Чужой голос: Начало

ГЛАВА ПЕРВАЯ

«Когда я использую протез, я говорю „правильно“. Когда пою, то кричу так, словно у меня есть голос. Но в тишине, перед сном, я пытаюсь прошептать свое имя без него. И каждый раз звучит по-разному. Может, настоящего меня просто не существует?»

Он проснулся как обычно. Обычное осеннее утро — серое, сонное, ничем не примечательное. Но почему-то в груди защемило.

— О чем я думаю? Время-то идет, — спросил он, зажмурившись, и посмотрел на часы. На тумбочке было без пяти...

«Черт, я опаздываю, мать убьет меня...» — Он тут же вскочил с кровати, быстро натянул на себя привычный свитер и джинсы и помчался к двери, чтобы выйти, но уже было поздно.

— Стоять! Почему ты еще дома?! Ты же сказал, что поставил будильник! — грозно раздался с другой стороны коридора женский голос. Это была она, его мать.

Он замер, потом резко махнул рукой: «Не сейчас!» — и буквально съехал по перилам вниз, будто на лыжной трассе. «Будильник... Я же его вчера специально выключил», — пронеслось в голове.

— Привет и пока, сестра! — быстро и нелепо произнес он девушке, стоящей за кухонным столом. Она даже не успела моргнуть, как он уже захлопнул за собой дверь в ванную. С тяжелым дыханием он поднял голову, чтобы осмотреться. «Я в ванной, наконец-то», — промелькнуло в его сознании.

Он тут же взял единственную в стакане зубную щетку, которой было уже несколько лет, и как обычно начал свои ежедневные действия. Но что-то показалось ему странным...

Он поднял голову — и нахмурился. Это было зеркало. Оно было мутным, затянутым странной плёнкой, словно кто-то дышал на стекло часами.

— Что? Почему зеркало мутное? Я не был здесь вчера вечером... — тихо прошептал он, взяв полотенце и вытерев с зеркала всю скопившуюся грязь.

«Раньше такого не было. Странно», — мысленно отметил юноша, а затем внимательно посмотрел в зеркало. Что он ожидал там увидеть? Гориллу? Лучшую версию себя?

Там было всё то же полукруглое лицо, уничтоженное выдавливанием акне, со шрамами в области шеи и каштановые волосы с утренней укладкой. «Мне так больше нравится», — решил он.

Закончив свои утренние дела, несмотря на опоздание, он, медленно ступая, спустя несколько секунд, оказался на тротуаре, засунув руки в карманы брюк. Обычно, когда он так идет, это значит, что он поглощен мыслями: очень глубокими, заставляющими работать каждый нейрон, и не обращает внимания на прохожих.

На тротуаре он автоматически начал отбивать нечёткий ритм ботинком: каблук — щелчок, каблук — щелчок.

Так он придумал свой, в кавычках, первый «хит» — ещё в пять лет, когда понял, что не может напеть мелодию. Вокруг шумел город, не замечая ещё одного странного подростка, выбивающего ритм своей одинокой симфонии.

«Помню этот ритм как свои пять пальцев, ха-ха! Я ведь даже тогда не знал, как произносить слова, но что-то да получалось... А сестра и вовсе думала, что я изображаю клоуна. Хотя, возможно, так и есть...» — мысленно проговорил он, ухмыляясь дороге и изредка проезжающим мимо машинам. «Сегодня же суббота, точно, поэтому так мало машин. Жаль».

Его ухмылка тут же исчезла с лица, как только он подумал об абсурдности своей ситуации: «Я иду в чертов университет в эту прекрасную субботу только ради того, чтобы повысить самооценку этим самозванкам, считающим, что из-за имитации их голоса они имеют право ставить мне хоть десятки колов в день. Не дождетесь! Я уже прямо перед вратами в ад».

И вот, поглощенный философскими рассуждениями, он и не заметил, насколько быстро идет время. Пять минут? Абсолютный рекорд для него! Но сегодня особенный день — битва с «боссами» этого места, если можно так назвать это строение прошлого века.

«К черту!» — он пнул камень около входа и быстро поднялся по лестнице, ведущей к двери со старой, полупрозрачной вывеской «Закрыто до...» Эту вывеску он знал ещё с тех времён, когда его друзья пытались проникнуть сюда ночью. В итоге, их посадили в изолятор. Больше он их не видел.

«Итак... кабинет номер...» — пробубнил он под нос, оглянувшись по сторонам. Странно: сегодня никого не было ни в главном коридоре, ни в фойе. Интересно, почему? И, конечно, не потому, что сегодня выходной день.

«Номер 104. Отлично. Нашел», — удовлетворенно фыркнул он и медленными шагами подошел к двери. Это была старая, деревянная, кое-как отремонтированная бывшим учителем труда, которого не видели уже два года. «Он же не мог просто пропасть, верно? На это явно были причины. Жаль», — пронеслось в голове.

Погруженный в тяжелые мысли, он сначала постучал, а уже потом резко открыл дверь в кабинет.

— Извините, опоздал чуток. Кхм... — неуверенно пробубнил он, входя в кабинет и переминаясь с ноги на ногу.

— Я по поводу недавнего случая…

— Клеменко? — раздался грубый, для женского голоса, тембр. Офисное кресло заскрипело, и человек в костюме, сидящий на нём, встал.

— Да. Сначала я прошу прощения за данный инцидент. Своими действиями я не хотел никого оскорбить, это была своего рода шутка, — заявил он, жестикулируя, чтобы придать своему образу хоть какой-то уверенности.

— Шутка, да? А записи с камер видеонаблюдения говорят об обратном. — Она подняла на него глаза, поправляя свои серые, тусклые очки. — На записях ясно слышны унижение и оскорбление персонала университета, и мы этого допустить не можем. — Она нахмурилась, скрестив руки, хищно наблюдая за его дальнейшими оправданиями.

Мир в его голове вдруг содрогнулся. В ответ он нахмурился: «Но я же ничего не говорил подобного... О чем это она? Может, я уже начал забывать, что иногда говорю? Нет, бред какой-то».

— Послушайте, давайте решим все без лишних проблем и юридических разбирательств, — начал он быстро, словно исповедуясь в оправдании. — Да, такое было, я признаю этот факт, но не считаю это чем-то серьезным.

— А я считаю! — вдруг голос женщины стал громче. Стены, казалось, ужаснулись вместе с ним. — Поэтому, Клеменко, ты обязательно понесешь наказание, и это не обсуждается! — Женщина опустила взгляд на стол, ища в стопках бумаг какую-то определенную.

— Держи, поработаешь немного на благо университета, — она легонько ухмыльнулась, протянув по столу какую-то бумагу. — Ручка на столе есть. Подписывай — и свободен. Пока, — она подошла обратно к дряхлому офисному креслу, села и опустила взгляд, приняв точно такую же позу, как в момент, когда он только заходил.

«Просто замечательно! Офигенно!» — Он опустил взгляд на бумагу с заголовком «Согласие на волонтёрскую деятельность», подписанную его матерью и директором.

Он сжал кулаки, глядя на договор. Неделя разнорабочего. На глазах у всех. Да он лучше в окно выпрыгнет.

«Александр рассказывал мне, что с ними обращаются там как с собаками... Была не была», — решил он.

Он ещё раз прошел через стадии отрицания и принятия, но в конце концов взял ручку и оставил в пустом квадратике свою кривую подпись — созданную специально для этого случая.

— До свидания, — бросил он, не подавая признаков поражения, и тут же вышел из кабинета.

Только за дверью он вздохнул с такой слышимостью, будто его можно было услышать с другого корпуса. «Неделя неоплачиваемой, нудной работы в этом дурацком университете. Восхитительно!» — мысленно подытожил он.

Он фыркнул и, опустив плечи, пошёл обратно домой, всё так же думая обо всём на своем, пройденном уже сотни, а то и тысячи раз, пути. «Я же вроде ничего плохого не сделал, я лишь развлекал друзей и мимо прохожих ребят... Да, возможно, мой метод был не самым... гуманным, но я же никому не сделал больно. По крайней мере, я не хотел никого обидеть... Это он виноват», — решил он, меняя жертву.

***

«Итак, дамы и господа! Наше шоу подходит к концу. Кто прав, а кто виноват? Неужели право голоса всегда остается за настоящим виновником? Ответы на эти вопросы вы узнаете в следующем эпизоде!»

— Подожди, подожди! — Она тут же встала с дивана, услышав, как сначала открылась дверь, а потом послышались те самые, узнаваемые шаги.

— Я сейчас не в настроении. Давай обсудим твоё шоу позже, ладно? — Он взглянул на сестру одним моментом, а потом пошел дальше, на лестницу.

«Я вообще не готов работать целую неделю как разнорабочий, тем более на глазах своих же сверстников...» — Вдруг послышался легкий стук, а затем — пульсирующая боль. Он даже и не заметил, как перед последней ступенькой, где, как ему казалось, должна была быть ещё одна, он просто поднял ногу, ступил в пустоту и упал.

— Ты в порядке? — С этого же этажа из кладовки подошла мать, наклонившись к нему в поисках каких-либо ран или ушибов.

— В порядке. Просто немного заблудился в мыслях. Бывает, — Он аккуратно встал, почесал ушибленный затылок и продолжил свой путь в комнату.

«Я помню, как Александра насильно заставили подписать этот договор. Он не хотел, так как считал, что не сделал ничего плохого. Но это было не так: он и вправду, в отличие от меня, сделал не очень хорошие поступки...» — Он закрыл за собой дверь, вошел в свою комнату и сел за стол, задумавшись.

«Следующая учебная неделя будет тяжелой, надо бы подготовиться. Тем более, когда экзамены на носу», — решил он. С такими мыслями он поднял взгляд на календарь, рассматривая каждое подчеркнутое число.

«А может, к черту всё это?» — Краем глаза он обратил внимание на свои уже старые, изношенные временем плакаты различных рок-, панк- и гранж-групп, которые он когда-то слушал. Он обожал их, помнил каждую песню и мог спеть любую, так как знал практически все тексты.

Он аккуратно взял обеими руками один из плакатов и осмотрел его. «Интересно, какая судьба была у этих ребят? Вокалист бросил их, а что дальше? Неужели на этом заканчиваются и не пересекаются пути подобных гениев?» — Аккуратно отложив плакат обратно на стопку других, он тяжело вздохнул и оглянулся на свою комнату, освещенную лишь одной лампой.

«Мне нужно узнать у Александра, что делать», — подумал он. Он бросил взгляд на кнопочный телефон, тут же взял его со стола и попытался включить. «Ну конечно, батарейка села. В последний раз я видел зарядник от этого «кирпича» где-то под столом, — вспомнил герой. — Он наклонился в поисках зарядника в самых дебрях этого стола, который он помнит с рождения.

«Ну и где же ты?» — Убирая все коробки со старыми дисками и кассетами, ему не удалось обнаружить ничего, кроме пыли, грязи, старых жвачек и сухих остатков его собственных соплей. «Может, в тумбочке?»

Встав, он подошел к прикроватной тумбочке, наклонился и открыл ее, слегка дернув за ручку. «Вот оно!» — Порыскав еще чуть-чуть, в конце концов, зарядное устройство нашлось. Быстро он подходит к розетке и вставляет устройство, заранее соединив его с телефоном.

— Ну давай же, включайся... — прошептал он про себя, нажимая большим пальцем на кнопку включения. И о чудо, он включился.

— Отлично. Так, Александр. Где же здесь позвонить? — С озадаченным видом он пялился в маленький экранчик, нажимая на различные иконки. — Папа, тетя Зоя... Вот! Александр! — Он тут же нажал на кнопку, и начались тихие, низкокачественные гудки.

— Эм, привет? — Гудки спустя секунды прекратились, и послышался знакомый голос на фоне других разговоров.

— Привет, мне нужна твоя помощь...

ГЛАВА ВТОРАЯ

— Слушай, я встал спустя семь минут после того, как ты позвонил. Давай помедленнее, — сказал он, поправляя волосы после утренней укладки. — Мы вроде и чуть-чуть позже договаривались встретиться, разве нет?

— Я не могу позже, извини, — грубый голос Александра заставил прийти в себя настолько, насколько это возможно. — Так, в чем дело?

— Подожди, сейчас сформулирую… — "Как бы ему всё сказать так, чтобы не показаться дураком?" Он вышел из дверного проема во двор и прикрыл за собой дверь. — В общем, теперь я тоже работаю волонтером в университете, но не по собственной инициативе, а из-за… проступка, скажем так, — неуверенно почесав затылок, он наконец посмотрел Александру в глаза. Александр выглядел ужасно: синяки на руках, грязные локти.

— Серьёзно? — Александр удивился. — Чтобы ты был волонтером, да ещё и бесплатно? Ты попал явно не в ту степь. — Он ухмыльнулся, глядя теперь на него как на добычу.

— Знаю, знаю… Поэтому ты и здесь. Мне нужно знать, что там происходит. Ты же давно волонтёр, верно? — Слова быстро пронеслись между ними, заставляя Александра задуматься.

— Ну, в общем-то, да. Сколько уже недель прошло? Примерно три. Казалось бы, просто избил бандюгана, но всё равно виноватым оказался я, а он — на свободе, продолжает делать то, что хочет.

«Бедный Александр, с ним поступили как с собакой. Я прекрасно помню тот момент: кровь, крики девчонок, ругань, а затем прибытие технички. По-моему, виновный даже не оправдывался, за него это сделали родители. Ну а так как Александр один — то есть, с бабушкой, — то свою точку зрения он отстоял слабо, учитывая противоположную сторону конфликта.» Голос Александра вдруг стал гулким, как будто доносился из-под воды. Он моргнул — и зрение, и слух вернулись в норму.

— Чувак, ты здесь?

— А? Да, да… Извини, — Он нахмурился, схватившись ладонью за лоб. — Что ты сказал?

Александру явно не понравился момент, который заставил окаменеть его собеседника. Он потёр виски и произнёс:

— Слушай, ты хочешь поговорить, или что?

— Да, послушай… — начал он, потирая виски. — Я не хотел об этом говорить, но… Вас правда держат там, как собак? Я имею в виду…

— Да, можешь забыть о комфортных условиях. Там всё серьёзно, и это ещё мягко сказано: еда только своя, отпускают, только если сделал свою часть работы, никакого курения и алкоголя, объясняют, что делать, только один раз — затем тебя бросают наедине с работой. Разбирайся как хочешь. И это только одна сторона медали, — не успел он договорить, как Александр перебил его.

Он слушал Александра, заворожённый и одновременно напуганный. Внутри клубилось странное противоречие: «Чего я, собственно, боюсь? Зимой я регулярно опаздывал на два с половиной часа — и ничего, живой. А это ведь только начало...»

— Главное не сама работа, — продолжал Александр, — а люди, с которыми придётся её делать. Настоящий сборник персонажей: от сидевших зэков до смердящих бомжей, извиняюсь за выражение. И самое жуткое — многим из них, кажется, это нравится. Хотя лица... — он сделал паузу, — лица у всех каменные, безэмоциональные. Прямо как у зомби, понимаешь?

Он машинально кивнул, мысленно рисуя картину будущего. В горле застрял комок, когда он представил эти серые лица, эти пустые взгляды. Глубокий вдох — и он снова смотрит на Александра, ища в его глазах хоть каплю утешения.

— Звучит ужасно, если честно. У тебя не было мыслей просто не приходить туда или, по крайней мере, добиваться освобождения?

— Нет, мне всё равно, если честно. К тому же, нашёл приятных людей, ну, одного. Не вижу смысла чего-то добиваться — легче отработать и спокойно продолжить учёбу.

«Спокойно продолжить учёбу? — пронеслось у него в голове. — После всех его прогулов и выходок? Александр, конечно, парень неплохой, но чтобы он ставил учёбу на первое место...»

— Понял. Ладно, спасибо большое, что предоставил хоть какую-то информацию о том, что меня ждёт.

— Это ещё как повезёт, — усмехнулся Александр. — Кому-то лёгкая работа достаётся, кому-то... не очень.

— Что ты имеешь в виду? — он настороженно посмотрел на Александра. Александр пожал плечами, задумавшись.

— Ну, бывало, один раз меня заставляли нести ящики, знаешь с чем? С гнилью. Это было ужасно, меня стошнило два раза.

— Брр... Надеюсь, мне такого не достанется, — он кивнул, хотя внутренний голос язвительно добавил: «Да ладно, чтобы тебя, Александра, от чего-то тошнило?»

Александр опустил взгляд на свои часы, и вдруг его глаза расширились. Он поднял взгляд и начал отходить.

— Опа, заговорились! Мне пора бежать. Удачи там! — и уже через мгновение его фигура растворилась в толпе.

Он взглянул на уходящего Александра и глубоко вздохнул. «Его слова явно не враньё».

***

— И так… Тайлер Прескотт. О чём вы больше всего мечтаете?

— Хм… Странный вопрос, на самом деле. Я думаю, что идея свободы музыки и мыслей для меня имеет главный приоритет. Много ребят сгнило из-за коммерции: начиная от самых неожиданных групп и заканчивая очевидными примерами вроде «DAOS». Но я не думаю, что из-за коммерции погибнет вся музыка.

«Он правда думал, что музыка будет свободной, несмотря ни на что». Он досмотрел интервью с какой-то рок-группой и выключил телевизор. «Правда, он мёртв, а популярная музыка уже не кишит гитарами на главном плане». Вздохнув, он оглянулся на кучу плакатов. «Если бы он был жив, то как бы выглядел мир музыки сейчас? Если бы многие из тех, кого сейчас нет, были бы живы, то как бы сейчас выглядел мир музыки? И как бы выглядел я?»

***

Неожиданно раздался стук в дверь, а затем она открылась.

— Что ты делаешь? — Послышался голос сестры.

— Я? Ничего особенного, просто… Сижу и… — Он оглянулся с телевизора на несколько пыльных кассет, которые лежали прямо на полу. — Перебираю старые кассеты.

Она пожала плечами, подойдя к нему и осматривая кассеты, лежавшие то на полу, то на самом телевизоре. — Тайлер, Виктор... — Пробормотала она себе под нос, подняв взгляд на него. — Какой смысл держать весь этот хлам? Очнись, всё это уже не имеет смысла. Они мертвы.

Он медленно поднял на неё взгляд, и в его глазах застыла целая буря несказанных слов. «Они мертвы. Для тебя — да. Но не для меня». Пальцы сжали кассету, ещё тёплую от только что закончившегося просмотра, будто пытаясь удержать ускользающие образы.

— Он был прав, — голос его звучал хрипло, — сейчас вся музыка — просто набор разрозненных слов под грохот электронных барабанов. И все это продается за деньги.

— Ну и где сейчас они, и где сейчас нынешние артисты? Ты просто налепил на себя розовые очки и стараешься избежать уже неизбежное, — она лишь недоумённо приподняла бровь, саркастично цепляясь за каждое слово. С тяжёлым вздохом он швырнул кассету на груду других, затем резко дёрнул шнур телевизора, и экран погас с тихим щелчком.

— Может, ты и права, — остро прошептал он, наконец подняв глаза на её лицо. — Может, я и вправду застрял там, где меня давно нет.

— Так зачем ты пришла-то? — спросил он уже мягче, решив поменять объект несложившегося разговора.

— Мама сделала твой любимый салат и сказала заранее тебе сообщить об этом перед началом обеда, — в ответ она лишь лукаво улыбнулась и хлопнула его по плечу. — Идём.

Уголки его губ дрогнули в лёгкой улыбке. Он поднялся, и они вместе направились на кухню. «Неужели музыка действительно умерла, растоптанная коммерцией?» — мелькнуло у него в голове, не покидая его.

Кухня встретила их тёплым ароматом яблок и корицы. Мать, стоя у стола, аккуратно нарезала пирог — тот самый, по рецепту прабабушки. Сестра устроилась слева, он — справа. Его взгляд скользнул по столу, накрытому с привычной, уютной щедростью. Пирог, салат, знакомые с детства тарелки... На мгновение показалось, что здесь, в этом свете, под этими звуками, прошлое и настоящее наконец перестали враждовать.

— Алиса, можешь, пожалуйста, подать мне из шкафа кошелёк? — Спросила немного усталым голосом мать. Алиса вздохнула и направилась в коридор. Спустя пару минут она вернулась с кошельком и отдала его матери.

— У нас достаточно денег, ведь верно, мам? — Тихонько спросила она, кладя себе на тарелку свежий салат и мясо. Мать никак не отреагировала, лишь тихо считая купюры в кошельке. В конечном счёте её выражение лица потускнело. Стало ясно, что со средствами дела у семьи плохи.

— Всё в порядке? — Юноша поднял на мать взгляд, потом переглянулся с сестрой, понимая, что что-то не так.

— Да, не обращай внимания, — вдруг сказала мать, подойдя к столу, садясь на стул и принявшись есть. — Небольшие трудности, мы пройдём через это.

Тон её голоса был неуверенным, очевидно, что на этот раз смелости и уверенности у неё меньше, чем когда-либо. Он не стал вмешиваться в финансовое положение семьи и, вздохнув, принялся есть. «Всё катится к чертям, если бы я мог что-то сделать…»

— Лучше спросите у своего отца, где деньги, которые он обещал прислать ещё неделю назад, — вдруг сказала мать, выпивая стакан воды. Алиса с изумлением подняла на неё взгляд и, нахмурившись, вступилась за отца: — Он не виноват, ты не можешь из-за этого судить его.

— Да? Я не могу судить своего мужа?! — Вдруг голос матери стал громче, её выражение лица явно перестало быть дружелюбным. Она со злостью посмотрела на них обоих. — Думаете, если он уехал так далеко, то он всё ещё с нами? Вы ошибаетесь, он уже давно с другой женщиной. А мы — просто плохая история для него.

— История для него, возможно, только ты! А нас он любит и не бросит! — Алиса вдруг резко встала из-за стола и крикнула, слёзы грозили потечь рекой из её глаз. «Я не могу сидеть сложа руки»

— Прекратите оба! Я… — Вдруг он почувствовал что-то в горле, горькое и язвительно колющее. «Опять, только не снова».

— Частотные характеристики… Алиса! Ключ! — Алиса тут же вскочила и побежала к сундуку, стоящему на полу около дверного прохода. Обычно там лежит хлам и ненужные вещи.

— Алиса! — Мать громко звала её, уже придерживая его шею, с полной готовностью сделать всё, что необходимо. «Это не первый раз, помнишь, отец? Наверное, и не последний». Он медленно закрыл глаза и, распахнув их, увидел перед собой не кухню и людей, а тень, сидящую на стуле в паре метров от него среди полной тьмы.

«Это ты?»

Алиса тут же протянула ключ матери, и она с молниеносной скоростью и привычностью что-то сделала и поменяла внутри отверстия с тыльной стороны его шеи. Затем произошёл щелчок, и его глаза сами по себе открылись. Он жадно задышал, схватившись обеими руками за стол.

— Всё в порядке, ты в безопасности, — Алиса наклонилась к нему и похлопала по плечу, улыбаясь. «Я в безопасности». Он взглянул на мать, она смотрела на него с беспокойством. «Что-то снова не так».

— Скажи что-нибудь, — сказала она тихо, прежде чем внимательно прислушаться. Он вздохнул, опустил взгляд на свои руки, держащие стол, и отпустил его.

— Все же хорошо, да? — Они с лёгким удивлением посмотрели на него, не пытаясь нарушить нарастающую тишину. «Мой голос снова изменился».

— Так даже лучше, тебе идёт, — сказала сестра, переглянувшись с матерью. — Что думаешь, мам?

Мать смотрела на него с горечью, дарованной только ей, осознавая, как ему больно снова ощущать себя по-новому.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

– Артур? – Он молчит. Александр вздыхает и произносит это имя еще раз – Артур? Ты меня слышишь?

«Я не Артур. Это имя не моё. Это всё — не моё».

***

«Сегодня я предоставлен самому себе полностью, наконец-то. Мать на работе, Алиса — у новой подруги. Наконец-то я один». Начался новый, обычный день. Он быстро надел привычную, повседневную одежду и, легко вздохнув, взглянул в окно своей комнаты. «Этот день обещает быть лучшим за последнее время. По крайней мере, до завтра уж точно!» С новыми силами он распахнул дверь своей комнаты и помчался вниз по лестнице, очевидно, направляясь в ванную. В коридоре он одним быстрым движением включил старое радио на тумбочке, и немного хриплый звук старомодной рок-волны заставил его улыбнуться.

Подойдя к раковине и зеркалу, он быстро приступил к своим повседневным делам. «Целый день дома, замечательно!». Кажется, с этой мыслью он обдумывал сотни вариантов: поэкспериментировать с телевизором в зале, смотреть в потолок несколько часов, просмотреть все кассеты или вовсе заняться чем-то новым. Но его боковое зрение внезапно изменило вдохновлённый одиночеством настрой: он заметил гигантское черное пятно. «Что-то движется. Большое. Нет, их много…»

Его охватил самый настоящий страх. Он затаил дыхание и, держа в руках полотенце, аккуратно обернулся — на стене около двери ползал маленький таракан, бесцельно нащупывая своими усами голую стену. «Ты напугал меня до мурашек, чувак!».

Ему не составило труда прихлопнуть несчастного таракана и замести ногой за ванну. Закончив умываться, он вышел из ванной, всё еще думая о незваном госте. «Таракан. Один. Почему он один? Разве их не должно быть много? И почему он около ванной?» Эти мысли быстро прервала следующая песня, заигравшая на радио, и он с новым чувством ритма помчался в свою комнату.

«Помню, как в детстве отец вернулся с рыбалки. Он много рыбы наловил, но мы не знали, как он это сделал — мы лишь догадывались, что с помощью палки, именуемой удочкой. Затем, когда он отошел от своего инвентаря, мы подкрались к его снастям и вещам и заметили там полупрозрачную банку, в которой что-то двигалось. Алиса тут же ее схватила и, недолго думая, открыла. Это было ужасно — скользкие черви разлетелись в разные стороны, но меньше всего повезло именно мне. Она уронила эту банку прямо мне на ногу! Мне еще несколько дней казалось, что по моим ногам ползают эти твари. Было, мягко сказать, неприятно…»

Насвистывая мелодию из радио, он легко открыл дверь в свою комнату и с грохотом повалился на кровать, вздыхая. «Может, целый день смотреть кассеты? Я ещё столько не видел». Он кивнул, встал и подошел к коробкам с черными кассетами, стоявшим у старого серого телевизора. Взгляд неожиданно привлек плакат, лежавший в стороне: он был рваным, но сохранил свой цвет и дух того времени — времени, когда трава казалась зеленее, а электрогитары и вокал визжали из каждого утюга. «Повесим-ка тебя, дружок». Он улыбнулся, аккуратно взял плакат и повесил его на пустой стене, где виднелись следы от давно снятых постеров. Осторожно, но уверенно, он прикрепил плакат с автографом «With love, Cobain» — культового музыканта 90-х, покончившего с собой несколько лет назад.

«Как будто так намного лучше, разве нет?» Он сделал шаг назад и оглядел стену, смотря в глаза длинноволосому блондину на плакате. «Но всё равно чего-то не хватает…»

Вздохнув, он наклонился к одной из коробок и принялся сортировать содержимое. «Это я смотрел, это… Это здесь лишнее, это вообще метал-группа». Так продолжалось довольно долго: ему казалось, что несмотренных кассет пруд пруди, но это было неверное суждение.

«По крайней мере, я теперь знаю, что эта коробка полностью просмотрена». Он вздохнул с облегчением и оглядел ещё две разноцветные коробки, где едва виднелись кассеты и какой-то другой хлам. «Что-то должно быть». Набрав воздуха и сил, он небрежно принялся искать те самые кассеты, которым уже более пяти лет, но он ни разу их не смотрел. «Я не верю, что здесь ничего нет».

Казалось, он уже ничего не найдет: кассета за кассетой, он прочитывал знакомые названия. Какие-то были практически стёрты, а какие-то — полностью целы, будто их никто, кроме него, не брал. И вот, когда он достал предпоследнюю кассету из последней, третьей коробки, в углу показалась незнакомая кассета — она даже по цвету отличалась! Он тут же её взял и сел, прижавшись спиной к стене. «Наконец-то хоть одна, которую я никогда не видел. Как я мог её пропустить?» Названия, как ни странно, у кассеты не было. Или было?

«Для… чёрт, плохо видно». Он встал и подошел к окну, внимательно всматриваясь в каждый след от стёртых букв. «Для Артура?». По его спине пробежал холодок, а в глазах загорелись удивление и смесь других, противоречивых эмоций: от интереса до недоверия. «Что это?» Он швырнул кассету, будто она обожгла пальцы. Но через секунду подобрал — этот почерк показался ему слишком знакомым.

Он тут же отбросил все эмоции и мысли, включил телевизор и дрожащими руками вставил кассету. «Включись, пожалуйста. Мне нужно знать, что там». С нетерпением присев прямо на пол перед телевизором, он стал ожидать появления чего угодно на сером экране.

На телевизоре медленно высветилось изображение. В центре был пиксельный текст — видимо, название кассеты. Затем экран стал чёрным, и воцарилась тишина. Он с недоумением смотрел на своё отражение, не понимая, чего ожидать. Прошло несколько секунд, затем минута, три минуты и...

Тишина.

«Неужели она повреждена? Я не верю в это. Это же нетронутая кассета!» Не желая больше ждать, он подполз к телевизору и почти вытащил кассету, как вдруг услышал тихую, очень спокойную колыбельную, которую ранее не было слышно. «Это… это что-то знакомое. Нет, я не слышал этого». Он покачал головой, внимательно вслушиваясь в мотив. Присев прямо перед пустым экраном, он пытался понять, слышал ли он эту мелодию когда-либо.

После того, как мелодия стихла, настала гробовая тишина. Всё, что он слышал, — это пульсация крови в ушах. «Сделаю вид, что не включал эту кассету». Он лениво потянулся и вынул кассету. «Может, мне её уничтожить?» Он взял кассету в обе руки, осмотрел её ещё раз и задумался, как бы над ней поиздеваться. Но его привлекло название: оказалось, оно было на нижней части, а не на передней, как на всех остальных кассетах. «Погодите, здесь какие-то цифры… Много цифр. Что это может означать?» Он внимательно перебрал множество вариантов значений этих цифр: «На дату рождения не похоже, на номер отслеживания посылки — тоже… Понятия не имею».

Его раздумья прервал рингтон телефона, лежащего на столе. «Кто это?» Он с интересом встал, подошел к столу и снял телефон с зарядного устройства. «Александр?» На его лице на миг появилось удивление, и, набрав духу, он приложил телефон к уху.

— Артур? — Он молчит. Александр вздыхает и произносит это имя ещё раз: — Артур? Ты меня слышишь?

«Я не Артур. Это имя не моё. Это всё — не моё». Он потёр висок и почему-то задержал дыхание. «За что мне всё это?»

— Нам нужно поговорить. Техничка рассказала нам про тебя. Они знают, что скоро ты присоединишься. — Услышав информацию от Александра, юноша кивнул про себя.

— Встретимся у меня или где? — внезапно с решительностью ответил он, крепко сжимая телефон в руке.

***

Дождь начался примерно два часа назад. Юноша сидел у входной двери, подперев голову рукой; пальцы другой непроизвольно отстукивали ритм песни, которая эхом доносилась из старого радиоприёмника в коридоре. Капли дождя били в оконное стекло, создавая монотонный аккомпанемент его тревожным мыслям.

«Где же он? Он никогда не опаздывает...» — нервно мелькало в голове. Он даже не заметил, как начал постукивать ногой по полу, не попадая в такт музыке. «Что она могла им сказать? Почему он вдруг решил встретиться именно сегодня?»

Шаги. Тяжёлые, мокрые, приближающиеся к двери. Он резко вскочил, автоматически поправив мятые джинсы и футболку. Звонок. Дверь распахнулась, впуская порыв влажного воздуха и... ухмыляющегося Александра.

— Заходи... — буркнул он, невольно окидывая друга оценивающим взглядом.

— Ты что, на заднем дворе труп закапывал? — Александр ехидно указал на его джинсы, покрытые странными пятнами и слегка порванные снизу.

— Что? — Он с возмущением сначала посмотрел на Александра, а потом обратил внимание на штанины джинсов: они были чуть порваны и очень пыльные. «Видимо, из-за поиска кассеты».

— Нет, просто занимался уборкой в своей комнате. — Он небрежно почесал затылок, затем вспомнил причину прихода друга и перевел тему: — Так, зачем мы сегодня собрались?

— У тебя нет сигарет?

Он оглянулся по сторонам прихожей и обратил внимание на сумку матери. Порыскав немного, он нащупал прямоугольную упаковку и протянул её Александру.

— Спасибо. Надеюсь, ты не против. — Он молча кивнул, и Александр приступил к курению; зажигалка у него была с собой.

— Так в чём же дело? — Кажется, ему было очень интересно понять, к чему клонит Александр, но тот не торопился.

— Помнишь бандита? Он попал туда недавно, наверное, дня три-четыре назад. Он и его уроды явно не будут встречать тебя с цветами и тортом. — «Чёрт, только не он. Почему именно сейчас? Отлично».

— Поэтому я принёс для тебя кое-что… — Александр засунул руку в карман брюк и демонстративно протянул ему самодельный электрошокер. — Этим шокером ещё мой старший брат в лесу волков отпугивал. Думаю, поможет и тебе в случае чего. — Александр кивнул и прикурил сигарету.

«Серьёзно? Самодельный электрошокер против кучки студентов? Надёжный план, Алекс, надёжный — как швейцарские часы!»

— Спасибо, но вряд ли это пригодится, — тем не менее, юноша машинально сунул подарок в задний карман.

— Это в любом случае хоть какая-то оборона, чувак, — поспешно ответил собеседник, выпуская изо рта клуб дыма. Юноша поморщился от неприятного запаха.

— Ты прав. — Затем к нему пришла идея. «Надо рассказать ему про кассету!»

Набрав духу, он кашлянул, оглянулся на ступеньки, ведущие на второй этаж, и вернул взгляд на Александра: — Я нашёл какую-то странную кассету среди других, просмотренных. Не мог бы ты осмотреть её? Она в моей комнате.

Александр замер на секунду; его лицо выражало целую гамму эмоций. Реакция была неоднозначной, но в конечном счёте он кивнул.

— Конечно, идём. — Они быстро поднялись по ступенькам в его комнату, и он тут же нашёл кассету взглядом.

— Вот, смотри. — Он протянул кассету Александру, и тот внимательно её осмотрел.

— Довольно старая, но вид у неё сохранился отличный. — «А я и не заметил». — Ну и… Что на ней?

Сначала он хотел увернуться от прямого ответа, но всё же ответил, тщательно подбирая слова: — Я сам не понял, но слышал, что играла какая-то колыбельная. — Александр кивнул, обратив внимание на какие-то цифры.

— Похоже на… координаты. — «Координаты? Интересно, куда они ведут?»

— Серьёзно? Но куда они ведут? — спросил юноша. Александр пожал плечами, отложил кассету на стол и оглянулся на него.

— Самому интересно, но не думаю, что там что-то серьёзное. — Он призадумался, потом взглянул на часы: — Поговорим об этом позже, мне пора идти, — сказал Александр, зевая. Юноша кивнул, и они вышли из комнаты.

Спустившись вниз, он проводил Александра до двери, всё это время думая о кассете. Но голос Александра разбудил его: — Чувак?

— Да? Это… извини.

— Да не беспокойся об этом, не думаю, что там что-то очень важное. Лучше думай о подарке сестре и о первом дне волонтёрства. — Александр пожал плечами.

По его спине пробежал холодок. Он тут же посмотрел на календарь, закреплённый на стене: седьмое октября. «У неё день рождения через два дня, совсем забыл...» Он улыбнулся Александру, когда тот стал открывать дверь на выход, и махнул рукой: — Да я-то помню, скоро увидимся! — Александр вышел из дома. «Я ничего не помню...»

«Координаты... Куда они могут вести? Что это всё означает? Кто их оставил?» — с такими мыслями он присел на комод и вздохнул, вслушиваясь в знакомый, тихий мотив из радио. «Мне нужно узнать это. Когда-нибудь».

***

«Этот концерт был проведён и организован перед трагедией 27 сентября 1988 года — именно в тот день товарищ Тайлера Прескотта, Джереми Фитцджеральд, он же — бывший учитель и бас-гитарист группы Rockabillity, погиб при загадочных обстоятельствах. На днях мы взяли интервью в мотеле, где отдыхал Тайлер Прескотт и его команда, включив вопросы, касающиеся смерти Джереми».

— Тайлер Прескотт, начнём с самого интересного: как вы себя чувствуете? Что думаете о смерти Джереми Фитцджеральда?

— Ну... вы знаете, несмотря на все ямы и капканы, которые жизнь проложила на моём пути, я стараюсь проводить время отлично. Нет, конечно. Когда эта новость только донеслась до меня, сначала, как и у всех, была тоска и печаль. Но сейчас я стараюсь сконцентрироваться на настоящем и будущем. Так бы поступил и он, если бы на его месте сейчас был я.

— Есть какие-то вещи, или, возможно, воспоминания, которые вы бы могли предоставить фанатам?

— Да, на самом деле есть. Наша группа хотела бы разыграть несколько кассет вот с таким логотипом и тёмно-зелёными узорами: он символизирует взгляд только вперёд и веру в лучшее…

Он закрыл глаза, но картинка всё равно стояла перед ним — та самая кассета с тёмно-зелёным узором. «Не может быть...»

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

«Сегодня тот самый день, даже не верится… А завтра — день рождения Алисы. Честно говоря, я не готов. Однако… перед походом на волонтёрство у меня ещё есть время». Юноша спустился по лестнице на первый этаж, поборол остатки зевоты и направился в ванную комнату, но тут же его постигла «неудача»: на него обратила внимание его сестра, которая не предвещала ничего хорошего.

— Доброе утро, как спалось без нас? Наверное, было ужасно скучно, хи-хи, — начала она разговор довольно позитивно, оглядев его с ног до головы. — Твои штанины выглядят, мягко говоря, забавно, — она улыбнулась.

— Да это… поговорим позже, ладно? — Он поспешно забежал в ванную комнату, встал перед зеркалом и горько вздохнул, стараясь перевести дыхание. «Может, она что-то знает про кассету?»

Недолго думая, он принялся за ежедневную утреннюю рутину, сменил грязные штаны на первые попавшиеся, лежавшие на стиральной машинке, и вышел. «Сейчас будет небольшой допрос». Он быстро добрался до своей комнаты, взял кассету и спустился, не закрыв за собой дверь. Подсознательно он подготовил себя, взвесив все возможные «за» и «против», и подошёл к Алисе.

— Алиса, ты что-нибудь знаешь про эту кассету? — демонстративно подняв кассету, показывая ее со всех сторон, спросил он. — Может, тебе знаком этот дизайн, или ты знаешь её содержание?

Она оторвала взгляд от экрана телевизора, чтобы увидеть кассету и, быстро двигающимися зрачками проанализировав её в руках подростка, сморщилась, словно пытаясь что-то вспомнить. Артур тоже находился в смятении, а неловкая тишина только усиливала возможную глупость его вопроса.

