Дедушка Данзо. Наследие

Глава 1

В очередной раз ветер проник в опустевшую аудиторию через разбитое окно и подхватил оставшиеся листки с ближайших столов. Осколки стекла захрустели под обувью экзаменатора первого этапа - Морино Ибики. Он протянул руку и успел подхватить на лету один из листков.

Все помощники ушли вместе во главе с Митараши Анко, как и генины. Ее плакат Ибики только убрал. Оставшись в одиночестве, ему пришлось самому собирать результат трудов генинов. Вместе с заметками наблюдателей их нужно будет передать в отдел аналитики. Информация - один из важнейших ресурсов в их мире. Особенно на задании, и на поле боя, где цена ошибки - жизнь.

С самого начала перед ним стояла сложная задача - как минимум ополовинить количество претендентов. Выбор, опасения подставить товарищей по команде и задача любыми способами добыть информацию и не быть на этом пойманным, а также легкое давление с его стороны - все это воздействовало негативно на генинов. Заставляло паниковать и совершать ошибки. А ограниченное время - торопиться и раскрывать свои техники по добыче информации.

Не сказать, что они увидели совсем новые методы, но несколько техник заслуживают тщательного разбора. В этот раз действительно сдавало много сильных генинов. Даже с неучтенной помощью со стороны джинчурики, на второй этап умудрилось пройти двадцать три команды.

Ибики остановился рядом с той партой, где сидела химе клана Хьюга и джинчурики. У первой листок оказался заполнен больше половины, а вот у парня…

— Какой интересный малый, — с улыбкой протянул Ибики, рассматривая всего две фразы в графе задания. Написанную явно для него, вместе с кратким ответом.

Наглец.

Из приоткрытой двери донеслись отдаленные шаги. И равномерный стук об деревянный пол. Ибики убрал ухмылку с лица и дальше продолжил собирать листы с заданиями. С этим посетителем у него были порой сложные, но плодотворные рабочие отношения.

— Данзо-сама, — чуть обозначил поклон Ибики, как только дверь полностью открылась и в аудиторию неторопливо зашел старый советник.

— Знаю, что результаты будут позже, но мне хочется услышать твое первое впечатление о командах, Ибики.

Команды. Вот умел Данзо задавать интересные вопросы. Возобновив сбор листов, он дал себе немного времени подумать. Советник его не торопил - подошел к разбитому окну и с интересом стал его рассматривать, как и лежащий рядом на первой парте убранный плакат Анко.

Вот же, удружила, помощница.

— Из Аме осталось три команды. Сомневаюсь, если они пройдут второй этап, слишком нервничали. Как и из Кусы — у них осталась всего одна команда, и те были на грани.

Данзо перестал разглядывать окно и повернулся к нему, опершись о трость двумя руками.

— Что по генинам из великих деревень?

— Суна, — Морино остановился и призадумался, — из четырех команд интересны только дети Казекаге. Хорошо держались. По техникам будет отчет позже. Из Кумо прошли все три команды, а в Иве — пять. С ними могут возникнуть проблемы — на генинов они похожи мало… Остальные семь команд — наши.

— Как мы и думали. Второй этап начался?

Ибики посмотрел на циферблат часов на стене.

— Да.

— Двадцать три команды. Много.

— Мы постарались учесть отношения между деревнями и предоставили возможность генинам решить эти разногласия на сорок четвертом полигоне. — С еле заметной улыбкой кивнул Ибики, возвращаясь к работе. — Иве и Кумо выделили соседствующие врата.

— Хорошо. Не буду тебя больше отвлекать.

Морино проводил взглядом советника, пока за ним не закрылась дверь. Великие деревни действительно прислали сильные команды. Генинам из Конохи будет трудно, часть из них может не вернуться домой. Хотя… Перед глазами снова возникла хитрая ухмылка джинчурики, наглый взгляд младшего сына Хокаге и задумчивый, совсем не сонный, а сосредоточенный — сына Нара Шикаку. О команде Майто Гая он также был наслышан.

Второй и третий этап обещали быть интересными. Надо будет постараться попасть на отборочные бои. Что они обязательно будут — он не сомневался.

Хмыкнув, Ибики окинул взглядом пустое помещение, подхватил собранные документы и направился к выходу. Необходимо многое успеть. Ближайшие пять дней у него намечались насыщенные: недобитков из чужих деревень необходимо было аккуратно допросить. Главное — вовремя отобрать полуживое тело у местных обитателей Леса Смерти и не оставить следов при допросе, если нужно будет возвращать тело. Но это уже головная боль Яманака.

Часть трупов можно вообще не возвращать.

***

— Приве-е-ет!

— Ты еще кто такой?! — громко возмутился Судзи и ткнул пальцем в фигуру в плаще.

— Уходите. Судзи, ты за главного.

Все удивленно замерли и посмотрели на Тайчо. Он и так говорил мало и только по делу, но сейчас приказ был отдан с такой сталью в голосе, что нарушить его и мысли ни у кого не возникло. Очередной отголосок всплеска чакры, беснующегося джинчурики, заставил отряд очнуться и прийти в себя.

— Понял. Шин, веди нас.

Обычно веселый и раздражающий ирьенин в один момент изменился. Прежде чем он отвернулся, Забуза успел заметить его взгляд — словно совсем другим человеком стал. И все восприняли его назначение спокойно, словно так и должно быть.

Еще одна загадка у этой странной троицы.

Отряд чуть изменил направление движения, по дуге обходя появившегося шиноби. Тот после оглушительного идиотского приветствия, сейчас показушно покачивался с носка на пятку. На голову накинут капюшон, лицо скрыто оранжевой маской, разукрашенной черным пламенем. Шиноби склонил голову и с интересом следил за их отходом, совсем не предпринимая попыток их остановить.

Последнее, что увидел Забуза, прежде чем отвернуться — Тайчо сделал пару шагов к противнику. К своему неудовольствию, он мысленно пожелал ему удачи.

Он хотел сразиться с ними обоими, но сейчас был больше на стороне Тайчо. Жаль, что времени разобраться с этим загадочным шиноби сейчас совсем не было.

***

— Давно не виделись… Учиха Итачи, — стоило группе отойти подальше, шиноби в маске перестал дурачиться и заговорил нормальным голосом.

— Действительно... Не хочешь назвать своё имя?

— Хм. Разве ты еще не догадался?.. Учиха Мадара.

Значит, он решил продолжать притворяться, выдавая себя за другого. Назвать то имя, которое предполагает расследование или принять правила игры "Мадары"? Благодаря Шисуи, Итачи знал всё о расследовании уже очень давно. Позже отец предоставил ему доступ к этим документам, но там мало что добавилось. Но что “Мадара” забыл здесь, где проходит битва между мятежниками и оставшимися верными Мизукаге шиноби?

Ему тоже нужен Треххвостый? Зачем?

— Значит, Коноха решила помочь мятежникам. Или же вы собираетесь посадить на пост Мизукаге своего человека? — Масочник посмотрел в сторону, куда убежала группа. — Интересно.

Раздался тихий шелест вынимаемого из ножен танто.

— О-о-о, я угадал? — довольно протянул “Мадара”, оборачиваясь к нему лицом.

Лезвие танто со свистом только разрезало воздух, проходя сквозь масочника. Мощный удар ногой врезался в спину Итачи - “пуф”, и бревно с огромной вмятиной отлетело в сторону, при ударе об землю поднимая облако пыли и ошметки почвы. И тут же масочнику пришлось отпрыгнуть, раз за разом, оставляя за собой дорожку из сюрикенов.

— Не вижу смысла в нашей битве, — грубо отметил “Мадара”, когда сюрикены перестали в него лететь. Итачи замер напротив. — Я не намерен вам мешать.

— Тогда, что ты тут забыл?

— Мне интересно, чем закончится эта битва, — хмыкнул со смешком тот. Отголоски боя стали ближе, смещаясь в их сторону. — И поговорить.

— О чём?

***

— Придется прорываться. Я подберу наилучший маршрут.

— Веди. Забуза-сан, мы расчистим вам путь и проконтролируем, чтобы вам не мешали, — без обычного ехидства и веселья, спокойно сказал Судзи.

— Рассчитываю на вас, — кивнул Забуза. — Хаку, не отставай.

Позади бегущий Хаку поравнялся с ним. Впереди показалось открытое пространство: малочисленные деревья повалены, земля вытоптана, кое-где остались круги после взрывов. Вовсю кипела схватка: взрывались печати, летели сюрикены и кунаи, кто-то сошелся в ближнем бою размытыми тенями; водные и огненные техники сталкивались, закрывая поле боя паром; поднимались земляные стены, укрывая шиноби от техник или метательного оружия.

Грохот и крики умирающих людей, названия техник - всё смешалось одной какофонией звуков. В нос ударил резкий металлический запах крови и обгоревшего мяса.

— Нам туда, — показал направление Шин и сместился немного в сторону. Вперед выбежал Кагуя с двумя костяными мечами в руках, по бокам клина пристроились Судзи и Шин, оставляя им место посередине.

Они совсем близко.

Кагуя не собирался обходить очаги схватки, прорываясь прямо через них. Замершие было напротив друг друга шиноби только заметили их присутствие и собирались отпрыгнуть в сторону, но неудачно: одному костяной меч вскрыл горло, а второму - грудную клетку. Судзи и Шин не отставали от Кагуи, искусно владея танто. Их движение немного замедлилось.

Впереди показалась их цель.

***

— Я устала и хочу отдохнуть! Сколько нам еще идти? И есть хочу.

— Я тоже, даттебаё.

— Ками, что за слабаки мне попались в команду, — обреченно протянул Саске. — Прошло всего полчаса… Ладно, вон неплохая поляна, отдохнем там.

— Ура! — Вскинув руки вверх, Карин забежала в самый ее центр и закружилась. — Отдых!

— Ты точно устала?

— Но Саске-кун, — умоляюще сложила перед собой руки Карин, не сводя широко распахнутых глаз от раздраженного Учиха. — Посмотри на меня. Я упала, поранилась, так еще и испа…

— Ни слова больше! Отдохнем и пойдем дальше.

Карин и Наруто облегченно плюхнулись на землю, пока Саске возвышался над ними немым укором. При этом Карин вытянула ноги и принялась их разминать, иногда охая, что она не привыкла столько ходить. И вообще, после письменного экзамена они ничего не ели.

— Нужно быстрее добраться до башни. Там наверняка есть еда, даттебаё.

По деревьям поползли большие сгустки воды, почти невидимые обычным зрением. И только когда они появились на поляне, ребята их заметили.

— Что это? Какая мерзость! А-а-а, не приближайся ко мне!

— Не ори, Карин! Все в круг.

Сгустки увеличились, обрели форму и превратились в шиноби, облаченные в черные комбинезоны с хитай ате Аме на голове, повязкой, закрывающей глаза, и респиратором. Они сгорбились и медленно двинулись в их сторону.

— Клоны? Получай!

Кунай Наруто пробил руку одного из ближайших клонов, оторвав ее, полетел дальше и пронзил дерево за ним. Плоть упала на землю и растеклась, моментально исчезнув, из раны вниз потекла черная слизь, пытаясь восстановить руку.

— Почему он не исчез, даттебаё? Урона было достаточно.

— Успокойтесь, это гендзюцу. Кай!

Отмена ничего не дала. Один из клонов поднял на уровне груди сдвоенный кунай и одним движением его отправил в Карин. Та закричала и отшатнулась, но кунай все равно задел ее плечо, оставив мелкую царапину.

— Карин!

— Не… не… прекратите! Саске-кун, отдай им свиток, прошу… Саске-кун…

— Тц.

— Послушай девчонку, Саске-кун, — послышался искаженный голос, словно со всех сторон одновременно. Один из клонов зашатался сильнее и, сделав еще один шаг к ним, протянул руку. — Отдай свиток, и мы уйдем.

— Карин? — растерянно посмотрел на дрожащую подругу Наруто.

— Прошу тебя, Саске-кун… я…

Клоны приблизились еще ближе, медленно покачиваясь. Их было так много, что они заполнили собой всю поляну.

Саске обреченно прикрыл глаза и медленно потянулся рукой к подсумку.

— Я не собираюсь тут умирать! — неожиданно твердо выкрикнула Карин.

Тремя размытыми тенями ребята переместились на стволы деревьев, равноудаленно друг от друга. Прикрепившись к стволу чакрой, они развернулись лицом к поляне и одновременно сложили всего одну печать: Ми.

— Кац!

Слаженные голоса ребят потонули в серии взрывов. Клонов разорвало на клочки. Не успела пыль осесть, как со стороны Карин полетели три сенбона, сверкнув на солнце напоследок, прежде чем скрыться в облаке пыли. Короткий вскрик и тишина.

— Тц. Действительно - слабаки.

— Я проверю. Каге Буншин!

Пара клонов спрыгнула вниз и исчезла. Пыль постепенно оседала, открывая им вид изрытой взрывами поляну. Недалеко друг от друга лежали трое бесчувственных противников из Аме. Их не хило так потрепало взрывами, а смазанные снотворным сенбоны исключили возможные сюрпризы с их стороны.

— Нашел! Ксо, “Небеса”.

— Не повезло. — Растерянно потерла шею Карин.

— Забирай себе свиток, Наруто. Пригодится.

— Зачем?

— Предлагаю найти восьмую или десятую команду. В правилах ничего не сказано насчет того, что можно объединяться или обмениваться свитками.

— Действительно. — Согласно кивнула Карин. — Мне поискать?

Получив добро от Саске, Карин перебралась со ствола на толстую ветку и села. Прикрыв глаза, она сосредоточилась и активировала Кагура Шинган.

Не успел Наруто вернуться к ним, как Карин резко распахнула глаза.

— Ребята, восьмая команда на три часа, и у них проблемы.

— Наруто, стой! Вот добе! Карин, не отставай.

Узумаки поспешила догнать ребят и предупредить их. Ведь тех, кого Карин там почувствовала, лично она хотела обходить стороной: слишком жуткая была чакра у одного из них.

***

— М-м-мы отдадим тебе свиток! Только прошу, — один из выживших шиноби Аме быстро достал свиток, положил его перед собой и отступил, показывая пустые ладони. — Пожалуйста… позволь нам уйти!

Разбросанный песок вокруг него и напарника собрался в одну кучу, образуя песчаные руки. Они обвили их тела, не позволяя двигаться.

— Нет!

С каждой секундой песка становилось все больше, пока их тела не скрылись полностью. Не позволяя дышать, сжимая тела с огромной силой и вырывая только хрипы.

— Умрите.

Вытянутые руки Гаары сжались в кулаки. Два песчаных кокона с шиноби Аме резко смялись, выпуская наружу сгустки крови.

— Давайте убираться отсюда, — прошептал Киба. Шино и Хината вздрогнули и наконец-то смогли отвести взгляд от кровавой расправы. — Если они найдут нас, мы трупы.

Ребята развернулись и постарались потихоньку отползти. Киба и Шино поднялись и успели сделать всего два шага, как неожиданно оба споткнулись и упали. Позади послышался сдавленный писк Хинаты. Щиколотки ребят что-то обхватило и резко потащило назад.

Под собственный крик восьмую команду выбросило на окровавленную поляну. Акамару в куртке Кибы заскулил сильнее. Вокруг ребят змеёй заструился песок, заключая каждого в отдельное песчаное кольцо.

— Гаара, мы уже получили нужный нам…

— Заткнись! Или ты займешь их место.

Канкуро отшатнулся, непроизвольно вскидывая руку в защите. Он с опаской наблюдал, как вытащенных из кустов ребят окутывает песок, покрывая их с головой.

Канкуро честно попытался остановить Гаару, но сейчас его жажда была слишком сильна.

***

— Спрошу в последний раз… где он?

Порыв ветра сдул пыль, открывая вид на двух шиноби. Вокруг них чуть возвышались остатки купола, созданный из затвердевшей лавы. Сейчас ее куски были раскиданы вокруг. В самом центре рукотворного уничтоженного сооружения стояла тяжело дышащая предводительница мятежа - Теруми Мей. Ее тело почти полностью оказалось покрыто коралловыми бледными наростами, не позволяя ей двигаться и оставляя свободной только голову.

Покров джинчурики сошел с Ягуры, возвращая ему обычный облик. Покачнувшись, он с шипением подобрал с земли свой посох. Приблизившись к Мей, Ягура кончиком крюка на вершине посоха приподнял ее голову за подбородок.

— Ты еще не понял? — Через силу улыбнулась Теруми. В уголке ее рта остался кровавый подтек. — Я тебя обманула. Его тут нет.

Под тихий смех Мей глаза Ягуры сощурились.

— Жаль. Что же, и его время придет, — он убрал посох, и голова Мей качнулась вперед под собственным весом. Волосы волной закрыли лицо. Через силу Теруми подняла голову, не прекращая злорадно улыбаться.

Вокруг посоха вспыхнула чакра, послышался отчетливый гул.

— Предатели не достойны жить. — Замах и посох устремился к Мей. — Умри!

Удар с оглушительным грохотом оказался заблокирован. Ягуре пришлось резко пригнуться и отскочить, чтобы не быть обезглавленным.

— Ты?!

— Забуза, — прошептала Теруми, шокировано уставившись в покрытую шрамами накаченную мужскую спину.

Глава 2

Песок почти полностью покрыл тройку генинов из Конохи. По окровавленной поляне вновь раздались хрипы. Темари обреченно переглянулась с Канкуро и отвернулась, признавая свою слабость перед жаждой крови Гаары. Пока он не удовлетворит свою потребность в крови, разговаривать и находиться рядом с младшим братом было невыносимо тяжело.

— Футон: Дайтоппа! — неожиданно раздался звонкий мальчишеский голос, наполненный яростью.

Песчаная защита взметнулась вверх, успев только чуть замедлить и сместить место удара: кулак Саске пробил песок совсем близко к лицу Гаары. Широко распахнутые от удивления глаза песчаника встретились взглядом с шаринганом.

Руки Гаары застыли, так и не сжавшись в кулак.

Песок снесло ураганным порывом: Наруто не сдерживался из-за злости, и восьмую команду немного протащило по земле, как только песок их выпустил из плена.

— Гаара!

Несмотря на то, что Саске смог погрузить песчаника в гендзюцу, повторить успех первой атаки у него так и не получилось. Песок словно жил своей жизнью, вовремя успевая блокировать любые атаки Учиха. И это несмотря на то, что песчаник сейчас видел совсем другую картину боя и не двигался.

Как такое возможно?

Саске заметил смазанное движение сбоку и вовремя успел отпрыгнуть: на том месте, где он только что находился, пронесся кулак генина из песка, закутанного во всё черное. Неожиданно резко замерев и не закончив атаку, тот отпрыгнул назад, но так неестественно, словно его дернули за шкирку.

Саске приземлился недалеко от полностью скрывшегося в песчаном шаре противника, по инерции скользя по земле и замедляя свое движение рукой. Волосы взъерошились на его голове, край майки порезало, как и шорты. Саске прикрыл лицо, когда на него обрушился поток режущего воздуха.

Пуф!

Множество мелких лезвий ветра посекло бревно, оставляя глубокие зарубы.

Невредимый Саске появился рядом со своей командой, внимательно разглядывая девицу с раскрытым веером в руках и ее напарника. Рядом с последним лежал сброшенный им же на землю сверток в бинтах.

***

Команда из Кумо двигалась верхними путями в сторону Башни. Впереди всех прыгала с ветки на ветку Каруи, с трудом сдерживая раздражение. Особенно это было заметно по плотно сжатым в одну тонкую линию губам. По обе стороны от девушки двигались напарники и старались от нее не отстать.

— Да где они все попрятались?! — В очередной раз сильно оттолкнувшись, воскликнула Каруи.

— Своими криками ты сама их рас…

— Захлопнись, Омои!

— Ну вот так всегда. Я ведь пытаюсь тебе помочь и наставить на правильный путь… Стойте!

Предупреждающий окрик оказался столь неожиданным, что даже раздраженная Каруи не посмела его проигнорировать. С негромким стуком все трое остановились на одной из толстых веток здешних гигантов.

— Вы слышите?

Ребята переглянулись и прислушались. Тихий шелест листьев с каждой секундой нарастал, послышался треск. Легкий ветер с каждой секундой увеличивался в разы.

— Что за?..

Договорить Амаи не смог — ветер стал таким сильным, что буквально сдувал их с ветки. И это несмотря на то, что они использовали чакру!

Раздался особо сильный треск, и сбоку стоящее дерево стало заваливаться в их сторону. Ребятам пришлось отпрыгнуть, чтобы их не придавило огромным стволом. Чем и воспользовалась стихия - их тела подхватил ураган и впечатал в ближайшие стволы, оставляя там существенные вмятины после удара.

Буйство стихии закончилось так же внезапно, как и началось. Амаи и Омои повезло больше, и они упали на ветки ниже, а вот Каруи от удара потеряла сознание и теперь падала головой вниз, рискуя разбиться.

— Каруи!

Мелкие ветки чуть замедлили падение, оставляя дополнительные синяки и порезы на коже куноичи. Омои успел перехватить ее в последний момент.

Каруи в его руках застонала и медленно открыла глаза. На земле вокруг валялось куча листвы и сломанные ветки разного размера. Некоторые деревья не выдержали и либо лежали на земле, либо свои весом подпирали соседей. Стволы переломило посередине.

— Омои? — растерянно прошептала Каруи.

— А я предупреждал…

— Это просто совпадение, — встрепенулась куноичи и медленно поднялась, приложив руку к голове. — Что за монстр сотворил такой ураган?

— Не думаю, что нам стоит с ними сталкиваться. Разве способен простой генин на это?

Омои показал в сторону поваленных деревьев.

— Кто бы там ни сражался, мы можем выждать и напасть на них после.

— Уверен, многие думают так же, как и ты, — проворчал Омои. — Представь, сколько много команд может прибыть на шум боя. Не успеем мы победить одних, как прибудут новые, и все повторится вновь. Мы будем сражаться до ночи, устанем, у нас закончится вода. А они будут прибывать вновь и вновь, пока мы не умрем от жаж…

— Омои, умолкни! — вспылила Каруи, не выдержав причитаний. — Я поняла тебя. Тогда можем устроить ловушку здесь или направимся к Башне. Наверняка или столкнемся по дороге с другими командами, или можем подготовиться встречать их у входа.

— Я за второй, — быстро поднял руку Амаи. Он совсем не горел желанием сталкиваться с монстром, что устроил этот древопад.

— Хорошо. Направляемся к башне.

***

— Карин-чан, помоги ребятам, — сравнявшись с Саске и закрывая собой ребят, приказал Наруто.

— Наруто-кун, — совсем тихо раздался писк Хинаты, а следом за ним скулеж Акамару.

— Опасен тот, что управляет песком. Троих убил он за раз.

— Вот как, — ответил Саске на слова Шино.

Ранее забрызганная кровью поляна немного изменилась: техника Наруто вырвала с корнем деревья и поломала те, что стояли немного в стороне от пути движения порыва. Кровь же осталась еще в некоторых местах, но в основном все сдуло вместе с мусором и мелкими камнями.

Песчаная защита медленно стала опадать, показывая им осознанный взгляд соперника. Выбрался-таки.

— Канкуро, Темари, — раздался тихий голос песчаника. — Не мешайте.

— Но, Гаара, ты… хорошо, — вынужденно согласилась Темари и, сложив веер, убрала его за спину. Канкуро что-то раздраженно прошептал себе под нос и, как и сестра, поднял свою ношу. Ребята отошли от сокомандника, предоставляя ему право сражаться одному.

— Ты готов, Наруто? — с предвкушающей улыбкой спросил Саске, поднимая руки на уровне груди.

— Да!

Руки ребят замелькали на высокой скорости, складывая печати:

— Футон… — Катон…

Названия техник заглушило вырвавшееся изо рта Саске пламя в форме шара, тут же увеличившееся под действием стихии ветра. Темари и Канкуро пришлось спешно уходить заменой, чтобы избежать урона. Песок взметнулся вверх, скрывая за собой сосредоточенного Гаару.

Обжигающее пламя шипело и довольно трещало. Листья на деревьях, что стояли позади Гаары, скрючились от жара.

Все замерли, наблюдая, как огонь опадает, потеряв подпитку. Шар из песка затвердел и покрылся трещинами. С каждой секундой всё отчетливее раздавался треск, трещины увеличивались, покрывая его весь, песчинки стали медленно опадать. Сначала поодиночке, потом собираясь в одну струю, опадая с отчетливо слышимым шорохом. Затвердевшие пластины песка откалывались и разбивались о землю.

Песчаный шар вокруг него частично обрушился, показывая Гаару с чуть прищуренным взглядом. Вокруг него явственно ощущалось давление ки.

— И это всё? — раздался спокойный голос Гаары.

— Плохо дело, — прошептал Канкуро, покрываясь испариной.

— Мы только нач…

— Наруто! Вам его не победить! Он слишком силен! — закричал Киба.

— Тяв.

— Тц. Уходите.

— Что? — Киба отшатнулся и неверяще уставился в спину Саске.

— Если вы так считаете — уходите. Мы задержим их.

— Ах ты-ы! — Вскочил Киба, яростно сжимая кулаки. Но тут же осекся из-за жалобного скулежа Акамару. — Хината, Шино — уходим.

— Но, Киба-кун…

— Вынужден согласиться с тобою я. Выбор седьмой команды это.

— Ребята, — протестующе пискнула Хината, когда ее подхватили Шино и Киба с двух сторон и рванули подальше от места схватки.

— Вы закончили? — с еле уловимой ноткой нетерпения, уточнил Гаара.

— Мы только начали, даттебаё! Карин-чан, не вмешивайся. Каге Буншин.

Рядом с Наруто с хлопком появилось трое теневых клонов.

Вместо ответа Карин отпрыгнула подальше, продолжая внимательно наблюдать за сокомандниками песчаного Гаары. Те с напряженными лицами и какой-то паникой наблюдали за ним, словно он не их союзник, а враг.

Гаара медленно поднял руки. Песок на земле вокруг него зашевелился. Остатки затвердевшего шара осыпались кучей песка, присоединяясь к остальным и разделяясь на две волны. Словно две змеи, они приподнялись и застыли, готовые в любой момент кинуться на свою жертву.

Саске достал два куная и скрестил перед собой руки.

Песок змеей ударил в застывшие фигуры, взрываясь песчаными брызгами. И тут же, собираясь обратно, устремился за ускользающими жертвами. Вновь и вновь. От волны отделилась часть и жгутом впечатала одного замешкавшегося клона Наруто в землю.

— Ак-х! — прохрипел тот и исчез в облаке белого дыма.

Волна, что гналась за Саске, попыталась повторить успех второй волны и разделилась на две более тонкие. Одна из них ударила в ноги Учиха, заставляя подпрыгнуть. Вторая тут же воспользовалась шансом, обвилась вокруг щиколотки Саске и дернула его в сторону. Лезвия двух кунаев рассекли песок совсем рядом с захваченной стопой.

Саске перекувыркнулся в воздухе и приземлился, воткнутыми в землю двумя кунаями снижая набранную скорость.

Три ветряных лезвия разорвали песчаную волну на части. Той понадобилось несколько секунд, чтобы восстановиться, чем и воспользовался один из Наруто: сократил расстояние и запульнул кунай в противника.

Моментально взвившийся жгутом песок остановил кунай, а следом и еще два от Саске, совсем рядом с лицом Гаары. Глаза песчаника расширились, увидев прикрепленный к кунаям груз.

— Кац.

Взрыв откинул в сторону Гаару и впечатал его в землю. Песок устремился вслед за хозяином, не успевая смягчить ему падение. А догнав, образовал на земле кольцо, тут и там поднимаясь волнами, словно зверь, оскаливший пасть.

“Гаара”, — дернулась в его сторону Темари и тут же застыла, прикусив губу. — “Они его достали?”

Словно отвечая ее мыслям, Гаара медленно встал. Его руки безвольно свисали, тело слегка покачивалось из стороны в сторону. Когда он поднял голову, все увидели злобный оскал, исказивший до этого невозмутимое детское лицо. Волосы взъерошены, на щеке ссадина, вокруг которой мелкими кусками отпадает потресканная защита.

Песочные жгуты устремились к лицу Гаары, восстанавливая защиту и убирая оскал.

— Саске! — Закричал Наруто и запульнул в него Фума Шурикен.

“Когда он его достал? Во время взрыва, когда мы отвлеклись?” — удивилась Темари, а потом постаралась успокоить саму себя: — “Это не сработает.”

Ловко перехватив Фума Шурикен за кольцо, Учиха улыбнулся краешком губ.

— Начнем.

Словно соглашаясь с Учиха, Гаара резко вскинул руки. Песок устремился к ребятам, вновь пытаясь их достать и не подпустить близко к хозяину. После первого погружения в гендзюцу Гаара старался не пересекаться взглядом с Учиха.

Песок не позволял ребятам приблизиться, оттесняя в сторону. Стоило им оказаться в одном месте, а двум волнам собраться в одну, как поднявшийся песок разорвало ветреное лезвие, запущенное Наруто, пока клон за его спиной присел и подставил руки, сомкнутые в замке. Воспользовавшись моментом, Саске запрыгнул на созданный трамплин, и благодаря толчку от клона, взметнулся вверх, запуская Фума Шурикен.

На приличной скорости Шурикен устремился к Гааре. Тот нахмурился и слегка повернулся боком, пропуская его мимо себя, не собираясь его останавливать.

Саске, находясь еще в воздухе, открыл подсумок.

“Он увернулся”, — облегченно выдохнула Темари, вспомнив взрыв. Она с тревогой наблюдала, как клон Наруто врезался в собравшуюся обратно песчаную волну и подорвал себя, вновь ее рассеивая.

Пуф

Шурикен превратился в Наруто прямо за спиной Гаары. Узумаки оттолкнулся руками от земли и мощными ударами ног отправил Гаару в небо. Песчаная защита, до того струящаяся по земле в форме кольца, вытянулась во множество жгутов: часть устремилась за Гаарой, а часть пронзила навылет Наруто.

С очередным хлопком исчез в белом дыме клон, когда тело Гаары в воздухе обмотало леской, что была привязана к мелким сюрикенам. Натяжение, и Гаару дернуло в сторону команды семь. Песчаная защита не успевала догнать хозяина, а навстречу Гааре бежал Наруто.

Все присутствующие почувствовали жуткую ки, когда кулак Наруто врезался в живот Гаары. На секунду Темари показалось, что глаза Узумаки сверкнули алым. В месте удара рвануло волной сжатого воздуха, от которого у всех на миг встрепенулись волосы, и пришлось закрыть руками лицо.

Размытой фигурой Гаару пронесло над поверхностью, пока не впечатало его в землю, прямо там, где валялись поваленные деревья. Щепки, куски земли и пыль взметнулись вверх, скрывая от всех место падения.

— Гаара! — закричали одновременно Канкуро и Темари, и тут же сорвались с места.

Саске подошел ближе к тяжело дышащему Наруто, так и замершего после удара.

— Ты как?

— Неплохо размялся, даттебаё, — с весёлой улыбкой ответил тот.

— Ребята, — закричала Карин и подбежала к ним. — У нас проблемы.

***

“Да что они о себе возомнили?” — Сильно оттолкнувшись от ветки, раздраженно подумал Киба. — “Строят из себя крутых”.

Ткань куртки на груди Инузуки зашевелилась, и наружу показалась мордочка Акамару. Щенок жалобно заскулил, потянулся к Кибе и лизнул его в подбородок.

— Тц, я знаю, Акамару.

С каждой прыжком скорость восьмой команды замедлялась. В какой-то момент Киба понял, что он не слышит за спиной привычный стук при соприкосновении сандалий об ветки сокомандников. Остановившись, он обернулся.

Ближе к нему остановился Шино, а вот маленькая фигура Хинаты вдалеке угадывалась с трудом.

— Вот же…

Заметив, что он остановился, Шино кивнул ему и попрыгал по веткам в сторону Хьюга, вынуждая Инузуку последовать за ним.

— Киба-кун, Шино-кун, — пробормотала Хината с опущенной головой, стоило ребятам остановиться рядом с ней. Ее кулаки решительно сжались, и она резко подняла голову, прожигая их взглядом. — Нам нужно вернуться! Мы не можем вот так уйти.

— Тяв!

— С уходом поспешили мы. Избежали смерти и позорно отступили, оставив товарищей своих.

Киба прикрыл глаза. Ребята правы. Всю дорогу назад ему было не по себе, стыд сжигал душу. Киба открыл глаза и слегка улыбнулся.

— Вы правы, ребята. Нельзя допустить, чтобы этот слабак Наруто и зазнайка Саске отняли у нас победу. Да, Акамару?

— Тяв!

— Киба-кун, — радостно пропищала Хината, сложив руки в замок у себя перед грудью.

— Хината, посмотри обстановку.

— Хорошо, — Хьюга кивнула и сложила знак концентрации. — Бьякуган!

Взор химе клана Хьюга устремился сквозь множество деревьев, пока не замедлился на той самой поляне. Она увидела, как Саске с помощью лески дернул на себя Гаару, а Наруто побежал к нему навстречу. Помимо обычной чакры, в Наруто на мгновение вспыхнула другая, обжигающая алая. Всплеск чакры на мгновение ослепил, таким мощным и неожиданным он оказался.

— Ой!

— Что там, Хината? Он их схватил?

Хьюга зажмурилась и быстро потерла глаза кулаками.

— Нет… подождите, я сейчас, — быстро закачала головой химе. — Бьякуган… Они смогли победить. К нему на помощь побежали тот в черном и куноичи…

— Не могу поверить…Как?

— Ой, ребят! Команда из песка подхватила Гаару и отступила, а наших окружили три команды, и… еще одна на подходе!

— Привлекла внимание к себе битва эта. Заполучить свиток стремятся они, напав на ослабленных боем.

Киба заметил свое мрачное отражение в очках Шино, а потом перевел взгляд на испуганную Хинату.

— Мы этого не допустим, верно, Хината, Шино? Вперед!

— Да! — радостно ответили ребята и сорвались назад.

Больше они не убегут.

Глава 3

Тихий смех раздался из-под маски. «Мадара» повернулся к Итачи боком и кивнул вслед ушедшей группе.

— Посмотри на них. Шиноби рождены воевать. Приносить боль, разрушение и страх. Такова наша судьба… Жалкое зрелище, не правда ли?

Резкая смена разговора застала Итачи врасплох. Сколько раз он думал о том же, выполняя очередную миссию?

В отдалении раздался взрыв. Из-за сражения между мятежниками и шиноби Ягуры вся растительность в округе погибла. Куда ни кинь взор — везде выжженная земля. Крики и шум боя приближались, позволяя отчетливо расслышать отдельные слова или названия техник.

— Возможно ли их остановить? — «Мадара» небрежным взмахом указал на появившихся в отдалении шиноби. — Что нужно для этого сделать? Возможен ли мир без ненависти и войн?

Итачи сжал зубы, в очередной раз напоминая себе, кто стоит перед ним. Именно он убил Тенму. Именно он использовал Учиха Яширо, планируя устроить восстание клана Учиха.

И всё же, слова «Мадары» оказались близки ему, точно попали в цель и нашли отклик в душе.

— Что ты хочешь?

Масочник отвернулся от шиноби Тумана. Те заметили их присутствие и теперь направлялись к ним.

— Я собираюсь создать такой мир, где больше никто не будет умирать.

— Это невозможно, — с невольной горечью возразил Итачи.

— Скоро я стану достаточно силен, чтобы этого достичь. Я предлагаю тебе присоединиться ко мне… Подумай над моим предложением.

Пространство вокруг маски «Мадары» закружилось в воронке, пока тело полностью не исчезло. Итачи не глядя сделал шаг в сторону и, кунай, что должен был попасть в голову, пролетел мимо.

Предложение предателя оказалось неожиданным и, к ужасу Итачи, чертовски привлекательным. Но об этом он подумает позже, а сейчас… Итачи перевел взгляд на двух шиноби из Тумана, что бежали к нему с обнаженными кровавыми катанами. Битва вскружила им голову, лишив осторожности.

Смертельная ошибка.

Оставив позади двоих шиноби, проткнувших друг друга под воздействием гендзюцу, Итачи поспешил на помощь команде. Неожиданная встреча породила много вопросов, но сейчас в приоритете было выполнение их миссии.

***

«Да откуда ты такой верткий взялся!» — раздраженно подумал Ао.

Напротив него замер седовласый парень в круглых очках и частично забинтованным лицом. По скорости и навыкам в тайдзюцу он не уступал ему. Ао видел, что Мей-сама оказалась в опасной ситуации. Ему не хватило совсем чуть-чуть времени, чтобы прийти ей на помощь. Именно этот очкарик его задержал.

Раздражает.

— Что-то не припомню тебя в рядах шиноби Кровавого Тумана.

— Верно. Моя задача, — очкариа рассек воздух танто и принял боевую стойку, — не допустить вмешательства посторонних в бой Забузы-сана с Ягурой.

— Забуза? — прошептал Ао и непроизвольно отступил. Активированный Бьякуган помог увидеть сквозь поднятую пыль знакомый источник чакры, что появился рядом с Мей-сама. — Но как он здесь оказался?

— Ножками, — фыркнул в ответ очкарик. — Назад, или я буду вынужден тебя убить.

— Подожди! — вскинул руку Ао. — Мы не враги. Я … берегись!

Они успели отпрыгнуть в последний момент: в землю воткнулись множество голубых кристаллов, формой напоминающие рыбные кости. Ао видел раньше применение этой техники на противнике. Вступать в бой с владельцем Хирамекарей он совершенно не хотел.

Вокруг них не прекращался бой и какофония из взрывов, звона металла об метал, названий техник и яростных криков. Тут и там возникали вспышки техник. Раздался очередной предсмертный вскрик, и к ногам Ао упал совсем молодой шиноби из сопротивления — грудная клетка его оказалась вскрыта одним ударом.

— Давно не виделись, Ао.

Поднятая ранее пыль совсем осела, позволяя увидеть знакомую фигуру шиноби.

— Хозуки Мангетсу, — прошептал себе под нос Ао, стараясь одновременно удерживать в поле зрения очкарика и появившегося мечника.

— Уйди с дороги и останешься жив, — ухмыльнулся Мангетсу и воткнул меч в землю, с широкой улыбкой показывая ряд заостренных зубов.

После распада Семи Мечников Тумана, в Кири остался только один меч — Хирамекарей, владельцем которого совсем недавно стал Хозуки Мангетсу. Несмотря на свою безбашенность, он был известен верностью слову. К сожалению, поклялся в преданности он именно Ягуре.

Ао понимал, что одному ему с мечником не справиться.

— Парень, — обратился он к очкарику, что с нескрываемым интересом наблюдал за их разговором. — У нас одна цель. Предлагаю объединиться.

— Зачем мне это? Я просто постою в сторонке.

Под набирающий обороты смех, Хозуки сложил печать концентрации. Вокруг него медленно начал сгущаться туман.

— Не смей недооценивать его силу! Мангетсу известен как Второй Демон Киригакуре. Повторю — мы не враги, у нас одна цель. Поодиночке мы погибнем. В этой битве я буду нашими глазами… Сзади!

Предупреждение оказалось очень кстати: где только что стоял очкарик, впечатался сотканный из чакры огромный молот. Сила удара оказалась такой мощной, что вместе с грохотом Ао ощутил дрожь земли, комки почвы разлетелись в разные стороны. С каждой секундой туман становился все гуще.

— Знаешь, я передумал, — позади Ао раздался голос очкарика. — Какой план?

***

— Ты?!

— Забуза, — прошептала Мей.

Всего один точный удар и коралловые наросты на теле Теруми опали на землю, больше не сковывая ее. Ягура выпрямился после отскока, избежав удара Забузы. Пока он не спешил нападать в ответ и заинтересованно наклонил голову, рассматривая появившегося мечника:

— А говорила, что его тут нет.

«Какое интересное замечание», — отметил мысленно Забуза.

— Как ты нашел нас? — не обращая внимания на слова Ягуры, требовательно спросила Мей.

— Твои люди постарались, — усмехнулся Забуза и окинул внимательным взглядом Теруми. После битвы ее одежда оказалась в некоторых местах удивительно точно порвана, особенно на груди. — Значит, именно меня ты выбрала в качестве приманки. Ожидаемо.

— Мои люди? О чем ты?

Забуза почувствовал прохладу возле своего лица. Полное игнорирование им и Мей Ягуры, моментально привело того в ярость. Он моментально покрылся покровом биджу, выпустив сразу три хвоста. Взревев, джинчурики припал к земле, сразу атакуя удлинившимися хвостами.

Перед Забузой из ледяного зеркала появился Хаку и вскинул руки.

Оглушительный взрыв прогремел после столкновения двух техник. Ледяная защита зашипела и растаяла из-за соприкосновения с ядовитой чакрой джинчурики, но свою задачу выполнила.

— Вы в порядке, Забуза-сан?

— Где остальные, Хаку? — спросил тот вместо ответа, внимательно наблюдая за порыкивающем джинчурики напротив.

— Расчищают пространство вокруг.

— Иди к ним.

— Но… хай.

— Какой милый мальчик. Хаку, верно?

С кокетливой улыбкой Мей приблизилась к Юки, своим замечанием обратив на себя внимание. Она заинтересованно наклонилась к нему поближе, из-за чего разрез ткани на ее груди опасно натянулся. Казалось, еще чуть-чуть, ткань не выдержит и все богатство окажется на общем обозрении.

— Да, — моментально покраснев, выпалил Хаку, стараясь не опускать взгляд ниже ее лица.

— Иди, Хаку. Тебе здесь делать нечего, — с усмешкой отметил Забуза и закрыл мальчика собой, одновременно с этим обхватывая Мей поперек груди одной рукой и разворачивая к джинчурики. — А ты не отвлекайся.

— Забуза! — возмутилась та в ответ, но моментально стала серьезной, когда посмотрела на джинчурики. — Ты прав. Давно мы не сражались вместе. Не позволяй к себе прикоснуться.

— Знаю.

Ягура словно только этих слов и ждал: одним рывком сорвавшись места, моментально сократил между ними расстояние.

***

Темари с Канкуро прыгали по поваленным деревьям, приближаясь к месту падения брата. Они не могли до конца поверить в увиденное. Как он мог проиграть? И кому? Генинам из Конохи. Немыслимо!

Место падения, как и пробитый телом Гаары путь, были видны издалека.

Они нашли его в большой воронке. Ошметки деревьев валялись по краю, земля перемешалась с песком. Канкуро и Темари остановились рядом, опасаясь приближаться к младшему брату. Тот был в сознании и сейчас приподнялся, одной рукой придерживая голову, а второй упираясь в землю. Песчаная защита поглотила большую часть урона, но не весь.

— Гаара?

В ответ — молчание. Темари с опаской ступила на песок, первый шаг дался ей тяжело. Страшно. Она не раз видела, как песок мог моментально взметнуться и захватить жертву. Несколько секунд — и человека больше нет. И все же, она не могла уйти: он ее глупый младший брат.

Шаг, еще один. Темари с опаской протянула руку и прикоснулась к плечу брата, повторно позвала:

— Гаара.

Раздалось тихое рычание. Темари замерла, скованная страхом. Атаки так и не последовало, песок спокойно лежал под ногами. Выдохнув, куноичи опустилась на корточки и заглянула в лицо брата.

И чудом не отшатнулась.

На обычно безразличном детском лице губы искривились в оскале. И что самое плохое — песок покрыл часть лица, словно вспученная вторая кожа, грубая маска. На измененной стороне зубы удлинились и заострились. Зрачок глаза поменял цвет и форму, став желтым с черными вкраплениями. На коже-маске отчетливо проступили синие полосы, начинаясь от измененного глаза и спускаясь на щеку.

На прикосновение и голос брат никак не отреагировал.

Справившись с собственным страхом, Темари оглянулась. Испуганный взгляд Канкуро окончательно привел ее в чувство.

Что делать, биджу их всех задери?!

Надо уходить отсюда, срочно! И попытаться успокоить младшего брата, не дать демону завладеть телом Гаары полностью. Если он не будет видеть тех, кто довел его до такого состояния, он точно сможет очнуться.

Аккуратно взяв брата за опорную руку, Темари перекинула ее через собственное плечо. Гаара тихо рыкнул, заставив куноичи на несколько секунд замереть. Стараясь не впадать в панику, Темари приподнялась со своей ношей и кивком показала Канкуро направление.

Как же всё это не вовремя!

***

— Ребята! У нас проблемы.

Саске и Наруто оглянулись к подбежавшей к ним подруге.

— Нас окружают. Нужно уходить, срочно! — выпалила Карин.

— Веди.

Карин кивнула и сорвалась с места. Ребята последовали за ней, удаляясь в противоположную сторону от команды Суны. Неожиданно Карин резко отскочила, вынуждая ребят повторить. Прямо на то место, где они были секунду назад, воткнулись в землю несколько кунаев.

— Не успели, — разочарованно протянула Узумаки.

— Сколько их? — тихо спросил Саске, пытаясь обнаружить врага. И находил.

— Три команды.

— Отдайте свитки, и мы уйдем, — раздался звонкий девичий голос в наступившей тишине.

Из-за деревьев показались девять шиноби Ивагакуре. Одеты все были в униформу своей деревни. Особо выделялись из них единственная куноичи и стоящий чуть позади нее огромный по своим габаритам парень. Лицо у него было простецкое и доброе, а вот куноичи не скрывала ухмылку, как и остальные генины Ивы.

Седьмая команда только что выиграли бой. И он был совсем нелегкий, хоть так и могло показаться со стороны.

Саске видел, как часто дышит Наруто. Последний его удар забрал немало чакры. Карин выглядела бодрячком, как и он сам. Но три команды? Слаженных, явно специально выбравших тактику выслеживания и нападения объединенными силами? Они слишком быстро нашли друг друга. Значит, среди них есть сенсор.

Учиха на секунду закрыл глаза, принимая решение: этот бой им совершенно не нужен.

— Почему мы должны вам верить? — опередил Саске явно закипающего от услышанного Наруто.

— Судя по вашей одежде, вы только что сражались и сильно устали. Вы в любом случае проиграете бой, нас больше. Отдайте все свитки, и мы уйдем.

— Да прям щас! — не выдержал все-таки Наруто и вскинул кулак.

Шиноби Ивы ответили на это ухмылками и принялись показушно разминать кулаки. Седьмую команду медленно, но верно брали в плотное кольцо, окружив.

— У нас всего один свиток. Какие вы можете дать гарантии, что нас отпустите, как только мы его отдадим? — не обращая внимания на эмоциональность друга, продолжил переговоры Саске.

— Мое слово. Меня зовут Куротсучи, я внучка Сандайме Тсучикаге.

— Простое обещание? Да за кого вы нас…

— Наруто, отдай им свиток.

— Чё?!

— Просто. Отдай. Свиток.

— Да ты, — окончательно закипел Наруто. Он схватил невозмутимого Саске за грудки одной рукой и притянул к себе, а второй указал на генинов Ивы. — Как ты можешь им доверять!

— Верь мне, — прошептал Саске.

Весь запал Наруто медленно стал пропадать. Они часто ссорились, но никогда еще Саске не обращался к нему с такой просьбой. Кулак Наруто медленно разжался, выпуская кофту друга. Верил ли он ему? Да. Иначе какая они команда?

— Хорошо, даттебаё.

— Ребят…

— Не сейчас, Карин.

Наруто первым сделал шаг в сторону куноичи Ивы. Но та не стала идти ему навстречу, вместо нее вышел бугай с простецким лицом. Наруто на ходу медленно расстегнул подсумок. По его лицу было хорошо видно, как ему не нравится просьба Саске отдать свиток этим генинам.

Они остановились на равном удалении от своих команд. Наруто хмуро протянул добытый свиток «Неба». Добряк расплылся в дружелюбной улыбке и сделал еще один шаг навстречу, собираясь забрать трофей.

— Тсуга!

В спину одного из генинов Ивы врезался вихрь, напоминающий огромное сверло. Поверженного ивовца откинуло в сторону, и тут же на его двух товарищей по команде напала туча жуков. Все присутствующие пораженно замерли, наблюдая, как атакованные насекомыми были вынуждены отойти к своим, и только тогда те отступили.

Рядом с потерявшим сознание генином Ивы замедлился вихрь, превращаясь в Инузуку Кибу. Используя выросшие когти на руках, он смог снизить скорость при приземлении и остановиться. Выпрямившись, он заорал:

— А вот и мы!

Где-то недалеко в повисшей тишине отчетливо раздалось протяжное карканье вороны.

— Ты идиот, Инузука, — не выдержал Саске и шлепнул ладонью по лицу.

— Чё вякнул?!

— Вы! — разозленно протянула Куротсучи. Она видела, что помимо прибывшего в вихре техники Инузуки, из зарослей вышел еще один генин Конохи в темных очках, а следом куноичи в бежевой кофте. — Акатсучи, план В.

Бугай молча поднял над головой Наруто свои огромные ручищи и молниеносно ударил сверху вниз. Шокированный Узумаки, еще не отошедший от эпичного появления Кибы, сумел увернуться в последний момент.

— Эй! Мы на вас не нападали, даттебаё!

— Но это сделал ваш товарищ. Мы действительно хотели все решить мирно, но вы сами выбрали сражаться. И теперь проиграете — нас больше.

— Я не была бы в этом так уверена, — раздался веселый голос Карин.

Узумаки поправила очки и с легкой улыбкой чуть повернула голову в сторону. Заинтересовавшие ее кусты зашуршали и расступились, пропуская наружу Ино, что тащила за шарф Чоджи одной рукой, а второй вцепилась в руку Шикамару.

— Как напряжно.

— Теперь нас ровное количество, — довольно протянула Ино. Посмотрев на Карин, она добавила: — Я не позволю тебе сражаться одной. Я сильнее и докажу это!

После своей пламенной речи Ино быстро посмотрела на Саске. Тот не обратил внимания на их появление, продолжая стоять с закрытыми глазами, так и не убрав от лица ладонь.

— Вот же, — цыкнула раздраженно Куротсучи.

Воспользовавшись всеобщим замешательством, к вырубленному генину Ивы направился один из его товарищей и попытался привести того в чувство.

— Нет! Я не хочу умирать! — Ожил Чоджи и попытался отползти обратно в кусты. — Отпустите меня!

На помощь Ино пришел Шикамару, также вцепившись в шарф и не позволяя другу сбежать.

— Будь мужчиной, Чоджи. Мы не можем оставить Ино одну.

— Отпусти толстяка, парень, — не выдержав, фыркнул один из ивовцев. — Пусть бежит, живее будет.

До этого активно вырывающийся Чоуджи замер, прекратил натягивать собственный шарф. Ухо у него заинтересованно дернулось, и потом еще раз.

— А? Что этот парень только что сказал? — раздался тихий серьезный голос Чоджи. — Я не расслышал.

— Ты еще и глухой? — откровенно громко засмеялся ивовец. — Катись уже отсюда, жирдяй!

Шикамару и Ино застыли, с опаской поглядывая на товарища. Нара на всякий случай посильнее сжал в руке шарф.

— Я не жирдяй! — резко вскочил Чоджи и развернулся к генину Ивы. Покраснев, он сжал огромные кулаки и возмущенно заорал: — У меня кость широкая, понял?!

— Да неужели, — совсем развеселился тот в ответ.

— Натсу, — одернула товарища Куротсучи. — Тихо. Вы слышите?

Все присутствующие прислушались. С оханьем очнулся вырубленный Кибой генин. Но не его Куротсучи имела в виду. Всё сильнее нарастал треск, словно кто-то прорывался через ветки и кусты, не обращая на препятствие внимания.

Глава 4

Треск нарастал с каждой секундой. Куротсучи пришлось немного сместиться, чтобы держать в поле зрения как генинов из Конохи, так и предполагаемое место появления нового противника. Кто это? Очередной гигантский зверь? По дороге они умудрились познакомиться с местными медведями — те еще огромные монстры. Но тупые, справиться с ними оказалось достаточно легко, главное — загнать в ловушку.

Все присутствующие на поляне приготовились к бою. Они не сводили с друг друга настороженного взгляда, и при этом ожидали появления нового противника. Наруто и Киба отошли к своим командам, как и бугай Акатсучи.

Громкий треск оборвался внезапно. Казалось, вот сейчас они увидят врага, но никто так и не появился.

— Ребята, — попыталась еще раз достучаться до друзей Карин.

— Что? — тихо спросил Наруто, на секунду оглянувшись.

Ответить Карин не успела: вместе с оглушительным треском из-за деревьев хлынули две волны песка в ближайших противников. Куротсучи молниеносно выставила перед своей командой земляную стену, а вот двум из шести не успевшим ничего сделать Ивовцам, даже отскочить, не повезло — их смело до ближайших стволов деревьев, нехило приложив.

Наруто не мог поверить в увиденное. Это же песок. Снова он? Но как?! Как он смог так быстро оправиться после того удара?

На поляну выпрыгнула какая-то тварь, с безобразной верхней частью тела. Нижняя была вполне себе человеческой. Все непроизвольно отступили, с ужасом рассматривая монстра перед собой.

Наруто застыл, ощутив колоссальную жажду убийства. Она оказалась намного сильнее той, что применял на их тренировках Какаши-сенсей. Словно тысяча кунаев одновременно пронзили тело. Узумаки попытался сдвинуться с места и не смог. Прерывисто дыша, он заметил, что все замерли, как и он. Видел их дрожь и страх в глазах.

В тишине раздался стон боли от откинутых генинов Ивы. Тварь моментально развернулась к ним и вскинула лапу. Шелест песка, хрипы и поляну пронзил предсмертный крик.

Монстр.

Рядом тихо заскулил Акамару. Ксо! Он не позволит угрожать своим друзьям!

Яростный крик вырвался вместе с ответным всплеском чакры, что моментально убрало воздействие с себя и друзей.

— Нет! Убью! — очнувшись, взревела Куротсучи.

На бегу ее рука покрылась землей, моментально затвердев. С громким криком Куротсучи замахнулась каменным кулаком, целясь в голову. Тварь успела заблокировать удар лапой. Песок брызнул в разные стороны, ноги монстра немного протащило по земле, и на этом всё. Поврежденная песчаная лапа зашевелилась и растеклась по каменному кулаку. Куротсучи попыталась вырваться, но у нее ничего не вышло.

Удивление на ее лице сменилось страхом.

Песок сжался, вырывая крик боли.

В бочину монстра врезался Акатсучи, одновременно мощным ударом пробивая лапу. Песчаную тварь откинуло от куноичи. Песок попытался отомстить, но Акатсучи с удивительной для его массы скоростью подхватил подругу и спрятался за выставленной Натсу земляной стеной.

— Это Гаара, — донесся до Наруто дрожащий голос Карин. — Его чакра… Она разная, как и у тебя, Наруто.

— Что?

Вскрик Узумаки привлек к себе внимание. Удивленные голубые глаза встретились с нечеловеческими желтыми.

«Ему нужен я» — моментально понял Наруто.

Тварь взревела, и забыв об Ивовцах, с нечеловеческой скоростью понеслась прямо на седьмую команду. На полпути Гаара подпрыгнул и вскинул лапы вверх.

Наруто оттолкнул стоявших по бокам от него друзей и закрыл лицо скрещенными руками. От удара выбило весь воздух, он не ощущал больше опоры. Краткий миг полета, и его спина соприкоснулась с чем-то твердым.

— Наруто!

Панический крик друзей казался чем-то невнятным и далеким. Рот моментально наполнился кровью. Он слышал вместе со звоном в ушах, топот и рев несущегося на него монстра.

Тишина. Он лежал, наполовину погруженный в воду. Тело пронизывала боль. Закашлявшись, Наруто смог приподняться и сесть. Он вновь оказался в мрачном огромном помещении, а напротив него возвышались прутья клетки. Решительно сжав кулаки, Наруто через силу встал и смело посмотрел в глаза Кьюби.

Раздалось низкое рычание единственное, что нарушило тишину. Они просто безмолвно смотрели друг другу в глаза. Наруто сильнее сжал кулаки, до дрожи. Его губы превратились в тонкую линию. Кьюби же скалился, не скрывая своего торжества.

Всплеск воды при ударе хвостов об пол смешался с оглушительным лающим смехом демона.

— Ты пришел за силой, верно? — наконец спросил Кьюби, перестав смеяться. — Оговоренного не хватило?

Спустя несколько ударов сердца Наруто тихо засмеялся, чем озадачил Кьюби. Плечи Узумаки расслабились, и он разжал кулаки.

— Ты прав, не хватило. Не скучай тут, я сам справлюсь, даттебаё.

Развернувшись, Наруто взмахнул рукой на прощание и решительно направился прочь.

— Стой! — раздался рык. — Я помогу тебе.

Наруто удивленно застыл и чуть не упал из-за этого. Смешно замахав руками, он чудом удержал равновесие и не бухнулся в воду. Медленно обернувшись, он неверяще и с подозрением посмотрел на переставшего ухмыляться лиса.

— Почему?

— Мне скучно. И твой противник… я помню эту чакру. В свое время он изрядно меня достал, — с явной неохотой признал Кьюби. — Я помогу тебе, потому что сам этого хочу. В этот раз, дам тебе больше силы и не буду пытаться завладеть телом.

Вода забурлила и окрасилась в красный. Она быстро покрыла удивленного Наруто, заключив его в кокон и вырывая хрип.

— Приготовься.

— Сдохни!

Песчаная лапа врезалась в обездвиженного после предыдущего удара Наруто. Поднятая пыль заволокла место удара.

— Как, — раздалось низкое рычание, — как такой слабак мог меня победить?.. А?

Гаара сжал лапу и ничего под ней не нашел. Смазанная тень мелькнула в поднятой пыли, ускользая прочь от него.

— Вернись, трус! — взревел Гаара.

Наруто оглянулся, чтобы убедиться, что тот следует за ним.

«Нужно увести его от ребят», — Еще раз сильно оттолкнувшись и оставляя глубокую вмятину в коре толстой ветки, Наруто мысленно обратился к друзьям: — «Не идите за мной. Останови Карин, Саске!»

***

Увернувшись от куная, Хаку поднырнул под руку противника и воткнул в него очередной сенбон. Глаза шиноби закатились, и он медленно осел на землю. Пальцы шиноби из последних сил вцепились в землю, лицо искривилось в попытке заставить тело двигаться.

Бесполезно.

Хаку облегченно выдохнул, отворачиваясь от противника. Всё поле боя заволокло густым туманом, из-за чего выполнить задание Забузы-сана оказалось затруднительно. И не только туман был тому причиной.

Почему он приказал уйти? Разве не для этого он позволил остаться с ним рядом несколько лет назад? Он — оружие Забузы-сана. Так почему он сейчас тут, а не рядом с ним?!

Шаги, близко. Хаку вскинул руки с зажатыми сенбонами, парируя удар. Глаза его удивленно расширились, когда он узнал напавшего.

— Ты?

Мару отскочил в сторону, остановившись совсем рядом с утыканным сенбонами шиноби. Хаку приготовился к бою с предателем, но тот безразлично мазнул по нему взглядом, словно и не он первым напал.

— Ты почему здесь?

Безразлично заданный вопрос резанул по больному.

— Я… бесполезен, — непроизвольно выпалил он в ответ то, что терзало душу.

Хаку смотрел в глаза Маро и видел в них отражение себя. Откуда-то появилось чувство, что именно Кагуя понимает его, как никто другой.

Хрип неугомонного поверженного шиноби заставил Маро отвести взгляд от Хаку. Кагуя поднял руку с зажатым костяным мечом и резко опустил, протыкая насквозь тело шиноби. У Хаку дернулись пальцы в порыве его остановить, и замерли.

— И ты это так оставишь?

Хаку поднял взгляд от бездыханного тела и посмотрел на Мару, пытаясь понять, что он имеет ввиду.

— У каждого есть что-то, что он должен исполнить. Цель, ради которой нам дарована жизнь. Что ты готов отдать, что вытерпеть, ради ее достижения?

Хаку отступил, не зная, что ему ответить. Туман заглушал все звуки. Казалось, они остались совсем одни.

— Если думаешь, что все потеряно, это не так. Иди к своей цели, несмотря ни на что. И тогда чувство бесполезности уйдет. Я испытал это на себе. — Маро выдернул меч, из-за чего тело убитого вздрогнуло и дернулось вверх. — В выборе заключается наша свобода… Я найду остальных.

Маро исчез в тумане, оставляя Хаку одного. Плечи подростка, до того опущенные, распрямились. Пальцы решительно сжались в кулак.

Мгновение спустя на земле в одиночестве осталось лежать тело шиноби из Кровавого Тумана. Кровь смешалась с водой, пропитывая землю.

Сколько еще сынов Киригакуре не вернется в этот день домой?

***

Наруто так резко их оттолкнул, что Карин не успела нормально сгруппироваться и больно приложилась о землю. Она заметила только смазанное движение песка и услышала вскрик друга, как того откинуло мощным ударом.

— Наруто! — закричали они с Саске одновременно.

Преодолевая боль, Карин с трудом приподнялась. Саске справился быстрее нее.

— Ребята!

К ним бежали восьмая и десятая команда. Ивовцам сейчас было явно не до них. Часть из них ощетинилась оружием, пока оставшиеся пытались достать из песка друзей со слезами на глазах.

— Саске, стой! — Закричала Карин, пытаясь подняться. — Он не один! Справа!

Учиха успел среагировать на ее предупреждение, и лезвие марионетки срезало только кончик волос. На ветку, рядом с парящей в воздухе куклой, запрыгнули сокомандники Гаары. Они старались не смотреть Учиха в глаза. Выглядели суновцы сильно помятыми, словно сражались совсем недавно с кем-то. У Канкуро ранее черная одежда оказалась запыленной, а у Темари появились ссадины на руках и ногах.

— С дороги! — прошипел Саске, активируя шаринган.

— Нет, — неожиданно твердо отказала Темари. — Когда Гаара в такой форме, его никто не может остановить. Он выбрал его, и пока не удовлетворит свою жажду крови, не успокоится.

— И что ты нам предлагаешь?! — закричала Карин, вырываясь из рук Ино и Хинаты, что помогли ей подняться. — Бросить на растерзание друга?

— Да. Иначе мы все умрем, — безэмоционально ответил Канкуро.

Ребята просто не могли поверить в услышанное. Принести друга в жертву, лишь бы самим остаться в живых?!

— Ха! Вам страшно, верно? — ухмыльнулся неожиданно Киба, заставив всех встрепенуться своим возгласом. — Но знаешь что? Я не собираюсь больше убегать!

Киба дернулся вперед, отчего Темари вскинула веер:

— Назад! Вы не понимаете, он… что?!

— Наконец-то, — из-за спин ребят раздался облегченный выдох. — Это заняло немного больше времени, чем я ожидал.

Какуро и Темари застыли, а потом медленно подняли дрожащие руки и, явно сопротивляясь, медленно развели их в сторону. Марионетка дернулась и упала несуразной кучей, а секундой позже рядом в землю воткнулся огромный веер.

— Саске, Карин, оставьте их на нас.

Саске обернулся к сосредоточенному Шикамару. Его позу точно повторили Темари и Канкуро. Пусть Нара и говорил с обычной ленцой, но Саске видел, что ему приходилось прилагать усилия, чтобы сдерживать суновцев. Те не собирались сдаваться и пытались побороть технику.

— Помочь с поиском можем мы. Разведка специализация наша.

— Да, — тихо согласилась Хината, прижав руки к груди.

— Тяв.

— Не надо, мы справимся сами. — Саске резко запнулся и удивленно уставился на подругу, что вцепилась ему в локоть. — Карин?

Ее хватка усилилась, аж костяшки побелели на пальцах.

— Мы будем ему мешать.

— Что? — искренне удивился Саске, услышав ее шепот. — О чем ты? Наруто, он…

— Он призвал его силу, — хрипло выдохнула Карин.

Глаза Саске расширились. Он вскинул голову и посмотрел в предполагаемое местонахождение добе. Губы сжались в тонкую нить, ему захотелось заорать от собственной беспомощности. Как же он ненавидел это чувство! Крепко зажмурившись, он поднял руку и накрыл ладонью пальцы Карин.

— Ты права, но… мы не можем его оставить одного, верно?

Карин вскинула голову. Чуть помедлив, она улыбнулась через силу и кивнула.

— А где генины Ивы? — в наступившей тишине спросил растерянно Чоджи.

***

— А говорила, что его тут нет.

Безразличие ко всему постепенно стало отступать. Вот тот, кто посмел предать его доверие и ударил в спину. Ему с трудом удалось сдержать порыв, чтобы тут же не кинуться и не разорвать его.

«Убить-убить-убить!.. Нет, нельзя спешить… Почему нельзя? Где я? Забуза? О чем они говорят?.. Он же… Ар-р-р! Убить предателей! Да как они посмели пойти против моей воли? Я сотру ваши улыбки с лиц!»

Ярость волной заполнила сознание Ягуры, путая мысли. Душу жгло от разочарования в человеке, которому он доверил один из Семи мечей Киригакуре.

«Забуза… Мей… Забуза! Убить-убить-убить!»

Сознание вновь заволокло болью из-за покрова. Только цель перед глазами придавала сил. Совсем немного и он разорвет его на части!

Чакра Исобу покрыла тело, адская боль сковала движение. Припав на землю, Ягура пожелал пронзить своих врагов хвостами. И чакра, словно послушный зверь, устремилась вперед.

Сейчас!

Что-то отразило его удар. Не позволило пронзить насквозь Забузу и Мей. А он так хотел увидеть боль на лицах этих предателей.

«Предателей? Почему предателей? Кто этот ребенок рядом с ними? Больно, как же больно. Я должен всех предупредить, они… Кто они? Забуза? Он… Предатель! Убить!»

Рывок причинил ему новую порцию боли. Увернулись! Он не позволит им уйти! Вместе с рыком Ягура выпустил поток чакры. Предатели тут же спрятались от ударной волны за каменной защитой.

Им не уйти! Кулаки сотрясли землю, пробивая податливую почву. Еще и еще! Защиту разорвало в клочья, но где предатели?

Ягура припал сильнее к земле, пытаясь найти их. Видимость значительно ухудшилась, вокруг медленно начал сгущаться туман.

«Где они? Спрятаться решили?!»

— Р-а-а!

Поток воздуха позволил Ягуре увидеть пустую выжженную землю и покореженные остатки хилых деревьев перед собой. Ни одной живой души. Всего несколько секунд и все вновь заволокло туманом.

Сбежали? Нет, он был уверен — они рядом. Осталось только найти.

Порыкивая, Ягура медленно встал и широко расставил ноги, стараясь удержать равновесие. Передвигаться как обычный человек в этой форме было чуть затруднительно из-за панциря из чакры на спине. Чувства обострились до предела. Медленно поворачиваясь и прислушиваясь, Ягура пытался их найти.

Там!

Ягура припал к земле и одним прыжком рванул в сторону звука. Нечеловеческая реакция позволила отбить удар Кубикирибочо и откинуть от себя противника. Позади сгусток лавы перекрыл путь к отступлению. Но он и не собирался сбегать! Не сейчас, когда противник прямо перед ним.

«Убить-убить-убить!»

Верткий противник ускользал вновь и вновь, выводя из себя. Когда казалось, что сейчас он достанет Забузу, как перед Ягурой поднималась земляная защита или столб воды, поглощая удар чакра-лапой. Поднятая пыль или пар еще сильнее ухудшали обзор, скрывая противника. Стены из лавы росли вокруг них, заключая в своеобразную арену. Видимость ухудшилась еще сильнее, отрезая пробивающийся сквозь густой туман свет. Удар хвостами позволил Ягуре пробить не успевшую до конца затвердеть лаву. Мизукаге тут же рванул на выход.

В прошлый раз Мей не успела закрыть его, и сейчас у нее ничего не выйдет!

На пути к свободе возник Забуза, замахиваясь Кубикирибочо. Вот только в этот раз Ягура не стал уклоняться, а подставил руку. Удар, что должен разрубить простого человека пополам, только немного пробил покров и вызвал новый рык.

— Куда это ты собрался?

Красная пелена застила взор, отодвинув в сторону последние здравые мысли об осторожности. Вынуждая нападать только на противника перед собой. Нужно только дотянуться. Коснуться. И он победит!

«Убить! Разорвать!»

Ягура рванул к Забузе, но не смог дотянуться до его лица совсем немного. Когти разорвали только воздух перед носом Момочи. Ягура позорно шлепнулся на задницу: два его хвоста в момент рывка оказались придавлены к земле глыбой льда и огромным валуном. Не успел Ягура подняться, как на третий хвост упал новый валун, а ноги стали покрываться льдом. Тот тут же таял из-за ядовитой чакры джинчурики, пока неожиданно поверх льда не плюхнулся сгусток лавы и тут же затвердел.

Из горла Ягуры вырвался яростный крик, смешанный с болью.

— Забуза-сан!

Пока Ягура закрывал лицо руками от потока ледяных игл, Момочи успел выпрыгнуть из лавовой ловушки и встать рядом с Хаку и Мей. Теруми тут же сложила печати и выдохнула в сторону Ягуры кислотный пар. Джинчурики вновь взревел от боли и ярости, пытаясь освободиться.

Забузе и Хаку пришлось немного отойти от края ловушки, избегая техники Мей. Сама же Теруми не прекращала заполнять ловушку все новой порцией кислотного пара.

Вой Ягуры оборвался.

— У нас получилось? — с надеждой посмотрел на Забузу Хаку.

Тот ничего не ответил. Прищурившись, он пытался увидеть Ягуру внизу, но из-за пара и остатков тумана, ничего было не видно. Слишком легко они справились, пусть Мей и потрепала Ягуру до его прихода.

Слишком легко.

Словно в подтверждении его мыслей, снизу донесся тихий гул.

***

Несмотря на помощь Ао, реагировать на атаку Мангетсу каждый раз из-за тумана получалось в самый последний момент. И не всегда удавалось уходить без повреждений. Постепенно одежда окрашивалась в красный из-за новых царапин и мелких ран.

Так долго продолжаться не могло. Если мечник достанет Ао, то он лишится «глаз». Кабуто это отчетливо понимал. Одна ошибка и они трупы. Пока преимущество было на стороне Мангетсу. Очень неудобный для них противник оказался. Но и Мангетсу не мог их просто так оставить у себя за спиной, опять же, из-за Ао. Тот постоянно отслеживал его перемещение.

Единственной техникой, которой Кабуто мог ударить по площади и гарантированно достать противника, на этой миссии применять было нельзя. Иначе он может выдать свою принадлежность к Конохе. На этой миссии его имя — Судзи, свободный шиноби. Ао же, кроме тайдзюцу и сенсорики, никаких техник не применял. Еще и Кимимаро с Шином где-то шлялись!

После очередной атаки и исчезновения Мангетсу, Ао продолжил отслеживать его перемещение и постепенно поворачивался к нему лицом.

— Он с кем-то столкнулся. Это наш шанс, вперед!

Кабуто на это только ухмыльнулся и поспешил за ним. Явился.

По отголоскам сразу стало понятно, что в тумане сражались два мечника, раз за разом сталкиваясь на высокой скорости. К удивлению Кабуто, Мангетсу разделил свой меч на два. И теперь он в бою с Кимимаро выяснял, кто из них более искусен в кендзюцу. Оба не уступали друг другу в скорости, искусно парируя удары. Мангетсу явно получал удовольствие от скорости боя, судя по его оскалу. Кимимаро оставался верен себе: хмур и сосредоточен.

Это действительно их шанс!

Танто тут же оказалось убрано в ножны. Один за другим кунаи полетели в спину увлекшегося Мангетсу. Тот почувствовал угрозу и уклонился, но этим тут же воспользовался Кимимаро и отсек противнику кисть. Выпавший меч воткнулся в землю, когда Кагуя вторым ударом рассек противника от плеча до бедра.

Мангетсу покачнулся, отступил и с улыбкой опал водой. Под заинтересованным взглядом Кимимаро вода собралась в одно место, приподнялась от земли, обретая форму человека. Вновь перед ним стоял целый и невредимый довольный Мангетсу.

— Водяной клон? — прошептал себе под нос Кабуто.

— Нет, это секретная техника клана Хозуки, — ответил догнавший его Ао. — Простым оружием его не убить.

— Вот как, — заинтересованно протянул Кабуто и задумчиво поправил очки.

Жаль, что его чакра не имела сродства с райтоном. Но, ему есть чем удивить этого мечника. Кабуто улыбнулся краешком губ и потянулся рукой к подсумку.

— Вас стало больше, — с ухмылкой заметил Мангетсу, осматривая их компанию. С веселой улыбкой он поднял мечи, повернулся к все время спокойно наблюдавшему за ним Кагуе и направил в его сторону оружие: — Я получил истинное удовольствие, сражаясь с тобой. Постой тут, мне нужно убрать помехи.

Мангетсу соединил два меча в один, возвращая ему первоначальную форму. Лезвие тут же покрылось огромным количеством чакры. Резкий разворот вокруг своей оси и множество голубых кристаллов вновь устремились в сторону Ао и Кабуто.

Один из кристаллов задел ногу, рана вокруг моментально онемела. Второй пробил левое плечо. Рядом с хрипом упал Ао, больше не в состоянии двигаться. Прямо перед парализованным Кабуто возник Мангетсу, собираясь в прыжке разрубить его одним ударом сверху вниз.

Хирамекарей вместо податливой плоти вонзилась в землю. Пальцы Кабуто сжались на кисти Мангетсу, не позволяя ему выдернуть меч. Кунай устремился к шее Мангетсу, но тот успел перехватить удар.

— Как ты можешь двигаться? — оторвав взгляд от торчащего кристалла в левом плече Кабуто, пораженно прошипел Мангетсу.

— Все просто, — с трудом сдерживая противника, ответил Кабуто. Их руки дрожали от напряжения, пальцы впились в чужую плоть, не позволяя друг другу двигать руками. — Я ирьенин.

Глаза Мангетсу удивленно распахнулись. Его сердце пробила белая кость. Губы Мангетсу растянулись в улыбке, тело стало прозрачным и опало водою вниз. Она устремилась прочь, чтобы вновь собраться в стороне в целого Мангетсу.

— Бесполезно. Не знаю, как ты смог противостоять моей технике, но…

Ухмылка исчезла с лица Мангетсу, черты исказились. Зажав рот рукой, он закашлял. Сквозь пальцы тут же просочилась алая кровь.

— Почему я не могу… чакру…

Мангетсу через силу шагнул к Кабуто и протянул к нему руку, тыкая зачем-то указательным пальцем. Лицо исказилось в непонимании и ужасе.

Алая кровь брызнула во все стороны. Голова Мангетсу отделилась от тела и шлепнулась на землю, орошая землю кровью. Тело мечника бухнулось на колени, а потом завалилось на бок.

— Тебе помочь? — безразлично уточнил Кимимаро, одним взмахом убирая с меча кровь.

— Не откажусь.

Кагуя подошел поближе к замершему на месте Кабуто, с интересом рассматривая торчащий в плече голубой кристалл. Подняв руку, он одним ударом костяной рукояти решил эту проблему.

— Мог бы и полегче, — прошипел Кабуто. Рана на плече стала быстро затягиваться. — Только с ним так не поступай. Он еще может нам пригодиться.

Кимимаро проследил за взглядом Кабуто и небрежно пожал плечами. Ему не было никакого дела до лежачего без движения на земле шиноби Кири. Неизвестно, выжил ли тот вообще — его тело пронзило сразу пять кристаллов.

Туман вокруг них, после смерти Мангетсу, постепенно начал пропадать. Стало отчетливо видно на месте сражения Забузы и Ягуры земляной купол и три фигуры на самой вершине. Вокруг валялись трупы шиноби, остатки выживших сражались далеко от них в стороне.

— Пойдем, поможешь.

Кимимаро только отвернулся от купола, как сзади раздался взрыв. Ударная волна сбила его вместе с Кабуто с ног.

Глава 5

Резко оттолкнувшись, Наруто спрятался за одним из стволов местных гигантов. Изменившийся Гаара проскочил мимо и не заметил его. Но не прошло и несколько секунд, как тот понял, что впереди никого нет, и резко остановился.

— В чем дело? Почему ты прячешься? — Гаара медленно поворачивал голову, пытаясь его найти. В его голосе слышалось злое предвкушение от скорой расправы. — Ты боишься меня?!

Наруто с трудом сдержался, чтобы не ответить. Страх остался там, позади, вместе с ребятами. Сейчас только чуть подрагивали пальцы из-за волнения и ожидания.

— Где ты? Я знаю, что ты здесь! — Гаара перепрыгнул на другую ветку и оказался на соседнем дереве. Только негромкий стук от соприкосновения его обувки с древом раздался в тишине. — Куда делся твой дух? Покажи мне свою силу. Я сокрушу ее!

— Почему ты хочешь меня убить?

Из укрытия вышел один из двух созданных Наруто клонов, чем моментально привлек к себе внимание противника. Его песчаный толстый хвост в предвкушении стал активнее раскачиваться из стороны в сторону. Узумаки рассчитывал, что Гаара сразу атакует его клона, но тот его удивил.

— Почему хочу убить? Пока я убиваю, я существую!

Клон не успел среагировать на внезапную атаку песчаным хвостом и моментально развеялся с характерным хлопком. Наруто досадливо поморщился из-за «приятных» ощущений.

— Ты ошибаешься! Убивая, ты отталкиваешь от себя только сильнее, — рядом с убитым клоном показался еще один, пусть и чуть в стороне.

— Мне никто не нужен. Я живу ради убийства не таких, как я. Всю мою жизнь, все только и ждут момента, чтобы ударить в спину.

Гаара шумно втянул воздух через рот и резко выдохнул режущий поток, оставляя на ближайших деревьях внушительные зарубы. Эту технику клон не пережил, так и не достигнув цели своей провокации. Гаара не собирался двигаться в установленную клонами ловушку. Словно догадался о ее существовании.

— Ты решил поиграть со мной?! Отлично! Я тоже люблю играть. Для начала вернусь и убью одного из твоих друзей. Может, тогда ты перестанешь от меня прятаться, а? Или сбежишь?!

Сбежать? Наруто так сильно сжал челюсть, аж зубы заскрипели. Он отлип от ствола дерева и запрыгнул на ветку выше суновца, прямо напротив на соседнее дерево.

