Дальний Запад

Глава 1. Перегон

Глава 1

Перегон

Артур Ковалевский проснулся в своей палатке от шума голосов, доносившихся снаружи.

- Эй, принцесса! Труба зовёт! – кто-то похлопал по плотному материалу тента. Полог немного колыхнулся от постукивания.

- Уже! Одеваюсь, – спина немного ныла из-за неровной поверхности, на которой пришлось этой ночью спать. Спрашивать про трубу и чего она хочет, Артур не стал. Ковалевский потянулся и перевернулся на бок.

Внутри узкой палатки уже становилось душно и жарко из-за проснувшегося солнца. Распахнув полог, Артур с большим удовольствием вдохнул свежий утренний воздух. Рассвет пах свежей травой и цветами, названия которых человек не знал.

Одежда лежала в тамбуре, слева от входа. Она немного отсырела от выпавшей росы, так что Артур поёжился, натягивая на себя свои джинсы. Конечно, можно было оставить одежду во внутреннем отделении палатки, но тащить грязь внутрь очень не хотелось. С другой стороны, несколько последних суток он не мылся, не было возможности даже привести в порядок волосы. Прозвучало удовлетворённое хмыканье. Кажется, его решение коротко остричься перед перегоном – было правильным. Артур провёл огрубевшей, покрытой мозолями, ладонью по своей голове. Хотелось поскорее добраться до города, к которому они перегоняли скот. Это дало бы отличную возможность хорошенько помяться и привести себя в порядок.

День обещал быть жарким, поэтому Ковалевский ограничился тем, что накинул на себя выцветшую от времени рубаху. В районе локтей она заметно износилась, виднелись потёртости. Ворот сильно истёрся и потемнел от пота и грязи. Несколько разрывов на рубахе были закрыты грубыми заплатами. Особенно сильно износилась ткань на спине, там, где виднелся полинявший треугольник на спине в районе лопаток. Швы на левом нагрудном кармане ощутимо ослабли. Материал одежды был грубым и простым. Несмотря на всю кажущуюся ветхость, рубаха продолжала служить своему владельцу верой и правдой. Следы былой красоты почти растворились во времени и труде, но кое-что ещё оставалось: на предплечьях виднелся какой-то пёстрый узор, изображавший цветы. Теперь их было почти невозможно разобрать, если только специально не всматриваться. Бронзовые пуговицы издали казались украшенными каким-то старомодным рисунком, но это были какие-то замысловатые фабричные завитки. Дополняла наряд немного запылённая серая шляпа с помятыми полями. На щегольских сапогах из добротной кожи были закреплены колесообразные шпоры, не калечившие лошадь. Чем-чем, а своей Мартой Артур дорожил. Обувь и лошадь были практически самым ценным, чем он располагал. Сапоги выглядели свежими, хотя их успели поносить несколько сезонов. За ними регулярно ухаживали, смазывали, чистили. На шпорах не виднелись следы ржавчины.

Артур потянулся, чувствуя, как мышцы пробуждаются и с радостью откликаются его воле. Он сел на пригорке чуть в стороне от своих товарищей, с которыми он выполнял общую работу. Неспешно налил себе в металлическую кружку немного горячего горького напитка, отдалённо напоминавшего по вкусу кофе. О качествах этой жидкости можно было бы подискутировать, но одним важным свойством она определённо обладала – помогала быстро получить заряд энергии и окончательно сбросить оковы сна. Да и чего скрывать, держать горячий металл кружки было приятно ранним утром, когда солнце только-только выглядывает из-за горизонта, а воздух ещё не успел как следует прогреться.

Ещё одна порция эрзац-кофе проскользнула в желудок, последовал ещё один неглубокий глоток. Артур не спешил, опасаясь обжечь кончик своего языка. Он зажмурился. Почему-то не к месту вспомнились завтраки вместе с отцом в небольшой деревушке. Кофе, чаще всего, тоже был не очень высокого качества. Лишь временами родители ухитрялись добыть настоящие кофейные зёрна и приготовить из них волшебный напиток.

Ковалевскому сейчас было немногим за двадцать. Это был человек среднего роста с широкими мощными плечами. Короткие светлые волосы потемнели за две недели без регулярного мытья за время перегона. Лицо загорело и немного напоминало цветом кирпич. Из-под полей шляпы смотрели открытые большие зелёные глаза. Нос сбит на бок, сказалась одна из драк с соседскими мальчишками в детстве. Обычно это не причиняло чрезмерных неудобств. Только во время простуды насморк доставлял дополнительные проблемы. В такие дни ему приходилось дышать ртом, обнажая свои неровные зубы. В уголках глаз притаилась ещё не заметная паутинка морщинок. Лоб был прорезан тремя неглубокими бороздками. Ворот рубахи не мог спрятать бронзовую бычью шею.

Его детство и отроческие годы прошли в сельской местности, поэтому ему был хорошо знаком простой труд, кормивший жителей глубинки. Как и многие другие, он перебивался временными подработками. Своей земли на освоенной территории было мало, прокормить она не могла.

Сидя на пригорке, Артур жевал разогретые на костре консервы – какое-то мясо с бобами. Он механически двигал своими челюстями, пережевывая куски пищи. Это было даже вкусно. Свежий воздух, горизонт во многих километрах вдали – всё это делало обычный завтрак почти волшебным.

