Дао. Путь Болвана в Новодревнем Китае

Глава 1. Жизнь амёбы

Лимон взял себе за правило вставать в два часа дня. Ни минутой раньше, ни минутой позже. Вставая каждый день в это время, он сразу же отправлялся умываться, затем есть, а потом — играть в компьютерные игры.

Лимон был грозой своего сервера. Только завидев его ник в списках игроков, все разбегались по укрытиям, а некоторые и вовсе уходили с сервера. Если в игру вступал Лимон, другим игрокам ловить оставалось просто нечего.

В мире виртуальных битв его имя вызывало трепет и уважение. Лимон знал все виды оружия и, самое главное, умел ими пользоваться. Но брал он не столько умением стрелять, сколько тактикой. О его стратегическом мышлении ходили легенды.

Побеждённые игроки обвиняли Лимона в читерстве, но администрация сервера серьёзных нарушений не обнаружила и Лимону позволили играть дальше. Казалось, что он знает каждый уголок карты — от его меткого взора не уходило ничто. Битва за виртуальные миры стала для Лимона не просто хобби, но способом проявить себя.

В реальной жизни он был никем, в игровом мире становился всем. Только здесь он мог получить то признание и уважение, которых ему недоставало за пределами экрана. Нажимая на кнопку "Старт",он на долгие часы забывал о насущных проблемах. О том, что не поступил ни в один университет. О том, что так и не нашёл работу. О том, что не стал тем, кем бы гордились родители. Родители видели его студентом юридического факультета лучшего из университетов Пекина, но Лимон не поступил даже в сельскохозяйственное училище где—то в глухой провинции. Лимон не понимал ради чего нужно учиться, если можно стать киберспортсменом и зарабатывать миллиарды.

До этой цели, как казалось Лимону, ему осталось не слишком долго. Ещё немного потренироваться, ещё немного накопить опыта и он может претендовать на место в какой—нибудь успешной киберспортивной команде страны. Только вот заветного приглашения не поступало, как бы часто Лимон не проверял почту.

Его таланты, наводившие смуту на популярном сервере, мало что значили для профессионального спорта. Судя по всему, его уровень слегка не дотягивал, но Лимон отказывался сдаваться. Он не просто так взял за правило просыпаться каждый день в два часа дня. Свой режим сна он называл чемпионским. Да, может быть это не самый здоровый режим, зато как он окупится в будущем!

Лимону нужно только и всего заработать пару миллиардов юаней. Он купит себе беговую дорожку, наймёт личного тренера, будет ходить к косметологу и стилисту. Ему всего лишь нужно попасть в топовую команду и вот тогда начнется настоящая жизнь, а когда она начнется — тогда герой и задышит полной грудью. Как же будут завидовать старшие братья, как будут жалеть родители, что не поддерживали своего непутёвого сына. Он всем докажет, насколько верен его путь, насколько он способный человек. Пока же Лимона в команду не брали, оставалось довольствоваться малым: тренировками.

Каждый день. Даже в выходные. Даже в праздники. Лимон заходил на сервер и раз за разом оттачивал свои умения. Он становился сильнее с каждым днём. Хорошо питаться получалось не всегда, мать с отцом засиживались на работе, но Лимону было достаточно нескольких банок лимонада, которые он бросал прямо под ноги, потому что не мог отойти во время важного матча. Бывало такое, что эти банки никто не выносил по нескольку дней и в комнате стоял душный сладкий запах, который мог указывать лишь на то, что комнату давно запустили.

Но в этот день всё вышло наоборот. Лимон встал не как планировал, в два часа дня, а на час раньше, в обед. Причиной тому был шум за окном. Лимон немного поворочался с одного бока на другой, почесал лоб, зажмурил глаза, широко раскрыл их, потрогал каждый зуб языком, но заветный сон не наступал. Казалось, сама вселенная настроилась против героя, не давая тому заснуть. Нехотя, Лимон встал и подошёл к окну. Какие—то люди с огромными расписанными плакатами устроили митинг на площади. С высоты десятого этажа они казались маленькими, а их крики незначительными. Эти крики раздражали, как раздражает писк комара. Такое маленькое насекомое может не давать спать великану — человеку.

Лимон раскрыл окно, чтобы послушать, что они кричат. Иероглифы на их плакатах были такими яркими и большими, что Лимон прекрасно мог разглядеть их из окна своей квартиры. Плакаты гласили: "Ядерная катастрофа!", "Пусть правительства запретят ядерное оружие!", "От ядерного оружия нужно отказаться!", "Мы не хотим жить рядом с ядерной станцией!", "Куда катится наша планета".

Эти и другие надписи украшали плакаты ярко—алыми буквами и Лимону это не очень нравилось. Во—первых, эти люди всё же разбудили его. Во—вторых, в душе он был немного эстетом и этот красный цвет на листах бумаги или дощечках казался ему безвкусным. Наверное, это чувство прекрасного досталось ему от отца. А может быть и от матери.

У него с протестующими нет ничего общего. Пока он готовится к турниру, который сделает его гордостью семьи и целого народа, эти люди лишь создают видимость действия, ничего не решая на самом деле. Бесполезные кричащие головы, Лимон не мог отличить их друг от друга. Он вернулся в постель и в мир снов. Закрыл глаза, попробовал расслабиться, но разум был заполнен криками протестующих.

Для успешной игры нужно хорошо есть и хорошо отдыхать. Видимо, один из этих пунктов сегодня пролетает. С каждой минутой он чувствовал все большую раздраженность. Он не мог понять, почему эти люди не могли просто помолчать. Как только ему удавалось заснуть всего на пару секунд, снова какой—то залп будил его.

Лимон тяжело вздохнул и встал с кровати. Он больше не мог оставаться в комнате, где с каждой минутой его ярость увеличивалась в галактических масштабах. "И всё-таки я лучше, чем они", — думал Лимон. Только эта мысль успокаивала его в трудную минуту.

Лимон вышел из своей комнаты, надеясь, что прогулка по квартире поможет ему снять напряжение. Естественно, он попал на кухню. Говорят, что все дороги ведут в Рим. В квартире Лимона все дороги вели на кухню.

За столом сидели родители. Заскочили с работы на обед, скоро опять уйдут. Отец несколько старомодно читал бумажную газету. Наверное, он хотел походить на киноактёров прошлого. Мать пила чай. Лимон не мог понять: они уже поели или только собираются. Мать подняла глаза на Лимона и улыбнулась сыну. Отец не обернулся в его сторону.

— Как спал, сынок? — спросила мать.

— Ясно как. Эти протестующие мне житья не дадут. Не понимают, что у человека великая цель. Ему тренироваться надо.

— Так ты занялся спортом? — спросил, не отрываясь от газеты отец.

— Ну я же говорил, отец, это называется КИ-БЕР-СПОРТ. Я на сервере самый крутой. Мне ещё немного поднажать и попаду в топовую команду. Вон как…

— Ясно, можешь не продолжать, - закончил отец.

— Дорогой, как ты можешь так разговаривать с нашим сыном?

— Дорогая, я не вижу здесь своего сына. Я вижу амёбу, которая целыми днями то сидит за компьютером, то тратит деньги на игровые автоматы. Он даже не сумел поступить в университет! Трижды!

— Я же тебе объяснял уже китайским языком: стану профессиональным киберспортсменом и бабки потекут рекой.

— Покажи мне свои деньги и я тебе поверю. Пока что ты живёшь на содержании меня и матери. Докажи, что ты мужчина!

На это Лимону нечего было ответить. Отец молчал. Читал газету. Точнее, лишь делал вид, что читает. Его взгляд так и застыл на одной странице. Лимон не мог разглядеть что там изображено. Он не привык смотреть на чёрно-белые изображения.

— В одном ты прав. Активисты нам житья не дадут. Мы ведь ради них стараемся. Ради народа! А они смотрят на нас, как на злодеев. Лучше бы работать шли! Приличные люди не бегают с непонятными плакатами по площади и не мешают приличным людям обедать, — отец ударил кулаком по столу, — Я бы их всех давно по камерам рассажал. Куда смотрит полиция?

Лимон понял, что сегодня в спокойной обстановке он не пообедает. Отец только и может, что орать и ругаться. Много же ему придётся сделать, чтобы завоевать его расположение. Такие люди, как он, любую вещь измеряют деньгами. И если что-то не приносит моментальный доход, значит, эта вещь не важна. Он не понимает, что иногда нужно вкладываться в долгосрочные проекты. Например, в своего сына-гения.

Взгляд парня скользнул по портретам старших братьев, висевших на стене. Старшие были уже успешными бизнесменами. Они сделали карьеру, завели собственные семьи. Словом, пошли тем же путём, которым идут все. Родители очень гордились ими. Сегодняшний обед только подчеркнул разницу между ним и старшими братьями.

Лимон не мог избавиться от чувства, что он отстает от них. Наверное, отец считает его слегка недоразвитым. Лимону хотелось сказать что-то мудрое, привести какую-то цитату из классического романа, но он не читал книг. Поэтому разговор с родителями он закончил кратко и твёрдо:"Ладно, покеда".

Подойду к окну, ничего плохого не случится, - подумал Лимон. Возможно, митинг уже закончился и он сможет наконец вернуться в постель — или к тренировкам. Шум с улицы продолжался, но Лимон решил не обращать внимания. Он приоткрыл окно и выглянул. Протестующие все ещё были на площади, размахивая плакатами и крича что-то неразборчивое. Лимону стало не по себе от этой картины. Он не понимал, зачем им это нужно. Ведь есть столько других способов борьбы за свои права.

Лимон уселся за стол и включил свой навороченный компьютер. Тот запускался за полсекунды. Не зря Лимон вложил в "железо" столько денег. Родительских денег, конечно… Как только начался матч, Лимон уже и позабыл о митинге, родителях и всех остальных проблемах. Все его цели отошли на второй план, померкли перед главной мечтой — стать лучшим.

Шум за окном продолжался, но уже не беспокоил Лимона, точно чуждая ему параллельная реальность. Где-то позади хлопнула входная дверь — это торопились на работу его родители. Хорошо, конечно, когда есть свой бизнес, который приносит деньги, но в чём-то они оба — обычные серые обыватели, думающие только о материальном. Лимон тоже мечтал о больших деньгах, но было в его мечтах и что-то одухотворённое — так он считал.

Лимон неплохо справлялся на поле боя, но недостаток сна давал о себе знать. Его меткость потеряла в точности, а движения в скорости. При всём при этом, он не испытывал сильных позывов вернуться в постель. Вряд ли он сейчас заснёт. Лучше утром ляжет пораньше, восполнив недостающее время отдыха.

И то ли это обстоятельство повлияло на него, то ли разговор с родителями, но сегодня Лимон уже не испытывал такого удовольствия от игры. Он знал карту наизусть, знал каждое оружие наизусть, и умел применять знания в игре, но все его победы слились в нечто единое и неразделимое. Трудно было отличить одну победу от другой. Он уже не помнил, когда получил Жёлтый значок, а когда Серебряный. Это могло произойти неделю, а могло и месяц назад.

Счёт времени потерялся и Лимон знал об этом давно. Каждый раз, как только ему приходила мысль, что он не слишком талантливый игрок и тратит жизнь понапрасну — он ещё глубже зарывался в игру, чтобы не слышать бормотание внутреннего критика. Но сегодня, ввиду многих факторов, критик всё же настиг его.

Лимон выключил компьютер, чего никогда не делал днём, и подошел к окну. Митингующие давно разошлись. Может быть им захотелось есть, а может они разуверились в собственной идее. Лимон открыл окно и глубоко вдохнул свежий воздух. На что он тратит свою жизнь?, — в голове вертелся один единственный вопрос. Лимон задавался им раз за разом, но не находил ответа. Точно что-то обволокло его разум, не давая найти разгадку.

Лимон долго смотрел на голубое небо, пока оно не стало ярко-красным. Гром оглушительного треска разрывающегося воздуха пронзил его уши, словно крик вселенной, несущий с собой бесконечное уничтожение. Лимон оказался в самом эпицентре огня, пожара, который грозил забрать с собой всё живое. Пламя пожирало его, всё его тело утопало в раскалённой лаве.

В тот миг, когда он осознал это, сознание оборвалось.

Глава 2. Я не знаю что происходит и мне это не нравится

"Мама, где я?"

Лимон пытался разлепить веки, но ему это не удавалось. Он протянул ладонь к левому века и пальцами приоткрыл его. Обстановка показалась Лимону несколько старомодной. Наверное, он каким-то образом попал в музей древней китайской живописи. Нужно выбираться отсюда. Но что вообще он тут забыл? Вдруг кто-то приблизился. Невысокая фигура. Лимон услышал над ухом нежный голос молодой девушки.

— Ваше Величество, вам сейчас нельзя вставать. Вы были на грани жизни и смерти, мы чудом спасли вас, вам нужно сохранять постельный режим. Я передала послание членам вашей семьи, они скоро прибудут.

—Что? Что ты говоришь? Где я?, — прошептал Лимон.

— Вы находитесь в Королевском Лазарете, Ваше Величество, — мягко ответила девушка.

— Какой лазарет? Кто затащил меня в музей? Выпустите!, — Лимон попытался приподняться, но силы оставили его. Последнее, что он помнил — яркое пламя, которое пожирало небо, соседние здания и его самого.

