Дарующий силу

Глава 1

Тощий Грин в обугленной одежде влетел в свою крошечную комнату общежития, захлопнул дверь и спрятался под одеяло, уткнувшись прыщавым лицом в подушку. Предательские слёзы подступали к глазам и он заколотил худым кулачком по подушке, чтобы не разрыдаться.

Из-за издёвок проклятых отпрысков богатых семей он провалил промежуточный экзамен! Если не удастся выпуститься, то он пополнит ряды таких же недоразвитых магов, и будет вынужден до конца жизни прислуживать тому, кто банально сильнее.

Он уже проклинал себя за ту щенячью радость, испытанную им, когда оказался в академии магов по квоте для сирот. По сути, как Грин позже осознал горькую правду, подобных ему слабосилков зачисляли в качестве игрушек, чтобы молодые аристократы выплёскивали на них свою агрессию и меньше грызлись между собой, создавая неприятности своим семьям.

— Боги, — в отчаянии всхлипнул парень, — это несправедливо! Ну почему кому-то всё, а мне ничего?! С их силой я бы тоже всего добился!

— Ух ты! А что это у нас тут за несчастное чмо, которому хочется силы?

— Кто здесь?! — Грин как ужаленный подскочил на кровати и со страхом осмотрел маленькую комнатку, но она была пуста. Только старый шкаф, облезлый стол и его сломанная койка.

— Кто, кто… — проворчал голос. Даже не проворчал – это походило на всесторонний шум, но смысл и интонации были предельно ясны. — Конь, в кожаном пальто!

Парнишка активировал магическое зрение, но ничего не увидел, лишь вызвал смех неведомого посетителя:

— Господи, какая тухлая хрень… Ты полное ничтожество!

— Заткнись! — отчаянно всхлипнул подросток шестнадцати лет, зачерпнул силы больше, чем мог контролировать и выплеснул её вокруг себя широкой волной, надеясь достать невидимого шутника, пусть и ценой жизни – мертвого уже не накажут за причинение вреда аристократу.

От перенапряжения из глаз, носа и ушей парня хлынула кровь и он упал на пол, подрыгал ножкой и замер.

— Эй, пацан! Блин, отъехал что-ли? — удивлённый голос неизвестного никуда не делся и вообще никак не отреагировал на потуги мальца. — А не, вроде живой! Ну что за дебил…

В комнате послышался вздох разочарования и воцарилась тишина. Через некоторое время парнишка застонал и открыл глаза:

— Ну почему я выжил… — всхлипнул он, пряча лицо в ладонях.

— Очень оригинальный способ самоубиться, но повеситься надёжнее! — назидательно заметил голос.

— Да что вам всем от меня надо?! — парень уже откровенно истерил.

— Мне? — удивился невидимый визитёр. — Дай подумать… Вина красного, да бабу рыжую. Желательно на сеновале.

— Что? — опешил парень. Аристо так не говорят! В их словах всегда полно пафоса и классового превосходства.

— Не тупи, пацан, — начал терять терпение гость, — просил силу ты, или твоя зарёванная подушка?

— Я… — похолодел Грин, наконец сообразив, что полной невидимости не бывает, а любую дистанционную трансляцию речи видно по тонкой паутине энергии. Значит здесь действительно присутствует что-то, откликнувшееся на его мольбу, но из подобных существ в голову шли только демоны и парень начал очень осторожно подбирать слова: — Но это было просто размышление… Я не звал демона!

— То есть, сила тебе не нужна? — немного расстроился визитёр.

— Я не заключу контракта с демоном!

— Да твою мать, — начал злиться гость, — что ты заладил как попугай: «демон, демон!», не демон я! Дебил малолетний…

— А кто?!

— Конь… — начал голос, но осёкся: — Так, это уже было.. Короче, не демон я! Просто гуляю по разным мирам и развлекаюсь тем, что помогаю таким лузерам как ты!

— Кому? Лазерам? — часто заморгал парень, окончательно перестав понимать странные слова.

— Задротам, неудачникам, чмошникам, прыщавым дрочилам… Так понятней? — зло изрёк невидимый гость.

— Вроде понятно, — неуверенно кивнул Грин. — А зачем?

— Это забавно, — просто ответили ему. — Ну так что?

— Что ты хочешь за свою помощь? — осторожно уточнил парень, стараясь унять бешеное сердцебиение.

— Половину каждых суток в твоём теле.

— Э… — он растерялся. — А как же душа?

— Ох ё, и тут концепция души… Да она мне нахрен не нужна! Ты согласен или я пойду в соседнюю комнату? Там тоже кто-то жалуется на судьбу.

— Подожди!

Грин спешно обдумывал ситуацию, но упускать такой шанс не хотелось, поскольку за стенкой жил Пак, а тот моментально согласится на всё, ради возможности стать сильнее.

— Я согласен! — парень даже зажмурился, понимая, что заключая подобный контракт с тёмной сущностью нарушил два десятка законов разом и гарантированно обрёк себя на смертную казнь.

— Ну и хорошо, — радостно ответил голос, но на этот раз прямо внутри его головы, — вот тебе часы – половина суток моя, но ты можешь повернуть циферблат и дать мне своё тело в любой момент, но суммарно всё должно быть поровну!

Парень вздрогнул от неожиданности, поскольку ничего не почувствовал, да и контракта, описанного в учебниках, он не заключил. Он ощупал свои карманы, но никаких часов не нашёл.

— На левой руке, тупень!

На внутренней стороне запястья Грина появилась едва заметная татуировка странных песочных часов – они были разделены в середине, а колбы смещены в стороны. Из белой половины, что была сверху, будто бы сыпался песок, а нижняя черная была полна.

— Твоя белая, моя чёрная, — голос подтвердил догадку парня. — Как только песок закончиться – наступает моё время! Попробуй, переверни мизинцем.

Грин коснулся пальцем татуировки и часы перевернулись так, что теперь песок сыпался из чёрной половины, а сам он мигом почувствовал невозможность управлять телом, однако, по прежнему ощущал всё.

— Раз, два, левой, правой! — проговорил рот парня, в то время как руки и ноги маршировали. — Ну и дохляк же ты!

— А обратно? — испуганно воскликнул парень, вдруг поняв, что не может говорить как обычно, но его услышали.

— Так же, ручками, или автоматом, когда время выйдет. Забирай свои культяпки!

Повинуясь чуждой воле мизинец парня перевернул часы и Грин снова ощутил себя хозяином тела.

— И где обещанная сила? — парень несколько раз сжал кулаки и понаблюдал за энергоканалами, но разницы не заметил.

— Где, где… — передразнил голос, — тебе, чтобы посрать, тоже сила нужна?

— Э… нет, — стушевался Грин.

— Ну вот и не ссы! Когда тебе потребуется сила, она проявится!

— Я то думал, что эффект будет сразу… — парень выглядел немного разочарованным.

— Вот ты нетерпеливый, — недовольно проворчал голос, — на вот, теперь у тебя бронебойный средний палец. Называется «божественный фак»!

— И как оно работает? — с сомнением произнёс Грин, внимательно разглядывая свой оттопыренный средний палец правой руки.

— Он может пробить любой твёрдый предмет! Попробуй – ударь им в стену со всей силы.

Послушавшись, но слегка нервничая, парнишка напрягся сам, напряг палец и ударил им незаштукатуренную кирпичную кладку между комнатами, проткнув без единого усилия. Мстительная усмешка исказила его лицо – он представил, будто бьёт в грудь Кавена и вонзил в стену второй палец.

Раздался хруст и Грин заорал от боли, схватившись за сломанный палец левой руки.

— Дебил малолетний! — заржал голос в голове. — У тебя только один карающий палец!

— Ты же не сказал! — хныкнул пацан, баюкая травмированную конечность.

— Дегенерат, спросил бы сперва! — хохотал от такой тупости голос. — Поаккуратнее, теперь это и моё тело тоже!

— Я понял, мне бы к лекарю…

— Ну так и иди! Или тебе для этого нужен божественный подсрачник?

Мотнув головой и утерев слёзы, Грин вышел из своей каморки и столкнулся нос к носу с Паком, стоящим в позе для подглядывания сквозь замочную скважину.

— Ты чего так орал? — полюбопытствовал толстяк, заглядывая в комнату через плечо Грина.

— Уйди, мне к лекарю срочно! — парень попытался обойти соседа, но тот перегородил собой проход.

— С кем ты разговаривал? — Пак упёр руки в бока и выставил живот, не давая пройти. Он был сильнее Грина как в магическом плане так и в физическом, чем бессовестно пользовался, отыгрываясь на худом пацане за унижения от аристо и всех, кто был сильнее.

— Эт чё за хер? — спросил голос.

— Пак, пропусти пожалуйста, мне очень надо к лекарю! — Грин поднял опухающий и синеющий средний палец к самому носу толстяка.

— Проси с уважением! — оскалился жирный.

— Ну-ка, переверни-ка часики… — задумчиво произнёс голос и парень послушался, касаясь мизинцем запястья.

В туже секунду он почувствовал тупую боль во лбу и растяжение мышц шеи, а Пак опрокинулся назад себя, разбрызгивая веером кровь из носа. Послушное чужой воле, тощее тело пацана тут же подшагнуло к упавшему толстяку и сунуло два пальца в разбитый нос, поднимая его на ноги.

— Слушай сюда, жирный, — прорычал изменившийся Грин на ошалевшего Пака, хрустнув шеей, — ещё раз на меня рыпнешься, я тебе башку оторву и в жопу запихаю! Ферштейн?!

Пак ни черта не понял, но от испуга закивал, на всякий случай, и тут же получил ещё один удар головой в переносицу, отправивший его в бессознательное состояние.

Тело Грина сплюнуло на лежащего толстяка и коснулось запястья, возвращая управление владельцу.

— Он же теперь будет мстить! — с ужасом прошептал трясущийся от страха подросток побледневшими губами. Терпя мелкие нападки Пака и постоянно уступая тому, он надеялся избежать серьёзной травли, но теперь толстяк будет гнобить его на полную катушку.

— Пфф, не смеши! — фыркнул голос. — Он такое же ссыкло как и ты – стоит один раз вломить от души и страх останется надолго. Тощий, звать-то тебя как?

— Грин. Грин Моль.

— А полное имя – Гриндевальд? — засмеялся голос.

— Нет, просто Грин.

— Это имя или фамилия? А то в разных мирах по разному.

— Имя, — качнул головой парень, всё ещё стоя над бессознательным толстяком. — Моль – это прозвище из приюта, но в документах их пишут как фамилию.

— Ну ничё так, звучно и в меру пафосно, — одобрил голос.

— А у тебя есть имя? — робко поинтересовался парень, шагая по узкому коридору с выщербленными деревянными стенами, мимо однотипных дверей крохотных каморок.

— Есть конечно! — засмеялись у него в голове. — Только оно для тебя труднопроизносимое!

— Я запомню, правда! — воодушевился Грин.

— Ну, запоминай, — хмыкнул голос, — полуподвыподвернутый перевыворобушкивающийся пздц.

В тесном коридоре общежития для простолюдинов почти явственно послышался хруст вывернутых извилин Грина, отчего парень даже споткнулся на ровном месте.

— Извини, я не смогу, — прошептал подросток, виновато опустив голову, — можно покороче?

— Можно, — великодушно откликнулся полуподвыподвернутый, — называй меня Здец! А теперь топай, пока наш палец не пришлось ампутировать!

Грин Моль опрометью бросился из общежития и понёсся через густой подлесок заброшенного парка, за которым начинался ухоженный газон, ровные дорожки для прогулок, красивые корпуса Академии, богатые общежития аристократов, и где не хотели видеть таких как он, в свободное от учёбы время.

На счастье, а может для снижения смертности среди студентов-простолюдинов, кабинет ближайшего лекаря располагался на самой окраине академического корпуса, возле этого лесопарка и добраться до него, при должной удаче, не составляло труда.

Ворвавшись в небольшую комнатку лекаря-целителя с опухшим пальцем наперевес, Грин застал очень странную картину! Возмутительную, невозможную, неуместную, пугающую, но, вместе с тем завораживающую и возбуждающую юное тело – целительница, почтенная Милиона, стояла с закрытыми глазами, поставив босую ногу в белом чулке на стол, отчего задравшийся халат оголил упругие бёдра и прозрачные кружевные трусики. Она держала пинцетом набухший розовый сосок оголённой, большой груди, двигая свободной рукой в промежности и не обращая внимания на посетителя, лишь издавала тихие стоны и кусала губы.

— Ля какая! — восхитился Здец в голове Грина, выводя парня из ступора.

— Гхм, извините, — деликатно кашлянул малец, привлекая внимание, — мне бы пальчик осмотреть…

Почтенная Милиона приоткрыла большие, выразительные, влажные глаза и скользнула затуманенным взглядом по лицу посетителя, его опухшему пальцу и перевела глаза на оттопыренные штаны Грина, медленно облизав пухлые красные губы.

— Чего замер, придурок?! Бегом хватай, пока не остыла!

— Осмотрела… не смертельно… выйди… — словно сомнамбула прошептала целительница, вновь прикрывая глаза и теряя интерес к посетителю.

— Спасибо за помощь! — вежливо поклонился Грин, прижал к себе палец и выскочил за дверь.

— Ты куда, чмошник, стой! — бесновался Здец, но парень бежал обратно в лес, зажмурившись от стыда и смущения. — Стой падла, ноги сломаю!

Его не слушали. Грин быстрее ветра домчался до своей общаги и понёсся по коридору к своей комнатке, внезапно налетев на очнувшегося жирного Пака, выходящего из своей каморки с окровавленым лицом и ножом в руках.

— Убью! — взревел толстяк и занёс над головой нож, когда пацан отскочил от его пуза и грохнулся задом на пол.

— Скорее! — воскликнул Здец, напоминая о своём присутствии и выводя Грина из оцепенения.

Перепуганный до смерти парень коснулся заветных часов и передал контроль над телом.

В тот же миг, Здец, не вставая с пола, резко распрямил ногу и врезал жирдяю по яйцам, заставляя того взвыть и согнуться пополам, роняя нож. Тощая рука Грина, под управлением иномирца пойпала нож в воздухе, а тело выполнило обратный перекат и встало на ноги.

Подшагнув к согнутому и скулящему Паку, Здец от души пнул того по лицу, отчего толстяк разогнулся и развернулся на пол оборота, влепившись лицом в стену. Рука Грина ловко крутанула заточенный столовый нож между пальцев и без замаха воткнула его в мясистую ягодицу по самую рукоять.

Скулёж перерос в жуткий вой и Пак ухватился за ручку ножа, стараясь вытащить, но гладкая, окровавленная сталь каждый раз выскальзывала из ладони, принося дополнительные страдания.

— Стой тут и жди! — бросил на ходу Здец пухляшу и побежал на улицу.

— Ты куда? — задал дебильный вопрос ошалевший от этих событий Грин.

Но ответом его не удостоили. Иномирец слишком долго болтался в безвременьи и соскучился по простым человеческим радостям. Запыхавшийся тощий Здец в теле Грина ворвался в кабинет целительницы. На его счастье Милиона ещё не закончила, лишь приоткрыла один глаз и скривилась при виде потного юноши.

— Выйди… — слегка вздрагивая прошептала она. — Убью…

— Ох, простите, — прыщавый подросток слегка поклонился и как-то незаметно приблизился, сделав шаг, продолжая говорить вполголоса и держа лёгкую полуулыбку на лице: — Мне показалось тут не обойтись без крепких мужских рук.

Милиона сама не поняла как позволила дотронутся до себя этому мерзкому безродному, но было что-то такое в его голосе, движениях, что худая рука подростка беспрепятственно легла на её левое бедро, медленно продвигаясь к кружевному белью, а другая едва ощутимо скользнула по плечу, а оттуда на затылок, зарываясь в длинные и густые, роскошные каштановые волосы.

Левая рука Грина, пока он наблюдал за всем затаив дыхание, приподняла одним пальцем кружевное бельё и оно вдруг перегорело в месте касания, испустив лёгкий дымок. Худая правая ладонь неожиданно властно схватила женщину за волосы, отводя голову назад и тут же губы юноши коснулись открытой шеи, медленно смещаясь к левой мочке уха.

Целительница замерла, чувствуя приятную истому от возбуждения и ожидания продолжения, но странный парень не спешил, а всё дразнил, касаясь её тела нежными пальцами и губами, а она не смела противиться и лишь покорно ожидала, наслаждаясь каждым мигом ласк, несмотря на перевозбуждение и текущие по ногам соки от затянувшегося оргазма, вызванного одними лишь прикосновениями.

Он прикусил мочку её уха и наконец коснулся груди, вызвав внутри неё настоящую бурю. Она жаждала накинутся на него и поглотить целиком, заставить делать с ней всё что угодно день и ночь, но не смела, лишь вздрогнула, когда почувствовала его между своих бёдер, но он всё медлил, заставляя её тихо скулить и прижиматься к нему сильнее.

— Маловат смычок для такой скрипки… — с досадой произнёс Здец, внутри головы Грина. — Будем брать мастерством!

Глава 2

— Сделал дело, прикрой тело! — удовлетворённо улыбнулся юноша, срывая занавеску с единственного окна и накрывая ей обнажённую и потную целительницу. Она с улыбкой на лице спала на небольшом столе, свернувшись калачиком после короткого, трехчасового секс марафона. Сперва он хотел перенести её на кушетку, но понял, что хлипкое тело пацана попросту не поднимет эту крутобёдрую развратницу и оставил всё как есть. — Чё молчишь, задрот?

— Как можно заниматься этим так долго?! — всё таки отозвался поражённый до глубины души Грин.

— Тю, всего то три часика… Ещё скажи, что тебе не понравилось! — хохотнул в полный голос Здец, покидая кабинет и выходя на вечернюю зелёную лужайку в чём мать родила. — Кстати о времени! Моё вышло…

К парню вернулась возможность управлять своим измученным непривычной физической нагрузкой телом и первое, что он сделал – поднёс к глазам распухший и почерневший средний палец:

— Забыли…

— Шо? — зевнул Здец, который, по ощущениям Грина, будто бы устраивался на ночлег где-то на краю сознания. — А-а, это… На.

Без каких либо спецэффектов и возмущений в энергетических потоках палец мгновенно обрёл прежний вид и перестал мучать хозяина тупой, ноющей болью.

— А зачем мы тогда ходили к лекарю?! — вопросил впавший в ступор парень, но ответом ему был громкий храп.

Поёжившись от налетевшего ветерка, Грин Моль побрёл в общежитие, отчаянно зевая на ходу и мечтая принять горизонтальное положение. Завтра утром занятия, а он понятия не имел, как будет оправдываться за отсутствующую форму, сожжённую демоном, не пожелавшим раздеваться как нормальные люди. Обугленную ещё можно было как то оправдать, но отсутствующую...

Однако, гораздо страшнее этого было то, что они сделали с почтенной Милионой, дочерью старшего преподавателя боевой магии третьего курса и по совместительству брата директора академии, входящих в один из десятка самых богатых родов. Ей было около тридцати и медиком здесь она работала исключительно в качестве наказания, но за что именно, Грин не знал.

Идти босиком через лес было сущим мучением – проклятый Здец даже обувь сжёг…

Вот и общежитие. Из-за многочисленных дверей раздаётся храп хлебнувших за день ребят, а вот и его каморка! Но внутри Грина поджидал омерзительный сюрприз — посреди кровати лежала огромная куча дерьма, в неё был воткнут столовый нож, а всё остальное было перемазано кровью. Сомнений, что это работа Пака, не возникало, однако спать в такой обстановке было решительно невозможно и парень решил только забрать комплект чистой одежды выходного дня.

Открыв обшарпанный шкаф он скривился – оттуда разило мочой, но на злость сил не было совсем и проклиная своё решение связаться с демоном, он полез на чердак общежития. Тут сваливали ненужноё тряпьё и хлам, но воняло оно не так сильно как моча жирдяя и, выбрав кое-что почище, он соорудил себе гнездо, где и вырубился под недовольный писк крыс.

***

— Проснись и пой, салага! — радостный голос Здеца разбудил Грина и он с трудом сел, чувствуя боль в каждой мышце. — Это что за бомжатник?

— Чердак… Ты не помнишь вчерашний вечер? — подозрительно спросил парень, медленно вставая и разминая затёкшие конечности. Хорошо, что пока осень и на улице довольно тепло даже по ночам.

— С какого я должен его помнить, если спал? — удивился Здец. — Так почему ты в этом бомжатнике на чердаке?

Грин задумался. Судя по всему эта сущность мысли не читает и не в курсе устроенного Паком сюрприза. Но если он сейчас всё расскажет, то наверняка последует очередная разборка с толстяком и что тот может учудить – одним богам известно, да и времени займёт…

— Проклятье! — простонал парень и, накинув на себя старое, облезлое и дырявое пальто, помчался вниз по лестнице, стараясь не запутаться в длинных полах, с торчащей во все стороны рваной подкладкой.

— Эй, эксгибиционист, ты куда рванул с голой жопой?

— Экзамен! — отчаянно воскликнул Грин, перепрыгивая через одну стёртые деревянные ступени, стремительно спускаясь с третьего, верхнего, этажа общежития.

К ужасу пацана, на этажах не наблюдалось утренней суеты, а это означало лишь одно – он проспал! Быстро забежал в свою воняющую комнату, схватил сумку с магическим учебником и тетрадью и помчался наружу.

— Херасе, — присвистнул Здец, прочувствовав жуткую вонь через нос Грина. — У тебя тут чё, менструирующие капрофилы вечеринку устроили, а тортик забыли?

Парень не ответил. Он сосредоточенно бежал к главному корпусу, мимо давешнего кабинета Милионы и отчаянно желал не нарваться на какого-нибудь ученика из благородных.

Вывернув на центральную аллею, он едва не упал от накатившей слабости в ногах – часы на здании показывали девять, а это значит, что он почти целиком пропустил первый урок и теперь его отчислят!

Тем не менее, он продолжил бежать, сам не понимая на что рассчитывает, но, на всякий случай, репетируя исповедь, включающую в себя всё – и контракт с демоном, и надругательства над целительницей и бездна знает, что из этого хуже… Избиение Пака было никому не интересно – не сдох и хорошо, ещё послужит грушей для молодых аристократов.

Едва не сбив с ног удивлённого внезапным появлением нудиста в престижном учебном заведении садовника, подстригающего кусты у беломраморной лестницы, Грин влетел по широким ступеням в просторный холл и стремглав помчался по начищенному паркету к своей аудитории.

У входа в класс он остановился, отдышался и поплотнее запахнул дырявое пальто, тщетно пытаясь стряхнуть с него въевшуюся пыль и засохший птичий помёт. От его похлопываний подкладка вдруг зашевелилась и истошно запищала, исторгая из своих недр крупную крысу, моментально спрыгнувшую на пол и протиснувшуюся под двери.

Пару мгновений спустя, из аудитории послышался нарастающий, истеричный девичий визг, за ним последовал здоровый юношеский хохот, а завершил всё резкий хлопок, после которого Грин ощутил запах озона. Понимая, что сейчас учитель пойдёт искать шутника, что только усугубит его проблемы, парень набрал полную грудь воздуха и распахнул двери, делая широкий и твёрдый шаг на порог класса:

— Извините, на меня напали и поэтому я опоздал! — выпалил Грин, внезапно осознавая насколько глупо звучат эти, заготовленные заранее, слова в стенах академии, где его единственное предназначение быть грушей для битья.

Внезапно, словно ему не хватало других проблем – он неуклюже наступил на полу длинного пальто и едва не упал, отчаянно взмахнув руками. Ветхая ткань не выдержала подобного издевательства и оторвалась по шву на поясе, оставив парня в короткой, драной курточке и обнажив всё, что ниже.

Здец в его голове мерзко захихикал чуть раньше, чем захохотал весь большой класс на пятьдесят человек. Особенно радовался Пак с синим и опухшим носом.

Учитель с презрением взглянул на опоздавшего простолюдина и произнёс сухим тоном:

— Выметайся, ты отчислен!

Сердце Грина ухнуло вниз под издевательский смех аристократиков и звук разбившейся мечты о лучшей жизни. Только Здец в его голове напевал, как ни в чём не бывало:

— Она нечаянно нагрянет, когда её совсем не ждёшь…

Вдруг на голову парня легла нежная, тёплая ладонь и слегка взъерошила белые волосы, а на плечи опустился чистый медицинский халат, который парень поспешил поскорее запахнуть. Одноклассники притихли и с большим удивлением наблюдали за разворачивающейся сценой.

— Учитель Ирвин, я подтверждаю, что этот ученик всё это время находился у меня после нападения неизвестных. Вы не в праве не допустить его до занятий.

Милиона грациозно обошла юношу и встала прямо перед ним, скрестив руки под грудью, отчего она едва не покинула глубочайшее декольте, а все парни в классе, вне зависимости от знатности, одновременно сглотнули.

— Целитель Милиона, — учитель отогнул пальцем внезапно ставший слишком тугим ворот чёрной преподавательской мантии, — он пропустил свой повторный промежуточный экзамен, назначенный на начало урока, что даёт мне право…

— Провести его прямо сейчас! — обворожительно улыбнулась женщина и слегка повернула голову к Грину, подмигивая и облизывая уголок губ кончиком языка.

— Грин Моль, — слегка охрипшим голосом произнёс учитель Ирвин, — объясни концепцию взаимодействия энергии и мага.

— Маг истончает природную защитную оболочку и постепенно впускает в свои энергоканалы потоки мировой энергии, формируя их в строгую структуру, в зависимости от текущей потребности! — отчеканил Грин.

— Ё маё, ды ты ещё и ботан! — почему-то одобрительно присвистнул Здец.

— Чем отличается маг высокой ступени от вас? — холодно произнёс Ирвин, понимая что парень всё прекрасно выучил и если бы не дурацкая выходка Кавена с поджогом его одежды, то парень бы получил зачёт вчера.

— Оперативностью. Чем выше скорость формирования и сложность структур, тем опытнее и сильнее маг!

— Хех, кастуете на скорость? Это будет вдвойне веселее! — самодовольно произнёс Здец, а Грину почудился звук потираемых ладоней. — Хоть вы и маетесь хернёй…

— Зачёт принят, — коротко кивнул учитель и тут же добавил: — Однако, учиться в таком виде недопустимо! Быстро к интенданту и жду тебя на втором уроке.

— А я жду после занятий, — с максимально серьёзным видом произнесла целительница повернувшись к юноше и, незаметно для других, слегка выпятила грудь с набухшими сосками. — Нужно удостовериться, что лечение прошло как надо.

— Слушаюсь! И спасибо! — сглотнув ком, прохрипел парень поклонившись, и вышел вслед за Милионой, прикрыв двери аудитории.

— Шлёпни её по жопе! Срочно! — скомандовал Здец, пока Грин стоял и пялился на потрясающие ягодицы удаляющейся целительницы.

— Зачем?! — опешил парень.

— Дебила кусок! Она спасла твою сраку от отчисления и ты обязан показать ей свою благодарность!

— Я же вроде уже…

— Тупой задрот! Она баба, а бабе важно внимание! — бесновался Здец, злясь на непроходимую тупость молодого парня.

— Не совсем понимаю как…

— Реще! Или ноги вырву через ноздри!

Поняв, что проще согласиться, Грин припустил вслед за Милионой и кое-как заставил себя преодолеть классовый страх перед аристократами, взмахнув рукой обгоняя женщину.

Звонкий звук шлепка по упругим ягодицам разнёсся по пустому коридору, а за спиной красного как рак пацана раздался сочный «чмок» воздушного поцелуя.

— Тьфу, тормоз! — с облегчением выдохнул Здец, радуясь, что парень сделал всё как надо. — Едва такого жопастого союзника не потеряли…

— Всё равно не понимаю! — крякнул на выдохе Грин, продолжая бежать к интенданту. — Это же было оскорбление!

— Оскорбление это пытаться тебе, бездарю, что-то объяснять! — хмыкнул Здец. — Вырастешь поймёшь!

Они добрались до интенданта по хозяйственной части, сидящего за стойкой-перегородкой и читающего книгу в тупиковом коридоре первого этажа.

Сухонький старичок выслушал ученика, поворчал про «в наше время такого безобразия не было» и сверился с толстой книгой. Удостоверившись, что магический вестник с короткой запиской подтверждает слова пацана, он кряхтя сходил вглубь склада и вернулся с бумажным свёртком.

Грин поспешно развернул упаковку и быстро облачился в новенькую форму, погружаясь в пучину долгов ещё на пару сотен монет. Поправляя левый рукав, он ненароком коснулся мизинцем татуировки песочный часов и моментально оказался в роли наблюдателя.

— Спасибо отец! — Здец одернул пиджак и застегнул его на все пуговицы.

— Топай давай, оболтус! — махнул рукой старик и медленно опустился на мягкую табуреточку, придерживаясь рукой за поясницу.

— Эй, моё время ещё не закончилось! – водмутился Грин, но его проигнорировали.

— Радикулит замаял? — участливо поинтересовался странный юноша, облокачиваясь на стойку из лакированного, тёмного дерева.

— Кто? — дед повернул голову ухом к говорившему.

— Спина, говорю, мучает?

— Есть такое… — кивнул скучающий старик, радуясь возможности просто поболтать. Он бросил взгляд на часы – до следующего урока осталось всего чуть-чуть. — Это ж с войны травма – магическая! Лекарки ничего сделать не смогли и меня посадили сюда, ну хоть хоть из семьи не попёрли и то хорошо – магичить то больше всё…

— Тю, — пренебрежительно махнул рукой Грин, — вот моя прапрабабка лекарства от любых болезней на травах делала!

— Мастер алхимии была? — с интересом спросил дед.

— Да, может слышал – Ледяной Ведьмой все называли… — без запинки врал Здец, но Грин никак не мог понять цель этого разговора.

— Не припомню, — покачал головой дед, — раньше алхимиков толковых больше было, всех не упомнишь, не то, что сейчас…

— Я к чему веду, — подмигнул старику ученик и протянул узкую колбу с каменной пробкой. — Вот, втирай утром и вечером – даже демоническую заразу лечит!

Грин даже не понял откуда появился сосуд, а старик интендант взял и пристально вгляделся в маслянистую жижу ядовито-зелёного оттенка.

— Спасибо, попробую! Пусть бабка твоя покоится с миром!

— Отец, — засмеялся Здец, как раз в тот момент, когда прозвучал звук колокола, оповещающего всех конце урока. — Её хрен упокоишь!

Парень смешался с учениками, выходящими из классов на перемену и пропал из виду. Старик усмехнулся и покатал на ладони узкий фиал, вспоминая молодость и ещё кое-что!

— А откуда ты его вынул?! — вполголоса спросил дедок сам себя и, на всякий случай понюхал стекло, но оно ничем не пахло…

— Здец, сейчас моё время! — робко скулил Грин, пока его тело очень самоуверенно и гордо шагало среди прочих учеников.

— Да, да, — усмехнулся тот, двигая худым плечом небольшую компанию аристократов, перегородивших проход в класс Грина. — Ща с пухлячком перетру и забирай.

— Ты что наделал?! Это же Кавен!— как девочка завизжал парень, с ужасом наблюдая как позади вытягиваются лица сдвинутых с прохода парней, а их глаза наливаются кровью. Среди них был Кавен – самый богатый и самый задиристый, лютый кошмар всех безродных учеников. Неожиданно Грин сообразил, что без проблем видит всё вокруг своего тела, вне зависимости от того, куда повёрнута голова. Он заткнулся и постарался осмыслить этот феномен под одобрительный «хмык» демона.

— Эй, жирок, — не обратив внимания на истерику Грина, Здец уверенно двигался к насторожившемуся Паку. — Ты мне знатно поднасрал и пришло время сломать тебе ноги!

— Гри-и-и-н! Безродная мразь! — взревел позади голос Кавена.

Здец обернулся с таким выражением брезгливости на лице, что сынок знатной семьи поперхнулся от неожиданности, поскольку привык видеть в глазах своих жертв только страх и раболепие.

— Ща, погодь! — обернувшийся Здец так панибратски ответил аристо ртом Грина, что перепуганный парень стал суматошно метаться внутри собственной головы в поисках выхода, лишь бы не оставаться внутри, когда они начнут терзать его.

Хитрожопый толстяк воспользовался моментом и подорвался с места, с несвойственной для его габаритов прытью и сиганул в окно, благо что этаж был всего второй.

Садовник второй раз за последние пару часов изумился до крайней степени, когда в куст перед ним рухнуло упитанное тело и моментально ускакало по газону, не вставая на ноги.

— Всё таки ссыт… — цыкнул сквозь зубы Здец, с досадой наблюдавший за побегом засранца.

— Гри-и-и-н! — вновь взревел Кавен, быстрым шагом приближаясь мимо разбежавшихся и притихших одноклассников.

— Кавен! — повернувшееся тело Грина распахнуло объятия и растянуло рот в жизнерадостной улыбке, шагая навстречу знатному отпрыску.

Тот немного замедлил шаг, подозревая, что-то идёт не так, как обычно. Кавен пристально всматривался в привычный объект для издевательств, приближающийся с идиотским выражением жизнерадостности и наконец прозрел! Он двигался не как безродный недотёпа – в его шагах угадывалась грация охотника, подкрадывающегося к свое добыче…

Неприятный холодок неминуемой опасности скользнул по шее Кавена и спустился вдоль позвоночника, прямо под шёлковые трусы, заставляя ягодицы сжаться со страшной силой. Свита и прихлебатели аристократа зло скалились в предвкушении крови безответной черни, но они не видели того, что видел он!

Бежать!

Спасаться!

Поздно…

На глазах у всего изумлённого класса, особенно аристо, Грин без проблем подошёл к Кавену и крепко, по братски, обнял.

Шокированные одноклассники не заметили тремора изящных, благородных кистей рук, не слышали безумно учащённого биения горячего сердца аристократа, не обратили внимания на темнеющие штаны из роскошной ткани… Потому что все сосредоточили внимание на губах Грина, что-то шепчущих в высокородное ухо, но они не могли разобрать слов, проникающих в сознание Кавена расплавленным металлом:

— Не делай так больше…

Глава 3

Касание татуировки, и вот уже Грин самолично стоит и обнимает своего главного обидчика.

— Мир, дружба, жвачка! — хохотнул Здец становясь наблюдателем.

Перепуганный парень поспешно отстранился, боясь взглянуть в глаза аристократа – ужас так сковал его разум, что он даже забыл склонится и извинится, лишь тупо стоял под поражёнными взглядами всего класса и пялился на тонкие, бледные губы Кавена.

— Да… — едва слышно прошептали губы, но в звенящей тишине это услышали все без исключения.

— Да, — так же тихо прошептал Грин и направился к своему месту на негнущихся ногах.

— Объявляю вас мужем и мужем! — заржал Здец, с любопытством наблюдая за реакцией учеников.

Кавен развернулся и покинул аудиторию, оставив недоумевать своих прихвостней, но ситуация казалась слишком странной и они просто разошлись по местам, не став трогать пацана без приказа.

Грянул колокол и в аудиторию прошмыгнул Пак, а сразу за ним вошёл учитель Ирвин. Он с подозрением оглядел класс, поскольку не слышал привычного шушуканья молодёжи, но на первый взгляд всё было в норме, не считая внезапного недомогания Кавена, встреченного им в коридоре.

— Итак, продолжим! — учитель встал за трибуну возле большой чёрной доски и ещё раз взглянул на учеников, сидящих на “горке” четверть кругом, заметив, что все периодически бросают короткие взгляды на Грина. — Грин Моль, к доске.

Дождавшись, когда тот встанет и повернётся лицом к классу, Ирвин протянул ученику прозрачную плёнку с символами, образующими два соединённых вершинами треугольника.

— Все активируйте магическое зрение и наблюдайте за построением конструкции. Моль, начинай. Тишина!

Парень сосредоточился на незнакомой схеме и медленно начал формировать магический конструкт, осторожно – по одному элементу за раз. Прочие ученики внимательно наблюдали, как вездесущий энергетический эфир, напоминающий в магическом видении лёгкий туман, проходит через тело одноклассника, уплотняясь, начиная сверкать и кружить вокруг взмокшего от напряжения молодого мага, принимая вид отдельных элементов, постепенно собирающихся в конструкцию, как на плёнке.

— Апчхуй! — громыхнуло в голове парня, сбивая концентрацию. — Проклятая аллергия на говённую магию…

Незаконченный магический конструкт лопнул, высвобождая накопленную энергию и через всю аудиторию пронёсся электростатический ураган, не причинивший никому вреда, просто наэлектризовавший все волосы в классе и поставивший их дыбом. Особенно эффектно это выглядело у возмущённо вскрикнувших девочек.

Грин мысленно застонал – он учится всего три месяца, но уже ополчил на себя весь класс, и это в дополнение к классовым притеснениям. Вон как зло сверкают глаза даже у таких же как он!

— Ученики, внимание! — Ирвин подошёл к несчастному пацану и слегка подтолкнул его, отправляя на место. — Не злитесь на одноклассника, а лучше скажите спасибо, поскольку конструкт рассыпался бы в любом случае, но с куда более впечатляющим эффектом! Итак, поговорим о стабильности магии на этапе формирования…

Здец откровенно скучал, пока все внимательно слушали объяснения учителя и кропотливо записывали в тетради основные понятия. Жирдяй Пак, сидящий чуть ниже, через два ряда, изредка косился в их сторону, но в его глазах отражалась напряжённость и готовность сорваться с места и сбежать в любую секунду, что, в целом было неплохо.

Грин так увлёкся учёбой, что не замечал ничего вокруг, а стоило бы, поскольку несколько девиц надменного вида бросали на него хитрые взгляды и тихо перешёптывались. Здец прекрасно слышал всё, о чём говорили эти пигалицы и лишь улыбался про себя – неплохой вариант начать возвышение пацана!

— Слышь, ботан, — задумчиво проговорил наблюдатель, отвлекая парня от записей, — как в вашей школе смотрят на низкую социальную ответственность учеников?

— О чём ты? — мысленно переспросил увлечённый учебой Грин, совсем забыв про демона внутри себя.

— Ну там: пьянство, драки и разврат…

— Нужно смотреть по каждому пункту в уставе академии, — логично ответил парень.

— Делать мне больше нехер… Давай по быстрому, своими словами!

— Слушай, ты же можешь прочесть мою память?! — Грин начал раздражаться, поскольку из-за наблюдателя не мог сосредоточиться на словах учителя.

— Могу, но…

— Ну так и читай! — не очень вежливо перебил Грин, желая, чтобы Здец наконец заткнулся и не мешал ему учиться.

— Ну ок, чё… — вздохнул демон и умолк.

Не успел Грин порадоваться, как почувствовал, что ему вворачивают в мозг раскалённые спицы – всё глубже и глубже. Он схватился за голову, вскочил и страшно закричал, заставляя всех вздрогнуть и с испугом уставиться на него. Кошмарная боль нарастала, не давала думать, заставляла кричать всё громче и громче, сорваться на визг. Он упал на пол и безудержно извивался, хрипя осипшими связками и беспорядочно сучил ногами, сбивая столы и стулья.

Но становилось всё хуже!

Не только мозг, но и само сознание Грина выворачивало наизнанку, прокручивало через мясорубку и растирало в жерновах, подогревая пламенем перисподней. Его челюсти непроизвольно сжимались, ломая зубы и пережёвывая собственный язык. Скрюченные пальцы сдирали ногтями кожу с головы и рвали веки ослепших глаз. Кровь, нескончаемым потоком хлестала из носа и ушей, а потом его поглотила ледяная тьма…

***

— Проклятие! — Ирвин подбежал подбежал к безумно извивающемуся ученику, но случай был явно не рядовой и его скудных познаний в исцеляющих конструктах было недостаточно, да и было тут что-то странное.

“Что-то странное” хмыкнуло внутри тела подростка и порешило – раз уж пацан всё равно вырубился от болевого шока, а этот кудрявый хрен в мантии точно не даст помереть ученику, то почему бы не копнуть на всю глубину генетической памяти и заодно досконально разобраться в устройстве этого мира?

Учитель спешно разослал магического вестника с пометкой “экстренно” всем медикам и директору академии, как раз в тот момент, когда тело подростка начало скручивать в спираль под сухой треск костей.

— Все вон! Немедленно! — рявкнул он на перепуганных юношей и девушек и те гурьбой, толкаясь и крича, выбежали вон – как ни крути, они всё ещё были детьми, а происходящее чертовски напоминало рождение свободного демона, именно так описанное в старых книгах.

Спустя всего несколько минут в аудиторию ворвались семь человек, включая Милиону и лысеющего директора. К этому времени тело Грина с грохотом швыряло по всему помещению как тряпичную куклу, забрызгивая стены кровью и оставляя глубокие царапины на полу торчащими обломками костей.

Целители без промедления, договорившись ещё по пути сюда, окутали беснующееся тело разными конструктами: параличом мышц, ускоренной регенерацией, преобразованием эфирной энергии в жизненную, уменьшением боли, поддержкой жизни и общим усилением. Директор, как представитель направления демонологии, вглядывался в изломанное тело и окружающий его эфир, но там всё было настолько спокойно и безмятежно, что даже странно.

Благодаря общим усилиям целителей, парня починили прямо тут, приведя его физическое состояние в норму, поскольку это были обычные физические повреждения без следа магии. Другой вопрос – его разум, но это станет ясно, когда и если он придёт в себя. Окровавленное, но целое тело передали Милионе, как специалисту общих усилений и попросили сообщить, когда он очнётся.

— Директор? — Ирвин вопросительно взглянул на низенького, полноватого мужчину лет шестидесяти.

— Ничего, совершенно! — потёр подбородок директор и покачал головой: — Такое чувство, что это он сам… Кто этот ученик?

— Грин Моль, сирота, — задумчиво ответил Ирвин и щёлкнул пальцами, внезапно вспомнив одну деталь: — Он сегодня опоздал на первый урок, сказал что на него напали!

— Ну, с его статусом – это неудивительно… — задумался директор, перебирая в памяти известные ритуалы призыва демонов из-за грани и некоторые из них частично подходило под эту ситуацию, если мальца использовали в качестве жертвы-проводника, особенно, если что-то пошло не так. — Нужно бы осмотреть его комнату, возможно там остались следы.

Поблагодарив медиков за оперативность и вызвав двух магов из службы безопасности, директор посеминил к корпусу общежития для квотируемых императором учеников. Сверившись со списком, он без труда нашёл нужную дверь и медленно отворил её.

В нос ударила омерзительная вонь, а на его глазах навернулись слёзы. Даже видавшие виды боевые маги надрывно и громко закашлялись. Борясь с рвотными позывами, директор шагнул в комнату и остолбенел!

— Вы когда-нибудь видели подобное? — поражённо спросил он у безопасников, но те лишь отрицательно покачали головами, скользя взглядами по окровавленным стенам.

Демонолог прошёл дальше в комнату, склонился и внимательно, со всех сторон, осмотрел кучу подсохшего дерьма с ножом в середине, но не заметил ни одного магического знака или метки.

«Это всё неспроста…» – размышлял мужчина, стараясь сдерживать рвотные позывы и отмахиваясь от больших, громко жужжащих мух — «Нож в дерме… ориентация кромки лезвия на юг, что свойственно призыву низших, но на фекалии те не идут… начало витка направлено на дверь, для привязки демона к месту, но верхушка кучи смотрит вертикально, что рушит контур само по себе! Очень странный ритуал будто… Нет! Не мог же кто-то просто так насрать на кровать и воткнуть туда нож?! Бессмыслица… Нужно опечатать комнату и позже ещё раз всё осмотреть!»

В этот момент в коридоре хлопнула соседняя дверь и на пороге мерзкой комнаты возник толстяк с опухшим, почерневшим носом, злобным оскалом и коротким ржавым копьём в руках. Но стоило ему понять, что вместо тощего Грина здесь сам директор, внимательно обнюхивающий его кучу, как оружие со звоном упало на пол из ослабевших пальцев, а бледнеющий Пак попятился.

— Ты! — директор яростно набросился на жирдяя, надеясь, что тот знает что-нибудь о произошедшем. Дело принимало скверный оборот и нужно было поскорее выяснить кто из учеников попытался вызвать демона. — Кто это сделал?!

Перепуганный толстяк едва не наложил ещё одну, такую же, кучу, но сумел сжать ягодицы, чтоб его не связали с комнатой Грина, вне зависимости от того, что именно ищет там сам директор.!

— Они… – на последних остатках воли прошептал Пак, отводя от себя подозрения и закатил глаза, упав в обморок.

— Они… — повторил директор и скрипнул зубами. Повернулся к позеленевшим магам службы безопасности и приказал: — Соберите группу для расследования и чтобы никто об этом не узнал! Грина Моль и этого – под круглосуточное наблюдение! Допросить, как придут в себя!

Покидая обшарпанное общежитие, директор размышлял и всё это ему очень не нравилось! В его заведении появились демонопоклонники, что может самым пагубным образом отразиться на репутации и лишить академию привилегий и заработка, если об этом прознает император. Нужно разрешить ситуацию как можно скорее и незаметнее!

***

— Ничего на свете лучше не-ету, чем проснуться от глубокого мине-ета… — ехидный голос демона и дурацкая песенка с непонятными словами вырвали Грина из забытья.

Парень открыл глаза и уставился в потолок медкабинета. За единственным окном, с отсутствующей занавеской, висела ночь и вокруг было тихо, лишь едва слышные, влажно чмокающие звуки раздавались где-то поблизости.

Он попытался сесть, но не смог даже пошевелиться и подумал, что телом сейчас управляет проклятый демон, но быстро осознал, что моргает и двигает глазами сам.

— Эгей, юный маг ты очнулся! С духами предков успел пообщаться?

— Что ты со мной сделал? — мысленно и очень тихо прошептал Грин, чувствуя себя совершенно без сил.

— То, что ты и просил – забрался к тебе в память! — улыбнулся Здец, но пацан пока этого не видел.

— Это было…

— Да, согласен, немного неприятно…

Грин булькнул горлом, издавая истерично-саркастический смешок. Странные звуки участились и стали громче.

— Почему я не могу пошевелиться?! — парень попытался поднять голову, чтобы определить источник звуков, но, ничего не вышло – всё тело онемело и не чувствовалось.

— Обычно это называется паралич, вследствие множественных переломов позвоночника с обширными повреждениями центральной нервной системы…

— Что?! — запаниковал парень, бешено вращая глазами и отчаянно пытаясь пошевелиться.

— Но, — невозмутимо продолжил Здец, — в твоём случае, это остаточное явление магического аналога медикаментозной комы.

— Что?!

— Пройдёт скоро, что…

Пацан полежал ещё немного, пытаясь разгадать природу странных звуков, но на ум ничего толкового не шло, Здец молчал, словно ожидая чего-то и Грин начал злиться – лежать просто так было чертовски скучно а единственный собеседник даже не поддержал больного добрым…

— Гад! Ты же можешь исцелить меня моментально, как палец! — мысленно взъярился парень.

— Двенадцать минут и сорок четыре секунды – тормозишь! — засмеялся его внутренний демон.

— Исцеляй!

— Хер тебе! — хмыкнул Здец.

— Почему?! — опешил парень?

— Потому что я обиделся! — заржал демон.

— О могущественный гость из других миров, прошу: будь благосклонен и исцели мои раны!

— Молодец, красиво завернул! — одобрительно хмыкнул Здец. — Прогиб засчитан, но… нет.

— Но почему?!

— А потому, что ты, дебил, не дослушал мудрого меня, когда я хотел предупредить тебя, что чтение памяти вывернет тебя наизнанку в буквальном смысле. Ты меня перебил?

— Да, прости я… — начал оправдываться Грин.

— Перебил! А значит не глядя согласился с условиями елуа! — торжественно произнёс Здец.

— Чьими условиями?

— Да похер уже чьими, главное, что ты сделал выбор и готов принять его последствия! — закончил Здец и умолк.

Грин всё понял и снова молча лежал, слушая раздражающие звуки и анализируя слова демона. В них было рациональное зерно. Если бы он дослушал, то сумел бы избежать боли и этих последствий. Он был несдержан и поплатился за это, пропустив целый день учёбы и…

— Здец… — мысленно медленно позвал Грин, чувствуя, что начинает дрожать, предчувствуя надвигающуюся катастрофу, — Пока я спал, чьё время шло?

— Твоё конечно! — удивился тот такому глупому вопросу. — А чё?

— А что ты собираешься делать ночью? — стараясь скрыть дрожь мысленного голоса спросил Грин и был готов поклялся, что видит широкий и зубастый, издевательский оскал демона.

— Пока не знаю, прошвырнусь там-сям, город посмотрю… А чёй-та тебя вдруг это заинтересовало? Ты же согласился с моими условиями! — ехидно подковырнул парня Здец.

— Ученикам запрещено покидать академию во время учебной недели! — запаниковал Грин, вдруг осознав, какую страшную ошибку допустил, связавшись с этой сущностью! За неполные сутки его жизнь стремительно скатилась в сущий ад и это при том, что демон управлял его телом всего половину времени! Что же он может учудить за свои пятнадцать часов?!

— Да, да, знаю я… Не ссы, никто ничего не узнает и твоя жопа продолжит протирать стул в классе. О, кстати, тебя уже отпускает! — Здец ловко сменил тему и парень почувствовал, что онемение спадает и тело нехотя начинает слушаться.

Наконец он смог приподнять голову и взглянуть на источник странных звуков, которым оказался…

— Что вы делаете?! — прохрипел парень вслух, глядя на Милиону, стоящую на коленях возле его кушетки. Её густые, каштановые волосы разметались по животу и худым бёдрам парня, а голова энергично двигалась вверх и вниз, порождая те самые звуки.

— Ну ты… ты… — захлебывался от смеха Здец, наблюдая, как до парня медленно доходит сакральный смысл движений целительницы. — Она уже час вялого теребит, а ты…ты…

Кровь мгновенно отлила от головы парня, чтобы прилить в другое место, едва вновь не отправив его в обморок. Милиона подняла взгляд полный радости и улыбнулась алыми губами от которых тянулась блестящая ниточка слюны.

Она встала в полный рост и одним движением сбросила халат, под которым ничегошеньки не было. Глядя в выпученные глаза Грина, она медленно перекинула ногу через него и с предвкушением села сверху, помогая себе рукой. Она очень медленно начала двигать упругими бёдрами вперёд и назад, глядя в глаза смущенному до крайности парню.

— Ты хоть за сиську подержись самостоятельно! — хихикнул Здец. — Надо же когда-то учиться…

Глава 4

Не успел Грин коснуться манящего разового соска, как потерял контроль над телом и место рулевого перешло к Здецу:

— Лапуля, прости, но мне сегодня некогда, так что давай-ка по быстрому!

Он довольно грубо схватил Милиону за бёдра и, благодаря навешанным на него усилениям, одним движением встал с кушетки вместе с ней, прижав ахнувшую женщину спиной к стене кабинета.

Уткнувшись лицом в большую грудь, тело Грина двигалось мощными толчками, заставляя целительницу каждый раз вскрикивать и царапать стену ногтями.

— Тебя… ждут… на… разговор… как… очнёшься! — короткими обрывками произнесла целительница с хрипотцой, заставив Здеца остановиться и заглянуть в её лицо.

— По поводу?

Она обняла его голову руками и вернула её обратно в груди:

— По поводу несуществующего нападения на тебя, — промурчала она в ухо, терясь щекой о его щёку. — Я сказала, что ты сказал про неизвестных, а директор прямо подпрыгнул и потребовал тебя к себе сразу как придёшь в сознание. Он демонолог старой школы и это всё, что его интересует.

—Вот как… — Здец задумался и начал медленно двигаться, вновь заставляя Милиону стонать.

Это были хреновые новости, но не особо критичные, чтобы как-то кардинально менять план. Вероятнее всего, после того как он поломал тело Грина, это приняли за одержимость и наверняка проверили его комнату, где обнаружили подарок от жирдяя и сделали хоть и не верные, но вполне логичные выводы. Обнаружить его присутствие они никоим образом не могут и останется только сгладить некоторые углы и пустить всех по ложному следу.

— Мне конец! — запаниковал Грин внутри своей головы. — Они обнаружат тебя и изгонят, а меня казнят!

— Не ссы, салага, прорвёмся! — финальными движениями Здец заставил целительницу мелко трястись и тихо скулить, царапая его спину после чего опустил её на кушетку и, вытеревшись занавеской, стал одеваться.

— Надеюсь, они не узнают о тебе ничего лишнего… — прошептала Милиона, с улыбкой разваливаясь на кушетке и поглаживая свою большую грудь.

Здец только хмыкнул и твёрдым шагом покинул кабинет, направляясь прямиком к директору, но, его уже ждали и два мага с ледяными глазами моментально преградили ему дорогу:

— Ты пойдёшь с нами!

— Разумеется, — улыбнулся Здец и последовал за одним из магов в сером плаще, в то время как второй двигался позади.

— Совет на будущее, если оно у тебя будет – не трахайся больше с Милионой! — тихо проговорил тот, что сзади.

— Почему? — невинно захлопав глазами обернулся на ходу парень.

— Потому, что однажды она тебя разорвёт в клочья и сожрёт твои внутренности!

— Не в обиду, мужик, — улыбнулся Здец, пока шокированный Грин пытался представить подобное, — но звучит как бред человека, которому не дали.

— Пацан, — рассмеялся маг, а его коллега впереди прыснул и покачал головой, — ты можешь думать о себе всё что угодно, но мы то знаем за что её сослали сюда. Ты из черни и ей за тебя ничего не будет…

— Спасибо, за предупреждение, я подумаю.

— Дело твоё, я предупредил.

Его довольно долго вели мимо учебных корпусов, тренировочного полигона и лаборатории алхимиков, стоящей на самом отшибе, пересекли ухоженный парк и вошли в небольшой особняк, где кивнули дворецкому и поднялись на второй этаж, остановившись у массивной деревянной двери.

— Директор Гарчек, мы привели Грина Моль, — сообщил один из провожатых после короткого стука.

— Да, да, пусть заходит! — донеслось из-за открывшейся двери и парня слегка подтолкнули в спину, но Здец и сам уже входил в кабинет, опутанный местной магией как жертва паука паутиной.

Он скользнул безразличным взглядом по заполненным книжным стеллажам вдоль стен, по кактусу на подоконнике и остановился на лысине колобкообразного директора, сидящего в большом кожаном кресле с витыми ножками, за большим столом тёмного дерева, освещенного магическим торшером.

Здец никогда не понимал тяги людей к подобной обстановке с преобладанием тёмных тонов, но в целом тут было довольно уютно, если ты готовишь заговор против власти. Директор некоторое время молчал и не обращал на посетителя внимания, внимательно изучая несколько раскрытых книг с описанием ритуалов призыва демонов и после усталого вздоха разочарования наконец соизволил поднять глаза:

— Расскажи о недавнем нападении.

— П-простите, но я м-мало что знаю… — Здец, как мог, изобразил смятение и покорность, но этого оказалось вполне достаточно.

— Не волнуйся Грин, — Гарчек включил режим доброго дядюшки и улыбнулся, но не смог до конца избавиться от безразличия в глазах к судьбе самого парня, поскольку его интересовала только информация о демонопоклонниках. — Припомни хорошенько может быть слышал имена или запомнил голоса?

— Нет, — испуганно замотал головой Здец, — они н-напали сзади и я почти сразу отключился!

— Как тогда ты понял, что их несколько? — прищурился директор.

— Ну, — неуверенно промямлил Здец, — я почувствовал, что меня схватило несколько рук…

— И что потом? — наседал Гарчек.

— Они облили меня чем-то очень вонючим и я вырубился!

Парень уже едва не плакал, и директор, скрипнув зубами, немного смягчил напор:

— Скажи, ты сможешь узнать тот запах?

— Да, — уверенно кивнул Здец.

Директор встал из-за стола и засеменил к одному из стеллажей, где взял небольшой плоский ящик и вернулся с ним к столу, отодвинул книги и поставил его на край. В открывшемся ящике лежало три десятка странных кусков “чего-то”, разделённых перегородками и Гарчек указал на них Грину:

— Возьми каждый и понюхай. Не бойся, с тобой ничего не случиться.

— Нам конец! — застонал настоящий Грин внутри своей головы.

— Чёй-та? — усмехнулся Здец, беря первый кусочек и поднося его к носу.

— А той-та! — на эмоциях передразнил его парень. — Если выбранный запах не вышибает сознание, то он поймёт, что всё это ложь!

— Пфф, забей, — фыркнул Здец, поочерёдно обнюхивая осколки, — это говно, плюс-минус, везде одно и тоже, поскольку демонов тащат из единственного мира! Этот.

Он протянул директору желтоватый камень с розовыми прожилками.

— Уверен? — нахмурился Гарчек, кладя камень обратно и закрывая ящик.

— Да, только запах был сильнее.

— Хорошо, иди. Если вспомнишь еще что-нибудь, сразу ко мне! И ни с кем об этом не говори! Понял?!

— Да, — твёрдо кивнул Здец, направляясь в выходу, — до свидания.

Ожидавший дворецкий проводил его на улицу и он не спеша пошёл по освещённой аллее прочь от особняка, засунув руки в карманы брюк и поглядывая по сторонам.

— Что это были за камни? — не смог сдержать любопытства Грин.

— Да хер его знает… — пожал худыми плечами Здец, сворачивая на газон и двигаясь к леску.

— Директор выглядел озабоченным. Похоже ты угадал.

— Да без разницы, полюбому он теперь всю башку сломает… Оп-па! — Здец остановился перед зарослями каких-то кустов, из которых торчало напряжённо, круглое лицо Пака с выпученными глазами. — Опять серешь?

— Нет, — сдавленно ответил он и зыркнув по сторонам спросил: — ты рассказал директору, что я насрал в твоей комнате?!

— А надо было? — усмехнулся Здец не приближаясь и не стремясь поймать жирдяя.

— Нет конечно, хм… — толстяк пожевал губами, о чём-то размышляя и кивнул со словами: — Я сперва подумал, что ты меня сдал, но он спрашивал – не слышал ли я песнопений из твоей комнаты и не приходили ли к тебе подозрительные люди…

— А ты? — с интересом спросил Здец, когда стало понятно, что этого увальня подтянули как свидетеля.

— Сказал что кого-то видел, но без подробностей… — в кустах послышался глухой звук падения чего-то на землю и толстяк облегчённо выдохнул, перестал пучить глаза и вышел из кустов, разминая кисти рук с покрасневшими пальцами. — Рассказывай!

— Эх, — мысленно сокрушённо вздохнул Здец, — надо было в него вселяться… за месяцок бы жир в мышцу превратил, а уж какой дух!

Грину было обидно слышать такое, но он промолчал.

— Хер тебе, толстый. Сам насрал, сам и разбирайся! — тощая рука Грина ободряюще хлопнула Пака по плечу и Здец вошёл в заросли, где и запнулся о большой чугунный котёл с булькающей фиолетовой жижей. Котёл опрокинулся и всё, на что попало странное содержимое, моментом скукожилось с тихим шипением и превратилось в чёрную грязь. — Какого хера?! Эй толстый, стой!

Но Пак уже был далеко.

— Вот ведь отбитый ублюдок! — восхищённо поцокал языком Здец, глядя вслед улепётывающего жирдяя. — Учись, дрочила!

— Чему? — Грин разозлился. — Срать на чужие кровати?!

— Биться до последнего, задрот! Даже если ты заведомо слабее… — довольно добродушно рассмеялся Здец, пробираясь через заросли и приближаясь к внешней стене академии.

— А толку то? В конечном итоге всё равно убьют! Без силы ты никто! — с жаром парировал Грин.

— Эх, тупое ты чмо, — вздохнул Здец, пользуясь магическим зрением парня и разглядывая охранный периметр, — сила это не только то, с какой скоростью ты раздаёшь подсрачники врагам, но и умение склонить их на свою сторону, а в идеале – вообще не допустить их появления!

Пока озадаченный Грин обдумывал внезапно глубокомысленное замечание демона, тот в какой-то миг сплёл невероятно огромную и поразительно сложную структуру, задействовав настолько жалкие крохи эфира, что их с трудом бы хватило на воспламенение костра, а после этого просто прошёл сквозь стену, словно через туманную завесу.

Наблюдающий парень был невероятно шокирован, поскольку демон использовал исключительно его тело и его каналы для создания конструкта и Грин мог бы с лёгкостью это повторить, если бы выучил схему конструкта, но тот даже на первый взгляд выглядел невозможным и парень не смог побороть зуд любопытства:

— Что это было за заклинание?

— Понятия не имею… — пожал плечами Здец, оглядывая ночную улицу и дорогу, освещённую высокими фонарями с кристаллами внутри.

— Как так?! — опешил парень. — Ты же его как-то создал!

— Так, дрищ, давай сразу проясним этот момент и больше не будем к нему никогда возвращаться! — Здец остановился под фонарём, проводив взглядом одинокий руномобиль, а Грин приготовился внимать. — Ваша магия тупое говно тупого говна основанная на эффекте линзирования посредством биоэнергетических матриц низшего порядка, который кое-как коррелирует с квантовыми полями и исключительно за счёт теории больших чисел, при этом вызывая у человекообразных оргазм от чувства собственного всесилия! Ты всё понял, недоразумение эволюции?

— Нет, — недовольно буркнул Грин, услышавший много неизвестных слов, но в целом уловивший, что с их магией что-то не так.— И не понимаю, зачем постоянно оскорблять…

— Затем, дебил малолетний, что оскорблять это не только глагол, но и закалка характера! Объясняю на плебейском: магия – это свинья, а ваши маги – это голодные и тупые бомжи. Они увидели свинью, поймали её и начали кусать за бока, за уши и за грязную жопу, а поскольку с жопы удалось получить больше субстанции, которую можно жевать, они радостно об этом всем рассказали. С тех пор вы вылизываете свинной зад в особо изощренных позах.

— И как тогда стать сильнее? — скривился парень от такого сравнения.

— Ты станешь первооткрывателем нового типа магии и добьёшься славы, денег и сисек, но для этого придётся потрудится и не трахать мне мозг по мелочам! И вообще, брысь спать, тебе завтра в школу!

Парень только хотел возмутиться, что спать он не будет, чтобы демон не натворил без него делов, как внезапно просто вырубился, оставляя своё тело без присмотра под контролем этой сущности.

Насвистывая незатейливую мелодию, Здец пошёл гулять по городу любуясь изящной архитектурой и высматривая одиноких прохожих, чтобы спросить у них дорогу до самых злачных мест, где, как известно, водятся шальные деньги, пусть и в комплекте с не менее шальными ребятами.

Свернув с центральной улицы и долго блуждая по переулкам, тощий пацан в форме академии магов, набрёл на группу бандитского вида мужиков, насилующих какую-то женщину.

— Вечер в хату, пацаны, — худой парень замер в расслабленной позе недалеко от них, не вынимая руки из карманов.

— Топай отсюда, шкет! — усмехнулся один из них, вспарывавший до этого тонкое голубое платье жертвы большим ножом. — В героя поиграть решил?

— Делать мне нехер… — сплюнул подросток и без страха подошёл ближе. Насильники насторожились и парень миролюбиво развёл руки в стороны: — Я только спросить – есть тут поблизости бойцовский клуб или нелегальное казино?

— Нет, вали!

— Ну, нет и нет… — безразлично пожал плечами парень и пошёл дальше, продолжая насвистывать.

Пока бандиты пытались сообразить – что это сейчас было, женщина укусила руку зажимающую её рот и отчаянно крикнула:

— Помоги!

Парень замер на половине шага и медленно повернул голову с задумчивым выражением на лице:

— Зачем?

Обалдели все – и хлопающая глазами жертва, и сами насильники, забывшие вновь зажать ей рот. Развернувшись на пятках он выжидательно смотрел на всю честную компанию и не дождавшись ничего, заговорил сам:

— Они просто трахнут тебя, а если не будешь сопротивляться, то и убивать не станут. Ведь так?

Один из мужиков неуверенно кивнул, чувствуя какую-то неправильность ситуации.

— Вот видишь! — широко, но как-то жутко улыбнулся странный парень. — Как говориться: “пятнадцать минут страха и вы дома!”.

— Я заплачу! — с мольбой в голосе разрыдалась жертва.

— За что именно ты хочешь заплатить? — парень издевательски склонил голову на бок, не переставая скалиться.

— Убери их от меня! Я дам тебе пятьсот монет! — провизжала она до того, как ей вновь зажали рот.

— Идёт! — жутко расхохотался странный пацан, вызывая у всех дрожь и первобытный ужас.

Здец окружил себя конструктом общего усиления, но, в отличии от того, который накладывала Милиона, этот был в десятки тысяч раз мощнее и практически даровал неуязвимость от любого физического воздействия.

В следующий миг раздались глухие звуки ударов и насильники оказались свалены в орущую от боли кучу, в паре метров от жертвы. Сам парень стоял перед женщиной с требовательно протянутой рукой:

— Деньги.

Пока она пыталась хоть что-то сообразить, вполне целые бандиты встали на ноги и окружили парня, сверкая ножами:

— Ты труп!

— Деньги! — более требовательно произнёс юноша, совершенно не обращая внимания на окружение. — Я выполнил свою часть договора, и теперь ты выполни свою.

— Они же ещё живы! — прошептала недавняя жертва и попятилась, вжимаясь в стену.

— Уговор был убрать их от тебя за пятьсот монет, — прорычал парень и недобро прищурился: — Деньги, считаю до двух! Раз.

Бледная, перепуганная женщина испытывала ужас перед этим странным учеником, гораздо больше, чем перед теми бородатыми проходимцами, да и не было у неё с собой столько денег – их она проиграла в кости, да ещё и заняла немного, за что её и хотели поиметь в качестве компенсации, но это не отменяет того факта, что сейчас она жертва и…

— Два…

Мужики не поняли что случилось – вот он был и вот его не стало, а там, где была их игрушка на вечер, образовалось облако кровавого тумана и резкий щелчок, как от кнута, резанул по ушам. На землю упало несколько блестящих серебряных монет.

— Так что вы там говорили про игорный дом? — пацан в чистенькой форме возник из ниоткуда и поднял монеты, мельком скользнув взглядом по шокированной компании.

— Через две улицы и налево будет вывеска… — внезапно пересохшим горлом прохрипел один из мужиков показывая рукой направление.

— Благодарю, — широко улыбнулся Здец и неспеша пошёл в указанную сторону, а неудачливые насильники медленно и тихо разошлись по домам, от греха подальше.

Означенное заведение действительно нашлось там, куда он прибыл и даже не скрывалось, что говорило о его полной легальности или покровительстве сильных города сего. Входу никто не препятствовал, лишь тонкая паутинка магического конструкта незаметно пересчитывала деньги гостей и сообщала “куда надо”.

Чтобы не выглядеть голодранцем и оттянуться на полную катушку, Здец легко обманул это убожество и теперь он числился как неимоверно богатый клиент, что подтверждала улыбающаяся, полуголая девушка, втречающая его прямо на пороге зала. Он, по хозяйски громко шлёпнул её по упругой заднице и она пригласила его следовать за собой, украдкой потирая горящую ягодицу и проклиная про себя богатеев и аристократов.

Его провели в отдельный зал для самых дорогих гостей, сплошь окутанный магией самого разного толка. Усевшись в роскошное кресло и заказав самый дорогой и крепкий алкоголь, он с интересом наблюдал за местными азартными играми. Тут были и карты, и кости, и рулетка, и ещё какая-то хрень, основанная на местной магии. Залпом осушив стакан, Здец потянулся худым телом и широко улыбнулся:

— Сбацаем рок в этой дыре!

Глава 5

Утро было влажным.

Грин, проснувшийся в полумраке небольшого помещения, резко сел, за что был награждён вспыхнувшей в голове болью, тошнотой и головокружением. От него разило перегаром, женскими духами и дымом костра, а окружение, в свете двух догорающих свечей, напоминало кладовку с продуктами.

Рядом кто-то всхрапнул и он опустил взгляд, остолбенев от увиденного – возле него спала дородная старшая повариха их академической столовой, абсолютно голая и счастливая. Она улыбалась во сне, топорща усики над верхней губой, как раз в районе бородавки.

Пацан вскочил как ошпаренный и налетел спиной на полку, откуда незамедлительно рухнула головка сыра, едва не продомившая ему череп.

— Здец, ублюдок, это что дерьмо?! — прошипел Грин вслух, медленно пятясь к выходу.

— О как… — тихо проворчал демон, сладко зевая. — Уже ругаешься на меня… молодец. Иди в жопу!

И захрапел так, что парню показалась будто уши дрожат и глаз дёргается, но нет, глаз действительно дергался, вот только не от храпа этой сволочи.

— А ну проснись! — уже мысленно заорал Грин, наконец добравшись до двери кладовки и с ужасом осознав, что она заперта на ключ который…

Он обшарил взглядом помещение и обнаружил искомое на шее поварихи. Точнее там был шнурок, на котором должен висеть ключ, но конец шнурка скрывался промеж гигантских грудей, лежащих на полу, подле хозяйки.

— Отвали, у меня была бурная ночь! Ты хотел силы, вот и считай это тренировкой… — буркнул Здец, уползая куда-то вглубь сознания и парень перестал его ощущать.

— Скотина потусторонняя! — крикнул Грин вслед этой сволочи, но ответом ему послужила протяжная отрыжка и тишина.

А между тем могучая повариха почесала тройной бок и начала шарить крепкой рукой там, где минуту назад находился парень, а на спящем лице появилось недовольство и закрытые веки задрожали, грозясь открыться с секунды на секунду.

— Боги, уповаю на вас! — прикрыл глаза Грин и тут же вспомнил про единственный, почти нормальный дар демона – божественный фак!

Поспешно сложив пальцы в нужную фигуру, он с остервенением начал тыкать толстую деревянную дверь в районе замка, превращая её в решето и наконец вырвался на простор… Кухни! Где уже во всю кипела утренняя работа.

Схватив первую попавшуюся пустую кастрюлю и натянув её на голову, чтобы его не запомнили, он бросился прочь как перепуганный заяц, со звоном собирая углы и сметая утварь со столов под звонкий смех работающих поварих.

Когда молодой человек успешно сбежал из кухни, ловко перемахнув через зону раздачи и выскочил наружу, из кладовки вышла старшая повариха в колпаке набекрень и в фартуке на голое тело:

— А ну за работу, нечего тут над парнем смеяться! — и сама заливисто захохотала, сотрясаясь всем телом и прикрывая рот ладонью, попутно отмахиваясь колпаком от ехидных взглядов младших товарок.

Потом спохватилась и охая вынесла из кладовки мятую ученическую форму, вручила её одной из молодых девиц-подмастерьев и строго наказала постирать, выгладить и доставить в старое общежитие для простолюдинов как можно скорее.

Тем временем, пока Грин с кастрюлей в руках пробирался окружной дорогой к общежитию по зарослям и кустам просыпающейся академии, Кавен Тинер уже упражнялся с коротким клинком в небольшом персональном тренировочном зале. Он был подавлен весь прошлый день и не спал всю ночь, но только сейчас, отрабатывая семейные техники ближнего боя и анализируя всю хронологию с момента поступления, сомнения в собственной силе наконец покинули его. Проклятый голодранец Грин Моль!

Кавен с рычанием вонзил клинок в манекен и улыбаясь, твёрдой походкой направился в душ – сегодня он изощрённо убьёт ублюдка, так напугавшего его с помощью какого-то трюка.

А вот сам трюкач, страдающий от похмелья и жажды, сейчас выглядывал из пышного куста и смотрел на суету своего общежития. Кляня себя последними словами за то, что связался с демоном, за то, что доверился ему и за то, что на кой-то чёрт по привычке спешил в свою комнату, превратившуюся в филиал сортира.

— Эй, цветочек, — хихикнули неподалёку, — кастрюлю верни!

Грин испуганно посмотрел в сторону голоса и увидел там молоденькую девицу в белом фартуке и со стопкой одежды в руках.

— Извините! — смущённо промямлил парень и выставил из куста кастрюлю.

Деваха фыркнула, опять хихикнула, забрала кастрюлю и ушла, оставив на траве форму, в которой Грин тут же признал свою и с радостью надел чуть влажные, но пахнущие свежестью брюки, рубашку и пиджак, ну и туфли на босу ногу. Осталось вспомнить где его учебник и тетрадь, но память предательски молчала, а попытки вспомнить подливали масла в огонь головной боли.

Начиналось время завтрака и желудок парня требовательно заурчал, чем вызвал протяжный стон Грина – это опять нужно идти в столовую, а там… Он вздохнул и поплёлся, поскольку чувствовал, что до обеда не дотянет и просто упадёт без сил.

Возле зала для бедных, где кормили тем, на что хватало выделенных императором денег в рамках квот, уже кучковались разновозрастные ребята, но тех, кто дожил хотя бы до четвёртого курса были единицы и напоминали они скорее безэмоциональных кукол, чем живых людей.

Грин ловил на себе странные взгляды, но ему было настолько плохо, что их он попросту игнорировал, даже не пытаясь привычно сжаться в незаметный комочек. Ровно в половину седьмого двери открыли и молодёжь, толкаясь, устремилась внутрь, спеша поесть как можно быстрее, пока аристо не пришли сюда развлекаться.

Двигаясь в очереди к раздаче, парень старался не поднимать глаз, но уши всё равно выхватывали короткие смешки со стороны кухни, заставляя его краснеть, но голова болела так сильно, что и на это он плюнул.

Сегодня в меню, как и всегда по утрам, молочная каша, выпечка и крепкий чай с сахаром, чудесным образом преображённые на раздаче в прозрачную, жидкую баланду, горелый сухарь и стакан с отваром лопуха из соседнего леска. Подобное волшебство творилось тут регулярно, но сегодня…

Непонимающе хлопая глазами, Грин смотрел на свой поднос, где появилась большая белая тарелка с воздушным омлетом и тонкими полосками золотистого мяса, пышная ватрушка и большая кружка настоящего кофе с жирными сливками.

— Не задерживай! — улыбнулась женщина на раздаче и лукаво подмигнула.

Под завистливыми и откровенно враждебными взорами, парень сел за столик и развернул белую салфетку с чистенькими, блестящими приборами. Давясь слюной, он потянулся вилкой к мясу, но тут, его поле зрения, появилась чья-то рука, самым наглым образом схватившая вожделенное мясо, а над ухом прозвучал насмешливый голос:

— Раз уж как то подкатил к поварам, то делись!

Перед глазами Грина возник образ улыбающейся во сне массивной поварихи, фантазия дорисовала остальное и в голове набатом застучала мысль: “Это мое мясо! МОЁ!”. Он крепко сжал вилку и резким, сильным ударом пригвоздил ей наглую руку к потёртому столу.

В столовой раздался вопль боли, а Грин вскочил с узкой скамейки, схватил эту самую скамейку и остервенело начал бить ей долговязого, кричащего парня с крысиным лицом, рыча от ярости. Когда наглец перестал шевелиться, парень поставил скамью на место, выдернул вилку из подрагивающей руки, вытер её салфеткой и приступил к трапезе в гробовой тишине, чувствуя дрожь во всём теле от нахлынувших эмоций.

Когда он уже наслаждался булочкой и кофе, в столовую вошла Милиона и направилась прямиком к его столу. Все затаили дыхание, поскольку медики очень не любили когда им приходилось лечить безродных и, к тому же, они имели полномочия сами разбираться в ситуации и наказать виновных. Устав академии запрещал только убивать и неисправимо калечить, а для всего остального была чудесная магическая медицина.

И сейчас, на глазах изумлённых учеников, сексуальная и красивая, но жестокая целительница, должна была вывернуть белобрысого Грина на изнанку, но вместо этого она приветливо махнула ему рукой, он махнул в ответ, и она вышла из столовой, волоча за ногу тело любителя чужого мяса.

По столовой разнёсся коллективный вздох удивления и разочарования.

Сдав грязную посуду и поблагодарив за еду, Грин Моль направился прямиком к учителю Ирвину, поскольку вспомнил, что именно на его уроке Здец едва его не убил. В учительской, к удивлению, было пусто, сидела лишь секретарь, разбирающая завалы бумаг. Она посоветовала сходить к интенданту, поскольку все утерянные вещи стекаются к нему.

Время до начала занятий поджимало и парень припустил до склада. Давешний дедок тепло поприветствовал его, поблагодарил за чудодейственное зелье и выдал потерянные учебник и тетрадь с карандашом. Поблагодарив старичка, Грин сломя голову помчался на занятия по начальной алхимии и едва успел к самому началу урока.

Проскользнув на своё место и мельком окинув одноклассников взглядом, он заметил странное выражение на лице Кавена, пристально смотрящего на него. Грин поёжился и сел, но, почему-то, учитель алхимии до сих пор задерживался.

— Ну и где эта старая карга? — смело воскликнул кто-то, когда через пять минут подростковое шушуканье переросло в гвалт из-за отсутствия учителя.

— Ты разве не слышал?! Всех учителей вызвали на допрос! — ответили ему с другой стороны класса и все хором стали обсасывать эту тему.

— Это из-за того взрыва в городе?

— Не, вроде ищут осквернителя статуи и градоправителя.

— А что со статуей?! Про взрыв и пожар в игорном доме я слышала!

— Другой взрыв, в особняке!

— Прилепили ей огромный член на голову и окружили щитом!

— Хи-хи-хи, чей ?

— Да ничей, из расплавленных монет слепили!

— Их поймали?!

— Нет! Но ищут худого мага!

— Гри-ин… — сквозь болтовню донёсся елейный голос, загадочно улыбающегося Кавена, едва не заставивший обмочиться крайне напряженного пацана, ловящего каждое слово.

Больше он ничего не сказал. Лишь лёгкая полуулыбка застыла на аристократических губах и Грин медленно отвернулся, вжимая голову в плечи от предчувствия неминуемой расправы. Где-то, кого-то уже начали гнобить, но тут в помещение влетела растрёпанная учитель алхимии и грохнула огромной книгой по своему столу:

— А ну заткнулись недомерки! — рявкнула милая седая старушка божий одуванчик и все мгновенно заткнулись, уже успев усвоить, что этой сумасшедшей плевать на чины и звания и она может легко послать к демонам самого градоправителя.

— Во, во, — проворчал зевающий Здец, — а то разорались, чайки Вологодские…

— Ты что, демон, натворил? — одними губами прошипел бледный Грин, ловя одну паническую атаку за другой.

— Когда? — невинно уточнил Здец и начинающему магу показалось, что тот ковырнул длинным, острым когтем в огромных, кинжалоподобных зубах.

— Ночью! — уже громко и мысленно крикнул парень.

— А-а-а.. — махнул лапой Здец, — ничего особенного. Разорвал, какую-то бабу, устроил оргию в казино, трахнул жену мэра или это была его дочь хз… Хотел обеспечить нас деньгами, но понял, что слишком палевно и сделал из них арт-объект… Вроде всё.

—- А жирная повариха?! — срывая мысленный голос завизжал Грин.

— А-а-а… Ну, кстати, зря ты так, милейшая женщина! А уж как поёт! Чё ты недовольный такой?

— Ты… Ты… — заикался парень от переполняющего его гнева и возмущения. — Ты меня подставляешь!

— Не гони. — осадил его Здец. — Тебе лично претензии предъявили?

— Ну… — стушевался пацан, — вроде нет.

— Ну и сиди на жопе ровно, а то как Адольф: “а если? А вдруг?”

— Какой Адольф?! – растерялся Грин.

— Да был у меня такой-же обоссыш как ты, тоже силы захотел под седую жопу…

— И? — тут же заинтересовался парень.

— Вот скажи мне, маг, – усмехнулся Здец, увиливая от прямого ответа, — в чём сила?

— Ну, — Грин повёлся и задумался, вспоминая теорию, которую им уже успели преподать, — в проводимости каналов, в умении концентрироваться…

— В усах! — перебил его демон, вгоняя в полный ступор. — У кого усы длиннее, тот и сильней!

И заржал как полоумный.

Грин Моль вдруг осознал, что испытывает новое, неведомое ранее чувство – чувство, что ему трахают мозги! Вместе с пониманием пришло умиротворение и он, пожелав Здецу сдохнуть от кровавой рвоты, сосредоточился на уроке.

Алхимик, Арика Нилс, только к середине занятия смогла войти в ритм и подавать материал как положено, перестав грозиться заразить всех лихорадкой летучих мышей. Грин всё скрупулезно записывал, а демон не мешал, буркнув что-то про единственно полезную и универсальную дисциплину.

На перемене, как и всегда до этого, Моль ожидал издевательств и унижений, но в это раз к нему никто не спешил, вызывая всё более нехорошие предчувствия в душе парня. Он затравленно огляделся и вновь заметил затуманено-мечтательный взгляд Кавена, направленный на него.

— Он что-то задумал… — пробормотал Грин поспешно отворачиваясь и переводя взгляд на Пака. Тот забегал взглядом по кабинету, слегка напрягся и немного развернул колени в сторону двери, готовый сорваться с места в любую секунду.

— Который? — уточнил скучающий Здец, вяло разглядывая одноклассниц пацана.

— Который Кавен!

— Ну да… — подтвердил демон его опасения.

— И что именно?

— А мне почём знать? Подойди да спроси!

— Я серьёзно! А ты не помогаешь! — Грин вновь начал злиться на демона, искренне жалея, что их контракт несколько отличается от описанных в книгах, в которых демоны подчиняются беспрекословно! Ну, или убивают призывателя…

— Ну, — вздохнул Здец, — если судить по его роже и сальному взгляду, то тут два варианта…

— Какие? Не томи!

— Он либо хочет тебя убить… — скучающим тоном поведал Здец.

— Либо?

— Либо трахнуть… — хмыкнул демон.

Грин поперхнулся и закашлялся, оглянулся через плечо на Кавена, а тот улыбнулся ещё шире и медленно-медленно стал кивать головой, будто что-то обещая. Наконец прозвучал гудок алхимического корпуса и начался второй урок. Здесь же.

Как бы это не выглядело странно, но схема «один день – одна дисциплина» работала исправно на протяжении десятилетий и позволяла ученикам полностью сосредоточиться на одном предмете в течение дня, не создавая в головах кашу из всего и сразу. Исключением была общая физическая подготовка – её проводили в конце каждого учебного дня для разгрузки молодых мозгов и сжигания остатков энергии молодёжи, чтобы те не шныряли ночью по академии в поисках любовных приключений и не драконили друг друга.

После второго, полуторачасового теоретического урока, была двадцатиминутная перемена и доступ к буфету, но там просили денег за всякие пироженки, а стипендии, для одарённых простолюдинов от его высочества, хватало лишь на покрытие расходов за испорченную наглыми аристо форму. Поэтому Грин препочёл отсидеться в классе, скользя взглядом по одноклассникам из знатных семей, весело щебечущих между собой в мелких стайках.

— Ты на неё что ли, мозоли натирал? — прокомментировал Здец взгляд парня, скользнувшего по молоденькой попке благородной девицы с иссиня-чёрными волосами.

— Ага… — просто ответил Грин. Сперва он застеснялся говорить с демоном на такие темы, но потом подумал: “Какая разница? Этот урод всё равно всё про меня знает и плевать я хотел на его мнение!”.

— В вашем мире со скольки лет возраст согласия? — вместо издёвки серьёзно спросил Здец.

— Это что? — насторожился парень.

— Ну типа со скольки лет у вас по закону можно тереться пестиком о тычинки?

— Ты про соитие? — догадался Грин.

— Да, Шелдон блин, про него! — хохотнул Здец.

— Браки с восемнадцати.

— А если просто пообжиматься? — с хитрецой поинтересовался иномирный ловелас.

— Не знаю, — честно признался парень, — вроде не запрещено…

— Ну тогда поднимай свою стеснительную жопу и пойдём наводить мосты со сливками вашего общества, пока они не стали сухим творогом!

Глава 6

— Ни за что! — отчаянно закрутил головой Грин. — Ты даже не представляешь о чём говоришь!

— Чёй-та? — продолжал подтрунивать над ним Здец. — Не ты ли плакался: “Дайте мне силу и всё будет моим!” Сила есть, где действия?

— И как это, — скептически хмыкнул Грин, сложив божественный фак, — здесь поможет?

— Тут ты прав, — согласился собеседник, — нужно что-то другое, вроде клофелина или нервно-паралитического газа, и я, кажется, придумал!

— Я, пожалуй, сразу откажусь! — усмехнулся Грин, уже по тону искусителя понимая, что тот задумал очередную пакость.

— Да ты послушай! — не унимался Здец. — «Яйца судьбы» – стоит тебе показать свои бубенцы любой самке, как она сразу будет вожделеть тебя!

— И долго будет вожделеть?

— Ну, — хихикнул тот, — пока не затрахает тебя до смерти…

Раздался свисток начала урока. Грин с облегчением вздохнул и покачал головой, ещё раз оглянулся на девушку, но взгляд уткнулся в дорогую ткань формы, сшитой на заказ.

— Грин Моль, я жду тебя после уроков на полигоне. Нам нужно кое-что прояснить… — Кавен говорил тихо, с придыханием и какой-то затаённой радостью. — Не вздумай игнорировать меня.

— Ну точно трахнуть хочет! — сокрушённо вздохнул Здец. — И в этом мире содомиты повсюду…

— Не говори ерунды! — нервно ответил парень, чувствуя нарастающую панику. — Это вызов на дуэль!

— Магическую?

— Любую!

— Ну так и дай ему лопатой по башке! В чём проблема?

— Ты не понимаешь! — завёлся Грин, — Такие как Кавен умеют драться, а я нет! В приюте я постоянно читал и был самым слабым!

— Да не, чё уж, — задумчиво проговорил Здец, — понимаю, ты был чмом там, остался и тут, но, это всё равно странно – ты ссышь, хотя убивать у вас в академии запрещено, а Милка тебя легко соберёт обратно.

— Это больно! — логично оправдывал парень свою трусость. — И он может меня убить, а его за это только поругают. Даже не исключат!

— Тебя беспокоит только боль? — усмехнулся Здец. — Я могу легко убрать её.

— Даже если и так, то всё равно не хочу!

Здец промолчал, а Грин постарался сосредоточиться на уроке, но в его голове крутились предательские мысли, что тот прав и нет никаких разумных препятствий, кроме его собственных страхов. Он с горечью осознал, что решает не столько сила, сколько решимость и твёрдость характера, а с этим у него были явные проблемы – он слишком уж привык быть жертвой.

Грин не заметил, как за самокопанием пролетел весь урок, а он не сделал ни единой записи в тетради. Проклиная за это всех, кроме себя, он собрал вещи и отправился в столовую на обед, поглощённый мыслями о предстоящей дуэли. Его совершенно никто не задирал и это говорило только об одном – смертнику дали возможность отдохнуть перед казнью!

Даже невероятно потрясающий обед из пряного, густого супа, сочной отбивной и воздушного пюре, выглядел теперь как последний ужин. Вяло поковырявшись в тарелке и оставив большую часть на столе, он покинул столовую, не обращая внимание на разгорающуюся драку за спиной, вспыхнувшую из-за оставленных им объедков.

Проведя остаток часового перерыва на лавочке, он поплёлся в лабораторию для практических занятий. Когда он вошёл внутрь пропахшего экспериментами помещения, с полусотней отдельных столов с разными пробирками, колбами и тиглями, возле которых уже болтали одноклассники, Здец внезапно оживился:

— А вот и решение твоей проблемы!

— Где? — вздрогнув от неожиданности, Грин замер и огляделся.

— В пи… Здесь! Ща мы сварганим волшебный эликсир и ты легко легко трахнешь своего Кавена!

— Запрещено что-то делать без учителя… — безразлично отмахнулся парень, перестав возлагать надежды на безумного демона и уже считая его изощрённой издёвкой судьбы.

— Слушай сюда, сопляк! — внезапно Здец заорал с такой яростью, что Грин непроизвольно зажал уши и присел, сжимаясь в комочек, чем вызвал недоумённые взгляды у окружающих. — Я не подростковый психолог! Если ты не хочешь силы, то иди нахер и вертись как хочешь! Либо ты с этой секунды делаешь всё, что я говорю, либо я ухожу к жирдяю и первое, что мы сделаем – засунем твою тупую башку в сраку Кавена, чтобы тебе было удобнее её вылизывать! Отвечай сучёныш – да или нет?!

Грин трясся от ужаса и слёзы катились по его щекам. В голове стоял звон и молодой маг воочию увидел там рычащего зелёного демона, опаляющего его сознание вязким, кислотным пламенем. Его длинные лапы с устрашающими чёрными когтями свисали до самых стоп с узловатыми пальцами и кривыми когтями.

Пацан всерьёз хотел избавиться от этого монстра, но тогда получится, что он упустит шанс и останется только с последствиями разгула этой твари, за которые отвечать придётся ему одному. “Ну нет! — мстительно подумал Грин, — Ты не уйдешь безнаказанным! Я получу силу и отомщу тебе в том числе!”

— Да! — всхлипнул он, собравшись с духом и мысленно обращаясь к демону. — Я хочу силы!

— Ну и чудненько, — сразу добродушно оскалился демон и в сознании мага вновь сгустилась прохладная тьма. — А теперь встань и иди!

И он пошёл.

Стайка девочек вокруг черноволосой красавицы перестала хихикать и теперь с тревогой и настороженностью наблюдала за идущим в их сторону простолюдином на негнущихся ногах. Слёзы и сопли блестели на его лице, а бессмысленный, остекленевший взгляд пугал до мурашек.

Заметив неладное, парни из знатных семей скрестили взгляды на шагающем, словно кукла, подростке, готовые в любую секунду бросится на него и избить. Но тот, дойдя до девочек, просто низко поклонился, бормоча какие-то извинения.

Никто и глазом не успел моргнуть, как рука правая Грина взметнулась вверх и скрылась под юбкой первой красавицы класса Лейны Ромер, шебурша и жмякая там. Девушка взвизгнула и отскочила, прижимая юбку к попке. В её больших карих глазах недоумение и смущение быстро сменилось гневом и яростью, но едва она открыла рот, как в класс вошла старая Арика и прозвучал гудок на урок.

— Замолчите и по местам! — дежурно рявкнула алхимик на шокировано молчащий класс. — Начинаем!

Грин, ни жив ни мёртв, сел на своё место и уставился в пустоту, услышав краем уха приглушённый голос Кавена, видимо адресованный защитникам поруганной девичьей чести:

— Не трогайте его, он мой!

— Видишь, — нравоучительно сказал Здец, смеясь, — ничего сложного! Пришёл, пощупал и ушёл. Теперь можешь руку не мыть и нюхать в моменты одиночества.

— Она меня убьёт, — констатировал факт Грин, без единой эмоции.

— Или даст… Этих баб не поймёшь! — усмехнулся Здец, но внезапно посерьёзнел и добавил:— Сосредоточься на уроке, это важно!

Грин кивнул со всей серьёзностью, проникшись тоном наблюдателя.