Другие работники тоже неспешно завтракали. Кто-то разогревал на открытом огне консервную банку с какой-то фасолью местного производства. Другие лениво потягивали кофейный напиток из своих кружек. Алкоголь во время работы был строго запрещен, что, впрочем, не мешало некоторым людям, которых знал Артур, крепко набираться во время перегонов скота. Но если такое всплывало, то наказание могло последовать незамедлительно. Иногда пастухов увольняли за подобные проступки после возвращения из перегона, иногда просто снижали плату. Порою же жизнь сама с удовольствием карала провинившихся. В прошлый сезон Артур увидел, как один бедняга замешкался и оказался на пути испуганного стада. Сотни паникующих животных снесли наездника с коня. Тот беспомощным кулём рухнул на землю. Громыхнул один единственный выстрел из револьвера. Упавший пастух успел вытащить оружие из кобуры и попытался остановить ближайшее мчащееся на него животное. Наверное, в последний миг в глазах бедняги отразилась вся та степень отчаяния, охватившая его разум. Впрочем, об этом судить Артур не мог. Он находился слишком далеко и не видел глаз несчастного. Он даже не мог услышать, как хрустнули кости неудачника. Стадо умчалось дальше. Погибшего пастуха смогли опознать только по пуговицам на его рубахе и рукояти револьвера с вырезанной на ней полуголой девицей.

- Это – моя русалка, - во время одного из вечерних привалов как-то сказал погибший Артуру.

- Сверху женщина, а снизу рыба? Или наоборот? – оскалился кто-то из пастухов.

- Может ему нравится, когда снизу рыба.

- Да нет. Отстой какой-то. Верхняя половина болтает, а с нижней ничего не сделать.

- Да, если наоборот, то, пожалуй, это и лучше.

У костра лениво посмеялись.

- Сам ты рыба, я имел в виду… Ой, да пошли вы! – откликнулся хозяин револьвера.

Оружие осталось валяться в траве, вдавленное копытами животных в землю. Артур нагнулся и подобрал револьвер. Совсем новенький. На рукояти красовалась девица. Она неприлично и многообещающе улыбалась. Её руки приоткрывали рубашку, под которой у девушки не было другой одежды. Наверное, мертвецу нравилось наглаживать её груди.

Другие пастухи обчистили карманы мертвеца. Артуру достались кобура, револьвер и немного патронов.

Главным источником заработка для Артура и его коллег были коровы. Это были крупные и могучие животные. Их тела покрывала густая и жесткая шерсть. Многие из них были бурыми, но хватало и черных. В огромном стаде время от времени мелькали белые коровы и быки. Мощные мышцы позволяли животным при необходимости набирать большую скорость и поддерживать высокий темп движения какое-то время. Спринтерами они, правда, не были, но иногда доставляли проблемы своим пастухам.

Самой большой проблемой можно было назвать их норов. Обычно спокойные и милые, коровы часто разбредались к ночи по большой территории, жуя жесткую и грубую траву. Ближе к рассвету они сбивались в плотную массу и засыпали. Утром они отправлялись в путь, подъедая траву. Или же подгонялись своими погонщиками-пастухами и брели по бесконечной неровной местности к месту назначения. Когда солнце высоко поднималось над головой, а воздух наполнялся мелкой мошкарой и комарами, зной становился невыносимым даже для стойких бурёнок. Коровы искали укрытия и начинали дремать, переваривая съеденное ранее. Позже они вновь могли двинуться дальше в путь. Но у этих животных была одна особенность. Обычно пассивные и миролюбивые, они могли легко впасть в панику и броситься живой и отупевшей от ужаса лавиной. Впереди мчался самый крупный самец с длинными рогами.

Здесь эти бурёнки стоили недорого. Большую часть года они паслись на открытых пастбищах к югу. Потом их перегоняли на север. Там эти коровы и быки становились реальными деньгами. Вокруг этой магии, превращавшей животных в финансы, вращались пастухи, владельцы ранчо, хозяева мясокомбинатов и владельцы логистических узлов, руководители складов, шерифы, скотокрады, женщины и мужчины наилегчайшего поведения, готовые обслуживать пастуха, вернувшегося с перегона.

Частью этой системы был и Артур. За перегон он мог получить достаточно приятные деньги. Большинство пастухов тратило заработанное на дешёвые и доступные развлечения: алкоголь, азартные игры и интимные удовольствия.

Стремительно стемнело. Стадо начало понемногу разбредаться по округе. Любимым временем животных была ночь, когда дневной зной спадал. Усталое от долгого дневного перехода стадо отдыхало. Сначала животные разбредались по обширной местности, поедая листья полевой травы. В этот момент за ними требовалось внимательно присматривать. Позже коровы собирались в одно стадо. Они ложились на землю и начинали монотонно пережёвывать съеденную пищу. Это давало возможность пастухам развести огонь и разогреть свой ужин. Часть из них потом приступала к посменной охране стада, другие ложились спать или же коротали время за игрою в карты.

Ковалевский тоже любил это время суток. Тяжёлая дневная работа завершалась. Приятно было слезть с седла. Штаны сильно натирали ноги, особенно промежность. Сейчас можно было расслабиться, больше не требовалось постоянно контролировать лошадь и следить за её движениями. Марта, конечно, была умным животным и могла бы поспорить с тем, кто и за кем присматривал во время долгого дневного перехода.

Лошадь пошевелила своими ушами и опустила свою вытянутую морду в поилку, наполненную водой из полевого колодца. Звякнула металлическая цепь, из черноты скважины прозвучали всплески. Артур потянул цепь на себя и поднял новую порцию ледяной жидкости. Он осторожно налил её в поилку. Лошадь с благодарностью ткнулась своей головой ему в бок.

- Да ладно тебе, Марта, уверен, что ты бы сделала для меня тоже самое. Попить дашь? Нет? Ну ты и жадина, - пастух добродушно потрепал свою лошадь по её жесткой чёрной гриве.