— У меня такое чувство, будто бы я уже видела её, но не помню где и когда… Возможно, я ошибаюсь, — Она покачала головой, приложив пальцы к подбородку. — Что на ней? Где ты ее нашел?

«Стоит ли ей знать? Думаю, ничего плохого не случится». Его молчание длилось недолго: — На ней какие-то помехи и запись колыбельной. Я нашел ее в последнем, третьем ящике, в самом низу, под всеми остальными кассетами. На ней также какие-то цифры и стертая надпись.

— Колыбельная? Странно, ничего такого не припоминаю, — Её выражение лица не изменилось после того, как он описал кассету. «Она не лжет», — подумал он. — Может, мама случайно туда ее положила, когда убиралась, подумав, что это твоё? Или… Может, это старая запись маминого радио?

— Всё возможно, но что-то мне подсказывает, что это не так, — Он уже в который раз изучающе осматривал кассету, а затем поднял взгляд на сестру. — Всё это очень странно, Алиса. Одна кассета, которую я никогда не видел, какая-то колыбельная… Что это может значить? — Он опустил взгляд, настроение детектива быстро сменилось чувством безнадёжности и непонимания. Она сразу же заметила это, наклонившись к нему и, положив свою ладонь ему на плечо, слабо улыбнулась.

— Не переживай. Мне кажется, на ней нет ничего серьёзного. Ведь это не кассета с кадрами чего-нибудь запрещённого, верно? Значит, и переживать незачем, — Затем она опустила взгляд на кассету, нахмурившись. — Скорее всего, мать случайно ее туда положила. По крайней мере, это моя теория.

«Но у тебя нет доказательств…»

В любом случае, спасибо, что подкинула хоть какую-то пищу для размышлений, — Он кивнул, переложил кассету в другую руку и направился к лестнице в свою комнату. «Надо подготовиться к волонтёрству».

— Хм? — Его сосредоточенное на артефакте внимание привлекла распахнутая настежь дверь, ведущая прямо в его скромные хоромы. Ветер, гулявший по второму этажу, был настолько сильным, что лёгкая дверь слегка покачивалась из стороны в сторону, издавая тихий, неприятный скрип. — Кажется, я забыл закрыть дверь, странно…

«Так, Александр сказал мне, что следует взять с собой. Нужно проверить рюкзак и позже переодеться в «рабочую» одежду». Его комната была всё в том же плохом состоянии, словно не меняясь, как и её владелец: кассеты были разбросаны по разным уголкам, плакат, который он наклеил на стену, почти касался пола, а тетради и учебники по различным предметам лежали то на полу, то на старом столе, что лишь подтверждало царящий здесь бардак. Он сел на скрипучую кровать и взял изрисованный необходимыми заметками лист бумаги — именно туда он записал то, что ему порекомендовал взять Александр.

«Так… Тебе нужно одеться в старую, ненужную одежду — грязной работы будет много. Возьми перчатки, неважно какие, но точно не зимние! Если есть аксессуары, которые ты носишь, — лучше снять, иначе могут украсть. Возьми также платок, на всякий случай. Ну и самое главное — не забудь взять самодельный электрошокер. Он тебе точно пригодится, ха-ха».

— Вас понял, капитан… — прошептал юноша, поднимаясь с кровати. Затем он подошёл к своему миниатюрному шкафу с вещами, который ему подарила бабушка ещё в детстве. Резко распахнув деревянные дверцы, он осмотрел всё внутреннее содержимое. «Тут вроде бы были какие-то темно-синие штаны, которые я не ношу ещё с того момента, как закончил обучение в школе… Ох, вот они».

Он подобрал тёмные джинсы, которые, казалось, изжили последние остатки своих дней, и осмотрел их. «Думаю, подойдёт. По крайней мере, для уборки мусора уж точно». Его взгляд случайно упал на странную коробку в нижней части шкафа, на фронтальной стороне которой была какая-то надпись, едва различимая под натиском времени. «Опять что-то, чего я не припоминаю», — усмехнулся он и взял ее в руки. И это было ошибкой: пыль тут же взвилась вокруг коробки, заставив его сморщиться и закашляться, но ему всё же удалось донести её до стола и открыть этот древний «ящик Пандоры».

Первое, что ему попалось на глаза, — это пыльные перчатки без пальцев. «То, что нужно — перчатки! По-моему, я носил их, когда был в каком-то классе. И их купил мне…»

Его лицо побледнело, а по спине пробежали мурашки, как только он взял эти перчатки в слегка трясущиеся руки. Почему он не помнил, что хранил их? Как будто кто-то стёр эти воспоминания и спрятал в самом дальнем углу сознания. «Папа…»

Выйдя из меланхоличной задумчивости и придя в себя, подросток отложил перчатки на стол и начал рыться в открытой коробке. Впрочем, как оказалось, в ней было мало что полезного: какие-то значки ещё со времён школы, тетради, неотправленные письма-валентинки, упаковка от шоколадки, которую он не решился подарить своей однокласснице в какой-то праздник. «В общем, ничего интересного…»

Он быстро отложил эту коробку на пол, подошел к шкафу и принялся искать хотя бы что-то, что поможет ему сегодня. «У меня нет ничего, что можно надеть сверху…». Конечно, его охватила паника, но он не стал ее поддерживать, а дал отпор: «Надену эту джинсовую куртку. Думаю, выделяться не будет, хотя… всё возможно, ха!»

Одевшись как следует, он надел перчатки и снова перечитал послание Александра. Проверив все условия ещё несколько раз, юноша тихонько вышел из своей комнаты и аккуратно закрыл дверь. Спустившись, он краем глаза заметил: Алиса всё так же сидела у телевизора, но уже лёжа на диване и громко потягивая что-то из стакана.

«Платок».

— Алиса, слушай. У тебя нет платка? Мне он нужен для волонтёрства, — спросил он тихо, но без робости.

Она будто бы хотела его сразу же спросить, зачем ему пригодился платок, но не стала. Вместо этого встала и подошла к шкафу около телевизора, где обычно хранились разные вещи.

— Вот, держи, — Она достала из шкафа красный небольшой платок и протянула ему. — Только он мамин.

— Я верну. Спасибо, — он тут же взял его и спрятал в карман джинсовой куртки. «Он пахнет духами матери. Интересно, почему она перестала пользоваться теми самыми духами?»

Время вскоре подходило к финальному этапу: выходу из дома и отправлению в университет. Он не знал, что в этот момент чувствовать: злость, обиду, печаль или радость. Но одно он знал точно: ему будет, что рассказать своим детям и внукам в будущем. «Ну вот и всё, пора».

Он вышел из дома и, оглядев его, будто в последний раз, направился по тротуару уже хорошо известным маршрутом — в сторону того самого, злополучного университета. Его мысли метались из стороны в сторону, и подсознательно он стал ожидать чего-то плохого и ужасного, чего-то, что выбьет из него последние остатки надежды на добро и мир.

Маршрут уже не казался таким простым и быстрым, как раньше. Как всегда, время будто бы замедлилось, а издалека на горизонте появились серые тучи, похожие на табачный дым. Собрав воедино разрозненные мысли и нервы, он поднял опустившуюся голову и с новыми силами продолжил свой путь, набирая в легкие свежий воздух. Путь, который, казалось, длился целую жизнь. Он вспоминал всё и вдруг забывал самое важное — так случалось практически всегда, но сегодня это ощущалось иначе, по-новому…

***

«Здравствуйте, дорогие телезрители! В этом эпизоде нашей телепередачи «Альтернативный взгляд» мы раскроем главный секрет многих рок-музыкантов, а именно — голос и вокал. Как такие музыканты, как Стивен Гибсон, Ангус Смит и Тайлер Прескотт, поют так волшебно? Об этом нам сегодня расскажет один из ведущих звёзд нынешнего рока — Тайлер Прескотт».

— Привет, Тайлер. Вы находитесь в студии нашей телекомпании. Сегодня я хотел бы задать вам пару важных вопросов, касающихся вашего вокала и, в принципе, голоса. Скажите, пожалуйста, как вам удается петь тембрами, недоступными большинству вокалистов? Как вы достигли этого?

— Начнем с того, что я не считаю себя профессиональным вокалистом. Я просто стараюсь петь так, как мне кажется лучше и приятнее. Я всегда чувствовал, что мой голос — немного странный. Как будто он прошел сотни различных операций. Но на деле это не так. Главное, что нужно делать всем ребятам, кто хочет петь так же, — это практика. Постоянная практика и запись помогут любому начинающему вокалисту стать мастером своего дела. Что бы кто ни говорил, но вокалистами не рождаются.

***

«Добро пожаловать в ад, господа». Перед подростком стояло большое, ветхое здание, кое-как стилизованное под современность. Недолго думая, он подошел к ступеням и поднялся к двери. Через оконные проёмы было видно, что происходит внутри, в том числе и в фойе: незнакомая молодая девушка протирала окна, выходящие во внутренний двор университета. Больше никого там не было; девушка выглядела как настоящая хранительница этого места.

«Ну, вперёд. Не стоять же здесь». Он открыл дверь и тихо зашел внутрь университета, а точнее — в фойе. Девушка сразу же обратила на него внимание, будто бы на мгновение оценив его, и тут же продолжила работу. «Больше и спросить некого…» — набравшись сил и смелости, он направился в её сторону, чувствуя нарастающее волнение и очевидную неловкость.

— Извини, ты не знаешь, куда идти по волонтёрству? — Спросил он быстро, в надежде, что этот диалог быстро закончится. Девушка оглянулась в его сторону, на мгновение задержав взгляд, после чего продолжила протирать окна.

— В этом же корпусе поднимайся на второй этаж. Там будет коридор и несколько дверей, — она сделала паузу, продвигаясь к следующему окну, а затем цокнула губами. — Третья дверь слева.

— Спасибо, — Он кивнул и, развернувшись вправо, к лестнице, робко поднялся на второй этаж, словно пытаясь от нее убежать. «Пока что всё отлично».

К его удивлению, он попал в комнату ожидания, где слева были две большие двойные двери, а справа — была пустая стена, украшенная различными рисунками, натюрмортами и эскизами. «Интересно… до этого момента я был здесь лишь пару раз. Здесь всё изменилось».

Юноша подошел к новой арт-стене и аккуратно отошел, чтобы рассмотреть стену целиком. «Никогда не хотел быть художником. Это слишком сложно, но в то же время творчески».

Но его впечатления и философские размышления перебил звук падения чего-то хрупкого где-то далеко, а именно — в актовом зале. За ним последовали тихие ругательства и шаги.

«Что за... Стоит ли проверять?» Его сердцебиение вдруг участилось, и он внезапно осознал горькую правду подобных ситуаций: он не знает, как поступить правильно. «Я всего лишь взгляну и дойду до двери в кабинет. Ничего криминального, ведь так?»

Он аккуратно подошел к двум дверям актового зала и, прислонившись к одной из них, заметил, что она не заперта: дверь была приоткрыта, но очень незаметно. Из-за этого ветер создавал приятную прохладу проходящим мимо людям. Он осторожно выглянул одним глазом, но никого не было видно внутри. Зато его обострённое ухо отчетливо поймало мужские голоса.

— Чувак, ты хоть понимаешь, что мы натворили?! Этой вазе, я не знаю, но лет десять точно есть!

— Не думаю. Что делать будем? — Раздался голос, который Артур узнал: это был Александр.

— Не знаю как ты, но я на себя эту ответственность брать не хочу. Меня тогда точно отчислят, — послышался вздох, смешанный с эхом зала. — И что ты предлагаешь? В любом случае, здесь стоят камеры, поэтому...

Их интересный и интенсивный диалог прервала открывающаяся дверь со стороны коридора. У него было всего лишь несколько секунд, а то и миллисекунд, чтобы отойти от двери и предпринять что-то, чтобы слиться с окружением. «Арт-стена! Моё спасение…»

Он сделал вид, что смотрит на арт-стену, да так, будто собрался стать художником уровня Леонардо да Винчи или Пабло Пикассо. Стук женских туфель, к его несчастью, приближался, отчего он почувствовал резкую головную боль и жар, сжигающий его изнутри. «Она встала недалеко от меня… Что делать?!»

— Молодой человек, вы что здесь делаете? У вас нет никаких занятий прямо сейчас?

«Скажу как есть…» — Он откашлялся и резко оглянулся на неё, из-за чего его слегка причесанные, но грязные волосы упали прямо на лицо.

— Извините, отвлекся на рисунки, — Он быстро убрал волосы с лица и обратил внимание на внешний вид женщины перед ним: на ней был довольно изношенный, но ухоженный спортивный костюм и незнакомые ботинки. На них с обеих сторон была аккуратно пришита эмблема какого-то клуба. На вид ей было примерно тридцать лет: кудрявые волосы цвета блонд, синие глаза и напряженное лицо, сложившееся из-за многолетнего стажа в этом месте. — Не подскажете, куда обратиться по поводу волонтёрства?

Казалось, что над ответом она раздумывала несколько секунд, но на деле ответила сразу. Робко кивнув, она всё ещё озадаченно наблюдала за ним.

— Мне сообщили по поводу новых студентов, это вы, верно?

Всё, что ему удалось сделать, — лишь слабый, неуверенный кивок. Он напряжённо ожидал следующих слов незнакомой женщины напротив.

— Пройдемте в кабинет, — не дожидаясь его ответа, она тут же зашагала в сторону коридора, издавая неприятный стук своими ботинками. Недолго думая, он пошел за ней.

Впереди его ожидала дверь с надписью: «Социальный педагог: Волонтёрство и добровольческая деятельность». Вздохнув, будто проиграл очередную битву между свободой и заключением, он открыл дверь и скромно протиснулся внутрь кабинета.

«Надеемся на лучшее…»

ГЛАВА ПЯТАЯ

Небольшой кабинет казался довольно чистым и ухоженным. «Значит, помещение пользуется спросом», — подумал он, пока женщина перелистывала какой-то журнал, заполненный многочисленными таблицами и надписями, сделанными ручкой. Часы показывали без пяти час, хотя на данный момент был день, ближе к вечеру. Наконец, шуршание страницами прекратилось, когда она подняла на него взгляд.

— Клеменко Артур, вы? — монотонно спросила она, смотря ему прямо в душу. По его телу пробежали мурашки, всё вокруг стало очень мутным и тёмным, словно он вот-вот упадёт в обморок. Вопрос, который задала женщина, эхом повторялся в его голове снова и снова, нарастая до такой степени, будто сами стены начали задавать ему столь пугающий вопрос.

«Клеменко Артур, вы? Это я?». Зрение будто перестало им контролироваться. Перед глазами поплыли черные пятна. Где-то вдалеке, сквозь нарастающий звон в ушах, юноша услышал: — …Вызвать скорую? — Его глаза сами закрылись, а окружение продолжало завывать этот вопрос вновь и вновь, ежесекундно меняя интонацию. Его сердце будто бы остановилось, но был ли он жив, или ему всё это казалось?

«Это не я. Это не я. Это ведь другой человек», — слова под его мнимым шёпотом дрожали. Но он не шептал — ему лишь казалось, что он шепчет. Его неконтролируемый взгляд распахнулся, и он вновь оказался в каком-то тёмном месте, будто в космосе. Впереди, в паре метров от него, на стуле сидела фигура — силуэт непонятного человека, который специально скрывал себя от него, будто бы чего-то хотел.

— Ты не Артур, верно? — Эхом, будто в гигантской пещере, раздался непонятный голос. Он безудержно кивнул, не зная, что ответить незнакомцу.

— Вы что-то знаете? Где мы? — Он не стал стесняться спросить подобное — сейчас самое время узнать то, что он хотел. — Кассета, которую я нашел… она как-то связана с вами?

Силуэт молчал, не подавая признаков жизни. Фигура будто бы специально проигнорировала его вопросы, после чего, словно песок, рассыпалась на маленькие осколки.

— Это… Это не его вина… — сказал он, после чего пришел в себя.

— Молодой человек, вы в порядке? У вас приступ? В карточке что-то подобное было, — голос обеспокоенной женщины заставил его посмотреть на неё. Помутнение в глазах ещё сохранялось, но он старался прийти в себя.

— Нет, я в порядке. Извините, такое иногда случается, — он посмотрел на неё, и ее лицо тут же стало хмурым и бесчувственным, как раньше. — То, что вы спросили. Поставьте там галочку… или что там надо?

Женщина села на свое место и протянула ему журнал: — Поставьте свою подпись напротив вашего ФИО, пожалуйста.

Он опустил взгляд на десятки других фамилий, но в строке под номером тринадцать была его фамилия и имя: Клеменко Артур. «Это не я», — хотел крикнуть он, но язык прилип к нёбу.

Взволнованный случившимся, он взял ручку и оставил свою подпись, быстро отдав журнал женщине. Она опустила взгляд на список в журнале и, удостоверившись, начала медленно искать что-то в шкафчике.

— У вас что-то есть с собой? — хмуро спросила она, подняв на него свой стандартный, строгий взгляд. Он уверенно кивнул: — Да, есть. Платок, перчатки… — Начал он перечислять, как вдруг она скептически на него посмотрела.

— Ладно, я вас поняла, — она повернулась к календарю и подчеркнула текущее число. — Твоя работа сегодня — перенос коробок. Пойдёмте.

«Перенос коробок?»

***

— Что делать будем?

— Мы? Это твоя вина. Ты ее уронил.

— Подожди-подожди! Мы ее уронили, ты не можешь так говорить!

Дверь в небольшой актовый зал громко открылась, и две фигуры зашли внутрь. «Я здесь был однажды, во время мероприятия, на котором уснул Александр».

— Александр и Майк, познакомьтесь с новым волонтёром, — Женщина вышла вперёд, а к ним со сцены спустились двое студентов. Один — чуть выше, другой — пониже ростом. Он сразу узнал Александра, слегка улыбнувшись. Настала неловкая тишина, но Александр перебил её.

— Привет, Артур, — Александр выглядел радостным, будто ему действительно нравится, что он теперь с ними. Майк косо посмотрел на Александра, а затем перевёл взгляд на их куратора: — Он уже знает, что делать?

— Сегодня он будет работать с вами. Потом посмотрим, — Она направила взгляд на коробки на сцене и кивнула. — Как проходит работа?

Ребята переглянулись, будто проглотили языки, но тишину снова перебил Александр: — Всё в порядке, работа идёт полным ходом. — Её выражение лица смягчилось, и она посмотрела на них вместе. Вдруг ее телефон зазвонил, издавая старомодный рингтон.

— Работайте. Объясните ему, что да как. — Она быстро покинула актовый зал, оставив ребят перед сценой. «Ну что ж, за работу…» Он заметил на себе странный взгляд Майка, но тому, кажется, было всё равно, что он смотрит на него в ответ.

— В общем, мы сегодня типа грузчики — переносим коробки с вещами со сцены на склад актового зала. Некоторые коробки — с хрупким содержимым, а некоторые можно спокойно пинать. — Александр вновь нарушил тишину, поясняя это, а затем оглянулся сначала на него, а потом повернулся к сцене: — Ах, совсем забыл. Майк, — Александр посмотрел на Майка.

— Это… — Он вдруг хотел что-то сказать, но успел остановить себя. — Это мой друг. Знаем друг друга. Обращайся к нему как... Клеменко.

Майк недоверчиво взглянул на Александра, а потом на Артура: — На помощь не надейся, — Майк встал на лестницу к сцене, поднялся на неё, подошел к пирамиде из коробок и, кажется, продолжил работу. Александр вопросительно взглянул на Артура, недоуменно вздыхая. «Странный чувак…»

— Ты... не бери в голову. Майк то же самое говорил, когда мы познакомились, но со временем привык ко мне. Если честно, я не знаю его прошлого, но знаю, что у него нет родителей, — Он кивнул, проявляя понимание. — А ещё его бросила девушка. Но не будем о грустном, — Александр небрежно почесал затылок, поднимая взгляд на сцену. — Я, как бы, здесь за главного, но всем всё равно. Приступим к работе.

Они оба поднялись на сцену. Коробки были тут и там: в одних местах маленьких было больше, в других больших вовсе не было. На каких-то коробках была надпись «ОСТОРОЖНО», а какие-то вовсе были вскрыты. Было грязно — очевидно, что здесь плохо убираются, а может, и вовсе не убираются. «Больше похоже на какой-то склад магазина», — подумал он, засовывая руки в карманы, и затем последовал за Александром. Его взгляд сам по себе обратил внимание на Майка, подбирающего обломки какой-то вазы, выпавшей из коробки. «Надеюсь, с ним у меня всё будет нормально».

— Итак, видишь те коробки? — Александр протянул руку к очередной пирамиде из разных коробок. — Начинай оттуда, я буду разбирать коробки рядом.

Он кивнул, подойдя к самодельной пирамиде из коробок. «Ну что ж, вперёд». Первая коробка оказалась лёгкой, без какой-либо надписи. Он легко её взял и понёс на склад, аккуратно спускаясь по ступенькам в основную часть зала. «То видение… что это? Кто этот человек? Такого никогда не было…» — он покачал головой, нахмурившись, пока шёл обратно на сцену. «Наверное, мне стоит ложиться спать пораньше… но вдруг это как-то связано с кассетой? Что он говорил мне? Чёрт, я забыл».

Его мысли перебили голоса справа. Диалог между Александром и Майком перерос в конфликт.

— Ты думаешь, я глухой, или что?! Ты понимаешь, что говоришь? — сердито произнес Майк, сложив руки на груди.

— Майк, перестань. У каждого из нас есть проблемы. Подумаешь, девушка бросила, — Александр пожал плечами, обратив внимание на стоящую фигуру около них.

— Что ты сказал?! — Майк явно разозлился, сжав кулаки до такой степени, что костяшки его пальцев побелели. — Повтори ещё раз.

— Это всё пустяки. Давай уже займёмся работой, — Александр отвел взгляд в сторону, на коробки за Майком, пытаясь разрядить обстановку.

— Да пошел ты! — Майк язвительно крикнул, толкнул Александра и быстро покинул актовый зал. Александр выстоял удар, схватившись за грудь. «Что здесь происходит, чёрт возьми?»

Он подошел к Александру, смотря на него с непониманием: — Что это было? — Александр покачал головой: — Я же говорил, что с ним надо осторожнее. Как видишь, Майк эмоционально неустойчив.

— И куда он ушел? — Они обратили общий взгляд на приоткрытую дверь в актовом зале. Она продолжала скрипеть из-за ветра. Затем Александр отпустил живот и судорожно выдохнул, посмотрев на товарища.

— Не знаю, но задумал он явно что-то нехорошее. Давай просто продолжим работу. Уверен, он вернется, — Они оба кивнули и разошлись по своим областям работы. «Странно всё это…»

Не успел он поднять вторую коробку, как послышались шаги — несколько человек шли в актовый зал. «Просто выполняй свою работу, не лезь куда попало…»

— Александр? — Позади послышался строгий голос куратора. — Майк говорит, что вы разбили вазу, а также возводите на него клевету, это так?

— Что, простите? — Александр опустил коробку, подойдя к куратору. — Он лжёт. Ваза сама выпала из коробки, которую мы оба несли… — его тут же перебил Майк: — Неправда, он лжёт! Он специально шёл так, чтобы ваза упала по моей вине, — Александр фыркнул в ответ.

«Господи, что там происходит?» — он обернулся и увидел девушку, стоявшую слева от куратора, Майка, стоящего справа от куратора, и Александра, стоявшего в одиночестве напротив всей этой троицы койотов. «Он явно в беде…»

— Но записи с камер наблюдения говорят об обратном, Александр, — Лицо Александра тут же стало бледным. — Вы разбили вазу, и вы понесёте за это наказание.

— Какое наказание? Я и так здесь как в рабстве! — Александр неожиданно вспылил, несмотря на свое прежнее спокойное поведение. — Я не согласен с вашим решением, предоставьте мне запись с камер видеонаблюдения.

Но женщина вдруг ухмыльнулась, пожав плечами. Её губы дрогнули в подобии улыбки, но глаза остались пустыми: — Извини, ничем помочь не могу. Сам виноват. — Лицо Александра тут же выразило изумление, а затем самую настоящую злость. «Мог бы я как-то помочь ему… Но как?»

— Минимум на ещё одну неделю ты остаёшься волонтёром за нарушение. Поговорим об этом в моём кабинете. А пока что… — Женщина оглянулась на девушку рядом с ней: — Венди, заменишь Александра, пока мы решаем вопрос, хорошо? — Девушка без сомнений кивнула, посмотрев на Александра, а он посмотрел на неё в ответ.

Затем куратор и Александр поспешно покинули актовый зал, оставив троих волонтёров разгружать коробки. Между ними воцарилась неприятная, мутная тишина, больше похожая на гул сильного ветра, которого в помещении не было. «Что-то здесь явно не так…»

***

Когда время подходило ближе к вечеру, Майк и Венди стояли около черного входа на сцену, покуривая сигареты. Их не волновали ни предупреждения куратора и других сотрудников, ни пожарная сигнализация, которая работала через раз из-за своей изношенности.

— Не куришь? — Спросила девушка, выдохнув дым от сигареты.

— Нет, спасибо, — Ответил он робко, спускаясь со сцены по ступенькам, держа в руках очередную коробку. «Интересно, как там сейчас Алекс?»

Не успел он впасть в философский анализ, как в актовый зал вошли две фигуры. Куратор не стала ничего говорить — она молча вышла из зала, оставив Александра наедине с другом. Александр выглядел подавленным, уставшим от собственных ошибок и слов. Растрёпанные волосы и синяки так и свидетельствовали о нехватке времени и без того несчастной жизни. Он старался защищать других, но в конечном итоге сам стал тем, кого нужно защитить. «И я не помог ему…»

— Ты в порядке? — Александр подошел к нему, засунув руки в карманы джинсовых брюк.

— В порядке… Ещё лишнюю неделю здесь работать, а так, в принципе, дела отличные, — он попытался выдавить улыбку, но безуспешно. Вся эта ситуация в целом выглядела нелепо, но он старался держать хоть какой-то позитив.

Их начавшийся диалог прервали звуки ходьбы со сцены. Венди и Майк, словно пара, спустились со сцены, холодно обращаясь к ребятам.

— Ну что, шеф, домой-то идти уже можно? — Сказала девушка, держа одну руку в кармане.

Александр быстро кивнул, обратив внимание на неё: — Да… Да, уже можно расходиться по домам. Думаю, завтра продолжим разгружать эти коробки, если не заставят делать что-то другое.

— Пойдём, меня уже тошнит от него, — Торопливо сказал Майк, косо посмотрев на Венди, и они тут же покинули актовый зал, словно их тут и не было. Вдруг воцарилась тишина. Лишь приглушённый звук ветра за стенами едва раздавался и утихал. Но этот прекрасный и одновременно пугающий момент перебил громкий голос Александра.

— Можешь оставить эту коробку здесь. Всё равно это всё кто-то будет разгружать, даже если не мы завтра, — он кивнул и положил коробку прямо посередине зала. Некоторые коробки тоже лежали в разных местах актового зала, поэтому его коробка была не единственной. Они оба вышли из актового зала и направились к выходу — к их удивлению, по пути никого не было.

— Это было… странно. Я имею в виду мой первый день, — он нелепо улыбнулся, почесав затылок. — Часто подобное случается?

— Нет, не часто. По крайней мере, с моим участием, — Александр отрицательно кивнул, шагая спокойно и неторопливо. — Слушай, не бери в голову.

— Что ты имеешь в виду? — Он вопросительно посмотрел на Александра, замедлив шаг. «Как подобное можно забыть? Он, наверное, шутит».

— Я видел твоё лицо в тот момент. Ты хотел помочь, но не сделал этого, — Александр спокойно взглянул ему в лицо, продолжая идти и заставляя Артура тоже продолжить движение. — Я не виню тебя за это. На твоём месте я бы тоже ничего не сделал.

— Ты бы ничего не сделал? Не верю, — Он усмехнулся, отводя взгляд в сторону.

— Что бы я сделал? Побил бы его? Начал бы бороться за несуществующие права? В этом месте об этом можно забыть, я серьёзно, — Эти вопросы пронеслись в его голове пулемётной очередью. Затем голос Александра постепенно стал спокойным и тихим: — Но, думаю, для тебя это мало что значит.

Он молча кивнул, открыв дверь на улицу. Ещё несколько шагов — и их пути разойдутся. Они оглянулись, затем пожали друг другу руки и начали прощаться. «Вообще, не люблю, когда люди прощаются. Это же грустно, тем более когда собеседник тебе интересен».

— Держись, жизнь не кончается в этом аду, — Сказал Артур настолько уверенно, насколько хватило сил. Александр лишь пожал плечами и огорчённо вздохнул: — Хорошего вечера.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

«Что это может значить, чёрт возьми?» — он взглянул на странные, слегка потёртые цифры, похожие на координаты, и устало вздохнул, погрузившись в глубокие внутренние рассуждения. Время подходило ко сну: луна медленно поднималась на горизонте за окном, шум ветра постепенно усиливался, словно предупреждая юношу закрыть окно. Но это не останавливало его и без того запутанные мысли. Аккуратно положив эту «странную» кассету, он с облегчением, но в то же время с неизвестным беспокойством, укрылся одеялом и закрыл глаза, лёжа на боку. Глаза слипались, но цифры с кассеты всё ещё плясали перед ним. «Для Артура, для Артура…»

Недолго он думал о всевозможных вариантах возникновения этой кассеты в коробке — сон тут же настиг его, хотя обычно он засыпает спустя пару, а то и десятков минут. Приснится ли ему очередной странный сон, которые в последнее время снились ему нечасто, или нет? Ответ на подобный вопрос неоднозначен: никто не знает, когда ему приснится сон, а когда сновидение пролетит мигом, оставив только сомнения на следующее утро.

— Эй! Вообще-то, это неприятно, когда ты меня игнорируешь, — Раздался эхом нарастающий детский, девичий голос. — Пошли уже, мама и папа ждут нас около костра! Не пропусти самое важное!

— Подожди, что? — Его глаза тут же распахнулись в недоумении, и из темноты он попал в какую-то рощу, похожую на лес. Он оглянулся на убегающую девочку, но не успел ее разглядеть — та уже прошла через кусты и исчезла из виду, оставив его одного у дерева посреди зарослей. — Подожди!

Подросток тут же двинулся в сторону, куда побежала девочка, засверкав своими странно полупрозрачными кедами. Выбравшись из кустовой ловушки, он увидел следы ботинок — очевидно, что они принадлежали ей. Недолго думая, он помчался за ними. К удивлению, всё вокруг было слишком очевидным — сон казался сном, а не отчаянным повторением реальности: некоторые деревья левитировали, а листья падали и поднимались. Остановившись посреди следов, он заметил, что с каждым шагом их становится больше, и они постепенно начали разделяться друг от друга, создавая для преследователя путаницу. «Куда она убежала?»

Добравшись до следующего куста, куда уходили следы, перед ним открылась просторная поляна, покрытая всевозможными цветами. Казалось, им нет предела: от стандартных ромашек и хризантем до редких роз и орхидей. В середине поляны был разбит небольшой лагерь, из которого слышался смех и радостные крики. Силуэты то и дело общались, смеялись и обнимали друг друга, создавая дружелюбную, приятную глазу атмосферу.

— Лео, ты что там стоишь? Идём! — Раздался, будто лезвием по его ушам, знакомый мужской голос со стороны лагеря. Силуэты тут же обратили внимание на него, перестав двигаться, словно камни.

«Лео? Но я же…»

— Артур? — Голос прозвучал так близко, будто исходил из его собственной груди. И тогда мир рассыпался, оставив только тишину и это имя, эхом пульсирующее в висках. Он тут же чуть вскочил, открыл глаза и узнал знакомую комнату.

— Ты слышишь меня, лентяй? Вставать пора! — Мутно, сквозь звон в ушах, послышался голос матери. — Не поможешь мне с готовкой? Алиса ушла гулять с подругами, у неё же день рождения.

«У Алисы день рождения? Точно, совсем забыл…» — он протёр лоб тыльной стороной ладони, подняв взгляд на мать.

— Да, конечно… Я помогу, — ответил юноша, но его голос подвёл его: слова то поднимались, создавая более детский, женский тембр, то опускались. Он вздохнул и мысленно подготовился к неизбежному — вмешательству матери. Она озабоченно посмотрела на него, а затем нахмурилась, заметив его недовольный настрой.

— Давай-ка быстро это исправим, и я подготовлю всё на кухне, пока ты не будешь готов. — Он неохотно сел к ней спиной, и она тут же принялась устранять проблему его голоса неизвестными ему методами. Она знала, как это делать: она делала это всегда. Когда-то это было изнурительно больно и ужасно, а сейчас он привык к этому, как к чему-то обыденному и знакомому с детства.

— Ну, вот и всё. — Она захлопнула крышку на его шее и посмотрела на него: — Давай, вставай.

Когда она покинула его комнату, он ещё пару минут сидел на кровати и смотрел в закрытое занавесками окно. Оттуда так и сочились лучи яркого солнца, и лёгкий ветерок покачивал осенние листья на деревьях, словно призывая его открыть окно и взглянуть на этот новый, прекрасный день. «Кто я?» — подумал он, опустив взгляд на свои руки. Его раздумья тут же перебил внезапно сработавший будильник, стоявший на прикроватной тумбочке. Он тут же встал, выключил этот надоедливый звук и вступил в этот новый день — уже одевшись и спускаясь по лестнице на первый этаж, как обычно, в ванную.

«Что это было? Я не припоминаю такого…» — принявшись за свои обычные, ежедневные дела, он параллельно окунулся в раздумья о своём сне. «Это могло значить всё, что угодно, но каков итог? Какой ещё Лео? Я чего-то не знаю?» — он взглянул на зеркало ещё раз, наблюдая всё то же лицо, день за днём. «Возможно, кассета как-то повлияла на этот сон…» Выйдя из ванной, он быстро причесался рукой и пошёл на кухню — там вовсю уже работала мать, ведь сегодня очень важный день для семьи — день рождения Алисы.

— Итак, сначала разрежь эту морковку и огурцы, они нужны для салата, — Она указательно кивнула в сторону отдельной части стола, где всё уже было готово для него, и принялась делать собственную часть работы. — Кстати, как дела в университете? В волонтёрстве?

«Как дела? Даже не знаю, какие слова подобрать к этому…» Он взял нож и принялся медленно, но правильно нарезать овощи, пытаясь придумать верный ответ, чтобы не спровоцировать мать.

— Отлично. По учебе — как обычно, а волонтёрство… — Он набрал воздуха, чтобы быстро продолжить свой неуверенный ответ. — Всё, вроде бы, понятно. Работаю с Александром и его другом.

— Хорошо, — Она кивнула и положила кусочки нарезанной рыбы в отдельную чашку. «Вдруг ей стала интересна моя жизнь? Ха-ха». — Он улыбнулся про себя, продолжая нарезать слегка потускневшую морковку.

Вдруг его улыбка тут же поблекла, когда он снова напомнил себе, какой сегодня день. «Мне нужно купить ей хоть какой-то подарок… Срочно».

— Переложи кусочки в ту тарелку, — мать указала в сторону пустой тарелки, стоящей на другой стороне. Он аккуратно подошёл с подносом нарезанных овощей и быстро высыпал кусочки в тарелку, всё ещё думая о подарке для сестры.

— Тебе когда на волонтёрство-то? — Она взглянула на него, закрывая дверцу духовки.

— Сегодня не нужно, — Он выдавил неряшливую улыбку, почесав затылок. Он придумал, как выйти из этой ситуации: — Мам? Я вспомнил, что сегодня я должен встретиться с Александром в парке. Он звал меня погулять.

Она вопросительно взглянула, кажется, сперва не поверив ему. И вправду, его очень редко кто звал куда-либо, а точнее — никогда. Она вздохнула и кивнула. Юноша быстро помчался в свою комнату в поисках хоть каких-то сбережений для подарка.

«Я точно помню, что оставлял здесь несколько купюр…» — он быстро порылся во всех отсеках своего стола, затем принялся за прикроватную тумбочку. К его счастью, он нашел несколько монет. «Этого должно хватить хоть на что-то. Хотя бы на пачку чипсов… Я не хочу, чтобы она снова заплакала». — Судорожно вздохнув, он спустился на первый этаж, осторожно добираясь до двери на улицу.

«Надеюсь, я успею к её прибытию купить хоть что-то… Нужно навестить цветочный магазин подруги матери. Может, там что-то найдётся». — Собравшись духом и имея уже какой-то план, он быстрым шагом повернул в сторону, где находился небольшой магазинчик, и двинулся туда в надежде хоть на какую-то покупку.

Казалось, что дорога займёт гораздо больше времени, чем посещение университета, но нет — цветочный магазин был немного ближе. Он опустил взгляд на свои монеты и вздохнул. Подойдя к прилавку, он никого не обнаружил. «Только не говорите, что сегодня она не работает… может, просто перерыв?» — он снова взглянул на свои монеты в ладони, чувствуя, как нервозность и трепет в животе становятся всё сильнее и сильнее. Табличка, которую обычно меняли при предупреждении о перерыве или начале работы, попросту валялась на одном из маленьких столиков для посетителей — ею явно давно не пользовались.

«Где она, чёрт возьми?» — крикнул он у себя в голове, нахмурившись явно. Затем юноша начал ходить из стороны в сторону, стараясь сбить нарастающее напряжение и давление тишины, но без толку. Фрустрация постепенно заполняла его состояние, не давая покоя.

«Нельзя терять времени, где-то был ещё один магазин…» Он развернулся спиной к прилавку, собираясь уйти, как тут же услышал позади себя тихие, равномерные шаги.

— Что-то заинтересовало? — Прозвучал женский голос, и он тут же развернулся, растерянно смотря на неё.

— Да, у вас есть… — Начал он, как вдруг почувствовал бурление в горле.

«Нет, только не сейчас…» Он рефлекторно схватился за горло обеими руками, пытаясь хоть как-то сгладить неприятную ситуацию, но все попытки были тщетны — это происходит снова.

— Погоди… Это ты, да? Сын Лизы, верно? — Обеспокоенно сказала женщина, пытаясь разглядеть его лицо. — Мне вызвать скорую?

Он быстро кивнул головой, показывая «Нет», и его дыхание резко участилось, предупреждая о серьёзности нарастающей ситуации. «Что делать? Я в ловушке…» В глазах становилось всё больше мушек, ноги то и дело дрожали, а в ушах эхом отдавались стуки сердца. Знакомые цифры постепенно появлялись как пятна в глазах. «Координаты… Я задыхаюсь… Александр…»

— Ты в порядке? Может, всё-таки вызвать скорую? — Она не стала наблюдать, подойдя к нему и придерживая одной рукой. Но всё тут же изменилось, когда позади послышались быстрые шаги, словно кто-то бежал.

— Артур! — Раздался отчаянный крик. Он попытался поднять взгляд на приближающийся силуэт, но не понял, кто это.

