Cyberpunk: ПТИЦА
Том 2. Глава 26: Багровые огни.
POV: Такефаса
7 часов назад.
Я сидел в своем рабочем кабинете Инспектора Чистки на верхних ярусах башни «Арасака-Тауэр».
Поздний вечер за панорамными окнами заливал пространство неоновым светом корпоративного центра. На массивном столе из черного матового композита — лишь защищенный тактический терминал, пепельница с окурками и холодный блеск автономных серверов в углах комнаты.
После того как я последовательно подслушал зашифрованный разговор кибер-Хидэо в портовых доках Уотсона и лично проник в центральный архив башни «Милитеха», в моем распоряжении оказался массив неоспоримо ценной, критически важной информации.
Во-первых, передо мной во всех деталях открылись истинные намерения этого металлического ублюдка. Его первостепенная цель — физически устранить Ханако Арасаку и убить меня как главного раздражающего агента, мешающего его триумфу. Затем он планировал передать секретный чип с «черным протоколом» руководству «Милитеха», спровоцировав полномасштабную, кровавую корпоративную войну. А уже после этого — о чем он, разумеется, предусмотрительно умолчал в разговоре со своим милитеховским союзником — Хидэо собирался в одиночку «предотвратить» эту заварушку, эффектно спасти верхушку «Арасаки» и, замаслив продажный совет директоров, узурпировать власть во всей мегакорпорации. Зачем ему это? Честно говоря, мне было абсолютно плевать на его наполеоновские замашки.
Во-вторых, я раздобыл исчерпывающее досье на этого агента «Милитеха» — Андерсона Беннетта — и грамотно закрепил под его рабочим столом прослушивающий маячок, чтобы в реальном времени контролировать каждый их шаг.
Тем не менее... У меня оставалось катастрофически мало времени на любые маневры.
Прямо сейчас я был обязан решить три сложные задачи: найти Ти и Риту, вывезти их в абсолютную безопасность и надежно защитить Ханако Арасаку. Это были мои безусловные приоритеты. Хотя, если бы я строго следовал холодной, бесчувственной корпоративной логике «Арасаки», я должен был просто оставить девчонок там, где они прятались, и полностью забить на них. Я — преданный Инспектор Чистки, и моя первостепенная, единственная обязанность заключается в беспрекословном служении чести и благополучию корпорации.
Но...
Боже. Как же невыносимо больно.
Чувствуя, как синтетический лед в груди начинает плавиться от одной только мысли о Ти, я резким движением сорвал с тактического пояса инжектор военного «Нейро-Стилла», поднес к шее и с силой вдавил шток, загоняя порцию препарата в вену.
Глаза закатились подрагивающими веками. Мозг мгновенно прояснился, выжигая всю человеческую слабость под корень. Разум снова стал чистым, холодным и расчетливым.
Спасти Ханако.
Пальцы сами застучали по панели, открывая защищенный канал связи с личным телохранителем госпожи. Я набирал Сандаю Оду.
Ода был воспитанником и ближайшим боевым товарищем Горо Такэмуры, который в свое время и обучил его жестким дисциплинам ближнего боя. Горо, до того как бесследно пропасть в сетях Найт-Сити, часто рассказывал мне об Оде, описывая его как фанатичного перфекциониста, до ужаса боящегося совершить хотя бы малейшую тактическую ошибку.
Быстро прогнав через процессор имплантатов досье на него, я освежил в памяти боевые параметры: в столкновении Ода демонстрирует запредельную ловкость, активно используя акробатику, смертоносные лезвия богомола, умное самонаводящееся оружие и ослепляющие дезориентирующие гранаты, мастерски владеет клинками.
Наконец защищенный вызов был принят.
На сетчатке моего глазного импланта материализовалось суровое, напряженное лицо Оды.
— Слушаю, — коротко и жестко бросил он.
— Ода. Вопрос чрезвычайной важности. На жизнь госпожи Ханако готовится прямое покушение, — без прелюдий вывалил я прямо в эфир.
— Что?.. Как ты смеешь делать подобные заявления, Фусито? У тебя есть веские доказательства?
— Есть. Я отправляю тебе файл с записью одного очень интересного разговора...
В эфире пронеслись мелкие помехи и цифровые глитчи, зашифрованный пакет данных мгновенно улетел на терминал телохранителя.
Глаза Оды на секунду остекленели, уставившись в пустоту виртуального экрана, когда он запустил аудиофайл. Прошло несколько секунд прослушивания.
— Господи... — выдохнул Ода, резко отключил воспроизведение и вернулся к видеосвязи. — Этот киборг... Это же...
— Да. Это Хидэо, — холодно подтвердил я. — После своей физической смерти он активировал энграмму, оцифрованную душу, и перенес её в это боевое кибернетическое тело. Полагаю, масштабы его намерений ты уже оценил?
— Почему ты не сообщил мне об этом раньше, Такефаса?! — прорычал он в динамик.
— Потому что я Инспектор Чистки, Ода. Работаю в одиночку во избежание утечек. И потому что любая информация в стенах «Арасаки» изначально несет в себе смертельный риск.
— Но сейчас ты все же позвонил мне.
— Да. Потому что ты — личный щит Ханако, и сейчас ей как никогда нужна наша общая защита.
— Сколько у нас в запасе времени?
— Или неделя... Или считанные минуты, — без тени прикрас озвучил я суровую реальность.
— Госпожа Ханако находится в своей охраняемой резиденции в Норт-Оуксе. Ждем тебя там. Немедленно.
— Скоро буду.
Выйдя из башни, я поймал автономное беспилотное такси компании «Деламейн» и запрыгнул на заднее сиденье. Машина с жужжанием электромотора плавно тронулась с места.
Пока кварталы Найт-Сити мелькали за бронированными стеклами, я откинулся на спинку сиденья и параллельно запустил глубокое сканирование городских сетей по спутниковым данным, отчаянно пытаясь отыскать хоть малейший след, где могли бы прятаться Рита и Ти.
Но результаты молчали, всё было чисто. Мысленно я даже отдал должное их осторожности: девушки не оставляли в цифровом поле ни единой зацепки.
Затем в моей голове щелкнул аналитический алгоритм: где бы они ни прятались, им в любом случае нужно как-то выживать — питаться, заказывать провиант, коротать бесконечные часы ожидания. Я резко сменил параметры поиска, переключившись на базы данных локальных служб доставки Найт-Сити. Задал фильтры: абсолютная анонимность без персональных идентификаторов и электронных оплат + закупка специфических сопутствующих товаров... Например, строительной или скульптурной глины, которую можно использовать для лепки.
Анонимных доставок в мегаполисе совершались тысячи каждую ночь. Заказов с глиной разного рода было уже поменьше — исчислялось сотнями... Возможно, вместе с глиной они заказывали что-то еще? Я добавил в алгоритм дополнительный параметр: в заказе фигурировала не одна позиция, а сразу несколько сопутствующих товаров.
Система тут же выплюнула новый, значительно суженный список адресов и точек выдачи.
Но к этому моменту беспилотник уже плавно затормозил у массивных бронированных ворот закрытой резиденции Ханако Арасаки в элитном Норт-Оуксе. Молча захлопнул деку, убрал её во внутренний карман тактической сумки, расплатился по безналичному расчету и решительно направился к КПП, где меня уже ожидали Ода и сама Ханако.
★★★★★
5 часов назад.
Уверенным, чеканным шагом я прошел через порог КПП и ступил на внутреннюю территорию элитной резиденции.
— Ода. Доложи текущую обстановку, — бросил я на ходу, направляясь прямо к ним.
— Всё тихо. Периметр полностью чист, никаких аномальных сигнатур, — сухо отрапортовал телохранитель, стоя у бронированных дверей главного корпуса.
Мы с Одой и госпожой Ханако синхронно прошли внутрь просторного холла. Не теряя ни секунды на приветствия, я резко развернулся и направился в центр управления службой безопасности:
— Ода, немедленно в помещение охраны. Требуется глубокий сканирующий проход по периметру через внешние камеры. Активируй охранную систему на максимальный уровень допуска, выкатывай автоматические стационарные турели и пускай патрульных дронов в боевой режим.
Ода молча кивнул, его глаза мгновенно сфокусировались на терминалах, запуская протоколы. По всему периметру резиденции раздался зловещий механический скрежет: из ниш в полу выдвинулись тяжелые пулеметные турели, а из потолочных люков с тихим жужжанием выпорхнули разведывательно-ударные дроны, активируя красные сонары.
Я подошел к главному пульту, чтобы лично вывести трансляцию с внешних камер на большой экран, но... мониторы встретили нас абсолютно черным изображением. Ни сигнала, ни кадра. Связь резали на подходе.
Мы с Одой резко переглянулись. Корпоративный телохранитель в ту же секунду всё понял без лишних слов — его мышцы мгновенно напряглись, а в руках с жужжанием активировались выдвижные лезвия. Я же успел сорвать с пояса и выбросить вперед тяжелую рукоять своей катаны.
Опасность была уже в метрах от нас.
Поспешно, прямо на ходу, я перебросил на тактический терминал Оды весь массив данных по кибер-Хидэо, которые успел выкачать во время нашей встречи в Нортсайде. Пока Ода лихорадочно прогонял через свои нейросети пакет информации, я сорвал со своего тактического пояса разгрузку и затянул её прямо на талии Ханако, щелкнув карабинами:
— Госпожа, держите. Это мощнейшие ЭМИ-глушилки на случай ближнего контакта, а это — военный регенератор.
В этот момент Ода завершил сканирование файла, и на его сетчатке высветилась полная визуальная и боевая сводка на противника. У видавшего разное дерьмо самурая брови полезли на лоб от открывшейся картины.
Хидэо представлял собой абсолютный кошмар инженера: двухметровый титановый колосс весом почти в семьсот килограммов, суставы и корпус были выкованы из неразрушимых сплавов, вдоль спины и голеней красовались мощные реактивные турбины для скоростных прыжков и бреющего полета над землей, в массивные запястья были вмонтированы тяжелые многозарядные ракетницы, а в глазницы вплавлены багровые лазерные излучатели повышенной мощности.
— Мать твою... — сжав зубы, процедил Ода. — Ходячий танк. Нам придется туго.
Не успел он закончить фразу, как во всей огромной резиденции с оглушительным треском и снопом искр резко погас свет. Вырубилось абсолютно всё электричество, погрузив залы в кромешную тьму.
Началось.
Ода бросил на меня короткий взгляд, исполненный мрачной решимости:
— Удачи тебе, Фусито.
И тут же мы оба, не сговариваясь, дали молчаливую, нерушимую клятву Ханако Арасаке: защитить её любой ценой.
В следующий миг бронированное панорамное окно зала с грохотом выгнулось внутрь — тяжелая защитная металлическая пластина автоматических ставней попыталась опуститься, но её сорвало с петель мощнейшим ударом снаружи. С улицы доносились взрывы наших сторожевых дронов, которых Хидэо расшвыривал одного за другим.
И прямо через разбитое окно, не снижая скорости, в комнату ворвался кибер-нежить.
Началась безумная бойня. Госпожа Ханако мгновенно откатилась назад, укрываясь за массивной несущей колонной. Мы с Одой ринулись в атаку.
Хидэо двигался с чудовищной, неестественной для его массы скоростью. Он использовал лазеры из глаз, слепя нас вспышками, крушил всё вокруг в яростном рукопашном бою и в какой-то момент попытался вскинуть ракетницу на руке.
— Перезарядка оружейного модуля не меньше пятнадцати секунд! Бей в сочленения! — выкрикнул я, уходя от смертоносного луча в резком кувырке.
Ода действовал филигранно, используя лезвия богомола и акробатику. Он взмыл вверх, пытаясь полоснуть киборга по шее, но Хидэо с ошеломляющей реакцией выбросил руки вперед, намертво перехватив запястья Оды своими титановыми клешнями. Раздался скрежет металла, полетели снопы искр, и Ода вскрикнул от боли, когда киборг рывком вырвал его клинки прямо с мясом и проводкой!
Не дал ему добить товарища, взлетев в воздух, я с размаху вогнал катану в спинные и потом в ножные сопла Хидэо, пронзая питающие магистрали и напрочь лишая его возможности дальнейшего полета.
Яростная схватка продолжалась, удары следовали один за другим, стены резиденции осыпались кусками штукатурки и бетона под нашими ударами. И в кульминационный момент мощнейшим ударом в грудь Хидэо буквально выкинул нас с Одой через разбитое окно во внутренний двор.
Мы рухнули на ухоженный газон прямо посреди груды дымящихся обломков наших сторожевых дронов.
Хидэо остался в помещении один на один с затаившейся там Ханако.
— Ханако-о-о! — разнесся по двору его искаженный электроникой голос. — Хватит прятаться! Твоему правлению пришел конец! Покажись!
Выплевывая кровь, лежа на траве, я пальцами судорожно шарил по карманам. Нащупав аварийный маячок, активировал вызов, замаскированный, камуфляжный ави как раз висел в воздушном пространстве над нами. Судно мгновенно перехватило сигнал и на автопилоте со свистом ринулось к резиденции, зависая над крышей.
В доме раздался глухой хлопок, Ханако ввела в действие ЭМИ-глушилку, которую я ей оставил. И тут же, не раздумывая ни секунды, она сама выпрыгнула через оконный проем во двор.
Мощнейший электромагнитный импульс ударил по системам Хидэо: киборг резко замер на месте, парализованный на несколько критических секунд, его красные лазеры погасли.
Превозмогая адскую боль в искалеченных руках, Ода в последний момент метнулся вперед и перехватил падающую Ханако на лету, мягко приземляя её на траву.
— Скорее! — заорал я, подбегая к ним и отдавая команду ави опуститься прямо над нами.
Люк ави распахнулся над нашими головами, шасси замерцало в лучах камуфляжного поля.
Но в этот момент системы Хидэо перезагрузились быстрее, чем мы рассчитывали. Паралич спал. Желтые и багровые огни в его глазницах снова вспыхнули с утроенной силой, и киборг, взревев моторами, тоже выпрыгнул из окна во двор, бросаясь прямо на нас, чтобы завершить начатое!
Ода мгновенно оценил обстановку. Поняв, что времени на эвакуацию вдвоем у нас нет, он совершил свой последний, самурайский выбор.
— Такефаса! — взревел Ода, с неожиданной силой заталкивая брыкающуюся Ханако в открытый люк ави. — Улетайте немедленно! Я задержу эту тварь! Перегрей его к чертям мощнейшими реактивными турбинами взлетающего ави!
Прежде чем я успел возразить, Ода со спины бросился на титанового монстра, вцепившись в него мертвой, звериной хваткой и обвив руками его бронированный торс, не давая сделать ни шагу вперед.
— Ода, нет! — в ужасе закричала Ханако из салона ави, протягивая к нему руки.
В три прыжка я оказался в проеме салона, до упора выжав штурвал управления и активируя аварийный взлет на максимальной, форсированной мощности реактивных турбин.
— Прощай, Фусито! Защити её! — прокричал Ода сквозь вой набирающих обороты двигателей.
Мощнейший направленный выброс раскаленного плазменного огня из сопел ави ударил в упор, прямо по Хидэо и сжимавшему его в объятиях Оде. Огонь мгновенно поглотил их обоих.
В ту же секунду на тактическом поясе Оды сдетонировал весь запас его боевых гранат и светошумовых зарядов.
БАХ-БАХ-БАХ!
Ослепительная, безумная вспышка белого света разорвала предрассветную тьму Найт-Сити, позволив нашему ави резко взмыть вверх под прикрытием активировавшегося оптического камуфляжа.
Когда мы уходили в облака, я бросил взгляд через бронированное стекло иллюминатора вниз.
Ода погиб как истинный самурай, сгорев в огненных объятиях с врагом. Кибер-Хидэо после такого чудовищного взрыва и плазменного ожога был серьезно поврежден, его блестящий титановый корпус сильно оплавился, а системы временно вышли из строя, заставив его рухнуть на дымящуюся землю. Но даже сквозь сотни метров высоты я видел, как его горящие красные линзы следовали за нашим невидимым ави, провожая нас взглядом.
Взлететь за нами он уже не мог, его турбины были уничтожены.
★★★★★
2 часа назад.
Тяжелый ави бесшумно опустился на посадочную площадку элитного ресторана «Угли», расположенного на вершине одного из самых охраняемых небоскребов. Спешно приземлившись, мы с госпожой Ханако спустились в вип-зал на верхних этажах, весь этот ярус находился под её абсолютным контролем. Не теряя ни секунды, Ханако отдала экстренный приказ, и уже через минуту шестеро элитных оперативников службы безопасности «Арасаки» в тяжелой броне прибыли на этаж, взяв весь периметр в глухое кольцо.
Ханако была в нескрываемой панике и ужасе. Всплескивая руками, с пылающими от пережитого шока щеками, она нервно металась вдоль полированной барной стойки из черного мрамора, то и дело поправляя растрепавшиеся волосы. Наконец, не выдержав давящего напряжения, она отошла в угол зала и тяжело опустилась за полированный рояль, стиснув пальцы на крышке инструмента.
Всё это время я молча стоял у панорамного окна, скрестив руки на груди, и непрерывно переваривал произошедшую трагедию.
— Бедный Ода... — тихо, сорванным голосом произнесла Ханако, не поднимая глаз от клавиш. — Он служил мне верой и правдой столько лет...
— Он погиб с честью, госпожа. Как настоящий самурай и воин, — ровным, чеканным тоном ответил я, хотя прекрасно понимал: любые слова утешения сейчас звучали абсолютно пусто.
— Теперь... вся надежда осталась только на тебя, Фусито, — она поджала губы и взглянула на меня с затаенной надеждой.
Развернулся к ней всем корпусом и начал сурово размышлять вслух:
— Мне необходимо незамедлительно найти Ти и Риту. Хидэо, осознав, что я являюсь главным мешающим фактором в его цепочке, нанесет свой следующий удар именно по ним. Пока он восстанавливается после взрыва и плазменного ожога, у нас есть лишь крошечное окно для маневра.
Ханако тут же встрепенулась, её глаза возмущенно округлились:
— Что?! Зачем тебе сейчас эти уличные девки, Такефаса?! С ума сошел?! Какая еще Рита?! Я категорически запрещаю тебе рисковать собой ради какого-то уличного мусора!
Но мой взгляд остался непреклонен. Я шагнул ближе к ней, чеканя каждое слово:
— Они — такая же моя семья, как и вы, госпожа. Я не оставлю их умирать.
— Твоя единственная первостепенная задача, — вспыхнула она, нависая над роялем и указывая на меня пальцем. — Спасти МЕНЯ и сохранить корпорацию!
— Если они погибнут, пока я буду слепо закрывать своим телом вас, я себе этого не прощу, — без тени колебания перебил ее я. — Вам придется смириться с моим решением, госпожа Ханако. Если вы действительно хотите выжить и в конечном итоге сохранить «Арасаку» — не перечьте мне.
Ханако замерла с открытым ртом, медленно переваривая мою дерзость. Она шокировано качнула головой, искренне удивляясь подобному тону:
— Такефаса... Я впервые в жизни сталкиваюсь с подобным поведением с твоей стороны... Ты ставишь уличных шельм на один уровень с наследницей корпорации?!
Она запустила быстрый сканер моего физического и психоэмоционального состояния, и у неё, очевидно, отобразились колоссальные физические повреждения моего костюма, раны... но психологический фокус оставался безупречно холодным, прямым и непоколебимым.
— Ты... ты опять под действием «Нейро-Стилла»? — тихо, с подозрением уточнила она.
— Да, — коротко и скупо отчеканил я.
Ханако снова задумчиво опустила взгляд, выдерживая длинную, тяжелую паузу.
— И ты все равно... находясь под полной химической блокировкой эмоций... рвешься найти этих двух Шельм и укрыть их от Хидэо? — медленно переспросила она.
— Да.
Пауза затянулась еще сильнее. Наконец Ханако тяжело вздохнула, признавая поражение:
— Что мы делаем прямо сейчас?
— Я оставлю вас ненадолго, — отрезал я, проверяя фиксаторы на поясе. — Хидэо пока что не способен на активные штурмовые действия, и у нас есть временное преимущество. Но тем не менее: не смейте покидать этот этаж ни при каких обстоятельствах. Я вернусь с девушками, и мы детально проработаем наш дальнейший контрплан. Кажется, у меня уже появляется одна идея...
— Какая идея? — настороженно прищурилась Ханако.
— О, поверьте, госпожа... Она вам категорически не понравится, — я позволил себе едва заметное, ледяное движение уголком губ. — Скоро всё узнаете.
Развернулся и чеканным шагом направился к выходу из зала.
— Такефаса! — властно и с отчаянием крикнула мне вслед Ханако, но я даже не обернулся, растворившись за тяжелыми бронированными дверями.
★★★★★
Настоящее время.
Около двух часов ночи. Я сидел за рулем корпоративного бронированного пикапа «Арасаки», переведенного на зашифрованный автопилот. Машина бесшумно разрезала темноту проселочных дорог.
Воспользовавшись свободной минутой, я досконально просканировал ту базу анонимных доставок, которую не успел до конца изучить во время визита к Ханако. Настроив фильтры на поиск специфических комплектов, я внезапно наткнулся на один ярко выделяющийся заказ: Строительная глина + закрытый матовый пакет из Уотсонского секс-шопа.
Невольно приподнял бровь, мысленно изумляясь подобному набору. Перепроверил координаты точки выдачи — круглосуточная заправочная станция Медески неподалеку от дамбы... Это следовало проверить в первую очередь.
Подъехав к заправке и медленно прокатившись по окрестным грунтовкам, я не обнаружил никаких подозрительных следов. Встал у обочины, чтобы перекурить и оценить локацию визуально... И в этот момент мой взгляд выхватил нечто абсолютно непредусмотренное.
На ржавом, покрытом нагаром капоте сгоревшего «Макинава», брошенного у развилки дорог неподалеку от Смотровой площадки, сидела сердитая глиняная птичка. На её боку подсохшим острым соусом было криво, но разборчиво выведено: «п-ТИ-ца».
Замер и мгновенно прогнал анализ: глина... Рита с её давней страстью к лепке... И эти надписи. Клюв фигурки четко указывал в сторону побережья. Я проследил за направлением её взгляда.
Вторую такую же фигурку я обнаружил в расщелине бетонного опорного столба старой заброшенной вышки связи «Сетевого Дозора», возвышавшейся над водохранилищем. А третью — на деревянной перекладине покосившегося причала у самого въезда в зону Лагуна-Бенд. Все три глиняных клюва филигранно и последовательно указывали направление к одинокому домику в глухой пустоте.
Это было не просто совпадение. Это был оставленный нецифровой след. Знак, я надеюсь.
Бесшумно, словно призрак, я взошел на крыльцо домика, вплотную приблизившись к тяжелой деревянной двери. Напряг слух, улавливая происходящее внутри.
А за стенами происходило нечто совершенно не поддающееся сухой тактической логике...
— Погнали, сучка! — раздался задорный, узнаваемый голос Риты.
Следом донеслись непонятный металлический скрежет, шорох и странная возня.
— О-о-о-о-о-о-о-о-го-о-о-о-о! Мамочки-и-и-и! Это че за мощность такая?! — а это уже прозвучал тонкий, визгливый писк Ти.
Снова медленно повел бровью в темноте, стоя под моросящим дождем и абсолютно не понимая, какими боевыми испытаниями они там занимаются среди ночи.
Не тратя больше ни секунды, я поднял руку и трижды четко, громко постучал в дверь.
ТУК! ТУК! ТУК!
За стеной мгновенно раздался грохот падающих тел и испуганный шум.
— Эй, ПТИЦЫ. Это Такефаса, — раздался мой абсолютно спокойный, соскучившийся и добрый голос. — Открывайте. Во вокруг всё чисто. Нам срочно нужно убираться отсюда.
★★★★★
Том 2. Глава 27: Розовый пульт.
POV: Рита Уилер
Стоя посреди спальни в одних коротких шортах и полупрозрачной домашней майке, с беспроводным пультом управления в одной руке и увесистым тяжелым ночником в другой, я была готова с криком размозжить лицо любому безумцу, посмеявшемуся так нагло прервать нашу идиллию.
Тишка рядом судорожно поправив соскользнувшие трусики, облаченная в тонкую маечку, всё еще испуганно сжимала в пальцах пустую стеклянную бутылку из-под пива.
Услышав из-за двери этот пробирающий до костей, знакомый до каждого обертона баритон, мы охуели, кажется, еще сильнее, чем секунду назад от стука.
— Эй, ПТИЦЫ. Это Такефаса, — раздался из темноты коридора его ледяной, абсолютно спокойный и жесткий голос, пронизанный металлическими нотками. — Открывайте. Вокруг всё чисто. Нам срочно нужно убираться отсюда.
Мгновенно переглянулась с мелкой, в чьих золотистых глазах плескался чистейший коктейль из животного ужаса, адреналина и дикого, неуемного желания броситься ему на шею. Мы кивнули друг другу, я прожала замок, и тяжелая дверь отъехала.
Самурай ворвался внутрь домика с грацией хищника, выискивающего угрозу. Его глаза сканировали помещение, пальцы лежали на кобуре, а от фигуры веяло холодом арктических льдов и порохом.
— Не стойте! Живо одеваться и на выход! У нас нет ни единой лишней секунды! — чеканил он слова, не терпящие возражений, и его взгляд прожег нас насквозь.
Паника накрыла тут же. Тишка, взвизгнув от испуга, метнулась к своему баулу и принялась судорожно, трясущимися ручонками натягивать на тело свой боевой спецкостюм. В сумасшедшей спешке она напрочь, абсолютно выпала из реальности, забыв о самом главном пикантном нюансе: внутри неё всё еще находилась блестящая металлическая пробка с розовым камушком, а на клиторе под тонкими трусиками оставался зафиксированный выключенный микро-вибратор.
На полном автоматизме и я сунула крошечный пульт дистанционного управления в карман куртки, лихорадочно запрыгивая в плотные штаны.
Пока я застегивала молнию, краем глаза наблюдала за такой картиной: Тишка, едва защелкнув последние крепления комбинезона, с фанатичным огнем в глазах бросилась прямо на шею Такефасе, сжала его в объятиях, суровый самурай даже слегка скривил лицо от боли, видимо из-за ранений. Но сам он при этом не выразил вообще никаких эмоций, оставаясь неподвижной ледяной статуей. Мелкая, всхлипывая от переполнявших её чувств, принялась исступленно целовать его в обе щеки, в губы, в нос, судорожно гладя теплыми ладонями по высеченному из камня лицу, и прошептала дрожащим, сорванным голосом:
— Блять... Как же я безумно рада, что ты нас нашел, дядь! Ну как же...
Но в ответ он лишь коротко, отрывисто бросил сквозь зубы:
— Я тоже рад вас видеть.
