ДаркХел V

Глава 1

Мы с Севандром сели на стулья, стоящие напротив кресла, в котором восседала рыжая незнакомка. Я отпустил «Жажду», и клинок послушно исчез в подпространстве, оставив после себя лишь лёгкое покалывание в ладони - меч явно был не в восторге от моего решения, но спорить не стал. Интуиция подсказывала, что эта девушка, или кто она там на самом деле, не собиралась нападать. Пока.

Она окинула нас внимательным взглядом, и на её губах заиграла та самая широкая улыбка, которая в прошлый раз показалась мне неестественной. Сейчас, в полумраке гостиной, она выглядела ещё более чужеродно - словно кто-то натянул на лицо красивой женщины маску и забыл снять.

- Я вижу, вы готовы слушать, - начала она, и её голос звенел мелодично, но с какими-то странными обертонами. - Для начала, Рей, хочу сказать: этот облик - твоей истинной супруги. Так уж повелось, что... - "гостья" задумалась, театрально приложив палец к подбородку, - она ищет тебя вот уже сколько? Больше сотни лет, как ты решил отчаянно запечатать в себе демона и лишился памяти? Ну да ладно, не будем о плохом. В конечном итоге вы однажды всё равно встретитесь. Судьба, знаешь ли, штука упрямая.

Я моргнул, пытаясь переварить информацию. Истинная супруга? У меня была супруга помимо Ребекки? Или это метафора? И почему она говорит о себе в третьем лице?

- Теперь ближе к делу, - её тон стал деловитым. - Братец мой, наш отец отправил меня за тобой уже очень давно. Но тебе удавалось всё время скрываться от меня... Нехорошо так поступать с семьёй, Рей. Совсем нехорошо.

- С какой семьёй? - вырвалось у меня. - Ни черта не помню!

- Ах, да-а-а, - протянула она и вдруг расхохоталась. Грубым, раскатистым мужским смехом, от которого у меня волосы встали дыбом. - Ты же ни черта не помнишь! Как же я забыл!

Она хохотала, запрокинув голову, и в этом смехе слышалось что-то древнее, чуждое, нечеловеческое. Севандр рядом со мной вжался в стул и побелел как полотно.

- Смотрю, у тебя лишь верный меч да колечко, - отсмеявшись, сказала она, кивая на мои руки. - Видимо, это всё, что ты помнишь о прошлом. Ну ничего, брат, мы это исправим.

- Кто ты такой? - рявкнул я, дёрнувшись, чтобы встать.

И не смог.

Что-то невидимое, но неумолимое прижало меня обратно к стулу, словно на плечи опустилась многотонная плита. Рядом глухо выругался Севандр - его постигла та же участь.

- Расслабься, брат, - лениво произнесла девушка. - Не нужно так распыляться. Всё узнаешь со временем. - Она перевела взгляд на Севандра и сладко улыбнулась. - А теперь вы, господин алхимик. Как вас там... ах да, Севандр, кажется?

Тот дёрнулся, но безрезультатно.

- Интересного же вы нашли себе компаньона, - продолжила она, разглядывая его с видом кошки, играющей с мышью. - Бегите от него, господин алхимик. Бегите так далеко, как только возможно. Он губит всех, кто с ним рядом! Такова его суть. Рей всегда использовал людей для своих целей, ведь он тот, кем является - дикарь, хитрый и умный.

Она подчеркнула последние слова, и в её голосе послышалась странная гордость. Словно она описывала любимую игрушку.

Севандр перевёл на меня быстрый взгляд, полный смятения, а потом снова уставился на девушку. Когда он заговорил, его голос звучал на удивление твёрдо, несмотря на ситуацию:

- Знаете, девушка, или кто вы там на самом деле, не ваше дело, с кем мне общаться. И вообще, что вам от нас нужно?

- Что мне от вас нужно? - переспросила она, и в её голосе мелькнуло искреннее веселье. - Дайте подумать...

Снова сделала паузу, театрально закатив глаза к потолку:

- Что бы вы двое не лезли в мои дела и дела Ребекки. Мы, знаете ли, строим нечто важное. Нечто грандиозное по своим масштабам и... по моей задумке.

Она посмотрела прямо на меня, и в её глазах мелькнул тот самый синий огонь:

- Знаешь, ты был прав, Рей. Людишки могут удивить. Не все, конечно, но некоторые индивидуумы - да. Они силятся доказать, что они ровня нам, что могут обладать такой же властью, как и мы. Вот, например, твоя Ребекка...

Она замолчала, словно оценивая мою реакцию:

- Я много чего увидел в её памяти. В основном - ненависть к тебе. Да только она не знала, что сил у тебя побольше, чем у меня. Но это мелочи...

Она зевнула, прикрыв рот ладошкой. Жест был настолько нелепым и человеческим, что контраст с её предыдущими словами резанул глаз.

- Что-то я утомился с вами болтать. Ещё столько дел впереди. Давай сделаем так: я немного освежу твою память, покажу свои воспоминания. Может, так тебе станет понятнее, и ты выберешь мою сторону. И оставишь свои жалкие попытки мне помешать.

Она сунула руку в складки своего простенького платья и извлекла оттуда куб. Небольшой, размером с кулак, из тёмного металла, который, казалось, впитывал свет. На гранях тускло поблёскивали едва заметные руны. Девушка поставила его на рядом стоящий столик, и тот издал глухой, тяжёлый звук.

- Когда возьмёшь его в руки, он раскроется и покажет тебе мои воспоминания, - пояснила она. - А теперь мне пора идти.

Встала с кресла, поправила платье и неспешно направилась к двери. Я снова попытался вскочить - бесполезно. Словно меня прибили гвоздями к стулу.

- Ах, да, - обернулась "она" уже у самого порога. - Женевьева...

Севандр дёрнулся так, что стул под ним жалобно скрипнул.

- Господин алхимик, - продолжила девушка с ленивой усмешкой, - подумайте о ней. Она такая беззащитная, такая одинокая... Кто же сможет её защитить в таком опасном мире?

- Не тронь её, тварь! - взорвался Севандр. Глаза его налились кровью, лицо исказилось яростью. - Я убью тебя, если ты попытаешься ей что-то сделать!

Он рванулся со стула с такой силой, что жилы на шее вздулись, но чары держали крепко.

- Я ничего ей не сделаю, - пообещала девушка, и её улыбка стала ещё шире. - Если вы мне не будете мешать...

Она открыла дверь и вышла, бесшумно прикрыв её за собой.

Мы остались сидеть, пригвождённые к стульям невидимой силой. В комнате повисла звенящая тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием Севандра и бешеным стуком моего сердца.

Минута. Две. Пять.

Внезапно давление исчезло. Я чуть не кубарем слетел со стула. Севандр вскочил, метнулся к двери, распахнул её - коридор был пуст. Выбежал на улицу - никого. Только холодный ветер гонял пыль по пустынной дороге.

Вернувшись, он рухнул на стул, тяжело дыша. Его взгляд метался между мной и кубом, оставленным на столике.

- Александр, - выдохнул он, наконец. - Что это было? Кто это?

Я потёр затекшую шею и подошёл к окну. Ничего подозрительного. Обычный вечер, обычный город.

- Понятия не имею, - честно признался. - Но он знает Ребекку. И называет меня братом. И... - я поморщился, вспоминая, - кажется, он не человек.

- Он? - переспросил Севандр. - Это была женщина.

- Ты слышал смех. И голос. Это не женщина. Это кто-то, кто занял её тело, как ту подавальщицу в таверне. Только на этот раз, видимо, надолго.

Севандр нервно провёл рукой по лицу:

- Женевьева... Он упомянул её. Александр, если с ней что-то случится...

- Не случится, - перебил я. - Пока мы не сунемся, не случится. Он сказал: «если вы не будете мне мешать». Значит, у него есть планы, и наше вмешательство им мешает. Значит, пока мы сидим тихо, Женевьева в безопасности.

- А если он врёт?

- Может и врёт. Но выбора у нас нет. Ворваться сейчас в штаб сопротивления и устроить панику? Чем мы поможем? Только выдадим себя и всё испортим.

Севандр стиснул кулаки, но спорить не стал. Он понимал, что я прав. Злость - плохой советчик.

Перевёл взгляд на куб. Тёмный металл тускло поблёскивал в свете уличных фонарей, пробивающемся сквозь окна:

- Он хочет, чтобы я посмотрел его воспоминания, - задумчиво произнёс я.

- Ловушка, - немедленно отреагировал Севандр. - Очевидная ловушка.

- Возможно, - подошёл к столику. - А возможно, это единственный способ узнать правду. О себе. О том, кто я такой на самом деле.

- Александр, не глупи, - Севандр встал рядом. - Эта тварь только что угрожала Женевьеве, назвала тебя братом, говорила про какую-то стройку с Ребеккой. И ты хочешь взять у неё подарок?

- А что ты предлагаешь? - повернулся к нему. - Сидеть и ждать, пока они закончат своё «нечто грандиозное»? Владий в цитадели строит башню, Ребекка убивает женщин, а теперь ещё и этот... братец объявился. Нам нужно знать, с чем мы имеем дело?

- Но не так же!

- А как? - усмехнулся я. - Попросить у него рекомендательные письма?

Протянул руку к кубу.

- Александр! - Севандр схватил меня за запястье. - Подумай! Это может быть опасно. Для твоего разума, для твоей души. Вдруг это ловушка, и он хочет вселиться в тебя или украсть твои воспоминания?

- Тогда у него будет богатый улов, - весело хмыкнул. - Целая куча обрывков и сплошная пустота, - мягко высвободил руку из захвата. - Севандр, я должен это сделать. Если хочу защитить вас всех, я должен знать, с кем мы воюем? И кто я такой?

Он смотрел на меня долго, с болью и тревогой в глазах. Потом сдался:

- Тогда хотя бы дай мне подготовиться. У меня есть зелья, которые могут защитить сознание. «Эликсир Ясного Виденья» усилит ментальную броню. Я принесу.

- Успеется, - покачал я головой. - Если это ловушка, он всё равно сильнее. А если нет... может, мне и не понадобится защита. Он хочет, чтобы я увидел. Значит, увижу.

Взял куб в руки.

Металл оказался холодным, почти ледяным. На ощупь - гладкий, но с едва заметной шероховатостью, как кожа древнего ящера. Повертел его в руках, рассматривая руны. Они были мне вроде незнакомы, но что-то в них показалось... родным. Словно я видел их когда-то очень давно.

- Ну, - сказал сам себе, - была не была!

Куб дрогнул в моей руке.

Грани начали расходиться, словно лепестки бутона, открывая тёмную пустоту внутри. Из неё хлынул свет - не яркий, а какой-то маслянистый и обволакивающий. Он заструился по моей руке, впитываясь в кожу, поднимаясь выше, к плечу, к груди...

- Александр! - донёсся откуда-то издалека крик Севандра.

А потом мир исчез.

Я стоял посреди бескрайней равнины под багровым небом. Вокруг, насколько хватало глаз, простиралась выжженная земля, испещрённая глубокими трещинами, из которых сочился тусклый свет. Пахло чем-то древним, забытым, чужим.

- Нравится? - раздался голос за спиной.

Обернулся.

Передо мной стоял мужчина. Высокий, широкоплечий, с длинными чёрными волосами, развевающимися на несуществующем ветру. Одет в тёмные доспехи, украшенные теми же рунами, что и на кубе. Лицо... было почти моим. Только жёстче, старше, и глаза - синие, светящиеся, как два куска неба, в котором никогда не было облаков.

- Здравствуй, брат, - сказал он, и в его голосе не было вражды. Только усталость и какая-то странная нежность. - Давно не виделись. В смысле, по-настоящему.

- Где я? - спросил, оглядываясь.

- В моих воспоминаниях. В одном из них, - он повёл рукой, и равнина вокруг нас заколебалась, сменилась другой картиной. Теперь мы стояли на вершине горы, глядя вниз на бескрайний лес. - Это наш мир, Рей. Наш настоящий мир. Тот, который мы потеряли.

- Мы? - переспросил я. - Кто мы?

Он посмотрел на меня с грустной усмешкой:

- Ты действительно ничего не помнишь... Даже имени, - он вздохнул. - Мы - Вейры. Древний род, хранители равновесия между мирами. Наш отец - Вейрас, последний из Великих. А я - Верес, твой младший брат.

- Верес, - повторил я. - В. Так вот кто такой «В.».

- Именно. Я искал тебя сотню лет, Рей. С тех пор, как ты запечатал в себе демона Истара и потерял память. Отец велел вернуть тебя домой. Но ты всё время ускользал. Прятался в самых неожиданных местах, среди смертных, сливался с ними. Я почти потерял надежду.

Он протянул руку и коснулся моего плеча. Прикосновение было реальным, тёплым:

- А теперь ты здесь. И у меня есть шанс всё объяснить. Пока этот демон в тебе не сожрал остатки твоей личности.

- Истар... он... - начал я.

- Он не враг, - перебил Верес. - И не друг. Он - часть тебя. Когда ты запечатал его, вы стали единым целым. И теперь, чтобы вернуться домой, ты должен принять это. Принять себя настоящего.

Картина вокруг снова изменилась. Сейчас мы стояли в огромном зале, стены которого уходили в бесконечность. В центре на троне сидел старец с длинной седой бородой, в простых белых одеждах.

- Отец! - сказал Верес, склоняя голову.

Старец открыл глаза и посмотрел на меня. В его взгляде была такая глубина, что мне стало не по себе.

- Рей... - произнёс он, и его голос прозвучал у меня в голове, минуя уши. - Возвращайся. Мы ждём тебя!

- Но... - я запнулся. - Мои друзья. Севандр, Чечилия, Фелиза... Они нуждаются во мне.

- Всё это - пыль, - перебил старец. - Игры смертных. Твоё место здесь.

Я почувствовал, как внутри поднимается знакомая волна упрямства.

- Нет, - сказал твёрдо. - Может, я и правда забыл, кто я. Но не брошу тех, кто мне доверился. И не позволю каким-то тварям убивать невинных.

Старец и Верес переглянулись.

- Упрямый, как всегда, - вздохнул Верес. - Отец, я же говорил.

- Вижу, - ответил старец. - Что ж, Рей, выбирай сам. Но знай: когда придёт время, мы снова позовём тебя. И тогда ты придёшь.

Реальность вокруг задрожала, поплыла...

Я открыл глаза.

Севандр тряс меня за плечо, его лицо было бледным и перепуганным:

- Александр! Ты как? Ты был без сознания почти час! Я уж думал, ты не очнёшься!

Посмотрел на свои руки. Куб исчез, растворился. Осталось только лёгкое покалывание в пальцах.

- Всё в порядке, - сказал я, садясь. - Кажется, узнал кое-что важное.

- Что именно? - насторожился Севандр.

Я усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья:

- Оказывается, я не просто охотник на нечисть с амнезией. Я - древний хранитель равновесия между мирами. А тот тип в теле рыжей девушки - мой младший брат. И он хочет, чтобы я вернулся домой.

Севандр уставился на меня с открытым ртом:

- Ты... шутишь?

- Хотел бы. Но боюсь, это правда.

Поднялся с пола, подошёл к окну. Сгущались сумерки. Где-то в темноте скрывался Верес, где-то Ребекка готовила свой ритуал, а Владий строил башню. А где-то в бывшей усадьбе Графини Касиус с Истаром пытались пробудить Астару.

- Что будем делать? - спросил Севандр.

- То же, что и планировали, - ответил я. - Идти к Женевьеве, делиться информацией. Только теперь у нас есть ещё один враг. И, возможно, союзник.

Повернулся к алхимику:

- Но сначала... нам нужно предупредить её. О том, что Верес знает о ней. И что он может использовать это.

Севандр кивнул, и в его глазах зажглась решимость:

- Я готов.

Хлопнул его по плечу:

- Тогда собирайся. Ночь только начинается.

Глава 2

Эрвен Касиус, бывшее поместье Графини

Вбежал в комнату на крик Чечилии, ожидая увидеть всё, что угодно - от ожившей Графини до разрыва реальности прямо посреди помещения. Вместо этого я застал идиллическую картину: знахарка стояла посреди помещения с таким видом, будто нашла Священную реликвию, а её подруга - суккуба лениво перебирала какие-то склянки на полке.

- Что вы такое здесь нашли? - спросил, оглядывая комнату.

И тут до меня начало доходить.

Комната была... необычной. Очень необычной. Вдоль стен тянулись стеллажи, заставленные банками, колбами, ретортами и прочим алхимическим инвентарём. На полках стояли ряды склянок с разноцветными жидкостями - от прозрачных, как слеза, до почти чёрных, с пузырьками, которые лениво поднимались со дна.

В углу обнаружился перегонный куб таких размеров, что Севандр облизывался бы от зависти. Рядом - столик с весами, ступками и набором хирургических инструментов, которые выглядели так, будто ими пользовались не столько для лечения, сколько для очень тщательного изучения вопроса «а что будет, если...».

Но самое впечатляющее находилось на верхних полках. Там, в больших стеклянных колбах, залитые чем-то вроде прозрачного формалина, плавали... существа.

- Мы тут нашли нечто вроде лаборатории, - сказала Фелиза, ставя склянку обратно на полку. - Бывшая хозяйка явно увлекалась не только чёрной магией, но и экспериментальной биологией.

- А потом рассматривали всяческих тварей в тех колбах, - вмешалась Чечилия, и в её голосе послышалась странная смесь ужаса и восхищения. - Некоторые даже были забавными.

- Забавными? - переспросил, подходя к ближайшей колбе.

Внутри плавало нечто, отдалённо напоминающее помесь ящерицы с пауком. У него было восемь лап, покрытых чешуёй;, три глаза - два закрыты, а один открыт и смотрит прямо на меня с выражением глубочайшей обиды; а также длинный хвост, закрученный в спираль.

- Это существо, - констатировал я, - не забавное. Это существо - ночной кошмар таксидермиста.

- А вон та, - Чечилия указала на другую колбу, где плавало нечто мохнатое, с большими грустными глазами и шестью ушами, расположенными по кругу - похожа на расстроенного хомяка. Только размером с телёнка.

- Хомяк, способный сожрать тебя и не подавиться, - уточнила Фелиза. - Я посмотрела на зубы. У него их три ряда.

- И что? - Чеча пожала плечами. - У меня тоже бывают дни, когда хочется кого-нибудь съесть. Это не повод для дискриминации.

Оставил их спорить о моральном праве хомякообразного монстра на существование и принялся осматривать лабораторию профессиональным взглядом. Габриэлла, надо отдать ей должное, была не просто чернокнижницей, а настоящим учёным. Здесь чувствовалась система, методичность, страсть к познанию - пусть и направленная в несколько нездоровое русло.

Склянки с ягодами и плодами привлекли моё внимание. Я взял одну, покрутил в пальцах. Ягоды внутри были ярко-красными, сочными на вид, будто их только что сорвали. Но это было невозможно.

- Как они сохранились? - вслух удивился я.

- Время здесь течёт иначе, - подала голос суккуба. - Я чувствую. Междумирье консервирует всё, что в него попадает. Это место - огромных размеров маринад.

- Поэтичное сравнение, - усмехнулся я.

Рядом стояли банки с реактивами. Некоторые узнал сразу - сера, сулема, нашатырь, различные соли. Другие вызывали лёгкое замешательство. Например, банка с надписью «Пепел несбывшихся надежд» или «Эссенция тишины». Даже не был уверен, что такие вещи существуют в природе, но банки были полны.

- А что тогда орали? - спросил я, наконец вспомнив, что меня сюда привело.

Девушки переглянулись. Потом знахарка подошла к столу в центре комнаты и взяла с него книгу в потёртой кожаной обложке:

- Смотри, мы нашли вот это.

Взял книгу в руки, и по спине пробежал холодок. Кожа обложки была... странной. Тёплой, словно живой. Провёл пальцем по корешку, и мне показалось, или книга чуть заметно дрогнула в ответ?

- Кожа ещё живая, - сказал, не столько им, сколько себе. - Не могу сразу понять, кому она могла принадлежать. Возможно, даже человеку.

- Человеческая кожа? - Чеча побледнела, но взгляда от книги не отвела.

- В старых гримуарах такое практиковалось. Считалось, что переплёт из кожи грешника придаёт книге особую силу, - пожал плечами. - Лично я считаю это варварством и дурным тоном. Но Габриэлла, судя по всему, была не слишком разборчива в средствах.

- Мы открыли и увидели, что в этой книге собраны все возможные ритуалы по призыву, - сказала Фелиза, подходя ближе. Она взяла у меня книгу, быстро перелистнула несколько страниц. - Вот смотри.

Заглянул через её плечо. На развороте красовалась схема ритуала - символы, алтарь, расположение участников. И чем дольше я смотрел, тем сильнее убеждался, что уже видел нечто подобное.

- Это чем-то напоминает ритуал, что мы видели в храме Святого Элигия, - подтвердила мои мысли Фелиза. - Те же символы, такой же алтарь...

- Только вот мы не смогли ничего прочитать, - добавила Чечилия с ноткой разочарования в голосе.

Пробежался глазами по строкам, написанным витиеватым, чуждым почерком. Буквы были странными - острыми, угловатыми, с завитками, которые, казалось, шевелились, если смотреть на них слишком долго. Я знал множество языков - древние наречия, мёртвые диалекты, языки стихий. Но это...

- Ничего не понимаю, - честно признался.

И тут в моей голове раздался знакомый шёпот "сожителя":

«Это древний язык демонов» - сказал Истар. В его голосе слышалось что-то вроде ностальгии. «На нём говорили, когда мир был молод. Когда мы были вместе».

- Истар говорит, что это древний язык демонов, - озвучил подсказку. Девушки уставились на меня с напряжённым вниманием. - Ещё он добавил, что это не тот ритуал, что был в храме...

На двух лицах отразилось разочарование. Радость открытия сменилась лёгкой грустью - как у детей, которым сказали, что найденная на чердаке карта сокровищ на самом деле рисунок дедушки, когда тот был маленьким.

- Но Истар говорит, - продолжил, видя, как гаснет огонёк в их глазах, - что вполне возможно, здесь есть именно тот ритуал, что не удался у Графини в храме.

Девушки ожили. Чечилия даже подпрыгнула на месте:

- Правда?!

- Как только приведём всё в порядок, - обвёл рукой лабораторию, а через стену - всю усадьбу, - то сможем поискать тот, что нам нужен. Истар сказал, что поможет в этом.

- Спасибо, Эрвен! - Фелиза шагнула ко мне и, к моему полному изумлению, обняла.

Это было настолько неожиданно, что я замер, не зная, куда девать руки. Фелиза - суккуба, созданная для соблазнения, убийца, прошедшая через ад и вернувшаяся обратно - обнимала меня. Искренне. По-человечески.

- И Истару спасибо! - добавила Чечилия, присоединяясь к объятиям.

Теперь меня обнимали две девушки, и я чувствовал себя неловко до дрожи в коленях. Привык к одиночеству, к отстранённости, к роли наблюдателя. Физический контакт, тем более такой тёплый и искренний, выбивал из колеи:

- Эм... да... пожалуйста, - смущённо пробормотал, когда они, наконец, отпустили меня. - Всегда рад помочь. В смысле, Истар всегда рад. В общем, вы поняли.

