Дарованный

Глава 1. Робкие воспоминания

-Когда-нибудь ты найдёшь человека, который поймет твои чувства и останется рядом несмотря ни на что, - голос матери был тихим, ровным, но каким-то до странности тревожным. Нотки грусти в ее словах будто говорили: "это будет кто-то... но не я". В чуть приоткрытое окно проник холодный пронизывающий ветер, отчего рама со скрежетом ударялась о внутренние откосы, издавая печальные звуки: "скрржж-бам". Я приоткрыла веки и, чуть приподнявшись на кровати, осмотрела комнату сонным взглядом. По стенам бегали озорные солнечные зайчики, которые так и норовили исчезнуть. От кошмара, который все ещё ясно стоял перед глазами, грудь будто сдавило, от нехватки воздуха чуть кружилась голова. Сердце стучало так сильно, что казалось, будто оно вот-вот выскочит. Глубокий вдох. Я снова окинула суровым взглядом маленькое помещеньице, которое возьму на себя смелость назвать своей комнатой. С того момента как я, полностью изнуренная тяжёлым рабочим днем, ввалилась сюда и с "уханьем" упала на кровать, абсолютно ничего не изменилось. Все те же деревянные полки, которые вот-вот отвалятся от стены, а на них - потрепанные книжки с выцветшими страницами, но кое-где просвечивают корешки новых школьных учебников. Все тот же стол с аккуратно сложенными тетрадями и небольшой коробочкой, заменяющей органайзер. На стуле со сломанной передней ножкой, который находится рядом со столом, мирно висит недавно выглаженная школьная форма. Но спешу вас заверить - только эта комната выглядит так ужасно, остальные вполне сносные. В немом предчувствии я с опаской остановила взгляд на часах и с ужасом отметила, что уже давно за полдень. Бесполезно было даже думать о том, чтобы пойти в школу. Какой толк в том, чтобы прийти на последний урок... "И все из-за этого ужасного сна. Ну что за невезение!" - пронеслось в голове, а потом я произнесла вслух, дабы убедить саму себя: - Нет абсолютно никакого смысла ворошить прошлое, - и чуть повысив голос, добавила, произнося по слогам: - БЕСПОЛЕЗНО. "Саша Авраменко, 17 лет. Люблю учебу, ненавижу лишние действия и ложные обещания. Вот, пожалуй, и все, что я могу сказать о себе, дорогой дневник",- быстро чиркнула я на первой странице толстой тетрадки с изображением белых роз. Я решила вести дневник не так давно, потому что в последнее время вокруг меня слишком много странностей, а рассказать об этом некому. Чуть подумав, я продолжила, поставив в маленькой клеточке сегодняшнее число: "Вчера со мной случилось кое-что по-настоящему необычное", - откинувшись на спинку того самого потрепанного жизнью стула, я глубоко задумалась. Все те слова, которые хотелось бы изложить на бумаге, все никак не складывались в связные предложения. Тогда я решила забросить эту бредовую идею и, резко поднявшись и еле удержав равновесие из-за потемнения в глазах, проследовала на кухню в поисках еды. Как и ожидалось: пустота, кажется, чуть-чуть, и я увижу пролетающее перекати-поле, как в некоторых сценах преимущественно американских фильмов. В надежде я заглянула в свой красный кожаный кошелёк. Что ж, тысяча рублей со вчерашней подработки. Этого вполне хватит. Наскоро накинув легенькую ветровочку небесно-голубого оттенка, я быстро выскочила из квартиры обычного серого и скучного многоэтажного дома на окраине города. Осенний необычно резкий и холодный ветер трепал мои и без того странно уложенные волосы. Я рассеянно заложила рыжую прядь за ухо, накинула помятый капюшон на голову, чтобы избежать неистовых порывов. Октябрь обещал быть прохладным. Что ж, самое время рассказать о себе чуть больше, может, хоть здесь мои мысли сложатся в единую историю. Хорошо, начнем. Саша Авраменко, 17 лет. Свое детство я провела по большей части у тёти, потому что моя мать бросила меня, когда мне не было и трех лет. Я была ещё ребёнком, но это не значит, что не запомнила всех подробностей. Тот кошмар, который я описывала ранее, имеет прямое отношению к воспоминаниям о последнем дне рядом с ней. Что ж, не будем о грустном. Как только я осталась одна, меня взяла к себе на воспитание мамина сестра Анна Фролова. Думаю, она сделала это из чувства долга или жалости, потому что не хотела смотреть, как ее племянницу отправляют в детский дом или на то, как я страдаю от предательства близкого человека. Обычный материнский инстинкт, я полагаю?.. Это уже неважно. Хотя я рада, что оказалась в ее доме, ведь с детства у меня остались лишь теплые воспоминания о ее редких визитах, ведь в то время она жила и работала в другом городе, где-то на юго-западе страны. Моя тётя в меру обеспеченный человек, так как её муж - Максим Альбертович - успешный и опытный предприниматель, а сама она - весьма талантливый дизайнер. Естественно, с детства, чтобы заполнить пустоту в моей душе, тётя Аня вся из кожи вон лезла, чтобы я ни в чем не нуждалась. Таким образом, она тратила неимоверное количество денег на подарки и развлечения, к которым я даже интереса-то не проявляла. Мне было больно смотреть на необычное, но бесполезное рвение тёти, потому я сказала прямо, что не требую к себе повышенного внимания, а достаточно уже того, что мне дают крышу над головой, уютный и приятный дом, сытную еду. О чем ещё мечтать?.. Когда мне исполнилось 16, я выказала желание жить одной. Нет, не думайте, что все вышло так спонтанно и безосновательно! Просто в тот год Максим Альбертович отправлялся в частые командировки на длительный срок, из-за этого тётя Аня постоянно волновалось, ходила рассеянная и какая-то потерянная. В один из тех немногих вечеров, когда мы ужинали за одним столом, я предложила: "Анечка (она всегда просила называть ее так), тебе, наверное, тяжело, что дяди Максима (опять же называю так по просьбе самого мужчины) так часто нет дома. Может, тебе с ним ездить? Он говорил, что следующая поездка в Красноярск затянется, не думаешь, что хорошо бы быть рядом? ". Я правда не рассчитывала, что мои увещевания сработают, потому что тетя известна своим непреклонным и дерзким характером. Однако она сдалась уже после 10 минут споров, наверное, уже и так находилась на пределе. Ох уж эта любовь! После разговора началась череда" охов" и" ахов", но в тот момент и дураку было бы понятно, что она уже давно сломлена моими доводами. Вы можете сказать, что это ужасно безответственно - оставлять несовершеннолетнюю девушку одну в квартире на долгое время. Органы опеки были бы не в восторге, по крайней мере. Именно чтобы избежать неприятных инцидентов, Анна наказала молодой и амбициозной соседке Анастасии приглядывать за мной, помогать, если вдруг у меня возникнут трудности с деньгами или хозяйством. Таким образом, я осталась на полгода одна. За четыре месяца до этого мы продали шикарную квартиру, позже на время заняли эту, пока строится частный дом по личному заказу Максима Альбертовича, так что, скажем так, в тот период проживала я не в апартаментах, и не сказать, чтобы в хоромах, даже несмотря на большое количество денег. Тётя постоянно жаловалась, что квартира слишком старая, полна безобразия и безвкусицы, но лично мне так даже больше нравилось. Это место было для меня единственной тихой и спокойной территорией, где я могла бы расслабиться. Денег, которые отправляла тётя каждый месяц, было недостаточно, видимо, она не очень хорошо представляла, сколько мне нужно, чтобы прожить без нужды. Но в больших расходах есть и моя вина. В первый месяц одинокой жизни я, скажем так, "ушла в отрыв", тратила слишком много на еду, развлечения и прочую дребедень, без которой бы прекрасно могла прожить. Позже я осознала, что поступая так, оставляю себя без средств для жизни. Первое время пришлось влазить в небольшие долги, один раз я даже заняла кое-какую сумму у вышеупомянутой харизматичной барышни по имени Анастасия. К счастью она не была заинтересована в том, чтобы докладывать о моих проблемах тёте, за что я была ей безмерно благодарна.

К моему великому удивлению, Анастасия оказалась не такой плохой, как я думала с самого начала. В первые же недели после отъезда тётушки, она начала почти каждый вечер заглядывать ко мне на чай, приносила что-нибудь вкусное, помогала мне по дому, болтала о всяких несуразностях, связанных с работой и личной жизнью. Я выяснила, что наша разница в возрасте составляет всего 6 лет, потому после двух таких ее визитов мы сошли на "ты". Настя показала себя как довольно жизнерадостный и любопытный человек. Ее живые карие глаза то и дело бегали из стороны в сторону в поисках подходящей темы для обсуждения, а бледное от природы лицо вдруг наливалось румянцем, как только она находила это. Ее губы имели очень привлекательную форму : нижняя будто чуть опухшая, а верхняя с интересным четким контуром, который резко выделялся на ее милом лице с мягкими чертами. Она очень часто смеялась, потому я заметила, что как только ее губы расплываются в улыбке, нижняя часть вдруг сужается, что придает ей определённый шарм. Самой примечательной чертой характера Насти я бы посчитала доверчивость. Она часто приходила ко мне на выходных просто чтобы напиться и поплакаться в жилетку о своих неудачных любовных похождениях. С работой все ладится, начальство довольно, платят много, а вот на личном фронте дела якобы плохи. И все какие-то глупые и избалованные мужчины попадаются, что хоть метлой от себя отгоняй. Меня искренне никогда не интересовала тема любви и отношений, но даже так я терпеливо ее выслушивала и старалась дать максимально дельный совет. Просто такой уж она хороший человек. Когда мы сблизились ещё больше, она стала помогать и финансово. Точнее, она покупала мне то, что я не просила, а я обещала, что верну деньги так скоро, как смогу. Со временем тётя стала присылать куда больше денег, поэтому я и вовсе перестала в них нуждаться. Но чувство ответственности заставляло хвататься за любую подработку, какая подвернется. Конечно, таких случаев было очень мало, так как я все ещё оставалась старшеклассницей. Вот так плавно мы и перешли к другой части моей жизни - школьной. В тот момент я была ученицей 10 класса очень престижной школы с уклоном на естественные науки. В такое заведение я поступила, конечно же, по настоятельной просьбе тетушки. В школе мне всегда откровенно не нравилось. Будни настолько сильно докучали, что примерно к середине учебы я была готова впасть в депрессию. И так из года в год. Лица одноклассников всегда казались такими пустыми и глупыми, что порой мне не хотелось даже разговаривать с ними. К концу средней школы я и вовсе стала всех сторониться. С учителями отношения были вовсе неплохими, так как я выполняла домашние задания и всегда без ошибок отвечала на уроках даже самые сложные темы. Но что-то во мне сильно их настораживало, потому что я замечала, что время от времени они бросают на меня косые многозначительные взгляды. "Вот же ж, зачем так пялиться, очень неловко", - сразу же проносилась мысль. Довольно скоро я узнала причину такого нездорового интереса. После церемонии завершения учебного года и подведения итогов в конце 9 класса, мой руководитель сказал, что хочет со мной серьёзно поговорить." Когда люди упоминают эти серьёзные разговоры, сразу становится не по себе", - подумала я тогда. -Так что вы хотели? - мне показалось, что мой тон был слишком грубым, но исправлять себя я не стала. -Во-первых, хотел поздравить с успешным, просто отличным, завершением учебного года, - Андрей Владимирович сделал вид, что не заметил моей очевидной агрессии. - Что планируешь делать дальше? -Тётя предложила поступить в школу с уклоном на естественные науки, - нехотя пробормотала я, сгорая от неловкости всей этой ситуации. - Полагаю, я так и поступлю. Минута после моего ответа прошла в полном молчании. -Эм... Можно идти? - спросила я, начиная потихоньку раздражаться. Андрей Владимирович двусмысленно ухмыльнулся. -Иди, - кивнул он, а вдогонку добавил: - Советую подумать над тем, что хочешь ТЫ, а не твоя тётя. Полностью игнорируя, я вышла за двери кабинета. И только когда я перешла в 10 класс, начала понимать, почему учитель дал мне такой совет. Атмосфера, которая царила каждый день, начиная с первого сентября, сильно угнетала и давила. Абсолютно все требовали определиться с выбором будущего, но я категорически отказывалась рассуждать на эту тему. Потому что меня ничто в этой жизни давно не интересовало...

Глава 2. Нужный человек

Я не помню точно, когда это началось… Но в какой-то момент я ощутила, что сердце полностью опустело. Больше не было вещей, которые бы увлекали или радовали. Осталась только тьма и боль обиды, которая, как известно, съедает человека изнутри.

Я всегда с завистью наблюдала за людьми, которые делают, что хотят и берут от жизни всё, идя вперёд с неизменной улыбкой на лице. Потому что так хотят, а не потому что их кто-то заставил. У меня же, напротив, такого уже давно не было.

С самого детства я думала, что неважно, какая еда мне нравится или какую музыку я хочу слушать, но позже всё переросло в более серьёзные проблемы. Если у моих сверстников на протяжении всей жизни были какие-то мечты и цели, то я жила одним днём и никогда ни к чему не стремилась. Да, тётя и все остальные говорили, что у меня большой потенциал, но я никогда даже не дослушивала, к чему именно потенциал и что мне нужно сделать, чтобы стать лучше.

Видя моё искреннее и растущее с каждым днём безразличие к жизни, тётя отправила меня на приём к психологу, когда мне не было и 13-ти лет. Я правда хотела загладить свою вину перед Анной, поэтому послушно посещала кабинет врача два раза в неделю на протяжении трёх месяцев. В итоге, внятно мне смогли объяснить лишь одно: моё состояние связано с травмой из прошлого, но ничего дельного насчёт средств и способов лечения я так и не услышала, поэтому сказала тёте, что больше не нуждаюсь в терапии.

