Дельта. Вернувшийся из будущего

Глава 1. Перерождение

— Тебе нравится вид? — меланхолично спросил я.

Мне привычно никто не ответил. Лишь пикнул аппарат жизнеобеспечения.

— У меня больше нет времени, — я посмотрел на металлическую поверхность лабораторного шкафчика, в которой слегка искажённо отражалось моё лицо.

Волосы полуседые, несмотря на мои тридцать восемь лет. Лицо усталое, испещрённое морщинами.

Я перевёл взгляд на экран, разделённый на десятки квадратов. Некоторые ячейки уже погасли, а в некоторых транслировались страшные картины.

Последние часы человечества – разрушение городов, смерть, хаос. Одним словом – апокалипсис.

— Мне пора, — я повернулся к больничной койке. На ней лежала моя Адель. Худая, бледная, но как никогда прекрасная. Я протянул руку, но не смог коснуться её лица. Пальцы натолкнулись на стеклянную защиту лечебной капсулы.

В груди заныло. Дышать стало трудно. Давно я не испытывал таких сильных эмоций.

Внимание! Опасность! Вероятность смерти в ближайшие 5 минут – 99,9%.

Пол задрожал, я покачнулся. Проигнорировав ярко горящую надпись, я поковылял к рабочему столу, опираясь на чёрную трость.

На столе лежала раскрытая шкатулка. Я аккуратно вытащил из неё обломок хрусталя, внутри которого переливались разноцветные вихри. Хаос, заключённый в первозданном виде. Кусочек Большого Взрыва, рождения нашей Вселенной. Я прикрыл глаза, чтобы не смотреть внутрь хрусталя. Слишком завораживает.

— Единственный шанс, — пробормотал я, сглотнув.

Пол начал трястись ещё сильнее. Я медленно подошёл к небольшому металлическому стеллажу. На нём лежало необычное устройство – квадратная кристаллическая доска, светящаяся изнутри жёлтым цветом.

— Единственный шанс, — повторил я.

Посмотрел в последний раз на Адель. Аппарат жизнеобеспечения продолжал пищать. Свет в лаборатории замигал, снаружи раздались крики, кто-то начал долбить в дверь.

Усилием воли я заставил себя поднять руку и ударил хрусталём о кристаллическую поверхность доски. Будь что будет.

***

2170 год. Планета Земля, Азиатское Содружество, город Пекин.

— Ха-а-а! — я резко сел в кровати. Весь мокрый, дыхание тяжёлое, как у загнанной лошади. Пот стекает ручьём, голова раскалывается.

Первое время в голове сумбур. Не понимаю, что происходит. Кто я, где я? Шарю глазами по комнате и натыкаюсь на зеркало. Меня будто током ударило. Я всё вспомнил.

— Адель… У меня получилось… — глаза защипало, в уголках скопились слёзы.

Я рукавом вытер лицо, глубоко задышал. Никогда не ощущал подобной смеси эмоций – облегчения, затаённого страха, надежды, неверия. Я встал с кровати и подошёл к зеркалу. Худой черноволосый парень лет шестнадцати. С серыми слегка раскосыми глазами и прямым носом.

— Получилось… — я окинул комнату взглядом, обнаружил смартфон на прикроватной тумбе и подскочил к нему. Трясущимися руками открыл календарь.

Две тысячи сто семидесятый год, двадцать первое апреля.

— Получилось… — я до сих пор не могу поверить, что моя задумка удалась. Время повернулось вспять! На двадцать два года!

Тук. Тук. Тук.

В дверь постучали. Раздался холодный голос:

— Вставай.

Я замер. Дыхание перехватило. Мейли.

Снова раздался стук. Три жёстких удара.

Я на деревянных ногах подошёл к двери и дрожащей рукой открыл её.

— Мейли…

Передо мной стояла невысокая девочка пятнадцати лет с типичной азиатской внешностью – чёрные глаза, такого же цвета прямые волосы до талии. Точёная хрупкая фигурка, которую облегает лёгкое чёрное платье. Разве что лоб очень широкий – Мейли его закрывает чёлкой. И при разговоре видно, что первые два зуба большеваты. Но это не портит её внешность, даже наоборот.

— Иди завтракать, — Мейли смерила меня ледяным взглядом и ушла. Я так и застыл в дверях.

Мейли, моя сестра по отцовской линии. В прошлой жизни я её ненавидел всей душой. И даже бровью не повёл, когда она погибла. Но Мейли… Она никогда не желала мне зла. Это я понял позже, когда нашёл её дневник.

Я прикрыл глаза и несколько секунд приходил в себя. Только сейчас заметил, что думаю очень медленно. Нет – ОЧЕНЬ медленно. Как будто мои мысли завязли в болоте.

Я потёр правое запястье. Кожа чистая, на ней пока нет татуировки. Я обычный человек, не Эвольвер. И у меня нет моих способностей из прошлой жизни, мой мозг совсем не развит.

Умер жестокий стратег, которого в народе прозвали Бессердечным Доктором. Умер тот, кто стирал целые роды. Кто мог влиять на страны. Сейчас я – обычный шестнадцатилетний парень, не более.

Собравшись, я постарался вспомнить себя прошлого. Каким я был в шестнадцать лет? Слабым, подавляемый всеми вокруг – сильной мамой, строгим отцом, холодной сестрой, жестокой мачехой.

Я чуть сгорбился, опустил голову и зашагал вниз, в обеденный зал, продолжая вспоминать прошлую жизнь. Моего отца зовут Ксин Ли. Он работает дипломатом Азиатского Содружества, отстаивает права своей страны на политической арене. Отец из побочной ветви Ли, одного из самых могущественных родов Азиатского Содружества. Всего таких пятьдесят один, и их знают в мире как Азиатских Драконов.

Моя мать – Роза Вавилонская, княжна из Руси, ставшая вдовой на следующий день после свадьбы. Сейчас она единолично владеет Новгородским Княжеством, которое ей досталось от покойного мужа. Отец матери, мой дед, – Борис Уральский. Князь Уральского Княжества. Этот старик стал моей опорой в прошлой жизни. Потерявший всех сыновей, а впоследствии и дочь – мою мать, он всеми силами оберегал меня. До самой смерти.

Настроение у меня испортилось. В прошлой жизни я не ценил родных. В свои шестнадцать я стыдился своего происхождения. Незаконнорождённый полукровка. Только с возрастом пришло осознание, насколько сильными людьми были мои мать и отец. Когда я родился, разразился грандиозный скандал. Оба мои родителя были опозорены в СМИ, конкуренты всеми силами пытались уничтожить их карьеры.

Но Ксин Ли и Роза Вавилонская нисколько не пострадали. Даже наоборот – получили пользу. Связь между Русью и Азиатским Содружеством укрепилась. Правда, как оказалось позже, такая связь не имела абсолютно никакой ценности…

Я спустился в обеденный зал, где уже собралась вся моя семья. Раньше сестра любила так меня подставлять – звала только перед самым завтраком, чтобы я опоздал и рассердил отца. И не позволяла слугам будить меня. Я слабо улыбнулся, вспомнив те дни.

Я мельком посмотрел на отца, не встречаясь с ним взглядом. Такой проницательный человек, как Ксин Ли, обязательно заметит перемены в сыне, если дать ему хотя бы намёк. Отец сидел во главе овального стола – одетый в чёрное, могучий, строгий.

— Ты опоздал, — раздался холодный женский голос.

Я поднял голову и поймал взгляд Мейфен, жены отца. Моей мачехи и матери Мейли. Как всегда, откровенно одетая – в бежевом платье с глубоким вырезом, в котором видны края лифчика. Ноги обнажены, на стопах туфли с низкими каблуками. У неё, как и у Мейли, большой лоб. Глаза всегда прищуренные – как у змеи. Мейфен на вид лет двадцать – прекрасная внешне азиатская женщина. Но только внешне. Внутри она та ещё тварь. Предатель. Если будущее не изменить, через пять лет, во время Индо-Азиатского Конфликта, Мейфен предаст своего мужа и весь род Ли. Как результат – смерть Ксина Ли, а позже – Розы Вавилонской и Мейли. В прошлой жизни мои родители и единственная сестра погибли из-за этой змеи.

— Прошу прощения, — пробормотал я, опустив голову.

Мейли презрительно фыркнула. Она сидела напротив матери, по левую руку от отца. Всего в семье Ксина Ли четыре человека: он сам, Мейфен, Мейли и я – Владислав Ли-Вавилонский. Человек с двойной фамилией и двойным гражданством. Потомок Ли, Азиатского Дракона, и Уральских, одного из самых богатых родов всей Солнечной Системы.

Но в прошлой жизни я никогда не ценил своё происхождение. В этой всё будет иначе.

Усевшись рядом с сестрой, я взял палочки и приступил к еде. Маслянистое, пикантное, чуть острое гунбао таяло на языке. От кусочков курицы, обжаренных с арахисом и жгучим перцем, исходил непередаваемый аромат.

Последние лет пять своей прошлой жизни я совершенно не следил за питанием и ел что вздумается. Даже забыл, как вкусна бывает еда.

Почувствовал взгляд сестры. Она с явным презрением смотрела, как я ем. Подцепив палочкой кусочек курицы, я протянул его Мейли. Та передёрнула плечами, отложила палочки и вышла из-за стола.

— Мерзко, — услышал я её тихий голос. И она ушла.

Отец тоже покинул обеденный зал. Он не обращал внимания на нас. Сейчас у него в голове более важные дела. Его собираются отправить в Европейский Союз, и он целыми днями готовится к предстоящей миссии.

За столом остались я и Мейфен.

— Не забудь убрать туалеты, — приказала мачеха, вытирая руки салфеткой.

Я ностальгически улыбнулся. Мейфен меня ненавидела. Всей душой. Она считала меня главным виновником всех бед. Даже то, что не может никого родить после Мейли, скидывает на меня. Отец не любит её, и, опять же, Мейфен винит в этом меня. В прошлой жизни она меня открыто кошмарила. Несмотря на наличие слуг, все туалеты в доме заставляли чистить меня. А если я отказывался – Мейфен отдавала меня повару и тот всячески издевался надо мной. Несильно, чтобы не осталось следов. Но, например, связать меня и бросить к собакам, которых я жутко боялся, – запросто. Собаки не кусали, но от ужаса меня бросало в дрожь и рвало.

— Сама мой туалеты, — я отложил палочки и мягко улыбнулся Мейфен.

— Что?.. — у мачехи скривилось лицо от изумления. Но она быстро опомнилась и несколько раз хлопнула в ладони.

Столовая в доме Ксина Ли была огромной – совмещённой с комнатой для слуг и кухней. И после хлопка Мейфен дверь в кухню сразу же бесшумно отворилась. Кто-то грузно прошагал, и к нам вышел повар. Двухметровый жирный азиат с маленькими глазками и седыми патлами. Он подошёл и поклонился в пояс, жадно пожирая взглядом обнажённые ноги Мейфен.

— Госпожа, — от его мерзкого голоса я скривился.

— Малыш не хочет слушаться, — Мейфен небрежно махнула рукой.

Повар разогнулся и широко улыбнулся мне.

— Молодой господин желает посмотреть мою кухню. В раковине как раз вода набралась с отходами. Пойдёмте, покажу.

Вода?.. Это вторая любимая пытка повара – засунуть голову молодого господина в полную раковину и весело наблюдать, как тот барахтается и пускает пузыри.

Повар протянул руку к моему вороту. Я неспешно взял тарелочку с острым соусом, который так любит Мейли, и плеснул повару в лицо. Тот явно не ожидал подобного, поэтому не успел среагировать.

— Арх-х-х… — он отступил, яростно протирая глаза. Запнулся, чуть не упал.

Я встал и плавным движением воткнул палочку ему в пах.

Повар завизжал на высокой ноте, сдвинул колени и рухнул. Я прокрутил в руке вторую палочку и вогнал её в правый глаз повара. Но я не хотел его убивать. Поэтому повредил только глазное яблоко.

Повар начал захлёбываться, его повело. Раздался шлепок – щека повара ударилась о пол, его жирная морда пошла волнами. Рот раскрыт, из правой глазницы торчит палочка для еды. Под тушей расплылась зловонная лужа.

Я взял со стола чайник с чаем и подошёл к Мейфен. Мачеха сидела, как деревянная кукла, с выпученными глазами и открытым ртом.

— Сегодня этого мусора не должно здесь быть, — я кивнул на повара и поднял чайник над головой Мейфен. Мачеха дёрнулась, но я крепко схватил её свободной рукой за шею. И начал лить горячий чай ей на голову.

— Сегодня поговорю с дедушкой. Как думаешь, рассказать ему про твои выходки? Что тогда станет с бизнесом отца? А после – с тобой?

Мейфен замерла. Её трясло. Волосы мокрыми водорослями расползлись по лицу, на висках кожа покраснела. В воздухе разлился неприятный запах – смесь еды, чая, крови, мочи повара и дорогих духов. Неописуемое амбре.

— К-кто ты… — стуча зубами, пробормотала Мейфен.

— Веди себя хорошо, — я отложил чайник и похлопал её по щеке. — Иначе не только дед, но и мать всё узнает. Не забывай, кто я по рождению.

Мейфен ничего не ответила. Я же вытер руки салфетками и направился на выход. Если дед узнает, насколько ужасно со мной здесь обращались, он разорвёт все контракты с родом Ли. А это может стоить отцу карьеры, и Мейфен прекрасно об этом знает. Не говоря уже о том, что Роза Вавилонская обладает не меньшей властью, чем Борис Уральский. Новгородское Княжество славится своими самолётами и истребителями. Качество его летательных кораблей – одно из лучших в Солнечной Системе.

На выходе из столовой я встретил Мейли. Она внимательно посмотрела мне в глаза. Похоже, она всё видела.

Я улыбнулся ей и прошёл мимо. Как бы я ни старался остаться вне подозрений, но и терпеть неуважение не стану. Мейфен будет молчать, а Мейли вряд ли пожалуется отцу – у них для этого недостаточно хорошие отношения.

В своей комнате я улёгся на кровать и прикрыл глаза. Необходимо продумать дальнейшие действия. В своей первой жизни я ухватился за возвращение в прошлое, потому что хотел вернуть Адель. Но если всё оставить как есть, через двадцать два года Солнечная Система встретится со своим концом. И мы с Адель всё равно умрём.

Поэтому надо действовать умнее. Жаль, что мои мысли настолько медленные. В прошлой жизни я был Эвольвером и развивал свой мозг. Позже у меня даже появился свой мысленный ассистент – он мог вместо меня анализировать гигантские объёмы данных. Но в этой жизни я не пойду по этому пути. Быть стратегом – неплохо. Но это не спасёт меня во время апокалипсиса…

Я сел и вытащил из кармана смартфон. Сперва позвоню деду.

Но это оказалось не так просто сделать. В каждой стране свои основные мессенджеры, которые не пересекаются между собой. В Азиатском Содружестве – РеЧат, на Руси – Канонъ, в Европейском Союзе – Фэйсбокс. Это не значит, что связь между странами отсутствует, – совсем нет. Но эту связь обеспечивают СМИ каждой страны, трактуя любое мировое событие по-своему. Девяносто девять процентов граждан могут только верить тому, что говорят с экранов их телевизоров. И так – в каждой стране.

Для регистрации в любом мессенджере требуется паспорт. У меня есть гражданство Руси, но я не собираюсь его использовать. Нужна анонимная связь. Борис Уральский – известная личность, за ним следят. Причём не только свои.

В прошлой жизни я, работая аналитиком в армии Руси, очень подробно изучил все существующие мессенджеры. Поэтому, хоть у меня сейчас не так развит головной мозг и нет ассистента, я смог обойти защиту Канона и зарегистрироваться анонимно.

А вот создать виртуальный канал связи, который невозможно отследить, оказалось сложнее. Я многое забыл, и мне пришлось до самого вечера ковыряться в сети.

Наконец – я позвонил.

На экране появилась иконка коричневой книги, на которой значилось название: Канонъ.

Пошли гудки. Я прислушался. Вроде за дверью никого нет. Да и кому вообще интересен шестнадцатилетний я? Разве что Мейли попытается что-то вынюхать.

Дед не брал долго. Только через минут пять иконка книги сменилась на его хмурое лицо.

— Это ещё кто?! Что за шутки?!

Я невольно расплылся в улыбке. Чуть полноватое усатое лицо деда вызвало во мне невероятную теплоту и нежность. В глазах защипало.

— Владислав? — раздался удивлённый возглас. — Ты, что ли? Чего звонишь?!

— Привет, — я глубоко вдохнул и взял себя в руки. — Есть разговор.

— Случилось что-то? — лицо деда стало встревоженным. — Тебя обижают китаёзы поганые?! Да я этим бомжам… Давай я ребят пошлю, они взорвут там всё и тебя обратно заберут, домой.

— Нет, всё хорошо. Я звоню по другому делу.

Мой дед никогда не отличался вежливостью. И всегда в лицо говорил всё, что думает.

— Слушаю тебя, — дед стал серьёзнее.

Я на пару секунд задумался. А потом начал:

— Узнал кое-что. Отца подслушал.

— И что? — дед нахмурился.

— В смерти твоих сыновей виноваты не другие Князья. Это всё дело Азиатского Содружества и Европейского Союза. Муж мамы, Олег Вавилонский, тоже из-за них погиб.

Наступила тишина. Не знаю, правильно ли я сделал, вывалив такое на деда. План “Олимп” в прошлой жизни был обнародован Индией через десять лет относительно сегодняшней даты. И последствия огласки были страшными. Азиатское Содружество, ослабленное Индо-Азиатским Конфликтом, перестало существовать как единое государство. С Европой, которая в то время уже откололась от Америки, произошло то же самое.

— Ты говоришь серьёзные вещи, — наконец, произнёс дед.

— Да. Может, я что-то перепутал. Только прошу, никому про это не говори, ладно?

Дед медленно кивнул. Глаза его задумчиво блестели.

— И ещё кое-что. Начни скупать гелий-три в жидкой форме. Скупай сколько сможешь, чем больше – тем лучше. Но так, чтобы не вызывать подозрения.

— Владислав, — дед нахмурился. — Что происходит?

— Ты мне веришь?

Лицо Бориса ожесточилось. Он прикрыл глаза и кивнул.

— Кому мне ещё верить? Только ты и твоя мать остались…

— Тогда скупай гелий-три. Скоро, дней через пять, его цена взлетит в десятки раз. И можешь маме тоже намекнуть, но не упоминай меня.

— Ты изменился. Речь, поведение, взгляд – ты не тот Владислав, которого я помню.

Я замешкался. А затем решился. Если не откроюсь деду – то кому?

— Я тебе всё расскажу через неделю. Кое-что произошло, но пока мне нельзя ничего говорить.

Дед сейчас не поверит. А вот через неделю – там и не в такое начнёшь верить.

Борис Уральский несколько минут молчал, иногда задумчиво трогая свои усы.

— Тебе скинуть денег? Чтобы не бомжевал, — через пару минут спросил он.

— Да, могут пригодиться, — кивнул я, испытав облегчение. Обожаю деда.

— Тогда поговорим через неделю. Гелий-три, говоришь… — дед почесал лоб и отключился. Не прощаясь. Как всегда.

Я поскрёб щёку. Вроде неплохо поговорили. Теперь – мама. Но с ней лучше связаться по-другому. Я уткнулся в гаджет и через полчаса нашёл в сети неплохое приложение, которое исказит мой голос, скроет лицо под маской и изменит фон. Теперь – можно звонить.

Роза Вавилонская взяла трубку сразу. Но видео не включила.

— Кто? — раздался её строгий голос.

— Неважно, — холодно ответил я. — На царевича Валентина готовится нападение. Послезавтра, когда он будет обедать в “Жемчужине”, на него нападут.

— Кто ты? — голос матери стал напряжённее.

— Я же сказал – неважно. Если хочешь преумножить свой капитал – скупай жидкий гелий-три. Через пять дней его цена взлетит в десятки раз.

Я отключился. Мама обязательно попытается предотвратить смерть царевича, даже если не поверит. А когда мои слова подтвердятся – начнёт скупать гелий-три.

В прошлой жизни свойства гелия-три стали известны лишь через пять лет – в две тысячи сто семьдесят пятом году. Первой ценность жидкого гелия-три обнаружила Индия и, конечно, тайно использовала его. Впоследствии это привело к Индо-Азиатскому Конфликту, который продлился пять лет. В этой жизни я гораздо раньше распространю информацию о гелии-три и предотвращу бессмысленную войну, на которой погибло столько родных мне людей…

Я набрал отца, используя всё то же скрывающее приложение.

Отец взял трубку спустя минуту, тоже не включая видеорежим.

— Кто? — сурово спросил он.

— Тебе нельзя лететь в Европейский Союз в ближайшую неделю. Отложи поездку. Ки Джоу собирается разорвать ваш контракт из-за болезни дочери. Твой управляющий, Фэнг Сяо, уже работает с ним.

Отец слушал, не перебивая. Я ему сообщал детали, о которых не узнал бы никто посторонний. Особенно об управляющем.

— Фэнг Сяо уже подготовил новый контракт, обратись в Пекинский Банк, сам убедишься. И ещё. Скупай гелий-три, через пять дней он подорожает в десятки раз.

Я отключился. Если мой план сработает и отец не полетит в Европейский Союз, наша связь не оборвётся, как это случилось в прошлой жизни. То, что я ему сказал, – чистая правда. Надеюсь, подобного рода сведений хватит, чтобы изменить решение отца.

Матери я тоже не соврал – азиаты и правда хотят грохнуть царевича Валентина в рамках плана “Олимп”. И если покушение не предотвратить – оно пройдёт успешно.

Я подошёл к окну, раздвинул занавески. В лицо ударил солнечный свет. Через пять дней, двадцать шестого апреля, наступит день Икс. Событие, которое произойдёт, в будущем назовут Затмением. Оно разделит историю Солнечной Системы на до и после.

Я получил уникальный шанс – переписать судьбу человечества. И я не собираюсь его упускать.

(Мейли)

Глава 2. Изначальный Мир

Поговорив с дедом, матерью и отцом, я попытался найти в сети Адель. Но у меня ничего не вышло – не смог достать контакт. На данный момент Адель Бельгийская – шестнадцатилетняя девушка, которая ухаживает за своим братом-инвалидом и страдает под гнётом родственников. Единственная подсказка – род Бельгийских. Влиятельная семья в Европейском Союзе. Однако, я нашёл контакты взрослых членов рода, но не младшего поколения.

В итоге я оставил бесполезные попытки. Дед прислал мне деньги, и я начал, по мере своих скромных возможностей, скупать жидкий гелий-три. На Земле его невозможно добыть – только получить через распад трития. Но это не касается Луны. Каждая из шести стран Солнечной Системы владеет территорией на Луне и Марсе. Хотя… Вроде у Африканской Конфедерации или нет территории на Марсе, или очень мало. Не помню.

Само название “Солнечная Система” не совсем корректное. Но несколько сотен лет назад власти всех стран единодушно сошлись на том, что рано или поздно все планеты Солнечной Системы будут колонизированы – поэтому можно заранее её так называть. Однако на Марсе всё и закончилось – у человечества не хватает ресурсов даже на колонизацию Венеры, не говоря уже о более далёких от Земли планетах.

Но вернусь к гелию-три. Из-за действий деда его стоимость подскочила уже на следующий день после нашего разговора. Рынок отреагировал мгновенно. Но пока никто из крупных игроков не обратил на это внимания.

Я сумел достать несколько контейнеров с гелием-три и спрятал их дома, под кроватью. Этого мне пока достаточно.

В сети я узнал, что Роза Вавилонская предотвратила нападение на царевича Валентина. Маму представили к награде, её влияние усилилось. Царевич выжил, а это может в корне изменить будущее, и мои знания окажутся бесполезными. Но я и так решил кардинально вмешаться в историю. Если этого не сделать – человечество снова погибнет.

Повара, кстати, я больше не видел. Мейфен продолжала ходить на завтрак, обед и ужин, делая вид, что между нами ничего не случилось. Отец же перестал посещать семейные трапезы – у него были дела поважнее.

Так продолжалось ещё три дня. Двадцать четвёртого апреля отец пришёл на ужин. И хмуро объявил:

— Я улетаю на Луну. Неизвестно на сколько.

Мейфен тревожно посмотрела на него.

— Что случилось?

— Неважно, — отрезал Ксин Ли и встал из-за стола, так и не притронувшись к еде.

Мейфен злобно на меня глянула и тоже вышла. Сестра последовала за ней. Я же остался за столом – задумчиво ел, размышляя над ситуацией. Почему отца отправили на Луну? Что произошло?

После ужина я позвонил деду. Выглядел он недовольным.

— Ты знаешь, что все друзья надо мной смеются? — дед грозно нахмурился. — Я купил два предприятия! Ты их стоимость хоть представляешь? Ты хочешь из меня бомжа сделать?! Если ты решил так надо мной пошутить…

Дед замолчал.

— Нет. Гелий-три и правда скоро взлетит в цене. И ты много заработаешь.

Дед очень любит деньги и вкусную еду. Его любое занятие – по вечерам брать пачку банкнот и пересчитывать их. В эти моменты он выглядит так счастливо, что совершенно не хочется его отвлекать. Поэтому, услышав о скорой прибыли, дед немного успокоился.

— Ты не знаешь, почему отца отправляют на Луну? — спросил я.

— Нет. Твоё обещание ещё в силе?

— Да. Через четыре дня я тебе всё расскажу. Можешь узнать, почему отец на Луну летит?

Дед хмуро посмотрел на меня и кивнул. Отключился.

Утром следующего дня, после завтрака, я снова позвонил деду.

— Твой отец разозлил старшую семью, — сходу начал дед. — Он отказался ехать в Европейский Союз. И его отправили на Луну, помогать семье Ли. Можно сказать, что его временно изгнали.

Я внутренне вздохнул. Просчитался. Причём сильно.

— Я поговорил с Ли Зихао. Сказал, что буду сотрудничать только через Ксина. Зихао, этот старый китайский бомж, обещал подумать.

Дед, как всегда, всех подряд бомжами называет. Это его любимое ругательство. Зихао Ли – глава рода Ли. Один из самых могущественных людей Азиатского Содружества. Род Ли известен тем, что изготавливает и продаёт оружие. И металлы, которые в обилии есть у моего деда – Бориса Уральского, очень нужны роду Ли. Поэтому ультиматум деда сработает. Но уже слишком поздно – завтра Затмение. После него вся связь между городами оборвётся, не говоря уже о связи между планетами…

— Ты слышал, что учёные говорят? Звёзды померкли. И Солнце как будто слабее светит.

— Деда, будь осторожнее. Продолжай скупать гелий-три, можешь не скрываться.

— Ты что-то знаешь? — дед нахмурился.

— Да. Скоро мир изменится…

— Говори прямо, Владислав, — глаза Бориса сверкнули сталью.

— Через три дня.

Я отключился. Завтра он сам всё узнает. Сейчас же он просто не поверит мне. Да я бы сам себе не поверил…

Остаток дня я ничего не делал. У меня нет суперспособностей, я обычный шестнадцатилетний подросток. Моего влияния не хватит, чтобы на что-то повлиять. Да и на что влиять-то?.. Я не знаю. Поэтому и жду Затмения.

Чем ближе подходил день икс, тем страшнее мне становилось. Нереальность происходящего до сих пор не покинула меня. Не верится, что я и правда вернулся в прошлое…

Угнетённый беспокойными мыслями, я уснул только под утро. А проснулся из-за того, что в дверь барабанили.

Я вскочил с кровати в одних трусах и спешно открыл дверь. Напротив стояла бледная Мейли.

— Там… Там… — она не могла нормально говорить.

Я сразу же начал одеваться. Похоже, началось.

— Там…

Я подхватил смартфон. Моё сердце замерло, когда я увидел ярко-красный текст. Да, верно. Началось.

Вас приветствует Кристалл! Солнечная Система, добро пожаловать в центр Вселенной. Каждый человек имеет шанс попасть в Изначальный Мир и изменить свою судьбу!

Всё так же, как в прошлой жизни. Солнечную Систему перенесло из Млечного Пути в совершенно другую галактику – Пирамиду. В центре неё находится невероятных размеров чёрная дыра, которая ведёт в тот самый Изначальный Мир.

На каждом электронном устройстве, будь то гаджет, экран или часы, появилось приветствие от Кристалла – непонятной системы, которая запросто обходит любую защиту человечества.

— Что делать? — Мейли с непониманием уставилась на меня.

Кстати, в прошлой жизни она не приходила ко мне. И неприязни в её глазах я не вижу. Неужели та сцена с мачехой так сильно изменила её отношение ко мне? Или дело в стрессовой ситуации? Скорее всего – и то, и другое.

— Пока ничего, — хмуро сказал я, дочитывая текст. — Ждём ответа от правительства.

— Сеть не работает. Не получается связаться с отцом…

Мейли слегка трясло. Её напугали глобальные изменения. Всех людей они напугали – Солнечная Система неведомым образом переместилась в другую точку Вселенной. Подобное даже звучит сказочно. И сразу после перемещения вся электроника вышла из строя. Каждое устройство, на котором появился текст Кристалла, бесповоротно испорчено. Но не всё так плохо. Солнечной Системе нужно время – вскоре сеть возобновит свою работу, как и всё, что вышло из строя из-за Затмения. Я не в курсе деталей этого сбоя – никогда не интересовался. Но знаю, что со временем люди всё исправят.

— Ждём реакцию правительства, — спокойно повторил я, убирая в карман гаджет. Он перестал работать – теперь всегда будет показывать текст приветствия Кристалла.

— Но как мы узнаем, что происходит?.. Телевидение и сеть не работают…

— Правительство найдёт способ. Сейчас главное – не паниковать.

Мейли неуверенно кивнула. Я оделся и спустился – в главном зале уже собралась вся прислуга во главе со злой Мейфен. Прямо сейчас она орала на слугу, потому что тот не мог убрать текст Кристалла с её смартфона…

Увидев нас, Мейфен заткнулась и начала зло буравить меня взглядом.

Я спокойно сел в кресло и прикрыл глаза. Мне повезло, что я родился в состоятельной семье. Бóльшая часть населения Солнечной Системы очень бедна. Из-за нехватки песка, пресной воды и природных невосполнимых ресурсов человечество остановилось в развитии. Марс – это предел. Пик прогресса давно уже прошёл, и наступило время деградации.

Сейчас, когда связь исчезла, больше всего пострадают бедные люди. Голод, разбой, паника – сотни миллионов погибнут в ближайшие дни. И сделать ничего нельзя – это в любом случае произойдёт.

Но перемещение в другую часть Вселенной откроет для человечества новые перспективы. На самые мощные компьютеры Кристалл послал файл с картой галактики Пирамида. Помимо сотен новых звёздных систем, расположенных относительно близко к Солнечной Системе, в космосе, недалеко от Луны и Марса, пролетают громадные метеориты, которые можно разобрать на ресурсы. И не стоит забывать об Изначальном Мире, который сам по себе – кладезь новых материалов. И перспектива для людей кажется невероятной – каждый человек получает шанс эволюционировать. Изменить свою судьбу.

Мы проторчали в главном зале часов шесть. Мейфен уже давно перестала орать и просто сидела, уставившись в одну точку. Слуги, с молчаливого согласия хозяев, расположились на полу.

Ближе к вечеру с улицы донеслись невнятные звуки. Они становились всё громче, пока я не различил слова:

— Внимание! Всем оставаться дома! Правительство уже работает над ситуацией! Всем запрещено выходить из дома! Внимание! Всем оставаться…

А вот и первая реакция – курьеры на велосипедах с громкоговорителями. Люди в зале вздохнули с облегчением, зашептались. Хоть какая-то ясность.

Я встал. Все взгляды устремились ко мне.

— Не стоит волноваться, — спокойно посоветовал я. — Уверен, что в ближайшее время правительство восстановит сеть и вы все сможете связаться с родными. Сейчас мы должны ждать и не паниковать.

Мейфен фыркнула и ушла к себе. Мейли смотрела на меня, ожидая продолжения речи. Но я не стал больше ничего говорить – вслед за Мейфен поднялся в свою комнату.

Точнее – хотел подняться. Увидел краем глаза маленькую девочку. Она сидела на полу, рядом с молодой служанкой.

Я подошёл к ней и присел на корточки.

— Г-господин? — заикаясь, спросила служанка и поклонилась.

Я ей не ответил. Девочке лет пять-шесть. Маленькая для своих лет, светловолосая, зеленоглазая. Под глазами тёмные круги, кожа бледная.

— Что с ней? — я поднял взгляд на служанку – пухлую азиатку.

— Она болеет, — та сглотнула. — Ваш отец приютил её. Зовут Люда, родители неизвестны.

— Мой отец… — пробормотал я, снова глянув на девочку. С прошлой жизни я её не помню. Абсолютно.

— Дядя, вы не будете ругать? — тихо спросила Люда.

— Нет, — я дотронулся до её волос. Родись у нас с Адель дочь, она была бы похожа на неё…

— А зачем вы сидите?

— Чем она болеет? — я встал.

— У неё кровь больная. Это… смертельно, — служанка села и с жалостью приобняла Люду.

— Со мной всё хорошо, — девочка улыбнулась и погладила руку служанки.

Я несколько секунд смотрел на неё и встал.

— С ней ничего не должно случиться, — приказал я и повернул голову к лестнице.

Там, облокотившись о перила, стояла Мейфен. Наши взгляды встретились. Но на Мейфен смотрел не шестнадцатилетний Владислав, нет. Она увидела Бессердечного Доктора.

Мейфен задрожала и начала отступать. Чуть не упала.

— С ней ничего не должно случиться, — повторил я и пошёл к себе.

Уже завтра будет работать радио и все люди узнают о том, что произошло. Что сообщение Кристалла – чистая правда. Вся Солнечная Система оказалась в другой точке Вселенной. Но и это далеко не всё. В каждом более-менее крупном городе Азиатского Содружества на городских площадях появились пятидесятиметровые пирамиды. И если верить сообщению Кристалла, эти пирамиды – порталы, что ведут в тот самый Изначальный Мир. И в Пекине их целых пять.

Сразу же найдутся желающие это проверить. И меньше чем через неделю правительство начнёт официально набирать добровольцев – но пока только среди благонадёжного слоя населения. В прошлой жизни Мейфен записала меня в этот список и заставила вступить в пирамиду. Но в этой я сам вызовусь добровольцем.

Как я и думал – история повторилась. На второй день после Затмения начало работать общее радио. В узлах почти каждой улицы установили радиоточки, и оттуда шли прямые эфиры. Выступали высокопоставленные члены правительства, учёные, влиятельные бизнесмены.

Я терпеливо ждал, оставаясь спокойным. Может, из-за моего поведения все слуги, и даже Мейли, начали беспрекословно следовать моим указаниям. Мейфен злилась, срывалась, угрожала. Но ничего поделать не могла.

— …есть данные после первых проверок… — вещала ближайшая к нашему дому радиоточка.

Я стоял на тротуаре, облокотившись о металлический заборчик. Рядом в слова диктора внимательно вслушивалась Мейли. Вместе с нами пришло ещё несколько молодых слуг.

Со дня Затмения минуло три дня – уже двадцать девятое апреля. Сеть так и не восстановлена, как и сообщение между другими планетами.

— …одни очевидцы утверждают, что попали в лес. Другие говорят о гигантском озере, третьи – о пустыне…

Радиоточка продолжала вещать.

— Как думаешь, что это? — вдруг спросила Мейли.

— Не знаю, — ровно ответил я.

Мы дослушали репортаж и вернулись домой. Я продолжил терпеливо ждать. Иногда мне хотелось самому пойти на ближайшую площадь и проникнуть в пирамиду, чтобы как можно скорее начать своё развитие. Но нельзя. Вместо этого я каждый день обдумывал свои дальнейшие шаги. Вспоминал прошлую жизнь, составлял планы, прикидывал различные варианты. За несколько лет до того, как вернуться в прошлое, я возглавлял известный исследовательский центр. Тогда я многое узнал об Эвольверах и составил несколько возможных планов своего развития.

Так продолжалось ещё два дня. Первого мая правительство объявило о первой волне добровольцев, предупредив, что в Изначальном Мире можно столкнуться как с опасностями, так и с невероятными выгодами. Они приводили в пример первопроходцев, которые успешно пробыли в Изначальном Мире и избавились от смертельных болезней. Или тех, кто поднял свой айкью на треть. Вдобавок правительство обещало всем добровольцам достойные денежные премии за информацию о том, что они увидят по ту сторону пирамид.

Такие обещания взволновали людей. Но я знал, что реальность обстоит намного, намного хуже. На самом деле девяносто процентов первопроходцев погибли. А те, кто вернулись, ничего из нового мира не получили. Абсолютно. Только ужасные воспоминания до конца жизни, а вместе с ними – психические проблемы.

— Ты куда? — Мейли зачем-то увязалась за мной, когда я вышел из дома.

— Пойду записываться. Стану добровольцем, — равнодушно ответил я.

— Но зачем? — удивилась Мейли. — Ты разве не слышал дядю Делуна? Он сказал ни в коем случае не записываться.

Я не ответил. В прошлой жизни Делун Ли также приходил. Род Ли знает намного больше обычных людей, хоть и далеко не всё. Делун Ли предупредил, что мы не должны становиться добровольцами, – это невероятно опасно. Именно из-за этих слов Мейфен заставила меня отправиться в Изначальный Мир. И в прошлый раз род Ли не заметил этого – он был занят внутренними проблемами. Значит, и в этот раз всё произойдёт так же – никто не помешает мне войти в пирамиду. Какая бы ни была причина – интриги Мейфен или недогляд рода Ли – мне это на руку.

— Владислав, ты не должен туда идти, — холодно приказала Мейли. — Мы должны сперва связаться с отцом.

— Иди домой, — бросил я сестре. — Я знаю, что делаю.

Мейли остановилась. И провожала меня взглядом, пока я не свернул в конце улицы. Не зная её характер, я бы предположил, что сестра сделает что-нибудь неразумное. Например – тоже запишется в добровольцы. Но Мейли никогда не пойдёт против старших.

В приёмном пункте стояла длинная очередь. Я порыскал глазами и нашёл знакомого мне человека. Высокий, около двух метров, черноволосый парень хмуро смотрел поверх очереди, спрятав руки в карманы. Худой, жилистый, немного лопоухий.

Я пошёл прямо к нему, игнорируя редкие возмущённые шепотки.

— Привет. Спасибо, что занял место, — я встал перед ним и протянул руку. — Меня зовут Владислав, я из рода Ли.

Парень прищурился. Оглядел меня. Затем вытащил правую руку из кармана и медленно пожал мою. Он не хочет ссориться ни с кем из рода Ли, поэтому не отшил меня. Но было видно, что он вырос не в Азиатском Содружестве. Иначе отреагировал бы по-другому, услышав мою фамилию.

— Я Лианг, — ответ парня подтвердил мои предположения. В Солнечной Системе, в каждой из шести стран, основным считается два языка – родной и общий. Каждый должен знать общий язык. Но по акценту можно понять родную страну человека. Лианг тяжело произносит звук “х” и чётко выговаривает последний согласный звук слова. Явно вырос в Европейском Союзе.

— Держи, — я протянул ему купюру в пятьсот юаней.

Лианг принял её.

— Почему решил записаться добровольцем? — спросил я.

— Хочу стать супергероем, — Лианг усмехнулся. — И заработать денег. А ты?

На самом деле этот парень врёт. У него больная мать, и он надеется, что в Изначальном Мире сможет найти для неё лекарство.

— Я хочу развиваться.

Лианг хмыкнул. Мы продвинулись по очереди. Больше никто из нас ничего не сказал.

После записи в добровольцы я вернулся домой, где встретился с Мейфен. Она улыбнулась мне, её глаза радостно сверкнули.

— Удачи тебе в Изначальном Мире, — приторным голосом пожелала она и прошла мимо, обдав запахом дорогих духов.

Я поднялся в свою комнату. Внутри меня всё горело от нетерпения. Завтра я окажусь в Изначальном Мире и всё начну сначала. Новая жизнь, новые решения, новые выборы.

Я лёг спать, снедаемый ожиданием.

Пирамида на крупнейшей площади Пекина, Тяньаньмэнь, внешне не отличалась от той, что стояла здесь в прошлой жизни – такая же серая, мрачная, навевающая тревогу и беспокойство. Она имела четыре громадных входа. В два люди заходили, из двух – выходили. Уже сейчас вокруг каждого прохода построили здания, в которых каждого человека будут проверять и, если понадобится, допрашивать. Солдат хватало.

— Ты и правда пришёл, — ко мне подошёл Лианг. Немного бледный, но решительно настроенный. В руках он держал металлическую биту.

— Да. Ты не сможешь взять оружие с собой – пирамида не пропустит.

— Слушай, что будешь делать внутри? — Лианг с сомнением посмотрел на биту, но продолжил держать её.

На самом деле такое ограничение стоит только для обычных людей. Как только человек станет Эвольвером, он сможет брать с собой небольшие предметы.

— Выживать, — я пожал плечами.

— Думаешь, там настолько опасно?

— Гораздо опаснее, чем ты думаешь.

После моих слов Лианг скривился, сжал кулаки. Но своего решения не изменил.

Процедура прохода внутрь пирамиды была до неприличия проста – у нас проверили документы, забрали всё, кроме одежды, и пропустили.

— Встретимся внутри, — я подмигнул Лиангу, который пока возился с документами, и ступил внутрь.

Прикрыл глаза, чтобы не ослепнуть от вспышки. Никаких особенных ощущений не испытал. Секундой ранее был на Земле, в Пекине. А потом шаг, и я внутри Изначального Мира.

В уши ударил шум птичьего пения. Запах свежей травы, приятный ветерок – погода совершенно отличалась от таковой в Пекине.

Я глубоко вдохнул и улыбнулся. Наконец-то.

В голове раздался голос:

Приветствую вас, Владислав! Вы находитесь в Изначальном Мире. Через сутки вы сможете вернуться в свой мир.

Правое запястье зачесалось, на нём появилась тусклая татуировка – равнобедренный треугольник, острием указывающий на сгиб локтя. Перед глазами возникла следующая надпись:

Имя: Владислав Ли-Вавилонский.

Раса: Человек.

Чистота ДНК: 0%

Направление развития: -

Я с лёгкой улыбкой провёл пальцем по татуировке. В последние дни мне её сильно не хватало.

Рядом раздалось рычание. Из зарослей вышел зверь. Чёрная пантера с голубыми ушами и такого же цвета хвостом. Она смотрела на меня и скалилась.

Я равнодушно заглянул ей в глаза. Пантера прыгнула, размываясь в чёрно-голубую полоску. Сверхскорость.

Я упал, и пантера пролетела надо мной. Она приземлилась на все четыре лапы и снова прыгнула на меня. Я был готов к этому и успел спрятаться за деревом. Пантера вновь промахнулась.

Я начал карабкаться по дереву, перебирая руками и ногами.

Щёлк!

Едва успел увернуться – там, где только что была моя голова, приземлилась маленькая белка с неказистыми мускулистыми лапами. Острые когти вонзились в дерево, пасть скривилась в оскале, обнажая два передних острых, как лезвия, зуба.

Я среагировал моментально – схватил белку за загривок и метнул её вниз, прямо на пантеру.

Сразу же раздался визг и звук разрываемой плоти. Я ловко перелез на другую сторону дерева и спрыгнул. Побежал.

В прошлой жизни я не привлёк эту пантеру. Как только я появился в лесу – сразу же побежал куда глаза глядят, в ужасе от происходящего. Но сейчас всё по-другому.

Продолжая бежать, я ловко увернулся от спрыгнувшей сверху зелёной змеи. Пнул её в голову и снова побежал.

У меня несомненное преимущество перед остальные людьми – я прекрасно знаю повадки местной живности. Знаю её слабые и сильные стороны, могу использовать их во благо себе.

Впереди, на возвышенности, показался частокол.

— Я человек! — крикнул, предупреждая защитников. Забежал на гору и перешёл на шаг. Сердце стучало как бешеное, в ушах бил барабан. Не привыкло это тело к таким нагрузкам.

— Как зовут? Откуда ты? — хмуро спросил рыжебородый мужик, держа в руках самодельное копьё. Он стоял на деревянной башенке, сразу за частоколом.

— Владислав, из Азиатского Содружества. Город Пекин. Шестнадцать лет.

— Пройди вдоль стены, налево. Там тебе откроют, — рыжий махнул в сторону.

При перемещении через пирамиду каждый человек попадает на вершину горы и получает татуировку треугольника на правом запястье. Изначальный Мир состоит из тысяч подобных гор, и все они связаны между собой горными хребтами, играющими роль каменных мостов.

На каждой горе своя экосистема и свои звери. Как и в прошлой жизни, я появился на горе, которую в будущем назовут пик Син Шан. На горах есть места, которые избегают звери. Частокол, вдоль которого я иду, построен именно вокруг такого места. И в будущем он станет стеной нового города. Но до этого времени ещё далеко.

— Какой молодой… Что ты тут делаешь? — у деревянных ворот меня встретил хмурый старик. Он оценивающе оглядел меня и впустил внутрь.

Поселение только-только начало зарождаться, со времени Затмения прошло меньше двух недель. Здесь не было домов – только круговые лавочки, на которых отдыхали люди. Все ждали, когда пройдут сутки, чтобы выбраться из этого места. В основном стройкой занимались люди из Африканской Конфедерации и Индии – правительства этих стран с Затмения сотнями тысяч сгоняют людей в Изначальный Мир, совершенно не считая потери. Особенно Индия со своей кастой клеймённых рабов.

Старику я ничего не ответил – вошёл и начал оглядываться. В прошлой жизни я быстро нашёл это место. И впоследствии присоединился к небольшой группе. Лианг, кстати, тоже в ней состоял. Оттуда я его и знаю.

Я остановился перед полукруглой лавочкой, на которой сидели три подростка – светловолосая девушка, одетая в зелёный охотничий костюм, темнокожий лысый мускулистый парень и хрупкая на вид азиатка, сжимающая в руках деревянный кол. Троица выглядела устало. И отличалась от остальных в этом поселении молодостью. В прошлой жизни именно из-за возраста я был ими принят. Но сейчас они даже друг друга не знали.

— Я Владислав. Из Азиатского Содружества. Мне шестнадцать, — представился я.

Троица молча уставилась на меня. Первой ответила светловолосая девушка.

— Мирослава. Русь, шестнадцать лет.

Голос у Мирославы был таким, как я его помнил, – тихим, ласковым. И сама девушка казалась очень нежной, её подсознательно хотелось защищать. Когда я впервые её увидел в прошлой жизни, долго не мог отвести глаз – красивые светло-голубые глаза, идеальная фигура, а волосы цвета пшеницы, которые поддерживал зелёный ободок, спадали назад, ниже середины спины. Но больше всего привлекал её характер – мягкий, добрый.

Я внимательно посмотрел ей в глаза, вспомнив, как она погибла. Самая первая из группы, ей буквально оторвали голову. Она смутилась и потупилась.

— Думиса. Африканская Конфедерация, — громко представился темнокожий парень. — Мне восемнадцать.

Басистый голос, шрам от зашитой заячьей губы, выступающие вперёд надбровные дуги. Думиса был похож на бандита, но это впечатление неверно.

— Нацуко, Азиатское Содружество, Токио, — тихо-тихо заговорила вторая девушка. — Мне пятнадцать.

Нацуко маленького роста, с острым взглядом, чуть поджатыми губами и бледной кожей. От обычной азиатской девушки её отличали волосы – короткие, до плеч, необычно окрашенные. Некоторые пряди блестели серебром, ярко выделяясь на фоне черноты основной части волос.

Несколько секунд мы молчали. Думиса хмуро смотрел мне в глаза, Мирослава разглядывала ногти, а Нацуко с прищуром изучала меня.

Раздались шаги. К нам подошёл Лианг, держась ладонью за кровоточащую щёку.

— Ненавижу белок, — буркнул он мне.

Я мысленно улыбнулся. А вот и последний член группы.

— Представься ребятам, — я кивнул на троицу. — Будем в группе работать.

Думиса приподнял брови, Мирослава с удивлением посмотрела на меня. Нацуко нахмурилась.

— Я Лианг.

— Страна, возраст, — подсказал я.

— Азиатское Содружество, восемнадцать лет.

— А с чего ты взял, что мы объединимся? — хмыкнул Думиса, вставая со скамьи. — Мне и одному хорошо.

— Нам нужно убить зверя. Сомневаюсь, что есть другие способы начать эволюцию. Не один я это понимаю, верно?

Мне никто не ответил.

— В группе будет легче. У меня уже есть идеи, как убить зверя.

— Правда? — подала голос Мирослава. — И как?! Они же все очень сильные!

Я улыбнулся кончиками губ. Если не ошибаюсь, то о первом Эвольвере общественность узнает в двадцатых числах мая – через месяц после Затмения. Но в моих силах значительно приблизить этот срок. Уже сегодня, в только-только зародившейся группе молодёжи, появится первый Эвольвер человечества, имя которого прогремит на всю Солнечную Систему.

— Идём, расскажу всё по дороге.

Глава 3. Первый Эвольвер

Своей первой жертвой я выбрал Древесного Крота – небольшого зверя размером с собаку. Его особенность – очень острые когти на передних лапах и невероятно крепкая шкура. Такие кроты живут внутри необычного дерева, и я знал, где находится ближайший зверь.

Мы шли медленно, крепко сжимая самодельные деревянные копья. Я – впереди всех, Мирослава и Нацуко – позади меня, а Думиса и Лианг – по бокам. Звери боятся нападать на большие группы, поэтому пока обошлось без происшествий. Но у групп есть и слабое место – они привлекают хищников опаснее. Тех, кому плевать на количество противников.

То и дело мы слышали крики людей, вопли о помощи, визги. Мирослава несколько раз порывалась помочь незнакомцам, но я её останавливал. Иногда нам попадались кровавые следы, части тел и даже почти целые трупы. Все звери на горе – плотоядные. И им очень нравится человечина.

Ребята от таких видов хоть и морщились, но от страха не дрожали. Они уже поняли, в насколько опасном месте оказались. И согласились довериться мне. У каждого из них свои цели, мечты, стремления. И они не желают просто сидеть в поселении и ждать, когда появится шанс сбежать.

Я стал неформальным лидером. В прошлой жизни группой командовал Думиса. Он же и решил помочь мне – испуганному и слабому новичку. Хороший человек, хоть и выглядит как преступник.

— Мы близко, — тихо сказал я. — Этот зверь медленный, но его когти очень острые. Будьте осторожны. Действуйте по схеме.

План очень простой – выманить Древесного Крота, а потом затыкать его копьями, не позволяя зверю сконцентрироваться на ком-то одном. Финальный удар нанесу я – потому что знаю слабое место крота. Но ребята пока не в курсе.

