Дар Хроноса. Фэнтези.

Глава 1

Пролог

Три века прошло, как закончилась кровавая война, которую люди назвали «магической». Ценой огромной крови людям удалось победить и отстоять свои жизни и свободу. Три бессмертных мага, назвавших себя богами, бесславно погибли. А девять выживших, познав ярость и гнев людей, решили навсегда уйти из этого мира, чтобы сохранить свои жизни. Теперь люди сами стали хозяевами своих судеб, в их бедах больше некого было винить. Сейчас всё зависело только от их старания, трудолюбия и дальновидности.

Времена катаклизмов прошли, настали сытые и беззаботные времена. И люди уверовали, что так будет всегда. И тем труднее им будет принять правду о том, что это счастливое время опять заканчивается и их ждёт новый виток испытаний…

Глава 1.

Страшное открытие

Мургон, вождь и верховный колдун племени шандиров, бежал словно длинноухий заяц, спасая свою старую жизнь от неминуемой смерти. За ним, шипя, возбуждаясь от запаха крови, высоко подпрыгивая в высокой поросли папоротника неслись два упыря мортона… «Проклятый Орант, это ты накликал беду на мою голову», — подумал Мургон, поднажав из последних сил…

Этим утром он поднялся пораньше, зная, что дел у него предстоит немало. Но едва вышел за порог своего просторного жилища, построенного из костей и шкур индрика, как нос к носу столкнулся с Орантом. Вот уж кого он сегодня совсем не хотел видеть, так этого тощего старика, который вечно ныл и предсказывал одни гадости. И это утро тот уже начал в своей любимой манере, с самого рассвета начав портить настроение всему племени дурными предзнаменованиями и зловещими знаками. Вот и сейчас, он, едва увидев своего вождя, тут же распахнул свой беззубый рот, пронзительно заголосил:

— Мургон! У меня было ночное видение. Наши Боги воскресли и опять собирают армию, чтобы покарать бунтовщиков и предателей. Они уже причислили нас ко вторым и, если мы не успеем примкнуть к ним, то их кара настигнет нас.

— Отстань Орант, мне сейчас не до твоих пророчеств. Не ешь на ночь лесных орехов, в них причина твоего плохого сна…

— И это мне говорит вождь и колдун? Мургон, ты растерял всю свою силу, если не видишь очевидного. Давно уже начались незримые изменения, тьма простерла свои крылья над нашим миром. В наших лесах стало опасно, откуда-то повыползали упыри мортоны. Раньше они были нашими союзниками, но сейчас нападают на нас.

— Какие к лешему мортоны? Всё их гадючье племя погибло в последней войне богов с мятежниками-оборотнями, и время прошло с тех пор немало — три сотни лет. И столько же их клыкастые морды не видел ни один из шандиров.

— А пропавшие? Вот уже десять соплеменников, ушедшие за последние три дня, не вернулись в свои дома. Что ты мне скажешь на это?

— Это ничего не значит, мы шандиры, и не боимся одиночества. Скоро все соберутся вновь, и тогда я закрою твой беззубый рот старой шкурой хорька, чтобы ты не нагонял тоску на других, — на ходу ответил Мургон. И чтобы прекратить эту неприятную для него беседу, быстрым шагом пошёл прочь от старика.

Он уже знал о пропавших шандирах, и это вызывало у него тревогу. Но, без оснований начинать сеять панику — это недостойно взрослого мужчины. Он подошёл к крайней хижине и постучал по ней древком копья. Едва он ударил по стене, как шкура откинулась и из открывшегося дверного проема тут же выглянули два его родных брата — охотники Урхор и Нурдин. Они были уже готовы к походу и сразу отправились с ним на разведку. Целью её было выяснить, что случилось с пропавшими, а узнав причину, можно было приступить к решению этой проблемы. Такое уже случалось не однажды: один раз пещерный медведь шатун целый месяц терроризировал его племя, убивая одиночек. Теперь же его серая, огромная шкура устилает пол в его хижине. В другой раз шалили карлики, но в тот раз удалось обойтись без большой крови, разрешив территориальные споры через своих колдунов, которые могли договариваться лучше, чем простые люди. Вот и теперь он надеялся, что всё окажется не так сложно. Им больше не нужны кровожадные боги, без них проще и легче. Пусть они так и остаются в мире мертвых…

Они вышли на лесную тропу и осторожно пошли вперёд. Маршрут выбрали самый опасный: территорию, граничащую с землями карликов. Они понимали — от этих зловредных коротышек можно ожидать любую гадость. Несмотря, что росточку они чуть больше полуметра, злобный и изощренный мозг превращал их в весьма опасных созданий. Вооружены злыдни маленькими, но весьма мощными луками, наконечники стрел которых были смазаны парализующим ядом. И довершало вооружение острые топоры. Даже редкие сейчас лесные великаны, считали незазорным обойти их отряд стороной, а во время открытых столкновений, долго не раздумывая, удирали. Но шандиры — не дикари. Они тоже пользовались луками и знали яды, и не боялись своих мелких соседей. Но прежде, чем начать войну, нужно установить всю правду.

Их маленький отряд дошёл до опасного участка и сошёл с тропы. Теперь они будут идти параллельным курсом, вслушиваясь в непривычно тихий лес. И эта тишина была зловещим признаком. Причиной её не могло быть живое существо, лишь магия могла изгнать всё живое из леса.

Мургон жестом остановил своих братьев и присев на корточки, положил ладони на чёрную, сухую почву. Он вошёл в транс и попытался установить контакт с духами леса, но ответом ему было лишь молчание. Он смог ощутить только их сожаление и немой протест…

Что такое? Как могут предать духи, которым испокон веков поклонялись его предки. Это просто невозможно.… Хотя… Его старый учитель — колдун Ворон однажды рассказал ему, что в далекой древности шандиры проводили захватнические войны. И прежде чем ступить на чужую землю и начать войну, они приносили обильные человеческие жертвы, заслуживая одобрения местных духов, чтобы лишить вражеских магов поддержки их демонов. Человеческая жертва — любимая пища злых богов и демонов, но не все племена практиковали такое жертвоприношение. Хоть раз получив такую жертву, духи были готовы на все, даже на предательство. Вот, возможно, куда делись десять его соплеменников. Но всё необходимо было довести до логического конца и действовать нужно решительно.

Он поднялся и резанул кремневым наконечником копья по руке. Едва первые капли крови коснулись земли, как он выкрикнул заклинание, и лес зловеще зашумел, откликнувшись на призыв.

— Призываю души моих сородичей, которые погибли от рук врага, и не нашли покоя без погребальных ритуалов! Придите и назовите мне имя вашего убийцы!