— Ты ошибаешься. Я не позволю тебе их тронуть!

Гаара захохотал, услышав этот эмоциональный выкрик.

— Значит, ты сражаешься ради других. Ты никогда не станешь сильным! Просто полюби себя и дерись. Дерись только за себя! Вот что делает сильного сильным. — Гаара скрестил руки-лапы перед собой и резко их распрямил. — Песчаный сюрикен!.. Где следующий?

В предвкушении начавшейся охоты, Гаара опустил взгляд и завертел башкой в разные стороны. Вот только сверху не раздалось очередного хлопка от развеянного клона. На песчаный лобешник упала капля крови, совсем рядом с кандзи Аи. Гаара моментально вскинул голову.

Покрытое песком лицо исказилось от впившегося в щеку кулака. Суновца откинуло до ближайшего ствола, смяв кору при столкновении. Песчаный хвост успел зацепиться за одну из веток, не позволяя джинчурики упасть в расставленную внизу сеть.

Наруто еле сдерживался. Он низко опустил голову, из-за чего на глаза упали волосы и частично скрыли врага. Кулаки Узумаки подрагивали, выдавая его состояние. На руках стремительно затягивались порезы, оставив только кровавые дорожки из-за полученных неглубоких ран от песчаных сюрикенов.

Когти впились в ветку и Гаара смог наконец-то забраться обратно. Его глаза зло сощурились, разглядывая перед собой появившегося противника, что сумел достать его и нанести существенный урон, пробив броню. Дважды!

Почему… почему?!

— Одиночество… Тебе знакомо это чувство, верно? Так почему ты стремишься остаться один?

— Стремлюсь? Я всегда был один. Мне никто не нужен!

— Шёпот за спиной. Взгляды, пропитанные холодом и ненавистью… Ты действительно хочешь всегда так жить? — тихо перечислял Наруто, игнорируя выкрик Гаары. В каждое слово он вкладывал испытанную им не раз боль. Пытаясь найти и для себя ответ тоже

— Ты… Ты ничего не понимаешь! — заорал Гаара. — Только сражаясь, можно стать сильнее. Ощутить себя живым!

Сильно оттолкнувшись, он вскинул лапу, желая всем сердцем разорвать того, кто взбаламутил старые раны. Вызвал воспоминания о тех, кому Гаара доверял всем сердцем. И кто покинул его, больно ранив в самое сердце.

Песчаная лапа пронеслась совсем рядом с увернувшимся в последний момент Наруто. А ответный удар в спину, придал еще больше ускорения, отправляя Гаару в полет, на землю. Встречные ветки ломались, причиняя дополнительный урон и всего лишь чуть замедляя скорость падения. Зарычав, Гаара успел выпустить перед собой большое количество песка и смягчить столкновение с землей.

Град ударов сотряс его тело. Кулаки Наруто впивались в песчаную броню, раз за разом ощутимо отдавая болью во всем теле несмотря на защиту.

— Ра-а-а!

Песчаный хвост обвился вокруг Наруто и откинул того в сторону. Не давая ему прийти в себя, Гаара обхватил лапой вокруг груди Наруто, а приподняв, тут же с яростным криком впечатал его в ближайший гигантский ствол.

— Таким как ты, никогда меня не понять, — прорычал Гаара, с удовольствием наблюдая, как из уголка губ Наруто стекает кровь.

— Не понять, значит, — усмехнулся Наруто в ответ. — Ты можешь говорить что хочешь. Но мы похожи.

Гаара прижал лапу сильнее. Под хруст песка Наруто зашипел, но ухмыляться не перестал и поднял голову. Глаза Гаары удивленно распахнулись.

— Я такой же, как и ты… Но в отличие от тебя, не собираюсь возвращаться во тьму одиночества! — закричал Наруто. Его глаза потеряли природный цвет, окрасившись в алый, а зрачок вытянулся. На коже тут и там начала пузыриться красная чакра.

— Кто ты такой? — ошарашенно прошептал Гаара, наблюдая, как его противник меняется из-за действия этой странной чакры.

— Тот, кто надерет тебе задницу!

Несмотря на сопротивление, Наруто смог сдвинуть песчаную лапу и обрести свободу. Мощный толчок и Гаару откинуло прочь, позволяя более детально рассмотреть Узумаки. Красная чакра охватила всё его тело, обретая черты лиса с одним хвостом.

«Убей! Убей его, скорее!» — раздался в голове пронзительный панический визг, заставляя Гаару выйти из ступора и схватиться за голову от боли.

— Вот значит как, — подняв взгляд на Наруто, расхохотался он. — Ты такой же, как и я! Так почему ты защищаешь других?

— Они спасли меня из ада одиночества, в котором я был с самого детства. И знаешь, ты не прав, — Наруто невольно вспомнил разговор с тем парнем из Скрытого Тумана, Хаку. — Только защищая тех, кто дорог, ты становишься по настоящему сильным. Я не позволю причинить им вред!

— Так покажи мне свою силу. Я сокрушу ее! Но так, чтобы ты не умер. А потом с удовольствием буду наблюдать, как ты убегаешь, оставив своих друзей!

— Я никогда не беру своих слов назад, даттебаё!

Они кинулись к друг другу одновременно, моментально сократив расстояние.

***

— А где генины Ивы? — в наступившей тишине растерянно протянул Чоджи.

Хината тоже заметила их исчезновение и уже активировала бьякуган:

— Они направились за ними!

Саске переглянулся с Карин, а после обратился к ним:

— Восьмая команда, нам понадобится ваша помощь. Шикамару…

— Идите уже. Оставьте их на нас.

— Спасибо.

Просьба Саске отозвалась радостью в груди, придав уверенности. Хинате было страшно, но она не могла допустить, чтобы Наруто остался один с тем монстром. Еще и генины Ивы направились к ним.

— Стойте! Вы его только разозлите!

Крик Темари уже раздался им в спину. Остановило ли их это? Нет! Хината бежала впереди, рядом со своей командой, показывая Саске и Карин путь. Именно она первая заметила изменение в движении генинов Ивы.

— Они остановились и рассредоточились.

— Нас заметили. Среди них точно есть сенсор, — сравнялся с ней Саске, отчего Хината смутилась. Ее всегда вводил в ступор сын Хокаге, своей серьезностью. — Хината-чан, они все ждут нас?

— Да, — кивнула она и оттолкнулась от очередной ветки.

— Отлично. Нельзя допустить, чтобы они вмешались в бой Наруто. Вперед!

— Но, как же…

— Только Саске сможет сражаться с ними наравне. Мы все будет только мешать, — горько отметила Карин.

— Эй, мы не слабаки!

— Тяв!

— И с каких это пор Наруто стал так силен? Он всегда проигрывал мне спарринг!

На восклицание Кибы Саске и Карин промолчали, но Хината заметила ее грустную улыбку, когда та бросила чуть насмешливый взгляд на Кибу. И, Хината ее понимала. Наруто действительно сильный и добрый. Она всегда это знала. И теперь, когда прошло полгода с момента выпуска, заметила, как он изменился. И, та чакра и Ки Наруто на экзамене…

Мысленно отбросив ненужные сейчас сомнения, Хината сосредоточилась на генинах Ивы. Все семеро ждали их. Гаара и Наруто тоже почему-то остановились и замерли напротив друг друга.

Киба просигналил замедлиться. Была высока вероятность ловушки, но отступать они не имели права. Поэтому, уменьшив скорость передвижения, они старались заметить любую пакость. Но все было чисто. Похоже, Ивовцы не воспринимали их всерьез. Так сильно были уверены в своих силах? Или же они не собирались драться?

Не прошло и пяти минут и ребята остановились, как только визуально заметили вероятных противников. Те ждали их с хмурыми лицами. Первой вновь заговорила Куротсучи:

— Мне странно это предлагать, но предлагаю объединиться. Сейчас у нас одна цель, этот Гаара! Нам нет причин сражаться. Наплевать на свитки. Он убил моих товарищей, и теперь его целью стал один из вас!

Вперед вышел Саске. Киба пробурчал ругательство под нос, но останавливать его не стал, признавая в этот раз главенство. Но только в этот раз!

— Как бы я ни хотел с тобой согласиться, но вынужден отказаться.

— Что? Почему?!

Хината, как и Шино с Кибой, шокировано уставилась на спокойного Учиха. Она просто не могла поверить, что он отказался. Они ведь действительно могли объединиться. Этот Гаара опасный противник. Так почему?

— Вам не стоит лезть в их бой, уж поверь мне на слово.

— Ты!.. В прошлый раз ты казался мне более благоразумным. Вам нас не остановить!

Саске устало выдохнул и прикрыл глаза. А когда вновь открыл, в его глазах был активирован шаринган.

— Потом спасибо мне скажешь.

— Началось, — раздался спокойный голос Карин.

Смотрела она не на Саске и Ивовцев, а туда, где находились Наруто и Гаара. Хината сразу активировала бьякуган и пораженно замерла. Это… Наруто?

Рядом заскулил Акамару и спрятался обратно Кибе за пазуху.

— Что это? — воскликнул Нацу, удивленно обернувшись в ту же сторону, что и Карин с Хинатой.

Раздался оглушительный взрыв.

***

Уши заложило, перед глазами всё расплывалось. Во рту кровь смешалась с песком. Забуза через силу приподнялся и покачал из стороны в сторону головой, пытаясь прийти в себя, но это мало помогло. Наоборот, только сделало хуже. Его повело в сторону, и он обратно завалился набок. Далеко в стороне от него лежала Мей. Волосы волной скрыли ее лицо, не позволяя понять, жива ли она.

Песок заскрипел на зубах, когда Забуза через силу смог подняться, сесть на колени и наконец-то оглядеться хоть немного. В ушах еще звенело, и кроме этого ничего не было слышно. Вся левая сторона пульсировала болью, одна рука висела плетью. Двигаться получалось с трудом и через адскую боль.

Возле остатков созданного Мей купола Забуза увидел знакомую рукоять Кубикирибочо. Меч отразил бомбу хвостатого, но сам из-за этого сломался почти у самого основания, оставшись обрубком с рукоятью. Момочи невольно ухмыльнулся: он знал, как можно быстро его починить.

Хаку он рядом не увидел. Перед тем как отразить бомбу, Забуза успел оттолкнуть его в сторону. Так что шанс, что тот выжил, был велик.

Постепенно стали возвращаться звуки. Опершись на правую здоровую руку, Забуза с трудом повернулся на источник и замер: в куполе из ледяных зеркал находился джинчурики, раз за разом уничтожая их хвостами или чакро-лапой. Хаку с трудом успевал перемещаться между зеркал, восстанавливать их и атаковать Ягуру, вырывая из него очередной недовольный рык.

Долго Хаку не выдержит, это было понятно сразу. Он не только выжил, но и смог продержаться всё то время, что мечник пробыл в отключке. В груди у Забузы значительно потеплело, губы искривились в подобии улыбки.

Первая попытка встать оказалась провальной, но со второй получилось. Шатаясь из стороны в стороны, Забуза медленно приближался к своей цели — сломанному Кубикирибочо. Шаг, еще один. Правая нога подвернулась, и он грузно шмякнулся на колени, успев подставить единственную рабочую руку, чтобы окончательно не растянуться на земле. Из-за встряски в груди запершило, и он зашелся в кашле. Бинты моментально намокли. Одним раздраженным движением Забуза убрал испачканную в грязи и крови ткань от лица.

Ему казалось, что он идет вечность, а заветная рукоять верного меча совсем не приближается. Шаг, еще один. Позади вновь раздался звон разбитого ледяного зеркала и новый разочарованный вой джинчурики. Это заставляло торопиться, но и вселяло надежду. Хаку держится. Шаг, еще один. Он уже совсем близко. И, как назло, нога угодила в коварную небольшую яму на земле. Забуза растянулся во весь свой могучий рост, но наконец-то смог дотянуться до верного меча. Пальцы сомкнулись на рукояти, возвращая уверенность в своих силах, когда позади раздался очередной звон разбитого ледяного зеркала. И следом громкое падение чего-то крупного, сразу же заглушенное восторженным рыком Ягуры.

В груди моментально все заледенело.

Собственное тело двигалось слишком медленно. Забуза понимал, что он опоздал. Когда он смог подняться и обернуться, то увидел скованного коралловыми наростами Хаку. И бегущего к нему на двух ногах джинчурики с занесенной для удара лапой. При беге он раскачивался из стороны в сторону, из-за мешающего ему панциря на спине.

С громким криком Забуза из последних сил запульнул поврежденный Кубикирибочо в сторону джинчурики. Уже отчетливо понимая, что он не успеет. А если Ягура и остановится на секунду, и не убьет Хаку сразу, меч просто отскочит от его панциря на спине. Но и просто смотреть на смерть Хаку, и ничего с этим не сделать, Забуза тоже не мог.

Когти джинчурики разорвали воздух: перед самым ударом смазанная черная тень украла жертву прямо перед его носом. Ягура замер на одном месте, покров джинчурики моментально исчез, оголяя поврежденную кожу. И в следующую секунду Кубикирибочо пробил ему спину, разрывая сердце и выходя из грудной клетки. Ягура пошатнулся и с трудом развернулся к Забузе. На его детском лице застыло удивление и обида.

— Забу…

Клинок, получив кровавую подпитку, на глазах стал восстанавливаться. Ягура рухнул на колени, но восстановленный меч так и не позволил его телу упасть. Воткнувшись в землю лезвием, он послужил ему опорой.

Забуза видел, как Тайчо кунаем сбивает с Хаку коралловые наросты. Перед глазами вновь все потемнело, земля стремительно приближалась. На губах Момочи застыла улыбка, а в голове звучало всего одно слово, вновь и вновь: успел.

***

После взрыва их не хило так засыпало каменными глыбами. Кимимаро повезло больше, а вот Кабуто так приложило, что он потерял сознание. И в себя он пришел только после того, как ему на лицо вылили воду.

— Жив, — услышал он безразличный тон Кагуи, не успев толком прийти в себя.

Ничего не ответив, Кабуто проверил свой организм. Куча синяков и мелких порезов, ничего страшного.

— Что это было?

Напарник молча кивнул в сторону. Кабуто приподнялся и увидел вместо каменного купола огромную воронку, а также кучу разбросанных повсюду каменных глыб. И посреди всего этого безобразия, в далеке редкие лучи солнца отражались от висящих в воздухе ледяных зеркал.

— Помогать будем?

— Нет, — чуть с заминкой ответил Кабуто. — Пока нет. А где тот шиноби с повязкой на глазу… как его. Ао. Выжил?

— Не проверял. Вон там, его тоже завалило.

— Пойдем, откопаем.

Кагуя только кивнул и легко встал, совсем не собираясь ему помогать. Кабуто на такое отношение закатил глаза, но ничего не сказал. Их связывало только обязательство перед Орочимару и Данзо-сама, не более.

К удивлению Кабуто, Ао оказался жив. И это несмотря на то, что его тело до сих пор было проткнуто и обездвижено кристаллами, а сверху еще засыпало землей и камнями. Он очень удачно упал, вот и не задохнулся.

Этот шиноби заинтересовал его. Еще во время битвы, Кабуто заметил очень уж характерные вены вокруг закрытого повязкой глаза. И вот теперь у него была возможность проверить свои подозрения. Попытка взглянуть, что находится под повязкой, оказалась моментально провальной. Талисманы, что висели у Ао в виде сережек, моментально скрыли глаз. Кабуто еле успел пальцы одернуть.

Нахмурившись, Кабуто достал кунай. Но и им он ничего сделать с активированной защитой не смог. Хмыкнув, Якуши решил проверить с помощью техники свои подозрения.

Зеленая чакра погасла через несколько минут. Сомнений больше лично у него не осталось.

— Вынимать из него кристаллы? — раздался спокойный вопрос, вырывая Кабуто из раздумий. — Тайчо объявился.

— Что с Ягурой? — не ответив на вопрос, уточнил Якуши. Все это время он не отрывал задумчивого взгляда от спокойного лица Ао.

— Мертв.

Помолчав немного, Кабуто оглянулся к Кагуи.

— Его нужно обезглавить. Справишься? У тебя мечи крепче.

Удивление Кимимаро выдавало только чуть округлившиеся глаза и взгляд. Но ответил он спокойно и без колебаний:

— Отойди.

Пока Кабуто доставал свиток для запечатывания, костяной меч рассек воздух со свистом, а следом погрузился в плоть. Кабуто за это время разместил на теле Ао взрывные печати. Закончив работу, он ухватился за волосы Ао и перенес голову на запечатывающий свиток.

Оставить в Кровавом Тумане Бьякуган он не мог. Увы, но по-другому быстро забрать глаз у него не получилось.

— Уходим. Наша миссия выполнена.

Глава 6

Местная живность давно разбежалась подальше от двух сцепившихся разъяренных джинчурики. Повсюду валялись обломанные толстые ветви местных гигантов, павшие жертвой при бое двух сильных противников. Песчаная туша джинчурики представляла собой жалкое зрелище после столкновения, местами песок у него «потек», но и Наруто тоже досталось.

«Долго ты еще с ним возиться будешь?» — раздался недовольный голос Кьюби в голове.

«А что ты предлагаешь?» — огрызнулся в ответ Наруто, уворачиваясь от очередной порции песчаных сюрикенов.

Наруто чувствовал, что начинает уставать. Он не привык так долго использовать силу Кьюби. Во время тренировок, как только он тратил оговоренный между ними объем чакры, между ним и Кьюби всегда начиналась борьба. И чаще всего именно Шисуи или Киное приходилось вмешиваться. В этот же раз лис дал намного больше чакры и не влиял на его разум. Наруто был благодарен ему за это. И при этом глубоко внутри ощущал страх, что Кьюби может воспользоваться шансом.

«Нужно вывести его одним ударом. Он постоянно увеличивается в размерах. Присмотрись внимательно к его ногам и земле вокруг.»

Песчаная рука пронеслась совсем рядом, вынуждая Наруто возобновить бег по кругу. Несколько раз ему так удавалось подловить Гаару, но тот быстро восстанавливался. И теперь, после слов Кьюби, Наруто смог заметить несколько песчаных жгутов, упирающиеся в землю. Они извивались, словно живые.

«Я не понимаю».

Наскок, и еще один удар угодил Гааре в спину. Атака заставила его пошатнуться, часть песка осыпалась. Но и Гаара успел задеть Узумаки хвостом, отбросив в сторону. Наруто в полете удлинил чакро-лапу и зацепился за один из стволов, и благодаря этому сумел вовремя увернуться от новых песчаных сюрикенов.

«Что за тупой сосуд мне попался».

«Эй!»

«Ему нужен песок для трансформации в Биджу. И как только он сможет превратиться, вы все умрете».

Новая угроза вызвала волну паники, вынуждая мысленно перебирать одну технику за другой. И с ужасом понимать, что отработанные техники не смогут точечно пробить песок Гаары и нанести ему существенный урон. И, как назло, заготовленные взрывные печати он уже потратил.

Он не мог сейчас проиграть. Только не сейчас!

«Используй вакуумный шар».

«Но я не могу его удержать!»

Наруто показалось, что он услышал тяжелый вздох.

«Я помогу».

Еще когда Дед показывал ему эту технику, она поразила его своей мощью. Но все попытки изменить форму приводили к немедленному рассеиванию, и не всегда оно проходило без последствий. Пару раз Наруто так приложило, что понадобилась помощь Карин.

На бегу Узумаки развернулся в сторону Гаары и скрестил перед собой пальцы. Рядом с ним появилось пять клонов. Именно они выиграют ему время.

Тора. Ину.

Первые два клона развеялись, ударив воспоминаниями. Наруто был к этому готов и смог сохранить концентрацию. Глубокий вдох и на выдохе прямо перед ним начал закручиваться воздушный шар. И как и в прошлые его попытки, Узумаки сразу понял, что и в этот раз у него ничего не получится. И какое было его удивление, когда по бокам от шара появились красные чакро-лапы, а сверху еще и хвост. Именно они помогли ему удержать форму техники.

«Напитывай сильнее», — недовольно рыкнул Кьюби. Наруто понял, что остался всего один клон. — «Отпускай!»

Отвлеченный клонами Гаара поздно заметил новую опасность. Он только успел скрестить перед собой песчаные лапы, как в него ударила воздушная масса, срывая песчаную защиту, слой за слоем.

«Невозможно» — только пронеслось у Гаары в мыслях, как его откинуло взрывом.

***

— Что это?

Раздался оглушительный взрыв, совсем рядом. Сразу после него на ребят обрушился мощный поток воздуха, заставляя их закрыть руками лица. Но еще большим удивлением для всех стали падающие деревья и шмякнувшаяся не так далеко впереди масса песка.

— Наруто-кун, — прошептала Хината.

Пошатываясь, Узумаки упрямо шел к поверженному противнику. Тот лежал неподвижно, песок осыпался на землю, больше не покрывая его тело. Хьюга отметила, что та злая чакра пропала у них обоих.

— Это он! — неожиданно выкрикнул один из ивовцев, вырывая всех из ступора. — Сдохни!

Он выхватил кунай и кинул его в сторону неподвижно лежащего Гаары. Тот только смог чуть повернуть голову и посмотреть в сторону крика, не в силах самостоятельно отреагировать на угрозу. Песок взметнулся в попытке защитить хозяина, когда летящий кунай сбил другой.

— Почему? — прошептал Гаара. Его глаза широко распахнулись, выдавая его удивление и шок.

Наруто закрыл его. Казалось, он совсем не опасался того, что Гаара мог ударить ему в спину, воспользовавшись шансом. Узумаки с веселой усмешкой игнорировал пораженные взгляды.

— Как это понимать? Почему ты его защищаешь?! — закричала Куротсучи. — Отойди!

— Хватит, — Наруто еще чуть сместился, окончательно загораживая Гаару ото всех.

— Хватит? Не тебе указывать нам, что делать. Он, — кинувший кунай ивовец ткнул пальцем в неподвижно лежащего Гаару, — убил моих друзей. Отойди, или присоединишься к нему.

— Нет. Я не отойду, даттебаё.

— Ты, — прорычал ивовец и дернулся вперед, чтобы убрать с пути неожиданную преграду.

И тут же осекся и резко остановился, когда между ним и потрепанными Наруто и Гаарой встал Саске, а мгновением спустя Карин.

— Пусть я и не согласен с тобой, добе, но мы одна команда.

— Ребята, — облегченно выдохнул Наруто.

— Я тоже не понимаю, почему ты его защищаешь, но мы с вами. Да, ребята? — не остался в стороне и Киба. Он с предвкушающей улыбкой прошел вперед и встал рядом с Карин и Саске.

— Согласен с тобою я.

— Тяв!

— Вы!

— Иттан, хватит, — неожиданно резко прозвучал холодный голос Куротсучи. Ее приказ моментально отрезвил закипающих в гневе ивовцев.

Она подошла к Иттану и впилась пальцами ему на плечо. Тот попытался вырваться, но хватка у куноичи была стальная. И это несмотря на прошедший бой и полученную травму.

— Уходим. У нас будет еще возможность. Не сейчас.

— Я…

— Иттан.

Тот сжал кулаки и кивнул, не отрывая ненавидящего взгляда с Гаары и заступившегося за него Наруто. И все же, он послушался и позволил себя увести. Саске заметил, как многие были недовольны решением Куротсучи, но все же генины Ивы беспрекословно ее послушались. Это о многом говорило. И пусть они выиграли это противостояние, но Саске понимал, что ивовцы не забудут произошедшего, и это только передышка. Сейчас они отступили, но обязательно воспользуются любым шансом отомстить.

Только когда восьмая команда доложила, что те действительно стремительно удаляются, ребята смогли расслабиться.

— Почему? — прошелестел в наступившей тишине голос Гаары, с каждым словом набирая обороты. — Почему вы его остановили?!

— Ты так и не понял, да? — с грустной улыбкой обернулся Наруто.

— Наруто, ты…

— Я уверен, у него есть те, кому он дорог, — не дал он договорить Карин.

Ребята недоверчиво переводили взгляд с Узумаки на Гаару, пытаясь понять, не шутит ли он. В оглушительный тишине раздался хмык, а после прорвавшийся смех Гаары стремительно набирал обороты, став оглушительно истеричным.

— Дорог?! В одиночестве моя сила! У меня нет тех, кто будет за меня мстить!

— Похоже, Наруто прав, — хмыкнула Карин и, обернувшись, кивнула в сторону.

Ее слова вызвали неподдельный интерес. Все посмотрели в указанном направлении, с удивлением рассматривая появившуюся десятую команду. Чоджи тащил на спине Канкуро, а Шикамару — Темари. Что примечательно, руки обоих суновцев были связаны спереди, а сами они явно были в отключке. Ино небрежно волокла по земле веер и куклу за бинты.

— И почему они так рвались сюда? Как напряжно.

Мученический возглас Шикамару вызвал первые робкие улыбки и тихий хмык седьмой и восьмой команды. Десятая команда выглядела так забавно, что с каждой секундой сдерживаться становилось все тяжелее. Первым в голос засмеялся Наруто. Именно его искренний смех окончательно разрядил напряженную обстановку.

— Видишь? — не переставая солнечно улыбаться, Наруто ткнул пальцем в Темари и Канкуро. — Ты не одинок. Смерть приносит только боль и одиночество. Подумай об этом.

Гаара не сводил не верящего взгляда с бессознательных лиц брата и сестры. Он молчал всё то время, пока тех усадили неподалеку от него и крепко связали спиной к друг другу.

— Ребята, отойдем, — позвал всех Саске, не прекращая пристально наблюдать за любым действием Гаары. Он не собирался обманываться и понимал исходящую от него опасность даже в таком состоянии. Как только все, кроме Наруто, с явным облегчением отошли подальше, он добавил: — Предлагаю уходить всем вместе к Башне. У нас есть лишний свиток Неба. Нужен кому?

— Нам нет. У них, — Шикамару кивнул в сторону Темари и Канкуро, — удачно оказался нужный нам свиток. Их попытка побега оказалась провальной, а свиток стал нашим честным трофеем.

— Нам тоже не нужен, — отмахнулся Киба. — Возможно, не только генины Ивы решили объединиться. Нам лучше держаться вместе. Мы согласны идти с вами к Башне.

— Отлично. Тогда предлагаю не задерживаться и…

— Подожди, Саске, — громко возмутился Наруто и ткнул пальцем в сторону суновцев. — Мы не можем их так оставить.

— Можем! И оставим. Наруто, — прервал Саске вскинувшегося Узумаки, — они нам не друзья. Более того, они наши враги. Ты и так сделал для них слишком много.

На отповедь Наруто поджал губы и упрямо возразил:

— У нас все равно нет второго свитка. Мы не можем идти к Башне.

— Ты не прав, — Саске открыл подсумок и достал оттуда свиток Земли.

— Но откуда он у тебя? — удивленно воскликнула Карин.

— Прихватил на той поляне, где он, — Саске кивнул в сторону Гаары, — пытался расправиться с восьмой командой. Когда меня вынудили прервать бой и отскочить в сторону, я очень удачно оказался совсем рядом с этим свитком. Не мог же я его оставить там лежать на земле.

— Это же тот свиток, что отдала команда из Аме. Они стали его первой жертвой, — Киба кинул быстрый настороженный взгляд в сторону Гаары.

— Темнеет. Нужно торопиться, если мы хотим достигнуть Башни до ночи.

Саске на каждом остановил свой взгляд на несколько секунд, получая кивок или немое согласие на свои слова. Дольше всех сомневался Наруто, но и он, обернувшись на мгновение, понуро кивнул.

— Ладно.

Прежде чем уйти, Наруто скрестил пальцы и призвал одного клона, что тут же отправился в сторону суновцев. На его действия Саске только покачал головой и махнул обреченно рукой. Не дожидаясь сокомандника, он отвернулся и быстрым шагом направился прочь.

— Пойдем уже, — подхватила Карин Наруто за руку и потащила вслед за ребятами.

И тем неожиданнее стала ее резкая остановка, из-за чего Наруто споткнулся и чуть не навернулся.

— Ты чего?

— Ничего, — немного резко ответила Карин, кинув быстрый взгляд в сторону. Поджав губы, она резко стартанула и словно на буксире вновь потащила Наруто вперед.

— Да иду я, иду, даттебаё.

Генины из Конохи давно скрылись, постепенно стало темнеть все вокруг. Среди поваленных деревьев остались только обессиленный Гаара, привязанные спина к спине Канкуро с Темари, да клон, что сел от них чуть в стороне. Гаара все это время хмурился, не прекращая внимательно всматриваться в лица брата и сестры. Словно пытался что-то для себя понять.

Первой пошевелилась Темари.

— Гаара…

Ее шепот заставил Гаару вздрогнуть. Он сильно зажмурился, а когда открыл глаза, через силу пошевелил пальцами, заставляя песок повиноваться.

***

Дочитав последние строчки отчета допроса генина из Кумо, Данзо хмыкнул и отложил в сторону свиток. Очень удачно этого шиноби не стала добивать группа из Ивы, чем и воспользовались смотрители второго этапа экзамена и отнесли полуживую тушку к людям Ибики. Узнать удалось мало, но и это неплохо.

Чем нравился Данзо Райкаге Эй — тот говорил прямо или же просто молчал, предпочитая не врать и не юлить. В этом были свои плюсы и минусы. Отчет только подтвердил причины присутствия генинов Кумо на экзамене в Конохе. Перед отбытием генинам Кумо дали четкую задачу — показать свою силу и победить, максимально ослабив противников. Обычное напутствие, ни о каких скрытых заданиях генин осведомлен не был. Если кто и знал о них, то только сопровождающие их джонины. И то не факт. Данзо надеялся, что при этом генин мог уловить любопытные детали в поведении, словах или поступках остальных. Но нет, ничего интересного этим шиноби замечено не было.

Расслабляться рано, но уже что-то. Данзо не мог откинуть свои подозрения в состоявшемся сговоре между Ивой, Кумо и Суной, несмотря на приложенные им силы для разрушения этого союза. Лучше пусть его считают сошедшим с ума стариком, чем в центре Конохи произойдет нападение во время проведения экзамена из-за их беспечности.

Данзо протянул руку и взял последний свиток с допросом выжившей команды из Аме. Именно эту тройку вырубила седьмая команда. Их воспоминания извлекал очень аккуратно сам Яманака Иноичи. Генинам не позволяли прийти в себя и не оставляли следов воздействия. Были несколько вариантов для их дальнейшего использования для проникновения или шпионажа в Амегакуре, так почему бы этим не воспользоваться?

Закончив читать, Данзо отложил свиток и задумчиво потер подбородок. Генины истово верили, что скоро их деревня вернет былое величие. И начнет она возвращать себе славу именно с победы на экзамене. В этом их убедила «Тенши-сама». Ангел. Интересно, учитывая ее внешность. Очень уж эта Ангел была похожа на девушку, которую Ханзо выбрал в роли жертвы, чтобы расправиться с первыми предводителями Акацуки.

Совпадение? Сомнительно.

Но, если она выжила, могли ли и остальные выкарабкаться? Возможно, этого нельзя исключать. Несколько лет они скрывались в тени и почти три года назад смогли добраться до Ханзо. Донесение Орочимару о смене правителя в деревне подтвердилось. Во время гражданской войны лидер Акацуки Пейн сверг Ханзо и стал новым правителем Аме. За короткое время он уничтожил всех, кто был близок или поддерживал Ханзо Саламандру. О его силе ходят легенды, а самого Пейна шиноби Аме сейчас называют Богом.

Опасения Данзо получили еще одно подтверждение, что с Аме что-то надо делать. Учитывая его роль в разжигании гражданской войны, с новым правителем Аме Конохе будет очень проблематично договориться, если вообще это возможно. А учитывая цели Акацуки, это действительно так.

Плечи старика опустились, на лице отчетливее проявились морщины, выдавая его возраст, особо подчеркиваемые в тусклом свете от свечи на столе. Данзо прикрыл глаз, признавая свою вину от провальной, но такой нужной в то время миссии в Аме.

Он должен сам разобраться с последствиями этой ошибки. Провал больше недопустим.

От мрачных мыслей старика отвлекли шорох открываемой двери и тихие шаги. Данзо открыл глаз, когда напротив него опустился на одно колено Шисуи со свитком в руках, смиренно ожидая реакции на свое появление.

— Докладывай.

— Данзо-сама, — Шисуи поклонился и положил свиток на стол. Данзо кинул на документ мимолетный взгляд и снова посмотрел на Учиха, вынуждая его докладывать. — Второй этап экзамена официально завершен.

— Какие команды прошли?

— Первыми к Башне прибыли одновременно команды Гая и из Кумо. Они не смогли побить предыдущий рекорд по времени, но были очень близки к этому. Из Ивы до Башни добрались две команды в полном составе.

— Дальше, — кивнул Данзо, вновь игнорируя мимолетный взгляд Шисуи в сторону свитка.

— Из Аме и Кусы никто не прошел. Из Конохи, помимо команды Гая, Башни достигли седьмая, восьмая и десятая команды этого года выпуска. Из Суны только дети Казекаге смогли сегодня пройти второй этап, став последней прибывшей командой.

— Хм, — Данзо протянул руку и задумчиво постучал указательным пальцем по свитку. — Что еще важного можешь сообщить по второму этапу?

— В первый же день Наруто столкнулся с джинчурики Однохвостого.

— Подробности, — жестко отреагировал на новость Данзо.

— Как и было приказано, я не вмешивался и наблюдал со стороны. Наруто смог увеличить время нахождения в покрове демонического лиса, при этом сохранил рассудок, не потерял контроль и вышел победителем из боя.

— Это хорошая новость. Тогда, почему дети Казекаге смогли добраться до Башни? У них не забрали свитки?

— Забрали. Но после победы, Наруто оставил своего клона для их охраны. А когда они очнулись, клон исчез. Дети Казекаге после отдыха по пути к Башне столкнулись с уставшей командой из Ивы. У них они и забрали оба свитка.

После услышанного Данзо прикрыл глаз и глубоко вздохнул, в который раз убеждаясь — Наруто слишком мягкий и добрый. И это несмотря на то, что на миссии в стране Волн он пролил первую кровь, как и остальные члены семерки.

Мысленно пометив себе подумать над этой проблемой, Данзо вновь посмотрел на Шисуи:

— Слишком много прошло участников. Когда ожидаются предварительные бои?

— Утром. Хокаге-сама уже отдал распоряжение.

— Отлично. Ты будешь меня сопровождать. Хочу лично посмотреть на способности прошедших генинов.

Глава 7

— Экзамен на чунина, не что иное, как миниатюрная война.

— Что вы имеете в виду, Хокаге-сама? — послышались удивленные восклицания.

«Откровение» Фугаку не для всех, но для многих действительно оказалось новостью. И не только для генинов из Конохи. Так, Данзо заметил несколько растерянных взглядов у прошедших кандидатов из Ивы. Пока Хокаге объяснял суть появления экзамена на чунина как такового, старый советник присматривался к генинам. Благо, что он сам вместе с сопровождающим его Шисуи расположился на балконе в тени, ближе к статуе в виде двух рук, пальцы которой были сложены в знак концентрации. Сама статуя стояла вплотную к стене на небольшом подиуме, на котором расположились полукругом джонины-наставники и сопровождающие прошедших команд, а также Хокаге и помощники экзаменатора второго этапа. Вот напротив них и выстроились покомандно генины, всё свое внимание уделив Хокаге. Старик на балконе им был совсем неинтересен.

— Сражаясь на экзамене, вы защищаете достоинство своих стран...

А вот некоторые генины Данзо очень даже заинтересовали. Например, дети Казекаге, что стояли первыми с краю. Выглядели они уставшими и немного потрепанными. Учитывая, что они смогли после схватки с Наруто собраться с силами и добыть свитки для прохождения второго этапа — их не стоило списывать со счетов. Но их усталость в любом случае сыграет свою роль в будущих боях.

После них стояли единственная прошедшая команда из Кумо. Куноичи слушала речь Хокаге и хмурилась. Один из ее напарников задумчиво перекатывал конфету во рту, а второй растерянно потер шею. Именно эта команда пришла наравне с генинами Майто Гая. Внешне они выглядели опрятными и бодрыми, особенно если сравнивать с остальными. Учитывая их скорость прохождения и кто является их наставником — легкой победы в отборочных боях с ними ожидать не стоило.

— На финальные бои в качестве почетных гостей приглашены феодалы и аристократы из разных стран. Будучи потенциальными клиентами, они будут внимательно наблюдать за вашими поединками…

Рядом с генинами из Кумо как раз стояла команда Майто Гая. Так похожий на своего наставника генин от нетерпения переминался с ноги на ногу, при этом его глаза горели жаждой битвы и желанием показать себя. Пусть и его удивили слова Хокаге, но не напугали, а наоборот, пробуждали решительность «защитить достоинство Конохи». Данзо усмехнулся, мазнул незаинтересованным взглядом по куноичи и вгляделся в третьего члена команды — Хьюга Неджи.

Про этого генина многие шептались, называли гением. Особенно он выделялся на фоне химе клана Хьюга. Многие поговаривали, что предыдущий глава сделал неправильный выбор. Напряженность между главной и побочной ветвью в клане с каждым годом нарастала. Неджи мог стать в будущем лидером и возглавить противостояние в клане, а то и перевести борьбу из холодного состояния в горячую фазу. Учитывая, что сейчас отец Неджи, Хьюга Хизаши, не раз выполнял роль посла по поручению Хокаге, то его авторитет значительно возрос. А вот у главы клана Хьюга с этим были явные проблемы, а неудачи и мягкость наследницы только ухудшили его положение.

На бой этого генина Данзо очень хотел посмотреть.

После команды Майто Гая стояли шесть генинов из Ивагакуре. Из них один особо выделялся своими габаритами и добродушным лицом. Лично Данзо не верил его миролюбивому виду. Кроме него и единственной куноичи, внучки Цучикаге — Куротсучи, все остальные четверо генинов слились в одну безликую массу. Куротсучи стояла впереди остальных, возглавляя прошедшие команды Ивы. Пока Данзо ее разглядывал, заметил интересную деталь: во время речи Хокаге куноичи то сжимала, то разжимала потихоньку правый кулак. При этом было заметно, как периодически она сильнее стискивает челюсть на внешне безразличном лице, застывшем словно маска.

— Страна с сильными шиноби будет обеспечена работой. Именно вы покажете военный потенциал ваших какурезато. Сила страны заключается в силе шиноби. Вы — молодое поколение скрытых деревень, будущие чунины. И только смертельная схватка способна раскрыть ваш истинный потенциал…

После ивовцев Данзо перевел взгляд на выпуск этого года, состоящий в основном из наследников кланов. Они прибыли к Башне вместе, а не поодиночке, показав взаимовыручку и хорошую командную работу в Лесу Смерти. Каждая команда смогла добыть свитки самостоятельно — это похвально.

Первыми стояла десятая команда. Впереди Яманака, потом Нара и замыкал Акимичи. Последний успел во время речи Хокаге выразить громко свое недовольство тем, что он голоден. Нара хоть и пробурчал в излюбленной манере своего клана о том, как все проблематично, но при этом Данзо подметил его оценивающий взгляд в сторону возможных противников. О его способностях Данзо был наслышан. Судя по взглядам и поведению Ино Яманака, ее больше интересовал Учиха Саске, чем речь Хокаге.

Данзо ухмыльнулся уголком губ и посмотрел на седьмую команду. Все трое хмурились, но выглядели решительными. Это хорошо.

После седьмой команды строй генинов замыкала восьмая. У впереди стоящего Инузуки зашевелилась кофта, и в вырезе показалась моська нинкена. Тот жалобно тихо заскулил и спрятался обратно. На такое поведение нинкена Инузука сильнее нахмурился и бросил встревоженный взгляд в начало строя. Отметив эту интересную реакцию, Данзо перевел взгляд на химе клана Хьюга. Как и Яманако, эту куноичи больше интересовал генин из седьмой команды, чем речь Хокаге. Только уделяла она внимание не Саске, а Наруто. Данзо докладывали об интересе Хьюга Хинаты к Узумаке, поэтому неожиданностью для него это не стало. Сам же Наруто словно не замечал особого внимания с ее стороны. Это выглядело забавно.

И самым последним в трою восьмой команды стоял Абураме. Его способности Данзо также хотел бы посмотреть. В свое время ему удалось найти компромат на главу клана, и его сын мог стать членом Корня. Но в тот день, когда он пришел за своей «добычей», вместо сына главы клана он нашел более интересного шиноби. Несмотря на то, что Данзо не пожалел о замене, ему хотелось оценить способности ускользнувшего от него кандидата.

— Это бой не на жизнь, а насмерть. За ваши мечты и достоинство деревни!

Фугаку как раз закончил говорить, пока Данзо предавался размышлениям. Советник отметил, что на генинов речь Хокаге произвела положительное впечатление. Испуганными они не выглядели, а вот вдохновленными и желающими доказать, что достойны стать чунинами и защищать свою деревню — да.

По знаку Хокаге перед генинами появился экзаменатор отборочных боев — Гекко Хаяте. Во время объяснений правил проведения боев, он несколько раз прерывался из-за затяжного кашля. Не только генины отметили плохое состояние экзаменатора, но и Фугаку. Лично Данзо сразу стало понятно, что кого-то ожидает принудительное лечение в Госпитале. Очень уж многозначительным взглядом Хокаге окинул своего подчиненного. Это забавное открытие — забота Хокаге о ком-то не из его клана Учиха — советника повеселило.

— Простите, — в очередной раз прокашлявшись, Хаяте продолжил: — Если кто-то хочет уйти, после услышанных объяснений, пожалуйста, дайте мне знать. Предварительные поединки начнутся прямо сейчас!

— Прямо сейчас?! Мы только закончили второй этап!

— Что? А как же моя еда…

— Проблематично.

Эта новость генинов ошарашила и возмутила. Кто-то успел отдохнуть, добравшись до Башни раньше остальных. А кто-то прибыл совсем недавно. Неравные условия, но на войне никто не даст противнику отдохнуть и подготовиться. Шиноби должен всегда быть наготове отразить атаку и быть настороже. Фугаку не шутил, когда назвал экзамен на чунина миниатюрной войной.

— Я забыл упомянуть, что поединки будут проходить один на один, на вылет. Итак, если вы желаете, то можете уходить.

На молодых лицах отразились такие разные эмоции после этого дополнения. Сомнения, облегчение, радость и тревога. Раздались перешептывания со стороны команд Ивы. Данзо увидел, как крупный генин наклонился ближе к Куротсучи и что-то ей прошептал, но та только недовольно дернула плечом. Но все моментально затихли, когда вперед шагнул Гаара.

— Я ухожу.

— Гаара! Ты не можешь, отец…

Возмущенный крик Темари оборвался, стоило Гааре оглянуться в ее сторону.

— Это мое решение.

— Данзо-сама, обратите внимание на их наставника, — послышался шепот Шисуи, замершего позади Данзо. Его голос из-за маски был глух и немного искажен.

И действительно, реакция наставника команды Суны была очень интересна, пусть и мимолетна. И не только Шисуи ее заметил, но и Морино Ибики, что стоял рядом с Хокаге. Ибики обязан был присутствовать на отборочных боях как экзаменатор первого этапа.

— Так, давайте посмотрим… Кхе-кхе. Гаара-сан из Сунагакуре, верно? Ты можешь уходить.

После слов Хаяте Данзо вновь посмотрел на Гаару. Тот развернулся и пошел вдоль строя генинов. Старый советник отметил, какими интересными взглядами его те провожали, особенно генины из Ивы. Казалось бы, если не присутствие экзаменаторов, джонинов и Хокаге, они кинулись бы его убивать. А вот на лицах генинов из Конохи читалось явное облегчение. Но оно тут же сменилось напряжением и сосредоточенностью по мере неспешного приближения Гаары к ним.

— В следующий раз, — остановившись рядом с седьмой командой, неожиданно заговорил Гаара, — я не проиграю.

— Ха! Это мы еще посмотрим, даттебаё!

Данзо прикрыл глаз и невольно улыбнулся, услышав задорный ответ, а после тихие шаги удаляющегося генина Суны. Еще предстоит узнать, что задумали суновцы и какая роль была отведена джинчурики однохвостому. Но то, что Наруто не сомневался в своих словах и своим боем явно нарушил планы Суны, вызывало уважение.

— Я тоже ухожу! — неожиданно поднял руку один из генинов Ивы.

— Кхе-кхе. Иттан-сан из Ивагакуре, верно? Ты можешь идти.

Тот кивнул и хотел сделать шаг из строя, как неожиданного в него вцепилась Куротсучи и что-то попыталась тихо, но эмоционально донести. Но генин резко вырвал руку и пошел прочь, решительно направляясь вслед за Гаарой. Оставшиеся ивовцы провожали его тревожным и растерянным взглядами.

— Я тоже! — поднял руку сокомандник Иттана. После кивка Хаяте и он поспешил вслед за товарищем.

Больше попыток остановить их Куротсучи предпринимать не стала. Только сильно сжала кулаки и опустила голову, уставившись себе под ноги.

— Больше желающих нет? Что же, давайте начнем предварительные бои. Вас осталось двадцать три генина, мы проведем одиннадцать поединков и кому-то одному повезет. На электронном табло в случайном порядке будут отображать имена двух шиноби, что сойдутся в поединке. Бой будет продолжаться до тех пор, пока один из вас не сможет больше сражаться, потеряет сознание или не умрет. Поэтому правильно рассчитывайте свои силы и лучше сдайтесь. Во избежание бессмысленных смертей я имею право остановить бой, если будет очевидным победитель. Сейчас я объявлю первых участников поединка.

Электронное табло загорелось, быстро перебирая имена.

***

«Узумаки Карин — Амаи»

«И почему я первая?»

— Выйдите вперед те, чьи имена отображены на табло.

Чувствуя на себе обеспокоенные, но при этом и подбадривающие взгляды друзей, Карин заставила себя расправить плечи и неторопливо вышла из строя. Параллельно ей двигался парень из команды Кумо. Он был сокомандником того генина, что ворчал всю дорогу по пути к воротам Леса Смерти и достал этим Наруто. Невольно улыбнувшись от забавных воспоминаний, Карин почувствовала себя немного увереннее. Напротив экзаменатора они остановились одновременно.

— Участники первого поединка, Узумаки Карин и Амаи. Вы готовы?

— Да! — ответили они одновременно.

— Всем остальным, кроме двух участников, необходимо подняться, — Хаяте указал рукой на лестницы и снова закашлял.

Пока все выполняли приказ и рассредотачивались на смотровых площадках наверху, Карин всматривалась в противника напротив. Сам факт того, что будут отборочные бои, застал ее врасплох. А присутствие Шисуи не оставило ей выбора. Она не могла проиграть или отказаться драться. Только не при нем. Пусть Шисуи и скрывал свою личность за маской, но Карин узнала его по чакре, и даже сейчас ощущала на себе знакомый пристальный взгляд.

— Сдавайся, — с мягкой улыбкой обратился к ней Амаи. — Я не хочу причинить тебе вред.

Услышав такое предложение, Карин на миг оторопела от услышанного. Они экзамен на чунина проходят или как?

— Спасибо за участие.

Узумаки потупила взгляд и убрала прядь волос за ухо. А сама представила, как ее похвалит, а то и, чем Ками-сама не шутит, как обнимет Шисуи за победу над эти генином. Щеки моментально стали гореть от смущающей картины перед глазами. Чувствуя себя неловко, Карин спрятала руки за спину и стрельнула глазками в Амаи. И снова отвела взгляд.

— Я не могу отказаться, — прошептала Карин и, резко поклонившись, тут же выпрямилась. — Рассчитываю на вас.

— А, да, конечно, — невнятно ответил Амаи, совсем растерявшись от ее действий. А когда Карин смущенно улыбнулась и снова отвела взгляд, тот потер шею и добавил: — Очень жаль.

Продолжая строить глазки противнику, Карин внутренне поморщилась. Воспользовавшись тем, что пока все поднимались и у них было время спокойно перекинуться парой слов, она смогла его смутить. Увы, отказываться от боя Амаи не стал. Жаль, но попытка не пытка.

Какими способностями тот обладал, Карин не знала. Могла только догадываться. Шиноби Кумо славились своим сродством со стихией молнии, кендзюцу также у них было развито. Но, у Амаи она видела только два подсумка со снаряжением. Так в чем его сила? Ниндзюцу? По количеству чакры не сказать, что он способен использовать много стихийных техник. Тайдзюцу? Гендзюцу?

— Готовы?.. Начали!

Амаи тут же отпрыгнул и моментально сложил серию печатей, при виде которых Карин неподдельно удивилась. Ладони противника покрылись скальпелем чакры.

Ирьенин?!

Карин с трудом удалось скрыть свое удивление. Но, вместо таких же активных приготовлений к бою, она смущенно улыбнулась и подняла руки на уровне груди, сталкивая два указательных пальца в излюбленном жесте Хинаты. Кажется, она слышала, как наверху среди генинов раздался смачный шлепок. Амаи на ее бездействие совсем растерялся. Он явно не хотел с ней драться, а ее действие только прибавили ему неуверенности. Видно, что парень добрый и не хотел причинять ей вред.

— Амаи, что застыл?! — раздался сверху возмущенный девичий голос.

Тот тут же вздрогнул и словно очнулся. Под полный негодования крик темнокожей куноичи, Амаи сорвался с места и с приличной скоростью попытался сократить между ними расстояние.

С притворным испугом Карин отскочила и дрожащими пальцами постаралась расстегнуть подсумок. Замок поддался не сразу. Наконец-то, у нее получилось достать кунай. Можно было и сенбон, смазанный парализатором, но ей не хотелось раскрывать раньше времени свои возможности перед другими. Как и распечатывать кусари.

— Сдавайся, — мягко попытался ее еще раз уговорить Амаи.

В ответ Карин сжала губы, подняла чуть дрожащую руку с зажатым кунаем на уровне груди и покачала головой. При этом она не сводила настороженного взгляда с его рук.

— Атакуй уже!

«Вот же пристала!» — увернувшись от первого неуверенного удара, мысленно поморщилась Карин.

— Прости.

Амаи окончательно сократил между ними расстояние. Теперь его удары были резкими и точными. И все равно, как медик, Карин понимала, что тот старается не нанести ей смертельный урон, а просто обездвижить. Убегая и периодически бестолково размахивая кунаем, Карин удавалось держать его на расстоянии и не подпускать слишком близко. И при этом она старалась понять его стиль боя и подстроиться, дожидаясь нужного ей момента.

Сейчас!

Подставившись, Карин вскрикнула и зажала рукой плечо. Кунай выпал из ее разжавшихся пальцев, глухо плюхнувшись на каменный пол. Сама Карин успела чиркнуть Амаи кунаем, прежде чем с криком отскочить. Но по сравнению со своей раной, она нанесла ему сущую царапину.

— Карин! — закричал Наруто, и сразу раздалось приглушенное мычание. Благо, что Саске догадался заткнуть Наруто и поймать его, не позволив сорваться вниз к ней на помощь.

Амаи застыл напротив нее. Его лицо было хмурым и недовольным.

— Повторю в последний раз. Сдавайся! — снова закричал он.

— Нет, — упрямо ответила Узумаки и достала здоровой рукой другой кунай.

На ее упрямство Амаи вздохнул и деактивировал технику. По нему было видно, как ему не нравится этот бой и выбранный рандомно противник. Покопавшись в подсумке, Амаи достал оттуда несколько небольших шариков. По размеру они напоминали перцовые бомбы, а вот цвет имели темно-фиолетовый.

Догадка о том, что именно за вещество содержалось в этой бомбе, на секунду повергла Карин в панику. Но она тут же успокоилась, быстро мысленно перебирая свою медицинскую сумку.

Действовать нужно будет очень быстро. У нее нет права на ошибку.

— Это твой выбор.

Карин нахмурилась и попыталась убежать. Бесполезно. Несколько метких бросков и вокруг Карин всё заволокло фиолетовым дымом.

***

С самого начала Данзо было интересно наблюдать за боем. А какое удовольствие ему доставляло видеть недоумение и растерянность на лицах как джонинов, так и генинов. Наруто и Саске сохраняли спокойствие и никак не реагировали на сочувствующие взгляды генинов Конохи и насмешливых от остальных, полностью их игнорируя. Как и презрительный громкий фырк Яманако Ино, когда Карин нелепо отмахивалась кунаем от противника.

Когда пролилась первая кровь, Наруто все же не выдержал и чуть не испортил Карин весь спектакль. А что это был именно он, Данзо не сомневался. После того как сам Хокаге навязал ему Саске, Данзо не раз наблюдал за боем семерки как между собой, так и против наставника или Шисуи. Об их способностях и навыках Данзо был уведомлен очень хорошо. Своим же поведением Наруто только укрепил веру в генинах из чужих селений, что Карин неумеха. Теперь осталось понять, почему она позволила себя ранить, а сама всего лишь нанесла царапину.

Что она задумала?

Когда бомба взорвалась под ее ногами, все услышали гулкие шаги, что тут же затихли. А чуть позже глухой удар от падения. Когда фиолетовый дым развеялся, все смогли увидеть Карин. Она сидела на полу, уперевшись руками в землю и низко опустив голову. Кунай она так и сжимала крепко в кулаке. Выбившиеся из косы красные локоны частично закрыли ее лицо.

— Да! — радостно вскинула руку куноичи из Кумо.

Ее крик вывел из ступора зрителей, раздались перешептывания. Многие поглядывали на Карин сочувствующее.

— Теперь ты не можешь двигаться, — кинув быстрый взгляд в сторону экзаменатора, Амаи не дождался от него никакой реакции и двинулся к Карин. — И говорить. Не переживай, у меня есть противоядие, но дам я его только после твоего проигрыша.

Когда Амаи достал кунай, Данзо заметил боковым зрением еле уловимое движение сбоку. Уже в который раз за бой старый советник отмечал интересную реакцию Шисуи. Неужели так сильно переживал, что готов был сорваться вниз на помощь ученице? Мысленно сделав себе пометку понаблюдать внимательнее за этими двумя, Данзо вновь стал следить за разворачивающимся действием на арене. Вот Амаи неторопливо дошел к неподвижной Карин. Остановившись рядом с ней, он поднял руку с зажатым оружием.

Только потому, что Данзо внимательно следил за Карин, он смог заметить начало ее молниеносного удара. Амаи почти успел вовремя отскочить. Еще одна царапина перечеркнула первую.

— Как ты…

Так и недоговорив, Амаи резко замолчал, застыв на одном месте.

— Теперь ты не можешь двигаться. И говорить. — довольно смакуя, повторила слова Амаи Карин, приближаясь к нему. В ее голосе отсутствовали нотки неуверенности или испуга, которые Узумаки демонстрировала на протяжении всего боя. — Но не переживай. Хоть у меня и нет готового противоядия, ирьенины Конохи тебя вылечат.

Остановившись рядом с Амаи, Карин приложила кунай к его шеи и посмотрела в сторону экзаменатора. Тот прокашлялся в кулак, подождал несколько секунд и озвучил очевидное:

— Победитель Узумаки Карин.

— Да!

После радостного крика Наруто раздался новый шквал удивленных перешептываний.

Данзо довольно кивнул, провожая взглядом куноичи. Учитывая, что Амаи сам являлся ирьенином, то Карин использовала сложный яд. Скорее всего, двусоставный. Первая царапина не вызвала у него беспокойства. И только после второй царапины два состава смешались и яд подействовал.

Карин поступила очень хитро, хоть и сильно рисковала. Она многих смогла удивить и, что немаловажно, мало что раскрыла о своих способностях. Теперь все будут думать, что она победила только потому, что смогла ранить противника отравленным оружием. С первой минуты Карин притворилась хрупкой девочкой, только из-за своих сокомандников умудрившейся пройти первые два этапа. Все, что она продемонстрировала: хитрость с ядом, великолепные актерские способности, плохой тай и за завесой тайны остался способ противодействия чужому яду.

Теперь оставшиеся куноичи не смогут воспользоваться ее методом и притвориться слабыми или еще как разжалобить противника. Больше такой трюк не подействует.

Мысленно отметив, что за один этот бой Карин можно смело давать чунина, Данзо посмотрел на внешне невозмутимого Хокаге. Старик был уверен, что если даже она проиграет последующие бои, звание в будущем ей точно дадут.

— Внимание на экран, — раздался голос Хаяте, как только ирьенины унесли на носилках проигравшего генина.

На табло быстро стали перебираться имена оставшихся участников.

Глава 8

Имена на табло быстро сменяли друг друга, пока не остановились на двух:

«Узумаки Наруто — Канкуро»

— Отлично! Наконец-то моя очередь, даттебаё.

— Будь аккуратнее, Наруто, — попыталась убавить радость напарника подошедшая к ребятам Карин. — Он кукловод. Мы ничего не знаем о его силе, а учитывая, кто с ним находился в одной команде…

— Да ладно, вам ребята. Я сейчас с ним быстро разберусь, — беспечно отмахнулся Наруто и бодро побежал в сторону лестницы.

— Пф. Этот беспечный идиот точно нарвется на неприятности.

— Не переживайте, ребята. Внимательно наблюдайте за боем.

— Хай, Какаши-сенсей.

Тем временем на другой стороне смотровой площадки, прямо напротив седьмой команды, напряженно замерли Темари и Канкуро. Последний хмуро разглядывал на табло имена, до побелевших пальцев вцепившись в поручни ограды.

— Канкуро?

— Я пойду, — решительно разжал тот пальцы и поправил перевязь с куклой за спиной.

— Но он смог выжить и победить вместе с остальными Гаару, — прошептала Темари.

Стоявший рядом с ними их наставник Баки недоверчиво уставился на куноичи, но ничего не сказал на услышанное и задумчиво посмотрел на Узумаки.

— Тот бой не мог пройти для него без последствий. Не знаю, как он смог выжить, но ему наверняка помогли остальные, — Канкуро подошел вплотную к сестре и прошептал: — Мы не можем проиграть, Темари.

— Да, знаю. Удачи.

— Она мне не понадобится, — хмыкнув, Канкуро направился к лестнице. Внизу возле экзаменатора его нетерпеливо ждал будущий соперник, переминаясь с ноги на ногу.

«Не знаю, почему Гаара решил нарушить приказ отца, но я должен победить. Проклятье. И почему я тогда испугался и не остановил Гаару? Мы могли избежать конфликта с этими генинами из Конохи и сразу же пришли бы к Башне с двумя добытыми свитками».

Похожие мысли не отпускали его все эти дни, пока они заново добывали свитки и добирались с ними до Башни. И, Канкуро отчетливо понимал, что им очень повезло в самый последний день второго этапа. О том, что с ними сделает отец, если никто из них не пройдет на третий этап, он даже думать боялся. На кону стояла не просто возможная победа на экзамене и возможность получить звания чунина. Нет. Как сын Казекаге он был в курсе некоторых проблем селения. И как важен этот экзамен для всех жителей Суны.

Они должны попасть в третий тур. Просто обязаны.

Остановившись напротив Узумаки Наруто, Канкуро так же, как и его противник, внимательно стал его разглядывать. По внешнему виду и не скажешь, что этот парень силен. А его дурацкая улыбка вообще навевала мысли, что противник глуповат.

«Нет, мне нельзя его недооценивать».

Канкуро отлично помнил тот шквальный ветер, что сдул песок Гаары с генинов Конохи. И бой младшего брата против этих двоих — Узумаки и Учиха. Сдерживаться против этого генина нельзя, иначе он проиграет. Если придется раскрыть весь потенциал Карасу, так тому и быть.

— Вы готовы?

Тихий голос экзаменатора вырвал из раздумий и заставил Канкуро собраться.

— Да, — ответили они с Узумаки одновременно.

— Начинайте, — взмахнул руками Хаяте и тут же отпрыгнул.

— Теперь ты тут один, и никто не придет тебе на помощь. — Канкуро ухватил край бинта от перевязи и вытянул его вперед. Хлопнув ладонями перед грудью, он попробовал решить всё без боя: — Я не буду сдерживаться. Если не хочешь умереть — сдавайся!

— Сдаться? — Узумаки кинул мимолетный взгляд вглубь смотровой площадки, где наверху стояли две одинокие фигуры. Улыбка пропала с его лица, и Наруто вновь сосредоточился на нем: — И не подумаю!

Канкуро дернул за бинт, моментально освобождая Карасу. Одновременно он выпустил нужное ему количество чакры и активировал технику марионетки. Кукла зашевелила пальцами, раздался деревянный перестук деталей друг о друга. Карасу моментально реагировал на все его приказы.

— Я тебя предупреждал.

***

«— Никогда не сдавайся, Наруто»

Именно такое наставление дал ему дед при их второй встрече. Именно эти слова он мысленно повторял себе, когда падал в очередной раз без сил, когда казалось, что он больше не способен встать и продолжать тренировку. Но, сжимал зубы и вставал, продолжая выжимать из себя последние соки. Слова, что стали для него не просто наставлением, а определили его путь шиноби.

— Сдаться? И не подумаю! — перестав улыбаться, Наруто сосредоточился на противнике и принял более устойчивое положение.

— Ха!

Одним движением Канкуро освободил куклу. Трехглазое нечто было облачено в какой-то рваный балахон и имело четыре руки. В тишине отчетливо щелкнули заостренные зубы марионетки, когда она, повинуясь движению пальцев Канкуро, всем своим деревянным телом прильнула к спине хозяина, свесив вперед руки.

«Я хотел драться честно, один на один», — Наруто скрестил пальцы на уровне груди, не разрывая зрительного контакта с Канкуро. Тот только чуть сильнее нахмурился, ожидая его ответного хода. — «Думаю, стоит уравнять наши шансы. Это будет справедливо».

Пуф

— Клоны? Они тебе не помогут!

Кукла полетела вперед, четыре клона не отставали от нее, еще и с воинственным криком побежали навстречу. За несколько секунд до столкновения, деревянные руки удлинились и устремились каждая к своей цели. Один из клонов решил заблокировать удар, но в самый последний момент кулак марионетки разжался, и из деревянной ладони показалось лезвие.

Первый пуф заставил Наруто нахмуриться.

— Это еще не всё! — весело выкрикнул Канкуро. Его пальцы постоянно шевелись, с помощью нити управляя марионеткой.

Один из клонов уклонился и попытался прорваться к Канкуро, но рука марионетки извернулась под немыслимым углом и ударила ему в спину. Очередное белое облако образовалось после развеивания клона.

Третий и четвертый клоны также смогли уклониться, но никаких попыток прорваться или блокировать удары голыми руками больше не предпринимали. Оба достали кунаи — один рванул к марионетке в ближний бой, а второй начал закидывать куклу метательными снарядами. Вновь из деревянных ладоней показались заостренные лезвия. Клон поднырнул под одну руку и отбил лезвие из второй, но совершенно не успевая уйти от атаки оставшейся пары деревянных рук. Четвертый клон сбил кунаями с траектории удара оставшуюся пару рук прямо перед ним в самый последний момент. На кожу кисти клона попала какая-то жидкость и сразу это место начало жечь, когда он смог достигнуть корпуса марионетки и занести кунай, покрытой чакрой ветра. Из корпуса куклы моментально выскочило шесть лезвий, но пронзили они только облако развеянного третьего клона.

«Яд? Плохо дело. Мне нужно добраться до Канкуро и при этом как-то заблокировать эту куклу. Неизвестно, где еще в ее теле спрятано оружие. Что же делать, даттебаё?»

Последний клон был вынужден отпрыгнуть к Наруто, избегая атаки удлинившихся рук марионетки. Те промазали и врезались в пол, пробивая его и поднимая тучу пыли. Из облака выстрелил снаряд в сторону рядом стоящих Наруто и выжившего клона.

«Ксо!»

Наруто успел рефлекторно скрестить перед собой руки, как туда через секунду угодил усиленный чакрой удар с ноги клона. Атака отдала болью в кистях, но и отправила его в полет до стены. И в тот же миг под ноги клона угодил выпущенный марионеткой снаряд. Раздался взрыв, вокруг моментально всё заполнило фиолетовое облако.

Удар клона спас его. Наруто перед столкновением со стеной извернулся в воздухе и смог прицепиться к ней с помощью чакры. Вдохнув как можно больше воздуха, Наруто сложил знак концентрации. Изо рта вырвалась волна ветра, сдувая отравленное облако в сторону, где ранее стоял Канкуро. Сейчас его Наруто не видел, но надеялся, что противник всё ещё там.

Первым он увидел марионетку, что скрывалась от его взора в поднятой пыли и неизвестном фиолетовом облаке яда. Тряпье на кукле рвало от режущих потоков воздуха. Она пыталась прорваться к нему, но порыв не позволял ей этого. А чуть позже марионетка словно потеряла управление и ее откинуло.

Ивовцы и Темари с наставником были вынуждены сместиться с траектории движения отравленного облака. Именно они первыми увидели, что Канкуро не успел полностью избежать собственной атаки и, похоже, все-таки вдохнул отравленный воздух. Суматошно пытаясь уйти с траектории движения отравы, Канкуро потерял на мгновение концентрацию, и Карасу откинуло ему под ноги.

Как только Наруто увидел противника, то тут же побежал в его сторону. Вокруг правой руки моментально вспыхнула синяя чакра, но тут же пропала. Только небольшое марево вокруг выдавало преобразование природы чакры. Наруто остановился, не добежав совсем немного. Резкий взмах рукой и в только что вновь поднятую Канкуро марионетку устремился режущий поток. Тряпье на ней тут же окончательно разорвало, следом затрещала древесина. Карасу впечатало в стену. От соприкосновения с ней и нанесенного техникой урона, марионетка развалилась на части.

— Карасу! — закричал Канкуро, но тут же закашлял и упал на колени, в последний момент успев подставить руки. Но и те не выдержали веса, и тело с глухим стуком шмякнулось на пол.

Наруто застыл. Не такого поединка он ожидал. Слишком резко всё закончилось. Он растерянно обернулся к друзьям, пытаясь понять, что ему делать.

— Ложись!

Тело двигалось быстрее, чем Наруто осознал услышанное. Как на тренировках. Волос что-то коснулось, задевая самые кончики. Шлепнувшись на пол и моментально откатившись в сторону, Наруто оглянулся в сторону треска продырявленного каменного пола. Там, на длинном лезвии торчащем из распахнутого рта, из стороны в сторону раскачивалась голова марионетки. Наруто тут же вскочил и обернулся к Канкуро, но тот так и лежал на полу с закрытыми глазами и вытянутой вперед рукой.

Гекко Хаяте неторопливо подошел к Канкуро и присел, проверяя пульс. Кивнув, он подал знак ожидающим в стороне ирьенинам.

— Победитель Узумаки Наруто.

Под удивленные и радостные восклицания, а также панический крик Темари, Наруто поднялся к своим. Смотреть в сторону деда он банально боялся. Понимал, что совершил ошибку, в обычном бою и без товарища рядом он бы проиграл. И вообще, Наруто в данный момент ощущал себя просто отвратительно.

— Добе.

— Заткнись, Саске, — буркнул он в ответ и облокотился о перила, игнорируя встревоженный взгляд Карин.

Наруто не ощущал себя победителем, на душе было противно. Он хмуро наблюдал, как уносят его противника, когда рядом встал Какаши-сенсей и скопировал его позу.

— Ты молодец, Наруто.

— Но…

— Никаких но! — со стороны сенсея раздалось тяжелый вздох. — Судя по твоему виду, ты недоволен своей победой. Да-да, Наруто, победой. Ошибка противника — это часть битвы. Ты смог обернуть его же технику против него. Поэтому ты молодец. А твои ошибки мы разберем позже.

— Хай, — понуро ответил Узумаки и кинул первый робкий взгляд в сторону деда. Тот на него не смотрел. Совсем погрустнев, Наруто уставился на табло, где вновь мелькали быстро имена.

***

Бой Узумаки против сына Казекаге наглядно показал, над чем еще стоило бы поработать с Наруто. Узумаки так привык, что с ним сражаются сильные спарринг-партнеры, что совсем растерялся из-за своей быстрой победы. Наверняка Какаши это исправит в будущем, но нужно проконтролировать. Также Данзо отметил возросший контроль Наруто над стихией ветра и скоростью преобразования чакры. Неплохо, но работы еще предстоит много.

«Куротсучи — Яманака Ино»

Следующая пара у Данзо не вызвала интереса. Яманака никогда не были сильны в ближнем бою. А вот на внучку Тсучикаге и ее способности посмотреть хотелось. Но раскроет ли она все свои навыки в этом поединке?

Очень сомнительно.

Замершие напротив друг друга куноичи решили не тратить время зря на разговоры и, сразу после объявления экзаменатором о начале поединка, кинулись к друг другу в ближний бой. И первый же обмен ударов показал разницу в их силе. Яманака честно пыталась держать темп, но на каждые два удара Куротсучи, она максимум успевала ответить одним своим.

Ино быстро поняла, что проигрывает. Она отпрыгнула и достала кунаи. И тут же неожиданно уперлась спиной в моментально созданную Куротсучи каменную стену.

От запущенных в нее метательных кунаев внучка Тсучикаге лениво увернулась, при сближении с Ино наращивая на руках каменные перчатки. Сила ударов Куротсучи многократно возросла и, что примечательно, скорость не упала. Стена, над головой уклонившейся в последней момент Ино, оказалась пробита насквозь, но вот следующий удар угодил прямо в цель. Ино впечатало в каменную преграду, что тут же покрылась трещинами за ее спиной.

В уголках губ Яманака проступила кровь и стекла вниз. Ее глаза закрылись, безвольное тело начало заваливаться.

Быстрая и жесткая расправа произвела особое впечатление на генинов. Взгляды со стороны коноховцев ничего хорошего куноичи Ивы не сулили. Куротсучи на это только хмыкнула, выше вскинула голову и гордо удалилась с арены под объявление своей победы.

Как и ожидал Данзо, внучка Тсучикаге мало что раскрыла: только тайдзюцу и владение дотоном. Сильный противник, которого не стоит недооценивать.

Отметив сосредоточенные взгляды седьмой команды вслед уходящей Куротсучи, Данзо удовлетворенно кивнул и посмотрел на вновь активированное табло.

«Хьюга Неджи — Хьюга Хината»

Это будет интересно.

***

«Почему именно с ним?»

Хината не могла заставить себя отвести взгляд от табло.

— Хината, ты должна отказаться от боя.

— Что? — прошептала она в ответ, удивленно обернувшись к Кибе.

— Ты ведь понимаешь, что он жалеть тебя не станет?

Хината оглянулась на Неджи и встретилась с ним взглядом. Непроизвольно отступила, ощущая привычный страх и неуверенность.

— Не дави на нее, Киба-кун, — раздался тихий голос Куренай-сенсей. — Уверена, она примет взвешенное решение. Верно, Хината-чан?

Хината робко кивнула. Неджи уже почти спустился, вынуждая поторопиться и присоединиться к нему. Всю дорогу вниз ее не отпускали панические мысли. Остановившись напротив, Хината нашла в себе смелость и посмотрела на брата.

— Я и не предполагал, что буду драться с тобой, Хината-сама.

«Сама» Неджи произнес таким тоном, что Хината вздрогнула, ощутив в обращении скрытую угрозу.

— Неджи-нии-сан…

Приглушенные голоса на смотровой площадке она отлично слышала, особенно удивленные интонации от Наруто. И от осознания того, что «он» станет свидетелем ее возможного позорного отказа от боя, хотелось заплакать и убежать.

— Пожалуйста, начинайте бой.

Голос экзаменатора заставил ее вздрогнуть и вновь посмотреть на Неджи. Тот чуть поменял позу и спокойно приготовился к бою. В груди все сжалось, мысли лихорадочно скакали с одного на другое в поисках решения.

— Прежде чем начать бой, попрошу об одном, Хината-сама. Сдавайся. Тебе не суждено стать шиноби.

Неджи бил по больному, безжалостно уничтожая последние остатки самообладания и самоуважения. И, Хината мысленно призналась самой себе, что он прав. Ей всегда было тяжело стараться стать такой, как все: смелой, сильной и безжалостной в бою. Особенно в спаррингах против младшей сестры она не могла себя заставить нанести ей удар, хоть и была старше и сильнее. Просто не могла. Видеть разочарование в глазах отца после каждого боя было тяжело. Младшая сестра и та со временем отдалилась от нее, а остальные члены клана не скрывали своего презрения.

Она осталась совсем одна.

— Ты слишком мягкая, — новый словесный удар не заставил себя ждать, высекая новую рану на сердце. — Ты привыкла избегать проблем, а не решать их.

Слабая и мягкая… Да, она всячески сторонилась конфликтов. Привыкла переносить унижение и тычки молча.

« — Извиняйся!.. На колени и проси прощения!

— Эй, а ну отошли от нее!»

Слова Неджи воскресили далекие воспоминания детства. Тогда она тоже молча переносила унижение, готова была упасть на колени и просить прощения даже не за свой проступок… Но, тогда ее спасли.

Наруто. В тот день он подбодрил и поддержал ее. В его взгляде она не увидела пренебрежения или жалости. Только доброту.

— И на экзамен ты пришла только ради команды, — безжалостно вырвал ее из воспоминаний голос брата, нанося очередную рану. — Они попросили тебя, верно?

— Нет, я…

— Не лги себе. Ты всегда следовала чужому мнению, плыла по течению. Зачем тренироваться, познавать себя, когда тебе все преподнесут готовое. Ведь это так удобно и совсем не требует усилий. Таковы ваши привилегии. Не так ли, Хината-сама?

— Я…

Хината зажмурилась, пытаясь справиться с душевной болью. Да что там, она отлично поняла, на что намекал брат. У них с самого детства были сложные отношения,. Все началось в тот день, когда отец активировал печать на дяде в ее присутствии и Неджи. С того дня она видела в глазах брата только злость, со временем перерастающую в ненависть.

И Хината ощущала себя виноватой.

Но, брат был неправ в одном.

— Меня никто не заставлял. Это мое решение участвовать в экзамене, только мое, — вскинула она голову, пытаясь взглядом достучаться до брата.

— Пусть так, — нахмурившись, резко возразил Неджи. — Но зачем так издеваться над собой? Просто сдайся и прими уже себя такую, какая ты есть на самом деле. Ты не способна сражаться.

Не выдержав его пронизывающего взгляда, Хината опустила голову.

А какая она на самом деле? Именно ответ на этот вопрос Хината пыталась найти в последние дни. Ощущая дыхание Шинигами за спиной и нехватку воздуха, она с замиранием сердца и искренним восхищением наблюдала за боем Наруто. Именно тогда было принято окончательное решение. Она приложит больше усилий и изменится! И если упадет без сил, то обязательно встанет.

Как он. Вновь и вновь. Не жалея себя.

« — Эй, ты в порядке?..

— О, я понял. Ты хочешь тренироваться вместе, да?..»

Это ее шанс измениться. Здесь и сейчас.

Вниз упала одинокая слеза, но Хината улыбалась. Она плавна перетекла в боевую стойку, решительно вскинула голову и посмотрела на брата активированным бьякуганом.

— Я не сдамся!

Глава 9

— Значит, таков твой выбор. Ты испорченный ребенок из главной семьи, Хината-сама. Люди не способны измениться, поэтому существует разделение на «неудачников» и «гениев». Неудачник до смерти остается неудачником.

Хината на этот выпад только сильнее сжала губы, не собираясь забирать свои слова обратно.

— Сегодня я докажу, что тебе не суждено измениться и стать главой клана. … Бьякуган!

— Что за чушь ты несешь, даттебаё! Врежь ему, Хината-чан! — Наруто все же не выдержал и сказал то, что у многих вертелось на языке.

Разговор между двумя представителями клана Хьюга оказался очень занимательным. И, независимо от результатов боя, лично он будет против выдачи этим генинам звания чунина.

Данзо посмотрел на внимательно наблюдающего за начавшимся боем Хокаге. Понял ли тот предпосылку к очередной проблеме? Старый советник был уверен, что да. Уж кто-кто, а он точно. Сам же несколько лет назад планировал военный переворот.

Хьюга являются одним из сильнейших и многочисленных кланов Конохи. И раскол внутри него, так еще и с потенциальным будущим предводителем в лице Неджи, мог привести к большим проблемам для Конохи. Прямо вмешиваться в дела внутри клана ни Хокаге, ни советники не могли. Но это не значит, что у них нет рычагов давления как на отдельных представителей клана, так и на самого главу.

В любом случае Хьюга Неджи уже провалил экзамен. Раскрыть информацию о проблемах в клане перед представителями других селений, предоставить готовые рычаги для давления и возможных диверсий? Непозволительная глупость!

Данзо надеялся, что Гай-сенсей расскажет своему ученику, в чем он неправ. Хотя учитывая, кто является его сенсеем, то… Советник вздохнул и решил подумать над тем, как донести до этого генина причины его провала.

Между тем он заметил, каким недовольным взглядом Морино Ибики следит за каждым движением Хьюга Неджи. Вот кто действительно знает о ценности информации. Возможно, стоит передать команду Гая ему в подчинение на месяц — другой? А что? Отлично идея. Может, хоть он прочистит мозги этим генинам и заставит думать, прежде чем что-то говорить. Тем более, в присутствии представителей чужих какурезато.

Бой тем временем закончился, и ожидаемо победой Хьюга Неджи. Но, что примечательно, химе клана Хьюга до последнего сражалась. Упав без сил, смогла встать и пыталась сражаться дальше, чем вывела из себя Неджи. Подумать только, понадобилось вмешательство джонинов для остановки боя.

Вмешательство наставников еще больше вывело Неджи из себя, и он тут же во всеуслышание попытался пристыдить их тем, что они идут на поводу у клана Хьюга, и о неприкосновенности старшей семьи Хьюга.

Старому советнику стало интересно, как далеко тот может зайти в своей обиде и Хьюга его не разочаровал. Не получив ни от кого ответа на свой выпад, Неджи решил сорвать свою злость на маячившем перед глазами Узумаки.

— Эй! Если ты шиноби, прекрати эти бесполезные выкрики. — прошипел Неджи, обращаясь к Наруто. — Только из-за тебя она в таком состоянии. И еще. Неудачники остаются неудачниками. Запомни это.

О, какой знакомый взгляд. Данзо отлично его помнил и те последствия, что он сулил.

— Ты не прав, и я докажу это, даттебаё.