Нужное дерево походило на земной брахихитон – с таким же бочкообразным стволом. В этом стволе и живёт Древесный Крот.

— Нацуко. Кидай свой кол в дырку.

— Я не вижу её…

— Повыше, где нижний слой веток начинается…

Нацуко прицелилась и метнула деревянный кол. Промазала. Но этого хватило, чтобы выманить крота.

С зеленоватой шерстью, размером с дворнягу, из ствола дерева начал вылезать зверь.

— Мне страшно, — прошептала Мирослава.

— Не бойтесь. Я первый привлеку его.

Успокоив девчонок, я начал осторожно подбираться к Древесному Кроту. Неповоротливое животное уже спрыгнуло на землю и агрессивно скалило зубастую пасть, расставив толстые большие лапы с громадными зеленоватыми когтями. Глаз у зверя не было, но зато слух и обоняние – на высоте.

Я ткнул копьём в голову крота и отпрянул. Зверь рявкнул и попытался достать меня лапой.

— Думиса! — крикнул я, уворачиваясь от когтей.

Чернокожий парень подскочил к кроту и ударил его в спину, отвлекая на себя. Затем подключился и Лианг.

— Это бесполезно! — нервно бросила Мирослава, приманивая крота. — Мы даже след на его шкуре оставить не можем!

— Продолжаем, — спокойно приказал я, наблюдая за кротом.

У каждого зверя своё слабое место. Древесные Кроты боятся огня – это самая очевидная из слабостей. Но есть и неочевидная. Когда Древесный Крот атакует, он встаёт на задние лапы и распахивает передние. А на них – гигантские и очень острые когти зеленоватого оттенка. И они – ядовиты. Даже царапина парализует жертву.

Когда крот снова встал на задние лапы, собираясь прыгнуть на Нацуко, я начал действовать. Подскочил к зверю и пнул по его передней правой лапе. Момент я выбрал идеально – крот только-только оттолкнулся от земли.

Раздался визг, зверь покатился кубарем.

— Предупреждай! — рявкнул Думиса.

— Он шатается!

Крота сильно вело – он поцарапал себя собственными когтями. Яд не парализовал его, но ощутимо ослабил. И это продлится очень недолго.

Не отвлекаясь на ребят, я подскочил к кроту и ударил копьём по лапе. Так, чтобы его когти оказались рядом с его же грудью. После этого снова пнул.

Громкий визг резанул по ушам, но я был готов и повторил пинок. А затем врезал копьём по голове крота.

— Помогайте! — крикнул ошалевшим ребятам.

Думиса и Лианг подбежали ко мне. Они поняли, чего я добиваюсь, и пытались сделать так, чтобы крот снова себя поцарапал. Спустя несколько ударов зверь свалился на спину, раскинув здоровенные лапы.

— Он жив, — напряжённо заметил Лианг.

— Конечно, жив, — буркнул я, откидывая копьё. Сел к кроту и взялся за самый большой коготь на правой лапе. Тяжёлый.

Думиса и Лианг помогли поднять кротовью конечность. Я подтащил острие когтя к морде зверя и с силой налёг на лапу.

Тело Древесного Крота содрогнулось. Коготь, преодолевая сопротивление, с хрустом погрузился в висок зверя.

— Ну и когти у него, — пробормотал Лианг. — Слушай, они ядовитые, да? И острые. Мы могли все умереть…

— Крот убит, — Думиса опустил лапу зверя и встал. — Что дальше?

— Ничего не произошло. Значит, нам мало убить зверя. Нужно сделать что-то ещё, — спокойно заговорил я, тоже вставая.

В прошлой жизни только через месяц люди узнали, как начать эволюцию. До этого вся информация была строго засекречена – сам я понятия не имею, когда именно появился первый Эвольвер. Армии стран тщательно скрывали эту информацию.

И только через месяц один счастливчик среди обычных людей, не военных, смог стать Эвольвером и рассказал всем в поселении. Остановить распространение информации не удалось. А до этого момента подавляющее большинство людей не начинали эволюцию. Они убивали зверей, но не знали, что делать дальше. А трупы привлекают ненужное внимание – как людей, так и других зверей. Необходимо действовать быстро.

— Давайте сперва заберём когти. Они нам пригодятся.

Ребята молчаливо согласились со мной. Я, Лианг и Думиса начали отрезать когти крота – с помощью когтей крота. Было неудобно, сложно, но дело шло. Когда первый коготь был отрезан, стало гораздо легче.

— Давайте вскроем зверя, — я коснулся острием нового оружия груди зверя и надавил.

— А мне его жалко… — пробормотала Мирослава. Она сидела на корточках рядом со мной и грустно следила за моими действиями.

— Мы в мире, где сильные едят слабых. Этот крот с радостью убил бы всех нас.

— Но мы же первые к нему пришли…

— Опа, что это? — я оттянул разрезанные рёбра и показал сердце зверя. Внутри него переливался серебристый шарик.

— Думиса, достань его. Ты физически мощнее меня, и будет лучше, если первым получишь силу.

Он не стал спорить – залез в грудь крота и сдавил сердце. Серебристая масса выползла на его ладонь. Желеобразная, похожая на ртуть, не растекается.

— Ничего, — разочарованно выдохнул Думиса. — Абсолютно ничего.

— Пусть эта жидкость попадёт на татуировку, — задумчиво предложил я.

— К нам подбираются звери. Я уже насчитал троих, — нервно предупредил Лианг.

— Быстрее, — поторопил я Думису.

Тот стиснул зубы и приложил ладонь с серебристой массой к запястью. Вздрогнул всем телом, выпучил глаза.

— Что?! Что случилось?! — Мирослава неожиданно крепко сжала мне руку. Стало даже больно.

— Я… Гравитос?.. Один процент… Что это такое? Духи благословили меня?!

— Уходим, — приказал я. — Быстрее, тут опасно. Возвращаемся. Сейчас же.

Думиса пришёл в себя, и мы начали отходить от трупа. В зарослях я заметил Белого Тигра, Земляного Рака и Кислотную Улитку. Ни с одной из тварей нам не справиться. Но на данный момент их интересовал труп крота и они опасались друг друга, поэтому позволили нам уйти.

— Слава Христианскому Богу, — выдохнула Мирослава и перекрестилась. — Как же я испугалась…

Я ничего не сказал. Знал, что всё так и произойдёт. Звери не станут отвлекаться на нас, когда рядом другие конкуренты – более опасные.

— Рассказывай, — я на ходу повернулся к Думисе, который до сих пор не пришёл в себя – шёл с приоткрытым ртом и стеклянными глазами.

— Э… — он сглотнул и заморгал. — Я… У меня получилось. Я стал Гравитосом.

— Чем? — не понял Лианг.

— У вас же появлялись надписи перед глазами, когда вы телепортировались сюда? Сейчас у меня не ноль процентов чистоты ДНК, а один. А в направлении развития написано – Гравитос. Появилась новая строка: Нейтрино. И она заполнена на сто процентов.

Все, кроме меня, ошеломлённо молчали.

— У тебя татуировка поменялась, — разрушила тишину Мирослава. Я краем глаза посмотрел на треугольник Думисы. Вместо тусклого и бесцветного – ярко-жёлтый. Хм. Значит, Думиса – Гравитос Земли. Самый распространённый вид Гравитоса – он у шестидесяти процентов всех Гравитосов. Узнать бы его базовую способность, но самому о ней спрашивать нельзя – сразу выдам свою осведомлённость.

— Все заметят, — вот и Лианг пришёл в себя. — Лучше спрятать.

— Зачем прятать? Я расскажу всем, — не согласился Думиса.

Группа замедлилась. Поселение было уже рядом, и надо решить – что делать.

— Мы привлечём к себе слишком много внимания, если люди узнают, — не согласилась Нацуко.

— Владислав, — Думиса остановился и посмотрел на меня. — Ты – лидер. Решай. Как скажешь, так и сделаю.

Остальные ребята тоже уставились на меня.

— Думиса, ты покажешь всем тату и расскажешь, как его получил. Но ты пойдёшь один. По легенде – на нас напал зверь и мы разбежались. Ты нашёл труп со вскрытой грудью и тебя заинтересовало серебряное вещество.

— Разве это разумно? — Лианг нахмурился.

— Рано или поздно все и так узнают. Если не сейчас – то когда Думиса покинет Изначальный Мир. На Земле каждого из нас будут тщательно проверять.

— Не подумал… — пробормотал Лианг.

— Надо спрятать когти крота. Не потащим их в поселение, — я огляделся, подошёл к корявому дереву и начал копать у его корней.

— Слушай, а ты запомнишь место? — с сомнением спросил Лианг.

— Да. Когти отравлены, их никто из зверей не захочет утащить. А люди вряд ли найдут, мы замаскируем.

После моих слов все остальные принялись помогать мне. Мы закончили быстро, и настало время прощаться.

— Теперь расходимся, пока нас никто вместе не заметил, — я махнул рукой и зашагал прочь.

— Спасибо тебе, — очень серьёзным тоном сказал мне в спину Думиса. — Я не забуду.

Улыбнувшись краешками губ, я продолжил идти. В прошлой жизни Думиса погиб, так и не став Эвольвером. Вся группа погибла – Лианг, Мирослава, Нацуко. А я выжил. Серьёзно раненый, на грани смерти, но живой.

В этой жизни всё будет по-другому. Я отблагодарю ребят и помогу каждому стать Эвольвером. Закрою свой кармический долг…

Как и следовало ожидать – в поселении поднялась шумиха. Все обступили Думису и расспрашивали его о том, что произошло. Мирославу и Нацуко я не нашёл, а Лианг стоял в толпе и слушал ответы Думисы.

Я расположился на одной из лавочек. Происходящее казалось мне немного нереальным. В прошлой жизни ничего подобного не было. И то, что я видел, создавало диссонанс в моём мозгу. Я, наконец-то, начал в полной мере осознавать, что смог переместиться в прошлое, на двадцать два года назад.

— О чём задумался? — ко мне подошла Мирослава. Она села рядом, справа. Я скосил на неё глаза. Точнее – на её немаленькую грудь, которая даже в охотничьем костюме выглядела весьма впечатляюще.

— Ты как сюда попал? — снова попыталась завести разговор Мирослава.

— Мачеха злая заставила, — пробормотал я и снова повернулся к галдящей толпе.

— Мачеха?.. — голос Мирославы дрогнул. — Как похоже. Меня тоже мачеха заставила в портал пойти. Отец даже не знает, что я тут.

В её голосе слышалась печаль. Я повернулся к ней. В прошлой жизни она не рассказывала о себе таких деталей и я не знал, что наши ситуации похожи.

— В каком городе ты живёшь?

— В Москве. Мой отец работает на царевича Валентина Московского.

Я мысленно хмыкнул. Надо же.

— А ты?..

— Я из Азиатского Содружества. Город Пекин.

Для азиата у меня нетипичные имя и внешность. И те, кто не знают о моём происхождении, часто задают вопросы. Но Мирослава ничего не спросила. Мы молча сидели и смотрели на уже уставшего Думису. Бедному парню пришлось несладко – каждый второй норовил потрогать его за татушку, а каждый третий просил пересказать историю.

Дунул ветер, волосы Мирославы разметались. Несколько прядей ударили мне в лицо. Я уловил приятный запах, хоть и не понял какой.

— Вы тут, — к нам сзади подошла Нацуко. — Думису теперь никуда не отпустят. Смотрите, как те темнокожие мужики на него смотрят. Заставят вернуться на родину, чтобы рассказать всё.

— Он станет знаменитостью, — рассеянно ответил я. — Первый человек, который смог начать эволюцию.

— А ты откуда знаешь, что он первый? — Нацуко присела слева от меня.

Я поморщился. Надо следить за речью.

— Потому что я помог только Думисе. Другим не помогал.

Нацуко хмыкнула, Мирослава хихикнула.

— Лианг идёт, — заметила Нацуко.

Я повернул голову и увидел его – он шёл, растирая запястье.

— Слушай, я тут с новенькими поговорил, — Лианг опустился на скамейку, напротив меня и девчонок. — Смогли наладить связь между планетами. Так, глядишь, и сеть скоро восстановят.

— Поскорее бы, — проворчала Мирослава. — Без сети так сложно. У нас ещё и электричество с перебоями работает.

— У вас хоть работает, — печально добавила Нацуко.

Я поднял голову к небу. Темнеет. В Изначальном Мире время течёт так же, как и на Земле. Здесь сменяются дни и ночи – хоть и не видно светила. До конца первых суток оставалось ещё часов двенадцать, и за это время можно кое-что придумать…

Но я отмёл эту мысль. Будет слишком подозрительно, если ещё один человек с этой горы станет Эвольвером. Нельзя спешить. Надо посмотреть, как отреагируют власти разных стран на появление первого Эвольвера.

Мне было сложно ничего не делать. Но ночью гулять в лесу опасно, там можно запросто найти свою смерть. Людям ещё повезло, что в первую неделю на новое поселение никто не нападал. А вот позже…

Вы пробыли в Изначальном Мире сутки!

Хотите покинуть Изначальный Мир?

Из нашей группы остались только я и Лианг – все остальные уже ушли.

— Ну что? Идём? — Лианг посмотрел на меня.

— Да. Рассказывай то, о чём мы договорились.

— Тогда погнали.

На вопрос перед глазами я мысленно согласился. Татуировка на запястье зачесалась, контур треугольника потемнел. Передо мной в воздухе соткалась чёрная полупрозрачная пирамида, которую мог видеть лишь я. Процесс был довольно медленным – растянулся на две-три минуты. Этого времени не хватит, чтобы оперативно телепортироваться на Землю в случае опасности.

Когда пирамида полностью сформировалась, я шагнул в неё и оказался на площади Пекина, внутри другой пирамиды.

Меня встретила армия правительства. Они уже знали о Думисе и даже пронюхали, что я присоединился к его группе.

Несколько часов меня допрашивали. Я отвечал спокойно, пересказывая одну и ту же историю.

— Свободен, — наконец, кивнул следователь – лысый азиат с шрамом на лбу. — За тобой пришли. Премию забрать не забудь.

И меня даже не попытались завербовать? Странно. Но на выходе всё прояснилось – меня встречал Делун Ли. Значит, род Ли подсуетился, чтобы меня вытащить.

— Владислав, — холодно поприветствовал меня Делун. — Тебя желают видеть.

Делун Ли – кто-то вроде младшего управляющего. Он держит связь с младшими семьями, как наша. Он же и предупредил нас, что становиться добровольцем слишком опасно.

— Дядя Делун, я всё рассказал раз тридцать, — я вздохнул. — Мне нечего сказать. Я с этим Думисой даже не разговаривал толком. И не видел, как он свою татуировку активировал.

— Расскажешь ещё раз, — ровным голосом ответил Делун. — Садись.

Он направился к новенькой машине неизвестной мне марки. Я внутренне простонал и последовал за ним. Значит, автомобили уже начали ездить. Первые дни после перемещения вся электроника сильно барахлила, поэтому велосипеды стали самым востребованным транспортным средством.

Сев в машину, я пристегнулся и скучающе уставился в окно. Реакция рода Ли, да и всего мира, понятна. Появился первый человек, который смог начать эволюцию. Это невероятное событие. Особенно возбуждены большие рода, они понимают, что битва за ресурсы Изначального Мира неизбежна. И они правы – не один и не два рода сгинут в грядущей войне за первенство. И род Ли в их числе. Азиатский Дракон надеется, что с помощью своего новейшего вооружения он вырвется вперёд. Но Ли пока не знают, что их оружие бесполезно в Изначальном Мире, оно там просто не работает. После Затмения главным признаком величия рода стали не власть и влияние, а Эвольверы. И кто быстрее это поймёт, тот получит преимущество.

День прошёл максимально скучно и непродуктивно. Делун Ли привёз меня в один из особняков рода Ли, где со мной побеседовали разные люди. Все их вопросы крутились вокруг Думисы и его татуировки. Я отвечал всё по легенде – ничего не знаю, ничего не видел, только слышал его рассказ.

Надеюсь, что Лианг справится с допросом и не выдаст ничего. Мы с ним обсудили перспективы честности – если правительство узнает, что мы крепко связаны с Думисой, нас не отпустят. Заберут в армию, как минимум. А у Лианга мать больная, ему нельзя пропадать.

Пока меня допрашивали, появились новые сведения – ещё один человек стал Эвольвером. Точнее – начал эволюцию. Термин Эвольвер появится позже, если вообще появится в этой жизни.

Прямо во время беседы в комнату забежал запыхавшийся мужик и рявкнул:

— Ещё один! Из Европейского Союза! На этот раз он назвал себя Атомóсом!

Я поморщился из-за неправильного произношения. Áтомос, ударение на первый гласный.

— Кто? — мой собеседник – седой старик с морщинистым лицом – нахмурился.

— Атомос! Он может создавать огонь! Это… Это чудо! — посыльный явно был перевозбуждён.

Я же мысленно подивился тому, как быстро слухи разлетаются. Не прошло и суток, как родился новый Эвольвер. И я уверен – что вскоре появятся новые. И интерес ко мне и Лиангу сразу пропадёт – наша ценность в глазах правительства и родов аннулируется.

До старика, наконец-то, дошло, и он вскочил со своего места. Сразу же начал раздавать приказы, требуя, чтобы через час на его столе лежала вся информация об этом… Атаманосе, Атсосе, Асле… В общем, старик ни разу не произнёс термин правильно и умудрился не повториться.

Меня после этого отпустили. Делун довёз до дома, где я оказался в окружении слуг и Мейли. Сестра молчала, а слуги не решались первыми заговорить, хоть по ним было видно, насколько им интересно услышать о таинственном Изначальном Мире.

— Расскажешь, что там было.

Я мысленно застонал. Опять, что ли?

— Да. Пойдём, поедим. За столом расскажу.

Мейли внимательно выслушала меня.

— Как думаешь, сколько ветвей эволюции у человека? — задала она неожиданно глубокомысленный вопрос.

— Не знаю, — я пожал плечами. — Рано или поздно об этом станет известно.

— М-м-м… — Мейли сосредоточенно смотрела в одну точку, усиленно размышляя.

— Тебя что-то беспокоит? — спросил я.

— Как думаешь… — голос Мейли дрогнул. — Я… Мне стоит пойти в Изначальный Мир?

Я не сразу ответил. В прошлой жизни Мейли ненавидела меня. Она была слишком зависима от отца, и ей казалось, что я забираю всё его внимание и он видит только меня. Но она никогда не желала мне зла, в отличие от Мейфен. Мейли, как и отец, ценит кровь. Я – сын Ксина Ли, и этим всё сказано. Сестра не пойдёт против брата, как бы она ни презирала его. К сожалению, я узнал об этом слишком поздно.

— Не торопись, — я улыбнулся. — Ты же слышала мой рассказ. В лесу на каждом шагу человеческие останки, каждую минуту кого-то убивают. Сейчас в Изначальном Мире слишком опасно. Любая ошибка будет стоить жизни.

— А как же ты? — Мейли поджала губы и посмотрела в сторону.

— Я очень осторожен. И у меня уже собралась группа. Если ты появишься на нашей горе – то отлично. Но если на другой? Подожди ещё немного, пока рано.

Мейли коротко кивнула. Она встала и вышла из комнаты – небольшой гостиной, куда слуги принесли еду и чай.

Я отпил горячий напиток из пиалы, глядя ей вслед. Подожди ещё немного, Мейли. Скоро я сам принесу тебе эту серебряную массу, которую в прошлой жизни называли Жидким Ядром. И тогда ты станешь Эвольвером. И тебе, сестра, не придётся рисковать жизнью, как мне и остальным людям. Просто немного подожди…

(Мирослава)

Глава 4. Охота

На следующее утро меня разбудил стук в дверь – пришла Мейли.

— Почему так рано? — недовольно спросил я, пропуская её в комнату.

— Появились новые люди, которые смогли эволюционировать, — сходу начала Мейли. — Ещё пятеро. И один – из Азиатского Содружества! Это девушка, ей всего двадцать два, она офицер армии. Её зовут Яньлин У.

Глаза Мейли горели. Я же поморщился, вспоминая. Но никакой знаменитой Яньлин в прошлой жизни не было.

— Пока люди нашли три ветви развития – Атомосы, Гравитосы и Полеосы. Уже появились первые теории. Но самая логичная – люди получают способности, связанные с атомами, гравитацией или полями. Правда, непонятно, что за поля такие, да и к первым двум ветвям очень много вопросов.

Я мысленно кивнул. Люди быстро нашли взаимосвязи, как и в прошлой жизни. Разве что в этой события развиваются быстрее.

— Владислав, я тоже хочу стать сверхчеловеком! — Мейли прошлась по моей комнате. — Но это очень опасно! Дядя Делун мне сказал, что девяносто процентов всех, кто переместился в Изначальный Мир, погибло. Девять человек из десяти! Как ты вообще выжил?

— Мейли, дай мне умыться и переодеться, — я зевнул. — И не волнуйся так. Уверен, что скоро и ты сможешь эволюционировать. Но надо подождать.

Мейли выдохнула и вышла, не попрощавшись. Я же пошёл умываться. Значит, появилось ещё пятеро Эвольверов. И с каждым днём их будет всё больше. Думиса отошёл на второй план, он больше не так интересен. А я – тем более. От Лианга тоже отстали, скорее всего. Сейчас главная цель каждой страны – создать как можно больше Эвольверов, чтобы изучить их.

Во время завтрака я попросил позвать маленькую Люду, чтобы она составила мне компанию.

Девочка села напротив меня и попыталась палочками взять кусочек курицы.

— Возьми ложку. Или вилку.

— Не хочу.

— Ты не сможешь так поесть.

— Я смогу.

Люда упорно старалась правильно пользоваться палочками. Но быстро устала, и её движения стали вялыми. Она тяжело задышала.

— Простите, — она отложила палочки. — Не смогу поесть с вами.

— Надо слушать старших, — я тоже отложил палочки. Но в отличие от Люды – сытый.

— Зачем вы хотели поесть со мной? — она с любопытством уставилась на меня. Её зелёные глаза, словно очерченные тёмными кругами, ярко сияли на фоне бледной кожи.

— Не знаю, — честно признался я. — Просто захотел.

— Тогда я пойду?

— Да. Иди.

Люда слезла со стула и пошла, покачиваясь. Я проводил её взглядом. У дверей девочку подхватила служанка, которая всё это время ждала её снаружи.

Люда. Смертельно больная девочка. Что с ней случилось в прошлой жизни? Не знаю. Но в этой я сделаю так, чтобы она выздоровела и жила полноценной жизнью.

После завтрака я снова направился на площадь. Но на этот раз мне не пришлось ждать в очереди – меня встретили сотрудники и проводили к пирамиде. И вели они себя уважительно.

— Надеемся, что у вас получится стать новым сверхчеловеком, — сказал мне в напутствие охранник.

Я вежливо кивнул ему и, не спеша заходить в пирамиду, спросил:

— Со мной был парень, Лианг. Где он?

Охранник на несколько секунд застыл.

— Он…

— Веди меня к нему, — я вежливо улыбнулся. — Сейчас.

— Д-да…

Охранник сопроводил меня к небольшому зданию, которое раньше было рестораном. Сейчас её занимала армия правительства.

Я зашёл внутрь, и меня никто не остановил. Несколько охранников настороженно посмотрели, но не подошли – узнали или по поведению поняли, что я имею право здесь находиться. Пройдя по вестибюлю, я зашёл в большое помещение, которое раньше было банкетным залом. Сейчас же его заставили столами, за которыми армейцы беседовали с теми, кто побывал в Изначальном Мире. Здесь же ходили бойцы с оружием.

Оглядевшись, я направился к бару. Перед ним, на стуле, сидел измученный Лианг. А рядом с ним стоял молодой парень в тёмно-зелёной военной форме и что-то говорил.

— …ты должен понимать, что у тебя нет другого выбора. Я же вижу, ты что-то скрываешь, уже несколько раз ошибся. А ты кто такой?

Последний вопрос адресовался мне.

— Владислав Ли-Вавилонский. Сын Ксина Ли и Розы Вавилонской. Внук Бориса Уральского и Шэнли Ли. Пришёл забрать Лианга. Он – мой партнёр по команде, и нам пора в Изначальный Мир. Родина требует, чтобы мы рисковали жизнью и добыли как можно больше информации.

Несколько секунд незнакомый парень буравил меня взглядом.

— Ты мне не нравишься, — медленно проговорил он. — Проваливай. Один.

Лианг обречённо выдохнул и склонил голову. Что-то прошептал.

Я никуда не ушёл.

— Ты не слышал? — парень приподнял брови.

Я подошёл к нему. Близко. Мы были примерно одинакового роста, и наши глаза находились на одном уровне.

— Назовись. Имя, фамилия. Чей сын, чей внук. Сейчас, — отчеканил я.

Парень слегка побледнел. Скривил губы в усмешке.

— Ты думаешь, что, раз из рода Ли, тебе всё позволено, сопляк? Ты…

Я резко схватил его пальцами за горло и сдавил. Парень захрипел и рефлекторно ударил меня. Попытался ударить. Остановил руку в миллиметре от моего подбородка. Я же продолжил сжимать пальцы, чувствуя, как податливо сминается кадык.

— Что происходит? — позади раздался строгий женский голос. Я отпустил парня и отступил. Тот обхватил ладонями горло и скривился. Но не произнёс ни звука.

Я повернулся на голос и увидел высокую девушку, которую сопровождали двое военных с оружием.

— Ничего не случилось. Я пришёл забрать друга, мы идём в Изначальный Мир.

— Имя. Из чьей семьи? — девушка остановилась передо мной и пронзительно посмотрела в глаза. Красивая, с идеально симметричными чертами лица. Только уставшая – под глазами тёмные круги.

Я представился. Девушка сразу же нахмурилась и окинула взглядом парня-задиру. Тот уже стоял, вытянувшись в струнку. Но следы пальцев на его горле были видны отчётливо.

— Прошу прощения за грубость младшего офицера, — девушка слегка поклонилась. — Я – майор Яньлин У…

— Первый сверхчеловек Азиатского Содружества, — перебил я её и поклонился. — Это честь – встретиться с вами.

— Вы можете идти. Вопросов к вашему другу нет, — ровным голосом ответила она.

Я посмотрел на Лианга. Тот встал, поклонился Яньлин и пошёл за мной. На улице он вдохнул полной грудью и шумно выдохнул.

— Спасибо тебе.

— Пожалуйста.

— Слушай, он всю душу вымотал своими вопросами… Я и правда несколько раз ошибся. И он вцепился, как бульдог. Если бы ты не пришёл… Видел его лицо, когда ты представился? И как он терпел, когда ты ему горло сжимал? Не посмел тебя и пальцем тронуть! Будет знать, как спорить с членом рода Ли! Совсем уже оборзели, свиньи безродные!

Я скосил глаза на разгорячённого Лианга. Он настолько возгордился мною, что совсем забыл о собственном происхождении.

— …Яньлин божественна! Ты видел её лицо? Она как с картины сошла! Даже Си Ши, и та поблекнет перед нею! Если в легендах от вида Си Ши рыбы тонули, то увидев Яньлин – акула захлебнётся!

Мы дошли до пирамиды, и Лианг наконец-то замолк. Но, судя по его отрешённому лицу, мысленно он продолжал восхвалять офицершу.

— Встретимся в поселении, — предупредил я Лианга и первым вступил в пирамиду.

Снова – лес, свежий ветер, птичье пение. Я ловко залез на дерево и внимательно огляделся в поисках ориентиров. Смутно различимые возвышенности, высокие деревья, изменение рельефа вдали – всё это указало мне на моё местоположение. Я слез с дерева и побежал к поселению. При первом перемещении в Изначальный Мир человек привязывается к конкретной области. Я оказался на пике Син Шан и всегда буду появляться именно здесь – даже если поменяю город или страну. Причём буду появляться примерно в одной точке – погрешность всего два километра.

А при возвращении в Солнечную Систему я выйду там, где зашёл в пирамиду. Нельзя зайти в Изначальный Мир из Пекина, а выйти в Москве.

В прошлой жизни эти два фактора значительно облегчили властям стран контроль над Эвольверами.

Есть только один способ изменить место привязки – перебраться на другую гору. Но это невероятно рискованное путешествие, полное смертельных опасностей.

До поселения я добрался без происшествий. Меня пропустили, я пошёл искать Нацуко и Мирославу. Нашёл их довольно быстро – они сидели на одной из лавочек и болтали.

— Владислав! — первой меня заметила Мирослава. Она облегчённо улыбнулась и поднялась.

Сегодня Мира была одета в плотную светло-зелёную солдатскую форму. Но даже в ней она выглядела мило. Нацуко пришла во всём чёрном.

Я сел рядом с ней.

— Ты не знаешь, что с остальными? — Мирослава встала передо мной.

— Нет. Лианг должен скоро прийти, а вот Думису можно не ждать. В ближайшую неделю он вряд ли появится в Изначальном Мире.

— Почему? — удивилась Мира.

— Это из-за эволюции? — догадалась Нацуко.

— Да. Его будут изучать.

Мирослава побледнела.

— Ничего ему не сделают, — хмыкнул я. — Первый человек, который смог эволюционировать. Гордость Африканской Конфедерации. Его не тронут.

— А мы что будем делать? — с сомнением спросила Нацуко.

— Ждём Лианга и идём убивать второго зверя.

— Я отойду на пару минут, — Нацуко бойко спрыгнула с лавочки, огляделась и ушла в сторону выхода.

— Мира, ты сможешь уехать в Уральское Княжество, в Екатеринбург? — спросил я, когда мы остались одни. — Там живёт мой дед, он поможет тебе спрятаться от лишних глаз.

— Я? — Мирослава захлопала глазами. — Но зачем?..

— Скоро мы все станем сверхлюдьми. И я не знаю, что с тобой сделают в Москве. Лучше не рисковать.

— Но… Как я туда попаду? — Мирослава закусила губу. — И мой отец… Он хороший. Я не хочу его обижать.

— Поезжай на поезде, — пожал я плечами. — Железная дорога восстановлена. Скажешь, что едешь к родственникам, – в такое время тебя никто допрашивать не станет. А в Екатеринбурге назовёшь моё имя любому полицейскому, и деду доложат о тебе. Я – Владислав Ли-Вавилонский. Таково моё полное имя.

— Вавилонский?! — глаза Мирославы расширились. — Во имя Христианского Бога, простите меня, — она поклонилась в пояс. — Я вела себя слишком грубо…

— Не надо. Веди себя как прежде, пожалуйста.

— Ладно… — Мирослава разогнулась, но мне в глаза не смотрела. На Руси всё не так строго с родовой иерархией, как в Азиатском Содружестве. Нет, конечно, страх и уважение присутствуют, но это не доходит до фанатизма, как у азиатов.

— Мне надо подумать о ваше… О твоём предложении… — пробормотала Мирослава.

— Решать тебе.

Мне хотелось вытащить Мирославу из той среды, в которой она сейчас находится. Я ведь её прекрасно понимаю – ситуация очень схожа с моей. В прошлой жизни мне помогла смена обстановки, отдаление от Мейфен и сестры. Уверен, что и Мирослава почувствует себя гораздо лучше вдали от своей мачехи. А её отец… Ничего с ним не станется.

Нацуко вернулась через пару минут и помахала кому-то за моей спиной.

— Вот и Лианг.

Я повернулся и заметил недовольного азиата. Он шёл, хмуро рыская глазами по поселению. Заметил нас, изменился в лице и ускорился.

— Меня чуть змея не укусила! — возмутился он. — Еле убежал!

— Тебе повезло, — заметил я.

Но Лианг уже не слышал меня – начал рассказывать девушкам, как его едва ли не сутки пытали военные.

— Привыкай, — прервал я его жалобы. — Скоро ты станешь сверхчеловеком и проблем с военными прибавится.

— Я? Сверхчеловеком? — удивился Лианг.

— Да. Ты будешь следующим.

— А кого будем убивать? — спросила Мирослава, смотря на меня горящими глазами. Кажется, информация о моей личности совсем не повлияла на её отношение ко мне.

— Волка, — я усмехнулся.

— Но… как? — Мирослава побледнела.

— Я знаю способы.

— Откуда? — подозрительно прищурилась Нацуко.

— Семья помогла, — я пожал плечами. В глазах Лианга появилось понимание, Мирослава с уважением посмотрела на меня.

— Какая семья? — нахмурилась Нацуко. — Ты из большой семьи?

— Да. Я из рода Ли.

Не стал уточнять, что из младшей ветви и что моего отца, можно сказать, сослали на Луну.

— Ли… — Нацуко запоздало поклонилась мне. — Для меня честь познакомиться с тобой.

— Идём за когтями крота, — я встал и потянулся. — У нас сегодня много работы.

— Может, мы Думису подождём? — робко предложила Мирослава.

Я проигнорировал её и первым направился на выход из поселения. На этот раз люди не выглядели испуганными – все горели энтузиазмом. Каждому хотелось стать сверхчеловеком и получить свою долю известности и денег.

— А почему ты сам не хочешь стать сверхом? — вдруг спросила Нацуко. Ох уж эта любопытная лиса. С виду тихоня, но всегда подмечает подозрительные моменты и задаёт неудобные вопросы. Вот Мирослава – хорошая, наивная, добрая, глупа… К-хм. Просто наивная и добрая.

— Я жду, пока не накопится больше информации. А вдруг от зверя зависит ветка развития?

Мои товарищи с удивлением воззрились на меня.

— Пока известно о трёх направлениях, — продолжил я. — Гравитосы, Атомосы и Полеосы. Но вдруг ещё есть и другие? Я хочу сам выбрать свой путь развития. Поэтому пока не собираюсь становиться сверхчеловеком.

— Мы для тебя лабораторные свинки? — вкрадчиво уточнила Нацуко.

— А я не против, — вставила Мирослава. — Без Владислава мы бы вряд ли чего-то добились. Это он придумал план, и он повёл нас.

— Угу, — буркнул Лианг, косясь на меня. Его моё признание не порадовало.

Я же шёл, сохраняя серьёзную мину. Отчасти я даже не соврал. Я знаю, что всего существует три ветки развития человека и четвёртую не найдут. И знаю, что убитый зверь почти не влияет на то, кем именно станет человек. Здесь, скорее, дело в генах, поле человека и его расе. Среди европеоидов больше Гравитосов, среди азиатов – Атомосов. Женщины чаще становятся Полеосами, чем мужчины. Нюансов много.

Однако можно кое-что сделать. В две тысячи сто восемьдесят пятом году, за пять лет до апокалипсиса, когда я уже увлёкся идеей путешествий во времени и был известен не только как аналитик армии, но и учёный, правительство поставило меня во главе сверхсекретной операции с кодовым названием Дельта. Проект Дельта изучал гены людей и искал взаимосвязи с направлением развития Эвольвера. Но прорыва мы добились в другом – смогли выяснить, что на редкость получаемой базовой способности влияет Жидкое Ядро монстра. И даже смогли целенаправленно пробудить у человека именно ту способность, которую хотели.

Как глава исследователей, я имел доступ ко всей информации. И смоделировал несколько сценариев моего старта в Изначальном Мире. Я изучил свою ДНК и понял, какая из редких базовых способностей может у меня пробудиться, если использовать Жидкое Ядро того или иного монстра.

И сейчас я пользуюсь трудами своих исследований. Но чтобы добиться желаемого, мне нужна сильная команда Эвольверов. И я её создаю.

Мы пробирались через лес, внимательно вслушиваясь. Иногда вдали раздавались крики людей, отчего Мирослава вздрагивала. Но сегодня она хотя бы не порывалась броситься на помощь. Лианг постоянно озирался, Нацуко шла очень тихо.

Я собираюсь устроить охоту на Чуткого Волка. Очень осторожного зверя, который любит нападать на слабых противников. Он не быстрый, как его сородичи. Но у него есть особенность – он способен увеличивать массу своих лап и челюстей. Удар от Чуткого Волка может стоить жизни даже сильному Эвольверу, если он будет не готов. Но у Чуткого Волка, как и у любого зверя, имеется слабость – боязнь ядов. Яд на когтях Древесного Крота сильно ослабел после того, как мы вырвали их, но этого хватит, чтобы парализовать Чуткого Волка.

— Стойте, — я приподнял руку, останавливая группу. Прислушался.— Готовьтесь, к нам кто-то бежит.

Лианг выругался и спрятался за деревом. Мирослава и Нацуко выбрали себе укрытие за кустами терновника. Я же остался ждать.

— Гру-у-у, — тяжело топая, из чащи выбрался… медведь. Точнее – Сероглазый Медведь. Чёрный, двухметровый, с окровавленными лапами и пастью. Монстр посмотрел на меня, и я почувствовал, как сверху навалилось давление гравитации. Ноги подогнулись, я упал на колени.

Вот же тварь… Именно этот медведь в прошлой жизни убил всю команду Думисы. Мы столкнулись с ним так же неожиданно – в лесу. И среди нас не было Эвольверов.

Первой умерла Мирослава – медведь оторвал ей голову ударом лапы. После – Лианг. Нацуку. Думиса. Я же… сбежал. Пока медведь разбирался с ребятами, я в ужасе бежал.

Закряхтела земля – медведь сделал шаг ко мне. Его глаза продолжали давить на меня. Способность этой твари – прижимать гравитацией с помощью глаз. Очень неприятная способность, она погубила много жизней.

Сероглазый Медведь – не обычный неразумный зверь, как Древесный Крот или Чуткий Волк. Он – Вожак. Тот, кто стоит на ступеньку выше. В прошлой жизни, чтобы его убить, люди собрали команду из десяти Эвольверов. И в том сражении погибла половина бойцов.

Я не шевелился. Стоял на коленях и ждал. Медведь широко раскрыл пасть и повернул её, намереваясь одним укусом сожрать мою голову. Зрительный контакт на миг прервался, сила гравитации перестала воздействовать на меня.

— Бегите! — я быстрым движением воткнул коготь Древесного Крота в нёбо медведя и перекатом ушёл назад.

Брызнула кровь, я застонал. Медведь среагировал слишком быстро – он сомкнул пасть. Моя правая кисть осталась у него в глотке.

Сдерживая крик и крепко сжимая покалеченное запястье, я побежал, петляя между деревьями. Со всех ног, не оборачиваясь. Позади раздался рёв, полный ярости.

Кровь хлестала из покалеченной руки, на глазах наворачивались слёзы. Но я терпел. Повезло, что вообще выжил. От Сероглазого Медведя редко кто уходил живым.

В поселении мне помогли люди из Азиатского Союза – перевязали руку, уложили в самодельную кровать. Расспросили о звере и ушли.

— Владислав! — Лианг был бледным, как труп. Он первым нашёл меня. — Твоя рука, она…

— Ничего страшного, — хрипло ответил я. — Всё нормально. Где девчонки?

— Не знаю… Я сразу побежал, когда ты крикнул. Слушай, я так никогда не пугался. Что это вообще было?! Почему ты встал на колени?

— Он давил гравитацией, — хрипло ответил я. Меня начал бить озноб. Похоже, в рану попала зараза. Нужно срочно вернуться на Землю. Но сутки ещё не прошли…

— Слушай, тебе совсем плохо… — Лианг озабоченно потрогал мой лоб.

Я стиснул зубы. Боль в руке только усиливалась.

— Влад! — показалась Нацуко. — Во имя Аматэрасу, твоя рука!

Я прикрыл глаза. Снова ошибка. Лишился руки меньше, чем через неделю после Затмения. Чёрт. Как же так?

— Где Мирослава? Почему её так долго нет? — спросил я.

Но ответа не услышал – вырубился. Проснулся, когда было темно. Рядом со мной, на лавочке, сидели трое – Мира, Лианг и Нацуко. Они сразу увидели, что я проснулся.

— Владислав! Слава Христианскому Богу! — ко мне подскочила Мирослава. Потрогала мой лоб. — Ты как?! Ты весь горишь!

На её лице отражалась самая искренняя забота.

— Где ты была? — хрипло спросил я. — И найдите мне воду.

— Сейчас! — Лианг подскочил с места. — Я быстро!

— Я… испугалась, — Мирослава смутилась.

— Эта дурочка осталась рядом с медведем, — иронично ответила Нацуко.

— Я… не могла двигаться. Так испугалась!

— Что стало с медведем? — я поморщился от боли, перекладывая руку на тело.

— Он упал. Потерял сознание. Ты ему в рот этот коготь засунул, он и…

— Значит, потерял сознание. Хорошо, — я мстительно посмотрел в сторону леса. Убью, тварь. Только подожди.

— Слушай, я нашёл воду! — появился Лианг. Он нёс бутылёк из коры дерева.

Вдали послышался шум – кто-то громко спорил и, видимо, дрался. А вот и начались первые конфликты между людьми…

— Я пойду, гляну, — Лианг отдал мне бутыль и ушёл.

Я сделал несколько глотков, и мне полегчало. Закрыл глаза.

Время шло неимоверно медленно. Боль в руке сводила с ума, а ночное небо без звёзд наводило тоску.

Первой ушла Мирослава – ближе к утру. Она сказала, что собирается сбежать из дома и поехать в Уральское Княжество, как я и предлагал. Выглядела Мирослава решительно. Она явно о многом подумала, и ей нелегко далось решение покинуть родного отца. Предлагая ей перебраться в Уральское Княжество, я не рассчитывал, что она так быстро согласится.

— Пусть Христианский Бог благословит тебя, — прошептала она мне, перекрестив напоследок.

Я ничего не ответил. Я не верю в людских богов. Миром правит сила, и прошлая жизнь наглядно мне это доказала.

Лианг постоянно где-то пропадал – узнавал информацию, общался с другими людьми. Поэтому мы с Нацуко часто оставались одни. Но оба молчали.

— Скажи, Нацуко, — нарушил я тишину, когда рассвело. — Из какого ты рода?

— Как ты догадался? — спокойно спросила она.

— Из-за твоей реакции на то, что я из рода Ли.

В Азиатском Содружестве с молоком матери прививаются уважение и страх перед людьми высшего сословия. Именно поэтому тот офицер не смог ударить меня – я принадлежу роду Ли.

— Я из рода Исида.

— Почему вошла в Изначальный Мир?

Род Исида, как и род Ли, – один из Азиатских Драконов. Их основные направления деятельности – рыбная ловля и транспортировка по морю. Но и во многих других сферах Исиды имеют свою долю.

— У нас всех похожие ситуации, — Нацуко печально улыбнулась. — Я сбежала из дома и вошла в Изначальный Мир, чтобы вернуть имущество отца. Он погиб три года назад, его сместил брат. У нас с матерью всё забрали.

У меня сильно закружилась голова. Я закрыл глаза.

— Владислав, вставай. Во имя Аматэрасу, вставай же! — меня сильно трясли за плечо.

Я открыл глаза. Светло. Рядом стояла напуганная Нацуко.

— Быстрее, уходи отсюда! Быстрее, Владислав!

— Что… случилось? — я с трудом сел. Голова кружилась, руку жгло так, будто к ней раскалённую железяку приложили.

— Тот медведь идёт! Его видели на подходе, он скоро будет тут! Быстрее, уходи!

— Гру-у-у-у! — вдалеке раздался злобный рёв.

— Чтоб ты сдох, — прорычал я и активировал татуировку мысленным приказом. Передо мной начала формироваться пирамида.

Нацуко вздохнула с облегчением и коснулась своей татуировки.

Раздались крики, чьи-то вопли. Я не мог разобрать из-за головокружения, но кричал кто-то знакомый…

— Лианг! — воскликнула Нацуко.

— Твари! — показалось трое мужчин европеоидной наружности. — Это вы привлекли медведя! Идите к нему, твари!

Перед глазами всё поплыло. Кто-то схватил меня за горло и ударил в живот. Затем сильный удар в голову едва не вырубил меня. Рядом раздался вопль Нацуко.

Полупрозрачная пирамида почти сформировалась – я пополз к ней, всеми силами стараясь не потерять сознание. Кроме меня, никто не видел пирамиду, но европейцы догадались, куда я ползу.

Сильный удар в рёбра, а сразу после – в затылок. Но я успел протянуть руку. Перед телепортацией на Землю последнее, что я увидел, – Нацуко, сидящую на корточках и сжимающую окровавленный нос. Из её глаз градом катились слёзы, а волосы были намотаны на чей-то кулак…

(Нацуко)

Глава 5. Родные

Я пришёл в себя в больнице. Белый потолок, запах медикаментов, капельница.

— Очнулся, — раздался рядом холодный голос. Я скосил глаза и увидел Делуна Ли. Он стоял сбоку от кровати и мрачно смотрел на меня.

— Здравствуйте, дядя Делун.

— У тебя проблемы.

— Знаю. Мне сожрали кисть.

— Это не главное. Медведь, который ранил тебя, ворвался в поселение людей и всё поломал. Сам он убил немногих, но десятки людей нашли свою смерть в лесу, когда убегали.

Я слушал Делуна и не перебивал. Сероглазый Медведь – Вожак. И я его разозлил. Причём сильно. Эта тварь теперь везде будет меня выслеживать, но и не это главное. На пике Син Шан у меня появились враги среди людей, и это крайне скверно. И что с Нацуко? О Лианге я могу узнать у Делуна, но вот о Нацуко он вряд ли что-то знает…

— Род Ли прикрыл тебя. Атаки на поселения не редкость, поэтому твой случай не уникален. Но мы не сможем защитить тебя в Изначальном Мире, на твоей горе пока только ты из рода Ли.

— Что с Лиангом?

— Правительство взяло его под крыло, он теперь в армии.

Я прикрыл глаза. Неприятно, но ничего страшного. Это даже может пойти на пользу Лиангу – он подтянет свою субординацию и научится работать в команде. А позже всё равно присоединится ко мне.

— Лианг – смелый парень. Не боится рисковать. Высок шанс, что он станет Эвольвером.

— Сколько я тут пролежал?

Они уже ввели термин "Эвольвер"? А не рано?

— Ты лежишь три дня. Тебя лихорадило, в кровь попала инфекция. Но сейчас твоей жизни ничто не угрожает. Приезжали твоя сестра и мачеха.

— Три дня… Когда меня выпишут?

— Я заказал протез. Послезавтра его установят и ты сможешь отдыхать дома. Советую не соваться в Изначальный Мир.

— Сколько уже сверхлюдей в мире?

— Больше трёх сотен. В сети распространился новый термин – Эвольверы. Теперь сверхлюдей называют только так.

— Сеть восстановили?

— Да. И сообщение между городами.

Я мысленно кивнул. В прошлой жизни было так же – примерно через две недели люди смогли исправить все сбои в сети.

— Отдыхай, Владислав. Ещё раз советую тебе не соваться в Изначальный Мир – у тебя там слишком много врагов.

— Спасибо вам. За всё.

— Это не мои заслуги. Род Ли никогда не бросает своих.

Делун ушёл, и я остался в одиночестве. Лианг в армии, и в ближайшее время мы вряд ли увидимся – ему навяжут новую команду. Неизвестно, что с Нацуко – смогла ли она дотронуться до пирамиды и переместиться на Землю? Мирослава сбежала из дома и уже должна быть в Уральском Княжестве. Надеюсь, что дед позаботился о ней и не пустил в Изначальный Мир… Жаль, не могу связаться с ним. Сеть восстановили, но мой смартфон сломан Кристаллом. А новый купить я смогу не скоро – их массовый выпуск начнётся только через месяца два.

Рука побаливала, но уже не так сильно. Терпимо. Единственное, что мне оставалось – лежать, смотреть в потолок и обдумывать все события. Я смог сократить срок, спустя который люди открыли способ становления Эвольвером. Но всего на двадцать дней. Если это и увеличит могущество человечества, то лишь ненамного. Мне нужно сделать следующий шаг – рассказать всем о свойствах гелия-три. Но… Не так рано. Сперва необходимо самому стать Эвольвером. И при этом не обычным Эвольвером, а тем, кем я хочу.

А для этого мне нужна сильная команда… Чёрт.

На следующий день пришла Мейли. Бледная, испуганная. Во время разговора постоянно косилась на мою культю.

— Мы смогли связаться с отцом, — грустно рассказывала сестра. — Он пошёл в Изначальный Мир и там чуть не умер. Сейчас в больнице лежит, как ты.

— Он ничего не потерял?

— Нет. Ему вспорол живот какой-то зверь, но папа выжил, — глаза Мейли налились слезами, но она сдержалась и не заплакала.

— Ты слышал про свою маму? Она стала Эвольвером. Её в сети называют Пылающей Княжной.

Хоть что-то не изменилось. В прошлой жизни маму так же называли. Она – мощный Ядерный Атомос с редкой базовой способностью, Манипуляцией Светом. В Руси она была одним из сильнейших Эвольверов.

— Не слышал. Рад, что у неё всё хорошо.

— Дядя Делун пообещал, что мы через неделю получим один смартфон на семью. Так что сможешь связаться с матерью и дедушкой.

— Мейфен мне не позволит, — хмыкнул я.

— Я поговорю с ней… — Мейли осеклась.

Вдруг раздался громкий стук – дверь распахнулась. В больничную палату вошла высокая женщина с огненно-рыжими волосами. Одетая в широкие светлые брюки и такого же цвета пиджак – она оглядела комнату и презрительно сморщила нос.

— Мама, — вырвалось у меня. Дыхание спёрло, в груди заныло. Как же я давно её не видел…

Роза Вавилонская повернулась ко мне.

— Я, наверное, пойду, — пискнула Мейли и попятилась к выходу.

— Береги себя, — кивнул я ей, успокаиваясь. Я и так совершил слишком много ошибок, сейчас нужно взять себя в руки.

Дверь закрылась, мы остались с мамой наедине.

— Я забираю тебя, — холодно заявила Роза. — Завтра полетим в Новгород.

Глаза матери – зелёные, глубокие. Лицо светлое, без единой морщинки. На вид ей не больше двадцати пяти-двадцати шести. Неудивительно, что мой отец всю жизнь любил её – до самой смерти.

— Я останусь здесь, — мягко ответил я, прикрыв глаза.

— Не останешься, — Роза убрала руки за спину и слегка приподняла подбородок. Всегда так делает, когда напряжена.

Я мысленно вздохнул. Эта сцена так напоминает ту, из прошлой жизни… После моего первого посещения Изначального Мира, во время которого погибла вся группа Думисы, я тоже попал в больницу. Физически я почти не пострадал, но вот психику мне замкнуло сильно. Ночами спать не мог – всюду этот проклятый медведь мерещился.