Как только я до конца застегнула куртку, преодолев порог мы запрыгнули в бронированный пикап Такефасы, и машина сорвалась с места.
На протяжении всей этой безумной дороги мы с Тишкой просто недоумевали:
—Эй! Таке! Какими высшими силами ты нас отыскал? — спросила я с заднего сидения.
— И какого хуя вообще, чё за паника? — пискнула Ти с переднего.
Но Такефаса сидел за рулем с окаменевшим лицом:
— Всё по порядку. Спокойствие. У нас мало времени.
А на пассажирском сидении рядом с ним разворачивалась глубоко скрытая драма. ГЛУБОКО, лол...
Тишка начала подозрительно ерзать на сиденье, то и дело извиваясь и пытаясь украдкой залезть рукой под плотную ткань своего бронированного комбеза. Судя по всему, в этот момент её мозг отчетливо вспомнил, что внутри её прекрасного тела ждет своего часа чужеродный предмет. Она отчаянно пыталась нащупать край трусиков и подобраться к вибратору, но анатомия тугого боевого костюма в сочетании с ремнями безопасности не позволяла сделать, ну никак.
К тому же Такефаса то и дело бросал на нее тяжелые, подозрительные косые взгляды со своего водительского места.
Поняв, что операция «спасите мою киску» проваливается с треском, Тишка с кислым, багровым от смущения лицом бросила эти попытки, но продолжала сидеть на сиденье, дергано, нервно подпрыгивая на каждом ухабе, из-за чего её бедра судорожно смыкались и размыкались. Я, косясь на неё из темноты заднего ряда, пока еще не до конца врубалась в масштаб надвигающейся катастрофы.
★★★★★
В мгновение ока пикап влетел в элитный корпоративный центр и припарковался у ресторана «Угли». Мы стремительно поднялись на верхний этаж, где нас уже ждали.
— Молчите, не делайте резких движений и ведите себя предельно прилично, воспитанно и сдержанно, от меня не отходить. Строго быть в моем поле зрения! — ледяным шепотом бросил нам Такефаса перед входом в вип-зал.
За круглым столом сидела госпожа Ханако Арасака, облаченная в безупречный шелковый костюм. Напротив нее сел Такефаса, а по всему периметру огромного зала в тени затаились шестеро элитных оперативников «Арасаки» в тяжелом снаряжении. За панорамными стеклами уже брезжил бледный, дождливый рассвет.
Сначала мы с Тишкой встали за спиной у нашего самурая, но потом бесцеремонно уселись за соседний столик, оказавшийся вплотную к их позициям.
— Быстро же ты их отыскал, Такефаса, — произнесла Ханако, бросив на нас пренебрежительный взгляд.
— Они оставили зашифрованный, понятный только мне аналоговый след, поэтому мне удалось выйти на них значительно быстрее, чем планировалось. Но в любом случае я нашел бы их чуть позже, — скупо отозвался он.
Ханако медленно кивнула, отпивая из чашки:
— Хорошо. И что дальше? Ты утверждал, что у тебя есть какой-то конкретный план.
И вот тут началось, блять. Такефаса подался вперед:
— Вам, госпожа, необходимо прямо сейчас вместе с нами эвакуироваться с планеты на орбиту, в элитный комплекс «Хрустальный дворец», на закрытый курорт. Под видом внепланового отпуска или дипломатической миссии, неважно под каким соусом, лишь бы выбраться из зоны досягаемости кибер-Хидэо.
Ханако тут же возмущенно нахмурилась:
— Почему именно на орбиту, в космос, Фусито?! Ты сошел с ума?
Такефаса холодно и методично начал раскладывать по полочкам:
— Потому что Хидэо невероятно силен здесь, на Земле. В Найт-Сити и сеть, и ресурсы, и мощности. Он банально не станет агрессивно и открыто преследовать нас на «Хрустальном дворце». К тому же, это единственное изолированное помещение, прибытие в которое не вызовет у Совета директоров лишних подозрений и при этом обеспечит нам абсолютную физическую безопасность. А если этот ублюдок все же рискнет сунуться туда за нами, в условиях космической станции он будет в сотни раз слабее, чем в Найт-Сити. Элементарные законы физики, баллистики и плотности энергии вакуума сыграют нам на руку.
Пока за соседним столом разворачивались эти высокие геополитические стратегии по спасению корпоративной элиты, за нашим столиком развернулось другое безумие.
Откинувшись на спинку стула, я совершенно случайно рукой, засунутой в карман куртки, надавила на завалявшийся там маленький пластиковый пульт управления. Палец неудачно лег прямо на нижнюю кнопку активации первой скорости вибро-режима.
В ту же секунду на соседнем стуле Тишка издала тихий, сдавленный полустон, выгнувшись всем телом. Вибратор под её трусиками тихо зажужжал, пронзив её нервную систему резкой волной.
Реагируя на вибрацию, она начала еле заметно извиваться на стуле, лицо мгновенно покраснело, глаза закатились, а губы приоткрылись, толи в беззвучном крике, толи в жадном вдохе. Благо, плотная ткань армейского комбеза и шум дождя за окном глушили жужжание моторчика, но физическая реакция мелкой была видна невооруженным глазом. По крайней мере мне.
Поняв, чьих это рук дело, Тишка бросила на меня убийственный, полный ярости. Она злобно, изо всех сил пихнула меня ботинком под столом:
— Сучка! Выруби его немедленно, блять, и отдай мне пульт!
Еле сдерживая хохот, я щелкнула кнопкой выключения.
— Хуй тебе, а не пульт. Сиди спокойно. — прошипела я, прищурив взгляд.
Тишка шумно, судорожно выдохнула, обижено отвела взгляд в сторону, вжавшись спиной в стул.
Но когда до меня дошел весь этот комизм ситуации — серьезное обсуждение гибели города (или вообще мира, нахуй), заговор корпораций, киборг-убийца... и тут же рядом две уличные девчонки, одна из которых... я не выдержала. Отвернулась в сторону и тихо, беззвучно затряслась в истерическом приступе неконтролируемого смеха. Щас, сука, будет весело.
— Нам нужно официально уведомить Совет директоров, что вы отбываете во временный отпуск, госпожа, — продолжить гнуть свою линию Такефаса, даже не поведя ухом в сторону нашего балагана.
— Отпуск? — Ханако недоуменно изогнула идеальную бровь. — Ты хоть сам понимаешь, что сейчас говоришь, Фусито? Ты-то сам когда в последний раз был в отпуске?
— Никогда. Но это не имеет ни малейшего отношения к текущему делу, — абсолютно спокойно и монотонно парировал Таке.
Делая вид, что невероятно внимательно и с глубоким корпоративным уважением слушаю их высокий стратегический диалог, я бесшумно засунула руку обратно в карман куртки. Пальцы нащупали пупырчатый пластик пульта. Слегка гладя клавиши, я отвела палец к кнопке второй скорости, но пока не стала продавливать ее до конца.
Косясь глазом на сидящую рядом Тишку, я попыталась сдержать рвущийся наружу смех. Кажется, мелкая немного успокоилась? Ха! Ну-ну.
Мелкая сидела на стуле. Точнее, пыталась на нем сидеть. На своей, блять, гладкой металлической анальной пробке с розовеньким камушком! Меня буквально разрывало на куски от желания заржать во весь голос: она судорожно ёрзала упругими ягодицами, извивалась, изо всех сил пыталась принять хоть сколько-нибудь удобное, не провоцирующее новое трение положение на этом жестком сиденье.
Такефаса восседал к нам полубоком, наглухо ушедший в расчеты, а вот Ханако смотрела почти прямым углом, но, к счастью, пока что их взгляды были прикованы исключительно друг к другу.
— В таком случае... Как именно ты себе всё это представляешь? — задумчиво протянула Ханако, делая глоток из фарфоровой чашки.
— Отправить Совету уведомление о вашем временном отсутствии, — продолжал бубнить Такефаса, словно заведенный робот-инструктор. — Оставить на серверах заготовленную рассылку с критическими данными из чипа-вируса Хидэо. В случае если киборг перейдет к активным действиям, «Черный Протокол» мгновенно уйдет всем членам Совета, и у него банально не останется рычагов для шантажа или переворота. А далее...
КЛИК.
Всё-таки я продавила вторую скорость.
Б-З-З!
Мелкая от неожиданности едва не улетела под стол! Её тело выгнулось дугой, ножки в тугом тактическом комбезе судорожно сжались, а из горла вырвался сочный, сдавленный писк:
— Ы-ы-х-х-!..
Ханако мгновенно бросила на нее строгий, недоуменный взгляд, сжав губы в тонкую нить. Тишка намертво замерла, со скрипом суставов в шее медленно поворачивая голову в мою сторону. В ее золотых глазах пылал приправленный проклятиями огонь. Ханако, списав всё на невоспитанность уличного мусора, снова перевела царственный взор на Такефасу.
А Ти наклонилась ко мне и, оскалив зубы в яростном оскале, прошипела сквозь слезы и судорожное дыхание:
— Прекрати, блять, сейчас же, сука, умоляю!.. Я... либо я тебя прямо сейчас при всех отпиздю, мразь!
Едва не поперхнувшись собственной слюной, содрогаясь от хохота, я сделала максимально ангельское лицо и сдавленно прошептала в ответ:
— Всё-всё, детка! Тише! Я случайно, честное слово!
Хотя сама продолжала хихикать в кулак, наглухо закрыв рот ладонью.
Сидеть на этом проклятом стуле для Ти стало адским испытанием, вибратор на трусиках в сочетании с натянутой пробкой наверняка сводил её с ума. Не выдержав, мелкая резким рывком встала со стула и неверной, пьяной походкой отшагала к панорамному окну.
Теперь мы распределились так: я вальяжно восседала за своим столиком, Такефаса с Ханако вежливо вели переговоры за своим, а Тишка замерла у огромного окна, уставившись куда-то в туманный рассвет Найт-Сити, люто обиженная, со взрывом на голове и нереально взбудораженная. Она с тихим стуком прислонилась лбом к холодному стеклу и судорожно, тяжело выдохнула, оставляя на нем влажное пятно.
Ханако, заметив эту странную пантомиму, чуть наклонилась к Такефасе, касаясь его грубой ладони кончиками своих ухоженных пальцев:
— Фусито... У твоей подопечной точно всё в порядке? — её брови нахмурились. — Мои био-сканеры фиксируют у неё катастрофически повышенный пульс, бешеное сердцебиение...
— У неё тяжелейший стресс, госпожа. Сами понимаете текущую обстановку, — ледяным, безучастным тоном отрезал Таке, даже не обернувшись к Ти. И тут же вернулся к теме: — Соглашайтесь на Хрустальный дворец. Я лично доставлю вас и девушек на орбиту. Возьмете два отдельных номера. Или один огромный на троих — как пожелаете. Но медлить нельзя, решение нужно принимать немедленно.
— Это слишком серьезный шаг... Мне необходимо взвесить все риски... — Ханако отвела взгляд в сторону, приложив изящное запястье к подбородку.
А я... А что я? Моя уличная душа просто не могла остановиться! Я снова засунула палец в карман и усердно впечатала третью, предпоследнюю скорость на пульте.
Б-З-З-З-З-З!
Это был уже не просто импульс — это была настоящая цунами разврата! Тишка у окна яростно сжала бедра, изгибая поясницу так, что её комбез затрещал. Её накрыло дикой волной возбуждения, а в горле встал ком из нереализованных стонов, она даже захлопнула свой рот обеими руками, но...
Не удержавшись, мелкая всё-таки издала такой отчаянный, тоненький, сочный писк-вздох:
— А-а-н-н-г-г-х-х!..
От этого звука Такефаса и Ханако синхронно, как по команде, повернули головы в её сторону! Я моментально вырубила вибратор в кармане и с самым невинным видом прикрыла ухмылку пустой кружкой из-под чая.
— С ней совершенно точно происходит нечто неадекватное, — сухо констатировала Ханако, качая головой. Затем она грациозно поднялась из-за стола: — Ладно, твоя взяла, Фусито. Я сейчас же позвоню в Совет и уведомлю их о своем внезапном отъезде.
Ханако отошла в дальний конец зала, чтобы сделать защищенный звонок.
И тут, поняв, что прибор временно затих, Тишка с пылающим лицом и безумными глазами рванула прямиком к Такефасе! Она нависла над ним, упираясь одной рукой с спинку его стула, а второй сжимая край стола. Пристально пропилила его взглядом. А потом, отчаянно попыталась объяснить суть своей катастрофы языком жестов и полунамеков, чтобы не ввести самурая в окончательный ступор:
— Таке... Ф-Фусито... Пожалуйста, мне... мне нужно уйти! Там... внутри... штучка! Розовая! Оно жужжит, дядь! — тараторила она, начав размахивать руками.
Такефаса смотрел на неё с выражением глубочайшего, каменного непонимания. Поняв, что его химически заблокированный мозг сейчас скорее отдаст приказ отрезать ей ногу, чем поймет намек на секс-шоп, Тишка отчаялась, махнула рукой и взмолилась простейшими словами:
— Короче! Отпусти меня в туалет, блять! Срочно! Мне надо... умыться!
И в эту самую секунду я (видит бог, я сгорю в аду за это) нажала на пульт с четвертый раз, выбивая МАКСИМАЛЬНУЮ МОЩНОСТЬ!
Б-З-З-З-З-З-З-З-З-З-З-З!
Игрушка взвыла, как бешеный турбореактивный двигатель!
Тишка просто не удержалась на ногах. Её бедра подкосились, глаза окончательно закатились под лоб и чёлку в ярчайшем, вспыхнувшем оргазме, и она со стоном буквально рухнула на колени прямо перед сидящим Такефасой! В судорожном поиске опоры она со всей дури вцепилась одной рукой в его колено, а второй прямо в его плотный, обтянутый брюками пах!
Прижавшись щекой к его ноге, мелкая зашлась в диком, неистовом, одновременно извинительном и сладострастном экстазе, громко застонав на весь этаж:
— О-о-о-г-г-х-х! Господи-и-и! Таке-е! Прости-и-и! Я не могу-у-у~!
Такефаса замер в абсолютнейшем ахуе. Его глаза округлились, он уставился сверху вниз на Тишку, которая с закрытыми глазами и содрогающимся от кайфа телом намертво сжимала его мужское достоинство, и совершенно не мог взять в толк, что за чертовщина происходит.
— Ти... Тебе плохо? — с искренней, ледяной озабоченностью спросил он, пытаясь аккуратно осторожно высвободить свой пах из её железной хватки. — Подать воды? Вызовем медиков?
Ну всё, блять, тут я не выдержала. Плотина рухнула! Завалилась набок прямо на столике и оглушительно, сочно заржала в голос на весь верхний ярус!
Такефаса резко перевел свой суровый, уничтожающий взгляд на меня... И четко зафиксировал в моей правой руке маленький розовый пульт с кнопками.
Мгновенно я вдавила кнопку «СТОП».
Тишина.
Тишка сделала длинный, глубокий, судорожный выдох: «Хэ-хэ...» — и бессильно уткнулась лбом в колено Такефасы, окончательно обмякнув от пережитого пика.
И в этот самый безупречный момент из глубины зала вернулась Ханако. Держа коммуникатор у уха, она величественно подошла к столу:
— Я предупредила Совет, что... — Ханако резко осеклась и замерла на месте, словно вкопанная.
Перед ней открылась картина века: Инспектор Чистки сидит за столом с каменным лицом, перед ним на коленях в непотребной позе находится взмыленная уличная девка, уткнувшись лицом в его ноги, а рядом на столе от смеха и слез корчится вторая уличная дрянь.
— Что... Что здесь, черт возьми, происходит?! — с аристократическим встревоженным изумлением спросила Ханако.
Такефаса мгновенно подскочил со стула. Рывком схватив Тишку за локоть, он буквально поднял её с колен, а затем шагнул к моему столу, жестко сгреб меня за воротник куртки и так властно потянул вверх, что я аж пискнула от неожиданности!
— Идите в комнату отдыха. Немедленно, — строгим тоном приказал он нам, буквально выталкивая в сторону коридора. — Прекратите это безумие.
Пока мы, хихикая и едва переставляя ноги (Тишка вообще плелась зиг-загом), двигались к двери, я услышала, как Такефаса безупречно сглаживает углы за нашей спиной:
— Простите за это недоразумение, госпожа Ханако. Девушки... были эмоционально не совсем готовы к столь важной и внезапной встрече.
И сделал глубокий, уважительный поклон.
Ханако, сдержанно ухмыльнувшись и покачав головой, ответила ему с нескрываемым сарказмом:
— И ты... ты всерьез предлагаешь мне вот с ЭТИМИ двумя абсолютно безрассудными уличными девицами поселиться в Хрустальном Дворце?!
Уже стоя в дверях комнаты отдыха, я не удержалась, оглянулась и весело выкрикнула через плечо:
— О-о-о, госпожа! Вы не пожалеете ни на секунду, даю слово Шельмы!
И внезапно обессиленная, но чертовски довольная Тишка тоже подала свой пьяный развратный голосок из-за моего плеча:
— Ритулька дело говорит! Это будет самый охуенный, блять, и незабываемый отпуск в вашей аристократической жизни, гарантирую~!
И с этим победным криком мы дружно завалились в комнату отдыха, захлопнув за собой тяжелую дверь.
★★★★★
Том 2. Глава 28: Комок бежевой ткани.
POV: Такефаса
Едва Ханако дала высочайшее одобрение на экстренный перелет в Хрустальный дворец, я выдержал безупречную паузу, совершил глубокий, по всем правилам корпоративного этикета поклон и шагнул назад. Наследница клана сразу удалилась собирать личные вещи и через закрытые каналы завершать дела.
Хоть я и сохранял внешне абсолютно размеренный, ровный шаг, но поспешно рванул прямо в комнату отдыха, куда чуть ранее жестко выгнал девушек.
Окинув беглым взглядом пространство и убедившись, что шестеро боевых оперативников «Арасаки» остались выполнять приказ по охране периметра и не пошли за мной, я зашел внутрь и плотно захлопнул за собой тяжелую бронированную дверь.
Комната отдыха элитного ресторана «Угли» представляла собой просторный зал залитый тусклым янтарным светом скрытых неоновых лент. По периметру тянулись панели из натурального дуба, пол устилал мягчайший белоснежный ковер из синтетической шерсти, а в центре возвышался глубокий диван, обтянутый темной кожей.
Картина, открывшаяся мне, далека была от идеалов аристократического покоя.
На кожаном диванчике буквально завалилась набок Рита. Она беспомощно содрогалась всем телом, одна ее рука намертво сжимала диванную подушку, а вторая судорожно хваталась за собственный живот:
— А-ха-ха-ха! Ой, бля-я-ядь, не могу! Я сейчас просто лопну от смеха, сука-а-а!
Прямо перед ней стояла взъерошенная, с горящими багровыми щеками и расширенными зрачками Тишка. Мелкая, истерично и нервно топая ножками по ковру, отчаянно пыталась двумя руками расстегнуть свой тугой тактический комбез:
— Ты, блять, сучка охуевшая просто! Извращенка! — верещала она, захлебываясь от обиды и нервного возбуждения.
Сделав два выверенных шага вперед, я остановился у края стола:
— Так. Что. Это. Сейчас. Было? — спросил я максимально строгим тоном, неторопливо поправляя воротник своей тактической кофты.
Тишка резко развернулась ко мне всем корпусом, продолжая с сумасшедшей скоростью дергать молнию на груди. Металлическая собачка с треском сорвалась вниз, распахнув комбез прямо до ее пупка. Под плотной бронированной тканью проступила только тонкая, полупрозрачная майка, облегающая вздымающуюся грудь, а чуть ниже отчетливо виднелась краешек её крошечных мокрых бежевых трусиков.
— Таке-е-е-е! — пискнула Ти, вздевая руки к потолку. — А ты вообще черствый, блять, бездушный уебок! Я ненавижу тебя! Ненавижу вас обоих! Я же тебе только что на понятном человеческом языке объясняла, что у меня катастрофические траблы! Что эта розовая хуйня там вибрирует, сука, на мощности космодрома! Суки, из-за вас двух дебилов я только что кончила прямо на глазах у шестерых боевых оперативников и самой Ханако Арасаки-и-и-и~!
Под действием «Нейро-Стилла», полностью выжегшего мои собственные эмоции, я включил все доступные нейронные вычислительные мощности и попытался активировать банальное аналитическое сопереживание. Мозг сразу прогнал полученные факты и выстроил логическую цепочку.
— Розовый... Тот анонимный заказ из секс-шопа... — тихо произнес я себе под нос, пазл сходился в одну весьма сомнительную картину.
— Да, блять! Тугодум ты хуев! — свирепо прорычала Тишка, с размаху уперев руки в бока.
Ее тактический комбез под собственной тяжестью соскользнул с плеч и уныло повис на бедрах, полностью оголив ее тонкий верх. Благо на ней оставалась хотя бы эта коротенькая майка, через которую отчетливо проступали окаменевшие соски.
— И эта проклятая штуковина сейчас прямо... На мне! У меня между ног! И, блять, поверь мне на слово, далеко не только она одна!
— П-ха-ха-ха-ха! — Рита на диване окончательно закатилась в истерическом приступе, закрывая лицо ладонями и дрыгая ногами в воздухе.
На секунду я зажмурился, справляясь с коротким замыканием в логических блоках, а затем сдержанно скомандовал, шагнув к стеклянному столику:
— Снимай. Сейчас же.
— Я это, сука, и пытаюсь сделать! — прокричала Тишка, сдергивая комбез с пояса. — Отвернитесь нахуй оба! Вам теперь официально запрещено смотреть на меня голую! Слышите?! Обоим запрещено!
Покорно и невозмутимо я развернулся спиной к дивану, переведя взгляд на большой голографический экран на стене, транслирующий свежие утренние новости. Диктор Стэн с канала «N54 News» взволнованно докладывал об оглушительном ночном взрыве и перестрелке на территории закрытой резиденции «Арасаки» в Норт-Оуксе...
А вот Рита, разумеется, и не думала отворачиваться. Она с комфортом оперлась локтями о свои колени, подперла подбородок кулаком и с неприкрытым, ехидным наслаждением уставилась на пыхтящую девчонку. Я отчетливо видел Риту в боковом отражении стеклянной панели экрана.
Спустя пару секунд на кожаную обивку дивана с глухим стуком прилетел тяжелый комбез Тишки — она наконец сбросила его. Следом за ним на диванную подушку упал крошечный, весь влажный, розовый пластиковый девайс. А следом за вибратором тихонько завалилась металлическая, блестящая пробка с ограненным розовым камушком на самом конце...
Зачем я это увидел... Мой внутренний протокол выдал искрящуюся ошибку системы.
— Всё. Готово, блять, — судорожно выдохнула Тишка, тяжело дыша и скрестив руки на груди. — Я вас обоих искренне ненавижу! И никогда в жизни не прощу! До конца своих дней! Точнее — до конца ВАШИХ дней!
— Ну прости-прости, пожалуйста, малышка, — наигранно милым, сочащимся сарказмом голосом протянула Рита с дивана, утирая слезы. — Я просто физически не могла удержаться! Ты бы на моем месте тоже не удержалась, согласись!
— Ну... не знаю... — тихо, смущенно прошептала Тишка, опустив глаза.
Плавно и спокойно я развернулся к ним. Ти стояла посреди комнаты в одной короткой майке и мокрых, липнущих к телу трусиках. Её щеки горели пунцовым пламенем, губы были обиженно надуты, а глаза хмуро смотрели куда-то в сторону белоснежного ковра.
— Я не... — начал было я, но запнулся, почувствовав, как сухость в горле мешает произнести фразу.
Тишка робко, сквозь пушистые ресницы, вернула свой золотистый взгляд на меня.
Не произнеся больше ни слова, я расстегнул молнию, снял с плеч свою чистую, плотную тактическую кофту с капюшоном и молча протянул ее замерзающей девчонке:
— Вот. Надень. Замерзнешь в таком виде.
Резким рывком она выхватила кофту из моих рук, всё еще демонстрируя глубокую обиду.
Пока она натягивала одежду, я неторопливо подошел к дивану, подобрал её спецкостюм и принялся аккуратно складывать его в ровную, плотную стопку. При этом я с абсолютной невозмутимостью, кончиками всего двух пальцев, подцепил с подушки мокрый вибратор и пробку с камушком, аккуратно переложив их на угол дивана рядом с Ритой. Та ехидно хмыкнула, ловко сгребла эти пошлые девайсы в кулак и сунула их глубоко в карман куртки.
Тишка натянула мою кофту и буквально утонула в ней, на её миниатюрной фигуре одежда висела как двойной оверсайз. Плотная ткань закрывала её до самых бедер. Сжимая воротник двумя руками, она спрятала в нем половину своего лица. Снаружи торчали только её огромные золотые глаза, выражавшие дикую смесь из детской обиды, постыдного смущения и затаенной нежности.
Выпрямившись, я посмотрел на неё сверху вниз и тихо, прочистив горло, выговорил:
— Ти... Кхм... Это... Прости меня. Я даю тебе слово, что впредь буду гораздо более чутким и внимательным к твоим критически важным тактическим намекам. Хорошо?
— Ладушки! — мгновенно пискнула она.
Её губы моментально расплылись в счастливой, сияющей улыбке. Она вынырнула полным лицом из-за мягкой ткани воротника, сделала быстрый шаг ко мне и с размаху обняла за талию, доверчиво уткнувшись лбом прямо в мой жесткий пресс.
— Всё! Я больше тебя совсем не ненавижу! — радостно прошептала она мне в живот.
В такой неподвижной позе, я ощущал тепло её тела, но не рискнул обнимать в ответ.
Рита, сидевшая на диване, медленно подняла на нас свой тяжелый взгляд и хмуро, без тени прежнего веселья спросила:
— Сколько?
— Сколько чего? — переспросил я, чуть повернув голову.
— Сколько порций этого проклятого «Нейро-Стилла» ты въебенил в свою вену, дядь? — выделив каждое слово, допытывалась она.
— Много, — сухо констатировал я. — Это была тактическая необходимость.
— О-о-о... Так ты что же... Значит, ты теперь у нас окончательно ледяной самурай? — Тишка медленно подняла голову, отлепляясь от моего живота и вглядываясь в мое застывшее лицо.
Промолчал, отведя взгляд.
— Да он просто в один прекрасный день наглухо сожжет себе все синапсы или что там у него еще осталось в мозгу и сердце, и тупо забьет на нас огромный болт, — фыркнула Рита, поднявшись с дивана и убирая сложенный костюм Ти в полевую сумку.
— Находясь под действием «Нейро-Стилла», я сумел вычислить ваш след, найти вас в той глуши и убедить Ханако эвакуироваться в космос исключительно вместе с вами двумя, — спокойным тоном чеканил я. — Так что нет. Я на вас никогда не забью. Это полностью исключено.