— Хм. Жалкий лепет.

— Ты, — прорычал Наруто, но ему тут же преградил дорогу сокомандник Неджи, Рок Ли.

Последующий разговор оказался не менее интересен, чем предыдущий. И, теперь Данзо был уверен, что у Наруто появилась конкретная цель. Нет, не так. Две цели. Бой представителей клана Хьюга произвел на него впечатление, и Наруто собирался доказать, что Хината способна измениться. Очень удачно все сложилось.

Советник проводил задумчивым взглядом ирьенинов, которым пришлось уносить на носилках химе. Майто Гай что-то пытался втолковать своему ученику, но тот раздраженно вырвался и ушел наверх к остальным.

Сколько еще осталось времени для решения проблемы клана Хьюга? И какую цену им всем придется заплатить для спокойствия Конохи и сохранения военного потенциала?

— Прикрой мой уход до возвращения.

— Хай.

Благодаря удачно выбранному расположению на смотровой площадке, уйти удалось незамеченным. Его место занял иллюзорный клон, созданный Шисуи. Всё внимание присутствующих было приковано к табло, когда Гекко Хаяте объявил о новой выборке участников. Следующий, а может, и не один бой, Данзо сознательно решил пропустить.

Упускать такой шанс не хотелось.

Коридор оказался пустынен. Угрозы жизни Хьюга Хинаты не было, поэтому ирьенины ее чуть подлатали и оставили отдыхать в отдельной палате. А сами поспешили на арену, где могла понадобиться их помощь.

Дверь тихо приоткрылась. Данзо специально громко стукнул тростью по полу, чтобы привлечь к себе внимание куноичи.

— Советник-сама? — удивленно прошептала Хината, пытаясь приподняться на койке.

Данзо предположил, что она запомнила его в тот день, когда он приходил по делам деревни в клан Хьюга. Тем лучше.

— Не пытайтесь встать, Хината-химе. Вам сейчас нужно отдыхать и набираться сил.

— Хай.

Помимо нескольких коек и необходимой медицинской аппаратуры, в достаточно просторном помещении нашелся одинокий стул. Вот к нему и направился советник, схватил за спинку и переставил поближе к койке. Пока советник устраивался, Хьюга с искренним любопытством рассматривала его. Но стоило Данзо ответить таким же внимательным взглядом, та стушевалась и уставилась на свои руки. Ее пальцы нервно вцепились в покрывало.

— Должен отметить, что я восхищен вашей решительностью идти до конца.

— Что?

Давно он не видел такого удивления. Нет, Данзо не шутил и не приукрашивал. Он действительно оказался впечатлен. Ему приходилось слышать о старшей дочери Хиаши, и были те совсем нелестные слова. Но, прошедший бой показал, что слухи не совсем верны.

— Знаете, что я ценю в шиноби? Верность и готовность идти до самого конца, даже если впереди смерть. А сила… у каждого она своя. Хороший учитель способен раскрыть скрытый потенциал ученика. Но, как бы не старался учитель, вбить насильно в ученика знания без его желания не получится или результат будет ужасным. И как бы ученик не бился в одиночку, без наставника он долго будет искать свой путь. Стараться должны оба, иначе ничего не изменится.

Куноичи не отрывала от него завороженного взгляда. В отражении ее глаз читалась надежда, и при этом оставалось сомнение.

— У вас есть внутренний стержень и воля. Нужно только немного постараться и стать решительнее. Я могу помочь вам.

— Правда?

— Я не шучу. Но, Хината-химе, это будет не так просто и потребует от вас колоссальных сил. Не только физических, но и моральных. Скажу честно, не все выдерживают моих методов, далеко не все. Но те, кто смогли побороть в себе робость и страх, они стали сильнее.

— Я…

— Не торопитесь с ответом и все хорошо обдумайте. Такое решение не должно приниматься на эмоциях. — Данзо встал и тяжело оперся на трость. — Вы должны понимать, что если решите прийти ко мне, то должны быть готовы выполнить любой приказ. Даже если он вам не понравится.

Направляясь к двери, Данзо чувствовал, что последние его слова посеяли сомнения. Но она должна понимать, на что идет. То, что эта куноичи способна измениться и сражаться до самой смерти, он наглядно увидел в прошедшем бое. Как и решительность Наруто, возникшая после тех слов Неджи. Идеально для его планов. Пора Наруто брать ответственность за других и за свои слова.

Хмыкнув, Данзо замер у двери и обернулся:

— Если решите принять мое предложение, то можете обратиться к Наруто. Передайте ему, что ищете встречи с Данзо. И, не говорите никому о нашем разговоре. Особенно своему отцу. Он точно не одобрит такой выбор.

Если при упоминании Наруто, Хината удивилась и обрадовалась, но когда он обмолвился о Хиаши, она вздрогнула и сильнее сжала пальцами простынь. Закрывая за собой дверь, Данзо был уверен, что куноичи придет к нему. Придет, все тщательно обдумав.

Дверь закрылась за ним с тихим щелчком. Несмотря на свой характер, Хината идеально подходила для вербовки. Одиночество, желание признания и отсутствие нормального учителя, что покажет ей путь становления как куноичи — всё это играло советнику на руку.

Причину, почему Хьюга Хината не изменилась со времен выпуска из Академии, Данзо видел в наставнике восьмой команды. Да, Юхи Куренай талантливый джонин Конохи. И свою команду она тренировала на взаимодействие друг с другом, но при этом отодвинула на второй план развитие каждого в отдельности. С одной стороны, все три генина являлись наследниками своих кланов со своими особенностями, но подтянуть физически и закалить их эмоционально, она обязана была как наставник. И вот в этом и заключалась проблема. Оставшееся время после командных тренировок Юхи предпочитала тратить на романтические встречи с Сарутоби Асумой или личные тренировки.

Данзо считал, что именно с чрезмерной мягкостью Хинаты могут возникнуть проблемы, и тут надо правильно выбрать подход. Предстояла долгая «тонкая» перенастройка, и поможет в этом Наруто и ситуация в клане Хьюга.

После разговора с Хинатой, Данзо только еще больше убедился в правильности своего выбора, пусть он и выглядел странно со стороны. Многие хотели получить себе признанного многими гения Неджи, а не тихую и якобы бездарную наследницу клана. И именно это стало одной из причин выбора Данзо. Хината никому не интересна, если только в качестве носителя генома. Даже собственный отец от нее отвернулся. А вот за успехами Неджи следили многие. Да, у парня были свои чувствительные точки, на которые можно было надавить и использовать в нужных Данзо целях. А после произошедшего на отборочных боях, сочувствующих и желающих помочь молодому дарованию — исправить несправедливость — станет намного больше.

Неджи отличная приманка. Он, сам того не осознавая, стал мишенью для агентов чужих деревень и предателей внутри Конохи. Поэтому стоит в ближайшее время выделить пару наблюдателей, что будут отслеживать его контакты в деревне. А внутри клана этим займется Хината. В ее интересах сохранить мир внутри клана и не допустить окончательного раскола. Поэтому девочка будет стараться. И это задание станет ее первым испытанием.

Впереди послышались торопливые шаги, отрывая Данзо от рассуждений по пути назад на арену. Из-за угла в самом конце коридора показалась небольшая процессия. Две пары чунинов несли носилки, рядом с ними торопливо шел один из ирьенинов, выделенный на время проведения экзаменов. Что примечательно, появились они не стороны арены.

Данзо чуть посторонился, пропуская мимо себя процессию и взмахом руки приказывая не отвлекаться на него. На носилках оказались два генина из Ивагакуре, что решили отказаться от прохождения отборочных поединков. Живые, но без сознания и в пропитанной кровью одежде.

Завернула процессия в одну из палат возле Данзо. Прошла всего минута и из нее появилась тройка чунинов, четвертый остался рядом с ирьенином. Все трое сразу направились к Данзо. Впереди шел один из наблюдателей чунинов второго этапа, Мозуки. Его старый советник часто видел рядом с Ибики.

Чунины остановившись с ним рядом и поприветствовали.

— Докладывай, — приказал Данзо Мозуки.

— Хай. В комнате ожидания произошло столкновение между двумя генинами Ивы и генином из Песка. Все они отказались от поединков. На время ожидании окончания отборочных поединков, их проводили в выделенную комнату. Генин Песка не пострадал, с ним остались Анбу.

— Почему не прервали бой сразу и допустили нанесение тяжких травм?

Чунин замялся и отвел взгляд. Понятно. Следили за отборочными поединками и упустили из виду остальные камеры.

— Запись сохранилась?

— Да, — поспешно кивнул Мозуки и нервно поправил очки.

— Доложите Хокаге и Морино. И оповестите Яманака Иноичи, что у него тут намечается работа. Пусть поторопится и займется ими, — Данзо на последних словах перевел взгляд на палату. Чунины понятливо кивнули и направились в разные стороны выполнять его распоряжения.

Столкновение между генинами вне экзамена могло вызвать определенные проблемы. Все будет зависеть от того, как воспримут произошедшее сопровождающие команд Ивы и Песка, а также реакции их Каге. Необходимо понять причину конфликта, и посмотреть, возможно ли обернуть будущие неприятности в свою сторону и стравить Казекаге с Цучикаге.

Как ни хотелось Данзо посмотреть на оставшиеся отборочные бои, но действовать нужно было уже сейчас. Хокаге не мог уйти во время поединков с арены. Кивнув самому себе, Данзо развернулся и направился к посту охраны. На выделенном для них этаже как раз располагалась комната видеонаблюдения.

Несколько минут ему пришлось потратить, чтобы добраться до нужного помещения. Двое чунинов вскочили со своих мест и поспешно поприветствовали его.

— Включите мне запись боя в комнате ожидания, — сразу с порога потребовал Данзо, проигнорировав их вежливость.

Спустя пару минут на отдельном мониторе появилась запись. Вот в комнату зашел Гаара, внимательно ее осмотрел и задержал взгляд на несколько секунд на камере. Никак не отреагировав на слежку, он прошел к одной из голых каменных стен и облокотился спиной. Явно настраиваясь на долгое ожидание, он скрестил руки перед собой и закрыл глаза. Десяток томительных минут ничего не происходило, пока не появились генины Ивы.

Жаль, что звука не было. Но хорошо то, что Гаара встал так удачно, что можно было читать по губам у всех присутствующих без особого труда. Качество съемки и освещение позволяло. Что примечательно, именно генины Ивы первыми словесно пытались вывести Гаару из себя. А когда у них ничего не получилось, напали.

Учитывая отчеты, что приходили по джинчурики однохвостого, удивительно было то, что он их сразу не убил. Просто раскинув противников в разные стороны, Гаара сразу лишил генинов возможности преследовать его, банально сдавив их руки и ноги с помощью песка. Закончив с этим, он убрал песок обратно в кувшин и спокойно направился к выходу. Но потом, почему-то резко остановился и, обернувшись, вскинул руки. От смерти генинов спасли подоспевший отряд Анбу и чунины. Не так уж они и опоздали, на самом деле.

— Включите повторно на том моменте, когда он первый раз убрал песок.

Запись тут же промотали назад. Но смотрел Данзо не на Гаару, а на генинов Ивы. Как он и думал, они додумались угрожать ему. И не только лично Гааре, но и его семье. И именно в этот момент Гаара остановился и решил их добить.

Очень интересная информация. И противоречит тому, что ему докладывали о взаимоотношениях в семье Казекаге.

— Сделайте копию. Позже ее заберут.

— Хай.

Как он и думал, все оказалось не так плачевно и можно использовать эту запись в свою пользу. А вот между Ивагакуре и Сунагакуре в ближайшее время возможны ухудшения отношений. Все зависит от того, что потребует Казекаге и как дороги эти генины Цучикаге.

В более приподнятом настроении советник отправился обратно на арену. Он надеялся, что еще застанет несколько поединков.

Когда Данзо вернулся, он сразу направился к Шисуи. На арене как раз заканчивался бой между Нара Шикамару и темнокожей куноичи из Кумо. Девушке не повезло, и она угодила в теневой захват. Как бы она ни старалась, сбросить контроль у нее не получилось. Пока они медленно шли к друг другу, Шикамару достал кунай из подсумка, что крепился у него к левой ноге. А у куноичи он был справа, поэтому она хоть и повторяла каждое движение Нара, ее пальцы схватили только воздух. Совсем скоро они остановились рядом, и лезвие куная оказалось у шеи куночи.

Именно в этот момент Данзо занял место иллюзорного клона, что бесследно без звука исчез чуть раньше.

— Кха-кха… Победитель Нара Шикамару.

— Эх, это было проблематично, — пробубнил Шикамару и развеял технику. По дороге назад он потер скулу, куда пришелся тяжелый удар куноичи.

— Проблематично… проблематично?! А ну, иди сюда, мы еще не закончили. Эй!

— Каруи, успокойся.

— Отпустите меня, я ему сейчас покажу. Да отпустите меня!.. Стой, гаденыш!

— Как напряжно, — протянул Шикамару. Он остановился и обернулся, лениво рассматривая бывшую соперницу. Та пыталась вырваться из хватки своих сокомандников, но парни держали ее крепко.

— Попрошу вас покинуть арену. Кха-кха. Вы мешаете следующим участникам.

Замечание экзаменатора привело в чувство Каруи, и она поникла, перестав вырываться. И пусть куноичи позволила себя увести, но подрагивающие кулаки с головой выдавали ее состояние.

На табло вновь быстро стали друг друга сменять имена.

— Я уверен, сейчас будет моя очередь!

— В тебе горит сила юности, Ли! Так держать!

«Темари — Тен-Тен»

Под дружный разочарованный стон двух шиноби в зеленых комбинезонах, куноичи из их команды покачала головой и направилась к лестнице. Когда обе девушки спустились, экзаменатор приказал им подойти ближе. А после объявил о начале боя.

— Кто остался? — не оборачиваясь, тихо уточнил Данзо.

— Рок Ли и Абураме Шино, а также генин из Ивагакуре.

— Позже расскажешь о предыдущих боях. Отправляйся на пост охраны и забери копию видеонаблюдения.

Шисуи бесследно исчез, а Данзо вновь посмотрел на арену. Подойти к Хокаге он намеревался после этого боя.

Глава 10

— Это же, — прошептал Наруто и прикусил губу.

Рядом с ним заинтересовано чуть склонил голову Саске. Несмотря на громкие крики поддержки со стороны двух шиноби в зеленых комбинезонах, Наруто услышал знакомый вопросительно-заинтересованный хмык теме.

— Ничего, — немного поспешно ответил на незаданный вопрос Узумаки и сосредоточился на бое.

Сразу после первой атаки Тен-Тен, Наруто подобрался и впился взглядом в Темари. Сложенный веер за спиной указывал на ее специализацию, но он и не предполагал, что куноичи настолько искусно владеет стихией воздуха. Тренируясь с дедом, Наруто не раз видел рядом с ним движение воздушных масс при применении техник футона. Как и у Темари при отражении сюрикенов.

Но она не складывала печати и не прикасалась к вееру.

Пока Наруто делился своими рассуждениями с друзьями, Темари попыталась словесно вывести из себя Тен-Тен. И частично у нее это получилось. И все же, ученица Майто Гая смогла взять в себя в руки и предприняла новую попытку атаковать большим количеством распечатанного метательного оружия, в основном кунаями и сюрикенами.

Для отражения этой атаки Темари понадобилось раскрыть веер, но всего на треть. Оружие Тен-Тен моментально смело потоками ветра, и они бесполезной грудой металла теперь торчали из пробитого пола.

— Что такое? И это всё? Твои атаки бесполезны против меня.

— Это мы еще посмотрим, — после секундной растерянности, в ответ на язвительную насмешку прокричала Тен-Тен.

Она сорвалась с места и на бегу достала правой рукой из подсумка три куная, а левую завела за спину. Темари пришлось поворачиваться, не сходя с места вслед ее движению. Тен-Тен резко остановилась и замахнулась левой рукой, кидая на пол между ними что-то зажатое в кулаке.

Пуф.

Взорвавшаяся бомба скрыла Тен-Тен из виду, поднимая облако дыма. И тут же из него вылетели три куная, оставляя за собой легкий след.

— Бесполезно, — с явным превосходством выкрикнула Темари.

Взмах тэссена отбил атаку и одновременно сдул весь дым. Этот поток воздуха был сильнее предыдущего — Темари раскрыла веер на две звезды. Но ухмылка куноичи тут же моментально исчезла: впереди оказалось пусто. Только разбросанное на полу оружие осталось на месте.

Тихий скрежет металлической цепочки раздался сверху, заставив всех вскинуть голову. В самую последнюю секунду Темари успела подставить лицевую пластину веера, и лезвие серпа только зацепилось за его край. Рывок чуть не лишил Темари оружия, но она смогла удержать верный тэссен и дернула его на себя. Чем только помогла Тен-Тен, ускорив ее сближение с собой. Куноичи из Песка пришлось тут же уклоняться от рубящего удара ногой сверху.

Девушки словно танцевали в ближнем бою. Тэссен то раскрывался, скрывая куноичи от атак кусаригама, то превращался в тяжелую дубину в сложенном виде. Несмотря на свои размеры, веер порхал в руках Темари, словно ничего не весил.

— Песок победит, — тихо заключил Саске, наблюдая за их стремительным «танцем». Наруто не оборачиваясь с задержкой кивнул.

Тен-Тен в очередной раз раскрутила кусаригама — попыталась цепью обмотать тэссен и сковать противника. Провал. Темари не только смогла в прыжке увернуться, но и прибила пластинами веера цепь к полу. Тен-Тен из-за неожиданности дернуло вперед. Используя верное оружие как опору, Темари крутанулась вокруг оси и ногами откинула от себя замешкавшуюся на секунду куноичи.

Только Тен-Тен отбросило на пол, как тэссен уже оказался в руках Темари, раскрытый полностью.

— Футон: Техника серповидной ласки!

Наруто нахмурился и сжал сильнее пальцы на металлических поручнях ограды. Дезориентированная после последнего сильного удара, Тен-Тен не успела уйти с траектории атаки. Воздушный поток подхватил ее тело, закружил в вихре и поднял. Бесчисленные ветряные лезвия оставляли глубокие порезы. Пронзительный вой ветра заглушил ее крик.

От полученных ран Тен-Тен потеряла сознание. Вихрь ослаб, и ее тело начало падать, быстро набирая скорость. Прямо на торчащие в полу сюрикены и кунаи.

Пальцы Саске вцепились в плечо Узумаки, предупреждая не вмешиваться. Наруто попытался вырваться, когда мимо пронеслась размытая зеленая молния.

— А он быстр, — подметил Саске.

Ли в последнюю секунду успел подхватить бессознательную подругу, не позволив ей получить еще больше травм.

— Отцепись, — резко дернул плечом Наруто.

Саске его больше не удерживал: как только Ли спустился, этот бой закончился.

— Пф. Не стоит вмешиваться в чужой поединок. И без тебя есть кому ей помочь.

Послышался надрывный кашель. Хаяте-сан наконец-то смог совладать с приступом и огласил результат:

— Победитель Темари.

Наруто не отрывал пронизывающего взгляда от довольно улыбающейся куноичи Песка. И она почувствовала его на себе. Взгляд зеленых и синих глаз пересекся на несколько секунд. Наруто видел, как померкла улыбка куноичи, а мгновение спустя Темари резко отвернулась и поспешила к лестнице. Верный тэссен вновь оказался за ее спиной.

Несмотря на внешне жесткую расправу, Темари пощадила противника. Наруто отлично знал о способности стихии ветра причинять тяжелые травмы. Намного серьезнее тех, что получила Тен-Тен. Тэссен усиливал стихию и помогал сформировать воздушные потоки. И то, как Темари отбила самую первую атаку, говорило о ее мастерстве.

У Тен-Тен был всего один шанс победить Темари. Она смогла сблизиться и навязать ближний бой, но развить свой успех не смогла.

Как только успокоившийся Ли передал подругу ирьенинам и поднялся обратно, на табло вновь замелькали с высокой скоростью имена.

— Я уверен, Ли, теперь точно твоя очередь.

— Да, Гай-сенсей, — понуро отозвался тот.

— Выше нос, Ли! — подлетел к своему ученику Гай и хлопнул ему по спине с такой силой, что тот чуть не вылетел за ограду обратно на арену. — Уверен, ты следующий!

— Так точно! — моментально выпрямился Ли и сжал кулаки. Его глаза сразу загорелись в предвкушении битвы. — Я следующий. Я следующий. Я следующий!

— Вот это настрой! Покажи им всем настоящую Силу Юности, Ли!

Одновременно с последними словами Гая табло пропищало, на экране отобразились имена последней пары отборочных боев.

— Вперед, Ли! — закричал Гай и ткнул пальцем на арену. При этом на табло он не смотрел, как и Ли.

— Да, Гай-сенсей!

— Стойте, — прервал гвалт приказ, заставив обоих крикунов замереть.

— Что такое Какаши? — показушно надувшись, резко развернулся Майто.

Вместо ответа Хатаке просто кивнул на табло. Гай посмотрел в указанную сторону, как и Ли. У них одновременно вытянулось от разочарования лицо.

— Как же так…

«Абураме Шино — Камизуру Киирохаи»

— Гай-сенсей, — чуть ли не плача протянул Ли.

— Ли…

Седьмая команда от греха подальше отошли немного от эмоциональной парочки, пока те пытались друг друга утешить. Со стороны и непонятно было, кто из них больше расстроился.

— Какаши-сенсей, — протянула Карин и дернула его за рукав. На что тот молча к ней обернулся и чуть приподнял бровь в невысказанном вопросе.

— Он правда ваш соперник?

— М-ма… Правда.

— Отставить, Ли! Ты прошел на следующий этап, это настоящая удача.

— Но, Гай-сенсей...

— Молчать! — от существенного удара кулаком по макушке Ли плюхнулся на задницу и схватился за голову. — Удача так же важна, как и сила. Запомни, ученик, — Гай приосанился и поднял указательный палец. — Всегда ищи выгоду из сложившейся ситуации.

— Да, Гай-сенсей, — радостно вскочил тот и откуда-то достал блокнот. Со слезами на глазах он принялся яростно что-то туда записывать.

— А он прав. Сейчас Ли в более выгодном положении, чем мы, — протянул Саске.

— О чем ты, даттебаё?

— Он видел наши поединки. Мы же не знаем о его способностях ничего.

— Ребята, позже поговорите. Поединок начинается.

Недовольный голос сенсея отрезвил седьмую команду. Наруто кинул последний настороженный взгляд на все еще не до конца успокоившихся шиноби, и повернулся лицом к арене. Лично он не собирался отмахиваться от слов теме. Неизвестно, какими способностями обладал Ли, но скорость у него приличная.

А на арене тем временем Хаяте-сан объявил о начале поединка и отпрыгнул. Но парни напротив друг друга не торопились атаковать. Наруто приходилось несколько раз спарринговаться с Шино в Академии. Удары у него были сильные и точные, а сам Шино и его «питомцы» вызывали невольную жуть.

Противником Шино оказался тот самый парень, которого Киба вырубил своей гатсугой, когда решил их «спасти». Из внешности у него выделялся только широкий нос, да длинные ноги и руки. Очень худой. Он единственный остался из своей команды — его напарники решили отказаться от предварительных поединков.

— Так и будем стоять? — раздался недовольный голос генина Ивы.

— Позволяю тебе первому напасть я.

— Позволяешь? — прошипел тот и сощурился. — Как скажешь.

Киирохаи опустился на одно колено и прикоснулся пальцами к полу. Казалось, он ничего не делает, пока у него не зашевелились широкие рукава его кофты.

Послышалось множество пощелкиваний. И источником звука, вызывающих невольную жуть, был именно ивовец. У Наруто невольно дыхание перехватило, когда он разглядел тех, кто сползает с его рук на каменный пол.

— Пауки? — прохрипела Карин рядом.

Множество мелких пауков стремительно расползались вокруг хозяина. Со стороны Киирохаи послышался смешок, когда Шино отступил на несколько шагов.

— Абураме. Не ожидал, что мне придется столкнуться с твоим кланом так скоро. Но я искренне рад этому, — ивовец не скрывал довольной усмешки. — Пришло время расплаты.

— Расплаты? — прошептал Наруто и обернулся к сенсею, как и остальные члены команды. Но тот только слегка пожал плечами.

— Понятно. Вот почему имя твое мне так знакомо. Слышал о вас я. Нет смысла сдерживаться теперь мне. Но прежде, откажись от мести. Победить не сможешь ты меня.

Шино сложил знак концентрации, но что-то предпринять ему не позволили пауки. Они словно по мысленной команде одновременно приподнялись и выстрелили в Абураме тончайшими нитями. Шино пришлось отскочить и броситься бежать в сторону остатков земляных стен, что остались после сражения Чоджи и Акатсучи.

— Не уйдешь!

Вновь пауки выстрелили паутиной, но теперь только часть. Оставшиеся же запрыгнули на тончайшие нити и на них устремились в сторону жертвы. Как только паутинки стали падать, часть пауков снова плюнули, а другие подпрыгнули и ухватились за нити. Таким нехитрым способом всего за несколько секунд пауки преодолели большое расстояние и поднялись высоко над землей.

— Какая жуть, — раздался рядом хрип Карин. Наруто невольно кивнул и сглотнул.

Пока Шино бежал, из-под его одежды выползало огромное количество жуков. Со стороны они выглядели кучей шевелящейся черной массы. Жуки устремились навстречу паукам, часть по земле, а оставшиеся столкнулись со своими противниками в воздухе. Когда Шино спрятался за полуразрушенную каменную стену, пауки и жуки в основной своей массе столкнулись.

От какофонии потрескиваний, щелканий и жужжания большинство присутствующих закрыли руками уши — лишь бы приглушить противный звук.

— Это тебе не поможет! — закричал Киирохаи и запульнул в стену кунай.

Оглушительный взрыв разрушил ее до самого конца. Не успела пыль осесть, как из нее выскочил Шино и вновь попытался убежать.

— Не уйдешь! — азартно заорал Киирохаи.

Через несколько секунд стала понятна радость ивовца — выжившие пауки смогли окружить Шино и принялись выстреливать в него нити паутины. Абураме пытался отмахиваться выхваченным кунаем, но сделал только хуже. Так он еще быстрее оказался в плену паутины.

Через несколько минут все было кончено: жуки Шино оказались повержены, а он сам превратился в один белый кокон. Только лицо еще оставалось свободно.

— Как же долго я этого ждал, — неторопливо шагая в сторону поверженного противника, довольно протянул Киирохаи. — Я очень надеюсь, что ты не согласишься сдаться.

Шино пытался вырваться, но у него ничего не получилось. И он затих, только повернул голову в сторону приближающегося ивовца. Тот же на ходу покопался у себя в подсумке и достал оттуда крупного песочного цвета паука. Остановившись рядом с Шино, Киирохаи приподнял его повыше и повертел из стороны в сторону, позволяя лучше рассмотреть своего «питомца».

— Красивый, правда? Всего один его укус, и ты умрешь от внутреннего кровотечения… Ничего не хочешь сказать? Тогда сдохни!

Паук спрыгнул с ладони Киирохари на голову Шино и затрещал щупальцами. Не успели зрители осознать, что ивовец натравил своего ядовитого паука и приказал убить, как голова Шино вместе с пауком резко накренилась и начала рассыпаться.

Паук словно заверещал, пытаясь отбиться от облепивших его жуков. Из кокона паутины вылетело множество выживших жуков и напали на выживших пауков. Но большая часть моментально облепила Киирохаи.

— Нет!

С жутким криком Киирохари бросился прочь. Его пауки пытались спасти хозяина, но гибли в неравном бою. Облепленный ивовец споткнулся на бегу и упал.

Куча земли и мелких камней, что остались лежать одной груды после разрушения стены, зашевелилась и показался живой и невредимый Шино. Только весь перепачканный в пыли.

— Прислушаться к словам моим стоило тебе.

Спокойно засунув руки в карманы куртки, Шино направился к поверженному противнику. Тот еще пытался скинуть с себя жуков, но с каждой секундой его движения все больше замедлялись. Шино остановился и вновь сложил знак концентрации, когда неожиданно Киирохари обдало мощной струей воды, смывая с него жуков.

Между Камизуру и Абураме появилась Куротсучи, застыв в боевой стойке.

— Стоп! Кхе-кхе. Прекратить бой, — рядом с ребятами возник Хаяте. Когда Шино опустил руки, экзаменатор посмотрел на Куротсучи. — Победа за Абураме Шино.

Плечи Куростучи поникли, но она согласно кивнула и тут же опустилась рядом с Киирохари. И с явным облегчением она уступила место прибывшим ирьенинам. Но уйти вместе с ними не успела.

— Попрошу всех участников, прошедших на следующий этап, спуститься!

Всё еще под впечатлением от последнего поединка, ребята, негромко переговариваясь, спустились. Из всех команд только седьмая смогла пройти в полном составе. Наруто невольно посмотрел в тот темный угол, где стоял дед, и не нашел его там. Завертев головой в разные стороны, он увидел его рядом с Хокаге. Повернувшись ко всем спиной, дед что-то говорил внимательно слушающему его Пятому. Когда все генины собрались, Хокаге кивнул Данзо. После чего дед вместе с первым экзаменатором ушел куда-то, так и не посмотрев в его сторону. Наруто невольно вздохнул.

— Согласен, опять долго стоять и слушать. А так хочется поспать, — лениво протянул Шикамару, услышав его вздох.

— Тише вы, — шикнула Карин.

— Хай-хай.

Хокаге шагнул к ним навстречу и внимательно поочередно посмотрел на каждого из них. Наруто невольно выпрямился, когда строгий взгляд Пятого скользнул по нему.

— Поздравляю вас с прохождением на Третий этап экзамена! Но прежде чем отпустить вас на заслуженный отдых, я расскажу вам о последнем этапе. Финальные поединки будут проходить в Шикенкаиджо. У вас будет месяц для того, чтобы подготовиться к ним и показать все, на что вы способны… На этом всё. Вас проводят ваши наставники.

— Подождите! — выкрикнула Темари и тут же сбавила тон, когда на нее посмотрел Хокаге. — А как будут распределяться пары и когда?

— Вы будете тянуть жребий, через месяц непосредственно на финальном этапе. Во время предварительных поединков вы смогли увидеть способности друг друга. У вас будет месяц для подготовки, разработать план возможных поединков и улучшить свои навыки. Никто облегчать вам задачу не будет, как и проводить предварительный жребий .

Больше ничего не добавив, Хокаге развернулся и покинул арену тем же маршрутом, что и дед. Наруто переглянулся с ребятами, а после посмотрел на прошедших на третий этап генинов. Любой из них мог стать его противником. Из Конохи прошли он сам, Карин, Саске, Шикамару, Шино, Неджи и Ли. Из Кумо — Омои, Ивы — Куротсучи, а Песка — Темари.

Легко точно не будет.

Глава 11

Данзо сидел на удобном диване и задумчиво крутил пальцами трость. Недавно закончились отборочные бои второго этапа экзамена на чунина и теперь полным ходом шла подготовка к последнему этапу. Учитывая то, что из Ивы, Кумо и Суны прошло по представителю каждой скрытой деревни, необходимо было разослать приглашения аристократам этих стран. Мероприятие ожидалось масштабное, а значит, эти дни будут тяжелыми в плане подготовки по размещению и организации безопасности прибывших гостей. Сейчас деревню покинули представители чужих какурезато, но перед началом последнего этапа они вернутся. За неделю до начала начнут прибывать потенциальные заказчики. И вместе с ними попробуют просочиться новые шпионы - его, Данзо, очередная головная боль.

Раздавшийся шелест, сворачиваемого свитка со стороны стола Хокаге, вырвал советника из размышлений.

— Читал?

— Да.

— Как видишь, нет и намека на какие-либо договоренности между ними.

Данзо кинул беглый взгляд в сторону Хокаге. Тот показательно помахал свернутым свитком отчета Яманако с допросом генинов Ивы и небрежно кинул его в переполненный ящик, что стоял на полу у стола. Ожидаемо свиток не поместился в гору таких же документов и упал. Покатившись по полу, он окрасился под лучами закатного солнца в алый.

— Но это не значит, что их нет, — Данзо отвернулся, вновь задумчиво покручивая пальцами трость.

— Опять ты за свое, — Фугаку поморщился, встал со своего стула и подошел к окну.

— Слишком спокойно джонин Суны воспринял нападение на сына Казекаге, сам видел.

Фугаку ничего на это не ответил, продолжая что-то внимательно рассматривать за окном.

Прошедшая встреча с сопровождающими команд Суны и Ивы была очень по-своему интересна. Джонинов после отборочных боев пригласили в одно из помещений Башни, где им сообщили о произошедшем и включили запись. И если джонин Ивы весь подобрался и явно с опаской поглядывал на суновца, то тот лишь отстраненно смотрел. А после спокойно поблагодарил Фугаку за предоставленную информацию, поклонился и ушел, даже не взглянув в сторону джонина Ивы.

Фугаку отвернулся от окна и направился к Данзо. Удобно устроившись на диване напротив, он посмотрел на советника:

— Нападение вне экзамена и угроза расправы с семьей Казекаге не могут остаться без последствий. Если они будут проигнорированы, это нанесет вред репутации Казекаге. Решение этого конфликта вне полномочий джонинов, сам понимаешь. Уверен, о произошедшем доведут до Каге и урегулированием будут заниматься на соответствующем уровне.

Трость в руках Данзо на миг замерла, а после возобновила свое движение.

— Но могут и замять. Свидетелей нет, кроме нас и трех генинов… Я займусь распространением слухов, не в наших интересах упускать такой шанс поддерживать напряженные отношения между Суной и Ивой.

— Хорошо, — хмыкнул на это Фугаку. — Что скажешь по…

Стук в дверь прервал Хокаге, заставив нахмуриться: секретарь знал, что прерывать разговор с советником можно было только из-за важных или срочных новостей. Фугаку встал и направился к рабочему столу, по пути разрешая войти. Дверь открылась, впуская в кабинет Итачи. Одет тот был в чистую одежду джонина - значит, уже успел заскочить домой и привести себя в порядок.

— Хокаге-сама… Данзо-сама, — поочередно поприветствовал их с поклоном Итачи. — Миссия выполнена.

Возвращение их группы ожидалось на следующий день. Похоже, они уменьшили время отдыха и двигались в ущерб отдыху. Их можно было понять - миссия затянулась. Об удачном выполнении поставленных задач они сообщили ранее с помощью чернильной птицы Сая. Подробности же были изложены в свитке, что сейчас Итачи протянул Фугаку. Данзо не обманулся официальным поведением как отца, так и сына - именно его присутствие было тому причиной. Советник заметил и беглый взгляд, каким окинул Хокаге своего сына, и его чуть расслабившиеся плечи после того, как Фугаку убедился, что Итачи вернулся невредимым.

Недовольный мимолетный взгляд Хокаге Данзо проигнорировал, сделав вид, что не понял намека. Куда ему, холостяку. Да, почитать отчет он мог и позже, но куда ценнее были сведения, что не отобразились в отчете. Именно их он собирался услышать, продолжая сидеть на диване, небрежно покручивая пальцами трость и, делая вид, что его тут нет.

— Как прошла миссия? — забрав свиток, спросил Фугаку с еле уловимым в голосе раздражением.

— Ягура убит Момочи Забузой, Треххвостый отправился на перерождение. Теруми Мей смогла выжить, как и Забуза. После выполнения задания нам пришлось спешно уходить с места схватки из-за прибывшего подкрепления от повстанцев… Битва унесла много жизней шиноби Тумана. Киригакуре потребуется много времени, чтобы восстановиться.

— Хорошо. Что еще можешь сообщить, что не отражено в отчете? — Фугаку постучал пальцем по лежащему перед ним на столе свитку.

Несколько ударов сердца Итачи молчал. Слишком долго. Данзо был уверен, что Итачи заранее подготовил ответы на все возможные вопросы. Могло ли его присутствие вызвать секундное сомнение? Интересно.

Советник заинтересованно повернул голову, более внимательно рассматривая молодого капитана Анбу.

— По пути к Ягуре нам преградил путь “Мадара”. Я остался его задержать.

— Подробности.

— Он узнал меня и попытался понять нашу миссию. “Мадара” решил, что мы преследуем цель поставить во главе Кири послушную нам марионетку — Момочи Забузу.

— Вот как, — заинтересованно протянул Фугаку и чуть наклонился вперед. — И это всё?

— Да. Он не стал задерживаться и сразу ушел.

Просто ушел? Тогда зачем вообще раскрывал свое присутствие. И что он делал в Тумане? Почему проявил интерес к Забузе и показался Итачи? И была ли эта встреча случайна? Нет, Данзо был твердо уверен - Итачи что-то утаил. Но что?

— Отдельно предоставь отчет о вашем разговоре. Дословно, — впервые вмешался в доклад советник.

— Хай, Данзо-сама.

Советник тяжело поднялся, опираясь на трость. Больше ничего интересного он явно не услышит, поэтому смысла задерживаться нет. В который раз представители клана Учиха вызвали у него раздражение, которое он привычно подавил. Итачи и Шисуи, увы, не были исключением. Особенно последний. Молодой, а потому все еще наивный. И при этом очень полезный. Вот через него и стоит узнать, что именно Итачи утаил.

***

— Я дома.

В ответ - тишина. Открывая ключом дверь, Карин уже знала, что будет ужинать одна. Мама, скорее всего, была на дежурстве в Госпитале. Возможно, и к лучшему, не увидит ее потрепанного вида, меньше будет переживать.

Карин скинула сандали и небрежно отодвинула их ногой в сторону. Хотелось растянуться на кровати, позволив усталому телу наконец-то отдохнуть. Но сначала - душ.

Вода смыла не только грязь, но и усталость, пробудив дикий голод. Проверив холодильник на наличие еды, Карин доставала одно блюдо за другим, мыслено восхваляя кулинарные способности матери. Рот моментально наполнился слюной. Желудок был полностью с ней согласен, огласив комнату своим нетерпеливым рычанием.

— Итадакимас!

Подхватив плошку с рисом, Карин только успела поднести палочки с едой ко рту, как застыла из-за раздавшегося громкого стука во входную дверь. Нахмурившись, опустила миску на стол и сосредоточилась.

Этого человека Карин не видела с того дня, как спугнула своим возвращением с миссии. Тогда она убежала из дома, ощущая себя преданной и одинокой, никому не нужной. По возвращении домой, когда ее проводил Шисуи, просто сделала вид, что ничего не произошло. Первые дни мама пыталась с ней поговорить, но Карин каждый раз убегала от возможного разговора, пытаясь сохранить прежнюю идиллию.

И теперь причина напряженности в отношениях между ней и матерью стоял за дверью. И стучал. Всё более настойчиво и громче. Вздохнув, Узумаки поняла, что он знает, что она вернулась и не уйдет.

Громко шлепнув палочками об стол, Карин решительно поднялась и направилась к двери. По пути она умудрилась так себя накрутить, что распахнула дверь с изрядной долей раздражения. Прямо напротив нее в опасной близости от лица застыл кулак мужчины.

Рука шиноби опустилась, а он сам заинтересованно склонил голову. Карин нагло отзеркалила его движение, с вызовом рассматривая мужчину. В коротких темных волосах уже стала пробиваться редкая седина. На лице отчетливо были видны морщины вокруг глаз и между густых бровей. Взгляд серых глаз холодный и пронизывающий - хотелось отвернуться, но Карин была так сильно раздражена и зла, что секундную слабость ей удалось легко подавить.

— Ее нет дома.

Захлопнуть дверь не получилось из-за появившейся между косяком и дверью подставленной стопы Анбушника. Тот еще и одной рукой успел ухватиться за ручку.

— Знаю. Я пришел к тебе… Впустишь?

Мысли панически заметались, быстро сменяя друг друга. Карин и хотелось оттолкнуть шиноби, громко хлопнув дверью перед его носом. И при этом было интересно узнать, зачем он пришел. Да и решить вопрос, об их отношениями с матерью, Карин тоже хотелось. И при этом было очень боязно. А отчего именно она и сама понять не могла.

После долгой паузы Карин отпустила дверную ручку и шагнула назад, прижимаясь спиной к стене коридора. Мужчина воспользовался молчаливым приглашением, вошел и спокойно разулся. После небрежного взмаха Карин он прошел внутрь квартиры, направляясь на кухню.

То, как уверенно он ориентировался у нее дома, вызвало у Карин новую волну раздражения. Всю дорогу она прожигала ему спину взглядом, пока они не оказались на кухне, где мужчина впервые за вечер при виде накрытого стола застыл и оглянулся с виноватой улыбкой.

— Я не очень вовремя…

— Это точно, — огрызнулась в ответ Карин. Глубоко вздохнув, она попыталась взять себя в руки и более миролюбиво спросила: — Составишь компанию?

— Не откажусь, спасибо, — с наглой улыбкой кивнул Анбушник.

Фыркнув, Карин открыла один из шкафов и достала плошку для риса и палочки. Громко поставила посуду рядом с уже расположившимся мужчиной, она вернулась на свое место. Сейчас она больше всего хотела поесть нормальной вкусной еды, пусть и в присутствии постороннего. На вежливость она полностью наплевала - не тот случай.

Следующие долгие минуты тишину комнаты нарушали только тихий перестук палочек. И в какой-то момент Карин осознала, что она чуть ли не наперегонки с этим вторженцем поглощает пищу, при этом стараясь урвать что повкуснее. А когда на тарелке остался всего один кусок жареного мяса, за него разразилась настоящая палочковая битва. Карин под столом внаглую пнула Анбушника по ноге и все-таки урвала последний кусок.

— Неплохо.

— Пф.

Гордость от своей победы, да плюс сытость после вкусного ужина настроили ее на более миролюбивый лад. Подхватив посуду, Карин направилась к раковине, не забыв по пути поставить чайник. Увидев попытку мужчины помочь убрать со стола, она отмахнулась, и сама все быстро перетаскала в раковину. Пока чайник закипал, а она мыла посуды, решила перейти к делу:

— Зачем пришел?

— Хм… Поверишь, если скажу, что пришел помочь?

— Мне не нужна помощь.

— Уверена? Я видел твой бой в Башне.

Карин чудом не уронила плашку. Подавив раздражение, вернулась к мытью, так и не обернувшись. Похоже, он решил, что она неумеха. И пусть она сама пыталась добиться такого эффекта, почему-то стало очень обидно.

— Мне не нужна помощь. У меня отличный сенсей.

— Я знаю. Но будет ли у него время на твое обучение в этом месяце?

Карин выключила воду и резко обернулась.

— Чего ты добиваешься? Тебя мое обучение не касается, как и мои умения, — Узумаки вскинула руку, указывая пальцем на выход. — Уходи.

— Ошибаешься, еще как касается, — Анбушник поднялся, нависая над ней во весь свой рост. — Мне все равно, как ты ко мне относишься. Хочешь ты того или нет, но я сделаю все возможное, чтобы Наоми не плакала над твоим трупом.

— Я не слабая, — огрызнулась Карин. Если бы взглядом можно было убивать, то на одного мертвого Анбушника стало бы больше.

— Не уверен, докажи.

Вымытые палочки моментально оказались у нее в руке, но больше Карин ничего сделать не смогла - она просто застыла на одном месте, не в состоянии пошевелиться.

Когда он… и как?!

— Непередаваемое чувство беспомощности, верно? — Анбушник приблизился и забрал у нее из рук палочки. — Ты точно уверена, что не хочешь у меня учиться?

Ох, как Карин хотелось ему врезать, кто бы знал. Стереть эту улыбку с его лица. Возвращение возможности двигаться оказалось таким внезапным, что она чуть не упала.

— Я… смогу также? — пересиливая себя, прошептала Карин.

— Честно скажу - не знаю. Для такого нужно много знать и уметь. Но если хочешь - я научу тебя.

— И что взамен?

Она не верила в бескорыстность с его стороны. И Анбушник ее не разочаровал.

— Ты дашь нам с Наоми шанс.

Карин зажмурилась, пытаясь побороть два таких противоречивых чувства. С одной стороны, была неизвестная техника, которой Анбушник смог моментально ее обездвижить, с другой — нежелание делить маму с кем-то еще. И если второе совсем недавно было на первом месте, то сейчас, после совместного ужина, Карин была вынуждена признать: он не так уж и плох. И она могла понять маму — этот Анбушник излучал силу, да и симпатичный так-то сам по себе. И все же, ей пришлось приложить немало усилий, чтобы подавить своего внутреннего избалованного ребенка.

— Хорошо. Я не буду вам мешать. Но! Если ты ее обидишь…

— На счет этого можешь не переживать, — Анбушник вновь ехидно улыбнулся. — Я сделаю все возможное, чтобы защитить вас.

Карин вздрогнула, с трудом отгоняя нахлынувшие воспоминания детства. Тогда тоже один человек обещал защитить их. А когда заболел и мама его вылечила, он предал их, рассказав о способностях матери. С того дня начался их персональный ад.

Она поверит, в последний раз. Ради матери. Но если их вновь предадут - теперь сможет сама защитить маму. Она больше не тот слабый ребенок.

— Я зайду за тобой на рассвете, отдыхай.

Прощальные слова Анбушника вырвали ее из воспоминаний. Выбежав за ним в коридор, Карин успела спросить, прежде чем он ушел:

— А как тебя зовут?

В ответ ей раздался тихий смех.

— Я уж думал, ты и не спросишь… Киесе. Спокойной ночи, Карин-чан.

— Спокойной ночи, — прошептала она в закрытую дверь.

***

— Я не стал забирать с собой Хирамекарей. Из-за него нас могли искать.

— Ты правильно поступил, Кабуто.

Как Данзо и думал, на Базе его возвращения ждал Якуши Кабуто. Свиток с докладом лежал не распечатанным на столе рядом. Его время придет, но позже. Как и доклада Итачи. А пока советник хотел прояснить для себя один момент.

— Что можешь мне рассказать про шиноби в маске, которого вы встретили перед битвой.

— Шин сказал, что он появился в зоне его чувствительности внезапно. И, как я понял, он замечал его присутствие раньше, но отследить не мог и быстро терял...

— Вот как. Вызови мне Шина и можешь идти отдыхать. — Данзо сильнее нахмурился, когда Кабуто остался на месте. — Что-то еще?

— Хай.

Кабуто открыл подсумок, достал колбу с раствором, и протянул ее. Когда Данзо увидел, что за глаз находится внутри, он еще сильнее нахмурился, одним взглядом требуя подробностей.

— Его звали Ао, являлся подчиненным Теруми Мей. Бьякуган в глазнице был хорошо защищен. Нам пришлось принести его голову в Коноху, чтобы Волк деактивировал фуин и мы смогли извлечь глаз. Оставить в живых его было нельзя - он сильный сенсор. Тело уничтожили, свидетелей нет.

— Я доволен твоей работой. Иди.

Когда за Кабуто закрылась дверь, Данзо поднял выше колбу, внимательно разглядывая плавающий внутри глаз. Губы советника растянулись в довольной улыбке.

Глава 12

Река Нака шумела далеко внизу в ущелье, заглушая остальные любые негромкие звуки. Учиха Итачи сидел на самом краю обрыва. В правой руке он лениво перекатывал три камешка, при этом неотрывно вглядывался в бурный речной поток внизу. Между тонкими бровями залегла глубокая складка, взгляд скользил по водной глади, но периодически возвращался и задерживался на несколько секунд у поваленного дерева на берегу.

На секунду пальцы замерли. Взгляд скользнул в сторону, а потом вернулся к реке. Рука медленно поднялась, пальцы разжались, отправляя один за одним камешком вниз. В пропасть.

— Вот ты где. Давно мы тут не встречались.

Рядом с Итачи беззаботно плюхнулся на землю Шисуи. Он бесстрашно опустил ноги и чуть наклонился, вглядываясь в пропасть. Не скрывая эмоций, несколько раз перевел непонимающий взгляд от воды на Итачи, и обратно.

— И что ты там интересного увидел?

— Лисенка.

— Что? — Шисуи уставился на друга, потом снова быстро перевел взгляд на бурный поток, выискивая животное. И вскоре нашел. Лисенок ярким пятном лежал неподвижно у поваленного дерева на самого берега реки Нака.

— Он отчаянно пытался плыть против течения. Несколько раз погружался с головой под воду, вновь появлялся, пока совсем не пропал.

— Вот как, — заинтересованно наклонил голову Шисуи, разглядывая внешне безэмоциональное лицо друга. — Это ты ему помог?

Итачи ничего не ответил, только поднял голову, подставляя лицо пробивающимся сквозь тяжелые тучи редким солнечным лучам. На несколько секунд между ними повисла тишина, прерываемая только гулом реки.

— Я смотрел на его борьбу со стихией и не мог сдвинуться с места, — прошелестел голос Итачи. Шисуи пришлось сосредоточиться, чтобы не пропустить ни одного слова из-за шумной реки. — Словно это я внизу боролся, а не он… Любые попытки плыть против течения приводят к погружению под воду. Хватит ли сил выплыть и добраться до заветного берега?

Шисуи нахмурился, внимательнее всматриваясь в лицо друга. Не выдержав, он тихо хмыкнул, из-за чего Итачи опустил голову и заинтересованного посмотрел в ответ.

— Если уверен, что твой путь верный и нельзя выбрать другой, то можно позвать на помощь. Зачем бороться со стихией одному, Итачи? Определись, что именно для тебя важнее — призрачная надежда достичь желаемого в одиночку или же увеличение шансов на успех?

По внешне безразличному и спокойно выглядевшему Итачи сложно было понять, о чем именно он думал. И все же, Шисуи знал его чуть лучше, чем остальные. Лучше, но иногда и он не понимал его до конца. Не мог угадать, о чем именно думает друг. Сейчас был именно такой момент. Итачи что-то сильно беспокоило, не просто так его так сильно задело увиденная борьба лисенка с водяным потоком. Он что-то решал для себя, вот именно в эту секунду. Видел ли действительно в этом лисенке себя? Если это действительно так, то Шисуи в который раз попытался донести до Итачи одну простую мысль, сказав на этот раз прямо: ты не один.

— Это он тебя послал меня найти, верно? — неожиданно резко изменил тему друг.

— Не ты один так маниакально ищешь любые упоминания масочника, Итачи, — врать Шисуи не собирался, как и юлить. Не тот случай, не тот человек напротив. — Я до сих пор еще не понял, кто именно из вас больше всего хочет его смерти — ты или Данзо.

— Смерти? — Итачи отвернулся, вновь невидяще уставившись в бурный поток внизу. — Мне не нужна его жизнь. Но я должен его победить. Он тот, кто на равных сражался с самим Четвертым. Освободил Кьюби и управлял им… Кто знает, насколько сильнее он стал за эти годы.

— Тебе так важно победить его лично? — Нахмурился Шисуи, не скрывая своего беспокойства. — На что ты готов пойти ради достижения своей мечты? И стоит ли отданная цена достигнутой цели?.. Чем ты готов пожертвовать, Итачи?

На каждый вопрос черты друга становились все резче, напоминая жуткую маску. Особенно четко она проявилась, когда между черными тучами сверкнула молния. Через несколько секунд гром сотряс окрестности.

Порыв ветра принес с собой свежесть, развеивая духоту. На землю упали первые капли моросящего дождя.

Чем дольше длилось молчание между ними, тем большую тревогу ощущал Шисуи. Грудь сдавило сильнее от дурного предчувствия и какой-то беспомощности. Он сам, лично, дал Итачи возможность сравняться по силе с Масочником. Преследуя цель защитить друга, не подтолкнул ли он его в пропасть?

И что теперь ему делать?

— Он хочет создать мир без войн.

— Это невозможно, — моментально отреагировал Шисуи.

— Он сказал, что скоро станет достаточно силен для этого. И предложил присоединиться к нему, — все так же невозмутимо продолжил говорить Итачи, так и не обернувшись.

— Пф. Если он предложил присоединиться к нему, то не так уж он и силен. Ему нужна твоя помощь. Нет, ему нужен конкретно ты, — быстро поправился Шисуи. И замер, озаренный догадкой, от которой моментально в груди все заледенело. — Ты хочешь принять его предложение? Добиться его доверия и подобраться максимально близко, верно?

Друг молчал. Их одежда давно промокла, мокрые волосы облепили лица. Но никто из них не делал попытки укрыться или еще как защититься от дождя.

Итачи не просто так ему все рассказал. Он уже принял решение. Но какое? Что именно он хочет от него? Одобрения, прикрытия или чтобы он был связующим мостом между ним, Хокаге и Данзо?

— Ты ведь понимаешь, что он потребует подтверждения твоей лояльности? И цена этого будет высока? Он потребует от тебя то, что для тебя поистине дорого… Ты готов заплатить эту цену? А если он потребует убить близких, тех, кто тебе дорог? Отца, мать, меня или Саске?! — Итачи вздрогнул при последнем вопросе. Шисуи не выдержал и вскинул руку, сжимая в кулаке ворот майки друга, притягивая ближе и вынуждая его наконец посмотреть на себя. — На меньшее он не согласится. Он потребует от тебя полного разрыва связей с кланом и Конохой. И если ему будет нужен твой Мангекё, именно такой вариант он тебе предложит. Ведь ты не раскрыл ему свою силу, верно?.. Ты готов убить нас ради достижения своей мечты?! Только ради того, чтобы достичь своей цели лично, в одиночку, а?!

Безэмоциональная маска треснула, Шисуи увидел тень сомнения и отблески боли в глазах друга. Отчетливо проявились темные тени под глазами. Но Итачи удивлен не был, значит, он думал о том же.

Шисуи не хотел верить в то, что он увидел. Просто не хотел. Друг открылся ему с новой стороны.

И она ему совсем не понравилась.

— Я, — Итачи наконец-то осознанно посмотрел на него и глухо, безжизненно продолжил: — не хочу платить такую цену. Ты прав. Она слишком высока… Но и не могу рассказать о нашем разговоре с ним отцу и Данзо. Особенно Данзо.

Шисуи медленно разжал пальцы и отпустил воротник друга. Мысленно он представил, как поступит каждый из них, получив такую информацию. Пятый будет в ярости, а вот Данзо… Захочет ли он воспользоваться шансом подобраться к Масочнику? Он слишком зациклен на нем. Готов ли принести в жертву своим целям жизнь Итачи или его? Да, в этом нет сомнений. А жизнь Хокаге? Тут сомнительно, слишком много сил он приложил для урегулирования конфликта между кланом Учиха и Конохи. Любой вариант присоединения Итачи к Масочнику подразумевал предательство Конохи, что сильно ударит по репутации Хокаге. Фугаку-сан на такое не пойдет.

Как именно поступит старый советник, Шисуи не мог предсказать. В любом случае эта информация может привести только к проблемам и повышению напряженности в отношениях между Хокаге и Данзо. Они и так были хрупкими и держались только на договоренностях, что были установлены при Четвертым Хокаге.

— Данзо не упустит такой шанс… И он подозревает, что ты что-то утаил и ждет твой отчет, — Шисуи помедлил, но все же решил не давить больше на друга и оставить за ним право самому принять решение. — Что будешь делать, Итачи?

Тот в ответ закрыл глаза и опустил голову. С мокрых прядей его волос капала вода, срываясь вниз. Шисуи замер в ожидании ответа.

— Ты прав, Шисуи. Нельзя ему рассказывать о его предложении, — Итачи медленно встал. — Но и упустить шанс подобраться к нему мы тоже не можем. Если Масочник станет еще сильнее, он может повторить попытку напасть на Коноху. Мы должны остановить его, когда он придет за ответом.

Услышав «мы» из уст друга, Шисуи почувствовал неимоверное облегчение. Он действительно не знал, как поступит в том случае, если Итачи выберет идти дальше к своей мечте в одиночку. Но, похоже, любовь к семье и Конохе значили для него намного больше, чем призрачное достижение «мира во всем мире».

***

Из открытого окна доносился привычный шум родной скрытой деревни, да через стенку в очередной раз раздался веселый смех. Хината чуть сильнее сжала пальцами простыни, неотрывно смотря в одну точку. Если бы в палате находился кто-то еще, кроме нее, то сразу бы понял, что химе клана Хьюга витала где-то в своих мыслях и ничего не видела.

Негромкий стук вырвал ее из раздумий, заставив вздрогнуть. Не дожидаясь ответа, дверь распахнулась, и в палату неторопливо зашел ирьенин в белом халате, при этом не отрывая взгляда от карточки в руках.

Этого шиноби Хината видела впервые.

— Хьюга-сан, как вы себя чувствуете?

Хината смутилась, когда ирьенин остановился рядом и оторвал взгляд от бумаг, внимательно окидывая взглядом. Из ее горла вырвался неразборчивый писк, из-за чего она закашлялась. Сердце моментально сдавила боль, вынуждая схватиться за кофту на груди и смять ее.

Ирьенин что-то говорил, но Хината его не слышала. В ушах зазвенело, перед глазами все расплывалось. И все же она почувствовала, как сильные руки парня заставили ее лечь на больничную койку. Расплывчатая серая клякса перед глазами окрасилась в зеленый. Боль в груди становилась с каждой секундой менее острой, пока не отступила окончательно, позволяя наконец-то нормально вздохнуть.

— И часто такие приступы? — донесся до нее словно сквозь преграду глухой голос.

— Нет, — тихо выдохнула Хината и открыла глаза.

Зрение вернулось к ней, позволяя рассмотреть сосредоточенное и хмурое лицо ирьенина, совсем близко. Его ониксовые глаза смотрели внимательно, проникая в самую душу, отчего хотелось закрыться и оттолкнуть — вдруг он поймет, что она соврала. И словно в подтверждение, со стороны ирьенина раздался тихий хмык, но он никак ее ложь не прокомментировал.

Хината столько вопросов хотела задать, но боялась прервать лечение. Ноющая боль, переходящая порой в приступы, становилась все тише. От облегчения Хината закрыла глаза. Она не знала, кто он, но была ему благодарна: может, хоть теперь удастся поспать.

— Кабуто-сан, что вы тут делаете?!

Громкий голос Умеко-сан, ее лечащего врача из клана, заставил Хинату вздрогнуть и сжаться. Пусть та и была из побочной ветви, но в ее голосе Хината никогда не слышала ни намека на уважение или доброту. За ледяным тоном раздавалось плохо скрываемое презрение.

— Выполняю распоряжение Цунаде-сама.

— Но Хината-химе мой пациент.

— Уже нет, — прозвучала спокойно в ответ. Хината распахнула глаза и шокировано уставилась на сидящего возле нее ирьенина. Тот прервал технику и теперь двумя пальцами поправил круглые очки, при этом с легкой улыбкой рассматривая замершую в дверном проходе злую Умеко-сан напротив. — Если вы не согласны с данным решением, можете оспорить его в кабинете Цунаде-сама. А сейчас, прошу вас закрыть дверь и не мешать мне лечить пациента.

Хьюгу отчетливо перекосило после его слов. Но, к удивлению Хинаты, та показала свой вредный характер только через громко захлопнувшуюся дверь, так и не сказав ничего в ответ.

— Вы мой новый лечащий врач? — не скрывая удивления, прошептала химе.

— Да. Меня зовут Якуши Кабуто. Как вы себя чувствуете? — повернулся тот к ней с легкой улыбкой на лице и довольно поправил очки.

— У меня ничего не болит.

Сейчас Хината не соврала. У нее действительно ничего не болело, впервые с тех пор, как она очнулась после своего боя с Неджи. Но ее больше интересовало другое. Пусть Хината не так часто была в Госпитале, но она никогда не слышала, чтобы кого-то из ее клана лечил не Хьюга-ирьенин. Эта новость вызвала в ней столько противоречивых чувств сразу. С одной стороны — всего после одного сеанса лечения Кабуто-сана ей стало намного лучше, а с другой — она в очередной раз почувствовала себя в клане изгоем.

— Я снял только побочную боль. Через пол часа за вами зайдет медсестра и отведет в смотровую.

— Но, — пискнула Хината, сжавшись при упоминании возможных процедур.

— Не переживайте. Мне необходимо более тщательно проверить ваше состояние, что невозможно сделать в палате. Если такие приступы будут продолжаться, — тон Кабуто-сана изменился и стал более грозным, — вы не сможете больше продолжать карьеру шиноби.

Не сможет больше быть шиноби. От новости закружилась голова, но Хината согласно кивнула. Она не слышала, когда за ирьенином закрылась дверь, вновь полностью погрузившись в размышления.

Оставить карьеру шиноби. Не об этом ли ей постоянно говорили все вокруг? Указывали на ее чрезмерную доброту и слабость как шиноби. Отказаться ранее от навязанного пути было позорно, но теперь, когда причиной могла стать травма…

«Я не сдамся!»

Хината вздрогнула, когда в голове всплыли собственные решительные слова перед началом боя с Неджи. Ее голос перемешался со звонким мальчишеским, именно от Наруто она слышала их и не раз. Хината вновь сжала кофту на груди, но теперь из-за душевной боли. Мимолетная слабость и желание отказаться от лечения, чтобы иметь вескую причину для ухода в отставку, отступили. Волной ее окатило омерзение к самой себе.

На секунду она захотела сдаться. Сейчас?! Когда совсем недавно твердо решила измениться?!

Хината решительно покачала головой, окончательно отбрасывая в сторону недавние позорные мысли и сомнения. Пальцы ног соприкоснулись с холодным полом, пронизывая ее прохладой. Химе нашла тапочки и решительно направилась в смотровую, не дожидаясь прихода медсестры.

К ее удивлению, Кабуто-сан уже ждал ее. Хината была тут только в первый день поступления в Госпиталь. Но если тогда Умеко-сан ограничилась внешним осмотром и расспросами, то Кабуто-сан тщательно проверял ее с помощью ирьёниндзюцу. Особенно долго он задержался в области груди. Хината внимательно наблюдала за его лицом, поэтому заметила и чуть сильнее сжавшиеся губы на внешне безразличном лице.

Всё так плохо?

Вопрос так и не сорвался с ее губ. Сердце забилось сильнее, но уже от страха, что ее не смогут вылечить. Неджи знал, как бить, чтобы убить. Знала и Хината, но никогда не стремилась причинить кому-то смертельный вред. Ущерб, нанесенный Неджи, говорил сам за себя — он хотел ее смерти. От осознания этой простой истины захотелось забиться в уголок и заплакать.

— На этом всё, — неожиданно раздался спокойный голос ирьенина. — Завтра с утра я проверю ваше состояние, и если все будет в порядке, можно будет выписываться.

— Так быстро? — удивилась Хината, не сумев скрыть свои эмоции. А как же его слова о том, что она не сможет быть больше шиноби?

— Не вижу смысла вам находиться в Госпитале. Конечно, на этой неделе следует воздержаться от тренировок. Также необходим контрольный осмотр каждую неделю в течение месяца. Основной ущерб я смог убрать, но необходимо время для полного восстановления.

Пока Кабуто-сан говорил, он отошел к столу и сел, что-то быстро записывая в чистый лист. Поставив точку, он подхватил листок, чуть развернулся в ее сторону и протянул его:

— Если вы действительно хотите быстро поправиться, рекомендую следовать моим рекомендациям.

Хината облегченно выдохнула. Она быстро подошла, забрала листок и низко поклонилась.

— Спасибо.

Покидая смотровую, она всю дорогу ощущала на себе пристальный взгляд ирьенина. И только закрыв за собой дверь, она смогла полностью расслабиться и прочитать рекомендации. На лице химе проступила робкая улыбка.

Впервые за последние дни она крепко спала. Боль в груди больше не возвращалась. Утром, как Кабуто-сан и обещал, он проверил ее состояние и отпустил домой. Ей пришлось самой подписывать все необходимые документы при выписке — кроме команды ее никто в Госпитале не навещал.

Покинув стены Госпиталя, Хината подставила лицо солнечным лучам и улыбнулась, глубоко вдохнув свежий воздух. Но все хорошее настроение трусливо сбежало, стоило ей дойти до квартала клана Хьюга. На воротах ее окинули небрежным взглядом двое чунинов, при этом не прекращая тихий разговор. Губы Хинаты сжались чуть сильнее, но она нашла в себе силы обозначить кивок головой и не ускориться, неторопливо пройти мимо охраны, и не опустив при этом привычно голову. Но каких усилий ей этого стоило, кто бы знал!

Но если она собирается измениться, нужно менять все! И начать нужно именно с себя.

Сжав кулаки, химе направилась в сторону дома. Улочка в это время была пустынной — большинство ее соклановцев находились на службе. Это и к лучшему. Пока что она не была готова столкнуться со всеобщим привычным к ней отношением.

Проскочить незаметно в свою комнату ей не удалось. Когда Хината завернула из-за угла, то увидела спокойно идущего к выходу отца. Химе замерла и непроизвольно сжалась, ощущая на себе безразличный взгляд. Она поспешно приветственно поклонилась. Но тот молча прошел мимо.

Не успела Хината выдохнуть, как шаги за спиной стихли:

— Когда ты возвращаешься к выполнению миссий?

— Через месяц, ото-сама, — с заминкой тихо ответила Хината, с трудом выталкивая из себя слова.

— Надеюсь, этот месяц ты не будешь создавать проблем.

Неторопливые шаги за спиной возобновились. Тонкие пальцы Хинаты медленно поднялись к груди и сжали кофту на груди. Низко опустив голову, она быстро преодолела оставшееся расстояние. И только закрыв за собой седзи, смогла смахнуть с глаз набежавшие слезы. Быстро скинув грязную одежду, что казалось, насквозь пропахла госпиталем, Хината достала чистую. Но внезапно застыла, так и не прикоснувшись к любимой куртке, обшитой мехом внизу.

«Она вам очень идет, Хьюга-сан. В ней вы более милая»

Милая. Больше она не хотела казаться милой. Так и не взяв куртку, что так расхваливала в свое время старушка-продавец, она зарылась в шкаф. Выбор пал на простую с виду кофту сиреневого цвета. Повязав привычно на шею хитай-ате, Хината решительно покинула собственный дом.

Оставаться тут было просто невыносимо.

Неджи был прав. Она действительно старалась плыть по течению. И к чему это все привело? Собственный клан ее презирает. Ее доброту и участие воспринимали как слабость. Она слышала их перешептывания, спину прожигали брезгливые взгляды. Собственный отец и тот не навестил в Госпитале и не поинтересовался, как ее здоровье.

В его взгляде она сегодня отчетливо увидела разочарование и желание, чтобы ее не существовало.

Чем дальше отдалялся квартал, тем легче ей становилось. Она и сама не знала, куда хотела попасть. Поэтому выбор пал на реку. И пусть ей нельзя пока тренироваться, но сейчас хотелось побыть одной и просто посидеть в тишине, наблюдая за быстрым водяным потоком.

Хината так погрузилась в себя, автоматически огибая препятствия, что неудивительно, что не смогла вовремя среагировать на неожиданное столкновение. Но упасть ей так и не дали, сильно прижав к груди и вместе с ней крутанувшись вокруг своей оси. В нос ударил знакомый запах, от которого моментально покраснело лицо.

— Ох-ё! Прости-прости… О, Хината!

В ответ химе смогла только неразборчиво пискнуть, чувствуя, как темнеет в глазах из-за того, что он оказался так близко.

Грозный окрик позади них позволил ей встряхнуться и остаться в сознании:

— Стой, паршивец!

— Ксо! Бежим!

Объятия пропали, но через секунду Наруто сжал ее руку, заставляя бежать за собой. Хината была так ошарашена, что последовала за ним не раздумывая. И только несколько мгновений спустя до нее медленно стало доходить, что ее держит за руку Наруто. И она бежит рядом с ним. Лицо горело, мысли путались. И тем неожиданнее стали всплывшие в памяти прощальные слова советника, что не давали ей покоя все последние дни:

«Если решите принять мое предложение, то можете обратиться к Наруто. Передайте ему, что ищете встречи с Данзо»

Удивительно, но лицо уже не так пылало, как в самом начале. Пальцы Хинаты сжались в руке Наруто, отчего тот на секунду обернулся в ее сторону. От задорной улыбки на его лице химе ответила своей робкой.

Случайная встреча поставила окончательную точку в ее сомнениях.

***

Данзо дописал последние строки и поднял от свитка взгляд, рассматривая подчиненного напротив.

— Рассказывай.

— Мне удалось стать лечащим врачом Хьюга Хинаты, — Данзо откинулся на спинку стула, взглядом вынуждая Кабуто продолжать. — После утреннего осмотра пациентов, в кабинет Цунады-сама пришла Юхи-сан с просьбой лично посмотреть ее ученицу.

— Вот как, — заинтересованно протянул Данзо. — И ты вызвался помочь Сенджу красиво выйти из этой щекотливой ситуации?

Кабуто согласно склонил голову.

У великих кланов были свои привилегии, в том числе в Госпитале. Особо это касалось Хьюга и Учиха из-за их глаз. Так, все шиноби из их кланов лечились у прикрепленных при Госпитале представителей их клана. Если же их квалификация не позволяла справиться с болезнью пациента, допускались остальные ирьенины. Но всегда присутствовали ирьенины клана на операциях или осмотрах — все для сохранения тайн их додзюцу.

Данзо хмыкнул и легким движением руки приказал продолжать отчет.

— Учитывая квалификацию бывшего лечащего ирьенина химэ из побочной ветви клана, могу с уверенностью сказать — Хинату решили списать по состоянию здоровья. Возможно, — Кабуто поправил очки, — они не исключали летальный исход в случае ее отказа уйти в отставку. Один удар в область сердца, даже на тренировке — и старая не долеченная травма могла привести к смерти.

Данзо понимающе хмыкнул, задумчиво потирая подбородок. Кто именно хотел смерти химе? Отец или дядя? И тому и другому это было выгодно. Первый мог окончательно сконцентрироваться на своей младшей дочери, избавившись от обузы в виде старшей в результате несчастного случая. Его репутация бы не пострадала. Хизаши же избавится от одной из двух помех на пути к возвышению своего сына в клане. Или же оба брата не имели к этому отношения и случившаяся «халатность» ирьенина была ее собственной инициативой, или же кого-то третьего из клана?

— Понаблюдай за бывшим ирьенином химе. Выясни, с кем она встречалась после предварительных боев. И кто отдал ей вести дело наследницы, — отметив, что Кабуто принял его приказ, Данзо продолжил: — Как прошло ее лечение?

— Угрозы жизни больше нет, но необходимо наблюдение.

— Хорошо. Постарайся сблизиться с химе, — Данзо отметил, что хоть внешне Кабуто никак не отреагировал на его приказ, во взгляде читался непонимание и скрытый вопрос. — Стань ей другом, старшим товарищем. Чем ближе, тем лучше. Я хочу, чтобы ты помог ей измениться и подтолкнул к Корню.

Вопросов во взгляде Кабуто стало больше, но тот только поклонился, принимая новое задание, и после разрешения, удалился. Данзо перевел взгляд в сторону скрытой ниши, где хранился добытый Бьякуган, раздумывая, не стоит ли ему немного изменить свои планы в отношении этой девчонки?

Все будет зависеть от того, захочет ли она действительно измениться. Тогда он и примет окончательное решение. А пока, Наруто и Кабуто предстоит много работы. А ему стоит выделить дополнительного человека для наблюдения за ирьенином из побочной ветви, помимо Неджи. Что-то ему подсказывало, что проблемы в клане Хьюга могли в ближайшее время обостриться. Стоило быть в курсе событий.

Глава 13

Мало ему было проблем с Итачи, так еще и подчинённые Орочимару передали два свитка вместо одного, когда Шисуи сопроводил до границы страны Кимимаро. Хоть это и сулило возможные проблемы, но при этом Учиха надеялся, что информация в них окажется важна для Данзо и сможет его отвлечь от Итачи и Масочника.

У кабинета главы Корня Шисуи столкнулся с Якуши Кабуто. Тот явно был чем-то озадачен: растерянно мазнув по нему взглядом, обычно приветливый с ним парень рассеянно кивнул и, на ходу надев маску, прошел мимо. И как бы ни было любопытно Шисуи, ему пришлось подавить это чувство и сосредоточиться на своей миссии — в Корне умели держать язык за зубами и не лезть в чужие дела.

Данзо редко можно было застать отдыхающим. Несмотря на свой преклонный возраст, старик постоянно был в движении и при делах. Но иногда и он позволял себе посидеть в тишине, наслаждаясь ароматным чаем. Именно в такой момент застал его Шисуи. Преклонив колено, ему пришлось смиренно ждать, когда на него обратят внимание.

— Как прошла передача? — удерживая чашку с ароматным напитком у своего лица, спокойно поинтересовался Данзо.

— Орочимару придерживается договоренностей.

— Оплата?

Вместо ответа Шисуи молча положил оба свитка на стол: в одном находилась оговоренная информация за лечение Кимимаро, а вот второй, запечатывающий, вызвал искру интереса во взгляде советника. И все же, только когда старик допил напиток, он протянул руку к свитку, развязал бечевку и погрузился в чтение. Если бы Шисуи внимательно не наблюдал за Данзо, то мог бы и пропустить мельчайшие изменения на внешне безэмоциональном лице.

— Вызови ко мне Киното. А после найди Джирайю — через три часа он должен быть в кабинете Хокаге.

Санин вернулся? Советник, больше не обращая на него внимания, тут же начал быстро писать в одном из чистых листов. Они аккуратно стопкой всегда лежали у него на краю стола для кратких сообщений.

Передав приказ верному помощнику Данзо, Шисуи по пути к выходу из Базы задавался вопросом: что за информацию передал Орочимару, заставив советника спешно вызывать санина к Хокаге?

***

Свернув свиток, Данзо протянул его замершему в почтительном ожидании Киното:

— Передай Хокаге. Свободен.

Сам советник чуть поспешно поднялся и, опираясь на верную трость, подхватил со стола так и не распечатанный свиток. Времени было достаточно, но ему хотелось собраться с мыслями и обдумать полученную информацию.

Несколько дней назад Орочимару стал свидетелем одного занимательного разговора. Прибыв заранее на оговоренное место встречи с напарником — Сасори — он застал того с джонином Суны, входящим в совет при Казекаге. Змей благополучно подслушал разговор. Джонин Суны передал информацию о том, что Казекаге совместно с Тсучикаге планирует масштабную диверсию в самом сердце Конохи. Их цель — аристократы, Даймё страны Огня и молодые дарования Конохи. А если повезет, то и захват джинчурики Кьюби. После стремительного нападения, оставив в Конохе беснующегося биджу Однохвостого, основные нападающие силы должны закрепиться и ждать подхода заранее сконцентрированных на границе войск двух стран. Те, после удачного нападения диверсионной группы на Арене, выдвигаются к Конохе, стремительно захватывая стратегически важные территории.

Лично Данзо не сомневался в достоверности полученной информации. И то, что его шпионы ничего не смогли узнать ни в Суне, ни в Иве, лично его наводило на несколько занимательных мыслей. Проигнорировать угрозу возможного вторжения он не имел права. Именно поэтому направил сообщение Хокаге вместе с Киното о срочном созыве совещания в узком кругу, с просьбой пригласить на него Морино Ибики, Яманака Иноичи и Нара Шикаку. Утатане Кохару и Митокадо Хомура, после некоторого раздумья, Данзо попросил Хокаге пока не приглашать. Учитывая прохладные отношения между этими советниками и Фугаку, тот вряд ли будет против такой просьбы.

Так, прокручивая в голове полученную информацию, Данзо добрался до Госпиталя. Трость гулко стучала по деревянному полу, пока он целенаправленно двигался к кабинету Сенджу Цунаде. Его присутствие сразу заметили, и одна из медсестер быстро его обогнала, спеша предупредить главу Госпиталя. Данзо на это только хмыкнул, но скорость не сбавил.

— … опять надо? — донеслось ворчливо из приоткрытой двери.

Данзо толкнул дверь, отмечая немного сгорбленную фигуру Цунаде за столом, а после окинул быстрым взглядом изменения в кабинете. Стало больше света и различных растений в горшках. Последнее — явно постарался Киное. Хоть он и не вступил до сих пор в клан Сенджу, в последнее время его частенько видели в Госпитале.

— Иди, — раздался глухой приказ Цунаде, вынуждая Данзо перевести взгляд на хозяйку кабинета. Медсестра поспешно удалилась, аккуратно прикрыв за собой дверь.

— Зачем пришел? — раздраженно выпалила Сенджу, выпрямляясь и вынимая из-под стола спрятанную бутылку саке и очоко.

— Не время сейчас пить.

— Тебя не спросила.

Советник хмыкнул и приблизился к Сенджу. Та же показательно взболтала остатки в бутылке и налила желтоватую жидкость в очоко.

— Тогда, — Данзо остановился у стола и положил на него запечатывающий свиток и, не отрывая от него пальцы, уточнил: — мне стоит передать запрошенный тобою яд Сасори своим ирьенинам?

— Тц. Не вздумай!.. Значит, у Орочи получилось его добыть, — Цунаде торопливо отодвинула в сторону спиртное и выхватывала запечатывающий свиток. Моментально его убрав в стол, она прищурилась: — Так зачем ты пришел?

Данзо улыбнулся краешком губ — Цунаде, как обычно, говорила с ним в своей излюбленной грубоватой манере. Никакой почтительности. Этим она ему и нравилась, и раздражала одновременно. Еще бы пить перестала, вообще замечательно было.

— Поторопись с изучением яда. Я хочу получить антидот для своих людей через три недели.

— С чего такая спешка? — удивилась Цунаде. — Это невозможно. Если у меня и будут все нужные ингредиенты, то максимум смогу сделать несколько инъекций.

— Хорошо, через три недели мои люди придут за антидотом, — кивнул Данзо, игнорируя ее вопрос. И не потому, что не хотел, нет. Он не мог объяснить даже самому себе спешку с получением антидота. Просто чувствовал — так нужно. А к своей интуиции советник всегда прислушивался, поэтому и дожил до преклонного возраста.

Не прощаясь, он развернулся и направился к двери. Но так ее и не открыв, замер и обернулся:

— Рекомендую тебе заняться проверкой готовности своих людей к третьему этапу. Бои ожидают быть, — Данзо чуть наклонил голову и впился взглядом в Цунаде, многозначительно выделив: — жаркими.

Не дожидаясь ответа, он тихо вышел. Из прикрытой двери донесся глухой удар и приглушенный голос раздраженной Сенджу:

— Биджув старикан!