В прошлой жизни, как и сейчас, меня навестила мать. И попыталась забрать с собой, на Русь. Но тогда я наорал на неё – высказал всё, что о ней думаю…

До десяти лет я жил с матерью. Но потом меня забрал отец – в Пекин. В дом, где меня искренне возненавидели сестра и мачеха. Где надо мной периодически издевался повар. Тогда я верил, что мать – предательница. Она отказалась от меня. И лишь позже, за разговором с дедом, я узнал, что Роза Вавилонская не хотела отправлять меня в Азиатское Содружество. Но у неё было слишком много врагов. Она в одиночку управляла гигантским богатым Княжеством – ей завидовали, её боялись, её пытались убить. И меня пытались – не раз и не два. Но тогда я был слишком маленьким и не подозревал об этих попытках. Именно поэтому мать решила отправить меня к отцу – к роду Ли, Азиатскому Дракону.

Но узнал я об этом позже, когда мне было двадцать шесть лет. К тому времени мать и отец уже погибли.

— Я не поеду с тобой, — мягко сказал я. — Лучше ты останься тут, рядом. Не можешь?

Мама нахмурилась.

— Почему ты отказываешься? Что тебя держит?

Роза Вавилонская – сильная женщина. В прошлой жизни, когда она приехала ко мне в больницу, я наговорил ей много отвратительных вещей. И что ненавижу её, и что она предательница, и что отказалась от меня.

Мама молча выслушала. Не представляю, каково ей было стоять и слушать, как родной сын проклинает её. Она в тот день так ничего и не сказала – ушла, оставив мне карточку с большими деньгами.

Благодаря этой карточке я после выписки из больницы смог снять себе квартиру и не возвращаться к Мейфен и её повару. Почти год я жил как отщепенец – один, без друзей и родных. Так продолжалось бы и дальше – если бы отец не вернулся из Европейского Союза и не нашёл меня.

— Если я поеду с тобой, то стану для тебя обузой. Сейчас мне лучше оставаться в Пекине, рядом с родом Ли.

— Ты потерял кисть. Так род Ли заботится о тебе? Почему они вообще позволили тебе войти в пирамиду?! — мама медленно закипала. Её глаза слегка засияли, ногти на пальцах тоже засветились.

— Это мелочи, — я небрежно махнул культей. — В будущем исцелюсь.

— Как?! — рявкнула мать. — Как ты вылечишься, мальчишка?! Ты что о себе возомнил?!

Роза подошла ко мне, схватила за шиворот и встряхнула. Её глаза сияли, лицо искривилось в гримасе ярости.

Я не сопротивлялся – лежал и смотрел.

— Завтра ты отправляешься со мной, в Новгород. Это – моё окончательное решение! — рявкнула мне в лицо Роза, резко наклонившись.

На миг мне показалось, что она не сдержит себя, её сила вырвется из-под контроля и покалечит меня. Но мама взяла себя в руки. Она отпустила мой ворот. Глубоко вдохнула и выдохнула. И вышла, хлопнув дверью. Даже не посмотрела на меня.

Я горько улыбнулся. Мама… Она родилась четвёртой в семье – единственная дочь. Роза Уральская. Братья её обожали и всячески баловали, как и отец – мой дедушка.

Она росла настоящей красавицей, и за ней ухлёстывали все кому не лень. Однако, когда мой старший дядя погиб, именно Олег Вавилонский оказался рядом. После старшего дяди погиб и средний. Мама вышла замуж за Олега. А потом, на следующий день после свадьбы, в один день, в авиакатастрофе умерли сразу два родных человека – её последний брат, мой младший дядя, и её муж – Олег Вавилонский.

После такого люди или ломаются, или сильно меняются. Мама изменилась. До Затмения она всеми силами увеличивала свои власть и влияние, не гнушаясь грязных методов. Именно из-за этого у неё было столько врагов и ей пришлось отправить меня в Пекин. А после Затмения… Мама стала маньячкой силы. Она не останется в Пекине – она желает стать сильнее. Настолько, чтобы раздавить любого, кто посмеет пойти против неё. Но я – её единственный сын. И если я погибну, как её муж, как братья… Мама не может этого допустить.

Всё это я начал понимать в прошлой жизни, когда стал главным аналитиком армии Руси, одним из сильнейших стратегов всей Солнечной Системы.

Единственное, чего я так и не понял, – отношения Розы Вавилонской и Ксина Ли. Мой отец любил мать. Но их отношения всегда были натянутыми. Однако, когда Ксин Ли погиб в Индо-Азиатском Конфликте, Роза Вавилонская бросила всё и отправилась на поле боя.

Гнев Пылающей Княжны был страшен – она в одиночку уничтожала армии индийцев. Но… Вслед за Ксином мама погибла. Убита индийским Эвольвером – Полеосом Воздуха. И у меня, после тщательного изучения той битвы, возникли подозрения, что этот Полеос использовал запрещённое всеми странами биологические оружие Гейзер. Однако даже без него в операции по её устранению участвовали десять Эвольверов, каждый из которых имел чистоту ДНК от десяти процентов. В то время лишь у элиты среди Эвольверов был подобный показатель.

Где я был тогда? Когда погибли отец и мать, мне был двадцать один год. К тому моменту я уже встретил Адель в Изначальном Мире и мы вместе развивали свою организацию, строили большие планы на будущее, мечтали. Вести о смерти отца и матери тогда лишь вызвали у меня грусть – не более.

Мои размышления прервали приближающиеся шаги. Дверь в палату открылась, внутрь вошёл… дедушка! Он огляделся, похлопал себя по немаленькому животу и подошёл к моей кровати. На его среднем пальце сверкнула рубиновая печатка – семейная реликвия.

Я с улыбкой смотрел на него, ощущая, как разливается в груди тепло. Даже мама не вызывала у меня настолько тёплых и нежных чувств, как дед. Я в неоплатном долгу перед этим человеком. И я не смогу равноценно отблагодарить его в этой жизни за то, что он сделал для меня в прошлой.

— Руку потерял? Покажи? — без приветствия начал Борис Уральский.

Я приподнял культю.

— Ах ты, бомж мелкий! — дед разозлился. — Совсем мозгов нет?! Нахрен полез в эту дыру?!

— Деда, сядь. Давай поговорим, — миролюбиво сказал я.

— С писькой своей говорить будешь! Ты что творишь вообще?! — дед аж покраснел от злости.

Я внутренне вздохнул. Как же сложно с родственниками…

— Давай поговорим, — снова попытался я. — Мы же цивилизованные люди. Попробуем наладить диалог.

— Я с бомжами диалогов не веду, — отрезал дед. — Завтра же полетим в Екатеринбург. Ремня получишь, паршивец мелкий.

— Мама приходила. Она хочет меня в Новгород забрать.

— Что? — удивился дед. — Роза тут? Где?

— Вышла минут за двадцать перед тобой. Дед, садись. Вон – тут стул есть. Ты человек старый, тебе нельзя долго стоять.

— Это я-то старый? — возмутился Борис Уральский. — Ты себя в зеркало вообще видел?!

— А это тут при чём? — не понял я.

— Не знаю, — буркнул дед. Он пододвинул стул и тяжело опустился на него. Стул под его весом заскрипел.

— Рассказывай. Я сюда из Екатеринбурга прилетел, как только о твоей руке узнал. Не заставляй старого человека ждать.

— Разговор не для лишних ушей, — предупредил я.

— Девочки! — гаркнул дед, заставив меня вздрогнуть. — Сюды шагайте, курицы!

В дверном проеме показались две девушки-близняшки в форме охранников. Обе с короткими чёрными волосами и резкими чертами лица. Единственное, что их различало, – носы. У правой – вздёрнутый, а у левой – приплюснутый. Девушки закатили правые рукава, обнажая свои татуировки треугольников.

Они различались цветом. У правой – голубой треугольник, а у левой – фиолетовый.

Я узнал их – Саша и Маша. Верные помощники деда, его секретари. Они выросли в приюте, и дед дал им работу. В прошлой жизни Саша и Маша сбежали из дома и тайно проникли в Изначальный Мир, где стали Эвольверами. В этой всё произошло так же.

Маша, с фиолетовым треугольником на запястье, щёлкнула пальцами, высекая небольшую электрическую искру. От её ладони пронеслась волна – голубоватая, почти прозрачная. Она проверила – нет ли поблизости от нас жучков или других приборов. Но её электрическое поле ничего не нашло – значит, всё чисто.

Сразу после сестры начала действовать Саша – приподняла руки. Вокруг нас с дедом сгустился воздух – теперь наш разговор никто не услышит, включая девушек. Саша сделала так, что звуковые волны не смогут распространиться за пределы воздушного купола.

— Ну как тебе? — Борис гордо посмотрел на девушек. — Представь, сбежали, курицы драные. Решили Эвольверами стать. Бомжам бы их на съедение отдать, но жалко.

Я хмыкнул. Несмотря на кажущееся высокомерие и презрение к бедности, дед – очень хороший человек. Он каждый год жертвует гигантские суммы на благотворительность, причём тайно. И если подворачивается возможность – всегда помогает сиротам. Саша и Маша ведут дела деда и знают, что он поддерживал их с самого детства. Поэтому решили сбежать в Изначальный Мир – чтобы увеличить влияние деда. А то во всех Княжествах начали появляться Эвольверы, а в Уральском – нет. Сам дед стар для похода в опасный Изначальный Мир, а взрослых наследников у него нет.

— Повезло им, — серьёзно кивнул я. — Обе девушки стали Полеосами. Саша – Полеосом Воздуха. А Маша – Полеосом Электричества.

— Э-э-э… Как ты их имена узнал? Стоп, что? Как ты понял их силу? Владислав, чтоб тебя бомжи сожрали, что происходит?

Дед не на шутку встревожился. Он вытащил из внутреннего кармана платок и вытер лоб.

— Всего существуют четыре вида Полеосов. Их можно узнать по татуировкам. Голубой цвет – это Воздух. То есть Эвольвер может манипулировать… полями воздуха, если так можно выразиться. Синий – Полеос Магнита. Эвольвер получает способность манипулировать магнитным полем. Фиолетовый цвет – электрическое поле, Полеос Электричества. И последний, самый редкий вид из всех существующих, – Полеос Космоса, космического поля. Серебряная татуировка.

Дед, затаив дыхание, слушал меня. Его нижняя губа дрожала.

— Откуда?.. Как?..

— Я многое знаю, деда, — я печально улыбнулся. — Хочешь, расскажу про три вида Гравитосов и четыре вида Атомосов? Или поведаю, как именно Саша и Маша попали к тебе? Из какого они приюта? Когда ты этот приют построил и сколько денег в него вложил?

— Ты хочешь, чтобы я тут от инфаркта слёг, бомж мелкий? — дед снова вытер пот со лба. — Говори, откуда всё знаешь?! Не из будущего же вернулся, в конце концов!

— К-хм, — я неловко кашлянул. — Дед, ты не волнуйся сильно. Но… — я посмотрел в красные от напряжения глаза деда, услышал его тяжелое дыхание. И в последний момент решил соврать.

— Мне помогли, — выдохнул я, закрывая глаза.

— Кто?! — дед не выдержал и взревел. Вскочил, уронив стул. — Владислав, в глаза мне смотри! Что происходит?!

— Я знал про Затмение. Заранее. И несколько дней мог свободно искать любую информацию в сети – даже самую секретную. Так я узнал и о твоих приютах, и об убийцах твоих сыновей. Дед, сядь. Я тебе всё расскажу.

Я не смог сказать ему правду. Не смог поведать о том будущем, из которого вернулся. О том, что ждёт человечество через двадцать два года.

— Как?.. — дед поднял стул и сел. Голос у него был хриплый, но контроль над собой он вернул.

— Со мной связался искусственный интеллект Хрусталов. Он предупредил о Затмении и дал мне доступ к любой информации в сети. От него я узнал, что внутри жидкого гелия-три можно хранить Жидкое Ядро – серебряную субстанцию из сердец зверей, с помощью которой можно стать Эвольвером.

— Что за Хрусталы? И гелий-три… У него правда такие свойства? — глаза деда заблестели. Люди уже знают, что Жидкое Ядро вне тела зверя существует меньше десяти минут, а после превращается в бесполезную слизь. Внутри мёртвого зверя Жидкое Ядро уже через полчаса растворяется в сердце. Чуть позже люди попытаются вытащить Жидкое Ядро в Солнечную Систему, но у них ничего не получится – они переместятся одни. И только жидкий гелий-три решает все эти проблемы.

— Хрусталы – древняя погибшая раса, — начал объяснять я. — Она как-то связана с Землёй. Кстати, сейчас на Луне находится корабль этих Хрусталов. Он невидимый, сделан из очень крепкого хрусталя. Я тебе укажу точные координаты – будет хорошо, если твои люди найдут его первыми, внутри много ценного. А свойства жидкого гелия-три именно такие, как я и сказал.

— Ох… Владислав, что же ты со мной делаешь… — дед схватился за сердце. — Почему не предупредил?! Я бы в десять, нет… В сто раз больше гелия-три купил! Сколько же я потерял?! Христианский Бог, согрешил я страшно… Такие прибыли!

Я закатил глаза. Внук, который связался с вымершей цивилизацией, знающей о Затмении? Ничего страшного! А вот упущенные выгоды – это да. Трагедия мирового масштаба.

Я терпеливо слушал жалобы деда, пока тот, наконец, не устал.

— Кто убил сыновей? — вдруг спросил он, враз помрачнев.

— Точно не знаю, — соврал я. — Азиаты или Европейцы.

— Зачем? — дед медленно провернул печатку на пальце. Так он успокаивал себя, сдерживал злость.

— План “Олимп”. Его составили двадцать лет назад – в две тысячи сто пятидесятом году, Маршал и Железный Кулак Ся.

Маршал – бывший президент Европейского Союза, а Железный Кулак Ся – Председатель Азиатского Содружества, тоже бывший.

— Что за план “Олимп”, Владислав? — зарычал дед.

— Европейский Союз и Азиатское Содружество медленно ослабят Русь. А когда придёт время – ударят с двух сторон. Юг Руси уйдёт Азиатскому Содружеству, а запад – Европейскому Союзу. Также заранее были поделены территории Луны и Марса, принадлежащие Руси.

Дед закрыл глаза.

— Смерть моих дядей, Олега Вавилонского и многих других – дело их рук. Цель плана не только ослабить все Княжества Руси, но и перессорить их между собой.

Я замолчал. Уже минут пять меня преследовало странное чувство – я что-то забыл. Но не могу вспомнить, что именно.

— Я должен доложить об этом Царю, — дед встал. — Если ты сказал правду, то…

— Нельзя докладывать, — прервал его я. — Это приведёт к войне, деда. Во имя мира – нельзя докладывать.

Во имя мира… Точно! Мирослава!

— Дед, а тебе не докладывали о девушке по имени Мирослава?

— А? Что за Мирослава? — дед отвлёкся от своих мрачных мыслей и непонимающе посмотрел на меня.

Я же почувствовал, как внутри меня расползается холод. Путь от Москвы до Екатеринбурга – часов двенадцать от силы. А на скоростном магнитопоезде и вовсе – в два раза быстрее.

Куда делась Мирослава?!

Глава 6. Решение Розы

— О чём ты вообще думал?! Отправил девочку в такое время через полстраны!

Дед раздражённо смотрел в свой смартфон. Таким влиятельным людям, как он, не составило труда достать несколько новеньких смартфонов, прямо с завода.

— После Затмения каждый второй преступником стал! Ты хоть головой своей думал?!

Я молчал. Дед прав – я сглупил.

— Поезд Москва-Екатеринбург был ограблен неизвестной группировкой, — раздался холодный голос Розы Вавилонской. — Есть убитые, раненые и пропавшие без вести.

— Твой искусственный интеллект может найти девочку? — раздражённо спросил дед.

Когда я рассказал ему о Мирославе, он сразу же позвонил маме. Она, как оказалось, скандалила с главой рода Ли. Дед буквально спас его от разъяренной Княгини. Мама приехала в больницу, и меня сдали с потрохами – дед рассказал об ИИ и о настоящих свойствах гелия-три. Но ему хватило ума умолчать о плане “Олимп”. Если мама о нём узнает… Начнётся что-то страшное. Детали плана “Олимп” принесут ей гораздо больше душевной боли, чем дед может себе представить. Он о многом не догадывается. Но эту тайну я никому не расскажу – она умрёт вместе со мной.

— ИИ уснул после Затмения, — буркнул я.

— А как ты узнал о том хрустальном корабле? — дед развернулся ко мне.

— ИИ ещё до Затмения предупредил, что он там будет, — меня начала раздражать сложившаяся ситуация.

— Что за корабль? Отец, расскажи, — потребовала Роза.

И дед снова меня сдал.

— Координаты сообщишь мне, — приказным тоном велела Роза. — А пока мои люди ищут девочку, расскажи мне всё, что знаешь об Эвольверах. Мне важна каждая крупица информации.

— Я не успел многое узнать. ИИ всего несколько дней делился со мной информацией.

— Я слушаю, — Роза скрестила руки на груди. — Ты уже попробовал себя в роли взрослого – в итоге лишился кисти, наплодил себе кучу врагов в Изначальном Мире и отправил девочку на смерть. Хватит с тебя.

Я стиснул челюсти. Меня отчитывают как ребёнка. И что самое обидное – по делу! Со стороны я и правда выгляжу, как школьник, который решил поиграть во взрослого.

— Сперва об Атомосах Света расскажи, — припечатала мама.

Я вздохнул и подчинился:

— Атомосы бывают четырёх видов. Их сила связана со взаимодействием с атомами. Но вид Атомоса – это только общее направление развития. Способности других людей с одинаковым видом могут сильно различаться.

— Это я знаю, — перебила мама.

Я терпеливо продолжил:

— Белая татуировка появляется у Атомосов Синтеза. Эвольвер с такой татуировкой может научиться соединять разные вещества. Одно из направлений – регенерация материи. Достаточно сильный Атомос Синтеза без проблем создаст мне новую кисть, — я махнул культей.

У мамы загорелись глаза, дед тоже выглядел взволнованным.

— Чёрная татуировка обозначает Атомоса Распада. Его способность – чистое разрушение на атомном уровне.

Я сглотнул, перед глазами всплыло лицо Адель. Она была Атомосом Распада. И именно из-за своей силы стала калекой…

— Серая татуировка у Атомосов Трансформации. Они могут улучшать части своих тел, изменять их.

В прошлой жизни я был таким. И улучшал свой мозг. Таких как я называли стратегами.

— Последний вид, как у тебя, — я кивнул маме. — Если татуировка красная – это Ядерный Атомос. Свет, огонь, радиация, лазер – это всё их стихия.

— Лазер? — мама приподняла брови.

— Да. Ядерные Атомосы, они… — я замешкался, подбирая слова. Не хочу сболтнуть лишнего. — Они как звёзды.

Мама непроницаемо смотрела на меня.

— Ядерные Атомосы получают свою силу от ускорения молекул и… распада ядер. Вроде так.

На лице мамы появилось понимание, она погрузилась в раздумья. Я не стал её отвлекать – уставился в окно.

Дед с серьёзным видом прочитал сообщение на смартфоне. Внутри меня всколыхнулось волнение. Мирослава должна выжить. Я верю, что она выживет. Верю.

***

Русь, село Можга.

Мирославе было страшно. Очень страшно. Но плачущий рядом с ней десятилетний мальчик не позволял ей запаниковать. Мирослава аккуратно перевязывала его ногу – во время нападения в поезде раздался взрыв и икру мальчика рассекло что-то острое.

Мирославе помогали ещё две девушки – обеим по семнадцать лет.

— Илья, не плачь, — шептала Мирослава, то и дело озираясь на дверь сарая. Грабители, отступая, зачем-то захватили с собой подростков. Привезли в это заброшенное село и запихнули в сарай.

— Мне больно, — хныкал Илья. — Я хочу домой. Хочу домой.

— Скоро нас спасут. Не плачь.

Всего в сарае было около двадцати человек. Но только Мирослава и ещё две девушки – Дарина и Олеся – решились помочь раненому мальчику. Они порвали свою одежду, чтобы перевязать Илье страшную рану.

— Кто нас спасёт? Ты совсем тупая? Мы все тут сдохнем, — раздался из угла комнаты озлобленный голос шестнадцатилетнего подростка.

— Нас спасут, — Мирославе хотелось плакать от накатившего ужаса, но она упорно держалась за последнюю соломинку. Она верила, что Владислав спасёт её. Очень верила.

— Всем плевать, — парень сплюнул. — Каждый день такие как мы сдыхают. И будет лучше, если мы просто умрём. Поверь, будет гораздо лучше.

— Замолкни! — огрызнулась Олеся.

— Тебе зубы выбить? — парень угрожающе оскалился. — Ещё раз тявкнешь – я тебе лицо разобью.

Олеся побледнела и склонила голову к груди.

— А ты пасть закрой! — парень кинул камушком прямо в голову стонущему Илье. — Не привлекай внимания!

Мирослава со страхом посмотрела на парня и приобняла Илью – тот зарыдал ещё громче.

— Нас спасут, — шептала Мирослава, покачивая мальчика. — Он нас спасёт.

— Кто? — почему-то шепотом спросила Дарина.

— Он.

Мирослава начала успокаиваться. С самого появления Владислав вёл себя очень уверенно – он никогда не паниковал, не боялся. Даже когда стоял напротив огромного медведя, он не струсил. В нём не было страха – только холодная решимость и раздражение.

Владислав потерял кисть, но вёл себя так, будто его слегка ранили, а не отгрызли ему руку.

Мирослава виделась с Владиславом всего дважды, но за это время внутри неё укрепилась странная уверенность в этом парне. А ещё – восхищение. И когда он сказал ехать в Екатеринбург – она сразу для себя решила, что поедет. Но не сразу поняла это. Только вернувшись из Изначального Мира домой, она осознала, какое сильное влияние на неё оказывал Владислав. Хотя они знакомы всего ничего…

Снаружи раздались чьи-то голоса и прогремели выстрелы. Мирослава вздрогнула и замерла. Её широко раскрытые глаза смотрели на дверь сарая.

Бах!

Дверь вылетела, внутрь забежали бойцы в тёмной форме, с оружием в руках.

— Мирослава Ерохина тут? — зычно спросил один из бойцов.

— Я! У нас раненый! — Мирослава вытянула руку, не вставая. Когда боец назвал её фамилию, она на миг удивилась, так как говорила Владиславу только имя. А то, что бойцы пришли благодаря Владиславу, Мирослава нисколько не сомневалась.

Боец подошёл к ней – нагнулся, быстро осмотрел.

— Я не ранена, со мной всё хорошо, — быстро заговорила Мирослава.

Боец разогнулся, обвёл всех подростков взглядом и сообщил:

— Проводится совместная операция Князя Уральского и Княгини Вавилонской. Вы в безопасности. Готовьтесь к отправке.

Один из бойцов помог Мирославе подняться и встал рядом с ней, держа руки на висящем на шее автомате.

Мирослава поманила к себе Олесю с Дариной – Илье уже оказывали первую помощь. После чего нашла глазами того самого парня, который угрожал Олесе. Тот стоял ошеломлённый, с приоткрытым ртом.

Мирослава с превосходством посмотрела на него, после чего фыркнула.

— Я же говорила, что нас спасут.

***

Азиатское Содружество, город Пекин.

— Девочка найдена, она в безопасности, — доложила Роза. На улице уже была ночь, но мама и дед всё ещё сидели в моей палате. Мы все напряжённо ждали окончания операции.

Я облегчённо выдохнул. Дед тоже заметно расслабился. Он никогда не видел Мирославу, но переживал за неё.

После Затмения многие средства слежения и связи вышли из строя, но два Княжества, объединившись, без труда смогли найти следы грабителей. Узнать фамилию Мирославы тоже оказалось очень просто – единственная пассажирка поезда с таким именем пропала без вести.

— Вопрос с Мирой закрыт, — заговорил я. — Теперь давайте обсудим наше будущее.

— Ты поедешь со мной, — безапелляционно заявила мама.

— Зачем? Ты будешь следить за мной? Не станешь ходить в Изначальный Мир?

Мама поджала губы. Конечно, учитывая её характер, она не станет сидеть дома. От меня она узнала немало интересной информации, которая поможет ей быстрее развиться как Эвольверу, – пока бойцы Княжеств искали Мирославу, мы о многом успели поговорить.

— Я останусь в Пекине, тут для меня безопасно. Вы пока не говорите никому о гелие-три и не скупайте его слишком активно, в будущем это может вызвать подозрения. А вы сами понимаете, к чему они могут привести.

Дед недовольно поморщился, мама не отреагировала.

— Найдите хрустальный корабль, в нём должно быть много полезных сведений, — продолжил я. — Но сделайте это аккуратно. Так, чтобы вас ни в чём не заподозрили.

Говорил я свободно, потому что с мамой пришло несколько Эвольверов и специалистов, которые обеспечили приватность нашего разговора.

— Я останусь в Пекине на некоторое время, — вдруг заявил дед. — Роза, езжай домой. С Владиславом всё будет хорошо. Ты же сама видишь, насколько сильно он вырос, бомж мелкий.

Я с благодарностью посмотрел на деда. В очередной раз меня выручает. На лице матери отразилась борьба. С одной стороны – её стремления, цели. С другой – желание защитить меня, своего сына и последнего родного человека, не считая отца.

— Езжай, — кивнул я. — Стань сильнее в Изначальном Мире и просто приди на мою гору. Тогда меня точно никто не посмеет тронуть. Ещё поищи Атомоса Синтеза, который излечит мою руку.

Глаза матери сверкнули. Она строго взглянула на деда.

— Не пускай его в Изначальный Мир, пока я не доберусь до его горы.

Мы с дедом одновременно кисло улыбнулись. Но мама этого уже не видела – она почти выбежала из палаты.

— Манипулятор ты мелкий, — покачал головой дед. — Я тебя в Изначальный Мир не отпущу – знай. Ультиматум поставлю старому бомжу Ли, чтобы он не выпускал тебя из дома.

— Давай поговорим об этом потом, — я зевнул. — Уже поздно.

Дед несколько секунд смотрел на меня. Явно хотел обсудить план “Олимп”. Но в итоге махнул рукой, назвал меня в очередной раз бомжом и вышел.

На следующий день мне установили протез – кисть из особого наноматериала, которой я мог управлять почти также легко, как и родной. Не представляю, сколько она стоит; здесь явно не обошлось без вмешательства деда. Да и протез доставили на день раньше, чем сказал Делун.

После установки протеза я поехал домой. Дед заселился в какой-то отель и пока не собирался возвращаться в Русь. И как мне под его бдительным оком пойти в Изначальный Мир? Он отказался мне достать новый смартфон – сказал, что это наказание за мою самонадеянность. И мне пришлось принять то, что в ближайшее время я не смогу выйти из дома.

Но это не так уж плохо, как может показаться на первый взгляд. Требуется время, чтобы на пике Син Шан забыли обо мне и отстроили новый частокол. Да и Сероглазый Медведь остынет.

Единственное, что мне не давало покоя, – состояние Нацуко. Я верил, что она спаслась. Но проверить не мог – Делун не согласится сунуть нос в личные дела рода Исида. А деда напрягать я не хотел – он и так из-за меня ухудшил свои отношения с родом Ли.

***

— Шах! — Люда взяла белую пешку и передвинула её на четыре клетки вперёд.

Я отошёл королём в сторону, хоть ему и не угрожала опасность.

— Шах! — Люда взяла коня и поставила его на ячейку рядом с моим королём – шахматная фигура неведомым образом пролетела через полполя.

— Ты выиграла, — вздохнул я.

Игра в шахматы с Людой напоминала мне то, что происходило с моей жизнью после перерождения. Я делал ход и каждый раз в ответ получал очередной болезненный “шах Люды”. Все мои знания о будущем пока не слишком мне помогли – отец оказался на Луне и сейчас ранен, я лишился руки, Мирослава чуть не погибла, состояние Нацуко неизвестно, Лиан в армии, а Думиса вообще пропал. Не слышал о нём ничего с нашей первой встречи.

— Ты очень плохо играешь, — с серьёзным видом сказала Люда, поигрывая белым королём. — Хочешь, я тебя учить буду?

Я слабо улыбнулся. Два дня прошло с моей выписки, и я с того момента провёл довольно много времени с Людой – смертельно больной девочкой. Чего я совсем не понимал – как она оказалась у нас дома? Зачем отец её приютил? Никто из слуг не смог ответить на этот вопрос, поэтому эта тайна оставалась нераскрытой.

— Господин, — к нам подошла служанка. — С вами хочет поговорить сотрудник вашего деда.

— Зови сюда, — я начал раскладывать шахматы по-новой. Хоть у Люды и невозможно выиграть, но так я смогу скоротать время.

В комнату вошла Саша с коробкой в руках. Она молча подошла ко мне и поставила коробку на стол.

— От Бориса Артёмовича, — раздался её холодный голос.

— Спасибо, Александра, — я улыбнулся ей и открыл коробку. Внутри лежал новенький смартфон. Работающий, не испорченный Кристаллом.

— Передай ему мою благодарность, — искренне сказал я.

Александра кивнула и вышла.

— А кто такой Борис Артёмович? — поинтересовалась Люда.

— Один хороший человек, — я не стал упоминать деда и напоминать девочке, что она сирота.

— А почему он мне ничего не подарил? — Люда надула губы.

Я ей не ответил – был занят смартфоном. Внутри был установлен Канонъ – причём он немного отличался от старого мессенджера. Из-за Кристалла прошлый Канонъ перестал работать, и властям пришлось постараться, чтобы в короткие сроки исправить мессенджер. Но не обошлось и без неприятных сюрпризов – все старые аккаунты стёрлись, поэтому теперь каждому придётся снова регистрироваться. Внутри мессенджера, в своём смартфоне, я нашёл три контакта – деда, мамы и Мирославы. Последней я и позвонил.

— Да? Кто это? — раздался её слегка удивлённый голос.

— Это Владислав.

— Это ты! То есть вы! То есть… Спасибо! Я думала, что умру там!

Мирослава взволнованно затараторила.

— Тебе известно что-то о Нацуко? — без особой надежды спросил я.

— Да! Она дома, у неё сломаны обе ноги и рёбра. Но Нацуко жива.

Я мысленно выдохнул. Рад, что она не погибла.

— Как ты смогла с ней связаться?

— Я попросила у сотрудников твоего дедушки узнать, — невинно ответила Мирослава.

Я мысленно чертыхнулся. В прошлой жизни после Индо-Азиатского Конфликта отношения между всеми странами обострились, роды не доверяли друг другу и скрывали всю информацию о себе. Я слишком долго прожил в той атмосфере и забыл, что сейчас не те времена.

— Что с твоей рукой? — вдруг встревожилась Мирослава.

— Всё хорошо, не переживай. Как ты там устроилась?

— Я… Нормально. Тут все добры ко мне. Я ещё с собой ребят взяла, которых грабители вместе со мной забрали. Ты не против?

— Нет.

— Когда мы в Изначальный Мир пойдём? Ты слышал, что на Луне нашли какой-то хрустальный корабль?

— Нет.

Значит, уже нашли. И мама с дедом не смогли без огласки исследовать корабль Хрусталов. Но ничего страшного – особенно ценного там всё равно нет. В прошлой жизни я приложил много сил, чтобы изучить Хрусталов. Хрусталь Хаоса и Кристаллическая Доска, с помощью которых я повернул время вспять, находятся в другом месте. И мне ещё предстоит добраться до них.

Мы с Мирославой проболтали ещё минут десять, после чего я отключился. Люда всё это время сидела напротив меня и внимательно слушала.

Наши взгляды встретились. Девочка опустила голову и начала играться с шахматными фигурками.

Я позвонил деду.

— Что такое? — раздался довольный голос из смартфона. — Звонишь благодарить?

— Э… Да. Спасибо.

— Пожалуйста. Будешь должен мне, бомж мелкий. А теперь выкладывай, что тебе надо.

— Ты можешь узнать, что случилось с Думисой? — перешёл я к делу.

— С первым Эвольвером?

— Да.

— Ладно, узнаю. Ты там не надумал сбежать?

— Пока нет. Но нам с тобой надо будет серьёзно поговорить на эту тему.

— Ты там не торопись. Скоро я тебе сюрприз сделаю, — дед хохотнул и отключился.

— А кто такой бомж? — с любопытством спросила Люда.

— Это… обзывалка такая, — я поморщился. — Мы с тобой сегодня уже наигрались. Беги к себе.

— Обидная обзывалка? — уточнила Люда, слезая со стула.

— Не очень.

— Пока, бомж! — Люда махнула рукой и побежала. Первые пять шагов она ещё справлялась, а затем устала и перешла на шаг. Когда добралась до двери – еле передвигала ноги.

Я покачал головой и вернулся к своему смартфону – надо проверить в сети, что происходит в мире.

До самого вечера просидел в смартфоне – с Затмения прошло двадцать дней, государственные СМИ уже восстановили свою работу, и информации было очень много. Однако она лишь портила мне настроение – появилось много новых имён, которых я совершенно не знал. Те Эвольверы, которые в прошлой жизни были знаменитостями, в этой пока никому неизвестны. И таких изменений море – мир развивался по совершенно другому сценарию. И я не уверен, что смогу предсказать все происходящие процессы.

На следующий день, рано утром, когда я умывался, ко мне подошла служанка.

— Господин. Прибыл ваш дед. Он потребовал вас и сказал, что принёс сюрприз.

Дед сам приехал? Надо же. Ну ладно, посмотрим, что за сюрприз он мне приготовил.

Глава 7. Сюрприз деда

— Ну, как тебе? — Борис Уральский довольно улыбался, развалившись в кресле. Перед ним, на столе, стоял кубический ящик из стекла, через которое можно было разглядеть серебристую субстанцию.

— Ты смог так быстро достать Жидкое Ядро, — протянул я, разглядывая куб.

— А то! Это тебе. Давай, становись Эвольвером. Татуировка у тебя есть, проблем не возникнет. Может, у тебя получится эволюционировать в этого… Как его там? Атомоса Синтеза, во.

— А из какого зверя достали Жидкое Ядро? — уточнил я. — И никто не видел, как это происходило? Если поползут слухи…

— А есть разница? Я тебе притащил эту штуку, бомж ты мелкий. Ты тут, как сайгак, на радостях скакать должен, но я почему-то не слышу ударов твоей головы о потолок.

Дед грозно нахмурился.

— Есть разница, деда. Я же вчера говорил – Жидкое Ядро тоже влияет на эволюцию.

— Лису какую-то убили, — дед поморщился. — Чёрную.

Я прикинул, какого именно зверя прикончили. Или Чёрного Лиса, или Тёмную Лисицу. Но, скорее всего, первый вариант, потому что Тёмная Лисица – Вожак.

— Дед, я не хочу использовать это Жидкое Ядро.

Борис Уральский молча смотрел на меня. Он как будто размышлял, не выкинуть ли меня в окно.

— Бомж ты неблагодарный, Владислав, — вынес он вердикт.

— Я хочу получить ядро от сильного зверя. Давай так – мы отдадим этот небольшой кубик Мирославе, а я себе сам добуду Жидкое Ядро?

— Небольшой кубик? Ты знаешь, сколько миллионов стоит этот кубик? — дед медленно закипал.

— Стой, — я приподнял обе ладони. — Мы взрослые люди…

— Ты мелкий бомж. Ты не человек.

— Мы взрослые люди, деда. Давай сначала успокоимся и всё обсудим. Ты же знаешь, что мне известно больше, чем остальным. Я хочу получить определённое, суперкрутое ядро, чтобы в будущем стать самым сильным Эвольвером в мире! И тогда ты сможешь много заработать!

После моих слов дед начал остывать.

— Как заработать? — деловито спросил он.

— Мы создадим торговую компанию в Изначальном Мире. Караван, который будет путешествовать между горами…

— Опять ты мне голову морочишь, — перебил дед. — Как с тем кораблём стеклянным. Мы как его нашли – он сразу светиться начал, как дешёвая люстра. Все наши планы бомжу под хвост ушли, не смогли мы тайно изучить эту хрень. Так её ещё и взломать невозможно! До сих пор никто не смог попасть в этот корабль.

— Ну, это неудивительно. Хрусталы – древняя и могущественная раса, гораздо сильнее человечества.

— А куда они пропали? — вдруг заинтересовался дед.

— Их уничтожили, — я стал серьёзнее. Пора открыть деду ещё немного правды.

— Уничтожили?.. И кто же?

— Другая цивилизация. Понимаешь, дед? Человечество в опасности. Рано или поздно и нам придётся столкнуться с другой цивилизацией. ИИ Хрусталов мне сказал, что это обязательно произойдёт.

Дед задумался.

— Поэтому нам нельзя никому говорить о плане "Олимп". Правда развяжет войну, всё человечество ослабнет. И нам скоро нужно будет рассказать всем о свойствах гелия-три – чтобы человечество усилилось. Но и мы не должны стоять на месте. Я хочу стать не обычным Эвольвером, а одним из сильнейших в Солнечной Системе. У меня есть связь с Хрусталами, в будущем я смогу узнать гораздо больше о той галактике, в которую мы попали. И об Изначальном Мире.

Дед долго смотрел на меня, жуя губы.

— Когда ты стал таким хорошим человеком, Владислав? Когда начал думать о человечестве, а не о себе, о семье, о роде?

Я кисло улыбнулся. Увидел бы дед, как в моей прошлой жизни умирала Солнечная Система, не задал бы такой вопрос. Но он не был там, поэтому его подозрения справедливы.

— Я поверю тебе, — Борис с кряхтением встал и сгрёб стеклянный кубик. — Я возвращаюсь в Русь. Отдам эту хрень Мирославе, как ты сказал.

— Спасибо! — я склонил голову.

В груди растеклась теплота и… любовь. Дед всегда мне доверял, всегда прислушивался. И хоть он часто ругался, угрожал, ставил ультиматумы, но в конце концов делал так, как я просил.

— Твоя рука не будет работать в Изначальном Мире. Это проклятое место не принимает наши технологии. Поэтому будь осторожнее. А, кстати. Ты спрашивал про негра этого, Дебила.

— Думису, — поправил я деда.

— Его взяли в оборот, — дед накинул на себя плащ, достал из внутреннего кармана флакон с духами и побрызгался. — Он сейчас на племя Каборе работает. Сражается на передовой в Изначальном Мире, помогает другим неграм Эвольверами становиться. Несколько раз ранения получал.

Я помрачнел. Опять мои расчёты не оправдались. Я ожидал, что от Думисы быстро отстанут, когда появятся новые Эвольверы.

— Чего такой хмурый? Ты этого Дубину знаешь?

— Да. Это я помог ему стать Эвольвером, и он член моей команды. Был.

— О как, — дед остановился. — Давай я свяжусь с Каборе. Думаю, пара совместных операций в Изначальном Мире и торговый контракт перевесят твоего Димона.

Я выразительно посмотрел на деда. Тот усмехнулся и начал что-то печатать на смартфоне. Его пальцы-сосиски быстро-быстро бегали по экрану, набирая текст.

— Кто ещё в твоей команде? Мирослава, Димасик, ещё кто?

— Нацуко Исида и Лианг… Не знаю его фамилию. Его армия Азиатского Союза завербовала.

— Ничего, деда всё решит. Нацуко Исида и Лианг-бомж… Так, дай мне три-четыре дня. Вся твоя команда будет свободна.

Я подошёл к деду и обнял его от переизбытка чувств. На меня накатила незнакомая волна эмоций. Странное ощущение – что я не один. У меня есть те, кто поможет бороться с этим миром. Поможет исправить будущее, спасти человечество…

Я отпустил деда и шагнул назад. Тот что-то проворчал и начал поправлять одежду, скрывая свою радость. Но у него плохо это получалось – губы сами собой изгибались в улыбке.

— В общем, да. Потерпи пока, в Изначальный Мир не суйся. Пусть Мирослава станет Эвольвером и остальные твои друзья-бомжи освободятся.

— Так и сделаю, — я кивнул. — Ещё раз спасибо тебе.

— Если хочешь отблагодарить – женись быстрее и роди мне внука.

— Мне шестнадцать.

— Я в твои годы… Неважно.

Дед ушёл, как всегда, не попрощавшись. Я хмыкнул. Дед женился в двадцать восемь. И в прошлой жизни он сам мне признавался, что у него не было женщин, кроме жены, – ни до свадьбы, ни после её смерти. И он ещё что-то мне будет говорить…

Я вышел из комнаты, в которой мы разговаривали, и увидел в коридоре деда – тот сидел на корточках перед Людой и что-то ей втолковывал.

— …ты не должна так беспечно использовать это слово. Посмотри на меня – какой я бомж? Если будешь называть бомжами всех подряд – это слово обесценится, понимаешь?

Люда внимательно слушала и кивала.

— А как понять, что человек – бомж? — с серьёзным видом спросила она.

— Прислушайся к себе. Если человек тебе не нравится или ты им недовольна – он бомж.

— Вы чуть не сбили меня с ног.

— И что? Я – исключение. Я никак не могу быть бомжом.

— Почему?

Я потёр переносицу и ушёл. Не хочу вмешиваться в эту странную беседу.

***

Русь, город Екатеринбург, спустя сутки.

Мирослава нервничала. С ней недавно связался Владислав и сказал, что приготовил небольшой сюрприз. После его звонка к Мирославе приехала личная помощница самого Князя – Мария Денисовна – и отвезла её за город. Мирослава сидела на заднем сидении и видела открытое запястье девушки – на нём красовался ярко-фиолетовый треугольник, указывающий на статус Эвольвера.

Мирославе не верилось, что за ней послали настолько важного человека. Но вскоре странности продолжились – Мария Денисовна остановилась на заброшенной территории, и земля под машиной неожиданно начала опускаться.

Как оказалось, Мирославу проводили на сверхсекретный объект семьи Уральских. И сейчас она сидела в полностью металлической комнате и нервничала, то и дело кидая взгляд на камеры в углах.

Дверь бесшумно открылась, вошла Мария Денисовна. В руках она держала подставку, на которой лежали две коробочки.

Мария положила подставку на стол.

— А зачем камеры? — осмелилась спросить Мирослава.

— Мы будем следить, чтобы всё прошло хорошо. Мы впервые проводим эту процедуру вне Изначального Мира.

— Какую процедуру? — у Мирославы затряслись коленки.

Мария Денисовна не ответила. Она открыла первую коробочку – в два раза меньше второй. Вынула оттуда серебристую перчатку, надела её на правую руку. После этого открыла вторую коробку, из которой повалил пар.

Мирослава поёжилась.

— Дай правую руку, — Мария протянула левую ладонь. Мирослава подчинилась.

Мария залезла правой ладонью в коробку и вытащила оттуда что-то серебристое. После чего быстрым движением приложила эту штуку к бесцветной татуировке Мирославы.

Девушка вздрогнула и широко раскрыла глаза. Перед ней начали появляться надписи:

Проверка совместимости…

Оценка потенциала ДНК…

Очистка ДНК…

Выбрана ветвь развития: Полеос.

Способность: Манипуляция магнитным полем.

ДНК очищено на 1,72%

Мирослава проморгалась, не веря своим глазам. Она что, стала Эвольвером?! Но это же невозможно! Мирослава усилием воли вызвала свой статус, как это называли в сети.

Имя: Мирослава Ерохина

Раса: Человек Низший.

Чистота ДНК: 1,72%

Направление развития: Полеос.

Базовый навык: Манипуляция Магнитным Полем.

Уровень Кварков – 100%

Мирослава заморгала. Почему она стала Человеком Низшим? Была же просто человеком. И что за навык? И что такое кварки?

— Поздравляю.

Мирослава вздрогнула от голоса Марии Денисовны.

— Теперь ты – Эвольвер.

Мирослава перевела взгляд на своё правое запястье и ошеломлённо уставилась на ярко-синюю татуировку треугольника.

***

Азиатское Содружество, город Пекин.

Мирослава стала Полеосом Магнита. Неплохо. Но эта способность больше полезна на Земле, чем в Изначальном Мире. Особенно на первых пяти процентах чистоты ДНК, когда навыки Эвольвера совсем слабенькие. Но у меня есть идеи, как использовать базовую способность Мирославы.

Манипуляция Магнитным Полем – это базовый навык любого Полеоса Магнита. Как и Манипуляция Электрическим Полем или Манипуляция Воздушным Полем – навыки Полеоса Электричества и Полеоса Воздуха соответственно.

В этом плане Полеосы сильно отличаются от Гравитосов и Атомосов, у которых на каждом направлении развития могут быть десятки самых разных базовых боевых способностей – от распространенных до невероятно редких, шанс получения которых одна сотая процента. Например, у Ядерного Атомоса есть шанс в одну сотую процента получить базовую способность Превращение в Свет. Она настолько редкая, что за двадцать два года прошлой жизни я узнал только об одном человеке, который её получил.

Но у Полеосов всего один базовый навык на каждом направлении развития, никогда не появлялись другие. И поэтому их легче изучать. В будущем с помощью Магнитного Поля Мирослава при желании сможет убивать живых существ десятками, влияя на их кровеносные сосуды и физиологические ритмы организма. Но до этого ей ещё долго эволюционировать…

Базовый навык – это основа любого Эвольвера. Он останется с человеком до самой смерти; по мере эволюции человека будет улучшаться и навык.

В прошлой жизни мне досталось Улучшение Мозга – довольно редкий базовый навык. Лишь пять процентов Атомосов Трансформации получают его. Этот навык улучшал мой мозг – мысли становились быстрее, аналитические способности повышались, я мог одновременно думать о разных вещах. Но в этой жизни всё будет по-другому. Мне нужна реальная сила, а не развитый мозг.

В тот же день, когда Мирослава стала Эвольвером, к нам домой пришёл Делун. Он побеседовал со мной наедине и сказал, что Лианг теперь работает на род Ли. А так как на пике Син Шан никого из рода на данный момент нет, то я назначен ответственным и буду представлять интересы рода Ли. Тем самым Лианг и немногие слуги и члены рода Ли переходят под моё подчинение.

Я согласился – от меня абсолютно ничего не требовалось, основной вектор рода Ли направлен на другие горы, где их представителей гораздо больше. Пик Син Шан лежит вне интересов рода Ли, в Азиатском Содружестве есть три других рода, которым пик Син Шан крайне важен. Дед изрядно постарался, чтобы вытащить Лианга, и я не хочу, чтобы его усилия прошли даром.

Когда Делун ушёл, со мной связался дед и сказал, что “Димон” свободен. Ему дали звание почётного гражданина и подарили кусок земли в родном городе. В том же разговоре дед рассказал о тяжелой ситуации африканца – у Думисы куча младших братьев и сестёр, на которых его небольшой зарплаты не хватает. Дед предложил ему переехать в Русь, но пока Думиса не желает покидать родную страну. После разговора о “Димоне”, дед уведомил меня, что Нацуко пошла на поправку. Но в ближайшие две недели не сможет посетить Изначальный Мир.

После беседы с дедом я первым делом решил встретиться с Лиангом. Послал к нему одного из слуг, чтобы договориться о встрече следующим утром.

Дата моего возвращения в Изначальный Мир приближалась. А пока в мире становилось всё больше Эвольверов. Учёные каждой страны изучали их способности и уже доказали, что здоровье каждого человека после начала эволюции улучшается. И чем выше процент чистоты ДНК, тем здоровее человек. Некоторые даже меняются физически – становятся выше, красивее. Уже открыли почти все ветки развития Эвольверов, кроме трёх – Полеос Космоса, Атомос Распада и Гравитос Пространства-Времени. Это самые редкие направления Эвольверов.

Но я уверен, скоро появятся Атомосы Распада и Гравитосы Пространства-Времени. В прошлой жизни исследовательская группа Дельты выяснила редкость всех ветвей развития Эвольверов, редкость их направлений и редкость базовых навыков. Если человек имеет предрасположенность к становлению Атомосом, то шанс получить направление Распада у него – всего пять процентов. Такая же ситуация у Гравитосов с направлением Пространства-Времени. Но это больше, чем у Полеосов. У них шанс стать Полеосом Космоса – один процент.

На следующий день мы с Лиангом встретились в небольшом парке.

— Спасибо, — Лианг поклонился мне. — Ты спас меня.

— Неужели в армии так плохо? — я усмехнулся. Мы с ним зашагали по гладкой дорожке.

— Не то слово! Слушай, ты хоть представляешь, через что мне пришлось пройти?! Я как будто в тюрьме оказался! И самое обидное – я был бесполезен! Ну как я помогу этим ребятам?! Я же ничего не умею! И главное – в армии свои Эвольверы! Зачем им я?! Кстати! Слушай, ты знаешь, что моя богиня, Яньлин, стала Эвольвером с шестью процентами чистоты ДНК? И её статус изменился! Она больше не Человек Низший, а Человек Слабый. Мы все на ушах стояли, когда узнали об этом. Не в прямом смысле, конечно… Я сперва даже не понял, о чём они вообще говорят. Какой ещё Человек Низший? У меня написано просто – Человек! Я сперва подумал, что я особенный. Все вокруг меня Низшие, а я нет! Но всё оказалось не так…

Я молча слушал болтовню Лианга. Было видно, что он искренне рад покинуть ряды армии. Учитывая, что парень вырос в другой стране, – он отличался от обычных азиатов. В нём нет врождённой приверженности к иерархии. Из-за этого ему пришлось сложно в азиатской армии – в структуре, где иерархия возведена в абсолют.

— А поехали ко мне? — вдруг предложил Лианг. — Я тебя познакомлю с… мамой.

— Поехали, — согласился я.

В Пекине уже запустили общественный транспорт. Не только его – другие сферы жизни одна за другой восстанавливались и продолжали функционировать как раньше. Как будто Затмения и не было. Единственное, что говорило о произошедшем, – редкость смартфонов, ноутбуков и просто экранов. Сообщение Кристалла угробило кучу техники, и пройдёт немало времени, прежде чем люди смогут всё восстановить.

Мы вышли из парка, и я махнул водителю.

— Слушай, хорошо быть богатым, — завистливо протянул Лианг. — Я думал, мы на автобусе поедем.

— Скоро станешь Эвольвером – и тоже разбогатеешь, — заверил я его.

— Кстати, слушай, а когда мы в Изначальный Мир пойдём? Знаешь, я очень хочу быть твоей лабораторной свинкой, как раньше. Прям очень хочу! Мы с группой Омега, в которой я состоял, убили трёх зверей. Но никогда и речи не шло, чтобы ядро забрал я! Знаешь, как обидно! А я ведь жизнью рисковал, два раза меня даже ранили! Ты знаешь, что там с девчонками и Думисой? У меня нет связи с ними, только с тобой…

— Назови адрес, — перебил я Лианга, когда мы сели в машину.

— А, да, точно.

Когда автомобиль тронулся, я ответил на вопрос Лианга:

— Думиса и Мирослава ждут даты. Нацуко ранена, пока придётся обойтись без неё.

— Сильно ранена? — встревожился Лианг.

— Я не знаю. Но слышал, что она идёт на поправку.

Мой смартфон вдруг зазвонил. Дед.

— Да? — я поднёс смартфон к уху.

