Дарящие смерть

Пролог

Лица. Они являются мне по ночам на протяжении полугода, а последнее время уже и днем. Здешние обитатели, скорее, назвали бы их мордами и убежали в ужасе, лишь только завидев, однако для меня они дороже всего на свете. Лица приходят во сне. Все вместе или поодиночке. Ркат, Барг, Дрок, Гларро - орки, с которыми я провел полгода в пути и лишениях, с которыми сражался бок о бок в ином мире, Ошис, здоровенный ящер из Терии, поначалу представившийся картографом, но позже проявивший себя весьма искусным воином, бойцы и маги из рода человеческого. Но чаще всего во сне приходит прекрасная Малита, девушка-орк, по стечению обстоятельств ставшая моей, хоть и не на столь долгий срок, как мне хотелось бы.

Полгода на Аркатаре обратились шестью с половиной годами на Земле. И, как оказалось, все это время я находился в глубокой коме.

Первые два месяца после пробуждения дались мне нелегко. Я заново учился ходить, двигать руками, головой. Две недели даже глотать было трудно. Месяц реабилитации прошел в больнице, а уже на второй врачи меня отпустили домой, благо двоюродная сестра взяла на себя обязанности сиделки.

По прошествии этих двух месяцев я выглядел почти как нормальный человек, не считая перманентной, не свойственной мне ранее, худобы.

Чего нельзя было сказать о состоянии внутреннем.

Поначалу сильно беспокоили провалы в памяти, а после кошмары, терзавшие меня по ночам с завидной периодичностью последние четыре месяца. Те сновидения, в которые не приходили друзья. В них непременно присутствовали стройные эльфы с их убойными луками, ужасные рогатые демоны с красной кожей, гадкая усмешка короля Талиана и взмывающие к небесам жаркие стены огня.

Именно из-за этих ночных видений, приятных и неприятных, я и получил хроническую бессонницу, а с ней и затяжную депрессию, из которой не мог выйти вот уже несколько месяцев. Чувства обманывали невысыпающийся и совсем не здоровый мозг, реальность постоянно расплывалась перед воспаленными глазами и складывалась в причудливые картины.

Вот и сейчас.

- Ваш билет! - басом потребовал контролёр с лицом орка, украшенным уродливым шрамом и сломанным левым клыком.

Я резко мотнул головой. Клыкастое лицо исчезло, явив моему взору уставшую физиономию мужчины лет пятидесяти.

- Извините, не успел купить, - выдавил из себя и, пытаясь сладить с постоянно дрожавшими руками, полез в карман свободной от букета пятерней, вытащил мятую двадцатку. - Возьмите, пожалуйста.

Контролёр умело отсчитал сдачу, ссыпал в мою ладонь мелочь вкупе с билетом, отвернулся, осуждающе пробормотав что-то вроде "напьются с самого утра" и побрел по салону автобуса дальше, привычно расталкивая сонных пассажиров.

Я снова повернулся к окну. Скорость нашего транспорта не превышала километров сорока в час, поэтому люди, автомобили, дома, столбы, переезды, дорожные знаки и деревья проплывали мимо медленно, позволяя рассмотреть их полностью. Я скользил по ним равнодушным расфокусированным взглядом. Ничего не имеет значения. Больше ничего.

Хриплый динамик объявил нужную мне остановку, и я покинул душный автобус, подставив ветру вспотевшее от жары лицо. Отошел на тротуар и на некоторое время замер, уставившись в затянутое серыми тучами небо. Затем, очнувшись, не торопясь направился к кладбищу. Рядом с аркой входа на него расположился небольшой киоск под названием "Последний приют". Буквы на когда-то черном фоне почти полностью выгорели и едва позволяли прочесть название. Водка в киоске продавалась. Я взял поллитровку самой лучшей из имеющихся и побрел к могилам.

Дорога была знакомой. За последние четыре месяца я приезжал сюда несколько раз. Сегодняшний должен был стать последним.

Поблуждав некоторое время между памятниками, подошёл к двум небольшим холмикам земли, расположившимся рядом, со стоящими у них темными гранитными плитами. С одного черно-белого фото на меня сурово глядел мужчина, с лицом будто высеченным из камня, а с другого молодая женщина с мягкой улыбкой и добрыми глазами.

- Привет, пап, мам, - я положил букет кремовых роз на могилу матери, достал из кармана рюмку и поставил у памятника отца.

Налил до краев из купленной недавно бутылки.

- Я попрощаться, - сделал пару глотков из горлышка, вытер губы рукавом и печально усмехнулся. - А, может, скоро свидимся.

Держа в левой руке початую бутылку, правой достал пачку сигарет и вытащил из неё две штуки. Подкурил обе. Одну положил рядом с рюмкой, а второй затянулся сам. Присел на приткнувшуюся к могилам низкую деревянную скамейку с облупившейся на ней синей краской.

Внезапно пальцы пронзила острая боль. Посмотрел на правую руку и с лёгким удивлением обнаружил, что сигарета догорела до фильтра. Лежащая на могиле отца, как оказалось, тоже.

Сделал еще несколько глотков из бутылки, поднялся, поставил её у отцовского памятника. Кто-нибудь помянет. Ласково провёл ладонью по маминому, прощаясь. Она ушла относительно недавно, на второй год моей комы, до последнего посещая палату с лежащим без сознания телом. Не выдержало сердце. Отец погиб семью годами ранее на производстве. И вот теперь они вдвоем, а у меня не осталось никого из родных.

Слегка пошатываясь, побрел к выходу с погоста.

Отсюда я поехал домой тем же привычным маршрутом, каким добирался сюда. Сегодня встреча с покупателями квартиры. Надо привести себя хотя бы в относительный порядок.

Первое время после того, как я очнулся, работать мое тело было не в состоянии, а после почти полного выздоровления устраиваться куда-нибудь я не захотел. Хоть и звали с предыдущего места. Вспомнили. И, кстати, были, вроде, даже рады, что не отошёл в мир иной. Сначала я жил на сбережения, отложенные на машину еще до комы, потом пришлось продать из дома мебель, технику, кое-что из одежды. Наконец, осталась только пустая коробка.

Принял душ, выпил пару чашек крепкого черного чая и уже через полтора часа встречал гостей.

Покупателями была молодая пара, едва за двадцать, с ребёнком двух-трёх лет на руках. Вряд ли они смогли заработать столь внушительную сумму самостоятельно. Скорее всего, родители дали денег.

Нотариуса мы уже посещали, остался лишь завершающий этап - вручить новым жильцам ключи и получить деньги. Наличными. Таково было мое условие. Получив каждый свое – распрощались.

От продажи квартиры, купленной в мои наиболее удачные годы, удалось выручить сто тысяч американских рублей. После выплаченной риелтору комиссии чуть меньше, но всё равно прилично. Пакет с деньгами бросил в спортивную сумку, в которой были сложены немногочисленные нужные в дороге вещи, закинул ее ремень на плечо и посмотрел на часы. До вылета времени более, чем достаточно.

Вызвал такси.

Примерно минут через двадцать зазвонил мобильный.

- Алло! – громко заорала трубка. - Это ваше такси! Я подъехал! Только въезд в ваш двор перегородили! Можете пройти до магазинчика "Кристалл"? Я у него остановился!

- Хорошо, - равнодушно ответил я и отбил звонок.

Завернуть за угол и пройти арку мне не трудно. Кроме сумки, не особенно крупных габаритов, с собой ничего не брал. Незачем.

Обойдя дом, нырнул в арку, с забранным кованой решеткой выходом. В ней, по обыкновению, валялось изрядное количество разнообразнейшего мусора, а под стенами хватало луж от людей, решивших не искать туалет, а использовать для своих нужд темный закуток. Брезгливо поморщившись и автоматически ставя ноги на сухие места, поспешил к отрытой калитке.

Однако едва я достиг середины арки, как внутрь сквозь железную калитку, проскользнули трое. Подняв на них глаза, я вздрогнул.

Путь мне преградили три здоровенных красных тела, с рогатыми головами и клыкастыми мордами.

- Стой, мужик, - прохрипел один из них. – Бабки гони! Быстро!

Я с силой потер глаза пальцами левой руки и когда снова уставился на стоявших передо мной, увидел, как образы зархутов медленно растаяли, открывая взору трех громил в потертых джинсах с футболками навыпуск. Бритые головы, небритые хмурые, даже злые, лица с нервно бегающими глазами. Несмотря на жару в этот летний пасмурный день, ноги всех троих были обуты в военные берцы, а тот, что стоял посередине, держал в руках пистолет, направленный в мою сторону.

- Тихо только, - быстро и отчего-то понизив голос проговорил он. – Давай деньги и вали, мужик.

Я, все еще, стоял молча и непонимающе смотрел на них.

- Сань, ты че, шмалять будешь? – произнес тот, что стоял слева от вооруженного. – Мы же весь двор подымем. Спрячь ствол. Без шума сработаем. Ты погляди на этого задохлика. Он же на ладан дышит.

Сочтя аргументы разумными, державший пистолет спрятал его куда-то назад, видимо заткнул за пояс и прикрыл футболкой. Затем в правой руке у него со стальным щелчком раскрылась телескопическая дубинка. Остальные двое вытащили ножи.

- Мужик, короче, ты это, бабки гони, - повторил средний. – Мы же тебя сейчас на лоскуты порежем.

- Дубинкой? – поинтересовался я.

- Что? – не понял он. – Что дубинкой?

- Порежешь, - пояснил я. – На лоскуты.

Стоящий в центре бритоголовый посмотрел сначала на оружие в своей руке, после на меня. Как на идиота.

- Мужик, ты не догоняешь, - медленно сказал тот, что стоял слева. – Мы тебя сейчас убивать будем. Бабки давай и тогда нормально будет все. Нам мокруха-то лишняя ни к чему.

- Какие бабки? – мое лицо приняло невинное выражение. – Ребят, вы путаете меня с кем-то.

- Да он издевается! – воскликнул тот, что стоял справа. – Деньги у тебя. Сто штук на руках. Гони сюда и не выёживайся.

Вот незадача, а я-то думал, что девяностые давно закончились и по родному городу хотя бы днём ходить безопасно.

В кармане заиграла музыка Вивальди.

- Ребят, я звонок приму. Не возражаете?

На небритых мордах появилось выражение изумления. Не давая им опомниться, я взял трубку.

- Алло. Да, буду сейчас. Погодите еще минуту.

Спрятав телефон, вернулся к разговору.

- Так, граждане бандиты, меня такси ждёт. Спрячьте ваши страшные игрушки, не то увидит кто и испугается. Я вас не видел, вы меня не видели. Давайте. Повернулись и шагом марш. Вперёд и с песней.

Их глаза сейчас можно было бы использовать как линзы телескопов, а брови оказались на полпути к затылку. Понять быков можно – не часто небось перед ними стоит доходяга за сорок, весом килограммов пятьдесят и не дрожит от ужаса. А должен дрожать. И жизнь вымаливать.

Несколько секунд за покатыми лбами со скрежетом ворочались мозги, затем решение было принято и они втроём синхронно бросились вперёд.

Но прежде, чем грабители сделали по второму шагу, я коротко взмахнул рукой и из мутной жидкости многочисленных луж, оставшихся от ночных любителей пива, в миг соткалась лента шириной сантиметров пять и толщиной в лезвие безопасной бритвы. Она быстрее пули понеслась быкам навстречу и одним движением начисто снесла две головы с шей, как коса в поле срезает цветки одуванчиков. Третьему, что был повыше, не так чисто, а вместе с частью груди. Обезглавленные тела синхронно рухнули на грязный асфальт. Орудие убийства растеклось чуть дальше.

Что подумают правоохранители, которые обязательно приедут сюда по первому сигналу неравнодушного прохожего, увидев картину в арке, меня волновало мало. Так же как и то, кто навёл этих троих на беззащитную, по их мнению, жертву. Возможно из риелторской конторы, возможно из нотариальной. Покупателей тоже исключать нельзя, мало ли кто у них родители. Есть немалая вероятность, что терять хорошую сумму им не хочется.

Переступив через ближайшего мертвеца, я выскочил из арки и увидел припаркованный неподалеку фольксваген с шашечками на крыше.

- В аэропорт, - коротко бросил водителю и отрешённо уставился на дорогу сквозь лобовое стекло.

Через полчаса я был на месте и пройдя все обязательные предполётные процедуры занял кресло в самолёте, забронированное ещё месяц назад. Некоторое время меня не покидало чувство тревоги, что вот-вот сейчас в салон ввалятся сотрудники полиции и выведут меня под белы рученьки. Лишь когда мы поднялись в воздух пришло ставшее уже привычным равнодушие.

Впереди меня ждал другой материк.

***

День выдался солнечным. Я лежал на шезлонге, на палубе белоснежного лайнера, любуясь волнами Тихого океана, и потягивал прохладный слабоалкогольный коктейль. Круиз начинавшийся в одном из городов Северной Америки, должен был продлиться более месяца и билет на него стоил пятую часть вырученных за квартиру денег. Сказать по чести, он их действительно стоил. Скорее всего, за время плавания потратить можно гораздо больше, но мне не нужно столько. Возвращаться на сушу я не собирался. Как и на родину.

С того времени, когда у меня начались галлюцинации, я более напоминал зомби, чем живого человека. Двигался, ел, пил, делал все свои дела автоматически. Возможно если бы я был здоров и моложе, то нашел бы применение своему дару в этом мире, но что-то со мной было не так. Чувства, ощущения, постоянно разрывали мозг видениями двух реальностей - Земли и Аркатара. Вот и в порту, прежде, чем мы вышли в открытое море, я то и дело замечал посреди современных суден парусники другого мира.

Решился я на путешествие в один конец после того, как в последние две недели желание покинуть всё на свете затмило собой остальные. Бесконечная череда знакомых лиц, зовущих меня голосами Рката, Малиты, Сарима и других вызывала в голове ужасные боли, со временем ставшие просто невыносимыми. Не помогали никакие лекарства, от них становилось только хуже. Лишь немного спасал алкоголь.

Уйти, банально выпив водки и повиснув на крюке от люстры в кухне пустой квартиры, мне не хотелось. А вот так вот, посреди океана, это можно. Лучше уж так. Тем более, если мои измышления верны...

Вернувшись на Землю, я снова обзавелся вредной привычкой табакокурения и начал употреблять крепкие спиртные напитки. И в одну из пьяных ночей пришла идея бросить всё и уплыть далеко-далеко, проведя свои последние дни наслаждаясь солнцем и роскошью, имеющей место на круизных лайнерах. Билет класса «премиум» позволял не беспокоиться о чем-либо. Все желания исполнялись обслуживающим персоналом буквально с полуслова.

Места были куплены все и народу тут хватало, самого разнообразного. Американцы, французы, англичане, итальянцы, русские. И если иностранцы дополняли впечатление антуража дорогого отпуска, то последние, вели себя привычно пьяно и шумно, часто выделяясь посреди остальных.

Вот и сейчас, слабо покачивающийся здоровенный полутролль из отряда Диртана Синлага, схвативший за грудки эльфа Лариана и чего-то от него требовавший, усилием воли превратился в одного из отдыхающих отечественного производства, терроризирующего хрупкого официанта.

- Курить хочу! – орал краснолицый мощный толстяк в цветастой рубашке на глядящего на него огромными глазами тощего паренька. – Понимаешь? Ку-рить! Ты чего, мудила, русский не учил? Где тут купить курева можно?

Его крики меня достали. Не дожидаясь момента, пока на шум явится местная охрана, я отставил в сторону пустой бокал, поднялся и подошёл к ним.

Положив руку на волосатую лапу огромного славянина, я слегка толкнул ее, заставив того разжать пальцы от неожиданности и отпустить белоснежную рубашку официанта.

- Ты чего?! – посмотрев на меня пьяными глазами, набычился отдыхающий уже в мою сторону. – Да кто ты такой?

- Здесь принято говорить на английском, - ответил я ему на русском. – Он вас просто не понимает. Позвольте помочь?

- А, наш, - расплылся в улыбке толстяк. – Помоги, я не против.

- Где у вас тут зона для курящих? – поинтересовался у парня на языке королевы Елизаветы, запас которого был неплох еще со школы, а после и института.

- Вон туда, шагов пятьдесят, - паренек облегчённо выдохнул, посмотрел на меня с благодарностью и указал в сторону кормы. – Там и купить можно, и покурить. Все есть, от сигарет до кальяна.

- Благодарю,… - посмотрел на бейджик, - Стив.

Из моего нагрудного кармана в его перекочевала сотенная купюра.

- Это вам, за помощь.

- Спасибо, сэр, - уголки губ официанта тронула улыбка. – Если вам что нужно – только скажите.

- Буду иметь в виду, - серьезно сказал я.

Затем, обратившись уже к толстяку, подсказал где здесь можно подымить, а так как захотел того же, то пошел вместе с ним.

В табачном магазинчике мой новый знакомый приобрел пачку сигарет. Я взял сигару. Раньше их не пробовал, а сейчас захотелось. Продавец помог мне поджечь её по всем правилам. От предложенного им кофе, также, не отказались.

Мы с толстяком, не сговариваясь, расположились за одним столиком и принялись синхронно втягивать дым, попивая ароматный напиток и изредка сбивая пепел в массивную хрустальную пепельницу.

- Я – Николай, - представился он. – Сам из Новосибирска. Последних два года в Барселоне живу. Вот, жена на круиз затащила. А ты?

- Игорь. Из Харькова. Последние семь лет провел на Аркатаре.

Полгода в видениях я тоже, можно сказать, там провел.

- Не слыхал, - затянувшись, сказал Николай. – Это где-то в штатах? Типа Арканзаса?

- Типа того, - кивнул я, с интересом разглядывая только что приобретенную сигару.

Вкус ее слабо отдавал шоколадом, а дым приятно пах сухим деревом.

- Я – серьезный бизнес делаю, - пьяно поделился со мной толстяк. – Множество мебельных магазинов в Италии. Это официально. На жене. У самого дела другие. Рассказывать о таких не принято. Ну да ты и сам все понимаешь.

- Понимаю, - рассеянно кивнул я, особенно не вникая.

- А ты чем занимаешься?

- Я – маг.

Он посмотрел на меня с удивлением. А потом громко расхохотался.

- Это как? – поинтересовался собеседник, отсмеявшись. - Фокусник, что ли?

- Угу, - я слабо улыбнулся, - фокусник.

- Че, нормально платят? – удивился Николай, намекая на стоимость круиза.

- Достаточно.

- А покажи чего-нибудь, - попросил он.

- Легко.

Я демонстративно плавно приблизил руку к его чашке. Тут же из неё вырвалась змейка кофейного цвета и потушила огонек на почти докуренной сигарете собеседника, в этот момент находившейся у него в зубах, сантиметрах в тридцати над столешницей. После чего тоненькая струйка неторопливо вернулась обратно в чашку.

- Ничего себе! – выдохнул Николай и посмотрел на меня восторженными глазами. – Круто! А что еще умеешь?

- Мне за выступления люди деньги платят, - снова улыбнулся я.

- Так не вопрос, - толстяк полез в карман объемных шорт и выудил черный кожаный портмоне. – Сколько?

- Коль, давай не сегодня? – попросил я, поморщившись от резкой боли, внезапно пронзившей мозг. – Давай завтра покажу? Жену, как раз, пригласишь-побалуешь.

- И то правда, - согласился он, возвращая бумажник на место. – Здесь же. Часов в двенадцать встретимся? Анька, думаю, рада будет. Любит она всякие экзотики.

- Тогда до завтра, - сказал я, вдавливая в дно пепельницы треть недокуренной сигары и отчётливо осознавая, что никакого «завтра» у меня уже не будет.

Договорившись, мы попрощались и новый знакомый пошел в свою каюту, а я остался, так как мне спешить было некуда. Чередуя алкогольные напитки с чашками кофе и пробуя один сорт табака за другим, просидел так до сумерек и когда решил покинуть зону для курильщиков меня ощутимо покачивало. Приобретя напоследок пачку сигарет, вышел.

По пути в каюту я увидел в одном из укромных уголков на палубе эльфа Лариана, держащего за руку красивую фигуристую эльфийку и что-то ей горячо рассказывающего. Привычно пожмурившись смахнул наваждение и узрел недавнего знакомого, официанта Стива, общавшегося то ли с молодой коллегой женского пола, то ли с горничной, обладавшей ладной фигурой и длинными стройными ногами, лишь слегка прикрытыми сверху короткой форменной юбкой. Они о чем-то горячо спорили, но когда я проходил мимо, притихли, посмотрев в мою сторону.

- …завтра, - все же удалось различить последнее слово, сказанное девушкой.

Услышанное заставило меня остановиться.

- Завтра может и не настать, - тихо сказал я, повернувшись к ним и глядя прямо в глаза собеседницы Стива.

После чего медленно двинулся дальше и уже через минут пять оказался в своей каюте.

Ложиться я не собирался. До темноты осталось не так уж много, потому я принял душ, побрился, надел свежую белую рубашку, взял небольшую сумочку, где хранил свои оставшиеся деньги, и вышел на палубу.

Посмотрел на циферблат часов. По местному времени было около одиннадцати. Через час полночь.

Пятый день плавания мы проводили в открытом океане. Лайнер светился множеством огней, народ гулял где мог и как мог. Вдалеке оркестр играл классическую музыку, а рядом с бассейном крутились мамаши с детьми. Мужчины, скорее всего, либо в баре сейчас, либо в казино.

Я постарался найти самое тихое и темное место на палубе, которое нашлось ближе к корме, у левого борта судна, и принялся наблюдать за темными водами океана, без конца играющего своими мощными волнами. Ночной ветер дарил приятную прохладу разгорячённому почти бесконечным пьянством лицу.

- Могу я предложить вам шампанского, сэр? – услышав голос за спиной, я обернулся.

Позади меня стоял официант Стив, держа в одной руке пузатую бутылку с двумя узкими бокалами на длинной ножке, зажатыми между пальцами, а в другой – лёгкий пластиковый стул белого цвета.

- Я подумал, что вам захочется присесть, сэр, - ответил он на мой вопросительный взгляд.

- Сладкое? – поинтересовался я.

- Брют, - улыбнулся официант. – Не зря принес?

- Не зря.

- Я хотел поблагодарить вас, сэр, - живо заговорил он. - Не знаю почему то, что вы сказали, так повлияло на Лейлу, но это подействовало, и мне действительно есть за что угостить вас.

Официант поставил на палубу стул и торопливо принялся открывать бутылку, сопровождая свои действия рассказом о том, что девушка давно ему нравилась и что-то еще про свои душевные переживания. Я не особенно вслушивался. Наконец, горлышко выстрелило пробкой и когда струя пены улеглась, Стив наполнил один бокал.

- Со мной выпьешь? – спросил я у него, принимая фужер.

- Нам нельзя, сэр, - виновато посмотрел он на меня. – А то я бы с радостью.

- Если не собирался пить, то зачем принес два? – поинтересовался я.

- Я подумал, что вы ждёте даму, сэр.

Губы сами собой раздвинулись в горькой усмешке.

- Давай, налей и себе. Не уволят же тебя за один бокал.

Стив поколебался несколько мгновений, а после налил шампанского во второй.

- За то, что важно, – тихо произнес я тост, паренёк согласно кивнул, и мы выпили.

- Ещё раз спасибо, сэр, но мне нужно бежать работать, - официант было развернулся уйти, однако я остановил его.

- Погоди, - протянул ему сумочку, в которой после всех трат и перечисленных двоюродной сестре денег осталось еще порядка тридцати тысяч долларов. – Возьми. Пусть это хоть немного приблизит тебя к тому, чего ты хочешь.

Стив принял подарок и заглянул внутрь. Глаза его расширились.

- Сэр, вы…

- Не надо ничего говорить, - перебил я его. – Забирай и уходи. Я хочу остаться один.

Поблагодарив меня в очередной раз, он растворился в темноте, а я опустившись в любезно принесённый стул и решив не прибегать более к помощи фужера, припал к горлышку оставленной бутылки. Осушив её полностью, достал из кармана сигарету и закурил, плюнув на то, что здесь это было запрещено.

Лица возникли из пустоты. Человеческие, орочьи, эльфийские. Завертелись в отчаянном, диком хороводе. Голову разорвало болью.

Через пару минут, опустив окурок в бокал, резко поднялся и подошёл к борту. Теперь все нужно делать быстро, пока не передумал. Не раздеваясь и даже не сняв обувь, я схватился за поручень и одним махом перепрыгнул через него.

Мелькнули единой вспышкой огни лайнера и уже через мгновение я с головой погрузился в холодную воду. Оставив за спиной бушующую поверхность, поплыл все глубже и глубже, пока, наконец, в лёгких не осталось ни капли воздуха.

Судорожно попытался вдохнуть, но в открытый рот хлынула только соленая морская вода. Некоторое время организм отчаянно цеплялся за жизнь, а потом я начал терять сознание.

И тут, внезапно, перед мертвеющим взглядом вспыхнул свет, множество ярких молний одновременно ударили в мою грудь и я беззвучно закричал от боли. Затем боль ушла и пришло умиротворение. Последним, что я увидел в этом мире, было лицо красавицы Малиты.

***

Первым, что я увидел, открыв глаза, было лицо Малиты в ореоле слепящего света, а первым ощущением - чувство страшного холода. Лишь голова лежала на чем-то мягком и тёплом.

Лицо девушки нависало прямо надо мной, а в уголках её глаз стояли слезы.

- Да дайте укрыться чем-нибудь, что ли, - хрипло произнес я, снова зажмуриваясь, чувствуя, что головная боль, ставшая уже привычной, куда-то ушла, а это значит - можно, наконец, нормально выспаться. – Холодно же.

И сразу за этим услыхал оглушительный рев множества голосов. Нет, это решительно невозможно. Дадут мне поспать? Я открыл глаза.

И увидел, что лежу в какой-то каменной пещере, на чем-то тоже похожим на камень продолговатой формы, а вокруг меня столпились странные огромные существа с зелёной кожей. Двое из них держали молодого парня, обессиленно повисшего в их могучих руках, а у его ног валялась раскрытая книга, обложкой вверх. Даже отсюда было видно ее название.

«Акафеллон», - прочитал я про себя.

И вот тут я всё вспомнил.

Однако некоторое время ещё не мог поверить в случившееся, пока парень напротив не поднял голову и я не увидел уставшее, облегченно улыбающееся лицо Сарима Диса, некроманта-недоучки из Аверлосса.

- С возвращением, - сказал он. – Наконец-то ты вернулся.

Глава 1. Возвращение

Как оказалось, вернули меня на Аркатар глубокой ночью, и потому празднество по данному случаю решили перенести на вечер этого же дня. Покричав от радости некоторое время, орки, окружавшие камень, большей частью разошлись, оставив лишь тех, кого я знаю.

Чувствовал я себя несколько слабым, но дружеские похлопывания по груди и плечам снёс вполне мужественно. Меня засыпали вопросами, но прежде, чем я ответил хоть на один, Ркат приказал Дроку принести какой-нибудь пищи, а всем перейти в другое помещение.

Пока я ел горячую мясную похлёбку, сидя на тёплой шкуре антилопы и укутанный в такую же, собрались остальные. Наконец, отставил в сторону пустую миску, насытившись. Приятное тепло в области желудка подтвердило, что это было именно то, что нужно.

Мы кружком сидели вокруг костра, потрескивающего горящими сучьями в центре комнаты. Серый дым плавно поднимался вверх и, достигая потолка, скрывался в небольшом отверстии. Комната была мне хорошо знакома, так как именно в ней я вместе с друзьями и проживал до того, как покинул Аркатар.

Здесь были все наши: Ркат, Барг, Дрок, Гларро, Сарим Дис, Зараб Кинак, целый Ошис Тиасаи Ла, хотя последний раз, когда я его видел, он остался без обеих рук, обнимающая меня Малита и я.

Все сидели молча, кроме самого младшего среди нас - некроманта Сарима, добровольно принявшего на себя обязанности рассказчика.

- После того, как тебя ударило той чёрной гадостью, ты упал в реку и скрылся подо льдом. Вот он, - маг кивнул в сторону Рката, - сиганул в воду и вытащил твоё тело на берег ниже по течению. Благо лёд там был не слишком толстый. Мы забрали Ошиса и ушли по берегу спокойнее, чем предполагали. Эльфам было не до нас, ведь после того, как король Талиан напустил на тебя тот клуб дыма, он сам, отчего-то, рухнул на руки своих подчиненых. Скорее всего, поэтому нас никто не преследовал. Когда мы достигли того места, где тебя вытащил Ркат, то сначала подумали, что ты умер, но затем я осмотрел тебя и понял, что, хвала Тысячеглазому, ты жив, просто без сознания. Мы быстро, насколько могли, прибыли сюда и постарались привести тебя в чувство. Однако, едва прибыли на место, оказалось, что дело сложнее, чем я предполагал. Здесь у меня было больше времени, чтобы досконально изучить твоё состояние. К своему ужасу, я увидел, что сознание ушло очень далеко, потому что как ни старался - не мог его коснуться. Я даже вызвал и расспросил пару призраков. Безрезультатно. Обитель мертвых была ближе, чем ты.

Он виновато улыбнулся и продолжил:

- Так как кроме меня с тонкими материями здесь работать некому, я принялся штудировать "Акафеллон" и экспериментировать. Ркат от меня почти не отходил, вновь и вновь заставляя искать тебя. И в тот момент, когда я уже отчаялся, твоя женщина принесла мне свиток вызова. Сказала, что нашла его в твоих вещах. Не знаю, где ты его взял, но именно с ним я и работал последнее время.

Я с благодарностью посмотрел на Малиту и прижал к себе сильнее.

- Я услышала, как воины после возвращения обсуждают твой бой с каким-то красным чудовищем, - шепнула она мне на ухо, слегка зардевшись, - а как-то, скучая, залезла в твою сумку и среди всего прочего нашла этот свиток. Увидела что на нем изображено и показала Сариму. Прости.

- Ничего, - я погладил шелковистую кожу на округлом плече, - ты все сделала правильно.

- Ты бы видел, с какой жадностью он выхватил его у меня из рук, - улыбнулась Малита, - и как загорелись его глаза. Четверть луны он собирал нас вокруг камня с лежащим на нём твоим телом и заставлял петь какие-то странные слова.

Так вот почему последние три месяца у меня так участились головные боли и вот отчего чаще стали посещать галлюцинации.

- Я пробовал снова и снова, - увлекшись, не замечая, что повышает голос, рассказывал Сарим. - У меня и со свитком не получалось ничего. А потом, как-то, совершенно случайно, я наткнулся в межмировой тьме на лёгкий отблеск твоего сознания. О, как же я был рад! Однако ликование мое длилось недолго. Множество раз я пытался найти способ вытащить тебя оттуда, где ты находился, но мне не хватало сил. Если честно, то я уже был готов опустить руки и бросить попытки, настолько устал. И тут, вдруг, в очередную из своих попыток, я ощутил, что ты, прежде не дававший даже подцепить краешек твоего сознания, словно прыгнул мне навстречу. Я не упустил этот шанс и доставил тебя по назначению - прямо в твое тело. И вот ты здесь, чему мы все очень рады.

Он закончил, и я решился задать волнующий меня вопрос:

- Сарим, а отчего в первый раз, когда меня перенесли на Аркатар, то перебросили вместе с телом, явно скопировав, а ты, каким-то образом, вернул сознание в то тело, что осталось тут?

Не скажу, что мне это не понравилось. Рука сама собой сжалась в кулак, заставив наполниться кровью крепкие мускулы предплечья. Ощутить себя моложе на несколько лет было чертовски приятно. Да и снова проходить курс молодого бойца в постаревшем и пропитом теле совсем не хотелось.

- Эмм... - недоучка смутился, - ну, я не настолько силён, как толпа древних эльфийских магов. Потому вышло только так - вернуть аави назад в твою голову.

- Аави?

- Всё, что было твоей сутью, - пояснил он.

- Я благодарен тебе за всё, что ты сделал, Сарим, - я обвёл глазами всех, сидящих у костра. - Как и всем вам. А теперь, господа, закончим с приветствиями. Нам необходимо поговорить о деле. Ркат, слушай внимательно, передашь то, что услышишь, вождям. Сарим, та карта, какую я вручил тебе на берегу, у тебя?

- А как же!

- Дай её мне, будь так любезен.

Получив требуемое, я разложил на полу бумагу, с таким трудом добытую в лагере осаждавших Гарребриан солдат, и принялся рассматривать, освежая память. Да, так и есть, против нас тьма солдат, если верить записям тех тварей, у которых удалось её отбить.

- Ркат, подойди, пожалуйста.

Когда друг оказался рядом я указал ему на значки, расшифрованные мне Ошисом ещё в хижине.

- Смотри, это значит, что под Гарребрианом собралось двадцать тысяч эльфов, одиннадцать тысяч дворфов и около сотни тысяч людей. Кроме этого у них четырнадцать опытных магов из Бариама, восемь демонов, в драке с одним из которых я почти погиб. Также не стоит сбрасывать со счетов и самого короля Талиана, к тому же имеющего в своей свите неизвестно сколько эльфийских магов. Я считаю, что у нас нет возможности сейчас одолеть их, даже если мы соберём орков со всей степи.

- И что же делать? - Ркат стиснул затрещавшие суставами кулаки. - Мы должны что-то предпринять.

- Есть пару мыслей у меня на этот счёт, - я аккуратно сложил карту и сунул за пазуху. - Во-первых, нам нужна помощь. Знаешь, где можно найти хороших магов?

Принц орков на некоторое время задумался.

- Лучше Мрачных не найдём, - наконец уверенно произнес он.

- Вот и я, пока... отсутствовал, думал об этом.

На самом деле, во время пребывания на Земле, я много размышлял о том, как склонить чашу весов в сторону орков в этой войне, и пришел к выводу, что было бы неплохо посетить соотечественников Асартэ, исконных врагов эльфов Талиана, и попросить у них помощи.

- Пошлем к ним гонцов, - сказал Ркат. - Я потом подумаю, кого можно отправить. Не со всеми они пожелают говорить.

- А с принцем орков будут? - поинтересовался я.

Он вперил в меня тяжёлый взгляд.

- С принцем будут.

- Вот и славно, - сказал я. - Подумай о том, кого оставить вместо себя. Это должен быть разумный орк и грамотный военачальник, так как неизвестно сколько времени мы проведем в пути туда и обратно. Если что произойдет, то не хотелось бы, чтобы войска остались без хорошего командира.

- Нам придётся идти через земли людей, - с сомнением произнес Ркат. - Вряд ли они оставят мою персону без внимания, даже если мы отправимся вдвоём и больше не возьмём никого из наших. Если ты помнишь, то у нас тут война.

- Я об этом и не забывал. И подумаю над тем, как нам пересечь земли людей по дороге к Мрачным. Может, посадим тебя в большой сундук, может, ещё что. Безвыходных ситуаций не бывает.

Увидев, что друг помрачнел, раздумывая над перспективами оставить своих подданных, я добавил:

- А по дороге к соотечественникам Асартэ заодно можно и поинтересоваться судьбой твоей жены.

Ркат мгновенно вскинул голову и посмотрел на меня с надеждой.

- Думаешь, она ещё...

- Уверен! - никакой особой уверенности я не испытывал, однако нужно было подбодрить парня. - Не убили же её сразу после пленения, в самом деле. Заедем в этот... Как его? Как Верд назвал тот город, в который отправили пленных?

- Гверош, - снова помрачнев, ответил Ркат.

- Вот, его и посетим по пути.

Я почувствовал, как мою кисть сжала ладошка Малиты, до этого ласково ее поглаживающая, и с удивлением воззрился на неё. Девушка смотрела перед собой, ни на кого конкретно, а лицо её стало странно злым.

- Что с тобой?

- А? - она посмотрела на меня такими глазами, словно только что очнулась от сна. - Всё хорошо.

Я повернулся обратно к Ркату и увидел, что некромант порывается что-то сказать.

- Да, Сарим?

- Я кажется знаю, где лучше всего найти жену твоего друга, - неуверенно начал он. - Вы говорите, что её забрали в Гверош, правильно?

- Правильно, - подтвердил я.

- Вот, - с удовлетворением сказал маг, - значит искать её нужно в Бириге.

- Что за Бирига?

- Это соседний с Гверошем город, - объяснил мне Ркат и обратился к Сариму - Только почему там? Её мог купить кто угодно.

- Нет, - отрицательно замотал головой некромант, - не кто угодно. А Ледана Карра.

Все присутствующие уставились на него с непониманием.

- Ну, Ледана Карра, - Сарим обращался к нам так, будто мы чего-то не можем вспомнить. - Самых красивых девушек на невольничьих рынках Гвероша скупает она. После чего их отвозят в её дом Карры, где обучают всяким женским премудростям, вроде очарования и ласк особенных. На протяжении нескольких лун они там постигают искусство любви, а после их продают богатым мужчинам. Ну, или женщинам.

Увидев, как Ркат наливается гневом, я спешно спросил:

- Скажи, а их там что, заставляют спать с мужчинами?

- Нет, конечно, - как-то аж возмутился Сарим. - Это же не обычный дом удовольствий, а, скорее, школа. Там, в основном, учат как себя правильно подать.

Отметив, что Ркат после этих слов, вроде, стал успокаиваться, я задумался на некоторое время.

- У тебя нет сомнений в том, что ты говоришь? - наконец, поинтересовался у мага.

- Нет.

- А ты откуда знаешь об этом доме?

Лицо молодого человека порозовело.

- Ну, я... Я ездил туда один раз. Хотел купить девушку...

Я удивлённо поднял брови.

- Тебе не кажется, что ты ещё достаточно молод для того, чтобы попробовать завоевать сердце избранницы своими силами, а не покупать её как товар в лавке?

Сарим покраснел ещё больше.

- Так я не себе. Дядя просил. Хотел подарок сделать одному важному для него господину.

- И что, купил? - поинтересовался Барг.

- Да где там, - губы мага тронула слабая улыбка. - Денег не хватило. А было их, скажу вам, немало.

- Серьёзно? - вступил в разговор Гларро. - Они настолько ценятся?

- Слышал, что за одну из них как-то один купец отдал телегу серебра. И, как поговаривали люди, полностью был удовлетворен состоявшейся сделкой.

- Хорошо, - сказал я, - но отчего ты решил, что Дженна может быть там? Она же не человеческая женщина, а орк.

- И что? - улыбнулся Сарим. - Насколько я понимаю, девушка красива, а значит и на неё может найтись покупатель. Ледана, чаще всего, забирает себе всех красоток, несмотря на происхождение. Начиная от эльфиек и заканчивая гоблиншами. Думаю, что она вам и симпатичную самку тролля привезёт, если пожелаете.

- Отлично, на этом пока и закончим, - подвёл итог нашему малому совету я. - Ложитесь спать, и так уже засиделись. Ркат, пока вождям ничего не говори. Я завтра скажу, как это лучше сделать.

Мой зеленокожий друг кивнул. Все поднялись со своих мест. Кроме Ошиса. Он так и остался сидеть, глядя в огонь, будто медитируя.

- Рад, что руки твои приживили обратно, - обратился я к нему. - И кто умелец?

- Он сам, - ответил за него Барг. - Только не приживили, а это новые у него отросли за поллуны. Жрал все это время как стая голодных волков.

- Тогда рад, что отросли.

Адит медленно кивнул, но от созерцания языков пламени так и не оторвался. Он единственный воспринял моё возвращение как нечто само собой разумеющееся. Я не стал его отвлекать и поднялся с помощью Малиты, намереваясь уйти, когда меня нагнали Сарим Дис и Зараб Кинак.

- Игр, мы хотим с тобой поговорить.

- Да? - обернулся я к ним.

- Мы тут подумали... - молодой некромант замялся.

- Давай не тяни, - подбодрил я его. - Что там ещё?

- Хорошо, Игр, - Сарим выпрямился и посмотрел на меня открытым взглядом. - Мы с Зарабом, конечно, благодарны оркам, что они нас приютили, когда мы затерялись в степи, и я даже сходил с тобой в солдатские лагеря, но воевать со своими нам не хочется. Нет, ты не думай, дело не в боязни битвы. Мы бы никогда...

- Я тебя понял, - прервал я его словесные излияния. - Никто вас в бой не погонит, я поговорю с Ркатом.

- Спасибо! - в один голос горячо поблагодарили меня оба и быстро отошли, видимо опасаясь, чтобы я не передумал.

Нам с Малитой отвели отдельное помещение, куда она с удовольствием перебралась из женской половины пещеры.

Пока она готовила постель ко сну, я с любованием рассматривал под светом факелов свое оружие. В моё отсутствие кто-то принёс моей женщине меч и щит взамен утраченных. Кто-то из тех, кто видел меня раньше, потому как новое почти копировало старое. Такой же слегка изогнутый меч эльфийской работы, под одну руку с односторонней заточкой по внешней кромке, и щит, правда, не круглый, а формой ближе к овалу, но того же размера, а также короткий охотничий нож. Рядом лежали веройские доспехи десятника. И как только Ркат вытащил меня вместе с ними из воды? Хотя, с его силищей...

Ни на одном предмете не было ни капли ржавчины, чистилось все регулярно.

От оружия я перешёл к содержимому сумки.

Да, кроме полезных в быту мелочей, в ней оставался заключённый в коробку из светлого дерева Шартагн и бумаги барона Дирани, посла короля Длии, подобранные мной из упавшей на дороге к Гарребриану шкатулки. Учитывая, что колдовской инструмент орков я уже разглядывал и довольно подробно, моё внимание привлекло последнее.

Некоторые листы представляли собой обычные письма, но половина из них была, по-видимому, какими-то документами с печатями и подписями. Писали их на общестанирском, а потому прочесть я их смог. А прочтя - чуть не вскочил и не заплясал от радости.

Вот оно!

То, благодаря чему я смогу пройти по землям людей беспрепятственно. Тут было все - грамоты и сопроводительные бланки для пересечения границ, рекомендательные письма и разрешения. Не зря я подобрал тогда содержимое шкатулки посла, ох не зря.

Когда я сложил все на место, у меня на губах появилась довольная улыбка, которая, впрочем, мгновенно сошла с лица, после того, как я обернулся к Малите.

Она сидела на шкурах с печальным выражением лица, какое для меня стало уже привычным, за время обитания в этих пещерах.

- Эй, ты чего? - спросил я у неё, присев на корточки и обнимая узкую талию. - Что не так? Ты не рада меня видеть?

- Глупый убийца эльфа, - ответила она тихо и попыталась улыбнуться, но быстро оставила попытку, снова посерьёзнев. - Кое-что меня беспокоит уже давно. И это не связано с тобой.

- Что тогда?

- Я не справилась, - тихо прошептала она, глядя перед собой. - Не смогла спасти свою госпожу. И не погибла в бою.

- И хорошо, что не погибла, - нахмурился я. - А Дженну мы найдём и ты не раз ещё сможешь доказать ей свою преданность.

- Найдёте? - Малита с надеждой посмотрела на меня своими черными глазами.

- Конечно. К Мрачным нам ехать так или иначе, поэтому заскочить в гости в дом Карры, думаю, большой проблемой не будет.

Теперь она улыбнулась по-настоящему, вроде удалось ее успокоить.

- Тогда я поеду с вами, - тут же огорошила она меня заявлением после минуты молчания.

- Нет, - сказал я, мгновенно встревожившись, - об этом не может идти и речи. Ты нужна мне здесь, в целости и сохранности. В другом случае я постоянно буду отвлекаться на тебя, пытаясь прикрыть от опасностей, которые, скорее всего, встретят нас в пути. Поверь, я могу просто не оказаться рядом в нужный момент.

Малита снова посмотрела на меня, в этот раз как-то даже немного снисходительно, а затем резко дёрнула правой рукой. Я проследил взглядом на направлением движения её кисти и изумлённо уставился на задрожавший узкий кинжал, вонзившийся в одну из щелей в камне над выходом из комнаты.

- Когда тебя не будет рядом я найду способ справиться с опасностью, убийца эльфа, - невозмутимо произнесла зеленокожая девушка.

- Хорошо, - скрепя сердце, согласился я. - Считай, что ты меня убедила. Я подумаю над тем, как взять ещё и тебя. Но ничего не обещаю, так как пока ещё и сам не знаю толком, что буду делать.

Глава 2. Вожди

Не получается.

Я сидел на прохладном каменном полу выделенной нам с Малитой комнаты, предварительно вылив на неровную поверхность небольшое количество воды и уже более часа пытался совершить с ней хоть какое-нибудь действие.

Не выходило ничего. Как ни старался. Лужица медленно впитывалась в сухой камень, постепенно исчезая вместе с моим терпением. Так и не добившись даже какого-либо маломальского результата, я поднялся и немного походил по комнате, разминая затекшие ноги.

Открытие было неожиданным, неприятным, и уж точно необходимым к немедленному обсуждению с Саримом. Остальным сообщу позже, когда сам более или менее разберусь со сложившейся ситуацией.

Малита ушла сегодня по хозяйским делам рано, ещё когда я спал, не забыв, впрочем, перед уходом оставить мне нехитрый завтрак, состоящий из нескольких кусочков холодного жареного мяса и пары ломтей хлеба. Поев, я подумал, чем бы себя занять и мысли сами собой обратились к стоявшему в комнате наполненному водой кувшину. Мда... Лучше бы не пробовал.

Жилище наше мне довелось покинуть в отвратительном настроении.

Сарим, коего я привычно застал в нише, где он ночевал, судя по его виду, только недавно проснулся. Маг находился в комнате один, что, впрочем, сейчас было мне на руку.

- Не спишь? - спросил вместо приветствия.

- Да нет, - некромант с хрустом потянулся. - Уже просто лежу. А что, помощь какая нужна?

- Есть такое, - кивнул я. - Слушай, тут у меня проблема одна появилась. И обсудить её я могу только с тобой.

Он сел на постели по-турецки и кивнул мне, мол, рассказывай.

С грустью поведал о том, что не чувствую в себе каких-либо сил магического свойства, и, закончив, вопрошающе уставился на него в ожидании ответа.

Не перебивая и внимательно дослушав все до конца, Сарим некоторое время сидел нахмурившись, а после задумчиво произнес:

- По-моему, я слыхал раньше о подобном. Да, точно. Мы даже это когда-то проходили по истории магии. В летописях читал о двух из известных мастеров, с которыми произошло что-то похожее. Притар Видан и Матриун Каградиф. Они потеряли силы, когда перенапряглись, работая на пределе своих способностей.

- Это каким образом? - заинтересовался я.

- Ну, - некромант наморщил лоб, - Притар Видан был одним из самых сильных воздушников нашего мира. Жил он лет триста назад, ещё при Черном Короле. Был такой, хотел весь восток континента себе забрать. Да не вышло у него ничего, конечно. Побили его тогда. Хотя ладно, что-то я отвлекся. Так вот, Притар, он в одном из крупных сражений участвовал и возжелал флот вражеский потопить. Наслал на них самый мощный ураган из всех, что когда-нибудь были сотворены смертными. Уничтожить корабли неприятеля у него получилось, но магом, говорят, он после боя того быть перестал. Даже пёрышко сдвинуть с места у него больше не выходило.

- А второй? - спросил я, видя, что Сарим закончил и надолго замолчал, словно пытаясь припомнить детали событий давнего времени.

- Матриун Каградиф, - встряхнулся некромант, - по растениям был мастером, жил далеко на севере, служил одному властителю тамошнему. Не так давно, лет сто назад. Тот как-то потребовал у него, чтобы маг за одну ночь все окрестности садами укрыл. А земли там бедные, неурожайные. Но не отказался Матриун и выполнил веление государя, титул мастера свой этим подтвердив. Люди сказывали, что обширная долина, ранее бывшая серой да каменной, с тех самых пор вся в зелени купается. А Каградиф надорвался тогда и сил лишился.

- А что с ними дальше было? С этими двумя?

- Притар Видан руки на себя наложил, не захотел без искусства жить, а Матриун Каградиф до смерти простым человеком был. Правда король до конца жизни содержал его за то, что он для государства сделал. Несколько жен, говорят, ему подарил, земли и много золота. Умер мастер дожив до старости глубокой и оставив кучу наследников.

- То есть, ни к кому из них магия так и не вернулась? - разочарованно уточнил я.

Сарим виновато пожал плечами.

- Извини, Игр, но о таких случаях не слышал.

И заметив, как я помрачнел, добавил:

- Не расстраивайся, может и вернётся к тебе сила. Тебе бы с кем сведущим в этом деле поговорить, а не со мной.

- Да ладно, - я махнул рукой. - Как пришло, так и ушло.

Легко сказать, оно ведь привык уже. Полезная вещь была, магия эта. Ну да не жили красиво - нечего начинать. Будем возвращаться к бытию обычного воина. Когда-то же получалось.

Покинув Сарима, погруженный в мысли о будущем, я медленно брел по полутемному коридору, когда неожиданно столкнулся с Ркатом.

- Ты чего хмурый такой? – без приветствия поинтересовался мой зелёный друг. - Или случилось что?

- Да нет, - я попытался принять жизнерадостный вид. - Нормально всё. А ты откуда и куда?

- А я, как раз, тебя ищу, - улыбнулся орк. - Пойдем к Днагу.

- К кому? - переспросил я.

- К Днагу, - повторил Ркат. - Вон он стоит.

Я посмотрел в ту сторону, в какую указывал друг, и увидал низкого орка, стоявшего недалеко от никогда не затухающего костра вождей опершись двумя руками на огромный топор с длинной ручкой и внимательно нас разглядывавшего.

- А зачем нам к нему? - с подозрением спросил я.

- Сейчас всё узнаешь.

И уже через пару минут я узнал.

Днаг был одним из вождей, чей клан до войны проживал далеко на юге, на самом берегу океана, так что кормились его воины не только со степной охоты, но и с рыбной ловли. Однако, главным и самым важным для нас с Ркатом оказалось не это. А то, что как-то, со слов Днага, еще за пару лет до нынешней войны к южному берегу оркских земель пристал небольшой кораблик. То ли ветром его занесло, то ли от пиратов спасаясь рискнул пройти через богатые рифами воды. К чести орков они не стали убивать тех, кого случайно принесла к ним судьба, а приняли с миром, предоставив пищу и ночлег. Как позже выяснилось судно принадлежало одному из северных городов и занималось контрабандой, доставляя товары в западные земли и привозя оттуда то, что нужно в странах востока. Естественно минуя таможни. И как-то завязались у капитана корабля с Днагом, после пары совместных попоек, дружеские отношения, и стал тот моряк к нему несколько раз в год наведываться. Привозил утварь, оружие, ткани, специи и другие нужные вещи. Орки платили за все серебром и людей не обижали, а потому торговля с ними шла хоть и редко, но успешно для обеих сторон.

- И, вот, - сказал Ркат, - Днаг говорит, что должны они вскоре снова быть. Так я подумал - раз уж мы собрались вернуться на земли людей, быть может воспользоваться услугами отчаянного капитана и прибыть в Лередию водным путем?

- Да уж лучше, чем от каждого патруля в степи шарахаться, - согласился я. - И вероятности встретить отряды врага в южном направлении у нас меньше всего. Мы потратим много времени, выбрав морской путь?

- Мы больше потеряли бы пойдя по суше и ползая по границе, - Ркат повернулся к сородичу: - Выезжаем завтра. Приготовь все необходимое. Поедешь ты, я и Игр. Еще с десяток воинов возьми.

- Погоди, - вмешался я, - Зараб с Саримом тоже отправятся с нами.

- Да? - удивился Ркат. - Что же они, не остаются?

- Нехорошо заставлять людей биться против своих. Как бы там ни было, но они же представители рода человеческого.

- Ты прав, - неожиданно легко согласился мой зеленый друг. - Не имею ничего против, пусть едут и они.

- Думаю, что Ошис, также, пожелает отправиться с нами, - предположил я. - Ему, вероятно, захочется увидеть своих. К тому же, он считает, что должен мне, и одного точно не отпустит.

- Возможно. Хорошо, найдем и ему лошадь. Это все или ты кого-то еще хочешь прихватить с собой?

- Малита, - неуверенно произнес я, не зная как друг отреагирует на просьбу.

- Что, и она тоже?

- Да, вот, попросилась. Хотя, скорее потребовала.

- Любую другую женщину не взял бы, - Ркат поскреб массивный подбородок, - но Малита прежде всего воин, так что против ее присутствия я не возражаю. Больше никого?

- Больше никого.

- Все слышал? - обратился Ркат к Днагу. - Подготовь то, что может пригодиться в пути для всех, кого мы тут назвали. И про своих не забудь.

Тот, получив приказ, важно кивнул головой и ушел, оставив нас вдвоем.

Оставшись наедине с товарищем, я поделился тем, что недавно узнал.

- Ничего страшного, - махнул рукой принц орков, - твоя магия была для тебя неплохим подспорьем, но кто сказал, что ты не сможешь биться без нее? Просто не лезь теперь в драку со всякими чародеями да и все дела. А с обычными вояками у тебя получается неплохо, насколько я помню.

- Решил уже, кого оставить вместо себя? - сменил я тему.

- Думаю пока, - ответил Ркат. - Верд, вроде, показал себя неплохо в последнее время, но, боюсь, что дальше он может не справиться. Вечером скажу точно. Кстати о вечере. Сегодня гуляем, отмечаем твое возвращение, не забыл?

- Может не стоит? - с сомнением спросил я. – Время тяжкое, не до плясок. Вернулся и ладно.

- А вот тут ты не прав, - сказал орк. - Ничего сейчас меня не радует больше, как то, что ты теперь снова с нами. Да и повеселиться народу сейчас нужно. Время, как ты сказал, тяжелое. Кроме того, необходимо собрать как можно больше народа, чтобы я объявил им свою волю. Праздник для этого подойдет лучше всего.