***

Поиск санина, учитывая определенную репутация Джирайи-сама, Шисуи начал с общественных купален. В ближайших к нему сегодня был мужской день, поэтому он целенаправленно направился к тем, что находились дальше у реки. А когда прибыл на место, застал восстановительные работы возле одного из ограждающих заборов. Приблизившись, Шисуи отметил ровно срезанные кусты рядом с местом ремонта. Стоило прислушаться к перешептываниям собравшейся толпы, и сразу стало понятно, что произошло.

Уединение купающихся девушек прервал жуткий треск, после которого упал забор, показав всем на обозрение замершего в приседе седого мужчину с блокнотом в руках. Конечно же, такое безобразие девушки не могли оставить без внимания. За пойманным за подглядыванием резвым мужиком кинулась вдогонку толпа возмущенных девушек, среди которых оказалось несколько куноичи. То, что из одежды у них были только короткие полотенца, которыми они тут же прикрыли голые соблазнительные тела, их не остановило.

Согласившись с прохожими, что это просто безобразие, Шисуи выяснил, в каком направлении убежал санин. А что виновником переполоха оказался он, Учиха нисколько не сомневался: описанная внешность совпадала. Так, расспрашивая прохожих, Шисуи постепенно выяснил, где последний раз видели санина. Прошло полчаса поисков и он уже думал, что совсем потерял его след, как и преследующие его куноичи, пока не услышал злорадство одного из уличных продавцов. Тот смаковал, что “демоненку” сегодня достанется от беловолосого шиноби, от которого тот убегал. Вот только в увлекательное удирание от санина Наруто зачем-то впутал проходящую мимо Хьюга Хинату, которую он чуть не сбил по дороге.

— Интересно, — прошептал Шисуи, и подумав, отправился на их тренировочную площадку. Обычно, если после своих проказ у Наруто не получалось сбросить хвост из преследователей, то он пользовался лично установленными ловушками вокруг их полигона для задержания противников. Самым упертым простым жителям Конохи хватало обычно первых безобидных двух-трех. Но сейчас Шисуи очень сомневался, что санина они остановят.

Полигон находился в стороне ото всех остальных глубоко в лесу. Шисуи еще издали услышал два громких возмущенных голоса. И сразу оба узнал. Джирайя и Наруто не сдерживали эмоций и от души друг на друга кричали:

— Ты подглядывал, старик, не увиливай! Так что получил по заслугам!

— Да ты совсем не так всё понял!

— Кому другому расскажи, даттебаё! Еще скажи, что не хихикал и не записывал ничего в свой блокнот! Я все прекрасно видел!

— Я собирал материал для своих исследований! А ты всё испортил!

— Что?! Какие еще исследования?! Ты просто извращенец, верно, Хината?

Голоса становились все громче, по мере приближения Шисуи. Он как раз остановился на одной крупной ветке дерева, что росло на краю полигона, чтобы застать занимательную картину: напротив Джирайи замер Наруто, из-за плеча которого с опаской поглядывала на санина Хьюга Хината.

— Я писатель! Да ты хоть знаешь, с кем разговариваешь, мелочь? Узри же! — санин театрально отпрыгнул и крутанулся вокруг своей оси. Шисуи заметил быстро сложенные печати. С легким пуф Джирайя-сама закончил прыжок в эффектной позе на голове появившейся в облаке белого дыма призывной крупной лягушки, и пафосно представился: — Ибо я монах с горы жабьих духов Мьёбокузан! Также известный, как великий Жабий Отшельник!

Нет, Шисуи, конечно, слышал о чудаковатости санина, но такого не ожидал.

— Что? Великий жабий отшельник? — скептически уточнил Наруто. — Скорее, великий извращенный отшельник!

— Не без этого, — неожиданно захихикал санин.

— Он сам это признал, — ошарашенно прошептал Наруто, переглядываюсь с такой же пораженной Хинатой.

Если бы не приказ Данзо-сама, Шисуи бы с удовольствием понаблюдал за бесплатным представлением еще, но время поджимало. Поэтому, больше не скрывая своего присутствия, Учиха спрыгнул с ветки и направился к спорщикам. Чем моментально привлек к себе их внимание.

— О, Шисуи! Я как раз тебя искал. Ты пришел меня потренировать, да? — тут же подлетел к нему неугомонный Наруто, не дав даже слова сказать, и затараторил дальше: — Представляешь, Карин нашла себе учителя, а Какаши-сенсей будет тренировать Саске по утрам, а меня сможет только вечером! Мне срочно нужна новая крутая техника!

— Стоп-стоп, Наруто, — вскинул перед лицом джинчурики раскрытые ладони Шисуи, тем самым останавливая неугомонного Узумаки. — Извини, но нет, я пришел не к тебе.

— Не ко мне? — Лицо Наруто удивленно вытянулось.

— Джирайя-сама, вас вызывают к Хокаге, — повернулся Шисуи к моментально ставшему серьезным при его появлении санину.

— Э? Вы знакомы? — Не унимался Наруто, поочередно указывая на них пальцем.

— Конечно, я знаменит! — резко приосанился санин, улыбка вновь вернулась на его лицо, как и поведения весельчака.

— Что, раньше тоже ловили у купален? Тоже мне, достижение.

— Ты не прав, Наруто. Джирайя-сама один из тройки саннинов и сильнейший шиноби Конохи, — покачал головой Шисуи, пытаясь образумить Узумаки.

— Ты серьезно? — Неподдельно удивился тот, скептически поглядывая на еще больше приосанившегося санина. Подозрительно прищурившись, Наруто уточнил: — Сильнее даже тебя?

— Да.

Он действительно так считал. Если бы им пришлось с санином схлестнуться в смертельной схватке, Шисуи сейчас не был уверен в своей стопроцентной победе. Все же, Джирайя-сама прошел две войны, за его плечами огромный опыт сражений. Не просто так его нарекли санином.

— Не верю, — смешно выпятив нижнюю губу вперед, упрямо заявил Наруто.

— Пф.

— Джирайя-сама, вас ждут, — мягко напомнил Шисуи, не давая санину возможности вступить в новую перепалку.

— Хорошо. Поспешим, — выделил голосом Джирайя последнее слово, взглядом приглашая его сопроводить.

Хоть Учиха и удивила такая просьба-приказ, но он согласно кивнул. Но не успели они с санином направиться в сторону Конохи, как тут же раздался возмущенный голос Наруто:

— А тренировка?!

— Остаются по плану. Извини, но сегодня я занят, — мягко улыбнулся Шисуи.

— Но!.. Я понял, даттебаё.

— До завтра, Наруто. Хьюга-сан, — кивнул он на прощание молчавшей все время Хинате.

Первые несколько минут они передвигались верхними путями в полном молчании. Неожиданно санин резко остановился, вынуждая Шисуи поступить также, и требовательно спросил:

— Хокаге знает, что Наруто тренирует член Корня?

— Конечно, — кивнул тот в ответ. В свое время данная новость вызвала недовольные перешептывания среди глав кланов. Для тех, кто у власти, это уже перестало быть тайной.

— И давно?

— Несколько месяцев, — спокойно ответил Шисуи. И не соврал. Санин же не уточнил в своем вопросе, кто именно тренировал Наруто. А некоторые представители недавнего пополнения Корня действительно участвовали в тренировочных спаррингах с седьмой командой. Всего несколько месяцев, как Фугаку официально приказал Данзо обеспечить присутствие на его тренировках Саске.

— Ясно.

За спокойным голосом санина читалось скрытое недовольство. Больше ничего не добавив, Джирайя возобновил движение, вынуждая Шисуи последовать за ним.

***

— Разве джинчурики Однохвостого не отказался проходить отборочные поединки? — уточнил хмурый Иноичи, первым прервав затянувшееся молчание.

В кабинете Хокаге по просьбе Данзо присутствовали Джирайя, Морино Ибики, Яманака Иноичи, Нара Шикаку, сам советник и Хокаге. Все причастные в той или иной мере к разведке, а также ответственные за допрос “погибших” генинов в Лесу Смерти, и главный аналитик.

— Джирайя, ты недавно вернулся из Кумо, — не ответил на вопрос Яманака Фугаку, обернувшись в сторону санина. — Что можешь сказать по обстановке в стране и в самой скрытой деревне?

— На сбор войск требуется время, — задумчиво прозвучало в ответ. — Я не заметил ослабления патрулей и охраны стратегических объектов. Наоборот, их численность увеличилась.

— Значит, Райкаге в курсе планируемого нападения, но сам решил остаться наблюдателем. В случае успеха нападения, Эй своей выгоды не упустить и присоединиться к вторжению, — прошелестел голос Фугаку. Решительно хлопнув ладонью по столу, он обвел внимательным взглядом собравшихся. — Как вы понимаете, отменить экзамен мы не можем… Слушаю ваши предложения.

— Источник надежный? — уточнил Морино, оторвав взгляд от свитка, что в данный момент внимательно читал Шикаку.

Когда Хокаге ограничился кивком, Данзо про себя ухмыльнулся. Кто именно передал информацию, он сказал только Фугаку. А о новом статусе Орочимару был в курсе ограниченный круг лиц: санины, Хокаге, он сам и несколько его подчиненных. Для всех остальных он оставался разыскиваемым нукенином. Что же касается обученных ирьенинов, то они вернутся в Коноху еще не скоро.

— Если нападение действительно готовится, могу отметить очевидный со своей стороны факт: они знали, что мы будем допрашивать “пропавших”. Для генинов ничего странного в их окружение не происходило, деревня жила своей привычной жизнью. Это должно было нас успокоить, — Морино задумчиво потер подбородок. — Мне нужно время, чтобы обнаружить намеки на готовящееся вторжение. Теперь мы знаем, — Ибики посмотрел на Иноичи, тот ответил ему утвердительным кивком, — что искать.

— Рассчитываю на вас, — довольно кивнул Фугаку.

— И все же, что с джинчурики Однохвостого? Если верить полученной информации, на него делали большую ставку. Не отменило ли это вторжение? — повторил свой вопрос Иноичи.

— Отменило или нет, не имеет значения. Мы должны быть готовы к худшему варианту, — резко отрезал Данзо. Под его внимательным взглядом Иноичи чуть сильнее сжал губы и молча кивнул.

Все погрузились в свои мысли, и были они, судя по их виду, мрачными. Наконец, тишину разорвал шелест самостоятельно свернувшегося свитка, который перестал изучать Шикаку.

— Они нацелились на ослабление Конохи экономически и репутационно. Поэтому их цель — аристократы страны Огня и Даймё. Именно по ним будет нанесен основной урон, — пальцы Нара выдали незамысловатый ритм по столу, выдавая его задумчивость. — Предлагаю сделать Третий этап более открытым, широко осветить в аристократических кругах список участников. Сын Хокаге, дочь Казекаге и внучка Тсучикаге. Многие будут готовы отдать целое состояние, лишь увидеть бой с их участием.

Предложение вызвал всеобщий ступор. Нара, как всегда, нашел интересное решение, граничащее с безумием.

— В таком случае стоит не забыть пригласить крупных поставщиков продовольствия Ивы и Суны, из дружественным им стран, — поддержал предложение Шикаку Данзо.

Ива и Суна, учитывая их проблемы с продовольствием и водой, были зависимы от внешних поставок. В случае же нападения, они сами себе нанесут существенный урон в экономическом плане, потеряв, пусть даже на время, проверенные цепочки поставок. Аристократы и торговцы, получив приглашения на бои, которые в обычной ситуации было невозможно достать, не устоят перед искушением и обязательно приедут на зрелище. И стоит перемешать на Арене богатых гостей между собой. При всем желании за оставшееся время Каге Ивы и Суны не успеют перехватить всех.

— Тогда не стоит ограничиваться только аристократами. Через нашего Даймё предлагаю пригласить Даймё Ивы, Суны и Кумо, а также их окружение. Чем влиятельнее, тем лучше.

— Приехать не приедут, но шум поднимется знатный. Особенно когда Каге попытаются остановить желающих поехать на экзамен, — кивнул согласно на предложение Джирайи Фугаку. Посмотрев на санина, он добавил: — Вот и займись этим.

Присутствующие расслабились, обсуждая детали и споря, кому в первую очередь стоит отправить приглашение. Работы прибавится знатно, но тот же Тсучикаге не был идиотом — собственноручно вырезать своих же заказчиков, он не посмеет. Будут ли провокации в ответ? Конечно. Этот месяц превратится для многих в ад.

Были и другие варианты решения. Начиная от отмены экзамена, что повлекло бы за собой огромные репутационные и экономические потери, можно еще устроить парочку диверсий и попытаться рассорить между собой Иву и Суну. Но, они будут ждать этого, поэтому этот вариант был очень слабым. Самим первым напасть? Тогда именно Коноха станет агрессором. Тоже так себе вариант.

Нара Шикаку предложил отличный политический вариант урегулирования данной ситуации. Не все можно и нужно решать силовыми методами. Анбу и Данзо же останется со своей стороны обеспечить безопасность гостей внутри Конохи.

За окном давно стемнело, когда кабинет покинули Морино, Яманака и Нара, получив указания от Хокаге. Данзо не спешил к ним присоединиться, как и Джирайя. Шисуи успел шепнуть ему об их разговоре, поэтому Данзо был не удивлен. Присутствие санина его более чем устраивало, но поговорить с Хокаге он хотел не о джинчурики.

—Что-то еще, Данзо? — убирая листки с записями, недовольно, с нотками усталости в голосе, уточнил Фугаку.

— Да.

Глава 14

— Что-то еще, Данзо? — убирая листки с записями, недовольно, с нотками усталости в голосе, уточнил Фугаку.

— Да, — кивнул тот в ответ. Когда Хокаге посмотрел в сторону оставшегося в помещении Джирайи, намекая на его присутствие, советник добавил: — Это касается Орочимару.

— Он передал еще что-то?

При упоминании бывшего сокомандника санин встрепенулся. Его взгляд изменился с мрачно-недовольного на заинтересованный с примесью тревоги.

— Только посылку Цунаде, но я не об этом. — Трость под воздействием пальцев Данзо принялась раскручиваться вокруг своей оси, выдавая задумчивость советника. — Несмотря на мои подозрения, мы не могли найти подтверждения на возможный союз Ивы и Суны. Про Кумо и говорить не стоит — после смерти посла, Эй настроен более чем прохладно к Тсучикаге: память на обиды у него крепкая.

— К чему ты ведешь? — Хокаге заинтересованно приподнял брови. — Ты мне все уши прожужжал о союзе Ивы и Суны, теперь есть доказательства.

— Всего лишь одно. Ни Джирайя, ни мои, ни твои люди ничего подозрительного не узнали. Что-то мне подсказывает, Орочимару «позволили» услышать разговор Сасори с джонином.

— Кто?

— А вот это хороший вопрос, — кивнул согласно Данзо на вопрос санина. — Что мы имеем. Орочимару приходит как раз к началу разговора, где подробно раскрываются планы двух Каге. Но при этом приготовлений в их поселениях наши люди не заметили.

— Считаешь, нам слили дезинформацию? — нахмурился Фугаку.

— Возможно. Но я веду не к этому, — Данзо вновь принялся крутить пальцами трость. — Орочимару очень скупо делится с нами информацией об Акацуки, из каждой получая свою выгоду. И теперь один из членов организации предоставляет ему информацию о возможном вторжении в его родное селение.

— Проверка? — нахмурился Джирайя.

— Или заказ, — кивнул советник. — Акацуки наемники. По слухам, Тсучикаге не раз пользовался их услугами. Как передал Орочимару, лидер организации поставил перед ними четкую цель: набрать как можно денег и лишить былого влияния Какурезато, перетянув на себя крупные заказы, а также лишить страны джинчурики. Самый быстрый способ перестроить рынок, а также выманить джинчурики — война.

Фугаку задумчиво прикрыл глаза. Возникшей тишиной моментально воспользовался санин:

— Я оповещу Орочи.

— Он сам прекрасно понимает, что его стали подозревать. Не маленький. Не просто так Орочимару именно сейчас прислал нам образец яда Сасори. А ведь запрос на него Цунаде сделала с самого начала, — Данзо резко предостерег от возможной ошибки Джирайю. Тяжело опираясь на трость, он медленно встал. — Уже поздно, нужно многое успеть.

— Иди, — так и не открыв глаза, отпустил его Фугаку.

Советник видел, как было встрепенулся санин при его своеобразном прощании, но тот всё же сдержался. Вот и чудненько. Еще разборок на ночь глядя об обучении джинчурики ему не хватало. Вон, пусть Хокаге своими претензиями достает.

***

После той ночи Джирайя не раз себя корил, что отсутствовал в Конохе. Он знал приблизительную дату родов, но задержался на важной миссии. А когда вернулся в страну Огня, было уже поздно — его ученик погиб. Чтобы заглушить боль потери, Джирайя ударился в крайности: возвращаясь только для получения нового задания, он пропадал или на миссии, или в квартале красных фонарей, пытаясь забыться. К Наруто ему приближаться запретили, как и остальным — во избежание влияния на джинчурики. Да и что делать с таким малышом, он искренне не знал. А после случился побег Орочимару, подкосивший его не меньше смерти ученика.

Сначала ученик, следом друг. Цунаде тоже не изменила своего отношения к нему. Не имея возможности воспитывать Наруто, Джирайя сконцентрировался на поисках Орочимару. Но все его попытки оказались провальными.

Пока не вмешался Корень.

После воссоединения тройки санинов они знатно напились. Цунаде тогда призналась, почему она не покинула Коноху, как собиралась после смерти Четвертого. В тот день Джирайя был Данзо искренне благодарен. Как и в случае «возвращения» Орочимару. Пусть тот так и остался нукенином, но они могли редко встречаться и говорить, вспоминая былое. В такие моменты санин отдыхал душой.

Но порой Джирайе снилось, что все вокруг обман. Гендзюцу. И только после пробуждения он мог облегченно вдохнуть полной грудью, убеждаясь в обратном. Теперь же санин чувствовал, словно на него действительно перестала воздействовать техника гендзюцу. И произошло это в тот момент, когда он узнал об официальном разрешении обучения джинчурики Корнем.

Прокручивая в голове изменения в Конохе после смерти Минато, Джирайя все больше подмечал причастность к ним Данзо. Не всегда он вмешивался лично, но то тут, то там можно было найти следы Корня. Словно паук, Шимура прицепился своей паутиной ко всем жителям, к кому-то больше, к кому-то меньше. И дергал за нитку, если ему это было нужно.

Новый грохот раздался со стороны полигона, прерывая размышления санина. Солнце только окрасило горизонт, а Наруто уже успел размяться в одиночестве. Даже издали было видно, что ветряное лезвие оставило на камне глубокий ровный след, проникнув достаточно глубоко.

Корень обучает Наруто всего несколько месяцев? Не смешно. Невозможно научиться за это время так владеть стихийными техниками. Наруто не казался таким же гением, каким был его отец. Нет, Джирайя был уверен — Данзо лично обучал Наруто и уже давно.

Теперь, когда запрет Третьего потерял свою силу, Джирайя собирался оборвать нитку, прикрепленную к Наруто. А для этого нужно заручиться доверием мальчика. Жаль, что из-за задания ему нужно было покинуть Коноху через несколько часов. Но главное сейчас — сделать первый шаг.

Наруто резко развернулся и метнул кунай в его стороны. Заметил-таки.

Джирайя легко увернулся. Позади раздался треск пробиваемого насквозь ствола дерева. Еще и еще.

«Хм. Напитал кунай стихией ветра?»

— Неплохо-неплохо, — весело громко отметил он, спрыгивая с дерева.

— Извращенный отшельник? — Лицо Наруто удивленно вытянулось.

— Моё имя Джирайя! — искренне возмутился санин.

— Да-да, я помню. Опять подглядываешь? — в ответ возмущенно скрестил руки на груди Узумаки.

— Ты снова всё не так понял! Я услышал треск техники и заинтересовался, кто тут с утра полигон разносит, — Джирайя подошел поближе к камню, хмыкнул и заключил: — Слабовато.

— Что?!

От возгласа Наруто можно было оглохнуть. Показушно поковыряв в ухе, Джирайя размял пальцы и, не слушая возмущения Узумаки, принялся формировать технику на правой руке. Легкий гул созданной техники был не слышен за воплями. Только полностью уничтоженный камень, после удара Джирайей, заставил Наруто ошарашенно замереть и замолчать.

— Вот как надо. Ты тренируйся лучше и тоже так сможешь, а я пошел, — Небрежно похлопал санин по плечу Наруто и, развернувшись к нему спиной, вскинул руку. — Пока-пока!

— А-но… Эй, старик, стой! Да подожди ты! — раздался через несколько секунд вопль вышедшего из ступора Наруто.

Джирайя довольно улыбнулся.

***

— Свободен.

Новость о том, что Джирайя перед своим уходом показал Наруто технику Четвертого, Данзо ничуть не удивила. Скорее, если бы этого не произошло, то советник был бы разочарован. Чем больше санин передаст знаний Наруто, тем лучше. Каждый шиноби начинает свой путь с трех академических стандартных техник, и полученной базы в Академии. После выпуска генин начинает искать свой путь развития, и на это влияют как принадлежность к кланам, учителя, предрасположенность к стихиям, так и полученный полевой опыт. Изучаются новые техники, оттачиваются старые. И со временем шиноби закрепляет определенный набор техник, оттачивая их до совершенства.

Что же касается того, боялся ли советник, что джинчурики утратит к нему доверие, то… Нет.

— Поздно ты спохватился, Джирайя, — протянул довольно Данзо.

Узы, появившиеся с детства, с каждым годом становятся все крепче, подвергаясь проверке временем и проблемами. Данзо старался никогда не врать откровенно своим подчиненным, и те это чувствовали. Да, он мог схитрить, недоговорить, но выгодную и порой жесткую для многих правду, он всегда говорил откровенно. И это создавало особые узы, которые очень сложно было разорвать.

Потянувшись и выпрямив спину, советник тут же поморщился, когда в поле его зрения попали надоевшие документы. Глаз болел после бессонной ночи, но оно того стоило: большая часть подготовительной работы была сделана. Дальше нужно будет только вовремя реагировать на доклады и вносить корректировку.

Только Данзо решил развеяться, а также проверить, как идут дела у Наруто, как его уединение вновь прервали. Кивнув Киното, что он примет Сугару, советник прибрал лишние документы со стола. Когда подчиненный зашел в его кабинет, Данзо молча протянул руку в ожидании свитка.

Обычно Шимура предпочитал слушать доклад подчиненных, а потом уже читать отчет. Но с данным подчиненным приходилось нарушать свои привычки и задавать конкретные вопросы, на которые тот мог ответить кратко одним словом или жестом. Причина тому — отсутствие у того возможности говорить из-за травмы горла, нанесенного ему собственным отцом. Позже, когда талантливого мальчика заметили его люди и привели в Корень, они смогли решить эту проблему. Пусть частично и этот метод отнимал много сил у Сугару, но будучи членом клана Абураме, он с помощью своих жуков научился имитировать речь.

Еще до начала экзамена на чунина, Данзо приказал Сугару вместе с Яманака Фу следить за слугой Сугияма, когда тот приехал в Коноху, а также за Кохару. Очень его насторожил тот факт, что доверенное лицо аристократа, ранее запятнавший себя в подготовке к перевороту, зачастил в Коноху. После неудавшегося восстания Шугонин Джуниши, а точнее, шести из двенадцати ниндзя-защитников, Сугияма был отослан в свои владения без возможности появляться во дворце Даймё. Прямых доказательств причастности аристократа к восстанию тогда найдено не было, поэтому он легко отделался, потеряв только часть своего влияния.

И теперь его слуга ошивался тут. И, судя по донесению Сугару, сегодня в резиденции Хокаге слуга столкнулся с Хьюга Хизаши, когда того отпустил Фугаку. Миссия Хизаши не была секретной — тому вручили еще самый первый список аристократов страны Огня, который был согласован с Кохару. После новостей от Орочимару его решили не менять: подготовка к их прибытию уже велась, да и не был большим секретом этот список. И все же, традиционно приглашения вручались во дворце Дайме, за двадцать дней до начала последнего этапа экзамена, что считался самым зрелищным. Часть пригласительных были пустыми, и их могли выкупить или обменять на различные услуги оставшиеся желающие. Именно вот этот «выкуп» был еще одним зрелищем, но им наслаждались уже сам Даймё. Ведь часть из них он распределял сам.

Казалось бы, случайно встретились в резиденции. Слуге Сугияма и Хьюга было по пути, поэтому неудивительно, что слуга аристократа попросился в попутчики. Опять же, с послом Конохи в дороге безопаснее и не так скучно, будет с кем вести разговор. Вот только для своего господина слуга давно определился и с хорошим местом на Арене, и с размещением. Ему не было смысла задерживаться несколько дней после окончания урегулирования всех договоренностей. Но он остался. А сейчас напросился в попутчики именно к Хьюга.

Совпадение? Сомнительно.

— Вместе с Фу вы отправляетесь с делегацией к Даймё. Место в охране я вам обеспечу, — скатав свиток с донесением, распорядился Данзо. — Следите за обоими в дороге. По прибытии особо уделите внимание контактам Хьюга во дворце Даймё, — Данзо потянулся к краю стола, подхватил листок и быстро написал пару строк, а после протянул записку Сугару. — Сразу возьми для себя и Фу экипировку и маски Анбу. Жду вас обоих к закату.

Корневик забрал документ и удалился, оставив советника одного.

***

За окном было тихо, ярко сияли звезды на небе. Не сказать, что такие ночи были редкостью в пустыне, но это намного лучше, чем песчаные бури. Жители Сунагакуры давно разбрелись по домам на отдых. Но не все: в кабинете Каге до сих пор горел свет.

— Да как он посмел, — хлопнул по столу Раса, с силой сминая прочитанный свиток.

Напротив него застыл Баки, являющийся формальным наставником команды детей Казекаге. Команда, на которую он возлагал большие надежды. И она ее не оправдала.

Особенно его подвел этот мальчишка.

Свиток в кулаке Казекаге порезало на мельчайшие кусочки.

— Где сейчас Гаара?

Баки посмотрел в сторону окна, за которым на небе особо выделялась круглая луна.

— Сегодня ясная ночь, он не сможет уснуть, — намекнул джонин на обычное местоположение джинчурики при бессоннице.

В комнате повисла гнетущая тишина. Спустя несколько минут раздался скрип ножек стула по полу.

— Оповести команду захвата. Даю вам час на сборы, — Раса отошел к окну, разглядывая звезды, а также далекую скалу на окраине Суны. — И отдай распоряжение Чиё-сама, она должна подготовить Темари.

Раса стоял спиной к Баки, поэтому не видел, как моментально изменилось лицо верного подчиненного. Тот ошарашенно застыл, пытаясь осознать услышанный приказ. В который раз Казекаге подтвердил свою репутацию жесткого правителя, ставящим в приоритет благополучие селения, а не семьи.

— Темари…

— Выдержит, — прорычал Раса, жестко прерывая джонина. — Главное, продержаться до начала финальных боев… Подготовьте всё.

Чуть дрожащие пальцы Баки сжались в кулак. Поклон, и в кабинете Раса остался один.

У обрыва скалы на окраине Суны сидела одинокая фигура, что впервые за долгое время пошевелилась. Гаара убрал знак концентрации, прерывая технику, и более осознанно окинул взглядом деревню. Редкие огни в узких окнах круглых домов еще встречались местами. Но в основном жители Сунагакуре давно спали.

Гаара поднял голову, и тут же был вынужден сжать ее руками, пережидая приступ. Молчаливая борьба продолжалась недолго, в очередной раз победителем в его противостоянии с хвостатым вышел Гаара. И только чуть более шумное дыхание выдавало его состояние.

Ночную тишину прервали тихое шуршание песка под подошвами. Гаара выпрямился, но так и не обернулся, узнав посетителя. Звук шагов приблизился и смолк совсем рядом.

— Как я и думала, ты снова тут один.

Не получив никакой реакции на свое вторжение, Темари осторожно подошла и села рядом. Несколько минут они молча рассматривали ночную деревню, когда вновь заговорила куноичи:

— Канкуро после возвращения не вылезает из мастерской. Поражение его вывело из себя. Я пыталась его образумить и заставить отдыхать, но после ссоры с …

— Темари, — впервые безэмоционально заговорил Гаара, заставив ее вздрогнуть. — Возвращайся домой.

— Но, — протестующе вскинулась та в ответ, наблюдая, как он встает, — я пришла за тобой, Гаара.

После Конохи их отношения изменились. Особенно между Темари и Гаарой. Канкуро еще держался в стороне, но и от него Гаара уже не чувствовался так остро страх.

Пока Темари пыталась его уговорить, Гаара спокойно повесил верную тыкву с песком за спину. Развернувшись, он успел сделать несколько шагов прочь, как в спину раздался тихий голос сестры:

— Вернемся вместе домой, брат.

Гаара остановился и чуть повернул голову в ее сторону. Темари сидела к нему вполоборота, лунный свет хорошо освещал ее лицо. Он легко разглядел тонкие губы, складку между бровей и глаза, в которых читалась боль и одиночество.

— Я вернусь. Обещаю.

Песок поднялся с земли, закручиваясь вокруг джинчурики. Один удар сердца и напротив куноичи больше никого не было. Темари пришлось прикусить губу, чтобы подавить вспыхнувшие эмоции. Постепенно гнев ушел, оставив только гнетущие чувство надвигающейся беды.

Глава 15

— Ксо!

Хината услышала раздосадованное восклицание еще на подходе. Обогнув толстый ствол дерева, что рос на края полигона, она увидела Наруто. Тот как раз вытер пот со лба тыльной стороной ладони и оперся двумя руками о полусогнутые колени, пытаясь восстановить тяжелое дыхание. Пальцы Хинаты сильнее сжались на ручке корзины с едой, щеки моментально окрасились румянцем. Шаг назад и под ногой предательски хрустнула ветка, выдавая присутствие куноичи.

— О, Хината! — через силу приветственно воскликнул Наруто, а когда увидел в ее руках корзинку, на мальчишеском лице усталость моментально сменилась довольной улыбкой. — Это мне?

Лицо Наруто еще сильнее засияло счастьем, стоило Хинате робко кивнуть. Узумаки тихо рассмеялся и вскинул голову, высматривая расположение солнца. Убедившись, что давно перевалило за полдень и можно передохнуть, он нетвердой походкой добрался до своего рюкзака под деревом и упал, широко раскинув руки в сторону. Хьюга на секунду замялась, но потом встряхнула головой и решительно направилась к другу.

По пути к Наруто Хьюга отметила изменения, которым подвергся полигон за сутки. Так, примечательной крупной глыбы больше не существовало. На ее прежнем месте вокруг валялись камни небольшого размера, все, что осталось после оттачивания новой техники Узумаки. После Наруто принялся тренироваться на ближайших деревьях. Так, от одного остался покоцанный пенек и щепки вокруг, да неровные огрызки от ствола. Второе на очереди дерево пока стояло, но Хината не сомневалась, что его постигнет та же участь.

Хьюга подошла к Наруто и нерешительно переступила с ноги на ногу, рассматривая его лицо. На щеке друга она заметила кровоподтек от царапины. Закрытые веки чуть подрагивали, как и пальцы. Вся одежда в пыли и щепках.

Упорство Наруто вызывало восхищение. Не жалея себя, он тренировался до тех пор, пока не падал без сил. Но на этом не останавливался: немного передохнув, он вставал. Вновь и вновь.

«Я хочу стать такой же, как ты».

Пальцы Хинаты вновь сжались на ручке корзины, вызывая тихий скрип. Именно этот звук заставил Наруто открыть глаза и посмотреть на нее.

— Вот, — резко вскинула руку Хината и быстро затараторила, пытаясь скрыть свое смущение: — Я принесла тебе перекусить, как и обещала.

С каждым словом ее голос становился все тише, последнее было произнесено вообще шепотом. На друга она не смотрела, опасаясь праведного возмущения, что так бестактно его рассматривала.

— Спасибо… Присоединишься ко мне? Намного веселее есть в компании, вот, садись рядом.

Хината кивнула и поставила корзину на то место, где секундой назад хлопал рукой Наруто, а сама устроилась чуть в стороне. Находиться к нему совсем близко, зная себя, Хината опасалась.

Наруто время даром не терял и с интересом разглядывал содержимое корзины. Жадно прильнув к бутылке с водой, он закрутил крышку и вновь погрузился в исследование принесенной еды.

— О, онигири… Держи.

Буквально всученную ей в руки еду Хината от неожиданности чуть не выронила. Аппетита не было, но и отказываться она не решилась. Откусив маленький кусочек, куноичи украдкой наблюдала за ожившим другом: тот стремительно поглощал принесенные яства. На губах Хинаты появилась робкая улыбка, но она тут же померкла, когда она заметила, как Наруто чуть поморщился из-за боли в ладонях.

«Нужно принести мазь сегодня. Перед посещением Госпиталя заскочу домой».

Хоть куноичи и восхищалась упорством друга, но она не могла понять, зачем он доводил себя до истощения. Отвернувшись, Хината уставилась в надкусанное онигири. Смотрела, но не видела, витая в своих мыслях и сомнениях.

— Наруто, — прошептала она, решаясь задать так давно мучивший ее вопрос. И при этом надеялась, что тот ее не услышит.

— М-м-м?

Услышал.

— Почему ты так стараешься? Для чего?

Она украдкой посмотрела на него, наблюдая, как он чуть наклонил голову, пребывая в задумчивости. Хината было собралась извиниться, но тут же прикусила больно губу, вынуждая себя замолчать — ей был важен его ответ.

— Зачем? — повторил задумчиво Наруто и вскинул голову. Несколько томительных секунд он всматривался в небо, а после обернулся к ней и улыбнулся. Ярко, по-доброму, как умел только он. — Я не могу предать доверие тех, кто поверил в меня, понимаешь?

Поверил в него?

Хината посмотрела на свои руки, все это время державшие надкусанный онигири. Она чувствовала на себе внимательный взгляд Узумаки, но удивительно, сейчас он ее не смущал. Наоборот, исходящее от друга тепло и участие согревало ее душу.

А кто верит в нее? Клан презирает, отец холоден, а сестра отвернулась. Неджи-нии-сан пытался убить. Куренай-сенсей, Киба-кун и Шино-кун жалели, вызывая еще большее омерзение к само́й себе. Под их взглядами она ощущала себя слабой и никчемной.

Так есть ли те, кто верит в нее?

Моментально вспомнился экзамен, когда Наруто спрыгнул с балкона вместе с джонинами и загородил собой. И старый советник. Он пришел к ней в тот самый момент, когда Хината думала, что ее жизнь не имеет смысла и все попытки измениться напрасны.

Наруто и Данзо.

— У вас есть внутренний стержень и воля. Нужно только немного постараться и стать решительнее. Я могу помочь вам… Если решите принять мое предложение, то можете обратиться к Наруто.

Когда несколько дней назад она столкнулась с Узумаки, Хината так и не смогла его спросить про Данзо. Хотела несколько раз, но что-то ее останавливало. Так и в этот раз. Хината посмотрела на частично разрушенный полигон и отчетливо поняла, почему до сих пор не спросила про советника: ей стыдно обращаться к нему сейчас — она слишком слаба.

— Я должна стать сильнее.

— Отличный настрой, Хината! Я верю, у тебя все получится. Тогда хватит сидеть, пойдем потренируемся, даттебаё.

Хината вздрогнула и шокировано уставилась на моментально вскочившего Наруто. Она и сама не поняла, отчего сильнее стала краснеть: оттого, что нечаянно сказала свои последние мысли вслух, его веру в нее или же потому, что друг протянул ей руку помощи и предлагает потренироваться вместе. Вдвоем.

— Я… я… Спасибо! — Хината вскочила и низко поклонилась, скрывая за упавшим водопадом волос свое краснющее лицо. — Сейчас мне надо вернуться домой, но потом я вернусь.

Быстро развернувшись, она сорвалась с места и побежала в сторону клана, ощущая на себе взгляд Узумаки.

— А-но… Я буду ждать, даттебаё!

Прощальные слова Наруто заставили сердце биться чаще, наполняя его надеждой и радостью.

«Я обязательно стану сильнее!.. И помогу Наруто. Он так усердно готовится к экзамену, противники у него сильные. Я хочу ему помочь. Но как?.. Точно, только я могу подготовить его к битве с Неджи».

Летая в своих мыслях, Хината и сама не заметила, как быстро проскочила ворота клана. На очередном повороте по пути домой она чуть не столкнулась с неожиданно показавшимся из-за угла Неджи. Нии-сан отпрянул, а Хината крутанулась на пятке, окончательно избегая столкновения. Их взгляд на секунду пересекся, куноичи привычно ощутила на себе вспыхнувшее от него презрение. Но она только мазнула по Неджи взглядом и побежала к себе, за мазью.

— Аккуратней!

Шипение Неджи она проигнорировала и ничего не ответила, только сильнее сжала губы и убедилась в правильности выбранного пути. Поиски мази заняли немного времени, а после Хината направилась в Госпиталь, надеясь, что Кабуто-сан сейчас у себя и не занят. Остановившись у его двери, она глубоко вздохнула, перевела дыхание и постучала. Из-за двери раздался мужской голос, приглашая ее войти.

Хината сжала дверную ручку и с небольшой заминкой крутанула ее, открывая дверь. Кабуто-сан сидел за столом и заполнял документы. Дверь с тихим щелчком закрылась, привлекая внимание ирьенина: тот поднял голову и удивленно на нее посмотрел.

— Хината-химе? Что-то случилось?

— Да… Нет! — Стушевалась она в ответ, но тут же склонилась в поклоне и выпалила, сразу озвучивая причину своего внепланового прихода: — Пожалуйста, разрешите мне начать тренировки!

***

«Что это за движение?»

Неджи сжал кулаки и прошипел вслед убегающей Хинате:

— Аккуратней!

Несколько секунд он провожал ее взглядом, пытаясь понять, что не так. И через несколько секунд понял, что его смутило.

Ее взгляд. Он изменился.

Хмыкнув, Неджи напоследок окинул ее презрительным взглядом и направился в сторону выхода из клана. Он верил, что это вре́менное явление и скоро Хината вновь не посмеет смотреть ему в глаза.

Слишком слабая. Слишком робкая. Она не достойна быть наследницей. Хината — позор их клана. О чем он ей и сказал прямо, пока другие молчат.

— Ты рисковал, сын.

— Она сама подписала согласие на второй этап, где было четко описаны все риски. Это был мой единственный шанс указать ей на ее место, не опасаясь применения печати.

В ответ прозвучал тяжелый вздох отца. Он подошел ближе, и Неджи почувствовал, как сжалась рука отца на плече. На секунду Неджи испугался и принялся искать признаки применения печати на родном лице. Отец заметил его тревогу и покачал головой успокаивая. Как Неджи и думал, глава не посмел наказать ни отца, ни его. Клан воспринял бы это как слабость.

— Я отправляюсь на важную дипломатическую миссию, вернусь перед началом третьего этапа. Неджи, после произошедшего за тобой будут внимательно наблюдать. Ты же понимаешь…

— Я буду осторожен, — перебил он то-сана.

Пальцы отца на плече Неджи сжались сильнее. На прощание то-сан окинул его грустным взглядом, вызывая новый прилив злости в душе.

Встряхнув головой, Неджи мысленно отмахнулся от воспоминаний и направился в сторону заброшенных полигонов. Как и остальные, прошедшие на третий этап, он активно тренировался. У клана Хьюга были свои небольшие тренировочные площадки, как у главной ветви, так и у побочной, но не все техники Неджи мог на них оттачивать. И дело было не только в завистливых и восхищенных взглядах соклановцев из побочной ветви, что откровенно отвлекали. Нет. Он вынужден скрывать свои способности, опасаясь навлечь на отца наказание со стороны главы клана. Обучение внутри клана отличалось, главная ветвь тщательно хранила в секрете несколько уникальных сильных техник. На их изучение для представителей побочной ветви требовалось разрешение главы и старейшин. Отец ради его безопасности раскрыл часть из них, потому что Неджи давно к ним готов и намного сильнее наследниц. Обучил без разрешения, втайне. Именно поэтому Неджи был вынужден оттачивать изученные техники из главной ветви на дальних полигонах. И еще, он обещал отцу, что не будет их показывать на экзамене и применит, если только ему будет грозить смерть.

Только прибыв на один из дальних полигонов, Неджи смог выместить всю злость и обиду, что терзали его душу. На клан и свою судьбу, что предрекла его родиться в побочной ветви. Законы внутри клана сковывали его возможности и предопределили дальнейшую судьбу. Каждый день он ясно видел это в метке на лбу в отражении зеркала, прежде чем повязать повязку. Ненависть к главе и наследницам переполняла его, особенно к Хинате. Видеть химе слабой и понимать, что ей судьбой предрешено иметь все только по праву рождения, а она этим не пользуется, его выводило из себя.

Очередной всплеск чакры и голова манекена разлетелась в щепки.

В детстве он был наивен. Восхищенно смотрел, как глава клана тренирует маленькую Хинату и искренне верил, что он обязан ее защищать. Как член клана. Как ее брат. Смотрел и кивал, соглашаясь с отцом, когда тот говорил ему именно об этом. Что судьба Неджи — быть рядом с химе. Недавно поставленная метка на лбу еще побаливала и пульсировала в такт словам, словно подтверждая. И спустя всего несколько ударов сердца глава клана неожиданно активировал метку на отце.

Воспоминания прошлого больно полоснули по сердцу, как и тогда, наполняя ужасом и обидой. Сейчас Неджи знал, почему то-сан «не так» посмотрел на наследницу, но тогда он кинулся к отцу, не понимая, что происходит.

Тот день стал отправной точкой изменения его отношения к главной ветви.

Неджи слушал слова отца о том, что им предначертано защищать главную ветвь. Слушал, но слышал в его словах горечь. С каждым днем, с каждой тренировкой, похвалой и при этом грустным взглядом отца, он понимал, как несправедлива судьба.

Неджи помнил, как после похищения Хинаты еще сильнее испортились отношения между главой и отцом. Помнил слова то-сана, что даже умереть сами по собственному желанию они не имеют права. Помнил его слезы, которые он видел тогда в первый раз. Его гордый отец единственный раз за все время плакал при нем и просил прощения.

За то, что он родился в побочной ветви клана.

Тихий рык вырвался из горла, выдавая его боль.

***

— А-но… Я буду ждать, даттебаё!

Хината так и не обернулась, стремительно скрывшись в зеленой листве. Тренироваться одному было откровенно скучно, и потому Наруто был рад ее присутствию рядом. Девочка казалась ему странной, но была очень доброй и не смотрела на него так, как большинство жителей — с опаской и скрытой ненавистью. После того, как дед раскрыл причину этого, Наруто стал воспринимать взгляды жителей не так остро, но это не значит, что ему было все равно и не больно. Узумаки не знал, видела ли Хината его, когда ему пришлось применять силу Кьюби или нет, но после экзамена отношение к нему куноичи не изменилось. Наоборот, теперь она не теряла сознание каждый раз, когда он оказывался рядом, и могла связно говорить. Да и тогда, на отборочных поединках он пообещал сделать Хинату сильнее и не собирался так просто отказываться от своих слов.

А еще Хьюга помогла ему с едой, тем самым позволяя не тратить время на ходьбу в Ичираку. Хотя рамена хотелось.

— Рамен, — мечтательно протянул он, но тут же сильно хлопнул ладонями по щекам, мысленно приказывая себе сосредоточиться на тренировке.

Извращенный отшельник на днях показал ему крутую технику с большой пробивной мощью. Именно ее ему сильно не хватало в бою с сильным противником, таким, как был Гаара. Конечно, он мог использовать силу Кьюби, но это было рискованно и больше такой помощи, как в том бою, ему не сто́ит ждать — слишком рискованно. Поэтому проблема, что возникла при изучении Расенгана, не добавила ему настроения. Не, первые два этапа он прошел с ходу, чем сильно удивил Джирайю. И все благодаря тому, что дед показал ему следующую технику футона большого вакуумного шара: сам принцип формирования техники был схож. Но в обоих случаях Наруто не мог удержать технику, сделать ее стабильной.

— Ксо! Я не сдамся, даттебаё!

Наруто посмотрел на еще чуть подрагивающие пальцы. С самого раннего утра он пытался добиться стабильности техники, но только разворотил полигон. Проблема осталась в контроле чакры, это Узумаки понимал. Как и с вакуумным шаром, который у него получилось применить всего один раз.

Наруто встрепенулся, вспоминая свой бой с Гаарой.

— Используй вакуумный шар.

— Но я не могу его удержать!

— Я помогу.

И Кьюби действительно выполнил свое обещание. Наруто отлично помнил чакро-лапы и хвост, что помогли ему стабилизировать технику. Но просить Кьюби в этот раз он не собирался, как и использовать теневых клонов, что могли собой заменить чакро-лапы. Он был уверен, что со вторым вариантом точно сможет использовать Расенган. Но быть зависимым от костылей в виде клонов совсем не хотелось. В бою значение имела каждая секунда.

Сильнее сосредоточившись, Наруто пытался восстановить по памяти процесс формирования техники. Раз за разом. Не открывая глаз, Узумаки поднял правую руку и принялся выпускать чакру, закручивая ее и концентрируя силу в одной точке, не позволяя технике вырваться из-под контроля и развеяться. Он попытался воспроизвести в точности все, как и тогда, когда ему помогал Кьюби.

Капля пота скатилась по виску, возвращая в реальность. Наруто осторожно открыл глаза и изумленно уставился на идеальный синий шар в руке. На миг он потерял концентрацию, и чакра вырвалась из-под контроля, отбрасывая джинчурики в сторону.

— Кхе-кхе, — пошатываясь, приподнялся с земли Узумаки, не прекращая при этом глупо улыбаться. — У меня получилось, даттебаё.

На полигоне зазвучал его искренний тихий смех.

***

— Прошу, не надо…х-х-х.

Последний хрип вырвался из горла жертвы. Чуть в стороне от дороги валялись трупы слуг и охраны аристократа, а он сам шумно упал на земле, когда его отпустила из удушающих объятий крупная змея.

— И стоило ради этих слабаков отвлекать нас-с двоих? — недовольно прошипел Орочимару, наблюдая, как змея заглатывает тело аристократа.

— Приказ не обсуждается, — глухо донесся голос Сасори. — Мы потеряли время, дожидаясь его тут. Оставляю доставку тебе.

Орочимару чуть приподнял брови, наблюдая за тем, как Сасори развернулся и направился совсем в другую сторону от их базы, куда нужно было доставить труп. Кукольник ненавидел ждать, поэтому санин за последние пару часов успел наслушаться его недовольных высказываний. И то, что Сасори направился в сторону Суны, вызывало много интересных догадок.

Последовать за ним или нет?

Глаза Орочимару сузились. Он резко развернулся в сторону базы и развеял призыв. В этот раз он решил не рисковать. Прежде чем покинуть окончательно Акацуки, ему нужно завершить парочку дел.

Глава 16

Еще на подходе к полигону Данзо обратил внимание на раздавшийся искренний смех, сразу узнав Наруто. Не сказать, что советник слышал смех джинчурики совсем редко, но чаще раздавались возмущенные вопли Узумаки, когда в очередной раз над ним в своей излюбленной манере шутил Шисуи. А порой можно было уловить и нотки гнева — значит, опять поцапался с Саске. Данзо невольно хмыкнул, когда понял, что всего лишь по интонации может определить настроение Узумаки и кто причина его недовольства. Осталось узнать, что на этот раз его так обрадовало.

— Дед! Шисуи и Киное говорили, что ты занят, даттебаё! Смотри-смотри, какую технику я смог выучить! — сразу вихрем подлетел к нему Наруто, стоило только советнику оказаться в поле зрения джинчурики.

Выглядел Узумаки уставшим в своей запыленной и местами порванной тренировочной одежде, но очень довольным. Пока Данзо подмечал изменения как в самом мальчишке, так и на полигоне, Наруто вытянул руку и принялся формировать Расенган. Данзо отметил, что техника сейчас требует максимальной сосредоточенности джинчурики. Со временем навык владения Расенганом вырастет и не будет занимать столько времени для формирования и внимания. Но то, что Наруто смог овладеть техникой всего за четыре дня, вызывало уважение.

«Ты не перестаешь меня удивлять, Наруто»

— Видишь? У меня получилось!

— Знакомая техника. Кто тебе ее показал? — решил устроить небольшую проверку Данзо.

— Э? — Наруто удивленно моргнул. Техника без подпитки развеялась, джинчурики нахмурился и чуть торопливо ответил: — Один из тройки санинов, Джирайя. Шисуи о нем уважительно отзывался, он шиноби Конохи… Что-то нет так?

— Расенган — техника ранга А. То, что ты смог освоить ее, говорит о твоих возросших навыков. Знаешь ли ты, кто создал эту технику? Джирайя тебе не сказал? — На вопрос Данзо Наруто отрицательно покачал головой. — Намикадзе Минато.

— Отец? — пораженно прошептал Наруто и посмотрел на свою чуть подрагивающую от усталости руку. — Но как… почему он ничего мне не сказал?

— Я мог бы ответить на твой вопрос, — мысленно ухмыльнулся Данзо, но ответ произнес спокойно и чуть отстраненно. Приблизившись к Наруто, он положил ему на плечо руку и слегка сжал пальцы, — но считаю, что ты должен узнать это именно у санина.

Наблюдая за тем, как хмурится после его слов Наруто, Данзо внутренне ликовал. До возвращения Джирайи, Узумаки успеет себя накрутить по полной, а после встречи санина ожидает такой допрос, что мало ему не покажется. И теперь, даже учитывая благодарность Наруто за Расенган, он будет относиться к Джирайе с меньшим доверием.

Испытав удовлетворение от сделанной подставы, Данзо взлохматил шевелюру джинчурики, возвращая к себе его внимание.

— Учитывая то, что ты смог овладеть Расенганом, то и вакуумный шар теперь тебе по силам. Как отдохнешь, попробуй его использовать.

— Я могу сейчас!

— Нет, не будем тратить время, — одернул Данзо Наруто, отметив, что взгляд джинчурики изменился с задумчивого на сосредоточенный. — Я пришел узнать, как продвигается твоя подготовка к третьему этапу.

— А-но, — растерянно почесал тот затылок. — Как ты уже видел, я выучил новую технику. Какаши-сенсей тренирует меня по вечерам, мы оттачиваем тайдзюцу, а Карин и Саске я вообще в последние дни не видел.

— И всё? — чуть сузил не прикрытый бинтами глаз Данзо. Наруто под его требовательным взглядом стушевался и кивнул. — Ты подумал над тем, как будешь вести свои поединки?

— Думал, — буркнул в ответ Узумаки. — Но генины из других деревень покинули Коноху, я не смогу ничего узнать. О способностях остальных я знаю.

— Как и ты, этот месяц они потратят на тренировки, а также на подготовку стратегии боя исходя из прошедших отборочных поединков. Ты же не думаешь, что они показали на отборочных боях все, на что способны?

— Я это знаю, даттебаё!

Данзо мысленно хмыкнул на обиженный взгляд Наруто. Пусть тот и любил до сих пор больше импровизировать, но его ответ действительно говорил о том, что мальчишка думал о предстоящих боях.

— Мы столько вместе с Саске и Карин тренировались, поэтому мне и потребовалась новая техника. Уверен, они тоже станут сильнее, — сжал кулаки Наруто. Он казался отстраненным, погрузившимся в собственные мысли и говорил намного тише, чем обычно. — Девчонка из Суны владеет футоном намного искуснее меня, но она слаба в ближнем бою. А у второй, куноичи из Ивы стихия дотон. Ноющий парень из Кумо, наоборот, силен на ближней дистанции. Какая у него стихия я не знаю.

— Ноющий парень? — заинтересованно уточнил Данзо.

— Перед вторым этапом нам пришлось идти вместе, — эмоционально воскликнул Наруто и начал махать руками в разные стороны. Он всегда так делал, когда был искренне чем-то возмущен. — Ныл и ныл, что мы все обязательно чуть ли не умрем.

— Вот как, — протянул Данзо и решил дать небольшую подсказку: — Самая распространенная стихия в Кумо — райтон.

Наруто кивнул и нахмурился сильнее. Он хотел сказать что-то, но Данзо поднял руку, призывая к молчанию, и чуть повернул голову в сторону Конохи. К ним приближались два источника чакры, совсем не скрываясь.

— Ты ждешь кого-то?

— Э?.. О, это, скорее всего, Хината! Мы собирались потренироваться, — радостно воскликнул Наруто, но тут же стушевался и спросил: — Ты сейчас уйдешь, да?

После получения одобрения Хокаге Данзо перестал скрывать их тренировки, но при этом и не кричал о них на каждом углу. Запрет рассказывать об их тренировках с Наруто был частично снят. И все равно, Данзо не любил тренировать Узумаки в присутствии остальных, делая редкие исключения только для седьмой команды.

— Нет, пока задержусь, — спокойно ответил Данзо, чем одновременно очень обрадовал и удивил Наруто.

— Хината! — радостно воскликнул Узумаки при ее появлении в поле зрения, махая при этом рукой. И тут же удивленно застыл, разглядывая еще одного посетителя: — А это еще кто, даттебаё?

Для Данзо личность спутника химе не была секретом, но при этом ему стало интересно, как он им стал и что здесь делает. Хьюга, как только заметила его рядом с Наруто, тут же стушевалась и на несколько секунд замерла, но потом справилась со своими эмоциями и догнала спутника.

— Данзо-сама, — уважительно поклонился Кабуто, как только достаточно приблизился для приветствия, Хината поспешно повторила за ним.

— Якуши Кабуто-сан, ученик само́й Сенджу Цунаде, верно? — решил сразу обозначить дистанцию, уточнил советник. Его вопрос вызвал удивление у обоих генинов, и при этом во взгляде химе проглядывалось задумчивость и восхищение. — Необычно видеть вас вне Госпиталя.

На вопрос Данзо Кабуто смущенно улыбнулся и еще раз поклонился, подтверждая сказанное. Актерская игра у него всегда была на высоте.

— Мне лестно, что вы знаете меня, Данзо-сама. Моя пациентка, — Кабуто повел рукой в сторону химе, обозначая, о ком именно идет речь, — в этот раз была очень убедительна, и я не смог отказать в небольшой просьбе.

Данзо перевел взгляд на Хинату.

— Я присутствовал на отборочных, — кивнул советник. — Вы чувствуете себя лучше, Хината-сан?

— Да, я… хотела помочь Наруто-куну с тренировками, — робко, но с твердыми нотками ответила та.

— Только в моем присутствии, — жестко добавил Кабуто и поправил двумя пальцами очки.

Хината обернулась к нему и с благодарностью во взгляде быстро закивала.

Советник мысленно отметил интересное решение Кабуто сблизиться с наследницей Хьюга.

— Хината, тебе нельзя тренироваться? — неподдельно удивился Наруто.

Данзо про себя хмыкнул. Узумаки, будучи джинчурики, восстанавливался очень быстро и, похоже, до сих пор не задумывался, что у других выздоровление занимает намного больше времени.

— Хината-химе получила серьезную травму, поэтому я буду контролировать нагрузку. Также запрещаю наносить ей какие-либо удары в области груди, — вновь вмешался Кабуто, смерив Узумаки строгим взглядом. — Наруто-сан, верно?

— А, да, это я…

— Что же, если ирьенин не против тренировки, то… Наруто, — Данзо решил использовать ситуацию по полной с пользой как для джинчурики, так и для Хьюга. — Во время спарринга ты должен только уворачиваться, я запрещаю тебе разрывать дистанция и наносить какой-либо урон в ответ. Хината-сан, вам предстоит показать Наруто, почему джукен считается одним из сильнейших стилей тайдзюцу. И не бойтесь, Наруто выносливый, а Кабуто-сан сможет быстро поставить его на ноги. Покажите нам, на что вы способны.

— Хай, — одновременно ответили генины с разной интонацией, что выдавала их чувства с головой.

Когда Наруто с Хинатой отошли и, обменявшись тихо парой слов, начали тренировку, Кабуто повернулся боком к ребятам так, чтобы они не видели его губ.

— Докладывай.

— Мне удалось выяснить, с кем видели бывшего лечащего ирьенина Умеко-сан в день поступления химе в Госпиталь. Пара была ее пациентами. Помимо них, ее посетили старейшина клана Хьюга Хокума и чуть позже глава клана.

— Интересно. Хизаши?

— В Госпитале его не видели очень давно.

Но это не значит, что он не мог переговорить с ирьенином позже в клане, тем более оба принадлежали к побочной ветви. И при этом то, что сам Хокума наведался в Госпиталь, указывало на третью возможную заинтересованную сторону. Именно этот старейшина присутствовал на собрании, что созвал Третий после оглашения требований Райкаге из-за смерти похитителя наследницы. Хиаши, Хизаши и Хокума. Кто из них приложил свою руку в подготовке «несчастного случая» с химе? Выйдут ли разборки из клана или стороны договорятся сами между собой? Второе сомнительно.

Сначала Учиха, теперь Хьюга. Оба клана считались великими и играли немаловажную роль в Конохе. Как же они раздражали Шимуру своей спесью и вечными проблемами. Деревне сейчас не нужны внутренние конфликты, что неизбежно повлечет за собой ослабление.

— Продолжай наблюдение.

— Хай.

Хината умудрилась подловить Наруто и теперь крутилось вокруг него и извинялась, пока тот переводил дыхание после удара и пытался ее успокоить.

Неплохо, но недостаточно.

— Если вы действительно хотите Наруто помочь, не сдерживайтесь, Хината-химе, — жестко проговорил Данзо, приближаясь к ним. — Поверьте, он может выдержать и не такой урон. Если вы не готовы, этот бой не имеет смысла и вам сто́ит уйти.

Пока Наруто удивленно уставился на него, Хината сжала кулаки в замок на груди и замерла, испуганно уставившись в ответ. Ее голова чуть опустилась, короткие пряди спрятали глаза куноичи ото всех.

— Верно, Хината. Это пустяки, я и не такое выдерживал, — наконец-то разогнулся Наруто и вытер одним быстрым движением кровь в уголке губ.

— Прости Наруто-кун, — послышался тихий голос Хинаты. Она плавно перетекла в стойку и подняла голову, показывая всем на обозрение активированный бьякуган. — Данзо-сама прав, больше я не буду сдерживаться. Прошу, приготовься, я нападаю.

Удивление на мальчишеском лице сменилось предвкушением. Наруто улыбнулся и одобрительно кивнул, моментально собравшись.

Вот теперь Данзо видел, что Хината была настроена серьезно. Кивнув, он продолжил наблюдение.

***

— Выпустите меня!

Новый удар сотряс двери. Охрана в коридоре привычно не обратила внимания, продолжая стоять настороже. Первое время Темари вела себя тихо и с пониманием отнеслась к своему «заключению». Но с каждым днем ее терпение все больше истощалось, пока не случилась первая попытка побега, которая тут же была пресечена охраной.

В конце длинного коридора раздались тихие приближающиеся шаги. Наконец из-за поворота показался джонин Суны, вынуждая охрану вытянуться в струнку.

— Открывайте.

Баки дождался выполнения приказа, несколько раз постучал по двери и сразу же ее толкнул. Гостевая комната для особых гостей после произошедшей стычки так никто и не убрал. Темари сидела прямо на полу, злобно пронизывая его взглядом. Тонкие девичьи губы были сильно сжаты, выдавая ее нежелание первой начинать разговор.

— Пойдем.

Баки резко развернулся, оставив дверь широко распахнутой. Через несколько секунд рядом с ним сравнялась куноичи, так и не проронив ни единого слова. Весь путь до дома Казекаге они преодолели в тишине. Джонин чувствовал, что ученица готова взорваться от пронизывающей ее ярости, но она молчала, гордо вскинув голову. И только когда за ними закрылись двери особняка, куноичи позволила себе яростно прошипеть, резко обернувшись к джонину:

— Как это понимать, сенсей?!

Вместо ответа Баки протянул записку, сложенную в несколько раз. Дав Темари время прочитать, добавил:

— Угрозы вашей безопасности больше нет, — соврал Баки, оставаясь внешне безразличным. — Вы можете посещать полигон для дальнейшей тренировки, но вас будет сопровождать охрана, — Чуть помедлив, более теплым голосом джонин добавил: — Прошу, не совершайте глупости до возвращения Казекаге-сама.

Баки чуть поклонился и обернулся, но уйти ему не позволила Темари, успевшая вцепиться пальцами в край рукава джонина и прошептать:

— Что происходит, Баки-сенсей? Где то-сан?

Спина шиноби была неестественно прямая. Это единственное, что выдавало его напряжение. Будучи внимательной к таким мелочам, она отметила это еще по дороге, когда немного успокоилась.

— Он вчера отправился за вашим братом и скоро вернется. Последние дни поискам мешала песчаная буря. Хорошо отдохните, завтра с утра я зайду за вами, чтобы провести тренировку.

Пальцы куноичи разжались, выпуская рукав. Дверь за джонином захлопнулась, оставляя Темари застывшей в одиночестве.

«Гаара пропал?.. Но как, почему? Да что, биджу вас подери, происходит?!»

Темари смяла краткую записку отца, где он объяснял ее временное заключением готовищемся покушением. Не верить отцу у нее не было причин, это не первая попытка влиять на отца через них, его детей. Но почему под усиленную стражу посадили только ее? Канкуро смог передать ей через охрану, что с ним все хорошо и чтобы она не переживала. И, как она поняла, к нему только представали охрану и все.

Теперь еще и выясняется, что Гаара пропал. Или же…

Темари отступила, ладонью заглушая собственный вскрик. Получается, она последняя, кто разговаривала с Гаарой. И его слова… Неужели, он покинул деревню?!

Спина куноичи соприкоснулась со стеной. Темари осела на пол, с трудом сдерживая слезы. В голове звучал всего один вопрос, повторяясь вновь и вновь:

«Зачем?»

Она понимала, что то-сан мог в этот раз не простить Гааре его очередную выходку. Или более того, объявить нукенином и ликвидировать. Темари не была наивной и знала, что ранее отец предпринимал попытки убить одержимого сына. В детстве Темари прислушивалась к старшим и их мнению, поэтому держалась от младшего брата подальше. Но чем старше становилась, тем меньше куноичи стала доверять мнению остальных. Она помнила, как мама ждала его рождения, все ее любовь к еще не рожденному сыну и к ним. Темари, несмотря на то, что при родах ока-сан покинула их, возненавидеть Гаару так и не смогла. Ради памяти матери, она заботилась о нем, как могла, испытывая при этом страх быть убитой монстром.

Сейчас она жалела о своей глупости и о потерянном времени.

Но что в такой ситуации она могла сделать? Что?! Несмотря на свой статус, уровень силы у нее был равен чунину, возможно, слабому токебутсу-джонину. Она не питала иллюзий и трезво оценивала свои силы и возможности.

Кулак соприкоснулся с полом, который не выдержал такого грубого к себе обращения и потрескался. Хотелось рвать и метать, но вымещать собственное бессилие в доме она не стала — хватило самообладания сдержать глупый порыв. На сердце куноичи появился еще одна невидимая рана, вновь оставленная отцом. И чем больше она сидела одна в кромешной тишине, тем больше понимала, что ее детская любовь к нему с каждый годом все больше испарялась, а пустое место занимала презрение и робкие ростки ненависти.

***

Тренировка закончилась поздно вечером, когда солнце скрылось за горизонтом. Хината неторопливо направлялась в сторону дома, совсем не имея желания возвращаться. В руках она сжимала опустевшую корзину. Несмотря на усталость, химе была довольна прошедшим днем. Она смогла не только удивить и помочь Наруто, но и переговорить с Данзо. После того, как она смогла выложиться на полную и получить скупую похвалу, Хината смогла найти в себе силы и намекнуть на свое согласие. На что получила приглашение на утреннюю тренировку.

Стоило пересечь ворота клана, как под ногами тихо зашуршала галька. В окнах домов горел свет, кое-где можно было увидеть силуэты собравшихся за одним столом людей. Хината чуть ускорилась, с силой сжимая пальцами ручку корзины. Хорошее настроение стремительно испарялось. Поворот, еще один и Хината резко замерла, увидев знакомую фигуру впереди. То-сан шел по направлению к дому неторопливо, в своей излюбленной манере.

Пересекаться с ним она сейчас не желала.

Приняв решение, Хината юркнула в темный переулок, через который можно было немного срезать путь. Улицы побочной ветви были не так широки, как у них, и освещены хуже. Но это не помешало Хинате быстро преодолеть путь. Осталось пройти совсем немного, только пройти мимо дома Хизаши-одзи-сама.

Фонарь над головой резко затрещал, вырывая невольный вскрик. Правая нога попала в небольшую ямку, скрытую в темноте. Хината всплеснула руками, пытаясь удержать равновесие, отчего корзина выскользнула из рук и угодила в густые кусты. Лодыжку резко обожгло.

Новый треск, лампочка еще пару раз моргнула и окончательно погасла. Тихо ойкнув, Хината прихрамывая направилась в злосчастные кусты — собирать выпавшее содержимое в полной темноте. Это заняло немного времени, осталось только найти палочки. Ощупывая руками землю, Хината смогла в темноте увидеть очертания потеряшек — они угодили в самую гущу придорожных декоративных кустов. Поджав губы, Ханата припала к земле и пополза.

Раздался тихий шорох шагов, заставив ее испуганно замереть.

После тренировки чакры осталось не так много, а боязнь быть застигнутой в такой комичной позе заставило Хинату моментально приглушить остатки, скрывая свое присутствие. И через секунду, она услышала приближение еще одного человека, двигающегося более быстро.

— Возвращаешься с тренировки, Неджи-кун? Так поздно. Не удивительно, что ты так силен.

Хината задержала еще и дыхание, сердце испуганно замерло. Она узнала этот голос.

Шаги замерли, немного в стороне от нее, там, где еще был исправлен фонарь.

— Хокума-сама. Прошу меня извинить, мне нужно отдохнуть.

— Конечно — конечно, — вновь раздался старческий голос. — Очень жаль, что вы принадлежите побочной ветви, а наследница не обладает вашей целеустремленностью. Ей стоит брать с тебя пример.

— Моя судьба — служить главной ветви, — чуть с заминкой прозвучало холодно в ответ.

— Похвально, похвально… Я с нетерпением жду вашего боя. Как и остальные. Клан Хьюга всегда славился своими шиноби. От результатов экзамена будет зависеть ваша дальнейшая судьба… Я считаю, ты достоин большего, Неджи-кун.

Хината боялась вздохнуть и пошевелиться. Легкие стали больно покалывать.

— Прошу прощения, Хокума-сама. Уже поздно.

— Конечно, ступай.

Только когда шаги стихли, Хината смогла вдохнуть воздух. И тут же была вынуждена закрыть руками рот, пытаясь заглушить кашель. Из глаз полились слезы.

Успокоившись, Хината положила палочки обратно в корзину и прихрамывая направилась в сторону дома. Ей очень повезло, что ее не обнаружили. Ничего нового она не услышала.

Но почему этот разговор оставил не только мерзкое послевкусие, но и ощущение скрытой недосказанности?

Глава 17

Воскресенье. С неба лил непрекращающийся дождь. Как и всегда в этот день недели. Небеса плакали, отдавая дань уважения шиноби, пожертвовавшему собственной жизнью ради этой страны.

— Нагато?

Одинокая фигура на краю небоскреба не пошевелилась, продолжая наблюдать за стихией. Рыжие мокрые волосы облепили худое лицо, особо подчеркивая неестественный цвет кожи.

Девушка с синими волосами замерла у входа после своего вопроса, ожидая ответа от друга. В воскресенье смотреть именно на эту замершую фигуру было особенно больно. И все же, она не посмела проигнорировать просьбу Нагато прийти.

— Сегодня у нас особый гость, Конан. Давно он не приходил, — раздался хрипловатый голос.

Куноичи прикрыла глаза, отгоняя прочь воспоминания и все чувства. Шаг, еще один и уверенность с внешним безразличием ко всему вернулись к ней, сделав Конан вновь прекрасным Ангелом. Тенши, как ее называли жители Амегакуре.

Куноичи остановилась за спиной неподвижного Пути Небес — Тендо, что так и остался стоять за аркой под дождем после ее прихода. Что такого он интересного увидел, она не знала. Конан сразу поняла, кого Нагато имел в виду и мысленно проклинала незваного гостя: обычно его появление сулило новые проблемы.

Ждать пришлось недолго. Далекий звук размеренных шагов приближался, выдавая уверенного в своих силах шиноби. Конан невольно чуть сильнее сжала губы, подавляя в себе ненужные сейчас чувства к этому человеку. Он знал, что они будут ждать его именно в этом помещении, и это ее выводило из себя. Но ничего с этим поделать Конан не могла — она поклялась следовать за Нагато. Она верит в него и…

Конан кинула мимолетный взгляд в спину Тендо. На миг во взгляде куноичи отразилась печаль, что тут же пропала. В обычные дни Конан спокойно реагировала на «ожившее» тело Яхико, ставшим сосудом для Пути Небес. Но сегодня видеть его в таком состоянии было особенно больно.

Как и Нагато, Конан позволяла себе по воскресеньям погрузиться в воспоминания.

И поплакать, вместе с небесами.

И этот шиноби посмел заявиться именно сейчас! Своим присутствием оскверняя его память.

— Приве-е-ет!

Идиотское приветствие тут же оборвалось, стоило Конан посмотреть на «гостя». Тот опустил вскинутую в приветствие руку, под маской раздался еле уловимое хмыканье.

— Что привело тебя к нам? — наконец развернулся Тендо. Он прошел через арку и оказался под защитой крыши от льющегося с неба дождя. При этом Тендо не отрывал пронизывающего взгляда необычных глаз от незваного гостя.

— Хотел узнать, как идут поиски местонахождения джинчурики.

— Разве Зецу не передал тебе? — прозвучало холодно в ответ. — Зачем пришел?

— Как грубо, — весело хмыкнул «гость», но тут же отбросил в сторону напускную радость и ответил серьезно: — Придется отложить поимку биджу.

— Причина? — удивилась такому заявлению Конан.

— Треххвостый не пережил встречу с повстанцами и отправился на перерождение.

—А как же твои слова, что кучка шиноби не способны победить биджу? — не скрывая сарказма, уточнила Конан.

— Этот бой был… занимателен, — ответил «гость» серьезно. Он слегка склонил голову набок и посмотрел на куноичи через единственную прорезь в оранжевой маске: — Ягура не мог воспользоваться всей своей мощью и адекватно реагировать. Поэтому настоятельно не рекомендую вам недооценивать силу биджу и их джинчурики. Иначе вы потеряете часть организации при таком отношении во время их поимки… Вы же не собирались их отлавливать только усилиями отправленных на разведку пар, верно?

Конан ничего не могла ответить на этот простой вопрос. Пусть она и была ближайшим соратником и другом Нагато, но и ей он не рассказывал всё. Тишина затягивалась, прерываемая только шумом дождя.

Со стороны «гостя» раздался шорох: откинув капюшон и расстегнув накинутый плащ, он скинул мокрую ткань на один из деревянных стульев в комнате. Сам при этом уселся на соседний, предварительно отодвинув от стола.

— Вы наверняка слышали эту историю. Двенадцать лет назад Девятихвостый Лис напал на Коноху. Силами всей деревни удалось его сдерживать, но не победить, пока Четвертый не запечатал Кьюби в младенце.

— Девятихвостый самый сильный из демонов, — холодно отметил Тендо.

— Это так. Но вы же не считаете, что шиноби Конохи слабы, верно?.. Судя по составу Акацуки, двоих будет достаточно только при поимке самых слабых.

В комнате повисла гнетущая тишина. Первой ее решила прервать Конан:

— Я помню твои слова, что нужно всех ловить одновременно, чтобы деревни не успели среагировать. Но часть джинчурики покинули скрытые селения… Может, сто́ит заняться их поимкой, пока Треххвостый не возродился?

— Им позволили уйти, но продолжают следить за их судьбой. За некоторыми ведется постоянная охота. Как знал, что стоит вас предупредить не совершать такой ошибки, — покачал головой их «гость».

Тон шиноби раздражал Конан. Они не его подчиненные. Вре́менные союзники, не более. А говорит так, словно является истинным руководителем Акацуки.

— Учтем, — холодно заговорил Тендо. — Это все?

— Пока не приближайтесь к джинчурики Конохи и Кумо. Особенно к сосуду Кьюби. Мальчишке позволяют выполнять миссии вне деревни, выбрать удобный момент для захвата не такая уж и проблема, как с тем же джинчурики Восьмихвостого. Но захватывать именно этих двоих сейчас опасно… Постарайтесь ослабить Кумо, а я займусь Конохой. С остальными джинчурики проблем не должно быть, верно?

— Мы собираем информацию об их слабостях и окружении. Часть можно захватывать уже сейчас.

— Не спешите. Прошло много лет с последнего конфликта, Какурезато всё активнее пробуют друг друга на зуб, — Незваный гость встал, подхватил плащ и одним резким движением стряхнул остатки влаги. — Вспыхнувший конфликт между ними будет нам на руку. Главное — не упустить момент и постараться разжечь его… Я сообщу, если будут важные новости.

Конан прислушивалась к удаляющимся шагам, и только когда они совсем стихли, обернулась к другу:

— Ты ему веришь?

— Он полезен. Наши цели похожи, и пока нам по пути, он не посмеет ударить в спину, — Тендо резко развернулся и вернулся на прежнее место, совсем не обращая внимания на проливной дождь. — Будь настороже, Конан.

— Я поняла тебя.

Конан кинула напоследок взгляд на мужскую спину и поспешила покинуть комнату. Слова друга успокоили ее, вернув уверенность в выбранном пути.

***

Подготовка к третьему этапу шла полным ходом. Были разосланы приглашения, каждый день приходил ответ о согласии потенциальных заказчиков присутствовать на боях. Увидеть такое зрелище без угрозы для своей жизни желали многие, поэтому отказов было очень мало. Сразу после расширения пригласительного списка и отбытия Хьюга Хизаши к Даймё, было замечено интересное шевеление среди простых жителей Конохи — малую часть из них аккуратно «упаковали» ночью и доставили к Ибики и Яманака. На допрос забирали не всех. Приходилось внимательно отслеживать цепочку передачи информации, чтобы по ней выйти если не на заказчика, то на более знающего исполнителя. Простые жители мало кого интересовали, так как являлись простыми сборщиками информации. Они пешки, но именно из их донесений как раз и складывалась более полная картина у неприятеля. Казалось бы, что такого может интересного рассказать продавец фруктов и одежды, пекарь, посыльный или простой рабочий забегаловки.

На самом деле — многое. Каждый человек подвержен привычкам, имеет любимые места для посещения и свои слабости. Что покупает, кого навещает, что ест, у каких торговцев предпочитает отовариваться. Из таких мелочей складывается более полная картина о буднях цели. И возможностей подловить его становится больше. У Данзо в подчинении имелись не только шиноби, и они тоже собирали похожую информацию. Порой люди с радостью хватаются за возможность заработать лишнее рё. Жители и не понимают, что им платят не «тайная поклонница» вон того шиноби, которая хочет приготовить ему подарок, а шпион чужого Какурезато. Но не всех жителей обманывали. Некоторые осознанно за деньги продавали заинтересованным лицам информацию. А если им удавалось услышать хоть краем уха интересный разговор, то вообще великолепно, можно получить гонорар.

Вот именно таких доносчиков под покровом ночи аккуратно доставляли на допрос, а остальных не трогали, чтобы дождаться прибытия доставщиков. Очень часто ими оказывались честные трудяги, которым платили за посылки. И еще пользовались услугами детей, беспризорников или же учеников Академии, которым вечно не хватало средств и они искали подработку. Их передвижение аккуратно отслеживали, фиксировали того, кто забирал переданный пакет с информацией и дальше действовали по обстоятельствам: либо продолжали слежку, либо осуществляли захват цели.

Новая группа сборщиков привлекла внимание людей Данзо совершенно случайно. Торговец выпечки после посещения одного из работников резиденции Даймё записал пару строчек не только в обычную тетрадь, где фиксировались продажи, но и достал еще один блокнотик, еще и на время посмотрел. И это несмотря на то, что его ждали несколько покупателей. Корневик был по гражданке и как раз стоял в очереди за продуктами, поэтому такая странность привлекла его внимание. Благодаря его бдительности и вовремя переданной информации, стали следить не только за этим продавцом, но и за слугами резиденции Даймё, что находилась в Конохе. Постепенно бо́льшая часть группы сборщиков была выявлена, а следом пришла очередь связующих, которым передали информацию доставщики.

Сегодня ночью поймали одного из связующих, который после получения информации заперся у себя дома. Вот только он и не подозревал, что через технику передал совсем не ту посылку, что на самом деле написали сборщики. Не сказать, что там была полная дезинформация, но многое изменили. А настоящий пакет сейчас анализировали специалисты.

Связующего вырубили и отнесли в Отдел Допроса и Пыток. Из наблюдательного пункта Данзо внимательно следил за допросом, что проводил Морино. Пленный оказался крепким парнем и молчал, поэтому скоро придет очередь Яманака Иноичи.

— Необычно видеть вас здесь. Чем этот шпион отличается от остальных? — после краткого приветствия, поинтересовался Иноичи.

— Привычки нашего Даймё и его ближайшего окружения для многих не являются тайной, как и их прихоти. К чему такой интерес перед их прибытием в Коноху? — чуть сощурил глаз Данзо, разглядывая связанного шпиона. Помолчав несколько секунд, старый советник оглянулся к Яманака: — Возьми с собой Обезьяну. Можешь не опасаться его смерти, он не позволит шпиону ускользнуть за грань.

Если просьба-приказ Иноичи и не понравилась, то он не показал и виду. А после пояснения стал серьезнее и более внимательно посмотрел на свою цель.

— Вас интересует что-то конкретное?

— Все его связи за последние несколько лет минимум.

Вот теперь Иноичи свои эмоции не скрывал: такой допрос цель могла не пережить. Теперь понятно, почему советник настаивал на присутствии своего корневика. Судя по всему, тот ирьенин. Но, сможет ли он не позволить ему умереть?

— Мы можем использовать Усилитель.