Травма из прошлого? Я вас умоляю. Конечно, у меня травма, а вы чего ожидали! Из-за того, что в детстве меня бросила мама, я стала бояться сближаться с людьми, чтобы мне не смогли снова причинить боль. И даже если я хотела побороть этот страх в себе, ничего не выходило, мозг сам приводил в движение все защитные реакции. В конце концов, люди стали видеть во мне просто зазнавшуюся избалованную девчонку с мерзким характером. К концу средней школы оказалось бесполезно кого-либо переубеждать, поэтому я стала безразлична и к этому. Тогда становится понятно, почему за 16 лет жизни у меня не появилось ни одного друга… Хотя постойте, можно ли назвать Настю моим другом? Скорее, она просто хорошая знакомая?..

Ну, вернёмся к тому дню, с описания которого я начала.

Вернувшись домой с пакетом продуктов, я заполнила холодильник, наскоро сделала себе завтрак и, немного подумав, вышла за дверь квартиры, чтобы пригласить Настю перекусить вместе. Насколько мне было известно, в этот день ей дали выходной. Она немедленно открыла дверь, радостно обняла меня и важно прошагала в мою квартиру. Она всегда чувствовала себя очень свободно у меня дома, поэтому, быстро сев за стол, приступила к еде. Я последовала её примеру.

Мы снова много говорили о всяких неважных вещах, громко смеялись и радовались, что смогли провести утро вместе. Она сказала, что тётя прислала деньги на месяц, что привело меня в восторг, потому что последние деньги из присланных ранее я спустила на компенсацию материального ущерба на своей подработке, где я имела неосторожность разбить окно, пока несла огромную железную стремянку.

Настя вела себя как всегда непринуждённо и легко, но я понимала, что в глубине души она испытывает ту же неловкость, что и я. Мы и правда много общались в последнее время, но это вовсе не означало, что вдруг мы стали закадычными друзьями. Мы ещё немного посидели, мило беседуя о всякой всячине, но совсем скоро Настя встала из-за стола и, извинившись за беспокойство, вернулась к себе.

Я тяжело вздохнула и, предварительно прибравшись, села за письменный стол, взяла в руки ручку, раскрыла тетрадь на нужной странице и начала писать своим корявым почерком:

«…В последнее время я начала замечать на себе больше взглядов, чем обычно. То есть, эти взгляды были со стороны одного и того же человека: моего нелюдимого одноклассника Матвея Бестужева. Ещё с начала года я поняла, что в классе его не слишком любят, поэтому аналогичным образом старалась обходить его стороной. Впрочем, я это делаю по отношению ко всем одноклассникам, он не какой-то особый случай. Сначала и он не проявлял никакого интереса к моей персоне, однако около недели назад я стала замечать, что мы постоянно сталкиваемся в общественных местах даже помимо школы, будь то библиотека или магазин.

Надо рассказать немного о нём. Я бы не назвала его писаным красавцем, но чтобы быть в центре внимания всеобщим любимчиком его внешности было бы вполне достаточно. Кажется, он совершенно небрежен по отношению к своему внешнему виду, волосы цвета соломы, вьющиеся ближе к макушке, всегда растрёпаны и торчат во все стороны. Но, честно говоря, даже так они смотрятся очень эстетично, особенно когда солнечный свет, проникающий через окно класса, заставляет их переливаться всеми оттенками золота, а ветерок чуть колышет выбившиеся из общей картины прядки. Его глаза обычно остаются безразличными и пустыми, а из-за их тёмного цвета кажется, что он очень холодно оглядывает тебя с ног до головы. Так рассказывали девочки, признавшиеся ему в любви, которые были, даже несмотря на замкнутость и отстранённость парня. Я же, напротив, считаю, что у него очень задорный и живой взгляд, особенно когда он замечает что-то интересное в своём окружении. Однако и то самое безразличие в них тоже есть, потому что когда его ругают или отчитывают за опоздание или за сон во время урока, он остаётся хладнокровным.

Его телосложение уж больно худощавое, так и хочется подойти во время обеда и запихать ему в рот кусок жирного мяса. Он часто пропускает уроки физкультуры, но когда появляется, кажется вялым и совершенно незаинтересованным. А самое главное, учитель никогда его не ругает, даже если он совершает ошибки или и вовсе не выполняет заданную норму. Да и остальные учителя относятся к нему достаточно снисходительно.

Учится он средне, но мне кажется, что если постарается, вполне может и меня обогнать, потому что все работы в классе типа контрольных и проверочных всегда делает быстрее всех, получая сносные отметки. Он часто спит на уроках, которые ему откровенно не нравятся, например, на биологии или химии, поэтому оценки по этим предметам скачут от тройки до пятёрки. Все эти выводы я сделала, опираясь не только на рассказы его фанаток, но и на личные наблюдения, так как он сидит за партой, которую прекрасно видно с моего места. С тех пор, как я заметила его слежку (если это можно так назвать), я стала приглядываться к нему всё больше, дабы объяснить такой нездоровый ко мне интерес. Как ни странно, но за всё время, что мы проучились вместе, мы ни разу не разговаривали друг с другом, даже не здоровались. А вчера…вот что случилось.

Меня пригласили в кабинет завуча, так как тот хотел обсудить со мной мои планы на будущее и дать очередные советы, которые мне были совершенно неинтересны. Это было после последнего урока, так что я представляла, как сильно меня задержат, ведь торопиться-то некуда.

После двадцати минут бесполезного монолога Леонида Аркадьевича о моих способностях к химии и биологии, я сделала вид, что мне позвонили, бросила короткое «извините» и вышла за дверь кабинета. «Фух, ну и денёк, - подумала я. – Какое-то время, кажется, мне нельзя попадаться ему на глаза». Моя школа – очень большое здание в четыре этажа с огромным количеством всевозможных коридоров и рекреаций. Хотя я учусь здесь, но всё ещё много путаюсь и теряюсь, поэтому и вчера забрела в какой-то коридор из старой части школы. Пройдя дальше, я поняла, что наткнулась на тупик, но вдруг со стороны раздался негромкий кашель, я обернулась на звук и увидела Матвея. Он мирно сидел на подоконнике и с интересом наблюдал за моими действиями. Я отшатнулась от неожиданности и наткнулась на выехавший линолеум, благодаря которому сразу же расселась на полу, потирая ушибленную руку.

В глазах парня заиграли бесенята, он ловко слез с подоконника, будто для него это было обычным делом, подошёл ко мне ближе и протянул руку. Она оказалась очень худой, запястье даже я могу без труда обхватить, а кожа бледная как мел. Из-за своего оттенка она казалась прямо-таки прозрачной. Я шлёпнула Матвея по ладони, заставляя убрать руку, сама поднялась и отряхнула брюки, не проронив ни звука.

- Ты странная, - Матвей впервые со мной заговорил. Я подняла на него глаза и взглядом наткнулась на ехидную дразнящую улыбку.

-Ты тоже, - резко пробубнила я, потом развернулась, чтобы как можно скорее покинуть место неприятной встречи.

-А я и не отрицаю, - я заметила боковым зрением, что Матвей кивнул, подался вперёд и повернул голову ко мне. – У нас больше общего, ты так не думаешь?

Я остановилась и подумала, что сейчас тот самый момент, который нельзя упустить. Надо бы расставить все точки над i.

-Почему ты меня преследуешь? - я состроила самую грозную мину, какая имелась у меня в арсенале.

-Я? – кажется, Матвей искренне удивился. – Я подумал, что, наоборот, ты меня преследуешь.

-Не дури, - я таки решила остаться, поэтому подошла и запрыгнула на подоконник, подумав, что предстоит долгий разговор. – Мы постоянно пересекаемся в разных местах. Это точно не моя инициатива, иначе бы я не заводила разговор. Остаёшься только ты.

Матвей озорно захохотал и это был первый раз, когда я вообще слышала его смех.

-Уверяю, это чистая случайность, - сказал он с нотками издёвки.

Я замолчала. «Нет больше смысла тратить на него время», - пронеслось в голове.

-Нет больше смысла тратить на него время, - словно тень тихо произнёс Матвей, смотря куда-то в сторону, затем повернулся ко мне, пристально посмотрел мне в глаза и сказал: - Ты об этом сейчас подумала, да?

-Как это…- от неожиданной проницательности парня я на секунду растерялась. – И вовсе всё не так, - соврала я, сильно покраснев.

Матвей уловил моё настроение и, самодовольно улыбнувшись, проговорил:

-Ну, уж извини, если ошибся.

С минуту мы оба молчали, но теперь мне было очень неловко покидать место встречи первой. Матвей снова заговорил:

-Я не преследовал, это правда, но наблюдал за тобой достаточно долго, поэтому для меня ты открытая книга. Ты постоянно молчишь, но очень многое хочешь сказать, я это вижу, ведь так много отражается у тебя прямо на лице.

-Зачем ты мне это говоришь, мне всё равно, - в ответ я не нашла ничего лучше, чем сказать это.

-Да, тебе всегда всё безразлично, это я тоже заметил - утверждающе кивнул Матвей. – Не хочешь рассказать, почему?

-Мы даже не друзья, - разозлилась я. – Не хочу я с тобой разговаривать. Резко выдохнув, я закрыла тетрадь и прыгнула на кровать. Погода резко испортилась, шумные капли дождя барабанили по старому откосу, а водоотвод гремел под напором воды. В приоткрытое окно забежал порыв холодного ветра, но мне было лень встать и прикрыть ставни, поэтому я закуталась в одеяло и закрыла глаза.

С того дня Мэтт не отлипал от меня ни на секунду. Оказалось, что мы живём в одном районе, поэтому со временем стали вместе ходить в школу и обратно. Этот странный парень оказался очень болтливым, открытым и самоуверенным малым. Было такое ощущение, что его занимает буквально всё, что есть вокруг. За то недолгое время, что мы общались, я успела услышать от него о десятке хобби, которые он перепробовал, начиная от механики, заканчивая кулинарией. «Есть вообще что-нибудь, что он не умеет?..» - родилась в голове однажды мысль, но тут же последовал ответ: «Конечно, есть, я же не робот».

Мэтт и правда всегда был очень болтлив, но в то же время был внимателен к деталям моей биографии, поэтому в те немногие моменты, когда я говорила о себе, он полностью замолкал и слушал с таким интересом и пониманием, что мне не хотелось прерывать рассказ.

Бестужев много говорил о своих друзьях из прошлой школы (да, оказалось, он перевёлся в то же время, что и я). Он рассказывал, как весело они проводили время вместе, ходили в кино и кафешки, смотрели сериалы на ночёвках и вытворяли всякие странности. Но вот что я заметила: он никогда не затрагивал в разговоре свою семью. Я знала, что у него есть мама и папа, к тому же, что он из достаточно обеспеченной семьи, но это всё, что он решил мне разъяснить.

Оказалось, что Мэтт довольно общительный человек, поэтому вскоре после того, как он предложил мне быть его другом, он постепенно сблизился и с другими одноклассниками и больше не казался таким отрешённым, как раньше. Почувствовав, что парень сам устранил невидимую стену между собой и обществом, люди потянулись к нему по собственной инициативе.

Но у Мэтта было и много недоброжелателей, которые так и норовили испортить ему жизнь. Я всегда поражалась, с какой лёгкостью и спокойствием он справлялся со всеми врагами. А вообще, он всегда оставался весёлым, я видела на его лице только улыбку. Но со временем я стала задумываться, что та самая улыбка, которой он одаривает окружающих, какая-то чересчур грустная. Это не вылетало у меня из головы, но, в конце концов, спросить об этом было очень страшно и неловко.

Так за нашим общением прошёл месяц. Не прошёл даже, а пролетел. Я стала ловить себя на мысли, что мне настолько легко и спокойно рядом с Мэттом, что время проходит совсем незаметно. Его энергичность и активность передалась даже мне, человеку, который в принципе ничто не считал интересным. Он стал часто звать меня гулять на выходных, мы выбирались на спортивные площадки, много играли в футбол и волейбол, потому что для Мэтта они были любимыми видами спорта. Да, он имел худощавое телосложение, но в плане занятий спортом и иной активности проявлял большую инициативу. Вскоре я заметила, что и меня не воротит от мысли потратить силы на корте. Позже Мэтт начал водить меня по магазинам, показывать свои любимые забегаловки и говорить о фильмах, которые должны вот-вот выйти на экраны.

-Мы обязательно должны сходить вместе, - воодушевлённо говорил парень, когда мы проходили мимо афиши кинотеатра.

-Вот дурак, и чего мне с тобой тащиться, - ворчала я в ответ, а Мэтт лишь звонко хохотал.

Но это «вместе» с каждым разом всё больше грело душу и заставляло мечтать о наступлении следующего дня. Я никогда не мыслила о будущем, но вот вдруг у меня появилась причина и мотивация жить дальше. Жить, чтобы попробовать всё самое интересное. Жить, чтобы веселиться вместе с Мэттом.

Во многих делах Бестужев оставался инфантильным и странным человеком. Например, я открыла его любовь к коллекционированию игрушечных машинок. Да, вы не поверите, но этот высокий и красивый блондин оказался обычным взрослым ребёнком! Когда мы ели вместе в столовой, я заметила, что он тщательно выковыривает из еды кусочки моркови, а от рыбы и вовсе воротит нос. Зато когда в столовой продают пирожки с капустой, он мчится так быстро, что только пятки сверкают. Это всё, конечно, мелочи, но меня радовало просто то, что я узнаю о нём что-то новое. А радовалась я этому лишь потому, что чувствовала, что совсем не знаю Мэтта. Я с самого начала понимала, что мы живём в разных мирах, но складывалось такое ощущение, что из всех окружающих он выбрал меня, как кого-то, с кем не хочет делиться самым важным. Неприступная каменная стена была только между мной и Мэттом…

Глава 3. Раны.