Местность была обжита за время переходов. В пути встречались колодцы и стоянки. Видимо, в этом сезоне здесь прошла группа перегонщиков. То тут, то там виднелся бытовой мусор и уголь от прогоревших лагерных костров.

Артур пнул поближе к костровищу жестяную консервную банку. Та откатилась и звякнула об один из камней. На кирпичном лице появилось брезгливое выражение. Костровая зона была завалена обожжёнными и необожжёнными банками. Нехотя сходил за лопатой до ближайшего деревянного фургона и принялся копать яму. Ковалевский разделил мусор на две части – то, что побывало в огне, он побросал углубление. Остальное перекочевало на край костровища. Сегодня это всё сгорит, а утром будет закопано.

За пределами лагеря журчал родник. Ручеёк бежал по зелёному лугу, теперь оккупированному коровами. Эх, а жаль. Можно ведь и самому поваляться.

Спокойствие сегодняшнего вечера было нарушено.

Ковалевский взглянул на молодого всадника, примкнувшего к ним совсем недавно. Тот насмешливо кивнул ему и полез в нагрудный карман куртки за пачкой сигарет. Он едва успел достать одну из них.

Артур нахмурился.

- Что? – он сначала не понял, что именно ему не понравилось в этом размеренном движении, а когда осознал, то было уже поздно. Слово «нет» не успело вырваться из его пересохшего горла. Только что-то невнятно пробулькало. Машинально Артур потянул вперёд руку, чтобы остановить своего коллегу.

Чиркнула спичка. Звук в ночи ощущался громче, чем должен был. Короткая вспышка пламени на долю секунды осветило лицо работника.

Коровы замычали и помчались. Сначала они сталкивались друг с другом, сея панику промеж себя. Потом в хаосе родился порядок. Вожак призывно промычал. Стадо собралось воедино.

Пастухи вскакивали на ноги. До ушей Артура донеслись приглушённые ругательства кого-то из его коллег.

- Какой кретин…

- Какого дьявола…

- Вся каша на траве!

- Тупые коровы!

Пастухи вскакивали на своих коней и бросались вслед за паникующим стадом, мчащимся вперед, не разбирая дорогу.

Артур чувствовал, как его сердце бешено колотится в груди. Думать было тяжело. Секунды летели за секундами. Он чувствовал, что решение задачи было ближе, чем казалось. Но ответ был заперт за металлическим барьером, окружившим его разум. Потом пришла идея. Простая. Озарение.

Артур схватил какую-то палку с земли и запрыгнул на свою лошадь.

Ездовое животное заржало. Всадник вонзил пятки в бока лошади, ускоряя ее бег.

- Парень! Ты куда? Не глупи! – донёсся откуда-то из пелены прошлой жизни крик командира пастушьего отряда.

- Хватайте палки!

- Ты что затеял?

- Кольцо!

Артур прижался к шее лошади, наслаждаясь свистом ветра в ушах. В нос бил знакомый запах животного. Сейчас это успокаивало и позволяло мыслить чётче.

Наездник обогнал вожака, а потом бросил ему на перерез палку. Бык шарахнулся в сторону. За ним курс изменило и всё стадо. Животные были напуганы и подчинялись инстинкту. Бей или беги. Драться они могли только если угроза возникала для телят.

Ковалевский свесился с седла и подхватил с земли ещё какую-то банку из-под консервов. Затем его лошадь рванула вперёд.

- Давай, давай, сделаем это! – шепнул Артур. Он не был уверен, что его слова услышал хоть кто-то еще кроме него самого.

Он нагнал вожака и вновь напугал его метко брошенным мусором. В другой ситуации Артур бы не одобрил собственные действия, но теперь выбирать не приходилось. Маршрут вновь изменился. Живая лавина сместилась правее. Другие пастухи поняли замысел товарища. Некоторые из наездников с диким улюлюканием неслись вдоль стада. Другие конники кидали камни или палки, корректируя движение лавины.

Наконец у пастухов получилось. Вожак стада нагнал коров, замыкающих стадо. Вся эта живая масса теперь бегала по кругу. Постепенно животные выбивались из сил и успокаивались.

Командир отряда, седовласый мужчина с морщинистым лицом, с одобрением похлопал Артура по спине.

- Далеко пойдёшь, парень. Ты же не городской?

- Нет, сельский.

- Коренной или приезжий?

- Родился здесь.

Командир удовлетворённо кивнул, крутанул седой ус и вернулся к своему прерванному ужину.

Коровы, быки и телята начали снова разбредаться по пространству вокруг, угомонясь.

Виновник паники поспешно затушил носком ботинка сигарету и вжал голову в плечи, стараясь не встречаться взглядом ни с кем из своих товарищей, тем более с командиром.

- Эй, всё нормально будет, - Артур хлопнул парнишку по плечу. Сам он был немногим старше него – их разделяли всего два или три года. Но для Ковалевского это был не первый перегон скота.

Он сел у костра и поймал консервную банку, брошенную кем-то из товарищей. Содержимое оказалось на небольшой сковороде и зашипело, разогреваясь на огне.

Люди у костра шутили и общались друг с другом, наслаждаясь восстановившимся порядком и ночной тишиной.

До дежурства оставалось ещё три часа, поэтому Артур попрощался со своими коллегами и пошёл в палатку. Он почувствовал облегчение и не раздеваясь лёг на матрас. Сон не шёл. Перед глазами мелькали события последнего часа. Почувствовав внутренний подъем, Артур закрыл глаза. Наконец на него нахлынула усталость. Мышцы ныли после тяжелого дня.

Через три часа кто-то пнул его по ноге.

Он с трудом выбрался из палатки – на свежий и прохладный ночной воздух.