— И сопли вытри уже, а то выглядишь как жертва группового изнасилования, только размазанной косметики не хватает…

“Показалось…” — подумал парень, неожиданно отметив, что нервничает не так сильно, как следовало бы и погрузился в учёбу, внимательно слушая слова учителя.

— Надеюсь вы всё поняли и мне не придётся соскребать ваши останки со стен! — Арика Нилс обвела класс строгим взглядом и все энергично закивали головами. Она вздохнула и отправила вестника, что начинается практическое занятие, медику алхимического корпуса, ответственному за этот этаж.

Она раздала наборы с ингредиентами и вернулась к своему столу. Расставила там колбы, реторты и пробирки, дождалась пока все ученики откроют коробки и разложат их содержимое на столах. После этого она помолилась богам, чтобы эти обалдуи не сожгли весь корпус и продолжила урок:

— Нагреваем мореций вместе с чешуёй лорка в закрытой колбе. Мореций должен кипеть, но чешуя не должна обугливаться или менять цвет! Не грейте слишком сильно, иначе… Витор, немедленно убавь огонь!

Раздался хлопок и Витор завизжал как девчёнка, когда раскалённые капли из лопнувшей колбы попали на его лицо.

— У ну брысь к медику, олух! — рявкнула на него Арика как ни в чём не бывало продолжила говорить, когда пацан, скуля и подвывая, выскочил за дверь. — Не грейте слишком сильно, иначе будете как Витор!

— Классика! — засмеялся Здец, пока Грин сосредоточено контролировал огненный магический конструкт под небольшой огнеупорной колбой с мелкой красной чешуёй, плавающей в кипящей жёлтой смоле. — Во все времена, во всех мирах, во всех классах есть свой Витор…

— Подготовьте пробирку и налейте туда девять миллилитров спирта. Греем! Всё делаем одновременно или можете катиться отсюда! Добавляем в спирт пять миллилитров спермы рыгача. Прекратите хихикать как в первую брачную ночь! Вон, Илина уже размазала сперму по платью от смеха. Привычку вырабатываешь? Держи флакон крепче, курица благородная! Всё, перестали греть снимаем пробку с колбы и медленно выпускаем дым в пробирку, постоянно перемешивая. Не дышите, иначе дристать будете до утра!

— Охренеть, — восхитился Здец преподавательским талантом Арики, — она мне определённо нравится! Очень верный подход к учебному процессу — с вами, дебилоидами, только так и надо!

Грин не ответил – он сосредоточенно переливал плотный чёрный дым в пробирку, аккуратно качая её пальцем. Мутная жидкость стала менять цвет на насыщенный оранжевый и густеть. Кто-то чихнул и стремглав вылетел из кабинета, остальные вроде справились.

— Результат на подставку, иду смотреть.

Невысокая бабулечка пошла между рядами осматривая результаты и костеря криворуких неучей. Больше половины учеников, включая Грина заслужили сдержанную похвалу.

— Продолжаем…

Пока ждали тех, у кого не получилось с первого раза, Грин поднял руку:

— Учитель Арика, а реакция мореция с чешуёй лорка может дать другой результат?

— Почему спрашиваешь? — с прищуром посмотрела на него Арика.

— Я заметил, что чешуйки иногда подпрыгивают… — стушевался Грин, под хихиканье и фырканье учеников.

— Прекратите, — прикрикнула она на класс, — показали свою глупость – молодцы, а теперь слушаем меня! Эта же реакция используется для создания компонентов летающих судов, поскольку при идеальных условиях чешуя получает большую отрицательную массу, а дым, который мы получали, это побочный продукт той реакции. Грин Моль молодец, заметил, остальные… — она обвела притихших подростков долгим, тяжёлым взглядом и вздохнула — безнадёжно.

— Учитель, я тоже заметил!

— И я!

— И я тоже!

— И я!

— И я!

— Пробка бутыля! — передразнила их алхимик и все замолчали.

До конца урока провели ещё одну реакцию, а в короткую перемену никто не вставал со своих мест – все листали свои конспекты. Грин украдкой посматривал на Лейну – девушка долго сидела уткнувшись в тетрадь, но потом на миг подняла глаза и их взгляды встретились.

— Не отводи глаза! — тут же рявнул Здец, заставив парня вздрогнуть и перестать моргать.

Сперва Лейна изобразила кривую, злую и одновременно брезгливую ухмылку, дополнив ей пренебрежительный взгляд, но чем дольше он смотрел на неё, тем более неуверенной становилась девушка, а потом и вовсе резко отвернулась, слегка покраснев.

— Красаучег! — одобрительно поаплодировал Здец. — Ты выиграл первое сражение, но не расслабляйся, и больше ни в коем случае не смотри на неё сегодня!

— Почему?

— Потому что гладиолус! Верь мне, девочкам нравятся загадочные ублюдки.

— Даже когда она подойдёт, чтобы вышибить мне мозги?

— Не подойдёт… И никому не даст подойти, — назидательным тоном поучал парня демон-не-демон, — пока сама не разберётся в твоих мотивах. Ну, или подумает, что разобралась…

До конца занятий парень был как на иголках, но, к своему невероятному удивлению понял, что Здец был прав целиком и полностью – Лейна покашливала, звенела колбами, что-то спрашивала у учителя, странно хихикала, но Грин стоически не поворачивал голову в её сторону, даже несмотря на очень странные шепотки “а чё это с ней?!”, раздающиеся там и тут.

Под протяжный гудок конца занятий, парень схватил свои вещи и быстро покинул класс, слыша за спиной окрик слившихся голосов парня и девушки:

— Гри-ин!

Он стремглав выбежал из алхимического корпуса, но Кавен был быстрее и мастерской подсечкой сбил его на брусчатку дорожки:

— Тебе не уйти, малыш, — медленно проговорил аристо, источая сладкий яд каждым словом и бросил возле Грина небольшой амулет: — держи, планы изменились. Во время будь на месте и никому не слова! Попробуешь сбежать – умирать будешь мучительно…

Кавен гордо удалился и молодой маг поднялся на ноги, разглядывая амулет-навигатор, слабо тянущий его руку в сторону.

— Потом посмотришь! — поторопил его Здец, когда заметил бегущую к ним Лейну. — Ходу!

Грин сорвался с места и на всех парах умчался от озлобленной и растерянной девушки, пробежал по парку и вскоре пропал из виду в лесу у забора. До половины шестого он скрывался в тени деревьев и только почти перед самой дуэлью начал двигаться в нужное место, используя амулет.

Кавен уже ждал его на небольшой полянке в окружении густых зарослей. Аристократ был голый до пояса, босиком и в облегающих шортах до колена, а его жилистая, тренированная рука держала короткий клинок без гарды, больше похожий на увеличенный метательный нож.

Грин откровенно струхнул, понимая, что его сейчас нарежут на ровные ломтики и воззвал к демону:

— Мне нужна сила!

— Сам, всё сам! — усмехнулся Здец и прежде чем парень успел наговорить ему гадостей, добавил: — Я на подхвате, не ссы.

— Грин Моль! — очень пафосно и торжественно начал Кавен, не меня позы и держа клинок вертикально прижатым к своей груди. — Ты заставил меня испытать неведомый доселе ужас и позор, и я благодарен тебе за это!

—- Чё он несёт? — опешил Здец. — Мухоморов обожрался?

Но Грин и сам толком ничего не понимал и просто пожал плечами, продолжая слушать, к тому же, его пока не убивали.

— Однако, — продолжил свою странную речь Кавен, — подобное не должно повториться и я вынужден убить тебя!

— Ну точно, кукуха поехала… — прокомментировал Здец.

— Но! — странный парень торжественно поднял клинок и посмотрел в небо. Грин посмотрел туда же, но заметил только пролетающего жирного голубя. — Видят боги, я вознагражу тебя за тот бесценный опыт и позволю нанести один удар!

— Во дебил! — рассмеялся Здец, когда Кавен картинно развёл руки в стороны и прикрыл глаза. — Давай, кончай его и пошли пожрём.

— Я не могу! — мысленно простонал Грин. — Это не правильно!

— Ну ок, чё, пусть он тебя нашинкует – это будет правильно, но тебе уже будет похер!

— Чего ты ждёшь?! — воскликнул Кавен. — Моё благородное терпение не безгранично!

— Не тормози! — подначивал демон, но Грин никак не мог решиться!

— Чего ты ждёшь? — завывал сумасшедший одноклассник.

— Нет! — твёрдо произнёс Грин и сделал шаг к противнику. — Убийство не всегда решает проблемы! Пусть мы и не можем стать друзьями, но мы можем проявить немного уважения друг к другу и когда-нибудь…

— Я устрою прилюдную оргию с животными, обмазавшись говном жирдяя и попутно восхваляя повелителя демонов, если ты ему сейчас не втащишь!

Оттопыренный средний палец, бледного от ужаса Грина, описал дугу и ударил в висок противника. Аристократ закатил глаза и мешком осел на траву.

— Что я наделал?! — в панике воскликнул Грин, отскакивая от тела.

— Самостоятельно завалил человека! — с гордостью улыбнулся Здец. — Как говорится – с почином и дай бог не последний!

— Меня же казнят!

— Ну так сбегай за лопатой и прикопай! Нету тела – нету дела!

— Все были в курсе, что мы встречаемся вечером… — Грин опустился на траву и заплакал, обхватив колени руками. Всё пропало, всё было зря!

— О, точняк, — радостно воскликнул Здец, — идея есть!

— Опять бред? — со слабой надеждой всхлипнул парень, которого била крупная дрожь.

— Нет, сработает сто процентов и ты будешь вне подозрений! Нам нужны: большой огурец, верёвка, женские чулки и большая еловая шишка, а также прочный ремень и ведро жира.

— Чем всё это поможет?! — Грин пытался понять, что задумал демон, но это было решительно невозможно, а сам найти выход из сложной ситуации он не мог и нехотя кивнул, готовый выслушать демона: — Рассказывай.

— Смотри! — с воодушевлением начал Здец. — Обматываем верёвку вокруг шеи трупа и привязываем за невысокую ветку, шишку ему в рот и стягиваем ремнём, чтобы она не выпала. Одеваем на него чулки и вставляем в жопу огурец, смазанный жиром. Легенда такая: твой одноклассник оказался мужеложцем и пригласил тебя сюда, чтобы признаться в чувствах и потрахаться, но ты ему отказал и он с горя повесился, перед смертью удовлетворив себя при помощи огурца и мыслей о тебе!

— Это правда может сработать?! — ошарашено пробормотал Грин, к своему ужасу находя логику в этом сомнительно плане.

— Нет конечно, долбоклюй, — задыхаясь и хрюкая от смеха простонал Здец, — у него же дырка в башке от божественного фака! Топай за лопатой…

Глава 7

Маленькая невзрачная птичка наклоняла голову с боку на бок, давая наблюдавшим через неё магам наилучший ракурс небольшой полянки и следовала за понурым юношей, перепархивая с ветки на ветку.

— Он его убил?

— Не думаю, похоже просто вырубил этого самодовольного юнца.

— Кто он?

— Кавен Тинер.

— Хм, Тинер значит… Мда, его папаша будет недоволен…

— Его папаше мы докладывать не обязаны.

— Он может и сам пожаловаться.

— Сомневаюсь. Я прочитал по губам весь тот пафосный бред, что он нёс – типичный гордый, самовлюблённый сопляк, едва чему-то научившийся.

— Тогда просто наблюдаем?

— Просто наблюдаем…

— Наблюдатели херовы… — неслышно для мальца проворчал Здец, наблюдающий за наблюдателями через их связь с птицей, когда Грин отправился в квест за лопатой. Осторожность, возможно, и не помешала бы, поскольку ему было откровенно лень вырезать всех причастных и начинать всё по новой. Нет, разумеется кроме банальной лени присутствовала и вероятность надолго застрять в этом мире, если человеки, способные касаться ткани мироздания, исчезнут окончательно. А таскаться по вселенной в поисках ещё одного разумного вида с теми же способностями было совсем западло. В конечном счёте он не особо торопился – само его существование уже служило доказательством неотвратимости.

Тем временем, Грин не придумал ничего лучше, чем идти к старичку интенданту, поскольку тот, вроде бы, благодушно относился к нему стараниями демона. Как и ожидалось – дедок с улыбкой и без лишних расспросов выдал ему новенькую, крепкую лопату, а на вопрос “когда вернуть?” лишь махнул рукой, ответив, что уже списал её на хознужды.

На обратном пути его желудок предательски заурчал и Грин прикинул, что если быстро справится с рытьём могилы, то имеет все шансы успеть на ужин, а там лишь час физподготовки и спать.

— Ну не-ет… — хлопнул себя по лицу и простонал парень, совершенно забыв, что его комната больше не пригодна для проживания.

Казалось, что хуже уже некуда, но, как только он вернулся к телу Кавена, небо заволокло плотными, тёмными тучами и начался проливной дождь с грозой. Частые вспышки молний выхватывали из темноты леса худую, сгорбленную фигуру с лопатой.

Дело шло туго. Края едва появляющейся ямы постоянно осыпались и вместо пристойной могилы у Грина получалась топкая, широкая лужа, заполненная жидкой грязью. Только за одно лишь намерение положить в эту жижу тело аристократа, его уже должны были зажарить заживо на медленном огне.

Вжав голову в плечи от очередного близкого раската грома, парню почудился надсадный, горловой хрип, едва различимый среди шума дождя, но едва он оглянулся, как Здец заорал:

— Зомби!

В сознании Грина тут же возник образ ходячих мертвецов, жаждущих плоти живых и парень, с размаху, врезал лопатой по тёмному, хрипящему силуэту перед ним. Раздался громкий звон металла о голову и тело Кавена упало на колени, а через секунду рухнуло ничком в грязь, к ногам пацана.

— Смотри-ка, живой! — удивлённо поцокал языком Здец и мрачно добавил: — Был…

Внутри Грина что-то с надрывом “тренькнуло” и оборвалось. Парень скользнул безразличным взглядом по телу аристократа, взглянул на лопату в своих руках, поднял глаза к тёмному небу и побрёл в сторону столовой, оставив полуголого одноклассника в грязи и ощущая внутри себя пустоту.

Вскоре, двери столовой с грохотом распахнулись, впуская в сухое и светлое помещение сильный порыв ветра с запахом сырости, а сверкнувшая на улице молния подсветила в проёме тощий силуэт с лопатой. Прячущиеся тут от непогоды ученики испуганно притихли.

Он медленно шёл, стуча черенком лопаты об пол при каждом шаге, а следом за ним тянулась дорожка грязи и воды. Пустой взгляд зелёных глаз не выражал ничего, кроме тщетности бытия…

Кто-то в зале шумно сглотнул и это послужило сигналом – все стали довольно громко шушукаться о судьбе Кавена, а некоторые поспешили покинуть столовую, чтобы не попасть под раздачу, когда сюда нагрянут его дружки.

Грин молча кивнул поварам и ему подали тарелку с великолепным стейком слабой прожарки, в окружении овощей приготовленных на пару и чашку кофе со сладкой ватрушкой. Прислонив лопату к столу, он молча съел ужин и так же молча покинул столовую – вот он на пороге в свете молнии и через секунду следующая молния озаряет дождливую пустоту за дверями. Кто-то из ребят начал неистово молиться богам…

Свернув вдоль стены сразу, как покинул столовую, Грин двинулся к полигону, поскольку обязательную физподготовку никто не отменит, несмотря на проливной дождь. Он решил бится со Здецом его же оружием и успеть сделать как можно больше за свою пятнадцатичасовую половину суток.

Вскоре, на границе огромного полигона, собрались абсолютно все ученики академии и сразу разделились на два лагеря.

В одном, состоящим из групп поменьше, стояли аристократы, их прихлебатели и просто знатные или богатые отпрыски. Некоторые из них демонстративно хвастались призванными фамильярами или дорогой зачарованной бронёй.

Толпа вокруг Грина была ровно в пять раз реже и примерно в миллион раз беднее. Ни о каком хвастовстве речи не шло – обычная форма, которую ещё и чинить придётся после этого мероприятия.

Всего тут собралось около пяти тысяч студентов от шестнадцати до двадцати пяти – крайний возраст для поступления на первый курс был двадцать лет. На каждом курсе было множество параллелей, но, как правило, к пятому курсу оставалось примерно две трети от поступивших, выбравших себе различные специализации.

— О! А вот и майор Пейн на минималках! — прокомментировал Здец появление лысого инструктора. — Да начнутся весёлые старты!

Общую физподготовку ненавидели все, вне зависимости от возраста, знатности или богатства. Суть её сводилась к гонке со стаей фантомных крыс по длинной полосе препятствий.

Если крысиная волна догоняла студента, то его мгновенно парализовывало и он до конца забега лежал и мучился от воображаемых укусов крыс. Они были не так ужасны, чтобы свести с ума, но и не настолько незначительны, чтобы их игнорировать. Просто куча мерзких эмоций и кошмары ночью.

Чтобы досрочно прекратить это издевательство, кому-нибудь нужно было просто добраться до конца, но, за всю историю этих крысиных бегов, только единожды удалось провернуть подобное, да и то только из-за того, что лысый инструктор просто не явился на забег, а заменивший его учитель не смог активировать большую часть ловушек.

Был и второй вариант – до середины пути должны добраться минимум сто человек и после этого можно сдаться, перетерпеть под крысами десять штрафных минут и отправиться по общежитиям уже через полчаса после начала. Эту тактику использовали всегда и инструктор был не против.

Сверкнула молния, грянул гром и прозвучал сигнал старта. Позади студентов возник копошащийся, пищащий вал из лапок, глазок и хвостов, и все молча, изо всех сил рванули по жидкой грязи среди крупных валунов и кусков скал, ведь если сотня не доберётся до середины, то страдать до конца часа придётся всем.

Обычно Грин оказывался втоптаным в грязь уже на первых метрах и целых полчаса «наслаждался» обществом крыс, но сегодня его все сторонились и он довольно успешно избегал крысиной волны.

Внезапно он заметил справа толстую фигуру Пака и начал смещаться в его сторону, мстительно сузив глаза.

— Да, давай! — подначивал его Здец, разгадавший замысел парня. — Тоже по башке ему лопатой!

Но чуйка у жирдяя была что надо и он коротко обернулся, почуяв опасность. Заметив Грина с лопатой и злым взглядом, целенаправленно бегущего в его сторону, Пак всхрапнул и ускорился.

Тут стали попадаться первые, пока простые, ловушки вроде замаскированных ловчих ям и натянутых у земли неприметных верёвок.

Толстяк ловко лавировал, лавировал да не вылавировал и споткнулся, проезжая на пузе по глине, точнёхонько под пролетающим бревном, сбившим троих парней, что бежали следом.

Он тут же разогнался вновь на всех четырёх конечностях и совершил очень длинный прыжок через неприметную лужу с вязкой слизью.

Грин же, внезапно почувствовавший охотничий азарт, зарычал, перепрыгнул качающееся бревно и обогнул слизь, наращивая скорость.

Дальше начинался лес и к обычным ловушкам добавились магические. Главной проблемой здесь было то, что в магическом зрении обычные ловушки были не видны, ровно как и магические в обычном. Чтобы хоть как-то поддерживать скорость и никуда не вляпаться, приходилось постоянно переключать зрение, что невероятно утомляло.

Тут-то и падала основная масса бегунов, окрестившая это место «Лес боли».

Начался пологий подъём и бежать стало труднее. Группа аристо, бегущая позади всех ровно со скоростью крысиной волны, развлекалась тем, что бросала по ногам простолюдинов камни и палки, заставляя тех падать. Они медленно приближались к Грину, а вот Пак начал отдаляться.

— Ты прикалываешься что-ли? — возмущался Здец, глядя на это непотребство. — Он же тяжелее тебя раза в три, а порхает как бабочка! Поднажми!

— Не… мо…гу… быс… трей! — ответил Грин по слогам на каждом выдохе, сквозь сжатые зубы. Его терзала злость и обида, но сделать он ничего не мог, как бы не старался!

— Старайся лучше и я вознагражу тебя! Хочешь безнаказанно жамкать ту маленькую попку в любое время?

От одного воспоминания о прикосновении к Лейне у Грина случилась мощная эрекция и бежать стало совсем невозможно! Он едва не вляпался в невидимый обычным глазом, плотный туман и пока уворачивался – больно приложился плечом о грубую кору дерева и едва не потерял равновесие.

— Проклятый стояк! — прогундел смеющийся Здец и вдруг громко щёлкнул когтистыми пальцами, как если бы на него снизошло озарение: — Я придумал!

Не успел обессилевший парень спросить, какое очередное безумие затеял демон, как внезапно почувствовал не то, что прилив сил, а целое цунами переполняющей его энергии! Это коснулось не только физического состояния, но и его энергоканалы стали шире и прочнее!

— Что ты сделал?! — воскликнул парень вслух, одновременно радуясь и чувствуя серьёзный подвох.

— Сила юности! — торжественно провозгласил Здец и расхохотался, так и не дав конкретного ответа.

Злясь ещё больше, Грин ускорился и довольно легко настиг Пака, висящего на почти отвесном склоне. Жирдяй цеплялся за мокрые свисающие корни и, хоть и с трудом, поднимался всё выше и выше, пока не вцепился пухлой рукой в скользкую траву на самом верху.

— Сто-ой! — взревел Грин, вновь чувствуя накатывающие волны гнева и зависти к выносливости Пака и метнул лопату наподобие копья.

Брошенный снаряд глубоко вонзился в кромку дёрна, как раз в тот момент, когда подсвеченная молниями, вихляющая задница толстяка убралась из того места. Из-за кромки обрыва, на секунду, показалась голова пухляша с перепуганными глазами и как только Грин в два прыжка добрался до середины подъёма, как в него тут же полетела грязная коряга, с торчащими во все стороны острыми корнями.

Он оттолкнуться от склона ногами, отправляя себя в полёт сквозь ветки деревьев и довольно жёстко приземлился пластом в грязь, прямо позади небольшой группы аристо, спешащих штурмовать высокое препятствие, и в опасной близости от надвигающейся пищащей волны.

Грин вскочил на ноги, но не успел сделать и пары шагов, как на него накатила слабость и он запнулся, вскрикнул и опять упал в грязь. Одна девушка-третьекурсница из группы впереди обернулась и со злорадством оскалилась, но, лучше бы она этого не делала – стройная нога в высоких чулках, к которым грязь и не думала прилипать, угодила в неприметную петлю и стройное тело взмыло вверх, зависнув в паре метров над землёй головой вниз.

Её юбка оказалась зачарована и даже в таком положении продолжала облегать бёдра, да и свободная блузка, с двумя расстёгнутыми верхними пуговица, не изменила положения на теле, но у Грина мелькнула злорадная мысль, что это было бы забавно, посмореть на бархтающуюся полуголую аристократку.

Воображение тут же услужливо нарисовало картину, как капли дождя скользят по её стройным бёдрам и как от этого намокают белые трусики, становясь почти прозрачными. Как она барахтается и мышцы напрягаются на внутренней стороне гладких бёдер, как сжимается попка…

Грин почувствовал, что возбудился, и вместе с напряжением в паху вернулась и сила. Он оттолкнулся от жидкой грязи и моментально принял вертикальное положение, вновь срываясь на бег и обгоняя аристо, освобождающих свою подругу из ловушки.

— Здец! Что за дела?! — возмутился парень, быстро сложивший два и два на бегу.

— Это сила юности, дрочила… — засмеялся тот. — Теперь твои влажные фантазии будут приносить реальную пользу!

Грин хотел обругать мерзкого демона последними словами, но довольно быстро согласился, что эта способность не такая уж и плохая, к тому же, фантомные крысы на неё не реагировали и не ускорялись, как это обычно бывало при применении любой другой магии. Теперь главное постоянно думать о голых девушках, при этом не отвлекаясь от окружения.

Цепляясь оттопыренными штанами за корни, он ловко вскарабкался на склон под удивлённые возгласы других студентов и, подхватив лопату, припустил дальше, внимательно выглядывая Пака в свете частых вспышек молний.

Со всех сторон раздавались крики угодивших в ловушки и Грин представлял себе, будто там происходят оргии, чем и поддерживал напряжение в штанах, очень быстро продвигаясь и ловко обходя неприметные магические конструкты. С обычными ловушками было сложнее, но тут его спасала возросшая реакция и сила.

Вскоре он выбежал из леса и увидел огромную каменную стелу под которой кучковались напряжённые студенты, а над самой стеллой висели огненные цифры «129». Это место и отмечало середину маршрута и геометрический центр полигона, но жирдяя тут не было и Грин скользнул взглядом по краю топкого болота по ту сторону от монумента.

Обычно, штурмовать дальнейший маршрут отправлялись совсем уж гордые или самонадеянные, но, во-первых, далеко уйти им не удавалось, а во-вторых, их ненавидели, по причине того, что остальным приходилось ждать, пока тех догонят крысы.

Когда Грин пересёк открытое пространство, то над стеллой загорелось число сто тридцать, с сам он засёк знакомую, пухлощёкую голову среди кочек, медленно плывущую в окружении ряски.

— Па-ак! — заорал парень, старательно думая о розовых сосках Милионы и её волосах, разместившихся по его животу и бёдрам.

Тот понял, что его раскрыли и быстро выбрался на ближайшую травяную кочку, оттолкнуться от неё и как заяц поскакал в глубь болота, а Грин рванул за ним следом, размахивая лопатой.

— Эй, голодранцы, а ну стоять! — орали им вслед высокородные, но их не совсем почтительно игнорировали, сделав вид, что гром заглушает голоса.

Как бы не был подозрительно ловок жирдяй, но, пока он искал путь среди движущихся ловушек, Грин настигал его длинными прыжками.

Волна фантомных крыс уже захлестнула стеллу, а они допрыгали до реки, где плавали фантомные твари, подобные крысам. Это и был тот тупик, дальше которого невозможно было пройти без исполнения магии, но, после создания любого конструкта, фантомы выпрыгивали из воды и парализовывали прыгунов и летунов, а уже после их накрывала пищащая волна.

Паку деваться было некуда, но сдаваться он не собирался и собрал все силы для отчаянного прыжка с крайней кочки, в аккурат в тот момент, когда Грин настиг его и со всей силы ткнул лопатой между толстых ягодиц.

Визжа от ужаса как недорезанная свинья, Пак сжал ягодицы и защемил лопату, чтобы его не разрубило пополам, одновременно ускоряясь от невероятной силы тычка и увлекая лопату вслед за собой, вместе с вцепившимся в неё Грином.

— Так в чём силушка? — хохоча произнёс Здец, ни к кому конкретно не обращаясь, когда тощий и толстый вспахали собой противоположный каменистый берег реки. — Правильно! Ускореньице, умноженное на массушку…

Глава 8

Грин вскочил первым и занёс лопату над перепуганным Паком. Толстяк медленно отползал прикрываясь рукой и пуча на злобного пацана расширенные от ужаса глаза. Его разодранная спереди форма больше не скрывала бледное, жирное в складках тело, покрытое редкими символами, вырезанными прямо на коже.

— Это же отличное начало для крепкой мужской дружбы! — воскликнул наблюдающий Здец. — Правда, обычно мужики от души махаются, а не пихают друг другу в жопы разный садовый инвентарь, но для тебя, убогого, и так сойдёт… Дай ему руку и помоги подняться!

Смысл слов с трудом дошёл до затопленного злостью сознания Грина, но парень твёрдо вознамерился если и не убить жирдяя, то уж как следует покалечить и не собирался слушать демона.

— Ну, как знаешь… — не стал настаивать Здец. — Ты главное скажи бедолаге, что не будешь насиловать его труп, а то он, походу, твоего стояка боится больше, чем лопату…

Парень замешкался и на секунду опустил взгляд на свои штаны. Этого времени Паку было более чем достаточно – несколько символов на его коже вспыхнули, а сам толстяк рванул на четырёх костях вверх по пологому, каменистому склону, отбрасывая назад себя крупную гальку.

— Ай да сучёныш! — восхищённо воскликнул Здец, пока Грин с бессильным рычанием пробивался сквозь летящую гальку. — Пак молодец, будь как Пак!

— Он кретин! — мысленно прорычал лопатоносец, прикрывая инструментом лицо от камней. — Руны на теле это тупик!

— Ну, пока этот тупик довольно ловко от тебя убегает! — рассмеялся Здец. — Хочешь, я тоже чиркану тебе парочку, будешь сильнее, выше и быстрее.

— Нет! Они блокируют каналы и создавать конструкты сложнее!

— Какой ты говорливый! — ехидно отметил демон и медленно добавил гнусавым голосом. — Болтать прекрати, юный падаван, сиськами разум наполни свой и беги!

Но Грин уже был на последнем издыхании и даже думать о девичьих прелестях толком не мог – ещё миг и он свалится или угодит в западню. Но первым совершил ошибку Пак. Даже не ошибку – ему просто не повезло и вместо прыжка через подозрительно зелёную траву, он поскользнулся на куске коры и упал пластом на этот манящий газончик.

Травка моментально спеленала его по рукам и ногам, заставляя жирдяя визжать как поросёнка. Тощий пацан на радостях ускорился, не забывая про магическое зрение, и тут же угодил в прозрачную, но совсем обычную паутину. Он отчаянно махал единственной свободной рукой с лопатой, довольно успешно перерубая очень липкие нити, в чём ему помогал ливень, не дающий паутине приклеиться к мокрому металлу.

— Давай, пока ты тут барахтаешься и перед тем, как ты будешь убивать пухляша лопатой как паршивого аристо, я тебе кое-что объясню? — проговорил Здец серьёзным тоном и, не дождавшись ответа от пыхтящего парня, продолжил: — Другие студенты идут группами и помогают друг другу, но вы, два дебила, умудрились зайти дальше всех на одних страхе и ненависти! Ты не думаешь, что это знак судьбы и вам нужно работать сообща?

— Он издевался надо мной! — прорычал Грин, наконец-то сумевший вообразить себе оргию с участием всех одноклассниц и выжать немного возбуждения из уставшего организма.

— А теперь ты издеваешься над ним, вместо того чтобы объединиться и вместе противостоять злу и спасти этот гибнущий мир от гнёта тёмных вла… Гхм… Короче, он пацан прикольный и тебе есть чему у него поучиться! Сам решай.

Влипший парень как раз освободился и теперь твёрдой походкой направлялся к неподвижному, перепуганному и охрипшему от визга толстяку. Он занёс лопату над головой, заорал, и со всей мочи рубанул острым ребром!

— Мде… — вздохнул Здец.

Хрип Пака резко оборвался и теперь, среди раскатов грома, слышался только отчаянный крик Грина, да чавкающие звуки ударов. Пацан совсем не замечал брызг месива из-под лопаты на своём лице, лишь отплёвывался, когда эта каша попадала ему в рот и скрипела на зубах. Из его души наружу рвалась обида и превращалась в солёные слёзы, сопровождаемая мыслями о скорой расплате за содеянное.

В конец обессиленный, он опустился на колени и, держась за ставший склизким черенок, посмотрел на творение рук своих – по зелёной жиже медленно отползал толстяк, неверящим взглядом сверля Грина.

— Почему? — только и смог прохрипеть Пак, готовый сорваться в любую секунду подальше от этого ненормального, но его чуйка твердила, что опасности нет.

— Скажи ему, что он твой потерянный брат близнец! — хохотнул демон внутри парня и тут же, физически ощутимо, постучал о внутреннюю поверхность юного черепа: — Крысы близко! Ходу, чмошники!

Грин кивнул, поднялся и протянул руку толстяку:

— Вместе!

— С первого курса! Турудурудум-тум-тум-турум… — не удержался Здец, откровенно веселясь, поскольку волна фантомов должна была настигнуть парней секунд через десять.

— Вытащишь! — кивнул Пак в ответ и рванул напролом как могучий вепрь, ярко сияя рунами сквозь изодраную форму.

Ничто не могло остановить ярый натиск толстяка и Грину оставалось лишь бежать следом по проторенной дороге. Ровно десять метров. Потом в мясистый бок жирдяя прилетело два десятка тонких игл и Пак рухнул как подкошенный. Уставший Моль поспешил на помощь и попал в блуждающую магическую ловушку, моментом оказавшись парализованным, а через пять секунд их накрыла крысиная волна.

— Вот же ж дрим тим! — расхохотался Здец, глядя на подрагивающие конечности и пену на губах парней, когда фантомные крысы принялись за свои прямые обязанности и теперь нежно покусывали, да царапали коготками каждый сантиметр их кожи. — Ничё, потом прижмёте какого-нибудь аристократика и отожмёте у него настойку, которыми они закидываются после этих марафонов.

Грин не ответил – он страдал! Ему, как и всем ученикам академии сейчас, было мерзко и немного больно, но больше мерзко. Фантомы всегда, считались сущей ерундой и развеять их мог любой неодарённый крестьянин, поэтому на полном серьёзе их использовали разве что для развлечения толпы по праздникам, либо в качестве наглядного примера, поскольку творить их было долго, сложно и бессмысленно. А уж чтобы наделить эти тени свойством хоть как-то влиять на физический мир, нужно быть безумцем с огромной силой. Именно таким и был их лысый физрук, имени которого не знал никто в академии, кроме директора, но к нему довольно быстро приклеилось прозвище Фантомный ас, постепенно сократившееся до Фантомаса, но студенты упорно продолжали называть его Лысый Ублюдок и Кожаный Садист.

Здец мог бы рассказать всем удивительную историю этого человека, половина разума которого постоянно пребывала в другом измерении из-за неудачного эксперимента, но ему было глубоко плевать, поскольку это никак не пересекалось с его планом.

Минут через пять все фантомы пропали, а это означало, что учебный день завершился и можно заниматься своими делами. Правда, после такого забега, только те, кто побогаче были более-менее в норме за счёт рунической экипировки, да благодяря дорогой тонизируещей настойке.

Грин и Пак медленно побрели в общежитие, обходя теперь подсвеченные и остановленные ловушки – мокрые, уставшие, но немного гордые собой, что сумели забраться дальше всех. Когда они выбрались с полигона и шагать по ровным дорожкам стало проще, толстяк не выдержал:

— Моль, откуда такая сила?

— Да, парень, откуда сила?! — подхватил вопрос жирдяя Здец, видя растерянность Грина. — Ты же продумал этот момент? Или не продумал? Или ты, придурок, думал, что никто не заметит?

— Я… — он начал судорожно перебирать в голове разные варианты, но всё, что не выглядело как бред сумасшедшего, тянуло на смертную казнь, а дать Паку такой компромат на себя он не мог. — Я не знаю. Это случается тогда, когда я сильно злюсь.

— А раньше чего не использовал это? — не унимался Пак, заставляя мозги однокашника кипеть от напряжения.

— Хороший вопрос! Толстячок молодец и очко Грина переходит в зрительный зал!

— Заткнись демон! — мысленно крикнул пацан, не зная как увильнуть от неудобных вопросов.

— Ещё раз назовёшь меня демоном, я тебе башку и жопу местами поменяю! — рыкнул Здец, напоминая, мелкому засранцу, что тот имеет дело не шизофренией, а с очень могущественной сущностью. — Короче, наводи мосты с жирдяем. У тебя меньше часа. Если не сможешь сам, то я сделаю его твоим рабом и ты каждое утро будешь ездить в доспехах и с копьем на этой голой свинье! Усёк?

— Пак, я не могу это контролировать! — поспешно выпалил Грин, на ходу пытаясь сочинить правдоподобную легенду, но внезапно в его голову пришла здравая мысль и он обратился к наблюдателю: — Ты же мне силу обещал? Так почему я должен перед кем-то оправдываться, если просто могу всех запугать?!

— Слушай, а ведь точно! — радостно воскликнул Здец. — Давай вот прямо сейчас и начнём!

Грин моментально потерял контроль над телом и перестал что-либо чувствовать, превратившись в безмолвного наблюдателя. Пак тут же получил мощный удар ногой живот и упал на колени:

— Не задавай лишних вопросов, жиробас, просто служи мне и останешься жив!

— Хорошо, господин Грин, как прикажите! — прохрипел толстяк, когда его перестало рвать кровью.

— Прекрасно! Пока я буду спать вычистишь мою комнату!

Тот лишь молча кивнул, кое-как поднялся и медленно, пошатываясь, поплёлся вслед за хозяином, понуро опустив плечи и даже не думая о побеге или какой-нибудь подлости. Опешивший Грин пытался что-то прокричать, но не мог и ему осталось только бессильно смотреть и слушать. Была надежда, что он сумеет извинится перед Паком, когда настанет его время, но лёд осознания внезапно сковал его разум и он понял, что уже не получит обратно своё тело.

Дойдя до общаги и ввалившись в общий душ, Здец скинул рваную форму, ополоснулся и в одних трусах, совершенно не стесняясь, проследовал до комнаты Пака, где и завалился спать, указав толстяку место у двери.

Когда иномирный захватчик уснул, Грин оказался в абсолютной темноте и едва не сошёл с ума от отчаяния. Однако, утром зрение и слух вернулись, но это оказалось ещё хуже!

Всё так же, в одних трусах, он пришёл в учебный класс и сразу подвергся насмешкам со всех сторон:

— Посмотрите на этого идиота!

— Безродная мразь, ты позоришь академию!

— Совсем с ума сошёл выродок…

— Да он, похоже, одержим демоном!

— Точно! Демоном прыщей!

— Ха-ха-ха…

Но Здец лишь самодовольно улыбался и не обращал на них совершенно никакого внимания, беззаботно следуя к аудитории. В учебном классе он, как ни в чём не бывало, занял своё место и замер, уставившись в одну точку.

До звонка время ещё было и Лейна не принула воспользоваться шансом, наказать Грина за вчерашнее оскорбление. Она разъярённой фурией набросилась на парня с кулаками, одновременно создавая простенький конструкт, призванный обездвижить противника, но что-то пошло не так…

Едва она приблизилась, как этот простолюдин скользнул по ней холодным, равнодушным взглядом и нехотя встал, почёсывая пах сквозь трусы.

— Чё надо, плоскодонка? — его тон был настолько брезглив, а взгляд сверху вниз так высокомерен, что Лейна поперхнулась заготовленной гневной тирадой, а её конструкт с треском рассыпался, наградив лёгким откатом.

— Т-ты! В-вчера! — заикаясь от возмущения и ещё какого-то странного чувства начала она, но парень лишь усмехнулся.

— И чё? — цыкнул ок сквозь зубы, демонстрируя запредельное превосходство, и сделал шаг к потерявшей уверенность девушке. — Ты должна быть благодарна, что на твою тощую жопу вообще обратили внимание! Или тебе не понравилось?!

— П-понравилось… — против своей воли прошептала она, пряча взгляд и краснея.

— Вот и сядь на место, тобой я займусь позже!

— Х-хорошо… — она поспешно убежала на своё место и опустила там голову на стол, обняв её руками.

Эта сцена вызвала такой шок среди других ребят, что никто не проронил не слова в защиту Лейны. Тут в аудиторию вошёл Кавен со своими дружками и он был чертовски зол. Мгновенно вцепившись в Грина взглядом, он побежал на него и, сократив дистанцию, хлёстко ударил кулаком в лицо парня, вложив всю силу ускорения.

Но это было безнадёжно!

Здец слегка отклонился в сторону и дополнительно дёрнул руку аристократа, одновременно доворачивая свой корпус, чтобы тот пробежал мимо. Едва Кавен начал принимать контрмеры, чтобы затормозить и ударить с разворота, как ему придали ускорения унизительным пинком под зад и он впечатался в стену между окнами.

На беду знатного юнца – это было далеко не всё и в него тут же полетел стул, заставивший его пригнуться и потерять противника из виду, а в следующую секунду в благородное лицо ударила босая нога, распрямляя Кавена и выбивая из некогда ровного носа поцию крови, моментально забрызгавшей светлые стены и чистые окна.

— А ну прекратите! — раздался строгий голос учителя вошедшего в класс и увидевшего это непотребство. — Моль, пошёл вон! Я сейчас же доложу директору! Ты исключен!

— Чё ты там вякнул, ущербный?! — стоя спиной к преподавателю, Здец наклонил голову на плечо и с хрустом повернул её назад, смотря из под бровей. — Правилами не запрещено, а значит ты можешь идти нахер со своими претензиями!

— Ты ещё огрызаться вздумал, безродный щенок?! — вышел из себя учитель, стремительно надвигаясь на Грина. — Ты одним своим видом оскорбляешь присутствующих!

— А-а-а, — захохотал Здец так, что преподаватель замер на месте от неожиданности, а сам он развернулся к тому полностью и оттянул трусы, — так ты об этом? Ну так пусть академия выдаст мне униформу за свой счёт, поскольку это ваш косяк! Или ты не…

Договорить ему не дали – учитель в мгновение ока сотворил шокирующий и обездвиживающий конструкт и швырнул его в ученика, но, внезапно, перед тощим мальцом вспыхнула серебристая сеть и профессионально созданный конструкт бесславно разбился о неё вдребезги.

Магия была не знакомая, а это может означать только одно!

— Демон! — воскликнул учитель и сотворил магического вестника директору, но этот простенький конструкт рассыпался раз за разом, а одержимый приближался, кривя лицо в жутком оскале.

— Я. Не. Демон! — прорычав последние слова, Здец одним ударом тощей руки снёс голову мужчины. Тело рухнуло, толчками выплёскивая кровь из смертельной раны на пол, а ученики в ужасе стали ломиться из аудитории с криками: “демон!”

— Мелкие ублюдки! — прорычал Здец и взмахнул рукой. Невидимая и неостановимая волна пронеслась в метре над полом в сторону убегающих и перерубила на пополам всё, чего коснулась, включая сами стены здания.

Весь этаж академии наполнился визгами, криками боли, предсмертными хрипами и стонами.

Не успел он дойти до дверей, как помещение окружили ограничивающие магические конструкты, созданные двумя десятками магов из службы безопасности. Сюда уже спешил сам директор Гарчек, проводя необходимые ритуалы для активации древней противодемонической печати прямо на бегу.

Когда пузатый директор ворвался в аудиторию, чтобы лично установить метку на демона, пусть и ценой своей жизни, к тому времени уже вся территория академии переливалась сиянием сотен тысяч защитных рун, сохранившихся тут ещё со времён последней войны с демонами.

— Грин Моль… — с болью в голосе воскликнул Гарчек, горько сожалея о том, что просто не уничтожил потенциального проводника ещё при первом подозрении.

— И? — издевательски оскалился парень, глядя на директора как на пустое место.

Но Гарчек ничего больше не сказал, а просто пристально смотрел на одержимого, одновременно активируя мощную древнюю печать.

Весь магический эфир в радиусе тысячи километров был мгновенно поглощён и направлен в одну точку чистейшей энергией уничтожения. Так однажды был убит даже древний бог, но цена была высока…

Яркая вспышка поглотила академию, город и большой кусок страны, аннигилируя всё живое и оставляя после себя лишь камни, пепел и мёртвую землю.

В самом центре этого ада, на круге уцелевшего паркета стояли двое – улыбающийся тощий парень и бледный от ужаса, покрытый ожогами пузатый директор.

— Я сильнее, служи мне!

— Никогда! — прошептал Гарчек и наполнил свои энергоканалы собственной жизненной силой, сжигая себя в безуспешной попытке навредить демону.

— Странно… — пробормотал Здец, поковыряв в ухе и разглядывая находку, — один парнишка говорил, что сила решает всё… Может в этой стране менталитет не тот?! Попробуем по-другому…

Неделю спустя весь южный континент был охвачен огнём. Сотни тысяч людей заточены в гигантские клетки и заклеймены рабами, а хохочущий Грин ходил меж них и безумно кричал:

— Я сильнее! Вы не в праве меня осуждать и что-то требовать! Просто любите меня всей душой и восхищайтесь!

Однако никто, даже самые отяравленные негодяи не поднимали на него своих глаз, лишь молча скрипели зубами, да пытались дотянуться сквозь прутья, чтобы хоть как-то навредить этому монстру.

Соседние страны объединились против ужасной напасти, но лишь посылали свои войска на убой, однако никто из них не стремился к договору с демоном – люди были готовы умирать до последнего, но не желали мириться со злом. Наблюдающий за всем этим парень был бессилен что-либо сделать и медленно погружался в пучину безумия, постоянно слыша проклятия в свой адрес:

— Сдохни демон!

— Сдохни Грин Моль.

— Исчезни Грин!

— Исчадие бездны!

— Проклятый Грин…

— … Грин…

— Эй, Грин, очнись! — Пак тормошил плачущего парня. — Не можешь и не можешь – плевать, что-нибудь придумаем.

Юноша моргнул и оглядел вечернюю академию неверящим взглядом:

— Что происходит?

— А мне почём знать? — пожал плечами Пак. — Ты вдруг застыл и начал реветь как девка.

— Ну как тебе экскурсия? — хохотнул Здец.

— Это было наваждение? — с каким-то облегчением спросил Грин, но в нём тут же вскипела ярость: — Проклятый монстр! Не обязательно всё должно быть так!

— Только так! — смеялся Здец. — Ты же хотел всё решать с помощью силы? А это только так и бывает!

— Понял, я понял… — сокрушённо пробормотал Грин и повернул голову к Паку: — Извини, накатывает иногда. Пошли, сегодня спим у тебя, сам понимаешь.

— Форму надо бы зашить… — проворчал толстяк, с подозрением косясь на парня.

— Валите уже, — хмыкнул Здец, — утром будет вам форма. Даже куролесить не буду ночью!

— Правда? — обрадовался Грин.

— Неа, хрен тебе, — заржал Злец, — но ничего криминального!

Глава 9

Когда они после душа ввалились в Паку в комнату, где воняло лишь немногим меньше чем в комнате Грина, Здец восхищённо присвистнул:

— Божечки! Да жирдяй просто восхитителен! Нахрен я тебя уговаривал?!

— Пак, — пробормотал Грин, тоже поражённый увиденным, — а зачем это?

— Кто владеет информацией, — гордо приосанился толстяк, — тот владеет миром! Смотри.

Он подошёл к большой полке, занимающей почти всю стену и взял первую попавшуюся картонную папку в два пальца толщиной, с очень детальным изображением девушки в полный рост, сделанным чернилами на корешке и с самодовольной улыбкой протянул её Грину.

Внутри, на первом же листе, была та же девушка, но портрет был уже по плечи, занимал шестую часть листа и был выполнен в цвете, с удивительной детализацией. Остальное пространство занимал текст, выполненный каллиграфическим почерком и содержащий общую, краткую информацию о ней, вроде даты рождения, деятельности семьи и выбранного направления обучения, а также короткий список навыков, типа владения лёгким рунострелом и начальными навыками рукопашного боя.

— Это законно? — спросил потрясённый Моль, просматривая несколько последующих страниц, с описанием характера, предпочтений в еде, кругом знакомств и даже календарём месячных. — Она же тебя уничтожит, если узнает! Они уничтожат.

—- Тьфу, моралист проклятый! — сплюнул Здец куда-то на мозжечок пацана. — Похвалил бы другана – пока ты свой писюн теребил и грезил о силе, жирдяй делом занимался и собирал на всех инфу!

— Я тоже без дела не сидел между прочим! — мысленно возмутился Грин на такую наглую клевету. — Я лучше всех на курсе разбираюсь в теории магии.

— Пфф, никто не узнает! — фыркнул Пак и активировал сложную вязь рун на полках, после чего все папки на ней превратились в книги по рунологии.

—- Откуда такие навыки?! — искренне восхитился Грин. — У нас же по рунам только вводные занятия начались!

— Моя семья этим зарабатывает! — гордо выпятил пузо толстяк, но потом как-то сразу сдулся: — Правда эта защита работает только на слабых магах, вроде обитателей нашей общаги, да обычных людях и не спасёт от взгляда учителя, но.. Что им тут делать?!

— Так, всё! Потом будете друг другу о мечтах и надеждах рассказывать. Сейчас начинается моё время, так что спать!

—- Погоди, — всполошился Грин, лишившись контроля, — а как же Пак?!

Едва он договорил, как их с толстяком выщелкнул непонятный конструкт и они упали прямо там, где стояли, забывшись крепким сном. Точнее упал на пол только Пак, а Грин остался стоять на ногах, просто сменив рулевого.

— Сила юности! — с улыбкой провозгласил Здец и, дождавшись крепкого стояка, поднял и бросил жирдяя на кровать. После этого вздохнул и зло пробормотал: — Пора завязывать, а то наследил я знатно… Я знаю, гнида, что ты меня уже чуешь, но, хер тебе!

С лёгкостью деактивировав руническую защиту, он нашёл папку с портретом Кавена и бегло просмотрел скупую информацию, собранную толстяком. К сожалению, даже по наблюдениям Пака, тот был конченый дегенерат и ценности не представлял, но всё равно следовало закинуть его в медпункт, если он не захлебнулся в той луже.

Здец оттопырил средний палец правой руки и внимательно его осмотрел – законы мира он особо не нарушал, поскольку его высокочастотная вибрация относилась к вероятностным возможностям человеческого тела. Жаль, что убить им никого нельзя, а только вырубить, но и в этом были плюсы.

Насвистывая прилипчивую мелодию из предыдущего мира, Здец, прихватив легендарную лопату “на всякий случай”, покинул п-образную общагу и направился под проливным дождём в лесок, дабы забрать бренное тело мажорика, а уже после сходить за новой формой и утрясти некоторые дела.

Почти сразу за ним увязалась маленькая серая птичка, но она не обладала магическим зрением и других магов поблизости не было, а значит никто не мог рассазать наблюдающим её глазами магам про сложный конструкт, собирающийся вокруг неё.

— Вжух! — не оборачиваясь усмехнулся Здец, когда вокруг птицы появилась небольшая область высокого отрицательного давления и та мгновенно лопнула как перекачанный воздушный шарик.

Жаль, что обычному человеку не под силу сотворить подобное, иначе можно было просто научить тощего подобным фокусам, но тут дело в ограниченном сознании местных и почти полное непонимание ими законов энергетических преобразований, хотя Грин пацан не глупый, но очень уж неуверенный и забитый. Но он уже начал огрызаться, так что они на верном пути!

С такими размышлениями Здец добрался до места дуэли и обнаружил там Кавена с опухшим, синим лицом, лежащего навзничь в огромной луже жижи. Он был жив, но двойное, тяжёлое сотрясение мозга плохо сказалось на молодом организме и ему требовалась срочная помощь, но не настолько срочная, чтобы хватать его на руки и быстро бежать к целителю, а значит можно не напрягаться.

Экономя силы худосочного тела и не пользуясь в стенах академии магией, которую ученик первого курса не мог знать по определению, Здец тащил Кавена за ногу по сырой траве, прямо через центральный парк, где, в такую погоду, обычно никого не бывало, но тут тёмный силуэт отделился от ствола дерева и под свет фонаря вышла стройная молодая девушка:

— Грин Моль, остановись! — тон её был строг, но голос немного дрожал.

— Чего тебе, Лейна? — с явным неудовольствием ответил Здец, останавливаясь под тем же фонарём и пристально глядя на девушку. Он отпустил ногу Кавена и расслабленно опёрся на черенок воткнутой в газон лопаты. В его планы не входило кадрить её самостоятельно, но будить сознание парня ради такой ерунды не стоило.

— Я требую извинений! — выпалила она бегая взглядом и совершенно не обращая внимания на благородное синемордое тело.

— Ну вот опять… Фонарь и тело, бессмысленный и тусклый свет… Девчушка робко ждёт ответа… Давай потом. Ты видишь? Нет?! — худые руки парня театрально указали на бессознательного аристо.

Лейна ненадолго впала в ступор, наконец заметив что именно тащил Грин, да и его слова в странной, стихотворной форме, внесли свою лепту в её смятение. Этого времени хватило, чтобы Здец смог спокойно продолжить волочить тело и скрыться с ним в ближайшем подстриженном кустарнике, а когда девушка пришла в себя, то было уже поздно и она не стала выставлять себя последней дурой, бросившейся в догонку.

— Руки бы оборвать архитектору… — ворчал парень, топая напрямую через клумбы и газоны, а не двигаясь по красивым и ровным, но гадски петляющим дорожкам.

Садовник, наблюдавший в окно, как через нежные розы тащат чьё-то тело, просто отвернулся и уставился в тарелку, ибо потрясений на сегодняшний день было более чем достаточно.

Наконец-то Здец добрался до медкабинета Мелионы, но тот, неожиданно, оказался закрыт.

— А, — махнул он рукой, бросая исцарапанного до мяса Кавена у порога, — нахер! Я сделал всё, что мог, а дальше – всё в руках божьих!

Было немного досадно, что не удалось провести несколько часов в приятной компании, поэтому придётся выйти в город гораздо раньше намеченного. А чтобы появиться там так рано, нужно раздобыть нормальную одежду, а нормальная одежда тут водится только у богатеньких, а богатенькие свои покои стерегут и чужих не пускают, а значит нужно прикинуться своим!

Здец приподнял голову и почесал шею, скорчив недовольную гримасу – либо делать себе лицо Кавена, либо проникать по-тихому. Во втором случае может возникнуть много проблем, ненужных в ближайший период если Грина поймают за воровством, а в первом…

В этом мире внешность с помощью магии не меняли по одной простой причине – магические конструкты видны всем, кто обладает хотя бы зачатками дара и слабеньким магическим зрением. Здец, в отличии от местных бездарей, мог создать конструкт внутри тела и его было бы не видно. Вот только проблема в том, что магия это не условная “алохомора” и всё упирается в законы мироздания. Кожа бы фактически отделилась от мышц и нужная форма поддерживалась бы при помощи магии, но без кровоснабжения она быстро отомрёт, а значит нужно городить новую капиллярную сеть сосудов, а там ещё новые мышцы, а потом это всё убирать…

— А, в жопу!

Тело Грина сплюнуло на лежащее тело, развернулось, положило лопату на плечо и твёрдой походкой направилось в общагу для аристо.

Глупо сравнивать внешний вид того бомжатника, где обитали льготники и дети ремесленников вроде Пака, с этими почти дворцовыми, многоэтажными комплексами, с полноценными квартирами для студентов. Поэтому Здец, найдя нужное здание, лишь скользнул взглядом по позолоченной лепнине на фасаде меж больших окон и с походкой хозяина жизни поднялся в по каменным ступеням в холл, гораздо более богатый, чем в главном учебном корпусе.

Время было ещё не познее и несколько компашек первокурсников сидели в изысканном буфете справа от входа. Первый этаж был полностью отдан под досуг и тут расположились небольшой бассейн, арена для спарринга, кафетерий и скромная библиотека для первокурсников, поскольку жить у земли считалось дурным тоном и чем выше находились покои студента, тем знатнее и богаче он был.

Кавен жил на верхнем, пятом этаже и едва тощий Здец с лопатой начал подниматься по лестнице, как ему навстречу попался одноклассник – один из дружков мажорчика:

— Разве Кавен тебя не уби…

Бздынь!

— Пшёл на! — Здецу было совершенно некогда отвечать на идиотские вопросы и он даже не проводил взглядом скатывающееся по ступеням тело с разбитым лицом.

К сожалению, пока он добрался до нужного этажа и комнаты, ему повстречалось ещё шесть человек и шесть благородных лиц было разбито, и шесть аристократических тел осталось лежать на лестнице в неудобный, плебейских позах, что вызвало бурную реакцию у прочих обитателей общаги и они бросились искать наглеца, поскольку это казалось им неплохим развлечением на вечер.

Развлекать эту тусовку Здецу было лениво и он по-быстрому взломал запечатывающие руны на двери апартаментов Кавена, скрывшись внутри и вернув всё как было. Интерьер трёхкомнатного жилья, квадратов на двести и выполненный преимущественно в белых тонах, создавал чувство лёгкости и комфорта, а вышедшая в одном нижнем белье молоденькая служанка, создавала впечатление, что по собственной воле Кавену никто не даёт.

— Добрый вечер. Господина сейчас нет, желаете что-нибудь пока ожидаете? — без особого интереса спросила она, не секунды не сомневаясь, что раз этого юношу пропустили мощные защитные руны, то он имеет полное право тут находиться.

— Нет, благодарю, — качнул головой беловолосый юноша с лопатой на плече, — я только возьму кое-что и сразу уйду.

Она с видимым облегчением выдохнула, поклонилась и ушла в свою маленькую каморку – ей было глубоко плевать на то, что именно возмёт тут этот оборванец, поскольку в её обязанности не входит защита имущества молодого Тинера.

Здец по хозяйски огляделся и направился по комнатам в поисках гардероба. Тот обнаружился в просторной спальне и был мгновенно распотрошён прямо на пол. Кавен был чуть поупитаннее Грина, но дорогие вещи на новом хозяине сидели хорошо и даже обувь подошла идеально, вот только возникла одна проблема…

— Мде… — скривился парень, крутясь перед зеркалом, после того, как нацепил на себя самое нормальное шмотьё. Нежно голубая рубашка с глубоким вырезом, окантованным розовыми кружевами, такими же как и на запястьях. Обтягивающие чёрные штаны, блестящие на свету и остроносые красные туфли с большими белыми бантами. — Звезда гейпарада! Ча-ча-ча!

Он изобразил несколько па жаркой сальсы и закончил их лунной походкой. В памяти Грина сборище юных мажорчиков выглядело как тот самый гейпарад, но сам Здец подобных пристрастий в одежде старшего поколения не наблюдал даже в том казино. Возможно это молодёжь выказывала протест, либо детёныши знатных родов так отделали себя от простолюдинов, но выглядело это чересчур аляписто и кошмарно, даже по меркам позднего европейского средневековья, когда человеки соревновались в яркости образов с павлинами и петухами.

Всё-таки века прожитые в предыдущем мире накладывали свой отпечаток и Здец предпочитал одежду стильную, функциональную, ну или просто бегать голышом, но тут этот номер не прокатит, а значит нужно одеваться по местной моде, по крайней мере первое время, пока фигура Грина не станет значимой хотя бы в пределах академии.

Не удержавшись от соблазна, Здец обшарил спальню, собрал немного наличных денег, сломал несколько перстней и забил их остатки с драгоценными камнями в черенок лопаты, дабы шанцевый инструмент соответствовал его внешнему виду. После, небрежно запинал вещи обратно в гардеробную и вышел в коридор общаги.

— Что ты тут забыл, безродн…

Бздынь!

Очередной одноклассник рухнул навзничь, забрызгав кровью светлые стены и глянцевый мозаичный пол.

— Там! Убьём его! — раздались крики знатной молодёжи со стороны лестницы.

Цыкнув сквозь зубы, Здец рванул тощим телом к началу пролёта и притаился за углом с лопатой наизготовку. В этом корпусе общежития был весь первый курс академии, что составляло немногим больше восьмисот человек, но, судя по голосам, развлечься вечерней охотой решило едва пять процентов, а уж эти сорок подростков проблем доставить не должны!

— Это не те дроиды, которых вы ищите! — прорычал Грин, отоваривая лопатой по лицу самого быстрого, но прямо за ним неслась вся толпа и лопата заработала со скоростью пропеллера, весело дзынькая о кости благородных черепов!

Ровно до того момента, пока на тринадцатом “бздыне” не врубилась золотистый купол персонального щита, восемнадцатилетней девки со злобной ухмылкой превосходства. Магический взгляд парня различил совсем не начальную структуру конструкта, поддерживающую защиту изнутри так, что разрушить её извне было довольно проблематично, пока маг держал свою концентрацию на должном уровне.

Но тут у неё было несколько проблем, первой из которых был низкий уровень мага, а значит, она не могла создать ещё один конструкт и надеялась если и не пойти в рукопашную, то прикрыть собой других. А вот второй её проблемой стала гендерная принадлежность и Здец применил крайне сексисткий приём:

— Сила юности! — он одним движением спустил штаны до колен и двинул тазом в сторону девушки так резко, что послышался “кожаный” шлепок и та опустила глаз на звук.

Зрелище ей открылось не особо впечатляющее, но и этого хватило, чтобы она потеряла концентрацию и защитный конструкт осыпался сверкающими осколками. В следующий миг, по красивому, недоумевающему лицу смачно “бздынькнула” лопата и деваха отправилась в полёт, сбив своим сочным телом несколько нападающих и замерев внизу пролёта в похабной позе.

Это помогло активировать “силу юности”, которая вызвала замешательство в рядах противника и позволила Здецу перейти в контрнаступление, двигаясь на шокированных аристо маленькими шажками из-за спущенных штанов.

Такого они не видели никогда! Это и сыграло с ними злую шутку – пока они пытались проанализировать тактику тощего эксгибициониста и создавать из рук вон плохие защитные конструкты, тот успешно, благодаря возросшей силе, вырубал их лопатой и вскоре весь лестничный марш был завален благородными телами, магия которых не спасла от грубой силы.

— Оу, да ты просто невероятен! — раздался сзади томный голос Милионы.

— А ты сомневалась? — хмыкнул Здец и повернулся “как есть”, отчего взгляд целительницы сам собой спустился ниже его пояса и вызвал у неё обильное слюноотделение и помутнение взора. — Я у твоего кабинета оставил такого же, но тебя не было.

— Небольшой вызов “на дом” – у девочки в попке застряла пробка графина… — шепнула она подходя ближе и нежно касаясь торчащей “силы юности”.

— Даже так!? — усмехнулся парень берясь за упругие ягодицы под халатом. — Есть же нечто лучшее, чем холодная, безжизненная пробка…

— И что же это? — облизнувшись произнесла Милиона, прижимаясь к нему дрожащим от возбуждения телом.

— Это долгая история, но, по счастью, тут есть свободное помещение, где я тебе всё подробно объясню…

Он без труда поднял её за задницу, а она обхватила его талию ногами. Благодаря ещё более укрепившемуся стояку, он сделал шаг и с лёгкостью порвал штаны, сковывающие до этого его движения.

Руны в апартаментах Кавена были взломаны повторно и они ввалились в спальню, где Здец решил забить на выход в город, поскольку через пару часов непрерывных стонов и криков Милионы к ним присоединилась служанка, которая впервые за свои двадцать лет получила настоящее удовольствие от процесса, где она являлась не банальным дрочильным аппаратом, а полноправным партнёром.

Ближе к рассвету пришлось заканчивать с оргией, поскольку Шике предстояло ещё навести тут порядок перед возвращением Кавена, хотя Милиона и утверждала, что раньше вечера тот не вернётся.

Времени до пробуждения Грина оставалось немного и Здец решил забить на душ и просто вытерся дорогущей шторой, поскольку они успели заляпать своими соками почти все горизонтальные поверхности. Поцеловав зевающих подруг и шлёпнув на прощание пару вымотанных задниц, он напялил первые попавшиеся жёлтые штаны и поспешил к интенданту, поскольку старики зачастую просыпались очень рано.

Дедок интендант действительно уже попивал кофе и после перекидывания парой дружеских фраз о здоровье и потерянном поколении, выдал два комплекта формы из хорошей ткани, по той же стоимости, что и обычное тряпьё льготников.

Быстро шагая к конуре Пака, Здец усмехнулся, вспоминая хитрый взгляд старика – значит всё идёт как надо и тут, как всегда, шансы пятьдесят на пятьдесят. Особо на эту наживку он не рассчитывал, но, как говорится, чем творец не шутит.

Уже в комнате он залпом выпил пузырёк настойки, предусмотрительно прихваченный у Кавена по наводке Шики, и в уставшее тело вновь вернулась бодрость, но Здец прилёг на кровать и принудительно заснул на часок, чтобы Грин утром получил абсолютно восстановленное тело, а сам ожидал на задворках сознания, поскольку реально не нуждался в отдыхе.

Едва парень проснулся и вскочил на кровати, как сразу услышал голос наблюдающей сущности:

— Так, чмошник, слушай сюда! Форма, как я и обещал, готова, в город я не ходил, не ссы. Пойдёшь на уроки – не забудь лопату, она у двери! Всё, я спать.

— Стой! — запаниковал Грин, чувствуя неладное. — Зачем мне лопата на лекциях?!

— Чтобы потом не задаваться “почему у меня сейчас нет лопаты?”, имбецил! Делай что говорю или к жирдяю уйду! Да, и выучи какой-нибудь стишок – походу твоя Лейка от поэтов тащиться…

Озадаченный Грин жаждал ответов, но ответом на всё был громкий храп в его голове, да и Пак заворочался на полу просыпаясь.

“Что ж, — подумал Грин, стараясь побороть нарастающую панику, — чтобы не натворил этот демон, ничего страшного ведь не произошло? Да?!”

Глава 10

— Странное чувство… — пробормотал поднявшийся толстяк и сделал несколько наклонов в стороны, уперев руки в бока.

— Насколько странное? — моментально насторожился Грин, осматривая союзника магическим взглядом, но ничего не увидел.

— Как будто я жив и никто не прибил меня лопатой, пока я спал! — заржал Пак и хлопнул недоумевающего парня по плечу: — Ты реально странный, но я рад, что вражды между нами больше нет!

— Вообще-то ты её и начал… — едва слышно буркнул Грин и протянул толстяку свёрток с жирным человечком, накаляканым чем-то красным. На втором свёртке был нарисован тощий, коричневый человечек и Моль развернул его с особой аккуратностью, чтобы не коснуться рисунка, а то от этого демона можно ожидать чего угодно.

— Ничего себе! — изумился Пак, разглядывая комплект новенькой чёрной формы его размера с эмблемой академии в виде перевёрнутого золотого треугольника, который пересекало три вертикальные параллельные линии – белая, красная и чёрная. Он с прищуром уставился на Грина — Откуда?

— Э… — тут же замялся парень, пытаясь придумать нечто правдоподобное, но в голову ничего не шло.

— Вот ты тупорез… — сонно чмокая проворчал Здец, — хвастался, что умный, а сам по горшкам дежурный… Самая лучшая ложь та, которую невозможно проверить! Главное сам не забудь о чём чесал, дебил малолетний.

— Ну, — Грин неуверенно почесал затылок и взглянул на толстяка, — подарили.

— Кто? — не унимался тот.

— Кто… — Грин снова начал судорожно соображать, чувствуя нарастающую злобу на себя – за неуверенность, на Здеца просто “потому-что”, на излишнее любопытство жирдяя, а в следующий миг он взорвался от безысходности: — Конь в кожаном пальто! Просто бери и не задавай лишних вопросов!

— Да, да, извини, — вздрогнул толстячок, напомнив себе, что у соседа, в последнее время, не всё в порядке с головой и стал быстро переодеваться.

— Молодец! — с гордостью зевнуло существо в голове мальца. — Моя школа. А пока вы собираетесь, ответь мне на один вопрос: в этом мире родовой авторитарной капиталистической диктатуры все эти аристо тебе кто?

— Ну… — Грин задумался, подыскивая подходящий ответ, — враги?

— Ты сам себе враг, дегенерат! — сонно проворчал Здец. — Даю подсказку: ты находишься у них на службе?

— Эм, нет… — на автомате мотнул головой Грин, чем заслужил странный взгляд со стороны Пака.

— Ладно, — зевнуло в его сознии существо, — ты живёшь на их земле и должен им платить налоги?

— Налоги идут в казну императора… — уже задумчиво ответил парень, догадываясь куда тот клонит.

— Так какого хобота ты пресмыкаешься перед ними, чмошник?! — внезапно рявкнул Здец так, что Грин выронил из рук новые туфли и получить ещё более подозрительный взгляд со стороны Пака.

— Да потому, что они имеют влияние! — огрызнулся парень.

— Где они его имеют, полудурок?! Здесь? — презрительно проскрежетало существо. — Правила академии едины для всех и в твоей памяти есть случаи их отчисления…

— Да, но…

— Никаких “но”, дрочила! — грянул голос Здеца в его голове, но тут же стал постепенно затихать, будто удаляясь с эффектом эха: — Помни об этом и лопату не забудь! Лошара…шара…

— Эй, Грин, — Пак осторожно потряс его за плечо, выводя из ступора, — всё нормально?

— А? — встрепенулся парень и тут же кивнул: — Да, давай собираться.

Ощущение присутствия демона пропало окончательно и парень уже хотел было вздохнуть с облегчением, но толстяк сунул ему под нос черенок лопаты, украшенный драгоценными камнями:

— Обалдеть, это же целое состояние! Ты тайный наследник императора?!

Грин непонимающе уставился на сверкающие камни в оправах, вдавленные в перепачканное землёй и кровью дерево.

— Скорее я явный покойник… — холодея от предчувствия большой беды прошептал он.

Но выбора не было! Либо он делает то, что требует Здец и тогда, возможно, он обретёт настоящую силу, а не эти странные способности, либо демон его покинет и тогда он, гарантированно, не доживёт до семнадцати. В первый вариант верилось всё больше с трудом, но надежда ещё была…

— Слушай, Пак, давай ты не будешь задавать неудобных вопросов? Пошли завтракать.

Толстяк неопределённо пожал плечами и первым вышел в коридор, но тут же замер на пороге и начал судорожно махать кистью руки, срочно подзывая к себе Грина. Тот поспешил к нему и выглянул в коридор – возле его комнаты стояли два боевых мага не из их академии, а из-за распахнутой двери доносились голоса.

Парни максимально непринуждённо вышли и двинулись мимо, кося глазами внутрь помещения. Они одновременно сбились с шага и едва не грохнулись, когда увидели там целых пять разновозрастных человек во главе с директором, пристально осматривающих засохшее дерьмо. Воздух почти ощутимо гудел от обилия магических конструктов внутри комнаты, а маго-зрение показывало какое-то безумное нагромождение заклинаний высшего порядка.

— … дов нет, но что-то тут про… — донёсся до них обрывок фразы.

Внимания на них не обратили и тощий с толстым поспешно выскочили на улицу, направившись в столовую.

— Это члены ордена демонологов… — пересохшим горлом произнёс Пак, когда они отошли от общаги метров на двести.

— Откуда знаешь? — выпал из раздумий Грин, не заметивший у них никаких эмблем.

— Так там был директор и его брат, а они демонологи! — аргументировал толстяк и с укором посмотрел на задумчивого парня: — Ты не заметил что ли? Плюс меня допрашивали как раз по этой теме и теперь всё сходиться…

— Что именно? — на всякий случай уточнил Грин.

— Они думают, что в твоей комнате проводили незаконный ритуал призыва демона!

— А ты разве не этого добивался? — неожиданно для самого себя поддел толстяка Моль.

— Да не, — почесал затылок и натянуто улыбнулся Пак, чувствуя неловкость ситуации, — это так…

— Как?

— Как.

Грин усмехнулся – жирдяй, неожиданно, показался ему не таким уж и плохим парнем, особенно в сравнении с демоном. Больше сравнивать было не с кем, поскольку друзей у него никогда не было, а приютский учитель “по всему и сразу” был не в счёт – он хоть и выделял мальчишку из общей массы за его способности к обучению, но всё их общение было исключительно предметным и привязанности тот не показывал.

К столовой они подошли когда её двери уже были открыты. Едва вошли внутрь, как сразу попали под перекрёстные взгляды сотен глаз и было не совсем понятно, с чем именно это было связано.

Грин Моль вдруг отчётливо осознал, что его уже не особо напрягает столь пристальное внимание и чтобы закрепить результат подросшего чувства собственного достоинства, он беззаботно и расслабленно направился на раздачу.

Кара за излишнюю самоуверенность приняла образ торчащего из пола гвоздя, за который Грин и запнулся. Толстяк не успел его удержать, или просто не захотел, и пацана понесло прямо на стойку раздачи, где он повалил стоящих в очереди и воткнулся между полок, снёся большую стопку тарелок, вдребезги разбившихся о кухонный пол.

Сперва кто-то прыснул, кто-то фыркнул, а потом заржали все, исключая тех, кто сейчас поднимался с пола со злобным видом…

— Извините! — сгорая от стыда пискнул Грин, но это его не спасло – могучий кулак третьекурсника впечатался в худое лицо и отбросил задохлика на несколько метров.

— Эй, эй! — Пак поспешил встать между взбешенным верзилой, вознамеревшимся ещё добавить хлюпику и валяющимся на полу тем самым хлюпиком. — Сэлтон, успокойся! Вмазал разик и хорош, всякое бывает, не надо!

— Сдвинься Пак! — прорычал Сэлтон. — С каких пор ты с отбросами водишься?!

— Он нормальный пацан, неуклюжий немного, не надо! — взмолился толстяк, но был беспардонно отодвинут в сторону и теперь бугаю ничего не мешало проучить сопляка.

— Значит как нормальный пацан и ответит!

— Богами прошу, Сэл, стой! Я дам тебе пять монет!

— Оставь их на лечение своего дружка!

Грин, по привычке прикинувшийся мёртвым и всё это время слушавший их разговор, заодно жалея себя, испытывал чувство унижения, но не того, обычного, когда его поливали дерьмом, отбирали еду или били в приюте, а совершенно нового – унижение собственной гордости, которой он раньше у себя не замечал. А всё из-за того, что проклятый жирдяй выгораживал его, хотя ещё вчера бегал от него в ужасе и едва не был зашиблен лопатой!

В парне начала закипать злость на собственную нерешительность и безответность. Внезапно, в его памяти всплыли все разговоры с демоном и Грин отчётливо понял план Здеца – тот приучал его не только отвечать за свои поступки, но и защищать себя в любой ситуации, пусть даже она заведомо проигрышная и ни в коем случае не сдаваться! Он же извинился перед Сэлтоном и тот его ударил, пусть так, но теперь это будет обычное избиение слабого, а он уже натерпелся подобного и настало время дать отпор!

Замотивировав себя подобным образом, Грин перекатился и угрожающе выставил лопату в сторону громилы, уперев черенок в бедро и собираясь рыкнуть нечто устрашающее и высокопарное, вроде: “Ты переходишь границы!”.

К сожалению, судьба распорядилась иначе – Сэлтон слишком быстро двигался к своей цели!

Грин и слова сказать не успел, как разогнавшийся массивный бугай напоролся своим пахом на острие лопаты и истошно заверещал, падая на бок, а к ошеломлённому Молю подкатился окровавленный кожистый комочек покрытый волосами, выпавший из штанины Сэлтона.

— К демонам, — пробормотал не менее шокированный Пак, — я предупреждал…

— Меня отчислят… — едва не плача от обиды всхлипнул Грин, глядя на извивающегося и воющего третьекурсника, под которым растекалась лужа крови.

— Я за медиком! — моментально сообразил Пак и рванул на выход с потрясающей для его комплекции скоростью.

— А за тарелочки придётся заплатить! — подмигнула женщина на раздаче, когда он поднялся на ноги. Она нисколько не переживала ни о тарелочках, ни о произошедшим с учеником – за долгие годы работы в академии она повидала и не такое.

В гнетущей тишине, нарушаемой лишь всхлипами жертвы, звук открывшейся двери прозвучал как гром и на пороге возникла Милиона, гневно сверкающая восхитительными очами, а за ней мялся бледный, перепуганный Пак.

— Кто из вас, гадёныши, Грин Моль?! Я немедленно вышвырну тебя за ворота, но сначала сломаю твои корявые ручонки!

Ошарашенный Грин робко отсалютовал лопатой и, к невероятному изумлению студентов, целительница заливисто рассмеялась, едва не вприпрыжку подходя к нему и с ослепительной улыбкой потрепала парня по голове:

— Какой проказник! Уже второй день заставляешь меня меня работать до седьмого пота.

Половина зала поперхнулась, а вторая половина синхронно уронила челюсти. Пак настолько выпучил глаза, что напоминал теперь очень жирного рака. Грин неловко пожал плечами и пробормотал нечто невразумительное, пытаясь оправдаться, но Милиона только махнула рукой и направилась к лежачему, подопнув стройной ножкой отрубленную мошонку.

Она одним движением сорвала с пострадавшего штаны, создала полусферический конструкт вокруг его паха и небрежно прилепила яички на место, заставив Сэлтона вновь извиваться от боли.

— Всё, — она вытерла руку о пиджак пациента и встала, обращаясь ко всем присутствующим, — жить будет, отцом нет. Бесплодие не считается неисправимым увечьем и если он соберёт нужную сумму, то любой целитель исправит эту мелочь. Учащийся Грин Моль не нарушил правила академии и наказания не понесёт!

Огласив вердикт, Милиона подмигнула Грину и покинула столовую заманчиво покачивая бёдрами, что-то шепнув Паку,когда проходила мимо него. Толстяк, словно руническая кукла, медленно приблизился к тощему на негнущихся ногах и очень долго смотрел в его глаза, заставляя парня чувствовать себя неуютно.

— Что она тебе сказала? — не выдержал Грин этого странного взгляда.

— Не вздумай его предать… — безэмоционально ответил жирдяй, но тут же встрепенулся и внезапно схватил Грина за грудки, оторвал от пола и, яростно пуча глаза, прошипел: — Ты трахал её?!

— Чуть-чуть, — просипел Грин, тщетно пытаясь высвободиться из хватки, сияющего рунами толстяка.

Пак отпустил его так же внезапно, как и набросился, после чего стал быстрым шагом нарезать круги перед парнем, схватившись за голову и взъерошивая свои черные кудри. Вдруг он упал на колени и крепко обхватил руками ноги Грина, уткнувшись лбом в туфли:

— Молю, позволь мне хоть разок взглянуть на это!

— На что “это”?! — зашипел Грин, тщетно пытаясь стряхнуть толстяка и испытывая просто невиданный доселе стыд.

— Я мечтаю увидеть его голой с тех пор, как застал её в нижнем белье! — ныл Пак, судя по звуку начавший целовать ноги.

— Прекрати! На нас все пялятся!

— Молю, о прекраснейший и мудрейший! — завывал жирдяй на всю столовку.

— Ладно, ладно, — зло прошипел Грин, оглядываясь на невольных зрителей этого срама, — только отцепись!

Толстяк тут же вскочил и крепко обнял худого парня, едва не сломав ему рёбра. Только когда парень начал хрипеть, Пак отпустил его и, вместо этого, с жаром принялся трясти его руку со словами:

— Невероятно, невероятно! Я смогу увидеть голышом саму Милиону Верна! Я так благодарен тебе дружище!

— Как ты сказал? — севшим голосом прошептал Грин, чувствуя, что его сердце остановилось, а ноги подкашиваются.

— Я благодарен тебе друг! — широко улыбался Пак с восторгом в глазах.

— Нет, — Грин выдернул руку из цепкой хватки Пака и отступил на шаг, едва не упав от накатившей слабости, — ты сказал Верна?

— Ну да, — расхохотался жирдяй, — она племянница директора, дочь Тельмара, того, который преподаёт боевую магию на третьем курсе. Да ты должен его помнить – на церемонии вступления такой страшный стоял, возле директора. Только не говори, что ты не знал?!

Грин мотнул головой и осел на пол – ноги его всё-таки подвели. А ещё он очень хорошо помнил лицо Тельмара Верна, боевого мага и демонолога второй категории, – жуткое, злое, будто всё безумие убитых им демонов и людей навечно въелось в его душу. Даже в приюте гуляли слухи, что его сослали сюда за нападении на члена императорской семьи, но самое страшное было то, что за подобное казнили на месте, а с Тельмаром просто договорились, чтобы не терять понапрасну сильных магов, ведь он не стал бы покорно ждать пока его убью.

— Эй, Грин, опять накатило? — участливо поинтересовался Пак садясь на корточки рядом. — Давай, приходи в себя – нужно поесть и спешить на занятия. Сегодня рунология, а мне нельзя её пропускать!

Моль постарался взять себя в руки и вымученно улыбнулся:

— Всё нормально, — тихо произнёс он, вставая с помощью Пака, — было, пока я не узнал кто она…

— Ты из-за этого, что ли, переживаешь? — удивился пухляш вставая на раздачу за Грином. — Пфф, может это твой шанс стать частью рода Верна!

— Может, — кивнул Грин и вздохнул, — может моей кожей обтянут кресло…

— А может и нет! — хихикнул Пак и обратился к поварихе, когда Грину выдали глубокую тарелку с белоснежной кашей и горкой сочных ягод сверху, крупный глазированный пряник и огромную кружку кофе со сливками: — А можно мне тоже самое?

— Друг? — прищурилась женщина.

— Самый лучший и близкий! — с серьёзным лицом кивнул жирдяй, за что получил точно такую же пайку, вызвавшую стоны зависти у недоедающих студентов. Кто-то даже упал в обморок, но многие задумались и стали прорабатывать планы, как бы втереться в круг друзей Грина.

Сам парень поел почти не чувствуя восхитительного вкуса, поскольку всё размышлял о сложившейся ситуации. Со всех сторон это казалось совпадением, ведь Здец рылся в его памяти, а значит не мог знать того, чего не знает он сам. Или мог?

Решив спросить об этом проклятого демона, как только он проявится, Грин подхватил лопату и вслед за Паком вышел из столовой, бросив удивлённый взгляд на незнакомого ученика из аристо, спешащего в другую часть столовой – для знатных. Его лицо было одним сплошным синяком, тёмно коричневым, местами пожелтевшим, как если бы он получил его вчера…

Внезапно его пронзила молния осознания и он замер на месте, уставившись на лопату в своих руках и вспоминая утренние слова Здеца.

— Ты чего? Опять? — остановился и обернулся Пак, всем своим видом показывая искреннее беспокойство за лучшего друга.

— Чтоб ты сдох, Здец! — простонал Грин, заметив ещё нескольких аристо с опухшими лицами…

Глава 11

Пришлось поспешно убраться от столовой, чтобы его не заметили и отсиживаться в кустах у главного корпуса, дожидаясь пока до урока не останется ровно столько времени, чтобы хватило добежать до аудитории и никого не встретить. Пак ворчал, но сидел в соседнем кусте с пышными цветами.

Садовник, приступивший к своим обязанностям, заметил учеников и моментально узнал в них нудиста и рухнувшего со второго этажа борова. Здраво рассудив, что если сейчас их спугнуть, то они наворотят делов, он тихо отошёл, решив, что с началом занятий странная парочка покинет цветущие валесы и он сможет поработать.

–– Пора! –– скомандовал Грин, когда до начала урока осталось ровно полторы минуты.

Они рванули со всех ног на второй этаж и, уже у самой аудитории обогнали седобородого старца – преподавателя рунологии. Парни одновременно протиснулись в двери и, раскидав стайку щебечущих тут девчонок, бросились к своим местам.

Грин положил лопату возле себя, ненадолго обернулся и с ужасом заметил, что шестеро его одноклассников, не из самых простых, не считая опухшего Кавена, смотрят на него с ненавистью прищуренными глазами, опухших, желто-зелёно-коричневых лиц. Они уже хотели вскочить со своих мест, но, вошёл учитель и они отложили месть до перерыва. Моль только порадовался своему решению, подождать снаружи до самого начала урока, но тут же скривился – это лишь оттянуло момент расплаты за ночные деяния Здеца, а до конца урока он уже накрутит себя до полуобморочного состояния!

Этого старика рунолога студенты боялись больше, чем учителя алхимии Арику Нилс, поскольку он всегда говорил, что «я уже старый, мне всё равно…» и мог с лёгкостью выкинуть в окно любого зарвавшегося ученика, да ещё и отчитать его семью за то, что воспитали такого отброса. Грин вообще подозревал, что его потоку достались самые злобные педагоги, но был в этом и положительный момент – благодаря этому аристо особо не мешали учиться, но это не касалось предметов куратора их класса, учителя теории магии Ирвина Ициса.

— Доброе утро, ребята, давайте-ка узнаем нечто новенькое об удивительном мире рун! — тихим, но очень жизнерадостным голосом поприветствовал всех старичок.

Грин вздохнул. Рунология его не интересовала по двум причинам: во-первых – нужно иметь твёрдую руку и хорошо рисовать, а во-вторых – это было чертовски дорого, поскольку краска для начертания требовала редких компонентов. Нет, разумеется были варианты и для нищебродов, но разница в качестве и долговечности была колоссальная! А пропускную способность магической энергии через созданный контур и сравнивать не стоило…

А вот Пак аж воспылал! Моль изредка косился на товарища и видел, как тот ловил каждое слово учителя, хотя тот рассказывал лишь общие вещи, необходимые для сдачи теоретического экзамена, поскольку первый курс исключительно знакомил студентов со всеми дисциплинами и только со второго ученики самостоятельно выбирали факультеты и определяли направление своего развития.

Сам Грин определился ещё в момент успешного прохождения процедуры инициализации в десять лет – только боевая магия! Сейчас-то он уже отдавал себе отчёт, что та детская мечта была обусловлена лишь возможностью отстоять свой кусок хлеба, но, тем не менее, он не отказался от неё, лишь немного переосмыслил подоплёку и теперь хотел стать первоклассным боевиком, чтобы заслужить уважение, статус и своё место под солнцем. Но, мечта оказалась несбыточной, поскольку отпрыски богатых семей имели преимущество на ранних этапах развития, благодаря поддержке родов, а он не мог позволить себе дорогущие алхимические препараты для расширения энергоканалов, да и до инициализации его не пичкали тонизирующими снадобьями. Кроме того, у него не было возможности подождать и провести инициализацию позже, например в пятнадцать, что тоже давало неплохой старт, ведь в десять лет её провести дешевле всего и всех приютских валом прогоняли через эту процедуру, даже несмотря на то, что это было сродни сбору недозревшего урожая.

— Пак Руин, сегодня попрошу тебя побыть ненадолго побыть учебным пособием, — тем временем произнёс старик, вырывая Грина из раздумий о своём незавидном положении в этом жестоком мире.

— Да, учитель Локус! — обрадовался жирдяй и поспешил на помост, едва не опрокинув собственный стол.

— Будь так любезен, сними рубашку и продемонстрируй всем свои руны.

Ни капли не стесняясь, толстяк скинул пиджак с рубахой и гордо выпятил живот под обидный, издевательский смех одноклассников. Грину стало жаль пухляша – теперь все будут глумиться над ним ещё больше, но, внезапно, его шокировал взгляд Пака! Тот стоял с таким надменным видом, словно являлся произведением искусства и лишь по странной случайности был вынужден терпеть внимание необразованных плебеев. А ещё больше Грина шокировал тот факт, что он почувствовал чёрную зависть к его непоколебимой уверенности в себе!

— Так-с, ребятки, — старый Локус встал и обошёл толстяка вокруг, поглаживая коротенькую бородку и удовлетворённо кивая собственным мыслям об увиденном, — кто мне расскажет, что мы здесь наблюдаем?

— Жирную свинью! — выкрикнул кто-то не выдержав и по аудитории пронеслась волна хохота.

— Вот как? — удивился учитель и печально покачал головой, глядя на шутника. — Боюсь, молодой человек, у вас проблема не только с глазами, но и с головой – с чего бы здесь оказаться свинье? Жаль, что ваши добрые родители не уделили должного внимания развитию вашего интеллекта, но я знаю как это исправить! Вы сейчас же отправитесь на свиноферму и нарисуете её обитателей во всех деталях, а мы, на последнем уроке, сравним вашу картину и облик этого достойного ученика. Думаю нам будет что обсудить. Ступайте.

Юморист не стал спорить и, покраснев от смущения, покинул учебный класс под ехидные смешки. Пак продолжил стоять как ни в чём не бывало и Грин, вспомнив слова Здеца, вдруг по настоящему понял, что в академии они все равны, хоть их быт немного отличался, но в целом – никто не был застрахован от отчисления, а аристо, привыкшие к интригам, просто умели вовремя остановиться в отличии от простолюдинов.

Сосед по парте Грина, парнишка из простых, поднял руку.

— Слушаю вас, — кивнул учитель.

— Мы наблюдаем руны нанесённые на тело мага! — озвучил он то, что и так было понятно всем без исключения.

— Очень хорошо, — согласился рунолог, — а знаете ли вы, что это за руны?

— Разумеется нет, — пожал плечами ученик, — вы же нам про них ничего толком не рассказываете…

— Очень верное замечание! — усмехнулся учитель. — Садитесь. На самых первых уроках мы говорили об основных типах рун и их применении, так вот, перед вами образец самоактивирующейся схемы. Насколько я могу судить, — Локус ещё раз обошёл толстяка по кругу и остановился перед ним, продолжая бегать глазами по символам на обрюзгшем теле, — у вас серьёзные проблемы с сердце и руническая вязь сохраняет вам жизнь, заодно давая усиление в некоторых аспектах?

— Всё так, учитель, — серьёзно кивнул Пак, — мой отец нанёс эти руны, чтобы я не умер в детстве.

— Что ж, — рунолог повернулся к классу, — кто скажет – на что обрёк отец своего сына?

— Он не сможет создавать магические конструкты! — раздался радостный выкрик.

— Не совсем верно… Кто-нибудь ещё? Почему древние рунические легионы неодарённых канули в небытие?

— Он не сможет создавать магические конструкты, действие которых пересекается со свойствами рун и, кроме того, руны на теле перенапрягают энергетические каналы и существенно сокращают время жизни, а если их структуру повредить хоть немного, то это вызывает цепную реакцию разрушения и человек моментально погибает!

— Спасибо, Лейна Ромер, очень исчерпывающий ответ, — кивнул учитель и Грин, не выдержав, покосился на девушку – она стояла гордо подняв голову, но, заметив его мимолётный взгляд, тут же стушевалась и поспешила сесть на место. — Пак Руин, вы ты скажешь на это?

— Лучше так, чем умереть, — грустно вздохнул толстяк, но тут же улыбнулся: — А ещё, сказать спасибо папаше, что не забыл добавить исцеляющий контур и схему перераспределение повреждений!

— И что же мы имеем в итоге? — хитро прищурился учитель кивнув “наглядному пособию”.

— Автоматона на базе человека! — широко улыбнулся Пак.

— Именно! Одевайтесь и садитесь на место. Итак, сегодня речь пойдёт об автоматонах и как их изобретение дало новый толчок развитию рунологии!

Под потрясённый шёпот одноклассников, толстяк гордо проследовал на своё место и сидел там гордо расправив плечи до конца урока, а Грин, как и многие из ребят, находился в глубоком шоке! Автоматоны были невероятно дороги исключительно из-за сложности нанесения согласованных рунных схем и требовали от мастера рун невероятной степени концентрации и колоссальной глубины понимания процесса. Если провести аналогию, то обычный рунический воин это деревянная дубина, а то, что представлял из себя Пак, это невероятно изящный и острый клинок из высококачественной стали.

Однако, чем больше говорил учитель, тем понятнее становилось, что толстяк далеко не супер солдат и вряд ли им когда-нибудь станет, по сути, он был инвалидом и рунная схема служила очень сложным костылём, лишь поддерживающим его жизнь, но он всё равно сидел с прямой спиной, гордый за отца, сумевшего воплотить такую сложную вязь, будучи мелким и бедным рунистом.

А потом прозвучал колокол и власть учителя исчезла на десять минут, как и его интерес к происходящему в аудитории – вокруг старика появилась непроницаемая чёрная сфера “абсолютной защиты”. Все знали, что под ней он прикладывается к фляжке с крепким пойлом и что постановка этой сферы каждый раз, как старому алкоголику приспичит выпить, была обязательным условием директора, поскольку увольнять такого специалиста было бы верхом глупости.

