Cyberpunk 2077: Прометей - жажда жизни.
Глава 1, Пробуждение
Глава 1: Пробуждение
06:50 утра.
Уотсон, Мини район Кабуки.
В целом, у Рода было достаточно неплохое укрытие, хотя и странно, от кого он прятался настолько тщательно, что не мог позволить себе снять отель в "4ой Мега Башне", ведь его финансовое положение позволяло многое в Найт Сити, но конечно же не все...
Его пристанище было таким: переулок перед одним из заводов, где складские улицы и помещения переходили в жилые дома рабочих. Здесь находились гаражи, часть из которых стояли здесь уже лет 20 нетронутыми и всеми забытыми, все разрисованные граффити и поеденные временем.
В одном из таких, Род и обустроил себе укрытие.
*Информационная справка: "Род", кличка одного из немногочисленных наемников, который брался почти за любую работу, не задавая вопросов, и в 97% случаев приходил с успехом. Сегодня же, он планировал подзаработать.*
Он проснулся от знакомого шума будильника на периферии зрения, а всё-таки поставить "Куроруши 4.7" несколько дней назад было хорошей идеей, 06:50. Шесть часов сна. Достаточно.
Верхняя часть шлема лежала на самодельной тумбе у раскладушки — единственное, что он снимал для сна. Нижняя часть, с дыхательным компрессором, оставалась на месте всегда. Даже сейчас, он дышал только прогоняя воздух через угольные картриджи. Он не помнил, когда в последний раз дышал городским воздухом без обработки. Да и не хотел.
Поднялся. Синтетические мышцы в икрах немного побаливали от вчерашней погони за мопедом... Он потянулся к шлему, защёлкнул верхнюю часть. VR-гарнитура внутри ожила, и перед глазами развернулся панорамный обзор тесного подвала. Будто и не было никакого шлема.
Род бросил взгляд на стену. Карта Кабуки, схемы, заметки. Пара новых стикеров — он добавил их ночью, перед сном.
Он подошёл к генератору. Тот всё ещё жужжал — заряжал костюм. За ночь батареи набрали полный цикл. Отключил, выдернул кабель из разъёма на поясе.
Костюм весил тридцать килограммов, но он давно перестал это замечать. "Руки гориллы" компенсировали нагрузку, а усиленные икры позволяли двигаться так, будто на нём была лёгкая куртка.
На завтрак запас консервов с синтезированным мясом, и ебучей синтетической лапшой быстрого приготовления из армейского пойка....
Вода — из крана в углу гаража, наверху. Он поднялся по лестнице, открыл люк и оказался в «обычном» гараже. Пыль, масляные пятна, старый "скелет" мотоцикла у стены. Никто бы не догадался, что под ногами — ещё один этаж. Он набрал воду в металлическую флягу, пропустил через фильтр на поясе. Пить через трубочку под шлемом было неудобно, но привычно. Наполнил чайник, включил и тут...
Выбило пробки к чертям.
Забыл отключить генератор для костюма... Пара взмахов прекрасно подвижными хромовыми пальцами в щитке и все заработало.
Поев, он решил прогуляться.
На улице, серое небо Кабуки. Смог, гул далекого транспорта, далёкий крик торговца с местного рынка. Род запер гараж, активировал деку, нейропорт послал сигнал, замки защёлкнулись.
Пора было искать работу.
Рынок Кабуки жил своей жизнью. Лотки с уличной едой, контрафактные чипы, пара ларьков с оружием. Род двигался в толпе неспешно, его костюм привлекал взгляды, но ровно настолько, насколько здесь вообще можно было кого-то удивить. Местные привыкли к странным фигурам.
Но тут на связь, вышел некий «Фарадей».
Нейрозвонок, прямой, в обход всех протоколов. Род даже на секунду замедлил шаг.
«Ну привет, наемник, меня зовут Фарадей, я фиксер из центра. Понимаю твое удивление, тебя застали врасплох твоей же схемой...но не переживай, смотри, не спрашивай как что и почему, меня раздражают лишние вопросы. О тебе ходили слухи, и все либо о том какой ты нелюдимый и жуткий, либо о том как хорошо ты выполняешь свою работу...
Что ж, что думаешь? На сегодня есть хорошо оплачиваемое дело, сразу перейду к прямому вопросу, возьмёшься?»
Фарадей. Фиксер с репутацией. Скользкий, как масло на воде, но платил по слухам отменно. Род не доверял ему, но в их мире доверие вообще не было валютой. Только расчёт.
Встречу назначили там же, на рынке, на VIP парковке, где шум толпы был еле слышен, а приватность этой зоны глушила любые прослушки. Фарадей уже ждал: дорогой красный пиджак, голографический планшет в руке, вечная полуулыбка. И его визитная карточка - в правой половине лица, три глаза, явно какой то хром. Он знал себе цену и любил это показывать.
Род подошёл. Не поздоровался — просто встал напротив. Пинг. Фарадей получил входящий сигнал.
«Что за заказ?» — вопрос прозвучал будто сразу несколькими голосами в голове Фарадея.
Он хмыкнул. Видимо уже привык, слухи много рассказали о немом "потрошителе". Хотя прозвище абсолютно не оправдывало себя.
— Сегодня на площади "праздник", — заговорил он вслух.
— Арасака выкатывает новый проект. Будут шишки из совета директоров. Безопасность, пресса, всё такое. Мне нужно, чтобы во время мероприятия кто-то снял данные с их локальной сети. Маршруты передвижения, частота охраны, каналы связи. Вся логистика. Это реально?
— «Любой вопрос за ваши деньги, в целом такая работа мне по силам, но мне нужны гарантии что ты не пустишь пулю в лоб мне после этого...»
— Гарантии уже у тебя на счету, половину сейчас, и половину после работы. У тебя есть четыре часа. Начнётся в полдень. Я уж надеюсь на твою компетентность, иначе, думаю, некому не лишней будет информация твоей дислокации, я прав?
Род проверил счёт через оптику. Сумма поступила. Приличная, в районе 5 нулей.
— «Я готов. Вот только угрожать мне, не в твоих интересах, Фарадей, так же если там будет что-то не входящее в план, ты платишь сверху.»
Фарадей усмехнулся.
— А ты видимо знаешь себе цену... Ладно, без стальных яиц в Найт Сити некуда, верно?
*Он кинул ему какой то чип*
Хах, вот, держи пропуск на площадь. Я достал тебе место в технической зоне. Не светись.
Род принял файл. Пропуск, поддельный ID, схема периметра. Всё чисто — насколько это возможно с Фарадеем.
Фиксер развернулся и ушёл, не прощаясь. Он был самонадеянным и наглым, было видно что при первой же возможности ты будешь предан за сумму покрупнее...
Четыре часа. Нужно проверить снаряжение и найти оптимальный вариант скрытного нахождения на площади...
Род вернулся в гараж. Генератор снова загудел — на этот раз он заряжал не костюм, а портативный дешифратор, собранный из пары довоенных конденсаторов, трёх дохлых модулей и материнской платы от армейского импланта. Этот дешифратор мог вскрыть локальную сеть Арасаки за минут пять, если постараться, да не идеальный Нэтранерский обходчик, но что есть...
Он проверил моно-нити: правая выходила плавно, левая чуть заедала, поправил натяжение. Пускатель снарядов в руке — полный магазин, три заряда.
Перед выходом он остановился у карты. Кабуки сменилось на схему Центральной Площади. Главный вход, технические коридоры, простенькая, но сердитая глушилка на крыше административного здания, осталось придумать как ему незаметно подобраться к корпоративным буржуям ...
Вот как выглядит Род:
Глава 2. Под ледяным прицелом.
Глава 2:
Под ледяным прицелом.
Найт Сити, 16 июля 13:36.
Два часа до взрыва.
Такси Деламейна — модель "Кортес", салон из эко-кожи, фильтрация воздуха лучше, чем в его гараже. Род сидел сзади, отключив голосовой интерфейс — не было настроения слушать вежливый трёп ИИ о погоде.
«Приближаемся к точке назначения. Однако вынужден сообщить: проезд к Площади Корпораций перекрыт полицейским кордоном. Приношу извинения за доставленные неудобства.»
Род глянул через оптику. Впереди — красно-синие огни NCPD, бетонные блоки, двое патрульных в полной броне. За ними — сияние голограмм над площадью: праздник уже начался, Арасака запустила презентацию. Рекламные дроны висели в воздухе, как стая светящихся медуз.
Перекрыто. Значит, работает протокол безопасности для высокопоставленных гостей. Периметр зачищен, транспорт не пускают. Пешком — досмотр. С оружием не пройти.
«Желаете изменить маршрут? Я могу предложить альтернативный подъезд со стороны административного квартала, однако пеший участок составит около четырёхсот метров...»
Род скинул такси оплату и вышел, не дожидаясь полной остановки. Деламейн что-то бубнил про оценку сервиса, но он уже закрыл канал.
Четыреста метров. Это через переулок Чен-стрит, мимо старого торгового центра, за которым начинался технический проезд к площади. Неидеально, но в его расписании ещё был запас.
Он двинулся вдоль оцепления. Полицейские не обратили на него внимания — ещё один перекачанный наёмник в жёлтом шлеме, мало ли таких. Главное, чтобы не лез через кордон.
Чен-стрит встретила его тишиной. Все, кто мог, либо ушли на праздник, либо попрятались по домам. Только пара бездомных у мусорных баков да дрон-уборщик, лениво жужжащий над тротуаром.
Технический проезд оказался открыт — видимо, для обслуживающего персонала. Род сверился со схемой, которую загрузил ещё в гараже. Ретранслятор на крыше девяти этажного административного здания был в ста метрах от входа в проезд, слепая зона Нэтранеров. Пожарная лестница, два пролёта, технический люк. Он зашёл в здание вырвав дверь с корнем, в шуме праздника некто даже ухом не повел.
Шум толпы гремел за стеной — музыка, голоса, голос ведущего, объявляющего выход директора Арасаки. Род начал подъём.