Дежурство в ночное время многие из товарищей Артура не любили. Но сам он сейчас наслаждался тишиной. Молодой пастух вслушивался в голос ночи, но слышал только потрескивание дров в костре, да отдаленный вой в километрах от этих мест. Внутри стало очень спокойно и умиротворенно. Ковалевский пододвинул ноги поближе к огню и с трудом переборол желание зажмуриться. Он боялся, что заснет и не сможет дежурить. Сбоку от него лежал кавалерийский карабин.

Задачей Артура было присматривать за стадом. По мере сил и возможностей, разумеется. Стадо насчитывало чуть больше полутора тысяч голов скота. Все эти животные сейчас сбились в плотную массу и лениво пережевывали повторно полупереваренную порцию луговой травы. Сами бурёнки находились в полудрёме. Артур был уверен, что перед их коровьими внутренними взорами проплывали в эти минуты и часы чудесные виды Швейцарии. Ну или что там могут видеть коровы во сне?

Смена прошла спокойно. Уже через час Артур вернулся в свою палатку, торопливо разделся, стараясь не терять ни минуты от своего заслуженного отдыха. Когда голова коснулась скатанной куртки, он мгновенно провалился в бездну сна.

Когда Артур проснулся, он ощутил сильную жажду и как можно скорее открутил металлическую крышку своей фляжки. Внутри находилась теплая, неприятно пахнущая жидкость. Набрать воду в ручьях, через которые шёл перегон, Артур не решился. Сейчас он немного пожалел об этом решении. Мало что ему казалось важнее глотка ледяной воды.

Выдохнув из груди воздух, стараясь не дышать, Артур сделал несколько торопливых глотков. Он с радостью ощутил, как сухость уходит. Пожалуй, даже в этой вонючей воде есть своя прелесть.

Впереди был тяжелый день. Сегодня стадо надо было провести через Скотий Брод. Течение могло быть опасным для животных, за коровами требовалось постоянно присматривать. Впереди стада двигалась пара дозорных, готовых при необходимости стремительно развернуться и вернуться назад, к основной группе. Позади тысячи голов скота скакали несколько молодых парней. Среди них оказался и тот, кто ночью перепугал скот звуком чирканья спички. Их задачей было следить за отставшими от основной массы животными. С этой же позиции когда-то начинал и сам Артур. Теперь он двигался фланговым, ехал справа, до роли разведчика ему было ещё далеко.

Стадо, размеренно двигаясь, приблизилось к стремительной реке. Один из разведчиков вернулся и указал куда-то в сторону, нужно было заставить вожака отклониться от его курса. Кто-то из пастухов подъехал ближе к крупному быку и принялся при помощи коня и свиста направлять быка правее. Кажется, это был командир отряда, седовласый пастух с шикарными длинными усами, свисавшими вниз. Он что-то прикрикнул остальным своим людям.

Бык фыркнул, неохотно помотал своей рогатой головой, едва не зацепив пастушьего предводителя. Тот успел отвернуть в сторону. Самого главного он уже добился – вожак изменил направление своего движения. Теперь он приближался к Броду. За ним повернуло и остальное стадо. Сотня за сотней, коровы неспеша шли ближе к реке.

Вожак замычал и сделал большой глоток из реки. Стадо напирало сзади. Глухо щёлкнул хлыст. Коровы начали переправу через широкий и удобный Брод. Животные прыгали в реку и брели по колени в воде.

Крупный бык выбрался на каменистый противоположный берег. Животное покачивало своей массивной головой. За ним начали выходить из воды остальные коровы.

Ковалевский поменялся местами с одним из пастухов, присматривавшим за тем же крылом стада. Всадники скользили вдоль массы зверей и не давали откалываться небольшим группам коров.

Переправа через ручей большого стада заняла почти два часа. Немного задержались замыкающие, они пригнали пару коровушек. Те недовольно мычали в знак протеста против незаконно прерванного выгула.

Артур развернул свою лошадь обратно и погладил ее ухо.

- Тихо, Марта, тебе тоже не нравятся такие виды?

Территория, по которой прошло стадо, хранило отпечатки копыт, трава была порядком поедена или вытоптана. Всюду виднелись небольшие горки коровьего помёта.

Зато местность вокруг была живописна.

Артур вырос в деревеньке среди лесов, на берегу озера. Ему нравилась его родная земля: тёплая пашня, грубая и суровая земля, неохотно дающая урожай, низенькие молодые деревья.

Здесь же всё было совсем иначе. Горизонт вдали манил и опьянял. Где-то вдали должны были начаться скалистые каньоны, грозные памятники величию природы, что способна творить такие чудеса без участия человека. Но прямо сейчас Артур смотрел на неровную равнину. Всюду росла боевитая зелёная трава с жёсткими длинными листьями. Временами она сменялась невысоким колючим уродливым кустарником. Лишь изредка встречались деревья, те росли либо по одиночке, либо небольшими группами.

Ковалевский поправил шляпу на своей голове, ощутив, как по его виску скатывается капелька пота, оставляющая за собой грязную дорожку.

Нужно было нагонять уходящее стадо.

- Пойдем, Марта, ноооо! – Артур ускорил своего скакуна.

Что-то с легким свистом прошло над его головой.

Молодой пастух вскинул голову и невольно замер в изумлении. Новенький блестящий чёрный глайдер прошел совсем невысоко над поверхностью земли и скрылся где-то позади, растворившись за горизонтом. Значит, порт был уже не так далеко.

- Пошла!

Глава 2. Город полный коров и денег

Глава 2

Город полный коров и денег

Высокий и утонченный седовласый мужчина оторвал свой взгляд от бескрайних просторов, мелькавших внизу. Из иллюминатора можно было различить очередное крупное коровье стадо, идущее к космопорту.