Фелиза усмехнулась - впервые за долгое время по-настоящему, без тени горечи:

- Ты краснеешь, Эрвен.

- Я не краснею. У меня просто... прилив крови к лицу. Возрастное.

- Конечно-конечно, - Чечилия хитро прищурилась. - Возрастное. У двухсотлетних магов это часто бывает.

Кашлянул, пытаясь вернуть себе достоинство:

- А теперь, - сказал максимально официальным тоном, - давайте приведём теперь уже наш дом, в порядок. Чтобы можно было заняться другими делами.

- Принято, - кивнула Фелиза, - командир.

- Я не командир. Просто...

- Самый старший, - закончила за меня Чечилия. - Значит, командир. Так что командуй!

Я вздохнул. Спорить с ними было бесполезно.

- Хорошо. Тогда план такой...

Следующие несколько дней превратились в бесконечный круговорот уборки, перестановок, магических преобразований и коротких передышек на сон и еду.

Мы убирали, разбирали, носили, перемещали всё, что было лишним и ненужным. Девушки взяли на себя жилые комнаты, и я поражался тому, с каким энтузиазмом они приступили к делу. Чечилия, с её новыми силами, могла одним жестом поднять груду хлама и отправить её в небытие. Фелиза, с её нечеловеческой аккуратностью и вниманием к деталям, расставляла мебель с точностью хирурга.

Я же занимался более тонкими материями. С помощью Истара и Чечилии мы перерабатывали саму концепцию междумирья.

- Представь, что это огромный кусок глины, - объяснял "полубогине", когда мы стояли на границе сада, который был мёртвым и пустым. - И ты можешь лепить из него всё, что угодно. Главное - чётко представить результат.

- А если представить что-то страшное?

- Старайся не представлять. Или представляй, но сразу же преобразовывай. Истар поможет фильтровать.

Первые попытки были неуклюжими. Чечилия создала дерево, у которого корни торчали в небо. Потом - ручей, который тёк по кругу, замыкаясь сам на себя. Но постепенно, с каждым днём, её контроль становился всё лучше.

На третий день сад зацвёл.

Стоял и смотрел, как на моих глазах распускаются бутоны невиданных цветов, как деревья покрываются листвой, как трава под ногами становится мягкой и зелёной, словно в лучших парках империи.

- Красиво, - сказала суккуба, подходя ко мне. - Совсем не похоже на то, что было.

- Всё течёт, всё меняется, - философски заметил я.

- А фрукты есть? - практично поинтересовалась она.

Прислушался к саду, к его новой сущности:

- Яблоки должны быть. Вон там, - указал на группу деревьев с розовыми цветами. - И, кажется, вишня.

- Вишня, - Фелиза мечтательно улыбнулась. - Я любила вишню. В детстве. Когда ещё была... просто собой.

Она редко говорила о прошлом. Я не стал расспрашивать.

- Фелиза предложила сделать статуи, - сообщила знахарка, подходя к нам и отряхивая руки. - Наши копии. Чтобы увековечить.

- Статуи? - удивлённо переспросил. - Здесь? Из чего?

- Из камня, - пожала плечами инициатор. - Здесь полно камня. Истар подскажет, как придать форму.

- Истар, - позвал мысленно. - Что скажешь?

«Хорошая идея» - отозвался он. «Якоря. Если что-то пойдёт не так, статуи станут точками опоры. Помогут удержать реальность».

- Он говорит, что это хорошая идея, - перевёл я. - Технически.

- Отлично! - Чечилия захлопала в ладоши. - Тогда я первая!

С помощью Истара и моих скромных магических способностей мы создали пять статуй. Они стояли полукругом у главного входа в усадьбу - я, Александр, Севандр, Чечилия и Фелиза. Каждая была выполнена с реалистичной точностью, вплоть до мелких деталей - морщинки у моих глаз, вечно взлохмаченные волосы Севандра, саркастическая полуулыбка Александра.

- Я выгляжу... неплохо, - задумчиво сказала носительница сущности демонессы, разглядывая своё каменное воплощение.

- Ты выглядишь так, как есть, - ответил я. - Что, в общем-то, и есть главная задача статуи.

- А это кто? - Чечилия указала на две дополнительные фигуры, стоящие чуть поодаль, у пруда.

Они были выполнены из тёмного, почти чёрного камня. Мужчина и женщина, оба высокие, с правильными, но какими-то нечеловеческими чертами лиц. Их глаза горели зелёным светом - тем самым, ядовито-зелёным, который я видел каждый раз, когда видел своё отражение.

- Это Истар и Астара, - тихо сказал я. - Истар предложил увековечить их. У пруда.

- Правильно, - кивнула Фелиза. - Они тоже часть нашей истории. Нашей... семьи.

Слово «семья» прозвучало неожиданно, но удивительно уместно.

За эти дни произошли и другие изменения. Сила междумирья, которая раньше служила только Габриэлле, теперь подчинялась нам. Мы научились управлять ею, направлять, использовать. Призраки, что ранее обитали здесь по воле графини, были отпущены - Истар провёл ритуал освобождения, и десятки душ, наконец, обрели покой.

- Куда они уходят? - спросила Чечилия, глядя, как последняя призрачная фигура тает в воздухе.

- Туда, куда должны были уйти давным-давно, - ответил я. - В перерождение. Или в небытие. Это не наше дело.

Твари междумирья - те самые, что когда-то пугали нас в лесу - теперь стали незримыми стражами. Фелиза сама предложила этот вариант.

- Пусть охраняют периметр, - сказала она. - Так, на всякий случай. Если кто-то попытается проникнуть, мы узнаем первыми.

- Ты уверена, что они будут слушаться?

- Я с ними договорилась, - суккуба пожала плечами, будто это было самым обычным делом. - Оказалось, они просто хотели, чтобы их никто не мучил. Габриэлла использовала их как подопытных. Пообещала, что больше этого не будет.

- И они согласились?

- У них не было причин отказываться.

Смотрел на неё и в очередной раз поражался переменам. Фелиза, которая ещё недавно была холодным орудием убийства, договаривалась с тварями из междумирья. И у неё получалось.

Сам дом графини тоже преобразился. Внутри было светло и уютно - Чечилия настояла на том, чтобы в каждой комнате горели магические светильники, создающие атмосферу тёплого домашнего очага.

- Чтобы никто не боялся, - объяснила она. - Когда Александр и Севандр вернутся, они должны чувствовать, что их ждут.

- А если они не вернутся? - спросила Фелиза. Вопрос прозвучал тихо, почти без интонации.

- Вернутся! - резко отрезала Чечилия. - Я в них верю!

Решил промолчать. Вера - штука хорошая, но я предпочитал полагаться на расчёт. А расчёт говорил, что шансы у наших путешественников пятьдесят на пятьдесят. Ровно столько же, сколько у любого, кто идёт против системы. Однако, тоже верил. В Александра с его везением и цинизмом. В Севандра с его острым умом и коллекцией эликсиров.

На пятый день, когда глобальная перестройка была завершена, мы наконец смогли заняться главным - изучением книги, найденной девушками.

Расположились в огромной гостиной, которая теперь была светлой и уютной. Тяжёлые шторы сменились лёгкими, почти невесомыми, мебель была удобной и современной, а в камине весело потрескивал огонь - Чечилия научилась создавать его одним щелчком пальцев.

За прошедшее время Фелиза сильно изменилась. Не внешне - внешне она оставалась всё той же красивой, опасной женщиной с разноцветными глазами. Но внутри... что-то сдвинулось. Она перестала бояться Истара. Я бы сказал даже больше - она словно сближалась с ним. Иногда я замечал, как она замирает, прислушиваясь к чему-то внутри себя, и на её лице появляется странное выражение - смесь тоски и надежды.

«Астара всё ближе...» - шептал Истар. «Она просыпается. Фелиза чувствует её!»

Я не знал, хорошо это или плохо. Но выбора у нас почти не было.

Мы сели за стол - я в центре, Чечилия слева, Фелиза справа. Книга лежала перед нами, её живая обложка чуть заметно пульсировала в такт каким-то неведомым ритмам.

- Начинаем? - спросила знахарка.

- Начинаем, - кивнул я.

Открыл книгу на первой странице. Текст был всё таким же непонятным, но теперь я знал, что Истар поможет.

«Листай» - сказал он. - «Я скажу, когда увижу нужное».

Мы пролистывали страницу за страницей. Истар комментировал:

«Ритуал призыва малых духов. Бесполезно. Ритуал упокоения. Не то. Ритуал связи с умершими. Тоже не то. А, вот... ритуал подчинения демонов низшего порядка. Примитивно, но эффективно, если знать уязвимости».

- Он говорит, что это ритуалы призыва, - переводил я девушкам. - Разные. Малые духи, упокоение, подчинение...

Чечилия слушала внимательно, Фелиза - с полузакрытыми глазами, но я знал, что она тоже впитывает информацию.

Пролистали примерно половину книги, когда Истар вдруг сказал: "Стоп!"

Я замер, палец застыл над страницей.

«Это оно»

- Что? - спросил вслух. - Что там?

«Ритуал, который провела Габриэлла. Вот он»

Посмотрел на разворот. Символы, алтарь, расположение... Да, это было очень похоже на то, что мы видели в храме Святого Элигия. Но было и отличие - в центре схемы горел ещё один символ, которого я не помнил. Он пульсировал на странице, словно живой, и чем дольше смотрел, тем сильнее кружилась голова.

«Читай дальше», - потребовал Истар. Его голос в моей голове звучал напряжённо, почти испуганно. - «Мне нужно видеть всё!»

Перевернул страницу. Потом ещё одну. И ещё.

Истар читал текст на древнем языке демонов с такой скоростью, с какой обычный человек просматривает объявление на столбе. Я чувствовал, как в моей голове проносятся образы, слова, целые предложения - он не просто читал, он впитывал информацию.

Всё резко остановилось.

Наступила тишина. Такая полная, что слышал, как в камине потрескивает огонь, как дышат девушки, как где-то далеко за стеной поёт ночная птица - Чечилия создала их в саду, чтобы было не так одиноко.

А потом Истар взорвался.

Не знаю, как ещё это описать. Он не просто захватил контроль над моим телом - он ворвался в него, как ураган, сметая все барьеры, все мои мышеловки и защиты, которые выстраивал, чтобы держать его на расстоянии. Договор, наш хрупкий договор о невмешательстве, был разорван в клочья.

Моё тело выпрямилось. Глаза - оба, не только зелёный - широко распахнулись. Из горла вырвался звук, похожий на рык, смешанный с шипением.

- Истар?! - Чечилия вскочила, опрокинув стул.

Фелиза тоже встала, но медленнее, осторожнее. Она смотрела на меня - на Истара - с каким-то странным выражением. Не страха. Понимания.

- Что случилось? - спросила она тихо.

Истар заговорил моим голосом, но в нём звучали такие интонации, которых у меня никогда не было - древние, тяжёлые, полные силы:

- Нам срочно нужно найти Александра и Севандра.

- Что? Почему? - Чечилия побледнела.

- Всё слишком серьёзно! - Истар шагнул вперёд, и мои ноги двигались с незнакомой плавностью, хищной грацией, которой у меня отродясь не водилось. - Графиня призвала в этот мир того, кого не следовало бы призывать никогда.

Я чувствовал его страх. Отчётливо, как свой собственный. Истар - древний демон Забвения, существовавший ещё до появления людей - боялся. По-настоящему, до дрожи, до ледяного ужаса в том, что было его душой.

- Кого она призвала? - спросила Фелиза. В её голосе не было паники, только холодная, сосредоточенная решимость.

Истар посмотрел на неё моими глазами. На мгновение в его взгляде мелькнуло что-то тёплое - узнавание, тоска, любовь? - но тут же исчезло, сменившись всё тем же леденящим страхом.

- Она призвала Высшую Суть, - и он отпустил контроль над моим телом.

Пошатнулся, хватаясь за стол. В голове гудело, перед глазами плыло. Девушки смотрели на меня - Чечилия с ужасом, Фелиза с пониманием.

- Высшую Суть? - переспросил "внутреннего жителя", хватая ртом воздух. - Что это значит?

Истар молчал. Впервые за долгое время он молчал, не отвечая на мой мысленный зов.

- Истар? - снова позвал его. - Что значит «Высшая Суть»? Кого она призвала?

Тишина. Потом шёпот, такой тихий, что я едва расслышал:

«Того, кто старше меня. Того, кто был ещё до того, как мир обрёл форму. Того, чьё имя нельзя произносить, потому что оно - призыв. Графиня в своём безумии открыла дверь, которую следовало держать закрытой любой ценой»

Пересказал его слова девушкам. Чечилия побледнела ещё сильнее, став похожей на приведение. Фелиза... сжала кулаки так, что побелели костяшки.

- И что теперь делать? - спросила знахарка, переводя взгляд с одного на другую.

Закрыл глаза, прислушиваясь к Истару. Он медленно приходил в себя, его паника утихала, сменяясь холодной, мрачной решимостью:

«Нужно найти Александра!» - сказал он, наконец. - «Немедленно. Пока не поздно...»

- Зачем? - спросил вслух. - Чем Александр поможет против существа, которое старше тебя?

«Александр не тот, кем кажется. Его память заблокирована не просто так. Его сила... его сила может стать ключом. Или оружием. Я не знаю точно. Но знаю, что без него у нас нет шансов»

- Александр не тот, кем является на самом деле, - повторил слова Истара. - Его память и силы помогут в решении этого вопроса. Главное - успеть найти его вовремя. Пока не стало слишком поздно.

В гостиной повисла тишина.

Чечилия смотрела на меня широко раскрытыми глазами, в которых читалась целая гамма чувств - страх за Александра, растерянность, надежда, что мы что-то придумаем.

Фелиза стояла неподвижно, как статуя, но я видел, как подрагиваются её пальцы - признак глубокого внутреннего напряжения.

- Значит, едем в столицу! - сказала она. Голос был ровным, деловым, но в нём чувствовалась сталь.

- Что? - Чеча обернулась к ней. - Прямо сейчас?

- А ты предлагаешь ждать, пока эта Высшая Суть явится сюда и съест нас на завтрак? - Фелиза усмехнулась, но в усмешке не было веселья. - Александр и Севандр там, в столице, одни, против Владия и его армии. А теперь ещё и это. Им нужна помощь.

- Но как мы доберёмся? - знахарка уже начала приходить в себя, страх уходил. - У нас нет лошадей, нет документов, нет...

- У нас есть междумирье! - перебила её Фелиза. - И мы теперь умеем им пользоваться. Касиус? - Она посмотрела на меня. - Истар может провести нас? Коротким путём?

Прислушался к . Истар медлил с ответом, обдумывая варианты.

«Можно», - сказал он, наконец. «Но рискованно. Междумирье нестабильно, а столица далеко. Если ошибёмся в расчётах, можем выйти где-нибудь в Бездне или застрять между слоями реальности, навечно»

- Истар говорит, что можно, но рискованно. Если ошибёмся - застрянем между мирами.

- А если не ошибёмся? - спросила суккуба.

- Тогда окажемся в столице через... день вместо недели.

- Идёт, - кивнула она. - Риск приемлем.

- Фелиза! - Чечилия схватила её за руку. - Ты понимаешь, что говоришь? Застрять между мирами - это...

- Это лучше, чем сидеть здесь и ждать, пока всё решится без нас! - теперь резанула "почти демонесса". - Устала быть пешкой! Я хочу быть игроком. И я хочу... - она запнулась, но продолжила: "Хочу быть рядом, когда это понадобится!"

Я понял, о ком она. Об Александре.

- Хорошо, - сказал, принимая решение. - Отправляемся завтра на рассвете. Сегодня - подготовка. Соберём всё необходимое, провизию, оружие, артефакты. И, - я посмотрел на книгу, лежащую на полу, - возьмём это с собой. Возможно, в столице пригодится.

- А если не пригодится? - спросила Чечилия.

- Тогда используем как сувенир, - усмехнулся я. - В конце концов, книга с живой кожей - отличный способ произвести впечатление на местных аристократов.

Напряжение спало. Чечилия фыркнула, Фелиза покачала головой, но в уголках её губ дрогнула улыбка:

- Ты неисправим, Эрвен, - сказала она.

- Двести лет неисправимости, - согласился я. - Это мой способ борьбы с отчаянием.

Мы разошлись по комнатам готовиться. Но перед тем как лечь спать, вышел на крыльцо и посмотрел на ночное небо междумирья - вечные сумерки, в которых не было звёзд, только смутное сияние, похожее на далёкий пожар.

«Ты боишься...» - это был не вопрос.

- Боюсь, - согласился я. - Впервые за много лет. Это существо, Высшая Суть... оно правда настолько страшно?

«Страшнее, чем ты можешь представить. Представь пустоту. Представь голод, который длится вечность. Представь разум, настолько древний, что само понятие «добро» и «зло» для него - как детский лепет. И представь, что этот голод, эта пустота, этот разум теперь здесь. В вашем мире»

- И Александр - наш единственный шанс?

«Александр - ключ. Я не знаю, к чему именно. Но знаю, что без него - никак»

- Тогда найдём его, - сказал я. - Во что бы то ни стало.

Я вернулся в дом. В окнах горел тёплый свет. Где-то внутри смеялись Чечилия и Фелиза - наверное, опять спорили о чём-то. Жизнь продолжалась, несмотря ни на что.

Завтра мы отправимся в столицу. Завтра начнётся новый этап этой безумной авантюры.

А сегодня - мы просто будем вместе. Потому что завтра может не быть никого из нас...

Глава 3

Эрвен

Утро началось с того, что я проклял всё на свете, включая собственную идею отправиться в столицу через междумирье. Но, как говорится, хочешь рассмешить богов - расскажи им о своих планах. А если эти боги ещё и демоны древности, сидящие у тебя в голове, смех получается особенно зловещим...

- Эрвен! Ты уже встал? - голос Чечилии раздался откуда-то из коридора, сопровождаемый грохотом, будто там разгружали телеги.

- Я вообще-то не спал, - буркнул, натягивая сапоги. - У бессмертных своя специфика.

Но на самом деле спал. И даже видел сны. Странные, с участием Истара и каких-то бесконечных коридоров, заполненных шепчущими голосами. Однако признаваться в этом значило бы дать повод для насмешек, а мой и без того шаткий авторитет старшего этого бы не выдержал.

Когда спустился в холл, увидел картину маслом: две девушки стояли посреди горы вещей, которая, по моим прикидкам, могла бы обеспечить месячную экспедицию в малоизученные места. Здесь были сумки, свёртки, коробки, какие-то мешочки, три пары сменной обуви и отдельно - корзинка с непонятным содержимым, откуда торчало кружево.

- Девочки, - начал максимально дипломатично, - мы идём в столицу, а не открываем филиал усадьбы в междумирье. Нам придётся нести это буквально на себе.

- Это всё САМОЕ необходимое, - отрезала Фелиза тоном, не терпящим возражений. - Здесь мои рабочие инструменты, запасные кинжалы, смена одежды на всякий случай, косметика...

- Косметика? - в изумлении поднял бровь. - Ты собираешься краситься? Мы не на бал собираемся...

- А если нам придётся внедряться? - вмешалась Чеча. - Если понадобится изображать благородных дам? Мы не можем явиться в столицу оборванками.

- Вы и не оборванки, - обвёл рукой их наряды. - Вы выглядите как вполне респектабельные путешественницы. Для внедрения у нас есть «Напиток Подмены», и он меняет внешность, а не платье.

- А если нас обыщут? - Фелиза упёрла руки в бока. - Если найдут оружие? Нужно иметь возможность спрятать его так, чтобы не нашли. А для этого нужна специальная одежда.

Открыл рот, закрыл, снова открыл. Истар в голове тихо посмеивался:

«Сдавайся» - шепнул он. - «С женщинами спорить бесполезно . Я это понял ещё с Астарой»

- Ладно, - сдался я. - Берём всё. Но упаковываем так, чтобы можно было нести. После выхода из портала постараемся раздобыть лошадей. Но даже так, лошади - не слоны и не верблюды.

Девушки переглянулись с выражением «мы же говорили», и принялись колдовать над вещами. Через полчаса у входа стояли три более-менее компактных тюка, которые можно было закрепить на сёдлах. Я подозревал, что половина содержимого нам никогда не пригодится, но помалкивал - себе дороже.

Следующим этапом было изучение карты. Мы разложили её на столе в гостиной, придавив углы магическими светильниками, чтобы не сворачивалась. Карта империи была старой, пожелтевшей, с пометками, оставленными, видимо, ещё прежними владельцами усадьбы. Кое-где виднелись пятна, подозрительно похожие на засохшую кровь, но я решил не заострять на этом внимания.

- Итак, - начал я, водя пальцем по пергаменту. - Столица вот здесь. Мы находимся здесь, - ткнул в точку, обозначавшую примерно район Джурджу, но с учётом междумирья это было условно. - Открывать портал прямо в столицу нельзя. Слишком много магических глаз, слишком много охраны. Владий наверняка поставил защиту от пространственных вторжений.

- Значит, где-то рядом, - кивнула Фелиза. - Но не слишком близко, чтобы не заметили.

- И не слишком далеко, чтобы не топать несколько дней, - добавила Чечилия.

Мы склонились над картой. Вариантов было несколько: лес на севере, болота на востоке, несколько деревушек в радиусе пятидесяти миль. Каждое место имело свои плюсы и минусы.

- Лес - хорошо, скрытно, - размышлял я вслух. - Но там могут быть разбойники, да и магический фон сложный - деревья искажают энергию.

- Болота отпадают сразу, - поморщилась Фелиза. - Не хочу вылезать из портала прямо в трясину. И потом, там пиявки...

- С каких пор суккубы боятся пиявок? - удивился я.

- С тех пор, как я стала ценить комфорт. У каждого бывает переходный возраст.

Чечилия хихикнула, но быстро сделала серьёзное лицо:

- А вот здесь, - она ткнула пальцем в точку примерно в двадцати милях от столицы, - деревушка. Смотрите, название... «Огонь надежды».

Мы с Фелизой уставились на карту.

- «Огонь надежды»? - переспросил я. - Серьёзно? Кто так называет деревни?

- Наверное, основатель был оптимистом, - пожала плечами знахарка. - Или, наоборот, циником. Надежда - она как огонь: может греть, а может и сжечь дотла.

- Философски, - одобрил я. - Мне нравится. Двадцать миль - это часа три верхом. И деревня - там можно перекусить, найти лошадей, а заодно разузнать обстановку.

- А если там застава? - спросила Фелиза. - Или гарнизон?

- Смотри, - я показал на карту. - Деревня стоит в стороне от основных трактов. До столицы - двадцать миль, но дорога просёлочная. Вряд ли там есть серьёзная охрана. Максимум - пара стражников, которые следят за порядком.

- Значит, "Огонь надежды", - произнесла название Фелиза - Звучит как название трактира. Или как предсказание.

- Предсказание? - Чечилия подняла бровь.

- Ну, мы надеемся найти Александра и Севандра. Может, это знак.

- Ты веришь в знаки? - в который раз удивился я.