Пожарная лестница — ржавая, кое-где без перил, но Род не смотрел вниз. Он смотрел наверх. Хромовые икры толкали его вперёд без усилий, будто он шёл по ровному тротуару, а не карабкался по вертикальной стене.
Технический люк на крыше был заперт на электронный замок. Род даже не замедлился: моно-нить выскользнула из запястья, пара взмахов и люк превратился в подобие металлолома. Открыто.
Крыша административного здания — плоская, залитая гудроном, уставленная вентиляционными коробами и трансформаторными будками. Ретранслятор стоял в центре: серая коробка с антенной, мигающей синим диодом. Род подошёл, опустился на колено, открыл панель доступа. Внутри — стандартная армовская начинка. Даже скучно.
Он подключил дешифратор. Тот зажужжал, в оптике побежали строки кода. Взлом пошёл. Таймер показывал: шесть минут до полного слива данных. Он не торопился и поставил на автоматику.
Род выпрямился и впервые посмотрел на площадь.
Она раскинулась внизу, как огромная голографическая картинка с флаеров. Толпа оживленно слушает, кто то просто пришел выпить, кто то потанцевать, кто то ради взаимовыгодных союзов и предложений. На центральной сцене парили проекции: дракон Арасаки сплетался с орлом Милитех — символический жест «партнёрства», от которого у любого посвящённого саднили глаза, пыль в глаза публики и грязные деньги, оставалось только гадать кто кого первый предаст. Софиты били в небо. Рекламные листовки и призывы скупать акции падали пачками с дронов. Ведущий объявил выход директора Сато — тот поднялся на подиум, седой, в идеальном костюме, и толпа умолкла в предвкушении.
Род смотрел. И что-то внутри него дрогнуло.
Он не любил толпу, даже ненавидел. Но площадь, праздник, смех — это напомнило ему другое. Старые пожелтевшие воспоминания, события которых, происходили словно вчера. До создания костюма, до ЧВК, до войны.
Найт-Сити. Тогда он ещё дышал воздухом без фильтров.
Увольнение. Он, Пол, Кэйт, Сэм. Четверо молодых идиотов из NCPD, вырвавшихся со службы на 24 часа. Они взяли старый патрульный джип, набились в салон и поехали в центр, просто глазея на город, который они патрулировали, но никогда не видели по-настоящему. Пол тогда ещё был... Полом, а не Северным Волком. У него были глаза — яркие, живые. Он смеялся и не мог отвести взгляда от голограмм. Кэйт, единственная девушка в их отряде, грезила о той самой уличной еде из Найт Сити, и просто наслаждалась мгновениями свободы. А Сэм... Он Самурай-киборг из семьи, ответвившейся от отдела Арасаки — не директора, не небожители с орбитальных этажей, но люди, которые могли позволить себе жизнь в Найт-Сити. А это уже кое-что. Он нёс Кэйт на плечах через толпу, как ребёнка, и смеялся громче всех. На поясе у него висела катана — не просто оружие, а фамильная реликвия. Мурамаса. Древний клинок шестнадцатого века, позже модернизированный в высокочастотный меч, самим Сэмом. Алое лезвие, характерное свечение, способность разрезать почти что угодно. Он говорил, что клинок назван — в честь того самого кузнеца Мурамасы, чьи мечи в легендах считались демоническими, и сам он считал что меч проклят, но носил его с гордостью. Семейная реликвия, старая школа, кодекс среди хрома и пластика.
Кэйт была обычной девушкой чьи взгляды на жизнь переплетались с взглядами нашей троицы, она была родом из Санто Доминго, а не родители хотели отдать ее в академию Арасаки, но та на отрез отказалась, и с раннего детства проявляла интерес к огнестрелу и полиции. Конечно дружила она с ними не за красивые глаза... Да и чего уж таить, не везде можно бесплатно выпить в такой приятной компании.
Род шёл позади и думал, что вот оно. Вот ради чего стоит жить. Не ради знамени, не ради корпорации. Ради этих трёх идиотов, ради смеха, ради чувства, что ты не один.
До засады оставался месяц, до перевода в ЧВК Милитеха, ещё меньше. Но тогда, на площади, они этого не знали.
Данные на дешефраторе обновились: 82% загрузки. Он бросил взгляд на часы: 15:40
Род даже не понял что произошло, защита слуха в шлеме сработала мгновенно, отключая звук внешнего мира, но даже без этого его барабанным перепонкам стало больно, настолько было громко.
Грохот — не из динамиков площади, а настоящий, физический. Ударная волна протаранила тело, как грузовик. Рода оторвало от ретранслятора и швырнуло спиной в трансформаторную будку. Металл застонал, пластины костюма приняли удар на себя. В оптике — рябь, перезагрузка, красные строки ошибок. Видимо к обычному тротилу примечали ещё и какое то ЭМИ...
Он сполз на гудрон. В ушах звенело. Во рту — вкус крови. Компрессор шлема надсадно гудел на пределе возможностей.
Площадь внизу превратилась в ад.
Сцена была разрушена. Подиум, где стоял директор Сато, исчез в облаке дыма и огня. Толпа бежала врассыпную. Крики, сирены, вторичные взрывы где-то на уровне земли — рвались припаркованные аэромобили. Голограммы сошли с ума, транслируя обрывки рекламы поверх паникующей толпы.
Род медленно поднялся. Правое плечо ныло, но руки-гориллы работали. Дешифратор всё ещё висел на ретрансляторе. Загрузка: 97%. 98%. Готово.
Он сорвал устройство, убрал в поясной карман. И в этот момент заметил стену технической пристройки — она была прямо перед ним, освещённая всполохами пожара. Чистая бетонная плоскость.
Он не думал что делал, и сам не знал зачем. Рука сама потянулась к баллончику в подсумке. Чёрная краска. Три секунды — и на стене осталось граффити: два жёлтых крестика вместо глаз, грубо зашитый рот — линия через линию, как хирургический шов, — и стилизованные значки короткого замыкания у правого уха, будто искры из сломанного нейропорта. Его знак. Старый, ещё со времён отряда NSPD где он был Нэтранером.
Его визитная карточка без которой не обходилось не одно задание, но в центре, впервые. Он всегда боялся что Он его заметит, но сейчас, ему было явно не до этого.
Род развернулся и побежал к пожарной лестнице.
А за его спиной, на другом конце площади, уцелевший полицейский дрон зафиксировал граффити и отправил в общую сеть NCPD. И где-то в глубине города слепой снайпер с металлической рукой поднял голову и замер.
Он помнил этот знак.
.........
Центр Найт-Сити 16 июля 06:52 .
Жилой сектор Корпо-Плаза.
Пол не спал.
Он редко спал последние два года. Оптика, врезанная в глазницы, передавала данные даже в режиме ожидания — контуры, тепловые сигнатуры, сетка координат. Мозг не отключался полностью. Он просто зависал где-то между сном и боевым дежурством, пока тело лежало на узкой койке в квартире-студии на сороковом этаже.
Квартира была стерильной. Ничего лишнего. Оружейный шкаф у стены, терминал на столе, зарядная станция для протеза в углу, маленькая кухня, и холодильник забитый готовыми витаминными капельницами. Ни фотографий, ни сувениров. Все строго и официально.
В 06:52 терминал пиликнул — уведомление из департамента. Пол сел на койке, не открывая глаз. Их у него не было. Вместо них — две матовые линзы, врезанные в череп, подключённые к нейропорту напрямую. Картинка загрузилась мгновенно: контуры комнаты, тепловое пятно зарядной станции, холодный силуэт винтовки в шкафу.
«Глаз» — дрон-наводчик — спал в своём гнезде над дверью. Пол послал пинг, и сфера ожила, зажужжала, поднялась к потолку. Теперь у него был обзор с двух точек.
День начинался.
Он встал. Движения были выверенными, экономными — ни одного лишнего жеста. Правая рука заканчивалась культей чуть выше локтя. Протез лежал на зарядной станции: армейский протез, четыре стальных пальца, магнитный замок для винтовки. Пол подошёл, вставил культю в приёмник, дождался щелчка фиксаторов. Пальцы сжались в кулак, разжались. Диагностика...
...норма.
Долго но надёжно.
Дыхание сопровождалось свистом. Химический ожог лёгких не лечился, только компенсировался. Вокс-модулятор на горле превращал этот свист в металлический, рубленый голос. Пол ненавидел свой новый голос почти так же сильно, как и свое отражение. Но привык.
Он подошёл к терминалу. Департамент прислал сводку за ночь: два ограбления в центре, одна перестрелка в Глене, подозрительная активность Мальстрёма у границы с Северным Оквудом. Ничего интересного. Пол скинул файлы в архив и открыл список дел.
Два года он работал на NCPD как хед-хантер — охотник на особо опасных. Киберпсихозы, сбежавшие корповские эксперименты, наёмники с пожизненным ордером. Ему давали цель, он её находил. Просто, чисто, без эмоций.
В 07:30 он выехал на патруль. Служебный аэромобиль NCPD, модель «Арчер», без опознавательных знаков — хед-хантерам давали свободу передвижения. Пол сел в кабину, «Глаз» завис над приборной панелью. Маршрут: Центр — Корпо-Плаза — площадь.
Сегодня на площади был праздник. Арасака презентовала что-то, что Полу было глубоко безразлично. Но начальство приказало усилить патрули — много шишек, много угроз. Пол взял смену без возражений. Праздник так праздник. Толпа, шум, дурацкие голограммы. Он будет сидеть в периметре, смотреть через «Глаз» и ждать, пока кто-нибудь не нарушит порядок.
Местное время – 13:15
К полудню он занял позицию на крыше сорока этажного здания одного из филиалов NSPD напротив площади. Идеальная точка: обзор 360 градусов через дрона, укрытие за вентиляционной шахтой, три пути отхода. Винтовка лежала на сошках, но Пол не планировал стрелять. Это был просто наблюдательный пост.
Праздник начался.
Он смотрел через «Глаз». Толпа внизу была роем тепловых пятен — мужчины, женщины, дети, корпы, уличные. Все смешались в один океан. На сцене вещал директор Сато. Дракон Арасаки парил в воздухе.