-Почему это не приедешь? – наскоро кидая вещи в потрёпанный портфель, говорила я в трубку телефона.

-Прости, милая, но Максу сказали задержаться здесь ещё минимум на два месяца, он попросил его не оставлять, - послышался обеспокоенный голос тёти на том конце провода. – Ты сможешь потерпеть ещё немного?

-Не беспокойся, тётушка, я прекрасно справляюсь, да и Настя помогает, - легко бросила я, уминая булочку с корицей и попутно запивая чаем. – Ладно, у меня дела, до связи.

-Пока, дорогая, - в трубке послышались размеренные длинные гудки.

Накинув тёплое пальто и нацепив тонкую шапку, я пулей вылетела за двери квартиры. На улице снова стояла стена дождя, ветер не утихал, а редкие прохожие тревожно посматривали на серые облака, которые заняли собой всё небо. Что ж, и сегодня просвета не видать. Шёл конец ноября, а это значит, что вот-вот зима вступит в свои законные права, и она обещала быть ранней.

В тот день я очень спешила в кафе недалеко от дома, где мне разрешалось подрабатывать лишь по выходным. И то, разрешение было дано давней тётушкиной знакомой, которая решила помогать мне по доброте душевной. Пилим! Пришло сообщение. «Ты сегодня свободна?» - на экране высветилось имя Мэтта. «Подработка. Кафе рядом с домом», - быстро напечатала я в ответ. «Я зайду за тобой».

Мэтт часто забирал меня с подработки, приглашал прогуляться, но то сообщение меня сильно удивило, потому что погода была не сказать чтобы очень подходящая. «Не нужно» - последовал мой ответ.

Работы оказалось на удивление мало, а хозяйка кафе сначала нахваливала меня, потом вовсе завела разговор о своей внучке, которая «растёт не по дням, а по часам, такая умная и способная девочка». Слушать мне про чужую трёхлетку не хотелось, но так как адресатом рассказа был человек, который платит мне неплохие деньги, я просто молча слушала и изредка с улыбкой кивала.

Зная характер Мэтта, я была уверена, что он обязательно заявится в кафе, даже если я буду несколько часов его отговаривать, поэтому сообщение «не нужно» я отправила для отвода глаз, чисто ради приличия. Но он всё не появлялся, а время близилось к вечеру. Вдруг мне пришло сообщение от Бестужева: «Прости, дела дома нарисовались, сегодня не смогу». Я коротко вздохнула и поняла, что ждать больше не требуется, поэтому мило попрощалась с хозяйкой, открыла стеклянную дверь кафе и нырнула прямо в стену дождя. Зонтик мало спасал, а видимость была такая плохая, что ничего не было видно дальше своего носа. Мои насквозь промокшие кроссовки грубо хлюпали по лужам. Да что там, вся дорога была одной сплошной лужей.

И тут я подняла взгляд, чтобы оглядеться и наткнулась на знакомую фигуру в тёмно-зелёной куртке. Эти золотые растрёпанные волосы, которые даже в такой ливень всё равно торчали во все стороны, нельзя было ни с чем спутать. По дороге в противоположную сторону определённо шёл Мэтт. Из-за дождя нельзя было толком разглядеть выражение его лица, но я чётко заметила поникшую голову и размеренный, но тревожный шаг. Он был совсем не такой как раньше. Я уверена, что тогда на его лице не сияла та обворожительная улыбка, которой он одаривал всех вокруг…

«И что это за дела дома? Пусть врать научится или хотя бы не проходит мимо потенциального места нашей встречи, вот дурак»,- подумала я быстро, и резко поменяв направление, проследовала за Мэттом. Пришлось идти максимально медленно, потому что он явно никуда не торопился, хотя и шёл без зонта и даже без капюшона. «Нет, ну вы посмотрите на него, он же заболеет», - его жалкий вид заставил сердце сжаться.

Я свернула в первый попавшийся переулок, выглядывая из-за стены дома, взяла в руки телефон и моментально набрала нужный номер.

-Алло, Мэтт? Что за дела дома? – бестактно выкрикнула я, чтобы заглушить шум дождя на заднем фоне.

-Ааа…надо маме помочь, - тихо ответил Мэтт, глупо хихикнув. – Прости, меня уже зовут, нужно идти…пока.

Трубка разразилась раздражающим протяжным звуком. «Вот идиот!» - подумала я раздражённо. Затем выглянула из-за угла, чтобы глазами отыскать его. Завидев цель, я бегом бросилась к знакомой фигуре, а добравшись, грубо схватила Мэтта за плечо, притянула к себе, попутно разворачивая в свою сторону. Парень отреагировал на удивление спокойно, совсем не сопротивляясь.

-Ты совсем дурак?! – заорала я, не обращая внимание на проходящих мимо прохожих. Они, наверное¸ думали, что у нас ссора влюбленной парочки, но для меня это было совершенно неважно. – Прежде чем врать, научись продумывать всё до конца! И что это был за голос умирающего?! Какого чёрта ты не начал вырываться, а если бы это была не я?!

Мэтт поражённо вытаращил глаза, явно не ожидая подобной стычки.

-Аська?.. Ты что тут забыла? – он всё ещё казался ошарашенным.

-Где твои мозги? Кафе, в котором я работаю, находится на той стороне улицы! – я чувствовала себя такой злой и обиженной, что аж затряслась от переизбытка эмоций.

А потом… а потом я посмотрела Мэтту прямо в глаза и вмиг успокоилась. Никогда раньше я не видела столько немой боли в этом живом и ярком взгляде. Та внешняя оболочка вечно весёлого парня, души компании, в одно мгновение треснула и разрушилась, оставляя внутреннюю мягкость и ранимость человека, который никогда не говорит о своих проблемах. Мне стало бесконечно жаль его и стыдно за саму себя, ведь я постоянно была рядом, но ни разу не поинтересовалась, всё ли хорошо складывается у него в жизни. Он сам старательно давал понять, что всё отлично, таким образом огораживая окружающих от ненужных лично ему расспросов. Если бы с ним всё было в порядке, он давно бы отшутился и придумал ответ, но в этот раз он продолжал молча стоять, смотря на меня и ожидая дальнейшей реакции.

Я подняла зонтик и, придерживая его над головой парня, спокойно произнесла:

-Пойдём со мной.

И Мэтт совсем ничего не спросил, просто послушно проследовал за мной, параллельно забрав зонтик к себе в руки. Всю дорогу мы шли в удручающей тишине, будто готовясь к серьёзному разговору.

Я привела его к себе домой. Да, было немного неловко, что у меня такая обычная и ничем не примечательная квартира, но вокруг было чисто, так что не было причин сильно стыдиться. С минуту порывшись в шкафах, я достала чистое полотенце и одежду дяди Максима, быстро сунув всё это добро в руки Бестужева.

-Ванная по коридору налево, иди прими душ и расслабься, а я приготовлю горячий чай, - меня трясло от холода после дождя и тревожного предчувствия, что Мэтту нужна моя помощь, а я так бесполезна.

Парень послушно забрал приготовленные для него вещи у меня из рук и двинулся в сторону ванной комнаты, а я молниеносно юркнула на кухню, поставила чайник, нарезала колбасу и сыр, достала всякие булочки, накрыла на стол и стала нервно ходить взад вперёд в ожидании прихода Мэтта.

Вернулся он довольно быстро, зашёл на кухню, потирая полотенцем сырые и растрёпанные волосы и оглядывая с живым интересом еду на столе. В этот раз Мэтт казался совершенно обычным, таким, каким был всегда. Возможно, к этому времени он успел успокоиться и вернуть прежнюю маску безразличия. «Не думай, что я всё оставлю и забуду», - мысленно пригрозила я ему, будучи уверенной, что Мэтт это услышит каким-то магическим образом.

Он и правда с подозрением взглянул на меня, но промолчал, надеясь, что в конце концов я передумаю. Я разлила горячую воду по двум кружкам, заварила чай и, демонстративно стукнув по столу, поставила одну перед Мэттом.

Усевшись напротив парня, я была готова сразу же приступить к разговору, но заметила, что Мэтту всё ещё тяжело говорить. Атмосфера вокруг оставалась напряжённой, всё стихло, наше с Мэттом дыхание будто соединилось. Это была первая неловкая ситуация за всё время нашей дружбы, поэтому ни он, ни я не знали, как себя вести. Бестужев сидел, вперив взгляд в кружку чая, изредка кусая бутерброд, не решаясь поднять на меня взгляд. Я решила начать первой:

-Мэтт, послушай, - я тяжело вздохнула. – И слушай внимательно, повторять не буду. Я не сильна в речах и мало что знаю о дружеской поддержке, но, по-моему, дружба – это не только веселье и вечное счастье. Дружба – это возможность разделить боль на две части, а друг – тот самый человек, который будет не против переживать все невзгоды вместе с тобой. Если ты называешь меня своим другом, то советую всё рассказать.

Я замолчала, будучи уверенной, что переборщила с сантиментами.

-Кхм, прости, не мне такое говорить… не факт, что мы так уж близки, чтобы делиться проблемами…- пробубнила я сразу же, чтобы смягчить последствия собственных слов.

Я подняла глаза на Мэтта и заметила на его лице широкую улыбку, а его глаза впервые за всё время наполнились таким теплом и светом, что я вдруг почувствовала, что стена между нами дала трещину. Раньше он никогда так не реагировал на мои слова.

-Ну, наконец-то ты сказала что-то стоящее, - он ухмыльнулся и потрепал меня по голове. От прикосновения его холодной руки у меня пробежали мурашки по всему телу. – Я расскажу тебе то, что смогу, потому что пока не готов рассказать всё. Ты поймёшь меня?

-Ты вряд ли врёшь, поэтому в любом случае всё выложишь со временем, - ответила я максимально безразлично, смотря в сторону, всеми силами стараясь скрыть огромное любопытство и желание узнать больше о личности и жизни Мэтта.

Перед тем, как начать, Мэтт покрутил в руках полупустую кружку, нахмурившись. А потом резко заговорил:

-Я ведь уже рассказывал, что моя семья достаточно обеспеченная. Всё и началось с денег. Мои родители разводятся, возник вопрос по разделу имущества, делёжка в бизнесе…это не очень интересные вещи. Мой отец хочет забрать меня жить к себе, чтобы воспитать наследника для его дела. Я сказал ему, что не хочу этим заниматься, мы…повздорили, - Мэтт указал на шрамы и синяки на своей руке и шее. - Я просто ушёл из дома, так что тебе не о чем волноваться. Сейчас всё в порядке.

-Ничего не в порядке, хватит притворяться сильным, весь из себя такой крутой! – вскрикнула я, выслушав рассказ Бестужева. – И часто он тебя так?

-Ну…не очень… - Мэтт неуверенно опустил взгляд.

-Это НЕ нормально, ты НЕ в порядке. Понимаешь, идиот, быть не в порядке – это нормально! Получается, тебе некуда идти? – ахнула я, когда пришло осознание всей ситуации.

-Да нет, я могу переночевать у друга, только договориться надо. Пойду возьму телефон, - Мэтт хотел подняться с места, но я удержала его за запястье.

-Я тоже твой друг, поэтому ты останешься здесь, - мой голос стал твёрже и уверенней, так что даже Мэтт слегка удивился.

-А это ничего? Я не помешаю? – заволновался вдруг он. – А твоя семья?

-Тётя и дядя уехали, больше у меня никого нет, - мрачно констатировала я.

Мэтт на секунду неловко замолчал.

-Я знаю, что твой папа умер, когда ты была совсем малышкой, но насчёт мамы ты ничего не говорила…прости, правда.

-Моя мать может быть ещё вполне живой и здоровой, - ответила я как можно непринуждённей. – Просто рядом со мной ее нет.

Мы с Бестужевым решили закрыть эту тему. Я показала ему комнату дяди и тёти, сказав, что она вся в его распоряжении.

-Ты можешь оставаться здесь так долго, как понадобится, - добавила я, выходя за дверь.

-Саш, правда, спасибо огромное, - бросил мне вдогонку Мэтт. От неожиданности я развернулась. Он никогда раньше не называл меня Сашей, только Асей.

-Всегда пожалуйста, Мэтт, - я улыбнулась самой доброжелательной улыбкой. – И да, я никому не расскажу об этом, я знаю, что эта ситуация может стать основой для больших слухов.

Мэтт кивнул и вдруг произнёс с ухмылкой:

-Тебе идёт улыбка, практикуй её чаще.

Я вышла из комнаты красная до кончиков ушей. Слышать такие слова от Бестужева было очень уж приятно. «Эй, Саша, ты что, заболела?! Хватит краснеть, это глупо», - подумала я и с чистой совестью вернулась в свою комнату, легла и уснула самым крепким сном.

Глава 4. Первые разочарования.

Настало время подготовки к масштабному мероприятию, а точнее к фестивалю, который по старой доброй традиции проводился в нашей школе из года в год в конце осени по примеру японских учебных заведений. Кстати говоря, это был единственный фестиваль на все школы, так что к нам всегда приходила куча народа, чтобы поглазеть, "как это у людей бывает".