— Артур? — Мгновенно всё вокруг исчезло, крик разнёсся эхом сквозь его тело, и наступила тьма.

— Ты меня слышишь? — Голос доносился из ниоткуда, но одновременно будто бы отовсюду этого чёрного пространства. «Только не это…»

— Очнись. Хватит валять дурака. — С этими словами всё начало трястись, наращивая силу всё сильнее и сильнее с каждой секундой.

— Это я, слышишь? Твоя…

Его снова мгновенно вернуло в реальность, и первое, что он, хоть и мутно, увидел, — было лицо женщины, бледное и испуганное до такой степени, которую он ранее не видел. В её глазах промелькнуло не просто беспокойство, а настоящий животный страх. Как будто она увидела настоящего призрака или была на волоске от смерти.

— Он пришёл в себя, всё в порядке, — подросток наконец различил этот голос — это его мать. Она медленно подняла руки перед ним и помахала ими: — Видишь мои руки?

«Но…» Он внимательно следил за движениями её рук, зрение постепенно восстанавливалось. В один момент он обратил внимание на странное очертание на её левой руке — будто бы большой шрам, которого он раньше никогда не замечал.

— Поехали домой, поговорим там.

***

— Что ты делаешь? Ты понимаешь, что ты собираешься сделать? — Недовольный голос матери так и говорил о её нарастающей злости по отношению к тому, что он собирается сделать.

— Молчи и смотри, сейчас я всё починю, — сказал мужчина, берясь за устройство с видом настоящего профессионала-механика, собирающего авиадвигатель из конструктора. Его руки дрожали, но он настойчиво крутил отвёрткой, втыкая провода в места, которые, казалось, никогда не предназначались для них. — Ну вот, как видишь, всё готово. Осталось как-то вставить это в его горло.

— Да, и это точно не сделаешь ты, — сказал женский голос, а затем она схватила устройство из его рук. Раздался отчаянный крик: что-то щелкнуло, а потом с треском упало на пол. Кровь полетела на стену, медленно стекая вниз.

— Чёрт возьми! Прости, пожалуйста! Я не знал, я…

— Ты ничего никогда не знаешь и не помнишь!

***

— Итак, зачем ты пришёл в цветочный магазин? — Спросила мать, настойчиво ожидая ответа и нахмурившись. Затем она подошла обратно к столу, где практически всё было готово к празднованию дня рождения, и приступила к салатам, параллельно убирая весь накопившийся мусор.

— Хотел купить цветы Алисе, — пробубнил он, сев за кухонный стол и опустив взгляд, чувствуя самый настоящий, мальчишеский стыд, — на её день рождения.

— Серьёзно? Это… Это очень мило, — Она с удивлением подняла взгляд с тарелки на его лицо. Её рот слегка приоткрылся от изумления, но затем она продолжила готовить.

— Но в итоге я здесь, без подарка, — Он продолжал пристыженно смотреть вниз, понимая абсурдность всей ситуации. — Она опять расстроится.

— Я так не думаю. Она уже не та маленькая девочка, чтобы расстраиваться из-за подобного, — Она взглянула на него и слабо улыбнулась. — Получается, у тебя нет для неё подарка?

Он вздохнул. «Она поймала меня».

Она тут же поняла его ситуацию.

— Вот, — Она отошла в коридор, направляясь в прихожую. «Опять я подвёл её, опять я подвёл мать. И всё по-новому. Это из-за дурацкой кассеты». — Он нахмурился и сжал кулаки. «Кто бы её там ни оставил, я…»

Его грозно нарастающие мысли оборвались, когда на кухню вернулась мать с небольшим букетом.

— Она задолжала мне букет. Вот, отдала, — Она положила букет перед ним, на стол, а затем отошла к основной части кухни, где происходила подготовка ко дню рождения. Он с недоверием взглянул на букет, лежащий на столе. Недолго думая, он взял его в руки и около минуты просто осматривал его, хотя до последнего не желал брать его.

— Можешь не благодарить, — сказала она медленно и подбадривающе, стоя к нему спиной и нарезая что-то. Он слабо улыбнулся, встал и пошёл в свою комнату.

Отложив букет в сторону, он машинально взглянул на кассету с цифрами и тут же взял её в руки. «Мне нужно выяснить, куда ведут эти координаты», — он отложил странную кассету и оглянулся в сторону прикроватной тумбочки, где он в последний раз оставил свой телефон-кирпич. Недолго думая, он сквозь медленные нажатия кнопок телефона набрал номер Александра. Гудки казались колокольными звонами, отдаляя его от своей комнаты всё дальше и дальше. Он и сам не заметил, как оказался сидящим на кровати, хотя только что стоял у окна.

— Алло? Привет, — Голос из телефона заставил его вернуться в реальность, в которой он смотрел только на кассету в другой руке.

— Привет. Извини, что беспокою, — ответил он торопливо, пытаясь лихорадочно придумать следующие слова. — Я по поводу кассеты. Ты сказал, что на ней координаты. Я не разбираюсь в этом, но они же куда-то ведут, верно?

— Да. И чтобы узнать, куда они ведут, нам нужны карта и компас. У тебя всё это есть?

— Нет, у меня нет этого… — Надежда тут же угасла. Он сжал кассету в руке, смотря только на эти проклятые цифры. Александр по ту сторону разговора лишь вздохнул, кажется, пытаясь пассивно разобраться с этой проблемой.

— У меня есть отличная идея. Давай спросим завтра у ребят, есть ли у них всё это, и, возможно, кто-то разбирается в поиске.

— Да, отличная идея, — Он облегчённо вздохнул, поблагодарив Александра у себя в голове.

Его слух поймал странный, девичий смех, исходящий непонятно откуда. Он поднял настороженный взгляд в сторону окна, а потом в сторону двери. Его раздумья прервали странные, громкие и скрипучие шаги по лестнице в его комнату, а затем стук. Потом ещё один стук.

— Ладно, мне пора идти. Спасибо, — Он тут же отбросил телефон обратно на место и встал, приближаясь к двери. «Хорошо, проблемы есть, но мы их решим. Мы…»

Не успел он дойти и открыть дверь, как она сама вдруг распахнулась, и в комнату с радостным пением ворвалась его сестра, улыбаясь и хмурясь одновременно, словно сумасшедший клоун.

— Ну ты что, уснул? Вообще-то, это неприлично, — Она засмеялась и жестом пригласила его на первый этаж.

— Пойдём, стол уже практически накрыт. Он ошарашенно смотрел на неё, стоя как камень, и всё, что он смог из себя выдавить, — был медленный, слабый кивок.

Как только она покинула комнату, он сразу же опомнился и опустил взгляд на свои руки, держащие кассету. Он неуверенно, но аккуратно положил её на стол и помчался по старой лестнице вниз. Шум столовых приборов и смех увеличивались одновременно с каждой ступенькой. Наконец, перед ним сформировалась приятная, но одновременно странная для его глаз картина — картина праздника и радостного настроения. Но он не был рад, будто что-то не так. Будто затишье перед бурей ожидало его там, где юноша точно не догадается. Смех Алисы, запах еды, огни гирлянд – всё это казалось чужим, инородным. Где-то на столе лежала та самая кассета, а в его голове звучало имя, которое он не мог вспомнить.

«Лео. Кто это?»

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

— Дорогая Алиса, поздравляю тебя с великим для всех нас днём — днём твоего замечательного дня рождения. Мне даже не верится, что тебе уже исполнилось семнадцать лет! Желаю тебе счастья, здоровья, ну и, конечно же, много, очень много денег.

Все вдруг громко засмеялись. По разные стороны небольшого стола зазвучали стучащие друг о друга бокалы. Речь матери явно была яркой для всех присутствующих — в основном это были подруги именинницы: как новые, с которыми она познакомилась при переводе в другую школу, так и та самая, единственная, с которой она была знакома с раннего детства.

— Твоя очередь, — сказала мать, взглянув на юношу, сидящего по соседству за столом.

«Что? Уже?!» Он закашлялся, неряшливо встал и быстрым взглядом осмотрел всех присутствующих за столом — все смотрели прямо на него, ожидая грандиозную речь от подростка в замешательстве.

— Дорогая Алиса, поздравляю тебя с твоим днём. Ты — самая лучшая и единственная сестра на свете. Именно ты являешься для меня подтверждением того, что будущее нашей фамилии в надёжных и крепких руках. За эти годы нашей жизни было много препятствий и проблем, но мы успешно прошли их вместе — иначе никак не могло произойти. И всё это благодаря членам нашей семьи и тебе. С днём рождения! — Он достал из-за спины небольшой, небрежно собранный букет и протянул его сестре. На её лице появился шок. Она явно не ожидала подобной речи, а подарка — и тем более.

— Спасибо тебе большое, лучший брат! — Все вокруг захлопали от изумления и милоты, затем начали смеяться. Она встала и обняла его, похлопывая по спине. «И я ни капли не сомневаюсь в своих словах…»

Когда все закончили произносить свои тосты, на стол мгновенно налетели голодные рты. Чего только не было: большие салаты, вкусные десерты и отдельные сладости — и всё сделала именно мать. Музыка из радио на фоне тихо играла поп-музыку, создавая незабываемую и сказочную атмосферу.

Наевшись своего любимого салата, его живот вдруг прихватило. «Чёрт, кажется, слишком много… Надо отойти в туалет…» Встав со стула и повернув в коридор, он заметил девушку, стоящую в отдалении. Она будто бы наблюдала, внимательно смотря на картину за окном, одновременно слушая музыку из радио — и была одна. Ему пришлось пойти в её сторону, так как туалет находился именно там.

«Подождите, это же…» — Не успел он распознать знакомый силуэт, как она услышала шаги позади себя и мельком оглянулась. Затем девушка обратила свой взгляд на него, тут же узнав его.

— Привет, — сказала она, легко помахав рукой.

— Привет, Венди. Что ты здесь делаешь? Не знал, что ты дружишь с Алисой, — Она пожала плечами, отводя взгляд в сторону и задумавшись. Он встал возле комода, на котором стояло радио, и засунул руки в карманы.

— Ну… моя сестра заставила меня пойти с ней. Мол, «зато поешь бесплатно». Я и подумала, почему бы и нет, — Она вернула взгляд на окно, наблюдая начинающийся закат. — Значит, вы с Алисой родственники?

Он кивнул, слегка улыбнувшись. Затем он подошёл к окну, разглядывая уходящее солнце тоже.

— Судя по твоему имени, ты явно не местная, да и акцент тебя выдаёт, — он украдкой взглянул на неё. — Откуда ты?

— Из Канады, жила в провинциальном городке, — Она вздохнула, будто бы слышала этот надоевший вопрос сотни раз.

— Ясно, а что насчёт… — Не успел договорить он, как из радио постепенно появились неприятные помехи. Всё сильнее и сильнее помехи перекрывали музыку, искажая её до такой степени, что слушать уже было невыносимо. Они тут же обратили на это внимание, обратив свои лица к странной аномалии.

— Так часто происходит? — Спросила Венди, взглянув на него с подозрением.

— Нет, впервые подобное вижу, — с сильным удивлением и непониманием произнёс он, подойдя к радио. Осмотрев все потенциометры, он попытался что-то покрутить — но его попытка была безрезультатной.

— Давай помогу, — сказала девушка и подошла к радио, взяв вещицу в руки и развернув так, чтобы видеть заднюю часть. Её руки будто бы знали, что делать — она без проблем уменьшила шум помех, но он всё равно присутствовал. Она передала ему радио и неряшливо улыбнулась, убирая упавшую чёлку в сторону.

— Всё, что смогла, — сделала.

— Спасибо, — сказал он, аккуратно стараясь положить это радио на комод. «Это громоздкое радио, по словам матери, подарила бабушка, которая жила в нескольких сотнях километров отсюда. Я никогда не видел её и не помню, чтобы видел в детстве. Возможно, я…»

Вдруг он услышал знакомую мелодию, переплетающуюся сквозь помехи. Он внимательно прислушался, нахмурившись, и его осенило. «Что… Это мелодия из кассеты!»

— Хэй, ты что, не веришь мне? — Его мысли перебила Венди, смотря на него как на сумасшедшего. Он и не заметил, как вплотную прижался ухом к радио, наклонившись.

— Нет, что ты… Просто… — Его язык заплетался, пытаясь придумать разумное оправдание. — Просто, оно будто бы барахлит. Но ничего страшного. Она медленно кивнула, явно не поверив ему.

— Ты тоже слышишь это?

— Что конкретно? — Девушка с недоумением посмотрела на него, задав вопрос с лёгким сарказмом.

— Колыбельную, прислушайся. — Она решила поверить ему и наклонилась к радио, внимательно прислушиваясь.

— Слышишь? — тихо спросил он, тяжело сглотнув. Он знал, откуда эта колыбельная, и она явно играет по радио не просто так.

— Да… Ты знаешь, что это? — Она с удивлением и непониманием посмотрела на него, выпрямившись.

— Честно — нет. Эту же колыбельную я впервые услышал пару дней назад на кассете, найденной в коробке, в моей комнате. Там были какие-то координаты и…

Их разговор перебили шаги со стороны зала, и в коридор вошла мать, улыбаясь.

— Кто это у нас тут? О чём беседуете? — Весело и грациозно произнесла она. У неё явно было хорошее настроение.

— Мы…

— Знакомимся, — договорила Венди, посмотрев на озадаченного юношу.

— Ну, знакомьтесь, голубки. Возвращайтесь за стол, пока всё не съели! — Она подмигнула и ушла, снова оставив их одних.

— Так, что это за кассета?

***

— Тайлер, вам не кажется, что популярность вашей группы постепенно угасает? Какой у вас план на будущее в случае потери популярности в сегменте рок-музыки?

— Я бы не сказал, что моя группа и я теряем популярность. Да, новые альбомы давно не выходили, концерты проходят редко, но это не значит, что мы ничего не делаем и группа разошлась и не видится. У нас бывают небольшие разногласия, но мы стараемся их решить.

— То есть, вы хотите сказать, что вы удерживаете популярность, несмотря на застой в производстве творчества?

— Всё верно, вы просто не знаете кухню внутри, как и наши слушатели.

— Хорошо. Последний вопрос этого интервью: некоторые фанаты и не фанаты сходятся во мнении, что вы якобы робот, ссылаясь на ваше странное поведение и голос на концертах. Что вы можете сказать на этот счёт?

— Их можно понять. Когда один человек ведёт себя странно и приобретает народное признание, различные теории и сплетни, безусловно, появятся. Моё поведение я могу объяснить своим воспитанием, а точнее — его отсутствием. По поводу голоса на концертах — можете жаловаться на звукорежиссёров и микрофоны, поскольку все эти аспекты влияют на качество исполнения, и в данном случае я могу предположить, что из-за плохого качества этих аспектов и сформировалось подобное мнение.

***

— Вот она, — подросток протянул Венди кассету, и она тут же принялась её внимательно осматривать. — На ней та же колыбельная, что и была в помехах.

— Да, здесь действительно координаты, — пробубнила девушка и, быстро проанализировав кассету, вернула её ему. Она озадаченно посмотрела в сторону, серьёзно задумавшись о чём-то.

— Ты разбираешься в этом? — с ноткой отчаяния спросил он, после чего получил медленный, но решительный кивок в ответ.

— Да, отец научил ещё в детстве на случай, если заблужусь в лесу, — Венди хрипло засмеялась, но её смех быстро сменился задумчивостью и тоской. Потеря и горечь в её глазах ярко отразились и на её выражении лица.

— Значит, ты можешь помочь нам найти это место? — Он не стал заострять внимание на этом вопросе и сразу же выпалил его, смотря на неё с неким ожиданием.

— Ну, если честно… Мне самой стало интересно, что это за загадка, — Она взглянула на кассету, а потом на него. — Но сейчас мне пора домой, а то мать потеряет. Сам понимаешь.

— Хорошо. Спасибо тебе, — подросток кивнул, и они оба подошли к двери его комнаты. — Значит, завтра вечером, после волонтёрства?

— Идёт, — Венди кивнула и странно улыбнулась. Она не стала долго прощаться и быстро открыла дверь, также пустив множество звуков с первого этажа к ним. — До завтра.

Он помахал ей рукой на прощание и закрыл дверь, снова оставшись наедине со своими мыслями и кошмарами в этой бетонной, деревянной клетке. «Значит, завтра, после волонтёрства, я с Александром и Венди отправляюсь непонятно куда и зачем. Интересный день намечается!»

***

Следующий день — второй день его волонтёрства. Он точно так же, как и в первый день, собрался и взял с собой кассету. «Для Артура. Значит ли это, что это для меня?» — Покачав головой, он открыл дверь в университет, и, как обычно, никого не было — занятия закончились пару часов назад. Вздохнув, он пошёл в сторону фойе, чтобы попасть на второй этаж. Когда он добрался в фойе, с лестницы всё громче и громче нарастали несколько голосов, которых ранее он не слышал. «Кто там?»

Как только он подошёл к лестнице, со стороны второго этажа три молодых человека спускались к нему навстречу. Они сильно разнились по телосложению и росту — нецензурная брань то и дело доносилась из уст каждого. Они смеялись и толкали друг друга, казалось, забыв, где они находятся.

— Какие люди! — Сказал один из ребят, пока он не осознал, кто прямо сейчас идет к нему навстречу. “Бандит…”

— Ты что тут забыл? Тебя отчисляют за уродство? — Двое рядом с бандитом засмеялись словно дикие гиены.

— Ты за языком-то следи, — сказал он, нахмурившись. — Ты не в зоопарке находишься.

— А то что? — сказал он, подойдя к нему и толкнув в плечо, и мир перед его глазами поплыл. Бандит не был мускулистым парнем — он много ел, даже на уроках, и его не волновало, что скажут другие. — Что ты мне сделаешь, сопляк?

— Я поменяю свой голос на твой и буду говорить перед другими такие вещи, что тебе и не снилось, — сказал он, сжав кулаки и стиснув зубы, видя перед собой врага номер один, человека, который испортил жизнь Александра.

«Шокер».

Он неожиданно для себя вспомнил про шокер и засунул руку в карман своих джинсов, но нащупал лишь пустоту. «Я забыл его. Нужно было сперва подумать, а потом говорить…» По его спине пробежали холодные мурашки.

— Я тебя на этой стене размажу! Хочешь? Прямо сейчас! — Бандит резко схватил его за плечи и прижал к стене. Его сердце застучало в ушах так быстро, что он не расслышал дальнейшие слова бандита. Лицо побледнело, а голова закружилась, постепенно отдаляя его от текущей ситуации.

«По крайней мере, я попытался». Бандит оскалился и пнул его в живот настолько сильно, что он еле держался на ногах. Равновесие покинуло его тут же, и он с треском упал на пол, застонав и отчаянно стараясь набрать воздух, пока к нему подходили ребята бандита. Всё перед глазами было ярким — звёзды то появлялись, то исчезали, позволяя темноте накрыть его разум.

— Ты не можешь умереть сейчас, — Незнакомый голос спокойно заговорил в его голове, заглушив всё остальное. — Они нуждаются в тебе, как и я, Артур.

— Хэй! Вы что делаете?! — Девичий громкий голос заставил юношу вернуться в реальность. — Отвалите от него, сейчас же!

— Ух ты, посмотрите, кто пришёл! — «Гиены» бандита снова расхохотались неприятным, дьявольским смехом, подходя к упавшему. — Как скажете, милая леди. Но мы ещё вернёмся к этому.

— Я тебе обещаю, — Бандит широко улыбнулся, прошептав на прощание, а затем ребята ушли, оставив их наедине.

— Ты в порядке? Сильно они тебя? — Перед его мутным зрением отчётливо появился знакомый силуэт — его спасителем оказалась Венди. Она протянула ему руку в надежде, что он сможет идти.

— Всё в порядке, это же бандит, — Он неприятно застонал, отчаянно и сосредоточенно пытаясь сесть. Протянув руку в ответ, он аккуратно с помощью девушки встал, чуть прихрамывая.

— Сильно заметно, что я битый? — спросил он, стараясь сдержать боль в голосе. Она скептически оглядела его с головы до ног, забавно прищурившись.

— Да, будто только что проснулся после ночной пьянки, — Венди улыбнулась, но в глазах не было веселья, и повернулась в сторону лестницы, готовая идти. — Пойдём, Александр и Майк ждут нашей помощи.

Недолго думая, он кивнул, и они поднялись по лестнице. На втором этаже всё так же были рисунки и приятная, но в то же время пугающая тишина. Он с облегчением вздохнул, оглядываясь на красивые рисунки и качественные картины.

Из актового зала доносились звуки тяжёлых шагов, проходивших циклично: от сцены до склада и обратно. Войдя в актовый зал, ребята встретили Александра, который нёс очередную коробку.

— Привет, кассету с собой взял? — Спросил Александр, подойдя к ним. Подросток кивнул, демонстративно похлопав по карману.

— Отлично, сегодня после рабочего времени выдвигаемся. А пока что — за работу!

— Где Майк? — Осторожно и тихо спросила Венди, оглядываясь по сторонам.

— Он отошёл в туалет, сказал, что скоро вернётся.

— О чём вы? — Дверца в актовый зал открылась, и перед ними появился Майк, внимательно наблюдающий за ними. — Куда вы собрались? Сговорились?

Компания быстро переглянулась, не зная, что ответить ему. «Он подслушал нас… Я ему больше не верю!»

— Ну так что? Отвечайте на вопрос. — Напряжение в зале мгновенно возросло. Майк подозревает их в чём-то, о чём они даже и не думают вовсе.

— Слушай, это не твоё дело, ясно? Мы не лезем к тебе, ты не лезешь к нам, идёт? — Грубо, но точно выпалил Александр, косо смотря на «шпиона».

— Идёт, — Он странно взглянул на Александра, и постепенно на его лице расплылась странная улыбка, которая ничего хорошего явно не несла.

— Ладно, ребят, за работу.

***

На протяжении нескольких часов совместной работы Майк иногда смотрел за ними, серьёзно думая о каком-то надвигающемся заговоре. Когда осталось несколько минут до окончания их сегодняшней работы, ребята присели на лестнице сцены и отдыхали. С ними сидел и злополучный Майк.

— Я вам не верю, — Среди начавшегося разговора сказал Майк, перебив Александра. — Я пойду с вами, что бы вы ни задумали.

«Что? Чтобы этот психопат пошёл с нами? Мы сами не знаем, куда идём».

— Нет, ты не пойдёшь с нами, тебя это не касается, — Начала Венди, пристально глядя на него через плечо Александра.

— Кто знает, что вы можете задумать? Или вы не хотите, чтобы я пошёл с вами как раз-таки из-за задуманного? Лучше вас проконтролировать, — сквозь стиснутые зубы проговорил Майк и оглянулся на каждого из ребят, презрительно смотря в глаза только Александру.

— Ладно, хорошо. Хочешь пойти с нами — пойдём. Только мы сами не знаем, куда идём, — спонтанно ответил Александр, посмотрев на Артура в ожидании реакции.

— Так я вам и поверил, — саркастично произнёс Майк, действительно не веря им.

— Вот увидишь, — Чуть перебила его Венди, достав из кармана брюк свернутую карту и небольшой компас. — Этого должно хватить. Карта нашего города и пригорода, рек и прочей местности. Компас рабочий, отдал папа, когда я была маленькой.

Венди развернула карту, положив себе на колени. Александр взглянул на Артура, после чего тот кивнул и отдал ему кассету.

— Что это? — Спросил Майк, пристально вцепившись взглядом в подозрительный объект.

— Кассета с колыбельной и координатами. Мы пытаемся выяснить, куда ведут координаты, — Сказал Артур, смотря на него с серьёзным выражением лица, хотя в уме он был готов заклеить рот скотчем. Венди посмотрела на координаты на кассете и принялась искать местоположение с помощью карты, на которой есть все необходимые для этого обозначения.

— Ребят, на самом деле, это не так далеко отсюда, — Девушка осторожно, но метко ткнула пальцем на место рядом с университетом, а точнее — на небольшое расстояние, которое разъединяет их с университетом лишь хлипкий забор. — Кто-нибудь знает, что здесь?

Все хранили молчание, наблюдая за выражением лиц друг друга. Никто не знал, куда ведёт эта мистическая кассета.

— Ну что ж, вперёд, — тихо, но с уверенностью сказал Александр, медленно поднимаясь.

«Вперёд… К истине…».

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

— Не думаю, что здесь что-то очень секретное, — Сказал Александр, засунув руки в карманы. Глаза Артура после его слов прищурились в презрении. «Вот мы и узнаем, не торопись…» — Мы с друзьями проходили здесь мимо, ничего странного не видели.

— Откуда у тебя вообще эта кассета? — Спросил Майк невзначай, посмотрев в сторону Артура. — Почему мы должны тебе верить? Что, если это шутка?

— Я нашёл её у себя в комнате. Я люблю смотреть старые кассеты, а эту я никогда не видел. По крайней мере, я не помню её, — Он постарался объяснить доходчиво, пытаясь убедить самого себя в собственной правоте. «Я же не видел её, верно? Память может и подвести…»

— Так, это вроде бы там, — Венди взглянула на карту, остановившись на тротуаре. Направив голову в нужную сторону от тротуара, она заметила еле видимую тропинку, ведущую куда-то вдаль, но из-за сильной заросшести местной фауны не совсем понятно, куда ведёт тропинка.

— Выглядит… жутковато, — тихо произнёс Майк, оглянувшись на озадаченных ребят. — Идём?

— Идём, — Сказал Александр, недолго думая. Он пошёл первым, за ним Венди, а после и Артур с Майком. «Мне всё ещё кажется, что Майк странно себя ведёт…»

Пройдя довольно трудный путь через природные преграды, они оказались перед небольшим входом, который вёл под землю. Всё вокруг было закрыто заросшими кустами и старыми деревьями, поэтому неудивительно, что заметить это строение не так-то просто. Через некоторое время, подойдя поближе, ребята заметили едва различимое название строения, а точнее то, что от него осталось: «СК…Д».

— Склад, значит, — с нотками веселья сказала Венди, подойдя к двери и взявшись за ручку ржавеющей двери. — Похоже, что открыто!

— Странно, — пробубнил Майк, задумавшись над ситуацией. — Обычно подобные помещения строго закрывают, чтобы такие олухи, как мы, не попытались проникнуть туда.

— Логично, — Сказал Александр, выходя из раздумий, а затем приблизился к двери. — Мы собираемся проникнуть туда, верно?

— Ты ещё спрашиваешь? — Венди тут же напрягла руку, и с громким свистом дверь открылась, чуть не сбив её с ног. Едва слышимая одышка девушки не помешала оглянуться на ребят и подчеркнуть неприятный факт: — Вроде мужчины, а стоите позади, словно девочки!

Ребята нахмурились, но не обратили особого внимания на её замечание. Поочерёдно и аккуратно они начали спускаться вниз, под землю. С каждым шагом тьма окутывала их всё сильнее и сильнее, и вот-вот нужно было что-то с этим делать, поскольку видимость становилась настолько плохой, что они едва видели больше двух метров уже при половине пройденного пути.

— Слишком темно, у кого-то есть фонарик или что-то в этом роде? — Спросил Артур, спускаясь позади Майка. Его взгляд параноидально блуждал по внутренностям этого места в поисках подозрительных вещей, и со стороны казалось, что он актёр в кино, играющий роль кладоискателя или детектива.

— Да, у меня есть телефон, — Сказал Майк, достав из кармана белый телефон и включил фонарик, освещая ребятам путь. Лестница казалась длинной, почти бесконечной, но на самом деле это было лишь иллюзией: они практически спустились.

Когда они прошли последнюю ступеньку, они оказались в тёмном, большом помещении под землёй, в котором стояли как пустые, так и с редкими остатками бумаг и пустых папок стеллажи. Выглядело это так, будто всё бросили и ушли, забрав то, что успели.

— И именно сюда ведут эти координаты? Ты уверена? — Спросил Артур Венди, повернувшись к ней лицом. Её выражение лица оставалось уверенным и собранным. — Ты уверена, что это точное местоположение?

— Да, уверена. Я не первый раз ищу что-то по координатам, — Ответила она, решив подойти к стеллажу с остатками каких-то документов. — Почему тут остались какие-то бумаги?

Может, что-то ненужное, не стоит тратить на это время, — Сказал Майк, чуть перебив её. На полу тоже валялись бумаги, по которым иногда неприятно, среди окутавшей помещение тишины, шуршала обувь ребят.

— Не понимаю, может, здесь что-то есть? — С недоумением сказал Артур, оглянувшись на множество стеллажей со всех сторон. — Не просто так эти координаты ведут сюда. Это не может быть шуткой.

— Давайте осмотримся, — Сказал Александр, оглянувшись на ребят. — Поделимся по четыре стороны этого помещения, нас как раз четверо.

— Источник света только у меня… — Сказал Майк, подняв волну сомнений у других ребят в предложении Александра. Майк нервно протёр пальцы, будто он постепенно начинал нервничать.

— У меня тоже есть, — Вдруг Венди достала из заднего кармана своих брюк кнопочный телефон, включив фонарик. — Но он практически севший. Думаю, должно хватить.

— Тогда разделимся на пары. Я с Майком, Венди с Артуром, — Сказал уверенно Александр, словно он лидер только что организовавшейся группы «потеряшек». На самом деле, этот план прозвучал намного эффективней и надёжней. Все безоговорочно согласились, кивнув, а затем разделились.

— Встретимся у входа! — Крикнул Александр, пока пары не успели разделиться. Эхо быстро пронеслось сквозь всё помещение, сломав постоянную тишину этого места с момента последнего визита человека сюда. «Что-то должно быть здесь…»

— Итак, что мы ищем? — Спросила Венди, освещая их путь через десятки старых, пыльных стеллажей. Он лишь пожал плечами, сам не понимая того, к чему они идут.

— Странно всё это, зачем кому-то было писать координаты этого места на кассете с колыбельной? Не понимаю… — Юноша вздохнул, будто бы заранее разочаровываясь в раннем подъёме в поисках объяснения.

— Может, это и к лучшему? Я имею в виду, что это ничего не значит. Возможно, это просто чья-то шутка или записанные цифры от балды.

— Да не может быть это шуткой! Тем более, что о ней никто не знает. По крайней мере, Алиса точно не знает. — Он оглянулся в глубокую темноту, но, как всегда, увидел за темнотой и очередными стеллажами лишь пыль и бумагу, ничего более, о чём уже жаждало изобразить воображение.

— Давай хотя бы осмотрим несколько стеллажей, вдруг в документах что-то сказано про кассету, — Предложил он, остановившись и посмотрев на неё так, словно просил взглядом понимания его интереса и жажды найти хоть какую-то зацепку. Увидев его нервный настрой, девушка напряглась и решила дать ему, возможно, последнюю надежду на хоть какую-то находку.

— Ладно, давай искать, — Лениво ответила она, подойдя к ближайшему стеллажу с остатками бумаг. Он сделал то же самое, быстро принявшись анализировать информацию. «Лучший хоккеист от нашего университета. Межгрупповая игра "Кто хочет стать миллионером" завершилась. Всё не то…»

Он быстро подобрал следующий лист, оставшийся от каких-то документов, и случайно нащупал рукой, державшей лист, жвачку, приклеенную прямо на обратной стороне. «Отлично, ещё этого не хватало!» С тяжёлым вздохом он обернулся в сторону Венди, но она всё так же анализировала остатки документов, не заметив его ситуации с жвачкой. Её рыжие волосы были растрёпаны, хотя в университете он видел их в собранном состоянии. Он обернулся назад к стеллажу и обратил внимание на следующую стопку оставшихся бумаг, которые из-за долгого нахождения постепенно начали желтеть.

«Она напоминает мне вокалистку группы The Onfall. Такая же стройная, высокая и рыжая. Не знаю насчёт того, что все девушки в Канаде такие, но она очень похожа на ту девушку из группы. Странно, что она подруга Алисы, но я её никогда не видел».

***

— Видишь что-нибудь странное? — Сказал Александр, смотря по сторонам на пустые и полупустые стеллажи. Одни были совсем старые, и казалось, что они вот-вот рухнут, а другие были более современными — и в них чаще всего лежали остатки документов.

— Нет, только постеленное пальто на полу, видимо, кто-то спал здесь. — Майк обратил свет своего телефона на кучу старой, изодранной и грязной одежды около имитации ночлега, созданного из длинного пальто. Рядом лежали какие-то вырванные страницы из тетради, пустые шприцы и пустые консервы, около которых летали мухи. — Наверное, тут живет бомж. Ну, или жил. Не думаю, что здесь есть что-то нужное.

— Подожди-подожди, всё равно надо проверить. Вдруг найдем что-то. — Александр присел на корточки около постеленного пальто, внимательно всматриваясь в тетрадные листки, разбросанные на полу, и другие вещи, которые могут иметь ценность среди хлама. Майк остался стоять в стороне…

— Ладно, ты смотри тогда здесь, а я пойду искать что-то подозрительное дальше, — Майк не стал дожидаться его ответа и тут же тихо ускользнул, проходя мимо десятков стеллажей.

— Хэй, погоди! А как же свет?! — Александр в панике тут же встал и обернулся к месту, где в последний раз видел Майка. Но ни света Майка, ни его самого он не обнаружил. Полная тьма, тихий вой ветра и подросток, окруженный стеллажами.

— О чём он, чёрт возьми, думает? — Грубо пробубнил он, вернувшись к ночлегу неизвестного человека. — В любом случае, мне надо всё осмотреть здесь.

Место выглядело давно брошенным, на это указывало множество факторов: листы из тетради пожелтели, пальто было всячески изуродовано. Шприцы и прочие подобные вещи лежали пустые и грязные. Здесь явно давно никто не живёт. Наклонившись чуть ближе, Александр решил обыскать пальто в надежде найти хоть что-то, что поможет в разгадке их тайны. Аккуратно, неторопливо он засунул руку в левый карман — пусто. Затем засунул руку в правый карман — несколько фантиков и ничего более. Затем его пальцы привлекло что-то во внутренней части пальто — небольшой конверт, из которого торчал кусок фотографии. Открыв конверт, в нём, неизвестное количество времени, лежало странное фото или рисунок.

— Что это? — тихо прошептал он, потянувшись к неизвестному изображению рукой. Достав, как оказалось, фото, он чуть ли не положил его себе на лицо, чтобы понять содержимое.

— Слишком темно… Ни чёрта не видно! — Прошипел он, вспоминая Майка с гневом. — По-моему, на фото ребёнок или подросток. Не вижу точно. Надо найти Майка.

Просмотрев обратную сторону фото, он смог увидеть буквы и текст. Но понять, что написано, не позволял уровень освещения, а точнее — его отсутствие.

— Чёртов Майк…

***

По другую сторону склада находились двое других подростков разделённой группы: Венди и Артур. Поиски Артура явно затянулись и постепенно становились скучной рутиной: бумага за бумагой ему попадались не имеющие ценности статьи о жизни города. Но по ту сторону его поисков была девушка, и как раз она стала лучом надежды…

— Артур! — Сквозь установленную тишину на юношу обрушился крик Венди его имени, сбив его с раздумий. — Иди сюда!

Как только звук её голоса коснулся его барабанных перепонок, он оглянулся в её сторону. Затем, затаив дыхание, он ринулся к ней.

— Что? Что такое? — Сухо выплюнул юноша, хватая воздух ртом. Он чуть ли не упал, пока останавливался на месте. Сфокусировались на ней он обнаружил, что её выражение лица стало… напуганным.

— Странно... эти документы помечены тем же логотипом, что и твоя кассета. — Она оглянулась на него с непониманием во взгляде, и её прошлый, смелый настрой куда-то испарился, оставив дискомфорт и нервозность. — Вот, посмотри.

Он подошёл к старому стеллажу, на котором были документы с обложкой, действительно похожей на логотип с кассеты. Для пущей убедительности он достал кассету из кармана и сравнил логотипы. По его телу пробежала дрожь и оцепенение, когда прямо перед его глазами они оказались идентичными. «Это оно. То, что мы ищем».

— Что там написано? — Оглянувшись на неё, спросил он. В ответ она не спускала взгляда с него, словно боясь чего-то или кого-то…

— Я не открывала. Сразу позвала тебя, — тихо призналась девушка, светя на документы своим телефоном.

— Сейчас мы это и узнаем, — Он немедленно положил руку на пыльный документ и перелистнул страницу. На первой странице красовалась печать с тем же логотипом, а ниже — строки, напоминающие медицинский отчёт: «Этап 3. Тестирование модулятора...»

«Этап 3? Но где другие этапы?» — Он с недоумением продолжил читать, вдумываясь в каждое слово. «Всё это точно связано с кассетой…»

«Модулятор 1203Б обладает новыми, уникальными характеристиками. В отличие от предыдущей модели, этот прототип способен воздействовать на организм человека, влияя не только частотными характеристиками издаваемого звука, но и психологически, влияя на чувства. Также данный модулятор обладает более простой настройкой: в отличие от прошлой модели, этот прототип — небольшой диск, который вшивается в организм человека и не требует никакого дополнения. Диск работает автономно — заряжается от движения мышц носителя. При отсутствии активности переходит в «спящий режим». Модулятор 1203Б успешно прошёл испытания на субъектах группы «А». Проблемы: субъекты жалуются на «чужие воспоминания» (см. Приложение 3); при чрезмерной перегрузке возможен разрыв голосовых связок. Рекомендации: Прекратить тесты до устранения рисков».

— Описание какого-то модулятора на старом складе университета… Теперь можно и в могилу, — прокомментировала Венди, нервно улыбнувшись и подняв взгляд на него. Он вдруг заметил, что от испуга она начала интенсивно чесать свою руку, пытаясь успокоиться. — С одной стороны, что это всё значит? А с другой стороны — кто это всё писал и почему оно находится здесь?

Он перелистнул страницу и смог распознать ещё кусок текста, похожий на отчёт.

«Модулятор 1203Б (серия «Хор»). Испытуемые: Субъект «А-17» (муж., 16 лет): жалобы на «голос в голове», идентичный материнскому. Субъект «В-02» (жен., 15 лет): неконтролируемая агрессия при частоте 120 Гц. Примечание: При замене на модель 1202А симптомы исчезали, но возвращались «воспоминания». На данный момент ошибку с воспоминаниями исправить невозможно».

— Чёрт, дальше просто какие-то отчёты и непонятный текст. То есть, ни чёрта не прочитать, — Нахмурившись от полученной информации, он медленно обернулся к ней, не зная, какие выводы заключить.

— Подожди, «Психологическое воздействие»? Сколько лет испытуемым? Шестнадцать и семнадцать? Это же могут быть простые студенты! — Венди побледнела. — Артур, это же... как твой голос!

— Знаю-знаю, это как-то связано с этим, — Он потёр виски, закрыв глаза.

— Нужно найти Александра и Майка. — Предложила Венди, обернувшись к темноте. — Мой телефон скоро разрядится. Не вижу смысла здесь находиться без света.

— Хорошо, идём.

***

— Добрый день, Ведьма. Вы — вокалистка группы The Onfall, верно?