Пол не слушал. Он сканировал периметр. Охрана, дроны, снайперы корпов на соседних крышах — стандартный набор. Ничего подозрительного. Скучная смена.
Он позволил себе отвлечься.
Мысли сами потекли в прошлое. NCPD. Отряд. Кэйт. Сэм. Род.
Род.
Он помнил его смех. Помнил, как они сидели в Деламейне и Род что-то доказывал про корпорации, про войну, про то, что «мы должны держаться вместе, иначе этот город нас сожрёт». Пол тогда смеялся и говорил, что Род слишком драматичный.
А потом...
А потом случилась Объединительная война.
Засада. Только они двое. Сэма к тому времени перевели обратно в NCPD — подавлять бунты в Найт-Сити, а Кэйт осталась в тылу, в медицинском корпусе. На передовой были только Род и Пол.
Они атаковали газом, что проведал пластик, кожу и ткань, обычные фильтры не спасали, но не фильтры Рода, которые уже тогда находились в прототипе его костюма.
Пол же, задыхаясь пробирался к винтовке, и подорвался на мине.
Род, думая что Пол погиб, вызывает эвакуационный вертолёт Милитеха, и улетает без него.
Пол помнил боль, темноту и вкус крови в глотке. Когда он очнулся — уже в госпитале, с культёй вместо руки и трубками в горле, — ему сказали: Род, пропал безвести. Не нашли. Данные, которые они добыли, уже у начальства, а напарник, возможно остался там, в дыму.
Пол похоронил его в своей памяти вместе с их взводомч который слег там, вместе с тем, кем он сам был до войны. Иногда, в редкие ночи без сна, он думал: а что, если? Но тут же обрывал себя. Если бы Род выжил, он бы дал знать. Нашёл бы. Они же были братьями.
Ведь так?
Два года Пол жил с этим. С мёртвым прошлым. С пустотой на месте бывшего напарника.
Пол тряхнул головой. Протез сжался в кулак.
Не сейчас.
Местное время – 15:39
Уже? Достаточно быстро течет время в обычный рабочий день... Подумал Пол, как вдруг прогремел взрыв.
«Глаз» дёрнулся, стабилизировал картинку. Пол вскочил, винтовка сама легла в магнитный замок. Площадь превратилась в месиво из огня и дыма. Тепловые сигнатуры метались, сталкивались, падали. Крики. Сирены.
Пол отработал на автомате: доложил в департамент, запросил подкрепление, начал сканировать сектора. Основной взрыв — под сценой. Вторичные — по периметру. Скоординированная атака. Диверсия.
«Глаз» облетал площадь, снимая всё в высоком разрешении. Пол сидел на крыше и вёл дрона, как на тренажёре. Жертвы, обломки, огонь, дым, паника. Он видел всё. Но ничего не чувствовал, только некоторую вину за произошедшее, за то что не уследил... А может бомбу подложили заранее и он не виновен?
Один лишь бог знает ответ, но сейчас...
Ему пришло уведомление с возможной зацепкой. Это был снимок какого то рисунка с полицейского дрона...
Два жёлтых крестика вместо глаз. Зашитый рот. Значки короткого замыкания у правого уха.
Граффити.
Пол замер.
Он знал этот знак.
Род???
Так он жив?!...
Глава 3. Обратный отсчёт до Правды...
Глава 3.
Обратный отсчёт до правды...
Найт Сити, 16 июля 15:50.
10 минут после взрыва.
Пол спускался по пожарной лестнице, перебирая протезом стальные перекладины. Винтовка за спиной, дрон сзади...
И крики людей.
Мысли метались.
Жёлтые крестики. Зашитый рот. Искры у правого уха.
Он остановился на площадке между этажами. Перемотал запись с дрона. Увеличил. Граффити было свежим — краска ещё не высохла, край мазка поблёскивал на солнце. Нанесено максимум за минуту до того, как «Глаз» засёк движение. Фигура, которая его оставила, скрылась через пожарную лестницу — ту самую, по которой он сейчас спускался. Но след уже простыл.
Показалось?
Два года.
Два года он считал Рода мёртвым. Ему сказали: пропал без вести, предположительно мертв. Пол не видел тела, но на войне редко кто видит тела. Принимаешь факт и живёшь дальше.
А теперь граффити. В центре. Случайность? Совпадение? Кто-то другой?
Он знал и верил, или хотел верить что нет. Он знал этот стиль. Эти крестики Род рисовал ещё в отряде — на броне, на стенах казармы, на шлеме, который тогда был просто мотоциклетным. Всегда одно и то же. Как подпись.
Но если Род жив — почему молчал? Почему не искал? Почему пропал с радаров и объявился через 2 года?...
Пол сжал протез в кулак настолько сильно, насколько позволял механизм. И сервоприводы почти тут же заклинило...
Он отложил мысли в дальний угол. Работа. Сначала работа. Теракт на площади — не время для личных драм. Потом разберётся. Потом проверит запись, поднимет архивы, пробьёт камеры. А сейчас — протокол.
Он спрыгнул с последней перекладины, приземлился на бетон переулка. Подошва глухо ударила. «Глаз» спикировал ниже, осветил проход. Пусто. Только мусор, пар из вентиляции и далёкий вой сирен.
Пол двинулся к аэромобилю.
Внутри салона было тихо. Он закрепил винтовку в держателе, сел в кресло, запустил диагностику. Рука всё ещё сжата в кулак — пришлось вручную сбросить напряжение через нейропорт. Пальцы разжались.
И тут канал NCPD начал разрываться.
Не звонок а я шквал. Департаментская сеть взорвалась трафиком: экстренные вызовы, отчёты с места, крики диспетчеров, накладки частот. Пол включил приём — и тут же пожалел.
— ...повторяю, множественные взрывы на Площади Корпораций, код красный, все свободные единицы...
— ...Макс-Так уже в воздухе, расчистите посадочную зону, мать вашу...
— ...где скорая? мне нужно три борта минимум, у меня тут гражданские с осколочными!
— ...Арасака заблокировала восточный сектор, их безопасники никого не пускают, мне что, стрелять в них?!
— ...аналитика молчит, никто не знает, сколько ещё зарядов, возможны вторичные...
— ...Бог ты мой, это прямой эфир, выключите камеры!
Поверх голосов — фоновый шум штаба: топот ног, хлопки дверей, звон терминалов, чей-то истеричный ор про «почему никто не отследил». Всё тонуло в сиренах, которые выли уже не только на площади, но и по всему центру.
Пол поморщился. Он бывал в штабе во время кризисов — сейчас там, скорее всего, ад. Операторы мечутся между консолями, кто-то орёт на кого-то по громкой связи, капитан Моралес стоит над тактической картой и раздаёт приказы быстрее, чем система успевает их обрабатывать. Кофе разлит на клавиатуры. Кто-то опрокинул стул. Где-то в углу связист пытается докричаться до спутникового канала, потому что локальная сеть перегружена.
Он ждал. Он знал, что Моралес выйдет на связь. Она всегда выходила. Даже в самом глубоком дерьме.
Пять минут. Десять.
Канал пиликнул — личный приоритетный вызов. ID: капитан Моралес. Пол принял.
На том конце — не тишина. Там был фоновый гул штаба, и сквозь него — голос, резкий, как очередь из автомата.
— Охотник! Даю тебе минуту на изложение всего что ты видел и не видел на площади, и будь добр постарайся объяснит КАКОГО ХУЯ ты не осмотрел площадь должным образом?
Пол передал пакет данных: тепловую карту, координаты взрывов, количество пострадавших, зафиксированные перемещения. Моралес читала на ходу — он слышал, как она одновременно рявкает кому-то в сторону: «Ларсен, убери этот график с экрана, он мне не нужен, мне нужны камеры!»
— Принято, — бросила она в канал. — Теперь слушай. Шишки Арасаки живы. На сцене были голограммы, основной состав даже не покидал своих рабочих мест, а лишь наблюдал издалека. Теракт это показушничество, кто то хочет навести панику в городе. Но праздник от этого не легче. Шесть трупов охраны, тридцать два раненых гражданских, и это только те, кого посчитали. Цифры растут. Арасака орёт, Милитех орёт, мэр орёт, все орут. Ты был на месте. Что ты видел?
Пол отправил запись с «Глаза». Всё, кроме фрагмента с граффити. Он вырезал его, не раздумывая.
— Хорошо, — отрезала Моралес. — Теперь главное. Аналитика только что скинула предварительный расклад. Это не одиночки. Это группа внутри Мальстрёма, проплаченная Милитехом. Грязная игра, все улики ведут в обе стороны, Арасака уже развернула контрразведку. У нас есть окно — может, сутки, может, меньше, — пока они не замели следы или не объявили корпоративную войну. Ты берёшь опергруппу. Найди мне связного. Того, кто передал деньги и того кто пронёс и установил взрывчатку. И будь добр, не проебись
Канал закрылся.
Пол сидел в тишине салона. Снаружи выли сирены. Протез сжался на ручке штурвала.
Связной. Мальстрём. Милитех. Он должен был думать о них. Но перед глазами стояли два жёлтых крестика.
Сначала блядская работа. А потом он...
Найт Сити, 16 июля 15:47.
7 минут после взрыва.
...
Плечо ныло после удара о трансформатор — похоже, растяжение или трещина в ключице, пара сильных ушибов, лёгкая травма головы... Диагностика костюма мигала жёлтым: пара вмятин в грудной пластине, разрыв капроновых связей в одном из наплечников... Критичных повреждений нет. Идти можно.
Он спускался быстро. Пожарная лестница дрожала под ногами, где-то внизу кричали люди. С площади доносился сплошной гул: сирены, команды, плач, мат. Один голос — женский, высокий — просто выл на одной ноте, без слов. Он не хотел думать из за чего, просто не хотел портить себе день.
Спрыгнул в переулок. Приземлился жёстко, подошва ударила в бетон. Вокруг никого.
Проверил дешифратор в поясном кармане. На месте. Данные внутри. Заказ выполнен. Можно уходить.
Но он не ушёл.
Стоял в переулке и смотрел на крышу, которую разрисовал три минуты назад. Два жёлтых крестика. Зашитый рот. Искры у правого уха. Его подпись. Здесь. В центре.