Честно говоря, я ни разу не участвовала в проведении этого празднества, потому что не могла найти ни одной здравой причины, почему мне было бы это интересно. "Но в этот раз всё по-другому", - уныло подумала я, глубоко вздохнув. Именно в этом году Мэтт попросил меня быть его помощницей в организации кафе от нашего класса. Так уж вышло, что каким-то магическим образом одноклассники успели проникнуться к Бестужеву особым доверием и нашли подходящий повод спихнуть всю работу на этого бедного парня. И, конечно, когда он подошёл ко мне со своей жалобной просьбой о помощи, я не смогла отказать. Настолько мне было его жаль.

В итоге я сама же навлекла на себя лишние хлопоты. Однако, впервые за всю мою жизнь что-то подобное мне было совсем не в тягость, а даже в удовольствие. После того случая с внезапной ночёвкой Мэтта прошла неделя. Тогда на следующее утро Бестужев сказал, что не хочет сидеть у меня на шее и сам решит свои проблемы. Я не смогла заверить, что мне совсем несложно помогать, поэтому в итоге я просто взяла с него обещание, что с ним не случится ничего дурного. Он с улыбкой ответил, что постарается сделать всё от него зависящее.

После этого он ни разу не заводил разговор о своей семье, а я думала, что могу сделать ему больно своими расспросами. Мы проводили все будни на учёбе, а после уроков бежали в магазин за канцтоварами для украшения класса, договаривались с одноклассниками, распределяли обязанности и делали много чего ещё... Даже меня, человека совершенно незаинтересованного, покорила нахлынувшая атмосфера предстоящего праздника, поэтому я наравне с остальными с нетерпением ждала, когда же гости увидят нашу работу.

Я считаю, что потрудились мы на славу. Возможно, перестарались с декорациями, но так кабинет выглядел куда уютнее, чем было раньше, так что никто не обращал на это особого внимания. Всё вокруг сияло и блестело от чистоты и красоты. С люстр свисало странное, но милое подобие мишуры, на окнах сияли наклеенные в виде чашки кофе лампочки. Кто-то даже догадался притащить из дома длинную гирлянду, которую мы повесили по всей ширине доски. Парты переоборудовали в столы, выделили место для хранения купленных продуктов, а Настя, наша одноклассница, даже провела мастер-класс по сервировке стола. Выглядело это всё очень эстетично, так что моя душа ликовала от осознания прекрасных результатов упорной подготовки.

Примерно в то же время я стала замечать, что Мэтт ведёт себя странно, находится в постоянном напряжении, уходит в свои мысли с головой, часто отвлекается и не следит за словами. В общем, всё дошло до таких крайностей, что даже посторонние люди заметили, что с Бестужевым что-то не так. Когда же я пыталась спросить, он всегда отмалчивался или переводил тему, пытаясь казаться по-привычному весёлым и жизнерадостным, но получалось это вяло и откровенно паршиво.

К моему великому удивлению и разочарованию, он перестал ходить со мной домой после школы, не забирал после подработки по выходным и не приглашал сходить в кино или по магазинам. Он совсем прекратил писать и звонить, будто остерегаясь любого контакта со мной, но в школе выглядел совершенно благодушно, делая вид, что ничего не происходит. Любого здравомыслящего человека это бы нехило разозлило, что случилось и со мной. Я сильно негодовала и обижалась на Мэтта, всем своим нутром показывая, что жду объяснений. Однако таковых не последовало вплоть до самого дня фестиваля.

Школа освобождадась от уроков примерно на три дня, чтобы ничто не могло помешать проведению мероприятия. В день фестиваля я решила забыть о странной выходке Бестужева и просто насладиться атмосферой праздника и хорошо выполненной работы. Я на удивление сильно сблизилась с одноклассниками за время подготовки, так что теперь могла без помех подойти к некоторым людям, чтобы поболтать о чём-то незначительном. Только из-за доброжелательного настроя окружающих я смогла упустить из виду Мэтта.

Он всегда говорил, что три вещи, которые он действительно ненавидит, это игнорирование, ложь и предательство. Но видимо он решил нарушить два пункта из имеющихся прямо на примере одного человека. И тут мне стало интересно, будет ли стадия предательства... Один случай заставил меня кардинально поменять устоявшийся уклад моей размеренной жизни.

Вот он, день фестиваля. Всё прошло так хорошо, что мы и сами не верили своему счастью. Клиенты сновали тут и там, куча народа то и дело заглядывала в кабинет, чтобы узнать, что же так привлекло всех остальных. Они видели довольные лица уходящих и с энтузиазмом занимали столы в ожидании своей очереди сделать заказ. Все мои одноклассники и я в том числе находились в состоянии приятного волнения, внезапный успех буквально опьянил нас. Я сновала между столиками с такой быстротой и умением, что вызывала шок у окружающих, которые знали, что подобная активность совсем не является частью моего испорченного и безразличного характера.

Что бы я там не говорила, а всё равно не перестала думать о Мэтте. Я, как сумасшедшая, всё ждала, что он как-то отреагирует на позитивный, неприсущий мне, настрой, которого, по его же словам, он так долго ждал. Но я так ни разу и не встретила его восхищённого или ободряющего взгляда. Более того, на середине "смены" он просто непринуждённо вышел из кабинета, будто сказав, что складывает свои полномочия. Но к счастью я была единственной, на кого это произвело хоть какое-то впечатление, остальные же даже не заметили, что кого-то не хватает.

Через десять минут взглянув на часы, я поняла, что настало время моего перерыва, поэтому я сняла свой рабочий фартук и молча вышла из нашего кафе, сопровождаемая вздохами и причитаниями клиентов, которые долго ждали, когда же я приму их заказ. Видя открытое недовольство я попросила заменить меня на посту официантки и покинула кабинет с чистой совестью.

Шагнув за порог, я облегчённо выдохнула. Все эти события были слишком яркими и впечатляющими по сравнению со всей моей обычной жизнью, так что я правда сильно устала. Вдруг я почувствовала, что в горле пересохло, поэтому направилась в сторону кулеров с водой. Вокруг так и чувствовалась атмосфера веселья и счастья, которую я так давно не ощущала. Это заставило меня улыбнуться в никуда просто оттого, что я являюсь частью такого прекрасного мероприятия. "И всё же не зря я ввязалась в это. Спасибо Мэтту, что он..." - на середине моё внутреннее высказывание оборвалось, потому что я снова вернулась в исходную точку. К мыслям о Бестужеве.

"Да что с ним не так, заставляет меня волноваться", - я обречённо нахмурилась от немого бессилия, всё ещё пытаясь доказать себе, что Мэтт не способен на плохой поступок. Взять и отдалиться от человека, не объясняя причин, не в его характере. Я всё надеялась встретиться с ним лицом к лицу без лишних свидетелей, чтобы он не смог сбежать от разговора. И я встретила его, но разговора так и не состоялось...

Я дошла до одного из небольших коридорчиков в глубине школы и услышала необычный для этого места гул и шум голосов, болтающих наперебой. Среди этой толпы меня интересовал лишь один голос...это точно был Мэтт. "Он же только-только был таким хмурым и необщительным, куда подевалось его гнусное настроение?.." - сердце тревожно замерло в ожидании неприятной ситуации. Я подумала, что если притаюсь, а он меня не заметит, то смогу выяснить что-то важное. Я встала вплотную к стене и вся обратилась в слух.

-Кстати, Мэтт, тебе нравится кто-то из девчонок? - я узнала неприятно грубый голос Витька Бушуева из параллели. - А то вон наша Светка с тебя глазёнок не сводит, так и готова повиснуть у тебя на шее.

-Хаха, - я услышала ответный смешок Бестужева. - Не думаю, что мне кто-то нравится.

-А как же та девка, которая за тобой постоянно таскается...как её там...Санька вроде? - я вздрогнула от осознания, что разговор слишком резко свернул на грязную дорожку. Я прислушалась. "Что же ты ответишь?"- от волнения у меня даже руки затряслись. Я никогда не спрашивала, что Мэтт думает обо мне и теперь мне было очень интересно. И боязно...

-Ааа...Та? Да ты чё, Витьк, она совсем не в моём вкусе, даже не знаю, зачем она ко мне привязалась. Всюду ходит за мной, а я же джентльмен, не могу отказать... Думаю, пора уже с ней завязывать, всё равно я уже не собирался с ней разговаривать. Она всего лишь пустышка.

-Ооооо, - в ответ послышались одобрительные возгласы. - Быстро ты меняешь девчонок, хорооош!

Я зажмурилась. Что?.. Один лишь вопрос вертелся в голове в тот момент. Пустота. Окружение в один миг показалось таким тёмным и неприветливым, что мне не хотелось открывать глаза. На моих глазах треснул и в дребезги разбился целый мир, который был создан светом и добротой Мэтта. И неужели всё это было ложью? Неужели он не такой? Он всего лишь жалел меня? Я на самом деле кажусь ему пустышкой?

Я должна была уже привыкнуть к предательствам, но в тот момент я поняла - есть вещи, к которым просто невозможно привыкнуть. Ложь Мэтта казалась таким неестественным явлением, что я долго ещё думала, что всё это мне просто показалось.

Я кое-как сдвинула с места ватные от нервов ноги. В висках судорожно стучало, голова раскалывалась, а к глазам поспешно подступали слёзы. Мне хотелось кричать, биться об стену, ударить кого-то...Но я оказалась настолько бессильной, что смогла лишь в отчаянии сбежать от того ужасного и противного места.

Я не помню, что сказала одноклассникам, но примерно через пять минут уже пулей вылетела за ворота школы. Я даже не помню, как попала домой. Только в мыслях было одно: "Мэтт! Мэтт! МЭТТ!". Я вбежала в квартиру, где было все так же пусто и одиноко, повалила сумку и пальто на пол и беспомощно уселась на корточки.

-МЭТТ! МЭТТ! Чёртов Мэтт, почему когда надо, ты меня не слышишь?! Услышь меня! Вернись и скажи, что это было глупым розыгрышем! - мой хриплый голос сорвался на слабый крик, а слёзы сами собой хлынули из глаз, выпуская всю боль и разочарование от обмана Бестужева.

И когда же я стала так зависима от общения с ним? Когда стала думать, что было бы неплохо пойти вместе в кино или кафе? Когда возжелала сблизиться с людьми? Когда же захотела узнать о его прошлом? Почему я ждала встречи? А я ведь и правда впервые почувствовала себя такой живой... только потому что он был рядом, улыбался и шутил, много болтал обо всём и ни о чём одновременно. Лишь рядом с ним мне было спокойно и уютно, так, будто всё счастье мира сосредоточено в одном лишь Мэтте.

-Мне больно, слышишь, идиот?! МНЕ ТАК БОЛЬНО! - слёзы всё не унимались, а я продолжала сидеть прямо на полу в прихожей, вжавшись лицом в колени. Пол был холодным и грязным, но мне было совершенно все равно. - Будь таким же надоедливым, упрямым, саркастичным, меня это не волнует! Только будь рядом...

Я с усилием поднялась на ноги. Моя обида резко и неожиданно сменилась злобой на весь мир и в частности на этого парня. Я прошла в комнату, резко открыла шкаф, где лежал мой личный дневник и с яростью вырвала все листы, где было написано про Мэтта. Мне хотелось, избавившись от них, распрощаться и с воспоминаниями, вернуть свою старую жизнь, где мне тоже было очень даже неплохо. Я вбежала в ванную, чтобы выкинуть странички в унитаз и смыть, но задержала руку на полпути. Каждая клеточка моего тела дрожала от переизбытка эмоций, потому что я поняла - я не смогу вычеркнуть из своей памяти ни эти листы, ни Мэтта.

Я опустила руку, глубоко вздохнула и вытерла заплаканные и опухшие глаза. Слёзы унялись, а я почувствовала нахлынувшее облегчение и какое-то ненормальное спокойствие.

-Ты был моим первым другом... Спасибо тебе, Мэтт, - с этими словами я вложила порванные страницы обратно в личный дневник. Задержавшись на секунду возле письменного стола, я повернулась и прошагала в зал.

Я села на диван, устало запрокинув голову и смотря на белый потрескавшийся потолок. "Ты всё решил для себя, но я ещё не разобралась. Ты не объяснил, почему так сказал...Ты скажешь. Только завтра..." Мои веки сомкнулись и я погрузилась в сон, где мне предстояло увидеть скорее страшный кошмар.

Глава 5. Власть короля.

То самое долгожданное "завтра" наступило, но Мэтта в нём почему-то не оказалось. Только я решила, что смогу во всём разобраться, как он исчез из моей жизни, будто никогда и не появлялся.

Мне было больно. Я осознавала собственную безысходность, и от этого сердце ещё сильнее сжималось и "ухало" в груди. Не знаю, что это было - моя природная глупость или обычная наивность, - но я искренне верила, что вся эта ситуация разрешится каким-то чудесным образом, полностью позабыв, что в нашем реальном мире чудеса не случаются. Если ты сам будешь просто отсиживаться в стороне, ничего в твоей жизни не сдвинется с мёртвой точки. Я всегда прекрасно это понимала, но тогда не прекращала верить, как ребёнок верит в существование доброго Дедушки Мороза, который исполнит все его желания.