Этот магический ритуал был очень сложен для выполнения, и не каждый маг решался использовать его. Вся сложность заключалась в той энергии, которая сейчас толчками выходила из тела мага. И ценой. Каждое заклинание такой мощи, отнимало у него год жизни, и это было самым отрезвляющим фактором, не позволявшим использовать его по пустякам.

Заклинание сработало безотказно и из сокрытых могил поднялись души невинно убиенных. Они со стенаниями закружились над его головой, но только маг мог видеть и слышать их.

— Кто убил вас? Покажите мне убийцу! — приказал он духам, и в его уши ворвался истошный вопль:

— Мортоны! Они принесли нас в жертву нашим же идолам, покарайте за смерть убийц. Найдите наши тела и проведите обряд, иначе наши души не попадут к предкам…

Ну, что ж, за такой призыв всегда приходится платить дважды, и просьбу духов он был обязан выполнить. Но он и так бы сделал это, и без просьбы, но сначала должен сообщить о беде в своё племя. Раньше в их племени было много магов, и он мог легко связаться с ними прямо отсюда, передав им эту ужасную весть. Но, после того, как боги ушли из их мира в запределье, магия начала слабеть и исчезать, как пересыхает ручеёк в жаркой пустыне. Что послужило толчком этих перемен, было понятно всем — боги перестали творить свою высшую магию, и она иссякла во всём мире. Именно из их магических обрядов и уходило часть энергии, которую улавливали маги других, менее умелых и знающих магию народов. А теперь магия пришла в упадок и лишь сильнейшие из колдунов смогли сохранить крупицы сверхъестественной силы. Теперь он был один на всё племя, и даже ученика у него не было. И теперь он крепко пожалел об этом.

Закончив с ритуалом, он дал знак своим братьям, терпеливо сидящих в стороне, и они тихо пошли назад по своим следам, возвращаясь домой. Они знали, что их брат уже раскрыл причину, но не задавали ему лишних вопросов, зная, что придёт момент, и он расскажет всё сам.

Они уже прошли половину обратного пути, братья заметно повеселели, зная, что осталось совсем немного. Но Мургон имел обостренное чувство опасности и пока не спешил расслабляться. Он спиной чувствовал магическую слежку и, остановив братьев, прислушался к своему внутреннему чувству. Там, впереди, их ждала засада и смерть, и петля затягивалась всё туже. Сзади их подгонял могущественный маг, пытаясь словно зверей загнать на ждущих добычу охотников.

— Ничего у тебя, гаденыш, не выйдет! — с усмешкой произнёс вождь, и крикнул своим братьям:

— Бегите со всех ног к охранному идолу, сейчас только сила предков может защитить нас!

Три шандира, превратившиеся в дичь, изо всех сил побежали вправо, уходя перпендикулярно своему первоначальному пути. Охотники на двуногую дичь взвыли с досады, и уже больше не скрываясь, бросились вдогонку.

Очень скоро враг начал догонять. Шандиры, крепкие и коренастые, не были приспособлены к быстрому бегу, очень скоро они выдохлись. Их бочонкообразные грудные клетки ходили ходуном, прокачивая воздух, массивные надбровные дуги, все поросшие густыми бровями, пропитались потом, который заливал им глаза. Их большие рты жадно хватали воздух, но все их усилия пропадали впустую, расстояние между ними и врагами всё сильнее сокращалось. Они не успевали, теперь это уже было явно видно. Их схватят всего в двухстах метрах у защитного камня, и ничто их уже не спасёт.

— Беги брат, мы задержим врага — крикнул Нурдин, и два брата тут же остановились, готовясь к последнему бою. — Уходи, мы знаем, ты не трус, но сейчас ты нужен племени.

— Без тебя они все погибнут — добавил Урхор и толкнул его в спину. - Не теряй зря времени, беги…

И он побежал, зная, что никогда не сможет себе этого простить. И будет всю оставшуюся жизнь носить как камень в своём сердце эту боль, которая гораздо сильнее физической. Она будет как волк грызть его ночами, как змея жалить в сердце. Они были родными, у них одна кровь, одни родители, он помнил их младенцами, носил на руках, приносил самые вкусные кусочки. Но они правы, без него погибнет весь род, а этого нельзя допустить, ибо такого никогда не простят предки. Он бежал, слыша крики яростной битвы за своей спиной. Через считанные секунды шум стих, и стало ясно, что братьев у него больше нет. Но смерть их не была напрасной, он уже забегал под сень охранных арок, в центре которых стоял камень, из которого руками предков мага была грубо вытесана фигура полной женщины.

— Праматерь, спаси от смерти своего сына, спаси от демонов, магов и живых врагов — заторопился он произнести охранное заклинание, и уколов руку, окропил ею статую.

Эта кровь не была жертвоприношением, предки шандиров не пили кровь. Его кровь давала возможность праматери определить, кто перед ней — хитрый враг или попавший в беду сородич.

Едва кровь коснулась статуи праматери, как словно из-под земли выполз густейший туман, полностью скрывший его от врагов. Он был такой плотный, что заглушал даже звуки.

— Сын, иди домой, я укрою тебя от глаз врага, — услышал Мургон нежный голос своей праматери. — Иди, не бойся…

И он пошёл. Туман был такой густой, что он перестал видеть даже свои ноги. Он постоянно спотыкался о корни, падал через поваленные деревья, но чем дальше он удалялся от врага, тем реже становился туман. А скоро он уже увидел знакомые очертания яблочного оврага и из последних сил побежал в своё селение.

Все с нетерпением ждали возвращение разведчиков, надеясь только на хорошее. Но сегодня было не время хороших новостей…

Выслушав всё, что узнал их вождь, племя решило устроить вече. На этом собрании выслушивались предложения, поступавшие от всех достигших взрослого возраста. И женщины, и старики, и даже молодежь — все имели право голоса, но решающее слово было за вождем. Он один должен подвести итог их словам и вся ответственность за это решение ляжет на их плечи.

Первым, как обычно вылез Орант. Никаких толковых предложений от него не поступило, одни упреки и ещё более зловещие предсказания:

— А я ведь тебя предупреждал! Я тебе сразу сказал — это работа кровососов, а ты мне что ответил? Что я переел орехов и в следующий раз ты мне заткнёшь рот шкурой. И это в благодарность за моё верное предсказание! А если бы ты сразу послушал меня, этих жертв можно было избежать. Ты, и только ты виноват в их смерти! Тебя следует наказать, лишить жезла вождя! Ты потерял всю свою магическую силу, растратил на пустяковые фокусы, и теперь ничего не можешь противопоставить врагам.

Мургон молча выслушал упреки, не перебивая и не оправдываясь. Он виноват и его вина велика. Хорошо, если так думают все, пусть лишат его жезла. Он с честью примет их решение, лишь бы всё это пошло на пользу племени.