— Идиот... — прошептал он. Никто не услышал. Никто и не мог.
Он не планировал оставлять метку. Рука сама потянулась к баллончику. Словно кто-то внутри сказал: хватит прятаться. Или словно он хотел, чтобы его нашли.
Если ты дьявол, смысл быть им если об этом некто не узнает...
Теперь поздно думать. Камеры NCPD уже считали граффити. Если Пол ещё жив... если он в городе... если он всё ещё служит...
Род оборвал мысль.
Не сейчас.
И двинулся вглубь переулка. Прочь от площади.
Четыреста метров до точки эвакуации. Шёл дворами, огибая горящие обломки, перешагивая через опрокинутые лотки и битое стекло. Улицы были пусты — кто-то спрятался, кого-то эвакуировали, кто-то уже лежал под простынёй на тротуаре. АВи Травма-Тим пролетел над головой, обдав спину горячим воздухом от двигателей.
На углу Чен-стрит ждал человек Фарадея. Молодой парень в дешёвом плаще, с рыжими волосами заделанными зелёной спортивной резинкой на лбу
Понавешал на себя хрома, а яйца видимо где то забыл...
Он переминался с ноги на ногу у припаркованного фургона. Увидел Рода — вздрогнул. Жёлтый шлем, грузная фигура выходит из дыма... такое можно увидеть не каждый день.
— Ты... ты Род? — голос дрожал.
Он кивнул
— Где д-данные?
Род не ответил. Подошёл вплотную и позвонил.
«Здесь всё. Маршруты, частоты, каналы связи. Фарадей все получил. И теперь он мне должен 30 процентов сверху за ебучий теракт на площади, он не входил в сделку. Остаток — в течение часа»
Парень закивал слишком быстро.
— Да-да, он сказал... он переведёт. Всё будет.
Паренёк торопливо забрался в тачку захлопнул дверь и неловко тронулся... боже какой же молодой и не опытный, не могу поверить что его нанял Фарадей для передачи инфы...
Род развернулся и ушёл. Фургон уехал в противоположную сторону.
Теперь домой. Там — ремонт брони, анализ данных и ожидание того, незнаю чего...
Вызвал Деламейн. Такси пришло через шесть минут — без лишних вопросов, открыло дверь.
Род откинулся на сиденье и включил шумодав. Внутри шлема было тихо. Только гул компрессора и собственное дыхание. Закрыл глаза. Перед внутренним взором всё ещё стояла площадь — та, старая, с Кэйт, Сэмом и Полом. И новая — в огне, с его подписью на стене.
Но чувствовал — что-то сдвинулось. Обратный отсчёт пошёл
Глава 4. Очередной знакомый...
........
«Как думаете, что человек чувствует перед смертью? Наверняка перед его глазами проносится вся жизнь, все воспоминания, может он сожалеет о своих поступках, выборах, о том что вчера так и не успел помириться с мамой из за какого то проступка, может он наоборот, нечем не жалеет, его жизнь удалась, и для него погибнуть на поле бля перед достойным соперником это сравнимо награде всей его жизни...
Он замолчал. Медленно провёл ладонью по ножнам его катаны, лежавшей на коленях. Мурамаса.
Но только не они:
Киберпсихи.
Они жаждут только бойни, они несут смерть, для них, поле боя это танцпол для пьяного гуляки...
Да уж, хах...
Киберпсихоз — плод перегруженной нервной системы, которая посылает выплески адреналина и дофамина при использовании имплантов. И перегружается она тоже от использования множества слишком мощных имплантов. Замкнутый круг. Как будто этого было мало, но если ты будешь ещё и поискать себя иммунодепрессантами, твоя психика заржавеет и без имплантов, ты просто станешь шизиком, и это тебя уже не отпустит.
...
Казалось бы, снизь нагрузку имплантов, а ещё лучше сними их, перестань сидеть на депресантах... Но вот ты уже почти нечем не отличаешься от бездомного чумбы с улиц Найт Сити.
"Нет, я зашёл слишком далеко для этого. Не сейчас, остановлюсь сейчас, и для чего тогда все это?"
Он слушал, как внизу, за стеклом, воет сирена. Где-то опять стреляли. Где-то опять кто-то сходил с ума.
Но ты ещё не знаешь что ты уже становишься психопатом... Вот ты сидишь и смотришь как разговаривают твои друзья... Но тут ты понимаешь что уже стоишь в луже чужой, а может и собственной крови, но тебе уже всеравно, тебе это начинает даже нравится и твои мысли просят лишь бойни.
Сначала дофамин накрывает как цунами, тебе радостно, ты счастлив... Но через пару мгновений опять возвращаешься в тот самый мир в котором ты убил целую семью ради этого, и тебе нужно больше, да вот дело в том что с каждым таким вот приходом дофамина, ты перестаешь чувствовать его, настолько сильно, чувства и эмоции притупляются и доходит до того что ты убиваешь уже просто потому что так нужно, ты так привык, ты просто запомнил что так нужно но уже не помнишь для чего, и ведь последнее что ты увидишь в своей жалкой жизни это голограмму Макс-Так под своими ногами, и пушку что медленно приближается к твоему лбу...»
Он сидел на подоконнике огромного панорамного окна на 43 этаже башни Арасаки и говорил во тьму ночного Найт Сити, его кибернетическое тело переливалось хромом в лучах луны...
23:41
— Так поздно...
Дверь кабинета открылась без стука. Вошёл Исида — адъютант, сухощавый, с вечно уставшим лицом и планшетом в руке. Форма сидела на нём мешковато, но держался он прямо.
— Командир оперативного батальона внутренней безопасности ( он отдал честь ). Сводка по сегодняшнему дню.
Сэм не обернулся. Он всё ещё сидел на подоконнике, глядя в ночной город.
— Говори.
Исида включил планшет и начал монотонно зачитывать данные.
— В 14:37 на Площади Корпораций произошла серия взрывов. Теракт. Основной заряд — под центральной сценой, вторичные — в технических нишах по периметру. Повреждены подиум, сценическое оборудование, три припаркованных аэромобиля. Жертвы: шесть погибших из охраны, тридцать два раненых гражданских, ещё десять мертвы. Цифры не окончательные.
Сэм медленно повернул голову.
— Теракт значит... а что с верхушкой?
— Высшие должностные лица не пострадали. На сцене работали голограммы. Основной состав даже не покидал своих рабочих мест. Физические цели не достигнуты.
— Какой вывод?
Адъютант прокашлялся.
— Аналитика считает, что акция, носила демонстративный характер. Цель — паника, дестабилизация, удар по репутации. Организаторы — предположительно группа внутри «Мальстрёма», проплаченная Милитехом. Улики пока косвенные, но сходятся.
— Ну а контрразведка?
— Уже развернулась. Работают параллельно с NCPD. Официального обвинения нет, идёт обмен закрытыми сводками.
Сэм слез с подоконника, подошёл к столу.
— Что с нашими объектами?
— В зоне ответственности батальона происшествий не зафиксировано. Усилен режим патрулирования. Батальон вернулся из Санто-Доминго в полном составе. Потерь нет. Двое легко ранены — уже в медицинском крыле.
— Хорошо. Что требуют от нас?
— Верхушка пока молчит. но начальник службы безопасности Западного сектора приказал привести подразделение в повышенную готовность. Возможны ответные меры.
Сэм кивнул.
— Это всё?
Исида замялся.
— Не совсем. Контрразведка просит выделить группу для возможной зачистки в Кабуки. Есть версия, что связной Мальстрёма скрывается там.
Сэм нахмурился. Что-то в этой просьбе ему не понравилось.
— Кабуки.. — повторил он. — Почему Кабуки? У меня не было данных об активности Мальстрёма в этом районе. Они сидят в Северном Оквуде и на стыке промзон. Кабуки — это рынки, бордели и дешёвые ульи. Что там забыл связной?
Исида пожал плечами.
— Так запросили из NCPD. Говорят, есть след. Но деталей не раскрывают. Сказали только, что подозреваемый — местный. Оставил какую-то метку на месте теракта.
Сэм прищурился.
— Метку??
— Так точно. Детали засекречены. Контрразведка не поделилась.
Сэм отвернулся к окну. В голове закрутилось. NCPD что-то скрывает. Кабуки. Метка. Связной. Если бы там реально был схрон Мальстрёма — он бы знал. Его батальон висел на этом районе последние полгода. Никакой крупной активности. Тихие ульи, рынок, уличная шваль. Ничего, что тянуло бы на логово.
А если это не Мальстрём? Если NCPD подсовывает корпорации кого-то другого? Или наоборот — прячет?
Он снова повернулся к Исиде.
— Бойцов без понимания задачи не дам. Пусть NCPD рассекретят детали. Скажи им — я хочу знать, кого мы должны вытащить из Кабуки и почему именно моя группа.
— Так точно.
— Ты свободен. Отчёт о Санто-Доминго завтра утром.
Исида коротко поклонился и вышел.
Сэм снова уставился в ночной город.
Теракт. Мальстрём. Милитех. А теперь ещё и Кабуки со странным следом. Всё это дерьмо пахло не просто большой кровью. Оно пахло обманом.
— Ох не нравится мне все это...
17 июля, 09:12
Кабинет Сэма.
На терминале мигало сообщение с грифами: «Контрразведка. Для служебного пользования. Командный состав среднего звена». Сэм открыл его, стоя у панорамного окна. Чашка с остывшим кофе так и осталась нетронутой на краю стола.
«В связи с терактом на Площади Корпораций, NCPD совместно с контрразведкой Арасаки проводит операцию по выявлению и задержанию предполагаемого связного группы, ответственной за организацию взрывов. Объект действует под позывным «Прометей». Внешние данные: тяжёлый тактический костюм желтовато-охряной расцветки, VR шлем с характерной маркировкой в виде двух крестиков на уровне глаз. Связной предположительно базируется в промзоне Вотсон, микрорайон Кабуки. Требуется содействие в проведении разведки и, при необходимости, силовой зачистки. Командование батальоном внутренней безопасности Западного сектора обязано обеспечить группу для совместной операции с NCPD. Детали объекта ограничены. При задержании объект обязан остаться живым. Любым доступным способом.»