Я всегда убеждала себя, что отношение людей ко мне - не главное, совсем не то, что должно меня заботить, но в тот раз все было совсем по-другому. Я хотела увидеть его, хотела понять, за что и почему он обошёлся со мной так несправедливо. Почему он бросил меня и предал нашу дружбу. "И была ли это вообще дружба?.." - промелькнул в голове тревожный вопрос, на который я, по своей слабости, не решалась дать внятный ответ. Мэтта не было в школе целую неделю. Никогда ещё дни не длились так чудовищно медленно. Я пыталась не раз связаться с ним, но все было абсолютно бесполезно - во всех социальных сетях он упорно игнорировал, на телефонные звонки и смс также упрямо не отвечал. Мне казалось, что он был в курсе моей осведомленности. "Тогда понятно, почему избегает. Неужели осознал свою вину?" - думалось мне. У меня душа была не на месте, словно я чувствовала приближение большой беды. Но Мэтт больше не слышал меня. Он не пришёл, когда был мне нужен, а я осталась наедине со своими гнусными мыслями в полном одиночестве, обиженная и брошенная. Я успела забыть, как это - быть оставленной. Однако, при всем своём остром уме Бестужев не учел одну маленькую деталь - даже если он хотел тщательно скрыть от меня содержание разговора с тем парнем в день фестиваля, то за него мне рассказали обо всем обычные слухи, которые распространились со скоростью света по всем классам школы. Это было унизительно и очень обидно, когда в меня тыкали пальцем и шушукались, будто я и сама не понимаю, о чем. Я снова осталась одна, потому что Мэтт - центр Вселенной под названием "школа", а я вдруг стала этому самому центру неугодна. Кажется, мир в тот момент резко замер, стал таким же невзрачным, каким был раньше,только теперь я ясно видела разницу и понимала, что так жить уже не смогу.

Где же она, та самая роковая ошибка? Я чувствовала себя пьяным водителем, который не смог остановиться, когда мог, а в итоге же не вписался в поворот. Но он ещё жив, как жива и я.

Эта неделя научила меня двум вещам. Во-первых, я освоила распознавание лжи на лицах людей, просто потому что мне слишком часто показывали улыбочки, полные неискренности и тошнотворной жалости. Во-вторых, я поняла, что мир не ограничивается моими проблемами, а чтобы выжить в среде лицемеров, нужно уметь мыслить гораздо шире. Не то чтобы я хотела быть похожей на них или и вовсе подружиться, что звучит крайне абсурдно,просто постоянные двусмысленные намёки и издевки не давали покоя. Я очень хотела вернуть размеренный ритм жизни.

Пришлось быть тише воды, ниже травы. Прекрасно, ведь это получается у меня лучше всего. "Где же носит этого придурка Мэтта?" - со злостью и огорчением думала я, морщась от любопытных взглядов одноклассников. Один из них даже набрался смелости, чтобы подбежать и спросить, что там произошло между мной и Бестужевым. Меня это так сильно разозлило, что я просто крикнула ему в ответ что-то нелицеприятное и скрылась за поворотом в старую рекреацию. Тот парень так и остался стоять на месте от шока, а, опомнившись, смачно выругался и гордо побрёл прочь под смешки своих товарищей.

-Да сколько ж можно-то, а?! - выдыхая, бросила я в сторону, только-только войдя в безлюдный коридор. - Достали уже перед глазами маячить, тупые амёбы...

-Ай-ай-ай, как грубо, - откуда-то из-за спины раздался низкий сиплый мужской голос. - А в лицо сказать слабо?

Я резко обернулась, нацепив на лицо гневную гримасу.

-Я, кажется, не просила комментировать, - сухо ответила я, стараясь, чтобы мой тон звучал как можно более угрожающе.

Только после этого я смогла рассмотреть, кто же он, тот смельчак, посмевший прервать мой монолог. Передо мной стоял парень немногим выше меня, стройный, жилистый, на лицо очень приятный. Он смотрел на меня своими серыми, как осенние тучи, глазами с глубоким интересом, но с таким, как если бы это профессор смотрел на своего подопытного. Его маленькие пухлые губы скривились, точно от зубной боли.

-Ну и чего ты пялишься? - спросил нежданный собеседник и в вопросе изогнул одну бровь. А они - брови - у него были очень толстыми и густыми, так что выглядело это довольно забавно. Увидев это зрелище, я невольно улыбнулась. Злиться ни на кого уже просто сил не было, так что я сказала миролюбиво:

-Кажется, мы оба не очень дружелюбны.

-Угу, твоя правда, - кивнул тот и тоже криво улыбнулся. - Ты вообще что здесь делаешь? Урок же скоро, а у тебя занятия на третьем этаже...

-А ты откуда такой осведомлённый взялся-то? - с подозрением спросила я, однако, не теряя дружелюбного настроя. - Сталкер что ли?

-Я не сталкер, хотя и правда обращал на тебя внимание, - с явной неохотой признался парень. "Дежавю какое-то странное", - промелькнуло в мыслях. - О тебе же сейчас вся школа говорит...

Я насупилась от одного только воспоминания об этом. Уж с кем, с кем, а с ним мне хотелось это обсуждать меньше всего.

-Ну ты это...Если надо кому-то выговориться, не стесняйся, я, эээ... вроде как выслушать готов, - парень почесал затылок. Его чёрные, как смоль, волосы были очень кудрявыми, так что чем-то напоминали мои собственные. - Я не очень хорош в, эээ, разговорах, но слушаю неплохо.

Позже я выяснила, что это паренёк с очень говорящим именем и фамилией - Демьян Король. Сначала я даже подумала, что это у него псевдоним такой - Король, но потом мне подтвердили, что фамилия настоящая. Как и полагается правителям, характер Дэма был очень властным, порывистым и неуступчивым. Или это то, что он хотел показать окружающим. Поговорив с ним всего минут десять, я с удивлением отметила, что мы с ним очень похожи. Иногда он отвечал резко и сердито, но сразу поправлялся и просил прощение. Я прекрасно его понимала, потому что сама в обычных обстоятельствах за свою грубость даже не извинялась, так что Дэм оказался во многих отношениях лучше меня.

Он часто в разговорах упоминал цитаты из фильмов и, кажется, каждую ситуацию из жизни проецировал на кинокартины. Это было, пожалуй, самой заметной его чертой. Вот, например, на следующий день после нашего знакомства, мы встретились вновь на том же месте и завели беседу о чём-то незначительном, но очень философском. Потом он откуда-то из кармана вынул сигарету, зажал её между зубами и достал зажигалку. Я так удивилась и перепугалась, что уже было набросилась на него, но он остановил повелительным жестом и сказал:

-"Это метафора, понимаешь: ты зажимаешь орудие убийства прямо у себя между зубами, но не даёшь ему силы убить тебя". Видишь, я же не зажёг её, круто, правда?

И в такие моменты он выглядел совсем как маленький ребёнок, которого впервые привели в зоопарк посмотреть на панд. Очень счастливый, очень любопытный, очень странный даже в какой-то мере, но очень и очень милый. Я знала, как сильно он любит приводить примеры из фильмов, поэтому никогда не мешала говорить что-то несуразное прямо во время серьёзного разговора.

Дэм тоже жил без родителей, потому что когда ему было десять, они погибли в автокатастрофе. Он часто говорил о них с таким теплом и любовью, но с такой невыносимой болью, что моё сердце разрывалось на куски. Везение - понятие относительное, но если оценивать его по десятибалльной шкале, то Дэм был из той самой категории людей, кому этого самого везения досталось меньше всего.

Он был хорошим человеком, немногословным, серьёзным, очень умным. Он много читал, поэтому о чём бы я не спросила его, он всегда находил ответы, а потом ещё и говорил, с какой литературой мне стоит ознакомиться. Я чувствовала в нём гордыню, эгоизм, которые он в себе так умело подавлял, что я даже немного завидовала.

Дэм никогда не спрашивал лишнего и не говорил о других людях, никогда не жаловался на то, что кто-то раздражает, поэтому я часто чувствовала себя глупым маленьким ребёнком рядом с ним.

И вскоре я поняла, что он - полная противоположность Мэтта, который не появлялся в школе уже вторую неделю. Дэм заставлял меня забывать о всех проблемах, которые навалились на меня из-за Бестужева, я забыла даже прежнюю обиду на время. Мне правда льстило внимание Короля - человека, которого знала вся школа. Но если Мэтт стал местной знаменитостью благодаря своему индивидуальному подходу к каждому, то Дэм просто задавил всех своим авторитетом, никто даже не смел пойти против него. Но это не от того, что все боялись этого парня, совсем нет, просто он был умнее, сильнее, находчивее...идеальнее. Как с картинки сошедший принц. Так считали все, но, как ни странно, друзей у Короля было совсем немного, только они и знали его настоящего. Но он никогда и ничего и не скрывал.

Иногда он спрашивал меня о Мэтте, но задавал эти вопросы очень непринуждённо, как бы невзначай, поспешно поясняя: "Я просто хотел узнать, что ты о нём думаешь". И я рассказывала ему всё в мельчайших подробностях, описывала внешность, поведение, характер, привычки...всё, что мне так нравилось в Бестужеве. Дэм всегда слушал внимательно с одним и тем же выражением лица, вроде с любопытством, а вроде с сердитой сдержанностью. Он будто каждый раз хотел что-то сказать, но постоянно осекал себя и продолжал молчать. Когда я заканчивала свой рассказ, он натянуто улыбался и говорил что-то нелепое, переводя тему.

В такие моменты мне становилось стыдно перед ним. Со стороны мои разговоры о Мэтте могли выглядеть как эгоистичные попытки забыть собственные проблемы, связанные с ним. Дэм был добр и мягок со мной, а я продолжала вести себя неправильно, не видя никаких преград.

В классе уже через несколько дней разнеслись слухи о моих "свиданиях" с Королём, все вокруг обсуждали наши отношения уже как безоговорочный факт. Находились даже такие, кто пытался меня упрекнуть в том, что я меняю парней как перчатки, ссылаясь на мою привязанность к Мэтту. Тогда и стали возникать основные мои конфликты с одноклассниками. Дэм старался помочь отчистить моё доброе имя, поэтому посоветовал видеться на "нейтральной" территории по типу парка или торгового центра. А Мэтт всё отсиживался дома, не появляясь в школе совсем. "Вот гад, даже не знает, сколько я из-за него настрадалась", - думала я периодически, когда издёвки доходили до крайностей.

Тогда я не выдержала и, выяснив точный адрес Бестужева у классного руководителя, отправилась прямо к Мэтту домой, плюнув на собственную гордость. У меня была одна цель - выяснить правду и окончательно разобраться во всей этой неприятной ситуации. Я была готова даже к тому, что он меня на порог не пустит, выгонит с оскорблениями или выскажет всё, что думает обо мне. "Плевать. Пусть будет так, если он скажет это, уверенно смотря в глаза, а не за спиной, как последний трус", - апатично думала я.

Было наивно с моей стороны полагать, что я быстро отыщу дом Мэтта. А дело всё в странном расположении зданий в нашем районе, одна улица резко обрывается, начинается вторая, далее ряд частных домов... И почему-то именно то место, куда мне надо было попасть, располагалось между двумя новостройками.

Дом Мэтта оказался огромным трёхэтажным коттеджем с кирпичным пристроем красного цвета. Пожалуй, это было самое дорогое здание всего нашего скромненького и бедненького райончика. "Ну, конечно, Мэтт ведь никогда ничего не рассказывает. Правильно, зачем же мне знать, что он живёт во дворце?", - вполголоса прошептала я, от шока не смея двинуться с места. Дом был огорожен высоким забором из кирпича того же цвета, а на резных воротах красовалась отполированная табличка с адресом. Я подошла чуть ближе и уже хотела дотронуться до кнопки звонка, но тут мою руку перехватили на полпути.

-Ты что тут делаешь? - сбоку я услышала вкрадчивый и спокойный голос Дэма, который стоял в шаге от меня. Затем он опустил голову совсем низко, прямо к моему уху и продолжил: - Пойдём отсюда, тебе не нужно быть здесь.

Я замерла. Я могла бы вскрикнуть от неожиданности или возмутиться, что в моё личное пространство беспардонно вторглись, но я не сделала этого, а просто осталась стоять, как было. Я вдруг почувствовала, что меня сдавило невидимыми тисками, словно кто-то могущественный сомкнул свои сильные руки у меня на шее, не давая и шанса выбраться из этой мёртвой хватки, так же как и питон душит свою жертву, высасывая из её тела все жизненные соки. Дыхание резко перехватило, я сжала кулаки так сильно, что костяшки пальцев побледнели и онемели. Это была неизвестная до этого тёмная сторона истинного короля. Всё произошло в считанные секунды, потому что в следующий же миг Дэм мягко отстранился, отпустил мою руку и настойчиво посмотрел мне прямо в лицо с легко читающейся просьбой об уходе.

-Во-первых, Дэм, что ТЫ здесь делаешь? - выдохнув, я постаралась вернуть обычный тон голоса. - А во-вторых, я хочу поговорить с Мэттом и уж извини, но тебя это не каса...

-Эм, Саша, ты ко мне пришла? - я услышала из-за спины тихий срывающийся голос Мэтта. Голос, который я не слышала так давно, что, казалось, уже успела забыть его звучание. Но почему, почему он такой печальный?..

Я обернулась на звук, чуть оттолкнув руку Дэма, который снова потянулся к моему запястью, чтобы силой утащить за собой. Я успела заметить, как Король скорчил недовольную гримасу и на руках заиграли жилки.

Никогда бы не подумала, что буду так сильно скучать по образу другого человека. Когда я увидела Мэтта, то сразу вспомнила нашу первую встречу и поняла, что все ощущения в точности такие же, как тогда... Будто он снова тот саркастичный и смешливый паренёк, который сидит на подоконнике и с интересом наблюдает за мной сверху вниз.

-Да, я пришла поговорить, можно? - спросила я робко и тихо, боясь спугнуть парня, который и так слишком долго избегал меня.

-Нельзя, - серьёзный и решительный голос Дэма снова вмешался, только теперь он звучал совсем не как просьба, а как открытый приказ. - Саш, ты пойдешь со мной, этот парень опять может что-то натворить, а тебе потом страдай...