Но не все думали так…

— Отстань Орант, один раз ты оказался прав, но это ещё не делает тебя колдуном и вождем. Мы не будем вспоминать сотни твоих ошибок, когда, послушавшись тебя, племя чуть не умерло от голода, оставшись без запасов сушёной рыбы. Что ты тогда нам сказал? — «Не ловите много рыбы, оставьте место в погребах, для орехов, грибов и ягод. Их в этом году будет много, и в отличие от рыбы, это всё не сгниет, если осень будет жаркой». — Да, в чем-то ты был прав — осень была жаркой, как и лето. Все ягоды и грибы высохли от жаркого солнца, даже орехи, и те не уродились. Треть племени тогда ушли к предкам из-за твоего неверного пророчества, так что замолчи. Иначе мы сами забьём тебе шкуру в рот. Все могут ошибиться. Мы не боги, но даже они допускают глупости, вспомни хотя бы древнюю войну. И не попрекай Мургона погибшими сородичами, он сегодня потерял своих родных братьев, и сейчас скорбит о них. Уйди в сторону, если у тебя нет веского предложения, дай другим высказать своё мнение, — вступился за вождя его друг, - Ардок.

Вече подходило к концу. Много было сказано и из всего этого можно было выбрать только три более приемлемых предложения. Первое: биться на своей земле до смерти, не отдавая её врагу. Мортонов было мало всегда, и сейчас никто не думал, что их много. Предполагалось, что их не больше тридцати и Ардок предложил такой план.

Второй вариант, предложила старая, мудрая Андро, мать Ардока:

— Бежать нужно, на север, там, где холодно и бродят волосатые слоны — индрики. Там нас не смогут достать упыри. Они не любят холод, становятся вялыми, медленными, и там их можно легко победить, если они все же сунутся за нами, — закончила свою речь старуха, и уступила место другому оратору.

— А я предлагаю вступить с ними в бой и, разозлив мортонов, уйти через земли карликов. Вампиров они не любят, именно они в своё время принесли часть племени карликов в жертву богине Морре. Конечно, это было нужно ей для энергии, чтобы победить врага, но кто сможет объяснить это убитой горем матери, у которой из рук вырвали новорождённого сына. Едва увидев их, они первым делом покончат с ними, а нас убивать без объяснений им незачем. Мы хоть и не друзья им, но всё-таки давние соседи, и вражды меж нами нет уже полторы сотни лет, — удивив всех, дал ценный совет остроухий Ариктон.

Остроухого не любили в родном племени, ведь он не был чистокровным шандиром. Его отец был не только пришлым бродягой, но и был совсем чужого племени-роду. Он был эльфом, и это небывалый случай, когда утонченные эльфы дарили свою любовь нескладным женщинам народа шандиров. Но те, кто видел и помнил этого странного эльфа, конечно, не видели в этом ничего загадочного. Этот эльф был уродлив. У него был большой горб, длинные руки и короткое туловище. Но лицом он был как ангел. Его правильные черты лица, красивые речи и глаза цвета горного озера сразили сердце юной шандирки. Её родители, не ожидающие беды с этой стороны, упустили момент, и итогом этой странной любви стал сын Ариктон. Эльф-горбун, имя которого помнила теперь только его жена и сын, недолго прожил среди них, быстро зачахнув в одну из суровых зим, не выдержав холодов. Но его сын вырос высоким и стройным, с правильными чертами лица и с заострёнными ушами, как у отца. Именно за это его и прозвали остроухим, племя не приняло его равным, он рос презираемый всеми. Но теперь именно от него вождь и выслушал самое веское предложение.

Что ж, несмотря на сильную худобу и бледность, из него вышел хороший, умный воин. И может выйти хороший колдун и, отложив это в памяти на будущее, вождь поднялся со своего трона.

— Я выслушал всех вас. Все предложения хороши, но отметил я всего три. Отвечу я на первое понравившееся мне. Ардок предлагает биться здесь, на землях предков, полагаясь на численное преимущество. Это хорошо, нас больше, но не намного. Всё наше племя сейчас достигает численности сто восемьдесят человек, из них воинов всего семьдесят. А мортонов не больше тридцати, в этом я тоже согласен с тобой. Но в бою, один кровосос равен пяти шандирам, в открытом бою нам не выжить, а наши лесные духи-покровители нам не помогают. Враги задобрили их кровью наших сородичей, и теперь они не служат нам.

Второй, тоже неплохой план нам предложила старая Андро. Она сказала, что нам нужно идти на север, в сторону холода, страну шерстистых слонов. Вроде все правильно сказала. Но ответь мне, сколько времени займёт этот путь? Охотники налегке пройдут этот путь за два месяца, с семьями — до полугода. Конечно, можно построить плоты, и плыть по быстрым водам северных рек, но до ближайшей крупной реки всё равно месяц пути. А по пятам у нас будут идти кровожадные упыри, и каждую ночь собирать кровавую дань. Так без боя они уничтожат нас всего за одну луну. Этот вариант нам тоже не подходит.

Но третий план, он весьма хорош. Я думаю, что рискнуть стоит. А теперь хватит слов, пора отдыхать. Утроить все караулы, меняться через каждые четверть пути луны по небосклону. А сейчас всем нужно отдохнуть, — сказал он всем на прощание и направился к своему шатру.

Глава 2

Глава 2

Подготовка в войне

Вот и наступила ночь. Цикады завели свои песни, ветер чуть слышно шелестел листьями старой шелковицы, которая росла в центре их селения. Мургон уже несколько часов не смог сомкнуть глаза, думая о судьбе своего народа.

Тяжёлые испытания уже много раз выпадали им. Последний, и самый тяжёлый случай — это война богов с метаморфами и армией мятежников. Боги не успели сразу подавить начальный очаг восстания, а когда спохватились, то было уже поздно. Мятежники успели собрать два многотысячных войска и начали уничтожать союзников богов.