— Мой ледяной самурай... — сладостно прошептала Тишка, прищурившись и нежно водя подушечкой пальца по моей футболке на уровне груди. — Ничего-ничего... Вот когда всё это дерьмо наконец уляжется, я лично займусь твоей отогревкой. Ты у меня оттаешь до самого основания, и вот тогда-а-а-а~
— Я категорически не хочу это слушать, — отрезал я, сделав строгий шаг назад к выходу. — Собирайтесь. Нам очень скоро предстоит отбывать в Хрустальный дворец.
Отойдя к двери, я обернулся на девушек. Ти в этот момент убирала во внутренний карман моей тактической кофты какой-то маленький комок бежевой ткани. Влажной ткани. По цвету совпадающий с трусиками, которые минуту назад были на ней. Она поймала мой взгляд:
— Ну а что? Они же мокрые насквозь... Продует ещё...
Схмурив брови, я протер лицо ладонью.
— Слушай, самурай, а как вообще нам, двум простым уличным девкам из низов, вести себя на этой гребаной орбитальной станции для олигархов? — подала голос Рита, садясь ровнее и застегивая куртку. — Нас оттуда нахуй сразу же не пнут обратно на Землю при первом же досмотре?
Тишка быстро присела на диван рядом с Ритой, поджав под себя голые ножки, и тоже уставилась на меня снизу вверх.
— Я лично организую вам прикрытие, — чеканил я план. — А дальше искренне рассчитываю на ваше понимание ситуации и адекватное поведение. Послушайте меня внимательно. Начинается финальная, самая опасная партия. Хидэо неизбежно пойдет за нами. Все его ключевые цели теперь будут сосредоточены в одной точке, на орбитальной станции. В новом боевом теле его эго стало еще более слепым и самоуверенным. Он придет туда сам. И вот тогда я смогу наконец-то окончательно от него избавиться.
— Ладно... Нихуя, конечно, не понятно, но пиздец как интересно! — выдала Рита, по-хозяйски обнимая Тишку за плечи. — Когда вылетаем на орбиту, капитан?
★★★★★
Спустя две минуты после того, как я оставил девушек приводить себя в порядок в комнате отдыха, я уединился в помещении внутренней охраны ресторана «Угли».
Стоял перед зеркалом во всю стену, стянув с себя пропитанную потом и кровью футболку. Оголенный торс отражал всю суровую летопись моих последних операций: темно-багровые гематомы от ударов титановых манипуляторов кибер-Хидэо, рваные следы от осколков, уродливые борозды глубоких царапин и затягивающиеся багровые рубцы от пулевых ранений на животе и левом плече.
Методично обрабатывал раны антисептическим гелем и параллельно гонял по кругу мучающие мысли.
Сначала сознание возвращалось к образу Ти и Риты. Как я мог оказаться настолько слеп, позволив себе упустить из виду столь очевидные, недопустимые в полевых условиях вещи? Мысленно отвесил себе жесткую внутреннюю затрещину за это упущение.
Но следом за этим холодный расчет переключился на куда более масштабную катастрофу: сосуществование госпожи Ханако и этой неуправляемой уличной парочки на одной закрытой орбитальной станции. Им придется делить замкнутое пространство, контактировать каждый божий час... Сама эта мысль вызывала у моего процессора столь мощный перегруз, что я предпочел волевым усилием вырезать её, решив подумать об этом где-нибудь на орбите, когда-нибудь потом. Или никогда.
Главная брешь зияла совсем в другом месте. Несмотря на то, что Хидэо неизбежно клюнет на приманку и попрется за нами на станцию, на Земле, в Найт-Сити, оставался нетронутым второй фронт. Агент «Милитеха» — Андерсон Беннетт, который всё еще сидел в своем кресле и ждал заветный чип с «Черным Протоколом», чтобы развязать полномасштабную кровавую бойню против «Арасаки».
Оставлять эту мину замедленного действия за нашими спинами перед прыжком в космос было бы фатальной ошибкой.
Значит, мне предстояло предпринять еще кое-что. В голове отчетливо стрельнула новая тактическая идея.
Завершив обработку ран, я резким, отточенным движением натянул на себя чистую черную облегающую водолазку из баллистического волокна и затянул разгрузочный пояс.
Спустя еще пять минут мы все вчетвером — Ханако, Рита, Тишка и я — покинули защищенный периметр ресторана и вышли на улицу.
Над Найт-Сити дождь наконец-то сбавил обороты, перейдя в ленивую морось. Внизу нас ожидал бронированный пикап «Арасаки».
Наивно я полагал, что хотя бы эта поездка до космопорта обойдется без лишнего психоэмоционального стресса, но недооценил масштабы уличного нахальства моих спутниц.
Едва мы подошли к машине, Ханако грациозно направилась к передней пассажирской двери, намереваясь привычно занять место рядом со мной. Но Тишка с ловкостью дикой кошки шмыгнула прямо у неё перед носом! Мелкая, обутая в свои кроссовки на босые ноги, в одной лишь моей огромной тактической кофте, полы которой едва закрывали её бедра, заблокировала дверной проем и нагло уперла руку в бок.
— Э-э, госпожа Арасака, притормози чутка! — хитро, с уличным прищуром выдала Ти, преграждая ей путь. — Переднее кресло забронировано! Самурай должен рулить, не отвлекаясь на аристократические профили. А вам сзади будет в разы безопаснее, там броня толще и подвеска мягче, поверь эксперту!
Ханако замерла с вытянутой к ручке двери рукой. На её безупречном лице проскользнула целая гамма чувств, от дикого ошеломления до глубочайшего презрения.
— Что?.. — медленно, с ледяной аристократической угрозой в голосе выговорила Ханако, смерив мелкую взглядом с ног до головы. — Девочка, ты хоть понимаешь, с кем и в каком тоне говоришь?
— Ага, прекрасно понимаю~! С нашей главной вип-пассажиркой, которую мы бережем как зеницу ока! — Тишка задорно подмигнула ей, без зазрения совести прыгая на переднее сиденье и с грохотом захлопывая дверь изнутри. — Так что давай, запрыгивай назад, к Рите, там как раз для вас двоих коньячный бар встроен!
Ханако, подавив тяжелый вздох ярости, стоически проглотила это уличное хамство, плавно опустилась на задний ряд и с силой прихлопнула за собой дверь. В зеркале заднего вида её взгляд встретился с моим, она убивала меня глазами с такой испепеляющей силой, что мои нейроинтерфейсы едва не заглючили от напряжения.
Едва я щелкнул замком зажигания, Тишка на переднем сиденье скинула свои кроссовки прямо на коврик и с полустоном взгромоздила свои босые ноги прямо на приборную панель пикапа, поставив пятки у самого лобового стекла.
После пережитого недавно мощнейшего эмоционального шторма её глаза светились жутко довольным, сытым блеском. Смуглое лицо слегка порозовело от остаточного румянца, а сама она практически мурлыкала от удовольствия, растекаясь по сиденью, как жидкий белок.
Бросил короткий взгляд на её аккуратные босые ступни, изящные пальчики, а затем невольно провел глазами вдоль её ног, по аккуратным линиям хрома. Устало выдохнув, я перевел селектор передач в режим движения и выжал газ.
А на заднем сиденье тем временем разворачивался не менее сюрреалистичный диалог. Рита, ничуть не смущаясь статусом своей соседки, развалилась на кожаном диване, закинула руку на спинку и с самым вальяжным видом повернулась к Ханако:
— Слушай, госпожа Арасака... Раз уж мы теперь все в одной лодке и летим на этот твой космический казино-курорт, у меня к тебе есть один деловой разговор. Корпоративного масштаба, промежду прочим.
Ханако медленно повернула к ней голову, смерив Риту тем самым взглядом, которым обычно разглядывают редких насекомых под микроскопом:
— Деловой разговор? У тебя? Со мной?
— Ну а хули нет, если да? — усмехнулась Рита, поправляя воротник куртки. — Ты вот наверняка думаешь, что бар «Лиззис» — это просто уличный клоповник с девчонками и дешёвым пойлом? А вот нихуяшечки! Это, между прочим, культурный оплот и главный оазис свободной мысли во всем Уотсоне! Нам бы туда занести немного нормальных инвестиций от вашей мегакорпорации... Переоборудовать VIP-зоны, поставить нормального бурбона в бар, обновить хром девчонкам... Вы бы с этого такой профит по связям с общественностью имели, что никакой маркетинг «Арасаки» не сравнялся бы!
Ханако на секунду лишилась дара речи от такой небывалой наглости, но затем её губы тронула едва заметная, ядовитая ухмылка:
— Ты предлагаешь мне... финансировать уличный бордель из бюджета корпорации?
— Это не бордель, а клуб и убежище для тех, кого ваш корпоративный мир вышвырнул на обочину, — отрезала Рита, подавшись чуть вперед. — И между прочим, чтоб ты знала, сам Керри Евродин обожает наше заведение! Он у нас постоянный почетный гость, вечно заваливается после концертов и нахваливает нашу атмосферу! Если уж сам рокербой с мировым именем признает «Лиззис», то для «Арасаки» это вообще копейки и чистый престиж. Подумай на досуге, когда будем на орбите чиллить!
Ханако сцепила пальцы в замке на коленях и с ледяным, безупречным аристократизмом ответила:
— Я обязательно... учту твоё невероятно ценное инвестиционное предложение, когда мы решим вопрос с нашей выживаемостью.
Наконец мы взяли курс на космопорт Найт-Сити.
Пока машина неслась по мокрой магистрали, разрезая утренний туман, Ханако подалась вперед, аккуратно касаясь кончиками своих ухоженных пальцев моего плеча.
Боковым зрением я мгновенно заметил, как сидевшая сзади Рита ревностно нахмурила брови, сжав кулаки от этого жеста.
— Я уже забронировала нам билеты, Фусито, — тихо произнесла Ханако, чуть склонив голову. — Вылет через четыре часа из главного терминала. Нам одобрили президентский люкс на неделю, для начала вполне достаточно. Но... тут возникла небольшая проблема. Номер трехспальный, со всеми привилегиями, но... к сожалению, на данный момент был свободен только один такой люкс. Я распорядилась, как только освободится второй, его тут же закрепят за нами, но пока так.
Лишь коротко кивнув в ответ, не отрывая глаз от дороги, я твердо сказал:
— Принято. Благодарю, госпожа.
Выдержав короткую паузу, Ханако задала главный вопрос:
— Какие твои дальнейшие оперативные действия, Фусито? До вылета осталось совсем мало времени.
Крутанул руль, перестраивая бронированный пикап в левый ряд, и холодно отчеканил:
— Четырех часов мне как раз с избытком хватит на то, чтобы закрыть последнюю зияющую брешь в нашем плане.
★★★★★
Высадив эту троицу — Ханако, Риту и Тишку — в закрытом VIP-зале ожидания космопорта Найт-Сити ровно за три часа до отправки челнока на Хрустальный Дворец, я оставил их под скрытым присмотром двух агентов контрразведки и спешно вернулся в центр города. Мне требовалось закрыть последнюю проблему.
Пока пикап рвал асфальт по направлению к башне «Милитеха», я активировал вызов, набрал Ривера Уорда, бывший коп как раз сейчас вел громкое судебное разбирательство против «Милитеха», выбивая компенсацию ущерба для своего клиента-лавочника. Параллельно, через интерфейс я подключался к микро-жучку, который ранее установил под рабочим столом Андерсона Беннетта.
В наушниках мгновенно раздались очень странные, характерные звуки: ритмичный скрежет тяжелого кожаного кресла, прерывистое сопение, шлепки и глубокие, низкие, пошлые мужские стоны самого Беннетта. Судя по всему, члена совета директоров прямо сейчас, в самый разгар рабочего дня, трахал его собственный молодой секретарь, прямо на том столе.
— Ривер, — с ходу отчеканил я в микрофон. — У меня есть задача. Приезжай к главному входу башни «Милитеха». Требуй немедленной личной встречи с Андерсоном Беннеттом. Громко, нагло, вызывающе.
— Чего, чего? —затупил детектив.
— Скорее. Вопрос критической важности. Как никак, но ты у меня в долгу.
— Твою мать. Объяснишь в чем дело?
— Мне нужен отвлекающий маневр. Детали отправлю в сообщении.
— Блять. Ладно, идёт. Я собираюсь, как там девчо...
Кажется он хотел спросить что-то ещё, но я поспешно прервал звонок, направил ему детали текстом.
Хорошо. Пока всё идёт по плану. Спустя двадцать минут, я уже проник в технический блок здания через подвальный ярус.
Найдя в подсобке одинокого уборщика, я одним бескровным, точным ударом по сонной артерии отправил его в глубокий сон, снял с него серый рабочий комбинезон, натянул на себя и вооружился тяжелым моющим пылесосом на колесиках.
Напряжение у главного входа стало возрастать. Прибыл Ривер Уорд.
Стоя у турникетов, он устраивал настоящее шоу для прессы и охраны, требуя вызова Беннетта. Однако топ-менеджер выходить категорически не желал, а дежурный отряд охраны уже взвел винтовки, готовый застрелить назойливого экс-копа прямо на месте.
— Скажи такую фразу, — тихо подсказал я Риверу через скрытый микронаушник. — Намекни, что прямо сейчас весь город узнает, как высокопоставленного члена совета директоров в обеденный перерыв раком жарит его собственный секретарь прямо на рабочем столе.
Ривер не подкачал. Он тактично, но с ядовитой, громкой иронией озвучил эту пикантную «деталь» на весь холл.
Сработало мгновенно.
Такой компромат уничтожил бы всю его «ковбойскую» репутацию в секунду. Спустя пару минут взмыленный, краснеющий от ярости и стыда Беннетт лично выскочил из лифта, готовый разорвать дерзкого визитера. Охрана наставила стволы на Уорда, ситуация накалилась до предела.
И в этот момент я, самозабвенно орудуя своим моющим аппаратом, «случайно» на полной скорости пронесся прямо мимо Беннетта, с силой толкнув его плечом. Корпорат пошатнулся, а я, симулируя испуг и неуклюжесть, мгновенно подхватил его под локти, чтобы тот не завалился на мраморный пол. В эту долю секунды, пока моё тело заслоняло его от камер, я бесшумно вогнал в его шею крошечный шприц с мощным транквилизатором.
Пока охрана с бранью орала на меня за то, что я «своими грязными клешнями тронул господина директора», и требовала предъявить документы, Ривер, воспользовавшись суматохой, спокойно покинул здание. Я же, применив быстрый поддельный пропуск, ткнул им цифровой ID прямо в лицо.
Беннетт тем временем побледнел, зажал рот ладонью и, пробормотав что-то о внезапной тошноте, поспешно ушел в ближайшую VIP-уборную. Препарат начал действовать.
Отправился следом за ним, якобы пополнить бак клининговой машины свежей водой, но всем уже в принципе было на меня плевать.
Войдя в уборную, я закрыл за собой дверь на защелку и в последней кабинке обнаружил уже полностью отключившегося Беннетта. Организм просто погрузился в глубокий, неразличимый для стандартных сканеров сон, а потому его элитный страховой чип Trauma Team даже не зафиксировал угрозу жизни и не подал сигнал тревоги.
Не теряя времени, я нацепил на него браслет-глушилку, чтобы он пропал с радаров, загрузил бессознательное тело высокопоставленного корпората в свой глубокий мусорный контейнер на колесах, накрыл сверху тряпкой и свободно вывез его через задний технический ход прямо к пикапу.
Спустя сорок минут я уже разгружал необычный «багаж» на парковке бара «Лиззис».
Сьюзи Кью просто охуела, когда я вывалил на ее чистый кафель тушку топ-менеджера «Милитеха».
— Ты совсем ебанулся, самурай?! — сжимала кулаки Сьюзи, вытаращив глаза. — Нахуя ты приволок к нам в клуб эту корпоративную шишку?! Если его ищейки пронюхают...
— Заприте его в серверной, там, где раньше работала Джуди, — перебил ее я, сжимая в руке ампулы. — Держите его под этим препаратом, обновляя дозировку каждые двенадцать часов. В бывшей рабочей зоне Джуди стоят глушилки нулевого поля, до него не достучится ни один сигнал в Найт-Сити.
— Ты с дубу рухнул, Кейфаса?! Я не буду держать у себя в заложниках члена совета директоров! — закричала Сьюзи.
Выдержав паузу, я посмотрел ей прямо в глаза и холодно произнес:
— Такефаса. И знаешь... Рита прямо сейчас выбивает для «Лиззис» прямое, многомиллионное финансирование лично от Ханако Арасаки. И твое содействие в этой операции станет решающим аргументом, чтобы превратить ваш клуб в неприкасаемый оазис.
Сьюзи замерла, ее челюсть медленно пошла вниз.
Но... Аргумент сработал безупречно. Поворчав для вида, она отдала приказ шельмам затащить Беннетта в глухую серверную.
Возвращаясь в космопорт, я непрерывно анализировал оставшиеся риски. Качественно спрятать Беннетта на Земле — это полдела. Нужно было сделать так, чтобы кибер-Хидэо, не обнаружив его в Найт-Сити, был свято уверен, что Беннетт слинял на Хрустальный Дворец, и ринулся следом за нами на орбиту, а не начал перерывать город в поисках заложника.
В голове созрел план, граничащий с абсолютным абсурдом.
Вывел на экран вызов и набрал Керри Евродина.
— Эй, йоу, самурай! — раздался в динамике слегка подпитый голос рокербоя. — Ты че, решил наконец-то вспомнить старого друга?
— Керри, слушай меня внимательно, — отчеканил я. — Нужна помощь. Мне нужно, чтобы ты прямо сейчас через все свои медиа-каналы сделал экстренное официальное заявление. Объяви масштабный грандиозный аукцион.
— Че за аукцион, братан? — икнул Керри.
— Заяви, что ты устраиваешь эксклюзивную закрытую встречу на Хрустальном Дворце только для высших корпоративных элит. Тот, кто предложит наибольшую сумму, получит эксклюзивные, полные права на всю твою интеллектуальную собственность, а все роялти от использования твоих треков по всему миру укроются в его карманах.
На том конце провода повисла тяжелая, ошеломленная тишина.
— Ты... Ты че, блять, ебанулся в край, Таке?! — завопил Керри, едва не поперхнувшись. — Продать все мои права этим корпоративным пидарасам?! Да меня ж на кусочки разорвет от позора!
— Керри. Это блеф и легенда, — сдерживая тон, пояснил я. — Если эта операция сработает, мы окончательно уничтожим наших врагов. Мы станем абсолютно свободны. И тогда мы сможем всей нашей компанией наконец-то прийти на твой большой концерт. Без масок и погонь.
В эфире снова стало тихо.
Керри тяжело вздохнул:
— Всей компанией?.. Это... И даже Тишка придет?
— Да.
— И даже ты, старый ледяной хуй?..
— Да.
— И ты даже останешься потом потусить у меня на вилле с ночевкой?! — оживился рокербой.
— Да, — на автомате выпалил я. Но тут же мой процессор выдал ошибку, и я поспешно исправился: — То есть... Нет! В каком еще смысле "с ночевкой потусить"?!
— Ха-ха-ха! Ловлю на слове, самурай! Сделаю всё в лучшем, блять, виде! — захохотал Керри и сбросил вызов.
Уже через десять минут все новостные каналы Сети Найт-Сити взорвались молнией: легенда Евродина ушла в эфир. Теперь Хидэо, потеряв прямую связь с Беннеттом и увидя этот анонс, гарантированно сделает логичный вывод: жадный техасский корпорат рванул на орбиту, чтобы первым выкупить права Евродина и скрыть свои активы.
Шагнул под своды VIP-терминала космопорта ровно за десять минут до посадки на орбитальный челнок.
Вся моя троица сидела в глубоких креслах. Подошел к ним — абсолютно спокойный, собранный, готовый к прыжку в космос.
★★★★★
Том 2. Глава 29: Сливочно-белый шелк.
POV: Рита Уилер
Транспортный челнок с шипением стравил остаточное давление, бронированные шлюзовые створки плавно расползлись в стороны, и мы вчетвером ступили на борт «Хрустального Дворца».
Честно говоря, у меня на секунду аж дыхание перехватило, а глаза готовы были вылезти из орбит от увиденного. Это был не просто космический курорт или казино — это была ослепительная, до тошноты стерильная и запредельно дорогая цитадель мировой элиты.
В огромных цилиндрических атриумах, уходящих вверх на сотни метров, парили искусственные сады с редчайшими земными растениями. Идеально очищенный воздух пах дорогой парфюмерией, озоном и ещё кучей странных ароматов. Под прозрачными куполами, за которыми расстилался бездонный космос с ослепительным голубым изгибом Планеты, прогуливались топ-менеджеры мегакорпораций, политические деятели и звезды в нарядах из экзотических материалов. И искусственная гравитация тут работала безупречно благодаря вращению секций, как я поняла из нудных лекций Таке.
Нас встречали так, словно на станцию сошла сама богиня Солнца. Корпоративный эскорт в белоснежных ливреях выстроился в идеальную шеренгу перед Ханако.
Наследница «Арасаки» ступала по зеркальному полу с ледяным величием. Мы же с Тишкой, зажатые между нею и Такефасой, выглядели как две дикие ободранные кошки, случайно заскочившие на светский раут. Я судорожно поправляла воротник куртки, чувствуя себя донельзя неловко под прицелом десятков сканеров местной охраны, а мелкая и вовсе выдала перл, стоило обходительному стюарду с глубоким поклоном протянуть нам бокалы с крио-шампанским.
— О, нихуя себе, халявный шипучий шампусик! — на весь холл пискнула Тишка, выхватывая сразу два бокала, отчего сотрудник аж перекосился в лице. — Слышь, Рит, тут даже пузырьки не вверх бьют, а в бока! Зацени тему!
— Тихо ты, Годзё, не позорь перед олигархами, — сквозь стиснутые зубы прошипела я, хотя сама уже отхлебнула из бокала и едва не поперхнулась: напиток отдавался на языке приятной, слегка дурманящей прохладой.
Нас молниеносно проводили в отведённые апартаменты, огромный Президентский люкс с тремя изолированными спальнями, личным баром и огромным залом.
Едва тяжелые металлические двери с тихим щелчком запечатали номер, мы с мелкой первым делом кинулись к нашим сумкам, проверяя оружие и боевую экипировку, которую Такефаса умудрился протащить через дипломатические каналы.
Достав свой пистолет, я передернула затвор и, вертя его в пальцах, огляделась по сторонам. Ти застегнула на себе тактический пояс и принялась напяливать щитки на колени. Мы стоим посреди безумной космической роскоши, в бронежилетах и с пушками в руках, а за панорамным окном плыл звёздный космос. Абсурд высшей пробы.
Тишка, уже натягивая бронированные накладки на локти прямо поверх кофты, недоуменно нахмурила нос и обратилась к самураю:
— Ну и... когда нам ждать эту ебучую консервную банку, дядь?
— Когда Хидэо нас тут найдет? — добавила я, уперев руку в бок и переводя взгляд на Такефасу.
Такефаса застыл посреди комнаты. Его глаза на секунду блеснули цифровым фокусом и он выдал лишённую эмоций логику:
— По моим первоначальным расчетам, у Хидэо была запланирована личная встреча с агентом Беннеттом на Земле в конце этой недели. Однако, поскольку Беннетт заблокирован в серверной «Лиззис» и полностью выведен из строя, а Керри Евродин запустил в эфир масштабную провокацию о закрытом аукционе на этой станции... Хидэо неизбежно придет в ярость. Учитывая время на поиск транспорта и проход через досмотровые узлы Orbital Air... Он будет на «Хрустальном Дворце» не раньше, чем через три-четыре дня.
Мы с Тишкой буквально выпали в осадок. Я аж рот приоткрыла, а мелкая выпучила глаза.
— В смысле — три-четыре дня?! — в один голос возопили мы на весь люкс.
— Получается, нам двое-трое суток сидеть в этой проклятой космической коробке в полном безделии и ожидании смерти?! — яростно всплеснула руками Тишка. — Мы тут от тоски опухнем, эй!
Такефаса посмотрел на нас со всей строгостью химически выжженного разума, голос прозвучал с невероятной чёткостью:
— Вы находитесь на элитном орбитальном курорте. Наслаждайтесь спа-процедурами, отдыхайте и осваивайте зоны нулевой гравитации.
От таких новостей я чуть пистолет из рук не уронила, но успела поймать.
Две уличные девки в боевом обвесе, готовые выжигать титанового монстра, и самурай, с абсолютным спокойствием посылающий нас «на спа-процедуры» с видом на планету Земля... Контраст был настолько идиотским, что я лишь сочно ругнулась себе под нос, сжимая зубы от нелепости происходящего.
Планировка Президентского люкса на бумаге выглядела просто безупречно: три великолепные спальни, огромная гостиная, камин на жидком плазменном огне. Но едва встал вопрос о заселении, реальность мгновенно внесла свои коррективы.
Госпожа Ханако, не проронив ни единого лишнего слова, прошествовала к двери центральной, самой большой спальни. Смерив нас холодным взглядом, она сухо произнесла:
— Я буду у себя. Мне необходимо восстановить силы и провести ряд защищенных сессий связи. Попрошу не беспокоить без экстренной необходимости.
И гордо выпрямившись осталась стоять, как страж у своей двери, с прищуром наблюдая за нами. А перед нами, оставшимися тремя телами, встал неразрешимый экзистенциальный вопрос: как делить оставшиеся две спальни?
Тишка, не думая ни секунды, мгновенно сделала широкий шаг вперед, уперла руки в бока и с самым наглым, уличным апломбом заявила права на вторую комнату:
— Так, я забираю эту спальню! И мой личный самурай спит со мной! Ему положен круглосуточный, непрерывный присмотр во избежание рецидивов робо-депрессии!
Такефаса под действием «Нейро-Стилла» выпрямился во весь рост и попытался включить холодную корпоративную логику и устав:
— Это недопустимо, Ти. Мы находимся на боевой миссии повышенного риска. Субординация, тактические протоколы и элементарные нормы этикета требуют нашего раздельного размещения в соответствии с половой принадлежностью. Вы с Ритой занимаете вторую спальню, а я...
Тишка смело шагнула к нему вплотную, ткнулась своим аккуратным носиком прямо в его бронированную грудь, типа постучалась в дерево, потом снизу вверх посмотрела на него и нахально отрезала:
— А моя половая принадлежность, дядь, как раз целиком и полностью принадлежит тебе! Так что твой устав идет нахуй, а ты идешь со мной в кровать! Вопросы есть? Вопросов нет!
Наблюдая за этой картиной, я не удержалась и громко, с наслаждением закатила глаза к потолку, качая головой.