-Пацан, а ты вообще-то кто? - голос Мэтта приобрёл прежнюю, известную мне, язвительность. Я почувствовала, как сильно накалилась атмосфера между этими двумя. - И с какого перепугу ты отдаёшь приказы направо и налево, влезая в дело, которое тебя вообще не касается? - Бестужев подошёл впритык к нам, угрожающе смотря прямо в лицо Дэма и с недовольством сложив руки на груди.

Я не помню точно, как это произошло, но в следующий момент Дэм уже держал Мэтта за воротник, заведя свой увесистый кулак прямо над головой Бестужева. Я от неожданности отшатнулась, чтобы невольно не попасть под горячую руку. Король начал очень тихо, сквозь зубы, не проговаривая, а прямо-таки выплёвывая слова от неистовой ярости:

-Не попадайся мне на глаза,- его взгляд был полон неприкрытого презрения. -Увижу рядом с Сашей - убью. Станешь распускать слухи - убью. Расскажешь кому-то о моих словах - убью, - он ослабил хватку и оттолкнул Мэтта от себя, будто боясь слишком замарать руки. - Советую разобраться с проблемами Саши, которые возникли по твоей милости. Вернись в школу хотя бы для этого, а потом проваливай. Иначе твоя жизнь превратится в ад, я тебе гарантирую.

Я была в полнейшем недоумении, потому что даже предположить не могла, что Дэм способен сказать столь жестокие и холодные слова. И пока я металась в внутренней борьбе, Король уже потащил меня за собой в сторону моего дома. Я даже не нашла смелости спросить, откуда ему известен мой адрес.

Мы брели по промокшему от недавнего дождя асфальту. Дэм шагал очень быстро и размашисто, так что я с трудом поспевала за ним. Его рука больно сжимала моё запястье, будто стремясь силой высечь "клеймо", точно говоря - тебе не сбежать. Почему-то до этого я не смогла уловить в Дэме те качества, которые таким нехорошим образом вылились наружу. Я хотела развернуться, убежать, но почему-то снова не смогла... Этот человек и правда полная противоположность Мэтта, я вижу лишь его спину, слышу только приказы и ни капли свободы, которая так была мне нужна...Капкан захлопнулся.

Глава 6. Чужие обстоятельства.

"Нужно зависеть только от себя самого. Люди свободны, и привязанность — это глупость, это жажда боли", - читала я строчку из любимой книги Оскара Уайльда "Портрет Дориана Грея". Быть сильным, независимым - вот что значит быть счастливым. Ничего не чувствовать - вот что нужно любому человеку, чтобы прожить достойную жизнь. Так я думала раньше... Но разве всё так на самом деле?

Я лёгким порывом перелистнула страницы вперёд, открыла нужную и зачитала вслух слова Сибилы Вэйн: " Любить — это значит превосходить себя". И я предпочту теперь хоть каждый день делать это, перешагивать, идти дальше...но не сидеть во тьме, из которой выхода нет. Я отбросила книгу в сторону, завалилась назад, упав на подушку, и закрыла сонные глаза. Не о такой жизни я мечтала...

Много что произошло. Мэтт пришёл в школу на следующий день после ссоры с Дэмом, принёс мне извинения за свои слова при всём классе, сказал, что не хотел грубить, а после этого просто развернулся и вышел из аудитории. Он сделал такое громкое заявление с явным расчётом, что я уже всё знаю, но обсуждать со мной детали не собирался. Каждую перемену Бестужев пропадал, возвращаясь только к уроку. На его лице читалась тень усталости, возможно, он мало спал или настолько морально вымотался, что ходил теперь в полной прострации. Я хотела подойти к нему, расспросить, случилось ли что-то серьёзное в его жизни за то время, что он отсутствовал в школе, но продолжала оставаться неподвижной. Закусив губу чуть ли не до крови, я молча следовала за Дэмом, который постоянно приходил ко мне в класс, чтобы "проведать".

С того дня Король сильно изменился. Он перестал разговаривать со мной на интересные темы, спрашивать, как у меня дела, стал более нервным, постоянно ощетинивался, как только на горизонте появлялся Мэтт. Кажется, он совсем не улыбался, даже перестал говорить о любимых фильмах, чем занимался каждый раз, как только мы заводили беседу. После всего случившегося мы стали просто собираться и молча сидеть на лавочке или в напряжении обедать, даже не смотря в сторону друг друга.

Хотя по отношению к окружающим он оставался милым и вежливым, всегда стремился поучаствовать в жизни школы, что бы это ни было, но даже если так...В его тоне порой всё же проскальзывала та самая раздражительность, которой он обычно награждал только меня и Мэтта. Мы продолжали молчать из-за недавнего случая. Я молчала, потому что боялась его реакции, а Дэм молчал по неизвестным мне причинам. Он совсем закрылся в своём маленьком мирке, будто отделился от окружающих непроницаемой стеной.

Я искренне скучала по ним обоим - Мэтту и Дэму. Поверьте, я не раз мечатала о том, что мы могли бы проводить время втроём, как нам было бы весело всем вместе... Ведь они оба просто невероятные люди! Я была уверенна: если дать им возможность найти точки соприкосновения, они совершенно точно поладят. Но Мэтт и на метр не подходил к Дэму, а сам Король часто нелестно выругивался в его сторону. Именно из-за этого мне каждый раз приходилось возвращаться в суровую реальность, потому что в такой действительности я потеряла общение сразу с двумя друзьями. Единственными друзьями.

Встав с кровати, я взяла в руки дневник и ручку, а затем смело чиркнула пару строк: "Моё молчание не может помочь. Но оно же лишь больше губит любые возможности разрешить кофликт... Да это даже не конфликт, так почему же мне так некомфортно находиться рядом с ними?! Они оба - настоящие эгоисты, предатели...Не думают ни о ком, кроме себя. Но почему я продолжаю волноваться за них? Ведь есть же, в конце концов, хоть какие-то, совсем мизерные, причины для их поведения! - немного подумав, я добавила: - Простите, ребята, это я виновата в том, что произошло...Простите, что я такая, какая есть".

Меня добило то, что дня через четыре Мэтт просто ушёл на длительный больничный. Так сказал наш классный руководитель. Я была совершенно разбита этой новостью, а Дэм, который во обыкновению заявился после третьего урока, кажется, был очень собой доволен. Его лицо сияло от не ясного мне немого торжества и чувства удовлетворения. Мы сели на наше обычное место - лавочку, скрытую большими листьями декоративной пальмы.

-Чему ты так радуешься, Дэм? - я, наконец, решилась поговорить, как следует. Мой тон получился на удивление резким, но исправляться я не стала, уж больно много чести. Я почувствовала, как к горлу подошёл предательский комок, внутри всё заклокотало от ярости. - Назови мне хоть одну причину для радости! С каких пор ты стал таким?.. Или, может, ты и правда всегда таким и был...

-Каким это - таким? - не смотря в мою сторону, Дэм прервал фразу на середине. Его голос звучал так холодно и безразлично, что я невольно содрогнулась.

-Ты оказался настоящим подонком! - в сердцах выкрикнула я. - Бесчувственный лицемер, который радуется чужому горю...

-Горе тут, кажется, настигло только тебя, а я вроде как не улыбаюсь, - до ужаса спокойно парировал Король. Он горделиво поднял подбородок и вперил в меня свой фирменный пытливый взгляд. - Так вот кем ты меня считаешь...

-Нет, Дэм, прости, я не так выразилась, - поспешно затараторила я. - Я сказала, не поду...

Но Дэм снова прервал меня на полуслове, резким движением вскочив с места и подойдя ко мне вплотную. Руки он благоразумно заложил за спину, видимо, чтобы не позволить себе лишнего (ведь его вспыльчивость оставляет желать лучшего). Король наклонил голову ближе ко мне, продолжая смотреть мне прямо в глаза. Я почувствовала на себе его глубокое, прерывистое, горячее дыхание. Обычно сияющие, теперь его глаза преобрели непривычный оттенок серого мрамора, непроницаемого и холодного. Он сильно нахмурил свои густые тёмные брови, его лицо стало очень резким, грубым, но всё ещё оставалось по-королевски прекрасным...Он проговорил тихим полушёпотом, чётко произнося каждое слово:

-Может, ты не так уж сильно ошиблась, - в его бархатном голосе появились нотки открытой насмешки. - В любом случае, я всего лишь эгоистичный ублюдок, не так ли?..

Он медленно отстранился, положил руки в карманы, всё это время продолжая смотреть на меня, но теперь с неприкрытым разочарованием и обидой. Но было в этом взгляде что-то ещё, какое-то невидимое, совершенно неуловимое. Он выглядел, как человек, которого загнали в рамки, закрыли в клетке, в его глазах я будто увидела собственное отражение... Этот сильный и волевой король был настоящим заложником собственного прошлого. Я совершенно точно уловила тень сожаления, которая легла на мои плечи тяжёлым грузом, ещё прежде чем Дэм сдвинулся с места и побрёл в противоположную от нужного кабинета сторону. Я осталась стоять в оцепенении, принимая осознание, что снова сделала что-то не так. "Не смотри на меня так, глупый Дэм, я не виновата! Это всё ты!" - подумала я с смесью гнева и отчаяния, а по щекам потекли тёплые солоноватые слёзы.

Пока никто не заметил моего состояния, я сорвалась с места и побежала прямиком в туалет, заперлась там в кабинке и продолжила беззвучно рыдыть. Моя жизнь, определённо, имеет чувство юмора, раз додумалась снова так жестоко пошутить надо мной. Сначала Мэтт, потом Дэм...Они оба ушли, ничего толком не объяснив, а я осталась совсем одна. Почему их это совсем не волнует?..

В тот день я впервые прогуляла урок. Впервые проплакала десять минут без остановки. Впервые пряталась в кабинке туалета. Я долго не выходила, сидела на одном месте и просто размышляла над тем, как же мне быть в такой ситуации. Перед глазами то и дело представали печальные лица Мэтта и Дэма. Ну почему, почему вы смотрели на меня вот ТАК? Я ведь знаю вас совсем другими. Я знаю вас странными, необычными, интересными, весёлыми, добрыми...нет, но точно не такими, как сейчас.

У каждого из нас есть своя история, а если бы не было, мы бы уже не могли называться людьми. Как же глупо было с моей стороны забыть, что и Мэтт с Дэмом имеют своё прошлое, в котором, вполне возможно, было что-то, что сломало их, заставило стать теми, кто они есть. "Решено! Я обязана узнать о них как можно больше, я точно пойму, почему всё случилось именно так!", - подумала я и бодро вышмыгнула за двери туалета.

***

Своё отсутствие на уроке я легко оправдала острой болью в животе, из-за которой я пролежала в медпункте все сорок минут. После занятий оставалось только решить, с чего же, собственно, начинать своё "расследование". Я давно поняла, что Мэтта и Дэма что-то связывает, потому что Король выглядел так, будто давно лично знаком с Бестужевым, а тот в свою очередь лишь притворился, что не знает Дэма. Что-то во всей этой ситуации не давало мне покоя. Зная Мэтта, я могла быть уверенна в одном - все проблемы в его жизни могли быть связаны только с семьёй. Только вот как узнать больше?..

-Эй, это ты, Алекс? - я услышала сзади приглушённый голос молодого парня и, уже ничему не удивляясь, медленно, с большой неохотой, обернулась на звук. К великому своему удивлению я прекрасно знала этого человека. Передо мной стоял мой давний знакомый Исай, в детстве мы часто вместе гуляли, потому что жили в соседних домах, но потом он переехал в другой район, так что я потеряла с ним последнюю связь.

Честно говоря, я смогла узнать его спустя столько лет лишь потому, что он совсем не изменился за это время. Всё тот же торчащий во все стороны ёжик коротких каштановых волос, вечно какое-то детское, озорное выражение лица и сияющие от искреннего счастья охристо-зелёные глаза. Ещё в детстве он был для меня примером прекрасного светлого человека, ведь сколько себя помню, он никогда не унывал, был весел, помогал всем подряд.

-Сколько лет, сколько зим, чувак, - благодушно отозвалась я и подала ему руку в качестве приветствия. - Какими судьбами? Кстати, да ты же совсем коротышка! - я расхохоталась, заметив, что он буквально с меня ростом.

-Рад, что тебе весело, - с толикой укора ответил Исай. - Когда увидел тебя, подумал, что тебе очень грустно.

Я прервала смех и с печалью опустила глаза.

-Я же прав, да? - парень тяжело вздохнул. - Ну, рассказывай, подруга, помогу, чем смогу.

-Да ничем ты не поможешь, - отмахнулась я в глубоком отчаянии. - Мне надо узнать кое-что о двух людях, но я не знаю, к кому обратиться...

-Про кого узнать? - я видела, что Исай загорелся неподдельным интересом.

-Ну, если тебе это что-то даст... Мне нужна информация о Матвее Бестужеве и Демьяне Короле.

-Ничего себе, оба местные знаменитости, - присвистнул Исай в ответ. - Тебе повезло, потому что великий и всемогущий я знаком с ними обоими и прекрасно знает того, кто выложит всю подноготную о них.

-А не врёшь? Ты что, сталкер какой-то? - я уже устала считать, сколько раз я назвала окружающих людей сталкерами.

-Да нет, просто мой отец работает на их семью уже очень давно, так что многое знает, - Исай как ни в чём не бывало пожал плечами.

-Да брось, таких совпадений просто не бывает... - я находилась в состоянии лёгкого шока. - Так, погоди, в смысле СЕМЬЮ? Они же из разных семей...

-Да нет же, они братья, - энергично закивал мне в ответ новоявленный помощник. - Правда, сводные, да и скрывают это всё, но братья же...