Предки Мургона не предавали своих покровителей, и влились в их армию. Объединённое войско возглавили боги: Хронос, Элала и Морра. В их армии кроме шандиров были вампиры — мортоны, кентавры, летуны-деморны, небольшое племя людей-разбойников, лесные великаны и зловещая армия мертвецов, которых подняла с могил страшная магия Богов. Армия мятежников состояла из небольшого племени метаморфов-оборотней, тетров, — четырёхруких жителей холодного мира Халдара, которых возглавлял могучий колдун Каркорум — наше проклятие и горе. В прошлом этот маг был одним из нас — шандиром, но предал и нас, и Богов. Большую же часть их армии составляли люди разных племен, и хомоависы — люди-птицы. А ещё у них были драконы, и их огня боялись даже Боги. Но, не смотря на всё численное превосходство, мятежники сначала чуть не проиграли битву. Армия трёх Богов, состоящая в основном из кентавров и деморнов, удачно зажала первую армию людей между рекой и ущельем, самый большой отряд по численности, и начали методично уничтожать. И они бы дожали их, но на подмогу успел дойти второй отряд людей, возглавляемый Алексом - оборотнем. И на них сил уже не хватило. Армия Богов проиграла, и в этом не было их вины…

Кентавры ещё могли бы победить, если бы Боги смогли договориться между собой. Но только трое Богов стали воевать, девять же предпочли уйти в запредельные миры. Что ж, это их выбор. Кто мог помешать им? Но это их решение обрекло на смерть тех, кто стал на их сторону, доверив свои жизни.

Они проиграли бой, но мятежники почему-то не стали убивать побеждённых, а просто изгнали их из своего мира в страну вечных льдов — Халдар. Но наши предки шандиры смогли вернуться назад, найдя старый проход драконов из Халдара в наш мир. Три сотни лет нашему народу пришлось жить в глухих местах, прячась от гнева победителей. Но нас всё же нашли, и на удивление всем, это были не враги, а бывшие союзники. И теперь ему совсем непонятно, в чем же претензии мортонов?

Нет, это нельзя оставить просто так, он должен поговорить с ними, услышать их ответ. Ведь наверняка они караулят у их стен, под покровом леса. Значит, ему просто нужно спросить, — решил вождь. И не теряя времени, просто пошёл к частоколу, окружающему селение. Поднявшись на стену, и отодвинув рукой стражу, Мургон выпрямился во весь рост, не боясь стрел врагов, и набрав полную грудь воздуха, громко проревел в темноту:

— Мортоны, подлое племя, я знаю, что вы рядом. Я хочу поговорить с вами, чтобы понять причину вашего вероломства. Ведь мы давние союзники и раньше служили одним Богам. Во имя трёх Богов, ответьте, в чём причина вашего вероломства? Пусть придёт главный из вас, я хочу поговорить с вождем. Не бойтесь, мы не будем стрелять, — с усмешкой добавил он.

После последней фразы, тишина леса взорвалась издевательским смехом, и на свет факелов вышел весь отряд мортонов. Впереди всех стоял вождь — самый рослый и могучий из них. Он тряхнул своей грязной гривой и, весело оскалясь, прорычал ответ:

— Мы не боимся ваших стрел, жалкие предатели. Мы дети Богов, в наших жилах течёт их кровь, и мы пришли отомстить за их гибель.

— Отомстить за гибель Богов? Нам? Ты собрался мстить не тем, во время древней войны наши предки были на одной стороне с вами. За что же тогда вы собрались мстить?

— И ты ещё спрашиваешь? За то, что вы не погибли там, в той решающей битве, а предпочли изгнание. И теперь пусть внуки ответят за трусость дедов.

— Ага, теперь мне всё понятно. Сначала я подумал, что вы сошли с ума, или вас обманули наши враги. Теперь же я понял, что вы всё знаете, но не принимаете истинную ситуацию. Но чем бы мы спасли Богов своей смертью? Просто порадовали бы смертушку Морру?

— Нет, не пытайся обмануть нас! Если бы вы не сбежали, а честно бились, то у мятежников просто не осталось бы армии на штурм города Богов. А так, благодаря трусости вашей и кентавров, у них хватило сил смести наш град с лица земли.

— А почему же твой народ выжил? Значит и вы предатели?

— Хватит пустой болтовни, шандир! Мы пришли за вашими жизнями, и не дело волку разговаривать с овцой, — прокричал на прощание кровосос и, сверкнув клыками, скрылся в ночном лесу.

Ну что ж, попробовать всё равно стоило, — подумал Мургон. И теперь ясно, что мира между нами не будет, какова бы не была истинная причина их нападения. Он всё понял, уже ничего не изменить, чувствуя, как сильно постарел за этот день. Но вернулся он домой со спокойной душой, и усталость сомкнула ему глаза.

Проснувшись рано утром, вождь первым делом проведал караульных. Новостей у них было немного. Мортоны бродили вокруг их селения всю ночь, пугая сонное воронье, но атаковать так и не решились. Вождь сменил усталый караул новым, и растерянно уселся на камень. Что теперь делать? Как теперь им охотится, рыбачить, собирать грибы и ягоды? Как теперь просто жить? Теперь каждый выход без многочисленной охраны будет оплачиваться кровью их соплеменников, и каждый непродуманный шаг может иметь нехорошие последствия. И решить эту непростую задачу должен только он, и если ответ будет неправильным, то это сломает его авторитет вождя. А если в его племени начнется борьба за жезл власти, это окончательно добьёт их племя.

Но ничего толкового не шло ему в голову, и ничего не придумав, он запретил караулу выпускать кого бы то ни было, а сам решил навестить Ариктона остроухого, так удивившего его сегодня на совете. Почему он раньше не замечал его способностей, неужели он стареет, теряя остроту мышления? И почему предки наделили таким даром полукровку, выросшего без отца? А может такой дар, такая способность мыслить как старый мудрец передалась ему от его отца-эльфа? Кто сможет ответить на этот вопрос? Только Боги, но теперь их не осталось, если не принимать во внимание домыслы мортонов.

Так рассуждая, он не заметил, как дошёл до шатра матери Ариктона, — Аруны. Сам молодой воин ещё жил в родительском шатре, ведь он ещё не обзавёлся своей семьей. Ни одна из из молодых шандирок не захотела связать свою судьбу с этим худым, высоким нескладёхой. Он не обладал мощью взрослого шандира, его крепкой фигуры, и даже его голос не был похож на бас мужчины. С самого детства он был предметом недобрых шуток и унижений. Отпор обидчикам он дать не мог, — не хватало силёнок. Из-за этого он и занимал самую низшую ступень в иерархии их сурового общества. Из-за этого он и был одинок…

Мургон постучал рукой по костяному ребру шатра рукой и, услышав приглашение, переступил порог. Внутри царил полумрак, верхнее отверстие в шатре было закрыто, огонь очага не горел. Мать с сыном сидели перед потухшим очагом, пытаясь рассмотреть незваного гостя.

— Вы что в темноте сидите? Откройте хоть клапан, пусть воздух освежится. На улице такая красота: тихо, прохладно, звёзды горят как тысячи светлячков. Вот только слишком тихо, кажется, всё зверье из леса ушло, волков и тех не слышно — наверное, из-за вражеских колдунов.

— Колдунов у них и впрямь много, и силой они обладают неимоверной. Только непонятно, как они карликов смогли обойти? Ведь к нам они пришли с их стороны, а мира между ними быть не может.