- Узнав, что ты их покидаешь, они не обрадуются.

- Знаю. Скажу, что это для их же блага. Должны понять.

- Хорошо. Тогда - до вечера.

- До вечера.

И мы разошлись по своим комнатам.

Зная как гуляют орки и то, что утром нам выезжать, время до начала вечернего гуляния я решил потратить с пользой, а потому едва придя к себе в комнату, лег в постель. Немного понаблюдав за хлопочущей по жилищу Малитой, уснул.

Проснулся от легкого прикосновения к щеке.

- Вставай, - ласковым голосом произнесла девушка. - Тебе пора. Почти все уже собрались.

- А ты что же, не пойдешь? – спросил я зевая и нехотя вылезая из-под теплой шкуры.

Малита присела рядом со мной на край постели.

- Игр, там сейчас будут только мужчины. Никто из них не приведет своих жен. Нехорошо выделять кого-то.

- Снова какие-то ваши правила? – проворчал вставая. – Ладно, как пожелаешь.

Девушка налила в медном таз немного прохладной воды и я умылся, мгновенно прогнав остатки сонливости.

- Да и что мне там делать? – она сняла с крюка продолговатый кусок ткани, который мы использовали как полотенце, и протянула мне. – Лучше соберу вещи, необходимые нам в дороге.

Утершись, я обнял Малиту, поцеловал и вышел из комнаты. Спать ложился одетым, а потому не пришлось тратить лишнее время на облачение. Оружие, также, брать не стал. Зачем оно там, где только друзья?

В вырубленной в скале пещере ярко горели факелы. Ярче, чем когда-либо прежде. По каменному коридору шли орки. Много орков. И все они двигались в одном направлении. Подумав о том, что скорее всего мне с ними по пути, присоединился к шумному потоку зеленых гигантов.

Так проследовав с ними некоторое время, я вышел в просторный зал, в котором ранее никогда не был. Не знаю кому и сколько потребовалось вырубать здесь камень, однако труд этот кто-то совершил просто колоссальный. Огромное помещение, с потолком не ниже четырех метров, имело площадь, приближенную минимум к половине футбольного поля. Здесь ярко пылали уже не только факелы, но и множество глубоких тарелок с какой-то горючей жидкостью. Дым от всего этого поднимался вверх и исчезал под потолком, не принося присутствующим каких-либо неудобств. Еще раз спасибо неведомым мне мастерам за наличие хитроумной вентиляции. Свет заливал все пространство, даже самые малые щелки в камне, а потому я без труда обнаружил в толпе знакомые лица.

Ошис, Сарим, Зараб, Гларро, Барг и Дрок стояли рядом и, завидев меня, замахали руками, явно призывая присоединиться к ним. Рката видно не было. Я подошел к друзьям и, улыбнувшись, ответил на их приветствия.

- А где Ркат? – закончив пожимать руки и одну когтистую лапу, спросил у Гларро.

- Думаю, что он сейчас будет говорить оттуда, - как всегда спокойно ответил орк, указывая на небольшую гранитную возвышенность у противоположной от нас стены зала. – Там собрались все вожди. Гляди, вон, кстати, и наш принц.

Я вытянул шею, пытаясь увидеть друга и действительно, почти сразу заметил среди могучих командиров орков знакомую фигуру. Ркат был хмур и стоял, уставившись в одну точку, видимо, обдумывая что-то свое. Мог бы и предупредить, что до его речи мы не увидимся, ведь договаривались же сначала посоветоваться. Ладно, послушаем.

Первым на каменный помост поднялся однако не он, а незнакомый мне пожилой, но могучий орк, с заплетенными в косички седыми волосами. Старец поднял руку и тут же все разговоры в толпе воинов прекратились.

- Это кто? – шепотом поинтересовался я у Барга.

- Гдак, вождь с севера, - с готовностью отозвался тот. – Знаменитый воин, участвовавший во многих битвах. Много сражался и кучу эльфов за свою жизнь упокоил. Его у нас очень уважают.

Гомон, стоявший в толпе, тут же стих.

- Слушайте внимательно, Дети Ветра, - торжественно произнес Гдак. - Принц будет говорить.

И больше он ничего не сказал, а сразу отошел в сторону, уступив место моему другу.

Ркат вскочил на каменную сцену одним рывком и на мгновение замер, хмуро оглядев всех присутствующих.

- Дети Ветра! – наконец начал он. – Благодарю вас за то, что вы со мной сегодня!

В толпе поднялся рёв и принц поднял руку, как до него Гдак, прося тишины.

- Мы вольный народ, - продолжил он, - но на нашу землю пришел враг и посягнул на нашу свободу. Сильный, жестокий и многочисленный враг. Эти псы уже убили немало наших воинов, разрушили наши селения и сторожевые башни на границе. Они не щадят ни женщин, ни детей, ни стариков. А оставшихся в живых ждет рабство. Так люди отблагодарили нас за наше хорошее отношение к ним. За торговлю, за службу, за жизнь без войны. Они пришли на наши земли проливать кровь. Мы не хотели воевать с ними. Но Дети Ветра никогда не отказываются от битвы, когда с оружием приходят к ним!

По рядам прокатился грозный рокот.

- Да, мы не хотели убивать их, - мрачно произнес Ркат, когда затих гул, - но теперь мы будем это делать! И никто не сделает этого лучше, чем мы! Однако есть кое-что, чем я должен поделиться с вами, Дети Ветра. Пока у них есть маги – мы не сможем победить.

Он замолчал, делая паузу, а из зала донеслись недовольные выкрики:

- Убьем!

- Победим!

- У нас есть шаманы! Чем они хуже?

- Да что шаманы! – с сомнением произнес чей-то голос. - Где бы нам магов взять?

Ркат печально улыбнулся.

- Об этом я с вами и хотел поговорить. Я знаю, где нам найти магов, которые смогут нам помочь.

- Где? И где же? Где? – наперебой послышались голоса.

- В землях Мрачных, - ответил мой друг. – Нужно идти к Эльфам Ночи! И отправиться туда должен я, потому что больше никого из вас они не будут слушать.

Толпа затихла. Повсюду слышалось недовольное ворчание.

- А что же делать нам пока тебя не будет? – спросил, кажется, Зурд, озвучив мнение многих. – Кого оставишь главным над нами?

- Будете ждать, а главным… - Ркат обвел собравшихся взглядом и остановился где-то рядом со мной. – Вот он будет главным. Эй, Гларро, выходи-ка сюда!

Названный повертел головой из стороны в сторону, озираясь, будто в сомнении, что все услышал правильно и что зовут его, а не кого-то другого. Затем смело выдвинулся вперед, раздвинув ряды присутствующих могучими плечами, и через несколько секунд уже стоял около принца. Лицо его некоторое время выражало крайнюю степень недоумения, но через пару мгновений уже стало привычно умиротворенным.

А Ркат продолжал:

- Итак, как я уже сказал, вместо себя оставляю этого воина. Я знаю его давно и верю, что он будет всеми силами стараться нанести как можно больший вред врагам и сохранить жизни многих Детей Ветра до моего возвращения. Мы с Вердом поговорили и он согласен со мной…

- Я не знаю этого воина! – раздался вдруг из толпы грозный рык кого-то незнакомого мне. – Я не хочу подчиняться неизвестно кому!

Взгляды присутствующих мгновенно обратились в сторону говорившего.

Орки немного расступились, явив моим глазам здоровенного орка, выделявшегося мощным телосложением даже среди своих собратьев.

Глаза Рката блеснули недобрым огнем.

- Таков мой приказ, Жгар. Ты желаешь его оспорить?

- Я уважаю тебя, принц, - конфликтовать именно с Ркатом тот, вероятно, не хотел. - Ты сын сильного отца и потомок славного рода. Но почему не оставишь главным меня? Или Верда? Его мы уже знаем и он хорош.

- А это что за тип? – уже по привычке поинтересовался я у Барга.

- Жгарадин ан Киззаг, вождь большого селения с востока нашей страны, - прошептал тот. – Я узнал, что когда напали на замок Сатра и воины решали, кто из них поведет главный отряд, а кто тыловой, вести основные силы выбрали Верда, а Жгар командовал отрядом поменьше. Бился достойно, но бойцы предпочли видеть общим вождем тогда Верда.

Ркат же, задумчиво посмотрел в сторону посмевшего ему перечить воина, несомненно решая, что с ним сделать. А делать что-то было нужно, потому как Жгар сейчас высказывал мнение той части орков, что думают схоже.

- Чего ты хочешь? – наконец, спросил он у здоровяка.

- Пусть он бьется со мной! - выпалил тот. – Если побьет, то достоин того, чтобы командовать Жгарадином ан Киззагом!

- Хорошо, - вздохнув, сказал Ркат. – Но только с тобой. Если Гларро придется биться со всеми, кто не согласен с моим решением, то нам придется остаться тут надолго. Дети Ветра, если Гларро победит Жгара в честном поединке – будете ли вы слушать нового вождя так, как я вас прошу?

Идя сюда никто из орков, видимо, не думал, что их ждет какое-либо развлечение, готовясь слушать лишь скучные речи своих командиров, а потому яростно и согласно закивали, уже явно находясь в предвкушении хорошей драки.

Ркат положил руку на плечо Гларро и тот, коротко кивнув, тут же спрыгнул с каменного возвышения. Не принимавшие участия в поединке орки разошлись в стороны, освободив соперникам пространство для боя, создав этим небольшой импровизированный ринг размером примерно четыре на четыре метра.

Все присутствующие явились в зал без оружия и, по моему мнению, схватка должна была проходить без него. Я уже приготовился наблюдать новый сеанс борьбы орков, наподобие той, когда Ркат решал свой спор с братьями, однако ошибся. Ближайшие воины стянули со своих тел кожаные ремни, удерживающие на теле части их брони, и принялись обматывать ими кулаки бойцов. Через некоторое время руки участников поединка были по локоть туго обтянуты узкими кожаными полосами. Вряд ли это придавало мягкости их кулакам, в отличие от перчаток земных боксеров. Скорее наоборот. Значит, драка будет серьезней, чем я ожидал.

- Они не убьют друг друга? – ни к кому не обращаясь, невольно произнес вслух я.

- Могут, - мрачно уронил рядом стоящий Дрок.

- Как же это глупо, - сказал Сарим, тревожно глядя на происходящее. – Если кто-то из них действительно умрет. Сами ослабляют свои ряды.

- Отступить уже нельзя, - вставил Барг, – наши не поймут. Не переживай, Игр, Гларро справится. Жгара, конечно, будет жаль.

- Ты так уверен в друге? – с сомнением спросил я у копейщика. – Уж больно противник у него огромный.

- Смотри, - невозмутимо ответил орк. – И сам все увидишь.

Мне немного передалось его спокойствие и я сосредоточил все внимание на предстоящей схватке.

- Тот, кто останется стоять на ногах, будет новым вождем! – громко заявил седовласый Гдак. – Начинайте!

Глава 3. Черный гарста

Если раньше, в ту ночь когда Ркат одолел своих старших братьев, мне довелось наблюдать борьбу орков, то сегодня выпала честь ознакомился с их местным боксом. И он не был похож на тот земной вид спорта, который был знаком мне. Там, где я вырос, кулачные бои, вследствие проведенной многими веками работы и внедрением разнообразнейших правил, достигли вида некоего боевого танца с прыжками на носочках, внезапными сближениями, быстрыми отходами и раскачивающимися движениями. Здесь же соперники просто встали друг напротив друга на расстоянии чуть короче вытянутой руки и принялись наносить удары, не сходя с места. Вероятно, отступление в подобной драке равнялось поражению. А вот блоки и всякого рода перехваты, видимо, все же не воспрещались.

Нетерпеливый Жгар нанес удар первым. Сильный, быстрый и нацеленный в живот Гларро. Однако покрытый кожаными ремнями огромный как кувалда кузнеца кулак попал в подставленное мускулистое предплечье размера тоже отнюдь не маленького. Наш друг слегка пошатнулся, что вызвало у меня лёгкое беспокойство, но не отступил, а тут же в ответ ударил сам. И довольно удачно попал в левую щеку противника, заставив того резко дернуть головой вправо. Распалившийся Жгар по-звериному тряхнул ею, мгновенно приходя в себя, и снова послал теперь уже в лицо Гларро один из своих могучих кулаков.

Через некоторое время такого взаимного обмена увесистыми тумаками я понял, в чем состоит главная ошибка буйного здоровяка. Скорее всего, он считал недостойным закрываться от выпадов соперника, а потому принимал их корпусом и своей клыкастой мордой, Гларро же, пройдя хорошую школу не только в драках с орками, но и в человеческой академии, ничего зазорного в том, чтобы парировать удары, не видел. А потому всё, что наносилось Жгаром, не достигало цели, натыкаясь то на предплечья Гларро, то на тыльные стороны его широких ладоней. Блокировал движения противника наш друг весьма умело, не позволяя рукам того коснуться своего лица и корпуса, оставаясь привычно хладнокровным и зря не высовываясь вперед.

Прошло несколько минут этой активной рубки и даже мне стало понятно, что победит наш мечник, уж больно ловко он двигался, а морду Жгара все больше заливала кровь из разбитого носа и рассеченной брови, что начало сказываться на зрении, а отсюда и на защите. Решилось все внезапно, но предсказуемо – быстрый тычок левой руки Гларро, нанесенный в область печени противника, заставил того невольно убрать кулаки от лица и немного склониться к сопернику. И тут же Жгар был познакомлен с ударом, вряд ли известным среди орков – сильный, размашистый апперкот Гларро сбил недавнего бунтовщика с ног и тот рухнул наземь как подрубленное дерево.

Как только это произошло - присутствующие в зале одобрительно взревели, отдавая должное мастерству нового вождя, а Гларро, оставаясь по-прежнему невозмутимым, протянул руку поверженному и помог ему подняться. Жгар изобразил короткий поклон, признавая первенство победителя, и удалился, с трудом передвигаясь на непослушных ногах.

Едва его покачивающаяся фигура растворилась в толпе взоры присутствующих вновь оказались направлены на принца.

- А теперь, - торжественно произнес с каменной сцены Ркат, довольный тем, что поединок закончился с полностью устроившим его результатом, - после того, как мы выбрали вождя, отметим это событие, как и возвращение нашего друга Игра после продолжительного отсутствия!

Взгляды орущих орков теперь обратились в мою сторону, заставив несколько смутиться, так как повышенного внимания общественности к своей персоне я никогда не любил. Однако, кто-то из них знал меня лично, кому-то рассказали каким образом их повелителя вытащили из Фастарата и уж точно почти все знали, что вот этому человеку пришлось ради них идти в разведку в стан врага, где еще ему и ручного демона короля эльфов удалось уничтожить. Так что мне ничего не оставалось как широко улыбнуться, давая понять, что рад им.

А уже через несколько мгновений в зал откуда-то притащили мощные дубовые столы и такие же крепкие лавки. Не тратя времени на устилание скатертями, прямо на грубо обтесанные доски водрузили несколько пузатых, местами покрытых пылью и паутиной, бочонков вина, расставили изящные серебряные кубки для вождей и толстостенные глиняные кружки перед остальным народом. Как по волшебству появились здоровенные блюда с зажаренными антилопами, кабанами, тарелки поменьше – с запеченной рыбой и ржаным хлебом. Последнего было мало, ибо если животных в округе хватало, то основные запасы зерна у орков остались в Гарребриане. Из приготовленных туш торчали огромные разделочные ножи, за рукоятки которых мигом схватились орки, отвечавшие за раздачу, умело принявшись отсекать от костей и подавать желающим ароматные, еще горячие, куски мяса. Забурлил, зажурчал льющийся из бочонков в подставляемую посуду алкоголь. Заиграла музыка.

Все заняли свои места и принялись с аппетитом поглощать вышеперечисленные яства, запивая обильную пищу красным вином. В одном из углов я разглядел расположившихся там троих музыкантов. Двое из них, помоложе, издавали веселые звуки, терзая пару то ли дудок, то ли свирелей, а убеленный сединами старик бренчал на чем-то отдаленно напоминающем наши земные гусли, имеющими здесь прямоугольную форму. Мелодия у местных служителей Эвтерпы выходила на редкость слаженная, дикая и довольно задорная.

Я сидел между Баргом и Саримом, немного дальше, слева и справа от меня, устроились наши друзья: Дрок, Ошис и Зараб. Гларро же, как и Ркат, находился сейчас за столом вождей. Это нас ни в коей мере не огорчало, и мы внимательно слушали Барга, по обыкновению своему начавшему повествовать одну из веселых жизненных своих историй. Причем, получалось это у него сегодня особенно хорошо. Пару раз я с удивлением увидал как хохочет Дрок, чего ранее за ним не наблюдалось, и разок – как улыбнулся наш отчего-то последнее время чересчур мрачный ящер.

Люди, орки и адит пили, ели и веселились. Однако, все же, проскальзывало какое-то напряжение в их взглядах, словах, даже смехе. Что-то едва уловимое, но явственно напоминающее мне чувство безысходности. По всему было заметно – ничего хорошего от будущего здесь уже давно не ждут.

И вот, в подтверждение моим безрадостным мыслям, музыканты сменили мелодию с очередной веселой на грустную. Музыка стала тяжелой как камень и тоскливой как осенний ветер. Все орки разом вдруг затянули печальную песнь, вразнобой запев о чем-то, что мигом сплотило всю эту массу обычных бойцов и вождей. Упоенно орали ее и рядом сидящие Барг с Дроком.

Прислушавшись к словам и вникнув в смысл, я понял, что поют они балладу о великом воине, который оставил свою землю и отправился на войну, где, получив стрелу в грудь, орк умирал вдалеке от родины, что тьма таких же бойцов полегла в последней битве и что немногие из них вернутся в родные степи. Когда собравшиеся в каменном зале закончили петь на душе стало пусто и тоскливо. Я про себя пожалел этого неизвестного мне воина.

- Да, грустная песня, - поневоле мои слова прозвучали в наступившей тишине громче, чем того хотелось.

- А что же ты, иноземец, - вдруг обратился ко мне старик с гуслями, - не споешь ли нам своих песен?

Я вздрогнул от неожиданности предложения.

Что тут им можно исполнить? Какой-нибудь «светофор зеленый»? «Арлекино»?

Первым решением было - отказаться, однако сидевшие рядом с любопытством уставились на меня, а те, что находились подальше, принялись вытягивать шеи как гуси, стараясь разглядеть получше, так что поневоле пришлось петь. Невелик подвиг, по большому счету, да и обижать никого не хотелось.

Немного порылся в памяти и нужные слова нашлись сами собой. Уже сильно подогретый крепким вином, на ходу переводя слова на орочий и переделывая некоторые из них на местный лад, я запел:

- Вставай страна огромная,

Вставай на смертный бой,

С эльфийской силой темною

С проклятою ордой!

Да, несмотря на то, что ордой в моем мире называли скопище орков, подобное вполне подойдет.

Я понял это по тому, как разом вскочили из-за столов зеленокожие гиганты, восприняв буквально мои слова и посчитав их призывом к действию.

- Пусть ярость благородная

Вскипает, как волна!

Какой-то воин взревел и с чувством ударил кулаком в угол пещеры, выбив пару огромных камней, с шумом рухнувших после этого на пол. Он не глядел на рассеченную кожу руки, взгляды всех были устремлены на меня.

- Идет война народная,

Священная война!

Стоявшие неподалеку от вождей двое длиннобородых орков в одеяниях жрецов Храма Четырех Ветров энергично задвигали головами, соглашаясь.

- Как два различных полюса,

Во всем враждебны мы.

За свет и мир мы боремся,

Они - за царство тьмы.

Тут уж усердно закивали все.

- Дадим отпор душителям

Союзникам людей,

Насильникам, грабителям,

Убийцам сыновей!

В зале давно воцарилась полнейшая тишина и лишь мой голос все сильнее разносился по помещению с хорошей акустикой, поддерживаемый лишь робко пытавшимися помочь мне струнами гуслей седого старика.

- Не смеют чары черные

Над Родиной летать,

Поля ее просторные

Не смеет враг топтать!

Гнилой эльфийской нечисти

Топор загоним в лоб,

Отребью человечества

Сколотим крепкий гроб!

Пойдем ломить всей силою,

Всем сердцем, всей душой

За землю нашу милую,

Гарребриан большой!

Встает страна огромная,

Встает на смертный бой

С эльфийской силой темною,

С проклятою ордой! *

Когда я закончил, на пару мгновений воцарилось безмолвие, но уже через миг орки взорвались одобрительными возгласами, благодаря меня за такую хорошую песню. Из рядов тех бойцов, что были моложе остальных, послышались крики о том, что пора бы выйти в поле и устроить неприятелю добрую трёпку.

- Спасибо, иноземец, - сказал седой гусляр. - Ты смог порадовать наши сердца.

В его старых глазах за морщинистыми веками стояли слезы.

- А и вправду, ты же не из наших мест, - вдруг громко заявил прославленный северянин Гдак. – Ркат сказывал нам, что издалека. Игр, расскажи нам о великих битвах, если имелись такие на ваших землях.

Я вновь задумался. О чем им рассказать? О тяжелых временах князей русских? О могучем завоевателе монгольском? Или непомерных амбициях одного французского полководца?

Ничего из этого подходящим мне не показалось. Не о нападении нужно рассуждать здесь и сейчас, а о защите. Потому что в ближайшем будущем если и ждет их война, то только партизанская. Хм, точно. А почему, собственно бы, и нет?

И снова как-то неожиданно для себя из уст полились слова о воинах, оставшихся на занятой врагом территории. Перед глазами вставали смутные образы суровых мужчин, женщин, не по возрасту серьезных детей. Испачканные, похудевшие, хмурые лица. Отряды воинов, одетых кто во что горазд, с окровавленными повязками на головах и изможденных телах, уставшие люди, из последних сил сжимающие оружие окоченевшими от холода руками, но все же упрямо идущие на порученные им задания. Зимние белорусские леса с черными, будто сожженными, рядами деревьев и бесконечные сугробы грязного снега. Сходившие с рельс составы врагов, приобретшие в моем изложении вереницы обозов с кучами стрел, копий, арбалетных болтов. Нечеловеческие условия жизни, огромное желание победить и выгнать противника со своих земель. Заменяя винтовки на луки, автоматы на мечи и топоры, я долго рассказывал оркам о защите отечества от злобного и многочисленного врага неподготовленными жителями, взявшими орудия убийства в руки первый раз. Не позабыл и тех, кто трудился в тылу, обеспечивая общую победу наших предков. Поведал и о великом городе, который пребывал в длительной осаде, пережил лютый голод, но так и не открыл врагу своих ворот.

Рассказывал я об этом долго, подробно, насколько помнилось мне самому, и когда прекратил, то как-то, само собой, перешел к повествованию о других временах и других местах: о рыцарях в тяжелой броне, пришедших с мечом, о сожжённой, но не отданной врагу столице, об одном хорезмском юноше, не покорившемуся могучей орде кочевников, прошедшей по континенту черной смертью.

- Как звали этого воина? – вдруг спросил у меня Барг когда я затих окончательно.

- Джелал ад-Дин, - ответил я.

Он медленно отвел взгляд и что-то тихо прошептал себе под нос.

Под впечатлением только что рассказанного задумавшись сидели все орки. Говорил я долго и по моим ощущениям вскоре уже должен был наступить рассвет, а это значило - вновь пускаться в долгий путь. Опасаясь похмелья в дороге, последние часа два я не сильно налегал на спиртное, лишь изредка смачивая пересохшее горло. Пустые блюда давно унесли, оставив лишь бочонки с вином, которое без устали продолжали разливать по кубкам и кружкам. Орки, в отличие от меня, головной боли не боялись и алкоголь исчезал в их глотках так же быстро, как и вода в сухих песках пустыни. Кое-кто уже дремал прямо за столом, склонив голову на сложенные руки.

- А спой нам еще, Игр, - попросил меня Дрок.

Хоть я и выпил за ночь довольно много, под утро начал уже трезветь, настроение стало совсем не ахти, а потому вспомнив недавнюю печальную песнь орков, затянул то, что пришло на ум первым:

- Чёрный гарста, чёрный гарста,

Что ты вьёшься надо мной?

Ты добычи не дождёшься,

Чёрный гарста, я не твой!

Что ты когти распускаешь

Над моею головой?

Иль добычу себе чаешь,

Чёрный гарста, я не твой! **

Орки подхватили, подпевая те строки, что я повторял по два раза. Песня напоминала им их боевую балладу, словно дополняя некоторые ее строфы, и неудивительно, что тоже понравилась. Один из молодых музыкантов отложил дудку, где-то достал обрывок бумаги и спешно записывал на ней углем от ближайшего факела то, что слышал.

Допев последний куплет, я ощутил на своем плече тяжелую ладонь и обернувшись, увидел Рката.

- Пора отправляться, - сказал он хмуро. – Лошади оседланы и ребята Днага ждут только нас.

Усердно принимавшим на грудь помогли покинуть пещеру (лишь я, Ркат и Ошис смогли проделать это без поддержки товарищей) и стоявшие там караульные, будучи единственными воинами, оставшимися этой ночью полностью трезвыми, помогли взобраться на скакунов тем из праздновавших, кому не удалось сесть в седло самостоятельно. Слева от меня, на крепкой гнедой, уже сидела Малита, полностью одетая для дальнего похода. С обеих сторон седла ее лошадки, так же как и моей, были подвешены тугие дорожные сумки, скорее всего, набитые теми вещами, которые она посчитала нужными нам в будущем пути. Не забыла зеленокожая красавица и о моем вооружении.

Позади наших скакунов оказались Ошис, Сарим, Зараб и Днаг с его воинами, а впереди всех, в одиночестве, будто стремясь достичь своих целей как можно раньше, ехал Ркат. Барга и Дрока он оставил здесь, для охраны и помощи Гларро.

Утро выдалось морозным, что неудивительно для первых дней зимы. С запада дул легкий ветерок, заставляя нас посильнее кутаться в теплые дорожные плащи из антилопьих шкур. Бледно-розовый край солнечного диска только начал лениво выползать из-за линии горизонта, над головой проплывали темные тучи, уже закрывшие половину небесного свода и обещающие скорый снегопад, а из медленно отдаляющейся от нас пещеры тихо, но все еще различимо доносились слова песни, вытягиваемой множеством пьяных воинских глоток:

«Чёрный гарста, чёрный гарста,

Что ты вьёшься надо мной?

Ты добычи не дождёшься,

Чёрный гарста, я не твой!»

___________________________________________________________________

* В оригинале песня «Священная война». Слова Василия Лебедева-Кумача. Здесь же переделаны героем для понимания местными жителями.

** Русская народная песня «Черный ворон». Также несколько изменена по воле героя. Воронов, как мы помним из первой книги, на Аркатаре нет, однако существуют черные птицы со схожими повадками, орки называют их гарстами. Гарста – слово мужского рода в их наречии.

Глава 4. На берегу океана

Конный поход зимой, да еще и по бездорожью, это совсем не то же самое, что летом и по хорошей грунтовой дороге. Мы ехали в южном направлении по ослепительно-белым сугробам, где наши степные лошади, хоть и были привычными к таким сезонным трудностям, то и дело проваливались в снег почти по грудь. Первое время наш отряд соблюдал осторожность, но по прошествии двух дней пути, так и не встретив никого из противников, стал двигаться куда увереннее. Ркат давно уступил место в голове отряда Днагу, которому раньше не раз приходилось ездить до Гарребриана и обратно, и вождь с юга вместе со своими воинами умело прокладывали путь нашим лошадкам на протяжении почти всего пути, сменяя друг друга по необходимости. Днями устраивали короткие привалы, давая отдых себе и животным, погода в степи была терпимой, вьюжило в основном ночами. На время же сна орки оборудовали стоянку легкими переносными шатрами, в которые почти не проникал ветер. Они выходили небольшими, но весьма уютными и теплыми. Ставили степняки их из коротких и тонких жердей, в дороге собранных в небольшие пучки, которые, обычно, привязывались у седел. Покрытием служили все те же шкуры степных антилоп. Хоть мы и взяли с собой сухари и вяленое мясо, которыми можно было питаться не занимаясь приготовлением, орки никогда не упускали возможности добыть свежую дичь, когда таковая оказывалась в зоне нашей видимости. Благо животных, что не ложились в зимнюю спячку, здесь хватало. Зайцы, кабаны и антилопы в это время года стали менее резвыми и потому подбить кого-нибудь из зверья особой трудности не составляло. С водой тоже проблем не было. Когда закончилась та, что мы набрали еще у родника рядом с пещерой, нам довелось топить снег во время ночных стоянок и наполнять фляги таким образом. Не скажу, что это меня сильно расстраивало, ибо природа в этом мире была почти девственной, химикаты в атмосфере отсутствовали и вода получалась намного чище, чем даже та, что продавалась в наших земных супермаркетах как питьевая. По крайней мере, на вкус она уж точно была приятнее и не пахла пластиком. Дорога до южных берегов оркских земель заняла у нас около двадцати суток и примерно на полпути мы стали ощущать, как дни становятся теплее. Днем солнце слегка подтапливало снег, а за ночь на нем образовывалась толстая и плотная корка наста, по которой наши лошади шли уже почти не проваливаясь. Во время пути мы были заняты в основном теми проблемами, с которыми людям приходится сталкиваться в длительном походе: добывали воду, готовили пищу, разбивали и собирали шатры, следили за тем, чтобы не захромала или не заболела лошадь, не забывая и о своем здоровье. Нет ничего приятнее, чем выпить вечером на стоянке у костра чашку горячего чая, а после завалиться спать на сухую траву, которую орки доставали из-под снежного покрова и подсушивали у огня, получая охапки мягкого сена. Наконец, преодолев все трудности дороги, мы прибыли в стойбище Днага. Оно оказалось не таким большим, как то, где нам довелось когда-то гостить у Верда, но больших шатров в нем тоже хватало. Вдобавок у этого поселения присутствовал и выход к берегу океана. Сейчас в этом, кстати, было больше минусов, чем плюсов, потому что один только ветер с этой стороны пробирал до самых костей. Не говоря уже о повышенной влажности. И я нисколько не удивился тому, что кроме привычных для орков шатров, здесь оказалось и несколько небольших деревянных домиков. В них, как мне сказали, зимой селили женщин и детей для того, чтобы они меньше болели. В одном из таких жилищ, самом крупном, предложили расположиться и нам. Не знаю, кто стал бы от такого отказываться после нескольких дней в палатке из веток и шкур, но я, естественно, не имел ничего против. А потому как только прибывших путников подобающе встретили дома, мы тут же принялись обживаться на новом месте, с удовольствием вытягивая свои натруженные ноги на удобных деревянных лавках, и грея руки у примитивного камина, сложенного из больших кусков песчаника. Кроме зала, в котором наличествовал очаг, длинный стол и несколько широких скамеек, в домике оказалось еще несколько небольших комнатушек, больше схожих по размеру на корабельные каюты. Все окна помещения были затянуты плотной пленкой, сильно похожей своей прозрачностью на рыбий пузырь. Снег в этой местности почти совсем отсутствовал, а темная мерзлая земля была покрыта редкой порослью короткой сухой травы. Кое-где попадались обширные участки бледно-желтого песка и мелкой гальки, особенно много таковых оказалось на пологом берегу. Орки, а может и не они, сколотили из досок и бревен, также, что-то наподобие лодочного причала, однако каких-либо шлюпок рядом с ним сейчас видно не было. Приехали мы в селение Днага уже ближе к вечеру, поэтому после того, как разложили все свои вещи по комнатам, согрелись и обмылись с дороги, первым делом занялись приготовлением ужина на несколько персон. Благо местные орки притащили нам двух антилоп, убитых не ранее сегодняшнего утра, огромную корзину свежей рыбы, корзинку поменьше с овощами, похожими на репу, круглый кособокий каравай ржаного хлеба и пару кувшинов пива. Малиту я хотел отправить отдыхать, но она сказала, что не устала, и принялась помогать нам с приготовлением пищи, взявшись за чистку даров моря. Сарим вызвался ей подсобить в этом вопросе, Ркат, как самый умелый из нас охотник, занялся разделкой принесенных туш, а Зарабу достались овощи. Мы же с Ошисом, на краткий миг почувствовав себя ненужными, решили сходить за дровами, потому что нам показалось, что сложенные возле камина скоро закончатся. - Интересно, где они их здесь берут? – проворчал я себе под нос, наблюдая лишь шатры селения да берег с раскинувшимся за ним бесконечным океаном. – Как думаешь? - Возможно привозят издалека, – равнодушно ответствовал адит. – Вряд ли под водой растут деревья. - Вот и я так думаю, - я огляделся и несмотря на начинающуюся темень, заметил неподалеку от нас одного из представителей клыкастой братии. – Давай-ка спросим у того товарища. Эй, любезный! Не подскажешь, где у вас тут дровишки имеются? Орк, попавшийся нам на пути, оказался подростком. Он испуганно замер, поглядев на нас, остановив взгляд на здоровенном ящере. - Так где дрова для костра берете? – переспросил я, не дождавшись ответа. - Мы это… - промямлил орк, все так же не сводя взгляда с моего друга. – Привозим. - Хорошо. А откуда? - Так сосновый лесок недалече, - ответил парень. – Туда и ездим. - Проведешь нас к нему? – поинтересовался я. - Зачем? – удивился он. - За дровами, - устало повторил я. - Так это ж полдня верхом, - засомневался орк, почесывая затылок. – К ночи не успеем. А что, много надо? - Да охапки три-четыре, - сказал я, уже начиная терять терпение. – Так поможешь? - Ну, если так мало надо, так возьмите в дровнике, - невозмутимо произнес маленький негодяй. Появилась охота взять его за шиворот и хорошенько встряхнуть. Заметив, что точно такое же желание загорелось в глазах адита и опасаясь за здоровье паренька, я уточнил: - Здесь? В стойбище? - Да, - орк кивнул. – За этим большим домом. И он указал на здание, в котором мы поселились. - Там с обратного бока пристройка с навесом. Поблагодарив парня, я и Ошис обошли дом и действительно обнаружили с противоположной от входа стороны небольшой сарай, на две трети забитый короткими бревнами. Рядом с ними стояли деревянные козлы, на которых лежала двуручная пила. Там же нашлись и два топора. - Ну что, начнем? – спросил я у ящера. Мы взгромоздили одно из бревнышек на козлы и принялись за дело. Пила оказалась хорошей, с умело разведенными зубьями и двигалась в полене мягко, постепенно вгрызаясь в мягкую древесину. При этом не визжала, а издавала тихий равномерный звук, что давало нам возможность общаться, не повышая голоса. - Ну так что, - поинтересовался я у Ошиса, - так и будешь ходить мрачнее тучи или, может, все же расскажешь, что у тебя произошло? Нет, я понимаю – недавно тебе руки оторвали, еле жив остался, но пора бы и отойти уже. Людоящер, продолжая усиленно пилить, хмуро посмотрел на меня, а камень в его шее загорелся словно немного ярче, чем до этого. Наконец, он печально произнес:

- Я никогда не знал поражения, а в той схватке... Они что, сговорились, что ли? Еще в пещере, напрашиваясь на поход вместе со мной, Малита мне жаловалась, что, мол, не справилась и госпожу свою не спасла. И этот туда же. - И что? - Ты не понял? – на лице Ошиса возникло выражение недоумения. – Во время боя с тем демоном я проиграл. - Послушай, друг, - я прекратил пилить и откинул в сторону отделенное от бревна полено. – Хорош страдать как барышня кисейная. Не ты первый, не ты последний проиграл бой. Это не самая большая проблема в жизни. Ящер подвинул бревно на козлах, снова взялся за ручку пилы, с минуту помолчал и заявил: - Я один из лучших воинов своего народа, Игр. - И лучшие проигрывают. Он вновь поднял глаза от бревна и посмотрел на меня. Затем опустил их. - Может ты и прав. - Прав, - согласился я. – Еще как прав. У нас дома есть поговорка «Кто не проигрывал, тот драться не умеет». Советую поразмыслить над ней на досуге. Ошис задумался. - Ты, кстати, обещал мне рассказать о себе, - напомнил я ему, нахально врываясь в мыслительный процесс товарища. – Ты не картограф, это понятно любому, кто имел хоть раз дело с учеными мужами, а воин, как только что сказал. И не то, чтобы я этого не подозревал ранее. Ну так как, поведаешь? - Я.., - людоящер замялся, удивив меня, потому что я его не видел в таком смущении никогда. – Игр, я расскажу… Хорошо. Меня действительно зовут Ошис Тиасаи Ла и я действительно родом из Терии, нашей славной столицы Слидара. У нас дома я совсем еще недавно пользовался почетом и всеобщим уважением. - Пользовался? – переспросил я, выделяя слово интонацией. - Да.., - протянул он. – Именно так. Пользовался. Убрав пилу, ящер в непонятном для меня гневе разломал пополам недопиленное бревно и отбросил в сторону. Положил на козлы новое. Я молча следил за его действиями и ждал продолжения. - Еще год назад, - снова заговорил Ошис, - я служил при Храме Плачущей Урры в должности начальника стражи. И никогда не знал поражений ни в битвах, ни на арене. Как я уже говорил – я был лучшим в своем деле, потому и удостоился такой чести. Я занимал этот пост несколько лет. Пока… Он на мгновение замолк. - Пока не провинился. Я не буду говорить тебе что произошло. Это сейчас не важно. Нет, я не струсил, ты не подумай, не смалодушничал, не убил никого предательски и не продался врагу. Просто… Случилось нечто такое, за что жрецы изгнали меня из наших земель. И приказали не возвращаться несколько лет. Кроме того, по завершении своей ссылки я был обязан привезти полезные для нашего императора сведения. Такие условия мне поставили. Если я вновь захочу вернуться. Потому я и записывал все, что попадалось на пути и что казалось мне интересным. Карты рисовал, которые ты нашел у меня, а также делал заметки об обычаях народов Станира. Я подумал, что чем больше я узнаю и чем больше этих знаний перенесу на бумагу, тем лучше меня примут по возвращении. - Ага, - сказал я откидывая очередное полено и оценивая результат наших трудов, - не картограф, значит, а лазутчик. Ошис стиснул зубы, а глаза его недобро сверкнули. - Пусть так, - согласился он, - лазутчик. Однако согласись, что эти существа мне никто, а мой народ – все, что мне дорого. Точнее, теперь уже были никем. К вам я привык. - Да ладно, тебе никто не ставит в упрек добычу сведений, - я поставил козлы и пилу на место и взялся за топор. – Делай то, что должен. Но хочу тебя предупредить – если твои действия принесут вред оркам, то нашей с тобой дружбе конец. - Я понимаю, - кивнул ящер. – Но ты можешь не опасаться. Все, что я узнал об этих землях, я оставлю здесь. Верь мне. - Верю. Стемнело, а потому я достал из-за пояса огниво, с недавних пор постоянно находившееся у меня за поясом, и зажег висящий под крышей фонарь из толстого стекла. Стало видно, что мы успели напилить приличную кучу чурок. Ошис взял второй топор и мы синхронно застучали ими, раскалывая поленья. Когда мы вернулись с дровами – в очаге на вертеле запекалась целиком освежеванная и выпотрошенная туша одной из антилоп, на полках по краям камина что-то варилось в двух небольших котелках, а на столе уже стояли тарелки с жареной рыбой. Все это распространяло по помещению такой аромат, что поневоле рот наполнился слюной. Малита помешивала что-то в одном из котелков короткой оструганной палочкой, Зараб медленно проворачивал вертел, Сарим разливал по кружкам пиво, а Ркат сидел за столом и чистил от запекшейся крови свой охотничий нож. Сложив наколотые поленья у камина, мы с Ошисом уселись на лавки. Спустя несколько минут Зараб объявил, что все готово и принялся срезать с туши куски, кладя их на большое медное блюдо. Сложив мясо хорошей горкой, маг принес его к столу. Почти одновременно с ним Малита вытащила закопченные котелки из очага и поставила так, чтобы все могли попробовать варево из обоих. Ужин был готов. Размочив горло парой глотков прохладного местного пива, мы отдали должное мастерству наших поваров. Пока ели - разговорами себя не занимали, но как только все насытились и убрали несъеденное на завтра, оставив только хмельной напиток, пришло время для беседы. - Когда придет корабль? – поинтересовался я у Рката, разомлев от тепла, эля и хорошей трапезы. – Что говорит Днаг? - Обещает дня два-три, не более, - ответил орк. – Потом, если сговоримся с капитаном, проведем еще половину луны на воде. Может и больше, зависит от погоды. - Меня не дорога беспокоит, а прибытие, - сказал я. – Доплыть-то доплывем, а что в порту делать будем? В сундуки вас с Малитой втискивать? Как мы таможенный досмотр пройдем? Или стражники там сквозь пальцы на все смотрят? - Нет, - включился в наш разговор Зараб, - стражники порта и в мирное время хорошо исполняли свою работу, а уж во время военное точно весь корабль сверху донизу перевернут в поисках чего-нибудь запрещенного. Или кого-нибудь. - Что же делать будем? – спросил Сарим. – Может высадимся не доходя до порта?

- Мысль неплохая,- Ркат отпил пива и с шумом уронил кружку на место. – Но мне кажется, что далеко мы, все же, не уйдем. Меня, как и Малиту, заметить будет несложно, даже если мы укутаемся в тряпки с ног до головы. Ну один так пройдем постоялый двор, ну два. На третьем себя и выдадим. Нет, здесь нужно что-то иное придумать.

- Ребят, - обратился я к Зарабу и Сариму, - вы же у нас, как бы, маги. Может выйдет замаскировать каким-нибудь образом зеленокожих членов нашего отряда?

- Можно было бы, - усмехнулся некромант. – Будь я иллюз, к примеру. Но моя специальность не предполагает подобного. Как и та, которой отдал себя Зараб. Тут нужно другое.

- А моряки к себе в команду магов, случайно не берут? – спросил я с надеждой. – Слышал о чем-то подобном.

- Если это королевский корабль, - пробасил Зараб, - то конечно берут. Не менее двух, а то и трех. Аристократы тоже имеют одного на борту, а кто побогаче и парочку. Но на посудине контрабандистов? Не думаю.

- Жаль. Было бы проще.

- Игр, - сказал Ркат тоном преподавателя, поучающего несмышленого ребенка, - если до этого момента нам приходилось тяжело, то сейчас предстоит задача еще труднее. Проникнуть в город воюющей с нами страны, проводить поиски на его улицах, расспрашивать, стараясь привлекать к себе внимание как можно меньше. Потом пересечь большую половину Лередии и выбраться за ее пределы. Уверен, что это будет никак не проще.

- Да это я понимаю, - махнул я рукой. – Но было бы, все же, легче. Надо будет завтра спросить у Днага – не держит ли его знакомый капитан у себя какого-нибудь завалящего волшебника.

- А шаманы? – спросил вдруг Сарим. – Может они нам смогут помочь с маскировкой?

- Действительно, - я снова развернулся к Ркату. – У вас же какие-никакие тут свои колдуны имеются.

- Милый, - ответила за принца Малита, ласково поглаживая мою руку, - у нас шаманы могут тебе лихорадку вылечить или стрелу охотничью на зверя заговорить, а коль ты их попросишь каким-либо образом свой облик изменить, то на всю жизнь уродом останешься. Не то мастерство у них. К земле оно ближе.

- Что ж, остается тогда только уповать на морского волка. Гляди и посоветует чего. Контрабандист, все-таки. Может и знает какие тропы секретные да проведет нас ими. За деньги народ такого склада что хочешь сделает. Кстати, о деньгах. А они у нас есть?

- Четыре сумки серебра взял, - проворчал Ркат. – И четыре с золотом. На дорогу туда и обратно должно хватить.

- Господа, - лукаво проговорил Сарим, - ежели мы окажемся в Лередии и пройдем посты в порту без проблем, то о деньгах можете не беспокоиться – они у нас будут.

- Откуда? – живо поинтересовался я.

- Если вы не забыли, то я - виконт, - напомнил некромант, - а Зараб – граф. Денег у наших семейств с избытком. Хвала Тысячеокому. Так что, если уж возникнет нужда, то нам стоит лишь послать весточку своим родителям и они вышлют столько, сколько будет нужно.

- В самом деле, я и запамятовал, что вы у нас люди голубых кровей, - сказал я. – Хорошо, если что, то одолжим у вас.

- Да мы вам по могилу обязаны, - произнес некромант серьезным тоном. – Нас бы убили в степи не те, так эти. Или сами от голода померли бы. Жизнь золотом не измерить, так что это мы еще должны остаемся.

В том, что жизнь не меряется деньгами, я согласен не был. Ведь покупают тех же рабов или, вот, убийцы наемные существуют. Те вообще жизнь человека продадут за горсть звонких монет. Но основной смысл его заявления мне был ясен, а потому я не стал спорить.

- У нас будет еще время для того, чтобы обдумать как поступить, - подвел итог нашей беседе Ркат. – На протяжении нашего плавания. А сейчас нужно ложиться спать, потому что завтра нас ждет новый день и лучше встретить его отдохнувшими.

Все были с ним вполне солидарны, а потому пошли готовиться ко сну, не забыв допить перед этим остававшийся в кружках превосходный местный эль.

Глава 5. Камия Лютая

Два последующих дня нам пришлось заниматься обычными житейскими мелочами и ждать прибытия обещанного корабля. А на третий он явился. Узнали мы об этом рано утром.

Едва все собрались за столом для завтрака, как в обеденный зал вместе с попавшими внутрь помещения ветром и снегом ворвалась невысокая черноволосая девушка. К племени орков не принадлежавшая, а являющаяся вполне себе человеком, причем, довольно живым и энергичным. На стройной фигурке ладно сидел бархатный мужской костюм, а обута она была в высокие кожаные сапоги с отворотами. Все черного цвета, как и прямые волосы, достигавшие плеч. Сейчас последние были растрепаны, что делало ее похожей на взъерошенную ворону, однако это нисколько не портило красивого лица с тонким ровным носом, высокими скулами и суженными глазами жителей востока. На поясе справа был прицеплен длинный прямой кинжал в узорчатых ножнах, а слева болтался в бронзовом кольце вдетый в него без ножен приличного размера ятаган. Лезвие было также черным и матовым, лишь режущая кромка тускло блестела серебром.

Она споро обила о порог подошвы и сразу же, не обращая на нас абсолютно никакого внимания, порхнула к камину. Присела, протянула руки к костру и принялась их отогревать, издавая при этом звуки полного удовлетворения.

- Уфф! – произнесла девушка первым делом. – Хорошо-то как! Еще бы чуть-чуть и без рук осталась. Ох и холодно.

Погревшись немного, бросила через плечо:

- Выпить есть чего?

Сарим поднялся, подошел к незнакомке и робко протянул ей кружку с пенистым элем.

- Фи! Пиво!

Девушка скривила личико в гримасе отвращения.

- Придется пить свое… Эй, Вадар! Прикажи подать мне вина, что мы привезли с собой!

Из-за оставшейся приоткрытой двери ей что-то ответили глухим голосом, а через миг вошли двое бородатых мужчин, внося большой дорожный сундук, и третий – с оплетенным лозой кувшином в руках. Поставив сундук на пол, а кувшин на стол, мужчины вышли, плотно затворив за собой дверь.

- Стейское красное, - похвасталась нам девушка, ловко отбив горлышко глиняного сосуда выхваченным из ножен кинжалом и наливая в свободную кружку темно-красный напиток. – Ну что же вы ждете? Присоединяйтесь.

Она кивнула склоненным кувшином в нашу сторону.

Мы не заставили себя долго уговаривать и подставили посуду к предложенному источнику.

- Вы такого отродясь не пробовали, - продолжала нахваливать вино незнакомка. – В этих местах подобного добра не водится. А если и бывает, то одна сплошная кислятина.

Когда энергичная брюнетка закончила разливать алкоголь и все замерли с кружками в руках, она высоко подняла свою, громко произнеся:

- За ветер попутный и тугой кошелек! А непогода – Ниишаглу в его широкую глотку!

Залпом выпила и тут же наполнила вторую. Мы пригубили тоже.

- Простите, уважаемая госпожа, - робко спросил Сарим, - а вы, собственно, кто?

- Ой! – девушка замерла с кружкой в руке, на ее лице появилось преувеличенно расстроенное выражение. – Где же мои манеры? Разрешите представиться – капитан «Острой Щепки» Камия Лютая к вашим услугам. «Острая щепка» - это название моего прекрасного кораблика. Если вы потрудитесь выйти, то увидите его у самого берега. Он там на волнах качается.

Так это наш морской волк? Вероятно, потому как другого судна в этом месте не ждали. Ну, по крайней мере теперь ясно почему орки не стали убивать капитана при первой встрече. Вряд ли у кого из них поднялась бы рука на женщину.

Пришла пора назваться и нам, что и было сделано в порядке очереди. Единственное – Ркат не стал упоминать, что является сыном местного короля, не желая, чтобы к нему относились иначе, чем к остальным.

- Хм.., - Камия оглядела сидящих за столом. – Интересненько. И что же побудило таких разных существ собраться вместе?

Улыбнулась, еще раз обвела нашу группу взглядом, на мгновение задержав его на Зарабе, присела на лавку рядом с ним, подперла щеку ладонью и пригубила вино.

В этот момент входная дверь широко распахнулась и в дом вошел Днаг. Вождь был один, без сопровождающих. Подойдя к столу, орк коротко поклонился девушке и тоже сел, напротив нее.

- Я вижу, что познакомиться вы уже успели, - пробасил он. – Это Камия, она отвезет вас к землям людей.

- Отвезу? – смоляные брови девушки взметнулись вверх. – Кто сказал, что отвезу? С чего ты взял, зеленая твоя рожа, что я кого-либо пущу на свой корабль? Это ты так решил?

- Это я так решил, - спокойно сказал Ркат. – Простите, Камия, мне необходимо с вами объясниться. Дело в том, что собрались мы здесь, как раз, не просто так. Скажите, вы давно были дома?

- Я покинула родной город полгода назад, - встревожилась девушка, - а что? Случилось что-то страшное?

Ркат и Днаг рассказали ей, что произошло в ее отсутствие.

- Это все печально, господа, - заявила Камия после того, как услышала новости, - и до меня уже доходили некоторые слухи, но вы не сказали главного – зачем мне, удачно распродавшей свой товар и возвращающейся домой с приличной кучей золота, рисковать своей жизнью и брать вас на борт?

- Возможно потому, что ваша куча золота может стать немного больше? – спросил Ркат и бросил на стол одну из своих сумок.

При этом из нее выкатились несколько блестящих кругляшей, которые, немного покружившись, а затем глухо звякнув, легли рядом.

В глазах Камии на мгновение вспыхнул алчный огонек и тут же погас.

- Если вас найдут у меня на борту, то меня повесят, - сомневающимся голосом протянула она.

- Здесь три тысячи золотых, - Ркат внимательно посмотрел на капитаншу. – Более, чем достаточно для содержания на корабле шести пассажиров на протяжении луны и с доплатой за риск. Тем более, мы не собираемся плыть с вами до самого порта, а не доходя до него сойдем с корабля.

Последние слова, видимо, убедили колеблющуюся девушку в том, что сделка для нее удачна, и она сгребла к себе сумку, не позабыв и о рассыпавшихся золотых.

- Что ж, господа… - Камия взглянула в сторону Малиты, - И госпожа. Я решила, что раз, как вы говорите, сойдете раньше и пообещаете не приносить мне больших неудобств во время нашего плавания, то я, пожалуй, соглашусь. А учитывая то, что Вероя никогда не испытывала к Лередии пламенных чувств, то я, как истинная дочь своей родины, просто не имею права вам отказать в такое сложное время.

После того, как соглашение было нами достигнуто, мы скрепили его несколькими кружками вина и хорошей закуской.

- Сегодня я хочу отдохнуть, - заявила Камия спустя пару часов, потягиваясь как кошка. – Меня качает просто от одного упоминания о морской прогулке. Однако завтра поутру я буду готова к отплытию. Не упускайте же время даром и грузите на корабль все, что вам необходимо. Днаг, скажешь ребятам… А я пока… Спать…

Она широко зевнула, поднялась из-за стола и не спеша удалилась в одну из комнат. Мы же, воспользовавшись ее приглашением, принялись заносить на корабль все, что считали необходимым для дальней дороги, также разместив на нем и лошадей.

Перед погрузкой вождь местного селения некоторое время уделил беседе с боцманом бойкой девушки-капитана, которого звали Вадаром, после чего тот помог нам с расположением на борту. Это был среднего роста коренастый мужчина с курчавой всклокоченной бородой черного цвета, одетый в меховую куртку, теплые штаны и обутый в сапоги из светлой потертой кожи, достигавшие колен. За широким поясом с одной стороны был заткнут короткий топор с резной рукоятью, а с другой небольшая кривая сабля, из тех, коими так удобно рубиться в тесных трюмах кораблей.

Сказать по чести - с самого начала вся немногочисленная команда этой красавицы показалась мне похожей на пиратскую. У некоторых даже имелись черные глазные повязки, что усугубляло сходство с тем, как этих морских грабителей представляют в фильмах у меня на родине. Все они были ребятами крепкими, мускулистыми, бородатыми. Борода отсутствовала, разве что, у молодого парнишки, выполнявшего здесь обязанности юнги и имевшего на щеках короткую светлую щетину.

Я невольно взглянул вверх, полагая увидеть на конце мачты изображение Веселого Роджера. Хвала небесам, что мои опасения не оправдались – флаг представлял собой прямоугольный кусок зеленого полотна с изображением четырех скрещенных обрывков каната с узлами. Вероя. Страна, к которой мне с Саримом когда-то пришлось причислить нас для сохранения наших жизней.