Сэм дочитал.
Перечитал ещё раз.
«Прометей». Два крестика на шлеме. Кабуки.
Он не помнил такой фигуры в своих сводках. Но метка — крестики — отпечаталась в мозгу. Почему-то стало неспокойно. Будто где-то в прошлом он уже видел это....Нет...
Показалось.
Он закрыл сообщение. Подошёл к столу, вызвал Исиду по внутреннему каналу.
— Собрать оперативную группу. Полный состав. Через полчаса на выезде.
— Так точно, запрос всё-таки подтвердился?
— Да. Я встаю во главе. Подготовь транспорт и связь с NCPD. Пусть скинут координаты точки сбора.
— Оу, вы опять возглавить отряд? Это очень компетентно с вашей стороны... Приказ принят, готовлю транспорт, связь и координаты.
Сэм отключил канал. Подошёл к стойке с оружием. Мурамаса висела на креплении — алое лезвие, тускло светящееся в полумраке кабинета. Он взял её, вставил в металлические, черные воронёные ножны и провёл по ним пальцем.
— Раз надо — значит надо, — тихо сказал он сам себе. — На кой черт нам в Кабуки... Но любишь приказывать — умей и исполнять.
Через полчаса он уже сидел в командно-штабном транспорте вместе с группой. Восемь бойцов, полный боевой комплект, дроны разведки, техника. Колонна выдвинулась из башни Арасаки на север, в сторону Вотсона.
Он смотрел на проплывающий за окном Найт-Сити и молчал...
17 июля, 10:04.
Кабуки, Вотсон.
Колонна из трёх машин въехала в Кабуки со стороны старой эстакады. Головной транспорт — командно-штабной броневик Арасаки, за ним два фургона с бойцами. Окна тонированы, на крышах — глушилки. NCPD перекрыла два въезда в микрорайон, но без сирен и мигалок. Тихо. Пока тихо.
Сэм сидел в командирском кресле, положив ножны с Мурамасой на колени. Смотрел на проплывающие за окном дома — обшарпанные ульи, рынки, ларьки с уличной едой. Кабуки не изменился. Всё тот же муравейник.
— Командир, точка сбора через триста метров. NCPD ждёт у перекрёстка, — доложил Исида с переднего сиденья.
— Тормози.
Броневик остановился у обочины. Сэм не спешил выходить. Разглядывал улицу. Продавцы уже заметили колонну и начали переглядываться. Кто-то убрал товар, кто-то просто отошёл подальше. Местные нутром чуют, когда в район приходят корпораты.
— «Око» в воздух. Пусть осмотрит квартал.
Исида кивнул и передал приказ. Дрон разведки поднялся над машинами, пошёл по кругу. Сэм смотрел на тактическую карту в оптике: тепловые сигнатуры, движение на крышах, подворотни. Всё как обычно. Слишком обычно.
— Они нас уже засекли, — тихо сказал Сэм. — Кабуки всегда знает, когда приходят чужие.
— Это плохо? — спросил Исида.
— Это значит, что цель может уйти. Если уже не ушла.
Он открыл дверь и вышел. Бойцы позади начали выгрузку — быстро, без лишнего шума. Восемь человек, полный боевой комплект. Плюс он сам.
Сэм вдохнул воздух Кабуки — пыль, жареное масло, машинное топливо. Он знал этот запах. Слишком хорошо.
— Идём к точке сбора. Без резких движений, ведите себя буднично. Мы тут не на войне.
Он вставил ножны в магнитное крепление и двинулся вперёд. Группа пошла следом.
Через пару минут из-за угла вышли двое из NCPD — детектив в штатском и офицер в лёгкой броне. Детектив был немолод, с мешками под глазами и нервным тиком в пальцах. Офицер держал руку на кобуре.
— Вы от Арасаки? — спросил детектив.
— Я — командир батальона внутренней безопасности, — ответил Сэм. — Где цель?
Детектив замялся.
— Мы пока не засекли точное местоположение... Известен только район. И метка.
— Метка...
— Да. На месте теракта. Мы скинули её вашей контрразведке. Она считает, что это подпись подозреваемого.
— Покажи.
Детектив вывел на планшет изображение. Сэм глянул. Два жёлтых крестика вместо глаз. Зашитый рот. Искры у правого уха.
Он замер.
Что-то внутри него оборвалось. Не страх. Не удивление. Память. Старая, как пыль на этих улицах.
— Что мы знаем о цели? Может позывной? — спросил он медленно.
— «Прометей», — ответил детектив. — Тяжёлый охровый костюм... Больше ничего нет.
Сэм молчал. Крестики. Зашитый рот. Этот стиль... Этот человек рисовал так когда-то давно.
— Командир? — Исида смотрел на него с тревогой.
Сэм выдохнул. Сжал рукоять Мурамасы.
— Работаем. Прочёсываем квартал. И найдите «Прометея» живым.
Он развернулся к бойцам.
— Рассредоточиться. Идём тихо.
Группа двинулась вглубь Кабуки. А Сэм всё ещё стоял секунду, глядя на планшет с граффити.
— Неужели примкнул к Мальстрёму, от жажды заработать... На тебя не похоже...
— Сэр?
— Да да уже иду...
...
17 июля, 12:47.
Кабуки, промзона.
За два с половиной часа — ничего. Пустые ульи, перепуганные торговцы, бомжи в подворотнях. Группа шла по меткам — те самые два жёлтых крестика, зашитый рот, искры у уха — разбросанным по всему Кабуки. На стенах, на мусорных баках, на ржавых воротах.
Сэм останавливался у каждой.
Они шли по граффити, как по нити. Слишком явной. Слишком удобной.
— Командир, — негромко окликнул Исида. — Это уже седьмая метка за час.
— Вижу.
— Похоже на ложный след. Кто в здравом уме будет рисовать свои же метки по всему городу?
Сэм не ответил. Он думал о том же. Но всё равно шёл. Потому что каждая метка была свежей. Краска — не старше суток. Кто-то специально водил их по кругу.
Они остановились у старого гаражного ряда. Обшарпанные ворота, ржавые замки, масляные пятна на бетоне. Тишина. Только ветер гнал по земле обрывки пакетов.
Сэм поднял руку. Группа замерла.
Он медленно обвёл взглядом гаражи. Ничего. Пусто. Но что-то не так. Он не мог объяснить.
— Проверить этот ряд, — тихо приказал он.
Бойцы рассредоточились. Сэм остался стоять посреди проезда, положив руку на рукоять Мурамасы. Один из гаражей выглядел как все остальные. Обычный. Грязный. Запертый.
Он смотрел на него дольше, чем на другие. Встал в боевую стойку... Потянулся за мечом...
И тут в оптике мигнуло уведомление.
«Око» — связь потеряна.
Сэм развернулся мгновенно.
— Отставить! «Око» сбили. Все за мной!
Бойцы без вопросов собрались в колонну. Сэм сорвался с места забыв про гараж, на северо-запад, в сторону старого заводского кластера. Сигнал дрона оборвался у одного из складских помещений.
Через десять минут они были на месте.
Заброшенный склад. Выбитые окна, ржавые ворота наполовину сорваны. У входа — следы свежие: окурки, баллоны с краской, грязные отпечатки подошв.
Сэм жестом развёл группу по периметру. Сам вошёл первым, позади один из его приближенных, Широ, вооруженный рельсатроном малой мощности.
Внутри пахло пылью и дешёвым алкоголем. В дальнем углу, под пробитым световым люком, — трое. Грабители. Обычная уличная шваль в обносках, с самодельными стволами и рюкзаками, набитыми награбленным. Один из них держал в руках «Око» — побитое, с вырванным ротором. Видимо, сбили из пневматики.
Они не сразу заметили Сэма. А когда заметили — было поздно.
— Какого... — начал один, вскидывая обрез.
Сэм улыбнулся.
— Они твои Широ...
Широ шагнул вперёд закрывая Командира. Рельсотрон коротко взвыл, набирая заряд. Первый грабитель дёрнулся, но не успел — ослепительная дуга ударила его в грудь, отбросив на несколько метров. Тело ещё летело, а ствол рельсатрона уже гудел снова. Второй выстрел размазал его по стенка, запачкав все кровавым взрывом...
Второй попытался выстрелить. Сэм ушёл вбок, Широ принял выстрел на свою броню — даже царапины не оставило.
Ещё выстрел и у второго голова взорвалась как спелый арбуз что упал на землю.
Третий бросил оружие и поднял руки.
— Не убивай! Мы просто... мы просто сбили дрон,! Не знали, что он принадлежит Арасаке!
Сэм подошёл к нему и демонстративно вытащил лезвие из ножен, начиная вертеть его в руке...
— Кто вы и что тут забыли? ...Ладно все равно можешь не отвечать и так все видно, боже придурки... Такие как вы не на что не способный мусор, только портите задания и казённое оборудование, приведи мне хоть один веский довод чтобы я не снёс тебе прямо сейчас голову...
Грабитель побледнел, затараторил:
— Н-нам заплатили за ограбление этого склада, сказали что мол конкуренты и все такое, сказали что награбленное можем оставит себе, мы прикинули деньги ахуенный выходили... Мы сделали все чтобы нас некто не увидел, единственное что один из моих мертвых придурков сбил дрон, подумав что это дрон охраны, все! Клянусь!
Сэм прищурился,
— Кто вам заплатил?
— Не знаю, мы даже лица его не видели, у нас просто подъехал Деламейн на рынке и через тонированное стекло поступило сообщение с деньгами...
Сэм переглянулся с Исидой. Потом снова повернулся к пленному.
— Связать. Обыскать. Если соврёт — пристрелить при попытке к бегству.
Бойцы заломали грабителя. Исида подошёл ближе.
— Командир, если это правда, то что нам делать? Такие такси вызывают каждый день по 300 раз. Кто-то знал, что мы придём, и подготовил приманку...
— Или отвлекал от чего-то, — сказал Сэм. — Пока мы возились с этими, настоящий след мог уйти.