— Да, Ариктон, это ты заметил верно, мира меж ними быть не может. Но, между тем, сейчас кровососы хозяйничают на их земле, как на своей. Ты же не думаешь, что карликов можно так быстро победить?

— Нет, не думаю, вождь. Но в этом деле им могла помочь магия. И поэтому нам, прежде всего, нужно быть готовыми не к бою копьем и луками, а к колдовской схватке…

— И тут ты прав, верно подметив все моменты. Но я один, а любой из мортонов — маг, это у них в крови. И поэтому, воевать буду я один, против трёх десятков магов. И мне не победить, не выстоять одному, ведь истинной магии подвластной мне в мире, осталось не так много. Но шанс у нас всё же есть, но мне нужны помощники-ученики. Я думаю взять троих, и первым я хочу пригласить тебя, не откажи мне в этой просьбе. Ариктон, я чувствую, ты справишься. Я вижу в тебе древнюю магию эльфов, этого таинственного народа, чей сын дал тебе жизнь. Так что ты решил, ты пойдёшь ко мне в ученики?

— Всё племя уже давно ждет от тебя этого шага, но примут ли они твой выбор? Я не пользуюсь любовью в нашем племени…

— Любовью? Что за глупости? Мужчине она без надобности! Никто не посмеет мне возразить! Я вождь! Итак, мой ученик, жду тебя сегодня у себя. Поторопись, у нас много дел…

И коротко распрощавшись, вождь пошёл к себе. Зайдя в свой шатер, он первым делом выволок из тёмного угла старый сундук, полный древних магических амулетов, которые уже тысячелетия служили их народу. Там было много таких древних диковин, которых касались руки самих Богов, их древних покровителей. Но основные предметы были изготовлены руками людей многих народов.

Да, людей, Мургон причислял к людям и свой народ, и эльфов, и даже карликов. Все они в древности имели одного общего предка, и даже если карлица и волосатый великан умудрятся создать семью, то у них родятся полноценные дети. А значит, все они один народ, но из-за разных условий жизни сильно отличаются. Кто живёт у моря, кто в лесу, а кто в жаркой степи. Может, всё зависит от еды, которую они предпочитают? Хотя он может и ошибаться, ведь он не мудрец, а простой колдун.

Не успел он разложить свои сокровища, как услышал шаги Ариктона.

— Входи без стука, я тебя давно жду, — крикнул он ему, и его новоиспечённый ученик впервые переступил порог его жилища.

Ну, вот тебе мой ученик первое задание. Подбери нужные магические артефакты, которые могут помочь нам выжить.

— И это задание ты даёшь мне? Да для меня это просто куча камней, золота, и древней кости. Что я могу знать про их силу?

— А если просто подумать? Попробуй ответить просто, полагаясь на свою интуицию.

— Нет, моя интуиция молчит, но идея всё же есть. Что говорится в наших легендах о способах ведения войны древних? Ведь магия, амулеты, и основные способы ведения войны не должны были сильно измениться. Мне кажется, всё будет вестись по старинке…

— И тут я вынужден с тобой согласиться. Значит, нам понадобится талисман ярости, камень огневика, ну и можно взять парочку мощных защитных амулетов.

— Завтра с утра я планирую провести пробную атаку на врага по твоему плану. Мы с тобой пойдем вместе, ты будешь просто смотреть, думать и запоминать. На этом и будет основываться твое обучение. Так что будь готов, веселье начнётся с самого утра. А на сегодня вопросов хватит, теперь пришло время обучения. Я хотел бы показать тебе свои магические артефакты, и научу пользоваться некоторыми из них. Смотри, вот этот круглый диск должен надеваться на левую руку, он называется Щитом Сета. Он и правда был его магическим творением, и создал он его до того, как стал всемогущим Богом. Этому артефакту сто тысяч лет, он ещё помнит тепло рук Бога. Смотри, тут есть отверстия, и в них должны вставляться шесть магических камней. Центральный — магический защитный камень бирюза, по краю должны идти огневик, хрусталь, камень-вспышка-пирит, кусочек окаменевшего дерева, расщепляющий все растительные яды, камень Хроноса — замедляющий течение времени. Это очень мощный артефакт, сильнее него только два артефакта истинных Богов. Один из них — это Копьё Смерти, оно способно убить любое магическое или живое существо, говорят, что его сил хватит, чтобы убить даже Бога. Рассказывают, если это копьё вонзить в центр Солнца, то оно погаснет. Хотя мне кажется, вряд ли кто решится на такое.

А ещё у других магов есть перчатка пожирателя душ, если коснуться ладонью любого мага, Бога, СверхБога, он сразу погибнет, полностью, не оставив даже души. Это самое ужасное оружие, дающее жертве конечную смерть, и называется этот артефакт — Перчатка Тьмы.

Но колдун лишь слышал об этих артефактах, а не прикоснувшись рукой, он не верил слухам, скептически относясь к ним. В этих слухах говорилось, что Копьё Смерти находилось у их соседей — карликов, а Перчатка Тьмы три столетия назад находилась у самого Каркорума предателя. Но он был повержен, и где теперь находится эта перчатка, известно лишь истинным Богам. Но толку от этих двух древностей было немного, они были не повреждены временем, но не работали. И все ухищрения магов ни к чему не приводили. Эти артефакты, по мнению самих колдунов, имели свою силу и разум, и пока никто не подошёл им в роли хозяев. Так что, пока Мургон обладал одним из самых мощных артефактов, и что самое главное — рабочего. В основном Щит Сета предназначался для защиты его носителя от яда, огня, ослепления противником, замедление времени, позволяя его носителю бегать со скоростью гепарда. Но это был только защитный артефакт, а для атаки на врага в нём имелся всего один камень-огневик, что позволяло лишь успешно обороняться. Сам Сет для атаки пользовался двусторонним топором, а о магических возможностях этого топора имелись лишь обрывки слухов, никто из смертных и магов не держал его в руках. Бог при переходе в другой мир забрал его с собой, и больше не о нём, ни о его оружии никто ничего не слышал. Но остались амулеты и артефакты погибших Богов, вот из-за них и пролилось немало магической крови. Добывший в бою какой-то осколок могучей магии Богов, тут же прятался в неприступном и тихом уголке, где и изучал его свойства десятки и сотни лет, исписывая про них охапки магических трактатов. И храня свои открытия в полнейшем секрете. Ведь во все времена, обладание ценными знаниями часто могло быть смертельно опасно.

