Дар-Дрянь. Инженер справится

Глава 1

Я медленно открыл глаза, не понимая, как еще мог быть жив. Под щекой чувствовался мягкий ворс ковра вместо твердого бетонного пола.

Голова совершенно не болела, хотя я точно помнил, как огромная металлическая конструкция падала на меня. Меня лишь немного тошнило. Я пошевелил руками и ногами, проверяя, нет ли повреждений. Не было даже намека на боль.

- Как такое возможно?

Я поднял руку, чтобы протереть лицо. Едва кисть оказалась в поле зрения, заметил на пальце массивный золотой перстень с гербом.

- Откуда он у меня?

Пальцы были тоньше, а на ладонях не осталось ни одной мозоли. Это были не мои руки.

Как ошпаренный, я вскочил на ноги и принялся осматривать себя. На мне была чужая одежда, а тело выглядело так, словно я сбросил около двадцати килограммов. Потрогав голову, обнаружил длинные волосы.

- Я что был в коме?

Я огляделся. Большая комната с кроватью, огромным окном и шкафом во всю стену. Рядом стояли книжные стеллажи, забитые толстыми книгами. На полу лежал опрокинутый стул, а на столе – открытая толстая книга, похожая на энциклопедию. В дальнем углу находилось зеркало в полный рост.

Я подошел к зеркалу.

Каждый шаг давался непривычно легко, словно боль в коленях исчезла, и я помолодел на несколько лет. Сейчас я едва чувствовал собственный вес.

Остановившись перед зеркалом, я оцепенел. Тошнота усилилась.

На меня смотрел парень лет двадцати, худощавый, с узким лицом и выступающими скулами. Прямой нос, темные брови, гладко выбритый подбородок. Ни шрамов, ни привычной щетины. Длинные прямые волосы серебряного цвета лежали на плечах, несколько прядей лезло в глаза.

Поверх светлой рубашки был надет темный жилет, на груди которого серебряной нитью вышили герб. Черные брюки были заправлены в высокие кожаные сапоги.

Я убрал волосы со лба, и отражение повторило движение. На пальце блеснул золотой перстень с тем же гербом. Я поднес руку ближе к лицу, рассматривая незнакомый рисунок.

Я сжал пальцы и разжал их. Чужая рука послушно повторила движение. От этого стало страшнее: никакой ошибки в зеркале не было. Я управлял телом, чувствовал его, но совершенно не знал, как вернуть свое.

Внутри все сжалось, кровь застучала в висках, тело пробил ледяной пот, голова закружилась. Я сделал пару шагов назад и сел на пол.

- Неужели это я?!

Мне же тридцать пять, и у меня короткие черные волосы, не говоря о том, что вешу килограмм на двадцать больше. Я инженер – механик пятого разряда на заводе. По выходным провожу электрику, разбираю стиральные машины. Как я вообще мог так измениться?

Я попытался вспомнить последнее, что видел.

Ночная смена. Грохот в цехе. Коллега, чью ногу придавило упавшей металлической рамой. Он сидел на бетоне и пытался выдернуть ее, пока я искал, за что ухватиться.

- Не дергайся! На счет три!

Мы с мужиками приподняли раму. Он освободил ногу, отполз, а я все еще держал тяжелый край, боясь уронить ему на стопу.

Сверху раздался треск.

Я поднял голову. Увидел, как накренилась конструкция, и толкнул коллегу подальше. Сам отскочить уже не успел. Потом глухой удар и темнота.

- Как я вообще мог выжить?

Я сильно ущипнул себя за руку. Боль была вполне настоящей, но ничего вокруг не изменилось. Около минуты я сидел, прислушиваясь к собственному дыханию. Потом поднялся и снова подошел к зеркалу.

Повернувшись боком, осмотрел плечи и руки.

- Мда… Мышц немного.

Ладно. От паники никогда нет толку. Нужно хотя бы понять, где я нахожусь.

Я поднял стул и заметил на столе широкий металлический браслет. В углублениях на внешней стороне находилось три камня одинакового размера: желтый, красный и белый. Внутреннюю поверхность покрывали мелкие знаки.

Работа выглядела аккуратной, пока я не заметил пустое гнездо под еще один камень. Рядом была грубо припаяна тонкая перемычка, соединявшая контур трех камней с внутренней стороной браслета. По краям застыли темные наплывы припоя, но держалась она довольно надежно.

Я нахмурился. Основную часть будто сделал мастер, а потом кто-то полез переделывать ее на скорую руку. Такое на заводе я встречал постоянно. Сначала соберут по чертежу, потом окажется, что нужной детали нет, и начинается: «А давай пока напрямую, до конца смены дотянем».

Я перевел взгляд на открытую страницу книги. На рисунке был точно такой же браслет, но в пустом гнезде возле застежки находился синий камень. Все соединения были показаны на схеме.

Защитный браслет

Прямое подключение к владельцу запрещено

Я снова посмотрел на перемычку. И перед глазами вспыхнуло воспоминание. Оно не принадлежало мне. Вместе с изображением в голове звучал чужой голос.

Передо мной лежала эта же книга, а рядом – детали для изготовления украшений.

- Скоро соберется совет директоров по моему делу. Отец пытается меня защитить, но у него это вряд ли получится. Остальные уже наверняка решили меня выгнать. Но мне некуда идти. Даже родному брату я никогда не мог ответить.

Глаза посмотрели на схему. Если получится создать браслет, то хотя бы один удар он должен выдержать. Этого будет достаточно, чтобы убежать.