— У меня для тебя хорошие новости! Твоя Нацуко выздоровела, ей помог один из Эвольверов рода Исида. Я тебе сброшу сообщением её контакты – найдёшь её в этом вашем узкоглазом мессендежере. Смартфон у неё есть.

— …

— Тут Мирослава твоя бурную деятельность развела. Кучу подростков на мою территорию заселила, и теперь все они хотят в Изначальный Мир податься. Но отпускать их не хочу – а если помрут, бомжи малолетние? Но ведь не хотят слушать. Говорят, что уедут в другой город и там добровольцами запишутся. И ведь смогут же!

Я выдохнул.

— Спасибо, дед. За Нацуко. Не представляю, что ты сделал, раз Исида так к ней отнеслись. А насчёт подростков… Устрой им полигон с инструкторами, пусть пройдут базовую подготовку. Через Мирославу это сделай, они послушают её. Те, кто пройдёт подготовку, смогут в Изначальный Мир сунуться.

— О, давай. Так мы время потянем – с каждым днём на горах появляется всё больше человеческих поселений, и новичкам уже безопаснее вступать в Изначальный Мир.

— Да.

Дед отключился, не попрощавшись.

— Что с Нацуко? — спросил Лианг.

— Сейчас ей и позвоним.

Я скопировал сообщение деда, зашёл в РеЧат и там нашёл контакт Нацуко. Она быстро добавилась, и я позвонил ей.

— Спасибо, — первым же делом поблагодарила она. — Я знаю, что это ты помог мне. Спасибо.

— Из-за меня ты чуть не погибла, — я горько усмехнулся.

— О чём ты? Ты спас нас! Медведь мог сожрать всех, но ты спас нас!

— Ладно, Нацуко. Ты готова войти в Изначальный Мир?

— Во имя Аматэрасу, конечно, готова! Ты не представляешь, сколько издевательств я услышала за те дни, пока валялась в больнице! Я хочу сбежать из этого места, мне тут плохо!

Нацуко будто прорвало. Мне даже пришлось чуть отвести смартфон от уха, так громко она говорила.

— Нацуко, — я перебил девушку. — Ты полностью выздоровела?

— Да! Меня вылечила Мэйко – моя троюродная сестра. Она с таким презрением на меня смотрела, не представляешь! Да она даже не смотрела на меня, а кривила лицо, как будто перед ней мусор лежит! Но потом на её руках появилось белое свечение – мои кости срослись, все гематомы исчезли, я полностью выздоровела! Как только Мэйко закончила – она тут же вытерла руки, как будто испачкалась. Ненавижу её!

— Раз так, то мы ускорим наши планы. Завтра в восемь утра встретимся в Изначальном Мире. Надень на лицо тряпичную маску и одежду с капюшоном.

— Слава Аматэрасу! Владислав, ты мой спаситель!

— До завтра, — я отключился.

— Завтра? — глаза Лианга пылали. — А мы будем действовать, как и в прошлый раз? Я первый получу Жидкое Ядро?!

— Да, — кивнул я и написал деду. Попросил его связаться с Думисой и передать, что завтра в восемь утра мы пойдём в Изначальный Мир. И чтобы тот не забыл надеть маску и плащ с капюшоном – после истории с Сероглазым Медведем лучше скрывать своё лицо. Связи с Африканской Конфедерацией у меня пока нет, поэтому придётся первое время утруждать деда.

На смартфон, в мессенджер Канонъ, пришло сообщение:

Я тебе не мальчик на побегушках, бомж ты мелкий!

Я хмыкнул и посмотрел в окно, на проносящиеся мимо многоэтажки. Пекин – большой город. Очень большой. Но… серый. Мне гораздо больше нравится Новгород, в котором я провёл детство.

— Слушай, мне кажется, что я стану Атомосом со способностью взрыва, — поделился со мной Лианг. — Я прям нутром чувствую! Мои ДНК созданы для взрыва! А ты кем станешь?

— Не знаю. Не умею прислушиваться к своим генам.

— Знаешь, есть Атомосы Трансформации, которые мозги развивают. Мне кажется, что ты станешь именно таким.

Я скосил глаза на довольного Лианга. Вот же гад догадливый.

На смартфон пришло ещё одно сообщение от деда:

Димон завтра будет в Изначальном Мире.

Я улыбнулся. Теперь осталось уведомить Мирославу, и…

Машина резко вильнула в сторону, и раздался грохот. Через окно я увидел, как на дорогу упал исковерканный автомобиль.

Наш водитель резко затормозил, сзади в нас кто-то врезался, и я ударился головой о спинку переднего сидения.

С трудом выбрался из машины, голова кружилась. Загрохотали выстрелы, раздались крики. Я восстановил равновесие и увидел, как из исковерканной машины выползает девушка – Яньлин. Обе её стопы были изломаны, правая рука висела плетью, из левого глаза торчал осколок стекла.

Снова громыхнул взрыв, я присел. Что вообще происходит?!

— Яньлин! — из нашей машины вдруг выскочил Лианг и побежал к раненой офицерше.

Вот дурак…

Глава 8. Возвращение в Изначальный Мир

Выстрелы вдруг смолкли. Я побежал за Лиангом, и мы помогли Яньлин выбраться из того металлолома, во что превратился автомобиль.

— Тащим её к машине, там есть аптечка, — приказал я, прислушиваясь. Ревела сирена, хлопали лопасти подлетающих вертолётов, но выстрелов не было.

Яньлин застонала и потянулась ладонью к левому глазу, из которого торчал осколок стекла. Я поймал её руку.

— Нельзя. Опасно. Терпи.

К нам, наконец-то, подбежал водитель и помог донести Яньлин до машины. Мы положили её на землю, и я сразу же рванул к аптечке – за жгутом. Девушка может истечь кровью, если ей не оказать первую помощь. Краем сознания я отметил цвет татуировки на её правом запястье – красный, с точкой на вершине. Значит, она Ядерный Атомос и уже переступила пять процентов чистоты ДНК.

Пока мы с Лиангом обрабатывали раны Яньлин, сирена вдали смолкла. А спустя несколько секунд мы увидели группу вооружённых солдат.

— Я из рода Ли! Офицер Яньлин серьёзно ранена, мы оказали ей первую помощь! — крикнул я, первым делом обозначив свой род.

Несколько бойцов подбежали к нам. Я встал и оттянул Лианга – сейчас лучше не лезть. Бойцы проверили состояние Яньлин, после чего дали знак своим. Через секунду вышли двое с носилками.

— Благодарим вас, — капитан группы легко кивнул мне.

Я отошёл ещё дальше. Яньлин положили на носилки и унесли. Через несколько минут дорожное движение восстановилось, и мы с Лиангом продолжили путь. Но парень больше не болтал – выглядел бледным, напряжённым.

Мне снова пришлось позвонить деду.

— Что?! — раздался его недружелюбный голос. — Опять попросишь с кем-то связаться?!

— Можешь мне скинуть контакт Делуна? Что произошло на Пекинской магистрали? Мы слышали выстрелы, вертолёты прилетали.

— Скорее всего, очередной Эвольвер взбунтовался, — будничным голосом сообщил дед. — В последние дни такое частенько происходит. Контакт этого Делуна скину.

И отключился. Эвольвер взбунтовался?.. Я попытался вспомнить – а в прошлой жизни такое происходило? Вроде да, но не так часто. Люди открыли путь Эвольвера через месяц после Затмения, а к тому времени армия и полиция взяли власть внутри Изначального Мира в свои руки. И когда появился первый Эвольвер из народа, ситуация не особо изменилась. Военные возглавили гонку эволюции и остались сильнейшими в Изначальном Мире. Но сейчас обстоятельства иные – слишком мало времени прошло. Армии правительств не успели установить контроль, и среди первых Эвольверов обычных людей гораздо больше, чем это было в прошлой жизни.

— Как думаешь, с Яньлин всё будет хорошо? — неожиданно спросил Лианг.

— Да. Её вылечат Атомосы Синтеза.

— В нашей армии таких очень мало, — Лианг поморщился. — В Пекине их совсем нет.

— Появятся рано или поздно. Не бойся, её раны не смертельны. Главное – что она выживет.

Мои слова успокоили Лианга. Он расслабился и уставился в окно.

Я же связался с Делуном и спросил, что случилось на Пекинской магистрали. Как оказалось, в этом и правда замешаны Эвольверы. В Изначальном Мире из-за опасности некоторые сходят с ума – начинают убивать людей. Трёх таких психов-Эвольверов сегодня перевозили в городскую тюрьму. Но власти недооценили их силу, и как итог – хаос в центре улицы, восемь погибших и более двадцати раненых. Троица сумасшедших Эвольверов была ликвидирована.

Вскоре мы доехали до дома Лианга. Он жил на двадцатом этаже, в небольшой однокомнатной квартирке. Водитель остался ждать внизу, а мы с ним поднялись наверх.

— Чувствуй себя как дома, — Лианг быстро скинул кроссовки и вошёл в комнату. Я тоже снял обувь, оглядываясь. Справа – дверь в уборную, впереди – очень тесная кухня, а слева – комната. И в таких крохотных квартирках проживает свою жизнь, от рождения до смерти, подавляющее большинство людей – миллиарды. Это ли не показатель упадка цивилизации?

Я последовал за Лиангом, который уже беседовал с женщиной лет сорока. Она говорила что-то Лиангу. Рядом с ними, на кровати, лежала старушка. Что примечательно – не азиатка. Светлые глаза, седые волосы, европеоидные черты лица.

— …ей становилось хуже ночью, но под утро стало лучше, — рассказывала женщина.

Лианг повернулся ко мне и с натянутой улыбкой развёл руками.

— Добро пожаловать в мою жизнь! Как тебе? Слушай, если брезгуешь – можешь выйти, я не обижусь.

Я хмыкнул и подошёл к старушке. Она подняла на меня взгляд.

— Это моя мама – Амелия. Знаю, ты мне не веришь. Ведь я азиат, а она европейка. Но она – моя мама.

Я молча смотрел на Амелию. Та, не отрываясь, смотрела на меня.

— Чем она больна? — я повернулся к Лиангу. — У меня…

— Нет, — он прервал меня. — Не в этой ситуации, ладно? Я тебя привёл познакомить с мамой. Ты первый человек в этой стране, которого я пригласил к себе. Не надо мне предлагать помощь. Я сам со всем справлюсь.

Я кивнул. Лианг действует немного эгоистично – ведь моя помощь облегчит жизнь не только ему, но и его матери. Однако я его понимаю. Все мы эгоисты. Раз он хочет справиться со всем сам, хочет доказать себе, что он способен на это, то пусть.

— Меня зовут Владислав, — представился я Амелии. — Я друг вашего сына.

Глаза женщины наполнились слезами, заблестели. Лианг шмыгнул носом и отвернулся.

— Слушай, давай завтра встретимся, да?

— Хорошо. Буду ждать тебя на площади, в восемь утра. И не забудь маску и одежду с капюшоном, — я в последний раз оглядел крохотную комнату и пошёл обуваться.

В моей жизни было много сложностей. В Изначальном Мире я около трёх лет путешествовал вместе с караваном, перебираясь с одной горы на другую, пока не встретил Адель. Приходилось жить в палатках, иногда на открытом воздухе, опасаясь ночных нападений хищников. Поэтому квартирка Лианга хоть и показалась мне маловатой и бедноватой, но только и всего. Отторжения я не чувствовал.

Когда я вернулся домой, со мной пришла поговорить Мейли.

— Я хочу отправиться в Изначальный Мир, — заявила она.

Я приподнял правую руку и пошевелил протезом.

— Знаю, что там очень опасно. Но…

— Ты сможешь убить зверя? Прикончить его, разрезать ему грудь и вытащить сердце? Именно так и становятся Эвольверами.

Мейли не нашлась, что ответить.

— Тебе рано идти в Изначальный Мир. Сперва пройди базовую боевую подготовку – научись пользоваться хотя бы ножом, повысь свою выносливость, улучши рефлексы.

— Но ты ничего такого не делал, — с обидой в голосе ответила Мейли.

— В то время я не знал, как становятся Эвольверами, — парировал я. — Но я собрал свою команду, в которой уже два Эвольвера. А у тебя есть команда? Что если ты попадёшь на гору, на которой мало людей и пока не построили никаких укреплений? Тебе придётся сутки выживать среди хищников. Поэтому сперва пройди подготовку. За это время на горах станет безопаснее. Ты ещё успеешь стать Эвольвером, тебе некуда торопиться.

Мейли неохотно кивнула, признавая мою правоту. На этом наш с ней разговор и закончился.

Вечером я позвонил Мирославе и рассказал ей о походе в Изначальный Мир.

— У меня просьба. Можешь захватить с собой небольшой нож? — попросил я.

— Конечно! Попрошу у Марии Денисовны или Александры Денисовны.

— Тогда до завтра. Не забудь про маску и капюшон.

После разговора с Мирославой я поиграл в шахматы с Людой, приказал слуге подготовить к утру одежду для похода и пошёл спать – завтра предстоит сложный день.

***

— Владислав! — громкий голос Лианга отвлёк меня от созерцания гигантской серой пирамиды-портала. Есть в этом строении что-то мрачное, угнетающее.

Лианг встал передо мной в очереди и с широкой улыбкой похлопал меня по плечу. Он был одет в просторный плащ с капюшоном. На мой немой вопрос он достал из кармана чёрную тряпичную маску.

Я нарядился примерно так же – в плотные штаны, полуботинки, футболку и ветровку с капюшоном. И вся одежда – зелёная. В кармане такого же цвета маска.

Кстати, насчёт очередей. Теперь всё гораздо строже – десятки солдат с огнестрельным оружием патрулируют и контролируют, чтобы все вели себя хорошо. Уже успели построить здания и вышки, на которых сидят снайперы. И сама регистрация значительно усложнилась – перед отправкой в пирамиду сотрудники из правительства очень подробно изучали личное дело каждого.

Но, несмотря на это, поток желающих попасть в пирамиду увеличивался. И правительство допускало внутрь почти всех – отклоняли запрос только откровенно неблагонадёжным людям с несколькими судимостями.

Такая щедрость легко объяснима двумя ключевыми причинами. Первая – Изначальный Мир до сих пор плохо изучен, и требуются людские ресурсы и информация. Уже сейчас правительства стран насчитали около тысячи гор, на которые может перенестись доброволец. Среди этих гор есть небольшие – на них достаточно и десяти поселений для обеспечения хоть какого-то контроля и строительства базовой инфраструктуры. А есть гигантские – на них требуются сотни убежищ. Смертность в Изначальном Мире уже не такая высокая, но всё относительно – каждый второй человек после перемещения умирает.

Вторая причина – Эвольверы. Власти уже поняли, что каждый невероятно ценен и что Эвольверов стараются переманить к себе все кому не лень. Армия, роды, частные организации, другие страны, просто богатые люди. Но и это не всё. Эвольвер при перемещении может захватить с собой небольшой предмет – именно так люди деда притащили куб с жидким гелием-три в Изначальный Мир. Но это работает и в обратную сторону – Эвольверы могут приносить вещи из Изначального Мира в Солнечную Систему. Например – останки зверей, необычные минералы, растения и многое другое. В Солнечной Системе они получают за свои находки большие деньги, а учёные изучают новые материалы. Все довольны, всем хорошо.

Мы с Лиангом продвигались по очереди быстро. Всего на площади было около десяти очередей. Восемь – для тех, кто впервые желает попасть в пирамиду. Они двигались медленно, и их концы терялись за пределами площади. А две очереди – для тех, кто уже бывал в Изначальном Мире. Таких как я и Лианг. Когда мы станем Эвольверами, то будем спокойно проходить без очереди. Но до этого момента ещё дожить надо.

Нас быстро проверили и пропустили.

— Увидимся на той стороне, — махнул мне Лианг. После чего надел маску и первым зашёл в чёрную пасть прохода. Я последовал за ним.

Оказавшись в Изначальном Мире, я сразу же присел и прислушался. Ветер, зелень, пение птичек. Всё спокойно.

Только потом обратил внимание на свою правую руку – она не работала. Протез застыл в одном положении, пальцы не реагировали на команды мозга. Неудобно, но терпимо.

Первым делом я залез на дерево – умудрился это сделать даже со своей рукой. Не до конца залез – я быстро понял по возвышающемуся вдали кривому сухому дереву, где именно нахожусь. Поэтому я спустился и побежал к поселению. С момента нападения Сероглазого Медведя прошло уже немало времени, десять дней. И люди успели восстановить разрушенное. Всё-таки зверь, даже Вожак, – зверь. Он побуянил, денёк походил по горе и ушёл в свою берлогу.

Я без происшествий добрался до поселения – оно разрослось. Стены стали толще и выше – на них виднелись следы звериных когтей и кровь. Появилось больше вышек, на которых патрулировали охранники, вооружённые луками и ножами. Значит, это поселение уже пережило первые ночные нападения.

— Имя, фамилия, откуда родом? — строго спросил темнокожий мускулистый мужик. Он сидел возле входа, за деревянным столом, и каждый входящий ему отчитывался. Африканец делал пометки в толстой тетрадке.

— Я из рода Ли. Азиатское Содружество. Имя называть не стану, — холодно ответил я, с лёгким презрением глядя на мужчину.

— Не станешь? — мужик поднялся и вышел из-за стола. Высокий – метра два ростом. Он подошёл вплотную ко мне и ощерился.

— Ты знаешь, кто может не называть своё имя, малец? Эвольвер. Ты – Эвольвер? Как-то не верится.

Я спокойно смотрел ему в глаза, слегка задрав голову.

— Если ты не уйдёшь с дороги – умрёшь. Сейчас, — сухо произнёс я и представил, как ломаю горло африканцу. Очень живо представил – во всех красках. В прошлой жизни я мало убивал своими руками, но иногда мне приходилось идти и на такое.

Африканец слегка побледнел и отступил.

— Ты… Ты можешь проходить. Ясно? Иди.

— Скоро придёт парень из рода Ли, — холодно сказал я. — Пропусти его.

— Да понял, понял! Иди уже!

Африканец плюхнулся на стул. Его руки слегка дрожали. Солдаты хорошо чувствуют смертельную опасность. Особенно, когда она рядом, стоит впритык к тебе. Другой вопрос – что далеко не все успевают среагировать. Но у нас немного другой случай.

Я вошёл в поселение и быстро отыскал глазами Мирославу – она стояла возле входа. Одетая в зелёный плащ, с небольшой походной сумкой на боку. Глаза девушки вспыхнули радостью. Я приподнял руку, останавливая её порыв приблизиться ко мне. Слегка покачал головой и отступил.

Поселение укрепилось не только снаружи – внутри появилось много деревянных зданий. Пока нет мэра, работает общий аппарат власти, в который входят представители самых влиятельных структур. Но рано или поздно появится мэр – обязательно Эвольвер. Причём неслабый, с репутацией и связями. И так будет в каждом поселении, на каждой горе.

Я внимательно всматривался в людей, в поисках знакомых лиц. Мне хотелось отыскать тех, кто избил меня и Нацуко. Но тщетно. Скорее всего, они погибли от лап медведя. Вместо того, чтобы бежать, эти идиоты решили отыграться на подростках.

Минут через пять в поселение вошёл Думиса – высокий, одетый во всё чёрное, с рюкзаком за спиной. На его ладонях были массивные перчатки с металлическими бляшками. Когда я увидел их, то сразу предположил, какая базовая способность у Думисы. Тёмные глаза африканца быстро отыскали сперва меня, затем – Мирославу. Но он не подал вида, что узнал нас, – прошагал мимо и зашёл в одно из зданий, на котором висел флаг Африканской Конфедерации.

Четвёртым пришёл Лианг. Парень не понял моих намёков и направился прямо ко мне.

— Ну что? — шёпотом спросил он, кидая быстрые подозрительные взгляды по сторонам. — Где все?

Я закатил глаза и ответил:

— Ждём Нацуко.

— А где?.. — он нашёл глазами Мирославу и призывно помахал ей. Она вздохнула и подошла к нам.

— Мы делали вид, что не знакомы. Ты хочешь, чтобы нас узнали?

— Да не парьтесь, никому нет до нас дела, — беспечно хмыкнул Лианг. — Где Думиса? И как ты пронесла сумку?

— Он у своих, — я кивнул в сторону здания. В это время в дверном проёме появился Думиса. Но подходить к нам не стал – опёрся спиной о стену здания и достал из внутреннего кармана зажигалку с сигаретами. Закурил.

— А он как пронёс сигареты и зажигалку? — растерялся Лианг.

— Ты что, совсем новости не читаешь? Эвольверы могут брать с собой вещи.

— Э… А ты? Как ты смогла?

— Тихо вы, — я прервал открывшую рот Мирославу. — Давайте поговорим после того, как выйдем отсюда. Некоторые Эвольверы могут легко слышать всё, что происходит на километры вокруг них.

Лианг хекнул и заозирался.

Нацуко мы прождали ещё минут пять. Мирослава уже извелась от волнения, когда в поселение вошла девушка – с взлохмаченными волосами, в разорванном плаще. На её одежде виднелись следы крови.

Я придержал Мирославу за руку – она чуть не бросилась к Нацуко.

— Она же ранена…

— Позже.

Я встретился глазами с Нацуко и указал ей на выход. Она сразу поняла, что я хочу, и развернулась.

— Слушай, ты почему такой осторожный? Нет до нас никому дела.

Я выразительно посмотрел на Лианга, и тот заткнулся.

Через пару минут после того, как Нацуко вышла, мы втроем тоже покинули поселение.

— Вон она, я её вижу, — Лианг прищурился.

Нацуко шла вдоль опушки леса. Мы неспешно направились за ней и остановились только на небольшой поляне. Нацуко сидела на поваленном дереве и рассматривала свои исцарапанные руки – её плащ лежал рядом.

Мирослава бросилась к ней, на ходу доставая из сумки аптечку.

— Как она притащила сюда сумку? — Лианг с подозрением смотрел на Мирославу.

— Потому что она Эвольвер, — спокойно ответил я.

— Чего! Как?! — крик Лианга спугнул птичек с ближайшего дерева.

— Вот так, — я подошёл к девушкам. — Как ты поранилась?

— Птицы напали, — поморщилась Нацуко. — Красные такие, с очень острыми серыми когтями. Но я не сильно пострадала – царапины.

— Ничего себе царапины! — возмутилась Мирослава, перевязывая руку Нацуко.

— Как ты стала Эвольвером?! — встрял Лианг.

Я оглянулся и увидел неспешно шагающего к нам Думису.

— Мне помог Борис Артёмович, дедушка Владислава, — Мирослава кинула быстрый взгляд на меня.

Вчера мы договорились, что пока не будем открывать ребятам правду о гелии-три. Может, чуть позже, но не сейчас.

— Офигеть. Поздравляю. А что ты умеешь?

— Я Полеос Магнита, — с гордостью ответила Мирослава. — Могу создавать магнитное поле. Вот.

— Думиса, а ты что умеешь? — Лианг повернулся к темнокожему парню, который встал рядом с нами. Но Думиса не ответил. Он протянул мне правую руку, облачённую в боевую перчатку.

— У меня протез, — я продемонстрировал покалеченную руку. Думиса осторожно пожал её.

— Спасибо. Ты дважды помог мне так, как никогда никто не помогал.

Я кивнул.

— Думиса, какая у тебя способность?! — повторил вопрос Лианг.

— Я Гравитос Земли. Базовая способность – Манипуляция Массой Тела. Пока могу увеличивать массу своих рук, — он приподнял свою правую ладонь и сжал пальцы в кулак, показывая металлические бляшки.

Хм, всё же Манипуляция Массой. Этот навык довольно редкий – выпадает у десяти процентов Гравитосов Земли. Среди этой ветки развития больше распространены Манипуляция Землей и Камнем. И то, там у Гравитоса появляется способность создавать что-то вроде каменных шаров, небольших шипов и ям. На первых процентах чистоты ДНК Гравитосы с такими базовыми навыками мало полезны. У Думисы же способность уже сейчас мощная, можно включить её в план боя и выбрать в качестве цели монстра посильнее…

— Это круто! Очень круто!

— Какой план? — Думиса посмотрел на меня. — Кого будем убивать?

— Металлического Броненосца, — я усмехнулся. — На сколько ударов тебе хватит Нейтрино? А тебе, Мирослава? Сколько времени ты сможешь поддерживать магнитное поле?

— Металлический Броненосец?.. — Думиса широко улыбнулся. — Мне нравится! Моего Нейтрино хватит на четыре удара. Вся шкала восполнится за сутки. На один удар Нейтрино заполнится за шесть часов.

— Я могу держать магнитное поле минут десять. Но если буду активно вмешиваться в него – изменять мощность и форму поля, то время может сократиться до двух минут. Мои Кварки полностью восполнятся за два часа.

— Несправедливо, — проворчал Думиса.

— Стоп! Что за Нейтрино?! Что за Кварки? Вы о чём вообще, ребята? — Лианг непонимающе посмотрел сперва на Думису, потом – на Мирославу.

— Даже я знаю, о чём они, — буркнула Нацуко.

— Идёмте к Металлическому Броненосцу, — решил я и повернулся к Лиангу. — По пути расскажу тебе о Нейтрино и Кварках. Это надо знать.

Глава 9. Металлические Броненосцы

— Каждый Эвольвер получает базовую способность. Мирослава может создавать магнитное поле, Думиса – увеличивать массу своих кулаков. Но чтобы использовать свои способности, Эвольверам нужна… энергия.

— Как мана в играх? — уточнил Лианг.

— Да.

Мы шли через лес, и я шёпотом рассказывал Лиангу об Эвольверах. Идти нам придётся долго – в неисследованные земли. Но я знаю путь и помню жилища всех Вожаков и звериных стай вокруг поселения. Одиночки не станут нападать – побоятся. Единственное слабое место моего плана – проклятый Сероглазый Медведь, чтоб его белки задрали.

— У Гравитосов и Атомосов в качестве энергии выступает Нейтрино. А у Полеосов – Кварки. Ты правильно заметил, они как мана в играх. Если Нейтрино закончится, ты не сможешь пользоваться своей способностью.

— Слушай, Нейтрино, Кварки… Это же из физики? — Лианг наморщил лоб, что-то вспоминая.

— Да. Но лучше не углубляйся в науку.

В месте, куда перебросило нашу Солнечную Систему, работают немного другие законы физики. Хотя нет – совершенно другие. Массы элементарных частиц отличаются от привычных нам. И не только. Даже спустя двадцать два года после Затмения учёные не смогли разгадать все секреты нового мира. Многие из именитых физиков и математиков сошли с ума, другие полностью забросили науку, третьи – спились. Существовало множество теорий и гипотез, но я в своё время прикипел к одной – наверное, самой фантастической и антинаучной. В галактике Пирамида существуют три фундаментальные силы – гравитация, сила атомов и поля. Именно в этих трёх направлениях и могут развиваться люди.

Позже, когда я нашёл Хрустальную Доску, мне удалось побольше узнать о нашей Вселенной. И эти знания только больше запутали меня…

— Почему не углубляться? Нейтрино и кварки – это же фундаментальные составляющие материи, да?

— Потому что опасно для психики, — хмыкнул я. — Тут потише. Опасно.

— Слушай, откуда ты знаешь?

— Молчим.

Мы проходили недалеко от логова Кровожадных Барсуков. Эти твари днём спят, а ночью бодрствуют. И атакуют они только стаей. Очень опасные звери, лучше не тревожить их сон.

Спустя пять минут Лианг не выдержал и выпалил:

— Можно говорить?

Я поморщился.

— Мы далеко от поселения, — заметила Нацуко. — Если на нас нападут монстры, нам конец.

— Монстры? — я зацепился за знакомое слово.

— Ну да. А ты не слышал о последней классификации?

— Нет. Был занят.

— Я тоже не слышал, — вставил Лианг.

— Правительство назвало всех существ, обитающих в Изначальном Мире, монстрами. И поделило их на два вида. Первый – звери. Такие как крот, которого мы убили. Второй вид – Вожаки. Они намного сильнее и опаснее зверей. И могут использовать способности, как Эвольверы. Тот медведь был Вожаком.

— Не только это, — тихо добавил Думиса. — Эвольверы могут очистить свою ДНК до пяти процентов, убивая зверей и поглощая их Жидкие Ядра. А чем чище ДНК, тем больше Нейтрино и Кварков получает Эвольвер. Но есть проблема. Убивать зверей и забирать их Жидкие Ядра полезно только до пяти процентов чистоты ДНК. Чтобы переступить этот порог, нужно убить Вожака. Людей, которые добились таких успехов, очень мало. И они все – лидеры группировок.

— Как Яньлин, — с грустью вздохнул Лианг. — Я понял, про что ты. Если превысить пять процентов чистоты ДНК, то в статусе Человек Низший сменится на Человек Слабый.

— Точно, ты же в армии служил, — вклинилась в беседу Мирослава. — А почему так мало знаешь?

— Слушай, да я просто выполнял приказы, и всё. Когда Яньлин стала Человеком Слабым, весь штаб радовался. Только глухой не узнал бы, что случилось.

— Яньлин… — Нацуко поморщилась, вспоминая, — Она же дочь Генерала У? Которого десять лет назад осудили за предательство.

— Угу, — буркнул Лианг.

Я чуть замедлился. Генерал У… Что-то знакомое. Но без развитого мозга я не могу вспомнить, где слышал это имя. Однако, если его и правда осудили за предательство… Может, ранение Яньлин – не случайность? Хотя на первый взгляд всё выглядит логично – Эвольверов-преступников должен конвоировать другой Эвольвер.

— Слушай, Думиса. А какая у тебя чистота ДНК?

— Чуть больше четырёх процентов…

Ребята продолжили тихо переговариваться, и я им не мешал. В этой жизни люди так же классифицировали монстров, как в прошлой. Только вот видов не два, а больше. Как минимум их четыре – над Вожаками стоят Разумные Звери, а над ними – Древние Звери. Но пока человечество столкнулось лишь с Вожаками и не знает, как опасен Изначальный Мир. А ведь и над Древними Зверями может быть кто-то сильнее, о ком даже я не подозреваю.

— Подходим, — предупредил я и чуть присел. Ребята повторили за мной. — Видите скалу серую? За деревом плакучим. Вот там и живёт Металлический Броненосец.

— Как будем убивать? — деловито поинтересовался Думиса.

— Мирослава использует магнитное поле и замедлит броненосца. Его панцирь состоит из металла, поэтому ты легко сможешь повлиять на него.

— Поняла, — Мирослава с готовностью кивнула. Её глаза горели энтузиазмом.

— Ты взяла то, что я просил?

— Ой, — Мирослава вздрогнула. — Прости, совсем из головы вылетело. Ох…

Мира покопалась в своей сумочке и через несколько секунд вытащила небольшой свёрток. Я осторожно развернул его и взял левой рукой нож. Острый, крепкий. То, что надо. Я покрутил нож в пальцах, привыкая к его весу.

— Тоже такой хочу, — протянул Лианг.

Думиса скинул свой рюкзак и тоже вынул оттуда нож – больше и массивнее моего.

— Для тебя захватил, — бросил он мне и отдал нож радостному Лиангу.

— А я буду следить за округой, — Нацуко не расстроилась.

— Мы с Лиангом тоже не будем вступать в бой. Думиса сможет закончить сам, — я взял нож обратным хватом и пошёл к плакучему дереву. Его листья были похожи на маленькие сосульки – странно выглядящие для тех, кто не привык к Изначальному Миру.

Я остановился у дерева и провёл ладонью по шершавому стволу. Пахло свежей листвой, но необычной – в аромат вплеталась небольшая нотка металла.

— Мирослава. Направь своё поле вниз и скажи, что ты чувствуешь?

— Я? Сейчас… Чувствую что-то большое. Моё поле даже охватить это не может. Где-то в метрах пяти под землёй. Это что такое?

— Железная руда, — я мысленно улыбнулся. — Попробуй с помощью руды усилить своё магнитное поле.

— Стоп, откуда ты это знаешь?! — Лианг вытаращился на меня.

— Получилось… Ого! Я могу усилить магнитные свойства руды. Сильно-сильно усилить! Христианский Бог, это невероятное чувство! — Мирослава восхищённо повернулась ко мне.

— Слушай, это уже ненормально – столько знать, — проворчал Лианг. — И разве это научно?

— Используй усиленное поле на броненосце, — игнорируя Лианга, велел я. — Думиса, начинай. Мы стоим тут и ждём.

— Пусть Духи помогут нам, — Думиса коснулся двумя пальцами лба и уверенно направился к серой скале. За ним, отставая на несколько шагов, осторожно ступала Мирослава.

Я напрягся, крепко сжимая рукоять ножа. Всё должно получиться, я уверен…

Раздался рёв – Металлический Броненосец или учуял Думису и Мирославу, или почувствовал магнитное поле. Но первому рёву совершенно неожиданно вторил ещё один.

Из-за скалы показались два гигантских монстра и быстро побежали на ребят. Первый – размером с земного бегемота. Второй – со слона.

Я крепко стиснул зубы. Откуда здесь второй броненосец?!

— Останови большого! — крикнул Думиса. Мирослава направила обе руки на гигантского броненосца, от её ладоней распространилось едва видимое синее свечение. От земли как будто начал исходить пар цвета моря.

Гигантский броненосец заметно замедлился. Он приподнял голову и заревел. К нему рванул Думиса, приподняв правую руку для удара. Но в это время к Мирославе мчался броненосец поменьше.

— Ждите тут, — бросил я и побежал к ней.

Бам!

Раздался гулкий удар, после чего что-то треснуло. Гигантский броненосец жалобно запищал.

Бам!

Думиса ударил второй раз – в ту же точку, прямо в лоб броненосца.

— Мелкого! — рявкнул я, подбежав к Мирославе. Та наставила обе руки на второго броненосца. Тот, слава всем несуществующим богам, заметно замедлился. Зверь не мог определиться – напасть на нас или бежать на помощь своему сородичу. Но усиление магнитного поля помогло ему сделать выбор – он повернулся к нам.

Пока зверь замешкался, я подбежал к его вытянутой морде. Ткнул ножом ему в подбородок, засадив лезвие в сочленение пластин, и резко отпрыгнул.

Бах!

Рядом со мной взметнулась пыль – я едва успел избежать удара. Зверь атаковал молниеносно – повернул голову и часть корпуса, приподнялся и рухнул на меня. Но не попал.

Одновременно с тем, как я воткнул нож в меньшего броненосца, Думиса в третий раз врезал громадному, убивая наповал.

Его младший собрат, не переставая реветь, встал на все четыре лапы. Вся поверхность тела броненосца покрылась едва заметным синим свечением – Мирослава использовала свою силу по максимуму.

Зверь шёл медленно, скрипя пластинами. Магнитное поле сильно давило на него, не позволяя свободно двигаться.

— У меня остался один удар, — к нам подбежал Думиса. Его правая рука была по локоть в крови.

— Сможешь попасть в рукоятку ножа? Апперкотом?

— Да.

— У меня осталась половина шкалы Кварков. Я увеличу давление, — сквозь зубы прорычала Мирослава. От неё буквально шёл пар – пот испарялся с её кожи.

Думиса сделал несколько шагов вперёд, но броненосец неожиданно попятился. Думиса подскочил к морде зверя – его левая рука пожелтела. Удар африканца был настолько быстрым, что размылся в едва заметный росчерк.

Хлопок!

Думису откинуло назад, а броненосец, с торчащим изо лба окровавленным кончиком лезвия, тяжело рухнул на землю.

— Получилось, — неверяще пробормотал Лианг. Мирослава упала на колени и тяжело задышала.

Я выдохнул с облегчением. Появление второго броненосца изрядно потрепало мне нервы – в прошлой жизни в этом логове жил только один зверь.

— Нейтрино пуст, — уведомил Думиса. — Как сердца вырезать будем?

— Ножом.

Африканец кивнул, забрал нож у Лианга и приступил к делу. Сперва он с большим трудом, используя всю физическую силу, смог вскрыть грудь мелкого броненосца. Снизу у зверя менее прочные пластины, да и сочленения шире.

— Кому сердце? — тяжело дыша, спросил Думиса.

— Мне! — Лианг широко улыбнулся.

— Нет. Оба Жидких Ядра получит Мирослава, — мягко сказал я.

Все изумлённо уставились на меня, в том числе и Мирослава.

— Быстрее, скоро тут будут другие звери. Не медлим.

Лианг хотел что-то сказать, но не стал. Он просто отступил назад. А Мирослава неуверенно подошла к Думисе, то и дело смотря на меня.

— Быстрее, — поторопил я их.

Пока Мирослава вытаскивала Жидкое Ядро, Думиса приступил ко второму броненосцу. И разделка этого зверя шла гораздо тяжелее.

— Мирослава, помоги ему. Используй поле, чтобы отдалить пластины.

Я уже слышал приближение других хищников. Но время у нас ещё есть.

— Как ты узнал, что броненосец ударит головой? Как успел отпрыгнуть? — неожиданно спросила Нацуко.

— Рефлексы, — пожал я плечами.

Но я соврал. В прошлой жизни, через три года после Затмения, появился знаменитый сайт Эвоком, на который можно было зайти из любой страны, – он обходил любые ограничения. На этом сайте выпускали статьи об Изначальном Мире, Эвольверах, сильных и слабых местах зверей.

Со временем в Эвокоме зарегистрировались все именитые Эвольверы. Начали появляться видео с интервью, подкасты, обучающие тренинги. На одном из подкастов Эвольвер из Европейского Союза рассказал историю смерти своего друга. И она быстро завирусилась – его убил Металлический Броненосец, буквально превратив в кровавую лепёшку. И сделал он это после того, как друг Эвольвера воткнул ему нож в челюсть. Даже появились видеоимитации этой трагической сцены, и с помощью подсказок Эвольвера удалось снять полноценный мини-фильм. Позже люди проделывали то же самое не только с Металлическими Броненосцами, но и с Магнитными. И их реакция была всегда одинаковой – удар боковой стороной головы сверху вниз, со всего размаха. Поэтому я знал, что делать.

— Готово! Уходим! — Думиса дождался, пока Мирослава не закончит, и они поспешили к нам, спешно вытирая окровавленные руки.

— Сколько процентов чистоты ДНК? — на ходу спросил я.

— Четыре и тридцать восемь, — рассеянно ответила Мирослава.

— Так много? — удивился Думиса. — От двух Жидких Ядер?

— Металлические Броненосцы живут рядом с железной рудой. Я предположил, что наибольшую пользу получит именно Мирослава.

Ребята странно посмотрели на меня. Но не могу же я сказать, что точно уверен в своих словах? Если убивать зверей, подходящих твоей ветви эволюции, то ДНК будет очищаться быстрее. А следующая ступень развития Металлического Броненосца – Магнитный Броненосец. И он идеально подходит, чтобы очищать ДНК Полеосам Магнита.

— Слушай, что дальше?

— Бежим к тому месту, где Нацуко получила ранения, — спокойно ответил я.

— Зачем? Аматэрасу меня прокляни, зачем? — возмутилась Нацуко.

— Увидишь.

В итоге вся команда снова послушалась меня. На самом деле я не ожидал такого доверия. Думал, что придётся всё объяснять, уговаривать. Но даже Лианг, и тот ничего не сказал.

Дважды на нас нападали змеи – но оба раза кто-из нас заранее замечал их, и мы умудрялись избежать ранений.

— Где-то впереди эти птицы, — Нацуко поморщилась. — Но они очень опасные. У них когти как металлические – такие же острые.

— Они и есть металлические, — хмыкнул я. — Мирослава, попробуй почувствовать их.

— Они… металлические? Я понял! — воскликнул Лианг.

— Да все поняли, — буркнула Нацуко.

— Да, чувствую. На том дереве, — Мирослава указала пальцем на ветвистое гигантское дерево. — Их шесть штук. Одна крупная, пять поменьше.

Я напрягся. Большая птица – это плохо. Нацуко ранили Красные Воробьи. У зверей металлические когти, и они не так уж опасны – разве что поодиночке редко летают. А вот Вожаки – Металлические Воробьи – смертоносны. У них не только когти, но и перья металлические. И они умеют стрелять ими.

— Сможешь расшевелить одну птицу поменьше? Всеми силами старайся не трогать большую.

— Я попробую, — кивнула Мирослава и приподняла обе руки. Её пальчики забавно подрагивали, из ладоней исходил синий свет.

— Двоих вытащила. Они в небе. Реагируют на мои толчки – как будто мы играем. Я их чуть-чуть потяну, и они сами летят в ту сторону.

— Отходим. Тяни их за нами.

Мы начали спешно отдаляться от дерева. Мирослава шла с поднятыми руками и постоянно спотыкалась, но я был рядом и не давал ей упасть.

— Хватит. Теперь тяни их вниз. Когда подлетят близко – используй все силы, заставь упасть.

— Поняла, — голос Мирославы дрогнул. Она сжала пальцы. В небе раздался громкий птичий визг, а затем – свист воздуха.

Пум!

Рядом с нами упали две птичьи тушки. Думиса и Лианг побежали к ним, одновременно.

— Держу! — крикнула Мирослава.

— Убил! — радостно воскликнул Лианг. — Владислав, кому?..

— Забирай. А второе ядро – Нацуко.

— Спасибо, — пробормотала та.

— Сюда летят сородичи этих птиц! — предупредила Мирослава. — Они близко!

Я мысленно выругался. Мирослава неожиданно побежала прочь.

— Быстрее забирайте ядра! Встретимся в поселении! — крикнула она на бегу.

Я не успел и слова вставить, как она исчезла среди деревьев.

— Быстрее! — рявкнул я. — Нацуко, не стой!

Девушка вздрогнула и рванула к Думисе. Парни уже активно потрошили птиц. Лианг ножом вскрывал грудь одной из них, а Думиса вырезал когти.

Сверху раздались громкие птичьи крики. Красные Воробьи мелькнули в кронах деревьев и улетели в сторону, куда убежала Мирослава. Она приманивала их магнитным полем.

— Да! — радостно завопил Лианг. — Готово! Я… Гравитос! Базовый навык – Толчок. Что это? Слушай, у меня тоже появились Нейтрино…

— Беги за Мирославой! Помоги ей! Толчок – это воздействие гравитации, ты можешь отталкивать любые предметы. Попробуй разобраться в навыке! Думиса, ты с ним!

Я сжал левый кулак. Как же ненавижу это чувство бессилия… В прошлой жизни я сталкивался с ним – ведь был стратегом и не мог сражаться. В этой же я пока даже не Эвольвер – обычный шестнадцатилетний парень без правой кисти. Нож, и тот потерял.

Думиса и Лианг рванули за Мирославой. Африканец перед этим кинул Нацуко один из когтей. Я подбежал к свободному трупу и начал вырезать уже отделёнными когтями другие когти – как это делал с Древесным Кротом. Думиса забрал всего два когтя, у птицы осталось ещё четыре.

— Сейчас… Во имя Аматэрасу, как сложно! Сейчас… Всё!

Нацуко замерла на несколько секунд.

— Я… Атомос. Базовый навык – Трансформация Кожи: Сталь. Это что такое?!

— Атомос Трансформации с упором на защиту. Беги за ребятами, Нацуко. Твоя способность может быть полезной в битве с Вожаком.

— Да, да. Во имя Аматэрасу, бегу!

Нацуко подскочила и помчалась за ребятами. Я же успел вырезать два когтя и тоже побежал – где-то недалеко ошивались звери, и оставаться в одиночестве опасно.

Нацуко быстро оторвалась от меня, и я её потерял. Физически она была развитее меня, а став Эвольвером, только увеличила разницу в нашей выносливости.

Впереди послышались голоса и крики. Я опознал вопль Лианга, в нос ударил слабый запах крови. Мысленно попросив несуществующих богов сохранить жизни ребятам, я вбежал на зелёную поляну.

Глава 10. Род Ли и Вожак

Первый, кто бросился в глаза, – окровавленный Лианг, у которого из ног торчали металлические стрелы. Присмотревшись, я понял, что это перья. Он лежал и стонал. У дерева сидел Думиса – его грудь была утыкана такими же перьями.

Мирослава стояла в центре поляны, вся в крови. Вокруг неё сиял синий ореол.

Хруст!

Нацуко сломала шею Красному Воробью, лежащему на краю поляны. Она была цела – кожа на её ладонях стала металлической.

— Ненавижу вас, — прорычала она и сломала шею второму Воробью. Ещё двое лежали у ног Мирославы – помятые, но живые. И одного я сразу узнал – Металлический Воробей, Вожак. Он выпустил все свои перья и походил на ощипанную курицу.

— Не трогайте Вожака! — я подбежал к Мирославе и остановился в паре метров от неё. Она тяжело дышала – её лицо, шея, руки были исполосованы. Из её левого плеча и левой передней части бедра торчали металлические перья.

Но она была жива.

— Мирослава, можешь откинуть мелкого ко мне?

Девушка пошевелила рукой, и Воробья поволокло по земле – будто кто-то тащил его за металлические когти. Я наступил ему на лапы, нагнулся и воткнул в челюсть коготь. Воробей дёрнулся и замер.

— Что с Вожаком? — ко мне подошла тяжело дышащая Нацуко.

— Все Вожаки смертельно опасны, — напряжённо сказал я. — Даже на последнем издыхании.

— И что нам делать? Во имя Аматэрасу, Мирослава долго не выдержит! Как она вообще стоит?

— Вырезай сердца. Используй Жидкие Ядра, быстрее. Повысь чистоту ДНК, ты же сейчас можешь сделать всю кожу металлической?

— Уже нет. На это уйдёт вся шкала Нейтрино…

— Быстрее. Красные Воробьи подходят тебе, забери их Жидкие Ядра, это увеличит твою шкалу Нейтрино.

Нацуко нагнулась и принялась вырезать когтем сердце Воробья. Спустя несколько секунд в её ладони появилась серебристая субстанция, и Нацуко приложила её к татуировке на запястье.

— Два и сорок процента чистоты ДНК, — напряжённо доложила она и бросилась ко второму трупу.

— Три тридцать пять.

— Четыре и ноль восемь. Нейтрино полностью восстановился, и его уровень повысился. Могу сделать всю кожу металлической на секунд пять.

В голосе Нацуко звучала радость.

Мирослава покачнулась, её глаза медленно закрывались.

— Быстрее!

Но Нацуко и сама всё поняла. Она рванула к последнему воробью – Вожаку. Её кожа стала полностью металлической – даже чёрные волосы, и те заблестели, как сталь.

Нацуко упала на колени у тела Вожака и двумя руками схватила его. Птица резко задёргалась – ударила клювом по руке Нацуко и полоснула её когтями. Но и это не всё – из тела Вожака выстрелили очень маленькие перья.

Нацуко застонала и крутанула руками, с треском ломая шею птице. Металлический Воробей в последний раз полоснул её когтями и замер. Девушка повалилась на бок – её кожа вновь стала нормальной, и на ней проступили многочисленные кровавые порезы. Вожак смог пробить защиту, хоть и неглубоко.

Я бросился к Вожаку и ловко вскрыл ему грудь когтем. Раздавил сердце и вытащил Жидкое Ядро. Подбежал к Мирославе – она упала на траву без сознания. Вся зелень под ней окрасилась в алый. Я с трудом, используя протез, перевернул правую руку Мирославы и приложил Жидкое Ядро Вожака к её татуировке. Треугольник вспыхнул синим цветом, и серебристая жидкость быстро впиталась в кожу. На вершине треугольника появилась крупная синяя точка – она обозначает, что Эвольвер переступил пять процентов чистоты ДНК.

Раны на теле Мирославы начали медленно затягиваться. Перья медленно вышли из её тела. Ресницы девушки затрепетали.

Я выдохнул с облегчением, сел на траву и вытер потный лоб. Получилось. Когда Эвольвер переступает границу развития, его сила претерпевает качественное изменение. И не только сила – организм становится более здоровым и крепким. Первая такая граница – пять процентов чистоты ДНК. И после её пересечения Эвольвер на несколько секунд впадает в необычное состояние – его тело меняется, все ранения затягиваются, Нейтрино или Кварки полностью восполняются. Именно на это я надеялся, велев Нацуко убить всех Красных Воробьёв.

— Владислав? — Мирослава очнулась. — Что… Я переступила порог. Теперь я Человек Слабый. Мне дали дополнительную способность…

— Нам надо уходить отсюда. Ребята ранены, следует перевязать их раны.

Я поднял голову к небу. Там, в просветах между деревьями, можно было различить мелькающие чёрные силуэты – Тёмных Ворон. И они прилетели за телами Воробьёв…

Мирослава, услышав меня, сразу же встала. Огляделась и вскинула правую руку. Все металлические перья рядом с ней взвились и зависли над её головой. Мирослава пошла к Нацуко. И с каждым её шагом всё больше перьев взлетали вверх.

— Твой контроль над магнитным полем улучшился, — я поднялся, отряхнулся, и пошёл за ней. — Это из-за новой способности?

Ответ я знал, но всё равно спросил. Почти у всех Полеосов вторая способность одинаковая.

— Да, — напряжённо ответила Мирослава. — Дополнительная способность – Контроль.Теперь я могу управлять небольшими металлическими предметами.

Мирослава пристроилась рядом с Нацуко, достала из сумки аптечку и начала перевязывать ей раны.

— Христианский Бог… Ты теперь на мумию похожа!

— Жива, и ладно, — проворчала Нацуко. — Как там ребята?

— Живы, — коротко ответил я.

Думиса с шипением вырывал из себя перья, а Лианг лежал и стонал.

— Они прикрыли меня собой, — голос Мирославы дрогнул. — Без них я бы умерла…

— Владислав, ты знал, что раны Миры исцелятся? — спросила Нацуко. — Всё, иди к парням. Дальше я сама.

Над Мирославой парило больше металлических перьев, чем минуту назад, – она подняла маленькие пёрышки, которые Вожак выпустил перед смертью.

— Знал, — я задрал голову. Вороны продолжали кружиться и почему-то не снижались. Странно. Кого-то опасаются…

Мирослава вытянула все перья из ног Лианга, обработала и перевязала его раны. Затем перешла к Думисе.

— Гуль… Гуль… Гуль… — до нас издали донеслись мерзкие звуки.

Я побледнел.

— Быстрее! Валим, сейчас же!

Вороны в небе разлетелись.

Услышав мой вопль, ребята вскочили на ноги. Даже Лианг, и тот резко поднялся. И мы побежали.

— Гуль… Гуль… Гуль…

— Кто это?! — крикнул Лианг, прорывась сквозь кустарник.

— Голуби! — я перепрыгнул через поваленное дерево и ускорился. Мирослава подхватила меня под локоть, помогая бежать быстрее.

— Слушай, голуби?!

— Да! Мерзкие твари, они летают только группами в тридцать-сорок особей. Они отравлены, несут с собой смерть!

— Гуль… Гуль… Гуль…

Голуби добрались до поляны, с которой мы убежали.