— Это не мои? – голос мужчины был шелестящим, как осенний ветер, приводящим в движение ветки деревьев с пожелтевшими листьями.

Один из его помощников уткнулся в пластиковый планшет и изучил поток символов. Потом тот покачал головой и немного закусил нижнюю губу. Что-то ему подсказывало, что это совсем не тот ответ, на который рассчитывал его наниматель.

Седовласый не любил конкурентов и плотно сжал свои тонкие губы. Подчинённые засуетились, почувствовав, что воздух наэлектризован и вскоре может грянуть буря. Питер де Грот ненавидел, когда конкуренты работают на территориях, которые он считал своими. Через несколько мгновений тучи в салоне рассеялись. Хозяин расслабленно откинулся на спинку кресла и позволил себе улыбнуться. Всё же этот космопорт ему не принадлежал. Это ещё не его собственность. Пока у него не было таких ресурсов, чтобы контролировать всю скотоводческую сферу. Но быть может однажды… если он грамотно распорядится картами, оказавшимися у него на руках. Да, определённо, однажды….

Де Грот был уроженцем Земли, праматери всех людских колоний. Он происходил из старинного аристократического рода одной из приморских республик. Его предки заработали неплохое состояние, торгуя самым разным товаром, в том числе и порицаемым. Питер сцепил тонкие изящные пальцы обеих рук. Вот ведь глупость! Какая разница, что его предки продавали рабов? Главное, что они преуспели там, где других ждала неудача. Остальное – не важно. Поколения семьи де Грота сменяли друг друга, век за веком, укрепляя фамильные богатство и влияние.

Питер де Грот был одет в простой серый брючный костюм. Лишь качество кроя выдавало, что стоит он больших денег. Справа на боку, в кобуре, висел револьвер. Это оружие говорило многое о своём хозяине. Рукоять декорирована вставками из редкой слоновьей кости. Сам револьвер был украшен причудливыми узорами и символами. С одной стороны рукоятки виднелась надпись «Через тернии к звездам». На другой стороне была выгравирована латинская буква V. Оружие было сделано под заказ и стоило целого состояния.

На этой планете скотоводство играло важную роль. Мясо уходило не только для снабжения растущих собственных городов, но и для пополнения припасов баз в скоплении астероидов. Самые же дорогие сорта улетали на Землю и попадали на стол состоятельных граждан и новой аристократии.

Этот револьвер был реверансом со стороны де Грота местным элитам. Их поддержкой следовало заручиться. Да, он не был совсем чужаком для населения планеты. В конце концов его компания уже многие годы вела здесь свои дела. Его представители и директора заключали многомиллионные сделки. Удалось ему закрепиться в разных отраслях экономики, не только в животноводстве.

Лицо Питера де Грота не было испещрено паутинками морщин, положенными ему по возрасту. Лучшие хирурги приводили его кожу в порядок. Некоторые органы были заменены клонированными. Но всё же де Грот уже начинал ощущать первые признаки старения. Всё началось с волос, в которых пробилась проседь. Это его не портило, даже придавало изюминку его утончённой личине современного аристократа. По этой причине он не стал перекрашивать их.

На безымянном пальце красовался золотой перстень с драгоценным камнем - семейная реликвия.

Питер поправил пиджак и рубашку. Всё должно быть безупречно. Он возвращался после нескольких лет своего отсутствия на планете. Впереди его ждала встреча с губернатором. Де Грот брезгливо скривил губы, ему придётся пожать руку этой жабе, которая занимала кресло губернатора. Что ж. Издержки фамильного бизнеса. В конце концов, он не был крупнейшим игроком.

Питер де Грот задумчиво посмотрел вниз через иллюминатор. Стадо осталось где-то позади.

Помощник вопросительно посмотрел на своего хозяина. Тот слабым движением указательного пальца обозначил своё пожелание. Зажурчала жидкость кроваво-красного цвета, заполняя часть бокала. Де Грот кивнул и неспеша пригубил напиток, ощутив, как теплота проливается внутрь его тела.

До космопорта оставался всего один неполный переход. Завтра после полудня Артур с товарищами должен был прибыть в пункт назначения и передать стадо покупателю.

Местность становилась всё более обжитой. Временами встречались отдельные поселения, где-то вдали виднелась инфраструктура скоростного монорельса.

Стадо обходило стороной человеческое жильё. Не все селяне были рады их визиту.

Где-то далеко впереди прозвучал сухой выстрел. Его почти не было слышно. Слава богу, что уставшие после перехода животные не отреагировали на него. Они начали разбредаться по окрестностям в поисках травы, уже изрядно поеденной другими стадами. Коровы меланхолично жевали листья, не отдавая себе отчёт в том, что их путь практически завершён.

Примчался один из дозорных. Он на ходу свистнул, подавая сигнал командиру. Старый пастух выехал навстречу своему разведчику. Молодой дозорный что-то сбивчиво начал объяснять, активно жестикулируя.

Командир погладил свои усы, а затем жестами подозвал к себе несколько своих подчинённых. Среди них был и Артур.

- Ву подстрелили. Выезжаем. Все при оружии, парни? – в серых глазах босса вспыхнули хищные огоньки.

Пастухи проверили свои карабины и револьверы.

Небольшой отряд отделился от стада и поехал к тому месту, где разведчики попали под огонь.

Артур Ковалевский чувствовал, как его ладони стали влажными от пота. Сердце ёкнуло в груди. Напряжение и стресс сжали мир до узкого туннеля впереди. Он почти не слышал ничего из того, что говорил им командир.