-Да нет же...быть не может, - прошептала я, всё никак не приходя в себя, затем, судорожно сглотнув, спросила: - Знаешь что-то ещё?

-Ну, я знаю, что мать Матвея умерла примерно два года назад, а через несколько месяцев Бестужев-старший познакомился с матерью Демьяна - Анжеликой Король. Через три недели у них свадьба, поэтому-то Дэм и носит материнскую фамилию. Насчёт его отца ничего сказать не могу, но он, видимо, вообще не определён, раз сын носит фамилию матери, ты так не думаешь?..

В висках стучало, во рту скопилась слюна, я снова сглотнула, но успокоиться не удалось. Сердце билось в бешеном ритме, мысли роились в голове, словно стая птиц, вернувшаяся весной из тёплых краёв.

-Эй, Исай, отведёшь меня к своему отцу? - только и смогла вымолвить я. - Мне...ну...правда надо.

Парень в ответ лишь радушно кивнул и потащил меня за собой, по дороге радостно болтая. Он постоянно повторял, что безумно рад меня снова видеть и просто на седьмом небе от мысли, что может вот так помочь мне в чём-то важном.

В итоге он привёл меня к себе домой. Это оказалась среднестатистическая русская квартирка, немного тесная, но очень уютная. Я сразу расслабилась, как только переступила порог дома Исая. Затем, познакомившись с его отцом - Лукой - я поняла, что характером парень определённо пошёл в папу. Меня встретили очень приветливо, не задавая лишних вопросов. Единственное, о чём меня попросил Лука - подождать рассказа, ведь он хочет угостить меня горячим чаем с пирожными. Выслушав мою просьбу как следует, он начал:

-Я работаю в семье Бестужевых уже около пяти лет. У них много прислуги помимо меня, поэтому слухи разные ходят...Нет, не подумай, я вовсе не сплетник. И да, никому не передавай то, что я тебе сейчас расскажу, - я в ответ лишь кивнула, а Лука продолжил:- У Бестужева была прелестная жена - Анна. До чего же милая это была женщина! Очень образованная, умная, воспитанная, смелая и совсем простая, даже несмотря на свою состоятельность и положение в обществе. Она делала господина мягче и спокойнее, сглаживала все неровности в, скажем так, весьма несносном характере своего мужа. Но примерно два с половиной года назад у госпожи обострилась лейкемия, то есть рак крови... Ох, как же Эдуард исстрадался, совсем лица на нём не было. Спустя полгода тяжёлой болезни Анна скончалась, оставив мужа и сына совсем одних. Но вот Эдуард повстречал женщину, нынешнюю невесту - Анжелику Король. Она не такая благородная, но очень умная, а главное, амбициозная и целеустремлённая. Они с господином во многом похожи.

-А вы случайно не знаете, не могло ли быть...проблем в отношениях Матвея и Демьяна? - робко спросила я, внимательно выслушав Луку и находясь под большим впечатлением от этого рассказа. Мужчина на секунду всерьёз задумался, а потом проговорил:

-Да, есть такое... Я много раз видел, как они ссорились. Не могу сказать причины, но скандалы были крупными, да и до драк нередко доходило.

-Поверьте, я могу представить, - сказала я, поёжившись от воспоминаний о недавней стычке Мэтта и Дэма. "Это мне ещё, видимо, повезло, что они не подрались", - подумала я, вздыхая.

-Что-то ещё можете сказать про этих двоих? - чуть ли не с мольбой в голосе спросила я у Луки.

-Ну...Это, конечно, слухи всё... - я видела внутреннюю борьбу, читающуюся на лице мужчины, поэтому поспешно заверила:

-Вам не нужно так переживать, ничего страшного, даже если это окажется неправдой.

-Хорошо, - кивнул Лука, всё-таки решившись. - Вы, наверное, знаете, что господин Бестужев имеет во владении огромный прибыльный бизнес, поэтому когда Анжелика станет его женой, возникнет вопрос о наследстве... говорят, что всё должно достаться Матвею. Видимо, Демьян хочет, чтобы и ему что-то перепало.

Я глубоко задумалась. "Не думала, что в характере Дэма есть такая мелочность... вряд ли причина в наследстве. Он слишком благороден и честен для такого рода разборок. Да и Мэтт не выглядит, как конфликтный человек... Может, дело вовсе не в деньгах?.." - мои размышления были прерваны беспрестанной болтовнёй Исая, который уже успел перевести разговор на какую-то безобидную тему, но я особо не вслушивалась.

Через полчаса я вежливо поблагодарила Луку за рассказ, чай и гостеприимство и вышла от них в смятении. Исай последовал за мной, чтобы проводить, остановил перед дверью подъезда и легонько, по-дружески, проговорил:

-Надеюсь, что ты разберёшься с тем, что тебя беспокоит. И когда это случится, приходи в гости ещё раз, - он широко улыбнулся, а я почувствовала, как на душе сразу потеплело от осознания, что мои проблемы кому-то небезразличны.

-Исай, правда, спасибо тебе огромное, - искренне прошептала я. - Я не знаю, что со мной было бы, не встреть я тебя тогда около школы. А теперь мне правда надо идти, я хочу поговорить кое с кем.

-Не буду задерживать, - усмехнулся парень в ответ и помахал мне рукой на прощание. - Удачи, Алекс!

***

Не помню, когда я в последний раз так сильно бежала. Дыхание перехватило, воздуха катастрофически не хватало, вся грудь прямо-таки пылала в агонии, но я не сбавляла темп и всё бежала, бежала... Прямо к дому Мэтта и Дэма.

"Сколько же вы умудрились от меня скрыть, засранцы! - на бегу я продолжала мысленно возмущаться. - Ну и ловко же вы всех за нос водили, никто даже не предположил бы..."

Верно, я разрушила всю иллюзию, которую эти двое с такой завидной старательностью построили для окружающих. Неужели им настолько ненавистна мысль о том, что они могут быть родственниками?! Даже когда я узнала столько подробностей их биографии, я чувствовала, что всё ещё знаю недостаточно, чтобы понять мотивы их действий. В таких вот размышлениях я и добежала до особняка семьи Бестужевых. Он был всё такой же величественный и безмолвный, как в тот раз, когда я видела его впервые. Но что-то изменилось...

Я услышала громкие крики. Голоса явно принадлежали Мэтту и Дэму, но поначалу было сложно и слово разобрать, так сильно они кричали. Сквозь поток мата и оскорблений я, наконец, смогла различить, во-первых, их местоположение. Они находились где-то совсем близко, а точнее, за забором прямо напротив меня. Я отошла подальше от входа, чтобы меня невозможно было заметить, благо, огорождение было достаточно высоким, чтобы ни одна живая душа не догадалась о моём присутствии. Я затаилась, не желая пропустить ни слова. Даже те отрывки, которые я таки смогла разобрать, заставили меня сильно пожалеть, что я взялась подслушивать.

-...И ты просто взял и сказал ей это? Как у тебя вообще совести хватило, а?.. - этот голос точно принадлежал Мэтту. Он звучал обеспокоенно и очень разозлённо.

- Ты что-то путаешь, придурок, - бросил в ответ Дэм со слишком явной насмешкой. - Первым, кто заставил её расстраиваться, был ты. Твоих крохотных мозгов хватило только на это, чтобы ей отказать?

-Не отказывал я! - голос Мэтта сорвался и захрипел. - Ты ничего не знаешь, вот и сиди молчи. Ты просто воспользовался ей, чтобы насолить мне, не так ли?

У меня напрочь сбилось дыхание, руки пробила мелкая дрожь. "Нет, только не опять! Почему я всегда подслушиваю всякую гадость о себе?.." - думала я, лихорадочно сжимая кулаки до хруста в костяшках пальцев.

-Давай-ка я тебе поясню, чувак, - с желчью произнёс Дэм. - Ты прав, мне до твоей девчонки дела не было, просто подумал, что было бы весело посмотреть на то, как тебя перекашивает от обиды и ревности. Тяжко, наверное, было видеть, как твоего близкого человека забирают, да? - голос Короля звучал так неестественно, как никогда.

"Это неправда, неправда, неправда, неправда, ВСЁ ЛОЖЬ! Дэм точно не мог!" - мысли совсем спутались, я ощутила, что вот-вот снова заплачу, но поняла - нет, нельзя, только не здесь и не сейчас.

Собрав всю свою волю в кулак, я подошла к тёмным железным воротам и что есть мочи застучала по ним. Оба голоса разом стихли. Я услышала какую-то слабую возьню по ту сторону ограды, а затем ворота передо мной со скрипом открылись. Передо мной стоял Мэтт. Увидев меня, он, мягко говоря, ошалел, отошёл в сторону, давая мне место пройти. Я гордо задрала нос и величаво прошествовала на территорию дома.

К особняку шла выложенная гравием дорожка, но само пространство выглядело весьма неухоженно, было видно, что дому не хватает лёгкой женской руки. Но времени рассматривать окружение у меня совсем не было. Чтобы не дать эмоциям прорваться, я решила поторопиться с разговором. Резко повернувшись, я встала лицом к лицу к Мэтту и Дэму, которые смотрели на меня с испуганным интересом. Я тяжело выдохнула.

-Слушайте сюда, паршивцы, - я старалась сохранять спокойствие, но выходило откровенно плохо. - Я, честно, уже устала от вашей лжи и лицемерия. Если вам, идиотам, есть, что мне сказать, ТАК И ГОВОРИТЕ. Я могу быть недогадливой, но со слухом у меня пока всё в порядке! Я не экстрасенс и в няньки вам не нанималась, чтобы разбираться в ваших душевных терзаниях и выяснять мотивы ваших совершенно тупых и нелогичных действий. Я ПРАВДА пыталась вас понять, но вышло не очень, как видите. У вас могут быть обстоятельства, которые толкают вас поступать по-своему, но это не даёт вам никакого права вести себя по-свински! Вы так зациклились на себе, что в упор не видите людей вокруг. Я была о вас лучшего мнения, - я выпалила это буквально на одном дыхании, выговорив всё, что накипело за это время. - У меня вообще нет опыта социализации, но вы и меня умудрились доканать, умники!

На этой ноте я быстро проследовала к дверям, предварительно отпихнув от себя Мэтта и Дэма, которые пытались меня остановить и что-то сказать. Единственное, что я добавила, уходя:

-Не хочу больше иметь с вами никаких дел!

Глава 7. В начале была ложь.

"Иногда истина не имеет значения... Главное, что тебе она известна".

Домой я шла очень медленно, напряжённо ожидая, что кто-нибудь из этих двух лжецов последует за мной, но ни один так и не явился. Глупо было даже надеяться на такое.

Пока я брела по людной улице, полной будней суеты, множество мыслей роилось в моей голове. Я то и дело тяжело вздыхала, а прохожие озабоченно прошагивали мимо, лишь на секунду задерживая на мне свой пустой взгляд. Сомневаюсь, что хоть кто-то из них остановился бы, даже если бы я упала в обморок, такими безразличными глазами они оглядывали меня. "Люди слишком самовлюблённые и эгоистичные существа. Так что быть одной куда лучше, правда...",- подумала я, с презрением обернувшись на девушку лет двадцати, которая толкнула меня в плечо и просто прошла дальше, даже не остановившись, чтобы извиниться.

Мэтт и Дэм явно перестарались. Никогда бы не подумала, что враньё может стать основой целой жизни, но они наглядно это продемонстрировали. Неужели было так уж необходимо использовать меня, как щит от реальности?.. Я вдруг поняла, что многое из слов Дэма было наглой ложью, например, его рассказ о том, что его родители погибли в автокатастрофе. Он, видимо, просто нечестным способом узнал, что я сирота и так решил втереться ко мне в доверие. Показать, что мы чем-то похожи, что он может меня понять...Смешно. "Как долго я могла бы жить, веря каждому их слову? Эти парни не могут даже своих проблем решить, что уж говорить о нормальных отношениях?! Видеть их не желаю", - решила я мысленно и, с болью сжав кулаки, помчалась в сторону своего дома.

Только я достала ключи, чтобы отворить входную дверь, как в кармане раздалась мелодия звонка телефона. Я апатично вытащила мобильник и совершенно без интереса посмотрела на дисплей. На нём большими буквами красовалось "ТЁТЯ". Я резко выдохнула, постаралась, чтобы мой голос звучал ровно и спокойно, ведь мне вовсе не хотелось беспокоить Анну.

-Алло?..

-Алло, Сашенька, привет! Давно я тебе не звонила, да и ты не выходишь на конакт. У тебя всё хорошо? - голос тёти звучал до странного воодушевлённо.

-Что важнее - тебе есть, что мне сказать? - наверное, мои слова прозвучали немного грубо, но я правда не хотела обидеть тётю. Бодрый голос в трубке на секунду смолк.

-Как ты поняла? - хрипота выдала Анну. У неё точно есть серьёзный разговор ко мне!

-Я не глупая и знаю тебя достаточно долго, так что говори уже, - я пожала плечами, будто она могла это увидеть.

-Я бы хотела, чтобы ты сходила в одно место...

***

Этот день был на удивление холодным и промозглым. И снова небо заполонила череда прямо-таки чёрных туч, стена дождя накрыла безмолвный и неприветливый город. Город, который так любила моя мама.

Место, куда меня попросила сходить тётя, находилось довольно далеко, поэтому мне пришлось около сорока минут ехать на маршрутке, а потом пройти ещё десять минут пешком, но не стоило жалеть времени и сил. Тихое и мрачное пространство, напряжённая, страшная атмосфера...Это было самое дальнее кладбище, на которое до этого ни разу не ступала моя нога.