— Если эти твари обгадят нас, нам конец! Быстрее, быстрее!

— Во имя Аматэрасу, нас могут обгадить до смерти! Я же только стала Эвольвером!

— Владислав, мои перья не справятся с ними?!

Мирослава, перед тем как побежать, притянула все металлические перья к своей спине и закрепила их там.

— Не справятся. Если голуби полетят за нами, всем конец.

— Гуль… Гуль… Гуль…

На этот раз мерзкое воркование прозвучал гораздо дальше от нас, чем в прошлый раз, – голуби полетели в другую сторону. Я от облегчения запнулся и чуть не полетел кубарем в канаву – Мирослава вовремя подхватила.

— В поселение. Бежим в поселение, ребят. У нас всё получилось…

— Ха-ха-ха… — Лианг неожиданно засмеялся во весь голос.

— Тихо! — рявкнул на него Думиса. — Мы в лесу, кретин!

— Я просто счастлив! Слушай, просто счастлив!

— Белка! — крикнула Нацуко.

Раздался свист – сразу несколько перьев врезались в прыгнувшую на Лианга белку и откинули её. Зверь зашипел и быстро затерялся между корнями деревьев.

— Не смогла убить, — разочарованно протянула Мирослава. — Не привыкла к Контролю. Надо тренироваться.

— Ещё раз заорёшь – я попрошу Владислава вернуть тебя в армию, — пригрозила Нацуко.

— Я просто счастлив, — гораздо тише ответил Лианг.

Снова раздались голубиные вопли – на этот раз едва слышные. Я окончательно успокоился. Человечеству ещё предстоит столкнуться с этими тварями – Вонючими Голубями. Ещё их называли Исчадиями Ада. Мерзкие твари, летающие исключительно группами. Одно хорошо – они живут в опасных областях, куда добираются только сильные команды Эвольверов. Но сколько этих самых команд сгинуло по вине Исчадий?.. Не счесть. И нам очень повезло, что эти твари не полетели за нами. Не вижу ни единого способа, как мы смогли бы выжить.

— Шагом, — бросил я, с трудом передвигая ноги. Бок болел из-за бега, дышалось с трудом.

— Тебе надо подтянуть физическую форму, — заметил Лианг. — Совсем хилый.

— Владислав, мы все уже стали Эвольверами. Какой твой следующий шаг?

Мы остановились у древнего дерева. Я упёрся рукой в шершавый грубый ствол и наклонился. В нос ударил лёгкий запах плесени, я почувствовал тошноту.

— Вам надо превысить пять процентов чистоты ДНК, — отдышавшись, сказал я. — Всем.

— Но зачем? — не поняла Мирослава.

— Ты хочешь убить сильного зверя, да? И забрать его Жидкое Ядро. Думаешь, есть разница? — Думиса понял мои намерения.

— Мне кажется, что да. Но я не уверен.

— А ты уже выбрал зверя? — заинтересовалась Нацуко.

— Пока нет, — соврал я. — Но как придёт время – выберу.

— Мы поможем тебе, — спокойно сказал Думиса.

— Слушай, я ошибся. Не Ядерный Атомос, а Гравитос Гравитации. Звучит как-то… Не очень. И что за способность такая – Толчок? Я смог птицу откинуть, но совсем не ранил. Что толку?

Лианг с сомнением рассматривал оранжевую татуировку на своём запястье.

— Это сильная способность, — уверил я Лианга. — У тебя сколько процентов чистота ДНК?

— Ровно один.

— Минималка, — кивнул я. — Воробьи плохо подходят для твоего генома.

— Слушай, а кто хорошо подходит? — Лианг с недовольством потёр татуировку.

— Медведь, который откусил мне руку, — я улыбнулся.

Думиса хмыкнул.

— Всё, давайте продолжим путь. В поселение войдём тремя группами. Я с Лиангом, Мирослава с Нацуко и отдельно – Думиса.

— Всё ещё боишься? — Лианг закатил глаза. — Мы Эвольверы! Четверо Эвольверов – ты понимаешь, насколько мы круты? Чего нам бояться?

— Мы заходим тремя группами, — повторил я и оттолкнулся от дерева. — Идём.

— Лучше скрывать свои козыри. Пусть только Духи знают, что мы – команда, — пробасил Думиса.

— Нам скрывать свои татуировки? — спросила Нацуко.

— Нет. Можете, наоборот, продемонстрировать их. Завтра мы все вернёмся на Землю – подлатать раны и набраться сил.

— Слушай, зачем? Мы в порядке!

Я посмотрел на ноги Лианга – все штанины в крови.

— Это мелочь! Совсем не мешает!

— Нужно подлечиться, — покачал я головой. — Кстати, когти возьмите с собой. Продадите, немного заработаете.

— Точно! — Лианг заозирался. Подбежал к дереву и подобрал небольшую серую шишку – сунул её в карман.

— Влад, дашь мне свой коготь? Ты же его всё равно не сможешь забрать, — попросил Лианг, срывая ещё одну шишку – на этот раз светло-жёлтую.

— Дам. Но не называй меня больше Владом. Всё, идём.

Мы направились в поселение.

— Тс-с-с, — вдруг прошептала Нацуко. — Змея! Дайте мне её поймать.

Мы замедлились. Раздалось шипение, и с ветки дерева над нами спрыгнула змея – прямо на голову Нацуко. Но та успела среагировать – кожа на её руках и голове стала металлической. Нацуко поймала змею, и Думиса плавным ударом снёс ей голову ножом.

— Как легко! — обрадовался Лианг.

— Кому достанется ядро? Владислав, точно не хочешь?

— Тут нет ядра… — Думиса показал всем внутренности змеи. В сердце едва-едва светилось серебристое пятно, но оно быстро исчезло.

— Разве не у всех зверей есть Жидкие Ядра? — растерялся Лианг.

— Я слышала, что некоторым попадались звери без ядра, — вставила Нацуко.

— У слабых монстров нет Жидких Ядер, — кивнул я.

— Не сказала бы, что змея слабая, — пробормотала Мирослава.

— Уже темнеет. Надо вернуться до наступления ночи.

После моих слов ребята снова встали на свои позиции, и мы рысью побежали к поселению.

Сделали, как я и сказал: мы разделились на три группы, не скрывая свои лица. Думиса ушёл к своим – в здание с представителями Африканской Конфедерации. Девушки сели на лавочку и игнорировали всех, кто пялился на их татуировки. А чтобы никто не приставал с вопросами, Мирослава подняла в воздух десяток металлических перьев и зафиксировала их кругом, остриями наружу.

Мы с Лиангом направились к зданию с представителями Азиатского Содружества. Всё-таки я отвечаю за род Ли, и надо проверить, есть ли кто-то ещё в этом месте.

Охранники сразу же нас пропустили, увидев закатанный рукав Лианга. Тот шёл с задранным подбородком, гордо фыркая на всех, кто закрывал своё запястье.

Внутри было шумно и пахло потом. Множество столиков, за которыми сидели в основном азиаты. Некоторые одеты в военную форму, другие – в обычные плащи. Часть прятали лица.

Я нашёл глазами самый дальний столик в конце зала – там сидели пятеро. Четверо мужчин и одна женщина. Все они изучали какие-то тетрадки и иногда перекидывались короткими фразами. Каждый из них закатал рукав, демонстрируя татуировку треугольника.

Я направился к ним. Лианг – за мной. Когда мы приблизились, взгляды всех устремились на нас. Точнее – на Лианга.

— Род? — хмуро спросил самый старый мужчина – одетый в офицерскую форму. У него были седые усы, кустистые брови и очень маленькие узкие глаза. На виске пестрела россыпь родимых пятен.

— Ли, — коротко ответил я.

— Я говорил с Эвольвером, — старик нахмурился.

— Я слуга рода Ли, — Лианг усмехнулся и указал на меня. — А он – полноправный член рода Ли.

На этот раз взгляды пересеклись на мне. Точнее – на моём запястье, прикрытом рукавом. А затем – на моём протезе. Я молча подтащил стул и сел. Лианг встал за мной.

— Род Ли, — старик словно бы пожевал эти слова. — Что ж. Рады видеть вас.

— Меня назначили представителем рода Ли на этой горе. Дайте мне имена тех, кто попал сюда от рода Ли. И я уйду. В политику не лезу, мне это неинтересно.

— Не получится, — женщина усмехнулась. Одетая в плотный зелёный плащ темноволосая азиатка. На вид ей лет тридцать, фигура подтянутая.

Что странно – я не помнил никого из этой пятёрки. А это значит, что в прошлой жизни они не добились особых высот. Или погибли, пока я лежал в больнице, а потом жил на съемной квартире.

— Ты знаешь, что поселение надо защищать? — вкрадчиво поинтересовался старик. — Сегодня мы отвечаем за северные ворота – нам нужны бойцы.

— Дайте мне имена членов рода Ли, — повторил я. — Ворота защищайте сами, я не отдам своего бойца.

Все пятеро нахмурились.

— А если отдам – то за долю. Если получится убить зверя, мы заберём Жидкое Ядро, у нас есть люди без татуировки.

Старик и женщина переглянулись.

— Вот, — мужчина лет тридцати, одетый в голубую форму, протянул мне листок. — Я выделил имена людей из рода Ли. Запомни их и уходи.

Я принял папку, обратив внимание на татуировку мужчины – серый треугольник с точкой на вершине. Значит, он превысил пять процентов чистоты ДНК.

— Благодарю, — я пробежался глазами по именам. Всего шесть человек. Из них пятеро – слуги рода Ли, как Лианг. И одна женщина – Джао Ли, двадцать девять лет. Кто она? Не помню.

Я взял чистый лист, ручку и под недовольным взглядом старика переписал имена.

— Идём, — бросил я Лиангу, и мы покинули пятерых Эвольверов.

— Слушай, что это сейчас было? — спросил Лианг.

— Нас хотели надуть. Защита стены – это очень прибыльное дело, при должной подготовке. Звери сами бегут в руки. Но делиться Жидкими Ядрами никто не хочет.

— Вот черти.

— Найди всех этих людей и приведи ко мне, – я отдал Лиангу список и вышел на улицу. Глубоко вдохнул свежий воздух, посмотрел на тёмное небо. Звёзд не было, но что-то освещало пространство, не давая округе полностью погрузиться во тьму.

Нашёл глазами свободную скамейку и пошёл к ней. Мирослава и Нацуко всё ещё сидели на своём месте – совершенно одни. Думисы не было видно.

Минут через пять ко мне подошли четверо – трое мужчин и одна женщина. Мужчины сразу же поклонились и в один голос воскликнули:

— Господин!

— Вы слуги рода Ли? — я проверил их запястья. Все – закрытые.

— Да, господин, — не разгибаясь, ответил один из них – в центре.

Женщина встала рядом со слугами и окинула меня взглядом. Высокая – метр семьдесят пять. С хищными чертами лица, симпатичная. Одета во всё чёрное. Она мельком проверила моё запястье, задержала взгляд на протезе и уверенно посмотрела мне в глаза.

— Чей ты сын? Чей внук? — строго спросила она. Значит, это Джао Ли.

— Можете выпрямиться, — махнул я рукой слугам.

— Слушай, больше никого нет, — раздался голос Лианга – он подошёл сбоку. — Двое куда-то пропали.

— Ты меня не слышал? — раздражённо бросила Джао.

— Повежливей, дамочка, — Лианг встал позади меня. — Хоть мой кодекс мужчины и запрещает бить женщин, но…

— Ты не из Пекина? Откуда ты? — холодно спросил я.

— Ты пекинский? — Джао прищурилась.

— Откуда ты? Повторять дважды не буду.

Несколько секунд мы боролись с ней взглядами. Джао Ли проиграла – опустила голову и тихо сказала:

— Прошу прощения за свою дерзость. Я из города Е Чи Ченг. Дочь мэра Ана – Джао Ли.

— Лунный город? — я приподнял брови. — Что с Ксином?

— Вы знаете его?.. — удивилась Джао. — А, точно. Он же из Пекина… Ксин идёт на поправку. Но у него небольшие проблемы – из-за него в Изначальном Мире погибли члены рода Ван, Ян и Чэнь. И они жаждут мести.

Я нахмурился. Посмотрел на слуг и приказал:

— Уходите. Если станете Эвольверами – приходите. До тех пор вы – бесполезный мусор.

— Да, господин, — пробормотали мужчины и попятились прочь.

— Жёстко ты с ними, — заметил Лианг.

— Они погибнут, если не станут Эвольверами. Пусть злятся на меня, но хоть что-то делают, — пожал я плечами и снова посмотрел на Джао.

— Вопрос с Ксином надо решать…

Над поселением разнёсся громогласный крик. Я резко задрал голову и увидел кружащуюся над поселением гигантскую, размером с корову, птицу – ярко-фиолетовую, похожую на ястреба.

Я моментально узнал её – Молниеносный Ястреб, Вожак.

Визг!

Ястреб взмахнул крыльями, и в одну из стен ударила ярко-фиолетовая молния. Закричали люди.

— За мной, — я бросился к Мирославе и Нацуко. Они уже бежали в нашу сторону. Откуда-то сбоку выскочил Думиса.

Сверкнула ещё одна молния, в воздухе разлился запах горелого.

— Что делаем? — спросила Нацуко.

— Вы в одной команде? — послышался заинтересованный голос Джао – она увязалась за мной.

— Мира, готовься. Как только появится возможность, кидай все перья в голову монстру. Лианг, попробуй толкнуть его в нашу сторону, когда он начнёт падать. Нацуко и Думиса – будьте наготове. Не трогайте перья, бейте в голову.

Лианг отбежал подальше. Мирослава подняла все перья в воздух. Думиса ударил кулаками друг о друга и вскинул голову, не отводя взгляда от птицы. Ребята без малейших сомнений выполняли мои приказы.

Я отошёл к ближайшему дому. Ещё одна вспышка – новые крики. Но Молниеносный Ястреб не может долго использовать свою молнию. Скоро… Вот!

Птица резко вошла в пике и схватила со стены мужчину. Тот заорал, но его крик оборвался: птица оторвала и съела его голову.

Безголовый труп упал, разбрызгивая кровь. Птица сделала круг и снова спикировала – на этот раз внутри поселения. Все убрались подальше со стены, никто не хотел рисковать.

— Жди! — крикнул я Мирославе, которая чуть не метнула перья. От моего крика она вздрогнула и остановила атаку. — Не торопись! Птица пока далеко!

— Но там люди умирают!

— Жди, я сказал. Твои перья полезны только скопом и на коротком расстоянии, нужен удачный момент.

Мирослава кинула на меня быстрый взгляд и стиснула зубы.

Ещё одна вспышка – новая молния ударила в дом и пробила его насквозь. Сразу после дальней атаки Ястреб спикировал и сожрал ещё одного человека.

— Жди моей команды, Мира! — рявкнул я.

Птица покружилась и пошла на снижение. Её глаза уставились на Миру, которая стояла с распростёртыми руками.

Ястреб сложил крылья и полетел к ней.

— Готовься! — крикнул я.

Но Мира и сама всё поняла – металлические перья закрутились над ней, формируя неровный круг. А после – резко полетели на птицу. Скорость была небольшой, но вот Ястреб падал очень стремительно. Как итог – десятки перьев вонзились в голову монстра.

Громкий визг пронзил округу. Птица вильнула в сторону, но её резко дёрнуло к нам – Лианг использовал свою способность.

Думиса рванул с места, прыгнул и замахнулся.

Бам!

Голова птицы взорвалась, тело рухнуло на землю и прокатилось несколько метров, прежде чем остановиться.

— Думиса – вырезай сердце. Нацуко – используй свою способность и вырывай перья. Мира – контролируй округу.

— Слушай, а я?

Я не ответил Лиангу. Повернулся к Джао и сказал:

— У меня появилось свободное Жидкое Ядро. Не хочешь заключить сделку?

(Думиса)

Глава 11. Джао Ли

— Что? — Джао смотрела на меня с непониманием.

В небо взмыли металлические перья и закружились над телом птицы.

— Я дам тебе Жидкое Ядро. А ты поможешь Ксину покинуть Луну, — спокойно сказал я, краем глаза наблюдая за людьми, которые со всех сторон стягивались к нам. Но зависшие над их головами перья Металлического Воробья вызывали у них вполне понятные опасения.

— Я… Но… — Джао захлопала глазами.

— Есть! — раздался крик Думисы.

— Быстрее решай, — я нахмурился.

— Согласна! Конечно же, я согласна! Будда, да кто на такое не согласится!

— Если не справишься, пострадаешь не только ты, но и твоя семья, — предупредил я.

— Я… Да, да! Конечно… — Джао слегка побледнела.

Думиса подошёл ко мне, держа в ладонях серебряное Жидкое Ядро. Я принял его и отдал Джао. Та сразу же, под жадными взглядами случайных зрителей, приложила Ядро к тусклой татуировке.

— Мира, Нацуко, Лианг – заканчивайте. Уходим, труп оставляем, — приказал я.

Ребята послушались. Нацуко выглядела довольной – она держала в стальных руках с десяток перьев, которые то и дело стреляли электрическими разрядами. Лианг ругался, тряся обожжёнными пальцами, – видимо, тоже полез за перьями. Мирослава выглядела вымотанной. Над ней парили металлические воробьиные перья.

Толпа провожала нас взглядами, пока мы спокойно шли к одной из стен. Джао скоро очнулась и последовала за нами. Татуировка на её правом запястье окрасилась в белый. Значит, она Атомос Синтеза…

— Нацуко, дашь мне перо, а? Хоть одно! — заканючил Лианг.

Я остановился возле трёх свободных лавочек, стоящих треугольником. Опустился на одну из них.

— Пусть Владислав решает, — фыркнула Нацуко, положив на землю перья. Её кожа стала обычной.

— Слушай, можно? — Лианг подсел ко мне. Нацуко и Мирослава устроились на второй лавочке, а Думиса – на третьей.

— Мирослава, всё в порядке? — я внимательно на неё посмотрел.

— Да, но… Там гибли люди. Я могла спасти их, — она опустила голову.

— Ты мне веришь? — спросил я.

— Да. Конечно, я тебе верю.

— Атакуй ты раньше – кто-то из нас погиб бы. Веришь?

Джао встала рядом с лавочкой, на которой сидели я и Лианг.

— Погиб? — Мирослава сгорбилась ещё сильнее.

— Да. Твоя атака не ранила бы Ястреба, а только привлекла бы его внимание. Толчок Лианга ничего не смог бы сделать, а Думиса бы просто не успел атаковать. Как итог – Ястреб убивает одного или двух членов нашей команды, а остальные успевают разбежаться.

— Владислав прав, — пробасил Думиса. — Он всё рассчитал точно. Он всегда всё точно рассчитывает.

Я мысленно поморщился. Похвала Думисы не заслужена – слишком много ошибок я сделал. С моими знаниями непростительно допускать столько промахов…

— Вы убили монстра-Вожака и просто отдали мне Жидкое Ядро, — подала голос Джао. — Это нормально?

— Владислав так решил, — пожал плечами Думиса.

— Слушай, а правда. Зачем ты ей отдал ядро? Это же Вожак! Нацуко или Думиса могли бы пробить барьер и стать…

Лианг осёкся, поймав злой взгляд Нацуко.

— Какую способность ты получила? — спросил я у Джао.

— Я Атомос Синтеза. Способность – Укрепление Материи.

Я приподнял брови и с удивлением посмотрел на Джао.

— Что? — она занервничала.

Я вытащил из кармана коготь Красного Воробья и протянул ей.

— Используй способность на когте.

— Но я не умею, — Джао замешкалась, но приняла коготь и покрутила его в руках.

В это время к нам подошла целая делегация. Трое европейцев, трое азиатов, двое африканцев. Один из последних – низенький, с лицом, будто выточенным из скалы, – не сводил с Думисы пристального взгляда.

Парящие над нами перья закружились. Думиса приподнял руку и вышел вперёд. Он переговорил с африканцами и вернулся к нам.

— Они хотят нанять Нацуко. Говорят, что, если она поможет вытащить перья из тела зверя, они заплатят.

Нацуко посмотрела на меня.

— Все перья мы не унесём с собой, — пожал я плечами. — Помоги, если хочешь.

— А мы? — возмутился Лианг. — Мы же Эвольверы! Нам тоже перья нужны!

— Ну, возьмите каждый по пять-шесть штук, — хмыкнул я.

— Слушай, но как? Они током бьются!

— Придумайте что-нибудь.

— Получилось! — вдруг воскликнула Джао. — Будда, получилось! Но я только самый кончик укрепила, и Нейтрино сильно просело…

Я забрал у Джао коготь и переключился на него. Нацуко пошла вырывать перья, а Лианг думал, как бы безопасно забрать побольше перьев. Думиса ушёл куда-то вместе с друзьями-африканцами, а Мирослава сидела и о чём-то размышляла.

— Что ты его так разглядываешь? — над ухом раздался нервный голос Джао.

— Отойди.

Джао засопела и отступила. Я же не мог нарадоваться. Атомос Синтеза – крайне странная ветка развития. И многогранная. Базовые способности очень разнообразны. Самая распространённая базовая способность, которая появляется у сорока процентов Эвольверов, – Регенерация Материи. Пореже, с тридцатью процентами вероятности, – Слияние Материи. Абсолютно небоевая способность, позволяет сплавлять различные материи друг с другом. Например – дерево и металл. Также у Атомоса Синтеза могут появиться базовые способности Вода или Холод. В первом случае Эвольвер манипулирует водой, во втором – холодом, а впоследствии и льдом.

Укрепление Материи – одна из самых ценных способностей Атомоса Синтеза. С помощью неё Эвольвер меняет атомную структуру предмета, значительно его укрепляя. И этот эффект – бессрочный. Шанс появления такой способности всего три процента.

— Никому не раскрывай деталей своей способности.

— Ты о чём? — не поняла Джао.

— Твоя способность… ненормальная. Она тратит всё Нейтрино и делает вещи почти неразрушимыми, — терпеливо объяснил я. — Постарайся повысить контроль над способностью. Укрепляй предметы чуть-чуть, не так сильно. Тогда Нейтрино не будет тратиться настолько стремительно.

Я протянул Мирославе коготь.

— Забери его на Землю. Не продавай. Потом отдашь.

Та кивнула и взяла коготь.

— Но зачем мне скрывать способность? — моя просьба всё ещё казалась Джао странной.

— С помощью Укрепления Материи ты меняешь атомарную структуру объекта. И если использовать способность на максимум, объект становится крепче алмаза, понимаешь? Ножи с твоим укреплением будут пробивать панцири Вожаков, при должной силе удара. У тебя небоевая способность, сперва найди способ защитить себя. Если не хочешь, чтобы тебя заставили круглые сутки укреплять чужое оружие.

Джао слегка побледнела. Она поняла, что ей грозит.

— Дам совет – отрасти себе ногти. Заостри их, а потом укрепи. Тогда ты сможешь резать металл.

— Ого, — Джао посмотрела на свои пальцы. — А это не… опасно? Если я себя раню?

— Будь осторожна, — пожал я плечами. — Ты поняла, что должна сделать?

— Да. Я помогу Ксину покинуть Луну, — Джао в один момент собралась. — На Луне пока очень мало Эвольверов, и каждый из них придаёт роду, к которому принадлежит, большой вес. Мой отец точно согласится на ваши условия.

— Если не согласится – умрёт, — спокойно предупредил я. — Сколько у тебя процентов чистоты ДНК?

— Один, — без сомнений ответила Джао.

— Наша группа поможет тебе получить пять процентов. Взамен уже ты будешь помогать нам, когда потребуется.

— А может, возьмём её в нашу команду? — вдруг предложила Мирослава. — У меня на примете ребята, они очень хотят стать Эвольверами и присоединиться ко мне в Изначальном Мире. Давай создадим организацию? Ты слышал про Клоунов?

— Нет. Что за Клоуны?

Я поморщился. Мне не хочется создавать организацию, в прошлой жизни это ничем хорошим не закончилось. Небольшая группа Эвольверов – да. Но не организация…

— Клоуны недавно появились на одной большой горе, где пустыни с оазисами. Они носят маски клоунов, их шестеро, и все они – Эвольверы. Я слышала, что они убили двух Вожаков.

— Ваша группа после сегодняшней ночи станет так же знаменита, как Клоуны, — заметила Джао. — Вы прикончили Вожака за десять секунд. Причём не обычного Вожака, а гигантскую молниеносную птицу. Поверьте, вас теперь ещё долго будут стороной обходить. Особенно тебя.

Джао улыбнулась мне.

— Ты скрываешь свою татуировку, но всем и так очевидно, что ты Эвольвер. И, скорее всего, самый сильный в группе.

Мирослава чуть склонила голову, пряча улыбку.

— В общем, мы поможем тебе, а ты – нам. Согласна?

— Конечно, — Джао кивнула. — Без сильной группы я не смогу развиваться со своей способностью. А из рода Ли тут только ты и слуги.

— Вот и отлично, — я слегка улыбнулся. Мне повезло встретить Джао. С её укреплением мои планы значительно ускорятся, наша группа сможет убивать Вожаков так же легко, как обычных зверей. Но для этого надо увеличить чистоту ДНК Джао, пока от неё мало толку.

Вскоре вернулся Думиса.

— Я хочу стать мэром, — он сел на лавочку передо мной и переплёл пальцы.

— Стань, — согласился я.

— Если мэром станет Готто, он заставит меня вернуться в его команду, — Думиса заметно помрачнел. — Правительство Конфедерации освободило меня, но тут, в Изначальном Мире, свои правила.

— Готто – это тот мелкий? Который подходил?

— Да. Надеюсь, Духи отвернутся от него и он сдохнет.

— У азиатов есть те, кто переступил порог в пять процентов, — я вспомнил мужчину в голубой форме.

— Я знаю. Готто тоже скоро станет Слабым.

— Слабым? — переспросила Мирослава. — Ты имеешь в виду Слабым Эвольвером?

— Да. Так сокращённо называют Эвольверов, которые переступили порог в пять процентов.

Я усмехнулся. В прошлой жизни такого не было.

— Когда представители собираются выбрать мэра?

— Не знаю. Мои сородичи скрывают это от меня.

— Джао, узнай.

— Сделаю, — она кивнула и ушла.

— Она уже с нами? — Думиса проводил взглядом Джао, задержав взгляд чуть ниже её спины.

— Не знаю. Частично, — я зевнул.

— Слушай, я нашёл способ! — к нам подбежал Лианг, держащий окровавленный свёрток. — Я засунул перья птицы в мясо птицы! Смогу и перенести всё, и продать дороже!

— Не подходи ко мне! — Мирослава поспешила пересесть ко мне. — От тебя несёт кровью!

— Запах воина, — довольно усмехнулся Лианг, плюхнувшись на свободную лавочку.

Мирослава открыла рот, явно пытаясь придумать что-то остроумное, но почти сразу его и закрыла.

— Как там Нацуко? — спросил Думиса.

— Хорошо. Нас теперь уважают, — Лианг гордо улыбнулся. — Боятся, говорят вежливо. Про тебя спрашивали, Владислав. Пытались узнать, какие у тебя способности. Я сказал, что ты можешь создавать плазменные шары и играть ими в баскетбол.

— Вот балабол, — буркнул Думиса.

— А ещё я рассказал, что у тебя есть суперудар – трёхочковый. И когда ты кидаешь трёхочковый, даже Вожаки писаются от страха.

— А если тебя начнут называть Баскетболистом? — сдерживая смех, спросила Мирослава.

— Слушай, а крутая идея! — Лианг вскочил. — Давай я намекну? Будешь Баскетболистом! Но надо ещё название для команды придумать… Предлагаю – Красные Буйволы. Ну как?

— Нет! — возмутилась Мирослава. — Давай что-нибудь звучнее!

— Убийцы Медведей?

— В последний раз медведь нас чуть не прикончил. Спасибо Христианскому Богу, спаслись.

— Слушай, ну давай ты предлагай!

— Отряд Владислава!

— Боже, да ты втюрилась!

— Ч-ч-что?! Н-н-нет! Заткнись!

— Слушай, у тебя уши покраснели…

Я решил прогуляться, надоела мне болтовня ребят. Да и вообще, вся эта мирная и радостная атмосфера… угнетает. Не привык я к такому.

В моей прошлой жизни, когда отец вернулся в Пекин из Европейского Союза, он быстро нашёл меня. Избил, забрал карту матери и уехал. Униженный, злой, ненавидящий всех вокруг, я вернулся в Изначальный Мир. У меня не было денег, а зарабатывать я не умел. К тому моменту уже прошёл год после Затмения, на пике Син Шан построили несколько поселений, и гора была относительно безопасной.

Довольно быстро меня приняли в группу, которая называла себя Адонис, в честь древнегреческого бога красоты. Лидер группы – толстяк по имени Ван Болай – был очень высокомерным парнем и искренне считал себя самым красивым человеком в мире.

В Адонисе уже тогда состояли Эвольверы – пятеро, включая Ван Болая. Ещё пятеро не были Эвольверами, но лидер обещал всем помочь. И он сдержал обещание – именно с группой Адонис я стал Атомосом Трансформации с базовым навыком Улучшение Мозга. Стал стратегом. И вскоре мой талант аналитика раскрылся – я составлял планы рейдов, выявлял лучшие стратегии боя, и мы побеждали.

Я поверил в себя. Во мне загорелось дикое желание доказать отцу и матери, что я не слабак. Что я – личность. Стратег мощной группировки, чьё влияние распространилось на весь Изначальный Мир.

Около года я был стратегом Адониса. Нашёл девушку – милую землячку Сяо Дзинь. Завёл близких друзей, которым искренне доверял. Помню тот день, когда в группе случился разлад. Ван Болай объявил, что Адонис присоединяется к крепости Синего Камня.

Но крепость Синего Камня – это поселение, строительство которого спонсировал род Ли. Он же поставил на место мэра своего человека, да и вообще – контролировал всё, что происходило в Синем Камне. И каждый об этом знал.

Я резко выступил против. И призвал членов группы заставить Ван Болая одуматься.

Но… Никто меня не поддержал. Абсолютно. А позже Сяо Дзинь открыла мне правду – группа Адонис с самого начала финансировалась родом Ли. Меня приняли и помогли стать Эвольвером лишь из-за отца.

Тогда я ушёл из группы. И чтобы сбежать как можно дальше, я заплатил каравану, который путешествовал между горами. В то время подобные организации только-только зарождались.

Статус Эвольвера с десятью процентами чистоты ДНК и знания о монстрах позволили мне занять высокое место в иерархии каравана…

— Владислав! — ко мне подошла Нацуко. — Тебе нужны деньги?

— Нет, — спокойно ответил я.

— Когда я вернусь, меня будут допрашивать. Что я могу рассказать?

Я задумался. И решил, что ничего особенного не продемонстрировал.

— Всё, что посчитаешь нужным. Но лучше промолчи о чистоте своей ДНК.

— Я могу рассказать всё? — удивилась Нацуко.

— Да. Но выставь меня самодовольным парнем, который считает себя гением и не желает становиться обычным Эвольвером.

Нацуко хмыкнула. Мы простояли в тишине несколько минут.

— О чём думаешь? Там ребята вовсю выбирают название организации. Мира настаивает, что нет ничего лучше Отряда Владислава, — Нацуко хихикнула.

Я посмотрел на неё. Её глаза горели. Одежда, заляпанная кровью, кое-где порванная. Забинтованные руки, рёбра, ноги. И в нескольких местах через бинты выступают алые пятна. Но, несмотря на это, Нацуко искренне счастлива.

— Скоро начнёт светать, — я с прищуром посмотрел на небо. — И у большинства людей откатится время. Они все переместятся домой, и знаешь, что сделают?

— Что?

— Расскажут миру о нас. О Ястребе-Вожаке, о Мирославе-повелительнице перьев и о тебе, железнорукой леди. Все о нас узнают. И в сети нам придумают имя.

— А если оно будет плохим? — Нацуко нахмурилась.

— А чтобы оно не было плохим… Нам нужно как можно скорее придумать название и озвучить его первыми, — я широко улыбнулся.

— Э… Я побежала, — Нацуко развернулась и припустила в сторону ребят. Но затем резко затормозила и оглянулась на меня. — Как бы ты хотел, чтобы тебя называли? Какое-нибудь суперимя.

— Дельта, — сказал я не подумав. В эту секунду я вспоминал исследования Дельты и думал над дальнейшими планами.

— Дельта… Поняла! — Нацуко побежала.

Я хмыкнул и снова посмотрел в небо. Мне неинтересно, что в итоге они придумают. Разве это важно? Имеет хоть какое-то значение?

Мысли медленно ворочались в голове, а небо светлело. После Молниеносного Ястреба монстры больше не нападали, поэтому остаток ночи прошёл спокойно. И вскоре настало время возвращаться.

— Когда встречаемся? — нетерпеливо спросил Лианг.

— А мне надо с вами? — поинтересовалась Джао.

— Послезавтра, в восемь утра, — ответил я. — Джао, ты можешь присоединиться только после завершения миссии.

— Что за миссия? — заинтересовался Лианг.

— Послезавтра… Ладно, — Нацуко слегка скривилась. Ей не хотелось столько ждать.

— Будьте осторожны, — предупредил я. — Вас всех будут допрашивать по возвращении. Если будете упоминать меня, скажите, что я аналитик группы. Лианг, ты можешь упомянуть, что я не Эвольвер, – мне всё равно придётся показать свою татуировку. И исцелите свои раны.

Ребята задумчиво закивали. И мы активировали свои татуировки, готовясь к выходу.

— Ты постарайся выбрать зверя, информации уже немало, — посоветовал Думиса.

Я кивнул, меня телепортировало на Землю, и сразу же мой протез заработал. Я с наслаждением пошевелил пальцами – этого мне сильно не хватало в Изначальном Мире. Надо будет подумать над тем, чтобы сделать пальцы разъемными и вставить внутрь небольшие клинки. Укреплённые Джао, они в критический момент смогут спасти мою жизнь.

Почему-то Изначальный Мир считает протез частью тела, поэтому не изымает при переносе не-Эвольвера. То же самое касается и бронежилетов, латного доспеха, кастетов и много другого. Первое время люди пытались обхитрить систему – перенести нож в обуви или металлические пластины в одежде. Но пока человек не станет Эвольвером, он не сможет взять с собой ничего, кроме тканевой одежды, как бы ни старался. Единственный выход – отрезать себе часть тела, по-другому никак.

Лианг появился секунд через сорок – весь в крови, с куском мяса в руках и набитыми карманами. Мы молча посмотрели друг на друга и вышли из пирамиды. Нас встретили люди в военной форме.

— Прошу, пройдёмте с нами, — ко мне приблизился молодой солдат и вежливо склонил голову.

Я кивнул Лиангу, к которому тоже подошёл военный, и мы последовали за солдатами. Но по пути нас разделили – меня проводили в главный штаб, а Лианга куда-то в сторону казарм. Там он продаст свою добычу, а потом, скорее всего, его снова попытаются завербовать.

— Владислав, — в штабе меня поприветствовал старик в форме. С коротким ёжиком седых волос и тонкими усиками. Очень худой, чуть горбится. Я его узнал – генерал Мэн Лу. В прошлой жизни мне приходилось с ним работать.

— Генерал Мэн, — я поклонился.

— Польщён, ты знаешь моё имя, — старик довольно улыбнулся. — Молодёжь в наши дни нечасто интересуется по-настоящему важными вещами. Садись, Владислав. Садись.

Я послушался.

— Корни нашей великой страны так же глубоки, как тайны космоса, Владислав. Не раз и не два наш народ подвергался жестокому насилию…

Генерал Мэн говорил много – о традициях, величии нашей страны, истории. Но так и не переходил к делу.

— Знаешь, Владислав. Мне доложили о том, что произошло на пике Син Шан.

Так в этом времени гору назвали так же. Это радует.

— Ты командуешь группой из пяти Эвольверов. И одна из них – Мирослава Ерохина – уже стала Слабой. Это впечатляет, Владислав. Я узнал, что Мирослава проживает в Екатеринбурге и находится под защитой твоего деда – Бориса Уральского.

— Информационная сеть нашей страны поражает, — я вежливо улыбнулся.

— Да… — генерал Мэн прищурился, смотря на меня. — Стране нужны такие люди, Владислав.

— Вы всё неправильно поняли, — я покачал головой и закатал правый рукав. — Слухи лживы. Я даже не стал Эвольвером.

В глазах генерала Мэна промелькнуло разочарование, но он быстро и умело скрыл его.

— Что ж. Я уверен, что с такой командой ты очень скоро станешь Эвольвером…

Я слушал генерала и не перебивал. Его энтузиазм поугас после того, как я показал запястье. Но тем не менее он не оставлял попыток завлечь меня в армию.

Я принадлежу роду Ли, но состою не в основной ветке семьи. По большей части роду Ли плевать на меня. И если я выберу армию, никто и слова не скажет против. Но так было до Затмения, сейчас времена изменились – статус Эвольвера взлетел, каждый род будет до конца бороться за такого человека.

— Надеюсь, ты задумаешься над моими словами, молодой человек, — генерал пожал мне руку и по-доброму улыбнулся.

— Отпустите Лианга, — попросил я. — Он – мой подчинённый. Не давите на него, прошу.

Генерал Мэн с досадой поморщился. Наверное, пожалел, что так просто отдал настолько перспективного парня. Но молча кивнул.

Я вышел из штаба и наткнулся на хмурого Делуна Ли.

— Патриарх желает видеть тебя и Лианга, — не здороваясь, начал Делун. — Машина подготовлена, домой заезжать тебе не надо.

Я мысленно вздохнул. После Затмения у рода Ли наступили тяжёлые времена – он отставал от других родов по количеству Эвольверов, в то время как его конкурент – род Хуан, который также занимался оружием, – наоборот, взлетел в небо, как возрождённый феникс. К тому же, стало известно о бесполезности оружия в Изначальном Мире – Эвольверы армии перепробовали всё, но даже огнестрельное оружие и осколочные гранаты, и те не работают. Роду Ли пришлось сильно пересмотреть свои приоритеты.

Дисбаланс уже произошёл, приближается перестановка сил. И мне придётся участвовать во всём этом, ведь я и мой отец – члены рода Ли.

До моих ушей донеслись крики – со стороны казармы пошёл дым, туда начали стягиваться солдаты.

Я расслышал знакомый голос и напрягся – Лианг громко кричал. А затем с грохотом полстены казармы обвалилось и взметнулась пыль…

Глава 12. Патриарх рода Ли

— Эти уроды издевались над Яньлин! Я не мог поступить по-другому, это мой кодекс мужчины!

Мы с Лиангом устроились на заднем сидении автомобиля, мчащегося по трассе. У Лианга была обожжена правая рука, распух нос и наливался синяк на левой стороне лица. Парень переоделся в чистые штаны и футболку, но от него всё равно на весь салон разило кровью Молниеносного Ястреба. И ведущий машину Делун не стеснялся выражать своё недовольство – морщился и фыркал едва ли не каждую секунду.

Но Лианг не замечал этого – он праведно гневался, грязно ругаясь и кляня офицеров. Когда Лианг продал мясо, перья, шишки, – в общем, всё, что вынес из Изначального Мира, с ним захотел побеседовать старший офицер. Но по дороге Лианг случайно услышал разговор солдат, которые смеялись над Яньлин. Он возмутился и устроил драку. Использовал Толчок и завалил стену казармы. Но, к счастью, никто не пострадал. Солдаты поймали Лианга и избивали его, пока не подошли мы с Делуном. Упоминание рода Ли вразумило солдат, и они отпустили Лианга.

Делун договорился со старшим офицером: мы покрыли ущерб и выплатили премию солдатам, которые участвовали в драке, и нас отпустили.

— Ты понимаешь, что тебя могли посадить? Ты атаковал солдат своей способностью. Тебя могли упрятать за решётку до конца жизни, — я хмуро посмотрел на Лианга. Наивность этого парня поражает: даже я не осмелился бы учинить драку в штабе армии, несмотря на то, что я – член трёх могущественных родов – Ли, Вавилонских и Уральских.

— Слушай, ну, прости, — пробормотал Лианг. — Мой кодекс мужчины не позволил мне промолчать. Но почему Толчок такой слабый? Я даже ранить никого не смог…

— И слава Духам Думисы, — буркнул я.

— Мне надо повысить чистоту ДНК. У меня всего один процент, я самый слабый Эвольвер в мире, да ещё и с самой дурацкой способностью… — Лианг окончательно скис.

Я проигнорировал его бормотание. Мы с Делуном встретились взглядами в зеркале заднего вида. Пусть род Ли думает, что Лианг слаб. Так на него не будут наседать. А я и вовсе не Эвольвер. Надеюсь, из-за нашей мнимой слабости беседа с Патриархом закончится быстро…

На самом деле у Лианга полезная способность. У сорока процентов Гравитосов Гравитации базовый навык – Прыжок. Он позволяет создавать во время прыжка подобие невесомости, и Эвольвер на несколько секунд буквально летит. Но в боевом плане эта способность бесполезна, разве что поможет быстро сбежать с поля боя. Более редкие способности – это Притяжение и Толчок, шанс их появления – двадцать процентов у каждой. Не сказать, что они сверхмощные, но в бою их использовать можно.

Спустя два часа Делун остановился у высоких деревянных ворот. Там нас встретили слуги – парень и девушка лет двадцати, которые вели себя очень вежливо, но то и дело кидали взгляды на открытое запястье Лианга с оранжевой татуировкой. Чужое внимание вернуло тому веру в себя, и он повеселел.

— Слушай, а ты тоже в таком месте живёшь? Тут же поместится целая деревня.

Мы уже миновали ворота и шагали по живописному зелёному парку. Аккуратные дорожки, многочисленные цветы, разноцветные бабочки, кустики и деревца. Впереди возвышался холм, с которого падал водопад. На холме был возведён величественный особняк в азиатском стиле, построенный из тёмного дерева.

Пейзаж был очень гармоничным, вызывал искреннее восхищение и умиротворял.

— Нет, я живу в коттедже, — коротко ответил я.

— Хорошо тебе, — с завистью протянул Лианг. — Но я тоже живу в коттедже. Просто в воображаемом.

Я скосил на него глаза, но ничего не ответил.

— Это удобно, — продолжил Лианг. — Каждый человек, даже самый бедный, может жить в коттедже. Какая разница, что он ненастоящий? Главное – что коттедж.

Шум водопада усилился – мы вышли к кристально чистому озеру. На его берегу стояла зелёная беседка. В ней сидел старик в просторном белом халате и играл сам с собой в го.

— Господин желает поговорить с вами, Владислав, — обратилась ко мне служанка. Она была низенькой, мне по плечо, с большими чёрными глазами и короткими, до ключиц, волосами.

— А я? — Лианг ткнул себя в грудь.

— Вы подождите тут.

Я направился к беседке. Патриарха рода Ли – Зихао Ли – я узнал сразу. Старик с белыми, как снег на горных вершинах, волосами, ниспадающими ему на спину и грудь. Усов нет, но на подбородке короткая бородка, такая же белоснежная. Несмотря на возраст – Зихао было девяносто три года, – старик выглядел свежо. На вид ему можно было дать лет пятьдесят-шестьдесят, не больше.

— Владислав, — Зихао перевёл взгляд на меня, когда я подошёл к беседке. Его белые глаза безмятежно и безэмоционально смотрели мне в лицо.

— Патриарх, — я поклонился.

У Зихао Ли легендарная история становления. Он родился седьмым сыном бывшего Патриарха Ли, от наложницы. Альбинос со слабым здоровьем. Никто и не думал, что он чего-то сможет добиться в жизни.

Но сейчас Зихао Ли сидит на территории своего особняка, мирно играет в го, в то время как все его братья и сёстры мертвы…

— Садись, Владислав. Сыграй со мной.

Я послушался. В прошлой жизни он сделал всё, чтобы спасти род. Но проиграл. Не справился.

Зихао убрал все камни с доски и приглашающе махнул мне рукой. Я взял чёрный камень и положил его на доску.

— Владислав, — миролюбиво начал Зихао, — я знаю, что ты десять лет прожил в Руси. Поэтому буду с тобой говорить так, как привыкли… твои родственники. Прямо и открыто.

Зихао сделал паузу перед словами “твои родственники”. Специально. Будь я обычным шестнадцатилетним парнем, то ничего и не понял бы – именно на это и рассчитывал Зихао, он не пытался донести до меня скрытый смысл. Скорее, делал это по привычке, развлекая себя. На самом же деле вместо “твои родственники” он хотел сказать “варвары”.

В Азиатском Содружестве всех европеоидов считают варварами. Хуже отношение только к чернокожим – как к подвиду человека, а не полноценным людям. Национализм и вера в свою исключительность культивируются во всём Азиатском Содружестве, но особенно заметно это в таких крупных городах, как Пекин.

Азиаты не любят тех, кто отличается от них. И осознание этого вызывает ещё большее уважение к Зихао – ведь он, будучи альбиносом, смог стать главой рода.

— Я ценю вашу открытость, — сделав вид, что ничего не заметил, произнёс я.

— Владислав, — Зихао положил очередной белый камень на доску. — Ты не Эвольвер. Но командуешь группой Эвольверов. Как ты такого добился?

— Я из рода Ли. И я умён. Этого достаточно, чтобы ко мне прислушивались, — спокойно ответил я, положив свой камень справа от камня старика.

— Но почему ты не стал Эвольвером? Ты мог забрать Жидкое Ядро той птицы, но отдал её Джао. Я ценю твой поступок и сделаю всё возможное, чтобы вытащить твоего отца. Но ответь – зачем?

Зихао медленно опустил камень на доску.

— Потому что я не хочу быть заурядным Эвольвером, одним из многих, — я усмехнулся и сделал свой ход. — Мне этого мало, Патриарх. Я помогу группе стать сильнее, и мы убьём могущественного монстра. Уверен, что его Жидкое Ядро гораздо ценнее обычного.

Я гордо улыбался, но внутренне оставался совершенно спокойным. Если бы я приложил усилия, то смог бы играть в го на равных со стариком. Но зачем? Я осознанно шёл в его западню, показывая себя самоуверенным и высокомерным юнцом.

И мои слова подтверждали то, что я демонстрировал во время игры, – мне мало стать обычным Эвольвером. Я хочу бóльшего. Такое объяснение выглядит вполне логичным. Тем более что это – чистейшая правда. Только вот мною движут не юношеская самоуверенность и не вера в свою гениальность, я делаю всё с полным осознанием происходящего.

— Владислав, послушай совет старика – стань Эвольвером как можно скорее, — с полной серьёзностью сказал Зихао. — Ситуация в мире очень нестабильная. Твоего отца ранили умышленно, чтобы укусить наш род. Это произошло не только с ним. Род Хуан набирает силы, и нам, как никогда, нужны Эвольверы. Особенно – Слабые. И если сможешь собрать свою группу на территории рода Ли, ты окажешь нам неоценимую помощь.

— Вы же знаете, что это невозможно, — кисло улыбнулся я. — Особенно это касается Нацуко, она же из рода Исида. Да и дед Мирославу не отпустит…

— Ты помог Джао. Я надеюсь, что ты возьмёшь её в группу и поможешь ей стать сильнее. Она заслуживает помощи больше, чем Эвольверы из других стран.

— Да, я возьму её в группу.

— Когда ты собираешься стать Эвольвером? — Зихао остро посмотрел на меня.

— Не знаю… Постараюсь как можно скорее.

— Через неделю, двадцать третьего мая, род Ван проведёт встречу родов. И я очень надеюсь, что ты успеешь к этой дате стать Эвольвером и посетишь встречу с родом Ли.

Зихао положил камень на доску и усмехнулся. Я изменился в лице – старик неспешно убрал два моих камня, которые оказались в окружении, и полностью поломал всю мою “стратегию”.

— Сдаюсь, — я склонил голову.

— Неплохо играешь, — довольно кивнул Зихао. — Для своего возраста ты достаточно умён и гибок. Но слишком самоуверен и невнимателен.

— Благодарю за наставления.

— Можешь идти. С твоим другом я встречаться не буду, Делун рассказал мне, что произошло в штабе. Он повёл себя очень несдержанно и даже глупо. Надеюсь, ты подумаешь над моими словами. Стань Эвольвером, Владислав. Не позволяй своей гордости командовать собой.

— Да. Я вас услышал.

Я встал, поклонился и вышел из беседки. Слуги ждали меня на прежнем месте, рядом с ними переминался с ноги на ногу и Лианг.

— Слушай, они вообще деревянные, — пожаловался он. — Я им рассказал о том, как мы Вожака грохнули, а они даже бровью не повели!

— Им очень интересно, поверь, — успокоил я. — Но им нельзя говорить с посетителями на посторонние темы. Поэтому не отвлекай ребят от работы.

Служанка с благодарностью на меня посмотрела.

— Вот как… — Лианг почесал затылок. — Слушай, поехали к Яньлин? Ты знаешь, в какой она больнице лежит?

— Завтра поедем, — чуть подумав, решил я. — А сегодня ты сам сходи в больницу. Ты же продал всё, что вытащил?

— А, точно! — лицо Лианга прояснилось. — Из-за драки у меня совсем это вылетело из головы! Мне перевели сто двадцать тысяч юаней, представляешь?! Сто двадцать тысяч! Я сегодня же перееду в другую квартиру – побольше, с двумя комнатами и ванной! У меня никогда не было ванной – только старый душ. Сто двадцать тысяч!

Оставшуюся дорогу он рассуждал, на что потратит деньги. Делун высадил нас у моего дома и уехал. Приставив к Лиангу слугу, я отправил его восвояси. От его болтовни у меня разболелась голова. Когда он, наконец-то, уехал, я зашёл в коттедж.

Снял обувь, прошёл в гостиную, где встретил Мейли. Одетая в бежевую спортивную форму, плотно облегающую её точёную миниатюрную фигурку, Мейли сидела за чайным столиком, крутила в руках пиалу с чаем и смотрела на меня. Её иссиня-чёрные волосы блестели под светом люстры. Слуг в комнате не было.

— Поздравляю, — сестра улыбнулась.

— С чем? — я опустился рядом с ней и потянулся за пиалой и чайником.

— О твоей группе по всей сети говорят. Убили Вожака за минуту, как птенца, — в голосе Мейли сквозила откровенная зависть.

— Слухи преувеличены, — я пригубил чай.

— Мне одно интересно, — Мейли опустила взгляд. Покачивая пиалу, она смотрела, как чай волнами омывает фарфоровые стенки.

— Что? — уточнил я, когда пауза затянулась.

— Почему Синдикат Дельты? — Мейли поставила пиалу на стол и подняла взгляд на меня.

— Что? — не понял я.

— Название вашей группы – Синдикат Дельты. Почему?

— Нашу группу называют… Синдикат Дельты?