— Да, вы всё правильно поняли. Наша группа исполняет разную музыку — от гранжа до поп-панка. И нам это нравится, в отличие от похожих на нас групп. Мне кажется, «они» играют свою музыку исключительно из-за денег, в подтверждение даже есть факты.

— Почему вы — Ведьма? Вы ни разу не называли своё настоящее имя на публику, почему?

— Вы знаете, в нынешнее время довольно опасно носить настоящее имя, тем более когда у тебя криминальное прошлое. Почему Ведьма? Это очень старая и личная история. Скажу кратко: так меня назвал однажды мой друг, но в конечном счёте мы потеряли связь с ним. Сейчас я не знаю, где он, и жив ли вообще, но при создании группы я по какой-то причине вспомнила его и это дурацкое прозвище и подумала: почему бы и нет. Он был отличным парнем.

— Хорошо. Говорят, что вы знакомы с Тайлером Прескоттом, известным музыкантом и легендарным вокалистом. Это правда?

— Ну, мы виделись пару раз. Не могу сказать про него что-то — мы до конца не знаем друг друга. У него есть своя жизнь — у меня своя. Голос у него прекрасный, соглашусь, никогда не слышала подобного раньше. Нам очень повезло лицезреть этого человека на сцене в нынешнее время. А ещё он очень похож на кого-то, но я не могу понять на кого. Может, кто-то из зрителей подскажет?

— Мы обязательно оставим этот вопрос в эфире для наших телезрителей. И последний вопрос: какая цель, идея в вашей жизни самая главная и легко ли её достичь?

— Я осуществляю свою главную цель через свои песни и стихи, таким образом делясь ею со слушателями и с обществом. Я слышала, что большинство моих песен с прошлого панк-альбома запретили в нашей стране, что очень странно. Моя основная цель — сохранять остатки добра и мира в этом непредсказуемом мире, и, видимо, кто-то свыше не хочет, чтобы я пропагандировала эту цель, что, конечно, должно напрягать общество, ведь это явный намёк на что-то, что в будущем может изменить не только меня, но и социум.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

— Майк? Майк! Это не смешно. Выходи, где бы ты ни был. — Александр шёл медленно и аккуратно, держась за стеллажи на своём тёмном и потерянном пути. Глаза постепенно начинали привыкать к темноте, но всё равно он практически ничего не видел. Среди десятков стеллажей, словно в закрытой заросшими кустами поляне, трудно заметить что-либо извне.

— Ребята должны пойти искать нас, если заподозрят что-то неладное. Но… мне же не стоять здесь с единственной надеждой на спасение, верно? — пробубнил юноша, продолжая медленно шагать. Тишину прерывали лишь его монотонные шаги, создавая небольшое эхо по всей части большого склада.

Вдруг он услышал шаги. Где-то справа. Через несколько секунд — слева, потом близко, потом сильный топот сзади. Кто-то двигался вокруг него с довольно быстрой, неимоверной для человека скоростью.

— …Майк? — Обернулся Александр, но никого не увидел. — Майк, это не смешно, я знаю, что ты зол на меня, но… — Не успел он договорить, как что-то сбило его с ног. Он с грохотом упал на холодный бетон, хрипло застонав. В глазах всё поплыло, и всё, что он успел заметить, — большую тень с ростом, как у человека. Но видимых очертаний не было. Тень быстро ушла за угол, скрывшись с его поля зрения. Когда опасность стихла и подросток это понял, он сквозь боль аккуратно присел на корточки, прислонившись к стеллажу.

— Ты что… чёрт возьми? — Прошипел он, схватившись за колено. Оно сильно жгло, словно он поцарапал эту часть тела. — Проклятье. Кажется, я колено поцарапал…

— Александр? — Вдруг, вперемешку с эхом и сильной реверберацией, послышался женский голос вдалеке. — Это ты?

Свет телефона направился на него, и он увидел два силуэта. Это они, его спасители.

— Ты в порядке? — Они подошли к нему, и Артур наклонился, чтобы осмотреть его колено.

— Ух… Да так, царапина, — Сказал он, опустив взгляд на своё колено, которое, как оказалось, начало кровоточить. — Ничего критического.

— Что случилось? — Венди огляделась вокруг, нахмурившись. — Мы слышали сильный грохот и какие-то шаги. Где Майк?

— Я не знаю, где Майк. — Сказал он, приложив ладонь ко лбу, начав потирать её. — Он отошёл от меня, когда мы нашли небольшой ночлег какого-то человека, жившего тут. Я нашёл фото, но было слишком темно, и всё, что я разглядел, — на фото был изображён какой-то человек, возможно, ребёнок. Я решил, что лучше будет показать эту находку вам, но по пути вслепую обратно я не знаю, что случилось со мной. В одно мгновение меня сбила с ног какая-то тень, а затем исчезла! И вот, теперь я с вами.

— Можешь показать это фото? Оно у тебя с собой? — Артур подошёл ближе, наклонившись к раненому товарищу.

— Да, конечно. Я положил его в карман… — Он резко засунул руку в карман и, покопавшись несколько секунд, обнаружил, что там ничего нет. По его телу пробежали мурашки, а на лбу возник холодный пот, словно его ударила молния. — Что… Я же помню, что клал именно в этот карман, что за чёртовщина…

Он лихорадочно поискал во всех карманах, что были на его одежде, — но ни в одном не было того самого фото. Забыл ли он его там, или оно выпало по пути? Неизвестно. Возможно, с фото случилось что-то иное…

— Ребят, клянусь! У меня было какое-то фото, я точно помню на нём изображение человека! — Сказал он, нервно взглянув на скептически настроенных Венди и Артура. — Давайте найдем то место, может, я оставил его там.

— Ты точно знаешь, куда идти? — Венди сжала телефон в дрожащих пальцах, и свет экрана выхватывал из темноты её явный дискомфорт, видимый на лице.

— Да, знаю, — он провёл ладонью по стене, будто проверяя её на прочность. — Я шёл только прямо, так что…

— Мы никуда не идём. — Резко оборвал его Артур. Голос звучал жёстко, как стальная дверь, захлопывающаяся перед носом. — У Венди вот-вот сядет телефон, а у тебя нога истекает кровью. Возвращаемся.

— А как же Майк? — Александр сдавленно кряхнул, пытаясь подняться, и у него это получилось.

— Он найдёт выход. Я в этом уверен, — Артур протянул Александру руку, и та стала для него символом единственной опоры в этом подземном лабиринте. — Держись.

— Хорошо, идём обратно. — Подытожила Венди и последовала вперёд, освещая им путь.

— Клянусь, ребята... — Александр хрипло дышал, каждый шаг давался ему через боль. — Мы обязаны сюда вернуться, — Внезапно он замер, пытаясь что-то сообразить.. — По крайней мере, вы хоть что-то нашли?

— Да. Венди нашла какие-то остатки документов с логотипом, как на кассете. — За ответ на вопрос взялся Артур, помогая идти Александру.

— И что там написано? — С предвкушением спросил Александр, на что Венди тревожно выдохнула.

— Что-то про прототип нового модулятора, я не запомнил точную модель, но информации там много. Университет проводил эксперименты над студентами, это подтверждают отчёты. — Тон голоса Артура был серьёзным, его самого напугала информация из документа.

— Что? Серьёзно? Чёрт побери, я так и знал, что что-то здесь нечисто. — Александр заметно удивился, а после удивление заменила улыбка, свидетельствующая о довольстве в том, что его слова подтвердились.

— Ты ничего подобного не говорил. — Подчеркнула Венди, смеясь. Александр нахмурился.

— Что? Ещё как говорил! Ты что, не помнишь теорию про зомби-студентов? Это про тех ребят, что на курсе по веб-дизайну учатся.

Смех ребят перебил созданную в этом месте навсегда тишину, и единственным, кто не смеялся, был Артур. «Теперь я не сомневаюсь, что всё это как-то связано с кассетой, а может, и со мной».

— Ребят? — Радостное выражение лица Венди тут же сменилось страхом. — У меня плохие новости.

И в ту же секунду единственный источник света погас, оставив их троих в темноте этого злобного, пустого места.

— Серьёзно? Он разрядился? — В голосе Александра слышался сарказм и отчаяние.

— Кто-то знает, куда идти? — Венди оглянулась на них, пытаясь вглядеться в темноту. — Вы всё ещё здесь?

— Я прямо перед тобой, ты не видишь? — Артур сделал шаг вперёд, придерживая Александра.

— Я всё вижу. Подожди, дай привыкнуть глазам, — Сказала Венди тревожным голосом, что необычно для неё. Затем она начала потирать глаза руками, часто оборачиваясь и резко поворачиваясь по сторонам. Артур заметил это. «Что с ней?»

— Венди? Ты помнишь, откуда мы пришли? — Спокойно и сосредоточенно спросил Артур, понимая всю серьёзность ситуации, хотя сам в глубине души его тело приказывало бросить всё и бежать на выход, путь к которому, как и другие, он не знает.

— Да, примерно. Идём. — Её зрение более-менее привыкло к темноте, и она начала медленно идти, издавая шаги, по звукам которых Александр и Артур могли ориентироваться. Несмотря на то, что глаза Венди привыкли к темноте, ей всё равно казалось, что она не видит дальше своих рук — настолько было темно и пусто в этом подземном складе.

Ребята потихоньку шли только вперёд, слепо следуя по шагам Венди. Остановившись, девушка заметила впереди развилку, ведущую в разные отсеки склада.

— Нам налево или направо? — Спросил Александр, выбив Венди из затянувшихся раздумий.

— Нам… налево. Или подождите… направо. — Она лихорадочно пыталась вспомнить, с какой стороны пришли они с Артуром, но из-за окружающей обстановки, нарастающей тревоги и паранойи её мысли сбивались всё чаще и чаще, вызывая только чувство страха неизвестности. Страха темноты.

— Венди? — Спросил Артур, его голос явно был напряжён. — Так, куда нам идти?

— Я… — Она обернулась на них, едва видя их силуэты. Стараясь сохранить спокойный тон голоса, девушка призналась: — Я не знаю. Я не помню, Артур!

— Мы что, не выберемся? — В голосе Александра вдруг появилось возмущение. — Ребят, это уже не смешно, надо что-то делать.

— Кто сказал, что это смешно? Мы в западне: телефон сел, кромешная тьма, Майк пропал! — На Венди навеяла самая настоящая паника, её дыхание заметно участилось.

— Ладно, ребят. Не знаю, как вы, но я собираюсь выбраться отсюда. — Александр посмотрел на Артура, нахмурившись.

— Так мы тоже. — Ответил Артур, смотря на силуэт напуганной Венди.

— Что-то по ней не видно. Она трясётся, как будто мы здесь собираемся умереть.

— Кто собирается умереть? Я? — Девушка, кажется, не на шутку рассердилась. — Слова придержи, недоумок.

— Или что? Заплачешь, как в тот раз в туалете? — Александр саркастично произнёс, не ощущая, какой укол обиды он выплеснул для неё.

Недолго думая, силуэт Венди подошёл к Александру и толкнул его. Он отшатнулся и застонал, почувствовав острую боль в ноге. «Я что-то вижу…». Артур пристально смотрел в сторону, наблюдая, как что-то тёмное направляется параллельно к ним. Кажется, он и не заметил, как между Александром и Венди началась ссора.

— Забудь про тот случай навсегда, ты не знаешь, что там происходило. Выкинь это из головы, пока не поздно. Я серьёзно! — Голос Венди был необычайно твёрд и агрессивен, она сжала кулаки. Тот случай знатно повлиял на неё, оставив глубокую рану как для неё, так и для её семьи…

— Ребята… — Их частые вздохи перебил шёпот Артура, наблюдая, как силуэт подходит к ним всё ближе, извивая свет. Ребята застыли словно мёртвые камни, не зная, что делать.

Наконец, яркий луч света направился на них, заставив их быстро закрыть лицо руками.

— Наконец-то я вас нашёл. Я услышал ваши голоса. — Громко прозвучал голос Майка, после чего он подошёл к ним. — Что происходит? Я слышал много чего за последнее время.

— Майк? Какого хрена?! — Начал сердито Александр, скрестив руки. — Ты не мог меня оставить там одного, вот это твоя вина.

Александр указал на рану на ноге, после чего лицо Майка стало испуганным и удивлённым. Он быстро пришел в себя и спокойно продолжил.

— Прости. Я думал, так будет лучше, — Он посмотрел на Артура, а затем на Венди. — Что происходит? Куда мы сейчас идём?

— На выход. Александру нужна помощь. — Подметил Артур, после чего отвёл взгляд в сторону двух развилок. — Ты знаешь, куда идти?

— А вы не знаете? Идём. — Майк спокойно пошёл впереди на правую развилку, после чего за ним пошли и другие. Венди заметно стало спокойнее, а Александр продолжал хромать, тяжело вдыхая и выдыхая при каждом шаге. «Видимо, рана сильно болит».

— Ты что-то нашёл? — Единственные звуки издаваемых шагов перебила Венди, вопросительно смотря на затылок Майка.

— Ничего, везде только стеллажи и бесполезные бумаги, никак не связанные с кассетой, — размеренно ответил он, будто заранее подготовил ответ. Венди вздохнула.

— А мы нашли документы с логотипом, прямо как у кассеты. А также Александр сказал, что он нашёл фото в каком-то ночлеге, но потерял его. — Артур взглянул на Александра, но тот лишь разочарованно отвёл взгляд в сторону, понимая, что они ему не верят.

— Что на фото? — Майк взглянул на Александра, и тот попытался восстановить воспоминание перед глазами. Не всё удалось запомнить в точности, как происходило на самом деле, из-за паники и дичайшей темноты.

— Ну, там человек небольшого роста, предположительно ребёнок. И это всё, что я смог разглядеть.

— Ясно. — медленно подытожил Майк, продолжая идти.

Майк шёл впереди, его фонарь выхватывал из темноты ржавые стеллажи. Артур вдруг замер: на секунду свет поймал другую, постороннюю фигуру, прилипшую к потолку. Но когда он моргнул, там никого не было.

— Ты что? — спросил Майк, заметив его зафиксированный взгляд. Его голос прозвучал слишком чётко, будто бы он стоял прямо перед ним.

— Ничего. — Артур потёр виски. В ушах из воспоминаний зазвучала та самая колыбельная. Она играла в такт шагам Майка, но все остальные продолжали идти, будто только он заметил это. «Только не это, только не сейчас…»

— Ну вот и всё. Выход прямо впереди. — Майк обернулся на них, улыбаясь. Но, увидев их измученные выражения лиц, его улыбка спала. Ребята молча подошли к лестнице и начали подниматься. Казалось бы, всё ничего, если бы не нога Александра.

— Не могу… — Наступив на третью ступень, Александр прислонился к стене, сохраняя тяжёлое дыхание.

— Венди, можешь помочь мне? — Артур взял его за левую руку, после чего подскочила Венди, придерживая Александра с правой стороны.

— Спасибо, ребята, — тихо проговорил слова благодарности Александр, хватая ртом воздух. С их помощью он успешно продолжил подниматься, несмотря на дальнейшие преграды.

***

«День 14. Субъект B-02 сегодня пел! Мы записали частоту — 120 Гц вызывает такое милое, но агрессивное поведение. Субъект становится менее опасным на данной частоте. Обычно на других моделях модуляторов происходят необъяснимые последствия, но в данном случае субъект B-02 с его модулятором справляется отлично на всех частотах. Мы собираемся проверить его поведение в других местах. Подробнее об этом позже».

«День 15. Субъект B-02 пожаловался на странные голоса. При опросе других субъектов мы ничего подобного не обнаружили. Возможно, это просто сбой или ошибка в модуляторе испытуемого. Как только появится новая информация, сообщу об этом как можно скорее».

***

— И что ты предлагаешь делать? — Сквозь рёв проезжающих моторов спросила Венди, смотря на сидящего на лавочке Александра.

— Дай подумать… — Артур посмотрел вдоль дороги, напрягая обе части мозга в поисках решения. — Майк, у тебя есть телефон. Дай его Александру, он позвонит матери, и она заберёт его отсюда.

— Хорошая идея. — поддержала девушка, посмотрев на Майка.

— Ребят, я не помню её номер… — Стыдливо перебил их Александр, пока Майк не передал ему телефон. — И отца номер тоже не помню. Я не запоминаю номера.

— Давайте я позвоню своей матери, и она поможет Александру, — выдавил из себя Артур, будто ему было стыдно предлагать это. «Лишние вопросы точно будут».

— Хорошо, — Майк нажал пару кнопок на своём телефоне и передал его Артуру. Телефон выглядел как обычный телефон-кирпич, но со странными царапинами, будто они сделаны специально. Недолго думая, Артур набрал номер матери и приложил телефон к уху, слушая гудки. Спустя лишь пару секунд она ответила на звонок, но шум и прерывание связи начали перекрывать все её слова, делая их неразборчивыми.

— Алло? Мама? Это я, Артур. — Он с непониманием посмотрел на Майка, а потом на Венди. Они совершенно спокойно смотрели на него, ожидая хоть какого-то исхода. «Она меня хоть слышит?»

— Алло? Ты меня слышишь? — Уже на вторую попытку связаться с матерью ребята смотрели на Артура косо.

— Почему она молчит? — прошептала Венди, наблюдая, как Артур повторяет одно и то же, будто выключенному телефону.

— Не знаю, какой-то шум, а её практически не слышно, — Надежда на помощь от матери постепенно угасла, и, набрав воздуха в лёгкие, он собрался с мыслями и быстро затараторил сквозь собственное стеснение. — Мам, если ты меня слышишь, всё в порядке! Александру нужна помощь, мы на тротуаре с задней части университета. Он не может идти.

Затем он быстро бросил трубку и передал телефон Майку, тяжело вздыхая от собственной глупости. — Идеи кончились.

— Подождите, — Александр приподнялся и встал, сделав пару шагов к дороге. — Машина матери едет! Нам сегодня явно везёт.

Прямо перед ними остановилась серая, продолговатая машина, и из неё мигом вышла невысокая женщина с седыми волосами и испуганным выражением лица. Она тут же подскочила к своему сыну, положив ему на плечо руку.

— Сын, что случилось с ногой?! Я перепугалась, думала, тебя избили и похитили. — Тон её голоса свидетельствовал о её явном недовольстве случившимся, она презрительно посмотрела на ребят за его спиной. — Пойдём, уже давно пора домой.

— С ногой всё в порядке, мне помогли ребята выбраться живым. — Промямлил Александр под давлением матери и чувством стыда из-за ребят за спиной. — И не спрашивай, как это произошло, потом объясню…

Они не стали долго стоять, ругая и волнуясь друг за друга, — Александр помахал ребятам рукой, после чего машина двинулась с места. «Странная у него мать, конечно, но его можно понять. Всех в каком-то смысле можно понять, а простить — это уже другой вопрос».

— Увидимся. — Майк не стал долго церемониться и покинул оставшуюся компанию, просто начав уходить в другую сторону. Они оба переглянулись, понимая, что остались вдвоём.

— Тебе в какую сторону? Мне направо. — Неловкую тишину перебила девушка, начав делать первые шаги.

— Мне тоже, — Артур начал идти, и их шаги синхронно начали стучать по тротуару, создавая некое поле между ними и остальным миром. «Это было… странно. По крайней мере, теперь я знаю, что тот склад как-то связан с кассетой. Возможно, это связано с моим голосом. Нужны другие зацепки, чтобы делать конкретные выводы».

— О чём думаешь? — Голос Венди вынудил его вернуться в их совместный путь, сбив его поток мыслей. «Ей действительно интересно?»

— Ничего важного, правда. — Сказал он тихо, неловко почесав затылок.

— Да по тебе видно, что твои мысли взрывают мозг. — Язвительно ответила она, улыбаясь. — Ну же, поделись мыслями. Я не агент ЦРУ.

«Поделиться мыслями? Звучит так просто, но на деле эта просьба заставляет прятаться все важные мысли в самых тёмных уголках мозга, оставляя тебе чушь. И так снова и снова, всегда».

— Как думаешь, что всё это значит? — Он оглянулся на неё с интересом в голосе, продолжая устало шагать. «Думаю, мы все устали со всем этим. И самое главное, что ребята помогли мне найти хоть что-то».

— Не знаю, если честно. — Она спонтанно пожала плечами, смотря на не меняющийся годами старый, потрескавшийся тротуар. — Чувак, всё это очень странно. Скрытый склад, какие-то документы с экспериментами.

— Это явно как-то связано со мной. — Он кивнул в ответ на её слова.

— Что ты имеешь в виду? — Она вопросительно посмотрела на него, приподняв одну бровь. «Точно, она же не знает…»

— Я имею в виду… — Начал он, аккуратно подбирая слова. Девушка с нетерпимостью в глазах оглянулась на него ещё раз. — Это очень сложно объяснить, но, проще говоря, мой голос не настоящий.

— Что? — Голос выдал её искреннее удивление, но её удивление быстро исчезло. Её выражение лица стало скептичным. — Хорошая шутка.

— Только дело в том, что я не шучу. Это действительно так. — Он не стал гнуть свою линию, просто подтвердив свои предыдущие слова. Она странно улыбнулась в ответ, обдумывая их начавшуюся тему.

— Подожди, как в том самом мультфильме про роботов, что ли? — Она рассмеялась, остановившись. «Да-да, очень смешно. Тот мультфильм про роботов — отстой».

— Ладно, давай я тебе всё объясню…

***

Перед двумя подростками на горизонте всё ближе и ближе показывался дом Артура. Солнце практически исчезло с горизонта. «Старый добрый дом, помню его всю жизнь. Отец с матерью переехали сюда, как только я родился. По крайней мере, мне рассказала так мать. Не то чтобы он мне не нравится, но мне кажется, что пора бы уже переезжать, тем более на пороге моей взрослой жизни».

— Чувак, это безумие! — С её лица не сходила заинтересованность и смятение после рассказанной истории юноши. — Серьёзно? В твоём горле механическая штука?

Он смущённо кивнул. «Мне пришлось об этом рассказать, как иначе? Не держать же в себе весь этот бред».

— И… каково это? Типа, тебе не больно? — Её громкий голос медленно затих, разряжая напряжённую обстановку.

— Ну, терпимо. Иногда бывают сбои.

— Сбои? — Перед ними стоял дом Артура, и осталось сделать пару быстрых шагов, но он понимал, что ему не отвертеться от этого вопроса.

— Послушай, это долгая история. Я не помню, откуда это началось… — Нервно начал он, оглядываясь по сторонам, словно ища верный ответ.

— Ну расскажи, робот! — Язвительно попросила она, и его взгляд автоматически метнулся на неё. «Только не это…»

— Артур! — В ту же секунду дверь в дом открылась, и из него выбежала Алиса, заметив их за окном. — Где тебя носило? Мы с мамой переживали!

Венди и Артур переглянулись, понимая, что никто из них не в состоянии объяснить произошедшее. Они оба понимали, как странно они выглядят сейчас со стороны: пыль и грязь оставили свой след на них после поисков на складе.

— Ох, привет, Венди! — Алиса помахала рукой, улыбаясь с такой улыбкой, которая тут же смутила Артура. «Да-да, мы гуляли до вечера, держась за ручки».

— Поговорим позже об этом. Ладно, робот? — Она взглянула на него, ухмыляясь. Лицо Артура заметно побледнело. Они попрощались, и девушка ушла, перед этим помахав рукой.

— О чём она? — Лицо Алисы было в предвкушении от ожидаемого ответа Артура, но он лишь отмахнулся и направился вовнутрь дома. — Эй! Я с тобой говорю!

«Пора прояснить всё это». Артур быстро забрался по ступенькам на второй этаж, не волнуясь о том, что его может заметить мать и начнёт задавать тонну вопросов, которые не имеют смысла. Его дверь в комнату захлопнулась, и он приземлился за стол, глубоко вздохнув.

«Было бы глупо не взять с собой хоть что-то, верно?» Он достал из заднего кармана свёрток, затем развернул его, и перед ним открылся большой поток информации — всё-таки идея взять пару документов показалась ему необходимой. День приближался к концу, но ему было всё равно, в любом случае завтрашнее время полностью в его руках.

Он взял одну из старых страниц, но из-за того, что он свернул её в кармане, она очень сильно помялась и превратилась в нечитаемый кусок бумаги. «Так, с этим надо осторожнее». Как только он попытался выровнять и расправить эту страницу, она начала неконтролируемо рваться, издавая этот неприятный, режущий слух звук рвущейся бумаги. Он от страха задержал дыхание, пытаясь сконцентрировать все свои силы на этом древнем свитке, но тишину затмил пульс в ушах, из-за чего его сконцентрированность медленно увяла.

«Ну же…». И тут его осенило: он оглянулся на фоновые предметы на столе: исписанные тетради, старые кассеты, канцелярия и прочий, как ему казалось, мусор. Он взял несколько тетрадей и положил их по краям листа, и перед ним раскрылось то, что он надеялся увидеть, — новая информация. Что-то, конечно, стёрлось и полностью исчезло под влиянием времени, но узнать хоть что-то ему это не мешало. Артур хотел узнать хоть что-то, что связывает это место с ним и университетом. Любой кусочек информации для начавшегося расследования стал для него кусочком настоящего золота.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

«Субъект B-17. Необходима полная перезагрузка. Память повреждена»

***

— Итак, запись пошла? Отлично, запись идёт. Итак, сегодня тринадцатое января, пятница. Сынок, помаши маме!

— Папа, что это?

— Не волнуйся, это видеокамера, там твоя мама. Помаши рукой.

— Молодец. Представляешь, голос практически как человеческий! Если включить режим полного моделирования, то не отличить от настоящего. Пока что это единственный удачный экземпляр, к сожалению. И… недавно произошло что-то странное: частотные характеристики странно изменились в один момент, и субъект что-то произносил, но, я думаю, это не критично.

— Я хочу есть.

— Хорошо, хорошо. Ладно, пока на этом отчёт окончен. Жду ответа насчёт твоего прототипа, Шмидт.

***

— Артур! Ты что, спишь? — Разочарованный голос Венди моментально заставил его поднять самопроизвольно упавшую голову, резко открывая красные глаза. — Ты вообще спал этой ночью?

— Да-да, извини… — Артур лениво потёр глаза, пытаясь сфокусироваться на ней. — Я… Я спал ночью, правда.

— И сколько же? Тридцать минут? — Она скрестила руки на груди, сидя за небольшим столом около юноши. Он вздохнул, и его взгляд становился всё пустее и тусклее, будто он вот-вот снова уснёт. В её голосе прозвучало что-то похожее на беспокойство, хотя она тут же скрыла это под маской иронии.

— Ладно… Это неважно. Я изучил всё это по несколько раз на протяжении всей ночи. И что самое главное… — Он оглянулся на неё, ожидая какой-либо реакции. Она же выжидающе обратила свой взгляд на него, создав невидимый цикл неловкой тишины и ожидания. — Здесь много новой информации, ты сойдёшь с ума.

Не ожидая её ответной реакции, подросток неторопливо зевнул и разложил каждый лист по порядку на столе. Весь стол был завален пыльными листами, а в воздухе витал запах старых бумаг — словно они копались в архивах заброшенного гаража. Всего листов было шесть, но последний лист из неизвестного документа был сильно изношен и состарился, что сделало его невозможным для чтения.

— Итак, начнем с первого… Здесь отчётность охранника под именем Иосиф, — Он потёр виски, будто готовился рассказывать неловкий доклад перед толпой. — В основном ничего полезного, но самое главное я выделил. И самое интересное, что не упоминается охраняемое место.

— Интересно, — Девушка зажмурилась, а затем кивнула.

— В конце отчёта он написал, что к вечеру кто-то попытался проникнуть в помещение извне, но он этого не допустил. Он заблокировал лифты и наблюдал за человеком по камерам наблюдения, что не позволило страннику попасть внутрь. Но каким-то образом после обхода перед завершением смены, один из ящиков с документами на складе исчез, что он и сообщил в отчёте. Ещё он пожаловался на странные звуки после того, как тот странник исчез с камер наблюдения, но не придал этому особого значения. Видимо, это нормально, где бы это ни происходило.

— Второй лист… — Он взглянул на желтоватый лист, покрытый странными, желтоватыми пятнами. — Здесь ничего особенного, просто старая карта университета в очень плохом качестве.

— Погоди-погоди… — Венди схватила второй лист и внимательно на него взглянула. Через пару секунд на её лице медленно сформировалась самодовольная улыбка. — Видимо, твое зрение тебя сильно подвело.

Девушка указала на плохо нарисованный прямоугольник около университета, который никак не был обозначен или подписан. Метка явно не вела на тот заброшенный склад.

— Чёрт, Венди. — Он взглянул на неё, чувствуя себя ужасно и стыдливо из-за собственной невнимательности. — Мне следовало поспать, а потом уже всё это анализировать.

Она самодовольно улыбнулась и отложила лист обратно на стол. Ей нравилось это детективное расследование чего-то неизведанного, чего не скажешь про Артура.

— Ладно, третий лист, — Он потянулся за третьим листом, прочищая горло. Третий лист выглядел получше и отличался по оформлению от предыдущих двух листов. — Этот лист будто бы из другого документа, что, скорее всего, так и есть. Не похоже, что он как-то относится к нашему делу, но всё же я нашёл кое-что интересное.

— Правда? Уверен, что ничего не пропустил? — Саркастически прошептала Венди, после чего не удержалась и захихикала. «Она начинает мне надоедать, в хорошем смысле!»

— Да, уверен. Тут практически ничего нет! Кроме… — Он перевернул лист обратной стороной: мелким и неразборчивым почерком были написаны цифры и оставлена чья-то полупрозрачная подпись. — Похоже на координаты, верно? И подпись… Не могу разобрать этот почерк.

— Всё верно, это координаты. — Она посмотрела на подпись, нахмурившись. Со стороны могло показаться, что для финального вывода она задействовала весь свой мозг. — И подпись… «Объект КА-87». Расшифровка, конечно же, «Автомат Калашникова»!

За смехом Венди раздался смех Артура, но он продлился недолго. Оба прекрасно осознавали, что их ждут новые расследования, которые могут скрывать всё что угодно. Наконец, собравшись с мыслями, Артур обратил внимание на четвёртый лист. Четвёртый лист был визуально меньше, чем другие, и напоминал скорее письмо, чем отчёт или что-то подобное.

— Здесь что-то вроде сообщения или письма, адресованного женщине, как я понял, с инициалами «Э. Шмидт». — Он прокашлялся и быстро пробежался глазами по тексту. — «Дорогая Э. Шмидт, это коллективное письмо с просьбой уволить охранника Александра Рабиновича с должности. Сотрудники заведения жалуются на него в последнее время, ссылаясь на странное поведение и пропажу вещей в период его смен. Иногда проявляет агрессию. Некоторые сотрудники утверждают, что он шепчет непонятные слова и разговаривает сам с собой. Просим уволить Александра с его должности и заменить на другого человека».

— Это что-то значит. — Венди кивнула после окончания его слов. Она выглядела так, словно решает задачу по химии или физике, а не находится здесь, у него в комнате. — Может ли здесь идти речь об охраннике из первого листа? И почему он вдруг стал агрессивным?

— Возможно. Я не удивлюсь, если это так. В любом случае, это относится к делу, хоть и не даёт пока ничего конкретного. — Он снова протёр глаза, чувствуя невыносимую тяжесть после бессонной ночи. «Нет ничего хуже, чем не спать всю ночь и лечь спать под утро, поспав несколько часов. Хотя… я не уверен, что несколько».

— Пятый лист, — Он взял в руки пятый лист, вздыхая. — Итак, это медицинский отчёт. «Субъект B-17: после замены модулятора на другой начал копировать почерк одного из сотрудников. Рекомендации: изъять из группы и заменить модель модулятора на другую. Примечание: образец голоса (кассета № 5) совпадает с записью 1988 года. Как это возможно?»

— Интересно, ты тоже это заметил? — Она взяла пятый лист из его рук, нахмуренно вглядываясь в содержимое. — Много различных наименований каких-либо субъектов, объектов, а также отчётов с этими субъектами и модуляторами. Значит, кто бы это ни были, они экспериментируют на ком-то с этими «модуляторами», верно?

— В точку. — Он опустил взгляд на стол с листами, смотря на них в общем плане. Каждый чем-то отличался, но в то же время тесно связан. «Всё ещё многое остаётся загадкой. Моей загадкой».

— А насчёт этого? — Она указала пальцем на последний, шестой лист бумаги, который на первый взгляд выглядел абсолютно пустым. — Он же пустой?

— Ничего особенного, чтобы помогло, и он не пустой, — Он взял его в руки, встал и приподнял так, чтобы солнечный свет проходил сквозь весь лист. И тут же Венди удивлённо закивала, увидев перед собой Артура с листком, на котором мгновенно, под воздействием солнечного света, появилась печать с логотипом неизвестной организации.

— Они всё хорошо продумали. Они будто бы знали, что всё лучше тщательно скрыть от таких глаз, как наши. — Юноша сел обратно за стол, сложив все листы документа вместе. На его лице была уверенность и серьёзность, никакой детской радости или подросткового интереса.

— Нужно разобраться в этом логотипе. Ты знаешь как? — Венди встала из-за стола, потягиваясь и радуясь, что их небольшое собрание, наконец, закончилось.

— Нет, но зато я знаю, кто знает точно. — Он схватил свой телефон и набрал номер. Приложив телефон к уху, он начал вслушиваться в гудки. «Ответь ради всего святого».

— Алло? — Знакомый, сонный голос дал Артуру сильное облегчение. Он облокотился на спинку своего стула и собрался с мыслями, не спуская глаз с листов.

— Александр, у меня есть много информации для тебя, а ещё нам нужно выяснить, где можно узнать информацию об истории любой компании. Ты нужен в этом деле.

— Чувак, я только глаза открыл… — Сквозь трубку по ту сторону линии пробубнил сонный Александр. — Ладно, где встречаемся?

— У моего дома, не будем терять времени. Увидимся. — Артур бросил трубку и оглянулся на девушку, но она выжидающе смотрела на него в ответ, отдавая ему инициативу сделать выводы. «Нужно поесть, а то мало ли, упаду в обморок».

— Пойдём, заодно позавтракаем, — Артур встал со стула, слегка покачиваясь. Она лишь согласилась. — Спускайся пока, я догоню.

Венди вышла из комнаты, и он остался один, планируя то, что будет происходить сегодня. «Погружаясь во что-то поглубже, стоит быть и намного осторожнее».

Его взгляд метнулся на шкаф. Артур подошёл к нему, резко открыл и взял электрошокер, который ему отдал Александр. «Как же глупо было не взять его! Забыть о шокере в момент встречи с бандитом и в итоге стать избитым. Если бы не Венди тогда, я бы, возможно, лежал в больнице».

Вернувшись к столу, он принялся сворачивать обратно все шесть необходимых листов и положил их в карманы. Вдруг он задержал дыхание и застыл словно камень. «А что это?»

Он огляделся, но источник звука продолжал быть загадкой. Как только он догадался прислушаться, его взгляд вернулся на прикроватную тумбочку, на которой лежала кассета. «Мне кажется, или от неё правда исходит колыбельная?»

Как только он подошёл достаточно близко к тумбочке, звук колыбельной мигом исчез, оставив его наедине со своими странными мыслями. «Что за чертовщина? Похоже, я постепенно схожу с ума».

Решившись взять кассету, он спустился на первый этаж, где за кухонным столом его ожидали трое: мать, Венди и Алиса. Они о чём-то активно беседовали, переглядываясь друг на друга. Венди выглядела крайне смущённой и сидела в закрытой позе, чего не скажешь о Алисе и матери. Он тихо подошёл к столу и сел рядом с новой подругой, присоединившись к разговору.

— Артур? — Мать посмотрела на него с непониманием, будто знает, куда отправляются её сын и Венди. — Вижу, вы хорошо подружились с Венди.

— Да, типа того. — Он выдавил из себя неприятную улыбку, принявшись есть яичницу в своей тарелке. «Наверное, это прозвучало так нелепо…»

— И чем вы занимаетесь? — Алиса метнула заинтересованный взгляд на зажатого взглядами парня, старающегося сосредоточиться на завтраке и собраться с мыслями.

— Мы… — Он встретил эти странные, заинтересованные взгляды Алисы и матери, и все его подготовленные мысли тут же испарились. Он потерялся в собственном доме, перед родными, перед новой подругой.

— Мы смотрим кассеты и слушаем старую музыку. Знаете, типа «The Onfall» и тому подобное. — На тихую помощь отозвалась Венди, пытаясь прикрыть их предстоящее «детективное» расследование. «Это то, что я и хотел сказать. Точно».

— Ого, голубки нашли друг друга! — Поспешила ответить мать, после чего Алиса и мать рассмеялись. Венди заметно засмущалась, отводя взгляд в сторону. «О нет, начинается…»

— Пойдём, — тихо и настойчиво вдруг сказала Венди, повернувшись к Артуру. Она выглядела иначе, он ни разу не видел её такой сосредоточенной и одновременно сбитой с толку. Но её слова явно не пересекались с мыслями его семьи.

— Подождите, ребята! Вы даже не доели мою фирменную яичницу! — Этот требовательный, но в то же время ласковый тон голоса матери Артур знал всю жизнь. Обычно так начинались конфликты внутри семьи, а затем крики, оскорбления, а если конфликт только разрастается, то доходило и до более печальных обстоятельств.

— Давай доедим, мы никуда не торопимся, верно? — Спокойно попросил он Венди, отчего та фыркнула и села обратно на своё место, протестно скрестив руки. Казалось, если бы не Артур, она бы тут же собралась и ушла, даже не попрощавшись. «От чего она такая? Мать ей что-то сказала? Или… это она что-то сказала матери?»

— Так, куда вы собрались? — Спросила мать, перебивая напряжённую тишину. Затем она подошла к кухонной раковине и начала мыть посуду. Алиса продолжала сидеть и наблюдать за ребятами, улыбаясь. «И куда же мы пойдём по легенде?»

— Мы пошли гулять. Знаешь, мам, сегодня обещают отличную погоду даже вечером. — Неторопливо ответил Артур, не зная, куда смотреть, — все смотрели на него. Кроме матери, конечно. Он боялся ошибиться в каждом произнесённом слове, будто это повлияет на что-то в дальнейшем.

— А я слышала по телевизору утром, что сегодня вечером обещают дождь и сильный ветер. — Она недоверчиво оглянулась на него, после чего по его спине мигом пробежали мурашки. «Я не умею врать».

— Мы побудем у меня дома, ничего страшного, — Венди выдавила неряшливую улыбку, стараясь спасти тонущий корабль выдуманной легенды. — Ваш сын вернётся в целости и сохранности, не волнуйтесь.

— Я и не волнуюсь. Твой отец был хорошим человеком. — Вдруг сказала мать Артура, отчего выражение лица Венди тут же сменилось грустью и тихой злостью из-за наплыва воспоминаний.

— Вы его знали? — Тихим и дрожащим голосом спросила Венди, явно заинтересовавшись начатой темой. Кажется, тема отца волнует её в этот момент больше всего на свете, и никакое расследование не сравнится с этим. «Случилось явно что-то трагичное».