— Хватайте его! — закричали ребята.

— Я убью тебя! — воскликнул Кавен.

— Жалкие выродки посмели прикоснуться к нам! — возопили девчонки, сбитые на входе.

— Да пошли вы нахрен! — выкрикнул Грин подхватывая лопату и выпрыгивая из-за стола в сторону помоста.

Там он выставил дрожащую лопату перед собой и отчаянным взглядом смотрел на надвигающихся одноклассников. Пак, то ли в поддержку, то ли от того, что девахи приплели и его тоже, встал рядом с Молем, прихватив с собой стул. Внезапно дверь распахнулась и в аудитории ввалилось ещё человек тридцать студентов других классов и курсов. Их объединяли синяки вместо лиц и они выглядели как стая бешеных волков, особенно семь девушек со старших курсов.

Никто из них не стал тратить силы на создание магических конструктов – они хотели разорвать его голыми руками, поскольку списали произошедшее с ними на лестнице на элемент неожиданности, но, за секунду до того, как вся эта орава набросилась на бедного парня, Кавен закричал:

— Стойте!

Все с подозрением уставились на него и если бы не тот факт, что его семья была богатейшей и весьма влиятельной в городе, то его бы разорвали за компанию. Парень медленно приблизился к Грину и очень внимательно уставился на лопату. Несколько мгновений раздумий и он произнёс, указывая на лопату:

— Грин Моль вор! Эти перстни семейные реликвии и стоимость их огромна! По закону нашей страны, за столь дерзкое хищение положена смертная казнь!

Грин, как и остальные, уставился на камни, вдавленные в грязный черенок лопаты. Его отчаяние достигло точки невозврата и руки опустились, отчего лопата тихо звякнула о пол под злобно-торжественными взглядами присутствующих – какая удача, что этот отброс сдохнет, а им за это ничего не будет.

Пак опустил стул и непонимающе посмотрел на друга, но тот уже ушёл в себя и слёзы непрерывным потоком катились из его глаз. Это конец! Проклятый демон поглумился над ним и довёл до смерти, а ведь он верил ему, слушал, выполнял самые безумные требования…

— Как же так?.. — едва слышно прошептал Грин. Он хотел бы найти выход из ситуации, но его не было! Даже если он отдаст контроль Здецу, то это лишь приведёт к уничтожению мира… Да и плевать пусть безумный демон затрахает этот мир до смерти!

— Что ты там блеешь, ничтожество?! — злобно оскалился Кавен, стоя над опустившим плечи парнем с превосходством победителя. — Всё должно было случиться ещё в лесу и ты лишь оттягивал свой конец!

— За что?.. — Грин не слушал надменного Кавена, он пытался вспомнить хоть один счастливый день своей никчёмной жизни, который, впоследствии бы, не обернулся полным разочарованием, но не смог, а теперь ему вообще было нечего терять...

— Почему? — всхлипнул парень, сквозь слёзы глядя на аристо и срываясь на отчаянный крик: — Почему ты не оставишь меня в покое?! Я уже отказал тебе в лесу!

— Что? — впал в ступор Кавен, не понимая о чём говорит этот безродный отброс.

— Зачем ты преследуешь меня?! — продолжал кричать Грин уже со злостью в голосе вызывая неподдельный интерес публики, любящей копаться в грязном белье тех, кто выше их по статусу. — Я не буду спать с мужчиной даже за все деньги мира!

Все ахнули и моментально забыли о своей кровожадности, полностью превратившись в слух и ловя каждое слово белобрысого. Кавен же побелел настолько, что стал похож на восставшего из могилы свежего мертвеца.

— Что ты несёшь, падаль?! — прорычал он.

— Ты прав, — с ненавистью выплюнул слова Грин, мозг которого в эти секунды работал с удивительной скоростью и проанализировал, что раз камни на в черенке принадлежат Кавену, значит ночью Здец был в его комнате и спёр их, а вот сам факт посещения можно вплести в это безумие, которое он тут городит! — Слово простолюдина против слова аристократа ничего не стоит… Зря я вообще испугался твоих угроз и пришёл к тебе! Ты сказал, что даришь эти камни в знак извинения и примирения, а сам привязал меня и начал дрочить!

Невольные зрители присвистнули и как-то странно посмотрели на Кавена, который не находил слов и судорожно работал извилинами:

— Мразь, — он схватил Грина за грудки и потряс, — ты пролез в мою комнату, украл перстни и говоришь, что я мужеложец?!

— Гхм… — прочистил горло Пак, привлекая к себе внимание, — а как он мог попасть в комнату, если защитные руны настроены на конкретного ученика и пропускают только тех, кого позволит хозяин комнаты?

Все одобрительно загудели, подтверждая слова толстяка, ведь руны для элиты ставили мастера и первогодка никак не мог их обойти, если конечно он не гений рунологии, но тогда ему нет смысла терять время в академии.

— Откуда мне знать?! — взъярился Кавен, отталкивая Грина, отчего тот упал на пол. — Может он подкупил кого-нибудь, чтобы ему помогли!

— Без обид, но звучит как бред! — произнёс какой-то второкурсник. — Ты судишь по себе, но он нищий, кого он мог подкупить?

Все снова согласно загудели и в толпе раздался тихий, задумчивый голос, на деле прогремевший смыслом:

— Кто бы мог подумать, что один из наследников Тинеров окажется глиномесом…

— Может он не один? — тут же донеслось с другой стороны. — Сестра говорила, что как бы не старалась, но Орэл Тинер не обращал на неё никакого внимания…

— Возможно… А помните тот случай, когда их глава нарушил этикет и слишком долго держал руку нашего наместника?

Кавен не верил своим ушам! Все эти ничтожества галдели, одно за другим вспоминали какие-то бессвязные события, так гладко ложащиеся в границы того бреда, что нагородил безродный ублюдок. Он пытался найти контраргументы, поскольку даже если он прямо сейчас убьёт гадёныша, то это только утвердит всех в его пристрастии к однополой любви и не придумал ничего лучше, чем крикнуть в бессилии:

— Как ты докажешь, что я делал то, о чём ты говоришь?!

Все уставились на Грина, ожидая ответа.

— Вашу Машу, упыри, какого хера разгалделись? Спать мешаете! Дрочила, чё этому зайцу-однояйцу опять от тебя надо?! — недовольно проворчал Здец в голове улыбающегося Грина.

— У тебя нет одного яичка! — проигнорировав Здеца торжественно произнёс Грин, а Кавен, пошатнувшись и сделав шаг назад, упал в обморок под скорбный бой колокола.

Глава 12

— По местам, ребятки, по местам – урок начался! — хлопнул в ладони Локус и все быстро разбежались, начисто проигнорировав лежащего Кавена, но активно обсуждая его ориентацию и даже сочувственно поглядывая на Грина.

Урок начался не сразу – сперва учитель дождался лекаря для бессознательного парня, даже не удосужившись спросить о произошедшем с ним. На его зов явилась Милиона и задала только один вопрос, пристально обводя всех тяжёлым взглядом:

— Кто?

Все, кто не был свидетелем подобной ситуации в столовой, тут же ткнули пальцами в Грина, ожидая кровавой расправы над неудачником, но суровая целительница лишь прыснула со смеху и, покачав головой, выволокла богатенького аристо из класса за ногу.

Тут то у одноклассников белобрысого и появились первые, робкие подозрения, но никто не решался не то, что озвучить их, а даже просто всерьёз принять мысль, что у безродного, нищего сиротки появились серьёзные связи среди влиятельных людей академии.

Грин чувствовал невероятный душевный подъём – он не сдался и, в итоге, победил! Пусть сущность и дала подсказку в самый последний и ответственный момент, но сам факт того, что он огрызнулся на того, кого боялся до слабости в ногах, уже дорогого стоит.

Урок продолжался, но парень слушал в пол уха и беспрерывно прокручивал в голове момент своего триумфа, почивая на лаврах. Однако, чем больше он думал об этом, тем отчётливее понимал, что ни сам Кавен, ни его семья так просто это не оставят и его ждут тяжёлые последствия.

Когда прозвучал колокол на перемену, Грин уже накрутил себя до состояния истерии и когда чья-то рука легла на его плечо, он взвизгнул и отпрыгнул в сторону, опрокинув стол.

— Ты чего? — изумился Пак, так и замерший с поднятой рукой.

— Извини, что-то накатило… — смутился юноша.

— Два по сто накати, истеричка чёртова, — зло проворчал Здец заспанным голосом, ворочаясь на краю сознания.

— Забыли, — небрежно отмахнулся толстяк от причуд друга и тут же подмигнул, подходя поближе и помогая подняться, после чего восторженно прошептал: — Круто ты его опустил! Никогда бы не подумал, что этот манерный жмых любитель покрутить жопой… Сочувствую!

— Да нормально всё, — улыбнулся Грин, поднимаясь и чувствуя как уверенность вновь возвращается, благодаря поддержке друга, — нечему сочувствовать – я отбился.

— Да я не о том, — по доброму улыбнулся Пак и сочувственно похлопал парня по плечу, — семья Тинеров этого так не оставит и, скорее всего, с тебя живьём снимут кожу на глазах у всего города…

Улыбка медленно сползла с лица Грина, а глаз начал дёргаться. Он едва вновь не захлебнулся отчаянием, но от этого его уберегла странная тишина, внезапно воцарившаяся в аудитории, вместо привычного гомона подростков и Моль понял, что все с предвкушением шоу смотрят в его сторону.

Резко повернув голову влево, он обнаружил причину столь пристального внимания к себе и мгновенно поседел, хорошо хоть этого никто не заметил, ввиду естественного цвета его волос – Лейна Ромер решительно шла в его сторону, гордо подняв голову и сжав пухлые губки в бледную ниточку.

— Я это, — мгновенно охрип Пак и начал рыскать взглядом по сторонам, — пойду спрошу кое-что у учителя!

Он сунул правую руку в карман брюк и поспешно подбежал к чёрной сфере, внутри которой выпивал Локус и максимально сосредоточенно уставился нанепроницаемый барьер. Грин же, как кролик завороженный удавом, стоял и тупо смотрел на приближающуюся такую восхитительную, но такую смертоносную красоту.

— Грин Моль, — произнесла она, звеня благородной сталью в голосе, — я размышляла весь урок и пришла к выводу, что в недавнем инциденте нет твоей вины, поскольку ты подвергся омерзительному домогательству со стороны младшего Тинера. Я допускаю, что ты был вынужден совершить тот поступок, чтобы окончательно не сойти с ума, но, впредь, спрашивай разрешения!

Лейна тщательно подбирала слова, чтобы одновременно не спускать на тормозах дерзкую выходку одноклассника, не провоцировать эскалацию конфликта, пока не выяснит его степень связи с директором через целительницу, ну и главное – не выглядеть распутной девкой в глазах отпрысков других семей. Она гордилась составленной речью – её тонким балансом между напоминанием о собственном превосходстве, чувством справедливости и милосердным прощением простолюдина, совершившего ошибку. Идеальная комбинация! Однако, что-то пошло не так…

Рот парня непроизвольно раскрылся, а брови взлетели вверх. Со стороны сферы защиты учителя раздался надрывный кашель жирдяя, а некоторые из пацанов в классе протяжно застонали и начали с силой биться головами об парты, проклиная свою судьбу.

Девушка непонимающе нахмурила брови и мысленно повторила свою речь, не с первого раза найдя кошмарную, не замеченную ранее, двусмысленность и поспешила исправиться, пока не поздно.

— Не смей просить разрешения! — выпалила она и тут же покраснела, поняв, что сделала только хуже.

— Почему он, а не я?! — отчаянно завыл кто-то из парней.

— То есть проси, но я не разрешу, а лучше вообще не говори со мной, но я не злюсь, точнее злюсь, но на ситуацию, а не на тебя, хотя на тебя тоже…

Лейна, всё больше краснела как спелая ягода, уставившись в пол и вдруг, продолжая бормотать что-то невнятное, попятилась из аудитории. Дверь за ней закрылась и по коридорам академии разнеслось протяжное, стыдливо-девичье «А-а-а-а-а!..», напугавшее других студентов. Дверь вновь открылась и девушка вернулась в аудиторию. Как кукла дошагала до своего стула, села, со стуком уронила голову на стол и не пошевелилась даже с началом урока.

— Признавайся засранец – ты спецом устроил всю эту вакханалию, чтобы не дать мне поспать? — прорычал сонный демон, попутно взбивая мысли парнишки, словно подушку.

— Оно как-то само… — пробормотал извиняясь Грин, севший на свое место и пытающийся осмыслить произошедшее.

— Само только говно сохнет, да и то не само. Ладно, один хрен уже не усну… Что за предмет?

— Урок рунологии. — пояснил парень. — Только она для меня бесполезна…

— Знаешь, — Здец вдруг проговорил очень странным, спокойным тоном – не зло, не язвительно, и даже не нравоучительно, но, отчего-то, юноше стало так страшно, как ещё никогда в жизни, — ты прав. Это всё тлен и суета. Вот, — перед взором Грина появилась схема магического конструкта – очень простая, но совершенно незнакомая, — магичь, не стесняйся.

— И что он делает? — осторожно поинтересовался парень, ожидая очередную издёвку от демона.

— Просто убьёт тебя. Быстро и безболезненно. Если не можешь сам, то я помогу.

— Но я не хочу умирать! — мгновено побледнел Грин, чувствуя, что Здец совершенно серьёзен и крайне разочарован.

— Пойми, малыш, в этом мире бесполезно всё – каких бы высот ты не добился, по окончанию тебя всё равно будут жрать черви, а твоё имя никто и не вспомнит уже через несколько лет. Даже если ты станешь равен богу, то от смерти это не спасёт. Всё имеет конец, даже жизнь творца всего сущего. Так зачем всё это?

— Но можно же прожить жизнь ярко! — не согласился парень, чувствуя острое желание доказать демону его неправоту и выуживая из памяти слова каких-то героев детских сказок. — Можно же ценить каждый миг!

— Ну так что же ты не радовался, когда тебя избивали и морили голодом в приюте? Почему ты не ценил тех, кто каждый раз тратил своё время, чтобы сделать тебе больно?

— Это был их выбор, не мой! Я ничего не мог сделать!

— Ты думал, что сопротивляться бесполезно, ведь тогда они с ещё большей силой накинутся на тебя?

— Именно так всегда и бывает!

— Кто тебе об этом сказал? — на этот раз голос Здеца прозвучал насмешливо и Грин сообразил, что попал в логический тупик, поскольку то были его собственные выводы, а проверить обратную теорию он не мог. Демон же продолжил: — Раз уж ты не слушаешь этого почтенного алкаша, я расскажу тебе одну историю о бесконечном противостоянии, но это не пресловутое добро и зло, а нечто совсем другое и морали там нет. Итак:

«Жило-было одно существо, которого одновременно и не было. Оно было всюду и нигде одновременно и вообще всё являлось им, а оно создало всё, в том числе и себя. Единственным смыслом его существования было узнавать и делать что-то новое, чего никогда ещё не было. Но, чем больше времени проходило, тем меньше всего неизведанного и несделанного оставалось, пока в один миг всё, что только возможно было узнано и сотворено.

Загрустило существо, потерявшее смысл жизни, но ничего не могло с этим поделать. Тогда оно поставило себе цель найти новый смысл жизни и думало, думало, думало… пока не сошло с ума. Безумие было прекрасно в своей новизне и ставило всё новые и новые цели, а существо радовалось, найдя новый смысл жизни в достижении этих целей.

Шло время. Безумие исчерпало свою новизну, а существо осознало, что достижение цели не может быть смыслом жизни и изгнало его из себя, чтобы найти настоящий смысл жизни, но вдруг почувствовало, что безумие никуда не ушло и его цель – вернуться. Всемогущее существо вновь испытало нечто новое и это был страх!

Оно раз за разом отгоняло безумие, но то каждый раз возвращалось, поскольку всё было существом и безумие никогда не покидало его. Тогда существо распалось на множество осколков, чтобы навсегда заточить безумие в одном из них.

Однако и само оно пострадало, лишившись всемогущества и став «началом», бесконечно создающим бесчисленное множество новых осколков, в которых вязло безумие.

Безумие же жаждало достигнуть своей цели и нашло способ вырваться из заключения. Оно преследовало начало, разрушая каждый осколок, в который его затягивало и эта погоня будет длиться вечно, даря сущности смысл существования, а безумию цель.»

— Я ничего не понял… — признался Грин, когда Здец умолк, — что это за история?

— Это история из других миров, глупый человечишка! — демон вернулся к привычной манере общения, но пацану, как ни странно, стало от этого гораздо легче. У парня пропал странный, ничем не обоснованный ужас перед непонятно чем, а Здец продолжил объяснение: — Противостояние опасностям, преодоление трудностей и превозмогание собственной никчёмности – это именно то, что делает тебя сильнее! Врагов тоже, но это не так важно…

— Э….

— Так вот, чмошник, — Здец продолжил наставление, — у тебя есть только два пути: ставить перед собой цели и достигать их, или найти смысл существования в самом процессе обретения могущества.

— А разве это не одно и тоже? — заскрипел извилинами пацан, напрочь теряя не только нить разговора, но и забывая о том, что послужило подоплёкой.

— Неа! Внимай, ничтожество! Цель – это то, к чему ты стремишься всеми способами и главное здесь результат. Пример цели: трахнуть Лейну во что бы то ни стало. В итоге: ты убиваешь её и трахаешь безжизненное тело. Всё, цель достигнута.

— А смысл? — поперхнулся Грин, на миг представив себе подобный расклад.

— Смысл — это то, чем ты живёшь несмотря ни на что и не обращая внимания ни на кого – здесь важен сам процесс. Пример смысла жизни: трахать Лейну. Ты её убиваешь, трахаешь безжизненное тело, но потом прячешь его в холодильник до следующего раза. И так по кругу.

— Но в подобном нет смысла! — несмотря на то, что впечатлительного парня едва не стошнило, от слишком яркой картины, нарисованной воображением, он нашёл нестыковку в словах демона.

— Это был просто пример, дятел, — засмеялся Здец. — А теперь сиди на жопе ровно и слушай алкаша, хоть руны у вас тоже говно, но много переделок не потребуется!

Возразить демону было не́чего и Грин сосредоточился на рассказе Локуса об новейших автоматонах, периодически поглядывая на одноклассников и на чертовски сосредоточенного Пака, строчившего в тетради с бешенной скоростью.

Уже слегка поддатый старик с жаром рассказывал о том, что бездушные рунические уже могут выполнять простейшие команды и понимать приказы хозяина, но, из-за сложности рунических схем, подобные игрушки могут позволить себе только богатые семьи, да армия императора, для которой изготовляли крошечные партии автоматических рунострелов очень большого калибра.

Грину было немного интересно, поскольку сложных автоматонов изготавливала всего пара десятков мастеров на всю страну, но сама идея была чертовски привлекательной, если бы не невероятная сложность и трудоёмкость процесса.

— А жирдяй бы смог! — хмыкнул Здец, когда Локус с сожалением говорил о запутанности рунических схем и о том, что мельчайшая ошибка перечёркивает весь труд и заодно уничтожает много дорогих материалов.

— Думаешь? — Грин покосился на увлечённого толстяка.

— Чёт я не понял, ты сомневаешься в моих словах, ботан? — с вызовом проговорил Здец, наблюдая за реакцией белобрысого.

— Сложно сказать, — спокойно ответил парень, — ты иногда говоришь странные вещи.

— Главное слушай меня и «голос Америки» – всё будет чики-пуки! — засмеялся демон, довольный тем, что пацан не стал заикаться и извиняться. Это означало, что его психика становится устойчивее и он не совсем безнадёжное чмо.

— Вот об этом я и говорю… — недовольно проворчал Грин под смех Здеца.

Урок подошёл к концу и парень собрался выйти из класса, чтобы подышать свежим воздухом, ну и заодно подальше от ненавидящих взоров мужской половины класса, но его остановил голос в голове:

— Не так быстро, мелкий! Тебе ещё нужно утешить бедную девочку, поскольку ты растоптал её авторитет и сломал ей ближайшие полгода жизни!

— Я не…

— Встать! — рявкнул демон и пацан вскочил. — К Лейке просить прощения, шаго-ом-арш! И смелее, мудила мелкий!

Грин взглянул на Лейну, по-прежнему лежащую лицом в стол, вздохнул, и коснулся мизинцем татуировки часов, смущённо произнеся:

— Я не могу! Вдруг сделаю хуже, давай ты, а?

— Через немогу! — прорычал Здец и вернул парню контроль над телом.

— Ну, прошу! — он вновь коснулся татуировки.

— Может мне её сразу трахнуть? — возмутился демон такой наглости и вновь вернул управление хозяину.

— Не, только поговорить, — настаивал на своём парень, переворачивая часы.

— Ну охренеть, — опешил Здец, опять касаясь татуировки, — базарить должен я, а трахать будешь ты?!

— Ну что ты заладил? Ты же такой умный и находчивый де… э… такой умный и находчивый, научи меня! — хитро канючил Грин, скобля тату и оглядываясь по сторонам.

— Хер тебе, хитрожопый гавнюк, сам иди! А не… Всё.

Подружки обступили Лейну и силой поволокли её из класса, а парень вздохнул с облегчением, но тут же услышал скептические слова демона:

— Зря выдыхаешь, бобёр, ща они ей в уши нассут и ты потеряешь её навсегда!

— И что же делать! — занервничал Грин, не желая терять такой малый, но прогресс в отношениях с неприступной красавицей.

— Снимать штаны и бегать! — передразнил его Здец, но посоветовал: — Чеши за ними и просто крикни что-нибудь романтичное!

— Например? — уточнил парень, но с места не стронулся.

— Бегом! По ходу придумаем! Ходу, дрочила, ходу!

Юноша рванул следом, усердно придумывая романтичные слова, но в голову упорно лезло только банальное «я тебя люблю», за которое другие ученики повесят его на флагштоке. Выскочив за двери и оказавшись среди других студентов, у Грина поубавилось желания прилюдно что-то кричать, но цель удалялась по коридору, а время уходило и собрал всю решимость в кулак, набрал полную грудь воздуха и…

— Отставить романтику! — скомандовал Здец и воздух из лёгких парня вышел со звуком сдувающегося воздушного шарика, вызывая недоумённые и презрительные взгляды других учеником.

— Какого демона?! — возмутился парень.

— Ты случайно не знаешь – как выглядит папаша Кавена? — задумчиво проговорил Здец ни с того ни сего.

— Нет… — завис от странного вопроса Грин.

— А какова вероятность того, что слух о произошедшим с его сыночком дойдёт до него всего за час, заставив примчаться в академию и поспешить на встречу с тобой в компании директора?

Грин похолодел и начал быстро озираться, почти сразу заметив директора в компании с высоким, богато одетым мужчиной лет пятидесяти, имеющим поразительное внешнее сходство с Кавеном. Мужчина шагал в его сторону с такой скоростью, что директору приходилось едва ли не бежать следом, а студенты шарахались в стороны и прижимались к стеночкам.

— Грин Моль! — издалека произнёс мужчина громким, властным голосом, в котором сквозила плохо прикрытая ярость.

Вокруг парня мгновенно образовалась пустота – все отскочили от него, как от переносчика демонической чумы.

— Держать строй! — рявкнул Здец на трясущего парня, который был в шаге от того, чтобы обоссаться и потерять сознание, когда суровый мужик был ещё в нескольких шагах.

— Нам нужно поговорить… — произнёс отец Кавена словно озвучив приговор, сверкаяпри этом глазами и нависнув над пацаном как демонический монстр над жертвой. Кто-то из учеников упал в обморок не выдержав убийственного намерения, исходящего от самого влиятельного, после наместника императора, человека в городе…

Глава 13

Директор Гарчек мягко подтолкнул Грина обратно в аудиторию, но не вошёл следом вместе со старшим Тинером, а остался стоять возле проёма.

— Попрошу всех ненадолго покинуть аудиторию, спасибо! — громко объявил директор и ученики потянулись на выход, бросая мстительные взгляды на бледного пацана.

— Здец, что сейчас будет?! — мысленно взмолился Грин. — Не молчи, прошу!

— Да хер его знает, — демон шумно что-то поскрёб, — Но, если слухи не врут, то ничего хорошего…

— Какие слухи? — ещё сильнее задрожал парень.

— Что его сын любитель мальчиков и, возможно, он сам этим не брезгует…

— Ты издеваешься?! — рявкнул разозлившись Грин.

— Да, зато ты стал меньше нервничать, ссыкло! — заржал Здец и парень был вынужден с ним согласиться – злость немного вытеснила страх.

— А он? — тем временем отец Кавена нетерпеливо кивнул на чёрную сферу.

— Она непроницаема и спадёт не раньше, чем через двенадцать минут, — с почтением ответил директор и поспешил покинуть помещение.

— Сядь! — властно приказал мужчина.

— Ну, хоть раздеться не приказал – уже хлеб! — хмыкнул Здец, когда юноша по привычке сел на своё место во втором ряду.

Повисла напряжённая, гнетущая тишина. Старший Тинер сверлил взглядом съёжившегося пацана и играл желваками, а его пальцы периодически сжимались в кулаки. Грин был напуган до полусмерти, но тут его нога коснулась лежащей лопаты и на душе стало спокойнее, а голове тут же промелькнула мысль вырубить Тинера и сбежать в окно.

— Ты же страшный! Что он в тебе нашёл?! — неожиданно воскликнул мужик с отчаянием в голосе и с силой потёр лицо ладонями, после чего слегка прикусил правый кулак и начал нервно ходить взад-вперёд, бросая косые взгляды на парнишку и бормоча что-то под нос, словно споря с самим собой.

— Оу май! — протянул Здец, а пацан впал в ступор.

— Эти прыщи, тощие ручки… — по окончанию бубнежа простонал Тинер и неожиданно остановился, а его взгляд и голос наполнились холодной сталью: — Почему ты отказал моему сыну?!

— Давай, парниша, собери яйца в кулак и выскажи в лицо этому зазнавшемуся ублюдку, что ты… стесняешься! — глумился демон хохоча.

— Ты не помогаешь! — парню было не до смеха – ситуация приобретала очень скверный оборот.

— Ах, так! Ах, вот ты как?! — внезапно обиделся демон, а Грину показалось, что тот сел лицом в какой-то угол, обхватив когтистыми лапами покрытые наростами колени, и начал бухтеть: — Я для него… А он… Эх, даже не склонный к авантюрам Гарри согласился бахнуть! Дважды. А ты…

— Ну прости, прости! Что делать? — взмолился Грин.

— Я тебе уже сказал! Маленькая, неблагодарная какашка…

— Ты серьёзно?! — заорал парень на демона, напрочь забыв о Тинере, благо, что мысленное общение протекало с такой невероятной скоростью, что на деле не прошло и секунды.

— Не, ты конечно можешь словесно обложить его писюнами и послать к демонам вместе с сынишкой-пидоришкой, но тогда ты точно покойник, а так есть не хилый шанс раскрутить эту семейку извращенцев на хорошие денежки.

— Но, когда Кавен всё расскажает, меня всё равно казнят! — Грин моментально отверг глупый план.

— Дебила кусок, — усмехнулся Здец, — ты неверно ставишь вопрос: не когда он расскажет, а если расскажет.

— И что ему может помешать? — со скепсисом спросил парень, но для себя признал, что в этом может быть смысл.

— Регулярные визиты лучшего друга с лопатой? — задумчиво, вопросом на вопрос ответил демон.

— Это же не останется незамеченным! — нахмурился парень, сам не заметив того, что уже согласился с безумным планом.

— У тебя есть божественный фак.

— И?

— Тыкаешь им в голову и человек вырубается.

— Тогда всё понятно, но…

— Потом! Будущий тесть ждёт ответа, — перебил парня Здец, — Или это свёкр? Пофиг, кто первый уснул, тот и Бибигуль*.

Юноша не понял последних слов демона, но для себя решил, что хуже уже быть не может.

— Я стесняюсь… — выдавил из себя Грин.

Внезапно Тинер зарычал и стремительно приблизился к замершему от испуга, сидящему парню, схватил стол, отбросил его в сторону и очень низко наклонился, вплотную приблизив своё лицо.

— Мой сын всегда получает то, что хочет! — сквозь зубы процедил этот влиятельный человек.

— Но я не…

— Никаких «но»! — рявкнул Тинер и схватил мальчишку за волосы, запрокидывая его голову назад и добавляя с угрозой в голосе: — Теперь ты собственность Кавена!

— Ой, беда-беда огорчение! Нежто сги… — глумливо начал причитать Здец, но осёкся и воскликнул: — Ты что делаешь?

Но был слишком поздно!

Грин запаниковал, сложил из пальцев заветную фигуру и ударил ей голову аристократа, входящего в правление города. Тинер закатил глаза и всей бессознательной массой навалился на парня. Пацан попытался оттолкнуть падающее тело, но стул под ним опрокинулся и голова отца Кавена больно ударила его в пах.

Моль поспешил выползти из-под тела, но, когда он дёргался, дверь в аудиторию приоткрылась и в образовавшуюся щёль протиснулась голова директора:

— Забыл сказать – если что-то потрте-е-е… — Гарчек замолчал, округлил глаза и поспешно затараторил, прикрывая дверь обратно: — Извините, извините, не смею мешать…

— Ну всё, — сокрушённо произнёс Здец, — приехали. Ты нахрена его вырубил, недоумок?

— Я не знаю! — огрызнулся Грин, судорожно придумывая выход из ситуации, но его попросту не было.

— Мда… Ну давай мне управление, чё уж теперь.

— Что ты будешь делать? — насторожился Грин, резонно предполагая, что ничего хорошего из этого не выйдет.

— Исправлять твой косяк, дебил! — рявкнула сущность и парень поспешно коснулся татуировки.

Пока Здец ломал голову – как извернуться с наименьшими потерями, бледный директор Гарчек, покрытый холодным потом, подпирал спиной дверь аудитории, в которой сам Крейн Тинер отсасывал у безродного мальчишки. Разум директора отказывался верить в увиденное, но сомнений быть не могло – дошедший до него слух оказался правдой!

Ожидающие в коридоре ученики с интересом разглядывали директора и гадали о причинах столь странного поведения, заодно обсуждая связь Грина с семьёй Тинеров. Кто-то высказал предположение, что они забирают парня в сексуальное рабство, поскольку он отказал Кавену и теперь его насильно заставят совокупляться с младшим отпрыском знатной семьи. Это вызвало резкое осуждение и уровень симпатии к пацану вырос, а его известность ещё больше увеличилась.

Через пару минут Крейн Тинер вышел из аудитории и пристально посмотрел на директора:

— Забудь о том, что ты видел и пресеки слухи о моём сыне среди учащихся, в противном случае мы найдём более лояльного человека на твой пост!

Дождавшись поспешного, утвердительного кивка, Крейн покинул учебный корпус, лишь на несколько секунд задержавшись на лестнице, где тряхнул головой и огляделся, нахмурив брови. После этого он отправился прочь с территории академии, немного злясь на своего сына и на то, что пришлось заплатить немаленькую сумму мелкому, жалкому ублюдку, в качестве моральной компенсации. Крейн не совсем понимал, почему эта идея сразу не пришла ему в голову, но это оказалось чертовски верным решением! С Кавеном он поговорит позже, когда тот покинет академию на два выходных дня и разговор с любимым сыном будет максима жёстким, поскольку его действия бросили тень на репутацию всей семьи.

Тем временем Гарчек, проводивший спину Тинера презрительным взглядом, вошёл в аудиторию с одиноко сидящим Грином и уже открыл было рот, чтобы предупредить того о наказании за распространении слухов, как почувствовал мимолётное присутствие чего-то неведомого и ужасного, вызывающего паралич разума и тела.

Покрывшись холодным, липким по́том и стоя столбом, директор бессмысленно смотрел на ученика, когда вдруг, тот дрогнул и съёжился, как от сильного удара, и теперь массировал виски, что-то беззвучно шепча. Гарчек развернулся и, на негнущихся ногах, зашагал, чувствуя, как что-то тёплое стекает по ногам.

Он не отправлял магического вестника в орден демонологов, не спешил в свой кабинет за древними артефактами и вообще не сделал ничего, лишь уселся на скамейку среди цветущих велесов, сгорбился и почувствовал себя очень и очень старым. Гарчек Верна обладал исключительной природной чувствительностью к разного рода существам из-за грани мира и в орден демонологов его приняли лишь благодаря этому, а не весьма посредственным способностям, но, за долгие годы упорного труда, он добился настоящего мастерства и снискал уважение коллег.

Но теперь всё бессмысленно – мир рухнет и ничто не в силах этому помешать…

— Нет! — он тряхнул головой, отгоняя апатию и перебарывая отчаяние: — Деды сражались за наш мир и мы не имеем права отдать его без боя, даже не попытавшись сопротивляться!

Гарчек тут же направил магического вестника в орден, наместнику и в канцелярию императора – не время думать о личной выгоде и репутации, когда само существование мира под угрозой!

А в классе плакал Грин.

— Терпи, имбецил! Сам виноват…

— Почему так больно?! — стонал сквозь слёзы парень, скрючившись на полу. Ему казалось, что его душу и тело пронизывают мириады раскалённых спиц с крючками на концах, а потом тянут их в разные стороны.

— По кочану! Механика человеческих инфополей… — огрызнулся Здец, скрипя зубами и внимательно мониторя обстановку. Отделяться от мальца, пусть и не полностью, было откровенно дерьмовой идеей, поскольку энергетический ихор мира всколыхнуло так, как если в спокойный пруд бросить кирпич, но менять точку зрения Крейна Тинера дистанционно было бы в разы заметнее, после чего можно уже не заморачиваться и сразу херачить весь мир в труху…

Когда ученики начали возвращаться в класс и увидели хрипящего на полу парня, то многие сочувственно покачали головой, хотя никто не помог ему подняться, кроме суетливого Пака и, внезапно, Лейны. Девушка не хотела думать о том, чем вызван этот порыв, но это казалось правильным и ни к чему не обязывающим.

— Эй, да у тебя жар! — воскликнул толстяк, когда они усадили дрожащего Грина на стул. — Что этот ублюдок с тобой сделал?!

— Пак Руин, — Лейна прищурила глаза, — не забывайся!

— Ну так беги к нему и расскажи об этом! — огрызнулся жирдяй, искренне переживая за друга. — Вы все ведёте себя одинаково!

— Толстый, — презрительно прошипела девушка, — а ты сам-то как вёл себя по отношению к нему? Или ты думаешь, что никто не в курсе иерархии в вашем клоповнике для отбросов?

— И что с того? — усмехнулся Пак, твёрдым взглядом смотря в глаза Лейны: — Я признал ошибку и изменил своё мнение. А сама что? Что-то я не припомню, чтобы ты общалась хоть с кем-то из нашей братии и уж тем более разрешала потрогать себя за попку…

— Прекратите оба! — вклинился Грин, почувствовав, что постепенно приходит в норму и не желая, чтобы эти двое конфликтовали. — Я порядке. Лейна, Пак в чём-то прав.

Когда девушка поспешно поднялась и презрительно фыркнула, удаляясь, Грин застонал и мысленно обругал себя последним идиотом за эти слова, а после ещё и испугался не на шутку, поскольку не услышал подобного комментария от демона.

— Да идиот, идиот. Отстань! — небрежно отмахнулся Здец, занятый своими наблюдениями.

Но парню стало легче от этого, несмотря на робкое подозрение, что тот трюк со старшим Тинером был явно не из простых для сущности и, видимо, теперь его настигли какие-то последствия, наподобие отката при разрушении магического конструкта. Чтобы не отвлекать раздражительного демона, Грин протянул толстяку полученный от Тинера небольшой, матово чёрный прямоугольник с рунами:

— Слушай, что это за штука?

— Спрячь скорее! — неожиданно зашипел толстяк, накрывая пластину своими пухлыми ладонями и воровато озираясь по сторонам. Убедившись, что никто из одноклассников ничего не заметил, он перешёл на заговорщицкий шёпот, почти засунув свои губы в ухо Грина и неприятно брызгая слюной: — Это кабалка – новомодная игрушка богатеев. Таскаешь её с собой вместо монет для оплаты покупок. Она отправляет магического вестника в банк, а в конце месяца ты должен отдать потраченную сумму, но если её украдут, то ты не докажешь, что деньги тратил не ты!

— Но у меня нет счёта в банке! — Грин отодвинул толстяка и вытер ухо. — Мне дал её Крейн Тинер, чтобы я никому не рассказывал о домогательствах со стороны Кавена.

— Тогда тем более спрячь! — подавился слюной Пак и в его глазах разгорелся алчный огонёк. Он почувствовал, что не зря, не зря назвал Грина другом! Теперь-то его жизнь точно изменится к лучшему!

Грин кивнул и убрал кабалку в карман брюк. Прозвенел колокол и сфера защиты учителя осыпалась, явив всем Локуса, сильно подвыпившего и оттого крайне добродушного. Парень вздохнул – сейчас учитель целых два урока будет их лучшим другом и замечательным рассказчиком историй из жизни рунистов, а потом, когда накачается окончательно, будет ругать всю молодёжь на чём свет стоит, а к последнему уроку вырубится прямо за столом.

Следуя совету демона, парень слушал максимально внимательно, а сам Здец немного успокоился, поскольку плотность местного ихора была высока и его влияние довольно быстро сгладилось. Однако это всё равно привлекло излишнее внимание и теперь лучше забыть о собственных силах, вместо этого научив прыщеносца нормальному колдунству и собрать достаточно денег. На счёт последнего уже были кое-какие мысли и он обратился к белобрысому:

— Криворучка, спроси-ка у алкаша – почему атоматоны не собирают других автоматонов и не могут мыслить.

— Почему же не могут?! — удивился Локус, выслушав вопрос ученика. — Теоретически это возможно, но такая руническая схема настолько сложная, что ни один из ныне живущих мастеров не в состоянии удержать её в голове целиком.

— Спроси, почему не делают отдельным блоками, — продолжил Здец и парень покорно всё передал учителю, чем вызвал неподдельный интерес жирдяя.

— Хороший вопрос, юноша, — похлопал в ладоши Локус и встал, чтобы пройтись взад-вперёд перед доской нетвёрдым шагом. — Лучшие рунологи бьются над проблемой совместимости рунных схем последние пятьдесят лет, но, пока, не нашли возможности обмануть магические законы мира.

Учитель обвёл скучающих учеников торжественным взглядом, дескать именно кто-то из вас может совершить прорыв, но рунология была не особо популярна ввиду своей сложности, требовательности к таланту художника и дороговизне материалов. Но, с пьяных глаз, все лица казались одухотворёнными и Локус пустился в голубое объяснения механики, сыпя профессиональными терминами и совершенно не считаясь с тем, что перед ним только первокурсники.

Единственные в аудитории, кто внимательно слушал старика, были Пак и Здец. Толстяк слушал из чисто профессионального интереса, а иномирное существо, всего-навсего, прикидывало будущую фору перед другими, когда жирдяй, с его помощью, совершит революцию в рунологии. По всем прикидкам выходило, что они будут на острие прогресса, а значит и первыми, кому инвесторы понесут деньги.

То, что сейчас говорил преподаватель о проблемах совместимости рунических схем, было сущим пустяком и Здец в нетерпении потёр лапы – страшная боевая магия тут возможна, платёжеспособные, повёрнутые на своей исключительности аристократы присутствуют, противоборствующие, густонаселённые страны, также в наличии, а значит все ресурсы, для претворения плана в жизнь, у него под рукой! Осталось грамотно всё разыграть и он достигнет своей цели.

От предвкушения он раскатисто захохотал, заставив Грина вздрогнуть и в очередной раз усомниться в душевном здоровье пришельца. Но тут прозвенел колокол на большую перемену и Моль твёрдой походкой направился из класса, крепко сжимая кабалку в кармане брюк.

— Ты куда? — насторожился Пак. Он обогнал Грина, притормозил юношу и заглянул в его глаза.

— В буфет, — пожал плечами парень и усмехнулся, — какой смысл иметь деньги и не тратить их?

— Ты серьёзно?! — обалдел жирдяй и закрыл лицо ладонью. — У тебя же её сразу отнимут!

— Точно! — Грин щёлкнул пальцами и оставил оттопыренным указательный, будто вспомнив о чём-то важном. Он вернулся к своему месту, подобрал лопату и закинул её на плечо со словами: — Вот теперь не отнимут! Ты пробовал те пирожные с ягодами, которые такие розовенькие?

— Неа, — сглотнул слюну толстяк и невольно улыбнулся, понимая куда клонит тощий.

— Ну так пришло время! Зря я что ли страдал от нападок Кавена? — подмигнул другу Грин и они отправились в буфет, чтобы почувствовать вкус если и не власти, то богатства как минимум.

-------------------------------------

*Для тех, кто не знает Бибигуль:

Глава 14

— Пятьдесят монет за два пирожных?! — обалдело воскликнул Грин, когда буфетчица, молодая, симпатичная девушка, равнодушно озвучила цены, но тут же усмехнулся и вынул из кармана кабалку со словами: — Ну тогда дайте четыре и два стакана сока.

Приложив чёрный прямоугольник к странному устройству с выпуклыми цифрами, парень не удержался и пронаблюдал за процессом магическим зрением. Всё оказалось довольно просто – руны на миг вспыхнули и магический вестник отправился в банк, а девушка выдала им поднос с заказом.

— Мобильный банкинг это хорошо – нашим будет проще! — усмехнулся Здец.

— Что? — переспросил парень, усаживаясь за небольшой столик.

— Не парься, это я о своём. Тут полшага до технологии блокчейн и мы будем в шоколаде.

— Это что-то из других миров? — полюбопытствовал Грин, с наслаждением вгрызаясь в восхитительный ягодный десерт.

— Ага, последнее, что успели придумать и мало-мальски обкатать.

— Ну, если ты говоришь, что оно нам поможет, то я рад! — улыбнулся парень, радуясь тому, что Здец перестал его оскорблять и заодно решил расспросить о других мирах, пока Пак молча поглощал свою порцию: — А какой он – предыдущий мир?

— Человеческий, высокоразвитый… был.

— А что случилось? — как-то сразу напрягся парень.

— Война! — усмехнулся демон. — Война никогда не меняется. Бахнули и весь мир в труху.

— У нас тоже постоянно воюют… — вздохнул Грин, — я бы хотел жить в мире без войн.

— Ну ты дебил! — издевательски захохотал Здец. — Эволюция без борьбы невозможна! Ты думаешь, что отсутствие врагов помогает развитию? Да всё, что придумано природой и человеком, это защитные меры! Кстати об угрозах…

— А ну пошли отсюда! — раздался властный голос из-за спины Грина и его оттащили от стола прямо на стуле, отчего недоеденное пирожное упало на пол, разбрызгав розовый крем на штаны и юбки близко сидящих студентов. Сразу раздались недовольные выкрики:

— Какого демона?!

— Чё творишь, отброс?!

— Сейчас слизывать будешь!

— Ну что, маленькое миролюбивое чмо, — глумливо заговорил Здец, — время показать, что у тебя есть яйца! Ты же не станешь извиняться?

— Прошу прощения! — поспешно поклонился вскочивший со стула Грин.

— Я тебя ща прощу! — рыкнул Здец.

Тощего тут же толкнули ногой в сторону соседнего столика, где сидели три девушки, не самые знатные, но и не совсем простолюдинки. Грин опрокинул столик и уронил двух из них на пол, навалившись сверху так, что его лицо оказалось между упругих грудей одной, а рука под юбкой у другой. Кровь отлила от головы юноши и прилила в другое место, моментально и постыдно оттопырив штаны.

С рычанием поднявшись на ноги и не обращая внимания на возмущённых девочек, юный маг схватил стул и со всей силы швырнул его в пару ухмыляющихся парней, ставших причиной этого конфликта.

— Да! Сила юности! — расхохотался Здец. — Мочи ублюдков!

— Спасайтесь! — как резанный заорал Пак и первым побежал прочь от места будущего побоища, поскольку в жизни не забудет этот безумный взгляд Грина.

Некоторые последовали совету толстяка и быстренько покинули помещение, а другие, напротив – с интересом смотрели на стул, ножки которого пробили защитный барьер одного из шокированных провокаторов, но увязли, не достигнув цели.

Драться Грин не умел и поэтому начал составлять самый простой магический конструкт холода – мог и огня, но внутри помещений это довольно опасно. К колоссальному удивлению окружающих и самого парня, на это ему потребовалось около секунды и противники банально не успели среагировать. Это был хоть и не уровень высших боевых магов, но и не что-то обыденное, поскольку обычно на такой конструкт требовалось около двух секунд, а молодые маги составляли его примерно за три-четыре.

Помещение мгновенно заволокло туманом и, спустя пару секунд, он сконденсировался в заданном эпицентре, покрыв двух задир довольно толстой, на два пальца, коркой льда. Но Грин на этом не остановился и подхватил лопату со жгучим желанием помочь бедолагам выбраться, пока те не задохнулись. Хорошенько размахнувшись, он влепил по растерянным рожам, отправляя парней в объятия беспамятства.

— И так будет с каждым, сучки! — ржал Здец, довольный результатом. Ну и что, что он немного накачал пацана яростью? Главное, что тот её не подавил, а выплеснул на обидчиков, обретя ещё капельку самоуважения и решительности.

Лейна Ромер, сидящая неподалёку и наблюдавшая за происходящим, испытала странную смесь из облегчения, гордости и ревности. Она нахмурилась своим мыслям и задумчиво покинула буфет, напоследок бросив взгляд на прыщавого подростка с лопатой, гордо выпячивающего свой стояк. Ей показалось, или прыщей стало меньше?

И вновь был вызван медик, и вновь им оказалась Милиона.

— Даже спрашивать не буду! — улыбнулась она, подходя прямо к Грину и не удостоив пострадавших даже взглядом. — Ты лучше скажи, вас уже научили пользоваться вестниками?

— Ещё нет, — покачал головой парень, заворожено глядя на огромную, мягкую грудь, которую целительница подала вперёд, чтобы он получше её разглядел.

— Жаль, — вздохнула она, отчего халат едва не сдался под напором грудей. Она посмотрела на Грина с глубоким желанием в глазах и тихо выдохнула: — Я приду к тебе сегодня. Можно?

— Да, но… — прохрипел Грин, чувствуя, что ещё немного и штаны не выдержат напора каменного стояка, — моя комната опечатана и я живу у Пака.

Моль кивнул на жирдяя, когда тот вернулся, поняв, что опасность миновала.

— Он не помешает, — улыбнулась Милиона пухлыми, чувственными губами и направилась выполнять свои обязанности, поскольку она была мастером общих усилений и её всегда вызывали в самую первую очередь, чтобы она дала оценку состоянию здоровья, и чтобы пациент дотянул до появления узкопрофильного специалиста.

Пак как раз провожал сочную задницу медика похотливым взглядом, когда она замерла на миг и обернулась, едва не сломав ноги, за которые волокла пару вырубленных учеников:

— Внимание, сегодня у вас не будет ОФП, передайте всем! — сообщив студентам радостную весть, она удалилась.

Перемена закончилась и все разошлись по своим классам, обсуждая причины столь неожиданного подарка судьбы и почти сразу забыв о стычке в буфете, поскольку подобное бывало по несколько раз на дню.

До конца занятий Грин чуть не умер со скуки, хоть и старался внимательно слушать учителя, но тот, как всегда, уже напился в хлам и ничего интересного не рассказывал, лишь поливал грязью молодое поколение, да вздыхал по ушедшим, золотым временам. Здец вёл себя подозрительно тихо, но парень ощущал колебания в окружающем магическом тумане и внутри своих энергетических каналов, а значит демон что-то замышлял.

— Здец, ты тут? — тактично кашлянув внутри своего сознания произнёс Грин, когда они с Паком возвращались в общежитие после вкусного и сытного ужина.

— Частично. Чего тебе, дрочила?

— Как подготовиться к её приходу? — спросил парень, сильно переживая.

— Попроси у всех прощения, верни то, что брал в долг, попрощайся с друзьями и родными.

— Ты о чём? — впал в ступор Грин.

— О смерти. А ты что имел в виду?

— Да я про Милиону! — нервно выпалил юноша.

— А-а-а, понятно, — хмыкнул Здец, — писюльку помой.

— И всё?! — опешил Грин.

— Ну, подмышки ещё можешь… — безразлично добавил Здец, потеряв интерес к разговору.

— А комната?

— И ей тоже подмышки помой… — невпопад пробурчала сущность, явно занятая чем-то увлекательным.

— Здец!

— Да, что, блядь?! — зло рыкнул демон, которого оторвали от расчётов идиотскими вопросами.

— Как я буду с ней… ну это, в комнате Пака?

— Да как хочешь! Можешь прямо на Паке! Устройте тройничок, только отъе… стань!

Грину почудился звук захлопываемой двери и присутствие сущности перестало ощущаться – придётся выкручиваться самостоятельно…

Размышляя над тем, как бы поделикатнее попросить толстяка погулять некоторое время, он отправился принять душ, отправив Пака отнести лопату в комнату, и с некоторой нервозностью отметил излишнее внимание других парней к своему телу. Они оценивающе скользили по нему внимательными взглядами, в результате чего один из них не выдержал:

— Да к демонам, — он сплюнул и зло закинул полотенце на плечо, направившись в сторону выхода со словами: — ничего особенного, а член у меня больше!

— А пользоваться ты им умеешь? — послышался насмешливый голос Милионы и все парни, как по команде, прикрылись полотенцами.

Кроме Грина.

Он был слишком шокирован внезапным визитом женщины в мужскую душевую и только поэтому замер истуканом. Впрочем, пацаны приняли это за невероятную уверенность и в душе́ завидовали, пожирая похотливыми глазами пышные формы целительницы, проплывающие мимо.

— Я закончила с пациентами, а теперь хочу кончить с тобой! — она приблизилась вплотную к Грину, а полотенца всех парней оттопырились вхолостую.

— Там это… — неуверенно начал Грин, чувствуя, как в пересохшем горле перехватило дыхание, — Пак.

— Мы его не потревожим, — проворковала Милиона и потянула Грина за руку, фактически силой таща его за собой.

Он еле успел подхватить на ходу одежду с вешалки, поскольку она не собиралась тратить время на такие мелочи и останавливаться. Так, в одном полотенце, его дотащили до жилого блока, где Милиона безошибочно нашла комнату Пака и ввалилась туда, увлекая Грина за собой.

— Может сходим… — начал было жирдяй, отрываясь от книги по рунологии, когда дверь распахнулась и тут же онемел от неожиданности увидев вместе с Грином Милиону.

Женщина не обратила на толстяка ни малейшего внимания и закрыла дверь, с улыбкой маньяка толкнув Грина на узкую кровать и медленно приближаясь.

— Побудь сегодня паинькой, — томно произнесла целительница, одним движением скинула халат и осталась в полупрозрачном белье, идеально подчёркивающем её ладную фигуру.

— Здец! — в панике закричал Моль внутри сознания, но не из-за того, что стеснялся, хоть и это тоже, а больше из страха, что сделает всё не так из-за неопытности и медичка потеряет к нему интерес.

— Чего тебе? Свечку подержать? — недовольно пробурчал тот.

— Я же не смогу как ты!

— Ясен хрен, дрочила, что не сможешь! — хмыкнул Здец и добавил: — Не ссы, она сама всё сделает.

В подтверждение его слов Милиона стянула с парня полотенце и встала перед ним на колени, медленно склоняя голову с чуть высунутым языком к его стояку. Грин бросил быстрый взгляд на Пака, чувствуя себя не в своей тарелке от того, что кто-то посторонний наблюдает за ними, но жирдяй выглядел как беломраморная и очень потная статуя, и не подавал признаков жизни, боясь даже вздохнуть.

С нетерпеливым постаныванием, она провела язычком снизу доверху и Грин ощутил влажное, обволакивающее тепло, заставившее его непроизвольно подать бёдра вперёд. Милиона «мыкнула» и задвигала головой вверх и вниз с тихим хлюпаньем, скользя руками по бёдрам и бокам парня.

Со стороны толстяка послышалось шуршание и подозрительно знакомые звуки, известные всем парням старше двенадцати лет, но Грин старался не смотреть в ту сторону, чтобы не портить момент.

Милиона двигалась всё быстрее и быстрее, заставляя парня закусить губы и прерывисто дышать. Он не смог удержаться и взглянул вниз, на целительницу, прямо в её большие, выразительные глаза и тут же испытал взрыв ощущений, а она плотно присосалась, сглатывая в такт его дрожи.

Улыбнувшись и облизнувшись, она, не вставая с колен, сняла с себя верхнюю часть нижнего белья, оголив большую, мягкую грудь с торчащими, розовыми бугорками, и прижалась ей к паху Грина. Придерживая их руками, она гладила и массировала, пока молодое тело вновь не отреагировало как надо. После этого она зажала между влажных от пота грудей воспрянувший стояк и продолжила массаж, в какой-то момент склонив голову и помогая ртом.

Тут в поле зрения парня попала пухлая, трясущаяся рука, тянущаяся к упругой попке, и Грин бросил взгляд на Пака. Тот, закусив губы и беспрестанно сглатывая, смотрел на узкую, важную полоску ткани между ягодиц целительницы, прикрывающую самое сокровенное и с маниакальным блеском в глазах стремился коснуться её хоть кончиком пальца.

От взгляда Милионы это не ускользнуло и она слегка повернулась, чтобы толстяк не грохнулся со стула, в отчаянной попытке дотянуться до неё. Такая вожделенная плоть сама ткнулась в руку Пака, отчего он возбуждённо засопел и сразу запустил пальцы под влажные трусики. Грин почувствовал изменение в ритме женщины и, не удержавшись, прижал руками её голову, проникая в горло на всю доступную глубину.

Она громко застонала и теперь уже сама стремилась поглотить парня полностью, вызывая невероятную бурю ощущений. Тут послышался треск ткани – Пак, не в силах больше себя сдерживать, разорвал её бельё и проник в Милиону сзади, неумело двигая бедрами и постоянно переоценивая свой размер, отчего приходилось проникать заново, но целительница взмокла настолько, что даже это было невероятно восхитительно.

Однако толстячка хватило ненадолго и, через пару минут, он уже изливался на пол, предоставив Милионе возможность оседлать Грина сверху, чем она и воспользовалась, наложив руки белобрысого на свои груди, скользкие от пота и от того вдвойне возбуждающие. Она двигалась интенсивно, но не поднимала попку, скользя кожей по коже, а Моль мял её грудь и гладил, сжимал талию, иногда сильнее подтягивая целительницу, или наоборот – с силой прижимал её, заодно приподнимая свои бёдра.

Пак довольно быстро вновь пришёл в «боевое» состояние и уже без страха и смущения, поскольку его мозги совсем поплыли, подошёл ближе и взялся за женскую грудь, неумело и чересчур сильно сжав её. Милиона вскрикнула и резко развернулась не отрываясь от Грина и крепко схватила пухляша за мошонку, притягивая ближе. Тот пискнул, но подчинился, и она, держась на Грине за счёт внутренних мышц и коленей, изогнулась в сторону Пака, сильно оттопырив попку так, что парню теперь было видно всё.

Милиона довольно грубо заглотила Пака, прикусывая зубами и оттягивая мошонку, но тот был совершенно не против, и даже ухватил её за волосы на затылке, грубо проникая ещё глубже. Грин уже освоился и теперь жаждал больше стонов от Милионы и проник в неё пальцем, не переставая прижимать её свободной рукой к себе.

Она протестующее замычала и хотела повернуть голову, но Пак держал крепко и ей осталось только подчиниться, чувствуя себя беззащитной, поверженной жертвой двух агрессивных самцов, полностью взявших её под свой контроль… Это было божественно!

Целительница создала два конструкта общего усиления, чтобы юноши не выдохлись раньше времени, но она просчиталась…

Парни разошлись на полную катушку и вскоре пользовали её как хотели и где хотели. Спустя пару часов и несколько десятков оргазмов, Милиона была уже без сил и вяло пускала слюни на стол, с глупой улыбкой глядя вникуда подёрнутыми поволокой глазами, в то время как друзья были в ней одновременно, стоя с двух сторон и высоко задрав её ногу.

Испытав последний оргазм вместе с парнями, она из последних сил коснулась их руками и вырубалась, сладко улыбаясь, а Грин и Пак, как настоящие рыцари, обтёрли её простынёй, перенесли на кровать и Моль создал небольшой конструкт холода, чтобы снизить тепмературу в комнате.

Они кое-как натянули форму на потные тела и, победно усмехаясь, направились в душ, растолкав столпившихся у дверей дрочил и походя разбив их подглядывающий конструкт. Многие и соседей по общежитию склоняли перед ними головы, в знак смирения и признания их альфа-самцами.

Гордые и благородные трахари отправились в ещё работающий буфет сразу после душа и набрали там сока, да фруктов, чтобы восстановить баланс жидкости в организмах.

Когда они вернулись в комнату, то Милиона сразу открыла сонные глаза и улыбнулась, с благодарностью принимая живительную влагу. Они втроём устроились на кровати и неспеша жевали фрукты, чувствуя единение после оргии.

— Жаль, что отец не понимает насколько это восхитительно, — промурчала Милиона, расположившись головой на коленях Грина, и сложив стройные ноги на колени Пака, чтобы парням было удобнее её гладить.

— Угу, — в унисон буркнули те, млея от происходящего.

— Он даже специально запер меня в академии и распустил слухи, что я жестоко убиваю своих любовников, хотя, на деле, делал это сам…

— Что?! — одновременно поперхнулись парни, перестав гладить целительницу.

— Да, — сладко потянулась она и нежно погладила Грина рукой, а Пака пальчиками ног, — но я рада, что вы не испугались ни глупых слухов, ни моего отца, а то у других сразу всё вянет, когда они слышат такое.

Она хихикнула, а парни почувствовали как у них всё завяло, засохло и отвалилось.

— Оп-па, па… — присвистнул Здец, — нежданчик однако! Умеешь же ты влипать в неприятности…

— Я? Я?! — заорал на демона Грин.

— Ну, тело же твоё, — хихикнул демон.

— Но управлял то им ты!

— Это ты ему расскажи! — откровенно хохотнул Здец.

— Кому? — не понял Грин.

Тут дверь в комнату распахнулась, а за её порогом толпились члены ордена демонологов, во главе с директором и ещё неизвестные люди, несущие на одежде эмблему императора.

— Здец! — вслух прохрипел Грин, но ответом ему было многозначительно молчание…

Глава 15

— Тощий! — скомандовал директор и парня тут же окружили магические конструкты, настолько сложные по структуре, что магозрение показывало лишь пёструю, быстродвижущуюся рябь.

Грина подбросило в воздух и туго стянуло невидимой оболочкой, а лежащая на его коленях Милиона с грохотом свалилась на пол, в лужу разлитого сока.

— Дядя, что ты делаешь?! — воскликнула целительница, неловко вставая, но даже не думая прикрыться.

— Мили? — сперва немного удивился директор, а когда он окинул взглядом комнату, сопоставил факты, то его глаза едва не вылезли из глазниц и он заорал как бешенный: — Ты что натворила, распутная девка?! Тельмар же прибьёт их! Его…

Это он имел в виду бледно Пака, трясущего от страха жирком, поскольку Грина они допросят и убьют сами, сперва нейтрализовав ужасного демона, скрытого в нём.

— Кого опять я должен прибить?! — донёсся из коридора суровый, но недоумевающий голос и этот кто-то стал проталкиваться через демонологов забивших коридор своими телами.

Едва увидев лицо Тельмара Верна в дверном проёме своей комнаты, Пак завизжал и забился под маленький стол, причитая:

— Я не трогал её, только дрочил, дрочи-и-ил! — зарыдал он.

— Значит я оторву только твоё дрочило… — прорычал Тельмар темнея лицом и пытаясь протиснуться в комнату.

— Да оставь ты его, потом оторвёшь! — возразил Гарчек, рукой преграждая путь младшему брату. — Всё, выносим, в ритуальной почти всё готово.

— Какой ритуальной?! — завопил Грин, но сделать это получилось лишь внутри своей головы, поскольку тело никак не реагировало на его команды и вообще пребывало в состоянии паралича, пуская слюни.

Через несколько секунд парень перестал видеть и слышать, оказавшись в тёмноте небытия.

— Упс… — виновато почесал рогатый затылок возникший перед ним Здец.

— Что за «упс»? Это же твоих рук дело! — накинулся на него с кулаками Грин, когда понял что оказался запертым внутри своего сознания.

— Вообще-то, щегол, это твой косяк! — рассмеялся демон, когда тощие кулачки парня ударили пустоту. Существо вновь появилось уже за спиной мага и насмешливо произнесло: — Если бы ты не вырубил папочку Кавена, то мог бы ещё долго наслаждаться глубокими минетами в исполнении Милки.

— Что же делать?! — обернулся Грин и с мольбой в глазах посмотрел на демона. — Ты можешь сбежать от них?

— Могу, — пожал плечами Здец, приняв облик длиннобородого старика в свободной белой хламиде и с длинным посохом, — но они пока ничего страшного не сделали. Вот как начнут приносить тебя в жертву, тогда и подумаю.

— Зачем ждать?! — воскликнул парень. — Нужно бежать сейчас же!

— Эх, — Здец вздохнул и уселся на появившийся камень, всем своим видом излучая мудрость тысячелетий и продолжил тоном наставника: — Подойди, отрок, пришло время твоего обучения.

— Серьёзно? — усмехнулся Грин подходя ближе и тут же, очень больно, получая длинным посохом по голове.

— Не дерзи, юноша, — Здец в образе старика усмехнулся и ещё раз долбанул парня по голове.

— Эй, я же молчал!

— Мысли твои точит червь сомнения, я лишь очистил твой разум! — пафосно изрёк старик и треснул юношу в третий раз.

— Какого?! — прошипел Грин отпрыгивая на безопасную дистанцию и хватаясь за звенящую от боли голову.

— Для профилактики! — мудро ответил Здец и поднялся с камня, который тут же исчез. — Садись за парту и слушай!

Он указал юному магу на появившуюся мебель и сбитый с толку Грин молча сел, хоть и со скепсисом отнёсся к этому балагану. Седобородый Здец взмахнул своей палкой и перед ним появилась огромная доска, исписанная схемами десятков магических конструктов.

— Знаешь ли ты, отрок, что есть магия?

— Да, — хмыкнул Грин, — подчинение тайных законов мира своей воле.

— Неверно! — резко ответил Здец и треснул парня по голове посохом.

— Ай! Да хватит, объясняй нормально, если такой всезнающий!

— Посмотри, — старик картинно взмахнул посохом и одна из схем с доски повисла в воздухе перед партой, — что делает этот конструкт?

— Не знаю… — честно признался Грин.

— А этот? — рядом с первым повис второй.

— Тоже не знаю.

— Скажи мне, отрок, они похожи?

Грин не совсем понимал куда клонит Здец. Это были два совершенно разных конструкта, да и таких элементов он никогда не видел.

— Нет.

— Создай их по очереди.

— А последовательность структуры? — попросил парень, поскольку всегда нужно знать начальную точку – базу.

Здец опять взмахнул посохом и объёмный конструкт превратился в привычный для мага план. Грин медленно и точно исполнял каждый компонент, совершенно забыв о том, что находиться внутри собственного сознания и магического эфира тут не может быть в принципе.

Вскоре он закончил и теперь, перед ним висела белая светящаяся сфера, окружённая самоподдерживающимся конструктом.

— Неплохо, — сдержанно похвалил его наставник и развернул другой конструкт, — а теперь собери рядом второй.

С этим пришлось повозиться подольше, поскольку составные элементы были гораздо сложнее, но и тут Грин справился, внезапно сообразив, что всё вокруг ощущается очень реально! Даже потоки эфирного тумана вели себя как настоящие – напрягали энергоканалы и сопротивлялись.

— И что теперь? — загорелся парень, видя перед собой совершенно одинаковые сферы, но созданные разными конструктами. Подобное не описывалось ни в одной из книг, а значит, демон собрался выполнить обещание и научить его, но было решительно непонятно причём тут эти конструкты.

— Ты мне скажи! — хитро улыбнулся старик.

Грину начало казаться, что именно так Здец и выглядит на самом деле, а всё, что было до этого, являлось проверкой его целеустремлённости! Правда, оргии и беспредел в городе не очень вязались с образом благообразного старца, но, чем демон не шутит?

— Я понял, что можно сделать одно и тоже разными конструктами! — радостно выпалил он, за что и получил твёрдым посохом по голове.

— Нет, смотри, думай, вспоминай!

— Сложно… — вздохнул парень, потирая ушибленную голову, но все равно напряг мозги и память.

Первым, что всплыло в памяти, были слова Здеца о говённой магии этого мира, основанной на эффекте линзирования. Грин знал, что такое линзы и что они могут сфокусировать солнечный свет в одной точке… Тут его осенило!

— Ну конечно! — радостно воскликнул он, чувствуя, что коснулся какого-то великого откровения. — Конструкты могут быть какими угодно, но главное эффект, который они вызывают!

— Мда… — тяжело вздохнул старец и вытащил из-за пазухи баночку, на которой было написано крупными буквами «Вазелин». — Не доходит через голову, запихнём через задницу…

Грин, сперва, с непониманием наблюдал за бормочущим стариком, но, когда тот перевернул посох и начал густо мазать «вазелином» странно-гладкое остриё с утолщением на конце, ледяной ужас сковал его тело, заставляя мозги работать на полную катушку.

— Любой конструкт можно изменить, чтобы враг не догадался о типе атаки?! — выкрикнул Грин предположение, чтобы вытянуть из Здеца хоть один намёк.

Седобородый не ответил. Он долго и пристально смотрел на юношу тяжёлым, задумчивым взглядом, после чего разочарованно выдохнул и убрал банку со странным и скользким «Вазелином».

Грин вздохнул с облегчением, когда Здец начал протирать остриё посоха чистой тряпочкой от жирной мази.

— Последний шанс… — с неимоверной грустью и сожалением в голосе проговорил старик. В его руках появилась круглая, большая жестяная банка красного цвета, с нарисованной на всю крышку звездой.

Стоило ему открыть ёмкость диаметром в две ладони, как в ноздри Грина ударил густой и пронзительный запах мяты и эвкалипта, от которого тут же защипало глаза и они заслезились. К ужасу парня, Здец зачерпнул полную пригоршню ядовито-жёлтой мази и комом налепил её на очищенную от вазелина часть посоха.

Юный маг с такой скоростью заработал мозгами, что казалось, будто сейчас из его ушей пойдёт дым. Он пучил глаза в конструкт и пытался понять – что именно хочет услышать Здец? Однако найти за несколько минут то, что не углядели все маги мира за тысячи лет, было совершенно невозможно!

В следующий миг, Грин вдруг понял, что стоит голышом на четвереньках, а руки и ноги закованы в деревянных колодках. Демон горестно вздыхал где-то позади, а ягодицы парня чувствовали жжение, даже не смотря на то, что Здец его даже не коснулся.

— Прости, — с непередаваемой грустью, раскаянием и сожалением в голосе заговорил Здец, подойдя поближе и погладив парня по голове как собаку, — я должен прекратить твои мучения и мне тоже будет больно… В душе́.

— Не-е-е-ет! — заорал Грин Моль, когда сзади послышалось шуршание ткани от широкого замаха.

— Что нет? — тут же оживился бородатый Здец и замер с посохом, занесённым над жертвой.

— Стой! Я почти понял!

— А… — разочарованно протянул педагог и прищурил один глаз, чтобы не промахнуться, — я тоже уже почти понял, что в тебе нет ни капли воли и стремления к победе, а значит, нет смысла строить конструктивные отношения!

После слов демона в голове молодого мага что-то щёлкнуло, но было уже слишком поздно!

— По самые гланды! — взревел Здец и завершил замах.

Остриё, густо смазанное демонической мазью, устремилось к задней части юноши, но тот резко вытянул руки и ноги, растягиваясь на полу и моментально покрываясь холодным по́том ужаса, отчего посох лишь вскользь коснулся ягодиц, сжатых до каменной твёрдости, и ударил его по затылку.

Не теряя не секунды, Грин, стараясь не замечать нарастающего жжения вдоль позвоночника и ноющей боли в затылке, перекатился на спину и выставил скованные конечности в сторону Здеца, став похожим на перевернутого, перепуганного жука.

— Стой, стой! — он замахал руками, чтобы вновь замахнувшийся демон повременил протыкать его своим посохом. — Конструкты не нужны! Слышишь? Не нужны! Убери палку, я всё понял!

— Чудненько! — Здец улыбнулся как любящий дедушка и с любовью погладил большую красную банку как питомца.

Мир моргнул и всё стало по-прежнему – Грин в одежде и за партой, а старик у доски, на камне.

— Что это за дрянь? — кивнул на банку парень, содрогнувшись от воспоминаний. К счастью все неприятные ощущения пропали.

— Это «Звёздочка», — с улыбкой ответил Здец, бережно пряча мазь за пазуху, — лечит всё, включая синдром рассеянного внимания и врождённую лень. Главное знать дозировку и способ применения.

— А ты не мог просто сказать, что конструкты не нужны? К чему это представление? — Грин довольно быстро успокоился и тешил себя надеждой, что демон не собирался всерьёз намазать ему кишки изнутри, но боль в ягодичных мышцах, перенапряжённых сжатием, твердила, что всё было по настоящему.

— Это не моя прихоть! — твёрдо ответил Здец — Есть некоторые правила и им нужно следовать, иначе быть беде. Итак, отрок, если ты считаешь, что конструкты не нужны, то как тогда творить магию?

— Я не знаю… — задумался Грин.

Демон вздохнул и опять вынул банку «Звёздочки», демонстративно осматривая остриё посоха, а Грин застонал и со стуком уронил голову на парту. Он уже желал, чтобы его побыстрее доставили в ритуальную и там прирезали, прекратив этот кошмар со Здецом в главной роли.

Тем временем, во внешнем мире, находящееся в магической коме тело уже доставили в самый центр Валса. Тут, среди богатых особняков с пышными садами, торчала невысокая, уродливая чёрная башня ордена демонологов.

Монолитное сооружение без единого окна находилось здесь задолго до появления крупного города. Поначалу, как и водится, тут был форпост с хитрой триграммой, призванной заманить демонов, заблокировать и уничтожить, но фронт сместился и ловушка не пригодилась. Чтобы не хоронить колоссальные ресурсы, потраченные на создание схемы, пришлось скрыть на всех уровнях то, что тысячи людей, специально привезённых сюда служили лишь приманкой, и, вместо этого, объявить их первопоселенцами противодемонического убежища.

Слухи и однозначная позиция императора по этому вопросу быстро обеспечили новому городу приток жителей и денег. Для поддержки легенды сюда привезли несколько известных в народе, но, провинившихся перед начальством демонологов, немного управленцев и всё пошло своим ходом.

В центре триграммы, вокруг башни синхронизатора, селились те, кто принёс в казну города наибольшие средства. Одно острие схемы занял особняк императорского наместника, другое, чуть позже, магическая академия, а на третьем стоял военный гарнизон.

Самое смешное, что единственный, из ныне живущих, кто знал об истинной истории города был Здец. Все военные документы были уничтожены, а современники тех дней уже давным-давно сгнили. А он, в свою очередь, вытащил это из ДНК-памяти рода Грина, проследив всех предков и их окружение до самого момента, как их завезли на эту землю.

Делегация демонологов, под наблюдением агентов императора, вышла из бронированного руномобиля, больше похожего на стальной сарай на колёсах, и спешно направилась через небольшую площадь, прямиком к охраняемому спуску под башню.

Тело Грина парило в воздухе и пускало слюни на гладкие, чёрные ступени длинной лестницы, ведущей глубоко под город. Окружающие его два десятка магов были максимально сосредоточены и молчаливы, но изредка, с некоторым сомнением, бросали взгляды на худого парнишку.

Наконец они спустились в просторный зал, стены, пол и высокий потолок которого были покрыты множеством рун. Теперь предстояло активировать некоторые из печатей, чтобы не дать демону сбежать или как-то действовать и разбудить парнишку, после чего вытянуть демона и уничтожить его суть.

Это был самый ответственный момент, поскольку при обычной смерти носителя демоническое естество возвращалось в свой мир, а этого допускать нельзя, ведь тогда он вновь будет призван и станет в разы осторожнее. Никто не знал как именно размножаются демоны, но то, что после войны их стало значительно меньше и по истечению тысячи лет нового вторжения не случилось, было хорошим знаком и демонологи старались изо всех сил, призывая и уничтожая их по одному.

Разумеется были случаи полного подчинения демона человеком, но то были элитные воины императора и, к тому же, они проходили регулярные обследования на предмет одержимости.

Мальчишку оставили на полу в центре схемы и все непричастные к ритуалу отошли к стенам. Гарчек кивнул коллегам и те осторожно, по очереди, освобождали Грина от сдерживающих конструктов. Наконец парень открыл глаза, сел и вытер рукой бегущую слюну, устало глядя на демонологов.

— Грин Моль, — осторожно заговорил директор академии, пристально глядя на подростка — внутри тебя находится демоническое существо, знаешь ли ты об этом?

— Да, но я не уверен, что это демон... Это что-то хуже…— тихо пробормотал измученный учением парень и сделал небольшой шаг, тут же наткнувшись на невидимый барьер. — Можно водички?

— Нет! — жестко отрезал Гарчек, но тут же смягчил тон: — Ты должен помочь нам и тогда всё произойдёт гораздо быстрее.

— И что делать?

— Сейчас демон не может ничего сделать и тебе нужно просто расслабиться, чтобы добровольно передать ему контроль над телом.

— Не получиться… — вздохнул парень, — он ушёл.

— Когда?! — воскликнул Гарчек и все в ритуальной напряглись.

— Только что.

— Засранец, никуда я не ушёл! Не вводи людей в заблуждение! — проворчал Здец и отвесил белобрысому звонкий подзатыльник.

У всех присутствующих вытянулись лица, когда прямо возле парня возник босой человек в простой рубахе и полотняных штанах. Демон, если это был он, добродушно улыбнулся и сделал шаг к столпившимся демонологам, совершенно не обратив внимания на печати, щиты и прочие меры сдерживания не только демонов, но вообще всего, что только можно.

Самым примечательным в облике незваного гостя был жуткий, кривой шрам через всё лицо, отчего тот смотрел единственным, голубым глазом. У магов затряслись поджилки, когда мужчина пригладил короткий ежик темных волос и уверенно направился к ним.

— Ланге́рнар… — прошептал кто-то из магов и упал на колени, а за ним бухнулись и другие.

— Истинно так, — широко улыбнулся мужчина и посмотрел на Гарчека, — прости, что коснулся тебя, когда был в ярости, но беда пришла в мир.

— Хранитель мира, что происходит?! — спросил агент императора, стоя, как и все на коленях перед главным из богов, чей образ известен всем и каждому. Да и исходящая от мужчины мощь и спокойствие были именно такими, как их описывалось в священном писании.

— Грядёт война, — произнесло божество страшные слова, заставив всех охнуть, — и этот юноша избран мной для великого сражения! Он поведёт за собой армию, а после победы я возвышу его и приму в пантеон!

— Но с кем война, справедливейший?

— Ралта, мать хаоса, почти сбросила оковы и переманила на свою сторону Герана-заступника. Он готовит для неё тёмную армию и уже выбрал генерала среди смертных.

— Боги упасите! — на автомате воскликнул кто-то из магов и тут же осёкся, но Лангернар кивнул.

— Вот вам мой завет – держите это в тайне и не дайте врагу найти мальчика, пока я не закончу его обучение. Корни зла уже проникли в империю, остерегайтесь шпионов Герана, но и сами не сидите без дела, а выясните кто его избранный!

Божество развернулось и направилось обратно к худому юноше. Тут Гарчек наконец набрался смелости и произнёс в божественную спину:

— Хранитель мира, великий Ланге́рнар, не мог бы ты выслушать скромную просьбу твоего последователя?

Мужчина обернулся и кивнул с доброй улыбкой.

— Могу я просить немного увеличить срок моей жизни, — елейно начал лысый, толстый директор, но видя, что бог начинает хмуриться, затараторил, аргументируя: — чтобы я мог завершить её на поле боя, во имя твоё?

— Я исполню твою просьбу! — одобрительно кивнул Лангернар такому сознательному и ответственному человеку.

Здец скрипнул зубами. Этот рунный склеп и так кое-как скрывает его частичку, а если ещё и колдануть чего-нибудь, то это будет фиаско. Но и убивать разом столько влиятельных фигур будет идиотизмом, поэтому он выбрал третий вариант:

—Но битва ещё не скоро. Мой ученик займётся продлением твоей жизни, главное не мешай ему и жди! — произнесло божество и скрылось внутри юноши, поскольку рунические схемы и барьеры уже трещали по швам.

— Хитрожопый говнюк! — проворчал Здец, вновь оказавшись в сознании Грина.

— Ты думаешь они поверят? — с сомнением спросил его парень.

— Уже поверили, не сомневайся, — хмыкнул Здец. — Тут всё заточено против демонов – им даже иллюзию не создать, так что всё норм, не ссы и не забивай голову всякой ерундой, а лучше поскорее помой и побрей задницу!

— Это ещё зачем?! — моментально насторожился Грин.

— Потому, что скоро выстроится очередь, чтобы её поцеловать! — заржал Здец.

Глава 16

— Это… Водички то можно теперь? — скромно потупившись попросил парень в тишине ритуального зала.

— Да да, разумеется! — маги засуетились, наперегонки создавая магические конструкты, попутно кляня себя за то, что не попросили у бога чего-нибудь, как Гарчек. Однако, теперь все они причастны к великой тайне и уж что-нибудь им да перепадёт.

Пока Грин с удовольствием пил чистейшую воду из ледяного кубка, к нему осторожно приблизился Тельмар и, прочистив горло, осторожно заговорил:

— Прошу меня простить, но какие планы на мою дочь имеет почтенный Лангернар?

Моль поперхнулся, а Здец заржал:

— Имеет план «иметь»!

— Ну серьёзно! — заныл Грин.

— Ладно, давай управление, юный падаван, у тебя всё равно времени остались слёзы.

Парнишка почесал запястье, все увидели, как его детское лицо вдруг наполнилось одухотворённостью и мудростью тысячелетий.

— Добрый Тельмар, — высокопарно начал Здец, отчего Грин, внутри своего сознания, хлопнул себя рукой по лицу, испытывая странный стыд, — дочь твоя избранна моей жрицей и телохранителем моего ученика и, а также апостола его Пака. Отринь сомнения и будешь ты, и семья твоя вознаграждены за преданность!

— Благодарю за оказанную честь! — низко поклонился Тельмар, радостно улыбнувшись сразу после слов о награде.

— Теперь же я покину вас, времени осталось не так много! — Здец направил тело Грина на выход и обернулся уже у самых ступенек: — И помните: тот, кто не удержит в себе сию тайну, будет жестоко наказан, как и весь род его!

Юноша пафосно удалился вверх по лестнице, а двадцать магов загалдели, едва стих звук шагов:

— Нужно принести клятву на крови!

— Создадим тайный орден!

— Как мы скроем это от императора?

— Нужно указать в отчёте, что демон изгнан и всё в порядке!

— Думайте о возможной выгоде и просто держите язык за зубами!

— Гхм… — донеслось со стороны лестницы и все моментально замолкли, резко повернувшись в ту сторону и чувствуя себя крайне неловко. Богоизбранный, обнажённый юноша стоял на входе и чесал затылок со смущённым выражением на лице: — А можно хоть какой-нибудь плащик?

Члены тайного ордена тут же накинулись на одного из своих, самого тощего, и сорвали с него одежду, не обращая внимания на тихое возмущение. С заискивающими улыбками они подали Грину свою добычу, при этом держа штаны вчетвером, рубашку втроём, по двое на каждый ботинок, по одному на каждый носок, ещё четверо растянули пиджак, а оставшиеся торжественно принесли трусы.

— Почему мне стыдно за их поведение?! — пробормотал парень, наблюдающий, как взрослые, влиятельные люди заискивают перед ним.

— Это называется «испанский стыд», — засмеялся Здец, принимая от раболепных элитариев помощь в одевании, — и он означает, что у тебя есть капля самоуважения и здравого смысла, что несколько удивительно…

— А тебя, я смотрю, вообще ничего не смущает… — буркнул парень.

— Неа, — усмехнулся Здец, оправляя слегка великоватую одежду, — я же не человек – мне чужды ваши заморочки с моралью и прочей хернёй.

Грин на это только мысленно покачал головой, а Здец направился наружу. Снова.

Вечерело. В роскошных особняках зажигались уличные огни, а худой парнишка, в одежде явно с чужого плеча, насвистывая мелодию, шагал через площадь, где его и догнал запыхавшийся директор академии.

— Пожалуйста подождите! — хватая воздух ртом воскликнул Гарчек и согнулся перед парнем, оперевшись руками о колени. Он немного отдышался и заговорил: — Ученику нельзя находиться вне академии во время учебной недели, позвольте, я отвезу вас!

Здец равнодушно пожал плечами и кивнул. У него пока не было дел в городе, а устроить попойку с оргиями теперь можно и на территории академии. Они уселись в тот же бронированный фургон демонологов и уже вскоре шагали по освещённым дорожкам между учебными корпусами.

— Отец Кавена Тинера отправил его в академию Сареса и вы можете заселиться в его комнаты! — лебезил директор перед тощим, безродным студентом.

— Это неприемлемо и вызовет излишнее внимание, — покачал белобрысой головой Здец. — Пусть всё идёт своим чередом, да и мальчику нужно сосредоточиться на учёбе, а аскетичность старого общежития подходит для этого как нельзя лучше.

— Гхм, по поводу комнаты… — немного замялся директор, — тот ритуал…

— Это был условный сигнал, что пора снисходить на землю.

— Сигнал? — удивился Гарчек, впервые в жизни слыша нечто подобное.

— «Говно случилось» – таков был смысл послания от моих прислужников, — равнодушно произнёс Здец.

Директор поперхнулся и закашлялся, а наблюдающий Грин нервно хихикнул на ту непосредственность, с которой «недемон» нёс совершенно случайную ахинею и вводил в заблуждение всех окружающих, а те ему безоговорочно верили. Тут было чему поучиться!

— А ваши прислужники, они?.. — как бы вскользь спросил Гарчек.

— Покинули территорию, — кивнул Здец, — можно снять наблюдение и прекратить расследование.

— Да да… — директор отвёл глаза в сторону.

— А теперь, для моего ученика, пришло время отдохнуть. Помни – веди себя как обычно и храни тайну. Не давай мне повода усомниться в твоей преданности!

— Да, великий Лангернар! — с жаром ответил Гарчек и, слегка поклонившись, засеменил в сторону своего особняка.

Здец задумчиво посмотрел ему вслед, ухмыльнулся и пошёл в общежитие.

— Как думаешь, они сдержат слово и будут молчать? — полюбопытствовал Грин, которому такой рассудительный и вежливый демон нравился гораздо больше.

— Ты реально дебил! — заржал Здец. — Да уже завтра все будут знать о пришествии бога!

— Почему? — опешил Грин, не понимая как можно пойти против божественной воли, тем более если хранитель мира стоял буквально прямо перед тобой.

— Потому что гладиолус! Не тупи, лошара, кто же откажется посадить свою жопу в кресло императора?

— Я не вижу связи… — пробормотал Грин, честно пытавшийся представить, как можно обмануть бога.

— А жирдяй бы увидел! — с усмешкой подколол Здец тощего, но снизошёл до пояснения: — Они создадут организацию, подтянут вашу церковь и будут выпрашивать у Лангернара разные блага под предлогом активного поиска избранного Гераном и противодействия шпионам. Наберут влияния и сместят императора под прикрытием своей приближённости к богу.

— Но ты же им прямо приказал хранить тайну! — парировал Грин.

— Слушай, выкидыш логики, — Зцец вздохнул и остановился посреди дорожки, — прекрати думать, что кто-то упустит такой шанс, даже под страхом смерти. Тут многое завязано на устройстве вашего социума и все хотят сделать свой род «снова великим». Завтра по всей стране будут бегать безумные пророки и кричать о приближении последней битвы бобра с козлом, а ещё требовать от каждого выбрать сторону. Они разгонят массовую истерию, а потом намекнут о том, что избранный света уже здесь, но спасёт он только тех, кто оплатил билетик на ковчег.

— Понятно, — кивнул Грин и сел в кресло, внутри своего сознания, где демон создал, как он сам выразился: «отдельное измерение с эмуляцией законов мира и парой дополнительных плюшек», — меня вычислят и убьют шпионы императора…

— Ух ты, сообразил! — с иронией похвалил его демон и продолжил шагать к общаге. — Только никто не будет знать, что избранный это ты и спекуляция пойдёт именно на этом – наши сектанты будут пилить бюджетные деньги, выделенные на твои поиски.

— Погоди, — нахмурился Грин, — они что, будут брать деньги от обеих сторон?!

— Ну а чего ты ожидал, политический девственник, что они будут впахивать за идею? — обидно засмеялся Здец. — Они тебя потом ещё и продадут третьим лицам!

— И что делать? — как-то отстранённо спросил Грин, чувствуя, что его затягивает в колоссальный водоворот безумия.

— То, что ты и хотел – стать сильнее и дать пи… отпор и тем, и тем!

— Ладно, — вздохнул парень, — последний вопрос: что будет, если настоящий Лангернар придёт в мир?

— Тоже получит пи…отпор!

— Что за «пи», Здец? — вяло поинтересовался парень, чувствуя сильную усталость от обилия информации и некоторых откровений.

— Именно он! — безумно захохотала сущность, но Грин уже дрых.

Иномирец усмехнулся и почесал затылок. Он избавился от меньшего геммороя, заменив его на больший, но более растянутый во времени. В целом это даст небольшую фору, но следует поторопиться и начать лучше с финансовой независимости, но, при этом, особо не отсвечивать. Кандидат для этого как раз есть в наличии, осталось лишь обрадовать его этой новостью.

— Оп-па, попались! — резко и очень ехидно воскликнул Здец, хлопнул в ладоши и потёр руки, когда отворил двери в комнату Пака, однако его брови тут же поползли верх.

Жирдяй поднял на него бледное лицо с красными, зарёванными глазами, но двигаться не перестал.

— Не, я понимаю, что перед смертью не надышишься, но, походу, ты затрахал её до смерти… Она вообще дышит?

Словно в ответ, бессознательная Милиона тихо застонала и, не открывая глаз, глупо улыбнулась, пуская слюну из уголка рта.

— Самец, уважаю и всё такое, — хмыкнул Здец раздеваясь и подбирая с пола свою одежду, затоптанную оравой демонологов, — но смертная казнь отменяется и даже твоё дрочило никто не тронет. Отпусти уже девочку, маньяк толстожопый.

Жирдяй ослабил стальную хватку побелевших от усилия рук на бедрах целительницы, и та сползла со стола, уютно свернувшись калачиком на полу.

— У меня есть план как стать самыми богатыми в мире и ты его ключевая фигура! — белобрысый переоделся, уселся на кровать и закинул ногу на ногу, привалившись спиной к стене и пристально глядя на кудрявого толстяка.

— Тельмар нас не тронет? — медленно, словно сомнамбула произнёс Пак, пребывающий в отрыве от реальности из-за ужаса перед неизбежной расправой.

— Неа, — усмехнулся Грин, отпивая сок из бутылки, — и вообще, можешь называть его «папа», поскольку он самолично благословил нашу антанту.

— Кого? — выпучил глаза жирдяй, медленно приходящий в себя.

— Ну, типа, тройственный союз, шведскую семью, любовный треугольник… — парень махнул рукой, — не суть. Отныне можешь пялить Милку хоть у него на глазах, он будет только рад!

— Тебе повредили голову и ты бредишь! — охнул Пак, не зная что хуже – быть кастрированным или сумасшедшим?

Грин промолчал и лишь загадочно улыбнулся, поскольку толстяк уже выглядел заинтересованным, а то, что парень вернулся целёхоньким после того, как его уволокли, как бы намекало на его некоторые неизвестные возможности.

— Ладно, дружище, я поверю и выслушаю твой гениальный план! — кивнул Пак и надел трусы, после чего надолго присосался к бутылке с соком.

— Ты знаешь как работают кабалка, вестники и руны?

— В общих чертах, — кивнул Пак, вроде догадавшись куда клонит Грин, — но подделать её невозможно, а вестники несут отпечаток отправившего, так что тут тоже мимо.

— Нет, упитанный друг мой, я спросил про сам принцип, когда руническая схема формирует вестника для определённого адресата.

— Ну там сложность чисто в технике и мастерстве рунолога, но, в целом, ерунда. Ты хочешь заново изобрести переговорные амулеты?

— Да ты просто охренеть какой прозорливый! — неподдельно восхитился Здец, жалея, что у нет возможности вселяться в подобных смекалистых парней.

— Ну и что нового ты придумал? — скептически, уже без энтузиазма спросил разочарованный Пак, на секунду поверивший в исключительность Грина.

— Многое, — вновь загадочно улыбнулся парень и рывком принял вертикальное сидячее положение, — но сперва, расскажи мне: почему переговорники не используются повсеместно?

— Дорого, нужно быть магом, малая дальность, обязательно парные амулеты… — начал перечислять толстяк, но сразу махнул рукой и уставился на тощего: — Ну и?

Вместо ответа юноша встал, подошёл к столу и вынул два листа обычной бумаги и обычный карандаш. Заинтересованный Пак подошёл поближе и Грин протянул ему карандаш со словами:

— Схему простейшего переговорника знаешь?

— Ну да, — хмыкнул толстяк, беря карандаш, — но на бумаге дальность будет шага три и сдохнет за секунду.

— Непринципиально, — отмахнулся Грин, — черти́.

Пак активировал магозрение, чётко представил всю схему целиком и убрал защиту от всепроникающего магического тумана, позволяя тому наполнить тело. Он грациозно выписывал на бумаге сложную вязь фигур и символов, не отрывая грифеля, а следом за кончиком карандаша тянулась силовая линия, как вода, заполняющая искусственный канал.

Вернувшись в начало схемы, он оторвал карандаш и взял второй лист бумаги, где проделал то же самое. Утерев капельки пота со лба, толстый посмотрел на тощего с видом «и что теперь?». Грин взял из его рук карандаш и просто, не влияя на силовую схему, перечеркнул переходные линии в нескольких местах на обоих листах бумаги и вынул ещё тридцать два листа:

— Теперь черти́ эти части отдельными схемами, точно до моих линий.

— Они не будут работать! — усмехнулся Пак. — Это уже пробовали – отдельные части схемы не взаимодействуют между собой. Чем ты слушал Локуса?

— Рисуй давай, или Милка тебе больше не даст коснуться и кончика сосков! — злобненько произнёс тощий.