— Да. Ты – Дельта. А группа твоя – Синдикат. Имена известны. Владислав, Мирослава, Думиса, Нацуко, Лианг и Джао. В порядке силы – от самого сильного к самому слабому. В РеЧате даже появились фан-чаты Синдиката Дельты.

— Ну… Синдикат Дельты, — я покатал слово на языке. — Звучит неплохо.

— То есть ты даже не знал, как твоя группа называется?

— Нет. Лианг хотел назваться Баскетболистами, и я думал, именно так нас и будут называть.

— Лучше уж Синдикат… Кстати. Почему я не знаю, что под одной крышей со мной живёт сильнейший Эвольвер, который одним ударом может прикончить Вожака?

— Потому что это неправда.

Мейли смотрела на меня с прищуром, поджав губы. Я закатал рукав и показал ей тусклую татуировку.

— Видишь. Я даже не Эвольвер. Как твои тренировки?

— Но почему? — удивилась Мейли. — Зачем ты отдал Жидкое Ядро этой Джао? Ты вообще знаешь, что наши семьи были не в ладах?

— Она пообещала помочь отцу.

— Отцу… — голос Мейли дрогнул. — Я говорила с ним вчера. Он чем-то встревожен.

— Роды Ван, Ян и Чэнь обвиняют его в смерти своих членов. У него проблемы.

Мейли побледнела.

— Не бойся. Джао и Патриарх помогут ему, не зря же я отдал Жидкое Ядро Вожака.

Мейли кивнула.

— Я хочу войти в Изначальный Мир. От этих тренировок толк будет не скоро. С фамилией Ли мне помогут.

— Рано. Потерпи ещё немного. Две недели, сможешь? — я внимательно посмотрел в её глаза. — К тому времени в Изначальном Мире станет безопаснее.

Та не выдержала и отвела взгляд. Закусила губу и словно через силу кивнула.

— Две недели.

— Да.

Мы несколько минут пили чай в тишине. Раздались шаги, и в гостиную вошла Мейфен. Одетая в лёгкую ночную сорочку, с бокалом вина в руке, она пьяными глазами оглядела гостиную и уставилась на меня.

— Не сдох? — она поморщилась.

— Мама! — Мейли вскочила.

— Молчать! — взвизгнула Мейфен, её лицо уродливо искривилось. — Как ты смеешь кричать на мать?! И не смей сидеть с этим выродком!

Мейфен плеснула вином в мою сторону, но до меня не долетело ни капли – лишь алая лужа расплылась у её ног.

— Мама, ты пьяна, — Мейли сжала кулаки, её лицо побледнело.

— Доволен? — Мейфен с ненавистью посмотрела на меня. — Доволен, что разрушил нашу семью? Ты этого хотел, да? Вместе со своей шлюхой-матерью…

Звон разбитого стекла заставил мачеху замолчать – я столкнул пиалу на пол.

— Мейли, — я говорил, сухо глядя в глаза своей мачехи. — Если такое повторится, твоя мать покинет этот дом. Вернётся в род Чоу. И отец не сможет её вернуть.

Я спокойно проговаривал каждое слово, не отводя взгляда. Мейфен открывала и закрывала рот, не осмеливаясь ответить. Затем резко опустилась на пол, её сорочка задралась и перекрутилась, частично обнажая её грудь и бёдра. Из глаз Мейфен потекли слёзы, она зарыдала.

— Мама, ты пьяна! — Мейли быстро подошла к ней, подхватила под руку и вывела из гостиной.

Я допил чай и пошёл в комнату слуг – хочу проведать Люду. Но, как оказалось, девочке вчера стало плохо и доктор назначил ей постельный режим. Поэтому я не стал её беспокоить и до самого вечера сидел в сети – проверял новости, сравнивал события прошлой жизни и этой, анализировал. Читал всякие небылицы о Синдикате. Наша группа уже прославилась, не уступая в известности Клоунам. Теперь вокруг нас ходило множество слухов. Например, целая группа людей уверенно убеждала общественность, что я – Владислав Ли – владею навыком убивать взглядом. Я сразу заподозрил, что подобную чушь придумал род Ли – им это выгоднее всего.

На следующий день, рано утром, я поехал за Лиангом. Он так и не успел перебраться в новую квартиру – это оказалось сложнее, дороже и дольше, чем он представлял.

— Ты вылечил свои раны? — первым делом спросил я, когда он плюхнулся на заднее сиденье автомобиля, рядом со мной.

— Да. Я же говорил, что это мелочь. Так, пара глубоких порезов, но с моими деньгами я легко от них избавился.

Лианг был одет в рубашку, джинсы и кроссовки. Всё новое и брендовое. Он тщательно подготовился к встрече с Яньлин: надушился и сходил к парикмахеру – выбрил волосы по бокам и опустил на лоб короткую чёлку. Зачем-то купил себе два золотых кольца с драгоценными камнями – на средние пальцы. Нацепил новые часы, тоже брендовые.

— Ты все деньги спустил на одежду? — я хмыкнул, оглядев его.

— Нет, конечно! Я сходил в больницу, купил маме новые дорогие лекарства. И деньги закончились, на переезд не хватило. Но ничего страшного, я ещё успею заработать.

Лианг уверенно развалился на сидении, закинув ногу на ногу.

— Слышал про Синдикат Дельты? — он криво усмехнулся. — Почему они выбрали название Нацуко?! Почему не моё?! Красные Буйволы и Баскетболисты явно круче, чем Синдикат. А Баскетболист круче Дельты! Что за дурацкое имя вообще?! Даже Думиса и Мирослава лучше придумали – Вечные или Банкиры. Джао тоже неплохо постаралась – её Глобалисты звучат круто. Но не Синдикат же.

У меня дёрнулся глаз. Не стоило доверять им название группы, я ошибся.

— Я попытался донести истину до людей, но никто меня не слушает. Я говорю: мы – Баскетболисты! Это же я – Лианг! Один из Синдиката! Мне лучше знать, как называется Синдикат. Тьфу, то есть не Синдикат. Мне лучше знать, что мы Баскетболисты. Но мне никто не верит. Я там сцепился с одним типом, у него ник тупой – Гонконг. Этот кретин уверенно говорил, что на самом деле Лианг самый слабый в Синдикате и что Джао его порвёт, потому что она Жидкое Ядро у Вожака забрала. Я ему говорю – ты совсем тупой? У Джао белая татуировка, белая! Она Атомос Синтеза, кретин! А он – да даже Атомос Синтеза сильнее Лианга.

Я отвернулся к окну, мысленно вздыхая. Этот парень невыносим – у него не язык, а дрель.

Мы быстро доехали до больницы, где лежала Яньлин, – адрес я узнал в сети, его не составило труда найти. Но Лианг, когда автомобиль уже остановился, потребовал заехать сперва в магазин с цветами. И нам пришлось потратить на это ещё минут сорок.

Пока Лианг выбирал букет для своей ненаглядной, я в соседнем отделе купил мягкую игрушку – большую белую обезьянку. Мне она показалась забавной. Поступок Лианга напомнил мне, что люди любят подарки. Особенно – девушки и дети. Вот я и решил что-нибудь захватить для Люды.

— Слушай, как тебе? — Лианг сунул мне в лицо горшок с расцвётшим кактусом, когда мы сели в машину.

Я отпрянул, едва не уколовшись.

— Ой. Ну красиво же? Знаешь, подарок со значением. Типа она как кактус – такая же опасная, но красивая. Она же Ядерный Атомос, она правда опасная. А ты зачем купил обезьяну? Тоже подарить хочешь?

— Нет, — буркнул я.

— Ты для себя? — Лианг с любопытством посмотрел на меня. — Нет, я понимаю. Сам в твои годы любил машинки игрушечные покупать. А ты обезьян…

— Это не себе, — перебил я. — Ребёнку.

— У тебя есть ребёнок? — изумился Лианг.

— Нет. Мы скоро приедем? — повысил я голос.

— Минут пятнадцать, господин, — отозвался водитель.

— Слушай, хочешь потрогать кактус?

— Нет.

Наконец, водитель доехал до больницы и я с облегчением вышел из автомобиля. Лианг со своим кактусом подбежал ко мне.

— Слушай, что за крики? Слышишь?

Я поднял голову – там кто-то громко просил кого-то не действовать необдуманно – и увидел, как девушка свесилась из открытого окна. Волосы спадали на её лицо, поэтому я не мог его рассмотреть. Правая рука привязана к телу.

— Яньлин! — вдруг крикнул Лианг. Он поставил горшок с кактусом на землю и рванул к окну. В этот момент девушка вытолкнула себя левой рукой и правым локтем и её тело полетело вниз.

Глава 13. Яньлин У

Повезло, что Яньлин лежала на третьем этаже, а не выше. Лианг успел её поймать, и они покатились по земле. Если бы парень был обычным человеком, а не Эвольвером, то не успел бы.

— Яньлин! — Лианг поднял её и непонимающе огляделся. По его лбу текла кровь – содрал кожу. Яньлин была жива – лежала безвольной куклой в руках Лианга и, не моргая, смотрела правым глазом в небо. Левый у неё был закрыт бинтами. Обе стопы загипсованы, как и правая рука, перевязь на которой порвалась.

Я подобрал кактус с земли и бросил:

— Тащи её в больницу.

Лианг пришёл в себя и направился в сторону входа, что-то бормоча Яньлин. В этот момент выбежали врачи и медсёстры. Сперва они хотели выгнать нас и забрать девушку, но, услышав мою фамилию, позволили нам пройти.

— Оставьте нас, — приказал я доктору – седовласому толстому мужчине.

— Но пациентку необходимо осмотреть… — возмутился он.

Я его перебил:

— После осмотрите. А сейчас оставьте нас, — я уверен, что Яньлин не пострадала – вся сила удара пришлась на Лианга.

Доктор недовольно засопел и нехотя вышел.

Приблизившись к кровати Яньлин, я поставил кактус на прикроватную тумбу. Девушка выглядела ужасно – бледная, с обречённым взглядом.

Лианг стоял рядом, пришибленный, растерянный.

— Что с тобой случилось? — задал я вопрос.

Яньлин не ответила. Я пригляделся к фотографии, которую сразу не заметил, – она стояла на подоконнике, в рамке. На ней были запечатлены худой мужчина с тонкими усами, полная женщина и девочка, стоящая между ними.

Я поморщился, напрягая память. Этот мужчина мне знаком. Но где же я его видел?

— Это её родители, — тихо сказал Лианг, перехватив мой взгляд. — Генерал У и его жена.

Яньлин повернула голову в нашу сторону – первая реакция за последние пять минут.

— Генерал У… — протянул я, вспоминая. — Это его убили из-за ссоры с Триадой?

Лицо Яньлин вытянулось в изумлении, и она с открытым ртом вытаращилась на меня.

— Его осудили за… Предательство. И казнили, — пояснил Лианг. И добавил: — Но я не верю, что Генерал У был виновен.

— Откуда ты знаешь про Триаду? — хрипло спросила Яньлин. Её левая рука вцепилась мне в футболку.

— Я из рода Ли. Мне многое известное, — я убрал её руку.

— Ты из младшей ветви, полукровка. И тебе шестнадцать, — Яньлин стиснула зубы и снова схватила меня за шиворот. — Отвечай, что тебе известно!

Я хмуро посмотрел на Яньлин.

— Сперва ты расскажи, зачем спрыгнула.

Яньлин вздрогнула. Она отпустила мою футболку, и её рука безжизненно свесилась с кровати. Взгляд девушки потух.

— Расскажи нам, — неожиданно подал голос Лианг. — Я тебе, вон, кактус купил. Смотри, какой красивый, — он покрутил горшок.

— Зачем мне кактус? — Яньлин слабо хмыкнула.

— Ну, за ним не надо ухаживать, он острый и красивый.

Яньлин откинулась на спину и лениво убрала волосы с лица.

— Моего отца казнили. Наша семья У всегда верой и правдой служила армии правительства. Все семь поколений.

Яньлин глубоко вдохнула.

— Армия неоднородна. В ней свои центры влияния. Пекин, Токио, Сеул, Шанхай, Гонконг – в каждом из крупнейших городов Азиатского Содружества своё командование. Армия подчиняется Председателю, но она не едина.

Яньлин говорила свободно, совершенно не опасаясь, что её могут подслушать. Ей было наплевать на последствия.

— Моего отца обвинили в том, что он покрывал преступную сеть. Что он предупредил бандитов, когда армия назначила дату зачистки, и те сбежали.

Яньлин несколько секунд молчала, переводя дыхание. Ей было сложно говорить.

— В Пекине мой отец имел влияние, у него были союзники. Но он не смог ничего сделать, доказательства были неопровержимыми. Отца казнили, его друзей начали подавлять. Но они продолжали бороться. Они помогли мне поступить на службу. Я даже стала младшим офицером с их помощью. И не прекращала расследовать дело отца.

Яньлин сжала левой рукой простыню.

— Преступники, которых якобы укрывал мой отец, – члены Триады. А человек, который подставил его, – Генерал-Майор Чоу. И это он связан с Триадой, я уверена!

Последнее слово Яньлин выкрикнула, её лицо искривилось в оскале ненависти. Лианг громко сглотнул и отступил на шаг.

Я мысленно кивнул. Весь род Чоу связан с Триадой, и не только он. Триада – крупнейшая преступная организация в Азиатском Содружестве. И не считая мелких банд – единственная. И она обладает громадным влиянием – намного большим, чем Каратели Африканской Конфедерации или Мафия Европейского Союза. В моей первой жизни, после Индо-Азиатского Конфликта в семьдесят пятом и Войны Руси в восьмидесятом, Азиатское Содружество развалилось. Много грязи всплыло, в том числе стали известны фамилии родов, которые тесно сотрудничали с Триадой. Мейфен, моя мачеха, из рода Чоу. И в прошлой жизни она обращалась к Триаде, когда предала отца и весь род Ли.

— Зачем ты спрыгнула? — прямо спросил я, глядя на тяжело дышащую Яньлин. — Только из-за ранений?

— Нет! — в глазах Яньлин загорелось безумие. — Меня обвиняют… — её дыхание сбилось, она закашлялась. — Меня!

Яньлин зарыдала. Я посмотрел на Лианга и кивнул на неё. Тот, слава всем несуществующим богам, понял мой намёк и присел рядом с Яньлин. Начал её гладить, пытаясь успокоить.

Яньлин всё же смогла объяснить, что случилось. Не сразу – она несколько раз сбивалась и снова начинала рыдать. Но в итоге до меня дошёл смысл произошедшего.

Яньлин приказали конвоировать трёх Эвольверов-преступников. Она в тот момент считалась сильнейшим Эвольвером армии, и такой приказ был вполне логичен.

Но по дороге преступники вдруг освободились и напали на армейцев. Все трое были опасными боевиками. Опираясь на рассказ Яньлин, я предположил их направления развития и базовые навыки. Ядерный Атомос со Взрывом, Гравитос Земли с Каменным Доспехом и Полеос Магнита. Никто из них не достиг пяти процентов, но неожиданная атака застала Яньлин врасплох.

В итоге Яньлин сильно ранена, ещё двое солдат и пятеро гражданских – убиты. Преступники попытались сбежать, но их прикончили с военных вертолётов.

Недавно Яньлин прислали официальное уведомление – её уволили и обвиняют в том, что она содействовала побегу Эвольверов. Ведь один из тройки – член той самой группировки, которую якобы покрывал её отец. А второй Эвольвер так и вовсе сын главы той группировки.

На Яньлин повесили то же преступление, за которое казнили её отца. Она сперва не поверила – попыталась связаться с друзьями отца. Но никто ей не ответил. И это её сломало – она больше не видела смысла жить.

Закончив рассказ, Яньлин перестала плакать. Она лежала, безжизненная и слабая. Лианг сидел рядом с ней, на его лице застыли ошеломление и растерянность.

Я же мысленно восхитился подлостью Генерал-Майора Чоу. Яньлин стала первым Эвольвером Азиатского Содружества, у неё появилось влияние, её повысили до старшего офицера. Генерал-Майор Чоу не стал дожидаться, когда девушка окрепнет и отомстит за отца, – он подкупил Эвольверов-преступников и освободил их, чтобы они атаковали Яньлин. Но ему было мало выбить её из игры, он не погнушался контрольным выстрелом – сделал так, чтобы Яньлин обвинили в том же преступлении, что и покойного Генерала У. Та же группировка, то же преступление – невероятно коварно и жестоко.

Это всё мои предположения, но мне кажется, что я недалёк от истины.

— Сомневаюсь, что убитые Эвольверы принадлежат к той группировке, — задумчиво сказал я. — Изменить их личности не так сложно, особенно кому-то вроде Генерал-Майора.

— Думаешь, это он? — спросил Лианг.

— Не знаю. Яньлин, какой у тебя базовый навык?

Она не ответила.

— Ты рано сдаёшься, Яньлин. Мир меняется, и чем сильнее Эвольвер, тем больше у него влияния. Если хочешь отомстить – стань настолько сильной, чтобы даже армия тебя боялась. Генерал-Майор испугался тебя, поэтому решил убрать. Но ты выжила. Вылечить твои раны несложно – всего-то найти Атомоса Синтеза с нужной способностью.

Яньлин медленно повернула ко мне голову.

— Меня обвинили в предательстве. Ко мне не приставили охрану, потому что рук не хватает. Но уже вечером тут будут солдаты. А когда доктор выпишет, меня отправят в тюрьму.

Яньлин говорила спокойно.

— Какая у тебя базовая способность? — повторил я вопрос.

— Радиация, — Яньлин поморщилась. — А дополнительная – Отравление Местности. Ужасная способность.

— Ого, — Лианг с удивлением посмотрел на неё. — У Ядерных Атомосов есть и такие способности?! Я думал, ты огнём управляешь.

Я задумчиво смотрел на Яньлин. Её способность такая же редкая, как и способность моей мамы – Манипуляция Светом. Оба навыка просыпаются только у пяти процентов Ядерных Атомосов. А у подавляющего большинства, около восьмидесяти процентов, – Манипуляция Огнём.

С помощью Радиации легко убивать монстров стаями. Поэтому Яньлин так быстро стала Слабой, превысив пять процентов чистоты ДНК. Ради настолько мощного Эвольвера можно и рискнуть.

— Ты готова покинуть страну? — прямо спросил я. — Можешь считать это временным отступлением.

— Куда? И зачем? Ты хочешь помочь мне? — Яньлин проморгалась. Кажется, она силой вытаскивает себя из сильнейшей депрессии, чтобы поговорить со мной.

— Пока не скажу куда. А помогаю, потому что ты сильный Эвольвер, — пожал я плечами. — Ну так что?

— Да, я готова покинуть страну, — безэмоционально ответила Яньлин.

— Отлично. Можешь считать, что ты принята в Синдикат. Жди новостей. Лианг, пошли.

Вторая способность Яньлин – Отравление Местности – пригодится в будущем. С помощью неё можно вытравливать монстров, создавать мощные ловушки и защитные зоны.

Снаружи я столкнулся с доктором – пузатый мужик выглядел очень недовольным. Уверен, что пытался подслушать. Да и ладно.

— Ты и правда поможешь ей? — подал голос Лианг, когда мы сели в машину.

— Постараюсь, — я вытащил смартфон и набрал деда.

— Что, только вспомнил о любимом дедушке? — раздался ворчливый голос Бориса. — Опять помощь нужна?

— Да.

— Чтоб тебя бомжи сожрали. Что там?

Я обрисовал ситуацию Яньлин.

— Ты хочешь, чтобы я поссорился с правительством азиатов? Выкрал их Эвольвера? — вкрадчиво поинтересовался дед.

— Ради такого Эвольвера стоит рискнуть. Радиация и Отравление Местности – это очень полезные способности.

— А на какой она горе появляется? — дед заинтересовался.

— Не знаю. Да и неважно. Если она будет с нами, мы рано или поздно найдём способ встретиться.

— Тебе так нужна эта девушка? — дед засопел.

— Её способность полезная. Очень.

— Ты сказал, что она ранена. Думаешь, у меня есть подходящий Эвольвер?

— Не знаю. Но рано или поздно будет, я в этом уверен.

Я мысленно улыбнулся. Дед и его люди пока единственные обладают секретом гелия-три. И я уверен, что Борис Уральский вовсю использует его, расширяя свои силы.

— На самом деле у меня есть Атомос Синтеза со способностью Регенерация Материи, — признался дед. — Но он пока хилый, мало чистоты ДНК.

— Как только станет Слабым, сможет исцелять такие раны, как у Яньлин. Глаз только будет сложно вернуть.

— А твою руку?

— Ещё сложнее, — мягко ответил я.

Чтобы восстановить утерянную конечность с нуля, развиться до Слабого Эвольвера мало. Нужно как минимум добиться десяти процентов чистоты, а это не так просто.

— Чтоб тебя бомжи загрызли, Владислав! — разозлился дед. — Зачем ты руку потерял?! Совсем ума нет, дебил мелкий?!

— Больше не буду, — пообещал я.

Дед отключился.

— Ну что? — живо спросил Лианг.

Я не ответил, лишь медленно кивнул. Не знай дед о плане Олимп, не стал бы ссориться с Азиатским Содружеством из-за одного Эвольвера. Но я рассказал ему, кто виновен в смерти его сыновей. Сейчас Борису плевать на мнение Содружества, он даже рад сделать им гадость. Дед держит правду в себе, но ничто не мешает ему тихо ненавидеть своих врагов.

— Завтра мы возвращаемся в Изначальный Мир, — пробормотал Лианг, смотря в окно. — Скажи, моя способность и правда сильная?

— Да, — ответил я. — Тебе не хватает Нейтрино, очень низкая чистота ДНК. Поэтому толчки слабые. Скоро, я уверен, ты деревья с корнями будешь сносить.

— Правда? — Лианг приободрился. — А горы смогу? Гун-гун их головой сносил, а я – взмахом руки!

— Вряд ли, — меланхолично ответил я. — Хотя… Если до ста процентов чистоту ДНК повысишь, может, и получится.

— У меня есть цель, и я буду к ней идти! — Лианг сжал правый кулак и помахал им. — Твои слова про силу вдохновили меня! Я тоже хочу, чтобы армии меня боялись! Кстати, надо будет ребятам рассказать, что в Синдикат вошёл новый член!

Я попросил слугу отвезти нас в торговый центр, где мы с Лиангом подобрали себе удобную одежду для Изначального Мира. Я взял себе плотные штаны, футболку с длинным рукавом и кожаную куртку. Лианг нарядился во всё кожаное. После торгового центра мы поехали ко мне, где я вышел, а слуга повёз Лианга в его квартирку. Как только я вошёл во двор, мне позвонил Делун.

— Да.

— Твой отец покинул Луну. Будет у вас через два дня.

— Понял. Спасибо.

Я сбросил звонок и вздохнул с облегчением. У Джао и Патриарха всё получилось. Одной проблемой меньше.

Дома я не встретил Мейли. Решил написать ей в РеЧат – порадовать, что скоро отец вернётся. Навестил маленькую Люду. Её переселили в отдельную комнату и подключили к капельнице. Девочка заметно ослабла и была бледной.

— Что доктор говорит? — хмуро спросил я у пухлой служанки, которая следила за Людой.

— Ваш дедушка прислал профессора Яна, — чуть склонившись, ответила она. — Он сказал, что девочка проживёт от силы ещё год.

Я оставил белую обезьяну на прикроватной тумбочке и вышел. Люда болеет чем-то непонятным, и современная медицина не способна её вылечить. И вряд ли в ближайшее время Атомосы Синтеза научатся бороться с такими сложными болезнями крови, как у Люды. Если я хочу спасти девочку, надо использовать технологии Хрусталов. Другого выхода не вижу.

Я, поднимаясь в комнату, проверил новости о хрустальном корабле на Луне. Но ни одна страна так и не смогла его взломать. И в ближайшее время не сможет – пока не появится Полеос Космоса. Или тот, кто прекрасно знаком с технологиями Хрусталов. Например – я.

Но сейчас и мне не пробраться на корабль. У Люды всего год. Но я буду ориентироваться на вдвое меньший срок – полгода. За это время мне необходимо проникнуть в корабль Хрусталов.

Я поднялся на второй этаж и пошёл к себе в комнату. Дома было непривычно тихо – ни Мейли, ни Мейфен, да и слуг почти не видно. Скорее всего, сестра утащила куда-то мачеху, чтобы мы не пересеклись.

Я сел за свой рабочий стол, достал бумагу, ручку и начал составлять план. Вспоминал карту пика Син Шан, населяющих его монстров, их слабые и сильные стороны. Нужно как можно скорее сделать всю группу Слабыми, чтобы самому стать Эвольвером.

Кое-какие сведения о монстрах я отправил деду и маме – вдруг им это поможет. До вечера я сидел и писал, рисовал, вспоминал. Ответила Мейли – она с мамой уехала в какой-то отель для отдыха. Очень обрадовалась, что отец скоро вернётся.

Дед коротко отписался:

Меня несколько узкоглазых родов в чёрный список добавили. Бомжи сморщенные.

Я усмехнулся – значит, всё получилось. И он сумел вытащить Яньлин. Что-то мне подсказывает – в будущем правительство Азиатского Содружества ещё не раз пожалеет, что упустило такого ценного Эвольвера.

Ночью, перед сном, я написал Нацуко и Мирославе – перечислил вещи, которые следует взять с собой в Изначальный Мир. У Лианга пока нет смартфона, поэтому расскажу ему о Яньлин завтра, в Изначальном мире.

У Делуна я попросил, чтобы он привёз карту пика Син Шан. Правительства всех стран старательно собирают информацию о каждой горе и рисуют карты. Но получить доступ к этим сведениям может не каждый. Делун пообещал, что завтра утром карта будет.

Наконец, закончив с делами, я лёг спать. Завтра предстоит сложный день, полный опасностей. И полноценный сон не помешает.

Когда я уже начал проваливаться в сон, тренькнул сигнал нового сообщения. Я открыл глаза и проверил смартфон. Писала Нацуко:

Прости, я не смогу пойти с вами. Меня не пускают в Изначальный Мир. Род против. Буду просить Аматэрасу, чтобы у вас всё получилось.

Глава 14. Исида Нацуко

Я проснулся рано – в пять часов утра. Не выспался. Сообщение Нацуко загрузило меня мыслями на полночи – размышлял, как ей помочь. Но ничего не смог придумать, вариантов не было. Единственное, что приходило в голову, – обменять Нацуко на знания о гелии-три. Но я быстро откинул эту мысль.

Почистив зубы и умывшись, я спустился в столовую. Пришлось разбудить слуг, чтобы они приготовили мне завтрак. А пока невыспавшиеся, как и я, повара гремели посудой на кухне, я наведался к Люде.

К моему удивлению, девочка не спала. Служанка, которая присматривала за ней, дрыхла без задних ног на своей кровати. Из-под одеяла выглядывали её стопы, в глаза бросился яркий педикюр цвета радуги.

Люда лежала на боку и трогала нос белой обезьяны. Увидев меня, девочка закрыла глаза и притворилась спящей.

— Ты не спишь, я заметил, — тихо заговорил я.

— Сплю, — ответила Люда. Под её глазами темнели круги, кожа была бледной. Люда выглядела измождённой.

— Ты спишь, — я не стал спорить. — Как тебе обезьяна?

— Ты про Бомжика? — Люда открыла глаза и ласково погладила игрушку.

— Бомжик… Да. Про него.

— Он хороший, — кивнула Люда. — Мне раньше дарили игрушки. Когда я с мамой и папой жила. Но потом они умерли, а я заболела.

— А как твои родители умерли? — я понимал, что спрашивать подобное нежелательно. Но меня интересовала история Люды, и её рассказ может раскрыть часть правды.

— Не знаю, — меланхолично ответила Люда. — Просто умерли.

— А где они работали?

— На каком-то заводе.

— Оба?

— Да, вместе, — Люда зевнула, её веки начали смыкаться. Через пару секунд она уже спала.

Я ещё немного постоял рядом с ней, обдумывая услышанное. Её слова навели меня на кое-какие мысли, но сперва стоит дождаться отца и поговорить с ним.

После завтрака я решил немного полежать на диване в гостиной – ехать на площадь рано, да и стоит дождаться Лианга. Но я не заметил, как задремал. Из сна меня вырвал голос служанки:

— Господин, к вам приехали гости.

Я резко сел. Только спустя несколько секунд понял, что сказала служанка.

— Да, сейчас… — я, пошатываясь, встал и побрёл умываться. Чувствую себя разбитым: в голове каша, во рту сухо. Проверил время на смартфоне – полвосьмого утра.

Меня ждал Лианг с рюкзаком за спиной. Рядом с ним стоял мужчина с футляром в руках. Это был человек Делуна, и он принёс карту. Первым делом я забрал её, а потом поздоровался с Лиангом, который постоянно зевал.

— Возьми с собой, — я протянул ему карту.

Лианг засунул её в рюкзак, и мы поехали на площадь.

— Людей, которые хотят попасть в Изначальный Мир, всё больше, — заговорил Лианг. — На многих горах уже не так опасно, как раньше. А слава и популярность Эвольверов растут с каждым днём. У меня пытались интервью взять, знаешь? И настойчиво так.

— Это нормальный процесс, — ответил я. — Мне Мирослава писала, что её пригласили на какое-то шоу. А интервью каждый час просят.

— Слушай, Мирослава хорошая, — неожиданно сказал Лианг. — Не то что Нацуко. У неё язык ядовитый.

— Нацуко… — я осознал, что забыл рассказать о ней. После утреннего сна мозг работает со скрипом. — Она не сможет пойти с нами.

— Почему? — удивился Лианг.

— Её не пускает род. Исиды не хотят рисковать Эвольвером.

— И как мы без неё? — Лианг нахмурился. — Она же почти стала Слабой. И способность у неё полезная, поможет нам в бою. Никто из нас не смог бы убить того воробья-Вожака и выжить.

— Не знаю, — я покачал головой. — Будем надеяться, что Нацуко сама что-нибудь придумает.

***

Азиатское Содружество, Токио.

Нацуко проснулась рано – в шесть утра. Она почти не спала ночью, но чувствовала себя неплохо. А вот настроение у неё было не самым лучшим.

Как только Нацуко вернулась из Изначального Мира и выяснилось, что она стала Эвольвером, её отвезли в родовое поместье Исида, несмотря на все её протесты. Там она встретилась с Патриархом – древним низеньким стариком – и его младшим сыном – главой рода, Иошидо Исида. Иошидо был высоким мужчиной средних лет. Он всегда одевался в белое и никогда не улыбался – такие о нём ходили слухи. Сама Нацуко была из младшей ветви рода и никогда не видела ни Патриарха, ни его сына.

— Как ты стала Эвольвером? — строго спросил Иошидо.

Его глаза были холодными как лёд. Он словно поймал её взгляд и не отпускал, Нацуко не могла разорвать визуальный контакт.

— Мне помогли. Я забрала Жидкое Ядро у воробья с металлическими когтями.

— Кто помог?

— Группа, в которой я состою.

— Синдикат Дельты, возглавляемый Владиславом Ли? Которого в сети называют Дельтой?

— Да, — Нацуко немного повеселела. Всё-таки распространилось название, которое выбрала она. Одно из её самых ярких воспоминаний об отце: они всей семьёй полетели на Луну, на базу отдыха. И там её отец изрядно выпил и до самой ночи, под звёздным небом, болтал с дочерью. И самая интересная его байка была об истории рода Исида – о том, как легендарный глава торгового синдиката в прошлом веке создал свою империю и основал род.

— Какая у тебя способность? — продолжил допрос Иошидо.

— Стальная Кожа.

— Продемонстрируй.

Нацуко приподняла руки, и её кожа трансформировалась – стала металлической.

— Какая чистота ДНК?

Нацуко замялась. Ей не хотелось говорить правду, но и соврать она не могла.

— Какая чистота ДНК? — повторил Иошидо.

— Четыре и ноль восемь процентов.

Иошидо поднял брови.

— Как? Расскажи подробнее.

И Нацуко рассказала. Как и советовал Владислав, она выставила его самоуверенным, но очень умным юношей, который жаждет стать могущественным Эвольвером и не хочет довольствоваться обычным Жидким Ядром.

Иошидо всё выслушал, на его лице не отразилось никаких эмоций.

— Что ты хочешь? Зачем сбежала из дома и отправилась в Изначальный Мир?

Этот вопрос застал Нацуко врасплох.

— Мой отец… Мой дядя… У нас с мамой всё забрали.

Нацуко сбивчиво всё объяснила. Рассказала о своём отце – Иуоо Исиду, который при жизни был главой порта Иокогамы. И о том, как после его смерти родной брат Иуоо занял его должность и подал в родовой суд на семью Иуоо, обвинив того в коррупции и превышении должностных полномочий. Суд признал отца Нацуко виновным, и всё его имущество было конфисковано родом. Остались только несколько квартир и один магазинчик, которые мама получила от своей семьи. Но со смерти отца прошло три года, за это время магазин закрылся, и матери Нацуко пришлось продать квартиры, чтобы поддерживать приемлемый уровень жизни и не скатиться в нищету.

Нацуко видела, как средства семьи таят и как приближается их бедность. Мама постоянно твердила, что Нацуко обязательно нужно выйти замуж за кого-то из Азиатских Драконов и тогда всё наладится. Она даже начала искать ей мужа, не гнушаясь откровенно неприятных кандидатов. Когда мама принесла фотографию карлика из рода Цзя и принялась уговаривать её познакомиться с ним, Нацуко поняла, что так больше жить не может. А на следующий день случилось Затмение.

— …я писала жалобы, пыталась встретиться с вами, но меня даже не пустили на территорию рода, — Нацуко сама не заметила, как из её глаз покатились слёзы. — Мой отец всегда был честным человеком.

— Род разберётся со всем, — сухо пообещал Иошидо, выслушав Нацуко. — Тебе запрещено входить в Изначальный Мир.

— Но почему?! — Нацуко встрепенулась. — По плану Владислава все члены группы станут Слабыми Эвольверами и помогут ему убить сильного монстра. Если я не пойду в Изначальный Мир, то упущу свой шанс!

Иошидо и Патриарх переглянулись – впервые за разговор.

— Малец слишком рискует. С ним опасно находиться. Ты свободна, жди приказов рода.

Нацуко хотела было возразить, но не осмелилась. Она вышла из зала, её сразу же встретили двое охранников – оба Эвольверы – и отвезли, как оказалось, в её новый дом.

Род работал очень быстро – за пять с половиной часов всё имущество Иуоо Исиды, которое отнял суд, было возвращено Нацуко. Также ей подарили роскошный особняк и перевели внушительную сумму на личный счёт. Мама была очень довольна – род наградил и её.

Нацуко меньше чем за день добилась всего, чего желала. Её семье больше не грозит бедность, ей необязательно выходить замуж за кого-то, кто ей не нравится.

Но сейчас Нацуко не испытывала радости. Все её друзья соберутся в Изначальном Мире, а ей запрещено туда идти. Но главное – Нацуко нравился Изначальный Мир. Нравилось убивать монстров и становиться сильнее, развиваться и эволюционировать. Что будет, если очистить ДНК до ста процентов? Станет ли она бессмертной, вечно молодой?

Нацуко была уверена, что будущее за Эвольверами. И ей очень не хотелось упускать момент, сейчас – лучшее время для развития. Она верила, Владислав обладает какой-то невероятной способностью. Может, Изначальный Мир наградил его знаниями? Или это сделал Кристалл, сломавший все гаджеты. В любом случае только с ним у неё есть реальные шансы войти в число самых развитых людей планеты, для рода она не настолько важна, чтобы вкладывать в неё много ресурсов. И её базовый навык не так полезен, как хотелось бы.

Нацуко вышла из своего дома и села в автомобиль бизнес-класса с личным водителем – подарок рода. Она приказала строгим голосом:

— Отвези меня на площадь Тяньаньмэнь.

— Как скажете, госпожа. Но я должен предупредить род.

Автомобиль плавно тронулся и начал набирать скорость. Уже через несколько секунд он нёсся по специальной трассе со скоростью двести пятьдесят километров в час.

Вскоре Нацуко прибыла на Дворцовую площадь. Её встретили люди рода Исида и проводили в небольшое здание из светлого дерева. Оно выглядело очень аккуратным, а в его декоре были присущие азиатскому стилю элементы. Его возвели уже после Затмения, но казалось, что оно всегда стояло на этом месте. Внутри него Нацуко, к своему удивлению, встретилась с самим Иошидо.

Нацуко поспешно поклонилась.

— Ты так желаешь попасть в Изначальный Мир? — сухо спросил Иошидо.

— Да. Я уверена, что смогу принести пользу всему роду…

— Узнай, как Борис Уральский смог вынести Жидкое Ядро. У Мирославы Ерохиной или Владислава Ли. Если справишься – получишь статус Старейшины и сто миллионов юаней. Можешь идти.

У Нацуко перехватило дыхание, когда она услышала о статусе Старейшины. Только те, кто внёс значительный вклад в развитие рода, могут претендовать на этот статус. Проводится целая церемония, на которой обязаны присутствовать все члены рода. Старейшины не только получают влияние, огромную зарплату до конца жизни и полное медицинское обслуживание, но и свободу. Старейшине никто не может приказывать, в том числе и глава рода. Если Нацуко станет Старейшиной, её судьба будет в её руках.

— Можешь идти, — повторил Иошидо.

— Д-да. Спасибо!

Нацуко низко поклонилась и выбежала из здания. Внутри неё всё пылало от возбуждения. Ей срочно нужно поговорить с Владиславом!

Она без проблем прошла проверку, переоделась, получила сумку с вещами и оружием и вошла в Изначальный Мир. Её слух в ту же секунду уловил крики.

Нацуко пригнулась, прислушалась и побежала в сторону, откуда доносился шум. Приблизилась к шипастому кусту, сделала кожу на руках металлической и раздвинула колючие ветки.

Ей открылся вид на небольшую поляну. В центре на задних лапах стоял гигантский медведь. Напротив него согнулись четверо людей. Их тела прижимались к земле под взглядом медведя.

Нацуко узнала монстра – это он съел руку Владислава. На мгновение ей стало страшно. Но страх ушёл, когда она разглядела лица двоих из четвёрки, – европейцы, которые сломали ей ноги и рёбра. Тогда Нацуко думала, что умрёт: ей разбили лицо в кровавое месиво, кровь залила глаза, она ничего не видела. Только благодаря удаче она смогла коснуться пирамиды.

Опознав своих обидчиков, Нацуко моментально успокоилась. Она могла как-то отвлечь медведя – крикнуть, кинуть нож или запустить в него механическую игрушку-бабочку, которая бы летала и шумела.

Но Нацуко не сделала ничего. Она с извращённым удовольствием наблюдала, как медведь убивает всю четвёрку, одного за другим, и пожирает их сердца и мозги. Ей даже не было жалко тех двоих, которых она видела впервые. Раз они дружат с этими ублюдками – значит, заслужили смерть! Тем более, в Изначальном Мире каждый день умирают сотни, если не тысячи, людей…

Только когда медведь перестал жрать последнего, Нацуко пришла в себя и осторожно отступила. Ей нельзя задерживаться, иначе ребята уйдут без неё. Они же не знают, что её отпустили…

***

Азиатское Содружество, Пекин.

До пирамиды мы добрались в полдевятого – солдаты долго копались в сумке Лианга, проверяя каждый предмет. Непонятно, отчего такая щепетильность, ведь других людей обыскивали менее тщательно. Видимо, Лианга сильно невзлюбили армейцы, вот и пакостят по мелочи.

Но в итоге нас пропустили и мы вошли в пирамиду. Оказавшись в Изначальном Мире, я сразу же прильнул к земле. В зоне моей видимости, в ветвях деревьев, резвились маленькие красные птички – Алые Колибри.

Монстры в Изначальном Мире делились на стайных и одиночных. Например, Древесный Крот – одиночный монстр. А Красные Воробьи или Алые Колибри – стайные.

Зверь при удачном стечении обстоятельств может эволюционировать и стать Вожаком. А Вожаки тоже бывают стайными и одиночными. Сероглазый Медведь – одиночка. А Металлический Воробей – стайный.

Как и люди, монстры развиваются в трёх направлениях – как Атомосы, Гравитосы и Полеосы. Но их способности отличаются от людских, хоть и имеют схожую природу.

Молниеносный Воробей близок к Полеосу Электричества; Древесный Крот – к Атомосу Распада; Сероглазый Медведь – к Гравитосу Гравитации. И так далее по аналогии.

Но наличие тех или иных способностей не указывает на смертоносность монстра. Существуют очень опасные твари. Те же Вонючие Голуби. Если у них появится Вожак – Безвоздушный Голубь, то эту стаю можно сразу же приравнять к угрозе высшего класса. Алые Колибри не настолько убийственны, как Вонючие Голуби. Но у них своя особенность – они могут сжечь весь лес, если их разозлить. Их Вожак – Пылающий Колибри – одной вспышкой способен испепелить группу Эвольверов, если у тех нет подходящей защиты.

Вообще, стайные монстры гораздо опаснее одиночных. Но и прибыли от их убийства можно получить в разы больше.

— Помогите! — где-то рядом панически закричала женщина. — Не-е-ет!

Вопль спугнул Алых Колибри – те резко ускорились, брызжа искрами, и полетели на звук. Раздался утробный рёв, загрохотали тяжёлые шаги.

Неизвестный монстр бежал в мою сторону.

Я вскочил и полез на дерево, издавая звуки, похожие на курлыканье Вонючих Голубей. Этому приёму меня научили в караване – монстр уловит фальшь, но если он торопится, то всё равно предпочтёт обойти стороной это место.

Так произошло и в моём случае. Уже на дереве я увидел Массивного Медведя, который со всех ног нёсся сквозь заросли, пытаясь скрыться от сыплющих искрами Алых Колибри. А вдали, на траве, лежал женский труп с откушенной головой. Мне повезло – услышав моё курлыканье, медведь повернул и побежал прочь от меня, а за ним последовали и Алые Колибри.

Массивный Медведь может развиться и стать Сероглазым Медведем, но для этого ему надо выжить и сожрать кучу зверей или людей. На данный момент на пике Син Шан только один Сероглазый Медведь, который и стрескал мою кисть. Надеюсь, он не погибнет, я сам хочу его прикончить.

Прождав минут пять и найдя нужные ориентиры, я слез с дерева и побежал к поселению. Дважды услышал вопли о помощи и рычание зверей, но привычно их проигнорировал, лишь слегка изменив маршрут.

У поселения меня уже ждали – Мирослава и Думиса стояли у ворот и о чём-то болтали. Увидев меня, девушка радостно мне помахала. Она была одета в кожаный костюм зелёного цвета, на её боку висела удобная сумка, а на спине переплеталось множество ремешков. Каждым были закреплены тонкие, чуть изогнутые лезвия размером с ладонь и шириной в два пальца. Воробьиные перья Мирослава не взяла.

Думиса тоже был в кожаном облачении, но в чёрном и с металлическими вставками. Его ладони были обтянуты плотными перчатками с чёрными бляшками. За спиной – рюкзак. Ещё он зачем-то надел чёрные очки.

Когда я подошёл, Думиса широко улыбнулся. Шрам на его губе растянулся, белые зубы сверкнули под солнцем.

— Привет! — Мирослава обняла меня. — Ты слышал про Бестиарий? Там есть названия всех известных монстров Изначального Мира. Я узнала тех, с которыми мы дрались! Сероглазый Медведь, Древесный Крот, Металлический Броненосец, Красные Воробьи, Молниеносный Ястреб.

— Читал про Бестиарий, но не заглядывал в него, — я пожал руку Думисы. — Как вы?

— Всё отлично! — Мирослава лучилась радостью. — Мне сказали, что завтра приедет новый член Синдиката. Это правда?

Я не ответил – заметил Джао Ли и Лианга, идущих к нам.

— Хэй! — Лианг ускорил шаг. — Привет всем! Как настрой?! Готовы сражаться как львы?!

— Не шуми, — поморщился Думиса.

— Твой отец спасён, — серьёзно кивнула мне подошедшая Джао. — А мой отец передаёт тебе большую благодарность и просит сказать, что мы перед тобой в долгу.

Я мысленно хмыкнул. О да, ещё как в долгу. Если первое время роды соревновались между собой лишь наличием Эвольверов, то в скором времени важным станет не количество, а качество. Эвольверы с более редкими способностями будут цениться выше. А у Джао очень редкая базовая способность.

— Нацуко сегодня не будет, — начал я, но не успел продолжить – из леса появилась запыхавшаяся девушка. Нацуко.

— Или будет, — закончил я.

Нацуко быстро добралась до нас, и наша команда вошла в поселение. На ходу я сообщил всем о новенькой в Синдикате – Яньлин У.

— Это про неё рассказывала Александра Денисовна? — спросила у меня Мирослава.

— Да.

— А как мы выбираем новых членов Синдиката? — уточнила Нацуко. — Или всё зависит от твоего желания?

— Да, — я кивнул. — За мной окончательное решение. Вы можете предлагать свои варианты.

Нацуко хмыкнула и сразу же вставила:

— Я видела того медведя. Мы сможем его убить?

Я задумался. Если прикончить Сероглазого Медведя и отдать его Жидкое Ядро Лиангу, то его чистота ДНК значительно повысится.

— Да. Хоть это и опасно, но мы можем справиться.

— Да! — Лианг ударил кулаком вверх. — Слушай, Нацуко. Я ошибался в тебе, ты прекрасная девушка. Не такая красивая, как богиня Яньлин. И не такая милая, как Мирослава. Не такая воспитанная, как леди Джао. Но ты точно симпатичнее Думисы!

Мирослава смутилась, Думиса хмыкнул. Джао не отреагировала.

— Пошёл ты, — огрызнулась Нацуко и потянула меня за рукав. — Мне надо с тобой поговорить, Владислав. Наедине.

Мы отошли, и Нацуко прошептала:

— Род приказал мне узнать, как твой дедушка вытащил Жидкое Ядро из Изначального Мира.

Её глаза горели возбуждением, она крепко вцепилась мне в руку.

— Скажи мне, пожалуйста! Если я добуду эту информацию, меня сделают Старейшиной!

Я с досадой поморщился. Значит, слухи уже начали гулять и рано или поздно все роды узнают о гелии-три, это дело времени. Нужно ускорить планы и попробовать за ближайшие день-два повысить чистоту ДНК всей группе и самому стать Эвольвером. А потом уже можно и обнародовать свойства гелия-три, это значительно ускорит развитие человечества.

— Пойдём, — я потянул Нацуко обратно. — Мне есть что рассказать всей группе.

Глава 15. Начало похода

Мы покинули поселение. Рассказать что-либо в его пределах я не решился, чтобы нас не подслушали. И надо предупредить ребят, пусть впредь будут осторожнее.

Только когда мы углубились в лес, я приказал остановиться у корней гигантского дерева.

— Что ты хотел сказать? — с любопытством спросила Мирослава.

Я прислушался, осмотрелся.

— Проверьте, есть ли кто-то рядом, — я обвёл взглядом Думису, Лианга и Нацуко.

Они разделились и прошерстили округу в поисках других людей.

— Вроде никого. Только птички и жуки, — отозвался Лианг.

— Да, — подтвердила Нацуко.

Думиса промолчал.

Я дождался, пока все не соберутся рядом со мной, и прямо сказал:

— Мой дедушка, Борис Уральский, нашёл способ, как вытащить Жидкое Ядро из Изначального Мира.

— Офигеть, — Лианг раскрыл рот от удивления.

Думиса приподнял брови, Джао оживилась, её глаза вспыхнули интересом. Нацуко застыла, ловя каждое моё слово.

— Для этого надо использовать особое вещество. Внутри него Жидкое Ядро не пропадает. Я расскажу подробнее перед тем, как мы покинем Изначальный Мир.

— Особое вещество… — пробормотала Нацуко, доставая из сумки блокнот и карандаш.

— Я взяла с собой два кубика, — вдруг заговорила Мирослава. — Если будут лишние Жидкие Ядра, я хочу забрать их.

— Посмотрим, — я кивнул ей. Мирослава, скорее всего, ещё в прошлое посещение Изначального Мира брала эти кубики. Но они так и пролежали в её сумке.

— Можете продать эту информацию своим родам, когда выйдете. Скоро она станет общедоступной.

— Как скоро? — уточнила Нацуко.

— Как только я выберу дату. Но я дам вам время, чтобы вы получили прибыль.

— Спасибо! — Нацуко хищно улыбнулась. — Глава рода не посмеет взять свои слова назад!

— Слушай, ты о чём? — не понял Лианг.

Нацуко рассказала, что ей пообещали статус Старейшины.

— Это полная свобода! Я смогу ходить в Изначальный Мир в любое время, смогу выйти замуж за парня, которого полюблю! — Нацуко даже хлопнула в ладоши.

— Э… И что? Я тоже могу ходить в Изначальный Мир, когда захочу, и выйти замуж… тьфу. Жениться на любой девушке, — заметил Лианг.

— На любой? — Нацуко фыркнула. — Ты переоцениваешь себя.

— Мы выйдем из Изначального Мира через двое или трое суток, — я прервал разгорающуюся перепалку. — Наша цель – максимально усилить группу. А потом мы убьём зверя, у которого я заберу Жидкое Ядро.

— О, ты уже решил? — Лианг встрепенулся. — Ну же, скажи, кто этот избранный монстр? Для кого ты так долго берёг девственность своего запястья…

— Заткнись! — Нацуко пнула Лианга.

— Вы сами всё увидите. Лианг, давай сюда карту.

— Да, сейчас, — тот, потирая ногу, зарылся в рюкзак. — Слушай, я беру свои слова назад. Думиса симпатичнее тебя, ты злая, как Богиня Сиванму.

Нацуко ещё раз пнула его.

— Слушай, скажи ей! — возмутился Лианг, смотря на меня.

— Детский сад, — пробормотала Джао.

Я промолчал, и Лианг недовольно засопел. Наконец, достал карту и протянул мне. Она больше походила на тонкую тетрадку. На каждой странице – название какого-либо поселения и схематически нарисованная область вокруг него. Причём не факт, что то или иное поселение находится на пике Син Шан, гор с подобным климатом достаточно, и картографы могли ошибиться.

Я нашёл наше поселение, которое на карте обозначалось как Ши Ар, что в переводе на общий язык значило “двенадцать”.

— Карандаш, — я протянул руку, и Лианг вложил в мою ладонь фломастер.

— Карандаш, — я вернул фломастер Лиангу и забрал карандаш у Нацуко.

— Где ты видела медведя? Примерно.

Нацуко подошла ко мне так близко, что я ощутил запах её парфюма – лёгкий, цветочный. Чёрно-серебристые волосы свесились, закрывая её лицо.

Забрав у меня карандаш, Нацуко некоторое время разглядывала карту. Затем нарисовала небольшой кружочек на севере от поселения. Недалеко от того места, где я видел Массивного Медведя и Алых Колибри.