Народ шандиров никогда не имел много магов, и мощных артефактов у них никогда не было. Но жизнь изменилась, когда началась первая магическая война, и она изменила всё. И навсегда. Боги дали своим верным союзникам силу магии и долголетие, взамен потребовав у них полнейшего подчинения. И жизни их детей. Не все смогли смириться с таким суровым требованием, и часть верных союзников покинула своих Богов. Так поступили карлики, но шандиры остались верны Богам, и скрепя сердце выполнили это тяжёлое требование, хотя это чуть не стоило жизни всему роду. Но закончилась война, сильно изменив всю Терру. Её просторы обезлюдели, роды людей, карликов и шандиров многие столетия с трудом выживали в трудных условиях, пытаясь восстановиться после такой губительной войны. С этих-то пор, род шандиров и стал обладать этими магическими вещами. Но именно с тех пор магами у них были только вожди, чтобы они были привязаны к своему роду, а не бродили бы по свету как проклятый Каркорум, сея вражду и раздор.

Но все сильно изменилось, сейчас их народ просто нуждался в большем числе магов, теперь выжить было важнее всего.

— Мургон, ты что замолчал, что с тобой? — озабоченно спросил его Ариктон.

— Ничего, просто задумался. Продолжим занятия, мой долгожданный ученик, — по-доброму улыбнулся Мургон. И начались занятия…

Колдун понимал, что у них очень мало времени, и за день он может обучить его пользоваться только парой амулетов. Ну да ничего, если удастся выжить завтра, то я обучу его более сложной магии, - решил он.

Ученик впитывал знания как губка, и скоро уже мог пользоваться двумя колдовскими амулетами — Кулоном Ярости и Амулетом Парализатором. Это довольно сильные магические вещи, и они часто использовались в последней войне. Мортоны наверняка тоже знали их, и тем важнее было обучить пользоваться ими. В бою, при их одновременном использовании они просто глушили друг друга, а значит, бой будет равным, без магии. А это в их ситуации много значит.

Мургон терпеливо отвечал на сотни вопросов, которыми непрерывно засыпал его ученик. Он поражался его любознательности и тяге к знаниям. Толк бы из него вышел, — грустно подумал он. Жаль, времени уже не осталось совсем…

Глава 3

Глава 3

Мёртвый колдун

Но время шло, и скоро народ потребовал ответа от своего вождя. Всё племя шло к нему, и, услышав шум в становище, он жестом позвал Ариктона на улицу. Там его уже ждало всё племя. Орант гордо шёл впереди, поглаживая рукой окладистую бороду. Прокашлявшись, он солидно начал продуманную речь:

— Вот ты где прячешься, Мургон! Сейчас ты похож на нашкодившего ребенка, который натворил пакостей, и теперь не знаешь, как выпутаться из сложившейся западни. Навалившиеся беды сломали твой дух, ты не похож на вождя и мага, который должен заботиться обо всех нас. Если ты чувствуешь, что не способен управлять племенем, то уступи место другому, более подходящему для этой роли.

Говоря это, он гордо выпрямился, выпятив бочонкообразную грудь, позабыв о своих старческих болезнях. Но больная спина тут же отозвалась резкой болью в пояснице, согнув его в бараний рог. Тут уже усмехнулись другие, и вперёд вышли более молодые и честолюбивые, тоже мечтающие занять место вождя.

— Вот и накрылась твоя мечта дубовой бочкой, Орант. Тебе не светит жезл вождя — у тебя обе руки заняты стариковским посохом, а пустая голова — глупостями. Седина не прибавила тебе стариковской мудрости. Сядь, дай спине отдохнуть, и послушай, что я скажу всем вам. Завтра мы пойдём на войну, и прогоним врага. Но каждый десятый воин останется здесь, охранять селение. И нам нужно вооружить всех, и детей, и стариков, и женщин. Это надо сделать сегодня. Основное оружие для всех — луки, а к ним нужно изготовить много стрел. Враг силён и хитёр, и может заманить нас вглубь леса, а сам тем временем нападёт на наше селение. И мы должны быть готовы к такому повороту событий. Не сильно надейтесь на победу — цель завтрашнего боя лишь разведка, определение их способов ведения боя и численности войска.

А сейчас закатим пир на весь мир, с танцами и песнями. И пусть враги, прячущиеся в лесу, увидят, что мы не боимся ни их самих, ни их магии. Скажите женщинам чтобы не жалели припасов, если мы все погибнем, то нам не пригодятся запасы еды, а выживем, прогнав врага, то добудем ещё. Идите, у нас мало времени до темноты.

И начался праздник, без названия и радости. Все ели, пили ягодные настойки, танцевали и пели. Внешне все выглядело как встарь, - весело и радостно, но на душе у всех скребли кошки. Когда веселье закончилось, Ардок начал раздавать оружие старикам, детям и женщинам, опустошая оружейный шатёр. У взрослых мужчин было своё оружие, к которому они были более привычны, а у женщин и детей серьёзного оружия не было. Луков и топоров хватило всем, но чтобы быть готовым ко всему, Мургон приказал наломать камней в яме у селения, где они раньше добывали желваки кремния, из которых их умельцы изготавливали свои лучшие каменные наконечники. Теперь же они брали всё, чем можно запустить в череп врага.

Работали люди под прикрытием вооружённых воинов. Часть селян, оставшиеся за стенами, неутомимо заготавливали десятки стрел, пытаясь работой заглушить тревогу о завтрашнем дне. Но битва будет завтра, а сейчас истинные Боги дали им мгновения радости и возможность заранее простится со своими родными и близкими. Может быть им больше не суждено увидеть их живыми, и завтра их ждёт смерть… Завтра… Это будет завтра! Пусть это проклятое завтра не наступит никогда, но, люди не в силах остановить время. А сегодня они больше не намерены отравлять свой последний день грустью…

Наступил вечер, говор людей в селении начал потихоньку стихать. Но многие не спали, предпочитая задержаться подольше, и насладиться прекрасной ночью. Чистое небо, полное ярких звезд, растущий серпик молодой Луны, и лёгкий ветерок, который чуть слышно шелестел листвой деревьев, всё это успокаивало и умиротворяло встревоженных людей. Все тихо сидели около трёх прогоревших костров, дожаривая на них остатки пиршества, и тихо беседовали о прошлом, о детстве, юности, о своих предках и их громких подвигах. Никто не хотел говорить о завтрашнем дне, пусть будет что будет…

Тёмное ночное небо прочертила падающая звезда, и только Орант раскрыл рот, как громкий голос Мургона перебил его:

— Хорошая весть! Наши предки дают нам знать, что завтра нас ждёт победа. Но хватит засиживаться, нужно отдыхать, ведь завтра нам понадобятся все силы.