— Ладно, хуй с вами, влюбленные ебанашки, — ехидно фыркнула я, забирая ключ-карту от третьей комнаты. — Я забираю себе отдельную спальню. И раз уж в ней имеется огромная гидромассажная ванна с функциями струйного массажа... То предупреждаю сразу: дверь в мою спальню будет заперта перманентно. А если кто-то из вас посреди ночи услышит странные звуки и непонятные стоны, то знайте, это просто очень громко и ритмично работает местная система космической вентиляции! Поняли?
Тишка прыснула со смеху, зажав рот ладошкой и поигрывая бровями, а Такефаса лишь тяжелейшим образом вздохнул, медленно закрыв веки.
В этот момент дверь центральной спальни Ханако, слышавшей весь наш высокоинтеллектуальный разговор, с оглушительным стуком демонстративно закрылась. Госпожа явно решила отрешиться от этого уличного бреда раз и навсегда.
★★★★★
Спустя час мы все собрались выходить на обед.
Первой из спального крыла нашего президентского номера выкатилась я, накинув на себя предоставленный этим ультра-отелем банный халат. Или не банный. Скорее невъе-банный. Пха. Хотя язык не поворачивался назвать эту вещь простой повседневной одеждой: сливочно-белый, мягчайший шелк, прошитый золотыми драконами, спадал до самого пола, лаская обнаженную кожу под ним. Цена ему, наверное, столько, сколько я за два года своей работы в «Лиззис» не выбью из Сьюзи. Одним словом — охуенный. Вальяжно запахнула полы, слегка затянув пояс чуть ниже талии.
Следом из своих покоев величественно выплыла Ханако Арасака. Наследница корпорации сменила строгий костюм на безумно дорогое, облегающее традиционное платье угольно-черного цвета с глубоким разрезом по бедру и ало-золотыми переливающимися узорами. Ее тёмные волосы были убраны в идеальную, строгую прическу, а от самой неё разило таким недостижимым величием, что рядом с ней даже этот сливочный шелк казался тряпкой. Она сдержанно, едва заметно кивнула мне, и мы встали у входных дверей апартаментов в ожидании остального состава.
А потом из спальни выпорхнула Тишка.
Увидев её, я пробила себе лоб ладонью смачным, звонким ударом. Ханако в ту же секунду просто забыла, как дышать: ее глаза на миг округлились, после чего она мгновенно отвернулась лицом в противоположную сторону, делая вид, что вообще нас впервые в жизни увидела и к этому уличному паноптикуму не имеет ни малейшего отношения.
Ти выскочила в коридор в крошечном, открытом мини-бикини! Светленький такой, с розовыми элементами. Это её миниатюрное тельце, плоская грудь с натянутыми от прохлады кондиционеров сосками, подтянутый гладкий животик и упругие смуглые бедра с изящными тейпированными линиями биомеханического хрома.
Не успела я и рта открыть, чтобы вправить мелкой мозги, как следом за ней из комнаты вышагнул Такефаса. Самурай выглядел суровым и безупречным красавчиком: строгие темные брюки и черная шелковая рубашка, обтягивающая его широкие плечи и рельефную грудь. Свежевыбритый, подтянутый, от него веяло такой силой, что в эту секунду я на полном серьезе подумала о том, чтобы пойти и передоговориться с Тишкой насчет спальных мест на эту ночь.
Но мгновенно вернулась в жесткую реальность!
Такефаса, даже не изменившись в лице, одним молниеносным движением цапнул Ти за локоть, закинул её обратно в номер и металлическим голосом приказал:
— Мы идем не в бассейн. Мы идем обедать.
— А я думала купаться! — с обиженным писком заверещала мелкая из глубин спальни. — Там же в буклете написано: гидро-турбо горки, зоны нулевой гравитации и все такое!
— Я три раза повторил, что мы идем обедать, — абсолютно холодно, с невозмутимостью скалы повторил самурай.
— А Рита сказала, что там горки! — не унималась Тишка, выкрикивая уже из-за закрывающейся двери.
Но в ответ Таке даже не потер переносицу привычным жестом усталости. «Нейро-Стилл» выжигал из него любые эмоции, позволяя справляться с истериками Ти на раз-два. Наверное, так с ней и надо было...
Спустя десять минут Тишка всё-таки изволила вылезти в нормальном виде, она напялила предоставленное отелем шелковое кимоно с нежно-розовыми сакурами, которое на её миниатюрной фигурке смотрелось безумно мило и уютно. Такефаса даже умудрился одарить её скупым комплиментом: «Так значительно лучше», отчего мелкая тут же засияла и ткнулась носом в его рукав.
Наконец мы отправились в главный орбитальный ресторан станции — «Панорама Олимпа».
Контраст продолжал нарастать. Место представляло собой большой стеклянный купол на самой вершине вращающейся секции станции, откуда открывался завораживающий вид на голубой шар Земли, укутанный белоснежными облаками. Прислуга в белоснежных ливреях и золотых перчатках кланялась Ханако едва ли не до самого зеркального паркета, усаживая её за лучший столик у самого стекла.
Нам с Тишкой тоже досталась сочная порция этого лицемерного обожания: официанты выдвигали перед нами резные стулья, подавали теплые влажные салфетки для рук и расстилали на коленях шелковые салфетки. Мы с мелкой от такого сервиса сначала даже немного растерялись, переглядываясь и чувствуя себя так, словно нас пытаются отравить перед казнью. Но стоило на столе появиться охуенному, запредельно дорогому обеду, с настоящими земными морепродуктами, редчайшими мясными вырезками и охлажденными напитками, как уличная гастрономическая жадность взяла верх.
Пока мы уничтожали свои порции, между Ханако и Такефасой завязался высокий, возвышенный разговор.
Наследница, сделав глоток ледяной воды с лимоном, обратилась к нему:
— Фусито. Разъясни мне детально: почему именно на этой орбитальной станции нам выгоднее принять бой с кибер-Хидэо? На Земле в нашем распоряжении была целая армия и всё вооружение.
Такефаса отложил приборы и отчеканил сухими, лаконичными тезисами, понятными даже идиотам:
— Хидэо — это титановый колосс весом под семьсот килограммов, с оцифрованной энграммой. У него здесь как минимум две уязвимости. Первая — терморегуляция. Его матрица и вычислительные блоки работают на сверхпроводниках. В открытом космосе или при резкой разгерметизации шлюза под воздействием космического вакуума его масса мгновенно перегреется, а системы охлаждения дадут сбой. Вторая уязвимость — масса в невесомости. На Земле его вес — это сокрушительное преимущество. Без гравитации его чудовищная инерция превратится в ловушку. Он станет неповоротливой мишенью, летящей по прямой линии.
Ханако глубокомысленно кивнула, анализируя полученную сводку.
К моменту, когда официанты подали изысканный десерт, пенящийся молекулярный мусс с сусальным золотом, наш стол окончательно разделился на два параллельных мира.
Пока корпы поддерживали пустые аристократические рассуждения, мы с Тишкой вполголоса увлеченно обсуждали действительно важные темы.
— Слышь, Рит, — шептала мелкая, ковыряя ложечкой золотистую пену и смугло румянясь от прохладного коктейля. — Я в буклете вычитала, там на нижнем ярусе есть джакузи с подводным гидро-массажем для ягодиц и сеансы арома-терапии с космическими минералами! Нам туда надо непременно записаться.
— О-о-о, подруга, даже не обсуждается, — хмыкнула я, поудобнее усаживаясь. — Мои мышцы после последних разборок до сих пор орут «помогите». Мы там на двое суток засядем. Кстати... надо бы выбить у нашего самурая его корпоративный «платиновый» чип «Арасаки», чтобы за бар и процедуры не со своего кармана расплачиваться.
— Слышь, дядь! — Тишка тут же пнула Такефасу под столом ножкой. — Гони карточку! Нам с Ритулей нужно закрыть спа-потребности!
Даже не моргнув, Такефаса молча достал из кармана черный пластиковый чип с гербом корпорации и положил его на стол перед Тишкой. Мелкая с победным писком цапнула его и спрятала в рукав кимоно.
Плавно потягивая из пиалы зеленый чай, Ханако уставилась на Такефасу тяжелым взглядом:
— Фусито. Мы прояснили его слабости. Но скажи мне главное: как именно ты планируешь победить Хидэо, когда он прибудет сюда? Каков твой тактический план?
Таке выдержал короткую паузу, посмотрел ей прямо в глаза и вообще без единой эмоции ответил:
— У меня нет плана, госпожа.
Ханако едва не уронила изящную фарфоровую пиалу. Аристократическая выдержка дала дала трещину, тонкие брови взлетели вверх, а в глазах вспыхнул нескрываемый шок:
— Что?! В смысле — нет плана?! Ты приволок нас на орбиту, заманил сюда титанового убийцу и собираешься встретить его с пустыми руками?!
— Госпожа, при всем уважении, — спокойно перебил её Такефаса, подавшись вперед. — Вы должны глубоко вникнуть в то, что я сейчас скажу.
— Я слушаю! — на грани нервного срыва, сдерживая закипающий гнев, прошипела Ханако.
Такефаса медленно поднес руку и указывающим жестом показал на нас с Тишкой:
— Кибер-Хидэо — это холодные цифровые алгоритмы. Я — это такие же сухие цифровые алгоритмы. А они... Они — это живые, непредсказуемые цвета. Цифры и Цвета. Я полностью делегирую разработку и исполнение плана по уничтожению Хидэо... им.
Ханако от такой наглости просто охуела. Её аристократические щеки вспыхнули, она резко выпрямила спину, нависая над столом:
— Ты с ума сошел, Такефаса?! Какого черта ты перекладываешь свои прямые обязанности на уличный мусор?! Почему ты подвергаешь меня и всю корпорацию такому смертельному риску?!
— Потому что Хидэо мыслит алгоритмами, тактикой и корпоративной логикой, — чеканил Такефаса, даже не моргнув под ее гневом. — Как, к сожалению, и я. Каждое мое классическое движение для него — открытая книга. Он прочитает любой мой шаг до того, как я его совершу. Но Рита и Ти... Они — чистый, абсолютный хаос. Их поступки не подчиняются ни одной известной формуле. Они — мой главный тактический козырь. И они, госпожа Ханако, наше единственное спасение.
Находясь в глубоком недоумении, Ханако перевела взгляд на нас с мелкой:
— Ты... Ты хочешь сказать, что на полном серьезе доверяешь спасение Совета директоров, будущее «Арасаки» и наши жизни... этим двум уличным девкам?!
Она уставилась на нас. А мы в этот самый момент на заднем плане как раз страдали полной херней: пытались без палева подлить шампанское из стянутой у официанта бутылки в самурайский бокал с минералкой, он же так увлечен был беседой... Но нас спалили, поэтому и нам пришлось обратить на них внимание.
Тишка, услышав слова самурая, замерла с вытаращенными золотыми глазами. А потом её лицо расплылось в гордой и самодовольной ухмылке. Она вальяжно откинулась на спинку кресла, поправила полы кимоно и пищащим от восторга голосом выдала:
— Слышала, Рит?! Мы теперь официальное секретное хаос-оружие «Арасаки»! Попрошу немедленно выдать нам персональную премию, пожизненный оклад и персональный боевой крейсер! Хэ-хэ~
Лишь ехидно хмыкнув, я вальяжно скрестила руки на груди прямо поверх шелкового халата, бросила снисходительный взгляд на перепуганную насмерть Ханако и ответила:
— Не ссы, госпожа императорша. Мы эту металлическую консервную банку лично на сувениры и гайки разберем. Главное — не мешайте нам импровизировать. И... не забудьте про то, что обещали. Ну, типа... рассмотреть возможность инвестировать пару миллиардов в наш бар «Лиззис». Типа того. П-ха-ха!
Ханако молча зажмурилась, тяжело выдохнула и прижала пальцы к вискам, окончательно смиряясь с тем, что её жизнь теперь официально находится в руках двух самых безумных чик во всем Найт-Сити.
★★★★★
Том 2. Глава 30: Серебряные кушетки в VIP-зоне.
POV: Такефаса
Вернувшись из «Панорамы Олимпа» в наш Президентский люкс, мы собрались в пространной гостиной. На фоне был молчаливый вид на бездонный космос и медленный оборот Земли, но атмосфера в номере была далека от космического спокойствия.
Стоя у края массивного композитного стола, я строго сложил руки за спиной. «Нейро-Стилл» отменно глушил лишние эмоциональные всплески, однако удержать моих спутниц в едином русле было задачей посложнее противостояния отделу вражеской контрразведки.
— Так, — первой подала голос Тишка, вальяжно запрыгивая на широкий кожаный диван и нахально откидывая полы своего кимоно. — Обед закрыт, желудок доволен! Пора реализовывать главную программу — я переодеваюсь в бикини, и мы идем на гидро-турбо горки! Таке, ты обещал!
— Я ничего подобного не обещал, Ти, — отчеканил я ровным голосом. — Активный отдых на открытых локациях станции сейчас нецелесообразен.
— Да ну тебя! — надулась мелкая, откинувшись на подушки. — Мы на космическом курорте или где?!
Госпожа Ханако, стоя у входа в свою спальню с тонким планшетом в руках, смерила нас холодным взглядом:
— Если вы закончили этот уличный шум, я удаляюсь к себе. Мне необходимо скоординировать Совет директоров и провести закрытую сессию по мониторингу наших активов. Я не намерена принимать участие в ваших развлечениях и прошу меня не беспокоить.
Выждав момент, когда Тишка отвлеклась на рассматривание буклетов с аквапарком, Рита вальяжно поднялась с кресла. Её халат слегка распахнулся на груди. Она подошла ко мне практически вплотную, оперлась бедром о край стола и скользнула по мне ленивым взглядом:
— Слушай, самурай... Раз уж мелкая занята горками, а госпожа погружена в свои великие корпоративные дела... Может, замутим альтернативную программу? Сходим в тихий бар на нижнем ярусе? Ну или выпьем бурбона прямо здесь и посмотрим какой-нибудь старый фильм на этом огромном экране? М-м?
— Исключено, — отрезал я, даже не моргнув. — Первостепенный тактический протокол в условиях неизвестного времени прибытия противника — не разделяться. Находиться в разных точках станции — неоправданный риск.
Ханако тут же возмущенно вскинула бровь:
— Фусито, я категорически против того, чтобы вы все втроем сидели в моей спальне и дышали мне в затылок, пока я веду переговоры с главами департаментов!
— В таком случае нужен компромисс, — подвел итог я. — На горки мы не идем — активный отдых вечером неуместен. Но изолированная зона релаксации и спа-процедур внутри нашего сектора закрыта от внешних посещений. Мы отправляемся туда вчетвером. Без исключений.
Ханако тяжело вздохнула, признавая логику, Тишка с досадой зарычала в подушку, а Рита лишь ехидно хмыкнула, поправляя пояс халата.
★★★★★
Элитный VIP-релакс-блок станции. Мягкий рассеянный свет, журчание синтезированных термальных источников и глубокий озоновый аромат.
Девушкам тут же предложили персональное обслуживание. Я категорически отказался от любых процедур, обертываний или массажа, заняв позицию у несущей колонны. Остался выполнять роль часового, медленно прохаживаясь вдоль периметра, непрерывно сканируя пространство и биометрические показатели всех троих.
Первой на правах хозяйки положения выступила госпожа Ханако. Выбрав самое дорогое элитное обертывание с использованием редких омолаживающих плазмо-экстрактов, она удалилась за резную ширму, скинула платье и вышла в строгом, изысканном темно-изумрудном купальнике. Вышколенная прислуга аккуратно поместила её в бурлящую перламутровую ванночку, принявшись обрабатывать её лицо и руки. Ханако принимала это как должное, пару раз в привычной надменной манере высказав замечания мастеру за недостаточно точную температуру состава.
Рита и Ти замерли у стойки выбора услуг.
— Нам бы массаж хорошенький, — потянулась Рита.
Двое статных, элитных мужчин-массажистов в белоснежных туниках сделали шаг вперед, готовые приступить к работе. Но стоило одному из них протянуть руку в сторону Тишки, как мелкая мгновенно застыла и оскалила зубы:
— Так, притормози клешни, красавчик! Делать мне массаж — это эксклюзивная прерогатива моего самурая! Любой другой, кто до меня тронется, лишится пальцев. Я их лично отгрызу. Без обид!
Массажисты испуганно отступили. Старший мастер тут же предложил альтернативу:
— В таком случае предлагаем вам пройти процедуру на наших капсулах «Сверхтехнологичного Молекулярно-Криогенного Релакса — "Аркадия-9"».
Суть процедуры заключалась в следующем: девушки укладывались на животы абсолютно обнаженными (прикрыв лишь ягодицы полотенцами), на эти технологичные и удобные серебряные кушетки, после чего над их телами активировался кибернетический контур. Сначала по коже распределялось тончайшее масло с вытяжкой из глубоководных организмов, затем над спиной, шеей, поясницей, ягодицами и икрами начинали парить нагретые магнитные базальтовые камни, восстанавливающие биоэнергетический баланс. Следом подключались бесконтактные ультразвуковые массажные элементы и волны регенерирующего инфракрасного света, расслабляющие мышцы до молекулярного уровня.
Ханако, слегка повернув голову из своей ванночки, надменно заметила:
— Соглашайтесь, девицы. Одна сессия на «Аркадии» стоит как половина жилого блока в Найт-Сити. Не упускайте шанс.
Рита и Ти переглянулись и с ухмылками мгновенно согласились.
★★★★★
Процедуры были в самом разгаре, а я продолжал медленно прохаживаться по залу и поддерживать разговор, чтобы контролировать их психоэмоциональный уровень.
Сначала я подошел к ванне госпожи Ханако. Она лежала с закрытыми глазами, пока мастера колдовали над её кожей.
— Как ваше самочувствие, госпожа? — тихо спросил я.
— Никогда в жизни... я не испытывала подобного уровня паники и стресса, Фусито, — тихо, без привычного аристократического лоска выдохнула она. — Смерть Оды, прямое покушение, риск полного краха «Арасаки»... Да когда мой брат убил нашего отца, я перенесла это с большим стоицизмом, чем происходящее сейчас.
— Вы держитесь достойно. Главное — выжить.
— Эй, да ладно тебе, Арасака, не ной! — поддакнула с кушетки Тишка, не удержавшись от комментария.
Ханако даже не удостоила её взглядом, продолжив обращаться ко мне:
— По итогам этой операции... если мы выживем, Фусито... Должность моего личного главного телохранителя свободна. Я предлагаю её тебе. Подумай.
Мой разум оставался холоден. Я не стал принимать предложение, а лишь напомнил о главном:
— Сначала мы должны довести дело до конца. И вы помните ваше главное обещание, госпожа — абсолютная свобода для Ти.
Даже под действующими блокаторами эта глубинная цель оставалась моим нерушимым приоритетом. Ханако еле заметно кивнула:
— Я помню свои слова. Но о должности всё же подумай.
Кивнув, я перешел к кушетке Риты.
Она лежала на животе. Парящие манипуляторы «Аркадии» как раз наносили на её спину блестящее, ароматическое масло. Блик света скользил по её идеальной, подтянутой гладкой коже, очерчивая изгиб тонкой талии, переходящий в сочные, упругие бедра. Даже несмотря на блокирующий действие химиката «Нейро-Стилл», мои зрачки на долю секунды невольно сбились с тактического сканирования, соскальзывая вниз по её пояснице. Волевым усилием я перевел взгляд на её лицо.
— Как процедуры? — спросил я.
— О-о-о, самурай, это просто божественно... — выдохнула Рита, уткнувшись лицом в мягкую подушку. — Кстати... Чтоб ты знал, Джуди ведь звала меня с собой в Орегон...
— Хочешь уехать? — уточнил я.
— Не-а, — Рита чуть повернула голову и посмотрела на меня из-под выбившейся пряди волос. — Я думала об этом. Но Орегон — это не моё. Мой дом — Найт-Сити. Бар «Лиззис», мои Шельмы... Я их никогда не брошу.
В это же время я заметил, как Ханако в своей ванне чуть повернулась, сделав для себя мысленную пометку об услышанном.
Наконец я шагнул к серебряной кушетке Ти.
Плавно опустился на одно колено, чтобы наши лица оказались на одном уровне. Мелкая лежала, уткнувшись подбородком в валики, её глаза горели мягким, довольным светом.
— Как твои мышцы и хром, Ти? — искренне спросил я. — Я долго не имел возможности лично провести диагностику и уход за твоим телом.
— Ой, да ладно тебе, дядь! — хихикнула она. — Ритулька мне отлично разминала все мышцы. Но если ты так сильно переживаешь... можешь вечером в номере компенсировать всё своё предыдущее отсутствие. С особым пристрастием~
Мой заблокированный химией мозг не считал пикантного подтекста.
— Хорошо. Я наверстаю всё упущенное и проведу полную диагностику, — серьезно ответил я.
Поднялся на ноги. Мой взгляд спокойно и методично скользнул по её обнаженному телу, по гладкой спине, по аккуратным линиям тейпированного хрома вдоль бедер и по подтянутым, румяным от массажа ягодицам, которые прямо сейчас ритмично вздрагивали под воздействием ультразвуковых импульсов кушетки.
Тишка, поймав мой взгляд, попыталась сохранить привычную уличную дерзость:
— Че, самурай... пялишься, да? Нравится то, что видишь? Смотри, а то слюни накапают на дорогой ковёр!
Но при этом ее собственные щеки мгновенно вспыхнули густым румянцем, а золотистые глаза смущенно соскользнули в сторону.
Подтекста её подколки я снова не считал, но про себя подумал: «А ведь это действительно забавно».
★★★★★
Завершив процедуры в закрытом релакс-блоке, мы благополучно вернулись в Президентский люкс. Просторные апартаменты встретили нас мягким янтарным светом и тихим, почти ощутимым гулом работающих систем.
Все четверо переоделись в предоставленные отелем пушистые, невероятно теплые халаты сливочного оттенка. К моему глубочайшему тактическому удивлению, мы в полном составе расположились в центральной гостиной за низким столом из матового черного камня, чтобы попить горячего чая. Даже госпожа Ханако не удалилась сразу в свои покои, а грациозно опустилась на диван, поджав полы халата и держись фарфоровую пиалу изящными пальцами.
Подобный сдвиг в поведении моих спутниц стал возможен исключительно благодаря глубокому физиологическому и психоэмоциональному постэффекту после процедур. Мои сенсоры фиксировали у всех троих девушек идеальные показатели: дыхание было ровным и глубоким, пульс замедленным, сосуды расширенными, а мышцы полностью лишенными привычного спазма.
В моем аналитическом реестре подобное состояние релаксации по всем биометрическим маркерам было практически идентично пост-оргастическому синдрому, когда плоть и разум погружаются в абсолютный, ленивый покой.
— О-о-о-х, бля-я-ять... — тихо выдохнула Рита, откинув затылок на мягкую спинку кресла и прикрыв глаза. — Я чувствую себя так, будто меня разобрали по суставчикам, вымочили в элитном масле и собрали обратно. Таке, ты абсолютный идиот, что отказался от кушетки.
— Поддерживаю Ритульку! — промурлыкала Тишка, растекаясь словно разогретый воск. — Моя попка до сих пор приятно вибрирует... Дядь, ты теряешь лучшие моменты в жизни из-за своей самурайской паранойи.
Сохраняя ровную осанку, и потягивая прохладную воду, я отреагировал:
— Моя задача — не расслабляться, а фиксировать периметр. Завтрашний день, согласно моим расчетам, всё еще остается сопоставимо безопасным. Это дает вам ровно сутки полного восстановления. Послезавтра мы начинаем активную фазу подготовки к визиту Хидэо.
— Ну а раз завтра всё еще спокойно, — Тишка приоткрыла один золотистый глаз, хитро посмотрев на меня. — То мы с самого утра идем на эти проклятые турбо-гидро горки! Все вчетвером! Это не обсуждается!
Ханако сделала аккуратный глоток чая и едва заметно вскинула бровь:
— Опять эти ваши уличные забавы...
Но возражать с привычной яростью она не стала.
Пока в чашках дымился отвар, Рита плавно вернула разговор к теме потенциального сотрудничества:
— Госпожа Арасака... Раз уж у нас образовалась такая идиллия под космическим куполом, давай вернемся к бара «Лиззис». Я серьезно. Подумай об инвестициях.
Ханако опустила пиалу на стол. На её лице отразилась искренняя задумчивость. Она перевела взгляд на Риту и задала вполне логичный вопрос:
— Ты предлагаешь немыслимое. Уличная банда «Шельмы», которая исторически презирает и ненавидит мегакорпорации, будет официально финансироваться «Арасакой» — корпорацией, которая презирает уличные банды и считает их мусором. Как ты себе представляешь этот альянс?
Рита слегка пожала плечами, поправляя распахнувшийся ворот халата:
— Времена меняются, Ханако. В любом договоре есть свои плюсы, если перестать строить из себя гордых идейных нищих.
Тишка мгновенно подхватила мысль подруги, подавшись вперед и упершись локтями в колени:
— Ага! Зацени тему, госпожа! Для «Шельм» плюс очевиден — например, качественный хром для девчонок, нормальное оборудование и статус, что нас пальцем тронуть побоятся. A для «Арасаки»? Пиздец какой профит! Отвечаю! Бар «Лиззис» — это же идеальный информационный узел! Через нас проходит половина секретов города, все грешки мелких корпоратов, компромат, слухи... Вы получите слепые зоны города на блюдечке. Плюс, шика-а-а-арный репутационный ход: «Арасака» защищает обездоленных девчонок! Найт-Сити ахуеет!
Ханако молча выслушала эту импровизированную презентацию. В её глазах проскользнула острая пометка прагматичного политика. Она не сказала ни «да», ни «нет». Лишь тяжело выдохнула, грациозно поднялась с дивана и запахнула полы черного шелкового халата.
— Завтра... мы продолжим этот разговор. Наверное. — тихо произнесла она. — Доброй ночи.
И спокойным, легким шагом удалилась в свои покои, запечатав дверь.
★★★★★
Едва тяжелая створка спальни Ханако закрылась, Тишка шустро собрала пустые пиалы, унесла их в кухонный модуль и, вернувшись, лукаво посмотрела на Риту и меня:
— Так! Посуда чистая, халаты мягкие. Предлагаю переместиться в нашу с Таке спальню! Включим голоэкран, закажем еды и устроим просмотр нормального кино! А там... — она сделала свою фирменную пошлую паузу. — Как карта ляжет~
Ожидал, что Рита откажется, но она неожиданно приняла приглашение, правда, с оговоркой:
— Я с вами, но не на всю ночь, мелкая. У меня в спальне, между прочим, личный гидромассаж, да и я пиздец как заебалась. Хочу выспаться. Так что смотрим фильм — и я спать.
Мы втроем переместились в нашу с Тишкой спальню.
Помещение поражало масштабами: в центре возвышалась огромная двуспальная кровать, перед ней располагался полукруглый мягкий диван с журнальным столиком из темного стекла, а на противоположной стене мерцал огромный голографический панель-экран.