— Где-то тут. Медведь был весь в крови, явно полакомился кем-то.

— Хорошо. Тогда план следующий – сперва мы прикончим Древесного Крота и заберём у него когти. Используем их, чтобы замедлить медведя, и убьём его. Мирослава, отдай Джао один из ножей, пусть она укрепит его.

— А ты знаешь, где живёт ещё один крот? — удивилась Нацуко.

— Да. За дело.

Я свернул карту и отдал её Лиангу. В голове уже выстроился план – еды у нас достаточно, и я знаю местоположение следующего поселения, поэтому мы сможем в безопасности переждать ночь.

В первой жизни я не знал, каким был пик Син Шан в первые месяцы после Затмения. Но благодаря проекту Дельта я загорелся желанием найти для себя лучшую стратегию развития на случай, если мой план с возвращением в прошлое удастся, и внимательно изучил весь пик Син Шан, особенно ареалы обитания уже убитых зверей. Если бы не проект Дельта, я бы знал о пике Син Шан лишь немного больше, чем ребята.

Я помнил несколько мест, где обитают Древесные Кроты. Выбрал то, что ближе всего к Сероглазому Медведю. До этой точки мы добрались спустя минут тридцать. По дороге несколько раз слышали, что где-то неподалёку кто-то сражается. Мирослава, как всегда, порывалась помочь незнакомцам. Но я не хотел рисковать – на кону моё становление Эвольвером. Ошибки недопустимы.

Дважды на нас напали змеи. В первый раз атаку отбила Мирослава своими лезвиями, а во второй – Нацуко железной ногой. Но змеи сбежали, мы не смогли получить дополнительные Жидкие Ядра.

— Снова дерево-бочка? — пробормотал Лианг, когда мы добрались до цели.

Я не ответил – внимательно разглядывал бочкообразный ствол. Немного смущал цвет коры – тёмный, почти чёрный.

— Мирослава, зверь на тебе, — велел я. — Убивать будешь ты.

— Я смогла укрепить только остриё, два-три сантиметра, — извиняющимся тоном сказала Джао, протягивая лезвие Мирославе. Та подцепила его с помощью своей силы и вернула в кармашек.

— Лианг, будь наготове. Если зверь подойдёт близко, используй Толчок. Нельзя, чтобы он ранил нас когтями. Мирослава, ты уже Слабый Эвольвер, твоей силы должно хватить, чтобы убить крота.

— Я постараюсь, — уверенно кивнула та, и лезвия вылетели из кармашков, зависнув в метре над землёй.

— Я выманю, — Нацуко вытащила из сумки небольшой металлический шарик и кинула его в дерево. С глухим стуком он ударился о кору и упал у переплетённых корней. Но реакции не последовало.

Я нахмурился. Странно.

— Ещё раз! — Нацуко бросила второй шарик и сумела попасть в дупло. Из него раздалось рычание, а через секунду – показалась лапа. Чёрная, покрытая дымом. Гигантские когти, будто облитые смолой, вонзились в кору дерева, крот начал вылезать из дупла.

Я побледнел. Это не Древесный Крот!

Но не успел я и рта раскрыть, как в голову Вожака – а это именно он – вонзились лезвия Мирославы.

С рёвом Крот-Разрушитель выскочил из дупла. Он был крупнее обычного Древесного Крота – размером с пони. И абсолютно чёрный.

В его голове торчало лезвие – то самое, которое укрепила Джао. Остальные не смогли пробить его шкуру.

— Не подпускайте его близко! — я взял себя в руки. — Нацуко, Джао, уходите. Лианг, готовь Толчок! Мирослава, сосредоточься на лезвии в его голове! Думиса, будь очень осторожен – эта тварь убьёт тебя, если коснётся когтями!

Крот-Разрушитель мотал головой и рычал. Он не пытался лапами вытащить лезвие – понимал, что только поранится. Крот-Разрушитель близок к Атомосу Распада. И это очень редкий Вожак, удары его когтей могут пробить любую защиту. Даже прикасаться к ним опасно – они уничтожают всё, до чего дотрагиваются.

— Я попробую! — вдруг крикнул Лианг. Он выскочил вперёд и поднял руку, прицеливаясь.

— Идиот, — зарычал я, моё сердце замерло. Крот-Разрушитель гораздо опаснее Сероглазого Медведя!

Что-то почувствовав, Вожак резко прыгнул к Лиангу, выставив вперёд когти.

— Ха! — Лианг, пародируя азиатские фильмы, ударил ладонью.

Раздался хруст – Крот-Разрушитель упал у ног Лианга, пару раз дёрнулся и замер. Передний коготь Вожака вонзился в землю в нескольких сантиметрах от ступней Лианга, вся трава вокруг него моментально превратилась в пепел, а почва почернела.

Лианг на дрожащих ногах отступил и плюхнулся на задницу.

— Я убил его! — завопил он.

— Тише ты! — шикнул я, с опаской смотря на тело Крота-Разрушителя. — Это лезвие Мирославы пробило ему мозг.

— Но я же ударил Толчком по лезвию! — возмутился Лианг, с трудом вставая. Его коленки до сих пор тряслись.

— Вы всё? — Нацуко и Джао вернулись.

— Что дальше? — спросила Мирослава.

— Сперва достанем Жидкое Ядро, — решил я. — Его возьмёт Джао. Она укрепит твои ножи, и ты сможешь отрезать когти. Но касаться их нельзя, они опасны. У тебя есть проволока?

— Да, — Мирослава кивнула.

— Один коготь заберём с собой, а остальные прикопаем тут. Приступайте.

Пока ребята возились с Кротом, я обошёл его убежище. Нашёл недоеденное тело Массивного Медведя. Судя по кускам опаленной шерсти, это тот самый, которого я видел.

Заглянул в дупло. Поморщился от запаха и вернулся к ребятам. Ситуация прояснилась. Крот-Разрушитель эволюционировал совсем недавно, когда сожрал Массивного Медведя. Как правило, Крот-Разрушитель живёт в мёртвой зоне – его когти уничтожают всё, чего касаются. Здесь же только дерево почернело.

Стоя рядом с ребятами, которые перевернули тело Крота и с трудом разрезали его шкуру, я размышлял над произошедшим. В прошлой жизни на пике Син-Шан никогда не появлялись Кроты-Разрушители. Но я отпугнул Массивного Медведя, тот попал в лапы Древесному Кроту, и это привело к эволюции последнего. Сколько ещё подобных волн я запустил, и к чему они могут привести?

— Готово, — Думиса встал и вытер пот со лба. В руках он держал окровавленный топорик.

— Джао? — окликнул я.

Та с опаской разглядывала труп вожака. Думиса не только вскрыл его, но и разрезал сердце – девушке оставалось просто взять Жидкое Ядро.

— Да, сейчас.

Она присела у вскрытой груди Крота и зажмурилась. Раздался стук, и Джао вздрогнула. Это Думиса пытался отделить топориком коготь, но у него не получалось.

Наконец, Джао взяла Жидкое Ядро и приложила к татуировке. Прикрыла глаза.

— Четыре и тридцать восемь процентов, — удивилась она. — Так много!

— Это Вожак. У тебя увеличилось Нейтрино, займись укреплением ножей. Сероглазый Медведь где-то рядом.

— Да, сейчас…

Под завистливым взглядом Лианга Джао, сияя от счастья, забрала у Мирославы один из клинков. Тот, что застрял в голове Крота, она не смогла вытащить.

— Слушай, может, топор укрепим? — предложил Лианг.

— Сперва лезвия Мирославы, они важнее, — покачал я головой.

— Не получается, — Думиса бросил попытки отрубить когти. — У него пальцы крепкие.

— Готово! — Джао отдала нож Мирославе. — Укрепила, но потратила семьдесят процентов Нейтрино. Надо немного подождать, и займусь вторым.

Сверху раздалось карканье. Я поднял голову и прищурился – Чёрные Вороны. Стайные звери, довольные опасные. Но без Вожака не представляют угрозы.

— Первый есть! — Думиса легко отделил коготь укреплённым ножом. Помня о моём предупреждении, он не касался его.

— Мирослава, используй проволоку. Торопимся, ребят. С каждой минутой всё опаснее. Если появится Вожак, мы рискуем остаться тут навсегда. Нацуко, Лианг, залезьте на те деревья и следите.

Думиса ускорился, Мирослава достала проволоку и отломила полуметровый кусок. Джао стояла со вторым ножом Мирославы – она укрепила его и теперь ждала, когда восстановится Нейтрино.

— Куда прячем когти? — спросил Думиса. — И как?

— Выкопай яму под деревом, положим их туда. Никто из зверей не сунется к этим когтям.

Думиса вытащил из портфеля небольшую складную лопатку и бросился к корням дерева.

— Проволока ржавеет, — предупредила Мирослава. — Она долго не продержится!

— Перетащи когти в яму, — я снова посмотрел в небо. Чёрных Воронов прибавилось. Эти монстры не так опасны, как Красные Воробьи или Алые Колибри. Они близки к Атомосам Трансформации – их когти и клювы очень острые и крепкие. А Вожак – Белый Ворон – может увеличиваться. Я как-то видел его с активированной способностью – белая тварь была больше лошади, не убиваемая благодаря крепким перьям и регенерации.

Но Чёрные Вороны сильны только в большой стае. Поэтому я их не опасался. В прошлой жизни, когда был в группе Адонис, я на них учился метать ножи.

— Я так всю проволоку испорчу, — пожаловалась Мирослава, перетаскивая в яму очередной коготь. Она отложила один – он предназначался для Сероглазого Медведя.

— И я не уверена, что смогу дотащить коготь до монстра.

— Атас! — крикнул Лианг. — Сюда медведь прёт! Валим!

Я внутренне вздохнул. Сероглазый Медведь ошивался где-то рядом, и существовала вероятность, что он придёт сюда. Так и случилось.

— Бегите! Я отвлеку его. Мирослава, прячься в кустах, он не должен тебя увидеть!

Думиса и Мирослава рванули в разные стороны. Джао спряталась за бочкообразным деревом. С рёвом из зарослей показался Сероглазый Медведь – чёрный, высотой метра два, с глазами насыщенного серого цвета.

Я рухнул на колени, придавленный гравитацией. Медведь зло зарычал – узнал, гад. И побежал на меня.

Сверху на Вожака упал чёрный коготь – проволока на нём буквально разваливалась на части. Но медведь почувствовал неладное и отпрыгнул в сторону – коготь лишь чиркнул его по шее.

Брызнула кровь, яростный рёв сотряс округу. Я почувствовал, что могу снова двигаться, – медведь больше не смотрел на меня.

Краем глаза я заметил напряжённую Мирославу – она направляла в медведя лезвие.

Я попятился, но не успел далеко отойти – меня вновь придавило. Острое лезвие со свистом разрезало воздух. Медведь дёрнулся, и нож вошёл ему в шею, пробивая её насквозь.

Брызнул фонтан крови, медведь попытался зарычать, но из его пасти вырвалось только невнятное бульканье.

В этот момент из зарослей выскочил Думиса. Его правый кулак был объят жёлтым свечением. Подбежав к медведю, Думиса врезал ему в челюсть. Удар был настолько мощным, что медведя откинуло назад, он упал на спину. И сверху на него опустилось лезвие Мирославы, пронзая его череп.

— Быстрее вырезайте сердце! — крикнул я. — Думиса, закопай яму с когтями. Мирослава, отдай Лиангу нож. Лианг, режь и забирай Ядро!

Я уже слышал рычание монстров, чувствовал их жадные взгляды. На одной поляне – тела двух Вожаков. Вот-вот сюда нагрянут другие Вожаки, и, если не успеем свалить, мы погибнем.

— Кар! — по небу разнеслось громоподобное карканье. Я резко поднял голову и увидел Белого Ворона. Он был лишь немного крупнее Чёрных, но это пока.

— Быстрее! Мирослава, поднимай свои ножи! Все к Мирославе!

— Готово! — крикнул Лианг. — Четыре целых и восемь десятых процента! Да!

— Уходим! — приказал я.

И мы рванули с места. Вороны зашумели и закружились над нами. Я ощутил на себе тяжёлый взгляд Белого Ворона, и по моей спине побежал холодный пот.

Над нами громко защебетали птицы, и в небе появилось красное свечение. В нашу сторону величественно летел Пылающий Колибри в окружении Алых Колибри. Ещё один Вожак!

— Кар! — Белый Ворон потерял к нам интерес и сосредоточился на своём сопернике.

Раздалось шипение – на поляну медленно выполз гигантский Пятнистый Питон, ещё один Вожак. Одновременно с ним из-за дерева показалась Холодная Пантера.

Всё это я успел заметить, на миг обернувшись. А после уже было не до наблюдений – мы влетели в заросли и завязли в них. Лианг быстро среагировал и очистил дорогу Толчком. Нацуко, руки и голова которой блестели металлом, вместе с Думисой рванула вперёд и занялась кустами. Мирослава бежала следом, подняв в воздух свои ножи. Судя по её усталому виду, Кварки у неё на исходе. Джао поддерживала меня за локоть и помогала не отставать, а Лианг замыкал группу.

Мы неслись минут десять, пока я окончательно не выдохся. Если слышали впереди крики, Думиса сразу же менял направление. Звери не осмеливались нападать на такую большую группу, даже когда Мирослава убрала свои ножи.

Мы сделали привал на небольшом пятачке, между тремя корнистыми деревьями.

Но только все расселись, как послышались ругательства и треск веток. К нам выскочил худой, как скелет, смуглый мужчина. Индиец. В руках он держал деревянное копьё. Одетый в грязные штаны, с голым торсом, он присел, затравленно оглядел нас и крикнул:

— Синдикят! Дельтя! Жёпа!

Индиец быстро побежал к дереву и ловко залез на него.

— Жёпа! — снова крикнул он с сильным акцентом.

Следом за ним из кустов показался серый волк с огромной пастью и массивными лапами. Чуткий Волк! Тот самый, на которого я когда-то собирался поохотиться, – зверь, близкий к Гравитосу Земли, умеющий увеличивать массу когтей и челюстей.

— Жёпа! — завопил индиец.

Я даже не встал с места. Посмотрел на Мирославу и кивнул. Та указала на волка пальцем, и острое лезвие вылетело из кармашка. Чуткий Волк никогда не отличался скоростью. Но он почувствовал приближение смерти – задрал морду и завыл. Нож пробил ему череп и оборвал вой.

Но секундой позже в сотне метров от нас завыл сразу десяток волков. Мирослава побледнела и с ужасом посмотрела на меня. Я подскочил и полез на ближайшее дерево. Ребята последовали моему примеру.

— Жёпа! — крикнул индиец и начал карабкаться выше.

Глава 16. Чуткие Волки

Я чуть не сорвался с дерева, когда на автомате попытался зацепиться за ветку протезом, но меня поймал за шиворот Думиса. Он помог мне схватиться за ближайший сук, быстро забрался выше и потянул меня следом.

Я посмотрел вниз и увидел нескольких Чутких Волков. Один из них рухнул с пробитой головой – Мирослава убила его лезвием.

Она карабкалась по другому дереву, вместе с Джао. А по третьему лезли Нацуко и Лианг и о чём-то спорили.

Волки снова завыли. Двое из них прыгнули за мной и Думисой, примериваясь, как бы отгрызть от нас кусок покрупнее. Ещё один полез к Мирославе и Джао. И сразу трое решили взять приступом дерево с Нацуко и Лиангом.

У Чутких Волков очень мощные лапы, звери легко вгоняли в ствол когти, приближаясь к ребятам и скаля крупные острые клыки.

— Не попадайтесь под их укус! — крикнул я. — Нацуко, это тебя касается! Твоя металлическая кожа не спасёт!

— Поняла! — отозвалась она.

— Я закончила третий нож! — воскликнула Джао.

— У меня мало Кварков, их не хватит на всех! — предупредила Мирослава.

— Лианг, твой выход!

Нам приходилось кричать, чтобы услышать друг друга.

— Синдикят! Надо убить вёлка! — провопил индиец откуда-то сверху.

Затрещали ветки, заскулили звери – Лианг Толчком скинул сразу двух Чутких Волков со своего дерева.

— Есть большёй вёлк! Убить нядо! — снова проорал индиец.

Большой волк? О чём он? Точно! Я чуть не ударил себя по лбу. Совсем забыл, что Чуткие Волки – одиночки. И в стаи они сбиваются, только если их объединит Вожак!

— Я разберусь, — буркнул Думиса и спустился к Чуткому Волку, который подобрался к нам опасно близко. Топорик африканец взял в зубы.

— Будь осторожен, — сказал я и внимательно оглядел поляну под нами.

Снова треск и скулёж – Лианг скинул третьего волка. Мирослава же убила того, который лез к ней и Джао.

Я насчитал пятерых Чутких Волков. Они разрывали трупы своих сородичей. Ещё раз оглядевшись, я заметил в кустах две яркие точки. Глаза волка. Но не зверя, а Вожака.

Чуткие Волки – одни из самых слабых монстров на пике Син Шан. Они трусливы и выбирают противников попроще – не зря гнались за полуголым индийцем. Чутких Волков легко убить – главное, увернуться от атаки их челюстей и когтей.

Но вот Вожак, в которого эволюционируют Чуткие Волки, – Большой Волк, – гораздо опаснее многих Вожаков. Он быстр и невероятно силён. Его шкура прочная, как камень, а зубы и когти острее стали. Как и Чуткий Волк, он способен увеличивать массу своих лап и челюстей, но делает это очень умело, используя способности только при необходимости. А ещё Большой Волк – умный. Он сбежит, если почует серьёзную опасность.

Скорее всего, сейчас Вожак анализирует наши действия, решая, стоит ли атаковать.

— Мирослава, сколько у тебя Кварков? — громко спросил я.

— Десять процентов! Тут Белка-Убийца, я не могу её прогнать.

Я мысленно чертыхнулся. Белка-Убийца – юркий и небольшой зверь, близкий к Атомосу Трансформации. Вытягивает длиннющие когти. Невероятно быстр и подвижен, его сложно поймать.

— Накапливай Кварки, тут рядом Вожак! Только ты можешь с ним справиться!

— У нас тоже Белка-Убийца! — взвизгнул Лианг.

— Я возьму её на себя, — заверила Нацуко. — Что нам делать?

— Ждём, пока у Мирославы не восполнится уровень Кварков, — ответил я, наблюдая за Думисой.

Тот замер, левой рукой держась за ветку, а в правой сжимая топорик. Его противник-волк тоже не торопился – вцепился в кривой ствол и рычал. Но вот второй Чуткий Волк уже обогнул их и медленно поднимался с другой стороны.

К этому моменту волки на земле уже сожрали трупы своих сородичей. Из троих зверей, которых скинул Лианг, только один погиб – неудачно приземлился и сломал позвоночник. А вот ещё двое упавших волков внешне были целыми, падение на них не сказалось, разве что они немного прихрамывали.

— Жёпа! — крикнул индиец и кинул копьё в морду Чуткого Волка, который подобрался ко мне. Я поспешил подняться выше.

Надо мной закачались ветки – индиец спустился и подтянул меня к себе. Копьё не нанесло Чуткому Волку вреда. Я заметил на груди индийца, под слоем грязи, клеймо. И мне сразу стало ясно, кто он.

Раздался тяжёлый низкий вой. Из кустов вышел Большой Волк. Серый, как и Чуткие Волки. Но его лапы и пасть не были гипертрофированно большими, а имели вполне нормальные пропорции. Вожак был крупнее своих сородичей-зверей. Чуть меньше ездового коня.

Чуткие Волки сразу же подбежали к Вожаку. Даже те, что карабкались по деревьям, начали спускаться. Думиса уловил момент и резко ударил по лапе одного из волков. Тот заскулил и свалился.

— Мирослава, сколько?!

— Пятнадцать процентов! Смогу один раз атаковать двумя ножами в полную силу.

Чем сильнее разгоняла нож Мирослава, тем быстрее тратились Кварки. Если бы она подняла лезвия в воздух и заставила их просто парить, уровень Кварков снижался бы очень медленно. Но разгон каждого ножа стоил весьма дорого.

— Лианг, у тебя?

— Половина Нейтрино! Я могу ударить два раза слабо или один раз, но очень сильно!

Затрещали ветки. Следом крикнула Нацуко:

— Прикончила Белку-Убийцу!

Большой Волк задрал голову и посмотрел в сторону Нацуко и Лианга. Он медленно подошёл к их дереву и легко запрыгнул на него. Быстро полез вверх.

— Лианг!

Хрустнуло дерево, и Большой Волк полетел вниз. Но за несколько секунд он подобрался очень близко к Нацуко, и она могла умереть, если бы Лианг промедлил хоть на секунду дольше.

Большой Волк приземлился на лапы и зарычал. Отпрыгнул в сторону, пытаясь увернуться от ножей Мирославы. Один просвистел мимо и вонзился в землю, а вот второй проткнул его бок.

— Мои Кварки на исходе!

Большой Волк, поскуливая, зализывал рану. Всего живых Чутких Волков на поляне было восемь. Из них один, с пробитой лапой, лежал на земле и подвывал, а двое хромали и не могли нормально передвигаться. Трое из пяти целых волков неожиданно рванули к дереву с Нацуко и Лиангом и начали взбираться по нему.

— Эй! — панически крикнул Лианг. — У меня Нейтрино почти закончилось! Хватит на слабенький Толчок!

— Пять процентов Кварков! Я смогу ударить одним ножом, но несильно!

— Думиса, — я окликнул африканца. — Ядро Вожака твоё. Постарайся избежать серьёзных ран.

Думиса кивнул и несколькими прыжками спустился по стволу дерева. У меня не было другого выхода, кроме как доверить всё африканцу.

К Думисе заковыляли хромые волки, но они были далеко. Зверь с пробитой лапой зло зарычал, но не пытался атаковать. Двое здоровых Чутких Волков настороженно застыли рядом с Вожаком, охраняя его. Африканец подбежал к ножу Мирославы, подобрал его и рванул к Большому Волку. Вожак перестал зализывать рану и встал, оскалив пасть.

Думиса ловко отпрыгнул с линии атаки первого волка и воткнул ему нож в шею. Но второй зверь полоснул его когтями прямо по рёбрам, оставляя глубокие рваные раны.

Думиса закричал, его кулак покрылся жёлтым свечением, и он ударил Чуткого Волка по голове, разбивая её, как арбуз. В это время Большой Волк приготовился к прыжку, но в него выстрелил второй нож Мирославы и вонзился ему в позвоночник, чуть пониже головы.

К Думисе только сейчас подбежали хромые Чуткие Волки – один укусил его за ногу, ломая кости, а второй ударил массивной лапой, сдирая кожу и мясо с левой руки. Думиса упал, потеряв сознание.

Большой Волк повалился набок, и Чуткие Волки замерли. Затем развернулись и побежали прочь, ломясь сквозь кусты. Уже почти добравшиеся до Нацуко и Лианга звери спрыгнули на поляну. Одного из них ускорил Лианг, врезав Толчком, и волк с хрустом ударился о землю.

Я выдохнул, Чуткие Волки – трусливые звери. И если убить их Вожака, они обратятся в бегство. На это я и рассчитывал, посылая Думису в бой.

— Быстрее! Лианг, бери нож Мирославы и режь Вожака! Нацуко, ты займись обычным волком. Отдайте оба Ядра Думисе.

Я спешно спускался. На одной из веток мой протез подвёл меня, и я рухнул на траву, больно ударившись ногой и спиной о камни. Дыхание перехватило. Ко мне подбежала Джао, помогла встать и поддерживала меня, пока я ковылял к Думисе.

— Сперва обычное Ядро, потом – Вожака. Нацуко, забирай ядро Белки-Убийцы, оно тебе поможет. Ядро второго волка Мирослава уберёт в куб. Быстрее, у нас мало времени, ребят!

Всего нам досталось четыре Ядра – Вожака, двух Чутких Волков и одной Белки-Убийцы. Если бы Чуткие Волки не сожрали тела своих, то мы бы получили гораздо больше.

Нацуко приложила Жидкое Ядро к татуировке Думисы, и треугольник поглотил серебряную субстанцию. Следом то же самое проделал Лианг с Ядром Вожака. Поблескивающая жидкость впиталась в кожу Думисы, и треугольник вспыхнул жёлтым светом. На его вершине появилось пятно – точка, указывающая на статус Человека Слабого. Раны Думисы начали заживать, он закашлял.

Нацуко быстро выпотрошила Белку-Убийцу и приложила серебристую каплю к своему запястью.

— Четыре и двадцать восемь, — разочарованно сказала она. — Всего на пятую часть процента повысилась.

— Пять и один, — Думиса с кряхтением встал.

— Убрала Жидкое Ядро! — предупредила Мирослава, закрывая свою сумку.

— Тогда уходим, — я поморщился – нога болела.

Думиса подошёл ко мне и подставил спину.

— Залезай, Босс. Я помогу.

Не став спорить, я забрался на его плечи. В это время позади затрещали ветки – к нам спрыгнул индиец.

— Спасибя! Покя, Синдикят! Я бежать убивать вёлка! — индиец помахал нам и скрылся в кустах.

— Умрёт же, — пробормотала Мирослава.

— Необязательно, — ответил я. — Он как-то сбежал от Большого Волка и целой стаи Чутких Волков. Непростой человек.

Мы побежали прочь.

— Слушай, а что с вашей Белкой-Убийцей случилось? — спросил Лианг у Мирославы.

— Она убежала, когда Нацуко убила другую белку, — ответила та.

— Какой у тебя навык появился? — обратилась Нацуко к Думисе.

— Так, поворачиваем направо. Видите ту гору вдали? Бежим к ней, там должно быть поселение, — я указал пальцем в нужном направлении.

По моему первоначальному плану сегодня мы должны были сделать Нацуко Слабой – я знаю ещё одно место, где водятся Красные Воробьи с Вожаком. Но всё пошло не так, хоть в итоге и вышло лучше, чем я планировал. Лианг и Джао значительно повысили чистоту ДНК за счёт Крота-Разрушителя и Сероглазого Медведя, а Думиса стал Слабым. Если мы сейчас пойдём к Воробьям, то не успеем добраться до поселения и застрянем в лесу на ночь. Поэтому я скорректировал план: сейчас главное – достичь поселения до темноты.

— Так какой у тебя второй навык? — повторила вопрос Нацуко.

Где-то вдали кто-то истошно завопил, но все уже привыкли к подобному, лишь Мирослава с тревогой и жалостью посмотрела в ту сторону.

— Доспех Массы, — спокойно ответил Думиса. — Понятия не имею, что это.

Я мысленно кивнул. Доспех Массы – хороший навык. Он создаёт покров вокруг тела, и любой физический объект, попадая в него, теряет почти всю массу. Выстрел в упор из дробовика будет ощущаться для Думисы в Доспехе Массы как лёгкое покалывание. Но есть и минус – большое потребление Нейтрино.

— Владислав, что дальше по плану? — нетерпеливо спросила Нацуко. — Кто следующим станет Слабым?

— Мы должны сперва добежать до поселения. Если успеем до наступления темноты, заглянем в логово к Ржавому Червю.

— Его Жидкое Ядро моё? — загорелась Нацуко.

— Да. Если повезёт, то наткнёмся на Вожака – Металлического Червя. С Доспехом Массы Думисы и Контролем Мирославы мы без проблем справимся с ним.

— Ты знаешь, как работает Доспех? — уточнил Лианг.

— Судя по названию, он создаёт доспех.

Думиса хмыкнул.

— Слушай, ты видел, как я волков в землю вбивал? Мой Толчок, если в него вложить всё Нейтрино, может и дерево сломать! Вот это я понимаю – мощный навык! Не то что у Нацуко. Ха!

Лианг увернулся от её пинка.

— Не, ну правда. Мой кодекс мужчины не разрешает мне такое говорить, но у тебя самый бесполезный навык, Нацуко. Ай!

На этот раз Лианг не успел отскочить и получил железной ногой по заднице.

— Тише, — приказным тоном шикнул я. — Мы бежим по дикой местности, сюда люди не добирались. Вы хотите умереть?

Все моментально заткнулись. Ребята иногда перешёптывались, но только на важные темы. Дважды мы останавливались на перекус – по моей просьбе Лианг взял с собой целую коробку очень сытных печенек. Правда, вкус у них был не очень – жуёшь, а на зубах скрипит химический порошок.

Наконец, когда уже начало смеркаться, вдали показалась горная вершина.

— Там поселение? — устало спросил Лианг.

— Да, — я сидел на спине Думисы и внимательно всматривался в округу. Африканец совсем не устал, хоть и тащил меня целый день. Моя нога почти не болела, но я слишком быстро выдыхаюсь по сравнению с Эвольверами.

— А как ты об этом узнал? — с подозрением спросила Нацуко. — Тебе не кажется, что пора с нами поделиться своими секретами? Откуда ты так много знаешь про Изначальный Мир?

— Тебе какая разница? — резко бросил Думиса. — Босс, он на то и Босс, что знает больше остальных. Не лезьте в его дела. Лучше поблагодарите Духов, что он с нами.

Нацуко с подозрением глянула на африканца, но промолчала.

— Всё просто, — заговорил я. — Моя мама – Роза Вавилонская, Княжна Новгородского Княжества. Мой дедушка – Борис Уральский, Князь Уральского Княжества. Мой отец из рода Ли. Его должность не из самых важных, но у меня доступ к разведданным семьи.

— А ещё он с Патриархом Ли в беседке в го играет, — поддакнул Лианг.

— С Зихао Ли? — искренне удивилась Нацуко. — Он же легенда!

— Да, я сам видел, — с такой гордостью ответил Лианг, будто он сам играл в го с Патриархом.

— В общем, три огромных рода снабжают меня информацией, — продолжил я. — Моя мама – Пылающая Княжна, Слабый Эвольвер Света. Мой дедушка открыл способ, как вынести из Изначального Мира Жидкое Ядро. Про Патриарха Зихао Ли вы сами знаете. Все они непростые люди. И добытая их спецслужбами информация тоже непростая.

На лицах ребят отразились различные эмоции. Нацуко явно о чём-то глубоко задумалась, Мирослава была восхищена, Джао уважительно смотрела на меня, Лианг завистливо скривил губы. Только Думиса не отреагировал – его лицо застыло в маске спокойствия.

Надеюсь, что ребята перестанут задавать вопросы и спишут все странности, которых накопилось немало, на моё происхождение. Я не могу никому открыть правду, разве что… В голове всплыло лицо Адель. Она бы мне поверила, я уверен. Жутко захотелось увидеть её. Выйти из Изначального Мира, сесть в самолёт и полететь в Европейское Содружество.

Но я подавил это желание. Нельзя, слишком опасно. Особенно теперь, когда меня знают как лидера Синдиката. И нельзя забывать о моей главной цели – спасении человечества. Адель ещё не скоро войдёт в Изначальный Мир, пока она в безопасности. Не верю, что волны от моих изменений могли коснуться семьи Бельгийских в Европейском Союзе…

— Будем Ржавого Червя бить? — спросила Нацуко.

— Нет, слишком темно, — отрезал я. — Переночуем в поселении, а утром начнём охоту.

Нацуко на миг открыла рот, видимо, желая что-то спросить, но сразу же его и закрыла.

— Мы выйдем только после того, как я стану Эвольвером, — ответил я на невысказанный вопрос.

Нацуко хочет как можно скорее рассказать роду о том, как вытащить Жидкое Ядро из Изначального Мира. Её желание понятно – награда очень велика. Уверен, что помимо статуса Старейшины ей обещали ещё и деньги. Но кто знает, вернётся ли Нацуко? Отпустит ли её род? Захочет ли она соваться в столь опасное место, получив статус и богатство?

Из всей моей команды я уверен только в Лианге и Мирославе. Да и то, потому что первый живёт в моём городе, а вторая – у моего деда.

— Да знаю я, знаю, — пробормотала Нацуко.

— Думиса, можешь спустить меня. Тут немного осталось, — я похлопал по плечу здоровяка. Мы уже подошли к подножию небольшой каменистой горы, и наверх вела извилистая узкая дорожка. Отсюда была видна часть деревянного забора.

Думиса без вопросов присел, и я слез. Я благодарно похлопал африканца по плечу ещё раз. То, как он без лишних вопросов выполняет мои приказы, импонирует. Я знаю о его ситуации, о его семье. Дед помог ему. Но обычно люди быстро забывают добро, Думиса же совсем не такой.

Погрузившись в свои мысли, я не заметил, как мы вышли на прямой участок дороги, ведущий к поселению. Отвлёкся, только когда деревянные ворота отворились и к нам вышла делегация из пяти человек.

Её возглавлял азиат лет двадцати, одетый в костюм-двойку. Его правый рукав был аккуратно срезан, а татуировка Эвольвера, – чёрная, как смола, —- была обнажена. Атомос Распада, один из самых редких видов Эвольверов.

Я напрягся и приподнял руку, тормозя ребят.

Позади азиата шли четверо – двое европеоидов, азиат и араб.

— Я – Хенг Хуан из рода Хуан. И я заявляю, что вы – члены Синдиката – ногой не вступите в моё поселение, — Хенг с наглой улыбкой посмотрел мне в глаза. На его пальцах появился чёрный дымок. — Особенно ты, Владислав Ли. Или мне называть тебя Дельта?

Я поморщился. Хенг Хуан… Этот конченый урод выделился в прошлой жизни намного позже. Роды Ли и Хуан – враги. И последние сыграли немаленькую роль в уничтожении рода Ли. Включая Хенга Хуанга – Повелителя Тлена, как его называли в сети.

— Босс, мне раскидать их? — тело Думисы покрыла желтоватая броня, его кулаки сжались, накапливая свечение. Африканец будто стал больше, выше.

Хенг и его люди напряглись. Все они были Эвольверами, но никто из них не был Слабым.

Мирослава приподняла правую ладонь, и перед ней взлетели лезвия. Нацуко покрылась металлической бронёй. Лианг встал в боксёрскую стойку, а Джао вытащила нож.

— У вас проблемы, — вдруг усмехнулся Хенг, и на стене поселения появились десятки людей с луками и арбалетами. Ещё десять выбежали и присоединились к группе Хенга. Все – Эвольверы.

Напряжение повисло в воздухе. Пространство между нами словно наэлектризовалось, и казалось, я вот-вот увижу искры ненависти, разбегающиеся от Хенга, как круги по воде. Проанализировав ситуацию, я принял решение и заговорил.

Глава 17. Ночь на плато

— Атомос со способностью Распада, как неожиданно, — я пристально смотрел в глаза Хенгу. Тот после моих слов резко стал серьёзнее. В сети пока не появилась информация о столь редкой ветке развития, и Хенг считал, что он первый человек с чёрной татуировкой.

— Думиса и Мирослава – Слабые. Даже без моей помощи они справятся со всеми. Вы недооцениваете наличие второй способности.

— Покажи тату, — потребовал Хенг.

— Сколько ты Нейтрино потратил, выпустив дымок? — я усмехнулся. — Где-то половину, да? Сила распада жрёт неприятно много энергии, согласись.

Хенг деактивировал свою способность, и дым на его пальцах рассеялся.

— Останьтесь у нас, — Хенг вдруг широко улыбнулся и указал рукой на поселение. — Обещаю, ночь вы проведёте в безопасности!

Обращался он почему-то к Мирославе, пожирая её глазами. Нацуко передёрнула плечами. Хенг так очевидно врал, что даже не скрывал этого.

— Мы останемся на горе, но не в вашем поселении, — ответил я и уверенно пошёл вперёд – прямо на Хенга и его группу поддержки.

Ребята направились за мной. Хенг первым отошёл в сторону, его примеру последовали и остальные. Они молча буравили нас взглядами, но я даже не посмотрел на них. Меня интересовало одно – почему Хенг полез в Изначальный Мир в числе первых? В прошлой жизни почти все, у кого был выбор, предпочли войти в Изначальный Мир через год-два после Затмения, когда смертность новичков снизилась до десяти процентов. Но в этой жизни этот момент наступит ещё не скоро: монстров на горах очень много, поселений мало, а смертность пока превышает пятьдесят процентов, если я не ошибаюсь.

Мы поднялись к воротам, но не вошли в них, а направились вдоль стены. Справа от поселения раскинулось широкое плато, в будущем там построят рынок.

— Вот уроды, — буркнул Лианг. — Надо было прикончить их.

— Убить? — испуганно переспросила Мирослава.

— Да! Слушай, в будущем рано или поздно нам придётся убивать людей. И тебе тоже.

— Я не смогу, — помотала головой Мирослава. — Это же люди!

— Владислав правильно сделал, что не устроил разборки, — вздохнула Нацуко. — Кстати, а что за Распад?

— Уничтожение, расщепление на молекулы, — на автомате ответил я.

— Ого… — Лианг оглянулся. — Я тоже такую способность хочу!

— Я слышала про этого Хенга, — Нацуко скривилась. — Третий сын главы рода Хуан. Тот ещё урод. О нём много отвратительных слухов ходит. Но он очень талантливый, и глава рода потакает ему.

— А какие слухи? — заинтересовалась Мирослава.

— Например, он девушек до смерти мучает. И ему нравятся такие как ты – с европейской или славянской внешностью, с модельными ростом и фигурой. Год назад скандал был, пропала девушка из рода Беккеров. И подозревали Хенга. Но тогда удалось всё замять, деталей я не знаю.

— Ужас какой, — пробормотала Мирослава.

О да, Хенг Хуан ещё тот ублюдок. В прошлой жизни в дневнике Мейли я прочитал, что он несколько раз приставал к ней. И один раз даже ударил, когда она его оттолкнула. Повезло, что они были на каком-то приёме и он не осмелился сделать что-то большее.

Природа несправедлива, и такому уроду, как Хенг, достались талант и ум. В прошлой жизни он поздно стал Эвольвером – спустя год или полтора после Затмения, но быстро развился и занял ключевую позицию в роде Хуан. Однако в этой он отчего-то начал свой путь гораздо раньше, и опасность, исходящая от него, значительно возросла. С этим придётся что-то делать.

— Осведомлённость Владислава снова помогла нам, — усмехнулся Лианг, когда мы остановились. — Теперь все будут думать, что он – Атомос Распада, как и этот Хенг.

— Он с такой уверенностью говорил, что даже я так подумала, — прошептала Мирослава.

Я усмехнулся. К сожалению, мой генотип не подходит, чтобы развиваться в направлении Распада. Однако базовая способность, которую я хочу получить, невероятно редкая. И полезная. По исследованиям Дельты шанс на её выпадение – примерно одна сотая процента. Точно такой же как у Ядерного Атомоса получить базовым навыком Превращение в Свет. В прошлой жизни я знал лишь об одном человеке с последней способностью, и это лучшего всего говорит о её редкости.

Вещей у нас с собой было мало, поэтому устроились мы с минимальными удобствами. Ребята уже стали Эвольверами, им достаточно трёх-четырёх часов сна, в отличие от меня.

Думиса нарвал траву, накидал её небольшой кучей и сверху положил свою куртку, а вместо подушки приспособил свой рюкзак, набитый чем-то мягким. Забрал у Лианга его кофту и сказал:

— Ложись, Босс. Мы тут сами разберёмся с дозором, ты отдыхай.

Я поблагодарил Думису и лёг, укрывшись кофтой Лианга. За прошедший день я успел сильно устать, поэтому уснул почти сразу.

***

Думиса сидел на каменной глыбе и смотрел в сторону поселения, от которого доносились людские крики, звериное рычание и скулёж. Редкие всполохи огня освещали часть стены. Минут двадцать назад на поселение напали монстры и начался бой.

Справа заворочался Босс, но не проснулся – так устал за день, что его не разбудило развернувшееся под боком сражение. Нацуко лежала и смотрела в небо, полностью в своих мыслях. Лианг и Джао спали, Мирослава сидела на своей куртке, обняв колени, и тоже смотрела на поселение.

Думисе, не считая Босса, больше всех нравилась Мирослава. Она напоминала его мать – такая же добрая, с большим сердцем. Всем остальным Думиса не доверял. Лианг – дурак и болтун. Не может закрыть рот, даже когда они бегут по лесу, полному смертоносных монстров. Джао слишком высокомерная. Она уважает только Нацуко и Босса, остальных не замечает. А на него смотрит как на пустое место. Но она исправно сливает всё своё Нейтрино, укрепляя ножи Мирославы один за другим. Хотя бы исполнительная, приказы слушает. Нацуко же в первую очередь думает о себе. Думиса уверен, в случае опасности она сбежит, спасая свою жизнь.

Но Думиса хранил свои мысли при себе. В тот судьбоносный день он поклялся, что всю жизнь посвятит Владиславу и будет служить ему верой и правдой.

В Изначальный Мир Думиса сунулся не из-за хорошей жизни. В далёком прошлом дед Думисы – Дустт Санкара – в свои двадцать пять основал компанию, которая за десять лет разрослась в огромную корпорацию.

Детство Думиса провёл в роскоши. Его родной город – Киншаса, один из самых крупных во всей Конфедерации, и семья Санкара пользовалась в нём уважением. Но несчастный случай забрал жизнь Дустта. Отец Думисы не смог в одиночку удержать компанию, её растащили коллеги и родственники, а родителей Думисы загнали в долги. Единственное, что осталось от былых активов, – особняк за городом, в котором и поселилась семья Санкара. Никто не протянул руку помощи в час нужды, все отвернулись от павших.

Чтобы погасить долги, отец и мать Думисы согласились работать на тайном объекте, участвовать в производстве чего-то засекреченного. И там они погибли. Причина – производственная травма.

Думиса пытался узнать правду, но ничего не добился. Да и времени у него не было – на шее сидит шесть младших братьев и сестёр. Да-да, шесть.

Выплаты за смерть родителей помогли семье продержаться. Но Думисе пришлось продать особняк и переселиться в квартиру. Деньги продолжали таять, а на зарплату Думисы невозможно было содержать всю семью.

После смерти родителей Думиса не думал о себе, он все силы тратил на заработок денег. Забросил музыку и математику, которыми увлекался с раннего детства. Даже любимые инструменты, которые считал своими единственными друзьями, продал – скрипку и пианино. У него не было друзей среди сверстников – зашитая заячья губа отталкивала детей и подростков.

Дед запрещал изменять его внешность – говорил, что на то воля Духов. Думиса долгое время не понимал, почему нельзя было убрать этот уродливый шрам, ведь деньги и возможности были! Но позже начал понимать деда. Шрам заставил маленького Думису пережить множество испытаний, закалиться. Настоящий мужчина должен преодолевать, так говорил дед. Нет сложностей – создай их сам! Наложи на себя аскезу, ограничь себя. Именно благодаря шраму Думиса стал тем, кто он есть. Духи закалили его.

Пока братья и сёстры росли, Думиса работал как мог. Дважды они переезжали – и каждый раз в квартиру меньше. Пока не поселились в двухкомнатной, где о личном пространстве пришлось забыть.

Находились добрые люди, которые помогали многодетной семье. Кто-то сидел с малышами, кто-то прибирал дом, кто-то покупал продукты. Но Думиса понимал, что скоро его накопления закончатся и тогда брату и сестре придётся уйти из школы, а ещё двум братьям – из садика.

Всё изменилось после Затмения. Африканская Конфедерация – самая молодая и самая слабая страна среди шестёрки. Она отстаёт как в экономическом, так и в военном плане. И Затмение подарило шанс изменить ситуацию. В Конфедерации это понимали, поэтому бросили все силы на освоение Изначального Мира.

Правительство набирало людей, обещая золотые горы. И Думиса подписал контракт – за каждый день в Изначальном Мире он получал десять тысяч рэндов. Если приносил полезную информацию – больше, зависело от того, насколько сведения ценные. А в случае его смерти государство будет выплачивать всем братьям и сёстрам ежемесячные пенсии вплоть до их совершеннолетия.

Думиса предупредил тётю Апудо – добрую женщину-соседку, которая сидела с малышами, – и ушёл в Изначальный Мир. Он верил, что выживет. Дед всегда говорил ему, что он избран Духами.

А потом Думиса встретил Владислава. Человека, от которого исходила невероятная внутренняя сила. Чем-то Владислав напоминал ему деда – он тоже нисколько не сомневался в принятых им решениях, был абсолютно уверен в себе. Думиса решил довериться ему и не прогадал, в первую же охоту получил Жидкое Ядро и стал Эвольвером – первым в мире. Владислав, не моргнув глазом, подарил ему просто невероятную возможность.

В родном городе Думису встретили как героя. Несмотря на проблемы с сетью, о первом Эвольвере узнали все. Племя Каборе, хозяева города, старательно распространяли слухи о нём.

Но изменилась ли жизнь Думисы к лучшему? Нет. Сразу же после возвращения его увезли в исследовательский центр, где несколько дней ставили на нём опыты. Думиса не запомнил те дни. Остались только смутные воспоминания, как его кололи в вену. Ни боли, ничего.

Но со временем появлялось всё больше Эвольверов, в разных странах загорались свои звёзды, и африканский народ хотел услышать вести о нём, Думисе, первом Эвольвере человечества. И его отпустили. Но не домой – записали в армию Племени и заставили служить под началом полковника Готто Джумоки, который сразу же невзлюбил Думису.

— Выскочек не любят, мальчик, — Готто говорил так каждый день, при каждой встрече. Но вёл он себя вполне дружелюбно, скрывал ненависть.

Несколько раз во время охоты Думиса чуть не погиб из-за приказов Готто. Позже он узнал, почему полковник его не выносил, – Дустт Санкара враждовал с отцом Готто и засадил того в тюрьму.

С тех пор как он вернулся из Изначального Мира, Думису ни разу не пустили к братьям и сёстрам. С каждым днём Думиса всё больше отчаивался. Он понимал, что у него нет выхода. Рано или поздно Готто добьётся своего и Думиса погибнет. Думиса боялся за жизни своих братьев и сестёр, поэтому остерегался действовать необдуманно и терпел. Слава первого Эвольвера принесла ему лишь одни неприятности.

Но вскоре всё изменилось. Благодаря одному человеку – Борису Уральскому. Дед когда-то рассказывал о нём во время застолья, хвастаясь, что встречался с таким влиятельным человеком.

И этот Борис Уральский из далёкой Руси, которому даже дед кланялся, вмешался в жизнь Думисы. Причём сделал это максимально быстро и кардинально: буквально за вечер Думису объявили почётным гражданином и освободили от всех обязательств – теперь он может посещать Изначальный Мир по своему желанию. В тот же день с Думисой встретился человек Бориса Уральского – загорелый старый славянин – и объяснил, почему на него свалилось такое счастье.

— Борис Уральский – родной дедушка Владислава Ли-Вавилонского. И внук попросил Бориса помочь вам.

Думиса не знал, что ответить.

— Твои братья и сёстры перевезены в новый дом. Со школой и садом проблем не будет, как с няней и слугами. Но советую тебе подумать о переезде – сейчас в Конфедерации небезопасно. Ваша страна миллионами гонит людей в Изначальный Мир. Хуже только Индия.

— Мои братья и сёстры… — голос Думисы стал хриплым.

— Они в порядке. Но тысячам других детей не так повезло. Родственники погибших не получили ни рэнда, у страны не хватит денег, чтобы заплатить всем. Они и не планировали. Цель Конфедерации – как можно скорее укрепиться в Изначальном Мире, получить преимущество. Поэтому снова советую тебе сменить место жительства. Уральское Княжество с радостью примет тебя и твою семью.

Думиса некоторое время молчал.

— Вы упомянули новый дом? — тихо сказал он.

— Да, вот.

Старик протянул Думисе планшет, на экране которого сиял белый трёхэтажный особняк. Думиса завороженно пролистал фотографии с внутренними комнатами.

— И это… мне? — не поверил Думиса.

— Да, — старик усмехнулся. — Борису пришлось заключить невыгодный контракт, чтобы тебя освободили. Этот особняк – мелочь.

— Но зачем? — Думиса не понимал.

— Потому что внук попросил, — пожал плечами старик. — Борис не мог связаться с тобой напрямую, поэтому оставил видеосообщение.

Старик забрал планшет, потыкал в него, подслеповато щурясь, и вернул. Думиса включил видео.

— Я знал твоего деда, — не здороваясь, начал Борис Уральский – усатый старичок, полноватый и неповоротливый. — Выглядел он бомжевато, но мужик правильный. В Духов верил, говорил, что они меня избрали.

Борис хмыкнул.

— Ты, Димон, приглянулся моему внуку. И всё, что ты получил, – его заслуга. Если ты хоть немного такой же как твой дед, ты не забудешь добро.

Видео закончилось.

— Мы подъезжаем, — старик забрал планшет и повернулся к окну.

Думису переполняли чувства, к горлу подкатил ком. Родственники и друзья его родителей отвернулись от них, как только настали трудные времена. И Думиса не ожидал, что в самый ужасный момент в его жизни совершенно чужой человек подаст руку помощи.

Той же ночью Думиса, стоя на балконе своего нового особняка, поклялся перед Духами, что будет служить Владиславу Ли-Вавилонскому до самой смерти. Жизнь за жизнь, добро за добро – Духи благословят его выбор.

***

Я проснулся утром. Тело ломило, настроение было ужасным.

— Владислав проснулся! — радостно известил всех Лианг. — Слушай, я тебя хотел часа два назад разбудить, но Думиса не дал!

— Правильно сделал, — буркнул я, вставая.

Пока спал, ребята облагородили наш уголок – обустроили место для умывания, туалет.

Я ополоснулся и взбодрился.

— Ночью на поселение напали! — жарко рассказывал Лианг. — Уверен, что монстры прорвались внутрь! Но защитники смогли отбиться, утром всё успокоилось. А если бы нас пустили – могло бы и без жертв обойтись. Я своим Толчком всех в мясную пасту бы превратил!

Я позавтракал печеньем, запил водой. Если появится шанс, надо приготовить мясо монстров, оно не только вкусное, но и полезное. В будущем появятся Эвольверы-гурманы, которые будут ходить в Изначальный Мир только за новыми деликатесами.

— Владислав, что дальше? — Нацуко зевнула. — Надеюсь, что мы успеем справиться до ночи. Не хочу ночевать тут еще раз.

Я медленно дожевал печеньку и ответил:

— Сперва спустимся с горы. Собирайте вещи.

Нацуко пожала плечами и подобрала с земли свой рюкзак. Пока ребята собирались, я размышлял над дальнейшими действиями. Нужное мне место находится на краю горы, и нам идти туда часов семь-восемь. По пути надо сделать всех членов Синдиката Слабыми Эвольверами. Поэтому я вижу единственный выход – переночевать в следующем поселении. Но говорить об этом сейчас не стоит.

Когда ребята собрались, мы пошли в сторону поселения, где царствовал Хенг Хуан, – только оттуда вилась дорога вниз. С плато разве что прыгнуть можно, но без способности полёта это закончится смертью.