Сам же кораблик контрабандистов всем своим видом напоминал хищную рыбу, наподобие щуки или барракуды. Легкий и, несомненно, стремительный. Даже мне, далекому от морского дела человеку, было ясно, что такая посудина просто не может быть медленной.

А вот прозвище нашего капитана совсем не подходило к тому образу, в котором она предстала перед нами при знакомстве. По крайней мере, если судить по первому впечатлению. Проспала брюнетка, кстати, почти сутки и увидели мы ее лишь на следующий день, свежей и полностью отдохнувшей.

Перед самым отплытием девушка попрощалась с Днагом, извинилась, что на этот раз пришлось отбывать так быстро, даже не пропьянствовав с ним и четверть луны, и, согнав команду на борт, взошла на корабль последней. Перед этим удостоверившись, что все пассажиры в сборе и что никого не забыли на берегу.

Едва сойдя с трапа, Камия бодро принялась раздавать команды направо и налево, причем с употреблением таких выражений и словесных оборотов, что я тут же взял обратно свои слова по поводу неподходящего ей прозвища. Только за одно то, как девушка говорила со своими матросами, стоило ее так назвать. Вела себя она и вправду люто.

Наша небольшая группа стояла на палубе, наблюдая как потихоньку отдаляется земля и делая вид, что интересуют нас только размышления о будущем, которое скрывалось пока в дымке неизвестности.

Закончив отдавать распоряжения разного рода, брюнетка посмотрела на нас, усиленно притворявшихся, что мы ее нисколько не слушаем, однако покрасневшие лица и даже уши, кажется, выдали нас с головой.

- Ну, как вам моя красавица? – невинно поинтересовалась Камия, кивнув в сторону поднятых парусов. – Сейчас Валдар проведет ее по фарватеру и уже совсем скоро мы помчимся к вашей Лередии. Увидите, как резво она может бежать при попутном ветре. Есть хотите?

Мы ответили, что не хотим, но что, возможно, захотим позже. А пока наши непривыкшие к морской качке организмы постепенно приноравливались к условиям жизни обычных моряков, стараясь удержать в желудках то, что было съедено ранее.

Камия в очередной раз обвела нас всех взглядом: могучего орка, громадного ящера, меня с прижимающейся к плечу Малитой, низенького Сарима и, наконец, остановила свой насмешливый взор на фигуре Зараба, оценивая его атлетическое телосложение и огромные ладони.

- Интересно, у тебя все такое большое? – бесцеремонно поинтересовалась она, озорно улыбаясь и вогнав этим вопросом нашего мага камня в краску. – Ладно, увидимся за ужином, господа. Если же захотите есть раньше, то сообщите об этом боцману. Вам принесут что-нибудь в каюты.

Проходя мимо Зараба, Камия вновь лукаво улыбнулась, слегка повернув к нему свое прелестное личико.

- А с тобой я с удовольствием пообщаюсь и после ужина.

И плавно покачивая бедрами, что особенно привлекательно смотрелось благодаря обтягивающему ее фигуру мужскому костюму, она удалилась в свою каюту.

Я поймал взгляд черных глаз Малиты, в которых промелькнули осуждающие искорки, прижал ее к себе покрепче и, чтобы уж полностью развеять всяческие подозрения, чувственно поцеловал в горячие губы.

- Хотелось бы знать, - заговорил Зараб, стараясь смахнуть смущение, в которое его ввела морская волчица, - как такая юная девушка смогла стать капитаном, не говоря уже о том, чтобы держать в узде всех этих разбойников.

- А вот это мы сейчас выведаем, - задумчиво произнес я. – Эй, Вадар, будь любезен, подойди-ка сюда!

Боцман, оставив на время свои дела, подошел к нам, не заставляя звать его дважды.

- Да, господин, чем могу помочь?

Я протянул ему откупоренную бутыку вина, которую прихватил с собой из каюты, для борьбы с морской болезнью. Она оставалась еще на две трети полной.

- Вина хлебнешь?

Два раза ему предлагать не пришлось. Боцман схватил бутыль и, не стесняясь, приговорил ее в один затянувшийся глоток.

- Ну как? Хорошее?

- Напиток богов! – вздохнул моряк, с сожалением глядя на так быстро опустевшую бутылку. – Нам такое доводится пробовать не часто. Благодарю вас, господа. Итак, вам что-то нужно от меня, не так ли?

- Хотелось бы, чтобы ты ответил на несколько вопросов, - вкрадчиво произнес Сарим. – Если для тебя это не сложно.

- Спрашивайте, - бородач размахнулся и швырнул уже ставшую бесполезной бутыль за борт.

- Можешь рассказать нам, как молодой девушке удалось получить к себе в услужение таких бравых молодцев как вы?

- Так это, - подобревший боцман почесал в затылке, - люди мы простые, господин, а она из знати веройской будет. А сам Тысячеокий велел нам подчиняться благородным.

- Камия, значит, из дворян будет? – спросил Ркат.

- Самая, что ни есть, - сказал боцман. – Баронесса она. Строгая наша госпожа, но справедливая. А что кричит – так кто не кричит? Деньгами не обижает и это главное.

- И как давно с вами? – поинтересовался Зараб.

- Да с пяток лет уже, - с готовностью ответил на глазах хмелеющий Вадар. – Как из дому сбежала, так и с нами.

- Сбежала? – переспросили мы почти в голос.

- Как есть сбежала. В день свадьбы от жениха и утекла.

- А расскажи-ка нам об этом, уважаемый Вадар, поподробнее, - попросил Ркат. – Уж больно интересно ты излагаешь.

- Так в том секрета нет, - осмелев, продолжил моряк. – Было ей восемнадцать годков и выдали ее замуж за одного господина богатого да знаменитого. Вот только перед самой свадьбой как-то прознала она, что он за ее подругой ухаживал, что все там было у них, и всю рожу ему свадебными цветами исполосовала. Поговаривали, что и вазу из горного хрусталя на его голове разбила.

Сарим присвистнул. Я непонимающе взглянул на него.

- Крепкий материал, - пояснил он мне. – Для того, чтобы разлетелся, сильно приложиться надо. Не удивлюсь, если убила своего жениха наша красавица.

- Ну, убить-то может и не убила, - пожал плечами Вадар. – Про то неведомо. Только после того, как все сложилось таким образом, бежать ей пришлось. И родители обозлились, а уж отец жениха точно бы ей с рук этого не спустил. Схватила она денег поболе и в порт ближайший. Уплыть, значит, хотела куда-нибудь. И как назло – ни один кораблик ее взять не смог, потому как кораблей в нашем порту в ту пору мало было, это последние годы веройский флот все разрастается. Ну, делать ей больше ничего не оставалось как взять и купить этот, потому что прежний капитан преставился и посудину нашу тогда продавали. Она возьми и купи. Вот с тех пор Камия у нас капитаном, а мы, значит, при ней. Давно это все произошло, забыли уже дома про шалость ее, но назад, говорит, не тянет, а нравится ей с нами и покидать она океан не желает. Ну да нам за то только Тысячеокого благодарить. Раньше часто без деньжат сиживали, а теперь не бывает такого.

- Увлекательнейшая история, - сказал я. – И вы с ней с самого начала все?

- Не все, - махнул рукой Вадар. – Юнгу, вон, только в этим летом приняли. И Свадир только два года назад тут объявился. А так больше никого почитай. Слушаемся, делаем все, что Камия прикажет. Все честь по чести. Прошу простить меня, господа, мне к рулевому надо. Сейчас особенно трудно будет – нужно штурвал взять.

Задерживать его не стали, тем более, что узнали все, что нас интересовало. А тут еще поднялся ветер и принялся вовсю осыпать палубу частыми и холодными брызгами. Учитывая, что пассажирам находиться на палубе необязательно, мы сошли в предоставленные нам ранее каюты.

Было их тут четыре, не считая капитанской. В одной поселился я с Малитой, вторую заняли Ркат и Ошис, а в третьей расположились наши маги. Последнюю оставили свободной, так как никто не изъявил желания путешествовать в одиночестве.

Придя к себе, я принялся перебирать бумаги, когда-то очень давно приобретенные у барона Дирани, посла короля Длийского. Малита не стала отвлекать, а легла на узкую койку, застеленную толстым соломенным матрацем, и закрыла глаза, попытавшись уснуть. Морская качка ей тоже не казалась чем-то приятным.

Спустя полчаса я поглядел на дремлющую девушку, поднялся и, прихватив с собой бумаги, пошел в соседнюю каюту. Сарим открыл после второго стука в дверь.

- Держи, - я протянул ему все эти разрешения, подорожные, пропуска и подобное. – Посмотри, пожалуйста, что именно из этого нам может пригодиться в Лередии, а что, возможно, и на других землях.

Маг посмотрел на стопку бумаг, аккуратно взял в руки и неуверенно кивнул.

- Хорошо, я посмотрю, если ты так хочешь.

Поблагодарив его, попрощался и вернулся к себе. Малита, все также, спала, подложив одну руку под щеку и мерно посапывая. Будить ее не стал – дорога долгая, наговоримся еще.

Так как койки здесь не позволяли на них лечь более, чем одному человеку, я растянулся на соседней и глядел в поскрипывающие темные доски потолка пока не сомкнулись веки. Волны прекрасно делали свое дело, убаюкивая как ребенка на руках у матери, так что не прошло и десяти минут, как меня сморил сон.

Глава 6. "Острая щепка"

Разбудил меня Сарим, осторожно поскребшись в дверь моей каюты. С трудом найдя выход из помещения, ориентируясь на звук, так как день уже близился к вечеру и внутри стояла непроглядная темень, я открыл. Тут же в глаза ударил свет, идущий от фонаря с матовым, наполовину закопченным стеклом, висевшего недалеко от нас на ржавом крюке. После абсолютного мрака пламя светильника показалось ярким, хотя на самом деле фитиль в нем еле тлел. Вероятно, такие сейчас горели в разных местах корабля, помогая матросам лучше ориентироваться в темное время суток. - Чего надо? – сонно поинтересовался я, безуспешно пытаясь унять зевоту. - Ты мне говорил посмотреть эти бумаги, - Сарим протянул мне ворох конвертов и свитков, оставив, впрочем, себе один экземпляр. – Я внимательно прочел их и нашел то, что, кажется, может нам помочь. - Да? – остатки сна слетели в один миг. – И что же ты обнаружил? - Вот, держи, - маг протянул мне тот свиток, что отделил от остальных. Я развернул его, вгляделся в станирские буквы, пытаясь вникнуть в смысл слов, но спросонья, видимо, так и не смог понять, что же занимательного увидел здесь Сарим. В документе велась речь про какие-то вещи, права на них и обязанности владельца. - Слушай, друг, расскажи-ка сам, - попросил я мага, проглядев весь текст, но так и не уловив сути. – Я не совсем понимаю что тут и к чему. - Ну как же, - некромант взял бумагу из моих рук обратно. – Видишь, здесь написано, что барон Дирани имеет право на приобретение вещей, перемещение их по землям и, также, продажу, если потребуется. - И что? – снова не понял я. – Он что, купец? Какая нам в том польза? - Ты и вправду не понимаешь? – удивился некромант. – Это же играет нам на руку. Тут же нет уточнений по расам. Это могут быть наши орки. - Так, стоп, - остановил я его. – Так ты о вещах или о существах разумных? Причем к нашим друзьям какие-то вещи? Ты говоришь об одежде или оружии? - Игр, вещи – это не добро, не скарб. Это… Как сказать… Ну, слуги без оплаты. - Ааа, - протянул я, догадываясь наконец о чем он. – Ты имеешь в виду рабов? Живой товар? «Черное дерево» и все такое? Пришла пора Сариму взглянуть на меня с непониманием. - Мне не совсем ясно что ты называешь черным деревом, но да, я имел в виду рабов. В Длии их называют вещами. Частично это название прижилось и в Лередии. - Что-то я не помню, чтобы я видел там невольников, когда мы посещали эту страну. - Так кто ж тебе их специально показывать будет? Они же все на работах. Да и не держат их в городах приграничных, так как опасаются хозяева, что могут на убийство пойти, а после в степи сбежать. В Дроале тоже немного, а те, что есть – на задних дворах, в мастерских и в домах заняты, по городу толпами не ходят, потому и не видно их. То же небольшое количество, что хозяева на улицу отпускают, ты мог принять за тех же слуг. - Ясно, - я оглянулся, посмотрев на койку, где спокойно спала Малита, и тут же вернулся к собеседнику. – Давай ближе к делу – чем нам это может помочь? - Так я тебе о чем, - вздохнул Сарим, столкнувшись с непониманием в том вопросе, который ему самому казался предельно ясным. – Стоит надеть на наших друзей ошейники и ты сможешь беспрепятственно водить их хоть по главным площадям городов, а тебе никто и слова не скажет. Ведь бумага имеется, все честь по чести. Хм… А идея неплоха, что-то в этом есть. Нужно обдумать. - Так ты считаешь, что мы можем свободно ходить по улицам городов, если замаскируем Рката и Малиту под невольников? Нам это точно нигде не создаст проблем? Даже то, что они сейчас враги Лередии? - Тем более, что они сейчас враги, - удовлетворенно кивнул молодой некромант. – Ведь ничего так не радует, как видеть врага или мертвым, или в плену. Уверен, что ты можешь ходить с Ркатом подле себя где угодно, если он будет у тебя в рабстве. Ну, как бы в рабстве, конечно. Это же не всерьез. - Отлично. Спасибо, Сарим. Можешь идти. Маг ушел, а я сел на койку и принялся обдумывать то, что он мне только что сообщил. Итак, адита это не касалось – он существо разумное, свободное, для людей не враждебное, по крайней мере на данный момент, а потому его выдавать за раба не нужно. Это уже плюс. Предположим, что ящер мой телохранитель. А то, что больно вида экзотического – так кто сказал, что у барона Дирани не может быть своих прихотей? С этой стороны нормально все. А вот Ркат, тут да… Можно выдать его за раба. Уверен, что он не обидится. Ради нашего общего дела орк готов пойти на все. Думаю, что он поймет и возражать не будет. Больше меня тревожила Малита. Не знаю, как девушка отнесется к мысли носить на шее полосу металла и оказаться в таком унизительном для нее состоянии. Отношение к рабам, уверен, везде одинаковое – там и слово могут обидное сказать, а где и ударить. Нет, последнее исключено точно. Не дам никому к ней прикоснуться. Я передернул плечами, предвидя вероятную реакцию девушки и ожидаемые продолжительные уговоры. Прервал мои размышления пришедший матрос. Он доложил, что капитан ждет нас к ужину и сразу ушел. Я осторожно разбудил Малиту. На палубе мы встретили Ошиса, Рката, Зараба и Сарима, с коими вместе и вошли в каюту Камии. Помещение было намного просторнее, чем у нас, и роскошно убранное. Бросилось в глаза обилие дорогих тканей и драгоценных металлов. Видимо, наедине с собой капитанша никогда не забывала, что она благородных кровей, и держала в каюте порядок, подобающий представительнице дворянского рода. Сама хозяйка корабля встретила нас радушно. Стол, подвешенный к потолку на четырех тонких серебряных цепях, был накрыт белоснежной скатертью и уставлен разного рода яствами. Девушка разливала по кубкам вино, а увидев нас, поприветствовала и сделала приглашающий жест к месту будущей трапезы. - Итак, - Камия не стала откладывать дело в долгий ящик и едва мы принялись за еду начала разговор, - вы хотите, чтобы я довезла вас как можно ближе к Дроалу? Вам нужно в столицу Лередии? - Нет, - ответил Ркат, - нам нужно попасть на невольничий рынок Гвероша. - Даже так? – удивилась Камия. – И для чего, собственно? - Стойте, - сказал я. – А нам разве не нужно в тот, другой город, о котором ранее упоминал Сарим? Как там его… - Бирига, - подсказал некромант. – Да, мы должны посетить Ледану Карру. - Еще интереснее, - с улыбкой произнесла капитан. – Кто-то из вас надумал жениться? Ее восточные глазки на миг обратились в сторону Зараба. Хм… В них промелькнула ревность или мне просто почудилось? - Нет, - ответил Ркат. – К ней могли привезти мою жену. И я хочу забрать ее оттуда. - А, ну тогда понятно, - девушка снова очаровательно улыбнулась. – Думаете выкупить? - Будем решать на месте, - нахмурился орк. – Ты высадишь нас там? - В самой Бириге порта нет, - призадумавшись, сказала Камия. – Она далеко от моря. Ближе всего к ней Симедика – небольшая деревушка, там рыбаки только и живут. Корабль подойти к ней не сможет, одни мели, но на шлюпке до берега мои матросы вас довезут. - И через сколько дней мы будем в Бириге, если выедем из деревни на наших лошадках? – поинтересовался я. - Да там не больше трех дней пути пешком, - ответила Камия. – Местный люд возит в этот город рыбу на продажу на своих старых телегах, однако госпожа Ледана получает её еще свежей. Так что вам ехать недолго, за день управитесь. - Хорошо, - сказал Ркат, - нас это устраивает. Высадишь нас в Симедике. - Погодите, господа, - вмешался Зараб, - а вы уже решили, как два орка будут путешествовать по Лередии? Нас схватит первый же патруль. Все озабоченно переглянулись. Кроме меня и некроманта. - Думаю с этим проблем не будет, - сказал я. - Тут Сарим обнаружил кое-что в бумагах нашего покойного барона. Среди всего прочего в документах посла нашелся свиток с правом владения рабами. Вот мы и подумали, что было бы разумно выдать орков за невольников. Тогда не придется прятать вас на каждом шагу и шарахаться от каждого стражника. Я бросил тревожный взгляд на Малиту, пытаясь понять, как она воспримет новость. Лицо её оставалось полностью бесстрастным. Это меня несколько успокоило. - Рабом? – усмехнулся Ркат. – Не возражаю стать им на время. Надеюсь, что ты будешь добрым хозяином, Игр? И не станешь нас сильно бить по пустякам? - Если ты не попытаешься сбежать и мне не придется разыскивать тебя с собаками, - поддержал его шутку я. – Ладно, вижу, что вы не против, а потому остался вопрос – есть ли в деревне кузнец? Нам будет нужно у него заказать пару ошейников, ведь, как сказал мне Сарим, именно по ним тут отличают невольников от свободных людей. - Не нужно вам искать никакого кузнеца, - сказала Камия. – У меня подобного добра хватает. Выберете себе парочку. - Ты возишь с собой рабские ошейники? – удивленно спросил я. - Их тоже в некоторых местах неплохо покупают, - ровным голосом ответила та. – И не смотри на меня так. Такой же товар, как и все остальное. - Да нет, я не порицаю. Просто не ожидал. Действительно, кто я такой, чтобы оценивать что здесь хорошо, а что плохо? Не так долго живу на Аркатаре и за время нахождения в этом мире видел лишь небольшой его кусочек. Ужин закончился и все отправились в свои каюты, учтиво попрощавшись с прелестной хозяйкой корабля и поблагодарив за угощение. Зараба баронесса попросила задержаться. - Любезный граф, - ласково обратилась она к нему, - ведь вы же граф, насколько я слышала? Я еще не допила вина и хотела бы, чтобы мне составили компанию. Расскажите о вашей родине. Ведь вы, как я поняла, сами не из Лередии? Наш маг камня не стал ей возражать, а потому мы покинули каюту Камии в неполном составе. - Ты не обижаешься на меня за то, что тебе придется на время изобразить рабыню? – прямо спросил я у Малиты по возвращении в свою каюту. - Милый, - ласково ответила она, - я готова подставить свою шею под топор, а не только под рабский ошейник, если это хоть чем-то поможет нам вернуть мою госпожу.

Вот преданность, которой можно только позавидовать. Зеленокожая красавица нежно обняла меня и потянула на свою койку. В этот раз у нас получилось поместиться на ней вдвоем. Среди ночи меня второй раз за последние сутки разбудил настойчивый стук в дверь. На пороге снова стоял Сарим. Он был чем-то сильно взволнован. - Что случилось? – встревоженно спросил я, увидев его испуганное лицо. - Зараб пропал, - таким же тоном ответил некромант. – Кровать его не расстелена и самого нигде нет. - Погоди. Я быстро оделся, наказал Малите не покидать помещения и вышел к Сариму. - Идем. Сначала к Ркату. Мы разбудили орка и адита и сообщили им о пропаже Зараба. - Ты где искал? – позевывая спросонья, спросил у некроманта Ркат. - В каюте он не появлялся, - ответил маг. – Я проснулся некоторое время назад и сразу пошел к Игру. - Что могло случиться? Ладно, давайте посмотрим на палубе, а потом, если не найдем, спросим матросов. За следующие пару часов мы облазили корабль вдоль и поперек. Обыскали палубу, опросили моряков, с помощью боцмана Вадара осмотрели трюмы. Никто ничего не слышал и не видел. Маг камня как в воду канул. - Не упал ли он за борт? – с тревогой произнес Сарим. – Нам не часто раньше доводилось бывать на кораблях. - Он не так много выпил, - возразил я. – И мы его не видели после того, как он остался у Камии. Подожди-ка… Я чуть не расхохотался, когда до меня дошла комичность нашего положения. Если бы не был сонным, то догадался бы сразу. - Ты говоришь, что Зараб не возвращался? И последний раз ты видел его когда мы были у бравой капитанши? - Да, - подтвердил Сарим. – А что? - А то, что, скорее всего, у нашей прелестницы его и стоило искать в первую очередь. Тут уже, переглядываясь, начали усмехаться и Ошис с Ркатом. Потом дошло и до некроманта. - Ты думаешь? - Уверен, - улыбнулся я. – Чем-то Зараб понравился лютой капитанше еще с первого дня знакомства. Но, чтобы окончательно развеять все сомнения, можем прогуляться к ней. Через пару минут мы стояли у дверей Камии Лютой, размышляя, чем бы аргументировать наш ночной визит. - Стоит ли ее будить? – с сомнением в голосе сказал Ркат. Все притихли на мгновение, задумавшись. И в этой кратковременной тишине из каюты капитанши до нас смутно донеслись звуки, знакомые каждому взрослому человеку, вкусившему плоды любви, и ясно говорившие о том, что Камия сейчас не одна и что мешать ей в эту минуту было бы глупо. - Пойдем спать, - сказал я. – Здесь все в порядке. Успокоенные насчет жизни и здоровья нашего друга и даже, в некой мере, по-мужски довольные за него, мы разбрелись по своим каютам. По пути смущенный Сарим долго извинялся перед нами, прося прощения за ночную тревогу. Ошис, Ркат и я успокоили его, сказав, что понимаем его волнение за друга и что в его поступке ничего плохого. Поздним утром, когда все проснулись, Зараб вышел к нам из своей каюты. - Как спалось? – преувеличенно невинными голосами поинтересовались у него трое из участников ночных поисков, а именно я, Сарим и Ркат. - Не так хорошо как дома, - простодушно ответил блондин. – На берегу спится лучше. Наших перемигиваний маг не заметил и мы, немного позубоскалив, не стали развивать тему взаимоотношений между аристократами на плавательных средствах. Баронесса же не позабыла о нашей недавней просьбе и в этот же день выдала нам два ошейника – один широкий, из вороненой стали, с короткими четырехгранными шипами для Рката и узенький, медный, украшенный разноцветными камнями и узорами, похожий больше на ювелирное изделие, чем на знак невольницы, для Малиты. Надевать их сразу, естественно, не стали, отложив это на конец путешествия. А вот Зараб с тех пор почти поселился в каюте Камии. Что говорить – погода нам благоприятствовала, ветер дул только попутный и путешествие выдалось легче, чем казалось на первый взгляд. Однако, без сомнений, наиболее приятным оно оказалось у нашего мага камня. Мне еще подумалось - насколько, оказывается, на Аркатаре свободные нравы у дворян. Я-то раньше считал, что даже перед тем, как поцеловать даме ручку, все эти благородные господа должны неделями размахивать шляпами у своих колен, сметая пыль роскошными перьями перед ножками объекта воздыхания. Однако, гляди ж как быстро наш граф и баронесса нашли общий язык. Я не поленился высказать свои соображения виконту, то бишь Сариму. Тот, покраснев от смущения, поведал мне, что, видимо, это потому, что все происходит в пути, что рядом нет ни папенек, ни маменек, ни свиты, ни каких-либо дуэний. Иначе бы все выглядело примерно так же, как я и представлял. Прошел месяц спокойного, даже иногда скучного плавания. Во время которого мы лишь разок заплыли в какую-то скалистую бухту, где моряки пополнили запас пресной воды да подстрелили несколько горных козлов. Наконец, в один из серых зимних дней, наш кораблик прибыл на нужное нам место. Здесь нас приветствовал безлюдный лесистый берег с узким песчаным пляжем, омываемым слабыми волнами. На фоне полностью покрытой снегом земли силуэты лишенных листьев деревьев казались черными и сливались в одну темную линию. В пункте прибытия наш отряд ждал сюрприз. Зараб даже не подумал собирать вещи, а сообщил нам, что надо расстаться. - Господа, - виновато произнес он, – прошу меня простить, но мне придется вас покинуть уже здесь. - Как? – спросил потрясенный Сарим. – Мы же хотели с тобой вместе ехать домой? Или ты передумал отправляться в Висилу? - Нет, не передумал, - смутился Зараб. – Появлюсь там позже. А пока решил остаться на корабле. Камия говорит, что я могу помочь ей с рифами. И правда, с моим даром это не доставит трудностей. Прости, Сарим, что так случилось, но я уверен, что отсюда ты легко доберешься в Юдань и один. - Да, - выдавил из себя некромант, - смогу, но все же… - Прости, - еще раз коротко извинился Зараб, обнял на мгновение друга и, попрощавшись со всеми, отошел в сторону, не принимая участия в наших приготовлениях. В дорогу мы оделись как подобало задуманному мною. Рката облачили в простую серую рубаху и плотные штаны. Самый крупный из матросов Камии отдал ему свои потертые сапоги, получив взамен почти новые. Также оставили орку принадлежавшую ему шкуру степной антилопы, чтобы было тепло. Думаю, что легенду это не разрушит, даже наоборот – подчеркнет его положение пленного дикаря. Малите капитан отдала один из своих старых костюмов, кое-где с наложенными на прорехи заплатами. Ошис и Сарим остались в том, в чем и прибыли в селение Днага, лишь сменив плащи из шкур антилоп на толстые шерстяные. По указанию тех из нас, кто разбирался в местных реалиях, я оделся так, как должен быть одетым барон. Еще мне вручили длинную шпагу, которая заменила привычный уже меч. Сарим взял его себе, как и мой щит. Ркату оружие не полагалось теперь по положению, а потому топоры его мы упаковали в сумки, так же как и бесчисленные ножи и кинжалы Малиты. Кое-что она, правда, припрятала под одеждой, на всякий случай. У меня не было желания лишать и орка хоть какого-нибудь оружия, а потому я вручил ему окованную медью короткую дубинку, найденную в одном из трюмов запасливой капитанши. Такую, какую носят рабы-телохранители в городах, чтобы и хозяина защитить и не убить никого. Хотя, насчет «не убить» я сильно сомневался – с силой орка умертвить человека можно и кулаком. Больше всего повозиться пришлось с лошадьми, которых моряки по двое переправили на берег. Своего коня Забар любезно оставил нам как вьючное животное и на него сразу сложили большую часть обременявшей нас, но такой нужной в пути поклажи. Учитывая то, что плавание было оплачено наперед, мы просто попрощались с баронессой, сказав ей при этом множество теплых слов благодарности. А перед самым спуском пассажиров в лодку Камия, словно извиняясь за то, что лишила нас одного из членов отряда, сделала нам подарок - вручила Сариму маленькую стальную клетку, размером примерно с мою голову, в которой на деревянном шестке нахохлившись сидела пара небольших пушистых белых птичек с изогнутыми желтыми клювами. Почтовых, как мне объяснили. Девушка сказала, что это на случай, если, возможно, когда-нибудь нам еще потребуется ее помощь. Наконец, полностью собравшись и разместившись в просторной четырехвесельной шлюпке, мы покинули кораблик и минут за двадцать добрались до песчаной полосы под яростный скрип старых уключин. Некоторое время постояли на побережье, кинув последний взгляд на хищный силуэт «Острой щепки» и отдалявшуюся от нас лодку, затем взобрались на лошадей и отправились к виднеющимся на горизонте столбикам дыма, означавшим близость обещанной деревеньки.

Глава 7. Бирига

Часа через два пути по глубоким сугробам наша небольшая группа въехала в Симедику. Деревня насчитывала с полторы сотни стареньких домиков, стоявших неподалеку от морского побережья. Бревна, из которых они были сложены, почернели от времени и частично побелели от морской соли. Тут и там виднелись покосившиеся щербатые заборы рыбацких дворов, а у многих ворот и калиток приткнулись широкие, низкие телеги без лошадей. Из местных жителей по улицам бродило человек десять-пятнадцать, не более. Немудрено, в такую погоду лучше сидеть дома, у теплой печки в кругу родных, и прихлебывать горячий чай, а может что и покрепче.

Мы тоже успели подмерзнуть на сыром от близости моря ветру и не имели бы ничего против открытого огня в какой-нибудь из этих состарившихся хижин. Небеса нам благоволили и уже через несколько минут проезда по улицам деревни наш отряд уткнулся в помещение, не иначе используемое местным людом в качестве кабачка.

Стряхнув у порога с одежды налипший снег и обив от него обувь, окутанные клубами пара мы ввалились в этот неказистый трактирчик. И сразу же, как по волшебству, очутились посреди тепла, табачного дыма и приятных запахов приготовляемой пищи. В небольшом зале стояло восемь широких продолговатых столов и у каждого из них по шесть мощных табуретов, сколоченных из толстых деревянных брусков. Так как на дворе был белый день – свободных мест оказалось достаточно.

Ркат выбрал тот из незанятых столов, что стоял ближе всех к завешенному парусиной небольшому окошку, и пригласил нас следовать за ним. Ткань плохо пропускала дневной свет, а потому в зале горело еще несколько свечей, закрепленных по периметру старого тележного колеса, подвешенного с помощью ржавых цепей к потолку, и в изогнутых подсвечниках на стенах.

Хозяином питейного заведения оказался угрюмый мужчина лет пятидесяти, худощавый с темным, будто закопченным, лицом, короткими черными курчавыми волосами и такой же бородой. Широкий засаленный фартук серого цвета закрывал ноги по колени, не мешая ему, впрочем, довольно шустро двигаться по комнате, поднося жаждущим очередную кружку пенного или горячительного.

Надо заметить, что лишь только мы появились на пороге, как посетители занятых столов, увидев, кто к ним пожаловал, поднялись, поснимали головные уборы и изобразили что-то наподобие поклонов. То ли в том была заслуга моей яркой для этой серой местности одежды и толстой золотой цепи на шее, означавшей здесь принадлежность к дворянскому сословию, то ли наличие стоявшего рядом со мной двухметрового оскалившегося ящера и двух орков. Однако, нужно отдать должное местным рыбакам – они не долго простояли со склоненными головами и уже через пару мгновений вернулись к своим столам, несмотря на то, что компания к ним пожаловала, мягко сказать, странная. Ну да и хвала небесам. Изредка бросаемые в нашу сторону косые взгляды нисколько не должны были испортить нам аппетита.

- Чего желает благородный господин? – изогнувшись в поклоне и глядя исподлобья, поинтересовался трактирщик.

- Вина, - коротко бросил я. – И поесть чего-нибудь горячего. Всем.

- Будет исполнено, - распрямившись, мужичок с недоумением уставился на наших орков и только что замеченные ошейники.

Не знаю, что его удивило больше – присутствие в заведении представителей зеленокожего народа в такое неспокойное время или же то, что господин сидел за одним столом с рабами. Мне было все равно. Играть в хозяев и невольников я собирался в городе, но никак не в этом забытом богом уголке. Так что, мне пришлось поторопить застывшего на месте трактирщика, после чего он опрометью бросился выполнять приказание. Мы же все почти одновременно, словно сговорившись, принялись усердно растирать замерзшие руки, на протяжении последних двух часов крепко стискивавшие поводья. Несмотря на толстые кожаные перчатки, ледяной ветер сделал свое черное дело и тыльные стороны ладоней занемели от холода.

- Если мы отправимся в дом Леданы Карры немедленно, то будем там поздно ночью, - несколько обеспокоенно произнес Сарим. – В такое время суток она нас, конечно, не примет.

- Тогда у нас есть два варианта, - сказал я, прислушиваясь к легкому покалыванию в начинавших отходить кистях, - завалиться спать сейчас и выехать в районе полуночи, чего, если честно, мне совсем не хочется, так как ночью будет еще холоднее, либо пуститься в дорогу сразу после того, как мы поедим и по прибытию переночевать в городе.

- Второй вариант мне нравится больше, - тихо произнес Ркат, оглядываясь на сидевших за соседними столиками пьющих. – Это даст нам возможность завтра после полудня явиться к Ледане и попросить аудиенции. К тому часу она уже наверняка проснется и будет в хорошем расположении духа, чем если бы мы явились к ней ночью или ранним утром.

- Игр, - повернулся ко мне некромант, - нужно сказать госпоже Карре, что ты от короля Длии Притана. К вниманию различного рода дворян она уже привыкла, но венценосные особы – другое дело, это сделает ее посговорчивее.

- Хорошо, Сарим, так и поступлю, - кивнул я. – Ркат, далеко ли от Бириги до земляков мастера Асартэ? Если мы завтра заберем твою жену и отправимся, то сколько займет путь?

- Две недели верхом в такую погоду, - мрачно ответил орк. - Главное, чтобы Дженна оказалась там.

- Не переживай. Не найдем у Карры – найдем в другом месте. Без нее не уедем. Да где наше вино? Эй, трактирщик! Ты там уснул, что ли?!

Тот будто только и ждал этих слов. Не успел я закончить последнюю фразу, как бородач вырос у нашего столика с пятью кружками и двумя пузатыми, пыльными бутылками. Он поочередно откупорил их, поставив все на стол, и побежал обратно на кухню, вынеся оттуда почти сразу несколько тарелок, длинных двузубых вилок и огромное блюдо с мясом и овощами. Судя по поднимающемуся к потолку обильному пару – только из очага. Оставив принесенное перед нами, трактирщик удалился, доверительно сообщив перед уходом, что если вдруг понадобится что-нибудь еще, то он всегда неподалеку. Я поблагодарил его и тут же, воспользовавшись предложением, попросил задать овса лошадям, привязанным снаружи, пока внутри будут есть их хозяева. Мужичок часто закивал, зашел в подсобное помещение, а через мгновение оттуда выскочил худощавый подросток в рваном полушубке, резво пробежал к входной двери и тут же скрылся за ней. Видимо, помчался исполнять приказание хозяина заведения, касаемое наших скакунов.

Еще часа через полтора, поев, отогревшись и расплатившись, мы покинули местный кабак в довольно хорошем расположении духа, не забыв перед выходом уточнить у хозяина какая дорога ведет к городу.

По тракту ехать было куда легче, чем по нетронутым сугробам. Белую поверхность широкого пути от выезда из деревни и до самого горизонта украсили две неглубокие колеи, вероятно от телег, что сегодня отправились в город либо прибыли из него, а снег между ними уже успело утоптать множество лошадиных копыт. Чем больше мы отдалялись от Симедики и морского побережья, тем ветер становился слабее и путешествовать стало чуть приятнее.

Потемнело рано. Как и у меня дома в эту пору года. Так что большую часть дороги нам пришлось скакать при свете факелов, приобретенных в деревне перед отъездом.

Проскакали мы несколько часов без остановки и, наконец, уставшие и замерзшие, добрались до города, встретившего ночных путников темными стенами, освещенными редкими огнями по верху. У прикрытых на три четверти ворот нас остановил караул из десятерых солдат, до нашего появления мирно гревшихся у костра, но вмиг ощетинившихся копьями, лишь только они завидели приближающихся всадников.

- Кто такие? Куда едем? – послышались из толпы неприветливые голоса.

- Нам в город, - с готовностью ответил я. – Барон Дирани из Длии к госпоже Ледане Карре.

Еще на корабле мы договорились, что любые переговоры, в основном, вести придется мне, потому что Ркат и Малита теперь не имеют право голоса, по крайней мере на людях. Ошис же пребывал в роли невозмутимого охранника, так что ему тоже полагалось быть немногословным. Один Сарим еще мог позволить себе говорить, однако после прощания с Зарабом большей частью предпочитал молчать, будучи в плохом расположении духа.

- Госпожа Ледана сейчас спит, как и остальные господа нашего города, - спокойным голосом произнес высокий офицер с длинными черными усами. – Мы полагаем, что это, вероятно, так - сказал я. – Потому собираемся побеспокоить ее никак не ранее завтрашнего полудня. Тем не менее, ночевать нам посреди снегов сильно не хочется и, думаю, вы прекрасно поймете наше желание не оставаться в это время за стенами города.

Офицер призадумался на мгновение, а затем приказал солдатам поднять факелы повыше.

- Орки? – ахнул он, отступая на шаг и кладя руку на эфес меча. – Что здесь делают орки?

Я буквально кожей почувствовал нарастающее в рядах стражников напряжение, после того, как они, наконец, разглядели двух из моих спутников. Присутствие в наших рядах адита этих господ, видимо, нисколько не смутило. Острия копий мигом нацелились в нашу сторону.

- Это мои рабы, - небрежно произнес я. – Поглядите на их шеи, любезные господа, и вы поймете, что они не принесут вам неприятностей.

Усатый пригляделся, увидал ошейники и плечи его сразу расслабленно опустились. Он убрал руку от меча, а я облегченно выдохнул, потому что и наконечники копий снова поднялись вверх.

- Приятно видеть в таком положении этих зеленых ублюдков, барон, - осклабился начальник караула. – Я готов пропустить вас в город даже с ними, однако сначала хотел бы увидеть позволение передвигаться по нашей стране уроженцу Длии. Думаю, что вы меня поймете.

- Конечно, конечно, - согласно закивал я и протянул ему заранее приготовленные бумаги, отобранные Саримом как раз для такого случая. – Возьмите.

Офицер некоторое время изучал документы, насупив брови и усердно шевеля губами, затем вернул мне их обратно.

- Да, тут все в исправности. Можно проезжать. Пропустите их!

Последнее было сказано стражникам, которые на протяжении нашего общения с их командиром только то и делали, что тоскливо поглядывали на пылающий позади костер, желая как можно скорее вновь протянуть к теплу свои дубевшие на древках копий руки, а потому с радостью расступились, давая нам дорогу.

Я благодарно кивнул офицеру и первым въехал в ворота. За мной гуськом двинулся весь наш небольшой отряд.

В самой Бириге, на удивление, оказалось неожиданно светло. Бросилось в глаза наличие на улицах множества огней – вдоль дорог на одинаковом расстоянии друг от друга стояли полутораметровые фонарные столбики. Кроме того, во многих окнах горел свет, пробиваясь через занавески. Улицы расчистили от снега, сваленного сейчас в небольшие, аккуратные кучи на углах перекрестков, а брусчатку даже посыпали песком и золой, чтобы ненароком кто не поскользнулся. По всему было заметно, что за городом хорошо следят.

Сами домики, на редкость красивые и аккуратные, напоминали пряничные, настолько в их архитектуре преобладали яркие цвета и плавные обводы.

- Чего у Бириги не отнять, - кашлянув, сказал Сарим, - так это его красоты. В прошлый раз я был здесь летом. Вы бы видели какие тут клумбы.

Кашель его мне не понравился. Он был грудным и надсадным. Не хватало еще, чтобы кто-то из нас заболел.

- Ты как себя чувствуешь? – спросил я у него.

- Да что-то лицо горит, - ответил маг, слабо улыбнувшись. – И в руках будто слабость какая-то.

Простыл паренек. В тепло. И как можно скорее.

Минуя нередких, в отличие от деревни, ночных прохожих, мы проехали по главной улице до двухэтажного здания, где под самой крышей на белой вывеске красовалась надпись «Тихая обитель». Это была местная гостиница, как поведал нам Сарим.

- Тут еще есть несколько, - просипел маг, снова закашлявшись. – Только считаю, что нет смысла искать другую. Здесь обычно во всех чисто и хорошо готовят. Думаю, что стоит остановиться в этой.

Я был не против, однако меня кое-что смущало. А именно – где разместятся мои «рабы». Вряд ли хозяину положено спать с ними в одной комнате, а оставлять их на морозе мне, естественно, не хотелось. Некромант словно прочитал мои мысли.

- Твоего телохранителя, то есть Ошиса, - сказал он, - мы можем взять с собой, а Ркату и Малите придется разместиться в домике для прислуги. Не бойся, Игр, там не холодно. Кормят, правда, рабов отвратительно, но все зависит от того, сколько заплатит их хозяин. Бывает, что им достается пища получше чем у слуг в этой самой гостинице.

От сердца немного отлегло, но все равно, осадочек, как говорится, остался. А представив еще, что теперь многие ночи мне придется провести отдельно от моей красавицы, я горестно вздохнул.

- Ладно, чего уж там.

Мы спешились, подошли к двери и я постучал в нее подвешенным над входом деревянным молотком. Открыли нам сразу же после второго удара.

На пороге стояла невысокая, полноватая и розовощекая женщина лет сорока пяти, одетая в длинное, широкое платье салатового цвета, будто полностью состоящее из одних рюш. На черных с проседью волосах восседал головной убор, чем-то смахивающий на чепец, а лицо выражало саму доброту.

- Доброй ночи, господин барон, - мгновенно сориентировавшись по золотой цепи на моей груди, мягким голосом произнесла она и отошла в сторону, пропуская гостей внутрь. – Желаете остановиться у нас?

- Доброй ночи, - проходя, поприветствовал я ее в ответ, причем искренне, так как вид этой женщины вызывал полное доверие. – Да, желаю. И не я один. Со мной виконт Дис, охранник и двое моих рабов.

Женщина подождала пока все войдут, после чего закрыла дверь и задвинула засов.

Мы осмотрелись вокруг. Внутреннее убранство комнаты выглядело небогатым, но, как и на улице города, все оказалось чистым и аккуратным – три широких и весьма удобных на вид кресла у одной из стен, пара низких овальных столиков подле них, картины, часто развешанные по всему помещению, что-то похожее на барную стойку с несколькими высокими табуретами рядом с ней и два больших круглых зеркала, расположенные слева и справа от выхода.

Яркий свет позволил женщине увидеть моих спутников и глаза ее расширились от удивления, но говорить она ничего не стала, однако я заметил, что на лице проскользнуло некое подобие жалости, когда та посмотрела на наших орков.

- Рабов я могу разместить в помещении для прислуги, - холодно произнесла она, стараясь не глядеть в мою сторону. – Для вас с виконтом выделю две свободные комнаты на втором этаже. Меня зовут Тресса Битак. Это моя гостиница.

- Мое имя Дирани Савор, - сказал я. – Мы много времени провели в пути, госпожа Тресса, и буду вам благодарен, если вы разместите орков в тепле и прикажете подать им что-нибудь горячее. Не хотелось бы, чтобы они поболели и стали плохо справляться со своими обязанностями. Мы же с виконтом, в свою очередь, так же не откажемся от горячего ужина и хорошего вина.

Выражение лица хозяйки после моих слов несколько смягчилось.

- Если желаете, то могу предложить вам подогретого вина со специями. Зимой оно особенно приятно.

Я посмотрел на снова зашедшегося в кашле Сарима и кивнул.

- Пусть будет подогретое. Так вы нам покажете наши комнаты?

- Кадала! Дипар! – выкрикнула хозяйка, хлопнув при этом в ладоши.

На ее зов откуда-то выскочили два человека – женщина лет тридцати и молодой рыжий парень.

- Дипар, отведи лошадей барона в конюшню. Кадала, скажи на кухне готовить ужин на пять персон. И живее, живее!

Слуги бросились исполнять порученное, а Тресса повела меня, Сарима и Ошиса на второй этаж. Ркат и Малита остались внизу, у дверей. Пользуясь тем, что на нас никто не смотрит, я украдкой послал своей девушке воздушный поцелуй. Увидел как она улыбнулась и мне стало немного легче. Осторожно ступая за хозяйкой по скрипучим половицам уже через пару минут мы оказались в узком коридоре, где она указала нам на две двери.

- Это ваша, господин барон, а это ваша, господин виконт. Охранник, как я понимаю, будет при вас?

- Да, он поселится со мной, - сказал я. – Благодарю.

Она выудила откуда-то из-под своих рюш огромную связку ключей и отперла обе двери. Затем сняла с кольца два ключа и протянула нам. Я, в свою очередь, достал из одной из сумок с деньгами, перед входом врученных Ошису, пару золотых и отдал Трессе. Та удовлетворенно приняла их, спрятав в складках платья, и неожиданно отозвала меня в сторону.

- Если я не ошибаюсь – это адит? – спросила она тихо. – Я слышала про них, но видать не доводилось. Они едят то же, что и вы или у них есть какие-нибудь особые предпочтения?

- То же, что и мы, - успокоил я ее.

- Тогда располагайтесь, скоро вам принесут ужин, - и хозяйка направилась к лестнице.

Мы остались предоставленными самим себе и Сарим пошел в свою комнату, а я и Ошис в свою.

В «номере» была кровать, тумбочка, небольшое зеркало, стул с высокой спинкой и ковер на полу. Имелось также окно, застекленное разноцветными крупными кусками слюды, а в одном из углов комнаты стояла вместительная деревянная бадья. Над ней на вбитом в стену гвозде висело белое полотенце.

- Мне придется дремать сидя, - заметил Ошис, не обнаружив второго спального места. – Постель только для тебя.

- Ложись в нее смело, - сказал я. – Я пока спать не собираюсь. Может лягу после того, как ты проснешься.

Едва мы разложили свои вещи, как в дверь постучались. Я открыл и увидел на пороге паренька лет пятнадцати, согнувшегося под тяжестью двух здоровенных ведер, полных воды. От одного из них шел пар, а в другом на поверхности болтался вырезанный из дерева ковшик, емкостью не менее литра. - Для мытья, господин, - робко пролепетал парнишка, ставя принесенное в комнату. – Госпожа Тресса передала, что сегодня уже поздно, но завтра, если пожелаете, мы сможем приготовить вам ванну. - Спасибо, - сказал я и сунул парнишке пару медяков. – Пока нам этой воды будет достаточно. Закрыл дверь и, раздевшись, с удовольствием воспользовался половинами содержимого обоих ведер. Закончив и отершись насухо, уступил место у кадки Ошису. После чего с удовольствием натянул на разгоряченное от недавних растираний тело чистую рубаху и подштанники. Присел на стул, расслабился, вытянув гудевшие от долгой езды ноги и слушая как пофыркивает моющийся ящер. Лишь только он завершил свое занятие, как снова раздался стук. В этот раз за дверью оказалась незнакомая нам высокая крепкая женщина с огромным медным подносом в руках. С нашего позволения она вошла в комнату и переставила на стол приготовленный поздний ужин и кувшин с обещанным подогретым вином, сразу же распространившим по комнате тонкий аромат пряностей. Увидев сколько пришлось всего затащить этой служанке на второй этаж, я не поскупился и дал ей серебряную монету. Та с улыбкой поблагодарила и пожелав нам приятного аппетита, удалилась. Отужинав и выпив, как оказалось, превосходного напитка, Ошис завалился на кровать, а я остался сидеть за столом, продолжая потягивать принесенное вино. В помещении было тепло, а после ужина стало тепло и в желудке. Покончив с остатками в кружке, я и сам не заметил как уснул, уронив потяжелевшую голову на руки. А утром выяснилось, что к госпоже Ледане Карре я поеду с одним только адитом. Сариму стало хуже. Проснувшись, первым делом я посетил его и застал лежащим в постели с жутким кашлем и температурой. Градусника, чтобы удостовериться в ее повышении у меня, конечно, не было, но и без того жар от него шел как от печки, а из носа слизь лила без остановки. Предоставив его заботам услужливой хозяйки и ее людей, я поспешил проведать «рабов» и к радости своей увидел, что помещение, куда их поселили, оказалось весьма достойным. Там было сухо и тепло. Никаких щелей, что я представлял в своем воображении, и сквозняков. Покормили, как поведал мне Ркат, очень даже вкусно, причем еду приносила сама госпожа Тресса. Воспользовавшись случаем, охотно расцеловал Малиту и сообщил оркам, что Сарим занемог, а потому я отправляюсь к Карре без него. Покинув «невольников», пообещал посетить их по возвращении и попросил, чтобы они сильно без меня не скучали. На сборы мы с Ошисом потратили часа три, облачившись в лучшие одежды из тех, что нашлись среди вещей в дорожных сумках. Почистили на ней до блеска все, что только могло блестеть, и разгладили все, что должно было быть не мятым. Сохранность денег доверили виконту, прихватив с собой лишь пару кошельков. Несмотря на свою слабость, больной мог приглядеть за ними до нашего возвращения. Кроме того, маг дал мне несколько свитков, как он сказал, таких, что могут нам понадобиться при представлении госпоже Ледане. На небосклоне бледное зимнее солнце поднялось в зенит и мы с Ошисом, будучи спокойными по поводу оставшихся наших друзей, отправились в дом Карры.

Глава 8. Госпожа Ледана Карра

Узнав о расположении интересующего нас здания у первого встреченного нами горожанина, мы двинулись в нужном направлении и примерно после получаса езды по извилистым улочкам города оказались на площади перед трехэтажным особняком, сильно смахивающим на небольшой замок. И если виденные до этого домики простых граждан Бириги напоминали мне пряничные, то этот дворец казался сделанным из блестящей карамели. Ровные белые, словно зефир, стены заканчивались под яркими разноцветными крышами. Узкие и продолговатые, покрытые черепицей синего, красного, зеленого и желтого цветов, они пронзали небесный свод своими высокими золотыми шпилями. Стрельчатые окна с резными карнизами добавляли этому строению некую схожесть с жилищем королей. Имелась тут и низкая ограда из железных прутьев, фигурной ковки, скорее декоративная деталь, чем забор, поставленный от нехороших людей.

Несмотря на военное время и на время зимнее, двор госпожи Карры оказался полон гостей. И то, что происходило внутри, вызывало ощущение, что попали мы на празднование Масляницы.

За забором и до него, везде, куда падал взгляд, виднелись кареты, груженые телеги, толпы людей, запряженные и распряженные кони. Повсюду горели костры, а гревшиеся у них что-то ели, что-то пили, весело переговаривались между собой, то и дело протягивая друг другу кубки, кружки, бутылки, а кое-где и небольшие бочонки. Играла музыка, танцевали, недалеко от въезда во двор устроила выступление группа уличных артистов, там и тут слышался громкий веселый смех.

- Сегодня что, праздник какой-то? – поинтересовался я у Ошиса, впрочем не надеясь получить ответ, так как прибыли мы сюда вместе и знать больше моего он просто не мог.

- Не знаю, - все же спокойно ответил ящер. – Но ты не отходи от меня далеко. Здесь почти все с оружием.

Я пригляделся к толпе и только сейчас обратил внимание на то, что отметил адит. У всех присутствующих, кроме, разве что, местных скоморохов да нескольких одетых небогато людей, видимо слуг, под рукой имелось что-нибудь колющее, режущее или ударно-дробящее, то есть мечи, топоры и булавы с дубинами, а уж копий разных размеров вокруг было просто не счесть.

- Ладно, что бы это ни было мы сейчас узнаем.

Я подъехал к ограде, спешился и привязал к одному из толстых кованых прутов повод своей лошади. Следом за мной то же самое проделал и Ошис.

Перед самыми воротами, почти полностью загородив проход, стояла группа похохатывающих воинов. Я не решился о чем-либо расспрашивать их и мы прошли во двор, аккуратно обойдя веселящихся вояк. Затем я продрался сквозь толпу внутри и потопал прямо ко входу в этот местный замок, где было немного просторнее. Уже поднялся по ступеням примерно на середину, как почувствовал, что на плечо мне легла чья-то тяжелая рука.

- В очередь, господин барон, в очередь! - прогудел басом суровый голос, заставив меня обернуться.

Я увидел стоящего сразу за мной высокого и тощего аристократа, одетого в длинную толстую шубу коричневого цвета, блеском смахивающую на соболиную. Та была просто накинута на его плечи, открывая взору длинную гусиную шею, выступающую из кружевного воротника. Белый воротник крепился к дорогому черному камзолу, худые ноги облегали узкие штаны, а на боку болталась солидного размера шпага, подлиннее моей. Позади него стояло еще человек пять в блестящих кольчугах, надетых прямо сверху полушубков, с прицепленными к поясам мечами.

Ошис не стал дергаться и бросаться на человека только потому, что тот осмелился ко мне прикоснуться, и это было хорошо. Не хотелось бы начинать свой визит в столь оживленное место с драки.

- Мы понимаем, что вам не терпится, господин барон, - усмехнулся долговязый вельможа, убрав руку с моего плеча, - но тут многие ждут еще со вчера, а кое-кто уже и более трех дней. Поэтому дождитесь своей очереди, пожалуйста, не считайте, что вам нужнее всех.

Я тяжело вздохнул и спросил:

- И какова же длина этой очереди?

Усач вновь ухмыльнулся и широким жестом руки обвел двор, не забыв и о тех, кто стоял за оградой.

- Все они? – с досадой произнес я.

- Все, - подтвердил мужчина. – Так что, если есть желание подождать – присоединяйтесь. Если же нет, то вон видите парня в белом? Подойдите к нему и скажите, что вы после него будете. Затем приезжайте дня через два.