Он не был уверен в своём пророчестве, а просто выкрикнул первое, что пришло ему на ум. Он мог себе представить, что Орант опять начнет пророчить беды, а вождю сильно не хотелось, чтобы его племя шло в бой с мрачными мыслями.

Ладно, пора и мне отдохнуть, - решил Мургон, и направился к своей хижине. Его жена, не теряя времени, быстро расстелила шкуру и бросила мужу под голову меховую подушку, набитую пухом птиц. И скоро сон сомкнул глаза Мургону, и он полетел по зыбким волнам сна, там, где колдун мог общаться со своими духами покровителями…

Вождь шёл по таинственному лесу, где деревья были скрыты покрывалом разноцветного тумана, который постоянно менял оттенки, и извивался как живой. Местность ему была незнакома, он то и дело обходил огромные деревья, утёсы, и глубокие провалы в каменистой почве, в которых чувствовалось огненное дыхание земли.

— Мургон, не меня ли ты ищешь, — услышал он за спиной знакомый, грустный голос.

Колдун быстро обернулся, и увидел Ииргана, — верховного колдуна карликов. Тот стоял за его спиной, весь обряжённый в колдовской наряд, и быстро перебирал пальцами янтарные бусы — свой охранный оберег.

— Нет, не тебя я хотел увидеть, колдун карликов. Мне нужен Гворк — ваш вождь, и только он сможет разрешить наши проблемы. Я говорю — «наши проблемы», так как знаю - мортоны уже на вашей земле, и явились помимо вашей воли. Именно о них я и хотел поговорить с ним.

— Поговори об этом со мной, вождю некогда отвлекаться на пустяки. Сейчас он ведёт своё племя на берега подземного царства предков, чтобы уже никогда не вернуться обратно…

— Ты хочешь сказать Иирган, что вы уже проиграли битву? И уже мертвы? Я не могу принять твои слова. Ваш род был большой, в десять раз больше нашего, и колдунов у вас было три десятка. Ты издеваешься надо мной, старый карлик, ты просто не хочешь помочь мне!

— Мургон, ты не веришь мне, и требуешь доказательств? Да будет так! Вот тебе первое доказательство, — тихо ответил Иирган, и повернулся спиной к шандиру.

То что увидел Мургон, повергло его в шок. В маленькой спине карлика торчали три массивные стрелы, оперённые маховым пером совы. Кровь уже не текла из тела мертвеца, засохнув на спине бурыми пятнами.

Ужас сковал Мургона. Он боялся не мёртвого колдуна карликов, его ужаснуло то, что скоро эта судьба постигнет и его самого, и его маленький род. От всего этого волосы стали у него дыбом, и он сел… на своей постели, открыв глаза.

— Спи ты, беспокойный, рано ещё, — услышал он сонный голос жены.

Мургон снова лёг в свою постель, и задумался. Что это было? Явь или сонный бред? Он не был сновидцем, и вещие сны видел не часто. Чаще всего причиной плохого сна было переедание мяса или трудный день. А этот сон не простой, он слишком ярок и реалистичен, и больше похож на вещий. Но думать над ним не хотелось и, решив принять всё к сведению, проверить его при завтрашнем военном рейде. И скоро выбросив всё плохое из головы, он попытался через силу расслабиться, наконец, снова уснул.

И вновь оказался на той же поляне, которая была скрыта цветным туманом. Он, как и в прошлый раз шёл по узкой лесной тропе, и вдруг лес кончился. Туман пропал, сдуваемый порывистым ветром, и скоро его взор начал выхватывать очертания жилищ. Он уже где-то видел это селение, не во сне, а в реальной жизни, и сразу понял, куда завел его сон, — это был посёлок их соседей, — карликов.

Когда-то эти маленькие хижины, большая часть помещений которых находилась под землей, были полны жизни и веселья. Там часто слышались детские крики, смех, нежные песни женщин, резкие голоса мужчин, хриплый говор мудрых старцев. Теперь же тут царила тишина и запустенье, лишь ветер гонял сухой мусор по утоптанной земле посёлка. Он шёл вдоль ровных рядов жилищ, заглядывая в темнеющие провалы окон, но жильцов не было, ни живых, ни мертвых. Не было видно ни крови, ни следов борьбы.

— Ты что-нибудь потерял, или просто решил проверить мои слова, колдун шандиров? — услышал Мургон голос Ииргана, и из пустого до этого момента жилища, вышел карлик.

— Я не знаю, как снова оказался здесь. Я просто сплю, и это всё мне снится, — для самоуспокоения произнёс Мургон.

— Не знаю, сплю, снится — это не слова колдуна! — с гневом выкрикнул карлик. Это я веду тебя сюда, и это не просто сон. Наши души общаются во сне, и любой колдун должен это знать. Мне жаль твой род, что в такой момент от беды их будет спасать столь слабый маг. И только один вопрос я жду от тебя. Напряги остатки своего разума, и задай верный вопрос…

— Хорошо, вот тебе мой вопрос. Ответь, что нужно вернувшимся Богам от наших родов? В чём истинная причина их мести?

— Вот это вопросы достойные ответа! Настоящая причина нападения — это амулеты Богов, хранимые нашими колдунами.

Они хотят обладать ими, но знают, что просто так их никто не отдаст. А узнай мы об этом заранее, то успели бы их спрятать так, что и лесные духи не смогли бы их отыскать. Но, вызвав нас на войну, они будут уверены, что мы прихватим все магические амулеты, что есть у нас. Поэтому, если хочешь и правда наказать вероломного врага, то достаточно просто спрятать все свои амулеты.

— Да? И ты предлагаешь идти на врага без магии, только силой оружия? Тогда мы точно обречены, десяток сильных магов убьют всё наше племя за считанные минуты.

— А ты ещё надеешься победить? Враги пользуются магией Морры, используя её магический туман, который боятся даже Боги. Они выпили всю жизнь из наших тел, а наши головы пошли на увеличение силы колдовского тумана, вместе с зачарованными душами погибших. Неужели ты мог подумать, что нас смогла бы победить даже сотня мортонов-вампиров?

— Тогда расскажи мне, Иирган, как я смогу победить это оружие Морры?

— Никак, твой щит может только временно защитить, победить с его помощью нет возможности. Ты сам знаешь, что это просто защитный амулет. Ты и сам это понимаешь. Правда, в далёкой древности племя метаморфов смогло победить этот колдовской туман, но для этого нужен колдовской камень — огневик, и не один, как на твоём щите. Нужно вооружить им всё твое войско, и лишь тогда возможна победа. Но столько огневика тебе не собрать и за всю твою жизнь, тем более осталось её у тебя не так много.