Тишка через консоль мгновенно оформила заказ. Нам доставили элитные закуски, хрустящий попкорн, пряные чипсы из экзотических корнеплодов и бутылку выдержанного бурбона.
На экране запустился какой-то старый культовый боевик.
Сидели мы на широком диване, я посередине, между Ритой и Тишкой.
Тишка, налив себе и Рите по бурбону, вальяжно откинулась на подушки. Одним ловким движением она закинула свои босые ступни мне прямо на колени и бедра. Её миниатюрные пальчики на ногах начали игриво двигаться, то сжимаясь, то растопыриваясь.
Мой разум не выдал никакой эмоциональной реакции, однако рефлексы ухода и телесного контакта сработали автоматически: медленно опустил свою ладонь на её левую ступню и принялся мягко, методично массировать её маленькие пальцы и свод стопы.
В моих широких, исполосованных шрамами руках её аккуратная, почти детская ножка выглядела невероятно хрупкой. Тишка от этого тихо промурлыкала, расслабляясь еще сильнее.
Рита, подвыпив полбокала терпкого бурбона, прищурилась, глядя на эту идиллию, потом резко протянула руку, цапнула мою вторую, свободную ладонь и с невозмутимым видом положила ее себе прямо на обнаженное бедро, слегка раздвинув полы халата.
— Так, самурай, не сочкуем, — фыркнула она. — Мне тоже положен расслабляющий массаж.
Под блокатором «Нейро-Стилла» я впервые не замер истуканом и не задрожал от прямого контакта с её обнаженной кожей. Мой мозг воспринимал это как сухой тактический запрос.
— Тебе тоже нужен успокаивающий массаж? — ровным тоном уточнил я.
Рита расплылась в пьяноватой ухмылке, подавшись ко мне ближе:
— Да, именно! Успокаивающий! Еще какой успокаивающий, дядь! Давай-давай, мни сильнее... А потом я тебе сделаю. Взаимозачет!
Тупо кивнул в ответ:
— Принято.
Моя правая ладонь легла на ее бедро. Начал плавно, с глубоким нажимом мять ее кожу, поднимаясь пальцами чуть выше к линии талии. Рита от этих движений буквально за секунду растеклась по дивану, как жидкий белок: глаза полуприкрылись, губы чуть распахнулись, из груди вырвался тяжелый выдох, а по коже бедер побежали отчетливые мурашки.
Тишка, заметив это боковым зрением, ревниво фыркнула, сильнее сжав мои пальцы своими стопами.
Поняв, что от таких манипуляций окончательно расклеится и потеряет остатки контроля, Рита решила сменить позицию. Она плавно сместилась, уложив голову прямо мне на колено, лицом к голоэкрану, а затылком к моему животу. Затем бесцеремонно залезла рукой под край моего халата, отыскав обнаженную кожу моего бедра, и принялась медленно поглаживать ладонью.
— Дашь на дашь, самурай, — прошептала она, не отрываясь от фильма. — Взаимно, хули.
Ощутил, как мышцы моего бедра самопроизвольно напряглись.
Спустя минут десять тихого шуршания тишину комнаты разбавило мерное, довольно громкое сопение. Тишка, не выдержав комбинации из расслабляющего массажа стоп, бурбона и тепла, наглухо отключилась, уткнувшись носом в диванную подушку.
Тут же Рита опомнилась, открыла глаза, посмотрела на спящую мелкую, а затем на мое застывшее лицо.
— Так... Кажется, концерт окончен, — тихо прошептала она, убирая руку с моего бедра и садясь на диване. Поправила халат, с улыбкой посмотрела на меня и поднялась: — Пойду я к себе. А то если останусь — ты меня тут точно до греха доведешь своими клешнями. Спокойной ночи, самурай.
Легко поцеловав меня в щеку, она тихонько выскользнула из спальни.
Ну а я аккуратно подхватил спящую Тишку на руки. Она была легкой, как перо. Перенес её на широкую кровать, укрыл мягким одеялом и отправился в ванную комнату, чтобы принять перед сном освежающий душ.
Спустя десять минут, обтеревшись полотенцем и вновь накинув сухой халат, я вернулся в спальню.
Тишка уже не спала, сидела на самом краю огромной кровати, поджав колени к груди. В её широко распахнутых золотистых глазах отражался неконтролируемый детский страх, а губы подрагивали.
— Ти? Что произошло? — быстро подошел я к ней, переходя в состояние боевой готовности.
Она подняла на меня взгляд, и я увидел, как на ее ресницах заблестели слезы.
— Я... я проснулась, а тебя нет... — сорванным, прерывистым шепотом выговорила она. — Открыла глаза, вокруг эта чужая космическая комната... и тебя рядом нет. Я думала, тебя опять забрали... или ты ушел на смерть...
Мой разум быстро сопоставил факты: проявление сильного посттравматического синдрома на фоне эмоциональной перегрузки. Логичным и единственно верным решением было немедленное вербальное и физическое утешение.
Шагнул вплотную к ней, когда она сидела на краю матраса, и мягко обнял её за плечи, прижимая к себе. Тишка мгновенно, с отчаянной силой обвила мою талию руками. Из-за разницы в положении — я стоял, а она сидела — её горячая щека уткнулась аккурат в самый низ моего живота, чуть выше паха.
Продолжал гладить её по голове, однако Тишка, слегка успокоившись от моего тепла, незаметно начала шерстить руками между нашими телами. Ей дрожащие пальцы ловко нащупали узел моего халата и бесшумно развязали его. Затем она мягко раздвинула ткань, чтобы прижаться своей щекой и открытыми ладонями прямо к моей обнаженной коже.
Мой протокол выдал легкое возмущение:
— Ти, это не совсем корректно...
Однако я не шелохнулся и не сделал ни единого шага назад. Продолжал утешать её ровным, ледяным голосом:
— Не бойся. Я никуда не ушел. Я не оставлю тебя. Просто был в душе... Тебе, кстати, тоже стоит принять душ перед сном. Это окончательно снимет остаточный стресс.
Тишка замерла, глаз моргнули в полумраке, а на щеках проступил легкий румянец.
— Хм... В душе, говоришь?..
Подпрыгнув на кровати, она крепко схватила меня за руку и взглянула на меня с наглым предвкушением:
— Отличная идея, дядь! Пошли в душ! Вместе! Ты помоешь мне спинку, а я помою тебя!
— Вместе?
— Ну... Ты же раньше помогал мне мыться, забыл? Так какие проблемы сейчас?!
Мысленно запустил поиск контраргументов пялясь в потолок. Логические матрицы выдали ноль результатов: мы действительно ранее неоднократно совершали совместные гигиенические процедуры в рамках полевого ухода, мы находимся в изолированном блоке, а её психоэмоциональное состояние требовало полного закрытия тревожного триггера.
Контраргументов не нашлось.
— Принято, — холодно ответил я. — Идем.
И Тишка с победным писком крепко ухватила меня за запястье, настойчиво потащила за собой в ванную комнату нашего президентского люкса. Остаточные следы недавней паники еще дрожали в уголках ее золотистых глаз, но на смену страху, очевидно, уже приходило азартное предвкушение.
Внутри царил мягкий полумрак, а стены огромной душевой кабины из матового стекла все еще хранили густой, влажный пар от недавнего использования.
Едва мы переступили порог душевой зоны, Тишка решительно сбросила с плеч свой мягкий халат. Ткань бесшумно скользнула по ее смуглой коже и упала на кафельный пол. Обнаженная, хрупкая, с торчащими сосками и изящными контурами хрома, она шагнула под своды просторной кабины, обернулась ко мне через плечо и, игриво вильнув бедрами, бросила с вызовом:
— Ну чего стоишь, самурай? Раздевайся и заходи давай!
— Я уже принимал душ десять минут назад, Ти, — хладнокровно возразил я, оставаясь на пороге в распахнутом халате.
Она замерла, упершись руками в бедра, и выдала неопровержимый тактический аргумент, против которого у моего рассудка не нашлось ни единой поправки:
— Ой, подумаешь! Ты стоял под душем в полном одиночестве, а теперь предлагается парная гигиеническая процедура с элементами психологической реабилитации пострадавшего партнера. Это совсем другой норматив, дядь! Так что не выебывайся и шагай сюда!
Мой заблокированный «Нейро-Стилом» разум не нашел в этой формулировке логических изъянов. Без лишних слов сбросил халат и шагнул в прохладу и пар душевой кабины, присоединяясь к ней.
Вода зашумела глухим эхом по стенам. Мы встали под мягкие струи тропического душа, начали привычный, почти бытовой разговор, снимающий остаточное напряжение. Я выдавил на ладонь густую порцию отельного шампуня с ароматом ночного кипариса и принялся втирать его ей в волосы массирующими, круговыми движениями. Тишка блаженно прикрыла глаза, мило и доверчиво жмурясь под моими пальцами, расслабляя шею.
— Слушай... — протянула она сквозь шум воды, лениво прислонившись лбом к моей груди, или даже чуть ниже. — А эта Ханако... Она вечно такая надутая корпоратка? Или у нее просто катана в жопе застряла пожизненно?
— Она наследница мегакорпорации, — так же буднично ответил я, смывая пену с ее макушки и переходя на гель для душа. — Её эмоциональный диапазон зажат в тиски жестких протоколов безопасности, традиций клана и выживания. Примерно так же, как и мой.
— Ой, да ладно тебе сравнивать, — фыркнула она. — Ты хотя бы живой, хоть и ледяной. А она как статуя из чистого титана.
Выдавил новую порцию геля на ладони и принялся методично распределять его по ее плечам, спине и пояснице, стараясь работать предельно аккуратно в областях усиленного хромированного позвоночника.
— А Рита? — не унималась Тишка, стоя спиной ко мне, пока я опускался ниже. — Ох, как она сегодня на диване к тебе прижималась. Головой на ногу легла... Лазила своими ручонками под халат... Тебе вообще норм было, самурай?
Мой взгляд на секунду завис, пока я продолжал растирать пену по ее бедрам.
— Это был тактический контакт в рамках расслабления. Не более.
— Ой, да неужели? — Тишка тихонько хихикнула, упираясь ладонями в мокрую стену кабины, слегка выгибая спину и грациозно подставляя округлые, упругие ягодицы под мои омывающие движения. — А если я сейчас возьму и приревную? Признайся, тебе же лестно, когда две горячие девчонки вокруг тебя крутятся?
— Ты ревнуешь, Ти? — прямо спросил я, смывая с неё пену струей из гибкой лейки.
Резко развернувшись ко мне лицом, она тут же выпрямилась, с наигранным возмущением фыркнув:
— Я? Ревную?! Да ты чё! С чего бы мне ревновать эту уличную стерву к заторможенному самураю под химией? Просто интересуюсь качеством обслуживания на клиентской линии!
Промолчав, я переключил воду и стал смывать пену со своих собственных рук и плеч. И в этот момент произошло то, к чему мои аналитические алгоритмы оказались совершенно не подготовлены, хотя прецеденты в прошлом уже случались.
Тишка бесшумно опустилась на кафельный пол на колени прямо передо мной.
Ее лицо оказалось ровно на уровне моего паха. Я прекрасно знал этот сценарий, учитывая ее текущее эмоциональное состояние, перегрузку и потребность в тактильности, она непременно сделает именно это.
Протокол безопасности позволял мне отстраниться, но мой заблокированный химикатами мозг не зафиксировал прямой угрозы, а глубинное желание стабилизировать ее психику перевесило остатки корпоративной морали. Так что я просто позволил этому случиться.
Она протянула свои маленькие ладошки к моему телу. Её пальцы уверенно и крепко обхватили мои яйца, взвешивая их в ладони с таким выражением абсолютного успокоения на лице, будто она наконец-то дорвалась до антистрессового тренажера.
Напряжение и остатки ночного страха на её лице испарились, сменившись лукавым, сытым удовлетворением.
— Тяжелые какие... — шепнула она, глядя снизу вверх своими золотистыми глазами сквозь капли стекающей воды. — Сейчас точно лопнут, если не спустить давление, дядь. Вредно же для здоровья такие грузы носить, профессиональный риск!
— Согласно медицинским протоколам, это не несет критической угрозы организму, — строго и монотонно ответил я.
— Ой, заткнись, медицинский справочник ходячий, — ухмыльнулась она.
Ее тонкие пальцы мягко соскользнули выше, начиная изучать мой плотный клинок. Она неторопливо гладила его, исследовав форму и текстуру с самым серьезным видом, будто проводила технический осмотр кибер-оружия перед боем.
— Какой в этом практический смысл, Ти? — беззлобным голосом спросил я, не пытаясь отстраниться, а лишь фиксируя процесс.
Мне действительно было до конца не ясно, зачем ей это нужно прямо сейчас.
Подняв на меня лукавый взгляд, она продолжила медленно водить пальцами:
— Смысл в том, что мы партнеры, напарники и соучастники, самурай. Мы должны знать друг друга до последней клеточки, изучать реакцию тела. Ты же знаешь каждую мышцу и каждую зону моего тела... А мои реакции знаешь наизусть.
— А ты разве не знаешь мои? — уточнил я.
Улыбнувшись хитро, на один бок, она с неповторимой уличной дерзостью ответила:
— Знаю. Поэтому я и жду твою реакцию... Мне безумно интересно: этот твой разрекламированный «Нейро-Стилл» заморозил только твой мозг и сердце... или твой боевой клинок он тоже сумел приморозить к чертям? Проведём научный эксперимент?
Не дожидаясь ответа, она пустила в ход легкие, ритмичные манипуляции пальцами и ладонью.
Стоя под теплыми струями душа, я фиксировал, как монотонно, но неумолимо в моем сознании тикает внутренний таймер. Химический блокатор пытался глушить сигналы, но физиология брала свое: мой клинок под воздействием ее действий начал стремительно наливаться кровью, твердеть и подниматься вверх, возвышаясь над ее лицом.
Визуал был запредельно пошлым и, наверное, развратным, если вырвать его из контекста: голый мужчина в душе и девушка на коленях, сжимающая его плоть. Но в контексте нашей истории это обретало совсем другой смысл. Для Тишки это была проверка: она добивалась реакции, пытаясь доказать самой себе, что даже под воздействием жесткой корпоративной химии человеческое тепло в этом мире еще не умерло окончательно. «Нейро-Стилл» не смог заморозить абсолютно всё.
— Доказательство на лицо. завершаем эксперимент, Ти. Продолжать будет не честно по отношению к тебе и ко мне. Я всё таки под нейроблокатором и...
Убедившись в результате, она победно выдохнула, смахнув мокрые пряди со лба.
— Знаю, дядь. Но... мы обязательно продолжим и доведём дело до конца. В другой раз. Когда... Ну...
— В более спокойное и безопасное время.
— Агась.
Спустя еще несколько минут мы просто завершили водные процедуры, вытерлись пушистыми полотенцами и окончательно ушли в нашу спальню, чтобы погрузиться в долгожданный сон под тихое гудение орбитальной станции.
Мы уже лежали в темноте под одеялом, когда тишину ночи нарушили странные, глухие, ритмичные звуки, доносившиеся из соседней спальни, где располагалась комната Риты. Сквозь стены до нас доносился монотонный ритм каких-то вибраций и вполне узнаваемые сладкие стоны.
Тишка в темноте хихикнула, ткнувшись носом мне в плечо:
— Слышишь, дядь? Кажется, у нашей Ритульки гидромассаж работает с двойной нагрузкой... Хэ-хэ~
— Слышу. Спокойной ночи, Ти.
— Спокойной, Таке Годзё.
★★★★★
Том 2. Глава 31: Бежевые плавки.
POV: Рита Уилер
Утро второго дня нашего пребывания на «Хрустальном Дворце» выдалось совершенно невероятным, пожалуй, это было первое утро за всю мою сознательную жизнь в Найт-Сити, когда я проснулась нормально, по-человечески выспавшейся, без дикой боли в шее и триггерных сирен за окном. Самое забавное во всей этой сюрреалистичной картине заключалось в том, что простое человеческое пробуждение настигло меня за хуеву тучу километров от Земли, в парящей над планетой металлической консервной банке для миллиардеров.
Вчерашние спа-процедуры, долгие посиделки за просмотром киношки с элитными закусками, и странные, но чертовски приятные ночные ласки на диване, плюс к этому перед сном баловство с гидромассажером — сделали свое дело. Сегодня я чувствовала себя так, будто готова голыми руками сворачивать горы. Ну или расковыривать астероиды.
Пожалуй, я бы и продолжила лежать в этой благостной полудреме, если бы из общей гостиной не донесся оглушительный, звенящий на ультразвуковых частотах визг:
— Уиии-хааа! Подъем, сучары и уважаемая госпожа Ханако! — надрывалась Тишка, устраивая утренний террор. — Время девять утра, а значи-и-и-ит...
— Ти, заткнись, ради всего святого... — раздался в ответ глухой, уставший баритон Такефасы.
— ...а значит, гидро-турбо-горки ждут нас! — завершила свой вопль эта мелкая неугомонная бестия, победно громыхнув чем-то металлическим.
С легким стоном я разлепила глаза. Натягивать на себя какой-то боевой или уличный прикид не было никакого желания и смысла, поэтому я накинула лишь короткую шелковую ночную майку, которая бесстыдно спадала с одного плеча, и тончайшие, полупрозрачные утренние эластичные трусики.
Толкнув дверь спальни, я вышла в просторную общую гостиную нашего президентского люкса.
Вау... Интерьер продолжал поражать воображение: гигантское панорамное окно-стена открывало головокружительный, запредельный вид на выгнутый голубой горизонт Земли, утопающей в белых спиралях облаков, по центру красовался огромный голоэкран, транслирующий мягкий лаунж.
Мимо меня бесшумно, с грацией заправского ниндзя, прошел Такефаса. На нем была свежая черная рубашка, а в руках он держал поднос с дымящимися чашками горячего чая. Заметив меня, он коротко, по-деловому кивнул в знак утреннего приветствия. Я же, не растерявшись, отвесила ему изящный, утонченный балетный па с плавным кивком головы и легким реверансом прямо в трусиках. Пха.
Сделав шаг к столу, я обнаружила там остальных участников нашего цирка. Тишка, укутанная в отельный белоснежный пушистый халат, и госпожа Ханако Арасака. Эта женщина, кажется, обладала уникальной суперспособностью: даже в условиях космического курорта она сидела за столом в безупречно строгом, облегающем светлом платье. У меня складывалось стойкое ощущение, что она в нем даже спит, подключившись по ночам к корпоративным серверам.
Ханако, услышав мое приближение, резко повернула голову и уставилась на меня. Её глаза медленно, с брезгливым изумлением пробежались по моему внешнему виду сверху донизу.
А посмотреть было на что!
Мои ярко-пурпурные волосы были собраны на макушке в два задорных растрепанных пучка, по телу сверкал боевой хром, обнаженные ключицы украшали аккуратные имплантаты, а на пальцах поблескивали встроенные шипы, плоский животик и гладкая кожа контрастировали с сочной, выбивающейся из-под сползающей набок майки упругой грудью, на которой красовалась фирменная татуировка банды «Шельм». Ну и вишенка на торте, крошечные трусики, которые из-за моих утренних потягушек опасно съехали с одной костяшки таза, обнажая изгиб.
Сонно проморгавшись, я демонстративно почесала живот.
Ханако буквально закипела на месте, аристократическое лицо побагровело, а губы сжались в тончайшую нить:
— Рита! Немедленно вернись в спальню и приведи себя в божеский, цивилизованный вид! — сорвалась на командный тон наследница корпорации, громыхнув чашкой о стол. — Если ты еще хоть раз позволишь себе расхаживать по общественным зонам люкса в этом... этом непотребном белье уличной бродяги, я никогда в жизни не стану даже рассматривать твоё убогое предложение об инвестициях в твой проклятый бар «Лиззис»! Слышишь меня?! Марш переодеваться!
Обиженно надув губы, я грустно поплелась обратно в коридор. За спиной услышала, как тихо, с облегчением выдохнул Такефаса. Он аккуратно поставил поднос с чаем на столик и ровным, чеканным голосом начал командовать:
— План действий на утро: всем экипироваться для развлекательно-отвлекательного времяпрепровождения в зоне с гидро-турбо-горками. Одежда должна... Должна соответствовать техническим требованиям безопасности закрытых водных комплексов, но...
Решив не терять времени зря и, заскочив в свою комнату, я принялась изучать предоставленный отелем персональный ассортимент брендовых купальников. Мой выбор пал на раздельное бикини глубокого черного цвета. Тончайшие лямки и ремешки оплетали тело, а по краям ткань была прошита яркими, неоново-розовыми светодиодными линиями, которые пульсировали в такт биению сердца.
Пока я натягивала эту красоту, через тонкие стены до меня доносился голос неугомонной Тишки, которая в общей комнате пыталась заставить Ханако переодеться тоже:
— Да бросьте вы, госпожа императорша, в своем скафандре париться! Мы на курорт прилетели или куда?! Напяливайте купальник!
Ханако категорически отказывалась, но тут в дело вступил тяжелый авторитет самурая: Такефаса жестко отрезал:
— По протоколу безопасности разделяться нельзя и идти к горкам обязаны абсолютно все члены группы в равных условиях.
Спустя минут десять я снова вышла в общую гостиную.
Поверх своего черного бикини с розовым неоном я накинула стильный пляжный халат крупной вязки и сунула ноги в мягкие пушистые тапочки.
В комнате за столом сидел только Такефаса, неторопливо попивая остывающий чай.
— А где все остальные? — удивленно спросила я, опускаясь на диван и с благодарностью принимая из его рук кружку с теплым травяным сбором. Сделав первый глоток, я довольно прищурилась.
— Ти и Ханако находятся в спальнях. Переодеваются к выходу на объект, — спокойно и сухо ответил он, глядя куда-то в пространство.
— Ого... Значит, Ханако всё-таки соизволила пойти с нами?
— Да. Как я уже сказал, разделение группы на станции сейчас нецелесообразно.
— Угу-у-у... понятно, — протянула я, выдыхая чайный пар.
Болтать самурай явно не горел большим желанием, наверное сказывалось действие «Нейро-Стилла». Но мне-то молчать было скучно, поэтому я решила немного подергать кота за яйца:
— Слушай... Таке. Вчера ночью, у вас в спальне, ну, когда мы фильм смотрели на этом гигантском экране...
Медленно он повернул на меня голову, зафиксировав мой взгляд и демонстрируя полное внимание.
— Кхм... Как бы это помягче сформулировать... — я слегка замялась, нарочито опуская глаза вниз и изображая из себя смущенную девочку-недотрогу. Хотя какой, к черту, смысл было смущаться перед ним? Ему же по идее глубоко фиолетово на любые подкаты из-за химических блокаторов в крови. — Короче. Я тебя вообще-то тогда по бедру гладила. А ты меня... И...
Такефаса даже брови не свел, его голос прозвучал с пугающей сухостью:
— Ты же сама прямо заявила, что тебе требовался успокаивающий терапевтический массаж. Я всё прекрасно понял и отработал по протоколу. А потом ты точно так же отплатила мне взаимным действием. В чем вопрос, Рита?
От такой его железобетонной, сугубо утилитарной формулировки у меня в груди аж вскипело возмущение!
— То есть, подожди! — всплеснула руками я, едва не расплескав чай. — Если я сейчас скажу тебе, что мне, ммм... допустим, срочно нужна эмоциональная разрядка... женская, понимаешь? Путем... эм... путем прямой стимуляции моей промежности и обеих дырочек, с твоей квалифицированной самурайской помощью... Ты что, тоже побежишь исполнять? Или поможешь только в том случае, если это снова будет на условиях взаимозачета?! Или как блять?!
Тяжело вздохнув, Таке перехватил чашку поудобнее и ответил с убийственным хладнокровием:
— Рита, я технически не до конца считываю, какая именно «эмоциональная разрядка» здесь подразумевается. Возможно, сказывается влияние блокаторов, я этого абсолютно не исключаю. Но... дело не в терминах.
Он бросил на меня короткий, пронзительный взгляд киберглаз, после чего демонстративно отвернулся обратно к своей чашке.
— Тем не менее... в моей базовой прошивке, глубоко за всеми протоколами и подавленными эмоциями, есть одна фундаментальная парадигма: Ти и ты являетесь критически важными объектами для меня. Не для миссии «Арасаки», не для тактической задачи, не для общей глобальной цели, а лично для меня, понимаешь?
— Неа. Нихуя не понимаю.
— Когда этот внутренний фундамент настолько прочен и незыблем, даже самые мощные химические блокаторы не могут помешать мне иметь искреннее желание поддерживать вас, защищать и помогать. Получается парадоксальная вещь: даже до конца не понимая глубинный смысл того, что ты сейчас предлагаешь... я всё равно подсознательно готов согласиться. Просто из-за вышеозначенного факта.
Тут я охуела. Честно. Чашка замерла у меня на пол пути к губам.
— Тц... Пиздец просто... — цокнула я языком, закатывая глаза и шумно выдыхая. — Знаешь что? Наверное, в какой-нибудь альтернативной вселенной это могло бы прозвучать очень даже мило и трогательно... Но ты своей запредельной, душной самурайской логикой умудрился засрать весь романтический момент на корню!
— Прости. Наверное. — он совершенно невозмутимо, едва заметно улыбнулся уголками губ, идеально считав моё наигранное разочарование и едкий сарказм.
В этот момент тяжелая створка спальни со скрипом распахнулась, и на пороге появилась Тишка.
От увиденного зрелища у меня едва челюсть на ковер не рухнула! Мелкая вырядилась в микро-бикини (МИКРО, КАРЛ!), а поверх накинула лишь невесомую, абсолютно прозрачную сетчатую накидку паутинкой, которая вообще ничего не скрывала.
— Ну как я вам, сучки?! — с триумфальным видом выдала Ти, делая эффектный пируэт на носочках.
Вытянув задумчиво губы, я принялась с пристрастием оценивать её бомбический лук: каштановые волосы растрепаны в художественном беспорядке, с ярко-розовыми крашеными прядями-перьями; золотистые глаза буквально светились диким, детским счастьем.
Кстати, заметив этот сияющий взгляд, я тут же мысленно сделала пометку: глазки у нашей мелкой горят явно не из-за предстоящих водных горок, ох далеко не из-за них... Уж не ночка ли с Такефасой так на нее повлияла? Хм-хм.
Перевела взгляд ниже: её крошечные трусики-стринги представляли собой буквально две веревочки сзади, полностью обнажая упругие, сочные ягодицы, вдоль которых тянулись изящные тайпированные линии хрома, цвет металлик. Сам верх купальника состоял из микроскопических нежно-розовых треугольников с едва заметным узором сакуры, которые с огромным трудом прикрывали её соски и крошечную, плоскую грудь.