Данная перспектива меня не сильно радовала и я уже начал спускаться с мраморных ступеней лестницы, как вдруг из дверей вышел парень в синей с желтым ливрее.

– Господину Тредку приготовиться! - громко и важно сказал он.

Развернулся и уже собрался скрыться за дверью, но я, вовремя вспомнив совет Сарима и решив, что это мой шанс, не растерялся, в три шага взбежал по ступеням, схватил юношу за рукав и быстро сказал:

- Передай своей госпоже, что к ней прибыл барон Дирани Савор от Его Величества короля Длии Притана.

Сказав это, сразу отпустил его и, чтобы не вызывать недовольства множества ожидающих, поспешил сойти с лестницы. Надеюсь, что лакей все понял правильно и доведет до ушей хозяйки то, что я ему сообщил. В любом случае, теперь оставалось только ждать.

На всякий случай под множеством взглядов я прошествовал к тому человеку, которого мне показали как последнего в очереди, и, поздоровавшись, сказал, что буду за ним. Тот меланхолично кивнул и отвернулся, продолжив разговор с одним из своих воинов.

- Будем ждать, - сообщил я Ошису. – Надеюсь, что не долго.

Ящер, от которого не ускользнул мой недавний маневр, согласно кивнул, продолжая внимательно разглядывать веселящуюся разношерстную компанию.

А через минут пятнадцать входные двери этого карамельного замка широко распахнулись и на крыльцо вышла пара – седой мужчина лет пятидесяти и под руку с ним молодая красивая девушка.

Лишь только они показались на пороге, как все присутствующие взорвались аплодисментами. Из толпы послышались частые поздравления. Спускающийся по лестнице низенький толстый господин смущенно заулыбался, отвечая людям благодарными кивками, и поспешил к выходу со двора, ведя за собой потупившую взор, разрумянившуюся от всеобщего внимания девушку. Громкие хлопки стихли только тогда, когда запряженная четверкой лошадей карета, в сопровождении десятка воинов, отъехала от ворот.

К крыльцу уже важной походкой направился какой-то мужчина весьма представительного вида, видимо дождавшийся, наконец, своей очереди, когда из проема незакрывшихся дверей раздался громкий мужской голос:

- Прошу прощения, господа! Госпожа Ледана Карра ожидает барона Дирани Савора от Его Величества Притана Длийского!

- Ну вот, - довольно потерев ладони и ступая вперед, сказал я, - ждать долго не пришлось. Сарим был прав.

Под недовольный гул толпы и осуждающий взгляд того, кто должен был войти сейчас, мы с Ошисом проследовали до дверей и вошли внутрь. Едва за нами закрылись створки, как поднявшийся во дворе шум стих, а встретивший нас лакей пригласил идти за ним.

Мы миновали две просторные, роскошно обставленные залы и очутились в комнате с мягкой мебелью. Все здесь, кроме разве что низенького хрустального столика, было розового цвета. Диваны, стены и даже пол с потолком. Эдакая увеличенная комнатка куклы Барби.

Слуга попросил нас присесть и ожидать, перед этим осведомившись не желаем ли мы чего-нибудь выпить. Я попросил бокал вина, так как от ожидания на морозе запершило в горле. Он тут же подошел к упомянутому мною ранее хрустальному столику, наполнил из стоявшей там бутылки два высоких тонких фужера и вернулся к нам. Вручил, извинившись и повторив просьбу подождать, а после покинул комнату.

Едва успели мы с Ошисом выпить предложенное вино и поставить бокалы на столик, как легко скрипнули двойные двери и, цокая каблучками, в комнату вошла рыжеволосая женщина, лет сорока, одетая в пышное шелковое платье лазурного цвета, узкое на талии и с глубоким вырезом, открывающим любопытным взглядам почти половину великолепного бюста. Бледно-розовое лицо венчал высокий лоб, выдающий, что женщина отнюдь не глупа. Это же подтверждали проницательные голубые глаза. На почти белом личике сильно выделялись слегка изогнутые черные брови и полные губы, накрашенные чем-то алым. Бриллиантовое ожерелье на шее и висящие на мочках ушей серьги-капельки переливались на свету множеством маленьких огоньков. Обута хозяйка дома была в туфли-лодочки все того же цвета лазури.

- Господин барон? – спросила она с порога, едва войдя. – Доброго дня. Мне сообщили, что у вас для меня послание от Его Величества короля Притана? В сторону адита женщина даже не взглянула, словно ящер был просто деталью интерьера.

- Госпожа Ледана Карра? – в свою очередь уточнил я, протягивая ей грамоту посла с огромной, на четверть страницы, королевской печатью.

Помолчав несколько секунд, пока она ее изучала, и дождавшись утвердительного кивка, продолжил:

- Нет, никакого письма я вам, к сожалению, не привез. Ведь дело довольно тонкое – король Длии, дай ему Тысячеокий множества лет жизни, поручил мне посетить вас и привезти в столицу невесту для одного из его преданнейших друзей. Вы нам поможете с этим?

- О да, конечно, - она мило улыбнулась. – Я все понимаю и с удовольствием помогу. Надеюсь, что Его Величество не забудет о моей помощи когда придет время.

- Притан Длийский не из тех, кто забывает оказанные ему услуги, - сказал я, готовый, в сущности, говорить что угодно, лишь бы только добиться желаемого. – Итак, мне хочется послушать, а лучше увидеть ваши предложения.

- За этим дело не станет, - госпожа Ледана подошла к хрустальному столику, взяла с него маленький серебряный колокольчик, замеченный мною только сейчас, и трижды позвонила.

А уже через минуту комнату заполнили изысканно одетые молодые девушки на любой вкус: худые и полные, низкие и высокие, блондинки, рыжие, брюнетки и шатенки, голубоглазые, кареглазые либо зеленоглазые. Мне показалось, что я угодил в сказочный сад – каждая девушка была подобна прелестнейшему цветку. У меня даже слегка закружилась голова от обилия стольких красавиц на один квадратный метр и я немного даже позавидовал Ошису, глядевшему на всех этих девиц со свойственной ему невозмутимостью. Хотя, что ящеру – у него небось понятия красоты отличаются от человеческого.

- Пожалуйста, выбирайте, - улыбнулась госпожа Карра, довольная произведенным эффектом. – Выбирайте любую, внесите за нее сумму, какую я назову, и она ваша.

- Не моя, - поправил я ее, не забывая для чего мы оказались здесь, - а предназначенная в подарок другу Его Величества. И тут хотелось бы прояснить некоторые нюансы. Дело в том, любезная госпожа Ледана, что некий вельможа, которому, собственно, и будет предназначаться невеста, не удивится если я привезу ему одну из ваших девушек…

Увидев, как взметнулись вверх черные брови хозяйки, я поспешил сгладить впечатление от только что сказанного:

- Нет, нет, вы меня не поняли. Ваши девушки все просто очаровательны и прекрасны, это бесспорно, и, я уверен, наделены немалыми талантами. Однако господин, о котором идет речь, очень богат и может позволить себе на месте любую красавицу, будь она хоть герцогиня. Король Притан велел мне привезти кого-нибудь, кто будет отличаться от обычных девушек как меч от кинжала.

- Юношами я не занимаюсь, - холодно проговорила Карра, сделав взмах рукой, после чего пришедшие девушки принялись покидать помещение.

- Что вы, что вы, - незамедлительно изобразил возмущение я. - Я не об этом. Но, возможно, у вас есть… как бы это сказать… не люди?

- Ах, вот вы о чем, - смягчившись, но несколько рассеянно произнесла госпожа Ледана. – Так бы сразу и сказали.

Она снова подняла колокольчик и позвонила, но в этот раз дважды.

Снова не прошло и минуты, как в комнате появились очаровательные создания женского пола. В помещение вошли девушки, не имевшие никакого отношения к человеческой расе: пять хрупких полупрозрачных эльфиек, три высокие стройные представительницы племени орков и две низкорослые полноватые красавицы, видимо принадлежавшие к роду дворфов. Вошедшие девицы, так же как и те, что заходили до этого, одетые в яркие платья с подолами до пола, улыбались, стреляя глазками, и только три орчанки не стали утруждать себя показной веселостью. Лица их оставались серьезными.

- Выбирайте, - снова любезно предложила Ледана.

- Да-а, - протянул я, вглядываясь в черты лиц орчих и не находя сходства с разыскиваемой нами принцессой - Скажу прямо - не густо.

Госпожа Карра слегка покраснела, нахмурилась, но ничего не ответила и молча принялась наблюдать за тем, как я разглядываю ее «товар».

Я подошел к выстроившимся в нестройную шеренгу девушкам и дважды прошелся вдоль «строя» туда и обратно. Остановился рядом с эльфийками. Оценивающе их оглядел.

- Слишком дохлые, - вынес вердикт.

Хозяйка дома повторила легкое движение рукой и тут же пятеро представительниц Лесного Народа выпорхнули за дверь. Я вернулся к парочке самок дворфов.

- Низковаты. Господин, которому предназначается подарок, любит девушек повыше.

Ледана снова элегантно махнула кистью и подданные короля Кжинты также тихо вышли вслед за покинувшими нас эльфийками.

- А эти, пожалуй, подойдут, - задумчиво произнес я, стоя перед оставшейся троицей орчих. – Но прежде, чем сделать окончательный выбор, мне нужно поговорить с ними. Наедине, если вы не возражаете, любезная госпожа Карра.

- О, конечно, конечно, - хозяйка лавки по продаже женщин аристократам улыбнулась и одним из своих тонких пальчиков дотронулась до серебряного колокольчика. – Как только я вам понадоблюсь – позвоните.

- Сколько раз? – не удержался я.

- Эм.., - немного смешалась она. – Сколько вам будет угодно.

И, путаясь в юбках платья, выскочила за дверь, а я остался в комнате только с адитом и тремя дочерями степей.

Некоторое время в помещении царила тишина. Выждав немного, я сделал знак Ошису подойти к двери. Он понял меня правильно, прислушался, а после кивнул. Я вполне доверял слуху людоящера, а потому подойдя к оркам почти вплотную тихо спросил:

- Не подскажете, девушки, когда вы последний раз видели Дженнайраду ан Дар?

Если до этого их глаза пылали ненавистью, как бы они не пытались ее скрыть, то сейчас лица приняли удивленные выражения.

- Мы не понимаем, о ком вы ведете речь, господин, - ответила одна из них, видимо пришедшая в себя первой.

- Я говорю о дочери Сатрогама ан Баррага.

- Когда мы последний раз видели госпожу Дженну она была еще ан Барраг, - помедлив мгновение, произнесла вторая. – Так теперь она ан Дар? И кому из трех сыновей короля Гваргатара выпало счастье стать ее мужем?

- Ркатидэму, - ответил я. – Моему другу. Вместе с ним мы приехали сюда. Дженна попала в плен еще вначале войны с Лередией. Нам сказали, что она может быть тут.

- Здесь ее нет, - растерянно произнесла третья. – Мы находимся в доме госпожи Карры уже семь лун. И были последними из купленных ею Детей Ветра.

Открытие меня несколько расстроило. Но вариант, что принцессы здесь не окажется, имелся еще вначале пути, потому я спросил:

- Дженну не могли расположить где-нибудь в другом месте, где вы не могли ее видеть?

- Точно нет, - ответила орка, заговорившая со мной первой. – За то время, что находимся здесь, мы познакомились со всеми новенькими. Детей Ветра среди них нет.

Я задумчиво прошагал по комнате из угла в угол, затем решив, что девушки мне больше не могут сказать ничего, что меня бы интересовало, остановился у столика и взял в руки серебряный колокольчик.

- Подождите, господин! - выпалила одна из красавиц, сделав шаг вперед. – Подождите, умоляю вас!

Я посмотрел на нее с удивлением.

- Да?

- Судя по вашим словам, вы недавно были у нас в степях, - быстро продолжила орка. – Расскажите, как идет война! Прошу вас…

Под молящими взглядами трех пар черных глаз я поставил колокольчик на место и рассказал девушкам как обстоят дела, не скрашивая ничего. Они дослушали меня до конца, поблагодарили и разом затихли, задумавшись о своем.

Я же, завершив рассказ, поднял колокольчик, но вдруг замер от внезапно пришедшей в голову мысли.

- Как вас зовут, красавицы?

- Мое имя Наридайра ан Иггар, господин, - сказала самая разговорчивая. – А это Агалатика ан Дирг и Гатидак ан Бадар.

Постарался запомнить названные имена. И не скажу, что это было легко.

- Когда закончится война – мы найдем вас и вернем на родину, - уверенно пообещал я им.

Слушая жаркие слова благодарности, произносимые со слезами на глазах, я наконец-то позвонил в колокольчик, вызывая госпожу Карру.

Глава 9. Госпожа Ледана Карра (продолжение)

Я не отказал себе в удовольствии и терзал несчастный колокольчик до появления хозяйки дома.

- Хватит, хватит! - нетерпеливо произнесла рыжая красавица, едва оказавшись на пороге комнаты. – Прекратите. Я уже здесь. Ну, что скажете, господин барон?

Я отрицательно покачал головой и она тут же сделала знак трем орочкам удалиться.

- Странно, что ни одна из моих девушек вам не понравилась, - дождавшись когда последняя из её воспитанниц скрылась за дверью, несколько разочарованно произнесла Ледана. - Что не так с последними?

- Не сочтите за грубость, но они чрезвычайно глупы, - я жестом пригласил госпожу Карру присесть со мной рядом на один из диванов. – Конечно ваши орки красивы, но в общении просто деревенщина. Поверьте, тот вельможа, о котором ранее шла речь, не является поклонником пастушек.

Ледана недовольно скривила губы, что, однако, нисколько не испортило ее прелестного личика, но спорить не стала.

- Скажите, любезная госпожа Карра, неужели это все, что у вас есть? – поспешил я сгладить впечатление от последних слов. - Мне говорили, что ваш дом полон экзотических красавиц. И действительно, их здесь хватает, но никак не в том количестве, в каком я себе представлял по пути сюда.

К моему удивлению, эта безобидная реплика вызвала на лице хозяйки дома неожиданную реакцию - оно исказилось гневом, а в глазах на миг вспыхнули злые огоньки. Впрочем, рыжеволосая Ледана тут же взяла себя в руки и мило мне улыбнулась.

- Вы не будете против, если ваш телохранитель оставит нас на время, господин барон? Ведь, как видите, вам здесь ничего не угрожает.

Жестом приказал Ошису покинуть комнату. Людоящер послушно вышел и аккуратно прикрыл за собой дверь.

- Я могу быть с вами полностью откровенной? – спросила Ледана и, получив мое молчаливое согласие, продолжила: - Дело в том, уважаемый господин Савор, что вот уже полгода как в мой дом не поступает новых невольниц.

Я изогнул бровь, демонстрируя удивление.

- Что вы хотите этим сказать? Неужто госпоже Ледане Карре отказано в свежих рабынях?

Она согласно кивнула, затем кончиком языка облизнула пухлые губы, немного придвинулась ко мне, слегка наклонилась вперед и быстро заговорила:

- Вы правы, господин барон. Именно это я и хочу сказать. Примерно около полугода назад невольничий рынок Гвероша перестал быть мне полезным. Уже долгое время я не могу выпросить себе даже какую-нибудь разнесчастную крестьянку, хотя раньше мне не отказывали в просьбах и отдавали всех, что я желала.

- Это как-то связано с боевыми действиями в степях? – поинтересовался я. – Куда же деваются пленные, коих, по моему представлению, должно быть очень много?

- Да, да, - яростно закивала нахмурившаяся красавица. – Связано, еще как связано. С тех пор как в Дроал прибыл герцог Витадью, этот проклятый мальчишка, по непонятной причине пользующийся полным благоволением нашего государя, мои дела стали совсем плохи.

«Пользовавшийся», - подумал я, памятуя о кончине короля Бастарика в орских степях и приказе правителя Хвадии об этом не распространяться. После того, как мы лучше узнали Зараба и Сарима, мне не приходится более сомневаться в их рассказе про последние дни жизни короля приграничной страны.

- Позвольте, - задумчиво произнес я. - Вы думаете, что все пленники теперь достаются герцогу?

- Все, абсолютно все, - подтвердила она. – Рабы с трех невольничьих рынков Лередии поступают в полное распоряжение людей этого чужеземца. Сижак Басар, лучший из моих торговцев, в обязанности которого входит покупка девиц, даже имел из-за этого ссору с господином Литкой! Вы представляете? Ему пришлось, по моей просьбе, выпрашивать у того хоть какую-нибудь оборванку, но и в том было отказано. В кои-то веки моему человеку пришлось вернуться ни с чем. После этого я отправляла к Литке своих людей еще три раза, но, как и в первый, они ничего не смогли добиться.

Я изобразил сочувствие.

- С тех пор я продаю лишь тех, кто у меня остался еще с весны. Нет, я не бедствую, как вы можете подумать, господин Савор, но если дела так пойдут и дальше, то мне придется перестать заниматься тем, что нравится, и превратиться в какую-то домоседку. Чего мне, скажу вам честно, совсем не хочется. И эти бедные девушки! Вы представляете, что с ними будет? Я, например, думаю, что ничего хорошего их не ждет.

Тут я удивился по-настоящему.

- Да, я понимаю, - заметив мою реакцию, улыбнулась Ледана Карра. – Вы думаете, что я торгую живыми людьми и что мне абсолютно не важна их судьба, но уверяю вас, это не так. Вы бы видели несчастных девчонок до того, как они попали ко мне. Грязные, завшивленные, с руками, ободранными о кандалы. У меня девушки расцветают и хоть и остаются в неволе, все же живут намного лучше, чем другие рабыни, брошенные в клетках либо используемые на тяжелых работах. А об отправленных в дома удовольствий вообще не стоит вспоминать, вы и сами все понимаете.

Как ни странно, складывалось впечатление, что она говорит искренне, и это невольно располагало.

- Не будет ли наглостью с моей стороны попросить вас замолвить за меня словечко перед вашим государем, господин Дирани? - продолжила Ледана. – Мне нужны рабыни. И уж если здесь для меня все так печально, то я могу попытаться наладить регулярные закупки в Длии, где есть несколько крупных невольничьих рынков. Я была бы вам признательна, если бы мои люди могли забирать у ваших торговцев по несколько наиболее привлекательных девиц с каждого поступления. Это поможет вернуть мои дела в прежнее русло, а в благодарность я через некоторое время смогу предложить вам лучшую из них совершенно бесплатно. Устраивает ли вас мое предложение, господин Савор?

Хм… Интересно. Первый раз в жизни мне хотят дать взятку девушкой.

- Заманчиво, - сказал я. – Я подумаю, как донести вашу просьбу до влиятельных господ столицы и, считаю, что ее удовлетворение не будет уж очень большой проблемой.

После данного обещания хозяйка дома заметно расслабилась и вроде как даже слегка повеселела.

- Однако я хотел бы сначала разобраться с торговлей на месте, - небрежно произнес я, откинувшись на спинку дивана. – Меня огорчает ваше положение, а потому появилось желание вам помочь уже сейчас. После нашей с вами беседы я решил посетить Гверош, чего ранее в моих планах не было. Не подскажете – к кому мне следует обратиться там, чтобы попытаться выяснить причину отсутствия продаж вам рабынь на местных невольничьих рынках?

Ледана на мгновение задумалась.

- Самым верным решением будет спросить об этом у господина Литки. Однако, сразу предупреждаю вас, барон, он отвратительный человек. Не верьте ему на слово, не поворачивайтесь к нему спиной если случайно его чем-нибудь заденете. Господин Ажерий Литка следит за невольничьими рынками Гвероша уже более десяти лет и, говорят, занял эту должность пройдя долгую дорогу по трупам и отравив своего предшественника. Он жесток и коварен. Прошу вас не забывать этого когда будете общаться с ним.

Я пообещал запомнить ее напутствия. Показав, что разговор закончен, я встал с дивана. Она поднялась почти одновременно со мной.

- Простите, господин барон, за то, что вы не нашли у меня того, что искали, но, надеюсь, теперь вы понимаете положение вещей.

- Понимаю, - подтвердил я.

- И, все же, я чувствую себя довольно неловко из-за того, что не смогла вам помочь. Может вы желаете чего-нибудь выпить? Или перекусить? Пока вы у меня дома – все к вашим услугам.

- Благодарю вас, госпожа Карра, но я сыт и мне нужно отправляться в путь немедленно. Много дел. Впрочем… у меня заболел один из друзей. Скажите, пожалуйста, нет ли при вашем дворе мага-целителя или, хотя бы, хорошего лекаря?

- Нет, - ответила она. – Целителя и лекаря у меня нет…

- Жаль, - печально произнес я.

- Погодите, я еще не закончила. Целителя у меня нет, но есть целительница. Не забывайте – в моем доме приходится лечить в основном девушек.

- Замечательно, - мгновенно воспрянул духом я. – Вы не одолжите мне ее на пару часов? Возможно она сможет поставить моего друга на ноги.

- Я уверена, что у нее получится, - на лице хозяйки дома снова появилась очаровательная улыбка. – Скажите мне только где вы остановились.

- Гостиница «Тихая обитель».

- Прекрасно. Я знаю, где это. Будьте покойны – я не забуду о вашей просьбе и отошлю свою целительницу туда в ближайшее время.

Я поклонился Ледане Карре, оказавшейся не такой, какой она представлялась мне еще до приезда на место, и вышел за дверь. За ней меня ожидал Ошис и уже знакомый нам лакей, который и вывел нас на улицу, где за время нашего отсутствия успели опуститься сумерки, а с неба густо завалил снег.

Мы как можно быстрее прошли за ворота, стараясь не обращать внимания на бросавшую на нас осуждающие взгляды толпу, отвязали лошадей, взобрались в седла и отправились в гостиницу.

Гнать не стали. Мне хотелось поведать Ошису о разговоре с госпожой Каррой, потому двигались мы неторопливо, ведя спокойный диалог. Но не успели проехать и пары улиц, как адит сообщил мне, что слышит позади нас звуки топота конских копыт. Я обернулся и обнаружил вдали группу всадников, скачущих во весь опор.

- Думаешь за нами? – спросил у ящера, невольно давая шпоры лошади. – Может кто по своим делам спешит?

- Эти люди точно повторили наш путь, - ответил Ошис, также прибавляя ходу. – Мы свернули уже дважды и они проделали то же самое. Знаешь что, Игр, мне кажется не стоит их вести за собой до гостиницы. Давай заедем вон в тот переулочек. Удобное место для ведения разговоров с людьми, преследующими путников в темное время суток.

Я счел его предложение разумным. Мы въехали в узкий переулок, на протяжении нескольких десятков метров с двух сторон огороженный глухими и высокими заборами из широких досок. Миновали половину пути и спешились.

Первым делом я попробовал как выходит из ножен шпага, а адит надел на предплечья свои шааги. Затем, запахнувшись в длинные теплые плащи, мы стали ждать, слушая легкие завывания начинающего крепчать ветра.

Долго стоять не пришлось. Прошло всего несколько секунд и в переулок влетела преследовавшая нас группа конников. Теперь не было никакого сомнения, что так торопились они именно за нами, так как завидев две спешившиеся фигуры посреди дороги, всадники сбросили темп и подъехали к нам уже почти спокойным шагом.

- «Ба! знакомые все лица!» - пробормотал я себе под нос.

Ехавший первым всадник действительно имел знакомую мне физиономию. Это был тот долговязый дворянин с кавалерийскими усами, что настойчиво требовал занять очередь во дворе дома госпожи Карры. Он, не торопясь, слез с лошади и направился к нам.

Всадники, двигавшиеся за ним, также покинули седла, правда более резво. Спутников у идущего в нашу сторону аристократа оказалось пятеро. Может друзья, может охрана - это сейчас не было важно.

Я автоматически подсчитал единицы оружия – четыре меча в ножнах и топор за поясом. У всех круглые деревянные щиты, диаметром около семидесяти сантиметров и обитые кожей. Один из бойцов, самый молодой на вид, все время после того, как слез с лошади, держал руки за спиной, что казалось весьма подозрительным. Создавалось впечатление, что парень что-то прячет, и это мне совсем не нравилось. Да и о шпаге на боку стоящего перед нами дворянина отнюдь не следовало забывать.

Мы с Ошисом молча ждали развития событий.

- Господа, - начал усатый, остановившись от нас на расстоянии трех шагов и стараясь выровнять дыхание, будто он не ехал за нами, а бежал, - не возражаете, если мы с вами проведем некоторое время в дружеской беседе?

- И какова тема беседы? – угрюмо спросил я, не ожидая от этой второй за сегодня встречи с ним ничего хорошего.

Он улыбнулся. Улыбка была насквозь фальшивой.

- Прошу меня простить, господин барон, однако мне кажется, что вы не тот, за кого себя выдаете.

Я мысленно выругался.

- И отчего это вам так кажется, любезный господин Не Знаю Как Вас Там?

Гадкая усмешка сползла с его лица и, уже не играя, он заявил:

- Граф Пакор Тинад - к вашим услугам. Я являюсь уроженцем Нарагата и барон Дирани Савор давний друг нашей семьи. Знаю я этого мальчишку как свой кинжал, и ты на него если и похож, то не сильно. Не считая того, что он уж точно никогда не появился бы в доме госпожи Карры, так как все свои деньги спускает в кости и от долговой ямы его спасает лишь то, что он пользуется милостью своего покровителя – короля нашего Притана. Вот потому я вас и нагонял – узнать, почему вы выдаете себя за моего знакомого и поинтересоваться - где он сам? Думаю, что вряд ли тебя зовут так же, как и его. Это было бы чересчур большим совпадением.

Судя по всему, усатый не врал. Если мне не изменяет память, Нарагат – это столица Длии. Города тут пока не дотягивают до наших мегаполисов, а больше похожи на крупные деревни. Так что, аристократ вполне мог видеть покойного барона еще в то время, когда он был живым. Что ему ответить? Оправдываться? В этом я не видел никакого смысла. Итак, нужно разобраться с неприятным для нас инцидентом пока в этот переулок не заглянул кто-нибудь излишне любопытный.

В голове еще полностью не созрело решение постигшей нас неприятности, а события уже завертелись в бешеном темпе.

Я бросил быстрый взгляд на Ошиса. Он понял меня без слов и мгновенно высвободил из-под плаща свои парные клинки, скинув его наземь. Я стянул свой, обернул ткань несколько раз вокруг левого предплечья, на манер щита, и одним размашистым движением обнажил шпагу.

С их стороны первым вступил в игру тот парнишка, что все время держал руки спрятанными. Как я и предполагал – он оказался единственным из нас всех, кто обладал стрелковым оружием. Когда он достал руки из-за спины - в них оказался средних размеров арбалет. Парень сразу же навел его в нашу сторону и нажал на спуск.

Болт со страшной скоростью помчался по направлению к моей голове и лежать бы мне на снегу с дырой в черепе, если бы не мой союзник. Скорее всего, наши противники ранее не встречались с адитами, а потому не предполагали какова скорость реакции у этих полуящеров. Ошис резко выбросил руку в мою сторону и снял болт из воздуха прямо перед лицом. Я поблагодарил небеса за то, что даже готовое к бою оружие адита оставляет свободными ладони.

Он посмотрел на замершую напротив нас шестерку воинов и, ощерив свою ужасную пасть, стиснул пальцы, ломая болт пополам как спичку. Уронил обломки на снег и тотчас бросился на противников как и в памятном бою с зархутом – одним большим прыжком.

С этого момента мне не оставалось ничего другого, как смотреть. И смотреть недолго. Зря эти ребята доставали свои мечи, щиты и топор. Сделать они все равно ничего не успели.

Стоящего впереди дворянина Ошис убил первым – с лёту нанеся правой рукой мощный косой удар сверху, одним движением разрубая и тонкий клинок шпаги, которым закрылся аристократ, приняв защитную дуэльную стойку, и торчавшую из кружевного воротничка шею. Голова уже мертвого благородного повисла на тонкой полоске кожи, обдавая окружающий нас снежный покров горячими алыми струями.

Не успело обезглавленное тело аристократа рухнуть на землю, как двое стоявших сразу за упавшим предводителем воинов одновременно согнулись от боли, получив по несколько сантиметров стали в животы. Силы Ошиса хватило для того, чтобы его шааги пробили и деревянные щиты, и даже железные кольчуги. Адит крутнулся на месте, вырвал погрузившиеся в тела врагов острия и, продолжая начатое движение, наотмашь хлестнул кончиком хвоста одного из оставшихся на ногах бойцов. Тот не ожидал подвоха, глядя лишь на клинки ящера, и только охнул, схватившись за разбитое лицо и падая на колени. Рядом свалился непригодившийся хозяину топор, мигом затерявшись в сугробе. Выходя из своего сложного пируэта, отведя левой рукой в сторону меч очередного горе-вояки, Ошис вогнал ему под подбородок клинки правой так, что острия вышли у несчастного из затылка на ширину ладони, сбив с макушки конусовидный медный шлем.

Ящер рывком высвободил оружие, не обращая внимания на рухнувшее тело противника, сделал шаг к катающемуся по снегу воину, недавно получившему от него удар хвостом по лицу, резко опустил руку и висок парня пронзила пара острейших клинков, пришпиливая голову к мерзлой земле. Затем пришла очередь тех двоих, что лежали в окровавленных лужах с распоротыми животами, тихо поскуливая от боли. Адит добил и их, подарив каждому в горло по удару милосердия.

По моим ощущениям на все про все у Ошиса ушло не более десятка секунд.

Я взглянул на последнего из участников. Молодой парень, что выстрелил в нас из арбалета, не убежал, увидев, как расправляются с его товарищами - тут нужно было отдать должное его смелости. И он не бросился на атакующего ящера с мечом, а дрожащими руками лихорадочно натягивал непослушную тетиву арбалета, намереваясь наложить на нее новый болт. Решив не дать ему закончить начатое, я перехватил свою обнаженную шпагу ближе к эфесу и с силой метнул ее как дротик в сторону оставшегося в живых бойца. Пролетев небольшое расстояние за долю мгновения, клинок попал ему прямо в треугольный вырез кольчуги, где шею прикрывала только материя полушубка, и пробил верх грудной клетки как игла парусину. Парень качнулся, выронил арбалет, скользнул по боку своей лошади, безуспешно пытаясь зацепиться за повод и за убегающую жизнь, после чего упал на землю и затих.

Ошис посмотрел через плечо на убитого мной противника и одобрительно ухмыльнулся. Затем вытер свое оружие о снег и поднял плащ. Я вытащил свою шпагу из тела арбалетчика, тоже тщательно отер клинок о его одежду и спрятал в ножны. Размотав так и не пригодившийся мне шерстяной щит, надел плащ обратно и взобрался на свою лошадь.

- Быстрее, уходим! - коротко бросил напарнику и дал в галоп.

Ошис не стал отставать и мы вдвоем со скоростью стрелы преодолели оставшийся отрезок до выхода из переулка, снизив темп только перед тем, как его покинуть. Там осторожно высунули головы за край забора и, убедившись в том, что за углом никого нет, поехали уже рысью. Через некоторое время свернули на другую улицу, а после еще на одну и еще.

Совсем стемнело, снег стал падать гуще, и, несомненно, к утру его толстый слой скроет любые следы. Думаю, что и трупы найдут только по оставшимся рядом с ними лошадям. Поблуждав несколько дополнительных минут и полностью уверившись, что более нас никто не преследует, мы отправились к гостинице.

Глава 10. "Тихая обитель"

В гостинице жизнь шла своим чередом – кто-то въезжал, кто-то выезжал, вверх и вниз по лестнице сновали слуги с полной и пустой посудой. Судя по повышенной активности челяди, мы с Ошисом вернулись как раз к ужину. Доброй хозяйки нигде не было видно, но оно и к лучшему, так как события последних часов к любезностям не располагали.

Первым делом я решил проведать нашего захворавшего, а лишь позже посетить «невольников».

Войдя в комнату Сарима, мы увидели его полусидящим в постели, где он, откинув в сторону край толстого теплого одеяла, кормил печеньем двух подаренных нам недавно Камией почтовых птичек. Некромант брал выпечку из стеклянной вазочки, возвышавшейся посреди остальных блюд на подносе, лежащем у него на коленях, аккуратно отламывал по небольшому кусочку и просовывал сквозь прутья клетки, которую он поставил на пузатую тумбочку рядом с кроватью. Пичуги с благодарностью клевали предлагаемые им крохи и довольно чирикали. Сам маг, исходя из количества нетронутой пищи перед собой, ничего не ел.

Встретил нас больной слабой улыбкой и сильным кашлем.

- Приветствую умирающего, - сказал я, входя в комнату и присаживаясь на стоящий недалеко от постели стул с высокой резной спинкой. – Как ты?

- Плохо, - коротко ответил Сарим и снова зашелся в кашле. – Хозяйка напоила меня какими-то травами, после чего немного отпустила лихорадка и я спал почти целый день, но до сих пор чувствую себя отвратительно.

Значит обещанная госпожой Каррой целительница пока не появлялась.

- Ничего, - ободряюще произнес я, - выздоровеешь. Не чума же.

- «Чума»? – переспросил он. – Это еще что? Какая-нибудь скверная болезнь?

- Да была у нас дома зараза одна, много народу покосила. Не возражаешь?

Я протянул руку к подносу на постели и взял с него графин с вином, затем наполнил два бокала и подал один стоявшему позади ящеру. Тот с благодарностью принял его и мы оба выпили вино залпом. Не мешкая, я налил еще две порции и те были осушены так же быстро.

- Что-то случилось? – обеспокоенно прохрипел маг, глядя на нас слезящимися глазами.

- Случилось, дорогой Сарим, случилось, - я нервно улыбнулся. – Мы тут с Ошисом немного человек на тот свет отправили. И совсем недавно. Думаю, что утром нужно уезжать, иначе застрянем здесь надолго.

- Я к этому времени вряд ли выздоровею, - некромант отложил поднос с едой в сторону и попытался приподняться с постели. – Ох, голова кружится.

Маг с тихим стоном упал обратно на кружевные подушки.

- Как я понимаю, она будет с минуты на минуту, - тихо пробормотал я себе под нос, но Сарим все равно меня услышал.

- Кто будет?

- Скажем так, посещение госпожи Карры не принесло тех результатов, на которые мы надеялись. Но я…

Мою речь прервал гулкий стук по деревянным доскам.

- Да?

Дверь открылась. В проеме стояла высокая девушка с симпатичным личиком, длинными волосами пепельного цвета и в ослепительно-белом свободном одеянии. Личико имело надменное выражение. Гостья окинула меня и Ошиса холодным равнодушным взглядом.

- Добрый вечер господа, - безжизненным тоном произнесла она. – Мое имя Скарина Атали. Я здесь по приказу Леданы Карры. Где больной?

Я мигом вскочил со стула.

- Вот он, в постели. Проходите, пожалуйста, присаживайтесь.

Целительница белым облачком степенно проплыла мимо меня и Ошиса, распространяя вокруг себя аромат лаванды, остановилась перед кроватью и обратилась к вновь закашлявшемуся и деликатно отвернувшемуся от гостьи некроманту:

- Откиньте одеяло и снимите рубашку, - ее голос можно было прикладывать к местам ушибов вместо кусков льда.

Мага отпустил очередной приступ, он поднял голову и посмотрел на пришедшую.

- Сарим? – удивленно произнесла та. – Сарим!

Целительница вдруг взвыла по-волчьи и упала на колени, обнимая больного.

Теперь пришла очередь удивиться нам с Ошисом. Мы в изумлении смотрели на то, как это бледное привидение, столь важно заплывшее в комнату, рыдает на груди нашего мага, а тот, обняв ее, гладит рукой по спине, успокаивая и что-то слабо пытаясь сказать.

Наконец, девушка перестала плакать, отпустила Сарима, выпрямилась и, все еще стоя на коленях спиной к нам, принялась вытирать слезы.

- Господа, - раздался слабый голос некроманта. – Позвольте вам представить мою кузину, графиню Скарину Атали. Скарина, познакомься, это мои друзья – Игр и Ошис Тиасаи Ла.

Исходя из того, что маг назвал пришедшей мое настоящее имя, она, по его мнению, заслуживала доверия. Если, конечно, наш друг не тронулся умом от болезни.

- Прошу прощения, господа, за минутную слабость, - молодая целительница обернулась к нам. – Дело в том, что я не видела кузена со времени разрушения Аверлосса и считала, что он погиб.

- Я тоже думал, что тебя уже нет на этом свете, дорогая Скарина, - прохрипел больной. – Ну, коли ты здесь, жива и здорова, то может сделаешь мне одолжение и вылечишь меня? Насколько я помню – ты всегда была хороша в искусстве врачевания.

- Да, действительно, что это я, - девушка поднялась с колен и встряхнула руками, будто сбрасывая с кистей невидимые капли. – Приготовься, кузен, будет немного больно.

Сарим откинул одеяло. Я помог стянуть ему рубаху и мы Ошисом замерли у двери, молча наблюдая за происходящим и стараясь не мешать.

Целительница что-то зашептала, подняла над головой свои тонкие руки, сложила большие и указательные пальцы в треугольник и через мгновение между ними образовался небольшой огненный шарик. Спокойный речитатив графини стал громче и звонче. Минуты через две она разом смолкла и резко опустила руки на голую грудь некроманта. Созданное ей миниатюрное яркое солнышко немного повисело в воздухе, затем плавно снизилось в центр сложенной из пальцев девушки фигуры и не спеша утонуло в груди больного.

Лишь только оно скрылось под кожей полностью как тело виконта изогнулось дугой словно от удара электрическим током. Долю секунды Сарим касался постели только затылком и пятками, потом упал обратно, скорчился в позе эмбриона и застонал, схватившись за живот обеими руками.

Целительница осмотрела помещение, увидала в углу медный таз, использующийся посетителями гостиницы для омовения, схватила его и ловко подсунула пациенту. Осторожно приподняла магу голову, мягко придерживая над тазом, и тут нашего друга начало рвать отвратительной на вид массой зеленого цвета. Что было удивительно, потому как последние сутки он точно ничего не ел. Продолжалось это, наверное, с минуту. Наконец виконт прекратил биться в судорогах и откинулся на подушки, тяжело дыша.

Скарина Атали убрала ставшую ненужной емкость обратно, взяла с тумбочки узорную салфетку и бережно протерла некроманту губы. После чего наполнила бокал вином и заставила Сарима выпить.

- Через некоторое время ты уснешь, - ласково произнесла она, забрав у него опустевший фужер. – А пока этого не произошло я хотела бы поговорить с тобой. Скажи, как тебе удалось выжить среди руин Академии и как ты оказался здесь?

Я кивком головы указал Ошису на дверь и мы оставили родственников вдвоем. Им есть о чем пообщаться наедине. Ящер сразу же двинул в нашу комнату, а я спустился к своим «рабам».

Когда зашел к ним увидел, что Малита спит, а Ркат сидит на соседней койке с самым угрюмым видом и вырезает на спинке кровати незатейливый рисунок маленьким ножиком.

- Как вы тут? – поинтересовался я у него. – Не обижают?

- Да нет, - орк прекратил портить имущество гостиницы, спрятал нож за пазуху, а на его лице появилась печальная улыбка, - не обижают. Скучно. Сидеть вот так, без дела.

- Зато мне не скучно, - помрачнел я и тут же поведал ему о делах дня минувшего.

Он внимательно выслушал меня и сказал:

- Утром надо уходить из города. Не дай ветер городская стража начнет копать откуда трупы. И если глубоко копнут, то мы вполне можем отправиться за решетку. Ладно бы шваль какая, но, ты говоришь, там был аристократ, а его одного хватит для того, чтобы искали тщательно.

- Мы с Ошисом пришли к тому же выводу. Да и думаю, что уж очень оружие у него приметное – легко определить хозяина по ранам.

- Ну, допустим тут ты ошибаешься, - поморщился Ркат. – Двулезвийных клинков в этой местности хватает. Чего только не изобретают кузнецы. Иногда голову ломаешь – то ли оружие, то ли инструмент садовый. Да и в первую очередь стражники будут искать хорошего фехтовальщика, того, кто работает слаженно двумя руками, предполагая, что удары наносились с двух рук. Есть такие любители синхронных выпадов. Техника сложная, но потому и ценится. Однако спешить все равно нужно, это верно. Сарим все еще плох? Не придется ли нам отправляться без него?

Я ему рассказал и о выпрошенной у госпожи Карры целительнице, и о недавней встрече родственников в комнате больного некроманта.

- Кузина? – удивился он. – И тоже маг? Ты смотри насколько непредсказуемы пути ветров. Она еще там?

- Да, оставил их поболтать без лишних ушей.

Тут от звуков наших голосов проснулась Малита.

- Милый… – сонно проворковала она, поднимаясь и протягивая ко мне руки. – Все в порядке?

- В порядке, - ответил я, с удовольствием чмокнув подставленную щеку. – Утром уезжаем.

- Так быстро?

- Твоей госпожи у Леданы нет. Так чего тянуть? Необходимо посетить Гверош. И как можно раньше. Тем более, что мы тут с Ошисом немного накуролесили сегодня.

Она с любопытством взглянула на меня. Пришлось второй раз поведать о недавних событиях.

Малита выслушала, покивала, соглашаясь с услышанным, а потом заявила:

- Нам хозяйка предлагала устроить побег, представляешь? – она тихо засмеялась.

- Побег? – изумленно переспросил я. – Хозяйка? С чего это вдруг?

- Да у нее брат, оказывается в рабстве погиб, - ответил Ркат. – Два года назад, где-то на севере. Так она нас так уговаривала бежать, пока тебя нет, что почти убедила.

- Так и бежали бы, - улыбнулся я. – Чего остались?

Малита больно толкнула меня в бок своим маленьким кулачком.

- Глупый.

- Все-все-все, - я поднял руки. – Дурацкая шутка. Но серьезно – чем дело закончилось?

- Да мы ей тут нагородили что хозяин ты прекрасный, добрый и чуткий, - коротко хохотнул орк. – Что не обижал нас ни разу, руки не поднимал, что свободу давал, а мы не ушли. Еле отбились, честно.

- Ну и прекрасно, что все закончилось хорошо, - сказал я. – Ладно, ложитесь спать – нам рано вставать завтра. Да, Ркат, утром не забудь приготовить лошадей к походу, а то уж больно подозрительно будет - рабы спят, а хозяин спозаранку самостоятельно животных запрягает.

- Слушаюсь, господин Игр, - изобразив услужливость, просюсюкал Ркат и мы втроем рассмеялись - настолько уморительно это у него вышло.

Я поцеловал на прощание Малиту, пожал руку орку и отправился назад к Сариму. По пути к нему на лестнице столкнулся с целительницей Леданы Карры, вновь принявшей свой изначально невозмутимый вид.

- Кузен спит, - предупредила Скарина мой вопрос. – И он мне рассказал о том, что с ним произошло. Я вам чрезвычайно признательна за все, что вы для него сделали.

Я слушал молча, не перебивая, опершись о перила и глядя на нее снизу вверх, так как врачевательница стояла выше на две ступени.

- Да, - она слегка замялась, - не беспокойтесь. То, о чем мне поведал Сарим, останется между нами. Желаете что-нибудь передать госпоже Карре?

- Только слова искренней благодарности, - ответил я. – Мы вам что-нибудь должны?

Она взглянула на меня так, будто я предложил ей совершить нечто кощунственное.

- Ничего не нужно. Если вы не забыли, то Сарим приходится мне родственником. Да и не будь больной им – я действовала по приказу моей госпожи и не требую платы.

Я взял ее теплую узкую ладонь в свою, нежно поцеловал и выпрямился.

- Прощайте, госпожа Атали. Спасибо, что помогли нашему больному другу.

- Еще раз не за что. Прощайте и вы.

Пепельноволосая девушка не торопясь спустилась с лестницы, задержалась перед выходом на мгновение, с помощью двух лакеев надела черную меховую шубку и покинула гостиницу.

Подождав пока за ней закроется дверь, я рванул к Сариму. Заглянул в комнату, увидел, что тот спит с самой блаженной улыбкой на устах и, успокоившись на его счет, отправился к себе.

Ошис еще не спал, а сидел за столом и чистил свое оружие при свете трех свечей. Погруженный в свои мысли, я автоматически взял тот из парных клинков, что лежал на столе, и принялся рассматривать. Несмотря на недавнюю схватку, в которой адит лупил своими железками по дереву, стали и костям, лезвия выглядели совершенно целыми, без единой зазубрины. И даже ни малейшей царапины я на них не нашел.

- У тебя на родине хорошая сталь, - наконец сделал вывод.

- На самом деле она у меня дома не сильно отличается от здешней, - не согласился со мной людоящер, продолжая полировать клинки бархатной тряпочкой. – Просто мои шааги уникальны. Подобных им нет на всем Аркатаре.

- Как так? – заинтересовался я. – Ты что же, заговорил их у какого-то знаменитого волшебника?

- Нет, - вновь отрицательно качнул головой он. – У нас считается, что магия вредит оружию и ни один воин не подпустит колдуна к своему клинку. Эти шааги мне выковал брат, прекрасный кузнец и оружейник. Много лет назад неподалеку от нашего города с неба упал небольшой светящийся кусок железа. Именно из него и сделано это оружие. Брат очень гордился результатом своего труда и подарил шааги лучшему бойцу нашей империи.

- Тебе.

- Мне, - без лишней скромности кивнул ящер. – Потому я и ценю их. Как редкость и как подарок близкого человека.

- А почему ты не используешь хвост в бою в полной мере? – спросил я, возвращая оружие на столешницу.

- Что ты имеешь в виду? – Ошис поднял на меня заинтересованный взгляд холодных желтых глаз. – Ты же сам видел, что одного из противников я хлестнул хвостом по лицу и это ему сильно не понравилось.

- Да я не о том, - задумчиво произнес я. – Видеть-то видел, но вот если бы ты прицепил к нему что-нибудь стальное и увесистое, то удары из болезненных могли бы стать смертельными.

Ошис уставился на кончик своего хвоста с таким выражением на морде, будто увидел его впервые.

- Никогда не думал об этом.

- А ты подумай, - я не раздеваясь лег на постель и закрыл глаза. – И ложись уже. Надо выспаться, потому как завтра рано утром мы бежим из города. И спрячь куда-нибудь подальше свое грозное оружие. Не нужно чтобы при отъезде оно попало стражникам на глаза.

Он что-то тихо согласно прорычал, возвращаясь к чистке.

Я полежал немного с закрытыми глазами. Сон не шел. Может доза адреналина сегодня была лишней, а может не стоило пить вино и бегать после этого по лестнице. Я снова открыл глаза и посмотрел на занятого своей работой адита.

- Ошис!

- Да? – повернулся ко мне он.

- Скучаешь по дому?

Ящер оставил свое занятие и на короткое время замолчал.

- Я не так долго путешествую по другим землям, - наконец ответил диверсант, - но да, я тоскую по Терии. Отвратительное чувство - оставлять своих друзей и семью по желанию других. Пусть это даже сам совет жрецов храма Плачущей Урры. Мне не хватает наших бескрайних песков, редких, но богатых на воду и зелень оазисов, низкого, яркого звездного неба. Знаешь, Игр, ведь у меня на родине небосвод отличается от местного. Здесь созвездия совсем другие, чужие. А видел бы ты, как прекрасны под луной наши песчаные дюны, как отражают они ее яркий свет, становясь похожими на горы серебра. А днем, когда солнце встает в зените – песок приятно обжигает ноги, а ветер свободно гуляет в пустыне, звуча как необычный музыкальный инструмент. Да, дома хорошо, дома тебе всегда рады и трудно остаться в одиночестве.

Он закончил свой рассказ с таким печальным выражением на морде, что мне его стало жаль.

- Ты это, не огорчайся так, - сочувствующе произнес я, уже жалея, что начал расспрашивать адита о крае родимом. – Вернешься. Привезешь своим жрецам то, что нужно, и будет все нормально у тебя. Женишься, адитиков благоверная нарожает. У вас же женщины рожают как у нас, верно? Или есть какие отличия?

- Как и у вас, - усмехнулся Ошис. – Ты что, не слышал о том, что ваши и наши могут вступать в брак и иметь общих детей?

Я рывком сел на кровати. Услышанное нужно было переварить.

- Друг, ты не шутишь? Это что, реально?

- Реальнее некуда, Игр. Да не делай такое лицо. На Аркатаре нет рас, которые не могли бы вместе продолжить род. Люди, дворфы, эльфы, тролли, орки. Чем мы хуже?

- Погоди, у меня, что называется, культурный шок. А гоблины?

- И гоблины.

- И много ты знаешь случаев, когда адит женился на человеческой женщине? Или наоборот?

Ошис призадумался.

- Помню как минимум два случая. Один из охранников посла Слидара вступил в брак с представительницей вашего племени. И одна из наших купчих приблизила к себе воина из народа людей.

- Но это же… - я не мог подобрать слов. – Вы же непохожи… Ну, я имею в виду – совсем же отличаетесь. Ничего себе откровение.

- Хочешь сказать, что мы уродливы? – понимающе улыбнулся адит. – С точки зрения человека?

- Ну, и мы для вас, наверное, не особенно красивы, - не стал лукавить я.

- По большей части так, но всегда найдутся любители чего-нибудь необычного. Не стоит этому удивляться.

Я подумал о том, что ящер прав. Ксенофобия вообще в этом полным новых для меня существ мире выглядела бы странно. Да и если вспомнить мою родную Землю, то и там хватало любителей необычных связей. Здесь это хотя бы с пользой – возможно продолжение рода, а дома у нас многие работали в похожих ситуациях вхолостую, заранее зная, что действия их бесполезны.

- Я думал, что ваши самки яйца несут, - стыдливо выдавил наконец я то, о чем думал ранее.

Ошис засмеялся, приоткрыв зубастую пасть, а закончив веселиться продолжил:

- Вроде птиц? Да ну брось, какие яйца. Ладно, это еще ничего. Некоторые думают, что мы выходим из горячих песков пустынь уже взрослыми. Так что у тебя еще была неплохая гипотеза.

Он сложил свое вычищенное оружие в вещевой мешок.

- Все, спи, Игр, - сказал адит и, чуть тише, добавил: - Может когда-нибудь ты побываешь в Слидаре и избавишься от неверных представлений о нашей расе.

Ошис задремал за столом, а я долго еще не мог заснуть и ворочался с боку на бок, обдумывая услышанное и не предполагая тогда, что последние слова его окажутся пророческими.

Глава 11. Рынок невольников

- Уже покидаете город, господин барон? – поинтересовался офицер, подняв вверх голову и пряча глаза от восходящего солнца под сложенной козырьком ладонью. – Так скоро?

Документы он не требовал, так как это был тот же самый военный, что и встречал нас при въезде в город. Видимо, караул здесь они несут день через день, ну или сутки через сутки.

- Дела, господин капитан, дела, - ответил я, делая грустную мину. – Нам, людям государственным, не до развлечений.

Тут я офицеру польстил – на доспехах красовались отличительные знаки лейтенанта. Ему понравилось.

- Это верно, - согласно кивнул он. – Однако, я не вижу прибавления в вашем отряде. Виконт, охранник из адитов и двое грязных орков. Что же, раздобыть девицу у госпожи Карры не удалось?

Я стиснул зубы, но взял себя в руки и позволил себе мило улыбнуться ему в ответ.

- К сожалению, не всегда все выходит так, как нам того бы хотелось. Не нашлось пока у нее нужной нам красавицы. Ну, а как ваша служба солдатская? Нелегка, как и прежде?

- Ох, не говорите, господин барон, - тоскливо протянул он. – Тяжело. Мороз пробирает до костей, но кому-то же надо стоять в карауле.

Разговор с военным задерживал, но как бы нам не хотелось - не удалось проскочить ворота Бириги по-быстрому. Офицер скучал, ему хотелось пообщаться с кем-нибудь, кроме сослуживцев. Тем более, что они все здесь были ниже его по званию.

- Хотя, вы знаете, господин барон, то, что вы так быстро уезжаете – может и к лучшему.

- Что так? – неподдельно заинтересовался я.

- Да вот, - лейтенант приподнял шлем грязной пятерней и поскреб в затылке, - нынешней ночью снова кого-то из господ приезжих порешили.

Я напрягся, невольно посмотрел на Ошиса, но мигом отвел взгляд, вернулся к офицеру и переспросил:

- Снова? Что ж, часто убивают?

- А то! Господа от этих девок ледановских совсем с ума посходили. Мало того, что днями готовы у нее под дверями торчать как колышки, так еще и режут друг друга от скуки почем зря. И недели не проходит, чтобы не подрались из-за очередности. Вот и сегодня утром обнаружили в одном из переулков тело господина Тинада. Кстати, земляка вашего, из Длии прибыл. Не знали его?

- Что-то слышал, - не стал сразу отрицать я. – Вроде из графьев.

- Вот-вот, он самый, - обрадовался военный. – Тоже за красавицей приехал, а теперь отвезут домой одного. И голову рядом евонную. Хотя не самого, конечно, там и охрана живой не осталась.

Значит, нашли. Хорошо еще, что на нас не думают и город мы, вроде, покидаем спокойно. Выходит, что не закрывают его по такому, как оказалось, пустяку.

- Тысячеокий забирает лучших, - с самым печальным видом произнес я.

- Прекрасные слова, господин барон, - восхитился офицер и отпустил наконец повод моего коня, который он ловко схватил до этого, не давая животному двинуться вперед. – Что ж, не буду больше вас задерживать. Приезжайте к нам еще. Может раздобудет госпожа Карра вам суженую до того времени. Удачной дороги!

Припомнив как обстоят дела на данный момент у местной продавщицы девушек, я подумал, что будь так – это случилось бы не скоро, попрощался с назойливым военным и не спеша отъехал от городских ворот.