Он оглядел склад. Пыль. Кровь. Пустота.
Ложный след. Сбитый дрон. Грабители-приманки.
Кто-то был на шаг впереди. И этот кто-то — совсем рядом.
Он недолго думал. Потом кивнул бойцам.
— Этого связать. Остальных — вынести. И верните «Око». Точнее, то что от него осталось.
Исида смотрел на командира.
Бойцы уже шмонали пленного, двое выносили то, что осталось от первых грабителей. Широ стоял у входа, опустив рельсотрон, и выцеливал темноту за воротами.
— Возвращаемся к гаражному ряду, — вдруг сказал Сэм.
— Командир?
— Этот склад — мусор. Нас сюда заманили, чтобы увести оттуда. И мне это не нравится.
Исида замялся.
— Но метки вели в другую сторону...
— Метки вели по кругу, — перебил Сэм. — А гаражный ряд — единственное место, где я почувствовал что то. Возвращаемся.
Он вложил Мурамасу в ножны. Клинок вошёл с тихим щелчком.
— Широ, прикроешь тыл. Исида — свяжись с NCPD, пусть прочешут заказы Деламейна... Хочу знать, кто заказывает такие такси.
— Так точно.
— Выдвигаемся.
Группа построилась и двинулась обратно.
17 июля, 12:56.
Крыша старого завода.
Он лежал на холодном профильном листе уже больше часа. Снайперская винтовка — не его, собранная из двух дохлых стволов и армейского приклада — лежала на сошках. Прицел дрожал. Руки не были приспособлены для такой стрельбы. Но и не для стрельбы он сюда пришёл. Он наблюдал.
Через 12-кратную оптику было видно, как группа Арасаки входит в склад. Как Сэм и кто то еще первыми скрываются в проёме. Как через несколько минут выносят тела. Как сам он выходит и говорит с каким то громилой и мелким пареньком...
Род узнал его сразу. Даже на расстоянии. Даже спустя два года. Эта походка, эта катана, эта манера держаться.
— Твою ж мать... — прошептал он. — Ты-то тут откуда... Родригес... Блять!
Он ударил кулаком по металлическому листу. Тот смялся, как кусок картона. Гул прокатился по крыше.
— Я ожидал NCPD. Ожидал Милитех. Но не ебучую Арасаку... Блять!
Он откатился от края, сел, прижавшись спиной к вентиляционной трубе. Дыхание перехватило.
Надо было думать. Быстро. Трезво.
Если Арасака здесь — значит, его вычислили. Значит, метки сработали не так, как он хотел. Он рисовал их, чтобы запутать NCPD, чтобы размазать след по всему Кабуки. А получилось, что привёл к своему району целую корпоративную группу.
И возглавляет её Сэм.
Род закрыл глаза. Перед внутренним взором — не площадь, не гараж. А старый Деламейн, четверо в салоне, смех. Сэм с катаной на коленях.
Он заставил себя подняться. Винтовку— на плечо. Пора уходить, слишком долго на одном месте...
Но уходить было некуда. Гараж засвечен. Метки разбросаны. Полиция перекрыла въезды. Арасака рыщет по кварталу. Охота началась. И теперь у него было два врага: город и прошлое.
А в это же время на другом конце города Полярный Волк садился в служебный аэромобиль. На экран был введен маршрут:
«Вотсон, микро район Кабуки».
Глава 5. Брат по пуле.
17 июля, 13:41.
Кабуки, промзона.
Гаражный ряд.
Группа вернулась. Сэм шёл впереди, не снижая темпа. Бойцы рассредоточились по обе стороны проезда, Широ держал тыл, Исида не отставал.
Сэм остановился у того самого гаража. Обычный. Грязный. Запертый. Но что-то внутри него не давало покоя.
— Отойдите, — бросил он.
Бойцы отошли на несколько шагов. Сэм встал в стойку. Мурамаса вышла из ножен почти беззвучно — только короткий щелчок порохового заряда, и алый клинок сверкнул в воздухе. Два взмаха — по диагонали, крест-накрест. Ворота дрогнули и сложились внутрь, разрубленные на четыре неровных куска.
Сэм вошёл первым.
Тишина. Пыль столбом.
Внутри — ничего. Скелет старого мотоцикла у стены, верстак, заваленный сухим мусором, древний довоенный токарный станок. Пыль — сантиметров пять, слежавшаяся, серая, старые лысые покрышки, ржавые запчасти застелили пол. Машинное масло на полу превратилось в тёмную липкую корку, потрескавшуюся от времени.
Сэм медленно обвёл помещение взглядом. Ничего живого. Ничего свежего.
— Тут никого не было лет этак десять, — тихо сказал Исида за спиной.
Сэм не ответил. Он прошёл вглубь, провёл пальцем по верстаку. Пыль. Только пыль.
— Командир? — окликнул Широ от входа.
— Пусто, — сказал Сэм. — И всё-таки...
Он развернулся, оглядел пол, стены, потолок. Взгляд зацепился за углы, за стыки плит. Что-то было не так. Но что — он не мог понять.
— Обычный гараж, — произнёс он задумчиво. — Слишком обычный. — он последний раз осмотрелся...
Вложил меч в ножны и повернулся к выходу.
— Уходим. Видимо нам ловить здесь нечего.
Группа вышла. За их спинами гараж стоял с разрубленными воротами — пустой, пыльный и немой.
А на полу, у самого верстака, остался едва заметный след: чистая полоса там, где пыль была сдвинута чьей-то ногой. Сэм не заметил. Он уже уходил.
13:58.
Сэм уже шагал к броневику, когда в оптике мигнул сигнал от «Ока-2» — запасного разведчика, которого Исида поднял в воздух сразу после потери первого.
« На подходе Аэромобиль NCPD, без опознавательных знаков. Садится на крышу старого жилого дома в шестистах метрах к востоку.»
Командир остановился.
— Хед-хантер? — спросил он, не оборачиваясь.
— Похоже на то, — ответил Исида. — Машина без маркировки, пилот не выходил на связь.
— Значит, NCPD прислали своего пса. И он решил сесть у нас над головой.
Сэм посмотрел в сторону, куда указал разведчик. Над крышами старых ульев как раз медленно оседал аэромобиль.
Он повернулся к группе.
— Исида, свяжись с NCPD. Спроси, какого чёрта они делают в нашем периметре без предупреждения. Широ — за мной. Остальные — рассредоточиться и ждать.
— А если это не NCPD? — спросил Широ.
Сэм улыбнулся.
— Тогда нам же лучше. Значит, будет хоть чем заняться в этой глуши.
Он двинулся в сторону дома, на который сел аэромобиль.
А на крыше, в тени вентиляционных коробов, уже распласталась фигура в тёмной броне. Слепой снайпер. Полярный Волк.
Пол прибыл.
14:07
Сэм не успел пройти и полсотни метров, как в нейропорте мигнул входящий вызов. Диспетчер NCPD. Он принял.
— Сэмуэль Родригес, здравствуйте. Нам поступило обращение от вашего адъютанта. Что-то не так?
Сэм не сбавил шаг.
— Да, блять, не так. Постарайтесь объясниться: какого хуя на территории проведения нашей операции забыл ваш аэромобиль без опознавательных знаков? Вы кого-то отправляли?
— Нет Сэр. В данный момент все хед-хантеры находятся на отгуле. Если только кто-то самостоятельно решил отправиться вам на помощь...
— Ясно...— он перебил оператора. — Конец связи. — Он прервал вызов и жестом приказал Широ ускориться.
— Командир? — подал голос Широ. — Что-то не так?
— NCPD открестились. Говорят, все их охотники отдыхают. Значит, это либо самоволка, либо кто-то третий, под прикрытием полиции.
— И что делаем?
— Проверим. Но аккуратно. Сначала «Око-2» пусть снимет картинку с крыши.
Исида, отправил разведчика вперёд. Дрон скользнул между домами и завис над крышей, где сел аэромобиль.
Пустая крыша.
Аэромобиль стоит с работающими двигателями, дверь кабины открыта. Внутри — никого.
— Он уже ушёл, — тихо сказал Сэм. — Быстро...
— Но куда? — спросил Исида.
— Проверь машину через дистанционный доступ. Если там заперто — пусть вскроют.
Исида отправил запрос. Через несколько секунд пришёл ответ: бортовая система не заблокирована, пилот ушёл, оставив автопилот в режиме ожидания.
И ещё — одно сообщение, адресованное всем, кто полезет в систему.
Исида зачитал вслух:
— «Я не желаю иметь с вами дел. У меня свой след, по которому я иду. Не хочу иметь с вами ничего общего. А если последуете за мной — перестреляю, как щенят».
— Вот как... Значит, наш гость — не простой турист. У него тут своя охота.
Сэму начинало нравится завихрение событий.
— Что ответим, командир?
— Ничего. Он сам объявился. Значит, скоро выйдет на нас. Или на того, кого мы ищем.
Он повернулся и оглядел пустые крыши, старые ульи, тёмные проёмы. Город молчал.
— Держим ухо востро. И найдите его по тепловому следу...
14:19
Пол двигался быстро. Ноги сами находили путь — через проломы в заборах, по ржавым лестницам, по бетонным козырькам старых цехов. Дрон-наводчик скользил впереди, сканируя пространство. Улицы были пусты, но Пол не верил тишине.
Он вышел к старому каучуко/резиновому заводу. Направил дрона на крышу. Ту самую с которой Род наблюдал за складом. Примятый профильный лист, скол краски, едва заметный отпечаток подошвы. Он был здесь...
Пол остановился. Дрон завис над его плечомю
Он почти не дышал. Потом отправил несколько строк по зашифрованному каналу, который остался у него со времен корпоративной войны, который он чудом сумел восстановить.
«Ну привет... Хах. Давно не виделись, "Прометей".»
Он сделал паузу. Потом добавил:
«Пока я следую к тебе, будь добр ответить на один вопрос... Какого чёрта ты жив?»
Сообщение ушло в пустоту. Пол выпрямился и оглядел крышу. Никого. Но он знал — Род услышал.
Он всегда слышал.
— Ну давай же, я знаю ты ответишь...