- Верю в то, что иногда совпадения - это не совпадения, - Фелиза пожала плечами. - Истар тебе то же самое скажет.

«Она права» - подтвердил Истар. «В этом мире нет случайностей. Есть только закономерности, которые мы не успели проследить»

- Значит, решено. Цель - деревня «Огонь надежды». Открываем портал на окраине, чтобы не пугать местных.

- А если они уже привыкли к магии? - предположила знахарка. - Вдруг у них там свой маг живёт?

- Тогда познакомимся, - усмехнулся я. - Обменяемся опытом. За двести лет много чего накопил, есть чем поделиться.

- Например, опытом, как не спать сутками и при этом сохранять язвительность? - уточнила суккуба.

- Именно. Это моё главное достижение.

Мы собрались у арки, ведущей в междумирье.

- Вы готовы? - спросил я, оглядывая девушек.

Чечилия была бледна, но решительна. Фелиза, как всегда, выглядела так, будто собралась на прогулку, а не на межмировое путешествие. Она кивнула. Чеча тоже кивнула, но чуть менее уверенно.

- Тогда... Истар, открывай!

Я почувствовал знакомое давление в затылке, и мир поплыл. Истар перехватил управление моим телом - плавно, но властно. Это было странное ощущение: я оставался собой, но одновременно становился наблюдателем в собственной голове, пока древний демон пользовался моими руками, ногами, голосовыми связками.

Моя рука поднялась, и воздух перед нами начал меняться.

Сначала это была лёгкая рябь, как над костром в жаркий день. Потом рябь усилилась, стала плотнее, и я - Истар - начал ткать реальность. Энергия междумирья послушно стекалась к одной точке, концентрировалась, сжималась до размеров горошины. Эта точка висела в воздухе, пульсируя, и от неё исходил жар - самый настоящий, обжигающий, заставляющий отступить на шаг.

- Ох... - выдохнула Чечилия, прикрывая лицо рукой.

- Не подходите близко, - предупредил я голосом Истара. Мой собственный голос, но с чужими интонациями. - Сейчас начнётся.

Точка взорвалась. Вернее, начала быстро расти, растягивая пространство вверх и вниз. Щель, разрыв, рана в ткани мира - называйте как хотите. Она расширялась, и края её горели багровым пламенем, от которого во все стороны летели искры. Те падали на землю, шипели, гасли, оставляя после себя чёрные точки.

Чечилия вскрикнула, когда одна из искр упала ей на рукав, но Фелиза ловко смахнула её, даже не поморщившись от ожога.

- Не страшно, - сказала она. - Просто энергия.

- Просто энергия, - эхом повторила знахарка, глядя на разрастающийся портал.

А тот всё рос. Теперь это была вертикальная арка высотой метра три, шириной около двух. Края были обугленными, неровными, словно их вырезали тупым ножом, и по ним всё ещё бегали языки пламени. Внутри - чернота. Абсолютная, непроницаемая, не отражающая света.

Через пару минут всё стихло. Жар спал, искры перестали лететь, только слабое марево над порталом напоминало о том, что здесь только что творилось колдовство.

- Всё готово, - произнёс Истар моими устами, и контроль вернулся ко мне.

Пошатнулся, пытаясь восстановить равновесие. В голове гудело, но в целом самочувствие было терпимым. Истар научился не выжимать меня досуха.

- Красиво, - сказала Фелиза, разглядывая портал. - Очень... эффектно.

- Пошли, стоит поторопиться, - скомандовал я, первым шагнув в черноту.

Ощущения были... странными. Словно ныряешь в ледяную воду, но при этом остаёшься сухим. Прохлада обволокла тело, и на мгновение я перестал чувствовать границы собственной кожи - только движение вперёд, только туннель, уходящий в бесконечность.

За моей спиной раздался вздох - это Чечилия шагнула следом. Потом Фелиза - она даже не охнула, только удовлетворённо хмыкнула.

Когда мы все оказались внутри, портал за нами схлопнулся с тихим шипением, и мир погрузился во тьму. Абсолютную, непроницаемую, как в закрытом гробу.

- Ничего не видно, - констатировала ведьмочка. Голос её звучал глухо, будто из-под толщи воды.

- Так вот зачем Истар говорил взять магические светильники, - догадалась Фелиза.

Чечилия что-то достала из сумки и в её руке зажёгся мягкий синеватый огонёк - один из тех светильников, что мы прихватили из усадьбы. Света хватало ровно на то, чтобы увидеть лица друг друга и небольшой участок вокруг.

Мы находились в туннеле. Стены его были... никакими. То есть они были, но взгляд отказывался их фиксировать - они постоянно менялись, переливались, уходили вглубь и вширь одновременно. Пол под ногами казался твёрдым, но при этом пружинил, как молодой мох.

- Истар говорит, - начал я, прислушиваясь к шёпоту в голове, - что нужно идти прямо по этому туннелю. Через несколько часов мы окажемся у точки выхода.

- Часов? - знахарка округлила глаза. - Мы будем идти несколько часов в этой... темноте?

- А ты хотела мгновенного перемещения? - усмехнулась суккуба. - Это тебе не дверь открыть. Между мирами расстояние измеряется не милями, а...

- Чем? - перебила Чечилия.

- А никто не знает, - признался я. - Истар тоже не знает точно. Говорит, что время здесь течёт иначе, и наши несколько часов могут оказаться вечностью или мгновением. Но скорее всего, будут именно часами. Восприятия.

- Обнадёжил, - буркнула ведьма, но пошла вперёд, освещая путь.

Мы двинулись. Туннель был прямым, насколько можно судить, и монотонным до зубовного скрежета. Те же стены, тот же пол, та же тишина, нарушаемая только нашими шагами и дыханием. Светильник отбрасывал причудливые тени, которые плясали на не-стенах, создавая иллюзию движения.

- Расскажи что-нибудь, - попросила Чечилия через полчаса ходьбы.

- Что рассказать? - удивился я.

- Ну... ты живёшь двести лет. Должно же быть что-то интересное. Истории там, приключения.

- Истории, - задумался я. - Было много. Но большинство либо скучные, либо страшные, либо пошлые. Какие выбираешь?

- Страшные, - тут же сказала Фелиза.

- Пошлые, - одновременно с ней сказала Чечилия.

Они переглянулись:

- Пошлые потом, - решила суккуба. - Сначала страшные. Чтобы настроиться.

- Настроиться на что? - уточнил я.

- На то, что нас ждёт в столице. Вряд ли там будет весело.

Кивнул и начал рассказывать. История была об одном маге, который решил призвать демона, чтобы тот исполнил его желания, а демон оказался бюрократом и заставил мага заполнять заявки в трёх экземплярах, а потом ещё и отчёты о проделанной работе. К концу рассказа Чечилия звонко смеялась, а Фелиза покачала головой:

- Это не страшно, - сказала она. - Это смешно.

- Страшно было магу, когда он понял, что демон требует ежеквартальную отчётность, - парировал я. - Для некоторых это хуже пыток.

- А что насчёт пошлого? - напомнила Чечилия.

- Пошлое потом. Мы же только начали.

Время тянулось. Час, два, три. Мы останавливались перекусить - Севандров «Всемогущий Утолитель» мы, к счастью, захватили с собой, и он исправно выдавал пирожки и бутерброды прямо в туннеле. Иногда молчали, иногда переговаривались. Чечилия заметно устала - переход давался ей тяжелее, чем нам с Фелизой. Возможно, сказывалось недавнее пробуждение силы, возможно, просто непривычная обстановка.

- Держись, - суккуба поддержала её под локоть, когда та споткнулась на ровном месте. - Осталось немного.

- Откуда ты знаешь? - выдохнула ведьма.

- Чувствую. Впереди есть что-то... как будто граница. Там воздух другой.

Обратился к Истару:

«Она права» - подтвердил он. «Ещё полчаса - и будем на месте»

- Истар говорит, полчаса, - обнадёжил девушек.

- Полчаса, - эхом отозвалась Чечилия и зашагала бодрее.

Истар не обманул. Ровно через полчаса туннель начал расширяться, стены - светлеть, и впереди показалось сияние. Не такое, как от светильника, а живое, настоящее - солнечный свет, пробивающийся сквозь ткань реальности.

- Выход, - выдохнул я.

На этот раз открытие портала заняло секунды. Истар лишь ткнул пальцем в пространство, и энергия перехода сама хлынула в образовавшуюся точку, расширяя её, формируя проход. Перед нами распахнулся разрыв - такой же огненно-красный по краям, но открывающий вид не на тьму, а на зелёную траву, синее небо и далёкие крыши деревенских домов.

Шагнули наружу, и портал схлопнулся за нашими спинами с громким хлопком, разлетевшись мириадами искр, которые тут же погасли, не долетев до земли.

- Фух, - Чечилия глубоко вдохнула свежий воздух. - Живой воздух! Настоящий!

- Да, - Фелиза тоже втянула носом запахи. - Пахнет... деревней. Навозом и сеном.

- И свободой, - добавил я.

Огляделись. Метрах в трёхстах виднелась сама деревня - аккуратные домики, церквушка, пара ветряных мельниц на холме. Вокруг - поля. Дорога, пыльная, но укатанная, вела прямо к околице.

- Ну что ж, - сказала суккуба, поправляя сумку на плече. - Пора искать лошадей и немного перекусить.

Она положила руку на плечо Чечилии и усмехнулась:

- А то у нашей ведьмы живот так урчит, что в столице, наверное, слышно.

Чечилия покраснела, но улыбнулась:

- Я вообще-то утром ничего не ела. А потом только те пирожки в туннеле, а они какие-то... в общем мало их было.

Мы зашагали к деревне. Солнце припекало, но не сильно - ранняя весна, самое приятное время. В воздухе пахло дымом, цветущими яблонями и ещё чем-то домашним, уютным. После мрачного величия усадьбы и бесконечной тьмы туннеля эта обыденность казалась почти сказочной.

Деревня встретила нас лаем собак, криком петухов и запахом свежего хлеба. У околицы сидели две старухи на лавочке и лузгали семечки, провожая нас подозрительными взглядами.

Трактир нашёлся сразу - единственное двухэтажное здание на главной улице, с вывеской, на которой было намалёвано нечто, отдалённо напоминающее костёр. Название, видимо, обыгрывало имя деревни: «Огонёк».

- Зайдём? - предложила Чечилия.

- А есть варианты? - усмехнулась Фелиза.

Внутри оказалось чисто, даже уютно. Несколько столов, лавки, стойка, за которой стоял худощавый мужичок лет сорока с залысинами и хитрым прищуром. При нашем появлении он оживился, но вида не подал - только тряпкой по стойке провёл, приглашая подойти.

- Добрый день, - начал я, снимая шляпу. - Мы проездом. Хотели бы перекусить и, если можно, купить лошадей. Нам нужно в столицу.

- Лошадей? - мужичок окинул нас оценивающим взглядом. - А есть на что?

Я выложил на стойку золотой. Глаза трактирщика блеснули:

- Найдём, - сказал он уже совсем другим тоном. - Есть у меня знакомый конюх, у него всегда пара лошадок для продажи имеется. Пока сбегаю, распоряжусь, вы поешьте, - он махнул рукой в сторону свободного стола. - Присаживайтесь, щас девка подойдёт, примет заказ.

Действительно, практически тут же подскочила молодая девушка в переднике, приняла заказ - похлёбка, жаркое, хлеб. Всё просто, сытно и по-деревенски.

- Золото - великая сила, - прокомментировал я, когда трактирщик скрылся за дверью. - Даже больше, чем магия.

- Особенно когда магия привлекает внимание, - кивнула Фелиза. - А золото - оно золото и есть.

Еда оказалась на удивление вкусной. Чечилия набросилась на жаркое так, будто не ела неделю, Фелиза ела аккуратно, но с аппетитом, я же больше приглядывался к посетителям. Их было немного - мужик в углу, дремлющий над кружкой, двое парней, обсуждающих цены на зерно, пожилая пара, молча жующая похлёбку.

Трактирщик вернулся минут через двадцать, запыхавшийся, но довольный:

- Всё улажено, - сообщил он. - Через полчаса лошадей приведут. Три штуки, как просили. Кобылы не молодые, но крепкие, до столицы доберутся без проблем. С сёдлами, с уздечками. Если надо - и поклажу приторочат.

- Отлично!

Он удалился, а мы продолжили трапезу. Чечилия, наевшись, заметно повеселела:

- Знаете, - сказала она, - а здесь неплохо. Уютно. Люди простые, приветливые. Не то что в Джурджу.

- Джурджу - помойка, - согласилась Фелиза. - Но столица... столица другая. Там свои заморочки.

- Бывала? - спросил я.

- С Ребеккой, - при упоминании этого имени Фелиза помрачнела. - Не по своей воле. Но город запомнила. Красивый, богатый, и такой же гнилой внутри, как яблоко с червоточиной.

- Значит, будем осторожны, - резюмировал я. - Очень осторожны.

Лошадей привели ровно через полчаса. Три кобылы - рыжая, гнедая и серая в яблоках - стояли смирно, лишь изредка прядая ушами. Сёдла были старые, но крепкие, сёдельные сумки - вместительные.

Мы погрузили вещи, расплатились с конюхом и трактирщиком, тронулись в путь.

Дорога вилась полями, то поднимаясь на холмы, то спускаясь в низины. Столица была где-то за горизонтом, но мы её пока не видели. Впрочем, спешить было некуда - главное, двигаться в правильном направлении.

- Ну что, - сказала Фелиза, когда деревня скрылась за поворотом. - Теперь самое интересное: как мы будем искать наших горе-путешественников в городе, среди огромного числа людей?

Уже собирался ответить, что придётся пользоваться старыми методами - тайные встречи, маячки, информаторы - как вдруг в голове раздался голос Истара.

«Я помогу» - сказал он. «Моя часть находится в кольце Александра. Я чувствую её. Слабо, на грани восприятия, но чувствую. Если мы будем достаточно близко, я смогу привести вас прямо к нему»

- Истар говорит, - начал я, и девушки повернулись ко мне, - что он чувствует свою часть в кольце Александра. Если мы будем рядом, он выведет точно на него.

- Вот это удача, - выдохнула Чечилия. - А то я уже представляла, как мы ходим по столице и спрашиваем у прохожих: «Не видели тут высокого циничного типа с мечом, пьющим души?»

- Картина маслом, - усмехнулась Фелиза. - «А, это который вечно шутит про смерть? Так он в таверне «Весёлый труп» каждый вечер сидит»

- Было бы забавно, - согласился я. - Но лучше без этого. Чем меньше мы будем светиться, тем дольше проживём.

- Проживём, - эхом отозвалась ведьма, и в её голосе послышалась странная нотка. - Надеюсь, они тоже живы.

Я посмотрел на неё. Она ехала, вцепившись в поводья, и взгляд её был устремлён вдаль, туда, где на горизонте уже начали угадываться смутные очертания города. В этом взгляде было столько надежды и страха одновременно, что у меня кольнуло сердце.

- Они живы, - твёрдо сказал я. - Александр - он как тот самый огонь надежды. Его просто так не погасишь. А Севандр... Севандр слишком любопытен, чтобы умереть, не закончив исследования. Они живы. Мы их найдём.

- Спасибо, Касиус, - тихо сказала Чечилия.

Фелиза молча подъехала ближе и на мгновение коснулась её плеча. Жест поддержки от существа, которое ещё недавно казалось холодным и бездушным. Мир менялся. Мы все менялись.

А впереди уже вырастали башни столицы, и солнце играло на их шпилях, обещая новые заботы, новые встречи и, возможно, новую битву.

- Ну что, вперёд! Нас ждут великие дела.

- Или великие неприятности, - добавила Фелиза.

- Обычно это одно и то же, - усмехнулась Чечилия.

Мы пришпорили лошадей...

Глава 4

Ребекка

Неделя...

Всего семь дней прошло с того момента, как я надела этот проклятый кулон и перестала быть собой. Или, может быть, впервые в жизни стала собой настоящей? Я больше не могла провести эту грань. Она стёрлась, растворилась в сиянии его глаз, в его голосе, в его прикосновениях.

Странное дело: я ненавидела его за то, что он сделал со мной. Ненавидела каждой клеткой, каждой мыслью, каждым ударом сердца, которое теперь билось в такт с его артефактом на моей шее.

Но в этой ненависти было столько же страсти, сколько в самой исступлённой любви. Он сломал меня. И в этой поломке я обрела нечто большее, чем просто свободу.

Обрела цель.

Северная башня гудела, как растревоженный улей. Десятки рабочих - каменщиков, плотников, чернорабочих - сновали по временным лесам, возводя конструкции, смысла которых они не понимали. Им платили золотом - настоящим, звонким, тяжёлым - и они были счастливы. Глупцы. Они думали, что строят очередной зал для ритуалов, ещё одно крыло цитадели, ещё один памятник тщеславию Ордена.

Но на самом деле они строили Врата.

И каждый вечер, когда солнце касалось горизонта, окрашивая небо в цвета запёкшейся крови, часть этих рабочих исчезала. Не все - только те, кто подходил под определённые критерии. Женщины. Молодые, здоровые, с той особой, едва уловимой искрой в глазах, которая выдавала наличие магического потенциала. Они сами не знали о своём даре. Часто даже не подозревали. Просто прачки, кухарки, швеи, дочери мелких лавочников - те, чьё исчезновение не вызовет большого шума, не поднимет волну протестов, не привлечёт внимание властей.

Идеальный расходный материал.

Я отвернулась от окна и посмотрела на алтарь.

Он стоял в центре зала - массивная глыба чёрного обсидиана, привезённая откуда-то из-за моря. Его поверхность была отполирована до зеркального блеска, и в этой черноте, как в бездонном колодце, отражались огни факелов.

Восемь жертв за неделю. Восемь женщин, чья кровь напитала этот камень, чья энергия влилась в его чрево, чьи души...

Хотя я не знала, что случалось с их душами. Мне было всё равно.

- Госпожа Ребекка.

Голос за спиной заставил меня вздрогнуть. Я обернулась.

В дверях стоял Ларс - один из моих новых помощников, назначенных Мессиром. Молодой, тощий, с вечно бегающими глазками и руками, которые тряслись от страха каждый раз, когда он ко мне обращался. Идеальный слуга: достаточно умный, чтобы понимать приказы, и достаточно трусливый, чтобы никогда не задавать лишних вопросов.

- Что? - мой голос прозвучал ровно, как лезвие только что заточенного ножа.

- Очередная партия доставлена, - доложил он, не поднимая глаз. - Пять женщин. Все - из восточного квартала. Швеи. Работали в одной мастерской.

- Их уже проверили?

- Да, госпожа. У троих - слабый фон, практически нулевой. У двоих - потенциал выше среднего. Мы провели предварительный отбор согласно вашим инструкциям.

Кивнула ему:

- Приведите их. Обеих. Остальных - в общую могилу.

- Слушаюсь, госпожа.

Он исчез так же быстро, как появился. Я усмехнулась. Страх - великий мотиватор. И великий ускоритель. Эти люди работали быстрее, когда боялись. И молчали дольше, когда знали цену своего молчания.

Через несколько минут в зал ввели двух женщин.

Они были похожи - обе молодые, лет двадцати - двадцати пяти, обе в простых холщовых платьях, обе с тёмными волосами, заплетёнными в косы и уложенными вокруг головы. Сёстры? Возможно. Или просто подруги, работавшие в одной мастерской. Их лица были бледны, глаза широко раскрыты, губы дрожали.

Они ещё не знали, что их ждёт. Но уже догадывались. И этот страх - чистый, первозданный, животный - наполнял воздух вокруг них, делая его сладким, как переспелый фрукт.

Подошла ближе к ним. Мои каблуки цокали по каменному полу, и каждый шаг отдавался эхом под высокими сводами. Женщины вздрагивали при каждом звуке.

- Как вас зовут? - спросила я.

Та, что была чуть старше, попыталась взять себя в руки. Она выпрямилась, насколько позволяли связанные за спиной руки, и посмотрела мне прямо в глаза. Храбрая. Или глупая.

- Амира, - сказала она. - А это моя сестра, Лейла. Мы ничего не сделали. Мы просто работали. Нас схватили по ошибке. Отпустите нас, госпожа, мы никому не скажем, мы...

- Тс-с-с, - приложила палец к губам, и она замолкла на полуслове. - Амира и Лейла. Красивые имена. Вы давно работаете швеями?

- С детства, - ответила Амира. - Нас мама учила. Она тоже была швеёй.

- Мама, - повторила я задумчиво. - А где она сейчас?

- Умерла. Пять лет назад. Чума.

- Чума, - снова повторила ответ будущих жертв. - Печально. Значит, вы остались вдвоём?

Амира кивнула. Её сестра, Лейла, тихо всхлипывала, уткнувшись лицом в плечо старшей.

- Не плачь, - сказала Лейле, и мой голос стал почти нежным. - Всё будет хорошо. Обещаю.

Они не поняли иронии. Им было не до иронии.

Подошла к столу, на котором лежали инструменты. Кинжалы, скальпели, иглы, странные металлические приспособления, назначение которых знала только я. Мои пальцы скользнули по холодной стали, выбирая подходящий.

- Знаете, девочки, - сказала, не оборачиваясь, - у каждой из вас есть дар. Особый, редкий дар, который достался вам от предков. Вы даже не подозреваете об этом. Вся ваша жизнь - шитьё, стирка, готовка, забота о друг дружке - всё это было лишь прелюдией к настоящему. К великому.

Я выбрала кинжал. Узкий, длинный, с идеально отточенным лезвием, которое в свете факелов казалось жидким серебром.

- Вы думаете, что живёте обычной жизнью? Что ваш удел - нищета, работа до седьмого пота, безысходность? - повернулась к ним. - Вы ошибаетесь! Ваша жизнь только начинается. Сейчас, в этот самый момент, вы станете частью чего-то великого. Чего-то, что изменит этот мир навсегда.

Вплотную подошла к Амире. Она смотрела на меня, и в её глазах уже не было страха. Только тупое, безнадёжное понимание. Она знала, что умрёт. И приняла это.

- Не бойся, - прошептала, касаясь лезвием её щеки. - Боль будет лишь мгновение. А потом - вечность. Вечность в составе величайшего ритуала, который когда-либо видел этот мир.

Я занесла кинжал.

И в этот момент дверь распахнулась.

- Ребекка!

Голос Мессира был подобен удару грома. Замерла, не опуская поднятой руки. Моё тело отреагировало быстрее сознания - каждый мускул напрягся, подчиняясь его воле, его присутствию, его власти.

- Мессир... - выдохнула слово, медленно опуская руку с кинжалом и поворачиваясь к нему. - Я не ждала вас так рано.

Он стоял в дверях. Тот же безупречный костюм, та же холодная улыбка, те же глаза, в глубине которых горел синий огонь. За прошедшую неделю он изменился ещё сильнее - черты лица стали острее, кожа почти светилась изнутри, движения обрели ту особую, хищную плавность, которая бывает только у существ, для которых человеческое тело - лишь маска.

- Чувствую, что здесь накапливается энергия, - сказал он, входя в зал. - Много энергии. Ты хорошо поработала, Ребекка.