Служанка помогла Лимону присесть. Наконец, он полностью разлепил веки и мог осмотреть комнату. Каждая деталь помещения выдавала роскошь и тщательно подобранное величие. Лимон видел такие интерьеры только на картинках. Стены лазарета были покрыты изящными шелковыми обоями, на которых изображались природные пейзажи и великолепные цветы. Пол, выложенный из полированного дерева, излучал тепло и комфорт. Расписанные ковры добавляли в интерьер нотку неопределенной эстетики. Вдоль стен возвышались деревянные полки, на которых были разложены внушительные свертки из трав, цветов и лекарственных растений. Смешение ароматов наполняло воздух исцеляющей силой. Этот запах мог поднять с ног умирающего. Лимон на секунду обрадовался, что оказался в таком месте. Но что всё это значит?

— Пропустите, мне нужно видеть принца Юань Линя, — раздался мужской голос за дверью.

— Мы не можем вас пропустить. Принц только очнулся. Даже члены Королевской Семьи ещё не повидали его.

Незнакомец, несмотря на все протесты, отодвинул дверь и ворвался в комнату. Возле его ноги болтался длинный меч в ножнах. "В какой спектакль я попал?", - думал Лимон. Чего от меня все хотят?

— Здравствуйте, Ваше Величество. Я надеюсь, что вы чувствуете себя достаточно для того, чтобы выслушать то, что я скажу. Служанку я прошу удалиться.

Молодая девушка встала, поклонилась и будто нарочно медленно зашагала к двери, так что мужчине пришлось ждать, когда она уйдет. Только она затворила дверь и удалилась, как мужчина приблизился к Лимону, нагнулся над ним и быстро зашептал:

— Принц, у меня есть подозрения, что кто-то из членов вашей семьи пытался вас отравить.

Лимон почувствовал, как сердце забилось быстрее. Слова незнакомца поразили его. Он в незнакомом месте, с незнакомыми людьми, которые обращаются к нему не по имени, а ещё его пытались отравить.

Кто? Зачем? Множество вопросов вертелись в мыслях, не находя ответа. Лимон пытался сохранить спокойствие, но крамольный вопрос вырвался с его уст.

— Кто вы вообще такой?

— Ваше Величество, вы потеряли память? Вы не можете не помнить меня. Мы практически выросли вместе. Это ведь вы дали мне должность Управляющего Личной Гвардии Его Величества.

— Извините, сударь, я вас не знаю…

— Не время болтать! Вот что вам сейчас нужно знать: мы получили неподтвержденные, но весьма тревожные сведения, которые указывают на возможную угрозу вашей жизни. Яд, которым вас отравили, получается из очень редких трав, которые растут лишь в некоторых провинциях нашей страны. Кто-то, кого мы не знаем, получил эти травы с самого Севера, затем из них сделали яд и подмешали к вам в напиток. Вы совершенно ничего не помните?

— Хочешь сказать, что ты мой лучший друг?

— Если вы готовы считать меня лучшим другом, Ваше Высочество, то да, я ваш лучший друг.

— Тогда скажи мне. Кто я такой?, — спросил Лимон.

— Вы — принц Юань Линь, будущий король.

Снаружи послышались голоса. Дверь в комнату неожиданно распахнулась и внутрь ворвались незнакомые Лимону люди. По их лицам трудно было понять: выражают они тревогу или радость. Они обступили Лимона со всех сторон и зачем-то старались взять его за руку.

— Кто вы такие? Пустите!, — закричал Лимон.

— Как, ты не помнишь? — спросила женщина, которая годилась ему в матери.

— Извините, Ваше Величество Королева, ваш сын потерял память после удара и не помнит никого из нас, — прозвучал голос из угла комнаты. Только сейчас все обратили внимание, что они в лазарете не одни. Управляющий Королевской Гвардией никуда не уходил, всё это время он оставался здесь и внимательно следил за тем, не покажет ли кто-то жестом или словом недоброжелательность к принцу. Все свои выводы он оставлял при себе, не делился с ними даже с самыми близкими друзьями, пока картина не складывалась целиком. Именно по этой причине он и заслужил столь высокий пост при дворце, но пока что Принц находился в беспамятстве и не мог оценить его талант по достоинству.

Женщина, в которой Лимон признал свою мать, Королеву, приблизилась к нему:

— Сын мой, не переживай. Я обещаю, что твоя память обязательно вернётся. Мы вызвали врача с самого Севера страны, он должен приехать со дня на день.

— Не утешай его!, — рявкнул мужчина позади неё. В его взгляде Лимон отметил полное отсутствие каких-либо эмоций, — Сейчас мы должны не распускать сопли, а сделать всё для того, чтобы мой наследник поправился.

— Я бы не был так категоричен… — вступил в разговор Управляющий Королевской Гвардией, но Король жёстко осадил его:

— Это уже мне решать, что категорично, а что нет. Сейчас лично вы должны подумать о том, чтобы никто за версту не приближался к моему сыну, — он обернулся на присутствующих, — Кроме членов моей семьи, конечно же.

— Королева, я уверена, что ваш сын поправится. Вам не о чем беспокоиться. Я думаю, что мы все должны дать ему отдохнуть, — голос женщины позади Королевы показался Лимону очень звонким и неприятным. Этот голос как будто надеялся не на скорое выздоровление, а на скорую смерть. К сожалению, Лимон не запомнил лица говорившей. Перед его глазами расстилался туман. Его сознание снова оборвалось. И когда он очнулся в очередной раз — он видел лишь спины удалявшихся членов семьи.

Кто же из них мог его отравить?

Глава 3. Что-то проясняется

Следующие недели Лимон очень медленно, но выздоравливал. Регулярно заходили члены его "новой" семьи, приносили фрукты, рассказывали о том, как идут дела в Королевстве, желали скорейшего выздоровления.

Лимон никак не мог запомнить кто есть кто в родословной его семьи, поэтому Управляющий Королевской Гвардией, которого, кстати, звали Чжоу Кай, вечерами, после работы, заходил к нему и начинались длительные лекции об истории королевского рода.

Лимон не представлял, что у человека может быть настолько много родственников. Бесконечные двоюродные братья и сёстры, дяди, тёти, дальние родственники, для описания которых в его лексиконе не находилось терминов. Всё это приходилось запоминать, и более того, запоминать как выглядят эти люди, чтобы не оплошать и не назвать троюродную сестру именем покойной лошади двоюродного прапрадеда.

Странное дело, за всё это время, что он зубрил лекции — каждый свёрток включал довольно детальные портреты личностей и длинную биографию — ему лишь пару раз вернулось желание снова сесть за компьютер. Видимо, этот новый, фантастический для него мирсерьёзно заменял тот виртуальный мир, где он доминировал над оппонентами. Неужели ему начало нравиться? Трудно сказать. Лимон всё ещё скучал по родителям, по их старой квартире, по своему спортивному режиму сна, когда ради тренировок он просыпался рано-рано в два часа дня — здесь ему давали много свободы и он мог спать хоть до вечера, но почему-то всегда просыпался ровно в десять часов утра. Кое-кто из слуг сказал ему, что для некоторых господ это даже рано. Если бы Лимон знал об этом раньше, свой спортивный режим сна он называл бы королевским.

Но о чём теперь жалеть, когда тот мир, судя по всему, рухнул. Или нет? Лимон много чего узнал от Чжоу Кая, но так и не спросил самого главного — какой сейчас год? В следующий раз, когда друг детства пришёл к нему с новыми лекциями, Лимон задал этот вопрос прямо с порога.

— Скажи мне: какой сейчас год?

От такого вопроса Чжоу Кай прямо замер.

— Ты правда не помнишь? — стоит заметить, что Лимону удалось научить друга обращаться к нему на "ты".

—А как ты думаешь?

— Что ж. Ладно. Сейчас ровно тысяча лет с Великого Взрыва.

— Что за "Великий Взрыв"?, — Лимон задал этот вопрос, прекрасно зная ответ. Перед его глазами, точно это было вчера, вновь вспыхнуло красное небо и огонь, заливающий соседние здания и его самого. Значит, он попал не в прошлое, а в будущее?

— Видимо, на сегодня нам придётся отложить курс лекций о вашей родословной. Понимаете ли, тысячу лет назад мир совершенно отличался от того, что мы имеем сейчас. Люди жили совершенно не заботясь о природе, об экологии. Они уничтожали леса, животных, птиц. Это всё привело к тому, что природа не стала терпеть и решила отомстить людям, выбрав мишенью самое слабое звено человечества…

На последнем слове Чжоу Кай запнулся. Лимон посмотрел на него вопросительно. Его взгляд как бы говорил: "Почему ты остановился?". Чжоу Кай поймал этот взгляд, но не мог продолжать. Казалось, что его язык украла кошка.

— Понимаете ли, Принц. Я не уверен, что такие слова можно произносить в стенах Королевского Лазарета.

— О чём ты? Я разрешаю.

Чжоу Кай оглядел взглядом комнату, пододвинулся ближе к Лимону и перешёл на шёпот.

— Наука.

— Что наука?

— Да тише вы, — закричал шёпотом Чжоу Кай,

— Слушай. Я всё понимаю, но не можешь ли ты говорить немного… прямо.

Чжоу Кай перевёл дыхание и начал ещё более тихим шёпотом, чем до этого.

— Это всё наука. Она разрушила жизнь людей. Наука привела к множеству открытий и возможностей, но она же разрушили баланс и гармонию в мире. Это одна из причин, почему наше общество вернулось к древнему укладу. Теперь мы живём также, как люди миллионы лет до нас. Мы не пытаемся подчинить себе природу и она щедро платит нам за такое отношение. Да, наука привносила в жизнь людей много хорошего, но, в конце концов, именно её влияние уничтожило большую часть человечества. Просто представьте! Тысячу лет назад на этой местности жило восемь миллиардов человек. Вы можете себе такое представить? Как много полезного могло сделать такое количество сейчас! Эти люди могли воевать за нас, защищать нас, но вместо этого наука просто уничтожила их, превратила в пепел, — На заднем плане как раз горел камин, — И во что всё превратилось? В ничто! Всё исчезло! И до сих пор многие земли совершенно не подходят для нас, потому что там по сей день существует дух Науки. Дух, убивающий каждого, кто вдохнёт его. Пройдёт ещё очень много времени, когда мы вернём себе старые земли и сможем жить на них также хорошо, как наши предки очень много лет назад. И когда это произойдёт… Я даже не знаю, Принц. Я могу только надеяться, что хотя бы мои правнуки доживут до этого момента. Они увидят наши земли свободными. Они смогут строить дома, заводить семьи!, — Чжоу Кай и не заметил, как перешёл почти что на восторженный крик. Заметив это, он снова понизил голос до громкости первоначального шёпота, — Пока что рано об этом говорить. Вы ведь помните древнюю пословицу: невозможна жизнь там, где бродит наука? Вы не можете не помнить… Да, придётся мне учить вас даже этому. Словом… — Чжоу Кай приподнялся с колен и поклонился Принцу, — Мне нужно идти. Увы, на этом наши сегодняшние лекции завершились. Скоро к вам прибудет лекарь. Члены вашей семьи надеятся, что в этом месяце вы наконец сможете поправиться и выйти в свет. Не забывайте, что в ближайшее время вам предстоит выбрать девушку, которая станет вашей будущей женой. До скорого! — с этими словами Чжоу Кай вышел из Лазарета. Его шаги зазвучали далеко по каменной дороге.

Лимон сидел на кровати ошарашенный. Так много вопросов и так мало ответов. Он думал, что попал в прошлое, но оказался в будущем. Китай тридцать первого века очень похож на Китай в древности, но многие вещи претерпели значительные изменения. Например, он спит на кровати, а не на полу на циновке. Или такие условия существуют только для принцев и только в Лазарете? Это надо будет выяснить. Так значит… Лимон в прошлом умер от ядерного взрыва, а Лимон в настоящем оказался в теле Принца Королевской Семьи? Но что тогда стало с настоящим Принцем? Куда он исчез? Лимон задавал эти вопросы в пустоту. Никто не отвечал. Только где-то в ночи пела незнакомая птица.

Глава 4. Это важно понять

— Юань Линь, раз уж ты потерял память, я хочу напомнить тебе несколько важных вещей, — Эта лекция началась не как прежде, в Лазарете, а в Саду, на свежем воздухе, потому что Принц довольно успешно поправлялся после отравления, — Твоя жизнь во дворце до отравления была очень насыщенной. Ты катался на лошадях, играл на музыкальных инструментах, обучался ораторскому мастерству, политике, истории, тайком даже изучал зельеварение — от меня ничего не скроешь. Вынужден признать, что некоторые из этих навыков либо напрочь забыты, либо спят где-то в уголках твоей памяти. Прошло уже больше месяца, но я не вижу в тебе прежнего человека.

Лимон молчал, не зная что ответить. Он не мог понять, звучат слова его друга как обвинение или как утверждение некоего факта. Чжоу Кай, также смущенный образовавшейся в их разговоре тишиной, продолжил:

— Извините, я не хотел вас задеть. Ваше Величество, я… — Чжоу Кай опустил голову.

— Ничего, я понимаю. После отравления я как сам не свой. Я чувствую, что во мне что-то пропало. Не могу сказать что точно, — Лимон неплохо играл роль человека, который потерял память. Но к его случаю не очень подходило определение "потерять память", потому что потерять можно лишь то, что имеешь, а Лимон не имел почти никакого представления о настоящей жизни человека, в теле которого он находился.