Ответа не было.
14:24
Пол всё ещё стоял на крыше, когда входящий сигнал мягко звякнул в нейропорте. Зашифрованный. Точечный. Только для него.
Он открыл.
«Что тебе нужно от меня?»
Род, сообщение. Без интонации. Но каждое слово чувствовалось как удар.
«Мы уже давно не братья... И ты прекрасно это знаешь. Да, тогда я выжил. Но не тебе меня судить. Я, если честно, тоже немало удивлён, что ты жив. Но вот тебе ответный вопрос... Зачем ты меня искал? Что тебя не устраивает в твоей жизни?»
Пол сжал челюсти. Протез снова сомкнулся в кулак, стальные пальцы скрипнули.
Он стоял молча. Дрон тихо гудел над плечом, передавая картинку пустой крыши. Род где-то рядом. Может, на соседнем заводе. Может, в коллекторах под ногами. А может, уже целится.
Пол открыл канал.
«Ты прав. Мы не братья. Братья не бросают друг друга в дыму. Но я здесь не судить тебя пришёл. Я здесь, потому что хочу увидеть твоё лицо. Точнее, то, что от него осталось. И задать один вопрос. Не в эфире. Лично.»
Он отправил.
«Не ищи меня, Пол. Ты не готов к этому разговору.»
«А по-моему, это ты не готов. Раз прячешься от правды. Ты всегда был умным, сильным и надёжным, некогда не показывал своего страха. Но сейчас ты боишься. Я это чувствую.»
«Боюсь не тебя. Боюсь, что придётся тебя убить.»
«А я — что не придётся.»
Связь оборвалась.
Пол улыбнулся. Потом развернулся и пошёл к краю крыши.
— Ну вот и поговорили, — пробормотал он.
Род лежал на крыше одного из складских помещений, вжимаясь в ржавый настил. Винтовка упиралась сошками в край парапета. Прицел дрожал. Руки всё ещё не привыкли.
Он сканировал поле внизу. Метр за метром. Редкие постройки, старые рельсы, разбитый асфальт, кучи мусора. Пусто.
И вдруг — движение.
Байк. Старый, тёмный, без фар. Шёл по полю ровно, словно водитель знал, куда едет. Род повёл стволом, поймал фигуру в сетку прицела. Одна рука на руле. Вторая — чёрный протез, сжимающий рукоять. Пол.
Род выдохнул.
— Твою мать... — прошептал он. — Ты всё-таки припёрся.
Палец лёг на спуск. Прицел дышал вместе с ним, перекрестие гуляло по силуэту. Пол не останавливался. Ехал уверенно, но не точно — то ли знал, что за ним наблюдают, то ли просто шёл по наитию.
Род понял: тот знает примерное направление. Но не точку.
— Хорошо, Волк... Раз хочешь лично — будет тебе лично.
Он шумно выдохнул, дождался, пока байк выйдет на открытый участок. Прицел замер.
— Придётся убить. Чтобы не мешался под ногами.
Он плавно потянул спуск.
Выстрел.
Пуля ушла низко. В заднее колесо. Байк вильнул, заскрежетал по асфальту и, кувыркаясь, полетел по полю. Пол вылетел из седла, перекатился, ушёл за бетонный обломок. Через секунду в руках у него уже была винтовка.
Тишина.
Потом в канале — короткий, злой пакет.
«Вот ты, значит, как... Да?»
Род не ответил. Он уже отползал от края, меняя позицию. Сердце колотилось где-то в горле.
— Прости, брат, — тихо сказал он. — Но ты сам напросился.
Он перекатился за вентиляционный короб, прижал приклад к плечу и снова выглянул.
Пол ждал. За камнем. Винтовка смотрела в сторону склада.
Тишина. Только ветер гулял между бетонными обломками, выл в пустых колодках сгоревшего грузовика, гнал по земле обрывки полиэтилена. Выстрел растворился в этом гуле, как камень в чёрной воде.
Род лежал за вентиляционным коробом. Приклад прижат к плечу. Прицел — на бетонном обломке, за которым скрылся Пол. Расстояние — метров триста. Ветер — порывистый, слева. Бил в лицо, сносил пулю.
«Не ожидал, что ты умеешь так водить...» — отправил Род. Не насмешка. Просто факт.
«Я много чему научился, пока ты летел домой в тёплом вертолётике...» — ответ пришёл мгновенно.
Род сжал зубы.
«Не начинай. Ты не знаешь, что там было.»
«А ты расскажи. Или дай подойти ближе. Я хочу посмотреть тебе в глаза.»
«Ты всеравно не увидишь их под шлемом...»
«Значит, я буду смотреть в него.»
Род выглянул. Едва заметное движение за камнем — ствол. Он снова спрятался.
«Ты выстрелил в колесо. Почему не в меня?» — спросил Пол.
«Промазал.»
«Ты не промахиваешься. Ты всегда был лучшим.»
«Был когда то, но я растерял хватку, руки дрожат...»
«Может, потому что совесть давит?»
Род усмехнулся. Горько, в пустоту.
«У таких, как мы, совесть не давит. Она просто ржавеет.»
Он отполз на два метра, сменил позицию. Через щель в парапете поймал силуэт. Пол тоже двигался. Осторожно, как зверь.
«Что тебе нужно, Волк?»
«Уже говорил. Увидеть тебя. И спросить.»
«Спрашивай здесь.»
«Нет. Такое не по каналу.»
«Тогда так и будем лежать, пока Арасака не вернётся?»
Пол молчал. Потом:
«А что Арасака? Она тебе как то мешает?»
«Нет. Они здесь по душу связного. И, по иронии, этим связным коказался я.»
«Значит, ты в полной жопе.»
«Как и ты. Ты бросил байк, ушёл с позиции и лежишь на открытом поле. Если бы я хотел — ты был бы уже мёртв.»
«Почему же я всё ещё жив? А Прометей?»
Род не ответил.
Пауза.
«Вот поэтому я и не стреляю в тебя, Род. Потому что ты не хочешь. И я не хочу. Но кто-то из нас должен уступить.»
«Уступи ты. Уезжай. Забудь.»
«Не могу. Я два года жил с мыслью, что ты мёртв. А теперь ты жив. И я хочу знать — почему ты не вернулся.»
Род тяжело вздохнул. Зрение помутилось
«...потому что мне было стыдно.»
Пол замер. Это было видно даже через прицел.
«Чего?»
« Потому что я стыжусь своего поступка ясно тебе?! Того, что я улетел. Того, что не проверил. Того, что бросил тебя. И всё, во что мы верили. Я не вернулся, потому что не знал, как смотреть вам в глаза. Поэтому и ношу шлем.»
Пол молчал долго. Ветер выл.
«Ты хотя бы раз попытался? Хотя бы раз искал меня?»
«Нет.»
«Почему?»
«Потому что боялся, что ты мёртв. А мёртвый ты лучше живого. Мёртвому не надо объяснять.»
Пол тихо, хрипло рассмеялся.
«А теперь я живой. И объяснять придётся.»
«Как видишь.»
«Тогда выходи. Оставь ствол. Поговорим.»
«Ага. Чтобы твой "Глаз" снёс мне голову?»
«Если бы я хотел убить тебя, я бы сделал это ещё на подходе. Я видел тебя на крыше склада три минуты назад. У меня было четыре чистых момента. Я не выстрелил. Теперь твоя очередь доверять.»
Род молчал.
«Слышишь меня?..» «Род?»
«...ДА слышу я СУКА. Доверие, блять... В нашем мире доверие это слабость... Ты серьёзно?»
«Серьёзней некуда. Ты оставил мне знак. Я пришел по нему. Мы оба здесь. Хватит прятаться.»
Род смотрел в прицел. Силуэт Пола медленно поднялся. Винтовка висела на ремне. Обе руки подняты. Он стоял на открытом месте.
«Ну?»
Род выругался. Потом медленно встал. Снайперку опустил стволом вниз.
Они стояли в трёхстах метрах друг от друга. Два призрака на поле боя.
— Ненавижу тебя, — прошептал Род. Но уже не в канал. Себе.
15:02
Они стояли друг напротив друга. Триста метров, и ни одного слова в эфире. Только ветер, только пыль, только два человека, которые два года считали друг друга мёртвыми.
Род сделал шаг вперёд. Пол — тоже.
Короткий свист. Укол в плечо.
Род дёрнулся. Рука метнулась к шее, но пальцы уже немели. Вторая игла вошла в бедро.
— Сука... — прохрипел он.
Укол в ногу. Пол рухнул на колено. Его протез сжался до скрипа, но тело не слушалось. Винтовка выпала. Перед глазами всё поплыло.
Сквозь мутную пелену Род увидел, как из-за обломков выходят бойцы. Тихо, быстро, как тени. Перед ними — он.
Сэм Родригес. Мурамаса в ножнах. Руки в перчатках. Походка уверенная, как у хищника. Да, это точно был он.
— Твою ж мать... — прошептал Род. — Сэм...
Сэм шёл и медленно хлопал в ладоши. Звук разносился по пустому полю, как редкие выстрелы.
— Ого, да вы тут, я смотрю, развлекались. Такую перестрелку закатить — это постараться надо...
Он остановился в паре метров. Опустил руки.
— Стоп... Чего?.. ПОЛ?! И Род?!
Он замер. Улыбка сползла. Лицо исказилось растерянность, злость, неверие.
— Твою ж мать... Вы чего тут забыли, ПРИДУРКИ?!
Род попытался улыбнуться. Губы онемели, получилось криво.
— А сам-то... какого хрена припёрся... — выдавил он.
Пол лежал на спине, глядя в небо. Он попытался засмеяться, но вышло похоже на хрип.
— Это Кабуки... Здесь все друг друга хотят либо убить, либо ограбить. Хах, до сих пор в шоке что вы оба тут, после двух лет пропажи...
Сэм провёл ладонью по лицу, сжал переносицу.
— Исида!
— Да, командир!
— Какого хрена мне не доложили, кого мы выцеливали?!
— Тепловой контур... Лиц не было видно. След вёл от аэромобиля NCPD. Мы думали, это цель...