Люди на стене проводили нас настороженным взглядами, но ничего не сделали.

Спускаясь, я заметил, как вдали падает дерево. Присмотрелся, но не смог разглядеть, что там происходит.

— Думиса, ты видишь? — спросил я. У Слабого Эвольвера зрение развито гораздо лучше, чем у обычного человека.

Африканец присмотрелся.

— Чёрное пятно. Дерево умирает. Что-то страшное.

— Дерево медленно покрывается чёрным и превращается в пепел? — уточнил я.

— Да.

— А людей видишь?

— Вижу, — Думиса подался вперёд и прищурился. — Они с кем-то сражаются.

— Кто это? — подала голос Нацуко.

Я задумчиво посмотрел на неё, затем перевёл взгляд на Мирославу.

— Дай мне свой лучший нож, который Джао укрепила. Мы с Думисой сходим туда и проверим.

— А мы? — возмутился Лианг.

— Вы продолжайте спуск. Мы вас догоним.

Я выразительно посмотрел на Думису. Тот кивнул, повернулся ко мне спиной и присел.

— Забирайся, Босс. Так будет быстрее.

— Владислав, ты…

Я забрал у Мирославы нож и улыбнулся.

— Не бойся, мы быстро. Джао, присмотри за ними.

— Да, — она серьёзно кивнула.

Я залез на спину африканцу, и тот побежал. Ребята остались позади.

— Мы будем убивать, Босс? — тихо спросил Думиса. — Людей?

— Да.

Глава 18. Убийство

Думиса добежал до подножия горы за пять минут. По дороге мы никого не встретили – слишком рано для охоты, многие ещё спят, отдыхая после ночной битвы за поселение. Думиса поставил меня на землю, и мы вошли в лес. Двигались тихо, не переговариваясь.

Через десять минут услышали крики и рычание. Знаком я велел замедлиться и указал на дерево, мы аккуратно полезли по нему вверх, стараясь не шуметь. Непонятно откуда взявшаяся змея попыталась укусить меня, но Думиса ловко поймал её и отшвырнул в кусты.

С высоты, устроившись на ветке, я смог рассмотреть, что происходит внизу. В метрах двадцати от нас развернулось сражение. Два Эвольвера с металлическими копьями сдерживали напор здоровенного чёрного ящера, ростом им по пояс. Я сразу узнал его – Чёрный Варан, Вожак близкий к Атомосу Трансформации. Он может стрелять собственными костями и создавать из них шипы на спине, рог на голове и защитный панцирь по всему телу. Но сейчас Вожак был сильно ранен – что-то чёрное тлело на его морде, разъедая шкуру и выступающие, словно колючки, кости, которые непрерывно росли.

Один из Эвольверов, сдерживающий Вожака, был покрыт каменным доспехом – Гравитос Земли с базовой способностью Каменный Доспех. Недалеко валялись обломки глыбы, из которой он и создал свой доспех. А у второго Эвольвера по всему телу бугрились мышцы, и от него шёл пар – Атомос Трансформации с Улучшением Тела, самым распространённым навыком этой ветви развития. Позади них стоял третий Эвольвер и внимательно следил за боем. На его ладони плясал огонёк. Ядерный Атомос с Манипуляцией Огнём.

Я внимательно оглядел поле боя и, наконец-то, заметил, кого искал. Хенг Хуан сидел на поваленном чёрном дереве. Бледный как труп. Его руки дрожали, пальцы почернели. Из носа, глаз и ушей течёт кровь, и её вытирает сидящая рядом девушка-азиатка. Не могу разглядеть цвет её татуировки – то ли серый, то ли белый.

Я усмехнулся. Атомосы Распада опасны не только для врагов, но и для себя. Я провёл много времени с Адель и прекрасно знаю их сильные и слабые стороны. Разрушение неостановимо – когда Нейтрино заканчивается, способность Атомоса начинает пожирать его собственные жизненные силы. И в первый раз это трудно контролировать – происходит всплеск энергии. Именно он и уничтожил дерево, из-за него земля вокруг почернела.

Вожак вдруг заревел ещё громче и замотал башкой. Из его спины и боков выстрелили острые костяные колья. Один из них воткнулся в грудь Атомоса Трансформации, легко пробивая бугрящиеся мышцы. Тот умер моментально. А вот Эвольвер с Каменным Доспехом выдержал два попадания, но его защита слетела.

— Ещё немного! — крикнул Хенг и закашлялся. — Мне нужен Вожак!

Ядерный Атомос атаковал огненным сгустком, тот врезался в морду ящера и разлился по толстой шкуре. Но это только разъярило Вожака, он резко подскочил к Эвольверу и ударил головой – на ней вырос чёрный костяной рог, который проткнул человека насквозь. Гравитос Земли, увидев смерть второго напарника, бросился через кусты прочь.

— Уходим! Помоги мне, дура! — заорал Хенг.

Девушка-азиатка, поддерживая Хенга, потащила его в лес. Вожак зарычал, помотал головой и бросился в другую сторону.

— Готов? — я глянул на Думису.

Тот уверенно кивнул.

— Постарайся девчонку не убивать. Но она не должна тебя заметить. Не позволяй Хенгу использовать способность.

— Понял, Босс. Духи защитят вас, пока меня не будет.

Думиса ловко спрыгнул с дерева и побежал к кустам, за которыми скрылись Хенг и азиатка. Я крепко сжал в левой руке нож и застыл. Ждать пришлось недолго – через пять минут африканец вышел из-за соседнего дерева, неся на руках Хенга и азиатку. Парня он кинул на землю, как мешок с сеном, а девушку аккуратно уложил.

Я спустился и проверил их состояние. Оба живы.

— У девушки сотрясение, — гулко сглотнув, сказал Думиса и отвёл взгляд. — Её нельзя оставлять в лесу. Сожрут.

Я промолчал. Присел у головы Хенга и воткнул ему в висок нож. Вытащил клинок, аккуратно вытер об одежду азиата. Проверил его карманы, но ничего не нашёл.

— Быстрая смерть, — хрипло пробормотал Думиса. — Ты великодушен, Босс.

— Видел зверей поблизости? — я встал и огляделся. — Можешь тело кинуть к ним?

— Прости меня, — Думиса подошёл к трупу Хенга, поднял его за одежду. На меня он не смотрел. — Я не так силён, как ты, Босс. Прости.

— Ничего. Это не твоя ошибка.

Думисе на вид лет двадцать пять, и я совсем забыл, что ему восемнадцать. Он никогда не убивал, ему сложно сделать это хладнокровно, не в битве. Мой промах.

Думиса унёс труп Хенга. Я проводил его взглядом и проверил татуировку девушки. Белая. Значит, Атомос Синтеза.

Через пару минут я услышал собачий лай, и вскоре ко мне выбежал Думиса. Он за шею тащил бурую тушу мёртвого монстра – Дикой Собаки Динго.

— Выкинь, — сразу же приказал я. — Бери девушку и бежим. Быстрее!

Думиса выбросил труп, поднял азиатку, и мы побежали.

— Эти монстры – стайные, — отрывисто объяснил я. — Убьёшь одного, сразу привлечёшь внимание остальных. И они очень быстрые. Если возьмут след, нам конец.

Думиса подхватил меня и резко ускорился. Несмотря на его тёмную кожу, было заметно, что он побледнел.

— Прости, — просипел Думиса.

— Ты не виноват, — заговорил я, терпя боль, – он чересчур сильно сжал меня. — Но в будущем тебе придётся убивать людей, подготовься к этому. И если видишь стайных зверей, не трогай. Без подробного плана мы можем погибнуть.

— Мысли затуманились, — пробормотал Думиса. — Хотел доказать… Ошибка.

Вдали показались ребята. Они стояли у подножия горы и ждали нас. Рядом с ними мелькали люди, спешащие в лес, – жители поселения уже проснулись и начали выходить на охоту.

— Оставь девушку тут, — приказал я. — Собаки нас не догнали, значит, не взяли след. Тут её быстро найдут, если она не очнётся.

Думиса замедлился, остановился. Уложил девушку на траву. Азиатка что-то простонала и свернулась калачиком, схватившись за голову. Похоже, Думиса неслабо её треснул.

Увидев, что девушка медленно приходит в себя, Думиса выдохнул с облегчением и побежал к ребятам.

— Поставь меня, — попросил я, когда мы приблизились к ним.

Думиса расслабил руку, и я почувствовал землю под ногами.

— Кого вы тащили? — сразу же спросила Мирослава. — И почему оставили там?

— Уходим, — велел я, направляясь в лес. — Можем успеть добить Вожака.

— Добить? — уточнила Нацуко.

— Да. Группа Эвольверов напала на Вожака, почти все погибли. Мы спасли девушку, остальных не успели.

Некоторое время все молчали, переваривая услышанное.

— А почему ты оставил девушку там? — повторила вопрос Мирослава.

— Чтобы нас не связали с гибелью группы, — легко ответил я. — После вчерашней ссоры могут всё на нас скинуть. Девушка очнулась, она жива и здорова.

Я вёл ребят в сторону, куда убежал Чёрный Варан. Несколько раз они забирались на деревья и проверяли округу.

— Вижу! — крикнула Нацуко с вершины необычного ясеня, у которого каждый листок был в форме идеального ромба. — Чёрный ящер, лежит в овраге, рядом с камнями!

Нацуко спустилась и показала дорогу. Мы подошли к краю оврага. Он выделялся на фоне зелёной травы и деревьев – наполненный гладкими круглыми камнями, без единой травинки. На дне лежали здоровенные булыжники. Возле одного из них и устроился Ящер. Он спрятал голову за камнем, поэтому мы не могли рассмотреть его рану с нашего места. Судя по дрожи, Вожак жив и испытывает боль.

— Этот монстр опасный, — со страхом в голосе предупредил Думиса.

— Ты уже разобрался в Доспехе Массы? — не отводя взгляда от Вожака, спросил я.

— Да, ночью. Он уменьшает массу ударов, как-то так. Не понимаю точную механику.

— Слушай, звучит как бред, — заметил Лианг.

— Пусть Духи сожрут тебя, — буркнул африканец.

— Так, Думиса. Надень Доспех Массы, подойди к нему и сломай его голову, — приказал я.

— Э… — Думиса замешкался. Он явно побаивался Ящера после того, как увидел его в действии. — Да.

Он начал спускаться.

— Ты уверен? — Мирослава с тревогой посмотрела на меня. — Этот Вожак убил стольких Эвольверов, а ты отправляешь Думису в одиночку?

— Смотри. Скоро сама всё увидишь.

Тело Думисы покрылось жёлтым свечением. Его правый кулак уплотнился. Думиса подходил очень осторожно. Но Ящер заметил его и зашипел. Его хвост ударил по земле, в крошку дробя камни. На теле Вожака выступила костяная броня.

— Бей! — раздражённо крикнул я.

Вожак ранен и ослаблен. Тем более он уже стрелял костями и ещё не скоро сможет повторить эту смертоносную атаку. Поэтому я даже не сомневался, что Думиса убьёт монстра. Но вот если бы Чёрный Ящер был цел, я бы не полез к нему.

Думиса после моего крика вздрогнул и резко побежал на Ящера, поднимая кулак. На лбу Вожака вырос чёрный острый рог, и монстр молниеносно им ударил. Но Думиса успел уклониться – рог задел край его доспеха и оттолкнул африканца, не нанеся урона. Думиса среагировал моментально и подскочил к голове Варана.

Удар!

Тяжёлый правый кулак пробил череп Вожака насквозь, убивая монстра наповал.

— Мирослава, кинь Думисе нож. И достань второй куб – Жидкое Ядро спрячем в нём.

— Это же Вожак! — воскликнула Нацуко. — Я смогу стать Слабой, если использую оба Жидких Ядра!

Она имела в виду Жидкое Ядро Чуткого Волка, которое Мирослава убрала в кубик с жидким гелием-три.

— Используем, когда ты будешь ранена, — просто ответил я.

Нацуко хватило секунды, чтобы понять.

— Хорошая идея. Но надеюсь, меня не ранят…

Пока Мирослава и Думиса возились с трупом, я внимательно оглядывался. В этом овраге вряд ли жил только Варан. Хм, а почему крошечные обломки скал подрагивают? Как будто под землёй какое-то движение…

— Готово, — Мирослава убрала кубик с Жидким Ядром в сумку.

— Бегите сюда! — крикнул я, осознав в чём дело. — Лианг, готовь Толчок!

Под телом Варана образовался провал, куда посыпались мелкие камни и начали скатываться булыжники. Мирослава и Думиса рванули к нам.

— Кого бить?! — возбуждённо спросил Лианг.

Я не ответил. Из-под земли показалась гигантская пасть и поглотила Чёрного Варана. Разумный Кристальный Червь!

— Уходим, быстро! — у меня бешено бился пульс, в горле пересохло. Страх липким лапками обхватил сердце.

Ребята, не задавая вопросов, бросились прочь. Минут через пять я с облегчением сказал:

— Замедляемся. Опасности нет.

— Что это был за монстр? — подала голос Нацуко. — И почему он настолько огромный?!

— Не знаю, — я покачал головой.

Монстр, которого мы видели, Разумный! Обычные Вожаки, Кристаллические Черви, не вырастают до таких размеров. Но почему Разумный здесь?

— Ты не знаешь? — удивилась Нацуко. — Я думала, что такого не может быть!

— Нам надо покинуть эту область, — мрачно сказал я. — Мы с Думисой видели Диких Собак Динго. Эти твари всю нашу группу загрызут без проблем. А ещё червь этот, его размеры ненормальные.

— Согласен, — кивнул Думиса. — Тут слишком опасно.

— А куда идём? — Нацуко нахмурилась.

— Туда, — я указал пальцем направление.

— Очень информативно, — хмыкнула она.

— Слушай, а почему те Эвольверы умерли? — влез в разговор Лианг. — Эта ящерица не кажется слишком сильной. Я ожидал чего-то очень опасного.

— Потому что они полезли к монстру бездумно, — ответил я. — Вспомни, мы убивали Вожаков, когда у нас было три Эвольвера. Без Слабых.

— Правда? — удивилась Джао.

— Металлический Воробей, — отозвалась Мирослава.

— Да. И всё благодаря плану.

— Благодаря Боссу, — добавил Думиса. — Он составлял планы на сражение с каждым монстром. И Магнитные Броненосцы, и Красные Воробьи, и Молниеносный Ястреб – он использовал наши сильные стороны, чтобы убить врагов. А те Эвольверы недооценили силу Вожака, поэтому и погибли. Босс – избранный Духами.

Следующие минут тридцать мы бежали в тишине. Я снова забрался на спину Думисе, когда начал отставать. Слова африканца заставили всех ребят задуматься. Они начали забывать, благодаря кому стали Эвольверами и подняли чистоту ДНК.

Пока я пытался составить дальнейший план и выбрать подходящую цель, монстры сами нас нашли.

— Слушай, я один замечаю следы на деревьях?

Услышав Лианга, я пригляделся. На каждом дереве кора в некоторых местах была обгоревшей.

— Замедляемся, — моментально отреагировал я. — Это змеи с огненными способностями.

После моих слов раздалось шипение – в траве спереди и справа показались полосатые красно-чёрные змеи. Красные полоски на их телах вспыхивали искрами. Я не смог вспомнить название этих тварей – на горах живёт слишком много монстров, а мой мозг не так развит, как в прошлой жизни.

Я спрыгнул со спины Думисы и вовремя – ближайшая змея бросилась на африканца. Но тот успел покрыться Доспехом Массы и поймал монстра. Сжал пальцы, раздавливая ему голову.

— На! — Лианг вскинул руку, и сразу две змеи превратились в кровавые кляксы. Ещё одну поймала Нацуко металлическими руками, и Джао отрезала той голову.

Мирослава орудовала ножами, ловко разрубая змеиные тела. Её контроль значительно улучшился, и лезвия порхали в воздухе, как пчёлы. Бой продлился меньше десяти секунд. Уцелевшие змеи уползли, оставив позади себя семь трупов своих сородичей.

— Так легко? — удивился Лианг. — Слушай, а где Вожак? Эту мелочь неинтересно бить.

— Собираем Жидкие Ядра, — приказал я, тревожно оглядываясь. — Один Лиангу, один Нацуко и пять Джао. Поторапливайтесь, пока Вожак не появился.

Никто не стал спорить. Ребята быстро вытащили Жидкие Ядра и распределили их, как я велел. Все змеи были развитыми монстрами и уже сформировали Жидкие Ядра. Видимо, молодняк остался в гнезде.

— Четыре целых девяносто две сотых, — отчитался Лианг.

— Четыре и тридцать один, — следом за ним доложила Нацуко.

— Четыре и семь, — самой последней отозвалась Джао.

— Уходим. Продолжаем путь.

Мы собрались и побежали.

— Вожак испугался, да? — спросил у меня Лианг.

— Скорее всего, — кивнул я. — Змеи очень осторожные и не лезут на рожон.

— Нам надо убить двух Вожаков, и тогда вся группа, кроме Владислава, будет состоять из Слабых Эвольверов, — подала голос Джао. — Если я не ошибаюсь, мы будем сильнейшей из существующих групп.

Джао редко говорила. Ей в свои двадцать девять было не очень уютно в компании подростков. Но она сблизилась с Нацуко и Мирославой и полностью укрепила уже шесть ножей. В моей прошлой жизни один такой нож можно было продать за несколько миллионов юаней. Спрос был огромным, а предложения недоставало.

— Даже у Клоунов всего двое Слабых, — с гордостью сказал Лианг. — Правда, неизвестно, сколько Слабых у государственных армий. Может, мы и не самая сильная группа.

— Поверь, у них не всё так гладко, — не согласилась Джао. — Информацию о каждом Вожаке приходится добывать потом и кровью. То, как вы легко убиваете Вожаков, невероятно.

— Куа! Куа! — до нас донеслось эхо обезьяньего крика. Следом за ним – далёкий человеческий визг.

— Куа! Куа!

— Это что? — Мирослава испуганно посмотрела на меня.

— Обезьяна убивает человека. Идём в ту сторону, — ответил я, вытащив нож, который так и не отдал Мирославе. Взял его поудобнее левой рукой, поправил протез на правой.

Крики этой обезьяны мне хорошо знакомы. Вожак Скачущая Макака, быстрая, как тень, тварь. Бесшумная и невероятно опасная – подбирается жертве за спину и бьёт её небольшой дубиной, она может в труху сломать кости даже самых крепких Эвольверов.

— Мирослава, будь готова. Думиса, Нацуко – используйте броню, как только добежим. Вы впереди. Лианг, Джао – вы со мной.

Я замедлился, пропуская Думису и Нацуко вперёд. За ними пристроилась Мирослава, а позади неё уже я, Джао и Лианг.

— Мирослава, медленнее. Нацуко и Думиса должны первыми попасть на глаза монстру.

— Я, вообще-то, не Слабая, — нервно напомнила Нацуко. — А ты меня в бой посылаешь!

— У нас Жидкое Ядро Вожака. Если тебя ранят – исцелим.

— А если убьют?! — Нацуко слегка повысила голос.

— Доверяй своим товарищам, Нацуко, — холодно отрезал Думиса. — Мы не позволим тебе умереть.

Нацуко ничего не ответила.

Когда впереди показалась поляна, я замедлился. На ней лежало три трупа, и над одним из них склонилась серая макака. Одной лапой она отрывала мясо со спины мертвеца и засовывала себе в рот, а другой – держала окровавленную белую дубину с утолщением на конце.

Как только Думиса и Нацуко показались на поляне, макака повернулась. В следующее мгновение её очертания размылись – настолько быстро она двигалась.

Треск!

Думиса отлетел, получив удар дубиной. Ножи Мирославы просвистели мимо макаки – слишком быстро она перемещалась. Обезьяна, врезав Думисе, молниеносно пробралась за спину Нацуко и ударила её по спине. Раздался жуткий хруст. Девушка коротко вскрикнула и повалилась на землю, потеряв сознание. А в следующую секунду упала уже макака – с моим ножом в шее.

— Мирослава, дай Нацуко оба Жидких Ядра. Сперва Чуткого Волка, потом Ящера, — спокойно сказал я и подошёл к макаке. Вытащил нож из её шеи и вытер о траву.

— Мирослава, быстрее!

Только после моего окрика та, вздрогнув, очнулась. Она бросилась к Нацуко. Ко мне, прихрамывая, подошёл Думиса. Рукой он держался за бедро. Но Доспех Массы защитил Думису, и он обошёлся простым ушибом.

— Босс, вы великолепно метаете ножи, — пробормотал он.

— Лианг, забирай Жидкое Ядро макаки. Хватит таращиться! Работайте быстрее!

— Слушай, я думал нам конец! — Лианг побежал к трупу макаки. — Эта тварь двигалась так быстро, что я её не видел! Но потом ты так спокойно бросил нож, и всё! Убил сразу! Я не знал, что так можно! Это же Вожак, Будда его сожри!

Тараторя, Лианг умело вскрывал грудь макаки. К этому моменту Мирослава уже скормила татуировке Нацуко Жидкие Ядра, и тело той регенерировало на глазах.

— Есть! Я Слабый! — завопил Лианг.

Нацуко простонала и села. Её глаза заволокло туманом – явно читала о своём новом статусе и дополнительной способности.

— Ого! Вот это навык! — радостно воскликнул Лианг. — Слушай, это бомба!

— Уходим, — приказал я. — Расскажете о своих новых способностях по пути. Сейчас надо валить, пока на тело обезьяны другие Вожаки не сбежались.

Глава 19. Спуск

Оставив на поляне труп Скачущей Макаки, мы рванули прочь. Было немного жаль – в прошлой жизни за этого Вожака Эвольверы-гурманы отдали бы невероятные деньги. Особенно вкусными считались мозги – некоторые ели их даже сырыми.

— Какие у вас способности? — не выдержала Мирослава.

— У меня базовый навык изменился! — выпалил Лианг. — Теперь не Толчок, а Кулак Гравитации! И добавился дополнительный – Захват!

— А так бывает? — удивилась Мирослава.

— Я же говорю – бомба!

— Поздравляю, — я показал Лиангу большой палец.

Изменение базового навыка – редкость. Лиангу очень повезло. Если у Гравитоса Гравитации базовый навык Толчок выпадает в двадцати процентах случаев, то Кулак Гравитации появляется с вероятностью в три-пять процентов.

Не изменись базовый навык, то, скорее всего, Лианг получил бы в качестве дополнительного Усиление. Тогда мощность Толчка увеличилась бы. Но с Захватом наша стратегия боёв станет гибче и интереснее.

— Нацуко, а у тебя? — не унималась Мирослава.

— Слушай, у неё точно не такой крутой навык, как у меня, — самодовольно усмехнулся Лианг.

— Трансформация рук: Лезвия, — задумчиво отозвалась Нацуко. — Можно я использую навык? Во имя Аматэрасу, я хочу увидеть это!

— Используй, — кивнул я.

— А мне можно? — ко мне подбежал Лианг.

— Нет. Твои навыки отнимают много Нейтрино, проверишь их действие на монстрах.

Мы остановились у дерева. Нацуко глубоко вдохнула и вытянула руки перед собой. Её кожа окрасилась в металлический цвет, а пальцы вытянулись и слились в обоюдоострые лезвия. Чуть изогнутые, сантиметров восемьдесят в длину.

— Руки-ножницы! — воскликнул Лианг.

Нацуко взмахнула руками, со свистом разрезая воздух. Её движения были быстрыми, гибкими, сильными – становление Слабым Эвольвером значительно улучшило её тело.

— Будешь надоедать – писюн отрежу, — предупредила Нацуко и ударила руками-лезвиями перед лицом Лианга. Тот побледнел и отступил на несколько шагов.

— Атомосы Трансформации удивительны, — пробормотала Джао.

— Потратила двадцать процентов Нейтрино, — Нацуко отменила навык, и её руки вернули прежний вид. — Если сделаю всю кожу металлической и превращу обе руки в лезвия, то продержусь полминуты, не больше. И это, если шкала Нейтрино будет полной.

— Тридцать секунд – это много, — я одобрительно кивнул. — Хватит, чтобы убить.

— Или отрезать писюн, — Нацуко хищно улыбнулась Лиангу.

— Слушай, мы же друзья. Ты – моя подруга! Лучшая!

— Пф-ф-ф. Не дай Аматэрасу.

— Тише вы, — шикнул Думиса. — Не гневите Духов своим поведением.

— Всё, идём дальше, — я первым зашагал вперёд. Если меня не подводят внутренние часы, прошло уже полдня. За оставшуюся половину необходимо убить ещё одного Вожака, чтобы Джао стала Слабой.

Я был уверен, что мы справимся. Пик Син Шан ещё изучен плохо, звери и Вожаки здесь непуганые, и их много. Вот через несколько лет ситуация кардинально изменится.

— Может, ты уже скажешь, какого Вожака хочешь убить? — спросила Нацуко.

— Позже увидите, — загадочно ответил я.

— Слушай, ты сам не знаешь, да?

Я промолчал. Прислушался к тревожным звукам: где-то впереди рычали и выли звери.

— Обходим. Прямо по курсу много монстров.

Следующие два часа мы бежали через лес, иногда нарываясь на диких тварей. Лианг использовал Кулак Гравитации на двух Лесных Рысях: в воздухе проступили очертания прозрачного кулака, который снёс зверей и убил их о дерево. Оба Жидких Ядра забрала Мирослава и убрала в кубики.

— Слушай, а нам сейчас от обычных Ядер вообще толку, что ли, нет? — спросил Лианг, довольный тем, что продемонстрировал свою улучшенную способность.

— Нет. Чтобы повышать чистоту ДНК, Слабым Эвольверам нужны Жидкие Ядра Вожаков, — подтвердил я.

— Это будет сложно, — пробормотала Нацуко.

— Смотрите, поляна!

Мы вышли из леса и остановились. Впереди, куда ни глянь, простиралось поле – высокая трава нам по пояс. Лишь небольшие холмы и пологие овраги делали пейзаж более разнообразным.

— Мы тут будем как на ладони, — напряжённо заметил Думиса.

Я же слегка улыбнулся. Если рассматривать пик Син Шан сверху, то можно увидеть, что около восьмидесяти процентов пространства занимают лес и скалы. А двадцать – степь. Она расположена на южной стороне, там, где заканчивается вершина и начинается крутой спуск. Минуя степь, можно попасть на Большой Хребет – переход, ведущий на другую гору. Подобные хребты, или, как их ещё называют, мосты, соединяют почти все горы, на которые могут перемещаться люди.

— Идём, — я уверенно вошёл в траву. — Держимся кучнее, тогда на нас побоятся напасть.

Ребята последовали за мной.

— Ты хоть знаешь, куда идём? — спросила Нацуко.

— Да.

В степях пика Син Шан всего одно поселение. Именно туда я веду группу. Но по пути необходимо убить Вожака…

Шанс это сделать представился через два часа – к нам подлетел огромный орёл, размерами превышающий даже Молниеносного Ястреба. Я узнал его ещё на подлёте – Орёл Ветра, Вожак, близкий к Полеосу Воздуха.

— Лианг, используй Захват. Мирослава – будь готова. Нельзя дать этому орлу атаковать нас!

Орёл Ветра крыльями создаёт воздушные вихри, которые поднимают его жертв в воздух. Если мы попадёмся, нам конец. Орёл сразу же поймает нас и сожрёт.

Но этот монстр не может закручивать вихри в быстром полёте. Он должен притормозить, прицелиться и только после использовать способность. Если Лианг не подведёт, мы победим.

— Жди моей команды, Лианг. Не дай Будда промажешь – попрошу Нацуко член тебе отрезать, — пригрозил я.

— Меня не надо просить, я и сама этим займусь, — поддакнула Нацуко.

— Не мешай мне, — буркнул Лианг. — Я ещё ни разу не использовал эту способность и не знаю, как она работает!

— Название обо всём говорит. Захватывает цель. Рассредоточьтесь, не стоим рядом, — я отошёл, сжимая нож Мирославы.

Орёл Ветра подлетел к нам и замедлился. Его лапы хищно сжались, глаза прищурились.

— Начал! — крикнул я.

И Лианг завопил. В воздухе соткался образ гигантской ладони, которая схватила орла. Всего на мгновение, но Лианг сумел обездвижить монстра.

— Мирослава!

Мой крик запоздал – ножи уже пробили грудь, шею и голову Орла. Рука Захвата исчезла, и тело птицы рухнуло на землю.

— Офигеть! — Лианг ударил кулаком воздух. — Я Вожака поймал, как птенца! Да кто со мной вообще тягаться может?!

— Думиса, займись Ядром. Отдай его Джао.

— Да, Босс.

Джао явно распереживалась. Она с волнением смотрела на труп орла, то и дело облизывая губы. Наверное, гадала, какой дополнительный навык ей откроется.

Думиса умело вскрыл птицу, достал Жидкое Ядро и отдал его Джао. Та приложила его к татуировке, вчиталась в сообщение и нахмурилась.

— Бежим отсюда, — приказал я. — Сейчас вы все – Слабые, поэтому продержитесь долго. Будем бежать несколько часов, так что готовьтесь. Думиса, подставляй спину.

— Джао, какой навык? — нетерпеливо спросил Лианг, когда мы отошли подальше от трупа орла.

— Понимание сути материи, — мрачно ответила Джао.

— Эм… И для чего он?

— Не знаю, — буркнула Джао.

— Владислав, у тебя есть идеи? — Мирослава поравнялась с Думисой.

— Да. Понимание сути поможет Джао более осознанно использовать Нейтрино и значительно снизит его потребление.

— Это как – осознанно? — не поняла Мирослава.

— Не знаю. Сейчас проверим. Остановитесь на пару минут.

Ребята замедлились. Джао взяла один из ножей Мирославы и всмотрелась в него. Её глаза широко распахнулись, рот приоткрылся.

— Я… вижу кристаллическую структуру! Секунду… — её пальцы сжались, и спустя несколько секунд Джао выдохнула.

— Я увидела, как работает моя способность! — она подняла на меня глаза. — Укрепление Материи трансформирует кристаллическую решётку! И с помощью Понимания сути я вижу, как это делается!

— Сможешь сократить расход Нейтрино на укрепление? — уточнил я. — Бежим дальше, ребят.

— Думаю, да, — запоздало ответила Джао.

Думиса первым ускорился, остальные последовали его примеру. Теперь с африканцем поравнялась Нацуко.

— В той ситуации, с макакой. Ты знал, что она атакует нас обоих?

— Нет. Я не ожидал, что обезьяна настолько быстрая. Не знал её способности.

— А зачем потащил нас в сражение?

— Обезьяна сцепилась с тремя людьми и убила их. Она потратила энергию, ослабла. А мы сработанная группа Эвольверов, я был уверен в нашей победе.

Нацуко с подозрением посмотрела на меня и отстала – поравнялась с Джао и начала выпытывать у неё, как выглядят кристаллические решётки.

На самом деле я хотел убить Скачущую Макаку, когда она атаковала Думису. Но не успел среагировать, чёртова обезьяна была очень быстрой. Только ударив Нацуко, она раскрылась. Но всё закончилось хорошо, да и я не сомневался, что металлическая кожа убережёт Нацуко от смерти.

Минут через двадцать на горизонте показалась возвышенность. Я облегчённо вздохнул – всё-таки правильно запомнил путь к поселению. Уже смеркалось, и, если бы мы не нашли убежище, пришлось бы возвращаться на Землю, чего я не хотел.

Ещё через полчаса мы увидели защитную стену.

— Останемся ночью там, — приказал я. — Завтра утром пойдём на охоту, я стану Эвольвером, и можно будет возвращаться домой. Есть возражения?

— Нет, — первым ответил Думиса.

За ним отозвались Мирослава, Джао, Лианг. И последней откликнулась Нацуко. Ей явно не хотелось торчать ещё одну ночь в Изначальном Мире. Но она всё ещё не узнала, какая жидкость может хранить в себе Жидкие Ядра. Если бы я рассказал ей о гелии-три, ушла бы Нацуко? Не знаю. Для меня не важны её мысли, главное – поступки. Она помогала нам, выполняла мои приказы и не подставляла группу.

В этом поселении нас встретили не так, как в предыдущем, где властвовал Хенг. Люди узнали знаменитый Синдикат и обрадовались. Я и Джао спрятали свои татуировки. А у остальных запястья были открыты, и люди быстро поняли, что в нашей команде как минимум четверо Слабых Эвольверов.

Джао договорилась с представителями Азиатского Содружества, и нам выделили три домика. Один – для меня, второй – для девушек, а третий – для парней. Но Думиса отказался спать с Лиангом и перетащил кровать ко мне.

— Буду защищать вас, Босс, — тихо сказал он и улёгся.

В итоге Лианг ночевал в гордом одиночестве. Я сильно устал за день, поэтому почти сразу уснул. Кровать была гораздо удобнее, чем подстилка из травы, на которой пришлось спать прошлой ночью, и я проснулся только утром, более-менее выспавшийся.

После утреннего туалета я попросил Думису собрать всех ребят. Они давно проснулись и разбрелись по поселению, собирая толпы восхищённых зевак.

— Слушай, нас тут чуть ли не боготворят. Многие ребята хотят попасть в Синдикат. Даже деньги предлагали, — ко мне подошли Лианг и Нацуко.

— Они боятся нас, — заметила последняя. — Когда я показала руки-лезвия, все сразу бросились врассыпную.

— Владислав, — к нам подбежала Джао. — Ты знаешь, что Хенг Хуан погиб?

— О, — я приподнял брови. — И как?

— Вчера он вышел на охоту с группой, но Вожак их перебил, — Джао пристально смотрела мне в глаза. — Вожак – огромный чёрный ящер.

— Какое совпадение, — я улыбнулся.

Мирослава присоединилась к нам последней – над ней крутились ножи, и выглядела она сурово. Мрачный Думиса сопровождал её.

— Пристал мужик с работы отца, — буркнула она, увидев вопрос в моих глазах. — Говорит, что я должна вернуться в Москву.

— Про нашу ссору с Хенг Хуаном знают, — Джао продолжала на меня смотреть. — И в его смерти многие винят тебя.

— Меня? — я поймал нервный взгляд Думисы. Да и сам немного напрягся. Неужели кто-то нас видел?

— Да, Владислав. Хенг после встречи с нами решил, что Вожаки не так опасны, как говорят, и напал на этого ящера без разведки. Поэтому и погиб.

Я расслабился. Это не обвинение в убийстве, значит, всё нормально.

— Всё, хватит трепаться. Джао, сколько ты ножей укрепила?

— Двенадцать, считая тот, что у тебя. И топорик для Думисы.

— Ты можешь возвращаться на Землю. С нами ты не пойдёшь.

— Что?! Но почему?! — возмутилась Джао.

— В бою ты только помешаешь. Когда тебя будут допрашивать, скажи, что я стал Эвольвером в первый день нашего путешествия. Но ты не знаешь, какими способностями я обладаю. Тебе всё ясно?

Джао, закусив нижнюю губу, поклонилась. Остальные ребята промолчали.

— Собираемся и выходим, — я обвёл всех взглядом. — У нас сегодня много дел.

Ребята засуетились. Я посмотрел в небо. Если всё получится, то я стану Эвольвером с невероятно высоким потенциалом. В прошлой жизни, будучи главой Дельты, я составил несколько возможных стратегий своего развития на тот случай, если вернусь в прошлое, и назвал их буквами европейского алфавита. Всего стратегий было пять – S, А, B, С, D. Каждая из них годилась для цели – построить новую жизнь вместе со здоровой Адель и счастливо прожить её. В то время я ещё не знал, что надвигается конец Солнечной Системы.

Последняя – самая лёгкая для исполнения. Я мог бы реализовать её в одиночку. Для стратегии С необходима сбалансированная группа из четырёх-пяти боевых Эвольверов. Для В – в группе должно быть двое или трое Слабых, иначе риск провала слишком велик. А – вся группа состоит из Слабых. S – самый рискованный и непредсказуемый вариант, построенный только на непроверенной информации. Риск огромен – даже с нынешним составом Синдиката я не уверен, что всё получится. Но он подарит мне один из самых редких и могущественных навыков, который может появиться у Эвольвера.

Мы вышли из поселения, провожаемые огромной толпой. Перед этим я успел отозвать Джао в сторону и рассказать ей о гелии-три – она заслужила эти знания.

— Ты знаешь, что мы единственная группа, которая достигла другого поселения? — Нацуко поравнялась со мной. — Вся сеть бурлит, обсуждает нашу команду. Каждый из нас может продать сведения за неплохие деньги. А если мы ещё и карту нарисуем…

— Сделаю набросок, — кивнул я. — Но позже. Сейчас сосредоточьтесь на цели, ребят.

— Слушай, куда мы идём? — влез Лианг.

— К подножью горы, — коротко ответил я.

Ребята переглянулись.

— Побежали. Думиса, подставляй спину.

Я нервничал. Вершина каждой горы в основном населена зверями. Но чем ниже, тем опаснее монстры. Вплоть до самого подножья, где живут Разумные Монстры, имеющие зачатки разума и способные общаться между собой. Чтобы добраться до цели, нам придётся спуститься на второй километр – так в моей прошлой жизни обозначали зоны ниже вершины.

Через два или три часа мы, наконец-то, достигли края степи. Дальше начинался каменистый спуск, весь из выступов, возвышений и ям, клочков травянистой земли, необычных деревьев, ручейков и озер. И это – только первый километр. Туман скрывал остальную часть склона.

— Какой-то мрачный вид, — заметила Нацуко. Она взглянула на бескрайнее небо, по которому плавали редкие облачка. Из-за тумана обзор был плохим. Даже силуэты соседних гор нельзя рассмотреть.

Я нашёл глазами очертания хребта и пошёл в его сторону.

— Что это? — Мирослава тоже заметила хребет.

— Большой Хребет. Он соединяет горы.

Некоторые поселения строятся недалеко от вершин, поэтому люди ещё в первые дни заметили хребты и предположили, что по ним можно добраться до других гор.

Раздался шум – в небе проплыла стая огромных аистов и спикировала, скрывшись где-то на уровне третьего километра.

— Они все – Вожаки? — Нацуко изумлённо посмотрела на меня. — Каждый из них больше, чем вчерашний орёл.

— Может, просто вид такой, — неуверенно предположила Мирослава.

Я промолчал. Нацуко права, каждый из аистов – Вожак. И это далеко не самые опасные монстры спуска.

Когда хребет появился в зоне прямой видимости, я подошёл к самому краю и начал внимательно разглядывать спуск. Почти сразу нашёл то, что искал, – зелёное озеро, рядом с которым зиял провал.

— Слушайте меня внимательно, — я остановился. — Видите озеро?

— Зелёное? — уточнила Нацуко.

— Да. Сейчас мы все на полной скорости рванём к нему и прыгнем в яму. Она рядом с озером, чёрная. Чуть правее, видите?

Лианг открыл рот и уставился на меня. Мирослава и Нацуко побледнели. Думиса лишь согласно склонил голову.

— Доверьтесь мне. Если добежим до ямы, мы в безопасности. Но нам придётся отбиваться от монстров. Убивать их необязательно, главное – выжить. Понимаете?

Мирослава неуверенно кивнула.

— Не экономьте Нейтрино. Повторяю – в яме безопасно. Там нет монстров.

— Но откуда ты знаешь? — Нацуко хмурилась.

— Пока не могу раскрыть это. Считайте, что меня избрали Духи, — я подмигнул Думисе и усмехнулся. — Ну же, не бойтесь. Если мой план сработает, то Синдикат в будущем может стать одной из самых влиятельных сил в Изначальном Мире.

— Я готов, — уверенно пробасил Думиса.

— Я тоже, — Мирослава сжала кулаки.

— Мой кодекс мужчины не простит мне трусость, — щёлкнул костяшками пальцев Лианг.

— Ну, и я тогда, — Нацуко горько вздохнула. — Хоть и не хочется соваться в непонятную дыру…

Я мысленно помолился всем несуществующим богам, прося их, чтобы информация об этом месте оказалась правдивой.

— Думиса, ты первый. Нацуко – справа, Лианг – слева. Мы с Мирославой позади. Строй не нарушаем. Цель – как можно скорее и без потерь добраться до озера. Все готовы?

Ребята закивали. Мы встали в строй. Я глубоко вдохнул, успокаивая бешено стучащее сердце. Вполне возможно, что все мы погибнем. Или что я ошибся и в дыре нас поджидает нечто смертоносное. Ещё не поздно повернуть назад и выбрать путь А – с такой группой, как сейчас, план сработает отлично.

Я помотал головой, отсекая лишние мысли. Выбор сделан, отступать нельзя. Всё или ничего. Я на секунду прикрыл глаза и скомандовал:

— Начали.

Мы побежали вниз. Все двигались быстро и аккуратно, стараясь не шуметь.

— Р-ра! — из-за выступа справа неожиданно выскочил чёрный лев. Его глаза и грива пылали. Но не успел он напасть, как Лианг использовал Кулак Гравитации – льва вбило в камень, раздался хруст и скулёж. Через секунду сразу три укреплённых ножа Мирославы проткнули Вожака.

Вш-ш-ш.

Слева из-под поваленного сухого дерева вылезла серая многоножка, толщиной с полметра. Она резко приподняла переднюю часть тела, сравнявшись ростом с нами, и раскрыла мерзкую пасть.

Появилась прозрачная ладонь и схватила Вожака – Лианг успел использовать Захват. Свистнули ножи, и сразу пять лезвий пробили тело многоножки насквозь.

Никто не прокомментировал эти короткие стычки. Никто не заикнулся о том, чтобы забрать Жидкие Ядра. Все бежали вперёд, донельзя напряжённые.

— Гр-ру-у! — нам перегородил дорогу чёрный трёхметровый медведь, вылезший из пещеры. Его шкура блестела под солнцем, отливая чёрным металлом.

— Мои ножи не слушаются! — воскликнула Мирослава.

— Думиса!

Африканец после моей команды ускорился. Поднырнул под медвежью лапу и ударил Вожака в живот, увеличив массу своего кулака в десятки раз.

Медведя будто поезд сбил – он отлетел, кувыркаясь.

— Ускоряемся! — приказал я.

Раздалось шипение – из ямы справа выползла двуглавая змея. Уродливая, покрытая слизью. Она молниеносно приблизилась к нам, но ей наперерез бросилась Нацуко, полностью превратившая кожу в металл.

Два быстрых и мощных взмаха руками-лезвиями, и из безголового трупа брызнула зелёная кровь, от которой даже камень расплавился. Нацуко успела отпрыгнуть и не получила повреждений.

Я оглянулся – над трупами многоножки и льва уже шла битва. Медведя тоже атаковали – целая стая мелких грызунов. К телу двухголовой змеи быстро подползал ящер, а над ним кружилась маленькая белая птичка.

Я запнулся и чуть не упал, но меня подхватил Думиса и резко рванул вперёд, где уже виднелось озеро. Нас накрыло тенью – атаковал один из аистов, которых мы видели с вершины горы. Но Кулак Гравитации откинул его, а в следующую секунду тело монстра насквозь пробили ножи Мирославы.

Я мысленно поблагодарил Джао – если бы не её Укрепление Материи, то Мирослава не смогла бы с такой лёгкостью убивать Вожаков.

Вдруг раздалось шипение – из незаметной дыры вылез скорпион размером с собаку. По его телу гуляли электрические дуги. Думиса ловко выдернул из крепления топорик и метнул его, не забыв перед этим увеличить массу руки.

Очертания топорика размылись из-за невероятной скорости, и он на две части разрубил скорпиона. Вожак пытался уклониться, но не успел.

Мы пробежали мимо трупа, озеро с ямой были в нескольких метрах от нас.

— Сзади! — панически крикнула Мирослава.

Я оглянулся и увидел стаю огромных чёрных собак, которые неслись в нашу сторону, оскалив пасти.

— У меня закончился Нейтрино! — заорал Лианг.

Собаки нас догоняли.

— Босс! — Думиса схватил меня за шкирку и бросил в дыру. После чего заорал ребятам: — Ко мне!

Он сцапал Мирославу и Нацуко. Его ноги покрылись жёлтым светом. Лианг успел среагировать и прыгнул Думисе на спину.

Прыжок!

Оставив на каменной поверхности следы от ног, Думиса прыгнул в яму. Буквально в сантиметре от его стопы клацнула пасть самой быстрой собаки.

Я в это время катился по крутому спуску, пытаясь затормозить. Всё тело болело, ладонь стёрлась в кровь, протез чудом остался на месте. В какой-то момент правая нога подогнулась и хрустнула, из моего рта вырвался крик боли. Только через минуту я врезался плечом в землю и остался лежать, переводя дыхание.

— Босс! — рядом гулко стукнуло, а затем меня окликнул Думиса. Потом застонала Нацуко, выругался Лианг и зашептала молитву Мирослава.

Только услышав голоса всех ребят, я смог вздохнуть с облегчением. Как же хорошо, что все живы. Попробовал подняться, но не получилось – нога отозвалась такой болью, что я чуть сознание не потерял.

— Я тут, — хрипло сказал я.

Думиса подошёл ко мне и чуть не наступил на протез – я едва успел убрать его.

— Босс, ничего не видно…

— Я сломал ногу.

Думиса поднял меня. Я стиснул челюсти, терпя боль.

— Спускаемся, — приказал я. — Тут монстров нет.

— Ты уверен? — нервно спросила Нацуко. — Мне это всё очень не нравится!

— Да, уверен. Осталось немного.

Думиса помог мне перебраться ему на спину и направился вниз первым. Яма уже не была такой крутой и скорее напоминала тоннель. О нём я узнал, когда работал аналитиком в армии Руси. Позже, став руководителем Дельты, я тщательно исследовал эту зону. И тогда понял, что почему-то ни звери, ни даже Вожаки сюда не совались. Скорее всего, дело в том, что ждёт нас во мраке.

— Все монстры, которые нам встретились, Вожаки, да? — спросил Лианг.

— Да, — ответила Нацуко. — Обычные звери не умеют пользоваться своими способностями.

— Давайте помолчим, ребят, — попросил Думиса. — Не стоит шуметь в таком месте, не гневите Духов.

Все замолчали. Глаза уже более-менее привыкли к темноте, и спуск проходил гладко. Но не для меня. При каждой встряске я чуть не терял сознание. От боли у меня перед глазами расплывались разноцветные круги, голова кружилась.

Спуск продолжался часа два. За это время я, кажется, несколько раз отключался.

— Мы на дне, — тихо заговорил Думиса. — Там что-то красное впереди.

Я с трудом поднял голову и прищурился. Нога горела огнём, сводя с ума. Но я смог сконцентрироваться и увидел далеко впереди красное свечение.

— Идём туда, — просипел я.

Думиса уверенно направился вперёд. Красное свечение становилось всё ярче. Наконец, мы вошли в просторную пещеру.

— Слушай, что это за камень такой… Ой, — Лианг попятился назад. — Чтоб меня Будда…

— Христианский Бог…

— Во имя Аматэрасу, что это?!

— Босс… Духи привели вас… сюда?

Я не ответил. Не моргая, смотрел на гигантскую, метров пятьдесят ростом, гориллу. Покрытая платиновой шерстью, горилла сидела, оперевшись спиной на стену пещеры и соединив ладони на земле перед собой, будто что-то сжимая. В её животе торчал гигантский каменный столб, бок был распорот, и на землю вывалились внутренние органы. Красное свечение исходило от крови монстра.

— Босс… он жив, Босс, — голос Думисы дрожал, зубы стучали.

Грудь гориллы медленно поднялась и опала. Монстр дышал.

— Нацуко, Мирослава, Лианг. Возвращайтесь на Землю. Нацуко, жидкий гелий-три может хранить Жидкое Ядро. Никому не говорите про этого монстра. Мы просто охотились. Я стал Эвольвером в первый день нашего путешествия. Это приказ, — я добавил в свой голос нотки стали.

— Я не уйду, — запротестовала Мирослава. — Это нечестно!

— Если вы считаете меня лидером, выполняйте, — я с трудом повернул голову и посмотрел на Мирославу. — Никто из нас даже царапины не оставит на этом монстре. Уходите.

Мирослава закусила нижнюю губу, Лианг играл желваками, а Нацуко крепко сжала кулаки.

— Ну, — поторопил я их. — Уходите.

Мирослава неохотно кивнула и прикрыла глаза. После неё Лианг и Нацуко тоже решились.

— Я буду ждать тебя снаружи, — безапелляционно заявил Лианг.

— Обязательно свяжись со мной! — подхватила Нацуко. — Как только выйдешь, сразу напиши! Я буду ждать!

Через три минуты в пещере остались только я, Думиса и огромная горилла.

— Подойдём поближе, — тихо сказал я, чувствуя, как быстро бьётся сердце африканца. Его спина и руки вспотели. Но, несмотря на сильный страх, Думиса без сомнений шагнул вперёд.

Горилла неожиданно открыла глаза и дёрнулась. На её голове за несколько секунд выросли винтообразные рога, между которыми забила молния. На её плечах ощетинились шипы, но в следующую секунду горилла вздрогнула всем телом и завыла. Рога и шипы исчезли, словно спрятавшись в теле.

От её воя у меня кровь в жилах застыла. Думису била крупная дрожь. Горилла тяжело задышала, смотря на нас.

Я установил зрительный контакт с монстром, и мы застыли в битве взглядов. На самом деле я понятия не имею, что делать. В этой пещере я должен был найти нетронутый труп Гориллы-Титана, Разумного Монстра. Даже после смерти этот монстр долгие годы отпугивал всю живность от провала. У Разумных Зверей Жидкое Ядро не исчезает сразу после смерти, потому что оно не жидкое, а твёрдое. По плану я должен был забрать ядро у трупа и стать Эвольвером. Но что делать сейчас?!

Горилла подалась вперёд и дёрнулась, когда каменный столб задел рёбра. Её ладони разжались, и я успел заметить в них маленькую золотистую обезьянку.

Раздался вой. Думиса отступил и чуть не упал.

— Положи меня перед монстром и отойди, — приказал я.

Думиса шумно сглотнул и явно хотел что-то сказать, но не стал. Он на трясущихся ногах сделал несколько шагов и положил меня на землю. Моя нога взорвалась болью, я стиснул зубы и закрыл глаза.

— Босс…

— Перемещайся на Землю, — выдохнул я, приходя в себя. — Я отправлюсь после тебя. Ты знаешь, что можно говорить, а что нет.

— Д-да…

Две минуты я сидел молча, разглядывая тяжело дышащего монстра. Горилла-Титан – Разумный Монстр, живущий у основания гор. Стайный монстр, невероятно опасный. Сам я никогда с такими не сталкивался – лишь читал о них и видел рисунки. Но ни в какой книге не описывали настолько большую Гориллу-Титана. Может, он следующая ступень эволюции? Таинственный Древний Зверь?

Думиса исчез, и я остался один на один с монстром.