Он подошёл к алтарю, провёл рукой по его поверхности. Камень отреагировал - слабое, едва заметное свечение пробежало по рунам, вырезанным по краям.

- Восемь жертв, - продолжил он, не оборачиваясь. - Хорошее число. Но этого мало. Очень мало.

- Я знаю, Мессир, - ответила ему. - Мы отбираем только тех, у кого есть потенциал. Чистых. Процесс идёт медленнее, чем хотелось бы, но...

- Не тороплю тебя, - перебил он. - Время у нас есть. Но появилась одна проблема, - развернулся ко мне. Его глаза горели ярче обычного.

- Алтарь не может вместить столько энергии. Даже этот, даже с моими рунами. Ты права - нужен новый накопитель.

Молчу, ожидая продолжения. Он подошёл ко мне. Сзади, как всегда. Его руки легли мне на плечи. Чувствую дыхание на своей шее - горячее, спокойное, к которому уже начала привыкать.

Странно, но перестала вздрагивать от его прикосновений. Более того, в какой-то момент поймала себя на мысли, что жду их. Что мне не хватает этого тепла, этого давления, этой власти, которую он надо мной имеет. Его сила, его мощь были для меня словно огонь, к которому тянулась всем телом, всем сознанием, всей душой, которой у меня, кажется, больше не было.

Некто в теле Владия убрал руки и отошёл чуть в сторону. Встал так, чтобы видеть и меня, и алтарь, и двух дрожащих женщин, которые с ужасом наблюдали за этой сценой.

- Вот, - сказал он и протянул мне что-то.

Предмет был небольшим - умещался в ладони. Имел форму пирамиды, но не идеальной, а слегка усечённой, с неравными гранями. Металл, из которого та была сделана, казался живым - переливался от холодного серебра к тёплому золоту и обратно, в зависимости от того, как на него падал свет.

Пирамидка в руках была одновременно холодной и тёплой - странное, почти невозможное сочетание, от которого по пальцам побежали мурашки.

- Что это, Мессир? - спросила, внимательно разглядывая артефакт.

- Накопитель, - ответил он. - Бездонное хранилище. Оно может впитать в себя всю энергию живых существ на этой планете. И не только живых.

Я подняла на него глаза. В его голосе не было хвастовства - только спокойная, уверенная констатация факта.

- Переправь энергию из алтаря сюда, - приказал он. - И продолжай наполнять. Этого хватит надолго.

- Но где вы его взяли, Мессир? - спросила, склонив голову в почтительном поклоне. - В Ордене такой вещи никогда не было. Я бы точно об этом знала.

Он улыбнулся. Широко, обнажая зубы, которые в свете факелов казались неестественно белыми:

- Ты делаешь успехи, Ребекка. Стала исполнительной. Покорной. Даже любопытной. Это хорошо. Люблю любопытных слуг.

Сделал паузу, наслаждаясь моментом:

- Хорошо, скажу, откуда этот артефакт. Я сам его создал! - нотка гордости и тщеславия пробилась в его голосе.

У меня же перехватило дыхание:

- Вы сами?

- Сам, - подтвердил сказанное. - Это лишь малая часть той силы, что есть во мне. Но применить весь свой потенциал пока не могу.

Развёл руками, словно извиняясь:

- Оболочка Владия слишком слаба. Она не выдержит моего истинного облика, моей полной мощи. Она просто обратится в прах, стоит мне только расслабиться, - он рассмеялся. Громко, раскатисто, и в этом смехе не было ничего человеческого.

Смотрю на него, и в груди разрастается что-то горячее, требовательное и ненасытное.

«Хочу этого!» - подумала я. - «Хочу такой силы. Хочу быть такой, как он»

- Я хотела бы обладать такой же силой, Мессир, - сказала, глядя ему прямо в глаза. Без страха, без подобострастия, с той холодной, расчётливой откровенностью, которая всегда была моей главной чертой. - Я готова отдать вам всё, что вы пожелаете.

Он в ответ посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом. В его глазах что-то мелькнуло. Одобрение? Любопытство? Или просто голод?

- Всему своё время, Ребекка, - медленно произнёс он, и его улыбка сменилась серьёзным, почти суровым выражением. - Всему своё время.

Он кивнул в сторону женщин, всё ещё стоявших у алтаря:

- А теперь убей их. Хочу видеть, как ты это делаешь.

Амира и Лейла сжались в один комок, прижимаясь друг к другу, как испуганные зверьки. Взяла кинжал, тот самый, который выбрала ранее. Лезвие приятно холодило ладонь.

Сделала шаг к ним.

- Пожалуйста, - прошептала Лейла. - Не надо...

- Тихо! - приказала я. - Всё будет быстро. Обещаю.

Занесла руку...

- Хотя... - голос Мессира остановил меня. Вновь замерла, не опуская кинжала. - Подожди.

Обернулась. Он стоял прямо за моей спиной - так близко, что я чувствовала тепло его тела. Его глаза горели синим огнём, и в этом огне плясали искры нетерпения.

- Подожди, - повторил он тихо. - Я хочу... прочувствовать это.

Он шагнул ещё ближе. Его грудь прижалась к моей спине. Я чувствовала каждую пуговицу его камзола, каждый его вздох. Его руки легли поверх моих - одна на плечо, другая на запястье, сжимающее кинжал.

- Сожми кинжал, - прошептал он мне на ухо. Голос его был тихим, вкрадчивым, обволакивающим. - Я хочу почувствовать то, что чувствуешь ты.

Не колебалась ни секунды. Мои пальцы сжались на рукояти. Его пальцы - поверх моих. Вместе.

- Убей! - приказал он.

Я шагнула вперёд. Он шагнул вместе со мной. Мы были одним существом - две руки, сжимающие один кинжал, два сердца, бьющихся в унисон, две воли, слившиеся в одну.

Удар.

Клинок вошёл в грудь Лейлы легко, как в масло. Она даже не вскрикнула - только всхлипнула и замерла, глядя на нас широко раскрытыми, непонимающими глазами. Кровь хлынула по лезвию, заливая мою руку, руку Мессира, пол у наших ног.

И в этот момент случилось то, чего я никак не ожидала.

Волна энергии.

Она ударила от тела Лейлы, пронзила клинок, влилась в меня. Ощутила это каждой клеткой - как что-то тёплое, живое, пульсирующее втекает в моё тело, наполняя его, расширяя границы, раздвигая пределы.

Но это было только начало.

Тепло со стороны спины - от Мессира - вдруг стало не просто теплом. Оно стало огнём. Чистым, абсолютным, всепоглощающим огнём, который хлынул в меня, смешиваясь с энергией жертвы, усиливая её в сотни, в тысячи раз.

Просто не могла дышать. Не могла двигаться. Я не могла даже думать. Только чувствовать, как этот поток разрывает меня изнутри, перекраивает, пересоздаёт заново.

Кинжал выпал из моих пальцев - не заметила, когда это произошло. Моё тело била дрожь, зубы стучали, но не от холода - от переполнявшей меня силы. Воздух врывался в лёгкие рваными глотками, и каждый был слаще любого вина, любого наслаждения, которое я когда-либо испытывала.

А потом всё кончилось.

Я стояла на коленях. Абсолютно не помнила, как упала. Передо мной лежало тело Лейлы - уже не просто тело, а пустая оболочка, из которой высосали всё, что можно было высосать. Рядом рыдала Амира, прижимаясь к холодной стене, но её голос доносился откуда-то издалека.

Глянула на свои руки. Они дрожали. По венам, под кожей, бежал свет - едва заметный, призрачный, но совершенно реальный. Я чувствовала его, чувствовала каждую его частицу.

Подняла голову.

Я видела. Боги, я видела всё!

Воздух вокруг меня светился миллионами оттенков - золотых, серебряных, голубых, зелёных. Каждая пылинка в луче факела была отдельной вселенной, каждый звук - цветом, каждый запах - мелодией. Видела энергию, текущую из тела Лейлы тонкой, почти невидимой струйкой в алтарь. Видела, как алтарь переправляет её дальше - в пирамидку, которую всё ещё сжимала в левой руке. Пирамидка жадно впитывала этот поток, пульсируя в такт каким-то неведомым ритмам.

Видела сквозь стены: рабочих на стройке, солдат в казармах, слуг в коридорах. Лицезрела их ауры - тусклые, серые, почти незаметные у обычных людей, и яркие, переливающиеся у тех немногих, в ком теплилась искра дара.

Я узрела Врата! Ещё не построенные, но уже существующие в эфемерном пространстве, ожидающие своего часа.

А потом я повернулась к Мессиру, и увидела его.

Он стоял в двух шагах от меня, наблюдая с лёгкой, довольной улыбкой. Для обычного зрения он был просто Владием - чуть изменившимся, чуть помолодевшим, но всё ещё узнаваемым.

Но я видела больше.

Он был светом. Чистым, абсолютным светом, который лился изнутри, разрывая оболочку, просвечивая сквозь кожу, сквозь плоть, сквозь кости. Тысячи солнц горели в его груди, миллионы молний плясали в его глазах. Его истинная сущность была так огромна, так необъятна, что человеческое тело казалось жалкой скорлупой, готовой лопнуть в любую секунду.

И в этом свете, в этом сиянии, в этой бездонной мощи было что-то... родное. Что-то, что звало меня. Что-то, чему я хотела принадлежать.

Страх...

Ужас...

Восхищение...

Все эти чувства смешались во мне, голова кружилась, а ноги подкашивались. Никогда не видела ничего подобного. Ни в одном гримуаре, ни в одном ритуале, ни в одном пророчестве.

Он был богом!

Настоящим, живым богом, запертым в человеческой клетке!!!

А потом видение исчезло.

Мир снова стал обычным - тёмные стены, дрожащий свет факелов, тело мёртвой девушки у ног, её рыдающая сестра в углу. Мои руки перестали светиться. Воздух потерял свои краски. Снова была просто Ребеккой - сильной, умной, безжалостной, но всего лишь человеком.

С шумом перевела дыхание:

- Это... - прошептала я, не в силах подобрать слова.

- ...лишь малая толика того, что ты можешь получить, - закончил за меня Мессир.

Он протянул мне руку. Приняла её, позволив поднять себя с колен. Мои ноги дрожали, но я стояла.

- Если будешь служить мне верно, - продолжил он, глядя мне прямо в глаза, - ты получишь больше. Гораздо больше. Ты станешь сильнее, чем можешь себе представить. Ты увидишь миры, о которых даже не подозреваешь. Ты будешь стоять рядом со мной, когда старый порядок рухнет, и новый...

Замолчал, давая мне время осознать:

- Дальше выбор только за тобой, Ребекка. Будь верной и преданной и тогда... - он улыбнулся. Той самой широкой, неестественной, божественной улыбкой. - Ты сама всё понимаешь.

Я поняла! О да, поняла.

Готова отдать душу за подобное. Согласна сжечь этот мир дотла. Способна убивать, предавать, уничтожать всё, что встанет на моём и его пути. Потому что теперь это был один путь.

- У меня другие дела, - сказал он, отступая на шаг. - Будь умничкой, закончи с нашим планом.

Мой кумир развернулся и пошёл к выходу. Шаги звучали ровно, спокойно, уверенно. Каждый звук отдавался в моём сердце, как удар колокола.

Смотрела ему вслед, и в груди разрасталось что-то горячее, огромное, всепоглощающее. Не любовь - это слово было слишком мелким для того, что я чувствовала. Не обожание - слишком приторно. Не зависимость - слишком унизительно.

Это было служение. Чистое, абсолютное, добровольное служение высшей силе. Той силе, которой всегда хотела обладать. Той силе, которой полностью готова служить.

Дверь за ним закрылась. Я осталась одна. Ну, почти одна.

- Пожалуйста, - донеслось из угла. - Отпусти меня. Я никому не скажу. Сделаю всё, что угодно. Только не убивай...

Амира стояла на коленях, прижимаясь к стене, и смотрела на меня с ужасом в глазах. Её сестра лежала мёртвая у алтаря, кровь всё ещё текла из раны, впитываясь в руны на полу.

- Встань, - приказала ей.

Она не послушалась. Только забилась ещё сильнее, скуля, как побитая собака.

Вздохнула. Подошла к ней, взяла за подбородок и заставила посмотреть мне в глаза:

- Ты хочешь жить?

Та судорожно закивала.

- Тогда слушай меня внимательно. У тебя есть дар. Ты даже не представляешь, какой. И ты поможешь мне его раскрыть. Добровольно. Без сопротивления. Если будешь хорошо себя вести - останешься жива. Если нет...

Отпустила её подбородок и кивнула на тело сестры:

- Понимаешь?

Она снова закивала, уже не так судорожно. В её глазах, сквозь слой ужаса, начало проступать что-то ещё. Надежда? Расчёт? Неважно. Главное, что она была готова подчиняться.

- Отлично, - сказала я. - Ларс!

Мой помощник материализовался из тени, словно ждал этого мгновения:

- Госпожа?

- Эту - в отдельную камеру. Хорошо кормить, не обижать. Она мне нужна живой и здоровой.

- Слушаюсь, госпожа, - слуга увёл Амиру, я осталась в одиночестве.

Подошла к алтарю, провела рукой по его холодной поверхности. Под пальцами пульсировала едва заметная вибрация - энергия, собранная за неделю, перетекала в пирамидку.

Артефакт казался обычным куском металла. Но теперь я знала - в нём копилась сила, способная уничтожить мир.

Я улыбнулась:

- Скоро, - прошептала пустоте. - Скоро вы все узнаете, что значит служить настоящим богам!

Эхо разнесло мои слова под сводами башни, умножило, исказило, вернуло обратно зловещим шёпотом.

Больше я ничего не боялась.

Потому что служила ему. А он был сильнее страха. Сильнее смерти. Сильнее всего.

Выглянула в окно, обозревая ночной город. Где-то там, в темноте, спали тысячи людей, не подозревающих, что их дни уже сочтены. Где-то там тлела старая жизнь, которой скоро придёт конец.

А здесь, в этой башне, рождалась новая эра.

И я была её поветухой.

Дотронулась до кулона на шее. Тёплый. Родной. Неотъемлемый.

«Я твоя» - подумала, обращаясь к нему, к Мессиру, к тому свету, который увидела всего на несколько мгновений. - «Я твоя навсегда!»

Кулон пульсировал в такт моему сердцу.

Или это моё сердце билось в такт ему?

Я уже не знала. И не хотела знать...

Глава 5

Ребекка

Шла рядом с Мессиром по главной аллее, ведущей от центрального корпуса к северной башне. Слева - казармы, где гвардейцы отрабатывали приёмы боя. Справа - пустующие особняки, которые когда-то принадлежали знатным семьям, теперь изгнанным или убитым по обвинению в измене. Впереди - строительные леса, оплетающие Врата, как паутина зазевавшуюся муху.

Мессир молчал. Я тоже молчала, наслаждаясь редкой возможностью просто идти рядом с ним, чувствовать его присутствие, его силу, которая теперь, после того случая в башне, стала для меня почти осязаемой.

- Ты хорошо выдрессировала свою новую служанку, Ребекка, - вдруг сказал он, не глядя на меня.

Повернула голову. Его профиль был безупречен - острые черты, гладкая кожа, синий огонь в глазах, который даже днём не желал гаснуть.

- Амиру? - уточнила на всякий случай, хотя других служанок у меня не было.

- Её самую, - кивнул он. - Прошла всего неделя с того момента, как ты убила её сестру, а она даже не вспоминает об этом. Работает, улыбается, выполняет все приказы. Мне нравится твой подход.

Позволила себе лёгкую, довольную улыбку. Похвала из уст Мессира была редкой и оттого особенно ценной:

- Этот метод отточен годами, - ответила я, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало излишней гордости. - Главное - сломать волю. Но пытками не всегда получается сделать это быстро. Нужен особый подход. Сначала забрать всё, что дорого. Потом дать ложную надежду. Потом снова забрать. И так до тех пор, пока она сама не начнёт цепляться за любой намёк на одобрение, за любую кроху внимания. Тогда она становится твоей. Навсегда.

Мессир ничего не ответил. Просто шёл дальше, глядя прямо перед собой. Я не знала, что означает это молчание. Одобрение? Равнодушие? Размышление о чём-то своём?

Мы подошли к строительной площадке. Рабочие, завидев нас, всполошились, как муравьи в развороченном муравейнике. Одни падали на колени, другие просто замирали, боясь пошевелиться, третьи пытались спрятаться за груды камней и досок. Страх витал в воздухе, приторный, как амбре от переспевших фруктов.

"Владий" остановился у края площадки. Я встала рядом, но буквально на полшага позади - так, чтобы подчеркнуть его главенство, но не выглядеть прислугой.

- Сколько ещё жертв было поглощено алтарём? - спросил он, не оборачиваясь.

- Ещё восемь, Мессир. Три женщины с восточных окраин, две - из портового квартала, и три - из числа тех, кого привели с последней партией рабочих. Все с потенциалом. Все чистые.

- Восемь, - повторил он задумчиво. - Плюс восемь ранее. Шестнадцать...

Он повернулся ко мне. Его глаза горели ровным, спокойным светом:

- Значит, две трети от нужного количества уже есть.

- Да, Мессир. Я ускорила процесс отбора. Мои люди прочёсывают самые бедные кварталы, где исчезновения не вызовут большого шума. К тому же, слухи о новом культе, который оставляет тела у церквей, отвлекают внимание городских властей. Они ищут фанатиков, а не нас.

- Ты умна, Ребекка, - сказал он. - Это одна из причин, почему ты ещё жива.

Склонила голову, принимая своеобразный комплимент. Но в следующую секунду его тон изменился. Стал холоднее. Жёстче.

- Нужно ускоряться, Ребекка.

Подняла на него глаза:

- Мессир?

- Просто чувствую, - сказал он, и в его голосе появилась та самая металлическая нотка, от которой у меня по спине пробегал холодок, - что мой «старый друг» уже в столице. Возможно, даже ближе, чем мы думаем.

- Друг? - переспросила я, не скрывая удивления. - У вас есть друг, Мессир?

Он усмехнулся. Криво, без тени веселья:

- Друг, враг... для существ моего уровня эти понятия теряют смысл. Скажем так... старый знакомый. Очень старый. И очень надоевший.

Он сделал паузу, глядя куда-то вдаль, поверх строительных лесов, поверх крыш города, поверх всего этого жалкого мира:

- Да, Ребекка, - произнёс он, и его голос стал тише, почти задумчивым. - Мне нужны твои воспоминания.

В недоумении замерла:

- Мои воспоминания, Мессир?

- Все, что связаны с Александром ДаркХелом, - уточнил он. - Владий знал его лишь как охотника, как твоего мужа, как врага. Но этого мало. Владий был слеп. Его память - как грязное окно, через которое почти ничего не видно. Мне нужно больше. Мне нужно чётко увидеть его твоими глазами.

Я сглотнула. Страха не было - только лёгкое, почти приятное волнение. Мысль о том, что Мессир хочет заглянуть в мою голову, стать ближе, узнать меня глубже - эта мысль почему-то казалась... интимной. Почти желанной.

- Будет больно, - предупредил он. - Сильнее, чем в прошлый раз. Но ты уже привыкла к боли, не так ли?

- Да, Мессир, - ответила, склоняя голову. - Делайте всё, что пожелаете.

Он подошёл ближе. Его рука легла мне на голову - тяжёлая, горячая, властная.

На этот раз боль была другой.

Не такой, как в прошлый раз, когда он делился со мной силой. Не такой, как при попытке снять кулон. Это было что-то новое. Что-то, для чего в человеческом языке просто не существовало слов.

Она началась с холода.

Что-то ледяное, чужеродное, скользкое проникло в мой мозг - не через уши, не через глаза, а сразу, напрямую, сквозь кости черепа, сквозь тонкие оболочки, сквозь серое вещество, в котором пряталась моя личность. Оно текло по извилинам, как ртуть, оставляя после себя металлический привкус и чувство тошноты.

А потом это что-то начало нагреваться.

Медленно. Неумолимо. Как будто кто-то раздувал угли в моей голове, подбрасывая всё новые и новые воспоминания, всё новые и новые образы. Жар становился невыносимым. Он выжигал всё на своём пути - страхи, сомнения, надежды, мечты. Оставлял только чистую, обнажённую сущность.

Не могла сопротивляться. Да я и не пыталась.

Перед глазами замелькали картинки. Сначала медленно, потом всё быстрее, превращаясь в бешеный калейдоскоп, от которого начинала кружиться голова.

Детство. Холодный дом. Родители, которые уезжают и не возвращаются. Страх. Одиночество.

Юность. Первые шаги в Ордене. Первые убийства. Первая власть.

Зрелость. Интриги. Заговоры. Предательства. Восхождение на вершину.

И среди всего этого - он.

Александр ДаркХел.

Представила его так ясно, словно он стоял передо мной. Наша первая встреча - он, только что вернувшийся с очередной охоты, уставший, грязный, но с этим вечным сарказмом в глазах, с этой проклятой усмешкой на губах. Наша свадьба - деловой союз, который почему-то казался мне тогда выгодным. Наши редкие ночи вместе - холодные, расчётливые, без капли страсти, но с той странной, почти животной близостью, которая возникает между хищниками, делящими одну территорию.

Я знала его слабости. Его страхи. Его боль.

Замечала, как он меняется на протяжении лет - как амнезия стирает его прошлое, как он пытается найти себя, как он тонет в этой пустоте, но продолжает плыть, цепляясь за свой цинизм, как за соломенку.

Видела его таким, каким не видел никто. Потому что была его женой.

А потом картинки замерли.

И в этот момент что-то внутри меня сломалось. Ощутила, как нечто острое, раскалённое, похожее на гигантские щипцы, вонзилось в эти воспоминания. Как оно сжимается, вырывая образы из моей плоти, из моей крови, из самой сердцевины моего «я». Боль была такой, что забыла, как дышать. Забыла, как меня зовут. Забыла, что я - Ребекка.

Сама стала только болью.

Щипцы дёрнули раз. Другой. Третий.

Каждый рывок отзывался во мне судорогой, рвотным позывом, желанием умереть здесь и сейчас, лишь бы это прекратилось.

Но я никак не умирала.

Чувствовала, как слюна непроизвольно течёт по подбородку, капает на платье, на землю. Как глаза закатываются, как теряю контроль над своим телом, превращаясь в безвольную тряпичную куклу.

Слава небесам, всё кончилось.

Боль исчезла. Щипцы отпустили. Пустота в моей голове затянулась чем-то тёплым, мягким, успокаивающим.

Земля ушла из-под ног, тяжесть потащила меня вниз, к спасительной темноте, которая обещала покой - я падала.

Однако не успела. Сильные руки подхватили меня, не давая рухнуть. Повисла на них, как тряпка, как мешок с костями, как жалкое подобие той Ребекки, которая была всего несколько минут назад.

- Тише, - услышала я голос Мессира. Он доносился откуда-то издалека, словно сквозь толщу воды. - Тише, девочка. Ты справилась.

Тепло разлилось по моему телу.

Оно текло от его рук, от его груди, к которой он прижимал меня, от всего его существа. Втекало в меня, залечивая раны, успокаивая нервы, возвращая способность мыслить, дышать, жить.