— Хороший человек был, помогал строить множество зданий в городе. Странно, что его имя забыто администрацией города и нигде не упоминается. Даже на городской аллее «Героев труда». — Мать Артура печально вздохнула, вспоминая далёкое прошлое. Но для Артура вся эта информация была новой, и что-то внутри него подсказывало, что эта информация в будущем ему пригодится.

— Вы знаете, как он погиб? — Девушка сжала кулаки, готовясь узнать страшную тайну, которая преследует её с детского возраста. Артур задержал дыхание, наблюдая за ситуацией. Какое-то странное, серое напряжение повисло над кухней, хотя до этого момента всё казалось обыденным, понятным и родным.

— Нет, к сожалению. Он пропал, — тихо и нерешительно ответила женщина, поворачиваясь к Венди. Но её уже не было за столом — она громкими шагами выбежала с кухни, прикрыв лицо руками. Входная дверь громко захлопнулась, будто оставляя горе одинокой девушки в доме.

— Венди, подожди! — Артур незамедлительно помчался на выход, споткнувшись о лежащий на полу телефон девушки. «Что?» Обратив внимание на предмет, из-за которого он чуть не упал, зрение и фотографическая память напомнили ему: это её телефон. Подобрав его, он выбежал из дома и лихорадочно оглянулся, пытаясь найти её взглядом. «Она не могла далеко уйти. Чёрт, мне так жаль!»

— Венди? — пробубнил он про себя, подходя к тротуару. «Моя мать подобного никогда не делала. Я имею в виду, словами она никогда не заставляла выбегать людей из помещения. Кажется, эта тема очень откровенная для Венди».

Его мысли тут же улетучились, как вдруг он услышал плач около кустов недалеко от тротуара. Не задумываясь, он сошёл с тротуара и полез в кусты, в надежде, что это она и с ней всё в порядке. Ветки и листва преграждали ему путь и царапали кожу, но ему было всё равно — какое это имеет значение, когда его единственная подруга неизвестно где и что с ней?

— Венди? — Кусты не давали ему видеть, куда он идёт и что впереди. Юноше казалось, что он застревает в них с каждым шагом, царапая руки и ноги, но это его не останавливало. Плач усиливался, и это означало лишь одно: он на правильном пути.

— Мне очень жаль, что моя мама тебя расстроила… — Не успел он договорить, как плач мгновенно утих, и он вышел в центр кустов, где, как оказалось, никого нет. «Что за чертовщина? Мне снова кажется?» Он оглянулся в поисках хоть каких-то следов кого-либо, но единственными следами того, что здесь кто-то был, были помятые кусты, откуда он и пришёл. «Ну и где же её носит?»

Вдруг кто-то схватил его за плечо сквозь кусты и потянул на себя. Его тело моментально отреагировало, стараясь освободиться, но уже было поздно — кто-то или что-то уже схватило его и тянуло к себе. На его лице выступил сильный испуг, мурашки по коже заставили его невольно вздрогнуть.

— Ты выглядишь так, будто вот-вот родишь! — Отозвался хриплый, но весёлый женский голос позади него, и руки отпустили его плечи, после чего он упал на колени, пытаясь взять себя в руки.

— Венди? — Он поднял взгляд и увидел силуэт девушки, но из-за сильного солнца не совсем понятно, кто это был: Венди или Алиса. «Чёртово солнце, печёт. Ничего не вижу».

— Прости, что напугала, — Девушка сделала к нему шаг и протянула руку, наклонившись. Сначала он обратил внимание на руку, потом на лицо, на котором красовалась улыбка, а затем понял, кто это — Венди. Он осторожно взял руку, и она помогла ему встать. — Нам пора идти, знаешь?

— Я же слышал твой плач, куда ты пропала? — Он с недоумением взглянул на неё, но его недоумение быстро исчезло из-за надвигающегося «кустарного шторма», через который они поспешно возвращались на тротуар.

— Неважно, Александр вот-вот придёт. Идём, — сказала она небрежно и легко, хотя пару минут назад выбегала из дома, прикрыв наступающие слёзы руками. Времени на раздумья не было, поэтому он молча вылез из кустов, отряхивая одежду от многочисленного мусора и листьев. За ним вышла и Венди, совершенно спокойная и со слабой улыбкой на лице. Казалось, что она уже забыла про отца, хотя красные глаза и следы от слёз напоминали об этом.

— Ты в порядке? — Не сдержался Артур, беспокоясь за неё и не доверяя искусственной, но довольно знакомой улыбке, которую он видел у матери и Алисы сотни раз. Венди лишь кивнула, тихо шмыгнув носом. «Кажется, она просто не хочет об этом говорить. Я понимаю».

Над ними повисла гробовая тишина. Лишь звук проезжающих машин нарушал их иногда мелькающие друг на друге взгляды. Он просто хотел выяснить, что она чувствует, а она просто хотела забыть об этом и продолжить то, из-за чего они здесь собрались, — тайны университета.

— Вон он, я же говорила, — сказала девушка, выводя Артура из его стандартного и привычного состояния транса. А учитывая, что тот сонный, эффект погружения в собственное сознание становится двойным, что и видно со стороны: красные глазища, бледное лицо и недовольное выражение лица в общем.

Он оглянулся из-за её слов в другую сторону и заметил идущую к ним знакомую, высокую фигуру Александра. Он не спешил, шёл спокойно и что-то насвистывал, хотя раньше он никогда так не делал. «Ого, он умеет свистеть».

— Итак, в чём дело, ребята? — подбадривающе спросил Александр. Он засунул руки в карманы и обратил внимание на то, как Артур достаёт шестой лист.

— Смотри, — Артур поднял лист к солнцу, но навстречу ему подул ветер, не давая листу полностью выпрямиться. Александр тут же поспешил на помощь и придержал лист с одной стороны, а Артур с другой. И на пустоте возник логотип неизвестного происхождения. Александр хлопнул пустыми глазами и посмотрел на Артура, анализируя полученную информацию.

— Нам нужно выяснить, что это за логотип. Ты можешь помочь с этим? — Артур свернул лист и обратил внимание на странный взгляд Венди, которая стояла рядом с ним и смотрела на Александра, забавно приподняв бровь. Александр нахмурился и медленно кивнул.

— Да. Думаю, в местной библиотеке что-то должно быть. Правда, идти до неё займёт минут двадцать, не меньше. — Он почесал затылок, словно ему стыдно было признавать это. «По крайней мере, у нас есть точная цель, осталось только достичь её». — А о чём другие листы?

— Там… Много информации насчёт нашего расследования. Объясню по пути. — Артур пожал плечами и тяжело вздохнул, понимая, что единственный вариант попасть в библиотеку — идти пешком. «Нам нужно туда попасть, иначе никак». — Итак, все готовы? Александр, веди.

Ребята улыбнулись друг другу, как будто они отправляются в поход или на пикник, и дружно пошли за Александром, который, кажется, знал этот город как свои пять пальцев. В один момент Артур осознал, что ребята помогают ему в раскрытии тайн университета просто потому, что они хотят, не потому, что хотят выгоды или чего-либо ещё, а потому, что им интересно. «На самом деле, я очень рад, что у меня есть такие замечательные приятели. Не знаю, как далеко бы я ушёл, если бы исследовал всё это один, как я привык делать всю свою жизнь».

***

— Как думаешь, об этом кто-нибудь когда-нибудь узнает?

— Не думаю. Это со стопроцентной вероятностью невозможно. Ты только послушай: голос неотличим от человеческого. Тело тоже. Только внутри это всё выглядит иначе. Не так, как снаружи.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты думаешь, что там всё держится на воле Божьей? Там чего только нет. И только один человек знает, что «пихают» в них.

— Ты хочешь сказать, что они — не люди?

— Ну конечно, они не люди, не глупи. Они лучше людей в несколько раз! Боюсь представить, что будет с музыкой и прочими сферами, где голос — важная часть.

— Интересно… Очень интересно.

— Только не смей ничего красть отсюда. Нам строго запретили что-либо трогать здесь, ты же знаешь.

— Хорошо, ты иди, а я осмотрю здесь всё и мигом вернусь. Обещаю.

***

Библиотека издалека казалась большой: старое, кирпичное здание, которому явно не меньше пятидесяти лет. Когда ребята подошли к библиотеке ближе, то обнаружили, что теория о большой и великой библиотеке оказалась ложью — на деле библиотека оказалась маленьким зданием, окружённым деревьями и разного рода растительностью, будто бы оно находилось прямо в парке и не убиралось годами. «Красиво здесь. Интересно, насколько приятно будет прогуляться вокруг этого заросшего здания ночью».

— Ну вот, добро пожаловать в местную библиотеку, — Александр грациозно поднял руки вверх и улыбнулся, но его улыбка во мгновение ока превратилась в смех от собственных слов. — Ладно, идём.

— Выглядит… красиво, — подчеркнула девушка, после чего Артур взглянул на неё с недоумением. «Эй! Я также подумал!» — Хоть оно и старое. Не знаешь год постройки?

— Хм, нет. Но думаю, что лет семьдесят этому зданию точно есть. Чтобы у нас построили новую библиотеку? Да в голову никому не придёт! — подметил он, словно он их гид. Ребята на миг вовсе забыли, зачем они пришли сюда, настолько здесь было приятно находиться под влиянием спокойной тишины и приятного шума ветра, ласкающего кожу.

«Это место напоминает мне тот самый момент, когда мы всей семьёй отправились собирать ягоды летом. Небо было кристально голубым, солнышко ярко освещало наши радостные лица, создавая тени. Все были счастливы и не боялись за завтрашний день. Отец любил возить нас в подобные места, возможно, из-за этого я полюбил природу и подобные пейзажи. Природа расслабляет, даже в моменты, когда ты один или с кем-то, но это неважно. И я помню, как в тот день они сильно поругались, и мы с мамой уехали, покинув отца. День был разрушен, как и иллюзии того, что всё будет хорошо».

— Ладно, идём. — сказал Александр и прошёл мимо Артура, и тот вдруг осознал, что сидит на лавочке, наблюдая за шелестом листьев на молодых деревьях. «Я ещё вернусь сюда. Обязательно».

Так как Александр шёл первым, он и открыл дверь в старое здание, внутри которого на первый взгляд всё выглядело новым: ухоженные, чистые диваны, новая плитка, буквы большинства вывесок отчётливо видны даже у входа. И несмотря на всё это, здание всё равно казалось старым, напоминая прибывшим дух того времени, когда сюда приходили сотни людей в день.

— Похоже, что здесь никого нет. — заметила Венди, сделав первые шаги вглубь здания. Затем её взгляд обратил внимание на вывески в виде стрелочек, на которых есть подписи, и она тут же поняла, что это. — Смотрите, здесь есть навигация!

Ребята подошли к девушке, осматриваясь вокруг и взяв на прицел только звук собственных шагов — других источников звука не было. «Кажется, мы здесь одни. Но кто-то же должен следить за этим местом, верно?» — Артур задумчиво взглянул на одну из вывесок-стрелочек с надписью «Местная история».

— Ребята, кажется, нам…

— Добрый день, уважаемые посетители библиотеки! — отозвался женский, высокий голос где-то недалеко, а затем приближающиеся шаги заставили обратить внимание ребят на движение со стороны вывески «Популярное, двадцатый век». — Чем я могу вам помочь? Хотите прочитать классику, или вы пришли за новинками этого года? Поверьте, здесь есть множество удивительных книг, истории которых займут в вашей памяти особое место.

Как только фигура вышла к ним навстречу, перед ними образовался истинный образ их нового собеседника: маленький рост, седые волосы, фиолетовая жилетка поверх фланелевой рубашки и чёрные джинсы. И «вишенкой на торте», конечно же, стали очки — необходимый атрибут классического книжного червя. Она выглядела удивлённой, будто увидела посетителей впервые после начала нового века, в котором книги уходят на второй план, но это не помешало ей улыбнуться и продолжить работу здесь, в любимом месте.

— Здравствуйте, нам нужна ваша помощь в поиске некоторой информации. — Александр сделал паузу, будто боясь произнести следующие слова. — В поиске некоторой информации по поводу компании.

— Какой компании? — Выражение лица библиотекарши стало хмурым, будто бы она впервые услышала это за всю свою работу здесь. Венди нахмурилась в ответ, не поверив такому простому вопросу, заданному стажёру этого места. — Позвольте мне узнать больше.

— Вот, смотрите, — Артур подошёл к библиотекарше, раскрывая лист с логотипом. Раскрыв лист, его лицо тут же стало бледным. «Нужно свечение…»

— И что? Здесь же ничего нет, — женщина вдруг улыбнулась и подняла взгляд на ребят. — Вы, наверное, шутите, да? Ребят, тут столько новой информации, столько нераскрытых тайн и сюжетов, вы не поверите!

— Послушайте, — ситуацию решил спасти сам Артур, взяв всё в свои руки и неприятно вздыхая. — Логотип не видно, потому что нужно навести свет на лист, чтобы логотип стал видимым. Уверен, вы не раз делали подобное.

— Серьёзно? — женщина снова притворно удивилась, а затем захохотала, подтверждая своё скептически настроенное поведение. — Не поверите, но я ни разу такого не делала за всю свою жизнь, проведённую здесь.

— Всё бывает впервые, не переживайте. — Вдруг к ним подошла Венди, держа в руках свой телефон. «Она снова спасает ситуацию. Снова». — Разворачивай лист.

Артур незамедлительно, но аккуратно развернул лист перед Венди, и она посветила на него фонариком со своего телефона, и изображение логотипа тут же появилось, будто бы из ниоткуда. Женщина не на шутку удивилась, ахнув. Она достала из маленького кармана своей жилетки едва выпирающие очки и надела их, внимательно всматриваясь в то, что наконец должна была увидеть. Артур сжал скулы, крепко держа перед Венди лист и боясь, что этого будет недостаточно. Но несмотря на весь страх, непонимание происходящего и того, что произойдёт, капля надежды искрила в его глазах.

— Кажется, я видела что-то подобное, — пробубнила женщина, поправляя очки. Она странно отвела взгляд в сторону, но её взгляд тут же вернулся к ним, остановившись на Артуре. — Прошу прощения, где вы это взяли?

«Где мы это взяли?» — Этот вопрос повис у него в голове, вытесняя другие, образующиеся мысли. «Вдруг она замешана во всём этом? Что мне сказать?»

— Где мы это взяли? — Вдруг вопрос повторила Венди, заставив Артура вздрогнуть, и посмотрела на женщину как вкопанная. Женщина уставилась на неё в ответ, кивая: — Да, где вы это взяли? Знаете, вы не выглядите как государственные служащие, чтобы приходить с подобными вещами сюда.

— Слушайте, — Александр устало вздохнул, потирая виски. — Моя бабушка работала здесь, я бывал здесь часто и могу с уверенностью сказать, что вы можете нам помочь с этим. Вам тяжело помочь кучке подростков?

На лице женщины появилось замешательство. Казалось, что она борется с собой, пытаясь выбрать правильное решение в этой ситуации. Все затихли в предвкушении, боясь нарушить установившуюся тишину. После речи Александра у Артура где-то внутри зажёгся огонёк надежды на помощь, несмотря на текущую напряжённую обстановку. «Она единственный человек сейчас, кто сможет проделать нам проход дальше, в неизведанное и, возможно, опасное. Но кто я, если я не хочу выяснить, как это всё может быть связано со мной? И я на сто процентов уверен, что это как-то связано со мной».

— Хорошо, идёмте, — женщина тяжело вздохнула и начала идти в сторону вывески-стрелки с надписью «Местная история». Все трое тут же последовали за ней, и каждый ощущал особую энергию, притягивающую в ту сторону, как магнит.

Перед ними мелькали десятки, сотни книг и других прелестей, которыми славятся библиотеки, и всё это гармонично сливалось с полной тишиной и приятными, спокойными оттенками. «Кто бы что ни говорил про библиотеки, но конкретно эта мне нравится». Его взгляд мелькал из стороны в сторону с неподдельным интересом: там фантастика, вот здесь детективы, а вот тут промелькнула комедия.

Вдруг женщина повернула в отдельный коридор, и ребята тут же последовали за ней, иногда переглядываясь друг на друга. Этот коридор уже отличался от основной части библиотеки — здесь явно давно никого не было: в некоторых местах начала образовываться паутина, тусклые, серые обои начали расклеиваться, обнажая стены. Очень бедный интерьер и узость делали его вид пугающим и очень старым. С двух сторон коридора простирались двери, над которыми были таблички. Женщина проходила мимо каждой встречающейся таблички, напрягая зрение, чтобы прочитать едва видимый текст.

— Какой ужас… — торопливо прошептала Венди, брезгливо шагая позади Артура.

— Тише! — сердитый и настойчивый голос Александра чуть испугал ребят, заставив вздрогнуть. Артур задумался об этом небольшом диалоге, и ухмылка медленно появилась на его лице. Юноша нашёл это забавным.

Коридор казался длинным, но на самом деле он не был таким длинным в действительности, они практически дошли до конца за пару минут. Перед ребятами остались две двери, ведущие в разные стороны: одна с левой стороны, другая с правой. Женщина неторопливо подошла к двери с левой части коридора, вцепившись взглядом в старую, пожелтевшую надпись на табличке.

— Не та дверь. — подчеркнула Венди, оглянувшись на дверь с другой стороны. — Вот нужная дверь.

Библиотекарша резко оглянулась на Венди, нахмурившись так, словно она не поверила девушке. Женщина обратила внимание на дверь с другой стороны, над которой висела табличка с более отчётливой, видимой надписью: «Журналы и газеты: 1980–2000».

— Верно, — лицо женщины смягчилось, она подошла к двери, неторопливо доставая из своего кармана что-то металлическое. Связка ключей робко выскочила из кармана женщины, и она тут же вставила один из десятка ключей в замочную скважину, медленно вертя его то влево, то вправо. Лица ребят были устремлены только на этот единственный ключ, который становится на их глазах не только дверным ключом для их расследования, но и ключом к загадкам и тайнам, внезапно охватившим их жизни.

Наконец, что-то щёлкнуло внутри двери, и она начала двигаться. Женщина взялась за дверную ручку и аккуратно начала открывать дверь, но аккуратность ей нисколько не помогла: дверь заскрипела настолько громко, что лица ребят тут же сморщились от неприятного свиста в ушах. Дверь постепенно открылась, и в конце концов, перед собравшимися в кучку ребятами оказались книжные шкафы по ту сторону дверного проёма, так и звавшие их к себе.

— Вы поможете мне или мне самой найти информацию по данному вопросу? — Её монотонный голос был серьёзен, когда она задала этот вопрос. Ребята переглянулись, и через несколько секунд Александр закивал в ответ на недоумение во взглядах Артура и Венди.

— Да, мы поможем. Мы готовы, — Александр кивнул, словно солдат, но его стойкий ответ контрастировал с дрожью в его голосе. Он также, как и другие, понимал, что они, возможно, переходят черту, и счастливой дороги обратно не будет. «Он боится? Но чего?»

Женщина жестом пригласила их пройти внутрь, и ребята поочерёдно прошли через дверной проём. Внутри этого небольшого склада обстановка была ещё хуже, чем в коридоре: лампочки то и дело мигали, стеллажи и книжные шкафы ржавели и гнили, создавая этому месту атмосферу давней заброшенности. Место было небольшим, поэтому ребята видели конец всех этих стеллажей и полок. «Поиск не должен занять много времени… По крайней мере, я надеюсь на это». Артур прошёлся глазами по стеллажам, которые стояли рядами перед ним, и тяжело сглотнул, постепенно понимая масштаб их поисков.

— Разделимся, — женщина обернулась на не понимающих ребят, которые будто бы уже знали, что она скажет. — Девушка пойдёт в сторону центральных стеллажей, а парни — к боковым стеллажам. Я осмотрю книжные полки, их здесь немного.

«Что ж, выбора у нас особо нет». Артур кивнул, после чего Александр и Венди поочерёдно кивнули в ответ. Каждый подсознательно был готов к тому, что этот поиск может занять десятки минут, а может час и более.

— Идём. — Александр обернулся и направился к правой стороне, оставляя для Артура левую сторону. Не успел он оглянуться на Венди, как та уже занималась поиском в своей части.

Напряжённо вздохнув, Артур направился к левой части стеллажей, которая ничем не отличалась от других: где-то ничего не было, где-то вовсе завал различной макулатуры, и всё это нужно проанализировать именно ему. «Благо, что место небольшое. Мы не должны проторчать здесь весь день…» — утешил себя невыспавшийся подросток, оглянувшись на первый стеллаж на его пути.

Документы, которые он начал анализировать, поначалу не имели точного отношения к их делу. Артур пропускал сразу, или быстро пробегал глазами по тому, что первым прочитал. Ребятам также повезло, что вся фурнитура в этом помещении чуть выше ростом взрослого человека, что позволяло с трудом, но с гарантией быстро взять то, что нужно. Журналы, вырезки из документов, газеты — всего этого здесь было предостаточно, чтобы окунуться в историю этого городка, но он всё пропускал. Всё, что не относилось даже на каплю к логотипу или упоминанию, Артур смело пропускал, постепенно облегчая поиск того, что может стать фатальным…

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Тишина пронзала каждый сантиметр этого ужасающего места. Лишь изредка они слышали грохот шагов друг друга. Казалось, что в этом месте время остановилось навечно, оно стоит монолитом среди наступающего безумия снаружи, и в какой-то степени это успокаивало Артура. Никто не знал, что конкретно они ищут: журнал, заметку или статью в газетах. Ребят волновало лишь одно: найти хоть что-то. Хоть что-то, что касается их дела.

«Это не то… Это чушь какая-то. Здесь ничего нет!» — Артур огорчённо вздохнул и прислонился спиной к холодной стене, потирая глаза. Он не спал всю ночь, и в этом полутёмном, холодном месте нервы то и дело шалят, не давая ему повода для спокойного поиска. «Я не верю, просто не верю в это».

Он поднял глаза на серый потолок и вздохнул, взяв небольшой перерыв. Надежда постепенно покидала его. Жёлтый свет лампочки заставил его обратить на неё внимание, что стало роковой ошибкой для зрения — он тут же отвел взгляд в сторону последних стеллажей на его пути, но пятно загородило почти весь его обзор. Артур подошел к последним стеллажам вслепую, но вдруг нога наступила на что-то скользкое, и он тут же начал падать на пол. Реакция и полуслепое зрение подставили его: он всё же упал на четвереньки, но не сильно, чтобы яростно кричать от боли. «Ещё этого не хватало, отлично!»

Подняв усталый взгляд, он тут же выяснил, что организовало его падение, — старый кусок газеты на полу, видимо, выпавший с основного строя таких же газет на одном из хлипких стеллажей. Недолго думая, он осторожно встал, оперевшись рукой на стеллаж, который, к счастью, стоял рядом. Боль в ногах и внезапный зуд тут же наказали его за смелость, но он стерпел, нахмурившись и сморщившись одновременно. Сделав несколько медленных, небрежных шагов в сторону последних стеллажей, он обратил внимание на виновника его падения — газету, приуроченную ко дню строителей города. Юноша оглянулся по сторонам, будто боясь, что в этот момент за ним кто-то наблюдает. Будто ребята тут же бросят всё и прибегут к нему, чтобы помочь, — но никого не было. Он был здесь один.

«Сегодня, в честь великого дня для нашего небольшого города, администрация добавляет имена первых строителей к так называемой городской аллее «Героев труда», созданной по инициативе граждан. Именно эти люди построили наш прекрасный, небольшой город, в котором сейчас живём мы, а у строителей — их потомки. Мы ни за что не забудем их отвагу и преданность этому месту. Память о них всегда останется на городской аллее, и о них будут знать следующие поколения.

Многие здания, которые сегодня считаются неотъемлемой частью городского пейзажа, были возведены благодаря усилиям малоизвестных, но преданных своему делу людей. Одним из таких был Уильям Блейк — талантливый инженер и строитель, принимавший участие в проектировании и возведении ряда ключевых объектов инфраструктуры. О его исчезновении стало известно в прошлом году. Официальных версий так и не появилось, а имя Блейка со временем было забыто даже среди коллег. Его дочь, Венди Блейк, не раз обращалась к местным властям с просьбой пересмотреть дело, однако ответов так и не получила. Сегодня, спустя годы, его имя вновь всплывает в неофициальных беседах тех, кто помнит его труды.

Возможно, время расставит все точки над «i»…»

— Артур? — женский голос заставил парня вернуться в текущую обстановку и резко отцепить взгляд от интересующих букв в газетной статье. — Что-то нашёл?

«Она заметила это, не так ли?» — обернувшись, перед ним, в паре метров, стояла Венди, засунув руки в карманы своих пыльных брюк. По невинному выражению её лица было невозможно выяснить: слышала или видела ли она его чтение про себя или нет.

— Нет, тут ничего полезного. — Он быстро, но осторожно припрятал за спину газету, контролируя взгляд Венди. — А у тебя? Что ты здесь делаешь?

— Женщина… Эта библиотекарша, она что-то нашла. — Венди переминалась с ноги на ногу, словно ей трудно признавать это. — Пойдём, раз уж ты ничего не нашёл.

Она подозрительно на него взглянула, прежде чем развернулась и медленно зашагала в обратную сторону, оставляя его наедине с новой волной мыслей. Взяв газету в руки, его взгляд снова метнулся на ту статью: статью, которая значит для Венди больше, чем просто напечатанный текст на бумаге.

«Она всё слышала».

***

— Это то, что вам нужно, ребята?

Как только Артур вышел к коридору, ведущему к выходу из здания, перед ним образовалась напряжённая картина: Александр, Венди и сотрудница библиотеки стояли перед практически заржавевшим столом, опустив головы на что-то, что находилось на столе. Как только послышались шаги Артура, Александр первым обернулся в его сторону, и на его лице было отчётливо видно недоумение, которое Артур ранее никогда не замечал.

— Что там? Что вы нашли? — Тихие, но торопливые вопросы будто бы сами сорвались с уст Артура. Он даже и не заметил, как задал их. Постепенно он начал осознавать, что нервничает: ладони и лоб начали потеть, горло сохнуть, а голова болеть, словно он не спал и не ел целые сутки. Он не смог поверить своим глазам — спустя несколько часов поисков они нашли что-то, что возможно откроет занавес к чему-то неизвестному.

— Тут что-то интересное, взгляни. — Александр жестом пригласил Артура к столу, только сейчас обратив внимание на то, что Артур вкопанный стоит в стороне, словно изгой, отрешённый от общества. Артур явно задумался о чём-то — всё его тело так и кричало об этом. Его манера молчать пробивалась сквозь эту призму страха, охватившего его, добавляя ему жуткий, пустой вид.

— Идём. — Воздух пронзил грубый голос Артура, поразив ребят. Все оглянулись на него с недоуменными выражениями лица, после чего Венди и Александр переглянулись, пытаясь понять, к чему ведёт Артур.

На протяжении всего возвращения в главный зал ребята молча переглядывались, словно они искали утешения в глазах друг друга. Напряжение преследовало их и росло в коридорах с каждым шагом, заполняя повисшую тишину между пугающих стеллажей и убегающих из виду книжных полок, словно они наблюдали за ними. Но среди всех Артур вёл себя иначе — он до сих пор не знает, что они нашли, он будто не хочет знать, что содержится в этом таинственном документе, который был в руке Александра. Мысли заполняли и поражали его разум с каждой секундой. То, что он представлял, — появлялось в его поле зрения и исчезало в ту же секунду, заставляя его лицо бледнеть, а руки потеть.

Как только ребята и сотрудница библиотеки вышли в главный зал, невидимое облако облегчения появилось и повисло над ними, вольно заставляя каждого собраться духом. Взгляд Артура был прикован на тот самый документ в руках Александра — он был словно под гипнозом. Документ постепенно заражал последние кусочки разума, затуманивая и без того уставшие глаза. «Неужели это то, к чему мы стремились всё это время? Что это даст нам? Что там? Что там, черт возьми? Я должен это выяснить!»

— Артур? — Он резко задержал дыхание, услышав голос рядом с собой, завладевший его рассеянным вниманием. Он не узнал этот странный, монотонный и манящий голос: тембр не совсем был похож на человеческий, это было что-то иное, что-то, что он никогда ранее не слышал. Вдруг он почувствовал небольшой стук в плече, будто его кто-то толкнул, и он постепенно стал приходить в себя.

— Артур? — женский, неуверенный голос резко пробил его затуманенность, и сквозь летающих перед глазами больших мушек он увидел растерянное выражение лица Венди. Её глаза с неподдельным непониманием смотрели прямо ему в глаза, словно она пытается разобраться в сложном механизме. Вдруг он понял, что внимание всех присутствующих сейчас устремлено только на него, и внутри всё постепенно начало сжиматься.

— Простите… — Тихо проронил он, отводя свой поникший взгляд в сторону. «О чём я думаю?»

— Спасибо вам за помощь, — внимание Александра устремилось к женщине, которая помогла им. Несмотря на постоянное изменение настроя в небольшой компании, у неё всегда было одно выражение лица, с которым она привыкла вести диалог с посетителями этого места. — Мы так и не узнали ваше имя.

— Роза. — призналась сотрудница библиотеки. Как бы это ни было странно, но у неё не было никакого бейджа, который бы помог обращаться по имени. Александр молчаливо кивнул в ответ и боковым зрением заметил, что Венди всё ещё поглядывает за Артуром, хоть тот и вышел из своего странного транса.

Солнечные лучи вечернего заката попали на их недоумевающие и пустые лица, как только Венди открыла дверь на улицу. Несмотря на то, что Венди и Александр видели содержимое в документе, они выглядели точно так же, как и Артур — потерянными, в ожидании чего-то неожиданного. Наконец, Артур перебил внутреннего врага в виде тишины и судорожно вздохнул, разрушая привычку всегда быть в тени компании.

— Вы видели, что там, верно? — ребята молча обратили внимание на него, а затем переглянулись, не зная, что ответить. Их выражения лиц стали напуганными после его вопроса, и Александр сделал лёгкий кивок. — Я не хочу втягивать эту женщину в курс дела и поэтому решил, что лучше будет выйти из библиотеки и затем исследовать найденное.

— Умно. — Постепенно на лице Венди сформировалась слабая ухмылка, польщённая его внимательностью к подобным вещам. Хотя Артуру и всё равно на подобные вещи на данный момент, что-то внутри него оставит для всех этих моментов отдельное место в его беспорядочно бегущих мыслях.

— Идём, обсудим всё у меня дома, — сказал он, улыбнувшись уже обоим улыбающимся ребятам. Артур вдруг понял, что именно он создаёт настроение в их небольшой компании исследователей. «Я уже настолько привык к этим двоим, что и забыл, как далеко мы зашли вместе…»

***

Пыль летала по всей комнате, создавая одновременно уют и беспорядок. Венди сидела на кровати и пересматривала всё то, что они нашли ранее. Александр сидел около Артура за столом, изучая кассету, а сам Артур стоял перед столом, держа в руках новую информацию из библиотеки. Несмотря на то, что уже поздний вечер и завтра ребятам нужно идти в университет на волонтёрство, на данный момент их это волновало меньше всего. «Что ж… Пора открыть для себя что-то новое».

В руках Артура была старая, желтоватого оттенка газета, повествующая о событиях тех далёких и неизвестных для него дней. Газета не выглядела потрёпанной и обшарпанной — этот экземпляр будто бы сразу передали в библиотеку на хранение, чтобы в будущем, такие как они, могли скучать по незаставшим ими временам. И только в маленьком углу, без фотографии и особого выделения, как это сделано на рекламе, напечатана статья с тем же самым логотипом, что и на том листе. Его лицо тут же нахмурилось, а пальцы крепче сжали края газеты. Заголовок гласил: «Теперь музыки станет больше?»

«Открытие первой звукозаписывающей студии под названием «Королевский Андеграунд» состоится сегодня именно в нашем городе! Инновационные техники и способы записи не заставят уставших музыкантов и продюсеров долго ждать долгожданного эталонного студийного качества — новые технологии в виде современных устройств сделают вашу работу в несколько раз лучше! Что-то не устраивает или вы не понимаете? Вам помогут лучшие профессионалы своего дела — у нас за плечами огромный опыт в данной сфере…»

Постепенно хмурое выражение лица Артура сменилось непониманием и внутренним беспокойством. «Современные устройства? Но… Как это связано с нашим делом? Кассета?»

— Всё это явно связано, — вдруг сказал он, обратив резкий, серьёзный взгляд на внимательно слушающих его ребят. Атмосфера снова начала накаляться, и никому не было приятно чувствовать это нарастающее чувство того, что их расследование идёт не в ту сторону.

— Ты ещё сомневаешься? Само собой, это всё связано. — Венди подтвердила его слова своими и облокотилась на край кровати, вздыхая. — Осталось только выяснить — как?

— Я никогда не слышал о какой-либо звукозаписывающей студии в этом городе, — вдруг тихо признался Александр, затем положил кассету на стол и обратил свой уставший взгляд на Артура. «Он явно устал за сегодня, бедняга…» — Возможно, её уже давно не существует.

«Действительно. Какой год указан в газете?» — Артур обратил на газету недоумевающий взгляд в поисках любой информации о дате газеты, и результат не заставил себя долго ждать — 30 января, но год отсутствует. Краем глаза Артур заметил, как Александр косо смотрел на него, заметив его сбитое с толку состояние, — оно было у всех.

— Вы так действительно думаете? — Вдруг женский голос заставил ребят взглянуть в сторону Венди, уверенно направляющуюся к столу с макулатурой в руках. — Есть всего два варианта, о каком здании идёт речь: возможно, это координаты с третьего листа, либо это нарисованный прямоугольник на втором листе, на котором изображён университет. Всё, что нам остаётся сделать, — проверить оба места.

— Когда? У нас нет на это времени. Завтра волонтёрский день, — Александр скрестил руки, говоря настойчиво. — Мы же не пойдём искать сейчас, верно?

— Идём, — неожиданно грубо и резко произнёс Артур, вставая на ноги. Затем он схватил свою ветровку, небрежно натягивая её на себя. «Возможно, я и обезумел, но я не успокоюсь, пока не выясню всё то, что навалилось за последние дни».

— Артур, не сегодня, ладно? Не будем торопиться. — сказала Венди в момент, когда Артур выхватил из её рук все листы. Ребята с недоумением смотрели на одержимого поисками и разгадками тайн Артура, не решаясь вступить на его сторону. Он не казался им странным или психопатом — они понимали, что помимо жажды приключений у Артура был собственный интерес к найденным артефактам.

— Нет, нам нужно поторопиться! Иначе… — Тихий хруст в его горле не дал ему договорить его предупреждение. Все в комнате тут же затихли, словно тараканы на кухне — если Артур знал, к чему этот ужасающий хруст, то Александр и Венди с опаской переглядывались друг на друга, постепенно повышая градус нервозности в комнате.

— Артур? — Тихо прошептала девушка, сделав шаг к нему. Его лицо постепенно становилось бледным, а ноги начали подкашиваться. — С тобой всё в порядке?

«Со мной всё в порядке?» Он оглянулся на ребят, но вместо них увидел лишь пустые силуэты прежних Александра и Венди. Они смотрели на него белыми, без зрачков глазами и не шевелились, словно это просто статичное изображение. Дрожь пробежала по спине Артура мгновенно, он попятился и облокотился спиной к стене около двери, оглянувшись на дверную ручку. Слабость и учащённое сердцебиение мгновенно сбили его с ног, и, прислонившись к стене, он начал медленно садиться на пол, прочно закрепив свой взгляд с опаской на недвигающихся силуэтах.

— Помогите… — Тихо выдавил он, схватившись рукой за живот. Он буквально начал хватать ртом воздух, пытаясь не потерять сознание. Постепенно зрение стало ухудшаться, и, моргнув, тени вдруг испарились, оставив его страдать в тёмной и искажённой комнате одного. «Ребята? Вы бросили меня?»

— Кто тебя бросил? — Неизвестный голос тихо прошептал Артуру вопрос перед наступлением полного затишья. Артур медленно, с осторожностью открыл глаза, и увиденное поразило каждую часть его тела: он снова в неизвестном месте, которое покрыто мраком и тьмой. Он боялся даже пошевелиться — что-то или кто-то прошептал ему этот вопрос позади него раз за разом, словно нескончаемое эхо. Вдруг он заметил, что все его симптомы исчезли, и он начал чувствовать себя нормально, хотя пару секунд назад ему казалось, что он вот-вот потеряет сознание.

— Когда многое прояснится, тогда ты снова запоёшь, — сказал похожий на мужской голос прямо перед его ухом. Артур почувствовал, как всё внутри него сжалось до изнеможения, он не чувствовал себя здесь в безопасности. Шестое чувство будто бы кричало ему обернуться и начать диалог с неизвестным голосом, но он боялся. Боялся неизведанного.

— Так пой, солнце! Мчись на сцену, пока не поздно, — Неизвестный голос начал истерично смеяться, заставляя Артура побледнеть от ужаса и страха, охватившего его из-за этой парадоксальной ситуации. — Рассвет уничтожит твой путь. Мчись на сцену, солнце!

Вдруг в одно мгновение его уши услышали полную тишину. Присутствие кого-то рядом тоже исчезло, будто бы его никогда и не было. «Мне нужно что-то принять…» Собравшись духом и сжав кулаки, он закрыл глаза и медленно обернулся назад, задержав дыхание, и затем постепенно принялся открывать глаза. Как только первые лучи этого пространства начали попадать в его зрение, его теория подтвердилась — позади него сейчас никого нет, но как только его глаза распахнулись полностью, его тело охватила дрожь. Прямо на тёмном полу, в нескольких метрах от него, лежит кассета с узором, точно напоминающим узор мистической кассеты Артура. Не зная, что делать, Артур стоял и пристально смотрел на неё, словно вкопанный, но вдруг случилось что-то необъяснимое — кассета самостоятельно начала воспроизводиться, без какого-либо оборудования. Сквозь помехи и шум глаза Артура тут же распахнулись в ужасе, услышав знакомую колыбельную, но что он точно не ожидал услышать — чужой голос.

— Артур, если ты меня слышишь, знай, что…

— Артур! — громким шёпотом знакомого голоса его резко вернуло в реальность. Открыв глаза, сквозь расфокусированное зрение он выделил знакомый силуэт. «Венди».

— Очнись, прошу! — Эхом отозвалась тихая, печальная мольба девушки в его голове. Хотя всё тело и болело, все мышцы были готовы взорваться, а мозг расплавиться, он взял себя в руки и посмотрел ей прямо в лицо, сквозь боль пытаясь сфокусироваться именно на её лице. «Мчись на сцену, солнце. Пой, солнце».

— Ты очнулся! Боже, — руки девушки лежали, а точнее, вцепились в плечи Артура от непонимания и беспокойства. Она облегчённо вздохнула, оглянувшись в сторону. — Всё будет хорошо, ты меня слышишь?

— Нам нужно идти. — пробубнил он, всё ещё наблюдая за постепенным возвращением своего сознания в реальность. — Венди, послушай, нам нужно найти то место до рассвета, иначе…

В ту же секунду дверь в комнату распахнулась, и множество быстрых шагов мчались к Артуру, словно стадо слонов. Медленно подняв взгляд, перед ним появилась его мать, а точнее — её напуганное до ужаса лицо.

— Ты в порядке, Артур? Что происходит? — Она оглянулась на Венди, отчего та в недоумении опустила взгляд на сидящего на полу Артура, рассчитывая, что он всё скажет сам. «Мчись на сцену, солнце. Пой, солнце».

— Я в порядке, уверяю, — перебивший напряжённую тишину хриплый голос Артура заставил обратить всех присутствующих внимание только на него. Усталыми глазами он разглядел перед ним напряжённое лицо матери, которое не понимало, что происходит. Кажется, никто не понимал, что происходит, хоть Артур и осознал, что это очередной приступ.

— Что с ним происходило? Вы же все видели, верно? — Голос матери вдруг стал требовательным и строгим. женщина оглянулась на всё ещё недоумевающих ребят, сверля их пронзительным взглядом, создавая ещё большее смятение и напряжение.

— Ему стало плохо, судя по всему, из-за усталости. — Тихо и осторожно ответил Александр, не зная, куда деть свои трясущиеся из-за напряжения руки. — Он собрался куда-то идти, мы попытались его отговорить.

— С голосом возникли какие-то проблемы? Знаете, у моего сына слабые связки, — её характерная строгость сменилась слабой озабоченностью. Она снова обратила внимание на Артура, который к этому моменту уже пришёл в себя и успел присесть на стул, который стоял у стола. Его зафиксированный взгляд пронзал любую стену, которая была перед его глазами, — он явно о чём-то задумался.

— Нет-нет, с голосом у него всё отлично. — Без раздумий ответила Венди, кинув подозрительно быстрый, нахмуренный взгляд в сторону Александра. Женщина сморщила лоб, взглянув на улыбающуюся перед ней девушку, её взгляд презрительно вцепился в лицо невинной девушки. Казалось, что между ними возникла граница, разделяющая разные миры и взгляды на одну ситуацию.

— Мама, не сходи с ума, — Тихо перебил отдалённую от себя беседу Артур, переместив свой фиксированный обзор со стены на Венди и мать. — Всё в порядке, видишь?

Следом за его словами Венди решительно кивнула, соглашаясь со словами Артура. Мурашки пробежали по его спине, как только он заметил, что мать пристально вцепилась глазами в его глаза, создавая волну напряжения внутри него. В такие моменты он чувствовал себя виноватым, но сейчас это чувствуется по-другому — она словно жаждет найти ответ внутри него, она будто не поверила ему.

— Хорошо, мы спать, — перебив тяжёлое молчание, ответ Лизы заставил всех быстро переглянуться. Женщина подошла к двери и положила ладонь на дверную ручку, медленно начиная закрывать её. Момент казался особенным, но никого из присутствующих это будто бы уже не удивляло и не пугало — ребята устали от нахлынувших на них приключений. Как только женщина покинула комнату, ребята почувствовали мгновенное облегчение в том месте, где она стояла.

— Ты в порядке? Уверен? — Неуверенно спросила девушка, прижавшись спиной к стене около Артура. Александр выглядел так, будто его нет в комнате. — О чём ты говорил ранее? Почему мы должны спешить?

— Послушайте, ребят, — Артур медленно начал потирать виски, словно он пытается что-то вспомнить. Это видение произошло пару минут назад, но за такой экстремальный промежуток времени все остальные сны и видения успели спрятать его в самых тёмных уголках разума. — Знаю, это прозвучит странно, но я видел что-то. Видел что-то, вроде видения или сна.

— Отлично, и что это за видение? — Устало выдохнул вместе с вопросом Александр, явно не заинтересованный в дальнейших словах Артура. «Его можно понять, помимо проблем в семье, я втягиваю его во всё это».

— Тяжело объяснить, но всё, что я помню: «Мчись на сцену, солнце. Пой, солнце». — Артур быстро оглядывался на ребят, пытаясь понять по их взглядам степень их заинтересованности в его словах. Судное молчание вновь захватило их, давая напряжённое время на размышления.

— Артур, это всё хорошо, но… — Александр тяжело вздохнул и встал, отряхивая одежду. — Уже ночь, завтра на волонтёрство. У нас нет времени на поиски сейчас, понимаешь?

Задумавшись, все мысли и внутренние рассуждения Артура привели его к одной логичной мысли — Александр явно прав. Как бы он ни хотел сейчас найти неизвестное место, нынешние условия не позволяют им это сделать. «Полагаю, сейчас эта тема интересна только мне».

— Хорошо. Извините, что привлекаю вас ко всему этому. Я действительно осознаю, что все сейчас устали. — Тихо объявил Артур своё скрытое поражение, быстро почёсывая макушку из-за возникшего смущения. — Значит, завтра после работы?

— Да, никто же не против, верно? — Александр встал с кровати Артура и взял свою повешенную на край дверцы шкафа лёгкую куртку, отряхнув её. — В любом случае, выбора у нас особо нет.

«Выбор есть всегда». — Артур закатил глаза в ответ на слова Александра, переходя в нейтральное положение. Он не хотел сдаваться. Всё внутри так и требовало от него отправиться туда, и он не понимал почему. Артур взглянул в окно, и прямо перед ним на ночном небе появилась полная луна — единственный источник света в его комнате сейчас. «Я не помню, чтобы раньше я когда-либо видел полнолуние».

Мысли Артура постепенно начали затуманивать его и без того запутанный в лабиринте воспоминаний и грёз разум. Луна вдруг показалась ему участником этой сцены. «Я не верю в то, что это полнолуние случайность. Она тоже мне что-то хочет сказать, но что? Слишком много недосказанности…»

— Красивая луна, да? — Тихий и осторожный вопрос Венди пролетел сквозь его внезапные раздумья, заставив обратить его рассеянное внимание на неё. — Ты даже с Александром не попрощался, снова задумался?

— Венди, всё сложно. Я пытаюсь разобраться во всём этом: дурацкие мысли, воспоминания и все эти недавние события. Всё это не даёт мне покоя, — Он вздохнул и почувствовал укол непонимания и отчаяния, пронзающий его усталую душу. «Стоит ли волноваться обо всём этом? Господи, я уже сошёл с ума?»

— Я понимаю, — Девушка встала рядом с ним, прислонившись к подоконнику, наблюдая вместе с Артуром прекрасное и чистое ночное небо. Только сейчас он заметил, что они единственные, кто находится в комнате. — Когда у тебя начался приступ, мы с Александром не на шутку испугались. Ты выглядел так, словно вот-вот превратишься в труп. У тебя всегда это происходит подобным образом? Это же ужасно.

— Даже не знаю, что сказать, — услышанное удивило Артура, заставив приподнять бровь в знак заинтересованности. Его и ранее спрашивали подобные вопросы, касающиеся его приступов, но её слова задели его, но он заставил себя включить трезвую голову для верного ответа. — Я не помню, когда это началось, а сейчас даже произошедшее за неделю не могу вспомнить. Все мысли как один большой ком, понимаешь? И с каждым днём этот ком становится всё больше и больше.

— В этом нет твоей вины, Артур, — Она оглянулась на него, моргая уставшими глазами. Луна ярко освещала их, создавая на полу театр теней. — Мы все устали и вымотались. Правда, завтра идти на волонтёрство, но мы не пальцем деланные, верно?

«Я не могу. Мне нужно выяснить». Артур опустил взгляд на руки, затем медленно закрыл глаза и начал потирать виски, надеясь на очередное видение, но, к сожалению, это не помогло. Вдруг к нему в голову пришла сокрушающая мысль. «Может быть…»

— Венди, пойдём со мной прямо сейчас искать это место. — В его словах не было ни капли застенчивости и неуверенности. В глубине души что-то подсказывало ему, что её ответ будет положительным. Обратив внимание на неё, он не заметил никаких изменений в выражении её лица. — Пропустим один день волонтёрства, найдём весомую причину потом.

— Вперёд. — Ответ девушки не заставил себя долго ждать. Она отклонилась от подоконника и отряхнулась, направляясь к столу с документами. — Ну? Идём или нет?

«Она так легко согласилась?» Со стороны Артур выглядел так, словно он был в ступоре. Пару минут назад они договорились, что пойдут искать то самое место из газеты вместе после волонтёрства, а теперь он вместе с Венди, в ночь, отправляется на поиски. Как он и хотел.

— Конечно, идём, — собравшись духом и с мыслями, он вскочил и начал собирать необходимые вещи, в том числе и документы, которые были у Венди. — Есть варианты того, как мы выберемся из дома?

— Что-то не так? — Девушка быстро оглянулась на Артура, параллельно собирая необходимые материалы.

— Алиса и мать сейчас спят. У матери есть система оповещения в спальне, которая сразу информирует об открытии и закрытии всех дверей. — Его выражение лица постепенно стало серьёзным и озадаченным. Просто так выбраться из этой клетки им явно не удастся, нужно что-то придумать.

— Дай-ка подумать, — Девушка внимательно оглядела всю тёмную комнату в поисках чего-то, что может им помочь. Кассеты в коробках? Канцелярия на столе? А может, что-то из мебели и простыня? Нет. Взгляд девушки медленно остановился на слегка приоткрытой дверце старого шкафа, в котором хранилась вся его одежда. — Тебе не жалко твоей одежды?

Не успел он подумать и ответить, как Венди уже рылась в его шкафу, сознательно собирая на полу в один ком исключительно футболки. Казалось, что это длилось вечно, и всё, что оставалось делать ему, — наблюдать.

— Ты так и будешь стоять и смотреть? — спросила девушка с каплей озорства в вопросе, параллельно продолжая поиски футболок. Отлучившись от себя и различного рода мыслей, Артур спустился на колени рядом с ней и принялся искать футболки в нижней части шкафа.

— Ты так и не пояснила, зачем нам это, — запыхаясь, Артур сел на пол, собираясь с новыми силами.

— Сейчас всё поймёшь, — девушка села на пол напротив него, после чего их взгляды вновь встретились. «Я сам виноват, что ввязал её во всё это».

Когда она взяла две футболки и начала их связывать, его разобщённые мысли мгновенно воссоединились — она собирается спуститься через окно с помощью этих футболок. Одна за другой футболки воедино соединялись, и всё это под руководством Венди — человека, которого он едва ли знал, но они сейчас вместе, в его комнате.

— Как ты догадалась? Откуда ты знаешь это? — Его интерес превратился в отдельный вопрос для столь интересного побега из собственной комнаты, на что девушка лишь ухмыльнулась, создавая змею из футболок.

— Прошлый опыт тяжело забыть, — Тихо начала она, будто бы перебирая мысли в голове. — Особенно при сложных обстоятельствах, о которых я не хочу говорить.

Сделав достаточно длинный канат из футболок, Венди привязала один конец к ножке его кровати, а другой бросила через окно, предварительно открыв его. Самодельный канат из футболок без проблем коснулся холодной земли, позволяя им безопасно спуститься на землю, отчего её самодовольство только укрепилось. «Итак, кто первый будет пробовать?»

— Ну вот, всё готово, — стоя у открытого окна, девушка оглянулась на Артура, выражение лица которого всё ещё было в недоумении от происходящего. — Когда-нибудь спускался таким образом?

— Нет, но похоже, что придётся, — Тихо ответил он, всматриваясь вниз. Его зрение помутнело при виде длинной связки из верёвок, шатающейся из-за ветра. «В данном случае, страх высоты стоит отключить, чего я не хочу делать…»

— Давай я первая. — Девушка стремительно перелезла через окно и схватилась за связку. Её ноги без проблем опирались на связанных между собой футболках, и она постепенно принялась опускаться вниз, словно она делала это регулярно. — Видишь? Ничего сложного.

Как только Венди спустилась вниз, она потёрла свои руки о штанины и обратила взгляд на него, выглядывающего из открытого нараспашку окна. Артур, мягко говоря, выглядел не совсем мотивированным спускаться по самодельному канату, но он осознавал, что выбора у него нет. Аккуратно, слегка дрожащим телом, он перелез через окно, цепляясь за связку футболок настолько сильно, насколько это возможно. Ветер не сильно пошатывал связку, заставляя медленно спускающегося Артура спускаться быстрее.

— Ты почти спустился! — Венди язвительно и издевательски прокомментировала его неловкий спуск, до этого момента без проблем спустившись первой. Но сейчас Артуру было не до смеха. Подростку казалось, что его нелепый спуск займёт вечность. «Хоть бы поддержала этот большой хвост снизу…»

Спускаясь всё ниже и ниже, он начал чувствовать головную боль, словно его начинало укачивать. Непонимание происходящего и чувство страха заставили его осторожно, но в то же время резко опустить взгляд на землю, и перед ним появилась улыбающаяся Венди, а затем она протянула ему руку.

— Видел бы ты своё лицо! — Она засмеялась так громко, из-за чего выражение лица юноши стало бледным и испуганным. Он отпустил связку из верёвок и полетел вниз, но, благо, земля была буквально под его ногами, отчего его падение не создало дополнительных проблем.

— Потише! — Требовательно прошептал он, обращаясь к девушке. Венди тут же затихла, оглядываясь широко открытыми глазами в поисках чего-либо подозрительного. — Они же могут услышать, понимаешь?

Девушка покорно кивнула, зафиксировав свой взгляд на лице Артура, после чего ей пришло осознание того, почему они здесь. Девушка достала карту из кармана, на которой были отмечены два места, и её лицо сморщилось, что придало ей озадаченный вид.

— Итак, куда мы идём сначала?

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

«Отчёт номер семьдесят три, четвёртое марта. Время — пятнадцать часов сорок две минуты. Вчера с профессором Ковальчук проводили совместный тест успешного прототипа. Всё прошло по плану. Следующий этап: переработка модели и форматирование памяти. Дальнейшие задачи не входят в мои обязательства. Также в процессе выполнения плана профессор Ковальчук настойчиво попросила изменить имя прототипа после выполнения всех задач, на что получила одобрение. Конечное имя модели я не выяснила. Отчёт закончен».

Большие придорожные фонари были единственным источником освещения узкого тротуара, по которому шли два подростка. Лишь изредка вдалеке виднелся свет от фар проезжающих автомобилей, но ни одна машина не проезжала рядом с ними. Прохлада этой ночи заставила Артура и Венди съёжиться, засунув руки в карманы, но всё-таки Артуру кое-что понравилось в их ночном хождении — красота ночных пустых улиц. «Никогда не думал о том, насколько сильно отличаются улицы в дневное и ночное время. Смотреть в окно ночью на улицу или смотреть в окно ночью, находясь на улице — абсолютно разные вещи…»

— Думаешь, мы на правильном пути? — сквозь лёгкую одышку спросил Артур, смотря себе под ноги, выискивая в полумраке предательские выступы камней. «Лишь бы не зацепить камень или что-то в этом роде, упасть вообще не хочется…»

— Не знаю почему, но у меня нет сомнений в том, что мы на правильном пути. — В отличие от тихого и уставшего голоса Артура, голос Венди был уверенным. Она шла вперёд без колебаний, плечи расправлены, шаг чёток — будто сама судьба вела её за руку. И хотя в её глазах читалась сосредоточенность, сама она, казалось, даже не замечала, насколько бесстрашной выглядела со стороны.

Наконец, перед ними появилось едва видимое из-за темноты здание, в котором не горел свет. Задумавшись об этом, Артур вдруг осознал, что они находятся на окраине города, где свет горел лишь в нескольких зданиях. Подойдя ближе, причина отсутствующего света в нужном здании прояснилась: здание давно заброшено, об этом говорили трещины в стенах, массивная растительность вокруг и аварийный вид в целом. «Это не помешает нам найти то, что мы ищем».

— Это оно. — Венди резко свернула карту и окинула взглядом фасад, который выглядел максимально изуродованным временем. Её взгляд привлекла отломанная половина вывески, которая бессрочно лежала на земле. На ней едва виднелись следы от ранее закреплённых букв, которые свидетельствуют о названии того, что здесь было когда-то давно. — Похоже, что здесь раньше был магазин или лавка. Надо осмотреть здесь всё.

Девушка достала из кармана телефон и включила фонарик, а затем подошла ближе к зданию, а точнее, ко входу. Артур не имел никаких вариантов того, что могло бы их ожидать здесь, поэтому он молча последовал за ней, всё ещё смотря себе под ноги.

Фронтальная часть здания выглядела максимально нетронутой людьми, будто никто не приходил сюда уже пару десятков лет. Дверь представляла из себя стандартную для того времени дверь, которая слегка напоминает двери в обычных, современных ресторанах или кафе среднего класса, но в отличие от новых моделей, к которым привыкли ребята, эта дверь имеет более широкую рамку для стекла, — но сейчас рамка пуста, и ребята могут легко пролезть через неё, если дверь закрыта.

— Сейчас проверим… — прошипела девушка, схватившись за дверную ручку. Легким движением руки она распахнула старую дверь и оглянулась на Артура, который уже смотрел на темноту внутри из-под её плеча, словно она — укрытие. — Пойдем.

Как только ребята вошли вовнутрь, темнота поглотила их. В отличие от освещённой луной и полуживыми фонарями улицы, внутри этого здания вовсе отсутствовал какой-либо источник света. Даже оконные рамки были заколочены и прикрыты различными, уже старыми, стройматериалами. Сообразив, Венди достала из кармана телефон и включила вспышку, пытаясь разобраться, где они находятся..

— Кажется, это бар или магазин. — Озадаченно пробубнила девушка, оглядываясь и осторожно расхаживая по сторонам в попытках не наступить на что-то вроде слетевшего гвоздя или разбитого стекла. Действительно, многие факторы указывали на правдивость её теории: барные стулья, полки, пустые и разбитые бутылки. Также из-за отсутствия обслуживания внутри постепенно начали трескаться стены, давая почву для появления плесени, и потолок, на что указывали осколки на полу и валяющиеся кирпичи.

— Что мы ищем? — Артур, стараясь повторять её движения, зашагал по комнате, но в отличие от Венди, в его руках не было фонаря, и он то и дело натыкался на очертания мебели, едва различимые в темноте. Девушка в ответ замерла, притворно задумавшись, будто давала ему время уловить её мысль.

— Любые следы того, что здесь кто-то был недавно. — Венди развернула газету и окунула свой невозмутимый взгляд в буквы, перечитывая с предельной внимательностью. — Если это место действительно существует, то…

Девушка отложила газету на пыльный стол и развернула третий лист, сопоставив его с газетной статьей. Артур подошел к столу, остановившись рядом с ней. «Кажется, она видит связь с двумя этими документами, но какую?»

— Смотри! — вдруг громко сказала Венди, смотря с неподдельной радостью в сторону. — Это шаги или мне кажется?!

Ребята, торопясь, подошли к столу, который находился у входной двери, и рядом с этим столом едва виднелись несколько следов ботинок. Странные следы шли в сторону другой двери, на которой отсутствовала надпись на табличке. Венди медленно опустилась на корточки перед следами и внимательно осмотрела их. Затем её решительный взгляд медленно обратился в сторону неизвестной двери.

— Похоже, что нам туда. — Посветив вспышкой телефона в сторону неизвестной двери, девушка отклонилась и встала. Ребята направились к одинокой двери, ожидая всё, что начала импульсивно придумывать фантазия с момента обнаружения следов. «Что там может быть? Чьи это следы? Может, это кто-то из нас оставил? Бред…»

Табличка над дверью была пустой, едва видимые следы от букв подсказывали возможное название, но этого было недостаточно. Подойдя достаточно близко к двери, ребята оглянулись друг на друга — заметное напряжение росло. Неизвестность и поглощающая темнота так и гремели из каждого угла этого помещения, и всё это дополнялось тихим, но густым гулом ветра с улицы, который просачивался сквозь заплесневелые стены, прикрытые окна и потрескавшийся потолок. Заметив напряжённый и слегка нервный взгляд Артура, бывалая храбрость и решительность девушки угасла под давлением собственного нарастающего чувства страха. «Внутри может быть всё, что угодно… А вдруг там опасно?»

— Готов? — Тихо прошептала Венди, аккуратно схватившись за дверную ручку. Никто, судя по внешнему виду, не был готов к тому, что их ожидает. Напряжение и нервозность, словно инфекции, давали о себе знать всё сильнее и сильнее. «Нужно как-то обезопасить нас».

— Погоди, — прошептал в ответ Артур, оглянувшись на пол, а точнее на то, что лежало на полу. Его взгляд упал на кусок кирпича, неподвижно лежавший около стены с разорванным плакатом, на котором едва можно было разобрать, что было изображено. Взяв кирпич, он демонстративно занёс руку.

Вдруг Артур застыл, словно вкопанный. Затем он медленно опустил поднятую руку вниз и обратил внимание на нацарапанные слова на полу, которые были всё это время под кирпичом. Слова гласили: «Если здесь нет ничего, что поможет найти выход, значит, единственное, что поможет, это память и...».

— Артур, ты идёшь? — голос девушки, словно ключ к двери, заставил Артура поднять взгляд и прийти в себя. Вздохнув, он направился к Венди.

Когда ребята застыли перед дверью, тишина вновь застала их, давая последний шанс на выбор: уйти и забыть обо всём, что происходит, или открыть эту чертову дверь, которая может вести куда угодно или к кому угодно. Недолго думая, Венди зажмурилась и, словно спецназовец, замахнулась, взялась за ручку и нараспашку открыла дверь, внутри которой был лестничный спуск и темнота, ожидающая незваных гостей.

— Идём. — Тихо и осторожно прошептала девушка сквозь стиснутые зубы, обернувшись к Артуру. Венди тихо вздохнула и начала очень медленно спускаться, смотря себе под ноги. Артур быстро кивнул в ответ и последовал за ней, крепко держа кусок осыпающегося кирпича в руке. «Лишь бы мы не встретили никого там, внизу…»

Звук.

Сосредоточенное, но в то же время трясущееся внимание Артура инстинктивно среагировало на странный звук, исходящий позади него. Что-то позади них отдалённо шоркало, создавая ещё большее напряжение между ними и этим местом. Он тихо остановился, чтобы Венди не заметила, а затем медленно и осторожно повернулся назад в надежде ничего не увидеть. Рука сама сжала кирпич в его руке, готовая кинуть его так далеко, насколько это возможно. «Мне же кажется, верно? Венди бы тоже услышала, она…»

— Артур! — громкая мольба девушки мгновенно вернула его в прежнее русло. Артур молниеносно посмотрел в сторону девушки, но вместо спускающейся Венди увидел её грациозное падение вниз с криками.

Сердце Артура больно дрогнуло и забилось так, как никогда ранее. Вспышка света от её телефона исчезла, но ему было всё равно. Почувствовав адреналин, он помчался вниз по ступенькам лишь с одной единственной надеждой в своей голове: «Лишь бы она была в порядке!»

— Венди? Венди! — Спустившись вниз, темнота окутала его и всё, что было рядом. Артур едва видел самого себя, не говоря уже о том, чтобы найти потерявшуюся подругу. Единственный выход из ситуации, который пришёл ему в голову в данный момент, — это звать её по имени: — Венди! Ты в порядке?

Тяжело вздохнув, Артур сделал несколько слепых шагов вперёд, забыв о том, что эхо неизвестного места раскрывает каждый его шаг всему, что может быть здесь. Сделав очередной шаг вперёд, его нога почувствовала что-то твёрдое, словно это был маленький кирпич или камень. Артур тут же отступился и наклонился к полу, вслепую ощупывая бетонный пол в поисках неизвестного предмета. Наконец, нащупав предмет, он поднял его, и свет с его руки тут же направился в сторону стены, перед которой он стоял. «Это её телефон! Но где она?»

Телефон Венди значительно поможет ему в поисках. Оглянувшись уже со вспышкой, всё встало на свои места — это пустой коридор, в котором находился только он. Артура охватил самый настоящий страх, когда он осознал своё новое одиночество и потерю подруги. «Её здесь нет? Что за чёрт?»

Когда юноша наконец собрался с мыслями, он осмотрел коридор ещё раз, и выяснилось, что коридор ведёт только в одну сторону и только к одной двери, над которой была вывеска с отчётливо видимыми буквами. Тихо вздохнув, Артур сжал кирпич в левой руке, а в правой — телефон, и медленными, словно он ниндзя, шагами начал приближаться к двери. Его взгляд был прикован только к манящей двери, но, подойдя достаточно близко к ней, он обратил внимание на текст, написанный на вывеске, и его охватил настоящий ступор. «Королевский Андеграунд…»

Его рука сжала кирпич ещё сильнее. Он аккуратно наклонился к двери, попытавшись послушать внутреннюю обстановку, но в ответ его встретила лишь гробовая тишина, которую прерывало его нервное дыхание. Взяв себя в руки, его дрожащая рука отложила кирпич на пол, и он положил её на дверную ручку, параллельно пытаясь остановить заполонившие его разум пугающие мысли. Волнение нарастало, лоб Артура потел, руки дрожали, но пути назад уже не было. «Если её здесь нет, возможно, её кто-то забрал, верно? Вдруг она в опасности?»

Подумав сотню раз, прежде чем предпринять конкретное решение, он нахмурил лицо, повернул дверную ручку и медленно открыл дверь. Та без проблем открылась, громко скрипя, что спровоцировало мурашки по его спине. Посветив вспышкой телефона вовнутрь тёмного помещения, его зрению действительно предстали элементы комнаты звукозаписи, которых он никогда не видел: пыльный микшерный пульт, потресканные акустические панели и вишенка на торте в виде почти нетронутого временем стула, из которого чуть-чуть торчал внутренний каркас. Проверив взглядом доступный угол обзора, Артур постепенно вошёл в комнату-студию, и перед ним открылась самая настоящая студия звукозаписи образца двадцатого века, на которой только сам бог знает, сколько записывалось групп и артистов.

Несмотря на возникшее удивление и заинтересованность юноши, его цель оставалась прежней — найти Венди. Серьёзно нахмурившись, он пошёл вглубь студии, осматривая всё, что могло бы свидетельствовать о недавней деятельности людей здесь. Старые остатки от плакатов едва висели на стенах, множество кабелей валялись перед его ногами, заставляя зачастую посматривать на ноги. Всё это свидетельствовало о большой истории этого места, но чиста ли эта история, если Артур и Венди пришли сюда?

— Венди? — шёпотом передразнил он себя, остановившись у стены спиной. В отличие от верхней части здания, здесь не оставалось следов, и выяснить, куда она могла пойти, невозможно. «Она не могла далеко уйти».

Тихий и короткий металлический скрип недалеко от Артура мгновенно уничтожил его собранность и концентрацию на поиске. Во мгновение ока воцарилась оглушительная тишина, которая не улучшила ситуацию, а только заставила его думать о всевозможных сценариях ещё сильнее. «Ты потерял человека. Находишься в каком-то тёмном подвале и слышишь странный скрип. Звучит как дешёвый сценарий к хоррор-фильму!»

Самым очевидным, что сделал бы любой адекватный человек, было уйти и позвать на помощь, но решение Артура полностью противоречило подобному сценарию. Медленными, аккуратными шагами он направился в сторону возможной угрозы для него, надеясь всеми частями своего тела на лучший исход событий. Но эта надежда быстро угасла, когда скрип снова заставил его застыть прямо перед источником этого пугающего звука — шкаф с приоткрытой дверцей, из которого едва слышно едкое, напористое дыхание.

— Венди? Это ты? — Поборов в себе чувство страха и замкнутости, дрожащим голосом спросил юноша, но ответа не последовало. «Что, если это она? А если нет, то кто?»

Вариантов, возникших в голове Артура, было множество: инопланетянин, вампир, зомби или любая другая нечисть. В конечном счёте, отбросив все варианты, осталось только два возможных исхода: либо это Венди, либо нет. Задача выяснить, кто находится в шкафу, упала именно на его плечи, и, подготовив в голове план «Б», он на цыпочках подошёл прямо к шкафу, встретившись с металлической дверцей лицом к лицу. «Была не была…»

Рука Артура не стала медлить и резко откинула дверцу шкафа в сторону, пронзив тёмное помещение и уши удушающим скрипом. Тело, находящееся в шкафу всё это время, тут же выпало на пол, а затем начало кашлять. Артур вздохнул с облегчением, когда перед ним на полу оказалась его спутница, хоть и в явно плохом состоянии. Обратив внимание, Артур заметил, что одежда девушки стала мятой и грязной, лицо бледное, и всё это дополняют растрёпанные волосы, прикрывающие лицо.

— Венди, ты меня слышишь? — Артур немедленно наклонился к ней и взял её за плечи, аккуратно посадив спиной к шкафу. «Похоже, с ней что-то произошло».

— Кто это? — неожиданно пробубнила девушка в ответ, заставив юношу слегка отклониться от странного вопроса.

— Что? Это я, Артур. Ты как? Выглядишь неважно. — Он с тревогой в глазах бегло осмотрел её в подтверждение своих слов, но вопрос, который она задала, застиг его врасплох. «Подожди, что она имеет в виду?»

Тусклые глаза Венди медленно распахнулись среди тёмного окружения и направились к недоумевающему лицу Артура, словно она действительно хочет удостовериться, что это он. Выражение её лица было одновременно напуганным и хмурым, не таким, как раньше, словно что-то поменялось в механизме её сознания. «Она мне не верит?»

— Здесь кто-то есть, Артур, — сквозь возникающий приступ кашля прохрипела девушка, опуская тяжелый взгляд на свои руки. — Я не видела кто, но кто-то тащил меня по полу после того, как я потеряла сознание.

— То есть, здесь кто-то есть и был всё это время? — нервно спросил юноша, осознав, что их ночное расследование становится по-настоящему горячим и опасным. — Нам нужно срочно уходить. Ты можешь идти?

— Ребята! Привет! — Громкий и весёлый голос из темноты эхом разнёсся по всему помещению, предвещая беду. Оглянувшись по сторонам, Артур никого не обнаружил. Потом вновь оглянулся, а потом ещё раз — темнота всё равно прикрывала незнакомца.

— Что вас привело сюда? Мне кажется, что ночь — это время сна, а не время для прогулки по заброшенным зданиям. — Робко перебил паническую тишину незнакомец. Наконец, прищуренный взгляд Артура поймал приближающийся из темноты силуэт. «Судя по голосу, ему столько же лет, сколько и мне, а рост… Чуть выше меня, не могу разглядеть точно».

— Ребята, ну что вы молчите, словно притаились? Не узнаете меня? — из темноты медленно показался длинного роста парнишка, демонстрируя на показ свою лёгкую, дружелюбную улыбку. — Это же я, Майк.

— Артур? — Испуганный, но подготовленный взгляд Артура перебила Венди, прошептав его имя. На её лице появилось явное беспокойство, которое постепенно передалось Артуру, когда он начал вникать в абсурдность и странность ситуации. — Надо уходить.

— Артур? Венди? — Майк пригласительно позвал их по именам. Его голос был громким и звонким. Осознав это, Артур обратил взгляд на его прежнее положение в тёмном помещении, но его там уже нет. Он оказался прямо перед ними.

Его взгляд был другим, не таким, как ранее. Хоть он и выглядел дружелюбно, внутри явно отличался от внешнего себя. Поза Майка закрытая, глаза выглядели искрящимися и яркими при виде Артура и Венди, словно эти двое порадовали его своим присутствием. Сомнения в естественной доброте и искренности Майка возросли, когда Артур заметил, что руки Майка находятся за спиной, словно он их специально прячет. «Не буду же я спрашивать его напрямую об этом, верно?»

— Что ты здесь делаешь, Майк? — Артур осторожно задал нейтральный, но прямой вопрос Майку. Как ни странно, но серьёзность в вопросе Артура не снизила темпа экстравагантного поведения Майка.

— Ничего особенного. Просто ищу хоть что-то стоящее из оставшегося хлама, ну ты понимаешь… — робко и незамедлительно ответил одинокий сыщик, потирая лоб тыльной стороной ладони. — А вы, ребята, что здесь делаете?

— Мы… — поток мыслей Артура о верном варианте ответа резко остановился, словно он стоял на краю моста.

— Мы тоже пришли искать здесь что-то стоящее, — Венди оглянулась на Артура, но всё, что она увидела, это его типичный «туманный взгляд», демонстрирующий безучастие в ситуации. — Но раз уж здесь ничего нет, мы, пожалуй, пойдём.

Девушка незамедлительно взяла туманного Артура за руку, словно ребёнка, и обернулась в противоположную сторону, делая вид, что она знает, где выход. Как ни странно, но Майк быстро предугадал её шаги, загородив им путь своим телом, и таким образом он напугал Артура, отчего тот уронил телефон Венди с единственным источником света в этой пугающей до мурашек пустоте. Цепляясь за последнюю надежду и постепенно осознавая серьёзность ситуации, Артур наклонился в поисках телефона, но всё, что он обнаружил, был аккумулятор и пару маленьких осколков от корпуса. «Телефон сломался…»

— Майк, не мог бы ты помочь нам выбраться? — дрожащим голосом спросила напуганная Венди, отчего Артуру тоже стало не по себе. Рискованный вопрос повис в воздухе, словно застрял в паутине, но ответа от юноши не поступило. Артур попытался присмотреться вперёд, чтобы удостовериться, что Майк всё ещё там, но темнота постепенно укрыла их, забрав с собой и Майка.

— Артур, — сосредоточенный голос девушки пронзил наступающее непонимание и смятение. Произнесенное имя отдалось эхом в голове юноши, снова и снова заставляя себя задаваться сотней вопросов, которые приводят к одному ответу, — Артур! Держи мою руку и следуй за мной. Не делай лишних движений и старайся дышать по минимуму.

Рука Венди стремительно потянулась к Артуру сквозь обрушившийся на пару мрак. Всё, что происходит наяву, теперь выглядит как сон для Артура, в котором он вновь упадёт в неизвестность и проснётся в холодном поту, но сейчас этому не суждено случиться. Очнувшись от порыва новых мыслей, его ноги стремительно бежали вслед за прикрытой мраком стройной фигурой с рыжими, бархатными волосами. Артур попытался воспроизвести её слова снова, и его повторный, уже удачный анализ выявил кое-что странное. «Дышать по минимуму?»

Как только пара достигла лестницы наверх, фигура стремительно попятилась вперёд, не экономя ни малейших сил. Артур был настолько дезориентирован быстрыми движениями и темнотой, что встать, а точнее, прыгнуть на ступеньку, было для него затруднительной задачей.

— Артур? — вдруг позади юноши раздался тихий и печальный голос Венди, который явно просил о чем-то с его стороны. — Ты бросаешь меня? Вернись, прошу!

— Артур? Нам надо уходить! Слышишь? — уверенный голос девушки донёсся до его застывшего тела на пути вверх. Фигура схватила его за руку ещё крепче, протягивая Артура в свою сторону.

— Но он никуда не уйдёт! — Свирепый женский голос заставил унесённого от реальности Артура прийти в себя, но уже было поздно. Быстро оглянувшись по сторонам, он осознал, что сейчас он — живой канат. — Верно, Артур?

— Артур! Не слушай его! — Эхом пробился крик девушки в его сознании. Из темноты, прямо на Артура, потянулись длинные, нечеловеческие руки и схватили юношу за талию, постепенно унося с собой.

Ноги постепенно подкашивались под давлением разных рук с двух противоположных сторон. Посмотрев в лицо девушке, он обратил внимание на страх в её глазах, усталость и возникающие слёзы. Обречённость настигла их, пытаясь унести с собой в неизвестность. Артура постепенно затягивала пугающая до мурашек пустота, издавая истерический, нечеловеческий смех. В одно мгновение его ноги перестали чувствовать землю, и он мгновенно, на фоне крика и смеха, исчез во тьме, постепенно зарываясь обратно в себя.

***

— Проснись. Ты меня слышишь? — издалека доносился озорной детский голос, заставляя бездействующее тело Артура включить его сознание. — Не делай вид, что не слышишь меня.

Медленно распахнув глаза, перед юношей появилась его комната, без света и с закрытой дверью. Под собой он почувствовал жёсткий, холодный пол, и опустив взгляд вниз, обнаружил, что он сидит на полу, прислонившись спиной к стене. «Что происходит?»

— Проснись, — дверца шкафа рядом с Артуром слегка приоткрылась, таким образом привлекая его внимание. Не веря своим глазам, Артур попытался выбраться из сна путём щипания и несколько раз закрывая и открывая глаза, но всё безуспешно. Его попытки оказались тщетны. «Моя комната не кажется моей комнатой…»

— Кто ты? — Взгляд юноши прицепился, словно крюк, к его родному шкафу, пытаясь разглядеть незнакомца, скрывающегося внутри. Ощущение страха нарастало само по себе от безысходности и непонимания; к тому же холодная тишина и осознание нарастающей паники стали больным ответом для Артура.

Как только Артур решил встать, дверца шкафа приоткрылась ещё больше, из темноты внутри появился человеческий глаз. По спине трусливо пробежали мурашки, но Артур встал, осознавая возможный риск. В шкафу мог находиться кто угодно, и, возможно, кто-то, кто опасен. «Почему глаза на таком низком уровне? Это ребёнок?»

— Ты не помнишь меня, верно? — тихо прошептал высокий голос, а затем начал медленно хихикать, явно наслаждаясь его непониманием происходящего. — А я тебя помню.

— Ну так, назови своё имя, — веки Артура сузились, и он прошипел между зубов свою прямую просьбу. Что-то глубоко внутри него подсказывало ему в этот момент, что он сказал это зря.

— Я не могу, Артур. — Торчащий из темноты глаз ребёнка множество раз моргнул и в последний миг исчез в темноте шкафа, оставляя на Артура лёгкое облако одиночества и чувство надвигающейся бури. Некоторые вещи в комнате начали парадоксально и визуально меняться, создавая кривые и искажённые узоры на стенах, полу и потолке. Комната постепенно начала превращаться в месиво из искажённых детских рисунков, валяющейся мебели на полу и повисших в воздухе мятых бумажек, на которых виднелись слова, криво написанные карандашом. Атмосфера накалялась, становясь более похожей на бред при высокой температуре, чем на сон.

Мятые, левитирующие бумажки и слова на них стремительно заполонили дёргающуюся комнату, обращая обеспокоенное ситуацией внимание юноши на пульсирующие слова в одной из мимо пролетающих бумажек. Стремительно потянувшись рукой к ней, слова вдруг начали собираться воедино, после чего всё вокруг, кроме этой бумажки, мгновенно исчезло. «Я… это… ты?»

— Лео?

— Скажи: «Четыре, ноль, два».

***

— Артур! Артур! Очнись. — Силуэт и голос незнакомца маячили перед только что широко открывшимися глазами Артура. Всё его тело вдруг заныло под натиском холодного пола, и в этот момент он решил, что пора приходить в себя. «Где я? Это уже не сон?»

Серые стены, покрытые потускневшими фресками или странными царапинами, будто кто-то пытался что-то записать. Холодный, неровный пол и незнакомец — единственное, что юноша увидел под натиском изолированного от света помещения. Оглянувшись и внимательно посмотрев на соратника по степени непонимания, перед ним оказался сам Майк, состояние которого, судя по внешнему виду, оставляло желать лучшего.

— Что происходит? — Медленный, но разумный вопрос выплыл из уст Артура, отчего настрой Майка явно поменялся, добавив в себя надежду.

— Я не знаю, что тебе наговорил тот тип, но я не он! Он притворялся мной. Я не знаю, сколько я уже здесь нахожусь, — дрожащая, почти сумасшедшая искренность и страх в словах Майка заставили Артура пробудиться из глубоких мыслей. «Что он имеет в виду?»

— Послушай, мы в ловушке. Здесь нет другого выхода, кроме как этой толстенной двери, которая явно находится под его контролем. — Импульсивно протараторил Майк, собираясь с мыслями прямо как Артур. Его внешний вид так и заявлял о потерянности: везде торчали нитки, отсутствовал второй ботинок, и тёмные, грязные волосы торчали в стороны, образуя что-то наподобие гнезда.

— Ты хочешь сказать, что это не ты меня притащил сюда? — Артур нахмурился, не веря словам Майка. У Артура были основания не верить ему, но внешний вид Майка действительно отличается от того, каким он видел его ранее. «Происходит что-то странное…»

— Да! Это был не я. Не знаю, кого ты видел там и что он сказал тебе, но настоятельно рекомендую забыть. Это не настоящий человек. Или не человек вовсе… — задумчиво закончил ответ Майк, потирая виски. Хоть Майк и казался Артуру изначально странным, но из-за стечения обстоятельств и объяснений, которые показались юноше правдивыми, Артур решительно кивнул товарищу по беде и встал, медленными шагами продвигаясь к двери.

— Значит, ты мне поверил? — Вопрос Майка прозвучал как утверждение, но внимание Артура захватила плотная дверь без замочной скважины, лишь с едва заметными узорами, которые при долгом взгляде начинали напоминать буквы. Или цифры. Или что-то ещё. А также цель, которую он только что поставил себе. «Нужно выбираться отсюда. Немедленно».

— Есть идеи насчет того, чтобы выбраться из этой коробки? — решительно и настойчиво пробубнил Артур, охваченный своей целью.

Комната имела странный вид, не типичный для нынешнего времени, что вовсе не помешало юноше. «Если здесь нет ничего, что поможет мне найти выход, значит, единственное, что поможет мне, это память и воспоминания».

— Четыре, ноль, два. — Подойдя к двери, медленно и осторожно произнёс Артур, после чего дверь ответила ему тишиной. Обернувшись на Майка, недоумение на его лице встретило его в ответ. «Наверное, со стороны это прозвучало глупо».

Громкий, металлический звук.

Напуганные глаза Артура и Майка молниеносно вернулись к двери, которая начала медленно открываться, издавая довольно неприятный, высокочастотный звук для человеческого уха. С одной стороны, это порадовало Артура, но с другой стороны, в глазах Майка юноша увидел лишь большую неприязнь и прежний страх неизвестности.

— Ты волшебник, чувак, — удивлённо прошептал Майк, ошарашенный тем, что дверь открылась, по сути, его голосом и приказом.

— Не думаю, что дальше будет легче, — осознание ситуации только насторожило юношу, что после его замечания подхватил и Майк, тяжело вздохнув. Понимание того, что им нужно идти в неизвестность, придало Артуру только лишней настороженности.

Первый шаг сделал Артур, а затем, неохотно, за ним последовал «бедный» Майк. Подростки понимали, что на их дальнейшем пути может быть всё, что угодно, но подавить страх в данном случае смог только Артур. «Может, я и обманываю себя, но делаю это во благо нам обоим».

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

— Думаешь, это было правильным решением? Ну, выйти.

— Надеюсь, что да.

Склад, в котором в одном из отсеков были заперты ребята, освещался лишь одной большой лампочкой, висящей на потолке, которой едва хватало на большую часть помещения. Хотя помещение не было большим, оно практически не оставляло свободного места для передвижения: повсюду была разбросана старая мебель, валялось техническое оборудование для звукозаписи, различного рода пакеты с дополнительными вещами внутри и много чего ещё, во что не хотелось вникать наблюдающему за всей этой картиной Артуру. «Кто оставил это здесь?»

— Ого, сколько здесь всего. Даже кассеты есть, — удивлённо пробубнил Майк недалеко от Артура, роясь в одном из пакетов, словно он бездомный. Артур лишь кивнул ему в ответ, продолжая анализировать обстановку.

Юноши старались идти медленно, практически бесшумно, но эхо их шагов сдавало все их позиции. Увлекшись исследованием, Артур параллельно просматривал рядом лежащие пакеты, которые выглядели в точности так же, как и у него дома. На новые кассеты он не обращал особого внимания. «Реклама…»

— Артур, смотри что нашёл! — Радостный голос Майка прозвенел на весь склад, на что тело Артура скривилось, ответив неприятными мурашками по спине.

Но когда подросток обратил внимание на то, что обнаружил Майк, его мозг активизировался мгновенно, заставляя снова углубиться в свои воспоминания. В руке юноши была кассета с самым ранним интервью Тайлера Прескотта, которая уже имела потёртые окантовки и желтоватый оттенок. «Я не помню точно, но как будто бы я уже видел её когда-то… Или нет?»

— Где ты её нашёл? — В вопросе Артура не было сомнений. Это та самая кассета с первым интервью великого музыканта. Подойдя к Майку и взяв находку в свои руки, юноша принялся осматривать её, параллельно копаясь в своей памяти, которая обладала невероятным чувством стёртости, забывчивости, а также отрывистости.

— В пакете. Их здесь много. — Вяло ответил Майк, кажется, не находя в своей находке чего-то особенного. — Тоже любишь Тайлера Прескотта? Легендарный певец.

Обратив внимание на заднюю часть кассеты, состояние Артура резко изменилось в непонятную для него сторону. Маленькими цифрами, на краю этой стороны кассеты, были маркированы те же координаты, что и на той, первой загадочной кассете, имеющей координаты. «Не может быть…»

Во мгновение Артуру показалось, что он начал плакать, но из-за неверы в происходящее он быстро захлопал глазами, пытаясь отогнать нарастающее чувство страха и унять ком, возникший в горле. Теперь реальность начала казаться ему сном, но сейчас он не во сне, а в опасной ситуации. Вернувшись в реалии, он отложил кассету в карман, тяжело вздыхая. «Всё становится ещё запутанней».

— Слушай, Майк. — Сдержанно начал Артур, собирая мысли воедино. — Не знаю, как, но нам нужно выбраться отсюда и найти Венди. Нас разделили, когда мы попытались сбежать, и сейчас я без понятия, что с ней.

Майк терпеливо кивнул в ответ, после чего ребята оглянулись на ближайшие дверные проёмы в поисках того, что хоть каплю похоже на выход. Среди всех дверей, которые попались ребятам на глаза, выделились две странные двери, которые отличались друг от друга внешним видом.

Первая дверь, находящаяся между слабыми отголосками света и поглощающей темнотой углов помещения, выглядела массивной, с тёмно-металлической текстурой и странными царапинами, будто кто-то в панике оставлял их. Табличка, конечно же, отсутствовала.

Вторая дверь, которая находилась в другом конце помещения, выглядела примерно так же, но её текстура была обыкновенной, словно это обычная дверь в квартиру. Царапин и сколов на этой двери не было, что вызвало у Артура подозрения.

— Что думаешь? В какую дверь пойдём сначала? — Произнёс Майк, подходя к Артуру с неподдельным интересом. «Обе двери выглядят подозрительно… Но царапины на металлической двери, откуда они?»

— Металлическая дверь вызывает больший интерес. — Недолго думая, ответил Артур. Затем, из предполагаемого центра, где они находились, Артур незамедлительно зашагал в сторону загадочной двери, которая показалась ему очень похожей на те, что он видел только в фильмах и играх про фантастику.

И вот, ребята вновь оказались на пороге чего-то неизвестного. Издалека казалось, что дверь чуть выше человеческого роста, но это лишь иллюзия. Сделав ещё несколько неровных шагов, для Артура настал момент истины. Именно он собирается открыть её. Аккуратно он положил ладонь на холодную ручку и медленно, почти покадрово, потянул её вниз, отчего по его спине прошли мурашки. «Была не была…»

На удивление тяжёлая, металлическая дверь открылась с лёгкостью. Ожидания, что сложились у Артура в момент холодного открытия, оправдались: ничего не было видно, потому что свет по ту сторону проёма отсутствует. Почуяв облегчение, Артур, а затем и Майк, медленно, словно они ниндзя под прикрытием, просочились в темноту. «Такое чувство, словно мы пересекаем границу дозволенного».

— Ничего не вижу. Ты видишь? — Громко прошептал Майк, прислонившись к стене в поисках выключателя света. Ответ Артура был очевиден, но он не решился ответить ему, боясь нарушить уже нарушенную тишину. Странное предчувствие продолжало держать его в тонусе, из-за чего решительность юноши медленно пошла на спад. «Что это?»

Случайно оглянувшись назад, внимание встревоженного юноши привлекли две белые точки в темноте, затем появились ещё две точки, а затем ещё и ещё, пока Артур не перевёл свой испуганный взгляд обратно на товарища. Сердце начало бешено барабанить в ушах, ком в горле не давал Артуру взять себя в руки, голова затрещала, сигнализируя о потере координации. «Лишь бы это не был приступ...»

— Нашёл, Артур! — Радостно крикнул Майк, и во мгновение ока среди белых стен возник свет, поставив зрение ребят в недлительное ослепление. Но радость Майка длилась недолго, когда он обратил внимание на Артура.

— Ты в порядке? — Подойдя к прислонившемуся к стене Артуру, спросил Майк, нервно почёсывая затылок.

— Чуть устал, ничего страшного. — Сквозь ухмылку тихо ответил Артур, поднимая растерянный взгляд на обеспокоенного юношу.

«Вроде не приступ».

Почувствовав себя намного лучше, Артур аккуратно встал на ноги, отклонившись от стены. Рубеж, который они создали сами себе, преодолен, но что-то внутри Артура продолжало вопить о том, что что-то не так, и этим «что-то» оказалось сердцебиение.

— Офигеть, чувак… — Неподдельное чувство удивления и восторг в голосе Майка заставил Артура поднять взгляд на него, а потом на то, что всё это время скрывалось под темнотой. «Господи…»

Перед ребятами открылась самая настоящая лаборатория. Мерцающие экраны рабочих станций испещрены бегущими строчками кодов, прыгающими спектрограммами и частотными графиками, будто кто-то намеренно искажал саму речь. На стендах — ряды прототипов: от массивных ошейников с грубыми швами до хрупких чипов, замурованных в прозрачные колбы, словно редкие насекомые. В углу притаилась испытательная кабина, окружённая микрофонами, а над ней висит потрёпанная табличка: «Тестовая фраза: „Привет, мир“». Воздух дрожит от голограмм — то вспыхивает трёхмерная гортань в разрезе, то расплывается симуляция, превращая мужской бас в детский шёпот.

— Артур, что это? — Майк с ужасом на лице повернулся к Артуру, также не веря в то, что они видят. «Кажется, не один я испытываю шок в этот момент».

— Кажется, это лаборатория, — кратко подвёл Артур дрожащим голосом очевидную гипотезу, направляясь вперёд и осматриваясь по сторонам в поисках любых угроз. — И что-то мне подсказывает, что нам лучше не задерживаться здесь надолго.

Когда голоса ребят утихли, место накрыла фоновая тишина — тревожная, ненастоящая, пропитанная чужими звуками. Фоновый гул генераторов, словно отдалённое дыхание механического зверя. Резкие щелчки реле, похожие на тиканье сломанных часов. Запахи тоже выдавали секреты этого места: Артур, заходя глубже, морщил нос — в воздухе витал едкий озон, горьковатый шлейф химикатов, а на языке оседал металлический привкус, будто он лизнул батарейку или соль.

— Значит, эта лаборатория была всё время… — Майк медленно подошёл к одному из стендов, внимательно читая надписи на больших табличках. — Не могу поверить своим глазам.

В это время Артур подошёл к одному из рабочих столов, на котором была закреплена табличка с надписью «Э. Шмидт», не дающая особого понимания о сотруднике, который был закреплён здесь однажды. «Где-то я уже видел эту фамилию…»

Рабочее место напоминало скрещение хирургического театра и звукозаписывающей студии. На стальном столе, заваленном схемами с пометками красным маркером, ютился неизвестный юноше инструмент, на котором в реальном времени извивались волны, будто живые существа. Рядом, в стерильном боксе, лежали прототипы модуляторов: один напоминал серебряный голосовой обруч, другой — подкожный имплант с микроскопическими электродами.

— Что это? Рабочее место? — Подойдя к Артуру, спросил Майк, приложив к подбородку ладонь, задумавшись. Артур оглянулся и быстро кивнул в ответ, стараясь не выбиваться из колеи своих мыслей по этому месту.

На стенке заметок рабочего места написаны испещрённые формулы преобразования частот, и кнопками закреплены отдельные вырезки из статей о некоем феномене «электронного шёпота». В углу стоял старый кассетный магнитофон с наклейкой: «Модулятор 1203Б (серия "Хор"): не воспроизводить без экранирования».

— Артур, смотри, — Майк подошёл к столу и в один момент повернулся обратно к юноше, протягивая желтоватую записку. — Как я понимаю, эта лаборатория как-то связана с голосами или чем-то подобным.

Артур неохотно взял в руки поблекшую записку, словно он знает, что написано на ней: «Голос — это не волны. Это отпечаток души. Не дайте им это украсть».

— Тут много всего, что нужно проанализировать, — подытожил Артур, подойдя к рабочему столу так же, как и Майк. Тут и там на столе лежали записки, заметки и документы. Какие-то листы были пожелтевшими, а какие-то нет, создавая цветовой беспорядок. «И сделать это нужно быстро…»

Едва пальцы Артура коснулись пожелтевшего листа, в тишине лаборатории отчётливо проступил тяжёлый ритм шагов — глухих, размеренных, беспощадно приближающихся со стороны входа. Ледяная волна осознания ударила в грудь: их нашли. Понимая всю серьёзность нарастающей опасности, Артур немедленно взял Майка за руку и впихнул его в металлический шкаф, который стоял в нескольких метрах от рабочего места. Время работает против него, паника внутри нарастала ежесекундно, но он не знал, куда деть себя. Секунды пульсировали в висках, сжимая горло. Взгляд метался по сторонам.

«Куда? Куда?! Под стол!»

Быстро заскочив под рабочий стол, юноша принялся успокаивать себя, а точнее своё дикое сердцебиение и тряску горячих рук. Голова закипела, как чайник, когда шаги подходили всё ближе и ближе к рабочему столу. Спина прижалась к холодному металлу, а в ушах стучало так, будто сердце вырвется наружу. Мокрые ладони, ставшие липкими от адреналина, судорожно сжались в кулаки. Каждый лишний вдох обжигал лёгкие.

Металлический скрежет — кто-то передвинул стул. Каблук ботинка упёрся в пол в полуметре от его тесного убежища. Артур немедленно зажмурился, мысленно сжимаясь в комок. «Не дыши...»

— Видимо, забыла выключить свет здесь. Ничего критического. — Сосредоточенный голос женщины пробубнил в нескольких метрах от Артура и напугал его до мурашек. «Лишь бы она не открыла шкаф…»

Перед глазами Артура возникла ужасающая картина — ноги женщины были прямо перед ним. Она села на кресло, которое было закреплено к этому рабочему месту. Но в одном, в данной ситуации, повезло именно Артуру — стол был большим, и глубоко внутри тяжело было разглядеть что-либо. «Наверное, поэтому тут так грязно».

Осознание того, что они в самой настоящей ловушке, лишь подбило оставшиеся частицы храбрости Артура, но он пытался взять свои чувства под контроль, выискивая плюсы из самых тёмных углов этого стола. Немного расслабившись, веки юноши адаптировались к темноте стола, и то, что он увидел, снова возбудило мурашки по всему его телу: множество тёмно-красных следов чужих ладоней, скорее похожих на отпечатки. «По крайней мере, сейчас мы что-то выясним».

Женщина, сидящая прямо над ним, будто бы ушла на второй план, когда Артур с особой осторожностью подполз к тёмной стороне стола и ещё раз осмотрел странные отпечатки ладоней. Каждый отпечаток был разного размера и с подписью внутри в виде большой буквы алфавита. «Что же эти буквы значат? Может, это код или шифр?»

— Код четыре, ноль, два… — Голос женщины заставил юношу вернуться в ситуацию, но её присутствие его уже не пугало. Всё его внимание сосредоточилось на разгадке новой тайны, возникшей, казалось бы, из ниоткуда.

Он испробовал всё: собирал буквы в слова разными способами, считал количество одинаковых букв, думая, что это четырёхзначный код, но всё оказалось намного проще... Обратив внимание на одну из ладоней с буквой «А» внутри, к нему пришла идея приложить свою ладонь. Приложив ладонь, к его сожалению или счастью, размер точно совпал, будто бы этот отпечаток был сделан именно с помощью его ладони. «Наверное, это просто совпадение. Не так ли?»

Не веря в свою теорию, Артур принялся прикладывать свою несчастную руку к другим разноразмерным отпечаткам, не обращая внимание на угрозу снаружи стола. Большинство полностью не совпадали с размером его ладони, какие-то не совпадали по пальцам, но одна…

Одна ладонь, около ладони с буквой «А», именуемая «Л», идеально подходила под размер его руки. «Какого черта?»

И вдруг в его голове всё затрещало…

***

Темнота…

— Эй! Чувак, пора идти. Концерт ведь вот-вот начнётся!

Голова гудела, в висках стучало, тело ныло, будто его переехал грузовик. Сознание возвращалось медленно и постепенно, практически обрывками, и первое, что он осознал, — холод. Ледяная влага просачивалась сквозь рваную косуху, промокшие джинсы прилипали к ногам. Он лежал на тротуаре, незнакомом и жёстком, под мелким, назойливым дождём. «Где я? Майк? Какой концерт?»

— Майк? — пробубнил юноша, в ответ получив лишь смех от незнакомых подростков, кажется, сопровождающих его. Хило поднявшись на ноги, он, наконец, увидел их лица — два незнакомых ему подростка, которых он никогда ранее не видел. «Один — высокий, но худой, тёмные и длинные волосы. Кожа слегка бледная, будто он мало ест или что-то в этом роде. Второй… чуть ниже, но тоже худощав. Короткая стрижка и есть брекеты. К сожалению, это ни о чём мне не говорит. Что вообще происходит?»

Толпа. Много шумных людей. Они действительно идут на концерт, где царят радость и веселье. Шагая по грязному тротуару за ребятами, он быстро замечает много знакомых деталей для себя: странные нашивки известных музыкальных групп, плакаты со знакомыми лицами и многое другое, что даёт ему понять, куда они идут. «Основная аудитория концерта, очевидно, подростки…»

— Слышь, ты вообще как к нему относишься? — Пробил его спокойную тишину один из эксцентричных подростков, повернувшись к нему лицом. В руке он держал зажатый пластмассовый стаканчик с жёлтой жидкостью внутри, что свидетельствовало о многом. Запах горького, неприятного хмеля ударил в нос. «Пиво…»

— К кому конкретно?

— Не воспринимай Андри серьёзно, когда он пьян, — подключился второй подросток, начиная неистово хихикать, отчего Андри не на шутку рассердился. — Он про Тайлера, чувак. Ты забыл, куда мы идём?

Мир вокруг будто резко сжался, потом размахнулся с новой силой. В голове — диссонанс, в груди — странное сжатие, будто кто-то резко выдернул пробку, и теперь внутри пустота, заполняемая лишь нарастающим шоком. Он действительно идёт на концерт Тайлера Прескотта. Его главный плакат, который когда-то висел у него на стене, в комнате, восторженно вешают прямо сейчас сотрудники в униформах на вход здания, прямо перед толпой на заполненной площади. Восторженные крики и вопли, в том числе и его приятелей, встречают подъезжающую к парковке чёрно-белую машину, за которой следует ещё несколько разных машин. «Это его машина. Не может быть…»

Автомобили остановились. Восторженные посетители концерта мгновенно замолкли, когда припаркованные около здания массивные машины начали сигналить, после чего массивные двери главного автомобиля открылись, и из машины постепенно выползали члены его любимой группы, один за другим, заставляя его и товарищей выделять адреналин и пот.

— Уважаемые посетители! К сожалению, Тайлера сегодня не будет на выступлении. Его заменит другое лицо, не менее значимое в мире музыки, — зазвенел красный громкоговоритель в ушах толпы, за которым стоял одетый в чёрный смокинг водитель главной машины.

Тишина. Короткая, напряжённая, как струна перед разрывом.

— Как это не будет? За что мы, по-вашему, заплатили?! — Далёкий, недовольный голос из толпы поднял уже появившийся в головах молодой публики вопрос, и волна негодования заставила асфальт под ногами неистово загореться. «Его не будет…»

— Пошли отсюда. На фиг такой концерт, — один из парней — тот, что с бледным лицом, — резко дёрнул его за рукав.

Под протестный гул толпы один из подростков предложил не идти на концерт, после чего члены компании отправились в парк, чтобы отдохнуть. Небо к этому времени почернело полностью, лишь изредка пробивались тусклые, но приятные глазу звёзды. Ветер стал резче, пробирая до костей, но они всё равно нашли скамейку — старую, с облупившейся краской. Пиво в стаканчиках почти закончилось. По дороге они расплескали добрую половину, и теперь Андри с гримасой допивал остатки, будто пытаясь заглушить что-то большее, чем просто разочарование.

— Отличный день, который был испоганен «отменённым» концертом! — Саркастически воскликнул один из подростков, чьё имя он до сих пор не выяснил.

— И не говори, бредятина какая-то. Какая группа будет выступать без собственного вокалиста, да ещё и такого, как Тайлер?! — Возмущения продолжались даже в таком прекрасном месте, как ночной парк. Где-то вдали смеялись другие люди, грелись у фонарей, жили своей жизнью. А он сидел среди незнакомцев, с пустотой внутри и одной мыслью, которая не давала покоя: «Всё это очень странно…»

Его взволнованный взгляд не интересовался моментом распития алкоголя. Воспользовавшись моментом, юноша оглянулся вокруг, и его внимание привлекло нечто необъяснимое для человеческого глаза. То, что он раньше никогда не видел…

Возле оголённого дуба, будто выросшая из самой тени, сидела чёрная собака. Она ела стекло. Медленно, методично, с хрустом перемалывая осколки зелёной бутылки. Со стороны казалось, что она не чувствовала ни боли, ни страха — лишь пустое, животное равнодушие к последствиям.

Легко встав на ноги, он вдруг почувствовал тошноту, но это препятствие лишь дало ему стимул двигаться к собаке. Всё вокруг на его пути заметно поменялось, когда отвлекающие факторы в виде шумящих подростков остались позади. Листва на деревьях на самом деле была блеклой и серой, а не зелёной. Каменные дорожки стали заметно мягче, превратившись в растоптанный снег.

Когда он прошёл достаточно далеко от лавочки, к нему пришло осознание, что он один здесь, в этой заснеженной пустоши. Лавочки скрытно превратились в разного рода надгробия, которые передавали атмосферу пустоты и подавляли любые иные чувства, отчего сердце постепенно ушло в пятки. Холодный ветер выл между ними, наполняя пространство тишиной, которая давила сильнее любого шума. «Я на кладбище?»

«Бессмертная» собака продолжала глотать стекло, словно другого выхода у неё нет. Подойдя достаточно близко к животному, она прекратила поедание осколков, застыв в холодной, зимней тишине. Что-то явно не так, шестое чувство снова маячило глубоко внутри, когда собака подняла голову и взглянула на него пустыми человеческими глазами, заглядывая ему в самые дальние уголки души, роясь в них без малейшего чувства вины. Ожидать от подобной картины можно всего, что взбредёт на ум, но собака выглядела достаточно спокойной, несмотря на его присутствие.

Он задрожал, но не от холода…

— Ты знаешь, зачем я здесь, верно? — осторожно заговорил юноша с этим существом. Нервы не давали ни малейшего намёка на спокойный тон его голоса. «Она что-то скрывает…»

В ответ на вопрос животное начало шевелить грязными лапами, постепенно отходя от осколков бутылки. Её грязные лапы медленно скользили по снегу, оставляя за собой причудливые узоры — будто невидимый художник выводил тайные символы. Со стороны её движения выглядели так, словно он был нападающим, а она — обороняющимся. Собака всё дальше и дальше отходила от юноши, зафиксировав свой взгляд исключительно на нём. Её морда не выглядела свирепой, испуганной или готовящейся к чему-то — только абсолютная пустота и спокойствие, и это спокойствие сейчас было только у неё, откладывая все остальные чувства в бесформенную пустоту.

— Что-то не так? Почему ты уходишь? — возразил он, сморщившись. Внезапно Артур осознал всю беспомощность собственного голоса. Он почувствовал себя мальчиком, которого водят за нос, одураченным простофилей. Но ему надоело играть в эти игры. — Я с тобой разговариваю! Стой!

Собака рванула с неожиданной для такого существа скоростью. Её лапы взметали комья снега, оставляя за собой дымчатый шлейф. И ровно на девятом шагу — исчезла. Не растворилась, не испарилась, а буквально провалилась сквозь снег, будто его поверхность на миг превратилась в чернильную гладь озера. «Она… она просто исчезла. Но что-то продолжает глодать внутри…»

— Лео? — Мужской голос позади тихо, практически шёпотом продиктовал это имя, и юноша словно по алгоритму повернулся к тому, кто был за спиной.

— Тайлер… Пресскотт? — Но не тот, что с плакатов. Этот был другим: глаза слишком тёмные, кожа слишком бледная, а улыбка...

— Не называй меня так, сынок. Команда — код пурпурный.

***

— По-моему, в шкафу были документы…

Резко очнувшись, по всему его телу запульсировал бешеный адреналин. Шаги постепенно нарастали и отходили, в голове всё неистово свистело, и вдруг он понял — неизвестный профессор идёт к шкафу, прямо туда, где находится его единственный напарник по ситуации. Артур поймал себя на мысли, что действовать нужно быстро, иначе она откроет его и увидит измождённого подростка внутри, и кто знает, какая у неё будет реакция на эту картину. «Майк!»

Под гул шагов напуганный юноша выскочил из-под громадного на вид стола и моментально замер, пытаясь лихорадочно придумать решение для кошмарного момента. Взгляд вправо — какие-то документы и прочий мусор, которые явно не спасут их. Мгновенный взгляд влево — компьютерная зона рабочего стола, а также выход из этого помещения. Кинувшись к столу, он быстро подцепил пальцами первое, что увидел, и резко обернулся. Но юноша опоздал — руки женщины уже открывали заржавевшие щиты Майка.

— Эй! — Изо всех сил раздался отчаянный свист по всему помещению. Женщина, словно по алгоритму, обернулась. Подобрав, по его мнению, подходящую тактику броска, он отправил компьютерную мышь в воздушное приключение, но снова его ждала неудача. Жалобно дребезжа, устройство рухнуло на пол, не преодолев и половины расстояния.

— Молодой человек, вы что… — Не успел договорить явно выраженный возмущением голос, как сильный удар со спины мгновенно оглушил женщину, и она, поддавшись гравитации, повалилась на пол — благодаря Майку.

Время застыло. Всё кончилось, но это будто бы не конец. Дыхание мешало услышать тишину, которая так прижилась подросткам, но что действительно смутило Артура — спокойное выражение лица Майка. «Он не напуган?»

— Идём. Думаю, нам явно пора сваливать отсюда, — поспешно прошептал Майк, кинув взгляд на тело женщины в белом халате. Затем он быстро наклонился и принялся обыскивать её. Артур наблюдал со стороны, будто у него был какой-либо выбор. Оцепенение сковало его, оставив тягостное ощущение чужой кожи, чужой роли.

— Тут удостоверение личности, деньги и… — Медленно диктовал он, внезапно заткнувшись. — Похоже, что фотографии. Много фотографий…

Сначала Артур не поверил Майку. Но сомнения рассыпались в прах, когда юноша-детектив ловко выхватил фотографии у женщины и развернул их перед ним. Первое фото из собранного коллажа — портрет улыбающегося мужчины в белом халате. Фото выглядело очень старым, поэтому Артур обратил внимание на обратную сторону. «Не может быть…»

Почерк на обороте, дата и имя, ударившие в виски, как молот по хрупкому стеклу. Где-то в глубине, застывшие, словно обсидиан, воспоминания дрогнули и треснули. Земля ушла из-под ног, свет померк… а потом оказалось, что он просто рухнул на колени. Давление нахлынувших эмоций, полузабытых образов, обрывков грёз — всё смешалось в один сокрушительный удар. «Алексей Клеменко. 27 августа 1984 года».

— Артур? Что с тобой? — Посторонняя рука Майка тут же потянулась павшему товарищу на помощь, но ответа от Артура не поступило. Когда Артур наконец поднял взгляд, Майк едва не вздрогнул: перед ним было лицо, искажённое такой болью, что, казалось, слёзы вот-вот прорвут хлипкую плотину.

— Это… Это мой отец, Майк. Алексей Клеменко, — прошептал дрожащим голосом Артур, нескончаемо хлюпая носом и делая отрывистые вздохи. — Но… Что это, чёрт возьми, значит?! Неужели он работал здесь, в этом месте?!

— Погоди, а разве тебе никто об этом из родственников не говорил? — спросил Майк, посмотрев Артуру прямо в мокрые глаза, и дрожащий юноша застыл, задумавшись.

— Действительно… — прошептал Артур, всхлипнув носом, а затем встал на ноги. Опустив взгляд на фото и сжав фотографию так, что пальцы побелели, его выражение лица постепенно перешло в агрессивное состояние. — Не может быть, чтобы мать не знала о его месте работы. Она даже не упоминала об этом. По крайней мере, я ничего не помню.

— Хочешь сказать, что она намеренно это делала? Ну, скрывала его место работы? — вышел на интригующую мысль Майк, сложив руки в карманы, чувствуя, как в воздухе повисает нечто большее, чем просто тайна.

— Чёрт, Майк… — В голове Артура произошёл настоящий бум. Если всё, что он складывает в голове, действительно правда, то это может перевернуть его жизнь с ног на голову, но в лучшую ли сторону? — Я не буду этого отрицать. Возможно, твоя теория верна.

Осознав, что есть и другие фотографии, Артур поспешно скрыл фото своего отца в заднем кармане своих штанов и жестом руки попросил другие фотографии у Майка. Получив новую партию неисследованных фотографий, Артуру стало не по себе: на одной фотографии запечатлена группа людей в халатах, предположительно учёных, на другой — сфотографированный со спины где-то на улице человек, на спине которого синий рюкзак. «Какого чёрта?»

— Зачем эта фотография у учёного? — Артур показал фото Майку, и тот демонстративно задумался, постепенно отводя взгляд в сторону, словно ему не нравилось думать о вариантах.

— Артур, я не знаю. Это единственная подобная фотография? По-моему, я видел несколько. — Неуверенно сказал Майк в момент, когда к нему пришло странное осознание, отразившееся на его лице.

Майк не соврал — на других фотографиях тоже запечатлены неизвестные юноше лица. Все фото разнятся: где-то сфотографирован маленький мальчик, идущий домой, а на другой — одиноко улыбающаяся девочка, играющая в песочнице. В основном фото были старыми, что подталкивает Артура на мысль, что эти дети уже не те, что на этих фото. «Но зачем все эти фото?»

— Майк, зачем… — Не успел Артур договорить, как громкий, металлический стук где-то вдалеке ломко ударил по ушам.

— Пора идти. Быстрее! — Взяв Артура за руку, остро прошипел Майк ему в лицо. Ребята вдруг почувствовали опасность, из-за чего адреналин в их венах взбушевался. Никто наверняка не мог знать, что происходит в этом месте.

Покинув «рабочую территорию» через тот же проход, ребята, словно ниндзя, снова попали на склад. На глаза попалась вторая дверь, которая, предположительно, ведёт к выходу. Решать, исходили ли эти странные звуки из этой двери или нет, времени не было — пора действовать.

— Заперта? — С привыкшим, шепчущим тоном спросил Артур, прижавшись к стене у двери.

— Нет, — Без раздумий ответил Майк, с недоумением посмотрев на Артура.

— Тогда чего ждёшь? Осторожно открывай, — Чуть требовательней прошептал Артур, хотя сам уже толкал дверь плечом, будто боялся, что она захлопнется.

Майк потянул за дверную ручку металлической двери, и та без единого скрипа начала постепенно открываться. Со стороны было заметно, как рука Майка напряглась — металлическая текстура действительно оправдывает свою мощь. Дверь поддалась неожиданно легко, будто её только что смазали, хотя слой пыли на ручке говорил об обратном. Металл был ледяным, даже сквозь ткань тонких перчаток подросток почувствовал, как холод просочился в пальцы и заставил его передернуть плечом. Когда дверь достаточно приоткрылась, чтобы ребята могли через неё проскочить, Артур отважно полез первым, жестом порекомендовав Майку отойти с его пути. Щель расширилась, выпустив наружу запах — не затхлость, не плесень, а что-то химическое, будто здесь когда-то разбили колбу с реактивами, и аромат въелся в стены навсегда.

— Тут вроде чисто… — Неуверенно пробубнил юноша, осматривая коридор в дверном проёме. — Идём.

— Так тут же ничего не видно, чувак. — Саркастично пронес Майк, запрыгивая в темноту бесконечно уходящего в темноту коридора. Сделав пару шагов вперёд, он нарушил золотой закон тишины. Майк безудержно фыркнул и шагнул вперёд, но тут же застыл, вслушиваясь. «Эхо…»

И вот, опять — тишина, но уже под гулкие шаги и отдалённые случайные звуки с разных концов коридора. В темноте едва виднелись проходящие мимо парней номера дверей, которые были с двух сторон. Какие-то двери были с пометками на стенах, какие-то вовсе без номера. Ощущение того, что здесь когда-то ходили люди, а теперь это место больше похоже на хоррор-аттракцион, пугало Артура до чертиков. «Это место явно старое».

Спустя некоторое время они заметили свет. Не яркий, не тёплый — слабые синеватые блики, падающие откуда-то сверху. Мерцающие, как экран старого монитора. Они выхватывали из тьмы контуры дверей: одни с потрескавшимися табличками, другие — с цифрами, стёртыми до дыр, будто кто-то спешил их стереть. На одной из стен тянулась трещина, и в ней, как вены, поблескивали тонкие провода.

— Что мы ищем? — Артур провёл пальцем по стене, и пыль осыпалась, открывая надпись — что-то вроде формулы, почти стёртую. Одна его рука была в кармане, а вторая хило следила за передвижением ног.

— Красную дверь. Знаешь, как в кино или играх, — Вперемешку с бубнежом и расчётливым подбиранием слов, тихо ответил Майк. — Обычно такие двери — это выход.

Улыбка на лице Артура только всплыла, как вдруг из тени тьмы просочилась едва видимая красная краска. Эта дверь выглядит в точности, как описал Майк — красная, с белыми начертаниями и надписью «ВЫХОД». И что самое странное — она слегка приоткрыта. Недолго думая, Артур и Майк помчались к ней, и рука одного из парней с грохотом открыла путь на волю.

***

— Ну и куда ты идёшь?

— Как куда?! Я должен выяснить, что за чертовщина происходит здесь! Я должен…

— Ты ничего не должен. Запомни раз и навсегда, кроме одной вещи…

— Какой?

***

Румяное солнце клонилось к тёплому закату, разбрасывая по земле свои широкие золотые лучи. Время приближалось к ужину. Машина резко остановилась на знакомой улице, и ветер, встретивший Майка на выходе, приятно освежил лицо. Однако его взгляд оставался отрешённым, а на лице — ни тени эмоций. Сплошная пустота.

— Артур? Просыпайся! — Майк схватил его за плечо и потянул из машины, после чего громко захлопнул дверь, что явно не понравилось водителю. — Мы уже приехали!

— Что? А? Извини… — Вяло пробормотал Артур, покачиваясь на непослушных ногах. Он потёр уставшие глаза, и перед ним проплывали знакомые места. Взгляд зацепился за один из частных домов, но внутри снова ничего не шевельнулось. Ностальгия, казалось, навсегда покинула его, не оставив на прощание ни одного светлого воспоминания. «Как всегда…»

— Ты… собираешься рассказать обо всём, что видел, когда зайдёшь? — Нетерпеливо задал вопрос Майк, которого Артур никак не ожидал.

— Я… — Слова застряли в горле, но не ответить на этот вопрос Артур не мог. Он почувствовал укол вины, если не ответит на вопрос правдиво. — Я не знаю. Всё это ужасно странно. И пугает, понимаешь?

Неведомая атмосфера в воздухе только усилилась после вопроса Майка. Возможно, это из-за всего случившегося, а возможно, это из-за грядущих последствий, которые возникнут в случае неправильных решений. И Артур больше всего боялся этого. Боится сейчас. И будет бояться в будущем.

Он заставил себя двинуться к дому, и дыхание возмездно сбилось. На мгновение Артуру показалось, что дом сам движется к нему, обволакивая пространство вокруг металлическим, зубчатым забором. Усталость и нарастающее чувство тяжести пережитого дня постепенно закрадываются в его голову, парализуя ноги и руки так, что он вот-вот свалится с ног. «Я должен всё понять…»

Подойдя к знакомой двери, Артур обернулся на Майка. Тот стоял, парализованный тишиной, и лишь беззвучно пошевелил губами, выпустив в пространство дрожащий вздох. Рука сама потянулась к ручке. Он толкнул дверь, и она бесшумно отворилась, открывая пустоту прихожей.

— Алиса? Мама? — Голос Артура, набравший громкости, раскатился по дому и утонул в безмолвии. Единственным ответом оказался холодный сквозняк, гуляющий из распахнутого на кухне окна.

— Артур? — Тихий голос Майка заставил его обернуться. Как он не заметил столь очевидного знака? На старой тумбочке в прихожей лежала оставленная для него записка. Сердце ушло в пятки. Не теряя ни секунды, Артур схватил смятый листок. Бумага под тонкими пальцами была шершавой, а вмятины на ней оставляли недвусмысленные следы — следы высохших слёз и рук.

«Артур, не знаю, что произошло, но наша мама попала в местную больницу с тяжёлой степенью сотрясения мозга. Я не знаю, где ты и с кем, поэтому оставляю эту записку и уезжаю в больницу. Не знаю, когда вернусь. Алиса».

Обезличенное лицо Артура постепенно побледнело, а руки затряслись. Слова впивались в сознание, как ледяные иглы. Из его лица будто выкачали всю кровь, оставив мертвенную бледность. Листок в его дрожащих пальцах зашуршал, выдавая внутреннюю дрожь, сковавшую всё тело.

— Артур? — Осторожно позвал юношу Майк, остановившись словно камень у кофейного столика. Его внимание будто бы привлекло что-то, что заставило его сердце уйти в пятки. Майк сделал шаг назад и отшатнулся от невидимой силы. Он указал на подпись внизу фотографии пальцем, который чуть заметно дрожал. — Артур… Какая фамилия у твоей матери?