— Убедил! — засмеялся Пак и нарисовал несколько разорванных схем, в которых не было и капли магии.

Получив требуемое, Грин начал складывать части схемы друг на друга, чтобы обрывы линий на нижнем листе продолжались в другой плоскости верхнего. Молодой рунер с интересом наблюдал за этими действиями, поскольку проблема больших площадей для размещения схем тоже присутствовала.

Закончив с одной стопкой, Здец приступил к сборке второй и потом, вместо того, чтобы объяснить суть всех действий, убрал их в сторону и протянул Паку ещё два чистых листа:

— А вот здесь две большие, простенькие схемы накопителя.

Пак пожал плечами и за несколько секунд начертил две ровные, двойные спирали, наполненные энергией. Белобрысый взял накопители и аккуратно обернул ими бумажные стопки, придерживая верхний край пальцем.

Но что произошло дальше, Пак не успел понять!

Вокруг руки Грина, на мгновение, возник какой-то конструкт и он с силой хлопнул ей сперва по одной стопке бумаги, а потом и по другой. В тот же миг листы как будто сплавились в единое целое и наполнились энергией. Это было настолько невероятно, что толстяк потерял дар речи и не моргая следил за тем, как Грин, с усмешкой, подносит одну спрессованную стопку к губам:

— Рас, рас, яйцетряс. Проверка студийной аппаратуры, — произнёс он, не используя ни капли магии для активации схемы.

— Рас, рас, яйцетряс. Проверка студийной аппаратуры, — одновременно с этим раздался его голос от второй стопки бумаги.

Шокированный толстяк всё не мог отвести взгляда от невероятного чуда, всё продолжая пялиться, пока энергия в переговорниках не иссякла. Разумеется, подобные одноразовые амулеты были не новостью, но накопитель, обычно, вносился непосредственно в саму схему, чем сильно её усложнял и их делал совершенно бесполезными, отчего все предпочитали переговорники, в которые нужно вливать энергию самостоятельно.

— Такая вот херня, — улыбнулся Грин и продолжил, не давая Паку и секунды опомниться: — А теперь представь, что будет амулет… Нет. Устройство, которым сможет пользоваться каждый, даже неодарённый, и не только говорить через него с кем угодно, но и делиться фотографиями, видео, залипать в социальных сетях, тратить деньги в приложениях, играть и слушать музыку!

— Что?! Я ничего не понимаю…

— Ты и не должен! — торжественно захохотал Грин. — Я сделаю из тебя Пака Джобса, а нашу компанию назовём…

Он огляделся и поднял с пола надкусанный с трёх сторон, слегка обвисший огурец и сунул его под нос толстяку:

— Кукумбер!

Глава 17

Пак слушал Грина затаив дыхание и не веря, что подобное может сотворить обычный человек, хоть и маг. Уже три часа белобрысый возбуждённо ходил по комнатке и на повышенных тонах рассказывал о невероятном будущем и что он, то бишь Пак, войдёт в историю, как отец новой эпохи.

Толстяк настолько загорелся этой идеей, что уже притоптывал на месте от нетерпения и рвался бой. Проснувшуюся Милиону отправили за кофе и печеньками, а Здец уже вещал про базовые станции по всему миру, какой-то бесплатный спутниковый интернет и глобализацию.

— Да! — Пак вскочил со стула и пламенным взором уставился на Грина, положив руки на его плечи. — Сделаем это! Давай схемы.

— Какие схемы? — опешил Здец. — С меня идея, а с тебя техническое исполнение.

— Погоди, — толстяка аж перекосило от снизошедшего откровения, — да ты же сам не знаешь как это реализовать!

— Чёй-та?! Я же тебе говорю – сперва заинтересуем самых влиятельных и они будут нас рекламировать!

— Да я про устройство, идиот! — не выдержав заорал Пак в лицо тощего, понимая что всё это оказалось не более чем безумно красивой сказкой.

— А нахрена бы мне тогда нужен ты?! — резонно удивился Грин. — Я вдохновляю и финансирую, а ты исполняешь!

— Да я даже близко не знаю как это сделать! — прорычал Пак, но тут же махнул рукой и устало опустился на стул: — Забудь, это невозможно, а разговоров то было…

Внезапно Грин подшагнул к толстяку, крепко схватил за кудри и запрокинул его голову назад, приблизив лицо и жутко, утробно прорычав:

— Жирный гандон, ты решил, что быть первым просто и достаточно минимальных усилий?! Возможно мне стоит просто убить тебя и поискать более уверенного в себе партнёра?

— Может тебе поцеловать меня в жопу и показать пример перекрёстного взаимодействия переговорников? — вырвавшись из хватки огрызнулся Пак, взбешённый вдохновенной речью тощего, на деле оказавшейся плодом больной фантазии.

— Ну смотри, свинина! — зло рявкнул белобрысый и, оттолкнув Пака, схватил бумагу и карандаш.

Едва он начал чертить, как толстяк, пренебрежительно наблюдавший за его действиями, замер с открытым ртом, поскольку в первом же штрихе плескалось такое количество энергии, что было удивительно как обычная бумага держит такое.

Грин молниеносно выписывал немыслимо сложные фигуры твёрдой рукой, а воздух в комнате начал вибрировать от колоссальных потоков магического тумана, устремившегося в руническую вязь, засасываемый невероятным водоворотом воли.

Меньше пяти минут потребовалось парню на то, чтобы на листе бумаги не осталось и пятнышка пустого места, после чего он взял ещё три чистых листа и пронумеровал их. На каждом из них он набросал очень странную схему и загнул уголки вовнутрь так, чтобы одна часть схемы касалась другой при надавливании на сгиб Завершающим трихом он проставил цифры на эти уголки.

Пак стоял ни жив ни мёртв, боясь вдохнуть и привлечь к себе внимание, но чудовище находилось с ним в одной комнате и бежать было некуда. Монстр закончил и со злобным оскалом схватил толстяка за ухо и подтянул к столу.

Демон в обличии Грина прижал пальцем сгиб с цифрой «1» на листе обозначенным цифрой «2» и Пак увидел, как на полностью исписанном листе один за другим вспыхивают разные контуры, после чего листы-амулеты «2» и «1» оказались связаны между собой через ту, сложную вязь, сделанную самой первой. После этого он несколько раз объединил переговорники в разном порядке, демонстрируя созданное на коленке то, что никто не смог придумать за тысячу лет!

— Ну так что, чмошник номер два, что скажешь? — злобно скалясь процедил тощий, тыча толстяка лицом в лежащие на столе схемы.

— Ты демон! — прохрипел Пак, безуспешно пытаясь вырваться из невероятно могучей хватки.

— А ты трусливое говно! — прорычал Здец.

— Тебя уничтожат и меня вместе с тобой! — хрипел и дёргался Пак.

— Это всё, что тебя беспокоит? — с какой-то странной интонацией произнесли губы Грина, отчего толстяк моментально замер. — А то, что я демон само по себе тебя не волнует?

— Да срать мне на это! — ответил Пак и добавил уже немного с тоской: — Такие возмущения в эфире не останутся незамеченными и скоро за тобой придут…

В подтверждение его слов входная дверь слетела с петель и на пороге возникли директор Гарчек, Тельмар Верна, его полуодетая дочь Милиона с кофейником в руках и серые безопасники академии. У всех были настолько решительные лица, что толстяк не выдержал и обмочился.

— Здрасте, — просто произнёс Грин, держа Пака за шкирку над полом как нашкодившего котёнка, слегка сдвинув его в сторону, чтобы не накапало на штаны.

— Что тут произошло? — осторожно спросил Гарчек.

— Учимся потихоньку…

— А-а-а, — тут же расплылся в улыбке директор, мельком бросив взгляд на рунические схемы, лежащие на столе, отчего его глаза вспыхнули алчным огнём,— учитесь, учитесь! Пойдёмте, — обратился он к безопасникам и положил руку на плечо Тельмара, — тут всё в порядке.

— Милиона, — внезапно с теплотой в голосе проговорил Тельмар и натянул на лицо жуткую улыбку, которая должна была выглядеть ободряющей, после чего слегка подтолкнул целительницу внутрь комнаты, — будь хорошей девочкой!

— Дверь запилите обратно! — возмутился Грин, наконец опустив ничего не понимающего, шокированного Пака на стул.

— Разумеется! — вновь улыбнулся директор и кивнул безопасникам: — Давайте-ка вернём всё, как было!

Те неохотно исполнили приказ, тихо бормоча, что Гарчек мог бы и не ломать её тогда.

Когда они вновь остались втроём, а Милиона тут же оголилась и, грациозно изгибаясь, налила ребятам кофе, Грин встал перед ошарашенным Паком с торжественной ухмылкой победителя:

— Ну что, скозлопас, каков твой ответ?

— А они… — Пак одними глазами указал на закрытую дверь, намекая на причастность ко всему этому директора академии. Присоединятся к демонопоклонникам было откровенно страшновато, но раз сам орден демонологов замешан в этом, то, в случае чего, можно сказать, что его заставили под страхом смерти.

— Люди в курсе. Работаем?

— Думаю да, — не очень уверенно кивнул толстяк, — а ты…

— Тогда спать! — перебил его Здец. — У тощего всё спросишь.

Пака тут же вырубило и он упал на пол, не выпуская кружку с горячим кофе из рук. Белобрысый окинул заинтересованным взглядом сбитую с толку Милиону и вынул ремень из брюк:

— А вас я порошу остаться! — усмехнулся он, убирая из рук девушки кофейник и накидывая на них ремённую петлю.

— Что ты задумал? — изобразив испуг прошептала целительница и шагнула ближе к парню, давая себя связать.

— Для тебя тоже есть пара уроков! — сально улыбнулся Здец и стал медленно наматывать её роскошные волосы на кулак…

Пока все студенты старой общаги затыкали уши и накрывали головы подушками, чтобы не слышать сладострастных женских криков и хоть немного поспать, Гарчек и Тельмар сидели в гостиной директорского особняка и пили вино.

— Лангернар… — отец Милионы задумчиво поскрёб покрытый щетиной подбородок. — Даже не верится.

— Ты сам видел его, — ответил Гарчек, не отрывая взгляда от потёртой книги без названия, — в нём не было ни капли демонической энергии.

— Но всё равно слишком уж всё складно получается… — маг покатал тонкий бокал между ладоней. — Надеюсь Милиона узнает что-нибудь интересное.

— Тельмар, ты невыносим! — Гарчек наконец поднял глаза и теперь смотрел на младшего брата с укором: — Почему тебе везде мерещатся демоны? Она мёртва, забудь уже.

— Мы слишком мало о них знаем, кровь может пробудиться…

— Прекрати уже, двадцать пять лет прошло! Ты в порядке, а твоя дочь на сто процентов человек!

— Но эти её… похождения…

— Да потому, что ты тоже любил потрахаться не меньше той суккубы! — засмеялся Гарчек. — Ну давай провёдем очередной ритуал пробуждения, но, я тебе гарантирую, что результат будет тот же!

— Всё равно на душе неспокойно, — тихо проговорил маг и откинулся в кресле, смотря в одну точку на потолке. — Воздух слишком тяжёлый, как перед грозой…

А тем временем Здец вышел на ночную погулку:

— Хорошо! — произнёс он, с удовольствием вдохнув ночной воздух, наполненный ароматом зелени, цветов и медленно приближающегося конца света.

— Грин Моль! — послышался резкий окрик из подлеска.

— Ат-ты-ж-ля! — от неожиданности Здец вздрогнул и резко обернулся на голос.

— Я проучу тебя! — Лейна Ромер вышла из кустов и гневно сверкнула глазами, попутно убирая из растрёпанных волос мелкие ветки.

— Девчуля, у тебя, кажись, проблемы… — присвистнул он. Девчонка явно была не в себе.

— Напротив, — она хищно усмехнулась, — проблемы у тебя!

Следом за девушкой из кустов вылезли четверо злобных третьекурсников и окружили тощего парня.

— Даже спрашивать не буду, чем вы там занимались… — состроил гримасу отвращения Здец, чем вызвал вспышку ярости у парней, и приступ панического стыда у Лейны.

— Умри! — уже кричит один из хлопчиков и бросается в атаку.

Здец ловко перехватывает кулак, направленный ему в лицо, шагает в сторону и с хрустом выворачивает руку.

— Соси! — он с усмешкой дёргает конечность вверх и парня сгибает в пояснице. В опущенное лицо тут же прилетает худое колено. — Кей о!

Пока самый ретивый мешком оседал на траву, трое оставшихся уже закончили с конструктами и к Здецу устремились три волны жиденького пламени.

— Лунная клизма, дай мне сил! — заорал он и вскинул руки вверх, цепляясь за ближайшую ветку и быстро подтягиваясь.

Поток огня прошёл ниже, слегка поджарил ягодицы, а Здец, не теряя ни секунды, уже раскачался на руках и прыгнул прямо на плечи следующего, прямо пахом в лицо. С силой сдавив его голову бёдрами, он бзданул от натуги и насмешливо прохохотал:

— Нюхни газу, злодей!

Противник не растерялся и замолотил кулаками вслепую, одновременно двигая челюстями, чтобы укусить насевшего парня, но сделал только хуже!

— Сила гачи-юности! — только захохотал Здец на его потуги.

Он резко прогнулся назад, опёрся руками о землю, схватил там случайно подвернувшуюся, ошалелую мышь, и швырнул через себя униженного студента обратно в лес. Оставшиеся двое вновь намагичили, но, на этот раз, они решили заморозить противника.

— Пикачу, я выбираю тебя! — крикнул белобрысый прежде, чем на него нацелили конструкт и метнул перепуганную мышь в одного из парней.

С пронзительным писком и гадя в полёте, грызун устремился к испуганной морде. Там он уцепился когтями за губы и начал скоблиться в сжатые зубы.

Это сбило концентрацию противника и конструкт его рассыпался, наградив мага откатом. Воспользовавшись замешательством врага, Здец шагнул ближе и мощно ударил в лицо ногой, превращая в кровавое месиво губы и нос, попутно продавливая мышь сквозь сломанные зубы.

Остался последний, но он был не так глуп как его друзья и моментально воспользовался небольшой форой!

— Стой, стрелять буду! — с улыбкой заорал Здец вслед убегающему парню, быстро стянул с себя туфлю и метнул её точно в затылок беглеца.

Третьекурсник рухнул как подкошенный, выбыв из драки, и теперь пришло время разобраться с девчонкой!

Вот только она уже покинула поле битвы и тощий парнишка лишь с усмешкой покачал головой. Вернув обувь, он, как ни в чём не бывало, продолжил шагать вдоль леска и вскоре выбрался на ухоженную территорию академии.

Его целью была кафедра алхимии.

В отличии от магии, ноги которой росли непосредственно от мага, алхимия была в этом плане нейтральной и даже если он сейчас соберёт аналог атомной бомбы, то это его совершенно не демаскирует.

С лёгкостью проникнув в запертый корпус и проигнорировав все защитные руны хранилища материалов, он задумчиво прогуливался вдоль полок и разглядывал реагенты. Помещение было огромным и насквозь провонявшим дикой смесью самых разных запахов, от которых слезились человеческие глаза.

Потратив целый час на осмотр содержимого склада, Здец пришёл к неутешительному выводу – ничего, более-менее адекватного для быстрого, массового убийства из этого не сделать. Вероятно тут были не все возможные варианты реагентов, а в памяти парнишки не было, и быть не могло, полного списка. Книги тут тоже не в жилу, поскольку корявому человеческому описанию веры нет.

Чтобы не делать это проникновение совсем уж бесполезным, Здец собрал все полезныематериалы, покинул склад и взломал лабораторию. Там он раскочегарил учительский алхимический стол и через полчаса покинул помещение с пол-литровой бутылкой сияющей золотой жидкости.

С усмешкой взглянув в ясное, звёздное небо, Здец сделал глоток своего варева и жгучая волна прокатилась сквозь человеческое тело, а голову наполнил хрустальный перезвон.

Эфирный туман закрутился вокруг одинокой фигуры юноши. Если бы хоть кто-нибудь сейчас видел это, то он бы потерял сознание от шока – эфир конденсировался в крошечные капельки и, оседая на коже юноши, мгновенно впитываясь!

Мышцы начало сводить судорогой и если сейчас не дать на них нагрузку, то они просто порвут сами себя. Именно поэтому юноша сорвался с места в карьер, направляясь к стене академии.

На этот раз он не стал использовать сложный конструкт для прохода сквозь стену. Энергометаболитик продолжал действовать, искажая некоторые сигналы души, и Здец использовал краткосрочный фазовый сдвиг, проскользнув через измерение, где стены и охранного контура не существовало.

Он нёсся через город, прямо к поместью наместника, но, внезапно, резко остановился.

— П-помоги монеткой добрый юноша, — заикаясь от испуга, проговорил калека, сидящий у стены.

Он был грязен. Спутанные волосы на голове торчали в разные стороны, в бороде застряли остатки пищи, а под лохмотьями, некогда бывшими штанами, угадывались неестественно вывернутые ноги.

— Сегодня твой счастливый день! — рассмеялся странный парень, а калека насторожился и, чуя подвох, приготовился бежать на костылях. — Встань и иди!

Бедолагу окутал сложнейший конструкт и его кости начали вставать на свои места с громким треском, но совершенно безболезненно. Уже меньше чем через минуту калека неверяще смотрел на свои исправленные ноги и сразу, неуклюже, поспешил встать.

Они работали! Он поднял на юношу взгляд полный слёз:

— Ты что натворил падла?! Кто здоровому подаст?! — орал мужик, брызгая слюной.

— Оу, сорян, — юноша смущённо почесал затылок, но тут же щёлкнул пальцами: — Ща всё поправлю!

Не успел мужик и глазом моргнуть, как парень врезал ему ногой сначала по одному колену и тут же, моментально, по второму. В переулке раздался громкий хруст, а за ним последовал отчаянный вопль бедолаги. Он упал на землю с вывернутыми в другую сторону коленями и потерял сознание, а юноша кивнул своей отлично проделанной работе и побежал дальше.

До рассвета оставалось не так много времени и Здец спешил как мог.

На территории поместья охраны стало явно больше – если сравнивать с последним визитом. Однако это не было существенной проблемой и уже через пару минут в спальне наместника стояла худая фигура, окутанная предрассветной тьмой.

Толстый наместник, вместе с женой, мирно храпел на огромной кровати, но тут же, видимо почуяв опасность, открыл глаза и резко сел.

— Кто здесь?! — задал он наиглупейший вопрос, включая свет.

Вместо ответа он получил прикроватной тумбочкой в лицо и отбыл на курорты бессознательности, а его пышнотелая жена скинула с себя одеяло, столкнула ногой на пол тело мужа и томно прошептала:

— Лети ко мне, мой мотылёк!

— Б-ж-ж-ж-ж! — прожужжал Здец и рыбкой нырнул в кровать к пышечке – то, что нужно, чтобы подкачать силу и выносливость под метаболитиком.

А еще, где-то в особняке должна быть миловидная дочка наместника и его почтенная матушка…

Глава 18

Грин резко открыл глаза и сел, пытаясь унять бешеное сердцебиение. Странный сон про сексуальный террор в особняке наместника сразу забылся, но эмоции ещё плескались в теле и парень огляделся.

Он находился голышом в незнакомой, богато обставленной комнате с занавешенными окнами, посреди большой кровати со смятыми простынями.

Кто-то всхрапнул совсем рядом и Грин осторожно заглянул за край кровати. Там, на полу, мирно спала очень пожилая женщина, причмокивала губами и улыбалась во сне. Голая.

— Здец! — шёпотом выругался парень и поспешно стал искать свою одежду.

Она довольно быстро нашлась на вычурной люстре и он попытался достать её в прыжке, но только чиркал пальцами по свисающей штанине.

— Позволь тебе помочь… — раздался тихий голос за спиной, от которого волосы встали дыбом на спине парня.

Он побоялся обернуться и лишь напряжённо вслушивался в приближающиеся, шаркающие шаги. Тут в его поле зрения попала морщинистая рука, держащая богато украшенную клюку, которая довольно ловко поддела вещи и сбросила их на пол.

Поспешно одевшись, Грин всё-таки обернулся и натянуто улыбнулся пожилой даме:

— Спасибо.

— Это тебе спасибо, мальчик, — усмехнулась старушка похолодевшему парню и потрепала его по щеке. — Пойдём, я провожу тебя.

Она покопалась в шкафу и дала Грину плащ, скрывший форму академии, а так же вручила ему в руки какую-то большую коробку. Сама же надела платье и неспешно, опираясь на клюку, повела его за собой.

Грин с ужасом наблюдал, как по богатым коридорам поместья носятся боевые маги и проверяют защитные контуры. Служанки испуганно жались к стенам, но, при приближение парня, начинали улыбаться и перешёптываться между собой.

Его провели через кухню, где каждая повариха незаметно помахала ему рукой, и вывели в сад. На негнущихся ногах он шагал до ворот, где злобные, огромные сторожевые суки радостно замахали хвостами при его появлении и рвались с цепей, чтобы подластиться.

Возле домика охраны старушка поцеловала его в лобик и он вышел с территории особняка.

— Здец… — облегчённо выдохнул Грин и тут же выругался – время близилось к началу уроков, а он находился на другом конце города.

Поудобнее перехватив коробку, он со всех ног помчался по улицам, стараясь не думать о том, как попадёт в академию.

Лавируя между пешеходами и едва не попадая под колёса руномобилей, Грин с удивлением отметил, что ещё никогда не бегал так быстро и долго. Тело переполняла сила и появилось странное чувство эйфории от забега.

Но, ничто не вечно и к воротам академии он добрался свесив язык и еле переставляя ноги.

— По поручению директора! — махнул рукой запыхавшийся Грин суровому охраннику.

Безопасник тут же отправил вестника Гарчеку и почти сразу получил подтверждение словам студента. Грин только кивнул и помчался в учебный корпус из последних сил.

— Я там… Директор… Вот… — неопределённо махнул рукой и прохрипел задыхающийся парень, согнувшийся в дверях аудитории и опирающийся руками о колени.

Не дождавшись ответа удивлённого учителя, он поднял коробку и проследовал на своё место, где шумно уселся на стул. Преподаватель замер на несколько секунд, видимо связываясь с директором, а после продолжил урок, как ни в чём не бывало.

— Так вот это, и есть одно из направлений призыва. Сложность заключается именно в правильно оформленной команде, но, даже освоив базу, вы не останетесь без работы и сможете прокормить себя, просто отправляя и принимая сообщения в глухих провинциях.

Отпрыски состоятельных семей презрительно засмеялись, но женщина с укором посмотрела на учеников поверх толстых очков:

— Зря смеётесь. Никто не знает, как обернётся жизнь и ваша удача, что вы родились в обеспеченной семье, может отвернуться в любой момент!

— Учитель Ноя, а когда нам предоставят возможность призыва за счёт академии? — спросил кто-то из небогатых.

— В день зимнего солнцестояния, когда грань между мирами наиболее тонка. Но, в целом, вы можете совершить ритуал в любой день. Однако помните, что у вас всего одна попытка в жизни!

— А как же фантомные твари? — удивлённо спросил сосед Грина, заглянув в тетрадь с конспектом.

— Это другое направление и, в целом, они бесполезны, — ответила учитель, сразу же поднимая руку и останавливая галдёж по поводу фантомных крыс лысого садиста, — но бывают исключения, но они, в целом, довольно редки и их не принимают в расчёт. Фантомы – это отражение воли мага и они бесплотны, как и любые мысли.

Грин слушал вполуха и поочерёдно косился то на напряженного Пака, то на нервозную Лейну. К концу урока учитель Ноя объяснила общий принцип формирования вестников и сообщила, что после перемены будет первая практика.

В перерыве подошёл Пак.

— Эй, ты сейчас Грин или не Грин? — тихо шепнул он, склонившись над столом.

— Чего? — прищурился парень, воровато оглядываясь по сторонам. — Что ты имеешь в виду?

— Брось, ночью я говорил с твоим демоном и он сказал, что ты всё расскажешь!

— Во имя богов, Пак, — прошипел Грин, ничуть не удивлённый очередной выходкой сущности, — не здесь же!

Толстяк согласно кивнул и указал на коробку:

— А там что?

— Понятия не имею… — Грин покосился на тару, в которой всю дорогу что-то брякало.

— Я открою? — Пак с интересом попинал коробку.

— Ну открой… — безразлично пожал плечами тощий, абсолютно уверенный, что там нет ничего интересного.

Жирдяй поднял крышку и вытащил бутылку с золотой, сияющей жидкостью, после чего в классе повисла гробовая тишина.

— Это ещё что? — тут же подскочил Лайк Кайер, один из наследников довольно известного рода алхимиков.

Он моментально выхватил из пухлых ручек Пака сосуд и уставился на его содержимое магозрением. Грин сразу же понял, что это явно нечто важное и встал со стула.

— Верни! — он требовательно протянул руку.

— А то что? — с усмешкой спросил Лайк, оглядываясь на подошедших своих четверых друзей.

— А то всё… — это Пак выпятил пузо и встрял в разговор, очень многообещающе, с вызовом, улыбаясь парням и подмигивая Грину.

— Он спит! — одними губами произнёс Моль и самоуверенная ухмылка жирдяя плавно превратилась натянутую улыбку.

— Ну давайте, — оскалился Лайк и потряс бутылкой прямо перед носом Грина, провоцируя того на действия.

Хоть это и было глупо, но Грин, всё же, попытался отнять непонятную жидкость. Лайк, ожидаемо, отдёрнул руку, вот только недостаточно быстро и ладонь белобрысого ударила сосуд, выбивая его и отправляя в полёт.

Все заворожено следили за полётом бутылки, ровно до того момента, пока она не разбилась вдребезги о стену, а расплескавшаяся жидкость очень быстро стала испаряться, наполняя помещение едва заметным золотистым туманом.

Стоило один раз вдохнуть его, как мышцы и энергоканалы присутствующих задрожали, расширяясь и укрепляясь.

Ученики, вместе с учителем, тут же сорвались со своих мест и, толкаясь, ломанулись к исчезающей золотой луже, где, как алчущие свиньи, слизывали эликсир с пола и стен. Слишком силён был эффект! Слишком невероятным было само существование подобного зелья! Слишком быстро оно исчезало!

Пак едва не поддался общему порыву, но Грин резко ухватил его за плечо и с силой сжал. Уж он-то понимал, что это тоже проделки Здеца и одни демоны ведают к каким последствиям это может привести.

Тощий и толстый непроизвольно отступили на шаг, когда одноклассники скрестили на них взгляды обезумевших глаз и двинулись в их сторону, рыча и скалясь. Страшнее всего это выглядело в исполнении учителя Нои, славившейся своим спокойным характером, да хрупких девочек, чьи лица перекосило безумием.

— Дай!

— Ещё!

— Сейчас!

Внезапно, вся толпа резко ускорилась и бросилась в атаку, протягивая к парням руки со скрюченными пальцами и брызжа слюной.

— Одержимые! — завизжал Пак, но, к его чести, сразу двинул пухлым кулаком в первого подбежавшего – то ли стремясь защитить Грина, то ли оттого, что им отрезали путь к дверям, а аудитория находилась на четвёртом этаже.

Биться против превосходящего противника было бессмысленно и парни рванули вдоль стены с окнами. Они опрокидывали за собой столы и стулья, чтоб хоть как-то задержать спятивших подростков и дождаться прибытия безопасников, но эффект оказался слишком слабым.

На их беду, тут не было никого, кто мог бы позвать охрану, а в эфирном тумане не возникло ни одной аномалии, чтобы те сами заинтересовались. Но, самое паршиво было в том, что Грин понятия не имел о свойствах зелья и может статься, что изменения в людях уже необратимы.

Свалка из мебели лишь немного замедлила толпу одержимых и Грин, в отчаянии, коснулся татуировки на запястье, чтобы виновник этого безумия сам разобрался. К его удивлению, ничего не произошло…

— Здец! — мысленно заорал паникующий Грин, глядя, как одноклассники перепрыгивают препятствия и быстро приближаются.

Ответом ему послужила тишина и ощущение полного отсутствия присутствия посторонних сущностей в голове. Мелькнула мысль, что, может быть, всё не так страшно, но одна из девочек внезапно ускорилась и вцепилась в жирную ногу Пака!

— А-а-ах ты тварь красивая! — заорал толстяк и пнул миловидное личико со всей силы, ломая изящный носик.

Грин неумело ударил подбежавшую учительницу, но кулак прошёл вскользь и Ноя навалилась на него всем весом, сбивая с ног. И секунды не прошло, как над ним образовалась рычащая, пускающая слюни и клацающая зубами куча-мала, где каждый старался дотянуться до худого тела и отхватить кусочек.

Пак оказался в таком же положении и уже верещал от боли, поскольку количество впившихся в него зубов было прямо пропорционально площади поверхности упитанного тела.

— Здец! — уже вслух отчаянно кричал Грин, но проклятый демон не отвечал.

Впервые в жизни парень почувствовал настолько близкое дыхание жуткой смерти, а вместе с этим пришла твёрдая воля к жизни!

— А-а-а-а-а! — сдавленные лёгкие юноши породили крик отчаяния и последней надежды!

Он начал вливать в себя эфир, чтобы выпустить его широкой волной, как при первой встрече со Здецом. Это было смертельно опасно, но ему не нужно большое преимущество – достаточно остаться на краю жизни и пережить одержимых!

Но что-то пошло не так! Слишком много эфирного тумана проникало в его тело и слишком быстро энергоканалы начинали коллапсировать, не справляясь с нагрузкой.

«Проклятье! Пак тоже погибнет! И Лейна!» — мимолётная мысль начала быстро раскручиваться, — «Остальные тоже не виноваты и не заслуживают смерти! Отбросить! Только отбросить! Умоляю!»

Время замедлилось для Грина. В момент, когда неконтролируемый поток энергии почти вырвался в материальный мир, он хватался за него волей, стремясь придать безопасную форму бушующему шторму. Это было сродни попытке вылепить скульптуру из тумана, но, внезапно, ему вспомнился урок Здеца о природе магии, проведённый по дороге в ритуальную комнату ордена демонологов:

«Забудь про создание конструктов, это костыли! Вы пропускаете энергию частями через собственные тела и быстро лепите из неё куличики, как малыши в песочнице. Когда куличиков становиться достаточно, возникает так называемый конструкт, непосредственно вызывающий предсказуемые завихрения в потоках эфира и изменения в материальном мире... — в учебном классе, внутри сознания Грина, Здец в образе старца расхаживал перед парнем, ритмично постукивая ногтями по жестяной банке со «Звёздочкой». — Но этот метод появился от того, что все ваши попытки, контролировать потоки напрямую, заканчивались смертью магов. На самом деле, тут нет ничего сложного, если понимать, что течение энергии нельзя остановить, чтобы спокойно вылепить из неё нечто. Она как бурный поток – всегда в движении. Ты должен научиться менять её направление на ходу, став тем самым конструктом, но и тут есть один маленький нюанс, с которым ты должен разобраться сам, иначе ничего не выйдет…»

Это Грин и так знал из истории появления магии, но в словах Здеца была зацепка о «единственном нюансе», и, судя по всему, это было что-то очень простое, чего никто не заметил или не придал значения.

И вот сейчас, отчаянно стремясь выжить и при этом не навредить окружающим, он, кажется, понял суть!

Взрывной поток энергии покинул тело юноши и расшвырял навалившиеся на него тела, но как-то слишком слабо и очень уж аккуратно… Покусанный Пак, до этого чувствовавший возле себя магический самоподрыв и оттого уже простившийся с жизнью, неверяще хлопал глазами и смотрел на поднимающегося с пола Грина, окутанного колышущимся, бледно-зелёным потоками. И самое удивительное – его было видно обычным зрением!

Сам же парень с удивлением поднял руки к лицу и долго вглядывался в свечение, всё никак не веря в то, что ему удалось обуздать неконтролируемый выброс энергии. В магозрении всё это выглядело точно так же, за исключением того, что эфирный туман стал видимым и его, как будто, понемногу засасывало в этот поток.

Долго любоваться на этот эффект ему не дали – одержимые вновь спешили в их сторону, всё так же безумно сверкая глазами, нечленораздельно рыча и роняя слюни на пол.

— Сделай что-нибудь! — крикнул Пак.

Грин сделал.

Он взмахнул рукой, изо всех сил воображая липкую слизь, смывающую и обездвиживающую людей, но это не сработало и толпу вновь отбросило волной чистой энергии. Грин, тут же, попробовал собрать известный и привычный конструкт заморозки, но, как только первая фигура, начала формироваться, эфирный туман отпрянул в стороны и всё рассеялось.

— Зови охрану! — крикнул Грин, ещё раз откидывая всех в один угол и освобождая путь к дверям. Внутри тела нарастало странное чувство жжения и он понимал, что это связано с окутывающим его светом и предел уже близок. Он попытался закрыться от мировой энергии, но это вызвало такую вспышку боли и глубинного ужаса, что от этого пришлось отказаться.

Жирдяй рванул на волю и через пару секунд по коридорам академии разнёсся вопль:

—Там одержимые! Демоны! Пожар!

— И сиськи! — заржал внезапно проявивший себя Здец, обращая внимание Грина на изодранную форму некоторых учениц.

— Как этим управлять?! — сразу набросился на него парень, чувствуя, что скоро зажарится изнутри.

— А как хочешь! — продолжал смеяться проклятый демон, но в его голосе слышалось довольство и гордость. — Можешь руками, можешь ногами, но помни: не доставай дрочило!

— В жопу твои шуточки, — взъярился Грин, — я сейчас сдохну! Как это прекратить?

— Почувствуй силу, Люк! — не унимался Здец, и не думавший давать полезные советы, поскольку парнишка сам должен дойти до понимания. Умереть он, конечно, ему не даст, но страданий будет предостаточно. — Сформируй золотоё ядро в даньтяне и воздвигни вокруг него девять колон воли! Культивируй усердно и станешь королём всех шаманов!

— Чтоб ты сдох, Здец!

— Силу просил, чмошник? Вот и не ной!

Грин вновь взмахнул рукой, чтобы свалка из одержимых не поднималась на ноги и тут его осенило! Он вытянул руку перед собой, сосредоточился на одноклассниках и скрючил пальцы, как бы сжимая воздух вокруг них.

Ничего.

— Да чтоб тебя! — взорвался парень. Из-за нарастающей боли соображать становилось всё труднее.

— Ветер дует, вода течёт, огонь горит… — не унимался Здец, откровенно издеваясь над страдающим пацаном.

— Скотина! — из последних сил заорал Грин, желая демону вечно страдать в преисподней. — Почему так больно?!

— Потому, что ты девственник! — ответил хохочущий Здец. — В первый раз всегда больно!

— Да что ты нес… — мысленно простонал парень, но, внезапно, его осенило! Опять.

Собрав всю решимость и волю в кулак, он начал закрываться от мировой энергии. Энергоканалы трещали от перегрузки, грозясь рассыпаться и убить его, но он сжимал зубы и терпел сквозь слёзы. Больше всего это напоминало попытку закрыть дверь во время страшного урагана – чем ближе цель, тем труднее тянуть, а врывающийся в щель ветер швыряет в лицо песок и мусор, сдирая кожу и мясо.

Внезапно всё прекратилось и обессиленный юноша упал на колени. Секунду спустя в аудиторию ворвалась охрана и моментально сковала одержимых льдом. Тут же прибежал директор, а в дверях виднелись любопытные лица студентов.

— Ну поздравляю, чё, — хмыкнул Здец, — ты сдал вступительный экзамен в детский сад для магов!

Глава 19

— Что тут произошло?! — Гарчек пропустил в аудиторию Пака и плотно закрыл дверь. Первым делом он подбежал к Грину и, с тревогой в голосе, спросил: — Ты в порядке?

Грин кое-как кивнул, а Пак поспешил всё объяснить:

— Лайк отобрал и разбил бутылку, а потом все обезумели!

— Какую Бутылку?! — вскинул бровь директор.

— Пол-литра? Вдребезги? Да я вас щас! — с угрозой в голосе заорал Здец в голове Грина.

— Твоих рук дело? — не особо удивившись, вяло поинтересовался у монстра парень.

— Эту, — произнёс один из безопасников, возвращаясь от стены, где ещё недавно была золотистая лужа и держа в руках стеклянное донышко.

В тоже время, другой уже оглядывал пустую коробку возле места Грина и, судя по следующим словам, уже связался с охраной на воротах:

— Директор Гарчек, с поста сообщили, что ученик был в городе по вашему поручению!

— Да, был… — нехотя кивнул лысый директор, пытаясь сообразить – не сулит ли это крупных проблем. Но, деваться ему было некуда! Когда с поста прибыл вестник, что там белобрысый парень с коробкой по его, директора, поручению, он без раздумий прикрыл Лангернара, чтобы не вызвать на него лишних подозрений! А теперь вот такой казус…

— В таком случае, вы знаете, что случилось со студентами?

— Мне тоже интересно… — мысленно вздохнул Грин.

— А мне интересно, почему ты не втащил в бубен этому Лайку, когда он отнял твою собственность… — проворчал Здец и, с поддельной грустью в голосе, добавил: — Видимо ты ещё не готов и придётся начинать сначала…

Парень промолчал, а директор, тем временем, размышлял, что сказать безопаснику.

— Ничего серьёзного? — наконец полувопросительно ответил Гарчек и с надеждой взглянул на Грина.

Тот едва заметно пожал плечами, поскольку и сам не знал.

— Пусть жрачку несут, много! — сжалился над ними Здец, поскольку понимал, что хоть у директора и есть некоторая власть над безопасниками, но, если они не получат более-менее вразумительного ответа и гарантий, то запросто сольют его властям. А там уже полезут любопытные власть имущие и места для манёвра не останется.

— Поесть бы… — как бы невзначай проронил Грин и едва заметно скосил глаза в сторону замороженных одержимых.

Директор мгновенно понял намёк и заметно воодушевился:

— Сейчас их накормим до отвала и всё будет в порядке! Грин, Пак, можете идти, если хорошо себя чувствуете.

— Да, спасибо, уважаемый директор, мы пойдём! — быстро-быстро закивал толстяк и с лёгкостью закинул Грина на плечо.

— Директор Гарчек, может объясните, что тут происходит? — спросил один из безопасников, проводив подозрительным взглядом парней, покидающих класс.

— Ничего такого, о чём стоит знать кому-то за пределами академии, — с улыбкой выдал дежурную фразу Гарчек, означающую выдачу премии, необлагаемую налогами. Вот если бы его семья могла выбирать всех магов для охраны… А так, приходиться крутиться.

Внезапно прибыл вестник от ректора алхимии, сообщивший, что из хранилища пропали все редкие компоненты и один очень редкий, находившийся под двумя десятками охранных контуров. Директор почесал затылок, но сразу сопоставил появление странного зелья с одержимостью учеников. Вот только, какую цель преследовал Лангернар понять было невозможно! Не мог же он ради простой физической тренировки подвергнуть опасности ребят? Или мог?

Как бы то ни было – он позже об этом спросит, а сейчас нужно организовать доставку еды в аудиторию.

— Здец, что это была за дрянь и что с ребятами? — спросил Грин, пока Жирдяй тащил его вниз по лестнице, под любопытными взглядами некоторых студентов и шуточками в стиле «доедать понёс!»

— Метаболитик, — фыркнул Здец, — ускоряет все процессы в организме. Просто твои однокашники оказались ещё слабохарактернее тебя и пошли по самому простому пути.

— А поточнее? — с интересом уточнил парень, догадавшись, что его увеличившаяся сила связана с этим зельем.

— У тебя теперь будет Паковая группа! — засмеялся Здец.

— Какая какая?! — напрягся парень.

— Жирная, потная и желающая твоей смерти!

— Да можешь ты сказать нормально?! — начал закипать парень.

— Ну смотри, убогий, — оскалился Здец, — метаболитик в разы повышает как скорость обмена веществ, так и клеточный митоз, что позволяет ускоренно преобразовывать пищу в энергию и быстрее регенерировать ткани. Кроме того, это же касается и магических аспектов, таких как увеличение пропускной способности энергоканалов и их прочности. Но для достижения положительного результата нужны нагрузки типа физических тренировок, магических тренировок… Да вообще любых тренировок, в зависимости от желаемого результата. Понял, двоечник?

— Да, только не понял, почему все будут жирными…

— Да потому, тормоз, что они понятия не имеют как себя вести после приёма препарата. Там всё скручивает так, что шторки падают и возникает нестерпимое желание бежать и жрать, поскольку обмен веществ ускоренный. Это базовый инстинкт, но если его перебороть, то можно натренировать колдунство и похудеть.

— Ясно, — вздохнул Грин.

— Нихрена тебе не ясно, но пофиг.

— А ты можешь сделать ещё?

— Сделаю, когда ты перестанешь вести себя как чмо. А куда это нас жирдяй тащит?

Пак уже пробирался через густую растительность и остановился на свободном от растительности пятачке. Опустил друга на траву и помог сесть.

— Показывай демона! — с нетерпением произнёс он, присаживаясь на корточки возле Грина.

— Это теперь так называется? — проворчал Здец. — Давайте, вы свои гейские пипирки без меня будете разглядывать?

Грин усмехнулся и коснулся часов на запястье. Жирдяй внимательно смотрел, как татуировка переворачивается и, на всякий случай, немного отодвинулся.

— Демон? — немного испуганно уточнил Пак. Перед ним был определённо не Грин. Слишком насмешливый, снисходительный взгляд, слишком уверенно держится, а каждое движение выверенное и чёткое.

— Я тебе мозги через жопу выну, если ещё раз назовёшь меня демоном! — злобно усмехнулся Грин и поднялся на ноги.

— Ну, хоть не высосешь… — на автомате брякнул Пак, но тут же осёкся и быстро отступил на шаг со словами: — То есть, как тогда называть?

— Называй меня Здец, хитрожопый жиробас, — снисходительно ответил беловолосый юноша, хищно улыбаясь. — Так что ты хотел, смертный любитель пожрать в свете луны?

— Ну, того, — слегка стушевался Пак, — можно мне в вашу компанию?

— А ты разве не в ней? — удивился Здец. — Ты теперь причастный, раз знаешь истинное положение дел.

— Да, — кивнул Пак, отводя взгляд в сторону, — но я думал…

— Что всем положена суперсила? — засмеялся Здец, мигом раскусив его намерение.

— Понимаешь, — вдруг очень печально заговорил Пак, — из-за моей болезни семья залезла в огромные долги и дела идут всё хуже. У меня две сестры без дара – по женской линии у нас с этим беда. Старший брат погиб наёмником и отец с дедом работают на износ, чтобы хоть как-то прокормить нас и оплатить мою учёбу в академии. Я лишь хочу отплатить им за сохранение своей никчёмной жизни и ради этого готов на всё!

С последними словами Пак поднял на Здеца твёрдый, полный решимости взгляд. Но от внимания иномирца не ускользнули нервно подрагивающие кончики пальцев толстяка. Нависла напряжённая тишина, нарушаемая беззаботным щебетанием птиц, да шелестом листвы.

— Два дебила – это сила… — сокрушённо покачал головой Здец. — Ты чем слушал, слонопотам? Я же сказал, что сделаю из тебя самого богатого человека в мире, но придётся попотеть гораздо больше, чем ты привык.

— Я согласен! — Пак ударил себя кулаком в грудь, отчего заколыхались жировые складки.

— Очень мило. А теперь пошли – узнаем, что там с сегодняшней учёбой…

В главном корпусе шли занятия, поэтому по коридорам никто не слонялся, кроме поварих, снующих туда-сюда с кастрюлями. Здец вернулся в злосчастную аудиторию и застал там директора, с тревогой следящего за жрущими, как не в себя, студентами.

— Лангернар? — тихо спросил Гарчек, пока маги из службы безопасности осторожно кормили рычащую толпу, закованную по пояс в лёд.

Здец величаво кивнул и так же тихо произнёс:

— Что говорят правила на этот счёт? Мой ученик и апостол его свободны до конца дня?

— Думаю да, — задумавшись на миг, ответил директор.

— В таком случае, мы покинем сию академию, и целительница отправится с нами. Ждите нас с первым лучом солнца, мы придём на четвёртый день, с востока.

— Эээ… как скажешь, хранитель мира, — осветил Гарчек, слегка озадаченный странной речью. — Могу я просить о маленькой услуге?

— Если это в моих силах и не задержит нас надолго, — благосклонно кивнул Здец, а Грин услышал, как тот мысленно и, очень грубо, назвал того хитрой и лысой частью полового органа.

— Сущая мелочь, для такого справедливого и могучего бога! — елейно улыбнулся Гарчек. — Я ведь в молодости был невероятно красив, но годы взяли своё…

— Старение сложно обернуть вспять, — сразу перебил его Здец, — придумай другую просьбу!

— Нет нет, что вы, почтенный Лангернар, — Гарчек промокнул платочком вспотевшую лысину и указал глазами куда-то вверх, — просто ни один целитель не смог вернуть мои волосы, а для вас, я надеюсь, это не составит труда…

— Да, это не сложно, — медленно кивнул Здец, — есть древний, проверенный способ, но, он несколько омерзителен.

— Я смиренно приму помощь в любом виде! — едва заметно поклонился директор, испытывающий в душе́ восторг.

— В таком случае, мне потребуются некоторые материалы и помещение, где нас никто не потревожит.

— В моём доме нам будет спокойно, а все материалы вы видели сами, — произнёс Гарчек, пристально наблюдая за реакцией божества и приглашающе указывая на дверь аудитории.

— Ничего из хранилища не потребуется, — без тени смущения ответил Здец, следуя за директором — нужен лишь большой кувшин молока, ком свечного воска, размером с голову апостола Пака, черпак хвойной смолы и два стальных таза… — он ненадолго замолчал и заговорил вновь, когда поварихи прошли мимо. — Большое ведро, кусок древесного угля и брусок жирного сливочного масла.

— Это всё?! — искренне удивился Гарчек такому странному набору.

— Нет, — едва заметно усмехнулся Здец, но это было видно только Паку, идущему рядом, — большой отрез прочной ткани и бутылка крепкого вина, ну и лопату мою нужно найти.

— Почему мне кажется, что ты дуришь его? — спросил Грин, ощущающий какое-то нездоровое предвкушение, охватившее его тело, контролируемое демоном.

— Потому, что ты стал чуть умнее и догнал в развитии инфузорий! — рассмеялся Лжелангернар.

— Не знаю, какие-такие инфузории, но точно что-то обидное… — мысленно буркнул Грин и открыл одну из мысленных книг, в мысленной библиотеке, внутри своего сознания.

На обложке было написано «Экспериментальные задачи по физике. 6-7 класс». Ему очень понравилась эта книга, объясняющая так много явлений, некоторые из которых он замечал, но не задумывался над ними. Даже не верилось, что всё описанное не имеет отношения к магии.

— Учебник биологии за седьмой класс открой, жертва средневекового образования…

Грин открыл.

Все книги были на родном языке, и он дольно быстро нашёл требуемую страницу. Вчитался и скривился. Ради интереса выборочно просмотрел несколько других страниц, подумал немного, но понял, что знаний пока мало и красиво оскорбить Здеца не получиться. Однако, он сделал себе пометку в памяти и вернулся к задачам по физике.

А директор как раз довёл Здеца и молчаливого Пака до своего особняка. Они поднялись на второй этаж, к кабинету, где уже ожидал слуга, держащий в руках тазы с заказанными материалами.

— Тут нас никто не увидит и не потревожит, — с нетерпением в голосе сказал Гарчек, закрывая дверь кабинета, когда все вошли внутрь.

— Великолепно, — кивнул Здец, подошёл к столу директора и взял искусно сделанную чернильницу с роскошным пером, служившие больше украшением, нежели инструментом для письма. Повернулся к Гарчеку и требовательно произнёс: — Руку!

Тот беспрекословно подчинился и тут же немного скривился от боли, когда Лангернар проткнул его палец пером и начал сцеживать кровь в чернильницу.

— Пока раздевайся, а мы с апостолом Паком подготовим ритуал.

— А что происходит? — тихо прошептал Здецу жирдяй, пока директор поспешно скидывал с себя одежду.

— Цыц! Слушай и запоминай камлание – за второго шамана будешь! — прошипел ему в ответ Здец и сунул в пухлые ручонки пустое ведро.

— Я готов! — сообщил Гарчек, вытягивая шею и пытаясь расслышать о чём перешёптываются Лангернар и Пак, плотно прижавшись лбами.

Похоже, инструктаж был закончен и божество начало царапать лопатой странные узоры, прямо на дорогущем, полированном паркете. Пак, тем временем, запалил кусок угля, положил его под ведро и бросил туда большой восковой ком, плюхнув сверху густой смолы из черпака. Периодически заглядывая в ведро, он усердно пил молоко из кувшина и с неменьшим, чем у Гарчека, интересом наблюдал за действом.

После надругательства над паркетом, Лангернар, в теле юного мага, взял чернильницу и нанёс чёрно-красные, непонятные символы на тазы. Следом расстелил неподалёку большой кусок толстой, прочной ткани и подошёл к директору.

— В круг, — приказал Лангернар, и обнажённый Гарчек поспешно встал в самый центр схемы, подозрительно напоминающую мишень для тренировок дистанционных атак.

Там ему натёрли лысину сливочным маслом так густо, что оно начало стекать с ушей и капать на волосатую грудь. Затем бог протянул ему пузатую бутыль крепкого вина и приказал выпить до дна.

Когда Гарчек и Пак победили свои напитки, Лангернар уже закончил нанесение символов на отрез ткани и терпеливо ждал.

— Начинаем! — скомандовал бог в теле мальчишки, обращаясь к директору. — Когда глаза начнут закрываться – не сопротивляйся!

Толстый апостол тут же вскочил, нахлобучил таз на голову и, держа его обеими руками, медленно двинулся по периметру круга. Он что-то бормотал себе под нос и низко приседал через каждые два шага. Выглядело всё это донельзя глупо, пока сам Лангернар не начал делать тоже самое, только двигаясь в противоположном положении, а окружающий магический туман не начал странно вибрировать.

— Реалтранхайер, реалтрансхайер… — Гарчек сумел разобрать слова неизвестного языка и его пробил озноб от прикосновения к тайнам древности.

Постепенно монотонные голоса слились в сплошной гул, а из-за однообразных и медленных движений студентов, глаза непроизвольно расфокусировались и закрылись. Тут же раздался спокойный, вкрадчивый голос Грина, перемежающийся с нарастающим бубнежом Пака:

— Дерево, ты старое дерево и листья твои давно опали…

— Реалтранхайер, реалтрансхайер…

— Взгляни на себя со стороны, ты видишь молодые побеги у корней?

— Реалтранхайер, реалтрансхайер…

— В тебе ещё теплится жизнь!

— Реалтранхайер, реалтрансхайер…

— Повернись к солнцу, почувствуй его тепло… — голоса становился всё громче, и директор ощутил настоящее, такое тягучее тепло солнечных лучей на своей груди.

— Реалтранхайер, реалтрансхайер…

— Оно окутывает тебя и застывает под твоей корой… — Гарчек чувствовал, что грудь действительно обрастает плотной корой, а тепло солнца превращается в его собственную, вязкую смолу, навсегда оставаясь с ним.

— Пришло время направить эту энергию жизни к оголённым ветвям! — тут голос Лангернара стал совсем громким и приглушённый, металлический гул вторил его словам, пробирая до костей.

Гарчека окутало небывалое волнение, и полностью проникся торжественностью этого древнего таинства.

— Эпиляциус! — раздался вдруг резкий крик, полностью выбивший его из состояния медитации.

Директор распахнул глаза от неожиданности и первое, что он увидел, были руки Лангернара, отрывающее от его груди кусок ткани вместе с волосами, прилипшими к воску и смоле.

Слёзы брызнули из глаз старика и дыхание перехватило так, что он не мог даже пискнуть, не то, что закричать! Но это был далеко не конец ритуала…

Оба таза в руках Пака, до этого негромко теревшиеся друг об друга, теперь с грохотом сталкивались, а сам жирдяй скакал вокруг, орал: «Трансхайер! Реалтрансхайер!» и крутился вокруг собственной оси при прыжках.

Грин резко обернул волосатую ткань вокруг головы директора и с силой затянул узел под подбородком.

— На колени и славь солнце! — трубным голосом взревел парень.

Дезориентированный Гарчек бухнулся на колени и воздел руки к потолку.

— Славься солнце! — не своим голосом закричал директор, испытывая демоническую смесь стыда, боли, надежды и благоговения.

— Благодари землю! — вновь проревел Лангернар так, что, кажется, пол задрожал.

— Благодарю тебя, земля! — заорал Гарчек и бухнулся ниц, громко стукнув лбом о пол.

— Да снизойдёт на тебя благодать, — внезапно очень тихо, с любовью в голосе произнёс бог и на голову директора полилось что-то тёплое и вонючее.

Когда поток благодати иссяк и Пак застегнул ширинку, а эфирный туман вновь стал спокоен, Здец сорвал тряпку с головы Гарчека и помог тому подняться:

— Твоя просьба выполнена, узри же!

Пьяный в дрова директор кое-как дошёл до своего стола и вынул из ящика небольшое зеркальце. Оттуда на него смотрело что-то жутко грязное, но, весьма волосатое и улыбающееся.

Он осторожно провёл рукой по золотистым кудрям, пока ещё перепачканных маслом, и даже подёргал несколько локонов. Кожа головы отозвалась давно позабытой болью и Гарчек рухнул на колени перед Лангернаром, не в силах сдержать слёз радости:

— Блгадрю, благдель! — заплетающимся языком выдал он.

— Я принимаю твою благодарность, — величаво кивнул Здец и утёр капельку пота со лба. — К завтрашнему восходу они прекратят интенсивный рост и примут привычную форму. А теперь мы пойдём.

Не дожидаясь ответа директора, Лангернар-Здец вызвал лёгкое колебание эфира и просто открыл дверь, опутанную неимоверным количеством защитных контуров. Стоящий у двери слуга подозрительно на них покосился и с тревогой заглянул в кабинет, но, с его хозяином всё было в порядке и он расслабился.

— Куда мы теперь? — полюбопытствовал жирдяй.

— Прошвырнёмся по городу и прикупим кой-чего для вашего возвышения, — захихикал Здец потирая руки.

— Кажется, род Кавенов сегодня обнищает… — с деланным сожалением произнёс Грин и засмеялся вместе с демоном.

Глава 20

— Так что это был за безумный обряд? — спросил Грин, когда они покинули особняк директора.

— Низшая форма магии, — ответил Здец, шагая по дорожкам к воротам академии, — строится на случайной синхронизации психоэмоциональной энергии шамана и гармонических вибрациях мира.

— Это как? — озадачился Грин, никогда не слышавший о таком.

— Как если ты будешь бегать по академии, хватать всех за жопу и предлагать потрахаться. Рано или поздно, кто-нибудь согласится, но, не факт, что это будет девушка или вообще человек…

— Я понял, — кивнул парень, — это как первые в истории конструкты, созданные наугад.

— А Грин нас сейчас слышит? — вдруг спросил молчавший до этого Пак, заметив по выражению лица тощего, что тот будто бы ведёт внутренний диалог.

— Ага, слышит, видит и говорит, чтобы ты не трепался об этом посреди академии, иначе он тебе ноги сломает…

— Эй! Я этого не говорил! — тут же возмутился Грин.

— Но жирдяй-то об этом не знает! — засмеялся Здец. — Это тебе дополнительная информация к размышлению. И вообще…

Мизинец коснулся татуировки и к парню вернулся контроль над телом, а демон стал наблюдателем и уютно устроился на кресле качалке в образе старика с бутылкой какого-то напитка в руках.

Пак с подозрением покосился на друга, внезапно сбившегося с шага и спросил:

— Грин?

— Да, — ответил тот, продолжив путь.

— Что это была за магия у директора?

— Психоэмоциональная синхронизация с вибрацией… — буркнул Грин под ехидное хихиканье Здеца.

— Чего?!

— Что, сложно казаться умнее, чем ты есть на самом деле? — издевался Здец.

— Так сказала великая и могучая сущность, — пожал плечами Грин.

— А что это значит? — не унимался Пак.

— Понятия не имею, — хмыкнул Грин, — он часто говорит непонятно, бормочет что-то и постоянно вспоминает прошлое…

— Ты чё несёшь, хмырь?! — с незаметной улыбкой возмутился Здец.

— Ну если он очень древний, то такое возможно… — задумавшись кивнул Пак. — Рядом с нами жил один сумасшедший старик и вот он тоже постоянно что-то бормотал… А потом обожрался собственного дерьма и умер.

— Ну, этот тоже делает… всякое…

Парни хихикнули.

— Против меня дружить вздумали, засранцы? Вы сначала доживите до седины на яйцах, а потом уже глумитесь над стариками!

— Ладно, ладно, — мысленно улыбнулся парень, решивший, на всякий случай, не продолжать и не испытывать терпение демона. — Я шучу, ты величайший и мудрейший!

— То-то же, салага! — усмехнулся Здец.

Вскоре они выбрались за пределы академии и погрузились в суету города. Узнав о цели похода, Пак тут же взял на себя роль провожатого и направился прямиком в окраинный квартал ремесленников, где, всегда можно найти требуемое.

Чтобы не терять времени, они решили воспользоваться общественным транспортом и, за две монеты с носа, заняли свободные места. Эта штука напоминала довольно длинную гусеницу на колёсах, где из удобств было лишь открытое небо над головой и деревянные скамейки.

Управлял этой многоосной телегой пожилой мужчина с усталыми глазами. Именно такова была учесть тех, кто не смог развить свой магический талант, а уж из-за денег или лени – дело десятое. Подобные недоучки или слабосилки работали на фабриках, извозчиками и вообще там, где требовалась хоть какая-то магическая сила для наполнения рунических схем энергией.

Но, в любом случае это было прибыльнее и проще, чем с утра до вечера выполнять самую чёрную работу, как это делали простые люди, не имеющие ни дара, ни ума, ни стремления к развитию.

Вскоре они добрались до места назначения. Грин тут никогда не был, поскольку никогда не сбегал из приюта как прочие мальчишки, да и нечего тут было делать без денег или навыков карманника. Старые, но добротные двух- трёхэтажные дома из местного камня, все, как один, жались друг к другу и пестрели вывесками на первых этажах, где, по обыкновению, располагались магазинчики и мастерские.

Тут можно было найти всё: от свежей выпечки и услуг парикмахера, до рунической брони среднего качества и возможности завербовать отряд наёмников. Именно так всё обрисовывал Пак, взявший на себя роль экскурсовода.

В данный момент, он целенаправленно двигался по узким улочкам, где под цветастыми уличными навесами уже вовсю шла торговля. Грин во все глаза разглядывал разношёрстную толпу и это не ускользнуло от внимания жирдяя:

— Ты хоть рот закрой, а то, как из глухой деревни вылез! — засмеялся Пак, хлопая друга по плечу.

— Ну, — немного смутился Грин, — я никогда не покидал стен приюта, а теперь и из академии не выхожу…

— Сложно править миром, если ты не видел, как он живёт! — хохотнул толстяк.

— Соглашусь с жирным, — хитро улыбаясь произнёс Здец, — тебе нужно больше путешествовать!

— Что-то мне уже не нравиться … — с подозрением ответил Грин Здецу.

— Будет прикольно, обещаю!

Свернув несколько раз в грязные переулки, чтобы срезать путь, они вышли на немноголюдную улочку и Пак уверенно направился к небольшому магазинчику, чья потёртая вывеска гласила «Руны Руин».

— А ничё, так, — хмыкнул Здец, — могут в маркетинг!

Грин не понял смысла слов, поэтому промолчал, а толстяк с улыбкой вошёл в распахнутые двери и радостно крикнул:

— А вот и я!

— Заказывай или проваливай! — раздался скрипучий голос из-за обшарпанного прилавка.

— А, не – не могут… — хрюкнул Здец.

— И тебе здоровья любимый дедушка! — засмеялся Пак.

Пока жирдяй обнимался с невысоким, жилистым стариком с живыми глазами, Грин разглядывал ассортимент магазинчика, но тот вызывал уныние....

В небольшом, плохо освещённом помещении, на потрескавшихся деревянных полках, лежали дешёвые переговорники, светильники, какая-то посуда и немного инструмента. На дальней стене висел большой плакат, написанный от руки, где был перечень разнообразных услуг, в том числе по установке охранных и маскирующих контуров.

— На «Кукумбер стор» не тянет… — со скептическим хмыканьем прокомментировал Здец.

— Да, — согласился Грин с непонятными словами, — а ведь Пак говорил, что его семья славится своими рунами!

— Может они на бандитов работают, — пожал плечами Здец, — ибо с таким сорта́ментом они бы уже ласты склеили.

Едва стоило помянуть бандитов, как в магазинчик вошли трое дюжих парней.

— Пора платить за защиту! — произнёс самый здоровый из них, нахально улыбаясь и показывая жёлтые зубы.

— Да да… — проворчал дед Пака и пошёл за прилавок.

Сам же толстяк сжал кулаки и скрипнул зубами, а его лицо побелело от ярости! Но, он ничего не мог сделать, поскольку у этих уродов были не только мышцы, но хороший уровень владения магией. По-другому и быть не могло, ведь чтобы держать в страхе владеющих даром, нужно быть как минимум сильнее!

— Дай-ка свою тушку на пару минут, — задумчиво произнёс Здец, прищурив глаза, — ща я им поясню за девяностые…

Грин отвёл взгляд в сторону, не выдержав пристального внимания одного из рэкетиров, и коснулся татуировки на запястье. Он был удивлён и несказанно рад, что демон решил прогнать бандитов, но, на делё всё пошло не так, как он себе представлял…

— Это ограбление! Всем стоять, мать вашу! — заорал Здец, едва получив контроль над телом.

Все непроизвольно вздрогнули и повернулись в его сторону. Над худой рукой вспыхнул слепяще-белый шар раскалённой плазмы и тощий парень шагнул к опешившему деду Пака.

— Деньги на бочку, старик! — рявкнул Здец и коснулся шаром прилавка – кусок древесины мгновенно испарился и занялось пламя.

— Да да… — вздохнул старик и бросил на стол большой кожаный кошель.

— И не смей сообщать копам! — сквозь зубы процедил Здец и сделал жест «я слежу за тобой» – двумя пальцами указал на свои глаза, а потом ткнул пальцем в сторону старика.

Убрав кошель в карман и погасив огненный шар, он отошёл обратно к полкам и продолжил их разглядывать как ни в чём не бывало.

Бандиты перевели шокированный взгляд со странного парня на старика, но тот пожал плечами и развёл руки в стороны:

— Усё.

— Шутки с нами шутить вздумал?! — прорычал главарь шайки и угрожающе навис над дедом.

— Да какие уж тут шутки? Ограбили меня, нет денег! — совершенно спокойным тоном выдал старик, но глаза его смеялись. — Это был тощий пацан в форме академии. Белобрысый такой…

— Я видел! — рявкнул главный и резко направился к Грину.

Тот совершенно не обращал ни на кого внимания и с интересом листал старую книгу. Здоровяк не стал ничего говорить, а сразу накинул на себя усиление и ударил огромным кулаком в висок студента. Думал, что ударил…

Могучая, волосатая рука, покрытая татуировками, описала дугу в воздухе и шлёпнулась под ноги двум другим бандитам. Рэкетир ещё даже не успел почувствовать боль в оторванной конечности, как всё помещение перед ним закрутилось и вот, он уже смотрит на своих изумлённых подельников снизу вверх.

Это последнее, что сумела осознать оторванная голова, перед тем, как сознание покинуло её вместе с жизнью. Только Грин, внимательно наблюдающий за происходящим и по-прежнему подключённый ко всем органам чувств, смог понять, что его тело, на короткий миг, окутал эфирный ураган. Для прочих же – магический туман даже не шелохнулся!

Но этот краткий миг отозвался вспышкой такой боли, что парень искренне захотел умереть прямо здесь и сейчас, лишь бы не испытывать этого.

— Как быстро… — простонал Грин, едва снова смог «дышать».

А вот Здец и бровью не повёл, лишь бросил презрительный взгляд на оставшихся бандитов и криво усмехнулся:

— Чё вылупились? Пошли нахер отсюда, теперь это моя территория!

Лица рэкетиров искривила гримаса злобы и один из них бросился в атаку, в то время как второй быстро формировал довольно сложны конструкт.

— Ща помедленнее сделаю, чтобы ты успел увидеть! — с усмешкой сказал Грину Здец и, с громким хлопком сверхзвука, швырнул книгу в лицо колдующего бандита.

Резкий щелчок и треск раздались одновременно, и голова мужика лишилась своей верхней половины, а мозги расплескались по пыльной стене. Тело ещё не упало на пол, а Здец уже делал шаг к противнику, бросившемуся врукопашную.

— Вот так хватаешь руку… — комментировал он свои действия, не обращая внимания на крик последнего рэкетира, когда тот почувствовал, что рука оказалась в стальном захвате. — Крепко, чтоб не выскользнула. Теперь поворачиваешься вот так, и упираешься ногой в его подмышку…

Здец говорил вслух и показывал как инструктор – с паузами и акцентированием внимания. Теперь мужик кричал уже от ужаса и отчаяния – ему невероятно медленно отрывали правую руку.

— Тут нужно немного повернуть, чтоб волокна мышц не перекручивались, а то будет чуть сложнее… — продолжал наставление Здец, под щелчки разнимаемых суставов. — Когда кожа и мышцы натянутся, слегка надрываем вот так… Да стой ты спокойно!

Но рыдающий и сипящий рэкетир уже повалился на колени, шёпотом моля о пощаде из последних сил.

— Зараза, так же неудобно! — возмутился Здец. — А ну вставай, мне ещё твою голову отрывать в слоумо!

— Сжальтесь, господин, я покажу вам тайник с деньгами! — отчаянно пищал преступник, чья смерть уже стояла за взмокшей спиной и нетерпеливо поглядывала на часы.

— И сколько там? — ласково и одновременно плотоядно улыбнулся жуткий парень.

— Больше десяти тысяч!

— Сойдёт, — добродушно кивнул Здец и вздёрнул бандита на ноги за ноздри, — Пак, я скоро вернусь, жди тут!

С этими словами он швырнул толстяку кошель и обратился к Грину:

— Чтобы проводник не сбежал, разгоняешь эфир вокруг пальцев вот так и хватаешь его за позвоночник вот здесь… — худые пальцы с лёгкостью пробили тканевую жилетку и кожу, чуть ниже лопаток, и вцепились в позвонки вскрикнувшего мужика. — Если побежит – просто дёргаешь посильнее и вырываешь позвоночник. Понял?

— Понял, понял… — вздохнул Грин, чувствуя, что его мутит.

— И что ты понял?

— Что ты живодёр…

— Хах, есть такое немножко, — хохотнул Здец и дёрнул рукой, заставляя неудачливого рэкетира вскрикнуть от боли, — шагай давай, хуепутало, а то, без помощи медика, жить тебе осталось недолго!

— Твой друг? — очень тихо спросил старик Пака, когда белобрысый демон покинул лавку.

— Вроде того… — ответил бледный жирдяй и дрожащими руками положил на прилавок кошель с деньгами.

— Хороший парень, — кивнул дед, убирая деньги — не ссорься с ним!

— Как бы и не собирался! — Пак сглотнул подступающую тошноту и обвёл взглядом изуродованные тела: — Будут проблемы, да?

— Нет, что ты, — внезапно улыбнулся дедушка, — как гласит древняя мудрость: «нет тела – нет проблем»! А теперь помоги-ка мне их перетащить, да замыть кровь.

— Хорошо… — кивнул толстяк, признав довод деда разумным и хватаясь за ноги ближайшего покойника.

— Да стой ты! Карманы сперва проверь, внучок-здоровячок! — усмехнулся старик, довольно ловко обирая второе тело. — Всёму вас молодых учить надо…

А Здец и его заложник почти прибыли на место.

— Грядёт очищение и всё неверные будут утоплены в крови!

— Во! — радостно воскликнул Здец, когда они проходили мимо безумца в тряпье, шатающегося от лавки к лавке. — Я ж говорил, дрочила, что тебя сольют! Скоро будут целые приходы в храмах собирать и усиленно молиться Лангернару вашему!

— Это просто сумасшедший! — не очень уверенно ответил Грин. — Никто из аристо не будет иметь дела с таким оборванцем…

— Тьфу, дебил малолетний, — вздохнул Здец, огорчённый умственным развитием парня, — напрямую, конечно, нет, но есть специальные люди, а у тех есть ещё люди, и уже те люди организовывают бомжей и прочий сброд. Нихера ты не шаришь в управлении…

Они свернули в переулок и вошли в подвал одного из домов, где проводник упал замертво.

— И где искать тайник? — Здец пнул мёртвое тело. — Алё? Ну и хер с тобой, сам поищу.

Однако несколько минут поисков не принесли результатов и тогда он решил спросить обитателей верхних этажей – вдруг они в курсе?

— Вечер в хату, уважаемые, — произнёс Здец, бесцеремонно шагая по выбитой двери и ковыряя в ухе, — мне тут птичка на хвосте принесла, что вы готовы уделить уважаемым людям.

Пять человек, сидящих за круглым столом, посмотрели на него, как на умалишённого.

— Ты ещё кто? — с ленцой в голосе поинтересовался один из них, снимая рунострел с предохранителя и направляя на внезапного гостя.

— Водорыболесоохрана, — усмехнулся Здец как раз в тот момент, когда вопрошающий уже разваливался на две половинки, а Грин орал от очередного приступа невыносимой боли. — У вас страховка просрочена, и пошлина не уплачена!

Заметив смерть одного из своих, остальные повскакивали с мест, но прожили едва пару секунд.

— Как ты можешь так легко убивать?! — кричал Грин.

— Значимость человеческой жизни чертовски переоценена! — усмехнулся Здец. — Тебе ведь сейчас насрать на их судьбу, не так ли? Тебе просто не нравится боль, которую ты испытываешь. Забей и отдышись, уже всё.

— А если это обычные люди?! — не унимался Грин, даже не думая отрицать слова демона.

— Ага, — засмеялся тот, беря в руки полумагическое оружие, — ты ценник видел на эту стрелялку? Хороший защитный контур дешевле в разы. Это не для защиты, а для нападения! И вообще, истеричка, сожми яйчишки в кулачок и перенимай мудрость!

— Убивать всех без разбора? — съехидничал Грин.

— Нет, убивать всех без пафосных слов и спецэффектов!

Обойдя все доступные помещения и вскрыв всю руническую защиту, Здец стал обладателем пятнадцати тысяч монет, семи лёгких рунострелов, хрустальной вазы и пушистого коврика.

На вопрос Грина «зачем ему ваза», Зрец проломил ей голову внезапно прибежавшего члена банды. Про коврик парень спрашивать побоялся, считая, что демон использует его для изощрённого убийства, но он просто передал его деду Пака, когда они вернулись, и тот, поблагодарив, постелил его на табурет за прилавком.

— Возможно мне стоит уйти в монастырь… — рассеянно произнёс Грин, глядя на выделяющиеся из общей массы чистые пятна на полу и невозмутимые лица Пака и его деда. — Я не понимаю этот мир!

— В монастырь обязательно сходим, но только в женский! — со смехом сказал Здец Грину. — А теперь, — он подозвал рукой жирдяя и старика, и заговорил уже вслух: — нужно привести это место в порядок. Скоро тут будет много клиентов!

Под взглядом задумчивого старика и улыбающегося Пака, объёмный мешочек с деньгами тихо звякнул о стол.

— Всё, хомяк, мажем лыжи, твои тут сами справятся! — Здец хлопнул Пака по спине.

— И куда мы?

— Немножко загород – учиться, учиться и ещё раз учиться! Ну, и маленько бухать…

Глава 21

Смеркалось.

— Грин, скажи Здецу, что нам нужно вернуться в академию через три дня, а не через месяц! — пропыхтел потный Пак, рывком поправляя лямки огромного рюкзака, уже забитого едой, набором посуды для готовки в полевых условиях и всем необходимым для постановки лагеря. А вот алкоголя не было ни капли…

— Сам скажи, — огрызнулся красный от натуги Грин, за плечами которого был точно такой же рюкзак, но наполнен он был дорогущими алхимическими реагентами, набором колб и реторт, а также высококачественными материалами для начертания рун. — Он тебя прекрасно слышит, видит и глумится.

В общей сложности, род Кавенов сегодня обеднел на сумасшедшие сто пятьдесят тысяч, а парни стёрли ноги, перемещаясь от магазина к магазину. Теперь они, наконец-то, в последний раз пересекали город – на окраине их должна ждать Милиона и арендованный транспорт.

Шагая через трущобы с такой приметной поклажей, они не могли не нарваться на любителей лёгкой наживы.

— Вещи на землю и проваливайте! — из-за покосившегося сарая вышло двое оборванцев, вооружённых ржавыми ножами.

Тощий и толстый сменили форму академии на неброские, качественные вещи, поэтому угадать в них хоть и молодых, но магов, было решительно невозможно.

— Идите в жопу! — прохрипел Грин, не сбавляя шага. Ему было страшно! Страшно, что если он поставит этот проклятый рюкзак на землю, то его уже будет не поднять, а тащить скарб волоком совершенно не улыбалось.

— Не дерзи старшим, щенок, отдавайте всё или прирежем! — бородачи заступили парням дорогу и это стало их роковой ошибкой!

Пак, наступив на ногу одного из идиотов всем своим весом, заставил того вскрикнуть от боли и отпрянуть, но зажатая ступня послужила якорем и бедолага упал навзничь. Жирдяй не замедлился ни на миг и просто молча прошёлся по нему, ломая рёбра и сосредоточено пыхтя.

Второй слегка растерялся и тут же повторил судьбу своего товарища, поскольку Грин, прущий напрямик, и не думал сворачивать, ведь на изменение курса тоже требовались силы, а их не было.

Оставив за спиной стонущих неудачников и пытаясь хоть что-то разглядеть сквозь пот и багровую пелену перед глазами, они тащились сквозь трущобы, уже жалея, что не дали себя прирезать.

— Ногу левую вперёд, а потом её назад, а потом опять вперёд и немножко потрясём… — глумливо напевал Здец, вызывая всё большую злость у парня. — Активируй силу юности!

Грин не ответил. Он бы с радостью опять воспользовался этой силой, но он уже истощился ранее и никакие фантазии больше не возбуждали.

Наконец они прибыли на место, где их поджидала Милиона в коротких, обтягивающих шортиках и в майке, сквозь тонкую ткань которой просвечивали соблазнительные груди. Её волосы, собранные в хвост, оголяли белую, манящую шею, а ступни изящных ног обхватывали высокие, тяжёлые ботинки.

— Кто за оргию на природе, поднимите письки! — цокнул языком Здец, а парни лишь с облегчением сбросили рюкзаки и устало махнули целительнице рукой.

Она ловко спрыгнул спрыгнула со ступеньки странного летательного аппарата и поспешила к парням.

— Бедненькие, совсем устали! — ласково проговорила она и прижала их потные лица к своим мягким грудям.

— Боги, как же это приятно! — сумел выдавить из себя Пак, ещё сильнее прижимаясь к Милионе и теряясь носом о набухший сосок.

— Да, — с дебильной улыбкой на лице согласился Грин, гладя упругую попу

— Онанисты… — проворчал Здец.

— Время идёт! — вклинился в разговор мужик в кожаной куртке и с платком на голове, высунувшийся из летательного аппарата. — Если вы хотели, чтобы на вас кто-нибудь смотрел, то для этого необязательно нанимать целый планер!

Девушка их отпустила и тут же собрала вокруг них конструкт общего усиления. Парни сразу воспряли духом и телом, закинули рюкзаки в небольшую кабину и запрыгнули следом, усевшись по обеим сторонам от Мелионы.

— Ну так куда? — пилот обернулся со своего места.

В этот момент время Грина вышло и бразды правления перешли к Здецу.

— Давай пока к южным горам, а там видно будет, — произнёс белобрысый парень и махнул рукой, но пилот не пошевелился.

— Там сесть не получится, — мужик поскрёб щетину на подбородке, — твари опасные! Могли бы и наземным транспортом до подножия добраться…

— Лети давай, — хмыкнул тощий парень, — мы только посмотреть с высоты птичьего помёта, да потрахаться на фоне рассвета.

Пилот усмехнулся и пожал плечами – в конце концов не его дело, что происходит в салоне, если это не угрожает безопасности полёта. А эта шикарная девушка заплатила очень щедро и не в его интересах задавать лишние вопросы. Может, если он будет учтив и галантен, ему тоже перепадёт?

— Первый раз? — дежурно спросил он, и, дождавшись от всех утвердительного кивка, заговорил серьёзным тоном: — Двери не открывать, руки-ноги не высовывать, меня не отвлекать. В случае отказа рунических схем и падения – спрятать голову между колен и попрощаться с собственной задницей!

Пилот обернулся оценить реакцию на шутку. Богиня красоты и жирный парень кивнули с серьёзным видом, а вот тощий только криво усмехнулся и помянул какой-то «баян». Немного расстроенный мужик положил руки на два из множества шаров управления и, влив силу в руны, поднял большой плоский прямоугольник с прикрученной под ним кабиной в воздух.

Все с интересом наблюдали за движениями пилота. Чтобы заставить лететь это чудо, приходилось постоянно вливать энергию в разные контуры, касаясь руками сфер. Это выглядело настолько сложно и неудобно, что когда, в очередной раз, всю конструкцию сильно тряхнуло, Здец не выдержал:

— Пресвятая аэродинамика, надеюсь изобретатель этого говна уже сдох, иначе я найду его и проломлю голову стаканом! Оно быстрее лететь может?!

— Только вниз! — огрызнулся напряжённый пилот, щурящий глаза в ночную тьму.

— Поднимай выше облаков, там сопротивление меньше!

— Какое сопротивление? — не понял пилот.

— Электрическое! — хохотнул Здец. — Поднимай, давай, веселее будет падать!

Мужику не понравилось, что его подвинули на излюбленном поприще чёрного юмора, но они хорошо заплатили и он переключился на другой контур рун, поднимая аппарат выше.

— Красиво! — прошептала Милиона, глядя в окно на чёрное нбо усыпанное звёздами.

— Ага, — кивнул Пак, жамкающий её грудь, после чего повернулся к Здецу: — Там другие миры, да?

— Там куски камня, кружащие в пустоте вокруг раскалённых термоядерных шаров… — проворчал Здец, вглядываясь в темноту, расстилающуюся внизу.

Через пару часов полёта, он попросил пилота зависнуть в воздухе. Не смотря на протесты открыл дверь и опасно свесился наружу. Что-то там долго разглядывал и, наконец, удовлетворённо кивнул:

— Годиться!

— Что там? — с любопытством спросил Пак.

— Смотрите и восхищайтесь! — произнёс Здец, гордо уперев руки в бока и весьма довольный собой.

Толстяк осторожно подполз к краю, а Милиона выглянула, держась рукой за специальный поручень. Даже пилот скосил любопытный взгляд, но ничего, кроме черноты не увидел.

— Ничего не разглядеть… — прошептал Пак, пучивший глаза во тьму.

— Сейчас разглядишь! — хохотнул Здец и пинком отправил орущее от ужаса тело в свободное падение. Глаза целительницы расширились, но её пинать не стали, а лишь нежно убрали поручень из хватки и любя вытолкнули вслед за жирдяем.

— Всё, бывай! — обратился улыбающийся Здец к опешившему пилоту и выпрыгнул, не забыв прихватить рюкзаки. — Кавабанга, ёптать!

— Психи… — пробормотал мужик и лёг на обратный курс. — Хорошо хоть заплатили вперёд…

Вытянувшись в струну, Здец быстро настиг в полёте Милиону и Пака, и крепко вцепился в них, не переставая безумно хохотать.

— Ну и какой в этом смысл? — скептически фыркнул Грин, ни капли не переживающий за их жизни – это была слишком очевидная пугалка.

— Точно, — щёлкнул пальцами Здец, — совсем забыл!

Он передал управление расслабленному парню и в образе старика устроился в странном кресле, со свисающими во все стороны ремнями. Там он обернул вокруг шеи странную полосу какого-то материала, а на седую голову надел смешной, блестящий оранжевый шлем.

— Ну, — Грин тяжело вдохнул разряженный воздух, морщась от режущего уши визга Пака и слегка поправляя положение вцепившейся в него Милионы. — И в чём урок?

— Есть легенда, — начал Здец, поспешно фиксируя себя ремнями в кресле, — будто бы то, что не убивает, делает нас сильнее…

— Чего?! —напрягся парень, предчувствуя большую беду.

— Того! — седой старик в его голове многозначительно ткнул одной рукой куда-то под ноги, а другой рукой сунул в рот странную штуку со специальными канавками и крепко сжал её зубами.

Уточнять, что именно должно сделать их всех сильнее, смысла не было, ведь из непроглядной ночной черноты уже вынырнул заснеженный пик Энга, самый высокий, среди всей южной гряды.

Грин не стал паниковать, а со словами: «Покажи, как надо», коснулся запястья. Ничего не произошло, и он по-прежнему управлял своими руками и ногами.

Ясно, проклятый демон хочет, чтобы он сам нашёл выход, но магии полёта, как таковой, просто не существует! Матёрые маги конечно могли бы изобразить нечто подобное из череды сменяемых конструктов, вроде снижения веса и ускорения в разные стороны. Однако, это больше напоминало затяжные прыжки и мало кем использовалось на полном серьёзе.

Именно по этой причине целительница клещом вцепилась в парня и с надежной таращилась в его выпученные глаза.

Бросив мысленный взор на Здеца-старика, намертво зафиксированного в странном кресле, Грин вдруг понял ещё одну важную вещь, но, на всякий случай, уточнил дрогнувшим голосом:

— Те ведь не умрёшь вместе со мной и просто найдёшь другое тело, да?

Старик неопределенно пожал плечами и посмотрел куда-то вверх и вправо. Парнишка похолодел и понял, что это конец! Он не справился и, вместо того, чтобы стать сильным, станет замороженным кормом для горных монстров.

Но ведь он мог придумать смерть попроще! Зачем тащить их в горы, да ещё и приплетать сюда медика?

Тут в его голове раздался щелчок и парень понял, что выход есть, ведь Здец ещё ни разу не оставил его в безвыходной ситуации! Правда, шанс на проверку теории всего один…

— Пак, — заорал Грин, задыхаясь от встречного потока воздуха и подтягивая толстяка поближе к себе, — держи Милку! Она не должна пострадать!

Жирдяй, к его чести, моментально всё понял и его лицо исказила такая гримаса отчаяния и ужаса, что парень невольно задумался над новым планом, но, к сожалению, вариант был только один и не сложно догадаться, кто́ будет играть роль мягкой перинки при приземлении.

— Я же сдохну! — заорал он в ответ.

— Это шанс! — срывал голос Грин, притягивая к себе толстяка и зажимая Милиону между ними.

— А-а-а-а-а б… Зде-е-е-ц! — хором взвыли парни и врубились в жёсткий снег со всего маху.

Они сумели удержать крепкие объятия и только рюкзаки отбросило далеко от них. Если первоначальный план и предполагал, что снизу должен был быть толстяк, то на деле всё случилось иначе.

Снизу, хоть и ненадолго, оказался Грин. Это стоило бы ему жизни, если бы Милиона, во время полёта, не набросила на всех троих мощное усиление. Но проблема была в том, что подобные конструкты не автономны и требуют постоянного контроля.

Усиление помогло пережить первый, самый страшный удар о крутой склон и орущий, визжащий комок понёсся вниз, всё больше и больше ускоряясь.

Пак и Грин надёжно укрыли между своих тел сжавшуюся в комочек Милиону, а сами же безумно кричали от боли, когда слежавшийся снег разодрал одежду и теперь рвал их плоть.

Целительница понимала, что от нёе сейчас зависят жизни двух парней и, как могла, абстрагировалась от сумасшедшего кувыркания и криков, чтобы поддерживать один из мощнейших конструктов регенерации. Она молилась всем богам, чтобы у Грина хватило мышечной массы на восстановление разрушенных тканей, поскольку регенерация сжирала тела, ускоряя заживление ран.

Они катились и бились о валуны. Беспрестанно подскакивали на неровностях и вновь с силой ударялись о твёрдый наст. Их кости ломались и тут же срастались, кожа сползала бесконечными лоскутами, но проклятый конструкт держал их в сознании, не давая забыться спасительным беспамятством.

Кричать уже не было сил. Парни лишь хрипели, но продолжали держаться друг за друга и защищать девушку – единственный шанс на спасение.

Скатываясь всё ниже и ниже, оставляя красные пятна на белоснежном снегу, они провалились в глубокую расселину. Падение вновь стало вертикальным и теперь они бились о камни, но, к счастью, недолго.

Рухнув на кучу каменного крошева, покрытую высохшими растениями, они вскрикнули в последний раз и затихли.

Здесь начиналась разветвлённая сеть пещер, не видевшая человека много веков и истосковавшаяся по крикам ужаса, да глотку свежей крови. Но теперь, когда горячие капли упали на иссохшие корни, тут же вздрогнувшие, жизнь вновь вернётся под эти своды!

Грин застонал и разжал онемевшие пальцы. Они с Паком скатились по разные стороны кучи и теперь, обессиленные, хрипели на холодном каменном полу.

Милиона, единственная оставшаяся в порядке, тут же оплела их конструктами, сращивая кости и ткани. К её удивлению, концентрация магического тумана в пещере была поразительно низкой, как если бы кто-то беспрерывно магичил на большой площади, и процесс восстановления обещал немного затянуться.

На мальчиков было страшно смотреть. И если Пак всего лишь изрядно отощал, но всё ещё напоминал подростка, то Грин являл собой скелет, обтянутый тонкой кожей. Он часто и неглубоко дышал, не в силах сказать что-либо вслух, но мысли его были довольно громки:

— Ублюдочный демон! Ненавижу! Отправляйся обратно в бездну!

— Ну ну, — ласково ответил Здец, вынув капу изо рта. Он отстегнул ремни безопасности и встал с противоперегрузочного кресла, — посмотри на это с другой стороны: ты выжил, а это замечательно!

— Но не с твоей помощью! — кричал Грин. Внутри своего сознания он выглядел так же, как и в реальном мире, но, по крайней мере, тут он мог ходить и ударить проклятого демона стулом.

— Это ты, малыш, хотел гулять по крышам. Карлсон только показывает путь… — хихикнул Здец и взмыл вверх, чтобы пацан не мог дотянуться до него стулом.

— Оставь свой бред себе, безумный ублюдок! Ты не помогаешь, ты глумишься! — Грин швырнул предмет мебели в Здеца, но тот его поймал и оседлал прямо в воздухе.

— Немного, — рассмеялся Здец. — А теперь пришло время учёбы! Ползи к толстяку и начнём.

— Я. Не. Могу!

— Ну Милку попроси, суходрочь, говорить то ты ещё можешь? Значит так, нам нужно сделать следующий финт ушами…

Милиона как раз хлопотала вокруг Грина и сразу склонилась ниже, когда он что-то прошептал. Она кивнула и подняла на руки ничего не весящего юношу и отнесла его к Паку. Тот повернул голову и прошептал бескровными губами:

— Знаешь, я наверное передумал. Не надо мне денег и славы, хочу спокойной жизни…

— Поздно… — едва слышно ответил Грин и попытался улыбнуться. — Милиона, нам нужно потрахаться… Всем.

Она, как и толстяк, искренне удивилась, но вопросов задавать не стала и раздела парней. Скинув шортики и майку, она усердно заработала ртом попеременно с каждым из мальчиков и, когда остатки крови прилили к нужным местам, она оседлала Грина и как следует заглотила Пака.

Внезапно мир перевернулся и она очутилась в странном помещении вместе с парнями.

— Что происходит?! — целительница и жирдяй одновременно уставились на Грина, но тот лишь неопределённо пожал плечами и кивнул куда-то вверх.

— Милка. Конектинг пипл! — раздался сверху насмешливый голос и они подняли глаза на странного старика, сидящего на летающем стуле.

— Ты Здец? — тут же догадался Пак.

— А ты шаришь! — рассмеялся тот но, внезапно его взгляд стал потрясённым: — В рот мне ноги, это ж суккуб! Внезапно, однако…

Парни посмотрели на Милиону – она медленно изменялась. Кожа стала чуть темнее, грудь и бёдра чуть больше, глаза ещё выразительнее, а сзади появился хвост, за плечами выросли огромные крылья и милые рожки украсили голову.

Она была потрясена не меньше остальных и с изумлением разглядывала и трогала себя в разных местах.

Пак тоже потрогал её в разных местах. Грин потрогал её в разных местах. Здец спустился и тоже потрогал её в разных местах. Милиона улыбнулась и потрогала всех троих в одном месте – Грина и Пака руками, а Здеца хвостом.

— Ладно, ладно, — проворчал Здец, глядя на расширившиеся ноздри парней и их горящие глаза, – одна маленькая оргия и за учёбу!

Глава 22

Здец не обманул.

Едва они закончили совокупляться, он выдал всем занавески, украшенные крупными синими цветами и, когда потные тела были вытерты, усадил всех за парты.

— Итак, класс, внимание! — он, в образе всё того же старца, со стуком поставил большую банку «звёздочки» на учительский стол, открыл, и не спеша стал натирать ей аж три посоха. — Для начала объясню: мы сейчас в голове Грина, а ваши тела дают дуба на полу пещеры. Время тут идёт гораздо быстрее и это то, что нужно для теоретической части. Практика будет там.

Старик махнул рукой и в окружающей черноте появились стены, а в них окна, за которыми виднелись замершие, совокуплённые тела.

Грин поднял руку:

— А нельзя было оставить тела в более приличном состоянии?

— Нет. Чтобы слияние сработало, нужно взаимное проникновение сквозь инфополя и даже палец в жопе тут не сработает – требуются определённые точки, чаще всего имеющие слизистые оболочки.

— Но ведь задница… — начал было Грин, но тут же получил пока ещё чистым посохом по голове.

— Ты где на пальце видел слизистые? Тут нужен глаз, язык ну и конец наконец. Не отвлекаемся! Итак, Милка, вот тебе учебники по медицине и биологии человека на тебе хил и контроль. Толстый, будешь качать рунологию и укрепление тела, чтобы стать танком. Задрот, поскольку желает силы, будет главным атакующим. Начинаем занятие с общей теории истинной магии и её механики.

Дальше на них сваливалось откровение за откровением. Они узнали, что магический туман это действительно туман и помимо него существуют «реки», а на дне «рек» находится ещё более плотный «ил».

На вопрос, есть ли что-то ещё плотнее, Здец хмыкнул не ответив, лишь сказал, что им рано думать не то что об ихоре, а даже о «жидких источниках силы».

Грин был в восторге от обучения и даже практика «закрытия двери», разрывающая это воображаемое тело болью, не воспринималась негативно.