— Думали они... — Сэм сплюнул. — Ладно. Обоих грузите. В разные машины. И без фокусов.
Бойцы начали поднимать Рода и Пола. Сэм смотрел на них, качая головой.
— Два года, мать вашу... Два года я жил с мыслью, что один из вас сдох, а второй где-то гниёт в канаве. А вы тут... Вместе. В Кабуки. Стреляете друг по другу.
Он подошёл к Роду, наклонился.
— Ты хоть понимаешь, что за тобой охота по всему городу?
Род уже почти отключился. Ответил одними губами:
— Понимаю...
— Значит, поговорим, когда очнёшься. Обоих допрошу.
— таааак... Исида!
— Да с-сер?
— Доложи верхушке что я не нашел некого, и что они ошиблись, а граффити было приманкой что бы сбить нас, пускай ищут по другому пути...
— Но командир, а как же те кого мы взяли?
— Ты меня слышал? Это мои братья, я их потерял один раз, второй не допущу....
Глава 6. ???
?? ?????? 19:43.
Неизвестное место.
Род открыл глаза — и не понял, где находится. Маленькая комнатушка. Койка, тумбочка, голая лампа под потолком. Стены, бетонные без окон. На тумбочке его вещи.
Костюма не было.
Он сел. Тело слушалось, но с задержкой, будто после операции под наркозом. Импланты на месте. Он проверил оптику, руки, ноги всё отзывалось, но чипы в нейропорте исчезли. Вместо привычнысных быстрых префиксов которые он сам настроил под себя, оставались только заводские команды, которые нужно было вводить в консольной строке для совершения того или иного действия тяжёлыми имплантами. Чтобы выстрелить, нужно было теперь вручную собирать цепочку команд. Медленно но работает.
Он поднялся. Пол был холодным, подошёл к двери. Дёрнул ручку...
Заперто, и судя по всему снаружи.
— Ну да, блять... — тихо сказал он. — Конечно.
Он отступил на шаг. Сжал кулак. Один удар — дверь слетела с петель и с грохотом впечаталась в стену напротив.
Коридор. Узкий, тусклый. Почему то, сознание не могло сфокусироваться не на одной его детали, будто перманентная паника...
В дальнем проходе стоял охранник, один, в лёгкой броне. Он развернулся на шум и наставил пистолет.
Род не двигался. Просто стоял и смотрел. Охранник орал что-то, но Род не слушал. Он не спеша вытянул руку.
Тот начал было стрелять но то не попадал, то пули не пробивали подкожную броню...
Пальцы зашевелились в воздухе ...
Он набирал команду прямо в интерфейсе, видимом только ему. Строка за строкой. Долго. Но вот он нажал "энтер".
Из руки выдвинулась пушка.
Один мощный залп.
Сопло выдохнуло. Охранника разорвало. Лужа крови, пар от мяса, всё, что ниже пояса, так и осталось стоять секунду, прежде чем упасть...
Из соседних коридоров уже бежали. Трое. Может, четверо. Он не считал.
Моно-нить вышла из запястья, свистнула в воздухе. Один — рассечён пополам. Второй — голова с плеч. Третий успел вскинуть оружие, но нить уже обвила шею. Род дёрнул. Хруст.
Тишина.
Он стоял посреди коридора, в одних трусах, босиком, с нитью, капающей на пол кровью. Впервые за долгое время его лицо было открыто.
— Кто следующий? — тихо спросил он в пустоту.
Никто не ответил.
— И где я БЛЯТЬ НАХОЖУСЬ?!
В его действиях не было логики, все происходило так, словно он был пьян. Перебил всех, а теперь просит помощи...
Он пошёл по коридору, оставляя кровавые следы.
— АЛООО НУ ХОТЬ КТО ТО?!...
...сука...
Род не успел сделать и шага, как в коридоре что-то изменилось. Свет мигнул, в комнате поднялся ветер, как от приземляющегося АВи...
По потолку забарабанили десятки берцев.
(Он перехватил какой то канал связи)
— Цель здесь...
— Очередной псих?
— Да, говорят перебил кучу Арасаковских военных высшего класса...
— ...может зайдём со светошумовой?
—...не, пускай лучше Кира хакнет...
—...через 3... 2... ЗАХОДИМ ЖИВО ЖИВО ЖИВО!
«--------»
Получение вредоносного скрипта "замыкание"
«--------»
Из боковых дверей вышли они. Макс-Так. Тяжёлая броня, чёрные визоры, винтовки наизготовку. Двигались спокойно, как будто перед ними не разъярённый киборг, а плановая мишень.
Род развернулся. Он уже подготовил выстрел... Успел только направить руку в сторону самого огромного из них...
И тут голову пронзило молнией.
«Выполнено»
Чужой код — грубый, с скрежетом, как ржавый клинок, засаженный под ребро. Нэтранер Макс-Так не стал церемониться. Он вломился в систему Рода, перебирая протоколы, как дешёвый взломщик. Но даже дешёвый взломщик, если ему дать время, открывает дверь.
«Короткое замыкание».
Рода выгнуло. Импланты заискрили, мышцы свело. Он рухнул на колени. Изо рта хлынула слюна пополам с кровью. Перед глазами белый шум...
К нему неспешно подошли, и представили ствол ко лбу...
— Гори в Аду, уёбок.
Вспышка.
И пустота.
Темнота.
И голос из ниоткуда:
— Нечто так не будоражит, как собственная смерть... Согласись?..
Род подавил рвотный рефлекс. С головы что-то сорвали.
Он был пристёгнут к креслу. Ремни щёлкнули, и он рухнул на пол, как мешок. Лёгкие жгло. Во рту — вкус крови от прикусаного языка. Мышцы свело, в голове лишь белый шум... Трип хлеще чем от черной шмали.
— Блять... — прохрипел он. — Что это за херня...
Рядом стоял какой-то учёный/рипер в белом халате. Род вскочил. Пальцы сомкнулись у него на горле. Поднял и прижал к стене. Сдавил. Учёный захрипел, задёргался.
— КТО ТЫ СУКА ТАКОЙ И ЧТО ЭТО БЛЯТЬ БЫЛО?
— Агхх-... Эй гххх... Ты чё... Ааа... Кибер...псих чтоли?...
— ГДЕ Я НАХОЖУСЬ ЧЕРТ ВОЗЬМИ?!
— от... ххг... Пусти меня...!
— ОТВЕЧАЙ БЛЯТЬ ИЛИ Я ТЕБЕ ГЛОТКУ ПОРВУ НАХУЙ!...
Создавалось впечатление что он не слышит нечего, он смотрел даже не на ученого, которого прижимал, а просто тупо в стену, будто впал в слепую ярость...
— Род!
Голос знакомый. Он не обернулся.
— Род, опусти его. Он не виновен, я отдал приказ...
Род медленно повернул голову. В дверях стоял Сэм...
— Это был брейнданс, ты сейчас в моем штабе.
— Ты...
— Ты засунул меня в брейнданс?
— Я хотел проверить твои боевые качества. Как самостоятельную единицу. Ты изменился. Стал жёстче, и видимо ты уже не можешь без депрессантов...
— Ты ебанулся?! Я ж мог сдохнуть в этой симуляции! И какие ещё нахуй депрессанты???
— Не мог. Если бы сердце дало сбой, тебя бы выбросило автоматически. Это был тест. И постой ка...
— ...Ха.. хахахахах.... Ты серьезно сейчас хочешь сказать, что ты носил на себе всю эту хуйню, и даже на слышал о Имунодипрессантах??? Ха да ты реально ебанутый...
Род разжал пальцы. Учёный сполз по стене и схватился за горло кашляя.
— простите я не хотел...
Старый рипер протянул ему имунодипресант и тот его тут же вколол...
— если тебя без них уже так накрывает значит начинаются побочки от хрома... Тот факт что ты прожил без них так долго уже заставляет задуматься о свойствах твоего организма...
—...Парень не доводи себя до предела, снизь нагрузку или сними ты эти железки... Психика штука хрупкая...
— не сейчас... Я зашёл слишком далеко чтобы сбавлять обороты...
Сэма передёрнуло.
Его слова...
Он покачал головой.
— Ты с самого начала был с характером... Пойдём. Одежда и костюм — в соседней комнате. Поговорим.
Через десять минут Род снова был в костюме. Тридцать килограммов брони легли на плечи, как вторая кожа.
Сэм ждал у окна. За ним горел ночной Найт-Сити.
— Нелепо вышло, — сказал он. — Вы с Полом устроили дуэль в Кабуки. Арасака ищет какого-то связного... А я нахожу двух братьев, которых два года считал мёртвыми. И один из них — тот самый «Прометей».
Род молчал.
— Я не сдал вас, — продолжил Сэм. — Верхушка думает, что мы никого не нашли. Метки списали на приманку. Ты пока чист.
— Пока? — переспросил Род.
— Пока. Но если ты работаешь против Арасаки...
— Я не связной, Сэм. Я вообще не при делах. Был на задании. Заказчик попросил снять данные с площади до начала теракта. Я снял. Всё.
— Какой заказчик?
Род покачал головой.
— Какой то фиксер из Найт Сити, назвался Фарадеем, судя по всему сбагривает информацию Милитеху... За ней он меня и отправил...
Сэм прищурился.
— Даже не знаю, Род. Сначала вы с Полом пропадаете на два года. Потом встречаетесь на поле, как два идиота, и вас берёт Арасака. А теперь ты говоришь, что просто «был на задании». Воруя, по факту, у меня из-под носа.
Род пожал плечами.
— Ну да. Так совпало.
— Совпало... — Сэм усмехнулся. — Ты хоть понимаешь, что если бы вас нашли не мои парни, а контрразведка — разговор был бы совсем другой?
— Понимаю. Поэтому благодарен.
— Благодарность не ценю. Мне нужна правда.
— Правда в том, что я не враг тебе. И не враг Арасаке. Просто работаю. Как и ты.
Сэм долго смотрел на него. Потом кивнул.
— Ладно. Пока поверю. Но Пол... С ним будешь говорить сам. Он в соседнем крыле. И он очень хочет услышать твою версию.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге