Да здравствует король!

Глава 1

Прозвучал гонг — бой окончен. Гирос победил: три поверженных противника лежат на полу площадки, где проходят учебные бои. Он вышел за ограду и попал в руки друзей, радующихся за него и поздравляющих с победой. Каждый подходил к нему, улыбаясь похлопывал по плечу или пожимал руку, высказывая своё восхищение победителю. Но вдруг послышалось шипение, с которым открывается магическая заслонка ложи короля и тут же воцарилась тишина. Все повернулись к своему властелину и, подняв вверх кулак правой руки, прокричали: «Да здравствует король!» Никто не знал, что в этот раз Их Величество решил посмотреть один из тренировочных боев, которые проходили почти каждый день, для подготовки выпускников училища к последнему испытанию перед завершением учëбы. Он приходил, скрытый магией, и мог так же и уйти незамеченным, но на этот раз Антипал Третий решил при всех похвалить своего любимчика и для этого рассекретил своё присутствие.

— Гирос, мальчик мой, подойди ко мне, — произнёс король.

Все присутствующие тут же расступились, создавая для победителя проход к ложу короля. Гирос, чеканя шаг, направился к королю. Когда он подошёл, Антипал Третий сам шагнул ему навстречу и, пожимая руку, сказал:

— Ты был великолепен в этом бою. Имея таких прекрасных боевых магов-защитников, я могу быть спокоен за свой трон.

— Благодарю вас, Ваше Величество! — склонил голову Гирос.

Король похлопал его по плечу, а затем развернулся и шагнул в открывшийся для него портал. А в это время скрипнула калитка ограды площадки и оттуда, пошатываясь, вышел один из поверженных им друзей-противников по имени Айприл. Ребята тут же поддержали его и посадили на ближайшую скамью для зрителей.

— Ну и силен же ты, — сказал Айприл, глядя на Гироса. — Я такую мощную защиту выстроил, а ты её с двух ударов пробил.

— Отдыхай пока, — ответил Гирос, — я потом расскажу тебе, в чём проблема у твоей защиты. Пожалуй и я пойду отдыхать, вы меня тоже изрядно потрепали.

Парень открыл портал и вступил в него. Через секунду он оказался в своём любимом уголке королевского парка. Это было тихое местечко, куда редко кто заходил. Сам Гирос ещё в самом начале учёбы случайно забрëл сюда, когда они, совсем ещё мальчишки, устроили игру в прятки, с условием не применять для поисков магию. Тут был небольшой пруд, почти скрытый от людских глаз огромными ветвистыми деревьями. Рядом со стволом одного из них, росшего ближе всех к воде, лежал очень удобный камень. Именно сидя на на нём, Гирос любил предаваться размышлениям. А подумать было о чём. Все, и даже его любимый король, поздравили его с победой. Но сам он не был доволен собой. Бой был почти проигран, допущено несколько ошибок подряд. Вначале потратил много времени и магии на создание защиты, поэтому потерял темп. Пришлось отражать удары противника, а не нападать самому. Находясь в цейтноте, защищался, чем попало. Так, видя, что Борин готовится ударить по нему огненным шаром, Гирос, вместо того, чтобы воспользоваться водной магией, применил воздушную и сильнее раздул огонь. Рукава мантии загорелись, и это на некоторое время вывело Борина из боя и позволило Гиросу немного отдышаться, но парень получил ожоги. Конечно, маги-целители быстро его вылечат, но такую атаку Гирос считал некорректной. Но самое главное — у него почти истощился магический запас. Если б не удалось сбить Айприла в последней атаке, то пришлось бы туго. Нет, у него был резерв и даже немалый, но его раскрывать запретил Маг Волешендр, сказав, что об этом никто не должен знать. Придёт время, когда Гирос сам почувствует необходимость выложиться по полной.

Как давно это было, но он до сих пор благодарен своему первому наставнику. Гирос был ещё совсем маленьким, только попал в королевский приют для детей, чьи родители погибли в бою, защищая короля. Мальчик долгое время находился в шоке. Потрясение от увиденного спровоцировало очень раннее проявление магических способностей, которыми он ещё не умел управлять. Таким образом, ребенок был опасен и для окружающих, и для самого себя. Реагируя на снившиеся ему кошмары, он генерировал магические атаки, от которых трудно было защититься.

Долго и упорно успокаивал его Маг, но первое, что он сделал — это помог Гиросу разделить свой магический резерв на две части. Две третьих он запломбировал особым заклинанием, которое владелец дара мог вскрыть только в экстренных случаях, и запретил мальчику не только пытаться им пользоваться, но и кому-то рассказывать про него. Той трети, что использовалась, хватало на все нужды в обычной жизни боевого мага, даже если бы ему пришлось сутками биться с врагом. Тогда почему Гирос почувствовал, что магии почти не осталось? Конечно, это была не битва с простыми воинами под прикрытием одного мага. Он бился с тремя, сила которых хоть и меньше, чем у него, но они считались одними из лучших на всём курсе. Надо хорошенько обдумать и найти либо свою ошибку, либо то каким образом ребята смогли объединить усилия, подпитывая друг друга магией.

Прежде всего надо отдохнуть, расслабиться, наполниться силой от великолепия природы в этом уголке парка. Он же светлый маг, и созерцание красоты наполняет его магией быстрее всего. Любоваться зеркалом воды, окружённым зеленью трав, он мог до бесконечности. Пение птиц у себя над головой вливало в его сердце радость и умиротворение. Он вспомнил, как заворожило это место, когда впервые увидел его. Тогда он сидел на камне, забыв про игру и про занятия. Но тут по поверхности пруда прошла рябь, а потом возник образ Волешендра.

— Тебя ищут, сынок, — сказал он, — беги назад, у тебя будет ещё время насладиться этим прудом.

Гирос поспешил в класс. После этого он часто приходил сюда, но ни разу образ Мага так и не появился. Вот и сейчас он так надеялся, что появится его первый наставник и поможет ему, но тот не приходил, давая понять, что с этой проблемой можно справится самому. Для начала Гирос постарался вспомнить весь бой до мелочей, перепроверить правильность заклинаний, составленных им в ходе противостояния. Хотелось понять, насколько соответствовали его действия каждому моменту борьбы.

Потратив на это немало времени и сил, пришёл к выводу, что всё делал правильно, исключая реакции на огненный шар. Но основная ошибка всё же нашлась. Хотя, учитывая, что это был учебный бой, то это были меры безопасности — он не дрался с врагом, желая уничтожить любой ценой. Это ведь тренировка друзей, а поэтому в каждое заклинание он вплетал и контроль за силой удара, чтобы не убить и не покалечить рябят. Этот регулятор силы и съедал магии больше, чем сама атака.

Гирос вздохнул спокойно. Бейся он с настоящим противником, то в запасе осталось бы гораздо больше магии, и не потребовалось бы использовать резерв. Значит не зря его похвалил король, он понял всё, что делал его любимец.

Иногда Гиросу не нравилось, когда его так называли. Было даже обидно — как будто он ничего не делает, но легко получает хорошие баллы из-за протекции короля. А ещё как-то ему сказали, что сам король спас его от смерти, когда какие-то преступники устроили переворот и, проникнув в замок, убили прежнего короля и многих приближённых, защищавших его. В том числе и родителей Гироса. Шептались, что малыш так понравился Антипалу, что тот приказал отправить его в королевский приют, а в пятнадцать лет без экзаменов перевёл в училище боевых магов. Да, так и было, он не сдавал экзамены, но только потому, что являлся одним из лучших выпускников школы и мог поступать в любое учебное заведение по своему выбору. Гирон сам решил выбрать военную стезю, а не по указанию кого-либо.

В училище он учился очень хорошо, старался изо всех сил, благо, что и способности у него имелись. Кроме магии любил историю и картографию. Владел мечом и другими видами оружия, прекрасно стрелял из лука. Мог без оружия, только с одним щитом, победить любого из сверстников. Не раз выигрывал на конных соревнованиях. Возможно, именно поэтому король и обратил на него внимание, а не наоборот. Но разве можно это кому-то доказать?

От всех этих мыслей Гироса отвлёк всплеск воды в пруду. Он посмотрел в ту сторону, но ничего, кроме расходящихся кругов, не увидел. Может рыбка ударила хвостом, а может что-то упало в воду. В любом случае, надо было возвращаться назад, солнце уже клонилось к закату, и он мог опоздать на ужин. А без еды магия не восстановится. Гирос открыл портал и через мгновение оказался у входа в столовую. Кстати, это тоже одно из его привилегий. Только десяти лучшим воспитанникам училища разрешалось открывать портал для перемещения, остальные топали пешком.

— Где ты был? — подскочил к Гиросу Борин. — Я искал тебя, хотел поговорить.

— Я обдумывал ошибки, которые совершил сегодня. Скажи лучше, как ты? Покажи руки. Сильно тебе досталось? Это как раз одна из моих ошибок.

— Да у меня всё в порядке, — сказал Борин, показывая свои, уже почти зажившие, ожоги на руках. — Маги-целители быстро справились. А я хотел сказать, что ты придумал гениальный ход! Чуть поддав ветра, ты использовал мою же магию против меня.

— Возможно, в бою с врагом, это и надо сделать, но тут я не хотел, чтобы ты пострадал, случайно получилось. Извини! — Брось, всё нормально, идём ужинать, тебя ребята хотят поздравить.

Они подошли к столу, за которым сидели четверо его друзей: Айприл, Тивон, Гаран и Самит.

— Ну, наконец-то, — сказал Гаран, — Борин нашёл тебя. Где ты был Гирос?

— В королевском парке, отдыхал на природе и анализировал наш бой.

— Так больше не делай, — посмеиваясь, заговорил Самит. — А то наши «друзья» уже слушок пустили, будто король пригласил тебя в свои покои, чтобы наградить за победу.

— Кто это сказал?! — вскочил с места Герос. — Я сейчас…

— Успокойся, не обращай внимания на идиотов, — сказал Айприл, усаживая его. Это они от бессильной злобы выдумывают. Лучше объясни мне, почему ты так легко пробил мою защиту.

— Нет, прорваться через неё было совсем нелегко, последняя моя атака была очень мощная. Не будь защиты, я бы тебя просто убил. А вот сделал ты её чересчур широкой и высокой. Надо было прикрывать только корпус и ноги чуть ниже колен. Голову во время атаки можно пригнуть, и руки тоже защищать не надо. Большая площадь твоего щита сделала его более гибким. Я стукнул в самый центр, и защита прогнулась, ударив тебя, потом отскочила назад, а затем опять пошла в твою сторону. В этот момент я добавил скорость движения магией. Тогда ты и получил решающий толчок в грудь и не устоял.

— Да уж, — почесал затылок Айприл, — умеешь найти слабое место. Молодец! Ты честно победил. Поздравляю!

И все друзья подняли чашки с травяным чаем, будто это кубки с вином и закричали на весь зал: — Гирос победитель! Ура! Ура! Ура!!!

В другом конце зала наши «друзья» что-то заверещали, выказывая недовольство, но лезть на рожон не стали.

Глава 2

Антипал сидел в малом зале приемов. Он был очень расстроен — гонец, прибывший с запада, привёз плохие вести. Войска опять не смогли взять форт Фарен, несмотря на всю подготовку к этому бою. Маг, которого король послал, чтобы тот организовал защиту воинов, специально обученных для взятия этой неприступной стены форта, был убит за мгновение до начала атаки. Стрела точно попала ему в глаз, пролетев сквозь щель забрала. Самое удивительное то, что так никто и не понял, откуда стрелял лучник. Войска ещё даже не выдвинулись на позицию и находились значительно дальше от форта, чем на полёт стрелы. Вывод был единственный — стрелял маг, обладающий способностями быть невидимым. Но как его не почувствовали, не понятно. Наступление пришлось отменить, и это сильно расстроило Антипала.

Нельзя сказать, что на других фронтах положение было лучше, но Фарен стоял у перекрëстка двух главных дорог, и тот, кто владел этим фортом, собирал дань со всех путников, проходивших через западные земли. Таким образом, королевская казна теряла много денег, вместо того, чтобы зарабатывать.

Прошло уже почти шестнадцать лет, как он взошёл на престол, но так и не смог восстановить целостность государства, которое было при его предшественнике, короле Милиане Втором. Четверо герцогов отказались присягнуть ему на верность и стали вести независимую политику. Все попытки Антипала, как дипломатическим, так и силовым путём вернуть их под знамёна своего королевства, успеха не принесли. Таким образом, он был почти отделён от остального мира. Начиная с северо-запада и до юго-запада располагались земли трёх мятежных герцогств, а четвёртое — на юге, оставляя королевству выход к морю на севере. На востоке были горы, хоть и невысокие, но труднопроходимые, а за ними простиралась ничейная земля, где жили только кочевые племена. Единственная дорога, по которой можно было проехать на цивилизованный запад, проходила через земли герцога Казинского, мимо форта Фарена. Там осматривали все караваны, не пропуская больше вооруженных воинов, чем требовалось для охраны груза, а заодно и взимали пошлину за использование дороги. Вот поэтому так важно было захватить этот форт, причём малыми силами.

Герцоги-отступники постоянно поддерживали друг друга, и если на границе с одним из герцогств Антипал начинал концентрировать войска, то сразу на границе с другим герцогством возникали конфликты, на погашение которых приходилось перебрасывать силы.

Единственной надеждой на изменение ситуации являлся ожидающийся выпуск боевых магов. Конечно, далеко не все выпускники были настолько сильны, чтобы поменять ситуацию, но Гирос и пятёрка его друзей представляли собой мощную силу. Они даже сами не представляли, как высоко они стоят над остальными воспитанниками, для который звание боевого мага было необходимо для того, чтобы легче подняться по иерархической лестнице. Детям богатых родителей или придворных короля, желавших носить красивые мантии мага, уметь открывать портал для перемещения и показывать прочие фокусы таким же избалованным как и они девчонкам — большего и не нужно. Для серьёзного боя они не годились.

Шестëрка Гироса была отобрана из королевского приюта. Их родители погибли во время дворцового переворота, когда стояли насмерть, защищая своего короля. Самые сильные, преданные воины не сложили оружия несмотря на то, что понимали — им не выстоять. Вот из их детей, оставшихся сиротами, Антипал и вырастил своих защитников. Ему казалось, что мальчики считают его чуть ли не отцом. Каждый из них был сильнее всей остальной группы, но магический потенциал и умение Гироса превосходили любого из друзей. А на последней тренировке он показал, что справится и с тремя сразу.

Антипал приказал позвать главного королевского мага. Он вместе с королем следил за тренировочным боем «один против троих», но не стал показываться перед курсантами, а незаметно ушёл до открытия магической завесы ложи. Ждать его пришлось довольно долго, маг иногда позволял себе не торопиться на вызов к королю, мотивируя занятостью делами особой государственной важности. Ему не нравилось, что Антипал смог найти и вырастить молодых, сильных магов, прекрасно понимая, что они вскоре могут его заменить и поэтому был очень строг и требователен к ним. Однако, эта требовательность только заставляла ребят больше и упорнее заниматься, а значит ещё больше совершенствоваться во владении магией.

— Что ты можешь сказать о Гиросе? — спросил Антипал, как только маг переступил порог его приёмного зала.

— Что тебе сказать, — не торопясь начал говорить маг, усаживаясь поудобнее в кресло напротив короля. — Он очень силён! Через несколько лет, когда Гирос наберётся опыта, ему не будет равных ни в нашем королевстве, ни за его пределами. Эти самоуверенные и непокорные герцоги не смогут собрать армию, с которой он не справится. Но вопрос в другом: захочет ли он справляться? Парень слишком добр, уравновешен, имеет трезвый рассудок. Он не поддается азарту боя, чтобы уничтожить всех — виноватых и правых. Он будет стоять за справедливость. Вот в этом учебном поединке он потратил больше магии, чтобы не убить и не покалечить друзей, чем на все свои атаки.

— И всё же он победил, а значит мог позволить себе отключить их, не причиняя большого вреда. Да, это же его лучшие друзья, с врагами он будет действовать иначе. А самое главное — он предан мне, как собака, честность и доброта не позволят ему плести интриги против того, кто спас ему жизнь. Если мы сможем правильно управлять, то получим всё, что захотим.

— Будем надеяться, что так и будет, но не забудь — он ещё пятилетним ребенком неосознанно применил магию, в то время, когда мы активизировали артефакт, лишивший силы всех магов короля Милиана.

— Я понимаю, ты боишься, видя в его лице своего конкурента, поэтому делаешь вид, что предостерегаешь меня. Но в любом случае спасибо! Я учту твоё мнение о Гиросе. Скажи мне, у нас есть кем заменить погибшего мага на границе с герцогством Казинского или отложим взятие форта до завершения испытаний в училище? Тогда мы сможем сразу проверить наших выпускников в деле.

— Маги у меня есть, но тогда надо снимать с тех мест, где они тоже нужны, да и жалко посылать их почти на верную смерть. Так что давай, подождём окончания курса и пошлём туда Гироса с кем-нибудь ещё.

— А этих ребят тебе не жалко? Их же тоже могут убить.

— Почему-то уверен, что они справятся. Если я больше тебе не нужен, то пойду — дел много.

Король кивнул, и маг направился к выходу. Как только он приоткрыл дверь, из холла послышался нервный крик дочери:

— Отпусти меня, мне к папе всегда можно.

— Пропустите её, — крикнул Антипал.

В зал, поправляя оборки нежно-голубого платья, вбежала девочка-подросток. Она подскочила к отцу, чмокнула его в щёку и плюхнулась в кресло, стоящее рядом с большим столом.

— Лиззи! Почему ты пришла одна без гувернантки?

— Не переживай, пап, леди Хандр скоро пришаркает. У меня просто не было времени ждать её. Ты лучше расскажи, правда ли, что Гир сегодня дрался с Бо, Айком и Самом, и завалил всех троих.

— Правда. А что это тебя так интересует?

— Ну Гир же классный! Такой высокий, сильный! Правда, ходит он всё время в этом своём балахоне, что даже лицо толком не разглядишь. Вот интересно, а какой у него цвет волос?

— Как мне помнится — тёмно-русый, хотя, возможно, потемнел. Я тоже давно не видел его без мантии. — Пап, скажи, а Гир может стать невидимым?

— Насколько я знаю — нет. Боевых магов этому не учат. Кроме того, мужчины, как правило, не владеют этим умением. Это привилегия женщин.

— А у нас в школе болтают, будто он делается невидимым и по ночам заходит в спальни девочек и разглядывает их. С тех пор, как прошёл такой слух, все девчонки перед сном накрашиваются и надевают свои лучшие ночнушки.

— А как же он к ним попадает через стены и запертые двери? Или твои подружки специально оставляют приоткрытыми? — Ну как, как?! А то ты не знаешь, что все маги могут проходить через портал.

— Вот уж нет, — рассмеялся отец, — не может невидимый пройти через портал! Не совмещаются эти две магии. Я знал только одну женщину-мага, которая смогла сделать невидимой не только себя, но и ещё несколько человек и провести их через портал, спасая от смерти. Но её давно уже нет в живых. Так что скажи своим бесстыдницам, чтобы не обольщались, никто ими по ночам не любуется. Да и вообще, сейчас Гиросу не до девичьих прелестей, он днями и ночами к выпускным испытаниям готовиться.

— А чего ему готовится, он же всё равно лучше всех. Девчонки в классе только о нём и говорят. И ругают тоже, но потому, что он не обращал внимания ни на кого. Только один раз он мне поклонился, проходя мимо.

— Ну что, все свои проблемы решила? — улыбаясь, спросил Антипал. — Можно мне теперь поработать. А вот и твоя леди Хандр подоспела, — в дверях показалась женщина лет за пятьдесят, в строгом одеянии. — Будет кому тебя в твои покои проводить.

— Пап, пап, погоди, правда, что после испытаний состоится бал выпускников?

— Наверное, ведь каждый год бывает. — А ты пустишь меня на этот бал? — Нет, конечно, ты ещё маленькая.

— Как это, маленькая?! — возмутилась Лиззи. — Мне же в прошлом месяце пятнадцать исполнилось, а на вид и шестнадцать можно дать!

Антипал внимательно посмотрел на дочку. Она действительно уже оформилась, как женщина, только вот мозги так и остались ещё детскими. Может, если б была жива её мама, она бы смогла воспитать из неё настоящую леди, а от этих учителей и гувернантки, нет никакого прока.

— И что ты собираешься там делать?

— Ну как что, танцевать, с мальчиками знакомиться. Может и с Гиром удастся потанцевать и поговорить. После испытаний у него появиться много времени.

— И какой толк знакомиться с ним, он почти сразу уедет на западную границу.

— Если я ему понравлюсь, и он попросит, то я буду его ждать.

Отец не стал спорить с глупышкой и просто сказал:

— Ладно, посмотрим.

Глава 3

Выпускные испытания у боевых магов начались со сдачи экзаменов по различным наукам: математики, истории, картографии и теоретическим основам боевой магии. Гирос и его друзья сдали всё без особого труда и приключений. Единственное, что как-то выбивалось из обыденной сдачи, так это экзамен по истории у Гироса. Один из вопросов, который ему попался, касался попытки свержения королевской власти в стране и убийство короля и его защитников.

Этот вопрос Гирос знал лучше всего. Он изучил всё, что только имелось в королевской библиотеке. И делал он это не от того, что так любил историю. В день попытки совершить дворцовый переворот, преступники убили не только мужчин, защищавших короля, но и их жён и детей, врываясь для этого в жилые помещения дворца. Именно в тот страшный день Гирос остался сиротой. Сиротами остались и его друзья. Кто-то из них не находился во дворце, а двое мальчиков со страха смогли забраться в такую щель, что убийцы не нашли их.

Понятно, что его ответ был не просто отличным, но и образцом знаний этого момента истории. Когда экзаменатор уже похвалил Гироса и объявил, что ставит ему высший балл, вдруг в помещение аудитории вошёл король. Все разом вскочили со своих мест и, подняв вверх кулак правой руки, приветствовали его словами: «Да здравствует король!» Антипал третий вошёл и тут же сообщил, что он слышал прекрасный ответ экзаменуемого, но хочет задать ещё один вопрос.

— Скажи мне, пожалуйста, мой мальчик, — произнес он, — кто организовал этот переворот и не пощадил ни короля, ни семьи его приближённых?

— Извините, Ваше Величество, — ответил Гирос, — я перерыл всё, что написано про это варварское преступление, но так и не нашёл ни одного имени нападавших. Сказано только, что почувствовав, что их безумная идея переворота провалилась, они отступили в портал, забрав с собой всех убитых и раненых, не оставив никаких следов, по которым можно было узнать имена нападавших.

— Да, ты прав, так оно и было, — согласился король, — но как ты думаешь, кто всё-таки мог решиться на такое? — Трудно сказать, Ваше Величество, может быть кто-то из герцогов-отступников.

— Я тоже так думаю, мой мальчик, но ничего доказать не могу. Спасибо за прекрасный ответ, ты заслуживаешь высший бал, — сказав это, король покинул аудиторию.

После окончания испытаний на знание теории, выпускникам дали неделю отдыха. В первый же день этой недели всю шестерку друзей вызвал к себе главный казначей королевства. Ребята были очень удивлены. Они получали в казначействе так называемые карманные деньги на всякие мелочи, как например, предметы личной гигиены или просто на покупку лакомств. На большее этих денег не хватало. Питались они в столовой, одежду — мантии и нижнее бельё, им выдавали со склада, там же они получали башмаки. Так что, для нормальной жизни было вполне достаточно. Это сыночки богатых родителей вечером переодевались в модные наряды и прогуливались перед сном по парку, соревнуясь в богатстве и возможностях своих предков. А по выходным за ними приезжали красиво разукрашенные кареты и увозили домой, где их ждали разные деликатесы и развлечения.

Казначей принял их всех вместе и напомнил, что по окончании всех испытаний во дворце состоится бал в честь выпуска боевых магов. Там же они будут представлены высшему обществу королевства, частью которого они и являются уже сейчас. И поскольку на бал не принято приходить в мантиях, король приказал выдать деньги на приобретение нарядов, достойных их высокого звания. Он посоветовал сегодня же всем шестерым съездить в город и приобрести всё необходимое. А поскольку подобные наряды, как правило, заказывают заранее, часто подгоняют по фигуре, то на это потребуется время. Так что откладывать нельзя. После этого объяснения, выдал каждому по мешочку с монетами и выпроводил за дверь.

Ребята стояли несколько ошарашенные. Нет, они знали, что будет бал и очень хотели на нём побывать. Даже стыдно сказать, им всем больше двадцати лет, но никто из них не разу не был на балу. И они даже не задумывались, что на балы ходят в другой одежде, нежели каждый день. Им ничего не стоило покинуть королевский дворец, в пределах которого располагалось училище боевых магов, и пройтись по торговым улицам, чтобы купить себе одежду. Только вот что покупать, они не знали, а главное — не знали к кому обратиться за помощью. Попросить кого-нибудь из сыновей богатых родителей конечно же можно, но боялись, что он или высмеет их или, хуже того, пойдёт с ними и насоветует такое, что они станут посмешищем на балу.

— А я знаю, кто нам сможет помочь, — вдруг сказал Тивон, — помните, на первом курсе нам преподавали «обхождение в высшем обществе и придворный этикет»? Читал этот предмет такой молодой, очень красивый преподаватель, всегда со вкусом одетый. Как же его звали?

— Да-да, помню, — поддержал его Гаран, — и звали его месье Дженьен.

— Так вот, когда мы шли к казначею, я видел его, направляющегося в свой кабинет. Пошли к нему. Думаю, он не откажется помочь и не обманет нас.

Дженьен действительно не отказал. Он был польщён, что ребята, заканчивающие обучение, ещё помнили его и именно ему доверили помочь им приобрести всё необходимое для королевского бала.

Правда, времени они потратили очень много. Друзья и не знали, что кроме верхнего камзола, который они видели на всех мужчинах-аристократах, нужно ещё и нижние подштанники, сорочка с кружевными манжетами и жабо, чулки, кюлоты и, наконец, башмаки и шляпа. Всё должно быть подобрано в тон и по фасону. А кроме того, подогнано по фигуре. Ну и в завершение — костюм каждого из них должен был отличаться, чтобы ребята не выглядели, будто бы надели униформу. Без поддержки специалиста им не справиться, это уж точно! Дженьен знал не только где-что можно купить, но и сколько стоит. Без его помощи их бы просто обманули, увидев совершенных профанов, продали бы всё втридорога.

Домой они вернулись усталые, как после дня боевой тренировки, но зато знали, что никто не сможет сказать, что пришли на бал безвкусно одетые выпускники. К концу недели надо было ещё раз пойти в мастерскую, где подгоняли их камзолы по фигуре, примерить и забрать их. А на следующий день начинался второй этап испытаний.

Первым из них — стрельба из лука. Чтобы пройти его, каждый экзаменуемый должен был из десяти выпущенных стрел попасть в мишень, по крайней мере, пятью. Мишени представляли собой деревянный щит с нарисованным на нём воином. С этим справились все. Но далеко не всем удавалось попасть в белый кружок, нарисованный в центре туловища мишени. Лучше всех отстрелялись Гаран, Борин и Гирос.

Самым сложным и утомительным являлось второе испытание — бой на мечах без применения магии. Для того, чтобы никто не жульничал, главный маг королевства активизировал артефакт, который лишал магии всех присутствующих на тренировочном поле. С помощью жеребьёвки участников разделили на пары, их получилось двенадцать. Им раздали учебное оружие, не острое. Бой длился полчаса по песочным часам. Все дрались, а судьи подсчитывали количество ударов и успешных их отражений. Гирос был уверен, что раз пять уже убил своего противника, но бой продолжался. Сначала он подумал, что это оттого, что артефакт не лишил его магии, хотя парень честно ею не пользовался. После подсчетов объявили победивших. Потом опять жеребьёвка и победившие дрались с победившими, а проигравшие с проигравшими. На сей раз противником у Гироса был Айприл. Это уже был серьёзный поединок. Айприл выиграл на пару очков, значит наличие магии не помогает, если ею не пользоваться.

По результатам второго раунда троих признали не прошедшими испытание. Что с ним сделают — никто не знал, такое произошло впервые. Скорее всего, они не получат грамоты об окончании училища.

По боевой магии решили не устраивать поединков — слишком большая разница была в силе у выпускников. Просто каждый должен показать, как он сплетает заклинания для защиты и для удара в магии огня, воды и воздуха. Шестёрка друзей Гироса получила высший бал.

Последнее испытание — это скачка с препятствиями. У всех учащихся были свои лошади, купленные их родителями. Только у этой шестерки сирот их не было. Когда начали обучать владению конём в бою, ребятам разрешили брать их из королевской конюшни. А уже на последнем курсе дали выбрать скакуна, который был закреплён за владельцем, хоть и оставался в той же конюшне. Этих коней не разрешалось использовать гонцам, посылаемым с приказами или донесениями.

Вечером, перед испытаниями, каждый из ребят пришёл в конюшню к своему другу, вычистил его и рассказал, что предстоит им завтра. Лошади — умные животные, они поняли и как-то сразу собрались, всем видом показывая, что не подведут.

В ночь перед скачками Гиросу не спалось. Он даже сам удивлялся, что его беспокоит. Ни перед одним испытанием он так сильно не переживал. А утром, наскоро позавтракав, побежал на конюшню, проверить своего коня. Только приоткрыв ворота, не поверил своим глазам — стойло пустое! Когда же подошёл поближе, то увидел, что его Ветер лежит на полу, устланной соломой.

Сердце тут же замерло. Неужели его коня кто-то убил, но нагнувшись и потрогав его, понял, что тот спит, а потом и обнаружил сонную траву, лежащую перед его мордой. Какой-то «доброжелатель» вывел его коня из строя в ночь перед заездом. В это время пришли друзья Гироса, но их кони стояли в другой части огромной конюшни. Гирос не хотел портить им настроение, а поэтому сказал, чтобы они ехали на ипподром без него, а он решит небольшую проблему и догонит их.

Ребята уехали, а Гирос находился в полной растерянности и не знал, что ему предпринять, где взять коня. А в конюшне, как назло, не было ни одного стоящего жеребца. Несколько старых кляч, которые стояли там, просто не выдержат эти гонки.

Гирос никак не мог сообразить, что же ему делать, куда бежать, с кем разговаривать? Ведь даже король не сможет дать ему лошадь, если её нет в конюшне. Оставалось одно — пойти к судьям и сказать, что он не может участвовать в скачках из-за того, что кто-то отравил его коня, и пусть они решают, как быть. Но сделать это — означало поднять большой шум. Начнётся расследование и найдут конюха, которому хорошо заплатили, чтобы он подложил Ветру сонную траву в корм. Его накажут, но заказчика так и не найдут. А вот Гирос станет посмешищем, над ним будут потешаться все эти богатые и бездарные придурки.

Гирос подошёл к коню и попытался вылечить его магией. Они же прошли небольшой курс целительной магии. Хотя, там больше учили залечивать раны от стрелы, копья и меча. Что-то получилось. Ветер открыл глаза, даже поднялся на ноги, но скакать на нем было невозможно — конь еле-еле передвигал ноги. Теперь стало ещё хуже, ему же скажут, что он выдумал проблему со скакуном, а сам просто боится участвовать. Гирос стоял, обнимая своего четвероногого, и чуть не плакал. Но тут он услышал стук копыт, кто-то приближался к конюшне. Гирос поднял голову и увидел гонца, скачущем на сером жеребце.

— Где тут хоть один конюх? — спросил мужчина, слезая с лошади. — Мне надо срочно сдать коня и нести документы во дворец.

— Пока не видно ни одного работника, — ответил Гирос, — но я могу принять лошадь и поставить её в стойло. Скажите, вы прибыли издалека и конь сильно устал, надо с ним погулять, чтобы остыл?

— Нет, я ночевал в ближайшей деревне. Не было смысла ночью приезжать, ведь всё равно бумаги никто не примет.

— Ясно, можете идти, я сделаю всё, что надо.

Как только гонец ушел, Гирос принялся обнимать коня.

— Пепел, само небо послало тебя на выручку.

Он знал этого коня и не раз ездил на нём, пока не выбрал себе Ветра. Конечно Ветер был моложе и сильнее, но и Пепел — достаточно сильный и умный конь. Парень почистил его, покормил немного. Записал в книге регистрации, что принял коня от гонца и забрал его на скачки.

Когда доскакал до ипподрома, все уже стояли в строю, готовые к соревнованиям. Хоть он и не опоздал, но прибыл самым последним. Ещё издалека Гирос заметил волнение в рядах стоящих всадников. Удивление было общим, ведь он ехал не на своём вороном, а на сером коне. Проезжая мимо строя, так же отметил на лицах некоторых богатых сынков разочарование. Его друзья попытались выяснить, что произошло, но тут поступила команда выдвигаться к стартовой черте и разговаривать было уже некогда.

После удара стартового гонга, Гирос не торопился гнать коня. Ведь здесь основной задачей было чисто и без ошибок пройти все препятствия, а не прийти первым. Но разогнаться можно и на последнем, заключительном отрезке. Пепел, управляемый умелым наездником, без труда брал любое препятствие, будь то высокое заграждение или ров, заполненный водой. А вот Гирос, переживший эту подлую подставу был настолько зол, что решил отомстить тем, кто попытался отравить его коня. А тут они и сами помогли ему в этом — почти на самом дальнем участке ипподрома, где судьи не могли толком разглядеть, что происходит, он увидел тройку своих «лучших» врагов, которые что-то задумали и явно поджидали его, желая сбить с лошади, а может и ещё чего-нибудь похуже. Гирос пришпорил коня и шепнул ему:

— Ну, Пепел, не подведи!

Вскоре стал ясен их план: в самом узком месте они поставили своих коней поперёк дороги, плотно прижав их друг к другу, чтобы не было возможности пробить их заслон. Но Гирос не стал притормаживать коня, а пришпорил ещё раз, а потом поднял его вверх, перепрыгивая через преграду. При этом каждому из седоков на этом заслоне досталось по голове копытами, летящей над ними лошади. Удары были несильными, но чувствительными. Для Пепла с его седоком получилось на одно препятствие больше и они легко прошли. А на последнем участке смогли разогнаться так, что пришли третьими.

Глава 4

Итак все испытания позади, а у троих «умников» небольшое сотрясение мозга. Хорошие всё-таки в королевстве целители, смогли даже у них мозги найти!

После окончания скачек, шестёрка друзей решила отпраздновать завершение учёбы и выпускных испытаний в одной таверне в центре столицы. Благо, у них осталось немного денег из выделенных на одежду для бала. Наконец они могли позволить себе хорошо и вкусно поесть и даже выпить, пусть и недорогого, вина. В замок вернулись поздно, кое-как успев до закрытия ворот. На утро договорились не ходить на завтрак, а в кое-то веки выспаться.

Но поспать им не дали, утром пришёл месье Дженьен и разбудил. Когда парни собрались в комнате, где жили Гирос и Айприл и, позёвывая, расселись на их кроватях, Дженьен спросил:

— Вы думаете что все испытания прошли?

— Да, конечно! — дружно ответили все шестеро.

— Так знайте, что вы глубоко ошибаетесь.

Ребята вопросительно посмотрели на него — неужели их каким-то образом могли «завалить» и не дать грамоту об окончании училища.

— Самое главное испытание у вас ещё впереди, — продолжал интриговать учитель.

— Какое? — дружно спросила вся шестерка.

— Королевский бал в вашу честь.

— Уф! — расслабились друзья.

— Как я понял, вы этого не боитесь, ну тогда скажите, кто из вас и когда последний раз танцевал с девушкой? — Танцевал? — спросил Самит, а остальные только открыли рты.

— Я так и думал, что вам было не до таких «мелочей». Но на балу только этим и занимаются. В танце знакомятся, общаются, находят нужные связи. В светской жизни бал — это очень важное мероприятие. Никто не обратит внимание на мужчину, весь вечер простоявшего в сторонке. А если партнер во время танца оттопчет все ноги барышне — это вряд ли произведёт на неё хорошее впечатление. Так что, ребята, собирайтесь и пойдëм учиться танцевать. Мне сам король поручил подготовить вас к балу и даже выделил небольшой зал с паркетным полом, чтобы вы поняли, как на нём танцевать.

Парни были удивлены, что сам король направил к ним учителя! Неужели бальные танцы — это настолько важно?!

Они быстро собрались и пошли за месье. Он привëл их в малый танцевальный зал, где обычно проходили уроки танцев для детей придворных. Но сейчас все занятия были окончены и во время каникул помещение пустовало. Ребята уселись прямо на полу, а учитель стал рассказывать им о танцах вообще и о тех, которые будут исполнять на балу. Он очень коротко объяснил, что такое танцы, как они появились, потом перешёл к народным танцам, а затем — к бальным.

Здесь объяснение стало более подробным и даже с демонстрацией некоторых несложных па. Оказывается, на балу танцуют парные танцы — это когда партнёры весь танец вместе, а есть групповые, тогда партнёры всё время меняются. Это даёт возможность познакомиться с большим количеством танцоров противоположного пола.

Выдав эту минимально необходимую информацию, попросил разделиться на пары и начал показывать элементы первого танца. Танец был простой и ребята быстро схватывали суть. Тогда Дженьен активировал музыкальный кристалл, и зазвучала музыка, под ритм которой и надо было двигаться. Это оказалось сложнее, но после часа тренировки у них уже вполне прилично получалось. Тогда месье дал ребятам несколько минут отдыха, а потом перешли к следующему танцу. Так они и не заметили, что подошло время обеда. Учитель отпустил их поесть и набраться сил и терпения, но прощаясь сказал, что завтра утром после завтрака ждёт их в этом же зале.

— Не знаю, как вы, — сказал Гаран, — а я устал.

— Да, — согласился Борин, — вроде ничего особенного не делали, а как будто мешки таскали.

— Я думаю, что это полезнее, чем валяться пол дня в постели, — решил Гирос, — возможно, умение танцевать нам всем когда-нибудь пригодится в жизни.

Уроки танцев продолжались ещё два дня, и в конце Дженьен сказал, что до совершенства им ещё далеко, но в «грязь лицом» они уже не упадут. После этого отпустил их обедать, отдыхать и наряжаться на бал, который состоится этим вечером. А ещё он посоветовал всем обратиться к дворцовому цирюльнику, чтобы сделали ребятам прически, соответствующие нынешней моде.

Вечером, после восьмого удара колокола, в бальном зале стали собираться придворные и приезжие аристократы со своими жёнами и взрослыми отпрысками. Они неторопливо прогуливались, выходили на балкон подышать воздухом, пили напитки, которые разносили слуги на больших подносах. Все ждали начала бала. И наконец зазвучали фанфары, вышел церемониймейстер и объявил:

— Его Величество король Антипал третий!

Парадные двери зала открылись и под общие аплодисменты вошёл король. Он подошёл к своему трону, уселся поудобнее, а церемониймейстер оповестил:

— Выпускники королевского училища боевых магов!

И строем в зал вошли виновники торжества. Они встали в четыре ряда перед троном короля.

— Здравствуйте, мои мальчики! — поприветствовал их Антипал.

— Да здравствует король! — хором прокричали они.

— Поздравляю вас с окончанием учёбы! Ответом было троекратное «Ура!»

— Очень рад, что почти все из вас успешно прошли выпускные испытания, и я с удовольствием вручу грамоты. К сожалению, некоторым не так повезло и четверым придётся пересдавать по одном предмету, а одному — два, и только после этого они получат грамоты в королевской канцелярии.

Гирос сразу сообразил, что один из пытавшихся преградить ему дорогу на скачках, до этого также провалил и бой на мечах.

Король начал раздавать грамоты. Первыми вызвали Гироса, Айприла и Борина. Они получили грамоты, перевязанные золотой цепочкой, затем остальные члены шестерки и двое из богатых сынков получили грамоты, перевязанные серебряной цепочкой. Дальше раздавали свитки с красной ленточкой. Получая грамоту, каждый выпускник отходил в сторону, рассматривал её, а потом сдавал на хранение работнику канцелярии, чтобы не оставлять документ где попало. Оставшимся в строю пятерым неудачникам король объявил, что они получат документ после повторного прохождения испытаний.

Заиграла бравурная музыка и церемониймейстер направился на середину зала, чтобы объявить начало бала, но король остановил его:

— Подожди, Вилмар, я хочу познакомить всех собравшихся с новыми представителями знати нашего королевства. Прошу названных подойти ко мне. Герцог Гирос Войлон. Гирос, услышав своё имя и фамилию очень растерялся, ведь прозвучало ещё и «герцог». Неужели это относится к нему? Он вопросительно посмотрел на короля, а тот жестом велел ему подойти.

— Поприветствуем герцога, господа! — приказал король, и в зале раздались аплодисменты.

Гирос посмотрел, как изменились физиономии бывших сокурсников, которые шесть лет насмехались над ним, считая его простолюдином. А тем временем король продолжал:

— Герцог Айприл Перестон, граф Борин Дипот, граф Гаран Тихоет, граф Тивон Настун, граф Самит Куринор. Ребята тоже ничего не понимали, но пошли за Гиросом. Все остальные продолжали вяло аплодировать, хотя и недоумевали, откуда взялись эти парни и почему у них такие высокие титулы.

— Вижу в глазах у всех присутствующих вопрос, — продолжил король, — и сейчас я всё объясню. Около шестнадцати лет назад во время неудавшегося дворцового переворота погибло много смелых и достойных людей, в том числе и аристократов. Шестеро мальчиков четырëх-шести лет из аристократических семей смогли выжить в этой резне, но остались сиротами. Они жили в королевском приюте, а потом учились на боевых магов. И вот, после завершения учёбы, они стали взрослыми и достаточно зрелыми мужчинами, которые смогут управлять своими землями. Поэтому я возвращаю титулы их погибших отцов и принадлежащие им земли. Поздравляю, мальчики! Всю документацию получите завтра в канцелярии.

В зале опять зааплодировали, но на лицах многих вельмож читались разочарование и зависть. Сами парни даже и не поняли, что на них обрушилось — счастье или заботы? Они просто не представляли себе, что им теперь делать. Гирос первым сообразил и горячо поблагодарил короля. За ним тоже самое сделали и его друзья. А после этого объявили начало бала. Все выпускники встали в ряд, а напротив их девушки — дети знатных придворных. Это был групповой торжественный танец, открывающий бал.

Король не стал смотреть на танцующих, он встал и направился в комнату Лиззи. Он обещал дочери провести её на бал, так как ей ещё не было шестнадцати лет и без сопровождения отца её не пропустят.

Как только король оказался в коридоре, его догнал казначей.

— Простите, Ваше Величество, — обратился он, — но вы представляете, какие деньги потеряет казна после раздачи земель этим мальчишкам?

— Ну они же будут платить налоги, как и все.

— Но налоги, это же только тридцать процентов от всех доходов.

— Но они должны же на что-то жить! Иначе мы будем платить им жалованье, как высшим офицерам гвардии. Они же не просто воины, а королевские боевые маги! Это первый выпуск и возможно последний. Ты же знаешь, что ещё только двое, кроме этой шестерки, оказались на что-то способны. В тот день была уничтожена элита страны. Остались одни придурки, жаждущие денег и должностей. А потом, если мы не отдадим то, что по праву принадлежит этим мальчикам, найдутся «добрые люди» и расскажут, кто они, как их лишили титулов и земель. После этого они захотят вернуть свои земли и силой отберут своё. А что мы противопоставим им? А так я покупаю их преданность за их же деньги. Хи-хи-хи, — рассмеялся Антипал, похлопал казначея по плечу и продолжил свой путь.

А тем временем, Лиззи чуть не плакала от обиды — бал уже давно начался, а папы всё нет. Он же обещал прийти за ней сразу после торжественной части, а она уже слышала отголоски музыки через открытое окно. Опять скажет, что был занят королевскими делами. Девушка собралась пойти на бал сама, но в это время вошёл отец, и она от радости бросилась ему на шею.

Глава 5

Гирос танцевал первый парадный танец и думал, что для этого и учиться не надо. Прошёлся три шага с партнёршей за руку, потом два притопа, три прихлопа, и затем к тебе подплывает следующая дама. Он не успевал с ними и слова сказать, не то, что познакомиться. Даже лиц этих девушек особенно не запомнил. Так и мелькали перед ним ленточки, оборочки и кружева разных пастельных цветов: голубой, розовый, кремовый или персиковый. Честно говоря, Гирос особо и не старался знакомиться или общаться. Мысли его были далеко от этого танца, да и всего бала. Он вновь и вновь пытался переварить известие о том, что стал герцогом.

Наконец музыка смолкла, Гирос проводил даму, которая в этот момент танцевала с ним, к её родителям и отошёл в сторону, чтобы спокойно всё обдумать. Только что король раздал титулы ему и его друзьям. Но это означает, что они получили и земли. Он понимал, что эти имения не возникли из воздуха, а скорее всего принадлежали роду, древнему роду.

Антипал очень красиво и торжественно даровал титул и земли, принадлежащие ему по праву со дня смерти его отца. Теперь все будут называть его «Ваша светлость», но до этого никто и не обмолвился о его происхождении. Вся шестёрка ребят были жалкими сиротами, получавшими, как милость, карманные деньги из казны. А кто управлял их имуществом, кто командовал их вассалами? Кто получал доход от их земель? А может они заброшены и разграблены, и поэтому король дарит их с «барского плеча». Завтра в канцелярии надо будет во всём разобраться. А после получения направления на службу, во время положенного отпуска съездить туда и посмотреть всё на месте.

Приняв такое решение, Гирос вышел из-за колонны и стал рассматривать танцующих, а также стоящих в сторонке девушек, прикидывая, какую из них пригласить на танец. Надо же знакомиться с представителями аристократических семей, улыбнулся он. Теперь они не откажутся от общения со знатной персоной. Ему, вроде бы, приглянулась одна, но пока она танцевала. Вдруг музыка оборвалась на полутакте и в центр вышел церемониймейстер и огласил на весь зал:

— Их Высочество принцесса Лиззиана!

В зал, в сопровождении отца, вошла девочка-подросток среднего роста в довольно простеньком, хоть и красивом, платье нежно-голубого цвета, без кринолина. Её светлые волосы крупными локонами спадали на плечи, голубые глаза блестели от радости. Как только король с дочкой дошли до середины зала, церемониймейстер объявил:

— Первый танец принцессы!

— Давай, моё солнышко, выбирай себе партнёра на танец, — сказал Антипал Лиззи.

Девушка оглядела зал и наконец увидела Гироса, стоявшего довольно далеко от центра у одной из колонн. Он был высокий и стройный, тёмно-синий камзол эффектно подчёркивал его мощный торс. Их взгляды встретились, и он улыбнулся. Его карие глаза посмотрели на неё так тепло и по-доброму, что Лиззи не раздумывая направилась к нему. Все, стоящие на пути, расступались. Она подошла и протянула руку, парень склонился и учтиво поцеловал запястье. В это время заиграла музыка и пара заскользила по паркету.

«А они прекрасно смотрятся вдвоем! — подумал Антипал, — а что, Войлон — это одна из старейших фамилий в королевстве, да плюс его преданность мне. Ладно, пусть для начала справится с Казинским, а там посмотрим».

Тем временем те, о ком думал король, красиво танцевали и вели обычную светскую беседу.

— Я рада, что ты сегодня не в своем балахоне, а в нормальной одежде, — сказала принцесса, — у тебя такое мужественное лицо, а ты его прячешь под капюшоном. И этот камзол тебе очень идёт. Ты у кого его шил?

— Не помню, как его звали, а и не нужен мне ещё один камзол, я маг и моё одеяние — это мантия, Ваше Высочество! — вежливо ответил Гирос.

— Да брось ты со своим «высочеством», можешь общаться со мной на «ты» — мы же просто танцуем и никто нас не слышит. Скажи лучше, ты умеешь становиться невидимым?

— Нет, конечно. Для чего это боевому магу? Вот некоторые магини ради спасения детей могут создавать некоторое пространство вокруг себя, в котором никого не видно.

— У-у-у, — обижено поджала губки Лиззи. — А у нас в классе девчонки говорили, что все маги это умеют делать. Но всё равно я очень рада, что смогла уговорить папу привести меня сюда. Я же впервые пришла на бал. — Знаешь, я тоже впервые, — сказал Гирос, — и не знаю, когда ещё придётся мне танцевать. Вот загонят куда-нибудь на окраину королевства. Не для того же нас шесть лет учили, чтобы в столице штаны просиживали.

— А куда ты поедешь?

— Не знаю ещё, направления не получил.

В этот момент музыка замолкла, и Гирос, взяв даму под руку, пошёл возвращать её отцу, заметив, что принцесса не хочет его отпускать, но стоять рядом с троном короля у всех на виду и болтать с этой глупышкой Гирос не желал. Он направился в свой дальний угол, а тут вновь заиграла музыка, и на него, как бы случайно, натолкнулась какая-то девушка. Он придержал её, чтобы не упала, а она сделала реверанс, соглашаясь с ним танцевать. Ничего не оставалось делать, как взять её за талию и присоединиться к танцующим. Потом была ещё партнёрша и ещё. Всем хотелось познакомиться с новоявленным герцогом. Они о чём-то болтали, а потом расставались. Оглядывая зал, Гирос видел, что и его друзья тоже пользуются успехом. Наконец, музыка затихла и стали разносить напитки.

Воспользовавшись этой паузой Гирос вышел из зала и отправился в свою комнату при училище. Довольно скоро пришёл Айприл.

— Ты правильно сделал, что ушёл. И мы тоже, поняв, что ты смылся, решили «рвать когти», — сказал он, снимая камзол и садясь на кровать.

— Фу, как не стыдно, Ваша светлость! — смеясь сказал Гирос. — Следите за выражениями, вы же теперь аристократ.

— Да как же не выражаться? Эти девицы словно с цепи сорвались, одна за другой на шею вешались. Оказывается моё герцогство находится совсем недалеко от столицы и я богатый жених. Помнишь, мы однажды говорили, как странно получается, что нашими фамилиями названы герцогства и графства, а кто-то сказал, что мы были маленькими, когда нас в приют брали, вот и дали нам эти фамилии по названиям земель.

— Да, интересно, что там теперь, может развал и запустение, поэтому и не жалко отдавать. В отпуск съезжу туда и посмотрю, что твориться, и тебе советую. Завтра получим документы, а потом поищем по карте и будем знать, где наши земли, хотя, насколько я помню, мои на западе.

Ещё немного поболтав, ребята завалились спать.

Лиззи же всё ещё продолжала танцевать. Проблем с партнёрами не было, каждый из выпускников жаждал пригласить её на танец. Девушку засыпали комплиментами, называя её самой прекрасной, красивой, обворожительной, несравненной. Она понимала, что это неприкрытая лесть, но всё равно было так приятно!

Её голова кружилась от впечатлений, мелькавших лиц и сладких слов. Только когда объявили перерыв и она немного успокоилась, выпила прохладительный напиток, вдруг вспомнила о Гиросе. Она хотела ещё поговорить с ним, разговор как-то оборвался, когда закончилась музыка. Девушка осмотрела зал, но Гира не было, как не было и его друзей. Это очень расстроило Лиззи, как теперь встретиться с парнем, не идти же девушке, а тем более принцессе в школу магов. Отца тоже нигде не было видно, и у неё совсем испортилось настроение. Тут она увидела начальника канцелярии, который о чём то спорил со своей дочкой. Скорее всего хотел забрать её домой, а барышня желала ещё потанцевать. Она была старше Лиззи на несколько лет и искала себе жениха.

— Скажите, — обратилась она к начальнику канцелярии, подойдя к этой паре, — вы не знает где мой папа?

— Он занят государственными делами, а что вы хотели, Ваше высочество?

— Нет, ничего… — замялась девушка. — Хотя может вы знаете куда делся Гир со своими друзьями?

— Простите, кто? — не понял мужчина.

— Ну Гирос.

— А, так они уже ушли. Бал то скоро заканчивается, ещё несколько танцев и всё. Если Вы хотите его увидеть, то завтра утром они будут получать у меня очень важные документы. Можете «случайно» пройти мимо, — улыбнулся канцлер.

— Спасибо! Вы душка! — обрадовалась принцесса и отошла от них, не заметив, с какой ненавистью посмотрела на неё дочь канцлера.

Лиззи станцевала ещё пару танцев и покинула зал. Её сейчас больше интересовало завтрашнее утро. Состоится ли встреча с Гиром, как она его называла, и что он ей скажет.

Глава 6

На следующее утро сразу после завтрака новоявленные аристократы появились у дверей канцелярии. Их вызывали по одному, выдавали документы на владение землёй, а также карты, точно указывающие границы владений. Тут же разъяснили необходимость вовремя платить налоги. За первое полугодие всё было оплачено, а вот к концу первого месяца осени уже надо будет платить и называлась примерная сумма выплаты. Ребята выходили оттуда в каком то странном состоянии, словно пришибленные. Если у них в кармане завалялся один золотой, то каждый считал себя богачом, а тут речь шла о тысячах.

Когда из канцелярии вышел последний из их шестёрки, ребята решили отойти подальше, в одну из комнат отдыха для гостей, чтобы спокойно вместе разобраться во всех документах. Но по дороге им встретилась принцесса. Они поприветствовали Её Высочество. Ответив им, она попросила:

— Герцог Войлон, вы не могли бы уделить мне несколько минут.

— Конечно, Ваше Высочество, — ответил Гирос, а повернувшись к ребятам сказал: — посмотрите пока всё сами, я позже подойду.

Поскольку разговаривать в коридоре у дверей канцелярии было неудобно, Гирос предложил принцессе выйти в парк и посидеть на скамейке под деревом. Шли молча, и Гирос не мог понять, зачем он понадобился принцессе, да ещё в то время, когда все его мысли были заняты полученными документами, а вместе с ними ответственность за герцогство и обязанности перед королём. В школе боевых магов их совсем не учили управлять вассалами, а ведь это, как он понимал, значительно отличалось от командования войсками.

Наконец дошли до скамейки, хорошо прикрытой зеленью парка, но принцесса не стала садиться, а посмотрев Герону в глаза, спросила:

— Гир, скажи, я тебе нравлюсь?

Такого вопроса Гирос не ожидал. Он то и видел принцессу всего второй раз, да и не очень интересовался и толком не рассматривал её. Быстро окинув девушку внимательным взглядом, он увидел, что пред ним стоит подросток с ещё детским выражением личика, но с уже женской, достаточно хорошо оформленной фигурой. Простое облегающее платье позволяло увидеть красивую, упругую, несколько великоватую для её возраста грудь, тонкую талию и крутые бёдра. Голубые глаза девушки смотрели на него с надеждой. Нельзя было обижать этого ребёнка.

— Вы очень красивы, Ваше Высочество, — с лёгким поклоном сказал он.

— Гир! Ну почему ты такой противный?! — возмутилась принцесса. — Я же просила тебя без всяких «высочеств». Я для тебя просто Лиззи. И вообще, говори со мной, как с обычной девушкой.

— Хорошо, — согласился Гирос, — давай сядем, Лиззи, и спокойно поговорим, — он усадил её на скамейку и продолжил. — Честно говоря, мне редко приходилось общаться с девушками. Я всё время посвящал учёбе и мне было не до них. Да и сейчас у меня полно забот. Надо ехать в своё герцогство и разбираться на месте, что там происходит.

— И когда ты собираешься уезжать?

— Как только получу направление на службу, сразу начну собираться. Думаю, дней через пять покину дворец. А почему это тебя так волнует?

— Если я действительно тебе нравлюсь, то мы могли бы дать друг другу обет, и я бы ждала тебя, как рыцаря, ушедшего на войну.

— Лиззи, ты просто романтичная девочка, — с улыбкой произнёс Гирос. — Начиталась любовных романов и решила, что и у тебя так же должно быть. Неужели ты настолько влюблена в меня, что готова несколько лет ждать? Ты же только вчера впервые увидела меня.

— Зато я много о тебе слышала. Девчонки рассказывали, какой ты добрый, смелый и никогда не делаешь зла другим. Ты очень сильный маг, но не обращал внимания на насмешки глупцов, которые учились с тобой и не наказывал их. А как смело бросился наперерез взбесившемуся коню и спас маленькую девочку, оказавшуюся у него на пути. Это ведь было?

— Ну было, и что из этого?

— А вчера, увидев тебя, такого красивого, мужественного я… Ну мне показалось, что… Ну, если ты тоже… В общем, мне стоит тебя ждать.

— Ясно, — понимающе улыбнулся Гирос. — Лиззи ты хорошая девочка, добрая, романтичная! Видишь, я разговариваю с тобой не как с принцессой, а как с подружкой. Но мы очень плохо друг друга знаем, а мне предстоит надолго покинуть столицу. Я не думаю, что нам стоит давать друг другу обет. Зато теперь я знаю, что во дворце у меня есть хороший и надёжный друг! Я тоже буду помнить и думать о тебе. Но жизнь очень сложная, и мы только вступаем в неё. У тебя есть ещё около трёх лет, до того, как заговорят о твоём замужестве. Надеюсь, до этого времени мы сможем увидеть, понять и разобраться в своих чувствах. Ты согласна?

Принцесса долго молчала, переваривая сказанное им, а потом кивнула головой.

— Я всё время буду мечтать о тебе, — сказала она, — надеюсь, ты скоро вернёшься.

Она поднялась со скамейки и новоявленный герцог довёл принцессу до её гувернантки, которая стояла поодаль, изображая полную незаинтересованность, но явно старалась подслушать их разговор. Гирос посмотрел леди Хандр в глаза и, после короткого заклинания, был уверен, что она уже не помнит ни единого слова, сказанного ими. Он не хотел, чтобы девичьи мечты стали предметом дворцовых сплетен. Раскланявшись в соответствии с этикетом, они расстались.

Когда Гирос вошёл в комнату отдыха, где его ожидали друзья, все они резко замолчали, а Борин и Гаран встали и низко поклонились, сказав почти одновременно:

— Ваше сиятельство, разрешите присягнуть вам на верность!

— Да ну вас, — возмутился герцог, — перестаньте дурачится, дайте мне отдышаться после разговора с принцессой.

— А мы говорим вполне серьёзно, — сказал Борин, — графства Дипот и Тихоет входят в состав герцогства Войлон.

— Вы что, серьезно? И где наши земли находятся?

— На самом западе королевства и граничат с землями герцога-отступника Казинского, — ответил Гаран.

— Ну вот и прекрасно! Идëмте мои вассалы, я вас обниму, — Гирос обеими руками прижал друзей к себе. — Мы с вами со всем справимся, в каком бы состоянии не были наши земли, а присягать на верность будете вместе со всеми моими вассалами, когда прибудем в мой замок. Я уже кажется немного припоминаю его. Айрил, а как твои дела, узнал, где твои земли и кто у тебя в вассалах?

— Да, герцогство моё недалеко отсюда, на юго-востоке от королевских земель и вассала я одного хорошо знаю — это граф Куринор, — улыбаясь ответил герцог Перетон. — Так что мы с Самитом за три дня до дома доскачем. Это вам недели две добираться, не меньше.

— А ты, что молчишь, Тивон? Где жить будешь и кому служить?

— Я где-то на юге, далеко от всех, ещё и не смотрел, — по тону, да и выражению лица, сразу было видно, что он очень расстроен.

— Знаете что, ребята, — начал Гирос, — а давайте наладим магическую связь, чтобы мы в любой момент могли связаться друг с другом, защитим магией наши входы и сможем говорить с каждым или все вместе.

Друзья тут же поддержали его и стали плести заклинание. Через некоторое время всё было готово и они разошлись в разные концы дворца, чтобы проверить, удалось ли им это осуществить. Связь работала безупречно, а потому они опять собрались все вместе, но уже в столовой. Теперь, когда ребята разобрались, где находятся их владения, осталось только получить назначение на службу и ехать в отпуск, а в первый день осени прибыть в указанное место и честно служить королевству, защищая его от врагов. Только через два года их отправят в запас, но могут призвать только в случае большой войны или особой необходимости.

Отобедав, все разошлись кто-куда. Гирос открыл портал, вошёл в него и тут же оказался в своем любимом уголке парка. Он, как обычно, уселся на камень и стал смотреть на зеленоватую гладь пруда. Надо было многое обдумать, а заодно и попрощаться с этим местом. Неизвестно, когда он в следующий раз будет здесь. Чтобы открыть портал из своих владений прямо сюда, не хватит всего запаса его магии, не открывать же ради этого свой резерв. Ему, конечно, интересно было знать, сколько там магии, но Волешендр сказал, что придёт время, когда Гирос почувствует необходимость в этом резерве. Значит надо ждать, а не тратить его из простого любопытства.

С того дня, как он последний раз был здесь, произошло много событий. Он прошёл выпускные испытания, но в том, что это произойдёт, сомневаться не приходилось, даже смог найти выход из положения на скачках. А вот получение герцогского титула вывело его из равновесия. Шестнадцать лет он был нищим-сиротой, которого из жалости и за заслуги отца, не выкинули на улицу, а кормили, одевали, воспитывали. Когда ему в пятнадцатилетнем возрасте предложили идти в школу боевых магов, он считал себя обязанным служить королевству и защищать его и даже не подумал, что он мог бы стать целителем или учёным магом. А теперь вдруг оказалось, что он герцог и имеет обширные владения, да ещё в очень живописной местности, богатой залежами металлов и самоцветов. Ещё неизвестно состояние дел в его землях, но то, что там много богатств, он уже знает.

Сегодняшний разговор с принцессой тоже заставил задуматься. Ему уже двадцать один год, но он ещё ни разу не встречался с девушкой. Конечно, хорошо, что удалось уговорить романтичную девочку не давать никаких обетов. Он пока не собирался связывать себя какими-то обязательствами, тем более, что это королевская дочь. Тут нужно быть особенно осторожным, чтобы ни у кого не сложилось впечатление, будто бы он рвется к власти.

Гирос полностью погрузился в размышления. Он давно замечал, что созерцание природы не только помогает ему упорядочить все мысли, но и подзаряжает магией. Просидев в этом уголке парка до заката, любуясь красотой отражения заходящего солнца в воде пруда, Гирос почувствовал себя сильнее и увереннее. Он открыл портал, последний раз оглядел этот красочный уголок, мысленно прощаясь с ним и шагнул в проход.

Глава 7

На следующий день шестёрка боевых магов получила направления на службу. В общем, было сделано всё разумно: Гирос и два его вассала, Борин и Гаран, посланы на западную границу, Самит и Тивон — на южную, а Айприл должен ехать на восток, в приморскую крепость, защищающую самый большой порт на востоке королевства. Таким образом, место службы каждого из них находилось в трёх-четырёх днях езды от их надела. Кроме направления ребятам выдали деньги, необходимые, чтобы питаться в пути, а так же сказали, что поедут на лошадях, к которым они привыкли и на которых ездили на занятиях по конному спорту. Больше им ничего не полагалась. Поскольку теперь они титулованные особы, то доспехи и вооружение приобретут за собственные деньги. Это несколько озадачило новоявленных аристократов, но деваться некуда — решили, что каждый будет разбираться с этим в своём имении. Там, возможно, есть всё необходимое или можно заказать у местных оружейников.

Собирались они не очень долго, вещей то почти не было. Прикупили себе дорожную одежду — не в мантии же ехать. Простые люди часто пугаются магов. Также набрали нескоропортящихся продуктов, чтобы меньше тратить времени на поиски таверны. Прощались с некоторыми учителями и с немногочисленными друзьями и знакомыми, больше из простого люда: конюхом, поварами из их столовой. Гирос отловил принцессу, идущую со своей гувернанткой по каким-то делам и коротко, без лишних слов и обещаний, пожелал ей успехов и счастья. Когда всё было готово к отъезду, попросили аудиенции у короля. Зашли все вместе, поприветствовали обычным «Да здравствует король!», сообщили, что уезжают в свои имения, а оттуда по местам службы. Обещали служить своему королю верой и правдой. Выслушали его добрые наставления и пожелания и покинули дворец.

Выехав из крепостных ворот, ненадолго остановились, чтобы обняться на прощание. Договорились связываться раз в неделю, если всё хорошо, но в случае непредвиденных обстоятельств — незамедлительно, чтобы успеть прийти на помощь. Несмотря на то, что они теперь будут очень далеко друг от друга, ведь можно же и портал открыть, хотя это и требует большой затраты магической силы. Здесь пути их расходились, дальше трое поехали направо, двое прямо, а один — налево.

Лошадей ребята не гнали — ехали лёгкой рысью, больших остановок не делали. Ночевали в тавернах, если они попадались по дороге, а нет, так просто в поле или в лесу. Старались скакать всё светлое время дня, благо, ночи летом короткие. Всем не терпелось добраться до своих земель и узнать, что там происходит и в каком они состоянии. Правда, через три дня с ними связался Айрин. Он уже добрался до своего замка и сказал, что его владения в полном порядке. Там всем руководил управляющий, назначенный королём. Это был вассал Айрина — граф Бальтзар. Получив такую информацию, Гирос немного успокоился, понимая, что и его владениями командует кто-нибудь из бывших вассалов отца, теперь уже его.

В середине второй недели пути ландшафт местности начал заметно меняться. Сначала стало больше лесов и меньше открытого пространства, лошади продвигались тяжелее от того, что дорога шла вверх. В лесах всë меньше становилось лиственных деревьев и больше хвойных. Выше становились холмы, начиналось предгорье хребта Аркал, который уже был хорошо виден в лучах заходящего за него солнца.

Через день друзья попрощались со своим другом и сюзереном, и Борин направился на север, а Гаран на юг, к своим имениям, Гирос продолжил путь на запад в одиночестве. Правда, на следующее утро он тоже съехал с главной дороги, идущей на перевал, и стал подниматься по извилистому, но достаточно широкому пути к своему замку. И, наконец, когда солнце уже перевалило за полдень, переехал через мост над ревущей горной рекой и оказался у закрытых ворот крепостной стены, защищающей замок.

Пришлось стучаться. Вскоре открылось окошко и из него высунулась улыбающаяся конопатая физиономия молодого воина.

— Вы к кому? — спросил страж.

— Я герцог Войлон, быстро открывай ворота, — напустив на себя строгость, приказал Гирос.

Воин осмотрел прибывшего с ног до головы. Дорожное платье никак не походило на одежду аристократа и сказал:

— Видели мы таких герцогов, каждый день приходят. Вали отсюда, а то ребят позову, они быстро тебе объяснят, кто ты такой.

Гирос понимал, что для него не сложно справится с тремя-четырьмя простыми воинами, но начинать свой приезд с драки совсем не хотелось, а поэтому, не отвечая ни слова, полез в свою седельную сумку и вынул свиток, удостоверяющий его титул, развернул перед стражником и сказал:

— На, читай.

— Ух, ты! — почесал затылок парень, лицо его сразу стало серьёзным. — Погоди милок, мы грамоте не обучены, сейчас я старшего покличу, — захлопнул окошко и исчез.

Ждать пришлось долго, но наконец маленькая дверца снова открылась, и оттуда выглянуло лицо немолодого мужчины с большими седыми усами.

— Ваша светлость, герцог Гордион, — глаза его засветились радостью, но почти сразу этот блеск пропал и сменился страхом. — Этого не может быть… вы же… — замялся, а потом крикнул подчинённым: — Поднимай ворота!

Когда проход был открыт и Гирос въехал, то, посмотрев на недоумевающего командира охраны, сказал:

— Ты прав, капрал, этого не может быть, потому что мой отец погиб, а я — Гирос. Наконец-то я получил право на владение нашими родовыми землями. Веди меня к управляющему. Кто у вас тут командует всем?

— Граф Войцев. Он ещё при вашем папе оставался за главного, когда их светлость уезжали куда-то. Идëмте, я вас провожу, — и тут же крикнул солдатику. — забери коня у его светлости, отведи в конюшню и скажи, чтобы расседлали, почистили и накормили его, а вещи в замок принесли.

Не успели герцог с капралом дойти до ступенек замка, как навстречу вышел богато одетый мужчина, среднего роста и со значительным брюшком. На вид ему было около пятидесяти лет. Он шёл быстро, но при ходьбе сильно прихрамывал на левую ногу.

— Гирос, где ты был столько лет? Мальчик мой, где ты был столько лет, где прятался? Я уж думал, что и тебя постигла судьба твоих родителей.

— Нигде я не прятался, — несколько удивленный этим вопросом ответил Гирос. — Сначала жил в королевском приюте для сирот, а потом учился на боевого мага. Вот получил от короля право владения нашими землями и приехал сюда.

— Ладно, что мы стоим на пороге? Пойдём в замок.

Так и вёл его граф, прижимая к себе, будто боялся, что он сейчас исчезнет. Они долго шли по коридорам, увешанным портретами неизвестных Гиросу людей. Наконец вошли в большую комнату, в центре которой стоял массивный стол, а вдоль стен были стеллажи, уставленные старинными книгами.

— Это кабинет твоего отца, отдохни пока здесь с дороги, а я распоряжусь, чтобы тебе подготовили комнату. Где хочешь жить, в своей детской или в спальне родителей? Обе комнаты закрыты уже больше пятнадцати лет и ничего внутри не тронуто. Только раз в неделю там пыль вытирают. А в этот кабинет я иногда захожу, тут хранятся все важные бумаги.

— Простите, граф, но я не помню, как вас зовут. Я не очень устал, так что давайте поговорим, а потом я хочу посмотреть обе комнаты и не потому, что я такой привереда, а просто интересно увидеть, как всё было в моём детстве. Может удастся что-нибудь вспомнить.

— Зовут меня — Сид Войцев. Когда-то ты звал меня просто дядя Сид.

— Садитесь, дядя Сид, разговор у нас будет долгий. Я расскажу о себе, а главное — хочу о многом вас расспросить: о жизни моих родителей, о землях герцогства и о людях… об о всём.

Они очень долго общались. Гирос рассказал о своей жизни при дворце и о том, как о нём заботился лично король. Что теперь надо два года служить в королевской армии, также объяснил, где будет служить. Больше и рассказывать нечего.

Дальше уже он только слушал. Оказывается, граф Сид был лучшим другом его отца с детства. Их земли — ближайшие к герцогской крепости, и маленький Сид был больше там, чем дома. Родители Гордиона приглашали в свой замок учителей, чтобы дать своему ребёнку хорошее образование, и Сид учился вместе с другом. После занятий они вместе играли: дрались на деревянных мечах, катались на лошадях, порой, далеко уезжая от крепости, купались в горных речках. Однажды одна из их забав закончилась страшным несчастьем — Сид упал с лошади и свалился в обрыв. Гордион смог вытащить его оттуда и привезти в крепость, но мальчик сильно пострадал и стал инвалидом. Сид так и не смог создать семью. Он больше жил в замке своего друга и сюзерена, чем в своём имении и занимался хозяйственными вопросами. Гордион, уезжая куда-нибудь, всегда оставлял его за себя.

В тот год король пригласил почти всю знать королевства на какое-то важное мероприятие. Родители Гироса тоже поехали туда. Из всех графов их герцогства остался только Сид и ещё два пожилых графа, для которых не под силу такое путешествие. Что произошло во дворце — Сид не знал, но никто из уехавших не вернулся. Через месяц приехал гонец от нового короля и привёз повеление, что все земли, оставшиеся без владельцев, временно будут принадлежать королю и доходы от них должны полностью поступать в королевскую казну. А графа Войцева назначили управляющим всего герцогства до особого указания. Вот с тех пор он и жил один в этом замке, только со слугами. Нашёл людей, которые управляли осиротевшими графствами и собирал с них доходы для короля.

Гирос рассказал, что с ним приехало ещё два молодых графа, которые как и он остались сиротами

. — Значит только одно имение осталось без хозяина, — сказал Сид.

Они ещё долго сидели и разбирались в хозяйственных вопросах. Что выращивают, что добывают, каких животных разводят, какие налоги надо платить. За один раз невозможно разобраться во всех этих делах, так всё в голову Гироса сразу и не войдёт. Они решили оставить это на следующие дни, а сейчас — время обедать, а заодно подумать, в каких покоях расположится молодой герцог.

Когда шли в обеденный зал, Гирос обратил внимание, что он, не задумываясь, по инерции, знает куда идти. Правда ему казалось, что всё уменьшилось: и потолки стали ниже и галереи поуже, да и расстояния между комнатами сократились.

Еды было много и всё такое вкусное! Молодому герцогу казалось, что он в жизни не получал такого удовольствия. Насытившись, он откинулся на спинку стула и вдруг вспомнил, с какими предосторожностями его пустили в крепость.

— Скажите, дядя Сид, а почему главные ворота были закрыты? — поинтересовался Гирос. — На сколько я помню, раньше их опускали только на ночь. Матушка запрещала мне выходить, но я убегал от кормилицы и стоял на мосту, любуясь, как бурлит под ним вода. Кстати, а где моя кормилица? Так и живёт в замке?

— Сейчас жизнь стала опаснее, мы же теперь пограничное герцогство, постоянно воюем с соседями. Но это ты ещё сам увидишь, тебя же как раз на эту границу и направили. Король пытается захватить форт Фарен у герцога Казинского. Но взять его не просто. Форт сильно укреплён, а кроме того, там сильные маги и они такую защиту для стен сотворили, что ни одна баллиста или катапульта не только их не повредит, но камень перекинуть вовнутрь не может. Они сгорают прямо на лету. Зато, оттуда такой град стрел и камней летит, что в солнечный день темно становится. А кормилица жива, но как только сказали ей, что ты погиб, так из своей каморки и выходить отказалась. Когда пойдем смотреть твою комнату, заглянем к ней. Или послать кого-нибудь за ней? Узнав, что ты вернулся, она тут же прибежит.

— Нет, не надо, давай мы к ней пойдём. Я сам её на свежий воздух выведу.

Сид хотел ещё посидеть, запить еду вкусным отваром трав, а вот Гиросу не сиделось. Ему всё казалось, что няня может вот прямо сейчас умереть, так и не увидев его живым. Пришлось Сиду подниматься и сопровождать своего герцога в жилое крыло замка.

Глава 8

Комната кормилицы находилась рядом с детской Гироса. Подойдя к двери, Гирос остановился. Он почувствовал какую-то странную неловкость. Может не стоит так неожиданно врываться в комнату этой женщины? Как она воспримет появление человека, которого давно считает мертвым?

— Дядя Сид, может быть ты сначала подготовишь маму Тати к тому, что я вернулся, а я пока зайду в свою детскую комнату? — попросил он.

— Как прикажете, Ваша Светлость, — полушутя ответил граф.

Гирос открыл дверь детской, вошёл в неё. Он тут же вспомнил всё, будто и не прошло шестнадцати лет, и мальчик просто зашёл в свою комнату. Вот его кроватка, застеленная красивым голубым покрывалом, а вот и столик — на нём стоит его любимая деревянная лошадка. Надо только выдвинуть стульчик, сесть и можно играться с ней. Возможно, он бы так и сделал, но побоялся, что хлипкий стул просто развалится под ним. Звук быстро приближающихся лёгких шагов отвлёк его от размышлений. Маленькая женщина в сером бесформенном платье из грубой материи и такой же серой косынкой, полностью скрывающей её волосы, вбежала в комнату со словами:

— Гирос! Мальчик мой! Ты жив? — она прижалась к нему, и слёзы потекли из её глаз.

Герцог обнимал эту маленькую, хрупкую женщину, которая не доставала даже до его плеча и вспоминал, что когда-то она была для него чуть ли не целым миром.

— Всё хорошо, я жив и рядом с тобой, мама Тати, — успокаивал он кормилицу. — Пойдем в твою комнату, мы спокойно посидим, и я всё расскажу тебе. — Ведя её туда, вдруг вспомнил и спросил: — А почему ты одна? Где твоя дочка Гили?

— Она выросла и уехала в столицу, — вытирая слёзы, начала рассказывать Тати. — Там вышла замуж за сына лавочника. Граф Войцев дал ей денег на хорошее приданое и они живут счастливо с двумя детишками.

— Ну, так ты решил, в какой комнате будешь жить? — спросил заглянувший Сид.

— Знаешь, прикажи подготовить мне ближайшую к спальне родителей гостевую комнату. Я пока хочу оставить обе комнаты нетронутыми. Посижу там на досуге, повспоминаю детство.

Дядя Сид кивнул и оставил их наедине. Гирос и мама Тати долго общались друг с другом, каждому хотелось многое и рассказать, и выслушать. Они совсем потеряли счёт времени и, возможно, так бы и просидели до утра, если б не мальчишка, присланный графом. Он заглянул поинтересоваться, где их светлость изволит отужинать, может в зале или прикажут принести сюда.

— Иди-иди, поужинай с Сидом, ему будет приятно, а мне еду сюда приносят, — встрепенувшись, посоветовала мама Тати. — У нас ещё будет время продолжить разговор.

Гирос, как послушный мальчик, последовал указанию кормилицы. Но поужинать спокойно им не дали. Когда только подавали первое блюдо, вдруг засветился портал и в обеденный зал вошли два друга детства герцога, они же его новые вассалы — Борин и Гаран.

— Добрый вечер, господа! — произнёс Борин и оба графа склонились в почтительном поклоне.

— Извините, что не вовремя, — продолжил Дипот, — мы не знали, что вы так поздно ужинаете. Мы с Гараном уже поели, он пригласил меня к себе. Вот теперь решили навестить вас. У нас возникло много вопросов по выплатам в казну.

— Здравствуйте, ребята! — ответил Гирос. — Садитесь за стол и без всяких церемоний, пожалуйста. Я понял, что вы уже сыты, но надеюсь, от бокала хорошего вина не откажетесь, а заодно и поговорим. Тем более, что в вопросе податей, пожалуй, никто из нас лучше Графа Войцева не разбирается.

Долго уговаривать парней не пришлось, они уселись за стол, наполнили себе кубки из графина, стоящего на столе. После этого Борин, отпив немного вина и оценив его качество, продолжил разговор о податях его графства:

— Я сегодня первым делом попытался разобраться в каком состоянии моя казна. Управляющий, назначенный их сиятельством графом Войцевым, сообщил мне, что почти все доходы графства направлялись в королевскую казну, за исключением денег, необходимых на содержание замка и выплаты жалованья управляющему и слугам. Я тут же связался с Гараном и оказалось, что в его графстве происходило тоже самое.

— Да, Борин, — подтвердил Гирос, — тоже самое происходило и во всём герцогстве в целом: владения, которыми управляли их законные хозяева, платили три десятины, а те, владельцы которых погибли во время переворота, отдавали практически все доходы.

— Гирос, ты представляешь, какие деньжищи получал король с наших земель! — возмутился Гаран. — А мне приходилось выпрашивать, как нищему, лишний комплект белья, объясняя, зачем он мне нужен.

— Да, я понимаю, но что ты предлагаешь делать? Потребовать всё обратно или начать войну с королём? Я вообще удивлён, что он сейчас вернул нам владения, ведь до последнего дня нам не было известно, кто мы.

— Да он просто не нашёл другого выхода! — воскликнул Борин. — Король прекрасно понимал, что мы всё равно узнаем и потребуем своё, так лучше сделать нам подарок на окончание учёбы.

— Ещё раз говорю, что ты прав, но не слышу предложения, — остановил его Гирос. — Собираем войско и идём против короля с требованием: «Отдай наши деньги!»?

Оба графа опустили головы, но промолчали.

— Не слышу ответа. Так значит, пока мы продолжаем служить королю и выполнять его указы. Только платить теперь будем три десятины, как по закону. Вот лучше посоветуй мне, что делать с тем графством, в котором до сих пор нет хозяина? Оставлять доходы в нём? Так ведь и разворовать могут. Забирать всё себе? Тогда чем я буду отличаться от короля? Вот видишь, как просто обвинять кого-то. Может он тоже решил, что, пока мы малы, нет смысла собирать для нас богатства, когда королевство после переворота и так обнищало. Я думаю, будем пока молчать, мы ведь только начинаем входить в этот мир. Надо потихоньку учиться и разбираться, а сказать своё слово мы ещё успеем.

На этом они и порешили. А дальше просто сидели и отдыхали. Вспоминали и рассказывали графу Войцеву и друг другу разные случаи из их жизни и учёбы. Потихоньку разговоры смолкли. Все почувствовали, что этот день был у них такой долгий и утомительный, а значит, пора спать. Герцог открыл порталы для своих друзей прямо в спальную каждого — в этом деле он был большой мастер.

Проводив гостей, Гирос подумал, что хорошо знает эту гостевую комнату, часто бывал там, когда к родителям приезжали друзья. Шёл и удивлялся, что он так прекрасно помнит все коридоры и переходы замка. Возможно потому, что в детстве часто убегал от кормилицы и прятался в самых немыслимых закоулках. Каким же он был вредным, заставляя переживать маму Тати. Как раз сейчас проходил мимо её комнаты, но заглядывать не стал, считая, что она уже спит. А вот в детскую заглянул ненадолго. Увеличил яркость магического светлячка, которого подвесил перед собой, чтобы освещать путь, но, просто постояв на пороге, пошёл дальше, в спальню родителей. Открыв дверь, долго глядел на широкую кровать, в которую он когда-то так любил залезать по утрам, чтобы немного полежать между мамой и папой, пока они не проснулись окончательно и не ушли, каждый заниматься своими делами. Это были самые счастливые минуты в его детской жизни.

Наконец Гирос заставил себя отойти от кровати и заняться тем, зачем пришёл. Он порылся в гардеробе, комоде и сундуках, стоящих на противоположной стороне от кровати и нашёл там много отцовской одежды, которая, как и предполагал, оказалась ему впору. Возможно, всё не соответствовало нынешней моде, но никак не беспокоило герцога. Главное, что не надо где-то заказывать и шить, а несколько недель, что у него оставались до службы, можно носить и это. Он отобрал один комплект одежды, чтобы утром его надеть, а остальное завтра прикажет привести в порядок и разложить в его комнате.

Подойдя к своей двери Гирос толкнул её локтем, так как руки были заняты. Дверь легко распахнулась и ударилась обо что-то.

— Ой! — прозвучал испуганный девичий голосок.

И тут Гирос увидел сидящую на табурете очень молодую девушку, скорее подростка лет пятнадцати. Увидев господина, она тут же подскочила, чтобы забрать принесённые им вещи.

— Позвольте я вам помогу, ваша светлость, — сказала она, забирая одежду и относя к комоду.

Когда она попала в пятно света от стоящей на столе свечи, Гирос смог рассмотреть её хрупкую фигурку сквозь тонкую ткань надетой на ней нижней рубашки. Гирос не понял, зачем она здесь и даже подумал, что он ошибся дверью. Но нет, комната была его, да и вряд ли служанке выделили под спальню такое большое помещение.

— Кто ты и что здесь делаешь? — спросил он.

— Я горничная Олли, мне сказали помочь вашей светлости отправиться ко сну. Я всё расстелила и ждала вас.

— Для чего меня ждать?

— Чтобы помочь вам раздеться и… ну может вы ещё чего захотите… — опустив глаза, прошептала девушка.

— А почему ты в нижней рубашке? — совершенно не понимая такого намёка, спросил герцог.

— Я могу её снять, если ваша светлость прикажет, — ответила Олли и нагнулась, чтобы ухватить подол рубашки.

— Нет, стой! — крикнул Гирос, наконец сообразив, что ему предлагают. — Мне не нужна твоя помощь, можешь идти спать! К себе в спальню!

— Я вам не понравилась? — обиженно поджав губки, спросила она, всё ещё держа подол приподнятым и демонстрируя свои стройные ножки. — Посмотрите получше, я ладная, — и потянула рубашку вверх.

— Стой! — строго приказал Гирос и подошёл к девушке. Видя, что она вот-вот расплачется, ласково взял её за плечи, подвёл к кровати и усадил. Сам же присел перед ней на корточки, чтобы смотреть в её тёмные глаза. — Кто приказал тебе помочь скоротать мне ночь?

— Наша старшая горничная, — уже сквозь слёзы стала рассказывать Олли. — Говорит, негоже такому молодому и красивому мужчине проводить ночь одному, и что я должна постараться, чтобы барин был доволен.

— И часто она даёт тебе такие поручения? — на вид девушка не походила на распущенную.

— Что вы, барин! Я чистая, ни с кем ещё не была.

— Ну вот и со мной не надо, — он опять взял её за плечи и повел к выход. — Ты красивая и ладная девушка, и я не хочу тебя портить. Найдёшь себе парня, с которым будешь по-любви. А я поговорю завтра с вашей старшей, никого ко мне не надо присылать!

Как только Олли вышла, он сразу закрыл дверь на щеколду, чтобы его больше не беспокоили, разделся и лёг в кровать. Только вот сон не шёл — сильно рассердил этот, казалось бы, маленький инцидент. Его возмутило такое отношение к судьбе девочки — её, такую чистую и непорочную, просто решили сделать игрушкой герцога. Никто не подумал, что будет с ней потом. И ведь если завтра он станет выговаривать старшей горничной, так его просто не поймут! Она то хотела сделать как лучше, чтобы их хозяину было хорошо. А дворовых девок много, что о них беспокоиться. Гирос задумался, а интересно, при жизни его родителей было тоже самое или всё изменилось за эти годы. Но он не мог помнить подобного, ведь был тогда слишком мал. Вообще странная вещь эта память, вот сегодня, когда шёл по лабиринтам замка, то чётко представлял, куда идти. Сразу узнал и свою детскую, и спальню родителей, как будто был там вчера. Но сколько он не старался вспомнить, что же произошло в день переворота, что случилось с его мамой и папой, видел ли он что-то или находился в другом месте? Этого в его памяти не было, просто как тёмное пятно в его голове. Так ничего и не вспомнив, Гирос провалился в сон.

Глава 9

Две с половиной недели отпуска пролетели очень быстро. За это время Гирос должен был многое успеть. Он смог осмотреть все свои владения и земли вассалов. Побывал на золотом прииске, на шахтах, где добывали медную и железную руды, заглянул в каменоломни, в которых находились целые пласты малахита и прочих самоцветов. Чтобы не терять время зря, до многих мест Гирос не добирался верхом, а просто открывал портал. Это иногда пугало простых людей, работающих там, но он быстро находил с ними общий язык, не строя из себя высокородного гостя, и разговаривал почти на равных. Такие беседы позволяли ему узнать больше, чем отчёты руководителей работ и местных учётчиков. Когда же он решил посмотреть, где в горах пасутся козы и бараны, пришлось ехать верхом, и не на любимом Ветре, который был хорошим боевым конём, а на скакуне, привыкшем к горным дорогам. Тут Гирос не столько инспектировал пастухов, сколько любовался красотами своих земель и жалел лишь о том, что у него было слишком мало времени, чтобы просто провести несколько дней на природе. Побывал он и в садах. Как раз шёл сбор фруктов, ведь осень была не за горами.

Гиросу не хотелось устраивать торжественного приведения к присяге всех своих вассалов. Борин и Гаран уже дали её, правда в шутливой форме на следующий день после получения титула, но и без этого он доверял им, как самому себе. Два старых графа присягали герцогу в своих имениях в присутствии домочадцев. Они оба были в таком возрасте, что каждый из них собирался отойти от дел и передать власть своим сыновьям. Да уже и сейчас по поводу положения дел в графстве Гирос разговаривал с их сыновьями.

Конечно, за это время при всём желании, Герцог не мог объехать и увидеть все свои владения, оглядеть поля, рудники и прииски, побывать во всех фортах, охраняющих земли. А на западную границу и ехать не собирался — её он осмотрит и изучит, когда приступит к службе. Ведь именно его земли являются западным рубежом королевства.

Последние три дня перед отъездом Гирос просидел в своём замке. За эти дни он хотел обдумать и переварить всё, что узнал и увидел во время объезда своих владений, а также подготовиться к военной жизни.

Гирос понял, насколько он богат, какие огромные ресурсы содержит его земля и приносит ему труд его подданных. Пожалуй, на деньги, получаемые с его владений, можно содержать весь королевский замок и двор со всеми министрами, советниками, писарями и слугами. Но он не жалел, что эти богатства полностью уходили в королевскую казну, считая, что Антипал пытался заменить ему отца. Правда, когда герцог приводил этот аргумент своим друзьям-вассалам, они с ним не соглашались. Но если Гаран просто говорил, что Гирос не прав, то Борин вступал с ним в словесный бой, приводя тысячи обратных аргументов. Как правило, это происходило по вечерам в замке одного из друзей. Пользуясь магией, они собирались втроëм и вели различные беседы за кувшинчиком отличного вина из их винных погребов.

Несмотря на свою занятость, Гирос не забывал и про свою кормилицу. Он настоял, чтобы мама Тати отказалась от своего затворничества, выходила гулять в парк и поменяла одежду на более яркую и красивую.

— Я жив, а значит, ты не можешь больше носить траур, — говорил ей он, — живи и радуйся жизни.

А ещё он обещал ей организовать поездку в столицу к её Гили и внукам, как только появится возможность поехать во дворец по служебным делам.

Олли так и дожидалась своего хозяина в его комнате каждый вечер, чтобы помочь ему улечься в постель, только теперь она была одета и не предлагала особой помощи.

На то, чтобы сложить вещи не потребовалось много времени, он не стал брать с собой много. Все они уместились в одну седельную сумку — несколько пар штанов, три нижние рубашки и две мантии мага. Рыцарские доспехи решил не брать вообще. Зачем носить на себе такую тяжесть, которая стесняет движения больше, чем защищает. Магический щит намного надёжнее, его не пробьёт ни меч, ни стрела или камень. Магия защитит от огня и воды и от многих боевых магических заклинаний, направленных против него.

Совсем иной подход был у него к выбору оружия, имевшееся на оружейных складах в крепости, которые Гирос посетил в один из первых дней пребывания дома. Подходящий для себя лук он нашёл почти сразу. Это было оружие отца, которое тот не брал с собой, когда ехал по приглашению короля. Рядом с луком лежал красивый, украшенный самоцветами, колчан со стрелами. Он осмотрел каждую стрелу и остался доволен их качеством — ровные, тонкие, прочные, с хорошим наконечником и белым гусиным оперением. Гирос отобрал десять самых лучших стрел и отложил их в сторону. Попробовал согнуть лук, чтобы надеть тетиву на второе его плечо, но сил не хватило, только после третьей попытки, добавив немного магии, ему удалось это сделать. Почесав затылок, он задумался, был ли его отец сильнее или тоже применял магию, чтобы надеть тетиву.

Отобранное оружие Гирос приказал отнести к нему в комнату, а сам стал выбирать меч. Их было немало: и красиво украшенные, и совсем простые на вид, но ни один не понравился ему. Этот слишком длинный или другой слишком короткий, то лёгкий, то тяжёлый. Ни один меч не ложился ему в руку так, как хотелось. А он хотел, чтобы основное оружие ближнего боя было как бы продолжением его руки, а не просто железяка сама по себе. Так расстроенный и покинул он склад.

Прихватив с собой отобранный десяток стрел, пошёл к оружейнику. Был у них такой парнишка, который занимался починкой оружия и изготовлением стрел. Идею сделать особые стрелы подсказал Гиросу его первый наставник Маг. Он же и дал мальчику небольшой сундучок, который Гирос привез домой. В нём лежали перья волшебной птицы као. Они были сине-зелёного цвета. Помнил Гирос и заклинание, которое надо произнести над каждой стрелой в момент крепления нового оперения.

Когда герцог зашёл к специалисту по оружию в его мастерскую, то застал мастера за вполне мирным занятием — он затачивал на наждачном круге садовые ножницы. Рядом с ним лежало их около семи-восьми.

— Скоро осень, — пояснил парнишка, — начнётся обрезка деревьев, вот и дали мне заточить, пока свободен. Оружие, вроде, у всех стражников в полном порядке.

— Знаешь, отложи-ка ты пока это в сторону и поменяй оперение на этих стрелах, — сказал Гирос и открыл свой сундучок.

— Слушаюсь, ваша светлость, — сказал мастер, останавливая наждак и заглядывая в шкатулку. — А пëрышки какие красивые, даже жалко на стрелы изводить. Приходите завтра — всё готово будет.

— Нет уж, дорогой, всё при мне делать будешь, а я ещё кое-что прошепчу при этом. Это будут совершенно необычные стрелы. Если на кого-то наведешь — не спастись от них, не спрятаться. Такая стрела любую защиту пробьёт и любое препятствие обойдет, но попадет в цель. От неё можно защититься только сильной магией. Так что эти стрелы я зря пускать не буду, а только в особых случаях.

— Ясно, — паренёк почесал затылок, — тогда садитесь, ваша светлость и ждите. Я клей заварю и бечёвку тонкую, но крепкую подберу, чтобы пёрышки хорошо держались.

Гирос сел на табурет, с которого встал мастер, а тот пошёл готовить всё необходимое для работы.

Сидеть Гиросу быстро надоело и он стал осматривать мастерскую, в надежде найти подходящий меч, пусть даже ещё не доработанный до конца. Но к сожалению, ничего стоящего не нашёл. А тут и мастер сообщил ему, что готов приступить к работе. И действительно, со стрел были сняты прежние пёрышки, и место крепления зашкурено, бечёвка нарезана на кусочки нужной длины, и клей в плошке стоял рядом. Герцог кивнул в знак того, что тоже готов. Парень работал так быстро и ловко, что Гирос едва успевал прошептать заклинание. Вскоре все стрелы были с новыми перьями. Осталось только дождаться, когда клей подсохнет.

— Ваша светлость, — обратился парнишка. — А тут перья остались, может ещё стрелы сделаем, пока клей не высох?

— Нет, оставим их на потом, думаю, мне и этих слишком много. Пока что я не вижу ни одной серьёзной цели, — ответил Гирос, — скажи мне лучше, кто мне может выковать хороший и надёжный меч под мою руку?

Парень задумался. Простой меч может сделать и их кузнец, но чтобы создать нечто достойное герцога, нужен особый мастер. Прошло немало времени, пока он вспоминал, кто во всём герцогстве возьмётся за такое дело. Гирос уже собрался уходить не дожидаясь ответа, когда парень заговорил:

— Слышал я, что в графстве Тихоет есть старый кузнец, который с помощью какого-то мага делал именные мечи, которые подчинялись только своему хозяину, а в руках другого просто не держались, выпадали при первом же ударе. Зовут этого кузнеца Даг, а имени мага я не знаю.

— Огромное тебе спасибо! — обрадовался герцог. — Постараюсь найти его, а вместо того мага возможно и я подойду.

Но получилось так, что Гирос был и за кузница, и за мага. На следующий день он порталом перенëсся к своему другу Гарану, а тот быстро разыскал старого мастера. Вскоре перед герцогом предстал абсолютно седой, сгорбленный старик. Правда, при всём при этом, он был не намного ниже Гироса. Выслушав просьбу, мастер сказал:

— Да, я знаю, как ковать меч для одного хозяина, но я уже слишком стар, чтобы поднять тот молот, что нужен для этой работы. А поручить ученикам это делать не могу. Чтобы оружие подчинялось тебе, никого не должен быть в кузнице, кроме нас с тобой. Я вижу, ты сильный маг, а значит сможешь подчинить себе непокорный металл. Но ковать придётся тоже тебе, а я только молотком буду показывать, куда бить и говорить с какой силой наносить удары. Думаю, за три дня мы с тобой управимся, если не побрезгуешь выполнять чёрную работу. И ещё, чтобы сделать клинок не только послушным, но и прочным, нужен особый металл, а не простая руда. Поезжай на рудники, поговори с рудоведом, чтобы дал тебе достойный самородок.

— Спасибо, мастер Даг! — ответил Гирос. — Для меня будет честью работать под началом такого мастера, а тяжёлой работы я не боюсь, и руки мои больше к бою приспособлены, чем к перу или там…кубок поднять. Жди меня с металлом.

Даг ушёл, а Гирос открыл портал в рудники. С Гараном прощаться не стал, надеясь вскоре вернуться. Но и тут оказалось не так всё просто. Рудовед повёл его в специальную кладовую, где хранились особые самородки и стал их перебирать. К сожалению, почти все образцы оказались слишком малы, чтобы из них можно было выковать меч. Удалось найти только два самородка, подходящих по размеру, но один из них был слишком мягким, хоть и совершенно не ржавел, а другой, наоборот — хрупким. Рудовед задумался, не зная, как выйти из положения, а потом сказал:

— Подождите, ваша светлость, я проверю один образец, говорят, что он лет двадцать назад упал с неба и был так горяч, что до него нельзя было дотронутся неколько дней. Я проверю, надеюсь, что он из хорошего металла. Работник ушёл, а герцог пока направился осматривать рудник и пообщаться со старшими мастерами, руководившими работами. Он пытался разобраться в том, как добывают руду и как потом получают из неё железо.

Когда Гирос вернулся в кладовую, то его уже ждал большой ноздреватый шар из очень тяжелого материала. А рудовед сказал, что это замечательный металл, над ним придётся хорошо поработать, но клинок должен получиться необыкновенным. Поблагодарив его, Гирос опять вошёл в портал и вернулся к Дагу. Тот внимательно осмотрел образец, приподнял его, чтобы определить вес и сказал, что из него выйдет клинок меча, кинжала и несколько метательных ножей. А рукояти сделают и украсят его ученики, а также изготовят ножны и пояс для ножей. Потом тут же приказал одному из помощников начать раздувать огонь, чтобы потихоньку разогреть заготовку к утру. С самого восхода следующего дня мастер и Гирос были в кузнице и начали работать.

Гирос считал себя достаточно сильным и выносливым, но уже к середине дня понял, что это не так. Даг заметил усталость парня и предложил сделать перерыв, передохнуть и поесть. А потом они продолжили. Первые два дня Гирос вообще не очень понимал, что они делают. И только на третий, форма оружия начала прорисовываться. Вот тогда мастер сказал, что пришло время вложить в меч магию огня. Он объяснил, как это всё проделать, а ещё сказал, что надо раскрыть перед своим оружием всю душу, поделиться с ним желаниями и надеждами. Вот тогда они, хозяин и его оружие, станут одним целым! А потом, сделав надрез на руке, напоить клинок несколькими каплями своей крови. После этого Даг вышел, оставляя Гироса наедине с мечом.

Когда мастер вернулся, всё было готово. Для проверки он слегка щёлкнул по металлу, и он зазвенел или скорее запел бодрую песню жизни. А теперь, оставалось зачистить его, отшлифовать и заточить. Когда и эта, заключительная часть работы, была завершена, они вышли из кузницы и увидели, что солнце уже спряталось за горами и оттуда подсвечивало небо багровым заревом. Тут ноги Гироса подкосились и он опустился на землю прямо у ворот мастерской. Двое учеников мастера подхватили его под руки и повели в каморку рядом с кузницей, в которой он ночевал две ночи и уложили спать.

На следующее утро Гир проснулся позже обычного, привёл себя в порядок, поблагодарил мастера Дага, попрощался с Гараном и через портал вернулся в свой замок. А через неделю, когда друзья в очередной раз собрались пообщаться и выпить кубок-другой вина, Гаран принес ему красиво украшенное оружие. Он ещё держал меч в ножнах, когда Гирос поднял вверх руку, и в ней тут же оказался меч. Гирос прижался к нему губами, как бы целуя своё оружие, а потом вложил назад в ножны, украшенные гербом герцогства, сделанным из самоцветов.

* * *

Утром, в последний день лета, Герцог Войлон и два его друга-вассала выехали из ворот крепости и направились на запад к границе. За день до этого Борин и Гаран приехали к своему сюзерену, чтобы вместе отправиться на службу. Все трое были в мантиях боевых магов, при оружии и с небольшим запасом одежды и еды. Можно было задержаться ещё на один день и через портал появится на службе, но Гирос решил, что это будет выглядеть вызывающе.

У Гироса в конюшне было не менее десятка лошадей, но ехать он решил на Ветре. Это боевой, проверенный конь, который доверяет хозяину и не побоится скакать в огонь и воду, доверяя седоку, ведь он защитит его.

Ехали друзья не торопясь, дорога всё время шла вниз, ведь замок Войлонов стоял на самом гребне горного хребта. Два раза делали привал, но при этом солнце только начало спускаться к закату, когда они увидели укрепления пограничной заставы, а напротив неё — форт Фарен. Но вскоре ребята услышали звон мечей — внизу, рядом с фортом, шёл бой. Гирос поднял руку, в которой тут же оказался меч, и пришпорил коня. Друзья последовали за ним.

Глава 10

Когда они доскакали до границ своих владений, Гирос придержал Ветра, чтобы осмотреться и понять, что происходит. Ребята остановились рядом. Бой шёл на дороге, идущей с запада в их королевство. Там стояли три загруженные телеги с запряжëнными в них тяжеловозами. Небольшой отряд вооруженных охранников безуспешно пытался пробиться через преграждающих им путь воинов герцога Казинского. Сотня королевских воинов, скорее всего посланных им на подмогу, не решались перейти границу, видя, что на стенах форта полно лучников, которые не дадут им добежать до места схватки.

— Защита, для себя и коня от стрел, — коротко приказал Гирос, — за мной!

В считанные секунды все трое сплели отработанное во время учёбы заклинание и помчались на помощь отряду охранников. Поначалу, сражающиеся не обратили на них особого внимания. Но, когда все выпущенные по всадникам стрелы упали перед ними, не причинив вреда, то солдаты герцога Казинского сообразили, что это не простые воины. Они одеты в мантии магов, а значит и сражаться с ними — себе дороже. Обе воюющие стороны опустили мечи и дожидались, когда всадники приблизятся настолько, чтобы можно было разговаривать.

— Что здесь происходит? — спросил Гирос, остановив коня в шаге от стоящих воинов.

— А ты кто такой, чтобы перед тобой отчитываться? — вместо ответа спросил офицер.

— Я герцог Войлон, властитель этих земель. А ты кто?

— А я командир таможенной стражи — поручик Гер. Извините, Ваша Светлость, я не знал вас. Эти люди не позволяют проверить их груз.

— Это секретный груз самого короля Антипала третьего, — стал пояснять один из сопровождающих обоз. — Я показал ему все бумаги и пошлину за проезд заплатил. Не знаю, что ему ещё надо.

— Это правда? — Гирос посмотрел на поручика.

— Да, но мне приказано проверять весь проходящий здесь груз.

— Но наш король не желает, чтобы кто-то видел его груз.

— Тем более, может там что-то опасное для нас.

— Так… значит вы заставляете пробиваться силой! — возмутился герцог, и у него в руке сразу оказался меч.

— Пропусти их, Гер, — крикнул кто-то со стены форта. — Пусть везут своему самозванному королю всё, что тот хочет.

Воины сразу отошли к крепостным стенам, возницы подстегнули лошадей, и обоз тронулся. А герцог жестом подозвал к себе старшего из сопровождающих и спросил:

— Так что вы везëте?

— Я и сам не знаю, Ваша Светлость. Мы получили загруженные телеги, там какие-то деревянные сундуки или ящики. Что в них — не известно, а в бумагах сказано, что это секретный груз для короля.

— Вам повезло, что мы сегодня приехали, могли явиться и завтра утром.

— Вот я дурак! — охранник стукнул себя ладонью по лбу. — Мне же сказали быть на границе в первые дни осени, а я гнал ребят. Баба моя на сносях, вот я и торопился поскорее до дому доехать. Спасибо, Ваша Светлость, что решили раньше приехать, а то бы погиб тут по своей глупости. И так двое бойцов ранены.

— Не переживай, сейчас доедем до наших укреплений, там наверняка есть лекари. А нет, так мы с ребятами магией подлечим — от боевых ран нас учили лечить.

Как только обоз вышел из зоны досягаемости стрел, им навстречу выехал офицер пограничной стражи. Подъехав к ним, он представился:

— Здравствуйте, я маркиз Руди Калев — командующий пограничной стражи всей западной границы королевства.

Гирос с друзьями тоже представились.

— Рад с вами познакомится! Вы молодцы, что решили прибыть пораньше. Не знаю, сколько бы людей пришлось положить, отбивая этот обоз. Мы уже готовили отвлекающий маневр, чтобы отвлечь лучников.

— Вы знали о том, что должен прийти груз? — поинтересовался Гирос.

— Да, но не сегодня. Нам по магической почте пришло два послания — одно об обозе, а второе, неизвестно о чём. У нашего мага не хватает сил или знаний, чтобы вскрыть его. Так что поехали, я вас размещу по комнатам, а потом займёмся приказом короля.

Возницы и сопровождавшие обоз стражники тоже поехали в приграничное поселение, чтобы перевязать и подлечить раненых, а переночевав, отправиться дальше, в сторону столицы.

Пока они ехали, Гирос внимательно разглядывал место, где им, как ему казалось, предстояло прожить ближайшие два года. Вдоль границы шла высокая каменная стена, а за ней — несколько десятков домиков, похожих на деревенские, только без обычных сельских пристроек: коровников и курятников, а вот конюшни были, только там, в основном, стояли боевые кони. В центре городка был выстроен дом побольше, он был похож на мини замок — стены очень крепкие, с четырьмя круглыми башнями, но без шпилей и украшений. Там, как выяснилось, жил командующий и несколько его помощников. Гирона и его друзей разместили в соседнем, тоже относительно большом доме, выделив каждому по комнате. Большее ребята пока рассмотреть не успели, так как Гирос отправился к командующему распечатывать послание, а Гарана и Борина послали помочь раненым. Местный лекарь ничего, кроме перевязок, делать не умел. Помещение, в которое вошёл герцог, занимало почти всю площадь мини замка. Это была и столовая, и комната для военного совета, где собирали сотников, а иногда и десятников, для обсуждения предстоящих боевых действий. Там же в углу за большим столом сидел маркиз Калев, ожидая Гироса.

Гиросу ничего не стоило взломать магическую печать, но прочитав приказ, он был потрясён. В послании чёрным по белому было написано, что в течение двадцати дней с момента его получения, войскам пограничной стражи западной границы было приказано захватить форт Фарен. Ответственным за разработку и проведение операции назначается герцог Войлон. Маркиз Калев обязан обеспечить его всеми имеющимися силами и средствами для проведения боевых действий. Прочитав это, Гирос передал документ маркизу, а сам плюхнулся на ближайший стул, стараясь переварить прочитанное. Он не понимал, почему именно на него возложена разработка и проведение захвата форта. Он только первый день на службе, не знает ни обстановки, ни соотношения сил. Но главное, он не мог понять, зачем королю нужен этот форт, он же испокон веков принадлежал герцогству Казинских. Правда, оно входило в состав королевства до «знаменитого» неудавшегося дворцового переворота. Уж не Казинский ли им руководил и поэтому, после неудачи, не подчинился новому королю? Странно, что никто об этом не рассказывает. В этом так же когда-нибудь придется разбираться. А пока, ему надо срочно вникать в положение дел и разрабатывать план нападения на форт. От всех этих размышлений Гироса отвлекли Гаран с Борином, подошедшие к столу.

— Что это такое?! — сходу стал возмущаться Борин. — Здесь даже лекаря нормального нет. Этот мальчишка, конечно, очень старается, но кроме, как перевязать рану и сварить простейшее зелье, ничего не умеет. Лечебной магией он вообще не владеет. Если бы не умения Гарана, эти стражники ещё неделю бы здесь провалялись, в лучшем случае.

— Да, — согласился командующий, — нет у нас мага-целителя. Убили его несколько месяцев назад. Мы готовились к захвату Фарена и он пошел разобраться, что за магическая защита у стен крепости. Никто другой у нас вообще магией не обладает. Вроде, далеко от стен форта находился и доспехи на нём были и шлем. А вот как стрела в него попала — мы так и не поняли. Точно в щель забрала пролетела и ему прямо в глаз. Мы сообщали во дворец, нам обещали помочь. Вот теперь вас и прислали.

— Скажите, маркиз Калев, а почему король так хочет захватить этот форт? — спросил Гирос, жестом показывая ребятам садиться рядом и протягивая им приказ короля. На сколько я знаю, Фарен всегда принадлежал Герцогу Казинскому.

— Да, но раньше герцогство входило в состав королевства и обозы проходили мимо форта туда и обратно без досмотра и таможенной платы. Теперь же Казинский не подчиняется королю, считая его самозванцем и требует плату за все товары, проходящие через его земли. Если захватить форт, то у них не будет возможности останавливать обозы. А на строительство нового потребуется много сил и времени. Кроме того, мы переселимся в этот форт и не будем жить здесь на семи ветрах.

— Но ведь это захват территории! — удивился Гирос. — Что, Фарен станет частью моего герцогства?

— Этого я не знаю, пока нет на этот счёт указания короля.

— Ну что же, приказ есть приказ, мне понадобятся несколько дней, чтобы осмотреться. Ну, а вы должны будете рассказать о численности воинов, вооружении, их подготовке и так далее.

— Только я вас очень прошу быть осторожным. Ваш предшественник погиб, осматривая укрепления врага.

Разговор на этом пришлось прекратить. Наступило время ужина, и воины, рассаживаясь за столы, так шумели, что говорить спокойно не получалось. Тут подошли три сотника и помощник командующего, и им тут же подали ужин. Сидя за столом, они перезнакомились с присутствующими. Чувствовалось, что все рады их приезду. Появление боевых магов придавало уверенность командирам пограничной стражи.

Вечером, лёжа в постели, Гирос никак не мог заснуть. Он чувствовал, что попал в сложное положение. Совесть не позволяла ему захватывать силой чужие земли, но не выполнить приказ тоже не мог. После долгих раздумий у него мелькнула одна интересная мысль, он немного успокоился и наконец провалился в сон.

Глава 11

На следующее утро, сразу после завтрака, Гирос решил разобраться, какие силы имеются в его распоряжении и насколько они подготовлены к предстоящим боям. Руди (они договорились обращаться друг к другу по именам и без титулов) рассказал и показал всё, что интересовало Гироса. Выходило, что сама пограничная стража состояла из одной сотни воинов, двадцать из которых были конными, а остальные — пешими, плюс обслуга. Для захвата форта прислали ещё две сотни специально обученных воинов. Они знали все способы преодоления крепостных стен, умели биться в тесных коридорах замка. Также были присланы две катапульты и одна стенобитная машина со всей обслугой. Для взятия в общем то небольшого форта со ста пятьюдесятью защитниками (из них сто — лучники), было вполне достаточно. Проблема состояла в том, что стены форта защищала магия. Каждый, кто дотрагивался до наружной части стены, падал замертво. Но и до стен надо было ещё добежать, ведь лучники, стоящие наверху, отнюдь не зевали, а стреляли довольно метко. Катапульты были вообще бесполезны — камни от них, ударяясь о невидимую защиту, падали назад. Именно поэтому и прислали на помощь трёх сильных магов, чтобы разрушить защиту стен.

Когда Гирос получил всю имеющуюся информацию, он решил осмотреть местность перед фортом и попытаться разобраться в системе магической защиты. Тут он столкнулся с неожиданным препятствием — командующий не разрешал ему выходить. Руди ещё раз рассказал, как погиб предыдущий маг и очень боялся повторения того же. Он утверждал, что где-то, на открытой местности, установлен лук с магическими стрелами, который срабатывает, когда подходишь к нему близко. Предлагал, если это уж так необходимо, послать к форту одного из его друзей. Но Гирос даже и представить себе не мог, как это можно — спрятаться от опасности за спиной товарища!

Чтобы как-то выйти из этой ситуации, пришлось согласиться, что он посмотрит на форт с их защитной стены, идущей вдоль границы. Гирос поднялся на валганг под строгим присмотром маркиза. Прячась за зубцами, осмотрел всё пространство между стеной и фортом, а также проверил на наличие магических ловушек, но ничего не обнаружил. Присутствие магии ощущалось только вокруг самого форта, но, чтобы понять, какая там защита, необходимо подойти поближе. Таким образом он убедил командующего, что ни откуда с другого места, кроме как со стен башни, ничего не угрожает, он вышел на разведку.

Не успел Гирос пройти и сотню локтей, как за зубцами форта появились лучники. Это его никак не волновало, так как прежде, чем выйти из укрытия, он активизировал самую сильную защиту не только от стрел, но и от любого вида оружия. Противник, выпустив в него около десятка стрел, убедился, что это бесполезно и только наблюдал за его действиями. А Гирос внимательно изучал переплетения магических линий вокруг стен форта и над ним. Чтобы разрушить такую защиту, ему вместе с ребятами понадобилось бы не меньше недели трудиться под самыми стенами, да и то, полностью гарантировать успех он не мог. Видно было, что там работали сильные маги, проделавшие долгую и кропотливую работу. Найти в ней хоть какое то слабое место Гирос не смог. И тут он вспомнил одну идею, что пришла вчера ночью ему в голову. Он отошёл чуть подальше от форта, чтобы найти подходящее место для проверки, но вдруг ощутил сильный магический всплеск чуть левее от себя, и почти сразу оттуда в него полетела стрела. Она почти пробила защиту и только дополнительный заслон из огненной магии сжёг эту стрелу, остался только конец с оперением, который упал рядом с его ногами. Тут же произошёл второй всплеск, и магический фон исчез.

Гирос поднял то, что осталось от стрелы и пошёл назад. Его проверка была уже не нужна, всё теперь понятно. Он шёл спокойно, не оглядываясь и не боясь стрел — его защита замечательно проверена на деле! Лишь крутил в руке маленькую обгорелую тросточку с прикрученным к ней оперением серого цвета и почему-то улыбался. Да, Гирос чувствовал, что эта стрела была пропитана не только магией, но и ненавистью, но при всём при этом, не вызывала у него желания наказать, убить стрелявшего, только сочувствие и снисхождение.

— Руди, ты знаешь, как зовут того, кто командует этим фортом? — спросил Гирос, как только зашёл под защиту стены, где с нетерпением ожидал его командующий. — Где располагается его кабинет? Я хочу завтра поговорить с ним.

— Командует фортом капитан Торрет. Он сидит в маленькой каморке недалеко от главного входа. Я покажу тебе на плане. Ты собираешься стучать в ворота форта? И о чём будешь с ним говорить? Не боишься, что тебя оттуда не выпустят?

— Нет, стучаться я не буду, зайду к нему через портал и предложу сдать Фарен без боя, чтобы избежать ненужных жертв.

— Да ты с ума сошёл! Тебя же там просто убьют или посчитают умалишëнным.

— Убить меня не так просто, но дело не в этом. Я внимательно осмотрел стены крепости, в лоб их взять нельзя, для этого и целой армии не хватит. Мне с моими ребятами пришлось бы там не одну неделю возиться, чтобы смочь просто до стены дотронуться. Но когда я шёл назад сказать тебе это, кто-то из форта открыл невидимый портал и так же, оставаясь невидимым, она выпустила в меня стрелу, сильную, магическую. Вот, посмотри, что от неё осталось. — Гирос показал хвостик с оперением.

— Значит вот как убили нашего лекаря, — с грустью сказал командующий, рассматривая простые пёрышки, — но что это значит и почему ты решил, что женщина стреляла в тебя?

— Скорее даже девушка и довольно молодая ещё, не очень умеющая сдерживать свои эмоции. Мужчины не могут создавать скрытый портал и выходить из него невидимым. Это дано только сильным, высокородным женщинам, чтобы они оберегали свой род. Но коль она смогла выйти через портал из форта, то я смогу туда зайти. Завтра попробую это сделать и походу проверю, нет ли какой особой защиты. Если нет, то мы втроём откроем проход от этой стены во двор форта и заведём туда все три сотни воинов. Несколько часов боя и все разбиты. Я предложу Торрету сдаться, а дальше решать ему.

Маркиз Калев замолчал, обдумывая сказанное, и пошёл в сторону мини замка, где был у него план форта, когда-то добытый разведчиками. Порывшись в бумагах, Руди подал Гиросу нарисованный от руки, довольно примитивный план форта, указал там комнату командующего и спросил его:

— Неужели ты собираешься идти туда один? А если тебя убьют или просто схватят и запрут в подземелье. — Ну, убить меня не так легко, ты, я думаю, это уже заметил. А запереть в подвале — ещё сложнее, я и из него выйду через портал.

— А как же та девушка-магиня, может она сможет с тобой справиться?

Гирос рассмеялся:

— Со мной — боевым магом, справится эта девчонка? Да, у неё хорошая, можно даже сказать сильная магия и сильная ненависть, но нет знаний. Она делает всё по наитию, а не с помощью отработанных боевых заклинаний. А потом, что она будет делать у командующего в кабинете, а позвать её я никому не позволю. Но, на всякий случай, мы с ребятами сегодня обсудим и подготовим всё, чтобы завтра они и без меня смогли открыть портал в форт, а ты готовь войска к бою. Так вы и без меня справитесь, хотя уверен, что такой необходимости не будет.

На этом они и порешили. Командующий собрал сотников, объяснил им задачу — подготовить воинов к атаке на форт, но так, чтобы не создавать шума, и не насторожить противника. А Гирос объяснил своим друзьям, что собирается идти в форт и требовать капитуляции, но если у него ничего не выйдет, то придётся идти в бой, даже в том случае, если его возьмут в плен. Они проверили, смогут ли открыть портал и держать его, пока все воины не окажутся в форте. Втроём, конечно, было бы намного легче, но ничего не поделаешь, если потребуется — выполнят.

После этой встречи Гирос пошёл в свою комнату отдохнуть и ещё раз подумать. Ему не давала покоя выпущенная в него стрела. Он ещё раз проверил, какими заклинаниями она была заряжена. Вроде бы только боевыми, да и не очень умелыми, но что-то будило в нём какие-то странные воспоминания, абсолютно не отчётливые, которые просто навевали грусть.

Утром, сразу после завтрака, Гирос в полном вооружении, разве что без лука со стрелами, стоял у места, откуда собирался открыть портал. Он ещё раз попросил командующего и своих друзей не паниковать в случае чего и не начинать боевых действий до полудня. По его мнению, беседа с капитаном Торретом так долго не затянется, но брал немного времени в запас.

Глубоко вздохнув, успокаивая себя, он шагнул в открытый портал и через мгновение появился в небольшой комнатке, где за столом сидел Капитан Торрет, а перед ним с другой стороны, ещё три человека. Все четверо попытались встать и выхватить оружие. Гирос ожидал, что командующий окажется в комнате не один и поэтому сделал жест рукой с заранее заготовленным заклинанием. Трое гостей тут же были спеленованы магическими нитями и привязаны к стульям.

— Здравствуйте господа! — спокойным голосом сказал Гирос, не обращая внимания на державшего в руках меч капитана. — Сегодня я не пришёл, чтобы сражаться с вами, капитан Торрет, а поэтому прошу, опустите оружие и давайте поговорим. Если у ваших подчинённых есть важные дела, то могу отпустить их. Я же знаю, что такое служба. Вы понимаете, что при всех моих возможностях, захватить в одиночку форт я не смогу, а поэтому, обсудив некоторые проблемы, я уйду так же, как и пришёл, не потревожив никого.

— Здравствуйте, герцог Войлон! — ответил капитан, садясь за стол. — Вы правы, стоит отпустить ребят, а я с удовольствием побеседую с вами.

Гирос махнул рукой, и мужчины смогли пошевелить руками, а затем и подняться. Когда они вышли, Гирос на всякий случай перекрыл дверь магическим замком (мало ли, что захотят сделать ушедшие), а потом сел на один из освободившихся стульев и сказал:

— Понимаете, господин капитан, я оказался в затруднительном положении и пришёл к вам в надежде, что мы вместе решим, как из него выйти.

— Слушаю вас, чем могу помочь? — ответил Торрет, в его голосе было удивление.

— У меня на руках приказ — в течении двадцати дней захватить форт Фарен.

— Как!!! — возмутился капитан, вскакивая с места.

— Да, я тоже был удивлен, — спокойно ответил герцог, — но я такой же подчинённый, как и вы и обязан выполнять приказы. Поэтому решил сообщить вам о своих намерениях и предложить добровольно покинуть форт, чтобы сохранить жизни как моих, так и ваших воинов.

— Ваши уже пробовали взять Фарен штурмом и зря положили людей — наши стены защищены…

— Да, согласен, — перебил его Гирос, — защиту вашего форта я вчера проверил, но тот факт, что я стою перед вами, отрицать невозможно. Завтра я открою портал и приведу в форт три сотни хорошо обученных воинов, да плюс ещё под защитой трёх сильных магов. Как вы думаете, сколько продержится сотня ваших лучников и пару десятков из стражи? Я пришёл вам это рассказать, потому что не хочу быть убийцей.

Торрет надолго замолчал, обдумывая ситуацию, а когда наконец заговорил, голос у него был не такой уверенный:

— Я понимаю вас, но и вы поймите меня. Мне приказано держать форт до последнего воина. Сдаться и уйти — я не могу. Мне легче умереть в бою, чем предстать перед герцогом, как предатель.

— Я вижу только один выход: отправьте депешу герцогу Казинскому и пусть он решает, как поступить. Не думаю, что он за неделю сможет собрать и вооружить войско, способное нам противостоять, но я надеюсь получить ответ. Если ответа не будет, то тогда у меня не будет другого выхода, как начать воевать, — сказав это, Гирос поднялся, открыл портал и снял блок с двери. — Надеюсь, ответ придёт вовремя, — раздался его голос уже из закрывающегося портала.

Глава 12

Вернувшись, Гирос тут же доложил командующему о результате переговоров и сразу понял, что Руди недоволен.

— Не нравится мне всё это, — сказал маркиз, — получилось, что мы раскрыли противнику наши планы. Теперь, если придётся идти на приступ, это не будет для них неожиданностью.

— Согласен, но так честнее, да и не сильно увеличит наши потери. Зато можно победить и без боя и сохранить жизни десяткам, а то и сотням воинов, — возразил Гирос.

— А если Казинский сюда с войском придёт? Что тогда делать будем?

— Не соберёт герцог такого войска за неделю, — стал успокаивать Гирос, — ему нужно привести сюда не менее пятисот хорошо вооружённых и обученных воинов, чтобы справиться с нами. Не погонит же он мужиков с топорами и вилами против королевской армии. А в ближайшие два-три дня вообще можно отдыхать спокойно, пока гонец сгоняет к Казинскому и вернётся назад.

Но герцог Войлон ошибся: уже на следующий день им пришлось воевать, правда не с воинами Казинского. Сидящие за столом командующего заканчивали завтракать, когда в зал вбежал запыхавшийся молодой воин и прямо с порога закричал: «Орки идут!». Многие повскакивали с мест, но маркиз Калев приказал всем сесть, подозвал к себе паникëра и стал расспрашивать его о произошедшем. Оказалось, что этот парнишка с ещё двумя более опытными воинами был направлен в обычный конный дозор вдоль границы на север, и там они увидели отряд орков, движущийся в их сторону. Их было немного — около дюжины вооруженных дубинами монстров. Старший дозора послал его, как самого молодого, сообщить о приближении врага, а сам с другим воином остался следить за действиями орков.

— Гирос, возьми десяток конных воинов и выясни, что происходит, — приказал командующий, — если будет что-то серьёзное, то сообщи по магической связи.

Собрались за считанные мгновения, вскочили на коней и помчались на север. Проскакав около трёх лиг, увидели двоих воинов. Они выехали навстречу из оврага, в котором прятались вместе с лошадьми. Воины показали, что вдали видно несколько тёмных точек — это были орки. Те как раз остановились на привал. Гирос жестом указал двигаться дальше.

Через некоторое время орки заметили приближающихся людей и тут же поднялись, выстроившись в боевой порядок. Расстояние было ещё довольно большим, но достаточным, чтобы рассмотреть, с кем предстоит иметь дело. Гирос знал, что севернее его владений в горах жили орки. Для жилья они использовали естественные пещеры или старые рудники, давно заброшенные людьми. Как правило, они не пересекали границу людских владений и жили за счёт охоты на широких просторах, к западу от Аркальских гор. В программу обучения боевых магов входило изучение языка орков, и Гирос довольно хорошо владел им, но живых орков видел впервые. Они шли клином, серо-зелёные, почти обнажённые тела, блестели на солнце. Каждый достигал ростом всадника, сидящего на коне, а в ширину — не менее двух воинов. В руках у них были щиты и огромные дубины.

Гирос остановил своих всадников, желая выяснить, чего хотят нарушители их границ. Увидев это, противники только ускорили шаг. Ехавший во главе клина орк, пришпорил буйвола, на котором он сидел верхом, держась за огромные рога.

— Стойте! — крикнул Гирос на языке орков, когда расстояние между ними было меньше полёта стрелы. Нападавшие в ответ лишь ещё ускорили движение. Тогда Гирос вытащил из колчана стрелу с зелëным оперением и, зафиксировав магией цель, выпустил её. Стрела попала точно в глаз командира орков. Он ещё несколько мгновений держался за рога животного, а потом завалился набок. Это остановило продвижение врагов. Орки тупо уставились на своего предводителя, пытаясь понять, что с ним произошло. Только бык ещё по инерции продолжал движение. — Вперëд! — крикнул Гирос, поднимая руку, в которой тут же оказался меч. — Орки сильные, но не поворотливые, мы разобьём их, — и, пришпорив Ветра, первым ринулся в бой.

На скаку Гирос создал себе и коню защиту от сильных ударов, чего к сожалению, не мог сделать для других воинов, а поэтому, гнал Ветра во весь опор, чтобы успеть поразить как можно больше противников. А может и вовсе принудить их сдаться. Орки, увидев приближающихся к ним конников, построились в стенку, прижавшись плечом к плечу и выставив дубины, уверенные, что смогут остановить, а то и убить коней. Гирос, идя первым, объехал их справа и на полном скаку снёс голову крайнему орку. Он даже не ожидал, что сможет сделать такое. Толстая кожа и крепкие кости орков не так легко поддаются мечу, но его меч вошёл в противника, как в масло. Проскочив мимо живой стенки, он развернул Ветра и оказался сзади орков, заставив их разворачиваться в его сторону и нарушить строй. А в это время подоспели остальные воины и сразу вступили в бой. Не так успешно, как Гирос, но ещё нескольких им удалось вывести из строя, а оставшихся окружить. Пользуясь тем, что защита откидывает бьющую по нему дубину, Гирос убил ещё троих, а после этого трое, оставшихся целыми, побросали оружие и подняли лапы вверх.

Пленников быстро связали и стали проверять свои потери. Оказалось трое раненых: из них у двоих переломы костей, а третий получил удар по голове и был без сознания. Среди орков, лежащих на земле, двое оказались живы, но с большим количеством ран от ударов мечом.

Гирос связался с Гараном и попросил прислать пару телег, чтобы забрать раненых, которым он пока оказывал первую помощь. Буйвола поймали легко. Потеряв седока, он далеко не ушёл, а бродил рядом, объедая листья полусухих кустов, росших неподалёку. Людям подчинился сразу, стоило кому-то взяться за кольцо, вставленное ему между ноздрей, и он послушно пошёл, словно телёнок.

Назад ехали не быстро, тем более, что орки не торопились и их приходилось всё время подгонять. Когда дошли до стены, навстречу высыпало много народу. Всем было интересно посмотреть на орков и узнать, что с ранеными.

Когда со всем разобрались, раненых людей и орков перевязали, наложили шины и подлечили магией, пришло время поговорить с пленными. Их по одному вводили в обеденный зал, а за столом сидели командующий — маркиз Калев, Гирос и один из сотников, которому уже приходилось воевать с орками и он отлично владел их языком.

Все трое говорили одно и тоже. Они были разведчиками, посланными узнать насколько сильно защита людей, как они вооружены и так далее, то есть каким количеством воинов-орков можно сокрушить войска людей, чтобы спокойно разграбить их владения.

Полученные данные совсем не радовали. Известно, что орки не занимаются ни земледелием, ни скотоводством, а живут за счёт охоты и собирательства. Умеют делать простейшие изделия из дерева и металла, но предпочитают добывать всё необходимое грабежами. Между ними и людьми бывали стычки и не раз. Потом король Милиан второй, разгромив орков в нескольких крупных сражениях, заставил их прекратить нарушать границы людей. Но прошло уже больше двадцати лет. Выросло новое поколение, готовое попробовать свои силы, да плюс очень жаркое лето выжгло и высушило всю степь. Стада животных покинули эти места, оставив орков без добычи. А у людей полно животных, растут сады и зеленеют поля. Как не соблазниться на лёгкую добычу? Теперь, скорее всего, встала задача показать, что добыча не такая уж лёгкая.

Маркиз срочно составил донесение военному министру, а Борин отправил его магической почтой во дворец. Но все прекрасно понимали, что надеяться на то, что быстро пришлют подмогу не стоит, так что надо готовиться к отражению наступления значительно больших сил.

Об этом необходимо серьёзно подумать, но первым делом предстояло решить, куда деть пленных орков. Отпускать нельзя, они тут же доложат, сколько примерно воинов охраняют границу и чем вооружены. Держать их всё время связанными — тоже невозможно, а значит надо поместить в надёжное, укреплённое место, чтобы не сбежали. Но не было ни одного здания, которое бы орки не смогли разрушить, оставшись с развязанными руками.

— Придётся обратиться за помощью к капитану Торрету, — предложил Гирос, — не думаю, что он откажет поместить их в подземелье форта. Орки — наш общий враг.

— Ну что ж, иди к своему другу, — согласился Руди, — может и правда он не откажет тебе.

Гирос тут же открыл портал и, сделав два шага, оказался перед столом капитана.

— Здравствуйте, капитан! — Гирос протянул руку.

— Здравствуйте, герцог! Вам не кажется, что вы рановато пришли за ответом? — несколько озадаченно спросил Торрет.

— Нет, я к вам совсем по другому делу. Сегодня у нас была небольшая стычка с орками…

— Что, орки появились?! — капитан, аж привстал со своего места. — Это очень плохо.

— Да, я знаю, но пока появились только разведчики, мы часть убили, а троих взяли в плен. Не могли бы вы устроить их у себя в подземелье, а то у нас нет достаточно надёжного места для их содержания. Да, сразу говорю, что возможно потом приведу ещё двоих, которых пока пытаемся вылечить от ран.

— Странный вы человек, герцог. Уверен, что это именно ваша идея лечить раненых орков. Любой другой бы бросил их подыхать или на съедение волков.

— Возможно вы и правы, но что-то не позволило мне так поступить. Можно приводить пленных?

— Приводите, — махнул рукой капитан.

Довольный Гирос ушёл в портал, а вскоре орки были надёжно заперты в казематах форта.

Дальше — несколько дней были спокойными, правда решили усилить дозор отправляющийся на север. Теперь в него входило пять конников и один маг, чтобы в случае чего он смог связаться по магической связи, а при необходимости использовать свои боевые умения.

Раненые орки потихоньку приходили в себя, один из них уже мог садиться, но не надолго. Их запирали в одном их домиков и постоянно следили, хотя пока никакой агрессии они не выказывали.

Так прошло ещё четыре дня. Гирос как раз возвращался с дозора (в этот день была его очередь), когда Борин по магической связи сообщил ему, что к ним приближается небольшой конный отряд. Услышав это, герцог решил не заезжать за стену, а поехать вдоль неё, навстречу конникам. Ещё издали увидев их, он понял, что во главе отряда едет сам герцог Казинский. Воин, едущий рядом с ним, держал в руках штандарт с изображением герба герцога. Гирос пришпорил Ветра и успел встретить Казинского точно на границе королевства.

— Здравствуй, Гирос! — сказал Казинский. — Откинь капюшон, я хочу увидеть твоё лицо, — попросил он, снимая с головы шлем.

— Здравствуйте, герцог Казинский! — ответил Гирос, убирая с головы капюшон.

— Таль, меня зовут Таль. У нас с тобой равные титулы, а значит можно и без церемоний.

Несколько минут они стояли молча и рассматривали друг друга. Таль Казинский был крепкий мужчина лет сорока пяти, в его коротко остриженных волосах и окладистой бороде было немало седины, что делало их серыми. Умные и проницательные глаза строго смотрели на Гироса.

— Как же ты похож на Гордиона, — вздохнув, сказал Таль. — Жаль, что мы по разные стороны! Что ж, принимай меня, поговорим, коль ты предъявил ультиматум.

Гирос стал разворачивать коня и оба отряда направились за своими ведущими к мини замку. Как только подъехали, Таль сообщил, что хочет поговорить с Гиросом с глазу на глаз. Маркиз Калев был несколько удивлён и, пожалуй, обижен, но спорить не стал. Выделил им небольшую комнатку, недалеко от общего зала и ушёл.

— Я хорошо знал твоего отца, Гирос, — начал разговор Таль, когда они уселись в двух потрёпанных креслах, стоящих друг против друга. — Он был старше меня и многому научил, а тебя помню совсем малышом. Если бы не тот злосчастный переворот, мы бы с тобой были лучшими соседями, да и родители твои были бы живы. Не успел я тогда пробиться во дворец, чтобы спасти их и тебя. Они включили артефакт, гасящий магию, и наши маги оказались бессильны.

— Так вы участвовали в этих событиях? — воодушевился Гирос. — Расскажите, что тогда произошло? Сколько я не пытался об этом узнать, но никаких документов не нашёл.

— Нет, рассказывать я не буду, это долго, да ты мне всё-равно не поверишь. Тебе полтора десятка лет внушали, что я — враг и предатель, а значит верить мне нельзя. Придёт время, сам всё вспомнишь, а пока давай решать проблему с фортом. Ты прав, на сегодняшний день я не могу отстоять Фарен. Ты сильный маг, даже сам не представляешь насколько сильный, а у меня нет в настоящий момент возможности собрать достаточную армию, чтобы противостоять тебе. А, сказать честно, я и не хочу воевать с тобой. Я бы желал видеть тебя на другой стороне, но пока не время. Я прикажу капитану Торрету оставить форт. Жаль, конечно, много денег потеряю, а они сейчас так нужны. Несколько дней им потребуется, чтобы собрать пожитки и уйти. Как увидете, что ворота остались открытыми, можете смело заходить. Кстати, орки вас не беспокоят?

— Была у нас небольшая стычка с их разведчиками несколько дней назад. А сейчас — тишина.

— Будьте начеку, мы с ними уже два месяца воюем, пока удаётся отбиться, но не ясно, чем дело кончится. Несколько деревень им всё-таки удалось разграбить. Твои владения горы защищают, а они на равнине любят воевать. Ладно, пойдем. Сможешь открыть портал во двор Фарена для меня и моих людей? Интересно посмотреть, как ты это делаешь.

— Конечно смогу, вас же всего десяток. Быстренько пройдёте, много магии для этого не потребуется.

Они вышли, Таль приказал — по коням, и когда все были готовы, Гирос открыл портал, в который вошёл весь десяток. Когда скрылся последний всадник, зелёное марево портала исчезло.

Глава 13

Через пять дней форт полностью опустел, ворота остались открытыми. Поскольку это случилось под вечер, то заходить туда не стали, только командующий поставил у входа часовых, чтобы никто туда ночью не забрался. Наутро маркиз Калев отправил трёх магов осмотреть форт. Конечно, после мирного ухода подданных Казинского, вероятность, что там оставлены какие-то ловушки или засады, была мала, но лучше всё-таки проверить. На этот раз три друга просто вошли в ворота пешком. Первым делом Гирос повёл их в каморку капитана Торрета. Как и ожидалось, там не было ничего лишнего. Только на столе лежала записка, в которой говорилось, что они не смогли увезти некоторые хозяйственные принадлежности и продовольственные запасы, но за ними не вернутся и разрешают использовать по собственному усмотрению.

Прочитав эту записку, они решили разделиться. Гаран отправился проверять продовольственные склады и конюшню, Борин — подземные помещения и заодно посмотреть, как там себя чувствуют пленённые орки. Гирос стал обходить жилые помещения.

Переходя из комнаты в комнату, Гирос поражался, как хорошо воспитаны люди герцога Казинского. Ни в одной комнате он не нашел мусора или брошенных ненужных вещей, всё было чисто и аккуратно. По размеру комнаты были разные и мебель тоже отличалась, но в каждой стояла кровать с матрасом, набитым, как правило, сеном. В некоторых имелась тумбочка, иногда ещё и стол, а в больших комнатах стоял сундук или шкаф, которые тоже были пусты и без ненужных вещей. Только одна комната отличалась от остальных. Гирос даже не мог точно сказать, что он почувствовал раньше, приятный запах или остатки магии, которые были в ней. Здесь всё говорило о том, что в ней жила та девушка, которая стреляла в Гироса на второй день после прибытия. На кровати матрас отсутствовал, как видно, он был пуховый и поэтому его не оставили. Напротив кровати висело зеркало и стоял туалетный столик. Шкаф был совершенно пуст, но в углу нашёлся обрывок розовой ленточки. Гирос не мог представить от чего она оторвалась, но, повертев в руках, он, сам не понимая зачем, сунул её в один из внутренних карманов мантии и пошёл дальше.

Через некоторое время маги собрались во дворе, они убедились, что нет никакой опасности и можно часть воинов разместить в форте. Калев с лучниками и пехотинцами стал перебираться на новое место, а маги и конники остались на старом.

Дня три занимались переездом. Когда всё утряслось, было решено, что раненые орки достаточно окрепли и их можно переместить в подземелье форта. Поскольку далеко идти они пока ещё не могут, то попросили Гироса открыть для них портал из комнаты, где они лежали, сразу в больничный отсек подземелья.

Когда Гирос вошёл в помещение, где находились орки и посмотрел на них, то невольно скривился от досады — до выздоровления им ещё довольно далеко, особенно тому, который выглядел постарше. Сырость подземелья, даже в относительно удобном больничном отсеке, усугубляет их состояние. Гирос понимал маркиза, который боялся, что орки не настолько больны, как стараются показать и могут, выдавив ночью дверь, сбежать.

Герцог, объяснив пленным куда их переводят, попросил их подняться и подготовиться пройти через портал всего несколько шагов. Оба поднялись со своих лежаков, но старшего сильно качнуло, скорее всего закружилась голова. Гирос поддержал его, помогая удержаться в сидячем положении. И вдруг орк заговорил на языке людей:

— Вы сын герцога Гардиона?

— Да, а вы откуда знаете? — удивился Гирос.

— Я жил в этом замке ещё до вашего рождения. Когда я уходил, вам было несколько месяцев. Мне во второй раз не повезло — смерть не берёт меня, а герцог Войлон не даёт мне умереть от ран. Меня зовут Рокс, когда-то я был главой одного из воинственных родов орков. Мы шли первыми, чтобы захватить южные земли, разграбить их и добыть всё, что нам необходимо. Мы всегда рассчитывали на нашу силу, но тут столкнулись с магией и были разбиты. Из моего рода почти все погибли, я чудом остался в живых. Герцог Гордион, обходя поле боя, случайно заметил, что я ещё дышу. Почти год я лежал, а потом потихоньку начал вставать на ноги. Ваш отец убеждал меня, что и мы — орки, сможем разводить скот, выращивать хлеб и жить спокойно на своих землях. Он многому научил меня, в том числе и языку. Вы же слышите, как чисто я говорю. А потом я ушёл, в надежде передать эти знания оркам. Но меня никто и слушать не стал. Посмеялись, сказав, что их свободные племена не будут ковыряться в земле, а силой возьмут то, что им нужно. Почти два десятилетия мы копили силы, чтобы показать людям на что способны. А теперь, когда узнали, что люди дерутся между собой, то главы родов решили, что вот и пришло наше время. Сейчас идёт лишь разведка боем, а основные силы ещё только собираются. Не знаю, когда они начнут воевать, возможно этой зимой или дотерпят до лета. Я не хочу больше возвращаться к ним. Смилуйтесь, Ваша Светлость, возьмите меня к себе слугой. Я готов поклясться кровью в верности к вам.

Гирос не знал, что ему ответить. Такой слуга не был ему нужен, но он не мог отказать орку, которого когда-то спас его отец.

— Хорошо, — сказал он после долгого раздумья. — Оставайся пока здесь. Я переговорю с командующим, и если он разрешит, то станешь моим слугой.

Разговор с маркизом оказался намного тяжелее, чем представлял себе Гирос. Руди был возмущён тем, что оставили орка почти без охраны. Никто не знает, что у него на уме, может специально притворяется, что не совсем здоров и в байку про знакомство с Гордионом не очень поверил. А тут ещё воины вернулись с дозора. Ими в этот день командовал Гаран Тихоет. Они опять обнаружили трёх орков-разведчиков. Причём, на этот раз те не шли в открытую, а пытались прятаться. Но они слишком громоздки, чтобы укрыться за чахлыми кустиками. Гаран не стал подпускать их близко, а ударил «магическим кулаком» каждого. Три магических удара — и они убиты.

— Вот видишь, — сказал Руди, — орки опять лезут к нам. Может твой орк ночью сбежит к ним.

— Никуда не сбежит, уже отвоевался. А лезть они будут всё чаще и чаще. Рокс сказал, что орки собирают армию, чтобы захватить наши земли. Точнее, жить они здесь не собираются, просто разграбят всё, что можно, и уйдут. Надо будет писать письмо военному министру, с просьбой о дополнительной помощи. Рокс не знает точно, когда они решат нападать — зимой или летом, но точно не в осеннюю или весеннюю распутицу.

— Он тебе всё это рассказал? И какую численность орков нам надо будет удержать?

— Судя по тому, что я знаю про войны с орками, то они идут тысячами.

Все, кто был свидетелем этого разговора, тяжело вздохнули и замолкли, обдумывая сказанное.

— Ладно, оставляй здесь своего Рокса, только повесь на него магический маячок, чтобы предупреждал тебя, если попробует сбежать.

В тот же день маркиз с герцогом написали донесение военному министру, объяснив серьёзность положения на западной границе королевства, и Гирос отправил её по магической почте. Прошла неделя, но ответа не было. А тут ещё зарядили осенние дожди. Так что даже если король и решил послать дополнительные силы, то они не появятся до тех пор, пока не наступят морозы и по дорогам смогут пройти войска.

Дожди были такими сильными, что даже в дозор решили не отправлять. Зачем зря мокнуть и грязь месить? Только несколько раз в день дежурный маг забирался на самую высокую башню форта и через окна с помощью магии проверял окрестности. Серое небо, дождь и слякоть действовали на всех удручающе. А тут наконец пришёл ответ из военного министерства, в котором было гораздо больше слов, чем смысла, но суть была такова: дополнительных войск они выделить не смогут. Советовали набрать ополчение из подданных герцогства Войлона.

Гирос представил себе, как мужики с топорами или ржавыми мечами, которые им выдадут, пойдут биться с орками, каждый из которых вдвое сильнее человека, и понял, что тут нужно брать не числом, а магией. Он решил всё досконально продумать и рассчитать, как сплести и создать удар такой силы, чтобы полностью разбить врага. Первым делом он пошёл разговаривать с Роксом. Выяснил у него, какую тактику используют орки в бою.

Рокс рассказал, что они любят воевать на большой открытой территории, двигаясь на противника плотными рядами и сметая его силой и массой. Если же их враг находит узкое пространство и пытается закрепиться там, то они нападают небольшими группами и, вступив в бой, почти сразу отступают, вытягивая противника за собой.

Выяснив это, Гирос отпросился у Калева на несколько дней домой, в свой замок. Он видел в кабинете отца бумаги, в которых тот описывал стратегию боя с орками. Найдя их тогда, Гирос только бегло просмотрел, о чём идет речь, но вчитываться не стал. Теперь же решил изучить более внимательно, в надежде найти решение, ведь по словам Рокса, люди победили магией. Отец Гироса был сильным магом, но, как многие утверждали, сын намного превосходил его. Три дня герцог почти не выходил из кабинета отца и наконец нашёл, что искал. Там было подробно описано плетение магии воздуха для создания ударной волны, уничтожающей всё на своем пути. Конечно, для этого требовалось огромное количество магии. В том бою им удалось собрать воедино силы восьми магов, а вот сейчас такой возможности не имелось. Почти все маги, которые участвовали в том бою, были убиты во время дворцового переворота. В ту злосчастную ночь погибло более двух третьих магов королевства. Уверенности, что у Гироса и у его друзей хватит сил на такой удар не было, но попробовать стоило. На крайний случай, возможно, откроется его магический резерв. Ведь учитель сказал, что его распечатает только особая необходимость.

Вернувшись в форт, Гирос стал тренироваться в плетении этого магического удара. Для этого он, дожидаясь момента, когда дождь затихал, выходил из форта на открытое пространство и пробовал создать ударную волну, но с минимальным количеством магии. Вскоре у него начало получаться. Так, однажды направив удар на небольшой куст, он вырвал его из земли и откинул на несколько десятков локтей.

Осень заканчивалась, с каждым днём становилось всё холоднее и наконец пошёл снег. По ночам земля стала подмерзать, а потом уже и окончательно замёрзла. По дорогам можно было ездить и ходить, не рискуя завязнуть в жиже. Командующий сразу возобновил походы в дозор, а также усилил охрану форта и мини замка с прилегающими домиками.

Через несколько дней после начала холодов в ворота форта постучал гонец. Он привез послание от герцога Казинского и сказал, что ждет ответа. Маркиз Калев приказал накормить гонца и устроить на ночлег, а сам собрал сотников и магов, чтобы прочесть письмо и решить, как ответить. Когда распечатали конверт и прочитали содержание послания, то некоторое время все сидели молча, мысленно прощаясь с жизнью.

Смысл послания был таков: разведчики герцога уже несколько месяцев следят за орками и теперь, когда всё стало ясно, передали Казинскому, что в ближайшие три-четыре недели следует ожидать наступление орков на герцогства Казинского и Войлона. По приблизительным подсчётам, численность наступающих составит шесть-десять тысяч. Сам Казинский собирает армию, чтобы защищать свои земли, но более пятисот человек вряд ли сможет выставить. Он просит командование королевской пограничной охраны обратиться к королю с просьбой прислать на помощь дополнительные силы, способные противостоять нашествию.

— Я, конечно же, напишу ещё одно донесение в военное министерство, но не верю, что они хоть чем-то нам захотят помочь, — сказал после долгого молчания Руди. — Такого войска они при всём желании не смогут собрать. Во дворце прекрасно знают, что нашествие орков им не угрожает. Орки так далеко не пойдут, просто разграбят герцогства Казинского и Войлона и уйдут назад в северные степи. Гирос, может ты мобилизуешь своих людей нам на помощь? Глядишь, выстоим.

— Нет, — ответил герцог, — не думаю, что во всём герцогстве наберётся больше сотни хороших воинов. Я лучше сообщу дяде Сиду, чтобы готовили все замки к обороне. На приступ они вряд ли пойдут. Придётся всё, что возможно, спрятать за крепостными стенами. Над тем, как выстоять, я давно уже думал и нашёл в бумагах отца одно заклинание. Если магических сил у нас хватит, то справимся с орками или с большей их частью, а остальных — стрелами и мечами попробуем добить.

На этом и прекратили обсуждение. Маркиз сел писать донесение во дворец и ответ Казинскому. Герцогу он честно сообщал, что не надеется на помощь центра, но сами, конечно, готовы драться с грабителями.

Глава 14

Через несколько дней, вечером, когда Гирос собирался ложиться спать, он вдруг получил вызов по магической связи и был очень удивлён — с ним хотел общаться королевский маг. Гирос дал согласие.

— Что вы там себе позволяете? — не поздоровавшись, закричал собеседник. — Сколько ты ещё будешь слать свои глупые письма? Думаешь, что ради спасения твоего герцогства, мы пришлём тридцать тысяч воинов, оголив все наши границы? Ты герцог, вот и защищай своих вассалов и подданных! Мы и так держим у тебя две сотни наших лучших гвардейцев и трёх самых сильных боевых магов королевства. Конечно же, включая тебя. Вот и покажи свою силу. А не справишься, то сам и останешься на бобах. Но налоги платить будешь как обычно.

Гирос попытался что-то ему возразить, но маг прервал связь.

Бежать к маркизу, поднимать его с постели и сообщить, что помощи не будет — не имело смысла. Гирос оставил эту неприятную новость на утро. А сам долго не мог заснуть. Он понимал, что всё сказанное магом исходит напрямую от короля. Король ясно даёт понять, что его не волнует ни благополучие герцогства, ни даже жизнь людей, охраняющих границу. Да, всем понятно, что, разграбив два герцогства и набрав всё, что им необходимо, орки уйдут назад, в северные степи. Возможно, Антипал будет даже рад, что достанется строптивому Казинскому. В предыдущих письмах, приходивших из дворца, было понятно, что там не очень довольны мирной сдачей форта. Королю хотелось, чтобы непокорный герцог был наказан, чтобы защитники форта были убиты. Но понять мысли и чувства короля Гирос не мог. Не понимал и то, как один и тот же человек мог любить его, называть сыном. В течении многих лет следить за его успехами, помогать и поддерживать в трудные минуты и вдруг бросить на произвол судьбы. Да ладно бы его одного, но речь идёт о жизни сотен людей и благополучии целого герцогства. Неужели ненависть к Казинскому перевешивает любовь короля к Гиросу? А может он и не любил его никогда, а просто умело изображал эту любовь, чтобы воспитать преданного воина. Возможно, просто собирался использовать его силу для достижения своих целей. Не зря же только что назвали его одним из лучших магов королевства.

Гиросу всё-таки удалось заснуть, но утром эти мысли вновь не давали покоя. Он доложил командующему о том, что помощи не будет и надо готовиться отражать нападение своими силами. Потом отпросился у Руди на один день и порталом отправился в свой замок. Его радостно встретил граф Войцев, правда новости, которые ему сообщил герцог сильно испортили настроение. Они долго сидели и обсуждали, как максимально обезопасить людей, продовольственные запасы, орудия земледелия, отары овец и всё прочее. Пересчитали всех воинов охраны и решали, как правильно их распределить, чтобы смогли отстоять замки. Обдумывали, сколько смолы понадобится, для того, чтобы в нужный момент поджечь её и поливать со стен нападающих орков.

За этими невесёлыми размышлениями провели почти всю ночь, а наутро Гирос вернулся на границу. Там тоже трудились вовсю. Было решено всем перебраться в форт и из мини замка и домиков перенести всё, что необходимо и представляло какую-то ценность. Рокса также перевели в форт и поселили в том же подвале, что и его собратьев, но нашли более уютную каморку и двери не запирали. Руди убедился, что сбегать Рокс не собирается, а наоборот, старался быть полезным людям. В эти дни он помогал перетаскивать в форт всё, что ему позволяли нести.

Прошло пару недель, но никаких признаков наступления не было. Даже вражеские разведчики перестали пробираться к ним. А потом погода резко ухудшилась, ветер с севера принёс страшный снегопад и пургу. Три дня невозможно даже высунуться наружу из тёплого помещения. Наконец всё стихло, вышло солнце, но мороз был сильным. Стояла необычная тишина, снег красиво блестел на солнце.

Первым эту тишину нарушил небольшой конный отряд, прибывший в форт. Его послал граф Войцев. Это были полсотни крепких парней, одетых в толстые меховые шубы, восседавших на мощных конях. Судя по письму, которое передал командующий этой полусотней, сам Сид отбирал воинов, им уже приходилось сталкиваться с орками. Кроме того, их шубы специально изготовлены, чтобы компенсировать удары палицей или дубиной. Они лучше защищают рёбра и конечности воинов. Ещё граф очень надеялся, что крепости смогут выстоять под напором врага. Он постарался обеспечить их всем необходимым, насколько это возможно.

Не успели принять и разместить пополнение, как прискакал гонец от Казинского. Герцог сообщал, что орки движутся на юг и находятся в трёх днях пути от форта Фарен и что он во главе своего войска будет ждать их на рассвете у края Большого поля, что в одной лиге на север.

Как это обычно бывает, несмотря на то, что все ждали этого, душевно готовы ещё не были. Воины понимали, что их ждёт нелёгкая битва и мало кто сможет пережить её. Три дня ожидания также вымотали людей. В последний день перед боем каждый сотню раз проверил своё оружие и доспехи.

Решили выйти рано утром, а не с вечера — не хотелось мёрзнуть в степи перед боем. Утренний переход немного разогрел воинов. Когда подошли к полю боя, первые лучи солнца, поднимающегося из-за гор, красным заревом осветили снег. Почти сразу, слева от них, появились и войска Казинского. Они встали рядом с королевскими, промежуток между ними составлял не больше десяти локтей. Туда же подъехали все три мага и командующий королевскими войсками, и герцог-отступник. Теперь им предстояло биться плечом к плечу против общего врага. Пока ехали навстречу к Казинскому, Руди признал правоту Гироса — он смог мирно решить вопрос с Фареном. Как бы иначе они сейчас смогли встретиться?

Во время маленького совета решили в центре поставить пеших, а конницу — по краям. Королевскую на правом фланге, а герцогскую на левом. Впереди встали лучники, чтобы первыми вступить в бой, как только враг подойдёт на расстояние полёта стрелы, потом их заменят мечники. После окончания совета Гирос спросил у Казинского:

— Скажите Таль, с вами пришли маги?

— Да, но это целители и боюсь, что их сил не хватит, чтобы спасти всех раненых, — ответил Казинский.

— У вас же была девушка, довольно сильный маг.

— А ты откуда о ней знаешь? — удивился Таль.

— Неужели вы думаете, что я не мог уловить следы женской магии на стреле, пущенной в меня? Кстати, вот ленточка из комнаты, в которой она жила в форте, — Гирос показал её, но в руки не дал, не желая отдавать этот «трофей».

— Это была моя гостья и рассказывать о ней я не имею права. Она покинула герцогство, как только мы ушли из Фарена.

Больше Гирос не стал его задерживать и, дождавшись, когда Таль отъедет, он и его друзья спешились, отвели коней подальше за строй воинов и вернулись назад, а потом прошли ещё несколько шагов вперёд. Тут они услышали какой-то звук. Прислушавшись поняли, что это бой барабанов. Прошло немного времени и их бой стал значительно громче. И вдруг кто-то крикнул: «Идут!» — и действительно, на дальний край белого поля, как бы надвигалась чёрная полоса. Она всё увеличивалась и растекалась по поверхности снежной равнины. Вскоре стали видны силуэты орков. Они шли плотной стеной, дружно топая в такт барабанов. А ещё через несколько мгновений от каждого их шага начала трястись земля. Это страшно действовало на нервы и вызвало неудержимый страх. Бум, бум, бум. Как будто говорило: «Беги-БУМ, спасайся-БУМ, раздавим-БУМ, растопчем-БУМ!».

По строю воинов прошёл ропот, но Маркиз Калев скомандовал:

— Лучники, в бой! — и в сторону орков полетели стрелы.

Орки, идущие впереди, стали падать, но потери были так малы, что это никак не меняло соотношение сил.

— Ну теперь и нам пора, — сказал Гирос своим друзьям, — встаньте за мной, положите правую руку мне на плечи и постарайтесь перелить в меня всю магию, что у вас есть.

Сам же Гирос наклонил голову и стал плести заклинание, наполняя его магией всех трёх магов. Тем временем орки всё приближались, и бой барабанов стал ускоряться. Вот орки уже перешли на бег, грозя снести жалких людишек, вставших у них на пути. Тут Гирос поднял руки, направил на врагов ударную волну, вложив в неё всю силу, что смог мгновенно собрать. Это было как невероятный порыв ветра. Снег, лежащий перед ними на поле, поднялся вверх и, крутясь как огромный валик, ударил по оркам, сбивая их с ног и закручивая в рулон. Никто не успел даже глазом моргнуть, как всё очистилось от снега и орков. Только на самом конце поля боя образовался вал выше человеческого роста.

— Вперёд! — одновременно скомандовали Казинский и Калев.

Воины бросились в атаку. Но, подбежав к плотно укатанному рулону из снега и противника, поняли — воевать было не с кем! Сила удара была такая, что спрессовала всех так, что даже мечом невозможно было расколоть образовавшийся лёд. Над полем повисла тишина, а потом все дружно закричали: «УРА!!!».

Гирос, Борин и Гаран не сразу смогли сесть на коней, у них почти не осталось сил. Только немного отдышавшись, кое-как забрались в сёдла и, не торопясь, подъехали к радующимся и ликующим воинам. Лёгкое головокружение не позволяло ехать быстрее. Каждый из магов приблизился к валу и потрогал его, как бы убеждаясь, что всё действительно произошло на самом деле. В это время герцог Казинский вдруг поскакал к тому концу, где стояли пришедшие с ним маги. О чём-то переговорил с ними и вернулся назад, держа в руках небольшой сосуд. Оказавшись рядом с Гиросом, герцог сказал:

— Ну ты парень, силён! Я правильно сделал, что не стал с тобой воевать. На вот, сделай пару глотков, чтобы восстановить силы и друзьям своим дай, — и протянул глиняный сосуд.

Гирос взял, вывернул плотно забитую пробку и понюхал содержимое.

— Не бойся, пей, — засмеялся Таль, — не стану я тебя травить. Мы ещё и друзьями будем. Вот увидишь. После этого Казинский приказал своим воинам строиться, чтобы отправиться в обратный путь. Калев тоже приказал своим воинам собраться, а к Гиросу подъехал командир полусотни, присланной Графом Войцевым на подмогу и спросил:

— Что нам делать, Ваша Светлость, возвращаться домой?

— Да, конечно, — ответил тот, — и скажите графу, что орки разбиты.

— Конечно! Расскажем о победе, в которой мы и не участвовали, даже мечом помахать не успели, как всех врагов «в узел завязали». Низкий поклон вам, Ваша Светлость, за жизни людей, которых вы спасли.

Опустошив подаренный Талем пузырек с зельем, маги почувствовали себя лучше и вместе со всеми направились в форт. Им до сих пор не верилось, что они смогли совершить такое!

— Покажешь нам, как плетëтся это заклинание? — спросил Гаран, дотронувшись до плеча Гироса.

— Конечно покажу, такие вещи вы тоже должны знать.

Глава 15

Весть о победе, которую одержали маги королевства, разлетелась очень быстро. Со всех концов приходили письма с поздравлениями. Сам Антипал Третий прислал благодарственную грамоту. Из соседних герцогств приезжали люди, чтобы посмотреть на такого великого мага. Учитывая достаточную силу, находящуюся на границе, две сотни воинов, присланных для её усиления, были переведены куда-то на юг. В форте стало тихо и скучно. Поскольку не ожидалось на ближайшее время угрозы ни с запада, ни с севера, маги получили по неделе отпуска. Каждый из них по очереди побывал в своем графском или герцогском замке. В честь своего герцога-победителя дядя Сид устроил целый пир, когда Гирос появился в замке. Отправляясь домой, Гирос взял с собой Рокса, который уже почти был здоров и ему надоело слоняться без дела в форте. Оказалось, что граф Войцев был с ним знаком, и они встретились, как старые друзья. Сид разместил орка в удобной комнате, в той части замка, где располагалась прислуга и обещал найти подходящую для него работу.

Шло время, зима сменилась весной. Природа оживала. Люди зашевелились после зимнего оцепенения. Начались полевые работы. Ребятам приходилось решать возникающие проблемы, каждому в своём имении. Гирос затеял ремонт в нескольких комнатах своего замка, решив переделать свою детскую и спальню родителей. Он дал работникам указание, как и что сделать, а сам отправился порталом в форт, рассчитывая через несколько дней заглянуть опять в замок и проверить, как продвигается работа.

Попасть в свой замок Гирос смог уже через день, но только для того, чтобы собрать кое-какие вещи и срочно отправиться в королевский дворец. Он получил приказ прибыть в двухдневный срок в связи с покушением на короля. Гирос понимал, что верхом он за это время не доберётся, но и открыть один портал на столь большое расстояние невозможно, значит надо наметить точки входа и выхода. Для этого нужна точная карта. Вот первое, что он стал делать — искать в кабинете отца. Карту нашёл почти сразу. Также собрал все бумаги по лечебной магии, которые нашёл там же. Ему сообщили, что во время покушения пострадала Лиззи и что никто из целителей, ни королевский Маг не могут ей помочь. Это известие заставило его ещё больше торопиться. Уж очень было жаль эту милую романтичную девочку, которая ни за что пострадала.

Из своего замка Гирос открыл первый портал рано утром, а вышел из последнего у двери королевской лечебницы, когда солнце уже садилось. Несмотря на то, что он очень устал и потратил много магических сил, всё равно первым делом решил заглянуть к Лиззи. Зайдя в лечебницу столкнулся с Магом.

— Здравствуйте, Ваша Милость! — поздоровался герцог, — могу я увидеть Лиззи?

— Ну, наконец, ты здесь! Я уже заждался. Но заходить к ней нельзя. Её осматривает очередной лекарь. Ты всё равно вряд ли ей поможешь. Твоя задача — найти преступников, покушавшихся на короля. Они с Лиззи ехали в карете, и по ним выстрелили из арбалета. Стрела пробила стенку кареты и слегка поцарапала девушке плечо. Рана уже почти затянулась, но с Лиззи происходит что-то странное. Тут действует какая-то неправильная, странная магия. Я перерыл все фолианты с описанием заклинаний, но такого там не нашёл.

— А где эта стрела, может по ней сможем понять, какое заклинание вложено?

— Рядом с Лиззи и лежит эта стрела. Как только выносишь стрелу из комнаты, девушка начинает задыхаться. Хотя какая она девушка, вот сейчас сам увидишь и всё поймёшь.

В это время дверь, около которой они стояли, открылась, из неё вышел человек в грязно-сером балахоне. Капюшон, почти полностью скрывал его лицо. Он молча развел руки, показывая, что бессилен и постарался как можно быстрее выскочить из лечебницы.

Маг также молча покачал головой и открыл дверь, пропуская Гироса вперед. Зайдя и посмотрев на Лиззи, он невольно вскрикнул, но тут же прикрыл рот рукой. На широкой кровати лежала, на вид довольно здоровая, с нежным румянцем на лице, женщина, лет сорока-сорока пяти, похожая на Лиззи. Гирос бы решил, что это её мама, если бы не знал, как выглядела королева и, что её давно уже нет в живых.

— Гир, это ты?! — обрадовалась она и села, протягивая руки ему на встречу, ничуть не смущаясь того, что одеяло сползло, открывая полупрозрачную нижнюю сорочку, плохо прикрывающую её женские прелести. — Я так рада тебе! Может ты поможешь мне выбраться отсюда. Никак не могу им доказать, что я абсолютно здорова.

Гирос с трудом справился со своими эмоциями и постарался говорить с ней довольно спокойно:

— Подожди, прежде расскажи мне, что случилось, а потом будем решать насколько ты здорова.

— Да ничего особенного не произошло. Три, нет уже четыре дня назад мы с папой поехали в театр, какие-то заморские артисты приехали. Говорят, что они очень хорошо поют. Обычно папу такие вещи вообще не волнуют, но тут он сам предложил мне съездить послушать музыку. Оказывается, ему надо было провести какие-то секретные переговоры с одним иностранцем, которому появляться во дворце «не с руки». Вот они и решили, будто случайно встретятся. Обычно папа первым садится в карету, а я, как всегда, опаздываю и сажусь справа от него. Но тут его задержал военный министр с вопросом, так я первая заскочила. Вот едем, и вдруг меня словно оса ужалила! Я завизжала, посмотрела на плечо, а в нём стрела торчит и кровь по шубке стекает. Кучер тут же остановил карету. Гвардейцы охраны стали всё обыскивать, но никого не нашли. Да и иностранец этот в театр не пришёл и тоже исчез из столицы, неизвестно как.

— Эта та стрела, что в тебя попала? — спросил Гирос. — Почему она лежит рядом с тобой на кровати?

— Да, это стрела и воткнулась в моё плечо, но там совсем небольшая ранка, и она уже не болит. Вот посмотри, — Лиззи стянула рукав, обнажая левое плечо, на котором был маленький, покрытый корочкой, след от ранения.

— Ты не ответила, почему ты спишь со стрелой, — напомнил он.

— Понимаешь, когда её пытаются унести, то я начинаю задыхаться, словно кто-то душит меня.

— Можно, я её рассмотрю, не отходя от тебя? — спросил Гирос, беря стрелу в руки.

Он уже издали узнал её — такой же арбалетной стрелой пытались убить его, недалеко от форта. Но эта была гораздо сильнее заряжена магией, что ощущалось даже без каких-либо усилий. Гирос перешёл на магическое зрение, чтобы разобраться в плетениях заклинания.

— Ваша Милость, — обратился он к магу, так и стоявшему рядом. — Неужели вы не видите, что от стрелы тянется нить, которая обвивается вокруг шеи принцессы. Её надо снять. Лиззи, подними подбородок повыше, сейчас я освобожу тебя.

Он положил стрелу на колени принцессы, пошире растянул одному ему видимую нить так, чтобы снять через голову. В тот же миг это, уже бесполезное плетение, исчезло. Гирос попытался отойти подальше от раненой, но заметил, что связь стрелы с девушкой ещё не разорвалась и вытягивает из неё жизнь, поэтому принцесса так быстро стареет. Он задумался, а можно ли разорвать эти нити? С одной стороны, Лиззи тут же перестанет стареть, но скорее всего останется такой, какой стала, а значит потеряет свою молодость.

— Ну что ты ждёшь, уноси скорее стрелу. Может принцесса перестанет стареть. Думаешь, если бы я видел петлю, то не снял бы ее? Не зря же я таскал сюда одного лекаря за другим, но никто не видел. А из меня сделали козла отпущения будто я…

— Как стареть! — закричала Лиззи. — Принесите срочно зеркало, я хочу на себя посмотреть!

— Тихо! — сказал Гирос, тоном не допускающим возражений. У него в голове только что промелькнула какая-то мысль. — Что ты сейчас сказал, маг?

— Что сделали из меня козла отпущения, — не понимая, почему он переспрашивает, промямлил Маг.

— Точно! Я понял! — закричал Гирос. — Срочно доставьте мне сюда маленького козлёнка, а ещё лучше козочку. Бегом, бегом, потом всё объясню.

Маг не стал ничего спрашивать и выбежал за дверь, а Лиззи, проводив его недоумевающим взглядом, посмотрела на Гироса и заплакала:

— Гир, миленький, пожалуйста, скажи мне честно, я сильно постарела? Мне нельзя стареть! Я же невеста! Граф Нимор сделал мне предложение. Он такой хороший, добрый, умный. Даже папа не против нашего брака. Летом будет свадьба. Сейчас он уехал в своё графство, поэтому папа и развлекал меня — не могу же я с кем-то другим в театр ехать. Представляешь, какие сплетни во дворце пойдут. Только правду скажи, я сильно старше выгляжу?

— Успокойся Лиззи, я скажу, только не плачь. Ложись, укройся. Я кажется придумал, как тебе помочь, а пока ты стала лет на двадцать старше.

— ЧТО!!! — глаза у девушки округлились от страха.

— Тихо, тихо. Я честно сказал, как ты просила. Но надеюсь, скоро смогу вернуть тебе прежний облик.

Он задумался над тем, какие слабые маги живут при дворце и в столице. Почему так произошло? Ведь в учебниках истории писалось о необычайной силе и умении магов королевства. Где они, куда делись? Он и раньше замечал, что магические переходы и прочие элементарные действия, происходившие во дворце, давно требовали доработки, но этим никто не занимался. Теперь он начинал понимать, что просто некому было это делать. Преподаватели, обучавшие их боевой магии, хорошо знали теорию, заклинания, правила и последовательность действий, но были стары и сил у них почти не было. Он чувствовал, что есть какая-то тайна, которую от них тщательно скрывают и её надо раскрыть.

От этих мыслей его отвлекло жалобное меканье козочки. Её принёс кто-то, пришедший вместе с магом. Он поклонился Гиросу и Лиззи, поставил животное и сразу ушёл. Гирос погладил и успокоил пушистую красавицу, поднёс её ближе к изголовью кровати, приподнял голову Лиззи и резким движением, сопровождаемым её лёгким «Ой!», оторвал одну невидимую нить и присоединил к головке козочки в самой серединке, между маленькими рожками. После этого некоторое время разбирался с системой жизненных потоков, а затем перенаправил их от козы, через стрелу, к Лиззи. Первое время внешне ничего не изменилось, но потом стало заметно, как лицо девушки немного молодеет, кожа начинает разглаживаться и исчезают мелкие морщинки. А вот козочка начала расти, у неё увеличились рога, мордочка из круглой преобразовывалась более удлинённую и взрослую. Даже Лиззи заметила это и воскликнула:

— Ой, как она быстро растёт и меняется!

Гирос не ответил ей, а лишь приложил палец к своим губам, призывая молчать. Он понимал, как трудно будет уловить момент, когда Лиззи вернётся к своим неполным шестнадцати годам, тем более, что он её почти год не видел. Но вдруг перемещение потоков остановилось и связывающие нити оборвались и исчезли. Гирос понял, что его пациентка возвратилась к своему изначальному облику.

— Ну вот и всё, — сказал он, — теперь ты на самом деле здорова. Ваша Милость, надо пригласить гувернантку с комплектом одежды для принцессы. И пусть поможет ей одеться.

Маг стоял в шоке, не в силах произнести и слова, но наконец выдавил из себя:

— Вы гений, Ваша Светлость!

Глава 16

Гироса разместили в одной из гостевых комнат дворца. Роскошь убранства говорила о том, что она предназначалась для особых гостей. Старинная мебель, огромная кровать, богато украшенные портьеры, шёлковая обивка стен, позолоченные ручки мебели.

Не успел Гирос осмотреться, обосноваться в этой красоте и разложить принесённые с собой вещи, как в дверь постучали и сообщили, что король вызывает его в свой малый зал приёмов. Пришлось тут же оставить все свои дела и направиться к королю. Как только Гирос переступил порог зала, Антипал встал с трона, спустился по ступенькам и пошёл к нему навстречу.

— Мальчик мой, как я рад тебя видеть! — воскликнул король, крепко обнимая гостя. — Ты даже не представляешь, что сделал для меня, вернув к жизни мою единственную радость. Я всегда знал, что ты самый преданный и верный мне подданный! Дай я посмотрю на тебя, — Антипал отошёл от него на шаг и осмотрел с головы до ног. — Как ты окреп, возмужал — настоящий мужчина и воин! Наслышан о твоей победе над орками. Да и дипломат ты, оказывается, отменный! Это же надо суметь захватить форт без единого выстрела! Проходи, садись. У меня есть для тебя новое задание и новая должность.

Король довёл Гироса до кресла, стоящего у подножия возвышения, на котором стоял трон, а сам поднялся по ступенькам и уселся напротив него.

— Я собираюсь назначить тебя на должность командующего дворцовой стражи, — король заговорил более официальным тоном, — но пока ты будешь его помощником. Необходимо присмотреться, узнать все тонкие и уязвимые места в нашей защите. А когда займёшь должность, то постараешься устранить недостатки. Но первым делом, я бы хотел, чтобы ты выяснил, кто пытался меня убить. Понимаю, что время упущено. Преступники давно скрылись и спрятались, но покушение может повториться. Так что теперь ты отвечаешь за мою жизнь.

— Спасибо за доверие, Ваше Величество! — Гирос встал и поклонился королю. — Я постараюсь его оправдать. Осмотрю место нападения, может там остались какие-то следы. Скажите пожалуйста, а с кем вы должны были встретиться в театре? Лиззи говорила про какого-то иностранца.

— Ох уж эта Лиззи, — ответил Антипал с вымученной улыбкой. — Ни с кем я там не собирался встречаться, просто вытащил дочку немного развеяться, пока её жених в отъезде. А то сидит целыми днями за вышиванием.

Гирос понял, что в этот секрет король не хочет его посвящать. Ещё раз поблагодарил Его Величество и покинул зал приёмов. Вернувшись в свои покои, он первым делом решил внимательно рассмотреть стрелу, уж очень она была похожа на ту, которую выпустили в него. После того, как магические связи козочки и Лиззи исчезли, на самой стреле практически ничего не осталось. Он даже не мог с полной уверенностью сказать, была ли стрела заряжена женской магией. Гирос задумался, как можно проверить связь между двумя покушениями? И тут он вспомнил про обрывок ленточки, что нашёл в форте. В разговоре перед битвой с орками Таль Казинский подтвердил, что там жила девушка, но уехала из его герцогства. Возможно, она теперь в столице. Найдя в кармане ленточку, он внимательно рассмотрел её, потом обследовал стрелу и пришёл к выводу, что эти два совершенно разных предмета держали одни и те же руки. На этом он решил остановиться, так как уже было поздно, и пошёл спать, чтобы на следующий день съездить на то место, где произошло покушение, и поискать там следы.

Кровать, на которой лежал Гирос, была просторная и удобная, матрас мягкий, одеяло лёгкое, но достаточно тёплое. Было ощущение, что он плывёт где-то в облаке, но при всём этом сон к нему не шёл. Мысли крутились вокруг этой девушки. Не имея на то причину, она казалась ему доброй. Но откуда тогда такая ненависть, вложенная в эти необычные и где-то неумелые заклинания? Их плетения противоречили всем правилам. Это приводило к лишней затрате магии. Но, как видно, запас был настолько велик, что девушка и не думала об экономии магических ресурсов.

Когда она выстрелила в него, Гирос решил, что, возможно, это дочка, племянница или еще какая-то родственница Таля Казинского и поэтому готова на всё, чтобы защитить свои земли. Но когда перед боем с орками потребовалось больше магии, Таль сказал, что она давно покинула герцогство и была просто их гостьей, Гирос не смог разобраться в мотивах её поведения. Теперь она в столице и вновь это желание уничтожить, вложенное с помощью магии в стрелу, но непонятно почему. Кто она, почему так ненавидит короля и всех, кто ему служит? Должна же существовать какая-то тайна, и Гиросу очень хотелось разгадать её.

Утром Гирос отправился на встречу со своим новым начальником, которого вскорости он должен будет заменить. Виконт Фрузиель — крепкий мужчина лет пятидесяти, среднего роста, одетый в форму гвардейского офицера, но с непокрытой седой шевелюрой, тепло улыбнулся ему и сказал:

— Ну, здравствуй, помощничек! Знаю, что ты герцог Войлон и что прославился на западной границе. Значит не трус и голова работает. Даже приятно такому дела передавать. Ты не дёргайся, я знаю, что меня на покой хотят отправить. Должны же были кого-то сделать козлом отпущения, коль на короля покушались и дочку его ранили. А я прослужил достаточно, получу всё, что причитается офицеру, уходящему в отставку. На это и буду жить в своём имении. Думаю, до лета я смогу передать тебе всё, что надо знать об охране дворца и лично Его Величества.

— Ваша Милость, — обратился Гирос, — Его Величество…

— Зангор, — перебил его виконт, — меня зовут Зангор и оставь все эти церемонии для дворцовых салонов!

— Хорошо, Зангор, я понял. Но король поручил мне попытаться найти тех, кто на него покушался.

— Ничего ты там не найдёшь, мы всё облазили. Преступники как будто вылезли из-под земли, а потом туда же провалились. А может со своей магией ты чего-то отыщешь. Я поручу кому-нибудь из офицеров съездить с тобой и показать место откуда, по нашим предположениям, стреляли. — Он посмотрел по сторонам и, увидев молодого офицера, крикнул: — Этлин, съездишь с герцогом Гиросом на место покушения и покажешь ему всё, что он захочет.

Офицер скривился, выражая своё неудовольствие, но спорить не стал и кивнул головой. Гирос подошёл к нему и спросил:

— Это далеко отсюда? У меня нет коня. Я добирался во дворец порталами.

— Да ладно, найду я тебе лошадку, — ответил Этлин, — ты хоть верхом ездить умеешь или великий маг только порталами пользуется? Не зря же этот балахон нацепил, чтобы все видели, кто ты.

Гирос не понял, что сделал такого, чтобы нарваться на подобное высказывание, но решил промолчать и направился вслед за офицером в конюшню. Там они взяли свободных лошадей, оседлали их и выехали за пределы крепостной стены, окружающей дворец. Ехали недолго, но за всё время поездки Этлин не сказал ни слова. Наконец, когда оказались на пустыре, с которого уже просматривалась окраина столицы, он остановил коня и сказал: — Всё, приехали.

Гирос осмотрелся вокруг и был удивлён. Это было самое неподходящее место для засады. Пустырь просматривался во все стороны на десятки метров, вокруг ни деревца, ни кустика за которыми можно спрятаться. Он спрыгнул с коня и стал внимательно осматривать всё вокруг, ища какие-нибудь следы. Вскоре, слева от дороги, он ощутил остатки магии от портала, открывавшегося здесь несколько дней назад. Эта магия была идентична той, которую ощутил в день покушения на него. Точно также девушка открыла невидимый портал и, незаметная ни для кого, выпустила стрелу. Антипалу просто повезло, что его защитила дочь, он бы умер от старости до того, как Гирос успел бы добраться до дворца.

— Ну что, нашёл что-нибудь? — с издевкой спросил Этлин, выводя Гироса из задумчивости. — Тут нет ничего, как я и говорил.

— Ты ошибаешься, следы есть и я сталкивался с тем, кто покушался на короля, меня он тоже пытался убить.

— Да ладно врать, — усмехнулся парень, — кому ты нужен. Сидел, небось, у маменьки с папенькой под крылышком и ждал, пока тебе тёпленькое место подыщут при дворце.

— Ах вот почему ты так возненавидел меня, считаешь меня маменькиным сыночком, ничего не умеющим. Но ты ошибся — я сирота. Мои родители погибли, когда мне было пять лет. А прибыл я во дворец с западной границы. Может слышал, как нам удалось остановить орков.

— Подождите, так вы… — от изумления он стал заикаться и обратился на «вы». — Вы тот герцог, который скрутил несколько тысяч орков в снежную колбасу?

Гирос засмеялся:

— Мне понравилось это выражение! Сам придумал?

— Нет, у нас все так говорят. Прошу простить меня за дерзость! Преклоняюсь перед вами! — Этлин низко поклонился.

— Ладно, я тебя понял, — герцог похлопал парня по плечу. — Со мной много таких недомагов училось, за которого ты меня принял. И продолжай общаться на «ты». Нам, возможно, вместе ещё воевать придется. А ты, я вижу, парень смелый.

— Так и правда, нашёл следы покушавшегося на короля?

— Да, там на границе и меня пытались убить, — Гирос сам не понимал почему он не сказал, что покушалась девушка, но что-то заставило его скрыть этот факт. — И убил бы, если бы я не поставил двойную магическую защиту. Давай поищем, где мог быть вход в портал, по которому он пришёл, это должно быть не очень далеко и за каким-нибудь укрытием.

Гирос сел на лошадь и стал осматривать местность с левой стороны от дороги. Степь была пуста, и только вдалеке росло одно единственное развесистое дерево. Гирос пришпорил коня и направился к нему. Как и ожидалось, у этого дуба нашлись остатки той же магии, но преступник, как видно, добирался порталом — вокруг не было следов копыт. Дальше уже не имело смысла чего-то искать, следующий вход мог быть очень далеко. Гирос с Этлином поехали назад, только теперь они не молчали, а общались, как старые друзья. Гирос рассказывал разные интересные случаи, которые произошли за год службы на границе.

Глава 17

С того дня Гирос стал служить при дворце. Дело это не было для него трудным. Виконт Фрузиель ознакомил его с порядком смены постов, показал как охраняются все трое ворот. Вместе они обошли по всему периметру крепостной стены, как с внутренней стороны, так и снаружи. Зангор показал места, где проводились ремонтные работы, а Гирос проверил магическую защиту. Как выяснилось, её почти не осталось. Отремонтированные участки вообще не были защищены магией. Кроме того, при ремонте были повреждены и старые связи. Никто не заботился о надёжности стен и их защите, считая, что до стоящего в центре королевства враги не доберутся. Их встретят на землях вассалов короля и разобьют.

Гирос проверил, возможно ли проникнуть во дворец с помощью магии и убедился, что порталом можно попасть даже в спальню короля, достаточно только знать точные её координаты. Как защититься от такого проникновения он не знал и решил в свободное от службы время порыться в королевской библиотеке и поискать ответ на этот вопрос в старинных фолиантах.

Не забыл он и о поручении короля найти тех, кто покушался на него. Съездил в театр, расспросил всех, кого смог, о том дне, когда король должен был присутствовать на выступлении артистов, но так и не приехал. Конечно, работников театра и до этого допрашивали, но Гирос надеялся, что в непринужденной беседе люди могут рассказать больше, кроме того, он мог почувствовать, говорят ли ему правду. Но все в один голос уверяли, что королевская ложа в тот день была пуста. Он сам осмотрел ложу, проверяя на наличие остатков магии. И её не обнаружилось.

Немного походил по городу, в надежде случайно уловить магические отголоски этой девушки, но и это результатов не принесло. Оставалось только ждать новой вылазки и готовится к ней.

За несколько недель, проведённых во дворце, Гирос пару раз встречался с Лиззи. Он поражался, насколько изменилась девушка. Куда делась эта восторженная, романтическая болтушка? Теперь это была настоящая принцесса: гордая, внешне даже высокомерная и неприступная. Только, когда она разговаривала с ним, без чужих ушей и взглядов, то позволяла себе расслабляться. Она рассказывала, что ждёт не дождётся своего суженого, чтобы можно было больше гулять и развлекаться, не боясь сплетен и пересудов. Она очень боялась дворцовых сплетен, утверждала, что есть завистники, которые делают всё, чтобы её свадьба с Диром не состоялась, ведь граф очень завидный жених. Именно поэтому даже с Гиросом она старалась общаться меньше, хотя считала его своим лучшим другом, ну и, конечно, спасителем.

Время шло, весна заканчивалась, приближалось время, когда Фрузиель покинет службу и вся ответственность за охрану дворца ляжет на Гироса.

За две недели до этого события Виконт Фрузиель на утреннем построении сообщил, что через два дня во дворце будет праздноваться шестнадцатилетие принцессы. Так что количество постов будет увеличено и повышается уровень безопасности. Всем смотреть в оба, особенно за приезжими и их слугами. Народу будет не очень много. На празднование приедут только родные и аристократы из ближайших герцогств, потому что скоро свадьба, где соберётся намного больше гостей.

Когда все посты были расставлены, Зангор отвёл Гироса в сторонку и пояснил, что ничего страшного в этом мероприятии нет. Больше всех может доставить неприятности бабушка Лиззи — тёща короля. Она обычно приезжает с одной или несколькими собачонками. Они злые и бросаются на гостей или прислугу. Бабка приезжает, чтобы помянуть дочку — она же умерла при родах. Так что, для кого-то день рождения, а для кого день смерти. Поэтому, она и ведёт себя так зло — не может простить внучке смерть своей дочери, будто бы она виновата в чём-то.

Одним из первых во дворец приехал жених Лиззи — граф Дир Нимор. Сам Гирос не видел, когда тот въехал в ворота замка, но ему доложили об этом. Рассказали, что граф, подъехав ко дворцу, быстро передал уздцы конюху и бегом побежал в покои принцессы. Было видно, что ему не терпится увидеть свою ненаглядную. Гирос только улыбнулся этому, а в душе немного позавидовал им обоим. У него самого пока ещё сердце ни к кому не легло.

Вечером, когда он возвращался со службы, то увидел парочку, недалеко от дверей. Они спрятались в темноте коридора, подальше от редко висящих факелов и, забыв об осторожности, а может и нисколько не заботясь, увидит ли кто их, они целовались. Гирос остановился и уже собирался отступить назад, чтобы не мешать влюбленным, как они оторвались друг от друга.

— Гир, это ты? — прозвучал знакомый голосок. — Мы тебя уже заждались. Знакомься — мой жених Дир Нимор.

— Очень приятно! — Гирос протянул руку для рукопожатия. — Я Гирос Войлон, вижу вы тут время зря не теряли. Заходите в гости, — и он открыл дверь в свои покои.

— Нет, спасибо, нас уже ждут, — отказался Дир, — я просто хотел выразить вам огромную благодарность за спасение моей невесты. Я ваш должник.

На этом граф раскланялся и они с принцессой отправились в другое крыло дворца.

Приезд гостей особо не мешал службе охраны. Кареты быстро осматривали и пропускали, дальше приехавшими занимались другие службы. Гироса не волновало куда и как их размещали. За годы жизни при дворце он видел многих, некоторых знал в лицо, да и на единственном в его жизни балу (пока единственном) все они присутствовали, и он был почти уверен, что опасности для короля никто не представлял. Но в то же время его не покидало ощущение, что на этом скромном, по королевским меркам, дне рождения что-то произойдёт. Поэтому Гирос несколько раз прошёлся по коридорам гостевого крыла дворца, пытаясь с помощью магии уловить какую-либо угрозу, злость или ненависть. Но всё было тихо, что ещё больше настораживало его.

Ну вот и наступил этот долгожданный вечер, гости уже начали рассаживаться за столы, но старая графиня, как называли бабушку принцессы, как всегда опаздывала. Гирос тоже был приглашён и даже должен был сидеть за королевским столом, но в дальнем от короля конце. Антипал, так и не дождавшись приезда тёщи, дал команду приносить блюда. В это время к Гиросу подошёл Этлин и сообщил, что срочно нужна его помощь — старая графиня не позволяет осматривать её карету и сильно ругается.

Пришлось срочно отправляться улаживать конфликт.

У самого входа во дворец стояла карета с запряжённой в неё четвёркой лошадей. У открытой двери стоял стражник, а изнутри этой кареты неслись ругательства и лай собачонки. Гирос отодвинул воина в сторону и заглянул вовнутрь — там, кроме графини и визжащей собачки непонятной породы, сидели ещё две девушки-служанки. Они жались друг к дружке, не понимая, что происходит. На полу кареты стоял большой кожаный баул, из-за которого и разгорелся весь сыр-бор. Охранники хотели его осмотреть, а старая графиня возмущалась и не позволяла рыться в своих вещах. С первого взгляда было ясно, что там нет ничего опасного и поэтому Гирос сказал:

— Извините, Ваше сиятельство, за нерадивость охранников, они будут строго наказаны, — а сам подмигнул стоящему рядом воину, давая понять, что не сердится на него. — Позвольте я провожу вас к праздничному столу, а то король уже переживает, не случилось ли с вами чего-нибудь в дороге.

Не прислушиваясь к ворчанию старухи, он помог ей выйти из кареты и, взяв под руку, повёл её во дворец. У самого входа в обеденный зал Герцог почувствовал лёгкое магическое возмущение и решил, что как только усадит гостью за стол, тут же пойдёт и всё проверит. Но тут произошло нечто неожиданное: не успела графиня усесться, как её собачонка, грозно залаяв, вырвалась из рук хозяйки и побежала по столу, прямо к королю. Антипал в эту минуту отрезал кусочек мяса в своей тарелке и, наколов на вилку, собирался положить в рот. Лай собаки отвлёк его от этого, и рука застыла, не донеся кусок до рта. Именно его и схватила зубами собака и тут же, жалобно взвизгнув, упала замертво мордой в тарелку короля. На несколько мгновений в зале воцарилась напряженная тишина.

— Жужи, девочка моя! — закричала Старая Графиня и вскочила с места.

Этот крик вывел всех из оцепенения. Дамы закричали на разные голоса, мужчины повскакивали с мест и стали помогать дамам выбраться из-за стола.

— Тихо! — жёстко скомандовал Гирос, быстро разобравшись в произошедшем. — Прошу всех сесть, но не прикасаться к еде.

Он видел, что многие уже жевали, но с ними ничего не произошло. Значит отравить хотели короля. Гирос подошёл к Антипалу и пригнулся к его тарелке. Чтобы понять причину смерти собачки даже не потребовалось магических способностей — от блюда исходил запах горького миндаля. Мужественная собачонка, учуяв этот запах, бросилась спасать человека, ценой своей жизни.

Гирос прошёл вдоль стола туда и обратно обнюхал и проверил каждое блюдо с помощью магии. После этого он заявил, что вся еда на столе безопасна, кроме блюда, поданного королю. Сейчас его заменят и можно будет продолжать праздновать день рождения любимой принцессы, а он лично займется поиском отравителя. Потом, взяв героиню Жужу, аккуратно завернул её в полотно, принесённое по его просьбе одной из служанок и вынес из зала, прихватив с собой отравленную еду. Старая Графиня, увидев, что собачку выносят, вскочила с места и с невероятной для неё прытью побежала за ним. Гирос остановился и постарался успокоить пожилую женщину:

— Не волнуйтесь, Ваше Сиятельство, сейчас Жужу поместят в ванну и обложат льдом, а завтра она будет похоронена со всеми почестями, которые полагаются воину, погибшему при защите короля. Я понимаю, как вам тяжело расставаться со своей любимицей, но вы должны гордиться ею — она совершила подвиг.

Успокоенная графиня направилась назад, вытирая по дороге слёзы, катившиеся из глаз. Выйдя за дверь, Гирос передал трупик животного воину, объяснив, что с ним должны сделать, а сам направился на кухню. Заглянув вовнутрь, он увидел безрадостную картину — посреди комнаты, рядом с разделочным столом, сидел королевский повар. На нём не было привычного белого колпака, и по склонённой лысой голове струйками стекал пот. Его сильные, привычные к работе руки, висели плетьми вдоль туловища, а рядом, с двух сторон от него, стояло два стражника с мечами наголо. В другом конце кухни сгрудились в кучу около десятка молоденьких служанок-подавальщиц. Почти у всех девушек глаза были красными от слёз. Рядом с ними стояли ещё несколько ребят — помощников повара, с опущенными головами и печальными лицами.

— Спасибо, ребята, — обратился к стражникам Гирос. — Выйдите за дверь и проследите, чтобы никто не вошёл и не помешал мне проводить расследование.

Когда стражники вышли за дверь и плотно прикрыли её, все присутствующие облегчённо вздохнули — коль стражники вышли, то никого не будут без разбора хватать и волочь в подземелье.

— Скажите, Ваша Милость, — обратился к повару Гирос, — вы готовили блюда для короля отдельно или наполняли тарелку из общего котла?

Повар не сразу понял, что так вежливо обращаются к нему и, лишь сообразив, что спрашивают его, поспешно ответил:

— Из той же кастрюли, что и всем.

— Вы знали, кому поставят эту тарелку?

— Точно нет, но предполагал, что первое блюдо получит король или принцесса, она же сегодня именинница.

— Кому вы дали это первое блюдо?

— Девушке-подавальщице. Она первая появилась на кухне и сказала, что король приказал вносить горячее. Вот я и наполнил блюдо, и вручил ей.

— Что значит «появилась»? Вы не видели, как она зашла?

— Нет, и даже шагов её не слышал. Она попросила быстрее подавать тарелку и я это сделал.

— Эта девушка находиться здесь? — спросил Гирос.

Повар внимательно осмотрел всех служанок и сказал:

— Нет, Ваша Светлость.

— Вы её знаете? Как её зовут?

— Нет, Ваша Светлость. Я её видел впервые.

— Так как вы могли дать блюдо для короля незнакомому вам человеку?! — возмутился герцог.

— Не знаю, Ваша светлость. Она посмотрела на меня как-то необычно, и я почувствовал, что должен делать то, что она просит. Когда подавальщица вышла, я даже не помнил, что я до этого делал.

Гиросу стало ясно, что преступница применила ментальную магию.

— Хорошо, но вы запомнили ту девушку, которой дали первую тарелку? Как она выглядела?

— Подождите, Ваша Светлость, я попытаюсь вспомнить. Она была очень красивая, — закрыв глаза, стал вспоминать шеф-повар, — среднего роста, каштановые волосы ниже плеч, добрая улыбка, умные голубые глаза. Я бы никогда не подумал, что она может причинить кому-то вред.

— Ясно, кто-нибудь ещё видел эту девушку и может что-то добавить? — спросил Гирос у всех присутствующих.

Двое из служанок сообщили, что видели её, но никаких подробностей добавить не могут. Никто не заметил откуда она появилась и куда исчезла.

— Все свободны, — сообщил Гирос, — кстати, король так и сидит голодный, отнесите ему еду и занимайтесь своими делами, нельзя же совсем испортить праздник принцессы.

Все быстро зашевелились. В обеденный зал «потекли» новые блюда и деликатесы, а Гирос стал внимательно изучать магические следы, оставленные отравительницей. Он быстро нашел место в коридоре, где был открыт невидимый портал, через который она пришла и ушла. Не было никаких сомнений, что эта та же незнакомка, что дважды стреляла из арбалета. Но теперь он приблизительно знал, как она выглядит.

Глава 18

В тот день Гирос так и не принял участия в праздновании дня рождения принцессы. Он долго рассматривал и изучал магические следы, которые были достаточно свежие и в тесном пространстве коридора лучше сохранились. Вот теперь он может отличить магический почерк этой девушки от любого другого. После этого сразу отправился в свою комнату в службе охраны дворца, чтобы записать всё то, что сегодня удалось установить и хорошенько подумать.

Теперь Гирос имел описание внешности отравительницы, и оно очень смущало его. По словам королевского повара, она красивая, добрая и умная, такая, что он без всяких опасений доверил ей нести блюда на праздничный стол. Но почему же она так настойчиво пытается убить короля? Возможно, считает, что убив его, сделает доброе дело. Почему? Чем плох нынешний король? Он чувствовал, что существует какая-то тайна. Не зря же Таль Казинский, да и другие герцоги-отступники отказались присягнуть на верность Антипалу третьему. Общаясь с Казинским, Гриос ощущал его ненависть к королю, но при этом герцог казался разумным, добрым и заботящимся о нуждах вассалов и служащих ему людях.

Но тайна тайной, а перед ним, как без пяти минут начальником охраны, стояла задача не допустить преступников во дворец! Но помешать проникновению через портал невозможно. Гирос не смог найти такого заклинания, чтобы защитить весь дворец вместе со двором, хозяйственными постройками и большим количеством комнат, залов и покоев, а так же коридорами и тайными проходами. Единственное, что Гирос придумал — это развесить по всему дворцу магические звоночки, реагирующие на открытие портала и связанные лично с ним, где бы он не находился. Тогда он сможет открыть встречный портал к месту выхода нарушителей.

Работа эта была не столь трудная, как кропотливая и требовала очень много времени. Начал Гирос с королевских покоев, малого и большого зала приемов, то есть с тех мест, где чаще всего находился король. Затем на очереди покои принцессы, хотя считал, что девушке не хотели причинить вреда. Он посвящал этому занятию почти всё свободное от прямых обязанностей время, оставляя на сон всего несколько часов в день.

Понадобилось несколько недель, чтобы развесить звоночки по всему дворцу. За это время виконт Фрузиель ушёл в отставку, и герцог Войлон стал командующим дворцовой стражи. Вся ответственность за безопасность короля, его дочери и приближённых полностью лежала на Гиросе. На то, чтобы развешивать звоночки в королевском саду, рядом с конюшней и прочими хозяйскими пристройками времени совсем не хватало. А тут ещё началась подготовка к свадьбе Лиззи. Сколько незнакомых людей должны были появиться во дворце. Гирос проверял списки приглашенных, выяснял, сколько с ними приедет слуг. Старался знать всех поимённо и иметь описание их внешности, чтобы не пропустить кого-то злонамеренного. И всё-таки в местах, которые не просматриваются со сторожевых постов, продолжал подвешивать колокольчики. Их, кроме него, никто не видел, и некоторые стали над ним посмеиваться, когда Гирос вдруг останавливался и делал какие-то непонятные пассы руками. Поговаривали, что он свихнулся на почве безопасности. Герцог смеялся в ответ и продолжал своё дело. Так что ко дню свадьбы свою работу он успел закончить.

О том, что свадьба была красивой и весёлой, Гирос узнал от Лиззи и других знакомых, которые присутствовали на ней. Самому герцогу было не до этого, он хотел быть одновременно в десяти местах, чтобы всё увидеть, проверить и не допустить даже попытки покушения.

Через несколько дней, когда после празднований все гости разъехались, он вздохнул свободнее и навестил Дира с Лиззи в её покоях, поздравил и заодно попрощался — они уезжали жить в графство Нимор.

Через два дня молодые покинули дворец. Кроме кареты, в которой ехали молодожены, была ещё одна со слугами и два воза с вещами и приданным принцессы.

В тот день, когда ворота замка закрылись на ночь, Гирос вдруг почувствовал, как устал за эти дни. Поэтому, расставив всех на посты, пораньше отправился к себе, чтобы отдохнуть и наконец выспаться. Но поспать ему не дали. Не успел Гирос задремать, как ему показалось, что зазвучал магический колокольчик, оповещающий об открытии портала. Он вскочил, накинул на себя мантию и открыл свой портал к месту, откуда пришёл сигнал и тут же оказался рядом с бесцветным, почти невидимым, выходом. Как оказался в его руке меч, он даже не помнил. Перед ним стояла красивая девушка и мило улыбалась. Взгляд её голубых глаз был настолько добрым, что парень на какое-то мгновение засомневался, что она может оказаться убийцей. Этого мига и хватило девушке — она нырнула назад и исчезла вместе с порталом. Когда Гирос сообразил, что произошло, было уже поздно что-либо предпринимать. Оставалось только вернуться в свои покои, чтобы всё-таки поспать. Теперь не скоро она решится ещё раз проникнуть во дворец.

Порталом перемещаться не хотелось, решил пройтись пешком, а потом и вообще вышел во двор подышать свежим воздухом и остудить голову, в которой образовалась какая-то каша. Красавица с доброй улыбкой, никак не воспринималась им как убийца, но с фактами не поспоришь — магия портала была точно такой же, как в предыдущие её перемещения.

Гирос посмотрел на звёзды и понял, что уже далеко за полночь, он тяжело вздохнул и поплёлся, сказав себе, что подумает об этом завтра. Зайдя в комнату, быстро скинул с себя мантию, лёг и закрыл глаза. Но тут перед ним предстал образ этой девушки. Она стояла в платье простолюдинки, держала в руках плетёную корзинку, прикрытую сверху платочком, и по-доброму, даже несколько кокетливо, улыбалась ему. От девушки исходило столько тепла, что ему захотелось обнять её. Он открыл глаза, и видение исчезло. Но стоило опустить веки, как незнакомка тут же возвращалась к нему. Она немного меняла позу, чуть иначе смотрела на него, но ощущение нежности и благожелательности оставалось. Так Гирос и промучился до рассвета, а потом встал и пошёл проверять посты. О ночном происшествии никому рассказывать не стал.

Следующие две недели прошли спокойно, без каких либо происшествий. Образ незнакомки иногда посещал Гироса, но всё реже и реже. Но как-то вечером, когда герцог отдыхал в своих покоях, с ним связался граф Борин. Друзья часть общались друг с другом с помощью магии, но обычно заранее договаривались о времени беседы. Этот вызов сразу насторожил Гироса

— Привет, Дипот! Что-то случилось, — сразу поинтересовался он.

— Ну… как тебе сказать, — начал Борин, — к нам в гости пожаловал герцог Казинский и попросил связаться с тобой в такое время, когда ты будешь один. Он хочет узнать у тебя нечто важное.

— Здравствуй, Гирос! — вступил в разговор Казинский. — Извини, что беспокою, но я очень волнуюсь за одного человека, возможно ты что-то знаешь об этом. Во всём королевстве мне больше не к кому обратится.

— Да, слушаю вас, Таль.

— Помнишь, перед боем с орками ты спрашивал меня об одной девушке, и я сказал, что она уехала. Так вот, она обещала вернуться к началу лета, но до сих пор её нет, и никаких известий не присылает.

— Ах вот о ком вы беспокоитесь. Могу четко ответить, что две недели назад я её видел, но не смог поймать. Эта девушка уже три раза покушалась на жизнь короля, и спасал его только случай, но пострадали другие. В третий раз я чуть растерялся, а то бы она уже сидела в каземате дворца.

— Вот же упрямая девчонка! — возмутился Таль. — Просил же, даже не приближаться ко дворцу, так она всё-таки полезла на рожон. Чувствую, ты её скоро поймаешь. Слушай, Войлон, очень тебя прошу, не руби с плеча, пообщайся с ней. Глядишь, она тебе всё расскажет. То, что ты узнаешь, оправдает все твои усилия.

— Может ты сам расскажешь? Тебе-то я верю.

— Нет, не поверишь, я же враг твоего короля, а значит наговариваю на него. Только её рассказ сможет убедить, и это перевернёт весь твой мир.

— Ну скажи хоть, кто она, как зовут?

— Кто она, сказать не могу, дал слово дворянина, а имя — так и быть, открою. Зовут её Аурелия. Всё, прощаюсь. Ещё раз прошу, не силой пытай её, а умом. Умом и магией!

Магическая связь прекратилась, а Гирос ещё долго сидел и повторял это имя — Аурелия, оно вызывало в его сердце какой-то отклик, будоражило память, но ничего вспомнить так и не удалось.

После разговора с Казинским Гирос понял, что совсем скоро Аурелия опять попытается пробраться к королю. Наутро он опять прошёлся по всему дворцу, проверяя свои магические звоночки и в некоторых местах добавляя новые. А кроме того, постарался морально подготовиться к предстоящей встрече, чтобы в этот раз её вид не помешал ему поймать красавицу.

Прошла ещё неделя, но попытки проникновения не произошло, и Гирос уже начал сомневаться, не решила ли Аурелия поискать другой способ добраться до Антипала. Но король почти не покидал дворец. В редкие выезды его сопровождала усиленная охрана и с обеих сторон от кареты ехало по стражнику, мешая стрелку попасть из арбалета. Сидя как-то вечером в своей комнате, Гирос уже стал подумывать о создании специальной ловушки где-нибудь вне дворца, куда, якобы, должен отправиться король, но в этот момент сработал колокольчик. В этот раз сигнал уже не застал его врасплох. Гирос не стал торопиться открывать портал, а подождал, пока лазутчица осмотрится и, успокоившись, что её никто не встречает, закроет портал, через который пришла. Тем более, что на сей раз она появилась в укромном и тёмном месте, недалеко от входа во дворец, со стороны конюшен.

Выходя из открытого им портала, Гирос был уверен, что теперь девушка будет в его руках! Но и она приготовила ему сюрприз — её охраняли пятеро, хорошо вооруженных и одетых в прочные доспехи, рыцарей. Вот только владели они оружием довольно слабо, да и качество оружия было ужасным. Это он понял после первой же их попытки атаковать: два меча просто перерубил, а третий выбил из рук чудо-воина. Стало ясно, что Аурелия нашла молодых ребят, готовых даже погибнуть за неё, но навыков у них ещё не было. Убивать мальчишек было просто жалко, поэтому он постарался отключить их ударами рукояткой меча по шлемам. Когда пятый рыцарь упал к ногам своей дамы, девушка со слезами бросилась на Гироса, стала бить его кулачками по груди. А он не торопясь вложил меч в ножны и, поймав её обе руки, завел их ей за спину, посмотрел ей в глаза и сказал:

— Успокойся, Аурелия. Теперь ты от меня никуда не сбежишь, — услышав своё имя, девушка перестала сопротивляться, а Гирос продолжил. — Ну, зачем ты привела сюда этих птенчиков? Неужели ты думала, что они смогут справиться с боевым магом?

— А они говорили, что умеют хорошо драться на мечах.

— Да, но они ещё совсем молоды, сил и мастерства пока нет. Ладно, давай приводить их в чувства и отправлять к домой к мамочкам, а потом мы с тобой побеседуем.

Гирос отпустил её руки, но на всякий случай привязал одну её ногу магической связью к своей. Этого она не почувствовала. Аурелия стала снимать шлемы с этих мальчишек, а Гирос двумя-тремя магическими пассами приводил их в чувства. Они ещё плохо соображали, но двигаться могли. Когда последний из них начал шевелиться, Гирос сказал:

— Спасибо ребята, что в целости и сохранности, доставили вашу даму ко мне, теперь можете отправляться по домам. И ещё советую никому не рассказывать, что вы подняли меч на начальника дворцовой стражи. В противном случае даже я не смогу уберечь ваши головы от плахи. Аурелия, я хочу с тобой побеседовать, а пока открой портал, пусть мальчики соберут свои железки и покинут это место.

Девушка так и сделала, а сама подумала, что этот солдафон очень глупый, что мешает ей тоже уйти. Она подождала, когда её рыцари войдут в портал, и в последний момент перед его закрытием попыталась прыгнуть в него, но не тут то было. Она упала, а портал захлопнулся. Гирос рассмеялся:

— Ну куда ты торопишься, мы же собрались поговорить, — Гирос видел, что она зла, — но, думаю, что ты сегодня устала, так что я провожу тебя в одну комнатку, где ты отдохнешь и подумаешь, а завтра утром мы с тобой пообщаемся.

Он провёл её в подземелье, но в помещение для содержания аристократов, совершивших преступление. Там были вполне приемлемые условия. Прежде, чем закрыть её там, он создал магическую решётку, чтобы Аурелия не могла открыть портал на свободу, а выйдя, сделал внутренности помещения невидимыми. Он помнил просьбу герцога Казинского и не хотел, чтобы кто-нибудь узнал о новой пленнице.

Глава 19

Утром, после того как распределил стражников на посты, Гирос зашёл в камеру, где сидела Аурелия. Он принёс ей завтрак: ломоть хлеба, кашу и горячий свежезаваренный травяной напиток.

— Доброе утро, красавица! — сказал он, ставя еду на маленький столик, стоящий недалеко от её лежанки, покрытой соломой.

— Привет, тюремщик. И никакая я тебе не красавица. Что, даже покормить решил? А я уж думала, что ты больше не появишься, передав меня палачу, — зло ответила девушка, берясь за хлеб и ложку.

— Ну, если не покормить, то у тебя не хватит сил подняться на эшафот, — в тон ей ответил Гирос, — а пока я хочу с тобой поговорить.

— А что со мной разговаривать? Хочешь, чтобы я призналась в попытке убить вашего самозваного короля-убийцу? Да, да! Я хотела отомстить ему за смерть моего отца и его друзей, среди которых и твои родители, но ты их предал и, как верный пёс, служишь узурпатору. За это я и тебя пыталась убить. Хотя, после твоей помощи Казинскому, я даже порадовалась, что ты смог защититься от моей стрелы. Итак, я признаюсь в четырёх попытках покушения на короля и одной — на офицера королевской армии.

— Ты забыла про убийство мага, такой же стрелой, что пыталась убить меня. А ещё, при покушениях была ранена принцесса Лиззи. Она чуть не умерла от магии, которой была заряжена стрела. А это скромная, благовоспитанная девушка никогда и никого не убивала. А ещё — отравилась Жужи — собачка старой графини. Она съела отравленное тобой мясо, спасая человека.

— Правда? — искренне удивилась девушка. — Про Лиззи и Жужи я не знала.

— Да, правда, но не об этом я хотел с тобой говорить. Одним убийством больше или меньше, но тебя ждёт всё та же плаха. Я хочу знать, кто ты и кто твой отец, в убийстве которого ты обвиняешь Антипала третьего.

— А зачем это тебе, чтобы уничтожить всех моих родных, которых осталось не так уж много? Тебе не хватает одной казни?

— Ну, хотя бы потому, что аристократку ждёт гильотина, а простолюдинку — виселица.

— Очень серьёзный аргумент, но для меня нет разницы как умереть. Этот вопрос оставляю на ваше усмотрение.

— Всё, я должен уходить, но хочу сказать тебе, что пока ни один человек не знает о том, что ты у меня в плену. Я хочу услышать от тебя на чём основываются твои обвинения. Тем более, что ты утверждаешь, что и моих родителей убил наш король. Вот когда я разберусь во всём, то и буду решать, что делать с тобой дальше. В обед я принесу еду, но все разговоры оставим на вечер. Советую тебе хорошо подумать и не бояться рассказать всё, что знаешь.

Гирос уже приоткрыл дверь темницы, когда Аурелия сказала:

— Герцог Войлон, хочу вас поблагодарить, что освободили моих друзей. Они просто хотели защитить меня.

Гирос склонил голову в лёгком поклоне и, проверив целостность магической решётки, вышел за дверь, окунаясь в обычные будни начальника охраны дворца: проверки, досмотры, разрешения на въезд или выезд.

А как раз к обеду приехали какие-то послы, которых никто не ждал. Пришлось срочно решать, кто будет вести с ними переговоры, а потом досматривать. Кое-как выбрал несколько минут, чтобы отнести Аурелии еду. Выходя из её камеры заметил, что небольшой кусочек магической решётки она смогла разобрать. Умная девочка. Пришлось наскоро заплатку другого плетения поставить. Пока разберётся, глядишь и вечер будет.

Этот день выдался очень суматошным, поэтому и ужин для Аурелии Гирос принёс позже, чем рассчитывал. Девушка сидела на своём лежаке и, судя по её сосредоточенному виду, усердно трудилась так, что не сразу обратила внимание на то, что он вошёл. Гирос сразу глянул на то место, куда был направлен её взгляд. Там, в магической решётке, обнаружилась довольно большая дыра. Ещё несколько часов работы и Аурелия могла бы открыть портал и исчезнуть. Гирос кашлянул, привлекая к себе внимание и сказал:

— Добрый вечер, красавица! Ты хорошо потрудилась, но всё зря. Я залатаю разрушенное и создам ещё решётку снаружи, куда ты не сможешь добраться. Ну, а пока поешь, нам предстоит сегодня долгий разговор.

— Ты опять называешь меня красавицей?! Я же тебе запретила, — зло сказала Аурелия, беря ложку и быстро начиная есть. — Я конечно поем, очень много сил занимает распутывание твоей решётки, а разговаривать нам не о чем. Я уже всё сказала.

— Ты действительно красавица, и очень мне нравишься. Поэтому я хочу, чтобы ты рассказала, почему считаешь нашего короля убийцей. Если это так, то у тебя должны быть веские доказательства. Я хочу их услышать.

— Ну да, ты хочешь не только меня отправить на эшафот, но и всех, кто что-нибудь знает и помнит о тех событиях.

— Ну почему ты так думаешь? Ты обмолвилась, что знаешь, кто убил моих родителей. Сколько я не пытался выяснить, кто же устроил переворот, так и не нашёл никаких документов об этих событиях. Так, в устном виде мне намекали, что переворот затеяли герцоги-отказники. Из всех этих герцогов я знаком только с Казинским, и уверен, что он не из тех, кто будет ночью вламываться в спальни аристократов и убивать безоружных людей. Так что я очень хочу узнать, кто устроил эту резню. И не меньше тебя хочу наказать преступников.

— Ой, какая красивая сказка! Но я на это не куплюсь и ничего рассказывать не буду.

— Ну что ж, тогда придётся узнать всё с помощью магии. И так, первый вопрос: твоё полное имя?

— Ты наверное заметил — и я владею магией, так что у тебя ничего не получиться.

— Вот и проверим.

Гирос встал над сидящей Аурелией и, глядя на неё прожигающим взглядом, начал пытаться проникнуть в её мысли. Он не занимался ментальной магией и знал только основы, которые проходил в школе боевых магов. Но задачу себе поставил самую простую — узнать её полное имя. Аурелия тут же установила защиту. Магическая энергия всё увеличивалась, Гирос уже готов был выбрать всю, которая у него была, но и допрашиваемая не сдавалась. Казалось, воздух между ними стал гуще, стали проскакивать маленькие молнии, а у Аурелии в руках образовался магический шар, оттягивающий на себя усилия Гироса. И вдруг перед глазами Гироса возник образ Волешендра.

— Открой свой резерв, — сказал он, — время пришло.

И тут Гирос почувствовал необыкновенную силу, под её ударом шар в руках Аурелии раскололся вдребезги, она потеряла защиту и, как сомнамбула, произнесла:

— Я… принцесса… Аурелия… Ронтайская.

Гирос с трудом расслышал её слова, потому что перед глазами всё закружилось и он повалился на пол.

Мальчик проснулся от страшного шума в коридоре. Он сел и стал прислушиваться, чтобы понять, что происходит. Тут в комнату вбежала мама, она в ночной рубашке с накинутым, но ещё не застёгнутым халатом. Мама была очень взволнована и быстрым шёпотом сказала:

— Гирос, вставай скорее, надо бежать.

Мальчик вскочил, но в это время в комнату вошли трое мужчин с оружием в руках. Мама вышла им навстречу, пряча мальчика за спиной и строгим голосом кричит: — Я герцогиня Войлон, требую немедленно покинуть помещ… Мужчина со всей силы ударил её по лицу так, что она упала на пол, а Гирос отлетел к своей кроватке.

— Это ты вчера была герцогиней, а сегодня — просто шлюха, вот мы и развлечёмся с тобой, — сказал мужчина под мерзкий смех его друзей, и все трое начали рвать на ней одежду.

— Не трогайте мою маму! — крикнул Гирос.

— Замолчи, щенок, а то мы быстро найдем, как заткнуть тебе глотку, — прицыкнул на него другой мужчина.

И тут в мальчике начала расти злость, всё сильнее и сильнее, а когда мама застонала, эта злость вырвалась наружу. Произошёл страшный удар, окна и двери раскрылись, всех мужчин и даже того, что лежал на маме, отнесло в угол комнаты и буквально раздавило. Самого мальчика так прижало к кроватке, что он с трудом дышал.

В разбитую дверь заглянул брат короля, а с ним ещё кто-то, одетый во всё чёрное. Они быстро осмотрели комнату и оценили обстановку.

— Ну говорил же им — только убить, а они решили развлечься. Вот и получили за непослушание, — сказал брат короля, — ой, а герцогиня-то ещё жива.

Больше не говоря ни слова, он со всего маха воткнул в неё меч.

— Мамочка, — простонал Гирос. По его лицу катились слёзы.

— А что будем делать с этим маленьким ублюдком? — спросил брат короля. — Может тоже прикончить?

— Подожди, Антипал, посмотри — он же сильнейший маг! Ты видел, как он разделал их, и это при работающем артефакте. Если воспитать его в преданности тебе, то он станет надёжной защитой.

— Ты маг и тебе виднее. Надеюсь, сможешь сделать так, чтобы он ничего не помнил из произошедшего сегодня.

Они вышли, а Гриос сидел и плакал, повторяя всё время: «Мамочка, мамочка…»

Глава 20

Аурелия никак не могла понять, что случилось с этим «цепным псом» Антипала. Когда он попытался силой магии узнать её полное имя, ей удалось довольно успешно сопротивляться, и в какой-то момент даже показалось, что силы противника ослабевают, но неожиданно мощный магический удар разнëс защитный шар. Она нехотя назвала себя, ожидая увидеть его самодовольную улыбку, но он вдруг покачнулся и упал. Поначалу, принцесса даже подумала, что это имя так подействовало на её мучителя.

Первой мыслью было распутать до конца магическую решётку, открыть портал и бежать, но прежде всего решила всё-таки посмотреть, что с ним — а может он умирает от полного истощения, вложив все свои силы в достижение цели. Аурелия подошла к лежащему Гиросу, присела рядом и откинула капюшон его мантии. Маг дышал, значит можно попытаться бежать, но что-то удерживало девушку. Она даже сама не сразу поняла, что любуется таким красивым и мужественным лицом, что невозможно оторвать от него взгляд. Вдруг это лицо стало искажаться от гнева, а потом вдруг Гирос закричал высоким мальчишеским голосом:

— Не трогайте мою маму!

Выражение лица становилось всё злее и злее, Аурелия даже отпрянула от него, испугавшись, что он набросится на неё и задушит. Стало понятно, что сейчас перед ним открываются картинки произошедшего семнадцать лет назад. Ну вот Гирос сильно дëрнулся, и ничего не видящие глаза округлились от страха, а потом его лицо посерело от тоски и отчаяния, а из глаз покатились слёзы. И тут Гирос голосом маленького мальчика стал повторять: «Мамочка, мамочка…» Аурелии стало так жалко того малыша, потерявшего маму! Она села на пол, положила голову Гироса себе на колени и начала гладить его по волосам, приговаривая:

— Не плачь, маленький, не плачь, мой мальчик, всё будет хорошо, мы накажем убийцу наших родителей. Потихоньку Гирос затих, а потом резко открыл глаза, как бы проснувшись ото сна. Увидев, что Аурелия нежно поглаживает его, он улыбнулся.

— Спасибо, что пожалела меня, — сказал он, — я за долгие годы впервые вдруг ощутил настоящее человеческое тепло. Можно я полежу ещё так, а ты расскажешь всё, что знаешь о событиях тех лет?

— Нет уж, а ну вставай, разлëгся тут у меня на руках, — возмутилась девушка, хотя ей, на самом деле, совсем не хотелось отпускать его.

Гирос нехотя сел и сказал:

— Спасибо тебе, милая девушка! Благодаря тебе я узнал, кто убил мою маму. Это были нынешний король и королевский маг! А меня они решили вырастить своим «верным псом», готовым пожертвовать собой, ради их защиты.

— Теперь ты понял, что их надо убить, — обрадовалась Аурелия, — пойдем, сейчас ночь, мы расправимся с этими убийцами так, как они этого заслужили.

— Нет, подожди, — остудил её рвение парень, — вот представь себе — мы врываемся в спальню короля и убиваем его. А что будет дальше? Кто возглавит королевство? Жадные придворные сейчас же начнут драться за власть, и польются реки крови, а в итоге, к власти придет самый хитрый и мерзкий. Нам надо установить законного правителя, чтобы никто не смог оспорить его права. Да и убийцы должны быть казнены по закону, а не в результате трусливого нападения на спящего. Ты теперь веришь, что я на твоей стороне и помогу добиться справедливого возмездия? Расскажи всё, что ты знаешь о событиях той ночи, и мы вместе обдумаем и обсудим дальнейшие действия. А ещë у меня есть пятеро друзей, которые остались сиротами в результате той резни. Они тоже имеют право на мщение. Мы должны действовать сообща, все вместе! Представь, шесть сильных боевых магов, да плюс ты, которая хотя и не всё умеешь, но силой обладаешь. Что может Антипал противопоставить нам? Подумай и говори смелее. Никто из твоих родных не пострадает, даю тебе честное слово рыцаря!

— Ладно, расскажу, хотя сама я ничего не видела. Мне же тогда было всего несколько месяцев. Всё знаю из рассказов мамы. В тот день мой отец собрал во дворце всех самых сильных магов страны. Это были в основном аристократы, которые любили своего короля и поддерживали во многих его начинаниях. Он хотел создать магическую связь, которой бы могли пользоваться не только маги, но и те, кто ею не владеет, и даже простолюдины. Как он хотел это организовать — мама не знала. Как всегда, этот приезд совмещался с балами, застольями. Все вместе отдыхали, общались, а заодно обдумывали идею короля. Антипал, как видно, давно хотел занять трон своего старшего брата и достал где-то сильнейший артефакт, отключающий магические силы людей. Он решил воспользоваться возможностью уничтожить самых преданных королю людей. Ночью, после весёлого пира, они с магом запустили этот артефакт и ввели во дворец сотню наёмников, которые перебили всех гостей. В живых остались только дети и то не все. Моя мама смогла сделать себя и меня вместе с кормилицей невидимыми. Они отошли в ту часть дворца, где не велись бои, там же мама открыла портал и мы оказались в одном из тайных домов в столице, а уже оттуда переехали к герцогу Казинскому. Он, как и ещё несколько герцогов, отказались признать власть узурпатора. Антипал много раз силой пытался подчинить непокорных, но они поддерживали между собой связь и нападали с нескольких сторон сразу вместе. Поэтому Антипал и ждал, когда подрастут сильные маги, чтобы они помогли выполнить задуманное. Это мне объяснил Таль Казинский. Поэтому я и стреляла в тебя. Но ты оказался сильнее, чем я думала. Вот тогда и решила убить короля. Всё. Теперь ты всё знаешь, и надеюсь, выполнишь, что обещал.

Гирос долго сидел молча, не двигаясь, и переваривал услышанное. Больше всего его волновало — кто может стать королём, чтобы не нашлись аристократы, которые не согласятся с его правами на престол. И тут о вспомнил, что Аурелия пыталась защитить кого-то из родственников.

— Слушай, а кого ты так боялась выдать мне, за чью жизнь беспокоилась?

— Как, ты так и не понял?! Да за маму свою я переживаю! Если Антипал узнает, где она, то точно пойдет войной.

— Эриона Ронтайская жива?! Так вот же настоящая королева! Есть кому по праву сесть на трон!

— Ой… мне страшно! — Аурелия прижала руки к лицу, это же мама — единственный близкий и родной мне человек.

— Не переживай, девочка! Тебе придётся где-то с недельку здесь посидеть, так будет безопаснее всего. Я постараюсь создать все возможные удобства. Вот только ванну тебе не обещаю. А я сейчас же свяжусь со своими ребятами и мы всё обсудим. Каждый вечер буду рассказывать тебе, как продвигается дело. Договорились? — девушка кивнула. — Тогда я пошёл.

Гирос резко встал, но вдруг почувствовал сердцем и душой, что не хочет уходить от этой девушки. Пришлось взять себя в руки и идти, но потом он неожиданно остановился, подошёл к ней и поцеловал в лоб.

— Это за то, что ты умница! — объяснил ей свой поступок и быстро убежал, пока она не опомнилась и не начала возмущаться.

Закрыв помещение темницы, он всё-таки провёл рядом ещё несколько минут, создавая наружную магическую решётку, на тот случай, если вдруг она решит сбежать.

Придя в свои покои он тут же связался со всеми своими друзьями и рассказал, кто на самом деле совершил переворот и кто лично убивал их родителей. После всего услышанного, если бы они всю силу своего возмущения перевели в магию, то дворец тут же бы разлетелся на части. Но Гиросу, хотя и с большим трудом, удалось успокоить друзей, а после этого они долго сидели и продумывали план дальнейших действий. Больше всего работы легло на плечи Гироса, Борина и Гарана. Гирос должен был выяснить, кто из придворных был в опале или на незавидных ролях, но продвинулся при Антипале. Возможно, они тоже участвовали в перевороте. А Борину с Гараном нужно было связаться с Казинским, найти королеву, всё ей объяснить и к назначенному часу привести её порталами во дворец.

На следующий день Гирос явился к королю и сообщил, что появились некоторые данные о предполагаемом убийце, а также о его помощниках во дворце, и что он в ближайшие несколько дней собирается его поймать. Таким образом, он практически все свои обязанности по охране дворца перекинул на Этлина, а сам стал перебирать досье всех придворных, под предлогом поиска помощника убийцы.

Первым Гирос проверил королевского мага. Как оказалось, при короле Милиане втором он даже магом не считался, так… помогал при необходимости то одному, то другому магу и чему-то у них нахватался. Умел открывать и закрывать постоянные порталы, сделанные во дворце для удобства перемещения, и пользовался существующими магическими завесами в разных залах. Прославился при защите дворца от нападения неизвестных на короля. Военный министр тоже не был известен до переворота. Он служил где-то на южной границе. Возможно, там он и смог набрать несколько десятков головорезов и как-то провести их во дворец.

Главный казначей тоже был при прежнем короле далеко не главным, но намёков на его участие в заговоре не нашлось. Так Гирос просеял сквозь мелкое сито почти всю верхушку королевства и нашёл около десятка явных соратников Антипала в борьбе за трон.

Несколько раз начальник дворцовой стражи выезжал в столицу для проведения розыскных процедур. На самом деле, он снял небольшой домик, где должны были собраться его друзья вместе с королевой в ожидании начала судебного процесса. Они прибудут туда порталами — кто за день, а кто за два, до событий. Там было всё подготовлено к появлению важных гостей. Снаружи дом продолжал казаться незаселëнным и его охраняла установленная Гиросом магическая защита.

Вечера Гриос проводил у Аурелии — проходил в подземелье через портал из своей комнаты, и все были уверены, что он просто отдыхает. Он приносил еду девушке, рассказывал, как проходит подготовка к её суду. Да, она знала, что Гирос объявит королю о поимке преступницы и хочет провести показательный суд, чтобы все в королевстве знали, как Антипал Третий беспощаден к своим врагам. И в тоже время, вопрос виновности решает не он, а справедливый суд.

Но говорили они не только об этом. Девушка рассказывала о своей жизни в изгнании, о том, как они боялись, что кто-нибудь узнает, кто на самом деле эта бедная женщина с ребёнком, живущая приживалкой у герцога. Как переживали, что король захочет силой покорить взбунтовавшихся герцогов. Но кроме этого, много говорила о красотах природы тех мест, о своих детских и девичьих забавах, рассказывала курьёзные случаи.

Гирос рассказал о своём любимом месте в королевском парке, там, где он чувствовал связь со своим первым учителем, а через него и с родителями. Рассказывал, как его с друзьями ненавидели дети придворных, которых страшно злило, что их способности были очень малы в сравнении со способностями этих безродных сирот. А потом, какие у тех же «друзей» были физиономии, когда они узнали о титулах этой шестёрки. Разговорам молодых не было конца, с каждым вечером Гиросу всё труднее было покинуть свою пленницу. Он даже шутил, что это она взяла его в плен. Но время шло, и вот настал день, когда уходя, Гирос сказал:

— У нас всё готово, завтра днём я доложу королю, что преступница поймана. И с этого момента будет видно, что ты сидишь взаперти. Никто без меня зайти сюда не сможет, но могут оказаться любопытные, так что держись. Я знаю, что ты умеешь вести себя достойно, но это потребует много сил. Знай, что я с тобой и готов постоять за тебя! Думаю, суд будет послезавтра. Я принесу от твоей мамы чистую одежду. Это поддержит твой дух, когда я с солдатами поведу тебя на суд, да и в самом зале. Ты выдержишь это, Аурелия?

— Да, — уверенно кивнула девушка, — только… только я не хочу, чтобы ты от меня уходил. С тобой мне ничто не страшно.

— Я душой всё время с тобой!

Гирос подошёл и крепко обнял её. Потом нежно поцеловал в лоб, но тут Аурелия приподнялась на цыпочки и потянулась к нему губами. Их уста соединились, сначала в нежном поцелуе, но руки девушки не хотели покидать крепкую шею её защитника, а губы стали жить своей особой жизнью. Наконец, когда воздуха в лёгких совсем не осталось, им пришлось отстраниться, чтобы вдохнуть, а затем и расстаться.

Глава 21

И вот Гирос с двумя гвардейцами ведёт арестованную на суд. Ещё вечером, инструктируя воинов заступающих на посты, приказал, чтобы утром ворота крепостной стены дворца не открывали. Во дворце находится сообщник преступницы, и он может попытаться сбежать, а поэтому никого без заранее подготовленных документов не впускать и не выпускать из дворца.

Рано утром Гирос принёс для Аурелии чистую одежду и небольшое зеркало. Дал ей возможность привести себя в порядок, а через некоторое время вернулся с конвоирами.

Во двор дворца высыпало много народу: слуги придворных, клерки министерств, часть из которых располагалось во дворце, а также работники и конюхи. Всем хотелось посмотреть на девушку, пытавшуюся убить самого короля. А посмотреть было на кого — Гирос, увидев её, выходящую из своей камеры, просто потерял дар речи. Платье Аурелии нежно-бежевого цвета прекрасно облегало стройную фигурку, подчёркивая её красивую, высокую грудь, а небольшой вырез декольте надёжно скрывал от посторонних взглядов. Чуть ниже талии платье расширялось, переходя в широкую, лежащую крупными складками юбку, почти касающуюся земли. На голове девушка соорудила интересную причёску — поднимающиеся вверх пряди издали казались короной.

Девушка шла с высоко поднятой головой, не обращая внимания на неприязненные взгляды. Кто-то из толпы выкрикнул бранные слова по отношению к арестованной, но Гирос так посмотрел на него, что тот замолк.

Наконец они вошли во дворец, прошли по коридорам и вышли в большой зал заседаний, где их ожидали. Гирос открыл дверь, пропуская арестованную вперёд, а конвоиры отправились назад. Зал не был полон, но и пустым его назвать нельзя. Напротив входа на специальном возвышении сидели за столом трое судей в своих традиционных мантиях. Слева, в королевской ложе, восседал Антипал, а рядом с ним — королевский маг и военный министр, дальше, слева и справа, амфитеатром сидели те, кому было позволено присутствовать на суде.

В центре зала стоял небольшой столик, на который подсудимая могла опереться. Стул ей не полагался. Как только они вошли в зал, со всех сторон раздались крики: «Убийца!», «Преступница!», «На виселицу её!» Судья подождал, пока все успокоятся, а потом постучал своим молоточком. В это время Гирос, стараясь делать всё незаметно, опутал магической решёткой все входы в порталы, через которые можно было сбежать из зала. Наконец воцарилась тишина и главный судья начал допрос подсудимой:

— Представьтесь суду: назовите ваше имя, фамилию, а также титул или звание, если они у вас имеются.

— Я принцесса Аурелия Ронтайская, — спокойным и уверенным голосом сообщила девушка.

«Ложь!», «Самозванка! «, «Ты ещё королевой назовись!», — закричали с разных сторон зала. Судье вновь пришлось дожидаться тишины, чтобы задать следующий вопрос:

— Вы назвали слишком высокий титул, чтобы суд принял его на веру. Не могли ли бы вы назвать свидетеля, кто готов подтвердить вами сказанное?

— Я предполагала, что суд не поверит мне на слово и поэтому пригласила человека, хорошо известного в нашем королевстве, в качестве свидетеля. Он находится за дверями зала и ждёт приглашения.

— Пригласите свидетеля, — приказал судья.

Гирос пошёл выполнять указания, а у самого бешено стучало сердце — он боялся, что за дверью не окажется друзей и королевы. На нервы ещё сильно действовал неодобрительный шум в зале. Но друзья, конечно же, были на месте. Королева вошла в открытые для неё двери, а за ней последовало шестеро боевых магов в своих мантиях, с полным набором оружия. В зале воцарилась мёртвая тишина, а потом почти все в один голос произнесли: «Королева!»

Судья хотел что-то сказать, но он так осип, что ему пришлось откашляться прежде чем задать следующий вопрос:

— Свидетельница, представьтесь пожалуйста суду, — с трудом произнёс он.

— Я — королева Эриона Ронтайская, вдова законного короля Милиана Второго, убитого его братом во время дворцового переворота. Надеюсь, это никто не будет отрицать. Да, я подтверждаю, что Аурелия — моя дочь и принцесса. В связи с возникшими обстоятельствами, предлагаю суду закрыть дело о неудавшихся покушениях принцессы на узурпатора власти Антипала Ронтайского и открыть дело по обвинению в вооруженном дворцовом перевороте и убийстве законного короля и его ближайших соратников. Жду решения судей.

Королева замолчала, зато в зале шум только разрастался. Кто-то кричал, отстаивая своё мнение, а другие пытались его утихомирить, кто-то попытался выйти из зала, но двери оказались заперты. Королевский маг попробовал открыть портал, но он не открывался. Он решил создать новый портал, но следящий за происходящим Гирос сказал:

— Господин королевский маг, не размахивайте зря руками. У вас и в молодости портал через раз открывался, а после того, как вы столько времени только готовые открываете, у вас точно ничего не получится. Тем более, что в данной ситуации даже очень сильный маг отсюда не выйдет — я перекрыл все возможности.

Маг посмотрел на него, но ничего не ответил, сел рядом с королём, а может уже и не королём. Это предстояло решить судьям. А решали они долго, ведь с таким сложным юридическим вопросом никому из них сталкиваться не приходилось. И даже претендентов никто из них вспомнить не смог. С одной стороны, на должность назначал их именно этот, пока ещё действующий король. Но почему он молчит? Значит они правы. Вдовствующая королева обвиняет Антипала, но пока это её слова против его, но он и не пытается отрицать! Почему он молчит? Ведь сила на его стороне! И подойдя к проблеме с этой стороны они поняли, что силы как раз у него нет. Военный министр сидит рядом, а где армия? Её нет, есть только охрана дворца, но она подчиняется герцогу Войлону, а он явно против короля — его родители погибли во время переворота. Да и будь рядом армия, что они бы сделали? Судьи прекрасно помнили, как этой зимой Войлон с двумя друзьями уничтожил многотысячную ораву орков. Значит, надо однозначно принять сторону королевы и магов, а то и они могут пострадать. Но для проформы всё-таки решили обратиться к королю.

— Выше высочество, — обратился к Антипалу главный судья, заведомо понижая его в ранге (как брат короля он остаётся принцем). — Что вы можете ответить на предъявленные обвинения? Можете ли вы опровергнуть их?

— Я ничего отвечать и опровергать не собираюсь, — с трудом поднявшись и дрожа от страха, промямлил Антипал. — Это всё бред выжившей из ума вдовы.

— Поскольку ответчик отказывается опровергать выдвинутые против него обвинения, суд постановил закрыть дело о покушении на короля и освободить принцессу Аурелию из-под стражи. Вы свободны и можете занять любое место в зале, — сообщил он Аурелии. — А так же открывается судебный процесс по делу о совершении дворцового переворота и убийства короля и его приближённых. Теперь мы готовы выслушать вас, Ваше Величество королева Эриона.

— Больше семнадцати лет я ждала этот миг и вот он пришëл, — начала свою речь Эриона. — В тот раз Милиан собрал самых умных, прогрессивных и умелых магов. Он собирался вложить большие деньги в развитие королевства. Но были люди, которых не интересовало развитие, им нужны были только деньги и власть. Они раздобыли артефакт, который полностью заглушает магию. Но даже этого они сделать не смогли, у сильных магов она только уменьшилась, но не пропала совсем. Для достижения своей подлой цели, они решили убить всех ночью, после пира, когда многие крепко спали. Убивали всех подряд, без исключения, не щадя никого — мужчин, женщин и детей. В живых остались только шесть этих мальчиков. Меня спасла Аурелия. Она заплакала ночью и я понесла её к кормилице. Я видела, как Антипал лично воткнул меч в грудь своего брата, моего мужа. Я не очень сильно владею магией, но мне удалось сделать невидимой себя, дочь и кормилицу, а потом открыть портал и уйти, прямо так, в ночной одежде. Я прошу высокий суд арестовать Антипала и его подручных, часть из которых находится в этом зале. Гирос, зачитай, пожалуйста, их имена.

Гирос стал читать, а его друзья направились к королевской ложе, где находились почти все преступники. Маги связывали им руки магическими кандалами и выводили в центр зала. Почти никто не пытался сопротивляться, но были и такие, что начинали кричать: «Я не виноват, меня заставили!», но никто их не слушал. Когда все подозреваемые были арестованы, суд вынес постановление о помещении их в темницу дворца. Главный судья сообщил, что с завтрашнего дня всех, кого подозревают, будет допрашивать судебный дознаватель, чтобы выявить виновников совершëнного и установить степень вины каждого. На этом заседание суда было закрыто.

Ребята повели арестованных в их новый дом, а Гирос немного задержался, пообещав скоро догнать. Просто он увидел такую картину: в центре пустого зала стояли обнявшись две женщины и горько плакали. Он подошёл к ним, покашлял, как бы говоря, что они не одни. Аурелия тут же оторвалась от мамы, тыльной стороной ладони вытерла слёзы и сказала:

— Гирос, не обращай на нас внимания, мы плачем от радости, а заодно жалеем, что папы нет с нами. А ты молодец — выполнил своё обещание, — она встала на цыпочки и поцеловала его в щёку. — Ты самый лучший! Я люблю тебя!

И вдруг осознав, что же она сейчас сказала, девушка покраснела и смущённо опустила глаза.

— Будем считать, что это тоже проявление радости, — сказал Гирос, поняв, что девушка испугалась, проявив свои чувства слишком открыто. А потом наклонился и шепнул на ушко. — Но я тоже тебя люблю! — и уже во весь голос продолжил. — Подождите тут, я устрою наших преступников и займусь вашим обустройством.

Получилось так, что всё высшее руководство было арестовано и Гиросу приходилось решать за всех. Так, по дороге в подземелье его перехватил какой-то работник и спросил, что делать с эшафотом, который по приказу короля они построили на центральной площади столицы. Оставлять его или сносить, и кто заплатит за работу? Гирос ответил, что сносить не надо, может пригодиться через пару недель, а за оплатой надо идти к казначею.

Разместив всех арестованных так, чтобы они не могли между собой переговариваться, Гирос наконец смог перекинуться несколькими словами со своими друзьями. Они были рады, что наконец смогли узнать всю горькую правду — кто на самом деле устроил переворот и виновен в смерти их родителей. Они решили ту загадку, которая не давала спокойно жить каждому из них. Осталось только довести дело до конца, а пока им предстояло налаживать жизнь во дворце. Там, как оказалось, пока царило безвластие: королева ещё не взошла на престол, а король — в подземелье. Чтобы никто не решил воспользоваться создавшейся ситуацией, каждый из друзей Гироса взял на себя определённый участок управления, как дворцом, так и королевством в целом. Центром временно стал Гирос, лучше всех разбирающийся в дворцовых проблемах, он мог подсказать решение.

Но начал Гирос с размещения королевы и принцессы. Им надо было просто где-то жить. Поместить Эриону в покои короля без уборки и специальной подготовки невозможно. Кроме того, там ещё должны провести обыск. Возможно, он прятал в тайниках какие-то важные документы со времён переворота. Немного поразмыслив, Гирос решил, что единственные апартаменты, соответствующие королевскому статусу этих женщин, были покои Лиззи. Там всё приспособлено и удобно для женщин, плюс светлая аура чистой и доброй девушки. Правда, там только одна кровать, но широкая и несколько дней мама с дочкой смогут поспать вместе. Вот туда Гирос и повел уже немного упокоившихся, но ещё вытирающих слезы, двух королевских особ. Затем он нашёл горничную и объяснил ей, кого поселил в покои Лиззи, попросил обслужить их, как полагается. Больше ничего говорить не пришлось. Новость о новой принцессе и королеве быстро разлетелась по всему дворцу.

Глава 22

Ночью Гироса разбудили, чтобы доложить, что какой-то дворянин требует немедленно выпустить его из дворца, а когда отказались открыть ворота, он схватился за меч. Пришлось стащить его с коня, на котором тот лихо гарцевал, угрожая стражникам, и обезоружить. Надо было идти разбираться с ним.

Как только Гирос зашёл в караульное помещение, где находился задержанный, тот набросился на него:

— Как вы смеете меня не выпускать?! Я маркиз Роланд. Уже двадцать лет работаю при дворце и ни разу меня не задерживали.

— Вы работали ещё при короле Милиане Втором? — спокойно спросил его начальник охраны.

— Да!

— И кем вы в то время работали?

— Тогда я был совсем молодым и работал простым клерком, а теперь я начальник управления…

— Сколько человек вы убили во время переворота? — перебил его новым вопросом герцог.

— Да как вы смеете! — начал возмущаться маркиз.

— Я смею, — вновь не дал ему договорить Гирос. — В ту ночь убили моих родителей. Отведите его в подземелье. Утром я с ним побеседую.

Больше он даже не взглянул на задержанного. Похвалил стражников за бдительность и отправился в свои покои.

Утром он заглянул в покои, где ночевали королева с принцессой. Поинтересовался, хорошо ли они устроились и не нужна ли какая-нибудь помощь, и при этом Аурелия с Гиросом так смотрели друг на друга, что понимающая мать сказала, что она что-то забыла в ванной и направилась туда. Но не успели они коснуться губами, как в дверь постучали и сообщили, что прибыл судебный дознаватель, которому требуется помощь. Гирос тяжело вздохнул, легонько коснулся плеча девушки и покинул покои.

Он вошёл в небольшую комнатку, расположенную рядом со спуском в подземелье, которую выделили дознавателю для допросов. Судебный дознаватель сказал, что прежде чем допрашивать обвиняемых, он хотел бы поговорить с кем-то из свидетелей тех событий, на что Гриос ответил, что единственным взрослым свидетелем является королева, но она вчера на суде рассказала всё, что видела. Он также сообщил о том, что вспомнил недавно, когда разблокировались его детские воспоминания.

— Скажите, а где можно посмотреть исторические документы тех времён? — продолжал выяснять дотошный следователь. — Не может же быть, что не сохранилось никаких свидетельств этого переворота.

— Поскольку меня очень интересовал вопрос, как погибли мои родители и кто в этом виноват, то во время учёбы я перерыл всю королевскую библиотеку в поисках ответов, но ничего не нашёл, — ответил Гирос, — их либо вообще не было, либо кто-то очень тщательно всё подчистил.

— Как вы думаете, — не отставал дознаватель, — а где могут быть спрятанные документы?

— Ну, разве что в покоях короля, — предположил Гирос.

— Так давайте попробуем поискать их вместе.

Они отправились в королевские покои. Вход в них был опечатан ещё вчера и у дверей стоял охранник из гвардейцев дворцовой стражи. Он без вопросов пропустил своего начальника, а у представителя суда попросил представить документы, подтверждающие его полномочия. После этого они вдвоём прошли. Следователь начал обыск. Чувствовалось, что он делает это не в первый раз — очень быстро и чётко пробегал пальцами по всем закоулкам, ящикам и полочкам. Трудно сказать, сколько времени ему на это понадобилось, но наконец он сказал:

— Я ничего не нашёл. Может вы попробуете с помощью магии поискать скрытые тайники или полости в стенах, где можно что-нибудь припрятать?

Гирос напряг своё магическое зрение. Он заметил, что после раскрытия резерва, его силы значительно увеличились и любое действие даётся с непривычной лёгкостью. Вот и сейчас, стоило ему пробежать взглядом по стенам комнаты, как за огромным массивным шкафом он заметил полость. Не долго думая, с помощью магии он приподнял этот шкаф и отодвинул его в сторону. Глаза у дознавателя стали круглыми от удивления. Но ещё больше удивился, увидев в открывшейся нише в стене несколько десятков свитков. Раскрыл первый их них и понял, что они нашли золотую жилу.

Оба схватили по свитку и начали быстро читать. Так они провозились до темноты, иной раз выхватывая друг у друга продолжение того, что читали. Там было написано как возникла идея переворота. Автором её был уже арестованный королевский маг. Он вышел на продавца артефакта, сильно снижающего магические способности. Вот тогда они и разработали план переворота. Никаких наёмников, о которых всё время распускали слухи, не было. Существовал список участвовавших в перевороте. Это были самые низшие из работников различных служб дворца. Всем им были обещаны хорошие должности в случае успеха. Всего, кроме самого Антипала, участвовало двадцать четыре человека. Из них трое погибли от магического удара мальчика и двое легко ранены. Был разработан чёткий план — кто в чьи покои или комнаты входит. Немного поработав, они уже точно знали, кто из нападавших кого убил. Кто убивал и детей, а кто пожалел, кто участвовал в надругательствах над жёнами и дочерями аристократов, а кто убивал их сразу.

Когда боевой маг и начальник дворцовой стражи герцог Войлон выходил из покоев короля, дознаватель поддерживал его, чтобы тот не упал. А в глазах этого парня был такой ужас, что на него было больно смотреть. Он никак не мог понять и осмыслить, на что же смогли пойти эти люди ради власти и ради денег.

Выпив воды и немного придя в себя, Гирос по магической связи связался со своими друзьями и рассказал в нескольких словах, какие материалы они нашли.

Дознаватель же немедленно сел на коня и поскакал докладывать главному судье об этой находке. Покои короля, где так и остались лежать эти свитки, были опечатаны двойной магической защитой, да так, что даже мышь, попавшая туда, не прожила бы и нескольких мгновений. Ребята собрались в покоях Гироса, чтобы просто поговорить, никто не мог оставаться один.

Аурелия, узнав о том, какая тайна раскрылась, тоже прибежала туда. Она сидела и обнимала Гироса, совершенно не смущаясь его друзей. Им принесли несколько бутылок вина, чтобы помочь расслабиться. По своим комнатам разошлись только за полночь.

На утро они получили сообщение об экстренном закрытом заседании суда. Но к началу заседания надо было найти участников, которые ещё не были арестованы. Оказалось, что их не так и много на свободе. Просто за эти семнадцать лет некоторые уже покинули этот мир, но пятерых всё-таки нашли и арестовали.

В то же утро, как раз когда боевые маги задерживали последних спрятавшихся участников переворота, прибыли два судебных писаря и попросили закрыть их в отдельном помещении, чтобы они могли в безопасности подготовить материалы для экстренного судебного заседания. Гирос поместил их в одной из комнат для отдыха гостей. Запечатав её магическим заклинанием, так же он наложил заклинание на свитки, с которыми собирались работать писари. Теперь их невозможно было не вынести из комнаты, ни уничтожить.

Ровно в в три часа пополудни началось судебное заседание. В зал привели всех шестнадцать участников переворота, доживших до этих дней. Их посадили слева от судей. Руки и ноги каждого были скованы магическими кандалами, и стерегли четверо гвардейцев из охраны дворца.

Справа сидели королева с принцессой и шесть магов — детей погибших аристократов. На этот раз они не надели традиционную мантию, а предпочли гражданскую одежду, но с притороченным к поясу мечом. Когда главный судья предложил им сдать оружие, чтобы в порыве ненависти не убить обвиняемых, Гирос ответил за всех:

— Ваша честь, если бы мы хотели их убить, то сделали бы ещё вчера. Но каждый из нас сдерживает себя, чтобы свершилось правосудие. Преступники должны быть наказаны по закону. Надеемся, что это войдёт в историю королевства и будет назиданием тем, кто когда-нибудь ещё раз захочет добиться власти, убивая короля и его приближённых. Кроме того, каждый из нас может убить, не приближаясь к ним, но мы этого не сделаем.

Судья не стал с ними спорить и начал заседание. Судебные писари проделали немалую работу. Теперь в руках правосудия имелись все данные — кто планировал и организовывал переворот. Это были брат короля и его два друга, которые получили должности королевского мага и военного министра. Так же был чёткий список, кто кого убил, кто участвовал в надругательствах над жёнами и дочерьми убитых, и лишь потом убивал женщин. Когда зачитывали имена тех, кто убил родителей присутствующих в зале парней, они только скрипели зубами, но не двигались с места, хотя у некоторых из них текли по щекам слёзы. Тяжелее всего пришлось графу Тивону Настуну, когда он узнал, что у него была старшая сестра, которую тоже изнасиловали и убили. Убийцей оказался маркиз Роланд. Не зря он так рвался покинуть дворец. В документе также были названы имена троих, которые никого не убили, а только участвовали в надругательствах над женщинами. На этих вообще было противно смотреть.

После того, как был зачитан этот страшный документ, судья предоставил каждому обвиняемому сказать несколько слов в своё оправдание. Некоторые просто признали свою вину, кто-то утверждал, что его заставили участвовать в этом. Один из насильников, пытался доказать, что просто спьяну решил развлечься с женщиной и не думал, что её после этого убьют.

Король сообщил, что Милиан сам виноват, он не хотел прислушиваться к доводам младшего брата. Тратил деньги казны на никому ненужные проекты улучшения жизни жителей королевства, а Антипалу отказывал в покупке новой кареты или украшенного самоцветами меча. Именно поэтому он и решил забрать причитающееся ему силой.

Выслушав всех, главный судья закрыл заседание и взял три дня на обдумывание и вынесение приговора каждому из участников это переворота.

Все выходили из зала под натиском груза свалившейся на них информации. Боль была просто невыносимой. Гирос мечтал поскорее добраться в свои покои, упасть и забыться сном. Но его ждало ещё одно тяжёлое испытание. Только он вышел в коридор, на него набросилась Лиззи. Она была в мужской дорожной одежде с растрёпанными волосами и вся в слезах. Увидев Гироса, она набросилась и стала бить кулачками по его груди, плача и крича:

— Гир, как ты мог так поступить?! Как мог пойти против моего отца?!

Пришлось Гиросу аккуратно взять её за руки и, не давая вырваться, отвести в безлюдное место, чтобы попытаться успокоить и, по возможности, всё объяснить.

— Успокойся, девочка, лучше расскажи, как ты попала сюда? Ведь графство Нимор довольно далеко от столицы, — попытался отвлечь её Гирос.

— Как только узнала, что папу арестовали, я вскочила на коня и почти сутки без остановки скакала, чтобы успеть освободить своего папочку. Расскажи мне, что произошло?

— Произошло это давно, ещё до твоего рождения. Твой отец со своими друзьями устроил дворцовый переворот. Он убил своего брата и многих его друзей и подданных, а сам захватил трон. Вот сейчас это дело раскрылось. Ты даже не представляешь, сколько было убийств и насилия. Вот только недавно нам зачитали всё, что происходило в ту ужасную ночь.

— Гир, но ты же всё можешь, спаси моего папу!

— Лиззи, скажи, ты бы стала спасать человека, если бы точно знала, что он воткнул меч в грудь твоей мамы, убивая её?

— Что! — глаза у девушки округлились. — Он убил твою маму?

— Да, Лиззи, это факт. Пойми, ему нет прощения, хотя тебе это очень тяжело принять. Пойдём, лучше я познакомлю тебя с твоей двоюродной сестрой. Это дочь короля Милиана Второго. Думаю, вы найдете общий язык.

Глава 23

Утром Гирос встал, как обычно, но толком даже не помнил, как добрался до постели. Единственное, о чём он хорошо помнил, что познакомил Лиззи с Аурелией. Девушка, быстро сообразив, кто такая Лиззи и, понимая как ей сейчас тяжело, сходу принялась окружать свою кузину заботой. А у Гироса сегодняшний день не обещал быть лучше вчерашнего, так что надо скорее вставать и приниматься за дела, и что его ждёт — он ещё не знал.

А вот одеться быстро не получилось — к одежде аристократов он ещё не приспособился, хорошо, что хоть горничная позаботилась о чистой рубашке. Рубашек у него явно не хватало, придётся докупить, да и вообще, надо будет серьёзно заняться своим гардеробом. Они с друзьями решили больше не надевать мантию боевых магов, в которой они давали присягу королю-убийце. Форму гвардейца охраны дворца Гирос себе не заказывал, а теперь, когда все решили уйти со службы, возможно и не станет её шить.

Наконец он справился с одеждой, вышел за дверь и быстрым шагом направился по коридору, чтобы выйти из спального крыла. Когда проходил мимо покоев принцессы, дверь резко открылась и оттуда быстрым шагом вышла Аурелия. Молодые люди столкнулись и, увидев друг друга, рассмеялись.

— Ты специально подкарауливала меня, чтобы сбить с ног? — не прекращая смеяться спросил Гирос.

— Сам небось ждал под дверью, чтобы встретиться, — отшутилась девушка.

— Не ждал, но очень рад, что встретились. Ты куда так бежишь?

— Я тоже рада, — она нежно коснулась плеча парня. — Я иду к Лиззи, девочка ночевала в покоях своего отца. Там уже начали менять обстановку, мама распорядилась. Так что Лиззи спала на новой кровати, но боюсь, что утром ей будет тяжко находиться одной.

— Да, бедная девочка! Она то ни в чём не виновата, а горе тяжело ляжет на её плечи. Пойдём вместе. Мы до сих пор были с ней в дружеских отношениях.

Когда подошли к королевским покоям, Аурелия постучалась и заглянула туда, убедившись, что Лиззи уже одета, позвала Гироса. Бывшая принцесса, а теперь графиня Нимор, встретила их вымученной улыбкой. Она не плакала, но глаза были красными и припухшими, от вылитых за ночь слёз. На ней было простенькое платье, как видно, найденное в её старых вещах, не взятых с собой при отъезде. Она тут же вскочила им навстречу и спросила:

— Гир, ты дашь мне пообщаться с папой? Я хочу лично услышать от него, виноват ли он и в чём.

— Конечно, разрешу вам пообщаться. Если готова, то можем пойти прямо сейчас.

— Идём, — Лиззи взяла его за руку и потянула на выход. — Аурелия, извини, что я его забираю, но мне это очень важно!

— Конечно, я всё понимаю, идите, — тут же согласилась принцесса, но по её глазам было видно, что она не хочет отпускать парня.

— Я тебя найду, как только освобожусь, — пообещал он.

До входа в подземелье они шли молча. Только Лиззи иногда не то вздрагивала, не то всхлипывала, отворачиваясь в другую сторону, чтобы Гирос в этот момент не видел её лица. Прежде, чем впустить её к арестованному, надо было заполнить официальное разрешение на это. А тут ещё стражник напомнил, что посетителей полагается обыскивать. Гиросу не хотелось подвергать Лиззи такому унижению, он проверил её магическим зрением и сказал:

— У графини ничего с собой нет, пропусти её. Лиззи, я не буду ограничивать тебя во времени, когда закончишь разговор, постучишь и тебя выпустят.

Девушка вошла в камеру и увидела отца, сидящего на деревянном лежаке, покрытым соломой, низко опустив голову. Услышав звук открывающейся двери, он посмотрел в её сторону и резко подскочил навстречу.

— Лиззи, что ты здесь делаешь? — спросил, крепко прижимая дочку к себе. — Неужели тебя тоже арестовали?

— Никто меня не арестовывал, я сама прискакала сюда, чтобы узнать, что тут происходит. Скажи мне, это правда, что ты убил своего старшего брата и его самых преданных вассалов вместе с их семьями, чтобы занять трон?

Антипал обречeнно кивнул и потом долго молчал. Лиззи села рядом с отцом, терпеливо стала ждать, что он ей расскажет. Наконец он заговорил:

— В то время я был молод, мне хотелось развлекаться, гулять. Мне нужны были самые быстрые кони, красивая карета, но Милиан не всегда позволял тратить на это деньги из казны. Я увлёкся азартными играми, опять нужны деньги, а их стало совсем не хватать. Милиан узнал об этом, вызвал к себе. Он долго и нудно читал мне нотации, а под конец пообещал отправить в старый родовой замок, чтобы оторвать меня от плохо влияющих друзей. А в это время я познакомился с твоей мамой. Ей ещё пятнадцати не было, ну а мы, сама догадайся, чем занимались. Не зря же твоя бабушка так меня не любит, считает, что я совратил её невинную дочку. Я прекрасно понимал, что если об этом узнает Милиан, то точно нас разлучит и загонит меня в какую-нибудь Тмутаракань. Один из моих друзей — маг-недоучка, как мы его называли, предложил купить артефакт, который полностью отключит у всех магические способности на территории дворца и с помощью этого мы сможем избавиться от опеки и надзора старшего брата. Я стал собирать команду. Решили устранить и ближайших сторонников короля. Для этого выбрали момент, когда они приехали к Милиану для решения каких-то важных вопросов. Самой удачной посчитали ночь после пира, когда все будут пьяны и крепко уснут. Я не ожидал, что это выльется в такую резню. После первых убийств мои дружки впали в раж. Они творили такое, что до сих пор страшно вспомнить! Остановить их я уже не мог, боясь, что они заодно и меня убьют.

— Скажи, а это правда, что ты лично убил своего брата, маму Гироса и ещё несколько человек? — поникшим голосом спросила Лиззи.

Антипал кивнул и продолжил, немного меняя тему:

— Я был почти сразу наказан за это. Многие герцоги отказались признать меня королём. Пришлось силой заставлять их подчиниться. Но если те, чьи земли были близким к королевским, испугавшись моих угроз всё-таки подчинились, то четыре пограничных герцогства так и не присягнули мне на верность. Все эти годы я боялся, что они объединятся и свергнут меня. Прошло несколько месяцев, пока всё как-то улеглось. Но тут новый удар — твоя мама сообщила, что она беременна. Пришлось срочно жениться, несмотря на возмущение её родителей. Но оказалось, она была слишком молода для беременности и не выжила после родов. Да и ты долго болела. Потом выяснилось, что в королевстве почти не осталось сильных магов. Те, что не присутствовали на том пиру, были либо стары, либо больны. Многое стало невозможным. Маг-недоучка умел открывать только постоянные порталы, созданные при Милиане, а новые у него редко получались и были очень неустойчивыми. У шестерых мальчиков, выживших в эту ночь, оказались большие магические возможности. Я поместил их в королевский приют, чтобы вырастить их преданными мне воинами. Но всегда боялся, что они узнают правду о смерти их родителей. Первые годы мне даже снилось, что они нападают на меня. Но вот всё-таки кто-то им поведал историю тех событий, а значит меня ждёт расплата. Я ничего не могу поделать. Судьи вынесут свой вердикт. А ты не оставайся здесь, незачем тебе видеть то, что произойдёт.

Лиззи прижалась к отцу и разрыдалась, каждый раз повторяя: «Как ты мог… как ты мог…».

Постепенно поток слёз остановился, ещё всхлипывая, она попрощалась со своим отцом, затем постучала в дверь, чтобы её выпустили. Потом долго бродила по двору, сама не понимая, куда шла и что делала. Остановилась Лиззи только тогда, когда открылся портал и перед ней возник Гирос.

— Ты куда подевалась? — спросил он. — С трудом тебя разыскал, даже я никогда не забирался так далеко, в какие-то дебри дворцового сада. Пойдем, я отведу тебя к Аурелии. Это она попросила меня разыскать свою кузину.

Лиззи молча, с полным безразличием к происходящему, пошла с Гиросом в мерцающий зеленью проём, и они оказались во дворце.

— Извини, что не пришёл забрать тебя из подземелья, но нас — боевых магов, собрала королева Эриона. А потом я выполнял её указания. Вот только что освободился, — сказал Гирос, подходя к двери в покои принцессы. Он постучался и, получив разрешение войти, открыл дверь и пропустил Лиззи внутрь. — Аури, ты сможешь уделить мне некоторое время после ужина? — спросил он принцессу.

— Да, конечно, буду ждать тебя, — с улыбкой ответила девушка. — Спасибо, что нашёл Лиззи. Пока!

— До вечера! — Гирос исчез за дверью.

У Гироса в этот день действительно было очень много дел. Только он отвёл Лиззи на встречу с отцом, как прибежал посыльный и сказал, что королева Эриона собирает всех боевых магов в малом зале приёмов. Он, так и не дойдя до места службы, направился туда. Только по дороге, увидев одного из гвардейцев, сказал ему, чтобы тот передал Этлину, что временно руководство охраной дворца на нём.

В малый Гирос зашёл последним.

— Ну вот, все в сборе, — сказала Эриона, сидящая в том же кресле, в котором любил сидеть Антипал. — Мальчики мои, хочу поблагодарить вас за поддержку меня и моей дочери. Да, конечно, наши интересы сошлись — вы, как и я, хотели найти и наказать преступников, убивших моего мужа и ваших родителей. Мы все очень хотим, чтобы справедливость наконец-то восторжествовала. Поэтому так ждём решения судей. Но без вашей поддержки я бы ничего не добилась. Ещё раз огромное спасибо. Я вижу, что вы сняли мантии боевых магов и понимаю, что не хотите больше служить. Но очень прошу вас остаться во дворце ещё на месяц или два, чтобы я смогла расставить достойных людей на освободившиеся места и утвердится на троне. А тебя, Гирос, хочу попросить дослужить ещё год, ведь ты единственный, который сможет руководить охраной дворца в это сложное время. Если ты сумел поймать мою дочь, значит во дворец и мышь не полезет! За это время ты подготовишь себе замену и сможешь вернутся в своё герцогство, если захочешь. Ну что скажете, ребята?

Маги мысленно пообщались друг с другом и Айприл сказал за всех:

— Мы готовы служить вам, Ваше Величество, столько, сколько понадобиться.

— Тогда пока все свободны, а для Гироса у меня есть особое задание, задержись ещё ненадолго, — дождавшись, когда двери за ребятами закрылись, Эриона продолжила. — Гирос, я хочу, чтобы ты связался со всеми герцогами-отступниками, как их здесь называли, и передал им, что Антипал арестован, а королева Эриона просит поддержать её становление на престол. Для этого я дам тебе магический канал для связи с Талем Казинским, а он уже поможет поговорить с остальными. У вас с герцогом, кажется, сложились хорошие отношения.

— Будет сделано, Ваше Величество, — чётко по-военному ответил Гирос.

— И ещё, мальчик мой, когда мы без посторонних, обращайся ко мне по имени, пожалуйста.

— Хорошо, Эриона, — сказал он, не совсем понимая, за что удостоился такой чести.

Пообщаться с каждым из четырёх герцогов оказалось довольно сложно. Только благодаря силе его магии удавалось удерживать связь так долго, чтобы успеть рассказать всё, что случилось в последние дни. А ведь каждый из них хотел знать мельчайшие подробности произошедших событий. Герцоги выражали радость и обещали поддержку королеве. Они собирались в ближайшее время прибыть во дворец, чтобы принести ей клятву верности.

Когда Гирос уселся за ужин, он был «выжат, как лимон». Но хорошая еда и предвкушение скорой встречи с Аурелией вернули ему силы. После трапезы он направился к покоям принцессы.

Глава 24

Только Гирос подошёл к покоям Аурелии, как двери распахнулись и девушка повисла у него на шее.

— Я так соскучилась по тебе, что уже не было сил ждать, — сказала девушка, целуя его в щёку.

— Да, я тоже сильно скучал по тебе. Эти дни такие насыщенные, вроде и видимся, но поговорить, пообщаться — нет возможности. Как хорошо было, когда ты сидела у меня в клетке, мы почти всю ночь могли спокойно беседовать.

— Но-но, герцог! Вы забыли, что разговариваете с принцессой? — с наигранной серьёзностью и улыбаясь ответила Аурелия.

— Извините, Ваше Высочество! Окажите честь прогуляться со мной на свежем воздухе.

— Ладно уж, на первый раз прощаю! — они оба прыснули от смеха. — И куда мы пойдем? — спросила девушка, опираясь на подставленную руку Гироса.

— Хочешь, я покажу тебе свой любимый уголок королевского парка?

— Конечно хочу, но только сейчас уже темно и мы ничего там не увидим.

— Ну… скоро взойдёт луна и там, в еe свете, всё будет очень красиво. А пока можем включить магическое зрение.

— А как это сделать? — спросила Аурелия.

— Очень легко, ты же владеешь магией. Просто повторяй за мной.

Он стал произносить слова заклинания, а девушка повторяла и вскоре воскликнула:

— Ой, как хорошо всё видно!

Так, под руку, они и направились в сторону парка, болтая о том, как она мало умеет при её отличных магических способностях. Гирос обещал научить её всему, чего ей хочется.

Но тут он вспомнил о Лиззи и спросил:

— Скажи, как там Лиззи? Тебе удалось как-то её успокоить?

— Теперь она чересчур спокойна: лицо ничего не выражает, кроме печали. Попросила выделить ей другую комнату, поменьше. Не хочет находиться в покоях отца. Говорит, что он виноват и в смерти её мамы. Я предложила ей завтра же поехать домой. Дадим карету, чтобы отвезли её к мужу, но она хочет дождаться решения суда.

— Вот уже и луна взошла. Посмотри, как всё изменилось! — стал восторгаться Гирос, отвлекая девушку от грустных мыслей. — Скоро мы дойдём до моего любимого места.

И действительно, пройдя ещё пару сотен шагов, они вышли к пруду, в котором отражался лунный диск. Сели на любимый камень Гироса, он обнял Аурелию за талию и прижал к себе. Некоторое время сидели молча, любуясь природой, слушая песни лягушек и наслаждаясь близостью друг к другу. Потом Гирос посмотрел девушке в лицо. Их взгляды встретились, а губы потянулись, медленно сошлись в нежном поцелуе и утонули в нём. Как будто пили сладкое вино и пьянели от удовольствия. Время для них остановилось, звуки исчезли. Были только он и она и радость душевного единения.

Наконец, когда воздух в лёгких закончился и они отстранились, чтобы отдышаться, Гирос сказал:

— Как мне хорошо с тобой! Знаешь, даже когда я получил первый «подарок» от тебя, во мне не было ни злости, ни ненависти. Я сразу почувствовал, что стреляла девушка и поразился её смелостью и непреклонностью. А кроме того, возникло ещё какое-то чувство, даже не могу описать словами. Может быть нежность?

— А почему ты говоришь «первый подарок»? Разве были ещё? — спросила Аурелия.

— Вот второй подарок, — он порылся во внутреннем кармане своего камзола и вынул обрывок розовой ленточки.

— Ой, это же моя ленточка, я случайно порвала, когда второпях складывала вещи, уходя из Форена. Ох, как же я тебя ненавидела тогда! Считала предателем. Я же и подумать не могла, что ты не знаешь, кто убил твоих родителей.

— Ненависть твою я чувствовал, но почему-то не сердился. Третий «подарок» мне отдала Лиззи — это стрела, которой ты ранила её в плечо.

— Бедная девочка, — вздохнула Аурелия, — тогда она не за что пострадала. Говорят, ты смог её спасти.

— Да, но в тот момент я тебя зауважал. Наплетено было всё неправильно, но работало! Сделай я небольшую ошибку — не спас бы её.

— Слушай! — глаза у девушки округлились от страха. — Я сейчас подумала, что если бы тогда убила тебя, как бы смогла жить после этого? Ты же мне нужен!

Гирос улыбнулся такому искреннему проявлению чувств и ласково ответил:

— Но я жив и рядом с тобой, моя Аури! Знаешь, уже поздно, пошли спать, да и твоя мама, наверное, заждалась свою дочку с первого свидания. Кстати, она сегодня сказала, что когда рядом нет посторонних, могу обращаться к ней по имени. Ты не знаешь, почему?

— Кажется, я догадываюсь, — немного подумав, ответила она и улыбнулась, — но пока тебе не скажу.

Гирос пожал плечами и открыл портал в жилое крыло дворца.

* * *

Следующий день у Гироса был менее суматошный, но всё равно забот хватало. Утром он сам произвёл развод стражников. Во время инструктажа постарался доходчиво разъяснить, что происходит во дворце, да и в королевстве в целом. Теперь воины понимали, кому они служат и кого должны охранять.

Только гвардейцы разошлись по постам, как один из них прибежал назад и сказал, что какой-то граф требует пропустить его во дворец и просит позвать начальника охраны, который точно ему разрешит. Гирос подошёл к воротам. Выглянув в смотровое окошко и увидев Дира Нимора, приказал пропустить графа.

Дир въехал в ворота, тут же соскочил с коня и подошёл к Гиросу и, даже не поздоровавшись, спросил, где его жена.

— Не знаю, — спокойно ответил Гирос, — где-то во дворце, а что случилось?

— Мне сказали, что Лиззи арестована, и что именно ты вёл её в подземелье.

— Да, я вёл её туда, но не как арестованную, а на встречу с отцом. Оставь коня, его отведут в конюшню, и мы пойдем искать твою суженную.

Лиззи нашлась быстро, она была в покоях Аурелии, где кузина пыталась хоть как-то вывести её из состояния подавленности. Увидев мужа, она грустно улыбнулась и спросила:

— Зачем ты сюда приехал, Дир?

— Мне сказали, что тебя арестовали, я бросил всё и примчался сюда, — ответил он.

— Нет. Ко мне здесь все очень хорошо относятся, а дело совсем в другом. Идём в мою комнату, я тебе всё расскажу, — она взяла мужа за руку и повела к себе.

Оставшись наедине, Аурелия с Гиросом не упустили возможность расцеловаться, и лишь только после этого парень сказал:

— Аури, попытайся вместе с Диром уговорить Лиззи завтра утром поехать домой, не дожидаясь приговора суда. Там же всё ясно, зачем ей это слышать?

Гирос побежал на службу. Его рабочий стол был завален прошениями на въезд и выезд из дворца. Надо начать разбираться и он занялся обычном для него делом.

Разделавшись наконец с бумажной волокитой, Гирос решил пойти немного перекусить, ведь уже было далеко за полдень. По дороге к дворцу он заметил сидящих на скамейке Лиззи и Дира, которые ожесточённо о чём-то спорили. Это его даже немного обрадовало — Лиззи не была безразлична ко всему, а спорила. Но всё-таки решил вмешаться и успокоить ссорящихся супругов.

— Гир, ну объясни ты ей, что совсем нет смысла дожидаться приговора суда, — обратился за поддержкой Дир, когда герцог приблизился к ним.

— Да, Лиззи, твой муж прав. Никакого чуда не произойдет, мои родители и все погибшие в ту ночь не воскреснут, а значит решение суда будет однозначным. Не думаю, что тебе будет приятно его услышать.

— Ну как вы не понимаете! — возмутилась Лиззи. — Я хочу сама услышать от судей, скольких человек убил мой отец лично, и что он скажет в своё оправдание. Может он считал, что таким образом спасал королевство от засилья магов? Ну должно же быть какое-то объяснение, кроме того, что он хотел завладеть властью и казной.

— Не думаю, что Антипал попытается как-то оправдаться. Не двигали им никакие благородные идеи, только алчность. Но если ты хочешь услышать всё своими ушами, то готовься к сильному разочарованию. Мы постараемся тебя поддержать и помочь справиться с потрясением, но и при этом будет очень даже нелегко. Дир, оставь её, пусть сама решает, что ей делать. Наверное, я смогу предоставить ей возможность попрощаться с отцом, если не будет запрещающего вердикта суда.

Гирос продолжил свой путь, надеясь, что помог разрешить их спор, но настроение у него сильно испортилось. А потом и совсем упало, когда заглянув в покои Аурелии, не застал её там. Пошёл обедать, но ел с неохотой, без аппетита. Выйдя из столовой случайно увидел королеву и решил подойти к ней.

— Здравствуйте, Эриона! — поздоровался Гирос по-дружески, поскольку она шла одна. — Вы не знаете, где сейчас Аурелия?

— Она сейчас занята — занимается подбором работниц. Королеве и принцессе нужны служанки и фрейлины. Вот она и беседует с кандидатками.

— Спасибо! Тогда не буду ей мешать, — улыбнулся Гирос.

— Я скоро её увижу, может что-нибудь передать?

— Нет, не буду вас утруждать, — засмущался парень.

— Гирос, ну что ты как ребёнок? Говори, я же знаю, что вы встречаетесь. У дочки от меня секретов пока нет.

— Тогда скажите Аури, что я приду к ней, как вчера.

— Только и всего? Не волнуйся, она и так ждала бы тебя, — улыбнулась Эриона.

Глава 25

В день суда беготня началась с самого утра. Желающих присутствовать при оглашении приговора оказалось слишком много. Поэтому заседание решили провести в большом зале приемов, а там ничего не было готово. Самым курьёзным было то, что для судей и зрителей места имелись, а вот куда разместить сразу шестнадцать подсудимых — никак не могли решить. После долгих споров решили посадить их на первый ряд перед судьями и оградить от зрителей магическим куполом, через который всё видно и слышно, но даже иголку невозможно просунуть. Созданием этого купола занялись Самит и Тивон. Потом Гирос должен был на всякий случай проверить надёжность защиты.

Народ стал заполнять зал задолго до начала заседания, каждый старался расположиться так, чтобы хорошо видеть всех участников этого события. Приехало много аристократов из соседних со столицей герцогств и графств. Гиросу и его службе пришлось работать в самом быстром режиме.

Но вот наконец прибыли судьи. Королева с дочкой и пятеро боевых магов заняли королевскую ложу, а Гирос отправился за подсудимыми, чтобы привести их на суд. Когда он с отрядом стражников ввёл их и стал высаживать на приготовленные места, в зале поднялся невообразимый шум. Со всех сторон звучали как слова осуждения, так и поддержки арестованных. Не обращая на это внимания, начальник стражи проследил, чтобы все расселись, а потом закрыл защитный купол, отделяющий подсудимых от остальной публики. Сам же Гирос проследовал в королевскую ложу, где сидели потерпевшие — ведь именно их родные были убиты.

Наконец, прозвучало: «Встать, суд идёт». Шум потихоньку затих и трое судей уселись за большой стол, стоящий на возвышении напротив подсудимых.

Главный судья стал зачитывать перечень совершённых преступлений. Он поднимал одного за другим и называл имена убитых или изнасилованных им. А потом спрашивал, может ли подсудимый опровергнуть сказанное или признаётся в содеянном.

Первым отвечал Антипал. Лиззи была в шоке, когда он признался в убийстве трёх мужчин и двух женщин, правда, в насилии участия он не принимал. Дальше она уже не слушала, а просто тихо заливалась слезами.

Когда последний подсудимый признался в своих преступлениях и сел на своё место, в зале повисла звенящая тишина. Каждый присутствующий пытался понять и оценить то, что произошло в ту безумную ночь переворота. На руках некоторых, совсем недавно уважаемых людей, была кровь не только взрослых, но и детей.

Выждав некоторое время, главный судья начал оглашать приговор. Опять перечислялись все злодеяния каждого и назначалась мера наказания. В итоге, тринадцать человек были приговорены к смертной казни. Поскольку все они были аристократами, то их ожидала гильотина. Трое же, которые сами не убивали, а только участвовали в надругательствах над женщинами, были лишены всех титулов и званий и приговорены к пятнадцати годам каторжных работ на рудниках королевства.

После этого второй судья попросил присутствующих не покидать своих мест, пока преступников не выведут из зала. Гирос пошёл выполнять свою миссию.

Люди выходили с опущенными лицами и глазами, с тяжёлым чувством, многие плакали, ведь никто из родственников не знал, каким образом их мужья или отцы добились столь высоких постов в королевстве. Расплата была жестокой, но никто не мог оспорить её справедливость.

Когда почти все разошлись, Аурелия подошла к всё ещё сидящей в слезах Лиззи и сказала:

— Я понимаю, Лиззи, как тебе сейчас тяжело. Ты тоже становишься сиротой, но знай, что у тебя есть семья. И я, и моя мама всегда готовы быть рядом и поддерживать тебя. Кроме того, у тебя прекрасный муж, и он поможет пережить этот страшный удар.

Графиня Нимор лишь грустно улыбнулась и благодарно кивнула головой. Дир помог жене подняться и повёл её к выходу. Аурелия пошла на помощь к своей маме, которую окружило большое количество аристократов, желающих узнать кое-какие подробности, или выразить свою поддержку королеве. Девушка прекрасно понимала, что далеко не все довольны сменой власти, но пытаются показать обратное.

Приговор суда, осудивший Антипала и полностью лишивший его всех прав, как бы запустил какой-то механизм. Если раньше Эриону и называли королевой, но серьёзно к ней никто не относился, то теперь стало ясно, что именно она будет править королевством и её ждала очень ответственная работа — предстояло назначить новых людей взамен арестованных. Каждый пытался показать себя с лучшей стороны, надеясь на тёплое место при дворе.

Сразу после суда, переговорив с приехавшими аристократами, она не стала заниматься подбором кандидатур на новые должности, сказавшись на усталость, но на следующий день к ней на аудиенцию записалось несколько десятков человек. По совету Гироса, Королева взяла себе в помощники герцога Айприла Перетона. Он из всех ребят был самым сильным менталистом.

На следующий день Айприл присутствовал во время общения Эрионы с кандидатами на ту или иную должность, но не участвовал в разговоре, а просто что-то записывал. Когда же беседа заканчивалась, и соискатель выходил, Айприл передавал королеве запись мыслей собеседника. Это очень помогало понять, насколько искренен человек, желающий получить должность при дворе.

На Гироса свалилась подготовка к коронации Эрионы. Хотя она не собиралась делать пышный праздник, но вассалы должны присягнуть на верность королеве, а значит каждому надо будет приехать во дворец. Кто и когда приедет, регулировал начальник охраны. Хорошо, что размещением приезжих занимались другие службы, он только давал им списки. У принцессы тоже было много дел. Но когда вечером Гирос приходил к ней, чтобы пойти погулять, они оба забывали про усталость и готовы были быть вместе всю ночь напролёт. С каждым днём их поцелуи становились более страстными и жаркими.

Но они не только целовались, приходилось заниматься и менее приятными делами. Только через три дня после вынесения приговора Аурелии с Гиросом удалось уговорить Лиззи отправится с мужем в своё графство. Сначала начальник стражи устроил ей свидание с отцом. После этого на бедную девушку было жалко смотреть. Но потихоньку, окружённая заботой и сочувствием со всех сторон, она взяла себя в руки, и они с Диром покинули дворец.

Через несколько относительно спокойных дней во дворец стали съезжаться представители аристократии из ближайших герцогств. Королева Эриона не требовала ни от кого высокопарных слов и клятв в вечной верности, просто общались, неторопливо беседовали. Но ей пришлось рассказывать про ту страшную ночь, как пряталась от преследования ищеек Антипала. Потом говорила, что попытается вернуть королевство на тот путь, по которому вёл Милиан. А вассалы обещали поддерживать королеву. На этом они и прощались. Насколько искренними были обещания гостей, Эриона узнавала от Айприла, который присутствовал при их разговоре.

Но тут произошло то, чего все ждали, но и немного боялись — пришло сообщение из королевского суда о подтверждении приговора и об отказе во всех просьбах о помиловании, поданных осуждёнными. Это означало, что настало время казнить преступников.

Эшафот, который начали строить, когда Гирос сообщил о поимке преступницы, покушавшейся на короля, теперь надо, наконец, достроить, установить на него гильотину и решить кому из палачей поручить это нелёгкое дело. Нужно организовать доставку приговорённых на место казни, обеспечить их безопасность при переезде и исключить возможность побега.

И вот настал этот долгожданный, но очень печальный день. Это особо остро почувствовала Аурелия. Казалось бы, она должна радоваться. Человек, убивший её отца и заставивший жить в постоянном страхе, что их с матерью найдут и убьют, сегодня будет казнён. Но радости она не почувствовала. Отец от этого не оживет, и детство, которое уже осталось позади, не станет более счастливым. Поняв всё это, принцесса согласилась с доводами Гира, что ей не стоит присутствовать при казни. А вот королева обязана, для неё там уже оборудовали специальное возвышение, с которого будет видеть всё происходящее. Маги, разделившись, тоже отправлялись на площадь — трое в составе сопровождения королевы, а трое, чтобы не допустить побега осуждённых.

В то утро тринадцать приговорённых были посажены в простую телегу, на дне которой лежала солома. Кареты теперь им не полагалось. Каждого из них магическими кандалами пристегнули друг к другу и к балке телеги. Их сопровождала дюжина гвардейцев и три мага. Гирос в этот день впервые надел только что сшитый мундир офицера-гвардейца.

Народу на площади собралось много, хоть о предстоящей казни нигде не сообщалось. Но жители столицы всё равно узнали и пришли поглазеть. Не каждый же день казнят бывшего короля и его ближайших подчинённых.

Никакой церемонии не проводилось. Постарались сделать всё быстро, чтобы покончить с этим раз и навсегда.

После казни жизнь во дворце сильно изменилась. Было ощущение, что все хором облегчённо выдохнули, оставив всё плохое позади. Люди, назначенные королевой, приступили к работе. Дворцовый механизм заработал в обычном ритме. Исчезло состояние неопределенности и спало напряжение. Королева пообещала, что к концу лета сможет отпустить магов в их имения. Только Айприлу она предложила остаться работать при дворце в должности королевского мага. Уж очень хорошо они сработались. Учитывая, что герцогство Перетон находится относительно недалеко от дворца, то он сможет ежедневно открывать портал из своего замка во дворец и обратно. Или создать постоянный портал, как это когда-то делали при Милиане Втором.

Забот у Гироса тоже уменьшилось, он не так сильно уставал на службе и мог дольше быть рядом с Аурелией, чему оба были рады. Правда, погода стала портиться и не всегда подходила для прогулок по их любимому саду. Тогда они находили укромные места во дворце, где можно спокойно посидеть, обнявшись, и целоваться, оставаясь незамеченными.

В один из вечеров, когда дождь лил уж слишком сильно, Гирос пришёл за Аурелией в её покои и был удивлён, что она совсем не готова, а сидит на диване в первой из своих комнат, прикрыв плечи пледом.

— Аури, что случилось? — спросил он. — Ты не хочешь сегодня прогуляться?

— Знаешь, мне не хочется никуда идти, тут очень хорошо, давай посидим здесь. Служанок я отослала, а мама уже полностью перебралась в свои королевские покои, так что нам никто не помешает.

Он не стал спорить, а сел рядом с ней. Поначалу просто поговорили, рассказывая, что интересного произошло у каждого за день. Но вскоре разговор затих. Некоторое время сидели молча, глядя друг на друга.

— Какая ты красивая! — прошептал Гирос, проводя тыльной стороной руки по её щеке и тут же потянулся к ней губами.

Поцелуй был нежным, сладким и долгим, но потом девушка откинула голову назад, а Гирос поцеловал её в шейку. Она так потрясающе пахла, что он не смог оторваться, прикасаясь губами ещё и ещё, более страстно. Потихоньку спускался ниже, целуя всё, что не скрывало не очень глубокое декольте. Но и этого ему показалось мало. Гирос развязал шнурок, стягивающий корсет платья. Прошёлся губами по ключице, затем стянул верх платья с одного плеча, не прекращая нежных поцелуев. Аурелия не сопротивлялась, а наоборот, поощряла его действия нежными звуками.

Насладившись одним плечиком, он перешёл ко второму, при этом корсет сполз, обнажая прекрасную девичью грудь. Этим и воспользовался возлюбленный, он стал ласкать и облизывать сосочки, поглаживать пальцами груди, нежно сжимая то одну, то другую.

В ответ на это девушка стала расстёгивать камзол парня, жестами прося снять его вообще, а потом тоже произошло и с рубашкой. И вот они уже сидели обнажённые по пояс и прижимались друг к другу разгорячёнными телами и вновь целуясь, но уже гораздо более страстно. Возбуждение обоих всё увеличивалось. Но вдруг сильный раскат грома сотряс всё вокруг. Гирос, всегда готовый отреагировать на любую опасность, тут же насторожился и прислушался, но поняв, что это за грохот, понемногу успокоился. Затем посмотрел на Аурелию и его прошиб холодный пот — они чуть не переступили черту.

— Что мы творим с тобой, любимая?! — чуть ли не прокричал он. — Какой же я наглец! Извини меня!

— Успокойся, милый, мне хорошо с тобой, — даже не попытавшись прикрыться, ответила она. — Ничего страшного не произошло, мы просто стали ещё ближе.

— Даже не знаю, что случилось со мной!

— Ты только что назвал меня «любимая», и я тоже люблю тебя. Вот поэтому это и произошло. Я не хотела тебя останавливать и счастлива быть с тобой рядом.

— Может нам лучше одеться?

— Как скажешь, любимый, но это уже ничего не изменит. А знаешь, когда ты поймал меня и вёл в темницу, я больше всего боялась, что ты, воспользовавшись положением, порвёшь на мне одежду, будешь грубо хватать за разные места. Но ты даже пальцем до меня не дотронулся, повёл себя, как настоящий рыцарь из романов и показал своё благородство. А потом, когда ты вспомнил, что произошло в ту страшную ночь и придумал, как наказать Антипала и его подручных, я сразу поверила тебе. Мне кажется, что именно тогда я в тебя влюбилась и даже немного жалела, что ты не прикасаешься ко мне.

— Я бы никогда не посмел так вести себя с принцессой.

— Вот теперь посмел, и я рада этому! Но ты прав, уже поздно. Одевайся и уходи, а я переоденусь в ночную одежду и пойду спать. Ведь ты придёшь завтра?

— Конечно, любимая! — на этот раз он назвал её так осознанно.

Глава 26

К концу лета наконец во дворец стали стали приезжать и герцоги-отступники, чтобы войти в состав королевства и присягнуть на верность королеве. Одним из первых приехал Таль Казинский. Гирос, Борин и Гаран ждали его, ребята давно поняли, что это добрый, умный и смелый человек. Именно он помог Борину и Гарану встретиться с королевой, чтобы доставить её во дворец в нужный момент. Приехал Таль не один, а кроме сопровождавших его воинов, с ним приехали и его дети. Старший сын Орион уже достиг совершеннолетия и мог присягать королеве, чего он очень хотел. Ещё с детских лет мальчик помнил тётю Эриону и желал выразить ей свою преданность. Младшая дочка Орли была ровесницей и подружкой Аурелии и не могла упустить возможности приехать к ней в гости.

Как только семейство Казинских въехало в ворота дворцовой крепости, тут же открылись два портала и из них вышли маги — Борин и Самит. Это Гирос сообщил друзьям о прибытии долгожданных гостей. Сам начальник стражи ждал Казинского ещё и потому, что тот обещал заехать к нему в замок, взять верного коня Ветра и привезти его хозяину, который никак не мог забрать своего любимца сам. Каково же было удивление, когда увидел на своём боевом коне хрупкую молодую девушку, немного похожую на Таля. Гирос направился к ней, чтобы помочь спуститься на землю и расспросить, как это Ветер позволил ей сесть на него, но тут открылась дверь кареты и из неё вышла мама Тати. Вот это был приятный сюрприз. Гирос вспомнил, что когда просил привести коня, сказал, что уже почти год обещал кормилице свозить её в столицу к дочери, но так и не смог выбраться за ней.

— Борин, — крикнул он другу, — помоги девушке слезть с коня, — и побежал обнимать Тати.

Пока он расспрашивал, как доехали, не устали ли в дороге, к ним пошел Таль. Мужчины обнялись, ведь они стали друзьями ещё после битвы с орками, но это приходилось скрывать. Теперь же, наконец, можно позволить себе проявление чувств. Таль представил своих детей Гиросу.

— Так ты и есть тот знаменитый Гирос? — спросила Орли. — И где ты прячешь Аурелию?

Не успел он ничего ответить, как подошёл Борин и сказал:

— Орли, идём я тебя отведу к принцессе, а Гирос пусть занимается кормилицей и твоим папой.

— Ой, да подружка моя теперь принцесса, — защебетала девушка, — пойдём, пойдём, — взяв парня под руку, направилась к входу во дворец.

— Таль, вы даже не представляете, какие прекрасные подарки привезли мне! Спасибо огромное! — стал благодарить Гирос, когда Орли с Борином отошли от них.

— Брось ты, ничего особенного я не сделал. Орли, как только увидела твоего красавца, тут же сказала, что поедет на нём. Вот я и вспомнил про Тати — не гнать же пустую карету зря, пусть дочку и внуков увидит.

— Как Ветер позволил девчушке сесть на себя? Никого раньше не подпускал.

— Да моя сорвиголова и на медведе спокойно поедет. Вон смотри, она, кажется, твоего друга «оседлала». Пропал парень! Впервые вижу, чтобы моя дочь кого-то под руку взяла. Знаешь, пока карета запряжена, отвези кормилицу к её дочери, а я сам смогу расположиться во дворце, когда-то бывал здесь частым гостем.

Предупредив охранников на воротах, что ненадолго уезжает, Гирос усадил маму Тати в карету и сказал возничему адрес её дочери. До столицы доехали быстро, а вот в торговых кварталах пришлось поплутать, пока нашли нужную лавку, на втором этаже которой жила Гили. В это время свёкр и муж её, как обычно, стояли за прилавком. Они даже не сразу поняли, кто приехал, посчитав их просто покупателями. Пригляделись и быстро разобравшись, проводили гостей в жилую часть дома. Гили была просто счастлива видеть маму и своего молочного брата. Она суетилась, не знала куда их лучше и поудобнее посадить, чем угостить. Познакомила со своими детишками. Гирос тоже получал удовольствие от встречи, но долго находиться у них не мог. Да и карета ждала внизу. Уходя, он вложил в руку Гили небольшой мешочек с золотыми, сказав, что это ей поможет хорошо принимать маму.

Когда вечером Гирос пришёл к Аурелии, она, как и ожидалось, была не одна. Но кроме Орли в комнате был ещё и Борин, причём эти двое так мило общались, что не сразу обратили внимание на его приход.

— Добрый вечер, друзья! — с улыбкой сказал Гирос. — Я вам не помешал?

— Привет, — откликнулся Борин, — а у меня хорошая новость: королева сказала, что я могу уезжать в своё имение. Как раз вместе с Казинскими, когда поедут домой, чтобы не ехать совсем одному. Но подумал, что не хочу так долго тащиться, да и коня у меня нет, а покупать не хочется, тем более, что дома меня ждёт мой Красавчик. Я за день порталами доберусь.

— Бор, а ты можешь взять меня с собой? — спросила Орли. — Никогда ещё не перемещалась порталами так далеко. Ну пару раз Аури открывала проход от речки прямо к ней в комнату, чтобы не надевать одежду на мокрое тело. Но это не так интересно.

— Взять-то я могу, да вряд ли твой папа тебя отпустит.

— За это ты не переживай, своего папу я всегда уговорить смогу, но если ты ему пообещаешь доставить меня в целости и сохранности. А когда они будут ехать домой, заедут в твоё графство и захватят меня.

И действительно, Орли смогла уломать папу отправится с Борином порталами. Правда, парню пришлось пообещать, что он девочку не обидит и никаких глупостей они не наделают.

Через два дня, рано утром, Таль с Орионом и Тати выехали домой, а Орли с Борином отправились порталами. Вечером того же дня Дипот сообщил, что он с Орли уже прибыли в его замок. Получив это известие по магической связи, Гирос сразу отправился сообщить это своей возлюбленной, а заодно и провести с ней вечер наедине. Они так соскучились по взаимным ласкам за те дни, что Орли гостила во дворце.

Это получился необычный вечер, молодые просто пылали любовью друг к другу, забыв о всех условностях и приличиях. В последний момент Гиросу удалось остановиться, чтобы не переступить черту. После этого он быстро оделся и убежал к себе. Придя в свои покои, долго умывался холодной водой, остужая свою голову. Надо что-то решать! Они с Аурелией поняли, что любят друг друга и хотят быть вместе. Но как ему быть, он же не принц, а всего лишь герцог. Имеет ли он право просить руки принцессы? Аури, конечно же, сразу согласится, не думая о титулах, но что скажет королева? Может у неё на примете есть уже какой-то принц соседнего королевства или она не хочет, чтобы её дочь так рано выходила замуж. Надо всё это как-то выяснить. Но как? Он даже не знал, с кем ему раньше говорить, с принцессой или королевой?

Так ничего за ночь и не решив, Гирос, невыспавшийся, вышел утром на службу. А тут приехал ещё один герцог-отступник, правда без семьи, а только с сопровождающими его воинами. Приняв их, Гирос направил к королеве посыльного с сообщением о прибытии гостей. Вскоре этот посыльный вернулся и сказал, что королева срочно вызывает начальника охраны в малый зал приёмов.

Гирос встал и пошёл, по дороге поправляя форму и думая, что он такого натворил, что его срочно вызвали на ковер? Королева была одна.

— Здравствуйте, Эриона, — поклонился он.

— Ну садись, гвардеец, -поговорим, — сказала она, не отрываясь от бумаг, которые просматривала. Наконец королева отложила всё в сторону и заговорила. — Скажи мне, милый друг, и долго ты собираешься крутить девушке голову?

— Простите, Ваше Вел… Эриона, — начал заикаться Гирос, — я не понял, о ком вы говорите.

— Нет, как вам нравится, он не знает о ком я говорю. Да о своей дочери. Ты что, не любишь Аурелию?

— Люблю, очень люблю!

— А почему тогда предложение не делаешь?

— Я не смею. Она же принцесса, а я только герцог.

— И что ты думаешь, я принца ей искать буду, если она тебя любит? Так вот, даю тебе неделю на подготовку и чтобы сделал предложение, как положено. Можешь идти, а то меня уже люди ждут.

Он выскочил из зала, как ошпаренный, и побежал к Аурелии рассказать о приказе королевы.

Ровно через неделю Гирос, сопровождаемый двумя друзьями и неся в руках положенные по обычаю дары, пришёл на приём к королеве. Он чинно, согласно этикету, поклонился и попросил руки её дочери. Эриона слегка улыбаясь, делала вид, что внимательно изучает принесённые подарки. Потом довольно качнула головой, показывая готовность их принять. Затем позвала слугу и попросила немедленно вызвать к ней принцессу.

Через некоторое время в зал вошла Аурелия. Оглядев всех собравшихся, сразу поняла, что происходит, но всё-таки испортила весь ритуал. Как только мама сказала, что этот человек просит её руки и готова ли Аурелия выйти за него замуж, она вместо того, чтобы ответить, что это очень неожиданно и она должна подумать, закричала: «согласна» и повисла на шее у жениха, целуя его в обе щёки.

— Вот же проказница, — засмеялась Эриона, — обязательно сделает всё по-своему, испортила весь ритуал. Идите. Будем готовиться к свадьбе.

Уговаривать их долго не пришлось, все четверо тут же выскочили из зала.

— Гирос, свяжись с друзьями и знакомыми, я хочу чтобы все знали, что я невеста!

Девушка кружилась вокруг любимого, пританцовывая от счастья. А новоявленный жених стал прямо на ходу вызывать друзей по магической связи. Они поздравляли их, желали счастья и обещали обязательно приехать на свадьбу. Когда на связь вышел Борин, он просто кричал от радости за друга, а потом вдруг замолчал и как-то сник.

— Что случилось, дружище, какая беда приключилась? — спросил Гирос, сразу почувствовав состояние Борина.

— Просто завидую тебе. Понимаешь, мы с Орли поняли, что любим друг друга. Через неделю-полторы за ней приедет отец, а я не хочу её отпускать.

— Быстро же вы, однако, — задумчиво сказал Гирос. — А ты точно уверен, что готов прожить с ней всю свою жизнь?

— Да, уверен! — не задумываясь, ответил парень.

— Тогда готовься просить у герцога руки его дочери.

— Но она же герцогиня, а я только граф, как Таль на это посмотрит?

— Смелее друг, я вот только что принцессу засватал. Тоже очень боялся, но получилось же. И у тебя получится. Поверь мне.

Эпилог

— Милиан, что ты натворил? — возмутилась Аурелия. — Я же только что одела тебя во всё чистое. Гирос, полюбуйся на своего маленького поросёнка.

— Мамочка, я не виноват, — стал оправдываться мальчик. — Я только хотел погладить лошадку, но она отошла и я упал в грязь.

— Милая, не расстраивайся, ребёнку всего четыре годика, лучше пусть гувернантка быстро умоет и переоденет его, а то мы опоздаем на праздничный ужин к твоей маме, — стал успокаивать жену Гирос.

Девушку даже не надо было звать, она заметив, как выглядит Милиан, быстро подхватила его на руки и унесла. Пока Аурелия перед зеркалом наводила последние штрихи в своей внешности и поправляла камзол на муже, Милиан уже стоял перед ними чистый и одетый в красивый костюмчик. Они, взяв сынулю за руки, с гордым видом вышли из своих покоев и направились на ужин к Эрионе.

Как только они вошли в столовую королевы, мальчик вынул свои ладошки из рук родителей и важно направился к бабушке.

— Здравствуйте, Милиан Третий, — поприветствовала она его. — Как поживаете?

— Всё хаашо, — ответил мальчуган, не желая рассказывать о своём недавнем конфузе с лошадью.

— Ну и прекрасно, тогда прошу за стол.

Как только все расселись, слуги стали разносить блюда и наполнять кубки. Подождав, пока самые близкие ей люди немного утолят свой голод, Эриона подняла свой кубок и начала говорить.

— Мы часто собираемся за ужином вместе, но сегодня я пригласила вас, чтобы отпраздновать пятилетие моего пребывания на троне. Как вам известно, будет ещё и официальное празднование, на котором соберётся горстка друзей и много льстецов и завистников. Польются сладкие речи, превозносящие мои заслуги. Но это будет не сегодня. Не надо рассказывать, столько нам пришлось пережить и перестрадать, пока мы добились моего возвращения во дворец. Но всё это в прошлом, а я хочу поговорить о будущем. Я уже стара… И не перебивай меня, дочка, я знаю, что ты скажешь, но это потом. Мне всё труднее и труднее руководить королевством. Уже сейчас большую часть моей работы делают Гирос, как военный министр, Айприл — королевский маг, Тивон — главный казначей и многие другие. И вот я решила отречься от престола в пользу моего любимого зятя. Гирос, это ты привёл меня на этот трон, ты сделал всё, чтобы покарать преступников и помочь мне удержаться на троне. Теперь я спокойно могу передать его тебе. Уверена, что ты достоин этого. Надо будет подготовить всё необходимое, чтобы тогда, когда я объявлю о передаче короны, кто-нибудь не затеял смуту, пытаясь захватить власть. Скажешь мне, когда можно будет обнародовать моё решение. А пока я предлагаю выпить за нового короля. За тебя, Гирос!

* * * Прошло три месяца. И вот, новый король Гирос Первый впервые вышел в тронный зал, чтобы выступить перед своими приближёнными и вассалами. Зал был полон, но впереди стояли самые близкие — друзья с жёнами и детьми, — и они громче всех приветствовали его криками: «Да здравствует король!».