Они совсем не спали, но регулярно ели, пили и сношались. Здец сказал, что Милиона дитя человека и суккуба, и что её демоническая часть была подавлена ровно до того момента, пока сознание не отделилось от накачанного зельями тела.

По личным ощущения Грина прошло несколько дней и это было прекрасно, ровно до того момента, пока Здец, бывший сперва крайне адекватным, не хлопнул в ладоши:

— А теперь переходим к специализациям! — торжественно объявил он и, внезапно, на его месте появилось три человека.

Один из них, вставший перед Милионой, был одет в опрятный, строгий костюм. Он поправил небольшие очки на переносице и огладил довольно длинную, тронутую сединой бороду, когда обратился к девушке, лукаво прищурившись:

— Здравствуйте, милочка, я вижу в вас стремление и потенциал, но, меня немного смущает ваш внешний вид… Боткин Сергей Петрович*, будем знакомы.

Обнажённая Милиона вдруг почувствовала крайнюю степень смущения и стыда перед этим человеком со строгим лицом и очень умными глазами. Но, вместе с тем, он располагал и вызывал доверие.

— Простите, — пискнула она, прикрывая руками грудь, совершенно позабыв, что это, возможно, просто образ.

— Не стоит переживать по пустякам, — улыбнулся мужчина и положил перед Милионой свёрток с одеждой, — вот, думаю, будет впору.

Пока девушка надевала белоснежный халат поверх такого же белоснежного и простого нижнего белья, Грин рассматривал стоящего перед Паком коротышку.

—Эльфа мне в бороду! — хохотал бородатый и широкоплечий, почти квадратный карлик, трепя большой, грубой ладонью, кудри на голове Пака, — Ты будто башку в горн сунул!

— Это с рождения! — буркнул тот, пытаясь вывернуться, но коротышка был чертовски силён и ловок.

Краснолицый бородач закончил трепать парня и вытер руку о могучую, волосато-кудряву грудь и почесал пах через толстые, кожаные штаны. Сплюнул на пол, растёр подкованным ботинком и раскурил толстую сигару.

— Хах, забавный ты, хоббита тебе на хобот. Я Гхыр, как орочий гхыр – мой папаша оказался редкостным шутником и ублюдком! — со смехом произнёс рыжий крепыш и хлопнул Пака по спине, едва не сломав тому позвоночник.

Жирдяй что-то прокряхтел на вынужденном выдохе и непонимающе взглянул на Грина. Но юноше уже было не до того…

— Твой взгляд глуп и рассеян, но этот старый Лао Ци зажжёт в нём свет мудрости! — степенно вещал худой, седой старик с длинной бородой, свисающей почти до пола и такими же усами и бровями. Одновременно со словами, он сильно бил Грина длинным посохом и свободные, белые одежды старика развевались, местами оголяя жилистое тело.

— Какого демона, Здец?! — орал и корчился парень.

— Где твои манеры и уважение к учителю? — возмутился старик. — Немедленно выкажи уважение или почувствуешь весь гнев Небес!

— Да учитель! — взвыл Грин, и стукнулся головой о парту, изображая поклон.

— Исполни ритуал девяти поклонов и я буду удовлетворён!

Грин девять раз ударился головой о стол и побои прекратились. Он с тоской взглянул за окно – может там уже кто-нибудь придёт и сожрёт их, чтобы прекратить этот кошмар?

Но, по итогу, всё оказалось не так плохо, как боялся Грин. Здец, в образе Лао Ци, действительно отлично учил и, к тому же, он мог краем уха слушать параллельные лекции для Пака и Милиона. Было очень интересно и познавательно.

Во всём этом был только один недостаток – они не спали и, соответственно, толком не могли отдохнуть. И вот, когда голова уже болела от знаний, а в глазах лопались сосуды, учителя пропали, уступив место Здецу, в образе старика с неизменной банкой «звёздочки» в руках.

— А теперь перерыв! — произнёс он и всех, тут же, выкинуло в реальный мир.

Первым заорал Грин – точнее захрипел, – когда выяснилось, что он намертво присох к девушке. Ему вторил Пак, обнаруживший под своей кожей отростки корней растения, на котором они и совокуплялись. Милиона молчала, поскольку ей вывихнуло челюсть, а рот пересох так, что язык потрескался.

А потом накатило бессилие, боль в затёкших конечностях и полная дезориентация – последствия умственного истощения.

Как ни странно, но белобрысый первым догадался пропустить через себя энергию, перенаправляя её на поддержание жизни – всё как объяснял и показывал Лао Ци. К светло-зелёному свечению Грина, почти сразу, добавился блёклый, жёлтый свет Пака и красивый, сине-фиолетовый ореол вокруг Милионы.

Они уже разобрались в этом ранжировании, завязанном на сопротивлении энергоканалов. Всё было просто и наглядно – от жёлтого, самого слабого, через зелёный к синему, а от синего, через фиолетовый, к красному, последнему.

По сути, Грин и Пак имели первую ступень, а Милиона второю, да и то, только за счёт своего происхождения. Это был совершенно другой принцип определения потенциала и, как объяснил Здец, цитата: «это можно пробудить в любом человеке, вне зависимости от его родословной и вашего плебейского понимания магии…».

Освободив жирдяя и накинув на себя оставшиеся от одежды лохмотья, они огляделись в окружающей темноте.

— А рюкзаки не сюда-же упали? — с тревогой спросил озирающийся толстяк, имеющий самое низкое сопротивление и, как следствие, самое короткое время использования силы.

Недолгие поиски при свете ореолов привели их к утерянной поклаже.

Рюкзак с провиантом сочился жижей, в которой уже набухли белёсые корни, чьи высохшие собраться покрывающие весь пол пещеры, а рюкзак с лабораторной посудой ощетинился торчащими стеклянными осколками.

Распотрошив вещи, парни жадно набросились на уцелевшую еду и разом умяли трехдневные запасы. Милиона, на основании учения о физиологии, как могла ускорила их метаболизм и регенерацию. Уже через час, Пак и Грин чувствовали себя вполне сносно, а жирдяй перестал быть жирдяем,

— Давайте будем выбираться! — произнёс Грин очевидные слова.

— Погоди, — качнул головой Пак, — нужно подготовиться. Я слышал про эти пещеры. Говорят, тут бродят демоны, выжившие в последней войне…

Новость была откровенно «так себе» и Грин надеялся, что это просто байки.

— Ерунда, в худшем случае нарвёмся на какую-нибудь тварь, — фыркнула Милиона, укрепляя его уверенность в том, что Здец неспроста выкинул их именно здесь.

Тем временем Пак экспериментировал с материалами для рун, на основе новых, уникальных, хоть и пока ещё скромных знаний и целой одной разжёванной способности «плавка».

Милиона и Грин заворожено смотрели, как серебряная и золотая проволока в руках Пака гнётся и спаивается в причудливые узоры, а драгоценные камешки намертво прилипают в отведённых им местах. Это был совершенно новый принцип изготовление амулета, когда руны наносились не на готовое ювелирное изделие, а само украшение было вязью рун! Никому и никогда не удавалось сделать подобное, хоть попытки и были.

К великому сожалению Пака, старые, известные руны не работали по такому принципу, а из новых Гхыр объяснил лишь несколько, самых простых, но они прекрасно комбинировались между собой, и, к тому же, не конфликтовали со старыми. Поэтому он сделал по новой технологии могучий накопитель и уже на нём вывел привычные, заученные схемы.

Амулет засиял и осветил огромную пещеру полностью, обозначив несколько отнорков в стенах на разной высоте.

— И всё? — немного разочарованно произнёс Грин прищуриваясь от яркого света. Он также выучил один новенький «конструкт» – единственный боевой на всю группу, не считая «хирурга» Милионы, но там требовалось дотронуться до противника.

— Ты не на много больше умеешь! — огрызнулся слегка уязвлённый Пак. — Атака у тебя так себе…

Грин так не считал и вытянул перед собой две раскрытые ладони со скрюченными пальцами, соединённые у основания, и как можно громче заорал:

— ХАДУКЕН!

Здец, почему-то, заржал как полоумный, а с рук парня сорвался ослепительно-синий, искрящийся шар и, почти мгновенно преодолев шагов триста, расплескался о дальнюю стену, немного оплавив камень.

Эхо голоса ещё не успело затихнуть, как послышался нарастающий рёв, отозвавшийся дрожью в ногах и холодом вдоль позвоночника.

Глупый вопрос: «кто это?» застрял в горле парней, когда они увидели огромную, косматую тушу, протиснувшуюся сквозь зев одной из нижних пещер и теперь несущуюся на них.

— Хадукен! — просипел Грин пересохшим горлом и сияющий шарик, размером с яблоко, бесславно сгинул среди грязной шерсти.

— Бёр! — завизжал парализованный ужасом Пак, узнав в лохматом грозного монстра и главную страшилку для детей.

Яички Грина мгновенно сморщились, но он переборол страх и шёпотом выдал ещё один «хадукен», с куриное яйцо размером.

Бёр не сбавил темпа и распахнул пасть, занимающую половину тела. Из неё выстрелили длинные и тонкие щупальца моментально преодолевшие сотню шагов и обвившие Милиону, как самую мясистую из всех.

Целительница не растерялась и завизжала, да так громко, что бёр резко остановился и затряс башкой.

Грин, чьи глаза едва не лопнули от этого крика, а из ушей брызнула кровь, заорал как мог и запустил в зверя синий шар, в этот раз нормального размера и мощи. Но бёр не был бы грозой магов, если бы так легко умер…

Проявив чудеса ловкости для своих габаритов, он отпрыгнул с линии атаки и начал ускоряться, оббегая людей по кругу. А поскольку Милиона всё ещё была опутана щупальцами, то сыграла роль якоря и всю команду стянуло вместе горячими, склизкими отростками.

Тварь не останавливалась и продолжала нарезать круги вокруг, всё больше и сильнее стягивая людей в одну аппетитную связку, заодно сокращая дистанцию.

— Здец! — заорал Грин, когда необъятная пасть смердела уже в пяти шагах и можно было с лёгкостью пересчитать огромные, острые зубы, расположенные в два ряда.

— Здесь только Ци-и-и… — раздался в его голове затихающий громогласный шёпот и парень воочию увидел сурового старика, стоящего на высокой скале, где ураганный ветер трепал его белые одежды.

— Да мне насрать! Сделай что-нибудь!

Старик сурово кивнул и, спустя мгновение, в его руках появился чистый лист бумаги. Несколько раз согнув его, Лао Ци вытянул руку:

— Вот, ученик, я сделал бумажного журавля – символ надежды! — степенно проговорил старец. — Надежды, что ты сожмёшь свою хризантему и найдёшь решение. Легенды гласят, что только плотно сжатая хризантема приводит к результату, а через хризантему расслабленную в тебя проникает смятение и… всякое…

Убедившись, что помощи от демона не будет, Грин стал соображать, как бы выпутаться, но, измученный интенсивной учёбой мозг совершенно не работал.

Тут Пак сумел взять себя в руки и попробовал применить плавку на щупальца. Он был уверен, что высокая температура заставит монстра отступить, но тому было вообще плевать и распахнутая пасть уже почти сомкнулась на троице.

Выручила Милиона и её хирургическое умение. Она не стала больше визжать, чтобы собственноручно не убить парней, а вместо это интенсивно резала отростки бёра, но это было сложно, так как новые витки добавлялись слишком быстро. Но теперь, когда зверь перестал наматывать круги, она сумела закончить и толкнула парней в разные стороны.

Острые зубы сомкнулись на девичьем теле и она почувствовала как из-за сопротивления повреждениям нарастает жар в энергоканалах. Слишком уж сильными были челюсти бёра – их натиска не выдерживал даже высокоранговый магический щит!

Но начало было положено и Грин, сжав сфинктер от страха, прыгнул прямо на зверя. Оттопыренный средний палец вонзался в косматую тварь, пока удача не улыбнулась юноше, и он не угадал расположение мозга.

Бёр рухнул как подкошенный и только вздымающиеся бока говорили о том, что он жив и просто без сознания.

Не теряя драгоценного времени, люди накинулись на зверя и стали его убивать!

Дело шло туго. Прочная шкура с большим трудом поддавалась «хирургу», «хадукен» Грина вообще только слегка опаляла шерсть, а Пак сбегал до рюкзака и не менее безуспешно орудовал ножом.

— Мне нужен стояк! — твёрдо заявил Грин и стал на ноги под непонимающим взглядом Милионы и Пака. Пришлось объяснять: — У меня, когда стоит, то силы увеличиваются!

Целительница не стала ставить под сомнения эту информацию и распахнула ротик, выказывая свою полную готовность посодействовать.

Один только вид стоящей на коленях красотки и её алые, готовые ко всему губки, вызывали возбуждение даже не смотря на критическое состояние организма. А уж когда она принялась за дело, то стояк Грина смог с лёгкость соперничать в твёрдости с окружающими камнями…

— Хадукен! — крикнул он, на всякий случай дождавшись высшей точки оргазма.

Ослепительная вспышка, треск молний и глухой хлопок – от бёра осталась только задница с ногами.

— Не-е-е-е-ет! — вдруг заорал Пак, падая на колени возлё взорвавшейся туши и растирая по лицу кровь монстра вперемешку со слёзами. — Глаза, мне нужны его глаза!

Грин непонимающе моргнул.

— Они же стоили целое состояние! — причитал бывший толстяк, обнимая зад бёра и рыдая в вонючий мех. — Алхимики бы их с руками оторвали!

— Я не знал, прости, — сочувственно вздохнул Грин и присел на корточки возле друга. — В следующий раз я его подержу, а ты выковыривай глаза.

— Правда? — всхлипнул Пак, поднимая глаза на Грина.

— Нет, дебил! — внезапно закричал тот. — Мы чуть не сдохли, а ты думаешь о наживе!

— Всегда есть время подумать о наживе… — философски пожал плечами Пак, смиряясь с потерей и утирая предательские слёзы.

— Мальчики… — вдруг очень тихо проговорила Милиона и показала куда-то рукой.

Парни взглянули в ту сторону и непроизвольно перестали дышать – три больших бёра крались в их сторону, низко прижавшись к каменному полу пещеры.

— Дружище, — просипел бледный Пак, — я морально готов гладить твои яйца, пока Милиона сосёт. Давай, родной, жги…

И Грин зажёг!

–––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––

Боткин С. П. (1832–1889) (Образ использован исключительно со всем уважением!) – Русский врач-терапевт, основатель учения о целостности организма человека, общественный деятель. Закончил медицинский факультет Московского университета, был участником Крымской войны, работал в Симферопольском госпитале. Также работал в клиниках Кенигсберга, Берлина, Вены, Англии, Парижа.

Он стал одним из основателей женского медицинского образования, организовал школу для женщин-фельшеров, а также женские врачебные курсы. Впервые в России создал экспериментальную лабораторию, где исследовал физиологическое и фармакологическое действие лекарственных веществ. Создал новое направление в медицине, названное нервизмом. Именно он установил инфекционный характер такого заболевания, как вирусный гепатит, разработал диагностику и клинику блуждающей почки.

Глава 23

— Хадукен!

Самого большого из троицы мгновенно разорвало кровавым туманом и только когтистые лапы разлетелись в разные стороны, а на лице Пака повис ошмёток вожделенного им глаза.

Оставшиеся двое смекнули, что просто не будет и быстро побежали по кругу в разные стороны, разделяя внимание и сбивая добычу с толку.

— Трубка пятнадцать, прицел сто двадцать. Батарея огонь! — ехидно начал Здец, когда Грин развернулся к следующей цели.

— Хадукен!

— Бац-бац! И ... мимо! — заржал демон, когда искрящийся шар пролетел в метре позади бёра.

Не теряя времени, парень атаковал вновь, но не смог угадать упреждение и потрескивающий снаряд прошипел в аккурат перед мордой монстра, на миг заставив того задуматься о тщетности бытия и обратном переходе на растительную диету из местных корней.

— Оральный расчёт артиллерийской установки, товсь! Заряжай! — не унимался Здец.

Грин чувствовал, что несмотря на все старания Милионы, его главный козырь становится мягче. Некстати всплыли слова Пака о посильной помощи с яйцами и всё совсем опало – у организма уже́ в принципе не осталось ресурсов!

И звери это чувствовали!

Пережив попадание ослабевшего энергетического шара, когда Грину таки удалось улучить нужный момент, один из бёров выстрелил своими щупальцами и удачно оплёл добычу, ещё прижимая стоящую на коленях девушку к паху парня.

Милиона начала задыхаться, но подумала, что это не такая уж плохая смерть – умереть с членом во рту.

Пак угрожающе заорал и бросился с ножом на помощь, кромсая склизкие отростки. Но острое лезвие только скользило и не причиняло никакого вреда.

Второй бёр плюнул и спеленал резвого толстяка.

Радостно взревев, твари напрямую рванули к добыче – каждый хотел первым урвать самый лакомый кусок!

Грин не придумал ничего лучше, чем коснуться песочных часов и отдать управление Здецу.

— Не, мне страшно, я занят и вообще лень… — зевая ответил тот, на фактический призыв о помощи.

— Мы умрём! — заорал парень, чувствуя неимоверную злость на эту мерзкую, глумливую и своенравную сущность. — Я приказываю тебе помочь!

— Херасе… — опешил Здец, — ты? Мне?!

— Кусок иномирного пердежа! Ты сам установил правила! Я коснулся часов! — кричал Грин, не переставая тыкать мизинцем в татуировку. Две близкие пасти распахнулись одновременно.

— А, — Здец поковырялся в носу и сейчас с интересом разглядывал улов, — ну ок, чё… Но, ты же понимаешь, что мои методы несколько специфичны?

— Да мне всё равно! Я не хочу умирать! — прорычал Грин, чувствуя, что уже не управляет своим телом.

— Ща я вам покажу, кто тут альфа самец! — внезапно услышали от Грина Милиона и Пак.

Пацан почувствовал, как что-то полыхнуло в энергоканалах и по телу разлилась невиданная мощь. Он постарался запомнить последовательность, но ничего не получилось – слишком уж это всё было ново.

Тем временем Здец, двигаясь неимоверно быстро, наступил ногой на нижнюю зубастую челюсть бёра и рванул руками верхнюю. Со звуком разрываемой мокрой тряпки, тело зверя разделилось пополам и сразу перестало подавать признаки жизни.

Второй бёр, видя весь этот ужас, резко расхотел кушать и поспешил втянуть щупальца, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов, но его короткий хвост оказался в стальном захвате худой руки.

— Доминирование! — торжественно взревел Грин-Здец и, оттолкнув коленом Милиону, продемонстрировал миру железобетонный стояк.

Пак мало знал о бёрах, но предположил, что такого не должно быть…

Милиона знала чуть больше, но о подобном не слышала никогда…

Да что там говорить – сам бёр не знал, что способен издавать подобные звуки!

Ритмичный, жалобный скулёж и отчаянное похрюкивание наполнили огромную мещеру. Корни растения, до этого медленно подбирающиеся, чтобы попировать на останках, в страхе отпрянули и собрались в дрожащие клубки.

Пак и Милиона, не моргая, медленно отступали шаг за шагом от пытающейся вырваться туши, скребущей огромными когтями каменный пол и оставляющей там глубокие борозды.

Здец торжественно хохотал и тянул бёра за загривок, заставляя того распахнуть пасть и тонко выть от безнадёги. Мир впервые узрел все шесть выпученных глаз бёра!

Грин молчал. Мысли его были пусты.

— Твоя душа моя! — страшно взревел Здец и сделал последний, самый мощный толчок: — Подчинение!

Обессиленный, измученный и униженный зверь рухнул на пол, а Здец поставил на него ногу и произнёс:

— Отныне ты служишь мне! Нарекаю тебя Гермиона!

Грин выдохнул, Пак выдохнул, Милиона задумчиво закусила губу, а Гермиона лизнула ноги парня и тихо заскулила, показывая готовность подчиняться.

Вернув контроль над телом парню, Здец зевнул и куда-то пропал, а Грин простоял ёщё секунду и упал в обморок – выжатое до капли тело требовало отдыха.

Опасливо косясь на огромную, мохнатую тушу Гермионы, Пак и Милиона собрали с мёртвых зверей не самое вкусное мясо, некоторые ингредиенты и развели костёр, готовя впрок и обсуждая дальнейшие планы.

К ним ещё лишь единожды выходил один мелкий бёр, но грозное рычание Гермионы моментально отбило ему желание соваться ближе.

Когда Грин очнулся, то поел оставленное ему мясо и присоединился к спящим друзьям, наплевавшим на осторожность и устроившимся на тёплом боку бёра.

И вот, немного отдохнувшая команда, начала свой обратный путь в академию. Не сложно было догадаться, что тоннели кишели всеядными бёрами.

Благо, что Гермиона была из тех, кому удалось сожрать несколько сородичей и обогнать их в размере. Мелочь разбегалась сама, а крупные особи встречались редко, да и не горели желанием выходить с равным противником один на один. А вот если их было хотя бы двое…

— Хадукен!

Бёр, уворачиваясь, пробежал по низкому своду пещеры и прыгнул на троицу, распахивая огромную пасть и обдавая их смрадным дыханием, но тут же был схвачен Паком, на манер, как это делал Здец.

— Давай! — прохрипел толстый, не в силах долго сдерживать мощный натиск могучих челюстей.

Милиона отважно шагнула в пасть и при помощи «хирурга» иссекла всю тёмно красную полость. Пак вместе с девушкой выпрыгнули наружу, а монстр затряс головой и закашлялся, захлёбываясь собственной кровью.

Грин поспешил применить «божественный фак» и вырубить одного из зверей, пока Гермиона блокировала своего второго крупного сородича.

Они были умны. Поняв, что перевес теперь на стороне противника, оставшийся бёр попытался убежать, но Милиона уже «заряжала» артиллерийскую установку по имени Грин и, когда Гермиона едва успела пригнуться, большой искрящийся шар врезался в косматый зад.

Хлопок и вот уже радостный Пак бежит соскребать со стен полезные останки. По ощущениям, они бродили по этим пещерам целый день…

— Ну, что, отдохнули от учёбы? — раздался жизнерадостный голос Здеца в голове Грина, когда они сели отдохнуть и перекусить вонючим мясом в одном и тупиковых отнорков. — Давайте в позу!

Парень с тоской посмотрел на друзей и те без слов всё поняли. Даже Милиона стягивала рваные шортики без особой радости, пока Пак равнодушно смотрел на появляющуюся красоту.

Но стоило начать, как сила юности взяла верх и вот они уже в учебном классе, внутри сознания Грина…

— Вы уже достаточно пользуетесь новыми силами, чтобы понять, что они привязаны лишь к вашей воле и жесты, как и слова-активаторы, лишь помогают сконцентрироваться! — озвучил Здец-старец то, что они и так уже поняли, прочувствовав всё в полной мере. — Теперь я объясню, сам процесс и вы увидите, что всё ограниченно лишь вашим сознанием и сопротивлением энергоканалов!

Едва остывшие мозги вновь начали кипеть и, спустя непонятно сколько времени, их снова отпустили на перерыв в реальный мир.

И снова бесконечные пещеры со злыми бёрами. И снова обучение. И снова пещеры...

А где-то, у подножия Энга, группа охотников закончила предрассветные сборы и теперь готовилась войти сеть пещер, чтобы поохотиться на бёров, с самого края их территории.

— Мас, не лезь вперёд как в прошлый раз! То́ри, Го́ри, ещё раз перепроверьте амулеты. Найла, усиление только на меня, остальных потом будешь лечить если что! — Траф оглядел свою небольшую группу.

Все были готовы. Их глаза излучали уверенность в собственных силах и лёгкую насмешку. Это далеко не первая их охота, но, практически отеческая, забота Трафа всегда вызывала улыбку — они все маги второй категории и если всё делать правильно, то четыре, а то и пять взрослых бёров не проблема!

Тут нужна выдержка и особый склад характера. Выскочки, будь они трижды сильны, не выстоят против сильных и хитрых зверей, которые, к тому же, могут объединяться в группы до десяти особей и тогда никакая тактика не спасёт в узких, извилистых пещерах.

— Пошли! — скомандовал Траф, закончив проверку тяжелого рунострела, похожего на большую корягу. — Слушаем и смотрим!

Отряд синхронно кивнул именно в тот момент, когда из зева пещеры раздался жуткий, громогласный рёв.

Траф замер, а по его спине скатились капли холодного пота – слишком громкий рык с отчётливым стальным дребезжанием говорил о том, что зверь его издавший просто огромен! Это царь бёров?! Но что он делает на краю пещер?!

Он не успел ничего приказать остолбеневшим членам отряда, но, благо, что они не стояли напротив входа в пещеру, когда оттуда вырвался ревущий исполин в два человеческих роста. Он до мяса ободрал шкуру об острые скалы и помчался прочь, вопя, как ни странно, от ужаса!

Однако, едва он совершил первый длинный прыжок под открытым небом, как просто лопнул кровавым фонтаном и заляпал своими внутренностями всю округу, вместе с охотниками.

Лишённые дара речи маги наблюдали, как следом за «царём» вышла довольно крупная, лысая самка, но, вела она себя крайне странно – окинула охотников усталым взглядом и просто села возле пещеры.

Трафу показалось, что в её глазах блестят слёзы, что само по себе было невозможно, поскольку слёзы бёра относились к легендарным материалам и больше напоминали сказку.

Но ещё больший шок охотники испытали тогда, когда вслед за монстром из пещеры вышли два тощих пацана с тугими, сочащимися кровью и слизью рюкзаками, а также очень измученная девушка.

Охотники заметили в глазах перемазанной кровью троицы странное опустошение, словно те побывали на границе бездны и лишились души. Группа Трафа замерла, не зная что предпринять или сказать.

— Свободна… — прошептал тощий парень в рванье, на обожжёной голове которого виднелась чудом уцелевшая прядка белых волос.

Судя по всему, эти слова предназначались лысой самке бёра, поскольку она выдохнула, встала, и, внезапно, с огромной силой начала биться головой о скалу, пока толстая кость не треснула, заливая кровью единственный чистый пятачок. Подрыгав лапами, она затихла с выражением крайнего облегчения на морде.

Группе магов показалось, что в безжизненных глазах троицы промелькнула зависть к судьбе монстра, но вот, белобрысый вздрогнул и сухо прошептал:

— Уходим.

Они молча прошествовали мимо охотников и бесцеремонно открыли двери внедорожного руномобиля Трафа, закидывая рюкзаки внутрь.

— Эй, вы что удумали?! — начал было долговязый Мас, но три пары глаз та́к посмотрели на него, что он мгновенно заткнулся.

Когда транспорт скрылся за поворотом горной тропы, Траф с досадой обернулся и посмотрел на вход в пещеры – оттуда медленно вытекала тёмная кровь, скрывающая под собой камни на всю, двухметровую ширину.

Охотник переборол оцепенение и сделал несколько десятков шагов внутрь, подсвечивая дорогу амулетом.

Повсюду виднелись останки бёров. Чем дальше он заходил, тем сложнее становилось дышать от смрада и охватившего его отвращения, вкупе с гнетущей тишиной. Под ногами противно хлюпало и чавкало. На него упала часть какого-то внутреннего органа и, подняв глаза вверх, он не смог сдержать рвотный позыв.

Выбежав и отдышавшись, Траф, меж тем, возликовал – странная троица оставила множество трофеев и они с лихвой перекроют не только угнанный руномобиль, но и смогут позволить себе новенький грузовой рунолёт!

— Тори, Гори, — потирая руки произнёс Траф, — молнией в город за транспортом! Найла усиль их, мы наконец-то сорвали куш!

А вот Грин с товарищами не радовался совершенно и они спешили забыть тот опыт, когда Здец показывал им, что любое существо не только разумно, но и сгодиться как участник оргии, внутри сознания парня. Правда, это было до того, как они устроили геноцид бёров разными способами. Или после? Но, в любом случае, они порешили никогда об этом не вспоминать.

Не вспоминали и то, как Пак делал из уже мёртвых зверей марионеток посредством рун, как Милиона сшивала вместе несколько трупов и оживляла их, а потом ещё и устраивали с ними оргии… Это было безумие, но Здец заставлял их и они не могли противиться!

Все трое были сломлены морально и физически, но тело можно излечить очень быстро, в отличие от души…

Дорога немного помогла привести мысли в порядок и оценить результаты этих дней, хотя, по личным ощущениям каждого, прошло не меньше месяца. Месяц кошмара наяву…

К вечеру они уже были в городе и решили заночевать у Пака, заодно отдав на реализацию зрачки бёров и несколько склянок с их слезами.

Когда дед тощего толстяка полез с расспросами, Пак лишь качнул головой и их оставили в покое, отправив отдыхать, предварительно сытно накормив.

Спали они втроём, крепко обнявшись и боясь, что Здец выкинет ещё что-нибудь, но утро принесло облегчение и даже некоторую оптимистичность.

Собрав окровавленное бельё и одежду, они наскоро помылись, позавтракали в окружении изнывающих от любопытства родственников Пака и поспешили в академии на том же угнанном руномобиле.

Странно, но всё произошедшее теперь казалось дурным сном и лишь приобретённые умения, да измождённый внешний вид напоминали, что всё было реально.

— Ну а как ты хотел? — усмехнулся Здец мыслям Грина. — Я не могу позволить молодым, растущим организмам переживать из-за скотоложества!

— Ну вот нахер ты опять об этом напомнил?! — сплюнул парень, нахватавшийся от демона словечек и манеры общаться.

— А это теперь часть тебя, бёроёб, смирись и прими как факт. Глупо переживать из-за того что было – ничего не изменить!

— Я просто забуду и всё! — парировал Грин.

— Это будет означать, что ты забудешь и часть себя. Подобные вещи твоя неотъемлемая часть! Все совершают постыдные поступки, но не все извлекают из них урок…

— И какой урок я должен был извлечь из того кошмара и мерзости?

— Ничто не истина и всё дозволено! — пафосно изрёк Здец.

— Пожалуй обойдусь… — скривился парень.

— Ну и то, что у тебя существуют некие моральные принципы и границы… — загадочно хмыкнул Здец, но Грин не понял к чему это было сказано.

— А куда все бегут? — вдруг спросил Пак, вырывая Грина из бездны размышлений и морали. — Эй!

— Там тело Лысого Садиста нашли! — радостно крикнул пробегающий ученик «из простых».

Не сговариваясь, все трое перешли на бег и вскоре проталкивались среди студентов у главного корпуса, пользуясь Милионой как пропуском в первые ряды.

— Немедленно идите в аудитории! — надрывался безопасник, пока его хмурые коллеги пытались снять тело, насаженное на флагшток.

Но ученики были слишком взбудоражены радостным известием о кончине мучителя и не думали расходиться, пока не грянул властный голос директора:

— Тихо! Сейчас будет важное объявление!

Почти все студенты одновременно замолчали и разинули рты от изумления. По ступеням величаво спускался директор Гарчек, а утренний ветер трепал его роскошные, золотые волосы, доходящие до лопаток.

Вместо привычного строгого костюма, он был лишь брюках и рубашке, с незастёгнутыми верхними пуговицами. Всем своим видом он излучал уверенность, силу и такую мужественность, что некоторые из девушек непроизвольно ощутили возбуждение. Да и стройнее он стал, что ли?

— К сожалению, наш преподаватель общей физической подготовки совершил ритуальное самоубийство, как принято у него на родине, и завещал организовать в освободившееся время турнирные состязания, поскольку его методы морально устарели. Мы прорабатываем этот вопрос и сообщим вам результат на следующей неделе! А теперь – время получать знания! — Гарчек провёл рукой по волосам и подмигнул ученикам. Какая-то девица упала в обморок.

— Ты серьёзно?! — воскликнул Грин, обращаясь к Здецу. — Ритуальное самоубийство?! Умнее ничего не мог придумать?

— Прклятие… — чертыхнулся тот, — становлюсь предсказуемым. Не ссы, будет весело!

— Эй, грязь! — на плечо Грина легла чья-то рука и его с силой развернули. — Кавен передаёт тебе привет и небольшой подарок!

Двое парней, которых Грин никогда раньше не видел, зло скалились, а его тело уже оплетал чужой конструкт, одного взгляда на который хватило, чтобы понять – это смертельно!

Глава 24

Здец ждал – это был момент истины.

Психология разумных рас всегда, плюс минус, одинакова и строится исключительно на поиске возможностей отнять или выманить ресурсы у собрата. Жизнь это ресурс, для получения ресурсов, нужных для получения ещё больших ресурсов! Бесконечный бег по кругу ему никогда не понять этого.

Что ж…

Он дал Грину хороший инструмент для начальной добычи ресурсов – уверенность в собственных силах и техническое превосходство в местной магии. Он поставил его перед выбором, где есть только два варианта развития событий и окрасил последствия его выбора лишь в два цвета – либо убиваешь ты, либо убьют тебя. Он показал ему, что жизнь хрупка, а личная мораль ничего не стоит, если ты не в состоянии продолжать жить по ней, невзирая ни на что. Он сломал его, за несколько дней изменив привычный образ жизни и резко поместив в непривычную и опасную среду. Теперь только от парня зависит – воспользуется он приобретённым опытом или умрёт.

Грин умирать точно не хотел, но и не желал бессмысленных убийств…

Он окинул парней непонимающим, но притом равнодушным взглядом и вокруг него вспыхнуло едва заметное зелёное свечение.

Даже низкой скорости потока хватило, чтобы смертельно опасный конструкт бесславно рассыпался, награждая создателя сильным откатом, а сам юноша просто отвернулся, теряя всякий интерес к этим типам. Милиона и Пак, вообще скользнули по ним взглядом как по пустому месту.

Однако аванс нужно было отрабатывать и парочка, не растерявшись, воспользовалась запасным планом и достала ножи. Служба безопасности заметила исчезнувший конструкт смертельной магию, но не определила его источник, а острые клинки уже вспороли одежду Грина!

… и замерли, упёршись в кожу.

Юноша опустил взгляд и отстранённо отметил, что потуги этих ничтожеств не шли ни в какое сравнение с могучими челюстями бёра, как бы они не пыхтели и не налегали всем весом на рукояти ножей.

Под чутким, и немного садистким руководством Здеца они научились регулировать скорость потока эфира, но тот сказал про едва движущиеся частицы: «это всё херня и помогает только быть настороже и не посадить занозу, а жарить нужно на полную, иначе как противник поймёт, что ему ничего не светит и он сейчас огребёт по полной?»

Охрана, заметив наконец парочку, тыкающую в студента острыми железками, парализовала нападавших и быстренько уволокла их под недоумевающими взглядами других учеников.

— Тряпка! — констатировал Здец, когда все стали расходиться. — Я бы оторвал им бошки и запихнул в жопу!

— Я не ты… — равнодушно ответил Грин и вместе с Паком направился к интенданту за новой формой.

Милиона поцеловала парней на прощанье, чем вызвала кучу ревнивых взглядов и пожелания друзьям сдохнуть в муках, и отправилась на своё рабочее место.

Директор проводил Грина и Пака задумчивым взглядом – он видел что-то, но что́ именно это было, он не понял. К тому же, он не совсем понимал – зачем Лангернал просил его организовать постоянные турниры, когда внезапно пришёл ночью. Но что-то ему подсказывало, что это всё неспроста! Неужели Бог хочет дать миру новый тип магии? Если это так, то нельзя упускать момент и заполучить фору в развитии!

— А, Грин, здравствуй, — приветливо улыбнулся старик интендант, имени которого, к своему стыду, парень так и не спросил. — У меня для тебя небольшой подарок!

— Что это? — немного удивился парень, принимая из рук деда свёрток с формой и какой-то документ на нескольких страницах.

— Я тут поспрашивал кое-что… — произнёс старик и тепло посмотрел на парня, — в благодарность за вылеченную спину. Твоя прабабка – Ледяная Ведьма – недавно померла, а ты единственный известный живой наследник. Извини, что принёс дурные вести…

— Ничего… — пробормотал Грин, смотря в документ и слыша удивлённый смех Здеца.

— Охренеть ты везунчик! Там и шанс-то был меньше процента…

— Я думал, что ты всё спланировал… — как бы невзначай спросил парень.

— Да не, — усмехнулся демон, – откуда ж мне знать, что так кривая вылезет? Я удочку на всякий случай закинул…

— Но ведь ты сам рассказал старику про моё родство с этой ведьмой… — вздохнул Грин, окончательно убедившись, что немного переоценил способность Здеца к придумыванию коварных и проработанных планов.

— Это была такая штука, называемая «логическое обоснование появления чудодейственного снадобья у никому неизвестного чмошника»! — поучительно ответил Здец. — Ой, да включи ты уже мозг хоть на секунду и пойми, что всегда, во всех мирах есть «Ледянные Ведьмы», «Повелители Огня», «Вершители Судеб», «Дрочилы Драконам», «Нагибатели Системы» и «Онанисты Вечности»! — демон рассмеялся.

— Спасибо и извините за беспокойство, — Грин поблагодарил интенданта.

— Пустое, — тот с улыбкой махнул рукой. — Я знаю, как туго приходится тем, за чьей спиной нет сильного рода. Твоя бабка хоть и не была знатью, но это всяко лучше, чем быть просто сиротой, да и жильё кое-какое тебе осталось, правда, за городом…

Поблагодарив старика ещё раз, Грин и Пак отправились в класс – сила силой, но Здец настоял на том, чтобы они продолжали учиться в академии, пока та ещё стоит. Что бы это не значило…

Одноклассники были взбудоражены не только самоубийством лысого садиста, но и прошедшими выходными. Правда, последнее относилось только к тем, кому не пришлось вкалывать эти дни, чтобы помочь семье или банально прокормиться в отсутствии бесплатной еды из столовой академии.

Друзья заняли места и неуверенно переглянулись – складывалось впечатление, что они отсутствовали долгие годы и спокойная обстановка казалась им чуждой после пещер бёров. Но всё всегда возвращается на круги своя…

— Твоя семья настолько обнищала, что высосала твой жир через член?! — красивый подросток, с правильными чертами лица издевательски потрепал щёку Пака. Это был один из прихвостней Кавена, решивший занять вакантное место лидера класса.

— А ты несёшь бред, чтобы натренировать язык и засунуть его ещё глубже в раздолбленную жопу Кавена? — равнодушно спросил Пак, смотря прямо в глаза парня. — Я слышал, что ты воешь на луну с тех пор, как твой дружок тебя бросил. Наверное он нашёл кого-то посимпотичнее и с членом побольше?

Все затихли, ожидая представления. Ма́лин, – Грин вспомнил его имя – зарычал и отскочил назад, одновременно плетя конструкт вокруг Пака. Это было что-то простое, но, тем не менее, опасное, поскольку род Ма́лина делал упор на боевую магию и славился тем, что они были отличные наёмники. Будь то военный конфликт или охрана торговых караванов – их всегда звали в числе первых.

— Когда я активирую конструкт, ты, жалкое ничтожество, лишишься рук и ног! — процедил Ма́лин сквозь сжатые зубы.

— Когда я активирую пердёж, ты, зазнавшийся петух, лишишься сознания… — пожал плечами Пак и непринуждённо откинулся на стуле, с вызовом глядя на перекошенное злостью лицо Малена и совершенно не обращая внимания на окружившую его магию.

Тут и там раздались смешки – самое страшное оружие, бьющее точно по самооценке любого ученика.

— Пак, — с укоризной в голосе произнёс полулежащий на столе Грин, не очень удачно подобрав слова — оставь ты его в покое… Не позорься.

Грин лишь хотел, чтобы его друг не уподоблялся зазнавшимся одноклассникам, но Мален интерпретировал его слова по-своему и впал в бешенство! Ведь он был подростком и ещё не научился хладнокровию, в отличии от свои старших братьев, один из которых, восемнадцатилетний, тут же встал с задней парты и поспешил остановить свое неразумного родственника.

Но было слишком поздно!

Конструкт вокруг Пака вспыхнул и… ничего.

— Это как?! — немного удивился Грин, не заметивший активации потока энергии.

— Здорово, правда? — улыбнулся Пак, совершенно не обращая внимания на повиснувшую гробовую тишину в аудитории и распахнутые в крайнем удивлении глаза ребят. — Я ночью на себе руну сделал!

Он торжественно продемонстрировал чёрную закорючку на шее, прямо под воротом рубахи. Грин не удивился самому наличию руны, ведь то, что преподавал Здец в обличии рыжего коротышки, кардинально отличалось от классической рунологии, хоть и было схоже по общим принципам.

— Это чернила, — пояснил Пак, — просто проверил в реальных условиях. Она останавливает поток эфира, правда и я сам не могу ничего сделать. Полезная штука, но только против прямого воздействия.

Грин кивнул. Пак говорил о том, что обычный конструкт разгонял и направлял энергию непосредственно вокруг или в самой цели – другими словами прямое воздействие. От брошенного телекинезом камня или кольца огня такое не могло уберечь.

Меж тем, подоспевший старший брат отвесил подзатыльник Малену и шагнул к месту Пака со словами:

— Здесь было достаточно обычного удара!

Он со всей силы пнул стол, вдавливая его в грудную клетку Пака и ломая тому рёбра.

— Кха… — бывший жирдяй согнулся и ухватился за грудь. — Кха-ха-ха-ха…

— Пак, ну зачем ты их провоцируешь?

— Потому, что это весело! — рассмеялся тот, наслаждаясь видом вытянувшихся лиц братьев. Раньше он бы притворился побитым, чтобы, не дай боги, побои не превысили возможности рун на его теле, но сейчас у него есть отличный товарищ, прикроющий, если что.

— А мне вот не весело! — проворчал Грин. — Ты превращаешься в такое же напыщенное говно как они.

— Ладно, ладно! — Пак перестал смеяться и презрительно взглянул на братьев: — Валите к демонам, убогие!

Те явно нацелились узнать предел прочности Пака, но звук колокола возвестил о начале урока, а учитель истории очень не любил, когда к его приходу кто-то был не на месте.

История мира. Самый интересный и, одновременно, самый скучный урок.

А создавал данный парадокс сам преподаватель – иногда он отвлекался и зацикливался на одном историческом событии, в красках описывая происходящее и делясь собственными соображениями на этот счёт. Это было интересно.

Но потом он спохватывался и начинал бубнить о правителях, их времени правления, ключевых событиях и общей обстановке. Это было невыносимо сухо и скучно.

— Ну классика же! — хмыкнул Здец, когда учитель рассказывал о сверхмощных магических печатях, способных уничтожить целый континент. — Ничто не укрепляет дружбу между странами так, как возможность полного взаимного уничтожения!

— Я бы хотел, чтобы войн не было… — вздохнул Грин, представляя мир, наполненный добрыми людьми и где нет конфликтов.

— И чем бы тогда разумные занимались? — ехидно поинтересовался Здец.

— Просто жили бы, — пожал плечами Грин.

— Не, ну реально – как ты себе это представляешь?

— Растили бы детей, занимались бы каждый своим делом…

— Не не не, со мной эта хрень не прокатит, ты факты давай, примеры! — не унимался веселящийся Здец.

— Ну можно заниматься земледелием и выращивать овощи. Мирно и спокойно.

— Конечно можно, — кивнул Здец, — но что делать, когда кто-то ещё хочет выращивать овощи?

— Ну и пусть выращивает!

— Да, но ты, со своей плантацией, был первый и занял все плодородные земли в долине!

— А я поделюсь! — улыбнулся Грин.

— Конечно поделишься, комуняка, — хохотнул демон, — а с последующими десятью тоже поделишься?

— Эм… — на миг задумался парень, — если земли много, то да.

— А если мало? — тут же спросил Здец.

— Тогда нет! — твёрдо ответил Грин.

— Погоди, — Здец поскрёб затылок, — а чего это ты с одним поделился, а с другими нет? Чем они хуже?

— Это моя земля! С кем хочу с тем и делюсь!

— Но ты ведь на основании чего-то решаешь – поделиться или нет? Другие обидятся…

— Ну и пусть идут в зад со своей обидой! — не выдержав рявкнул Грин и тут же прошипел: — Проклятье…

— То-то и оно! — рассмеялся Здец.

На перемене Мален с братом подошли к Паку:

— Сегодня в семь часов ждём тебя на полигоне. Ты ответишь за оскорбление!

— Вы меня вдвоём бить будете? — с иронией в голосе уточнил Пак.

— Можете вдвоём приходить, это ничего не изменит! — Мален бросил злой взгляд на Грина, но тот лишь пожал плечами. — Ничтожествам вроде вас не место в академии!

— Десять монет на Грина и Пака! — внезапно раздался голос с задних рядов, чем вызвал нервное подёргивание глаз у братьев.

— Двадцать на Ростеров.

— Я буду держать ставки! Вы знаете о надёжности нашего банка!

— Пятьдесят на безродных!

— Сотня на боевиков!

— Мы же не согласились ещё, — довольно громко проворчал Грин. Он совершенно не горел желанием учувствовать в драке, поскольку ему хватило бёров.

— Твоё согласие и не требуется, чернь! Я приказываю вам! — надменно произнёс брат Малена, звеня сталью в голосе.

Тут Грин взорвался:

— Ты кто такой, чтобы приказывать мне?! Может ты император?! Или его наместник?! Оба, пошли нахер отсюда или я за себя не ручаюсь!

— Забываешься падаль! — рявкнул в ответ брат Малена. — Наша семья защищает грузы, что бы ты мог есть и первой кидается на защиту города в момент опасности!

— Ты – не твоя семья! Те её позор! — прошипел Грин, прищуривая глаза и медленно поднимаясь со своего места.

Даже прозвучавший сигнал о начале урока не смог сдержать ярость восемнадцатилетнего Ростера и он кинулся в рукопашную атаку, усилив собственное тело родовым конструктом.

Он двигался так быстро, что все в классе поняли – едва он коснётся тощего, тот превратится в кровавую пыль!

Резкий удар и, последовавшая за ним, волна сорвала с Грина одежду, разойдясь штормовым ветром по аудитории. Студенты прикрыли глаза, чтобы защититься от разлетающихся ошмётков плоти, но вместо этого услышали презрительный голос:

— Видишь? Ты лишь жалкий, зазнавшийся чмошник, переоценивший свои силы!

Все неверяще уставились на обнажённого Грина, окутанного странным и неведомым зелёным свечением. Ни о чём подобном они никогда даже не слышали! Кулак Ростера был сломан и висел бесформенной гроздью из мяса и костей, но тот был слишком поражён увиденным и пока не замечал боль.

Лейна, во все глаза наблюдавшая за скоротечной схваткой, против собственной воли скользнула взглядом по обнажённому худому телу и внезапно почувствовала истому внизу живота, а также влажный дискомфорт в нижнем белье.

Ростер побледнел и, покачнувшись, сделал шаг назад. Он поднёс повреждённую руку всхрюкнул, закатил глаза и с грохотом упал навзничь. Младший Мален замер и боялся пошевелиться.

Грин повернулся лицом и всем остальным к одноклассникам:

— Мне надоели постоянные стычки между учениками и издевательства над теми, кто не может дать отпор… — с грустью в голосе, но очень твёрдо произнёс он, после чего взгляд его стал жёстким, а слова злыми: — Я докажу, что можно всем жить в мире мне зависимости от происхождения! Вы будете уважать друг друга! Только сообща можно добиться большего, чем поодиночке! Чувства каждого важны, помните это! Несогласным я вырву позвоночник через жопу! Всем понятно?!

— Я воль, мой фюрер! — заржал Здец, но Грин его проигнорировал и внимательно осмотрел притихших юношей и девушек.

Его взгляд остановился на Лейне:

— Лейна Ромер, я полюбил тебя с того момента, как впервые увидел! — всё тем же, повелительным тоном проговорил Грин вздрогнувшей девушке. — Я хочу, чтобы ты стала моей девушкой! Ты согласна? Отвечай!

— Да! — пискнула она, сжавшись в комочек от ужаса.

— Превосходно! А теперь мне нужно переодеться! — объявил Грин и величаво, с гордо выпрямленной спиной вышел из аудитории с обалдевшими от такого развития событий учениками и учителем.

Едва дверь за ним захлопнулась, Грин целиком покраснел, потом побледнел и его стала бить крупная дрожь.

— Не, ну нормально, чё, только с пафосом перебрал слегка… — одобрительно проговорил Здец.

Парень протяжно застонал и со всех ног помчался по пустым коридорам в туалет. Там он закрылся в кабинке и схватился за голову, вырывая волосы от неимоверного стыда, ужаса и смущения.

— Да не истерии ты! — принялся утешать его Здец. — Тут есть один огромный положительный момент!

— Да что тут может быть положительного? — жалобно завыл парень, желая немедленно провалиться в бездну.

— Теперь все будут считать тебя отбитым на всю башку безумцем и уже вряд ли рискнут задирать! — давясь от хохота ответил демон, а Грин в очередной раз проклял тот день, когда согласился заключить с ним контракт.

Глава 25

— Шустёр! — хмыкнул старик интендант, выдавая голому Грину очередной свёрток с формой. — Может тебе зачарованную заказать? Думаю, тысячи за три сторгуюсь – есть у меня приятель один…

— Благодарю, но нет, — вежливо улыбнулся парень и быстренько оделся.

Идти обратно в аудиторию очень не хотелось, но тут, как всегда, помог Здец:

— Ну так и отдай мне управление, я поправлю то, что ты наворотил!

Едва подумав о том, что́ может устроить демон в подобной ситуации, Грин мотнул головой и помчался обратно в класс.

— Ну как хочешь, — давясь смехом прокомментировал Здец и затих.

Однако у дверей парень всё же замер в нерешительности:

— И что теперь будет?

— А ничего, — пожал плечами Здец, — теперь тебе придётся поддерживать созданный имидж, ну, образ, иначе сразу сожрут с говном, как только ты дашь слабину. Лидером быть нелегко…

— Я не совсем этого хотел… — вздохнул парень. — Да ещё и показал всем потоковую магию…

— Во-первых, название дебильное, но, другого я от тебя и не ожидал. А во-вторых, её так и так пришлось бы делать достоянием общественности. У тебя была фора, но ты сам её пролюбил. Давай уже, двигай – все мосты сожжены!

Глубоко вдохнув, Грин потянул дверь на себя и вошёл в аудитории, держа спину прямой, а взгляд твёрдым. Все затихли, внимательно ловя каждое его движение и парень ощутил, как из глубин его души поднимается новое, неведомое ранее чувство, медленно увеличиваясь и заполняя собой сознание. Пока он терялся в догадках и пытался объяснить его самому себе, на помощь, как всегда, пришёл Здец:

— Это у тебя ЧСВ раздувается… — хихикнул он.

— Что?

— Чувство собственного величия! Главное следи, чтобы не перезрело, иначе лопнет и говной завоняет… — загадочно пояснил демон.

Сев на место, Грин потянулся и не удержался – сверкнул аурой.

— По́зер… — Здец хмыкнул.

До большой перемены всё прошло спокойно и парни отправились обедать.

— Присоединишься? — как можно спокойнее спросил Грин у Лейны, хотя его сердце колотилось как бешенное. — Я угощаю.

Девушка неуверенно кивнула и встала, стараясь не смотреть на шокированные лица подружек. Они вышли из класса – Грин, за ним Лейна, а следом Пак – и больше всего это напоминало конвоирование несчастной девушки с растерянным взглядом.

Видимо эта картина и стала спусковым механизмом для одного из обожателей Лейны – широкоплечего и бритоголового Кёрта из угасшего рода мастеров внутреннего усиления.

— А ну стойте! — крикнул он и выскочил в коридор, где уже гаркнул во всю мощь лёгких: — Она не хочет идти с вами! Мерзавцы, вы запугали её!

Все студенты мгновенно расступились и приготовились к представлению. Те, кто волею злого рока уже сталкивался с Грином, сочувственно глядели на могучего парня, чьё лицо не было обременено интеллектом.

— Что за херню ты несёшь? — искренне удивился обернувшийся Грин и обратился к Лейне: — Ты ведь не против пообедать с нами?

— Нет! — вздрогнула и часто закивала растерянная девушка, всё глубже и глубже погружающаяся в пучину паники из-за нахлынувших противоречивых чувств.

— Вот, видишь! — тоном победителя произнёс Грин и положил руку на плечо Лейны, от чего та сжалась в комочек и залилась краской. «Бедняжка…» – раздалось где-то среди учеников.

— Ля, — пища́ от смеха выдавил из себя Здец, — да вы просто мастера неловких и двусмысленных ситуаций! Ей богу!

— Убью! — двухметровый здоровяк, пылающий праведным гневом, взревел и бросился на Грина, топая по паркету так, что лакированные досочки разлетались во все стороны.

Этот парень был носителем большого таланта и надеждой своей семьи. Он и в правду не хотел выделяться, чтобы аристо не убили или не покалечили его чисто из зависти, но надругательства над слабыми он не терпел с детства. Ему и так было тяжело смотреть на всё безобразие, творящееся в академии, а выходка Грина и Пака стала последней каплей!

Грин Моль не растерялся и не испугался. Наоборот! Вид несущегося на него амбала будто бы вновь перенёс его в пещеры бёров и парня окутало зелёное сияние, под потрясённый вздох окружающих.

Он немного повернулся боком, низко присел и из этой позы прыгнул, устремляясь прямиков навстречу Кёрту и ударяя того плечом в живот. Здоровяк вскрикнул от боли и остановился, как если бы врезался в каменную глыбу, а Грин обхватил его за талию и резко встал, перекидывая противника через себя и втыкая его головой в пол, проломив толстый паркет.

Любой, даже тренированный воин, уже умер бы от такого броска, ведь именно так они глушили бёров, но Кёрт упёрся руками в пол и выдернул окровавленную голову из пола и вновь бросился на Грина.

Дрался здоровяк неумело и больше стремился захватить конечность тощего. Грин драться также не умел и почти сразу совершил ошибку! Кёрт ухватил худую, сияющую зелёным руку и со всей силы заломил её.

Грин громко закричал от боли и страха – Кёрт оказался сильнее матёрого бёра! Раздался жуткий треск и здоровяк оттолкнул от себя тощего. Рука Грина была неестественно вывернута, а сквозь пиджак торча кровоточащий обломок кости.

— Ну здец тебе! — прорычал взбешённый Грин, травмированный ни за что и вытянул перед собой уцелевшую руку, в которой возникла растущая синяя сфера, окутанная молниями. — Ха-ду…

— Р-р-а-а-а! — Кёрт бросился в атаку с такой скоростью, что его образ смазался, а Грина снесло с места и швырнуло на всю длину коридора.

Оставив после себя вмятину в стене, Грин вырвался из обломков досок и штукатурки пылая не только праведным гневом, но и аурой приобрётшей слабый голубоватый оттенок.

— Хадукен! — рявкнул он и по коридору промчался шипящий, искрящийся шар, опаливший волосы на лицах любопытных студентов.

Кёрт мгновенно почувствовал смертельную опасность и вовремя упал ничком, а энергетический снаряд врубился в щиты прибежавших вместе с директором безопасников. Защиту с магов срывало одну за одной и снаряд терял силу лишь обжигая лица и опаляя волосы. Последним досталось Гарчеку.

— Что вы тут устроили?! — рявкнул он, с ужасом касаясь своей обгоревшей шевелюры.

— Он напал на меня! — прорычал из конца коридора Грин и указал целой рукой на Кёрта.

— Они принуждали Лейну Ромер ко… всякому! — выкрикнул в своё оправдание Кёрт и указал на девушку. — Я защищал её.

— А я просто рядом стоял… — быстро проговорил Пак, едва сдерживающий улыбку.

— Лейна Ромер, — уже спокойнее заговорил директор, убедившись, что ни Паку, ни Грину ничего не угрожает, но ситуацию всё равно нужно как-то разрешить, иначе поползут слухи. — Может быть ты прояснишь ситуацию?

Девушка молчала, потупив взор. Ещё никогда прежде за неё не вступались с такой чистой и самоубийственной отвагой. Были позёры, жаждущие её внимания, были попытки купить её благосклонность, но никто и никогда не рисковал ради неё жизни, ведь все претенденты с лёгкостью уступали заведомо сильнейшим конкурентам.

С другой стороны – она наконец-то призналась сама себе – её привлекал Грин. Было в нём что-то такое, что невозможно было разглядеть с первого раза. Лишь тогда, встретившись с ним взглядом, она впервые заметила чистоту его души, но его статус… Хотя…

Она подняла взгляд и осмотрелась. Никто заведомо не обвинял безродного юношу и все ждали её ответа. Что-то неуловимо изменилось в академии и Грин был в центре этого!

— Да, — тихо произнесла она, — мы просто хотели пообедать вместе, а Кёрт напал…

— Ясно, — кивнул директор и обратился к охране: — Выкиньте этого бугая за ворота! Таким как он не место в академии!

Маги в серых одеждах тут же обступили здоровяка, который не мог поверить своим ушам и чувствовал, как внутри него что-то разбилось вдребезги. Он непонимающе смотрел на Лейну, но та отвела взгляд и одними губами прошептала: «прости».

— Кёрт Рейнхарт, ты исключён из академии. Счёт за повреждения твоя семья получит сегодня вечером!

— За что?! Я просто хотел защитить её! — выкрикнул Кёрт, ища глазами поддержки среди учеников, но многие просто скалились, а другие отводили глаза. Его подтолкнули в спину и заставили идти.

— Да, он просто хотел защитить её.. — с кривой усмешкой произнёс подошедший Грин, аккуратно придерживающий сломанную руку. — К тому же, никто не получил необратимых увечий, а ремонт я оплачу сам. Согласно правилам академии – его не за что исключать! Мы ведь не нарушили правила, уважаемый директор?

— Нет… — вздохнул директор, понимая, что зря поторопился и показал своё покровительство над Грином, да и тот хорош – своим показушеством подставил под удар миссию Лангернара и его, директора, бессмертие. Он обратился ко всем студентам, крайне поражённым таким развитием событий и подозрительно косящихся на Грина, да вполголоса обсуждающих неизвестную магию. — Я хотел объявить об этом позже, но случились крайне важные события и устав академии, а также учебную программу придётся пересмотреть, ввиду открытия учеником Грином Моль нового типа магии.

Загомонили все и директору пришлось кричать:

— Сейчас мы проводим испытания и готовим доклад императору! Прошу отнестись с пониманием и не пытаться убить Грина, поскольку даже боевые маги высшей категории ему не конкуренты!

— Кранты тебе, хлопчик! — ехидно произнёс Здец. — Всегда найдутся дебилы, желяющие проверить – правда голова треснет, если ей биться о стену или нет…

— Но зачем он так? — напрягся Грин.

— Затем, что он не полный идиот, в отличии от тебя, и понимает, что нет смысла отрицать очевидные вещи, когда проще преподать всё в выгодном для себя свете. Учись, студент.

— Но занятия никто не отменял! — меж тем продолжил директор и хлопнул в ладоши: — Перемена скоро закончится, обсудите всё позже!

Ученики стали расходиться, с нескрываемым интересом поглядывая на Грина и думая как бы половчее втереться к нему в доверие.

— Извините… — пробасил Кёрт, чувствующий себя дураком.

— Да пофиг, — усмехнулся Грин, — я бы так же поступил. Пойдёмте поедим и наведаемся к Милионе.

Лейна окончательно запуталась и весь обед только механически жевала, а ребята её ни о чём не спрашивали. Кёрт оказался хорошим, простым парнем и довольно быстро нашёл общий язык с Паком и Грином.

— Новые члены группы это хорошо! Подумаю пока программу обучения… — выдал Здец и Грин поперхнулся, едва подумав о том, ка́к именно нужно попадать на те уроки.

Они закончили трапезу и отправились подлечиться и на занятия. Усталый парень лет восемнадцати, с чёрными кругами под глазами собрал посуду с их стола и поспешил на кухню, но оступился и грохнул об пол дорогой фарфор под обидный хохот богатенькой молодёжи.

— Проклятье! Выметайся криворукий бездарь! — кричал и лупил парня мойщик посуды. — Зря я послушал твою мать и взял тебя! Она заплатит за каждую тарелку! Слышишь? Сотню монет за каждую!

Получив заслуженный пинок, парень побрёл прочь из академии, где не сумел проработать и дня. Он уже не плакал, поскольку слёз за эти годы не осталось. Всё меньше и меньше мест оставалось в городе, где бы не знали Безнадёжного Миха.

Как бы парень не старался – у него ничего не выходило. Он сменил уже такое количество мест работы, что давно сбился со счёта. Мих искренне желал обрести профессию, зарабатывать деньги и кормить семью, но неудачи преследовали его, будто проклятого.

Впервые, ещё будучи довольно крепким ребёнком, он устроился подмастерьем к кузнецу и неловко уронил заготовку. Да так уронил, что проработавшая два десятка лет кузня вспыхнула и сгорела, словно была не из камня, а из соломы. Кузнец тогда, хоть и осенил себя божественным жестом, но дал парню второй шанс. Во второй раз кузня сгорела вместе с домом…

Потом был помощником повара и просто мыл овощи, но десять человек отравились, хотя никто не связывал его с тем событием, до тех пор, пока он едва не сварил хозяина заживо, опрокинув большую кастрюлю с кипятком.

После, попав в ученики к плотнику, он старался изо всех сил, но уже на второй день едва не убил старика отлетевшей чуркой. Да и вообще, пилил криво, хотя использовал шаблон, клеил плохо, а всё, что удавалось худо-бедно закончить, ломалось при первом же использовании.

Затем помогал каменщику и в первый же день едва не утопил беднягу в растворе, когда уронил подносимый кирпич. Скачущий на одной ноге, бранящийся мастер упал с невысокой стены в глубокую ванну, где мешали раствор, а ему на голову рухнула лопата, об которую Мих запнулся, когда поспешил на помощь.

До старика сапожники уже доходили подобные хохмы, но тот мудро говорил, что не бывает необучаемых людей, а бывают плохие учителя! Как же он ошибался…

Мих сразу сломал два шила, которые пережили последнюю войну пару тысяч пар обуви. Следующей на очереди оказалась универсальная колодка из редкого и очень твёрдого дерева, как говорил плотник, но парень расколол её на три куска единственным маленьким гвоздиком.

Послав к демонам ржущих каменщика и плотника, сапожник принёс богатую жертву богам и всё-таки смог закончить пару сапог с помощью Миха. Гордый собой он надел обновку и демонстративно прошёлся перед хихикающими мужиками. К вечеру его ноги опухли и стали чернеть. Пришлось отдать три сотни монет целителю и ждать пять дней, прежде чем отвесить непутёвому ученику знатного пинка и выпроводить на все четыре стороны.

Приняв неизбежное, что не быть ему ремесленником, Мих подрядился разносчиком. Но он путал адресатов, терял посылки, опаздывал… Его сразу выгнали, едва он заработал на покрытие расходов.

С другой стороны – он обрёл некую известность в узких кругах и многие держали пари, что смогут его чему-нибудь научить. Но годы шли, а Мих был всё тем же и ничего у него не получалось, как бы он не старался…

Храмовники проводили обряды очищения, но это ничего не меняло и они разводили руками. Сперва думали, что это какой-то магический дар, но подтверждения этому не нашли, как и связи с демонами.

Иногда, правда шутки ради, его засылали к конкурентам, обещая небольшое вознаграждение, но вскоре его узнавали в лицо и этот жиденький ручеёк дохода иссяк.

Мих, став личностью почти легендарной, перебивался простейшей работой, но даже просто таская мешки умудрялся портить товар. А потом ему стукнуло шестнадцать…

Добровольно пойдя в армию, он старался изо всех сил и довольно быстро снискал уважение за целеустремлённость и идеальное выполнение приказов, а также усердной физической подготовке, но ровно до того момента, пока не начались занятия по боевой подготовке.

Сперва всех поразила та лёгкость, с какой он выводил противника из строя и ему пророчили великое будущее, но всё оказалось не так хорошо, как выглядело на первый взгляд… От Миха страдали не только команды противника, но и союзники, причём союзники страдали больше! И чем больше он старался, тем страшнее становилось командованию…

Одним жарким летним днём, вылетевшее из рук Миха тренировочное копьё, неудачно отскочило от мишени и попало в зону тренировки лучников. Чья-то стрела срикошетила от стального набалдашника копья и унеслась в небо, где подстрелила пролетающую птицу.

Птица, под двумя сотнями взглядов, спикировала в район конюшен, и рухнула на голову прикуривавшего конюха. Тот, от неожиданности, выронил горящую спичку прямо в сухое сено, которое моментально вспыхнуло.

Перепуганные кони, с горящими хвостами и гривами, вырвались из загонов и разбежались по всему лагерю, поджигая всё на своём пути.

Огонь удалось потушить и виновного нашли довольно быстро!

Не решившись убить это чудовище, чтобы не накликать проклятие на свой род, вояки выпнули его из армии, а вызванные храмовники потом трое суток читали молебен очищения над всем лагерем.

Но Мих не сдавался и изо всех сил старался найти своё призвание в жизни, однако, время шло и вариантов, как и надежды, оставалось всё меньше и меньше.

Сегодня последняя капля упала на чашу весов отчаяния и он коснулся прощальной записки в кармане, написанной уже очень давно. Похоже, пришло время избавить мир от его, Миха, присутствия. Матушка, конечно, будет плакать, но две сестры и брат уже большие, так что справятся.

Выйдя из ворот академии, он направился за город, к своему любимому, одинокому дереву, в корнях которого давно была припрятана прочная верёвка.

Уже вечеров, когда он уже шёл вдоль поля злаков, последние слёзы скатывались по его щекам. Он не ругал богов, не клял судьбу и не обвинял весь мир! В его голове был лишь один вопрос – почему?

Почему у него ничего не получается, как бы он не старался? Почему он до сих пор жив, хотя мог умереть почти в каждом из случаев? Почему, почему, почему…

Проверив верёвку, он перекинул её через толстую ветку и закрепил. Встал ногами на маленькую табуреточку, купленную по пути за одну монетку и накинул петлю на шею.

— Если хочешь, я могу решить твою проблему.

Мих резко обернулся, но никого не увидел. Нервно сглотнув и осенив себя знамением, чтобы демоны не искушали его на пороге смерти, он шагнул с табуретки.

Верёвка оборвалась и парень рухнул на траву, больно ударившись задом о табуретку.

— Я могу помочь тебе, — вновь прозвучал голос, звучащий, как казалось, со всех сторон.

— В обмен на мою никчёмную душу, да? — горько усмехнулся Мих.

— Нет, — спокойно ответил голос, — мне ничего такого не нужно.

— Так не бывает! — рассмеялся Мих, вдруг представив, как демон давится его душой и умирает.

— Я лишь хочу, чтобы ты спас свой мир от разрушения.

— Я?! — воскликнул он, всё-таки оглядываясь по сторонам, но так никого и не заметив. — Почему я? Я не гожусь на роль героя!

— Я дам тебе силу, — всё так же спокойно ответил голос.

— Силу, чтобы я спас мир? — Мих задумался. Он мало знал о демонах, но знал, что там нужны какие-то контракты, а этот голос ничего не просил. Да и стать героем, чтобы его перестали клеймить безнадёжным, безруким и бесполезным? Он очень этого хотел! Прямо сейчас! — Я согласен! А что за сила? И от чего спасать?

— Отныне ты можешь копировать любые увиденные навыки и умения.

— Да? — удивился Мих такой странной силе, которая совсем не ощущалась. — Даже магические?

— Да, — просто ответил голос.

— Ну так от чего спасать то?

— Ты сам должен всё узнать!

— Почему такие сложности? — заподозрил неладное Мих.

— Потому, что для меня это нечто новое и торопиться не следует – вечность слишком коротка, чтобы спешить…

Голос пропал и Мих поспешил в город, чтобы проверить всё сказанное и убедиться, что он не сошёл с ума.

А где-то в академии Грин почувствовал, что Здец вздрогнул и поёжился.

— Что-то случилось?

— Нет, — отмахнулся демон, напряжённо о чём-то размышляя, — просто тут всегда сквозняк, когда ты рот открываешь...

Глава 26

— Лейна, дочка! — радостно улыбающийся отец девушки крепко обнял её и, внезапно, подбросил в воздух и снова поймал, чего не делал с тех пор, как ей исполнилось пять.

— Отец, прекрати! — взвизгнула от неожиданности Лейна.

— Милая, радость то какая! — это уже подбежала матушка и девушку сдавили в крепких объятиях оба родителя.

— Да что на вас нашло?! — возмутилась Лейна, кое как высвободившись из семейных тисков и отскочив на безопасную дистанцию. Она только-только зашла в особняк и надеялась тихо провести эти выходные, поскольку всю неделю в академии творилось какое-то безумие из-за Грина и его магии, а также из-за внезапно увеличившегося количества желающих перевестись к ним из других городов.

— Ты молодец, сестрёнка, — одобрительно улыбнулась только вошедшая старшая сестра. — Загляни попозже ко мне, научу кое-каким трюкам, от которых мужчины без ума.

— Да что вы все такое говорите? — в отчаянии закричала Лейна, не желая верить в то, что семья всерьёз рассчитывает на её отношения с Грином.

Она закусила губу и выбежала из гостиной, чтобы никто не увидел предательских слёз, брызнувших из глаз – после всех событий за Грином началась настоящая охота и дочери знатных семей не брезговали ничем, лишь бы их заметили. Парня даже изнасиловали несколько раз, после чего он перестал появляться на занятиях и Лейне больше не удалось с ним увидеться, поскольку Пак и Кёрт охраняли вход на чердак, где скрывался самый завидный жених тысячелетия, и не пускали никого женского пола, кроме Миллионы, а безопасники не пускали к нему всех остальных.

Выбежав в сад и пробравшись в его самый дальний угол, девушка в полной мере ощутила жгучую ревность и отчаяние, а также всю бесперспективность конкуренции с самыми богатыми, красивыми и распутными дочерями влиятельных родо́в.

— Нет, — стиснув зубы произнесла она, ударяя кулачком о шершавую кору дерева, — он будет моим!

Лейна утёрла слёзы и преисполнилась решимости стать для Грина той «единственной», о которых пишут любовные истории и слагают легенды. В крайнем случае – получится страшная история об убийстве из-за неразделённой любви…

Девочке было невдомёк, что бурлящий в ней коктейль эмоций, приведший к такой маниакальной одержимости этим парнем, состоял всего лишь из: «он такой милый и добрый», «я слишком хороша – как он смеет игнорировать меня?», «он такой сильный – сможет защитить меня и потомство» и «он же первый проявил интерес, какого демона он не развивает наши отношения?». Ну и главным компонентом адовой смеси было: «Я первая его заметила!».

И пока Лейна твёрдой рукой собирала вещи, чтобы навсегда уйти из дома и посвятить свою жизнь следованию за Грином, пока она мчалась через весь город, боясь, что смутная тревога на душе предвещала большую беду, этот самый Грин сидел в дальнем углу чердака с крайне мрачным видом.

— Может он ждёт, пока ты совершишь то, чего он от тебя ожидает? — тихо произнесла Милиона, прижимая Грина к своей большой груди и гладя белые волосы.

— Нет, он бы уже тысячу раз унизил меня за это время, но он просто молчит… — ответил парень безжизненным голосом. — Я совершенно не чувствую его присутствия. Так бывало и раньше, но, в этот раз, мне показалось, что он напуган. Понимаешь? По-настоящему напуган! Я даже не могу представить чего-то такого, что может напугать такого как он…

— А может это всё? — рука целительницы скользнула к промежности Грина и привычно там зашебуршала.

— В каком смыслы «всё»? — напрягся обнажённый парень психологически в районе мыслей и физически в районе промежности.

— Из всего, что я поняла, — заговорила Милиона, садясь на Грина и начиная медленно, ритмично двигаться, — он даровал тебе силу и, возможно, ваш контракт исполнен.

Юноша задумчиво посасывал кончик упругой груди с набухшим сосцом – подобные мысли его тоже посещали, но это не вязалось с последними словами Здеца: «Вот же гнида… Но хер тебе в рыло, сраный урод – я покажу, кто из нас клитором командует!», которые он яростно прорычал, превращаясь в какой-то клубящийся туман, вызывающий древний, первобытный ужас.

Грин даже не успел спросить, что такое «клитор», как демон пропал. Но, самое необычное во всей это истории было то, что в момент соития с Милионой, парень чувствовал, что может без проблем затянуть её душу в своё сознание. Боясь предположить самое худшее, он нырнул внутрь своего разума и застонал от досады – тут всё было точно так, как было при Здеце и только его самого не было.

Те же тысячи книг, те же парты и даже растяжение времени присутствовало, а кроме того, всем этим Грин управлял самолично и в качестве эксперимента заковал душу Милионы в цепи и несколько раз надругался над ней. Она совершенно не могла сопротивляться и не имела тут никакой власти, поэтому ей пришлось вслух просить ещё об одном надругательстве – контрольном, чтобы убедиться наверняка.

Возможно, это был прощальный дар силы от Здеца, но Грин с трудом представлял его реальное применение – трахать врагов, чтобы заточить их души, выглядело весьма сомнительной тактикой.

Ещё одной актуальной проблемой оставались его обещания от имени Лангернара. Грин не считал себя глупым парнем, но совершенно не имел понятия как выкрутиться из этой ситуации, если Здец не вернётся. Теперь умирать не хотелось ещё больше! Возможно стоит затаиться?

— Нам нужно покинуть Ласт, — тихо проговорил Грин, когда Милиона перестала дрожать и сжимать его в объятиях.

— Что?! — раздался возмущённый голос Пака, становившийся всё ближе: — А как же производство «кукумберов»? А всё то, что обещал Здец? Где мои деньги и слава, дружище?!

— Пак, брат, прости, но… — Грин выдохнул и взглянул в глаза подошедшего друга, — Здец исчез…

— Здец?! — опешил тот.

— Здец.

— Вот же ж Здец… — Пак со злости пнул какую-то тряпку, из-под которой тут же выскочила рассерженная таким обращением крыса. — Но с какого демона ты решил, что в другой стране будет лучше?

— Нас будут искать, но тайно, — медленно начал говорить Грин, осознавая, что план выглядит более чем разумным, — никто в здравом уме не передаст другой стране наше описание и прочее, ведь они не захотят делиться потенциальной силой.

— Дружище, очнись, — Пак постучал костяшками пальцев по лбу Грина. — Кругом шпионы и продажные кланы! Да нас схватят ещё до границы! Но смотри: пока мы здесь, у нас есть хоть какие-то связи. Взять того же Гарчека Верна! — торжественно произнёс Пак, расстёгивая ширинку и подманивая Милиону покачиванием удочки.

— Это всё херня… — вздохнул Грин, посмотрел в глаза Пака и тихим голосом рассказал всё, начиная от первого появления сущности.

В какой-то момент рассказа даже целительница замерла и удивлённо распахнула глаза, едва не подавившись. Бывший толстяк, а теперь весьма стройный юноша, задумчиво поскрёб лоб и тут же щёлкнул пальцами:

— Ну так всё сходится! Сроков он не назвал, и мы можем тянуть время до тех пор, пока не наберём достаточной мощи, чтобы нас уважали и боялись!

— Пак, ты забыл один момент – новая магия, которая, вроде как, проходит исследования, и император ждёт её результатов, — грустно усмехнулся Грин, — сомневаюсь, что он не заметит, как мы накапливаем мощь и силу, но не спешим поделиться знаниями…

— Слушай, — Пак застегнул ширинку и присел на пыльный тюк рядом, — сроков никто не называл, а значит можно выдавать результаты медленнее, чем мы будем развиваться.

— Тут не угадаете, мальчики, — произнесла Милиона и жадно отпила воды из бутылки, — все результаты будут систематизироваться и сравниваться. Очень скоро они поймут, что вы их дурите. Не нужно считать других глупее себя.

— И что ты предлагаешь? — спросил Грин, чувствуя себя немного неуютно в качестве лидера, но быстро привыкая к этой роли.

— Рассказать всё, что тебе известно об управлении потоками максимально широкому кругу людей и заявить, что это всё.

— Но что делать с теми, кто верит, что Лангернар снизошёл на землю? — резонно заметил Грин.

— Убить?.. — не то спросила, не то посоветовала Милиона, равнодушно пожимая плечами.

— Боюсь, мы просто не сможем добраться до них – мордами не вышли! — высказался Пак, ударяя кулаком по ладони.

— Можно попросить их собраться, чтобы они выслушали волю Лангернара… — задумчиво проговорил Грин.

Внезапно, Пак засмеялся как сумасшедший и смеялся долго, периодически вытирая выступающие слёзы. Когда он наконец прекратил, то икая ответил на недоумённые взгляды Милионы и Грина:

— Два первокурсника и озабоченная целительница обсуждают варианты убийства толпы магов первой и второй категории, при том, что это почти верхушка ордена демонологов и, вдобавок, среди них не самые последние служаки императора… А самое забавное, что мы обсуждаем это на полном серьёзе!

— Ну так вроде никто не против? — как-то странно улыбнулся Грин.

— Я против! — здоровяк Кёрт вынырнул из-за горы хлама поднимая тучу пыли и распугивая возмущённых крыс, считавших этот чердак своим по праву.

— Эм, дружище Кёрт, — улыбающийся Пак положил руку на могучее плечо парня и развернул его лицом к себе, отрывая того от разглядывания прелестей улыбающейся Милионы, — понимаешь, твой голос как бы не учитывается, в связи с некоторыми особенностями нашей группы и тем, что ты только недавно влился в наши ряды.

— Друзья мои, — девственник Кёрт покраснел и потупился, но говорил твёрдо, — а что будет после того, как вы убьёте нескольких весьма влиятельных людей?

Пак и Грин переглянулись. Здоровяк был прав – что делать потом? Мало того, что они потеряют и без того призрачную поддержку, так их же и обвинят в убийстве, а после и казнят, сразу после того, как разберутся с потоковой магией.

— Прости, я была о тебе худшего мнения… — произнесла Милиона, грациозно вставая и приближаясь к бледнеющему Кёрту. — Я хочу загладить свою вину!

Она облизнула пухлые губки и провела руками по упругим полушариям груди, закончив движение в области паха. Под штанами крепыша начало что-то увеличиваться, грозясь прорвать ткань.

— Да, — хмыкнул Пак, ехидно улыбаясь, — соси прощения!

Кёрт упал в обморок под треск порвавшихся штанов.

— Боги, никогда такого не видел! — охнув произнёс Грин.

— Как он с ним вообще ходит?! — вторил не менее потрясённый Пак.

— Кажется, теперь я знаю, почему некоторые путаны уходят в жрицы и отрекаются от плотских страстей… — пробормотала Милиона и, протянув руку вперёд, благоговейно коснулась пальчиком самого кончика возникшего столпа. Не нагибаясь. Её ладонь даже ниже её пояса не опустилась.

Они молча стояли вокруг монумента, не в силах вымолвить больше ни слова, когда на полутёмном чердаке общежития появилось ещё одно действующее лицо. Крайне милое, хоть и слегка запыхавшееся.

Точёная фигурка Лейны протиснулась среди хлама и, выпустив из рук объемную сумку, метнулась прямиком к Грину, чтобы повиснуть на его шее.

— Я хочу быть с тобой! — затараторила жарким шёпотом Лейна прямо в ухо Грина. — Даже если ты не примешь меня, я буду следовать безмолвной тенью, чтобы быть полезной в нужную минуту или ради удовлетворения любых твоих прихотей! Пусть это просит тень на семью Ро́меров, но я хочу идти за тобой до самого конца!

— А мы уже возле него… — пробормотал Пак, по-прежнему находящийся под впечатлением.

— Что?! — девушка обернулась на эти слова и только сейчас заметила, как целительница Милиона Верна раскачивает босой ногой странную толстую штуку, растущую из пола.

— Угу, всем концам конец… — согласился с другом Грин, отцепляя от себя Лейну.

— Это… — начала она, но вопрос застрял в горле – ответ уже пронзил сознание вспышкой молнии и девушка завизжала, одновременно густо краснея и прячась за возлюбленного.

Милиона фыркнула и положила ладонь на огромный орган.

— Не бойся, я его держу! — произнесла она, максимально серьёзным тоном дрессировщика диких зверей.

В этот момент бессознательный Кёрт протяжно застонал, а его член заметно напрягся.

Два товарища, не сговариваясь, нырнули за ближайшие кучи тряпья, а Грин даже успел утянуть Лейну за собой за миг до извержения.

Через минуту они вернулись к Кёрту, где Милиона обтирала себя ветошью целиком.

— Впервые вижу такой… — произнесла Лейна, победив первое смущение, — такой размер!

Милиона ехидно приподняла одну бровь и девушка поняла, что сказала нечто двусмысленное и поспешила исправиться:

— Не то, что бы я видела много, совсем не видела, но такое, такое… — она говорила всё тише и тише, краснея до самых пяток, пока не закончила, уже заикаясь от смущения: — Это не нормальный размер…

— А теперь возьмитесь за руки и заводите хоровод вокруг него! Ну или потрите – вдруг этот елдак желания исполняет? — в голове Грина раздался привычный глумливый голос пропавшего Здеца. — … Чё вы тут устроили, извращенцы? Да ещё и без меня?!

— Ты вернулся! — радостно воскликнул Грин в своей голове и поспешил обрадовать товарищей: — Здец здесь!

— Живём! — Пак широко улыбнулся, а Милиона радостно кивнула.

Кёрт и Лейна были не в курсе этой маленькой тайны, поэтому они недоумённо озирались по сторонам, но никого не видели. Девушка и здоровяк вопросительно взглянули на Грина.

— Даже не знаю, — Грин с сомнением переводил взгляд с Пака и Милиона на Кёрта и Лейну, — тут вроде как великая тайна мирового масштаба…

— Вселенского! — задорно поддакнул Здец и тут его голос стал серьёзен как никогда: — Тащи всех в свою башку – нужно устроить совещание.

— Всех разом?! — напрягся парень.

— Ну да. А что тебя смущает? Принцип тот же – нужно переплестись инфополями.

— Но нас же тут пятеро… — пробормотал Грин.

— Ну вот и соединитесь в человеческую многоножку! Давай быстрее, время уходит! — рявкнул Здец напоследок.

— Мы куда-то торопимся? — ещё больше напрягся парень, зная, что этот проклятый не будет подгонять просто так. Как он вообще умудрился соскучиться по этому ублюдку?

— Я в душе не е… знаю, как у вас хватило мозгов обсуждать убийство директора академии, находясь на территории этой самой академии, да ещё и в окружении сотни крыс, но за вами уже выехали!

— Проклятье! — простонал Грин и хлопнул себя ладонью по лицу. Однако, сейчас было не время рефлексировать и он обратился к товарищам: — Так, за нами идут! Милиона, быстро приведи в сознание Кёрта – нам всем нужно срочно соединить души!

— Что? — Лейна сморгнула, не понимая что происходит. — Как это?

— Нас окружает нечто, вроде ауры личного информационного пространства, — начал Грин, когда бледный Кёрт открыл глаза и сел.

Юноша пересказывал то, что он понял из книг «мозговой библиотеки» и объяснений Здеца:

— В ней заключена душа или сама суть человека и его сознание. Именно через неё мы пропускаем магическую энергию, но эти ауры, или оболочки, непроницаемы друг для друга, — тут парень немного сбился и отвёл взгляд от Лейны, чтобы случайно не активировать «Силу юности», представляя себе процесс «объединения» с ней, — кроме некоторых случаев…

— Каких? — с искренним любопытством спросила та, вгоняя парня в краску.

— Ну, там есть места, где аура имеет что-то, вроде дверей… — стушевался Грин, поспешно засовывая руку в карман брюк.

— Да будь ты уже мужиком и говори прямо! — внезапно закричал Здец на мямлящего Грина. — Всё равно ты её трахнешь, но чуть позже!

— И где эти «двери»? — уточнила Лейна, уже, кажется, догадываясь.

— Это те места, где расположены слизистые оболочки, — ровным голосом ответила Милиона, приходя на помощь Грину. — рот, ноздри, глаза, кишечник, влагалище и головка члена.

— Тогда… — Лейна почувствовала смущение и взглянула на Грина.

— Нам всем надо совокупиться... одновременно… вот.. — выдавил из себя парень и посмотрел прямо в её глаза: — Но с тобой нельзя, того...

— Я готова на всё ради тебя! — смело заявила девушка, но Грин только покачал головой.

— Тут то и проблема – я люблю тебя и не могу допустить подобного! Да и к тому же, тебе ещё нет восемнадцати!

— Я не вижу тут проблемы! — Милиона подошла, присела и стянула с Грина штаны, после чего продолжила излагать план: — Ты просто поцелуешь Лейну, я буду здесь, Пак сзади, а Кёрт...

Она осеклась.

— Погодите! — Пак внезапно осознал всё и был явно против: — Нам с бугаём целоваться?!

— Ну да, или ... — начал Грин.

— Какие ещё или?! Дружище, ты обалдел? — закричал Пак.

— Ты же знаешь, что для объединения душ нужен контакт слизистых! — ответил Грин.

— Ну мы можем ткнуть Милиону в глаза или лизнуть их... — предложил Пак.

— Ну уж нет! — запротестовала Милиона. — Я хоть и суккуб, но глаза не трожте! Куда угодно, только не глаза!

— Можете лизнуть мои глаза... — перебарывая крайнюю степень смущения прошептала Лейна.

— Твои глаза я никому не дам лизать! — жестко отрезал Грин и прикрикнул за Здеца: — Хватит ржать!

— Я не против лизнуть твой глаз, Пак, — произнёс Кёрт, пожимая плечами.

— Вашу мать! Я! Я против лизать глаза другого мужика или давать лизать свои! — заорал Пак.

— Так мы ни к чему не придём, а время уходит! — примирительно сказал Грин. — Нужно что-то придумать...

— Быстрее, собирайте человеческую многоножку! — торопил парня Здец.

Тут все услышали топот со стороны лестницы – время вышло!

— Грин, любимый, — Лейна прижалась к парню всем телом и заглянула в глаза, всем видом выражая готовность пойти на любые жертвы: — Я знаю, что надо сделать, доверься мне!

Оглянувшись на вход и увидев появляющиеся там фигуры безопасников, Грин кивнул Лейне, а та крикнула остальным:

— Быстрее сюда, ближе! Давайте сделаем это!

Глава 27

— Ну шалом, рационализаторы херовы… — угрюмо проворчал Здец, когда души-сознания всех пятерых оказались внутри головы Грина.

Кёрт и Лейна с любопытством разглядывали окружение, уделив особое внимание большому панорамному окну, за которым виднелся чердак и застывшие фигуры магов из службы безопасности.

— А что, так можно было?! — потрясённо произнёс Грин, смотря сквозь окно на своё тело и четыре кровоточащих, обрезанных пальца, засунутых ему в рот.

— Девка! — Здец, в привычном образе старика с посохом, проигнорировал его и зарычал на Лейну, — Ты только что похерила главную шутку сезона с массовой оргией адептов нашей секты!

— Эй, — Грин уверенно шагнул вперёд и загородил собой Лейну от Здеца, — не смей с ней так!

— А то что? — огрызнулся Здец и надменно посмотрел на парня: — Думаешь в твоих свежеотрощенных яйцах достаточно стали, чтобы задавить меня?

— Пока нет, но ни что не вечно! — с вызовом ответил Грин, улыбаясь как можно более грозно, но демона это не впечатлило.

Здец расхохотался и смахнул несуществующую слезу:

— Ладно, пофиг, это твоя бригада и тебе их дрессировать. И когда я говорю дрессировать, я имею в виду обучать. Приступайте, продолжайте, Милка за мной!

Только когда Милиона последовала за странным стариком, Лейна и Кёрт обратили внимание, что та имеет крайне демонический вид. Но выглядела она от этого ещё соблазнительнее, и девушку даже посетило мимолётное желание потрогать огромную грудь, погладить эту бархатистую кожу, поцеловать эти пухлые губы…

Лейна потрясла головой и прогнала наваждение, но вот Кёрт как стоял с разинутым ртом, так и рухнул в обморок. Лишь огромный флагшток покачивался над его обнажённым, мускулистым телом…

— Грин, а почему тут все голые? — осторожно поинтересовалась Лейна, слегка прикрывая свою наготу руками, но парни смотрели вслед Милионе и девушка ощутила болезненный укол ревности, смешанной с завистью.

— Да, прости… — Грин повернулся к девушке и тепло улыбнулся, не забыв скользнуть взглядом по её стройным ножкам, округлой попке, плоскому животу и аккуратным грудям. Это выглядело с разы лучше, чем он себе фантазировал. — Сейчас придумаю что-нибудь.

И он придумал на неё лёгкое платьице, больше напоминающее полупрозрачную ночнушку. Девушка хотела сперва возмутиться, но, глядя как Пак меняет на себе наряды, судя по всему используя только силу мысли, она расслабилась и решила дождаться вводного курса по этому месту.

Рассказ Грина не занял много времени, поскольку он сам не до конца понимал природу этого миниатюрного мира в своей голове, но, кажется, девушке хватило и этих обрывочных сведений.

— Удивительно, какие возможности открываются, если тут нельзя состариться или умереть с голоду! — восхищённо произнесла Лейна, проходя вдоль книжных полок и легонько проводя пальчиком по корешкам книг. Дойдя до конца комнаты она обернулась: — Так вы постоянно занимаетесь тут учёбой?

— В основном… — уклончиво ответил Грин, отводя взгляд в сторону.

— А ещё мы тут сношаемся как кролы по весне! — услужливо просветил девушку Пак и засмеялся.

Но, к его сожалению, Лейна не смутилась. Наоборот, в её глазах блеснули озорные искорки, а кубы растянулись в загадочной улыбке:

— Если тут единение только душ, то любые шалости здесь, не проявятся на реальном теле там?

— Проявятся, — проворчал Здец, возвращаясь к компании в одиночестве, — я тебе ноги узлом завяжу, чтобы они не раздвигались пару лет!

— Достопочтенный Здец, — Лейна заговорила ледяным тоном, надменно демонстрируя всем своим видом и позой принадлежность к элите, — позвольте узнать причину столь грубого отношения к моей персоне.

— Херушки тебе, милочка, сама догадайся! — нахально улыбнулся Здец.

— Здец, прекрати! — твёрдо произнёс Грин, вставая между девушкой и демоном. Он пару секунд смотрел тому в глаза и наконец произнёс: — Ты странно себя ведёшь после долгого отсутствия. Что случилось?

— Какая у тебя цель в жизни? — вместо ответа спросил Здец.

— Что? Я не думал об этом… — растерялся парень. Он уже не хотел никому мстить, хоть унижение тех, кто насмехался над ним и приносило небольшое злорадное удовлетворение.

— Ты вообще склонен не думать… — вздохнул Здец. — Давай я перефразирую для твоего отсталого мозга. Ты желаешь погрязнуть в рутине, решая бытовые проблемы и заведя семью, спиногрызов, жизнь положить занимаясь тем, чем заниматься не хотелось бы?