Все песчаные дороги размыло, так что они полностью потеряли свои очертания. Дождь не хотел прекращаться, сколько бы я беззвучно не просила небо сжалиться надо мной. Моя одежда успела насквозь промокнуть ещё в тот момент, когда я вышла из автобуса, поэтому сырая куртка тяжелым грузом повисла на плечах, которые иногда дёргались от пробиравшего холода. Зонтик, как назло, я благополучно забыла дома. Точнее, в квартиру я так и не смогла зайти, потому что как только оборвался телефонный разговор с тётей, я поспешила сюда, в самое неприятное место из всех, где я только могла бы оказаться в тот день.

Было очень тяжело петлять среди могил и больших памятников. В целом кладбище выглядело прилично, однако здесь было очень много безымянных надгробий. Я с тоской всматривалась в пустые места, где должны были быть фотографии умерших, затем то и дело осмаривалась вокруг, видя, что заброшенных могил и того больше. У этих людей совсем нет тех, кто мог бы прийти и навестить их. "Неужели и тебе было так же одиноко?" - пронеслась в голове ужасающая мысль.

"Правда всегда отважна. Именно поэтому ты узнаёшь её только сейчас, я ведь большая трусиха. Но знаешь, бывает такая истина, которая ничего тебе не даст, ни на что не повлияет, просто... ты просто будешь знать и всё", - вот, что сказала мне тётушка. Я, наконец, нашла нужное место. Это было совсем небольшое огорождение, живые цветы на могиле совсем повяли, а искусственные изрядно потрепались. Столик и лавочка, которые еле-еле уместились на этой маленькой территории, выглядели так, что казалось, нажмёшь на них, а они и развалятся, поэтому я осталась стоять напротив серого мраморного надгробия, подняла глаза и посмотрела на неё. Я видела перед собой фотографию человека, которого столько лет открыто ненавидела, презирала... Мам, ты такая красивая. С изображения на меня смотрела молодая и привлекательная женщина лет двадцати - двадцати пяти, чьи пряди светлых кудрявых волос волнами ниспадали на хрупкие плечи, а губы расплылись в лёгкой улыбке, которая будто говорит: "я в порядке". Я помню, ты так всегда и говорила. Помню. Твои глаза такие добрые и чистые, словно ангел наблюдает за мной. И разве же человек с такими глазами может быть плохим?..

- Мам, прости меня, ладно?.. - я упала на колени прямо на сырую от дождя землю, совсем не заботясь, что могу испачкаться или намочиться ещё сильнее. - Мам, я была не права. Не грусти, у меня всё хорошо, я счастлива... Ты тоже, пожалуйста, будь счастлива.

Небо ничуть не прояснилось за всё это время, дождь даже усилился, а где-то вдалеке раздались громкие и суровые раскаты грома. Я сгорбилась над бугорком земли, с трепетом зарывшись руками в песок. Тётя, разве эта истина уже не важна? Ни на что не повлияет, говоришь? Почему ты так долго молчала?! Никому не дано узнать наверняка, но я правда очень сильно плакала и кричала в тот день, сидя под ливнем рядом с безмолвной могилой. Вокруг не было ни души, да и смог бы кто-то, кроме меня, решиться появиться на кладбище в такую погоду?

Я продолжала сидеть на голой земле, изредка всхлипывая и с нежностью вглядываясь в такое родное, почти забытое, лицо матери. Я старалась запечатлеть её образ навсегда в своей памяти, запомнить любую деталь, даже самую мелкую. Мамины морщины, ямочки, прыщики, шрамики правда самые-самые красивые. И почему раньше я никогда не думала над этим? Правильно, я же столько лет чувствовала себя брошенной, так что теперь казалось, что другой жизни нет и быть не может.

- Ты долго ждала меня, мам, - продолжила я, обращаясь к молчаливой фотографии. - Но теперь я не брошу тебя, я буду часто приходить. И тётю с собой притащу, и дядю, и... Мам, у меня появились друзья, мне было не так уж и одиноко. Правда, сейчас у нас с ними небольшой конфликт, но я знаю, они не плохие люди... Ты тоже. Нет, ты - лучшая. Прости, что я так поздно это поняла. Не переживай за свою глупую дочь, я стану хорошим человеком и никогда не разочарую тебя. Я люблю тебя, мам, как ты всегда любила меня...

Я не помню точно, как долго сидела в одном положении и рыдала, извинялась, причитала, билась о землю и снова рыдала, но вот тяжело поднялась с колен и отряхнула сырость. Однако всё, чего добилась - руки стали совсем грязными. Но мне было совершенно всё равно. В жизни есть много неважных и ненужных вещей, просто нужно найти что-то, что точно всегда будет твоей необходимостью. Так ты никогда не сойдёшь с пути. Я всегда знала, не все люди в этом мире подходят друг другу, но в тот момент я осознала, что это не касается меня, Мэтта и Дэма. Если не им, то кому же быть рядом со мной в таком случае? Они странные, настоящие эгоисты, лицемеры и лжецы, но они были рядом, когда я нуждалась в них больше всего. И то, что они смогли причинить мне боль, лишь доказывает, как сильно я всё это время была зависима от общения с ними. Я чувствовала, что жила.

Я так долго была готова ненавидеть этот мир, но это ни к чему не привело, поэтому я научилась искренне и безрассудно его любить, лишь благодаря Мэтту и Дэму. Я внезапно почувствовала, что хочу им об этом рассказать. Хочу спросить... У меня ведь так много вопросов! Я была готова простить им всё, ведь теперь знала... Ложь во имя любви тоже существует. Такой ложью защитила меня мама много лет назад.

Тётя рассказала, что мой отец бросил маму сразу, как только у них родилась я. Он просто не смог принять ответственность на себя, ведь я была достаточно ранним ребёнком. Даже после такого тяжёлого расставания моя мама не пала духом и продолжила воспитывать меня с неизменной улыбкой, то и дело повторяя: "всё, что случается, случается к лучшему". Было это к лучшему или нет, я не могла понять, ведь была совсем маленькой, но я безумно любила свою маму, наслаждалась нашей тихой и уютной семейной жизнью. И вот однажды мама просто пришла к тёте Ане со мной под руку и сказала, что уйдёт, попросила её заботиться обо мне настолько, насколько это будет возможно. Конечно же, тётя набросилась на неё с распросами, на что мама ответила: "Пусть она лучше живёт с ненавистью, чем с тоской по любимому человеку. Я не хочу, чтобы она видела мою смерть". Оказалось, что мама тогда уже знала, что тяжело больна...кажется, это был рак. Теперь, когда я стала старше, я могу понять твои материнские чувства. Ты желала мне лучшего, но... Нет, мам, ты всё-таки ошиблась, потому что для меня ненависть не лучше, чем скорбь.

На обратном пути я поняла, что в конец продрогла и выбилась из сил. Слёзы ешё долго не могли высохнуть, а одежда была такой сырой, что, кажется, если бы её отжали, то можно было бы наполнить целое ведро водой. А когда я, наконец, перестала плакать, почувствовала, как сильно болят глаза, закрываются сами собой, а в теле появляется слабость. Но на душе впервые за многие годы появилось чувство чистого всепоглощающего покоя, словно я снова перенеслась в детство - самое счастливое время.

У людей вошло в нехорошую привычку врать мне, но, поверьте, ложь - не самое страшное, с чем вы можете столкнуться на своём пути, ведь её никогда не поздно исправить, сказав правду, как на духу, потому что все мы - всего лишь люди, которым свойственно врать и совершать ещё очень много разных ошибок. В тот момент я уже знала, что обязательно снова прощу Мэтта и Дэма, потому что совершенно точно не могла по-другому. Они стали слишком важной частью моей жизни.

Через час я уже размеренным шагом подходила к подъезду собственного дома, но вдруг меня окликнул хриплый басистый голос мужчины. Я подняла взгляд и заметила, что прямо передо мной стоит человек лет сорока пяти с очень неприятной внешностью. Его глаза постоянно бегали по всему окружению, цепко замечая любое лишнее движение. Он и меня окидывал странным раздражённым взглядом, так, будто готов был в любой момент достать нож и перерезать мне глотку, если я шелохнусь не так, как ему надо. Я сильно перепугалась, решив, что это какой-нибудь маньяк-убийца, про которых достаточно много пишут в газетах и говорят по телевизору.

-Что вам от меня нужно? - бросила я совсем недружелюбно, скрывая дрожь в голосе, и отступила на шаг назад. - Сделаете что-то странное - я позову на помощь.

-Не буду я ничего делать, девочка, - последнее слово он сказал нарочито громко, как бы делая акцент, что в несовершеннолетних не заинтересован. - Тебя ведь Саша зовут?

-А когда мы успели перейти на "ты"? - язвительно поинтересовалась я. У меня получилось выдохнуть с облегчением и я до конца успокоилась. Напротив, животный страх внутри меня сменился неприкрытым раздражением. - Ну, допустим, меня так зовут. У вас ко мне какое-то дело?

-Уж извините, - мужчина сделал странный резкий поклон, выдавая всю неловкость собственных движений. - Вы нужны не мне, а Эдуарду Бестужеву.

-Что? - я слегка опешила от неожиданности. - Это ещё зачем?

-Я ничего не знаю, мне велели назначить встречу на завтрашний день. Вам подойдёт 15;00? - мужчина продолжал говорить даже несмотря на мою явную враждебность.

- Почему бы господину Бестужеву самому не назначить встречу? Во-первых, можно ли вам вообще доверять? А во-вторых, даже если это правда, зачем мне идти на встречу с ним?

-Ваше дело, но у него к вам разговор, - ответил мужчина и состроил ехидную гримасу. - Вроде это насчёт его сыновей. Всё ещё не интересно?

-Поняла вас, - коротко бросила я и, развернувшись, проследовала к своему подъезду. - Где встретимся?

- В кафе, которое находится напротив вашей школы, - громко ответили мне из-за спины, затем раздалось тяжёлое хлюпание больших мужских ботинок и всё стихло.

"Что ж, это всё очень странно, но у меня, кажется, нет выбора. Этот мужик мне заранее не нравится", - подумала я, перед сном лёжа в кровати, чуть нахмурив брови.

***

Уснула я спокойно, но на утро почувствовала себя ужасно. Настала очередная среда. На меня нахлынула привычная суета, но теперь она подкреплялась чувством сильной тревоги. Я только поняла, что сам факт нашей встречи с отцом Мэтта выглядит странно на фоне недавних событий. И откуда он вообще мог обо мне узнать, ведь я даже ни разу не приходила в гости к Бестужеву?

"Ладно, вдох-выдох и вперёд! - прикрикнула сама на себя я, огласив квартиру своим звонким, но хриплым голосом. - Вот чёрт, кажется, я заболела после вчерашнего. Надеюсь, температуры нет..."

Но проверять сей факт я не стала, потому что тогда мне во что бы то ни стало надо было попасть в школу, так уж я решила. Я нацепила на себя голубую блузку в горошек и тёмно-синюю юбку-солнышко, затем пригладила рыжие кудряшки, заправив несколько прядей за уши. "Мне надо выглядеть сегодня приличнее обычного, с таким человеком увижусь", - подумала я и раздражённо усмехнулась. Не знаю, почему, но у меня возникла подсознательная неприязнь к отцу Мэтта ещё до личной с ним встречи. "Чувствую себя плохим человеком теперь", - тут же пронеслась ответная мысль.

Я выбежала на улицу. После такого сильного ливня, природа, наконец, успокоилась. Вокруг стояла настоящая духота, но небо прояснилось, что не могло не радовать. Даже температура по ощущением поднялась аж до нуля. "Сегодня точно мой день!"

В школе всё оставалось, как прежде, что меня очень даже устраивало. Никто не трогал меня, я никого не трогала, прямо-таки иддилия... Особо общаться желания не было, так что я просто уселась на своё место и с воодушевлением стала представлять, как же пройдёт наш разговор с Эдуардом. Мэтт на уроках, как и ожидалось, снова не появился, но тогда меня это не сильно расстроило. Пока не время нам говорить, ведь сначала нужно выяснить, что от меня хочет его отец.

С Дэмом я тоже не пересеклась, потому мне даже подумалось, что удача наконец повернулась ко мне лицом, а не задом. Уроки пролетели совсем незаметно, так что я поспешила выбежать за ворота школы. Тут меня перехватил Исай, который снова оказался поблизости. Он сказал, что недалеко проходят его тренировки по баскетболу, поэтому он так часто ходит в этом районе. Я быстро пересказала ему наш разговор с тем странным "посланником" Бестужева, на что парень лишь сказал: "Я не имею ничего против вашей встречи, но будь осторожна, в конце концов, это может быть и обманом". Затем он вызвался проводить меня до места встречи, чтобы лично убедиться в чистоте намерений "тех мужиков".

Так мы и добрели до небольшой кафешки под названием "Infinity" (от анг. - "бесконечность"). "Символичненько", - хихикнул Исай, а я предпочла промолчать. На меня вдруг нахлынул странный мандраж, переживания, но я посчитала важным взять себя в руки. Мы заглянули в окно. В такое время буднего дня много посетителей и не должно быть, но тогда в зале не было совсем никого, кроме одного мужчины. Он сидел в профиль, но даже так я смогла отметить, что он невероятно похож на Мэтта. Те же светлые, чуть седые, волосы, худощавое телосложения, разрез глаз...

-Точно он, - шепнула я Исаю, тот подался вперёд и тоже хорошенько разглядел Эдуарда.

-Я запомнил, - таким же шёпотом сказал парень и, похлопав меня по плечу, развернулся, предварительно сказав: - Если что, я жду за углом.

Он оставил меня наедине с диким страхом, который отдавался дрожью в коленях. Я сглотнула и вошла в двери здания, напустив на себя самый безразличный вид...