— Нет необходимости. Обезьяна справится и удержит его столько времени, сколько потребуется. Не спеши.

Усилитель был специально разработан, чтобы облегчать ниндзюцу — Сайко Деншин. Пленный помещался в специальное устройство, оставляя на виду только голову. Помимо Яманака, ему в помощь выделялось еще трое шиноби. Устройство позволяло проникнуть намного глубже и быстрее в сознание, но вот время все равно было ограничено — мозг не справлялся с нагрузкой, и жертва умирала быстрее, чем при обычном допросе с применением Сайко Деншин. Чаще всего Усилитель использовали, если времени было ограниченно, и они знали, что конкретно нужно искать. Быстро, и при этом не оглядываясь на последствия для пленника.

Яманака заинтересованно окинул взглядом замершего рядом юношу. Он сразу отметил его молодость, пусть лицо и было скрыто за маской, оставляя на виду только пепельно-серые волосы, собранные в низкий хвост. Обычно Иноичи не любил, когда рядом с ним кто-то посторонний находился во время применения техники. Иноичи — высококлассный специалист, но сейчас на кону была безопасность самого Даймё, поэтому возразить или как высказать своё недовольство Данзо он не посмел. Кивнув, Яманака вышел из комнаты наблюдения и отправился в допросную. Тенью за ним последовал подчиненный советника, так и не сказав ни слова за все время.

Данзо не отрывал взгляда от связанного шпиона. Кто его послал? Суна, Ива или Кумо? Остался ли их план нападения в силе, или же они не стали отзывать ранее отданные приказы? Убийство Даймё в Конохе недопустимо. Рядом с ним будут только доверенные старые слуги и опытнейшие шиноби всё время его пребывания в Конохе. Этого противник не мог не понимать. Тогда для чего столько стараний?

Отвлечение внимания? Возможно. Но и сбрасывать со счетов возможное покушение нельзя.

Прошло больше получаса, как Иноичи активировал Сайко Деншин. Все это время пленник был в сознании, Обезьяна предусмотрительно лишил его возможности двигаться. И при этом, корневик все это время контролировал состояние пойманного шпиона. Не прерывая техники, Иноичи называл имя за именем, перечислял места, что тот посещал. Кропотливая работа, требующая колоссальной концентрации и сил.

Этот шпион в любом случае отработанный материал. После того как он не выйдет на связь в оговоренное время, за ним начнут подчищать «хвост», если такой имеется. Вот поэтому необходимо за эту ночь выяснить как можно больше и по возможности захватить сообщников, если такие имеются в Конохе. И не тех простых граждан, что собирали информацию. Данзо совершенно не переживал, полностью доверившись профессионализму Иноичи — тот знал, что нужно искать.

И при этом что-то не давало покоя старому советнику, не позволяя ему уйти и отдохнуть.

Готовящееся нападение на третьем этапе казался ему полным бредом, обреченным на провал. Очередной политической игрой, в которой противостояние идет на невидимом для большинства жителей и шиноби Конохи фронте. Данзо предполагал, что остальные скрытые деревни не упустят шанс им насолить во время экзамена. Именно поэтому он искал любой намек на него, чем сильно раздражал Пятого. И когда Орочимару передал подтверждение его догадкам, Данзо оказался удивлен масштабу задумки и ее наглости.

Страны не готовы к новой мировой войне.

Поэтому постоянные диверсии были обычным делом. Нападение же на Даймё означала неминуемый жесткий ответ, который перейдет в фазу открытого военного противостояния. Смерть Даймё повлечет за собой неминуемый кризис власти в стране Огня: наследник еще слишком мал. Значит, будет назначен регент при молодом правителе, или же власть перейдет к совету, пока молодой Даймё не будет способен справляться со своими обязанностями.

В военное время такое управление сулило большие проблемы для Конохи. И пусть в силе они не уступали, а то и превосходили остальные деревни, остается вопрос с пропитанием и оснащением войска. Запасы есть, но их мало.

Из комнаты допросов донеслись хрипы, что через несколько секунд пропали. Именно они вырвали старого советника из размышлений. Иноичи не прервал технику, зеленое свечение вокруг рук Обезьяны усилился. Когда ирьенин смог стабилизировать состояние шпиона, Яманака вновь заговорил:

— Провинция Каи. Встреча в саке-баре. Воспоминания обрывочные, особенно это касается внешности собеседника…

Потянулись томительные минуты ожидания. Даже с такого расстояния Данзо видел, как трудно было восстановить именно эту встречу. Кто-то очень постарался, чтобы шпион забыл о ней. Еще пару раз Обезьяне приходилось вмешиваться, чтобы пленник не ушел за грань, прежде чем Иноичи наконец-то назвал имя того, с кем шпион встретился:

— Фуридо.

Глава 18

— Еще раз.

Шикамару на земле застонал, пока остальные из его команды встали на изготовку. У каждого из них были свои причины не делать Нара поблажек. Ино через напарника намеревалась отомстить обидчице во что бы то ни стало: а вдруг ему выпадет сражаться именно с ней? А Чоджи удалось уговорить еще проще: обещанная награда в виде барбекю маячила у Акимичи перед глазами.

Шикамару оставался единственным, кто страдал.

Асума хмыкнул, кончиком языка поправляя незажженную сигарету во рту. Недолгие поиски в карманах брюк и в его руках оказалась зажигалка. На фоне раздались крики возмущенной Ино, которую Шикамару умудрился, не вставая с земли, поймать в свою тень.

Щелчок, еще один и на кончике зажигалки появился огонек. Асума прикрыл его рукой и поднес зажигалку к сигарете, но поджечь так и не успел, замерев: на плечо села маленькая неприметная посыльная птичка.

— Сенсей?

Асума перевел задумчивый взгляд с птицы на учеников. С сожалением убрал сигарету обратно в пачку и подтвердил догадки замершей в ожидании ответа команды:

— Не думаю, что вызвали надолго. Я скоро вернусь и, — Асума чуть наклонил голову, окинул взглядом всю тройку и остановился на Шикамару: — рассчитываю найти вас здесь. Продолжайте.

В спину ему раздался разочарованный стон Нара, тихие слова поддержки со стороны Чоджи и радостные заверения Ино, что они сенсея не подведут.

В резиденцию Асума решил добраться верхними путями и с удивлением увидел, что не только его одного вызвали. Сначала он заметил Куренай с Какаши и уже решил, что собирают наставников, прошедших на следующий этап экзамена генинов. Но вскоре с ним поравнялся Ширануи Генма, а за ним вдалеке показались еще несколько джонинов. Они все направлялись в ту же сторону, что и он.

— Ё, — коротко приветствовал взмахом руки Какаши, пристроившись рядом. — Известна причина вызова?

— Нет, — покачал головой Асума в ответ, сам пребывая в растерянности.

У входа в Резиденцию один из помощников секретаря Хокаге сразу перенаправлял прибывших в зал совета джонинов. Часть мест уже оказалась занята. Постепенно помещение заполнялось шиноби, теми, кто сейчас находился в Конохе. Образовался легкий гул от множества голосов. Всем пришлось ждать некоторое время после того, как последние джонины заняли свои места, когда наконец-то появился Хокаге, а вместе с ним Морино Ибики. Удивительно, но никто из советников не пришел.

— Не буду долго вас задерживать, сейчас слишком много дел у каждого из вас. Потому буду краток, — стремительной походкой, направляясь к своему месту, заговорил Пятый, опустив приветствие, — Сейчас вам раздадут фотокарточку. Этот шиноби представился как Фуридо. В случае обнаружение его необходимо захватить, в крайнем — ликвидировать.

По залу прошлась волна перешептываний по мере того, как Ибики лично раздавал фотокарточку. Асума уже и не помнил, когда их в последнее время собирали по похожему случаю. Анбу, а тем более Корень, предпочитали работать скрытно, только в крайних случаях раскрывая личности разыскиваемых объектов. Для опасных преступников существовала книга Бинго. Похоже, в этот раз срочность вынудила Хокаге обратиться напрямую к ним.

— Знаю, что нет необходимости напоминать вам о бдительности в связи с предстоящим третьим этапом экзамена, но настоятельно рекомендую приглядываться к приезжим. Покажите фотокарточку своим подчиненным — любая информация будет полезна.

Асума кивнул, услышав упоминание экзамена. Вот и ответ, почему решили подключить остальных шиноби Конохи: времени на поиски этого Фуридо почти не осталось. Оставалось непонятно, как он связан с экзаменом, но об этом им вряд ли сообщат. Асума протянул руку, взял протянутую фотокарточку и бегло мазнул по ней взглядом.

И чуть ее не выронил.

Пальцы сжались, сминая бумагу и с головой выдавая его растерянность. Чем больше он вглядывался, тем больше видел различий. Но на первый мимолетный взгляд Асума был уверен — это он.

Но это невозможно!

— Асума? — словно сквозь вату донесся отдаленный голос Куренай, возвращая его в реальность. — Ты в порядке?

— Да, кхм, да-да, не обращай внимания, — через силу улыбнулся он в ответ. Куренай всегда отличалась наблюдательностью, поэтому он не сомневался, что она ему не поверила. Но Юхи промолчала. За это Асума был ей благодарен, как и за то, что не стала настаивать на правдивом ответе. Немного помолчав, он наклонился и с сожалением прошептал: — Сегодня нашу встречу придется отложить.

Куренай внимательно всматривалась в его лицо и с заминкой кивнула:

— Хорошо. Тогда, в следующий раз, как обычно?

Сарутоби на вопрос Куренай с облегчением кивнул. В очередной раз он подметил, что она понимает его без лишних пояснений. И этим она нравилось ему все больше.

Дальнейшие распоряжения Пятого Асума банально прослушал, уловив только общий посыл. Один за другим джонины покидали зал совета, часть подошли к Хокаге, уточняя некоторые моменты. Возникшей паузы Асуме хватило, чтобы окончательно решить, как поступить. Но подойти к Хокаге он не успел: его опередил Ибики. Уж кто-кто, а он точно заметил его реакцию.

— Тебе есть что сообщить? — получив кивок в ответ, Морино кивнул в сторону двери, — не сто́ит обсуждать это здесь. Хокаге приказал проводить тебя к нему.

Оставшийся путь до кабинета Пятого они проделали в тишине. Асуме приходилось несколько раз сталкиваться по работе с Морино, и впечатление он о себе оставил знатное. Сарутоби не завидовал тем, кто попадал к нему руки. А о безграничной стойкости пусть расскажут наивные дураки.

Ждать возле кабинета пришлось не слишком долго. Скоро раздались шаги и размеренное постукивание об пол. Из-за поворота появился Пятый, рядом с ним шел Шимура Данзо.

— Нас не беспокоить, — приказал Фугака-сама на ходу секретарю и толкнул дверь.

Несмотря на свою должность, Асума не так уж и часто бывал в кабинете Хокаге. Раньше из-за натянутых отношений с отцом, когда тот занимал эту должность, сейчас же из-за занятости командой генинов. Асума придерживался принципа, что чем дальше от начальства — тем меньше проблем. И что-то ему подсказывало, сейчас они как раз и начинаются.

— Морино сказал, что ты узнал этого Фуридо? — присев на свое место, сразу спросил Пятый.

— Не совсем так, Хокаге-сама, — остановился напротив хозяина кабинета Асума.

Ибики встал рядом с ним, а вот Данзо подошел к окну и принялся что-то разглядывать на улице. Было непонятно, пришел ли он из-за него или же у него появились собственные дела к Пятому. Не желая находиться долго с этим человеком в одном месте, Асума пояснил на недоуменно вскинутую бровь Хокаге:

— При первом взгляде я принял его за другого человека. Но это невозможно, он давно мертв, — Асума достал фотографию и несколько секунд всматривался, — хоть и есть похожие черты, они совсем разные.

— Ты точно уверен, что он мертв? — уточнил Пятый, задумчиво пристукнув пальцами по столу.

Взгляд Асумы изменился, став отстраненным. Перед глазами вновь предстал ночной каньон. И Казума напротив, кинувшийся ему навстречу с сумасшедшим оскалом на лице. Их короткая стычка, тяжелая рана у противника от его техники. И грохот начавшегося обвала: скалу повредили их стихийные техники. Крик Чирику. Через мгновение на плече сомкнулись в стальной хватке пальцы друга. Рывок, предсмертный крик Казумы и грохот падающих камней.

— Он не мог выжить. К тому же у Казумы совсем другая мимика.

— Не мог или не выжил? — раздался тихий голос Данзо от окна. — Ты видел его мертвое тело?

Асума вскинулся, но так ничего и не смог ответить. Складка между бровей на его лице стала глубже.

— Казума? — задумчиво уточнил Пятый, заставив Асуму перестать прожигать взглядом Данзо. — Где-то я уже слышал это имя.

— Он состоял в Шугонин Джуниши. И все же считаю, что я обознался и могу это доказать, — эмоционально возразил Асума. — Только мне понадобиться время и шиноби с дотоном, и сразу после экзамена можно наведаться на место его гибели.

— У нас нет столько времени.

— Данзо, — предостерегающе протянул Пятый.

— Фугаку-сама, — вновь заговорил Асума, — почему вы ищете этого человека?

— Как и семь лет назад, — вместо Хокаге ответил Данзо, полностью повернувшись в сторону Сарутоби и сделав шаг навстречу, — кто-то решил убить Даймё.

— Покушение на Даймё, — не скрывая удивления, прошептал Асума. Но тут же покачал головой и твердо добавил: — Это точно не Казума. Его целью никогда не был Даймё.

— Возможно. Но неужели ты считаешь, что отказав, на этот раз Даймё пойдет ему навстречу? Не легче ли сменить упрямого старика?

— Это не…

— Хватит, — хлопнув ладонью по столу, пятый моментально оборвал набирающий обороты спор между Данзо и Асумой. — Ваш спор не имеет смысла. Есть только один вариант проверить — убедиться в смерти Казумы, добравшись до останков. Поэтому, Асума-сан, даю сутки на сборы. Тебя на рассвете у ворот будет ждать напарник.

— Хокаге-сама, но как же мой ученик, — растерянно протянул Сарутоби в ответ, но его тут же снова прервали:

— Замену на время твоего отсутствия подберем, — Фугаку было протянул руку к свитку, где он отмечал себе, кто сейчас свободен из шиноби, но так и не притронувшись к нему, вспомнил: — Сейчас в Госпитале томится Гекко Хаяте. Вот он этим и займется. В твоих же интересах закончить миссию быстрее.

— Хай, — безэмоционально ответил на это джонин и, быстро поклонившись, покинул кабинет.

— Ибики, найдите все, что у нас есть на этого Казуму, — задумчиво обронил Пятый.

Когда за Морино захлопнулась дверь, Фугаку откинулся на спинку стула и повернулся в сторону Данзо, что вновь вернулся к окну и что-то там рассматривал.

— Что думаешь?

— Это не может быть простым совпадением… Сначала слуга Сугияма ошивался здесь больше месяца, следом Орочимару доложил о готовящемся нападении, теперь этот Казума… Ты уже определился, кого пошлешь вместе с Сарутоби?

— Пока нет.

— У меня есть свободный шиноби с дотоном. Могу выделить.

— И сколько у тебя еще есть свободных? — ехидно уточнил Фугаку, сощурив глаза, — может, еще парочку выделишь и мне? У меня как раз острая нехватка людей.

Данзо слегка повернул голову, встретившись взглядом с Учиха. Тот явно не шутил и говорил серьезно. Быстро мысленно перебрав, кто сейчас более или менее свободен, Данзо кивнул:

— Есть такие. Я пришлю их вечером.

— Утром. Сейчас они мне ни к чему.

— Договорились.

***

Прошло несколько дней, как ее отпустили из временного заточения. Темари появлялась дома только ночью, предпочитая все время проводить на полигоне. Канкуро приносил ей еду и воды, не забывая при этом ворчать на ее безрассудство.

А она просто не могла находиться в пустом доме.

Да, оставался еще Канкуро, но ни Гаары, ни отца она все эти дни не видела. И в который раз проклинала биджув экзамен и будущую жеребьевку. Не могли сразу определить соперника, так было бы намного проще, чем сейчас гадать и придумывать стратегии для каждого возможного противника.

— Ха!

Взмах тессеном, раскрытым всего на одну звезду, и манекен посекло режущим потоком воздуха. Тяжело дыша, Темари поднесла руку ко лбу, собираясь смахнуть пот. И замерла, так и не закончив движение, уловив присутствие чужой чакры рядом. Обернувшись, она заметила стремительно приближающегося посыльного из Резиденции.

— Вас вызывает Казекаге-сама.

Слова шиноби заставили ее сердце на миг замереть. Кивком отпустив посыльного, Темари сложила верный веер и убрала в крепление за спиной. Несколько минут пришлось потратить на то, чтобы привести себя в порядок. Руки действовали механически, пока в голове одна за другой сменяли друг друга панические мысли.

Когда он вернулся?

Где Гаара? С ним все хорошо?

Почему то-сан вызывал ее так официально?

— Проклятье.

Полигон покинула внешне спокойная и опрятная куноичи, что совсем не соответствовало ее психическому состоянию. Но маску на лице Темари научилась носить с детства, которого у нее практически и не было из-за статуса ее отца. Все эти годы она должна была вести себя примерно, чтобы не опозорить его. Круг общения также был ограничен. Ей не позволяли общаться с теми, кто ей на самом деле нравился.

И пусть она избежала участи стать джинчурики, но от судьбы одиночества ее это не избавило.

Сложные отношения с отцом и младшим братом, строптивый Канкуро — Темари вертелась между ними, пытаясь наладить отношения. Порой руки опускались, и Темари готова была признать поражение, в очередной раз пропитывая слезами подушку, но упрямство брало вверх, заставляя ее стараться вновь и вновь.

Кто, если не она?

Очередной порыв поднял песок, заставив Темари прикрыть глаза рукой. Она и не заметила, как достигла своей цели — Резиденции Казекаге. Еще немного и она увидится с отцом.

— Темари-сан, Казекаге-сама ждет вас в приемном зале, — по пути ее перехватил секретарь.

— Почему не, — хотела возразить Темари, но тут же быстро прикусила нижнюю губу, заставляя себя замолчать. — Поняла. Спасибо за беспокойство.

Раскланявшись с секретарем, куноичи отвернулась от лестницы и пошла дальше по коридору.

«Он только вернулся, накопилось много дел. Поэтому не удивительно, что вызвал так официально, так еще и не в кабинет. Хорошо, что вообще время нашел», — думала она по дороге.

Ее уже ждали и сразу открыли дверь, пропуская в просторное помещение. На полу лежали несколько дзабутонов, пара была занята охраной у прозрачной перегородки. Именно за ней сидел Казекаге в полном одеянии Каге, рядом с ним находилась пара советников. Помимо них, напротив Каге сидел Баки-сенсей, рядом с ним лежал свободный дзабутон. Поклонившись, Темари поприветствовала официально отца и после его отмашки, подошла и устроилась рядом с сенсеем.

— Как мне доложили, все эти дни ты усердно тренируешься и готовишься к экзамену. Это похвально.

Темари склонила голову, принимая скупую похвалу. Глаза чуть опустила, опасаясь, что они выдадут ее состояние.

«Доложили ему… Мог и сам проверить!»

— Нами было принято решение, что вы вместе с Баки-сенсеем отправляетесь обратно в Коноху с рассветом.

«Так быстро?! Но почему? Еще есть время»

— Хай, Казекаге-сама, — не посмела Темари возразить. Справившись с эмоциями, она посмотрела прямо на отца. Тот сидел чуть сгорбившись, что совсем было на него не похоже. Устал и перестал следить за осанкой? Странно. Еще и руки спрятал в широких рукавах, хотя обычно не любил этого делать.

— Ты единственная, кто прошла на последний этап. Экзамен на Чунина важен для нашей деревни, мы рассчитываем скоро услышать о твоей победе, — вновь раздался спокойный голос отца, как всегда со строгими нотками, от которых хотелось выпрямиться еще сильнее.

— Я не подведу, Казекаге-сама… Разрешите задать вопрос? — решилась Темари. Рядом шевельнулся Баки, но куноичи на него не смотрела, внимательно разглядывая за преградой отца. После его кивка быстро выпалила: — Где Гаара?

Кажется, все присутствующие в помещении перестали дышать. Было слышно, как усилились ветер за окном и шелест песка по стенам.

— Его ищут… Что-то еще? — с ледяными нотками уточнил Казекаге.

Темари еще сильнее выпрямилась, хотя, казалось куда больше. Что-то было не так. Противоречивые чувства не отпускали ее с момента вызова, с каждой минутой набирая обороты. Решив, что уже и так вывела его из себя, Темари решила проверить свои сомнения.

— Да. Разрешите мне навестить могилу матери перед отбытием, — склонила она голову, но продолжая наблюдать за отцом.

— Конечно. Иди, у тебя осталось мало времени.

«Он разрешил… Разрешил!»

Сердце покрылось льдом, но на лице Темари расцвела радостная улыбка. Еще раз низко поклонившись, Темари встала и покинула зал приема. Улыбка чуть померкла, но так и осталась всю дорогу по пути к дому будто приклеенная к ее лицу.

Сколько ей пришлось приложить усилий, чтобы не перейти на бег, только один Ками-сама знает.

Погода соответствовала ее настрою. Враждебный ветер трепал одежду и волосы, пока Темари шла обычным маршрутом домой. Она кивала редким знакомым, прикрывала глаза при яростных порывах ветра. И окидывала окрестности быстрым взглядом, подмечая местонахождение шиноби на дороге или же на крышах, что решились перемещаться верхними путями в такую погоду.

Собственная родная деревня вмиг стала враждебной, как и погода.

Только захлопнув дверь за собой и прислонившись к ней спиной, Темари позволила маске с приклеенной улыбкой исчезнуть с лица. На глазах навернулись слезы.

— Темари? — Послышался из комнаты голос Канкуро. Не прошло и минуты, как тот, не получив ответа, вышел, протирая в руках какую-то металлическую деталь. — Ты чего так ра… что случилось?

— Ты виделся с отцом? — подавив набежавшие слезы, проигнорировала вопросы брата Темари.

— Нет, но я слышал, что он вернулся и сейчас погряз в делах. Да и наш последний разговор не располагает к душевным беседам, — едко подметил Канкуро и стушевался. Шагнув навстречу, он растерянно замер и попытался еще раз добиться от нее ответа: — Что случилось? Вы с ним тоже поругались?

— Он разрешил навестить могилу матери, — отстраненно ответила Темари. предательская слеза скатилась по щеке.

— Что?! Но как же, — совсем растерялся Канкуро и недоверчиво уточнил: — И ты еще жива?

Их отец после смерти Каруры запретил им упоминать даже ее имя при нем. А могилу они навещали всегда одни. Фотографии матери в доме были под запретом.

Словно ее никогда и не существовало.

— Это не он, — прошептала Темари, — этот человек не может быть им.

— Подожди, я уверен, этому есть объяснение…

— Ты не был там! Этот человек в одеянии Казекаге не наш отец! — эмоционально воскликнула Темари, и тут же прикусила губу, пытаясь прийти в себя. Чуть успокоившись, она погрузилась в воспоминания: — Я не сенсор, но, пусть голос и внешне они похожи. Пусть. Но то-сан не любит прятать в рукавах плаща руки, пусть самые кончики пальцев, но они всегда проглядывали. Весь наш разговор меня не отпускало чувство, что что-то не так, понимаешь?!

— Хорошо, предположим, что так и есть. Но тогда кто с тобой разговаривал и где то-сан? Возможно, ты просто перетренировалась, устала и тебе показалась, а? Посуди сама, ну кто позволит занять место Каге?

— Это не он, — твердо повторила Темари, одним взмахом отстраняя от себя руки брата, что тот протянул в попытке ее успокоить.

Брат и сестра упрямо уставились друг на друга. Каждый пытался молча донести до другого, что тот неправ. Точку в их молчаливом споре положил тихий стук в дверь.

Темари моментально развернулась к двери лицом и выхватила из крепления тессен. Канкуро, пусть и с заминкой, пошевелил пальцами: в соседней комнате послышался деревянный перестук.

— Что ты делаешь? — прошептал Канкуро, но марионетку к себе поближе подтянул.

Вновь раздался стук, теперь более настойчивый и громче.

— Я открываю… Будь готов ко всему, — в тон ему ответила Темари.

Заведя тессен за спину, она приблизилась к двери. Секундная заминка и куноичи провернула ключ, следом нажала на ручку, позволяя двери распахнуться. Напротив нее стоял Баки-сенсей. Он окинул ее внимательным, но спокойным взглядом, а потом перевел его на Канкуро. Руки у сенсея были на виду, поза говорила о расслабленности.

— Сенсей? — первой решила заговорить Темари, вернув на лицо лживую улыбку и доброжелательность.

— А я им говорил, что тебя не удастся обмануть… Впустите?

Глава 19

— Что привело вас в Храм Огня?

Давно наступила ночь, когда Асума вместе с напарником прибыл в Храм. Благо тот следовал за ним и лишних вопросов не задавал. Безмолвный и исполнительный, как и все Анбу Не. Просторное помещение храма внутри освещалось несколькими напольными фонарями. Множество изображений и статуй Тенгу и Карасу, казалось, пронизывали взглядом насквозь вторженцев, проникая в душу.

— Не ожидал я, что спустя столько лет причиной нашей встречи станет призрак прошлого, — печально заключил Асума и мельком взглянул на напарника. Тот сидел чуть позади и сбоку от него на дзабутоне. Остальные нинсо покинули их, оставив в помещении втроем.

— Призрак? — неподдельно удивился Чирику. Он проследил за взглядом Асумы и вновь посмотрел на старого товарища.

— Мне нужна твоя помощь. Как одного из Шугонин Джуниши.

Асуме не хотел втягивать в это друга, но ему действительно была нужна его помощь. Момент смерти Казумы он помнил урывками, порой во сне переживая этот бой вновь и вновь. Детали смазались. Точное место их последней схватки он помнил смутно, а времени искать в Каньоне в окрестностях дворца Даймё у него не было.

Асума достал пачку сигарет, но под осуждающим взглядом Чирику стушевался и убрал обратно. Рассказ не занял много времени.

— Мы оба видели его смерть, — сильнее нахмурившись, прошептал нинсо.

— Взгляни.

В свете фонаря Чирику рассматривал изображение. Молчание затягивалось, отчего Асума понял, что друг тоже сомневается.

— Понимаю твои опасения, действительно есть похожие черты. Но, — Чирику протянул фото обратно, — я не могу покинуть Храм в ближайшее время.

— Я…

Асума недоговорил, моментально вскочив, как и корневик с другом. Тяжелое Ки заполнило храм, сжимая все внутренности и затрудняя дыхание. Чирику тут же сорвался в сторону главного входа, а вот Асума замешкался, пытаясь понять, где он испытывал похожее давление и почему оно так знакомо.

— Тайчо?

Вопрос корневика вывел его из ступора, заставив двигаться. Под яростный рев они выбежали на улицу и увидели источник Ки.

У подножия лестницы на четвереньки припал подросток, полностью покрытый алой чакрой. Она, словно живая, двигалась сама по себе, защищая хозяина от атак, которые он видеть точно не мог. Так несколько нинсо попытались атаковать подростка со спины, за что моментально поплатились: алая чакра вытянулась, жгутами отбрасывая смельчаков. Крики боли огласили окрестности, заглушая остальные. Среди них Асума четко расслышал приказ Чирику:

— Не нападайте! Все в круг, его нужно подавить!

Кто остался еще на ногах, попытались приблизиться, но одержимый подросток зарычал и кинулся в сторону железных запертых ворот. Удар, еще один и, казалось бы, неприступные ворота прогнулись. Асума отчетливо понимал, что ворота его надолго не задержат, и если не отвлечь, одержимый вырвется наружу.

— Я помогу, — неожиданно раздался спокойный голос напарника. Второй раз за все их путешествие он услышал его голос.

— Стой! Ты не понимаешь, с чем имеешь дело! — попытался его остановить Асума, но тот уже бежал к беснующемуся подростку.

Ругнувшись, Асума кинулся следом. Он отчетливо понимал, что максимум может попробовать задержать одержимого, но скорее будет просто мешать. В действиях же нинсо прослеживалась подготовка, они перестали паниковать и слаженно действовали.

Вот только жгуты чакры, так сильно похожие на хвосты зверя, не давали им приблизиться.

— Мокутон: Мокусатсу…

Полное название произнесенной техники Асума позорно прослушал, так сильно поразило его увиденное: из руки корневика выросло древесина, по мере роста распадаясь на множество ответвлений. Они быстро достигли рычащего подростка и сковали не только его тело, но и жгуты-хвосты.

Яростный рев сотряс окрестности.

— Все в круг! — привел всех в чувство голос Чирику.

Нинсо тут же приблизились и синхронно сложили печати. Одержимый подросток попытался вырваться, но ветки только сильнее сжались, вырывая из его глотки еще один рев. Вокруг каждого из нинсо на земле засветились светло-зеленым кандзи, что тут же поползли в сторону одержимого. Яркая вспышка осветила окрестности, буйство чакры заставила Асуму вскинуть руки и прикрыть глаза. Ветер трепал одежду и волосы, но злобное Ки пропало.

Когда Асума проморгался, на земле остался лежать без сознания подросток. Вокруг него часть монахов упала без сил на землю, часть, пошатываясь, пытались помочь остальным. Чудом никто не погиб, но раненых было полно. Кто знает, чем бы всё закончилось, если бы не помощь корневика.

Асума развернулся к напарнику. Тот как раз с явным облегчением отменил технику. Плечи у него чуть подрагивали, выдавая напряжение, но секундная слабость не продлилась долго. Сарутоби слышал, что в Конохе есть шиноби с мокутоном, но считал эти слухи выдумкой.

Необычного ему выдали напарника.

— Спасибо за помощь, — подошел к ним и низко поклонился Чирику. — Должен признать, я предполагал, что что-то подобное случится, поэтому ответил отказом. Я не могу надолго покидать Храм.

— Причина в нем? — кивнул Асума на подростка, которого как раз несли мимо него в сторону жилых помещений. Голова парня качнулась, позволяя рассмотреть его лицо. Асума не смог сдержать удивления: — Сора?

— Узнал, — устало выдохнул Чирику.

— Но как же так… эта сила…

— Принадлежит Девятихвостому Лису, а значит — Конохе, — жестко прервал Асуму корневик. — После выполнения миссию он должен отправиться с нами.

Асума сжал до хруста кулаки, но был вынужден мысленно согласиться. Корневик прав, вот только этот мальчик — Сора, сын убитого им Казумы. Асума помнил его в вовзрасте четырех лет. Сарутоби посмотрел на такого же хмурого друга: тот прикрыл глаза и кивнул:

— Я лично приведу его в Коноху. Вы правы, ему не место при Храме. С каждым годом становится все тяжелее сдерживать запечатанное в нем зло. Такие срывы становятся все чаще. И пусть он ничего не помнит после пробуждения, травмы остальных нинсо и разрушения он видит… Я помогу вам, но нам придется взять с собой Сору.

— Ты уверен?

— Несмотря на свою молодость, он талантливый послушник. Сора не будет обузой. Вот увидите, уже утром он сможет выдержать дорогу.

Асума кивнул, окидывая место боя. Как он не пытался избежать прошлого, оно настигло его, с каждым днем подкидывая все больше загадок и тревожа старые раны.

Несмотря на заверения остальных нинсо, что они справятся, не только Асума вызвался помочь с разрушениями, но и корневик. Сарутоби наблюдал за напарником, мысленно удивляясь его желанию помочь. Не первый раз ему приходилось работать в паре с членами Анбу Не, поэтому не понаслышке был знаком с ними. На первый взгляд он был обычным корневиком, ничем не отличающимся от остальных.

Но, как оказалось, он ошибся. Поэтому Асума решил присмотреться к нему повнимательнее.

Благодаря их помощи, частично восстановить двор Храма Огня они смогли достаточно быстро, и им удалось немного поспать. Утром после быстрого перекуса они собрались у немного покореженных ворот. Гул от возобновившихся работ стоял знатный.

Небольшая процессия собралась неподалеку. Асума отметил собранность напарника, готового хоть сейчас в путь. Монахи передали им собой небольшой сверток с едой, не забыв еще раз поблагодарить. Неожиданно доброжелательный гул стих, и толпа расступилась, пропуская Чирику и следовавшего за ним зевающего во весь рот подростка. И если наставнику Храма все уважительно кланялись, то вот при взгляде на Сору лица нинсо менялись.

В их глазах отчетливо читалась ненависть. И страх.

Сора почувствовал изменение и взгляды. Моментально проснувшись, он нахмурился и непонимающее заозирался. По мере того как окидывал взглядом не только нинсо, но и окрестности Храма, его удивление и растерянность все росли.

«Он действительно ничего не помнит. Хоть мне и не нравится сама идея вести его к Хокаге, но так будет лучше для Храма. И, возможно, для него самого».

— Мы готовы. Ты Сора, верно? — первым заговорил Асума и шагнул навстречу, приветливо улыбаясь.

— Это еще за ос-сан? — еле слышно прошептал Сора, окидывая Сарутоби хмурым взглядом.

Но все услышали. Под тяжелый вздох Чирику один из монахов не сдерживаясь зарядил по макушке подростка. Под возмущенный крик Соры нинсо принялся его отчитывать:

— Больше почтительности! Сарутоби Асума известный шиноби Конохи и один из Шугонин Джуниши!

Асума растерянно потер макушку, не зная, как реагировать. При упоминании двенадцати ниндзя-стражников Сора перестал возмущенно орать и посмотрел на повязку Асумы.

— Вот как, — пробубнил он себе под нос.

— Выдвигаемся, — кратко приказал Чирику и пошел к выходу.

— Подождите! — ожил Сора. — Я не позавтракал!

— Спать меньше надо.

Асума по-доброму улыбнулся и достал пачку сигарет. Поход обещал быть нескучным.

***

Все чаще Орочимару задумывался о том, что он впустую тратит время среди Акацуки. У него столько грандиозных проектов находилось в разработке, а он вынужден выполнять идиотские задания, с которыми справятся и его молодняк, что он потихоньку собирал все эти годы. Молодые дарования, что привлекли его внимание по разным причинам. Часть из них не имела ярко выраженного таланта, но всех их объединяло одно: желание выжить, несмотря ни на что.

А эксперименты? Благодаря присланным ирьенинам, удалось уменьшить смертность. Эксперименты с различными геномами проводились теперь после тщательного обследования и различных анализов, что позволило увеличить процент успеха. Жаль только, что некоторый материал достать не получалось из-за соглашений с Конохой, но Орочимару был уверен, и их время придет.

Еще на подходе к одной из раскиданных по странам перевалочных баз в виде замаскированных пещер, Орочимару издали заметил знакомую фигуру лидера. Необычно было видеть его здесь, пусть и не так далеко от Дождя. Через несколько секунд стало понятно, что ждал тот не его: рядом с Пейном появился шиноби в маске и черном плаще. Его Орочимару уже видел несколько раз, именно он приносил очередной заказ от Ооноки. Старикашка не терзался угрызениями совести и с удовольствием пользовался услугами Акацуки. Обычно, то были миссии на ликвидацию и не только в чужих для Тсучикаге странах, но и в родной Ивагакуре.

Удача была на стороне санина — не придется тащить полученную награду на основную базу, можно просто передать ее лидеру. Пока Сасори не вернется, им все равно ничего нового не поручат. А пока есть время, он с удовольствием займется своими делами.

Под ногами тихо шуршала разбросанная по пещере галька, нарушая тишину. Санин резко остановился, когда послышался глухой удар об землю — словно мешок тяжелый уронили. Заинтересованно вскинув бровь, Орочимару бесшумно двинулся вперед. Раздалось неразборчивое по началу бормотание, а следом искаженный, но узнаваемый вопль:

— Да в пизду! Схуя именно нам туда тащиться?! Иди нахуй, Какузу. Отвали!.. Пасть закрой, иначе твоими же нитями зашью!

Ухмылка на лице Орочимару стала сильнее, а голоса четче по мере приближения санина к главной пещере, что была скрыта от него за поворотом.

— Тсучикаге хочет свалить вину на Суну, вы как раз рядом и можете поймать несколько шиноби.

— Ой, да…п-ф-р… Иди в задницу, Какузу!

— У вас есть неделя, чтобы подготовиться. Как Даймё Огня покинет Коноху, его необходимо убить, — холодно добавил Пейн, не обращая внимания на шум от борьбы между Какузу и Хиданом, а также мат последнего. На секунду возникла тишина, а следом глухой удар и стон. — И его прихватите по дороге, вместе с суновцами. Лишним не будет.

— Ха-ха-ха, вот старикашка удивится. Бля!..

— Конец связи.

Орочимару сощурил глаза. Шаг назад и замер. Обернувшись, он встретился взглядом с одним из Путей Пейна. Тот отлип от скалы, скрытой во мраке, и шагнул навстречу. Из темноты стали выходить остальные.

— Ты один? Где Сасори? — показался из-за поворота Пейн.

— Откуда мне знать, я ему не нянька… Как это понимать? — развел руки в стороны санин, но продолжая широко ухмыляться.

Вместо ответа Пейн вытянул вперед руку.

Но горе росли редкие деревья. От быстро возрастающего гула земли птицы на ветвях смолкли. Скала взорвалась, разлетаясь глыбами и мелкими камнями. Часть угодила в деревья. Выжившие птицы взметнулись в небо, оглашая окрестности криками.

***

Последнее сражение между двенадцати ниндзя-стражниками произошло в Большом Каньоне Ночи. Скалы достигали огромной высоты, из-за чего на самом дне большей части каньона никогда не попадало солнечного света. Редкий зверь забредал сюда, а попав, чаще всего погибал, не в силах найти выход из запутанного лабиринта.

— Здесь.

Асума огляделся. Несмотря на заверения Чирику, он не сразу узнал это место. Время безжалостно стерло детали той ночи. Позади было открытое пространство, это точно. Став спиной к одной из расщелин и закрыв глаза, Асума попытался восстановить события боя.

Картина медленно восстанавливалась. Шаг, уворот и его рывок. Лезвия верных кастетов давно покрыты футоном. Ему удалось нанести рану Казуме, и его тут же откинули. Добивающий удар угодил в скалу. На два часа.

Асума открыл глаза, выискивая в камне следы своей атаки. И нашел. Взгляд опустился ниже, указывая более точное место.

— Он здесь.

— Хай. Приступаю.

Серия печатей и корневик прикоснулся руками к камню под ногами. Потянулись долгие минуты ожидания. С каждой минутой надежда Асумы таяла, наполняю его душу тревогой и… облегчением?

Не говоря ни слова, корневик сложил новую серию печатей и погрузился в камень. Неужели, нашел?

— Что за отстой, — протянул громко Сора. Громко плюхнувшись на землю, он проворчал: — Мы тут что, клад ищем?

Асума прикрыл глаза. Пацану никто так и не рассказал, что именно они ищут. Сора был уверен, что его отец мертв.

Стоит ли давать ему надежду? И как он поступит, если Казума действительно жив?

Из камня первым показалась маска корневика, но совсем не там, где тот погружался. Асума и Чирику напряженно замерли.

— Пусто. Я ничего не нашел.

Ветер завыл между скал, устремляясь вперед, легко огибая препятствия. Его потоки коснулись колец, что были прикреплены к посоху путника. Раздался легкий перезвон. Путник наблюдал за группой из Конохи издалека, за все время поиска не двинувшись с места. Рядом с ним бесшумно спрыгнули мужчина и женщина.

— К чему такая срочность, Фуридо? — заговорила первая куноичи и кокетливо поправила алые волосы. — Ты оторвал нас от поисков.

Путник выпрямился и чуть приподнял соломенную шляпу, разглядывая прибывших.

— Не спеши, Фука. Нам выпала отличная возможность решить часть наших проблем, — с легким упреком мягко ответил Фуридо.

— Тц. Фуен согласилась на встречу через три дня, — пробасил прибывший с Фукой шиноби.

— Этого времени нам хватит, Фудо, чтобы решить нашу маленькую проблему, — Фуридо повернулся к ним боком и вновь посмотрел в сторону каньона, где находилась поисковая команда из Конохи. — Ты так и не нашла себе шиноби с ветром, верно, Фука?

Куноичи возмущенно фыркнула под насмешливым взглядом Фудо и скрестила руки на груди.

— У меня есть для тебя отличная кандидатура.

— Правда? — восхищенно воскликнула куноичи. Её взгляд изменился с возмущенного на мечтательный. Кончиком языка Фука облизнула алые губы. — Сильная чакра?

— Очень. Тебе понравится.

Над каньоном раздался тихий женский предвкушающий смех.

***

Тсунаде в своем кабинете потянулась, довольная, что наконец-то удалось разгрести принесенную Шизуне стопку документов. Кинув быстрый взгляд на солнце, она с сожалением отметила, что до ночи еще далеко. Но отметить успех надо!

Чуть-чуть, никто и не заметит.

Словно воришка, она прокралась к двери, аккуратно приоткрыла и выглянула. Убедившись, что никто к ней не идет, быстро захлопнула и одним неуловимым движением оказалась у тайной ниши за картиной. Чуть мутноватое саке быстро наполнило очоко, принося с собой радость в душу Сенджу.

— С одной ничего не будет, — прошептала Тсунаде и закупорила бутыль. Но стоило ей протянуть руку к очоко, как чашка покрылась трещинами.

Пальцы Тсунаде задрожали, так и не притронувшись к очоко.

Глава 20

День был в самом разгаре, как и работа. Все нужные распоряжения для третьего этапа отданы, требовался только контроль за выполнением задач. Казалось бы, можно хоть немного передохнуть.

— А он талантливый, — задумчиво прошептал Фугаку, откладывая в сторону очередной свиток.

— Иначе не получил бы приглашение в Шугонин, — безразлично заметил Данзо.

— И то верно.

Вся эта ситуация с Даймё выводила Данзо из себя. Все навалилось какой-то кучей, чего старый советник ненавидел. Всегда можно отследить взаимосвязанную цепочку, которая бы привела в этот конкретный момент времени к событиям и исполнителям. А у них что? Бардак!

Шимура тихо вздохнул и прикрыл глаз. Если бы не угроза самому Даймё, давно бы плюнул и просто стал наблюдать и выжидать удобного момента для нанесения ответного удара. Или ударил первым. Но увы, не тот случай.

Необходимо все разложить по своим местам.

Открыв глаз, Данзо поглядел на читающего Фугаку свиток, что лично он уже успел изучить. Если им не удастся распутать этот клубок, придется привлекать Шикаку. А тот и так загружен по полной.

Протянув руку к столику, Шимура взял один лист, из стопки пустых для записей, и карандаш.

Итак, перед началом экзамена его люди обратили внимание на слугу Сугияма. Данзо вывел «Слуга Сугияма», подчеркнул написанное. После от слуги протянул стрелочку вверх и написал: «Кохару?». И тут же вспомнил, что помимо Кохару, слуга Сугияма задержался с отбытием и напросился в дорогу с Хьюга Хизаши.

Рядом с «Кохару» Данзо написал «Хьюга» и соединил стрелкой с «Слуга Сугияма».

Каждый экзамен на чунина в любой принимающей Какурезато всегда проходил вместе с различными диверсиями. Это уже традиция, не зря Фугаку на отборочных боях сказал, что экзамен — миниатюрная война. И не только генины сражались на нем. За кулисами шла иная борьба, невидимая обывателям. Шпионаж, диверсии. Принимающую сторону проверяли со всех сторон, выискивая слабые стороны. И вот Хьюга Неджи подставил свой клан, создав возможность расшатать Коноху изнутри. За ним следят, пока все спокойно. И продлится наблюдение до тех пор, пока «нарыв» не будет вскрыт, как и было с кланом Учиха.

Пока во время подготовки к третьему этапу установилось затишье. Мелкие пакости со стороны остальных Какурезато не в счет.

Затишье стало первой причиной, почему Данзо искал любой намек на сговор между странами. А когда не смог найти и достал всех, кого только можно, пришло послание от Орочимару.

Ниже слуги Сугияма Данзо нарисовал символы Суны и Ивы. Обвел их в круг. В самом центре листа написал «Даймё» и заключил в символ огня. От круга с Суной и Ивой он провел стрелку к Даймё и поставил знак вопроса.

После получения послания Орочимару, они приняли контрмеры: сделали экзамен более открытым и пригласили аристократов и влиятельных торговцев из Суны и Ивы, а также из приграничных к ним стран. Особенно тех, от которых Суна и Ива зависели по поставкам продовольствия и вооружения. Не все согласились, но многие. Часть приглашенных из отдаленных стран уже начала прибывать в Коноху. Их размещали поближе к друг другу, тщательно проверяя. Теперь возможная резня оказалась чревата потерей потенциальных заказчиков и поставщиков самих Ивы и Суны. Да и джинчурики Суны, который, судя по донесению Орочимару играл не последнюю роль в этой наглой диверсии, выбыл из экзамена.

Напротив Суны Данзо нарисовал мордочку зверя и один хвост. И тут же перечеркнул.

Остановят ли принятые меры эту наглую диверсию? Пока говорить рано, судя по затишью.

Повертев в руках карандаш, Данзо обозначил новое действующее лицо — Фуридо — и тут же ниже под ним написал «Казума».

Именно про него они сейчас с Фугаку и читали. Информации было не так много, но известные навыки этого шиноби вызывали уважение к его мастерству. Родился Казума в приграничном мелком клане, обучался не в Конохе. Из-за постоянных набегов бандитов на селение, рано потерял родителей. Трагедия не могла не повлиять на мальчика — тот стал одержим местью и тренировками. Ему повезло найти учителя: отставного шиноби-калеку. Тот обучил его всему, что умел.

Несколько лет о жизни Казуми ничего не известно. Вновь о себе он заявил именно во время расправы над крупной бандой, члены которой убили его родителей, чем привлек внимание местного феодала. Тот нанял Казуму и остался доволен после защиты своей жизни во время покушения. Во время визита к Даймё, феодал всячески хвалил Казуму, чем привлек внимание правителя. После проверки Казума оказался в составе Шугонин Джуниши. Есть сын, а девушка, ставшая матерью его ребенка, умерла от болезни через три года после родов. Ее смерть вынудила Казуму забрать малолетнего сына к себе и пристроить при дворце Даймё. Вот и все, что удалось узнать об этом человеке за два дня из старых документов.

Данзо задумчиво крутанул карандаш.

— Есть что интересное? — вырвал его из раздумий Фугаку.

— Асума говорил, что Казума никогда не стремился убить Даймё? — решил огласить свои мысли советник.

— Судя по старым отчетам, это так. Его целью было свержение Хокаге и объединение страны под властью «истинного короля — Даймё», — хмыкнул на это Фукаку и добавил себе под нос: — Хотел бы я это увидеть.

Данзо насмешливо посмотрел на Хокаге, не собираясь маскировать свою усмешку. Учиха столько лет стремился занять кресло Каге и обрести власть, а получив желаемое, схватился за голову. Это тебе не Полицией Конохи управлять, ставки намного выше и за ошибки расплачиваться чаще всего приходилось жизнью подчиненных. Огромная ответственность. Так, еще и это сборище, что носит гордое название шиноби, необходимо было сдерживать и не допустить распрей.

Итак, какова вероятность того, что цель Фуридо-Казумы вновь Хокаге, а не расплата за предательство со стороны Даймё? А тот его именно предал, когда придал огласке планы и уговоры Казумы, тем самым окончательно расколов двенадцать ниндзя-стражников на две группы.

Чуть ниже «Даймё» Данзо вывел «Хокаге». И соединил стрелкой от Фуридо к Хокаге, и чуть с заминкой, добавил еще и к Даймё. И везде поставил вопросительный знак.

Люди Фуридо добывали информацию именно о Резиденции Даймё, а не Хокаге. Кто там работает и какие закупки делает, кто охраняет. Последнее получалось не ахти как хорошо, но шиноби тоже люди и должны что-то есть и отдыхать. На это и делали основной упор при сборе информации. Поэтому исключать месть со стороны Казумы, если это именно он под личиной Фуридо, нельзя.

Фугаку не мешал Данзо думать и решил немного прибраться. Скатал свитки, а после поднял покрытый слизью свиток с пола и тут же сжег. Слизь на полу покрылась пеплом.

Тем временем Данзо соединил «Казума» и «Слуга Сугияма».

Если Фуридо — Шугинин, то эта связь более чем вероятна. Но, нельзя отбрасывать вероятность того, что Фуридо не Казума, и тогда его связь с Сугияма очень маловероятно. Тогда кто его послал? Ива? Суна? Или же, оставшаяся ото всех в стороне Кумо?

Рядом с Ивой и Суной появился знак Кумо.

Раздался громкий стук в дверь, что тут же распахнулась и ударилась об стену.

— Сенджу-сан, подождите! — запоздало раздался крик секретаря.

— Джирайя в опасности! — с порога заявила Тсунаде. Ее шикарная грудь быстро поднималась и опускалась, выдавая состояние куноичи по полной.

Эпичное появление Сенджу вызвало ступор как у Данзо, так и у Фугаку.

— Хокаге-са…

— Кеничи, прикройте дверь и никого не впускайте, — первым пришел в себя Фугаку. После выполнения секретарем приказа, Пятый посмотрел на приблизившуюся к их столу Тсунаде. — Объяснись.

— Я, — стушевалась Тсунаде под пристальным взглядом двух мужчин. — Я уверена, что ему грозит опасность! С ним что-то случилось, больше некому, — и совсем тихо добавила: — Я выиграла в лотерее.

— Что? — не скрывая своего удивления, переспросил Фугаку и, не сдерживаясь, прикрыл лицо рукой, а после сжал пальцами переносицу. — Сейчас день, сколько ты…

— Я не пила!.. Помогите мне связаться с ним, — твердо потребовала Сенджу, упрямо поджав губы и явно не собираясь отступать.

Данзо с интересом наблюдал за представлением. Внимательнее присмотревшись к Сенджу, понял, что она действительно трезвая.

— Поверь, Джирайя сейчас в полной безопасности, — убрав руку, Фугаку посмотрел на Тсунаде.

— Но…

— Всего полчаса назад он передал нам отчет своим призывом, — Хокаге ткнул пальцем в мокрое склизкое пятно на полу, — и скоро вернется в Коноху.

— Правда? — недоверчиво уточнила Тсунаде и, после усталого кивка Хокаге, прикусила ноготь большого пальца. — Я не могла ошибиться. Если с ним все хорошо, как с Шизуне и Кабуто, то… Орочимару! Как давно он выходил на связь?

То, с каким упрямством Сенджу настаивала на том, что кому-то из ее знакомых грозила опасность, удивило Данзо. Как и имя Кабуто, названное вместе с Шизуне. Значит, принцесса слизней действительно приняла его в свой ближний круг. Если она только узнает, что тот принадлежит Корню… парню не поздоровится.

Фугаку сощурился, его вид ничего хорошего упрямству Сенджу не обещал. Но высказать ей он ничего не успел: дверь в очередной раз громко распахнулась и ударилась об стену.

— Срочное сообщение, — вбежал Кеничи и вручил расшифровку Хокаге.

Напряженная тишина повисла в кабинете. По мере чтения хмурое выражение на лице Фугаку изменилось на удивленно-напряженное.

— Орочимару в тяжелом состоянии добрался до лаборатории. Твои ученики просят помощи.

С выбором выхода Тсунаде не заморачивалась: разбитое окно разлетелось осколками. Мгновение спустя зеленое хаори Сенджу взметнулась на прощание вдали крыш и пропало.

«Точно. И как я мог забыть»

Данзо отвернулся от разбитого окна, появившейся в кабинете охраны и, не обращая внимания на суету и неразбериху, спокойно вывел на бумаге «Акацки».

***

В очередной раз группа из Суны была вынуждена прервать путешествие. Но если в прошлый раз причиной была плановая остановка на ночь, то теперь — песчаная буря. Признаки ее возникновения они обнаружили давно и рассчитывали успеть проскочить, но не судьба. Спрятавшись в искусственно созданную каменную пещеру, вся группа тихо переговаривалась. Времени было много, поэтому решили приготовить еду, а не перекусывать пайком.

Помощь в готовке помогала отвлечься от дурных мыслей. Но когда Темари поела, а позже сменила шиноби на посту, она осталась в одиночестве. Вместе со своими мыслями и сомнениями, что тут же почувствовали слабину и ринулись в бой. Песчаная буря бушевала за укрытием, тонким ручейком песка проникая через оставленную смотровую узкую щель. Ветер выл, погружая в воспоминания.

После вопроса сенсея, Темари с заминкой, но посторонилась, молча приглашая внутрь. Баки-сенсей не раз уже бывал у них дома, поэтому спокойно прошел в гостевую. И молча сел на диван после приглашения Канкуро. По сравнению с сестрой тот вел себя более непринужденно и приветливее.

— Садись. Разговор будет долгий и трудный, — обратился сенсей к застывшей в дверях Темари, что так и не выпустила из рук верный тессен. Понимая, что выглядит глупо с ним, куноичи прислонила веер к дивану, а сама села на подлокотник рядом. Руки она опустила на колени, поближе к подсумку с кунаями. Темари была уверена, что сенсей все отлично видит и понимает, но ей было плевать на гостеприимство и вежливость — не тот случай. Да и учитывая обстоятельства, доверять не спешила.

После слов сенсея Канкуро проникся возникшим напряжением в комнате и нахмурился, внимательно наблюдая за гостем. Тишина затягивалась, Темари не собиралась упрощать задачу сенсею и терпеливо ждала, пока Канкуро переводил озадаченный взгляд с нее на учителя.

— Хм, я понял вас, вопросов не будет. Тогда перейду к главному, — Баки-сенсей чуть наклонил голову, впившись взглядом в куноичи. — Казекаге пропал, а Анбу в отряде сопровождения убиты.

Кончики пальцев на коленях Темари чуть дрогнули, но куноичи продолжала сидеть безмолвно с неестественно прямой спиной.

— Подождите, эй! — справившись с шоком, воскликнул эмоционально Канкуро и вскочил с дивана, рукой указывая в сторону резиденции. — А там тогда кто?

— Один из советников.

— Да вы хоть понимае…

— Сядь, Канкуро.

— Но Темари!

— Успокойся и сядь. Или пойди водички попей.

— Водички?! Да ты-ы-ы, — протянул ей брат в ответ, резко развернувшись и тыкая в нее указательным пальцем. Но под конец сдержался и шумно выдохнул. Плюхнувшись обратно на диван, скрестил руки на груди.

Взгляд Канкуро никому ничего хорошего не обещал. Казалось — только тронь, и вспыхнет, как спичка.

— Что вам известно и зачем этот… нет, для чего этот спектакль я понять могу. Кто и зачем это сделал? — отстраненно спросила Темари. Вот только ее тон совсем не соответствовал той буре, что разразилась в душе.

— Тела замело песком, следов практически не осталось. Все, что нашли — окровавленный оторванный рукав от кофты Казекаге… Тела Анбу обнаружили в одном месте, и они точно были убиты Гаарой.

Со стороны Канкуро раздалось ругательство. Тот откинулся на спинку дивана и запустил пальцы в собственную шевелюру. Растрепав волосы и уставившись в потолок, пытался осознать услышанное.

Действительно ли Гаара убил их всех?

Темари поникла, признавая очевидное: да, мог. Неважно, защищая свою жизнь, или нет, но он сделал это. Пока его не объявили нукенином, как и о пропаже Каге. Причина тому сугубо политическая. Когда столько внимания приковано к экзамену в Конохе, Суна не имела права показать свою слабость. И так все больше и больше заказчиков предпочитало услуги их соседей. Даймё страны Ветра не стал исключением, чем только ухудшал положение Сунагакуре. Поэтому Совет решил показать всем лжеКаге, который после дня присутствия в деревне вновь отправится по делам. И шиноби подобрали толкового для замены, но вот при разговоре с Темари тот совершил ошибку.

Теперь от того, как покажет себя на боях Темари, зависело финансовое благополучие деревни. Никто не хочет оплачивать услуги слабых шиноби. Нет, конечно, у них не пропадут заказы все разом, но самые дорогие и, что кривить душой, порой и не такие уж и опасные задания могли уйти к конкурентам. Та же охрана аристократов стоила дорого, и неважно, была ли реально для них угроза, или же они решили таким образом свой статус и благополучие перед другими показать.

Темари вздохнула, ощущая на плечах невидимый груз, что давил с каждым днем все сильнее. На душе было просто отвратительно. Куноичи всем сердцем желала, чтобы всё оказалось сном, ночным кошмаром. Она сильнее зажмурилась, а когда открыла глаза, с трудом сдержалась, чтобы не вскрикнуть.

Быстро обернувшись, Темари проверила, что она одна и остальные все еще ведут тихую беседу и в ее сторону не смотрят. Присев на колени спиной к спутникам, она вчиталась в послание из песка, что возникло на полу пещеры возле единственного выхода.

Куноичи протянула руку и смазала послание, с заминкой написала ответ. Но песок никак не отреагировал. Темари прождала несколько минут — ничего. Одним взмахом она убрала свои надписи и сжала кулаки до хруста.

Дай возможность только встретиться — надерет задницу так, что мало не покажется!

— Убью! — прошипела Темари. От былой растерянности и подавленности не осталось и следа.

Глава 21

— Заходите еще!

Неджи благодарно кивнул и поудобнее перехватил пакет с продуктами. На утренней тренировке он выложился на полную, и теперь организм требовал отдыха и еды. И если первое могло немного подождать, то со вторым возникли проблемы. Полностью погрузившись в тренировки, Неджи упустил тот момент, когда запасы продовольствия дома закончились. Конечно, он мог попросить Натсу-сан, это добрая куноичи из побочной ветви ему бы не отказала и помогла. Но в этом и заключалась проблема.

Неджи ненавидел просить о помощи, особенно посторонних. Редким исключением была его команда.

Живот позорно зарычал, напоминая генину, что тот с прошлого вечера ничего не ел, кроме пары печенек. В этот неловкий момент мимо Неджи как раз проходили две неизвестные ему девушки-подружки. Прикрыв ладошками губы, они кинули на стушевавшегося Хьюга украдкой взгляд и захихикали.

Стараясь сохранить отстраненное выражение на лице, Неджи прошел мимо. Вот только то, что он ускорился и прикрыл свободной рукой возмущающийся живот, выдало его с головой. Как и покрасневшие кончики ушей. Раздалось очередное голодное рычание желудка, вынуждая Неджи свернуть в ресторан.

Стоило ему войти в помещение, как его сразу укутали вкуснейшие ароматы блюд. Сглотнув, Неджи осмотрелся в поисках свободного столика. И такой нашелся, но ближе к выходу. Не самое удачное место, но деваться было некуда — живот, словно почувствовав сомнения хозяина, вновь взревел. Благо, что легкий гул из-за разговоров посетителей заглушил этот требовательный рев.

Спустя полчаса Неджи облегченно откинулся на спинку стула и обхватил пальцами стоя́щую на столе чашку с горячим чаем. Тонкий аромат вызвал легкую довольную улыбку, но она тут же пропала, когда генин увидел новых посетителей ресторана. И те его тоже заметили и, к неудовольствию Хьюга, перекинувшись парой слов, направились в его сторону.

Насладиться напитком точно не получится.

— Ребята, только посмотрите, кто здесь у нас, — остановившись рядом с ним, протянул лидер тройки подошедших парней. Он единственный был в чунинском жилете. — Гений нашего клана, Хьюга Неджи.

Со стороны тройки раздались смешки. Неджи спокойно поднял чашку и отпил глоток, совсем не обращая внимая на остановившихся рядом с его столиком соклановцев. Чем вывел из себя лидера тройки. Недовольно цыкнув, тот чуть сместился, освобождая место для своего товарища, выделяющегося своими габаритами.

Бам.

Ладони здоровяка шумно опустились на стол. Пустые тарелки подпрыгнули и звякнули, стол жалобно заскрипел. Легкий гул моментально стих: посетители оглядывались, ожидая зрелища в этот скучный день.

— Отвечай, когда с тобой разговаривают, — прорычал парень и презрительно добавил: — Неджи.

— А ты что-то спрашивал, Иори?

Пустая чашка с тихим стуком оказалась на столе. Неджи поднял взгляд, заставив крепыша заскрипеть зубами. Но очередную вспышку гнева Иори погасил лидер тройки, примирительно хлопнув тому по плечу рукой.

— Ребят, оформите заказ, — чунин кивнул им в сторону стойки, откуда на них неодобрительно поглядывали хозяин ресторана. Друзья чунина кивнули и с неохотой подчинились, оставив их вдвоем. Как только посетители поняли, что веселье отменяется, помещение вновь наполнил легкий гул.

Чунин без разрешения сел на единственный свободный стул, беспардонно заглядывая в пакет с продуктами, и ухмыльнулся.

— Я слышал, что ты все время пропадаешь на тренировках. Не боишься перегореть, Неджи?

— С чего такая забота, Кохето? — расслабленно откинулся на спинку стула Неджи, внимательно рассматривая сидевшего чунина напротив.

— Да так. За тобой интересно наблюдать, как и за твоими жалкими попытками стать чунином.

Кохето небрежно смахнул несуществующие пылинки со своего жилета. Пальцы Неджи сжались на кружке сильнее.

— Твой отец считает иначе.

— Уверен, он изменит свое мнение, когда узнает, что ты сорвался на отборочных, но так и не смог найти в себе сил завершить начатое. Жалкое зрелище, — протянул Кохето в ответ. Чуть наклонившись, он подпер рукой щеку и прошептал: — О! Или же ты специально ослабил удар, чтобы отсрочить смерть химе? Слышал, ей теперь нельзя тренироваться, иначе сердце может не выдержать, — Кохето сочувствующе покачал головой и пораженно выдохнул: — А ты жесток, Неджи.

— Не понимаю, о чем ты.

Неджи поднялся, подхватил пакет с продуктами и, не прощаясь, неспешно покинул ресторан. По безэмоциональному лицу было сложно понять, о чем Неджи думал.

— А вот и мы. А где наш «гений»?

Рядом с Кохето присели его друзья с подносами, заставленными вплотную плашками с едой.

— Ушел, — весело хмыкнув, ответил чунин. — Предлагаю забыть об этом выскочке с побочной ветви, а то весь аппетит пропадет. Что у нас сегодня на обед?

За столиком тут же раздались смешки, а также подшучивание над крепышом, что тут же подвинул бо́льшую часть принесенного к себе. И никто из тройки не обратил внимания, как с соседнего столика поднялся неприметный шиноби. На его столе остались недоеденное данго и полчашки чая.

***

Хината устало смахнула пот со лба, пытаясь восстановить тяжелое дыхание. Тренировки с Наруто позволили вернуть уверенность в своих силах, восстановить форму и улучшить навыки. Все же Узумаки, несмотря на свой возраст, оказался сложным противником, быстрым и выносливым. И это он только уклонялся! С каждым разом достать до него оказывалось еще той проблемой, заставляя Хинату выкладываться по полной. Со временем робость исчезла, оставив только азарт. А когда Наруто разрешили применять тайдзюцу, Хинате пришлось нелегко.

Но трудности вызвали только счастливую улыбку на ее лице.

После первой схватки, благодаря присутствию рядом Кабуто-сана, ребята не сдерживались и выкладывались по полной. Но первая травма Хинаты вызвала панику у Наруто, и он кинулся на помощь, а после вообще решил бить вполсилы, за что его тут же отчитал Данзо.

«Не смей ее жалеть! Только бой на грани позволит Хинате стать сильнее. Верь в нее, она справится.»

Жесткая отповедь отозвалась теплом в груди химе. И теперь Хьюга поняла решимость Наруто не сдаваться: в нее верили. Руки и ноги дрожали от усталости, но Хината нашла в себе силы подняться и принять стойку. Дыхание давно было сбито, скула на лице саднила после падения.

Хината улыбалась, готовая продолжать. Последний рывок и бой возобновился, позволяя химе стать сильнее себя прежней.

— Ты хорошо сражалась.

— Спасибо, Кабуто-сан, — под недовольным взглядом ирьенина Хината стушевалась и поспешно протараторила: — Кабуто.

Оговоренные три тренировки, на которые изначально согласился Якуши, давно прошли. Хината больше не являлась его пациентом, но при этом он сам предложил помочь с тренировками. И попросил обращаться к нему по имени. Хината не раз чувствовала его молчаливую поддержку, и при этом совсем не ощущала жалости, что так и сквозила от собственной команды и Куренай-сенсей. Удивительно, но именно здесь на полигоне, Хината ощущала себя своей.

Новый треск дерева, а следом вскрик Наруто, вывели ее из задумчивости. Хината только головой покачала, в очередной раз удивляясь жесткой тренировки Данзо и Наруто. Старый советник гонял Узумаки по полигону, не давая другу времени не то что контратаковать, но даже вздохнуть. Советник использовал всего пару техник футона, не позволяя Наруто приблизиться к себе.

Хината видела, как вырос друг за эти дни. И при этом чувствовала, что сама оказалась близка к своему пределу.

— Его выносливости можно только позавидовать, — хмыкнул Кабуто, проследив за ее взглядом. Зеленое свечение погасло. — Тебя что-то тревожит?

Хината стушевалась. Несмотря на свой характер, жаловаться она не привыкла. И при этом ей хотелось услышать совет человека, которого она уважала и с недавних пор стала считать… другом?

— Наруто есть куда расти…

Между ними повисла тишина, прерываемая поочередно треском ломаемых деревьев, криком Наруто и едкими комментариями Данзо.

— Хм, — Кабуто слегка улыбнулся. — Несколько лет назад я видел твое имя в списке учеников Академии, что направили на курсы ирьёниндзюцу.

— Это так, — кивнула Хината, но тут же опустила голову. — Я получила базовые навыки первой помощи. Путь ирьёнина мне не подходит.

Хината хорошо помнила тот разговор с отцом. Как будущей главе клана, ей запретили углубляться в изучение ирьёниндзюцу. Она должна стать примером, сильным бойцом, за которым пойдет клан. Несмотря на обидные указания отца, Хината прошла обязательный курс. И поняла, что то-сан оказался прав в одном. Ирьёниндзюцу — не ее путь.

— Вот как, — поправил очки Кабуто и задумался. А когда увидел идущих к ним Наруто и Данзо, хитро улыбнулся. — Значит, тебе нужно найти свой путь. До завтра подумай над своими сильными и слабыми сторонами. А пока я хочу показать тебе одну технику.

— Технику? — моментально подскочил к ним Наруто, когда услышал его последние слова. — А я смогу ее изучить?

— Сомневаюсь, — поднялся с земли Кабуто и отряхнул колени от прилипших травинок. — Ее не каждый ирьенин сможет применить.

— Но Хината не ирьенин, — лицо Наруто удивленно вытянулось и он недовольно пробурчал: — А я думал, будет крутая техника.

— Зря ты недооцениваешь ирьенинов. Кабуто, я считаю, что Наруто готов испытать на себе силу этой техники.

— Э?! Ладно-ладно. А что делать надо, даттебаё?

— Нападай, — улыбнулся Кабуто и чуть сместился в сторону, разрывая расстояние.

— Да легко!

Уклониться получилось в последний момент, пропустив Наруто с вытянутой рукой. Кабуто не собирался блокировать атаки Узумаки, уклоняясь и выжидая удобного момента. Благо тот устал и не успел восстановиться, чем и воспользовался Якуши. Перестав отходить, при очередной атаке Кабуто рывком сократил расстояние, толчком ладони сместил с траектории вскинутую руку противника. По открывшейся шее Наруто тут же последовал удар ребром ладони, отчего тот повалился на землю. Добивающего удара не последовало — Кабуто тут же разорвал дистанцию, позволив Наруто подняться.

— И где обещанная техника?! — возмутился Наруто, когда Кабуто выпрямился и спрятал руки в карманах штанов.

— Сейчас поймешь, — раздался тихий смешок со стороны ирьенина.

— Чего?.. Эй, что за фигня! Ай!

Хината с удивлением наблюдала, как правая нога Наруто взмыла вверх, а следом в своеобразный пляс пустились все конечности Узумаки. Грохнувшись об землю, Наруто попытался встать, но потерпел неудачу. Казалось, его руки и ноги взбунтовались и совершенно не хотели слушаться своего хозяина.

— К сожалению, у меня нет сильной предрасположенности к райтону, но и того, что я достиг, оказалось достаточно, чтобы заблокировать твою нервную систему. Всего один электрический заряд и связь между мозгом и мышцами оказалась нарушена.

— Потрясающе, — прошептала Хината.

— Многие недооценивают ирьенинов, считают их слабыми. Не подозревают, какие ирьенины на самом деле опасные противники, — улыбнулся Данзо, поглядывая на тщетные попытки Наруто встать.

— Сомневаюсь, что я так смогу.

— Кабуто прав — только от тебя зависит результат. Если он показал тебе эту технику, то посчитал, что ты способна ее применять. Возможно, не сейчас, но в будущем точно, — дождавшись кивка от нахмурившейся Хинаты, Данзо добавил: — Пойдем.

— А как же Наруто?

— За него не переживай. Кабуто за ним присмотрит.

Данзо развернулся и пошел в сторону Конохи, вынуждая Хинату последовать за ним. Химе принялась нервно перебирать пальцами, но тут же зло себя одернула и спрятала руки в карманы кофты. Она помнила их разговор в Башне.

«Сила… у каждого она своя. Хороший сенсей способен раскрыть скрытый потенциал ученика. Но, как бы ни старался сенсей, вбить насильно в ученика знания без его желания не получится или результат будет ужасным. И как бы ученик ни бился в одиночку, без наставника он долго будет искать свой путь. Стараться должны оба, иначе ничего не изменится.»

Прошло всего несколько дней, но Хината заметила, что стала не только сильнее, но и смелее. Она старалась изо всех сил, внимательно слушала замечания и работала над ошибками. Хината видела результат, при этом прекрасно понимала, что она только в самом начале пути. И сегодня ей показали один из возможных путей развития.

Хьюга непроизвольно оглянулась: возмущенные крики Наруто давно смолкли, оставшись позади.

— Присядем.

Хината вздрогнула и развернулась, остановившись рядом с советником. Тот как раз присел на поваленное толстый ствол дерева, что лежал на краю оврага. Впереди за верхушками деревьев проглядывали крыши домов, а еще дальше отчетливо с их места можно было рассмотреть монумент Хокаге.

— Кто бы что ни говорил, но Коноха всегда опиралась на кланы. Именно клановые шиноби являются нашей главной силой. Самородки из бесклановых, такие, как Четвертый, являются редкостью.

Хината удивленно оглянулась на советника, но тот так и продолжил смотреть на монумент.

— Тем печальнее видеть, что в одном из сильнейших кланов назрел раскол.

Их взгляды встретились, и Хината не выдержав, отвернулась первая, чувствуя за собой вину.

— Я…

— Ты не являешься главной причиной этого раскола, — жестко прервал Данзо Хинату, отчего та вздрогнула и удивленно вскинулась, не смея больше отводить полной надежды взгляд. — Все началось с разделения на ветви клана. Остальное: выбор прежнего главы между двумя сыновьями, твое похищение и очередной выбор Хиаши между тобой и Ханаби, всё это — следствие разделения клана.

Хината опустила голову и до боли сжала кулаки. Боль немного отрезвила, не позволила ей снова уйти в себя. Советник прав, но что она может сделать?!

— Я не могу открыто вмешиваться в дела твоего клана, не имею право. Но и смотреть на то, как один из великих кланов добровольно идет к своей гибели, не собираюсь.

— К гибели? — хрипло выдохнула Хината.

— Именно. Хиаши тянет с выбором. В побочной ветви растет гений, что чуть не убил наследницу. Нерешенных разногласий накопилось столько, что в любой момент может начаться резня… Как ты считаешь, как бы поступил глава клана в случае твоей смерти?

Хината сжала кофту на груди. Сердце больше не болело, но еще помнило ту боль.

Как бы поступил ее отец? Хината вспомнила его слова Куренай-сенсей, когда та пришла к ним домой после распределения на команды. Вспомнила тренировки с отцом, которые были больше похожи на избиение. Его безразличие к ней после полученной травмы. Никто из клана ее не навестил в Госпитале, а в качестве ирьенина назначили куноичи из побочной ветви.

— Ничего. То-сама считает, что я недостойна звания наследницы. Главой станет Ханаби, — тихо, но уверенно произнесла Хината. — Это поможет снизить напряженность в клане.

— Тогда, почему до сих пор твой лоб чист?

Такой простой вопрос поднял целую бурю в душе Хинаты. И действительно, почему? Если отец ее презирает. Тогда почему он до сих пор не сделал выбор?

— До вашего боя с Неджи, он мог тянуть с выбором. Теперь нерешительность главы в очередной раз всколыхнула недовольство в клане. Раскол вышел за пределы клана Хьюга, поставив под удар безопасность Конохи. В случае обострения ситуации Хокаге имеет право вмешаться. Вот только, — Данзо дождался, когда Хината вновь на него посмотрит, и добавил: — в этом случае часть клана Хьюга не переживет этот день.

Хината застыла, пытаясь осознать услышанное. Мысли путались, противный ком в горле мешал дышать.

— Наступают трудные времена, нельзя допустить ослабление Конохи. Судьба клана в твоих руках, Хината.

— Но что я могу сделать? — наконец выдавила из себя химе.

— Я считаю, что раскол между главной и побочной ветвью искусственно подпитывают. Что можешь сказать на этот счет? Возможно, заметила в последнее время что-то необычное?

Химе уже хотела заверить советника, что в клане все спокойно, но слова так и застряли в горле. Ей вспомнился странный разговор, свидетелем которого она стала совершенно случайно.

— Значит, Хьюга Хокума… Ненависть Неджи к тебе сильна, словно его перед экзаменом специально накрутили. Или он и раньше пытался тебя убить?

— Нет, — затрясла головой Хината. — После той тренировки то-сама запретил нам тренироваться вместе.

— Что именно произошло?

Хината обняла себя руками, пытаясь справиться с эмоциями. Рассказ вышел краткий, много лет прошло, и страх не ощущался так остро, как тогда. Их бой, успехи Неджи и внезапный ужас, что сковал все тело. Крик дяди, схватившегося за голову. И отчаяние брата.

— Это произошло до или после твоего похищения?

— До.

Листва под воздействием ветра зашелестела над их головами. Хината убрала выбившуюся прядь за ухо и подставила лицо ветру, пытаясь взять свои эмоции под контроль.

— Хьюго Хокума, — вновь задумчиво протянул Данзо и отвернулся к монументу. — Девять лет назад, после твоего похищения, именно он на совете кланов предложил отдать Кумо тело Хизаши взамен главы клана Хьюго.

— Что? — просипела Хината, пытаясь осознать услышанное.

Дядя должен был умереть вместо отца? Но почему?

Кулаки химе сжались, когда она поняла причину такого выбора. Все дело в про́клятой печати, что защищала их глаза.

— Но что я могу сделать?

— Попытайся узнать настроение в клане. Времени у тебя осталось немного. Когда Неджи не сможет стать чунином, недовольство в побочной ветви может вспыхнуть с новой силой. И не смотри так удивленно. Даже если Неджи выиграет все поединки, чунином ему не быть.

— Но почему?! — Хината действительно не понимала. Как бы она ни была не него обижена, но брат силен и давно перерос звание генина.

— Вижу, пока что ты не понимаешь. Вспомни ваш бой, что говорил Хокаге перед отборочными поединками, и подумай. А как поймешь, расскажешь.

Данзо поднялся, опираясь на верную трость. Кинув последний взгляд на монумент, он обернулся к Хинате:

— Судьба клана в твоих руках, Хината, — повторил советник. — И как это ни удивительно, в руках Неджи. Прекратить раскол возможно только примирением побочной и главной ветви. Думай. Если будет нужна помощь, я помогу. И будь осторожна со старейшиной. Если он действительно причастен, то последуют провокации.

Оставив Хинату одну, Данзо направился в сторону Базы. Ситуация с кланом Хьюга находилась на контроле как у него, так и у Хокаге. Но Данзо решил дать шанс химе, выдав ей первое задание. Перед тренировкой один из наблюдателей Корня передал ему интересный разговор между сыном старейшины Хьюга и Неджи. Из него стало понятно, что в клане до сих пор считали, что химе серьезно травмирована и не успела оправиться. И это несмотря на то, что лечащий врач химе сменился.

Или же та ирьенин не доложила о своей замене?

Данзо остановился, сильнее сжал рукоять трости и посмотрел вперед. Через несколько секунд рядом с ним появился его верный помощник.

— Данзо-сама, вас вызывают к Хокаге.

— Причина?

— Команда Сарутоби вернулась. Асума в коме.

Глава 22

Три дня назад

— Пусто. Я ничего не нашел.

Пусто. Посмотреть еще раз, проверить более тщательно — эти слова замерли в горле комом, так и не вырвавшись наружу. Асума не понимал своих чувств. Тяжелая ноша после убийства друга, что давила на плечи все эти годы, исчезла. И при этом он отчетливо понимал, что, не проверив тогда, они подвергли угрозе не только Даймё, но и Коноху.

— И долго мы здесь сидеть в темноте будем? — недовольно высказался Сора, кидая в пропасть камни.

— Осторожней и тише. Еще обвала нам здесь не хватало, — спокойно обронил корневик, на что Сора только фыркнул, смешно выпятив вперед нижнюю губу, но просьбу-приказ выполнил.

Асума обернулся. На мгновение ему показалось, что кто-то следит за нами, но это чувство тут же пропало.

— Асума? — подошел ближе Чирику.

— Нужно возвращаться.

— Скоро совсем стемнеет. Предлагаю найти более открытое место и переночевать. До ночи не успеем выбраться из каньона. Путь предстоит долгий, нам следует хорошо передохнуть.

— Ты прав, — с заминкой кивнул Асума. — Идем в сторону Конохи.

— Конохи? — раздался удивленный голос Соры. — Зачем? Почему не в Храм?

Асума про себя выругался: по дороге у них не вышло рассказать мальцу о перемены его места жительства. Если они и разговаривали, то это касалось только поисков.

— Сора, на собрании нинсо было принято решение о твоем переводе в Коноху.