Не удержавшись, я ехидно выкрикнула вслух:
— Эй, Годзё! На этой твоих мини-сиськах треугольники ткани выглядят не как микро-бикини, а как цензура порно-картинок! Это же чисто абсурд, ты перед кем светишь своими косточками?!
Тишка мгновенно взбунтовалась, воинственно уперев руки в бока и подбегая к нашему столу:
— Эй, полегче на поворотах, Шельма! Я вообще-то комплимент ждала, а не твои едкие рецензии! За такие слова я тебя сейчас в бараний рог скручу! — шутливо возмущалась она, нападая на меня с кулачками.
Захихикав, я принялась отмахиваться от её загребущих ручонок, и пока мы с ней в боролись прямо на диване, Такефаса с сугубо самурайским стоицизмом спасал стоявшие на краю стола чашки с чаем, ловко отодвигая их в безопасную зону.
И тут створка соседней спальни тоже плавно открылась, и из неё вышла... Ханако.
Мы с Тишкой резко замерли в полуобъятиях, а Такефаса выпрямился во весь рост.
Госпожа Арасака появилась в строгом, закрытом слитном купальнике угольно-черного цвета с глубоким корпоративным логотипом на спине. Но даже несмотря на слитный фасон, этот наряд сидел на её безупречной фигуре так дорого и дерзко, что у нас у всех челюсти отвисли: обнаженные, точеные плечи, невероятно длинные, стройные ноги и царственная осанка повергли нас в абсолютный шок. Тишка даже громко, отчетливо сглотнула слюну.
Ханако с абсолютно каменным, непроницаемым выражением лица подошла к вешалке, неторопливо набросила на плечи точно такой же дорогущий фирменный шелковый халат, смерила нас троих тяжелым, подавляющим властным взглядом генерала армии и чеканным голосом произнесла:
— Я полностью готова. Мы можем выдвигаться.
★★★★★
Вся наша бравая команда наконец-то прибыла в элитный водный комплекс «Хрустального Дворца», эксклюзивный гигантский аквапарк нулевой гравитации, раскинувшийся под самым большим прозрачным куполом орбитальной станции.
Это место казалось абсолютным сюрреализмом: над нашими головами расстилался бездонный космос, а внутри комплекса царила запредельная тропическая роскошь. Водные артерии прозрачных труб из искусственного хрусталя переплетались в воздухе, словно вены гигантского биомеханического монстра. Невесомые потоки воды, подсвеченные нежными неоновыми лентами, парили прямо в пространстве каскадными кольцами; пальмы с изумрудными листьями росли из искусственных островов с белоснежным песчаным покрытием.
Мы двигались по мокрым мраморным дорожкам, привлекая внимание абсолютно всех гостей.
Впереди всех, крепко ухватив Такефасу за руку, семенила Тишка. Я шла чуть позади и всю дорогу с нескрываемым уличным кайфом наблюдала за этим шикарным ракурсом: упругие, смуглые, аппетитные ягодицы мелкой, упакованные в микроскопические розовые стринги, ритмично вздрагивали и переливались, словно сладкое желе, под невесомой сетчатой накидкой при каждом ее шаге! А рядом с ней вышагивал самурай, его мощные, рельефные икры переливались узлами мышц, а булки были прикрыты легкими, строгими бежевыми шортами-плавками, поверх торса была накинута гавайская, но довольно сдержанная рубашка с коротким рукавом, серая, с аккуратным узором.
По левую руку от меня грациозно плыла Ханако Арасака. Наследница изо всех сил изображала изощренный аристократический перформанс, делая вид, что вообще не знает этих двух уличных девиц и случайного самурая перед собой. Ну а я... Я шла вальяжно, вразвалочку, накинув халат на свое черное неоновое бикини и поигрывая плечами в такт музыке.
И тут я заметила, как внимательные глаза Ханако бегают по другим посетителям, VIP-зонам и отдыхающей элите. Проследив за её аристократическим взглядом, я с легкостью опознала пару-тройку известных в Найт-Сити рож: на соседнем кожаном шезлонге грел брюхо вице-президент «Биотехники», а у барной стойки с молекулярными коктейлями о чем-то спорил главный прокурор Уотсона.
Но вишенка на этом космическом торте выскочила прямо нам навстречу! Из-за пальмовой аллеи к нашей компании со слащавой походкой направился не кто иной, как Ариф Икбал — легендарный диктор и главный телеведущий «Новостей на WNS», чья холеная физиономия ежедневно вещает с каждого голоэкрана Найт-Сити.
Он сначала с легким, брезгливым недоумением окинул взглядом мое тело и голые ягодицы Тишки, но затем его лицо моментально расплылось в приторно-льстивой, елейной ухмылке. Икбал изящно поклонился Ханако:
— Госпожа Арасака! Какая невероятная, непредвиденная честь встретить вас в столь неформальной обстановке на орбите!
Ханако ответила ему предельно сдержанным кивком, даже не замедлив шага.
Но я просто физически не могла упустить такой шанс! Выскочив на шаг вперед, с самой искрометной, издевательской физиономией вытянула свою хромированную ладонь прямо ему под нос и на весь аквапарк выкрикнула его фирменную вводную, карикатурно скопировав дикторскую интонацию:
— «Здравствуйте! Меня зовут Ариф Икбал, и с вами новости на «Дабл-ю-эн-эс»! — я с размаху цапнула его ухоженную руку своей стальной хваткой и сжала его пальчики, отчего ведущий аж сглотнул. Я нависла над ним с хищной, ехидной ухмылкой и тише добавила: — А теперь слушай сюда, телезвезда. Не мешай госпоже и её опасной уличной свите спокойно отдыхать, понял меня?!
Икбал судорожно закивал, выхватывая свою слегка хрустнувшую ладонь, и молниеносно испарился в направлении бара.
— Рита, прекрати хулиганить, — вмешался Таке, подозвав нас к заранее арендованным, изолированным VIP-шезлонгам у самого края бассейна. — Оставляем вещи здесь и начинаем активную фазу.
Мы подошли к шезлонгам. И тут Такефаса неторопливо расстегнул пуговицы своей гавайской рубашки, сбросил её на ткань лежака и остался в одних лишь бежевых плавках... Сука.
Над нашей VIP-зоной повисла густая женская тишина.
Мы втроем — я, Тишка и даже Ханако! — одновременно замерли с приоткрытыми ртами, не в силах оторвать взглядов.
Торс самурая представлял собой невероятную, дикую летопись суровых боев: широкие грудные мышцы, кубики каменного пресса, и всё это покрыто узорами из глубоких боевых шрамов, багровых гематом и затягивающихся следов от пулевых ранений. Мужская сила в самом чистом, брутальном её проявлении.
Тишка жадно сглотнула слюну, Ханако мгновенно отвела взгляд, смущенно покраснев кончиками ушей, а я лишь ехидно хмыкнула про себя: «Да-а-а, самурай, а плавки-то тебе чертовски идут...»
Кое-как справившись с визуальным шоком, наша четверка поднялась на самую высокую, головокружительную стартовую площадку аквапарка. Перед нами возвышалась легендарный аттракцион «Бездна Орбиты» — вертикальная прозрачная капсула свободного падения с вылетом в зону нулевой гравитации на самом финише.
— Я! Я полечу первой! — заверещала Тишка, выпятив грудь в своих нежно-розовых треугольниках и вздев кулачок к космосу. — Смотрите и учитесь, как надо покорять бездну, лохи! То есть, лохи и госпожа Ханако!
Рванув к стартовой платформе, она наверное вознамерилась сделать самый эффектный, грациозный прыжок в истории аквапарков. Но мокрый элитный пластик внес свои жесткие коррективы! Нога Тишки со скрипом поехала по гладкой поверхности, она смешно взмахнула руками, потеряла равновесие и с задорным воплем полетела боком прямо туда, где стоял Такефаса в своих бежевых, еще абсолютно сухих плавках!
Бумс!
Тишка со всего маху впечаталась лицом аккурат в его оголенный, покрытый шрамами кубический пресс!
Сработали боевые рефлексы походу, ведь живот Такефасы мгновенно окаменел, мышцы пресса превратились в будто в камень, а из его рта вырвался бубнеж:
— Зафиксирован фронтальный кинетический удар...
Тишка с визгом отлетела от его пресса, упала на попу и принялась отчаянно тереть свой носик, вопя на всю площадку:
— Бля-а-а-а-а-ть! У тебя живот тверже, чем мой боевой бронежилет! Я себе чуть нос не сломала, самурай ты хуев, сука-а-а-а!
От такого, я просто завалилась на бок, держась за живот и хохоча в голос на всю стартовую вышку! Ханако же лишь тяжело, стоически вздохнула, закрыла глаза ладонью и сухо поторопила нас:
— Прекратите этот балаган. Проходите в капсулы, нас люди ждут.
Первой в трубу со свистом и визгом ухнула Тишка. Следом за ней, хохоча и переворачиваясь в воздухе, вылетела я. Третьим, словно боевая торпеда, погрузился Такефаса.
Внизу, в огромном финишном бассейне с тёплыми волнами, мы вынырнули на поверхность. Такефаса, теперь уже в абсолютно мокрых бежевых плавках, облегающих его бедра, встал у самого выхода из водяного желоба, исполняя роль спасателя. Я и Тишка барахтались рядом, с нетерпением поджидая завершающий аккорд.
И вот из прозрачной трубы вылетела Ханако...
Это было зрелище века! Наследница «Арасаки» на бешеной скорости выскочила из желоба, окончательно потеряла баланс от мощного водяного потока и с громким, совершенно неаристократическим воплем: «А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!» — сделала двойное сальто в воздухе!
Такефаса выбросил руки вперед, намереваясь поймать госпожу, но гидравлический захлёст выбил его из равновесия. Ханако на полной скорости рухнула прямо ему на спину!
Они погрузились в воду и вынырнули вместе. Наследница корпорации замерла, буквально повиснув верхом на мокрой, шрамированной спине самурая. Её идеальная прическа окончательно распалась, мокрые темные пряди липли к щекам, макияж слегка поплыл от брызг, а сама она судорожно дышала, вжавшись мокрой щекой прямо в его лопатку.
Медленно сползая по его спине вниз, чтобы нащупать ногами дно бассейна, Ханако сжала пальцами его плечи и пробирающим до костей командным тоном отчеканила ему прямо в ухо:
— Фусито... Если хоть одна живая душа в Совете директоров пронюхает, что я орала на водном аттракционе, как последняя истеричка... я лично перепрограммирую твой нейрочип на немедленное самоуничтожение. Ты меня понял?
Такефаса стоял по пояс в воде — абсолютно невозмутимый, спокойный, с капающей с волос водой. Он бережно придержал её за талию, помогая встать на ноги, и так же сухо ответил:
— Вас понял, госпожа. Все записи с камер видеонаблюдения комплекса уже удалены из архива.
★★★★★
После такого грандиозного, эпичного вылета из трубы мы кое-как выкарабкались из теплых волн бассейна. Госпожа Ханако, оправив намокший, липнущий к телу купальник и выжав темные пряди волос, с аристократическим выражением лица сразу же ретировалась в сторону бара. Наследница сухо аргументировала свое бегство тем, что её «программа-минимум по экстремальным развлечениям выполнена примерно на столетие вперед».
В это время мы с Таке замерли у высокого матового столика между нашими шезлонгами под пышной персональной пальмой. Я размашисто оперлась локтями о столешницу, намеренно выгнув спину дугой так, что тонкие лямки моего черного неонового бикини врезались в кожу. Опустив взгляд к своим сиськам, я с нескрываемым удовольствием наблюдала за тем, как крупная капелька воды медленно скользит по моей налитой груди, стекая аккурат к плоскому животу.
Ну а хули? Сама собой любовалась, раз никому в этом проклятом космосе до меня дела нет! Такефаса же просто монолитно замер рядом, сцепив руки за спиной, в своих бежевых влажных, прилипших к телу плавках, сканируя периметр.
А вот Тишка выбираться из воды пока явно не планировала, мелкая плескалась у бортика, как безумное шестилетнее дитя! Вдруг она поймала мой озорной взгляд, хитро подмигнула, выдула мне воздушный поцелуй и без малейшего стеснения заверещала на весь VIP-сектор:
— Ритуль! Пиздец ты секс-бомба! Попку-то, попку оттопырь посильнее, пускай олигархи слюнями подавятся!
Немногочисленные элитные гости на соседних шезлонгах шокировано оглянулись на этот выкрик, но Тишке на их мнение было абсолютно поебать! Я лишь тихонько хихикнула в кулак, качая головой.
А спустя пару минут на нашу мелкую суккубшу напал приступ гениальной актерской импровизации. Тишка резко сделала испуганное лицо и принялась... комично тонуть! Ага, блять, в двух метрах от бортика и на глубине ровно в полтора метра! Пфф!
— Ой-ой! Кажется, гравитация сломалась нахуй! Самурай, спасай, я тону-у-у-у~! — заголосила она, барахтаясь в воде, как подстреленная утка.
Такефаса, даже не удосужившись проанализировать элементарную глубину бассейна, сорвался мгновенно. В один мощный, идеальный прыжок он оказался в воде рядом с ней, подхватил её за подмышки и поставил на ноги. Наблюдала я за этим абсурдом, высоко изогнув бровь.
Тишка, естественно, вставать на дно не собиралась. Она мгновенно вжалась в его мокрый торс всем своим упругим тельцем, намертво повиснув у него на шее, а ногами обхватив его бедра!
— Ти, слезь, — сухо приказал самурай, убирая руки с ее талии.
Мимо них с гигантскими, охуевшими глазами проплыла парочка корпоратов.
— Не слезу! Тут пиздец как глубоко, дядь! — нагло завопила Тишка в ответ, сильнее сжимая его шею.
Такефаса остался неподвижно стоять в воде, выполняя роль двуногой подставки под эту безумную мартышку.
Как-то внезапно к бортику подошла вернувшаяся из бара Ханако, в одной руке она изящно держала высокий бокал с взбитыми сливками и клубникой. Наследница смерила эту парочку в воде строгим взглядом и рявкнула:
— Фусито!
Самурай по цепочке мгновенно рявкнул вниз:
— Годзё!
— Ладушки-ладушки, дядь... М-м-м, кстати... — сочно пропела Тишка, медленно опуская свои ноги на дно бассейна, но при этом продолжая нежно прижиматься к его животу.
Ее маленькие, мокрые ладошки скользнули прямо под резинку его бежевых плавок! Так ловко, бесцеремонно и глубоко, прямиком на обтянутые мокрой тканью ягодицы самурая! И нам с Ханако было прекрасно слышно (ведь эти два извращенца барахтались в двух метрах от нас!), как мелкая промурлыкала ему прямо в губы:
— Под водой твои мышцы еще более твердые... — её голосок стал настолько сладко-игривым и пошлым, что у меня самой внизу всё сладостно затрепетало, сука! — Спорим, если я сейчас спущусь на пару сантиметров ниже... твои проклятые химические блокаторы сгорят к хуям? Хэ-хэ~
Тут же Такефаса уткнулся своей широкой ладонью ей прямо в лоб, безжалостно отодвигая от себя наглую девчонку, и коротко скомандовал подниматься. Они стали выходить из бассейна. Вода красивыми потоками стекала по их мокрым телам... И тут мой взгляд случайно соскользнул ниже пояса самурая. Я отчетливо зафиксировала весьма внушительный бугорок под мокрой бежевой тканью его плавок! Невольно хмыкнула про себя, прикусив губу: «Экспериментаторша хренова... А ведь сработало!»
Следом мы расселись на наших шезлонгах. Я и Тишка усердно обтирались махровыми полотенцами, а Такефаса тем временем сбегал к стойке и вернулся с подносом, на котором стояли свежие, охлажденные коктейли для всех нас.
Только он расставил бокалы, как к Ханако подошла пара солидных мужчин в строгих темных халатах, походу её знакомые. Наследница мгновенно поднялась. Такефаса тоже резко встал во весь рост, приняв стойку «смирно».
— Мне проследовать с вами, госпожа? — ровно спросил он.
Ханако еле заметно махнула своей изящной ручкой, окинув коротким взглядом меня и Тишку:
— Нет, Фусито, побудь... с ними. Это мои партнеры по логистике и доставке, я буду у закрытого бара. Скоро вернусь.
Самурай кивнул, и Ханако удалилась.
Тишка тут же подскочила с лежака, зажимая животик:
— Ёбушки! В меня этот коктейль точно не влезет, я еще утренний чай не сбросила! Пойду пописяю в уборную! — и умчалась вглубь комплекса.
Так мы остались с самураем вдвоем. Я, не думая ни секунды, со скрипом придвинула свой шезлонг практически вплотную к его, так, чтобы, раскинувшись на подушках, ткнуться своим оголенным коленом прямо в его бедро.
Таке медленно повернул на меня свой тяжелый взгляд. И наконец-то соизволил протянуть мне высокий бокал с ярким напитком:
— Держи, Рита.
— Тц! Смотрите-ка, какой заботливый робот нашелся! — цокнула я языком, демонстративно закатывая глаза к самому куполу аквапарка, но коктейль из его рук приняла. — Ты мне еще полотенчико тут поправь и соску в рот засунь, папик хуев!
— Данный коктейль восстанавливает электролитный баланс организма и насыщает его необходимыми витаминами, — принялся монотонно бубнить он. — Это базовые требования безопасности и комфортного пребывания в условиях повышенной влажности.
— Ой, бля-а-а-а... Да пошел ты со своими требованиями! — фыркнула я, делая сочный глоток через трубочку. Затем я слегка прищурилась, скользнула взглядом по его рельефной груди и с ухмылкой протянула: — Слышь, самурай... Ты без своей рубашки выглядишь как манекен для краш-тестов после подрыва осколочной гранаты. Хоть бы маслом намазался, а то смотреть тошно. Хотя... фигура у тебя ничего так, зачетная.
Такефаса лишь скупо хмыкнул в ответ, переваривая мои словесные шпильки. А я... Я невольно прикусила пластмассовую соломинку зубами, едва не зажевав её от нахлынувшего внутреннего тепла.
— Короче... — я подалась к нему чуть ближе, опустив голос до интимного: — Если вечером опять будешь свободен от своих ебучих корпоративных протоколов... заходи ко мне в спальню. Проверим этот твой хваленый «Нейро-Стилл» на прочность...
Не дождавшись его ответа, я резко отвернула взгляд в сторону, почувствовав, как горят уши. Сука-а-а, сама себя нахуй смутила, как малолетка! Но при этом свою ногу я так и оставила плотно прижатой к его горячему бедру.
Вдруг я ощутила, как его большая, тяжелая ладонь мягко похлопала меня по коленке. Повернула голову обратно к нему.
— Ти возвращается, — сухо произнес он, глядя на аллею. — Пойдем на имитацию океанских волн. Там должно быть весело.
Отставив коктейль на столик, я искренне возмутилась, вскинув бровки:
— Слышь, самурай! Это сейчас значит «да» или «нет» про вечер-то?!
— Не совсем понимаю, о чем именно ты говоришь, Рита, — ответил он абсолютно ровным голосом, сканируя пространство аквапарка, но при этом... уголок его губ тонко и почти незаметно пополз вверх в скупой ухмылке.
И в эту самую секунду ко мне сзади бесшумно подкралась вернувшаяся из туалета Тишка и по-хозяйски обняла меня мокрыми руками за грудь, прижавшись к спине:
— Ну че, сучки?! В воду?! На волны-ы-ы?!
★★★★★
К тому моменту, как к нашему шезлонгу вернулась госпожа Ханако, избавившаяся от утомительного общества своих корпоративных знакомых и слегка расслабленная бокалом, мы уже стояли на краю гигантского искусственного бассейна с системой генерации экстремальных волн.
Сама эта зона представляла собой очередное чудо «Хрустального Дворца». Огромная чаша из белого композита с пологим песчаным входом имитировала настоящий океанский пляж под открытым звездным куполом. Каждые несколько минут мощнейшие пневматические турбины, вмонтированные в дальнюю стенку бассейна, выплескивали тонны кристально чистой, бирюзовой воды, создавая гигантские, гремящие водяные валы высотой в человеческий рост. Здесь можно было либо экстремально серфить на магнитных досках, либо просто беситься в пенной воронке, позволяя стихии швырять тебя во все стороны.
И мы начали резвиться вчетвером! Это был абсолютный хаос.
Тишка визжала от восторга, ныряя под гребни наступающих волн и выпрыгивая из воды, как сумасшедший дельфин в микро-бикини. Я с хохотом ловила водяные валы, закладывая крутые виражи на самой кромке пены. Такефаса, словно невозмутимый морской утюг, рассекал толщу воды уверенными гребками, бдительно удерживая всю нашу компашку в поле зрения. А госпожа Ханако... Сначала она держалась на мелководье с лицом королевы галактики, презрительно отряхивая капли со своего закрытого купальника. Но стоило мощной волне окатить её с головой, смыв часть напыщенности, как в её глазах вспыхнул азарт.
В разгар этого водного безумия очередной гигантский вал накрыл нас с головой, сбив с ног и закрутив в пенном водовороте. Тишку подбросило потоком воды, и она, активно забарахтавшись в метре от Такефасы, завопила на весь аквапарк:
— А-а-а! Помогите! Спасите! Хватай меня за всё, что можно, самурай, уно-о-осит!
Такефаса, действуя по инстинкту абсолютного тактического приоритета, мгновенно рванул сквозь пену. Его широкие ладони в тот же миг ухватили её именно там, где просила инструкция: одна мощная рука мертвой хваткой вплавилась в её упругую ягодицу, а вторая надежно зафиксировала за талию, выдергивая мелкую на поверхность. Тишка тут же обвила его шею, довольно заржав прямо ему в ухо:
— Ой, отлично ухватил, дядь! Десять из десяти!
Рядом со мной Ханако, вынырнув и отдуваясь, попыталась сделать строгий вид, но её растрепанные мокрые волосы торчали во все стороны. Я не удержалась и брызнула в неё пригоршней воды. Наследница корпорации в долгу не осталась — метко запустила в ответ целую волну, и мы с ней на секунду сцепились в шутливой водяной бойне, задорно отплевываясь.
Спустя наверное час мы окончательно выдохлись. Такефаса уже вылез из воды, оставив нас втроем плескаться у мелководья, а сам сел на край шезлонга, вытирая полотенцем свои шрамы и контролируя периметр.
И тут мы с Тишкой решили провести финальную, завершающую фазу операции по полному стиранию корпоративных барьеров у нашей любимой «железной леди».
Мы окружили Ханако по пояс в теплой воде. Я внезапно подкралась с левого бока и щекотно ткнула её пальцами в ребра, а Тишка с правого бока принялась шутливо изображать акулу, хватая её за коленки пальцами и зубками кусая бедро, повторяя: «кусь-кусь!».
От неожиданности Ханако взвизгнула, попыталась отбиться, потеряла равновесие... и мы втроем свалились в воду в одну общую кучу мала, барахтаясь в мягкой пене.
И в этот момент произошло чудо.
Ханако, лежа на мелководье в окружении двух хохочущих уличных девчонок, с мокрым лицом и растрепанной прической, вдруг резко закрыла рот ладонями... но сдержать рвущийся наружу звук уже не смогла. Из её груди вырвался первый короткий всхлип, а затем она зашлась абсолютно искренним, звонким, по-настоящему девичьим, заразительным смехом, которого не издавала, наверное, с самого детства. Она смеялась так громко и чисто, откинув голову назад, что мы с Тишкой переглянулись и заржали еще громче, поддерживая её волну. Такефаса, сидевший на шезлонге, удивленно приподнял бровь, глядя на эту аномалию.
Ближе к вечеру мы устроились на мягких шезлонгах под уютными пледами, лениво потягивая освежающие тропические коктейли с зонтиками.
Просто молча наслаждались моментом, пока госпожа Ханако, сделав аккуратный глоток из своего бокала, не повернулась к нам с Тишкой. Её лицо снова обрело охуенно важные черты, но в глазах больше не было прежнего ледяного презрения.
— Уилер... Годзё, — негромко, но четко произнесла Ханако, выдерживая паузу. — Я тут думала над вашими словами... о баре «Лиззис».
Мы с мелкой настороженно переглянулись.
— Короче говоря, — продолжила Ханако, слегка поправив воротник халата и включая свой фирменный корпоративно-деловой тон, — Если мы... вернее, когда мы успешно выберемся из этой заварушки... я официально вынесу на совет директоров вопрос о прямом инвестиционном пакете для вашего заведения.
Сделав небольшую паузу, она добавила с едва заметной улыбкой:
— Разумеется, мы оформим это, например, как стратегический грант на развитие молодежной инфраструктуры, заложим в бюджет все необходимые пункты безопасности... но суть останется прежней. «Арасака» профинансирует ваш клуб.
Мы с Тишкой замерли с открытыми ртами. Мелкая чуть коктейль на себя не пролила. Я же молча посмотрела на Ханако, перевела взгляд на Такефасу, который сидел рядом со спокойным лицом, а потом снова на наследницу корпорации.
И поняла главное: дело было вовсе не в «стратегических грантах» или «молодежной инфраструктуре». Просто эта холодная женщина сегодня впервые за много лет почувствовала настоящий, сумасшедший вкус жизни. И ей это чертовски понравилось.
— Ну нихуя себе подарочки... — присвистнула Тишка, а потом широко улыбнулась и чокнулась своим бокалом о бокал Ханако. — Договорились, госпожа! Ну, будем!
★★★★★
Том 2. Глава 32: Горящий алым браслет.
POV: Такефаса
Время неумолимо приближалось к позднему вечеру. После невероятно активного, полного адреналина и водных безумий дня в аквапарке «Хрустального Дворца», весь состав нашей команды испытал мощнейший эмоциональный всплеск, который к этому часу плавно сменился глубокой, всеобъемлющей расслабленностью, как ментальной, так и физической.
Для меня, как для ведущего оперативного агента и лица, отвечающего за общую безопасность периметра, подобное состояние всеобщего штиля было одновременно и желанным, и потенциально опасным. Тем не менее, общие показатели биометрии стабилизировались, что меня вполне устраивало.
Собрались мы в общей гостиной нашего просторного президентского номера.
Рит аи Тишка валялись на огромном диване перед гигантским голоэкраном, транслирующим тихий космический лаунж. Все успели переодеться в домашние, пушистые отельные халаты сливочного оттенка. Девчонки устроились рядышком, лениво болтая о всякой чепухе и... увлеченно ковыряясь друг другу в волосах.
Ну а я сидел на краешке соседнего кресла, стараясь максимально отстраниться и не концентрировать внимание на их возне, чтобы лишний раз не перегружать сенсоры. Однако периферийно всё равно уловил и зафиксировал один странный диалоговый эпизод.