Сделала глубокий вдох, другой. Мир перестал кружиться. Ноги обрели твёрдость. Смогла стоять сама.

- Не так уж ты и слаба, Ребекка, - сказал Мессир, и в его голосе мне послышалась улыбка.

Он отпустил меня, но остался рядом. Достал из кармана камзола белоснежный платок - тонкое полотно, расшитое серебряной нитью - и начал вытирать моё лицо.

Слюни, которые свисали с подбородка. Слёзы, которые, оказывается, тоже текли по моим щекам. Кровь из прокушенной губы.

Это было так унизительно, что я хотела провалиться сквозь землю.

Я, Ребекка, правая рука Великого Магистра, хозяйка Отдела по контролю над магическими тварями, женщина, перед которой трепетали целые города - стояла посреди стройки, вся в слюнях и соплях, а какой-то... кто-то... вытирал мне лицо, как ребёнку.

Но это был не «кто-то». Это был Мессир.

И в его глазах не было ни капли презрения. Ни капли насмешки. Только спокойное, почти отеческое внимание. Словно он делал это не в первый раз. Словно для него это было обычным делом - вытирать лица своих слуг после того, как он вырвал из них кусок души.

- Часто после извлечения хотя бы части памяти, существа теряют рассудок, - сказал он, продолжая вытирать мои щёки. - А те, что слабее, могут и вовсе не выжить.

Он улыбнулся. Широко, открыто, с той самой неестественной, божественной улыбкой, от которой у меня подкашивались колени:

- Ты не просто выжила. Ты стояла на ногах почти до самого конца. Это впечатляет! - слегка коснулся пальцами моего подбородка, заставляя посмотреть ему в глаза.

- Благодарю вас, Мессир, - голос мой звучал хрипло, но ровно. - За вашу заботу.

- Заслужишь - ещё не такое получишь - пообещал он и убрал руку.

Платок, испачканный моими слюнями и слезами, он сунул обратно в карман, даже не поморщившись. Эта мелочь - то, как он спокойно принял мою слабость - почему-то тронула меня сильнее, чем все его слова.

- Простите за вопрос, Мессир, - осторожно начала, глядя ему в глаза, - но для чего вам понадобились мои воспоминания о ДаркХеле?

Он посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом. На мгновение мне показалось, что он сейчас рассердится, оборвёт меня, напомнит о моём месте.

Но он лишь усмехнулся:

- О-о, - протянул он, - как я и сказал, это всего лишь мой «старый друг».

Он развернулся и пошёл по дорожке дальше - в сторону строящихся Врат.

А я осталась стоять на месте, пытаясь переварить услышанное.

«Старый друг...»

«Это что? Мой бывший муж, охотник без памяти, циник с пустотой в голове - старый друг того, кто сидит в теле Владия?»

Мозаика в моей голове отказывалась складываться. Части пазла не подходили друг к другу, как бы я ни старалась их приладить.

Но вопросов больше не было. Только лёгкое, почти незаметное недоумение, которое я пообещала себе прояснить позже.

Выдохнула, поправила платье - слава богам, оно почти не пострадало - и быстрым шагом направилась следом за Мессиром.

Врата были великолепны.

Любовалась и не верила своим глазам, хотя видела чертежи, сама руководила строительством, и каждый камень, каждый рунный символ, каждый металлический усиливающий стержень утверждены лично мной.

Реальность превзошла все ожидания.

Врата возвышались над стройкой, как чёрные скалы над морем - две гигантские колонны из полированного обсидиана, уходящие в небо так высоко, что их верхушки как будто терялись в облаках. Между колоннами пульсировала едва заметная дымка - не свет и не тьма, а что-то среднее, что-то, что уже сейчас, ещё до завершения строительства, начинало жить своей жизнью.

Вокруг колонн вились металлические лестницы, переходы, балконы - для ритуалов, для наблюдений, для жертвоприношений. Руны, вырезанные на каждом камне, слабо светились в сумерках - энергия, накопленная алтарём, уже начинала просачиваться в конструкцию, оживляя её, подготавливая к великому моменту.

- Красиво, правда? - спросил Мессир, стоя рядом со мной.

- Это... грандиозно, - выдохнула я. - Превосходит всё, что я могла вообразить.

- Но это лишь начало, - сказал он. - Врата откроют путь. А уж куда мы пойдём... - замолчал, давая мне возможность додумать самой.

Рабочие сновали вокруг, заканчивая последние штрихи. Кто-то проверял устойчивость лесов, кто-то просто стоял и смотрел на нас с тем тупым, благоговейным ужасом, который всегда появляется на лицах простолюдинов при виде настоящей силы.

- Ребекка, - вдруг сказал Мессир, и его голос стал холодным, как лёд. - Дело остаётся за малым.

- Чем, Мессир?

- Нужны срочно нужны оставшиеся жертвы, - сказал он, глядя на Врата. - Их энергия напитает основание. Без этого конструкция не выдержит нагрузки. Ты понимаешь?

- Да, Мессир. Я ускорю процесс поиска. Ещё неделя - и у нас будет нужное количество.

- Хорошо, - кивнул он. - И ещё одно.

Замерла в ожидании воли высшего существа.

- Приведи мне свою служанку. Амиру.

Я моргнула, не сразу поняв, о чём он говорит:

- Амиру, Мессир?

- Её самую, - подтвердил он. - Для неё будет отдельное поручение.

- Да, Мессир, - ответила ему, хотя внутри меня шевельнулось что-то странное. Что-то, чему я не сразу нашла название.

Ревность?

Нет. Не может быть. Я не ревную. Вообще не способна на такие мелкие, человеческие чувства.

Но мысль о том, что Мессир выделил эту жалкую девчонку, эту сломанную куклу, у которой я убила сестру. Сама мысль о том, что он даст ей отдельное поручение, что он проведёт с ней время, что он обратит на неё внимание - это царапнуло что-то внутри.

Тут же задавила это чувство, заморозила, спрятала глубоко, туда, где ему и место:

- Конечно, Мессир, - покорно ответила хозяину.

- Вот и отлично.

Он развернулся и пошёл обратно, в сторону цитадели. Я осталась стоять у Врат, глядя вслед ему.

«Старый друг», - думала я. - «ДаркХел. Амира. Что за игру ты затеял, Мессир?»

Ответа не было. Только ветер свистел в строительных лесах, да руны тихо гудели, накапливая силу.

Постояла ещё немного, а потом развернулась и пошла в цитадель. Меня ждала работа.

Кабинет Мессира встретил меня привычным полумраком и запахом благовоний.

Вошла первой, заводя за собой Амиру. Она двигалась как тень - бесшумно, покорно, с опущенной головой. За неделю, прошедшую с момента убийства её сестры, она превратилась в идеальную служанку. Ни намёка на сопротивление. Ни тени прошлой жизни. Только пустота и готовность выполнять любой приказ.

Гордилась своей работой.

- Мессир, - сказала я, останавливаясь посреди кабинета, - как вы и просили, привела Амиру.

Хозяин сидел в кресле Владия, но выглядел в нём совершенно иначе - не как бюрократ, утопающий в роскоши, а как хищник, временно занявший чужое логово. Он поднял глаза от каких-то бумаг, которые изучал, и его взгляд остановился на Амире.

- Отлично, - сказал он. - Ребекка, присядь пока. Мне нужно немного поработать с ней.

Кивнула, отошла к камину и села в кресло.

Амира стояла посреди кабинета, дрожа, как осиновый лист. Её руки были сцеплены перед собой, пальцы побелели от напряжения. Она не поднимала глаз, но я видела, как её грудь вздымается от частого, испуганного дыхания.

Мессир подошёл к ней.

Медленно. Плавно. Как подходят к дикому зверю, которого собираются приручить.

- Ты боишься меня? - спросил он, касаясь её плеча.

Амира вздрогнула, но не отшатнулась. Она вообще не могла двигаться без приказа - хорошо её выучила, или точнее говорить - выдрессировала?

- Д-да, господин, - пролепетала она.

- Не стоит, - сказал Мессир. Его голос был мягким, вкрадчивым, почти ласковым. - Расслабься. Я не причиню тебе боли... сильнее, чем ты сможешь вынести.

Он приблизил своё лицо к её. Почти вплотную. Их щёки соприкоснулись. Я увидела, как Амира зажмурилась, как её губы задрожали, как по щеке покатилась слеза.

И в этот момент внутри меня что-то кольнуло.

Ревность.

Самая настоящая, жгучая, унизительная ревность.

«Никто не смеет быть так близко к Мессиру!» - пронеслось у меня в голове. - «Никто, кроме меня! Я заслужила это право. Прошла через боль, через унижение, через потерю себя. А эта никчёмная девка, у которой даже не осталось собственной воли...»

Сжала подлокотники кресла так сильно, что ногти впились в дерево.

Но лицо оставалось спокойным. Холодным. Бесстрастным.

Я - Ребекка. Я не показываю эмоций.

- Сейчас мы немного изменим твою внешность, - продолжил Мессир, отстраняясь от Амиры. - Это будет временный эффект, но его будет достаточно. Достаточно, чтобы произвести впечатление на моего... «старого друга».

Навострила уши.

«Старый друг. Снова. ДаркХел!»

Мессир поднял руку. Пальцы засветились тем самым синим огнём, который мелькает в его глазах. Он коснулся лица Амиры - лба, скул, подбородка - и под его прикосновениями плоть начала меняться.

Это было завораживающе.

Кожа Амиры пошла рябью, как вода от брошенного камня. Черты лица поплыли, растеклись, а затем начали собираться заново. Нос стал чуть тоньше, губы - полнее, глаза - больше и ярче. Волосы так же изменили цвет. Рост... нет, рост остался прежним, но осанка изменилась, плечи расправились, спина выпрямилась.

Через минуту передо мной стояла не та забитая швея, которую я привела. Передо мной стояла... другая женщина. Красивая. Холодная. С опасным, хищным блеском в глазах, которого у Амиры не было и быть не могло.

"Владий" достал из кармана тонкий серебряный браслет и надел его на запястье Амиры. Металл сверкнул в свете камина и тут же потускнел, сливаясь с кожей:

- Это скроет её истинную сущность, - пояснил он, хотя я не спрашивала. - Для ДаркХела она будет выглядеть как его супруга. И пахнуть как она. И даже думать будет так, как думала бы она в подобной ситуации.

Он дал Амире в руки какой-то предмет, я не успела рассмотреть.

- Иди, - сказал он ей, наклоняясь к уху и что-то шепча.

Амира - или та, кем она теперь стала, - кивнула, развернулась и вышла из кабинета, даже не взглянув на меня.

Дверь закрылась, мы остались одни.

Сидела в кресле у камина и смотрела на Мессира. Он же стоял у окна, глядя на город. В его руке тускло поблёскивал платок - тот самый, которым он вытирал моё лицо.

- Вопросы? - спросил он, не оборачиваясь.

Вопросов было много. Слишком много.

Но я задала только один:

- Кто вы на самом деле, Мессир?

Он молчал долго. Так долго, что я уже решила - не ответит.

А потом он повернулся, и в его глазах горел тот самый синий огонь, который я видела, когда заглянула в его сущность:

- Я - тот, кто был до того, как появились ваши боги, - сказал он. - Я - тот, кто будет после того, как они исчезнут. Я - память, Ребекка. Память о том, что было в начале. И ключ к тому, что будет в конце.

Он подошёл ко мне. Остановился в шаге. Протянул руку и коснулся моего подбородка, заставляя поднять голову.

- А ДаркХел... - он улыбнулся, - ДаркХел - это моё прошлое. То, от чего я не могу отказаться, пока не завершу начатое. Но когда Врата откроются...

Он не договорил. Не нужно было. Я всё поняла.

- Я сделаю всё, что вы прикажете, Мессир!

- Знаю, - просто ответил он.

Его пальцы скользнули по моей щеке, стирая несуществующую слезу. Или, может быть, существующую. Я уже не различала.

- Знаю, Ребекка. Потому и держу тебя рядом.

Он убрал руку и отошёл:

- Отдыхай. Завтра будет много работы.

- Да, Мессир.

Я осталась одна в кабинете, в кресле у камина, с огнём, пляшущим в груди и в глазах.

«Кто ты, Мессир?» - думала я. - «И кто такой ДаркХел, что ты называешь его старым другом?»

Ответов не было. Только тихий шелест пламени, только тени на стенах, только пульсация кулона на моей шее - ровная, спокойная, вечная.

Закрыла глаза.

Завтра будет новый день. Новые жертвы. Новая сила.

А пока - можно позволить себе маленькую слабость. Посидеть в тишине, подумать о том, как странно порой складывается жизнь.

Я, Ребекка, правая рука Великого Магистра, вдруг оказалась служанкой у существа, которое древнее самих богов. И в этом падении было больше величия, чем во всех моих прежних взлётах.

Улыбнулась своим мыслям:

- Забавно...

Мне показалось, что где-то далеко, на грани слышимости, прозвучал тихий, одобрительный смех.

Мессир всегда слышал.

Всегда...

Глава 6

Александр

Ночь - лучшее время для тех, кому есть что скрывать. И лучший союзник для тех, кто не хочет, чтобы его узнали. Тени от зданий ложились на мостовую чернильными пятнами, и я старался держаться именно в них, перетекая от одного тёмного островка к другому, словно рыба в мутной воде. Севандр плёлся за мной, и, надо отдать ему должное, пытался двигаться тихо. Вот только попытки эти напоминали старания медведя научиться балету - трогательно, но безнадёжно.

- Александр, - прошептал он, наступая в очередную лужу, - может, не так быстро? Я тут, знаешь ли, не всю жизнь по ночным улицам ходил!

- Ты сейчас разбудишь всех собак в округе, - не оборачиваясь, бросил ему. - И стражников заодно. Представь лица патрульных, когда они увидят двух мужиков, крадущихся в тенях, как последние воры.

- Мы не воры! - возмутился Севандр, но уже тише. - Мы... бойцы сопротивления!

- Мы два идиота, которые забыли, что у стражи тоже есть уши, - поправил я. - И если ты сейчас же не перестанешь топать, как слон, нас возьмут тёпленькими. А Ребекка будет очень рада лично поприветствовать своего драгоценного «муженька».

Алхимик обиженно замолчал и действительно сделал пару шагов почти бесшумно. Даже обернулся, чтобы убедиться, что это действительно он, а не призрак его более ловкой версии. Увы, это был он.

- Вот так и держись, - одобрительно кивнул. - Представь, что ступаешь по тонкому льду, под которым - ледяная вода и стая голодных...

- Александр, - перебил он, замирая на месте, - там впереди кто-то есть.

Я тоже замер. Всмотрелся в темноту. И действительно, там, где тени сгущались особенно густо, мелькнуло какое-то движение. Не одно, несколько.

- Чёрт, - тихонько выдохнул. - Только этого не хватало.

- Может, обойдём? - с надеждой предложил Севандр. - Другой улицей?

- Некогда. Мы и так потеряли кучу времени из-за твоих... танцев с лужами. Женевьева ждёт новостей. А эти... - я присмотрелся внимательнее, - похоже, местная шайка. Не стражники.

- Откуда ты знаешь?

- Стражники ходят парами и не прячутся. А эти вон, - указал подбородком, - пятеро, рассредоточились. Ждут кого-то. Или уже заметили нас.

Словно в подтверждение моих слов, из темноты донёсся негромкий, но наглый смех. Потом хруст гравия под тяжёлыми сапогами, и на свет выступила фигура.

Коротышка, но коренастый, с лицом, которое когда-то, видимо, пытались перекроить топором, но бросили на полпути. Шрам через всю левую щёку, от виска до подбородка, делал его похожим на оживший кошмар неудачливого мясника. На пальцах, унизанных золотыми кольцами, тускло поблёскивали камни. Дорогие побрякушки. У простого уличного громилы таких не бывает.

- Вот так добыча! - пробасил коротышка, и его голос, низкий и густой, совсем не вязался с ростом. - Гляньте, парни, какие птички залетели в наши сети...

Из теней выступили ещё четверо. Высоченные, угрюмые рожи, с дубинами и ножами на поясах. Один даже арбалет держал наизготовку. Профессионалы, мать их. Не шпана подзаборная, а наёмники или... чьи-то псы.

Они начали неспешно расходиться, беря нас в кольцо. Я покосился на Севандра. Тот стоял бледный, но в руке его уже поблёскивал кинжал - тот самый, серебристый, «Тихий шёпот». Пальцы сжимали рукоять так, что костяшки побелели. Страх есть, но и решимость тоже. Не сбежал, не спрятался за мою спину. Молодец, алхимик. Хотя от его боевых навыков у меня, честно говоря, было не спокойно, где-то на периферии души.

- Мы идём своей дорогой, - сказал я спокойно, даже лениво. - А вы идите своей. И все останутся при своих конечностях. Мы не хотим кровопролития.

Коротышка уставился на меня, потом перевёл взгляд на мои пустые руки. «Жажда» пока спала, но я чувствовал её нетерпеливую дрожь. Ей, в отличие от меня, хотелось танцевать и пить...

- А мы хотим! - басовито, с намёком на угрозу, произнёс главарь, и его подручные снова разразились смехом. Гнусно - самодовольным. - Хотим, чтобы вы поделились с бедными, честными работягами своими ценностями. Кошельками, побрякушками... - он плотоядно облизнулся, разглядывая моё кольцо. - О! А это что за перстенёк? Гляди-ка, камушек зелёный переливается. Сними-ка, парень, не порть красоту.

- Александр, - еле слышно выдохнул Севандр, почти беззвучно шевеля губами, так, что только я мог расслышать. - Если нам не избежать бойни, может, мы сами нападём? Сам же знаешь: лучшая защита - это нападение.

Я усмехнулся про себя. «Умник. Всё правильно понимает. Эти типы не для грабежа вышли. Грабители так не разговаривают. Грабители сначала бьют, потом спрашивают. А эти... они нас ждали»

- Эй, - окликнул коротышку, - а вас случайно не Ребекка послала? Или, может, сам великий магистр?

Глаза главаря на мгновение дёрнулись. Микроскопическая реакция, но я её уловил. И внутри всё похолодело. Нас не просто встретили. Нас ждали.

- Ты много болтаешь, - оскалился коротышка. - Язык длинный - век короткий.

- Это верно, - согласился я и мысленно призвал «Жажду».

Клинок возник в ладони мгновенно, выплеснув в руку знакомую, пьянящую волну силы. Камень в гарде полыхнул зелёным, жадно, очевидно предвкушающе.

- Так давайте познакомимся поближе! - делаю шаг вперёд.

Что тут началось...

Коротышка, несмотря на свой рост, двигался быстро. В его руке из ниоткуда появился широкий тесак, и он рванул ко мне, целя в горло. Встретил «Жаждой» - его клинок скользнул по моему, высекая сноп искр, и отскочил. Сила у него была охренеть какая. Нечеловеческая.

Слева двое бросились на Севандра. Алхимик, к моему удивлению, не стал дожидаться, пока его зарежут. Метнул в ближайшего громилу кинжал - не совсем ловко, но метко. Лезвие вошло тому в плечо, и здоровяк взревел от боли и ярости, выронив дубину.

- Ах ты, крыса! - заорал второй и замахнулся тесаком.

Севандр увернулся - чудом, чисто на инстинктах - и, не имея больше оружия, просто швырнул в лицо нападавшему пригоршню какой-то пыли из кармана. Я даже не понял, что это было, но громила взвыл, схватился за глаза и рухнул на колени, корчась.

- Это тебе за Женевьеву, мразь! - заорал Севандр с такой яростью, что я чуть не поперхнулся.

Времени любоваться его подвигами не было. Коротышка наседал, тесак его мелькал в воздухе с невероятной скоростью. Я парировал, уходил, снова парировал. «Жажда» визжала от восторга, впитывая энергию каждого удара. Краем глаза заметил, как оставшиеся двое бандитов пытаются зайти мне за спину.

- Севандр, прикрой! - рявкнул я.

Алхимик, уже подобравший чей-то выроненный нож, метнулся ко мне и встал за спиной, выставив клинок перед собой.

Коротышка сделал выпад, слишком быстрый для обычного человека. Я еле увернулся, но тесак всё же полоснул по рукаву, распоров ткань и оставив на коже жгучий порез. Кровь брызнула тёплой струйкой.

- А ты шустрый! - усмехнулся коротышка. - Не зря Ребекка за тебя столько сулит.

- Передай ей, что я скучаю! - оскалился и прыгнул вперёд.

Это был не мой прыжок. «Жажда» рванула, потащив меня за собой. Клинок вошёл коротышке в живот, чуть выше паха, с хрустом пробил кожу, мышцы, и вышел насквозь. Главарь захрипел, вытаращив глаза. Я рванул меч вверх, распарывая его от промежности до грудины. Кишки, тёплые и скользкие, вместе с содержимым хлынули наружу, заливая мостовую.

- Твою мать! - выдохнул Севандр за спиной, и его вырвало прямо под ноги.

Выдернул «Жажду» из одного и развернулся. Оставшиеся трое - один с раненым плечом, один слепой, корчащийся на земле, и тот, что с арбалетом - замерли. Арбалетчик поднял оружие, целясь в меня. Прыгнул в сторону, уходя с линии выстрела, а «Жажда» в моей руке взметнулась вверх, отбивая выпущенный болт.

Готов поклясться, что меч сам защитил своего хозяина.

Быстрый шаг к небоеспособному стрелку, замах, отрубаю древко арбалета вместе с пальцами стрелка. Тот заорал, глядя на культю, из которой хлестала кровь.

Громила с раненым плечом попытался сбежать. Севандр, всё ещё бледный, но уже утеревший рот, метнул ему вдогонку свой нож. Неудачно. Нож вонзился беглецу в спину, но неглубоко, застряв между лопаток. Громила взвыл, споткнулся, упал, но тут же вскочил и, хромая, скрылся в переулке.

- Упустил! - с досадой выдохнул Севандр.

- Не важно, - отрезал, подходя к слепому, который всё ещё катался по земле, царапая лицо ногтями. - Пусть бежит. Расскажет своим, что здесь произошло.

Я наклонился к слепому. Тот замер, услышав моё дыхание.

- Кто вас послал?

- Ребекка... - прохрипел он. - Не тронь...

- Обязательно, - полоснул «Жадой» по горлу.

Кровь толчками выплеснулась на булыжники, смешиваясь с грязью. Я выпрямился. Тела вокруг нас лежали живописной кучкой. Кишки, кровь, отрубленные пальцы, перекошенные предсмертной маской лица. Красота.

- Надо уходить, - сказал я.

Севандр молча кивнул. Его трясло. Он смотрел на свои руки, на кровь, забрызгавшую рубашку, и его снова вывернуло.

- Севандр, соберись, - тряхнул его за плечо. - Это война. Здесь либо ты, либо тебя. Ты справился отлично. Для алхимика, который двадцать лет просидел в подвале, ты просто зверь.

- Я... убил... - прошептал он.

- Ты защищал себя, - жёстко сказал я. - Меня, Женевьеву. Эти твари не за кошельками пришли. Они - псы Ребекки. И они бы нас просто так не отпустили. Понял?

Севандр судорожно сглотнул и кивнул. В его глазах появилось что-то новое. Уже не страх. Понимание. Принятие.