- Ничего подобного прежде не делал, но все детали подходили, кроме синего камня возле застежки. Простые изделия я уже пробовал питать собственной магией, должно сработать и здесь. Со временем усовершенствую.

Пальцы коснулись деталей, и я почувствовал, как они поддаются, притягиваются друг к другу. Металлические части соединились, камни заняли свои места. Никаких инструментов. Только прикосновение и усилие, от которого заныли виски. Оставалось замкнуть контур перемычкой, я снова посмотрел на предупреждение в книге.

Прямое подключение запрещено

- Мне бы только проверить. Включу на мгновение и сразу же отключу питание, ничего не случится.

Закрепив перемычку, я коснулся камней пальцами свободной руки, направляя в них силу. Кристаллы ярко засветились, возникла прозрачная изогнутая пластина.

- Работает!

Пальцы задрожали, а сердце заколотилось с бешеной скоростью. Я убрал руку от камней и попытался прекратить подачу магии, но свечение не гасло. Браслет продолжал тянуть силу.

- Ну же! Отпусти!

Я дернул застежку, но она не поддавалась. Попытался подцепить перемычку ногтем, пальцы соскользнули. Даже удержать руку перед собой становилось тяжело.

Свечение делалось все ярче, а в глазах темнело. Я попытался встать, но задел стул. Последнее, что увидел, – быстро приближающаяся поверхность ковра.

Воспоминание растворилось так же быстро, как и пришло. Я втянул воздух и едва не выронил браслет.

Мои руки тряслись, а сердце бешено билось. Я стоял у стола, но все еще чувствовал, как из меня вытягивают силу.

Я положил браслет подальше, на пальцах виднелась красные следы. Похоже, теперь я знал, что погубило прежнего владельца этого тела.

Не успел я до конца перевести дух, как услышал стук в дверь.

- Кирилл, ты там? – раздался женский голос.

Кирилл! Вот как его звали.

Стук повторился.

- Да, я здесь, – ответил я.

Спустя секунду открылась дверь, и в комнату вошла молодая девушка лет двадцати пяти. Красивая, с правильными чертами лица и серебряными волосами, собранными на затылке. Несколько свободных прядей обрамляли щеки. Сходство с парнем из зеркала сразу бросилось в глаза.

На ней было темно-синее платье с приталенным жакетом. Плотная ткань мягко поблескивала при движении, на воротнике и манжетах тянулась тонкая серебряная вышивка. Жакет застегивался на небольшие перламутровые пуговицы, а на груди сверкала брошь с гербом. В ушах были серьги с синими камнями, на запястье – золотые часы.

Даже я, ничего не понимающий в одежде, видел: такой наряд стоил очень дорого. Все сидело точно по фигуре, словно шили специально для нее.

Она подошла и крепко обняла меня. Ошарашенный, я сомкнул руки у нее за спиной. Через несколько секунд девушка отстранилась, но продолжала держать меня за плечи.

- Ты как?

- Нормально, – твердо ответил я и сел на стул.

- Все читаешь свою любимую книгу? – Девушка перевела взгляд на стол.

- Ну да, – сухо ответил я.

Девушка взяла браслет и начала его рассматривать. Я невольно потянулся к ее руке.

- Не надевай. – неожиданно вырвалось у меня.

Она удивленно посмотрела на меня.

- Я и не собиралась. Определенно не лучшая твоя работа, братец. Не так ли?

Значит, сестра. Сходство мне не показалось.

Она положила браслет на место и грустно посмотрела на меня.

- Кирилл, послушай. Я точно знаю, что ты не виноват. Ты бы никогда не предал нас и отца. Кто-то подставил тебя. Отец пытается тебя защитить, но ему поставили жесткие условия. Либо он изгоняет тебя без права наследства, либо всю нашу семью лишают доли в бизнесе.

- За что именно?

- Кирилл…

Она замолчала. Я понял, что спросил не то: Кирилл должен был знать причину обвинения.

- Я хочу услышать это от тебя, – добавил я. – Что они предъявили?

- Чертеж был отправлен с твоего компьютера. А потом на твой счет поступили деньги от конкурентов. Я не понимаю, как это возможно. Ты сам сказал, что не виноват. Я тебе верю. – На глазах девушки выступили слезы. - Возможно, мы с тобой больше никогда не увидимся.

Я посмотрел в сторону и увидел стоящий на столе компьютер, а рядом с ним лежал мобильный телефон.

- Но ведь есть телефон? Мы можем созваниваться, – попытался я ее успокоить.

- Ты не понимаешь? – Она вытерла щеку. – Они требуют, чтобы отец лишил тебя наследства и любой поддержки. Даже общаться с тобой запретят. Нам всем, и остальным семьям совладельцев тоже.

- А если кто-нибудь нарушит запрет?

Она опустила глаза.

- Тогда скажут, что отец не выполнил условия. Он пытается сохранить нашу долю, но они только этого и ждут.

- И что же делать? – не выдержал я.

- Пока не знаю. Окончательное решение еще не принято, но, похоже, все идет к изгнанию. – она зарыдала. - Наш род подписал этот чертов кодекс еще до рождения нашего отца. Любое решение совета директоров признает абсолютно любой суд.

Она взяла меня за руку, ее пальцы были холодными.

- Только не соглашайся с обвинением. Что бы они ни говорили. Пожалуйста.

Я кивнул. Это обещание я мог сдержать.