Совершенно невозмутимо, Тишка буднично перебирая пальцами пряди Риты, вдруг выдала:
— Слышь, Рит... А дай мне твою сиську потрогать? Ну пожалуйста!
Даже глазом не моргнув и не оторвавшись от созерцания экрана, Рита зевнула:
— Чего-о-о? Тебе совсем делать нехуй, мелкая? У тебя размер минус первый, мои тоже уменьшить хочешь?
— Ну мне чисто в исследовательских целях! — с абсолютно серьезной, детской интонацией заканючила Тишка, тыкаясь, как дятел, носом ей в плечо. — Сравнительные характеристики тактильного восприятия имплантатов и органики! Ну дай жмякнуть, падлюка!
Тихо фыркнув, Рита закатила глаза, но сопротивляться не стала, лениво потянула за воротник своего халата, высвобождая наружу мягкую грудь, и снисходительно бросила:
— На, жмякай, исследовательница хренова. Только недолго, а то растянешь мне всю эстетику!
Запустив пальчики, Тишка принялась мять и массировать её кожу с видом профессора, и тут же разочарованно зацокала:
— Тьфу ты... Слушай, а они у тебя какие-то... слишком мягкие! И теплые! Они что, сука, натуральные?!
Оскорбленно оттолкнув её руку, Рита быстро запахнула халат обратно:
— Эй, полегче на поворотах, тупая ты макака! У меня, между прочим, в теле дохрена боевого хрома, не спорю, но вот сиськи — это моя гордость и чистая органика! Матушка-природа наградила, завидуй молча!
Тишка на секунду приуныла, с грустью глядя на свой собственный плоский бюст под халатом, но Рита тут же решила её бодрить, переведя стрелки на сильные стороны подруги:
— Да ладно тебе нос вешать, мелочь. Зато у тебя самая охуенная, упругая попка во всем Найт-Сити! Тут с тобой ни одна корпоративная шлюха не потягается! — и, резко посмотрев в мою сторону, она громко позвала: — Эй, самурай! Не спи на ходу! Подтверди экспертное мнение: у нашей Годзё самая лучшая жопа в городе? Скажи же, Таке?
Погруженный в анализ внешних угроз, я среагировал исключительно на голосовой триггер и имя, выдав реакцию на автомате:
— Да. Конечно. Абсолютно так точно.
И только после того, как слова сорвались с моих губ, мой мозг зафиксировал контекст вопроса. Я медленно повернул голову в их сторону, пытаясь осознать, на что именно я только что дал столь категоричное официальное согласие.
В ту же секунду Тишка вжала голову в плечи, её смуглое лицо залилось густейшим, пожароопасным румянцем, а сама она забавно пискнула, уткнувшись лбом Рите в колено и замирая от переизбытка смущения. Рита же расхохоталась в голос, довольная произведенным эффектом.
Синхронно с этим событием, тяжелые створки входной двери нашего люкса разъехались в стороны.
В гостиную плавно вкатился автономный сервисный комплекс, за которым семенили двое отельных официантов в белых ливреях, катящих перед собой огромную многоярусную тележку с серебряными крышками. Госпожа Ханако, шедшая следом, властным жестом повелела персоналу накрыть центральный обеденный стол.
Один из официантов, расставляя хрустальные бокалы и окинув взглядом царящую в номере расслабленную атмосферу, робко поинтересовался:
— Прошу прощения, госпожа... Судя по объему заказанных изысканных блюд, у вас сегодня вечером намечается крупный закрытый прием с представителями высшей элиты станции?
Ханако даже не удостоила бедолагу вниманием. Она медленно обвела взглядом нас троих — меня, растерянную Тишку и ухмыляющуюся Риту — и сухо ответила:
— Вся необходимая мне элита уже находится здесь. Ужин сервирован исключительно для нас. Свободны. Больше нас не беспокоить.
Официанты судорожно поклонились, мгновенно ретировавшись за порог и запечатав за собой дверь.
Рита и Тишка пришли в полный, нескрываемый восторг, радостно переглянувшись. Я же буднично поднялся с кресла и занял место за сервированным столом. От изобилия деликатесов ломился весь массивный черный камень: здесь были и редчайшие морепродукты, и деликатесная мраморная говядина, и бутылки с коллекционным элитным алкоголем.
Госпожа Ханако грациозно поднялась, взяла в изящные пальцы хрустальный бокал с янтарным напитком и, обведя нас взглядом, произнесла первый тост:
— За этот... неожиданный и весьма сюрреалистичный союз. Скажу прямо: я рада, что судьба свела меня с вами тремя. Вы — катастрофа для корпоративного протокола, но, как оказалось, лучшее средство от окончательной гибели. За нас.
Молча все чокнулись звонким хрусталем и сделали по глотку.
Еда была великолепна.
Спустя пару минут Тишка нарушила молчание, звонко стукнула своим бокалом о край тарелки, привлекая внимание, встала во весь рост, прям ногами на стул и с сияющими глазами выдала свой тост:
— Так! Теперь я говорю! Я поднимаю этот бокал... не за самого Такефасу, нет! А за его стратегический клинок! — она хитро подмигнула мне. — Потому что под действием этого ебучего «Нейро-Стилла» только его клинок и честная плоть реально доказывают мне, что он живой мужик, а не замороженный нахуй суперкомпьютер! Желаю нам всем выживания, победы над этой консервной банкой Хидэо и продолжения нашей дружбы! Вот так просто!
Снова мы дружно выпили, закусывая изысканными блюдами. Настроение за столом стремительно ползло вверх.
Теперь настала очередь Риты. Она вальяжно откинулась на спинку стула, поигрывая бокалом, и произнесла тост на своем фирменном сленге:
— Короче... Че тут разглагольствовать. Стая всегда стоит за своих до конца, сучки вы мои. И ты, Ханако, хочешь не хочешь, теперь часть стаи, так что... Мы вписались в этот цирк вместе, вместе и выберемся, переломав хребет любому киборгу. За семью, за бар и за то, чтобы мы все остались при своих головах!
Они выпили, а затем... втроем медленно повернули головы в мою сторону. Шесть глаз уставились на меня с немым требованием, мол: «Твоя очередь».
Тяжело выдохнул, понимая, что отвертеться от этой социальной обязанности протокол мне не позволит. Медленно поднялся со своего места, сжав в руке хрустальный бокал.
Рита тут же демонстративно закатила глаза и громко цокнула языком. Ханако с академическим интересом принялась разглядывать крошечные пузырьки в бокале. А Тишка... Тишка смотрела на меня снизу вверх, не отрывая глаз, с абсолютно преданной, щенячьей любовью и искрящимся восторгом в золотистых зрачках.
Помедлил еще пару секунд, подбирая формулировки, и наконец произнес:
— Ну... Будем. За вас. Просто за вас. За вашу свободу, за жизнь. Я... честно говоря, не знаю, что здесь правильно говорить в таких ситуациях. Просто пожелаю нам всем почаще собираться вот так же, но в более спокойной обстановке и в куда более безопасные времена.
И опрокинул бокал до дна. За столом повисла теплая, добрая тишина, а Тишка первой расплылась в счастливой, широкой улыбке.
★★★★★
Спустя пару часов, когда мы окончательно расправились с изысканным элитным ужином, роскошными десертами и остатками коллекционного алкоголя, сытые и полностью расслабленные после столь насыщенного дня, все постепенно начали разбредаться по своим комнатам.
Точнее, госпожа Ханако величественно удалилась в свою спальню, чтобы как следует выспаться перед грядущими бурями. А вот Рита и Тишка, не сговариваясь, решили переместиться в нашу с Ти просторную спальню, продолжая о чем-то громко болтать и хихикать. Мне, как отвечающему за безопасность периметра, деваться было абсолютно некуда, поэтому я молча последовал за ними.
Мы с Ритой устроились на широком полукруглом диване прямо напротив огромного голоэкрана, по которому транслировалась какая-то тупая комедия. На каждом из нас были лишь свободные отельные халаты на голое тело — после недавнего душа, помимо этого, у меня на носу сидели специальные тактические очки дополненной реальности, проецирующие в воздух трехмерные чертежи и схемы вентиляционных шахт всего «Хрустального Дворца».
Рита сидела рядом, поджав одну ногу к груди и с сосредоточенным видом увлеченно занимаясь своими ногтями на ноге с помощью миниатюрной кисточки с лаком.
И тут из ванной комнаты вихрем выскочила Тишка, звонко шлепая босыми ступнями по полу и энергично вытирая мокрые волосы крошечным полотенцем. На ней не было абсолютно ничего, кроме сияющих капель воды, усеявших её смуглую кожу. Ничуть не смущаясь присутствия ни меня в тактических очках, ни Риты с лаком для ногтей, она резво подбежала к дивану, где я изучал камеры.
Не совсем грациозным движением она развернулась к нам спиной, поставила одно колено прямо на мягкое сиденье дивана, наклонилась вперед и... выставила свою абсолютно голую, упругую попу буквально в десяти сантиметрах от моего лица.
— Дя-а-а-дь! — капризно запричитала она, слегка виляя ягодицами. — А ну глянь быстренько! Что там такое красное на коже вылезло? Это что... ПРЫЩЩЩ?! Он мне сидеть мешает, подлец, щиплет и зудит!
Любой другой нормальный мужчина в такой ситуации либо с диким воплем отпрыгнул бы, либо сгорел заживо от бушующего смущения, уронив все свои гаджеты. Но я был не просто мужчиной. Я был самураем! Бывшим элитным оперативником, устрашающим Инспектором Чистки! Правой рукой самой госпожи Арасаки! Человеком, который прошел через жестчайшую полевую медицину!
Поэтому... я даже бровью не повел, лишь привычным движением чуть сдвинул тактические очки на лоб, наклонился ближе к её обнаженной ягодице и сфокусировано всмотрелся в небольшой покрасневший участок кожи:
— Это не прыщ, Ти, — я монотонно выдал диагноз. — Это легкая местная реакция нежной кожи на агрессивные химические реагенты и непривычное увлажнение техническими микрочастицами воды в бассейне. Я же предупреждал тебя не плавать дольше положенного времени. Ты рекомендацию проигнорировала.
Моя правая рука потянулась к открытой медицинской аптечке на краю стола. Подцепил тюбик с регенерирующим био-кремом марки «Арасака-Мед», выдавил жирную, перламутровую каплю себе на указательный палец и... принялся профессионально, мягкими и уверенными круговыми движениями втирать лечебный крем прямо в её голую ягодицу.
— О-о-о-у... Прохладненько! Кайф! Спасибо, дядь! — довольно промурлыкала Тишка, звонко шлепнув себя ладошкой по противоположной булочке, после чего веселой, легкой трусцой побежала вглубь комнаты за своим халатом.
За всем этим сюрреалистичным перформансом в режиме реального времени наблюдала Рита.
В её руке так и застыла кисточка с розовым лаком, которую она даже не попыталась донести до ногтя на ноге. Она сидела, переводя абсолютно стекленеющий взгляд с бегающей туда-сюда голой попы Тишки обратно на меня, пока я совершенно невозмутимо вытирал палец чистой влажной салфеткой и продолжал делать тактические пометки в планшете.
Чаша терпения Шельмы переполнилась. Рита возмущенно выдохнула, вскинув руки:
— Ты... ты сейчас серьезно?! — сорвалась она на звонкий шепот. — Ты только что... без единого блять движения бровью намазал её жопу лечебным кремом?! А когда я в тот раз... помнишь? Попросила тебя просто, по-человечески, расчесать мне волосы, ты чуть не совершил харакири! Да ты издеваешься надо мной, суровый ты сукин сын?!
Спокойно опустив очки на глаза, я перевел на неё взгляд и ответил с железобетонной логикой:
— Рита. Лечение кожных воспалений и нанесение регенерирующего состава на поврежденные ткани организма — это стандартный полевой медицинский регламент по сохранению боеспособности личного состава. А расчесывание волос гребнем не имеет под собой никаких тактических обоснований и напрямую нарушает протокол физической автономии. Это разные функциональные категории.
Пытаясь подобрать слова, Рита открыла рот, но в итоге лишь громко цокнула языком, закатила глаза к потолку и демонстративно ткнула в меня кулаком в плечо:
— Ах ты ж ходячая корпоративная инструкция... Ну погоди у меня, самурай. Я тебе эту «функциональную категорию» еще припомню!
★★★★★
Спустя ещё час, голоэкран фоном транслировал скучные кадры, а в нашей спальне царила глубокая, уютная расслабленная полутьма, нарушаемая лишь мягкими неоновыми переливами фоновой подсветки. Мы втроем сидели на широком диване, лениво потягивая крепкий, терпкий ароматный бурбон из широких тяжелых стаканов, полностью отвлекаясь от мрачных мыслей о грядущей войне с титановым киборгом.
В одном лишь распахнутом отельном халатике Тишка бесцеремонно уселась мне прямо на колени, положив свою взъерошенную макушку мне на плечо и со скучающим видом пялясь на унылую комедию.
И вдруг Рита, наконец закончив с нанесением лака на ногти, громко цокнула, сделала еще один глубокий глоток алкоголя, и с опасной грацией хищницы поднялась с дивана. На ней не было ничего, кроме такого же сливочного отельного халата.
Уверенной походкой она подошла к нам.
— Слышь, расхитительница чужих границ, — ехидно бросила Рита, глядя на Тишку сверху вниз с высоты своего авторитета. — Ты тут уже вдоволь набаловалась и все лимиты исчерпала. Теперь дай попользоваться аппаратурой квалифицированному специалисту.
Тишка недовольно фыркнула, надув губы, но слезать с моих колен не спешила:
— А ты очередь займи через терминал, мадам! Я первая это теплое стратегическое местечко заняла, хэ-хэ~
Рита, недолго думая, проявила чисто уличную решимость: она ловко подхватила Ти за талию и с удивительной легкостью просто стянула её с моих колен прямо на ковровое покрытие пола! И тут же нагло заняла освободившееся пространство.
Уселась боком прямо на мое бедро, так тесно, что её обнаженное, горячее бедро вплотную прижалось к моему паху, а лицо оказалось в какой-то катастрофической близости от моего.
— Ну что, самурай, — прошептала она, обжигая мне щеку сладким спиртовым дыханием и заглядывая прямо в глаза. — Проверим, насколько хорошо твой распиаренный «Нейро-Стилл» справляется с перегрузками системы, когда к делу подключается тяжелая уличная артиллерия?
С демонстративным, вызывающим нажимом она взяла мою ладонь и силой прижала её к своему бедру.
— Или опять включишь пластинку про «функциональные категории» и скучные тактические протоколы, а, дядь?
Опустив взгляд на её руку, лежащую на моей ладони, я физически ощущал шелковистую мягкость её кожи и учащенное, пульсирующее биение пульса на её тонком запястье.
Встроенный нейроинтерфейс моментально выдал мигающее предупреждение о превышении нормы тактильного и эмоционального контакта, и я ответил с ледяным хладнокровием:
— Твой пульс участился до девяноста ударов в минуту, Рита. Это биологически выходит за рамки стандартного состояния покоя. Настоятельно рекомендую прекратить провокацию во избежание...
— Заткнись и просто мни, раз уж начал, блять, — перебила она меня, резким, властным движением притянув меня за затылок ближе к себе, едва не касаясь губами моего рта, и расплылась в победной ухмылке.
В этот же самый момент Тишка, оперативно поднявшись с пола и отряхнув колени, с азартом наблюдала за тем, как Рита захватила стратегические позиции. Тишка звонко хлопнула в ладоши, привлекая наше внимание, и громко объявила на всю комнату:
— Так, стопэ! Хорош делить территорию по одному! Объявляю официальный командный турнир! Ставка — десять тысяч евродолларов наличными и почетное право первой ночи после нашей победы над кибер-Хидэо! Суть спора предельно проста: чей фирменный метод заставит пульс нашего непобедимого самурая перевалить за критическую отметку в 180 ударов в минуту и заставит его «стратегический клинок» перейти в полноценный боевой режим — тот и победил!
— Считай, что ты уже проиграла, мелкая, изи катка! А эти десять косарей заберу на покупку патронов для своего дробовика и новые топики!
Пока Рита с азартом принимала вызов, во мне на считанные секунды завис тяжелейший, многопоточный аналитический процесс.
Логика начала лихорадочно перерабатывать поступающие данные, пытаясь выстроить безупречное оправдание происходящему безумию:
Анализ текущей оперативной ситуации:
Субъект Ти и субъект Рита инициируют соревновательный процесс с ярко выраженными элементами физического и психологического давления.
Целевая установка:
Стимуляция боевых рефлексов, калибровка эндокринной системы и повышение стрессоустойчивости организма в условиях изоляции.
Вывод:
Данный командный тренинг полностью укладывается в рамки корпоративного тимбилдинга, направленного на укрепление доверия внутри оперативной группы, развитие здоровой конкурентной среды и повышение боевой сплоченности личного состава перед лицом предстоящей ликвидации кибер-Хидэо. Следовательно, отказ от участия нарушит субординацию и снизит общий моральный дух отряда.
Итоговое решение:
Принять вызов и всемерно содействовать проведению теста.
После недолгих дебатов мы устроили настоящий мозговой штурм для жесткого уточнения всех регламентных правил!
Сидя на диване тесной кучкой, закутавшись в пушистые сливочные халаты, мы фиксировали суровые условия состязания. Я, как человек дисциплины, лично озвучил жесткие требования честной борьбы: двухкомпонентное условие победы, и помимо прочего, таймер ровно в 120 секунд.
На мое левое запястье был нацеплен медицинский биометрический браслет. Его неоново-синий цифровой дисплей в режиме реального времени транслировал абсолютно умиротворяющие, скучные цифры базового пульса:
Ровно 64 удара в минуту.
Почти как у профессионального снайпера, затаившегося в засаде.
Для старта этой безумной игры таких исходных данных было более чем достаточно.
Первой в бой ринулась Рита.
Хронометр на планшете Тишки пискнул, отсчитывая назначенные сто двадцать секунд.
Решительно закусив губу и гневно сверкнув глазами из-под пурпурной челки, Рита мгновенно перешла в дерзкое наступление. Никаких прелюдий или ложной скромности, только чистая, концентрированная уличная агрессия, смешанная с бешеным женским магнетизмом. Она стремительно пересекла пространство дивана, одним грациозным маневром оседлав мои колени и плотно зафиксировав бедра.
— Ну что, самурай-морозильник, — прошипела она, низко склоняясь над моим лицом, ощутимо вибрируя от адреналина. — Посмотрим, как твоя хваленая корпоративная химия справится с настоящей живой чикой.
Её прохладные хромированные пальцы мертвой хваткой вцепились в мои плечи, оставляя следы на горячей коже. Рита действовала властно и безжалостно: она буквально впилась в мои губы глубоким и требовательным поцелуем. Её язык исследовал мой рот, а телом она принялась медленно, ритмичными круговыми движениями тереться о мой пах поверх плотной ткани отельного халата.
На моем левом запястье биометрический браслет уже отреагировал на физиологический раздражитель.
Неоново-синие цифры на циферблате дернулись, срываясь в стремительный рост: 78... 92... 115 ударов в минуту.
Рита, заметив этот мгновенный цифровой скачок, победно ухмыльнулась прямо мне в губы, оторвалась и без промедления пустила в ход тяжелую артиллерию. Скользнула ладонями, лихо распахнула полы своего халата на груди и с эротическим вызовом провела своей налитой грудью с татуировкой «Мокс» прямо перед моим лицом.
— Ну же, ебучий самурай... — её голос упал до хриплого, искушающего полушепота. — Вспомни, каково это — быть живым мужиком, а не куском проклятого льда! Кончай сдерживаться!
Она цапнула мою правую руку и силой положила себе прямо на обнаженный бюст, настойчиво сжимая мои пальцы на своей мягкой коже:
— Трогай... смотри, какая мягкая, да?.. Ммм... Хочешь, я прямо сейчас зажму твой член между сисек?
Визуал был запредельно пикантным: разгоряченная, красивая девушка на коленях у самурая, бесстыдно демонстрирующая свои формы.
Сидевшая на краю дивана Тишка от такого зрелища аж рот приоткрыла, пуская непроизвольную слюну и тихонько прокомментировала:
— Бля-а-а-а, Ритка, ну ты даешь... У меня самой аж в животе закрутило, хэ-хэ~.
Пульсометр на моей руке буквально взвыл цифровой сиреной: 132... 144... 156...
Тело отреагировало вопреки расчетам блокаторов: мышцы живота окаменели, грудная клетка тяжело и часто вздымалась, под кожей запульсировали вены, а полноценная, мощная эрекция уперлась в её бедро с такой силой, что сквозь ткань проступил отчетливый, твердый контур. Полноценный второй критерий был выполнен на двести процентов!
Однако стрелка пульсометра, дойдя до высокой отметки, застыла на 158 BPM и упорно отказывалась ползти выше, химический барьер «Нейро-Стилла» встал намертво.
ПИ-И-И-И-П!
Раздался резкий, финальный звук таймера. Сто двадцать секунд истекли.
Рита обессиленно рухнула всей своей массой и грудью на мой шрамированный торс, тяжело и прерывисто дыша. Щеки пылали ярчайшим алым румянцем.
— Сука-а-а-а... — выдохнула она, с досадой и досадой ударив хромированным кулаком по подушке дивана. — Сто пятьдесят восемь... Этот гребаный киборг реально сделан из льда и тормозной жидкости! Я не дотянула сраные двадцать ударов!
Глубоко выдохнув, я медленно и методично постарался восстановить ровный ритм дыхания через нос, хотя пах всё еще инстинктивно пульсировал от пережитого.
После мы взяли паузу, выкурили по сигарете, и настало время второй претендентки.
Тишка выглядела так, будто собиралась проводить плановый техосмотр тяжелой бронетехники на автосвалке. Хитрая ухмылка не сходила с её мордашки.
— Ну всё, дядь, готовься, — сладко пропела она, разминая пальчики. — Сейчас мамочка будет делать тебе настоящий научный прорыв!
И тут... начался чистейший абсурд.
Львиную долю от отведенных ей 120 секунд — а именно первые девяносто секунд! — Тишка потратила на абсолютно невменяемые, не поддающиеся никакой логике действия.
Первым делом она полностью скинула с себя отельный халат. Белоснежная ткань упала на ковер, и мелкая осталась абсолютно голенькой. Её подтянутое, стройное тельце с изящными тайпированными линиями хрома на бедрах и аккуратной упругой попкой смотрелось невероятно. Но вот потом... В течение полутора минут с абсолютно серьезным, сосредоточенным лицом она взобралась на мои бедра в позу наездницы, лицом ко мне, но не ерзала, не прыгала и не терлась, взяв заранее из кармана халата свои неоновые заколки и резиночки, она принялась увлеченно завязывать мои длинные черные волосы в три торчащих в разные стороны хвостика на макушке.
Даже не шелохнувшись, я покорно позволил ей проводить этот нелепый «тюнинг». Визуал при этом был безумным: прямо перед моими глазами смирно дышало её обнаженное тело, слегка шевелились ребра, а темные соски на маленькой упругой груди маячили туда-сюда в нескольких сантиметрах от моего носа, пока она орудовала с моей прической.
Пульс в этот момент плавно опустился до 70 единиц.
Рита, сидевшая рядом с бокалом бурбона, медленно закрыла лицо ладонью, и мучительно скуля от нереального испанского стыда выдохнула:
— Боже-е-е-е... Какая ж ты ебанашка, Ти... Пристрелите меня кто-нибудь. Ты же так со свистом проиграешь!
Но на отметке в девяносто секунд игра резко сменила жанр.
Тишка мгновенно отбросила роль невинного стилиста, её золотистые зрачки сузились, а на губах расцвела милая, но дьявольски опасная улыбка. Она стремительно сползла с дивана на пушистый ковер, оказавшись на коленях, аккурат между моих раздвинутых ног.
Одним спокойным, мягким движением её маленьких пальцев пояс моего халата был развязан, а полы распахнуты в стороны. Мой обнаженный торс и венистый клинок мгновенно качнулись прямо перед её лицом.
— А теперь... — тихо прошептала она.
Тишка протянула обе руки, бережно и одновременно властно зачерпнула мои плотные яйца в свои маленькие ладошки, взвешивая их на весу с точностью ювелира.
— М-м-м... — она шумно втянула носом воздух, задорно закатив глаза от восторга. — Вес идеальный! Килограмма три чистого боевого золота, не меньше!
И в оставшиеся десять секунд таймера она совершила маневр, который навечно вошел бы в закрытые учебники тактического уличного терроризма!
Она сделала резкое, глубокое, влажное движение губами и языком у самого основания ствола, одновременно и лизнув, и следом весьма ощутимо, больно прикусив зубами чувствительную кожу у основания мошонки!
БИОМЕТРИЧЕСКИЙ БРАСЛЕТ НА МОЕЙ РУКЕ В ТУ ЖЕ СЕКУНДУ ВЗОРВАЛСЯ АЛЫМ СВЕТОМ.
Сирена на часах заклинила на запредельной, немыслимой частоте:
162... 171... 179... 188 BPM!
Мой мозг под воздействием такого запредельного болевого, физиологического и нервного импульса мгновенно пробил абсолютно все защитные заслоны «Нейро-Стилла»! Глаза наполнились чистым, сияющим багровым светом, грудная клетка выгнулась дугой, а из горла вырвался низкий, сдавленный, рычащий глухой рык. Эрекция достигла своего абсолютного, стального пика, а цифры на табло намертво зафиксировали триумфальные 186 ударов в минуту!
Тишка с победным воплем отскочила назад по ковру, вытерла тыльной стороной ладони губы и победно вскинув руки вверх:
— СТО ВОСЕМЬДЕСЯТ ШЕСТЬ, СУЧКИ! ПОБЕДА-А-А-А! ГОНИТЕ МОИ ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ ЕВРОДОЛЛАРОВ И ПРАВО ПЕРВОЙ НОЧИ-И-И~!
Рита сидела в полном, беспросветном охуе. Подперев подбородок ладонью, переводила взгляд с горящего алом браслета на моей руке на самодовольную физиономию наглой Тишки, которая уже зажигательно пританцовывала на ковре.
— Погоди-погоди-погоди! — Рита резко вскочила с дивана, яростно тыча хромированным пальцем в сторону соперницы. — Это был чистейший фол ниже пояса! Использование запрещенных болевых приемов в мирном командном споре — это автоматическая дисквалификация! Баттл куплен, а судьи — пидорасы!
Накинув обратно халатик, Тишка скрестила руки и показав той розовый язычок, парировала:
— Правила гласили: любым доступным методом добиться 180 пульса и стояка! Мой метод сработал безупречно! Соси хуй, уличная королева!
Они обе вплотную подскочили ко мне. Я же сидел на краю дивана, прикрывшись халатом, тяжело и часто дыша, с тремя хвостиками на голове, пытаясь вернуть сбесившийся пульс в нормальный режим работы.