- Так, парни, говорить буду я. Вы свои языки завяжите в узелок и не отсвечивайте без моего сигнала. Это такие же деревенщины, как и большинство из нас. Будете держаться немного в сторону. К ним подойду только я. Дистанцию держать, ясно?

- А что если… - начал один из молодых пастухов.

- Если начнётся пальба, то держи глаза пошире и постарайся не обделаться. Ну и стрелять в ответ не забывай. Хорошо бы ещё было перезаряжать время от времени. Но никто не стреляет без моего приказа. Всем понятно? Почти приехали, парни! Не бояться!

Командир первым спрыгнул с коня. Пружинящей молодецкой походкой он скорее летел, чем шёл навстречу нескольким пешим мужчинам. Незнакомцы прятали свои лица за масками. В руках они сжимали карабины и револьверы. От них веяло агрессией и тьмой. Перед ними на траве лежал и корчился от боли Ву, смуглокожий мужчина лет тридцати. Его и так небольшие глаза были совсем зажмурены от боли.

Артур спешился, надеясь, что никто не увидит, что его ноги ходят ходуном. Он был достаточно близко, чтобы слышать о чём говорит командир с чужаками.

- Кто главный, парни? – командир лихо сплюнул на землю у своих ног и подбоченился.

Люди, к которым он обратился, сперва молчали. Потом один из них заговорил:

- Ваша скотина… она заразная. После наши коровы…

Командир удовлетворённо кивнул. Его руки упирались в кожаный ремень.

- Парни. Мы обходим все ваши селения и фермы стороной. Идём по скотопрогонной дороге. Неудобств не доставляем. Не знаю, кто плетёт всякое, но скажу за наших коров. Они здоровые. - Пастух говорил медленно. Его голос звучал ровно.

- Ну… мы… это…

- Если есть желание, могу проводить, сами глянете. За отдельную плату даже погладить дам. Ну что? Есть вопросы по этому поводу.

Пятеро стрелков немного стушевались и нерешительно переминались с ноги на ногу. Агрессия их, как будто, улетучилась.

- Теперь второй вопрос. Мой человек ранен. Ву, ты как?

Тот отозвался невнятным звуком, а потом процедил сквозь зубы:

- Нормально, босс!

- Есть два варианта. Первый. Вы подстрелили его специально, потому что хотели пообщаться с нами поближе.

Командир пастушьего отряда грозной скалой стоял напротив незнакомцев.

Артур почувствовал, как по его спине стекают капельки пота. Рубашка начала противно липнуть к телу. Машинально он погладил рукоятку револьвера и груди распутной девки, вырезанной на ней. Двигаться опасался, не желая показывать товарищам, что ноги мелко дрожат.

- Второй вариант. Это просто случайность. Недоразумение. Лишний выстрел, которого не должно было быть, - продолжал командир после небольшой паузы. - Ну что, кто из вас говорить будет?

- Мы… народ… Мы все говорим, - откликнулся неуверенно один из пятерых стрелков.

- Парни, давайте без этого. Говорит один. Я здесь от лица моих парней. Они ребята дружелюбные. Обычно. Но сейчас немного нервничают.

Стрелки посмотрели на группу пастухов. Обе компании были вооружены.

- Случайность, - произнёс один из чужаков дрогнувшим голосом. Говоривший немного вжал голову в плечи, будто опасаясь гнева своих друзей.

- Вот и я так решил. Мы с вами не враждуем. Просто прогоняем скот.

- У нас коровы болеют после таких прогонов…

- Это были не мы. Теперь по моему раненому. Мы его забираем. Больше никаких недоразумений. С вас компенсация. Ву какое-то время не сможет работать. Я бы предложил перевести немного денег на его счёт для лучшего выздоровления. Но думается мне, что со средствами у вас немногим лучше, чем у нас. Проставитесь. Мы уже три недели в пути. Одни консервы. Подгоните картошки, хлеба, сала. Ну вы поняли.

Стрелки закивали. Они и сами уже начали жалеть о прогремевшем выстреле. Вид у них уже был не такой агрессивный, скорее даже виноватый. Они поспешили откланяться.

Командир поправил шляпу на своей голове, а потом подошёл к Ву.

- Жив?

- Живее всех, - Ву сжал свои зубы.

Командир извлёк из тканевой сумки телефон. Он быстро связался с местным госпиталем. За Ву прилетел проржавевший медицинский глайдер.

- Тебе на первое время, - командир вложил в руку раненому товарищу несколько купюр, - скоро увидимся. Приходи в себя, нам ещё обратно ехать. Лечение оплатят, не переживай. Тебе ещё немного сверху накинут, так что не раскисай.

Ву несколько раз кивнул. Артур видел, как того погрузили в глайдер. Двигатели закашляли, отрывая шасси от поверхности.

Вечер у костра был приятнее, когда вместо приевшихся бобов с говядиной появилась домашняя еда. Местные своё слово сдержали и принесли угощения. Пара самых храбрых из них сидела сейчас у огня вперемешку с пастухами.

Поначалу Артур с подозрением косился в их сторону. Парни тоже чувствовали себя неуверенно. Потом всё сгладилось.

Ву в это время уже лежал в больничной палате. Командир связался с нанимателем и тот договорился о лечении для своего сезонного работника.

Артур положил пластинку солёного сала на кусочек чёрного хлеба и начал жевать. После однообразной еды это было настоящее лакомство.

Сейчас можно было проанализировать ситуацию. Командиру удалось избежать ненужного кровопролития. Время от времени пастухи, перегоняющие скот к порту, становились мишенью для атак местных жителей. Обычно всё обходилось без пальбы, чаще всего стороны ограничивались тем, что раздевали противника донага, а потом от души колотили.