— Сколько есть, вся моя. Но ответь мне, зачем вернувшимся Богам нужны их старые амулеты? Ведь они — магические костыли, которые могут позволить слабым магам ощутить частицу колдовской мощи Богов. Но сами-то они давно обходятся без них. Ведь это просто их старые, забытые игрушки…

— А вот сейчас ты удивляешь меня, Мургон. Ты сейчас сам ответил, кто твой враг. Это не вернувшиеся Боги, а какой-то обнаглевший маг, который решил обрести всемогущество, собрав колдовские амулеты древних Богов. Но он как-то сумел раздобыть хрустальный череп Морры, повелевающий колдовским туманом. Вот этот вопрос интересует меня больше всего. Тот маг в начале боя пытался в битве использовать кулон ярости, но это колдовство было известно и нам, так что у него ничего не выгорело. Я не буду описывать весь бой, итог тебе и так известен, но одно могу сказать с гордостью — я успел догадаться, что им было от нас нужно, и спрятал Копьё Смерти в недосягаемом месте, сотворив заклятье дальнего перемещения. Теперь я один знаю где этот артефакт, и он даже не в этом мире. И я советую поступить тебе также. Ты ведь знаешь это заклинание? Нет? Ладно, это поправимо. В самый трудный момент создай заклинание силы, и передай мне часть своей магии. Всё остальное сделаю я сам…

— Не знаю, как и быть, я не доверяю тебе, дух колдуна. Мой учитель — маг Ворон учил меня не разбрасываться своей жизненной энергией, особенно в присутствии чужих блуждающих духов. Они могут высосать из наивного мага всю жизненную силу, погубив его, и возродившись самому в виде могучего демона. Ты же знаешь, что это возможно…

— Да, возможно! Тем более с тобой, - магом недоучкой! Но мне нужно даже не твоё доверие, а твоего ученика Ариктона. Я чувствую в нём потенциал сильного мага, в нём есть эльфийская кровь, а они самые сильные маги в мире. Хочешь, я дам клятву, и стану его духом помощником? Я научу его всему, но он должен капнуть своей кровью на нашего охранного идола. Это будет просто сделать, ведь завтра вы идёте в поход, и ты сможешь провести своих воинов в центр нашего селения. Не бойся наших охранных духов, как только капля крови твоего ученика коснется нашего идола, все наши предки станут охранять вас как своих потомков. Не отказывайся от бескорыстной помощи, маг, может быть, это ваш шанс выжить!

Дух колдуна с мольбой в глазах смотрел на Мургона, ожидая его решения. А колдун шандиров, хоть и понимал, что без помощи духа им не победить, всё же медлил с ответом. Он всё стоял и стоял, а очертания окружающего мира начали терять чёткость, голос бубнящего духа становился всё тише и тише, пока его не окружила глухая темнота.

И вдруг земля заходила у него под ногами, звуки опять ворвались к нему в уши, и он с трудом разлепил глаза.

— Вставай, уже утро, — услышал он голос жены, и она опять затрясла его за плечо. Вот откуда взялось это землетрясение, - с усмешкой подумал он, сбросив шкуру и поднимаясь на ноги. Всё тело ломило от боли, в глазах резь, как будто кто-то песка насыпал. Как будто и не спал вовсе, — подумал он. Проклятый дух колдуна так и не дал поспать, — пробурчал он, — и едва это сказал, как вспомнил весь сон до мельчайших подробностей.

Кулак колдуна заныл от непонятной боли, и Мургон с удивление опустил свой взгляд, разжав руку. В ней лежали туго свёрнутые янтарные бусы карлика Ииргана, которые дух вложил ему в руку для напоминания об их разговоре.

— Отдай их своему ученику, и может быть, мой дар ещё не раз спасет ему жизнь, — услышал он чуть слышный шёпот, больше похожий на лёгкий шелест листвы.

— Не торопись, мёртвый колдун, я ещё ничего не решил. Дай всё обдумать, и ты первый узнаешь о моём решении, а сейчас у меня нет лишнего времени. Пора показать кровососам, кто в этом лесу хозяин.

Он решительно вышел из своего шатра, и с удивлением обозрел поселок. Там кипела жизнь, никто не бился в истерике, каждый знал свою работу и свою роль. Женщины уже разожгли огонь в очагах, и скоро запах жареного мяса окутал селение. Еду, женщины начали сносить в центр поселка, подготавливая к общей трапезе.

В центре поселения разожгли огромный костер, и провели обряд поминок предков, принеся в жертву часть еды, которую просто бросали в костер. Старики уселись вокруг кострища, и тихими, скрипучими голосами начали перечислять имена своих умерших предков. Вспомнили они имена и двенадцати недавно погибших сородичей.

Сердце вождя сжалось от горя, вспомнив смерть своих братьев, и он внезапно почувствовал слабость и боль в груди. Но быстро взяв себя в руки, он гордо выпрямился и хрипло запел древнюю песню своих предков, с которой они опрокидывали ряды врагов, круша черепа великанов, карликов, и даже многочисленные войска людей в те времена бежали от них без оглядки. Но та пора прошла, и теперь они небольшое и вымирающее племя, у которого лучшие дни оказались далеко в прошлом. Лишь эта песня говорила им что они живы, ещё не всё потерянно, они сильны и могучи, пусть даже их и осталось всего две сотни.

Их яростная песня взметнулась к самим небесам, и мортоны начали стягиваться к их селению, сбиваясь в группы по пять-десять человек. Предчувствие скорой развязки обрадовало их, скоро, очень скоро они напьются крови своих жертв.

Но шандиры не боялись врага, а наоборот, жаждали встречи с ними. Мужчины стали готовиться, надевая ратную одежду, изготовленную из специально выделанной кожи слона индрика, щиты, изготовленные из трёх слоёв кожи, которые защищали и от удара топора, и от мощной стрелы. Щиты были секретным оружием шандиров, и они могли защитить своих хозяев даже от магического огня огневика, если он попадёт точно в щит. Ворон, учитель Мургона утверждал, что их щит способен выдержать три выстрела из огневика, и только после этого приходил в негодность. Весь его секрет был в пропитке кожи, и хранителем его теперь остался один Мургон, последний колдун племени. На головы воины одели конусные кожаные шлемы, ну а в остальном, оружие шандира было обычным — копья, луки, топоры, дубины.

Также была вооружена и остальная часть племени, усиленная десятью опытными воинами ветеранами. Они оставались в селе, приготовившись к возможной осаде в случае поражения отряда Мургона. И, дав им последние инструкции, повёл свой отряд к воротам села. С собой он нёс все три своих магических артефакта, надев на левую руку щит Сета, на котором он уже закрепил недостающие магические камни, на груди закрепил Кулон Ярости, не забыл прихватить и Амулет Парализатор. И теперь чувствовал себя и свою маленькую армию полностью защищенной.