— Что? Вы, — малец вскочил и отступил, прожигая взглядом Чирику. — Вы решили избавиться от меня, да?! Я всегда знал, что вы все меня ненавидите! Да за что?!

Сора развернулся и кинулся прочь.

— Подожди, Сора. Стой!

Крик Чирику не остановил мальца. Тот бежал, ничего не видя перед собой. И только столкновение, с неожиданно появившемся прямо перед ним из-под земли корневиком, заставило Сору ойкнуть и плюхнуться на задницу.

— Прочь с дороги!

Через мгновение рядом со вскочившим подростком появились Асума и нинсо.

— Сора…

— Вы слышите? — прервал Чирику корневик, вскинув руку.

Вместо ответа Асума выхватил кастеты и одновременно с Чирику встали к друг другу спиной, оставив в центре получившегося круга Сору. Подросток только успел вскинуть в защите руки, не понимая, что происходит.

— Мокутон: Мокуджо Хеки.

Из земли появились толстые бревна, что тут же изогнулись и сомкнулись над их головами, образовав защитный купол. Вовремя. С громким стуком что-то падало сверху, заставляя древесину скрипеть.

— Что это?!

— Спокойно, — Чирику положил руку на плечо Соры и сжал. — Скорее всего, обвал. Мы предупреждали тебя вести себя тише.

— Простите, — пристыженно опустил голову подросток.

Обвал? Сомнительно. Асума чиркнул зажигалкой — огонь разогнал тьму. Камнепад закончился так же внезапно, как и начался. Нахмурившись, Сарутоби посмотрел на корневика.

— Сможешь проверить?

Вместо ответа тот сложил печати. Из плеча корневика появились несколько веток, что перекрутившись, создали рядом его точную копию. Древесный клон кивнул и погрузился в землю.

Прошло несколько минут, прежде чем корневик поднялся и подошел стене. Прикоснулся к ней рукой и обернулся к команде:

— Чисто.

Часть стены ушла в землю, открывая проход и позволяя рассмотреть огромные глыбы, разбросанные по округе. Первыми вышли корневик и Асума, следом Чирику и Сора. Пока они ругались, а потом прятались под куполом, вечер вступил в свои права. Видимость значительно ухудшилась.

— Уходим, — повторно приказал Асума и повернулся в стороны расщелины, через которую они пришли.

Вместо прохода оказалась каменная стена. Если внимательнее присмотреться, было видно отличие по оттенку искусственной скалы от настоящей. Вверх подняться затруднительно, значит…

Асума развернулся к единственному проходу, что остался. Именно оттуда раздался тихий перезвон колокольчиков. А следом показались три темные фигуры.

— Зря вы пришли сюда.

«Зря вы пришли сюда, Асума. Отступите, — напротив замерли шесть шиноби»

Пальцы Асумы сильнее сжались на верных кастетах. Этот голос… Со временем он изменился, стал более грубым и низким. Вот только интонация и уверенность в своих словах — все точно так же, как и тогда.

— Значит, ты выжил, Казума.

— Должен признать, с больши́м трудом.

Три шиноби в соломенных шляпах остановились напротив них, скрывая за широкими полями свои лица. Бугай справа, слева красноволосая куноичи, а по центру Казума, чья внешность изменилась. Вместо коротких черных волос, теперь на его спину спадали длинные седые. В одной руке он держал длинный посох.

— Казума?

Тихий вопрос, но заданный с такой надеждой, прервал затянувшуюся напряженную тишину.

— А ты подрос, Сора.

— Сора, оставайся позади.

— Нет! — пацан оттолкнул руку Чирику, выхватил трехлезвийные когти и отпрыгнул в сторону, оказавшись ровно посередине между двумя группами шиноби. — Мне с самого рождения врали! — Сора водил рукой с оружием из стороны в сторону, не позволяя никому к себе приблизиться. Остановив оружие на Казуме, Сора потребовал: — Покажи лицо!

— Не так я представлял нашу встречу. Что же. Сомневаюсь, что ты меня узнаешь, сын. — Казума поднял левую руку и сорвал шляпу, показывая всем свое лицо.

— И снова ложь, — прошипел Сора.

— Я действительно сильно изменился за эти годы. А что ты скажешь на это?

Казума приподнял правую руку и оголил ее до локтя. На коже красовался витиеватый шрам от ожога.

— Отец, — неверяще выдохнул малец и шагнул навстречу.

— Не приближайся к нему, Сора!

Крик Чирику заставил пацана застыть, но он тут же зло встряхнул головой. Но не успел Сора сделать и шагу, как его ноги обвили выросшие из земли тонкие ветви, моментально обвив до колен, не позволяя двигаться. Как только он попытался когтями разорвать путы, ветви сразу обвили кисти рук.

— Я не позволю его забрать, — не обращая внимания на крики Соры, шагнул вперед Чирику.

— Думаешь, твой запрет нас остановит? — От товарищей Казумы раздался смешок. — Я благодарен, что ты заботился о нем, но отныне Сора принадлежит мне.

— После всего, что ты с ним сотворил, ты имеешь наглость появляться? Ты хоть знаешь, через что ему пришлось пройти все эти годы и на что ты его обрек? — не выдержав, шагнул вперед Асума. Сора замолк, непонимающе переводя взгляд с Асумы на отца.

— Я даровал ему силу, — широко улыбнувшись, Казума завел левую руку за спину. — И, как я вижу, вы решили ее запереть! Как глупо с вашей стороны.

Они сорвались с места одновременно.

Чирику схлестнулся с бугаем, первым успев нанести серия ударов по корпусу противника. Бесполезно, словно бил по скале. Ответный мощный удар, всего один, откинул нинсо назад. Чирику перекувыркнулся в воздухе, но смог устоять на ногах при падении.

Асуме перегородила дорогу куноичи, выплюнув огненные сгустки почти в упор. Сарутоби пришлось уворачиваться и разорвать дистанция, избегая урона. Куноичи сорвала шляпу, встряхнула волосами и, соблазнительно изогнувшись, ткнула указательным пальцем в его сторону:

— Ты мой.

На пути Казумы к Соре выросли каменные шипы, заставляя его подпрыгнуть. И тут же из-под земли появились ветви и устремились к шиноби, но тот раскрутил правой рукой над головой засветившийся чакрой посох. Резкий взмах и древесину разрезало воздушное лезвие, сорвавшиеся с оружия.

— Поздно! — Прокричал Казума, приземлившись рядом с Сорой. — Покажи мне свою силу!

На пальцах его левой руки вспыхнули кандзи за мгновение до того, как они впились в живот Соры. И только то, что пацана до сих пор удерживали ветки, позволили тому остаться на ногах и не упасть.

— Кха, — Согнулся после удара Сора. Его лицо исказилось от боли и удивления.

Верный посох покрылся чакрой. Немного усилий и путы, удерживающие Сору, оказались разрезаны.

Бух.

Сора попытался приподняться, но не смог. Через силу он приподнял испачканное в каменной пыли лицо. На губах мальчика появилась кровь.

— Отец?

— Тц. Слабак, — заключил Казума. И тут же был вынужден уклониться от летящего в лицо куная, а следом отпрыгнуть от ветвей.

— Вот же надоедливые, — пробормотал Казума, рассматривая двух одинаковых шиноби в маске. Один из них кинул кунай, второй же, призвал ветви. Благо, что Фудо полностью завладел вниманием Чирику, и тот не мешал.

— Стой, подожди… Ар-р-р.

Казума успел заметить, как бинты на руке сына пошли волнами, вызывая адскую боль у Соры, прежде чем ему снова пришлось уклоняться от атаки надоедливого анбушника. Верный посох до сих пор был напитан чакрой ветра, позволяя относительно легко справляться с древесными техниками. Казума не видел, как порвались бинты на руке сына. Не видел, как тот пораженно уставился на мутировавшую руку, как в его взгляде отразилось горькое осознание, а по чумазому лицу потекли слезы.

Вспыхнувшую яростную чакру биджу ощутили все.

— Сора!

— Наконец-то, — ухмыльнулся Казума на крик Чирику и принялся быстро раскручивать посох над головой. — Ты станешь отличным оружием!

Яростный рев, наполненный болью и ненавистью, стал ему ответом. Вокруг Казумы закружились потоки воздуха, собираясь в массивный смерч. Вой ветра заглушил названия техник и крики.

Мгновения спустя оглушительный взрыв отбросил всех от эпицентра, произошедшего из-за столкновения техник.

Кончик посоха ударился о камень. Казума осмотрел воронку, в центре которой он оказался. Довольная ухмылка исказила его губы. Она стала шире, когда Казума увидел, как одержимый Сора впечатал чакро-лапой дезориентированного после взрыва Чирику в скалу, проделав его телом внушительную яму. И тут же бросился на схлестнувшихся в ближнем бою Фудо и анбушника.

С противоположной стороны раздался полный боли вопль Фуки, вынуждая Казуму посмотреть в ее сторону. Веселая ухмылка исказилась, превратившись в злой оскал. Не складывая печати, Казума погрузился в каменистую землю, прошептав напоследок:

— Никуда не уходите, я скоро вернусь.

***

— Ты мой!

Куноичи соблазнительно выгнулась, тыкнув в Асуму указательным пальцем, при этом провела свободной рукой по груди.

— Как насчет поцелуя? Ты в моем вкусе.

— Не могу ответить тем же, — сощурился Асума, не собираясь поддаваться на ее прелести. Своим наглым предложением, тем не менее она сумела его удивить.

— Мужчины, — разочарованно покачала головой куноичи. Призывно улыбаясь, она сделала аккуратный шаг навстречу. Еще и еще. — Ты не понимаешь, отчего отказываешься. Уверена, такого сладкого поцелуя ты еще не испытывал.

— Иди тренируйся на своих напарниках, — нахмурившись, Асума принял стойку.

— Не пожалей. Я всегда получаю то, что хочу!

Куноичи моментально сложила печати и припала на одно колено, прикоснулась ладонями к земле, что тут же вспучилась каменными шипами. Асума в ответ взмахнул рукой, отправляя верный кастет в куноичи. Жаль, что она увернулась и кастет по касательной срезал верх ципао, оголяя часть груди. Кастет продолжил полет и воткнулся в скалу позади куноичи.

— Упс.

— Ты-ы-ы! — прошипела куноичи не хуже змеюки. — Труп!

— Сама же предлагала себя, еще и сладкий поцелуй. Или я слишком тороплюсь? — решил до конца вывести из себя дамочку, уточнил Асума. При этом вновь напитал чакрой оставшийся кастет и приподнял его на уровни груди, внимательно наблюдая за противником.

— Тц! — куноичи плавно взмахнула рукой, очертив перед собой круг.

Асума оторопел. Одежда на куноичи восстановилась, как и порезы с кровью. Все исчезло, словно она и не получила никакого урона.

— Не успел рассмотреть? — съехидничала та. — Получай!

Вновь ее руки замелькали, складывая печати. За спиной куноичи поднялась водяная волна, принимая форму змеи, и устремилась к Асуме, вынуждая вновь разрывать дистанцию. Промахнувшись, змей ударился об землю и разлился водной гладью. Полностью избежать воды у Асумы не получилось, обувь и штаны снизу промокли. Снова куноичи взмахнула рукой, словно хотела закружиться. Не закончив оборота вокруг себя, она резко отпрыгнула на сухой клочок земли и вытянула руки над водой.

С пальцев куноичи сорвались электрические разряды, моментально распространившиеся по не успевшей до конца впитаться водной глади. Асуму выгнуло, мышцы свело от спазма. Безвольное тело Сарутоби, словно изваяние, покачнулось и завалилось на спину, разбрызгивая остатки воды.

— А разговоров-то было, — протянула Фука, с удовольствием потягиваясь.

Она дождалась, когда действие техники пройдет, и неспешно направилась к неподвижному Сарутоби. Приближалась куноичи аккуратно, не отрывая настороженного взгляда от поверженного врага. Взрыв заставил ее обернуться, а последующая воздушная волна заставила вскинуть руки в защите, закрывая глаза. Ветер трепал одежду и волосы, уши заложило. Фуке пришлось отступить под его напором, чтобы не упасть.

Грязно выругавшись, куноичи потратила несколько секунд, чтобы собрать всклоченные волосы в одну кучу. Ее всю трясло от злости, когда она смогла проморгаться. Вот только на прежнем месте Асумы не оказалось.

— Ублюдок!

Фука почувствовала опасность сзади и обернулась, и тут же согнулась из-за резкого удара в живот. Куноичи откинуло на землю. Сила удара заставило ее тело несколько раз перекувыркнуться, выбивая при каждом соприкосновении с землей воздух. И тут же все вокруг нее заволокло пеплом, мешая дышать.

Искра пламени подожгла пепел, огненными взрывами распространяюсь по облаку, взрываясь все сильнее с каждой секундой. Женский крик прервался очередным взрывом.

Тяжело дыша, Асума отступил, всматриваясь в витающее облако пепла. Достал? Эта куноичи умудрилась его удивить, применив четыре из пяти стихий. Катон, дотон, райтон и суитон. Недооценивать ее он больше не собирался.

— Асума, Асума, — раздался разочарованный голос позади Сарутоби. — Не умеешь ты обращаться с женщинами. Совсем не изменился.

Асума резко обернулся.

Казуса придерживал за руку ослабленную куноичи, которую нехило так трясло. Шипя что-то неразборчивое, но явно ругательное, она обожгла Асуму убийственным взглядом. Выпрямившись, она позволила себя рассмотреть.

Ожогов не было. А вот ципао вновь оказалось разрезано в районе груди.

Да что происходит?!

— Удивлён? Фуку так просто не убить, — самодовольно протянул Казума.

— Это мы еще посмотрим, — справившись с удивлением, Асума сильнее сжал кастет и вновь напитал его чакрой.

В стороне от них раздался рев джинчурики, наполненный яростью и болью, заставив мужчин нахмуриться.

— Похоже, Сора не справился, — разочарованно покачал головой Казума.

— Какой же ты ублюдок, — не выдержал Асума. — Он твой сын!

— Вот именно! Он рожден ради выполнения великой миссии, ради воцарения истинного короля! — с фанатическим огнем во взгляде, Казума раскинул руки в стороны и продолжил: — Только под властью одного правителя страна Огня способна стать великой!

— Даймё на это не пойдет.

— Этот, да, — резко успокоившись, согласился Казума. — Он глуп и недальновиден. Но вот его сын, при должном воспитании сможет достигнуть многого.

Асума про себя хмыкнул — Данзо оказался прав. Казума не забыл предательство Даймё и решил его убрать.

— Поэтому ты послал шпионов в Коноху? Ради убийства Даймё? Глупо, у вас троих ничего не получится.

— Так вот почему вы здесь оказались, — тихо заметил Казума и с ухмылкой громко добавил: — И с чего ты решил, что мы одни?

— Кто за тобой стоит?

— Трупу это знать не обязательно. Фука, приступай.

Куноичи молча принялась складывать печати, оставшись за Казумой, что побежал к Асуме. Сарутоби чуть сместился в сторону, сощурил глаза и вскинул свободную руку вперед. Сжав кулак, дернул к себе. Кастет, что в самом начале боя воткнулся в скалу, вспыхнул чакрой и полетел обратно, к хозяину. Фука успела почувствовать неладное и вынужденно прервала технику, избегая смертельно удара в спину. Но до конца уйти она не успела.

Срезанная толстая прядь разлетелась отдельными волосками в разные стороны.

Дзинь.

Казума отбил кастет под крик Фуки, что моментально скорчилась на земле. Асуме пришлось припасть к земле, пропуская над собой набалдашник на цепи, которой он крепился к посоху Казумы. Позади что-то раскололось с глухим треском, но Асума уже на прежнем месте не оказалось — перекувыркнувшись, он дотянулся до отбитого кастета. Разворот, не вставая Асума вскинул руки, блокируя кастетами мощный удар сверху посохом.

— Суитон: Харан Баншо!

Мощная волна врезалась Асуме вбок, погружая в стремительный поток. Его протащило до ближайшего валуна, об которого нехило приложило, выбив воздух. Не успел Асума оправиться, как на него обрушился град ударов посохом. Руки и ноги что-то обвило, выгибая под неестественным углом конечности и лишая возможности двигаться. Под хруст собственных костей Асума вскрикнул. Боль застилала взор.

— Вот и все, — услышал он ненавистный голос Казумы. — Фука, он твой. Прощай, Асума.

В лицо Сарутоби впились тонкие пальцы, насильно приподнимая. С трудом приоткрыв глаза, он увидел приближающееся лицо куноичи. Приоткрыв рот, Асума вдохнул воздух, формирую технику футона, но применить ее не успел — женские губы накрыли его в жестком поцелую. Собственная чакра перестала Асуму слушаться.

Он чувствовал, как сама жизнь покидает тело. И при этом видел в стороне довольное лицо бывшего друга, ставшим врагом. Видел, не в состоянии отвести взгляд от его ухмыляющейся рожи. С каждой секундой видимость ухудшилась, но с необъяснимым упрямством сконцентрировался на ненавистном лице врага.

Неожиданно ухмылка Казумы пропала, лицо вытянулось от удивления, а на губах проступила кровь: из его груди торчало трехлезвийные когти.

Окончательно погружаясь во тьму, он слышал далекий крик Чирику:

— Асума!

Глава 23

Опираясь на верную трость, Данзо стоял чуть в стороне от сидящего за столом Фугаку и стоявших напротив хозяина кабинета настоятеля храма Огня Чирику и Киное. По одежде последних было понятно, что они сразу после боя поспешили в Коноху и не отдыхали. Оба уставшие, хмурые и напряженные.

Новости Данзо не обрадовали. Судя по виду Фугаку, того тоже. И это мягко еще сказано.

Фугаку был в ярости.

Он не разнес кабинет, как поступил бы тот же Райкаге, известный своей вспыльчивостью. Нет. Фугаку, на первый взгляд, сидел спокойно за своим рабочим столом, на котором царил образцовый порядок. И Ки свое Хокаге сдержал.

Но его выдавал взгляд.

Как они и подозревали, за личностью Фуридо скрывался Казума. Но мало того что его не удалось взять живым, так еще и не получилось выяснить, действовал ли он со своими последователями самостоятельно или же за ними кто-то стоял. Ни Киное, ни Чирику не слышали, о чем разговаривали между собой Асума и Казума — были заняты усмирением псевдо джинчурики.

Чтобы сдерживать чакру Кьюби, ее сосуду необходимо обладать уникальной чакрой. Не из-за собственной прихоти Узумаки Мито ждала столько лет, пока ей на смену не прислали Кушину. Да и Данзо, стремясь обладать такой силой, провел несколько экспериментов с созданием псевдо джинчурики. Но будучи не Узумаки, судьба у всех была одна — смерть.

— Насколько он стабилен? Как часто происходят срывы? Их интервал сокращается? — жестко потребовал ответа от нинсо советник, чем вызвал у того удивление.

— Откуда вы…

— При нас первый раз он сорвался в Храме, второй — при снятии печати Казумой, — вмешался Киное.

Дважды за такой короткий промежуток времени. Но второй срыв был вызван принудительно, поэтому судить сложно, сколько тому осталось жить. В любом случае исход один.

— Что ты предлагаешь с ним делать, Данзо? — умерив свою ярость, поинтересовался Хокаге.

— Он опасен. Его необходимо ликвидировать.

— Он еще ребенок! — возмутился Чирику. — Я согласился привести его в Коноху с условием, что здесь ему помогут… Я заберу его назад, в Храм.

— Тем самым только продлите его агонию. Сколько еще он сможет продержаться? Год, три? Это сейчас вы справляетесь, пока у вас нет жертв среди братьев, — Данзо гулко гулко стукнул тростью по деревянному полу, подведя итог: — пока нет. Что будете делать потом?

— Мы справимся, — упрямо возразил нинсо.

— Сомневаюсь. Джинчурики зависимы от эмоций. И каждый раз, когда Сора будет видеть тебя — убийцу своего отца — вероятность срыва будет велика, — спокойно констатировал Данзо, на что Чирику хмуро поник головой. Советник посмотрел на Хокаге и с намеком добавил: — В любом случае за силой девятихвостого идет охота. Оставляя сосуд при Храме, вы рискуете жизнями нинсо.

В повисшей тишине раздался дробный перестук пальцев Хокаге по столу. Никто не мешал ему думать. Последнее слово, как и ответственность за решение, остается за Хокаге.

— Сора остается в Конохе.

Со стороны Чирику раздался облегченный тихий выдох. Он понимал, что Данзо прав как минимум в одном — Сора не сможет сдерживать свои эмоции при нем. Каким бы ни был Казума, тот оставался его отцом. А Чирику убил его, при этом воспользовавшись трехлезвийными когтями Соры.

— Рискуете вызвать новое высвобождение Кьюби посреди Конохи, Хокаге-сама, — тихо прошелестел голос Данзо. Советник не сдержался и прямо высказал таким образом свой протест.

Моментально возникшее напряжение в кабинете почувствовали все.

— Под мою личную ответственность. В этот раз, — в тон ему ответил Фугаку, — клан Учиха лично присмотрит за ним.

«Так и знал! Намекаешь на тот приказ, не позволивший клану Учиха вмешаться в усмирение Кьюби? Признаю́, подловил. И теперь, потеряв возможность влиять на Наруто, решил прибрать к рукам этого недоджинчурики? Ничего, ты еще с ним намучишься. Посмотрим, как ты справишься. И не думай, что я поделюсь своим опытом тренировок с Наруто, а также не рассчитывай на помощь Киное. Сам же сказал, это теперь лично твоя и клана Учиха головная боль. Корень будет только наблюдать.»

— Вы проделали долгий путь, вам следует хорошо отдохнуть, — не отрывая взгляда от Данзо, спокойно отметил Фугаку, обращаясь к Чирику и Киное. И намекая, что им стоит оставить его с советником наедине. Те не были глупыми, и все поняли.

— Он опасен, — попытался еще раз достучаться до Хокаге Данзо, стоило двери за Чирику и Киное захлопнуться.

— Я тебя услышал. И все же считаю, что ему сто́ит дать шанс.

«Говоришь как Хирузен. Это на вас всех так должность Хокаге что ли влияет?» — Данзо мысленно скривился. — «Кстати, о Сарутоби. Сто́ит наведаться в Госпиталь».

— Как скажешь, — вместо прощания обронил Данзо и направился к выходу. Всю дорогу он ощущал пристальный взгляд в спину.

С одной стороны, Конохе был выгоден сильный Хокаге. С другой, его самоуверенность могла натворить дел. Сейчас Данзо вместе с остальными советниками сдерживал Фугаку, тем самым уравновешивая соотношение сил. Но, они стареют, а замены так и нет.

И с этим что-то нужно делать.

***

Госпиталь встретил Данзо привычной рабочей суетой. Не сказать, что он бывал здесь слишком часто, но приходилось периодически наведываться по организационным вопросам. Не все можно было доверить помощникам — Тсунаде сложный человек, требующая к себе определенного подхода.

Вспомнив главу Госпиталя, Данзо сильнее нахмурился. Насколько он знал, она так и не вернулась после своего зрелищного ухода из кабинета Хокаге. В Госпитале были сильные ирьенины и помимо нее, но в отдельных случаях без помощи Сенджу оказывалось никак.

Учитывая состояние Асумы, Данзо не спрашивал о нем на ресепшене и сразу отправился в сторону отделения реанимации. И оказался прав: около закрытых дверей ходил Хирузен, скрестив руки за спиной и опустив голову. Услышав стук трости, Сарутоби остановился и замер в ожидании, при этом не отрывая взгляда от закрытой двери.

— Я ждал тебя, — тихо произнес Хирузен, стоило Данзо остановиться рядом. — Ты не знаешь, где Тсунаде?

— Знаю, но сомневаюсь, что она успеет вернуться в ближайшее время, — уклончиво ответил Шимура. — Какие новости?

— Задержись они еще хоть немного, я снова бы потерял сына. Пусть ирьенины ничего не обещают, но пока есть надежда, — Хирузен помолчал, а потом с явной неохотой отвернулся от двери и со вздохом предложил: — Выйдем на крышу?

Поднимались они молча, каждый думая о своем. День был в самом разгаре, поэтому даже с крыши Госпиталя можно было услышать рабочий шум Конохи, да рассмотреть мелькающие далекие фигуры шиноби, что решили воспользоваться верхними путями. Слабый ветер приятно обдувал лицо, позволяя хоть на мгновение отбросить прочь неприятные мысли и с удовольствием постоять с закрытыми глазами.

Терпкий аромат курева заставил Данзо скривиться и осуждающе посмотреть на старого товарища.

— Извини, — совсем не раскаиваясь, сухо произнес Сарутоби, пока Данзо переходил на другую сторону. — Я так понимаю, миссия Асумы касалась безопасности Даймё и она провалилась?

Посвятив себя Академии, Хирузен полностью передал полномочия Пятому, предпочитая наблюдать со стороны и не вмешиваться. Благодаря старым связям он оставался в курсе общих событий, что не касались конкретно его сферы ответственности, не более.

— Отчасти. Мы потеряли связующую нить.

— Я хочу знать больше.

Их взгляды пересеклись. Как в молодости ни один из них не собирался уступать другому.

— Виновник мертв.

— Брось, Данзо. Меня не интересуют пешки.

— Мстить собрался?

— Я не могу остаться в стороне, — выпустив струю дыма, твердо ответил Хирузен. — И не только как отец, но и как Третий. Моя помощь будет не лишней.

— Не слишком ли стар ты для этого? — решил подколоть Шимура друга.

— Жизнь нам дается только раз, — улыбнулся на это Хирузен. — И только нам решать, как ее прожить. Мы как те листья, — Сарутоби кивнул на деревья, с которых ветер сорвал несколько листьев и закружил. — Когда придет наше время, мы должны уступить место молодым.

— Академия на тебя плохо повлияла, — скривился Данзо, обрывая довольного своей речью друга. — Оставь сладкие речи для учеников.

Под тихий каркающий смех Сарутоби, в котором не было и толики веселья, а больше горечи, Данзо сильнее нахмурился. Он не хотел вмешивать друга в это запутанное дело. Главная причина тому — будучи Хокаге, Хирузен часто любил давать провинившимся «второй» шанс.

Как считал лично Шимура: предал деревню — заплати за это жизнью. Если раскаялся, искупи свою вину кровью.

— Так что ты выяснил? — Хирузен вытряхнул из трубки табак и повернулся к другу.

Данзо прикрыл глаз, понимая, что друг не собирался отступать от своего решения.

— Не пожалей потом. Хорошо, я расскажу тебе, что знаю.

***

Две фигуры в темных плащах стояли на пригорке, наблюдая издали за больши́м караваном. Тот медленно двигался по дороге в сторону Конохи, поднимая за собой обширный пыльный след.

— Мы можем напасть сейчас.

— Нет, — Синеволосая куноичи прищурила глаза, сконцентрировав внимание на первой повозке, на которой расслабленно сидел знакомый лично ей шиноби. Тот увлеченно что-то записывал в свой блокнот. — Судя по присутствию здесь Джирайи, Орочимару выжил.

У ее спутника из-под плаща показался механический хвост с острым концом, напоминающим жало скорпиона. Раздраженно смахнув одним движением рядом стоя́щий куст, хвост снова исчез под плащом.

Сасори ненавидел опаздывать и не терпел такого отношения от других. Но в этой ситуации он злился именно на себя: рассчитывал решить свои вопросы в Суне намного быстрее, но возникшие трудности заставили его задержаться, из-за чего Сасори не участвовал в запланированном захвате Орочимару.

И саннин ускользнул. Не удивительно, что его призывом являются змеи. Они идеально подходят друг-другу.

— Мне есть чем его удивить, — хрипло, с недовольными нотками донеслось в ответ.

— Нет. Уверена, он не один. У нас еще будет возможность застать их врасплох, — Конан развернулась к каравану спиной. — Пойдём. Нужно предупредить Какузу и Хидана об изменениях в плане.

Караван продолжил свое неторопливое движение. Легкий гул голосов, скрип колес и ржание вьючных животных — всё вместе настраивало на миролюбивый лад и клонило в сон. И многие, пригревшись под приятными лучами солнца, так и поступили.

— Уходят, — тихо заметил Хизаши из крытого фургона, продолжая удерживать активированным бьякуган.

Джирайя слегка кивнул и высунул кончик языка, что-то увлеченно строча в блокноте. Закончив мысль, он поставил точку и посмотрел на безоблачное небо.

— Должен сказать, когда вы попросили меня присоединиться к вам в дороге, я до последнего не верил, что кто-то решится напасть на караван с Даймё… Говорите, при дворе ходят интересные разговоры?

— Шепчутся, что Даймё слаб, а в стране накопилось множество нерешенных проблем.

Джирайя заинтересованно обернулся к Хизаши. Угадав по лицу саннина не озвученный им вопрос, Хизаши пояснил:

— Я пробыл при дворе дольше вас. Конечно, никто не говорил прямо, но по некоторым темам недовольство среди аристократии и влиятельных семей прослеживается. Всё чаще перед отбытием я слышал упоминание сына Даймё. Ко мне также искали подход несколько влиятельных особ через своих доверенных людей.

— Вот как. Я так понимаю, вам есть что интересного рассказать Хокаге, — задумчиво протянул Джирайя, на что Хизаши кивнул. Не скрывая своего настроения, санин хлопнул ладонями по коленям и с явной неохотой встал. — Пойду выполню своё обещание и составлю компанию Даймё. Вечером сменю.

— Хорошо. Я пока понаблюдаю, — согласно кивнул Хиаши, принимая распределению по дежурству.

Хьюга понимал недовольство санина, вызванное его вынужденным задержкой при Даймё. Он сам тоже желал быстрее оказаться в Конохе. И причина тому — странные льстивые речи слуги Сугияма, что тот плел вокруг Хьюга во время их совместного путешествия. Хизаши тогда не проявил заинтересованности, и к концу путешествия откровенно избегал слугу, сославшись на занятость при контроле охраны. Хьюга ждал, что при дворе к нему снова подойдет слуга, или же сам Сугияма. Но нет, сделав несколько намеков во время путешествия и при этом всячески расхваливая сына Хизаши, слуга Сугияма по прибытию ко двору Даймё словно забыл про него.

После намекающих речей на расположение со стороны господина Сугияма, именно судьба сына тревожила Хизаши больше всего. Откуда слуга Сугияма добыл столько интересных фактов про Неджи? Тот был еще генином и не мог вызвать столько интереса к своей личности, пусть и многие в Конохе называли его гением. Но при этом ни Неджи, ни сам Хизаши не был такой уж значимой фигурой.

Тогда с чего такой интерес к их персонам?

Тревога не отпускала Хизаши всё время, пока он находился вдали от дома. И чем ближе они приближались к Конохе, тем больше росло его беспокойство. Мысленно он поторапливал караван и злился, понимая, что никто его желание исполнять не собирается.

***

Представительного вида пожилой мужчина удобно расположился на дзабутоне возле низкого столика и выверенными, точными движениями выводил на свитке хокку. Несколько свечей создавали особую атмосферу, отбрасывая на стены причудливые тени. Сам мужчина, как и окружающая его обстановка, излучали собой богатство и власть.

Озэму Сугияма, один из богатейших аристократов страны Огня. Потеряв расположение Даймё, после неудавшейся попытки переворота во время восстания в рядах двенадцати Шугонин, Озэму тем не менее сумел сохранить свои владения и шахты. И все благодаря обширным связям и должникам в аристократической среде. Те понимали, что в случае задержания Сугияма, тот потянет их за собой. Поэтому в свое время было предпринято много попыток ликвидировать Озэму. После первого же покушения Сугияма смог выйти на влиятельных шиноби и нанять охрану, увы, но только среди нукенинов. Дорого, но свою жизнь аристократ ценил сильнее. Благо его состояние позволяло такие траты. После жесткого ответа, покушения прекратились. Но связи с нукенинами Сугияма сохранил. Спустя несколько лет они сами напомнили о себе и предложили сделку.

Тьма в углу комнаты сгустилась, раздался условный стук. Рука Озэму на мгновение замерла над свитком, а потом спокойно до конца вывела иероглиф.

— Вы не торопились. Мне пришлось отложить свою поездку ради этой встречи, — вытирая кисть и не поворачиваясь, спокойно обронил Сугияма.

Одна свеча потухла за другой, погружая комнату во тьму. Сугияма никогда не видел лица нукенина, только слышал его голос. Всегда он приходил к нему ночью, когда комната была освещена разве что только лунным светом. Но и тогда он максимум мог рассмотреть темный силуэт гостя.

— Это в ваших же интересах. Ничего не должно указывать на вашу причастность… Вы знаете о том, что Казума погиб?

Новость Сукияму не обрадовала. Немного подумав, он тем не менее спокойно заметил:

— Судя по тому, что за мной до сих пор не явились ни шиноби Конохи, ни войска Даймё, свои тайны он унес с собой... Как я понимаю, замена прошла гладко?

— Я не стал бы рассчитывать только на это, — тьма в углу комнаты сместилась чуть в сторону. — Ваши люди выполнили свои договорённости?

— Обещали результат перед началом Третьего этапа экзамена. Немного жаль, что я не смогу насладиться его боем. Говорят, мальчик одарен. Ваш ход первый.

— Конечно. Коноху ждут несколько потрясений, — донесся тихий смешок, и тьма в углу стала не такой сконцентрированной.

Гость исчез так же внезапно, как и появился. Сугияма зажег ближайшую к себе свечу и задумчиво прошептал:

— Пришло время перемен.

__

Глава 24

Хината шла по мощеной дороге родного квартала Хьюга и не узнавала его. Нет, с первого взгляда все осталось по-прежнему: чистые дорожки, ухоженные кусты и деревья, аккуратные дома. И все же, что-то казалось неправильным и непривычным, стоило взглянуть на родной квартал более внимательно. Больше не опуская взгляда и не пробегая побыстрее, Хината всматриваясь в прохожих. И скоро поняла что, а, если быть точнее, кто, изменились.

Сами Хьюга.

За пределами квартала многие соклановцы пытались вести себя «достойно». Поэтому о Хьюга, как и о Учиха, сложились определенные стереотипы у жителей Конохи. Якобы представители данных кланов «много о себе возомнили». И это была отчасти правда, все же оба клана гордились своим додзюцу и мастерством, что оттачивали годами.

В детстве Хината тоже испытала предвзятое отношение к себе со стороны детей простых жителей Конохи. Будучи еще совсем маленькой, она не поняла претензий со стороны сверстников, очень расстроилась и искренне попросила прощения даже не за себя. Получив еще больший негатив в ответ — испугалась. А после, вместо утешений от отца, слушала нравоучения о своем неподобающем поведении вне квартала, и что нужно вести себя при посторонних «достойнее». Она честно пыталась, но не смогла надеть на себя маску, одинаково продолжая относиться ко всем хорошо, независимо от того, живут они в квартале или нет.

И теперь, оглядываясь вокруг, Хината поражалась тому, как слепа она была совсем недавно. Погруженная в себя и свои проблемы, позорно пропустила тот момент, когда соклановцы перестали улыбаться друг другу на улице. Стали более отстраненными и холодными.

Так, Хината увидела, как знакомая ей пожилая Нэо-сан из побочной ветви отстраненно поприветствовала свою подругу Моммо-сан из главной. Стоило той пройти подальше, Нэо-сан обернулась ей вслед, нахмурилась и чему-то недовольно покачала головой. А ведь Хината отлично помнила, как эти две старушки всего несколько лет назад задорно смеялись вместе и приглашали друг друга в гости! И что-то куноичи подсказывало, что это небанальная ссора между подругами.

Чем дольше Хината бродила по родному кварталу и наблюдала, тем больше она замечала изменений в отношениях между Хьюга. И была вынуждена признать горькую правду, на которую ей указал Данзо, всего одним разговором сорвав пелену с глаз:

«Печально видеть, как в одном из сильнейших кланов назрел раскол».

Раскол.

Хината видела, как бо́льшая часть ее соклановцев из разных ветвей держались обособленно, а порой провожали друг друга хмурыми недовольными взглядами. Нет, не все, но как это отличалась от того, что она помнила! Больше не слышно было веселого смеха детей на улицах. Вместо доброжелательного обмена приветствиями знакомых — сухие кивки и тихое перешептывание. А сколько она заметила небольших групп, что при ее приближении замолкали? Теперь Хината не старалась быстрее пробежать мимо, и под ее внимательным взглядом многие отводили глаза. Вне зависимости от того, к какой ветви они относились. И да, смешанных групп она за всё время пути не заметила ни одной.

Как слепа она была! И как горько не было это признавать — Неджи оказался прав. Она не достойна быть наследницей. Погрузившись в свои проблемы, Хината плыла по течению и делала вид, что всё нормально. Искренне думала, что люди увидят ее доброту и ответят взаимностью. И все будет хорошо.

Как наивно с ее стороны.

Витающие в воздухе настроения давили на плечи, мешали вдохнуть полной грудью. Только добравшись до своей комнаты и закрыв сёдзи, Хината смогла облегченно выдохнуть. Пусть и такая хлипкая преграда, но именно она сейчас отрезала ее от гнетущей атмосферы в квартале. Сев на пол, Хината подтянула колени к груди и обняла их руками.

Что ей делать?

Попытаться довести до соклановцев, что они не правы? Смешно. Увы, но Хината, даже будучи наследницей, была не тем человеком, к которому станут прислушиваться жители квартала. Хьюга — боевой клан, в котором всегда ценилась личная сила. Свой шанс, исправить свою репутацию на экзамене, Хината упустила.

Пойти к отцу? То-сама не будет ее слушать. Да и сомнительно, что он не знает о ситуации. Тогда, почему он ничего не делает? Или же она не права?

Хината сильнее нахмурилась, пытаясь понять мотив отца. Данзо задал правильный вопрос: почему ее лоб до сих пор чист? Что это? Любовь родителя к своему ребенку? На этой мысли Хината невольно горько хмыкнула. Сомнительно. Или же специально тянет время? Но для чего? Хината сама не раз слышала, что ее переход в побочную ветвь всего лишь вопрос времени. Словно отец специально нагнетает обстановку, оставляя слабую наследницу, когда есть более сильная младшая. И как напоминание о неправильном выборе предыдущего главы оставался Неджи.

Хината вскинула голову и невидяще уставилась в окно, за которым давно наступила ночь.

«Судьба клана в твоих руках, Хината. И как это ни удивительно, в руках Неджи. Прекратить раскол возможно только примирением побочной и главной ветви. Думай.»

Примирение главной и побочной.

Хината отчетливо понимала, что не в силах изменить настроения взрослых. Но она может сделать одно: поговорить с Неджи. И если у нее получится, это будет первый шаг к изменению ситуации. Откуда-то Хината была уверена, что не просто так Данзо-сама упомянул Неджи.

Она обязана попробовать с ним поговорить.

***

Как обычно бывает, когда тебе нужен определенный человек, его порой очень сложно найти. Казалось бы, Хината и Неджи жили в одном квартале и раньше периодически пересекались. Но в последние дни брат почти не появлялся дома. И сто́ит признать, Хината каждый раз, слушая тишину после стука в дверь дома Неджи, испытывала облегчение. Предательская мысль, что вечером она точно его застанет дома, успокаивала.

До начала третьего этапа экзамена осталось два дня. Хината отлично помнила предупреждение советника, что после начала боев может оказаться поздно. И вновь с самого утра куноичи стояла и стучала, в этот раз более требовательно. Еще и еще. Тишина за дверью указывала на полное отсутствие хозяев дома.

Задумчиво прикусив губу, Хината стала перебирать возможные места, куда мог пойти Неджи. Тренировочные открытые площадки клана и додзё, полигон команды Майто Гая. Хината решила начать с территории клана.

Проверив несколько тренировочных площадок побочной ветви, она решила спросить на одной из них о Неджи. Но и там тренирующиеся подрастающее поколение Хьюга не знали, где брат. Отвечали ей с явной неохотой, словно делая одолжение. С горечью Хината вынуждена была признать: не факт, что ей сказали правду.

Из задумчивости ее вывел произнесенное кем-то имя Неджи, а следом раздавшийся громкий смех. Хината завертела головой по сторонам, выискивая весельчаков. Из-за поворота вышла двое генинов и один чунин из Хьюга, о чем-то оживленно переговариваясь. Увидев ее, они замолчали и, сделав серьезные лица, поприветствовали.

— Вы кого-то ищете, Хината-химе?

— Вы правы, Кохето-сан, — немного помедлив, кивнула Хината и подошла к ним поближе. — Возможно, вы видели или знаете, где сейчас Неджи-кун?

— Неджи? — удивленно вытянулось лицо одного из генинов, Иори. — Зач…

— Нет, мы его не видели, — прервал друга Кохето, но тут же добавил: — но мы слышали, что его видели тренирующимся на заброшенном тридцатом полигоне, который за рекой.

— Правда?! — не скрывая своей радости, удивилась Хината. — Спасибо вам!

Быстрый поклон и она сорвалась в сторону выхода из квартала. Вслед ей смотрели двое удивленных взглядов и один задумчивой.

— Зачем ты ей это рассказал?

— А почему нет, Иори? Их отношения с друг другом касаются только их, — безразлично ответил Кохето.

— Но… а, ладно. Ты сейчас куда?

— Мне нужно идти на дежурство.

— Но разве у тебя не вечером? — удивился второй генин.

— Попросили заменить пораньше, — развел руками Кохето, состроив мученическое лицо.

— Ха-а, зато на бой выскочки успеешь посмотреть, верно? — хлопнув по плечу Кохету, пробасил Иори.

— Кто знает, кто знает, — прошептал себе под нос тот в ответ, потирая ушибленное плечо. — Ладно, парни. До встречи.

Кохето махнул на прощание рукой друзьям и не спеша направился вслед за убежавшей химе. Несколько минут спустя на его спокойном лице появилась легкая усмешка, но она тут же пропала, стоило ему пересечь пределы квартала Хьюго.

***

Со стороны казалось, встретить караван Даймё вышли все жители Конохи. Ребятишки бежали вслед, весело махая в приветствии руками. Взрослые кто следовал примеру детей, остальные вели себя более сдержанно. Сарутоби с крыши Госпиталя наблюдал за процессией, радуясь, что не ему нужно встречать правителя — теперь это головная боль Пятого Хокаге.

Вытряхнув остатки табака из трубки, Хирузен спустился с крыши. Асуму перевели из реанимации в отдельную палату, оставив при этом под постоянным наблюдением. У ирьенинов получилось стабилизировать его состояние, но требовалось провести сложнейшую операцию. Куноичи использовала технику, что при вытягивании чакры повредила канала чакры и очаг. Все ждали возвращения Тсунаде. Все же, операция требовала особые умения. Как Хирузену сказали, сейчас по навыкам ее могли провести всего пара ирьенинов. Оба — ученики Сенджу. Но пока Хирузен решил дождаться возвращения Тсунаде, состояние Асумы позволяло подождать.

Дверь тихо скрипнула, открывая обзор на палату. Хирузен замер на входе, встретившись взглядом с посетителем, что сидела возле Асумы.

— Сарутоби-сама, — встав, низко поклонилась куноичи. Хирузен успел заметить, как она убрала смущаясь руки, перестав сжимать пальцами ладонь Асумы.

— Приятно видеть, что вы решили его навестить, Куренай, — прикрыв за собой дверь, доброжелательно улыбнулся он в ответ и подошел ближе.

— Я ненадолго, простите, — совсем смутилась куноичи. — Мне нужно возвращаться к команде.

— Конечно, — не убирая улыбки, Хирузен с интересом наблюдал, как юная джонин с красными от смущения щеками поспешно проходит мимо него. — Куренай, — обратился он к куноичи, когда она подошла к двери, заставив остановиться и обернуться. — Думаю, он будет рад вас видеть при пробуждении.

Юхи несмело улыбнулась, полностью развернулась к нему и низко поклонилась.

— Я обязательно буду рядом. До свидания, Сарутоби-сама.

Когда дверь тихо затворилась за упорхнувшей повеселевшей куноичи, Сарутоби развернулся к сыну и присел рядом на освободившийся стул.

— Молодые, — по-стариковски пробурчал он, — все скрываетесь. Надеюсь, после пробуждения ты официально представишь мне ее как свою будущую жену.

Сарутоби погрузился в воспоминания, прокручивая свои молодые годы. Встреча с Бивако, свои первые несмелые ухаживания и тяжелую руку будущей жены. Рождение детей, его занятость как Хокаге и склоки из-за этого дома. Потеря старшего сына и супруги, ссора с Асумой… Сейчас Хирузен жалел, что вспылил тогда и позволил сыну уйти. Кто знает, как сейчас бы все обернулось.

Погрузившись в воспоминания, Хирузен не увидел, как после его слов дернулся один из пальцев Асумы. Тяжко вздохнув, Сарутоби открыл глаза и обратился к сыну:

— Прибыл Даймё. Пусть я больше не Хокаге, но и мне необходимо нанести визит вежливости. Я ненадолго, а пока за тобой присмотрят.

В подтверждении его слов дверь в палату открылась, вошли медсестра и ирьенин. Перекинувшись с ними несколько слов о состоянии Асумы, Хирузен направился к выходу, напоследок кинув задумчивый взгляд на выбившийся алый локон из-под платка ирьенина. Сарутоби на мгновение остановился, но после мысленно поругал себя за возникший мимолетный порыв и возобновил движение — нечего отвлекать сотрудников Госпиталя от их работы. Тем более, его уже наверняка ждут.

У Дайме была своя резиденция в Конохе, пусть и не такая шикарная, как его основная в столице. Учитывая опасность, что могла грозить правителю страны Огня, в этот раз его охрана прошла тщательный отбор, как и слуги. Из прибывших вместе с Даймё разрешили остаться только двум: повару и главному слуге, старику Харука-сану. Несмотря ни на какие уговоры в отношении этих двоих, Даймё уперся и не собирался ни в какую с ними расставаться. Хокаге пришлось стерпеть эту прихоть и пойти на уступки, что не отменяло их проверку.

Как Хирузен и думал, Даймё по прибытии не увидев Сарутоби во встречающей делегации, сразу же поинтересовался о нем. С Пятым у Даймё были немного напряженные отношения, можно даже откровенно признать — правителю кандидатура Учиха не сильно-то и понравилась, но он принял решение совета Конохи. К Сарутоби Даймё относился более приветливо, поэтому сильно огорчился и высказал надежду, что Третий нанесет ему скорый визит. Поэтому неудивительно, что по дороге к резиденции Сарутоби перехватил посыльный. Хирузен оказался прав в своих предположениях.

Неторопливо шагая по просторному коридору резиденции Даймё, Хирузен по пути к приемной встретил одного из двух доверенных слуг правителя — старого Харуку.

— Сарутоби-сама, — со знакомой улыбкой поприветствовал тот Сарутоби.

— Давно не виделись, Харука, — поравнявшись со слугой, доброжелательно ответил Хирузен. — Рад видеть тебя в добром здравии. Как я слышал, Даймё вас с Кио никуда от себя не отпускает.

— Для нас честь служить Даймё, — не прекращая улыбаться, Харука добавил: — Кому мы, старику, еще нужны.

Сарутоби рассмеялся и лукаво возразил:

— А как же Юки-чан?

— Что вы, — охнул Харука и всплеснул руками, — так давно умерла кошка моя. Как раз в прошлый ваш приезд, помните.

— И точно, как я мог забыть, — удивился Хирузен и покачал головой. — Извини, совсем стар стал.

— Не сто́ит извиняться, Сарутоби-сама. Ох, вас ждут, а мне нужно отдать еще несколько распоряжений.

— Конечно-конечно, был рад увидеться. Надеюсь, вечером появится время для небольшого отдыха, — снова расплылся в улыбке Хирузен, подняв руку на уровень груди и показывая двумя пальцами, сколько именно.

— Будем надеяться, Сарутоби-сама, — еще раз быстро обозначив прощальный поклон, Харука напоследок доброжелательно улыбнулся и поспешил по своим делам.

Хирузен достал трубку и задумчиво прикусил ее, свободную руку убрав за спину. Его цепкий взгляд внимательно провожал Харуку, отмечая знакомую походку и мимику. Вот только Юки, или же точнее, Юкико — это его внебрачная дочь. Чтобы иметь возможность видеться с ней, Харука использовал мотив — подаренную девочкой кошку, специально назвав сокращенным именем. Так уж получилось, что Хирузен был одним из тех, кто знал об этой случайной шалости старого слуги. А что касается отдыха, то вот таким простым жестом, Хирузен всегда звал Харуку-сана на бутылочку саке. Слуга был еще тем выпивохой и раньше никогда не отказывался от приглашения, рассказывая при сильном подпитии новости.

— Интересно, — задумчиво прошептал Хирузен и горестно вздохнул: похоже, к Асуме так быстро вернуться не получится, как он рассчитывал.

***

Обрадованная после новости о том, где видели Неджи, Хината сразу же поспешила на тридцатый полигон. По пути она мысленно удивлялась тому, что ребята из побочной ветви не знали, где брат, и как ей повезло услышать от Кохето, где именно тренируется Неджи. Может, все же не так все и плохо, если брат общается с сыном старейшины?

При последней мысли Хината резко остановилась, невидяще уставившись перед собой.

«И будь осторожна со старейшиной. Если он действительно причастен, то последуют провокации.»

Напутствие Данзо всплыло в памяти внезапно, и Хинату словно окатило ледяной водой. Что это? Случайное везение или умысел? Идти или нет? Хината задумчиво прикусила нижнюю губу, как ее неожиданно толкнули в плечо.

— Ох, ё! Извини, Хината-чан. — перед ней замер в умоляющей позе Узумаки, хлопнув в ладоши перед собой. Но тут же поинтересовался: — Ты чего опять на дороге застыла? Кстати, почему в последние дни не приходила?

— Ничего страшного, Наруто-кун, — выдохнула Хината, привычно краснея и потирая ушибленное плечо. Благо, что в присутствии друга хоть в обмороки перестала падать. — У меня были дела клана.

— Вот как, — с умным выражением на лице покивал друг, вызвав на лице Хинаты улыбку. — Но сегодня-то придешь?

— Я, — Хината замялась, а после вскинулась и с надеждой посмотрела на Узумаки. — Мне нужно сейчас на тридцатый полигон. Ты можешь пойти со мной?

— На тридцатый? — удивился Наруто, а после нахмурился и завертел головой, кого-то высматривая. — Хорошо, я приду. Но только чуть-чуть попозже, хорошо?

— Да, — кивнула Хината, мысленно расстраиваясь. Но и давить на друга она не хотела. Возможно, она не права в своих опасениях. — Я буду ждать.

— Договорились, — радостно улыбнулся Наруто и сорвался с места. На бегу он обернулся и, вскинув на прощание руку, добавил: — Я быстро!

Хината в ответ помахала, с грустью во взгляде провожая друга. Постояв немного, Хьюга сжала кулаки и встряхнула головой. Хватит надеяться на других! Хината развернулась и решительно направилась к полигону — это проблемы клана Хьюго, и их необходимо решить ей.

Но быстро добраться до полигона не получилось — пришлось обходить караван прибывшего Даймё. Чем дальше Хината углублялась в лес, где располагались полигоны, тем больше она нервничала. Бьякуган давно был активирован, но за время пути она встретила всего несколько шиноби — те тренировались на своих площадках. Никто за ней не следил, по крайней мере, в зоне действия додзюцу ничего подозрительного она не увидела.

Тридцатый полигон встретил ее тишиной. Единственный источник в окру́ге был ей знаком. Неджи сидел на небольшой дощечке в позе лотоса, расположив ту на острие высокого рукотворного каменного пика. Неплохое упражнение, что сочетало в себе медитацию и удержание баланса. Проверив округу еще раз, Хината деактивировала бьякуган и вышла на открытое пространство, остановившись напротив брата.

Тот сразу почувствовал ее присутствие и открыл глаза.

— Уходи.

Глава 25

— Очень жаль, что ты принадлежишь побочной ветви, а наследница не обладает твоей целеустремленностью… Ей сто́ит брать с тебя пример.

Медленный вдох. Выдох. Очистить сознание.

— Я с нетерпением жду вашего боя… Я считаю, ты достоин большего, Неджи-кун.

— Жалкое зрелище… Уверен, отец изменит свое мнение, когда узнает, что ты сорвался на отборочных, но так и не смог найти в себе сил завершить начатое.

Доска накренилась, восстановить положение не получилось. Как итог Неджи сверзился на землю, только в этот раз успел сгруппироваться и избежал новых ушибов. Он раздраженно цыкнул и раскинул руки в стороны, ощущая впившейся в спину камень.

Какой раз за утро он упал? Четвертый или пятый? Чем ближе приближался третий этап экзамена, тем тяжелее было сохранить гармонию в душе. Что негативно влияло на тренировки. Еще и разговор в ресторане с Кохето внес свою лепту, не давая Неджи сосредоточиться.

Скривившись, Хьюга встал, подошел к рукотворному каменному пику и поднял с земли узкую доску. Пристроив ее на острие, Неджи оперся двумя руками на края и одним плавным, но ловким движением оказался в позе лотоса на доске. С трудом, но у него получилось сохранить равновесие и не упасть. Оторвав пальцы от краев доски, Неджи плавно переместил руки на колени, закрыл глаза и застыл.

Первое время у него получилось отстраниться от мыслей, но скоро они нашли лазейку и снова завладели его вниманием.

Завершить начатое.

Кохето, будучи представителем главной ветви, пусть и завуалированно, поддержал его решение. И при этом в открытую насмехался над результатом боя с Хинатой. Неджи до их разговора только подозревал, что в главной ветви также недовольны выбором главы клана. Теперь они переросли в уверенность. Вот только…

— Или же ты специально ослабил удар, чтобы отсрочить смерть химе? Слышал, ей теперь нельзя тренироваться, иначе сердце может не выдержать… А ты жесток, Неджи.

Неджи скривился и раздраженно выдохнул, из-за чего шаткая платформа под ним вновь чуть покачнулась. Несколько секунд понадобилось для восстановления равновесия.

Медленный вдох. Выдох. Очистить сознание.

И снова неудача.

Зачем Кохето сказал ему о состоянии Хинаты? Чего он хотел этим добиться? Ожидал, что он побежит исправлять результат их боя, таким образом, решил его руками убрать слабую наследницу? Нашел дурака! Экзамен предоставил ему шанс завершить в любом варианте их бой, не опасаясь последствий вне зависимости от его исхода. Сейчас же ему опасно к ней даже приближаться. Неджи отлично помнил урок, что показал ему в детстве глава клана на их с Хинатой тренировке.

Медленный вдох. Выдох.

Вспоминая бой с Хинатой не затуманенным яростью взглядом, Неджи признал: он мог ее убить. Действительно мог. Тот удар был технически выполненным правильно, но вот силы в нем не было. Именно поэтому химе выжила. Нет, Кохето не прав, он ослабил свой удар неосознанно. И понять причину этого Неджи пытался все эти дни.

Само существование Хинаты напоминало ему о несправедливости судьбы. В какой-то момент перед ним пропала девочка, остался собирательный образ всего, что он ненавидел. Слабость, нерешительность и отсутствие стремления изменить себя и окружение. И при этом, несмотря на всю свою ненависть к главной ветви, к которой принадлежала Хината, в момент удара перед ним вновь предстала не наследница, а маленькая девочка. В ее взгляде не было высокомерия, химе действительно считала его братом. В момент удара перед ним возник образ девочки, которую он в четыре года поклялся защищать.

И чуть не нарушил детскую клятву, неосознанно в самом конце остановившись от… ошибки?

Если Кохето прав, и травма Хинаты не позволит ей продолжать оставаться шиноби, то для нее это будет лучшим исходом. Не будучи в силах расти как куноичи, ей не позволят стать главой клана. Значит, на ее место выберут более сильного. И надо признать, от этой мысли Неджи испытал облегчение, что закончилось все не смертью химе. Возможно, с новым главой, сильным не только в физическом плане, но и морально, будет шанс пересмотреть отношение главной ветви к побочной. Возможно, у Неджи получится донести эту мысль до нового наследника.

Изменить клан. Убрать или исправить печать, выровнять права всех членов клана. Ведь по сути сейчас представители побочной ветви находились на правах рабов.

Не имея права выбора своей судьбы. Талантливые шиноби вынуждены тяжким трудом доказывать свою силу, заново изобретать техники и спотыкаться на ошибках, пока главная ветвь получает все готовое только по праву рождения. Но и добившись высот, все это может быть моментально перечеркнуто по желанию любого представителя из главной ветви.

Нет, он поступил верно. Пусть отец явно не одобрял его действий, но и запрещать не стал. Но смотреть, как разваливается клан Хьюга, Неджи просто не мог.

После принятия своего подсознательного выбора Неджи испытал облегчение. В душе рассеялась черная буря, перестав давить на плечи и позволяя вдохнуть полной грудью.

Медленный вдох. Выдох.

У Неджи получилось очистить сознание. Он не чувствовал течения времени, ощутив гармонию не только с самим собой, но и с природой. И именно поэтому он сразу отметил появление вторженца, что посмел нарушить его уединение. Открыв глаза, Неджи с раздражением увидел человека, мысли о котором не давали ему сосредоточиться все утро.

— Уходи, — тихо, но уверенно приказал Неджи, надеясь, что химе испугается и убежит.

Хината под его тяжелым недовольным взглядом вздрогнула и было отступила на шаг. Но тут же замерла, сжала кулаки и решительно вернула ногу на место. Неджи смотрел на нее и подмечал малейшие изменения, что произошли в ней, пока они не виделись.

Ее взгляд. В нем не было больше той потерянности и неопределенности. Ранее весь ее вид буквально кричал, что она маленькая хрупкая девочка, которая боится обидеть любое живое существо. И опасается того же в отношении себя. Раньше ее взгляд всегда блуждал словно в поисках укрытия или защиты.

— Нет. Я пришла поговорить с тобой.

— Не думаю, что это хорошая идея. Вам стоит лучше позаботиться о своем здоровье, Хината-сама, — отстраненно ответил Неджи.

— О своем здоровье? — удивилась та, но тут же встряхнула головой. — Это не важно. Я пришла сказать тебе, что ты прав.

Услышав такое, Неджи не смог сдержать своего удивления и закономерно потерял равновесие. Доска под ним закачалась из стороны в стороны, вынуждая прыгнуть самому, избегая очередного позорного падения.

— Прав? — не скрывая сарказма, уточнил он. — И в чем же?

— Я…

Хината замялась, ее руки стали подниматься к груди. Неджи был уверен, что сейчас вновь увидит такой знакомый многим жест, который свидетельствовал о неуверенности и смущении химе: сталкивающиеся два указательных пальца друг об друга. Но Хината в самый последний момент сжала пальцы в кулак и опустила руки.

— Я действительно плыла по течению, не замечая, что происходит вокруг. Наш бой на многое открыл мне глаза. Спасибо.

Хината низко поклонилась, вызвав ступор у Неджи. Но он тут же сменился нахлынувшим с новой силой раздражением.

— Это все? Уходи.

Химе распрямилась и вновь на мгновение предстала неуверенная девочка, которую он знал. Но тут же поджав губы, она затрясла в отрицании головой.

— Нет. Я пришла не только ради этого, — Хината глубоко вздохнула и решительно выпалила: — Откажись от экзамена, нии-сан!

Неджи и сам не понял, как оказался рядом с Хинатой. Его рука сжимала ее тонкую шею. Еще чуть-чуть, и он действительно завершит начатое на отборочных. Химе вцепилась своими пальцами в его руку, делая тщетные попытки разжать стальную хватку. В ее взгляде мелькнул и пропал страх, оставив только решительность. И это еще больше вывело из себя Неджи.

— Издеваешься?

Порыв, вызванный вспышкой ярости, быстро прошел. Пальцы чуть разжались, но не отпустили свою жертву, позволяя Хинате только вздохнуть.

— Раскол в клане с твоей победой или же проигрышем только увеличится! Прошу, пойдем вместе со мной к главе. Только сообща мы можем найти решение, — просипела упрямо Хината.

Неджи с удивлением разглядывал эту девчонку, поражаясь ее наглости. И глупости. Резко убрав руку, он под ее кашель горько рассмеялся.

— Ты точно издеваешься! Думаешь, он будет меня, а тем более тебя, слушать? Забыла, как вы поступаете с любым неповиновением решения главной ветви, а? — Неджи зло сорвал повязку и указал больши́м пальцем себе на лоб. — Или мне напомнить? Смотри!

Хината хрипло дышала, до сих пор прикрывая рукой горло, но взгляд свой подняла. В нем Неджи увидел столько отчаянии и мольбы, что только сжатый до боли в ладони хитай-ате смог привести его в чувство.

— Ни-сан…

— Не смей так ко мне обращаться. Убирайся!

Неджи резко развернулся, и тут же замер, увидев, что они не одни. В тени дерева, прислонившись к его стволу, не так уж и далеко от них стоял Кохето и с интересом за ними наблюдал. Убедившись, что его заметили, чунин отлип от ствола и направился к ним, по дороге несколько раз издевательски хлопнув в ладоши.

— Все же, я оказался прав. Ты слаб, Неджи. Тебе не стать чунином, — Кохето повел рукой в сторону Хинаты, намекая на их предыдущий разговор.

— Меня не волнуют твое мнение. Решать не тебе, все покажет третий этап.

Неджи развернулся и направился в сторону Конохи, когда услышал в спину холодный ироничный голос Кохето:

— Ты уверен, что доживешь до него?

Неджи резко обернулся, моментально собравшись и готовый отразить любую атаку. Вот только Кохето стоял спокойно, с интересом наблюдая как за его реакцией, так и за успевшей прийти в себя Хинатой.

— Кохето-сан, что ты хочешь этим сказать? — первая нарушила напряженную тишину между ними химе.

— Правду. Кто же знал, что когда утром я сказал тебе, где искать Неджи, я совсем забыл о ваших напряженных отношениях, — Кохето изобразил печаль на лице и развел сокрушенно руки в стороны. — А когда вспомнил и поспешил на полигон, то увидел бездыханное тело химе клана и невменяемого генина из побочной… Мне пришлось защищать свою жизнь.

— Ты планировал это изначально!

— Хината, беги, — крикнул Неджи, моментально приняв стойку. Кохето как раз удачно находился в зоне применения его Хакке Рокуджуйон Шо.

— Знакомая стойка, — ухмыльнулся на это Кохето и поднял руки на уровне груди, молниеносно складывая печати. — Но с чего ты взял, что я буду с тобой драться?!

Неджи узнал их. В груди всё заледенело, тело само сорвалось в атаку. Мир смазался в кляксу, такой скорости он еще ни разу не развивал. Пальцы вот-вот должны были соприкоснуться с телом противника, как адская боль обручем обхватило голову, сжигая все мысли и лишая возможности управлять телом. Удар о землю показался ничтожным по сравнению с болью, терзающей его мозг.

Пытка казалась бесконечной, окрашивая всё в алый. И намного сильнее, чем он помнил. Прекратилась она так же внезапно, как и началась. Шум в ушах и черные пятна перед глазами медленно исчезали, взамен им удалось расслышать приглушенный звук ударов и голоса, а позже разглядеть синие смазанные вспышки чакры. Сплюнув кровь, Неджи попытался встать, но позорно повалился обратно на землю: тело свело судорогой.

— Глупо с вашей стороны его защищать, Хината-химе. Должен признать, вы удивили, но больше подловить меня не получится, — встряхивая поврежденную руку, прошипел раздраженно Кохето. — Мне даже не придется применять на вас шестьдесят четыре ладони, как собирался Неджи. Это будет слишком… Кстати, как ваше сердце? Еще побаливает?

— Иди и проверь. Или ты только можешь только печати на соклановцах активировать?

Несмотря на дерзкий ответ и уверенный со стороны вид, голос Хинаты выдавал ее с головой. Она опасалась противника и сомневалась в победе. Неджи заскрипел зубами от собственной беспомощности и предпринял новую попытку встать. Безрезультатно.

Дура. Он же сказал ей бежать!

Пересиливая боль, что все еще окутывала его волной и сводила в судороги тело, Неджи медленно потянулся к подсумку.

Он должен дать ей возможность сбежать и выжить.

***

В достаточно просторном помещении без окон раздавался мерный писк медицинской аппаратуры, что окутали своими проводами единственного пациента. Помимо этого, возле койки стояла пара капельниц с растворами. Изначально в комнате предусматривалось тусклое освещение, достаточное только для того, чтобы не задеть ничего ценного и не грохнуться с ними в обнимку на пол. Но кто-то заботливый принес несколько настольных фонарей, из-за чего в палате стало непривычно светло.

На койке лежал мужчина. Его темные длинные волосы особо подчеркивали бледную кожу, как и испарину на лбу. Мужчина нахмурился и попытался открыть глаза, но сразу зажмурился: слишком ярко. Приборы зафиксировали пробуждение и изменили тональность, отчего больной поднял руку и попытался отмахнуться, но только дернул кучу проводов. Часть датчиков слетела, оставшиеся пациент сорвал раздраженно сам. Приподняться у него получилось со второй попытки. Судя по его лицу, это простое действие сопровождалось болезненными ощущениями.

Послышался отдаленный торопливый топот, который стремительно приближался. Входная дверь с грохотом отворилась и ударилась об стену, впуская раздраженную куноичи.

— Тсунаде, — раздался чуть шипящий голос мужчины. На его лице появилась ухмылка, глаза с по-змеиному вытянутыми зрачками внимательно следили за стремительным перемещением Сенджу. Та остановилась рядом и одним неуловимым движением ударила в его сторону кулаком. Больной не стал уклоняться. Его лицо обдало потоком воздуха. Раздался грохот за спиной, щеку поцарапало каменным осколком, из ранки тут же проступила капелька крови. — И я тоже рад тебя видеть.

— В следующий раз, — Тсунаде вынула кулак из стены и небрежно стряхнула с него каменную пыль, — это будет твоё лицо. И я не посмотрю, в каком состоянии ты будешь, Орочи, — не хуже него прошипела Сенджу.

Орочимару тихо рассмеялся под ее неодобрительным взглядом. Он уже отвык от взрывного характера Сенджу, но ему было приятна ее забота. А то, что Тсунаде за него волновалась, несмотря на ее грозный вид, он отлично понимал — за много лет характер сокомандницы не изменился.

— Не вижу причин для веселья. Ты хоть понимаешь, что мне пришлось собирать тебя по кусочкам, а? И только хорошая регенерация и модификации тела позволили тебе выжить? — На этот выговор Орочимару только сильнее ухмыльнулся, на что Тсунаде раздраженно цыкнула и присела на койку. — Рассказывай, кто тебя так.

Ухмылка исчезла с лица Орочимару, глаза сощурились. Он покачнулся. Тсунаде успела его подхватить в последний момент. Пристроив подушку у изголовья, она помогла ему удобнее устроиться. Ее ладонь прикоснулась к оголенной мужской груди и окуталась зеленой чакрой.

— Я жду.

— Провел разведку боем, — попытался отшутиться санин, но получив взамен грозный взгляд, вновь ухмыльнулся. — Пейн.

— Пейн, — задумчиво повторила Тсунаде. — Это…

— Лидер Акацки, — не убирая ухмылки, подтвердил догадки Сенджу санин. — Ты с ним раньше встречалась.

— Когда это?

— Вспомни Амегакуре. И троих сирот, что взял в ученики Джирайя.

— Что?! — распахнула глаза в удивлении Тсунаде, но технику не прервала. Прикусив нижнюю губу, она что-то некоторое время обдумывала. Встретившись взглядом с Орочи, уточнила: — Джирайя знает? Нет, конечно, нет. Иначе…

— Они уже давно не те дети, которых он знал. Его ждет много открытий при встрече.

— Ты правильно сделал, что не рассказал ему, — Тсунаде вздохнула и, прервав технику, выпрямилась. — Уверена, он тут же побежал бы к ним… И все же, как ты оказался в такой состоянии?

— Услышал информацию, что не предназначалась для моих ушей, — довольно протянул Орочимару, но тут же стал серьезным и, не обратив внимания на заинтересованный взгляд Тсунаде, спросил: — Сколько прошло времени?

— Четыре дня.

— В твоих интересах помочь остальным поскорее покинуть это убежище. Они уже должны были найти кольцо. Как скоро будут здесь — только вопрос времени.

— Уверен?

— Никто никогда не покидал по собственному желанию и безнаказанно Акацки… Тебе нужно помочь с эвакуацией, распоряжение я отдам.

— Тц, вот еще. Сами справятся, — Сенджу гордо вскинула голову и хрустнула кулаками, настраиваясь на веселую встречу.

— Глупо.

— Тебя не спросила, — фыркнула та в ответ, встала и направилась к выходу: — Хватит валяться! Вставай, у нас много дел.

В комнате раздался тихий специфичный предвкушающий смех. И действительно.

***

Наруто убежал вперед, пытаясь в толпе разглядеть куноичи с четырьмя забавными хвостиками. Ни у кого больше он не видел подобной прически, поэтому запомнил ее хорошо. Он и сам не понимал до конца, почему, увидев блондинистые хвосты, так обрадовался и кинулся вдогонку. Они из разных селений, на третьем этапе вообще могут сражаться против друг друга.

И при этом Наруто хотел с ней поговорить.

О чем? Конечно же, о ее сокоманднике — Гааре. Встреча и разговор с ним растревожили старые раны. Наруто ощущал их родство. Видел во взгляде Гаары одиночество, что совсем недавно испытывал сам. Он попытался достучаться до него во время их схватки, и теперь Узумаки хотел узнать только одно: как он там?

Наруто остановился перевести дыхание. Поворачиваясь в разные стороны, он пытался понять, куда делась куноичи. Как там ее. А, Темари, точно. Ведь только же тут была! Впереди виднелся хвост каравана, вокруг потихоньку разбредалась толпа зевак. Завидев Узумаки, часть жителей хмурилась и обходили его стороной, часть игнорировала и совсем малая — прожигали наполненными ненавистью взглядами. Совсем скоро вокруг Наруто образовалось пустое пространство.

— Вот же, — прошептал Наруто, ощущая на себе привычные те самые взгляды. Убедившись в тщетности своих поисков, и что Темари он окончательно потерял из виду, Узумаки развернулся к полигонам.

Тридцатый полигон находился совсем в другой стороне от того, где Наруто повстречал первый раз деда. И при этом также далеко, поэтому не пользовался популярностью и считался заброшенным. На подступах Узумаки услышал привычные звуки сражения, заставив его нахмуриться: с кем это Хината там тренируется? К своему стыду, он при встрече забыл спросить, зачем ей вообще понадобился этот отдаленный полигон.

Выскочив на открытое пространство, Наруто с удивлением уставился на открывшуюся ему картину, совсем не понимая, что вообще происходит. На полигоне в самом центре валялся Неджи, а в стороне от него Хината схлестнулась в поединке с чунином лет так шестнадцати — восемнадцати. Их бой был завораживающе красив, словно танец. Но все волшебство его исчезло, когда чунин одним резким движением толкнул вперед раскрытую ладонь, словно отталкивая противника: Хината успела скрестить перед собой руки в защите, но ее отшвырнуло мощной волной чакры. И только благодаря тому, что Наруто был на ее пути падения, он успел поймать Хинату.

— Наруто-кун? — пискнула Хьюга. И тут же сотряслась в нехорошем кашле.

— Тц, какая живучая, — донесся до них разочарованный голос чунина.

Синие глаза опасно сузились. Наруто перевел моментально посерьезневший взгляд с Хинаты на неизвестному ему чунина. Она еще не успела полностью оправиться, и Наруто отлично помнил предупреждение Кабуто не бить в область сердца.

— Не слишком ли жестоко для простой тренировки, даттебаё?

Глава 26

— Не слишком ли жестоко для простой тренировки, даттебаё?

Вместо ответа Кохето выхватил из подсумка кунай и на развороте его кинул. Не прекращая движения, чунин закрутил вокруг себя поток чакры. Оружие Кохето сбило кинутый Неджи кунай, и вслед за звоном металла раздался взрыв.

— Бегите! — заорал Неджи.

Бежать? Таким приказом Неджи озадачил Узумаки еще сильнее.

Пока Хината сражалась с Кохето, у него получилось приподняться и сесть на колени, опираясь ладонями о землю. Его ощутимо качало, но он не прекращал попыток встать.

— Кайтен? — пораженно прошептала Хината, своим вопросом выводя из ступора Наруто.

Завихрение чакры прекратилось, показывая всем невредимого чунина. Тот обернулся в сторону Неджи и, подняв выше руку со сложенной печатью концентрации, прошипел:

— Я не забыл про тебя.

Неджи схватился за голову и заорал, свалившись обратно на землю.

Россыпь сюрикенов заставила Кохето сместиться в сторону, но не прервать технику. Но чего не смогло добиться метательное оружие, великолепно справился воздушный порыв, вынудив Кохето прикрыть лицо руками. Сила ветра заставила его отступить, оставив порезы на одежде и коже.

— Как же неудачно, — прошипел Кохето, когда техника Наруто потеряла свою силу. Чунин наклонил голову вбок и хрустнул шеей. — Трачу время на каких-то троих сопляков. Пора стать серьезнее.

— Хината-чан, — не оборачиваясь, тихо обратился Наруто к подруге. Та так и сидела на земле позади него, прижимая руку к груди и тяжело, прерывисто дыша. — Я так и не понял, что здесь произошло, но… Забирай Неджи и уходите.

— Но, Наруто-кун! — возмутилась та в ответ. Увидев впереди пытающегося вновь подняться Неджи, встала сама и подошла к другу. — Кохето-сан намного сильнее, чем кажется.

— Хм. Не собираетесь убегать? Признаю́, вы храбрые, — приняв стойку, чунин улыбнулся, — и при этом глупые. Начнем!

Прикрыв глаза, Кохето вытянул руки перед собой, а после плавно развел в стороны, одну руку опустив, а вторую оставив поднятой выше головы. Стойка изменилась, чунин полностью повернулся к Неджи. Тот наконец-то встал и, покачнувшись, принял более устойчивое положение. Хитай-ате давно валялся в стороне, открывая всем про́клятую печать клана Хьюга. Выглядел Неджи неважно: тяжелое дыхание, вздутые вены на висках, из-под прикрытых век виднелись полопанные капилляры, губа прокушена до крови.

— Нет! — увидев знакомую стойку, вскрикнула Хината и побежала наперерез Кохето, прекрасно осознавая, что не успевает. Это понимал и Наруто ринувшийся следом. Он опасался применять техники футона из-за возможности задеть помимо чунина, еще и Неджи или Хинату.

— Восемь триграмм, два касания! — заорал Кохето, на его подушечках пальцев не вооруженным взглядом было видно чакру. Крутанувшись на месте, он нанес первый удар. Но его пальцы остановились возле тела Неджи, не завершив первую комбинацию: словно невидимый воздушный барьер спас того в последний момент.

— Кайтен, — раздался шепот Неджи.

Полностью правильно применить технику не получилось, но и этого всплеска чакры оказалось достаточно, чтобы прервать атаку Кохето и отбросить того в сторону.

— Ни-сан! — подскочила Хината к Неджи, успев его подхватить и не дав грохнуться на землю. Мимо них молнией проскользнул Наруто, вынуждая удивленного Кохето отпрыгнуть от воссоединившейся троицы подальше.

— Значит, твой отец обучил тебя техникам главной ветви.

— Они наследия клана Хьюга, а не только главной ветви, — прорычал Неджи.

— С чего это? Не тебе, выскочке, об этом рассуждать. Ваши две семьи возомнили себя единственными, в ком сильна кровь Хьюга. Пора это изменить… Парень, — Кохето посмотрел на Наруто, что загородил собой ребят. — Мой тебе совет — уходи, пока можешь, иначе за последствия не отвечаю. Ты вмешиваешься в дела клана Хьюга.

— И не собираюсь. Я больше не позволю причинять им вред, даттебаё.

— Что же, я дал тебе шанс, — вновь активируя бьякуган без печатей, чунин приготовился к бою.

Наруто узнал эту стойку. Именно в ней всегда атаковала Хината. Сближение и первый удар он не стал блокировать, как и отвадить — такой ошибки он больше не допустит. Только уклонение. Спарринги, что они провели с Хинатой, наглядно показали ему силу джукена. Скорость Кохето была намного выше подруги. Отступая, Наруто специально оставался в близкой дистанции, рискуя попасть под удар. Но это была единственная возможность увести чунина в сторону от ребят, давая им возможность уйти подальше. И Хината поняла его без слов, буквально таща на себе Неджи прочь.

— Да откуда ты такой верткий взялся! — еще больше ускоряясь, прорычал Кохето.

Наруто отходил не просто так: все это время он преобразовывал вокруг ладоней обычную чакру в стихийную. И когда ребята ушли достаточно далеко, Узумаки резко разорвал дистанцию, усилив толчок чакрой и в прыжке отправляя одно ветряное лезвие за другим.

— Кайтен!

Защита справилась, полностью заблокировав стихийный урон. Вот только при выходе из кайтена Кохето ожидал сюрприз. В момент завершения чунином вращательного движения вокруг своей оси, Наруто максимально сблизился с ним и атаковал почти полностью сформировавшимся расенганом. До конца не исчезнувшая защита смягчила урон, но это Кохето не помогло: два потока столкнулись, провоцируя взрыв волн чакры.

Их обоих отбросило друг от друга. Наруто смог устоять на ногах, а Хьюга не повезло: не завершив движения, атака окончательно лишила его равновесия и придала ускорения. Тело чунина несколько раз болезненно приложилось об землю.

— Мелкий ублюдок, — сплюнув на землю кровь, прошипел Кохето и попытался подняться. Но у него не получилось. — Что?

Хьюга перевернулся, подтянул к себе ноги и обнаружил их связанными черными тонкими веревками. Он попытался их стянуть, как неожиданно концы веревок зашевелились и приподнялись, показывая головы рассерженных змей. Надо отдать должное Кохето: змеи-веревки через мгновение расплескались черной густой жижей. Трава вокруг Хьюга зашевелилась, выпуская целую лавину змей, что тут же надежно связали свою жертву под его яростный крик.

— О, мы вовремя.

На полигоне появились шиноби в масках Анбу. За ними стояли Хината и Неджи. И если один из Анбу был явно взрослым дядькой, то второй на вид казался чуть старше Неджи. Последний факт вывел из себя Наруто, который не успел отойти от схватки.