- Идём, - сказал ему, и, подхватив под локоть, потащил прочь с места бойни.

Мы уходили в тени, и я молился всем богам, чтобы стража не наткнулась на нас раньше времени.

- А ты... ты как? - спросил Севандр, когда мы свернули в очередной переулок. Голос его окреп, хотя всё ещё дрожал.

- Я - никак. Привык. Это моя работа.

- Ты так спокойно... разрезал его... - он снова сглотнул. - У тебя руки не дрожат?

- Дрожат, - признался я. - Внутри. Но показывать этого нельзя. Врагу - тем более. Ты же видел, эти твари не люди. Вернее, люди, но не простые. Сила в них была нечеловеческая. Ребекка, видимо, ставит на них какие-то эксперименты. Или Владий.

- Зачем?

- Понятия не имею. Но скоро узнаем.

Мы вышли к знакомому складу кожевника. Три сломанных колеса у входа тускло белели в темноте. Я постучал условленным стуком. Дверь приоткрылась, чей-то глаз блеснул в щели.

- Свои, - выдохнул я. - Открывай, мать твою.

Нас впустили. Внутри штаба кипела привычная жизнь: люди сновали с оружием, кто-то перевязывал раненого, в углу точили мечи. На нас покосились, но вопросов задавать не стали. Видимо, вид у нас был тот ещё. Особенно у Севандра, забрызганного кровью и блевотиной.

Мы спустились в подземный штаб и вошли в комнату предводительницы. Она сидела за столом, склонившись над картой. Увидев нас, вскинула брови.

- Где вас носило? - спросила она. - Уже думала высылать поисковый отряд.

- Пришлось немного задержаться, - хмыкнул, опускаясь на стул. - Местные бандиты решили, что мы лёгкая добыча. Слегка ошиблись.

Девушка перевела взгляд на Севандра, который мялся у входа, не решаясь пройти дальше.

- Севандр? - в её голосе появилась тревога. - Ты в порядке?

Он поднял на неё глаза, и на его лице отразилась такая гамма чувств - облегчение, радость, смущение, страх - что я невольно усмехнулся.

- Я... да, - выдавил он. - Я... я убил человека, Женевьева.

Она встала из-за стола, подошла к нему, взяла его за руку:

- Ты жив, - просто сказала она. - И это главное. А те, кто напал... они получили то, что заслужили.

Севандр смотрел на неё, и по его щеке скатилась слеза. Он быстро смахнул её, отвернулся.

- Ладно, - прервал я эту пасторальную сцену, потому что время не ждало. - У нас есть новости. И они, мягко говоря, хреновые.

Хозяйка отпустила руку Севандра и вернулась за стол. Севандр, наконец, перестал топтаться у порога и сел на стул, стараясь держаться поближе к ней. Забавно, но я даже немного завидовал этой их... непосредственности.

- Рассказывай, - коротко приказала воительница.

Я начал рассказ. О рыжей девушке в нашем доме, о кубе, о видении, о Вересе и нашем отце Вейрасе. О том, что я - не просто охотник с амнезией, а древний хранитель равновесия. Севандр периодически вставлял уточнения, описывая то, что видел со стороны: как я застыл с кубом в руке, как свет впитывался в мою кожу, как я не дышал почти час.

Женевьева слушала молча, не перебивая. Её лицо оставалось непроницаемым, только в глазах мелькали искры - то ли интереса, то ли тревоги. Когда я закончил, она долго молчала, обдумывая услышанное. Потом подняла на меня взгляд:

- Значит, твой брат... он заодно с Ребеккой?

- Не знаю, - честно признался я. - Судя по его словам, он строит что-то вместе с ней. Говорил про «нечто грандиозное». Но зачем ему это? Он же из другого мира. Зачем ему вмешиваться в дела смертных?

- Может, затем же, зачем и тебе, - тихо сказала предводительница. - У него свои цели. И если он считает, что Ребекка поможет ему их достичь...

- Тогда у нас большие проблемы, - закончил за неё. - Потому что Ребекка сама по себе - ходячая катастрофа. А в паре с существом, которое может вселяться в людей и управлять их сознанием...

- Он может вселяться? - переспросила Женевьева. - Ты уверен?

- Видел своими глазами. В таверне он вселился в подавальщицу. Потом в ту девушку, рыжую. Это была не она. Это был он, Верес. Он просто использовал её тело, чтобы поговорить со мной.

Хозяйка нахмурилась, постучала пальцами по столу. Севандр не сводил с неё глаз, и я видел, как он переживает. Не за себя. За неё. Ведь Верес упоминал её имя. Угрожал ей.

- У меня тоже есть новости, - наконец сказала Женевьева. - Вернулись мои разведчики. То, что они рассказали... мне это не нравится.

- Что именно? - насторожился я.

- Владий изменился. Сильно. Он... помолодел. Выглядит лет на тридцать, не больше. Глаза у него теперь светятся синим, как... - она запнулась, подбирая сравнение.

- Как у Вереса, - сделал подсказку.

- Да. Как у твоего брата, - кивнула девушка. - Старейшины, которые не пошли в сопротивление, в панике. Они не знают, что от него ожидать. Он перестал собирать совет, отменил все заседания. Сидит в своей башне и никого не пускает. Даже приближённых.

- Башня... - я вспомнил рассказ торговца на рынке. - Северная башня?

- Да.

- А Ребекка?

- Ребекка... - Женевьева помрачнела. - Её видели в городе. Она появляется в разных местах, всегда внезапно, всегда ненадолго. После её визитов находят новые трупы. Женщины. У церквей. Тот же почерк, что и раньше.

- Она продолжает собирать энергию, - понял я. - Но зачем, если Габриэлла мертва?

- Может, теперь этот ритуал нужен не Габриэлле, - тихо сказала девушка. - Может, он нужен Владию? Или твоему брату?

Я задумался. Картина складывалась поганая. Владий помолодел и обрёл синие глаза. Синие глаза - признак Вереса. Значит, Верес либо вселился в него, либо как-то иначе взаимодействует. Ребекка продолжает убивать, собирая энергию. Верес строит башню, где пропадают люди. Слишком много совпадений.

- Нам нужно узнать, что происходит в этой башне, - сказал я. - И как можно быстрее.

- Легко сказать, - усмехнулась Женевьева. - Туда не проникнуть. Охрана усилена в десять раз. Даже муха не пролетит.

- А мы и не мухи, - улыбнулся я. - Мы... тараканы. Которые умеют ползать по щелям.

- Канализационные ходы? - догадался Севандр.

- Именно. Если у вас есть карта подземных коммуникаций столицы, мы сможем подобраться к башне снизу.

Женевьева встала, подошла к шкафу, выдвинула ящик и достала свёрнутый в трубку пергамент.

- Держи, - она протянула его мне. - Тут всё, что удалось найти. Старые планы. Туннели, коллекторы, подземные ходы. Многие завалены, но есть действующие.

Развернул карту. На ней, паутиной, были нанесены линии подземных ходов, пересекающих весь город. Сердце забилось быстрее. Вот он, шанс.

- Спасибо, - сказал я искренне. - Это...

Договорить не успел.

Сверху, с поверхности, донёсся глухой, тяжёлый удар. Потом ещё один. Крики. Звон оружия. И сразу вслед за этим - оглушительный взрыв, от которого стены нашего убежища дрогнули, и с потолка посыпалась земля.

- Твою мать! - выкрикнул, подскакивая на месте.

Женевьева уже была на ногах, её рука сжимала рукоять меча. Севандр побледнел, но тоже встал, судорожно сжимая в кармане какую-то склянку.

- Что это? - вопросительно крикнул он.

- Нападение! - рявкнула воительница и рванула к выходу.

Я за ней. Севандр, спотыкаясь, побежал следом. Мы неслись по коридорам подземного штаба, и с каждым шагом звуки боя становились громче, отчётливей. Крики боли, лязг стали, топот множества ног.

Вот и лестница наверх. Девушка взлетела по ней первой. Затем я. Вырвались на первый этаж склада, и картина, открывшаяся перед нами, заставила кровь застыть в жилах.

Входные двери были выбиты. В проёме, залитом лунным светом, кипела сеча. Люди сопротивления сражались с фигурами в чёрных плащах.

В этот момент в проёме двери показалось тело одного из наших - его швырнули с такой силой, что он пролетел несколько метров и рухнул у наших ног. Он был ещё жив, но оглушён. Глаза закатились, из разбитой головы текла кровь.

Я призвал «Жажду». Клинок полыхнул зелёным. Севандр, превозмогая дрожь, подобрал меч лежащий у его ног.

- Ну что, - сказал я, и мой голос, вопреки всему, звучал спокойно, даже лениво. - Нужно убить их, кто бы они не были!

И мы ринулись в бой.

Глава 7

Выбежав на улицу, мы с Севандром были несколько шокированы.

Картина открылась, скажем так, живописная. В свете факелов и магических всполохов люди Женевьевы рубились с фигурами в чёрных плащах с таким остервенением, будто от этого зависела судьба мироздания. Крики, лязг стали, кровища - всё, как я люблю. Полный бардак.

Отыскал взглядом предводительницу, которая как раз собиралась броситься в самую гущу схватки, и рявкнул так, что у меня самого горло засаднило:

- ЖЕНЕВЬЕВА! ОСТАНОВИ ИХ! БЫСТРО!

Она замерла на полном скаку, развернулась ко мне, и в её глазах полыхнуло такое недоверие, что на секунду почувствовал себя нашкодившим котом, которого застали за поеданием хозяйского ужина.

- Ты с ума сошёл?! - выкрикнула она. - Это нападение! Они ворвались в штаб! Ты видел, сколько наших уже ранено?!

- Да, видел, - крикнул в ответ. - И я говорю тебе: останови своих людей! ЭТО НЕ ВРАГИ!

- А кто же это, по-твоему? - девушка ткнула мечом в сторону чёрных плащей. - Друзья, которые решили сделать нам сюрприз?

- В каком-то смысле... - начал я, но договорить не успел, потому что в этот момент Севандр, выглянув из-за моего плеча, вдруг издал такой звук, будто ему на ногу упал кирпич.

- ЭТО ЖЕ... - выдохнул он, и его лицо, и без того бледное после недавней бойни, приобрело оттенок хорошего столичного сыра с плесенью. - АЛЕКСАНДР! ЭТО ЖЕ...

- Я знаю! - перебил его, не оборачиваясь. - Женевьева, отец твой! ОТДАЙ ПРИКАЗ, ПОКА ОНИ НЕ ПОУБИВАЛИ ДРУГ ДРУГА!

Секунду она смотрела на меня, и в её глазах боролись командирская выдержка и желание послать меня куда подальше. Командирская выдержка, к счастью, победила.

Резко развернулась, вскинула руку и гаркнула так, что у меня заложило уши:

- ПРЕКРАТИТЬ БОЙ! ВСЕМ! НЕМЕДЛЕННО!

Её голос перекрыл шум схватки. Люди сопротивления замерли, кто на замахе, кто в падении, кто уже занёсший нож над поверженным противником.

Люди в чёрных плащах также прекратили нападение - кто плавно, а кто и резко, получив по инерции пару тычков от опешивших, но всё ещё воинственно настроенных бойцов сопротивления.

И тогда пришедшие скинули капюшоны.

- АЛЕКСАНДР! - заорали два голоса одновременно, и я увидел, как ко мне, расталкивая замешкавшихся, несутся Чечилия и Фелиза.

Знахарка выглядела так, будто её только что протянули по стиральной доске - растрёпанная, с красными от напряжения щеками, но глаза горели таким неподдельным счастьем, что я на секунду забыл, где нахожусь.

Суккуба же, напротив, была само хладнокровие - только лёгкая улыбка тронула губы, а в разноцветных глазах мелькнуло что-то... тёплое? Сложно сказать, у этих существ с эмоциями всегда непонятно.

- АЛЕКСАНДР! - Чеча врезалась в меня с такой силой, что едва устоял на ногах. Её руки обхватили мою шею, и она прижалась так крепко, будто я был единственным тёплым местом в ледяной пустыне.

- Тише-тише, - пробормотал я, машинально обнимая её в ответ. - Цела? Не ранена?

- Цела, - выдохнула она мне в плечо, и я почувствовал, как её плечи мелко дрожат. То ли от холода, то ли от пережитого ужаса. - Дурак ты, Александр... мы же тут всех чуть не убили! Думали, вы в плену, думали, вас пытают...

- Меня пытают? - весело хмыкнул на это предположение. - Да я сам кого хочешь запытаю!

Недобогиня отстранилась, шмыгнула носом и с чувством стукнула меня кулаком в грудь. Слабо, скорее для порядка.

- Дурак, - выдохнула она, но в голосе слышалась такая нежность, что я даже растерялся.

Почти демонесса была спокойнее, остановилась в шаге, окинула меня быстрым взглядом с головы до ног и удовлетворённо кивнула:

- Жив?

- Конечно жив!

- Хорошо, - она коротко улыбнулась и вдруг, шагнув вперёд, тоже обняла меня. Коротко, по-деловому, почти без эмоций, но я почувствовал, как её пальцы на секунду сжались на моём плече. - Живучий, как таракан.

- Лучший комплимент в моей жизни...

Следом подошёл Эрвен Касиус собственной персоной, в длинном чёрном плаще, с идеально уложенными волосами и этим своим вечным выражением лица, будто он только что поспорил с мирозданием и выиграл.

Он поглядывал по сторонам с лёгким любопытством, изучая бойцов сопротивления, разбросанное оружие и общую неразбериху, а потом его взгляд остановился на нас. На мне и Севандре.

Учёный медленно, с достоинством истинного мага, приблизился вплотную, оглядел меня с ног до головы, потом так же пристально осмотрел Севандра, и наконец изрёк:

- А вас не так уж и просто найти, друзья.

Голос у него был такой, будто он сообщал, что сегодня на ужин будет жаркое. Спокойный, ровный, чуть насмешливый.

Севандр стоял, уставившись на Касиуса круглыми глазами, и его лицо... его лицо выражало такую гамму чувств, что хоть картину пиши. Облегчение. Радость. Удивление. И лёгкий, едва заметный испуг человека, которого застали врасплох:

- Эрвен... - выдохнул он наконец. - Ты... вы... как вы здесь?

- Через междумирье, - Касиус пожал плечами, будто речь шла о прогулке в ближайшую лавку. - Дорога интересная, но утомительная. А ты, я смотрю, тоже не скучал. Кровь на рубашке... своя или чужая?

Севандр машинально посмотрел на свои руки, потом перевёл взгляд на меня, потом снова на Касиуса, и вдруг его лицо дёрнулось в нервной полуулыбке.

- Чужая, - ответил он, и в голосе прорезалась неожиданная гордость. - Мы тут... немного повоевали.

- Вижу, - Эрвен одобрительно кивнул. - Молодец.

Я глянул на Женевьеву. Она стояла чуть поодаль, скрестив руки на груди, и наблюдала за этой сценой с выражением лица, которое я бы назвал «глубокая задумчивость с оттенком лёгкого бешенства». Её бойцы тем временем помогали раненым, кто-то уже тащил доски для починки выбитых дверей, но сама она не двигалась с места, буравя взглядом наших нежданных гостей.

Мягко отстранил Чечилию, которая всё ещё держалась за мою руку, и подошёл к хозяйке:

- Это наши. Мои друзья. Те, о ком тебе рассказывал.

Она медленно перевела взгляд на меня. Бровь поползла вверх:

- Да, только они чуть не разнесли мой штаб!

- Ну, - я развёл руками, - они не знали, что это ваш штаб. Они думали, что мы в плену...

- Я поняла, - перебила воительница, и в её голосе прорезались ледяные нотки. - Они пришли вас спасать. Героически. Через парадный вход.

- Ладно, - она выдохнула, напряжение ушло из неё. - Я всё понимаю. Сама бы так же поступила. Но пусть они... - мотнула головой в сторону Эрвена, Чечилии и Фелизы, - ... пусть знают, что в следующий раз, прежде чем ломиться в двери, лучше бы постучаться.

- Обязательно передам, - согласился с предложением.

В этот момент Чечилия, которая оглядывала поле боя, заметила, что Женевьева смотрит в нашу сторону, и направилась к нам. Фелиза, как тень, скользнула следом.

Знахарка подошла, встала рядом со мной и уставилась на хозяйку с тем особым женским интересом, который обычно предвещает либо крепкую дружбу, либо знатную ссору:

- А это кто? - спросила она, чуть склонив голову набок. - Ты нас не познакомишь, Александр?

Я открыл рот, но дочь моего старого друга опередила:

- Женевьева фон Грац, - холодно представилась она, и в её голосе звякнула сталь. - Командующая столичным сопротивлением. А вы, собственно, кто такие, чтобы громить мой штаб?

Ведьмочка, вместо того чтобы испугаться или обидеться, вдруг широко улыбнулась:

- Ой, простите! - она всплеснула руками. - Мы правда не знали. Думали, здесь засели враги. Александр и Севандр пропали, мы перепугались до смерти, решили их спасать, а тут... ну, вы понимаете.

- Понимаю, - ледяным тоном ответила Женевьева. - Мои люди тоже не знали, кто вы. У нас тут в последнее время очень неспокойно.

- Ещё бы, - вмешался я. - Тут такое творится... Но давайте вы потом выясните отношения, а сначала поможем раненым?

Хозяйка перевела взгляд на меня, потом на Чечилию, коротко кивнула и резко развернулась, отдавая распоряжения своим бойцам.

Чечилия проводила её взглядом и тихо, чтобы слышал только я, шепнула:

- Красивая. И опасная. Тебе такие нравятся?

- Она не моя, - так же тихо ответил я. - Она... ну, это сложно.

- А-аа! - ведьма понимающе кивнула и перевела взгляд на Севандра, который всё ещё топтался рядом с Касиусом, не решаясь подойти к объекту воздыханий. - Севандр, смотрю, уже освоился. Кровь на рубашке, взгляд потерянный... влюбился, что ли?

- Похоже на то, - усмехнулся я.

Мы разошлись помогать. Знахарка тут же направилась к раненым - её навыки очень пригодились. Суккуба молча последовала за ней, и я заметил, как они переглянулись, будто без слов обсуждая увиденное.

Я обратился к Эрвену:

- Как вы смогли нас найти?

В его глазах мелькнула знакомая искра - смесь любопытства и лёгкого превосходства:

- Истар, - коротко ответил он. - Чувствует свою часть в твоём кольце. Мы шли на зов.

- Рискованно.

- А что в нашей жизни не рискованно? - усмехнулся он. - Тем более, девочки настояли. Чечилия места себе не находила, Фелиза... как обычно, делала вид, что ей всё равно, но я-то видел.

Лёгкая улыбка мелькнула на лице. Это было... трогательно, если подумать. Хотя думать об этом сейчас не было ни времени, ни желания.

- Ладно. Помогаем раненым, потом встречаемся в комнате местной хозяйки. Надо всё обсудить.

- Договорились, - кивнул Касиус и направился ко входу, где двое бойцов пытались поставить на место выбитую дверь.

Севандр, увидев, что Эрвен отходит, заметался на месте, переводя взгляд то на него, то в сторону, где Женевьева руководила оказанием помощи.

- Иди уже, - сказал я, хлопнув его по плечу. - Помоги ей.

- Кому? - переспросил он с таким невинным видом, что я едва не рассмеялся.

- Женевьеве, кому же ещё. Видишь, она там одна, раненых много, людей не хватает. Иди, пригодишься.

Чечилия уже колдовала над раненым - молодым парнем, которому здорово досталось по голове, и при этом тихо, успокаивающе говорила:

- Всё хорошо, слышишь? Всё будет хорошо. Ты молодец, ты держался... сейчас полегчает...

Я присел рядом:

- Помочь?

- Держи, - она протянула мне свёрток с чистой тканью. - Прижми вот здесь, пока я достану бинты.

Послушно прижал ткань к ране. Парень застонал, но глаз не открывал.

- Крепкий, - заметил я.

- Выживет, - уверенно сказала Чечилия. - Я таких знаешь сколько вытащила... в Джурджу всякое бывало.

Фелиза тем временем помогала другому - молча, быстро, эффективно. Перевязывала, при необходимости придерживала раненых, чтобы они не дёргались. Никакой магии, только чистая физическая сила и ловкость.

Вскоре мы, наконец, собрались в комнате хозяйки.

Помещение было тесноватым для шестерых, но никто не жаловался. Предводительница села за стол, жестом предложив остальным располагаться кто где. Чеча примостилась на подлокотнике моего кресла, Фелиза встала у стены, скрестив руки на груди. Касиус с интересом осматривал карты и документы на столе, а Севандр... Севандр застыл у двери, не решаясь пройти дальше, пока Женевьева не бросила коротко:

- Садись уже.

Он сел. На самый краешек стула. Ближе к выходу. И уставился на неё такими глазами, будто она была явлением божества.

- Итак, - начала воительница, обводя всех взглядом. - Кто мне объяснит, что здесь происходит?

- Хороший вопрос! Давайте по порядку. Чечилия, Фелиза, Эрвен... вы первые. Почему вы здесь?

Ведьма подалась вперёд, и её лицо, только что сосредоточенное и деловитое, вдруг стало взволнованным:

- Александр, - выпалила она, - там такое... в усадьбе... мы нашли книгу Габриэллы. Её ритуальную книгу.

- И? - я тут же насторожился.

- Там не просто демоны, - девушка поперхнулась от волнения. - Там... как бы это сказать... Габриэлла призвала в этот мир Высшую Суть.

В комнате повисла вполне осязаемая тишина.

- Что значит «Высшую Суть»? - ледяным тоном спросила хозяйка.

Касиус шагнул вперёд и заговорил вместо Чечилии:

- Существо старше любых известных нам демонов. То, что существовало до формирования миров. Пустота, обретшая сознание.

- Имя его нельзя произносить, - тихо добавила Фелиза. - Потому что произнесение имени является призывом.

Я молча переваривал услышанное. Картина вырисовывалась... хуже некуда.

- И что теперь? - спросил их. - Что нам делать?

- Ты, - Касиус посмотрел мне прямо в глаза. - Ты - ключ. Так сказал Истар. Твоя память заблокирована не просто так. В тебе сокрыта сила, которая может либо уничтожить эту Суть, либо...

- Либо что?

- Либо открыть ей дорогу, - закончила Чечилия. - Если Суть завладеет тобой... Александр, даже думать не хочу, что тогда будет.

Женевьева слушала молча, и её лицо становилось всё мрачнее:

- Значит, - медленно проговорила она, - у нас тут не просто мятеж против Ордена. И не просто война с Ребеккой. У нас тут... конец мира на пороге.

- Примерно так и есть, - подтвердил Касиус.

- Отлично! - предводительница откинулась на спинку стула. - Просто замечательно. А я-то думала, что проблемы с магистром Владием - это самое страшное, что могло случиться.

Я переглянулся с Чечилией. Она выглядела усталой:

- Мы справимся, - сказала она тихо, только для меня. - Мы всегда справлялись.

- Справимся, - ответил ей. - Но для начала... Для начала нам всем нужно отдохнуть, все остальные вопросы решим уже завтра.

Все согласились с моим утверждением.