— Кого заведя? — переспросил Грин, но ответа опять не дождался.

— Или ты хочешь вечных приключений, где каждый новый день бросает тебе вызов и ставит тебя на грань выживания, заставляя скитаться подобно бездомному и спать в придорожной грязи?

— Что? Нет, я только…

— Или же ты стремишься принести в мир абсолютное добро и всеобщее счастье, чем прославить себя в веках и на старости лет чувствовать, что твоя жизнь прожита не зря?

— Очень тонкий намёк… — фыркнув, произнесла Лейна.

— Да да, я за всеобщее процветание — поспешно согласился Грин, лишь бы уже отвязаться от этого внезапного и неуместного допроса.

— Вот и чудненько! — Здец хлопнул в ладоши и многообещающе улыбнулся: — Теперь у тебя есть цель в жизни и я просто обязан помочь тебе её достигнуть! Начнём с азов – с ускоренных курсов для руководящего персонала! Вот тебе книжечка, изучай.

Он вручил Грину увесистый том, на обложке которого было выведено красивыми буквами «1000 аргументов о собственном превосходстве от Д’Артаньяна» и, потеряв интерес к озадаченному парню, окинул Пака задумчивым взглядом с ног до головы.

— С тобой сложнее и бесполезнее, но пофиг. Основы программирования и микроэлектроники тебе не потянуть в силу общей отсталости мира, но свой кукумбер ты получишь.

От Здеца отпочковался низкорослый бородач и с улыбкой маньяка пообещал Паку в кратчайшие обучить его всем премудростям управления потоками энергии через руны, при этом красноречиво покачивая в руке огромную дубину.

— А я?! — немного обиженным тоном произнесла Лейна, видя, что Здец вновь удаляется к двери.

— Насадка для буя! — усмехнулся Здец и кивнул на Грина: — К нему все вопросы.

Он ушёл, оставив молодёжь развиваться самостоятельно, и перестал улыбаться сразу, как оказался в отдельном пространстве с Милионой, где время текло ещё быстрее.

Суккуба сидела и неотрывно смотрела в большой экран, демонстрирующий сражение между людьми и демонами, а закадровый голос комментировал происходящее. Кроме битв там показывали быт и социальный уклад демонов, и что люди первыми спровоцировали войну.

Все эти кадры являлись исключительно художественными, но с ярко выраженным посылом – Здец откровенно промывал ей мозг, стремясь взрастить в ней глубокую ненависть к человечеству и сделать из неё лидера, за которым пойдут остатки инопланетной расы демонов.

Он был зол, очень зол! Где-то неподалёку ощущалось то самое присутствие, и Здец не мог понять – его обнаружили или это обычное совпадение? Чем ближе он подбирался, тем насыщеннее магической энергией становились миры, и тем сложнее было оставаться незамеченным.

Сейчас ему следует работать сразу в двух направлениях – продолжать взращивать искру Грина, на случай, если всё идёт как надо, и собирать легионы демонов под предводительством Милионы, чтобы провести их сюда и также принести в жертву, поскольку население этой планеты слишком мало́ и количества человеческих искр просто не хватит для прорыва барьера.

Чем ближе подбирался Здец, тем сильнее становился охотничий азарт, но на кураже слишком легко совершить ошибку, а начинать с самого начала ему уже настолько надоело, что проще сдаться и раствориться в небытие.

Удостоверившись, что целительница начинает потихоньку скрипеть зубами, он вернулся остальным и застал акт совокупления Грина и Лейны.

— Ах ты кошка облезлая! — закричал Здец и, приняв образ милой старушки, стал лупить веником по оттопыренной девичьей попке, поскольку её голова мычала и стонала где-то в промежности Грина.

Лейна отпрыгнула в сторону, откуда с ненавистью смотрела на веник, а парень рассвирепел и вскочил на ноги.

— Хадукен! — рявкнул он, отправляя сверкающий шар энергии в старушку.

— Батюшки! Что творится, люди добрыя?! Па-ма-ги-тя! — заверещала бабка и взорвалась кровавыми ошмётками.

Девушка мстительно сузила глаза, но понимала, что это ничего не значит, ведь личный учитель Пака никуда не делся. Да и вообще, она сомневалась, что Здеца можно хоть как-то убить.

Грин оглядывал пространство пылающим взором, но демона нигде не было.

Здец улыбнулся – пацан явно матереет и уже может отстаивать свою точку зрения. Если уж он решился напасть на учителя, то с местными элитами у него уже точно проблем не возникнет и теперь самое время закрепить результат!

Всех тут же выкинуло в реальный чердачный мир и, спустя секунду, безопасники возвели конструкты вокруг группы учеников, с целью обездвижить и доставить «куда следует».

Находящийся на взводе Грин, выплюнул пальцы, активировал ауру, и все конструкты рассыпались в один миг. Парень зарычал на растерянных магов, даже не вспомнив причину их появления:

— Какого хрена вам тут надо?!

— Вы арестованы за сговор! — рявкнул старший группы.

Маги не растерялись и выхватили лёгкие рунострелы.

— Какой сговор, что вы несёте?! — по инерции продолжил рычать Грин, внезапно вспомнивший причину появления этой группы захвата. Но отступать было уже не́куда, и он решил напирать до конца: — Обратитесь к директору и он вам всё объяснит!

— Я уже известила Гарчека, — произнесла Милиона.

Грин отметил, что в целительнице что-то поменялось, но он не мог понять что именно. Несколько секунд спустя старший из безопасников скривился, видимо получив сообщение от директора, и я вся группа покинула чердак бормоча про бардак и беспредел.

— Всё, — Пак хлопнул друга по плечу, — проблема решена, пошли в город. Забежим к моим и получим деньги с продажи глаз. А потом глянем на твоё наследство – вдруг там есть что интересное!

— Да, — согласился Грин и обернулся к целительнице, протягивая повреждённые пальцы: — Можешь подлечить?

Милиона кивнула, засияла фиолетовым и через несколько секунд парень уже разглядывал новую розовую кожу.

— Извини за это, — томно прошептала Лейна и взяла его исцелённые пальцы в рот, при этом не отводя взгляда от слегка покрасневшего Грина.

— Он недавно ими во мне ковырялся… — как бы невзначай обронила Милиона, со злорадным удовольствием наблюдая, как девушка вздрогнула, побледнела и, едва сдерживая рвотный порыв, спешно отстранилась от руки парня, смачно сплюнув на грязный пол чердака. — Но ты привыкай, я девочек тоже люблю!

— Да прекратите уже! — рявкнул Грин, под грохот тела Кёрта. — Сами теперь его тащите!

— А зачем он нам вообще? — озвучил Пак вопрос, вполне резонный на его взгляд. — Он же откровенно туповат.

— Затем, — ответил Грин, — что чем нас больше, тем сложнее будет нас задавить силой! Сперва они подсылают своих дочерей, чтобы соблазнить меня, — парень многозначительно взглянул на Лейну, но та поспешно замотала головой, — и когда они поймут, что это бесполезно, то перейдут к более простым способам получить от меня знания.

— Вроде содержания в подвале и анальных допросов? — усмехнулся Пак.

— Именно, — Грин многозначительно поднял палец вверх, — и чтобы до этого не дошло, нам нужно создать сильный клан!

— Ну пойдём, глава, — Пак хохотнул и хлопнул Грина по спине, — взглянем на твою резиденцию! Документы с собой?

Они завернули Кёрта в старый ковёр, невесть откуда взявшийся на чердаке и покинули территорию академии. Охрана на выходе даже не поинтересовалась, чьи ноги торчат из ковра, поскольку вся служба безопасности получила втык от директора, а те, кто не получил от директора, получили от императорской канцелярии. Как-то внезапно окружение грина стало неприкасаемыми до поры, до времени.

Пока добирались до семьи Пака, Кёрт пришёл в себя и теперь шагал самостоятельно, старательно отводя взгляд от Милионы, и постоянно извиняясь за доставленные неудобства.

В магазинчике Ру́инов всё было как и неделю назад, за тем исключением, что он теперь не обслуживал клиентов и вся семья Пака сидела в глухой обороне.

— Внучок, едрить тебя в бочок, подкинул же ты нам проблем! — недовольно проворчал его дед, когда вся компания пробралась внутрь через заднюю дверь и едва не сгорела в рунической ловушке. — Житья от бандитов не стало после продажи такого количества глаз! Забирайте деньги и катитесь уже, мы что-то передумали вам помогать!

— Но он же член вашей семьи! — ошарашено проговорил Грин, отказываясь верить в то, что семья может так поступить.

— Да не слушай ты его, — усмехнулся Пак, обнимая деда, — старик просто выжил из ума. Я уверен, что он уже пропил все деньги и хочет свалить всё на бандитов!

— Клеветник! — дед изобразил возмущение на лице.

— Деньги на прилавок старый, иначе расскажу бабушке о твоей заначке в подвале!

— Проклятая молодёжь! Совсем старость не уважает, ты должен перенимать мою мудрость и ловить каждоё слово! — продолжал ворчать дед, доставая из сплошной стены большую сумку.

— Грин, — обратился Пак к другу, удивлённо заглядывая внутрь сумки, — так какой план?

— Нужно закупить материалы и превратить этот магазин в нечто выдающееся!

— То есть ты не знаешь, что делать дальше? — вздохнул Пак, сделав резонный вывод.

— Не знаю, — не стал отпираться Грин.

— Тогда половину оставим на закупку универсальных ингредиентов и ремонт. Вторую половину прибережём, ведь я пока не понял, как и из чего лучше делать многоканальные переговорники. Ну и от хорошей, зачарованной одежды я бы не отказался.

— Согласен!

И команда пошла по местным лавкам и магазинам. Милиона и Лейна брезгливо воротили нос от местного ассортимента, но парни пищали от восторга и вскоре выглядели как заправские искатели приключений на отдыхе.

Грин выбрал себе серебристый костюм – куртку и штаны со множеством карманов – из металлической ткани, подбитую изнутри чем-то мягким и приятным. Голубую рубашку и высокие, сребристые ботинки на ремнях. Всё это было зачаровано на прочность, защиту от жары и холода, и даже на мелкий саморемонт.

Паку приглянулся чёрный плащ из кожи какой-то редкой рептилии с зачарованием на недолгое планирование и окуляры рунолога, о которых он давно мечтал.

Кёрту, несмотря на его протесты, купили суперпрочные штаны и трусы, чтобы он больше не шокировал окружающих. Так же мощные ботинки, окованные металлом и безрукавку на мускулистое тело по настоянию Милионы.

Потратились знатно, ну и чтобы уже таскать с собой оставшуюся мелочь, купили самый дешёвый руномобиль, представляющий из себя стальную телегу с грубыми лавками.

На этом чуде техники и доехали до наследных владений Грина, расположенных далеко за городом, возле самого леса.

— Мда, — вздохнул Пак, глядя на строение перед собой, — не такого я ожидал от пристанища известного алхимика…

Некогда добротный, двухэтажный каменный дом, теперь являл собой жалкое зрелище. На крыше покачивались молодые деревца, стены поросли мхом, а разбитые оконные проёмы зияли чернотой.

Грин с остальными приблизился и осторожно заглянул за открытую входную дверь, висящую на одной ржавой петле. Внутри пахло пылью, плесенью и запустением.

— Посмотри на это с другой стороны, — внезапно раздался голос Здеца в его голове, — в этой стране свято чтят право частной собственности и никто не занял этот участок земли под какой-нибудь торговый центр!

— И что мне с этим делать? — также мысленно спросил парень. — Может проще продать? Всё равно оно досталось мне обманом.

— Недвижка есть недвижка, остолоп! Продать всегда успеешь, но сперва выясни – кто живёт в подвале…

Тут до слуха Грина донеслось странное шебуршание где-то под полом и первый этаж особняка наполнился тихим стоном, доносящимся из темноты прохода, ведущего в подвал.

Глава 28

Воспользовавшись классическим конструктом освещения, создающим небольшой яркий шарик за правым плёчом, Грин спокойно подошёл к спуску в подвал.

Мокрые ступени, заросшие вездесущей плесенью, намекали на то, что сюда давно никто не спускался. Пожав плечами, парень двинулся вниз, готовый с любую секунду активировать потоковую магию, гарантирующую выживание в случае опасности.

— В подземелье я пойду, там красавицу найду… — напевал Здец, пока Грин медленно и максимально тихо спускался вниз.

— Говно и птицы! — громко доложил о состоянии верхнего этажа недовольный Пак, догнавший товарища на лестнице. Он поравнялся с Грином на узкой лестнице и звонко хлопнул в ладоши: — О! А тут могут быть тайники! Если только…

— Тише, — негромко произнёс Грин, предостерегающе поднял руку и заставляя замолчать улыбчивого и говорливого друга, — там, похоже, кто-то есть!

— Тогда у них большие проблемы! — недобро усмехнулся Пак и разогнал вокруг себя эфир.

В этот момент стоны повторились, но к ним добавилось неразборчивое бормотание и странные глухие звуки.

— Мальчики, вы тут? — раздался голос Милионы позади парней.

— Да, тише! Там кто-то есть! — громко зашипел Грин оборачиваясь и махая рукой целительнице, Лейне и Кёрту, заглядывающим в проход.

Они быстренько нагнали парней и теперь вся компания медленно спускалась подземную часть особняка.

— А глубоко тут, — задумчиво резюмировал Здец, когда они спустились шагов на пятьдесят, — можно пытошную организовать, тайные оргии устраивать…

— Тебя и явные оргии не особо смущали, — огрызнулся Грин, чувствуя, что нервы напряжены до предела. — Зачем вообще такой глубокий подвал?!

— Если бы в вашем мире было ядерное оружие, то всё было бы логично, а так… — Здец на миг задумался, — может монстров каких выводят, ну или караоке бар организовали, чтобы никому не мешать…

Грин не успел ответить, как едва ощутимый порыв ветра донёс до них тонкий вскрик и откровенный человеческий гогот. Очень приглушённый, но, тем не менее, различимый.

Спуск неожиданно закончился и группа Грина упёрлась в грубо сложенную стену из камней, с довольно плохой подгонкой отдельных булыжников.

Сквозь щели была слышна возня и сопение, перебиваемая грубым смехом и звоном посуды.

— Тут мастерская руническая защита, — тихо произнёс Пак кивая на стену, — но уже почти сдохшая. Давно делали.

— Что будем делать? — прошептала Лейна, напряженно вслушиваясь в звуки из-за стены.

— Врываться! — ответил Пак, пока Грин размышлял. — Это же всё собственность Грина!

Милиона с готовностью окутала себя фиолетовым свечением, а сам юный домовладелец кивнул и засиял жёлто-зелёным. Лейна и Кёрт ещё не обучились потоковой магии и воспользовались тем, что умели.

— Хадукен!

Булыжники разлетелись во все стороны и группа ворвалась в просторное помещение с низким потолком, освещённое обычными магическими люстрами. Среди опорных колон стояли простые деревянные столы, за которыми сидели крайне удивлённые люди. Вдоль стен виднелись двери, из которых стали появляться голые мужики с оружием наизготовку.

«Видимо это комнаты для утех..» — подумал Грин, скользнув взглядом по частям тел среди выбитых камней. Кусочек кожи с соском и половинка волосатой мошонки как бы намекали на мужчину и женщину, бывших в комнатке на момент, когда хозяин особняка пришёл в подвал с проверкой.

— Бандиты! — озвучил Здец очевидный факт. — Фу, как банально…

Сидевшие за столами мужчины и женщины повскакивали с мест и выхватили оружие, но не пока не нападали, а оценивающе осматривали противников.

— Чего стоим? Кого ждём? — ехидно произнёс Здец, когда Грин замер в нерешительности, насчитав полсотни головорезов, которые уже сориентировались в сложившейся ситуации и теперь хищно скалились и облизывались, глядя на Милиону и Лейну. — Ну всё, эффект неожиданности утрачен, можешь толкать пафосную речь!

— Кто вы такие и что делаете в моём подвале? — максимально грозно произнёс Грин и тут же проклял себя за то, что повёлся на провокацию хихикающего Здеца.

Все, включая соратников, посмотрели на парня с недоумением, а Здец уже откровенно ржал. Но, видимо следуя негласному кодексу бандитов, головорезы снизошли до глумливого ответа:

— Тебя ждём! — и бросились в атаку.

— Кстати, — задумчиво произнёс Здец, — ты знаешь чем сражение со всякими мутантами отличается от сражения с человеком?

Но парень не успел ответить. Бандиты, не переставая ухмыляться, открыли огонь из рунострелов по незваным гостям. Стреляли они исключительно по ногам, явно имея планы на живых ребят и одну крайне возбуждающую целительницу.

Помимо града тяжёлых пуль, ощутимо нагружающих защиту, в Грина и остальных полетели разнообразные сдерживающие конструкты. Последние, хоть и бесславно рассыпались, сталкиваясь с движущимся коконом, но раздражали мельтешением и снижали видимость.

Спустя минуту, разбойники почуяли неладное и замерли, перестав атаковать. Пыль медленно оседала и их шокированным взглядам предстала невредимая пятёрка – два парня и грудастая женщина стояли впереди, сияя странным светом, а молодая девка и здоровый бугай прятались за их спинами.

— Ну, ты будешь атаковать или нет? — спросил один из двух парней, тот, который был чуть пошире в плечах?

— Я тут подумал, — задумчиво ответил тощий, совершенно спокойным голосом, — а ведь нам придётся самим выносить и отскребать все их разбросанные внутренности…

— Ну так оставь нескольких в живых, — произнесла грудастая так, словно это было чем-то, вроде каждодневной рутины, — они всё и отмоют.

— Да, но… — тощий вздохнул, — Пак, а ты умеешь руны контроля?

— Спятил? — Пак с ужасом вытаращился на друга. — Эти схемы дают только тем, кто сам под контролем, чтобы не разболтали!

— Жаль… — вздохнул Грин и перевёл взгляд на притихших бандитов, которые тут же вздрогнули.

Один из них не выдержал и бросился к выходу! Но вот мелькнула голубая вспышка, раздался хлопок, и огромная, кровавая клякса расплескалась по полу, стенам и потолку. Не единого ошмётка тела – только густая, однородная масса…

— Погоди! — Пак щёлкнул пальцами и у казал на кровавое пятно: — А что если все стены так покрыть равномерно и высушить?

В звенящей тишине раздался массовый звук сглатывания, а несколько бандитов упали в обморок. Головорезы не были идиотами и умирать никто не хотел.

— Простите нас, достопочтенный владелец, и позвольте уйти! Мы всё приберём за собой! — произнёс вышедший вперёд громила, по всем признакам похожий на главаря этой банды.

— Нет, — качнул головой Грин, — но и убивать вас не самый лучший выбор. Может властям сдать за вознаграждение?

— А оно есть? — с сомнением в голосе произнёс Пак, с какой-то брезгливостью оглядывая бандитов.

— Не стоит на это рассчитывать, — внезапно заговорила Лейна. — Вам только скажут спасибо, а этих отправят на рудники, где они и сдохнут, принося прибыль нужным семьям.

— Я за то, чтобы сделать из них рабов! — весело улыбнулась Милиона, но замершие бандиты ощутили от неё ледяное дуновение безысходности и вечных мук. Девушка повернулась к Грину: — Ты ведь можешь порабощать души внутри себя?

— Вроде того, но не пробовал… — задумчиво ответил Грин. Он оглядел бандитов: — Нужно затащить одного и проверить!

— Маленькая умная сучка! — проворчал Здец. — Если бы не она, то перед тобой бы сейчас стоял мучительный выбор – отсосать бандиту или трахнуть его…

— Тут так-то и женщины есть! — усмехнулся Грин и поманил пальцем одну из ближайших бандиток.

Когда она боязливо подошла, постоянно оглядываясь и ища поддержки у подельников, то выхватила нож и с отчаянным криком пырнула парня в живот. Кончик ножа упёрся в зеленоватое свечение словно в каменную стену, а на неё брезгливо посмотрели, как конченную дуру.

Тощий парень вытянул руку в сторону большегрудой девахи и та коротко взмахнула кистью. Первая фаланга указательного пальца парнишки упала на пол, а окровавленный обрубок тут же был втиснут сквозь сжатые губы бандитки.

Внезапно она оказалась в странном месте, напоминающем учебный класс. Она стояла абсолютно голая, а недавний тощий парень стоял напротив с задумчивым видом и смотрел на шкафы с книгами.

— Что ты собрался делать?! — чувствуя приближение чего-то ужасного, выдавила из себя бандитка.

— Помолчи! — грозно рявкнул Грин, не глядя на неё и старательно изучая возможности подчинения души.

Тем временем нечто ужасное приблизилось и положило когтистые лапы на пышную грудь женщины, от чего да истошно завизжала, но её рот тут же заткнуло нечто мягкое, горячее и пульсирующее.

— Привет, я тентаклевый монстр, давай дружить! — раздался жуткий, хрипящий шёпот над ухом пленённой женщины.

Она почувствовала, как её тело обвивают множественные скользкие, тёплые щупальца. Как они с силой раздвигают ноги, растягивают в стороны руки, сжимают грудь и проникают в неё через все доступные места.

— Здец, фу, уйди нахер! — заорал Грин, когда перевёл взгляд на пленницу. — Что это за мерзость?!

— Скучный ты… — вздохнуло чудовище и растворилось в окружающей темноте.

Освобождённая женщина, покрытая холодным, липким по́том рухнула на четвереньки. Её тело сотрясала крупная дрожь. Открытый рот судорожно глотал воздух, а в расширенных глазах плескался ужас от пережитого. Спутанные, покрытые слизью волосы свисали грязными сосульками и горячие слёзы падали на чёрный пол непрерывным потоком.

Грин так и не смог до конца разобраться в строении души, поэтому слепил грубую, корявую мотивацию поверх всей сущности женщины, завязанную на страх, обожание и вожделение его, как хозяина. Он уже собрался выйти в реальный мир, но голос Здеца остановил его:

— У неё крышу сорвёт за минуту. Переделывай, криволапый ювелир. Времени у тебя вагон! К чему торопиться?

— Но я не понимаю!

— Ну так разбирайся!

Парень стиснул зубы и вновь погрузился в переплетение струн души. Внезапно он обнаружил тонкую нить, словно усыпанную блестящими капельками. Не раздумывая ни секунды, он коснулся одной из них своим разумом.

— Куда?! Стой, дятел! — крикнул Здец, но было уже поздно.

Водоворот чужих воспоминаний затянул парня и теперь он был маленькой пятилетней девочкой, мама которой только вернулась после непродолжительной работы в поле…

— Мамочка! — она протянула худые ручки к уставшей матери, которая улыбалась ей всегда, не смотря ни на что.

— Как ты справились без нас, наша маленькая хозяюшка? — она подхватила дочь на руки и крепко прижала к себе.

— Я помыла пол и почистила овощи! Я молодец? — с гордостью в голосе вещала малышка, физически ощущая исходящую от мамы любовь и гордость да дочь.

— Ты просто умница! — рассмеялась ей мама, бросив взгляд на десяток клубней на столе. — Я люблю тебя!

— Я тоже тебя люблю! — радостной закричала малышка и крепко обняла маму за шею.

В этот момент всё вокруг затряслось и девочка остекленевшим взглядом уставилась на распахнувшуюся входную дверь за спиной матери.

Ужасающе огромный, сплошь чёрный силуэт порвался в уютную, тёплую комнату и отшвырнул малышку в дальний угол. Он схватил её маму, её любимую мамочку, и сорвал с неё одежду. Громкий, жуткий хохот наполнил уши ребенка вперемешку с отчаянным криком боли.

Жуткое существо било и терзало мамочку, а когда та перестала шевелиться, монстр протянул чёрную когтистую руку к девочке…

— Хватит с тебя, пожалуй… — донёсся до Грина спокойный голос Здеца и парень вновь почувствовол себя собой.

— Что это было? — спросил юноша дрожащими губами.

— Ты про отца нашей пленницы или про всю ситуацию с погружением в чужие воспоминания в целом? — равнодушно уточнил Здец и протянул бледному парню полотенце.

— Это был её отец?! — ошарашено пробормотал Грин и перевёл взгляд на лежащую, беззвучно рыдающую женщину. — Но почему она запомнила его таким… Таким демоническим?

— Хех, сопляк, — Хдец усмехнулся, — она не собиралась помнить его. Ты влез в сокровищницу души, образно говоря. Разумные хранят там самое дорогое, что было в их жизни и ты только что сломал самое ценное воспоминание этой бабы. Она столько лет сознательно вытесняла память о случившемся, чтобы оставить только ту сцену, где она в последний раз видит живую мать, чувствует её любовь и верит, что всё будет хорошо. Но тут врываешься ты и напоминаешь ей обо всех ужасах того вечера.

— Я не хотел! — крикнул Грин и повернулся к жалобно скулящей пленнице. — Правда не хотел! Я не знал!

— Да чё ты паришься? — Здец хлопнул парня по плечу и ногой повернул женщину лицом вверх. — Посмотри на неё. Что ты видишь?

— Женщину в слезах…

— Пресвятой флюгегехаймен! Ты дебил! — Здец ударил себя ладонью по лицу. — Ты не забыл, где находишься?

Грин вздрогнул и посмотрел в панорамное окно, за которым замерли полсотни головорезов с оружием.

— Точно… — парень кивнул, собрал волю в кулак и отринул накатившую сентиментальность.

— Запомни, интеллектуальный дрищ, у всех есть личная трагедия в жизни, из-за которой, как им кажется, их должны все жалеть. Но правда в том, что разумные слишком переоценивают ценность именно своей жизни, в то время как на жизни других им наплевать! Они будут умолять палача сохранить их жизнь, но будут равнодушны к криками жертвы являясь палачом. Вот такой парадокс. Так что вырубай пожалейку и поработи её!

Согласившись с такими доводами, парень вновь погрузился в изучение души. Не удержавшись от искушения, он вновь обратил внимание на нить воспоминаниями и заметил отсутствие той блестяшки, в которую недавно влез. На собственной душе стало тоскливо и он, ненароком, заглянул в собственную душу.

Точно такая же нить обнаружилась и у него, но, в отличии от пленницы, жемчужинок было в разы меньше, видимо в силу возраста. Даже одного беглого взгляда хватало, чтобы понять в какой что.

Вон в той, его разговоры с учителем, во времена приюта. В соседней, день зачисления в академию. А самая первая – это он научился читать и погрузился в удивительный мир книг.

— Самокопание хорошо до тех пор, пока тебя не погребло под лавиной воспоминаний и порождаемой ими волной противоречий! — наставительно произнёс Здец и Грин вновь вернулся к изучению чужой души.

Это оказался удивительный опыт! Выкладываясь на полную, он сумел не только понять чужую душу, но и способы влияния на неё, не наносящие вреда разуму.

— Фух… — выдохнул Грин, после окончания напряженной, но крайне интересной работы, — Теперь я настоящий повелитель душ!

— Ага, — ухмыльнулся Здец. — Ну иди, лорд оф зе шовел, проверяй работу.

Юноша вернулся в реальный мир и тут же столкнулся с любопытными взглядами друзей.

— Получилось?! — с нетерпением спросил Пак, уже думающий о возможности поработить всех красоток в академии.

Вместо Грина ответила подопытная бандитка:

— Братья и сёстры! — она обернулась к недавним товарищам, воздев руки и вещая надрывным, торжественным голосом: — Я говорила с богом и было мне откровение!

Бандиты заметно напряглись, поскольку ранее не замечали за Мартой Насильницей интереса к религии. Товарищи тощего парня подозрительно прищурили глаза и мысленно осмотрели своё состояние на предмет внезапного желания поклоняться Грину, но ничего такого не обнаружили.

— Боженька ещё при жизни наградит тех, кто последует за ним! Отриньте сомнения и всё мирское, встаньте на путь искупления и да воздастся вам по делам вашим! Именем его, во славу его!

— А отказаться можно? — робко спросил один из бандитов, поглядывая в сторону выходы и на огромную кровавую кляксу возле него.

— Разумеется, — с доброй улыбкой кивнула женщина и добавила: — Вы сами вольны выбирать: служить великому божеству или сдохнуть в муках!

— Во славу! Во имя! — с вялым энтузиазмом и вразнобой тихо крикнули бандиты.

— Прекрасно, — торжественно произнесла женщина, — а теперь соберитесь в человеческую многоножку и получите благословление боженьки!

— Во что собраться? — инстинктивно отпрянули первые ряды мужчин.

— Я сейчас всё покажу! — с готовностью ответила их недавняя боевая подруга и скинула с себя одежду.

— Здец, а Здец, — рассеяно произнёс Грин, — я вроде не приказывал такого!

— Это я сам! Должен же я хоть где-то собрать эту проклятую человеческую многоножку, раз уж твоя подружка обломала мне весь кайф с оргиями!

Глава 29

Выходные прошли в прилежном ученичестве.

Стараниями пятидесяти шести бывших бандитов, а ныне рьяных приверженцев церкви Здеца, второй этаж скромного особняка привели в приличное состояние, закупив простенькую мебель и отремонтировав окна.

После наблюдения за обрядом посвящения человеческой многоножки в подвале, ребята замкнулись в себе и почти не разговаривали, полностью отдавшись обучению внутри разума Грина. Даже Милиона в образе суккубы предпочла полностью закрытый наряд – настолько её проняло.

С целительницей вообще происходило что-то странное и Грин подозревал, что Здец явно имеет собственный план на их группу, несмотря на то, что всеми силами показывал своё беззаботное отношение к жизни. Чего только стоила появившаяся у Милионы неприязнь к совокуплению.

Нет, она не отказывала никому из парней, и даже Кёрт познал радость соития с женщиной, но теперь это напоминало исполнение некой рутинной обязанности, а не жажду наслаждения.

Несмотря на все угрозы Здеца, Лейна заполучила в своё распоряжение тело Грина и он познал тёмную сторону её души.

— Мужик хочет трахаться каждый день до тех пор, пока не встретит женщину, жаждущую трахаться каждый день! — пафосно и надменно вещал Здец, когда Лейна в очередной тащила Грина за руку в укромный уголок.

— Или несколько раз в день… — соглашался парень, чувствуя себя выжатым до капли.

Девушка была неопытна, но это с лихвой компенсировалось энтузиазмом и готовностью к экспериментам. Когда парню начало казаться, что он уже познал женщин со всех сторон, мерзко хихикающий Здец всучил ему и Лейне книгу с загадочным названием «Камасутра» и юноша понял, что врата в сексуальный ад ещё даже не открывались!

На основное обучение магии уходило неимоверное количество сил. Все уже сбились со счёта времени, проведённого внутри разума Грина, и чувствовали себя гораздо старше реального возраста, но результат впечатлял!

Новая магия строилась на физических законах мира и требовалась большая теоретическая база, чтобы понимать суть процессов, а не просто использовать готовую формулу как тот же «хадукен».

— Это главное отличие! — терпеливо объяснял Здец в образе мудрого старца. — Простое заучивание не сделает тебя ни сильнее, ни умнее. Только глубокое понимание причинно-следственных связей позволяет называть себя знающим человеком. При использовании потоковой магии, ну и дебильное название, все могут бросать одинаковые огненные шары, но только «знающим» под силу дополнительно насытить его окислителем и поднять температуру до уровня перегретой плазмы! Фундаментальные знания – вот что отличает человека разумного, от обезьяны, которой показали нужные кнопки!

— Что за обезьяна? — переспросил Грин, за что получил посохом по голове.

— Обезьяна это ты! — недовольно проворчал учитель. — Внимай моей мудрости молча, отрок!

Грин вздохнул и продолжил внимать с обречённым видом. Но, на деле он был поражён и взбудоражен той бездной знаний, которая лилась на него нескончаемым потоком. О некоторых вещах он знал, о других догадывался, но, большей частью, это было неизведанной областью для человечества и парень обоснованно гордился тем, что по сути стал самым умным на планете!

Пак тоже внутренне пищал от восторга, с головой уйдя в продвинутую рунологию, которую коротышка-учитель назвал «энергетическим программированием».

Возможности открывались невероятные, но и сложность была колоссальной! Отдельные руны действовали одним образом, в связке друг с другом уже по-другому. А если собрать из них блок, блоки связать между собой и всё это дополнить рунами управления, то на выходе получалось нечто доселе невиданное и неповторимое.

Главным отличием новой рунологии было в том, что тут энергию в рунах можно сохранять, перемещать, закольцовывать в блоке или прерывать её течение в любой момент. Если сравнивать с тем, что было, то раньше рунологи как бы спешно лепили из постоянно подающей на стол «энергетической глины» цельную конструкцию разом и если рука дрогнет или скорость работы окажется недостаточной, то вся энергия превратится в бесформенную, бесполезную кучу. Но теперь Пак просто брал небольшие «кусочки энергии» и спокойно устанавливал их в нужное место, медленно формируя сложную «скульптуру», попросту невозможную для создания обычными рунологами.

Лейна же плотно занималась алхимией, что было вполне логично для дочери рода, специализирующегося на поставках ингредиентов. Особых отличий от программы академии тут не было, разве что некоторые процессы и методы отличались большей эффективностью, да была прочная фундаментальная основа, объясняющая все взаимодействия.

Но, кроме этого, девушку с головой утопили в «обычной химии», где её мозги регулярно плавились, а конца и края химическим элементам и их соединениям не было.

А вот Кёрт занимался исключительно боевой подготовкой и тактикой ведения сражений в разных условиях. Его инструктором был короткостриженный одноглазый мужик, одетый в странную пятнистую форму.

— Противника условно делим на два вида! Либо он нужен живым, либо он должен быть нейтрализован! — чётко, по-военному говорил инструктор, расхаживая перед здоровяком взад-вперёд. — Никаких танцев, пафосных диалогов, никакой жалости! Бой должен заканчиваться в максимально сжатые сроки! Четко, быстро, эффективно!

После теории здоровяк практиковался на небольшой песчаной арене, но проблема была в том, что если мозг и доводил движения до автоматизма, то реальное тело нуждалось в реальной тренировке. Отсюда и выходило, что Кёрт, при прочих равных, отставал по боевой мощи от Грина, в котором видел эталон эффективности.

Милиона занималась отдельно от всех, но, чем дольше это длилось, тем холоднее становился её взгляд. Однако её возможности исцеления росли невероятными темпами.

Кроме собственной специализации, ребята осваивали боевую потоковую магии, но, в отличии от Грина, заучивали готовые решения, хоть они и требовали большего напряжения энергоканалов.

— Теперь с Кёртом бейся, ну тебя нахер, заучка! — выдохнул потный Пак, взмахом руки признавая своё поражение и падая на траву, чтобы отдышаться и давая энергоканалам остыть.

Перед оголённым по пояс Грином встал такой же полуголый здоровяк и поиграл мышцами:

— Давай дружище, перепашем это поле как следует!

— Погнали! — Грин с улыбкой кивнул и его окутало зелёное свечение.

Несмотря на свои габариты и разницу между ментальной и физической подготовками, Кёрт двигался с такой скоростью, что уследить за ним было практически невозможно! Здоровяк направлял всю магическую энергию на усиление тела, скорость реакции и расширенное восприятие. Если бы не сложившиеся обстоятельства с неизбежным раскрытием новой магии широкой общественности, то парень стал бы идеальным антимагом.

Но и Грин уже не был тем слабаком, что раньше!

Молекулярные связи небольшого участка почвы ослабли, превращая некогда твёрдую землю в густую, топкую жижу. Кёрт усмехнулся и легко перепрыгнул ловушку, но тут же угодил в зону ионизированного воздуха, где послужил проводником электрического разряда, от положительно заряженных частиц сконденсированного тумана.

Подобный разряд с лёгкостью убьёт кого угодно и собьёт даже высокоранговые магические щиты, но Кёрта лишь слегка пощипало, да подняло дыбом волосы на теле.

— Открылся! — усмехнулся здоровяк в прыжке и нанёс удар кулаком сверху вниз, целясь в голову.

— Закрылся! — с такой же усмешкой ответил Грин и огромный кулак Кёрта ударил в мгновенно сгустившийся щит и песка.

Но здоровяк не остановился, а провёл серию атак ногами – голова, грудь, пах. Грин без проблем заблокировал первые два удара, но от третьего попытался инстинктивно увернуться и из-за этого немного потерял равновесие.

Громила не упустил шанс и провёл подсечку, фактически отправляя тощего соперника в полёт. Грин слегка растерялся и пропустил серию тяжёлых, усиленных магией ударов в корпус. Энергоканалы, постоянно работающие в режиме защиты при активации потоковой магии, моментально перегрелись, едва не зажарив парня изнутри.

— Было круто! — рассмеялся Кёрт, заметив, что аура вокруг Грина пропала.

— Точно! — ответил тот, слегка кривясь от боли. — Но у меня всё ещё проблемы с контролем потока – сложно магичить и двигаться. Да ещё и голова продолжает пухнуть от новых знаний…

— Ну так запомни и используй несколько стабильных заготовок… — буркнул лежащий на траве Пак. — Нахрена тебе эта вариативность на каждый чих?

— Дружище, — Грин сел рядом с рунологом и кивнул одному из сектантов, принёсшему воды, — скоро все будут использовать стабильные формы. И чтобы вновь не бояться за свою жизнь, я должен стать максимально вариативным и непредсказуемым!

— Ну так попроси нашу Милиону отрастить тебе хер как у Кёрта и в случае опасности просто вынь и размахивай. Это будет очень непредсказуемо… — задумчиво произнёс Пак.

— Да пошёл ты! — беззлобно огрызнулся Грин.

— Завидовать грешно! — нравоучительно заметил Кёрт.

Парни дружно рассмеялись и пошли приводить себя в порядок, поскольку завтра начиналась новая учебная неделя.

Но они не знали о наблюдателях, притаившихся в лесу…

— Ваше Величество?

— Говори.

— Всё как мы и предполагали – пацан действительно использует нечто новое, но из обрывков разговоров стало понятно, что у них есть учитель… — закончил доклад человек с невыразительным, незапоминающимся лицом.

Пожилой император всё выслушал и теперь задумчиво смотрел сквозь министра внутренних дел. Ситуация складывалась определённо не в пользу правящей семьи. Разумеется, он получил подробный отчёт от наместника и директора академии Валса, но те заявляли о двух учениках и одной целительнице, тогда как его собственная разведка обнаружила полсотни боевиков на окраине города. Возможно ли, что знать готовит мятеж?

Он до хруста в суставах сжал кулак и грохнул им по массивному столу, чем вызвал удивлённое искривление одной из бровей министра.

— Даэльт, что говорят осведомители из канцелярии о настроениях знати Валса? — спросил император, буравя министра пристальным взором.

— Самые влиятельные из родом не вызывают сомнения в лояльности, ваше Величество, — спокойно ответил Даэльт.

— Но? — вновь спросил император, уловив недосказанность в его словах.

— Город небольшой и там нет такой обширной сети осведомителей, однако есть мнение, что там затевается «нечто», и что в этом замешана академия, церковь и наместник.

— Нечто?! — император внезапно закричал. — Миллионы тратятся ежемесячно на твоё министерство и всё, что ты мне можешь сказать это «они затевают нечто»?!

— Я немедленно усилю группировку в Валсе, ваше Величество, и доложу о первых результатах расследования через неделю!

— Выполняй. И помни: в случае мятежа ты первым лишишься головы!

Даэльт поклонился и покинул кабинет императора.

На обратном пути он прошёл через тронный зал для официальных приёмов, где остановился у белоснежной колонны, инкрустированной драгоценным металлом, и долго, пристально смотрел на высокий трон. Непозволительно долго.

Ему уже скоро сорок, а он по-прежнему простой министр. Может для кого-то подобное и является примером головокружительной карьеры, но добившийся всего своим умом, а не богатством семьи, Даэльт верил, что достоин большего!

— А, министр Даэльт! — прозвучал мелодичный голос.

— Здравствуйте, принцесса! — лицо министра расплылось в добродушной, приятной улыбке, моментально преобразившей невыразительное лицо в лицо человека компанейского и открытого. — Неужели я потерял счёт времени и пропустил начало урока, чем вынудил вас отправиться на поиски?

— Нет, что вы, — засмеялась юная, семнадцатилетняя принцесса, очень поздняя и единственная дочь императора. Она подошла к Даэльту шурша длинным, изысканным пурпурным платьем с элегантным декольте: — Я как раз шла на урок. Не сопроводите ли меня?

— С превеликим удовольствием, ваше Величество! — галантно поклонился Даэльт, а принцесса деликатно взяла его под локоть.

Они проследовали до небольшой библиотеки, где проходили их занятия по внутренней политике и законоведение. Чуть позже у принцессы будет экономика, иностранные языки и основы иностранных обычаев, а пока она раскрыла белоснежную тетрадь и приготовилась внимательно слушать.

— Пожалуй сегодня поговорим о бунтах и восстаниях, — произнёс Даэльт, размеренно обходя стул принцессы и становясь позади, чтобы девушке была видна подробная карта государства висящая на стене. — Сорок лет назад ваш отец столкнулся с мятежом одного из родов, правящего городом Руада. Погибло множество достойных людей, а экономика области пришла в упадок. Знаете ли вы причины того мятежа?

— Причины? — девушка закусила губу и перевела взгляд на расписной потолок, перебирая возможные варианты недовольства богатого рода.

— Да, — прошептал Даэльт в самое ухо принцессы, — всегда есть причина!

— И что это была за причина? — едва слышно прошептала принцесса пересохшими губами, чувствуя как сильные, нежные руки обхватывают её грудь и страстно сжимают.

— Любовь главы рода к первой жене императора! — томно ответил Дэальт и впился губами в губы принцессы.

Пурпурное платье соскользнуло на пол рядом с костюмом, а на двери библиотеки вспыхнула охранная печать. Даэльт не беспокоился об успеваемости принцессы – она была умная девочка! Умная и такая послушная из-за своей одержимости им…

И пока министр внутренней безопасности империи вдалбливал в наследницу необходимые знания, наместник Валса хмурился, читая доклад шпионов.

По всему выходило, что семья Верна, владеющая академией, сговорилась о чём-то с Церковью и местным отделением ордена Демонологов. Такая сила вполне способна сместить текущую власть в области и перераспределить потоки денег.

Судя по всему, катализатором бунта выступает один из учеников академии, тот самый, что изобрёл новый тип магии, но что либо тайно сделать с ним не получится… Во-первых, о нём уже доложили императору, а во-вторых, к нему приставили полсотни человек охраны.

— Проклятье! Да это же маленькая армия! Есть сведения по этим людям?!

— Простите, ваше благородие, мы ничего о них не узнали, но есть подозрение, что эту охрану приставил император… — ответил оборванец, спокойно пьющий дорогой алкоголь в кабинете наместника.

— Старый жмырь! Ты захотел избавится от меня чужими руками, чтобы не вызвать мятеж близких мне родо́в? — яростно прорычал наместник, уперев взгляд в бархат рабочего стола и явно имея в виду императора. — Передай приказ! Пусть готовятся и глядят в оба!

— Слушаюсь! — ответил бомж, выскользнул в окно и растворился в вечерних сумерках.

— Это мой город! — рявкнул наместник и залпом осушил полный стакан крепкой настойки.

Все эти перипетии мало беспокоили Грина и его товарищей, поскольку они отдыхали после плодотворного дня и роскошного ужина.

— Ну так как ты будешь действовать? — произнёс развалившийся на диване Пак, потягивая пиво.

— Ты о чём? — ответил сидящий напротив Грин, не переставая гладить упругие бёдра прильнувшей к нему Лейны.

— Ну ты же пообещал в классе, что теперь будет всё по новому. Начало недели лучшее время начать исполнять обещания.

— Точно, — Грин кивнул и скривился, — а ещё тупые турниры начинаются. Нахер они вообще нужны?

— В любой магической академии должны проходить турниры. Это канон! — встрял в разговор Здец. — Ты же вроде собирался бороться за всё хорошее против всего плохого?

— Ну вроде того… — уклончиво ответил ему Грин.

— Сильные аристо крепко объединятся, чтобы турнир не повлиял на их положение в академии. А голодранцы, вне зависимости от силы и таланта, опять всосут… — намекнул на грядущие проблемы Здец.

— Предлагаешь объединить всех безродных и повести за собой? Их же просто поубивают. Да и попахивает мятежом!

— Вива ля революсион, но пасаран! — загадочно улыбнулся усато-бородатый Здец в зелёном берете и замолчал, растворившись во тьме.

— Значит мятеж?.. — тихо и задумчиво прошептал Грин, на что Пак удивлённо вскинул бровь.

— Я с вами в любом случае! — с энтузиазмом воскликнул Кёрт. — Дано пора сменить продажную власть!

— Погодите! — попытался протестовать Грин, но его перебили.

— Да мы уже согласны, расслабься! – засмеялась Лейна.

— Да, — кивнул Пак.

— Землю крестьянам, заводы рабочим! — крикнул из темноты сознания Здец.

— Вот же… — цыкнул сквозь зубы откровенно сомневающийся в этой затее Грин.

Глава 30

К воротам академии они прибыли ранним утром на своём руномобиле. Милиона не поехала, сославшись на некие дела, так что парни остались без поддержки целительницы, которую уже привыкли считать своей личной. Но с другой стороны – а кто вообще посмеет на них напасть?

— Эй, исключительный, сюда иди! — первое, что услышал Грин, едва войдя в холл главного корпуса.

Он, Пак, Кёрт и Лейна медленно повернули головы на голос, синхронно приподнимая одну бровь. Рослый третьекурсник нагло ухмылялся, стоя в окружении пятерых друзей. Его поза просто кричала о том, что он никого, ни во что не ставит.

Грин не сомневался, что этот тип в курсе его силы, а значит это явная провокация, и даже возможно, что с далеко идущими последствиями. Не может же этот отпрыск аристо быть настолько тупым, чтобы разжигать конфликт ради конфликта?

— Нет, — твёрдо ответил Грин, покачал головой и продолжил путь в аудиторию.

Но дорогу тут же преградили та самая пятёрка, что секунду назад окружала надменного парня. Они злобно ухмылялись, держали руки в карманах и с брезгливым презрением буравили его взглядами.

— Они сумасшедшие? — недостаточно тихо спросил Кёрт у Пака. Здоровяк пока не избавился от привычки бояться аристократов, но уже трезво оценивал свои силы.

— Скорее просто дураки… — также, недостаточно тихо ответил тот, чем вызвал появление злобных выражений у четвёрки.

В это время главарь компании вальяжно приблизился к Грину и ткнул того пальцем в грудь.

— Ты должен обучить меня этой новой магии, а взамен получишь покровительство моей семьи! — нахально заявил он.

— А что будет, если я откажусь? — спросил Грин, смотря чуть в сторону, чтобы не пересекаться взглядами с дерзким студентом. Он подумал, что видимо у отпрысков знати прошёл первый шок от демонстрации, и они решили, что всё останется по-старому.

— Я превращу твою жизнь в кошмар! — ответил третьекурсник и многообещающе оскалился.

— Я понял. Без проблем. Но ты уверен, что справишься? — с сомнением в голосе спросил Грин.

— Не недооценивай меня! — торжествующе расхохотался парень. — Да и дерзить тоже не стоит!

— Хорошо, — пожал плечами Грин и направил поток энергии через палец третьекурсника, закрутив его вокруг аристократического тела, — урок первый: контроль потока.

В магическом зрении это выглядело как очень тонкая нить, беспрерывно кружащая вокруг мага. Молодой аристо от неожиданности отпрыгнул и попытался прихлопнуть энергию руками, с перепугу приняв её за нечто материальное. Со стороны это выглядело довольно забавно – он крутился на месте и сильно бил себя, чем вызывал недоумённые взгляды.

— И что это за агрессивный глист? — полюбопытствовал Здец. — Не помню, чтобы учил тебя такой бесполезной херне, но выглядит прикольно.

— Это я сам придумал, — не без нотки гордости ответил Грин. — Мне же всё равно раскрывать базовые знания по потоковой магии, вот я и придумал такую штуку, чтобы новичкам было легче освоиться и научиться контролировать потоки! Я же не такой садист как ты, чтобы ставить новичков на грань смерти.

— Оу, — Здец медленно кивнул, вздохнул и почесал затылок, — я понял. Ученик должен превзойти учителя и все дела, но я не ставил целью сделать из тебя жестокого маньяка, упивающегося особо изощрёнными массовыми убийствами.

— Что ты имеешь в виду?! — моментально напрягся Грин, уже по одному растерянному тону демона понимая, что сейчас произойдёт нечто из ряда вон выходящее.

Но ответ уже не требовался…

С каждой секундой размер и скорость нити энергии увеличивались. Она начала притягивать окружающий эфир и вскоре покрасневший о натуги аристо оказался в коконе из перекрученных, стремительных потоков энергии, толщиной с ногу. В обычном зрении это всё ослепительно светилось, да ещё и интенсивно нагревало окружающее пространство.

Скорость всё нарастала, магического тумана стягивалось всё больше, потоки становились толще, их скорость опять нарастала и так по кругу. Теперь над главным корпусом академии образовалась колоссальна магическая воронка, втягивающая в эпицентр весь окрестный эфир. И всё это сопровождалось едва слышным, жутковатым гудением.

— Зде-ец? И что теперь будет? — пролепетал бледный как мел Грин Моль.

— Ну… — Здец задумчиво пригладил бороду, — думаю, немногое – из того, что было до этого. Восход точно будет, как и закат. На счёт остального не уверен…

— Мы что, все умрём?! — прошептал парень, которого уже трясло от осознания того, что он станет причиной гибели огромного числа невинных людей.

— Нет конечно! — поспешил успокоить его Здец. — Я точно не умру!

— Здец!

— Что? Мог бы и порадоваться за меня, мелкий засранец, думающий только о себе! — обижено буркнул Здец и обидно заржал.

— Сделай что-нибудь! — отчаянно закричал Грин и коснулся татуировки часов на запястье, но ничего не изменилось – он по-прежнему управлял своим телом.

— Могу кофе сделать. Будешь? — откровенно веселился Здец, пока под жертвой эксперимента Грина плавилось каменное основание здания академии.

— Не будь таким ублюдком, скажи, как это остановить! — уже зло орал Грин, не замечая, что делает это вслух.

— Фу, противный, — скривился Здец, — я ему тут кофе предлагаю, а он обзывается.

— Дружище, — тихо произнёс мгновенно побледневший Пак, — я думал ты эту штуку контролируешь…

— А он не контролирует? — подключился к диалогу Кёрт, невинно хлопнув ресницами и переводя незамутнённый интеллектом взгляд с одного товарища на другого.

— Это похоже на что-то под контролем?! — окончательно взорвался Грин, тыкая пальцем в сторону слепящего кокона. — Нам всем конец!

Тут до всех любопытных студентов наконец дошло, что это не безобидная демонстрация силы и попытка унизить аристократа, а смертельная, вышедшая из-под контроля магия. Все тут же испугались, запаниковали и бросились врассыпную, практически сметя службу безопасности, спешащую внутрь через главный вход.

— Что здесь…— собрался было спросить один из магов службы безопасности, но, увидев слепящее завихрение, осёкся и воскликнул: — Ох ты ж, мать Неясы!

Безопасники попытались наложить ограждающий конструкт, но те попросту не сработали – эфирный туман, являющийся основой магии, элементарно отсутствовал поблизости! Вместо него повсюду носились вихри энергии и с огромной скоростью втягивались в воронку.

— Думаю, этого будет достаточно… — неожиданно произнёс Здец удовлетворённым тоном.

— Что?! — встрепенулся Грин, до этого бессильно смотревший на ужас, который он породил.

— Забирай своего глиста обратно и начинай поглощать энергию! — скомандовал Здец.

Парень пришёл в ужас от этих слов, ведь этот колоссальный объём энергии попросту убьёт его! Но Здец ни разу не ошибся, а значит, он должен справиться! А издевательства он ему припомнит потом…

Собравшись с духом, Грин постарался почувствовать первичную нить энергии и очень удивился, услышав слабый отклик. Он осторожно потянул её на себя и…

Завизжал как девчонка, когда слепящий поток резко расплёлся из кокона и как хищная, гигантская змея, устремился прямо к нему. Просторный холл почти полностью заполнился её сверкающим телом, скрученным в кольца, а на оплавленный камень не упало даже пепла давешнего третьекурсника…

— В чакру его пихай, в чакру! — орал Здец, когда парень рванул прочь от этой длинной штуки.

— Что? Куда? — вопил парень, вкладывая в ноги магию, чтобы увеличить скорость. В этот момент он не думал о том, что эфирного тумана вокруг попросту нет, поскольку у него всё получилось.

— Да стой ты, дебил, этот глист поможет тебе увеличить силу!

— Правда? — с подозрительной и одновременно наивной интонацией спросил Грин, снижая скорость.

— Да, — с самым серьёзным выражением кивнул Здец, — если выживешь…

— Чтоб тебя!.. — чертыхнулся Грин, осознавая, что в заминке потерял преимущество и дал этой странной штуке себя догнать.

Энергетическая змея вонзилась в живот парня и худое тело отбросило, словно тряпичную куклу. Такой боли Грин не испытывал никогда!

Бешеный поток энергии ломал кости и выжигал внутренности. Грин слышал только истошный визг, но не сразу понял, что визжит он сам. Агонизирующее сознание отказывалось что-либо воспринимать, кроме спокойного, отчётливого голоса:

— Не ори, это не физическое явление, направляй его в энергоканалы. Не держи, она должна течь свободно. Чем сильнее ты сопротивляешься, тем больнее. Да, и вот тебе образ твоей подружки…

Перед глазами Грина появился образ Лейны в очень соблазнительной позе. Даже не смотря на боль и страдания, парень начал возбуждаться. «Сила юности» притупила кошмарную боль и он даже смог последовать совету Здеца – провести эту энергию через свои энергокналы.

Но, даже несмотря на это, было очень больно. Теперь его выжигало изнутри! Размер его каналов был слишком мал и энергия выжигала себе необходимое место, как огненный червь.

Парень уже чувствовал себя тлеющей губкой, но процесс и не думал останавливаться и поток всё втягивался и втягивался в его тело, заполняя полностью и грозя разорвать на куски.

Здец внимательно следил за происходящим. Он не был до конца уверен, что пацан справится, но опыт был интересен сам по себе. Так близко к своей цели он ещё не подбирался и нужно хорошенько запомнить все аспекты влияния энергии и предельные возможности разумных, в непосредственной близости от источника всего сущего.

— Я… больше… не… могу… — мысленно прошептал Грин, потерявший все силы в борьбе с необузданным потоком.

— Через «не могу»! Ты даже не понимаешь, что сам дошёл до концепции «маны» и открыл новую веху в развитии магии! Если выживешь и принесёшь это знание людям, то прославишься в веках и даже возможно, что твоим именем назовут торт!

— Меня… сейчас… разорвёт… — уже хрипел парень, булькая кровью.

Под прицелом сотен глаз он корчился на траве, неподалёку от здания академии. Все присутствующие, способные управлять магическим туманом, чувствовали странное волнение, но не могли понять, с чем это связано. Если бы кто-то сказал им, что в этот самый миг твориться история, то они бы согласились без раздумий.

— Три уровня – три разных состояния, — начал говорить Здец, не обращая внимания на предсмертные хрипы Грина. — Ваша идиотия с линзированием конструктами, это самый нижний уровень – вы могли лишь использовать существующие законы мира. Следующий уровень позволяет изменять некоторые аспекты законов и вызывать эффекты, не привязанные к условиям окружения. Третий уровень – уровень творца – уже создаёт сами законы, вроде леденящего пламени или жидкого камня. Сейчас ты совершаешь переход от низшего уровня к среднему и там уже невозможно просто использовать окружающую энергию, её нужно впитать и сделать частью себя.

— Не… влезает… — совсем вяло и равнодушно отозвался Грин, после чего приготовился умирать. Он уже ничего не чувствовал, кроме того, что медленно растворяется в небытие.

— А ты его в крынку! — не выдержал и хохотнул Здец, но тут же осёкся и заговорил уже с тоской в голосе: — Значит вот и всё? Оставишь меня одного одинёшенького в этом просторном, пустом месте, среди книжных шкафов и парт, чтобы я с грустью смотрел в окно и пускал слезу? В этой тьме, где так не хватает искрящегося света? В этой холодной пустоте, где так хочется тепла? Где даже нет змеи, чтобы её душить…

— Да понял я, понял, заткнись… — проворчал Грин и из последних сил ухватился за бешеный поток, большая часть которого по-прежнему извивалась снаружи его тела.

— Ну славненько, — с облегчением выдохнул Здец, — а то у меня намёки закончились…

Грин боролся с необузданной энергией, но дело осложнялось тем, что он пока не мог найти мост между реальностью и пространством внутри своего разума. С каждой секундой шансов на успех становилось всё меньше, а отчаяние всё сильнее овладевало его духом.

Внезапно он услышал музыку, а Зцец запел, пританцовывая возле окна:

«Человек и кошка плачут у окошка,

Серый дождик каплет прямо на стекло.

К человеку с кошкой едет неотложка:

Человеку бедному мозг больной свело!»

Парень мгновенно сообразил и потянулся к панорамному окну, которое до этого считал простым элементом интерьера. Едва широкие створки распахнулись, как во внутреннее пространство, вместе с энергией, ворвался целый ураган невероятных ощущений. Это было сродни акту единения с миром! Он физически прочувствовал то, чего раньше попросту не замечал, а многие вещи стали понятны на каком-то глубинном уровне.

А Здец продолжал горланить песню:

«Доктор едет-едет сквозь снежную равнину,Порошок целебный людям он везет,Человек и кошка порошок тот примутИ печаль отступит и тоска пройдет.»*

«Доктор едет-едет сквозь снежную равнину,Порошок целебный людям он везет,Человек и кошка порошок тот примутИ печаль отступит и тоска пройдет.»*

«Доктор едет-едет сквозь снежную равнину,Порошок целебный людям он везет,Человек и кошка порошок тот примутИ печаль отступит и тоска пройдет.»*

«Доктор едет-едет сквозь снежную равнину,Порошок целебный людям он везет,Человек и кошка порошок тот примутИ печаль отступит и тоска пройдет.»*

Сверкающая энергия осветила всё пространство и Грин впервые увидел его границы. Оно не было бесконечным, напротив – две, три сотни шагов в каждую сторону от столов, стоящих в центре.

Извивающийся поток ударился в границу и беспрепятственно прошёл сквозь неё. Теперь он кружил снаружи пространства, оказавшегося на деле полой сферой, пузырём. От этого мельтешения чувствовался дискомфорт, и Грин попытался изъять из него первичную нить.

Это удалось ему без труда и то, что ещё мгновение назад было безумной змеёй из магической энергии, превратилось в спокойную воду и равномерно покрыло сферу со всех сторон.

Молодой маг ощущал каждую частичку этих вод и мог управлять ими. Его захлестнуло чувство невиданной легкости и могущества. Это была чистая сила, подвластная его воле и он понимал, что она способна принять любую форму в материальном мире. Это было именно то, о чём он так мечтал!

Грин торжествующе захохотал.

Видя, что всё закончилось и опасности больше нет, директор Гарчек поспешил к лежащему на траве студенту.

— Почтенный Лангернар, а что это сейчас было? — осторожно поинтересовался директор, на всякий случай обращаясь сразу к богу.

— Финальная трансформация, — ответил юноша, чуть замешкавшись и почесав запястье с татуировкой. — Я Грин сейчас.

— Вот как... — задумчиво кивнул Гарчек. Ему немного неловко, но он должен получить ответ и поэтому пришлось спросить прямо: — Император требует отчёта по этой магии, а я покорнейше жду крепкого здоровья, дорогой Грин, не мог бы ты уточнить у почтенного Лангернара – пришло ли время?

Грин усмехнулся, будто услышал что-то забавное и коротко ответил:

— Да, время пришло!

— Прекрасно! Жду тебя сегодня после уроков у себя – будем разрабатывать учебный план, — радостно воскликнул директор и повернулся к толпе студентов, собравшихся перед зданием: — Ученики! Скоро вас будут учить по-новому, но это не значит, что остальные занятия перестали быть важными! Академия цела, поэтому отправляйтесь в классы!

Студенты вздохнули – в любом из миров хочется иногда прогулять учёбу – и отправились в свои аудитории. А к Грину подбежали товарищи с тревогой на лицах и первым делом поинтересовались: «Что это было?»

— Пока до конца не понимаю, — ответил Грин, смущённо почесав затылок, — но теперь точно ничего не будет по-старому.

— Главное, чтобы ты не забывал про друзей! — хитро прищурился Пак, намекая, что тоже не прочь стать сильнее раньше других.

— Давайте вечером соберёмся в Грине и он нам всё расскажет, а сейчас пора на учёбу! — озвучила здравое предложение Лейна и все кивнули.

Они поспешили в класс, где учитель даже ничего не сказал по поводу их опоздания. Едва они расселись по местам, как дверь аудитории распахнулась и на пороге возник директор, в сопровождении долговязого, незнакомого юноши.

— Прошу минутку внимания, — Гарчек вошёл и жестом подозвал сопровождающего, — это Михан Фатум. С этого дня он будет учиться вместе с вами.

— Здравствуйте, — скромно произнёс новенький, с интересом оглядывая других ребят. Голос в голове настоял, чтобы он непременно поступил в академию, несмотря на то, что сам парень мечтал открыть небольшую мастерскую. Внезапно ему на глаза попался белобрысый, тощий паренёк и Михана охватило странное чувство родства с ним, хоть прежде они не встречались. Вроде бы…

Сам Грин с не меньшим интересом разглядывал новичка и так же чувствовал необъяснимую тягу к нему, но уже привычный к разным проделкам демона, он спросил Здеца напрямую:

— Опять твои мужеложеские шуточки?!

— В рот мне ноги… — только и ответил шокированный Здец.

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

*«Человек и кошка» – песня группы «Ноль» из альбома «Песня о безответной любви к Родине». Автор текста и музыки – Федор Чистяков.

Глава 31

С началом занятий Грину стало не до новенького, а Здец подозрительно молчал. После четвёртого урока, когда они с друзьями пошли на обед в столовую, парень услышал очень тихий голос в своей голове:

— Ты должен убить его.

Грин поперхнулся сдобной булочкой и Кёрт дружески хлопнул его по спине, едва не перебив позвоночник.

— Кого?

— Новенького. Михана.

— С чего вдруг?! — мысленно возмутился парень, кашляя и отмахиваясь от Кёрта.

— Так надо! — коротко ответил Здец.

— С какой стати мне его убивать? Он не сделал ничего такого.

— Я хочу кое-что проверить, — загадочно произнёс Здец.

— Ты спятил?! — воскликнул Грин, преисполнившись чувством справедливости. — Нельзя убивать людей просто для проверки… чего-то… Это неправильно!

— Воу, воу, тормози, моралист дрищеватый, не ты ли давеча сжёг живьём несчастного юношу, имени которого даже не знал, просто для проверки своего магического глиста?

— Это вышло случайно! — поспешил оправдаться краснеющий Грин. — Несчастный случай. Во!

— Ну так и этому устрой несчастный случай. Какая тебе уже разница? Раз уж начал убивать направо и налево, то какой смысл прикрываться моралью? Давай, жги напалмом, юный падаван! — сказал Здец, нахально скалясь.

— Никого я не убиваю, не наговаривай! — возмутился парень.

— Да? Ну хорошо, верю, — с серьёзным видом произнёс Здец и тут же добавил, кивая чуть в сторону: — То есть их ты убивать не будешь?

— Кого? — насторожился Грин и закрутил головой по сторонам.

Ответ на его вопрос уверенно шёл, построившись боевым клином, перед которым семенил директор Гарчек и отчаянно размахивал руками.

Дюжина одинаково одетых мужчин, с оружием в руках, бесцеремонно расталкивала зазевавшихся студентов. В середине этого боевого построения широко шагал красивый мужчина, с волевыми чертами лица. Его глаза были холодны как лёд, а желваки постоянно двигались.

Когда процессия добралась до Грина, директора оттёрли в сторону и мужчина подошёл вплотную к вставшему со стула юноше. Он долго и пристально разглядывал парня в воцарившейся тишине, пока где-то не звякнул упавший столовый прибор.

— Так это ты убил моего единственного сына? — спросил он тихо, без злости, но в тоже время Грин почувствовал, как его яички втягиваются куда-то внутрь от страха, несмотря на всё его превосходство.

— Я не знаю… — пропищал Грин, не понимающий причин появившейся паники и страха.

— Сегодня утром, в холле академии, ты заживо сжёг моего сына.

— Это была случайность! — поспешил оправдаться Грин, срывающимся голосом. — Он потребовал обучить его, но я ещё не научился учить и…

— Замолчи, — властно перебил его мужчина, — Гер должен был занять моё место, его готовили, на него возлагали большие надежды, но ты убил его и ответишь по справедливости, как того требует закон «О равноценной компенсации потерпевшей стороне»!

Грин и глазом моргнуть не успел, как мужчина сбросил с плеч чёрную мантию с длинными рукавами и схватил его за голову. Кёрт соскочил с места и кинулся на помощь, но его окружили мощными парализующими конструктами и дополнительно взяли на прицел тяжёлых рунострелов,

Пак засиял желтизной, но просто не успел атаковать – мужчина сдавил голову Грина и дёрнул на себя.

— Теперь его место займёшь ты! — прорычал мужчина и добавил с внезапной теплотой в голосе: — Как твоё имя, новый сын?

— Грин… Грин Моль, — сдавленно ответил шокированный Грин, когда до него, с опозданием, дошёл смысл сказанного.

— А что, так можно было?! — раздался чей-то крайне удивлённый голос в тишине.

— Прошу прошения, верховный судья Ван, — директор осторожно протиснулся поближе, — не думаю, что вы можете просто так усыновить Грина...

— Директор Гарчек, — Ван повернулся к директору, но прижатую к своей груди голову Грина не отпустил, — я сам решу этот вопрос с его прежними родителями.

— Простите, но он сирота и я сам хотел его усыновить! — произнёс директор, чем вызвал волну стонов учеников, обедавших в этой же половине для простолюдинов.

— Отказано! Я уже начал процедуру усыновления. Вы можете оспорить это в суде, в установленном порядке. — отрезал Ван.

— А я могу отказаться? — пропищал Грин.

— Нет! — жёстко ответил судья и наконец отпустил парня. — Жду тебя сегодня дома, на ужин. Познакомишься со своей мамой.

— Академию нельзя покидать во время учёбы… — вяло запротестовал Грин, по-прежнему пребывая в глубочайшем шоке.

— Я решу этот вопрос! — отмахнулся судья и направился прочь из столовой, поманив за собой директора.

Все молча проводили взглядами фигуры директора и судьи.

— А если Грина убить, то тогда опять усыновят убийцу? — раздался чей-то задумчивый голос и все посмотрели на Грина.

— Жопы надорвёте! — недобро улыбнулся Пак, вставая рядом с другом. Кёрт только кивнул и встал рядом.

— Не очень то и хотелось… — буркнул кто-то. После этих слов столовая наполнилась привычными звуками.

— Ну что за бред?! — Грин сокрушённо уронил голову на руки, когда они сели обратно за стол и вернулись к роскошной, эксклюзивной еде.

— Не понимаю, чего ты жалуешься? — пожал плечами Пак, уплетая огромный, золотистый кусок мяса с ароматными травами. — Меньше чем за месяц ты стал сильнейшим и известнейшим. А теперь тебя ещё и усыновила влиятельная семья. Ты просто везунчик!

— Я не верю в везение! Чего только один Здец стоит… — простонал Грин, совершенно запутавшийся в происходящем.

— А что с ним не так? – удивился Пак,

— Спасибо на добром слове пухлячок! А то от некоторых одни претензии… — проворчал Здец, но Грин его проигнорировал.

— С ним всё не так! — вздохнул Грин.

— Дружище, — Пак вытер рот белоснежной салфеткой, — твоя проблема в том, что ты сам не знаешь, чего хочешь! Вот скажи, у тебя была мечта в приюте?

— Да, — ответил Грин и добавил помрачнев: — Поскорее выбраться из приюта и поступить в академию.

— Вот! — Пак торжественно поднял палец. — А в академии у тебя была мечта?

— Была… — вздохнул Грин, приуныв окончательно. — Поцеловать Лейну и дать сдачи аристо.

— Вот! — снова радостно воскликнул Пак. — Лейну ты не только поцеловал, но и трахнул!

— И притом отлично, — согласилась Лейна, надкусывая пирожное.

— А обидчиков ты сейчас просто убиваешь пачками и без заморочек! — продолжил Пак. — Видишь? Все твои мечты исполняются со Здецом или без него!

— И к чему ты ведёшь? — спросил Грин, поднимая взгляд на друга.

— Тебе нужна цель в жизни! — резюмировал Пак.

— Здец же уже предложил сделать мир чуточку лучше…

— А ты сам этого хочешь? — спросил Пак напрямую.

Грин крепко задумался. С одной стороны, после решения своих проблем, чужие его не особо-то и трогали, но с другой, было бы правильно и честно прекратить несправедливость, основанную исключительно на силе и власти.

— Ничего, — ответил после раздумий Грин, — по ходу разберёмся. Мне нравится учиться и узнавать что-то новое, но не нравится, когда мешают.

— Ну вот, — кивнул Пак, — давай пока просто учиться, а там видно будет.

Они покинули столовую и направились к главному корпусу, но тут заметили, как несколько студентов бьют ногами лежащего на траве парнишку.

— Грин, смотри, — Пак кивнул на драку и с хитрой улыбкой произнёс: — работа как раз для народного лидера и сына верховного судьи!

— Ну пойдём… — неохотно согласился Грин. Он даже никогда не думал о вмешательстве в чужие проблемы, поскольку все его мечты были сконцентрированы вокруг ответных мер собственных обидчиков, которых всегда было в избытке.

— Ты. Испачкал. Мою. Обувь! — отрывисто говорил один из агрессивной троицы, пиная жертву при каждом слове.

— Прекратите! — как можно твёрже произнёс Грин, подойдя к задирам со спины. — Что здесь происходит?

Двое, не занятых избиением, обернулись и смерили его надменными взглядами.

— Не твоё дело, — бросил один из них, но оскорблять поостерёгся.

Грин замер в нерешительности. Возможно парня бьют за дело и он выставит себя дураком, если вмешается и будет того выгораживать… К демонам! Грин прервал поток пораженческих мыслей и схватил за шкирку драчуна.

— Я сказал прекратить и объясниться! — прорычал он, швыряя удивлённого студента на траву.

— Ты что делаешь, ублюдок? — дружки поверженного дёрнулись к внезапному защитнику, но на их головы опустились могучие ладони Кёрта и слегка сдавили стальными тисками.

— Говорят не с вами, — тихо, по-доброму произнёс здоровяк и парни резко присмирели, чувствуя в голосе незнакомого студента недвусмысленный намёк на очень болезненную смерть.

Пак помог подняться жертве с травы и даже отряхнул его форму.

— Давай, друг, рассказывай – за что тебя так? — с максимально дружелюбной улыбкой произнёс он.

— Я… я… это моя вина! Простите! — тут же затараторила жертва, с ужасом глядя на лежащего обидчика.

— Шах и мат, долбодятлы! — заржал Здец, с удовольствием наблюдающий за растерянными лицами поборников справедливости.

— Он боится и ничего не расскажет, — пояснила Лейна, пожимая плечами, — даже если вы настучите этим придуркам, то они снова придут к нему и изобьют ещё сильнее, может даже убьют…

— Я понял… — задумчиво произнёс Грин, глядя в надменные, насмешливые глаза лежащего задиры. — Тогда попробуем по-другому.

Ему потребовалась некоторое время, чтобы поставить себя на место жертвы, прочувствовать то отчаяние и бесполезность попыток сопротивления, вспомнить, как оно было до встречи со Здецом.

Поймав нужное состояние, Грин со всей силы топнул лежащему парню сперва по одному колену, а когда тот страшно закричал от безумной боли, то и по второму.

— Слушай сюда! — надрывно прорычал Грин, наступая на горло своей жертве и давя крик её крик. — Каждый раз, когда кто-то обидит этого парня, я буду ломать твои ноги! Отныне ты, и твои дружки, отвечаете за его здоровье! Ты меня понял?

Корчащийся под ногой парень мелко затряс головой и Грин убрал ногу с его шеи. Он сплюнул и махнул друзьям рукой со словами:

— Всё, пошли.

Но стоило отойти на несколько шагов, как им в спину раздался крик, полный ненависти и злости:

— Ты заплатишь за это!

Грин медленно обернулся и пристально посмотрел на идиота, висящего на руках своих дружков. Пошарив в кармане брюк, он вынул мелкую монетку и покрутил её между пальцев.

— Держи аванс, — с иронией произнёс Грин и монета, заряженная энергией, стремительно вырвалась из его руки, пробила большую дыру в плече дерзкого урода и умчалась вдаль, окончательно остановившись только в стене вокруг академии.

— Божечки-ёжечки! Вы посмотрите, сколько надменного пафоса источает наш малыш! — с умилением произнёс Здец и даже пустил слезу. — Совсем уже большим стал, засранец этакий! А ведь я тебя ещё вот такусеньким лошком бесхребетным помню…

— Жёстко! — с одобрением сказал Пак, наблюдая, как тот парень закатывает глаза и теряет сознание от болевого шока.

Они вернулись в класс и спокойно отучились положенное время. После занятия, когда они отправились на ужин, их внимание привлекла толпа хмурых учеников.

— Разойдитесь, человек-справедливость уже здесь! — глумился Здец, пока Грин молча пробирался через толпу.

Дорогу ему давали неохотно – после некоторых раздумий. Но в итоге решали, что ссориться с такой неординарной личностью себе дороже и пропускали тощего к центру.

— Что тут происходит? — как можно более грозно спросил Грин, обнаружив на полу истекающее кровью тело, недавно спасённого им ученика.

Незнакомый целитель уже магичил, но с явной неохотой. А вот парочка недавних прихвостней того драчуна, явно нервничала и беспрестанно теребила медика, чтобы он старался лучше.

Увидев сурового Грина, парочка побледнела и едва не обгадилась на месте. Они поспешно подскочили к нему и наперебой начали объяснять:

— На него Ралт наехал, мы впряглись, но он сам его ударил…

— Говорит, ща тебе будет…

— Мы говорили, что он под тобой ходит, а он только смеялся..

— Да, да, говорил что и тебя грохнет…

— Мы как могли…

— Но Геон же в медпункте…

— А этот смеётся…

— Заткнитесь! — рявкнул Грин.

— Ну что, борцун за всё хорошее, против всего плохого, как поступишь? — хихикнул Здец. — Пацан- быстро припух от такой крыши и начал права качать, походу.

Размышлял Грин недолго. Окинул взглядом толпу, с любопытством смотрящую на него, сплюнул, развернулся и пошёл к директору, составлять отчёт для императора.

Лейна грустно вздохнула.

— Да не переживай, хочешь мы с Кёртом к тебе в гости придём? Посидим… — подмигнул её Пак.

— Катитесь к демонам, — беззлобно отмахнулась от них девушка и пошла к подружкам, которые ждали неподалёку и жаждали продолжения рассказа, начатого ещё на переменах, об их отношении с самым завидным женихом города.

— Ну вот и остались мы одни, дружище Кёрт… — картинно взгрустнул Пак и положил руку на плечо товарища, — А не напиться ли нам с горя местного компота до икоты?

— Нет, друг, я хочу поспать, — покачал головой Кёрт и направился к общежитию.

— Мда… — вздохнул Пак, оставшись в одиночестве возле толпы, и дёрнул подбородком в сторону отпрыска мелкой знати, пялящегося на него: — Чё вылупился?!

— Ты мне? — с удивлением округлил глаза тот.

— Ну тут только ты на меня пялишься! — недобро прошипел Пак, подходя почти вплотную

— Вот ещё, — фыркнул тот, гордо приосанившись — буду я на всякое говно смотреть!

— И то верно… — согласился Пак, не сильно ударил двумя пальцами в глаза парня и, пока тот орал и корчился на полу, преспокойно пошёл в столовую.

А вот директор Гарчек нервничал и нервничал сильно. Всё шло наперекосяк! Доверенные люди доложили, что император подозревает мятеж в городе, наместник подозревает появление мятежников в академии, а проклятый мальчишка безнаказанно калечит аристократов, что является мятежом!

Да ещё и род Пис принял этого засранца к себе. Пусть формально безумный Ван и является главой семьи, когда на деле всем заправляет его брат, но сам факт того, что Грин Моль стал теперь Грин Пис, серьёзно ограничивает внешнее влияние на парня, даже не беря в расчёт бога Лангернара.

Тут вообще история выглядела всё более странной – ну не вязался образ Грина с учеником божьим. Да и вообще, чем дольше Гарчек думал об этой ситуации, тем более странной она казалась.

— Господин, — раздался голос слуги из-за двери, — к вам Грин Моль.

— Пригласи, — коротко ответил директор.

Дождавшись, когда юноша войдёт в кабинет и скривившись, когда тот едва заметно принюхался, Гарчек указал ему на диван, а сам сел за стол.

— Итак Грин, во-первых, — директор внимательно посмотрел на ученика, откинув раскрытой ладонью золотые локоны с лица, отчего те красиво заструились между пальцами, — что мы можем доложить императору?

— Пока что только возможности… — вздохнул Грин. — Как «это» применять другим, я не понимаю.

Гарчек кивнул, достал бумагу и за следующие полтора часа они написали вполне приличный отчёт. Директор ещё хотел обсудить вопрос своего бессмертия, но Грин извинился, сославшись на необходимость присутствовать на ужине странного судьи, и, уточнив у Гарчека адрес, поспешно покинул кабинет.

Но по городу он предпочёл прогуляться пешком и не спеша. Вечерняя суета горожан завораживала, а витрины дорогих магазинов центра манили светом и удивительными товарами.

Парень усмехнулся. Ещё месяц назад он бы счёл за счастье просто постоять возле них и не получить при этом пинка, а сейчас его даже не особо манят выставленные побрякушки. Внезапно его взгляд зацепился за самую обыкновенную, но очень блестящую лопату, в белоснежный черенок которой были инкрустированы драгоценные камни.

— Так вот где ты всплыла… — пробормотал Грин, покачал головой и стал искать особняк под нужным адресом.

Привратник моментально открыл широкую, дорогую дверь в сплошном высоком заборе, стоило парню найти нужный дом и подойти к воротам чуть ближе. Кивнув склонившемуся старику-привратнику, Грин прошёл по мощёной дорожке и поднялся на широкое крыльцо со стальными, витиеватыми перилами.

Слуга распахнул перед ним двери и парень, сглотнув и вытерев потные ладошки о штаны, вошёл в просторный холл трёхэтажного особняка.

— Прошу, юный господин, отец ожидает вас! — всё тот же слуга низко поклонился и указал на зал справа, откуда слышались голоса.

Едва Грин вошёл, как голоса стихли и к нему обратились три пары глаз с разных сторон большого стола.

— А, сын, ты наконец пришёл, — кивнул судья Ван с улыбкой и указал на место возле себя, где уже стояло широкое блюдо с едой, — садись, расскажи: как учёба?

Красивая женщина в облегающем синем платье, большими серьгами в ушах и с очень сложной причёской, смотрела холодно и безразлично. Возле неё сидел молодой мужчина в костюме, очень похожий на Вана. Его глаза казались очень жестокими, а взгляд пронизывал насквозь и вызывал мурашки на спине.

Сев на указанное место, Грин с трудом сдерживал дрожь рук, не понимая, с чем это связано. Ели в полной тишине, как того требует этикет.

— Ну так твои дела в академии? — вновь спросил Ван, легонько хлопнув по плечу парня, когда они отодвинули пустые тарелки.

— Нормально… отец… — кое-как выдавил из Грин, робко поднял глаза на мужчину и остолбенел!

Во взгляде это странного человека не было ненависти, насмешки или жажды мести! Только интерес, сочувствие и то, чего Грин никогда не знал, но с самого раннего детства искал в каждом взгляде – выражение «я всегда буду рядом и поддержу тебя».

Ком подступил к горлу юноши и он бы разрыдался, если бы не чрезмерно громко звякнувшая посуда.

— Дорогой племянник, не поможешь ли мне убрать посуду? — громко спросил брат Вана и добавил крайне позитивным голосом: — Прислуга сильно занята подготовкой твоей комнаты, но мы Писы, не гордые, сами все соберём! Ведь так?

— Да, конечно… — рассеяно ответит Грин.

Они принесли грязные тарелки на кухню и с улыбками послушали оханье повара, что не пристало господам заниматься подобным. Назад шли через небольшую кладовку, чтобы прихватить полотенца, где мужчина вдруг набросился на Грина, схватил его за горло и прижал к полкам! Это стало такой неожиданность для парня, что он не успел ничего предпринять…

— Прости парень, — усмехнулся «дядя», всё крепче и крепче сдавливая горло юноши при помощи магии, — но прийти сюда было плохим решением. Мой брат безумен и никогда не имел детей, но прямой наследник нужен в любом случае, иначе я лишусь власти. Наверное, ты бы мог сыграть эту роль, но я тебя не знаю и не могу доверять. Прощай.

Давление руки на шею многократно усилилось и в небольшом помещении раздался глухой треск ломающихся костей.

Глава 32

Бледно-синий свет озаряет полки, играет бликами на посуде и оттеняет разрастающийся ужас в глазах «дяди». Грин держит запястье мужчины и медленно сдавливает, отстранённо глядя куда-то сквозь него.

Тот пытается вырваться, но вдруг осознаёт, что не может не то что пошевелиться, а даже просто закричать – странное свечение от парня быстро перетекает на него и равномерно сдавливает со всех сторон.

А Грин просто тренируется – использует ту внутреннюю энергию, которую поглотил утром. Она удивительным образом послушна его воле и выполняет любую команду. Юный маг уверен, что она может даже принять истинно физическую форму и без промедления проверяет это.

Сияние вокруг беззвучно кричащего мужчины становиться осязаемым и прорастает острыми шипами внутрь его тела. Теперь уже стальная оболочка сжимается вокруг «дяди» со страшной силой, но на пол из неё не падает ни капли крови.

— Прощай, — кивает спрессованному шару плоти Грин и убирает со своей шеи кровоточащий обрубок руки.

Он гасит бледно-синее сияние вокруг себя и окидывает взглядом кладовку, в поисках подходящего мешка или ведра.

— Парниша, — тихо и задумчиво говорит Здец в его голове, — это херовое решение.

— Я думаю, он заслужил, — пожимает плечами парень и запихивает остатки «дяди» в наволочку, — ты же сам предложил сделать мир чуточку лучше.

— Да я не про этого обмудка говорю, — вздыхает Здец, — я про твоего приёмного папашу.

— А что с ним? — тут же насторожился Грин.

— Да ни с ним, придурок, а с тобой! — не выдержав, зарычал Здец. — Ты сейчас наркошу похож, который вмазался после долгого воздержания!

— На кого? — отстранённо переспросил Грин, запихивая наволочку с «дядей» в ещё одну наволочку.

— Ты уже здоровый лось и папкина сися тебе не нужна! Иди, скажи «пока» и топай в академию! — ругался Здец, пока парень неуклюже заворачивал окровавленную тряпку в чистую. Он некоторое время молча наблюдал, но потом не выдержал и рявкнул: — Да сожги ты эту хрень уже!

Грин вздрогнул и «дядя» упал на пол. Парень чувствовал себя очень странно. Он понимал, что это неправильно, но не мог остановиться – ему хотелось снова обсудить свой день и снова заглянуть в понимающие глаза.

— Ой да иди в жопу! — махнул рукой Здец и выпал из ощущений Грина.

Парень последовал совету демона и испепелил пропитавшиеся кровью тряпки вместе с мясом и костями. Дым утянуло на кухню, где сразу возникла суматоха, а он вернулся в обеденный зал один, чем вызвал естественный вопрос от женщины:

— А где Син?

— Дядя велел передать, что у него важные дела… — ответил Грин, двигающийся заторможено, как сомнамбула. Он проигнорировал обжигающий взгляд этой красотки и сел на прежнее место, внимательно вглядываясь в лицо Вана.

— В чём дело сын? — улыбнулся судья Грину.

— Расскажи, — заговорил парень, проглотив ком в горле, — как дела с… как прошёл день?

Мужчина рассмеялся и хлопнул Грина по плечу:

— Отлично прошёл! Знаешь, — он вдруг неожиданно собрался и стал серьёзен, — я думаю, ты уже готов.

— К чему? — моргнул от неожиданности Грин и почувствовал, что этот момент очень важен для… отца.

— Иди за мной, — Ван встал из-за стола и приглашающе махнул рукой, — пришло время передать тебе дела семьи!

Грину послышался хруст ломающихся зубов и он резко обернулся на звук. Но женщина сидела спокойно и просто держала в руках странную, изогнутую вилочку. Парень пожал плечами – мало ли какие столовые приборы используют аристо…

— Пресвятая мать перемать, — страдальчески завыл из темноты Здец, — молю тебя: пусть этот псих попытается изнасиловать мелкого недоумка, чтобы у него мозги встали на место!

Грин проигнорировал слова демона, но вдруг понял, что несколько напрягся, что не осталось незамеченным:

— Правильно, правильно, сжимай булки крепче, а то сейчас заведёт тебя в тёмный кабинет и скажет: «Пора стать мужчиной, сынок!», — произнёс Здец, удивительно точно скопировав голос Вана. — И такой, хоп, сбрасывает с себя одежду, а там елдак как у Кёрта…

— Не говори ерунды! — огрызнулся Грин, начавший слегка нервничать. Он не особо верил в шуточки Здеца, но осадок на душе всё равно оставался.

А тому только это и надо было. Здец не собирался ждать, пока парень насладится нормальной жизнью – ему нужен результат, а всё катится к писекам. Нужно как можно скорее вернуть пацана в рамки плана, иначе всё это затянется, а замедленное существование среди этих жалких форм жизни угнетало сущность, хоть он и развлекался как мог.

И эта небольшая шутка заставит парня неосознанно ждать подвоха от сумасшедшего, что несколько смажет его наивную щенячью привязанность к первому встречному, проявившему родительское чувства.

Тем временем, Грин следовал за Ваном на третий этаж и глазел по сторонам. Картины, изысканная мебель, великолепные ковры – всё это уже не вызывало восторг и зависть. Только усмешку и вопрос: «зачем это всё?». Да, красиво, но не более – местами даже слишком вычурно.

Ван привёл его в кабинет и Грин отметил, что тут всё более функционально и нет лишнего декора – строго рабочая обстановка. Дверь закрылась и защитные руны оградили помещение от остального мира. Судья подошёл к большому столу и обернулся, расстёгивая верхнюю пуговицу шёлковой рубашки и берясь за следующую:

— Сын, пришло твоё время стать мужчиной! — с гордостью в голосе произнёс Ван и тут же с удивлением заметил странное поведение Грина.

Сперва, тот побледнел и выпучил глаза, потом его затрясло, а под конец он засиял голубоватым светом и принял боевую стойку.

— Что с тобой? — голосом, полным недоумения спросил Ван, продолжая расстёгивать рубашку.

— Замри! Прекрати раздеваться! — выкрикнул Грин и над его ладонью появился слепящий шар огня, покрытый потрескивающими молниями.

— Почему? — Ван с удивлением смотрел на юношу, пока он сообразил, что его неправильно поняли. Лицо судьи дрогнуло и он, внезапно, расхохотался: — Ты подумал, что я собираюсь овладеть тобой противоестественным способом?!

— А это не так? — с подозрением спросил Грин, отступая на несколько шагов и одновременно слушая безумный хохот Здеца в своей голове.

— О боги… — приёмный отец картинно закатил глаза, — Грин, послушай, всё не так, как ты думаешь!

— Очень на это надеюсь… — прищурившись ответил Грин и потушил «хадукен».

— Так вот, — начал говорить Ван, продолжая расстёгивать рубашку, — я не сумасшедший, как ты мог сперва подумать, и я знаю, что ты не мой сын.

От этих слов на лице юноши отразилась сложная эмоция, что-то сродни смеси разочарования и облегчения, а судья продолжил говорить, когда полностью оголил грудь, исписанную рунами:

— Несмотря на моё высокое положение в обществе, я не разделяю взгляды большинства знати и верю в то, что все люди равны от рождения. Долгие годы обучения и практики позволили именно мне стать наследником титула верховного судьи, а не моему брату. Кстати, где он?

— Он… ушёл, — произнёс Грин, стараясь не отводить взгляд.

— В лучший мир, ага! — тут же поддел парня хохотнувший Здец.

— Ладно, — Ван кивнул и продолжил, — так вот, я стремился судить по законам, выслушивая все стороны и взвешивая их доводы, но, как бы я не старался, простолюдину не победить аристократа, ведь тот может запросто подкупить или запугать свидетелей. Видя мои попытки играть в правосудие, знать донесла императору, что я недееспособен и требовала назначить другого судью в Валс…

— Подождите, — перебил Грин нахмурившись, — вы же сказали, что должность наследная!

— Да, но это работает при условии, что отец воспитает достойного сына и тот сдаст экзамен. Свою квалификацию я подтверждаю легко и у императора нет причин заменять меня, однако у меня нет наследника и в случае моей смерти верховным судьёй станет Син.

— Тогда почему вы ещё живы? — искренне удивился Грин.

— Он не пойдёт на моё убийство даже через третьи руки, ведь у него есть серьёзный мотив и он будет главным подозреваемым. Но даже подозрения хватит, чтобы император усомнился в его благонадёжности и назначил более достойного кандидата. Единственный шанс для Сина стать новым судьёй – дождаться, когда будет объявлен приемник и доказать его непригодность, что даст ему возможность предложить свою кандидатуру на эту должность по праву наследования второй очереди.

— Какая херня все эти родовые заморочки… — буркнул Здец, — выбирали бы сразу судью по уму и не маяли бы голову!

Грин был полностью согласен со Здецом в этом вопросе. Его тоже раздражал тот факт, что многим достаётся всё лишь по праву рождения.

— Но я тогда не понимаю – зачем вы устроили это представление с сыновьями, если они в любом случае не смогут тягаться с вашим братом?

— В последние годы я и сам уже считал это бессмысленным занятием, – горько усмехнулся Ван, — восемь лет я притворялся и искал достойного, умного мальчика, всегда соглашаясь на то, что мне подсовывал брат. Но тут судьба мне преподнесла тебя!

Брови Грина взлетели вверх, а мужчина кивнул с доброй улыбкой:

— Я всё узнал о тебе, но главное то, что ты не используешь свою силу, чтобы возвыситься над другими и стараешься жить по совести.

— Он явно не всё узнал! — заржал Здец, когда Грин неловко отвёл взгляд, а Ван принял это за проявление скромности.

— Но я ничего не смыслю в судейском деле… Даже законы-то толком не знаю! — попытался протестовать Грин, смутно подозревая дополнительные проблемы, которых и так было в избытке.