— Эй! — хором рявкнули обе девчонки, подталкивая меня в плечи.
— Суди давай! Кто победил по строгому протоколу?! — пискнула Тишка.
— Получается, что победи... — я не успел договорить, ведь в этот момент...
ШИНК-С-С!
Пневматический замок главной входной двери нашей спальни с шипением отъехал в сторону. В образовавшемся проеме показалась тонкая полоска теплого света.
Все трое мы синхронно замерли, недоуменно повернув головы к выходу.
В комнату, медленно шагая босиком по мягкому ковру и сонно протирая глаза тыльной стороной ладони, вошла госпожа Ханако Арасака. На ней был элегантный шелковый халат цвета шампанского, волосы слегка растрепались после первого часа сна, а в руке она держала пустой хрустальный стакан для воды, судя по всему, госпожа банально проснулась от жажды и решила заглянуть к соседям.
— Что у вас тут за крики среди ночи?.. — начала она.
Перешагнула порог... и замерла столбом.
В течение трех длинных секунд в комнате царила мертвая тишина. Ханако окинула взглядом сцену: Рита, Тишка, я в халате, мигающий красным браслет и... три дурацких хвостика с неоновыми заколками на моей самурайской голове.
И тогда я, с каменным выражением лица, поправив сползший на лоб хвостик, повернул голову к начальнице и отрапортовал:
— Госпожа Арасака. Происходит плановая процедура командного тимбилдинга. Турнир по оптимизации стрессоустойчивости отряда и калибровке сердечно-сосудистой системы личного состава.
Ханако моргнула и раз, и два. Её аристократическая гордость и чопорность попытались привычно возмутиться, но в этот момент в её темных глазах вдруг мелькнула совершенно опасная искра здорового азарта.
Опустив стакан на тумбочку, она ордо вскинула подбородок и холодно, с вызовом ответила:
— Тимбилдинг? И ни один из вас даже не подумал уведомить меня об этом турнире? Вы забыли, кто в этой компании обладает абсолютным индексом победоносности во всех бизнес-процессах и в любых состязаниях?
Она сделала уверенный шаг вперед, явно вознамерившись немедленно стать участницей соревнований!
Рита и Тишка синхронно открыли рты... а затем беспомощно рухнули прямо на диван, заходясь в неконтролируемом, истерическом, безумном, до слез и колик в животе хохоте, разбудившем, кажется, весь этот проклятый «Хрустальный Дворец».
★★★★★
Том 2. Глава 33: А может розовая пена?
POV: Рита Уилер
Сегодня наступил наш третий день пребывания на «Хрустальном Дворце». А это значит, согласно всем математическим пророчествам и аналитическим табличкам нашего заторможенного самурая, именно сегодня мы должны были официально приступить к разработке стратегического плана по ликвидации кибер-Хидэо.
Причем слово «МЫ» в этом сценарии писалось исключительно с выражением, акцентированно и с блядски гигантской прописной буквы. Ти Годзё и я, Рита Уилер. Две уличные девки из Найт-Сити, которым Совет директоров «Арасаки» на пару с суровым самураем вменили в обязанность спасать их корпоративные задницы от титанового монстра весом в семьсот килограммов.
Именно поэтому с самого ранья ко мне в спальню, словно реактивный снаряд, влетела Тишка и принялась меня будить с жестокостью маньяка-рецидивиста. Разумеется, только потому, что Такефаса под действием своего «Нейро-Стилла» в свою очередь разбудил её ни свет ни заря! Зря я, сука, не заперла дверь на электронный замок перед сном... Ой, зря!
Створка спальни бахнула в стену, и прямо на мою мирно спящую тушку в трусиках и маечке, на кровати с разбегу запрыгнула мелкая бестия!
Мгновенно оседлала живот, плотно обвив мои бедра своими ногами, и принялась энергично, сочно попрыгивать и ерзать прямо на мне. Её миниатюрное тельце пружинило на моем прессе, пока сама она низко склонялась к моему лицу, тыкаясь своим прохладным носиком прямо мне в щеку и щекоча растрепанными волосами.
— Подъё-о-о-ом, соня! — оглушительно пропищала Тишка. — Как ночью, значит, фонтанировать женской энергией и не только энергией в тимбилдинг-турнирах — так ты как штык на передовой! А как утром вставать на дело — так хрен тебя растолкаешь!
— Чё... — промычала я, даже не открыв глаза. — «Как штык» было у твоего самурая... когда он браслет сжег до ста восьмидесяти... Свали с меня, макака...
— Не у моего, а у нашего! — задорно перебила она, наклоняясь еще ниже, так что её дыхание обожгло мою губу. — Если речь о нас с тобой, конечно! А ну вставай, стратегический хаос ждет!
— Свали с меня, Ти, я ссать хочу... — искренне, с глубоким предсмертным стоном выдохнула я.
— Писять? М-м... — эта маленькая зараза просияла еще сильнее и принялась с двойной энергией пружинить на моем мочевом пузыре!
Пришлось волей-неволей распахнуть глаза.
Тишка сидела на мне сверху, буквально светясь от счастья и предвкушения. Её золотистые глаза искрились детским азартом. Она нависала прямо надо мной, упершись ладошками в матрас по обе стороны от моей головы. На мелкой не было ничего, кроме огромной, шелковой черной рубашки Такефасы, спадающей с её миниатюрного плечика и едва прикрывающей попку. Её ножки были абсолютно голыми и босыми.
Всё сильнее и сильнее она заходилась звонким хохотом, а я уже орала на весь номер, что реально сейчас обоссусь прямо на элитные простыни. Но эта мелочь наглая протянула свою тонкую ручонку вниз, положила ладонь мне на живот и принялась с откровенным нажимом поглаживать его, надавливая всё сильнее и сильнее!
— Ах ты ж сучка! — взревела я.
Психанув, я вскинула руки и силой попыталась сбросить Тишку с себя! После недолгой борьбы на подушках я всё-таки умудрилась подняться с постели, встала на свои две ноги, но главная проблема никуда не исчезла: эта боевая мартышка прицепилась к моему корпусу, словно маленькая цепкая коала.
— Пути! — рявкнула я, переставляя затекшие ноги.
— Не путю-ю-ю! — пищала Тишка, задорно болтая голыми пятками за моей спиной.
— Пути, говорю! — повторила я, с трудом удерживая равновесие.
— Не путю! — не унималась она.
И вот в такой абсурдной позе, аля трансформер, мы и поплелись в ванную комнату. Я еле-еле переставляла ноги по ковру, пока Тишка висела на мне всей своей массой, намертво вжимаясь своей грудью в мою, держась обеими руками за мою шею и крепко обхватывая талию своими гладкими бедрами.
Добравшись до ванной, кое-как умыла лицо прохладной водой из золоченого крана, всё еще с висящей на мне мартышкой. После чего я задним ходом начала пристраиваться к унитазу, чтобы наконец отлить. Для этого я вполне демонстративно принялась стягивать свои бесшовные трусики прямо вниз по бедрам.
И только зафиксировав этот процесс, Тишка, сделав вид, что соизволила сжалиться над моим терпящим бедствие организмом, со смехом спрыгнула с меня на кафель, отвернулась к большому зеркалу над раковиной, но всё равно сквозь прозрачные отражения лукаво поглядывала на меня, пока я с блаженным выдохом пускала журчащие утренние ручейки облегчения.
ТУК-ТУК-ТУК!
Вдруг в дверь моей спальни донеслись четкие, громкие удары. Из коридора раздался строгий голос Такефасы:
— Девушки? Вы там? Я потерял вас в пространстве люкса. Напоминаю: тактический брифинг по ликвидации Хидэо начинается через пять минут в центральной гостиной!
— Хорошо-о-о! — выкрикнула я с унитаза, вытираясь бумагой.
— Рита, а где Ти? Она не с тобой? — не унимался самурай за дверью.
— Не знаю, Таке! — рявкнула я первую же безумную бредятину, которая взбрела в мою невыспавшуюся голову, пока натягивала трусики обратно на жопу. — Кажется, она сказала, что пошла искать, где тут на «Хрустальном Дворце» находится комната главной охраны с их арсеналом, чтобы пополнить наши запасы гранатометов! Типа того!
Стоя у зеркала, Тишка тут же прикрыла рот обеими ладошками и беззвучно забилась в истерическом хохоте, чуть не пуская слезы от такой подставы!
За дверью сразу повисла гробовая тишина. Ответных комментариев от Таке не последовало, до нас донесся лишь оглушительный, сочный БАХ захлопнувшейся с размаху входной двери нашего президентского номера.
Самурай, кажется, на полном серьезе рванул спасать станцию от уличного погрома.
Спустя минут пятнадцать утренних водных процедур мы с Тишкой наконец-то выползли из ванной в общий просторный зал нашего президентского люкса.
Всё еще облаченные в наши традиционные утренние доспехи полушлюх-полубогинь разврата (то есть в полупрозрачная майка на голое тело и трусики на мне, и рубашка на Ти) мы выглядели так, будто только что сбежали из элитного стрип-клуба.
Госпожа Ханако, сидевшая на длинном белом диване в пушистом сливочном халатике и потягивающая зеленый чай, повернула на нас голову. Сначала она натурально охуела, уставившись на наши полуголые фигуры, потом медленно, с глубоким стоном потерла лицо ладонью и устало выдавила из себя:
— Доброе утро... Вы бы хоть одели что-нибудь, девочки.
— Утречко, госпожа! — задорно прощебетала Тишка, отвесив ей шутливый, но грациозный поклон.
— Утро, — лениво кивнула я, потягиваясь так, что майка натянулась на груди.
Невозмутимо мы подошли к массивной столешнице, чтобы воспользоваться ультрамегакрутой встроенной кофемашиной, которая умела делать вообще любые вариации кофе одним щелчком.
Тишка, нажимая сенсорные кнопки, стрельнула глазами по сторонам и невинным, ангельским тоном спросила у хозяйки номера:
— А где наш дядя-самурай? Что-то не слышно его грозного топота сапог.
— Он... куда-то срочно убежал, — сухо ответила Ханако, даже не отрывая глаз от своего планшета.
И в этот самый миг по всей центральной системе безопасности станции сначала гулко и тревожно загудела сигнализация, а затем из потолочных динамиков раздался панический, но хорошо поставленный голос начальника охраны «Хрустального Дворца»:
— Внимание, внимание! Объявлено чрезвычайное положение уровня «Сигма»! Пропал особо ценный объект! Всем оставаться на местах!
Ой, блять, Ханако от неожиданности аж выронила планшет на ковер, судя по её лицу, она подумала, что сумасшедший киборг Хидэо уже прорвался в сектор!
Кофемашина тихо и мирно шуршала, мы с Тишкой переглянулись, пока в брендированные кружки наливался ароматный капучино.
Но тут, судя по всему, микрофон у главного стража станции был перехвачен силой воли нашего оперативника, потому что из динамиков внезапно донесся знакомый, предельно суровый голос Такефасы:
— Эй... Дай сюда эту хрень. Кхм-кхм. Так. Всем посетителям и сотрудникам сохранять абсолютное спокойствие, но следовать протоколу безопасности! Пропал... эмм, член элитного отряда экстренного назначения! Всем, кто располагает хоть какой-то информацией о её текущей дислокации, немедленно сообщить в штаб охраны. Особые приметы...
Тут голос самурая замялся. Довольно надолго замялся, на заднем фоне даже отчетливо послышался чей-то чужой шепот, подгоняющий его: «Да говорите же быстрее, сэр, паника начнется!»
— Эм... Да. Приметы, — продолжил Такефаса, и в его голосе прорезались такие нотки, от которых мы чуть кофе не подавились. — Каштановые волосы с яркими розовыми прядями... глаза золотого цвета... эммм... — он замолчал на секунду, а затем начал описывать Тишку с такой нежностью и детализацией, будто зачитывал поэму о сокровищах мира: — Миниатюрная... фигура, аккуратные тейпированные линии хрома на коже, курносый носик, пухлые губы, смуглый оттенок...
Тишка аж покраснела до кончиков ушей, смущенно хихикнула, прикрыла ладошкой лицо и начала старательно ковырять босой ступней ворс ковра, будто неумелый подросток, тушащий невидимый бычок.
— Ну надо же... Душа поэта проснулась! — громко констатировала я, отпивая пенку с кофе.
— Погодите-ка... — встрепенулась Ханако, поднимаясь с дивана и делая к нам решительные шаги. — Почему он тебя ищет по всей станции, если ты преспокойно стоишь здесь, в трех метрах от меня?!
— Видимо, у нашего самурая из-за вчерашнего перегруза мозг окончательно замкнуло, госпожа! — ответила Ти, пряча горящее лицо в ладошках.
— После турнира у него в голове явно пара нейронов сгорела! — заржала я в голос.
Ханако сначала посмотрела на нас своим фирменным строгим взглядом корпоративного директора, но продержалась ровно секунду, и уже через миг сама тихонько хихикала вместе с нами.
— Так, ладно, — выдохнула наследница, качая головой. — Надо, ха... надо ему срочно сказать, что она здесь. А то этот безумец сейчас реально всю орбитальную станцию на уши поднимет!
Недолго думая, мы втроем, я в полупрозрачной майке и трусиках, Тишка в огромной черной рубашке, и даже слегка офигевшая от такого цирка Ханако в своем сливочном халате, с кружками в руках вышли из нашего люкса прямо в общие, элитные коридоры «Хрустального Дворца».
Картина за дверью открылась потрясающая.
В коридоре царил полный бедлам: отряды элитной охраны станции в бронежилетах и с импульсными винтовками наперевес проводили штурмовой обыск в соседних номерах, вскрывая двери и проверяя шкафы.
И в этот момент из одного такого соседнего номера, яростно кого-то отчитывая, выскочил сам Такефаса, в строгих брюках и черной рубашке.
Резко замерев в проходе, он уставившись на нас троих. Его глаза на секунду зависли, сканируя картину: три полуголые девки разгуливают по охраняемому корпоративному сектору с кружками кофе в руках, пока он тут, блядь, объявляет красный уровень тревоги из-за пропажи бойца!
Лицо самурая приобрело сложный спектр эмоций. Он открыл рот, собираясь выдать мощнейшую тираду о нарушении всех возможных протоколов безопасности и маскировки, но Тишка лишь виновато улыбнулась и помахала ему ручкой:
— Приветик, дядь! Мы тут кофеёк пьём...
Таке тяжело зажмурился, сжёг ещё несколько нервных клеток, резко развернулся к отряду охраны и рявкнул:
— Отставить тревогу! Объект обнаружен... Всем вернуться на посты!
Охрана молча испарилась за поворотом.
После чего наш бедный самурай медленно повернулся к нам, сгорая от стыда и гнева. Размашистыми, раздраженными жестами рук он буквально загнал нас обратно внутрь нашего люкса.
Рухнув на ближайший стул, он схватился обеими руками за голову и тяжело выдохнул.
Впервые за всё время после активации его проклятого «Нейро-Стилла» он медленно поднял руку, опустил пальцы и начал устало, с силой потирать переносицу, точь-в-точь как делал это в старые времена, до всей этой кибер-заварушки.
Наконец убрав руки от лица, он поднял на нас уставший взгляд и выдал:
— Всё. Хватит балагана. Марш по комнатам, одеться по уставу, в нормальную экипировку! И чтобы через десять минут обе были здесь, в гостиной. Мы приступаем к финальному составлению плана против Хидэо. Живо!
★★★★★
Спустя ровно восемь минут двери наших спален синхронно разъехались в стороны, и мы с Тишкой вышли в центральную гостиную. На этот раз никакого утреннего стриптиза, только жесткий, проверенный временем уличный стиль и тактическая готовность.
На мне красовались тугие черные латексные штаны и плотная укороченная светлая майка, выгодно подчеркивающая грудь и открывающая татуировку «Мокс». Пурпурные волосы я собрала в два тугих высоких пучка. А рядом семенила Тишка, мелкая облачилась в свой фирменный тактический комбинезон-костюм, правда, пока еще без навесных креплений брони, кобур и разгрузочных ремней. Тонкая, эластичная синтетика облегала её миниатюрную фигурку настолько плотно, повторяя каждый изгиб бедер и упругой попки, что у меня на секунду перехватило дыхание. Красиво, блять, до одури!
Уселись за массивный центральный стол. Такефаса тут же нажал сенсорную панель и прямо над столешницей развернулась большая, многослойная трехмерная голограмма всего «Хрустального Дворца». В воздухе засветились схемы всех технических шахт, грузовых лифтов, вентиляционных люков, сервисных туннелей, списки дежурного персонала и, в самом центре — детальная проекция кибер-Хидэо со всеми его титановыми узлами, реакторами и бронированными пластинами.
Скользнула взглядом по сотням аналитических вкладок и таймингов, и в моей голове вдруг щелкнуло осознание. Этот сукин сын... Он ведь эти двое суток вообще не сидел без дела! Пахал, как проклятый задрот, анализируя каждый болт на этой орбитальной станции, и при этом умудрялся возиться с нами на турбо-горках в бассейне, терпеть нас в спа-салоне и даже участвовать в нашем вчерашнем развратном тимбилдинге! Во дает, железный мужик...
Все вчетвером переглянулись. Госпожа Ханако сидела во главе стола, скрестив изящные пальцы и внимательно изучая голографические сводки. Затем мы с Тишкой обменялись хитрыми взглядами.
Тишка закинула в рот ярко-розовую жвачку и принялась с деловым видом раздувать огромные пузыри, звонко лопая их губами. Я же не стала мелочиться со всякими там бокалами, цапнула со столика запотевшую бутылку элитного игристого, откупорила её одним щелчком хромированного пальца и принялась неспешно потягивать шипучку прямо из горла.
Начался наш фирменный «мозговой штурм».
— Слышь, самурай, — начала я, прихлебнув из бутылки и тыкая пальцем в красную зону на схеме Хидэо. — Расскажи-ка нам по-простому: как эта семисоткилограммовая консервная банка по законам вашей ебучей физики среагирует, если мы его, скажем, прямиком в открытый космос хуйнем?
— И еще! — подхватила Тишка, надув очередной пузырь. — Если отключить искусственную гравитацию в секторе... Он поплывет, как говно в проруби, или у него магнитные ботинки в пятках встроены?
Самурай начал методично, сухим тоном зачитывать нам технические характеристики.
Через десять минут такой научной лекции наши с Тишкой уличные мозги демонстративно устали и закипели.
— Короче, хуйня! — заявила я, ставя бутылку на стол. — А может розовая пена? Предлагаю залить весь технический этаж той пеной из аквапарка, пустить туда ток от генераторов станции и сварить этого ублюдка, как пельмень!
— Не, лучше заманить его в прачечную и закидать промышленными центрифугами, а потом сбросить на него рояль из ресторана! — выдала Тишка. — Или... о! А давайте переоденем тебя, дядь, в горничную, чтобы его нейропроцессор завис от диссонанса?!
Когда Такефаса, тяжело вздохнув и потерев виски, уже потянулся к стилусу, чтобы зафиксировать хотя бы самый адекватный вариант с коротким замыканием в техническом блоке, у Тишки внезапно загорелись глаза!
Резко она вскочила со стула, одним легким, кошачьим прыжком запрыгнула прямо на массивный стол и принялась расхаживать по нему взад-вперед, словно маленький босоногий Наполеон в обтягивающем комбинезоне, ловко обходя голограммы.
— Стопэ! Замрите все! — затараторила она, сверкая золотыми глазами. — Эта консервная банка ведь прилетит сюда не просто так. Он ждет великой, пафосной самурайской дуэли с тобой, не так ли?! О-о-о, дядь, так ты будешь нашей главной наживкой! И вот это твое утреннее шоу с сиреной и объявлением на всю станцию по громкой связи — это же тема вообще пушка! Кстати... — Тишка внезапно остановилась прямо напротив Такефасы, наклонилась лицом вплотную к нему на прямых ногах, упершись ладошками в свои коленки, и с хитрой улыбкой промурлыкала: — А ты правда считаешь, что я такая красивая, да? С курносым носиком и хромом?~
Нагло подмигнула смутившемуся на долю секунды самураю и сразу же продолжила:
— Так вот! А что, если во время всей этой заварушки мы начнем херачить по всем динамикам станции его былые провалы, позорные неудачи и личные косяки со времен, когда он еще был живым человеком?! И победы, и старые воспоминания! Каким бы крутым киборгом он ни стал, внутри у него сидит человеческая энграмма! Он будет это слышать, он начнет злиться и отвлекаться от анализа угроз!
— Эту почетную роль диктора, — подключилась я, кивая в сторону главы стола, — Мы торжественно поручим госпоже Ханако! Она заранее запишет эту пронзительную речь, по жесткому тексту, который составишь ты, Таке. А мы врубим её на полную громкость, когда начнется замес!
— А дальше, — замахала руками Тишка на столе, — Нам нужно заманить пидораса в грузовой док, где можно вырубить гравитацию и к хуям открыть внешние ворота в открытый космос!
Прокручивая эту схему в голове Такефаса нахмурился. Его глаза засветились беглыми строчками расчетов:
— Хм... В открытом вакууме, при отсутствии опоры и точки фиксации для магнитных подошв... Если в этот момент применить направленный подрыв, кинетический импульс вышвырнет его за пределы гравитационного захвата станции. Он не успеет скорректировать траекторию двигателями и улетит в глубокий космос, в сторону пояса астероидов... Но, — самурай жестко обрубил сам себя, — Этот план держится на соплях. Вероятность того, что он просто пойдет за мной в грузовой док, ничтожно мала.
В этот момент Тишка ловко спрыгнула со стола обратно на пол. А я медленно поднялась со своего стула, прошлась вокруг стола, лениво касаясь своей холодной хромированной ладонью плеча сначала Тишки, а затем и широкого плеча Такефасы.
— Таке, давай начистоту, — серьезно сказала я, отбросив дурачество. — Хватит ли у нас всех вместе взятых сил, чтобы завалить его в честном бою? Нихуя подобного. Мы не сможем противостоять ему при активной гравитации даже полминуты, даже если ему в уши будет орать сам Сабуро Арасака с того света. Нам нужно оказаться с ним в грузовом отсеке сразу. И сразу — без гравитации. Голос Ханако и старые воспоминания собьют ему прицел, но чтобы он стопроцентно, как бык на красную тряпку, поперся именно туда, куда нам надо... Тут нужно играть по-крупному.
— И как же именно? — поинтересовался Такефаса, подняв на меня взгляд.
— А вот как, — я широко и хищно ухмыльнулась. — Когда Хидэо прибудет на станцию, у него должна быть полная иллюзия, что он проник сюда абсолютно незаметно. Попав внутрь, он тут же начнет искать тебя. И мы дадим ему эту шикарную возможность! Причем первым делом он должен увидеть не просто самурая, а... вашу самую интимную, уязвимую связь с Тишкой! Пусть увидит, как вы трахаетесь, например!
Тишка и Такефаса синхронно уставились на меня с квадратными глазами. Госпожа Ханако, как раз решившая сделать глоток утреннего чая, громко подавилась и закашлялась в кулак. Тишка тут же расцвела, довольно подпрыгнув на стуле, а вот самурай смотрел на меня с глубочайшим, неподдельным непониманием:
— Рита, поясни тактическую целесообразность публичного полового акта в условиях...
— Да успокойся ты, зануда, я образно! — отмахнулась я. — Слушайте сюда, схема просто огонь! Как только наши датчики засекут прибытие Хидэо на станцию, мы запускаем спектакль в главном зале казино! Ведущий по громкой связи на весь «Хрустальный Дворец» и на все голоэкраны торжественно объявляет о твоем грандиозном, рекордном выигрыше и вызывает тебя на центральную сцену! Хидэо стопроцентно увидит эту трансляцию!
Все за столом замерли, внимательно слушая мой расклад.
— Ты выходишь на сцену под софиты и тащишь за собой Тишку! И прямо там, в прямом эфире, на глазах у всей элиты станции и самого Хидэо, вы с ней целуетесь! Ебать шок-контент! Только, блять, Таке, это не должен быть сухой чмок в лобик! Это должно выглядеть страстно, по-настоящему! За жопку её там приобними покрепче в этот момент, в губы впейся — или просто не мешай и слушайся Тишку, она сама всё сделает в лучшем виде!
Тишка закивала с таким энтузиазмом, будто была готова репетировать прямо сейчас.
— Хидэо всё это видит, — продолжила я озвучивать план. — Его цифровой мозг тут же складывает два и два: у непобедимого самурая появилась главная, смертельная слабость — живая девчонка! Дальше по сценарию ведущий отправляет вас в закрытый сектор обналичивать фишки. Ты публично, на камеры, отправляешь за деньгами одну Тишку, а сам остаешься раздавать интервью в казино! Мелкая довольная топает по коридорам... и прямиком заворачивает в пустой грузовой док! Куда пойдет Хидэо, чтобы нанести тебе самый сокрушительный, моральный удар перед дуэлью? Конечно же, за твоей возлюбленной! За Тишкой! А там его уже будем ждать мы с разгерметизацией и космосом!
В комнате на пару секунд повисла тишина.
И тут Такефаса категорически качнул головой:
— Отказано.
— Чего-о-о?! — мгновенно взвилась Тишка, упирая руки в боки.
— Я не приму этот план.
— Из-за поцелуя на сцене, что ли?! Ты че, самурай, меня стесняешься?! — пискнула она.
— Нет, — жестко отрезал Таке. — Не из-за поцелуя. Я отказываюсь потому, что в этом случае Хидэо гарантированно пойдет по твоему следу. Это запредельный, смертельный риск. Я не намерен снова рисковать твоей жизнью, Ти.
В эту секунду атмосфера в роскошной гостиной изменилась до неузнаваемости. Вся утренняя комедия испарилась без следа.
Тишка медленно поднялась со стула. Весь её детский, игривый задор мгновенно слетел, уступив место ледяной, стальной решимости уличного бойца, прошедшего через ад. Её золотистые глаза сузились и впились прямо в лицо самурая.
— Тебе напомнить, кто именно меня убил, Такефаса?! — тихо, но с такой звериной, пробирающей до костей силой произнесла она, делая шаг к столу. — Тогда, на той проклятой крыше в Норт-Оуке? Тебе напомнить, из-за какой твари я пережила полгода адской реабилитации и чудом вернулась с того света?!
Она с силой уперлась ладонями в столешницу, нависая над ним:
— Этот уебок пустил мне в грудь четыре пули. У меня с ним личные счеты. И ни один из вас не имеет ни малейшего права лишать меня возможности лично отправить эту тварь в бездну. Точка.
Такефаса долго смотрел в её пылающие глаза. Затем он медленно, тяжело выдохнул и едва заметно кивнул.
— Принято, — глухо произнес самурай, поворачиваясь к голограмме. — Госпожа Ханако... Нам нужно записать речь. Приступаем.
★★★★★
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