- Анжела! – раздался крик за дверью.

Девушка обернулась.

- Ладно, мне пора. Еще увидимся.

Она крепко обняла меня, поцеловала в щеку и ушла.

Голова шла кругом, но нужно было готовиться. Хотя бы выяснить, что у меня сейчас есть.

Я принялся искать вещи, которые могли пригодиться. В ящике стола обнаружились документы, кошелек и мобильный телефон.

Значит, с телефонами угадал.

К деньгам и документам я придвинул браслет и книгу. На обложке значилось: «Создание артефактов с нуля».

Отложив книгу, посмотрел на документы.

Серебров Кирилл Викторович, двадцать один год. На фотографии – все тот же парень, только волосы собраны сзади и взгляд опущен чуть ниже объектива.

Охренеть! Был Векшин Роман, стал Серебров Кирилл. Даже не созвучно.

Мои размышления оборвал новый стук в дверь. На этот раз более настойчивый.

- Ты на месте, позор семьи? – раздался мужской голос.

Не успел я ответить, как дверь резко распахнулась и в комнату вошел высокий мужчина спортивного телосложения. Ему было около тридцати лет. Короткие серебряные волосы, знакомые скулы и прямой нос, но рядом с ним парень из зеркала выглядел бы щуплым.

На мужчине была черная рубашка с расстегнутым воротом и закатанными до локтей рукавами. Поверх нее – жилет из плотной темно-серой ткани. На груди поблескивал небольшой герб, такой же, как у меня и Анжелы. Темные брюки были заправлены в высокие кожаные сапоги. На правой руке я заметил массивный золотой перстень.

- Ну что, уже собираешься валить? Правильно, правильно. Среди Серебровых предателей никогда не было. Ты – пятно для нашей семьи. – Его лицо расплылось в мерзкой ухмылке. – Мне стыдно, что ты мой младший брат.

Он окинул взглядом разложенные на столе вещи и остановился на браслете.

В голове вспыхнули воспоминания Кирилла. На этот раз я видел его со стороны, вместе с мужчиной, который сейчас стоял передо мной.

Кирилл стоял у стены в коридоре, прижимая к груди коробку с украшениями. Старший брат загородил дорогу, выхватил коробку и достал серебряную подвеску. Начал вертеть ее между пальцами.

- Отец дал тебе место на предприятии, подпустил к нашим делам, а ты все херней страдаешь.

- Отдай, Андрей! – крикнул Кирилл.

- Че ты сказал?!

Он шагнул вперед, ударил Кирилла ладонью в грудь, выбив воздух, и прижал к стене.

- Это для моей девушки, – выдавил Кирилл.

- Чего?! Для какой еще девушки?! Ты должен работать на предприятии не покладая рук, а не по бабам шляться!

Через несколько секунд брат убрал руку с его груди и бросил коробку на пол. Украшения рассыпались.

- Теперь собирай. А это, я заберу себе. – сказал он, уходя с подвеской.

Вспыхнула новая сцена: брат, проходя мимо, отвешивает Кириллу подзатыльник. Следом еще одна: выгоняет его с занятого места в машине, больно надавливая на плечо. Сцены сменялись одна за другой.

Вместе с ними я чувствовал гнев Кирилла. И страх, который каждый раз заставлял его уступать. Он не мог дать отпор брату: тот был гораздо сильнее.

Воспоминания оборвались. Передо мной стоял Андрей, в его взгляде читалось привычное превосходство.

Но сейчас страха не было, меня переполняла злость. Я встал со стула.

- Ты все еще играешь в эти побрякушки? – Он взял браслет, внимательно рассматривая его. - Готовишь очередной подарок своей шлюшке? Теперь, когда останешься без папиных денег, она даже дверь тебе не откроет.

Андрей усмехнулся.

- Скажешь ее адрес? Навещу, как только тебя выгонят. Глядишь, и браслетик отработает.

На секунду я вспомнил бывшую жену. Ее спокойный голос, когда я спросил про измену. Как она еще пыталась объяснить, что я сам виноват: вечно работа, подработки, усталость.

Я стоял едва, сдерживаясь от желания ударить Андрея, но Кирилл явно бы себя так не повел. Но молчать, было выше моих сил.

- Пасть свою закрой! – громко и уверенно сказал я.

Глаза Андрея округлились от удивления, ухмылка мгновенно исчезла.

- Тебя с твоей рожей даже последняя шлюха не захочет. Без денег ты просо ничтожество. – громко и уверенно произнес я.

Андрей поднял голову, в его глазах читалась ярость, смешанная с удивлением. На мгновение он замер, глядя на меня, затем положил браслет на стол.

- Чего-чего ты сказал?

Он быстро подошел вплотную и попытался ударить меня, это и было его ошибкой. Я уклонился от его кулака и что было силы ударил его в нос. Раздался хруст, по лицу потекла кровь заливая дорогой ковер.

Боль прострелила костяшки. Я стиснул зубы, удержав кулак перед собой.

Андрей отступил, прикрывая лицо руками. Посмотрел на окровавленные ладони, словно не верил увиденному. Затем поднял взгляд на меня.

Я твердо стоял на ногах и смотрел ему в глаза, понимая, что сейчас последует месть.

- Ну все, щенок! Ты покойник.

В его ладони загорелось пламя, лицо исказила бешенная ярость. Вспыхнуло еще одно воспоминание Кирилла.

Тренировочный двор. Анжела и Кирилл стояли у ограды, а Андрей – напротив трех деревянных мишеней. Над его раскрытой ладонью горел огненный шар размером с кулак.

Он выбросил руку вперед, шар ударил в первую мишень, и та вспыхнула. Когда пламя опало, от нее остался обугленный столб. Даже у ограды Кирилл ощутил жар.

Над ладонью Андрея возникло новое пламя. Он сжал пальцы, вытянув его в тонкую струю. Одним движением рассек вторую мишень пополам. Верхняя часть рухнула на землю, края среза дымились.

Воспоминание оборвалось. Я снова стоял в комнате, а в ладони Андрея разрастался такой же огненный шар.

Теперь мишенью был я.

Какого хрена здесь вообще творится? Неужели это все реально?!

Жар ударил в лицо, возвращая меня в реальность. Кожа на щеке начала гореть, хотя Андрей еще не выпустил пламя.

Я отступил, уперся ногой в стул. Справа был стол, слева оставалось чуть свободного места. До браслета я бы не дотянулся. Да и надевать его после того, что увидел, было бы безумием.

Андрей выбросил руку вперед, шар вытянулся в огненную струю, устремившись в мою сторону.

*** Уважаемые читатели. Не забывайте подписываться, ставить лайки и добавлять произведение в библиотеку. Таким образом вы не пропустите выход новых глав.**

Глава 2

Пламя внезапно погасло в миллиметр от моей груди. Андрей перевел свой взгляд на дверь, я сделал тоже самое.

- Прекратите немедленно!

В дверях стоял мужчина, на вид ему было около пятидесяти лет. Высокий, широкоплечий, с короткими серебряными волосами, зачесанными назад. Глубокие складки у рта, тяжелый подбородок, прямой нос. Сходство с Андреем бросалось в глаза, но этот человек одним взглядом заставил его опустить руку.

На нем был темно-синий костюм, сшитый точно по фигуре. Из кармана жилета тянулась золотая цепочка часов, на лацкане поблескивал фамильный герб. Такой же знак украшал массивный перстень на правой руке, которой он держал трость, направленную на Андрея. Рукоять была выполнена в виде львиной головы, а по трости разливалось фиолетовое свечение

Я такое только в кино видел.

Мужчина посмотрел на окровавленное лицо Андрея, затем на меня и медленно опустил трость, свечение исчезло. Его губы сжались. Под глазами залегли темные круги.

- Отец, он…

- Замолчи. Я видел, что ты хотел только, что сделать, - в его тоне читалось раздражение. - Ты кажется начинаешь забывать наши правила?! Какое самое главное?

- Никогда не применять способности против членов семьи или компании. – одновременно произнесли отец и Андрей.

- А теперь уходи. Мне нужно поговорить с Кириллом.

Андрей медленно покинул комнату держась за нос. Его взгляд продолжал сверлить меня до тех пор, пока его голова не скрылась за дверным полотном.

- Кирилл… - медленно начал отец, садясь на кровать. – Времени совсем нет, поэтому я не буду разбираться что у вас здесь произошло. Я старался как мог. – он тяжело выдохнул. – Но все они требуют твоего изгнания из семьи.

Все - таки Анжела была права и меня изгонят из этой семьи аристократов. Очень жаль, но это лучше, чем лежать мертвым на бетонном полу завода.

- Авдеев вообще требовал казнить тебя. Но мне удалось его вразумить, и он изменил свое решение. Также ты сохранишь свой титул аристократа, фамилию и перстень. Если я откажусь изгнать тебя…- он сделал паузу. – Они лишат меня доли в компании, и не позволят мне иметь бизнес нигде. Даже в другом городе. Учитывая какие связи у каждого из них, это вполне реально. – Он снова замолчал на несколько секунд. – Прости меня, я больше ничего не могу сделать. У всех наших семей есть кодекс, который надо соблюдать, так было решено еще несколько поколений назад.

Я подбирал слова для ответа. Мне ведь он был совершенно чужим человеком, поэтому изгнание для меня было лишь фактом, с которым придется что – то делать дальше.

- Тебе нужно будет уехать в другой город. Там придется начать новую жизнь. – я заметил, как у мужчины заблестели глаза и мне стало его жаль. - Мы не сможем тебе помогать, нам запрещено вообще поддерживать связь с тобой. Ты можешь взять с собой не больше пятидесяти тысяч вельтов. Это максимальная сумма. Учитывая, что аренда квартиры стоит около двадцати тысяч, на месяц должно хватить. – он смахнул слезу рукой.

Снова раздался стук в дверь. Отец тут же ответил.

- Да?

- Совет директоров ожидает вас.

- Ну все сын, пора. Будь тверд. Я пойду другой дорогой, а тебя проводит Паша.

Открыв дверь нас встретил молодой худой мужчина в красной форме и белых перчатках. Судя по всему, это был прислуга. Отец коротко кивнул ему и ушел в противоположную сторону.

- Прошу за мной. – жестом показал Паша.

По обе стороны тянулись ряды одинаковых дверей, между ними висели картины в темных деревянных рамах. Высокие приоткрытые окна выходили во внутренний двор, теплый ветер задувал внутрь, было лето. За стеклом виднелись аккуратно подстриженные зеленые кусты, работающий фонтан и еще одно крыло здания. Вид из окна был похож на картинку из открытки. На улице были сумерки.

Выходит, моя комната занимала лишь малую часть этого дома.

Под ногами лежала плотная ковровая дорожка. Наши шаги были едва слышны. Я невольно прикинул, сколько людей нужно, чтобы только поддерживать здесь чистоту.

Коридор вывел нас к широкой лестнице. Она расходилась на два пролета, огибая просторный холл. Я положил ладонь на гладкие деревянные перила и начал спускаться вслед за Пашей. Ступени были каменными, с неглубокими выемками посередине, но ни сколов, ни трещин я не заметил.

Снизу дом казался еще больше. За холлом виднелись открытые двери гостиной, дальше – проход в другой зал. Под потолком висела люстра, до которой без специальной лестницы было не добраться.

В моей квартире одна только лестница заняла бы обе комнаты. А здесь она была просто способом попасть с одного этажа на другой.

Я всю жизнь считал, сколько нужно заработать на очередной ремонт, отпуск или просто спокойный месяц без подработок. А здесь люди жили шикарно каждый день. Теперь я точно знал, чего хочу. Оставалось понять, как на это заработать.

Павел остановился возле двойных дверей и открыл их.

- Прошу.

Едва я зашел внутрь, как двери за мной тут же закрылись. Комната оказалась просторной: вдоль длинного стола стояли бархатные кресла. Стены обтянули темно-синим бархатом, между картинами в тяжелых рамах горели настенные светильники. Два высоких окна прикрывали плотные шторы. Здесь было заметно тише, чем в холле.

За столом сидело трое взрослых мужчин, не считая отца. Перед каждым лежали документы, рядом стояли стаканы с водой. Они сидели молча. Один из них перелистывал папку, придерживая страницы рукой с крупным перстнем. На нем был герб в виде совы.

Наверное другая семья. – подумал я.

Все эти костюмы как в фильмах, огромные дворцы, которые я видел только в исторических передачах. Фамильные гербы, наследники. Я не мог поверить, что все это происходило со мной, но это было так.

Отец молча сидел на кресле и смотрел на меня.

- Кирилл! – сказал тот что листал папку. – Подойди ближе.

Я подошел поближе к сидящим людям. Видимо это и был совет директоров о котором в своем воспоминании говорил Кирилл.

- Ты знаешь кто я? – продолжал тот же мужчина.

Он совершенно не был похож на отца. Ему было около пятидесяти пяти лет, невысокий, худой, с темными волосами и проседью на висках. Узкое лицо, тонкие губы, аккуратно подстриженные усы. Из-под густых бровей на меня смотрели светло-серые глаза.

На нем был коричневый костюм, кремовая рубашка и темный галстук, закрепленный золотой булавкой. На лацкане поблескивал герб в виде совы, на пальце – перстень с черным камнем.

Мужчина закрыл папку.

- Я задал тебе вопрос. - сказал он с такой требовательностью, к которой обычно привыкают люди, годами не слышавшие отказа.

- Игорь Владимирович, давайте перейдем к делу. – Вмешался отец.

Конечно же я слышал это имя впервые в жизни, но Кириллу это имя наверняка должно было быть знакомым. Не знать начальство в лицо это одно, а не знать его имя, это совершенно другой разговор.

Я коротко кивнул.

- Серебров Кирилл Викторович. Ты знаешь зачем ты здесь?

На этот раз говорил другой мужчина. На лацкане его темно-зеленого пиджака поблескивал герб в виде змеи.

Ему было около сорока пяти лет. Он был плотного телосложения, с широким лицом и короткими русыми волосами, редеющими у лба. На носу сидели прямоугольные очки в тонкой золотой оправе. За стеклами я заметил карие глаза: мужчина смотрел прямо на меня, ожидая ответа.

Из-под пиджака выглядывали белая рубашка и серый жилет. Возле манжеты блеснула золотая запонка, когда он поправил очки. Мужчина придерживал лист бумаги двумя пальцами.

Я понимал, что они сейчас огласят решение о моем изгнании на суровых условиях. Говорить мне было нечего, на данный момент у меня было мало информации. Я решил не отвечать на заданный вопрос.

Тишина провисела несколько секунд, и мужчина в очках продолжил.

- Сегодня мы разбираем инцидент с утечкой информации о нашей новой технологии, которая помогла бы компании преумножить свое состояние. Однако документ с чертежами оказался у наших конкурентов. – Он поправил очки. - Мы имеем все причины, чтобы подозревать тебя.

Опять пришло воспоминание Кирилла, на этот раз более отрывисто и не так разборчиво, как раньше.

Я сидел за рабочим столом, удерживая между пальцами золотое колье. Заказ поступил срочно и должен был быть готов к завтрашнему дню.

Я никогда не беру украшения для ремонта домой, но это подарок для сестры моего друга. Заколебал он меня своими словами: «Ты точно успеешь к пятому июня?», «А точно успеешь к пятому числу?».

Оставалось лишь закрепить изумруд, но он никак не хотел вставать ровно, и я в третий раз поправил крепление.

За дверью постучали.

- Кирилл, отец ждет тебя внизу.

- Да, сейчас.

Я положил подвеску на стол и посмотрел на электронные часы, которые показывали время. Было отчетливо видно – без десяти семь. Компьютер был выключен. Я убрал инструменты, надел перстень и вышел из своей комнаты.

Воспоминание растворилось также быстро, как и появилось.

- Итак вот причины подозревать тебя. – мужчина в очках продолжил свою речь. – Первое - четвертого июня в семь часов девятнадцать минут с твоего компьютера был отправлен чертеж нового устройства на адрес конкурента. Второе – в семь часов тридцать две минуты на твой счет поступили деньги со счета конкурента. – мужчина откашлялся. – Ну и третье. – Он сделал паузу. – Ранее ты хорошо общался с сыном Федорова, главы компании «Все делаем сами», кто и является нашим конкурентом.

Он снял очки и начал протирать их. Уже на середине его речи я понял, что Кирилл был не виноват.

Я точно запомнил дату и время, его не было в комнате в тот момент, да и компьютер был выключен. Но самое главное: в воспоминаниях Кирилла, он не замышлял передачу никакой технологии конкуренту. В этом воспоминании Кирилл переживал только из-за украшения. Никаких чертежей, никакого ожидания денег не было. Я ему верил, но предъявить совету чужую память не мог. Значит его подставили, но зачем.

- Но его не было в комнате в то время, он был со мной. – Начал спорить отец.

- Вить, тебе сколько лет? – хриплым голосом сказал третий из них.

У него был самый красивый герб: золотая черепаха с мелкими зелеными камнями на панцире.

Мужчине было за шестьдесят. Крупный, с округлым животом, он сидел, откинувшись на спинку кресла. Редкие седые волосы были аккуратно зачесаны набок. На широком лице выделялись мясистый нос и густые брови, под которыми прятались небольшие темные глаза.

На нем был светло-серый костюм и бордовый галстук. Верхнюю пуговицу пиджака он расстегнул, а возле лежавшей на столе руки виднелись часы на толстом золотом браслете.

Он смотрел на отца без улыбки, постукивая пальцем по закрытой папке.

- Сейчас кругом такие технологии, не говоря уже о магии. Что ему мешало поставить отложенную отправку на своем компьютере.

- А зачем делать это со своего компьютера, если можно было сделать это с чужого устройства? Или купить устройство однодневку и выкинуть?

Отец не бросал попыток спасти Кирилла.

- Тогда зачем было ставить такую мощную магическую защиту и сложный пароль на компьютер? Хорошо, что наши специалисты одни из лучших и им удалось вычислить его компьютер. У нас за предательство вообще - то положена смерть если вы забыли.

Отец побледнел, внутри меня тоже что – то сжалось. Только на горизонте замаячила новая богатая жизнь и ее уже хотят отнять у меня.

- Игорь хватит! – громко сказал человек с черепахой. – Мы же решили, что не будем приводить казнь в исполнение по отношению к Кириллу. Тем более он является первым в очереди наследником Виктора, т.к. является самым младшим сыном в роду. Изгнание и лишение его наследства уже достаточная мера наказания.

Я стоял, не веря в услышанное. Т.е. здесь наследником является не старший сын, а младший?! Теперь становилось ясно почему Андрей постоянно задирал Кирилла. Он сам хотел стать наследником.

Авдеев скрестил руки на груди и громко выдохнул.

- Итак, Кирилл. – продолжал свою речь человек с черепахой. – Каждый пункт в отдельности предъявляемый тебе можно оспорить, но в сумме они указывают на твою виновность. Есть ли тебе что сказать?

Я быстро начал перебирать все свои мысли в поисках алиби, но ничего, кроме разговора с отцом, предъявить не мог. Улики оставались.

- Есть документы, подтверждающие отправку файла на адрес конкурента? То, что файл был отправлен с моего устройства, не означает что его отправил именно я! – не найдя другого ответа произнес я.

Мне не хотелось быть изгнанным, и я решил использовать все, что могло помочь мне защититься.

Все члены совета переглянулись, кроме отца. Он молча смотрел на меня удивленным взглядом, видимо прежний Кирилл никогда бы не осмелился так говорить с советом.

- Как ты разговариваешь с советом?! – встал на ноги Авдеев.

Его кожа резко побелела, изо рта пошел пар, а в комнате стало очень холодно. Его пальцы начали покрываться льдом.

Интересно, можно ли моим даром защищаться от таких атак?

- К твоему компьютеру имел доступ только ты. Наши специалисты не обнаружили следов постороннего доступа. Документы ты тоже раньше видел, не валяй дурака.

- Игорь! Правило не навредить членам семей действует на тебя тоже! – взорвался отец. – И ты находишься в моем доме!

Трость отца засветилась фиолетовым и в комнате сразу стало теплее, а лед на пальцах Игоря Владимировича растаял, и кожа приобрела прежний цвет.

- Я не отрицаю наличие документов. Я отрицаю тот факт, что отправлял файл. – я не сдавался.

- Успокойся Игорь. – успокаивал его человек с гербом змеи. - Вить, это твой сын, поэтому приговор тоже тебе зачитывать.

Авдеев передал папку отцу и тот медленно поднялся.

- Серебров Кирилл Викторович. – Он сделал несколько глотков воды. - На закрытом совещании совета директоров, абсолютным большинством голосов было принято: Первое – изгнать Сереброва Кирилла Викторовича из семьи без права восстановления и запретить ему общение с любым из ее членов; второе – также запретить ему общение с любым из членов семей Авдеевых, Беркутовых, Ремезовых; третье – ему запрещается приближаться к городу Каменец ближе чем на триста километров; четвертое – т.к. Кирилл был наследником, его место занимает Серебров Андрей Викторович. Теперь он имеет все права наследования, которые ранее были у Кирилла.

Отец громко плюхнулся в кресло и швырнул папку в сторону. Авдеев подобрал ее.

- Также прошу помнить, что любому из членов семей Серебровых, Авдеевых, Беркутовых, Ремезовых запрещается помогать Кириллу в денежном эквиваленте любым способом. Тот, кто будет хоть как-то замечен в этом, будет изгнан из семьи. Приговор действует с момента отъезда.

Кольцо на его пальце стало черным, и он приложил его к документу. Следом это проделали все члены совета. Последним был отец.

- Кирилл! – сказал толстый мужчина с черепахой на пиджаке. - Ты должен покинуть город не позднее чем через четыре часа. Утром тебя уже не должно быть в городе.

Не успел он закончить фразу, как двери позади меня распахнулись, и Павел жестом указывал мне на выход. Мужчины за столом начали расходиться, на месте остался лишь отец.

- Кирилл, Вам нужно покинуть это помещение. – вежливо сказал Павел.

Он проводил меня обратно в комнату. Я лег на кровать и громко выдохнул.

Вот это дурдом.

Моя голова немного кружилась. Но мне было необходимо привести мысли в порядок. Около пятнадцати минут я размышлял над тем как мне вести себя дальше, когда я покину этот дворец. На чем поеду в другой город, и куда вообще ехать?

От моих мыслей меня отвлекла резко распахнутая дверь. В комнату снова вошла Анжела, на этот раз вся в слезах. Спустя несколько минут мне удалось ее успокоить.

Из разговора с ней я узнал, что меня перед отправкой будет обыскивать человек Авдеева. Я не могу с собой брать денег и драгоценностей выше определенной суммы. Это немного осложняло мой дальнейший путь.

- Анжела. Поможешь мне собрать необходимые вещи?

Я не знал, что мне могло пригодиться и что было важно для Кирилла. Судя по всему, они хорошо общались с сестрой. И она знала, что мне необходимо взять с собой лучше меня.

В итоге мы собрали то, что могло пригодиться: документы, деньги, телефон, книгу по созданию артефактов, пару теплых вещей и шкатулку драгоценностей из шкафа.

На все у нас ушло не более пятнадцати минут. Анжела вспоминала истории из детства, ее смех то и дело сменялся плачем. Мне она нравилась. Даже в такие моменты, она старалась держаться.

- А мы можем погулять по дому? – не выдержал я.

Прогуливаясь, она мне рассказала куда я поеду. Это был небольшой город Мищенск. Там много мастерских, предприятий, торговых кварталов. Население всего около трехсот тысяч. По ее словам, это лучший город из тех что есть у меня на выбор и мне там будет проще всего освоиться.

- Думаешь, я смогу там устроиться по своей специальности. – спросил я.

Анжела посмотрела на меня.

- Конечно. Распределители энергии везде одинаковые. У нас их делают, в других городах ремонтируют.

- Имеешь ввиду на предприятиях?

- И на предприятиях, и в обычных мастерских. Все оборудование, работающее на накопителях рано или, поздно ломается. Тем более с твоей способностью восстанавливать вещи магией, понимая их устройство, ты сможешь быстро найти себе пристанище. Но только не бери сложные заказы, у тебя еще мало опыта, все-таки ты только год как работал на предприятии.

В моей голове прозвучал голос отца Кирилла. «Каждый из членов семьи должен отработать пять лет обычным рабочим на предприятии, прежде чем занять руководящий пост».

После разговора с Анжелой я понял, что компания выпускала магическое оборудование. Накопители питали станки, подъемники и насосы, а распределители направляли силу к отдельным механизмам. Кирилл занимался ремонтом: менял поврежденные элементы и восстанавливал магические связи между ними.

Едва ко мне пришло осознание этого, как произошла новая вспышка воспоминания, в висках начало пульсировать.

Передо мной стоял рабочий стол с темной столешницей. Справа лежали инструменты, слева – несколько раскрытых металлических корпусов. Над каждым висела бирка с номером и описанием неисправности.

- Отремонтированные пока отложи, – сказал мужчина в сером рабочем халате. – Теперь соберешь малый распределитель. Детали в лотке, схема перед тобой. Закончишь – позови, но сам не подключай.

Я кивнул и придвинул к себе лоток.

Внутри лежали три прозрачных кристалла, медные пластины, крепления и пустой корпус. На первый взгляд – обычный набор деталей. Но стоило провести над ними ладонью, как в пальцах появилось знакомое покалывание.

Я взял одну из пластин, направил в нее немного силы, и твердая медь под пальцами подалась, словно воск. Я медленно согнул ее, и сверяясь с рисунком прижал к внутренней стенке корпуса.

По месту соприкосновения пробежало слабое свечение. Я убрал руку через секунду. Теперь пластина держалась без винтов и припоя.

Следом я установил крепления и вставил кристаллы.

Заготовка готова, но, если подать питание сейчас, ничего не произойдет.

Я положил перед собой схему и коснулся первого камня.

В его глубине проступили тонкие светящиеся прожилки. Я нашел нужную, осторожно потянул ее к поверхности. За пальцем вытянулась голубоватая нить.

Доведя ее до медной пластины, я провел вдоль края и закрепил ее на втором кристалле.

Головная боль усилилась в несколько раз. Я снова посмотрел на схему.

Со второй нитью пришлось повозиться. Она не хотела закрепляться и постоянно соскальзывала. Я изменил угол медной пластины, придвинул кристалл и попробовал еще раз. На этот раз соединение удержалось.

Когда последняя нить заняла свое место, все три камня слабо засветились. Я откинулся на спинку стула, вытер влажный лоб и позвал мастера.

Тот проверил схему, заглянул внутрь корпуса и подключил к нему небольшой накопитель. По медным пластинам пробежало ровное голубое свечение. Мастер несколько секунд наблюдал за ним, затем кивнул.

- Хорошо, – сказал мастер. – Только второй кристалл в следующий раз сразу ставь правильно. Меньше силы потратишь.

Воспоминание оборвалось.

Перед глазами все еще стояли детали в лотке. Кирилл собрал из них работающее устройство. Сам придал металлу нужную форму, закрепил элементы и проложил между ними магические связи. Значит, его дар годился не только для ремонта.

Я привык работать руками и инструментом. Здесь часть инструментов заменяла магия, но схему все равно приходилось понимать, детали подбирать, а ошибки исправлять самому.

- С тобой все в порядке? – спросила Анжела.

- Да, конечно.

Я отогнал мысли прочь. Сейчас нужно было поддерживать разговор, сестра могла еще дать важную для меня информацию.

- Почему отец просто не выйдет из компании и не откроет свое дело? – осторожно поинтересовался я.

- После стольких лет? – Анжела покачала головой. - Он живет производством. Ты же знаешь, сколько он вложил в это. А теперь ему предлагают либо отказаться от тебя, либо все потерять. К тому же весь механизм налажен. Авдеевы занимаются продажей, Беркутовы занимаются материалами, Ремезовы отвечают за разработку, мы собираем все в конечный продукт. Они столько лет вместе работали… Я до сих пор не понимаю, как они могут так поступать с тобой. Но кодекс – есть кодекс.

- Вот вы где! – раздался мужской голос сзади.

Мы резко обернулись. Перед нами стоял отец. Он явно был расстроен, но держался твердо.

- Кирилл! – он положил руку мне на плечо. - Пора. Через час отправка.

Я пошел в свою комнату, несколько раз свернув не туда. В таком огромном доме было немудрено заблудиться.

Зайдя в комнату, я проверил собранные вещи. Защитный браслет все еще лежал на столе.

Я помедлил, прежде чем взять его. Кирилл уже заплатил за эту вещь жизнью. Проверять ее на себе я не собирался, но и оставлять здесь не хотел. Сначала разберусь, что он сделал неправильно.

Завернув браслет в рубашку, я убрал его в сумку.

- Кирилл! – раздался крик отца снизу.

Я быстро застегнул сумку пошел вниз. Внизу меня уже ждал отец и человек Авдеева. Худой, высокий, гладко выбритый. Одет он был тоже не бедно, но явно не так как глава семьи. Анжела стояла рядом.

- Позвольте?

Он указал мне в сторону от выхода. Мы отошли, и он принялся обыскивать мои вещи и мои карманы. Убедившись, что все в порядке мы пошли к машине отца.

Не дойдя несколько метров, откуда – то появилась Анжела. Она крепко обняла.

- Папа, я с вами.

Человек Авдеева сочувствующе помотал головой из стороны в сторону.

- Простите, нельзя. По правилам, лишь глава семьи может ехать. К тому же три человека из влиятельной семьи на вокзале будут выглядеть очень подозрительно.

Отец коротко кивнул.

- Держись там. Будь осторожен.

- Конечно.

Девушка отпустила меня, и поцеловала в щеку. Затем растворилась в огромных стенах дома.

- Прошу.

Павел открыл дверь отцу, и тот сел на переднее пассажирское сиденье. Я с человеком Авдеева сел назад, за рулем был Павел.

По дороге человек Авдеева постоянно повторял условия моего изгнания. Под конец, мне уже хотелось его ударить.

Пока мы ехали я заметил, как тихо едет машина. Присмотревшись я увидел изображение кристалла на приборной панели и рядом с ним шкалу.

- Как только вернемся нужно поменять накопитель, - Павел указал пальцем на шкалу. – Этот скоро разрядится окончательно.

Выходит, некие накопители здесь являются топливом для автомобилей, как аккумуляторы в моем мире.

Поездка заняла не более пятнадцати минут. Мы приехали на железнодорожный вокзал. Через десять минут я попрощался с отцом и Павлом, а затем зашел в свое купе.

Поезд тоже не был похож на привычный.

Еще на перроне я заметил темно-вишневые вагоны с тонкими золотистыми полосами вдоль окон. У каждой двери стоял проводник в безупречно сидящей форме. Вместо крутых железных ступеней – широкая выдвижная лестница с подсветкой.

Возле вагона отец остановился и поправил мне воротник.

- Документы взял?

- Да.

- Деньги во внутренний карман положи. И сумку без присмотра не оставляй.

Он явно хотел сказать что-то другое.

Проводник напомнил о посадке. Отец оглянулся на человека Авдеева, затем крепко обнял меня.

Я растерялся. Мой собственный отец давно умер, и за последние годы я успел забыть, каково это, когда тебя вот так прижимают к себе.

- Береги себя, сын, – тихо произнес он.

Я обнял его в ответ.

- Ты тоже.

Устроившись в купе, я сразу подошел к окну, отец стоял на прежнем месте не двигаясь. Когда поезд тронулся, он сделал несколько шагов следом, опираясь на трость.

Еще несколько секунд мы смотрели друг на друга, потом между нами проплыла колонна, и отец исчез. Я опустился на широкий диван. В купе было тихо, только едва слышно дребезжал стакан.

До этой минуты я думал об изгнании как о чужой беде. Чужая семья, чужой приговор, тело неудачника. Но на перроне остался человек, которому я уже не мог позвонить, а впереди был город, где меня никто не ждал.