Рядом со мной скакал молчаливый Сарим. Молчаливый потому, что я строго-настрого запретил ему открывать рот без необходимости, чтобы, не дай бог, снова не заболел. Хотя он и выглядел после сна бодрым и совершенно здоровым вследствие вчерашнего лечения целительной магией кузины. Сразу за нами ехал Ошис, а позади него Ркат с Малитой.

Перед тем, как покинуть гостиницу, мы запаслись припасами на три дня пути. Именно столько и заняла дорога до Гвероша, которую нам удалось проехать без приключений. Уже километрах в пяти от Бириги путников встречал небольшой лесочек, скорее похожий на парк, чем на полноценную чащу. Видимо, местные дровосеки с годами проредили дубраву, добывая древесину для города. Да и крестьяне из окружающих селений внесли свою посильную лепту.

Сквозь лесок проходила довольно удобная дорога, не узкая, но и не сильно широкая– как раз такая, чтобы не задевая друг друга здесь могли разминуться две кареты.

Проехал наш отряд эту рощицу за полдня, а все остальное время нас окружали лишь заснеженные поля да редкие деревеньки, в которых мы останавливались на ночлег, оплачивая постой и ужин серебром, а иногда и золотыми монетами, редкими у местных жителей, а потому желанными. И позволявшими крестьянам закрывать глаза на не совсем обычных постояльцев.

В начале третьего дня путешествия на горизонте показались стены нужного нам населенного пункта, а ближе к полудню мы подъехали к перекрестку четырех дорог. На обочине красовался покосившийся указатель из потемневшей от времени широкой доски с нанесенной углем на ней надписью «Гверош», повернутый заостренной стороной в направлении города.

Тут же, на этом самом перекрестке, мы впервые столкнулись с признаками специфического для данных мест товара.

В придорожной канаве лежал почерневший труп, наполовину засыпанный снегом. На теле виднелись остатки ветхого рубища, а руки заиндевевшего мертвеца были закованы в ржавые кандалы, так и не снятые с него после смерти.

- Покойник, - побледнев, произнес Сарим.

- Ну да, мертвяк, - хмуро подтвердил Ркат. – Чего ты так реагируешь? Вроде же твоя основная специализация.

- Меня взволновало не само тело, - недовольно посмотрел на орка маг, - а то, что с ним было до этого. Несчастный человек.

- Да-а, - задумчиво протянул я, стараясь не смотреть на уставившегося в небо пустыми глазницами мертвеца, - участь этого бедолаги незавидна.

- Здесь это просто имущество, - холодно рассудил кутающийся в теплый плащ Ошис. – Одни люди продают других людей третьим, совершенно не интересуясь мнением этих самых других.

Малита не сказала ничего, а просто проехала мимо, бросив на тело на дороге лишь мимолетный взгляд.

Дальше особенности здешней торговли стали попадаться нам на каждом шагу. В город тянулись вереницы низких, длинных повозок с установленными на них клетями, наполненными полуживыми людьми. Скрипели телеги, рабы прижимались друг к другу, пытаясь согреться, тянули на себя редкие грязные шкуры, брошенные им для того, чтобы те не сдохли раньше времени. Повсюду раздавались ругательства и смех работорговцев, горький плач невольников, иногда то тут, то там слышался свист кнута и чей-нибудь болезненный вскрик. Жуткое зрелище для непривычного взгляда. Хвала небесам, что хоть замерзшие трупы в канавах при подъезде к стенам нам более не попадались. Либо их здесь быстро убирали, либо запрещали выбрасывать и заставляли увозить в другое место.

У ворот в город нас встретило настоящее столпотворение: повозки тут стояли в несколько рядов, ожидая проезда в Гверош, торговцы и солдаты препирались с караульными, многие из рабов продолжали причитать и плакать. Свежий морозный воздух сменился вонью большого количества немытых тел и конского навоза.

Потратили мы у въезда в город часа два, не меньше. Все это время заняться нам было абсолютно нечем, кроме как разглядывать развернувшуюся перед глазами картину. Я обратил внимание на то, что посреди сидящих в клетках попадаются не только представители рода человеческого. С того места, где нам пришлось остановиться, заметил нескольких орков, гоблинов, эльфов и даже разглядел несколько дворфов с взлохмаченными бородами, хоть они и не сильно выделялись благодаря невысокому росту.

- Что же это, они и союзниками торгуют? – с удивлением спросил я у Сарима.

- Уголовники, должники или предатели, - пожал плечами некромант. – Эльфов, скорее всего, выкупит кто-нибудь из их же народа. Так чаще всего и бывает. Как и дворфов. Они не позволят, чтобы соплеменники подвергались издевательствам со стороны людей. А вот оркам сейчас придется несладко. Им предстоит на своей шкуре ощутить успевшую накопиться ненависть местного населения.

Зеленых гигантов среди невольников было меньше остальных. Как бы ни шли сейчас дела в степях – большинство из них, видимо, сдаваться на милость врага не желали. Почти у всех, виденных нами орков, на телах были несвежие повязки - у кого перемотана голова, у кого грудь, у кого живот, у кого иные части тела. Скорее всего, доставались лередийцам сородичи Рката, в основном, ранеными или в бессознательном состоянии. Вслух я отметил данное наблюдение.

- Да, - тихо подтвердил мои догадки из-за спины орк, - это у нас не в чести. Уверен, что многие из тех, кто выжил, в скором времени помогут уйти из жизни себе самостоятельно, забрав, по возможности, с собой и будущих хозяев.

- Почему же тогда их, все же, уводят в рабство? – поинтересовался я. – Если они так ненадежны? Лередийцы что, об этом не знают?

- Знают, конечно. Только торговцы не хотят терять деньги, а покупатели считают, что их охрана поможет обуздать строптивых дикарей.

- Самодовольство приводит к гибели, - спокойно произнес Ошис. – Глупо этого не знать. Опасных врагов надо убивать на месте, пока есть такая возможность.

Я и Ркат молча кивнули, согласившись с высказыванием мрачного ящера.

- Странно, очень странно, - вдруг еле слышно проговорил себе под нос Сарим.

- Что именно ты находишь странным? – полюбопытствовал я.

- Все телеги, что идут из города – пусты, - нахмурившись, ответил некромант.

Я присмотрелся к тем повозкам, что показывались из створа ворот и выезжали нам навстречу. Действительно, все они шли из города порожняком.

- И почему ты находишь это удивительным?

- Обычно кто-то да выезжает с покупками, - сказал Сарим. – Потому я и говорю – странно все это.

- Эй, вы! – внезапно окликнули нас с поста, прервав нашу беседу. – Да, вы! У вас сколько телег?

Я повернулся на окрик солдата, удостоверился, что он обращается именно к нам и ответил:

- Ни одной.

- А, повидать наш славный город, - понимающе произнес военный со знаками сержанта. – Ну так подъезжайте. Быстро вас оформим и отпустим. Чего вам все эти обозы пропускать?

Мы подъехали к понятливому постовому, я представил нашу пятерку и в который раз продемонстрировал документы на перемещение по Лередии.

- Господин барон, - услужливо произнес солдат, разглядевший цепь на моей груди, – я понимаю, что вы у нас, возможно, не просто так, но за ваших двух рабов придется заплатить пошлину - по семь медяков. Что поделаешь – закон есть закон.

- Закон есть закон, - эхом повторил я и протянул постовому серебряную монету. – Сдачи не надо. Выпей вечером за мое здоровье.

- Уж это непременно, ваше благородие, - мигом обрадовался старый солдат. – Благодарю покорно.

- Не стоит. Ты лучше подскажи где бы нам остановиться на несколько дней. Нас с виконтом вполне устроит место без вшей и клопов. И где, ко всему прочему, неплохо кормят.

- А что ж? Подскажу. Езжайте, господин барон, по главной улице до площади Седых Отцов, а там увидите гостиницу «Виноградная лоза», большое желтое здание в три этажа, оно одно там такое. Приличное заведение, сброд всякий не пускают.

- Весьма признателен вам за совет, сержант.

- Рад служить, ваше благородие, - широко улыбнулся бравый вояка и бросился криками разгонять своих подчиненных: - Эй, вы, остолопы! А ну прочь! Дайте проехать благородному господину!

Те живо расступились в стороны и мы, наконец-то, въехали в Гверош.

В городе стоял все тот же неприятный запах. Благо грязная дорога, по которой тянулись бесчисленные повозки, уходила в сторону от ведущей на нужную нам площадь и вскоре воздух значительно посвежел, уже можно было вдыхать его полной грудью, не морща нос.

В гостинице, которую мы нашли без труда, встретили нас не так приветливо, как в Бириге. Видимо, здесь персонал привык к частой смене посетителей и потому особо не отягощал себя приличными манерами. Челядь держалась с гостями бесцеремонно, почти грубо, хозяин к нам не вышел, всем занималась его жена. Она просто взяла деньги да приказала слуге показать нам комнаты и помещение для рабов, оказавшееся тесной коморкой с крепкими запорами и стальными цепями внутри. Селить в ней Рката и Малиту я не захотел.

С дороги мы успели отдохнуть еще под стенами замка, так что в гостинице только искупались и, так как на улице стоял белый день, решили проведать господина Ажерия Литку уже сегодня. Оставили наименее ценные вещи и почтовых птичек в комнатах, лошадей в конюшнях и отправились на встречу с главным работорговцем города Гвероша.

Несмотря на то, что в этот раз мы решили прогуляться пешком, искать долго не пришлось. Потребовалось всего лишь вернуться до той развилки, где поставщики живого товара сворачивали вправо, и спросить у первого попавшегося из них вероятное местонахождение нужного нам человека.

Телеги, груженые невольниками, тянулись до самого горизонта просто-таки бесконечно. Одна за другой, в сопровождении воинов, они направлялись куда-то на восток. Сарим сказал, что, насколько ему было известно, в той стороне находился гверошский порт, и недалеко от него расположился крупнейший в Лередии рынок рабов. Другая же вереница точно таких же повозок, только совершенно пустых, возвращалась на запад, к главным городским воротам.

Мы прошли примерно с полчаса вдоль этого оживленного средневекового шоссе и наконец прибыли на просторную площадь.

Рынок, к которому привела нас дорога, не сильно отличался от остальных подобных мест. Здесь было очень шумно, как и всегда, когда на небольшом пространстве собирается в одно время много людей. Собрались они, правда, не у прилавков, пестрящих разнообразными товарами, а вокруг одного из помостов, возвышающегося посреди толпы. Тут, также, было с двадцаток других подобных сооружений, пониже, но они простаивали без дела. Чему снова немало удивился Сарим. Телеги с опустевшими клетями и притянувшие их сюда кони сгрудились по всему периметру площади. На горизонте, в противоположной стороне от той, с какой мы прибыли, виднелись высокие мачты множества кораблей. Отсюда они казались тонкими, расплывающимися в белесой дымке, похожей на туман. Действительно, как и говорил наш маг, до порта было не так уж и далеко.

На высоком помосте, о котором я упоминал ранее, бойко шла торговля. Невольников здесь предлагали поодиночке и группами. Вот сбыли одновременно дюжину крепких мужчин и, едва освободилось место, туда завели семь человек, через петли на ошейниках которых проходила единая ржавая цепь.

- Дам три золотые монеты за твоего орка! – вдруг выкрикнул кто-то над самым ухом и я резко повернул голову на источник выделившегося посреди шума толпы громкого звука.

Передо мной стоял невысокий человечек с лицом будто сплющенным с боков. Выступивший вперед лоб, длинный нос, острый подбородок. Одежда свободная, похожая на женское платье, серого цвета. Мне данный субъект своим видом напомнил крысу, из тех, что я встречал на улицах городов Аркатара.

Он пытливо уставился на меня своими маленькими глазками, показал перед собой три оттопыренных пальца и почти по слогам повторил:

- Три. За орка.

Остановившись рядом с Ркатом, крысенок бесцеремонно попытался охватить у того бицепс обеими ладонями, но это у него не получилось. Не сильно расстроившись, неожиданный покупатель одобрительно хлопнул невозмутимого гиганта по плечу и, повернулся ко мне.

- Ладно, четыре! Он того стоит.

- Не продается, - недовольно процедил я сквозь зубы, едва сдерживаясь, чтобы не впечатать типу его длинный нос поглубже между глаз-бусинок.

- Хорошо, хорошо, - улыбнулся недомерок, показав ко всему прочему еще и набор наполовину сгнивших зубов. – Пусть пять! И двадцать серебряных. Но это последняя цена, учтите.

- Не отдам его ни за какую сумму. До свидания.

- Отчего-же так категорично? – брови назойливого человечка театрально поднялись вверх. – На предлагаемые деньги вы сможете приобрести двух мужчин, а мне этот орк уж очень необходим. Может, все-таки уступите его? Пять золотых монет и еще двадцать серебром. Не за каждого я предлагаю столько, будь он хоть трижды орком! Отменный экземпляр, скажу я вам, только поэтому. Видите, я даже не стараюсь сбить цену.

- Ошис, - тихо произнес я. – Убери его.

Людоящер аккуратно приподнял горе-покупателя за шиворот, развернул на сто восемьдесят градусов и поддал коленом под зад. Тот, ойкнув от приданного ему пинком внезапного ускорения, влетел в пеструю толпу галдящих покупателей.

- Где может быть этот чертов господин Ажерий Литка? – раздраженно произнес я. – Давайте уже пойдем отсюда, а не то меня вырвет сейчас прямо на их разноцветные халаты и камзолы.

- Он должен быть где-то там, - Сарим указал в сторону помоста. – На аукционе главному необходимо присутствовать.

- Ну так пошли. Чего стоим?

И не давая словам разойтись с делом, зашагал туда, куда ткнул пальцем некромант, стараясь при этом не упускать из поля зрения Малиту и Рката. Ошис, как свободный, если что сможет позаботиться о себе самостоятельно, а от орков с их ошейниками может снова придется кого отгонять.

Хвала небесам, больше никто на моих «рабов» не позарился и мы без приключений влились в многочисленный гомонящий народ, окруживший помост, что был на пару метров выше, чем пустовавшие, какие нам довелось увидеть раньше. Настойчиво поработав локтями, я нагло пробрался в первые ряды.

Зрелище, открывшееся моим глазам, впечатлило. Мало того, что настил сколотили из светлого, почти белого, дерева и украсили фигурной резьбой, так еще и рядом с ним стояло сооружение вроде невысокой вышки, с расположенным на ней огромным креслом, неким подобием трона. От вышки до земли шли широкие ступени, на которых разместилось несколько человек, а в самом кресле сидел огромный лысый мужчина, просто-таки утопающий в складках жира. От толстой шеи и до носков сапог он был укутан теплыми цветными покрывалами, нисколько не скрадывающими, однако, необъятную фигуру. Лицо его было бесстрастным, а в правой руке он держал золотой кубок, инкрустированный драгоценными камнями, к которому время от времени лениво прикладывался.

Соединенных одной цепью семерых мужчин уже продали и сейчас в центре помоста стояла девушка. Смуглая, стройная и совершенно обнаженная, невзирая на начинающий уже крепчать мороз. Грязная шкура какого-то зверя, согревавшая ее до последнего момента, теперь лежала на светлых досках настила, и рабыня дрожала как осиновый лист. Впрочем, это мало волновало собравшихся.

- Представляю вашему вниманию красавицу с Аттельских островов! – запел между тем стоящий рядом с девушкой мужик, бородатый, загорелый и, в отличие от нее, одетый в теплый полушубок. – Взята в плен на личном корабле совершенно недавно. Отдам за пятьдесят золотых.

- Да какое недавно?! – раздался из толпы чей-то крик. – Девка же тощая как курица! Видно, что есть ей долгое время не давали почти! Ты что, голодом ее морил?!

- Хорошо кормили ее! – отчего-то мигом стушевался, но не сдавался бородач. – Такую и схватили! Из благородных госпожа, а они всегда тощие!

- Да что ты врешь? – зазвучал уже другой голос. – У нее же ребра видны! Скелет, кожей обтянутый!

- Да не ела она почти ничего сама, - пошел на попятную под таким напором торговец. – Вот что ни давали – не хочет. Все носом крутит.

- Не бил? – вдруг спросил толстяк с вышки.

Задал вопрос он негромко, едва перекрыв шум собравшейся под ним толпы, но вокруг помоста мигом воцарилась тишина.

- Да как можно товар-то портить, господин Литка? – возмущенно отозвался бородатый. – Пальцем к ней не притронулись, Тысячеокий мне в свидетели! Сама она это. Не ест, ничего делать не хочет, целыми днями лежит только.

На протяжении всего разговора, во время которого обсуждали рабыню, та стояла молча, выпрямившись как молодая березка, лишь стала сильнее подрагивать от холода.

- Ладно, - снова сказал толстяк, оказавшийся тем самым Ажерием, к которому мы явились, - заберу у тебя ее за тридцать монет.

- Как за тридцать? – ахнул торговец. – Да ей самая малая цена пятьдесят!

- Тощая, - ответил господин Литка, отдал кубок кому-то из слуг, поднял перед собой пухлую ладошку и принялся по одному загибать пальцы, похожие на сардельки. – Ленивая, сам сказал, что она ничего делать не хочет. Из благородных, а такие ничего не умеют. Желает умереть. Но ничего, это, как раз, нам знакомо, с этим мы как-то справимся. И, наконец, замерзнет сейчас и, вероятно, скоро окочурится. Ну, так уж и быть, возьму. Беру в убыток, учти. Ладно, хорошо, принимая во внимание то, что ты потратил на ее доставку сюда столько трудов – тридцать пять золотых. И не более. Добрый я сегодня.

Торговец заметно расстроился, но согласно кивнул и перечить не стал, а тотчас принялся укутывать рабыню в шубу, какую он резво схватил с настила, едва услыхав о том, что цена упала потому, что девушка может заболеть.

На помост со стороны кресла Ажерия вышел среднего роста мужчина с окладистой бородой и длинными черными волосами, одетый в толстую шубу, белую с рыжими пятнами, и подал торговцу туго набитый кошель. Тот принял деньги, поклонился, глядя на господина Литку, и подтолкнул еле державшуюся на ногах девушку к вышедшему. Длинноволосый сделал знак стоящим позади двум воинам в сверкавших на солнце кольчугах и они, подхватив покупку под руки, увели ее с помоста. Торговец спустился с обратной стороны.

- Следующий! – проорал кто-то из ближайшего окружения толстяка.

И тут же на то место, где только что стояла хрупкая красавица, вывели дворфа. Широкоплечий, грязный, в разорванной одежде, закованный в новенькие кандалы по рукам и ногам, он ненавидящим взглядом принялся осматривать орущую вокруг помоста толпу. На лице кровью наливался свежий рубец – след удара бичом – пересекавший слева направо покатый морщинистый лоб. Двое мускулистых воинов держали свободные концы идущих от карлика цепей и невольно пошатывались, когда он двигался.

- Расла гар Садда! – объявил вышедший с рабом худощавый торговец. – Воин, ушедший в степи орков с нашими солдатами, убивший четырех лередийцев в кабаке в пьяной драке и пытавшийся после этого скрыться. Пойман на границе. Сильный, выносливый. Хорошо будет работать. Отдаю за пятнадцать золотых монет!

Я посмотрел на господина Литку. Он принял вновь наполненный кубок из руки одного из слуг и скучающим взглядом смотрел на дворфа.

- Хм, враг, конечно, но пользу нам принес, - тихо прошептал мне в ухо стоящий за правым плечом Ркат. – И видно, что не трус.

Я рассеянно кивнул, соглашаясь. Всем моим вниманием сейчас завладел местный управитель.

- Десять золотых, - вновь прозвучал безэмоциональный голос господина Литки и его черноволосый помощник привычно отсчитал озвученную сумму.

Хозяин дворфа покинул помост с выражением разочарования на лице, так же, как и продавец девушки ранее, но тоже пререкаться с Ажерием не стал.

- Да что же это такое? – пробормотал молодой некромант, глядя на то, как уводят угрюмого карлика. – Почему покупатель один? Сам владелец рынка? Обычно здесь, как я слышал, охочих до невольников хоть отгоняй - ссорятся, толкаются, каждый себе хочет урвать раба получше.

- Подумаем над этим позже, - сказал я, - Сарим, что скажешь по поводу того толстого господина?

- Полагаю, что мы к нему пойдем вдвоем, - взглянув на Ажерия, ответил маг. – Говорить буду я, чтобы ты нигде не совершил ошибки. Ошиса оставим с Ркатом и Малитой, дабы не раздражать господина Литку присутствием рабов, помимо всего прочего сейчас являющихся, также, врагами королевства.

- Хорошо. Как скажешь. Дождемся конца этого представления и попробуем с ним пообщаться.

Ждать пришлось долго, почти до сумерек. На помост для продажи по одному выводили рабов, господин Литка озвучивал суммы, торговцы сбывали людей и нелюдей за устраивавшие или не устраивавшие их деньги, но никто из продавцов не забрал свой товар обратно. За то время, что мы находились здесь, господин Ажерий Литка приобрел всех продаваемых невольников. Самым недорогим приобретением, увиденным нами сегодня, оказался ветхий старик, сгорбленный и древний как сама земля. Какой-то ученый, как уверял его бывший хозяин. За него выручили восемь золотых монет.

Значит, тот тип с крысиной мордой все-таки пытался меня обжулить, потому что Рката, судя по местным расценкам, здесь приобрели бы куда дороже, чем за предлагаемые тем деньги. Вот же скотина. Заметил, видно, что я тут первый раз, каким-то чутьем определил своим крысиным. Возможно по тому, как крутилась из стороны в сторону моя голова, с любопытством разглядывая местный колорит. Ну да и черт с ним.

Даже когда стоящий рядом с Ажерием длинноволосый объявил, что на сегодня рынок закончен и проданных, и не проданных невольников принялись загонять в деревянные бараки, естественно разные для тех и других, где им предстояло провести ночь, то и тогда до господина Литки пробиться было невозможно. Его плотным кольцом окружили просители, свита, слуги. Толстяк действительно оказался человеком занятым, а не просто отбывал на рынке время. Пришлось запастить терпением и подождать еще. Ну да за сегодняшний день это стало для нас уже привычным.

Наконец, когда Ажерия более или менее оставили в покое и он сидел лишь в окружении десятка воинов, примерно такого же количества слуг и нескольких аристократов, я в сопровождении Сарима поднялся к работорговцу.

Глава 12. В гостях у работорговца

- Приветствуем достопочтимого господина Литку, - первым, как и обещал, заговорил Сарим. – Позвольте представиться – виконт Дабир Карат и барон Дирани Савор, являющийся послом Его Величества Притана Длийского. Не уделите нам несколько минут вашего драгоценного времени?

Я отметил про себя, что назвался некромант вымышленным именем, возможно полагая, что главному работорговцу Лередии могут быть известны настоящие имена двух бежавших с поля битвы магов. И это было вполне разумно с его стороны.

Толстяк осматривал нас проницательным взглядом на протяжении, примерно, минуты. Глаза его при этом стали узкими как лезвия опасных бритв.

- Ажерий Литка, – наконец произнес он с легкой неприязнью в голосе. – Управляющий торгами невольников в городе Гвероше. Чем могу вам быть полезен, господа хорошие?

Или он всегда в такой манере говорит с незнакомцами, или устал и потому раздражен. А может досаду вызывает неблагородное происхождение, не позволившее ему сейчас добавить к имени титул. Ну, да это в данный момент не самое главное.

- Мы бы хотели приобрести рабов для постройки дома, - ответил Сарим. – Две дюжины крепких мужчин, думаю, для первого раза нам хватит.

- В Длии закончились рабы? – все так же неприязненно спросил Ажерий. – Неужели для их покупки господину послу пришлось пересечь половину Лередии?

- Дом предполагается строить в окрестностях Дроала, - невозмутимо продолжил некромант. – Недалеко от Золновки, если вы знаете те места. И наиближайший к ним рынок невольников находится здесь. Мы бы не стали Вас беспокоить, господин Литка, однако нам, отчего-то, не удалось приобрести здесь никого самостоятельно. Всех рабов скупили вы.

Толстяк помолчал с полминуты, а затем заявил:

- Вещей у нас вы не купите. По указу короля Бастарика все невольники приобретаются для нужд государства.

- Как так? – поразился Самир. – Неужели я не могу получить хотя бы десяток?

- Ни одного! – отрезал толстяк. – Как бы мне не хотелось вам помочь, но я этого сделать не могу, не нарушив упомянутый мною ранее указ его величества.

Маг на время замолчал, а я, воспользовавшись заминкой, вмешался в разговор:

- Господин Литка, позвольте тогда узнать – куда невольники поступают после того, как вы их скупаете? Может, мы сможем приобрести их там?

- Исключено, - лениво процедил сквозь зубы местный управляющий. – Даже я не знаю, куда отправляются корабли, на которые мне приказано грузить рабов.

Толстяк врал. Это было заметно по выражению его лица и глазам, все время норовившим глядеть куда-нибудь еще, только не на нас с Саримом.

- Уверен, что вам будет лучше вернуться в Длию, - Ажерий для себя уже решил закончить разговор. – Был рад познакомиться с вами, господа, а теперь прошу меня простить – мне нужно отправляться домой. Я устал. Сегодня тяжелый день.

И, отвернувшись и не обращая на нас никакого внимания, приказал одному из слуг собираться.

Мы с некромантом удивленно переглянулись, но нам больше ничего не оставалось как спуститься со ступеней и вернуться к своим.

- Это просто унизительно, - всю дорогу до наших друзей бормотал себе под нос Сарим. – Мало того, что нам отказано – и как отказано! – так еще общаться так с благородными! Этот господин Литка или очень смел, или находится под покровительством кого-то чрезвычайно влиятельного, иначе бы его давно вызвали бы на поединок или же убили на месте как собаку.

- А еще он врет, - задумчиво произнес я, когда мы уже подошли к Ошису, закрывавшему собой Рката и Малиту от посторонних взглядов.

- Кто врет? – заинтересовался орк, едва мы оказались рядом. – Этот толстяк? А что именно вы у него спрашивали?

- Пойдемте в гостиницу, а по дороге и поговорим, - проворчал людоящер. – Уж больно здесь выделяемся. Темнеет. Все уже разошлись.

Мы коллективно поддержали разумное предложение хвостатого товарища и тут же покинули рынок. Перед тем, как окончательно уйти, я заметил, что господину Ажерию Литке не пригнали карету и не подвели коня, а поднесли конструкцию наподобие восточного паланкина, в которую тот влез с трудом и с помощью слуг. После чего двенадцать – по три на каждый выступающий шест - мускулистых мужчин взвалили на плечи эти крытые носилки и неторопливо потащили вперед. Судя по напряженному выражению их лиц, весил работорговец немало. За ним медленно, стараясь держаться позади, двинулась оставшаяся немногочисленная свита.

И вот тут у меня в голове зародилась одна идея. Я попросил Сарима проследить за господином Литкой до самого дома, а потом вернуться в гостиницу.

По дороге в «Виноградную лозу» я рассказал Ркату, Малите и Ошису о нашем коротком и непродуктивном разговоре с Ажерием. Перебирали мы кости почтенного работорговца до самого входа в мою комнату, выбранную для общего сбора, прервавшись лишь один раз – когда проходили первый этаж гостиницы.

Нам принесли ужин. Для того, чтобы за столом поместились все, пришлось даже придвинуть его к кровати. Ели молча. Каждый думал о чем-то своем. Я же, принялся развивать в мозгу идею, возникшую в нем еще на рынке. И к тому моменту, когда вернулся Сарим, картина того, что нам придется сделать, сложилась в голове полностью. Дождавшись, когда некромант закончил вечерний прием пищи, я спросил:

- Ну что, удалось тебе проследовать к дому господина Литки?

Маг молча кивнул, дожевал последний кусок мяса, поспешно проглотил, а после ответил:

- Да, долго идти не пришлось. Его дом недалеко от рынка. Огромный, даже больше этой гостиницы. Раз увидишь – точно не перепутаешь.

- Хорошо, - задумчиво протянул я. – А теперь к тому, для чего ты к нему ходил. Господа, предлагаю сегодняшней ночью посетить господина Ажерия у него дома.

Присутствующие уставились на меня с изумлением.

- Хочешь проникнуть в дом главного работорговца Гвероша незаметно? - спросил Ркат, задав вопрос, несомненно интересовавший сейчас всех. – Это невозможно. У людей его положения каждое окно защищено магическими ловушками. Не успеем мы туда влезть – как трезвон поднимется на всю округу.

- Я бы даже через трубу камина не стал пробовать, - поддакнул орку Сарим. – Наверняка и там стоит защита. А про подземный ход и говорить нечего. Если таковой и имеется, то нам о нем неизвестно.

Ошис и Малита молча смотрели на меня и внимательно ждали продолжения.

- Вот поэтому я предлагаю зайти через парадный вход, - улыбнувшись, заявил я.

Глаза у всех моих друзей враз стали шире.

- Ты не заболел? – с подозрением спросил у меня некромант. – Как ты думаешь это сделать? В доме Литки полно стражников. Нас же там убьют.

- Не убьют, - возразил я и высказал им свои соображения: – Смотрите: эти люди привыкли иметь дело, в основном, с безоружными невольниками, вряд ли они каждый день практикуются в военном мастерстве и уж точно не ждут настоящего боя с опытным противником. А мы им его продемонстрируем. Я видел возможности Ошиса и Рката и думаю, что у нас все должно получиться, если мы будем действовать решительно и смело. К тому же на нашей стороне эффект неожиданности. Что скажете? Только прошу – высказывайтесь без паникерства, что, мол, не получится и тому подобное. Давайте так – задача поставлена, как ее выполнить? Ркат, ты у нас главный стратег – предлагай первым.

Орк задумчиво поскреб подбородок. Посидел молча минуты две. Все это время мы смотрели на него, ожидая когда он заговорит.

- Идти должны все, - наконец произнес Ркат. – Нам понадобятся все имеющиеся силы. Даже ты, Сарим, можешь пригодиться. Пойдем под утро, за пару часов до рассвета. Стражники, стоящие на посту, к тому времени устанут и будут сильно хотеть спать. Ты не видел сколько там охранников у двери?

- Двое, - ответил маг. - Полностью в железных латах и при копьях. Судя по их облачению, Ажерий на своей охране не экономит.

- Спасибо. Уверен, что внутри солдат будет больше. Значит так - первым пойду я или Ошис. Один из нас сможет убрать двоих человек быстро, не подняв шума. Как только это произойдет – заходим в помещение и действуем по ситуации. Каждый бьет того охранника, который к нему будет ближе. По возможности делаем это тихо. Пробираемся в комнаты на втором этаже – скорее всего, его покои расположены именно там – находим Ажерия, затыкаем ему рот и… Нет, не пойдет.

- Что не пойдет? – поинтересовался я.

- Хотел сказать, что заткнем ему рот и заберем с собой, - усмехнулся орк. – Но это, конечно, не получится. Уж очень господин Литка большой. Значит, допрашивать его придется в спальне. Спросим у него все, что нам нужно, и уходим. Живым не оставляем. Всё.

- Ошис, - повернулся я к ящеру. – Не желаешь что-нибудь добавить?

- Нужны маски, - спокойно произнес адит. – Всем. Есть вероятность, что нас кто-нибудь заметит. Поэтому не следует пренебрегать безопасностью.

- А не лучше вымазать лица сажей? – спросил Сарим.

- Нет, - отрицательно покачал головой хвостатый диверсант, - не лучше. На обратном пути к гостинице мы можем кого-нибудь встретить. Маски можно снять, спрятать или выбросить почти мгновенно, а объяснять в случае чего городскому дознавателю почему мы посреди ночи расхаживаем с испачканными сажей рожами будет затруднительно. Одеться следует в темную одежду. Желательно серую, потому как ее не сильно заметно и на заснеженной улице и в темноте помещения. В латы облачаться не стоит – они лишь будут нас стеснять и греметь на каждом повороте. Оставьте только нагрудные пластины и защиту на предплечьях и голенях. Спрячьте их под одеждой, чтобы не выдали нас блеском раньше времени.

- Если мы проследуем такой процессией по залу гостиницы, да к тому же выходя под утро, то это само собой вызовет подозрения, - нахмурился я. - И еще вопрос - стоит ли брать лошадей?

- Уйдем через окно, - ответил Ошис. – Так же и вернемся. Лошадей брать не будем – они могут заржать в неподходящий момент да и взять незаметно из конюшни мы их не сможем.

- Следы?

- Оставьте это мне, - ящер понял меня правильно. – По земле никто не определит, что мы выходили из гостиницы, входили обратно и что посещали дом господина Литки.

- Вот и славно, - сказал я. – Готовимся. Под утро у нас важное дело.

- Значит, ты вот так быстро решился на бой? – уточнил Ркат.

- Тебя что-то смущает? – удивленно поинтересовался я. – Нет, если ты, конечно, передумал узнавать что-либо о судьбе своей жены, то мы можем отправляться к Мрачным эльфам уже хоть завтра.

Ркат стиснул кулаки до хруста костей. И хоть более ничего не сказал – выражение мрачной решимости на его лице было наилучшим ответом.

Не откладывая дело в долгий ящик, мы приступили к приготовлениям.

Малита где-то в своих узелках раздобыла иголку с ниткой и принялась обшивать светлые участки наших потрепанных дорогой одежд лоскутами грязной серой простыни, Ошис, Ркат и я занялись оружием – орку по такому важному случаю были возвращены его топоры, а я забрал у Сарима назад свой меч – некромант же оглядел оставшийся у него длинный стилет, остался вполне доволен результатом, затем уселся за «Акафеллон» и с головой ушел в чтение.

Закончив подготовительный к ночной вылазке этап спустя несколько часов, мы погасили свечи и сидели до назначенного времени в полной темноте. Спать не хотелось никому.

Наконец, Ркат объявил, что пора выступать, достал из одной дорожной сумки моток веревки средней толщины и, открыв ставни, перекинул его через подоконник, привязав перед этим один конец к ножке кровати. После чего ловко спустился первым, при помощи только одних рук. Я смело отправился за ним. Если канат выдержал его вес, то нечего было беспокоиться, что оборвется под нами.

Мы с Ркатом приняли спустившихся по очереди после меня Малиту и Сарима. Людоящер, оставшись наверху, поднял качавшуюся на легком ветру веревку, повис на руках на карнизе и затем мягко спрыгнул вниз. Звука удара, в таких случаях свидетельствующего о приземлении, слышно почти не было.

- Как мы залезем обратно? – поинтересовался у него я.

- Я спущу вам ее, когда вернемся, - спокойно ответил адит. – Сейчас нам надо думать о другом.

И он был прав. Следовало торопиться к дому работорговца.

На улице стояла почти абсолютная тишина, лишь где-то вдалеке полаивали собаки, да из конюшни послышалось приглушенное одиночное ржание лошади.

Под покровом ночи мы пробрались к главной дороге города и пошли за Саримом, единственным из нас, кто знал путь к нужному нам дому, стараясь не попадать под свет редких фонарей. Хвала небесам, что в Гвероше работники администрации относятся к благоустройству улиц спустя рукава. В Бириге нам бы не удалось так незаметно разгуливать по самому центру.

- Вот он, - наконец, после примерно получаса быстрой ходьбы, шепотом поведал нам остановившийся маг. – Смотрите. Видите, вон тот, со шпилем?

Мы замерли и посмотрели туда, куда показывал некромант. За время ночной прогулки глаза привыкли к темноте и позволяли разглядеть дом Ажерия чуть ли не до мелочей.

Имевший два этажа, но благодаря высокой, двускатной крыше с длинным шпилем на верху, казавшийся трехэтажным, дом из крупного белого камня. Балконы, статуи, фигурная лепка фасада. Ограды не было, видимо главный работорговец не считал нужным окружать забором свое имение в безопасном городе, а в остальном экстерьер мало отличался от жилищ господ, у которых мы бывали ранее. В некоторых окнах слабо горел свет, а у входных дверей на крыльце стояли два стражника с трехметровыми копьями, прислонившись к двери спинами. Огни на концах густо чадивших факелов, закрепленных на стене, не позволяли толком разглядеть их лица, наполовину скрытые шлемами.

- Все готовы? – тихо спросил Ркат.

Мы молча осмотрели друг друга, вытащили из-под одежд давно заготовленные маски с прорезями для глаз и натянули их на головы. Все, даже Ошис. На нем сшитая наспех Малитой тканевая маска походила на какой-то невообразимый колпак.

Я внимательно оглядел всех: Ркат с двумя топорами и парой широких кривых ножей за поясом, адит со ставшими уже привычными для меня шаагами, пристегнутыми на предплечьях со спускающимися ниже колен узкими клинками, Малита, на перевязи которой крепилось штук двадцать небольших, но очень острых метательных ножей, Сарим, нервно вытащивший из-за пазухи свой стилет и тут же засунувший его обратно. Все в одежде, покрытой маскировочными лоскутами, делавших наши старые штаны и камзолы похожими на мохнатые комбинизоны.

Я проверил как выходит из ножен меч и скомандовал:

- Начинаем.

Ошис, словно только и ждущий этого слова, едва услыхав приказ, стрелой метнулся через дорогу. Правда, не к самому дому господина Литки, а несколько правее, и растворился в темноте.

Пару мгновений мы простояли в тревожном ожидании, держа ладони на рукоятках своего оружия и вглядываясь в полумрак у крыльца. Вдруг что-то пойдет не так?

И все равно – как бы мы не всматривались в стоящих на посту стражников, так до конца и не поняли, что произошло. Вот из мрака вынырнула темная фигура, смазанным пятном взлетела на крыльцо и замерла рядом с охранниками, слившись с черным деревом двери.

Стражники остались стоять. Ничего не происходило. В темноте раздался тихий свист - условный знак, что все хорошо. Это адит с Ркатом придумали накануне вылазки на случай таких вот ситуаций.

- Ну что, пошли? – предложил орк.

И мы пошли. Точнее побежали. Достигли крыльца тем же путем, что и незадолго до нас Ошис, и, не сбавляя хода, оказались прямо перед ящером.

Адит спокойно стоял между двумя стражниками. Клинки его шааг вонзились тем под подбородки, пройдя сквозь мягкие ткани прямо в мозг. Убийства были совершены так внезапно и умело, что даже копья охранников, прислоненные к стенам, не сдвинулись с места.

- Давайте аккуратно посадим их на крылечке, - посоветовал я, оглядываясь – не заметил ли никто движения у дверей господина работорговца среди ночи.

- Стойте, не нужно, - вдруг остановил нас Сарим.

Он быстро что-то зашептал, затем закончив, коротко коснулся кончиками пальцев лба каждого из двух мертвецов.

- Все, - виконт провел рукой по лицу, стерев выступивший пот, - можете отпускать.

Ошис посмотрел на мага с некоторым сомнением, но, все же, быстро вытащил клинки из голов стражников. Мы с Ркатом инстинктивно дернулись к телам, опасаясь того, что они сейчас грохнутся на крыльцо и зазвенев металлом, перебудят всех в радиусе пары кварталов отсюда.

Но трупы не упали. А… медленно отошли в стороны, при этом сжав в руках свои копья. Глаза их горели матовым красным светом, едва различимым в темноте прорезей шлемов.

- Молодец, - одобрительно прошептал я, как только прошла оторопь от увиденного. – Вот теперь верю, что ты настоящий некромант.

- А что, до этого сомневался? – улыбнулся маг.

- Господа, может, все-таки, уже войдем? – ехидно поинтересовался у нас Ркат. – Мы, если вы запямятовали, драться сюда пришли.

Все мигом посерьезнели.

- Заходим, - сказал орк.

Дверь оказалась незапертой. Действительно – зачем закрывать ее на ключ, когда у тебя снаружи стоят два охранника при копьях? А за дверью еще два десятка.

Ну, да это я уже потом увидел, когда мы внутрь попали.

Первыми, как и предполагалось, в помещение ворвались Ошис с Ркатом. За ними вбежали я и Малита, причем девушка умудрилась обойти меня на пороге. Сарим вошел последним.

Полусонные стражники, а большинство из них расположилось на стоявших в помещении диванах – кто лежа, кто сидя, сразу и не разобрались в том, что произошло. Первыми правильно среагировали на ночных визитеров те двое, что оставались стоять у двери с внутренней стороны, и пара других, у лестницы, ведущей на второй этаж. А именно – выхватили клинки и бросились к вошедшим. Остальные даже не смогли толком вооружиться.

Два зеленых гиганта с ходу принялись убивать. Быстро, ловко, умело. Работали они настолько слаженно, будто до этого всю жизнь сражались в паре. Когда Ошис наносил удар – Ркат тут же подхватывал за ним валящееся на пол тело. И наоборот – после того, как орк поражал кого-то из стражников одним из своих топоров – адит мгновенно ловил упавшего и аккуратно опускал труп на доски.

Стараясь им не мешать, я быстро скользнул к лестнице, охранники у которой уже открыли рты, чтобы закричать. Над ухом что-то два раза коротко просвистело и солдаты, к которым я спешил, принялись оседать на пол, так и не успев издать ни звука. Над шейной кромкой кирасы у каждого из них показалась рукоять метательного ножа, вошедшего прямо в горло. Я едва успел подхватить их и мягко положить на ступени.

Сариму не пришлось доставать свой стилет – все закончилось быстро. Вокруг валялись мертвые стражники. Многие из них даже не вытащили мечи из ножен, а кто-то и умер во сне, не вставая с дивана. Те, до кого не успели добраться ящер с орком, нашли свою смерть от метательных ножей Малиты.

- Игр! – вдруг крикнул Сарим.

Я обернулся к нему с острым желанием выругать за шум, но, увидав куда он показал рукой, заорал сам:

- Ркат!

На балконе второго этажа стоял лысый, гладко выбритый мужчина в синих одеждах, напоминавших халат, с подолами до пола. Он смотрел на нас воздев руки к потолку, кисти были расслаблены, а ладони повернуты в нашу сторону. Губы его беззвучно шевелились. Маг!

Орк понял все так же быстро, как и я. Вверх молнией взлетел его топор и вошел лысому в череп почти до обуха, одновременно с ним в тело мага впилось два ножа – один под кадык и второй – в область сердца. У Малиты реакция тоже была отменной. Тело мага, так и не закончившего заклинание, безвольно повисло на перилах, заливая кровью те участки пола, до которых еще не успела дотечь вылившаяся из трупов лежащих внизу охранников.

Сарим запер дверь изнутри и мы прошли к лестнице, стараясь ступать на чистые участки досок. Первым поднимался Ркат. Он почти дошел до балкона на втором этаже, с которого свисал труп, как откуда-то из комнат сверху донесся сонный, но властный голос:

- Что за шум? Почему мне не дают поспать?

Орк мигом вырвал свой топор из головы убитого мага и скрылся наверху. Через пару мгновений мы услышали глухие звуки ударов. Ркат появился через несколько секунд.

- Ошис, Малита, осмотрите все свободные помещения, - приказал он. – Убивайте всех, кого обнаружите. Игр, Сарим, идите за мной.

Девушка, до этого занятая тем, что извлекала свои ножи из мертвых тел, мигом взлетела по лестнице и двинулась в левую часть дома. Адит взял на себя правую.

Комната, в которую нас провел орк, оказалась просторной, роскошно убранной бархатом и позолотой. В центре стояла огромная кровать из светлого дерева с раскинувшимся над ней кружевным балдахином.

Рядом с ней лежал труп крепко сложенного мужчины. Голова у него была отсечена ударом чего-то острого, видимо топора Рката. Скорее всего, это мертвец при жизни являлся кем-то вроде телохранителя, но защитить тело хозяина он просто не смог. Ну да не его в том вина – против разъяренного орка мало кто устоит.

Сам необъятный господин Литка лежал в постели, наполовину прикрытый шелковой простыней и без сознания. Под левым глазом на скуле расплывался здоровенный свежий синяк.

- Это ты его так? – задал я вопрос, заведомо предполагая ответ.

- А кто ж еще, - довольно ухмыльнулся орк, но тут же улыбка сошла с его лица. – Ты сюда посмотри.

Я обошел гигантскую кровать и увидел с той ее стороны, на какую указывал Ркат, обнаженную девушку. Точнее, обнаженное безжизненное тело девушки. То, что она мертва, не вызывало сомнений – шея ее была изогнута под неестественным углом, а в потолок смотрели невидящие уже ничего глаза. Это была та самая рабыня с островов, которую Ажерий покупал, как он говорил, для себя.

- Как это… - начал я.

- Нет, - опередил меня орк. – Она уже была мертва когда я сюда зашел. Вероятно, толстяк сломал ей шею. Или сначала задушил. Гляди, у нее там синяки от пальцев.

Я посмотрел на нежную шею, на коже которой действительно явственно виднелись кровоподтеки, затем в распахнутые глаза на бледном юном лице и осторожно, будто девушка могла еще что-то чувствовать, закрыл их ладонью. Затем перевел взгляд на лежащее без сознания тело Ажерия.

- Ты его не убил?

- Я бил аккуратно, - ответил Ркат.

Он шагнул к господину Литке и пару раз хлопнул его по щекам. Работорговец не очнулся и не подавал признаков жизни.

- Мда, - пробормотал орк. – По-моему, я ударил сильнее, чем следовало.

И поднял руку, чтобы влепить Ажерию еще пощечину, но не успел.

- Погоди, - вмешался в наш разговор Сарим, стоявший все это время у двери, - дай-ка я.

Маг выудил из-под складок своей одежды небольшой пузырек, откупорил его и поднес к ноздрям толстяка. Мы увидели как тело его тут же вздрогнуло, а голова попыталась отодвинуться от зелья, что подсунул некромант. Ажерий глубоко вдохнул, закашлялся и открыл глаза.

- Вы кто такие? – он обвел нас мутным взглядом, еще не осознавая, что происходит.

Некромант еще пару мгновений подержал пузырек у носа господина Литки, а после закрыл и убрал на прежнее место.

- Вы кто? – заревел пришедший в себя и наконец разглядевший нас работорговец. – Что вы здесь делаете? Вара-а-ат!

- Варат – это твой охранник? – стараясь казаться спокойным, спросил я у полуголого толстяка. – Если так, то ты до него уже не докричишься. Вот он, у ножки кровати лежит, безголовый. Вся твоя охрана перебита, маг мертв. Так что, будет лучше если ты перестанешь орать и ответишь на наши вопросы. Только думай хорошо, прежде, чем заговорить. От правильных ответов зависит твоя жизнь.

Толстяк замолчал, переваривая что-то в своей черепушке, а потом спросил:

- Если я скажу все, что вы захотите услышать, вы оставите меня в живых? – голос его уже не казался властным, а стал робким и неуверенным. – Не убьете?

- Если бы мы намеревались тебя убить, то стояли бы сейчас здесь без масок. Не правда ли?

Ажерий неуверенно кивнул, соглашаясь. Я отметил про себя, что наличие в постели рядом с ним мертвой девушки нисколько его не смущает.

- Итак, - начал я, - вопрос первый – почему рабов в Лередии покупаешь только ты?

- Указ короля Бастарика, - поспешно выдал толстяк. – Еще летом выданный. Все рабы, пленники и преступники приобретаются для нужд государства.

Мы с Саримом это слышали еще на рынке невольников, но тогда говорил, в основном, маг. Потому господин Литка меня не узнал и повторил то же, что ответил тогда, почти слово в слово.

- Это мы знаем, - сказал я. – В чье распоряжение поступают все, кого ты перечислил, после покупки?

Толстяк отчего-то замялся.

- Ну! – прикрикнул я на него. – Отвечай!

Ркат же замахнулся на лежащего своей огромной лапой, делая вид, что хочет его ударить. Ажерий сжался, насколько это было возможно при его габаритах, а потом выдавил:

- В распоряжение людей герцога Витадью.

Мы с орком переглянулись. И почему меня не удивляет, что без него здесь не обошлось?

- Куда они их увозят? В Хвадию?

Господин Литка отрицательно покачал головой.

- На корабли. А после – на Ядовитые Острова.

Черт, даже звучит опасно. Ладно, потом спрошу у Сарима, что это за место такое. Чего-то я не мог уловить, чего-то, что показалось мне странным за время пребывания в Гвероше. А, вот оно.

- Почему, если есть указ короля, то ты, все равно, тратишь на рабов золото? Отчего просто не забирать их у торговцев?

В этот раз толстяк замолчал надолго. Ркату даже пришлось отвесить ему чувствительный подзатыльник.

- Золота много, - наконец выдавил Ажерий, с испугом глядя на ударившего его, как он думал, человека. – У них много золота. Они сказали, чтобы я не жадничал.

- Кто «они»? – переспросил я. – Люди Витадью?

- И его люди тоже, но главными были другие. Господа в черных одеждах.

Я вздрогнул. По спине пробежал холодок.

- Те, о ком ты говоришь, были одеты в черные глухие плащи и широкополые шляпы? И все это еще блестело, как бок вороной лошади?

- Да, да! – подтвердил толстяк, глядя на меня изумленно и испугавшись пуще прежнего. – Вы их тоже видели, господа? Неприятные личности.

- Видели, - подтвердил я, мигом вспомнив отвратительные рожи со жвалами и любовь данных существ к свежей крови. – Со сколькими из них ты имел дело?

- Тех, что приходили ко мне, было пятеро.

- Не двое, ты уверен? – переспросил я.

- Нет, - толстяк часто замотал головой, словно опасаясь, что мы ему не поверим. – Приходили пятеро. Деньги они давали. Но на корабле их больше. Гораздо.

- На корабле?

- Черный корабль без названия. В порту. Он сопровождает судна с невольниками, когда они загружены полностью. Когда соберется по десять кораблей.

- Как часто они, как ты говоришь, сопровождают судна?

- Раз в два месяца, - задумавшись на мгновение, ответил Ажерий. – Не чаще. Но и не сильно задерживаются.

- Что еще можешь о них рассказать?

- Ничего больше. Разве что... Первый раз с ними приезжал сам герцог, а после этого они приходят сами. Привозят золото и забирают рабов. Платят хорошо – никто не в обиде.

Я посмотрел на Рката. Тот слушал внимательно.

– Ладно, оставим их, - продолжил я. - Скажи-ка вот что – примерно полгода назад, может меньше, к тебе привезли из степей одну девушку из орков. Высокая, стройная, красивая, с прямыми черными волосами. Звали Дженной. Может ты помнишь такую. Еще могли говорить, что она принцесса.

Ажерий затих надолго, словно что-то вспоминая.

- Нет, не помню, - наконец ответил он, делая сожалеющее лицо. – Много за это время девок оркских было. Дело обычное. Каждую запоминать…

- А эта? – я указал ему на мертвую девушку в его постели. – Тоже обычное?

- А, она, - господин Литка мельком глянул на лежащий рядом труп рабыни. – Ну, случается. Вы же понимаете – иногда сложно сдержать страсть.

Он мерзко ухмыльнулся, видимо вызвав в памяти сегодняшнюю ночь.

- Все, мы узнали все, что нужно, и уходим, - сказал я, больше не обращая на толстяка внимания. – Ркат.

Ажерий дернулся, увидев, как орк неторопливо вытаскивает топор из чехла на поясе.

- Господа, вы же обещали, - он мелко и часто затрясся от ужаса. – Вы обещали, что оставите меня в живых, если вас удовлетворят мои ответы. Господа…

- Мы тебе ничего не обещали, урод, - не выдержал я. – Ркат, кончай его уже.

Раздался тяжелый удар топора и работорговец Ажерий Литка прекратил свое бренное существование в этом мире.

- Уходим, - сказал я. – Мы узнали все, что смогли узнать.

Едва Сарим, Ркат и я выскочили из комнаты, как чуть не столкнулись носом к носу с Малитой, вернувшейся из левого крыла дома. Позади с другой стороны к нам приближался Ошис.

- Готово, - сказал он, подойдя. – Еще двенадцать нашел. То ли купцы, то ли чиновники. Друзья или прислуга.

- Семеро, - коротко выдохнула Малита. – Почти все спали. Теперь больше никого нет.

- Отлично, - сказал я. – Тогда скорее домой. Мы услышали от Ажерия все, что он смог нам сказать.

Мы быстро спустились с лестницы, прошли до входной двери, стараясь не вымазать обувь кровью убитых на первом этаже и вышли на крыльцо.

Здесь пришлось задержаться. Сарим снова попросил нас подождать, стал перед одним мертвым стражником, коснулся кончиком указательного пальца и, глядя в горящие красным светом глаза, проговорил:

- Не входить!

- Не входить! - глухим голосом вдруг повторил за ним вытянувшийся по стойке смирно труп.

Некромант подошел ко второму и, также, легко стукнул его пальцем по лбу.

- Хозяин отдыхает и велел не беспокоить!

- Хозяин отдыхает и велел не беспокоить! - эхом отозвался и этот мертвец.

После проделанного Сарим сказал, что можем идти.

Когда мы спускались с крыльца, за нашими спинами звякнуло железо. Мертвые охранники загородили дверь, скрестив копья.

- И долго они так простоят? – спросил я у мага.

- Пока кто-нибудь не устанет ждать и не попробует прорваться в дом, - ответил, пожав плечами Сарим. – Это сильное заклинание. Оно заставит их находиться в таком состоянии долго. Но нам, все равно, следует убраться из города как можно скорее. Кому-нибудь этот Литка может очень сильно понадобиться и тогда будет трудновато покинуть Гверош.

На улице все еще было темно. Происходившая в доме Ажерия бойня, видимо, заняла меньше времени, чем мне показалось.

Мы двинулись обратно к гостинице так же, как и пришли, только Ошис в этот раз шел последним и в прямом смысле заметал за нами следы – для чего ему пришлось использовать свой хвост.