— Вы еще кто такие?!

— Спокойно, Наруто-кун. Мы не враги. А этого, — взрослый Анбушник подошел к Кохето и, наклонившись, сжал его плечо и одним рывком поднял. — Забираем.

— Вы не так все поняли! — Взвыл Кохето.

— Не пытайся нам врать. Ты ловко избавился от двух наблюдателей, но не учел наличия еще одного. — Анбу повернулся к греющим уши ребятам, чуть задержал взгляд на Наруто, а потом посмотрел на остальных. — Вам следует помочь своему другу добраться до Госпиталя.

— Я сам дойду, — выпрямился Неджи и попытался отстраниться от Хинаты, но покачнулся и вынужден был опять принять ее помощь.

Кохето злобно зыркнул в сторону Неджи и задергался. Змеи сжались сильнее, но на правой руке Хьюга вновь умудрился их уничтожить всплеском чакры. Но сделать больше ничего не успел — его руку перехватил стальной хваткой взрослый Анбушник.

— Никак не успокоишься?

Раздался хруст и Кохето взвыл.

— Вы пожалеете об этом, — прошипел Хьюга. — Мой отец…

— Скоро, как и ты, встретится с Данзо-сама. И что-то мне подсказывает, разговор ему не понравится, — Кохето вновь задергался в хватке Анбу, на что тот раздраженно цыкнул и одним ударом по затылку вырубил пленника, а после закинул обмякшее тело себе на плечо. — Уходим.

— Хай.

После упоминания деда Наруто сразу утратил свой воинственный настрой. Успокоившись, он принялся приглядываться к черным змеям, что спеленали Кохето. Они показались ему смутно знакомыми, словно совсем не так давно он видел что-то похожее.

— Отпусти, я сам дойду, — раздался недовольный голос Неджи, сбив Наруто с мысли.

— Но Неджи-ни-сан, — попыталась достучаться до брата Хината.

— Не смей так ко мне обращаться.

Неджи отшвырнул от себя протянутую руку Хинаты, больно по ней шлепнув.

— Эй! — Наруто подлетел к ребятам и загородил собой Хинату, приняв на себя наполненный ненавистью взгляд Неджи. — Извинись.

— И не подумаю. Я не нуждаюсь в помощи таких, как она.

— Ублюдок, — Наруто схватил Неджи за грудки и притянул к себе. — Она рисковала ради тебя.

— Ради меня? — Хьюга ухмыльнулся и не остался в долгу, и повторил захват Наруто. — Ради себя! Она такая же, как и остальные из главной ветви!

— Неджи-кун…

— Ты идиот! Обладая такими глазами, ты слеп, не видя дальше своего носа!

— Наруто-кун…

— Заткнись! Ты ничего не знаешь! Такому неудачнику, как ты, никогда меня не понять! Ты не понимаешь, каково это, быть с ней в родстве и …

Наруто не выдержал и от души врезал.

— Наруто-кун! Неджи-кун!

Тело Неджи отлетело после удара и шмякнулось на землю. С трудом сдерживаясь, Наруто подошел к пытающемуся приподняться Неджи, присел рядом и вновь схватил того за грудки и приподнял.

— Не смей так говорить, — прошептал Наруто. От его голоса веяло жутью. — Ты даже представить не можешь, каков он, ад одиночества. Я всю жизнь мечтал о такой семье, как у тебя!

Неджи уже вскинулся и хотел в очередной раз съязвить, но увидев взгляд Наруто, не смог вымолвить и слова. Это трудно было объяснить, но именно в этот момент он почувствовал себя… жалким дураком?

— Вы…

Их обоих сковало такое ки, что мальчишки забыли, как дышать. Раздался шорох шагов и рядом остановилась Хината.

— Прекратили, оба. Ты, — химе схватила за шкирку Неджи и потащила в сторону Конохи его тушку, — пойдешь со мной в Госпиталь. А после, к главе.

Наруто боялся пошевелиться, наблюдая, как Неджи волочат по земле, словно мешок. Тот под действием ки находился на грани отключки. Пересилив себя, Узумаки сглотнул и обратился к подруге:

— Ано, Хината-чан.

Та остановилась и медленно обернулась.

Наруто с трудом удалось сдержаться и в испуге не отпрыгнуть от нее подальше. Такого выражения на ее лице он еще не видел.

Жуть.

— Что?

— Давай я тебе того, этого… помогу. Кажется, ему нехорошо.

— А? Ой! — Жуткое ки пропало, и вот перед ним снова милая и добрая Хината-чан.

Облегченно выдохнув, Наруто встал и помог Хинате приподнять Неджи. Подхватив с двух сторон, ребята потащили его в Коноху. Неджи не сопротивлялся и покорно перебирал ногами, но его взгляд был отстраненным: кажется, он что-то обдумывал и вообще с трудом оставался в сознании.

Если поначалу они шли бодренько, то ближе к Госпиталю успели немного подустать, но упрямо двигались к цели. Жители оборачивались на них, но учитывая направление ребят, не останавливали. Всё же, для Конохи это было не такое уж и редкостное зрелище, когда кто-то тащил своего товарища в сторону Госпиталя.

Они почти достигли конечного пункта назначения, как позади троицы раздался удивленный мужской голос, заставив обоих Хьюга вздрогнуть и застыть:

— Неджи?

***

— Это прямое вмешательство в дела клана Хьюга!

Приглушенный возмущенный голос Хиаши Данзо услышал прямо у двери кабинета Хокаге. Короткий стук и советник повернул ручку и, не дожидаясь разрешения, вошел и тихо прикрыл за собой. Фугаку мазнул по нему невозмутимым взглядом и вновь посмотрел на застывших напротив его стола обоих братьев Хьюга: Хиаши и Хизаши.

— Это перестало быть личным делом клана в момент нападения на джинчурики Кьюби, — спокойно парировал Пятый.

— Хорошо, признаю. Но на каком основании был задержан уважаемый старейшина Хокума-сан? — упорствовал Хиаши, сделав вид, что не заметил появления советника.

— За причастность подготовки к покушению на Хокаге, — стукнув тростью чуть сильнее, чем обычно, Данзо прошел вперед и протянул свиток Хокаге. — Доклад Ибики.

— Что за чушь? — не унимался Хиаши.

Хизаши рядом с братом прикрыл глаза, оставаясь внешне невозмутимым. Но Данзо успел заметить, как в его взгляде отразилось злорадное торжество.

Шимура понимал их обоих.

Как глава клана Хиаши не мог допустить задержания, а тем более, обвинений в преступлении соклановцев: это негативно повлияет на репутацию клана. Он прекрасно понимал сам, что Хокума и его сын переступили черту дозволенного, но выносить разборки за пределы клана не желал. Что-то подсказывало Данзо, если сейчас передать задержанных клану, то ночь они не переживут.

Хизаши же оказался потерпевшей стороной. Ведь именно его сына в первую очередь пытались убить. Пытка, устроенная Кохето с активацией про́клятой печати, нанесла существенный урон мозгу парня. Ирьенины вцепились в того стальной хваткой и не собирались отпускать минимум неделю, пока не восстановят повреждения. Поэтому ни о каком участии в последнем этапе на экзамене не могло быть и речи.

Помимо травм сына, Хизаши не мог в открытую поддержать действия Хокаге: Хиаши его родной брат и глава клана. Он обязан ему подчиняться. Что не мешало Хизаши внутренне ликовать и злорадствовать. А также ждать удобного момента, чтобы отомстить за боль сына.

Свиток с тихим шелестом свернулся. Ни слова не говоря, Фугаку протянул его в сторону возмущенного Хиаши. Тот немного поколебался, но все же решился и шагнул вперед, принимая отчет. По мере чтения с его лица слетела маска возмущения, складка между бровей стала более глубокой.

Задержанные Хокума и Кохето Хьюга рассказали много интересного. Точнее, «пел» только сын, а его отец отмалчивался. Но и не таких раскалывали, пусть это и займет больше времени. Если верить Кохето, то слуга Сугияма пару раз приходил к ним домой. Слуга поведал им, что Даймё себя плохо чувствует в последнее время, а его наследник еще мал. И сокрушался, что как бы чего ни случилось, иначе придется уважаемым аристократам созвать совет при молодом Даймё, чтобы уберечь того от ошибок. А еще будущий молодой правитель не любил шиноби, Учиха же вообще боялся до дрожи в коленях. И кто знает, как это повлияет на Коноху. И, возможно, уважаемый Кохума знает влиятельных шиноби, что недовольны нынешним Хокаге? В эти тяжелые времена между Даймё и Хокаге не должно быть разногласий. Ведь поговаривают, соседние страны готовятся к войне.

После ухода слуги, Хокума поведал сыну, что во времена перемен необходимо, чтобы во главе клана стоял сильный лидер. Хиаше же запятнал себя нерешительностью. Многие годы правления одной семьи привели к вырождению, что наглядно видно по наследницам.

Лучшего времени, чтобы сменить главу клана, не найти.

И Хокума совместно с сыном стали подогревать негативные настроения в клане. Отец среди взрослого поколения, Кохето — молодняка. А когда Неджи довел до полусмерти Хинату на отборочных, отец с сыном удвоили усилия. Еще чуть-чуть, и молодняк потребовал бы от главы принятия решения о судьбе Хинаты. Но, Хизаши убыл к Даймё, Неджи пропадал на полигонах вне клана, и потихоньку накал стал падать. Хокума решил не допустить Неджи до боев, спровоцировав его перед самым началом экзамена. Кохето знал именно об этом плане и следовал его выполнению. Но тут к нему подошла Хината, и чунин решил, что судьба ему благоволит.

И ошибся, подставив не только себя, но и отца.

Взгляд Хиаши застыл на одном месте, ясно показывая: он перестал читать и теперь сосредоточенно что-то обдумывал.

Фугаку ему не мешал. Расслабленно откинувшись на спинку кресла, он внимательно наблюдал за Хиаши, отслеживая малейшие изменения на его лице. Кланы имели свои привилегии и прямое не вмешательство Хокаге в дела кланов, было одно из них. И только заняв кресло Хокаге, Фугаку осознал, как на самом деле его связывают вот такие соглашения, что были заключены еще Хаширамой.

Убедившись, что сейчас Хиаши ушел в себя, Фугаку посмотрел в сторону Данзо и вопросительно приподнял одну бровь в немом вопросе, взглядом указав на свиток. Шимура на это кивнул, подтверждая, что отдал необходимые распоряжения.

— Клан Хьюга просит Хокаге передать преступников после вынесения приговора в клан. Исполнение приговора обязуемся исполнить в полной мере. В случае решения заключить их в Хозукиджо считаем недопустимым.

— Я вас услышал, — прикрыл глаза на несколько секунд Фугаку, прекрасно понимаю причину такой просьбы. Хокума и Кохето относились к главной ветви, а значит, их глаза были не защищены. Во избежание кражи глаз глава закономерно попросил изменить место заключения провинившихся. А то, что им грозит минимум Кровавая Тюрьма, Хиаши отлично понял из доклада Ибики.

Открыв глаза, Фугаку вновь посмотрел на Хиаши и с намеком заметил:

— Рассчитываю на плодотворное сотрудничество, дело будет на особом контроле.

Хиаши, а чуть с заминкой и Хизаши, поклонились, выражая благодарность Хокаге за неразглашение подробностей дела. Но Фугаку на этом еще не закончил. Встав, он оперся о стол кулаками и чуть наклонился вперед:

— Разногласия внутри клана Хьюга вышли за его пределы и подвергли опасности Коноху. Я даю вам месяц для самостоятельного решения разногласий, иначе дело старейшины и его сына будет подвержено огласке, а проблемы клана Хьюга вынесено на обсуждение Совета Кланов.

— Вы нам угрожаете? — сузил глаза Хиаши.

— Даю последний шанс решить свои проблемы самостоятельно... Больше не задерживаю, у вас много дел.

Данзо заметил, как взгляд Хизаши сверкнул злостью, и при этом тут же сменился на опаску и затаенную надежду. Учитывая, сколько Хокаге выделил времени, в ближайшие дни у клана Хьюга обещали быть веселыми. Необходимо усилить наблюдение за кварталом, как бы эти гордецы чего не учудили, пока будут договариваться между собой. А какое решение они примут, будет зависеть только от них.

В любом случае, как прежде, уже не будет. Что именно они придумают, ему передаст Хината. А дальше уже можно смотреть, что делать с кланом: додавить или же оставить в покое.

Дверь за братьями захлопнулась, оставив Данзо с Фугаку одних.

— Твоих рук дело?

— О чем ты? — оскорбился Данзо. — Удачное стечение обстоятельств, не более.

— Конечно, иначе и быть не может, — ухмыльнулся на «искреннее» возмущение советника Фугаку.

— Верно. В любом случае этот инцидент сыграл Конохе на руку, не тебе жаловаться. Что будешь делать с Сугияма? — перевел тему Данзо.

— Пока только наблюдение. Сам знаешь, у аристократов особый статус, тем более, таких влиятельных и приближенных к Даймё. Слуга Сугияма искусно плел свои разговоры, обходя острые углы. Сам Сугияма только недавно прибыл в Коноху на бои, ему ничего предъявить не получится. Нам остается только ждать его ошибки… Что сам думаешь?

Ответить Данзо не успел. В кабинет без стука ворвался секретарь Хокаге, Кеничи. Под грозным взглядом Фугаку он выпрямился и сразу выпалил:

— На Даймё было совершено покушение.

Глава 27

— Почему не захватили живым?

В роскошных покоях Даймё словно новоиспеченная тройка генинов кошку ловила: мебель перевернута, дорогостоящая посуда частью разбита вдребезги, оставшаяся целая валялась на полу. Своей печальной участи не избежали и шелковые ткани.

— Он оказался очень, — Хирузен задумчиво прикусил трубку, посмотрел на Хокаге и, выпустив тонкую струйку дыма, разочарованно заключил: — хрупким.

Сарутоби в одеянии Даймё выглядел непривычно. Но больше, чем занявший место правителя Хирузен, Данзо интересовал лжеслуга, или точнее, то, что от него осталось: знакомая белая непонятная субстанция. По виду та же самая, что принесли его люди с места сражения Минато с Масочником.

Был ли лжеслуга и Масочник одним и тем же человеком? Точно нет. Иначе бы Хирузен не пришиб его одним ударом. Да и примененные техники, судя по краткому пересказу Сарутоби, сильно отличались. Точнее, лже Харука показал паршивый тай, да необычное ниндзюцу: на шиноби вырастает белая субстанция, использующая чакру жертвы в качестве источника для роста.

Очень интересные способности. И опасные. С техникой-паразитом еще как-то справиться можно, если сразу не запаниковать, то вот способность противника имитировать не только повадки и внешность оригинала, в которого он превратился, но и его чакру, сулила для Конохи большие проблемы. Так, в Стране Огня проживает клан Кедоин, чьи способности похожи по превращению в других. Отличные шпионы, но тоже слабы. Но это точно не они.

Учитывая тот факт, что данную белую субстанцию Данзо видел не первый раз, это наталкивало на нехорошие мысли: может ли их быть больше двух с такой способностью?

Сколько таких фальшивок уже могло проникнуть в Коноху? При их неразличимости для сенсора, как опознать, что это подделка? Хирузену просто повезло, что он поймал лже Харуку на неточностях и тонкостях тайн настоящего старого слуги, благо был давно с ним знаком лично. Ну не резать же всех подряд, проверяя, потечет из них кровь или нет, в самом-то деле.

Или же, устроить поголовную проверку в Госпитале, обозначив, как борьбу с новой опасной болезнью? Или еще как вариант объявить обновление базы данных в Госпитале, что пострадала еще при высвобождении Кьюби. А те, кто будет саботировать посещение, взять на контроль и проверять в индивидуальном порядке. Эти варианты лучше, не понесут за собой такого сильного недовольства окружающих, как если всех подряд кунаем резать. Но опять же, на всё требуется время, а провести проверку возможно только после окончания экзамена на чунина. И не факт, что сразу после проверки группы одного из его членов не заменит фальшивка.

Необходимо создать действенный метод по их выявлению. И притом уже вчера.

Когда Орочимару передал информации о готовящемся покушении на третьем этапе экзамена на Коноху, и также указания как одной из основных целей убийство Даймё, ни Хокаге, ни Данзо не отмахнулись от полученных данных. Пусть со стороны полученная информация и выглядела как дезинформация, были предприняты шаги по предотвращению различных сценариев готовящегося покушения. Охрана и слуги Даймё были тщательно отобраны, всех проверили сенсоры как перед отбытием, так и после прибытия в Коноху.

Харука прошел проверку в первых рядах. Старик вел себя как обычно. Даже то, что он временно перестал выпивать перед сном, не вызвало у его знакомых заинтересованности: у Харуки периодически возникали месяцы «трезвости». Поэтому многие решили, что тот решил в эту поездку в Коноху вести себя как положено слуге самого Даймё.

— Значит, он до самого последнего момента не подозревал о твоей маскировке?

— Именно так. Не думаю, что он обладал сенсорными способностями, иначе напал не так банально. Как только он понял, что я не Даймё, он сразу активировал свою технику. Скорее всего, она имеет отсроченный характер и была нанесена на одежду Даймё заранее, ведь он не успел ко мне прикоснуться.

В раскрытую дверь протиснулся целый и невредимый Даймё. По мере осмотра своих покоев, его глаза все больше округлялись. Рот правитель привычно прикрыл веером.

— О-у-у! Что здесь произо… что это?! Какая мерзость.

Хирузен, как нашкодивший генин, при появлении Даймё моментально спрятал трубку.

— Мои предположения оказались верны. Ваш верный слуга Харука оказался подделкой, — зная чувствительность Даймё, Хирузен поспешил отвлечь на себя его внимание.

— Как прискорбно, — по-настоящему расстроился правитель. Его веки моментально покраснели, а нос захлюпал. — А…

— Он настоящий, — опередил Дайме Фугаку. — Его еще раз проверили.

— Завтра важный день, вам следует хорошо отдохнуть и набраться сил. Оставьте расследование на нас, — Хирузен подошел к Даймё и мягко направил его к выходу, где ожидали слуги и личная охрана.

— Вы правы, Третий, — по старой привычке обронил Даймё. — Обязательно найдите тех, кто виноват в смерти Харуки!

— Среди подозреваемых числятся приближенные к вам аристократы, — Фугаку заметил появившегося в апартаментах Анбу в маске медведя и распальцовкой передал ему приказ молчать и ждать.

— Неважно! Найдите и накажите всех причастных! — требовательно топнул ногой Даймё. Правитель Хи но Куни всегда трепетно относился к своему ближнему кругу и верным людям, поэтому неудивительно, что случившееся выбило его из равновесия. Отчего он раскапризничался, словно ребенок.

— Обязательно, — не скрывая довольной улыбки, согласился Фугаку. Ведь ему удалось получить свободу действий по отношению к аристократам. Стоило правителю, при повторном напоминании Хирузена, пойти отдыхать к себе, как Хокаге посмотрел на застывшего в ожидании Анбу.

— Хокаге-сама, Сугияма и все его люди задержаны. Они собирались покинуть Коноху.

— Вот как. Хорошо. Передайте Ибики, чтобы без меня не начинал.

Анбу кивнул и тут же исчез. Фугаку обернулся к Хирузену, но тот его опередил и заговорил первым:

— Мы будем позже, как закончим здесь. Можешь на нас положиться.

Пятый довольно кивнул и направился в сторону выхода. По пути он кинул заинтересованный взгляд на Данзо, что простоял весь разговор с Хирузеном и Даймё молча, невидяще уставившись в субстанцию на полу. Но спрашивать Фугаку ничего не стал: что-то ему подсказывало, что времени осталось мало.

А Данзо все это время думал, до побелевших пальцев сжав трость.

Обладая такими великолепными способностями, почему лже Харука решил убить Даймё именно сейчас, в Конохе? Разве их целью не было создать хаос на боях Арены? Если это не так, то почему не убили Даймё в дороге или в столице? Возможно ли, что их цель не сам правитель, а…

Данзо скосил взгляд в сторону двери, через которую только что вышел Хокаге.

Связаны ли между собой лже Харука, Хокума Хьюга и Сугияма? Если да, то кто связующее звено? Именно это сейчас пытается выяснить Пятый, решив изменить свое недавнее решение о неприкосновенности Сугияма. И причина этого: последовательность событий. Нападение на молодняк Хьюга, следом — поимка старейшины Хьюга. Не прошло и двух часов, как тут же произошло покушение на Даймё. При этом сделанное в спешке и явно не по заранее подготовленному сценарию. Зрелищнее и результативнее было бы использовать эту паразитирующую технику во время экзамена на чунина — для создания паники среди зрителей. Так, еще и Сугияма решил бежать — его явно кто-то предупредил.

Если они действительно связаны, то у Данзо есть к Сугияма парочка вопросов. И чем больше Шимура прокручивал в голове последние события, тем больше убеждался, что на часть вопросов он уже знает ответы. И только уважение к другу заставило его обратиться к Сарутоби с одной просьбой, а не действовать более радикально.

— Уже уходишь? — сразу заметил его возвращение в реальность Хирузен. Сам он внимательно наблюдал, как собирают с пола то, что осталось от слуги. Пока Данзо из-за размышлений ушел в себя, Сарутоби уже успел переодеться в свою привычную одежду.

— Да, — Данзо кивнул. — Мне нужна твоя помощь.

***

Роскошный дом стоял чуть в отдалении от других, огороженный высоким забором и утопающий в зеленых насаждениях. В небольшом пруде тонкая струйка воды текла в пустотелое коромысло, сделанного из бамбука. Вот оно заполнилось до краев, бамбук резко наклонился, вылил накопившуюся воду за считаные мгновения и опрокинулся назад, звонко ударившись об камень. В притихшем ночном саду звук казался особенно громким.

Ритмичный стук сиси-одоси вновь напомнил обитателям дома о течении времени.

— О чем ты, ка-сан? Я тебя не понимаю! Что за странные просьбы?

Старушка сидела на дзабутоне возле низкого столика, на котором ничего не было. И эта пустота казалась неправильной, а учитывая состояние мужчины напротив пожилой куноичи — наполняла тревогой.

— Не так часто я прошу тебя о чем-то, — раздался безразличный старческий голос старейшины Конохи, Утатане Кохару. — И то полностью выполнить его не можешь… Весь в отца.

Единственный сын старейшины, Утатане Изао, с трудом удержался от того, чтобы не вскинуть глаза к потолку. Все же, у него была цель не поссориться с матерью в очередной раз, а выяснить, почему она в срочном порядке потребовала увести детей в другой их дом, поменьше, что считался гостевым. Да еще и всем слугам дала выходной.

Устало вздохнув, Изао сел прямо напротив матери и кулаком подпер щеку. Кохару все также неподвижно сидела с неестественно прямой спиной напротив открытых седзи, всматривалась в ночной сад и слушала мерное постукивание сиси-одоси. При этом на сына она не смотрела.

Тук.

Где-то далеко раздался смех, но тут же смолк, вновь погружая сад в тишину.

Тук.

Несколько свечей в комнате были единственным источником света. На одной из них растопленный воск очередной крупной каплей скатился и по дороге вниз застыл.

Тук.

Со стороны центрального входа раздались тихие шаги по дорожке. Изао встрепенулся и нахмурился, прислушиваясь:

— Ты кого-то ждешь?

— Да. Прошу тебя в последний раз уйти к семье, — сухо ответила Кохару и прикрыла глаза. Почувствовав на себе недовольный взгляд сына, она вздохнула и пояснила: — Разговор будет… неприятный.

— Тогда я тем более должен остаться!

Кто-то обозначил стук в косяк двери. Изао было подорвался с места, но Кохару взмахом руки остановила сына, а после похлопала по полу рядом, безмолвно прося его пересесть к ней и освободить место напротив. В проеме комнаты бесшумно возник сначала один силуэт мужчины, за ним не спеша зашли еще двое. Когда незваные гости вышли на свет, то Изао с удивлением узнал старых соратников матери: Митокадо Хомуру, Сарутоби Хирузена и Шимуру Данзо.

***

Данзо всегда уважал Утатане Кохару, пусть очень часто их взгляды расходились. Особенно в последнее время. Будучи ученицей самого Нидайме Хокаге, она впитала от учителя не только знания, но и его отношения ко многим вещам. Да что там, Тобираму Кохару чуть ли не боготворила, поэтому его решение, пожертвовать собой ради группы, оставило на куноичи глубокий след. И предопределило ее отношение во многих вопросах. Если стоял вопрос: пожертвовать одним или всей группой, она всегда выбирала одного. Даже если он был по важности как несколько этих групп.

Дом Кохару встретил их компанию погасшими в окнах светом, только в одном тускло что-то светилось. Хирузен еще от калитки сказал, что чувствует присутствие двоих в доме, и одна из них — Кохару. Двери на их пути были распахнуты настежь, безмолвно приглашая войти.

Она ждала их. И этот факт только подтвердил подозрения Данзо и при этом успокоил его: он поступил верно, прибыв сюда вместе с Хирузеном и Хомурой.

В самом доме из просторной прихожей вели несколько дверей, но открытая была только одна. Именно там находился единственный источник света на весь дом.

Внутри просторной комнаты, где обычно Кохару любила принимать гостей, находились всего двое: сама хозяйка и ее старший сын. Утатане Изао не смог пойти по стопам матери, оставшись для своего зрелого возраста на уровне слабого чунина. Посредственность, для Данзо он никогда не представлял интереса. Поэтому видеть сына Кохару здесь, учитывая его характер, было странно. Судя по растерянному взгляду чунина, появление их троицы его удивило.

— Не ожидала, что вы придете втроем.

— А кого ты ждала, Кохару? — тихо спросил Хомура, разглядывая сокомандницу хмурым взглядом. Данзо не хотел брать с собой Митокадо, но Хирузен настоял.

— Уж точно не вас двоих, — Кохару посмотрела сначала на Хомуру, потом на Хирузена, и остановила взгляд на Данзо: — Даже странно, что ты пришел сюда не с, — куноичи поджала недовольно губы, а потом с заминкой чуть ли не выплюнула ненавистное имя: — Учиха Фугаку.

— Уверен, он придет. Поэтому у нас не так много времени, — хмыкнул на это Данзо.

Стуча тростью, он прошел в центр комнаты, где сел на единственный дзабутон. Тот еще сохранил тепло, поэтому Данзо предположил, что ранее его занимал Изао. Его действия оживили сына Кохару: тот подорвался с места и принес еще парочку дзабутонов.

— Вот как, — тем временем сухо обронила Кохару и прикрыла глаза, что-то обдумывая. А когда Сарутоби и Митокадо сели, вновь посмотрела на Данзо: — Значит, выследил.

— Догадался, — признался Данзо. — Должен признать, ты всегда была аккуратной.

— Зачем? — вклинился в обмен вежливости Митокаде, не скрывая своего отношения к произошедшему: в его голосе звучало недоверие, горькое осознание и боль. Адская смесь.

— Что значит «зачем»? — на лице Кохару брови чуть приподнялись. — Конечно, на благо Конохи! Разве вы не видите, что Пятый толкает ее в пропасть?!

Удивление на лице Изао окончательно убедило Данзо, что тот ничего не знает. И то, что он здесь присутствует, либо очередной план Кохару, либо стечение обстоятельств.

— О чем ты? — нахмурился Хирузен. — Как по мне, он неплохо справляется.

— Неплохо? — хмыкнула Кохару. — Учиха хорошо справлялись с руководством Полиции, куда их определил сенсей. Разве вы не видите, что соседние страны начали подготовку к полномасштабной войне?

— Они ее начали сразу же после окончания предыдущей, — резко оборвал куноичи Данзо. — Шиноби живут войной, без нее мы вымираем. Мир — это миф, гендзюцу для слабаков.

— Ты! — ткнула Кохару пальцем в Шимуру. — Это всё ты виноват! Не прошло и дня, чтобы я не пожалела о той уступке на Совете.

— И именно поэтому ты всячески препятствовала всем начинаниям нового Хокаге, верно?

— Своими указами он рушил всё, что мы создавали годами. Сенсей был прав: Учиха нельзя доверять, — с каким-то фанатическим огнем в глазах, высокопарно произнесла Кохару.

Каких трудов им с Пятым стоило перенастроить управление в Конохе, кто бы знал. И Кохару была не права, Фугаку всего лишь продолжил начинания Минато. Именно Намикадзе заложил основу изменений, это их совместная с Данзо работа.

Шимура с горечью смотрел на пожилую куноичи напротив и, услышав от нее слова Нидайме, разочарованно выдохнул. Кто же знал, что Тобирама заложил несколько взрывных печатей под Коноху. Одна из них — создание Военной Полиции Конохи, а вторая — его ученица. Решив первую проблему, Данзо даже не подозревал о существовании второй. Точнее, до последнего надеялся, что все те, казалось бы, недоразумения и проблемы, которые возникали в подконтрольных Кохару делах — это случайности, на худой конец, месть лично ему. Но нет. Утатане принадлежала к тем, кто был недоволен выбором кандидатуры Пятого Хокаге. И при этом ни один из известных Данзо «тихих бунтовщиков» не обладал такой властью и возможностями, как Кохару.

— Ты хоть понимаешь, что наделала? — с тяжелым вздохом уточнил Хирузен, доставая табак.

— Я пыталась исправить свою ошибку, — Кохару еще сильнее выпрямилась и поджала губы.

— Ма…

— У тебя еще есть шанс покинуть этот дом, Изао, — резко прервала сына Кохару.

Тот еще сильнее нахмурился, но с места не сдвинулся. Хотя было видно, что он хотел задать множество вопросов.

— Исправить ошибку? — не скрываясь, усмехнулся Данзо. Ему надоело играть в намёки: время поджимало, а так они сидеть могли еще долго. — Погрузив Коноху в хаос, убив Хокаге и Даймё?

Когда Кохару гордо вскинула голову, ее сын закрыл лицо руками. Тот всегда был мягким и помешанным на чести, как и его отец. И только то, что Кохару не позволила ему расти дальше в карьерном плане, еще сохранило тому жизнь. Слишком честный и добрый.

— Кохару, — прошептал Митокадо, неверяще качая головой.

— Вижу, гордишься своим решением. Значит, ты причастна к высвобождению Кьюби и смерти Намикадзе? — продолжил давить Данзо.

— О чем ты? Совсем уже с ума выжил со своим расследованием смерти Йондайме? — вскинулась куноичи.

Ответ Кохару заставил Данзо нахмуриться. Он чувствовал, что она действительно была удивлена и возмущена его обвинением. Значит, ее использовали втемную?

Данзо посмотрел на Хирузена. Во взгляде старого друга промелькнуло облегчение. А вот Данзо от этого было не легче. Кохару для него теперь стала совсем не интересна.

Вновь из сада раздался очередной стук сиси-одоси. А следом за ним быстрые шаги нескольких шиноби.

— А вот и он, — в глазах Кохару сверкнуло злое удовлетворение, заставив присутствующих насторожиться.

Фугаку зашел в комнату один, оставив сопровождение на улице. Без удивления окинул быстрым взглядом на их троицу, он остановился на куноичи.

Будучи опытным шиноби, Данзо сразу почувствовал изменения в Кохару. Он был уверен, другие тоже. Митокадо вскинулся, Хирузен убрал трубку и нахмурился. Данзо же остался сидеть расслабленно и принялся с интересом наблюдать. Благо он сел так удачно, что ему хорошо было видно как Фугаку, так и Кохару.

Течение чакры куноичи изменилось. В глазах Фугаку появился отблеск шарингана.

— Остановись, — жестко прозвучал голос Изао. Его пальцы жестко впились в кисть матери, не позволяя ей сложить печати. Вокруг Изао вспыхнула чакра такой силы, что закралось сомнение: а он действительно чунин?

Кохару вздрогнула и впервые за весь вечер посмотрела на сына. Словно впервые его увидев, она шокированно застыла. В глазах куноичи навернулись слезы, на губах проступила настоящая, пусть и горькая улыбка. Такое потерянное лицо Данзо часто видел у шиноби, подверженных гендзюцу, и сумевших наконец-то из него выбраться и увидеть реальность.

— Остановись, — прошептал Изао.

— Все-таки есть в тебе что-то и от меня.

Кохару похлопала по руке сына, успокаивая, а несколько мгновений спустя легко освободила свою руку: давление чакры исчезло. Куноичи встала и величественно подошла к Фугаку.

— Я не собираюсь покидать этот дом. Мой сын, — Кохару вскинула голову и встретилась взглядом с активированным шаринганом Учиха, — до этого момента ничего не знал. Иначе попытался отговорить. Уверена, он не будет сопротивляться при проверке… Ты для меня, как и весь клан Учиха — враг.

— Я всегда это знал, — в тон ей ответил Фугаку. — Но то, что ты вместо защиты, подвергла угрозе жизни жителей Конохи — непростительно… Учитывая прошлые заслуги, даю тебе выбор: выйти отсюда как преступник или же умереть.

— Вот как. Не ожидала. Знаешь, я ни о чем не жалею, — Кохару хищно улыбнулась и развела руки в стороны. — Кьёган Фугаку, достойна ли я увидеть твою силу перед смертью?

Хокаге ничего не ответил. Для всех прошло всего несколько секунд, как Кохару неожиданно покачнулась и плавно осела на пол, под конец повалившись на бок. Ее сын так сидел на прежнем месте, не шелохнувшись — только сильнее сжал кулаки на коленях.

— Сегодня нас покинула уважаемая всеми старейшина Конохи Утатане Кохару. Уверен, все жители придут проводить ее в последний путь, — глухо разнесся по помещению хрипловатый голос Хокаге.

Изао ожил и более осознанно посмотрел на Фугаку. Не вставая, вытянул руки вперед и глубоко поклонился, чуть ли не касаясь лбом пола, выражая глубокую признательность за милость: Утатане сохранили свою честь. Теперь более верного шиноби, чем Утатане Изао, Фугаку не найти.

— Я, Митокадо Хомура, с сегодняшнего дня снимаю с себя обязанности старейшины, — поднявшись, безжизненно произнес Хомура.

— Ваша отставка принята. Прежде чем покинуть пост, подготовьте замену и передайте дела.

Хомура кивнул, последний раз посмотрел на словно уснувшую сокомандницу и тихо вышел.

Данзо тяжело поднялся, опираясь на трость. Решение Митокадо его, мягко сказать, не обрадовало. Благо Хирузен молча снова закурил, значит, по стопам друга не пойдет. И это понятно: тогда он потеряет доступ к части информации, а у него Асума до сих пор в коме. Сам же Данзо, встретившись с вопросительным взглядом Фугаку, про себя мысленно усмехнулся и сухо поинтересовался:

— Сугияма еще жив?

Глава 28

Госпиталь с недавних пор перестал для Хинаты ассоциироваться только с трудными для нее курсами ирьёниндзюцу и новыми полученными травмами. Лечение, а после совместные тренировки сблизили, казалось бы, таких совершенно разных людей, как Хьюга и Якуши. Но именно в Кабуто Хината нашла старшего товарища, которого ей так откровенно не хватало. Постепенно они стали обсуждать не только ее здоровье и нагрузку на тренировках, но и затронули повседневную жизнь. Что ей нравится есть, как она проводит свободное время. При этом Якуши как-то умудрялся обходить стороной дела клана Хьюга. Впервые Хината почувствовала себя не наследницей великого клана, а просто двенадцатилетней куноичи, которая была интересна сама по себе.

Но в этот раз Хината посетила Госпиталь чтобы проведать Неджи. Поднимаясь по лестнице на третий этаж, она услышала торопливые шаги по лестнице и посторонилась. Вовремя. Мимо нее пробежали двое: на ходу натягивающий на себя белый халат Кабуто и незнакомая ей ирьенин с выбившейся из платка алой прядью волос. Несмотря на спешность, Кабуто заметил Хинату и кивнул в приветствии, на что Хьюга только вскинуть руку успела, и то уже в спину семпаю. Проследив за ними взглядом, Хината увидела в конце коридоре одинокую фигуру Нара Шикамару: тот стоял, прислонившись к стене спиной, и не отводил взгляда от запертой двери напротив. Именно туда и забежали ирьенины. Хината слышала, Сарутоби Асума серьезно пострадал на последней миссии, что сильно ударило по его команде генинов. Они не забросили подготовку Нара к экзамену, но при первой же возможности шли навестить сенсея. Судя по спешке, что-то произошло. Сочувствующе вздохнув, Хината сильнее сжала сетку с фруктами и направилась дальше вверх по лестнице. Она ничем помочь не могла, только верить в профессионализм семпая.

Третий этаж был более оживленный: пациенты сновали из палаты в палату, скрашивая скуку. То тут, то там можно было увидеть белый халат ирьенинов. Остановившись напротив закрытой двери в палату Неджи, Хината подняла руку и замерла, прислушавшись к раздавшимся голосам. От наполненного ужасом вскрика Неджи Хината вздрогнула:

— Нет!

— Успокойся, Ли!

Вслед возмущенному девичьему крику послышались неразборчивые шорохи, всхлипы и причитания, заставившие Хинату в панике открыть дверь и забежать в полной боевой готовности.

Вместе с ее появлением все присутствующие в палате замерли, при этом в очень интересных позах. Рок Ли со слезами на глазах тянулся руками к полусидящему на больничной койке Неджи. Сам больной уперся одной рукой в подбородок Ли, а другой в его корпус, пытаясь избежать дружеских обнимашек. Тен-Тен обхватила руками за талию Рока с другой стороны, и пыталась оттащить энергичного сокомандника от Хьюга.

— О-о-о, — смутилась Хината от увиденной картины.

— Ха-ха, — неестественно рассмеялась Тен-Тен и так сильно дернула Ли, что тот наконец-то отлип от Неджи и отлетел к стене, больно об нее приложившись. — Привет. А мы здесь решили Неджи навестить. И уже уходим. Да, Ли?!

— А? — раздался ничего не понимающий голос с пола.

— Разве ты не собирался еще влегкую размяться перед завтрашними боями?

— Точно! — моментально вскочил Ли, поднял указательный палец вверх и с умным видом прикрыл глаза: — Только постоянные тренировки могут закалить тело и душу, что закономерно приведет к победе. Не переживай, Неджи, — Ли повернулся к Хьюга и опустил вытянутую руку на уровень груди с оттопыренным больши́м пальцем. — Завтра я сражусь за нас обоих и покажу всем настоящую Силу Юности!

Не прошло и секунды, как пальцы Ли сжались в кулак, а в глазах зажегся огонь предвкушения. Слезы с его лица давно испарились.

— Да-да, — упершись ладонями между лопаток Рока Ли, Тен-Тен потащила того к выходу. — Обязательно всем покажешь. Неджи, мы зайдем вечером. До свидания, Хината-сан.

— А, да, до свидания, — посторонилась в ответ Хината, пропуская энергичную парочку к выходу.

— Не думал, что скажу это, — раздался усталый голос Неджи, как только дверь палаты захлопнулась, — но твое появление меня спасло.

Хината обернулась к брату и замерла в нерешительности. Тот выглядел уставшим и болезненным: бледный, под глазами темные круги. Тяжело откинувшись на подушку, он с вопросом во взгляде смотрел на Хинату, вынуждая ту отлипнуть от стены и подойти ближе. Чтобы хоть как-то занять себя и скрыть нерешительность, куноичи положила сетку с фруктами на тумбу, взяла графин с водой и наполнила рядом стоящий бокал. Протянув его брату, поинтересовалась:

— А почему он плакал?

— Не обращай внимания. Ли остро переживает, что не сможет со мной сразиться на экзамене, — с заминкой ответил Неджи. Уставившись на стакан, он сглотнул и все же взял протянутую посуду. — Спасибо.

Хината виновато опустила голову. Чувствуя, как вновь нарастает между ними напряжение, она уставилась в окно, не замечая, как пальцы теребят веревки на кофте.

— Ты, — раздался глухо голос Неджи, — не знаешь, где то-сан?

Хината вскинулась, поняв, что со вчерашнего дня, как Неджи попал в Госпиталь, Хизаши-сан так и не смог навестил сына больше. И, похоже, теперь Неджи сильно переживал: кулаки под простыней выдавали его с головой.

— Ты многое пропустил, ни-сан, — аккуратно начала Хината, но увидев возросшее беспокойство во взгляде Неджи, вскинула раскрытые ладони, успокаивая: — С ним все хорошо. После возвращения из резиденции Хокаге, то-сама подрался с Хизаши-одзи-саном, а потом они заперлись вместе в кабинете и напились.

— Что?

Такого удивления на лице брата Хината давно не видела. Забрав у не сопротивляющегося Неджи стакан, она поставила его на тумбу и присела на край кровати, опустив руки на колени.

— Знаешь, я давно не видела их такими, — с улыбкой произнесла Хината. — Да, подрались, но теперь они разговаривают друг с другом… Как и мы, верно?

Искренняя добрая улыбка Хинаты не позволила вырваться колкостям со стороны Неджи. И заставила задуматься.

— Сегодня вечером состоится совет клана. Насколько мне известно, на нем будут присутствовать, помимо старейшин, уважаемые члены клана из обеих ветвей, — Хината подняла голову и прикусила губу, несколько секунд что-то обдумывая. — И знаешь, теперь я уверена, что всё изменится.

— С чего ты так решила? — постарался безразлично ответить Неджи, но сам жаждал услышать ответ.

— Когда вчера отец выгнал всех слуг из дома, то осталась только я: Ханаби забрала к себе няня. Поэтому именно мне пришлось выполнить их громкий призыв принести еще бутылку саке… У меня получилось подслушать часть разговора, — Хината смутилась, но при этом не выглядела виноватой, а скорее довольной: — Они обсуждали изменение печати.

— Но ведь записи…

— Как я поняла, не все было уничтожено и что-то сохранилось.

— В любом случае главная ветвь не откажется от печати, — презрительно выплюнул Неджи.

— Если у них получится изменить ее и убрать блок «наказания», печать будет стоять у всех, — встряхнула головой Хината и уверенно посмотрела на брата: — Я буду одной из первых, кому ее установят. Чтобы больше ни у кого не возникало желания подчинять других и похищать детей.

На мгновение Неджи перестал дышать, опасаясь поверить услышанному. Неужели, они действительно решили хоть что-то изменить? Робкая надежда согрела и придала сил. И при этом осознание, что не может быть все так просто, заставляло не спешить радоваться. И еще, прокручивая слова Хинаты, Неджи впервые осознал, что Хината тоже пострадала в свое время. Кто знает, может, именно похищение сыграло свою роль в формировании неуверенности в собственных силах химе.

— Знаешь, — тихо произнес Неджи, — я не верил, что это возможно, но… Я рад, что ты изменилась и готов помочь.

Щеки Хинаты вспыхнули, но она не стала прятаться и убегать.

Возможно, взрослые действительно смогут договориться и судьбы многих в клане Хьюга изменятся?

***

Ворона перелетела с одной ветки на другую и громко каркнула, с любопытством поворачивая голову то одним боком, то вторым, рассматривая идущую внизу пару двуногих. Красные пятна на черном заинтересовали ее, но приближаться к ним она опасалась: древний инстинкт вопил — опасность! И при этом любопытство было сильнее и не позволяло улететь.

— Заебали!

Смертоносное лезвие молниеносно долетело до ветки, на которой сидела ворона. Птица только крыльями успела взмахнуть, как всего одним ударом коса разрезала хрупкое тело на две половинки.

— Это всего лишь очередная птица, — мазнув безразличным взглядом по упавшим кровавым половинкам, отстраненно заметил Какузу.

— Я не про эту орущую тварь, — убирая кровь с косы, чуть спокойнее возразил Хидан. — А про ёбаные приказы. То им живых суновцев налови, то пиздуй в этот гребаный лес, ищи нору змееныша. Мне нужна сильная жертва для Джашина, а не эти твари!

— Чем тебе Орочимару не сильная жертва?

Хидан так скривился, что устного ответа не потребовалось.

Выплеснув раздражение, Хидан дальше шел молча. Что вполне устраивало Какузу: шумный напарник его сильно раздражал, но он единственный, кто вообще был в состоянии выжить рядом с ним. Пейн четко дал ему понять, что без напарника никто из Акацуки задания выполнять не будет. А нет миссии — нет денег. Учитывая жажду сражений Хидана и любовь к ритуалам, его всегда можно было отправить веселиться, а самому потом спокойно забрать труп и получить награду. Деньги Какузу любил сильнее, поэтому мог и потерпеть надоедливого напарника, который был полезен, и приносил прибыль.

Лес превратился в чащу, передвигаться стало тяжелее. Солнце клонилось к горизонту, видимость значительно ухудшилась. И тем неожиданнее для Хидана стала остановка Какузу и его тихие слова:

— Пришли.

Хидан закрутил головой, пытаясь понять, и где здесь нора Орочимару. Вокруг величаво возвышались огромные деревья, да было раскидано несколько крупных валунов. Хидан уже было открыл рот, чтобы обматерить напарника, как между валуном и деревом мелькнуло светлое пятно на коричневом и сером фоне. Мгновение спустя к ним вышла фигуристая куноичи.

Пусть Хидана женщины большей частью интересовали только как очередная жертва, но в этом случае даже он с удовольствием оценил фигуру куноичи. Особенно его взгляд задержался на пышной груди. Аппетитная жертва. А как быть с ее силой?

— Сенджу Тсунаде.

— Не ожидала увидеть тебя здесь, Какузу, — Тсунаде сощурила глаза и посмотрела на Хидана: — Что за прилизанный малец с тобой?

На виске Хидана моментально вздулась венка. Нукенин было открыл рот и схватился за верную косу, как тяжелый кейс врезался ему по лицу.

— Больно, блядь, Какузу!

— Неважно. Где Орочимару?

— Как это неважно?! — прогундосил в ответ Хидан, зажимая кровоточащий нос ладонью.

— Только похоронила, — хрустнув костяшками пальцев, мило улыбнулась Сенджу. — Знаешь, что больше всего я ненавижу делать? — И не дожидаясь ответа, кулаком врезала себе под ноги: — Терять товарищей!

Земля вспучилась, с корнем вырывая деревья и кроша стоя́щие на пути валуны. Двум нукенинам пришлось высоко подпрыгнуть, чтобы избежать атаки.

— Она моя! — восхищенно заорал Хидан и замахнулся косой, отправляя ее в полет. — Во имя Джашина!

— Как скажешь, — спокойно ответил Какузу и замер на крупном валуне наблюдая.

Тсунаде раздраженно цыкнула и чуть повернула корпус, пропуская мимо трех зубчатую косу с прикрепленной к ней цепью. От резкого движения низкие хвосты куноичи подпрыгнули и упали ей на спину, оголяя плечи и показывая сидящего у самой шеи полосатого слизняка. Ухватившись за цепь и дернув за нее, Сенджу не позволила Хидану вернуть себе оружие, отправляя нукенина в полет. Чтобы тут же через мгновение встретить его мощным ударом кулаком в многострадальный нос. И снова полет, но теперь уже до ближайшего ствола дерева.

— Блядь! Сука! Больно же!

Обычный человек такого бы не пережил. Пробив телом глубокое углубление, Хидан материл Сенджу на чем свет стоит. И при этом в его голосе вместе со злостью звучало восхищение. Понимая, что они здесь надолго, Какузу пошевелился, чем привлек к себе внимание Сенджу. Но он не напал, как она подумала, а просто сел на голый валун, свесив ноги вниз и положив кейс на колени.

— Ну всё! — выматерившись, Хидан смог выбраться из древесного плена и отряхнулся, вытирая льющуюся из носа кровь. — Пришло время вкусить очищающую боль. Ты готова, сучка?

— А он у тебя дерзкий, — спокойно заметила Сенджу, обращаясь к Какузу. — Ты не возражаешь, если я его убью?

— Сможешь — заплачу деньги.

— Договорились.

— Ублюдок! С тобой я позже поговорю, — прорычал Хидан.

Он сделал первый шаг и, покачнувшись, рванул к Тсунаде. На бегу достал металлический стержень и одним резким движением превратил его в копьё. В этот раз Хидан был серьезнее и уклонился он напитанных чакрой кулаков куноичи. Мощный замах и копье летит сверху вниз, грозя проткнуть ногу Сенджу.

Тсунаде отскочила и уже в прыжке поняла, что целью Хидана была не она, а цепь на земле. Несколько плавных движений и та оказалась намотана на копье, а Сенджу пришлось резко пригнуться, пропуская над головой лезвия косы. Несколько срезанных золотых волосков плавно упало на землю между ними.

— Шустрая. Всё лицо мне разбила. Да ты хоть знаешь, как теперь болит мой нос?! — прежде чем поднять упавшую рядом с ним косу, Хидан резанул по ладони острием копья и вытянул руку вперед. — Ты подписала себе божественный приговор, сучка.

— Тсунаде-сама, — раздался громкий писк.

— Я поняла тебя.

Новый удар по земле вновь изменил ландшафт, разрушая создаваемый Хиданом круг. За поднятой пылью Сенджу в самый последний момент заметила лезвие косы, но полностью увернуться не сумела. Небольшая царапина на плече быстро окрасилась в алый.

— Ха-ха-ха, — Хидан отпрыгнул к тому самому дереву, куда его впечатало первым ударом. Оказывается, в прошлый раз он не просто так долго выбирался, а окроплял своей кровью траву для ритуала. Хидан расплылся в довольной улыбке и слизнул кровь с косы, наблюдая, как Тсунаде бежит к нему. — Вот ты и попалась!.. Чё?

— Сюрприз, тварь!

Сидевший на валуне Какузу с интересом наблюдал за вколачиванием напарника в землю. Сила ударов была такая, что он чувствовал вибрацию через камень.

Почему не сработал ритуал?

Из-за мата и криков Хидана шум стоял знатный. Поморщившись, нукенин встал и вытянул руку в сторону увлекшейся Сенджу. Кисть выстрелила и, контролируемая с помощью нитей, быстро достигла горла куноичи, вцепившись намертво. Рывок — и Сенджу откинуло прочь, мощно приложив об землю. От удара слизень слетел с плеча куноичи и с глухим «пуф» отправился в мир призыва. Тело Сенджу изломанной куклой осталось лежать неподвижно.

— Что за нахуй, блядь! Тьфу! Какая гадость!

За много километров от брошенной лаборатории Тсунаде Сенджу открыла глаза.

— Тц, как неудачно.

— Простите, Тсунаде-сама.

— Ты не виновата, Катсую. Спасибо за помощь.

— Всегда рада помочь.

С тихим «пуф» призыв вернулась в свой мир.

— Как прошла встреча? — спросил ехидно Орочимару. Вместе с его вопросом до Тсунаде дошел дивный аромат их ужина.

— Весело, но мало. Даже жаль, что пришел приказ возвращаться в Коноху.

— Не жалеешь, что решила остаться в деревне? — спросил Орочимару, протягивая миску с рисом.

— Иногда, — честно ответила Сенджу и присела рядом у костра на поваленное толстое бревно.

— Что мешает отправиться в путешествие? — решил подразнить ее змеиный санин. — Никаких тебе больше приказов, сама себе хозяйка.

Ответа не было долго. Мерно трещал огонь, поглощая сухие сучья. До следующего убежища, где останется змеиный санин, осталось несколько часов, когда Катсую предупредила их о появление двоих шиноби. Эта новость вынудила Орочимару и Тсунаде остановиться на привал.

— Ученики.

— Что?

— Я отчетливо поняла, что сейчас меня держат ученики. А точнее, один из них. Пока не передам ему свои знания, не уйду.

— Вот как, — произнес Орочимару и задумчиво уставился в огонь.

***

Несмотря на ночь, стояла духота. Полная луна периодически пробивалась сквозь тучи и освещала окрестности. Природа замерла: не было слышно ни шелеста листьев на деревьях, ни ночных птиц.

Холм на краю обрыва был виден издалека даже в такую темную ночь. Он давно порос деревьями, но если приглядеться днем, то можно было заметить, что к созданию этой возвышенности приложили руки люди. Это место давно покинуто, природа год за годом завоевывала каждый метр территории, скрывая рукотворные строения. Не миновало судьба запустения и главное старое поместье клана Учиха, что располагался на самом верху холма. На полу валялся мусор, засохшие листья и мелкие ветки, что принесли в здание ветер или же птицы и грызуны. С потолка свисали непонятного цвета рваные полотнища, а на стенах еще можно было рассмотреть поблекший мон клана Учиха.

— Ты рано, Зецу, — подбрасывая в руке кунай, спокойно заметил шиноби в оранжевой маске. Сидел он на единственном каменном троне-стуле, что стоял на возвышении в самом конце просторного помещения. За ним висело единственное уцелевшее полотнище с выведенным кандзи посередине, окруженный девятью томое.

— Расшатать обстановку внутри Конохи не получилось. Сугияма запаниковал и отдал раньше времени сигнал, — ответил Зецу, неспешно приближаясь к трону. Черный плащ с красными облаками скрывали его тело, оставляя на виду только голову и часть шеи. Кожа была словно разделена вертикально на две половины разного цвета: черный и белый. Все тело Зецу охватила пара длинных зеленых листов с острыми зубцами на краях, напоминая со стороны хищное растение.

Шиноби на троне в очередной раз поймал кунай и замер, что-то обдумывая.

— Печально, но не критично. Ничего не предпринимай, пусть шумиха утихнет.

— А как же Сугияма? Я могу проникнуть в камеру и убрать его.

— Не стоит. Он все равно ничего существенного не знает, а так ты можешь еще больше подставиться. Не сто́ит недооценивать шиноби Конохи и их способности.

— Говоришь так, будто скучаешь, — заинтересованно склонил голову Зецу. И пусть в его голосе звучал смешок, но желтые глаза смотрели без всякого намека на веселье, тщательно изучая шиноби напротив. Словно решаясь: напасть или нет.

— Не пытайся меня подловить, Зецу, — голос Масочника похолодел. — Меня больше ничего с ними не связывает. Сейчас для меня важна только наша общая цель.

Шиноби в маске поднялся и шагнул навстречу к Зецу. Вспышка от молнии на мгновение осветила помещение, и через несколько секунд раздался грохот с небес.

— До возрождения Треххвостого у нас еще есть время. Пока Акацуки заняты поиском джинчурики и их слабых мест, мы можем подготовиться. А что касается Конохи, — Масочник поднял руку с зажатым кунаем, — у меня есть план, как поставить ее на грань новой мировой войны. И поможет в этом один из клана Учиха.

Кунай рассек воздух и с глухим треском воткнулся в каменную стену. За стенами поместья завыл ветер, тяжелые капли забили по листьям. Молния осветила зал. Кунай проткнул мон клана Учиха, покрывая его трещинами.

Глава 29

Как и обещали, Тен-Тен с Ли навестили Неджи вечером еще раз. Проводив ребят и выключив в палате свет, Хьюга лег в койку и откинул покрывало в ноги. Душно. Сон не шел. В голове мысли сменяли друг друга, не позволяя сосредоточиться ни на чем конкретно. Так Неджи сначала думал про клан, потом про отца, который нашел все-таки минутку навестить его в Госпитале и сразу убежал на совещание. Было немного обидно, но Неджи постарался подавить это чувство в душе. А еще ему было интересно, что решили делать с Кохето и рассказал ли тот о его знании техник главной ветви. Да и важно ли это сейчас, как и его участие в третьем этапе экзамена? Главное, чтобы в клане все нормализовалось, а получить звание чунина он еще успеет. Обидно, да, он так долго готовился к этому. Ли наверняка покажет свою силу в поединке, надо обязательно посмотреть…

Завтра.

Не спала и Карин, ворочавшись на постели и прислушиваясь к тихому разговору на кухне матери и… отчима? За этот месяц куноичи узнала Киесе-сана получше и постепенно меняла свое мнение о нем: все свободное время тот посвятил их тренировкам. Месяца оказалась до ужаса мало, но они смогли приготовить несколько сюрпризов для будущих поединков…

Завтра.

Шино обернулся в сторону то-сана, что звал его домой. Проверив, что все жуки забрались обратно, он засунул руки в карманы брюк и поднялся. Сегодняшний день Шино отдыхал, посвятив все свободное время своему хобби: наблюдению за жуками и поиском новых интересных особей. Поединки обещали быть тяжелыми, все будет зависеть от того, кто ему выпадет в качестве противника…

Завтра.

Саске раздраженно закрыл за собой дверь в комнату, отрезая все посторонние звуки. С появлением этого идиота Соры находиться дома стало просто невыносимо! Еще и ни-сан, как всегда, редко появлялся, но все равно удалось потренироваться с ним несколько раз в гендзюцу: это направление Саске всегда давалось тяжело. Благо, что утренние тренировки с Какаши-сенсеем дали свои плоды и теперь он выучил мощную технику райтона. Скорость также подросла. Ему есть, чем удивить на третьем этапе своих противников…

Завтра.

Нара Шикамару с облегчением сгрузил выпившего то-сана матери и постарался побыстрее сбежать в свою комнату. Позади раздавались крики матери, сопровождаемые увесистым ударом, но бушевала ка-сан недолго. Отец даже в таком состоянии как-то умудрялся быстро успокаивать мать. Смачно зевнув, Шикамару повалился на футон, удобно устроился и задремал. На самом краю сознания осталась тревога и проблемы, но переживать он будет, или нет…

Завтра.

Двести восемьдесят восемь… двести восемьдесят девять… триста! Рок Ли повалился на пол, раскинув руки в стороны. Добраться до футона не осталось сил. А они ему понадобятся, чтобы всем показать истинную Силу Юности…

Завтра.

Без Каруи было не так весело. Особенно Омои напрягало незримое наблюдение, которое он чувствовал постоянно после прихода в Коноху. А если они наблюдают только за ним?! Омои всегда знал, что он хорош, поэтому без него команда точно пропадет. Каруи выплеснет свое горе в очередной драке, Амаи постарается ее остановить и получит за компанию. И если рядом не будет сенсея, то эти двое без него влипнуть в неприятности! Надо быстрее закончить поединок и отправиться домой…

Завтра.

Наруто шел по опустевшим улицам родной деревни, вслушивался в раздающиеся разговоры и смех. Коноха жила своей обычной мирной жизнью, наполняя душу джинчурики теплом и уверенностью. Скоро он станет на шаг ближе к своей цели. Наруто поднял голову и посмотрел на лица Хокаге. «Отец,» — Наруто вытянул руку в сторону монумента и сжал кулак. — «Внимательно наблюдай за мной»...

Завтра.

Темари убрала руку от занавески, когда знакомая блондинистая макушка скрылась из виду. Сев на стул, она вновь взяла в руки отрезок ткани и верный тессен. Протирая веер, куноичи думала о приставучем блондине, который, казалось, преследовал ее по пятам с самого прибытия в Коноху. Она могла прекратить играть с ним в прятки и наконец-то выяснить, что ему надо. Но Темари было интересно, на сколько того хватит. Это было забавно. Легкая улыбка исчезла с ее лица, рука замерла на тессене, когда Темари в очередной раз посмотрела в окно, на растущую луну. Осталось совсем немного, и они встретятся, а пока ей предстоит отстоять достоинство деревни на боях…

Завтра.

Гаара сидел в той самой искусственной пещере, в которой нашли в свое время укрытие Темари и ее сопровождающие в Коноху во время песчаной бури. Прошло несколько дней, как он смог наконец-то оправиться от ран и сильного отравления. Но не от случившегося. Придет время и он отомстит. А пока ему нужно выдержать очередной бой с собственным демоном, ведь полнолуние ожидается…

Завтра.

Данзо смотрел на трясущегося Сугияма и понимал, что тот больше ничего не расскажет. И толком ничего не знает. Еще одна пешка, не более. Он не то что лица, вообще только тень нукенина видел, не более. При этом убитый лжеслуга Даймё указывал на причастность Масочника к расшатыванию обстановки внутри Конохи. Сначала клан Учиха, потом клан Хьюга. Кто следующий? Оба раза удалось избежать больших жертв, планы Масочника, или того, кто за ним стоит, оказались сорваны, как и при убийстве правителя страны Огня. И все же, расслабляться рано: Данзо был уверен, пока Масочник не уничтожит Коноху — не успокоится. И увы, пока Данзо не мог предугадать его следующий удар: осторожный, гад.

Советник вышел из Отдела Допроса и Пыток на улицу и поднял лицо к пока еще звездному небу. Через несколько часов начнется третий этап экзамена на чунина. Шикенкаиджо наполнится зрителями: простыми жителями и шиноби Конохи, торговцами, приехавшими аристократами и потенциальными заказчиками, а также высокими гостями. Такими, как сам Тсучикаге. Старик Ооноки обещал прибыть незадолго до начала боев, чтобы увидеть бой своей внучки. Очередная головная боль, благо, что касалась она больше Хокаге. Сам Данзо, как всегда, будет только наблюдать.

Небо постепенно теряло свои темные краски. Решающий для многих день вступал в свои права...

Сегодня.

***

Поток людей стекался к Шикенкаиджо. Желающих оказалось так много, что пришлось спешно пристроить дополнительные зрительские места. В основном их занимали простые жители Конохи и генины с чунинами. Последние как раз так распределили, чтобы они могли прикрыть отход жителей. Были предусмотрены дополнительные ограждения и достаточно широкие проходы, чтобы не создавать толкучку в случае нападения во время экзамена. И да, этот вариант до сих пор никто из руководства не откинул в сторону и к безопасности как гостей, так и жителей отнеслись серьезно. Шанс нападения был очень низок, но он еще был.

До начала боев оставался час. Совсем недавно Хокаге доложили, что Тсучикаге вместе с двумя сопровождающими встретили и скоро они будут в Конохе. Его внучка прибыла еще вчера, благоразумно за ночь отдохнув перед поединками в выделенной Иве заранее гостинице. Кумо и Суна прислали вместе со своими генинами по джонину в роли сопровождения и официального представителя от лица своего Каге.

— Что думаешь? — раздался голос Фугаку, как только недавно вернувшиеся Тсунаде закрыла за собой дверь в кабинет Хокаге.

— Сомневаюсь, что Акацуки поверили Сенджу. Орочимару не так просто убить, и пока они не увидят его труп лично, слова для них останутся просто словами, — спокойно ответил Данзо, продолжая наблюдать за людским потоком из окна.

— Я не про это, — откинулся на кресло Фугаку и чуть развернулся в сторону советника. Когда Данзо заинтересованно посмотрел в ответ, пояснил: — Ооноки захотел с помощью Акацуки развязать между нами и Суной войну. И судя по тому, что он решил прибыть в Коноху, Акацуки ничего не сказали ему об утечки информации.

Данзо отвернулся обратно к окну и несколько минут молчал.

— Как по мне, это вполне вписывается в те планы Акацуки, что нам передал Орочимару. В случае конфликта, деревни будут заняты войной. Захватить часть рынка заказов в это время Акацуки будет проще. Что же касается Ооноки, то он не посмеет напасть. Уверен, его уже уведомили о присутствии в Конохе важных для Ивы поставщиков. Заменить их можно, но это время и большие потери в случае участия Ивы в войне. Тсучикаге упрям, именно поэтому он до последнего не хотел признавать свое поражение и обратился к Акацуки. Но я уверен, что как и много лет назад, получив отпор и проанализировав обстановку, Ооноки отступит. Временно. Чтобы вновь нанести удар в случае проявления нашей слабости… Он умеет ждать.

— Хм.

Данзо чуть повернул голову и встретился с внимательным взглядом Хокаге. Оба хорошо понимали, что все произошедшее не более, чем проверка. Чуть более наглая, чем обычно предпринимали все скрытые поселения на любом экзамене на чунина, но пока что это именно прощупывание готовности противника к будущей войне.

Мирное время буквально висело на волоске. Оставался вопрос, кто именно его разорвет первым окончательно.

— Ты уже определился с кандидатами в Советники? — внешне безразлично поинтересовался Данзо.

Фугаку молча встал и взял в руки шляпу Хокаге. Учиха за все время пребывания в должности Годайме, только один раз одел полностью традиционную мантию Хокаге, предпочитая ей стандартную форму джонина. На официальных мероприятиях он максимум надевал шляпу.

— Нару Шикаку и Сенджу Тсунаде, — ответил Фугаку перед тем, как покинуть кабинет. Дверь он оставил открытой, намекая, что и советнику уже пора.

— Разумно, — кивнул сам себе Данзо, ни к кому конкретно не обращаясь. Он так и продолжил стоять у окна, не шелохнувшись, даже когда секретарь Фугаку заглянул в кабинет, что так и не решился его выгнать. — И ожидаемо.

Оба кандидата были достойны занять должности Советника при Хокаге, с этим мало кто мог поспорить. И оба очень удобны лично для Фугаку. Нара будет откровенно лень плести интриги для смещения Учиха с поста Хокаге, а Сенджу вообще еще нужно будет постараться заставить принять должность Советника. Данзо помнил ее бурный отказ, когда Тсунаде предложили стать Хокаге. При этом оба преданы деревни, обладают уникальными способностями и будут полезны.

Если заставить их работать, а не спать в случае Нара и пить — Сенджу.

Очередная головная боль. Просто точно не будет. Благо, что Хирузен остался. Данзо обреченно вздохнул и направился прочь из кабинета. Пора и ему отправиться в Шикенкаиджо.

***

Наруто бежал. Он сильно нервничал ночью, поэтому долго не мог уснуть и закономерно позорно проспал. И теперь со всех ног бежал. Впереди отчетливо были видны стены Шикенкаиджо и отголоски скопления там множество людей.

— Ксо, опаздываю, — прошептал себе под нос Узумаки, ускорился еще сильнее и заорал: — Посторонись!

Поворот, еще один. Мимо него на огромной скорости пронеслись двое шиноби, поднимая за собой столб пыли и мешая нормальному обзору. Наруто узнал в одном из них своего сенсея, а вторым оказался тот самый странный соперник Какаши-сенсея — Майто Гай. Но не это удивило Узумаки больше всего, нет.

Они бежали в противоположную сторону от Шикенкаиджо!

Поднятая пыль моментально попала в глаза, отчего те заслезились. Дышать стало трудно, так еще ничего и не видно толком. Но останавливаться было никак нельзя, и поэтому Наруто не сбросил скорость, продолжая нестись со всех ног к заветной цели. Впереди раздался приглушенный кашель нескольких человек. Узумаки честно попытался хоть что-то рассмотреть, но увидел только расплывчатые силуэты.

Прямо перед ним. Столкновение неизбежно!

И Наруто на полной скорости, чтобы не снести стоя́щего прямо перед ним кашляющего ребенка, подхватил того на руки. И понесся вперед, слыша позади удивленные вскрики. Ему бы остановиться и поставить того на землю, но…

— Опаздываю! Держись, — прохрипел Наруто, слыша позади топот преследователей. Глаза все еще слезились, не позволяя ничего толком рассмотреть.

— Прыгай, — почему-то каким-то грубым голосом ответил ему ребенок на руках. И при этом таким тоном, что Наруто моментально послушался, взмыв вверх.

Вовремя: перед самым прыжком он увидел очертания чего-то крупного. Наруто перекувыркнулся в воздухе и мягко приземлился, когда позади раздались крики и вслед за ним мычание буйвола: так вот кто перегородил дорогу.

Наконец-то получилось проморгаться, неясные силуэты обрели очертания, да и поднятая пыль осела. И как раз перед самым входом в Шикенкаиджо. Открытым входом!

— Успел! — радостно закричал Наруто и посмотрел на свою ношу. И чуть ее не выронил от удивления: он держал на руках не ребенка, а маленького недовольного старика!

Резко затормозив прямо перед ступенями, Наруто аккуратно поставил скрестившего на груди руки деда и попытался аккуратно привести того в порядок.

— Ха-ха, ты извини, старик, что тебя по дороге прихватил, даттебаё, — Наруто стряхнул пыль с одежды деда, пригладил растрепавшиеся седые волосы, что выбились из низкого хвоста. И тут же завертел его, оглядывая со всех сторон и выискивая повреждения. — Не сто́ит стоять на дороге. Я же кричал посторониться!

Седые брови на лице старика чуть приподнялись, вот и вся реакция, что Узумаки получил. На арене раздались приветственные крики, отчего Наруто в панике подскочил и схватился за голову:

— Опаздываю! Старик, как закончатся бои, угощу тебя раменом! Я обязательно тебя найду!

И вновь сорвался с места, быстро забежал внутрь здания. Благо, что охрана его тут же узнала и пропустила сразу на поле битвы, где собрались все участники третьего этапа экзамена на чунина.

— Ты где был? — зашипела Карин, стоило Наруто затормозить рядом с ней и Саске.

— Тц. Опаздываешь, добе.

— Ха… ха. Дайте отдышаться, даттебаё, — прохрипел Наруто и выпрямился. А после пораженно осмотрелся.

Как много зрителей!

— Вовремя, — раздался веселый голос нового экзаменатора. — Все собрались, поэтому представлюсь. Меня зовут Ширануи Генма.

Под множеством взглядов Наруто немного стушевался, но тут же поборол свою робость. Рядом стоя́щие Карин и Саске придали ему уверенности. На лице проступила радостная улыбка, плечи расправились: он знал — они справятся!

Голоса зрителей притихли, стоило Хокаге встать со своего места. Наруто внимательно присмотрелся и с удивлением увидел, как в сопровождении двух шиноби в сторону Хокаге неторопливо идет тот самый старик, которого он прихватил по дороге. А когда его все представили, Наруто вжал голову в плечи и прошептал:

— Ксо! Я попал…

— Ты чего опять натворил? — тихо прошипела Карин, еще и больно толкнув его локтем в бок.

— Потом расскажу, — скривившись, прошептал Наруто, заметив на себе насмешливый взгляд старика Тсучикаге.

Ширануи представил их зрителям, каждый раз пережидая бурные аплодисменты. Дольше всего рукоплескали Саске, потом трем генинам из Кумо, Ивы и Суны. Меньше всего досталось Наруто, но он этого ожидал, поэтому не обиделся. А когда Генма объявил, как именно будет проходить жребий их боев, Узумаки повторно тихо застонал, словив еще один настороженный взгляд Карин: Хокаге и Тсучикаге будут тянуть перед каждым боем из мешочка их имена. Так как их было нечетное количество участников, то последней тройке не повезет: они будут сражаться сразу против друг друга. Но при этом у тройки будет больше времени на подготовку, чем у остальных.

Как только Генма перестал объяснять правила и снова озвучил, что он имеет право остановить бой в любой момент, зрители стихли и внимательно посмотрели в сторону трибуны с Каге. Тем поднесли мешок с их именами. Первым предоставили право вытянуть Тсучикаге.

Наруто задержал дыхание, ожидая результата. Стало так тихо, что было слышно дыхание соседа.

Глава 30

— Первый бой: Наруто из Конохагакуре и Темари из Сунагакуре!

Наруто резко развернулся и посмотрел на куноичи. Он пытался найти ее, как только увидел в Конохе. Темари справилась с удивлением намного быстрее него и теперь прожигала взглядом в ответ, чуть нахмурив брови. Ее большой веер был воткнут в землю рядом.

— Фух, хоть в этот раз не первая, — раздался облегченный шепот Карин справа, а следом Наруто почувствовал очередной тычок вбок. В то же самое место! — Ты же придумал, как с ней сражаться?

— Да, — безбожно соврал Наруто.

Девчонка… Его противник, девчонка!

И за что ему это?!

— Тогда удачи.

— Пф. Не проиграй, добе.

Карин взмахнула рукой и направилась вслед за Саске. Друзья чуть задержались, пока остальные участники шли в сторону выделенного им балкона для ожидания поединков. Наруто развернулся полностью к Темари и задумался. Та ему не мешала, также молча ждала начала поединка и хмуро его разглядывала.

Узумаки помнил ее бой на отборочных. И как она отбила самые первые кунаи, которые метнула в нее Тен-Тен. Уровень контроля над футоном у Темари был на высоком уровне. Будет непросто.

И интересно.

На мальчишеском лице пропала растерянность, и появилась улыбка.

— Что смешного? — подозрительно уточнила Темари, решив первая прервать затянувшееся напряженное молчание.

— Не ожидал, что моим противником будешь именно ты, — закинув руки за голову, Наруто сильнее улыбнулся. — Но я рад.

— Рад? — сильнее нахмурилась куноичи, не сумев полностью скрыть своего удивления.

— С девчонками сражаться совсем некруто, — Наруто опустил руки и серьезно добавил, заметив гнев в зеленых глазах: — Но ты сильная. Знаешь, я слаб в дальних атаках. И мне всегда хотелось проверить, способен ли я победить, используя только техники футона.

— Хм, вот как, — перестав хмуриться, Темари ухмыльнулась. В ее взгляде читалась насмешка. — В таком случае, как только используешь что-то, кроме техник футона, ты признаешь свое поражение и сдашься. Согласен?

К их разговору прислушивались. Среди зрителей послышались удивленные перешептывания. На балконе участников экзамена Карин шлепнула себя по лицу и что-то неразборчиво прошипела. Саске внешне остался невозмутимым, но подошел поближе к перилам и облокотился о них, собираясь внимательно наблюдать за боем. Шикамару смачно зевнул и пристроился рядом с Саске, только облокотившись об стену и прикрыв сонно глаза. Ли в своей манере сжал кулаки и с горящими глазами прокричал, что в них горит Сила Юности. Омои и Шино остались безмолвными, но подошли поближе, ожидая услышать ответ Узумаки.

— Это будет интересно, — задорно улыбнулся Наруто. — Я согласен.

— И как этот идиот еще жив, — пробурчала себе под нос Темари.

«Удивительно, что так легко согласиться на мою провокацию. Он совсем дурак?.. Или так уверен в своих силах?» — насмешка пропала с лица Темари, и она вновь нахмурилась. — «Нет, я не должна его недооценивать, он выжил в бою с Гаарой и победил Канкуро».

При бое на дальних дистанциях преимущество будет на ее стороне. Он сам это признал! Дома, пока ее держали взаперти несколько дней, Темари ничего не оставалось, только как думать и анализировать увиденные бои на отборочных поединках второго этапа экзамена. Всего один участник прошел без боя, поэтому о его силе ничего ей было не известно.

Что же касается этого блондина, то Темари могла отметить несколько моментов. Из техник футона она видела две: очень мощный порыв, что смог сдуть песок Гаары, а также отравленный дым от бомб Канкуро, да что-то наподобие ветряных мечей Баки-сенсея. Боя с Гаарой Темари не видела. Младший брат на все ее аккуратные расспросы отмалчивался. Но тот факт, что Гаара при всех признал свое поражение, именно остановившись перед командой Наруто и поклялся в следующий раз не проигрывать, говорил сам за себя.

Темари вытащила тесен и поудобнее его перехватила, рассматривая беспечно стоя́щего противника напротив.

Наруто силен, если смог не только выжить, но и победить. Пусть и с помощью остальных. Как минимум у него отличная защита. Иначе как он выжил до того, как пришла подмога. Ну не один же он победил Гаару, верно? Это невозможно.

— Готовы? — из размышлений Наруто и Темари вырвал голос экзаменатора. Дождавшись их кивка, тот объявил: — Начали.

Все трое резко отпрыгнули, разрывая дистанцию. Темари не собиралась играть с Наруто также, как было на отборочных с той куноичи, поэтому сразу раскрыла полностью тесен. Мощный поток воздуха, сорвавшийся от ее взмаха, устремился к противнику, сметая все на своем пути и поднимая пыль.

Прикрыв рукой глаза, Ширануи смотрел на два столкнувшихся мощных потока воздуха и мысленно порадовался, что догадался убраться подальше. Ветер выл, чуть ли не до земли склоняя редкие деревья, что росли у стены Шикенкаиджо. Ни один из потоков не смог продавить другой, поэтому весь удар ушел в небо, жалкие остатки разошлись в стороны. Со стороны зрительских трибун послышались испуганные крики. Что-то коснулось правой щеки. Генма смахнул рукой и с удивлением увидел на кончиках свою кровь.

Их атаки нейтрализовали друг друга, но все равно, Темари пришлось скрыться за веером, чтобы защититься от режущего потока ветра. Наконец, их техники утратили свою силу, и стихия стихла. Все вокруг заволокло пылью, не позволяя ничего толком рассмотреть.

«Он смог заблокировать мою технику гигантских ветряных лезвий всего лишь простым порывом?»

По ее спине прошел предательский холодок. Чертыхнувшись, Темари взмахом веера расчистила перед собой обзор, пытаясь найти Наруто. Она ожидала, что тот воспользуется ситуацией и спрячется среди росших вдоль стен деревьев или кустов. Все же, это именно Темари нужен был простор для использования тессена, ее техники больше рассчитаны на площадь. Наруто же не использовал оружие для увеличения охвата атак.

К удивлению Темари, Наруто так и остался стоять на прежнем месте, спокойно дожидаясь, когда пыль осядет.

«Да кто ты такой?»

Равнодушно-спокойный вид противника еще больше взбесил Темари. В ответ она постаралась сконцентрировать технику на меньшей площади, усилив ее мощь.

«Необходимо поймать этого мальчишку и заключить в торнадо, лишить возможности двигаться и складывать печати».

Наруто внимательно наблюдал за замершей напротив куноичи. Со стороны могло показаться, что он просто стоит на одном месте и ничего не делает, но это было не так. Всё это время он сконцентрировался на преобразовании чакры на руках и ступнях. Наконец, Темари отступила и взмахнула веером, но теперь не из стороны в сторону, а сверху вниз.

Толчок, усиленный всплеском высвобожденной стихийной чакры, позволил ему намного быстрее и дальше уйти от атаки в сторону. На лету Наруто поочередно резко взмахнул руками, отправляя один за одним режущие лезвия ветра. Первое разрезало технику Темари, сбивая тем самым с направления и частично развеивая. И даже так, позади раздался грохот, когда техника куноичи встретилась с препятствием. Второе же лезвие Наруто устремилось к Темари. Вот только та не стала стоять на месте и сразу сорвалась с места, поэтому бо́льшая часть лезвия врезалась в землю и только самым краешком зацепила свою цель.

Усиленный толчок, а следом выпущенные два ветряных лезвия не оставили Наруто времени, чтобы нормально сгруппироваться — приземление оказалось жестким. И даже так ему удалось достаточно быстро вскочить и посмотреть в сторону Темари. От увиденного он удивленно открыл рот: та, как и он, вскочила с земли и, подобрав упавший в стороне веер, рванула в сторону уцелевших кустов и деревьев.

Темари облокотилась о ствол дерева и пыталась восстановить дыхание. Ушибленное бедро жутко болело. Пальцы куноичи так сильно сжались на тессене, что побелели на кончиках.

«Шустрый», — Темари прикусила губу. Боль помогла ей прийти в себя и собраться. — «Теперь понятно, как он мог так долго удирать от Гаары. Мне необходимо его как-то отвлечь, чтобы он не смог заблокировать мою атаку. Но как?»

Темари аккуратно выглянула и увидела Наруто на том же месте. С одной стороны, она испытала облегчение, а с другой — жуткое раздражение. Она привыкла, что обычно все происходит с точностью наоборот, и это именно от нее прячутся. Зажмурившись, Темари прислушалась к себе и решила рискнуть.

А в это время Наруто стоял и мысленно перебирал, какой именно техникой можно заставить Темари покинуть укрытие и при этом ненароком ее не убить. Он и сам до конца не осознавал, почему не хотел причинять ей вреда. Ему вообще драться с девчонками никогда не нравилось. С той же Хинатой ему пришлось долго отучать себя сдерживаться, но та сама об этом его попросила. Да и всегда был рядом Кабуто, готовый в любой момент прийти им на помощь.

Наруто разрывался. С одной стороны, ему действительно хотелось сразиться с Темари еще с того самого момента, когда он понял, что она владеет футоном. С другой почему-то не хотел причинять ей вреда. Поэтому в самый последний момент специально направил второй удар лезвием ниже, чем нужно. Глупо? Еще как.

Но и проиграть он не мог!

Раздраженно взлохматив волосы, Наруто уставился в сторону кустов и деревьев, где скрылась Темари. Ему нужно как-то вывести ее из строя. Лезвия слишком травмоопасны. Нужен более точечный удар, желательно в руку, чтобы лишить возможности пользоваться веером.

Хмуро кивнув, Наруто уже приготовился порывом заставить ее появиться, как Темари показалась сама: выскочила на свободное пространство и побежала в сторону от своего укрытия. Наруто сорвался с места, стараясь максимально сблизиться с куноичи, при этом на бегу складывая печати:

Не — У — Ину

Неглубокий вдох и во рту сформировался маленький снаряд. Темари резко остановилась и отвела веер назад, как единственный выпущенный невидимый снаряд задел ее правую руку.

«Пуф»

Клон развеялся, немало удивив так и не остановившегося Наруто. Только благодаря тому, что Узумаки бежал во время применения техники, позволило ему уйти с эпицентра новой атаки в спину от настоящей Темари. Куноичи специально терпеливо дождалась, когда он развернется к ней спиной, и только тогда покинула укрытие. Ветер откинул Наруто к стене.

Они поменялись местами, и теперь именно Наруто был вынужден прятаться за деревьями.

Она его обманула. Сильная и хитрая. Достойный противник, пусть и девчонка.

Искренне улыбнувшись, Наруто сложил всего две печати и вдохнул как можно больше воздуха. Как только ветер куноичи немного стих, джинчурики вышел из-за укрытия и стал формировать технику. Наруто видел, как далеко впереди вокруг Темари засветилась чакра. В этот раз она явно собиралась вложить как можно больше сил. Куноичи подняла над собой веер и резко взмахнула, сверху вниз.

После изучения расенгана создание вакуумного шара перестало быть для Наруто проблемой, ему больше не требовалась помощь Кьюби. Шар увеличился в размерах, став намного больше того, что Узумаки использовал против Гаары. Толчок и шар устремился вперед.

Ровно в середине полигона две техники столкнулись. Но не взорвались. Вакуумный шар сильнее закружился, буквально пожирая технику Темари. А следом за ней, стал притягивать к себе все вокруг. Наруто попытался отступить, но его с каждой секундой все сильнее притягивала к себе собственная техника.

Мысленно отметив, что они перестарались, Наруто каким-то чудом услышал вскрик Темари. Узумаки вскинул голову и увидел, как куноичи подхватил один из потоков и по кругу потащил в центр шара, что с каждой секундой все больше сжимался. Ни секунды не думая, Наруто перестал сопротивляться притяжению и побежал вперед. Прыжок и ему чудом удалось в последнюю секунду схватить протянутую руку Темари. Дернув изо всех сил, Наруто притянул ее к себе и прижал, панически перебирая одну технику за одной, ища возможность выбраться из ловушки.

Шар все сильнее уплотнялся, с каждой секундой напоминая недавно выученную им технику — расенган. Точно! Вытянув вперед свободную правую руку, Наруто выпустил чакру, обволакивая ею собственную технику, что сейчас сливалась с чужой.

Собственную чакру Наруто хорошо чувствовал, и пусть ему пришлось приложить немало усилий, чтобы вновь взять над ней контроль. Но помимо своей чакры, была еще и чужая стихии ветра, принадлежащая Темари. И она ни в какую подчиняться не собиралась.

Глупая была идея, он не справляется. Это то же самое, что одновременно смотреть вправо и влево…

«Ксо, я не собирается сдаваться!»

— А-а-а-а!

Поверх его пальцев легла девичья ладонь. Наруто почувствовал неприятное жжение, отчего скривился и чудом удержал контроль. И мгновение спустя удивленно распахнул глаза.

Он чувствовал ее чакру. И теперь контроль давался ему намного лучше, ведь Темари взяла на себя чарку стихии ветра.

Техника со скрипом и всячески сопротивляясь, изменялась под их напором. Благо, что изначально вакуумный шар и расенган похожи по форме и принципу создания. Вот только расенган был из простой чакры, а вакуумный шар формировался из стихии ветра. И соединить обе техники, подчинить своей воле было очень-очень сложно. И только осознание того, что от его успеха буквально зависит его и Темари жизни, заставляло Наруто сжать зубы до скрежета и стараться, выжимая из себя все соки.

Чакра Наруто стала ядром, подчинив себе хаотичные потоки не только свои, но и стихии ветра. Вокруг расенгана образовался еще один слой, похожий по форме на сюрикен. Послышался низкий гул, исходящий от техники. Наруто отлично понимал, что только благодаря их совместной работе с Темари, им удалось преобразовать техники во что-то совершенное новое и выжить.

Как только их ноги коснулись земли, ребята покачнулись и чуть не потеряли контроль над сферой. Несмотря на их усилия, удерживать ее становилось с каждой секундой все сложнее. Развеять точно не получится, а значит, нужно от нее избавиться. Но они столько чакры в нее вбухали, что последствия ее применения в непосредственной близости будут печальны как для них самих, так и для зрителей.

— Необходимо кинуть ее как можно дальше, — Наруто пришлось кричать из-за гула, обращаясь к Темари. Ее он до сих пор прижимал к себе, приобняв за талию. Свободной же рукой Наруто удерживал новый расенган. Сама Темари так и не убрала свою ладонь от пальцев Наруто, свободной рукой крепко стиснув чуть не улетевший от нее тессен.

— Как?

— Доверься мне. Как только я скажу кидать, придаешь ей толчок… Готова? — краем зрения заметив ее кивок, Наруто плавно отвел руку с расенганом, стараясь не разрывать контакт с Темари. Ему с трудом удавалось удерживать потоки. — Кидай!

Совместный толчок отправил расенган далеко вверх. Наруто боялся, что он сразу взорвется, стоит им его отпустить. Его опасения оказались напрасны: прежде чем взорваться, расенган с отчетливым гулом улетел достаточно далеко вверх.

«Бух»

Наруто повалил Темари, а сам упал сверху, прикрыв ее своим телом от сильнейших потоков ветра. От воя стихии закладывало уши. Благо, что воздушная волна была всего одна и до них добралась в ослабленном виде.

— Ты долго на мне лежать собираешься? — раздался шипящий голос Темари у уха Наруто, когда их перестало придавливать ветром. Ее тон заставил его вздрогнуть.

— А? — Наруто приподнял голову и посмотрел на Темари. Та отчего-то была вся красная.

— Ой, извини! — моментально вскочил Наруто. Похоже, он ее придавил сильно. Иначе почему у нее все лицо красное? — Ты как?

Растерянно потерев затылок, Наруто широко улыбнулся, стараясь скрыть за улыбкой свою растерянность. Пока куноичи одергивала одежду, Наруто оглянулся и удивленно уставился вокруг. Оказывается, пока они боролись за свою жизнь, то значительно изменили ландшафт — они с Темари оказались в достаточно глубоком круглом кратере. Со стороны трибун шел недовольный гул: зрителям тоже повалило ударной волной.

— Нормально, — донесся тихий голос Темари, возвращая внимание Наруто к себе. Ее цвет лица обрел прежние краски. Когда Наруто вновь на нее посмотрел, Темари отчего-то стушевалась и, отведя взгляд, буркнула: — Спасибо, что спас.

— А? Да я сам виноват, не рассчитал силу, ха-ха, — смущенно засмеялся Наруто, не понимая, почему он чувствует себя как-то странно рядом именно с этой куноичи.

Да, он явно перестарался. Да и к тому же…

Наруто отыскал взглядом Ширануи Генму и с печальным вздохом поднял руку, привлекая внимание экзаменатора.

«Не рассчитал силу? Да он издевается?!» — Темари держалась из последних сил, стараясь не показать свою слабость.

Прикрыв глаза, куноичи постаралась успокоиться, сделав несколько глубоких вдохов-выдохов. По Наруто и не скажешь, что он выдохся, тогда как она еле стоит на ногах. Проклятье. Она проиграла, это очевидно. Прикусив нижнюю губу, Темари открыла глаза и встретилась взглядом с Наруто. Тот ей вновь тепло улыбнулся, отчего у Темари предательски загорелись щеки. И все из-за того, что талия до сих пор помнила его крепкие объятия и тепло… и не только талия. Темари опустила голову, стараясь скрыть за растрепанной прической моментально вспыхнувшие в смущении щеки и пытаясь поскорее справиться со своими взбунтовавшимися чувствами.

Когда экзаменатор переместился к ним поближе, Наруто громко сказал:

— Я проиграл!

— Что? — вскинулась Темари и шокировано уставилась на Наруто.

— Я проиграл, — повторил спокойно тот.

— Что за чушь ты здесь говоришь? — моментально вспыхнула Темари и ткнула пальцем в Наруто. — Я же вижу, что ты еще способен применять техники. Так какого биджу?!

— Я нарушил наш договор, использовав расенган, а значит, проиграл, — синие глаза Наруто чуть сощурились и Темари вздрогнула, весь ее гнев моментально испарился. — Я никогда не беру свои слова обратно, даттебаё.

Рядом хмыкнул экзаменатор, со стороны трибун раздался удивленный гул. Зрители, как и Темари, были поражены словами Наруто.

— Победитель…

— Я отказываюсь принимать твой проигрыш! — крик Темари прервал Ширануи, куноичи гордо выпрямилась. — Экзаменатор, я признаю́ свое поражение!

— Тц.

Наруто и Темари упрямо смотрели друг на друга. Казалось, даже воздух между ними наэлектризовался. Ширануи перевел взгляд с Наруто на Темари, а после посмотрел на Хокаге. Тот распальцовкой передал решение по этому бою.

— Объявляется ничья! Оба участника выбывают, — подвел итог Ширануи.

Темари резко развернулась в сторону экзаменатора, а вот Наруто облегченно выдохнул и кинул грустный взгляд в сторону монумента Хокаге. Не обращая внимания на сначала редкие аплодисменты, что с каждой минутой набирали силу, Наруто прошептал, не отрывая взгляда от лица Четвертого:

— Извини, папа, но я не мог поступить по-другому, — Наруто перевел взгляд на застывшую напротив Темари. Та недовольно поджимала губы. Искренне улыбнувшись, Узумаки мысленно повторил: — «Я никогда не отказываюсь от своих слов. Таков мой путь ниндзя».

***

Данзо откинулся на спинку удобного стула и только сейчас опустил руку, ранее вскинутую в останавливающем жесте. Советник так внимательно наблюдал за действиями Наруто и куночи, что даже не обратил на это внимание и продолжал ее удерживать все время, пока ребята пытались совладать с вышедшими из-под их контроля техниками. Волк рядом с Данзо тоже пришел в себя и убрал приготовленные кунаи с выгравированными на рукоятях кандзи. Именно благодаря им он мог установить четырехгранный барьер, который должен был запечатать вышедшую из-под контроля технику Наруто, тем самым спасая жизни двух генинов.

Бой Наруто удивил Данзо. Он был уверен, что не только одного его. Советник чуть повернул голову и посмотрел на Тсучикаге — тот не отрывал взгляда от Узумаки. И он ему не понравился. Данзо доложи о том, как именно Ооноки оказался у ворот Шикенкаиджо. Советнику в тот момент пришлось приложить усилие, чтобы банально не рассмеяться в присутствии подчиненного. Жаль, что он не видел эпичного забега Наруто, он многое бы отдал за это зрелище.

Легко справившись со своими эмоциями, Данзо вновь посмотрел на джинчурики. Пусть тот и сдался, но лично советник дал бы ему чунина. Он, как никто другой знал о силе джинчурики, тот давно перерос уровень генина. И что самое важное, Наруто твердо придерживался своих слов, признав поражение. Не каждый бы так смог, и это очень важное качество — быть верным себе и своему слову. Такому командиру будут подчиняться намного охотнее. Да и сегодняшний бой многим показал уровень Узумаки, и это Наруто еще не сражался в ближнем бое, в котором тот был намного сильнее.

Что же касается последней совместной техники, то Данзо специально остановил Волка, не позволив ему вмешаться. Именно в моменты смертельной опасности раскрывается истинная сила. И Наруто с Темари это только что подтвердили, продемонстрировав свои умения.

Данзо проводил взглядом уходящих с арены генинов и обернулся в сторону двух Каге. Тем как раз поднесли мешок с оставшимися именами. Пришло время следующего жребия. Первый бой оказался зрелищным, и теперь все затаили дыхание, ожидая следующую пару для поединка.

Глава 31

Первый бой на третьем этапе оказался зрелищным и опасным не только для самих генинов, но и для окружающих. Мощь примененных техник поражала. Если бы ребята не справились в самый последний момент, то разрушения оказались существенными. И не факт, что находящиеся на своих местах Анбу смогли бы прикрыть своими защитными техниками всех зрителей.

Фугаку отдал приказ Ширануи и расслабленно прикрыл глаза, стараясь скрыть свои чувства.

«Твой сын вырос сильным шиноби, Минато», — уголки губ Хокаге чуть дернулись в намеке на улыбку, — «И очень напоминает тебя. Не только внешне, но и своими решениями».

— Интересный парень… кого-то он мне напоминает, — раздался скрипучий голос Тсучикаге.

— В Конохе много сильных шиноби, не вам ли знать, Тсучикаге-доно, — открыв глаза, поддел старика Фугаку.

Грубо, но именно так и никак иначе можно было перенаправить внимание Ооноки с Наруто на себя. Кто знает, как этот старик поступит, когда узнает, чей именно Узумаки сын, учитывая, какую роль сыграл Минато в Третьей Мировой Войне Шиноби.

Каге Ивы ответить ничего не успел: к ним подошел один из помощников Хокаге и протянул мешок с именами оставшихся участников. Под множеством взглядов зрителей Ооноки опустил руку в мешок и несколько секунд выбирал, прежде чем вытянуть гладкий камень. Следом за Тсучикаге вытянул имя второго генина Фугаку и протянул подчиненному, который тут же развернулся лицом к зрителям и объявил следующую пару участников.

***

Облака неторопливо плыли по небу. Каждый из них имел свою неповторимую форму, подчас напоминая собой зверя или же предмет. Шикамару любил за ними наблюдать, мечтая оказаться на их месте. Неторопливо плыть по небу, не обращая внимания на суету вокруг. Вот им везет… Свобода… Шикамару не хотел становиться шиноби, но его уговорили тем, что будет интересно… А оказалось всё не так просто.

Первый бой между Наруто и куноичи из Песка заставил в очередной раз по-иному посмотреть на Узумаки. Этот крикливый, часто надоедливый пацан, казалось бы, остался таким же, как и во время их обучения в Академии. И все же, Нара заметил, что Наруто стал более уверен в себе и своих силах. И, как всегда, остался верен своим словам.

Легкая улыбка появилась на губах Шикамару, но она тут же пропала, когда он перевел взгляд на оставшихся участниках экзамена. Скоро ему придется сражаться с одним из них. И Нара очень надеялся, что его противником окажется не девчонка. Ведь, как правильно заметил Наруто, сражаться против них совсем некруто. Шикамару хватило отборочных на втором этапе. Изначально он вообще не собирался драться, трезво оценивая силу противников. Но все изменилось, когда Асума-сенсей ушел на миссию, а назад принесли его бессознательное тело.

Кулаки Нара в карманах штанов сжались сильнее. Вчера сенсею стало хуже как раз в тот момент, когда Шикамару решил его навестить. И весь оставшийся день перед экзаменом, пока шла операция, Нара простоял за дверью. Позже к нему присоединился сам Третий, но они не разговаривали. И только когда оттуда вышли ирьенины и объявили, что смогли стабилизировать состояние Асумы-сенсея, Шикамару отлип от стены и пошел прочь. Сенсей так и не пришел в себя, но Нара верил, что этот день обязательно наступит.

Быть шиноби непросто. И пусть Шикамару лениво, сейчас он не будет сдаваться, кем бы не оказался его противник, даже если это вновь окажется девчонка. Ведь…

— Следующий бой: Шикамару из Конохагакуре и Омои из Кумогакуре!

… он обещал Асуме-сенсею!

***

Напротив друг друга на арене замерли двое генинов, ожидая отмашки экзаменатора. Данзо заинтересованно наклонился вперед. Судя по докладам, что он прочитал после прохождения генинами Леса Смерти и прошедших отборочных поединков, Омои использовал за все время только кендзюцу и всего одну слабую технику райтона. Конец боя Нара Шикамару Данзо видел, как и был наслышан о его аналитических способностях. Исходя из полученных данных, именно Шикамару оказался для Омои неудачным противником, несмотря на то, что генин из Кумо сильнее.

Возможно, этот бой будет не менее интересным, чем первый.

Ширануи Генма объявил бой и отпрыгнул подальше, памятуя о том, каким оказался первый бой. Но ни Омои, ни Шикамару с места так и не сдвинулись, продолжая внимательно рассматривать противника напротив.

Минута шла за минутой, постепенно со стороны зрителей нарастал недовольный гул. Вот послышались первые возмущенные крики, в генинов полетели огрызки, пустые обертки от еды и бутылки. Между тем Омои и Шикамару продолжали просто стоять и не двигаться.

— Знаешь, я обещал Каруи отомстить за нее, но не ожидал, что мне придется выполнять ее просьбу так скоро, — совсем нерадостно раздался голос генина из Кумо. Он поднял правую руку и ухватился за рукоять катаны, что была прикреплена к кобуре за спиной. Второй же рукой он открыл подсумок.

— Каруи? — в ответ на действия противника, Шикамару также медленно поднял руки на уровне груди, складывая нужную ему печать. — А, та девчонка на отборочных.

— Тебе повезло, что она тебя не слышит, — ухмыльнулся Омои и языком переместил леденец на палочке в другую сторону. — А вот мне пришлось всю дорогу слушать перечисленные Каруи всевозможные способы твоего убийства. И когда попытался ей объяснить, чем все может закончиться, именно я в итоге оказался виноватым в ее проигрыше.

— Женщины, — под тяжкий вздох генина напротив согласно протянул Шикамару. Зрители перестали закидывать их огрызками и внимательно прислушивались. Вздохнув, Нара чуть сместился, принимая более устойчивое положение. — Пусть мне и лениво, но я не собираюсь помогать тебе в выполнении ее просьбы.

Омои так и не выхватил катану из ножен и сорвался с места, и тут же вынужденно отпрыгнул в сторону, избегая темной тени, метнувшейся в его сторону от Нара. Шикамару оставался на одном месте, только медленно поворачивался вслед ускользающей жертве. Казалось, еще чуть-чуть, и тень схватит свою жертву, но в самый последний момент Омои успевал отскочить, прыгая из стороны в сторону. Тень извивалась из стороны в сторону, все больше вытягиваясь, пока не замерла на одном месте.

— Вот значит как, — задумчиво протянул Омои, наблюдая за дрожащей тенью, что через мгновение потянулась обратно к хозяину. Тот выглядел немного запыхавшимся, как будто не только Омои бегал, но и сам Шикамару.

Многие ожидали, что Омои начнет закидывать Нара из безопасного расстояния теми же вынутыми в самом начале сюрикенами, но генин всех удивил — он вновь сорвался в сторону противника, не дожидаясь, даже когда тень вернется полностью обратно к хозяину. И та вновь устремилась к своей жертве, стараясь поймать. Омои резко отпрыгнул в сторону и побежал по кругу, стараясь зайти Шикамару за спину. Тень потянулась за ним. И именно в этот момент Омои кинул россыпью сюрикены, вынуждая Нара отойти в сторону, разомкнуть руки и выхватить кунай, отбивая сюрикены один за одним. Тень, больше не контролируемая Нара, быстро возвращалась к своему хозяину, чем и воспользовался Омои, значительно сократив расстояние.

Шикамару кинул в противника кунай, и тут же отпрыгнул, второй рукой что-то достав из подсумка. Бросок — и между двумя генинами взорвалась дымовая бомба. Со стороны было видно, как спустя секунду из завесы в разные стороны молниеносно переместились две фигуры и скрылись в уцелевших после первой битвы деревьях и кустарниках у стен арены. Дым постепенно развеялся, и зрители с удивлением заметили, что им, скорее всего, показалось: один из сражающихся остался на прежнем месте. Им оказался темнокожий генин из Кумо.

Рассматривая расслабленно стоя́щего Омои, зрители воспользовались передышкой генинов и потихоньку зашептались, обсуждая увиденную стычку. И симпатии многих оказались именно на стороне Кумо. В это время Омои покрутил головой, выискивая противника в листве. Поняв тщетность поисков и здраво опасаясь туда заходить, он потянулся к подсумку за спиной и достал несколько кунаев.

— Выходи!

Один за одним кунаи летели в кусты и взрывались, вынуждая Нара выскочить из укрытия в сторону отдельно стоя́щего дерева, что умудрилось частично уцелеть после техник футона Наруто и Темари. Вот только на нем почти не осталось листвы, особенно на кончиках, и теперь на земле были видны только тонкие тени от его веток. Как только Шикамару показался на виду, Омои побежал к нему, на ходу складывая печати. Хлопок и рядом с ним оказалось две его копии, что на бегу потянулись к подсумку и достали новые сюрикены и кунаи.

Шикамару только сложил печать для применения техники теневого захвата, как в него полетели один за одним снаряды, вынуждая отступать к голому дереву, мешая остановиться и применить технику. Тройка противников оказались совсем рядом, когда один из них перестал кидать сюрикены и выхватил из ножен катану. Но завершить замах так и не смог, застыв вместе с остальными.

— Наконец-то, — облегченно выдохнул Шикамару и остановился, медленно разводя руки в сторону. — Захват удался.

— Но, как?! — донесся пораженный голос от Омои, который сжимал подрагивающую катану, при этом повторяя за Нара. — Ты же двигался! И твоя тень, я не вижу ее.

— Твой план был хорош, признаю́, — хмыкнул Шикамару, продолжая потихоньку разводить руки в стороны. Как только они полностью выпрямились, он разжал кулаки и на землю попадало оружие. — Вот только ты совершил три ошибки.

— Три? И какие?

— Ты достойный противник, потому я расскажу, — улыбнулся Шикамару. — С самого начала ты поверил, что я не могу управлять тенью в движении. Должен признать, мне действительно легче ей манипулировать не двигаясь. Вторая же ошибка касается самой тени. Посмотри внимательно под ноги, я помогу тебе.

Шикамару наклонил голову, позволяя посмотреть вниз. Тонкие тени от голых веток зашевелились и слились в три широкие темные тени, что надежно сковывали Омои и двух его клонов.

— Признаю́, я недооценил тебя. Но ты назвал только две ошибки, — несмотря на то, что оказался пойманным, Омои оставался удивительно спокоен.

— Последняя твоя ошибка в том, что ты сам попался в свою же ловушку, — под удивленными взглядами зрителей Шикамару достал из подсумка три сюрикена и безжалостно кинул их в противников напротив. С громким «пуф» все трое развеялись. Шикамару улыбнулся, поднял голову вверх и посмотрел в редкую листву, что сумела сохраниться в самом центре дерева. — Я нашел тебя раньше.

Спустя несколько минут Нара заставил настоящего Омои спуститься с дерева. Тот заранее устроил засаду, специально вынуждая взрыв-печатями отступать Шикамару именно сюда, в тень. Именно этот факт показался Нара странным, как и то, почему его не пытались вести на открытое пространство, где нет вообще теней.

После развеивания клонов видок у Омои дезориентированный, ведь использование этой техники имело свою цену. План его был неплохим: заставив сконцентрироваться на трех пойманных клонах, настоящий Омои хотел поразить его в спину, спрыгнув из укрытия. Генин из Кумо рассчитывал, что Шикамару расслабится и потеряет бдительность, будучи уверенный, что его противник не посмеет нападать на него в тени дерева. Уж очень тот оказался для него неудобным противником.

Омои рискнул. И проиграл.

— Победитель Шикамару из Конохагакуре!

***

Второй бой оказался менее зрелищным, отчего зрители вяло хлопали двум генинам. Да, техник было мало, но шиноби, особенно джонины, поединок оценили. Оба генина показали себя как стратеги, но именно Нара в итоге обыграл кумовца.

— Осталось пятеро, — проскрипел Ооноки, наблюдая, как двое генинов покидают арену, а после посмотрел на Пятого: — Что вы можете сказать об оставшихся генинах?

— Любой из них способен вас удивить, — не колеблясь ни секунды, спокойно ответил Фугаку.

— Вот как? Куротсучи рассказала мне о прошедших отборочных боях. Как по мне, достойным для нее противником может быть только ваш сын.

— Мне лестны ваши слова, — губы Хокаге дрогнули в намеке на улыбку. При этом его глаза остались холодными. — Все решит жребий. Кто бы не оказался противником вашей внучки, уверен, этот бой будет интересным. Как вы видите, — Хокаге плавно повел раскрытой ладонью в сторону зрителей, — в этом году экзамен заинтересовал многих.

— Согласен, — сощурил глаза Ооноки и посмотрел на трибуны. Голос его казался равнодушным. — Масштаб экзамена поражает.

Фугаку про себя ухмыльнулся, оставаясь внешне невозмутимым. Как и Ооноки, он еще раз окинул взглядом трибуны, чуть задержав взгляд сначала на лоджии Даймё Огне, компанию которому составил Хирузен. После взгляд Хокаге скользнул дальше, чуть задержавшись на аристократах, богатых торговцах и их охране из АНБУ, что в случае нападения имели особые распоряжения по каждому из присутствующих. Прибывшие гости и не подозревали, что на этом экзамене они были не просто зрителями, но и ценными заложниками. Кто оказался умнее, благоразумно не приехал после получения приглашения.

— Должен признать, я прибыл сюда только по просьбе Куротсучи, — вновь первым прервал тишину Ооноки. — И собирался покинуть экзамен сразу же после ее боя.

— Но? — коротко обронил Фугаку, когда старик Тсучикаге замолчал. При этом он остановил взглядом помощника, что было двинулся в их сторону, держа в руках мешочек с оставшимися именами генинов.

— Но первый бой меня заинтересовал, и я решил немного задержаться, чтобы увидеть все поединки, — сухо обронил старик.

— Тогда не будем заставлять зрителей ждать, — приглашающе повел рукой Фугаку, подзывая к себе помощника.

***

— Этот год действительно богат на интересных генинов, не правда ли, Волк? — задержав взгляд на удаляющейся фигуре Шикамару, отстраненно заметил Данзо.

— Хай.

Дверь за их спиной в лоджию открылась, и внутрь проникла фигура в безликой маске. Шисуи, а это был именно он, подошел к советнику и после его кивка, доложил обстановку вокруг Конохи, а также последние сведения, присланные с границ буферных стран, что соседствовали со странами Ветра, Облака и Земли. Никаких странных шевелений замечено не было. Провинившийся клан Хьюга по распоряжению Хокаге усиленно патрулировал окрестности в составе команд из трех человек. Чаще всего в него входили, помимо Хьюга, представители кланов Абураме либо Инузука, а третьим оказывался бесклановый.

Со стороны зрителей послышался недовольный гул из-за длительного ожидания. Данзо посмотрел в сторону двух Каге — те о чем-то разговаривали. Обычно, когда кто-то из генинов чужих Какурезато проходил на последний этап экзамена на чунина, то от этой деревни должен был прибыть обязательно представитель, а мог и сам Каге. Но последние очень редко пользовались такой возможностью — слишком рискованно. И все же, за несколько дней до начала поединков Ива решила воспользоваться приглашением. Учитывая раскрытые планы, что Ооноки строил совместно с Суной, его решение посетить экзамен настораживало. Осталось дождаться окончание боев — тогда будет ясно, зачем на самом деле прибыл в Коноху Ооноки лично.

Данзо дослушал доклад Шисуи и кивнул ему отпуская. Именно в этот момент Каге наконец-то вытащили имена следующих участников.

— Следующий бой: Куротсучи из Ивагакуре и Карин из Конохагакуре!

Советник заметил, как чуть замешкался Учиха, услышав имя Узумаки. Уже не в первый раз Данзо замечал интересную реакцию у своего подчиненного, поэтому он решил изменить свой приказ:

— Тебе сто́ит задержаться и увидеть этот бой, Шисуи. Поединок Наруто ты пропустил, его ошибки я разберу сам. Саске займется его клан, на тебя и Какаши я оставлю Карин.

— Хай, Данзо-сама, — ответил спокойно Шисуи и встал по правую руку от советника.

Своих подчиненных в Анбу Не советник разделял на пять групп. В последнюю, пятую, входили самое отребье, задача которых заключалась в выполнение задачи и последующая их ликвидация. В основной набирался из бандитов, а также завербованных нечистых на руку людишек. Расходный материал, не более.

Представители четвертой даже не подозревали, на кого на самом деле работают. В эту группу входили как простые жители различных Какурезато, торговый люд и даже аристократы. Работали они по разным причинам, но всегда добровольно и за оговоренную награду. И не всегда это были деньги.

Третья группа состояла из выживших первого набора Анбу Не, что прошли ее жестокий отбор, а также фанатично настроенных шиноби, готовых выполнять любой приказ Данзо. Именно они выполняли зачастую самую грязную работу, а также ликвидацию. Посылая этих шиноби, Данзо был уверен — их рука не дрогнет, вне зависимости кто перед ним. А в случае провала эти шиноби унесут все тайны с собой в Джодо.

Во вторую группу, самую многочисленную, входило последнее поколение, что вступило в Анбу Не. В основном они занимались шпионажем. Редко кто из них обладал выдающимися боевыми навыками. Их всех объединяло одно — безоговорочная преданность Конохе. И каждому из них пришлось пройти измененный «выпускной экзамен». Раньше в нем выживал сильнейший, но могли погибнуть и оба. Сейчас в зависимости от результатов сдачи, кандидатов распределяли по их умениям и эмоциональному состоянию. До каждого из них выпускной экзамен доводил одну конкретную мысль: если ты вступил в Корень, пути назад нет. И любой приказ Данзо — закон.

Отдельной группой стояли наставники и особо ценные представители Анбу Не, его элита — первая группа. Его представителем мог стать любой из ранее перечисленных групп, достаточно было обладать уникальной способностью, доказать свою преданность и незаменимость. Таких Данзо старался привязать к себе и Конохе как можно крепче.

Кабуто, Волк, Шисуи, Киное — одни из самых ярких представителей элитной группы Корня. Данзо давно искал возможность как можно крепче привязать Шисуи к Корню и к Конохе. После предательства клана Учиха тот потерял смысл своего существования. Парню пришлось дать не только новую цель, но и найти якорь, что привяжет его намертво к Конохе. Одним из них оказался его единственный друг, Учиха Итачи, а вот вторым якорем могла оказаться спасенная Шисуи куноичи — Узумаки Карин. Чем больше связей, тем лучше. Шиноби, которому есть что защищать и терять, будет до последнего вгрызаться в глотки врагам, но не отступит, зная — позади остались дорогие ему люди. Одиночкам нечего терять, и они могут легко сменить сторону. Больше такой ошибки Данзо допускать не собирался.

Но что еще интереснее, Данзо заметил, после своего приказа Шисуи остаться, изменение в течение чакры рядом стоя́щего Волка. Маска этого зверя точно характеризовала этого шиноби: полукровка Узумаки, одиночка, примкнувший к Данзо только из-за обещанной помощи в мести. Шимура свою часть сделки выполнил, и теперь Киесе Узумаки выполнял свою — обучал молодняк Корня. Советник периодически пытался привязать полукровку к Конохе, терпел одно поражение за другим, но не собирался сдаваться. И теперь последовала такая необычная реакция на простой приказ.

«Это будет интересно», — поудобнее устроился Данзо, собираясь не только внимательно наблюдать за боем двух куноичи, но и отслеживать реакцию двух своих элитных подчиненных.

Глава 32

«Да как он посмел сдаться?!»

Итоги боя вывели Темари из себя. Этот парень отдал победу ей, словно подачку, что бесило особенно сильно! Темари ненавидела проигрывать, но еще больше она ненавидела ощущать себя… дурой и слабачкой. А именно так к ней бы и относились, если бы она не отказалась принять сдачу Наруто.

Бесит!

— Вчера весь день пытался меня найти, а сейчас словно сквозь землю провалился, — раздраженно прошипела Темари, пытаясь отыскать одного шумного генина. Казалось бы, вот только впереди нее шел, а стоило чуть задержаться на арене, его и след простыл.

Тщетно побродив несколько минут в поисках, Темари воспользовалась тем, что впереди в достаточно узком проходе внутри ограждения арены никого нет, она позволила себе перейти на тихий, словно скользящий бег. За каменной стеной послышались возмущенные крики зрителей, явно недовольные следующем боем, отчего Темари поджала губы — посторонние звуки отвлекали. Куноичи остановилась у лестницы, прислушалась — тихо, значит, Наруто свернул не здесь. Очередная дверь и снова запертая.

И только сделав полный круг и оказавшись возле двери, через которую она покинула арену, Темари была вынуждена признать — Наруто и след простыл. Раздраженно цыкнув и пребывая не в самом лучшем настроении, она вспомнила наставления экзаменатора, покрутила головой и направилась в сторону предполагаемого выхода. И каково было ее удивление, когда из-за очередного поворота навстречу спокойно вышел тот, кого она тщетно пыталась найти все это время.

«Убью»

А когда тот увидел ее и замер, растерянно хлопая глазами, гнев моментально застил разум Темари, оставляя только цель — врезать по этой недоуменной роже посильнее.

— О, Темари, а чего это ты здесь де…

Его слова она слышала отдаленно, скорее даже прочитала по губам. Сближение, короткий замах и ее кулак летит точно в цель. Вспыхнувшая было радость в душе моментально испарилась, когда кулак куноичи легко перехватили.

— Ты чего?!

— Я чего? — не осталась в долгу Темари, выплескивая все свое раздражение, замахиваясь свободным кулаком, но и он тут же оказался перехвачен. — Почему я вынуждена тебя искать так долго? Сначала меня по всей Конохе преследуешь, а потом сам скрываешься. Ты где шлялся?!

Между ними повисла тишина, прерываемая только немного прерывисто-гневным дыханием Темари.

— Шлялся, даттебаё?

Искреннее недоумение Наруто, его растерянность, а также крепкая хватка, наконец, привели ее в чувство. А когда Темари осознала, что она спрашивает, и как, то остатки гнева испарились, а взамен этого щеки моментально окрасились от стыда. Она же только хотела высказать ему свое несогласие его проигрышем, а не выяснять, где тот ходит, словно жена, дождавшаяся мужа с попойки. Чувствуя, что теперь начинает гореть не только щеки, но и все лицо и уши, Темари смогла только со второй попытки вырвать руки, развернуться к нему и спиной и невнятно пробурчать:

— Неважно.

Стремительно удаляясь прочь, она уже было выдохнула облегченно, не слыша позади шаги, как ей в спину раздался все еще недоуменный голос Наруто:

— Ты меня искала… Зачем?

Темари досадно прикусила нижнюю губу и ускорилась, чуть ли не срываясь на бег.

— Эй! Да подожди ты!

Услышав крик и топот, куноичи все же сорвалась на бег и попыталась скрыться. Но увы, так просто у нее это не получилось: ее догнали быстро и схватили за локоть, вынуждая остановиться и развернуться.

— Пусти.

— Да подожди ты, фух, я ничего не понял, даттебаё. Почему ты меня искала?

— Это не важно, — Темари вырвала локоть и отвернулась, стараясь не смотреть на Наруто.

— И как понять твои слова, что я тебя преследовал в Конохе… Ты что, меня видела и специально избегала?!

Если до этого она думала, что щеки гореть сильнее не могут, то именно сейчас четко осознала — еще как могут. Уже понимая, что ей не отвертеться, Темари раздраженно резко развернулась к Наруто лицом и перешла в словесную атаку. Ткнув в его сторону указательным пальцем, наконец-то выплескивая истинную причину своего идиотского порыва с его поиском:

— Да, видела. И да, избегала. А как я еще должна была реагировать на твое странное поведение?! Но теперь это неважно! Я искала тебя, чтобы сказать, что не признаю́ результаты этого боя. Мне не нужна твоя подачка!

Ее храбрость и раздражение испарялись по мере того, как менялись выражение лица и цвет глаз Наруто от ее слов. И пусть последние она выразила уверенным тоном, но вот внутри все замерло в ожидании ответа.

— Подачки, значит… А как же наш договор?

— Договор? — Темари стушевалась и невольно отступила под его взглядом, но тут же гордо вскинула голову. — Да, мы заключили договор, но…

— Никаких но! Согласно ему, я проиграл именно потому, что применил не технику футона, и это никакая не, — взгляд Наруто вдруг смягчился, и он мягко улыбнулся, — подачка. Ты победила честно, Темари-чан.

От такого обращения куноичи стушевалась, очень давно к ней никто так не обращался. Чтобы хоть как-то скрыть свою растерянность и неловкость, она попыталась перевести тему, хоть на что-то другое.

— А почему… почему ты меня искал?

— О, точно! — Наруто радостно хлопнул кулаком об раскрытую ладонь и спросил: — Как там Гаара?

И вновь между ними повисла тишина. После вопроса Наруто у Темари все оборвалось, стало холодно, отчего предательские щеки наконец-то перестали гореть. Она честно попыталась придать своему лицу невозмутимый вид, надеть привычную маску, но судя по сползающей улыбке Наруто у нее не получилось.

— У него все хорошо.

И сама поняла, что ответ прозвучал фальшиво. Попыталась улыбнуться, но губы отказывались нормально двигаться. Кажется, если у нее, и получилась улыбка, то очень кривая. Почему-то именно рядом с этим человеком привычная маска отказывалась натягиваться на лицо и врать совершенно не получалось.

— А, да, ты извини за удар… я пошла.

Она вновь развернулась, пусть не так резко, как совсем недавно — ноги отказывались двигаться нормально. И вновь ей не дали позорно сбежать, крепко обхватив ладонь. Темари замерла, не зная, как поступить. Она ожидала града вопросов, что случилось или что-то подобное, но не того, что на самом деле услышала:

— Я могу как-то помочь?

На глазах предательски навернулись слезы, захотелось вот прям сейчас все рассказать. И стало совершенно неважно, что он вообще из другой деревни, да и совсем недавно они сражались!

Она так устала.

Темари слишком долго молчала, не заметив, когда это Наруто обошел и встал напротив. И только когда пальцы сжали сильнее в немой поддержке, она смогла в себя прийти и попыталась высвободить руку.

— Нет, не можешь… ты не понимаешь.

— Как раз я его отлично понимаю…

— Нет! — резко выкрикнула Темари, наконец-то вырвав пальцы из крепкой хватки. — Его никто не может понять, даже я ведь, — она резко осеклась и прикусила губу. Встретившись взглядом с Наруто, прошептала: — Забудь. Извини, что накричала. И не останавливай меня больше.

Темари успела сделать несколько шагов, как раздавшиеся тихие слова заставили ее остановиться.

— Если кто его способен понять, то только я. Ведь я такой же, как и он.

«О чем он? Как он может быть таким же, как и он? Он же не…», — мысли Темари панически метались с одного на другого, вспоминая и анализируя. И Когда сложились вместе все странности, она почувствовала, как по спине прошелся холодок, отчего еще сильнее выпрямилась. И теперь стало понятно, как он смог выжить там, в Лесу Смерти, и почему он так силен. — «Нет, этого не может быть. Он ведет себя адекватно, с ним многие общаются, его никто не боится… Или же, те странные взгляды, тогда, когда он меня искал.»

Темари вновь прикусила многострадальную нижнюю губу. Медленно обернулась и посмотрела на так и не сдвинувшегося с места Наруто, который и не думал больше ее догонять. В его взгляде она увидела только мрачную решимость и твердость, ни намека на насмешку.

— Мне, — Темари невольно сглотнула, но взгляда не отвела, — трудно в это поверить. Вы слишком разные… Мне надо подумать.

— Я буду ждать, даттебаё.

Куноичи медленно кивнула и решительно направилась к выходу. Слишком много всего произошло, навалилось разом.

А теперь, с учетом ее проигрыша, возвращаться в Суну с каждой секундой хотелось всё меньше. И только краткое послание из песка, оставленное братом в той пещере, заставляло ее надеяться, что еще не все так плохо.

Наруто постоял еще некоторое время, задумчиво провожая фигурку куноичи взглядом. Как только она скрылась из виду, он раздраженно разлохматил шевелюру и направился в сторону трибун арены, собираясь понаблюдать за боями остальных ребят. Он и так сначала задержался из-за просьбы о помощи встреченного по пути Кабуто, а потом и Темари его перехватила.

И ни Наруто, ни Темари так и не заметили, что помимо них двоих этот разговор слышал еще один шиноби. Когда шаги ребят стихли, из неприметного темного прохода показался Якуши Кабуто, поправил очки и прошептал себе под нос:

— Как интересно.

***

Пятерка генинов стояла на балконе в ожидании последней жеребьевки. Напряжение с каждой минутой нарастало, как и недовольство зрителей. Карин посмотрела в сторону двух Каге — те о чем-то переговаривались с друг другом, совсем не обращая внимания на нарастающий гул от зрителей.

— Волнуешься? — раздался у уха куноичи шепот Саске.

Карин обернулась и удивленно приподняла бровь. От молчаливого сокомандника редко можно было услышать что-то подобное. Да что там, такие случаи Узумаки буквально могла пересчитать на пальцах, притом, одной руки. Не сказать, что Саске на всё и всех было откровенно плевать, но обычно сокомандник держался чуть в стороне и если нужно было, мог поддержать делом. И молча. Это шумный Наруто мог на всю округу своими криками выплеснуть эмоции, Саске же всё держал в себе. И только тот, кто давно знает Учиха, мог догадываться о его состоянии.

— Не больше тебя, — вскинула голову Карин, стараясь не показать, что на самом деле она чувствует. Интонация тихого фырка от Саске подсказала, что своей бравадой провести его не удалось. И при этом нервное напряжение чуть-чуть ее отпустило.

— Следующий бой: Куротсучи из Ивагакуре и Карин из Конохагакуре!

Сердце на секунду замерло, а потом вновь забилось, быстро-быстро. Карин ощутила на себе внимательный взгляд куноичи Ивы, в котором читалось превосходство над выпавшим противником, и тут же Узумаки отметила мелькнувшее разочарование на лице Куротсучи, когда та посмотрела на Саске. Напряжение, что витало на их балконе до объявления предпоследнего поединка, изменилось. Теперь в нем было больше предвкушения, чем нервозности: стали известны последние участники поединка на экзамене. С виду самым довольным жеребьёвкой оказался Рок Ли: вскинув руки вверх, он подпрыгнул и радостно заголосил.

— Удачи, — смогла услышать Узумаки через ор шумного ученика Майто Гая.

— И тебе, — не осталась в долгу Карин и в легкую стукнула кулаком в плечо Саске. Учиха хоть и пытался выглядеть невозмутимым, но Карин успела его получше узнать за проведенное вместе время в одной команде: тот явно был не меньше доволен, чем тот же Рок Ли. Один Абураме Шино так и стоял молча у стены, даже не сменив позы, и о чем тот думает было решительно непонятно. Этот их одноклассник вообще был очень скрытным и самым незаметным из всего их потока. А его жуки заставляли кожу покрываться мурашками.

Куротсучи давно покинула балкон, вынуждая Карин поторопиться. Благо, что спуска было два, и поэтому Узумаки выбрала противоположный. Весь путь она прокручивала в голове все, что помнила по отборочным поединкам после второго этапа экзамена.

Куротсучи владеет дотоном и сильна в тайдзюцу. Сомнительно, что она купится на ту же уловку, как и тот генин из Кумо, поэтому ранить отравленными кунаями вряд ли получится. Вступать в ближний бой Карин опасалась: сразу перед глазами всплывал тот момент, когда Куротсучи безжалостно впечатала Ино в каменную стену. И при этом понимала, что другого варианта и нет. Использовать любимые кусари-фундо? Да, благодаря им получится удерживать куноичи на расстоянии, но точно недолго. Нет, не вариант.

Недолгий спуск закончился, и Карин вступила на землю полигона, быстрым и уверенным шагом направляюсь в сторону экзаменатора и Куротсучи. Та ее своим противником явно не считала: горделивая поза, одна рука на поясе, вторая свободно свисает. Только кулак сжат, а на ее лице явственно проступала скука. Карин невольно прикоснулась к отдельному небольшому подсумку на бедре, в котором хранились особые кунаи: на них она убила две недели своего времени.

— Готовы? — спросил Ширануи Генма, как только Карин остановилась рядом. Дождавшись кивка от обеих, он вынул руки из карманов и резко отпрыгнул, объявляя: — Бой!

Карин тут же повторила за экзаменатором, уходя прочь от рывка Куротсучи. Та сразу взяла высокий темп, не позволяя оторваться. На анализ не было времени, Узумаки спасали только рефлексы и опыт, полученные от спаррингов в команде.

Уйти от удара справа, слева, резко присесть, пропуская колено над головой. Уперев ладони в землю, Карин тут же подсекла опорную ногу Куротсучи, но та успела в самый последний момент извернуться, перенося опору на руки. Узумаки отшатнулась, ощущая соприкосновения воздуха на лице от неудавшейся контратаки Куротсучи. Удар спиной об землю, кувырок, позади раздался треск утоптанной почвы. Оттолкнуться от земли, прыжок, еще и еще, окончательно разрывая дистанцию.

— Оказывается, ты отлично притворялась слабачкой на отборочных поединках, — медленно аплодируя, произнесла Куротсучи. После последнего удара, оставившего приличную вмятину на земле, куноичи не стала ее преследовать, и теперь с интересом рассматривала, словно неведомую зверушку. На лице Куротсучи пропала гримаса презрения. — Я планировала закончить этот бой быстро, но возможно, будет не так уж и скучно.

Их молниеносная стычка проходила в полной тишине, и только сейчас послышался тихий гул от перешептывания зрителей. Легкий ветер попытался потревожить выбившиеся волоски из косы, но потерпел неудачу. Карин прищурилась, окидывая внимательным взглядом куноичи напротив, а также еще раз, отмечая изменения вокруг на арене, что оставили после себя прошедшие два поединка. Позади Куротсучи, ближе к стене арены, стояло то самое дерево, под которым Шикамару умудрился поймать своего противника. Справа от них, ближе к центру, виднелась большая крутая яма, которую Наруто вместе с Темари вырыли своей совместной техникой. Куски земли валялись неподалеку: глыбы ближе к яме, но чем меньше они становились, тем дальше их раскидало.

— Молчишь? — раздался немного раздраженный голос Куротсучи. Ей явно не понравилось, что Карин ее проигнорировала. — Что же, не будем заставлять остальных ждать.

Карин тихо выдохнула соглашаясь. Как лично она считала, разговаривать им было не о чем. Словно сговорившись, они начали складывать печати одновременно.

Тора — Ума — У — Не — Ину

Кисти рук покрылись синей чакрой, послышался тихий гул активированной техники скальпеля чакры. А у Куротсучи обе руки оказались закованы в камень. Зрители одобрительно закричали, предвкушая интересный бой. Именно их выкрики послужили обоим куноичи сигналом к атаке.

Карин сорвалась с места, понимая, что если пропустит хоть один удар, ей мало не покажется. Они столкнулись совсем рядом с глубокой ямой, сотворенной Наруто. Карин уклонялась от размашистых ударов, стараясь выждать нужный момент и вывести Куротсучи из строя. Всего одно касание по не прикрытой камнем плоти и она сможет разрезать мышцы. Воздух вокруг них гудел, разрываемый их быстрыми движениями.

Сейчас!

Карин уклонилась от очередного размашистой атаки куноичи и чуть наклонилась. Ее ладонь устремилась к бедру соперницы, но перед самым соприкосновением кожа Куротсучи стала покрываться камнем.

Достала или нет?

Карин заметила летящий ей в грудь каменный кулак и в самый последний момент успела скрестить руки перед собой, блокируя удар, усиленный разворотом Куротсучи. Стопы Карин потеряли опору. Краткий миг полета и ее жестко приложило об землю. Карин попыталась остановиться, но ничего не получилось — удар Куротсучи отбросил ее прямо в глубокую рыхлую яму, отчего она покатилась по крутому склону.

Только оказавшись на самом дне, Карин смогла приподняться. Во рту ощущался отчетливый металлический привкус. Сплюнув кровь, она, наконец, смогла встать и посмотреть наверх, немного удивленная, почему Куротсучи не нападает. И только увидев соперницу наверху, поняла причину: та, избавившись от каменных кулаков, стояла на краю ямы и складывала новую серию печатей.

— Кусо! — ругнулась Карин, узнавая последовательность. Стараясь опередить противницу, Узумаки в прыжке открепила от пояса кусари-фундо. Одно ловкое движение и верное оружие оказалась у нее в руках, стремительно раскручиваясь.

— Дотон: Соконаши Нума!

Бросок и цепочка с грузом на конце устремилась в противоположную сторону от Куротсучи, чтобы обвить один из средних валунов на краю ямы. Жаль, что покрупнее оказались далековато. Рывок, и валун сорвался вниз, прямо к Карин, но и она тоже смогла вырваться из земляного плена. Они встретились посередине: Узумаки использовала валун как опору и оттолкнулась, взмывая вверх, усилив прыжок чакрой. Камень вместе с кусари полетел вниз, скрывшись в размягшей почве. Не тратя ни секунды, Карин сложила новую серию печатей, с удивлением замечая, что Куротсучи повторяет за ней ту же самую технику:

— Суитон: Мизураппа.

Два водяных потока столкнулись над ямой, нейтрализовав друг друга. Водяные брызги закрыли обзор, но Карин все равно смогла удачно приземлиться на краю ямы, окончательно выбравшись из ловушки. Одежда и волосы моментально намокли. То, что Куротсучи владеет суитоном, стало для нее неприятным сюрпризом. Смахнув одним движением влагу с очков, Карин оглянулась на соперницу. Та так и стояла на краю обрыва, внимательно наблюдая.

Вот только…

— Вот значит как, — прошептала Карин, отчетливо ощущая чакру Куротсучи сразу в двух местах. Один тусклый источник находился у края ямы, а более мощный приближался к ней, прямо под землей. План дальнейших действий сформировался моментально. — Удачно.

Она сорвалась в противоположную сторону, огибая яму. Куротсучи под землей на миг замерла, а после развернулась обратно к клону. Под ногами шлепала вода, что не успела впитаться после их техники. На бегу достав из подсумка простую взрывную печать, Карин максимально сблизилась с чужим клоном. Тот оказался намного медленнее оригинала, поэтому поднырнуть под руки и прикрепить печать на спину не составило большого труда. Отскок, печать активации и клон взорвался, раскидывая во все стороны землю. Как Узумаки и подозревала, тот оказался земляным.

Куротсучи под землей замерла, не двигалась и Карин.

«Почему она не нападает?» — Узумаки отчетливо ощущала чакру куноичи. — «Возможно ли, что она не сенсор и может отслеживать меня только по вибрации земли?»

Шаг назад, всего один, и Куротсучи медленно двинулась в ее сторону, но тут же замерла, как и Узумаки. Потянувшись к подсумку на бедре, Карин достала из него три особых куная. Чуть подумав, из поясного подсумка вынула еще и кумуридаму. Проверив пометку на ней, Карин глубоко выдохнула и медленно отступила. Шаг, еще один. Она не торопилась, создавая иллюзию, словно оглядывается в поиске. Куротсучи моментально «поплыла» в ее сторону. Не прибавляя скорости, Карин отвернулась от противницы и стала удаляться. Куротсучи ускорилась.

— Выходи! — закричала Карин, одновременно кидая первый кунай вперед. — Прекращай прятаться, — второй воткнулся в землю справа от нее на таком же расстоянии, как и первый. — Это бесполезно! — Карин остановилась и притворно досадно громко топнула, а слева тихо воткнулся в землю третий кунай.

«Догнала»

Земля под Карин вспучилась, разлетаясь в разные стороны, но Узумаки уже успела увернуться от кулака Куротсучи в самый последний момент и отскочить. И уже куноичи Ивы пришлось отмахиваться от кинутого в нее кумуридаму, но бумажный шарик разорвало при соприкосновении, моментально выпуская усыпляющий газ. Куротсучи дернулась, но тут же схватилась рукой за бедро, то самое, к которому успела прикоснуться ладонью Узумаки с активированным лезвием чакры. Всего мгновение заминки, но этого времени Карин хватило, чтобы оказаться в нужной точке, заключая Куротсучи в квадрат.

— Кеккай: шимен но шоунеки.

Всего одна печать, хлопок по земле и Карин стала связующим звеном для активации техники, заключая Куротсучи в четырехгранный серый барьер.

Бум.

Куротсучи от соприкосновения с барьером откинуло назад. Она почти успела покинуть ловушку, но полученная травма сыграла с ней злую шутку. Усыпляющий газ быстро распространялся, заполняя непроницаемый барьер внутри.

Бум. Бум-бум.

Карин прикусила губу, вливая больше чакры. Трещины, что покрыли в месте ударов стену, быстро исчезли. Барьер стал более насыщенного цвета. Его стенки продолжили сотрясаться под градом ударов с громким звоном, словно по толстому стеклу били. Карин приходилось тратить все больше чакры, постоянно подпитывая барьер и убирая повреждения. Наконец, удары стали все более редкими, пока не прекратились совсем.

Тяжело дыша, Карин для верности подождала еще несколько минут, прежде чем решилась убрать барьер. Выбившиеся волосы противно облепили взмокший лоб, дыхание давно стало хриплым и прерывистым.

Она так устала.

Как только барьер исчез, ветер унес прочь фиолетовый усыпляющий газ, позволяя всем рассмотреть лежащую на земле куноичи. Пошатываясь, Карин встала и достала простой кунай и, контролируя течение чакры противницы, медленно приблизилась. Остановившись совсем рядом, она подняла кунай, прямо над Куротсучи, и разжала пальцы на рукояти.

Ш–ш-ш.

Оружие воткнулось в землю, совсем рядом с шеей Куротсучи. На коже куноичи проступила капелька крови, но та даже не пошевелилась. Карин оглянулась в поисках экзаменатора, и тот не заставил себя долго ждать.

— Победитель, Карин из Конохагакуре! — громко объявил он, как только проверил бессознательную Куротсучи.

Арена моментально наполнилась громкими приветственными криками зрителей. Но Карин их уже не слышала. Пошатнувшись, она только отметила, как увеличились темные мушки перед глазами, да земля что-то быстро приближается.

Глава 33

«Это действительно было интересно», — отметил мысленно Данзо, наблюдая, как пошатнулась Карин и стала падать. От встречи с землей Узумаки спас Ширануи Генма, подхватив в самый последний момент. Одна из неприметных дверей в каменной стене арены открылась, выпуская отряд медиков с двумя носилками. Среди них советник заметил и Якуши Кабуто.

— Шисуи, узнай настрой Ооноки, — отдал распоряжение Данзо. Учиха моментально исчез.

В небольшом помещении сохранялась тишина, прерываемая только одобрительными возгласами зрителей и аплодисментами. Куноичи порадовали, и несмотря на то, что обе были без сознания, зрители не прекращали выплескивать свои эмоции.

— Есть ли у нее талант расти дальше в фуиндзюцу? — спокойно поинтересовался Данзо у Волка, чуть повернув в его сторону голову. Хорошо изучив полукровку за прошедшие годы, советник отметил характерные черты, выдававшие напряжение подчиненного. Это для других Волк мог казаться спокойным, но Данзо знал, на что обращать внимание.

— Да, Данзо-сама.

— Сегодняшний экзамен действительно особый. Коноха показала всем, что с ней всё ещё необходимо считаться. Прибывшие гости хотели посмотреть на бои детей Каге, и то, что внучку Ооноки победила Карин, заставит страны обратить на нее свое внимание. Мы, старики, еще помним, на что были способны Красноволосые дьяволы.

— Водоворот пал, — прошептал Волк.

— Это так. Но это еще не значит, что великий клан не может возродиться. И сегодня многие увидели этому подтверждение, — Данзо повел раскрытой ладонью в сторону арены, где сейчас как раз укладывали бессознательных куноичи на носилки. — Носители крови Узумаки скитаются по странам. Одиночки, обреченные погибнуть и унести оставшиеся крохи наследия предков с собой в могилу. Именно так исчезают великие кланы, а их потомки или не подозревают о силе своей крови, или являются слабаками, неспособными храбро идти навстречу испытаниям жизни.

Потерявших сознание куноичи подняли и понесли, освобождая место для последнего боя. Гвалт немного поутих, но зрители продолжали обсуждать увиденное, пусть и не так громко. Последние участники Третьего этапа экзамена на чунина не стали ждать приглашения и решили спуститься сами. Один из них, энергичный генин в зеленом комбинезоне вообще спрыгнул с балкона и понесся в сторону экзаменатора. А когда остановился рядом и, обернувшись, стал чуть ли не пританцовывать от нетерпения и возмущенно поглядывать в сторону своих неторопливо спускающихся по лестнице противников, послышались смешки со стороны зрителей.

— В любом случае я рад, что ты изменил свое решение… Завтра с утра зайдёшь ко мне. Передам часть сохранившихся свитков мастеров Узумаки. Нечего им больше пылиться без дела. Теперь только от тебя будет зависеть, сможет ли клан Узумаки воспользоваться шансом на возрождение или нет.

— Данзо-сама, — пораженно выдохнул Волк, почтительно опускаясь на одно колено перед советником.

— Не спеши меня благодарить, Киёсе. Для тебя есть задание.

***

— Неожиданно, — отметил Фугаку, слушая объявление Ширануи о проигрыше Куротсучи. — Сила вашей внучки вызывает уважение.

Ооноки сжал губы в тонкую линию, но когда посмотрел на Хокаге и убедился, что тот говорит серьезно, чуть расслабился.

— Это так, но рано ей еще становиться чунином. Слишком импульсивна и самоуверенна. Этот бой будет отличным для нее уроком, — проскрипел Тсучикаге, окончательно возвращая себе спокойствие.

Фугаку чуть качнул головой в знак согласия того, что понял позицию Ооноки, и поинтересовался:

— Пока мы ждем, что можете сказать по остальным генинам? Кто из них достоин стать чунином?

— Хмф, неужели действительно интересно? Что же, поделюсь своими наблюдениями с молодым поколением, — проскрипел Ооноки. По-стариковски охая, он потратил немного времени, чтобы поудобнее устроиться на высоком мягком стуле. — Однозначно достойны звания чунина предыдущая пара генинов. Оба стратега, подчиненные под их командованием будут иметь больше шансов выжить. Как и эта девчонка, — Ооноки кивнул в сторону арены, где в данный момент уносили куноичи, — они грамотно использовали местность. Что же до первой пары, то девчонка из Суны так же самоуверенна, как и моя внучка, первый бой не раскрыл ее как командира.

— А что скажите по поводу ее противника, Наруто? — все же решил аккуратно уточнить Фугаку, отмечая, что все участники последнего поединка спустились и теперь все выжидательно уставились в их сторону.

— Силен, этого не отнять. И верен своему слову. Кого-то он мне точно напоминает, — чуть прикрыл глаза Ооноки, погружаясь в воспоминания.

— Мне как Хокаге лестна ваша оценка генинов, — нейтрально ответил Фугаку. — Осталось увидеть последний бой. Считаю, он будет не менее интересным.

— Тогда не будем заставлять остальных ждать, — ехидно улыбнулся Ооноки, оторвавшись от своих размышлений, и открыл глаза. — Посмотрим, достойны ли они звания чунина.

***

Прошедшие поединки, каждый из них, был уникален для Саске. Даже его сокомандники, Карин и Наруто, раскрылись с новой стороны. Узумаки, несмотря на свой проигрыш, показал колоссальную мощь и совсем не выглядел уставшим в самом конце боя. Новая техника Наруто поражала своей силой, как и возросший контроль сокомандника в футоне. Карин же выучила технику барьера и смогла справиться с такой сильной куноичи как Куротсучи.

Пришло время показать, что и он потратил этот месяц не зря.

— Наконец-то! — встретил их вместе с Абураме Шино возмущенным голосом Рока Ли, стоило им добраться до середины Арены.

Экзаменатор на это восклицание только улыбнулся уголком губ, переместил во рту с помощью кончика языка на другую сторону сенбон и внимательно осмотрел их троицу. Шино остался невозмутим и так и не вынул руки из карманов, Рок Ли не скрывал своего нетерпения, но, а сам Саске оставался сосредоточенным, пусть и полностью уверенным в своей победе.

— Обычно проводятся поединки один на один, но в этот раз из-за нечетного количества участников решили отойти от этого правила, — тихо заговорил Ширануи Генма, давая ребятам последние наставления. — И как показали предыдущие поединки, это оказалось верным решением. На миссиях против вас не всегда будет только один противник, поэтому этот бой будет для вас отличным опытом. И помните, вне зависимости от того, кто победит, только от ваших решений зависит, получите ли вы чунина. — Ширануи чуть наклонился вперед, вновь поочередно внимательно посмотрел на каждого из ребят и громко произнес: — Покажите всё, на что вы способны!

— Да! — заорал воодушевленный Рок Ли, вскинув кулак к небу.

— Бой! — объявил экзаменатор, тут же отскакивая подальше.

Это действительно будет интересным опытом. Саске уже приходилось сражаться одновременно против двух сильных шиноби во время миссии в стране Волн, но там оба его противника предпочитали ближний бой. Сейчас же, если Рок Ли моментально сорвался с места и устремился к нему, то Шино наоборот разорвал дистанцию.

Ученик Майто Гая выбрал целью именно Саске, позволяя Абураме спокойно призвать множество жуков, что тут же полетели в их сторону. Уклоняясь от быстрых атак Ли, Саске с удивлением понял, что без шарингана с трудом поспевает за его скоростью. Если бы они встретились еще на отборочных поединках после второго этапа или в самом Лесу Смерти, было бы намного тяжелее. А так Саске только ощущал прикосновение ветра к своей коже на лице, когда кулаки противника проходили совсем близко, соприкасаясь только с кончиками волос Учиха. И тем неожиданнее оказалось внезапное исчезновение Ли из поля зрения. Чувство опасности взвыло, позволяя Саске на чистых рефлексах заблокировать мощную атаку снизу скрещенными руками перед грудью. Ноги Учиха оторвались от земли, кисти рук обожгло резкой болью, заставив Саске скрежетать зубами.

Приближающееся жужжание множества крыльев моментально напомнило Саске, что помимо Рока Ли у него есть еще один противник. Реальность замедлилась при активации шарингана, позволяя в полете зафиксировать готового сорваться к нему Ли, а также приближающуюся в их сторону тучу насекомых. Руки моментально сложили серию печатей, пока Саске перекувыркнулся в полете и, удачно приземлившись, активировал технику:

— Катон: Гокакью но Дзюцу!

Мощный огненный шар накрыл собой Рока Ли, а также моментально испепелил тучу жуков. Уловив движение сбоку, Саске чуть повернул голову, направляя остатки огня вслед подозрительному движению.

Резкий разворот вокруг своей оси и Саске вскинул руку, легко блокируя очередной мощный удар от Ли. Учиха успел заметить, как удивленно расширились глаза генина, стоило их взгляду пересечься. Но вместо ожидаемого повторного града ударов, Ли отскочил назад и рванул в сторону Абураме, вокруг рук которого появилась новые тучи насекомых, взамен сожженных.

Шино вскинул руки в защитном жесте перед собой, и его жуки тут же повиновались — собрались вокруг в плотный широкий диск, служа защитой. Град ударов от Ли тонул в нем, сильно замедляясь. Пусть и с задержкой, кулаки пробивали слой насекомых, но совсем немного не доставая до Абураме. Шино сразу воспользовался заминкой в атаке Ли: увеличил количество насекомых, заполнив ими всё пространство вокруг, чем полностью скрыл себя за жужжащим куполом. Часть насекомых отделилась и направилась двумя черными жгутами в сторону Ли, намереваясь захватить свою жертву. Ученику Гая пришлось разорвать дистанцию.

«Необходимо избавиться от одного из них», — подумал Саске, складывая в очередной раз печати огненного дзюцу, вот только направил он свою атаку не в бок Рока Ли, а прямо в жужжащий купол.

Огненный взрыв нанес существенный урон: разорвал плотный слой жуков и уничтожил их практически полностью. Показался замерший в самой середине бывшего купола сосредоточенный Шино со сложенной печатью концентрации. Ли не растерялся и воспользовался ситуацией:

проник в брешь и с разбегу ударил двумя ногами в живот Шино, вышибая из него не только воздух, но и выталкивая из плотной защиты. После удара сильно оттолкнувшись руками от земли, Ли постарался максимально быстро убраться из опасной зоны, во избежание атаки от оставшихся жуков. Но те и не думали нападать, последовав за хозяином в попытке догнать его. Стремительный полет Шино остановила только стена арены: в месте удара образовалась глубокая вмятина, от которой поползли в разные стороны паутина трещин.

В оглушительной тишине прошло несколько ударов сердца, прежде чем безвольное тело Шино отлипло от стены и повалилось на вытоптанную землю, шумно шлепнувшись. Ли и Саске замерли, ожидая реакции от Абураме, но, похоже, того конкретно так вырубило, и Шино выбыл.

Саске довольно хмыкнул и повернулся к единственному оставшемуся противнику. Тот повторил за ним и тоже развернулся в сторону Учиха. Легкий ветерок пронесся между ними, принося прохладу и немного остужая голову. Со стороны трибун послышался гул голосов, в которых можно было разобрать только отдельные слова. Зрители восторженно обсуждали увиденное.

— Я много слышал о тебе, Учиха Саске. И давно хотел сразиться. Слышал, ты сильнейший в своем выпуске, — первым заговорил Рок Ли, прервав напряженную тишину между ними. Он вновь принял изначальную стойку, в которой предпочитал начинать бой: левая рука отведена за спину, а правая — вперед на уровне груди. Но что самое интересное, Рок Ли с момента активации шарингана не поднимал взгляда выше пояса Учиха.

— Тц, — Саске чуть сощурил глаза. Лично он тоже так считал, но вести праздные разговоры никогда не любил. — Нападай.

— Как скажешь.

Рок Ли вновь сорвался в атаку, действуя более свободно из-за полной концентрации только на одной цели — Саске. И все же, теперь, когда Учиха активировал шаринган с двумя томое, ему стало намного легче отвечать на все быстрые атаки противника.

Блок, чуть отклонить голову вправо, пропуская кулак Ли мимо лица, вновь блок и тут же подпрыгнуть, избегая подсечки. Саске не отвечал на атаки, предпочитая уклоняться или блокировать урон. Пока Рок Ли носился вокруг него, пытаясь нанести хоть один удар, Саске практически остался на том же месте, только немного сдвигался из стороны в сторону при необходимости. Рок Ли оказался сильным противником.

Но недостаточно.

Град ударов оказался прерван всего одним мощным ответным ударом Саске, что заставил Рока Ли разорвать дистанцию и нахмуриться. При этом он так ни разу и не посмотрел на него, стараясь не поднимать взгляд выше ног Учиха.

В повисшей на мгновение тишине отчетливо раздался мощный крик-рев:

— Ли, снимай!

Рок Ли встрепенулся. Его лицо, бывшее до того нахмуренным, разгладилось, на губах проступила довольная улыбка.

— Я не подведу вас, Гай-сенсей! — на всю мощь своих легких заорал в ответ Ли.

Плюхнувшись на землю, он сжал оранжевые утеплители и резко стянул их, оголяя прикрепленные к ногам утяжелители. Саске нахмурился, но прерывать противника не стал, ожидая окончания подготовки к их бою.

— Отлично! — легко вскочил на ноги Ли и вновь встал в свою излюбленную стойку, оставив лежать на земле снятые утяжелители. — Ты готов, Учиха Саске?

На что Саске только цыкнул и немного сдвинул ногу, принимая более устойчивое положение. Он чуть сощурился, внимательно наблюдая за соперником, а потом его глаза удивленно распахнулись, когда вместо четкой картинки при атаке Ли Саске заметил только смазанную тень. Руки на рефлексах заблокировали первый удар, но вот второй он пропустил, как и часть из последующего града ударов, что обрушивались на Саске, казалось, со всех сторон.

«Почему он так ускорился? Насколько же много весу было в тех утяжелителях?»

Впадая в панику, Саске в последний момент заблокировал очередной удар, руки вновь обожгло резкой болью. Но это не спасло его от второй атаки в ноги. Что-то подозрительно хрустнуло, и правая нога онемела.

«Я не успеваю за его движениями»

В этот раз удар прошел в лицо по касательной. Во рту сразу появился знакомый вкус металла. А следующая серия быстрых, но очень болезненных ударов-укусов по корпусу, неотвратимо превращала тело Саске в отбитое мясо.

«И это о нем говорили, как о бездарности?!»

Этот удар Саске смазанной тенью увидел в последний момент, поэтому заблокировать не успел. Нога Ли попала по животу, выбивая остатки воздуха и откидывая Учиха так же сильно, как и совсем недавно Шино. Саске чувствовал каждый удар при соприкосновении тела с землей. Но что удивительно, Ли не торопился его добивать.

— Не ожидал, что знаменитый Учиха Саске окажется так слаб, — с трудом услышал Саске, когда перестал катиться по земле и попытался приподняться, но смог встать только на четвереньки.

В ушах шумело, перед глазами все плыло.

— Гай-сенсей многому меня научил, в том числе и как сражаться против шарингана.

Саске закрыл глаза, ощущая, как паника отступила и взамен ему в душе поднимается злость.

— Но я не ожидал, что бой окажется таким легким. Пора заканчивать.

Спокойные слова резали на живую, вызывая не просто злость, а ярость. Перед взором Саске пронеслись лица людей, которых он считал сильными и пытался не только не отставать от них, но и перегнать в силе. Какаши-сенсей, Наруто и Итачи-нии-сан… Саске признавал их силу, но больше всего он хотел добиться другого.

Как и ожидалось от моего сына

Саске припал к земле, резко вскидывая руку и перенаправляя удар, не позволяя себя вырубить. Рок Ли из-за набранной скорости не удержал равновесия и отлетел в сторону, позволяя Саске окончательно подняться. Ли на секунду растерялся, но вновь кинулся в атаку.

Вот только и она не достигла цели: Саске легко, всего одним скупым движением перенаправил атаку. Как и последующие за ней. Еще и еще.

Ли отскочил назад, удивленно разглядывая чуть покачивающуюся тушу Учиха. Тот явно берег правую ногу и старался на нее не опираться. Поднять взгляд выше пояса Ли так и не решился, помня наставления Гая-сенсея.

На губах Рока появилась улыбка.

— Ты сильный, Учиха Саске. Значит, мне тоже не сто́ит сдерживаться. Я не проиграю.

Один за другим концы бинтов на руках свободно повисли. Ли скрестил перед собой руки, сосредоточился и открыл первые врата — Каймон.

Ярость застила глаза, но избитое тело не позволяло Саске двигаться нормально. И все же… что-то изменилось. После того как Ли избавился от утяжелителей, Учиха видел только смазанные движения, не успевая реагировать на угрозу. Теперь же движения Ли стали вновь отчетливо видны, Саске понимал, куда тот ударит в следующий раз.

И успевал реагировать.

Радостный оскал появился на губах Учиха. Глаза вновь горели, как и тогда, когда «погибла» Карин. Перехватить кулак Ли получилось легко, а второй рукой придать тому еще большее ускорение. Рок Ли сумел среагировать и оперся двумя руками о землю, атакуя ногами. Блок, еще раз. Казалось бы, такая непростая атака должна быть не сильной, но это оказалось не так, и Саске был вынужден сделать шаг назад. Правая нога тут же прострелила болью, и он оступился, сильнее сжав зубы, не позволяя себе закричать. Ли моментально воспользовался его ошибкой и припал к земле, атакуя снизу вверх. Саске подбросило вверх, а вслед первой атаки последовали еще несколько таких же, поднимая тело Учиха все выше и выше.

Тело не слушалось и представляло собой один комок боли. Саске почувствовал, что Ли переместился за его спину.

«Это все? И я сдамся, вот так просто?!»

На кончиках пальцев появились искры. На небольшом расстоянии Саске увидел бинты Ли, что вот-вот захватят тело и окончательно свяжу его, лишив возможности двигаться. Слабые искры на кончиках пальцев превратились в мощные электрические разряды, поражая пространство вокруг. Послышался вскрик Ли, ставший усладой для слуха Саске.

Приземление оказалось жестким. Чудом, что Саске не вырубило. Собрав последние силы в кулак, Учиха перевернулся и, поднявшись на четвереньки, увидел недалеко от себя Ли, по телу которого еще проходили электрические разряды. Понимая, что это его шанс, Саске достал из подсумка пару кунаев и, с трудом встав, похромал в сторону Ли. Вот только тот быстро оправился и вскочил, встречая атаку кунаев жестким блоком. Быстрый обмен ударов, и они замерли напротив друг друга, нейтрализовав атаку друг друга. Их мышцы подрагивали от напряжения, правую руку Саске ли перехватил над головой, а левую — снизу.

— Не ожидал, что ты сможешь прервать мою технику, — тяжело дыша, выдал из себя Ли. За весь бой Саске ни разу не получилось поймать взгляд Рока.

Саске на это только хмыкнул и чуть повернул левую кисть с зажатым в руке кунаем.

Ли вскрикнул от неожиданности, когда по глазам резанул отраженный в кунае солнечный свет. Зажмурившись, он ударил по сломанной ноге Саске, заставив того закричать. Вновь подбросить Учиха высоко в воздух ударом с ноги оказалось на удивление легко. И последовать за ним по восходящей, не позволяя прийти в себя и спастись. В этот раз Учиха не смог призвать стихийную технику райтона, и захват бинтами оказался успешен. Как и последующее закручивание противника. В самый последний момент перед тем как они вместе с Саске ударились об землю, Ли отпустил жертву и переместился на безопасную позицию, избегая урона.

Удар огромной силы разбросал куски земли по округе, заставив почву вспучиться. Опасаясь повторной атаки райтона, а также из-за того, что он сам перенапряг свое тело, отчего мышцы свело судорогой, Ли не стал поднимать Саске так высоко, как требовала техника Лотоса для убийственного урона. Поэтому Ли был уверен, что Саске не погиб, но должен был получить достаточный урон для того, чтобы его вырубило. Так и оказалось.

С трудом встав, хромая Ли подошел к неглубокому кратеру и впервые за бой прямо посмотрел на Саске. Тот лежал без сознания. Робкая улыбка появилась на губах Ли, как неожиданно, тело Учиха поплыло и превратилось в расколотый крупный пень.

— Что? Когда ты…

Ли услышал свист разрезаемого воздуха, вокруг него на солнечном свете блеснули нити лески с прикрепленными на концах сюрикенами. Мышцы еще не восстановились после применения техники, поэтому леска легко закрутилась вокруг его тела, сковывая движения. Позади раздалось знакомое потрескивание молний, что он уже слышал ранее, когда у Учиха получилось прервать технику Первичного Лотоса. Рывок и Ли потянуло в сторону потрескиваний. Удар в спину и тело свело судорогой, а следом пришла темнота.

Саске смотрел на бессознательное тело Ли и не мог до конца поверить в свою победу. Он никогда не был силен в гендзюцу. И все же, ему удалось поймать Рока в технику благодаря отражению шарингана от лезвия куная. Поэтому Рок Ли был уверен, что он захватил именного Учиха и никакой замены не было. Убивать Ли Саске не собирался, поэтому не завершил формирование техники Чидори до конца, да и урона оказалось достаточно, чтобы вырубить противника.

Все нутро Саске скрутило, и тот упал на колени, выплевывая сгустки крови прямо на землю рядом с бессознательным Ли. Все же, тот его хорошо так побил, да и чакры осталось совсем немного.

Саске нахмурился, пытаясь понять, куда он потратил чакру. Неужели новый шаринган намного затратнее? Саске до самого последнего момента не деактивировал его. Сильнее нахмурившись, он отметил странное копошение на одежде поверженного противника. Присмотревшись, заметил перемещение черных точек у Ли по зеленому комбинезону.

Это не грязь, как он подумал ранее, а жуки. Множество мелких насекомых крутились вокруг одной точки, что отличалась от них по цвету и имела более светлый оттенок.

От осознания, почему чакра потратилась так быстро, Саске обдало холодом. Он схватился за майку в районе плеча и потянул вперед, увидев на темной одежде множество черных точек. Если до этого отток чакры был незначителен, то сейчас Саске явственно ощутил, что тот многократно увеличился. Сил на то, чтобы даже банально подняться просто не осталось.

Рядом послышались тихие шаги. Саске с трудом поднял голову и увидел остановившегося рядом Шино. Тот выглядел потрепанным, но целым. Последнее, что Саске услышал перед тем, как его вырубили одним ударом в челюсть, были слова Шино:

— За удар этот прошу прощения я.