Длинные манускрипты с детальной биографией каждого члена семьи дали ему достаточно информации, чтобы сложить, пускай и довольно посредственное, но представление о жизни королевской семьи. Но он всё ещё не мог ответить на главный вопрос: кем на самом деле был принц? И почему он переместился на тысячу лет в тело человека с тем же именем и с той же фамилией, что у него? Конечно, второй вопрос он никогда не задавал вслух. Наверное, в таком случае, его сочтут ещё более безумным, чем считают сейчас, а это многим грозит. Лимону уже объяснили, как много значит "имидж" для Королевской Семьи — они использовали какое-то более умное слово, чем "имидж", но Лимон его не запомнил.

— Скажи мне, — начал Лимон. Чжоу Кай наконец поднял взгляд, — Каким человеком я был.

Чжоу Кай приоткрыл рот, точно старался что-то сказать, но тут же закрыл его.

— Что такое?

— Знаете, я вдруг подумал, — начал Чжоу Кай, словно собираясь с мыслями, — Я встретил вас ещё до того, как вы стали принцем. Мы были детьми, играли во дворцовых садах, и вы всегда были таким… живым, — Чжоу Кай, как и в прошлую их беседу, рассказывал с необычайной бодростью, которая граничила с манией, — Вы обладали невероятной харизмой, которая притягивала к вам людей. Ваша улыбка могла осветить самый тёмный день, — Чжоу Кай вдруг поник. Юань Линь не мог не заметить этого, — Я скажу странную вещь, но мне кажется, что уже в детстве вы были… необычайно справедливы.

— Спасибо.

— Не за что.

Повисло неловкое молчание. — Можешь рассказывать дальше…

— Что ж. Видимо нам с вами придётся начать с самых основ. Ваше Высочество, во дворце вас ждало… ждёт… очень много дел. Вы, как никак, будущий король, должны будете взять на себя ответственность управлять страной, так что знать вам придётся действительно много. Я уже упоминал, что до отравления вы очень много чем интересовались, но на самом деле вы должны обладать знаниями в гораздо больших сферах, чем имеете сейчас. Даже тот же этикет. Вы совсем разучились держать палочки. Судя по всему, ваша мелкая моторика всё ещё хромает. Помните самое главное — обычаи королевского дворца довольно жестоки. Придворные могут поднять вас на смех даже из-за, на первый взгляд, безобидной детали. Неверно подобранная одежда может служить поводом для сплетен и слухов. Начиная с того, что у Короля при себе нет хорошего человека, который способен подобрать ему костюм, заканчивая отсутствием вкуса у самого Короля. Вас могут ругать за всё, к каждой мелочи будут придираться, но вы не можете просто казнить всех направо-налево — да, я знаю, у вас точно проскочила такая мысль — потому что все эти люди важны. Кто-то отвечает за внутренние дела страны, кто-то за внешние, кто-то за экономику, кто-то за военное дело, кто-то за королевскую кухню, кто-то собирает налоги с крестьян, а кто-то набирает лучших астрологов со всей провинции, так что вы просто не можете избавиться от человека, если вам он не нравится. Помните, что у каждого чиновника есть родственники, которые просто так не оставят смерть члена своей семьи и в следующий раз под меч попадёте вы.

— Но ты же сам сказал, что я справедлив, разве не так? А раз я справедлив, то нечего за меня так бояться?

— Знаете, Ваше Высочество, я не буду отказываться от своих слов, но вы должны помнить как сильно власть меняет человека. Пока что вы только Принц, сын Короля, у вас много привилегий, но вы даже представить себе не можете, как много возможностей у вас появится, когда вы взойдёте на престол. Вас будут окружать все эти мерзкие люди, готовые в любой момент воткнуть вам нож в спину или… — голос Чжоу Кая поник, — Отравить. Будь моя воля, я бы порекомендовал вам кое-что…

— И что же это?

— Никогда не становитесь Королём!, — закричал Чжоу Кай, уже совсем не опасаясь, что где-то поблизости могут гулять слуги. Вам совершенно необязательно вставать на престол сейчас. Ваш отец прекрасно правит, его легко сменит кто-то из братьев. Пусть правят они. А вы лечитесь, учитесь, наслаждайтесь своей молодостью. Вы должны понимать, что, взойдя на престол, не оставите себе путей для отступления. Взойти на престол — это сжечь мосты. Вы уже не сможете просто так оставить эту должность. У короля выхода нет. Либо он правит до самой старости, либо его с позором отстраняют от дел страны, либо… убивают.

— Скажи лучше, — бодро начал Лимон, — Так сколько правит мой отец?

— Двадцать пять лет…

— Ну вот, видишь? Его ведь никто не отравил. А в моём случае… Я уверен, что это была случайность. Всякое бывает. Я тоже раньше травился… раньше, я имею ввиду… ну, съел что-то не то. Мало ли, продукты плохие завезли, всякое бывает.

— Да какое тут "всякое бывает"?! — Чжоу Кай снова перешел на крик, — Вы что, не понимаете, что в королевский дворец еду завозят с лучших ферм провинции? Каждый продукт, каждый ингредиент тщательно проверяют слуги несколько раз, чтобы на стол подавали только качественную еду. Вы что, не понимаете, что Принц не может так просто отравиться?!

— Слушай, — Лимон поднял руки в примирительном жесте, — Я всё понимаю. Ты Управляющий, Советник и все дела, но… Разве не могло это быть случайно? Ну мало ли, приготовили не так, не дожарили, забыли заморозить, просрочили. Я не знаю как ещё тебе сказать. Просто скажи мне такую вещь: кто вообще в здравом уме будет травить Принца? Ну кто? Конечно ты не можешь ответить. Как ты и сказал, сейчас у меня привилегий почти и нет, править в ближайшее время я не собираюсь, так? Ну вот. Если кого и травить, так моего отца. Я не при делах.

— Принц, — Чжоу Кай взялся за голову, — Подобраться к королю труднее, чем к вам. Я не могу быть уверен на все сто процентов, что отравителем был кто-то из членов вашей семьи, но подумайте вот о чём: ваша смерть выведет Короля из равновесия. Находясь в отчаянии, он станет слишком слаб, чтобы управлять страной. Тогда его сменят на другого кандидата. Вы этого не понимаете?

Лимон глубоко задумался. Какие-то мысли плавали в сознании, но не формулировались во что-то конкретное. Видимо, он слишком глуп, чтобы понимать такие вещи. Почему он не поступил в университет? Конечно, он бы не сказал такую глупость, если бы учился. Или он хотя бы мог смотреть исторические дорамы и знать, как там у них, во дворцах, дела делаются.

— Интриги и политика — сложные вещи, — сказал Лимон таким тоном, как будто излагал истину.

— И вы не имеете права так разбрасываться своей жизнью. Что будет с вашим родом, если вы умрёте? Вы уверены, что братья вашего отца смогут привести страну к благополучию? Почему вы настолько безответвенны? Я долгое время делал скидку на вашу болезнь, но теперь… Вы ещё не поняли? Вы — сын Короля этой страны. Вы должны быть начеку. Всегда. Каждую секунду вашей жизни может что-то происходить. И если вы до сих пор не поняли… да, — закончил Чжоу Кай, — Вас могут попытаться убить снова. И я уже не смогу ничем вам помочь.

После этой речь Чжоу Кай встал, низко поклонился Принцу и двинулся по дорожке. Лимон продолжал не понимать в каком месте он оказался. Да и не очень-то хотел.

Глава 5. Принц выходит в люди

Настал тот день, когда Лимон полностью выздоровел. Свои королевские амбиции он оставил на потом. Возможно, ему не суждено стать Королём — и это к лучшему. Не готов он к испытанию славой и влиянием. Лучше думать, как поскорее вернуться в свой настоящий мир. Странное дело, он почти не вспоминал о нём, пока жил в Лазарете.

От его увлечения играми как будто ничего не осталось, его мечта стать великим киберспортсменом просто померкла перед тем, что его ждало в ближайшем будущем. Возможно, он взойдёт на трон и тут уж тебе не до игр. Шагая по улице, Лимон начал замечать, что на груди у проходящих мимо людей висит что-то вроде бейджика, только не из пластика, а из ткани, пришитое прямо к одежде. Сначала он подумал, что так люди сообщают окружающим свои имена, но позже, присмотревшись, обнаружил, что на "бейджах"с помощью иероглифов написаны… цифры.

Кто-то разгуливал с цифрой "4"на груди, кто-то с "5",а кто-то с "9".Лимону начало даже казаться, что размер цифры на что-то влияет и те, что шагали с цифрой поменьше, двигались более раскованно, чем другие. Возможно, ему только кажется. Лимону хотелось спросить Чжоу Кая об этом, но он был на службе, не стоило отвлекать его в служебное время, тем более, что он так много времени проводил с ним в Лазарете, порой пренебрегая своими прямыми обязанностями. Может быть члены семьи не мешали Чжоу Каю быть с ним именно потому, что когда он не был за своим столом в кабинете и не занимался расследованием — он был менее опасен? Такая мысль пришла Лимону. Он удивился тому, что у него бывают такие складные, вдумчивые мысли. Наверное, ему правда стоило стать каким-нибудь видным учёным. Всё-таки человек он способный!

Лимон шёл и внутренне гордился собой. Тем не менее, вопрос о цифрах оставался открытым. Чжоу Кая спросить некогда, может во дворце есть своя библиотека? Почему бы и нет? Нужно только наведаться туда. Только вот дворец настолько огромен, что даже непонятно в какую библиотеку идти. Лимону не пришло в голову ничего лучше, как остановить проходящего мимо мужчину с непонятным ящиком в руках — небольшой словарный запас Лимона не позволял ему правильно описать этот ящик.

Мужчина вдруг остановился, вытянулся, точно стоял перед генералом, и застыл, как вкопанный. Судя по всему, он узнал Принца, но никогда не говорил ни с кем из королевской семьи напрямую, отсюда такая реакция. Этому мужчине будет что рассказать членам своей семьи. Можно только представить, как они обрадуются этому известию и обязательно будут передавать эту историю из уст в уста следующим поколениям. Такие истории просто так не забываются.

— Ваше Высочество, имею честь… то есть… здравствуйте, Ваша Светлость… весь ваш, к вашим услугам, — мужчина низко поклонился. Даже несколько раз. Со стороны смотрелось несколько комично. Лимон удивился, что хоть кто-то в этой вселенной может так робеть перед ним. Как же ему недоставало этого в его прежней жизни… Но сейчас не об этом!

— Извините, дяденька, я бы хотел узнать, как пройти в Королевскую Библиотеку.

— О, Ваша Светлость, как есть я… расскажу вам, что… Смотрите, то есть… Туда, прямо на Юг, проходите пятьсот шагов, Ваша Светлость… и прямо она, Библиотека, — мужчина поклонился ещё раз. И ещё. Но Лимон уже шагал, нет, бежал по направлению к библиотеке. Ему так хотелось узнать, что значат цифры на груди всех встречных ему людей, что он просто не мог позволить себе остановиться.

— Юань Линь, стоять! — крикнул грубый мужской голос.

— А, чего? — спросил Лимон.

— Во-первых, здравствуйте. Во-вторых, почему не кланяетесь? В третьих, как вы обращаетесь со своим дядей? Я понимаю, что вы будущий Король, но уж извольте показать хоть грамм уважения человеку, который приходится братом вашему отцу. Где у молодых уважение к старшим?

— Извините. Здравствуйте. Виноват, — Лимон стоял, точно перед школьным учителем, не способный вымолвить ни слова.

— Куда бежите, Юань Линь? Вы разве не знаете, что Королю бегать не положено?

— Ну, я ещё не Король…

— Никаких отговорок! Видимо, придётся сказать вашему отцу, чтобы поговорил с вами о вашем поведении. Прощайте! — также стремительно, как начался этот разговор, он и закончился.

Лимон остался стоять посреди площади, продолжая смотреть вслед удаляющемуся мужчине. Странно, что Юань Линь его не запомнил. Наверное, его портрет в тех свитках был нарисован куда лучше, чем его лицо выглядит в жизни. Нельзя так говорить о членах семьи, но ведь это не настоящая семья Лимона. А раз это так, то стоит сказать, что дядя у Лимона тот ещё фрукт. И лицо такое противное, точно что-то замышляет…

Но пока не время об этом думать, хотя именно об этом думать и хотелось. Если бы не этот разговор, Лимон давно бы попал в библиотеку и перечитал все книги. Потраченного времени не вернуть, а тут ещё, оказывается, по дворцу бегать нельзя. Как же тогда добираться? Тут ведь даже транспорта нет… Вдруг Лимон увидел живую "повозку". Иными словами, носилки.

Как он мог забыть, в древности люди всегда катались на таких. Не зря какой-то философ говорил, что история циклична. Подтверждение этим словам Лимон видел своими глазами. Нужно и себе взять "повозку".

— Эй, дяденька, — крикнул Лимон "кучеру", — Сюда-сюда. Мне надо добраться до Королевской Библиотеки.

Едва ли не спавший до этого "кучер" со своими слугами бодро побежали к Лимону и он лихо забрался в повозку, как будто всю жизнь только тем и занимался, что катался на них.