Дерзкий план, накануне родившийся у меня в голове, был воплощен в жизнь безупречно.

Глава 13. Лес Мрачных

Гверош мы покинули рано утром, влившись в бесконечные ряды пустых телег, покидающих город, и сразу же взяли направление на север. Именно там, как говорил Ркат, лежали земли Мрачных эльфов. К границам Лередии мчались не щадя лошадей, нужно было выехать за пределы королевства как можно скорее. Еще три дня нам понадобилось для того, чтобы достичь Верои, расположенной на севере от владений Бастарика, и еще полмесяца чтобы пересечь эту небольшую страну по прямой. По прошествии двух с половиной недель верхом, мы выехали на бескрайние пустынные равнины. Здесь, в основном, почва была каменистой, а потому земли эти были не обжиты и служили широкой межой, разделяющей территории людей и сородичей Асартэ, позволяя им не враждовать друг с другом без надобности. За лесом Мрачных высились слабо видимые отсюда далекие пики Северных гор - обитель дворфов. На преодоление безлюдных пустошей мы потратили еще четыре дня и, наконец, добрались до густого и темного леса. Деревья в нем оказались просто гигантскими и сплелись между собой ветвями настолько плотно, что солнечный свет через них почти не проходил. Толстые ветви начинали расти примерно в двух-трех метрах от земли и если бы не заросли кустарника внизу, то мы бы могли пройти между широкими голыми стволами не наклоняя головы. Сейчас же нам пришлось продираться сквозь дебри из кустов и высохшей прошлогодней травы, раз за разом глубоко проваливаясь в снег. - И где нам в этой чаще искать тех, кто нам нужен? – спросил я у Рката. - Если не ошибаюсь, то дня через два мы должны быть на месте, - ответил орк, разрубая очередную обвившую ствол дерева «лиану» из какого-то липкого вьющегося растения. – При условии, что сохраним этот темп. Еще когда мы только отъехали от Гвероша условились, что сначала нужно посетить эльфов и постараться выпросить у них магов для битвы под Гарребрианом, а уже после отправляться снова на поиски жены Рката. Орку решение, надо сказать, далось нелегко. Малите тоже хоть и не пришлось оно по душе, однако девушка перечить не стала и ехала не ропща. После того, как стала ясна следующая цель нашего похода, занимали наши мысли только ежедневные мелкие заботы, вроде того, как: сколько взять провизии, не сбиться с направления, не упасть с лошади в дороге и тому подобное. Еще меня несколько удивил Сарим. Когда мы выезжали из Верои некромант не оправился домой, в Юдань, лежащую на западе от этой страны, как планировал ранее, а заявил, что пока поедет с нами. Во время пути от пещер орков до Леса Мрачных парнишка преобразился в лучшую сторону – согнал остатки лишнего веса и даже несколько возмужал. По крайней мере от того рыхлого толстяка, которым он предстал перед нами при знакомстве в степях, не осталось и следа. Сейчас это был крепкий молодой парень с печальными глазами, угловатыми чертами лица, загоревшей кожей на нем и густой черной щетиной, постепенно переходящей в начинающую формироваться бороду. Вообще-то, зимнее солнце и почти нескончаемый ветер не пощадили никого из нас, и обладателями загорелых и обветрившихся физиономий после долгих дней пути стали все. Два дня назад я отослал почтовых птиц, подаренных нам Камией. Одну назад к бывшей хозяйке, а вторую в Длию, к Дертану Синлагу. Причем, вторая, не выдержавшая долгой дороги и погибшая в пути птица, была отправлена в полет мертвой. Для этого Сариму пришлось произвести над ней какие-то непонятные остальным манипуляции, после чего у пернатой глаза загорелись легким рябиновым светом и движения стали механическими, как у робота, но главным было то, что она могла лететь и нести письмо. Камии Лютой я написал, что нам понадобится ее корабль, и чтобы она прибыла к берегам родного города как можно быстрее, для Дертана пришлось подыскивать больше слов, но смысл был тот же – я хотел видеть его с сотней Буйных в порту Верои. Я предположил, что Синлаг не откажется от найма, коли ему предложить хорошую сумму и, тем более, если он вспомнит отправителя. И вот сейчас мы пробирались через густые заросли леса, где, как обещал Ркат, жили Мрачные эльфы. Идущие впереди Ошис, орк и я, по очереди, прорубали дорогу, сменяя друг друга при необходимости, а Малита и Сарим шли сзади, ведя за собой всех наших лошадей. Так как животных у нас было шесть, а рук у товарищей имелось всего четыре, то поводья пары скакунов пришлось привязать к седлам впередиидущих. То и дело весь этот караван копытных стремился остановиться и перехватить что-нибудь посочнее из лесной зелени и некроманту с девушкой приходилось почти постоянно их одергивать. Вопреки моим ожиданиям, те два дня, что прогнозировал Ркат, мы не прошли по ставшими уже привычным густым зарослям, а уже к вечеру первого кустарник закончился и наш отряд вышел на открытое пространство. Сначала мне показалось, что наша группа прибыла в назначенное место и орк немного не рассчитал со сроками, однако, вскоре я понял, что ошибся. Перед нами лежал все тот же лес, который мы только что покинули, но в нем не было видно ничего из ставшего уже привычным за последние часы ландшафта. Выжженная пустыня со спекшейся, блестевшей как черная слюда землей и обугленными остатками стволов могучих деревьев шла до самого горизонта. Выглядела местность так, словно мощный пожар бушевал здесь несколько дней, сжирая все на своем пути и оставляя после себя безжизненную пустошь. Причем, создавалось такое впечатление, что что бы не произошло здесь, случилось это уже давно. Вечерние сумерки делали картину впереди еще более зловещей. - Чего стали? – одернул замерших от увиденного нас Ркат. – Нам еще по этому пожарищу долго топать. Мы привычно пошли за ним, невольно стараясь ступать след в след, чтобы не слышать лишний раз под ногами хруста сгоревшей почвы. - Что здесь произошло? – спросил я у идущего впереди меня орка. - Пожар, - пожал плечами тот. – В лесах такое бывает. Может молния, может кто костер оставил. Только как-то уж очень сильно горело. Обычно эльфы замечают пожары рано и тушат их заблаговременно. В эту ночь ложиться спать никто не захотел. Словно сговорившись, все шли и шли, не желая располагаться лагерем на этом огромном пепелище. Вскоре забрезжил рассвет. Но лишь дождавшись, когда посветлеет полностью, мы позволили себе короткий привал. Перекусили холодной ветчиной и кусками твердых как камни сухарей, запивая прохладной водой из кожаных бурдюков и дорожных фляг. Я мысленно похвалил предусмотрительность Рката, настоявшего в Верое на пополнении запасов для нас и лошадей. Прочие члены отряда, как и я сам, предполагали бить в лесу каждый день свежую дичь, а потому не сильно желали вешать на седла лишний груз, однако орк был непреклонен и пришлось подчиниться. И сейчас все понимали насколько ошибались ранее. Когда мы только принялись углубляться в лес, то не встретили почти никакой живности. Разве только птиц. Но те были мелкими, как синицы, и для того, чтобы насытить хотя бы одного человека, их следовало набить не менее сотни. Что, разумеется, делать было глупо. А пускать на пропитание в таких условиях своих лошадей и после нести поклажу на себе – было бы еще глупее. Потому, грызя сухари с холодным мясом, мы сейчас мысленно благодарили нашего опытного командира. Лошади синхронно хрумкали овсом из сумок и, наверняка, если бы могли говорить, тоже сказали бы Ркату множество теплых слов. - Надо будет у эльфов приобрести продовольствие, - прожевав очередную порцию, заявил я. – Если мы собираемся идти обратно по этому же пути. Орк с видимым удовольствием потер недавно освобожденную шею испачканной в пепле ладонью. На время нахождения в землях Мрачных "рабы" сняли ошейники и спрятали среди остальных своих вещей. - По этому, - подтвердил он. – Наиболее короткий по направлению к Верое. - Если нас не убьют раньше, - пессимистически заметил Сарим. – Слышал, что местные эльфы не очень-то жалуют гостей в своих лесах. Сюда давно никто не суется, еще со времен последней войны. Как дворфы так и люди. Подданным короля Кжинты даже пришлось проложить торговый путь западнее отсюда, несмотря на то, что через этот лес дорога была бы короче. - Имальвэ считает, что его лес только для детей Мрака, - согласился с некромантом Ркат. – Возможно, что это и правильно. Иначе бы здесь давно вырубили бы кучу деревьев, понастроили множество постоялых дворов и шум стоял бы днем и ночью. Все знают, что происходит, когда на их землях появляются торговцы. Кто же такого захочет? - Имальвэ – это кто? – поинтересовался Ошис. - Божество местное? - Нет, - улыбнулся орк. – Правитель этого леса. Очень строгий, но справедливый. Никогда не слышал о нем ничего плохого. - Потому что это не твой правитель, - заметил адит. – Лучше всего характеры королей знакомы их подданным. - Возможно, - кивнул Ркат. – Ладно, поднимаемся и снова в дорогу. Я почувствовал как Малита, все это время отдыхавшая склонив голову мне на плечо, слегка прикоснулась губами к моей шее и поднялась, готовая к движению. Закряхтев, словно старый дед, встал и я. Правда, не так быстро, как более привычная к такой активной жизни девушка. Ноги еще не отошли от предыдущего перехода и гудели стаей недовольных шмелей. Ркат снова пошел первым. За ним Ошис, после Сарим, ворчавший не меньше моего от столь долгого пешего путешествия, я, забравший у него поводья лошадей, и замыкавшая шествие Малита. День мы опять провели на ногах, сделав в течение него еще лишь два коротких привала. Черный, безжизненный ландшафт пожарища стал для нас уже привычным и потому даже несколько удивились, когда впереди показались вполне здоровые и целые деревья. Не обугленные голые стволы с остатками сгоревших ветвей, а самые настоящие лесные исполины, приветствующие путников шелестящими густыми кронами. Вновь преодолев резко очерченную границу между мертвым и живым, наш отряд вошел в обычный, если можно так сказать, лес.

Едва мы приблизились к нему – как увидали слабое свечение, исходящее откуда-то из глубины чащи. А когда прошли дальше и наконец разглядели, что именно излучает этот свет, то синхронно ахнули от восхищения. Здесь уже почти не было снега, почва была покрыта прошлогодней травой, на которой то здесь то там росли занимательнейшие грибы. Размером мне немного выше колена, но чрезвычайно толстые и попадавшиеся почти на каждом шагу. Именно они, как большие светильники удивительной формы, и испускали мягкое голубоватое сияние, создавая ощущение некоторой нереальности окружавших нас предметов. Немного позже, когда мы уже немного привыкли к нему, я понял, что источником его являются не сами грибы, потому что свечение встречалось также на стволах деревьев, а иногда и на ветвях. Скорее всего это был какая-то плесень, просто именно на этих грибах она предпочитала селиться в первую очередь. Не успели мы полюбоваться необычной красотой, как нам навстречу из-за ближайшего дерева выступил стройный эльф с натянутым луком. Наконечник стрелы был направлен в нашу сторону и не дрожал. - Кто такие? – звонким, юношеским голосом спросил он. – И что привело вас в наш лес? Лицо его тоже выглядело молодым. Хотя, зная этих персонажей, я не удивлюсь, если он окажется старше всех нас вместе взятых. А еще не сомневаюсь, что парень встретил гостей не один и что в ближайших кустах наверняка сидит куча воинов, готовых нашпиговать нас стрелами при первом же нашем движении не в ту сторону. - Здравствуй, любезный житель этого леса, - как-то торжественно заговорил Ркат. – Я Ркатидэм ан Дарр, представитель славного народа Детей Ветра, прибыл сюда к вашему королю. Не мог бы ты провести нас к нему? Надеюсь, для тебя не это не составит большого труда. Эльф задумался на мгновение, а затем бросил через плечо несколько слов на незнакомом мне языке, не опустив, впрочем, направленное на нас оружие. Возможно получив ответ, которого мы не расслышали, он кивнул и снова обратился к нам: - Поклянитесь вашими богами, что не злоумышляете ничего плохого против повелителя нашего Имальвэ! - Клянусь всеми ветрами и хозяином их Агтиграгитром, что мы не желаем зла никому в этом лесу, а тем более владетелю этих мест! – с самым серьезным видом заявил Ркат. – Мы прибыли к нему с просьбой и ничего более. Лучник снова что-то певуче проговорил куда-то себе за спину. Из-за ближайшего куста выступил второй эльф, немного постарше первого и чуть пошире в плечах. Лук его, в отличие от лука сородича, покоился в колчане за спиной, а на лице, к моему огромному удивлению, произрастала недельная щетина. Весьма вероятно, что этот парень не чистых кровей. - Сдайте оружие, - коротко и жестко приказал он нам. Из кустов один за другим бесшумно начали появляться представители лесного народа, как я и предполагал – также с изготовленными к стрельбе луками. - Не бойтесь ничего, - тихо сказал Ркат, обращаясь к нам. – Здесь нам предательство не грозит. Отдайте ваши клинки. Сам он, не давая словам расходиться с делом, отстегнул пояс с топорами и протянул подошедшему эльфу, присовокупив к ним и свой охотничий нож. Мы последовали его примеру, отдав все что у нас имелось из колюще-режущего, и уже через несколько минут бодро шагали за небольшой группой лесных жителей, правда едва поспевая за шустрыми остроухими. Шествие завершали несколько эльфов, ведущих наших лошадей и несущих наше вооружение. Местные жители проведенное в пути время молчали, обращаясь к нам лишь тогда, когда нужно было указать на какой-либо поворот или тропку, по которой следовало двигаться дальше. После нескольких безуспешных попыток разговорить ближайшего ко мне эльфа я оставил это неблагодарное дело и принялся рассматривать окружавшую нас чащу. Посмотреть было на что. Множество деревьев, как лиственных так и покрытых хвоей, кусты и трава, совершенно не похожие на то, что мы встретили на подходе к лесу. Несколько раз мне удалось успеть заметить бросившихся при нашем появлении в укрытие зверей – зайцев, лисиц и кабанов. Не удивлюсь если здесь обитают еще волки, лоси, медведи и, может, даже какие-нибудь тигры или дикие львы. Несколько раз появлялось желание попросить вернуть наше оружие, однако вскоре разум вновь брал верх над эмоциями, так как все понимали, что местные жители нас в обиду точно не дадут. Несколько часов мы провели в движении по узким тропинкам и развилкам, однако уже к полуночи вышли на огромную поляну. На этой опушке стояло здание более всего напомнившее мне древнерусский терем. И данное строение не являлось чем-то рукотворным в земном понимании. Сначала я не поверил своим глазам, да и приглядевшись не сразу осознал, что они меня не обманывают. Из земли росли могучие, толстые белые корни, выше переходящие в тонкие лозы, сплетавшиеся в причудливую вязь, формирующие здание и ближе к крыше становящиеся почти невесомыми, как нити паутины. Лесной теремок имел высоту в два этажа и тоже частично был покрыт тем люминесцентным веществом, что прижилось тут, видимо, на всех видимых поверхностях. Входом в него служил овальный проем, высотой метра два с лихвой и около метра в ширину, окнами – такие же отверстия вполовину меньше. Других подобных домиков поблизости не наблюдалось. Смотрелось это здание под сиянием звезд и светящейся плесени довольно сюрреалистично и, честно признаться, очень красиво, хоть и не имелось на нем ни статуй с барельефами, ни позолоты, кои нам довелось видеть на фасадах домов и дворцов благородных господ в посещенных недавно городах. Едва мы вышли на поляну, как старший из эльфов остановил отряд, приказал ждать, а сам вошел в это странное растительное здание.

Глава 14. Владыка Имальвэ

Отсутствовал главный из наших проводников не более двух минут. И обратно вышел не один. Следом за ним из здания выступило около десятка высоких и плечистых эльфов. Они разделились на две группы по пятеро и встали рядом со входом, держа в руках луки с наложенными на ослабленные тетивы стрелами и бросая на нас цепкие, внимательные взгляды. Судя по их скупым, отточенным движениям и серьезным выражениям лиц – даже более серьезным, чем у тех, что вели нас сюда – перед нами, несомненно, выстроилась охрана высокопоставленной персоны. Вслед за ними двигалась та самая персона – эльф-брюнет огромного роста. Не менее двух метров, как можно было определить по выдающейся даже среди отборных соплеменников фигуре. Был он худощав, длинноволос, а еще имел вытянутое лицо с высокими скулами и узким подбородком. И лазурного цвета глаза совсем не старого человека. На голове его возлежал тонкий серебряный обруч с прикрепленным спереди крупным драгоценным камнем, напомнившим мне опал. Быстрым шагом пройдя мимо двух шеренг своих воинов, повелитель Имальвэ – а этот эльф просто не мог быть никем иным - остановился в десяти шагах от нас и с интересом осмотрел каждого с макушки до пяток. - Кто вы, путники? – приятным низким баритоном спросил он. – И что потеряли в моем лесу? - Мое имя – Ркатидэм ан Дарр, Ваше Величество, - поклонился Ркат. – Я являюсь сыном короля Детей Ветра Гваргатара Блистательного. А это мои друзья: воин Игр, Ошис Тиасаи Ла из адитов, виконт Сарим Дис, маг родом из города Юдани, и Малита – женщина из моего народа. Повинуясь невнятному порыву, сразу за орком и я склонил голову перед лесным властителем, краем глаза заметив, что остальные мои товарищи поступили так же. - Ан Дарр, - задумчиво протянул Имальвэ. – Припоминаю. Знавал я вашего отца еще в далекой молодости и могу сказать, что вы - просто копия юного Гварга. Но, не будем придаваться воспоминаниям. Уверен, что раз вы проделали столь далекий путь, разделяющий наши владения, то, значит, дело у вас действительно важное, ведь так? - Вы правы, Ваше Величество, - подтвердил Ркат. – Дело, заставившее нас прибыть сюда, и в правду срочное, не терпящее отлагательств. Пока две венценосные особы вели разговор, я усердно глядел по сторонам, однако, как ни напрягал зрение - не смог увидеть в окружающем полумраке никого, кроме местного монарха, десятка его охранников и приведшего наш отряд на поляну эльфа. Это плохо вязалось с тем, как нас встречали господа раньше, все окруженные многочисленной свитой и охранявшими их сотнями воинов. Как-то даже скромно для короля леса. Взять, к примеру, того же Талиана – подле него постоянно вились несметные полчища остроухих лучников. - В таком случае - вновь раздался над поляной голос Имальвэ, - прошу вас пройти в мое жилище. Хоть я знаю, что никто из моих подданных не осмелиться нас подслушивать, а тем более передавать наш разговор третьим лицам, считаю, что, все же, нам там будет уютнее. К тому же, думаю, вы устали с дороги и наверняка голодны. Я прикажу подать нам что-нибудь съестное. Отиро! Эльф, что вел нас сюда, мигом подскочил к Имальвэ и стал перед ним по стойке смирно. - Передай Страгаве, что мы желаем пить и есть. - Слушаюсь, повелитель! – коротко выпалил тот и растаял во тьме посреди деревьев. Имальвэ повернулся на месте и вошел в живой терем, за ним чинно прошагала половина телохранителей, после них мы, а следом за нами оставшаяся пятерка лесных воинов. В замке эльфийского короля оказалось довольно просторно. Нас провели в одну из зал, освещенных множеством свечей, в центре которой расположился невообразимо длинный стол из черного дерева с отполированной до блеска столешницей. Вокруг него стояли темные резные стулья с высокими спинками. Видимо, это была трапезная. Устроившись во главе стола, правитель Имальвэ величественным жестом пригласил гостей присоединиться к нему. Мы не заставили просить нас дважды и быстро расселись по местам. Ркат примостился ближе к монарху, за ним я и чуть дальше Ошис. Сарим сел напротив орка, а Малита напротив меня. Стражники рассредоточились у стен, замерев за нашими спинами. - Итак, Ркатидэм, - заговорил правитель Темного Леса, - пока нам несут пищу и вино, я хотел бы поговорить о делах. Мне передали, что вы пожаловали ко мне с просьбой. Чем я могу помочь вам, воины? Ркат слегка замялся. Я его понимал – он был орком, прямым как стрела, и юлить не любил, однако просить, насколько я его знал, сын степей не любил тоже. Но когда-то надо было сказать причину нашего появления здесь, а потому мой друг колебался недолго. - Нам нужны ваши маги, Ваше Величество, - прямо заявил он. - Вот так? – Имальвэ удивленно приподнял брови. – Ни много ни мало? Маги? Все? - Простите, Ваше Величество, - осмелился вмешаться в разговор Сарим. – На родине Рката идет война, возможно вы слышали об этом. Враг, что напал на его земли, располагает многотысячным войском, но это не помешало бы детям степей справиться с ними. Они не из тех, что боятся битвы. Но к нашему великому огорчению, у противника имеются чародеи, с которыми шаманы орков не в силах справиться. - Маги мне нужны самому, - задумался самодержец. – И нужны они мне здесь. Почему я должен посылать их к вам участвовать в чужой войне? Мы с Саримом переглянулись. В глубине души чего-то подобного я и ожидал. - Союзником людей в этой войне выступает король Талиан, - тихо сказал Ркат, внимательно глядя на местного монарха. Лицо Имальвэ нахмурилось. - Пусть так, пусть Талиан покинул свои владения и позволил себе вмешаться в дела людей и орков, что мне с того? Мой лес далеко от ваших степей и, как я сказал ранее, это не наша битва. Не спорю, у нас с Талианом отношения напряженные, однако до открытой вражды пока не дошло. Зачем мне посылать к вам своих подданных? В этот момент распахнулись высокие узкие двери на другом конце залы, причем не скрипнув, а издав тихий мелодичный звук. В помещение вошли несколько эльфов без оружия, каждый из них нес в руках огромный деревянный поднос с различной снедью. Они поставили их перед нами и споро покинули помещение. Следом за ними явился эльф с огромным кувшином, оплетенным лозой, в одной руке и несколькими серебряными фужерами в другой. Поставив кувшин на стол, он принялся ловко расставлять перед нами кубки. Посреди серебра оказался один золотой, его слуга поставил перед своим королем и первым же наполнил. Имальвэ благодарно кивнул ему, и отпил из своего сосуда. Обойдя стол, эльф поочередно налил из кувшина и нам. По помещению мгновенно разнесся аромат восточных пряностей. Закончив свои дела, виночерпий вышел за дверь, вновь оставив нас наедине с королем и охраной, которая, впрочем, прекрасно исполняла роль мебели. - Так что же, - продолжил король, - я не слышу вашего ответа, господа. С какой стати я должен слать своих людей неизвестно куда и неизвестно зачем? - Когда-то народ Мрачных бился вместе с нашим плечом к плечу, - тихо произнес Ркат. - Когда-то были одни времена, мой юный друг, - улыбнулся Имальвэ, – сейчас времена другие. Прошу вас, господа, не стесняйтесь – отведайте местных блюд. Мой повар Страгава прекрасно готовит для меня уже несколько десятков лет. А наше красное вино просто великолепно. Мы послушно отпили из своих кубков и мне напиток показался поистине восхитительным. А вот есть не стал никто, потому как никому кусок не лез в горло. Уверен, что все сейчас думали об одном – что мы зря перлись в такую даль. - Есть еще кое-что, Ваше Величество, - после услышанного от Имальвэ Ркат был заметно зол, у него даже тембр голоса изменился, но орк держал себя в руках. – В осажденном Гарребриане находится ваш сын. Если вы не поможете нам, то лередийцы его попросту убьют. Словно темная тень пробежала по светлому лицу лесного короля. На миг оно стало жестким и будто выточенным из базальтовой скалы, но почти сразу приобрело свой прежний безмятежный вид.

- Гарребриан – это тот ваш единственный город, как я слышал? – рассеянно произнес король. - Да, Ваше Величество, - подтвердил орк. – Вы слышали верно. - И Асартэ находится там? – все еще отстраненно переспросил Имальвэ. - Да, Ваше Величество. Так Асартэ - сын местного короля? Что ни день так новость. Я недовольно посмотрел на Рката. Мог бы и рассказать. Монарх вздохнул и медленно провел ладонью по лицу сверху вниз, на мгновение прикрыв глаза. - Очень жаль, что мой сын оказался не в то время не в том месте, - наконец холодно вымолвил он. – Если он погибнет… то значит так тому и быть. Из Мрака мы приходим и в него же и возвращаемся. - Но он же ваш сын! – не выдержав, воскликнул молодой, а потому склонный к горячим порывам Сарим. – Сын! Как вы можете? Имальвэ бросил на него гневный взгляд. Но мигом пришел в себя и спокойно ответил некроманту: - Я понимаю ваши чувства, молодой человек. Однако я не только отец, но еще и король. А Асартэ… Я выгнал его много десятков лет тому назад. Он потерял право называться моим сыном. - Почему?! – тут уже хором спросили все. - Хотите знать? – горько усмехнулся король Имальвэ. – Что ж, отчего не поведать? Когда-то давно, когда моя ныне покойная жена осчастливила меня рождением первого сына, Отцы Жизни нашего леса сообщили мне, что у мальчика талант и что он будет принадлежать к их роду-племени. Сначала я разгневался, что мой первенец никогда не займет подобающее ему положение, потому как по нашим традициям маг не может быть королем. Связано это с тем, чтобы обезумевший вдруг монарх-самодур не стал опасным для своего же народа. Так вот, сначала я расстроился, узнав эту новость, но позже смирился, отдал Асартэ на обучение нашим мастерам и уже через несколько лет он научился пользоваться своим даром так успешно, что не было в нашем лесу ему равных в этом деле. Его учителя тоже говорили, что в истории не существовало настолько сильного огневика. И вот, однажды, он уснул и сон Асартэ был беспокоен. Сын мой стонал, вскрикивал, никак не желая просыпаться, хоть мы и пытались разбудить его, а через некоторое время на юге вспыхнул чудовищный пожар. Сгорело очень много деревьев, кустарник и трава выгорели с корнями. Вы, несомненно, видели это пепелище по пути сюда. С тех пор там не растет ничего и все наши маги не в силах исправить ситуацию. Магия Асартэ выжгла на этой территории всю жизнь. Так вот кто там постарался. Это печально. - Я был в ярости, - продолжал Имальвэ, - и выгнал его, не пожелав слушать никаких оправданий. Деревья для нашего народа священны, вы должны были слыхать об этом. А Асартэ в тот день погубил их тысячи. - Но он же не хотел, Ваше Величество, - дождавшись окончания рассказа, заговорил Сарим. – Вы сами сказали, что это было во сне. - Это не снимает с него вины, - грозно произнес Имальвэ. – Мои подданные не поняли бы меня, если бы я простил его после такого. - «А ты когда спишь - себя контролируешь?», – тихо пробормотал я себе под нос, припомнив старый анекдот. - Что? – переспросил король, обернувшись ко мне. – Повторите, молодой человек, я не расслышал. - Я говорю о том, что если это случилось когда Асартэ спал, то, как раз, виновным его считать глупо, - твердо произнес я уже громче. - Возможно ему приснился кошмар или еще чего, так что же, до конца жизни его теперь предателем родины считать? - Я должен был, - заметно было, что Имальвэ самому не нравилось то, что он говорил. – Я был обязан… - Мы не имеем права осуждать вас, Ваше Величество, - сказал Ркат. – Вы поступили так, как считали нужным. Пусть так. Но это было давно, а сейчас вашему сыну нужна ваша помощь. - Мои маги останутся здесь, - тон правителя не допускал возражений. – Если Асартэ погибнет в степях, то такова его судьба. На несколько мгновений за столом воцарилась мертвая тишина. Я приблизительно понимал, о чем сейчас думает каждый из присутствующих. Ркат вне себя от того, что не получилось реализовать то, что он обещал своим соплеменникам, Малита думает примерно о том же самом. Сариму хочется поспорить с монархом о судьбе его сына, ну а Ошис, по своему обыкновению, сидит тихо и впитывает в себя новую информацию как губка воду. Однако нужно что-то делать, иначе мы действительно напрасно топали в эту даль. - Значит вы не дадите нам магов в помощь, Ваше Величество? – спросил я. - Нет, - король слегка качнул головой из стороны в сторону. – Ваша битва не является нашей войной, Ркатидэм. Орк скрипнул зубами от ярости, но сдержался. А я продолжил: - Ну, раз вы не желаете отдать нам магов на время, Ваше Величество, то я хотел бы у вас их нанять. Брови Имальвэ поднялись вверх, а по губам скользнула усмешка. - Одного, двух? – спросил он. – Это обойдется вам очень дорого, молодой человек. - Я хочу нанять всех, - спокойно произнес я. – Всех, что есть. Король очень внимательно посмотрел на меня, видимо думая не безумец ли я. Друзья так же глядели на меня с беспокойством. - Ты хочешь предложить мне золото? – Имальвэ презрительно усмехнулся. – Оно нам ни к чему. Ты даже не можешь представить сколько желтого металла хранится в наших тайниках. Его совсем не сложно достать, если ты проживаешь у подножия Серых Скал. Главное – знать где искать. - У нас нет столько золота, это так, - согласился я. – И хотя его никогда не бывает достаточно, предложить вам я готов ни драгоценные металлы, ни камни, а что-то несколько более ценное. Скажем, одну услугу. Помочь вам с восстановлением жизни на той территории вашего леса, что уничтожена огнем Асартэ. Все продолжали смотреть на меня в немом изумлении. Я вздохнул, поднялся и направился к лесному монарху, опустив руку в висевшую на плече сумку в поисках нужного мне предмета. Имальвэ сделал жест дернувшимся было стражникам оставаться на местах и ждал моего приближения с любопытством. Остановившись рядом с ним, я, наконец, выудил из сумки продолговатую коробочку из светлого дерева, похожую на школьный пенал, и протянул королю. Тот уверенно взял ее в руки, аккуратно приоткрыл крышку и некоторое время внимательно разглядывал содержимое. Потом поднял лицо ко мне. Оно выражало полное недоумение. Эльф тряхнул головой и обратился к стражникам: - Выйдите все! Те заколебались. - Да идите же, мне здесь ничего не грозит! – рявкнул Имальвэ, чуть ли ногой не топая. Воины гуськом покинули обеденный зал. - Откуда у вас Шартагн, молодой человек? – тихо спросил король, держа в руках коробочку с артефактом орков как некую святыню. - Его передал мне для вас Асартэ, - ответил я. – Жаль, что вы перестали считать его сыном, ведь он не перестал считать вас отцом и единственным, кому он мог доверить этот предмет, когда на город, в котором он живет сегодня, напали враги. Мастер Асартэ решил, что Мрачный Лес – то место, где Шартагн будет в безопасности. На самом деле, умирающий в степи жрец, что вручил мне артефакт, не успел сказать кому именно адресована посылка, но я подумал, что будь маг огня здесь – сделал бы то же самое, что и я. - Я никогда не видел его вживую, только изображение в старых книгах, - тихо произнес Имальвэ. – Это действительно он? Настоящий? - Мне нет смысла обманывать Ваше Величество, - сказал я. – Но я понимаю вас. Позовите кого-нибудь из ваших магов, чтобы он подтвердил истинность данного предмета. Король поглядел на меня исподлобья и дернул за свисающий с потолка недалеко от него черный шелковый шнурок, с крупной кисточкой на конце. Послышался мелодичный звон и дверь приоткрылась. В проеме показалась физиономия кого-то из прислуги. - Позови мне Натирэ, - сказал физиономии король. Дверь тут же захлопнулась. Не прошло и двух минут, как в залу зашел эльф. Эльф-старик. Я даже не смог сразу представить сколько ему лет. Если Асартэ, который называл меня мальчишкой, выглядел бодрячком, а отец его сидел перед нами молодым мужчиной в полном расцвете сил, то сколько должен прожить эльф, чтобы выглядеть седым, разваливавшимся стариком? Скорее всего, этот персонаж застал картину становления этого мира. - Вы звали меня, господин? – голос вошедшего был глухим и трескучим. – Я явился и внемлю. - Взгляни на это, Натирэ, - монарх протянул ему коробочку. – И скажи, пожалуйста, что ты видишь здесь? Старый эльф поднес к глазам то, что ему вручил король, и приоткрыл рот от удивления. - Мой господин, это Шартагн! – воскликнул он, подняв на повелителя леса округлившиеся глаза. - Вижу, что он, дорогой Натирэ, - нетерпеливо произнес Имальвэ. – Я тебя позвал для того, чтобы ты сказал мне – настоящий он или это подделка, с целью ввести в заблуждение твоего короля. Старик вновь низко склонил голову над продолговатой шкатулкой и минуты две молча изучал артефакт внутри. Закрыв глаза, поводил над ним рукой. Наконец, закончил и поднял взгляд на Имальвэ, часто кивая, отчего его длинная седая борода принялась болтаться как сошедший с ума маятник настенных часов. - Да, это определенно он, мой господин. Нет смысла вливать в подделку такую магическую мощь, какую я сейчас ощущаю. - Я так и думал, - кивнул король. – А скажи, Натирэ, сможем ли мы с его помощью возродить ту часть леса, что была уничтожена магическим огнем… Он хотел добавить еще что-то, но остановился. - Вашего сына? – беспощадно переспросил старик. – Да, думаю, что теперь у нас должно получиться. - Это хорошо, - Имальвэ, до того сгорбившийся над столешницей, резко выпрямился. – Тогда бери его, иди к своим и сейчас же принимайтесь за дело. Постарайтесь справиться поскорее. Старик отвесил владыке глубокий поклон и покинул залу. Король же обернулся к нам и сказал: - Можете считать, что мы договорились: как только Отцы Жизни закончат здесь – я отправлю их в ваши степи. Вы будете там? - Нет, - ответил Ркат. – Мы выполнили то, что было нужно в этом месте, и теперь нам нужно посетить еще несколько. - В таком случае – с кем же мои подданные должны будут встретиться там? - Я оставил вместо себя друга, которому могу доверять, - угрюмо произнес орк. – Его зовут Гларро. Но пробраться в наши степи эльфам будет трудно. На западе от Гарребриана, возможно вы знаете, стоят скалы, а север и восток блокированы воинами Лередии и Хвадии. Только один путь более или менее безопасен – с юга, через океан. Вам нужно будет нанять корабль с опытным лоцманом, потому что там очень много рифов. - У нас есть флот, - отмахнулся Имальвэ. – Отправим несколько кораблей. - У вас есть флот? – удивленно переспросил Сарим. – В лесу? Монарх посмотрел на него снисходительно. - Конечно он не стоит посреди деревьев, - улыбнулся эльф. – Корабли находятся в бухте, недалеко от Верои, там у нас порт. Охраняется несколькими сотнями моих воинов. На них наши торговцы посещают те земли, которые невозможно или очень трудно достичь по суше. Понимаю, что вы удивлены, но время уже другое – мы тоже научились управлять судами и ходить по морям. Прогресс не остановить. - В таком случае – вашим воинам нужно будет найти на побережье поселение вождя по имени Днаг, - сказал Ркат. - Он проведет их к Гларро. Если же Днага не окажется на месте, то пусть попросят привести их к любому нашему вождю. Они тоже знают где в скалах искать укрывшихся от врага орков. - Хорошо, - согласно кивнул Имальвэ. – А теперь, когда мы договорились, может, все-таки, поедите? Прислушавшись к желудку, я решил, что предложение здравое, и принялся за еду. Друзья последовали моему примеру и несколько минут в зале стояла тишина, нарушаемая лишь негромким хрустом перемалываемой здоровыми зубами пищи. Вегетарианцами, к счастью, местные эльфы не были, а потому хоть мясо и немного остыло, однако на вкус получилось восхитительным. Повар из ранее упомянутого Страгавы был отменным и дело свое знал. Имальвэ терпеливо ждал пока мы насытимся, лишь изредка прикладываясь к своему кубку, а когда все закончили есть, попросил: - Расскажи мне о сыне, Ркат. Как он там? Я очень давно его не видел. - Ну, общались мы с ним в последний раз еще до начала войны, - начал орк, отхлебнув вина. – Я и Игр. Но если вы говорите, что прогнали его давно, то я расскажу. За то время, что мастер Асартэ жил в землях Детей Ветра, он стал уважаемым в наших краях эльфом и главным магом Гарребриана, города, созданного им же вместе с моим отцом. Ваш сын воспитывал меня с детства, вложил в мою глупую голову уйму знаний и уж кто-кто, а я точно ничего не могу сказать о нем плохого. В Аверлоссе, до того, как он был разрушен, также отзывались о вашем сыне только хорошо, а глава Академии Нитради был его другом. Сейчас мастер Асартэ находится в Гарребриане за его крепкими и высокими стенами, оберегающими тех, кто остался за ними. Однако так не может продолжаться вечно – враг предпринимает всевозможные попытки штурмовать город и когда-нибудь у них это получится. Если мы не сможем им в этом помешать. С вашими магами у нас теперь есть шанс. Благодарю вас от всего народа степей, Ваше Величество. Все время пока Ркат говорил монарх в задумчивости водил кончиком указательного пальца по столешнице. Я отметил про себя, что маникюр у местного владыки идеален, не то что мои обломанные ногти. - Когда вы покидаете мой лес? – спросил Имальвэ. Глаза его смотрели куда-то сквозь нас. - Утром, - ответил Ркат. – Нам нужно как можно скорее добраться до веройского порта. Если вы не возражаете, то перед дорогой хотелось бы пополнить у вас припасы. - Я прикажу и вам дадут все, что нужно, - ровным голосом произнес местный властитель. – И, как я обещал, мои подданные тоже не станут затягивать с отправлением в ваши степи.

Глава 15. Актия

Почти всю ночь мы провели в разговорах с королем Имальвэ, обсуждая положение, сложившееся в мире за последние годы, а утром следующего дня, как и обещал Ркат, отправились из леса Мрачных обратно в Верою. До границы владений эльфов нас провел выделенный монархом небольшой отряд лесных жителей, а по знакомой каменистой пустыне пришлось вновь пробираться самостоятельно. Путь по ней как и дорога до нужного нам веройского города прошли без приключений. Перед тем, как въехать на земли людей, Ркат и Малита с неохотой нацепили так опостылевшие им ошейники, однако они, как и остальные участники путешествия, понимали, что это было необходимо.

В припортовом городке, называемым Актией, мы нашли приют в небольшом трактире, совмещенным с двухэтажным зданием, возведенным из известняка и являющимся чем-то наподобие местной гостиницы. Свободных комнат оставалось всего две. Одну заняли мы с Малитой, а вторую Ошис, Ркат и Сарим. Там отмылись от въевшейся в кожу дорожной пыли и отоспались вволю.

После полудня и вкусного обеда, оставшись наедине с орком, я поинтересовался у него - отчего будучи в лесу Мрачных мы увидели только три десятка эльфов, неужели у владыки Имальвэ настолько мало подданных? Если честно, то прием у лесного короля мне показался чем-то вроде обычной дружеской посиделки. Если бы не обруч с драгоценным камнем на голове венценосца да наличие охраны и слуг, то родителя Асартэ вообще можно было бы принять за эдакого своего парня.

- Нет, конечно, - улыбнулся Ркат, как обычно когда приходилось что-либо объяснять малосведущему мне. – У эльфов нет домов в нашем понимании. Тот небольшой дворец, что ты видел, используется для встреч послов, а живут лесные жители на деревьях. Если бы мы задержались там подольше и в светлое время суток, то ты бы увидел их экзотические жилища. Неужто думаешь, что они спят в снегу, как медведи? На самом деле подданных у Имальвэ многие и многие тысячи. Просто он не счел нужным демонстрировать их всех. И это правильно. Нам нужен был король? Мы увидели короля. Что тебе еще нужно?

Я только плечами пожал. На том наш разговор и завершился.

Как ни странно, никто из моих друзей так и не спросил откуда у меня взялся артефакт орков, переданный мною лесному властителю. Остальные понятно, они не были информированы о том, что именно я достал из сумки, возможно подумали, что какую-то редкую ценность, а вот Ркат мог бы и поинтересоваться. Хотя, есть подозрение, что он сделает это позже или же доверяет мне как себе самому и оставит все без расспросов. А может решил, что я поступил правильно, и не желает произносить лишних слов. Как бы то ни было, тему эту с ним мы не поднимали.

В отправленных письмах Камие и Дертану как ориентир для встречи я указал храм Тысячеглазого, обычно имеющийся в любом более или менее крупном городе Станира в количестве одной штуки, рядом с которым нам нужно было появляться перед заходом солнца каждый день и уходить только тогда, когда светило полностью скроется за линией горизонта. Телефонов в этом мире еще не придумали, а потому пришлось пытаться поймать друг друга по старинке, назначив место. Малиту решили не трогать, оставив заниматься домашними заботами, а мужчины, поделившись на пары, поочередно дежурили у храма – день я с Ошисом, а день Ркат с Саримом. Три дня прошли безрезультатно. За это время к местной обители Тысячеокого два раза успели прогуляться орк с магом и один раз я с адитом.

На четвертый же день, подходя к ступеням храма, я еще издали увидел знакомые фигуры: одну - высокого человека, вторую – стоящего справа от него низкого, широкоплечего дворфа с обычной своей секирой на плече, и третью, слева - стройного ушастого эльфа с длинным луком, сейчас частично выступающим из-за спины.

- Добрый вечер, - сказал я, подходя к Дертану Синлагу и протягивая руку для приветствия. – Как добрались?

- Нормально, - глава отряда наемников крепко пожал мою ладонь, бойцы же его обошлись сдержанными кивками, глядя на меня и людоящера с подозрением. – Скажешь – зачем я тебе так срочно понадобился? Да еще и со своей полной сотней?

- Не здесь, - ответил я. – Вы где остановились в Актии?

- Да тут, неподалеку. Я оплатил на несколько дней один пустующий особняк с большим двором. В нем, как раз, хватило места для всех моих вояк.

- Вот давай мы к нему и прогуляемся, - предложил я. – По крайней мере, будем знать, в случае чего, где тебя искать. А по дороге расскажи, пожалуйста, как сейчас обстоят дела в Длии.

- Вот ты интересный человек, Вандам, - весело усмехнулся Дертан, зашагав в направлении, видимо, местного расположения Буйных и одновременно сделав мне приглашающий жест. – Учитывая то, каким образом мы когда-то расстались, я мог бы зарубить тебя на месте или приказать это сделать своим людям, а ты так просто спрашиваешь меня «как дела?», словно мы старые друзья.

- Давай сразу проясним одну вещь, - на пару мгновений оторвав взгляд от луж под ногами и серьезно посмотрев на наемника, предложил я. – Точнее, две. Во-первых, меня зовут не Вандам, а Игр. Называй меня так. То, прежнее, имя было выдумано для маскировки. И во-вторых, желания совершить по отношению к вам хоть какое-нибудь зло я никогда не испытывал. Я не враг ни тебе, ни твоим бойцам. Ты это знаешь, иначе бы не приехал. Или же, явившись сюда, сразу воткнул бы мне в живот свой прекрасный меч.

Синлаг машинально поправил упомянутый мною великолепный полуторник, висящий у него на поясе, и, уже без улыбки, сказал:

- Ты прав, Игр, я не считаю тебя своим врагом. Несмотря на то, что ты действовал тогда в интересах орков. Тем более, благодаря тебе мы, возможно, уберегли нашего короля от грозящей ему беды.

- Да? – удивился я. – Это как же?

- Помнишь, перед тем, как мы разошлись, ты предупредил меня, чтобы если я увижу где-нибудь людей в черных плащах и шляпах, отливающих лоском, то мне нужно убить их, а уже потом думать правильно ли я поступил? Так вот, сразу по возвращении в столицу я увидел двоих подле правителя нашей страны и в первый же вечер сделал то, что ты посоветовал – то есть, убил. И не скажу, что это было легко. Если бы не Ордок, то я, возможно, и не смог бы сейчас говорить с тобой.

- Ордок – это тот каменный человек? – вспомнил я. – Голем, оживленный магом в результате какого-то эксперимента?

- Да, он. Так вот, лишив жизни тех существ, мы хорошенько их рассмотрели. Выглядели трупы жутко. Никогда прежде не видел подобного. Что это за твари, Игр?

- Не знаю, - честно ответил я. – Но могу тебе сказать, что в недалеком будущем нам с тобой это придется выяснить вместе. Для того, собственно, я тебя и вызвал. Нужно помочь мне в одном деле. Деле опасном, а потому мне понадобятся все твои люди. И не только люди.

Дертан кивнул.

- Но ты же понимаешь, что мои бойцы – наемники, а потому…

- А потому им будет оплачено очень щедро, - перебил я его. – На этот счет не переживай. То, что должно быть сделано, требует силы. Сил у меня недостаточно, а вот золото есть. Со мной путешествует принц орков и он совсем не беден.

- А, ну если с этой стороны волноваться мне нечего, то это чудесно. Вот, кстати, и наше скромное жилище.

За непродолжительной беседой с командиром наемников я и не заметил как мы прошли пару актийских улиц и оказались перед высокими полукруглыми воротами из толстых дубовых досок, окрашенных в черный цвет.

Дворф и эльф, все это время шедшие за нами, стараясь не отставать, вышли вперед и Модра открыл тяжелую калитку, проходя во двор. За ним в проем скользнул легкий как летний ветер Лариан, а Ошис остановился рядом с нами.

- Следуйте за мной, - пригласил нас входящий во двор Дертан. Что мы с адитом незамедлительно и проделали.

За оградой я увидел настолько знакомую картину, что она вызвала у меня дежа вю: все пространство от забора и до самого дома занимали походные солдатские палатки, между которыми бродили по своим делам люди, эльфы, дворфы, гоблины, полуорки и другие звероподобные существа. Все это движение сопровождалось множеством разнообразнейших звуков, сливавшихся в один сплошной шум.

Миновав лагерь наемников посреди двора, мы добрались до крыльца и вошли внутрь арендованного Синлагом двухэтажного дома. Едва за Ошисом закрылась дверь, как гул голосов разом стал почти неслышим. Это не могло не радовать.

- Вино будете? – поинтересовался Дертан, заведя нас в комнату с четырьмя мощными креслами, стоявшими друг напротив друга и обитыми синим бархатом.

Я без разрешения присел в ближайшее из них и с удовольствием вытянул подуставшие от продолжительной ходьбы ноги. Адит расположился в другом, свесив свой длинный хвост на сторону.

- Не откажемся.

Младший брат мастера Нитради налил мне и Ошису по полной глиняной кружке красного вина из пыльной толстостенной бутыли темно-зеленого цвета, взятой им с антресоли ближайшего шкафа, чокнулся с нами и сам жадно приложился к горлышку. Сделав несколько больших глотков, он шумно выдохнул, оперся спиною о косяк двери и тихо произнес:

- Что-то очень скверное творится на нашем континенте, Игр.

- Я тебя внимательно слушаю, - сказал я, внутренне сжавшись в ожидании плохих новостей.

- Станир будто в огне, - продолжил он. - Лередия, как ты знаешь, вместе с Хвадией напала на земли орков, заручившись поддержкой короля Западного Леса Талиана и владетеля Серых Гор Кжинты. Кроме этого, воспользовавшись внезапной болезнью короля Притана, на Длию сейчас наседают соседи с севера, Гредалия схлестнулась с Кароссом, а Вероя готовит свой флот для нападения на Стео. И это только я упоминаю крупные страны, что говорить о мелких. Такое ощущение, что все решили одновременно воевать со всеми. Не припомню ничего похожего за всю историю существования рода человеческого.

- И причин ты этому не знаешь? – спросил я.

- Можно предположить, что произошло всё случайно, - вздохнул Дертан. – Но мне слабо в это верится. Чтобы сразу все государства начали выяснять отношения друг с другом – не бывало такого.

- А если это какое-нибудь злое чародейство? – поинтересовался я. – Мне рассказывали как-то про одного местного колдуна, который хотел захватить весь континент.

- Ты про Черного Короля? – Синлаг поморщился. – Давняя история. Нет, там была другая ситуация – он собрал просто огромную армию и последовательно захватывал земли. О каком-нибудь изощренном колдовстве речи тогда не шло. У него имелось множество солдат и большое желание стать императором Станира. И, как раз, благодаря магам этого не произошло. Да и страны, что он не успел захватить, тогда против него ополчились и в конце концов победили. Нет, тут что-то другое.

- Ладно, это все политика глобальная и не моего ума дело, - я решил сменить тему разговора на более интересную для меня. – Теперь поговорим о том, для чего ты здесь понадобился. Ты и твои люди нужны мне для того, чтобы посетить некие Ядовитые Острова. Возможно, это название тебе знакомо.

- Знакомо ли? – Дертан посмотрел на меня округлившимися глазами. – Ты, Игр, вообще нормальный?

- Не понял, - я действительно не уразумел, чего это он вдруг усомнился в моем психическом здоровье. – Что-то не так?

- Что ты знаешь о Ядовитых Островах? – в свою очередь спросил командир наемников.

- Если честно, то ничего, - прямо ответил я. – Знаю только, что туда переправляют из Лередии рабов и военнопленных. Среди невольников может быть один очень нужный нам орк. Что тебя смущает?

- Почему острова называют Ядовитыми, ты, как я понимаю, не ведаешь? – Дертан прошелся по комнате из угла в угол. – По той простой причине, что там всё хочет тебя убить. Уйма ядовитых змей, пауков и насекомых. Говорят, что те, кто там побывал, умирали, лишь только ступив на берег.

- А если облачиться в глухие латы? – поинтересовался я. – Неужто у змей на тех островах такие крепкие зубы, что в состоянии пробить сталь?

- Не знаю, - с сомнением в голосе произнес Синлаг. – Ордоку-то точно никакого вреда эти гады не нанесут, а вот остальным… Тебе действительно так нужно на те острова?

- Очень, - кивнул я.

- Ладно, подумаем, что мы сможем с этим сделать, - сказал Дертан. – Не будем сильно верить в сказки, обычно их сочиняют не те люди, которые умеют справляться с трудностями. Но главная наша беда в том, что никто не знает, где находятся нужные тебе острова.

- Как так? – удивился я. – Ты же сам только что сказал мне, что туда плавали моряки и умирали там.

- Вот потому что там опасно, потому и не ходит туда никто испокон веков. И так как давно ни один человек не заплывал в те края – в результате никто точно не ведает к ним путь.

- Чушь какая-то, - помотал головой я. – Все знают, что есть острова, но провести никто к ним не может?

- Именно так.

Я задумался на некоторое время, а очнувшись от размышлений сказал:

- Значит вот что: пока вы поживете тут. Стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Ешьте, пейте, отдыхайте. Ввиду сказанного тобой, мне теперь в первую очередь нужно найти лоцмана, способного найти интересующие нас земли. Как я понял, ты таковых не знаешь?

- Среди моих знакомых подобных не имеется, - усмехнулся Дертан, покачивая бутылкой и глядя на остатки жидкости сквозь почти непрозрачное стекло. – Говорю же тебе – никто не находит к ним дороги. Я и сам когда-то интересовался этим вопросом.

- Да? – удивился я. – С чего это?

- Лет пятнадцать назад один богатый алхимик предлагал неплохую сумму тому, кто привезет ему пару ползучих гадин с тех островов. То ли строение их его интересовало, то ли яд, я не вникал. Но пробовал найти пути к островам, уж больно цена была озвучена за них хорошая. Еще тогда делал то же, что ты предлагаешь сейчас – опрашивал каждого моряка в нескольких портах Станира. Ни один из них не даже не вспомнил, где это место.

Очень странно, ведь толстяк Литка точно назвал острова, куда идут корабли с невольниками, Ядовитыми. И ситуация, в которой он тогда оказался, совсем ко лжи не располагала. А тут такое. Черт, но кто-то же должен знать к ним дорогу.

- В портах Верои ты также был?

- Ага, - кивнул Синлаг и, допив наконец вино, поставил опустевшую бутылку на шкаф. – И тут тоже.

- Ладно, но я, все же, попытаюсь, - сказал я Дертану. – Возможно с того времени, как ты был здесь, что-нибудь да изменилось.

- Хорошо, - пожал плечами он. – Ищи, что тебе нужно, а я буду ждать от тебя известий. Да, расскажешь, как тебя угораздило связаться с орками?

- Не сейчас, но в другой раз непременно, - пообещал я ему. - Проведешь нас до ограды?

- Пойдемте.

Мы вышли из дома и направились к выходу со двора. Лагерь наемников как и прежде гудел пчелиным роем. Люди и нелюди ходили по своим делам. Вдруг посреди этого броуновского движения мой взгляд зацепился за странную потасовку, случившуюся недалеко от забора. Два низеньких зеленых существа держали друг друга за порванные на груди рубахи и активно работали маленькими кулачками. По их внешнему виду было заметно, что они успели уже поваляться и на земле. Рядом с ними стоял светловолосый бородатый гигант, безуспешно пытавшийся разнять драчунов.

Синлаг покосился на нас с адитом и досадливо цокнул языком.

- Прекратить! – рыкнул на дерущихся он. – А ну стоять оба!

Услыхав голос начальства, те мигом отпрянули друг от друга, одновременно развернувшись к нам и вытягиваясь во фрунт. Бородач сделал то же самое и я узнал Гретара. Видно, что он тоже осознал, кто перед ним, и уверившись, что глаза его не обманывают, сразу же потянулся к висевшему у него на поясе мечу.

- Отставить! – от Дертана не укрылось движение десятника. – Гретар, оставь оружие в покое. Это друг и наш наниматель.

Клинок богатыря скользнул обратно в ножны, а густые брови приподнялись вверх. Я не стал далее смотреть на его небогатую мимику, вновь обратив свой взор на недавних «боксеров». Сиил и Даак, два маленьких зеленых гоблина. Ну кто бы сомневался.