Артур оценивал случившееся и был доволен тем, что товарищи не заметили его волнения. С каким же облегчением он в тот момент убрал ладонь с рукояти револьвера. Во рту у него сильно пересохло. Несколько больших глотков воды из колодца спасли его от убийственной жажды.

- Можете желание загадать. Комета! – кто-то из сидевших у костра указал на тёмное небо.

Артур уставился наверх в поисках этого объекта. И вот он его заметил. На чёрной скатерти мигнул крошечный светлячок. Он двигался, постепенно увеличиваясь в своих размерах. Постепенно космическую странницу стало возможным отличить от статично мерцающих звёзд. След кометы был неярким, но набирал яркость. Бескрайнее пространство над головой пересекла хвостатая скиталица.

На планете много проблем было именно с водой. Астероидное поле стало источником этого ценного ресурса. Корпорации обрушивали ледяные глыбы, болтающиеся в космосе, на поверхность.

Альтернативным вариантом было добыча воды в полярных шапках. Этим тоже занимались. Но жизнь на полюсах была неизмеримо сложнее, чем в любой другой зоне на планете.

Зрелище падающей кометы так впечатлило, что Артур Ковалевский расстелил свой походный матрас прямо на траве и лёг спать под открытым небом.

Следующим днём погонщики достигли города. На его окраине стояли массивные корпуса мясокомбината. Конечная точка маршрута. Здесь сотни голов скота станут пищей для населения аванпостов человечества в этой части космоса.

Город был довольно крупным по меркам этой планеты. Внутри него проживали несколько тысяч колонистов. Большинство из них были переселенцами в первом поколении. За последние годы это поселение быстро росло благодаря своей роли в торговле говядиной.

Большинство зданий было возведено из местных пород леса. У Человечества ушло несколько десятилетий для того, чтобы скорректировать жизнь на этой планете под свои требования. Важную роль в этом играло разведение леса. Со старой Земли летели корабли с семенами растений. Климат был довольно сухим, поэтому сначала засеивали большие территории пустынными и степными породами.

Сейчас эти усилия начали давать свои первые всходы. На планете выросла не только луговая трава и кустарник, но и три поколения переселенцев-людей.

На противоположной окраине города начиналась бетонная дорога, которая вела к космопорту. Его было видно очень плохо, он находился далеко в стороне.

Сам город был возведён в основном из дерева. Застройка была малоэтажной. Лишь в центре высилось несколько зданий из бетонных плит.

- Добрались! – с облегчением произнёс Артур, стыдливо отводя взгляд от коров, которых он сопровождал последние несколько недель. Теперь эта работа была завершена.

Пастухов проводили к бухгалтеру, но внутрь кабинета не пустили. Они были грязными, в поношенной одежде, выцветшей на Солнце. Погонщики скота поспешили склонить головы и снять шляпы перед одетой по моде женщиной. Она и была бухгалтером. Артуру не понравился её взгляд, полный высокомерия.

Женщина разместилась в тени дерева во дворе комплекса. Она внимательно осмотрела всех и ещё раз пересчитала. Каждого пастуха подзывали к ней по одному. Бухгалтер спрашивала, какую оплату они готовы принять.

Артур изобразил почтение на своём лице и снял шляпу с головы.

- Как хотите получить оплату? Наличными, купонами корпорации или на электронный счёт?

- Разделить можно? – вопрос сорвался с губ Артура.

Бухгалтер посмотрела на цифры в своём планшете и кивнула.

Большую часть денег Артур оставил на своём счёте. В такой глухомани электронные деньги он бы не смог потратить в большинстве обитаемых мест. Остаток он забрал в качестве наличных. Денег на руках у него было совсем немного. Хватит чтобы покрыть расходы на обратный путь и хорошо помыться перед дорогой.

Большинство товарищей Артура поступили иначе. Они соглашались на наличные деньги. Кто-то брал даже купоны корпорации, на которые можно было прикупить в космопорту какие-то товары.

Артур не успел отойти далеко, когда ощутил лёгкий толчок в правое плечо. Он посмотрел направо. Командир с задумчивым видом покрутил кончики усов.

- Ковалевский, перекинемся парой слов?

- Да, босс.

- Откладываешь на что-то?

Артур замялся с ответом, бросил взгляд на последних своих товарищей, получавших заработанные деньги.

- Да, думаю о покупке собственного ранчо.

Седые брови командира немного поползли по морщинистому лбу наверх. Раздался сухой короткий смешок.

- Неплохо, неплохо. Немного наличных потратишь на прощальную пирушку?

- Конечно, босс.

- Если будешь в наших краях в следующий сезон, найди меня. Работа на перегоне у тебя в крови. Ладно, увидимся. Мне надо с парнями пообщаться. Мы будем в салуне «Клоповник». Название так себе, но наливают от души. Ладно, давай!

Артур крепко пожал протянутую ему руку.

- Был рад поработать, босс!

- Ну ты и медведь. Хватка железная! – отозвался босс.

Перед визитом в «Клоповник» Артур заглянул в местный мотель. Хозяин заведения, мужчина с иссиня-чёрной кожей, окинул гостя равнодушным взглядом.

Пастух положил на входную стойку купюру небольшого номинала с изображением головы быка. Деньги были сделаны из полимера и скорее напоминали на ощупь пластиковую бутылку. Они были произведены на планете и использовались только в её экономике.

Хозяин оценивающе посмотрел на Артура, что-то мысленно посчитал, а потом произнёс:

- С перегона?

- Да. Есть душ в номере?

- Конечно, сэр.

- Думаю, что этого хватит.

- Да, сэр. – Хозяин чуть склонил свою голову. Он был одет в длинный халат, переливающийся всеми цветами радуги.

- Одежду можно в порядок привести?