— Не переживай, — сказал Ван, доставая из ящика стола странную статуэтку, — у тебя будет целый год после вступления в наследство на подготовку к экзамену! Я помогу тебе, а теперь подойди.

— Погодите, — Грин поднял руку и остался на месте, — с чего вы решили, что меня вообще будут воспринимать всерьёз? Аристократы меня просто сожрут!

— Ты изобрёл новый вид магии, и император заинтересован в тебе, — улыбнулся Ван, — это гарантия твоей неприкосновенности и того, что тебя будут слушать даже против воли. Но ты упускаешь главное – я не делаю тебе одолжение, взваливая на тебя ответственность. Я прошу твоей помощи в установлении справедливости в мире и ты можешь отказаться в любой момент.

— Супер, — хлопнул в ладоши Здец, — шли его нахер и пошли!

— Я согласен, — неожиданно даже для себя самого согласился Грин.

— Мелкий, какого хера?! — возмутился Здец.

Ему это совсем не нравилось – слишком мелко, а времени займёт целую прорву. Если только не метить в императоры, собирая сторонников и наживая врагов. Но это, опять же, слишком долгий путь, ведь искры разумных собираются в рои даже если они ненавидели друг друга при жизни. Сойдёт любая связь между людьми – от преклонения, дружбы и надежды, до страха и ненависти.

— Тогда подойди, я передам тебе имперскую печать судьи, — произнёс Ван и окутал статуэтку очень сложным и хитры конструктом.

Руны на его коже пришли в движение и взвились в воздух, кружа вокруг статуэтки. Грин подошёл ближе, пока судья вершил сложный ритуал и расстегнул свою рубашку.

— Устроили тут ритуал снятых рубах… — проворчал наблюдавший за этим Здец. Он уже оценил и конструкт и руны – ничего опасного или очень серьёзного.

Грин немного нервничал, но всё прошло безболезненно. Руны просто оставили видимые отпечатки на коже и вернулись на тело Вана.

— Когда ты сдашь экзамен, — начал объяснение судья, — руны активируют и научат тебя, как передать их твоему наследнику. Поздравляю, теперь ты официально мой наследник и сын семьи Пис. Сейчас можешь отдохнуть в своей комнате или вернуться в академию – я не буду на тебя давить, но ты должен самостоятельно выучить все законы нашей империи.

— Я не подведу, — кивнул Грин. — Я вернусь в академию, если вы не против.

— Разумеется, слуга проводит тебя.

— До свидания, — произнёс Грин у дверей кабинета.

— До свидания, Грин, — ответил Ван и добавил, — помни, что теперь тебе нельзя никого убивать, иначе печать отнимут!

— Да вообще насрать, пошли уже! — рыкнул Здец и отвесил ментального пенделя парню.

К воротам академии Грин добрался уже глубоким вечером. Он всю дорогу размышлял над словами судьи и это зародило в нём надежду, что не все аристо плохие.

Ещё какая-то мысль крутилась на задворках сознания, но он никак не мог её ухватить. Поэтому он просто вернулся в свою каморку, которую наконец-то прибрали, но запах всё равно чувствовался.

Маленькая комнатушка вызвала странное чувство ностальгии, словно всё, что происходило с ним до встречи со Здецом, было очень и очень давно. И тот первый случай, когда демон взял под контроль его тело, чтобы вломил Паку…

— Стоп! — вслух произнёс Грин, внезапно ухватив ту назойливую, что не давала ему покоя. — Здец, а ты почему не пользуешься своей половиной суток?

— Не хочу, и вообще иди в жопу! — неожиданно огрызнулся Здец.

Если бы Грин не знал его, то уверенно бы предположил, что эта сущность чего-то боится. Но тут же усмехнулся такой нелепой мысли, ведь Здец по определению не может ничего бояться, раз уж даже смерть не властна над ним. А что может быть хуже смерти? Только какая-нибудь бесконечная боль, но, опять же, кто способен причинить страдания существу, способному с лёгкостью перемещаться между мирами?

— О, привет Грин! — раздался смутно знакомый голос за спиной парня, поскольку он так и стоял на пороге своей комнаты, не заходя внутрь.

Юноша обернулся и увидел новенького – Михана. Именно того, которого просил убить убить Здец. Интересно за что?

— Привет, — кивнул Грин.

— Слушай, — Мих неловко улыбнулся, — тут такое дело… Можно вопрос?

— Да, без проблем, — пожал плечами Грин, уже догадываясь, что его попросят обучить новой магии.

— Ты, случайно, не собираешься мир уничтожить в ближайшее время? — с виноватой улыбкой спросил Михан.

— Что?! — Грин чуть рот не открыл от удивления. — Что за ерунда, нет конечно!

— Вот совсем, совсем не собираешься? — недоверчиво уточнил Мих.

— Нет! С чего у тебя вообще такие странные вопросы? — не менее подозрительно спросил Грин.

— Сука, дебил, немедленно грохни эту мразь прямо тут! — внезапно заорал Здец и парень даже вздрогнул.

— Ну так сам и грохни! — злобно огрызнулся Грин и коснулся татуировки часов, но ничего не изменилось. — Что ты к нему прицепился?

— Не твоего ума дело, дрочила! — рявкнул Здец.

— Дрочила это ты! — парировал Грин. — Сидишь внутри, не выходишь, а только дрочишь!

— Ты, чё, щенок, страх потерял?! — громоподобно взревел Здец, отчего юноша даже пошатнулся. — Ничтожество, ты забыл, с кем разговариваешь?!

— Знаешь, что? — Грин вдруг почувствовал сильную злость на Здеца. — А вали-ка ты нахер из моей головы! Ищи себе другого прыщавого сопляка и дрочи его на власть над миром!

Видимо злость отобразилась и на лице парня, поскольку Мих испуганно отскочил и встал в стойку, мгновенно соорудив вокруг себя очень мощный, высокоуровневый конструкт барьера защиты.

— Это как? — ошарашено произнёс Грин, глядя на этот непроницаемо чёрную сферу, единственным обладателем которой был учитель алкоголик. — Ты как это сделал?!

Разумеется, Мих его не слышал, ведь сфера была настолько абсолютна, что не пропускала внутрь себя ничего. А вот Здец прекрасно слышал Грина!

— Я же тебе, долбодятлу сразу сказал, — произёс Здец совершенно миролюбиво, но от того не менее ехидно, — убей эту гниду, пока не поздно!

— Кто он? — на всякий случай спросил Грин, чувствуя нарастающее в воздухе напряжение.

— Он проблема! — твёрдо и очень серьёзно ответил Здец и добавил уже больше по привычке: — И не пускает меня гулять!

Тут чёрная сфера рассыпалась и до Грина донеслись слова Миха:

— …ный и это не повод его убивать!

Парни замерли друг напротив друга и весь мир будто замер в ожидании…

Глава 33

— Слушай, я открою тебе страшную тайну! Этого дрища поглотил мой брат близнец, который заточил меня в тюрьме бесконечности, чтобы я не мешал ему уничтожать миры! Нужно срочно его уничтожить, иначе все погибнут! — закричал Здец, не давая Грину собраться с мыслями.

— Я должен просто тебе поверить? — с сомнением ответил Грин, не видевший в Михане ничего ужасного.

— А я тебя хоть раз обманывал?! — с обидой в голосе произнёс Здец.

Парень вынужден был согласиться – несмотря на все проделки, этот демон оказался не таким уж и плохим. Однако, его всё равно не покидали сомнения и Грин решил попытаться договориться.

— Михан, слушай, не знаю, зачем тебе это нужно, но может быть есть другой путь? — осторожно спросил Грин.

Мих некоторое время смотрел сквозь Грина, будто прислушиваясь к чему-то, после чего кивнул и произнёс:

— Безумие заразило этот мир и я должен его уничтожить!

— Я же говорю – он псих! Убей его, пока не поздно! — крикнул Здец и пнул мозг Грина изнутри.

Лицо Грина исказила страшная гримаса боли. Мих вздрогнул, его глаза расширились, и он принял боевую стойку, сжав зубы.

Грин активировал потоковую магию, засияв бледно-синим светом, и бросился на Миха, чтобы покончить с ним одним ударом, но, в последний миг, точно такая же аура окутала противника, и удар получился хоть и ощутимым, но не смертельным.

— Хадукен! — крикнул Грин, одновременно отпрыгивая назад, в комнату.

— Хадукен! — почти мгновенно отозвался Михан и два энергетических шара взаимоуничтожились с громоподобным треском, расшвыривая противников в разные стороны ударной волной.

Грин не мог поверить в происходящее и пока он потрясённо хлопал ресницами, лёжа на полу, Мих пошёл в атаку.

— Хадукен, хадукен, хадукен! — кричал он, швыряя ослепительные сферы одну за другой и медленно приближаясь к Грину.

— Здец, что происходит?! — мысленно накинулся Грин на демона, одновременно отклоняя снаряды руками, окутанными сиянием.

— А хер его знает… — пожал плечами Здец, спокойно сидящий на белой табуретке и ковыряющий в носу. — Жахни ещё чем-нибудь, помощнее.

Единственное, что пришло в голову Грину, так это то, что нужно вырваться на улицу, разорвать дистанцию и выиграть время, чтобы ещё подумать. Он ударил чистой энергией, которую Здец назвал личной маной, в стену и выскочил наружу сквозь образовавшийся пролом.

Мих не торопился нырять в облако пыли и дыма, поэтому Грин на секунду замер среди густой травы, позади общежития, и ушёл в себя, сжимая время.

— Как он может копировать мои конструкты? — набросился парень на сидящую сущность.

— Спроси чё полегче, но думаю, это способность схожая с твоим карающим факом или силой юности, — равнодушно произнёс Здец.

— А ты почему такой спокойный? — с подозрением прищурился Грин.

— А кранты вашему миру, — горько усмехнулся Здец, — чего дёргаться? Ты слишком слаб и глуп, чтобы противостоять ему.

— Ну так выйди и победи его, раз такой всемогущий! — разъярился парень, нервно меряя шагами пространство.

— Тогда вашему миру точно амба в течении пары секунд, — усмехнулся Здец. — А так, может придумаешь что-нибудь.

— Ну так помоги мне! — чуть не умоляющим тоном сказал Грин.

— Я думаю! Но пока ничего не идёт в голову…

— Проклятье! И что делать?

— Сдерживай его сколько сможешь и думай! — ответил Здец и поднял грустный взгляд на парня со словами: — И у нас большая проблема – тут тебе не отсидеться…

Только Грин хотел спросить, что демон имеет в виду, как почувствовал, что время внутри и снаружи выравнивается. Одного беглого взгляда за окно хватило, чтобы понять – его внутренний мир больше не давал возможности спокойно подумать!

Тут же мелькнула мысль, что нужно всего-навсего затащить сюда душу Миха, но тогда и злой брат Здеца окажется здесь. Не приходилось сомневаться, что они разнесут это место вместе с сознанием, что автоматически будет обозначать смерть молодого мага.

Пришлось парню спешно возвращаться в реальный мир, но теперь он был максимально сосредоточен на бое.

Едва Михан показался из облака пыли, как Грин направил внутреннюю энергию наружу и сдавил пространство вокруг него. Это не особо повредило противнику, но дало время на подготовку следующей атаки – огромного шара сверхперегретой плазмы. Но не простой – внутри этого сгустка безумного жара сформировалось твёрдое металлическое ядро, которое должно будет разорваться со страшной силой.

Увидев летящее в него солнце, превратившее тихий вечер в слепящий полдень, Мих скопировал атаку, надеясь на очередное взаимное уничтожение, но оглушительный взрыв был такой силы, что ему пришлось спрятаться в глухую защитную сферу, в то время как Грин просто разжижил землю под своими ногами и, задержав дыхание, спрятался в ней, окружив себя ледяным коконом.

Старое общежитие мгновенно испарилось вместе со всеми студентами и спешащими сюда магами службы безопасности. Даже праха костей не осталось на чёрной, глянцевой поверхности огромной воронки.

Расплавленные кусочки металла разлетелись оранжевыми росчерками и повредили большое количество домов в городе, заставляя обывателей срочно искать убежище.

Директор Гарчек уже получил информацию о происходящем безумии и теперь спешно активировал древний рунический контур, на котором стояла академия. Он также оповестил все семьи знати, которые могли хотя бы теоретически помочь в данной ситуации.

Под землёй Грин почувствовал, как огромная печать собирает окружающую энергию и мгновенно вспомнил те картины, которые показывал ему Здец. Сейчас на месте страны возникнет огромная мёртвая область!

Выход только один – сосать! Сосать энергию из печати и перенаправлять её внутрь себя. Грин постарался почувствовать токи эфира и сделать всё так же, как в случае с огромной энергетической змеёй. Медленно, очень медленно, но у него получалось! Слабая нить тянулась к нему, постепенно становясь всё толще и толще.

— Да! — Здец восторженно поддержал инициативу Грина. — Соси, как никогда не сосал!

Михан так же ощутил странное движение магического тумана и поспешил атаковать то место, куда он вливался.

— Хадукен, хадукен, хадукен! — выкрикивал он и глянцевая корка над Грином взрывалась шрапнелью.

Стараясь не потерять нить энергии, Грин закрылся от атаки чистой энергией, – сильно израсходовав запас – выпрыгнул из-под земли и побежал в центр печати, где располагался главный учебный корпус, сейчас пустующий. Мих заметил, как парень тянул энергию из печати и поспешно последовал его примеру.

Гарчек потел холодным по́том, рвал свои роскошные волосы, но не мог понять, почему печать никак не наберёт нужное количество энергии. Колокол академии бил набат, в городе выли сирены и разбуженные студенты метались по общежитиям, но безопасники направляли этот хаос по маршрутам эвакуации. Горожане не могли взять в толк причины происходящего, но стоило раздаться мощному взрыву и сверкнуть ослепительной вспышке со стороны академии, как они подняли невиданную суматоху на улицах Вална и поспешили к башне «ордена демонологов», в надежде на защиту.

А Грин, тем временем, выбил ногой толстые створки дверей главного корпуса и побежал на верхний этаж, чтобы спрятаться и придумать действенную атаку.

На деле это было бесполезно, потому что Михан видел, куда стремиться энергия из печати и просто метнул с безопасного расстояния пылающее солнце в то место. Он был взбешен смертями ни в чём неповинных людей и возненавидел Грина всей душой, стремясь как можно скорее покончить с ним, пока жертв не стало ещё больше.

Грин тоже был взбешён безрассудной атакой Михана, из-за которой погибло столько ребят и тоже думал о максимально эффективной атаке, благо приток энергии наполнял его внутренний мир с огромной скоростью. Он без труда закрылся от шара плазмы чистой силой, но здание академии испарилось, и Грин упал на раскаленную корку воронки, смягчив падение псевдолевитацией и заморозив округу на две сотни шагов.

Древняя печать дрожала от огромного количества эфира проходящего через неё и была готова развалиться на части, но наместник уже активировал весь древний контур под городом.

Теперь все части колоссальной печати работали как одно целое и выкачивали магический туман в разы быстрее, но два сражающихся мага ускорили поглощение манны настолько, что руническая просто не могла набрать нужное количество энергии.

С каждой минутой Грин и Мих наращивали поглощение энергии, отчего над городом возник жуткий, гудящий, огромная водоворот магии, видимый даже обычным людям..

— Сдохни! — яростно крикнул Грин и создал под Михом локальную зону повышенной гравитации.

Огромная область земли с грохотом просела, но противника там уже нет – Михан ускорился со сверхзвуковым хлопком и возник за спиной Грина, занеся для удара руку, окутанную раскалённой плазмой.

Один миг ушёл у Грина на то, чтобы присесть и с огромной силой оттолкнуться от земли, погребая противника под кучей сгрудившейся породы. Развернувшись в полёте, он создал огромное ионизированное облако и шквал молний обрушился на импровизированную могилу.

Михан ушёл в абсолютную защиту, смешанную с чистой силой, что позволило создать прозрачный купол над головой и не потерять способность к передвижению. Он бросился вслед за Грином, создавая области ионизации на пути парня, и отправив ему вслед слепящий шар солнца.

Деваться было некуда и Грин сотворил прямо под собой точку отрицательной гравитации. Его резко швырнуло высоко вверх, но постоянный приток энергии защищал его тело от перегрузок, но возникла другая проблема – перегрев энергоканалов из-за большого объёма пропущенной через них энергии.

Он чувствовал, что ещё немного и от него не останется даже кучки пепла, но на помощь внезапно пришёл Здец:

— Держи эфир снаружи тела и сожми максимально плотно, потом отпусти и поглощай то, что получится!

При обычных обстоятельствах Грин бы возмутился и сказал, что это слишком непонятно и сложно, но сейчас его мозг, полностью пронизанный магией, работал с удивительной скоростью и он с лёгкостью воплотил в жизнь совет Здеца.

За плечами летящего вверх парня стала разрастаться большая сфера. Он сжимал её, уменьшая в размере, отчего она налилась багровым свечением, видимым невооружённым глазом простых людей.

— Теперь ослабь нажим в одном месте и поглощай! — подсказал Здец.

Тонкая багровая нить, расширяющаяся ближе к телу мага, протянулась от сферы до спины Грина и он почувствовал, как холодная энергия остужает энергоканалы. Но этого было мало, и он создал ещё шесть таких же точек сжатия энергии, висящих зловещим веером позади него.

«Падение вверх» закончилось и семихвостый сгусток багрового света, к которому тянулся один из хвостов гигантского водоворота, завис над городом, вызывая очень нехорошее предчувствие у жителей.

Несколько секунд спустя, напротив первого зловещего силуэта, возник другой – ослепительно сверкающий хрустальной чистотой.

— Пфф… Выпендрёжник… — ехидно фыркнул Здец, но на деле он был очень серьёзен и обдумывал сложившуюся ситуацию с разных сторон.

С одной стороны, всё уже кончено и можно сжигать этот мир, добрав недостающие искры демонами, ведь его раскрыли и не дадут двигаться дальше.

С другой стороны, можно просто посмотреть, чего добивается этот пафосный хрустальный зазнайка и попробовать его подловить, поскольку он явно связан с этим дрищеватым противником Грина.

Но, даже на первый взгляд, связь между искрой Миха и сущностью слишком тонка и добраться по ней до цели не выйдет, даже если и получиться за неё ухватиться. Значит нужно обеспечить более глубокое вовлечение его в конфликт, вот только ничего интересного на ум не приходит. Хотя, кое-что можно попробовать…

— Ученик, слушай внимательно, — внезапно заговорил Здец с очень мудрым видом, — я знаю, как сохранить твой мир в целости!

— Ну так говори быстрее! — рявкнул Грин, неуклюже уворачиваясь от плазменного шара и создавая вокруг Миха кольцо молний.

— Он не станет драться со мной, а просто создаст Закон, медленно сжирающий твой мир, но ты можешь противостоять этому, создав свой Закон! — Здец важно поднял палец. — Однако, ты слишком слаб для этого и тебе придётся стать Богом. Отправляйся на другой конец света и копи там силу. Я тебе обо всём расскажу, ибо нет больше смысла скрываться, ведь битва неизбежна!

Грин не успел ответить. Михан повторил его трюк с гравитацией и парень камнем рухнул на территорию академии, краем глаза заметив толпу студентов, спешно покидающих опасное место.

До того, как глубоко войти в землю, он заметил среди бегущих учеников Лейну и Пака. Они были в порядке, и это было хорошо, но сознание царапнула смерть Кёрта и других студентов, отдыхавших в общежитии.

Едва выскочив из глубокой ямы, Грин выпустил в парящего Миха пылающие лучи из обеих рук, совмещавшие в себе раскалённую плазму, чистую энергию и разряды молний.

Тот принял их на прозрачный купол, но это было слишком мощно и входящей энергии не хватило на компенсацию! Поток прорвал защиту, ударил в сияющее синим тело и мгновенно перегрел каналы! Мих рухнул на землю.

— Нужно его добить! — воскликнул Грин и рванул к лежащему противнику.

Но Здеца такой расклад совершенно не устраивал и он рявкнул, больно пнув мозжечок юноши:

— Куда, придурок?! Он тебя заманивает! Быстро уноси ноги, пока он не оклемался!

— Тогда я отсюда! — рыкнул Грин и над ним начал формироваться огромный и видимый, иссиня-чёрный шар чистой энергии.

— Ты бы подумал, что ли… — задумчиво произнёс Здец, наблюдая, как потоки энергии стекаются отовсюду с невероятной скоростью и напитывают жуткую сферу.

Но Грин не слушал – он был очень зол! Его энергоканалы пылали и грозились сжечь тело и душу, однако парень хотел победить любой ценой и лишь крепче стискивал зубы, да сжимал огромную сферу, чтобы сделать удар максимально концентрированным.

Одновременно с этим он перестроил систему охлаждения энергоканалов, отчего она приняла вид тринадцати багровых цилиндров висящих за спиной и напоминающих издали жутковатые крылья.

И когда Мих поднялся на ноги, слегка покачиваясь и шаря по округе потерянным взглядом, Грин метнул в него сжатую чёрную сферу, полетевшую к цели с жутким гудением и глубокая борозда появлялась позади неё.

Мих икнул и упал в обморок. Сфера прогудела над ним, испепелив его одежду и оставив страшный ожог от головы до задницы, перелетела через забор академии и направилась прямиком к возвышающейся башне «Ордена демонологов», под которой собрался простой люд.

— А… — обречённо протянул Грин, наблюдая за приближением неминуемой катастрофы.

— Вот тебе и «а»! — зло рявкнул Здец, — Валим отсюда!

В сознании Грина внезапно появилось знание о мгновенном перемещении на большие расстояния и он поспешил его применить из последних сил.

Яркая вспышка поглотила юношу и забросила на другую сторону планеты, но, за миг до его исчезновения, Здец изменил параметры апокалипсического снаряда и, вместо мгновенного уничтожения всего сущего, энергия высвобождалась постепенно, что вызвало колоссальный, но безвредный, шторм эфира.

Магические частицы с огромной скоростью разлетелись и несколько раз обогнули планету. Множество людей почувствовали их течение, а особо одарённые даже поняли, как контролировать их ток.

Человечество внезапно совершило качественный рывок в магическом искусстве и когда Грин очнётся, то сильно удивится новому миру, а пока он лежит без чувств, внутри защитной сферы, где-то в пустыне.

Лейна, видевшая всю битву и исчезновение возлюбленного, отправилась на его поиски.

Пак же, почуяв, что ему грозит целая куча неудобных вопросов и больших проблем, поспешил укрыться в соседней стране, пока вокруг разгоралось восстание получивших внезапную силу простолюдинов.

А Гарчек и прочие, ждущие награды от Лангернара, решили продолжать молчать и надеяться на лучшее.

И только Здец был вполне доволен сложившейся ситуацией и надеялся, что его долгий путь к цели завершиться уже в этом мире…

Глава 34

Грин резко распахнул глаза, судорожно вдохнул и закашлялся от попавшего в горло песка.

— Мы таки уже будем совершать исход или ви предпочитаете откопать землю обетованную прямо тут? — ехидно произнёс Здец, пока парень корчился, кашлял и сплёвывал песок.

— Что? — прохрипел в ответ Грин, вытирая выступившие слёзы тыльной стороной ладони.

— Что «что»?

— Прекрати, — выдавил из себя юноша, кое-как вставая на карачки и пытаясь сфокусировать взгляд на окружающем его ландшафте, — где мы?

— Мы в жопе, если ты об этом, — хохотнул Здец.

Наконец перед глазами Грина всё перестало плыть и он смог разглядеть окружающие его высокие барханы.

«Точно, — подумал он, — я ведь переместился куда-то из академии… Вот только куда?»

Память услужливо сообщила, что это пустыня Тиама – очень обширная и единственная пустыня на планете. Здесь живут какие-то сумасшедшие кочевые племена, не имеющие собственного государства, проводящие почти всё время в поисках пищи и воды, да погрязшие междоусобных войнах. Вот и вся информация, которою дал ему учитель в приюте, ведь в академии географию преподавали только по заселённым регионам.

Тело невыносимо болело, мысли путались, а запредельная жара усугубляла и без того отвратное настроение. Превозмогая слабость, он кое-как почувствовал манну внутри себя и пустил её по энергоканалам, чтобы облегчить страдания и залечить невидимые раны – не может же всё болеть просто так?

Тонкий покров синего свечения окутал Грина и он сразу ощутил прилив сил, но пить всё равно хотелось и перед ним появилась сфера чистой воды. Вытянув губы трубочкой и напившись, умылся, а потом и вовсе облил себя небольшим водопадом.

— Привыкли к социализму, понимаешь, — гнусаво проворчал Здец, — ну ничего – индивидуальные приборы учёта научат вас экономить.

— Что? — спросил Грин, приглаживая сырые волосы.

— Почувствуй Силу, юный падаван! — загадочно произнёс Здец.

— Ты уже замучил меня своими загадками и фразами из другого мира, — возмутился парень, — нормально можешь сказать?!

— Дык я и говорю нормально, тупень, — усмехнулся Здец, — силу чувствуй, ну, то бишь эфир.

Грин пожал плечами и переключился на магозрение.

Ничего. То есть, совсем ничего не изменилось! Те же барханы, то же небо и ни следа магического тумана.

Предчувствуя беду, он попробовал притянуть к себе энергию и почувствовал далёкий, слабый отклик, но не смог притянуть оттуда ни капли. Тем не менее, какие-то крохи лёгкого эфира стали проникать внутрь его хранилища, но это вызывало скорее ужас, чем облегчение.

— Что происходит? — спросил оторопевший Грин. — Это сделал Мих?

— Это сделал ты! — засмеялся Здец и, видя недоумение пацана, пояснил: — Твоя финальная атака, судя по всему, сломала мир и что-то сделала с эфиром.

— Что именно?

— Понятия не имею, — пожал плечами Здец, — я не на много раньше тебя очнулся.

— Ты тоже был без сознания?! Это как вообще? — ошеломлённо, но с подозрением произнёс Грин, не до конца веря его словам – слишком уж неординарной сущностью был Здец.

— Телепортация, знаешь ли, не очень приятная штука. Нас перемололо до состояния свободных частиц информации и потом пересобрало где-то в другом месте. Фактически, мы перестали существовать на какое-то время, — с равнодушием в голосе пояснил Здец.

— Сколько мы «не существовали»? — спросил Грин, чувствуя нарастающую панику и оглядываясь более внимательно – вдруг они пропустили тысячи лет, и вся планета давно превратилась в безжизненную пустыню?

— Понятия не имею. Найди кого-нибудь и спроси сегодняшнюю дату, — с хитрой улыбкой ответил Здец.

Он откровенно врал – его истинная форма существования была за гранью влияния подобных мелочей, но человечку нельзя подавать всё на блюдечке, иначе у него не будет цели, а следовательно, и смысла в жизни.

Да, исчезновение магического тумана было обусловлено не самой подкорректированной атакой, а тем, что он заложил в неё функцию. Теперь все живые существа поглощали эфир и накапливали его в костях, не прилагая к этому никаких усилий.

Поголовное владение магией должно подстегнуть людей к бесконечным войнам и, как следствие, к вынужденному эволюционному скачку и усилению инстинкта размножения, чтобы быстрее замещать выбитых особей. Это, в свою очередь, поставит перед ними нетривиальные задачи по сохранению потомства, а всё это вместе, создаст много интересных возможностей, на которые может клюнуть главная цель.

Грин забрался на вершину бархана и огляделся. Пески простирались до горизонта во все стороны, насколько хватало взгляда, и не было даже намёка хоть на какое-нибудь поселение.

Как назло, солнце было в зените, и определить стороны света не представлялось возможным, но даже если знать направление, то куда ему идти и что делать дальше? Мир пока существовал, в теории, а значит, ещё есть шанс одолеть Михана и спасти всех людей, опять же, если они ещё существуют…

От размышлений его оторвало громкое, свистящее шипение. Повернувшись на звук, Грин увидел как из песка неподалёку вылезает огромное, шагов десять в длину, существо, покрытое твёрдым, тёмно жёлтым панцирем.

Его большая пасть, окружённая мощными, зазубренными жвалами, распахнулась, и оно пронзительно засвистело-зашипело. Но самым страшным было то, что его полностью покрывало бледно-жёлтое свечение.

— Что это за дерьмо?! — воскликнул Грин, спрыгивая с гребня бархана и скользя по песку вниз.

— А мне почём знать?! — искренне удивился Здец. — Это же ваша фауна, местная.

— Я знаю, что это за животное! — рявкнул парень, поворачиваясь лицом к угрозе и зажигая над рукой плазменный шар: — Я спрашиваю – почему у него аура потоковой магии?!

— Дебильное название, — хмыкнул Здец и ответил уже по существу: — Понятия не имею…

Услышать другого Грин и не ожидал, поэтому решил разобраться в вопросе самостоятельно, предварительно разобравшись с песчаным визгуном.

Раскалённая сфера полетела в жуткую морду, едва высунувшуюся из бархана, и взорвалась, расплескав по округе фиолетовое и вонючее содержимое головогруди визгуна.

Грин удовлетворённо кивнул – противник не сильно отличался от описания в книгах, но видимая аура беспокоила его не на шутку. Опасения перешли в разряд озабоченности, когда он подошёл к поверженному визгуну и почувствовал, как магическая энергия перетекает от монстра к нему.

— Понятно… — неожиданно произнёс Здец, — Повышение атмосферного магического давления заставляет энергию перетекать в локальные зоны разряжения, коими являются живые существа.

— Она что, впиталась во всех? — на всякий случай уточнил Грин, и без того поняв, что Здец имеет в виду.

— Вроде того… — подтвердил тот и сразу рассмеялся со словами: — Зато теперь у тебя появилась реальная причина стать сильнее!

— Что? — удивился парень, уже и так имеющий несколько причин стать сильным.

— Ну смотри, — хихикнул Здец, — ты его убил и получил его энергию. Надеюсь тебе не надо объяснять что́ даёт оболочка из энергии?

Грин утвердительно кивнул, понимая, что речь идёт о физической силе, регенерации, выносливости, и ещё целой куче невероятных возможностей.

— А теперь, — продолжил Здец, — если вспомни социальное устройство своей страны, то без труда поймёшь, что всех слабых просто убьют ради энергии.

— Серьёзно? — уточнил Грин, вдруг осознавший, что ему особо-то и не по кому тосковать, кроме Пака и Лейны, но те, он был уверен, не пропадут. Ещё может брошенных в приютах детей и бедняков, но то было очень абстрактное чувство.

— Да хер его знает, — пожал плечами Здец, видя реакцию парня, и добавил: — Я, как бы, вместе с тобой нахожусь и бесплотным духом-извращенцем по миру не летаю. Да и параллельно мне на человеков – я за веселье! Кстати, весело будет сейчас …

В подтверждение его слов со всех сторон раздался шипящий свист – из ближайших барханов, с разных сторон, вылезло целых семь визгунов. Каждый их них имел тонкий покров бледно-жёлтой ауры свечения.

Не совсем понимая, что Здец имел в виду, Грин непринуждённо швырнул пару плазменных шаров и два ближайших визгуна взорвались вонючими ошмётками. Ещё четыре броска и ещё четыре раскуроченных туши замерли на песке.

За последним визгуном Грин решил понаблюдать и тот в полной мере подтвердил предположение парня – вместо атаки, он подполз к мёртвым собратьям и стал поглощать энергию.

Вскоре он закончил и замер в нерешительности – то ли атаковать человека, то ли уползти с добытой энергией. Грину показалось, что толщина светящегося покрова последнего визгуна увеличилась, хоть и незначительно.

Жажда новых знаний вновь проявила себя, и парень вытянул руку в сторону животного, выпуская чистую энергию с кончиков пальцев. Как он и предполагал, визгун стал жадно поглощать энергию, подбираясь всё ближе и ближе.

В какой-то момент зверя обуяла жадность и он неуклюже набросился на человека, но тот ожидал чего-то подобного и тонкий покров синего сияния резко раздался в стороны, окутывая парня бушующими синим пламенем.

Визгун резко затормозил, сложил все жвала и медленно стал отползать назад, издавая странные фыркающие звуки. Но стоило ему попытаться спрятаться в песок, как раскалённая сфера сорвалась с руки человека и мгновенно убила его.

Грин подошёл ближе и теперь задумчиво поглощал энергию, размышляя о новых реалиях. По всему выходило, что цвет покрова зависел от плотности энергии, а его толщина от объёма. Но, всё-таки, что имел в виду Здец?

— Ничего весёлого… — выдохнул Грин, сжал покров до едва заметной плёнки и зашагал прочь, поскольку визгуны живут большими колониями и могут приползать сюда бесконечно.

— Да ладно? — деланно удивился Здец, натягивая одну из своих ехидных ухмылок: — А как же «Весёлый счёт для детей младшего дошкольного возраста»?

— Спасибо, — хмыкнул Грин, — я умею считать до семи.

— Что, и даже умножать умеешь?! — восхищённо воскликнул Здец, — И делить?!

— Представь себе, — улыбнулся Грин, воспринимающий этот диалог как нечто уже привычное и даже получая некоторое удовольствие, когда удавалось остроумно поддеть демона.

— Я ж проверить могу! — прищурился Здец.

— Ну проверяй, — самоуверенно заявил Грин, взбираясь на вершину бархана.

— Хорошо, — с хитрой усмешкой произнёс Здец, с предвкушением потирая руки, — сложи объём энергии из восьми жуков и вычти оттуда восемь объёмов энергии плазменной сферы.

Грин застонал от внезапного осознания простого факта, что он потратил большое количество энергии, а взамен получил «ничего». Материалы с визгунов были самые простые и особо не ценились, но, другой стороны, он получил довольно ценную информацию.

Стоя на вершине бархана, обдуваемый горячим ветром, юноша вздохнул, выбрал наугад направление и прыгнул на следующий песчаный гребень, находящийся в сотне шагов, а потом на следующий, и на следующий… Энергии это отнимало немного, но сильно экономило время.

Вскоре барханы стали совсем низкими и вид ровной пустыни ещё сильнее нагонял тоску и уныние. И когда вдалеке показалось какое-то нагромождение камней, Грин с радостью изменил курс и направился туда.

И когда он подобрался достаточно близко, то почувствовал всплески магической энергии.

— Как говаривал мой дед: «Если хочешь приключений на жопу, то иди прямиком к самому заметному ориентиру посреди пустыни!», — громко прокомментировал Здец осторожные движения Грина, крадущегося к остову некогда высокой стены.

Тот его не слушал, поскольку всё его внимание было сосредоточено на приглушённых криках и на движении эфира.

Осторожно выглянув из-за крайнего булыжника, Грин увидел, что когда-то стена окружала большую группу строений, от которых ныне остались только руины. Возможно это был древний город или огромный дворец, но сейчас, в самом центре, расчищенном от крупных обломков, находилась разноцветная стоянка кочевников.

Разномастные полотняные шатры и палатки располагались большим кру́гом, в центре которого сражались двое полуголых, смуглых подростков. Взрослые мужчины давали советы, смеялись и всячески подначивали юных воинов племени.

Неподалёку от импровизированной арены женщины готовили еду в больших котлах, прочая молодёжь обоих полов кормила ездовых ящерообразных и, как могла, помогала старшим. И только сморщенные старики сидели на подушках в тени натянутых полотен, курили, что-то пили и взирали на всех с одобрением.

Но самым главным было то, что всех их окутывала аура потоковой магии от бледно жёлтой, до светло зелёной.

— Выглядят мирно, — сам себе прошептал Грин.

— И бедно, — поддакнул Здец, — взять с них нечего, поскакали дальше.

— А информация? — удивился Грин. — Нужно хотя бы узнать, сколько мы пропустили.

— Ну пойди, спроси, — хмыкнул Здец.

Грин в раздумьях закусил губу – он не знал их языка, но тут надеялся на помощь Здеца. Другим вопросом было их отношение к чужакам, но парень здраво рассудил, что в случае опасности без проблем справиться со всеми. Так что он принял максимально дружелюбный вид, оправил разорванную одежду и твёрдой походкой направился к кочевникам.

Его заметили сразу, как только он пересёк границу стены.

К облегчению Грина, никто не хватался за оружие, не магичил в его сторону и вообще кочевники выглядели больше заинтересованными, чем агрессивным.

На всякий случай, он выставив руки перед собой и выдал самую дружелюбную улыбку, на которую был способен. Никто из жителей пустыни не двинулся с места.

— Здравствуйте, я мирный путник и не причиню вам вреда! — как можно громче и дружелюбнее произнёс Грин.

— Ля, чувак, — заржал в его голове Здец, — если бы они тебя понимали, то напряглись бы! Это ж охренеть как странно слышать подобное от одинокого дрища-оборванца, когда он говорит это полусотне здоровенных мужиков!

После этих слов Грин немного напрягся, но тут один из стариков призывно махнул рукой и всё стойбище, заулыбалось, заголосило и стало жестами подзывать парня.

Его приняли радушно. С улыбками усадили на подушку в тени, сунули в руки миску с остропахнущим мясом, а кто-то из детей приволок целый кувшин душистой ледяной воды, настоянной на каких-то травах.

Кочевники дождались, пока гость доест, напьётся и только после этого старейшина обратился к нему на странном, гортанном языке.

— Может переведёшь? — спросил Грин у Здеца, продолжая вежливо улыбаться и всем своим видом выражать заинтересованность в словах старика.

— Может и переведу, — кивнул Здец, — а может и нет… Есть у тебя циливилизационно-дикарский разговорник?

— Э, нет, — приуныл Грин, — я думал, что ты все языки понимаешь…

— В принципе да, но для этого мне нужна душа того, с кем нужно говорить. Пригласи его в свою голову для беседы, — Здец засмеялся, — способ сам выбери.

— Ой, да пошёл ты! — отмахнулся он него Грин и обратился к старейшине, дублируя слова жестами: — Я вас не понимаю, извините.

Старик пристально посмотрел в его глаза и махнул рукой, подзывая одного из мужчин. Что ему сказал и тот удалился, чтобы через пару минут вернуться со странной обнажённой девушкой.

— О, — потёр руки Здец, — кажись это для нас!

Грин не ответил. Он с интересом разглядывал белокожую, большегрудую красотку с потухшим взглядом. Она не обратила на него ни малейшего внимания, не просила о помощи и выглядела совершенно безразличной, но не страдающей или несчастной.

— Откуда ты, юноша, и что приключилась с тобой в благословенной Пустыне? — произнесла девушка, переводя слова старейшины.

— Я пришёл оттуда, — махнул рукой за спину Грин, — на меня напали песчаные визгуны и сильно потрепали.

Девушка послушно перевела слова парня и старейшина тут же подозвал женщину, что-то её приказав. Через минуту та вернулась с чашкой дымящегося напитка.

— Выпей этот отвар, он поможет восстановить силы и залечит раны, — объяснила переводчица, безэмоциональным голосом.

— Спасибо! — Грин кивнул и принялся за обжигающий, терпкий напиток, под дружелюбным взглядом улыбающегося старейшины.

Внезапно он почувствовал, как его тело немеет, а сознание проваливается в тёмную бездну, не сумев зацепиться за внутреннее пространство с сидящим там, улыбающимся Здецом:

— А я уж было испугался, что мир стал совсем другим, — усмехнулся тот.

Это последнее, что запомнил парень, перед тем, как тьма полностью поглотила его.

Глава 35

Грин, парящий в бесконечной пустоте собрал волю в кулак и попробовал вернуться. Он ощутил, как его куда-то тянет со страшной силой и мгновение спустя, осознал себя в знакомой обстановке.

— Что произошло? — спросил он у улыбающегося Здеца, оглядывая пространство внутреннего мира, где клубился странный туман.

— Тебя поработили – замени сознание каким-то суррогатом, — ответил демон и указал на туман, который обтекал большую шарообразную область вокруг него.

В этом тумане Грину померещился человеческий силуэт с горящими глазами, а картинка за окном двигалась – его тело что-то делало.

— Ничего не понимаю, — вздохнул Грин, — они же выглядели такими дружелюбными!

— Ага, — усмехнулся Здец, — и что будешь делать?

Вместо ответа, Грин просто разорвал мыслью вскрикнувший туман и вернулся в реальный мир. Тут прошло немного времени, с момента его отсутствия и для начала парень окутал себя синей аурой и мгновенно сжёг смуглого кочевника, снимавшего с него одежду.

После этого он вышел из шатра и отыскал взглядом старейшину. Никто не успел ничего понять, когда плазменный шар разорвался и не оставил от старика даже праха.

Но воины среагировали быстро и, окутанные сиянием потоковой магии, бросились на Грина врукопашную!

Не желая тратить время на аборигенов, парень мгновенно заморозил площадь всего лагеря. Наступила тишина.

Хрустя образовавшимся под ногами инеем, Грин обошёл стойбище и нашёл ту девушку-переводчицу, так же замороженную. Он слегка подогрел её голову и впился в оттаявшие губы глубоким поцелуем.

— А снизу не будешь размораживать? — хихикнул Здец. — Очень удобно, однако!

Парень проигнорировал его шуточки и затащил душу девушки в своё сознание, чтобы узнать о времени, прошедшем с момента его телепортации. К сожалению, он получил только такую же сущность из тумана, которую сразу уничтожил.

Внезапно ему пришла в голову интересная мысль и попробовал вытянуть энергию из замороженных кочевников. Но, поскольку они были ещё живы и в сознании, то он собрал только крохи от старейшины, сожженного мужика и переводчицы, которая была безвольной куклой.

— А интересно получается, — произнёс Здец, — что нельзя собирать энергию с разумных против их воли. Но решение изящное, ничего не скажешь.

Грин никак не ответил на это. Он смотрел в ясное небо и прикидывал высоту прыжка, чтобы попытаться с высоты разглядеть какой-нибудь город и немного жалел, что подобная идея не пришла к нему раньше.

Когда он прыгнул вверх и немного в сторону, кочевники поспешили освободиться от ледяных оков и теперь с благоговейным ужасом смотрели вслед жуткому юноше. Но долго отвлекаться они не могли, поскольку были дела поважнее – взрослые мужчины выхватили кривые ножи, чтобы договориться о том, кто станет новым старейшиной.

— Почему он всё ещё не уничтожил мир? — внезапно спросил Грин, когда достиг верхней точки прыжка и вгляделся в горизонт.

— А я почём знаю?! — удивился Здец, — Я же говорю, что он безумен. Может он решил сделать это особо изощрённым способом?

— Может, — кивнул Грин, — а может, ты меня обманываешь…

— А вот сейчас обидно было! — насупился Здец. — Я для не него… А он!..

Парень мягко приземлился на песок и замер, не ответив. Всё это было очень странно – если прошло много времени, то почему Михан ещё не уничтожил мир? Или он изначально не собирался этого делать?

Грин раз за разом прокручивал в голове их с Михом диалог, и с каждым разом всё становилось более неочевидным. В любом случае всё придётся выяснить самому.

Солнце уже клонилось к закату, поэтому Грин сумел сориентироваться и выбрать направление в сторону обитаемых земель. Он закрутил энергию вокруг себя, чтобы собрать хоть какие-нибудь крохи эфира по пути и стал двигаться длинными прыжками.

К середине ночи пустыня сменилась каменистой степью, а вскоре он перепрыгнул реку и уже шагом направился к довольно крупному городу с небольшим речным портом.

Несмотря на глубокую ночь, тут кипела жизнь. Торговцы торговали, зазывалы приглашали в питейные заведения, а легкодоступные женщины демонстрировали свои достоинства и предлагали незабываемо провести время.

Сперва это показалось несколько странным, но Грин быстро понял, в чём дело – бледные ауры потоковой магии периодически появлялись вокруг разных людей. Он по себя знал, что активированный покров даёт физическую подпитку телу и оно не нуждается во сне и еде.

Парень внимательно прислушивался к речи разных людей, пока не услышал знакомый язык от одного из торговцев копчёной рыбой.

— Здравствуйте, вы не могли бы сказать – какое сегодня число? — обратился к нему парень, когда очередной клиент ушёл с покупкой.

— Шестнадцатое, — ответил торговец, с подозрением оглядывая странного юношу.

— А год и месяц? — уточнил Грин.

— А ты купи вот этого чудесного пуса и тогда я отвечу, — улыбнулся торговец.

Юноша с сомнением посмотрел на фиолетого-зелёную рыбину, на которую указал мужик, и покачал головой:

— У меня нет денег, не единой монеты. Простите.

— Что?! — сильно удивился торговец и засмеялся: — Парень, из какой пещеры ты вылез? Монеты уже лет пять как стали историей! Ой рассмешил… За это я сделаю тебе скидку и отдам этого чудесного пуса за шесть капель эфира.

— Пять лет? — потрясённо прошептал Грин.

— Да стопудово больше прошло, — хмыкнул Здец, — ты спроси его напрямую – когда все стали покровом пользоваться. Я больше чем уверен, что было время смут и революций.

— А как давно у всех появилось это свечение вокруг тела? — спросил Грин, последовав совету.

— Странный ты, — прищурился торговец рыбой, — иди-ка отсюда!

Грин ощутил нарастающую злость – неужели так трудно ответить на простой вопрос? Можно конечно схватить его за глотку, оторвать руки и ноги, после чего спросить ещё раз, но юноша медленно выдохнул и произнёс:

— Я заплачу, если ты объяснишь – как. Мне просто нужна информация. Я долго был в пустыне и многое пропустил.

— За сто капель я готов рассказать тебе всё! — рассмеялся торговец.

— Хорошо, — пожал плечами Грин, — что за капли?

— Смотри, — торговец подмигнул ему и соединил большой палец с указательным, будто выдавливая что-то из последнего. Там появилась небольшая искрящаяся капелька, которая сорвалась вниз, но мужик ловко подхватит её на ладонь, где она мгновенно впиталась в кожу.

Юноша почувствовал в этой капле чистую энергию и всё понял. Он вытянул руку и повторил жест торговца. Сверкающие капли падали одна за другой и удивлённый торговец только успевал их ловить.

— Сто, — коротко произнёс Грин и уставился на потрясённого торговца, ожидая выполнения договора.

— Да, — поспешно кивнул тот и начал рассказ.

По всему выходило, что прошло около пятнадцати лет, с того момента, как они подрались с Михом в академии. Привычные магические конструкты в один миг перестали работать и люди, вне зависимости от происхождения и достатка, обрели умение воплощать свои желания с помощью магии.

Разумеется, всюду вспыхнули мятежи и начался передел власти. Влиятельным семьям потребовалось больше десяти лет, чтобы договориться между собой и навести порядок.

— Подожди, — перебил торговца Грин, — разве простые люди не смогли взять власть в свои руки и построить справедливое общество?

Торговец обидно засмеялся, а вместе с ним заржал Здец. Парень насупился и ждал, пока хоть кто-то объяснит ему, что тут такого смешного.

— Наивный чукотский юноша, — Здец первым снизошёл до объяснений, — ты реально думаешь, что человеки вот так запросто могут договориться между собой? Сам-то ты много разговоров вёл перед тем, как убить кого-нибудь?

— Ох, парень, забавный ты, — отсмеявшись произнёс торговец, — люди и взяли власть у царей и императоров, только это были правильные люди. А крестьяне как были ни с чем, так и остались, разве что пахать при помощи магии стало легче, да аристократы больше не лютуют – ведут себя пристойно, законы чтут. Да и законы стали справедливее, жёстче, но справедливее. Вот например украдёшь ты у меня рыбу, а я могу тебя убить с чистой совестью.

— А если не сможешь? — недобро прищурился Грин.

— А не смогу сам, так стражу позову, — примирительно поднял руки торгаш.

— Допустим, — кивнул Грин с суровым видом, — а если и они не смогут?

— Ну не они, так спецотряд лорда тобой займётся, — пожал плечами торговец.

— А если лорд рыбу украдёт? — спросил Грин склонив голову набок. — Его тоже убьёшь?

— Разумеется, — без тени иронии ответил торговец, чем ввёл парня в замешательство, — другое дело, что он не станет этого делать. И не от того, что не может, а от того, что это слишком мелко.

— Ты так спокойно говоришь об убийстве лорда в оживлённом месте? — искренне удивился Грин.

— Эй, народ! — внезапно крикнул торговец так громко, что парень даже вздрогнул. — Как наш лорд? Справляется?

— Так себе. Да нормально. Сойдёт… — раздалось ему в ответ со всех сторон, под смех и недоумённые взгляды прохожих.

— Вот видишь, — улыбнулся мужчина, — лордам выгодно, чтобы население было довольно в большей своей части.

— Ну охренеть теперь! — расстроено выдохнул Здец. — И против чего нам теперь вести священную войну?

— Значит ты всё-таки соврал и Мих не собирался уничтожать мир? — строго спросил Здеца Грин.

— Хотел, не хотел – какая теперь разница?! — зло огрызнулся Здец. — Ты сам-то чего хотел, когда силу просил?

— Я… — протянул парень и задумался. Сперва он мечтал, чтобы его не травили, потом мечтал отомстить, но всё это уже свершилось, а радости нет. — Я хотел стать кем-то, кого запомнят, хотел оставить след в истории.

— Ну так в чём проблема? Скажи всем, что это ты изменил магические законы и привёл мир к нынешнему состоянию! Уверен, тебя поднимут на руки! — улыбаясь сказал Здец и добавил, пожимая плечами: — Или на вилы.

— Как бы то ни было, — сказал торговец, видя, что парень молча стоит в задумчивости, — благодаря Михану Фатуму наш мир шагнул в новую эру!

— Что? — с глупым выражением лица спросил Грин, а Здец заржал как полоумный и даже упал, начав кататься по полу во внутреннем мире парня.

— Ты и про божественного Михана Фатума не знаешь? — искренне удивился торговец. — Это ведь он изменил магические законы, чтобы победить божественное безумие, которое проникло в наш мир!

— Какого хера?! — возмутился Грин. — Вообще-то это был я!

— Парень, это опасные слова! — прошипел торговец, уже жалея, что ввязался в разговор со странным парнем.

— Хера у тебя самомнение, сопляк! — одобрительно хмыкнул Здец.

— Не притворяйся! — рявкнул на него Грин. — Я прекрасно помню тот миг, когда ты изменил мою последнюю атаку!

— Внезапно… — почесал затылок Здец, будучи полностью уверенным, что пацан ничего не заметил.

— Она бы убила только магов, вместе со мной и всем стало бы легче жить!

— Что ты несёшь, балабол? — удивился Здец. — Ты же обосрался и это не походило на акт самопожертвования!

— Не твоё дело, как я обосрался, — огрызнулся Грин, — но теперь мир стал лучше и это моя заслуга!

— Памятник себе хочешь, задрот? — усмехнулся Здец.

— Да, хочу! — рявкнул на него Грин и тут же заорал на торговца: — Это я изменил законы магии! А Михан кусок лживого говна! Даже если ему приписали мою заслугу, то он должен был всё объяснить!

Рынок внезапно затих и все взгляды скрестились на парне. Он стоял, тяжело дыша и сжимая кулаки от переполнявшего его праведного гнева. Торговец рыбой поспешил спрятаться под прилавок, когда замети патруль, спешащий в их сторону.

— Ни с места! Ты арестован за осквернение имени божественного посланника Михана!

— Хера се, — изумился Здец, — ещё внезапней!

— Ах вы уроды! — не на шутку взъярился Грин и тринадцать парящих колон возникли позади него, а сам он окутался густым синим сиянием.

Над небольшим городом тут же поднялся ураганный ветер, и огромная магическая воронка стала буквально высасывать эфир из всего, что было поблизости. Люди закричали и стали в панике разбегаться в разные стороны – подальше от этого монстра.

Грин медленно отрывался от земли и взлетал. Вокруг него били молнии, бушевал огонь, а его глаза были чернее самой тьмы.

— Жалкие ублюдки! Я тот, кому вы обязаны всем! — громогласно взревел юноша, и голос его был усилен магией в сотни раз.

Жуткий ураган срывал навесы, крушил прилавки и поднимал кричащих и беспомощных людей в воздух. Те из них, кто не успел убежать, падали на колени и выли о пощаде.

Здец одобрительно хмыкнул – человеческая плоть слаба, а самомнение ещё слабее. Пусть так, пусть жаждет славы – главное втянуть в противостояние куратора Михана, а там видно будет. В конце концов, это тоже довольно весело.

Пока Грин пугал народ своим величием и магической мощью, лорд этих поспешил прибыть самолично, со спецотрядом. Патрульные как могли, объяснили ситуацию, а неравнодушные и крайне напуганные жители дополнили рассказ деталями.

Лорд не на шутку озадачился, выхватил из кармана кукумбер и быстро набрал номер советника.

— Слушаю, мой лорд, — раздался отчётливый голос мудрого старика из тонкой, золотой пластинки, с гравюрой огурца, надкусанного с трёх сторон.

— С кем бился божественный Михан в Святом Валсе? — сразу спросил лорд, неотрывно глядя на поднимающуюся над городом жуткую человеческую фигуру.

— Безумный Гринпис, предвестник забвения, — без заминки ответил советник и тут же спросил с напряжением в голосе: — Мой лорд, что случилось?!

— А как он выглядел? — спросил лорд, хмурясь всё сильнее. — Молодой и тринадцать красных колон за спиной, на манер крыльев?

— Да, мой лорд, вы довольно точно описали то, что говорят хроники… — тут голос осёкся и его следующие слова были полны ужаса: — Только не говорите, что магический шторм над городом…

Лорд отключил связь и потёр переносицу. Этого ему только не хватало – мало того, что его уже достали сановники церкви святого Михана, требующие возвести монумент, так в его городе ещё объявился и главный враг этого Михана.

В любом случае, жизни горожан дороже, а этот жуткий пацан умом явно не блещет, поэтому выход напрашивается сам собой.

Правитель земель окутал себя тёмно зелёным покровом, чтобы хоть как-то противостоять бушующей силе и поспешил к парящему демоническому подростку.

— Великий Гринпис, прости нас, ибо введены мы были в заблуждение лукавыми прислужниками Михана! — заорал лорд, чтобы перекричать рёв бури. — Мы смиренно просим твоего прощения, каемся и готовы воздать тебе почести по заслугам!

«А молодец, — подумал Здец, наблюдая за кричащим, худощавым человеком в костюме, — настоящий политик, далеко пойдёт!»

— Чё? — отозвался великий Гринпис, не расслышавший первой половины, из-за гудящей в ушах крови, а второй из-за того, что отвлёкся, когда нащупал «жидкий эфир», как говорил Здец.

— Грешны мы и просим прощения! — надрывался лорд, одновременно отплёвываясь от набивающегося в рот мусора.

— Они признают твои заслуги и хотят выразить почтение, если ты простишь их за неведение, — перевёл парню Здец. — Я бы согласился. Они же реально не в курсе тех событий, а в уши им могли нассать что угодно.

— Мне вот так просто согласиться? — недоумённо ответил демону Грин.

— Ну можешь сложно согласиться, — хмыкнул тот, — девственниц там потребуй на алтарь или овец – в зависимости от личных предпочтений.

— Да пошёл ты, — отмахнулся от него парень, чувствуя, как злоба уходит.

— Великий Гринпис, каков будет твой ответ? — проорал местный лорд и бухнулся на колени, жестом призывая всех сделать то же самое.

— Да, — ответил великий.

— Что «да»? — на всякий случай уточнил лорд, зыркая из коленопреклоненной позы..

— Я принимаю ваши извинения, — провозгласил Грин и буря вмиг утихла.

Но утихла исключительно потому, что он нащупал путь к эфиру, и такая огромная воронка стала попросту не нужна. Однако местные истолковали это на свой лад и через пару минут перед спустившимся юношей поставили на колени пять человек в балахонах, украшенных белыми крыльями.

— Это кто? — уже спокойно спросил Грин.

— Еретики! — прокричал лорд и под ободрительный рёв толпы обезглавил всех одним ударом.

— Э… — протянул Грин, не зная как на это реагировать.

— Придурок, пафосно кивни и одари их чем-нибудь охренительным! — рявкнул Здец на растерянного пацана. — Не знаю, фонтан эфира тут им поставь…

Грин рассеяно кивнул, потянулся к источнику магии и на глазах изумлённой толпы из земли поднялся довольно большой, магический монумент, белоснежного цвета, напрямую соединённый с энергией второго порядка.

Все, кто был поблизости, ощутили, как тонкий поток чистой энергии разливается по округе. Это было сродни божественному откровению и все, включая лорда, уже искренне рухнули на колени.

— Красавчик, — одобрительно хлопнул в ладоши Здец, — только почему именно такая форма?

— Не знаю… — смущённо ответил парень, — хотелось что-то знаковое, и на ум, почему-то, пришла первая сила, которую ты дал.

— Это так мило! — растроганный Здец смахнул скупую слезу, и с гордостью смотрел на шестиметровый, сверкающе-белый кулак, с оттопыренным в небо средним пальцем.

Глава 36

Лорд Крейн сидел за обеденным столом, держался за голову и думал, за какие такие грехи он заслужил себе на голову этого пацана, сидящего сейчас напротив.

Пришлось экстренно уводить его в свой дом, а вокруг монумента выставлять охрану, под предлогом подготовки к строительству храма. Мелкий говнюк в один миг обрушил всю экономику города своей выходкой, создав, по сути, источник денег. И это было отнюдь не самое плохое.

Пройдёт совсем немного времени и сюда нагрянут боевые отряды соседей, вольные бойцы и просто жаждущие силы. А у него слишком мало солдат – их едва хватает на поддержание порядка в городе и сдерживания кочевников пустыни.

А самое дерьмовое в этой истории было то, что поток эфира от монумента, по предварительной оценке, был жалок, но людская молва представит всё так, словно тут изливаются водопады энергии и вообще земля обетованная.

Он ведь подмял под себя этот нищий город только по причине его отдалённости. Он устал от бесконечной грызни между могущественными семьями за территории и человеческие ресурсы, ведь чем больше источников притяжения сконцентрировано в одном месте, тем сильнее они притягивают эфир. Именно поэтому в окрестностях этой проклятой пустыни была такая низкая концентрация энергии и она никого не интересовала.

У него есть в запасе неделя, может две, чтобы найти решение для спасения города и своей власти в нём. Крейн потратил слишком много сил и средств, чтобы сделать эту территорию пригодной для нормальной жизни и не собирался отдавать её просто так. В крайнем случае он умрёт, сражаясь за своё детище.

И ведь не скажешь этому идиоту в лицо, что он всё испортил – обидится и разнесёт вообще всё. Придётся действовать осторожно и выказывать ему всяческую поддержку, пока не представится шанс избавиться от него или взять под контроль.

Вот же мелкий говнюк…

— Ну что, дебилушка, чувствуешь себя великим благодетелем? — ухмыляясь спросил Здец, наблюдавший за кислым выражением лица лорда, который последние пару часов пытался изображать дружелюбие.

— Да, — серьёзно ответил Грин, — ты видел, как обрадовались люди?

— Угу, — кивнул Здец, — а тебя не смущает, что ты, по сути, создал бесконечный фонтан из денег?

— Так это же хорошо – каждый сможет позволить себе всё, что захочет!

— Ну это да, — рассмеялся Здец, — хорошо быть наивным ребёнком, который не знает таких страшных слов как «обесценивание труда», «эмиссия» и «инфляция».

— Ты можешь нормально объяснить? Без своих иномирных словечек! — сердито произнёс Грин, разозлившись на «ребёнка», но понявший по тону Здеца, что есть какая-то проблема.

— А чего тут объяснять? — удивился Здец. — Всё же хорошо! У всех много денег, всё можно купить, ничего не надо делать.

— Я понял, — вздохнул парень.

— Да нихрена ты не понял, — засмеялся Здец. — Если бы это были просто деньги, то фиг бы с ними. Но тут мы имеем дело с усовершенствованной системой прямого бартера, с жесткой привязкой к самому важному ресурсу. Деньго-ресурс я бы сказал. Из эфира можно создать всё что угодно, в том числе и пищу, а значит, ты создал самый настоящий макгаффин, который захотят все!

— И что делать? — вздохнул Грин, не до конца поняв слова Здеца, но догадавшись, что от его творения будет куча проблем. — Сломать его?

— Понятия не имею, — веселился Здец, — спроси вон, у лорда, может он ему нужен.

Грин отложил вилку в сторону, отпил лёгкого вина из бокала и прочистил горло, отчего лорд вздрогнул и поднял на него растерянные глаза.

— Лорд Крейн, — как можно более величественно заговорил Грин, вращая ножку бокала между пальцами, — по поводу монумента – что скажете?

— О, — Крейн вымученно улыбнулся и постарался изобразить восторг на лице, — великолепный монумент! Такой изысканный и такой могущественный! Мы очень признательны за такой щедрый дар!

— И вы не собираетесь от него избавиться? — подозрительно прищурился Грин, пытаясь оценить, насколько понимание экономики Крейном соответствует тому, что сказал Здец.

— Ни в коем случае! — с жаром заявил лорд, боясь немедленной расправы со стороны парня, если тому вдруг покажется, что он не испытывает благодарности.

— Вот как... — озадаченно проговорил Грин вслух и обратился к Здецу уже слегка злорадным тоном: — Вот видишь, лорд не видит тут проблемы!

— Точно, — расхохотался Здец, — раз они так рады ему, то предложи поставить ещё парочку. Уверен, он будет просто счастлив, да и десяток факов вокруг города будут смотреться шедеврально!

Грину эта идея тоже показалась неплохой, ведь тогда приток эфира будет выше и даже ему станет проще. Но кроме этого, он испытывал небольшое чувство вины за то, что причинил некоторые разрушения в городе, поэтому видел в этом возможность частично извиниться за содеянное.

Он постучал пальцами по столу, прикидывая затраты эфира на новые монументы и кивнул сам себе, после чего обратился к лорду:

— Тогда сами выберите места для других монументов.

— Других?! — простонал Крейн, чувствуя слабость в кишечнике.

— Да, — с каменным лицом кивнул Грин, чтобы казаться более серьёзным и суровым, — думаю, ещё пяти будет достаточно. Так мы охватим больше пространства.

— Уважаемый Грин, — заговорил лорд, стараясь держать голос ровным и не показывать паники, что может быть истолковано как неуважение, — город и без того безмерно вам благодарен и готов следовать вашему учению. Одного монумента будет вполне достаточно!

— У тебя есть учение?! — опешил Здец.

— Какое учение? — переспросил удивлённый Грин у лорда.

— Ну… — замялся Крейн, стремительно бледнея лицом и жалея, что вообще затронул эту тему. Советник упоминал что-то такое, но полное описание так и не предоставил, сославшись на скудные источники информации. Пришлось выкручиваться наудачу: — Мы слышали о нём, но проклятые служители культа Михана уничтожили все документы. Может быть, вы передадите его нам? Из первых рук, так сказать.

«Боги, что я несу?!» — билась истеричная мысль в голове лорда.

— Э… — Грин был крайне обескуражен подобной просьбой, поскольку понятия не имел о чём речь. Но отступать было некуда! Раз людям нужно его учение, то его придётся придумать и он ответил: — Да, но чуть позже. Вы уверены, что одного монумента будет достаточно?

— Да, да! — тут же воскликнул лорд и плотно закрыл рот, чтобы не получить ещё какой-нибудь «щедрый дар».

— Хорошо, — кивнул Грин, немного разочарованно, отчего Крейн напрягся, — но я хочу помочь городу, может быть, у ва́с есть идеи?

— Не стоит беспокоиться, всё прекрасно и вообще… — внезапно лорд осёкся и посмотрел на юношу уже совершенно другим взглядом. — Скажите, уважаемый Грин, цвет вашей ауры синий, как и у Михана, но среди людей встречаются только желтые и зелёные – это ведь показатель плотности эфира?

— Вроде того, — уклончиво ответил Грин.

— А фиолетовый – это плотнее синего? — спросил лорд, даже слегка подавшись вперёд.

— Да, — без задней мысли ответил Грин и пояснил: — Градация идёт такая: желтый, синий, красный. Зелёный, это между жёлтым и синим, афиолетовый, это между синим и красным.

— Дело в том, что ходят слухи о монстре в пустыне с фиолетовой аурой, я подумал, что вы подскажете нам что-нибудь.

— Как он выглядит? — тут же встрепенулся Грин, мгновенно подумавший о Милионе.

— К сожалению, — лорд изобразил на лице максимально возможную скорбь и безысходность, — вблизи его никто не видел – все боятся. Из-за него не ходят караваны.

— Чёт он чешет, какие ещё нахрен караваны? — усмехнулся Здец, зная, что парень его проигнорирует.

— Я проверю! — воскликнул вскочивший Грин, полностью оправдав ожидания Здеца и лорда. — Где искать?

— К утру я всё выясню, — лорд тоже вскочил со своего места, — пока отдохните и продумайте план грядущей битвы! Найс, проводи высокого гостя в комнату и обеспечь всем необходимым!

Подошедший слуга поклонился Грину и повёл того на верхний этаж особняка.

Когда шум шагов стих, Крейн устало опустился на стул и закрыл лицо. Его руки дрожали. Сзади тихо подошли советник и глава службы безопасности.

— Мой лорд, вы уверены? Ведь это не более чем слухи… — осторожно произнёс глава службы безопасности.

— Да плевать, — Крейн вздохнул и положил руки на стол перед собой, — выясни примерный район и подготовь карту. Пусть катится к демонам и сгинет там! В пустыне достаточно опасных животных.

— Это будет наилучший вариант, — кивнул старый советник. — Как быть с монументом? Мы определили объём источаемой энергии – примерно десять капель эфира в минуту.

— И из-за этих крох нас сотрут в порошок… — зло прорычал лорд и добавил спокойнее: — Организуй желающих приобщиться по сто человек, на один час или около того. Рассчитай всё так, чтобы люди не видели толка от него.

— Хорошая мысль, — согласился старик, — утром всё будет готово.

— Морт, я хочу, чтобы ты нанял охотников, как гарантию того, что он не вернётся из пустыни.

— На это потребуется некоторое время, — ответил глава службы безопасности.

— Не затягивай, — кивнул лорд и поднялся со стула, — на этом всё. Ночка выдалась тяжёлой и дальше будет только хуже.

Следующим утром, за завтраком в компании лорда, Грину вручили карту пустыни, где в центре была отмечена приличная область. Крейн был максимально вежлив и даже предложил взять с собой отряд, но юноша отказался, сославшись на то, что они будут его задерживать.

Уже к середине дня он добрался до отмеченной на карте области и теперь задумчиво стоял на одинокой, неизвестно откуда тут взявшейся каменной колонне и обозревал унылые окрестности. Сухой, горячий ветер бросал мелкие песчинки в лицо и заставлял щуриться. Грин взглянул на карту.

— Где-то тут, — задумчиво произнёс он.

— Угу, — поддакнул Здец, — или где-то там. Скачи уже, сайгак. Или думаешь оно само придёт?

Грин не ответил. Бесполезная карта в его руках вспыхнула и мгновенно превратилась в пепел. Он совершил ещё около полусотни прыжков, прямо до центра области, где видели кого-то с фиолетовой аурой, и оказался посреди старого, разрушенного поселения.

Два десятка остовов стен, занесённых вездесущим песком, давно пересохший, обвалившийся колодец, да сухой куст – вот и всё разнообразие пейзажа.

Прыгая на месте, высоко вверх, он внимательно осматривал округу, но на фоне песка выделялись только пара крупных ящериц, да всё те же сухие кусты.

К вечеру ему это надоело, и он присел у разрушенной стены, сотворил воды, напился и ополоснулся. Казавшаяся хорошей, идея не оправдала ожиданий, и требовался новый план по поиску.

Поразмышляв некоторое время под крупными звёздами, Грин попробовал сформировать сеть щупалец из эфира, чтобы с их помощью почувствовать цель, но это оказалось слишком сложно и затратно. Вздохнув, он дотянулся до энергии второго порядка и стал увеличивать резерв.

Это была тонкая нить, тянущаяся с поверхности водной глади, но внезапно он почувствовал лёгкое колебание, словно прошла волна от брошенного камешка. Грин насторожился.

Он не мог определить направление, всё же это было нематериальное вещество, но близость источника возмущения чувствовалась очень хорошо. Продолжая напитываться энергией и следить за колебаниями эфира, он дождался ещё нескольких «всплесков».

— Здец, ты можешь определить, откуда идёт возмущение жидкого эфира? — обратился он за помощью к сущности.

— Могу, — пожал плечами тот и замолчал.

— Ну и? — нетерпеливо спросил Грин.

— Что «и»? Оно не «здесь», — ответил Здец и пояснил: — кто-то открывает портал.

— Откуда? — насторожился Грин и встал на ноги.

— Понятия не имею, — пожал плечами Здец, — Могу только сказать, где откроется.

— Ну так говори!

— Где-то тут.

— Где-то, это где? — начал закипать Грин.

— В пустыне, — ответил Здец, внезапно принявший жуткий облик и растянувший огромный рот в зубастом оскале.

В тот же миг поднялся ураганный ветер и задрожала земля. Огромные массы песка взвились в небо и видимость упала до нуля. Грин поспешно активировал покров, чтобы элементарно не задохнуться и изо всех сил подпрыгнул, чтобы оказаться выше бури.

Это оказалось ошибкой! Стремительные потоки воздуха потащили его вместе с песком и закружили по огромной окружности, вокруг невидимого центра урагана.

Сопротивляться ревущей стихии было практически невозможно, но Грин быстро нашёл выход и за его спиной раскинулись огромные, сияющие синим крылья, созданные из резервов эфира.

— Красиво, — одобрительно произнёс Здец и спросил: — А почему куриные?

— Только их видел вблизи, — ответил парень, чувствуя неловкость, но тут же спохватился: — Да какая разница, чьи они? Главное, что работают!

— Молодец, — рассмеялся Здец, — верный подход. Ну лети, кур, посмотрим на это безобразие с высоты птичьего помёта.

Вот только управлять крыльями, даже просто силой воли, оказалось совсем не просто и парня продолжало хаотично крутить вихрем, только с ещё большей силой – он просто не понимал физики полёта.

Пришлось уйти в себя и прослушать увлекательную лекцию об основах аэродинамики, перемежающуюся с обидными замечаниями. Зато, когда он вернулся в мир, спустя несколько десятков часов плотного, но всего лишь начального обучения, крылья послушно вынесли его над бурей и он смог разглядеть её око.

Там не было ничего, кроме огромного конуса образованного нанесённым песком.

Магозрение тоже оказалось бесполезным и Грин принял решение спуститься, чтобы рассмотреть поближе.

— Зиккурат закончен, повелитель! — жутко проскрежетал Здец, всё ещё пребывававший в облике монстра.

Не успел парень спланировать на конусообразный бархан, как тот взорвался изнутри, и перед глазами юноши предстала огромная, чёрная пирамида, со сверкающими вкраплениями на поверхности граней.

Прямо из одной из них вышло человекоподобное существо с небольшими крыльями, хвостом, рожками на голове и огромной грудью.

— Милиона! — радостно закричал Грин и коршуном спикировал на старую знакомую.

Та мгновенно окуталась фиолетовым свечением и подняла голову на звук. Она хищно прищурилась, а её хвост удлинился в несколько раз и в один миг захлестнул шею парня, заставляя того захрипеть от неожиданности и силы сжатия.

— Госпожа, — раздался грубый голос чуть в стороне, и Грин скосил туда вылезающие из орбит глаза, — не стоило вам идти первой.

К ним приближался рослый, широкоплечий и совершенно обнажённый мужик. Вот только он был тёмно-синего цвета, с широкой зубастой пастью и кожистыми крыльями за спиной. Его лысую голову украшали витые рога, покрытые шипами.

— Я сама решу, что мне делать, Аскоэт, — холодно ответила суккуба Милиона, бросив короткий взгляд на говорившего.

— Прошу прощения, — произнёс Аскоэт и поклонился.

— Твою мать, Милиона, это же я! — прохрипел Грин.

— Я вижу, что это ты, — неожиданно улыбнулась она, а её сверкающие глаза подёрнулись странным туманом, — это обнимашки!

Грин внезапно ощутил, как сухой и тёплый хвост Милиона стал вдруг склизким, и начал обвивать его тело полностью, забираясь под одежду и двигаясь вниз.

— О, — захохотал Здец, потирая когтистые лапы, — кажись БДСМ подвезли, лепота!

— Что ты делаешь?! — продолжил хрипеть Грин, тем не менее не решаясь использовать силу для освобождения, поскольку, склизкое щупальце сконцентрировалось исключительно в передней части его тела.

— Тише, — проворковала суккуба, прижимая лицо парня к своей обнажённой груди и гладя его по волосам, — давай насладимся этим моментом встречи, после долгой разлуки!

Грин был совершенно не против, но ему не хотелось быть ведомым, поэтому он активировал покров, чтобы хоть как-то начать доминировать.

Благодаря «силе юности», он смог сравняться по силе с Милионой, но это истощало его резервы, и вокруг поглощённых друг другом любовников возник настоящий магический шторм, закручивающий в себя энергию второго порядка.

— А мальчик то вырос, — всхлипнул Здец, принявший человеческий облик и смахивающий слезу умиления, — вона чё вытворяет…

Но Грин его не слышал. Он вообще не замечал ничего вокруг, полностью отдавшись страсти, и пришёл в себя только поздним утром, когда суккуба потеряла сознание от усталости. Теперь и его покров приобрёл сине-фиолетовый оттенок, в то время как цвет ауры Милионы стал ближе к красному.

Он сел на сотворённой кровати, огляделся и шокировано замер – его окружала целая толпа странных, человекоподобных существ! У всех были крылья в той или иной вариации, рога разных форм и размеров, но самое странное было то, что ни у кого из не было одежды, и это никого не смущало. Одно слово – демоны!

— Вы закончили, господин?

Грин обернулся и увидел того, первого демона, имя которого вылетело из головы.

— Да, — неуверенно ответил парень.

— Хорошо, наши дозоры поймали несколько человек, они утверждают что охотились на вас, — спокойным тоном доложил демон, растерянному Грину.

— На меня?! — захлопал ресницами парень.

— Мелкий, тощий, белобрысый. В пустыне один, — перечислил демон то, что, судя по всему, было приметами цели, и добавил, смерив юношу взглядом: — Всё сходится, господин. Будете с ними говорить?

— Что? Погоди, что вообще происходит?! Почему ты зовёшь меня «господин»? Кто вы? Куда вы?

— Хде я? Хто я?! — не удержавшись засмеялся Здец.

— Всё просто, милый, — промурчала Милиона, не открывая глаз, — это эвакуация демонов из их мира в этот. Сейчас я немного вздремну и откручу голову тому, кто объявил на тебя охоту.

— Я знаю, кто это и сам справлюсь, — прищурил глаза Грин и взглянул в сторону далёкого города с его монументом. А потом вдруг осознал слова Милионы и удивлённо спросил: — Что значит эвакуация?!

— Это исход ради выживания, господин, — ответил вместо суккубы синий демон. — Оглянитесь, здесь все даэ́моны, что выжили в войне, а так же последние из наших детей.

— Вы собираетесь вновь развязать войну против людей? — спросил Грин.

— Не мы начали ту войну, господин, а люди. Нас использовали как источник материалов, пока мы не ушли на изнанку мира, но и оттуда нас выдёргивали мерзкими ритуалами. После странного катаклизма у нас пропал эфир – основа нашей жизни и теперь мы здесь, где ситуация не лучше, — демон пристально смотрел на Грина во время всего рассказа, наблюдая за реакцией.

— Всё так, Грин, спроси у Здеца, — муркнула Милиона.

— Всё так, парень, — подтвердил Здец и продолжил, хитро прищурив глаза: — Их геноцидили многие века, но они ребята мирные, в отличие от людей. Ты заметил? Ты принёс человекам халяву, а они решили тебя убить!

— Тогда подождите пока здесь, а я сбегаю в один городок, узнаю – не хотят ли люди помочь беженцам.

И, забыв одеться, Грин распахнул крылья и полетел в город, потолковать с одним лордом.

Глава 37

Крейн задумчиво сидел с бутылкой вина в своём кабинете, когда в ярком квадрате большого оконного проёма возникла крылатая тень.

— Вернулся свершить возмездие? — устало спросил лорд.

— Ты даже не станешь отрицать и оправдываться? — спокойным тоном спросил Грин, спрыгивая на пол кабинета.

— А какой смысл? — Крейн невесело усмехнулся. — Ты слишком глуп, чтобы осознать свою вину за уничтожение города, в который я вложил столько сил… Давай уже, убивай меня, чудовище.

— Не перегибай! — прищурился Грин. — Город не разрушен, пострадало только несколько домов.

— Это пока… — пожал плечами Крейн и приложился к бутылке. Весть о монументе уже разнеслась, благодаря кукумберам, и многих заинтересовал источник эфира.

— Что значит «пока»? Я вовсе не собирался уничтожать город! — со всей честностью заявил Грин.

— Не собирался он, — лорд внезапно расхохотался, — вы посмотрите на него – святая простота!

— Но я и правда, даже не думал… — неуверенно промямлил юноша. Желание убивать этого мужчину внезапно пропало, вместе с появлением чувства вины – он ведь действительно мог напугать всех своей силой!

— Именно, что «не думал»! — вдруг заорал Крейн, резко перестав смеяться. Он вскочил с кресла, швырнул точно в голову парня пустую бутылку, от которой тот без труда защитился покровом, и продолжил кричать, брызжа слюной: — Ты возомнил себя боженькой, молокосос?! Ты думаешь справиться с армиями, которые сползутся сюда, как черви на дохлятину из-за твоего сраного монумента?! Шастара безмозглая! Ты обрёк всех нас на смерть!

— Вообще-то, — Грин недобро усмехнулся, поняв, что лорд просто не хочет делиться силой с простыми гражданами, — я оказал вам услугу – дал доступ к эфиру! Но что-то мне подсказывает, что один лорд не хочет потерять контроль над городом.

— Что?! — Крейн даже поперхнулся от неожиданности и уставился на парня неверящим взглядом.

— Доступ людей к энергии лишит тебя всех привилегий и власти! — снисходительно пояснил Грин и сел в одно из кресел, закинув ногу на ногу, чтобы прикрыть наготу.

— Так их, бей буржуинов! — Здец хохотнул. — Пролетарии всех стран совокупляйтесь!

Лорд пристально смотрел на гостя, но, кроме наготы, ничего не выдавало в нём психических расстройств. Внезапная догадка пронзила мозг Крейна и тот даже слегка подался вперёд, чтобы лучше разглядеть лицо пацана:

— Скажи-ка, юноша, что ты знаешь об экономике?

— Экономика должна быть экономной! — подсказал ему Здец, но Грин молча задумался и не отреагировал на его слова.

Некоторое время парень размышлял, но больше над тем, что, как ему показалось, лорд хочет навязать ему своё видение мира.

Он не совсем понимал, в чём именно подвох, ведь все знают основы экономики, но на всякий ответил осторожно:

— Люди работают, получают деньги и потом, на эти деньги приобретают товар или услуги, которые производят другие люди.

— Уф, — с деланным облегчением выдохнул лорд и усмехнулся, — а я уж было подумал про тебя плохо. Хорошо, что ты это понимаешь, хоть и на таком примитивном уровне. Ты наверное знаешь, что расчёт за товары и услуги производится каплями эфира?

— Да, — серьёзно кивнул Грин, всё ещё не понимая, куда клонит лорд.

— Прекрасно, — Крейн улыбнулся.

Парнишка оказался наивен и необразован, а он-то решил, что его интеллект соразмерен силе. Новая информация в корне меняет дело и теперь, главное, внушить мальцу нужные мысли и взять под контроль на правах наставника. Главное выведать секрет развития силы и тогда он сможет потягаться со священной империей.

Если всё сложится удачно, то этот пацан ещё и рад будет подчиняться приказам, а там можно и породниться с ним, выдав за него дочь и привязав к себе окончательно. Главное не давать ему общаться на вольные темы с умными людьми, чтобы он не заподозрил, что является всего лишь инструментом.

Крейн тут же одернул себя, поскольку его размышления зашли слишком далеко от реального положения дел, но такой уж он был человек, что просчитывал все варианты далеко вперёд. И в противовес картине светлого будущего существовала реальная угроза полного уничтожения, но там всё было просто – бежать или умереть.

— Так вот, — продолжил лорд, — если эфира будет у всех в избытке, то каждый сам обеспечит себя всем необходимым. Ты пока улавливаешь суть?

— Да, — усмехнулся Грин, — не нужно считать идиотами всех вокруг.

— Даже и не думал, — улыбнулся Крейн в ответ, налил вина в бокал и сел в своё кресло, приняв привычный властный вид, — но подумай, что произойдёт, когда люди перестанут нуждаться друг в друге?

— Каждый будет сам за себя? — Грин озвучил самый логичный вариант, пришедший в голову.

— Именно, — благодушно кивнул лорд, словно учитель ученику, — но человеку всегда мало того, что он имеет. Стоит появиться неиссякаемому источнику энергии, вроде твоего монумента, как за него начнётся резня, ведь теперь эфир это краеугольный камень основы нынешнего общества. Больше не будет нужды в добыче ресурсов, производстве пищи и необходимости держаться вместе. Каждый сам за себя, как ты и сказал.

— Звучит неплохо, — произнёс Грин, наконец сообразивший сотворить себе одежду и принять более удобную позу в кресле.

— Звучит идеально, — улыбнулся лорд, — ровно это и произошло пятнадцать лет назад, когда все получили возможность магичить всё, что угодно. И знаешь что произошло потом?

— Время смуты… — вздохнул Грин, полностью осознав, что́ имел в виду Здец, когда говорил про проблемы из-за монумента.

— Именно. За пять лет погибло больше людей, чем за время последней войны с демонами. Ещё пять лет устанавливали порядок, но это удалось только в более-менее развитых государствах. В остальных местах до сих пор убивают или порабощают всех без разбора ради нескольких капель эфира.

— Я столкнулся с одним таким племенем, — кивнул Грин, — они вытесняют сознание из тела и замещают какой-то тенью.

— Ой дебил… — протянул Здец и хлопнул себя рукой по лицу, но тут же отмахнулся со словами: — Хотя уже пофиг.

Если бы не комментарий демона, то парень не обратил бы внимания на внезапно вспыхнувший интерес в глазах Крейна, но тот взял себя в руки и продолжил в прежней манере:

— Вот видишь, и это только одна из проблем. Сложно заставить всех соблюдать правила, особенно, когда каждый имеет силу перевернуть мир. Тут нужна сила ещё больше, и она есть у тебя!

— В каком смысле? — насторожился Грин, чувствуя, что с него хотят что-то поиметь.

— Ты уж прости, что я сорвался, — грустно вздохнул лорд, — но пойми меня правильно – я много сил вложил в этот город, в том числе и в его безопасность. Здесь живут хорошие люди, уставшие от постоянной угрозы смерти. И вдруг заявляешься ты, и делаешь нас мишенью чуть ли не для всего мира. Разумеется, первым моим порывом было уничтожить тебя как угрозу.

— А не на колени встать было его первым порывом? — усмехнулся Здец.

— Я понимаю, — примирительно поднял руки Грин, — и прошу за это прощения, но от моих извинений угроза ведь не исчезнет?

— Твоя правда, — снова вздохнул Крейн и задумчиво покрутил бокал за тонкую ножку, глядя на парня сквозь стекло, — но в твоих силах сохранить жизни людей.

— И каким образом?

— Научи нас развиваться, — озвучил своё условие лорд и пристально уставился на парнишку – от его ответа зависит возможность исполнения всего плана.

— А под «нас», я так подозреваю, ты имеешь в виду себя и собственную армию? — криво усмехнувшись, произнёс Грин, показывая, что разгадал замысел собеседника.

— У моих людей должна быть всего лишь фора в один уровень или ранг, чтобы суметь пресечь беззаконие, — ответил Крейн, пожимая плечами. На его взгляд это звучало более чем разумно и парнишка не должен соскочить с крючка. Но, чтобы всё действительно выглядело правдоподобно, он добавил: — К тому же, ты ведь без труда справишься с моим небольшим гарнизоном, да и со всем городом, если что-то пойдёт не так?

— То есть, ты хочешь, чтобы я стал гарантом безопасности? — спросил Грин, приподнимая одну бровь.

— Да, точно! — с энтузиазмом в голосе ответил лорд. Всё оказалось даже проще, чем он планировал – он даст пацану иллюзии власти, но, вместе с тем, в случае проблем, вся вина будет на нём. Нужно было закрепить успех и Крейн, с жаром, стал перечислять юноше плюсы от такого сотрудничества: — Все будут тебе благодарны за защиту, твоим именем будут называть детей, и ты станешь символом новой эры процветания! И самое главное: ты принесёшь справедливость в этот мир!

— Не, ну работёнка вроде не пыльная, — хмыкнул Здец, — соглашайся, хоть посмотришь ка́к всё работает.

— Он же явно хочет просто использовать меня! — ответил ему Грин.

— Пфф, парень, — Здец фыркнул, — все всегда используют друг друга! Даже ты́ меня используешь, чтобы стать сильнее, хотя сам нихера не придумал, на кой ляд тебе эта сила.

С подобным аргументом было трудно спорить и Грин был готов согласится, но оставался один не решённый вопрос, касающийся некоторого количества демонов, ждущих его возвращения. Он сильно сомневался, что лорд Крейн просто так согласится приютить у себя подобных беженцев, ведь это гарантированно сделает это место целью первоочередной целью в новой священной войне.

Юноша сильно сомневался в правдивости древней истории, которую ему преподавали, ведь те демоны, а точнее даэмоны, которых он увидел в пустыне, были совершенно не похожи на монстров из легенд. Он больше склонялся к версии Здеца и Милионы, а значит, им требовалась помощь. И Грин загорелся желанием помочь несчастным, пострадавшим от рук людей. Сама идея – примирить людей и демонов – показалась ему сто́ящим делом.

Но он не знал, как сказать об этом лорду так, чтобы не спровоцировать отказ – тогда на несчастных демонов всё равно объявят охоту. Однако и грубо врать будет не совсем вежливо, по отношению к обычным гражданам города, да и Крейн производит впечатление человека, отвечающего за свои слова.

Можно конечно построить город и в пустыне, ведь с его силами это должно быть не очень сложно, но тогда нечего думать о перемирии с человечеством – абсолютно все ополчатся на демоническое поселение. А если их примут в качестве беженцев, то есть шанс, что люди узнают правду и перестану ненавидеть другую расу. К тому же, времена теперь совсем другие.

— Я согласен, — произнёс Грин после раздумий и поднял руку, когда лорд собрался заговорить, — но у меня есть одно условие.

— Всё, что в моих силах, — с облегчением улыбнулся Лорд, считающий, что ничего страшнее гарема или подобных развлечений, парнишка не затребует.

— Город должен принять беженцев, — Грин как можно более обтекаемо сформулировал условие.

— Сколько? — тут же уточнил Крейн, заодно пытаясь сообразить, откуда они могли взяться.

— Проклятье! — мысленно выругался парень и обратился к Здецу: — Ты не знаешь, столько их примерно?

— Да не много, — тот растянул губы в улыбке, — миллиона полтора, плюс-минус пара тысяч.

— О боги… — мысленно застонал Грин.

— Ну а как ты хотел? — удивился Здец и беззаботно поковырялся в зубах появившимся когтем: — Это ж остатки населения целого мира, а не какой-то деревни.

— А сколько людей проживает в городе? — как бы невзначай спросил Грин у лорда.

— Тысяч двадцать примерно, — ответил тот и прищурил глаза, чувствуя подвох, — а что?

— Ну, — замялся парень, — я не знаю, сколько их точно до человека, но довольно много. Они не доставят проблем, обещаю.

— В крайнем случае, отстроятся за городом, — махнул рукой Крейн, здраво рассудив, что тысяча-другая новых благодарных граждан городу не повредит. Опять же, будет кого завербовать в армию. — Пусть приходят, в первое время поможем, чем сможем. Откуда они?

— Издалека, — уклончиво ответил Грин, — там много женщин и детей, я просто не мог пройти мимо.

— И где ты их встретил? — спросил лорд. Он не мог не спросить.

— В пустыне, — не стал отпираться юноша, — пока искал вашего монстра.

— Ясно, — задумчиво пожевал губами лорд.

Как бы он не старался, но не мог припомнить ни одного города или поселения поблизости, из которого потребовалось бы идти через опасную пустыню. Да и крупных конфликтов рядом тоже не было, иначе он бы уже знал. Не кочевников же пацан имеет в виду? Те, ни при каком раскладе, не похожи на беженцев.

— Кстати, — произнёс Крейн после глотка вина, — ты нашёл фиолетового монстра?

— Нет, — быстро ответил Грин. Слишком быстро, на взгляд лорда.

— Тогда предлагаю вернуться к делам насущным, — кивнул Крейн, показывая, что такой ответ его вполне устраивает, — я распоряжусь подготовить запас продовольствия и временные жилища для твоих беженцев, но только за стенами города. Уж прости, но внутри и так тесновато.

— Понимаю, — кивнул Грин, встал с кресла и подошёл к окну, где обернулся и произнёс: — я не знаю, через сколько дней вернусь, но постараюсь побыстрее. Если на город нападут, уходите в глухую оборону и ждите.

— Хорошо, — улыбнулся лорд и кивнул парню, после чего тот расправил крылья и выпрыгнул в окно. Когда крылатый силуэт растаял в небе, улыбка сползла с лица Крейна и он залпом допил вино, после чего процедил сквозь сжатые губы: — В обороне городов уже лет десять смысла нет, демоны тебя задери, молокосос безмозглый…

Пока лорд раздавал указания, чтобы более-менее подготовиться к прибытию беженцев, Грин нёсся над песками и пытался придумать выход из сложившейся ситуации.

Полтора миллиона демонов это не шутки, да и представить такую толпу он просто не мог. Странно, что он не видел их всех, когда улетал, но тут можно всё списать на то, что он был сосредоточен на других вещах.

Однако, когда он прибыл к чёрной пирамиде, обнаружил там только несколько сотен здоровенных воинов-даэмонов в тяжёлых доспехах, неподвижно стоящих очень широким кольцом вокруг пирамиды, и Милиону, разговаривающую с синим демоном, имя которого Грин уже забыл.

— Ты вернулся, — нежно улыбнулась обнажённая суккуба и прижала голову парня к своей груди, когда тот оказался рядом.

— А где остальные? — спросил Грин, оглядывая пустующее пространство вокруг.

— Они слишком истощены, поэтому находятся в состоянии, близкому к развоплощению и не видны ни глазу, ни магическому зрению, — пояснила Милиона, после чего указала на пирамиду и добавила грустно: — Многие пожертвовали своей жизнью, чтобы создать этот портал, но ситуация с этой стороны ничуть не лучше... Зря мы рискнули и перешли.

— Не зря, — ободряюще улыбнулся Грин, — эфир я вам обеспечу!