- Вы что здесь устроили? – прорычал Синлаг, глядя на разбитые морды своих непоседливых арбалетчиков. – Кусок сухаря не поделили, что ли?

Те одновременно затараторили какие-то оправдания.

- По одному!

- Он мне соли в чай насыпал, командир, а мы только… - пискляво принялся ябедничать Сиил, но тут же сбился с мысли, завидев, наконец, меня. - О, водный маг! Привет, Вандам! Командир, он теперь что, с нами будет?

- Молчать! – Дертан мельком посмотрел на нас с Ошисом с извиняющимся выражением на лице, а после сказал, обращаясь к десятнику: - Гретар, обоих под стражу до утра. Оружие отобрать, посадить отдельно друг от друга. А уж завтра я решу, что с ними делать. И мало вам обоим не покажется. Вы меня слышали? Выполнять!

Гретан бросил на нас с Ошисом короткий хмурый взгляд, схватил двух провинившихся гоблинов за воротники оборванных рубах и потопал к палаткам. Сиил по дороге умудрился обернуться, с довольным видом помахал мне на прощание зеленой лапкой, но получив легкий подзатыльник от конвоира, вернул взгляд под ноги и ускорил шаг.

- Простите, господа, - недовольно проворчал Дертан. – Вообще в моем отряде строгая дисциплина. Обычно. Но эти двое, точнее шестеро…

- Я помню, - улыбнулся я. – Думаю, что тебе не стоит продолжать.

Командир наемников кивнул и, так как мы уже подошли к воротам, пожал нам руки на прощание.

- В гостиницу? – спросил людоящер, молчавший все то время, что мы находились в обществе Синлага.

- Да, пойдем домой, - сказал я. – Завтра с утра необходимо прогуляться по местному порту и поговорить с людьми. И для этого нам придется встать рано.

Глава 16. Старый знакомый

Весна постепенно вступала в свои права. И хотя по ночам все еще было холодно, днем лучи солнца уже активно топили снег, превращая дорогу в плохо проходимую грязь. В самом же порту, казалось, глинистой земли, смешанной с талой водой, было еще больше.

Здесь она присутствовала не только под ногами, но и на стенах заведений, которые нам с Ошисом пришлось посетить, на колесах телег, привозящих грузы к корабельным трапам и отвозящих их обратно, на возницах, на крупах и ногах лошадей, на одежде и даже на просоленных лицах моряков, с коими нам пришлось общаться. Казалось, грязью здесь было испачкано все. Однако это не создавало того гнетущего впечатления, как, например, атмосфера в промышленных зонах на моей планете, где трубы заводов насыщали окружающее пространство дымом, копотью и химическими ароматами. Напротив, тут наличие разнесенной с дорог грязи от кабаков и до кораблей было естественным признаком меняющейся к теплу погоды да кипучей деятельности местных работяг.

Побродив так с раннего утра до полудня, мы с адитом не добились ровным счетом ничего. Нам пришлось обойти за это время множество местных таверн, складов и причалов, но никто из опрошенных так и не смог сказать что-либо о том, где находятся нужные нам острова. На наши вопросы морские волки все как один, усердно размышляя, почесывали заросшие затылки и засаленные бороды разнообразнейших форм и оттенков, однако интересовавшей нас информации мы от них не услышали. Так что в гостиницу сейчас должны были вернуться ни с чем и в прескверном настроении.

Я устал и был рассержен неудачами. Хотелось присесть, но как назло рядом не было ни одного чистого камня или кусочка древесины, а пачкать только недавно выстиранные Малитой штаны не хотелось. Потому, проходя мимо очередного склада, менее других облепленного комьями грязи, я с облегчением привалился к неиспачканному участку стены и вгляделся в линию горизонта.

Над портом поднялось солнце и замерло в зените, ярко освещая корабли, пристани, примитивные деревянные краны и толпы снующих туда-сюда людей, выполняющих свою обыденную работу. Кораблей у Верои было много. От нечего делать, я пересчитал все крупные парусники, не принимая во внимание шаланды и баркасы. Вышло восемьдесят семь.

- И это только один порт, - словно отвечая моим мыслям, ровным голосом произнес адит, уставившись туда, куда и я. – А в этой стране их три. Больших, имеется в виду. Мелкие пристани есть и в городках поменьше, а уж в деревнях, почитай, лодка есть у каждого крестьянина.

- Рыбака, - поправил я его. – Это у тех, кто с моря живет. Крестьяне – они с земли кормятся.

- Пусть так, - кивнул ящер. – Но как бы там ни было, кораблей много. Внушающая уважение мощь.

- Дертан говорил что-то насчет того, что веройцы готовятся к какой-то войне, - задумчиво произнес я. – Может оттого они и поднакопили тут этой силы?

- Если его слова верны, то противникам Верои не поздоровится. Видишь, во-о-он тот корабль? С тремя мачтами? Только он один может нести более двадцати баллист на борту. Хороший залп из боковых орудий и камни с гарпунами снесут с берега или палубы вражеского судна многочисленный отряд. А таких корабликов я уже насчитал больше трех десятков.

Я посмотрел на заполненный судами залив повнимательнее, отмечая про себя наиболее крупные. Действительно, почти около сорока судов выделялись на фоне остальных своими габаритами, но и те, что были поменьше, выглядели не менее устрашающе.

- Да, силища, - сказал я. – Ну что, пойдем, пожуем может где-нибудь чего-нибудь? Я успел проголодаться во время нашего путешествия по этим дорогам из жидкой грязи.

- Пойдем, - согласился Ошис. – Мы, кстати, проходили что-то похожее на таверну у въезда в порт. Так вот из нее довольно вкусно пахло чем-то жареным. Можем зайти туда и перекусить.

Я кивнул, со вздохом отлепился от удобной, поддерживающей меня стены, и зашагал по направлению к упомянутой адитом местной закусочной.

Выглядел припортовый кабак неважно, напоминая сколоченный из широких досок большой и темный сарай с покосившейся от времени вывеской. Но, по крайней мере, здесь было почище и этим он несколько выигрывал в сравнении со своими братьями на территории самого порта, а потому я решил, что ящер поступил правильно, посоветовав пообедать именно здесь.

Почти рядом со входом в питейное заведение сидела небольшая группа нищих. Грязных, оборванных и, судя по выражениям их лиц, обозленных на весь окружающий мир. Их тут было меньше, чем на нижних ступенях храма Тысячеокого либо же у рынка на одной из главных площадей города, но не на много. В порт частенько наведывались по делам люди не из простых, а потому у них всегда можно было чем-нибудь поживиться.

Вот и сейчас, лишь только нас завидев, они заученно-горестно запричитали, просяще протягивая к нам из-под лохмотьев худые руки с грязными ладонями и давно не стриженными ногтями на скрюченных пальцах.

- Подайте, милый государь! На хлеб дайте! Три дня уже не емши! Пожалейте, добрый человек!

Я сунул ладонь в кошель на поясе, достал оттуда небольшую горсть мелких медных монет и бросил попрошайкам. Ничего, не обеднею.

Те, мгновенно превратившись из немощных просителей в весьма активных людей, налетели на блестящие денежки стаей черных ворон, борясь между собой за только что выпрошенные монеты. Наконец, поделив добычу и успокоившись, сели обратно.

Я уже хотел было зайти в кабак, как обратил внимание на то, что один из нищих сидит немного дальше и отдельно от остальных. Добытыми у меня монетами с ним никто не поделился. Заросший волосами бедняк сидел подперев спиной стену и безучастно глядел на торчащие из-под своего рубища ноги, замотанные узкими полосами ткани не первой свежести.

Мне стало немного не по себе от того, что нищие так обошлись со своим товарищем, и я, достав из кошеля серебряную монету, подошел к нему.

- Держи, - протянул бедняку блеснувший на солнце кругляш. – Купи себе что нужно.

Бродяга медленно поднял голову и посмотрел на меня. Увидав его худое, грязное, но очень знакомое лицо, я даже охнул от неожиданности.

- Дарен?

На меня смотрели два глаза – один ясный и чистый как осеннее небо, а второй с белым бельмом, почти полностью закрывающим зрачок. Бывший речной разбойник тоже меня узнал.

- О, старый друг, - голос его был хриплым и тихим. – Какими ветрами тебя занесло в наши края?

- Это не важно, - сказал я, присаживаясь перед Белоглазым на корточки. – Лучше расскажи, что произошло с тобой? Почему ты здесь? Да еще и в таком виде?

- Судьба, наверное, у меня такая, - слабо улыбнулся Дарен, протянул руку и ловко схватил серебро с моей застывшей ладони. – Спасибо за монету.

- Да какая монета… - я даже растерялся. – А ну вставай и пойдем в это заведение. Там и поговорим. Угощу тебя хоть. По тебе же видно, что ты голоден.

- Я бы и рад встать, дорогой Игр, но не могу, - нищий зашелся в сухом кашле, согнувшись вперед и пытаясь остановить приступ.

Наконец, ему это удалось и мы смогли продолжить общение.

- Что такое? – нахмурился я. – Думаешь, что не пустят в таком виде в этот дешевый кабак? Не беспокойся, это я возьму на себя. Пустят, еще как пустят.

- Я про другое. Если хочешь усадить меня за один с собой стол, то тебе придется меня нести.

Бывший разбойник задрал свое похожее на рясу рубище до середины бедер и я понял, что он имел в виду. Нелепые грязные портянки доходили ему лишь до икр, а далее ноги были голыми. Только сейчас я смог разглядеть, что они, видимо, были не столь давно сломаны выше колен и теперь лежали под неестественным углом. Кожа на месте изломов имела огромные уродливые шрамы.

- Бедняга, - сказал я, сжимая челюсти до скрипа зубов. – Это где же ты так?

- Да вот, случилось, - снова слабо улыбнулся он.

- Плохо танцевал и людям не понравилось?

Дарен расхохотался.

- Нет, друг, - успокоившись, ответил он. – Просто бегал не очень быстро.

Тут он обратил внимание на стоящего неподалеку от меня Ошиса.

- О, адит. Приветствую. Рад, что тебя не съели.

Людоящер осклабился в своей хищной ухмылке и кивнул человеку, когда-то приказавшему его убить.

- Ладно, что с тобой произошло ты расскажешь нам внутри, - решил я. – Ошис, возьми его, пожалуйста, на руки. Только аккуратно. И тащи в кабак.

Адит осторожно поднял нищего и легко, будто совсем ничего не нес, переступил порог заведения. Я шагнул следом, под удивленными взглядами остальных нищих.

Помещение встретило нас полумраком, теплом и дымом от трубок посетителей, к которому примешивался приятный аромат свежей выпечки. Людей, желавших поесть либо выпить в это время суток, здесь было не более десятка, а сам хозяин кабака, оказавшийся крепко сбитым мужчиной лет пятидесяти, встретил нас почти у порога.

- Три кружки лучшего вашего вина и горячей пищи, также, на троих, - сказал я, обращаясь к нему. – Желательно, чтобы она была сытной и мы не покинули это славную харчевню наполовину голодными. А это вам за неудобства.

Понимая, что каждому владельцу подобного заведения вряд ли захочется видеть у себя в гостях таких людей, как грязный попрошайка, я сходу протянул мужику золотой. Однако тот меня неожиданно приятно удивил.

- О каких неудобствах речь? – намеренно не замечая ноши на руках ящера, ровным голосом спросил хозяин. – Садитесь за тот столик, что в углу, любезные господа, и чувствуйте себя как дома. Этого золота вполне хватит как оплаты за то, что вы заказали. Еще и останется.

И он, взяв у меня монету, отошел к стойке, а уже через пару минут вернулся к столу с двумя бутылками вина и тремя пустыми глиняными кружками.

- Жаркое придется немного подождать, господин барон, - предупредил хозяин и после моего согласного кивка оставил нас одних, более не докучая.

Я сломал сургуч на горлышке одной из бутылок, вытащил слабо хлопнувшую пробку и разлил принесенный напиток по кружкам.

- За встречу, Дарен, - мы слегка стукнулись выщербленными краями чарок. – Хоть, признаюсь, она для меня явилась неожиданностью. Ты же говорил, что поедешь на Север, в город… Как его там?

- Раог, - отпив вина, сказал Дарен. – Туда, к сожалению, я так и не добрался. Братишек моих помнишь? Так нет больше братишек. Кто погиб, кто в каталажке. Не доехали мы до Раога. Нарвались по дороге на один из усиленных патрулей лередийцев. Я один ушел. Притворился мертвым, а как они внимание на тела обращать перестали – в кусты и на пятки. Долгое время бродяжничал. Места незнакомые, новую ватагу сколотить не получилось, промышлял то тем, то этим – со временем решил, что пора бы заняться чем-нибудь таким, за что на виселицу не поведут. Прослышал, что в Верое грамотные корабелы нужны, а так как я в этом деле немного соображаю, то прибыл сюда, помогать им флот строить.

- Ноги – это там? – спросил я.

Он согласно кивнул.

- Ага. На одном из кораблей грот-мачту ставили, а она возьми да и пойди креном. Если бы все на месте остались, то удержали бы. Но куда там. Несколько сопляков из подмастерьев как увидали, что ее клонить начало, так сразу канаты побросали и только их и видели. Двоих плотников насмерть прихлопнуло, а мне, вот, ноги концом мачты перебило. А ведь отскочил почти.

- Давно?

- Да, почитай, пару лун назад уже, - Дарен вновь глотнул вина и аж глаза закатил от наслаждения. – Сначала думали, что все, сдохну, ан нет – выкарабкался. Стужу в одном из строившихся кораблей пережидал, отлеживался. Работяги помогали кто чем мог – кто одеялом теплым, кто хлебом или мяса куском. А тут, где-то с половину луны назад, дернул Ниишагл какой-то господина проверяющего в верфи заглянуть. И велел он меня гнать с моей лежки как зайца на охоте. Хорошо, что раны к тому времени на ногах гнить перестали и затянулись полностью. Правда ходить я уже не смогу. Вот, побираюсь, будто собака бездомная.

Он закончил говорить, поднял склоненную к груди голову и улыбнулся, но в уголках век виднелись слезы. Понять его можно – не старый мужик, еще совсем недавно полный сил, а оно вон как вышло.

Я забарабанил пальцами по столешнице. Посидел размышляя. В этот момент хозяин кабака принес нам три порции жаркого в трех глубоких мисках и корзинку с нарезанным хлебом. Поставил на стол и удалился.

Я смотрел на Дарена, жадно хватающего горячую пищу деревянной ложкой, и решал, что с ним делать. Бросать его здесь нельзя. Не по-людски это. Кроме того, в прошлом он нам здорово помог. Никто не заставлял его плыть с нами, например, через пороги на реке Жемве, однако Белоглазый не отправил нас одних, а проводником пошел. Да и с побегом из Фастарата, тюрьмы лередийской, тоже тогда помог здорово. Нет, нельзя его тут оставлять. Никак нельзя.

- Вот что, мой дорогой друг, - наконец сказал я. – Сейчас выпьем, поедим и заберем-ка мы тебя с собой.

Это решение было правильным. Единственно правильным.

- Заберете меня куда? – угрюмо поинтересовался Белоглазый. – Где-то требуются калеки?

- Для начала – в гостиницу, - сказал я. – И слушай, Дарен, прекращай себя жалеть. Люди живут не только с перебитыми ногами, но даже с отрезанными. И живут достаточно недурно, если у них есть друзья, способные им помочь. Если ты считаешь, что после всего, что мы когда-то пережили вместе, я оставлю тебя здесь гнить заживо, то ты о нас слишком плохо думаешь. Так что, доедай и поедем.

Бывший разбойник больше ничего не сказал, вернул глаза к миске и принялся за еду. Я же вопросительно посмотрел на Ошиса. Он ответил мне одобрительным кивком.

Через некоторое время, за которое я выпытал у Дарена подробности его путешествия, мы покинули припортовый кабак и отправились домой. Нести Белоглазого адиту так далеко не пришлось – рядом со въездом в порт нам попалась попутная пустая телега, привезшая на пристань сосновые доски, и возница любезно согласился за несколько медных монет доставить нашу тройку до гостиницы.

Там я сдал Белоглазого на руки слугам с приказом отмыть, подстричь и выбрить. Как раз освободилась еще одна небольшая комната, из которой выехал какой-то купец, что пришлось весьма кстати. Ее я для бывшего разбойника и снял, заплатив совсем немного. Малита, заметив, что я притащил какого-то человека, с которым обращаюсь довольно вежливо, а после выслушав от меня кто это такой и какое отношение имел в прошлом к моей судьбе, взяла на себя все хлопоты по обустройству калеки на новом месте. Позаботилась о том, чтобы у него в комнате постоянно была вода, чтобы постель была мягкой, а в помещении присутствовали свечи и ночная ваза. И сразу же взялась перекраивать мой старый дорожный костюм, дабы у парня появилась приличная одежда. Так как платья Рката и Ошиса на это годились мало, ввиду нестандартных пропорций, а Саримовы оказались для Дарена малы, то немудрено, что на шитье пошел один из принадлежащих мне. Итак, судя по развитой девушкой бурной деятельности, наш приятель попал в заботливые руки, а значит пока я мог заняться насущными делами.

До захода солнца оставалось уже не так много времени, сидеть в гостинице мне не хотелось, поэтому я решил сегодня пройтись с Ркатом и Саримом к храму Тысячеокого в надежде встретить там Камию Лютую.

Я вежливо постучал в дверь напротив нашей с Малитой комнаты, где проживали некромант, адит и орк. Голос мага прозвучал откуда-то издалека, приглашая меня войти.

Сарим сидел на кровати, по обычной привычке поджав под себя ноги, и читал «Акафеллон», Ошис, развалившись на своей, видимо отдыхал от нашей с ним сегодняшней длительной прогулки, а Ркат сидел за столом и жевал остатки какой-то снеди, одновременно мастеря что-то на столе.

У молодого мага был недовольный вид.

- Что-то произошло? – спросил у него я.

- Да тут, чуть дальше середины, четыре страницы, написанные на незнакомом мне языке, - пожаловался некромант. – С того момента, как ты мне подарил эту книгу, пытаюсь разобраться. Да все никак. А мне нужно знать, о чем здесь говорится.

Я подошел к нему и заглянул в раскрытый том через его плечо. Страницы, о которых говорил некромант-недоучка, были испещрены какими-то значками, похожими на муравьиные следы и мне, также, неизвестными.

- Хм… А Ркат, Ошис, смотрели?

- Ага, - кивнул Сарим. – Тоже, говорят, не знают.

- Ну, если это для тебя важно, то разберемся с этим обязательно, но попозже. Ты не забыл, что вам сегодня к храму?

Маг вздохнул, отложил черный фолиант и принялся одеваться.

- Я, кстати, составлю вам компанию, если не возражаете. Да, Ркат, можешь сегодня остаться, а мы сходим с Саримом.

- Надоело торчать на одном месте, так что, наверное, откажусь и, все же, прогуляюсь, - угрюмо промолвил орк вставая. - Поход в порт, как я слышал от адита, ничего не дал? Что думаешь делать дальше?

- Пока не знаю, - честно ответил ему я. – Мы сегодня хоть и многих опросили, однако не всех. Так что, попробуем еще завтра. Не стоит терять надежду преждевременно.

Наконец виконт сообщил нам что готов и мы втроем покинули гостиницу.

Глава 17. Юнга

- Скажи-ка мне, дорогой-хороший, почему это я должна все бросать, возвращаться в любимый и родной порт, откуда отплыла с полными трюмами товара лишь луну назад, да отправляться с тобой не пойми куда и не пойми зачем?

Камия Лютая была недовольна и выражала свое недовольство в течение нескольких минут после нашей встречи в свойственной ей манере - с частым употреблением разных нехороших слов. Объектом своего гнева контрабандистка выбрала именно меня, так как Ркат и Сарим стояли позади. Орк молча, разглядывая разношерстный люд на площади у храма Тысячеокого, а некромант тихо разговаривая с товарищем, пожелавшим когда-то оставить нашу компанию ради этой красотки с восточным разрезом глаз. Учитывая то, что сейчас девушка гневалась, прекрасные очи ее стали еще уже, почти превратившись в две полосочки, что, впрочем, не мешало ей метать из них грозовые молнии в мою сторону.

- Если бы не Зараб, то я бы и не подумала менять курс, - несколько остывая, пожаловалась мне Лютая. – Так что, ты должен благодарить его большое и доброе сердце.

Я невольно бросил оценивающий взгляд на мага камня, обладающего гигантским для человека ростом и пудовыми кулаками. Громила с «добрым сердцем» сейчас слушал своего друга с самым серьезным видом и изредка кивал.

- Это да, он славный парень, - поспешил согласиться я. – И ты тоже не пытайся казаться хуже, чем есть. Сейчас мы отправимся в трактир, где остановились, там вы отдохнете, выпьете вина, перекусите, а после я тебе все объясню. Не нужно ругаться, не узнав в чем дело.

- Ладно, - Камия внезапно смягчилась. – Веди нас туда, куда вы тут пристроили свои толстые задницы. Я не против принять горячую ванну и выпить доброго вина. Совсем устала. После твоего письма нам пришлось поспешить вернуться в актийскую бухту и это при сильнейшем боковом ветре!

Она возмущалась всю дорогу до гостиницы и когда вошла внутрь менее громкой не стала, обращаясь ко всем сразу: к хозяйке заведения с требованием немедленно предоставить ей свободную комнату, к прислуге – поднять по лестнице вещи, которые до этого нес Зараб, к работникам кухни – требуя вина и, все еще продолжая высказывать претензии – ко мне.

Надо отдать должное Камии – лишь только она получила требуемое, как сразу наступила благословенная тишина. Она на добрых два часа пропала в своих апартаментах, принимая ванну в большом и исцарапанном медном корыте, заодно налегая на вино уже во время того, как ее разгоряченное тело принялись намыливать две расторопные служанки. Это нам рассказал Зараб, пожелавший на время омовения покинуть свою благоверную. Мы же, в свою очередь, поведали ему о том, что именно заставило нас вызвать сюда «Острую Щепку».

Маг камня тут же обозвал нас глупцами.

- Вы что, совсем рассудка лишились? – удивленно прогрохотал он. – Не знаете насколько Камия дорожит своим корабликом? И хотите, чтобы мы плыли непонятно куда? Вы, насколько я понял, даже не знаете куда именно.

- Да, это так, - скривился я. – Не знаем. Но узнаем обязательно, на этот счет можешь не беспокоиться. Хотя, если честно, то я уже сам начинаю сомневаться в том, что найдется знающий путь.

Мы сидели в комнате у Рката, Сарима и Ошиса, решив держать совет здесь, потому как она была самой большой. Единственное – я с помощью орка принес стол из своих покоев и присоединил его к имеющемуся. Да стулья собирали по остальным нашим комнатам. Несмотря на связанные с переноской неудобства, в общую трапезную решили не спускаться.

Наконец все закончили свои дела и собрались за столом: угрюмый Ркат, такой же хмурый я, равнодушный ко всему с виду Ошис, внимательная Малита, довольная и благоухающая ароматными маслами Камия, Зараб, постоянно глядевший на свою подругу как цветок на солнце, Дарен, наконец принявший человеческий облик, то есть подстриженный, выбритый и посвежевший, да Сарим, изредка бросающий косые взгляды на толстый плед, прикрывавший покалеченные ноги бывшего разбойника.

- Итак, дамы и господа, - начал я, - мне хотелось бы вам поведать о причине, собравшей нас всех здесь сегодня. Однако, сначала познакомимся. Разрешите мне, как человеку, узнавшему всех ранее, представить вас друг другу. Дарен, Рката ты уже встречал, говорить о нем не буду, а вот адита, которого ты когда-то приказал снять с мачты, зовут Ошисом. Он теперь наш товарищ и, можешь поверить мне на слово, отличный боец. Малита – моя женщина, хотя, и это ты уже успел узнать. А вот прекрасная молодая девушка по имени Камия – капитан корабля, на котором мы вскоре поплывем туда, куда нам надо.

Лютая фыркнула, но ничего не сказала, лишь отпила вина, после картинно отставив в сторону расслабленную руку с кубком. Я посмотрел на нее с легкой укоризной. Она тут же постаралась принять серьезный вид.

- Дальше. Мужчина рядом с ней – Зараб. Маг, обращающийся с камнями так же умело, как ты когда-то со своим кистенем. И, наконец, рядом с тобой молодой некромант Сарим. Хоть парень и юн, но надежен и уже не единожды проверен. А это, дамы и господа, наш со Ркатом старый друг Дарен, когда-то помогший нам сбежать из главного узилища Лередии, а после отвезший нас в оркские степи. Вот теперь, когда вы немного познакомились поближе, разрешите растолковать вам куда и зачем мы отправляемся.

Все мигом подобрались и словно придвинулись ближе ко мне.

- Для некоторых из нас эта информация не нова, так как последнее время по крайней мере Малита, Ркат, Сарим и Ошис были почти всегда подле меня, а потому какой-либо тайной для них это не является. Другим же скажу: Камия, нам нужны твои услуги, а главное твой корабль, для того, чтобы отправиться к Ядовитым Островам.

- Куда? – очередная порция вина, набранная в прекрасный ротик девушки, от удивления выплеснулась обратно в кубок. – Игр, ты здоров? Это то место, о котором ходят какие-то старые легенды и которое никто не посещал уже много лет? Или я ошибаюсь?

- Нет, не ошибаешься, - подтвердил я. – Именно туда. Ты тоже не знаешь, где это?

- Никто не знает, - Камия посмотрела сначала на Зараба, а потом снова на меня. – Хорошо, допустим, что я разрешу отправиться всем на моем корабле куда-то, куда нет пути, но зачем это мне?

- Деньги, - просто ответил я и увидел, что не промахнулся. – Вот и хорошо. Если это единственная проблема, то обговорите позже с Ркатом сумму, которая окупит наше путешествие по морю.

- Не единственная, - вмешался орк. – Мы, все еще не знаем где находятся эти проклятые острова и как к ним добраться.

Все замолчали и принялись переглядываться между собой, словно ожидая чего-то от сидящих за столом.

- Мы вполне можем еще погулять по порту и поспрашивать тамошних старожил. Прости, Камия, когда я вызывал сюда тебя и Дертана, я еще не знал, что пути к этим островам никто не знает.

- Отчего же никто? – раздался вдруг тихий голос Дарена. – Простите, но к ним вас вполне могу отвести я.

Все удивленно посмотрели на него.

- Ты? – я посмотрел на бывшего разбойника с не меньшим недоумением, чем остальные. – Как? Откуда?

- Погляди-ка сюда, дорогой Игр, - Белоглазый улыбнулся и оттянул в сторону ворот рубахи, демонстрируя слева на шее невидимую до этого для чужих глаз потускневшую от времени татуировку – изображение небольшой скалы с двумя висящими над ней облачками. – Этот рисунок означает, что я был у тех островов, о которых ты говоришь.

- Кто такой Дертан? – спросила Камия.

- Погоди, - ответил я ей, занимаемый сейчас только одной мыслью. – Дарен, так ты говоришь, что был там? И сможешь провести нас к месту?

- Могу, - безмятежно повторил Белоглазый, отпуская ворот рубахи, снова скрывший татуировку. – На самом деле, в этом нет ничего сложного, если знаешь как найти туда дорогу.

- И ты знаешь?

- Угу.

- Ну так сделай одолжение, поведай – какими ветрами?

- Это произошло давно, - охотно ответил бывший разбойник. – Я тогда был сопливым юнцом и только постигал премудрости корабельного дела. Точнее, я трудился юнгой на одном из хвадийских суден, каждый день получая затрещины от любого из членов команды, если, вдруг, кому-то из них не нравился результат моих усилий. Как я на тот корабль попал, думаю, отношения к делу сейчас не имеет?

Я кивнул.

- Тогда разрешите продолжить. Так вот, судно принадлежало одному торговцу, и мы ходили на нем с севера на юг и с юга на север вдоль побережья Станира, заходя почти в каждый порт, где могли что-либо купить или что-нибудь продать, лишь бы это приносило доход нашему господину. И как-то раз его корабль зафрахтовал один вельможа с необычным заказом. Попросил нас отвезти его на Кирчису, в загадочные земли адитов. Заплатил много, больше, чем мой хозяин зарабатывал за полгода. Почему он выбрал именно нас мне неведомо. Так случилось. Возможно мы просто первыми попались ему под руку. Но как бы там ни было, наш господин принял заказ, взял половину оплаты вперед и кораблик отправился по назначению. Сначала все было хорошо и судно уверенно шло вперед при попутном ветре. Лоцман вел его по звездной карте, а я, будучи любопытным мальчишкой, все время, свободное от работы, находился рядом с ним, постигая науку ведения кораблей по ночным светилам. И вот, в один из дней, совершенно неожиданно для этих краев на море поднялся шторм. Это был один из сильнейших ураганов, что я пережил на своем веку, а было их в моей жизни немало, можете мне поверить. Так вот, наше судно швыряло волнами из стороны в сторону всю ночь. Казалось так долго, что мы все уже попрощались с жизнью и даже опытный капитан, настоящий морской волк, потерял надежду увидеть родные берега Станира. Но внезапно шторм утих так же неожиданно, как и появился. Однако небо все еще оставалось облачным и некоторое время мы плыли в густом тумане будто в молоке. Постепенно ветра принялись разгонять его и вскоре мы увидели впереди скалы, а после и покрытые лесом пологие берега. Люди возликовали, думая, что мы прибыли, наконец, к Кирчисе, как и ожидалось, но наш лоцман сказал тогда нам, что мы ошибаемся и что земли, к которым нас принес шторм, не являются пунктом нашего назначения. Услыхав это, многие расстроились, между тем капитан, сохранявший самообладание в любом положении, приказал спустить шлюпку на воду и плыть к берегу, для того, чтобы пополнить припасы и набрать пресной воды. Это было необходимо, потому что почти все, что у нас имелось на борту - бочки и ящики с пропитанием, нам пришлось отдать на откуп волнам во время шторма, чтобы не пойти ко дну.

Шлюпку спустили на воду. В ней разместились боцман и шестнадцать матросов. Меня, как я не просил, брать не стали. Сказали, что, мол, мал еще. Я обиделся, помню, тогда на них, разозлился. Себя-то я малым тогда не считал. И лишь позже, когда лодка вернулась, я понял, от какой беды меня уберег Тысячеглазый. Шлюпка приблизилась к кораблю на расстояние, позволяющее голосу человека донестись до нас и боцман прокричал чтобы мы ни в коем случае не пытались высадиться на местный берег. После чего принялся грести обратно. Я с молодости славился своим острым зрением и успел разглядеть, что в лодке отчего-то почти все моряки, отправленные за припасами, лежали, и лишь боцман, да пару матросов еще могли сидеть и орудовать веслами. Капитан наш, как я уже упоминал, был опытным, а потому не стал идти поперек просьбы своего подчиненного, а приказал поворачивать корабль и идти в открытое море. Это было ранним утром. Ветер разогнал облака, уже почти встало солнце, но звезды еще не погасли. Наш лоцман по ним снова вычислил курс и мы отправились к Кирчисе. Плыли долго. Или мне тогда так казалось, потому что кишки болели от голода. Капитан выдавал членам команды из остатков пищи ровно столько, чтобы не отправится к Тысячеокому раньше времени. Кому-то чуть больше, кому чуть меньше. Когда и как мы прибыли к землям адитов я не помню. Я был без сознания, как и половина нашей команды. Мы высадили того вельможу, ради которого и проделали этот тяжелый морской путь. Он и его слуги также были слабы, хоть им и доставалось из продовольствия больше всех. Мы передали аристократа на руки ожидавшей его делегации адитов и попросили у них воды и пищи. Через некоторое время нам привезли мяса, хлеба, каких-то фруктов и много-много воды. И знаете, я в жизни не пробовал настолько вкусную воду, ребята. Мы простояли в бухте примерно половину луны, отъедаясь, отпиваясь и забивая трюмы съестным. Удивительно, но эти ящеры не взяли с нас денег. Мы же, получили вторую половину суммы от аристократа на месте и предлагали хвостатым, а они отказались.

Я посмотрел на Ошиса.

- У нас считают, что если не помочь умирающему от жажды или еды в пустыне, то Плачущая Урра лишит тебя потомства, - пояснил адит. – Это издавна. Они просто не могли взять за это награду. Вот если бы им просто привезли что-то продать, тогда да, не зазорно. Но в ситуации, о которой он говорит, нельзя.

- Все правильно, - согласно кивнул Белоглазый. – Так все и было. Они так и не взяли от нас платы. Тогда мы горячо поблагодарили их и отбыли. Добрались до Станира без приключений и уже дома, в порту, все члены команды набили эти татуировки. Мне тоже, хоть я и был всего лишь сопливым юнгой. Как знак того, что мы были на Ядовитых Островах и вернулись живыми. Пусть мы даже и не сходили на берег.

- А как узнали, что это были именно Ядовитые Острова? – поинтересовался я у бывшего разбойника. – Это разве не могли быть какие-то иные земли?

- Нет, не могли, - отрицательно покачал головой Дарен. – Некоторые из нашей команды имели по возвращению беседу с более опытными товарищами. Когда лоцман описал расположение звезд в том месте, где мы стояли, самые старые из моряков так и сказали нам - были вы, мол, у Ядовитых Островов и никак иначе.

- Ты точно сможешь провести нас по курсу? – спросил Ркат.

- Как в свою родную деревню, - ответил Белоглазый. – Хоть я и был мал, но память у меня хорошая. Тем более, дядя Риадил тогда хорошо меня обучал.

- Дядя Риадил? – переспросил я.

- Наш лоцман.

Я вспомнил кое-что еще.

- Потому-то ты и не дал своим подчиненным замучить нашего адита до смерти? Из чувства благодарности к тем, кто спас тебя тогда?

Белоглазый кивнул, опустив глаза к почти не тронутой пище на стоящем перед ним блюде.

За столом установилась тишина.

- Кто такой Дертан? – вновь раздался голос ничего не упускающей капитанши.

- Командир наемников, - ответил я ей. – С ним сотня воинов, которые отправятся с нами.

Глаза у девушки полезли на лоб.

- Сотня воинов? Где я смогу разместить на своем кораблике сотню воинов? У тебя что, мозги из черепушки вытекли, Игр?

- Нет, они на месте, - я не стал принимать близко к сердцу ее восклицания. – Вытряхнем из твоих трюмов все барахло, кое-кто расположится на палубе, забьем каюты по максимуму. Там, куда мы направляемся, нам потребуется каждый боец.

- Ишь, разогнался! – еще громче воскликнула Камия. – Добро он мое выбрасывать вздумал! Оно мое. Ты слышишь? Мое! И мне решать, что с ним сделать. Чтобы я заменила тюки с зерном калибы на толпу вонючих солдат? Не бывать этому! Я никогда…

- Бывать, - спокойно оборвал тираду девушки я. – Все издержки тебе будут оплачены с лихвой. Неужели ты думаешь, что я бы дал тебя в обиду? Если я фрахтую твой корабль, то в убытке ты не останешься. И прекрати уже эту комедию.

Бравая капитанша хотела добавить что-то еще, но этого сделать ей не дал орк. Ркат достал откуда-то из-под стола увесистый мешочек и, как при нашей первой встрече в стойбище Днага, толкнул его в сторону Камии Лютой.

- Держи. Это задаток.

Та мигом потеряла интерес к нашей беседе или, возможно, только сделала вид, начав перебирать золотые монеты, коими и был набит кожаный мешок.

- Значит, решено, - подвел итог разговора я. – Собираем вещи, я иду за Дертаном и располагаемся на корабле нашей славной баронессы. А дальше ты, Дарен, ведешь нас к Ядовитым Островам. Ваше с Камией дело – доставить нас туда, а уж там мы сами. Думаю, что уже завтра к полудню все будут готовы.

- А вот здесь вынуждена тебя разочаровать, - оторвавшись от пересчета блестевшего на столе золота, заявила контрабандистка. – Выйти из актийской бухты мы не сможем еще дней пять, если не больше.

- Это еще почему? – нахмурился я. – Твоему кораблику нужен ремонт?

- «Щепка» цела и полностью на ходу, - отмахнулась Камия. – А проблема состоит в том, что выход из залива даже самой дохлой лодчонке запрещен указом короля Верои до его приезда.

- Геталир Печальный решил посетить Актию? – удивился Сарим. – Что ему здесь понадобилось?

- Он хочет посмотреть флот, перед отправкой к Стео, - ответила Лютая. – И на спуск флагмана, который прочат к его появлению. Ожидают короля через несколько дней. Так что, как бы нам не хотелось, а пока он не отбудет обратно в свой дворец, мы будем находиться здесь, потому как местные чинуши решили выслужиться и создать картину полностью заставленного кораблями залива.

- Ну хорошо, - хмуро сказал я. – Если уж нам и придется тут посидеть, то, надеюсь, что не дольше пяти-семи дней. А их мы можем использовать на подготовку к нашему путешествию.

Глава 18. Бык

Правитель Верои прибыл из столицы в Актию на четвертый день после нашего небольшого совещания, проведенного в одной из комнат местной таверны.

Встречали монарха в городе с помпой. Для приветствия у главных ворот собрался весь цвет местной аристократии вкупе со своими слугами и приближенными. Встретив короля, его сразу же повезли в местную резиденцию, а для столпившихся поглазеть на приехавшего правителя простых горожан устроили праздник с обилием бесплатной пищи и вина. Кортеж самодержца, состоящий из нескольких карет и охранявших их всадников, пронесся по главной дороге города не останавливаясь. Что, впрочем, не помешало двум лакеям, стоящим на подмостках королевской, по пути разбросать блестящим дождем в стоявшую по обочинам толпу множество мелких монет. Народ с благодарностью поднимал с земли денежки и во всю глотку славил любимого короля.

Также по поводу приезда венценосной особы был запланирован бой с быками – древнее актийское развлечение, напоминающее земную корриду, но, все же, отличающееся. Выглядело это обычно так: главную улицу города ограждали и выпускали на нее крупное стадо умело разозленных самцов крупного рогатого скота местной породы. После чего каждый желающий мог перелезть через изгородь с мечом, топором, а то и кинжалом – копья и другие оружия на длинном древке не позволялись - и попытаться поразить одного из быков. Если ему это удавалось, то в окружающей толпе звучали торжествующие крики, а если не получалось и побеждало парнокопытное, то слышались одиночные крики боли. Тогда уж специально поставленные вдоль ограды люди оттаскивали раненого в сторону, сдавали на руки лекарям и праздник продолжался. Правила я, походя, узнал от местных и особенно усердно расспрашивать не пришлось – они сами в предвкушении веселья галдели о будущем празднестве по всем углам.

Мы вышли из гостиницы еще утром, лишь только по городу пронеслась весть о том, что передовой отряд свиты Его Величества вошел в Актию и сам король уже на подъезде. Потеплело, погода на сегодня намечалась хорошая и находиться в помещении не хотелось. Всем, кроме Дарена Белоглазого, пожелавшего остаться в гостинице, естественно скорее по необходимости, а не из нежелания посетить площадь. Хоть мы и просили его составить нам компанию, тот бодро отказался и, зная его, наверняка потому, что не хотел быть в тягость.

Завершив приготовления к будущему плаванию за один день, последующие три я провел в полном бездействии и соскучился по какой-либо активности, так же, как и мои спутники. За эти дни я разок даже навестил Дертана в арендованном особняке, где сообщил ему о том, что, в конце концов, нашел человека, способного провести корабль к Ядовитым островам. После чего мы с ним неплохо так набрались и пришлось даже заночевать у него. Относительно сегодняшнего дня случилось это позавчера и, хвала небесам, к приезду короля голова моя уже прояснилась.

На местного правителя желали посмотреть многие, потому гостиницу в этот день покинули почти все постояльцы.

И вот сейчас, проведя глазами величественную процессию, мы с интересом смотрели на то, как наиболее смелые из горожан дрались по очереди с быками. Я в этих схватках болел за громко мычащее стадо. Не люблю убийства ради развлечения. Хоть человека, хоть животного.

- Король поедет в порт сегодня, как думаешь? – не оборачиваясь, поинтересовался я у Сарима – в этот момент один из быков, весом, наверное, с тонну, не меньше, как раз ловко подцепил на кривые рога какого-то нерасторопного гражданина и мотал им в воздухе, словно мокрой разноцветной тряпкой.

- Геталир Печальный никогда не относился к тому типу монархов, которые лежат по два дня в постели после долгой дороги, - ответил некромант, наблюдая за тем же разъяренным животным. – Вот увидишь, не пройдет и половины сегодняшнего как он поедет смотреть на свой главный корабль.

- Будем надеяться, что так и будет, - раздался у меня над ухом голос что-то жующей Камии.

Я отвлекся от уничтожающего своего оппонента быка и посмотрел на молодую контрабандистку. В руках девушка держала тонкую лепешку, а на ней несколько кусков жареного, исходящего паром мяса. Лицо ее было довольным, а губы блестели от жира. Также он стекал по нежным ладошкам, тонким запястьям и капал на грудь, нещадно пачкая черную ткань бархатного камзола.

- Что? – подозрительно спросила она у меня, поймав остановившийся на ее персоне взгляд.

- Ничего, - ответил я. – Проголодалась?

- Да вот, взяла попробовать. Довольно вкусно. Правда, из-за обилия специй не могу понять – свинина это, конина или говядина. Не оленина точно.

- Это, вон, они, - вмешался в разговор Ошис, ткнув пальцем в одну из упавших на землю окровавленных туш. – Нажарили из первых павших. Так что, говядина.

- Хм… - контрабандистка положила в рот очередной кусочек, - приготовлено великолепно. Совсем не жесткое. Наоборот – мягкое и очень нежное.

- «Тает во рту, а не в руках!», - машинально процитировал я старый рекламный слоган. – То, что вкусно – это хорошо. Найди только теперь какую-нибудь салфетку.

Камия посмотрела на меня сузившимися глазами, потом на свой камзол, охнула и, достав откуда-то из-за пояса небольшой кружевной платок, принялась неистово оттирать свежие пятна жира на груди.

Я улыбнулся и вернулся к зрелищу. Разошедшемуся быку, все же, удалось завершить свое грязное дело и потрепанный труп неудачника вылетел за изгородь сломанной куклой, глухо шмякнувшись о брусчатку посреди расступившейся толпы.

- Первая смерть человека, - спокойно констатировал Ошис. – Счет, конечно, не в пользу быков, но уже можно утверждать, что они бились не зря.

- И, все равно, их перебьют всех, - раздался у меня за спиной знакомый голос. – Бой для рогатых безнадежный. И, сказать по правде, не нравятся мне подобные развлечения.

Я обернулся на звук и увидел подходящего к нам Дертана Синлага. Выглядел он подтянутым и бодрым, впрочем, как и всегда. Насколько я помню - даже надравшись в хламину командир наемников старался держать военную выправку. Разве что воротник позволял себе расстегнуть.

Сопровождали его все те же помощники – угрюмый дворф Модра и невозмутимый эльф Лариан.

- Решил тоже посетить народные гуляния? – поинтересовался я у Дертана, пожимая руку.

- Да скучновато в особняке, - подтвердил он. – А здесь хоть какие-то изменения.

- Тогда позволь, в таком случае, представить тебе моих друзей.

Я принялся по очереди называть имена окружающих меня товарищей, а Синлаг приветственно кивал каждому. Дождавшись пока Камия закончит чертыхаться и оттирать испачканную жиром одежду с помощью верного Зараба, командир наемников элегантно поцеловал ей руку.

Та, судя по выражению ее лица, по привычке хотела произнести что-нибудь колкое, но после прикосновения губ брюнета к тыльной стороне ее ладони лишь спросила:

- А, вы тот самый человек, который должен привести сотню воинов на мой корабль?

- Да, тот самый, - улыбнувшись, подтвердил выпрямившийся Дертан. – И я постараюсь, чтобы их присутствие на вашем корабле не доставило вам больших неудобств.

Она глубоко вдохнула и собралась что-то ответить, как вдруг окружающая нас толпа восторженно зашумела, не дав Камии этого сделать.

- Бык-убийца проиграл, - равнодушно прокомментировал у меня над ухом Ошис.

Я на миг отвлекся от приветствий и заметил, что крупный черный бык, еще недавно убивший человека, темным холмом лежит на земле, а над ним возвышается статный горожанин, с окровавленным топором, который он только что выдернул из огромного черепа животного.

- Грамотный удар, - оценил ловкость забойщика Синлаг. – Второй после такого уже не нужен.

Я слегка поморщился от того, как это спокойно было сказано. К хвосту же животного привязали крепкую веревку и несколько человек споро вытащили его за пределы ограды, для чего еще четверо отодвинули тяжелую секцию изгороди в сторону. Недалеко от нас, на краю дороги, у стены одного, видимо не жилого, а производственного здания, лежало уже несколько туш свежезабитых быков. Разделка их шла споро и весело. Шкуры и ненужные внутренности под крики мясников отбрасывались прямо в дорожную грязь, что, естественно, не делало улицу чище, а куски мяса и съедобные потроха грузились на небольшие тележки, отвозимые потом за строение, у стены которого и был устроен этот импровизированный разделочный цех. Какие-то у них тут антисанитарные условия. Будем надеяться, что последующая термическая обработка продукции уменьшит риск заражения какими-нибудь местными паразитами, однако на первый взгляд выглядело это совсем неаппетитно.

- Насколько я помню, ты решил вопрос с лоцманом, – лениво произнес Дертан, отвлекая меня от малопривлекательного зрелища. – И, насколько понимаю, проблема только с выходом из залива?

- Все правильно, - кивнул я. – Теперь у нас точно есть проводник. Так что, как только местный король покинет Актию - мы сразу и отправимся.

Сарим посмотрел на солнце, медленно, но уверенно продвигавшееся к зениту.

- Поедем за Геталиром или появимся в порту раньше и встретим его там? – опустив глаза, поинтересовался некромант. – Надоело здесь топтаться.

- Подождем пока тут, - сказал я. – Мало ли, вдруг действительно решит сегодня не ехать – зря только прогуляемся в порт. А там, поверь мне и Ошису, намного грязнее, чем на площади, пусть и залитой свежей кровью быков. Рискуешь вернуться оттуда покрытым грязью с ног до головы.

Стоящий подле нас, на голову возвышающийся над толпой, людоящер согласно прорычал, подтверждая мои слова.

- Ну, тогда пойду выпью, - подумав немного, решил Сарим и резво направился к уличному прилавку, похоже наспех сколоченному кем-то из неотесанных досок, на котором стояли шеренги пузатых, натертых до блеска, бутылок, а от рядом расположившегося наполовину закопченного чугунного котла поднимался пар.

Судя по доносившемуся с той стороны запаху трав, там, видимо, готовили что-то наподобие нашего земного глинтвейна. Разумный выбор для такой погоды. Самому, что ли, попробовать?

И в этот момент, когда я раздумывал над тем, не пойти ли и мне выпить стаканчик горячего вина, над площадью раздался одинокий крик ужаса, через мгновение, впрочем, размножившийся, создав несколько подобных. Они звучали уже, кажется, отовсюду и становилось их все больше и больше. Крики доносились от «разделочного цеха», где совсем недавно весело шел процесс свежевания туш и нарезки свежего мяса.

Я бросил взгляд в том направлении и увиденное заставило меня от изумления застыть на месте.

Огромный черный бык, доставленный на разделку последним, сейчас вновь стоял на всех четырех ногах. Из страшной раны позади рогов медленно сочилась кровь. Вишневые капли стекали по шее и тяжело падали на землю. Как и с холки, откуда сейчас свисал большой кусок темной шкуры, а глаза горели ярко-красным огнем. Причем, не в переносном, а в самом прямом смысле - будто два раскаленных угля. Подле внезапно ожившего животного лежал искалеченный труп мясника со вспоротым брюхом и разорванным в том месте фартуком.

Граждане Актии на все лады орали благим матом, но ровно до того момента, пока пасть животного не раскрылась и из нее не раздался жуткий, не принадлежащий человеческому миру вой. Услыхав его, люди разбежались в стороны, кто куда только мог. В одно мгновение бык остался на половине площади в одиночестве, не считая отгороженных от него толстыми бревнами живых собратьев.

Мертвец повернул массивную голову и сложилось впечатление, что он смотрит прямо на меня. И смотрит совсем недобро. Не успела мысль в сознании оформиться полностью, как животное сорвалось с места и помчалось в мою сторону, разгоняясь все быстрее с каждым мгновением. Ничего еще толком не поняв, я услышал, как рядом с ухом что-то тихо просвистело и увидел, что в бегущего ко мне быка почти одновременно вонзилось три стрелы – одна в горящий красным светом левый глаз, вторая в шею и третья в грудь, в область сердца. Мне даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто именно стрелял. Лариан, ясное дело, больше никто рядом со мной не имел лука. Несмотря на то, что стрелы эльфа вонзились в плоть зверя почти на треть своей длины, они не остановили разъяренное и недавно, кстати, уже убитое животное.

Краем глаза я уловил как вперед метнулся массивный силуэт. Это адит, успевший привести в боевое положение свои шааги, постарался устранить неожиданную угрозу. Вильнув в сторону и проскочив мимо бегущего к нам зверя, он воткнул тому в бок один из своих парных клинков, распоров тело мертвой скотины от передних ног до задних, но вывалившиеся от удара на брусчатку сизые кишки также не смогли остановить тварь, бык даже не сбавил хода.

Вокруг меня раздался лязг извлекаемого оружия – Дертан выхватил свой меч из ножен, а Камия из кольца на поясе ятаган, с которым она никогда не расставалась. Я же меч свой утром оставил дома, решив, что с такими бойцами, как мои друзья, и мизерному шансу встретить врагов в черте города, мне он не понадобится. Впредь пообещав себе не быть таким беспечным, я достал из-за пояса кинжал. Хоть и не остановить им такого зверюгу, но зато если и умру, то в бою. Дертан, я, Малита, Камия, Модра, Лариан и, поднявший окованную медью, в данном случае почти бесполезную, короткую дубинку, Ркат, приняли защитные позы, готовясь встретить ударами разъяренного быка, или, при необходимости, разойтись в стороны, но тут в паре шагов перед нами выросла небольшая стройная черноволосая фигурка. Я еще успел заметить, как в бок отлетела глиняная кружка, разбилась и по земле принялось растекаться красное пятно с характерным запахом алкоголя. Наш юный некромант. Сарим замер, поднял руки над головой, развернув их ладонями по направлению к уже подбегающему к нему животному и что-то прокричал рычащим, низким голосом. Едва он успел окончить фразу, как несущийся на нас бык рухнул наземь и к ногам мага подкатилась только окровавленная мертвая туша, без каких-либо признаков жизни.

Не веря, что все закончилось так быстро, мы все сложили оружие и принялись осматривать труп быка. Туша как туша, только от шкуры на боках да от остекленевших глаз обильно валит клубами черный дым.

- Что это, черт возьми, такое? – ошарашено поинтересовался я у бледного некроманта. – Что ты сделал?

- Ничего особенного, - ответил подрагивающим голосом наш товарищ. – Лишь упокоил то, что должно было оставаться мертвым.

Я покрутил головой и заметил, что люди вокруг принялись успокаиваться, косясь, что было не удивительно, на нашу компанию и чуть ли не указывая на нас пальцами.

- Пойдемте отсюда, - сказал Ркат. – Иначе мы рискуем привлечь внимание абсолютно всех.

- Рассредоточимся, - поддержал его только что вернувшийся после своего безумного прыжка Ошис. - Встретимся в порту.

Все всё поняли верно и тут же разбрелись поодиночке, по возможности растворившись в толпе. Только Ркату и Малите пришлось идти вместе со мной, потому что вряд ли рабам позволено бродить по городу в такой день самостоятельно.

- Интересно, почему он выбрал тебя? – тихо произнес орк себе под нос, едва мы быстрым шагом отошли от площади и свернули в один из переулков, ведущему по направлению к порту.

- Ты думаешь? – переспросил я, все еще пытаясь унять легкое подрагивание рук от недавнего выброса адреналина. – Мне показалось, что этот четвероногий зомби торопился ко всем нам.

- Нет, - отрицательно мотнул головой Ркат, - с того места, где я стоял, четко было видно, что он бежит конкретно туда, где стоял ты. Были бы со мной мои топоры, я думаю, что смог бы его остановить, а так оставалось ждать и попробовать уничтожить его этой игрушкой.

Он потряс зажатой в руке окованной медью дубинкой.

- Хотя, вряд ли бы это удалось сделать, - тут же с сомнением в голосе продолжил орк, - если у Ошиса с его клинками не вышло. А я знаю какой силищей он обладает. Ты видел, как наш адит ударил? Вспорол живот быку по всей длине одним ударом, как кухарка зайца, а тому хоть бы что.

Я кивнул. Говорить не хотелось. Малита прижалась ко мне на мгновение и я первый раз в жизни почувствовал, что она дрожит.

- Испугалась? – спросил я у нее, крепко обнимая и оглядываясь – не видит ли кто как барон обнимает рабыню. – Успокойся, все закончилось хорошо, хвала нашему некроманту.

- Не за себя, за тебя, дорогой, - моя зеленая красавица как по волшебству перестала дрожать. – Я не ожидала и когда среагировала этот зверь был уже почти рядом с тобой. Больше я никогда не позволю себе ничего подобного.

Я поцеловал ее и отпустил.

- Да, наш маленький маг сегодня проявил мужество, - снова заговорил Ркат. –Броситься почти под копыта этому чудовищу – нужно обладать недюжинной смелостью. Удивил так удивил.

- Я тоже, если честно, был поражен, - задумчиво произнес я. – И тем, как неожиданно тот бык восстал из мертвых, и тем, что сделал Сарим. Боюсь даже думать, что бы произошло, если бы он не успел. И часто у вас тут трупы оживают?

- Доводилось раньше видеть восставших, - невозмутимо ответил орк. – Их часто используют маги с умением как у Сарима. Хотя, бывает, что мертвые выбираются из своих могил и самостоятельно. Относятся простые люди к этому всегда одинаково - со страхом и неприязнью. Так и правильно - если умер человек, орк, дворф или эльф, то ему положено лежать в земле или сгореть на костре, а уж никак не разгуливать по улицам. Но вот с тем, что после смерти поднялось животное, я столкнулся в первый раз.

Я вновь лишь кивнул, соглашаясь, и продолжил мерно перебирать ногами. До порта оставалось уже недалеко.

- Ты не мог ошибиться? - наконец спросил я у Рката. – Уверен, что он бросался именно на меня?

- Похоже на то.

- Значит, главным вопросом сегодняшнего дня остается «почему?». Что ж, будем надеяться, что в будущем он разрешится.

Глава 19. Король Верои

В порту людей если и было меньше, чем на главной городской площади, то не намного и нам пришлось потратить некоторое время, чтобы всем снова собраться вместе.

Дертан Синлаг, поведший накануне себя довольно грамотно, приказав Лариану и Модре отходить по одному, лишь только услышал просьбу Рката, сейчас засыпал меня вопросами. Я, пожимая плечами, переадресовывал их Сариму. Тот, также, не мог ответить ничего внятного.

- Господа, да не знаю я, что именно там произошло, я лишь применил одно из заклинаний упокоения, даже не будучи, если честно, уверенным, что оно сработает. А с какой стати это животное поднялось и кто именно его поднял – на эти вопросы у меня ответов не больше, чем у вас. Я предположил, что вы не сможете справиться с ним, потому что он не живой, и оказался прав.

Наконец, когда стало понятно, что большего от мага не добиться, я поблагодарил его за свое спасение. То же самое сделали и все остальные.

- Да ладно, не стоит благодарностей, - слегка покраснев, ответил наш виконт и, взглянув мне за спину, пробормотал: – А вот, кажется, и свита короля.

Мы стояли в толпе у главного причала, где на суше возвышался огромный корабль о четырех мачтах. По сравнению с остальными, расположившимися в заливе, создавалось впечатление, что он был просто громадным. Может от того, что был к нам ближе всех, а может и потому, что являлся флагманом веройского флота, готовящимся сегодня спуститься на воду. А флагманам, по обыкновению, требуется выделяться на фоне остальных кораблей.

На дороге, ведущей к верфи под открытым небом, где стояло судно, показались первые кареты и уже через несколько минут скрип их колес и стук копыт лошадей стали громче. Процессия подъехала к нам и остановилась на расстоянии нескольких метров от толпы.

Здесь, как и ранее в городе, короля встречали аристократы, однако судя по преобладающим в одежде сине-зеленым цветам, большинство из них имело какое-либо отношение к флоту.

Заревели трубы и из первой кареты выбрался сам венценосец. Мужчина среднего роста, крепкого телосложения с округлым лицом и сединой на черных висках, но еще далеко не старый. Чего-то похожего на корону на его голове заметно не было. Вместо нее ему подали широкополую шляпу, а после еще накинули на плечи длинную синюю мантию, отороченную белым мехом, так как у берега дул сильный ветер и кто-то из слуг решил позаботиться о том, чтобы король не простыл. Монарх благодарно кивнул, улыбнулся и, выпрямившись, развернулся к жителям Актии.

- Здравствуйте, любезные мои подданные! – крикнул он, не обращая пока внимания на представителей местной аристократии, и помахал простому люду головным убором с тремя роскошными серыми перьями, похожими на страусиные.

Толпа тут же загудела, послышались приветственные возгласы, а лица горожан расплылись в улыбках. Правителя Верои, видимо, народ действительно любил.

- А почему его называют Печальным? – спросил я у Сарима, когда гул голосов утих. – По-моему, довольно веселый человек.

- Его наделили этим прозвищем сразу после того, как его дочь отошла в мир иной, - ответил некромант. – Насколько я слышал, именно после ее смерти короля так окрестили.

- И давно это произошло? – поинтересовался Ошис.

- Года два назад.

- А, ну тогда, скорее всего, монарх уже успел от горя отойти, - предположил я. – А прозвище так и осталось.

- Видимо, - согласился Сарим.

- Какие красивые одежды у его свиты, - восхищенно произнесла Камия. – Заметно, что господин на своих слуг денег не жалеет. Верно, Зараб?

Стоящий рядом немногословный маг-гигант кивнул.

- Игр, - я внезапно услышал в обращении Дертана ко мне неожиданную жесткость, - ты не туда смотришь.

- А? – Геталир Печальный, как раз, подошел к благородным и занялся приветствиями, положенными по этикету, что показалось мне довольно нудным и я позволил себе отвлечься. – Что такое?

- Взгляни на королевскую карету, - все еще как-то напряженно произнес Синлаг. – Позади.

Я перевел взгляд в указанном им направлении и вздрогнул.

У кареты венценосца гарцевала пара вороных лошадей, на коих восседали два человека в черных одеяниях. А именно – в знакомо лоснящихся на солнце шерстяных плащах и широкополых конусовидных шляпах.

- Снова они, - тихо произнес я. – И снова двое.

В один миг мне стало не до кораблей.

- Что предлагаешь? – скорее всего, Дертан думал о том, о чем и я. – Сейчас нам до них не добраться.

- Ясное дело, - стиснув зубы, ответил я. – Днем, при короле и этой разномастной толпе. Если мы бросимся на них с желанием убить, то нам точно не поздоровится. На виселицу я не хочу. Так что, сначала желательно узнать, в каком качестве они находятся при Его Величестве.

- Тогда – подождем вечера, - спокойно произнес Ошис.

В это время королю вручили блестящий плотницкий топор на длинной рукояти и он нанес первый, символический удар обухом по одному из клиньев, удерживаемых флагман веройского флота на причудливой конструкции из бревен. После чего монарх передал орудие ближайшему рабочему и тот, вместе с коллегами по ремеслу, принялся бодро выбивать подпорки из-под огромного корпуса плавательного средства. Послышался легкий треск, корабль покачнулся и скользнул вперед, а уже через мгновение рухнул в воду, взбивая вокруг себя белоснежную пену и окатив высокими брызгами тех, кто стоял поближе к берегу.

Народ завизжал от радости. И громче всего, кажется, орали те, на кого попали струи ледяной воды. Заиграла музыка, в небо полетели головные уборы – от крестьянских соломенных шляп до тяжелых рыцарских шлемов.

Мы тоже изобразили на лице улыбки, чтобы не выглядеть сколько-нибудь подозрительно, однако сами ничем из вещей бросаться не стали.

- Надо проследить за ними когда всё закончится, - все мои мысли сейчас занимали двое существ на вороных скакунах. – Только не полной компанией же идти. Мне кажется, что мы будем так чересчур заметны.

- Зачем всем? – удивленно поднял брови Синлаг. – Достаточно будет одного ловкого лазутчика. Лариан, готов?

Лицо эльфа не изменило своего выражения. Он лишь коротко кивнул, принимая приказ командира.

С этого момента время для меня стало тянуться медленнее обычного. Я не мог дождаться той минуты, когда закончится церемония.

После того, как корабль был спущен на воду, король обратился к народу с пламенной речью. В ней он говорил о том, насколько необходима сейчас им победа в противостоянии со Стео, крупным государством, расположенном на самом большом архипелаге этого мира, как мне объяснил Дертан. Что, мол, пора прекратить их притязания на воды славной Верои и грабить рыбаков этой страны.

- Так что они, получается, из-за рыбы войну устроить решили? – вникнув в суть монолога венценосного оратора, удивленно произнес Ркат. – Неужели ее настолько мало в океане?

- В основном, из-за красного амиля, - подтвердила Камия. – Эта промысловая рыба с ярко-алой чешуей - самая распространенная в наших местах. Она продается по хорошей цене по всему континенту и наиболее дорога ее икра. До недавнего времени вылов этой рыбы в одной местности хоть и был предметом споров веройцев с жителями Стео, но до открытого военного противостояния не приводил никогда. Однако, видимо что-то изменилось в отношениях двух государей. И вот, люди будут убивать друг друга, как ты сказал, из-за рыбы.

- Глупцы, - коротко прокомментировала сказанное Малита.

- Не скажи, - не согласилась с ней контрабандистка. – У нас нет богатых рудами гор, как у вас и дворфов, или щедрой на растительность почвы, как в Длии, Хвадии или Лередии. Вероя с моря кормится, как, впрочем, и наши бывшие добрые соседи, ставшие теперь врагами. Если мы уступим, то станем получать меньше денег в казну, что скажется на благосостоянии всех граждан.

- А люди на архипелаге начнут умирать с голоду, если уступит Стео, - прокомментировал Дертан. – Рыба же их основная пища, если я понял правильно?

- Они могут ловить другую, - возразила Лютая. – Других видов хватает. Просто король стеойцев не хочет уступать из принципа.

- Сошлись два упрямых барана, - тихим басом вмешался в разговор Зараб.

- Молчи! – Камия прикрыла рот любимого ладошкой. – Ты хочешь, чтобы нас повесили?

- Прости, прости, - примирительно пробурчал тот, убрав от своего лица руку девушки. – Я просто хотел сказать, что уж очень это какой-то надуманный повод для войны.

- Королям виднее, - пожал плечами Сарим. – Кто знает, что у них там еще между собой. Может это и не является настоящей причиной. Не нам это обсуждать.

- Кесарю кесарево, - задумчиво произнес я.

- Что? – спросила Камия.

- Говорю, что согласен с Саримом – не нашего это ума дело.

Монарх в это время закончил свою тираду и люди бешено ему зааплодировали. Не знаю, каков был на самом деле мотив начала войны, но, видимо, лишение этих уважаемых граждан возможности ловить недешевую рыбку в прикормленных уже местах, точно вызывало в их душах негодование, а такой выход, как вооруженная стычка с соседями их вполне устраивал. Выступление армии король назначил на завтрашний день.

Торжественная часть осмотра флотилии была, вероятно, завершена, так как королевская делегация принялась грузиться обратно в кареты. После чего кортеж монарха благополучно отбыл. Возможно дальше у аристократов Актии по программе следовала баня с куртизанками или охота на местных лис – мне это было не интересно. А вот то, в какую сторону проследовали двое сопровождающих короля существ – очень даже интересовало.

- Разрешите пригласить вас к себе, - предложил Синлаг. – До возвращения Лариана.

При упоминании имени эльфа, я посмотрел в ту сторону, где за мгновение до этого тот находился. Остроухий лучник будто испарился. Рядом с Дертаном стоял только могучий Модра.

- Ты уверен, что он справится? – поинтересовался я у командира наемников. – Не подведет?

- Не беспокойся, - равнодушно ответил он, - те, за кем следит Лариан, смогут увидеть моего солдата только тогда, когда тот сам захочет им показаться.

- Ну, это внушает… - задумчиво произнес я. – Тогда – поехали к тебе.

Мы прибыли в особняк Синлага без приключений, минуя толпы продолжавших отмечать приезд короля и будущую отправку армады к вражеским берегам граждан. По пути прошли по площади, где актийцы уже успели убрать деревянную ограду и затереть следы крови от недавнего боя с быками. Все занимались своими делами, не обращая на нас внимания, что, впрочем, нам было только на руку, так как позволило без приключений пересечь город.

В доме Дертана мы расположились в самой большой комнате, развалившись на мягких диванах.

- Кто-нибудь объяснит мне почему мы не вернулись в гостиницу? – только теперь позволила себе поинтересоваться Камия.

- Дождемся возвращения одного эльфа, а после помчимся биться с чудовищами, - страшным голосом произнес я, склонившись почти к самому ее уху.

- С какими чудовищами? – округлила глаза девушка.

- С жуткими, - посерьезнев и выпрямившись, ответил я. – Сейчас боец нашего любезного Дертана должен добыть нужную нам информацию и, если все пройдет гладко, то вечером мы уйдем на охоту. А ты с Зарабом побудешь здесь.

Контрабандистка хотела спросить что-то еще, но ее перебил Синлаг.

- Думаю, что нам понадобится Ордок, - соглашаясь со мной, сказал он.

- И Ошис, - добавил я.

- Почему он?

- Ему, как и вашему каменному голему, однажды удалось убить по крайней мере одного из тех ублюдков, к которым отправился наш друг.

- Тогда возражений не имеется, - кивнул наемник.

- Да, хотел спросить еще раньше… А как с этими уродами справился твой Ордок?

- Первому он сжал горло, как кусок тагийского сыра, пока мы с Глиддиком и Модрой отвлекали его приятеля, в конце концов сломав позвоночник, а после сбил с ног оставшегося, подмял под себя и раздавил ему грудь.

- Я просто воткнул своему в глотку клинок, - внес свою лепту в разговор Ошис. – Это было не сложно.

Я вспомнил насколько долго пришлось повозиться с доставшимся мне противником, но сказал совершенно другое:

- Так как до вечера еще далеко, то, если вы не возражаете, мне надо на время посетить таверну и проверить как обстоят дела у одного из наших товарищей.

- Я могу сходить с тобой? – спросила Малита.

- Не стоит. Несмотря на ваши ошейники, считаю, что без нужды показываться на улицах Актии вам будет опасно.

- Одному сейчас тоже тебе лучше не ходить, - намекая, видимо, на недавний случай с быком, тихо произнес Сарим. – Я схожу с тобой.

- Ничего не имею против, - насчет компании некроманта у меня действительно не имелось никаких возражений. – А вы пока тут отдыхайте до вечера. Уверен, что господин Синлаг найдет чем вас занять.

- Непременно, - согласился с моим высказыванием хозяин дома.

Мы с Саримом быстро собрались и покинули особняк Дертана, миновали ставший уже привычным палаточный городок во дворе и направились к гостинице.

Признаться честно, на самом деле мне просто не хотелось сидеть на одном месте в ожидании возвращения Лариана. Как говорится – «нет ничего хуже, чем ждать и догонять». С этой старой поговоркой я был полностью согласен, а потому сейчас бодро шагал по улочкам Актии, слушая пространные рассуждения некроманта о нашем ближайшем будущем. Так как он ранее никогда не сталкивался с теми, с кем мы собрались сегодня встретиться, то большую часть беседы расспрашивал меня о них. Я отвечал искренне, по возможности вспоминая подробности моей с ними встречи в домике у стен Гарребриана.

Так, за разговором, мы прошли до самой гостиницы, где нас ожидал сюрприз. По крайней мере меня.

Приблизившись к крыльцу, я увидел, что от него отъезжает карета со смутно знакомым гербом на дверце, только что высадившая у входа высокую и стройную пассажирку, показавшуюся мне также знакомой. Сразу за ней двое лакеев несли в каждой руке по сундучку разного размера.

- Наконец-то! - громко воскликнул Сарим. – Я уже думал, что ты не приедешь, сестрица.

Девушка обернулась к нам лицом и я вспомнил ее окончательно.

На нас строго смотрела Скарина Атали, кузина нашего некроманта и подчиненная госпожи Леданы Карры, с которой мы имели честь познакомиться в Бириге.

- Здравствуйте, господа, - ровным голосом произнесла она. – Сарим, что за срочность? Почему я должна была «явиться как можно скорее», что следует из твоего сообщения? Да, и сразу огромная просьба на будущее – постарайся мне больше никогда не отправлять своих мерзких мертвых птиц. Я хоть и являюсь целителем и нам претит брезгливость, однако, все же, не стоит.

- Хорошо, сестренка, не буду, - пообещал маг. – Изыщу другой способ. Как же, все-таки, я рад тебя видеть.

- Я тоже… гм… рад, - я поцеловал протянутую руку графини-целительницы. – Что же ты, Сарим, не предупредил?

- Да забыл как-то, - жизнерадостным голосом произнес тот. – Едва ты привел нам в дом этого разбойника с перебитыми ногами, я и решил вызвать сюда сестру.

- Ты решил вылечить его? – приятно удивился я.

- Конечно. Лишь только заметив состояние его ног, я поинтересовался у прислуги есть ли целитель в городе и мне ответили, что есть, но слабенькие. В основном те, что по заговорам. А сильные – они ближе к столице обычно предпочитают селиться. Там больше денег и почета. Вот я и подумал пригласить сестру.

- Которая очень устала с дороги и хочет отдохнуть, - улыбнулась бледная девушка.

Тому, кто ее не знал ранее, могло показаться, что это побледнела от усталости или болезни, но я-то помню, что подобный вид для нее вполне естественен. Так же как и просторные белые одеяния.

- Мы так и будем стоять здесь, господа, или, может, вы наконец-то проводите меня в свое жилище? – посерьезнев, спросила у нас девушка. – Я желаю омыться и лечь спать. Больным я займусь завтра, с восходом солнца. Это наиболее лучшее время для сращивания костей.

- Да, конечно, конечно, - засуетились мы с Саримом и поспешили открыть целительнице дверь в гостиницу, после чего с порога потребовали для нее отдельную комнату у хозяйки, где и оставили вместе с двумя ее лакеями, а сами пошли проведать Дарена.

Бывший разбойник полулежал в постели и маленьким ножиком вырезал что-то из кусочка темного дерева. Завидев нас, он отложил недоделанное в сторону вместе с резцом и повернул канделябр, в чашках которого стояли три горящих свечи. На улице уже начинало смеркаться и дневного света, попадавшего в комнату через небольшое окно было маловато.

Мы рассказали Белоглазому о том, что произошло сегодня с нами в городе и как проходила церемония спуска на воду флагманского корабля, не упомянули лишь про приехавшую целительницу. Пусть это будет для него приятной неожиданностью. К тому же неизвестно сумеет ли она ему помочь. Всяко бывает с магами этими.

Он нас внимательно выслушал, только изредка перебивая короткими вопросами.

- Да, флагман видал, действительно прекрасный корабль, - сказал он. – Я, кстати, принимал участие в обработке руля для него и уверен, что он будет скользить по воде как сухой лист, гонимый ветром.

Он закряхтел, устраиваясь в постели поудобнее и спросил:

- Так вы говорите, что будете сегодня драться?

- Скорее всего, - подтвердил я. – Если позволят обстоятельства и ничего не нарушит наши планы.

- Ах, как бы я хотел пойти с вами! – с тоской в голосе воскликнул бывший разбойник. – Однако, к сожалению, это невозможно. Теперь я вряд ли когда-нибудь смогу участвовать в бою. Разве что наводчиком у баллисты. Да и то если поставить рядом с ней удобное кресло.

Мы с Саримом многозначительно переглянулись.

- Не беспокойся, - сказал я. – И без тебя есть кому там повоевать. А ты пока отдыхай и набирайся сил. В скором времени они понадобятся. Ведь тебе еще предстоит указывать нам путь в океане.

- В этом-то как раз нет никакой сложности, - махнул рукой Дарен, словно говоря о сущей безделице, хотя, например, лично мне будущее морское путешествие таковым не казалось. – Просто не привык я так.

- Как «так»? – переспросил некромант.

- А вот так, - повторил разбойник. – Целыми днями сидеть на месте, как старик какой. Грудь разрывает от желания действовать, а плоть немощна.

- Понимаю тебя, друг, но ничего не поделаешь – судьба-злодейка.

- Да, - поразмыслив мгновение, кивнул Белоглазый. – Ничего не попишешь. Такова воля Тысячеокого.

- Как бы там ни было, а тебе сегодня нужно пораньше лечь спать, - сказал я. – Велика вероятность того, что завтра нам придется отправиться утром. Мы прибыли сюда с виконтом объяснить тебе будущую причину отсутствия нас в комнатах этой ночью. Теперь же нам пора обратно. Не скучай.

- Удачи вам, господа, - калека пожал нам на прощание руки и, дождавшись, когда мы откроем дверь, погасил свечи на прикроватном столике.

Удостоверившись, что здесь все в порядке, мы с некромантом поспешили обратно, к особняку Дертана Синлага, слегка опасаясь, что Лариан уже вернулся и мы можем опоздать к основному действию.

Глава 20. Печальное безумие

Мы не опоздали, а прибыли ровно к тому самому моменту, когда небольшой диверсионный отряд под началом командира наемников как раз собирался на выход, и вот теперь, вместе со всеми, лежали брюхом на холодной земле неподалеку от маленького одинокого домика, расположенного на пустыре у западной стены города, стараясь по возможности не касаться грязной воды, собравшейся по всей округе в многочисленные лужи. Правда когда-то, недалеко от Гарребриана, во время нашей с Саримом разведки, мне приходилось гораздо хуже – следить за черными всадниками, распластавшись в снегу под пронизывающим зимним ветром. Так что, по сравнению с тем случаем, сегодня было еще по-божески.

С собой в ночь Дертан взял эльфа Лариана, каменного человека Ордока и могучего Гретара, воина, когда-то успевшего на очень короткий срок побыть у нас с Саримом десятником. С моей стороны присутствовали Ошис и Ркат, как наиболее сильные и опытные бойцы из нашей группы. Да еще и молодой некромант напросился за компанию. Дома ему не сиделось. Обещал без необходимости под руку не лезть и наблюдать за нашими действиями со стороны.

Мы разместились за небольшим холмом, примерно в трехстах метрах от жилища, в котором, по утверждению эльфа, скрылись существа в черных одеждах.

На месте нас встретила неприятная неожиданность – у входа в домик, кроме пары вороных лошадей на привязи, принадлежащих хозяевам неказистого одноэтажного строения, расположились еще пятеро скакунов с другой стороны дверного проема. А рядом с ними – четверо солдат, облаченные в глухую блестящую броню и вооруженные короткими копьями с широкими, листовидными наконечниками, слегка напоминавшими мне протазаны.

- А эти-то здесь откуда? – тихо спросил я, ни к кому особенно не обращаясь.

- Лариан? – Синлаг переадресовал мой вопрос эльфу.

- Не знаю, - с досадой цокнул языком тот. – Когда я уходил отсюда снаружи оставались только две лошади и никаких воинов не было.

- Значит, у них гости, - недовольно пробормотал я. – Интересно, кого сопровождают эти солдаты?

- Не все ли равно? – шепотом прогрохотал Ордок. – Давайте убьем их всех.

Первый раз я видел каменного человека так близко. Кожа его была цвета мокрого гранита и тянулась как обычная, человеческая. Если не знать, что он сделан из камня – так вообще с виду не догадаться до этого. Ни тебе скрипов трущихся друг о друга булыжников, ни осыпающейся каменной крошки. Человек как человек. Ну да темно-серый. Так может раса такая. Правда тяжелый – вон как под ним почва проминается. И голос под стать – низкий и глубокий.

- Не стоит совершать некоторых поступков, перед этим их не обдумав, - спокойно ответил ему Дертан. – Солдаты ни в чем не виноваты. Человек же, которого они охраняют, тоже, скорее всего, плохого нам ничего не сделал. Так что, подождем пока гости уедут, а после начнем.

Мы пролежали после этого примерно час, потом еще час, но ничего не менялось – все так же стражники сидели у ног своих лошадей, тихо переговариваясь, а из домика никто не выходил. На улице стемнело и глаза с трудом уже могли различить четыре фигуры стерегущих домик служивых.

- Еще немного и я буду готов принять предложение Ордока, - пробормотал я, усердно потирая друг о друга похолодевшие ладони. – Надо что-то делать. Не будем же мы лежать тут до утра?

- Мы с Ошисом можем обезвредить их не убивая, - предложил Ркат.

- Мы тоже с Ордоком можем это сделать, - с едва скрываемым легким презрением в голосе произнес Лариан и обратился к Дертану, сменив тон на почтительный: – Только прикажите, господин.

- Не нужно, - поморщился Синлаг. – Ты уже успел сегодня проявить себя. Игр, пусть идут твои.

Я кивнул и дал добро адиту с орком приступать. В одно мгновение они исчезли, а еще через несколько секунд за спинами гвардейцев мне удалось различить два смазанных силуэта, почти синхронно уложивших четверых вояк на землю.

Кто-то из двух отправленных нами бойцов поднял с земли копье одного из солдат и, нацепив на наконечник шлем, принялся им яростно размахивать из стороны в сторону. И правильно – издавать сейчас какие-либо звуковые сигналы было бы неразумно.

Дертан одобрительно что-то промычал себе под нос и мы двинулись к деревянному домику, стараясь двигаться бесшумно и как можно быстрее.

Невозмутимые Ркат и Ошис стояли у входа, подпирая бревна жилища могучими спинами. Бронированные солдаты в полной отключке лежали на земле.

- Что там? – спросил я, мельком глянув на аккуратно сложенных под стенкой вояк. – Слышно хоть что-нибудь?

- Неразборчивые глухие голоса, - тихо ответил адит. – Если желаете узнать больше, то вон, наверху, небольшое окошко.

Мы разом взглянули туда, куда он указывал. «Небольшое окошко» оказалось не очень широкой щелью, наверное с ладонь взрослого человека, и длиной в четыре, расположенной на высоте примерно двух с половиной метров от земли. На стене, у которой мы находились, таких «щелей» было несколько.

- Это сделано для того, чтобы свет в помещение попадал, а заглянуть внутрь было бы не легко, - шепотом просветил меня Ркат.

- Но мы, все же, попробуем, - сказал Дертан. – Ордок, подсади-ка меня.

Повинуясь приказу, каменный человек подошел к месту, где стоял его командир и, взяв того за голени, одним плавным движением поднял вверх.

Синлаг тут же приник к окну, стараясь высмотреть происходящее за стеной.

- Ого! – негромко и удивленно выдохнул он.

- Что там? – спросили мы все почти одновременно.

- Король! – прошептал Дертан. – Король Верои, двое в черном и какая-то девица. Молодая и красивая.

Некоторое время понаблюдав, он попросил подчиненного опустить его на землю.

- Ну что, - спросил я, - заходим? Помните – не давайте им ни в коем случае плевать в вас своей дрянью. Уверен, что она плохо влияет на здоровье.

- Заходим, - кивнул командир наемников и отдал короткий приказ: – Ордок!

Дверь у домика открывалась во внутрь и каменный боец вышиб ее одним ударом и шагнул вперед. После чего в помещение ворвались Ошис, Ркат и Гретар с Ларианом.

За ними зашли мы с Синлагом, а последним Сарим.

Когда я оказался в помещении, то увидел, что король сидит на массивном деревянном стуле в дальнем углу комнаты, а на его коленях расположилась прекраснейшая молодая девушка в богатых полупрозрачных одеждах. Причем, он обнимал ее за талию, что-то горячо нашептывая в аккуратное красивое ушко. Через мгновение, заметив ворвавшихся, хозяин Верои прекратил свое занятие и уставился на нас удивленными глазами.

Справа от вошедших и слева от монарха уже проходили две групповые и, по мнениям многих благородных рыцарей, не вполне честные схватки. Гретан, Ордок и Лариан взяли на себя того типа в черном, что был ближе к нам, а со вторым, у противоположной стены бились Ошис со Ркатом. Не составляло большого труда увидеть, как наши бойцы отходят с линии атаки, стоит лишь противникам повернуть головы в их сторону, и старались нападать сбоку или сзади. Продлилось это все недолго.

Первым удалось схватить со спины своего оппонента Ордоку и пока Гретар отвлекал урода ударами своего тяжелого меча по ногам, Лариан, не медля, всадил под край конусовидной черной шляпы узкий стилет, который до этого держал наготове в левой руке. Не прошло и минуты, как почти тот же маневр провернули Ошис и Ркат – адит, оказавшийся позади неприятеля в нужный момент, подпрыгнул к нему, обнял покрепче, скрестив мощные лапы у того на груди, а орк вонзил обездвиженному противнику в глотку широкий и длинный кинжал. Плеваться своей дымящейся кислотой уроды либо не успели, либо не стали по какой-то иной причине.

Для нас, наблюдателей, не принимавших прямого участия в схватке, бой закончился быстро. Двое в черном почти одновременно осели на пол. Дертан обошел обоих, окинул каждого коротким взглядом, дабы убедиться, что они действительно мертвы, после чего повернулся к королю. Я же хоть и следил за тем, как наши бойцы разбираются с неприятелем, не терял монарха из виду еще с начала драки и успел заметить, как он схватился за голову после убийства эльфом первого противника и как еще сильнее стиснул виски обеими руками сразу при поражении второго.

Когда все закончилось и в помещении воцарилась тишина, раздался его слабый, но властный голос:

- Кто вы такие, господа? Как вы посмели врываться ко мне и нарушать мой покой?

- Разрешите представиться, Ваше Величество… - начал было Дертан, однако внезапно его прервал Сарим.

- Она не живая, - не отводя глаз от девицы, медленно проговорил он и скомандовал более громко: – Отойдите все!

Мы, не споря, разошлись в стороны, прижимаясь к стенам и освобождая пространство между ним и королем.

Сарим шагнул вперед, тряхнул кистями, будто сбрасывая с них капли воды, после чего поднял их кверху и звонко произнес несколько предложений на незнакомом мне языке. Причем, с каждым сказанным словом лицо его бледнело все больше, а ногти на направленных в сторону венценосца пальцах принялись наливаться изумрудным цветом. Наконец маг завершил свою тираду и резко опустил руки вниз, словно срывая с сидящих невидимую штору.

И тут же картина перед нашими глазами стала меняться. Лицо девушки, сидящей до того на коленях монарха, поплыло, будто растворяясь в легком мареве, через миг явив нам сначала маску сгнившего трупа, а позже и обглоданный червями потемневший череп, тело же, ставшее похожим на влажную мумию стало заваливаться набок, не давая рукам короля удержать полностью прогнившие мышцы. Внезапно одежды ее истлели и плавно осыпались на земляной пол помещения, а через мгновение в кучку этого праха свалилось то, что осталось от еще недавно юной девушки. Последним к ногам короля упал череп, сразу же откатившись от носков его дорогих сапог на пару шагов.

- Что вы сделали? – удивленно-испуганно произнес тот. – Зачем?

Он упал на колени перед кучкой праха и гнилой плоти и принялся неистово скрести по ним руками, загребая полные горсти.

- Дочь моя! – с болью в голосе простонал монарх. – О, дочь моя! Почему ты ушла? Что они сотворили с тобой? Зачем они это сделали? О, дочь моя! Кирия, доченька…

Его слова перешли в тихие всхлипывания, а по щекам потекли крупные слезы.

Мы стояли молча и наблюдали за стоящим на четвереньках, мечущимся по полу монархом, не зная как поступить. Рядом со мной тяжело дыша встал Сарим.

- Напрасно он так убивается, - сказал он мне. – Она была мертва уже несколько лет. На его поднятую дочь было наложено заклятие иллюзии.

- Ваше Величество, встаньте, - подойдя к монарху Дертан помог тому принять вертикальное положение. – Не стоит вам ползать по земле. Здесь нет и не было вашей дочери. После ее смерти прошло уже около двух лет. Придите в себя.

Король оторвал взгляд от пола, поднял голову и оглядел всех нас.

- А как же… Как же… - он пытался собраться, но это получалось у него плохо. – Вы кто, господа? И зачем убили тех, кто вернул мне дочь? И почему снова забрали ее у меня? О, дочь моя…

Он снова заплакал.

Мы все еще стояли молча, глядя на рыдающего короля и размышляя над тем, что нам следует предпринять.

- Ваше Величество, - наконец тихим, но твердым голосом произнес Синлаг, - вам следует собраться с силами. Впереди война. Помните об этом. Вы нужны вашим подданным.

- Война? – во взгляде монарха появилась некая осмысленность. – Какая война?

- С государством Стео, - с готовностью ответил командир наемников.

- Со Стео? – переспросил король. – Почему? У нас с Аритесом прекрасные отношения. Зачем нам воевать? Ах да…

Он прижал к вискам ладони, будто пытаясь сдавить голову и зажмурился на мгновение. После открыл глаза и бегло осмотрел комнату.

- Это они, - король указал на лежащие на полу покрытые черными плащами тела. – Обещали мне вернуть дочь, если я… Но они же вернули её? И она умерла второй раз. Дочь моя… Кирия…

Король снова впал в свой безумный транс, покачнулся и если бы его не подхватил Дертан, он бы точно свалился на пол.

- Мда…- почесав в затылке, произнес Ркат. – Больше мы от него ничего не добьемся. Как поступим с ним, господа?

- Нужно вернуть Геталира в резиденцию, - сказал я. – Вот только светиться там отчего-то не хочется. Схватят как похитителей Его Величества и вздернут. Без суда и следствия.

- Но не оставлять же короля здесь, в таком состоянии? – задумчиво промолвил Лариан. – Может отвезем его на центральную площадь Актии и оставим там?

- Чтобы его убили посреди ночи какие-нибудь бродяги? – Дертан подошел к нам, держа погруженного в свои горестные мысли короля за локоть. – Нет, этого делать нельзя. Пока что возьмем его в мой особняк и позже я прикажу солдатам доставить правителя к свите.

- В результате голов лишимся не мы, а твои подчиненные, - зло усмехнулся Ошис.

- Им будет приказано все сделать быстро, - возразил Синлаг. – А они умеют отходить резво, при необходимости.

- Ладно, так и поступим, - согласился я. – Только вот еще что. Я, конечно, ни на что не намекаю, но нет никаких гарантий того, что Его Величество не придет в себя через некоторое время. И оно может быть гораздо меньшим, чем мы предполагаем. И вот если правитель Верои не придет в себя окончательно, то может разослать своих солдат попытаться поймать тех, кто отобрал у него его любимую дочь. Как вы думаете, сможем ли мы в таком случае без проблем отплыть? Лично я считаю, что вряд ли.

- Верно, - мрачно кивнул Дертан. – А потому надо поторопиться. Я отправлю Геталира Печального к резиденции с парой моих бойцов, в это же время дам приказ выдвигаться в дорогу. Вы же поспешите в гостиницу, собирайте вещи и спешите к кораблю. Мы должны отбыть как можно скорее.

- Погодите, - сказал я намеревавшимся уже покинуть помещение товарищам. – Осталось еще одно небольшое дело.

И быстро прошелся по комнате, внимательно осматривая пол, а в паре мест, показавшимися мне наиболее подозрительными, даже потопал ногами.

Присутствующие, кроме короля и адита, глядели на меня в немом изумлении и только один Ошис понимал, что я ищу.

- Они пробыли здесь не так долго, Игр, - успокаивающе произнес он. – У них просто не было на это времени.

- Скорее всего, - наконец прекратив свое занятие, не обнаружив того, что могло служить здесь люком от подвала, ответил я на замечание людоящера. – Хвала ветрам и всем богам Станира.

- Что ты искал? – слегка удивленно спросил у меня Дертан.

- После того, как Ордок убил этих тварей в Длии, ты, случайно, не заглядывал в подпол их жилья? – ответил я вопросом на вопрос.

- Нет. А что, там можно было найти что-нибудь интересное?

- Кое-что мерзкое. Но да, стоило посмотреть. Ты бы гораздо лучше осознал то, с чем мы имеем дело. Ладно, хорошо, что здесь ничего подобного тому, что мы с Ошисом видели в их хижине под стенами Гарребриана, нет. Можем идти.

К гостинице лошадей гнали в галоп. Я действительно не знал, сколько у нас времени осталось в запасе, и нужно было использовать его с умом.

Первым делом, рассчитались с хозяйкой гостиницы за все услуги, что не были оплачены ранее. После адит разбудил Дарена, а Сарим свою сестру. И если бывший разбойник по нашему взбудораженному поведению сразу понял, что случилось что-то из ряда вон выходящее, то целительница Сканира засыпала нас множеством вопросов. Отчего, мол, ее подняли так рано, когда до восхода еще куча времени и почему все в гостинице бегают туда-сюда как муравьи. С горем пополам сонной графине удалось объяснить, что произошли непредвиденные обстоятельства и нам нужно срочно покинуть Актию, а потому не будет ли госпожа Атали столь любезной, чтобы составить нам компанию до ближайшего порта? Благо долго она не припиралась и согласилась почти сразу.

Оперативно собрав вещи, мы прибыли в порт когда первый луч восходящего солнца прорезал утренний небосвод.

Глава 21. Мастерство кузины

И хотя договоренность с Дертаном предусматривала почти одновременное появление его сотни в порту с нами, я вздохнул с облегчением, рассмотрев в первых рядах несущихся к нам во весь опор всадников крепкую фигурку Малиты.­ Остановив взмыленного коня рядом со мной, девушка ловко спрыгнула на землю и прильнула к моей груди. - Господин Синлаг нам всё рассказал, - сообщила орка и твёрдо заявила: – Нужно быстрее покинуть эту землю или вскоре на нее прольется много крови. - Лишь только солдаты Дертана окажутся на корабле и мы сразу отплываем. Все прибыли? Свой вопрос я адресовал подошедшему к нам хмурому командиру наемников. - Все здесь, кроме двоих, что я отправил с королем Верои, - ответил тот и обернулся к подчиненным: - Быстрее, ребята, быстрее! Корабль «Острая щепка»! Вот этот. Лошадей оставить на берегу! - Но как же… - произнес из толпы прибывших чей-то робкий голос после последних слов командира. - Что с ними будет? Сотня до этого момента голосящих воинов как-то разом затихла. - Ничего с нашими скакунами не случится, - с легким раздражением в голосе сказал Дертан. – Портовый люд быстро разберет бесхозных лошадок и к чему-нибудь да приспособит. Не пропадут. А ну быстро все на борт. Несмотря на хваленую дисциплину, Буйные продолжали стоять на месте, переминаясь с ноги на ногу и оглядываясь на своих верных коней с такими печальными лицами, словно прощались с ними навсегда. Что, возможно, было недалеко от истины. - Я могу помочь вам решить проблему с лошадьми, - неожиданно прозвучал знакомый женский голос. – Если позволите. Взгляды всех присутствующих устремились на тонкую фигуру целительницы, довольно-таки сильно выделявшуюся посреди грязи порта своими идеально чистыми белыми одеяниями. - Если не возражаете, то я могу отправить их к своей госпоже, в Биригу, - продолжила Сканира. – С ними там не произойдет ничего плохого и они благополучно вас дождутся. Хозяйка тех мест очень любит этих благородных животных. Из толпы бойцов донеслись одобрительные возгласы. Видимо никто из них не желал расставаться с боевым четвероногим другом. Дертан же подошел к девушке и произнес кажется самым любезным тоном, какой я от него когда-либо слышал: - Будем вам весьма признательны. - Хаз, Тино! – обратилась Сканира к обоим своим лакеям, державшим в руках ее многочисленные сундучки и мешочки. – Соберете этих лошадей и отведете во владения госпожи Леданы Карры. Если понадобится, то можете нанять себе помощников. Золота, что я плачу вам, для этого хватит. Отведете, и ждите моего возвращения. Слуги, поставив поклажу на землю, молча синхронно склонились почти до земли, прощаясь с хозяйкой, а затем, выпрямившись, резво направились к свежеобразовавшемуся табуну. Осознав, что своих верных скакунов они не теряют окончательно, Буйные мигом воспряли духом и вереницей потянулись к трапу, на ходу отпуская в адрес друг друга безобидные шутки вроде кто сейчас брякнется в море, кого первого вывернет наизнанку от качки на волнах и прочее. Когда погрузка воинов закончилась – под час которой Камия Лютая по привычке костерила всех и вся, потому что принадлежавшие ей мешки и бочки с товарами летели за борт, в целях экономии времени – солнце уже поднялось над водой довольно высоко. После чего отдали швартовы, несколько матросов, пыхтя и ругаясь, втащили на палубу тяжелую якорную цепь и «Острая щепка» почти с места набрала максимальный ход. Ветер был попутным и щедро наполнял паруса. Все время, потраченное нами на выход из гавани, я с тревогой оглядывался назад, ожидая спешного прибытия в порт крупного отряда закованных в броню веройских воинов и тревожного звона колокола, оповещавшего береговую охрану о беглецах, необходимых к немедленному возвращению. И только когда наш кораблик отошел далеко и строения Актии слились в одну сплошную линию, я смог наконец вздохнуть свободно и обратить внимание на происходившее вокруг. Камия Лютая ходила по палубе туча тучей. Уйма незнакомого народу на маленьком кораблике не способствовала ее хорошему настроению. Она то и дело беспричинно кричала на матросов, добросовестно выполняющих свою работу, одновременно пререкаясь с Зарабом, напрасно пытавшимся, видимо, донести до бравой капитанши голос разума. Солдаты Синлага набились в трюмы и каюты как сельдь в бочке, занимаясь там обустройством индивидуальных жилых мест на время предстоящего плавания, и на палубу пока не выходили. Так что, на свежем воздухе сейчас пребывали я, Малита, Сарим, Дертан, Ошис, Ркат и, как было уже упомянуто, контрабандистка со своим возлюбленным да матросы с боцманом. Мирно дремавшего где-то внизу калеку Дарена от нас также отделяли старые доски. Однако вскоре его пришлось побеспокоить. - Господин Игр, - обратилась ко мне с верхних ступеней лестницы, ведущей на палубу, кузина нашего некроманта, непривычная к качке, а потому вцепившаяся сейчас левой рукой за свесившийся рядом с ней конец каната. – Господин Игр, я по поводу больного. Несмотря на то, что наиболее удачное время для лечения нами недавно утеряно, я могу заняться им сейчас. Солнце еще довольно низко, а потому, думаю, я справлюсь и разница будет едва заметной. Возможно ему просто придется после поспать на пару часов больше. Можете послать кого-нибудь для того, чтобы вынести его на палубу? Услыхавшая ее Камия, уже было махнула рукой, подзывая к себе парочку матросов, но её опередил Ошис, в одно мгновение исчезнув в трюме и почти сразу появившись с нашим калекой на руках, причем нес он его бережно, как ребенка. Белоглазый Дарен некоторое время слепо крутил головой по сторонам – уж очень резко темнота трюма сменилась для него залитой солнцем палубой - вскоре остановив взгляд единственного зрячего глаза на нашей славной компании. - Что происходит, господа? Почему меня разбудили? - Кладите сюда! – игнорируя его вопросы, приказала Сканира людоящеру, указав на соломенный мат у правого борта судна, ближе к носу. – Здесь лучи падают именно так, как нужно. Адит выполнил то, о чем его попросили, и вопросительно посмотрел на целительницу. - Останься, ты еще будешь нужен, - холодно молвила госпожа Атали, высвобождая откуда-то из-под своей белой хламиды такую же белую и тканевую сумку. – А еще ты. Она указала на Рката и тот тут же подошел к лежащему пациенту. Я тоже не стал отходить далеко, на случай какой-нибудь непредвиденной ситуации. - Ошис, кажется? – уточнила она у ящера тем же невозмутимым голосом и продолжила: - Будешь держать ему ноги. Учти, что в один момент вашему другу станет очень больно и важно тогда не дать ему вырваться, однако делать это нужно аккуратно, чтобы не сломать молодые кости. Орк, тебе поручаю верхнюю половину тела. Закончив с поручениями, целительница достала из своей сумки пару ограненных флаконов, заполненных синей и зеленой жидкостями. После чего присовокупила к ним пирамиду из золотой проволоки, вмещавшей в себе переплетение нескольких простых геометрических фигур, среди которых с моего места можно было разглядеть основные - квадрат, круг и треугольник, плавно переходящие друг в друга. В вещах Сканиры данный прибор видимо находился в сложенном виде, потому что размер его в раскрытом состоянии - около сантиметров тридцати в поперечнике – несомненно мешал бы ей при ходьбе. Разложив все это на досках палубы рядом с соломенным матрацем, госпожа Атали успокаивающе улыбнулась Белоглазому. - Закрой глаза, дыши ровно и лежи спокойно, - тихо и проникновенно сказала она. – Ты не волнуйся, все закончится хорошо. Это займёт не более получаса. - Вы – кто? – слегка забеспокоился Дарен. – Игр, что происходит? - Все в порядке, дружище, - я наконец соизволил удовлетворить его любопытство. – Это госпожа Атали, она – целительница и по совместительству кузина нашего Сарима. Сейчас будет стараться вернуть тебе ноги. От тебя требуется лишь спокойно лежать и дать ей сделать свое дело. Как только мои слова достигли ушей Белоглазого, а смысл их его мозга – он тут же вытянулся на матраце чуть ли не по стойке смирно, изо всех сил зажмурив глаза. - Открой рот, - Сканира взяла в руки флакон с синей жидкостью, вытащила пробку и поднесла к губам Дарена. – Пей. Аккуратно вылила содержимое в распахнутый рот больного, благо на это не потребовалось много времени, так как пузырек был небольшим, и отбросила пустую посуду в сторону. Затем она велела адиту стянуть с Белоглазого штаны. Ошис выполнил приказ и перед нами открылись искривленные, тощие ноги калеки, покрытые уродливыми шрамами. При свете солнца они выглядели еще более жутко, чем когда я увидел их в первый раз в гостинице. Да уж, видимо раздробило их в свое время в настоящий кровавый фарш. И удивительным было то, что он выжил с подобным увечьем в это местное дремучее средневековье, не прибегнув до сего дня к помощи магов или знахарей. Между тем, госпожа Атали заголила Дарену живот и поставила на него свою проволочную пирамидку, а зеленую жидкость из второго флакона тонкой, непрерывной струйкой разлила по всей длине ног. - Теперь держите его крепче, - сказала она нам и, подняв руки над головой - отчего рукава ее одеяния спустились до локтей, обнажив белую кожу - начала заунывно читать какое-то из своих заклинаний. Прошло несколько секунд и я увидел как на вершине расположенной на животе пирамиды появилось свечение, будто на конце электрода во время сварки. Вот оно стало разгораться еще сильнее, затем принялось распространяться по всей проволоке и, наконец, каждая деталь магического прибора целительницы засияла ярче солнца. Однако, видимо, несмотря на этот свет, фигурка не нагрелась, потому что стояла на обнаженном животе Белоглазого, а бывший разбойник между тем не подавал никаких признаков беспокойства. Скарина же, не прерывая своего пения, протянула руку к пирамидке и повернула ее вокруг своей оси. Тут же из центра геометрического плетения вырвались два ровных толстых луча белого цвета и упали на искалеченные ноги. И вот тогда Дарен дико закричал и задергался в руках Ошиса и Рката. В этот момент я понял почему целительница попросила фиксировать больного именно этих моих друзей. Если бы подобным пришлось заниматься мне, то я бы ни за что не удержал Белоглазого. Он бился в их руках так неистово, что даже двум самым сильным членам нашего отряда приходилось прилагать все усилия, чтобы не дать ему вырваться. Тем временем ноги калеки, на которые упали белые лучи от золотой пирамиды, загорелись зеленым светом и я услышал ужасный хруст ломаемых костей. Было заметно, что это происходило не просто так. Через несколько секунд ноги сами собой выпрямились и Скарина еще раз повернула свою пирамиду. После этого каких-либо внешних проявлений лечения видно не было, Дарен уже не бился, а лишь тяжело дышал, успокоившись. Однако, когда целительница вновь повернула прибор на животе Белоглазый опять закричал. Ноги, на которые я смотрел очень внимательно, принялись увеличиваться в объеме прямо на глазах и уже через пару минут приобрели вид вполне здоровых мужских конечностей, которыми ранее, несомненно и обладал Дарен. Госпожа Атали закончила пение и сняла с живота Белоглазого потускневшую пирамидку. Зеленое свечение на ногах бывшего калеки и белое на золотой проволоке пропали почти одновременно. Я посмотрел на лицо Дарена. Несмотря на покрытое мелкими капельками пота лицо, он дышал глубоко и ровно. С закрытыми глазами. Судя по порозовевшему лицу и легкой улыбке, он крепко спал. - А обезболить никак нельзя было? – поинтересовался я у целительницы, складывающей и убирающей свой загадочный прибор назад в сумку. – Спасибо за все, конечно, но уж сильно он кричал. - В первую очередь нужно было сделать это быстро, - ответила она тоном учителя, объясняющего урок ученику, нисколько не смутившись. – В этом случае больной не должен спать, лежать без сознания или же с притупленными чувствами. Именно поэтому я дала ему снадобье, чтобы он не отключился. Мне горько от того, что ему пришлось это пережить, однако это могло быть только так. Теперь отнесите его в каюту и уже к вечеру он сможет ходить, а завтра и бегать. Ошис уже привычно поднял на руки спящего Дарена и понес вниз.

После лечения Белоглазого мне захотелось побыть одному. Я покинул общество друзей и отошел в ту часть корабля, где не было никого даже из членов команды. Стоя на палубе, смотрел на бескрайние воды окружающего нас океана и думал о грядущем, однако через некоторое время от тяжелых мыслей меня оторвал голос Камии Лютой: - Когда твой друг сможет нам сообщить курс? – нервно спросила капитанша. – Я думала справится у него сейчас, но мне сказали, что он спит и не нужно его тревожить до той поры, пока не проснется сам. Так что мы до сих пор плывем неизвестно куда. Я перевел взгляд с волн на ее лицо, выдающее некоторое беспокойство, и ответил: - Уберите паруса. День придется провести в дрейфе. Вечером, уверен, наш лоцман сможет сообщить тебе направление. Она постояла с минуту о чем-то поразмыслив, затем круто развернулась и направилась к команде, оставив меня наедине с собой. Но и теперь побыть одному мне не дали. Лишь только я вновь принялся вдумчиво созерцать горизонт, как нежные теплые руки обвились вокруг моей шеи. - О чем думаешь? – поинтересовалась Малита. - О будущем, - сказал я правду. – О том, что ждет нас там, куда мы планируем прибыть. - Будущее известно лишь Агтиграгитру. Ветра принесут нам лишь то, что он захочет нам дать. Не стоит слишком беспокоиться об этом. - Это верно, - усмехнулся я, - однако от осознания этого беспокоиться я не перестаю. Она чмокнула меня в щеку, положила голову мне на плечо и мы принялись глядеть на раскрашенные солнцем волны вместе. Дарен показался на палубе к полудню. На своих двоих и довольный как кот, объевшийся сметаны. Первой, к кому направился недавний калека, была, естественно, целительница. Подойдя к ней он с гулким стуком, не жалея свежеизлеченных ног, бухнулся на колени, склонил голову и рассыпался в благодарностях. Мы все, в это время собравшись в групку знакомых - я, Малита, Ркат, Ошис, Сарим и Дертан стояли невдалеке и взирали на это не скрывая улыбок и искренне радуясь за счастливого товарища. Скарина Атали улыбнулась тоже и, сделав шаг навстречу бывшему больному, возложила руки ему на голову. Он замер, а она принялась петь что-то своим мелозвучным голосом. Длилось это секунд пятнадцать-двадцать. Закончив, госпожа Атали убрала свои ладони с макушки бывшего разбойника, после чего он неуверенно поднялся на ноги и удивленно принялся вертеть головой из стороны в сторону. А когда повернулся к нам мне стала понятна причина его изумления - левый глаз, до этого затуманенный обширным белым бельмом, лишился своего недостатка и теперь глядел на нас так же ясно, как и правый. Видимо осознав наконец-то свершившееся над ним в один день чудо – а если быть точнее, то два чуда - Дарен снова рухнул перед Сканирой на колени и вырвав из-за пояса свой верный кистень, громко и торжественно принес целительнице клятву верности, после чего лоб его надолго приник к палубе. Целительница любезно приняла присягу и, взяв расчувствовавшегося разбойника за плечи, принудила того подняться. Еще минут десять наш друг восхвалял госпожу Атали и ее искусство. Сканира терпеливо его слушала, а затем я, поняв, что сестру Сарима надо срочно спасать от этого фонтана благодарностей, окликнул Дарена. - Спасибо, Игр, что вы сделали для меня это, - подойдя, он обнял меня. - Спасибо. Я вам этого никогда не забуду… Вот никогда! Да я для вас... Все что угодно, друзья мои... Он обвел нас всех взглядом - и малознакомых и старых товарищей. - Вот к вопросу о "что угодно" ты, как раз, и нужен, - сказал я. - Мы тут дрейфуем, если ты не заметил, и у нас полностью отсутствует понимание куда двигаться дальше. Дарен кивнул и вскинул голову вверх, оглядел мачты с собранными под реями парусами, затем в небо, оценивая расположение солнца, немного уже склонившегося к закату. - Прикажите держать курс в ту сторону, - он уверенно указал рукой в какую именно. - Когда на небе появятся звезды я скажу точнее. Я передал его слова стоявшей неподалеку Камие и она принялась орать во все горло команды своим матросам, с начала нашего знакомства казавшимися мне больше похожим на пиратов, чем на простых моряков. Кстати о пиратах. - Морских разбойников нам не грозит встретить в пути? - поинтересовался я у их бывшего речного коллеги. - Вот как раз в том направлении точно нет, - ответил он. - Восточнее да, южнее - особенно, но так как мы идем на северо-восток, то вряд ли. - А то, что Вероя объявила войну со Стео, не может изменить привычные пиратские маршруты? - поинтересовался Дертан Синлаг. - Мои ребята могут сражаться, конечно, как на суше так и на море, но не хотелось бы потерять хоть одного бойца до того, как мы прибудем в пункт нашего назначения. - Стео находится гораздо южнее, - махнул рукой Дарен. – К тому же мы пока ближе к материку, чем к их архипелагу. А вскоре будем еще дальше. - Это немного успокаивает, - заметил я. - Тогда ждем вечера и нового курса. Пока же - давайте перекусим. Тебе уж точно нужно восстановить силы, которые организм потратил на лечение. Да еще столь кратковременное. - Да, поесть не помешало бы, - Дарен оглянулся и благоговейно посмотрел на целительницу. - А после обязательно расскажешь мне где вы нашли эту прекрасную женщину.