает мне руку, осматривая не стесняясь.

- Ты выглядишь прекрасно. Я не лукавлю, Ольга.

Смотрю в его красные глаза и ненавижу.

- Я не дам тебе руку. Веди уже к алтарю!

От моего тона и вызова в словах в холле становится тихо. Демоны опасливо смотрят на нас.

- А ну, отвернули свои морды! - рявкаю, выпуская всю злость.

- Вот она! - Зилий разражается громогласным смехом, так что воздух сотрясается. - Настоящая демоница!

- Да! - демоны поднимают бокалы, наполненные кровью, ликуя словно одобряя.

Что я делаю? Только сейчас осознаю, что демоническая часть меня сейчас главенствует.

- Ад меняет тебя, Ольга. Пойдем, - Зилий указывает на дверь, - Дарк ждет тебя.

Сбитая с толку осознанием, что я себя совсем не знаю, следую рядом с демоном под венец.

На острове все по-другому: мрачное серое небо свисает словно мокрая вата, черные оголенные стволы сосен почти достают до них, земля черная словно после пожара, а в озере мертвым зеркалом застыла черная жижа.

Зилий ведет меня по дорожке за дом, где был бы гараж, будь мы на поверхности. За углом слышатся голоса и разные звуки.

Наконец, мы выходим из-за дома на поляну. Здесь негде пройти, кроме как по узкой дорожке - вокруг плотными рядами стоят демоны, пришедшие на свадьбу. Дорожка ведет к алтарю. Сердце пропускает удар, я вижу там Дарка в черном фраке. Алтарь увенчан аркой, на которой сплетаются алые цветы. Их лепестки большие и сочные с черными иглами на концах. Цветы нескончаемо шевелятся словно живые, и двигают иглами.

Я медленно иду по дорожке, и толпа замолкает. Они смотрят на меня и склоняют головы, некоторые восхищено, некоторые враждебно.

Зилий молча следует за мной сквозь живой коридор своих подчиненных.

На полпути к алтарю мое сердце ускоряет ритм. Я встречаюсь взглядом с черными глазами Дарка. Он стоит неподвижно и даже не моргает. Его взгляд пристальный и… восторженный. Жених едва заметно прикусывает уголок нижней губы, словно сдерживая улыбку. Этот взгляд отличается от остальных. Этот взгляд ведет меня и придает сил.

Дарк стоит на помосте, подергивая ногой, когда я дохожу до алтаря.

- Сын! - Зилий приглашает его спуститься.

По толпе разбегается неодобрительный шепот. Дарк спокойно спускается и протягивает мне руку. Наши взгляды неразрывны, словно только мы сейчас реальны, а остальных просто нет. В черных глазах Дарка я вижу тепло и нежность, с которыми он восторженно смотрит на меня. Неожиданно? Нет! Все это фальшь!

Моя рука ложится в его прохладную ладонь и сразу становится легче дышать. Он нежно обхватывает мою кисть, направляя подняться на помост.

Как только мы оба оказываемся под аркой, наступает абсолютная тишина. Я слышу, как волнительно стучит мое сердце. К нам поднимается демон полностью красный, с голыми перепончатыми крыльями и ободком на голове. Он пристально осматривает нас черными глазами и громко цокает.

- Полукровки! - его голос фонит и трещит от громкости словно сломанный микрофон. - Сын Зилия, рожденный земной женщиной, Дарк, и охотница, Ольга! Вы вступаете в священный брачный союз. Связь эта будет нерушима. Лишь только смерть разлучит вас! Все, что имеете, теперь общее!

От этих слов во мне просыпается паника. Это ведь не значит, что Дарк сможет открыть ворота без меня?!

- Дарк! - красный демон продолжает, упираясь взглядом в жениха. - Ты согласен связать себя узами брака с этой женщиной?!

- Да! - Дарк отвечает незамедлительно.

Его рука слегка сильнее сжимает мою, отчего я немного расслабляюсь.

- Ольга! Ты согласна связать себя узами брака с этим мужчиной?!

Медленно оборачиваюсь, бросая взгляд на Зилия, который довольно улыбается мне.

- Дедушка вернется? - говорю ему, сжимая руку Дарка со всей силы.

- Вернется, - кивает Зилий.

- Согласна! - разворачиваюсь к красному демону, выкрикивая прямо в его лицо.

- Соедините свою кровь.

Демон протягивает черное перо с острым как иголка концом. Дарк принимает его и прокалывает подушечку безымянного пальца. Теперь я, повторяю за ним. В следующий миг мы соединяем наши руки и капельки крови.

Остров тут же содрогается от топота копыт и криков гостей, что празднуют свершение ритуала. Лишь мое сердце замирает, а взгляд прикован к черным глазам Дарка.

Глава 17.

- Поздравляю вас, дети мои! - Зилий разрывает мой зрительный контакт с Дарком и поднимается на помост. - Теперь мы одна семья.

Его черные ручищи ложатся на наши плечи. Меня тут же передергивает, и я отскакиваю от обоих. В голове каша, я до конца не понимаю, что сделала.

- Когда вернется дедушка? - дрожащим голосом, я повторяю единственное, что напоминает о цели всего этого бардака.

- Семь дней, Ольга. Семь дней, - тон демона серьезен. Сделка есть сделка.

Отвожу взгляд в сторону озера. На душе как-то погано, словно меня по-крупному обвели вокруг пальца.

- К столу! - Зилий вскидывает руки, обращаясь к демонам, и в этот момент посреди поляны появляются ряды столов.

Рвотный позыв заставляет шокированно отвернуться, ноги несут меня подальше, Дарк бросается за мной. На некоторых столах я увидела людей! Живых и улыбающихся людей!

- Оля! - Дарк останавливает меня у самой кромки странного озера, хватая за локоть. - Мы уйдем сейчас же! Только не касайся озера!

Смотрю в черную жижу, похожую на нефть, и даже отражения своего не вижу. Дыхание сбито, сердце ломится в грудную клетку, а перед глазами обнаженные тела на столах.

- Оля…

Голос Дарка медленно проникает в сознание, но нервы натянуты со скрипом.

- Отойди! - рявкаю и отпихиваю изо всех сил.

Дарк делает шаг назад. Он смотрит прямо в глаза с удивлением.

- Что? Чего уставился?! - чувствую, как скоро взорвусь от гнева.

- Твои глаза, - спокойно отвечает он.

- Что с ними? - его слова отрезвляют.

- Они черные.

- Нет, у меня зеленые глаза.

Только сейчас замечаю, что мое тело съежилось как пружина. Еще немного и я правда взорвалась бы. Сейчас я недоуменно хлопаю ресницами и выпрямляю спину. Дыхание восстанавливается, как и ритм сердца.

За плечами Дарка разворачивается неприятная картина свадебного банкета. Видеть это не хочется.

- Ты говорил, что мы уйдем.

- Да, - Дарк берет меня за руку, - пойдем. Тебе здесь нечего делать.

Дарк ступает по выжженной земле вдоль берега, обходя поляну по широкому радиусу. Тонкие шпильки утопают в земле по самую подошву. Подхватив платье за подол, я неуклюже переваливаюсь с ноги на ногу, мечтая выбраться на другую сторону острова.

Наконец Дарк меняет направление к дому. Пиршества уже не видно и можно выдохнуть. Лишь противные чавкающие звуки доносятся из-за дома.

Как только под ногами появляется твердая дорожка, я вырываю свою кисть из крепких объятий Дарка. Он никак не реагирует, пропуская меня вперед в своем черном фраке.

Мы молча поднимаемся в пустой дом. Как ни странно, но двери нет вообще. Просто зияющая черная дыра и мрак.

Свет не горит, но он и не нужен. Первое, что я делаю - это подхожу к зеркалу, висящему над комодом. Дыхание перехватывает, когда в зеркале отражается мое лицо с полностью затянутыми черным глазами.

- Как так? - легонько касаюсь кожи века, поднимая его выше, но чернота сплошная, без белка.

- Ты демоница, хоть и наполовину.

Дарк проходит в центр холла и усаживается на стол.

- Как и ты, - отворачиваюсь от зеркала, прибывая в шоке. - У меня и крылья появятся?

Дарк усмехается и расправляет свои черные блестящие крылья, покрытые жесткими перьями.

- А ты хочешь? - ехидничает гад.

- Пф!

Вильнув шлейфом платья, я прохожу мимо него к лестнице.

- Покажи, где выход, и я уйду.

Мужчина, а точнее, мой муж, даже бровью не ведет. Как сидит на столе, так и сидит.

- Эй! Я с тобой разговариваю!

Стою у лестницы и смотрю на широкую спину и склоненную голову Дарка. Наконец он медленно сползает со стола и разворачивается.

- Ты моя супруга, - делает шаг в мою сторону, - а значит мы уйдем вместе.

- Еще чего! Оставайся в своем аду, лжец!

- Этот ад такой же мой, как и твой.

Он не реагирует на мои колкости, продолжая идти, пока не подходит слишком близко.

- Это не так.

- Неужели, ты думаешь, что сильно отличаешься от меня? Полукровка.

- Думаю сильно, - вздергиваю подбородок. - Ты такой же лживый, как и твой отец.

- А ты через чур доверчива.

- Я?! - вспыхиваю снова, и эта реакция моего мозга мне не нравится.

- Ты.

- Кто ты такой, что бы судить меня?!

- Твой муж.

Не успеваю и моргнуть, как моих губ касаются его. Этот поцелуй срывает все цепи и ломает стены. Словно я вдохнула веселящий газ с добавлением анестезии.

- Совсем?! - вскрикиваю, отскакивая в сторону.

Пульс учащен, а по телу пробегают теплые волны, расслабляя. Я словно… хочу еще.

- Что ты сделал со мной? - боюсь на него смотреть, ведь меня начинает тянуть к новоиспеченному мужу.

- Просто поцеловал. Имею на это право.

Его голос так и льется мне в уши. Хочется слушать его постоянно.

- Дарк! - вскрикиваю от бессилия, ведь интуиция кричит, что что-то не так.

- Пойдем, я покажу портал в зал ожидания.

О чем он говорит не знаю, но иду, прикрывая глаза рукой, что бы не видеть его.

Вверх по лестнице и прямо по коридору. Дарк направляется в ванну. Он открывает дверь, а за ней темнота. Такая, что была в портале. Мужчина делает шаг в сторону.

- Дамы вперед, - снова его чудесный голос.

Долго не думая я ступаю в черноту проема. Мгновение и я оказываюсь в каменном зале. Спертый жаркий воздух и специфический запах серы бьет в нос.

Как только я вижу врата, то срываюсь на бег. Меня тенет к ним как магнитом. Ладони плотно прижимаются к бревнам створок, и по телу проносится дрожь. Родная кровь помогает, проясняет мысли, выгоняя оттуда Дарка.

- Как трогательно.

- Тебе не понять.

- Допустим.

- Ты околдовал меня? - внезапно до меня доходит, словно врата подсказали.

- Я?

- Вот видишь, ты лжец.

Причем красивый…

- Это моя сущность, соблазнять. Ты красивая. Ты моя жена. Почему бы и нет? - в его взгляде наглый вызов.

- Это фикция.

- Думаешь?

- Демоны верят в любовь?

- Задай этот вопрос себе.

Шумно выдыхаю и толкаю створки врат. Они легко поддаются и открываются ровно на ширину моего тела. Оборачиваюсь назад, встречаясь со взглядом Дарка. По его лицу невозможно ничего прочесть. Каменный и без чувственный. А жаль… сердце все же ёкает.

- Правда или не выйдешь за мной.

- Ультиматум?

- Именно.

- Да, я воздействовал на тебя чарами, - как-то легко и быстро сознается он.

Не проронив ни слова больше, я выхожу в тоннель. Дарк устремляется за мной и едва успевает протиснуться в закрывающиеся врата.

Не сбавляя шаг, я уверенно иду по тоннелю к озеру. Платье развивается позади, подчеркивая силуэт. Дарк молча идет позади, и я чувствую его тяжелый взгляд на себе.

Он признался, значит не все потерянно. Мне нужно вытянуть из него всю правду. Предчувствие кричит, но сердце странно себя ведет. Неужели, ему удалось глубже запустить свои чары в мою душу?

Тоннель заканчивается. В полукруге каменистого свода плещется вода, а у самого входа лежат, свернувшись в клубок, змеи стражи.

Остановившись у границы, я говорю, не оборачиваясь на подошедшего Дарка:

- Не знаю, что ты задумал, но держись от меня подальше.

- С удовольствием, - шепчет он, от чего волоски на шее поднимаются.

Делаю шаг в воду, и снова вокруг меня лишь воздух. Песчаное дно не дает сделать и шага в туфлях. Резко останавливаюсь, с психами задирая ногу, и пытаюсь снять туфлю. Платье мешает, равновесие грозит падением.

- Давай я!

Дарк бесцеремонно садится к моим ногам и крепко обхватывает лодыжку горячими ладонями. По телу мгновенно прокатывается волна жара и смущения. Хочется убежать, но вместо этого я еще больше заваливаюсь на него. Руки находят опору в широких плечах мужчины, а он спокойно снимает туфли.

- Спасибо, - шепчу, принимая обувь обратно. - Они не мои.

Показательно швыряю их в воду и туфли медленно погружаются на дно, выпуская пузырьки воздуха.

- Как скажешь.

Из озера мы выходим на рассвете, буквально за пол часа до того, как солнце озарит лучами этот день. Сил нет, но на берегу, куда я выхожу абсолютно сухая, меня ждет бутылка с зеленым смузи. Хватаю её и усаживаюсь на траву.

- Что это? - Дарк садится чуть поодаль.

- Мой завтрак.

Кислая субстанция приятно наполняет меня. В голове начинает сладостно проясняется. Открываю глаза и с любопытством смотрю на Дарка, как и он на меня. Меня не прошибает и не накрывает жаром. Только сердце стучит быстрее и всё.

- Твои чары больше не действуют, расслабься.

Ехидно улыбаюсь и встаю, поправляя платье.

- Это было лекарство? - поднимается вслед за мной, глядя на пустую бутылку.

- Можно и так сказать.

- Тогда, дай его мне.

- Что? - такая просьба удивляет. - Ты серьезно сейчас?

- Вполне. Я не хочу делать то, что должен. Но и отказаться по крови не могу.

- Что ты должен сделать?

- Оля, - Дарк недовольно топает и срывает с себя фрак, отправляя его к моим туфлям в воду, - я больше не о чем не прошу. Дай мне это, - четким выбросом руки, он отбирает у меня пустую бутылку, вгоняя в ступор.

Его эмоции реальны, я чувствую это так же хорошо, как холод или жару на коже.

- Ладно, пойдем.

Пока мы подходим к дому, первые лучики солнца проникают на спокойную гладь озера. Дверь в дом открыта - меня ждут.

Глава 18.

В доме гробовая тишина, только половицы скрипят под моими босыми уставшими ногами. Я почему-то стараюсь идти тихо, тогда как Дарк просто грохочет в сравнении со мной.

- Ш-ш-ш! - развернувшись как старая горбатая бабка, я недовольно прикладываю палец к губам.

Дарк вздергивает руки, не понимая моего наезда. Мужчины…

- Оля не волнуйся, я не сплю! - внезапно громкий голос Ивана из кухни заставляет подпрыгнуть от неожиданности.

- Иван!

Сама от себя не ожидая, я бросаюсь на кухню словно ребенок, который увидел родителя после летней ссылки в лагерь. В арке появляется сонный и бледный Иван, и я падаю ему в объятия. Меня накрывает окончательно. Психика, даже демоническая, не резиновая. Усталость и все, что видела давят на разум как пресс.

Иван нежно поглаживает меня по спине, пока я рыдаю в его пропахший нафталином пиджак. У меня не было отца, не было дедушки, но они так чертовки нужны сейчас!

- Тише, девочка, тише. Все будет хорошо.

- Угу.

- Мы со всем справимся.

- Угу…

Простояв так минут пять, мы, наконец, перемешаемся за стол. Дарк не спеша входит на кухню, осматриваясь. Он ничему не удивляется, но сразу видит цель - ряд бутылок с зеленым смузи. Он замирает напротив них.

- Лучше отойди, демоническое отродье, - цедит сквозь зубы Иван, обнимая меня за плечи.

- Оленька - Оленька! - скалится Дарк, передразнивая. - Почему же не демоническое отродье? Разве мы не одинаковые?

Голос Дарка понижается. Он говорит и смотрит на Ивана с хищной улыбкой на губах. Смахнув слезы с глаз, я прихожу в себя.

- Нет, Иван, пусть берет одну.

- Ну уж нет! Это ведь он твой муж?

- Да, - опускаю голову на стол, накрывая руками. - Он мой муж и пусть возьмет одну.

- Нет, Оля. Я это делаю для тебя.

Иван уперся как никогда и менять тему не собирается. Дарк подвис, но рука его направлена на бутылки.

- Старик, я готов заплатить. Не строй из себя борца за свет, просто согласись.

- Тебе и так много досталось, крылатая…

- Иван! - ошарашено смотрю на дворецкого. - Где ваша выдержка?!

- Кончилась, когда ты ушла в ад.

- Я ему обещала.

- Кому? Ему?!

- Не психуй, это важно.

- Я оплачу, просто дай.

- Не нужны мне твои грязные деньги!

Вдруг Иван вскакивает, бросая на меня расстроенный взгляд, и уходит прочь в комнату, хлопнув дверью наотмашь.

- Упс, - ёрничает Дарк и берет одну бутылку.

- Ты бы придержал свой язык, - устало наблюдаю за ним и не препятствую. - Ты здесь чужой и нежеланный гость.

- Я в курсе, красавица.

Лучше бы он этого не говорил - это последняя капля.

- Какой же ты прогнивший изнутри! - вскакиваю, ударяясь ногой о ножку стула.

- Воу! Тише! - Дарк смеется, выставляя вперед свободную руку. - У нас, конечно, брачная ночь на горизонте, но…

- Что?!

Из моих ушей только что пар не начинает валить от его идиотских слов. Хватаю, что попадается под руку, а это металлическая подставка под горячее, и запускаю в наглеца.

- Убью собственными руками! - срываюсь вслед за подставкой.

Дарк уворачивается от снаряда и бросается на утек. Ему еще и смешно!

- Ты же охотница! Поймай сначала!

Резко останавливаюсь напротив двери в комнату Ивана. Грудь тяжело вздымается, пульс гневно барабанит по вискам. Я понимаю, что эту улыбку не стереть с его лица силой.

Гордо выпрямляю спину, глядя в глаза Дарку, который успел добежать до двери, и поправляю платье. Элегантно вышагивая, я направляюсь к лестнице.

- Спишь в кабинете! - бросаю через плечо, ступая на первую ступень. - Сам знаешь, где он.

Софа в кабинете небольшая, но это не мои проблемы.

Шагов за собой я не слышу. И хорошо. На втором этаже солнышко ярко освещает коридор через большие окна. Глаза выхватывают за стеклом гараж. Я дома.

На двери моей комнаты есть замок. Возможно, на увесистой связке ключей есть нужный от него ключ. Я этим займусь, как только отдохну. Наступает время ожидания. Долгого и мучительного.

Смотрю на комнату и вспоминаю её копию. По коже мгновенно разбегаются мурашки. На мне все еще свадебное платье и черная корона. Снимаю все это и прячу в коробку из-под обуви. Мне подарки не нужны, а вот свои вещи я бы вернула.

Натянув на себя растянутую любимую футболку, я падаю в кровать, накрываясь с головой. Тишина и уют окутывают меня, и я проваливаюсь в сон.

«Река, которая переливисто журчит небольшими волнами, бьющимися о пороги, впадает в озеро. Я стою на берегу и любуюсь. Здесь тепло и светло, краски насыщенные, а звуки радуют слух.

Вдруг из-за поворота изгиба реки появляется лодка. В ней, лицом ко мне, сидит дедушка. Он машет мне, а я радостно машу ему в ответ. Через пару мгновений он причаливает к берегу, но остается стоять в лодке.

- Дедушка! - разглядываю его лицо, и улыбка сползает с моего. - Ты еще больше постарел.

- Здесь время летит быстрее, внучка. И я не хочу тратить твои силы. У меня одна лишь просьба.

- Все, что скажешь, кроме того, что бы бросить всё.

- Ты не сможешь сбежать, они найдут тебя даже на небесах. Ты не должна открывать ворот, Оля. Ни при каких обстоятельствах.

- Хорошо, я это знаю.

- Эти слова будут помогать тебе, внучка, если разум твой попадет в их руки!

На этой фразе дедушка испаряется вместе с лодкой, а я падаю прямо на берегу и снова засыпаю, только теперь где-то между мирами.

Открываю тяжелые веки, а за окном начинается рассвет. Поднимаю свое затекшее от лежания тело и тянусь к наручным часам. На тумбочке рядом с ними лежит выключенный телефон.

- Ого, - хриплю как трубы в доме, после долгого простоя.

Я проспала целые сутки! Время пять утра. С трудом вылезаю из-под одеяла. В голове полный штиль. Только проблески и отрывки сна про дедушку. Ноги слабые, надо бы размять, но лень. Так, на полусогнутых, выхожу из комнаты.

В коридоре тишина, но мое внимание привлекает открытая дверь в кабинет, что по-соседству. Шлепаю босыми ногами туда.

В открытом дверном проеме я вижу стол и кресло. Больше ничего. Делаю робкий шаг вперед, желая заглянуть за угол. Интуитивно поднимаюсь на цыпочки. Комната открывается все больше. Еще немного…

- Доброе утро, - раздается за спиной голос Дарка.

Я вскрикиваю в голос, подпрыгивая и брыкаясь в воздухе.

- Хам!

Срываюсь с места, вспомнив, что я в одной футболке, и бегом в ванну.

- Я хам?! - доносится за спиной усмешкой.

Влетаю в ванну с горящими от стыда щеками. Подсматривала и была застукана на месте! Еще и в таком виде!

Бросаюсь к зеркалу и облегченно выдыхаю. Мои зеленые радужки на месте, а вот щеки пылают алым цветом. Что ж.

После продолжительного отмокания в ванной, выхожу укутанная в длинный халат. Я бодрая и, наконец, выспалась. Дарка не видно, но я все равно быстренько пробираюсь в комнату и закрываю за собой дверь на замок. Надо срочно найти от него ключ.

Через десять минут я вприпрыжку спускаюсь на первый этаж голодная до коликов в животе. Взгляд постоянно выискивает Дарка. Подсознательно я хочу избежать нашей встречи, но сердце мечтает увидеть его. Странное ощущение…

- Иван?! - захожу во второй холл и притормаживаю возле его двери.

В ответ тишина. На кухне тоже никого и завтрака нет. Становится как-то пусто на душе, словно бросили все. Хотя… вся моя жизнь такая. Оттого, эти ощущения новы для меня.

Открываю холодильник, пожимая плечами, и достаю два сырых яйца. Вскоре на сковороде зажаривается яичница с сосисками, а рядом закипает чайник. Аромат съестного сводит с ума.

На столе стоит тарелка с яичницей, в которой два желтка уцелели и аппетитно блестят, и обжаренная сосиска. Получая эстетическое удовольствие от вида блюда, я нарезаю вчерашний хлеб, корочка которого еще хрустит. Чай заваривается в заварнике, стоящем на столе. Как легко иногда привнести в жизнь уют - просто накрыть себе на стол красиво.

Нарезав хлеб, укладываю его в плетеную корзинку и, наконец, я готова к завтраку! Тонким голоском напеваю давно забытый мотив и разворачиваюсь к столу с улыбкой. Стоп! Корзинка падает из рук на пол. Хлеб рассыпается вместе с крошками, а я стою с опущенными руками и смотрю, как Дарк сидит за столом и уплетает мой завтрак.

- Привет, - он смотрит на меня как голодный волк и говорит с набитым ртом.

- Привет, - заторможенно повторяю.

Тело теряет равновесие, желудок громко возмущается такой наглости, и я опираюсь на столешницу кухонного ящика поясницей.

- Ты это себе? - Дарк вытирает рот салфеткой, справившись с яичницей за десять секунд.

- Как ты догадался?

- Прости, - неожиданно поднимается и берет в руку пустую тарелку, - я просто очень голоден.

Волосы мужчины мокрые и блестящие, а на бледной коже лица играет легкий румянец, словно он купался в прохладной воде.

- Серьезно? Что ж на пир не остался?

- Я принимаю твой сарказм, - он подходит вплотную, и виновато смотрит в глаза.

Как ни странно, но у него за спиной нет крыльев и глаза обычные человеческие, карего цвета. Эти изменения сбивают меня с толку, а он пользуется этим, обхватывая меня за плечи. Просто теплые сильные руки просто поднимают меня в воздух и переставляют как мебель, в другое место.

- Садись, - Дарк ставит меня рядом со стулом, на который я и падаю. - Дай мне минуту.

От шока я и слова не могу промолвить, просто наблюдаю, как Дарк пулей бросается к холодильнику и достает четыре яйца, сосиски, а еще молоко. В мгновение ока это все оказывается в миске. В руке Дарка сверкает нож. Сосиски превращаются в мелкие кусочки налету. Он так быстро двигает рукой будто мясорубка. Дальше включается режим миксера. Всего одной вилкой Дарк взбивает массу до пены за две секунды!

Сама не замечаю, как челюсть отваливается все ниже и ниже. Вот это комбайн я себе приобрела.

Содержимое миски отправляется в сковороду, а сковорода на ладонь Дарка. Второю ладонь он помещает верху крышки. В этот момент я даже подбираюсь на стуле, ожидая продолжения как на представлении в цирке.

Дарк закрывает глаза и притихает. В эту же секунду сковородка начинает краснеть в его руках, а содержимое увеличиваться в размере.

- Как?! - вскакиваю со стула.

Дарк открывает глаза и расплывается в улыбке.

- Вот так.

С этими словами он ставит сковороду на подставку и открывает крышку. Аромат омлета расползается тягучим паром по кухне, вызывая приток слюны. Дарк умело разрезает пышный омлет лопаткой и через секунду ставит передо мной на стол.

- Обалдеть! - восторг не описать. - Это точно можно есть?

- Нужно! - смеется он и садится напротив с такой же порцией. - Спасибо за яичницу, но я не наелся.

- На здоровье, - улыбаюсь в ответ.

Глава 19.

Не обращая внимания на присутствие Дарка, я уплетаю омлет за обе щеки. Наглый и дерзкий, но все же исправил положение. Тарелка пустеет, и мой муж наливает мне чай в чашку.

- Это странно, ты понимаешь? - отодвигаю пустую тарелку.

- На здоровье.

- Спасибо, но я не об этом.

- А о чем? - Дарк совершенно обыденно убирает посуду, словно мы женаты десять лет и просто болтаем за завтраком.

- О тебе!

- Не понимаю.

Мужчина надевает передник Ивана и включает воду. Тут у меня лопается терпение.

- Да ты издеваешься надо мной?!

- И не думал, - пожимает плечами.

- Хам!

Хватаю чашку и ухожу. Строит из себя хозяюшку! А вчера свой язык не сдерживал! Грозно шагаю на улицу, ощущая себя полной дурой. Он все семь дней будет строить из себя святого?!

Дверь отлетает так, что бьется о стену.

- Оля?! - Иван замирает перед крыльцом с ведром в руке, полным рыбы. - Он обидел тебя?!

Глубоко вздохнув, спускаюсь с крыльца и усаживаюсь на скамейку.

- Нет, съел мой завтрак, а потом приготовил новый для меня.

- Ты про кого сейчас говоришь? - Иван садится рядом с интересом ожидая продолжения.

- О ком еще? - бросаю на Ивана снисходительный взгляд. - О муже своем.

- Приготовил?

- Ага.

- И ты ела?

- Да, я сутки спала и сильно проголодалась.

- Что-то не сходится.

- Вот именно. Он просто издевается. Добренького включил.

- Что-то задумал, - Иван хлопает по колену, - не иначе!

- Посмотрим!

Допиваю чай и поднимаюсь вместе с Иваном.

- Пока вы оба спали...

- Он тоже?

- Да! Дрых не меньше твоего.

- И что же?

- Да то, что дождь поливал целый день. Грибы должны пойти.

- Грибы я люблю!

- Я знаю, что тебе хочется подальше держаться. Вот и сходи в лес.

- Спасибо за идею! Так и сделаю. Но сперва… - прикусив губу, я похлопываю по ней указательным пальцем.

В планах уже давно зависли некоторые дела по дому, а еще я хотела съездить в город и, как минимум, заправить свою ягодку и прикупить пару вещей. Единственные джинсы остались в аду и идти за ними мне не охота.

- Оля, ты только будь осторожна с ним.

- Я постараюсь, Иван.

Мой верный дворецкий идет чистить рыбу, а я возвращаюсь в дом. Мой курс намечен, и начну я с леса. На кухне Дарка нет, но посуда помыта и убрана. Как же хорошо он притворяется. Профессионал!

Из лесного гардероба у меня только проверенный временем спортивный костюм. Резиновых сапог в доме на выбор несколько пар. Принарядившись, я спускаюсь на первый этаж. У стены с вешалками уже стоит лукошко.

- Спасибо, дом! - смекнув, что это не Иван, ласково провожу рукой по стене, направляясь к обувному комоду.

Стена под рукой едва ощутимо вибрирует. Обратная связь с каждым днем все сильнее. У комода меня снова ждет приятный сюрприз - сапоги моего размера стоят и ждут хозяйских ножек.

- И еще много раз спасибо!

Погода шепчет, Дарка нигде не видно. Одно меня успокаивает, что ключ от комнаты я все же нашла и заперла замок. А вот вход в башню он и так не найдет. Дед хорошо постарался.

Вышагиваю в сторону деревни мимо машины. Сзади еще ничего, не считая ржавчины на багажнике, а на перед лучше не смотреть вообще. Грустно вздохнув, я прохожу мимо.

Как только ноги переступают границу острова, то на плечи тяжело ложится чей-то взгляд. Резко оборачиваюсь, но никого за мной нет. Долго не думая ныряю в лес, убираясь с дороги.

В лесу настоящий рай. Я хоть и выросла в городе, и деревни у меня не было с бабушкой и пирожками, но природу люблю. Щебет птиц, шелест зеленой листвы и шум высоты кроны сосен. Первые сто метров я иду и наслаждаюсь видом. То тут, то там попадаются уже пустые кусты черники. Может обобрали, а может уже отошла.

Красные бусинки - ягодки будто улыбаются мне из низкой травки, выбивающейся из мха. Лесная земляника - это лакомство номер один. Долго не думая, бросаю лукошко и мягко приземляюсь на колени за вкуснятиной.

Ягодка за ягодкой падают в рот, взрываясь фейерверком вкуса. Сладкая, с неповторимой кислинкой земляника тает во рту. Оставив полянку без красных оттенков, я замечаю последний кустик под веткой ели. Приподняв её, я тянусь к ягодам, как вдруг на меня выскакивает змея.

От испуга тело отбрасывает назад. Я заваливаюсь на влажную землю и не могу оторвать глаз от серебристой твари. Змея шипит но замирает. Она будто в замешательстве. Летела на меня с открытой пастью, но передумала кусать?

Мягкая земля подо мной пружинит, когда я поднимаюсь в сидячее положение. В шоке от того, что змея замерла и просто наблюдает, я отползаю на карачках подальше.

Только раздвоенный язык часто выныривает из щели её рта. Змея поднимает голову вслед за мной, когда я поднимаюсь. Но потом она делает настоящий поклон и быстро уползает под раскидистые лапки ели.

- Офигеть… - ошарашено смотрю ей вслед.

Теперь, с лукошком в руке, я сосредоточенно смотрю под ноги. Некрасиво пойти за грибами и вернуться ни с чем, кроме странных приключений. Первый же грибочек, что мне попадается - это мухомор. Усмехнувшись, обхожу его стороной, а там и боровичок меня ждет.

Целый час я блуждаю по лесу. Настроение огонь, ведь я насобирала полную корзину грибов! Нанизать их на веревочку и развесить ароматной гирляндой на кухне! Спина немного устала, как и ноги. Присев на пенек отдохнуть, я выдыхаю.

Красота вокруг, но слишком уж однообразная. До меня медленно, но верно начинает доходить, что я не помню откуда пришла.

Голубое небо над головой, солнце в спину. Кручусь на месте как юла и пытаюсь вспомнить хоть что-то. В голове словно ветер просвистел - ни мысли, ни догадки.

- Эй! - в зарождающейся панике, из меня вырывается истошный крик, на который реагирует, разве что, стая птиц. - Э-э-эй! Кто-нибудь!

Лучше идти, чем стоять! Думаю я и бросаюсь куда глаза глядят.

- Оля?! - мужской голос раздается за спиной, и я тут же разворачиваюсь обратно, теряя грибы из лукошка.

- Да! Я! - радостно высматриваю спасителя, но улыбка быстро сходит с лица. - Ты?!

Дарк выходит из-за ели, как ни в чем не бывало.

- Я, - усмехается он и подходит ближе.

- Следишь за мной?!

- Нет, я слышал, что кто-то звал и пришел.

- Каков рыцарь!

- Не надо, так не надо.

Дарк разворачивается и быстрым шагом уходит прочь.

- Вот же! - бубню под нос и бросаюсь за ним. - Постой!

Дарк конечно же не останавливается. Он сильно замедляется, давая возможность догнать его.

- Я заблудилась, - наконец достигаю его с легкой отдышкой.

- Я понял, и я не следил за тобой.

Мы идем неспешным шагом, поднимаясь на холм, усыпанный сосновыми иголками. Дарк не спешит словно по парку прогуливается.

- Тогда, что ты здесь забыл?

- Я? - он смотрит своими карими глазами и пожимает плечами. - Не знаю, просто осматривался, пока не услышат зов.

- И как так вышло? - вопросительно поднимаю одну бровь.

- Случайность, - достаточно наивно отвечает он.

Я не слышу в его голосе привычной дерзости, но замечаю во внутреннем кармане куртки сверток.

- Ты как-то изменился.

- Знаю.

- А я не понимаю. Что у тебя за пазухой?

Дарк снова бросает на меня теплый взгляд, и на его губах появляется улыбка.

- Травы.

- Травы? - обгоняю на шаг, вглядываясь в его лицо.

Он совершенно не тот дерганый и резкий, кем был вчера. Словно другой человек.

- Да, я хочу повторить рецепт зеленого варева Ивана. Он не открыл мне секрет, но я попробую сам подобрать ингредиент.

- Хочешь сказать, что тебе помог смузи из ревеня?

- Ревень? - его глаза тут же вспыхивают звездой, а улыбка становится еще шире. - Точно!

Дарк внезапно подхватывает меня на руки и мир начинает кружиться. Кроны сосен мелькают над головой, а я хохочу на весь лес и визжу от неожиданности. Эмоции врываются в меня рекой, пробивая дыру в дамбе, которую я выстраивала всю жизнь, сторонясь людей. Только вот он не такой, как все.

- Хватит! - визжу, хватаясь за мужскую шею.

Дарк смеется так звонко и чисто и глаз с меня не сводит. Этот взгляд… мурашки по коже. На мгновение мне кажется, что это прекрасное чувство взаимно. Ведь сейчас мое сердечко стучит волнительно сильнее не только от адреналина. Он заставляет его менять ритм.

- Все! Все! - хохочет и ставит на землю. - Возвращаю!

Голова кружится, а в животе порхают бабочки. Улыбаясь словно два подростка мы стоим и пялимся друг на друга. Чувство связи, словно магнит, волной пробегает между нами, подталкивая друг к другу. Это нахлынувшее чувство сбивает с ног, переворачивая все верх дном. Меня тянет к нему, и в его глазах я вижу тоже смятение.

- Н-нам пора, - сбивчиво делаю шаг в сторону и ускоряюсь вперед по направлению к дому.

Если это игра? Если это его чары? Я полная дура, что… влюбилась в демона.

Душу раздирает светлое чувство, от которого хочется летать и гнетущая тьма недоверия, от которой в горле выпустил шипы ком. Сжимая ручку лукошка я размашисто перепрыгиваю с кочки на кочку. Я знаю, он идет следом, но молчит. А что сказать? Что все это очередная ложь?! Но глаза… глаза ведь не лгут.

У границы острова Дарк все же нагоняет меня. И я ждала этого всем сердцем.

- Оля, - выскакивая передо мной с распростертыми руками, он преграждает дорогу. - Я обидел тебя?

- Нет, а может и да, - дерзко вздергиваю подбородок. - Я еще не решила. Отойди с дороги, у меня много дел.

- Ты куда-то собралась?

- Не твое дело.

Вчера бы он упомянул о супружестве, но сейчас Дарк опускает глаза и отходит в сторону.

- Я не тот, за кого ты меня приняла, - шепчет он, когда я прохожу мимо, но я делаю вид, что не слышу.

Эта игра с большим кушем и средства подойдут любые. Сердце болит, но разум холоден. Сейчас я хочу уехать отсюда подальше.

Пулей влетаю в комнату, на ходу скидывая костюм. Слезы градом катятся по щекам. Если Дарк использует чары, то это слишком жестоко. Как понять?!

Тихий стук в дверь и я быстро натягиваю шорты.

- Сейчас, - всхлипываю, вытирая подолом майки мокрое лицо.

- Оля? - Иван стоит за дверью, а в руках его ящик полный бутылок с зеленым киселям. - Ты плакала?

Отхожу от двери, впуская мужчину.

- Да так, соринка в глаз попала, - отвернувшись к окну, часто моргаю, что бы сбить дурацкие слезы. - Сейчас в город поеду, развеется надо.

- Правильно. А я решил, что зелье лучше хранить у тебя. Ты пей его регулярно, а то кто его знает, что за чары Дарк может наложить.

От этих слов из меня вырывается нервный смешок.

- Что? - Иван ставит ящик под туалетный столик и пристально вглядывается в мое лицо.

Мужчине хватает несколько секунд, что бы прочесть на моем лице ответ.

- Влюбилась? - шепчет он обреченно.

Я лишь пожимаю плечами.

- Это ведь… ложь?

- Знаешь, - Иван берет мою руку в свои сухие, но теплые ладони, - я его видеть не могу. Однако, делать такие выводы не могу.

- А кто может?

- Ну, - Иван устремляет взгляд в окно, - Иванна могла бы. Она ведьма по матушке. Чутье у нее сильное.

У меня мгновенно разгорается огонек надежды. Лучше знать горькую правду, чем сойти с ума от догадок и его карих наглых глаз.

- Спасибо! Я к ней заеду.

- Не торопись, Иванны дома нету. К дочке поехала на неделю. Через два дня приедет, тогда и сходи. А пока пей, - кивает на ящик и тяжело вздыхает.

С сумкой на плече и ключами в руке, я подхожу к машине. Ягодка заводится с пол оборота, а вот бензина только до города и хватит. Прежде, чем тронутся с места, я озираюсь. Да… в надежде увидеть его.

Глава 3

Глава 20.

Под колесами шелестит песок и мелкие камушки колеи. Медленно качаюсь в машине, проезжая через деревню. Надо бы и продуктами закупиться в гипермаркете. Выбор в деревенском магазине слабоват.

Волосы собраны в высокий пучок, несколько прядей прилипли ко мокрому лбу. В салоне жарко как в аду и открытые окна не помогают.

Вцепившись в руль двумя руками, я внимательно слежу за дорогой на которой то курицы появляются, то гуси, то дети.

Наконец колеса касаются асфальта. Качка заканчивается, а мне на глаза попадается знакомый трактор впереди. Он неспешно тарахтит, выбрасывая в воздух клубы черного дыма, и катится по дороге.

Настигаю знакомого, я на него никак не в обиде, но это не взаимно.

- Привет! - машу рукой в окно, пригибаясь к пассажирскому сидению, что бы увидеть водителя.

Рыжая шевелюра в открытой настежь двери появляется и тут же исчезает прочь.

- Эй, Жорик! - кричу ему, едва сдерживая смех. - Ты как? Обиделся?

Жорик показательно захлопывает дверь и надевает смешные солнечные очки, которые ему совершенно не идут.

- Пф! - хохочу и нажимаю педаль газа. - Дуйся на здоровье!

Оставляя трактор позади, я мчусь в конец деревни. Вскоре я выезжаю на трассу. Движение здесь вялое, но этим и замечательное. Почти пустая дорога - езжай и наслаждайся. Музыку погромче и вперед.

Музыка играла не долго. Моргающая лампочка датчика топлива и лежащая внизу стрелка его уровня красноречиво говорят об одном - прогулка будет долгой.

С кислым выражением лица выхожу из машины, которая встала колом посреди поля. Хоть бы не расплавилась, пока я буду икать заправку. Иван объяснял, что она сразу на въезде. Только сколько мне осталось?

Делать нечего, достаю из сумки телефон, и экран приветственно загорается логотипом. Странно, но я не думала, что без этого гаджета тоже можно жить!

Как только телефон загружается, так начинается настоящее бедствие. Сотни сообщений и уведомлении выскакивают каскадами на экран, застилая его полностью. Львиная доля пропущенных от Дениса. Мужик потерял меня и, видимо, ищет. Последний пропущенный был сегодня.

От мамы всего три звонка. Она не сильно беспокоится. Перехожу в сообщения, есть одно от нее: «Оля, отзовись, если с тобой все хорошо!»

Интересная постановка! Прыскаю от смеха, ничуть не удивляясь. Значит, если все плохо, то не отзывайся?

Глубоко вдохнув, я набираю ответ, что у меня все Ок. Только я нажимаю на «Отправить», как телефон начинает вибрировать в руках, и это снова Денис.

- Блин! - смотрю на экран с перекошенным лицом.

Теперь он слышит гудок. Быстро сбрасываю и открываю навигатор. Звонок прекращается, но через несколько секунд снова повторяется.

До города два километра всего. Передо мной пологий подъем дороги, за которым будет резкий поворот, а там и город будет виден. На карте отмечена и заправка, и шиномонтаж по пути.

Сумка через плечо, телефон в ней снова выключен, а я топаю по обочине с канистрой в руке, нацепив старую кепку на макушку. Солнце безжалостно жарит, а воды то с собой нет.

Мимо, как назло, ни одна машина не едет. Только встречная промчалась пять минут назад. Сейчас я уже спускаюсь, что облегчает путь, и деревья прибавились. Дорога начинает плавно уходить правее, огибая высокие ели дремучего леса.

Сплошной тенек придает сил, и я ускоряюсь. Буквально десять шагов и я выхожу из-за поворота прямо к шиномонтажу. Вдалеке и город виден, и заправка, но до них топать и топать.

Шиномонтаж представляет из себя тройной гараж, который слепили из того, что было. Где-то доски, где-то блоки. Но главное, что там стоят машины и ворота открыты, а значит мне повезло!

Сложенные навалом шины воняют у стены, недалеко чернеет кострище и стоит перекошенный ржавый мангал. Куда ни глянь - мусор. Хозяева этого места не особо чистоплотные. Подхожу к воротам и останавливаюсь, прислушиваясь. Глаза привыкают к сумраку, а из глубины гаража доносятся голоса.

- Здравствуйте! - прохожу внутрь, и в нос бьет запах разной химии и гари от сварки. - Есть кто-нибудь?!

За машиной, что стоит посреди с открытым капотом, есть широкий проход в другую комнату. Именно оттуда и выходит щуплый мужчина в кепке, грязный до самых ушей.

- Здрасте, чего тебе?! - мужчина обходит машину, вытирая руки и заглядывая мне за спину.

- Нет - нет! Я на ногах!

- Чего? - он недоуменно вскидывает бровь, а я понимаю, что сказала полную чушь.

- Не на машине! - быстро поправляюсь, поднимая канистру вверх.

- А! - прыскает от смеха слесарь, аж приседает. - Бензин закончился?

- Да.

- Далеко встала?

- Километра два.

- Ладно, - машет рукой, расплываясь в улыбке, - держи. Переливать не буду.

- Ой, спасибо! - едва сдерживаюсь, что бы не подпрыгнуть от радости. - Вы меня так выручили!

- Ну тебе! Канистру вернешь, причем полную.

- Конечно! Я сразу на заправку, а на обратном пути заскочу.

- Лады!

- Вечером.

- Да хоть ночью, у нас работы вагон!

- Спасибо огромное.

Меня распирает изнутри от радости. Такой недружелюбный с виду, а сразу помог без лишней болтовни. Всегда бы такие попадались.

Обратный путь с тяжелой и вонючей канистрой дается тяжело. Солнце все так же беспощадно, а в горле пустыня с колючими кактусами. Все же, спустя целый час прогулки по раскаленному асфальту, я добираюсь до своей ягодки.

От машины в воздух поднимается испарина. Сидение нагрелась так, что можно поджарить задницу, да и в целом - это духовка на колесах.

Бензин в баке, канистра в багажнике. Высунув голову в окно, чтобы не задохнуться, я мчусь в город, как можно скорее. Проезжая мимо шиномонтажа, я сигналю доброму мужчине, который с коллегой вышел на свежий воздух. Он машет в ответ и что-то кричит, но я уже далеко. Надо бы еще шоколадку ему купить, что ли.

На заправке мне заливают полный бак и две канистры девяносто второго бензина. Сразу становится легче дышать, зная, что смогу добраться домой без проблем.

- Здравствуй, город! - улыбаясь, вливаюсь в поток небольшого, но красивого городка.

Дома здесь не выше пяти этажей, но магазины на любой вкус и рынок большой. Выловив взглядом отличное место в теньке, я сворачиваю на парковку вдоль дома. Ноги после прогулки устали, но жажда и голод сильнее.

Первым же делом перебегаю дорогу на другую сторону, где большая вывеска «Сибирский пельмень» аппетитно зазывает к себе.

В кафе не много людей, все таки рабочий день в разгаре, а обед прошел. Кондиционер работает на славу, нагоняя прохладу в небольшом кафе, но вместительном. Столик у окна с видом на побитую Тойоту, остывающую в теньке, и ко мне сразу подходит приветливая официантка.

Через двадцать минут ожидания на столе с милым букетиком появляется блюдо полное свежайших пельменей. Лично я не знаю ни одного человека, кто не любил бы это блюдо. В меню кафе с десяток видов подачи пельменей. Красота.

- Вам понравилось? - девушка забирает пустую тарелку, пока я пытаюсь вздохнуть переполненным животом.

- Безумно, - умиротворено улыбаюсь. - Передавайте низкий поклон повару, кто их лепил.

- Передам, спасибо, - девушка, расплываясь в улыбке, уносит посуду, а я щедро насыпаю чаевых В шкатулку для оплаты в виде пельменя.

Сил полно, ножки отдохнули, можно и шопинг устраивать.

День пролетает мгновенно, и вот я уже сижу в летнем кафе и пью кофе глясе в прикуску с круассаном. Волосы гладкие и шелковистые, а еще укороченные на десять сантиметров, развиваются на вечернем ветерке. Новая блузка цвета лазурного океана с широким вырезом до плечей и белые брюки палаццо дополняют образ, которым восхищаюсь я сама. Оценка других меня не волнует, но, судя по мужским взглядам, я действительно не плохо выгляжу.

Все бы хорошо, но пора за продуктами и домой. Не хочется кататься по ночи, а солнце близится к горизонту.

- Девушка! - к столику подходит парень, ослепляя широкой улыбкой. - Позвольте угостить вас, - нагло садится напротив.

Я лишь подмигиваю ему и кладу на стол деньги за кофе. Парень дерзко перехватывает мою руку, накрывая своей.

- Не торопись, красавица. Я весь вечер за тобой наблюдаю.

Не проронив ни слова, я прикрываю глаза. Мои ощущения наполняет стук его сердца. Я слышу поток крови которое оно перегоняет ежесекундно. Пульс учащен и даже слишком, температура растет, сосредотачиваясь ниже живота. Я словно рентген просматриваю его через призму… своих глаз.

Поднимаю взгляд на него, на губах играет хищная улыбка. Парень замирает, вместе с сердцем. Раз - два и снова пуск. Он в страхе подскакивает, хватаясь за грудь, и взгляд его прикован к моим глазам. Я знаю, что они черные… чернее тьмы, которую все так бояться.

В течении секунды ухажер смывается с кафе под удивленные взгляды посетителей. Довольная собой, я ухожу. Быть демоницей местами не плохо. Думать о том, что это вообще было, не хочу.

Машина остыла, а я начинаю думать о горячей ванне. Ягодка, как всегда, заводится с пол-оборота. Город достаточно простой и дорогу назад я нахожу легко. Минуя заправку, я бросаю взгляд на багажник. В идеале, я бы не хотела встречаться с хорошим слесарем шиномонтажа. Но, смотрю вдаль на открытые ворота в закатном солнце, и вздыхаю.

Колеса шумно тормозят по песку обочины, когда я подъезжаю к гаражу. Мужчина практически выбегает ко мне с горящими глазами и распростертыми объятиями. Я в смятении останавливаюсь, вытягивая вперед канистру и пакет со сладостями к чаю.

- Я тоже рада! - выкрикиваю бегущему. - Но больше не шагу!

- Ладно - ладно! - смеется он и останавливается.

В открытых воротах появляется его напарник. Мужчина говорит по телефону и пристально смотрит на меня. Предчувствие паршивое…

- Я просто рад, что ты оказалась честной! - слесарь подхватывает канистру с пакетом и выпучивает глаза. - А за это отдельное спасибо.

- Вам спасибо, - пячусь назад все быстрее. - Хорошего вечера!

- Слу-у-ушай, - мужчина ставит канистру на землю вместе с пакетом и медленно идет за мной, - а что с машиной?

- Кому-то в зад въехала? - ехидно улыбается второй, приближаясь к нам.

Меня пронзает осознание. Они знают!

- Нет! - вскрикиваю и бросаюсь к машине.

За спиной гулкий топот тяжелых ботинок. С лету запрыгиваю на водительское место, закрывая дверь. В эту же секунду в открытое окно ныряет рука и выдергивает ключ из зажигания.

- Эй! - отпихиваю грязную руку. - Отдай!

- Машина не твоя!

- Моя!

Меня разбирает злость. Открываю дверь так, что она едва не слетает с петель.

- Отдавай по-хорошему!

- А иначе что?

Мужчины в два голоса ржут, но мое внимание отвлекает гул тяжелых моторов. Из-за поворота появляются два здоровых черных джипа.

- Денис… - шепчу одними губами, а мою руку хватает уже не добрый слесарь.

Глава 21.

Визг тормозов, джип идет юзом, вздымая клубы пыли с обочины. Моя рука в цепких лапах слесаря, а сердце ухает в пятки.

Дверь машины распахивается, и я встречаю яростный взгляд Дениса. Он стремительно направляется ко мне словно бык на красную тряпку.

- Оленька! - его язвительный выкрик срывающимся голосом и раскинутые руки не обещают ничего хорошего. - Нашлась, девочка моя!

- Я не твоя девочка, - вздергиваю подбородок и вырываю руку из захвата.

Слесарь удивленно отходит, прижимая кисть к груди, но Денис идет напролом.

- Убежать вздумала?! - мужчина перехватывает только освободившуюся руку и дергает на себя.

В следующую секунду я врезаюсь в крепкий торс Дениса и оказываюсь в ловушке его рук. Не успеваю прийти в себя от шока, а меня уже закидывают на плечо.

- А ты похорошела, молодец! - недобро смеется Денис и несет меня к своей машине.

- Отпусти! - кричу в мужскую спину и начинаю молотить руками по чему попало, что есть мочи. - Пусти! Я заплачу! У меня есть вся сумма!

- Ну уж нет!

Внезапно горизонт меняется, и я снова стою на ногах, пока в голове пульсирует кровь. Опершись на машину Дениса, я фокусирую зрение на нем.

- Ты заплатишь, как и договаривались, - шипит он, уперев руки в крышу автомобиля по бокам от моей головы. - Запала ты мне в душу. Гоняться заставила. Я возьму все и даже больше, поверь. Ты потом и сама не захочешь уходить.

Его липкий взгляд скользит по моим ухоженным волосам, сползая на ключицы и плечи.

- Нет, - твердо смотрю в глаза. - Я сказала, что все оплачу.

- Босс, что с тачкой?

- Пусть разберут на запчасти, - не отводя от меня взгляд, отвечает одному из своих бугаев.

- Нет! - тут меня прорывает. - Она моя!

- Я куплю тебе новую.

- Нет!

На ладонях стрекочет энергия. Я смотрю, как верзила идет к моей ягодке, и просто отталкиваю от себя Дениса так, что тот с размаху падает на землю на расстоянии не меньше метра от меня. Словно взрывной волной отбросило.

Мужчины, все что есть, замирают. Их глаза расширяются до размера грейпфрута, брови ползут на лоб.

- Босс? - один из них делает робкий шаг к Денису.

- Отвали! - рявкает он и поднимается с пыли на ноги.

Рубашка порвалась, на щеке царапины и ссадины от торможения по песку. В отличии от других, он не удивлен. Денис в ярости.

- Хочешь по плохому? - скалится он, вытирая кровь со щеки. - Ладно.

Тело напряжено как струна, я готова разорвать их всех. Денис же медленно направляется ко мне, растягивая увесистую пряжку ремня на брюках.

- Перевоспитаю, - кивает сам себе. - Как шелковая станешь.

Ремень свободно падает на землю, а затем взмывает в воздух хлыстом с громким характерным щелчком. Шумно сглатываю и готовлюсь к бою не на жизнь, а насмерть. Живой я ему не отдамся. Да и мертвой тоже.

- Мужики! - внезапно из-за джипа раздается вялый голос, смутно кого-то напоминающий. - Огонька не найдется?

- Вали отсюда, бомжара!

- Откуда он взялся?!

Я не свожу глаз с Дениса, как и он с меня, приближаясь. Он будто хищник, который изучает цель, что бы убить наверняка.

- Ну, это, мужики, огоньку?!

- Уберите этот отброс! - окончательно выходит из себя Денис, и двое мужчин бросаются за джип.

Проходит три секунды и снова раздается тот же голос:

- Мужики! Огоньку и я пойду!

- Эй, Вадик?! - спохватывается один из бугаев Дениса, заглядывая за джип, но Вадик не отвечает.

- Мужики, алё!

Тут Денис меняет фокус, а я узнаю голос своего мужа.

- Слышишь! - Денис разворачивается в сторону Дарка. - Ты кто такой?!

- Ее муж, - спокойно отвечает он нормальным голосом.

Резкий порыв ветра вздымает волосы вверх, но я стою и смотрю не моргая. Дарк поднимается в воздух, размахивая черными крыльями. На его ладонях пляшут шары энергии, переливаясь неоновыми искрами. Нас всех охватывает настоящий смерч из песка и мусора. Слесаря уползают на карачках, двое прихвостней Дениса крестятся, и только Денис крепко стоит на ногах, прикрывая глаза рукой.

- Она моя! - дерзость Дениса вызывает у меня демонический смех и немного уважения.

Дарк медленно спускается на землю, протягивая руку в мою сторону, и я иду к нему. Моя тонка кисть ложится в широкую и горячу ладонь мужа. Наша энергия синхронно трещит, и я чувствую, как глаза меняются.

- Это не так, - тихо отвечает Дарк.

Денис смотрит на меня и его лицо бледнеет и вытягивается при виде моих черных глаз.

- Кто ты?

- Твоя кара, - расплываюсь в зловещей улыбке, и Дарк поднимает свободную руку вверх.

Смерч вокруг закручивается еще сильнее, не задевая нас. Гаражи опасно трещат, раздается грохот и скрежет. Два джипа начинают покачиваться, а крыша шиномонтажа улетает с оглушающим треском. Смерч сбивает с ног людей. Денис падает, выкрикивая слова прощения, но смерч поднимает одну из машин и переворачивает в воздухе.

Звуки покореженного металла и разбитых окон, крики и мольба мужчин продолжаются, когда Дарк крепче сжимает мою руку. В следующий миг мы взлетаем вверх и зависаем над смерчем, где буйствует хаос.

Я прижимаюсь к мужу, а он улыбается мне.

- Домой?

- Домой, - согласно киваю в ответ.

Дарк садится за руль моей ягодки, но я не спорю с ним. Нахваталась впечатлений, лучше посижу пассажиром. Как только мы трогаемся с места, смерч исчезает. Только мусор местами падает на землю и две покореженные машины хаотично разбросаны перед гаражами. Денис больше не будет искать меня. Это факт.

Ягодка бодро везет нас вдоль поля, где я остановилась с пустым баком. Дарк отлично водит и постоянно поглядывает на меня.

- Говори уже, - не знаю почему, но улыбаюсь, глядя на него.

Мне дико приятно то, что он появился и спас. Причем, второй раз за день. И даже то, что назвал своей женой. Меня переполняет чувство благоговейного восторга и детской радости. Даже щеки начинают болеть от прилипшей улыбки.

- Кто это был?

- Моя проблема, от которой я сбежала в Подгорье.

- Расскажешь? Он уверенно претендовал на тебя.

- Что рассказать? Въехала ему в зад, а денег ноль.

- Вот где мордашку подпортила! - усмехается Дарк и ласково проводит рукой по приборной панели.

- Именно так.

- Он решил взять долг не деньгами?

- Все верно.

- Урод.

- Угу.

Несколько секунд молчания, взгляды пересекаются, и мы хором задаем вопросы:

- Как ты здесь оказался?!

- Как ты жила раньше?! - заканчивает он вместе со мной.

Я прыскаю от смеха, а Дарк подхватывает. Меня окутывает чувство единения и защиты, словно мы понимаем друг друга без слов.

- Ответишь? - подмигивает он.

- А ты?

- Конечно, я волновался и проследил за тобой на расстоянии.

- Это как?

- Читал эмоции. В городе был всплеск, но быстро перерос в удовольствие. А здесь ты… боялась.

- Я ничего не боюсь.

- Правда? Даже меня?

- Пф!

- А я вижу, что боишься.

- Нет. С чего бы?! Я охотница!

- Еще надо научиться.

- Это вопрос третий, - машу рукой, но подмечаю, что он прав.

- Кстати о вопросе. Как ты жила до деревни?

Пожимаю плечами, на ум ничего толкового не приходит.

- Выживала как-то. Искала работу, жилье, вкалывала и училась.

- Как-то слишком серо.

- Да. В моей жизни самый яркий момент - это покупка ягодки, - провожу ладошкой по панели. - Настоящее достижение, которым я очень горжусь.

- Знаешь, я это понял. Не стоило им посягать на нее, ты буквально взорвалась энергией в этот момент.

- Да, - опускаю глаза, понимая, что хочу ехать так бесконечно. - А ты?

- Что я?

- Как ты жил до меня?

- Прекрасно! - срывается на хохот, за что получает шлепок по руке. - Ладно - ладно! Как я жил… - Дарк задумывается, приподнимая брови.

Сейчас его лицо такое человеческое и простое. Никаких тайн - чистые эмоции.

- Я блуждал в двух мирах. Бросался из крайности в крайность, стараясь выбрать сторону. Отец всегда возвращал меня обратно. У меня, как и у всех людей, есть дом и работа.

- Да, ну! Какая?

- Я финансист.

- Очень демоническая профессия.

- Да, это правда. Демонов там больше всего. А я еще и фрилансер. Даю консультации и прочее, без выезда в банки.

- Класс, а вот мне с деньгами не везло всю жизнь.

- Это в прошлом.

- И в любви, - вдруг вырывается из меня, от чего я краснею.

- И это в прошлом, - спокойно отвечает Дарк, а я боюсь на него посмотреть.

Откровение открывает вход другим горящим вопросам. Шумно выдыхаю и выпаливаю как на духу:

- Это чары или ты?

- Думаешь, я лгу?

- Почему бы просто не ответить?

- Разве ты поверишь?

- Я попробую.

- Хорошо, тогда слушай. Благодаря зелью Ивана я обрел чистоту разума. Отец внушает мне силой крови, что делать.

- Может приказывать?

- Да. Когда я противлюсь, то боль окутывает все тело. Я бы терпел, но демон во мне нет. Он выбирает сторону отца, я становлюсь невыносимым.

- Смузи не дает соврать тебе?

- Смузи делает меня собой, Оля. И я правда волновался и честно не хочу тебя обижать. Ты словно та, кого я искал всю жизнь в лицах других.

Смотрю в карие глаза и до жути хочу верить. Лишь маленькая часть меня сопротивляется.

Незаметно за разговорами мы въезжаем на остров. Дарк не ждет ответа, а просто молча паркует машину у гаража.

- Там продукты, - прокашливаюсь и открываю дверь.

- Я занесу.

Обернувшись, я вглядываюсь в его лицо. Брови чуть приподняты, взгляд полный смятения и ожидания. Тот, кто раскидал всех моих обидчиков, сейчас выглядит уязвимым.

- Спасибо, - шепчу в ответ и ухожу, хлопнув дверью.

Меня переполняют эмоции. Я счастлива и при этом еще больше настораживаюсь. Он прав - я боюсь его. А если быть точнее, то я боюсь своих чувств. Взлетев высоко, будет больно падать.

Открываю дверь в дом и свет приветливо загорается.

- Добрый вечер, - устало мямлю, сбрасывая босоножки с ног. - Иван! Я дома!

Шлепаю прямиком к лестнице, за окнами стремительно темнеет.

- Хорошо! - Иван выглядывает из своей двери и снова скрывается.

- Спокойной ночи!

- И тебе!

Ступени поскрипывают под ногами. Когда я дохожу до второго этажа, то в дом входит Дарк с двумя пакетами продуктов. Даже походим на обычную семью.

Горячая ванна и больше никаких мыслей. Я бы хотела выбросить из головы Дарка, но сердце уперто не дает. Нужно дождаться Иванну.

Сон накрывает меня сразу. Этот день был насыщенным на разные эмоции и долгим. Тело, изнеженное теплой водой, расслабляется, и я погружаюсь в темноту.

Где-то в деревне орут петухи, и я распахиваю глаза. Сегодня у меня один план - напоить Дарка смузи и выбить из него правду.

На кухне вовсю идет приготовление завтрака. Не передать величины моего удивления, когда я обнаруживаю у плиты сразу двоих мужчин.

Остановившись в проходе, я тихо наблюдаю настоящее соревнование.

- Ты не сможешь повторить, - усмехается Иван, размахивая венчиком в миске.

- Было бы что повторять, - Дарк разворачивается к нему, а в его руках тоже венчик и тазик.

Не выдерживаю напора и прыскаю от смеха.

- Оля! - Иван расплывается в улыбке, но не прекращает процесс. - С добрым утром!

- Спасибо! И вас обоих так же.

- Ты садись, - Дарк кивает на стул, - будешь нас судить.

- Демон, который готовит… - задумчиво чешу голову, усаживаясь.

- Сам в шоке, - Иван поддакивает, но Дарк хитро щурится.

- Не надо было вызывать меня на спор.

- По-моему, ты сам его спровоцировал!

- Чем? - врываюсь в их перепалку.

- Он съел всю тарелку блинчиков, а после сказал, что ты такие не будешь.

- А вы предложили проверить?

- А как же!

- Мужчины… - фыркаю, откидываясь на спинку стула.

Шипение и аромат блинчиков наполняют кухню. Мне так тепло и приятно здесь находиться, что хочется просто запомнить этот момент. Еще бы дедушку сюда.

Глава 22.

Такого количества блинчиков мой желудок не видел. Дышать тяжело, и я чувствую себя шариком.

- Ничья! - хлопаю по столу между двух пустых тарелок.

- Не может быть! - вскидывается Иван.

- Оля просто не хочет тебя обижать.

- Нет, Дарк, - мой указательный палец упирается в него со всей серьезностью. - Твои блины солоноватые, Ивана - сладкие, но выбрать между ними не возможно. Вы оба молодцы, а мне нужно пройтись, иначе разорвет.

Иван отказывается от помощи на кухне, и мы с Дарком выходим на улицу. Птицы щебечут. Небо сегодня затянуто облаками, но это даже хорошо - я устала от жары. Медленным прогулочным шагом мы идем вдоль берега и молчим.

- Ты пил сегодня смузи Ивана? - бросаю на Дарка пытливый взгляд.

- Пил, но приготовил сам.

- А если это не то?

- То, что нужно. Иван подтвердил, когда я выложил ему список компонентов.

- Неужели? И даже заклинание сказал?

- Оно простое и состоит из трех слов.

- Удивлена.

- Неправда, - усмехается он.

- Дарк, - останавливаюсь, волнительно сжимая и разжимая пальцы.

- Да?

- Я хочу, что бы ты рассказал мне правду.

Дарк отводит взгляд в сторону озера, руки отправляются в карманы черных джинсов.

- Если ты мне вчера не соврал, то…

- Я не лгал, - карие глаза упираются в меня, полные решимости. - Пойдем.

Мы продолжаем движение, а в животе разворачивается целый ураган из бабочек. Ладони потеют, а пальцы никак не могут успокоиться. Я жду…

- Я рад, что есть зелье. Будь оно у меня раньше, я бы не согласился на свадьбу.

- Ты… - сердце болезненно ухает.

- Нет! - Дарк торопливо разворачивается ко мне, протягивая руки, но не решаясь дотронуться. - Ты не так поняла. Я рад, что встретил тебя, не смотря ни на что. Видимо, это могло произойти только такой ценой.

- М-да. Так, какой ценой?

- Я ложен был очаровать тебя, - Дарк виновато опускает глаза. - Так, что бы ты сама открыла ворота, а лучше разрушила их во имя любви. Зилию только это и нужно - вырваться на землю.

- Теперь ты не будешь ему помогать?

- Нет, Оля, я хочу помогать только тебе и не хочу тебя потерять.

Щеки начинают полыхать от его слов. В груди трепетно бьется сердечко, заливаясь теплыми чувствами. Так бы хотелось сейчас обнять его и прижаться головой к груди… как вчера.

- Я бы не хотела сбегать, - робко признаюсь, но все же дополняю. - Отсюда.

Дарк нежно улыбается и протягивает руку. Дрожащая кисть ложится на крепкую мужскую ладонь, и мы продолжаем идти.

- Я не понимаю одного. Зачем Зилию это нужно, если дедушки нет? Ворота остались без хозяина.

- Ха! - забавно ухмыляется Дарк. - Он думал, что так и будет. Заточив охотника, врата ложны были открыться. Но, они не поддались ему, как и всегда.

- И в чем причина?

- В тебе. Точнее, в твоей крови. Врата не открылись, потому, что на земле еще остался охотник.

- Так это он нашел меня?

- Нет, Соломон все предусмотрел. Думаю, он ни раз пожалел, что впутал тебя в это.

- Я не жалею.

- Ты прекрасна, - глаза Дарка сияют, глядя на меня.

- Дарк! - прыскаю, закрывая лицо. - Ты заставляешь меня краснеть.

- А ты биться мое угасающее сердце.

Мы стоим на берегу, где высокая ива спустила ветви к воде. Мягкий свет ложится на безупречное лицо Дарка. Он весь светится жизнью и энергией, как никогда. Я замираю, когда он делает шаг вперед, а руки ложатся на плечи. Ресницы трепещут, в груди разгорается пожар, и наши губы находят друг друга.

Мир растворяется, есть только он и я. Словно уносимся далеко в космос, где невесомость и любовь, где наши сердца бьются в унисон, как одно целое. Это мгновение дурманит и пьянит. Первый и нежданный поцелуй с демоном, и я теряю себя окончательно.

Подушечками пальцев пробегаю по колючей щетине и смеюсь. Кончиками носа мы заигрываем друг с другом. Слова больше не нужны. Червь недоверия, что точит изнутри, сейчас вне зоны влияния. Только его глаза и притяжение.

- Я должен уехать, - шепчет он, возвращая меня на землю.

- Куда?

- Решить мирские дела. Это займет сутки, не больше.

- Но как же мы? Я не понимаю, что теперь будет. Осталось четыре дня.

- Да, Зилий ждет, что к концу срока ты сдашься мне. Но не волнуйся, теперь мы вместе. Я что-нибудь придумаю.

- Значит, он не собирался освобождать дедушку?

- Нет, Оля, мне жаль.

- Как же тогда? - руки опускаются, я растерянно смотрю на Дарка

Острые скулы играют желваками. Дарк злится, и я знаю, что не на меня.

- Я все исправлю.

Грустно улыбаюсь, опуская взгляд на наши сплетенные руки.

- Скажи мне одно, все это правда?

- Ты еще сомневаешься?

- Вот моя правда - да. Какой-то процент меня все еще боится обмана и уловок.

Дарк заключает мое лицо в ладони и нежно целует в лоб.

- Ты моя звезда, за которой пойду хоть на край вселенной, и я не лгу.

Обнявшись под завесой старой плакучей ивы, мы стоим, не желая разрывать этот момент. Столько разных чувств и эмоций я не испытывала за всю свою жизнь вместе взятую.

Через час Дарк накинул на плечи обычный рюкзак и пошел. Брать машину он отказался, по непонятной мне причине, но я не настаивала.

Обнимая себя за плечи, я смотрю в след своему мужу, который скрывается за густой зеленью, выходя за границу острова.

- Ты влюбилась, - Иван подкрадывается сзади.

- Да, - отвечаю без масок и лжи. - И как быть?

- Иванна сегодня возвращается.

- Да?! - резко разворачиваюсь к мужчине. - Когда?!

- Спокойнее, - Иван медленно снимает мои руки, которые инстинктивно вцепились в воротник его пиджака. - Автобус прибудет в восемь вечера. Плюс - минус.

- Ох, как долго! - похожая на недовольного подростка, я фыркаю в небо.

- Время быстро пролетит, поверь.

- Да! - снова пугаю Ивана. - У меня как раз есть дело!

- Даже страшно спросить какое? В лес не пущу, пока Дарка нет. Или со мной.

- Нет, мне нужно заняться учебой.

- Звучит хорошо, только не сожги башню. Однажды это уже случалось.

- Не сожгу! - смеясь уношусь в дом за ключами.

Пока я бегала туда сюда у крыльца нарисовался черный кот. Свесив черный пушистый хвост со ступеньки, он вылизывает лапки и мордочку.

- Мур! - вскакивает пушистый комок, как только я появляюсь на крыльце.

- Дедушка! Где же ты пропадал?

- Мяу!

- Ничего не поняла, но ты можешь мне помочь.

Спрыгиваю с лестницы и энергично направляюсь к гаражу, громыхая связкой ключей. Котик спешит вслед за мной.

- Здравствуй, темнота!

Шагаю в густой мрак, вытягивая руку, и хватаю шарик на цепочке. Мгновение и свет загорается. Дедушка уже ждет у тисков. Несколько круговых движений рукой и проход открыт.

В башне все так, как и было. Сегодня ритуалов не предвидится, и я сразу направляюсь к стеллажу. Дедушкину тетрадь я прочла всю, но она у него не одна.

- Пусть в виде кота, но ты можешь учить меня, - обращаюсь к Соломону, и он тут же запрыгивает на самую верхнюю полку. - Значит, - задумчиво барабаню пальчиками по подбородку, - нужен стул.

Стоя на стуле, мне все равно приходится подняться на цыпочки, что бы достать книгу. Да, это не тетрадь, а увесистая книга.

На шикарной кожаной обложке вырезано название «Демоны».

- Супер! - спрыгиваю со стула и быстрее к столу.

Кот запрыгивает на него и садится, поглядывая то на меня, то на книгу. Открывая оглавление, я впиваюсь в строки: 1. Демон и его сущность.

2. Заклинания удержания, вызова и изгнания демона.

3. Слабые стороны.

4. Меры предосторожности.

5. Как убить демона.

6. Техника боя охотника.

Последние два пункта заставляют задуматься. И я, и дедушка несем в себе демоническую кровь. Это значит, что эту книгу нельзя показывать демонам.

- Почему Зилий просто не убил тебя? - задумчиво листаю книгу, в которой много картинок и схем, обращаясь к коту.

Конечно, он не ответит. Котик поднимается и грациозно потягивается, выставив одну лапу вперед. Он практически достает до книги, вызывая у меня интерес.

- Хочешь подсказать нужную главу?

- Мяу, - когтистая но пушистая лапка ложится прямо на последнюю главу.

- Начинать с конца?

- Мур!

- Ладно, бой, так бой.

Я погружаюсь в чтение. Перед глазами мелькают картинки, заботливо нарисованные кем-то в ручную. Такая книга бесценна. Я читаю строку за строкой, и снова слова всплывают в памяти не пойми откуда, будто давно забытые обрывки прошлых жизней.

Меч, заклинания и быстрые жесты для молниеносного ответа. Светящиеся шары энергии на ладонях охотника, оказывается, ими можно запустить в демона. Смерч и воронка, невидимые оковы. Не отрывая глаз, я напряженно впитываю знания. Многому из того, что уже испытала, нахожу объяснение. Надо было сразу заняться теорией.

Глава 6. Техника боя - прочитана от и до. Не поднимая головы, листаю в обратном направлении к пятой главе «Как убить демона». Все же охотник и демон слишком разные. Поэтому демон не может нас убить, а вот заточить и ждать смерти - может.

Солнце описывает круг и теперь светит в спину. Когда я садилась за стол слабые лучики пробивались сквозь облачную завесу и падали мне на лицо. Глаза устали, тянусь рукой к лампе, но кот преграждает мне путь.

- Мур! - он трется о руку, не давая включить свет.

- Я же не вижу! - тихо говорю, ощущая легкую слабость.

Прошло несколько часов. Я не пила и не ела.

- Я поняла твой намек. Хорошо, - поглаживаю его за гриву, - я вернусь позже.

Тут я вспоминаю про Иванну. Взгляд падает на наручные часы. Время 19:57!

- Отлично! Как раз вовремя!

Кот спрыгивает со стола и исчезает в проеме. Я закрываю книгу, не делая закладок. И так помню про четвертую главу. Уверенности в своих силах прибавилось. Теперь я хотя бы понимаю, что откуда берется, и как это направлять в нужное русло.

Устало переставляю ноги по гладкому, покрытому лаком и рисунками полу, как вдруг мне в затылок прилетает дуновение воздуха. Холодок пробегает по коже, а за ним раздается далекий голос:

- Впусти меня…

Стою и не оборачиваюсь. Звук исходит из центра пентаграммы.

- Зилий?

- Да.

- С чего бы?

- Есть новости о Соломоне.

Бросаю взгляд на стол. Без сил и зеленого смузи Ивана - это чревато.

- Позже.

Все так же не оборачиваясь, я выхожу из комнаты. Дверь тяжело закрывается, ключ легко проворачивает замок, и ощущение присутствия исчезает.

В доме никого нет, но на столе лежит записка: «Оля, я у Иванны. Обед (ужин) в холодильнике. Иван».

Улыбнувшись, достаю пирожки. Ждать пока по греются долго, поэтому я ставлю чайник и приступаю уплетать вкуснятину с рисом, яйцом и луком. Готовит Иван восхитительно, ничего не сказать.

Дабы не тратить свое время, так как нарисовалась еще одно дело в башне, я прыгаю в машину и выезжаю к Иванне. В животе снова бабочки, я хочу услышать правду и боюсь одновременно.

Глава 23.

Во дворе Иванны гармоничный хаос: куры разгуливают по сонным котам, лежащим, где попало; из будки торчит морда собаки, из черного носа которой вырывается пузырь, в такт храпу. Открывая скрипучую калитку я не привлекаю внимания вообще. Повсюду растут цветы и травы, без клумб, просто где пришлось. Перед домом ни одного дерева нет, только травка и воля вольная садовода.

Дом потомственной ведьмы ничем особенным от других не отличается. Подхожу к двери, протягивая руку, что бы постучать, но меня уже заметили.

- Оля! - Иванна распахивает дверь, улыбаясь. - Девочка моя, заходи!

Женщина и улыбается, но её сочувственный взгляд говорит, что улыбка ложь.

- Здравствуйте, я вас ждала.

Прохожу в дом и теперь замечаю ведьминские примочки. Под потолком стройными рядами сушатся пучки разнообразных трав и некоторые я уже знаю. На кухне, куда Иванна меня ведет, три полки заставлены коробочками и каждая подписана: жаба, клюв, лапка и много других. На окнах тяжелые темные шторы, которые сейчас закрыты, а на круглом столе в центре, застеленном бордовой скатертью, лежит колода карт.

- Разве Иван не у вас? - глазея по сторонам, я совсем не замечаю своего дворецкого, сидящего за столом.

- Здесь я, Оля, - Иван усмехается, поднимаясь из-за стола. - Переучилась наверное?

- Вот я! - стукаю себя по лбу.

- Нормально всё, девочка осваивает обстановку, - Иванна быстро ставит на стол заварник с травяным чаем и одну чашку.

- А вы не будете?

- Ты садись, - Иван подталкивает меня к стулу, где сам сидел. - Я пойду. Нечего мне вашу женскую болтовню слушать.

- Ты что болтовней называешь, братец?! - Иванна замахивается полотенцем, и я замечаю, как они похожи.

Смотрю и умиляюсь - настоящая семья. И в горе, и в радости. Живут с возом тайн за спиной и не унывают.

Иван уходит, прихватив с собой корзину яиц и две бутылки молока, а Иванна усаживается напротив.

- Я хотела, что бы вы…

- Знаю, милая, знаю, - женщина подхватывает заварник и ловко наливает почти прозрачную, но ароматную заварку в чашку.

- Вы как-то прочли это по мне?

- Нет, глупышка, - усмехается она, - Иван рассказал. Демон твой интересная загадка. Я и сама хочу знать, что он замышляет. Только, без конкретного запроса этого не сделать.

- Меня одно интересует. Ответ на мой вопрос сам все расставит на места.

Говорю, а голос дрожит.

- Не волнуйся, пей. Как выпьешь, так и начнем.

Кивнув, я делаю первый глоток. Спрашивать, что там бесполезно, вряд ли ответит, либо я сама не пойму. Заварка с явной горчинкой, и к концу у меня перекашивает лицо словно укусила кожуру грейпфрута. Иванна в это время в дополнение к картам кладет на стол странные фигурки, высеченные из дерева.

- Все, - открываю рот и шевелю им, но звука нет.

В шоке замираю, хлопая ресницами.

- Иванна?! - немая как рыба, я впадаю в панику.

- А, выпила! - женщина мило улыбается, словно не замечая страха в моих глазах. - Молодец! Не волнуйся, ты потеряла голос лишь на время обряда.

Вопросительно развожу руками. Паника сменяется гневом.

- Не злись, - ласково говорит она, раскладывая карты крапом вверх между фигурок. - Твои глаза темнеют, но голос твой мне не нужен. Я буду говорить с духом, что стоит у тебя за спиной.

- Что?! - безмолвно вскрикиваю и резко озираюсь.

За спиной никого, сердце бешено стучит в груди. Тяжело дыша, я поворачиваюсь обратно.

- Твой дух силен, ох, силен. Закалила ты его, - Иванна не смотрит на меня или за меня, она продолжает раскладывать и перекладывать карты. - Духи знают все и видят все, только рассказать не могут. Предостеречь, знаки послать - это тоже не все могут. К мужу твоему не пробиться, а твой дух все расскажет. Его только услышать надо.

Иванна закрывает глаза и глубоко начинает дышать. Её руки покоятся на столе, по обе стороны от карт и фигурок. Тишина окутывает. Женщина начинает раскачиваться и тихо мычать, распуская вибрирующие волны в воздухе. Под её закрытыми веками быстро двигаются глазные яблоки, словно она считывает разную информацию с экрана.

Внезапно, глаза Иванны распахиваются. Она смотрит на меня пронзительно и тянет руку к первой карте. Переворачивая ее, Иванна берет фигурку в руку.

- Вопрос?

- Но, как? - развожу руками.

- Не мне, а духу. Он слышит.

- Хорошо, - собираюсь с мыслями, все так же безмолвно разговариваю с собой. - Лжет ли Дарк о любви ко мне?

Не знаю, кто кому отвечает, но Иванна приходит в движение. Её пальцы хватают одну из карт и переворачивают. Затем следующую и следующую, причем взгляд её ровно лежит на мне. Словно руками управляет не она, а кто-то другой.

Наконец, Иванна останавливается. Она закрывает глаза на несколько секунд и снова открывает с привычным выражением лица.

- Сильно, - шепчет она и берет стакан.

Ведьма выпивает всю воду залпом и, тяжело дыша, начинает говорить, глядя на стол:

- Дух говорит, что демон, связанный с тобой узами брака, связан с тобой душой. Вы отражаетесь друг в друге и сила ваша едина. Он не лжет о чувствах, хотя изначально пришел в твою жизнь разрушителем.

Слушая её слова, я обмякаю на стуле. Сжатая как пружина в тисках, я все это время волновалась и боялась. Теперь же страх покидает мое тело навсегда, оставляя сладостное расслабление и покой. Он любит меня, как и я. Этим все сказано.

- Я ответила на твой вопрос?

- Да, - отвечаю своим голосом, слегка с хрипотцой. - Более, чем. Этому ведь можно верить?

- Конечно, духи говорят то, что есть на самом деле. Они не лукавят и пытаются перетянуть на себя одеяло.

- Кто же они тогда? Ангелы?

- Нет, - Иванна складывает фигурки и карты со стола, - это дух твоего рода. Тот, кто ведет тебя во все жизни. Можно сказать, ангел хранитель души.

- Спасибо, вы даже не представляете, как помогли мне.

За закрытыми шторами, я не заметила, как наступила ночь. Казалось, я провела в доме Иванны не больше часа, а оказалось, что все три.

Добрая женщина дала мне в дорогу свежих булочек, которые привезла с города, и теперь я еду по ухабам деревенской дороги, уплетая сладкую и очень вкусную сдобу. На душе поют соловьи. В памяти один за другим возникают моменты, проведенные вместе с Дарком. Кто бы знал, что моя любовь - это демон?

На гараже болтается старый фонарь, освещая ворота. Сюда, в его лучи, и паркуюсь. На кухне свет не горит, в гостиной тоже. Возможно, Иван лег спать.

В дом захожу на цыпочках. Свет тут же загорается, но не яркий, а мягкий и приглушенный. Дом явно дает понять, что Иван действительно уже спит.

В комнату мне не нужно, ключи с собой, не хватает только смузи. Я знаю, что Иван оставил несколько бутылок на кухне.

Через пять минут я уже шлепаю в сланцах по дорожке к гаражу по ночной прохладе. Хорошая новость от Иванны придает сил, а настроение такое отличное, что ни один монстр его не испортит.

Я не знаю, что скажет Зилий, но уверенна, что вместе с Дарком мы его переиграем.

В кабинете тепло и, как всегда, царит особый аромат. Я уже выучила все, что нужно делать для вызова демона. Свечи быстро занимают места в углах звезды. Две минуты и зелье готово. Дым начинает наполнять кабинет, я делаю глоток, привычно сморщив нос.

- Зилий! Зилий! Зилий!

В дыме с проблесками оранжевого и красного цветов, появляется черная точка. Там, на той стороне портала, такая же комната, только зеркальная. Точка превращается в черное облако, и я слышу тяжелые удары копыт по деревянному полу.

Спокойно стою у края защитного круга и смотрю, как появляются сначала рога, а затем и голова. Зилий вылезает из черного дыма полностью, и он развевается, будто и не было.

- Чего ты хотел?

- Как моя невестка поживает?

- Не лукавь! Что с Соломоном?

- Лучше расскажи, как мой сын в роли мужа? Любит ли? Цветы дарит? На руках носит?

Стряхиваю разряд с пальцев в пол, оставляя на нем прожженный след.

- Хватит! Наша семейная жизнь тебя не касается!

- Эти слова говорят о многом, - гад довольно ухмыляется, кивая сам себе. - Но твоя дерзость, - улыбка резко превращается в оскал, - говорит о том, что сын не справляется!

Зилий недовольно ревет в потолок, но я стойко держу ровное выражение лица.

- С чем? Ролью мужа?

- Именно!

- Это не ко мне! - фыркаю в ответ, а у самой сердце екает.

- Ответь, дитя мое, - Зилий снова меняет маску, и голос его звучит как песня, - любишь ли ты его?

В моей голове разворачивается настоящая битва. Я не знаю, что сказать! Если да, то он отстанет на время. Однако, может и попросить врата открыть. Если нет, то что?

- Так, что? Задумалась?

- Нет.

- Нет? Не любишь?

- Нет, - принимаю этот ответ.

Демон молча опускает голову, сжимая руки в кулаки. Пол под ногами начинает незаметно дрожать.

- Все приходится делать самому.

- Что ты задумал? Где мой дедушка?

- Сын подвел меня, но я могу сделать тебя своей женой и тогда, ты будешь счастлива.

- Что?! - мозг плавится от того, что я слышу.

Делаю два шага назад к столу, где лежит нож. Яркая внезапная вспышка ослепляет, хлопок бьет по ушам так, что я забываю о ноже и закрываю уши руками.

В кабинете становится невыносимо жарко, словно кто-то открыл дверь в ад. Открываю глаза, руки уже шарят по столешнице в поиске ножа, но его, видимо, откинуло волной.

Зилия больше нет, но передо мной из черного дыма вырастают две адские собаки с горящими красными глазами. Дым все больше уплотняется, я слышу их утробный рык.

Не понимая, что делать, я выбегаю из кабинета. Руки трясутся, но я вставляю ключ в замочную скважину с первого раза. Теперь бежать!

Срываюсь вниз по лестнице, а позади слышен вой и звук лопающегося дерева толстой двери. Неужели он хочет убить меня?!

- Не беги! - голос словно эхо раздается в голове. - Они приведут тебя ко мне!

- Никогда! - кричу в темноту тоннеля, пока ноги несут меня вперед.

По лестнице, ведущей с гараж, я взлетаю так быстро, как могу. В памяти проносятся строки из книги и картинки из воспоминаний. На стене в гараже висят разные ножи. Заклинание изгнания всплывает в памяти, как по щелчку.

Забегаю в гараж и четко хватаю самый большой нож со стены. Губы быстро шевелятся, глаза закрыты - я шепчу заклинание в лезвие, удерживая нож на ладонях.

Вой и лай все ближе. Звук когтей, рвущих под собой бетон, заставляет отвлечься. Я не успею!

Снова и снова тараторю заклинание, но две твари выпрыгивают из проема прямо на меня. Секунды растягиваются в минуты перед неизбежным. Я не успела…

Внезапно, ворота гаража разлетаются в щепки, которые летят мне в лицо с порывом сильного ветра.

Открываю глаза, а передо мной, преграждая путь собакам, стоит Дарк. В следующую секунду адские псы бросаются на него. Один впивается клыками в левую руку, другой в правую. Дарк стряхивает одного, направляя в стену, а второго хватает за гриву. Раздается визг, скулеж и дым рассеивается.

Вторая собака запрыгивает на Дарка сверху, но он успевает сомкнуть крылья над головой. Острые перья режут пса, но он рычит и пытается укусить.

Черные крылья резко расправляются, скидывая тварь. Дарк перехватывает его на лету и впечатывает в бетонный пол так сильно, что тот трескается, а пес развеивается черным дымом. Наступает тишина.

Глава 24.

- Оля! - Дарк срывается с места ко мне, забившейся под верстак с ножом в руке.

В порыве бросаюсь к нему на шею. Дарк поднимает меня на руки словно пушинку, укрывая крыльями.

- Прости, - шепчет мне в волосы, а я вдыхаю его запах, прижимаясь сильнее.

Теплое чувство безопасности окутывает меня, и я быстро успокаиваюсь.

- Оля! Оля! - взволнованный голос Ивана. - Что здесь случилось?!

На обломках ворот топчется растерянный дворецкий в милой пижаме с котятами. Дарк раскрывает крылья, и мы оба, первым делом, давимся от смеха.

Иван смущенно опускает взгляд на пижаму и оправдывается:

- Это… Иванна с города привезла.

- Ладно вам! Пижама огонь!

- У тебя истерический смех, Ольга, или ты не замечаешь разрухи вокруг? - Иван резко принимает поучительный вид.

Видимо обиделся за смех над пижамой.

- Иван, тебе лучше уйти.

Дарк медленно ступает прочь из гаража, и не думая выпускать меня из рук.

- Уйти? - Иван мотает головой, не желая соглашаться.

Наконец, мои ноги касаются земли, но мы держимся друг за друга как приклеенные. Снаружи гараж выглядит плачевно. Ворот нет, стены покрыты трещинами, некоторые доски непоправимо лопнули. Я понимаю, что это начало. Зилий разорвет сделку.

- Теперь Дарк враг для Зилия, - вздыхаю, глядя на гараж, а затем на Ивана.

Тот потерянно озирается.

- Оля права. Оставаться опасно.

- Но…

- Никаких, но, - отрезаю без шанса на возражение. - Садитесь в машину и езжайте к Иванне.

Иван несколько секунд буравит меня взглядом. Для него это тяжелая необходимость. Наконец он опускает глаза и идет к машине. Ключ я не забираю, на острове это ни к чему.

Обнявшись, мы с Дарком провожаем взглядом мою ягодку, которой неумело управляет Иван. Машина дергается и глохнет, но хотя бы едет ровно по дороге.

- Как ты? - Дарк крепче сжимает меня в объятиях, осматривая каждый миллиметр лица. - Не думал я, что отец начнет сегодня.

- Я в порядке, ты успел, - расплываюсь в улыбке, вспоминая слова Иванны.

- Пришлось бросить одно важное дело.

- Какое?

- Пойдем, ты покажешь, где спрятан Соломон.

Мы решительно направляемся в дом, где сейчас горит каждая лампочка и светло как днем.

- Объясни, - едва поспеваю за его широкими шагами.

- Я был в аду, искал его.

- Правда?! - благоговейный восторг захлестывает меня. - Нашел?!

- Нашел, - улыбается он так нежно, сжимая мое плечо.

Мы поднимемся на крыльцо и дверь открывается. Дом скрепит и гудит трубами - волнуется, еще и Иван уехал. Провожу рукой по стене и получаю в ответ вибрацию.

- Он заключен в клетке, но его выпускают на прогулку раз в день.

- Как в тюрьме?

- Да, только надзиратели - демоны с пиками.

- Ох, дедушка, - в груди болезненно сжимается сердце.

- Мне нужно вернуться и забрать его. Теперь это будет сложнее. Зилий не остановится и будет пытаться похитить тебя.

- Ты не оставишь меня одну.

Мы стоим у двери под лестницей, ведущей в подвалы. Моя рука лежит на круглой ручке, я жду ответ.

- Придется, Оля. Мы спрячем тебя, но сперва нужно добраться до Соломона.

- И что тогда?

- Его тоже нужно спрятать. Зилий придет и за ним.

Шумно выдыхаю, переваривая его план. Делать нечего, а за себя я постою… сколько смогу.

- Хорошо, так и будет.

Открываю дверь, и мы начинаем спуск. Стена, что прячет проход, исчезает с одного моего прикосновения. В прошлый раз пришлось напрягаться.

Затхлый запах подвала неприятно щекочет нос. Я уверенно иду вперед по темноте, прекрасно различая каждую мелочь.

Поравнявшись с зеркальными подвалами, я останавливаюсь, ощущая, как и в прошлый раз, взгляд.

- Что? - Дарк обхватывает мои плечи сзади, а я поворачиваю голову вправо.

Там, из темноты комнаты на меня смотрят белые и красные глаза.

- Демоны?

Дарк заглядывает вслед за мной.

- Ого, да. Вот, где Соломон их держит.

- Кто они? - задавая вопрос, поворачиваю голову в другую сторону.

- Те, кто прорвался на землю.

- Это возможно? - не могу оторвать взгляда, а Дарк подталкивает меня вперед.

- Да, через людей, - продолжаем движение. - Они наговаривают им обещания, а те вызывают неосознанно или осознанно. Так они и пролезают в обход ворот.

Наконец, мы упираемся в тупик.

- Пришли?

- Да, - прикладываю руки к стене, и по телу пробегает дрожь.

Я сильнее вжимаюсь в стену всем телом, и она начинает растворяться, пока не исчезает полностью. Комната та же и дедушка стоит в той же позе. Его лицо сильно постарело еще больше, как и в моем сне.

- Ему остались сутки, максимум двое, - Дарк обходит живую статую, осматривая.

- Зилий лгал изначально?

- Да, семь дней не наступили бы.

Кончиком пальца касаюсь протянутой руки дедушки. Только холод и пустота сосуда без души.

- Оля, мы должны спрятать его и запечатать вместе, что бы я мог проникнуть без тебя.

- Хорошо, но куда?

- В башню?

- Нет, - решительно отвергаю, - туда я пойду сама.

- Уверена?

- Да, там много артефактов. Я смогу подготовиться.

- Ты ведь не закрыла портал?

- Нет.

- Там могут быть нежелательные гости.

- Они не выйдут за круг.

- Псы могут.

- Я знаю, что с ними делать. Только надо закончить заклинание на ноже, от которого они развеются.

- Хорошо, но пойдем вместе.

Дарк осторожно поднимает тяжелого Соломона, и мы выходим из подвала. Куда еще не придумала, но отсюда нужно убираться.

Когда мы выходим к насосам, стена занимает свое место вновь, а мне на ум приходит идея. Дом меняет пространство, как вздумается. С Жориком были даже консервы.

Дарк ставит дедушку на пол, а я без объяснений подхожу к стене и мысленно направляю дому картинку из воображения. Стена под ладонью мгновенно реагирует короткой вибрацией. Я закрываю глаза и представляю продолжение этого помещения, скрытого стеной и запечатанного печатью демона и охотника.

Внезапно раздается скрежет. Открываю глаза, а стена, которой я касаюсь отъезжает от меня.

- Ты делаешь новую комнату? - Дарк восторженно наблюдает, как образуется небольшой карман.

- Дом делает.

Дарк бережно ставит дедушку в новое укромное место. Приложив руку к стене, я прошу закрыть его. Не проходит и двух секунд, как стена вырастает перед нами.

- Теперь печать, - оборачиваюсь к Дарку.

Он берет мою руку в свою, переплетая пальцы, и мы прикладываем ладони вместе.

- Знаешь, как наложить печать?

- Нет.

- Просто прикажи своей энергии и дому. Сейчас наши силы едины.

Киваю, придумывая слова, но они сами всплывают в мыслях, и я начинаю:

- Этот тайный вход не увидят глаза, кроме тех, чья энергия вливается в него. Его не откроет никто, кроме одного из нас. Я ставлю нерушимую печать.

Глубоко вдыхаю и направляю силы в руку. Разряды сливаются воедино, просачиваясь в стену словно паутина. Мгновение и все исчезает, но я знаю, что вход под защитой.

- Умница, а теперь в башню.

- Подожди, - чувствую, что сил не хватит на оборону. - Мне нужно выпить смузи.

На кухне все так же уютно, но дом наполнен тревогой. Я пью стоя, ведь ноги трясутся. Дарк пьет вместе со мной. Ему это нужно не меньше, ведь Зилий будет пытаться вернуть его на темный путь.

Бутылки опустели, мы покидаем кухню и дом, который жалобно скрипит нам вслед.

- Он не сможет пройти сам, а значит будет слать псов, пока те не справятся.

- Нужно запечатать портал.

- Сразу, как придем.

Решительными шагом, мы входим в разгромленный гараж. Проход в тоннель зияет черной дырой - заклятие слетело, когда Дарк вломился за мной.

- Как тебе удалось разрушить печать дедушки?

Спускаясь по узкой винтовой лестнице за Дарком, я чувствую исходящую от него энергию. Он готов бросится в бой сию секунду, но не просто так, а за меня. Его волнение и страх друг за друга передаются и мне.

- Не знаю, я почувствовал, что тебе страшно и вернулся. Физически я был не далеко.

- Где?

- У Иванны.

- Что? - резко торможу, ведь я тоже там была.

- Когда-то давно, ее мать водилась с Зилием. Земля под её домом пропитана адским зловонием. Я сам проник в дом, что бы спрятаться, пока буду в аду.

- И где же ты прятался? - догоняю своего мужа.

- На чердаке.

- И ничего не слышал, что было внизу?

- Нет, я ведь был не там. Почему ты спрашиваешь? - Дарк останавливается, когда мы спускаемся в тоннель.

- Просто так, - глупо улыбаюсь, сжимая в руке нож, что прихватила с гаража.

Мысленно выдыхаю - он не знает, что я была у Иванны. Добравшись до второй лестницы, становится понятна сила псов. Видимо, они с трудом помещались в узком проходе и рвали лестницу лапами, пока толкались. Некоторые ступеньки поломаны, куски перил валяются под ногами и повсюду рытвины и глубокие царапины от когтей.

Дарк притормаживает, когда мы почти поднялись. Идем в тишине, постоянно прислушиваясь. Пока все тихо, но Дарк решает мной не рисковать.

Он выставляет руку вперед, останавливая меня. Слова не нужны, достаточно взгляда, что бы понять его просьбу. Киваю в ответ, и он поднимается дальше один.

Тишина без Дарка давит на уши. Я слышу его невесомые шаги и перестаю дышать. Поднялся, тишина… прижимаю руки к груди. Вдруг резкий грохот и шум драки врывается в разум. Бросаюсь наверх, с диким воплем:

- Дарк!

Пол минуты и я врываюсь в кабинет с разбитой дверью. Дарк стоит у северного окна, а вокруг него растворяется в воздухе черный дым.

- Пес? - хватаюсь за дверной косяк, что бы затормозить.

- Да.

- Ты? - отдышка такая дикая, словно десять километров пробежала.

- Все хорошо.

Дарк в три шага пересекает кабинет, принимая меня в объятия. Сердце стучит как ненормальное, но быстро успокаивается. Страх просачивается в кровь, путая мысли, а нельзя.

- Все будет хорошо, - шепчет мне в макушку Дарк.

- Уверен?

- Да, - он нежно перехватывает мое лицо, и наши взгляды встречаются. - Знаешь почему?

- М?

- Потому, что я люблю тебя.

Время замирает. Я вижу только его горящие черные глаза, в них пылает любовь, как и во мне. На губах застыли слова любви.

Наше сладкое мгновение тишины и тепла нарушает легкое дуновение горячего воздуха. Инстинктивно вырываюсь из объятий мужа и бросаюсь к столу. Возле него, на полу, так и лежит перочинный нож. В круге появляется черный дым. Резким движением руки, я делаю надрез, проговаривая заклинание закрытия так быстро, как могу.

Хлопок, словно маленький взрыв звезды, и тишина.

- Отлично! - Дарк подходит ко мне и берет окровавленную ладонь в свои руки. - Сейчас ты знаешь, что делать. Закройся всячески, используй все средства.

- Да, - киваю, а ладонь перестает болеть.

Когда Дарк отпускает мою кисть, то я с удивлением вижу лишь запекшуюся кровь и никакой раны.

- Люблю, - Дарк озаряет меня улыбкой и быстро уходит.

- Будь осторожен! - кричу вслед, хотя надо было сказать совсем другое…

Глава 25.

В опустевшем без Дарка кабинете эхом звучат удаляющиеся шаги, и наступает тишина. Внутри, птицей в клетке трепещет душа, зная, что исход этой ночи может быть не в мою пользу. Резким движением рук, сбрасываю с себя ненужную тревогу.

- За дело! - говорю непонятно кому и направляюсь к стеллажу с книгами.

Свечи стоят, как положено, и дымят. Дым постепенно заполняет кабинет. Я не буду никого вызывать, гости и сами нагрянут. Однако, я хочу четко их чувствовать и принять по своим правилам.

В руках прохладная пиала с травами. На выдохе, выпиваю содержимое залпом, морща нос. Сильный аромат и вкус бьют в голову, одурманивая. Ощущение, что небо с землей меняются местами, но это быстро проходит. Открываю глаза и вижу, как дым от гармалы не просто наполняет весь кабинет, а сосредотачивается в центре звезды переливаясь оранжевым оттенком.

Сейчас тени, что я видела раньше, обретают очертания зеркального отражения кабинета, но пустого и безжизненного, как весь тот мир.

На столе лежит нож с гаража. В прошлый раз мне не хватило одного слова для завершения заклинания, но сейчас он заряжен убивать адских псов. Быстро и точно выговариваю нужные слова над мечом, что висел на стене - пришло его время поработать. От острого лезвия веет магией и заговором, но я подстрахуюсь и добавлю.

В резной деревянной шкатулке с амулетами выбор не маленький и вес тоже. Кулоны, кольца, браслеты и кожаные ремни на разные части тела. Для любой девочки эта груда металла и камней не представила бы ценности. На украшения это не тянет, скорее потрепанные доспехи. Местами почерневшее серебро и железо, темное заряженное дерево и грубо выделанная кожа. Эти вещи создавались, что бы защищать.

Мое внимание приковано к двум широким браслетам - щиткам из серебра. От кисти и до локтя они закрывают мою руку полностью. Кожаные шнурки завязать себе очень сложно, приходится подключать зубы. Этот артефакт поможет мне удержать меч, и использовать руки, как оружие, ведь они буквально пропитанные магией против демонической силы.

Пока я пытаюсь завязать последний узел, сидя на полу рядом с кругом, на той стороне портала начинается возня. Быстро затягиваю узел и подскакиваю. Волосы стянуты в плотную косу до середины спины, в руки ложится как влитой меч. Браслеты-щитки делают эту тяжелую ношу почти невесомой. Заговоренный нож упирается в бок рукоятью, что торчит из-под ремня.

Во мне вздымается решимость и гнев. То, что движет вперед. На кону жизнь дедушки, моя любовь и все люди, которые не должны увидеть толпы монстров, что жрут людей. Никто не пройдет в этот мир!

Тени в сером облаке дыма, что теперь полностью сосредоточен в круге, начинают сгущаться. Я слышу, как цокают когти по паркету, как утробно рычат адские псы. Ноги полусогнуты, я готова.

- Ольга! - рев Зилия врывается в голову.

Меч падает из рук. Меня складывает пополам, в ушах неимоверно звенит до боли. Закрываю уши, но его голос все звучит и звучит, не давая вздохнуть. Я бесполезно корчусь на полу. Нога задевает упавший меч, отфутболивая его под стол.

Черные морды сплетенные из тьмы показываются из портала. Приоткрыв один глаз, я вижу их, но боль в ушах и звон в голове не дают нормально думать.

«Ты не должна открывать врата, Оля! Ни при каких обстоятельствах!» - голос дедушки прорывается сквозь рев Зилия далеким эхом. Продолжая шептать его слова, я тянусь к ножу, что плотно прижат ко мне. Два рычащих и щелкающих зубами пса, подходят к границе круга, проверяя его на прочность. За ними тьма все сгущается, выпуская следующих тварей.

Со слов дедушки перехожу на заклинание изгнания, заглушая голос демона в голове. Я говорю все громче, ощущая, как возвращается разум. Адских псов прибавляется, я вижу как натянута граница круга и черный дым начинает просачиваться сквозь него.

Хватаю нож и, поднявшись на колени, режу по черному дыму. Тут же раздается скулеж. Псы синхронно содрогаются. Десять пар красных глаз пышут на меня гневом. Вой оглушает, но я поднимаюсь на ноги.

Тьма сочится отовсюду. Широким выпадом бросаюсь к лабораторному столу, выхватывая из-под него меч. Взмах и острое лезвие рассекает дым. Псов все больше, они словно в трубе ползут вверх по границе круга до самого потолка. Барьер удержит! Удержит.

Глаза выхватывают языки черного дыма, что постоянно пробивают брешь защитного круга, но я успеваю раз за разом их отсекать. Раздирающий душу вой не кончается, но я продолжаю громко читать заклинание изгнания. Руки неустанно рубят дым, что сопротивляется словно имеет плоть.

Одним взмахом я отрубаю приличный столп тьмы, и истошный вой заглушает всех остальных. Адский пес исчезает в круге, исчерпав себя.

Морды, зубы, красные глаза все они пытаются пролезть в мой мир. С громким криком я пронзаю барьер мечом, достигая пса. Барьер цел! В другой руке нож, которым перерезаю очередной жгут тьмы. Их слишком много, но меч достает далеко. Не знаю насколько его хватит, и начинаю методично протыкать псов, которые гневно рычат на меня, мечтая вырваться.

Меч и нож работают синхронно, словно я оттачивала эти движения всю жизнь. Кровь охотника, что дремала все это время, выходит на арену.

Из сотни псов остается десяток. Барьер жалобно трещит, переливаясь зарядами. Он не успевает восстанавливаться. С диким воплем я разрубаю сразу троих псов наотмашь. Руки болят, в голове лишь бой.

Громкий хлопок, и адские псы вырываются наружу сквозь лопнувший барьер. Челюсти разъярено смыкаются на предплечье, но тварь тут же отскакивает с дымящейся белым дымом пастью. Амулеты работают на ура, пока я разрубаю одного за другим остальных.

Меч гулко падает острием в пол. Тяжелое дыхание, дрожь в ногах и руках. Пот застилает глаза, но я смотрю в две последние красные точки перед собой. У пса, что попробовал браслет на вкус, отсутствует нижняя челюсть. Вместо нее все та же тьма.

Мы стоим и смотрим друг на друга, словно изможденные хищники. Только я знаю, что тварь не чувствует усталости.

- Не жди, я не упаду, - цежу сквозь зубы, расплываясь в улыбке.

В ответ мне раздается рык, но в следующую секунду пес переключается на окно.

- Оля! Оля! - раздается крик с улицы.

- Иван? - ошарашено прислушиваюсь, но взгляд прикован к псу.

Стоит мне только моргнуть в сторону окна, как тварь бросается, но нож уже наготове. Безобразная пасть и последний огненный вздох. Зверь развивается дымкой навсегда.

В два шага преодолеваю расстояние до окна.

- Оля! Девочка моя?!

Голос Ивана потерян. В груди вспыхивает страх. Неужели до него добрались?!

Бросаюсь к другому окну и вот он, в своей пижаме с котами. Босыми ногами с взъерошенными седыми волосами мужчина медленно идет к дому, озираясь.

- Иван! - кричу, срываясь с места к лестнице.

В руке меч, словно вросший. Нож под ремнем на боку. Силы есть, нужно еще немного.

Поднимаясь в гараж, понимаю, что не закрыла портал. Чертыхнувшись про себя, ускоряюсь к Ивану. Потом сразу вернусь!

Вырываюсь из гаража, а на улице все в неестественно красном цвете. Резко останавливаюсь, поднимая взор в небо. Над островом зависла словно раскаленный шар красная луна.

Взгляд камнем падает вниз. Иван озирается через плечо и замечает меня. Его взгляд такой потерянный, что хочется быстрее его обнять как ребенка и успокоить.

- Иван, почему вы здесь?! - бросаюсь к нему, с тревогой осматривая бедолагу.

- Я - я… - заикается он, - не знаю, Оля.

Иван покорно идет в мои объятия. Такой щуплый и ослабленный, словно прошел три круга ада.

- Как не знаю? - говорю так тихо словно с напуганным ребенком, что бы успокоить его. - Вы должны были остаться у Иванны. Здесь опасно.

- Да, я помню, но я не мог не прийти.

- Что случилось?

- Мне пришло озарение. Откуда не знаю, но это правда, Оля.

Он поднимает взгляд, в котором океан искренности и боли.

- Он лжет, - шепчет Иван, неестественно сжимая кисти в кулаки.

- Кто? - ошарашено всматриваюсь в его морщинистое бледное лицо.

- Дарк, - Иван резко озирается. - Он здесь?

- Дарк, что?

- Оля, он здесь? - Иван хватает меня за плечи, но мне интересно другое.

- Вы сказали, что он лжет?

- Да, так и есть. Мне пришло озарение. Нам надо спешить!

Иван начинает меняться на глазах. Из напуганного дитя, он превращается в воина, который готов вести за собой.

- Идем, надо разрушить врата!

- Что вы говорите?! Почему он лжет?!

- Оля, он не любит тебя. Это все игра демона проклятого! Дарк сбежал давно и бросил тебя, в надежде, что сегодня смерть разлучит вас.

- Нет! - пронзительный крик вырывается из меня.

Тело, душа и разум кричат хором, что это не правда!

- Оля, он ушел. Если не разрушим врата, то проиграем! Соломон не вернется, Оля! - Иван дергает меня за руки и тянет к озеру.

Я не понимаю, что происходит. Из башни раздается вой. Адские псы…

- Замолчи! - ору, прожигая мужчину взглядом.

Резким взмахом руки, я вырываюсь из его цепких пальцев.

- Оля, надо спешить!

- Нет! Откуда ты это знаешь?!

- Озарение!

- Какое к черту озарение?!

- Я знаю, что он в сговоре с Зилием!

- Нет, - отрешенно отхожу от Ивана, но он настойчиво шагает босыми ногами за мной.

В его взгляде странный огонек. Мужчина смотрит не моргая, широко раскрытыми глазами. Иван тянет ко мне руку и шепчет:

- Пойдем.

«Не открывай врат, ни при каких обстоятельствах!» - эхом звучит в голове голос дедушки.

Когда его сухие пальцы почти касаются моего плеча, я сгибаю локоть, выставляя перед ним защиту, браслет-щиток. В эту же секунду он касается его, и раздается шипение. В воздух врывается тошнотворный запах жженой плоти. Защита сработала!

Одним махом я отпрыгиваю от Ивана, выставив меч. Сердце бьется как сумасшедшее. Я понимаю, что передо мной не Иван, а…

- Ольга! - знакомый рев сотрясает весь остров.

Лицо Ивана меняется, приобретая далекие черты морды демона.

- Покинь его тело! - на глаза наворачиваются слезы. - Как ты смог?!

- Эти был верный выбор, - его смех леденит кровь, но она кипит от злости. - Ты не сможешь убить своего верного помощника.

Его слова правда. Горькая уродливая правда. Я не смогу… а вот он?

Делаю шаг назад. Из башни доносится победный лай адских псов. Вскоре они окажутся на улице.

- Ты не мог завладеть его телом без согласия! Что ты сделал, Зилий?!

- Я не играю по правилам, девчонка! - он делает шаг вслед за мной, а в руках его появляется нож. - Даю тебе последний шанс. Выбирай: станешь моей или умрешь!

- Я не играю по твоим правилам!

Выкрикивая, я достаю нож из-под ремня и бросаю его к ногам демона в обличии Ивана. Нож втыкается в землю.

Перед глазами бегут строки заклинания из книги, губы шепчут так быстро, словно на ускоренной перемотке. Зилий поднимает ногу, что бы сделать шаг и замирает.

- Ты сделала свой выбор! - яростно кричит он, застывший во времени.

Адские псы вырываются из разрушенных ворот гаража.

- Как? - смотрю ему в глаза, не обращая внимания на тварей, бегущих позади него.

Зилий разражается смехом, сотрясая воздух.

- Иванна моя должница. Скажи спасибо её матери!

И снова смех, вызывающий лишь одно желание - убить.

Бросаюсь к дому, что есть сил. Дверь открыта, и, как только я попадаю внутрь, она захлопывается. Все замки дружно щелкают. Дом, в стены которой заточена душа матери Ивана, помогает.

- Держи! - гневно кричу на дом после слов демона, и быстро поднимаюсь по лестнице.

Дом вибрирует словно виноватый, а окна и двери позади исчезают один за другим, оставляя лишь голые стены. Каждая дверь закрывается за мной, пока я не вхожу в комнату. Возможно, это последнее, что я увижу.

Прислонившись спиной к двери, я медленно сползаю на пол, опираясь на меч как на трость. Руки гудят, вены вздулись и напряжены. Зилий врал про Дарка, я это чувствую.

Вдруг, словно в так моим мыслям, с улицы раздается крик голосом Ивана.

- Он не придет, Ольга! Мой сын верен мне и сейчас далеко отсюда! Не жди, помощи не будет. Но я буду милосерден и дам последнюю попытку выбрать: со мной или в небытие?!

Заклинание удержания скоро рухнет. Псы разорвут двери в щепки, и они хлынут в эту милую комнату. Дарка нет… дедушки нет.

Взгляд падает на нож, что торчит из-под ремня на боку.

- Если умирать, то не от руки демона, а в бою.

С воплем отчаяния, я откидываю меч и нож в сторону, оставив себе только руки в браслетах. Иван должен жить…

Глава 26.

Дверь распахивается в темный коридор без окон. Сейчас дом похож на тот, что по ту сторону границы миров. Я чувствую, как сила сосредотачивается в моих руках. Неоновое свечение браслетов озаряет коридор. Я ступаю к лестнице, полная решимости и силы, что исходит изнутри. Словно родовые духи, что стоят за мной, восстали белыми крыльями за спиной.

Медленно, под шум ломающихся досок дверей, я спускаюсь на первый этаж. Пустой холл, никакой мебели. Лишь дверь, которой осталось не долго.

Треск, скрежет изогнутых гвоздей и рев адских псов врываются в дом, но я готова.

В руках святящиеся шары. В глазах демоническая ясность - мы на одном уровне. Только черные морды появляются в дыре, я запускаю первый шар. Дверь разлетается в щепки, отбрасывая псов прочь с крыльца.

Я вижу, что Иван еще стоит у ножа, но начинает шевелиться. Псы быстро приходят в себя. Это мой шанс добраться до башни и найти заклинание изгнания из тела!

- Меч! - ору в потолок, и передо мной в ту же секунду появляется меч, словно просачиваясь между половых досок.

Меч ложится в ладонь и свечение браслетов передается ему. Взгляд направлен вперед, там, где гараж.

Вырываюсь из дома в облако черного дыма адских псов. Меч рубит, нож колит. Они обжигаются о доспехи, но ранят за ноги и тело. С криками я прорываюсь вперед, все надеясь добраться до башни.

Последний взмах, визг пса и дорога свободна.

- Не пройдешь, - шипение над ухом и жесткий захват за горло.

Зилий сковывает мне тело, сжимая нечеловеческой силой словно в тисках. Его горячее дыхание плавит волосы.

- Нет! - крик безысходности вырывается из груди, любые попытки вырваться бесполезны.

- Да, ты подчинишься.

Он толкает меня к озеру, а я лишь бессильно пытаюсь вырваться, дергая ногами в воздухе.

- Нет! Дарк!!!

- Он не придет.

- Дарк!!!

Зилий заливается смехом, я слезами. Берег уже близко.

- Дарк! - кричу охрипшим голосом из последних сил.

Внезапный порыв ветра в спину заставляет демона остановиться.

- Давно не виделись, Зилий! - голос смутно знаком.

- Соломон? - демон шипит мне в затылок и закрывает рот рукой, усиливая хватку.

Он медленно разворачивается, практически отрывая мои ноги от земли. Сердце неистово начинает биться при виде Дарка, который стоит с расправленными крыльями и яростно смотрит на нас. Рядом с ним стоит дедушка, он выглядит намного моложе и сильнее, чем я видела его в последний раз.

- Как ты посмел, сын?! - Зилий ревет так, что земля под ногами начинает трястись.

- Как ты посмел тронуть мою жену? - цедит Дарк, так что кровь стынет в жилах.

- Ты не выполнил то, что должен был! Все приходится делать самому!

- Тебе пора смериться, отец! - Дарк взмывает в воздух, но я смотрю на дедушку.

Пальцы Соломона словно что-то плетут из воздуха. Его губы едва заметно шевелятся. Он читает заклятье!

- Я больше не твой! - Дарк приближается, гневая отца все больше. - Ты мне не отец и власть крови больше не управляет мной!

- Нет! Ты мой!

- Больше нет!

Воздуха так мало, в стальных тисках демонических рук. Веки становятся тяжелыми, мысли путаются. Внезапно дедушка громко хлопает в ладоши, выкрикивая последнее слово. И я падаю на землю вместе с телом Ивана.

- Оля! - Дарк камнем бросается вниз ко мне.

Заботливые сильные руки бережно обнимают меня, вытаскивая из-под Ивана, который бьется в конвульсиях на земле. Соломон опрометью бежит к нему и хватает голову старика. Взгляд дедушки направлен прямо в глаза Ивана. Он кричит нам, не оборачиваясь:

- Унеси её отсюда!

Дарк взмывает в воздух со мной на руках, и в следующую секунду мы летим в свете красной луны на другой край острова.

Я цепляюсь за шею любимого с болью на сердце. Там истошно кричит Иван, перемежаясь с Зилием. Дедушка изгоняет его, я слышу его монотонное настойчивое чтение.

Под ивой, где мы впервые поцеловались, тихо и спокойно. Дарк опускает меня на землю, но не выпускает из рук.

- Оля! - крепкие любящие руки обхватывают меня, прижимая.

- Ты здесь… - шепчу в его грудь, прижимаясь всем телом, словно не веря, что это правда.

- Здесь и никуда больше не уйду.

Мы медленно оседаем под покровом ветвей. Ноги не держат, сил больше нет, но бой еще идет.

- Дарк, - шепчу, вглядываясь в его черные сейчас глаза, как и у меня. - Я не поверила ему. Я знаю, что в меня любишь.

- Люблю… - глаза Дарка принимают привычный вид, источая любовь.

- Знай, - решительно поднимаю голову, - я люблю тебя тоже.

Дарк облегчено выдыхает, словно ждал этих слов как солнца после долгой ночи, и наши губы находят друг друга в тот же миг.

Когда я открываю глаза, то белые блики от света луны освещают красивое лицо Дарка.

- Луна больше не красная, - поднимаю взгляд в небо, но не Дарк.

Он продолжает смотреть на меня.

- Ты прекрасна, - невесомое прикосновение к лицу, вызывающее трепет. - Но это не конец.

Дарк отпускает меня, поднимаясь.

- Что это значит? - хватаю его руку.

- Соломон разделил их, но я все еще чувствую Зилия. Ты останешься здесь.

- Нет! - вскакиваю на ватных ногах. - Много раз нет! Я пойду с тобой! Ты только что пообещал!

Дарк молча смотрит на меня несколько секунд, но потом протягивает руку.

- Как скажешь, любовь моя.

Мы снова взлетаем в воздух, лавируя между стволов сосен под шум крыльев, разрезающих воздух. Вскоре появляется дом, я слышу звуки драки и сдавленные голоса. Они оба обессилены.

- Скорее! - взволнованно высматриваю, что за домом.

Как только мы появляемся из-за угла, то единственное, что мы успеваем увидеть - это два тела, уходящие под воду в брызгах и борьбе.

- Дедушка! - протягиваю руку с криком.

На пологом берегу острова, где полуразрушенный гараж и дом молча стоят и ждут вместе с нами, я не свожу уставших глаз с воды. Иван, держась за больную голову в порванной пижаме, сидит на уцелевшей скамейке. Моя голова покоится на коленях Дарка. Он неустанно гладит мои волосы, выдавая свое волнение. Вот-вот наступит рассвет, который решит судьбу одного из них.

- Что если Зилий победит?

- Верь в обратное. Соломон очень сильный.

- Он убьет его?

- Надеюсь.

Первые лучики солнца, яркий диск которого еще не виден, проносятся блеском по водной глади. Веки все тяжелеют, но я уперто жду.

- Как только встанет солнце… - грустно начинает Дарк, но всплеск воды заставляет нас вскочить на ноги.

- Дедушка!

Мы бросаемся в воду к изможденному Соломону, выходящему из воды.

- Ты справился! - Дарк легко поднимает его на руки и несет к берегу.

Дедушка держит меня за руку и улыбается.

Как только мы оказываемся на берегу, я сбиваю его с ног, повисая на шее родного дедушки.

- Тише - тише! - смеется он, крепко обнимая.

Тут же появляется Иван. Он падает на колени со слезами на глазах и обхватывает всех нас разом. Рядом Дарк, он укрывает всю семью крыльями. Вот теперь мне спокойно, а на душе распускаются цветы и поют соловьи. Мой дом, моя семья, наша победа.

Эпилог. Год спустя.

На острове готовится праздник - второй день рождения дедушки, который пропал в лесу на три месяца и выжил. Во всяком случае именно эту версию «чуда» знают деревенские жители.

На берегу возле дома, который стал еще красивее, стоят три стола под одной белой скатертью. Вазы с пышными цветами атакуют пчелки, которые раньше не залетали на остров совсем. Птицы поют наперебой, прыгая с ветки на ветку. Жизнь вернулась на остров.

Иванна хлопочет у стола вместе с Дарком, которого она украла у меня на сутки в качестве помощника шеф-повара.

- Вы как? - пробегая мимо Ивана, сидящего с тростью на скамейке, немного притормаживаю.

- Я-то хорошо, отдохну пять минут и пойду помогать. А вот ты не прыгай как козочка!

Иван грозно размахивает тростью. Теперь он не обходится без нее. После того, как Зилий вселился в него, Иван никак не может оправится. Иванна отпаивает его травами, но все тщетно. Словно демон забрал с собой частичку, без которой нельзя существовать полноценно.

- Иван, ты чего бубнишь? - дедушка следом выходит из дома. - Иди за стол. Хватит с тебя помощи.

- Гости! - Иван быстрее всех реагирует на звук.

А звук достаточно узнаваем. Жорик катит на своем тракторе вместе с супругой. Он долго дулся на меня, пока не встретил ту самую. Сейчас он первый, кто пересекает границу острова не боясь. Наоборот, он выпячивает грудь колесом, гордо называя нас друзьями.

- Так нужно встречать! - дедушка ускоряется, но Иван быстрее.

- Я первый! - хохочет он, ковыляя в сторону перешейка.

- Вот живчик! - смеется дедушка, становясь рядом со мной. - А ты, Оля, и правда не прыгай.

- Что такое? - Дарк подходит к нам незаметно.

Такой красавчик в белой футболке и шортах. Прямо городской ловец женских сердец, а не демон крылатый. Он бесцеремонно забирает у меня из рук стопку тарелок и целует в лоб.

- Вот правильно, нужно притормозить, - дедушка одобрительно кивает Дарку.

- Вы издеваетесь? - вспыхиваю словно спичка, что сейчас часто случается. - Может мне вообще лечь и лежать сутками?!

- Не волнуйся, Оля, - Дарк подмигивает, подталкивая к столу. - Мы с тобой потом шары побросаем в воду.

- Да?!

- Какие шары?! - топает ногой дедушка, а Дарк заливается смехом.

- Под моим контролем, Соломон! Я своих детей и маму ни за что опасности не подвергну.

- В этом не сомневаюсь.

- Стоп, - хватаю мужа за руку. - С чего это вдруг… детей?

Дедушка уходит под шумок, замечая, как я недобро упираю руки в бока.

- В смысле? - Дарк делает глупое выражение лица, но меня не проведешь.

- В том, что ты слово ребенок употребил во множественном числе.

Дарк расплывается в широкой улыбке и начинает сиять как лампочка.

- Ну, прости! - вдруг обхватывает меня, нежно окутывая теплом. - Мы не сдержались.

- С кем? Что это значит?!

- Иванна посмотрела, кто растет в твоем животике.

- Нет! Не говори! - закрываю его рот рукой. - Как ты мог? Мы же договорились оставить тайну!

- Прости, - его виноватые глазки и мое любопытство перевешивают.

- Рассказывай, - обиженно надуваю губки, но напряженно слушаю.

Гости начинают прибывать, и у каждого в руках гостинец на стол. Дедушка включает музыку, Иванна рассаживает гостей за столы, а я жду.

- Уверена?

- Да.

Дарк мнется, нервируя меня. Только я хмуро сдвигаю брови, как он выпаливает:

- Двойня!

Он выкрикивает это так громко, что на берегу наступает тишина.

- Что?! - Голова начинает кружиться.

Дарк осторожно ставит тарелки на скамейку, подхватывая меня.

- У нас будет двойня, - он нежно, подушечками пальцев, проводит от виска по линии скул, смахивая прядь волос. - Девочка и мальчик.

- Ура! - Жорик радостно вскрикивает, а остальные подхватывают.

Прикладываю руку к еще едва заметному животу. Девочка… и мальчик.

- Вот это подарок мне! - дедушка, притаившийся сзади, смахивает слезу. - Такая новость.

Дарк обволакивает меня своей любовью, заключая в объятия. В этот момент тихой радости, в руку тихо стучатся новые жители этого мира.

- Привет, - улыбаясь опускаю взгляд на живот.

Конец.