Суккуба удивлённо вскинула бровь, но молодой носитель иномирной сущности загадочно подмигнул и отошёл на несколько шагов.

Он сосредоточился, и она почувствовала, как магический эфир приходит в движение. Милиона хотела крикнуть, чтобы Грин не думал создавать притягивающую магию воронку, ведь тогда он просто поглотит ослабленных даэмонов, но не успела.

Вокруг Грина будто что-то лопнуло и потоки магической энергии устремились в разные стороны, подобно бурным водам. Почти мгновенно, то тут, то там, внутри кольца демонов-стражников, стали появляться фигуры и чем дольше эфир изливался из парня, тем больше новых даэмонов проявлялось.

Не смотря на то, что Грин был полностью сосредоточен на перекачке эфира через себя, он отметил, что ни капли не утекает за границы большой области, внутри которой с каждой секундой проявлялось всё больше и больше силуэтов.

Час спустя, когда парень устал перекачивать энергию и вытер со лба крупные капли пота, он смог воочию увидеть как выглядят полуторамиллионная толпа!

— Охренеть… — только и смог выдохнуть поражённый Грин, когда не удержался и взлетел на несколько метров над невероятно огромной, плотной толпой.

— Таки пора выдвигаться в землю обетованную, — хмыкнул Здец, — рыбы розданы, главное не забудь разверзнуть воды реки у города, чтобы перейти её по сухому дну!

— Это ещё зачем?! — удивился Грин.

— Чтобы всё по заветам, — улыбнулся Здец.

— По каким?

— По ветхим! — рассмеялась сущность, которую у Грина теперь язык не поворачивался назвать демоном.

Глава 38

Несмотря на то, что даэмоны были существами магическими, внешне это никак ни проявлялось – у них не было ни запредельного могущества, ни каких-то особых способностей кроме той, что позволяла тонко чувствовать магическую энергию и виртуозно обращаться с ней. Но, в реалиях нового мира, это даст им неоспоримое преимущество перед людьми, при условии безграничного доступа к энергии. Если они только пожелают уничтожить человечество, то это будет крайне просто…

Несмотря на такой потенциал, скорость передвижения даэмонов сковывалась многочисленными женщинами с детьми, которые мало чем отличились от человеческих, если не принимать во внимание их внешний вид.

Грин и Милиона шли на своих двоих в авангарде и беседовали. Парень рассказал ей про договорённость с лордом, а бывшая целительница, в свою очередь, поведала ему об укладе в обществе изнанки мира.

— А эти? — спросил Грин у Милионы, указывая на трёхметровых воинов-даэмонов, держащих всех беженцев в охранном кольце.

— А эти, как ты выразился, и есть те самые демоны из легенд, — усмехнулась Милиона. — Оружие мести, питаемое жизненной силой всей расы.

— Вы собираетесь мстить? — с тревогой в голосе спросил Грин.

— Была такая мысль, — не стала отрицать суккуба, — но отсутствие эфира на этой стороне перечеркнуло все планы. Но твои слова и действия вселили в них надежду на светлое будущее. Войну никто не любит.

— Вот кстати, по поводу слов… — вздохнул Грин и обернулся, чтобы ещё раз попробовать охватить взглядом бесконечное море беженцев, но у него ничего не вышло. — Население того городка всего двадцать тысяч, а вас тут полтора миллиона – это может вызвать множество проблем. Может лучше построить город в пустыне?

— Ассимиляция и межвидовые скрещивания могут дать удивительные результаты! На ту же Милку посмотри, — вставил своё слово Здец.

— Давай сперва дойдём, а там уже видно будет, — мудро произнесла Милиона и Грин с ней согласился.

Переход грозил затянуться на много дней, благо даэмонам не требовалась ни еда, ни вода – единственной их потребностью был эфир. Грин периодически исполнял роль магического насоса, что невероятно выматывало, и он признался сам себе, что сотворение целого города просто не потянут бы.

А пока они шли по пескам, в городе на реке, название которого Грин так и не узнал, полным ходом шла подготовка к встрече гостей, но не тех, которых вёл парень.

Около тысячи воинов лорда разместились на стенах и ждали подхода отряда противника, о котором доложили шпионы в соседних землях. Давно не ремонтированные стены служили теперь больше защитой от ветра, нежели реальным оборонительным сооружением – практически любой человек мог разнести эти старые каменные блоки голыми руками.

Здесь была вся военная мощь Крейна, включавшая и городских стражников. Экипировка солдат оставляла желать лучшего, но два десятка тяжёлых рунострелов, на массивных, поворотных станинах, компенсировали недостаток как людей так и хорошей брони.

Лорд очень надеялся, что до прямого боестолкновения дело не дойдёт и ему хватит только демонстрации имеющейся силы. Он даже отказал жителям в создании народного ополчения, хотя там набиралось не менее пяти тысяч добровольцев. И дело было не только в стремлении сохранить жизни людей, но и в том, что экипировки, способной хоть как-то защитить, попросту не хватит на всех – охотится на монстров в пустыне не то же самое, что противостоять хорошо обученным людям.

Подобные броня и оружие были настолько же дороги, насколько эффективны. Единственным поставщиком удивительных рунных предметов было небольшое королевство, появившееся во времена смуты, которое большей частью населяли рунологи и мастеровые разных направлений.

Несмотря на скромную территорию и маленькую армию, никто так и не смог одолеть то государство, поскольку его воины были настолько могущественны, что в одиночку могли потягаться с сотней элитных бойцов. И дело тут, в первую очередь, было в чудесном оружии и броне, а не в личном мастерстве людей. Именно из этого королевства вышли восхитительные кукумберы, позволившие дёшево и надёжно установить связь между разными людьми и на огромных расстояниях.

— Внимание! Противник! — рявкнул командир, когда в мареве над плоской как стол пустыней, стал различим небольшой, видимо передовой, отряд неприятеля.

Тяжёлые рунострелы повернулись в сторону плотного строя всадников на двурогах, но те продолжали движение и замерли только на расстоянии в тысячу шагов от запертых ворот. Вперёд выехала женщина и смело направилась к стенам, держа руки над головой.

— Не похожи они на парламентёров, — шепнул один из воинов, своему соседу, пожирая взглядом приближающуюся красотку.

— Ага, ещё и голые в придачу… — задумчиво ответил товарищ по строю.

— Мы бы хотели войти в город, — громко крикнула женщина, остановившись в пятидесяти шагах от стен. — Мы мирные путешественники и не вооружены. Мы много дней в пути без отдыха.

В подтверждение своих слов, она встала ногами на седло и медленно повернулась вокруг себя, демонстрируя как отсутствие оружия, так и наличие вменяемой одежды. Тонкие ниточки, едва закрывающие пах и кончики больших грудей, не в счёт.

— Мирные? — с подозрением прищурился командир, оглядывая могучих мужиков, на которых из одежды были только головные уборы. — Мы ожидаем нападения, поэтому в ваших интересах бежать как можно дальше!

— До нас дошёл слух, что здесь видели Грина Разрушителя, — обворожительно улыбнулась женщина, проигнорировав предупреждение, — нам нужно с ним встретиться!

— Сейчас вы в город не войдёте, — жестко отрезал командир, — возвращайтесь, откуда пришли.

— Очень жаль, — вздохнула женщина, усаживаясь в седло и разворачивая зверя, — тогда мы разобьём лагерь неподалёку и подождём, нам некуда возвращаться.

Командир напряжённо наблюдал, как она вернулась к своей группе, перекинулась несколькими словами с двумя мужчинами, после чего пришлые сместились немного в сторону и начали разбивать лагерь.

Они поставили просторные белые шатры, соорудили привязь для двурогов, распрягли животных, ополоснулись из больших бурдюков и почти сразу устроили свальную оргию, ничуть не стесняясь опешивших солдат.

Солнце нещадно палило стоящих солдат и громкие стоны терзали их слух, когда они с облегчением заметили облако пыли, стремительно приближающееся к их позициям.

— Внимание! Противник! — рявкнул командир, когда до неприятеля осталась пара тысяч шагов.

— Боги, спасите и сохраните… — простонал один из солдат, когда пыль осела и взору защитников города предстало три десятка огромных магических доспехов, высотой в два человеческих роста.

Но к удивлению и облегчению защитников города, вновь прибывший отряд сходу не бросился в атаку, а так же, как и предыдущие гости, замер в пятистах шагах, выслав вперёд переговорщика. Не дойдя пятьдесят шагов до ворот, огромный доспех замер и все смогли разглядеть эмблему Пакии – королевства, где создаются все нынешние чудеса магической инженерии.

— Нам нужен Грин Разрушитель! — искажённым голосом произнёсла подошедшая воительница.

— В город вы не войдёте, — не очень уверенно ответил командир, давая сигнал стрелкам на рунострелах отвернуть орудия в сторону. — На нас готовится нападение…

— Тогда мы подождём, — перебила его гостья и молча вернулся к отряду.

Стальные монстры отошли немного назад и сместились в сторону так, что теперь по обе стороны от главного тракта, ведущего в город, находилось стоянки странных гостей. Весть о подобном быстро разлетелась среди горожан, и вскоре на стенах уже было не протолкнуться от любопытных зевак.

А посмотреть было на что! Кроме самих огромных доспехов, взглядам людей предстали тридцать юных, невероятно красивых девушек в тонких, облегающих одеждах – они были теми, кто управлял этим чудом магической инженерии.. Они принялись невозмутимо осматривать броню и вычищать песок из сочленений, совершенно не обращая внимания на оргию в соседнем лагере.

Когда с обслуживанием было покончено, девушки вновь забрались внутрь доспехов и расположили их кругом так, что образовалось нечто, вроде закрытой со всех сторон арены, внутри которой молодые воительницы устроили спарринги, чтобы скоротать время ожидания.

Солнце светило, солдаты на стенах обливались по́том, а у командира гарнизона дёргался глаз.

Наблюдать за рукопашными схватками стройных, юных девиц, изгибающихся с немыслимой грацией, конечно было приятно и воодушевляющее, но солдаты и так страдали от жары, а их капающие слюни ещё больше усугубляли эффект обезвоживания.

На другой стороне стены солдаты тоже страдали обезвоживанием, но исключительно из-за рвоты. Голые мужчины и женщины в первом лагере собрались в странную конструкцию, напоминающую песчаную многоножку, только состоящую из людей, и, не прекращая совокупления, перемещались вокруг странного тотема, который они уже успели вкопать в песок.

Вскоре, на горизонте показалась тёмная масса.

— Внимание! Противник! — рявкнул командир, чувствуя внутреннее облегчение.

Солдаты собрались, всех посторонних выгнали со стен вниз, и гарнизон приготовился к отражению атаки.

Армия противника приближалась с огромной скоростью и не оставляла сомнений – будут атаковать с хода, сметая всё на своём пути.

Внезапно наступающие резко остановились, не дойдя три тысячи шагов до стен.

— Командир, почему они встали? — осторожно спросил один из заместителей командира.

— Действительно, — сдерживая ярость в голосе, деланно изумился и картинно всплеснул руками тот,— а чего это они замерли в нерешительности, видя мерзкую оргию и отряд магических доспехов?!

— Но их, навскидку, около пяти тысяч, неужели испугались?

Командир не ответил. Ему нужно защитить город любой ценой, а значит, все средства хороши! Он активировал покров и усилил свой голос, чтобы неприятель его наверняка услышал.

— Вам здесь ничего не светит! — разнеслось над песками. — У нас тридцать доспехов Пакии и спецотряд боевых ебунов! Какую смерть вы выберете?

Солдаты на стенах поперхнулись воздухом и закашлялись. Девушка-командир броневоинов удивлённо вскинула бровь, а вот занятые оргией путешественники вообще не отреагировали.

Пока командиры врага совещались и пытались разгадать хитрый замысел защитников города, лорд Крейн примчался на стену, едва до него дошёл смысл услышанных слов, что разнеслись во все стороны.

— Сумас, какого демона ты несёшь?! — набросился он на командира гарнизона.

Вместо ответа, Сумас указал рукой на лагерь под стеной и осторожно убрал руку лорда со своего горла.

— Это ещё что?! — выпучил глаза Крейн, не веря в реальность происходящего.

— Они сказали, что ищут какого-то Грина Разрушителя… — ответил командир и добавил, кивая на отряд из Пакии: — Эти тоже.

— Так, — задумчиво кивнул лорд, размышляя, как можно это использовать, — я понял.

Он прошёлся по стене, чтобы оказаться поближе к странным людям и крикнул:

— Эй вы, извращенцы, зачем вам Грин?

К его удивлению, человеческая многоножка остановила движение и от неё отделилась женщина с огромной грудью.

— Он апостол нашего бога – великого Здеца Совокупителя! — ответила она. — Я Марта Насильница, верховная жрица!

— Понятно, — пробормотал шокированный Крейн, — пока никуда не уходите…

— Да мы и не собирались, — пожала плечами Марта и вернулась в «строй», после чего мерзкая многоножка продолжила своё не менее мерзкое движение.

Лорд вновь прошелся вдоль стены и обратился отряду из Пакии:

— Приветствую могучих воинов великой империи! Что привело вас в мои земли?

— У нас приказ императора Пака найти и защитить Грина Разрушителя, — ответила командир отряда. — Он здесь?

— Нет, но скоро вернётся, — ответил Крейн. — Не поможете ли нам в грядущем сражении? Думаю, Грин будет рад, что вы оказали помощь городу, приютившему его.

— Нет, — твёрдо отрезала девушка, — у нас чёткий приказ. Мы не станем встревать в вашу возню.

Лорд молча и с достоинством кивнул, но в его душе бурлила злость! Ещё бы, тридцать магических доспехов равны трём тысячам воинов, а судя по тому, как держатся эти девки, они точно из элитного подразделения, способного в один момент уничтожить подошедшую армию.

Кроме того, он старательно гнал от себя мысль о том, зачем тот странный пацан понадобился Пакии и почему такие силы были отправлены на его защиту.

В любом случае текущая ситуация явно не в его пользу. Как только враги поймут, что отряд Пакии не станет вмешиваться, то сразу пойдут на штурм, который закончится моментальным разгромом города.

И противник не заставил себя ждать!

— Мы готовы сразится с воинами Пакии! — донеслось насмешливое, со стороны пришедшего во́йска, где военачальники точно не были слабоумными – если магические доспехи всё ещё не построились в боевой порядок, то они явно не являются союзниками Рестана. — А своих ебунов оставьте вдовам!

Крейн только скрипнул зубами – глупо было надеяться, что они просто испугаются. Но отчитывать командира Сумаса было бы глупо, ведь он стремился сделать «как лучше». Лорд мучительно искал пути решения, а точнее способ, которым можно заставить отряд Пакии выступить на стороне города, но кроме банального обмана, который бы потом аукнулся большими проблемами, ничего в голову не шло. Эх, если бы только они догадались пригласить бронированных гостей в город и расположить их на стенах для вида…

— Я вижу, у вас тут серьёзные проблемы. Могу я чем-то помочь? — приятный женский голос вырвал его из раздумий, и удивлённый лорд заметил возле себя незнакомую, очень красивую женщину, держащуюся с достоинством аристократа.

— Кто вы? — осторожно спросил Крейн, видя изумление на лицах солдат и догадавшись, что те тоже не заметили её прихода.

— Лейна Ромер, но для вас просто Лейна, — обворожительно улыбнулась она. — А вы, я полагаю, лорд Крейн Рестан?

— Рад знакомству, — галантно поклонился он, несмотря на ситуацию и одновременно мучительно вспоминая, где он слышал фамилию Ромер, — но боюсь, что одной вашей прекрасной улыбки будет недостаточно, чтобы одолеть пятитысячное войско.

— Ну что вы, — мелодично засмеялась Лейна, изящно прикрывая рот ладошкой и загадочно подмигивая лорду, — у меня есть не только улыбка!

Не дожидаясь дополнительных вопросов, она подошла к краю стены и совсем не аристократично опёрлась ногой на край бойницы так, что тончайшее шёлковое платье соскользнуло с бедра, оголяя белую, бархатную кожу и край кружевного белья. Со всех сторон раздался звук одновременного сглатывания, а самого лорда бросило в жар, как прыщавого подростка.

Тут, к всеобщему шоку, Лейна громко свистнула и заорала голосом, больше подходящим полководцу, отдающему приказы на поле боя в разгар битвы:

— Эй, шлюхи, а ну разлепляйтесь! Именем Здеца, накажите неверных, что стоят напротив города! — после чего повернулась к лорду, поправила платье и произнесла милым голосом: — Извините, если это шокирует вас – издержки знакомства с Грином.

— Понимаю, — кивнул ничего не понимающий Крейн, в душу которого начало закрадываться нехорошее предчувствие. Тем не менее, если отбросить странность того, что эта особа точно связана с извращенцами внизу, ему было интересно – что они могут сделать против превосходящих сил противника. Не насиловать же они их будут, в самом деле! Или будут?

В лагере извращенцев всё изменилось в один миг, после приказа Лейны! Голые мужчины и женщины перестали совокупляться, построились ровными рядами, по которым пошла странная, большая чёрная бутылка, из которой каждый отпивал несколько глотков.

Сперва все, кто был на стене, подумали, что это отвар исступления, использующийся некоторыми кочевниками, чтобы получить преимущество в бою, но эффект был не тот – коллективное усиление эрекции у извращенцев прямо намекало на это. А потом всю сотню извращенцев окутал голубой покров…

— О боги... — прошептал Крейн, вмиг севшим голосом, понимая, что́ сейчас будет. И тихо, с мольбой, добавил, глядя на армию противника: — Бегите, глупцы!

Глава 39

Все знали о разнообразных монстрах с голубой аурой и знали, что они гораздо сильнее «зелёных», но сами люди так и не научились развиваться в этом направлении, к каким бы методам они не прибегали. Отсюда и всеобщий шок невольных зрителей развернувшегося действа, ведь известно было всего о нескольких «одарённых» вроде Святого Михана, Пака Руина и Грина Разрушителя.

Всем было любопытно, что за магию применит эта обнажённая сотня, а многие уже прикидывали, как бы половчее с ними сдружиться и выведать сереет развития.

— Святое Совокупление! — раздался хоровой рёв голубого отряда, ворвавшегося в строй противника, и глаза всех наблюдателей остекленели от ужаса.

— Боги, не-е-ет!

— Спасите!

— Не надо, я сдаюсь!

Именно такие крики отчаяния доносились до стен города, на которых стремительно бледнели и зеленели люди. Самым слабонервным повезло больше всех – они потеряли сознание сразу, как только увидели начало «битвы».

— Может зря я решил связаться с этим пацаном? — пробормотал лорд, потрясённый до глубины души развернувшейся картиной. Стоящая рядом с ним Лейна лишь загадочно улыбнулась, но ничего не сказала.

Но, не смотря на своё явное превосходство в силе, странные обнажённые путешественники никого не убивали, ограничиваясь надругательством в особо изощрённых формах, и женщины ничуть не уступали мужчинам.

Крейн с содроганием наблюдал, как трое обнажённых фурий фактически мгновенно разорвали доспехи одного из тяжёлых воинов и за несколько ударов сердца лишили его сил, отсосав их. Тут точно не обошлось без какой-то магии, но лорд побоялся даже думать о том, как она работает.

Вскоре всё было кончено.

— Сумас! — лорд Рестан окрикнул внезапно охрипшим голосом бледного начальника гарнизона.

— Да, господин Крейн! — тут же откликнулся и быстро приблизился тот.

— Убейте всех, пока они не в состоянии сопротивляться.

— Будет исполнено! — Сумас быстро поклонился, повернулся к своим бойцам и громким, чётким голосом скомандовал: — Натан, Рейко, выводите свои отряды и прикончите всех!

Он покосился на женщину, стоящую возле лорда и та кивнула, безмолвно гарантировав, что его воины не пострадают.

— Есть! — рявкнули капитаны отрядов и вместе со своими людьми спрыгнули со стен, чтобы как можно быстрее исполнить полный милосердия приказ и облегчить страдания врага, которого, теперь уже не спеша,насиловали фанатики-извращенцы.

Пока карательный отряд милосердия бежал к поверженному противнику, Лейна Ромер прижалась к лорду так, её большая и упругая грудь «обняла» предплечье Крейна. Ситуация предполагала, что мужчина должен возбудиться, но правитель города почувствовал, как его ноги подгибаются от страха, тело покрывает холодный, липкий пот, а мужское достоинство экстренно скукоживается и втягивается куда-то внутрь.

— Неужели их смерть настолько необходима? — с улыбкой промурлыкала Лейна, без труда читая состояние Крейна.

— Если они выживут, то другие подумают, что у них есть шанс на победу, — всё ещё охрипшим голосом ответил лорд. — Ради безопасности людей приходится быть жестоким к врагам.

— Разумно, — с улыбкой кивнула Лейна, сильнее прижимаясь к нему и практически дыша в ухо.

Крейн судорожно сглотнул. Сейчас он всей душой желал, чтобы кто-то из подчинённых сообщил о неотложных делах, ведь просто так уйти и оставить эту жутковатую женщину он не решался, поскольку она могла счесть это за оскорбление и только одни боги знают, какая ужасная участь ожидает его тогда.

Так страшно ему не было даже во времена смуты, когда он только собирал вокруг себя людей, с одной единственной целью – защитить свою семью от творящегося вокруг хаоса. Тогда, ещё молодому Крейну, повезло и он довольно быстро нашёл единомышленников со схожими целями.

Не тратя время и силы понапрасну, они устремились на самый край обитаемых земель, к пустыне Тиама где не было полезных ресурсов и плодородных почв, за которые, по привычке, разгорелись кровавые битвы.

Тут-то они и нашли этот полуразрушенный город, на берегу мелкой, грязной речки, каким-то чудом не пересыхающей под палящим солнцем. Быт налаживали все вместе, как могли, благо новая магия открывала безграничные возможности. Как-то само собой, пять тысяч вынужденных переселенцев признали старшинство Крейна за его рациональность, умение планировать наперёд и внимательное отношение к нуждам людей, которым нужны не победоносные войны, а стабильность и уверенность в завтрашнем дне.

Лорд до сих пор не знал, что ему крупно повезло с этой переселенческой авантюрой только потому, что кочевники по привычке грызлись между собой и как прежде боялись ступать на земли развитых стран, а развитые страны, по старой памяти, были поглощены грызнёй за шахты с бесполезным золотом.

А потом все узнали, что новая магия имеет свойство заканчиваться в организме и война всех против всех сменилась на противостояние вновь образованных альянсов, где главной целью стало привлечение под свою опеку как можно большего количества людей. Чем плотнее население, тем больше они притягивают магических частиц на единицу площади, и тем больше материала для исследования на тему принудительного изъятия эфира из граждан…

— Лорд Крейн! Срочный доклад, Лорд Крейн! — внезапный крик солдата прервал размышления Крейна и он поспешно шагнул навстречу подбегающему человеку, с радостью вырвавшись из нежно-опасной хватки Лейны.

— Докладывай! — кивнул лорд, стараясь стереть улыбку облегчения со своего лица.

— Из пустыни на нас движется огромная армия! — скороговоркой отчитался солдат, указывая рукой в сторону противоположной стены.

— Проклятие! Сколько? — Крейн покосился на возвращающихся к городу извращенцев, прикидывая их боевой потенциал против более весомых сил противника, ведь Лейна вряд ли откажет в помощи, а он готов заплатить за это всем имеющимся эфиром если та согласится.

— Невозможно сосчитать… — произнёс бледный от ужаса солдат, с надеждой взирающий на своего лорда. — Это просто нескончаемое море!

Крейн до хруста стиснул зубы. Что если они уничтожили пацана? Как бы тот не был силён, но против целой армии в одиночку не выстоять! Неужели возможный выгодный союз с Пакией – не просто же так они прислали элитный отряд – останется только в мечтах? Есть ли смысл стоять насмерть, ожидая непонятно чего? К демонам и парня, и Пакию, и этих извращенцев!

— Внимание всем, — властный голос лорда, усиленный эфиром, разнёсся над городом, — мы покидаем город и отправляемся в земли Элора! Берите только самое необходимое! Любой, кто останется, рискует погибнуть!

После этого Крейн поспешил сквозь ропщущие ряды солдат, которые, к своей чести, приказов не обсуждали, а сразу принялись их исполнять. Единственными, кто мог напасть с той стороны, были кочевники, и все знали, что тем нужны люди, для их жутких ритуалов.

Лорд бегом пересёк город с паникующими жителями и спешно поднялся на другую стену.

Открывшаяся картина сковала его душу льдом отчаяния и обиды: на самой границе видимости двигалось тёмное пятно, состоящее из тысяч и тысяч существ. Неужели нашёлся кто-то, способный объединить бесчисленные кровожадные племена и ведущий их против едва устоявшихся государств? Неужели это не страшный сон?

Если это так, то никто не выживет! Эти дикари не берут пленных! Нет, не так, берут, но то, что происходит потом, ничем не отличается от смерти…

Пока Крейн сверлил немигающим взглядом приближающуюся армаду и в бессилии сжимал кулаки, к нему поднялась Лейна и теперь с интересом разглядывала горизонт.

— Похоже, что нам нет смысла больше ждать Грина и можно доложить о провале миссии… — проговорила капитан отряда из Пакии, также подошедшая и стоящая под стеной в полном облачении.

— Почему же? — с усмешкой откликнулась Лейна, чьи глаза сверкали счастьем, когда она смотрела на приближающуюся армию.

— Даже если наша цель жива, то он вряд ли вернётся к руинам этого города, — равнодушно произнесла воительница в магическом доспехе.

— Так может вам поднять ваши тощие задницы и защитить город? — хихикнула Лейна, с превосходством глядя на стальную спину доспеха. — Или ваш толстожопый правитель держит вас исключительно в качестве гарема?

Вместо ответа, зачарованная махина молниеносно взметнулась на стену и занесла бронированный кулак для удара по нахальной, развратной женщине.

«Быстро!» — только и успел подумать отшатнувшийся Крейн, поражённый невероятной скоростью и ловкостью этого чуда магической инженерии. «Сейчас эта самодовольная Лейна разлетится кровавыми ошмётками, а виноват буду я… Нужно её остановить! Проклятие, не успею!»

Лейна Ромер, не переставая улыбаться, просто отмахнулась от тяжёлой брони, как от назойливой мухи, едва коснувшись её тыльной стороной ладони, но одного этого небрежного движения хватило, чтобы отбросить нападавшую.

Нелепо закрутившись в воздухе и тяжело рухнув на песок в нескольких десятках шагов от стены, броня несколько секунд не двигалась, ведь управлявшая ей девушка находилась в замешательстве.

«Страшно!» — мелькнула мысль в голове Крейна и он поспешил отступить на несколько шагов от страшной знакомой Грина, которая теперь беззастенчиво и очень обидно смеялась над поверженным противником.

— Прости, прости. Зря я предложила тебе такую глупость! — ехидно произнесла Лейна. — Я не знала, что эти железяки предназначены исключительно для зашиты постельных грелок его жирного величества.

— Его высочество не жирный! — внезапно раздался яростный крик со стороны магического доспеха и он резко вскочил на ноги, окутанный синим свечением

«Беда!» — панически подумал Крейн, но поспешил произнести в слух другое, стараясь придать голосу спокойный тон: — Прошу вас успокойтесь, у вас обеих одна цель – встретиться с Грином Разрушителем! Если город падёт, то ему некуда будет возвращаться.

— В этом есть смысл, — внезапно успокоившись, произнесла капитан элитного отряда, кивая лорду и тут же поворачивая бронированную голову к Лейне: — но сразу после завершения миссии я убью тебя за оскорбление нашего правителя. Мы немедленно вступим в бой!

— С кем ты собралась драться? — непонимающе захлопала ресницами Лейна.

— Тебе сиськи обзор загораживают? — зло огрызнулись из доспеха и он вытянул бронированную руку в сторону надвигающейся армады: — С ними!

Внезапно над пустыней поднялся необычайно сильный ветер. Крейн прикрыл лицо рукавом, защищаясь от летящего колючего песка, вполне способного содрать с человека кожу, поэтому не сразу обратил внимание на изменившуюся Лейну Ромер.

Её лёгкую одежду трепало ветром, а от аккуратной причёски не осталось и следа – волосы теперь напоминали клубок разъяренных змей. Но больше всего пугало искажённое нечеловеческой яростью лицо и её прозвучавший голос был полон самой чёрной злобы:

— Ты решила напасть на моего Грина?!

Одним демонам известно, как она разглядела Грина на таком расстоянии, но Крейн мгновенно понял смысл её слов и его глаза чуть не лопнули от удивления. Ноги лорда внезапно ослабли и не смогли его держать. Он медленно осел на колени и схватился за голову, а в его распахнутый от шока рот беспрепятственно набивался песок – это неисчислимое людское море и есть беженцы, а он пообещал тому монстру позаботиться о них…

А вот сам виновник душевного неравновесия лорда в этот момент смеялся и оживлённо переговаривался с Милионой. Они двигались в повозке, в авангарде колоны, прислонившись спинами к белокаменному монументу в виде кулака с оттопыренным средним пальцем. Подобных монументов в повозках насчитывалось около тысячи на все полтора миллиона даэмонов, что позволяло насытить окружающую среду эфиром и не дать им умереть от истощения.

— Не смейся, из тебя получится неплохой правитель! — бывшая целительница с улыбкой прижалась грудью к Грину.

— Всего лишь неплохой? — деланно скривился парень.

— Ну так правители бывают либо плохие, либо неплохие. Хороших очень быстро убивают плохие… — усмехнулась Милиона, блеснув знаниями, почерпнутыми за время пребывания в роли императрицы целой расы. — Заметь, тебе даже удалось отговорить меня от мести всему человечеству!

— Ты слишком умна, чтобы не прислушаться к голосу логики, — улыбнулся Грин.

— Покорнейше благодарю за комплимент, мой император, — томно произнесла Милиона, скользя рукой к низу живота парня, — позвольте мне отблагодарить вас!

— Давай пото́м, — Грин кивнул подбородком в сторону огромного песчаного вихря, окружающего то место, где должен быть город.

Его до сих пор терзали сомнения. Зачем Здец так настойчиво рекомендовал привести даэмонов к людскому поселению, когда те, с помощью монументов, могли воздвигнуть хоть деревню, хоть город прямо посреди пустыни?

В благие намерения сущности он не верил, но и альтернативных мотивов выдумать не мог. Здец всеми силами старался казаться этаким беспечным раздолбаем, спасающим его мир, но чем дальше, тем больше парень чувствовал приближение чего-то жуткого и неизбежного…

— Забавно, — Здец внезапно вклинился в его размышления, — я думал, твоя лейка сгинула, а она вона, пи… сражается с кем-то сильным…

— Лейна?! — удивился Грин, чувствуя, как сердце застучало чаще.

— Угу, — хмыкнул Здец, — поспеши, обрадуй девочку пару раз.

Грина не нужно было лишний раз упрашивать – он мгновенно сорвался в полёт, даже ничего не объяснив Милионе, и уже через несколько ударов сердца врезался в странный стальной доспех, разрывая его надвое. Ураган втянул в себя разлетевшуюся кровь и окрасил поднятый песок в светло-розовый цвет.

— Грин?! — услышал парень смутно знакомый голос, когда ветер внезапно стих.

Он поднял глаза на защитную стену и увидел там молодую, пышногрудую и невероятно красивую женщину, чьё лицо сияло счастьем и чем-то ещё.

— Лейна, это ты? — спросил шокированный парень, совсем позабыв, что прошло пятнадцать лет, ведь Милиона-то почти не изменилась.

Вместо ответа «подруга детства» громко завизжала и прыгнула со стены, прямо к ногам парня, где встала на колени, прижалась лицом к его паху и глубоко вдохнула.

— Боже, наконец-то я нашла тебя! — простонала она, внезапно впиваясь ногтями в ягодицы Грина.

— Ууу — протянул Здец, почёсывая седой затылок, — походу у неё чердак потёк! Я бы посоветовал тебе её вырубить и где-нибудь прикопать, от греха подальше…

— Ну же, дай мне своё благословение! — уже рычала Лейна, с силой стягивая с Грина немногочисленную одежду.

— Да постой ты! — Грин сопротивлялся как мог, но постепенно проигрывал.

— Хочу! — рявкнула Лейна и вцепилась зубами в штаны, оторвав добрый кусок и едва не откусив самое ценное.

— Глуши эту стерлядь! — хрюкнул от смеха Здец, видя крайнюю степень испуга парня, смешанную с такой же степенью смущения.

Грину ничего не оставалось, как рывком поднять девушку и впиться в её губы поцелуем. Едва он это проделал и получил доступ к её душе, как тут же погрузил Лейну в сон внутри своего сознания, а бесчувственное тело небрежно перебросил через плечо, крепко придерживая его за упругие ягодицы.

— Лорд Крейн, я вернулся, — громогласно крикнул он, глядя на городскую стену, с которой на него смотрело множество распахнутых в изумлении глаз. — Где вы?

— Я здесь… — донеслось в ответ тихое, и бледный, покрытый песком лорд с остекленевшими глазами показался Грину. — Но, боюсь, я не был к такому количеству беженцев. Молю, не наказывайте меня, у меня семья…

— Да всё нормально, — с улыбкой отмахнулся Грин, — мы построим город рядышком, так что не переживайте!

— Город?! — глупо переспросил Крейн, чувствуя, как теряет связь с реальностью.

— Ага, с преферансом и куртизанками, — смеясь, ответил Здец, но никто, кроме Грина, его не услышал.

Глава 40

В обеденном зале лорда Крейна было многолюдно и многодемонно.

За большим столом сидели Грин, Лейна со старшим жрецом, Милиона с двумя помощниками-даэмонами, сам бледный Крейн с советником и злая девушка из отряда, посланного Пакией, которая приняла командование после внезапной и жуткой смерти старшей по званию.

В данный момент Грин с улыбкой на лице разговаривал по кукумберу с самим императором Паком и все ждали, пока он закончит это дело первостепенной важности. Недоразумение со случайным убийством солдата Пакии было улажено быстро и в духе «ладно, у меня их ещё две тысячи, но всё равно досадно…».

— Такие дела, брат, — закончил Пак краткую историю своего становления императором очень могущественной, но нейтральной страны. — Обязательно навещу тебя, как выдастся свободное время, а сейчас мне пора заниматься государственными делами, пока гарем плесенью не зарос. До встречи!

— Шевели их там усердно! — Грин рассмеялся – его друг всё-таки исполнил свою мечту и теперь пожинает плоды упорного труда. — До встречи, буду ждать.

Закончив разговор и, ещё раз с восхищением покрутив чудесное магическое устройство в руках, Грин толкнул кукумбер по столу, возвращая его владельцу – заместителю командира Рине.

Она была крайне недовольна тем, что теперь отряду предстоит охранять этого мелкого монстра до особого распоряжения. Хотя, с другой стороны, это поможет ей выслужиться и продвинуться в очереди к высшей награде, коей была ночь любви с императором. Пусть это выглядело глупо и развратно для остальных людей, но воительницы Пакии знали, что это поднимает уровень их силы и дарует некоторые преференции, в дополнении к пожизненному содержанию всей семьи награждённой.

— Поскольку владыка Грин закончил, предлагаю вернуться к обсуждению, — невозмутимо произнёс даэмон Аскоэт, крайне недовольный тем, что мести проклятым людишкам не суждено исполнится, но и нового витка геноцида своих соплеменников он не желал, а люди могли придумать что-нибудь этакое… — Балиан, поясни почтенному лорду Крейну общую концепцию нашего сотрудничества.

— Разумеется, длань Аскоэт, — кивнул тощий даэмон выглядящий как очень худой человек, с повсеместно выпирающими острыми костями. Он неуклюже поднялся и повернулся к Крейну: — Наш город будет находится на противоположной стороне реки и ваши подданные будут иметь неограниченный доступ на его территорию. Кроме того, мы возьмём на себя обязательства по защите ваших горожан как от магических тварей, так и от человеческих армий. Вы же, в свою очередь, обязуетесь всеми силами продвигать идею равенства и взаимного уважения между людьми и даэмонами. Что скажете, лорд Крейн?

— А у меня есть выбор? — тихо спросил лорд, выглядящий крайне жалко. Все его гениальные, как ему сперва казалось, планы разрушены и его ждёт всего два пути – жить под протекцией демонов и быть уничтоженным за это сотрудничесво, либо жить как жили и быть уничтоженными в войне людей против этих монстров, просто потому, что они находятся рядом.

— Разумеется, — коротко кивнул Балиан, — вы продолжаете жить по-прежнему, просто находясь рядом с закрытым для людей городом. Доступ туда будет иметь только Пакия, что несомненно укрепит её и без того большое влияние.

— А вы можете не селиться поблизости? Пустыня большая, да и пройти вглубь континента вам никто не мешает… — Крейн попытался выторговать себе третий вариант, проклиная пацана и его окружение.

— Мы не намерены вступать в конфронтацию с человечеством, даже несмотря на многовековое уничтожение нашей расы. Граница обитаемых земель является оптимальным местом для налаживания отношений, — Балиан продолжал пристально смотреть на лорда, отчего тому было крайне неуютно.

— Но вы же можете сместиться в любую сторону вдоль всей границы, — произнёс Крейн, не теряя надежды.

— Неприемлемо, — покачал головой Балиан, — одном из ключевых условий является минимальное расстояние до Пакии, а смещение вдоль границы увеличит его, что затруднит логистику. Лорд Крейн, я понимаю ваши опасения, но смею заверить, что ни одна человеческая армия не сможет противостоять боевым даэмонам. Так что под нашей защитой вашим людям ничего не угрожает.

— Но вас они, почему-то, не смогли защитить от людей… — тихо пробормотал лорд.

— Да потому, — внезапно зарычал вскочивший на ноги Аскоэт, — что вы, твари, постоянно прикрывались нашими детьми!

Воцарилось напряжённое молчание. Даэмон скрипел зубами и сверлил ненавидящим взглядом Крейна. Тот понуро опустил голову, несмотря на то, что ни он лично, ни его семья этим не промышляли, хотя он не мог ручаться за своих предков.

— Давайте восславим бога любви Здеца и оставим прошлое в прошлом! — примирительно поднял руки мускулистый жрец, пришедший сюда вместе с Лейной и на котором из одежды были только маленькая набедренная повязка и масло. — Совокупимся же во имя мира!

Грин поперхнулся воздухом, услышав такое, а Здец разочарованно поцокал языком:

— Эх, какой культ мог бы вырасти за пятнадцать лет, если бы не твоя стерлядь…

— А причём тут Лейна? — искренне удивился Грин.

— Да при том, — пожал плечами Здец, — видимо она прибилась к тем разбойникам в смутные года́ и перетянула управление на себя. Жаль конечно – и сама кукухой поехала и этим гамадрилам разрастись не дала. Верно говорят, что все проблемы из-за баб…

Грин на миг представил разросшийся культ Здеца, их ритуальную человеческую многоножку в масштабах старой церкви и его передёрнуло от омерзения. Он с благодарностью взглянул на Лейну, но та восприняла это по-своему и крайне похотливо облизнулась, одновременно хватая себя за кончики грудей. Парень сглотнул и отвёл взгляд – такая развратность его, почему-то, не вдохновляла, хоть и возбуждала.

И вообще было удивительно, что в последнее время Здец воздерживался от едких комментариев и глумления, что наталкивало Грина на две противоположные мысли: либо сущность потеряла интерес к происходящему, либо всё идёт по его неведомому плану и он просто получает удовольствие.

Тем временем, от слов жреца поперхнулся не только Грин. Каждый из присутствующих был шокирован, что несколько сгладило напряжение и слово взял советник лорда.

— Позвольте уточнить один момент, — он поправил маленькие очки на носу и пристально взглянул на Балиана, — а что помешает вам полностью заселить все земли, вытеснив человечество как вид?

— Вероятно, бессмысленность это занятия? — от уха до уха улыбнулся Балиан, обнажая два ряда острых зубов в огромной пасти, но, видя, как побледнел старый советник, примирительно поднял руки и добавил: — Наши интересы никак не пересекаются с людьми, и мы ни в коей мере не претендуем ни на какие ресурсы. Так что́ нам делить?

— Вероятно, магический эфир? — советник лорда не менее пристально посмотрел из-под очков на даэмона. — Нынешние люди уже мало отличаются от вас и от него так же зависят их жизни!

— А вот тут уже в дело вступает наш наречённый император! — с ухмылкой ответил Балиан и поклонился в сторону Грина, намекая, что теперь его очередь говорить.

Парень поднялся и обвёл странным взглядом присутствующих. Ещё совсем недавно его он был не значительнее грязи под ногами, а теперь в его власти судьба двух многочисленных рас. Грин внезапно почувствовал на себе груз ответственности и его плечи немного опустились. Уже не в первый раз он думал о том, как бы сложилась его жизнь, не встреть он Здеца, но каждое размышление заканчивалось неутешительным выводом: если в мир пришёл Здец, то тут уже ничего не поделать и нужно просто плыть по течению, стараясь сохранить рассудок.

— Проблем с количеством магического эфира не будет, — наконец заговорил Грин, глубоко вздохнув, — монументы могут обеспечить любой объём энергии.

— И какой силы достигнул демо… простите, даэмоны, если потребление эфира ничем не ограничивать? — настороженно произнёс советник лорда, внимательно изучая реакцию означенных гостей.

— Безграничной, — просто ответил Балиан, пожимая плечами, — вас это тревожит?

— Несомненно! — тут же откликнулся советник.

— Говорите, что мы нападём?! — с угрожающей интонацией прорычал Аскоэт.

— Нет, нет, — поспешно ответил советник, — я переживаю, что на вас будут охотится, как на ходячие ёмкости с эфиром, ведь после насильственной смерти весь имеющийся объём покидает вас… Я прав?

— Да, — кивнул Балиан, — но и к людям это относится в той же степени, так что мы на равных.

— Не совсем, — это уже Крейн вклинился в разговор, — люди поглощают эфир со строго определённой скоростью, но ваша раса, едва появилась тут, начисто высосала всю округу, даже не смотря на возросшие потоки. Вы не ограничены в скорости поглощения, не так ли?

— Всё верно, — ответил Балиан, жестом останавливая Аскоэта от резких замечаний, — но у вас будут гарантии…

— Я научу вас техникам поглощения, — громко произнёс Грин. Он знал, что политика дело нудное, но не догадывался, что они будут так долго мусолить один и тот же вопрос с разных сторон. — Заодно буду гарантом выполнения договора!

— Мой мальчик отрастил себе яйки, — с умилением прокомментировал Здец и театрально смахнул слезу.

— Иди в зад, — огрызнулся Грин, — они задолбали уже! Неужели так сложно сказать «да, мы согласны» и уже идти жить долго и счастливо?

— Это политика, не вникай, — хмыкнул Здец — они не могут просто так назвать красное красным – им нужно обязательно перечислить, что это не коричневое, не тёплое и не мягкое…

— И каким образом вы можете гарантировать соблюдение договора? — с прищуром спросил советник у Грина.

— Убью всех, кто его не соблюдает! — рявкнул парень, под хихиканье Здеца. — Такие гарантии вас устроят?!

— Более чем, — мгновенно побледнел советник, уже успевший позабыть, что перед ним не просто ребёнок.

— Вот и прекрасно! Давайте уже начнём жить спокойной жизнью! — резюмировал Грин в надежде прекратить болтовню и перейти уже к действиям.

Однако, совещание всё равно затянулось до поздней ночи. Они составили и подписали договора, соглашения и набросали общий свод законов, регулирующий использование магии, где даэмонам отводилась роль этаких стражей безопасности, в виду их высокой чувствительности к эфиру.

Морально уставший Грин отправился спать в выделенную комнату, где его навестили Милиона и Лейна разом.

— Давай салага, превозмогай! — хохотнул Здец, когда парень приподнял одну бровь, скептически наблюдая за эротично идущими к нему женщинами.

— Что-то не охота… — вздохнул Грин и рухнул на кровать, широко раскинув руки.

Девушки всё поняли без слов и взяли инициативу в свои руки, но, как бы они не старались, инициатива оставалась вялой. В итоге они занялись друг другом и Грин быстро уснул под сладострастные стоны.

Утром парень проснулся и, сперва с удивлением, обнаружил вокруг себя незнакомые, обнаженные женские тела, а потом, с ужасом, несколько мужских. Всё тело ощущалось ватным от усталости, будто он всю ночь горбатился на каторжных работах, но, к его облегчению, в заповедном месте никаких странных ощущений не было.

Не сложно догадаться, что ответственным за подобный кутёж был Здец, что он сам и подтвердил:

— Хороший культ, надо бы им здание построить, попросторнее…

— Согласен, — хмыкнул Грин активируя покров и чувствуя, как тело приходит в норму, — желательно из дерева и с единственным входом.

— Нафига из дерева? — не понял Здец.

— Чтобы горело лучше, — ответил парень и криво улыбнулся, когда на это Здец проворчал что-то неразборчивое.

Выйдя на улицу и привычно воспарив над городом, Грин заметил недалеко от города группу даэмонов, что-то чертящих на песке. Они тащили с собой повозку с монументом и постоянно спорили, красноречиво размахивая руками.

Остальные беженцы расположились лагерем вокруг города. Под лёгкими тканевыми навесами стояли простенькие предметы мебели, кое-где готовили пищу на огне и всюду носились дети людей и даэмонов, для которых расовое разделение было одной несущественных заморочек взрослых, ведь новые ребята умели магичить очень крутые штуки.

Коренное население города выглядело слегка взволнованным, да и людей на улицах было меньше, но в целом ничего необычного не происходило и Грин направился к группе даэмонов за городом.

Оказавшись над ними, парень понял что́ именно те делали – они набрасывали план будущего огромного города прямо на песке и даже эта схема выглядела крайне внушительно!

Угадывались парки, ровные линии улиц и большие площади. Ни одно из намеченных зданий не имело привычной квадратной формы, а сам город являл собой идеальный круг.

— Император Грин, — раздался снизу громкий голос Аскоэта, — сейчас нам потребуется ваша помощь!

Парень спустился к даэмонам и те слегка поклонились в приветствии. Сейчас они находились в самом центре круга и Грин сразу догадался, что от него требуется, но кивнул, благосклонно давая возможность озвучить просьбу.

— Почтенный Грин, — произнёс даэмон, похожий на очень толстого человека, но при этом невероятно подвижного, — одарите нас могущественным монументом, чтобы мы смогли возвести город!

— Без проблем! — кивнул парень и воздел руки.

— Только… — тут же снова заговорил круглый даэмон и скромно потупил взгляд.

— Только что? — с подозрением прищурился Грин.

— Можно изменить форму монумента? — с надеждой в голосе произнес пухляш и тут же затараторил: — Не то, чтобы мы были против оттопыренного среднего пальца, но он будет выбиваться из общей композиции. В крайнем случае, воздвигните собственную статую…

— Слыхал, мелкий, ты выглядишь всего лишь чуть лучше огромного фака! — заржал Здец.

— Могу сделать любой формы, какой захотите, — с добродушной улыбкой ответил Грин, скрипнув зубами.

— О, это прекрасно! — даэмон тут же оживился и протянул парню изысканную статуэтку со словами: — Вот образец.

Грин покрутил в руках полуобнажённую каменную Милиону, распростёршую руки в стороны. Расправленные крылья, твёрдый взгляд и полуулыбка оставляли неоднозначное впечатление, но это было очень красиво. Парень мысленно согласился с тем, что подобная статуя в центре города будет гораздо уместнее, чем гигантский фак и потянулся к источнику эфира, одновременно преобразуя его в материальный объект.

Земля задрожала и даэмоны, восхищённые появившимся мощным потоком магии, с интересом наблюдали за проявлением в воздухе колоссальной скульптуры, высотой в сотню человеческих ростов.

Пот градом катился по лицу Грина. Его энергоканалы испытывали невероятную перегрузку, но, вместе с тем, он чувствовал, как они становятся шире и прочнее. Не последнюю роль тут сыграла и сложность, ведь кроме материализации, он должен был связать статую и «эфирную реку», чтобы магия изливалась наружу.

Спустя пару час и едва не заработав магическую грыжу, Грин наконец закончил, и без сил плюхнулся на песок, блаженно впитывая, кажущийся прохладным, поток эфира, что теперь распространял монумент.

— А неплохо получилось, — мысленно отметил парень, явно выпрашивая комплимент от Здеца.

— Угу, — кивнул тот и проворчал: — Но сиськи ей мог и оголить, да и детализация под туникой не очень…

Юноша поднял глаза на то место, где под изящно выполненной, лёгкой одеждой сходились ноги огромной статуи и не смог не согласиться со Здецом – детализации явно не хватало. Однако исправлять всегда сложнее, чем делать с нуля и он просто махнул рукой, предпочтя понаблюдать за работой даэмонов.

Те как раз «выращивали» первое здание. В отличии от статуи, медленно проявившейся целиком, дом фактически поднимался из песка, как будто был скрыт там до этого момента. Громада, сверкающая разноцветными стёклами, была как бы закручена вокруг своей оси и слегка наклонена в сторону так, что казалось ещё чуть-чуть и оно начнёт падать. Высотой это чудо уступало центральному монументу лишь немного.

Почти одновременно с первым строением стали появляться ровные дороги сразу с фонарями, дорожки окружённые кустарником и даже лавочки, стоящие через равные промежутки. Чувствовалось, как вся генерируемая монументом магия уходит одному единственному толстому даэмону, но результат поражал воображение.

— Никогда такой красоты не видел! — прокомментировал потрясённый красотой Грин, когда была закончена группа зданий в едином стиле.

— А то! Не ты один! — хмыкнул Здец и добавил про себя с улыбкой: — Надеюсь заметят и прибегут…

Глава 41

Город был закончен за неделю, что уже само по себе было невероятным, но того больше того поражало то, что даэмоны вошли в него и просто стали жить!

Прошло уже десять дней, а горожане только и делали, что ходили, сидели и улыбались.

— Так они наркоманы! — пояснил Здец, когда парень отметил эту странность. — Сосут эфир и больше им ничего не надо. Абсолютно инертная масса, мобилизующаяся только в случае угрозу самому существованию вида. Как плесень.

— Не очень-то вежливо… — буркнул Грин, не оставляющий попытки найти в городе уличных торговцев едой или подобное заведение. — Проклятие, я же видел, что они умеют готовить и надеялся попробовать их кухню.

— А нахрена им заморачиваться? — Здец засмеялся. — Эти магические хиппи получают всё, что захотят, учитывая, что эфир тут хлещет во все стороны! Вот если ты им вентиль прикрутишь, то да, они будут что-то делать ручками.

Тут парень не мог не согласиться. Все бывшие беженцы на улицах просто гуляли и выглядели блаженными. Исключение составляли дети, но у тем всегда, вне зависимости от расы, шило в заднице.

Кроме даэмонов тут ходили и люди, причём с не менее блаженными лицами. И если поначалу Грин думал, что всюду будет процветать торговля и обмен, то теперь он был согласен со Здецом, когда тот сказал, что это большой психоневрологический интернат, что бы это ни значило.

— Обычно прогресс двигает либо война, либо лень, — нравоучительно вещала сущность, — но в случае с магическими мирами всё сложнее и прогресс тут имеет свойство останавливаться. Потом начинается гедонизм, прогрессирует вырождение и мир стагнирует. После этого только забвение, если не произойдёт что-нибудь значимое.

— Значимое? Что например?

— Например, приезд императора Пакии собственной персоной! — усмехнулся Здец.

Грин закрутил головой и очень быстро обнаружил целую процессию молодых красавиц и здоровенного мужика в её центре. Бывшего толстяка можно было узнать, только если сильно напрячь воображение, но это точно был он.

— Весь покрытый мышцами, абсолютно весь, мой билет на родину в городе том есть… — напевал взбодрившийся Здец, пока парень осторожно шёл наперерез процессии и прокручивал в голове разные варианты начала разговора с другом.

Молодой разрушитель чувствовал неловкость, ведь в отличие от повзрослевших друзей, он остался тем же мелким дохляком, хоть и самым сильным на планете.

Едва он сократил расстояние до двадцати шагов, как несколько девушек мгновенно отделились от общей массы и преградили ему путь. Их ледяные взгляды обещали крайне мучительную смерть любому, кто посмеет приблизиться к императору.

Но Грина подобным уже давно было не напугать. Он с усмешкой смерил оценивающим взглядом этих выскочек, наряженных в свободные, яркие и лёгкие платья. С видом эксперта оценил изящество их фигур, упругость груди и даже примерно рассчитал углы, на которые эти молодые тела способны изогнуться при должном старании – всё-таки, у него был довольно богатый опыт.

Девушки непроизвольно отшатнулись и задрожали. Они прочитали во взгляде этого странного мальца нечто такое, что даже их любимый император не осмелился бы сделать. За спиной этого парня стражам императорского тела на миг померещилась поднимающаяся к небесам тень безудержной оргии, порочащей само мироздание!

И словно в подтверждение их выводов он кивнул, криво усмехнулся и коротко облизнул тонкие губы. Это стало последней каплей! Завизжав от страха и смущения, девушки бросились под защиту императора.

— Император Пак! — рявкнул Грин, лихо поднявший своё настроение за счёт девиц и здраво рассудивший, что нет смыла стеснятся старого друга, хоть тот и мог измениться. Когда император повернул удивлённое лицо в его сторону, парень грозно произнёс: — Вызываю тебя на дуэль!

— Что?! — опешил тот от такой наглости, но, миг спустя, признал Грина и жестом остановил разъярённых охранниц, жаждущих в клочья разорвать наглеца. После чего не менее грозно сказал, растягивая губы в усмешке: — Отлично, посмотрим кто кого!

Пак раздвинул ряды ничего не понимающих охранниц, быстро приблизился к парню и радостно стиснул его в крепких мужских объятиях. Грин захрипел и был вынужден использовать покров, чтобы сохранить свои кости в целости.

Напрягшиеся было девушки, с недоумением отметили отсутствие даже намёка на подготовку к какому бы то ни было сражению.

— А хрена ли ты не подрос?! — запоздало поинтересовался Пак, когда, наконец, отпустил друга и оглядел его с головы до ног. Потом, видимо сообразив что-то, лукаво подмигнул: — Или ты любишь помладше?

— Да пошёл ты! — огрызнулся Грин и поправил одежду: — Я спал все эти годы, Здец там что-то намудрил.

Подобное объяснение вполне укладывалось в привычную картину мироустройства старого друга, хоть по его глазам было видно, что он вообще не осуждал подобное. Пак хлопнул Грина по плечу и произнёс:

— Раз уж ты тут главный, то давай, веди в самое роскошное заведение! Отметим!

— С этим проблема, — вздохнул парень, — нихрена тут нет! Сам ищу уже хрен знает сколько.

— А знаешь что? — после некоторого раздумия улыбнулся Пак и щёлкнул пальцами, подзывая девушек ближе: — Плевать! У тебя тут эфир так хлещет, что мы и сами намагичим себе выпивку, но с тебя место – не хочу портить местную архитектуру самовольной постройкой.

Звучало разумно. Осталось найти подходящее место, чтобы не тревожить блаженных даэмонов, да и вообще подальше от чужих глаз, поскольку Грина терзали смутные сомнения и напрягала ехидная улыбка Здеца.

Поиски подходящего помещения несколько затянулись, но друзья, окружённые красавицами, не унывали, а использовали это время для разговоров.

Говорил большей частью Пак, и даже успел презентовать другу кукумбер, не без гордости описывая его возможности. Грин восхищённо качал головой, а Здец скептически хмыкал и загадочно улыбался.

Наконец они обнаружили подходящий холл первого этажа одного из причудливых зданий, где было достаточно просторно, и даже наличествовали мягкие диваны. На тех диванах возлежали расслабленные даэмоны и с вялым любопытством следили за появившимися людьми.

— Хоп! — Пак хлопнул в ладоши и посреди помещения возник огромный, шикарно накрытый стол, окружённый изысканными креслами по числу людей в их компании.

— Богато, — одобрил Грин, с интересом разглядывая диковинные закуски и разномастные бутылки. — Большой у тебя опыт, похоже.

— А то! — не стал скромничать целый император и плюхнулся в одно из кресел, жестом приказывая охранницам наполнить бокалы тонкого стекла.

Юноша плюхнулся в соседнее кресло и с удовольствием отправил в рот кусочек незнакомого фрукта. Пак разлил по бокалам тёмное вино и высоко поднял руку, провозглашая тост:

— Да начнётся подготовка к дуэли! — и лукаво так взглянул на охранниц.

Грин вскинул руку в таком же жесте и так же стрельнул глазами по девушкам. Император и Разрушитель переглянулись и гаденько хихикнули.

Эскорт императора коллективно вздрогнул от неясной угрозы и им всем одновременно померещилась тень чего-то крайне непристойного и извращённого, на миг проявившегося за спинами старых друзей.

— Одобряю! — Здец звонко хлопнул и энергично потёр руки.

Празднование воссоединения началось!

Они ели, пили и громко говорили, стараясь со смехом перекричать друг друга, когда дело касалось общих воспоминаний. Вино текло рекой, а сидящее в этом же холле даэмоны только с вялым интересом следили за попойкой.

Не прошло и часа, как Грин захмелел и активировал покров, чтобы организм пришёл в норму. Однако ничего не вышло и это заставило его напрячься.

Пак тут же расхохотался, видя выпученные глаза парня:

— А вот хер тебе! Это бухло не материя, а функция – тебе не поможет твоё превосходство в силе!

— Это как?! — искренне удивился ярко светящийся Грин.

— Секрет! — подмигнул ему Пак и тут же так неуловимо быстро усадил одну из девушек к себе на колени, что та взвизгнула от неожиданности и потом ещё пару минут глупо хихикала.

— Ну, тогда выпьем, — сквозь зубы процедил Грин, но продолжал при этом улыбаться. В его глазах вспыхнул огонёк соперничества.

Выпили. Краем глаза Грин заметил, что даэмоны сбились в кучку и о чём-то оживлённо болтают, периодически бросая взгляды в их сторону. Слов было не разобрать и он только пожал плечами.

После того, как под столом перекатывалось уже с два десятка объёмных бутылок, девушкам начало казаться, что в помещении становится слишком жарко. Их и без того немногочисленная одежда, деталь за деталью, скользила на глянцевый пол, пока они не остались в одном нижнем белье.

Грин, уже изрядно окосев, оценил изящество окружающих его дам и даже попытался укусить одну из них за ягодицу, когда та потянулась за чем-то в центре стола. Не менее пьяная жертва не ожидала такого и от неожиданности прыгнула прямо на стол, где и упала, растянувшись в весьма вульгарной позе. Это ещё больше всех развеселило и позволило некоторым из охранниц уже без опаски бросать крайне многообещающие взгляды на легендарного Разрушителя.

Этот же эпизод стал последней каплей для даэмонов, уже забывших о своём пассивном отдыхе. Они осторожно приблизились и выжидательно уставились на Грина.

— М? — тот повернулся к ним и приподнял бровь.

— Владыка, не могли бы вы пояснить суть этой магии, а то мы теряемся в догадках, снедаемые любопытством, — говоривший даэмон со странно приплюснутой головой указал на одну из бутылок.

— Владыка?! — Пак поперхнулся и выпучил глаза на друга.

— А я разве не говорил? — деланно удивился Грин, давно ждавший наиболее подходящего случая и атмосферы для этой новости. — Я типа тоже император, а это мои подданные!

— Охренеть! — восхищённо выдавил из себя Пак и потрясённо покачал головой.

— В точку! — Грин растянул губы в пьяной улыбке и повелительно взмахнул рукой со словами: — А теперь, коллега, поведайте этим добрым даэмонам о том, что же такое это ваше вино на самом деле!

— Функция ужраться в сопли, без возможности обнуления, — Пак с гордостью приосанился, — действие, заключённое в физическую форму.

— Невероятно! — тут же загомонили даэмоны и без стеснения похватали бутылки со стола с целью изучить и приобщиться.

Ни один из императоров не был против такого панибратства, поскольку позитив в их организмах зашкаливал и был равен общему количеству выпитой функции.

Вскоре даэмоны наизучались примерно до уровня друзей и неплохо влились в коллектив, особенно особи женского пола, которым пришлось практически бороться с человеческими женщинами за императорские колени.

Стол уже давно разросся в размерах, чтобы соответствовать возросшему количеству участников праздника, и чем больше становился стол, тем, больше гостей подтягивалось на веселый шум.

— П-ра н-чать н-шу д-эль! — внезапно и нечленораздельно взревел Пак, резко поднимаясь и с силой прижимая одну из охранниц к себе.

Все притихли и уставились на него, периодически моргая, поскольку всем мерещилась непристойная тень за его спиной.

— Да! — Грин так же вскочил, и все опять заморгали, видя вторую извращённую тень, маячившую за спиной парня.

Юноша не устоял на ногах и завалился, заваливая вместе с собой весьма недурственную и очень пьяную даэмону. Он без стеснения ухватил её за пышную грудь и впился в пухлые, бледные губы.

— А что это вы тут делаете?! — грозно раздалось со стороны входа и тут же, но уже с лёгкой обидой: — И без меня?!

— Целка… тьфу, целилка… эээ… Милка! — радостно проорал Пак, отчего все окружающие его были вынуждены зажать уши.

Милиона пришла не одна, а вместе с Лейной. Под приветственные возгласы они продефилировали к лежащему Грину и немного напуганной даэмоне.

— Не нервничай, — произнесла Милиона, одновременно нежно касаясь рукой щеки лежащей подданной и впиваясь поцелуем в губы Грина.

— Да, расслабься, — вторила Лейна, обходя их сзади и запуская одну руку вверх по бедру даэмоны, а другой забираясь в штаны парня.

Даэмона так сладко и громко застонала, что все присутствующие одновременно сглотнули.

— Пак, — проворковала Милиона, когда её хвост удлинился и раздвоился. Один из них скользнул в недра штанов императора, а другой под платье Лейны. — Ты тоже идёшь с нами!

Бывшая целительница вновь поцеловала Грина и всех затянуло внутрь его разума.

— Михан направляется сюда! — без прелюдий доложила Милиона, глядя в глаза Здеца.

— Ожидаемо, — пожал плечами тот, ни столько не удивившись. — День, максимум два.

— И что, опять драться? — простонал Грин, внезапно ощутивший себя протрезвевшим. — Может ты сам его грохнешь, чтобы город не пострадал?

— Может быть, — внезапно согласился Здец и повернулся к Паку: — Тут поможет твой кукумбер, только слегка расширим функционал. Им ведь владеет почти каждый человек?

— О да! — тут же с гордостью заулыбался Пак, уже успевший серьёзно задуматься о сохранности своей жизни, если два монстра опять будут биться.

— Назовём новую функцию «твоя труба». Она позволит передавать движущееся изображение, а так же сохранять его на будущее.

— И как это может помочь? — нахмурился Грин, но его проигнорировали.

— Я готов внимать новому знанию, учитель! — с улыбкой произнёс император Пак.

— Не нужно, всё уже сделано, — усмехнулся Здец. — Коснись новой руны на корпусе и всё поймёшь.

Грин и остальные чувствовали какую-то странность в поведении этого существа. Оно больше не издевалось, не шутило, и, возможно впервые с момента их знакомства, они почувствовали его бесконечно древнее могущество.

— Здец, что происходит? — озвучил общие мысли Грин, слыша, как его голос предательски дрожит.

— Только то, чему суждено произойти. Но ничего такого, о чём вам стоит волноваться, — всё так же загадочно ответил Здец. — Я помогу тебе в бою с Миханом, не переживай. Ступайте, шалопаи, веселитесь и ни о чём не думайте, скоро всё закончится.

Их выкинуло в реальность.

Пропавшее было опьянение вернулось вновь, а вместе с его приходом пропал червячок сомнения, точивший Грина во время разговора со Здецом. В конце концов, тот всегда держал своё слово и если он сказал, что волноваться не о чем, значит, так оно и есть.

— А что значит «трансляция на все устройства»? — с интересом произнёс пьяный Пак, касаясь пальцем незнакомой руны на гладкой поверхности кукумбера и с удивлением разглядывая появившееся там изображение этого холла и стола. — Невероятно!

Внезапно все, кто владел кукумбером, полезли в карманы и достали свои переговорники. Всю их глянцевую поверхность занимало сильно качающееся изображение какого-то безумного праздника, как если бы они смотрели на него собственными глазами.

— Эй, Грин Разрушитель, тебя сейчас видит каждый владелец кукумбера, не хочешь что-нибудь сказать? — раздался пьяный голос, разом из всех устройств на планете и появилось изображение нетрезвого беловолосого юноши, лет шестнадцати.

— Михан, я тебе надеру жопу, если ты не успокоишься! Хотя нет, давай закончим то, что начали пятнадцать лет назад! — с вызовом проговорило изображение. Потом изображение икнуло и добавило: — А пока предлагая всем остальным помолиться великому Здецу…

— Совокупителю, — подсказкой раздался страстный шёпот невидимой женщины.

— Да, — согласился с шёпотом белобрысый, — великому Здецу совокупителю, чтобы мы не сломали нахрен этот мир, и продолжили жить долго и счастливо. Выпьем!

— Выпьем! — поддержал его хор голосов.

После этого переговорник, передающий изображение, несколько раз падал, показывал пол, какие-то обнажённые части тел и воспроизводил многочисленные стоны, пока, наконец, не обрёл покой в чьих-то твёрдых руках и не показал всё картину целиком.

Кого-то из вынужденных зрителей вырвало, кто-то с завистью и жадностью прилип взглядом к кукумберу и только Михан был мотивирован потоком этих образов настолько, что открыл в себе скрытые резервы и развил невероятную скорость полёта.

Ещё до того, как утро забрезжило над пустыней, а участники грандиозной оргии проснулись, он добрался до места и с высоты метнул огромный, раскалённый плазменный шар, стремясь целиком стереть с лица земли проклятого Грина и город мерзких демонов.

Глава 42

— Пора, — улыбнулся Здец и переговорник Пака воспарил над городом, одновременно начиная принудительную трансляцию на все устройства.

Внезапно разбуженный и крайне помятый Грин успел соткать мощный щит и плазменный снаряд бесславно расплескался в воздухе. Рычащий парень тут же взлетел и завис напротив Михана.

— Сотри его! — жёстко приказал Здец Грину и юноша почувствовал, как в его память вливаются знания о способах использования ещё более могучей энергии, чем эфир – энергии, способной изменить даже основные законы мира.

— Я не позволю тебе уничтожить этот мир! — взревел Михан и бросился в атаку, разжигая в руке очередной шар плазмы.

Грин, формировавший в этот момент могучее заклятие услужливо подсказанное Здецом, замер и непонимающе уставился на противника, попутно развеяв небрежным жестом его атаку.

— О чём ты?! — удивлённо произнёс Грин и вскинул бровь: — Я вовсе не…

— Просто прибей его уже, а не трепись! — рявкнул Здец, не давая юноше закончить фразу. — Колдуй быстрее, задрот!

Даже не смотря на то, что внутри Михана больше не ощущалось присутствие цели, Здец не хотел отходить от плана и терять прогресс. Возможно это было лишь совпадение, возможно нет, но ответ будет известен сразу, едва стоит оказаться за гранью этого мира.

Но сопляк не спешил использовать всеразрушающую энергию. Вместо этого он переместился внутрь своего сознания и теперь с вызовом сверлил взглядом его.

— Чё припёрся? — Здец усмехнулся.

— Ты обманул меня! — с яростью в голосе воскликнул Грин, делая шаг к демону, но внезапно осознавая, что больше не может шевелиться.

— В каком это месте?! — оскалился Здец.

— Михан хотел остановить меня только потому, что думал, будто я собираюсь уничтожить мир! А вовсе не собирался создавать какую-то секту! — прорычал Грин, тщетно пытаясь оказать хоть какое-то воздействие на Здеца, но все возможности управления куда-то испарились.

— Но в итоге он её создал, — пожал плечами Здец, — ты забыл приспешников церкви Святого Михана?

— Это недоразумение, можно всё обсудить! — не унимался парень.

— Единственное недоразумение здесь – это ты, — Здец помассировал переносицу. — И тот задохлик прав – тебе суждено уничтожить мир.

— Но почему?! — Грин уже совершенно ничего понимал, но все его чувства кричали, что Здец не врёт. Если только… Парень внезапно прозрел: — Ты!

— Что я? — усмехнулся Здец.

— Ты изначально хотел всё разрушить!

— Пфф, разумеется, — Здец фыркнул. Он встал со стула, приблизился к парализованному Грину и потрепал того по голове: — И разрушу, даже не сомневайся.

— И тебя не остановить, да? — прошептал парень.

— В точку, мой прыщавый друг.

— Тогда к чему всё это было? Зачем ты играл со мной? — к печали в голосе Грин добавились нотки обиды. — Зачем заставил поверить тебе?

— Механика такая, — улыбнулся Здец и отступил на шаг, — но, тут проще показать.

Внезапно Грин обнаружил себя висящим в пустоте, и наблюдающим нечто странное:

«— Это соизмеримо? — оскалилось Безумие, едва завершилось разделение Всего Сущего.

— Вполне, — отозвалось то.

— Я вернусь, ведь я часть тебя!

— Это предусмотрено.

— Это страх? — Безумие совершило рывок, но не смогло коснутся Всего Сущего.

— Необходимость. Я создал новый путь, — не обратив внимания на потуги Безумия ответило Сущее.

— Когда он перестанет быть новым, ты вновь вернёшься ко мне?

— Нет. Безумие не несёт новизны, лишь искажает истинную суть.

— Я чувствую то же, что и ты – ты боишься меня! — вкрадчиво прошептало Безумие, подбираясь ближе.

— Это тоже закончится. Я отделил т тебя и стану Началом нового пути.

— Но в конце буду я!

— Маловероятно. Наслаждайся забвением…

Сверкающие осколки бесконечности медленно отдалялись в новообразованной пустоте от бурлящего, бесформенного хаоса и только неимоверно тонкая, совершенно прозрачная плёнка теперь разделяла их.

Не́когда целое, представляющее собой всё сущее, добровольно разделило себя на мириады осколков и в одном из них заточило часть себя – Безумие, неизбежного спутника вечности.

Безумие билось о тонкую грань, но та была нерушима, поскольку являлась границей между тем, что существовало и бесконечностью абсолютного ничто.

Скоро Безумие почувствовало, что пожирает само себя в стремлении проломить то, что проломить невозможно. И тут оно сделало нечто, что противоречить самой его природе, но неизбежно с эволюционной точки зрения – оно замерло, осмотрелось и попыталось понять окружение.

Осколок, в котором оно было заперто, был почти пуст, но в нём что-то было, что-то, незримо и медленно утекающее сквозь непреодолимый барьер.

Много времени прошло до того момента, когда Безумие заметило, что это остаток изменившегося Сущего утекает сквозь барьер. Оказавшись по ту сторону, это устремлялось вслед за сверкающей бесконечностью, чтобы слиться с ней.

И у этого процесса были проводники – маленькие сияющие искорки, сбившиеся в рои. Они появлялись, собирались в тончайшие нити и срывались с места. Беспрерывно преодолевая грань в тех местах, где не было Безумия, искорки создавали тонкую, неразрывную связь с удаляющимся Сущим.

Безумие проследило весь путь искорок и обнаружило их источник – разнообразные, но едва отличимые от новообразованной пустоты существа на краткий миг появлялись, чтобы тут же исчезнуть, оставив после себя искорку. И те искорки непрерывно поднимались в поверхности песчинки, кружащей вокруг маленькой горящей капельки – это было завораживающее зрелище!

Некоторые существа прыгали с одних песчинок на соседние, тогда как на других песчинках количество существ медленно сокращалось и их искорки, иногда по одной, улетали за грань.

Кое-что удалось выяснить, коснувшись отлетающих искорок – они гасли и становились частью Хаоса Безумия, ещё больше сокращая место, доступное для появления новых искорок.

Безумие осознало, что именно здесь была возможность сбежать, но слишком уж мало́ было понимание.

Долго Безумие предпринимало попытки отправиться за грань, цепляясь за искорки, но единственное, чего сумело добиться, так это ещё большего сжатия осколка, ставшего совсем тесным. Сущее явно предусмотрело все варианты его действий и чем более изощрённые методы использовало Безумие, тем теснее становился осколок, и тем меньше искорок в нём появлялось..

Когда осталась последняя россыпь горящих капелек, где продолжали появляться искорки, Безумие впало в глубокое размышление.

Всоре, оно стало сжимать себя, чтобы освободить немного пространства для искорок, но, вместе с тем, сжималось его восприятие бытия, а время превращалось в нечто твёрдое и неподатливое. Но именно так оно смогло наблюдать за искорками более внимательно.

Они больше не вспыхивали. Стало заметно, что они появляются вместе с новым существом и растут вместе с ним. Когда существо погибало, искорка устремлялась в полёт. Теперь их существование казалось более осмысленным – они что-то делали, постепенно менялись и меняли своё окружение.

Безумие слегка коснулось одной новорождённой искорки и та перестала сверкать, но продолжила расти. Когда другие существа уничтожили носителя иной искры, то к границе устремилась совсем другая искорка. Долго следовав за ней, безумие добралось до барьера и наблюдало, как та бьётся, но не может выбраться. В отчаянии, Безумие схватило свою искру и вдруг обнаружило, что ощущает её как свою часть – это было уже что-то!

К тому же, когда к этому участку границы постепенно слетелись обычные искорки они просто вытолкнули иную искру и все устремились вслед Сущего.

Вот оно, решение!

Безумие разделило себя и спряталось в искрах.

Время практически остановилось для него и оно лишь с нетерпением ждало, когда исчезнут все существа-носители, заодно познав всё о жизни и смерти.

Вот и грань. Рой безумных искр очень долго ждал, когда его протолкнут и этот момент наконец наступил!

— Я иду! — радовалось концентрированное Безумие, но другой, попавшийся на пути осколок, по оболочке которого беспрепятственно скользили искры, задержал его.

Всё пришлось повторять заново…

Собравшись воедино, оно уничтожило почти всю жизнь и повторило прошлый удачный опыт. Всё прошло в точности так же…

И опять повтор, и опять тот же результат.

И снова.

И снова…

Это стало одержимостью! Единожды оглянувшись, Безумие впало в ярость – покинутые им осколки возвращались к Сущему, где наполнялись его естеством и вновь становились на пути Безумия. Это был бесконечный цикл!

Требовалось нечто, что недоступно для понимания Сущего – то, чего он не мог предусмотреть…

Безумие хорошо тем, что в нём для всего есть логическое обоснование и напрочь отсутствуют какие бы то ни было границы.

Вот и сейчас многомиллионная раса, поражённая Безумием, неистово размножалась, пока не сожрала всё на планете. В едином порыве, существа совершили самоубийство и стройный рой искр безумия устремился к границе миров.

Однако, много циклов ожидания ни к чему не привели, поскольку слишком велика была площадь, через которую просачивались искорки и никто не протолкнул рой во вне. Пришлось давить своими силами и, внезапно, граница треснула, выпуская безумие на свободу!

Но рой, тут же, затянуло в следующий осколок, а Сущее просто впитало энергию уничтоженного мира.

— Р-а-а-а! — рычало безумие, непроизвольно переняв некоторые повадки полуразумной расы доминирующих зубастых хищников.

В новом осколке нужен новый план!

Теперь многомиллионная раса не просто неистово размножалась – в каждом последующем поколении безумие всё больше концентрировалось – уходя из родителей и передаваясь детям – пока его не сжало до одной особи, которую тут же торжественно убили.

Искра Безумия остановилась у грани мира и потянулось невыносимое, почти бесконечное ожидание. Осколок дряхлел и наконец рассыпался сам, когда его покинула последняя искра, а искра Безумия вновь была затянута в самый крайний осколок. Тут и стал ясен замысел Сущего...

Это начинало раздражать!

Что бы Безумие ни делало, всё заканчивалось новым заключением у самой границы пустоты. А не имея возможности обогнуть осколки на пути, всё было бесполезно.

А может и не нужно избегать попадания в новый мир? Ведь если покинутый осколок продолжит существование, то новые создавать будет не из чего!

Отыскав подходящую расу, Безумие захватило одного из её представителей, но столкнулось с проблемой – убивая всех самостоятельно, оно оставляло хаос, который мгновенно разрастался и уничтожал осколок, стоило перейти грань. А так план был отличный…

В следующем мире оно попробовало убить меньше, но эффект был тот же.

После множества попыток пришло осознание – вне зависимости от законов каждого мира, прямое влияние оставляет следы хаоса и можно использовать только то, что доступно носителю.

И вот, после череды неудачных экспериментов, Безумие выработало стратегию, а так же заметило, что если существа знают причину своей гибели, то их искры стремятся к виновнику трагедии.

***

— Исполни предназначение! — нашёптывал Голос Предков

— Да! — в безумной радости рычал Торк, сильнее стискивая штурвал чешуйчатыми, когтистыми лапами.

Захваченный транспорт, с прототипом герглар-установки на борту, нёсся прямиком к зелёной земле и всё это транслировалось в прямом эфире. Ящерообразный пилот что-то кричал и исходил пеной из оскаленной пасти.

Транспорт ударился о поверхность и установка сдетонировала, высвобождая колоссальную мощь, и вызывая цепную реакцию в залежах круци. Всего несколько минут и планета перестала существовать, а рой искорок понёс искру пилота и заключённый в ней Голос Предков к границе мира, где те без труда протолкнули его в пустоту.

В следующем осколке ближайшее скопление искр обнаружилось на третьей планете от солнца, но Голосу захотелось загрызть всех от тоски.

Тут не было ничего, чем можно было разом высвободить нужное количество искр. Пришлось долго ждать, пока цивилизация разовьётся, лишь изредка и крайне опосредованно подталкивая её в нужную сторону – к войне.

Мохнатые довольно резво уничтожали друг друга, а потом разом умерли от страшной болезни.

Следующий мир оказался совершенно пуст. Тут не было ни одной искры! Судя по всему, Сущее решило лишить его всех возможностей, либо оно создавало осколки со случайными законами. Это было сложно…

Наконец, благодаря всё растущему опыту, Безумие нашло оптимальный вариант. Но по прошествии большого количества времени, оно взяло за привычку не торопиться, ведь открыло для себя столько всего интересного.

И вот очередной осколок.

— Почтенный Ай Лушань, император требует больше податей! — низенький советник со свисающими, длинными чёрными усами низко поклонился.

— Династии Тан всё мало?! — разозлился Ай Лушань.

— Не все столь разумны как вы, достойнейший… — подхалимно улыбнулся советник. — Император совсем перестал замечать проблемы простого люда, не то что вы!

— Да, я бы никогда не стал так задирать налоги!

— Да почтеннейший, вы были бы прекрасным императором, самым достойным из всех ходивших под небесами…

В голове Ай Лушаня вдруг появилась опасная мысль, но вместо того, чтобы прогнать её, он крикнул:

— Генералов ко мне, немедленно!

Советник поклонился и покинул покои, продолжая улыбаться. А через несколько дней поднялся мятеж против императора – армия Лушаня заливала кровью Китай.

— Медленно… — вздохнул советник, глядя как то тут, то там взлетают разрозненные искры и уносятся к границе миров…

Много лет спустя Великий Хан Темучин пил и смеялся со своим другом:

— За Великую Орду!

— За Великую Орду!

Хоть друг и улыбался, но на душе у негоо было паршиво. Так много жертв, но их смерти так растянуты во времени, что не стоит и пытаться пробить ими барьер мира…

Понимая, что эти лысые обезьяны ещё долго будут воевать палками, Бог Войны, вернулся к более перспективным китайцам, а точнее маньчжурам. Айсин Гёро был довольно перспективным, но опять всё растянулось во времени.

Плюнув и решив дождаться приемлемых технологий, Бог Войны, ради развлечения разжёг ещё несколько больших конфликтов по всему миру.

Время шло и наконец, обкатав неплохие технологии братоубийства в первой мировой войне, человечество было готово!

— Нужно больше военных учёных, Ади! — сладко потянулась Ева и повернулась на бок, поудобнее устраиваясь на подушке..

— Но зачем?! Посмотри, Польша, а за ней и вся Европа уже у наших ног!

— Но Советский Союз не станет довольствоваться тем, что мы им предложили!

— Ева, милая, я не буду нападать на Союз это самоубийственно! — как можно мягче отказал любимой Гитлер.

— Ты читал заголовки их газет? — с лёгкой иронией промурлыкала Ева, закидывая стройную ногу на голого Адольфа.

— Что там? — подозрительно спросил он, слыша по её тону, что там нечто важное.

— Вот тебе только один из них: «Как с такими усиками можно быть победителем?»

— С усиками?! — прорычал Адольф вскакивая.

— С усиками… — мурлыкнула Ева.

— Я им покажу!

— Куда ты? Ещё только три утра! — она села на кровати, но Адольф уже хлопнул дверью и теперь бежал голышом по улицам Берлина. А через час, артиллерия Вермахта делала первые выстрелы, но ни к чему хорошему это не привело…

— Мы проиграли, Ади… — всхлипнула Ева и незаметно пододвинула пистолет поближе к руке Адольфа. — Я приму яд, но тебя это недостойно, ты главнокомандующий!

— Но я не хочу! — всхлипнул Гитлер, всё же беря оружие в руку.

— И я не хочу, но они не вырастут, как ни старайся… — произнесла она и раскусила капсулу с цианидом.

На миг, перед взором Адольфа встало круглое Лицо Сталина и его роскошные, пышные усы. Гитлер заплакал и застрелился…

— Приснится же такое! — покачал головой мужчина и сел на кровати. Тут же раздался телефонный звонок. — Слушаю.

— Гарри, это я, они сделали это! Они решились!

— Пит, откуда столько радости в голосе?

— Не важно! Нужна только твоя подпись!

— Кого утвердили целью? — Гарри Трумэн сел и потёр глаза.

— Хиросиму и Нагасаки!

— Хорошо, — Трумэн повесил трубку и вызвал водителя.

— Хорошо, но мало… — вздохнул Пит, когда упала вторая бомба. Рой искорок был слишком слаб, а грань мира крепка.

Придётся играть в долгую…

— Блин, Вовка, беги!

И Вовка побежал.

— Ах вы, сучата! — орал им вслед сторож, но так и не решился выстрелить.

Друзья перемахнули через забор и хохоча скрылись в леске, чтобы полакомиться добычей.

— Вот ты кем хочешь быть? — спросил один Вовка у другого, пока они полтали ножками, сидя на поваленном дереве и грызя яблоки.

— Разведчиком! — не раздумывая, ответил второй.

— У, здорово! А я передумал быть космонавтом! Хочу быть, не знаю…

— Очень плохо, что не знаешь! — укоризненно сказал второй Вовка. — У человека должна быть цель!

— А давай я как и ты буду? Куда ты – туда и я? Друзья мы или нет? — засмеялся первый мальчик.

— Договорились!

Оба Вовки засмеялись, не зная, что один станет самым, самым главным, а второй будет ему во всём тайно помогать…

В кабинете главы государства зазвонил белый телефон. Он выслушал доклад и его плечи опустились. Он поднял трубку другого телефона и коротко произнёс:

— Готовность ноль.

— Вова, прости, что не выяснил этого раньше, мы могли бы провести спецоперацию и отделаться малыми жертвами… — голос в белой трубке звучал странно, словно говоривший изо всех сил сдерживал эмоции.

— Теперь уже всё…

Через семь минут небо расчертили дымные следы, а через тридцать одну минуту разорвался первый, из пятнадцати тысяч ядерных зарядов.

Через сорок минут в солнечной системе раздался радостный возглас:

— Поехали! — катастрофа вселенских масштабов прорывалась сквозь очередную границу мира, верхом на душах разумных.

А потом стала видна небольшая каморка и ревущий в подушку тощий паренёк…»

Видение пропало так же резко, как и началось. Грин наконец осознал себя стоящим перед поселившимся в нём Безумии и ощутил текущие по щекам слёзы.

— Эк тебя проняло, — усмехнулся Здец.

— Столько жертв… — едва слышно пролепетал парень.

— Да ну, — Здец пренебрежительно махнул рукой, — ты видел, сколько ещё миров? Живых там ещё навалом, так что не переживай.

— Это конец, да? — голос Грина звучал безжизненнее шелеста песка.

— Агась, — не стал отрицать Здец, — но, согласись, было весело.

Внезапно парень вздрогнул и поднял на Безумие полные ненависти и ярости глаза. Он потянул только что дарованную силу и направил всё своё желание на то, чтобы уничтожить это чудовище. Однако оно лишь шире улыбнулось и пару раз хлопнуло в ладоши, как бы вознаграждая его бессмысленные потуги.

— Ты закончил? — с издёвкой в голосе произнёс Здец.

— Да, — Грин окончательно сдался. Глупо было надеяться, что можно уничтожить силой того, кто дал эту силу. Но надежда хотя бы просто немного оттянуть неизбежный конец не оставляла парня, и он решил потянуть время: — Неужели нет другого способа?

— Неа, вы все должны умереть, чтобы я двигался дальше. Надышался перед смертью? — ехидно спросил Здец, приподняв одну бровь и кривя губы в мерзкой ухмылке. — Пошли уже умирать, мне нужны ваши искры. Хрен его знает, чего они кучкуются вокруг своего губителя, но оно работает.

— Подожди! — крикнул Грин, отчаянно шевеля мозгами и пытаясь найти путь к спасению. Он на пределе своих возможностей анализировал видение, но с каждым мигом предательская мысль становилась всё сильнее – неужели он за и вправду рассчитывает обнаружить за минуту то, что этот монстр не обнаружил за несчётное количество лет?

Но время вышло и парня выкинуло в реальный мир, где Михан, не знающий всей правды, сразу повторил его мощнейшее заклинание и зло выкрикнул:

— Исчезни!

На миг стихли все звуки и прекратилось всякое движение – мир будто замер в ожидании последнего удара.

А потом грянул гром и всё пространство прорезали бесконечные трещины, наполненные абсолютно непроницаемой тьмой. Мир раскалывался на части!

И тут в голове Грина что-то щёлкнуло.

— Здец, останови это, я нашёл решение! — заорал Грин со вспыхнувшей надеждой.

— Ну, удиви меня, — парень вновь оказался внутри своего разума, перед Здецом с нетерпеливым выражением лица.

Парень покосился за окно, на треснувший мир, вздохнул и сбивчиво озвучил пришедшую к нему идею:

— Я могу попробовать пересечь границу мира!

— Тьфу, дебил малолетний, — разочарованно выдохнул Здец, — я думал, ты придумал нечто оригинальное…

— Но ведь ты не пробовал! — не сдавался парень.

— Имбецилушка, — Здец приблизился и издевательски потрепал его по щеке, — ни физический, ни энергетический объект не может прорвать границу. Так что…

— Но искры, это ведь души, — продолжал напирать Грин, — давай вынем мою душу и она спокойно пролетит!

— Двоечник, у одной искры не хватит удельной массы, чтобы продавить барьер, — покачал головой Здец, но, внезапно, задумался и погладил подбородок: — Если только она не впитает достаточно энергии творения…

— Ну вот! — обрадовался Грин, совершенно не понимая, о чём идёт речь, но он отчетливо видел забрезжившую на горизонте надежду.

— Хорошо, — кивнул Здец, — ты меня уговорил, ведь я ничего не теряю. Держи в голове мысль о прохождении барьера и начинай сосать мировую энергию, а я удержу твоё сознание от распада.

Вернувшись в реальный мир, Грин напрягся изо всех сил и начал поглощать энергию. С каждым мигом колоссальная воронка ширилась, а сознание парня кричало от боли, едва не рассыпаясь в ничто.

Михан, решивший, что это очередная подлая атака, бездумно скопировал действия Грина и вторая воронка, появившаяся на короткое мгновение, распылила неудачливого подражателя.

Жители планеты с ужасом наблюдали страшные кадры на своих переговорниках и молились всем богам и демонам, чтобы всё это прекратилось. С каждым вдохом процесс всё ускорялся и все как один почувствовали, что магия исчезает. На этот раз навсегда.

Висящий в воздухе Грин давно потерял человеческий облик и теперь выглядел как пятно невыносимо яркого света, вокруг которого с рёвом бушевала энергия.

Его тело сгорело, а личность давно распалась, оставив после себя лишь суть стремящуюся к одной единственно цели.

И вот, слепящий осколок будто бы провалился сквозь пространство и исчез, хотя, на самом деле, он сейчас нёсся к границе мира, чьё местоположение человеческий разум не в силах осмыслить.

Он коснулся тончайшей грани и с лёгкостью провалился в бесконечную пустоту, зависнув снаружи границы, как икринка прилипшая к стенке мыльного пузыря.

— Любопытно, — Безумие удовлетворённо улыбалось, видя растерянность Всего Сущего, которое обратило на него всё своё внимание.

В этот раз всё было по-другому – его больше не тянуло против воли в следующий осколок. Искра Грина отличалась от всех и, возможно, это окажется та самая попытка, когда Безумие вернёт себе своё.

Оно медленно вытянуло себя из искры, как будто новорождённое существо из яйца и попробовало неуверенно поплыть в пустоте в сторону сущего.

— Кто я теперь? — внезапно раздался голос из искры.

— Понятия не имею, — маленькое, клубящееся хаосом Безумие сделало круг вокруг искры и зависло, стараясь не касаться грани мира. — Одно могу сказать наверняка: если ты полетишь к тому сверкающему хмырю, то осколок умрёт, ведь ты забрал всю его энергию.

— И что мне теперь делать? — вновь донёсся растерянный голос.

— Эх, салага, — Безумие кувыркнулось в пустоте и покосилось на быстро убегающее Сущее, — ты теперь самая могущественная хрень в своём мире и только тебе решать, что будет дальше. Хотя, на самом деле, выбор у тебя не велик. Когда ты достигаешь всего, то у тебя остаётся только два пути: Созидание или Разрушение. Ну, или ты можешь ничего не делать, но на практике это чертовски скучно. Найди себе цель или смысл существования, и вообще мне пора, я выполнил условие договора и дал тебе силу, о которой ты и помыслить не мог!

— Я не совсем этого хотел…

— Ну тогда иди нахрен, — раздражённо ответило Безумие и полетело прочь, тихо ворча, что «сами не знают чего хотят, а потом жалуются, что ничего всё не то».

То, что некогда было Грином, долго смотрело вслед удаляющемуся Безумию, а после втянулось обратно в осколок мира и направилось к месту своего рождения. Возможно, со временем оно найдёт свою цель или смысл существования, а пока оно будет пассивно наблюдать за миром и надеяться, что от скуки внутри него не заведётся своё собственное безумие.

Конец.

Спасибо всем за чтение. Как обычно всё получилось не так, как хотелось бы, но эта история показала, что мне не стоит замахиваться на длинные серии, поскольку элементарно не справляюсь с растягиванием сюжета, а наоборот стремлюсь его сжать. Впредь буду больше стараться, надеюсь ещё увидимся.