- Фелиза, Чечилия, Эрвен, пойдёмте, я покажу где мы живём с Севандром, - а про себя добавил:

"Хотя влюблённого лучше бы оставить тут..."

Глава 8

Мы вышли от Женевьевы, оставив её наедине с Севандром, и я поймал себя на мысли, что это было правильное решение. Не знаю, что там у них произойдёт - может, Севандр наконец наберётся смелости и признается ей в своих чувствах, а может, они просто будут молча сидеть и смотреть друг на друга, как два подростка на первом в их жизни свидании. Но в любом случае, наше присутствие там было лишним.

Тёмные улицы столицы встретили нас сыростью и запахом прошлогидних гниющих листьев. Где-то вдалеке лаяли собаки, изредка доносились пьяные выкрики из закрытых трактиров. Ночь обнимала город, скрывая в своих тенях тех, кому есть что прятать.

- Ну и дыра, - прокомментировала Фелиза, оглядывая покосившиеся фасады домов. - Хотя по сравнению с Джурджу... пожалуй, даже чище.

- Столица, как-никак, - хохотнул в ответ на сравнение. - Центр цивилизации. Тут даже лужи не простые, а с претензией на величие...!

Чечилия шла рядом, прижимаясь ко мне плечом, и я чувствовал, как её иногда потряхивает - то ли от холода, то ли от пережитого напряжения. Эрвен вышагивал чуть поодаль, с любопытством разглядывая архитектуру, словно зодчий, изучающий творение своих коллег.

- Рассказывай, - нарушила молчание ведьма. - Что тут с вами случилось? Почему вы вообще оказались в этом... штабе сопротивления? И что за история с кубом?

Я вздохнул. Ночь длинная, а история - та ещё.

- Ну, слушайте. Всё началось с того, что мы с Севандром благополучно добрались до столицы. Вальдемар обеспечил нам жильё и легенду. Всё шло по плану, пока мы не вышли на связь с сопротивлением.

Рассказал им всё по порядку. О том, как мы встретили Женевьеву, как начали расследование убийств, о странных символах у церквей, о Ребекке, которая появлялась и исчезала как тень, о Владии, который вдруг помолодел и заперся в башне.

Затем дошёл до самого главного:

- И вот мы с Севандром сидим в таверне, отдыхаем после тяжёлого дня, и вдруг я вижу подавальщицу. Рыжая, голубые глаза, длинная коса... И у меня внутри всё переворачивается. Такое чувство, будто я знаю её тысячу лет.

Фелиза насторожилась:

- И что?

- А ничего. Севандр сказал, что никакой рыжей не было. И подавальщица, которая к нам подходила - совсем другая женщина. Я решил, что у меня крыша едет от недосыпа. Но на выходе эта «рыжая» меня догоняет... и говорит чужим голосом. Голосом, который назвал меня Реем.

Знахарка резко остановилась:

- Рей? Так тебя называл тот... Верес?

- Именно, - кивнул ей. - Она передала мне привет от "В." И сказала, что это подарок из прошлого. А потом её глаза вспыхнули синим, и что-то отпустило тело. Девушка ничего не помнила.

Касиус, до этого молчавший, вдруг подал голос:

- Интересная техника. Временное вселение. Не каждый демон на такое способен.

- В том-то и дело, - я посмотрел на него. - Потом этот Верес явился к нам домой. Вселился в другую девушку - ту самую рыжую, чей образ мне показали в таверне. Оставил куб с воспоминаниями.

- И ты его открыл? - в голосе Чечилии звучал ужас.

- А у меня был выбор? - вопросил я. - Этот куб - единственная ниточка к моему прошлому. Должен был узнать.

- И что ты узнал? - суккуба подалась вперёд.

Помолчал, собираясь с мыслями. Говорить об этом вслух было странно. Словно примерять чужую шкуру:

- Я - Рей. Старший сын Вейраса, последнего из Великих хранителей равновесия между мирами. Мой младший брат - Верес. Сто лет назад я запечатал в себе демона Истара и потерял память. А теперь мой брат хочет вернуть меня домой...

Тишина повисла такая, что слышно было, как где-то в подворотне шуршит крыса.

- Хранитель равновесия? - переспросила Чеча. - Ты?

- А что, не похож? - выразил удивление. - По-моему, в самый раз. Циничный, вечно небритый, с мечом, который жрёт души... Идеальный кандидат на роль стража межмирового порядка.

- Но это же... - ведьмочка покачала головой, - ...многое объясняет. Почему ты столько живёшь, почему у тебя такие артефакты?

- И почему ты так хорошо убиваешь демонов, - добавила Фелиза.

- Спасибо на добром слове. Но есть одна проблема. Если я - хранитель, то почему мой брат строит козни вместе с Ребеккой? Почему он вселяется в людей и присылает ко мне призраков прошлого?

Мы двинулись дальше, и Эрвен заговорил - тем ровным, чуть отстранённым тоном, каким обычно читают лекции в академиях:

- А ты не допускаешь мысли, что твой брат и есть та самая Высшая Суть, о которой мы узнали из книги Габриэллы?

Я остановился как вкопанный:

- Что?

- Подумай сам, - Касиус развёл руками. - Существо старше демонов, древнее самого Истара. Пустота, обретшая сознание. Способное вселяться в людей, манипулировать реальностью, оставлять артефакты с воспоминаниями. Твой брат идеально подходит под это описание.

- Но... - я попытался переварить эту мысль. - Он же мой брат. Мы выросли вместе. У нас был отец...

- Был! - подчеркнул Касиус. - Откуда взялись ваши «Великие хранители»? Может, ваш род и есть те самые Высшие Сути, которые следят за равновесием?

Чечилия побледнела:

- Значит, Александр... он тоже...?

- Нет, - Эрвен покачал головой. - Истар говорит, что Александр - ключ. Он запечатал в себе демона, потерял память, стал смертным в каком-то смысле. В нём есть и человеческое, и божественное. Но Верес... Верес остался чистым. И теперь он хочет вернуть брата.

- Зачем? - спросила Фелиза.

- А вот это самый интересный вопрос, - Касиус посмотрел на меня. - Зачем Высшей Сути понадобился её падший брат? Из любви? Из жажды власти? Или потому что без тебя, Александр, равновесие нарушено, и мир катится в пропасть?

Я молчал. В голове крутились обрывки видений из куба - выжженный мир под багровым небом, фигура отца на троне, синие глаза Вереса, полные тоски. Брат. Моя кровь. И при этом - угроза, от которой зависит судьба всего.

- Если Верес - Высшая Суть, - задумчиво проговорил я, - и если он заодно с Ребеккой и Владием... то что они замышляют?

- Открыть Врата окончательно, - тихо сказала ведьма. - Впустить Пустоту в этот мир. И ты, Александр - ключ к этим Вратам...

Мы снова замолчали.

- Ладно, - тряхнул головой, отгоняя мрачные мысли. - Будем разбираться по порядку. Сейчас наша задача - выяснить, что происходит в башне Владия, и остановить ритуал, если он уже начался. А с братом... разберёмся потом.

- Оптимист, - фыркнула Фелиза.

- Реалист, - поправил её. - Если мы сдохнем завтра, никакие тайны прошлого нам не помогут.

Мы добрались до нашего временного жилища, где раньше жили только я и Севандр. Открыл дверь и жестом пригласил гостей внутрь:

- Проходите, располагайтесь. Скромно, но чисто. По крайней мере, когда мы уходили, было чисто. Севандр, правда, успел тут немного похозяйничать, но в основном в своей комнате.

Знахарка зашла первой, оглядела прихожую, заглянула в гостиную и одобрительно кивнула:

- Неплохо. Даже лучше, чем я ожидала.

- Ты ожидала конуру с тараканами? - спросил с усмешкой.

- Примерно, - она улыбнулась. - После всего, что мы пережили, уже привыкла к худшему.

Фелиза прошлась по комнатам, оценивающе, по-хозяйски. Потом остановилась у окна, выглянула на улицу:

- Место тихое. Если нападут, есть пути отхода.

- Ты всегда думаешь о худшем?

- Это помогает выжить, - пожала плечами она.

Касиус тем временем изучал книги на полках в гостиной:

- О! «Трактат о строительстве Великих миров». Не ожидал найти здесь такое.

- Это Севандр притащил, - объяснил учёному. - Он тут устроил мини-лабораторию. Кстати, о комнатах...

Повёл их по коридору:

- Вот здесь, девушки, - открыл первую дверь, - будете жить вы вдвоём. Места должно хватить. Кровати, шкаф, стол... В общем, всё необходимое.

Чечилия заглянула внутрь, оценила обстановку и обернулась к Фелизе:

- Нормально?

- Вполне, - кивнула та. - Даже лучше, чем некоторые притоны, в которых мне приходилось ночевать.

- Рад, что угодил. Идём дальше.

Мы прошли чуть дальше, открыл вторую дверь:

- Эрвен, твоя комната. Тут поспокойнее, окна во двор, меньше шума.

Касиус заглянул и одобрительно кивнул:

- Благодарю. Вполне приемлемо.

- А там дальше, - махнул рукой в конец коридора, - моя комната и комната Севандра.

- Теперь, - повёл их дальше по коридору, - пойдёмте на кухню. Напою вас чаем. Еды, правда, немного: сыр, мясо, хлеб. Но должно хватить.

Кухня была просторной, с большой печью, грубым деревянным столом и выходом на небольшую террасу. На перилах террасы, в глиняной плошке, лежала моя трубка - забыл её там с утра.

Фелиза вышла на террасу первой, окинула взглядом ночной двор, потом взяла трубку и понюхала её.

- Неплохой табак, Александр, - заметила она. - С крепкими травами. Где берёшь?

- У одного торговца на рынке, - ответил, ставя чайник на печь. - Говорит, сам смешивает. Я ему верю ровно настолько, насколько вору верят на базаре.

Суккуба усмехнулась и вернула трубку на место:

- Слушай, - сказала она, глядя на меня, - мы прихватили с собой «Всемогущий Утолитель» Севандра. Помнишь, та штука, которая еду создаёт из магии?

- Ещё бы! - оживился после услышанного.

- Только он в таверне, где мы остановились по прибытию в столицу, - добавила Чечилия. - Мы не знали, надолго ли идём, и оставили там почти все вещи.

- Это хорошая новость, - я почесал подбородок. - Тогда можем поступить так. Вы с Фелизой остаётесь здесь, топите печь, осваиваете комнату. Мало ли сколько нам тут торчать. А мы с Касиусом сходим в таверну, заберём ваши вещи и заодно этот чудо-аппарат.

- А Севандр? - спросила знахарка.

- Севандр сейчас занят, - многозначительно ответил я. - Думаю, ему не до нас.

Девушки переглянулись. суккуба хмыкнула, ведьмочка улыбнулась.

- Ладно, - сказала Чечилия. - Идите. Мы тут пока освоимся. Только осторожнее там, ладно?

- Я всегда осторожен, - соврал с самым честным выражением лица.

- Врёшь, - отрезала Фелиза. - Но мы всё равно будем ждать.

С Эрвеном вышли в ночь. Город затих, только редкие патрули проходили по главным улицам, да где-то горланила пьяная компания. Мы двигались тенями, обходя стражников, ныряя в подворотни и перетекая из одного тёмного пятна в другое.

Касиус шёл легко, почти бесшумно, и я в очередной раз подивился его способностям. Маг, проживший больше двухсот лет, всё ещё в отличной форме.

- Истар спрашивает, - вдруг сказал Касиус, и его голос изменился - стал глубже, с лёгкой вибрацией. - Любил ли ты когда-нибудь настолько сильно, что готов был убить, предать или уничтожить целый мир ради своей любимой?

Чуть не споткнулся на ровном месте:

- Ничего себе вопросики, - пробормотал я. - С чего вдруг такой интерес?

- Ему просто любопытна человеческая природа, - ответил учёный уже своим голосом. - Мотивация, жертвенность, границы дозволенного. Истар изучает людей, пытаясь понять, чем мы отличаемся от демонов.

- Ну, если честно, - я задумался, - даже не знаю. Теоретически - да, наверное. Если любишь по-настоящему, то готов на всё. А практически... такая возможность не представлялась.

Помолчал, вспоминая. Воспоминания, которые вернулись после куба, были обрывочными, но некоторые из них - особенно те, что касались женщин - оставались закрытыми наглухо. Кроме одного.

- Хотя... была одна женщина, которая стала для меня всем.

- Расскажи, - мягко попросил Касиус. - Истар слушает.

Я вздохнул. Ночь располагала к откровенности, да и говорить об этом с кем-то, кто не осудит, было... легче, что ли.

- Это случилось после того, как пришёл в себя в госпитале Ордена. Ничего не помнил - ни имени, ни прошлого, ни того, откуда взялся.

Касиус кивнул, не перебивая.

- В госпитале встретил ЕЁ. Веронику Крауц. Она была... - запнулся, подбирая слова. - Она была светом в той тьме. Молодая женщина, практиковала старые знания, травничество, лечебную магию. Она прониклась ко мне, пыталась помочь вернуть память. Мы проводили вместе дни напролёт - она учила меня травам, я рассказывал ей о том, что видел в своих кошмарах.

Голос у меня сел. Я откашлялся.

- В какой-то момент мы сблизились настолько, что понял: не хочу без неё жить. И она, кажется, чувствовала то же самое. Мы собирались пожениться.

- И что случилось? - тихо спросил Касиус.

Тяжело опустил голову перед ответом на "простой" вопрос:

- Мы прожили вместе пять лет. Пять счастливых лет. А потом в одно утро проснулся - а её нет. Осталась только записка: «Не ищи меня. Живи своей жизнью. Так будет лучше для нас обоих»

- Ты искал?

- Искал. Годами. Перевернул весь город, нанимал ищеек, прочёсывал деревни в округе. Ни следа. Как сквозь землю провалилась, - я сжал кулаки.

Мы шли молча. Где-то вдалеке завыла собака, и этот звук показался мне удивительно подходящим к моменту.

- Истар говорит, - нарушил тишину Касиус, - что твоя история объясняет многое. Ты знаешь, что такое любовь. Ты знаешь, что такое потеря. И ты знаешь, что ради любимого человека можно пойти на всё. Это делает тебя... сложным.

- Сложным? Это комплимент или диагноз?

- Скорее наблюдение, - улыбнулся Эрвен. - Истар изучает людей, чтобы понять, стоит ли их спасать? Или проще дать всему сгореть?

- И к какому выводу он пришёл? - поинтересовался у "носителя демона".

- Пока не знает. Но твоя история заставила его задуматься.

Я гыкнул. Демон Забвения, размышляющий о природе человеческой любви. Мир точно сошёл с ума!

- А почему он вообще задал этот вопрос? - спросил у Касиуса. - Есть какая-то конкретная причина?

Тот помолчал, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя, потом ответил:

- Истар чувствует, что в ближайшее время тебе придётся сделать выбор. И этот выбор будет связан с теми, кого ты любишь. Он хочет знать, на что ты способен.

- На что я способен? - горько усмехнулся. - Да сам не знаю, Истар. Но если кто-то тронет Чечилию, Фелизу, Севандра или Женевьеву... то уничтожу всё, что встанет на моём пути. И плевать на последствия!

- Он это запомнит, - кивнул Касиус.

Таверна «Золотой Телец» оказалась заведением средней руки - не притон, но и не дворец. Двухэтажное здание с вывеской, на которой золотой бычок, сильно облупившийся, пытался выглядеть внушительно.

Внутри было тихо - час поздний, посетители разбрелись по комнатам. За стойкой дремал хозяин, толстый мужик с красным носом и редкими волосами.

Эрвен добавил пару монет, чтобы тот открыл комнату девушек, и мы смогли бы забрать их вещи.

- Самое важное, - Касиус указал на большой свёрток в своей комнате. - «Всемогущий Утолитель». Севандр будет рад.

- Севандр сейчас вообще должен быть рад, - ухмыльнулся я. - Если, конечно, не оплошал.

- Ты про Женевьеву? - Касиус понимающе улыбнулся. - Хорошая пара. Она сильная, он умный. Дополняют друг друга.

- Главное, чтобы Севандр не стушевался в ответственный момент, - громко вздохнул. - А то он у нас мастер прятаться за спины.

- Люди меняются, - философски заметил учёный. - Иногда война открывает в нас то, о чём и не подозревали.

Мы двинулись в обратный путь. Ночь стала ещё темнее, но луна, выглянувшая из-за туч, освещала нам дорогу. Лошади фыркали, прядали ушами, но шли послушно.

- Истар спрашивает, - снова заговорил Касиус, - та женщина, Вероника... ты всё ещё любишь её?

Я надолго замолчал. Вопрос задел что-то глубоко внутри, что давно старался не тревожить.

- Уже не знаю, - честно ответил. - Любовь - это не то чувство, которое можно включить или выключить по желанию. Она либо есть, либо нет. И даже если человека рядом нет, она может оставаться. Как шрам. Или как призрак.

- Больно? - понимающе уточнил маг.

- Было. Сейчас уже привык. Но если бы знал, что с ней случилось, если бы сумел найти... - дёрнул поводья и лошадь недовольно всхрапнула. - Не отпустил бы. Ни за что!

- Истар понимает, - кивнул Касиус. - Он говорит, что сам тоскует по Астаре. И эта тоска не утихает тысячелетиями.

Покосился на него - точнее, на зелёный глаз, светящийся в темноте:

- Передай Истару, что я ему сочувствую. Тоска по любимому человеку - это единственная боль, которую не заглушить вином или боем.

- Он знает, - заметил Эрвен. - Поэтому и хочет помочь тебе. Видит в тебе родственную душу.

- Демон Забвения и циничный охотник с амнезией, - фыркнул я. - Отличная пара. Прямо как в старых легендах.

Учёный рассмеялся - легко, искренне.

- Ты удивительный человек, Александр! Или Рей. Или как там тебя? В тебе столько жизни, что даже древняя пустота рядом с тобой чувствует что-то похожее на тепло.

- Комплимент от демона, - удивлённо покачал головой. - Никогда не думал, что доживу до такого.

Мы въехали в восточный квартал. В окнах нашего дома горел свет - Чечилия и Фелиза не спали.

- Похоже, нас заждались, - заметил Касиус.

- Ещё бы, - я спешился и принялся развязывать тюки. - Давай помогу, а то девчонки сейчас набросятся на нас с расспросами.

Втащили вещи в дом. Из кухни вкусно пахнуло едой - Чечилия явно успела похозяйничать.

- Наконец-то! - выдохнула знахарка, вышедшая встречать нас. - Я... мы уже начали волноваться.

Фелиза, естественно, была тут же, окинула взглядом наши ноши и удовлетворённо кивнула:

- Всё на месте.

- Чай готов, - объявила Чечилия. - Идите на кухню, перекусите. А вещи потом разберём.

Переглянулись с Касиусом и послушно поплелись на кухню. Там действительно было тепло и уютно - печь гудела, на столе пыхтел чайник, и лежала нехитрая снедь, зато красиво нарезанная.

- Ты чудо, - искренне сказал ведьмочке. Та смутилась и отвернулась к печи.

Расселись за столом. Фелиза налила всем чаю - ловко, без единого лишнего движения.

- Домашняя еда, - пробормотал Эрвен с набитым ртом. - Это единственное, по чему я скучаю в междумирье.

- А я скучаю по нормальной ванне, - фыркнула Фелиза.

Чеча устроилась рядом со мной, и я заметил, что у неё какое-то внутреннее напряжение.

- Что-то случилось? - спросил у девушки.

- Нет, - слишком быстро ответила она. - Всё хорошо.

- Чечилия.

Та вздохнула:

- Просто... пока вас не было, мы с Фелизой говорили. О том, что будет дальше? И о том, что мы все здесь, вместе. Это... странно.

- Странно?

- Ну, - она замялась, - мы все такие разные. Я - бывшая проститутка и знахарка, Фелиза - суккуба, Эрвен - маг с демоном внутри, ты - охотник, который на самом деле древний хранитель, Севандр - алхимик-затворник... И при этом мы - единственные, кто может остановить конец света.

Усмехнулся наблюдению ведьмочки:

- Да уж, неплохая компания подобралась.

- Я серьёзно, Александр.

- Я тоже. Но знаешь что? Все великие дела делались такими же уродами, как мы. Нормальные люди сидят по домам, пьют чай и не лезут в политику. А мы - те, у кого нет выбора, или есть, но мы слишком упрямые, чтобы им воспользоваться.

Чечилия улыбнулась - той самой тёплой улыбкой, от которой у меня внутри что-то ёкало.

- Ты всегда так утешаешь? Цинизмом?

- Лучшее утешение, - подтвердил на полном серьёзе. - Проверено годами.

Фелиза вставила свой комментарий:

- Хел прав. Мы - команда неудачников, которым нечего терять. И это наше главное оружие.

- И наше главное проклятие, - добавил Касиус. - Но так даже интереснее.

За окном уже серело - приближался рассвет. Длинная ночь подходила к концу, а вместе с ней - короткое затишье перед неизвестностью.

- Надо поспать хотя бы пару часов, - сказал компании, поднимаясь из-за стола. - Завтра... вернее, уже сегодня - нас ждёт Женевьева и новые планы.

- А если Ребекка нападёт раньше? - спросила Фелиза.

- Тогда будем встречать гостей с мечом в руках, - пожал плечами.

Разошлись по нашим комнатам. Я разделся и рухнул на жёсткий матрас. Усталость накрыла с головой - тяжёлая и липкая.

Но прежде чем провалиться в сон, я подумал о Веронике. О её улыбке, о её руках, пахнущих травами, о том, как она смеялась, когда я пытался готовить отвары.

"Где ты сейчас?" - подумал я. - "Жива ли? Помнишь ли меня?"

Ответа не было. Только тишина и тени за окном.

И где-то на границе сна мне показалось, что я слышу шёпот - древний, тягучий, зовущий по имени:

- Рей... вернись домой, брат...

Дёрнулся, открыл глаза - никого. Только ветер шуршал листвой за окном.

- Иди ты к чёрту, Верес! - пробормотал я и провалился в спасительное забытьё.

На этот раз мне ничего не снилось. Ни кошмаров, ни видений, ни голосов из прошлого. Только чёрная, глубокая пустота - такая, в которой можно отдохнуть по-настоящему.

И это было лучше любого подарка.

Глава 9

Утро встретило меня шумом, который доносился из кухни. Продрал глаза и прислушался. Нет, никто никого не убивал, шума драки не было, зато отчётливо слышались громкий смех Чечилии, саркастические замечания Фелизы и... голос Севандра? Причём не жалобный, а вполне себе уверенный. Я уловил лишь обрывки фраз: «…а он тогда и говорит…», «…нет, ты представь эту картину…», «…Женевьева, а вы как думаете?..»

Приподнялся на локте и прислушался внимательнее. Алхимик вернулся. И судя по тому, что ещё один женский голос принадлежал не знахарке и не суккубе, вернулся он не один.

- Да-а-а... - пробормотал, садясь на кровати и растирая лицо ладонями. - Этот алхимик не так уж и прост. Кто бы мог подумать, что двадцатилетнее затворничество в подземелье так влияет на навыки обольщения.