- Отремонтировать? Или просто постирать и высушить? – хозяин склонил голову на бок.

- Просто. Почистить, постирать, высушить.

Хозяин улыбнулся, взглядом указав на стойку перед собой. Его улыбка стала ещё шире, когда на гладкой поверхности появилась еще пара купюр.

- Как вас записать?

- Ковалевский.

Артур взял пластиковую карту и отправился в свой номер. Войдя в него, он бросил свою запылившуюся шляпу на простенький деревянный столик. Судя по его поверхности, покрытой рубцами, кто-то здесь активно разделывал свою еду.

Холодильника в номере не было. Артур слил в грязную раковину остатки воды из фляги и наполнил ёмкость заново из-под крана. Жидкость имела лёгкий металлический привкус, но на такие мелочи грех было жаловаться.

Ковалевский быстро снял одежду и бросил её в специальную сумку, которую он выставил за входную дверь. Его костюм должны были привести в порядок и почистить.

Следом нужно было спешить в душ. Артур забрался в узенькую пластиковую кабинку и повернул ручку. Поток воды пролился на него сверху. Пастух фыркнул от удовольствия и начал намыливать своё тело. Было очень приятно смыть с себя грязь, которой он оброс за время короткого путешествия.

«Клоповник» располагался на окраине города. Очертания контуров здания были плавными, практически лишёнными прямых углов. Краска почти полностью облезла с поверхности стен, обнажив проржавевший металл корпуса. Наверное, это был остов космического корабля, на котором на планету прибыли первые колонисты с Земли. Дать точный ответ Артур не мог, настоящие суда, способные пересечь пустоту космоса, он не видел. Но в его представлении это было похоже на небольшой пассажирский лайнер. Хотя, возможно, это был обычный грузовик, отслуживший свой срок. Над входом висела неоновая вывеска с названием.

Вместо двери была обычная плотная циновка. Артур отодвинул её и вошёл внутрь. «Клоповник» изнутри утопал в полумраке, который скапливался под пластиковыми столиками, жался к стенам и углам. Лампы светили слишком тускло и не могли рассеять эту тьму.

Ковальский снял с головы шляпу и проследовал к нескольким сдвинутым вместе столам. За ними сидели его товарищи по перегону. Почетное место во главе занял командир, с ленцой потягивавший какую-то пенистую жидкость из массивной кружки.

Похоже, что он подошёл последним.

- Ну привет, ковбой! – босс поднял свой бокал.

Пастухи провели этот вечер с большим удовольствием. Некоторые из отряда вскоре попали в объятия салунных девушек. Эти милые леди выполняли множество важных функций: они были и официантками, и танцовщицами, и певицами. Петь, правда, чаще всего они не умели. Но для гостей заведения это было не так важно. Одна из девиц вальяжно разместилась на коленях второго разведчика, который сопровождал Ву во время дозора. Тот отчаянно рубился в карты с соседом, не забывая поглаживать салунную девушку. Девушками эти дамы почти наверняка не были. Избытки профессии. Каждый кормился как мог.

Артур вежливо отклонил предложение одной из барышень уединиться в комнате наверху. Он сделал ещё один глоток из бокала и простился с товарищами.

Ковалевский возвращался в свой номер как в тумане. Мысли двигались внутри его головы медленно, постоянно путались. В таком состоянии пастух даже не сразу понял, что с ним столкнулся один из случайных прохожих, совсем ребенок – худенький и не высокий, с растрёпанными волосами и ссадинами на руках. Артуру пришлось сделать полшага назад. Из-за этого в него врезался громила со стеклянными глазами и с какой-то накидкой на голове, из под которой торчали рыжие прядки волос.

- Простите, - сиплым голосом отозвался человек-гора, примирительно поднимая руки.

Что-то в этом было не так. Артур сейчас туго соображал, но через несколько мгновений молния поразила его мозг, приводя в порядок и тело. Руки ощупали карманы. Не было его кошелька с карточками и наличными.

На пятках пастух развернулся. Парочка разделилась.

- Эй вы! Уроды! Это воры!

Гнаться за пареньком Ковалевский не стал. Но он успел заметить, что мальчишка нырнул в переулок за питейным заведением под названием «Два пустых бокала и пересохшее горло». Пастух быстро взвесил все за и против. Почти наверняка его там ждала засада из нескольких дружков воришки. Оставался второй участник кражи, самый приметный. Ощущая праведный гнев, Ковалевский начал преследовать здоровяка. Тот был выше, но и Артур не выглядел на его фоне игрушечным человечком. Он схватил накидку и сорвал с головы здоровяка. Тот действительно оказался рыжеволосым. На грубом лице вора появилось насмешливое выражение. Особенно выделялись злые волчьи глаза рыжего.

- Ты кого вором назвал? За слова отвечать надо! – оскалившись, здоровяк достал нож, но осёкся, увидев, что Артур на ходу выхватывает револьвер.

Люди вокруг спешили удалиться на безопасное расстояние.

- Эй! Эй! Эй! Порядок, порядок! Я ничего у тебя не брал! – здоровяк опустил руку с ножом. Но было видно, что он лихорадочно анализирует ситуацию. Оружие всё ещё было у него, осталось только найти возможность воспользоваться.

- Верни мои деньги! –прорычал Артур.

- Я честный…, - рыжий был не готов признать факт своего участия в краже.

Завершения фразы Артур Ковалевский не услышал. Что-то сильно ударило его сзади по голове. Он упал на колени, почувствовав, как волосы на голове стали влажными. Наверное, это была кровь. Так, по крайней мере, подумалось ему.

Здоровяк рванулся к нему, взмахнув ножом.

Грянул одинокий выстрел.