— В Королевскую Библиотеку, — скомандовал Лимон и носилки помчались с невиданной скоростью. И откуда только у носильщиков столько энергии вот так таскать людей круглые сутки? Наверное, им просто очень нравится их работа. Улица проносилась перед глазами, а Лимон важно сидел в своём транспорте и размышлял над тем, что стать королём не такая уж и плохая цель, если тебя каждый день будут вот так носить по улице почти что на руках. Очень быстро, всего за пару минут, они добрались до места назначения и Лимон немного даже расстроился, что приходится вот так оставлять насиженное место. Но ничего. Его ждут важные исследования. Можно лишь вообразить как долго бы он добирался до библиотеки пешком.

В этом дворце так много проходов, переулков, почти что лабиринт. В таком месте можно и потеряться. Лимон слез с носилок и сказал носильщикам где-нибудь погулять, пока он будет заниматься Важным Королевским Делом. Естественно, этот приказ восприняли с энтузиазмом. Лимон млел от осознания собственной важности. Тут у любого человека снесёт крышу. Нигде и никогда он ещё не сталкивался с настолько высоким уровнем уважения к себе. Словом, он поднялся по высокой лестнице прямо в библиотеку, где его горячо приветствовали работники этого места.

Лимон сразу сказал, что ему нужна книга об истории их провинции. Такую книгу тут же принесли откуда-то из архива. Такого рода материалы на простых полках не валяются. Кто же станет класть столь ценное пособие рядом с рассказами какого-нибудь молодого беллетриста? Лимон, почти что выхватив книгу у библиотекаря из рук, направился в самый дальний угол библиотеки и живо раскрыл страницы. Ему хотелось знать каждую мелочь об истории места, куда он попал. Он знал совсем немного и этих знаний, конечно же, не хватало. На своей памяти, Лимон впервые в жизни так сильно тянулся к знаниям. И вот он стал читать.

За тысячу лет некоторые иероглифы слегка изменили своё написание, появилось много новых слов, стиль казался слишком витиеватым, но в общем и целом Лимон понимал суть написанного. Радовало хотя бы это. Не придётся снова бежать к Чжоу Каю и выспрашивать у него ответы на самые банальные вещи. Может быть, у Лимона есть какие-то другие приятели кроме Чжоу Кая? Если так, то почему они не навещали его в Лазарете? Может быть, им просто запретили? Но почему тогда разрешили появляться Управляющему Королевской Гвардией? Так много вопросов и так мало ответов. Но это не самое страшное. Самое страшное — это когда много ответов, а связать их во что-то единое никак не получается. Вот тогда и наступает головная боль.

Лимон никак не мог сосредоточиться на чтении. Ему хотелось узнать всё и сразу, поэтому он перебегал с одной строчки на другую, стараясь ухватить суть разом, но написанное требовало вдумчивого чтения — навыка, которым Лимон никогда не обладал, поэтому вскоре он перестал понимать то, что читает. Совершенно вымотанный столь трудным процессом, как чтение текста, Лимон откинулся на спинку стула и уставился в потолок. Нет, так дело не пойдёт. Нужно взять волю в кулак. Времени у него много, сейчас никто от Лимона ничего не требует. Читай — не хочу. Он имеет полное право просидеть в Библиотеке до вечера.

С этими мыслями Лимон снова вернулся к чтению. На этот раз он решил не охватывать всё написанное разом, а для начала прочитать содержание. Это казалось самым лучшим решением во всей его жизни. Содержание гласило, что пятая глава полностью отвечает на вопрос Лимона, которым он задавался на площади: для чего многие люди во дворце и в провинции носят на груди нашивку с номерным знаком? Первые же главы почему-то отвечали на непонятные вопросы из области какой-то там магии. Теперь понятно, почему Лимон ничего в них не понял, кроме некоторых фраз. Лимон пролистал книгу до пятой главы и принялся читать. Закончив пятую главу, он открыл шестую. Закончив шестую, открыл седьмую. Лимон просидел в Библиотеке до самой глубокой ночи, даже когда все библиотекари давно ушли.

Глава 6. О том, что Лимон узнал из прочитанного

Очень важно, чтобы ребёнок появился на свет с правильным числом судьбы, потому что именно это повлияет на всю его дальнейшую жизнь. По дате рождения можно узнать всё: начиная от характера человека, заканчивая родом его деятельности. Самое пристальное внимание всегда обращается на месяц рождения. Даже если у семьи правителей ребёнок рождается в неблагоприятный месяц — ему будет уготована учесть обыкновенного крестьянина, он не сможет когда-либо занять место у престола и во Дворце ему появляться будет запрещено, если только по редким праздникам.

Конечно, время от времени, родители смогут навещать своего ребёнка, какое бы положение в обществе он ни занимал, но такие встречи должны быть не слишком частыми и не слишком долгими, чтобы в обществе не пошли слухи, что правители доверяют своему сердцу больше, чем уму. Настоящий правитель должен всегда держать своё сердце под контролем ума, потому что, как никак, именно на его плечах лежит ответственность за управление делами государства. По этой причине люди стараются тщательнее планировать ребенка, ведь сын крестьянской семьи может заслужить себе пост при дворце, если родится в правильном месяце.

Да, человек может претендовать на трон только в том случае, если является родственником кого-то из королевской семьи хотя бы в четвертом поколении, но на практике, чаще всего, такое родство доказать трудно, потому что правители не спешат набирать в Королевский Двор кого-то ещё, кроме тех, кто там уже прочно обосновался. Если бы Королевский Двор был так радушен к новым гостям, между чиновниками не происходили бы разного рода интриги, как это случается на деле. Тем не менее, если правящий Король не имеет наследников — он имеет право усыновить ребёнка, который носит на груди цифру "1".

Рождение каждого ребёнка тщательно фиксируется врачами, более того, справку о точной дате и точном времени рождения можно получить лишь у Сотрудника Соответствующего Правления. Только они могут с точностью подтвердить, врёт человек или говорит правду. Таким образом, ребёнок должен появиться на свет в назначенное время, но если он поторопится или опоздает — заветную единицу он уже не получит. Бывали случаи, когда матери настолько торопились с рождением ребенка, что проводили со своим телом недостойные манипуляции, в результате которых ребёнок рождался не совсем здоровым и умирал в достаточно скорое время после появления на свет.

По этой причине, даже ребёнок, рождённый, что называется, в "правильный"срок, не имеет права носить на груди единицу и должен стать обыкновенным крестьянином, а всё благодаря матери, которая желала ему лучшей участи. Эта практика помогла снизить количество детей, рождённых с самыми разными физическими и психологическими дефектами. Впрочем, не стоит считать, что каждая семья стремится направить своего ребёнка именно во Дворец. Есть семьи, где та или иная профессия передаётся из поколения в поколение. Например, профессия учителя. Если ребёнок в семье учителей родится в полу-месяц военного дела — увы, не видать ему карьеры учителя. Придётся, по достижении определённого возраста, направиться в военную академию где его ждут долгие тренировки с оружием и скалолазание.

Не стоит считать эту практику слишком суровой. Именно она помогает организовать общество, дать каждому его члену работу и обеспечить достойным заработком. Такая система помогла полностью побороть безделье, стать залогом того, чтобы каждый человек в Провинции развивался в той или иной сфере, двигая общество к прогрессу. Этот прогресс мы можем прямо сейчас видеть своими глазами. Человечество развило магию до той степени, когда мы можем использовать её себе во благо. Об остальных темах информацию ищите в следующих главах.

Но как же узнать, какое положение займёт ребёнок, если он родился в определенный день определенного месяца? А очень просто. Год условно разделён на 12 месяцев, которые образуют полу-месяцы. Каждый полумесяц представляет собой определенное положение, род деятельности, занятие. И хотя наша система годоисчисления задействует в своем арсенале вышеупомянутую меру измерения, как "полу-месяц", не стоит забывать, что в некоторых провинциях, особенно на Севере, во Второй Столице, всё ещё используется древняя традиция, где год измеряется месяцами и только положение личности в обществе отмеряется полу-месяцами. По этой причине, чтобы уважить население и правителей Второй Столицы, в этой книги мы будем указывать традиционное годоисчисление.

Итак, в каком полумесяце нужно родиться, чтобы жить при дворце. На самом деле, необязательно родиться в в королевский полумесяц, чтобы попасть в во Дворец. Потому что даже военные, учителя, крестьяне нужны Дворцу в качестве работников, отсюда есть вероятность занять неплохое положение, но нужно понимать, что исконное положение человека будет мешать ему занять более высокую должность и если даже условный крестьянин сможет занять при дворе какую-то должность — учитель всё равно получит должность гораздо выше него. Это сделано на тот случай, если Природа ошибётся и позволит человеку появиться на свет не в тот день не того полумесяц, но имейте ввиду, что такие ситуации не слишком частые и люди во Дворце предпочитают держать традицию как она есть. Помимо самого полумесяца, очень важную роль играет день рождения. Самые лучшие дни — это первые и последние дни месяца. Любого месяца. Худшими считаются даты, которые лежат к самой середине месяца. Также на многое влияет год и следующий из него Знак Зодиака, но информацию об этом мы затронем в следующих главах.

Беря какого-то человека на работу или вступая с кем-то в брак, пристальное внимание обращайте на следующие вещи: социальное положение, дата рождения, год рождения. Те, кто родились в самом конце или начале месяца — самые удачливые, умелые люди. И наоборот, мало кто захочет брать себе в жёны или мужья человека, который родился в середину любого месяца — даже несмотря на его социальное положение. Через свои поступки человек может доказать, что достоин быть избран в мужья или на работу, но на большее он не сможет претендовать. Природа решила не давать такому человеку удачу и его лучше сторониться.

Глава 7. Что-то страшное грядёт

Лимон зачитался допоздна. До того момента, когда все библиотекари давно закрыли помещение. Разве что снаружи оставались два охранника, что берегли чуткий сон Принца. Лимону снились приятные сны в которых он летал по всей Провинции, которую, будем честны, почти не видел в глаза, потому что вся его жизнь в новом теле ограничивалась территорией Дворца.

Лимон не смог бы пересказать, чем конкретно он занимался в этих снах, но знал точно одно — он был невероятно счастлив. Самый счастливый человек на Земле. Как давно он не испытывал подобного чувства? Наверное, на этот вопрос Лимон сам не ответит. Никогда. Он немного вспоминал свою жизнь, свою популярность на сервере, уважение и ужас, которые вызывало появление его ника, но теперь эта жизнь казалась такой далекой.

Лимону пришла мысль, которую он не мог бы выразить словами, только образами. Мысль гласила, что вся наша жизнь — это сон. Лимон двадцать один год прожил в двадцать первом веке, он считал ту свою жизнь настоящей, но теперь он оказался в совсем другом мире, которого с прежним разделяет тысяча лет и уже новая жизнь кажется ему настоящей. Так какая из этих двух жизней истинная? Та, что осталась в двадцать первом веке или та, которую он обрёл в тридцать первом? Лимон без каких-либо колебаний ответил бы, что вторая. Интересно, если он когда-нибудь умрёт и попадёт куда-то вроде Рая — эта новая жизнь всё ещё будет казаться ему настоящей? Человек спал и ему снилось, что он стал бабочкой. Что мешает ему быть бабочкой, которой снится, что она человек? Все эти трудные вопросы выражались в виде образов и когда Лимон проснулся — он уже не мог пересказать их простым языком. Часть из виденного он забыл вовсе. Но прямо сейчас он спал и охранники берегли его сон, а всего лишь в нескольких кварталах от Библиотеки происходили более интересные вещи, напрямую влияющие на жизнь молодого Принца.

Конечно же Лимон не знал об этих событиях, но даже если бы знал — он бы не смог что-то исправить. Более того, его присутствие, скорее, только испортило бы, повернуло ход судьбы не туда, куда нужно. Но это всё домыслы. Факт же в том, что в Дворце Собраний прямо сейчас собрались Король и несколько особенно важных чиновников — настолько важных, что ценность некоторых из них была выше ценности короля. Они занимали свои высокие посты вполне официально, но даже их подданные не могли точно сказать, насколько они влиятельны. Все верили, что, несмотря на ценность Высших Чиновников, последнее слово всегда остается за Королем. Но дело обстояло совсем иначе…

Эти люди знали о Королевской Семье гораздо больше, чем сама Королевская Семья знала о себе. Своими длинными руками они могли забраться и раскопать самые скрытые тайны, устроить бунт, свергнуть Короля и поставить вместо него нужного себе кандидата. Король был бы рад избавиться от этих людей, но кое-что мешало ему просто так это сделать. Во-первых, эти люди были слишком хитрыми и слишком коварными, чтобы допустить хотя бы намёк на мятеж в свой адрес. Во-вторых, они всё же обладали изрядным влиянием, которое осуществляли через третьи лица. В третьих, и это главная причина — их ум служил на пользу стране. Используя свои искусные навыки дипломатии, они могли предотвратить или разжечь войну, сплотить или разобщить войско, спасти или погубить самого высокопоставленного человека.

Можно сказать, что такая власть далась им с самого рождения, но это будет лишь частью правды. Благодаря своим незаурядным способностям, они забрались на самую верхушку власти и крайне ревностно относились к каким-либо попыткам их с этой верхушки сдвинуть. Со стороны могло показаться, что Король собрал их для объявления какой-то важной новости, но на деле всё было иначе — это они вызвали Короля, который примчался в зал на всех порах, чтобы объявить ему о своих дальнейших планах на судьбу Королевской Семьи и, в частности, на судьбу молодого Принца по имени Юань Линь. Король, стараясь сохранять остатки самообладания, слушал с явным трепетом, а люди, сидящие перед ним, говорили нарочно тихо, чтобы к их словам приходилось прислушиваться — эти слова весили так много, что им не требовалась громкость.

— Ваше Высочество, пускай сейчас мы скрыты от посторонних глаз, я постараюсь сохранять формальности и к тому же самому призываю своих коллег. Как по-вашему, Ваше Высочество, мы должны соблюдать эти формальности, когда говорим с вами наедине?

Не составит труда понять, что вопрос был с двойным дном. Если Король попросить соблюдать при нём формальности — это навлечёт гнев Высших Чиновников. Если скажет, что можно обойтись без формальностей — поставит себя рангом ниже, в уязвимое положение. Король попытался найти компромисс. Это получилось у него не слишком хорошо, впрочем, чиновникам хватало даже этого. Он сказал:

— Как вам угодно, Господа Высшие Чиновники. Я не почувствую себя оскорблённым, если вы иной раз не соблюдёте какую-то из формальностей. Но если вам угодно, соблюдайте эти формальности по вашей возможности. Высшие Чиновники довольно закачали головами. Их бородатые подбородки так и тряслись в воздухе. Они максимально оттягивали момент, когда начнут свой разговор, но не потому, конечно, что избегали разговора, а потому, что играли с Королём, проверяя его выносливость. Король не мог не провести параллель с охотой кошки на мышку, только здесь таких кошек сидело сразу три — и каждая хотела отодрать себе самый лакомый кусок.

— Я вас внимательно слушаю, — несколько поспешно продолжил Король.

— Так вот… — вступил Высший Военный Чиновник, — Дело касается вашего сына. Напрямую. Как мы все понимаем, вы так и не сумели его отравить.

— Простите, я… — попытался защититься Король. Но его прервали.

— Молчать! — Высший Военный Чиновник лишь делал вид, что потерял терпение. На самом деле это тоже была часть игры, часть более крупного спектакля, где каждый разыгрывал свою роль.

Высшему Военному Чиновнику не было нужды выходить из себя. Он сделал это лишь затем, чтобы посмотреть на реакцию Короля, которая была вызвана его гневом.

— Что за Король не способен поставить дела Государства выше жизни какого-то сына. Не забывайте, что если бы ваш сын родился на минуту раньше — он бы сейчас не бегал по Дворцу, как угорелый, а собирал рис где-нибудь в далёкой провинции на правах крепостного. Эта речь вызвала бурную поддержку среди остальных слушателей. Они не вступали в разговор до тех пор, пока другой не завершал речь, никогда не спорили и не перечили друг другу, точно действовали как единый разум. Ни Король, ни тщательно подобранные шпионы, так и не сумели понять, что за нить связывает этих троих. Почему они, не имеющие с виду ничего общего, так хорошо понимали друг друга. Почему до сей поры кто-то из этой компании не повёлся на деньги и не предал остальных? Такая возможность была.

Король уже пытался подкупить каждого из них по отдельности, но ему это не удалось. Наоборот, это привело к более печальным последствиям, которые пока раскрывать рано. Совершенно отчаявшийся найти решение, Король сидел с опущенной головой и ждал своего приговора. Конечно, ему оставят титул, он всё ещё будет править, но могут забрать кое-что серьёзнее, чем эти две вещи. Они могут впутать его в такую тёмную игру, что единственным выходом останется только… Но размышления Короля прервали.

— Ладно, — примирительно сказал Высший Чиновник по Внешним Делам Государства, — Я уверен, что Его Высочество и сам понимает, что именно он сделал не так. Будет слишком подозрительно, если Принца отравят дважды. Однако, я придумал небольшой план, который изложил в этом документе. Ваше Высочество, вы и сами должны понимать, что присутствие во Дворце вашего сына не очень нам выгодно. Будет гораздо лучше, если мы поставим на его места, скажем… кое-кого другого. Нет никакой гарантии, что вы проживёте долго, но если после вашей смерти на престол встанет ваш сын… Что тогда? Не обижайтесь, но я считаю, что ваш сын способен разрушить фундамент нашего государства изнутри. Остальные чиновники довольно закивали в ответ.

— Отравить его снова мы не можем. Во-первых, это вызовет подозрения. Во-вторых, вся еда, что поступает на стол Принцу, теперь тщательно оберегается лично Управляющим Королевской Гвардии. В третьих, в конце концов, это очень скучно. Как же говорили в древности… моветон! Вот именно. Поэтому в этот раз ответственность за жизнь вашего сына полностью на ваших руках. Мы уже предлагали вам план, Ваше Высочество, — последнее слово он саркастически растянул, — Но вы этот план испортили. Мы даём вам последнее предупреждение: устраните своего сына любыми способами или в опасности окажется вся ваша семья. После этой фразы, Высшие Чиновники, все как один, встали и вышли из помещения, а Король продолжал сидеть, низко опустив голову. Много мыслей роились в его голове, но найти более-менее адекватного решения проблемы он не мог. С одной стороны, смерть Юань Линя поможет семье жить и здравствовать дальше и никто не помешает правлению Короля. Да, хитрые чиновники поставят вместо Принца своего кандидата, но это спасёт жизни десятков людей. С другой стороны, Юань Линь всё же ему сын. Да, он никогда не питал к своему родному, единственному сыну каких-то чувств. Всегда считал, что не помешает заменить его кем—то другим в делах правления страны… и всё же это был его сын! Но есть и третья сторона, — сказал вслух Король сам себе. Что, если это хитрая ловушка? Сначала говорят: "Избавься от сына и всё будет хорошо", а потом придумают что-то новое. Нужно оставаться начеку. Но просто так ослушаться приказа он не может. Эти люди слишком влиятельны и правили задолго до него, чтобы просто так им перечить. Нужно сказать им спасибо, что они позволили столько лет сидеть на троне. Хотя за что их благодарить? Все годы правления он не имел собственного мнения, во всём прислушивался к Высшим Чиновникам, а вместо своего мнения выражал их мнения. Такое ли это хорошее правление? Его знают как сильного лидера. Это, несомненно, огромный плюс. Но является ли он сильным лидером на самом деле? Ответа на этот вопрос Король не желал знать.

В это самое время Юань Линь по-прежнему безмятежно спал над книгой. Вдруг он услышал рядом, над ухом чей-то голос. "Я принял весь удар на себя. Не подведи меня". Лимон вскочил со стула, огляделся, но никого не увидел. Библиотека по-прежнему пустовала, а книга лежала распахнутой на той же самой странице.

Глава 8. Одно разочарование за другим

Отец вдруг решил, что Лимон уже достаточно здоров и должен обязательно посетить какое-то мероприятие с длинным названием. Сути мероприятия Лимон не понимал да и, честно говоря, не слишком горел желанием понимать. Все эти мероприятия — от лукавого, — говорил он себе. Ему хотелось вернуться в свой новый дом, точнее, отдельный небольшой дворец, который выстроили специально для него — вообще-то Лимон должен был оказаться там вчера, но он очень ловко сбежал из под охраны и отправился в ту самую библиотеку.

Лимон многое узнал из той красивой книги с изящным переплётом, но во время сна кое-что выветрилось, поэтому он шёл как бы с чистой головой и с таким взглядом, с каким глядят на мир младенцы или мудрецы. Чжоу Кай заметил небольшую перемену в Принце. Казалось, что за ночь, проведенную в библиотеке, он не то, что не прибавил в уме, а даже кое-что потерял. "Неужели я так и не увижу Принца таким, каким он был раньше?", — спрашивал Чжоу Кай самого себя. Что за яд ему подсыпали в напиток, что он не только потерял память, но и рассудок?

Лимон даже не подозревал, что окружающие его люди так серьезно пекутся о нём, а если бы подозревал — его бы это разозлило. И чего им всем от меня надо?, — подумал бы он. Я уж сам как-нибудь разберусь со своей жизнью. Пусть своей жизнью занимаются, а меня не трогают. И конечно, подумав так, он был бы неправ. Не стоит забывать, что окружающие видели в Лимоне молодого Принца, будущего правителя страны. Лимон был бы рад объявить об отсутствии у себя всяческих амбиций, но, казалось, никто не хотел слушать. Как и раньше, люди видели в нём только образ, совершенно не обращая внимания на то, что внутри скрывается личность.

Да, эти размышления могут показаться пафосными, но Лимон считал себя личностью, пускай и стыдился говорить об этом при других. В той, прежней жизни, его видели в образе "младшего, избалованного сына". Так и вспоминается древнее стихотворение: Было у отца три сына // Старший умный был детина // Средний был и так, и сяк // Младший вовсе был дурак. Его родители не хотели понять, что он никогда не пойдёт по их стопам, не займётся бизнесом, не станет наследником компании.

Внутри Лимон сидела яркая творческая натура, которая не находила своего самовыражения именно потому, что искала. Такие парадоксы окружают всю нашу жизнь, их не так-то просто заметить, а если даже заметил — далеко не факт, что это что-то изменит. И что же получается? Лимон попадает в новый для себя мир, но и здесь в нём не видят личность. Образ "молодого Принца, наследника престола" быстро ему наскучил. Как оказалось, привилегий никаких, зато обязанностей целая куча. Лимону вспомнилась фраза, которую любили повторять учителя в школе: права они знают, только обязанностей не соблюдают. Казалось, что все знали обязанности Лимона, а вот о правах забыли — или никогда не вспоминали. Да, не такой он представлял себе жизнь Принца. И не таким он себе видел будущее.

В его понимании существовало два образа будущего. Первое в жанре фантастики. Ну, все эти летающие машины, лазерное оружие, роботы. Именно так, как изображают будущее многие режиссеры и писатели-фантасты. Второе, которое оказалось ближе к правде, напоминало фэнтези. Только вот обучать магии Лимона никто не собирался. Пока эти двое ехали на мероприятие на носилках, Лимон задал вопрос своему товарищу.

— Слушай, дружище, — прошептал он ему, — Когда меня это, магии будут обучать? Страшно хочется попробовать. Огнём популяться и все дела.

Чжоу Кай тихонько рассмеялся.

— Разочарую вас, Принц. Никогда!

— Что??? — закричал Лимон, едва не перепугав носильщиков. — Как это никогда?

— Мне очень жаль вам об этом говорить, но вы родились… в неправильный день. Не то, чтобы он совсем неправильный. Первый день первого полумесяца — прекрасная дата. Быть Королём вам поручила сама Судьба. Но вот магией обделила. Обучаться магии вы не имеете права, чтобы не разгневать Судьбу.

— Плевать мне на Судьбу. Давай, учи меня тайно!

— Я сам не очень-то владею магией. Мои способности заканчиваются на левитации. Как-то ещё до болезни вы любили шутить, что моих способностей хватает лишь на то, чтобы перелетать с места на место точно дворовая курица.

—Забавно, — ответил Лимон и погрустнел. Этот мир раздражал его всё больше и больше. С каждой секундой. Но возражать не имело смысла — никто не поймет. Люди в этом мире не думают. Судьба решила, значит, так надо. Не люди, а зомби!

— Слушай. Вот такой вопрос. Всё забывал спросить. А эта моя Гвардия… она очень большая?

— Довольно внушительная для Принца.

— И сколько.

— Пять человек.

— Что??? - Лимон мог бы картинно поперхнуться чаем на этом моменте. Благо, никакого чая под рукой не оказалось,

— Ты издеваешься что ли? Какие пять человек?? Ты хотел сказать пять сотен?

— Нет, пять человек.

— Пять. Тысяч. Человек.

— Пять. Человек. Первый, второй, третий…

— Да это я понял. Но всё же. Разочаровывает, - Лимон призадумался и решил задать последний вопрос, который мог поднять ему настроение, — То есть ты и еще пять человек.

— Нет, я среди них.

Лимон разразился таким потоком бранных, неизвестных уху обывателя тридцать первого века слов, что носилки едва не выпали из рук носильщиков.

Глава 9. Трудности на этом не заканчиваются

На мероприятие они немного опоздали. Но разве опаздывать для Принца — это не правило хорошего тона? Как оказалось, не очень. Опоздание всего на минуту может послужить поводом для самого разного рода сплетен. Могут пойти слухи, что Принц не держит своё слово, страдает отсутствием ответственности и не бережёт внимание окружающих. Впрочем, опоздал в тот день не только Лимон, но и сам Король, а потому опоздание Принца не сочли таким уж оскорблением.

В небольшом зале сидели три левых старика в расписанных халатах. Дикция у этих стариков, судя по всему, хромала с рождения, а с годами стало только хуже. Лимон молча поблагодарил Судьбу за то, что сидит от этих дедков достаточно далеко, чтобы не улавливать противный запах, исходящий из старческих ртов. Каждый из этих стариков принялся задавать Лимону каверзные вопросы, проверяя его остроумие. Лимон отвечал без какого-либо энтузиазма, но его ответы вызывали расположение собеседников и с каждым ответом их морды становились всё хитрее и хитрее — еще немного и на его глазах они превратятся в лисиц.

Вскоре Лимону поднесли чашу с непонятным красным напитком. Лимон отодвинул чашу подальше, чтобы не мешала, но старики, сидящие перед ним, восприняли это как вызов. — Ваше Высочество, почему вы не пьёте? - встрял первый.

— Не хочу.

— Ваше Высочество, вам не нравится? — встрял в разговор второй.

— Откуда я могу знать, нравится мне или нет, если я ещё не пробовал?

— Ваше Высочество, попробуйте, — встрял третий, — Вы что, нам не доверяете?

— Конечно же я вам не доверяю. Я вас впервые в жизни вижу.

Старики не нашлись что сказать. Вдруг двери зала распахнулись и на пороге появился Король. Наверное, мероприятие показалось ему столь важным, что он нарушил своё главное правило: "Король никогда не бегает. Другие бегают вокруг него".

— Итак. Начнём, — Король прошёл к своему татами и сел на колени. Шокированные лица Высших Чиновников он принял за театральную игру. Сговорились, чтобы при сыне играть роль достойных людей. Знаем—знаем какие они достойные. Да не вылезающий из грязи крестьянин в сотню раз достойнее, чем все они вместе взятые.

— Я собрал вас сегодня с важной новостью. Я собираюсь покинуть престол, чтобы уступить власть своему сыну.

Комната наполнилась недовольным бормотанием.

— Ваше Величество, как вы можете?

— Ваше Величество, это не благоразумно!

— Ваше Величество, сейчас не время. И так далее, и тому подобное. Лимон был поражён не меньше, чем все эти люди вместе взятые. Только недавно он решил для себя, что власть ему не нужна, как эту самую власть ему засовывают прямо в руки.

— А меня кто-то спросил?

Шум в комнате затих.

— Что значит спросил? — Король медленно обернулся к Лимону.

— Понимаешь ли, — начал Лимон, — Зачем мне власть? Давай ты будешь править и дальше, дела там решать свои, какие у тебя есть, я не знаю. Просто меня в это не втягивай. Я ведь ещё так молод…

— Молод! — Король моментально вышел из себя, — Я начал править в четырнадцать и уже тогда мне удалось подавить восстание мятежников в южной провинции. Тебе уже двадцать один год, сколько можно тянуть? Да мы с матерью…

— Ну слушай, — грубость отца не смутила Лимона, — Я же вас об этом не просил. Ну буду я править, а что изменится-то? Ты думаешь, моё правление принесёт стране благосостояние или что?

— Бла—го—сос—то—я—ние. Сын, ты меня удивляешь, — гнев Короля внезапно стих, — Где же ты взял это слово?

— Из книги одной… учебник…

Король расхохотался.

— Вот видишь! Ты — идеальный правитель. Правитель может не знать, как ездить на лошади, но знать древние слова он просто обязан. Я понимаю, что ты боишься, но помни одну важную вещь — ты мой сын, а значит, ты избран, чтобы стать правителем страны.

— Папаша, — Лимон остановил Короля, который продолжал восхищенно болтать о перспективах своего сына, — Не нужен мне твой трон. Я сам всего добьюсь. И без твоих денег.

— Па—па—ша? Добьёшься сам? Без денег? Каких денег? У меня нет никаких денег.

— Да хорош заливать. Нет у тебя денег! Да ты же Король провинции.

— Сын мой, Король не может иметь личных денег! Казной распоряжаются Высшие Чиновники, — он наконец обернулся к старцам, которые продолжали терпеливо ждать и слушать. Точнее сказать, вслушиваться в каждое слово.

— Так открой казну и забери у них! Ты же Король! Ты — самостоятельная личность! Действуй!

Король попытался рассмеяться, как бы стараясь показать, что всё сказанное его сыном — глупая шутка. Но смех получался каким-то жалким, прерывистым, как забарахливший двигатель автомобиля. Высшие Чиновники не на шутку напряглись. Либо Принц и правда потерял рассудок и совершенно неизвестно чего от него ждать в ближайшее время.

Либо это все тщательно спланированный спектакль, созданный только для того, чтобы публично унизить собравшихся — за дверью как раз дежурила охрана с прислугой, а слухи во дворце распространяются быстро, так что не настанет вечер, как весь дворец будет смеяться над Высшими Чиновниками, которых молодой Принц заткнул за пояс. Естественно, они сидели очень недовольные и гнев их рос с каждой минутой.

Только накопленный с годами опыт и навыки самообладания удержали их от того, чтобы устроить публичный скандал. Король и сам понимал, какую удавку на шею накинул ему собственный сын. Не стоило обсуждать такие вопросы с человеком, который вчера вышел из медицинского учреждения.

— Сын, ты… Что ты себе позволяешь! Слово отца — закон! Ты не имеешь права меня ослушаться, — от прежнего Короля не осталось и грамма той величественности, какая была в нём еще недавно. А может быть никакой величественности не было вовсе.

— Отец. Я тебя понимаю. Править надоело. Хочется на пенсию. Вот это вот всё. Но и ты пойми. Какое мне управление страной. Мне жить и радоваться надо. Я молодой. Это не моя проблема, что ты страной правил с пяти лет. Сам не жил и мне жить не даёшь. Ещё пару лет посиди на троне, а там уж и я подтянусь. Лады?

— Ла-ды… Это да или нет?

—Нет.

Высшие Чиновники тихонько засмеялись. Трудно было сказать, хорошо это или плохо. Есть подозрение, что они намеренно смеялись так, чтобы не было понятно.

— Простите нас, Ваше Высочество.

— Мы опасались, что ваш сын будет плохим правителем для нашей Провинции.

— Но теперь мы поняли, что он будет не плохим правителем. Он будет ни-ка-ким правителем. Нет. Нельзя давать трон больному человеку.

На этих словах все трое встали и, продолжая посмеиваться, удалились.

— Ну наконец-то. Я только хотел сказать, что такие вещи нужно обсуждать без посторонних…

— Послушай что я хочу сказать, — Король вдруг перебил его, — Я не могу понять, что именно случилось с тобой после отравления, но хочу сказать тебе одно: мы здесь не главные. Да, у меня много привилегий, но много обязанностей. Я не могу просто делать то, что хочу. Есть Высшие Чиновники, которые тоже обладают властью. И еще какой! Есть Чиновники рангом поменьше. У них тоже есть власть. Даже у прислуги есть своего рода власть. И ты не можешь игнорировать этих людей! Даже человек, который кажется тебе неважным и незначительным, может стать настолько опасным врагом, что за трон придётся держаться обеими руками, — Король снова замолчал, но вскоре продолжил, — Жизнь нашей семьи сейчас на кону. Я хочу сказать тебе страшную вещь. Это я пытался отравить тебя…

Король молчал. Лимон тоже. Последние слова не вызвали в его душе никакого отклика, хотя Король ждал от сына любых действий — даже самых безумных. Так прошла минута. Ровно одна. И только потом Лимон почувствовал, что настал момент, когда он может наконец-то задать Королю беспокоивший его вопрос.

— Можешь отравить меня ещё раз?

Король задумался.

— У меня есть план получше.

Глава 10. Новые перспективы

Лимон стал Королём. Случилось это комично и довольно поспешно. Совсем не так, как подобные церемонии рисуют в исторических опусах. Сначала его отвели в новодревний аналог "спа-салона". Там причесали и приодели. Надушили духами и навесили какие-то цветы на его халат. Затем посадили на носилки и спешно повезли в Один из Главных Дворцов, где как раз собралась небольшая толпа.

В массе своей, это была лояльная к нынешнему Королю знать, но были и не самые приятные представители этого класса, что пришли только поязвить и посплетничать. Эти люди даже внешне походили на крыс и Лимон старался даже не смотреть в их сторону, чтобы не испортить себе аппетит. Хотя иногда делать это приходилось. Вчерашних Высших Чиновников не было. И это хорошо.

Видимо Король решил сделать своего сына наследником достаточно быстро, чтобы не вызвать сопротивление среди некоторых придворных и чтобы они не успели помешать церемонии. Хорошая это стратегия или нет — узнаем потом. Возможно и не стоит проводить такие церемонии, когда ты находишься в стане врагов.

На каменной площади, на высоком троне восседал его отец, Король Провинции. Лимон стоял с краю этой каменной платформы, что напоминала ему цельный кусок монолита. И ждал своей очереди заговорить, которая всё никак не наступала. Совсем не так он представлял себе подобные церемонии. Заметим хотя бы то, что проводилась она не вечером и напоминала отнюдь не мистическое таинство, а вполне заурядную возню с документами.

Король зачитал какой-то древний свиток, ломая себе язык, а потом на Лимона нацепили бумажную шляпу и попросили обойти площадку по периметру. Только затем эта клоунада закончилась и Лимону позволили посидеть на троне, который оказался слишком жестким и человек, который захочет просидеть на нем больше часа, рискует повредить свою задницу. Напоследок Король сказал:

— Тогда… Мой сын объявляется Королём… вот…

И с этого самого момента он перестал быть Королем и долгая эпоха его правления закончилась.

— Да-да, это я, всем привет. Я — новый Король. Слушайтесь меня! - вот такими были первые слова Лимона в новом амплуа.

Лимон вернулся домой только через час и сразу же посбрасывал с себя тяжелую одежду и облачился в домашнюю. В его хоромы вошёл Чжоу Кай, который как раз хотел поздравить друга со столь важным событием, а заодно… поговорить о давнем инциденте. Он начал поспешно и довольно неловко, считая, что сегодняшний день не очень подходит для таких разговоров, но не желающий откладывать его на потом

— Ваше Величество, мне не очень хотелось бы омрачать вашу сегодняшнюю коронацию, но есть вещи, которые мы с вами просто обязаны обсудить.

— Это какие.

— Я говорю о вашем отравлении… Так как вы теперь Король — ваши шансы на повторное отравление увеличиваются.

— Это потому что Королям плохо готовят?

— Да нет же!, - почти закричал Чжоу Кай, - Я говорю совсем о другом…

— Просто я думаю… знаешь… а что мешало мне просто отравиться рыбой? Не с каким-то умыслом. Просто рыба, скажем, не очень здорова.

— Это абсолютно исключено! Во Дворце не допустят…

— Знаю я сказки про эти ваши дворцы. Только вот история показывает, что не всегда Короли живут лучше тех же крестьян. Крестьяне вон наловили рыбу и они хоть знают, чем питаются. А Короли что? Положили им на стол непонятно чего, а они есть должны, иначе какой-то там этикет нарушат. И вот что тогда делать? Вот и приходится морщиться и есть. Я в таких ресторанах бывал, что вам и не снилось и хочу сказать, что еда у вас во Дворцах не очень.

Поначалу Чжоу Кай был поражен этим признанием, но вскоре вспомнил, что Принц ещё не совсем "в себе" и внутренне простил его. Знал бы он, что безошибочно узнал истину… наполовину. Принц действительно был "не в себе", но не тот лже-Принц, что сейчас развалился на диване перед ним, а тот настоящий Принц, что в данный момент путешествует где-то по небосклону и пытается найти путь к своему телу. Если пытается.

— Короче говоря… знаешь… Даже если меня пытались отравить — я на этих людей не в обиде. Может у них был со мной какой-то конфликт, но теперь он исчерпан. Я надеюсь. Так не будем разводить ссоры, сплетни. Я этого не люблю. Я теперь работаю Королём и хочу править… ну как ты сказал… справедливо. А вот эти вот все интриги, козни мне совершенно неинтересны и неважны. Останется на их совести.

— Вас могут отравить ещё раз!

— Им надоест.

— Вы можете умереть!

— Умереть не страшно. Страшно — это жить в страхе.

Из уст Лимона такие слова звучали без тени иронии, но и без пресловутого бесстрашия. Не то, чтобы Лимон никогда не испытывал страха. Может быть и испытывал, но вот само понятие "страха" казалось ему слишком абстрактным, чтобы думать о нём слишком серьезно. А понятие "смерти" лежало ещё дальше и казалось ему недосягаемым. Понятие "страха", умноженное на понятие "смерти", давало "страх смерти", который лежал от понимания Лимона ещё дальше, чем его составляющие.

Вот по этой причине он не боялся умереть. Он просто не представлял себя мертвым. Более того, он уже умер однажды, и этот процесс не казался ему каким-то странным. Все умирают, - думал он. Но я умру позже всех, потому что так хочет Судьба, - утешал он себя. И это утешение работало.

В какой-то степени, восприятие смерти остановилось у героя в возрасте трёх лет и с тех пор не развивалось. Сверстники бы поразились его бесстрашию, если бы им хоть раз пришло в голову поговорить с ним на хоть сколько-нибудь серьёзные темы. При условии, что Лимону захотелось бы такие темы поддерживать. — Юань Линь. Тогда я просто не знаю, как ещё до тебя достучаться. Впрочем, дело твоё. Я прошу только одного. Присматривайся к людям. Присматривайся к их поступкам, к тому, как они ведут себя рядом с собой. Я постараюсь бывать рядом. Уверен, виновник выдаст себя. Рано или поздно. Никто не может скрываться от правосудия так долго. Он обязательно выдаст себя нежелательным жестом или случайно брошенным словом. И тогда я…

Только сейчас Чжоу Кай обратил внимание на Лимона. Тот давно дрых на диване.

Глава 11. Король исследует свои возможности

Лимон проснулся очень рано. Часы показывали двенадцать часов утра. Его чемпионский режим сна очень пригодился в этом мире. Лимон наконец-то мог вставать когда ему вздумается и никто не пилил, не стоял над душой, как это бывало раньше.

Один только недостаток — никто ещё не изобрёл компьютеры. Вернее, не помыслил о том, чтобы возродить эти самые компьютеры. Здешний народ так боялся науки, что отказался от многих достижений человечества. А те вещи, от которых отказаться было просто нельзя, мудрецы Новодревнего Китая решили назвать хитрым термином: магические артефакты. Дескать, это не наука помогла изобрести часы. Это всё магия. Природа, правящая миром. Природа, сражаться против которой бесполезно.

Это немного смешило Лимона. Общество будущего построено на ещё большем лицемерии, чем общество давно ушедшего настоящего. Они играют словами, а толку ноль. Возьмут какой-то предмет и скорее ищут ему новый термин, выдумывают новые свойства, чтобы воспользоваться. А иначе — запрет. И довольно строгий.

Так странно, что люди в этом мире настолько забиты, что их пугает даже само понятие "наука". Если бы Лимон был каким-нибудь садистом, он бы наверное здорово поиздевался над местной публикой, но не стоило тревожить местных. Они и так в сильном волнении после того, как на престол взошёл "принц-самодур".

Но что делать со своей властью дальше? Может пойти в какой-нибудь военный поход? Или сразиться с каким-нибудь драконом? Интересно, а в этом мире водятся драконы? Ну наверное должны водиться. А если есть драконы, значит, есть и магия. А если есть и магия, значит, можно ею обучиться… ммм… Лимон закрыл глаза от удовольствия. Все его мечты исполнялись наяву. Но вот он вспомнил, что магией ему обучаться запретила Судьба и настроение моментально исчезло. Но он хотя бы стал Королем.

Если бы только его сейчас видел отец — тот, настоящий. Он бы Лимону позавидовал. Он бы язык проглотил. И двадцать раз пожалел, что когда-то ругал своего сына за мелкие шалости. Знал бы он, что его сын станет императором. Ну то есть королём. Ещё неизвестно, есть ли разница между этими словами. Вроде как император правит империей, а король, значит… королевством! Так Лимон правит королевством! Как замечательно.

Но заняться в этом королевстве ровным счётом нечем. Теперь понятно, почему древние люди так часто ходили в походы. Когда под рукой ни компьютера, ни телефона… да, единственный вариант — это свалить от всех подальше в леса какие-нибудь и подраться там с кем-то и принести в город голову чудовища, забраться повыше и всем показать и все будут аплодировать. Из таких фантазий возвращаться не хочется. Такие фантазии, что мороженое в жаркий день. Охлаждают душу. Вот!

Нужно подумать, чем заняться сегодня. Вряд ли от молодого Короля ждут военного похода. По крайней мере, не так скоро. Нужно наведаться к Чжоу Каю, потому что он во Дворце больше никого не знает. Только где его найти? Чжоу Кая не зовут, он сам приходит. Но наверняка у его Гвардии есть какой-то офис или типа того. Интересно, знают ли местные вообще слово "офис" или опять придумали для него какой-то хитроумный термин в духе "покои королевского гвардейца" или "хоромы таинственного звена"… какой только бред на ум не придёт. С такими жизненными поворотами с ума можно сойти, - думает Лимон.

Ничего! Обязательно в этом дворце есть какой-то путеводитель. И есть слуги. Точно, слуги! Нужно спросить у них. Лимон взял колокольчик, стоявший на тумбочке возле кровати и позвонил в него. Уже через секунду перед ним стояли трое молодых парней, немного согнувшиеся, вроде как выражавшие тем самым почтение новому королю.

— Эй, вы! Скажите где я могу найти своего старого друга Чжоу Кая?

— В офисе Королевской Гвардии, — ответили все трое разом.

— И где же этот офис?, — спросил Лимон.

— Этот офис находится сразу за вашим дворцом! — снова отчеканили трое.

Лимон встал. Каким-то образом он был одет в пижаму, а не во вчерашний королевский наряд для церемоний. И каким-то образом спал он в кровати, а не на диване. Не очень приятно, когда во сне тебя кто-то раздевает. Тьфу… ну и манеры у этих дворовых, дворцовых. Ладно, пора найти Чжоу Кая и спросить у него про дракона. Так и хочется посмотреть на этого зверя. Наверняка такой есть.

Хотя с чего дракону где-то быть? В том мире драконов не было — ну то есть в этом мире тысячу лет назад. Впрочем кто вообще знает, что такого могло произойти за последнюю тысячу лет? Вполне могло случиться что-то вроде ядерного удара или катаклизма. Животные мутировали. И какие-нибудь голуби стали огромными драконами. Вот это у меня фантазия, - подумал Лимон.

Но всё же на этого дракона надо посмотреть. Вроде как Чжоу Кай владеет магией. Или чем-то таким. Пусть он этого дракона приструнит, а Лимон на него посмотрит. Созрела идея! Можно наловить сотню таких драконов и открыть зоопарк. Пусть люди платят за вход, а драконы будут сидеть в клетках и на цепи, а в рот им постоянно будут наливать воду, чтобы они весь мир не испепелили… жестокие фантазии. Но поразмыслить над этим стоит. Уж лучше так, чем они будут по небу летать и людей пугать. Надо направиться к Чжоу Каю!

Лимон наспех переоделся. Слуги как будто пытались помогать ему — такова их основная обязанность, переодевать Короля — но только мешали. Лимон никогда не понимал, почему Короли в древнюю эпоху не могли переодеваться сами. Впрочем на уроке истории, который он однажды не прогулял, учитель рассказывал такую теорию. Дескать, во время переодевания Король мог переговорить с кем-то из своих подданных. Например, один подданный ему корону подаёт — он с ним пару секунд может переговорить о каком-то деле. Хоть и пару секунд, а уже внимание. От самого Короля! Другой за его обувью следит. С этим он тоже о чём-то переговорит. И вот так пока оделся — со всеми подданными пообщался. Кое-что узнал, кое-что сам рассказал.

А уж эти подданные идут сплетничать, разносить слухи. И так весь дворец узнаёт о тех или иных изменениях. Но это ещё неизвестно, так это на самом деле или нет. У Лимона есть редкая возможность — проверить всё на своей шкуре. Думая об этих вещах, он бегом направлялся к офису Чжоу Кая, совсем позабыв о том, что бегать Принцам запрещено, а Королям — тем более. Но благодаря этому грубому нарушению дворцового кодекса Лимон добрался до места назначения очень быстро. И, более того, не встретил на своём пути никого из душных родственников, которые бы стали указывать ему, как ему жить и как поступать.

Офис представлял из себя небольшой зал. Помимо зала в здании была маленькая комната, выделенная под архив всяких бумаг, и туалет. Чжоу Кай как раз говорил со своим подчиненным. Больше никого в помещении не было.

— Доброе утро, Ваше Высочество!

— Ничего-ничего, садитесь.

Но оба продолжили стоять, пока Лимон не сел.

— Ваше Высочество, по какому поводу вы сегодня навестили нас? — спросил Чжоу Кай.

— Покажи мне дракона.

— Что? То есть… что вы имеете ввиду, Ваше Величество?

— Я говорю, покажи мне дракона. Водятся у вас тут драконы или нет? Хочу посмотреть. Если дракоша будет слабым, я его даже побить могу, а потом отрежу голову и…

— Хорошо-хорошо, Ваше Высочество. Не хотел бы вас огорчать, но…

— Но?

— Всех драконов увы…

— Увы?

— Их всех убили. Пять сотен лет тому назад.

— То есть как?

— Скажем так, из-за последствий Великого Взрыва некоторые животные обратились в огромных драконов. И нам пришлось с ними сражаться. Эта война длилась сотню лет, унесла много жизней, но этих зверей мы одолели.

— То есть живых драконов не осталось?

— Живых не осталось. Есть мёртвые. Некоторых очень давно распродали на мясо. Есть один, в пещере, но его кожа очень ядовитая, прикасаться нельзя. Он так и лежит пять сотен лет.

— Класс! Именно это мне и нужно.

— Извините, не хотел бы перебивать вашу беседу, — вдруг заговорил подчиненный Чжоу Кая, — меня зовут Лао Ву. Хотел познакомиться с вами лично, Ваше Высочество.

—Да, я совсем забыл представить вам своего подчиненного, — поспешно встрял в разговор Чжоу Кай, — В Гвардии недавно, но результаты показывает неплохие.

— Приятно познакомиться, — Лимон кивнул головой, рассматривая нового знакомого, — И чем же вы занимаетесь, В Гвардии Недавно.

— Всего по мелочи, Ваше Высочество, — сказал Лао Ву, — То бумаги разные ношу. То документы разбираю. Бывает вашему другу кофе приношу.

— Клерк, я бы попросил вас соблюдать субординацию. Кстати, занимается он не только этим…

— Да ладно тебе, возразил Лимон, — Наглость этого парня мне даже нравится. Я тут решил создать тайный отряд секретного назначения. Хочешь ко мне в команду?

— Я? То есть… А что мы будем делать?, — Лао Ву едва не подскочил от восторга.

— Он шутит, — прервал Чжоу Кай такие разговоры.

— Ну что такое? Мы же в Королевстве все, вроде как, свои. Все работаем на благо государства? Ну вот.

— Я не знаю, как с вами ещё говорить, Ваше Высочество, — Чжоу Кай сел за стол, полностью отрешившись от разговора, потому что понимал, что никак повлиять на Принца после болезни он уже не в силах. Видимо, ему больше не требовался друг и советчик… разве что по теме драконов.

— Вы хотели увидеть дракона, Ваше Величество, — снова спросил Лао Ву.

— Вроде того.

— Знаете что? А давайте я отведу вас в пещеру. Я сейчас всё равно ничем важным не занимаюсь. Документы разобрал, кофе принёс. Что от меня ещё надо?

Чжоу Кай серьезно задумался. С одной стороны, Лао Ву говорил чистейшую правду. Много от него не требовалось. И сейчас не требуется. Всю свою работу он выполняет за час, с самого утра, как только придёт. Весь остальной день болтается по офису без дела. Не ходит только потому, что есть расписание и его надо соблюдать. Помощь может понадобиться в любой момент. Чжоу Кай далеко не самодур. Да и кофе он не так, чтобы любит. Просто хочется парня занять чем-то важным, а то он со скуки помрёт.

С другой стороны, вот так позволишь подчинённому уйти на час раньше — в следующий раз он на два часа раньше уйдет. Потом на три. Потом станет приходить-уходить, когда вздумается, когда душа захочет. Будет опаздывать. На обязанности свои забивать. А в самый ответственный момент, когда он больше всего нужен — тогда-то его на месте и не окажется. И вот что делать с таким подчинённым? Позволять ему отлучиться или не позволять? Давать слабину или нет? Трудный вопрос даже для умелого руководителя.

Чжоу Кай всё думал. Во время своих размышлений он молчал, но молчал так значительно, что все в кабинете тоже молчали, прислушиваясь к его молчанию. Молчание таких людей, как Чжоу Кай, говорит гораздо больше, чем слова и даже поступки некоторых людей. Наконец, он заговорил. Присутствующие узнали о решении, которое он принял. Как всегда, он не стал мудрить и нашёл золотую середину.

Лао Ву может отлучиться с работы на несколько часов, но сначала подпишет бумагу об отлучке со служебного места. В этой формальности не было никакого смысла. Чжоу Каю не так, чтобы нужна была эта бумага, но лишний раз напомнить о правилах надо. Чжоу Кай позволил подчиненному "прогуляться", дав понять последнему, что подобные отлучки с работы даже на его низкой должности не очень желательны и в случае систематических прогулов будут наказываться. Как всегда он умел доносить мысль до человека без лишних слов.

Возможно, где-то в жилах Чжоу Кая даже текла кровь древних римлян, которые верили, что краткость — сестра таланта. Конечно это маловероятно, но кто знает. Судьба любит шутить с человечеством и не раз показывала это на личном примере. Может быть дальний предок Чжоу Кая был итальянцем, чем дальний предок был как раз-таки римлянином. Всей правды мы уже не знаем. Зато пока мы размышляли, Лао Ву как раз подписал бумагу и передал ее лично в руки своему непосредственному начальнику. Тот поставил на ней штамп.

— Ваше Величество, я буду верой и правдой сопровождать вас. Можете полагаться на меня, Ваше Величество. Если на нас нападут бандиты я…

— Идите уже, — едва не заорал Чжоу Кай, хотя конечно кричать было не в его натуре. Но даже незначительное повышение громкости в его голосе воспринималось знавшими его людьми, как крик. По этому поводу Лао Ву подскочил. Он ещё не видел босса в "таком" гневе.

— Да—да, Ваша Честь Управляющий Личной Гвардии Его Величества. А вы, Ваше Высочество, пойдёмте. Скорее. На выход.

Естественно, никто не собирался отправлять их одних. Как только Лимон выбежал из своих покоев, слуги сразу донесли о бегстве Короля и его отправились искать несколько отрядов. А когда он добежал до вышеупоминаемого "офиса" и спросил кабинет своего товарища Чжоу Кая — о его точном местоположении сразу же узнали те, кому надо. Поэтому у выхода из "офиса" его ждала довольно внушительная толпа. Здесь были и его личные слуги, боявшиеся получить нагоняй "за то, что упустили господина" и несколько гвардейцев — правда, у последних была несколько иная форма, чем у гвардейцев Чжоу Кая.

— Ваше Высочество, хочу представиться вам лично, раз уж вчера мне не довелась такая возможность. Меня зовут Хуан Мин. Я глава Высшей Королевской Гвардии. Куда бы вы ни последователи — везде сопровождать вас будут я и мои подчиненные, — стоявший перед ним внушительного размера мужчина пятидесяти лет громко басил на всю улицу. Казалось, что от этого баса сотрясаются стены и бьются стёкла — могли бы биться, если бы в Новодревнем Китае пользовались стеклами. На вибрации этого баса вышел…

— В этом нет никакой нужды, Глава Высшей Королевской Гвардии. Сегодня Король будет находиться под моей охраной. Меня и моих людей. Можете расходиться по своим делам. Не забывайте, что у Короля есть личная гварди…

— Это совершенно неважно, — вдруг заявил Хуан Мин, — Ваша, так называемая, гвардейка имела хоть какой-то смысл, когда он был Принцем и не нёс ответственность за дела Государства. Теперь же, когда наш Принц стал Королём, ему требуется помощь посильнее. Совсем не такая, какую вы можете ему дать. Не забывайте, что Нашему Высочеству предстоит отправляться в соседние провинции для решения многих вопросов, поэтому ваша личная гвардия с этих пор будет выполнять… хм… номинальную функцию. Вас это устроит?

— Нет! Защиту Короля брала и будет брать на себя только Личная Гвардия Его Высочества. Если вы имеете против этого какие-то претензии — предъявите их сразу, иначе нашим гвардиям придется сразиться и доказать свою значимость прямо здесь и сейчас перед Его Величеством.

— Хе-хе, — посмеялся Хуан Мин, — Думаете так просто взять меня "на понт". Меня так просто не возьмёшь. Я в ваши детские шалости не играю. Убирайте своё потешное войско. И да, - только сейчас ХХ обратил внимание на направленные в его сторону мечи. Откуда-то взялись члены Гвардии, которой управлял Чжоу Кай — четыре человека, — Аккуратнее с этими мечами, приятель, потому что в ином случае они могут оказаться в не самом благоприятном месте твоего тела.

Любой бы среагировал на эту провокацию, но только не Чжоу Кай. Вообще-то они оба были наслышаны друг о друге, но, по каким-то странным причинам, точно по велению судьбы, никогда не сталкивались лицом к лицу: ни на публичном мероприятии, ни на важной церемонии, ни даже на улицах Королевского Дворца. Судьба словно не давала этим двум силам соприкоснуться, потому что их соприкосновение могло привести к катастрофе.

Чжоу Кай воспринимал Хуан Мина как варвара, которому впору было бы стать крестьянином, но только по воле Судьбы он родился в правильный день правильного полумесяца и только потому заслужил себе возможность оказаться среди военных, где, опять же по неизвестной причине, заслужил славу и почёт, выиграв несколько значимых сражений.

Впрочем, досконально неизвестно, действительно ли он участвовал в тех сражениях или отсиживался в тылу, чтобы в последний момент забрать всю славу себе — доброжелатели и завистники говорили совершенно разное. Наверное, истина крылась где-то посередине, но Чжоу Каю не очень-то было интересно разбираться во всех этих хитросплетениях дворцовых интриг. Он знал только, что Королевским Войском во времена войн и Королевской Внутренней Полицией управляет неотёсанный камень. Столь же грубый, сколько тупоголовый.

Хуан Мин же воспринимал Чжоу Кая как везунчика, которому также удалось родиться в правильном месте в правильное время, чтобы заслужить себе право вклиниться в военные структуры, когда ему следовало сидеть над книжками в архиве и перебирать разные документы. Отчасти он был прав. Чжоу Кай во многом занимался именно этим. Только вот эти обязанности были для него не первичны. Хотя он не участвовал в войнах, потому что родился к тому моменту, когда многие из них уже прошли, но прекрасно знал военное дел и мог бы, если так захочет Судьба, сложить свою голову на поле брани ради благосостояния государства.

Таким образом, Хуан Мин видел в Чжоу Кае вялого интеллектуала, а Чжоу Кай видел в Хуан Мине бесчувственную каменную глыбу, которую нельзя сдвинуть только потому, что несколько десятилетий назад эта глыба запомнилась военными достижениями. Таким силам никогда не стоит сталкиваться. Любое их столкновение может привести к коллапсу. Но нашёлся человек, которому удалось снизить градус напряжения:

— Мне плевать на ваши внутренние тёрки. Я на драконов иду смотреть.

Глава 12. Идём смотреть дракона. Мёртвого

Лимон и сам не знал для чего ему смотреть на дракона. Тем более, такого мёртвого. Но что—то подсказывало ему, что эта встреча что—то изменит. Может он лучше почувствует свою связь с миром магии? Наверное, нет. Странное предположение. Бывает так, что промелькнёт какая-то странная мысль, а затем тут же исчезнет и осадок какой-то неприятный. Ведь самое противное, что к живым драконам у местных не было и нет почти никакого уважения. Судя по всему, его не убирали из пещеры лишь потому, что туша много весит. Свою науку не изобрели, а старую забыли. Ни бульдозеров тебе, ни танков, чтобы подорвать эту громадину. Вот и лежит она пять веков там, в пещере. Проход закрывает.

А вдруг там, за драконом, лежит сундук с золотом? Интересно, ценится ли в Новодревнем Китае золото? Это вопрос… А ещё там могут лежать старые монеты. Другой вопрос, будут ли эти монеты иметь хоть какую—то ценность по нынешнему курсу валюты? Есть ли у местных вообще такое понимание экономики, какое было в веке Лимона? Вполне возможно даже и так, что нумизматикой здесь никто не увлекается. Монета есть монета, не более того.

А дракона немного даже жалко. В Новодревнем Китае драконы — порождение не магии, а науки. Той самой запрещенной науки, которая едва не привела к уничтожению мира. Но их можно понять. Люди не хотят развиваться, чтобы ненароком не допустить новый "огненный удар". Но ведь за тысячу лет можно было как-то проработать свою… как бы сказать… коллективную травму? Ну да. И вообще, чтобы избавиться от страха — нужно его преодолевать. Постоянно. Иначе страх будет только расти. Лимон никогда не увлекался психологией, но что-то подсказывало ему, что именно так работает человеческая психика.

Лимон шёл и обдумывал эти вопросы. Рядом с ним шагал Лао Ву. Обе Гвардии сильно отставали. Военное снаряжение мешало им идти с ними в темпе.

— Ваше Величество, я прошу вас остановиться и позволить нам сопровождать вас, — крикнул Хуан Мин.

— Нет, сопровождать Его Величество будут я и мои люди, — спокойно ответил Чжоу Кай.

— Если хотите, можете сопровождать нас вдвоем. На почтительном расстоянии. Где—нибудь метрах в пятидесяти.

— Метрах…

— Это древнее слово. Я имею ввиду, в пятидесяти шагах от нас.

В это время они как раз подходили к выходу из Дворца. Ворота разошлись сами собой. Путникам приоткрылся вид на далёкие рисовые поля и на крестьян, работавших в этих полях. Судя по всему, жили в местных деревнях далеко не бедные крестьяне. Если человек жил хотя бы в трёх километрах от Дворца — одно это означало, что принадлежит он далеко не к самому низшему классу.

Эти крестьяне могли выращивать еду специально для придворных, изготавливать хлопок для их одежды. Крестьян охраняли люди в военной форме, которая несколько отличалась по оттенку, чем форма Личной Гвардии Его Величества и Королевской Гвардии. Интересно, сколько в этом Дворце вообще Гвардий? Лимон обдумывал все эти вещи, пока обе Гвардии продолжали плестись где-то далеко позади, время от времени ускоряясь, что не упускать Лимона и его нового товарища хотя бы из виду.

Лимон не понимал почему разные Гвардии враждуют друг с другом. Ведь они могут охранять его совместно. В таком случае у него даже больше шансов на выживание, верно? Но у семи нянек дитя без глазу. И такая безопасность не шла Лимону на пользу. Пока процессия направлялась к горе, солдаты обеих Гвардий не слишком то следили за своим Королем, а в большей степени следили друг за другом. Время от времени Лао Ву обращал внимание Короля на те или иные элементы пейзажа. Реки, деревянные мостики, различные виды редких деревьев, что росли только в близости Дворца и нигде больше. Было бы очень красиво, если бы в этих реках плавали карпы, но карпы здесь не плавали.

Далее путь свернул направо. Путешественники двинулись к высокой горе, которая, несмотря на её величину, почему-то не была заметна со стороны Дворца. Наверное в этом виноваты слишком высокие стены-ограды, за которыми мало что видно. Идти пришлось через заросли, которые путались под ногами. В столь опасном месте обе Гвардии следовали за Лимоном по пятам, готовые в любой момент обнажить мечи. Никто бы не сказал точно как долго они пробирались. Может пять минут, а может и все двадцать. Но всё-таки они вышли прямиком к тёмной пещере, внутрь которой не проникал ни один солнечный луч. Как будто внутри горы просто образовалась черная дыра, высасывающая весь свет из пространства.

— Тише! — крикнул Лимон. В ответ на его просьбу один из гвардейцев хрустнул веткой. Затем настала тишина. Лимон прислушивался с минуту, а все остальные прислушивались к нему. Лимон старался уловить хоть один звук, идущий из пещеры. А если говорить открыто, он желал услышать сопение дракона. Он ждал, когда в темноте появятся красные глаза, раскроется глубокая пасть и всё озарится огнём. Но дракон никак не появлялся. Оно и не мудрено. Пещера оставалась холодной, темной и пустой. Из неё не доносилось ни единого звука. И она сама как будто поглощала любые звуки из пространства, проталкивая их внутрь горы.

— Я не вижу дракона! - наконец нарушил тишину Лимон.

— Он в пещере, Ваше Величество, — быстро ответил Хуан Мин.

— Отсюда его не видно, — перебил Чжоу Кай.

— Нужно достать фонарик.

— Чтобы увидеть его.

— Вы не увидите его.

— Даже если войдете в пещеру.

Они переглянулись и замолчали. Им не очень хотелось заканчивать фразы друг за друга.

— Так доставайте фонарики. Хоть кто-то из вас их взял? — едва не закричал Лимон.

— Я взял! - нашелся Лао Ву. Его присутствие здесь очень пригодилось.

— Когда?

— Всегда его ношу.

— А разве древние фонари работают не от масла?

— Древнего фонаря у меня нет. Я новый взял. Но да, он работает на масле. Чиркните спичкой вот так.

В мгновение фонарь зажёгся, но пока рано было говорить о том, насколько хорошо он освещает местность — всё-таки сейчас с этим прекрасно справлялось и солнце. Оставалась единственная возможность проверить работоспособность фонаря — шагнуть в пещеру. Отступать некуда и незачем.

— Масло сгорает очень быстро. Я бы поторопился, Ваше Величество.

Лимон кивнул. Он взял фонарь покрепче и шагнул в темноту. Свечение фонаря ещё какие-то мгновения виднелось снаружи, но вскоре темнота поглотила и свечение, и фонарь, и Лимона.

(Временный эпилог, или Прощание с читателем)

Здравствуй, уважаемый читатель! Это я — автор произведения. Нет, это не художественный приём, где автор вторгается в пространство книги и привносит что-то новое в жизнь героев. Это действительно я. И сейчас я расскажу тебе, почему не смогу завершить работу над этой книгой в ближайшее время.

Причин несколько.

1) Эта книга писалась несколько в спешке для конкурса "Воины Поднебесной". Может быть для наторелого автора три месяца — это ничто, но я едва управился с этой книгой. Хотя разочарованным себя не чувствую. Наоборот, я рад, что смог привести сюжет хоть к чему-то и рад тому, что мне всё же позволили поучаствовать в конкурсе. При этом я понимаю, что уже не выиграю.

2) У меня не хватает опыта, чтобы реализовать некоторые идеи. Я понимаю, что свернул куда-то не туда, потому что сотня тысяч знаков позади, а книга так и не пришла к чему-то цельному, нет динамики, какую я хотел видеть изначально, местами очень много лишних размышлений и мало действия.

3) Идеи, что я мог бы реализовать, кончились. Либо я не знаю как подвести к ним сюжет, чтобы они не перетягивали всё одеяло на себя. Поэтому я решил не мучить себя и не выдавливать эти зарисовки по капле, а отложить работу на неопределенный срок и вернуться к ней позднее.

При всём при этом, идея продолжает мне нравиться. Впервые она пришла мне на ум три года назад только в несколько ином сеттинге — там тоже социальное положение героев определялось числами судьбы. Может быть однажды я вернусь к этой идее и переработаю её: с другим сеттингом, другими персонажами, иным сюжетом — я пока не знаю.

Прощай, уважаемый читатель! Надеюсь, мы встретимся снова. Ты всё ещё можешь прочитать другие мои работы. Летом я опубликовал первую повесть "Записки душного человека", а сейчас работаю над сборником собственных эссе, который будет постоянно пополняться и выйдет в скором времени — мне осталось только нарисовать обложку.

С наилучшими пожеланиями!