Встал, натянул штаны, рубаху, сунул ноги в сапоги и, пригладив пятернёй вечно торчащие вихры, направился на кухню - узнавать, что там происходит и не пора ли спасать кого-нибудь от чрезмерного счастья?

Картина, открывшаяся моим глазам, стоила того, чтобы ради неё просыпаться.

За столом, заваленным какой-то здоровенной картой, сидели Чечилия, Фелиза и... Женевьева собственной персоной. Севандр стоял чуть поодаль, но не в углу, не прячась за спины, а вполне себе рядом с дочерью Вальдемара, и вид у него был такой... гордый, что ли. Как у кота, который не только сожрал сметану, но и сумел убедить хозяина, что это сделала соседская собака.

Эрвен восседал в углу с кружкой чая и блаженным выражением лица, изучая какую-то книгу. Истар, судя по слабому зелёному свечению в глазах мага, тоже не спал и с интересом прислушивался к разговору.

- О, Александр! - звонко воскликнула Чечилия, едва я переступил порог. Её щёки раскраснелись, глаза блестели - то ли от смеха, то ли от печного жара. - А мы вот только что о тебе вспоминали!

- Надеюсь, не дурным словом? - осведомился я, входя и окидывая взглядом это сборище.

- Исключительно добрым, - усмехнулась Фелиза. - Говорили, что без тебя как-то спокойнее.

- Вот это понимаю - дружеская поддержка, - порадовался и перевёл взгляд на предводительницу сопротивления. - Доброе утро, Женевьева. Смотрю, Севандр смог пригласить вас в наше скромное убежище?

Та коротко кивнула. Выглядела она... хм, как человек, который не спал всю ночь, но при этом умудряется сохранять идеальную осанку и холодное выражение лица. Только лёгкая тень под глазами выдавала, что ночь выдалась бурной. Впрочем, причины могли быть разными - от романтических до сугубо стратегических.

- Севандр настоял, - ответила ровным голосом. - Сказал, что у вас тут собрался весь цвет сопротивления, и моё присутствие необходимо для планирования.

Слегка покосился на Севандра. Тот старательно делая вид, что его совершенно не смущает направленный на него взгляд. Вот только уши предательски горели, как два маяка в тумане.

- Ну да, ну да, - протянул, проходя к террасе. - Планирование - дело важное. Впрочем, не моё дело.

Вышел на террасу, взял трубку, не спеша набил её табаком, чиркнул огнивом и затянулся. Клубы дыма поплыли в утренний воздух, смешиваясь с туманом, который ещё не развеялся над столицей. Где-то вдали закричал петух, ему ответил другой. Город просыпался, даже не подозревая, что его судьба решается сейчас на этой маленькой кухне кучкой потрёпанных жизнью неудачников.

- Что обсуждаете? - спросил по возвращению к столу.

Фелиза ткнула пальцем в разложенную карту:

- Да вот, смотрим планы подземных ходов столицы. Женевьева принесла подробные схемы.

- Уже придумали какой-то план?

- Мы планируем пройти по вот этому ходу, - фон Грац провела пальцем по извилистой линии, начинающейся где-то в восточном квартале и уходящей глубоко под цитадель. - Здесь, - ткнула в точку примерно на полпути, - нужно будет сначала расчистить проходы. Их не так давно завалило, возможно, специально.

Задумчиво кивнул, разглядывая сложную паутину подземных коммуникаций.

- Затем пройдём тут и тут, - продолжила девушка, ведя пальцем дальше. - И самым сложным останется вот этот участок.

Она замолчала, и я почувствовал, как напряжение в комнате выросло на пару градусов.

- Здесь были установлены решётки из прочного металла. И на них наложена мощная магическая защита. При попытке снять её, в цитадели сработает сигнализация. И через две-три минуты в подземелье будет полно стражи и гвардейцев Ордена.

Женевьева оторвалась от карты и посмотрела на меня в упор. В её глазах читался вызов: «Ну, что скажешь, умник?»

- Хм, - почесал подбородок. - Давайте прикинем наши ресурсы. У нас есть два алхимика, - кивком указал на Севандра и Касиуса, - в одном из которых, кстати, обитает древний демон Забвения. У нас есть знахарка, которая обладает силами, способными закрывать трещины в Бездну. И у нас есть суккуба с боевым опытом и кучей полезных навыков. Неужели всего этого не хватит, чтобы справиться с какой-то там решёткой?

Чечилия фыркнула. Фелиза закатила глаза. Севандр открыл рот, чтобы что-то сказать, но Женевьева его опередила:

- Это всё, конечно, хорошо, - в её голосе прозвучали те самые командирские нотки, которые заставляли людей в штабе подчиняться беспрекословно. - Но в Ордене тоже не дураки. Они могли учесть такой сценарий и усилить защиту. Нам нужно что-то более надёжное, чем просто грубая сила, пусть и магическая.

- А если использовать Истара для ментального подавления сигнализации? - подал голос Касиус. - Он может попробовать заблокировать магический импульс.

- Попробовать - не значит сделать, - отрезала командирша. - Если сигнал уйдёт, мы окажемся в ловушке.

- Есть другой путь, - вдруг сказала Фелиза.

Все обернулись к ней. Она сидела, подавшись вперёд, и в её разноцветных глазах мелькнуло что-то... неуловимое. Страх? Воспоминание?

- Я помню, как мы ходили через него вместе с Ребеккой, - тихо продолжила Фелиза. - Когда она заставляла меня оттачивать свои навыки на обычных людях в городских условиях. Тогда она водила меня в цитадель по другому пути.

- И где этот путь? - быстро спросила Женевьева.

Почти демонесса ткнула в карту в совершенно другом месте - ближе к северной части цитадели:

- Вот здесь. Старый коллектор, который выходит прямо в подвалы главной башни. Ребекка говорила, что это личный ход магистров, о котором никто не знает.

- Но... - лидер восставших нахмурилась, разглядывая карту. - Этот ход отмечен как давно запечатанный. Там же сплошные завалы.

- Завалы могли быть иллюзией, - покачала головой Фелиза. - Ребекка умела такие вещи. Скорее всего, проход чист, просто скрыт магией.

- Тогда в чём проблема? - спросил я. - Почему мы не идём этим путём?

Фелиза замялась. Она сжала кулаки, и я впервые увидел в её глазах не просто настороженность, а самый настоящий животный страх. Такой, который не скроешь за маской хладнокровия.

- Вход будут охранять не только гвардейцы Ордена, - медленно проговорила она. - Там есть кое-что похуже. Куда более опасный «хищник», чем я.

- И что за хищник? - подал голос Касиус, и его правый глаз полыхнул зелёным - Истар тоже крайне заинтересовался. - Что ты его так боишься?

Та в ответ подняла на него взгляд:

- Это мантикора.

В комнате повисла тишина. Даже я, повидавший всякой нечисти, почувствовал, как по спине пробежал холодок. Мантикоры это существа из легенд - свирепые твари с телом льва, лицом человека и хвостом скорпиона. Говорили, что их яд убивает за секунды, а магия на них не действует.

- Мантикора? - переспросил Севандр, и голос его дрогнул. - Но они же вымерли много лет назад!

- Эту не убили, - жёстко сказала Фелиза. - Ребекка приручила её. Или подчинила. Я не знаю как, но эта тварь слушается её. Я видела, как она разорвала пятерых гвардейцев за несколько секунд. Магия отскакивала от неё, как от стены. А яд... - она сглотнула. - Одного касания хвоста достаточно, чтобы человек превратился в лужу гниющей плоти. Даже суккубу это убьёт.

- Но самое опасное, - продолжила Фелиза, и её голос стал тише, - она может менять облик. Принимать вид обычного человека - гвардейца, стражника, кого угодно. Под этим мороком её невозможно распознать. А когда увидишь истинный облик... значит, ты уже мёртв.

Я посмотрел на неё. Ранее никогда не показывала страха. Даже когда мы впервые встретились, даже когда она была ранена - она держалась. А сейчас в её глазах видел то, чего не видел никогда: ужас. Настоящий, леденящий душу ужас перед тем, с чем она уже сталкивалась и чудом выжила.

- Это самый короткий путь? - спросил, переводя взгляд с Фелизы на Женевьеву.

- Да, - ответили они одновременно.

- Тогда, - обвёл взглядом всех присутствующих, - нам остаётся понять, как вычислить эту мантикору и убить её.

Глянул на Севандра и Касиуса. Последний уже о чём-то напряжённо думал, его зелёный глаз мерцал - Истар явно был тут.

- Истар говорит, что он сможет разглядеть мантикору под любым мороком. Магическая сущность отличается от человеческой, и он это чувствует. Но... - Эрвен развёл руками, - он не знает, чем её убить. Фелиза права: магия на таких тварей не действует. Нужно что-то физическое, но при этом достаточно мощное, чтобы пробить их шкуру.

- А яд? - спросила Чечилия. - Можно ли отравить то, что само - ходячий яд?

- Вряд ли, - покачал головой Севандр. - Мантикоры, по легендам, невосприимчивы к любым ядам. Их собственная кровь - чистейший токсин.

- Замечательно, - вздохнул я. - Значит, тупо рубить. Но рубить надо чем-то особенным.

- Ты говорил, что у тебя с собой есть книги, в которых все необходимые знания, - обратился я к Касиусу. - Может, поискать в них ответы?

- Уже думал об этом, - кивнул тот. - Но одной ночи может не хватить.

- А у нас есть ещё и местные ресурсы, - я повернулся к Женевьеве. - В библиотеке сопротивления, наверняка, есть какие-то записи о мантикорах? Или старые бестиарии?

Та задумалась:

- Пожалуй, - медленно проговорила она. - У нас есть кое-какие архивы, которые мы вывезли из Ордена до того, как Владий начал зачистку. Там могут быть полезные сведения.

- Тогда решено, - подвожу итог. - Сейчас приводим себя в порядок, завтракаем - благо, с едой теперь проблем нет, «Всемогущий Утолитель» Севандра работает прекрасно. А дальше делимся на группы.

Обвёл взглядом всех и начал раздавать задания:

- Чечилия и Фелиза, вы отправляетесь в штаб сопротивления. Попробуйте найти всю возможную информацию о мантикорах и об этом проходе. Женевьева, вам лучше знать, где что лежит и кого можно расспросить.

Фон Грац кивнула.

- Севандр и Касиус, - обратился к алхимикам, - ваша задача - рыться в книгах здесь. Истар может подключиться, если найдет что-то полезное в своих демонических архивах. Нам нужно знать не только как убить мантикору, но и как пройти этот путь максимально безопасно.

- А ты? - спросила Чечилия, и в её глазах мелькнуло беспокойство. - Что будешь делать ты?

Чуть помедлил с ответом. Честно говоря, сам ещё не до конца продумал эту часть плана. Но идея уже сформировалась, и я решил, что пора её озвучить.

- А я... - сделал паузу, собираясь с мыслями, - кое-куда схожу. Заберу кое-что из своего старого тайника. То, что может очень пригодиться в нашем деле.

- Тайник? - удивилась Фелиза. - У тебя есть тайник в столице?

- Ещё с тех времён, когда я работал на Орден. Не всё же мне по лесам да трущобам прятаться. Иногда приходилось бывать и в приличных местах.

- И что там? - с любопытством спросил Севандр.

- Кое-какие артефакты, - уклончиво ответил ему. - Если, конечно, тайник не разграбили.

- А если разграбили? - резонно заметила Женевьева.

- Значит, будем импровизировать, - пожал плечами. - Не впервой.

Вопросов и возражений ни у кого не возникло. Все согласно закивали, и комната наполнилась движением. Чечилия и Фелиза засобирались, Женевьева свернула карту. Севандр с Касиусом уже обсуждали какие-то алхимические тонкости, склонившись над столом.

Утро разгоралось. Солнце поднималось над крышами столицы, раскрашивая небо в розовато-золотистые тона. Где-то застучали колёса телег, закричали торговцы - город просыпался и начинал свой обычный день. Обычный для всех, кроме нас.

Игра по-крупному уже началась. Насколько высоки ставки, понимали все. Речь шла не просто о победе над Ребеккой или Владием. Речь шла о том, чтобы не дать Высшей Сути - моему собственному брату - уничтожить этот мир или превратить его в ад.

Ко мне подошла Чечилия:

- Волнуешься? - спросила она.

- Всегда волнуюсь перед большими делами, - признался я. - Это помогает не расслабляться.

- А я боюсь, - тихо сказала Чечилия. - Не за себя. За всех нас. За тебя. За Фелизу. За Севандра, который только начал жить по-настоящему. За Женевьеву, у которой столько ответственности.

- Страх - это нормально, - ответил, глядя на неё. - Страх помогает выжить. Главное, чтобы он не парализовал.

Она повернулась ко мне, и в её глазах увидел то, что заставило моё сердце пропустить удар. Не просто тревогу. Не просто дружеское участие. Что-то большее, что она пока не решалась назвать вслух.

- Ты вернёшься? - спросила девушка.

- Обязательно, - ответил я, и сам удивился тому, как твёрдо это прозвучало. - У меня теперь есть ради кого возвращаться.

Она улыбнулась - той самой тёплой улыбкой, от которой у меня внутри всё переворачивалось.

- Тогда иди. И будь осторожен!

- Ты тоже. И присматривай там за Фелизой. Она храбрая, но иногда слишком лезет на рожон.

- Присмотрю, - пообещала Чечилия и, помедлив секунду, быстро чмокнула меня в щёку.

Она ушла, а я остался стоять с дурацкой улыбкой на лице:

- Ну дела, - пробормотал я. - Александр ДаркХел, циничный охотник, убийца демонов, и тут такое...

Проверив снаряжение и прихватив с собой пару кинжалов, отправился к тайнику.

Он находился в старой части города, у самого подножия холма, на котором возвышалась цитадель. Район был не самым престижным, но и не трущобы - так, серая зона, где селились ремесленники, мелкие торговцы и те, кто не хотел привлекать лишнего внимания.

Шёл не спеша, стараясь не выделяться из толпы. На мне была обычная одежда, без доспехов, капюшон отчасти скрывал лицо.

Тайник был в старом заброшенном колодце за мастерской горшечника. Мастерская работала до сих пор - я видел, как хозяин выставлял на улицу горшки и кувшины. Значит, прикрытие действует.

Прошёл мимо, делая вид, что разглядываю товар, потом свернул в переулок, перелез через невысокий забор и оказался на заднем дворе, заваленном битой керамикой и разным хламом.

Колодец был старый, давно заброшенный. Отодвинул тяжёлую деревянную крышку - та поддалась с трудом, заскрипев проржавевшими петлями.

Достал небольшой светильник, чиркнул огнивом и, зажав его в зубах, начал спускаться по скобам, вбитым в стену. Глубина была приличной - метра четыре, не меньше. На дне хлюпала вода, но в стороне, в нише, которую я когда-то собственноручно выдолбил, лежал свёрток, завёрнутый в промасленную ткань.

- А ты всё ещё здесь! - пробормотал я.

Развернул ткань. Внутри, как и прежде, лежали два предмета: небольшой кинжал с чёрным лезвием, которое не отражало свет, и разобранный небольшой арбалет.

Кинжал я засунул за пояс, а части арбалета снова завернул в ткань и спрятал под плащом.

Выбрался наверх, закрыл колодец, и, убедившись, что за мной никто не следит, двинулся в обратный путь.

Но на полдороге почувствовал неладное. Сначала просто лёгкий холодок между лопаток - верный признак того, что за мной наблюдают. Не стал оборачиваться, продолжая идти, но сменил маршрут, свернув в более людный переулок.

Холодок не исчезал.

- Чёрт, - ругнулся сквозь зубы.

Значит, кто-то всё-таки следит за мной. Либо Ребеккины ищейки, либо люди Владия, либо... мой дорогой братец решил напомнить о себе.

Ускорил шаг, лавируя между прохожими, потом нырнул в подворотню, перелез через забор, пробежал дворами и только после этого рискнул остановиться и прислушаться.

Тишина. Только где-то далеко лаяла собака да перекликались торговцы.

- Вроде оторвался, - пробормотал я.

Но осадок остался неприятный. Если за мной следят, значит, наш штаб могут засечь. Значит, нужно быть ещё осторожнее.

Двинулся дальше, выбирая самые запутанные маршруты, и только через час, сделав изрядный крюк по городу, вернулся в восточный квартал.

Дом встретил тишиной. Девушки ещё не вернулись, алхимики всё ещё шуршали в комнате Севандра. Прошёл на кухню, налил себе воды, сел за стол и вытащил кинжал.

Чёрное лезвие тускло поблёскивало в свете утреннего солнца. Хорошее оружие. Надёжное. Может быть, именно оно поможет нам справиться с мантикорой.

- Красивый, - раздался голос от двери.

Я поднял голову. На пороге стоял Касиус. Вернее, не совсем Касиус - его правый глаз горел зелёным.

- Истар? - решил уточнить.

- Он самый. Эрвен отдыхает, а я решил выйти подышать. Увидел твой кинжал. Метеоритное железо?

- Да. Добыл много лет назад. Думаешь, поможет против мантикоры? - протянул ему оружие.

Истар-Касиус взял кинжал, повертел в руках, прищурился:

- Интересная работа. Такое железо не подчиняется магии, значит, мантикора не сможет его отвести. Если попадёшь в уязвимое место... шанс есть.

- А где у неё уязвимое место? - поинтересовался у собеседника.

- Глаза, - ответил Истар. - И горло. Но туда ещё надо попасть. Она быстрая.

- Быстрее меня?

- Быстрее любого человека, - усмехнулся Истар. - Но ты не просто человек, Рей. Ты хранитель. Даже со спящей памятью.

- Это мне как поможет?

- У тебя рефлексы быстрее, чем ты думаешь, - ответил демон. - И чутьё. Доверяй себе и ему.

Я посмотрел на Касиуса, говорящего голосом древнего демона. Странное зрелище.

- Ты ведь тоже хочешь, чтобы мы победили? - спросил я. - Тебе-то что с этого?

Истар помолчал, потом ответил:

- Мечтаю, чтобы Астара проснулась. А для этого нужно, чтобы мир уцелел. Если Высшая Суть поглотит всё, никогда не увижу её снова.

- То есть, ты с нами из личных интересов, - сделал вывод.

- А разве у кого-то бывают другие? - парировал Истар.

- Пожалуй, нет, - согласился с ним.

Мы помолчали. Потом Истар вернул мне кинжал и сказал:

- Мы с Эрвеном кое-что нашли.

- И? - я насторожился.

- Есть один способ. Рискованный, но... - он замялся. - Если использовать твоё кольцо, «Душу Скверны», можно попробовать вытянуть душу мантикоры. Она ведь тоже живое существо, пусть и мутировавшее. Душа у неё есть.

- И что потом?

- Потом она умрёт, - просто сказал Истар. - Но для этого нужно коснуться её кольцом. А коснуться - значит подойти вплотную.

- То есть, я должен подойти к твари, которая убивает за секунду, и ткнуть её пальцем с кольцом? - уточнил я.

- В общих чертах - да.

- Гениально... - вздохнул я. - Просто гениально!

- Я же сказал, рискованно, - пожал плечами Истар.

- А если не получится?

- Тогда ты умрёшь, - спокойно ответил демон. - Но умирать тебе не впервой, верно?

Я рассмеялся. В самом деле, что ещё оставалось?

- Ладно. Буду иметь в виду этот вариант. А пока давай дождёмся остальных и решим, какой план окончательный?

Истар кивнул, и зелёный свет в его глазах погас - Касиус вернулся.

- Устал я с ним, - пожаловался маг, потирая виски. - Всё время лезет с советами.

- Ничего, - усмехнулся я. - Привыкай. Теперь вы одна команда.

- Команда, - Эрвен горько усмехнулся. - Я, старый маг, и демон Забвения внутри. Звучит как начало плохой шутки.

- Или хорошей, - подмигнул ему.

К полудню вернулись девушки. Чечилия выглядела уставшей, но довольной. Фелиза, как всегда, была невозмутима. Женевьева закрыла за собой дверь и сразу направилась к столу:

- Есть новости, - объявила она, выкладывая на стол несколько потрёпанных книг и свитков. - Мы нашли записи о мантикорах. И о том самом проходе.

- И?

- Проход действительно существует, - ответила предводительница. - И он действительно охраняется. Но есть одна деталь: мантикора не просто охраняет вход. Она - часть защиты. Её привязали к месту каким-то древним ритуалом. Если убить мантикору, защита падёт, но сигнализация всё равно сработает.

- То есть, даже если мы справимся с тварью, нас всё равно встретят гвардейцы? - уточнил Севандр.

- Если будем достаточно быстры, - сказала Женевьева, - у нас будет минута-две, чтобы прорваться в башню. Пока стража доберётся до прохода, мы уже будем внутри.

- А внутри нас встретят Владий, Ребекка и, возможно, мой братец, - добавил радости я.

- Именно, - кивнула фон Грац.

- Отличный план, - саркастически заметила Фелиза. - Просто идеальный.

- У кого-то есть варианты лучше? - спросила воительница.

Возражений не последовало.

- Значит, решено, - подвёл итог. - Сегодня отдыхаем, готовимся. Завтра с рассветом выступаем.

- А тайник? - спросила Чечилия. - Ты сходил?

- Да, - достал кинжал и показал всем. - Кое-что нашёл. Истар сказал, может помочь против мантикоры.

Ведьма взяла кинжал, повертела в руках:

- Красивый. Откуда он?

- Долгая история, - уклонился от ответа. - Как-нибудь расскажу.

Она понимающе улыбнулась и вернула оружие.

- Давайте перекусим, - предложил Севандр. - Я сейчас организую.

«Всемогущий Утолитель» поработал на славу - через несколько минут на столе появились изобилие. Мы набросились на еду, как будто не ели неделю.

- Знаете, - проговорила Чечилия с набитым ртом, - а ведь это, наверное, наш последний спокойный обед.

- У нас ещё будет много спокойных обедов. После того как разберёмся со всем этим, - возразил ей.

- Оптимист, - хмыкнула Фелиза.

- Реалист, - поправил девушку. - Просто знаю, что если не верить в лучшее, можно сдохнуть от уныния ещё до начала битвы.

- В этом что-то есть, - признал Касиус.

Женевьева молчала, но я видел, как она поглядывает на Севандра. Тот, поймав её взгляд, краснел и отводил глаза. Забавные они. Взрослые люди, а ведут себя как подростки.

- Ладно, - я поднялся, - пойду на террасу. Если что - зовите.

В городе вечерело. Солнце клонилось к закату, раскрашивая небо в багровые тона. Я задумался.

Всё, что происходило, казалось сном. Ещё несколько недель назад я просто охотился на демонов в Джурджу, а теперь оказался в центре заговора, который грозит уничтожить мир.

- Рей, - тихо позвал кто-то.

Вздрогнул и резко обернулся. Никого. Только тени сгущались в углах террасы.

- Слышу тебя, брат, - сказал в пустоту. - Чего тебе?

Тишина. Ветер шелестел листвой. Но где-то на грани восприятия я чувствовал его присутствие - холодное, древнее.

Присутствие исчезло. Или мне только показалось.

А завтра... завтра будет новый день. И новая битва.