— Я… Я не помню, — пробубнил юноша, обернувшись к Майку. — А что?

— Тут подписано… Элизабет Шмидт.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

За окном автомобиля одна за другой по стеклу растекались мутные капли дождя, искажая мир за его пределами. Фонари один за другим провожали проезжающих мимо людей с зонтами, а также машин. Вся эта движущаяся картина сливалась в гипнотизирующую полосу, на которую, облокотившись о прохладное стекло, безучастно смотрел Артур. «Погода сегодня идеально описывает моё внутреннее состояние…»

Лениво обернувшись на другую сторону машины, всё было точно таким же, за исключением дальнего леса на горизонте, где сквозь большие, массивные деревья просачивались высокие струи тёмно-серого дыма. Они просачивались сквозь кроны высоких деревьев, и это зрелище заставило Артура забыть о скуке. Артура это заинтересовало, и он пересел на другую сторону машины, мягко облокотившись к стеклу. Несмотря на то, что машина уже отъехала довольно далеко, клубы дыма, вопреки логике, не уменьшались, а лишь набухали, становясь гуще и шире, словно беззвучно взывали к миру. Взгляд Артура прилип к видению. Он машинально окинул взглядом других людей — в соседних машинах, на остановках, но никто, казалось, не видел того же. Ни тревоги на лицах, ни сирен пожарных машин, мчащихся на вызов, ни тревожных сводок в эфире радио. Лишь он один вёл этот безмолвный диалог с дымящимся лесом, в котором чудилось зловещее предзнаменование.

Веки Артура, отяжелевшие от недосыпа, вновь начали предательски смыкаться, и в их темноте плясали уже не отражения фонарей, а далёкие, зловещие силуэты. С трудом встряхнувшись, он снова протёр глаза и уставился на лес. И теперь, вглядевшись, он ясно различил в клубящемся дыме огромную, расплывающуюся улыбку — ужасающую и насмешливую. Она растягивалась и кривлялась, становясь всё шире, затягивая его в свой немой кошмар. «Что за…»

— Эй, — голос Александра вырвал Артура из тревожного созерцания, вернув к реальности пыльного салона автомобиля. — Ты так и не сказал, куда мы едем и что вчера случилось.

«Чёрт, я действительно забыл об этом…» — мелькнуло в голове у Артура. Юноше вдруг стало так неловко перед своим другом, но оправдания всё-таки у него были. Вчерашний день выдался настолько адским, что голова шла кругом, а Майк до сих пор не отвечал на звонки, что тревожило подростка ещё сильнее. Артур провёл ладонью по онемевшему затылку и наклонился к Александру, понизив голос.

— Знаешь, вчера произошло много чего… интересного, — неспешно ответил Артур, кинув взгляд на сосредоточенного на дороге водителя машины. Они ехали на такси, и хоть таксист не имел никакого отношения к их делу, желание Артура не выглядеть сумасшедшим преодолело его мгновенный порыв выпалить всё, что они видели с Майком. — Расскажу чуть позже. Обещаю.

— Это имеет отношение к нашему делу? — Заинтересованный взгляд Александра нацелился на стекло заднего вида. Тот в ответ лишь молча кивнул.

После некоторого времени Александр тяжело вздохнул, откинулся на сиденье и скрестил руки на груди — символы закрытой позы, говорящие красноречивее слов. Артур не стал противоречить своему желанию выспаться и, устроившись поудобнее, снова облокотился на стекло, наблюдая за дымом в лесу, к которому уже выехали пожарные машины и с высоток вылетели красно-белые вертолёты. Предстояла долгая поездка, так как дом Артура находился за городом. «Странно, что я не помню, как мы поселились в этот злополучный дом. Хотя кого я обманываю? Я был ещё ребёнком, вряд ли я вспомню хоть малейшие детали из того времени…»

***

Спустя некоторое время из окна такси показалась местная городская больница, возведённая ещё в ту эпоху, что канула в Лету вместе с большой страной. Величественное здание казалось исполинским, но одряхлевшим великаном, потрёпанным временем. Оно выглядело бы и вовсе заброшенным, если бы не оживлённое движение у входов — люди, словно озабоченные муравьи, непрерывно сновали туда-сюда.

Как бы Артур ни пытался уснуть в машине после пробуждения, он не смог. Всю оставшуюся часть пути его не отпускали воспоминания последних недель. Они накатывали беспорядочными волнами, то спутываясь в ком, то порождая фантасмагорические образы, от которых становилось муторно и гадко на душе.

Холод и сырая прохлада дождя облепили его худое тело, едва он начал выбираться из машины — словно разорвал кокон, чтобы попасть в другой, больший и безразличный. Серые тона сегодняшнего дня будто преднамеренно преследовали его, заставляя закапываться в себе, но внутренне он не сдавался. Не сказав ни слова, товарищи вошли в больницу.

— Вы что себе позволяете?! — Выплюнул, словно яд, женский голос среди длинной очереди в один из кабинетов. Каких людей только не заметил Артур, пройдя только из одного сектора во второй, как раз туда, куда им и нужно.

«Палата номер 206», — мелькнуло в сознании в напоминание, и его пальцы сжали холодную, шершавую от ржавчины дверную ручку. Ручка оказалась холодной и заржавевшей, и без неприятного свиста при открытии двери не обошлось.

— Артур! — Вдруг женский, знакомый голос со стороны коридора произнёс его имя, и он обернулся. Его заметила Алиса, спеша шагать к ребятам. Она почти бежала к ним, её лицо было бледным от усталости и многочасовых переживаний.

— Я так рада, что ты здесь, — с одышкой произнесла торопящаяся сестра, обратив внимание на Александра, стоящего за спиной Артура, и помахала ему рукой в знак приветствия.

— Как она? — Голос Артура прозвучал ровно и сухо. Его лицо не изменилось, сохраняя мертвенную бледность и суровость — оттенок, вошедший здесь, в этом царстве безвременья, в печальный «тренд» среди тех, кто давно не видел солнечного света.

— Врачи говорят, что всё сложно, — пробормотала Алиса, упорно глядя куда-то в пол, будто намеренно избегая зрительного контакта. — Но она поправится. Анализы в порядке, состояние тоже.

«Ей стоит всё рассказать…» — мелькнуло у Артура в голове, но он сначала сдержался. Ребята присели на скамью около палаты в ожидании лечащего врача. Люди то и дело маячили из стороны в сторону, спеша кто куда. Чтобы сбить тишину, нависшую над компанией, Артур решил начать рассказывать всё то, что произошло вчера так, как он это помнит.

— И ты правда очнулся где-то в подземной, заброшенной лаборатории? Звучит как чушь, — честно призналась сестра, улыбаясь, хоть вопросы и лились с обеих сторон.

— Да. Майк всё подтвердит, — сдержанно ответил Артур, кинув на Алису хмурый взгляд. Он не любил, когда не верят правде, но и правдой его слова назвать было сложно.

— Майк был с тобой? — Тут же встрял Александр, но его вопрос повис в воздухе. Взгляд Артура был прикован к фигуре, появившейся в дальнем конце коридора. К ним уверенной походкой приближался высокий лысый мужчина в белом халате. Он был одет с неожиданной для врача педантичностью: коричневые брюки со стрелками, идеально отглаженная белая рубашка и белоснежный халат. Серые стёкла очков бликовали под люминесцентными лампами, а аккуратная рыжая борода довершала образ человека, явно гордящегося своим внешним видом и статусом.

— Прошу прощения, Алиса Клеменко и… Артур, верно? — Уверенно спрогнозировал мужчина, обратив взгляд на Артура.

— Всё верно. Мы по поводу пациентки Элизабет Шмидт, — вставая, ответил Артур монотонным голосом, складывая руки в карманы своей куртки-пилотки. — Как она?

— В стабильном состоянии, — доктор кивнул с лёгкой, почти дежурной улыбкой профессионала, явно довольного своей работой. — Переживать не стоит.

— Спасибо вам большое, — благодарственные слова Алисы только подтвердили самоуверенность пришедшего врача. Затем, не назвавшись и не предложив дальнейших разъяснений, он резко развернулся, толкнул дверь и скрылся в палате, плотно притворив её за собой.

— Подождите! А мы можем…? — роняя слова, требовательно спросил Артур. Доктор заставил его выйти из собственного транса, в котором он далеко потерялся в прошлом.

— Пока что нет. Приходите позже! — Торопливо донеслось из-за двери, и щелчок закрывающегося замка прозвучал как приговор. «Что-то здесь не так…»

— Ты уже была там? Что там происходит? — Нетерпению Артура не было предела. Повернувшись к Алисе, он посмотрел на неё со скептическим, выжидающим взглядом, словно от него что-то скрывают.

— Артур… Там всё как положено. Доктор Шолохов позаботится о ней, — призналась девушка, избегая ожесточённый взгляд собственного брата. Поверить ей или нет — оставалось на его совести. В тот миг Артур решил не верить ни единому слову.

— Я остаюсь, — тихо, но твёрдо заявил Артур, его взгляд скользнул по растерянному лицу Александра.

— Нет, Артур, не надо... — Давление среди родственников заметно возрастало. Она скрестила руки на груди, всё так же уклоняясь от его взгляда по какой-то непонятной ему причине. — Лучше поезжай домой. Позаботься о доме, я останусь с ней.

— Звучит логично, — перебил нарастающую тишину между компанией Александр, ожидая реакции от товарища.

«Что мне остаётся делать?»

Медленно опустив сбитый с толку взгляд, Артур закопался в себе, раздумывая, как поступить правильно. Алиса, конечно, права насчёт дома, но и бросать мать здесь он не мог. Ему нужно знать, что на самом деле скрывает его мать о том, что ему пришлось увидеть…

«Я знаю, что делать…»

Сосредоточившись на настоящем, юноша поднял взгляд на исходящие из окна свежие лучи солнца, которые свидетельствовали об окончании дождя. Обдумав все за и против, Артур повернулся к Алисе и добровольно кивнул, соглашаясь с её предложением.

— Хорошо, сестра, — тихо сказал он, и слова едва не потонули в гулком многоголосии коридора: в спорах, смехе и тихих разговорах чужих людей. — Если что, звони. Я буду на связи.

— Спасибо, — произнесла Алиса со слабой улыбкой, а затем наклонилась, чтобы обнять брата. Артур на мгновение замер, его тело напряглось, ум, перегруженный сотней мыслей и подозрений. Но затем он всё же обнял её в ответ, коротко и тяжело выдохнув накопившееся напряжение.

***

Обратная дорога после удушливого серого однообразия больничных коридоров и бесконечного дождя могла бы стать вдохновением, но за счастьем пришло и несчастье — у обоих ребят не осталось денег на такси, и они решили ехать на местном автобусе, который всегда проезжает недалеко от дома Артура. Юноша снова завис, но уже над замыленным стеклом, в котором едва различались пролетающие мимо объекты, и сел на задрипанное сиденье старого автобуса, которое готово в любой момент выскочить из собственного крепления.

— Ну, говори. Что задумал? — В глазах Александра горела заинтересованность, машинально окидывая взглядом скудных пассажиров: бабушку с сонным внуком, развалившегося в полудрёме мужчину с бутылкой и двух девушек, которые, как зеркальное отражение, так же молча сидели у своего окна.

— Есть у меня одна мысль… — Неохотно признался Артур. — Давай сначала доедем до моего дома, и я всё объясню. Идёт, детектив Александр?

— Ладно-ладно, шериф! — Фыркнул подросток, подталкивая Артура плечом. На мгновение от такого крошечного момента Артуру полегчало, и уголки его губ дрогнули, выдав бледную, но самую что ни на есть настоящую улыбку. Затем он снова повернулся к плывущему за стеклом размытому миру, который идеально охарактеризовывал текущее положение дел как у него, так и у всего города.

Уличные фонари снова засверкали, создавая приятную атмосферу как внутри, так и снаружи. Время в этом небольшом, стареньком автобусе словно постепенно замедлилось, а может даже и остановилось под давлением той эпохи, когда этот автобус был во всей своей красе. Вдруг напарник по делу подтолкнул постепенно засыпающего юношу, отчего тот забавно дёрнулся, чуть не упав со своего места.

— Смотри, кто заходит, — осторожно прошептал Александр, поглядывая на вход. Резко подняв ошарашенные, искрящиеся от света глаза на людей, по спине Артура мгновенно пробежали болезненные мурашки.

«Только не он…»

— О! Какие люди! — Воскликнул низкий, грубый надвигающийся голос. — Я же говорил, что мы ещё встретимся. Встретились.

— Чувак, давай не сейчас… — предупреждающе выдавил Александр, готовый в любой момент защитить друга. И хотя «бандит» был выше и шире Александра настолько, что его левая ладонь соизмерима с головой Артура, принципы друга Александру важнее, чем последующие боли после возможного столкновения.

— Слушай, рыло, — вдруг холодно и агрессивно начал бандит, скривив своё тёмное, морщинистое лицо. — Тоже хочешь поваляться в грязи со своим поросёнком?

— Ты кого поросёнком назвал?! — терпение Александра было готово рвануть в любой момент. Кулаки автоматически сжались настолько, что костяшки его пальцев побелели.

— Ну давай, ударь, если сможешь. Слабак! — Смеху невежественного подростка, казалось, не было предела. Его смех, похожий на хрюк, моментально заставил покраснеть Артура, чувствуя, как жар постепенно овладевал его лбом.

— Как ты смеешь… — не договорил Александр, моментально выпрыгнув со своего места. Люди вокруг вдруг обратили внимание на происходящее, но никто, судя по пустым лицам, не решился помочь разрешить спонтанный конфликт.

— Я сейчас обоих вас высажу! — Выглянуло угрюмое и серое лицо, сидевшее за рулём автобуса. Оно оказалось единственным судьёй в этом заполняющемся котле, но сразу горячую воду водителю не удалось вылить…

— Рот свой закрыл! — Крикнул, несмотря на общественное внимание, бандит, сделав гордое лицо, а затем прошёл через весь автобус и сел в самое дальнее место, пристально наблюдая за Артуром и Александром. — Мы ещё поговорим на языке боли…

— Чувак, он просто сумасшедший… — сквозь нарастающую, но напряжённую тишину сказал Александр, присаживаясь поудобнее около Артура. — Благо, ты едешь не один, ха-ха.

— Ага, — Артур кивнул и облегчённо вздохнул, снова оглядываясь на помутневшее стекло в поисках утешения. — Спасибо.

Проехав несколько остановок, автобус наконец-то добрался и до нужной для друзей автобусной остановки, которая стояла недалеко от дома Артура. К удивлению юноши, оглядываясь в прошлое, когда на тех местах сидели хоть какие-то люди, сейчас друзья были одни. Не желая больше задерживаться, Артур похлопал спящего Александра по плечу, и они покинули автобус, направляясь к дому быстрой походкой.

— Так, что же ты задумал? — Сквозь нелёгкий зевок задал очевидный вопрос Александр, не зная, куда деть свои помятые и онемевшие руки.

— Мне кажется, она может что-то прятать в местах, где она чаще всего бывает, — небольшая передышка дала Артуру чуточку сил, и тот сосредоточенно устремил взгляд под ноги, параллельно избегая камни, словно они были лежачими полицейскими. — Ну, знаешь, спальня или кладовка…

— Разумная идея, — кивая, ответил друг, задрав нижнюю губу вверх в знак удивления. Дом становился всё ближе и ближе, отчего азарт Александра стремительно начал разыгрываться. — Идём!

Ключ. Замочная скважина. Свет. Резко опустевший дом только отторгал самоотверженность и самопроизвольную идею «игры в детектива» Артура, но тот, находясь в таком большом и опустошённом от посторонних взглядов пространстве вместе с товарищем, не потерялся.

Первое место, что пришло в голову юноше, — спальня, находящаяся на втором этаже, недалеко от его собственной комнаты. Туда сыщики и ринулись, желая узнать, какие тайны скрывает мать Артура под собственным туманом. Дверь в спальню выглядела обыкновенно — деревянная и с простыми узорами. Ребята без препятствий проникли вовнутрь, и всё, что частично помнил Артур, оправдалось. «Единственное, что я помню, так это то, что спальня матери создана по мотивам классической спальни середины прошлого века… Не знаю, почему ей до сих пор нравится этот стиль».

— Ух ты... Здесь всё... на старый лад, — потрясённо протянул слова Александр, медленно обводя взглядом основательную, но старомодную фурнитуру.

— Давай не будем терять времени, — отрезал Артур и решительно направился к прикроватной тумбочке, принявшись бесцеремонно рыться в её ящиках.

«Надеюсь, я не зря делаю это».

— Ладно, поищу в шкафу… — Не успел договорить Александр, как его голос постепенно угас, а фигура в поле зрения Артура застыла. — Артур?

— Ты что-то нашёл? — Юноша тут же оставил свои бесплодные раскопки и, споткнувшись о брошенный же им журнал, стремительно подошёл к напарнику. — Что там?

— Что это за штуковина? — Не отрывая взгляда от находки, тихо произнёс Александр. Он держал на вытянутых руках массивный армейский кейс цвета хаки, только что извлечённый из глубин шкафа.

Артуру словно что-то стукнуло по голове, когда его взгляд поймал этот зелёный кейс. Не взяв его в руки, юноша открыл блокирующие заклёпки и поднял крышку. Содержание кейса частично он уже знал: тот самый ключ-отвёртка, несколько запасных микросхем с маркировкой, похожей на ту, что была в документах, шприцы с прозрачной жидкостью и, самое главное, — краткая техническая инструкция по экстренной калибровке голосового модулятора. И как бы Артур ни пытался отрицать очевидное, на обложке красовался тот самый логотип, который они так долго искали.

— Чёрт побери… Наши ожидания оправдались… — огорчённо выдохнул Артур, ощущая глухой стук собственного сердца в ушах. Он с трудом сглотнул ком в горле. — До конца не хотел в это верить.

— То есть, совпадение фамилий тебе ни о чём не говорило ранее? — Холодный, но точный вопрос Александра заставил Артура поморщиться. В голове тут же, словно поганки после дождя, полезли оправдания: одно нелепее другого, но ни одно не казалось стоящим.

— Ну, может это просто совпадения, и… Ладно, кого я обманываю? — сдавленно выдохнул он. Юноша закрыл кейс и обернулся к своему напарнику. Александр с пониманием кивнул в ответ потускневшему выражению лица товарища, понимая, что он, возможно, чувствует сейчас.

— Я… Я даже не знаю, что теперь делать, — неуверенность и нагоняющий страх очевидно прорезались сквозь голос юноши. Внутри вихрились десятки вопросов, рвущихся наружу и не имеющих ответа.

«Мать ли она мне вообще? Кто тогда отец? А Алиса?»

В комнате воцарилась тишина, лишь глухой ветер, прорезающий весь дом, создавал ещё более угнетающую, холодную атмосферу жуткого открытия товарищей. Взгляд Александра метнулся на белый дисковый телефон, лежащий на прикроватной тумбочке. Его белоснежный корпус и ретро-стиль так контрастировали с мрачной реальностью, что казались артефактом из другого мира. Почти не отдавая себе отчёта, уступая внезапному порыву, Александр взял тяжёлый аппарат в руки, начав внимательно его изучать.

— Что такое? — опомнившись от оцепенения, Артур присоединился к товарищу, бесполезно оглядываясь в поисках новых зацепок.

— Он подозрительно чистый. Словно новый, — презрительно ответил Александр, поставив вещицу на место. — Ты звонил Венди?

— Точно! Я совсем забыл! — Мгновенное осознание включило каждый спящий нейрон в теле юноши. Деревянный пол второго этажа заскрипел как никогда под давлением бегущих, словно молний, ног. Артур помчался что есть мочи в свою комнату за своим телефоном, чтобы выполнить, казалось бы, самую банальную вещь. «Чёрт возьми, как я мог забыть?!»

— Возьми трубку, возьми трубку… — Всё внутри ныло. По спине бегали ледяные мурашки — мурашки вины и жгучего разочарования в себе. Друг не бросает друга, а он забыл.

Прошла минута. Две. Три...

— Артур?

— Подожди, она обязательно возьмёт…

— Артур. Там кто-то стучится в дверь, — настороженно ответил Александр, неожиданно оказавшись в дверном проёме комнаты Артура. Трепет в груди только усилился, а сердце ещё сильнее заставило о себе знать, пробивая не только грудь, но и уши.

Бросив остальные безрезультатные попытки, Артур вместе со своим напарником неохотно, медленными шагами направились к входной двери. На втором этаже в доме Артура всегда был приглушённый свет, из-за чего по пути к лестнице всегда казалось, что на стенах сами по себе двигаются тени предметов, лежащих на комодах и тумбочках, но из-за нарастающего стука в хрупкую дверь этот эффект заставил мышцы Артура неприятно сжаться. «Хорошо, что Александр этого не замечает…»

Первый этаж был пуст. Серые тона выключенного света во всех комнатах создавали эффект отчуждённости и заброшенности этого дома. Но всё это было неважно, когда все нарастающие раздумья мигом перебивает усиленный с каждой минутой стук в дверь. На цыпочках, словно крадучись на вражеской территории, Артур подобрался к кухонному окну, наглухо закрытому тяжёлой рольшторой. Аккуратно, без резких движений, юноша притронулся дрожащими то ли от волнения, то ли от непонимания и страха пальцами и приоткрыл тяжёлые шторы.

И каково было его удивление, когда он увидел…

— Да это же она! — Восторженно выдохнул он, уже через мгновение распахивая дверь настежь. — Венди!

— Ребята? Какого чёрта?! — Сердитое выражение лица подруги сменилось на восторженное, когда её взгляд наконец-то увидел то, что она хотела увидеть. — Я искала вас повсюду! Была у Александра, у Майка, около университета, и…

— Извини, я… — Артуру стало настолько неловко, что его лицо постепенно стало бледнеть, а взгляд ускользать от ребят. Такой стыд и простая невыполненная проверка состояния значимого ему человека привели его в безжалостное бешенство внутри самого себя.

Внутри снова всё то схлопывается, то расширяется до вселенских масштабов, разрывая последние силы слышать и видеть. Пол снова начал проваливаться под хилыми ногами и без того не понимающего самого себя подростка, не давая ни шанса на вдох. Постепенно окружение возвращалось в давно известные ему чёрно-белые мотивы, перенося его в его собственную нирвану. Нирвану, к которой он привык, но никогда не хотел бы привыкать.

— Артур!!!

Отдалённое эхо его имени — или не его? — отражалось от стен, залитых чернильной темнотой. Хоть происхождение предстоящего приступа он уже понял, но каждый раз старался выглядеть по-новому. Каждый раз всё начинается по-разному, и от этого юному, не познавшему жизнь, подростку ни капли не легче.

— Артур! Ты слышишь меня?!

Да. Он всё слышал. Но слышал ли кто-то ещё среди этих новообразовавшихся теней, бродящих около него? Каждая из них наблюдала за ним, даже не имея белоснежных глаз. Некоторые из теней вовсе обходили или проходили сквозь Артура, создавая ощущение, что он становится частью этого мира — такой же призрак, как и они. Неизвестные ему тени, которые, как казалось юноше в этот странный момент между жизнью и смертью, преследовали его всю его жизнь.

— Это последний день, Лео-о… — одна из теней неожиданно пробормотала, проходя сквозь Артура. Голос был настолько низким и пробивным, что создал вокруг юноши источник бесконечных вибраций. Вибраций страдания и боли, которые разрастались постепенно: от маленького зародыша до полноценного человека. Копия самого Артура возникла перед ним, но что-то отличало её от настоящего юноши… Призрачный окрас?

— Она поможет тебе.

— Что ты имеешь в виду?

— Венди.

— Что, Артур? — В мгновение ока, за одно моргание, всё исчезло, вернувшись на свои места. Кроме него самого.

Снова одышка, и снова поддержка со стороны. Девушка крепко держала его за плечи, гася дрожь его тела своими собственными, всё ещё трясущимися руками. Постепенно на её лице проступила улыбка — трепетная, но упрямая, пробивающаяся сквозь неподдельное волнение. Не говоря ни слова, она лишь кивнула и осторожно помогла ему опуститься на стул, который Александр тут же подал.

Когда его зрение постепенно вернулось в норму, на полу отразился зелёно-тёмный цвет. Тот самый кейс, который до сегодняшнего расследования он никогда не видел. Использованный шприц, ключ-отвёртка и микросхемы — и ничего из этого не удивило парня, кроме…

— Это ты сделала? — Его голос прозвучал сухо и хрипло, будто после долгого сна. Звук заставил Венди отпрянуть, прервав её порыв помочь.

— Я… — Венди будто не торопилась отвечать ему. Напряжение стало осязаемым, заставляя каждого копаться в своих привычных, глубоко спрятанных чувствах. В тех, что не описать словами, но которые читаются на каждом лице. — Я не стану врать, но и говорить не могу.

— Почему? — Настороженный голос со стороны заставил девушку шагнуть назад, отпустив только принимающего окружение Артура. Как она ни старалась казаться спокойной, все признаки нервозности и скрытой тайны выдавали её: капельки пота на висках, сжатые кулаки, испуганный блеск в глазах. — Ты одна из них? Из учёных?

— Ну же, Венди… — пробубнил сидящий юноша, медленно подняв ещё бледное лицо на девушку. Она встретила его взгляд, и в её глазах читалась принуждённость, попытка казаться спокойной. Но между ними повисло нечто незримое — ощущение, что что-то внезапно разделило их, отдалило Венди от Артура и Александра.

— Я… Нет. Я не одна из них. Я против. Я… — неохотно и осторожно подбирала бегающие в поникшем сознании слова Венди, опрокидывая взгляд по сторонам.

— Что это значит? — Терпение Александра было на исходе, и он направился к ней. — Отвечай!

— Я не могу. Прошу, не заставляй меня делать тебе больно, — предупреждающе крикнула девушка, сделав шаг назад, но не для отступления, а для подготовки к ответному удару.

— Ах… ты! — Мимолётный, здоровый кулак полетел на сосредоточенную девушку. Но Александр даже не успел дотронуться до неё, как уже оказался на полу, постанывая от сжигающей боли по всей спине.

— Хватит! Прекратите! — закричал Артур, поднимаясь на ноги и раскинув руки. Всё его лицо исказилось от надвигающихся слёз — слёз не из-за ошибки, не из-за неудачи, а из-за самых близких ему, которые стали ему как родные.

— Артур. Я… Мы больше не увидимся, если я скажу то, что скрываю!

***

Запись номер A774: «Подготовка к финальной стадии. Объект — ВБ290899». Три… Два… Один. «Прототип ВБ290899 был активирован. Код "Чужой голос" успешно применён. Начальная фаза адаптации протекает стабильно, без видимых отклонений. Субъект помещён в изолированную среду для мониторинга первого этапа взаимодействия. Уникальный код объекта полностью совпадает с расчётами, что подтверждает наши гипотезы о резонансе. Теперь осталось дождаться реакции и проверить, насколько глубоко зайдёт симбиоз. Всё идёт по плану. Конец связи».

— Я буду держать её под контролем…

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Тишину в тусклой комнате нарушало лишь сбивчивое дыхание подростков и глухой уличный шум. После запутанного рассказа Артура о событиях последних часов воздух, казалось, загустел, став плотным и давящим. Воспоминания вихрем пронеслись в его голове, и теперь те отдельные моменты, которые стали самыми яркими, начали расплываться, уступая место домыслам или кривым фантомам, которых и вовсе не было.

Мрачную атмосферу усугубляла сама комната юноши на втором этаже старого дома. Из щелей в окне, которое перманентно не закрывалось до конца, и из-под двери тянуло пронизывающим холодом. В углах от стен отходили пожелтевшие обои, а венчали всё это убожество нацарапанные на штукатурке спонтанные, но имеющие глубокий смысл надписи, автором которых был сам Артур. «Когда я их сделал? Не помню…» — пронеслось у него в голове. — «Кажется, эта комната всегда была такой, даже в тот день, когда мы сюда переехали. Отец не строитель, мать — тем более, а лишних денег на ремонт у семьи никогда не находилось».

— Ты хочешь сказать, что твоя мать является учёным секретной лаборатории? — скептицизм в вопросе Венди полностью отсутствовал. Уточняющий вопрос был задан лишь для того, чтобы вывести обескураженную тройку из собственных мыслей, в которых каждый незаметно тонул.

— Всё верно. И эта лаборатория работает подпольно, скрываясь под заброшенным зданием. Адрес мы вычислили, а затем направились туда, помнишь? — Артур оглянулся на девушку, и та медленно, но верно кивнула ему в ответ. Никто бы не хотел верить в то, что подытожил Артур, но другого варианта у Александра и Венди не было. Кроме…

— А что с Майком в итоге? — резко спросил Александр, потирая ладони в попытке унять дрожь. — Ты не знаешь, где он?

— Я… Э-э… — На мгновение показалось, что больше слов в словарном запасе Артура нет. Встречная тишина и отчаянные попытки вспомнить прощание с Майком только усугубили ситуацию поиска в памяти любого малейшего кусочка того, что он помнил. — Я… Я не помню.

— То есть, он просто пропал? И ты ему даже не звонил? — спросил Александр, после чего Артур немедленно достал из кармана своих брюк свой телефон-кирпич и оглянулся на ребят с явным волнением на лице. «Он же мне помог…»

— Кто-то знает его номер телефона? — Неловко спросил Артур номер того, кто помог ему выбраться из ловушки. И кто знает, что бы с ним произошло, если бы с ним не было Майка. В ответ на просьбу отозвались оба члена компании, но продиктовала номер в итоге Венди.

— Гудки идут… — пробубнил юноша, приложив ладонь с телефоном к уху, слушая каждый гудок как отдельный сигнал из космоса.

Долгое мычание гудков. Нервы у компании на пределе, никто не знает, какая ситуация с Майком могла быть на данный момент. Но вдруг лицо Артура побледнело…

«Абонент вне зоны действия сети…»

— Что там, Артур? — послышался со стороны чей-то вопрос, но слух Артура подвёл его, и он не смог определить, кто задаёт вопрос, на который он не в силах ответить.

— Не отвечает… гудки даже не идут… — одними губами прошептал юноша. Его пальцы, словно в трансе, продолжали свой бессмысленный ритуал, раз за разом нажимая на экране иконки «Вызов» и «Сброс». Ледяные тиски вины за то, что он оставил Майка одного, на растерзание опасности, медленно, но неотвратимо сжимались вокруг его сердца.

— Кажется, дела наши дрянь, — глухо произнёс Александр, не отрывая взгляда от унылого пейзажа за окном. В тот же миг первые капли дождя тихо забарабанили по грязному стеклу, словно вторя его словам.

Стена дождя, отрезавшая их от внешнего мира, лишь сгустила и без того тягостную атмосферу в доме. Рука Артура, сжимавшая телефон, безвольно опустилась в знак поражения. С его губ сорвался судорожный, прерывистый выдох — знак отчаянной капитуляции. Рядом с ним он заметил, что Венди приоткрыла рот, чтобы сказать хоть что-то ободряющее, но, увидев потемневшее от горя лицо товарища, осеклась на полуслове. Движимая сочувствием, она несмело придвинулась ближе и осторожно положила ладонь ему на плечо. От этого простого жеста оба вдруг ощутили укол неловкости, ставший почти осязаемым под пристальным, молчаливым взглядом оставленного Александра.

— С ним всё в порядке. Я уверена, — аккуратно и едва шевельнув губами прошептала Венди, наблюдая за реакцией на лице Артура, но тот лишь безмолвно зафиксировал свой взгляд на окно, с другой стороны которого пошёл самый настоящий громкий ливень.

— Я тоже так думаю, — поддержал девушку Александр, встретив взгляд девушки, в котором отчётливо виднелась надежда и благодарность за поддержку. — Ты что думаешь, Артур?

Но Артур промолчал на все слова своих друзей. Он намертво зацепил свой и без того пустой взгляд на серое, покрытое каплями дождя и тучами окно, из которого едва виднелись какие-либо очертания объектов по ту сторону стекла. Окно в дождливый мир стало для него в один момент зеркалом, в котором он увидел отражение собственной комнаты: фурнитура, друзья, мусор и…

Никто не хотел в этот момент давить на него, поэтому молчание оставалось довольно долгим, прерываясь лишь бьющимися каплями дождя и сильным ветром. Вдруг девушка убрала руку и встала, а затем, сразу же после неё, это же сделал и Александр, зевая от скуки.

— Я… пойду сделаю нам кофе, чтобы согреться и подкрепиться. Никто же не против? — её голос прозвучал неестественно бодро, и она, не дожидаясь ответа, шагнула в сторону кухни.

— Кофе не пью. Сделай чай, если есть, — недовольный, хриплый голос Александра активизировался, услышав слово «Кофе». В отличие от девушки, Александр не покидал своего застывшего товарища, встав практически посередине между ними, что со стороны создавало символическую картину иллюзии выбора. — И… Артур, не теряй нас. Лично я пошёл в туалет.

Капля за каплей. Стеклянные гонки наперегонки по ту сторону окна — капли словно сражались за то, чтобы скатиться на подоконник первыми. А Артур — лишь зритель в театре собственной жизни. Груз ошибок, совершённых за последние дни, давил на плечи, и впереди туманной перспективой маячила расплата. Какая? Думать об этом было невыносимо, но мысли лезли в голову сами, без спроса.

Выбора не было.

Сейчас он один. Хрупкая, временная иллюзия одиночества, которая разобьётся, как только в комнату вернутся остальные. Убедившись, что шагов за дверью нет, Артур позволил себе изменить напряжённую и онемевшую позу (или положение конечностей). Его взгляд снова впился в окно, но теперь он не просто тонул в серости, а пытался анализировать, цепляться за детали. «Одна машина за последние несколько минут… И то я определил это по жёлтым фарам, которые просачивались сквозь туман».

В большинстве случаев дождь за окном вызывает разные ощущения у людей, наблюдающих за этим событием. Артур, после всего, через что он прошёл за последнее время, не чувствовал практически ничего, кроме вины. И лишь один вопрос заставил его сжать кулак и нахмуриться: принять эту вину, дать ей разрастись, как снежному кому, и позволить себя похоронить под ней?

Или…?

— Майк? — вырвалось у Артура сдавленным шёпотом. Он подался вперёд, а затем медленно, словно боясь спугнуть видение, начал подниматься на ноги. Он уже видел эту фигуру ранее, и сомнений в том, что это Майк, сразу не возникло. «Что он здесь делает?»

Из серой пелены дождя к дому медленно брела одинокая фигура. Сомнений быть не могло — этот рост, эта линия плеч… это был он. Но что, во имя всего святого, он здесь делает? Даже сквозь искажающую всю завесу ливня и мутное стекло Артур заметил в его движениях что-то глубоко неправильное. Походка была дёрганой, ломаной, словно кукловод с трудом управлял своей марионеткой. Это насторожило юношу, но эмоции взяли над ним верх.

В памяти всплыл образ прежнего Майка — уверенного, цельного. Этот… был другим. «Может, он упал? Поранился, когда мы разделились?» — отчаянно цеплялась за здравый смысл мысль, пока холодный ужас подкрадывался к самому сердцу. Остановившись в дверном проёме своей комнаты и коридора, мозг Артура начал взвешивать все «за» и «против». Сердце трепетало, ноги трещали по швам, в груди кипело. Всё-таки, знакомый человек сейчас не в лучшей ситуации, и это знакомое чувство несправедливости, когда все вокруг будто бы против тебя, и чувство лёгкой мести только разогревали волнения внутри парня. «А вдруг это не он? Вдруг это его копия?»

Недолго думая, Артур помчался вниз по скрипучей лестнице и, прихрамывая, подошёл к окну, из которого идеально видно того, кто проходит или приходит. Ожидание медленной фигуры в голове Артура сводилось к тягучим минутам, повышая градус давления практически полной тишиной в помещении. Шаги, исходящие из разных уголков дома, только усугубляли ситуацию, заставляя юношу нервничать ещё больше. Сжавшись перед страхом неизвестности, Артур молча глядел, спрятавшись под занавесом за происходящим ливневым адом, дожидаясь неизвестно кого. «Ну же… где он?»

***

— Мама, здесь так красиво! — восторженный детский голос, увидевший рощу высоких, незнакомых берёз, радостным эхом разнёсся по всему парку.

— Да, а ещё знаешь что? Тут водятся волки! И медведи! — женщина напустила на себя пугающий вид и театрально извивала руки перед его лицом, пытаясь навести ужас. — Так что не отходи от меня ни на шаг, понял?

Мальчик съёжился, но послушно кивнул. Они медленно двинулись по шелковистой тропинке, уходящей вглубь леса. За спиной ярко светило летнее солнце, отбрасывая длинные тени. В вышине, на фоне безоблачного неба, плыли белые, пушистые облака. Всё казалось нереальным, словно они оказались на съёмках фильма или в рекламном ролике.

— Мам, смотри! — язвительно и нетерпеливо запрыгал юноша, указывая пальцем на маленькие, ещё не выросшие кусты, из которых отчётливо виднелась нетронутая, плоская поляна.

— Умничка, сынок, — благодарность не стала долго таиться, и женщина погладила его по голове, взъерошив волосы. Услышав знакомый звук того, как кто-то копошится в сумке, мальчик натянул довольную улыбку. Его наградой стал леденец, который ему дала в руки мама, тепло улыбаясь и приветствуя подобные активности сына. — Пойдём, пикник сам себя не устроит.

Оглядевшись вокруг, никого не было рядом. Они словно первооткрыватели на этой пустой и плодородной земле. Земле, на которой вот-вот будет грандиозный пикник семьи Клеменко.

— Эй, это на потом! — недовольно, но с материнской любовью сказала женщина, вцепившись взглядом в банку с его любимым печеньем. Тихо вздохнув, мальчик положил его обратно, но продолжал смотреть только на небольшую банку, наполненную печеньем. «Оно готовится исключительно на праздники, и его моментально съедают. А теперь, когда мы остались наедине, я его буду есть один!»

Всё началось как обычно: анекдоты, насмешки и приятная атмосфера с вкусной едой. Такое времяпровождение отлично помогает справиться со стрессом от всей повседневной рутины, особенно главе семьи или тому, кто больше всех работает. Но вдруг…

Телефон женщины завибрировал. Звонок.

— Алло? Я же сказала тебе, не отвлекать меня хотя бы час! Алло? Ты слышишь меня?! — разражение, гнев и агрессия — всё, что не должно разгораться в момент такого маленького и особенного события, вспыхнуло в голосе женщины сильным пламенем, разрушив стены райского пикника в считанные секунды.

— Посиди здесь. Хорошо, сынок? Я сейчас… — свирепо огрызнулась мать, и она испарилась, пройдя через границу в виде кустов. Мальчик замер, его взгляд приковало движение листьев, которые всё ещё подрагивали после её ухода.

Он остался совсем один посреди огромной поляны. Ветер и солнце согревали его худое личико в эту, казалось бы, прохладную погоду. Тишина столь прекрасного места не казалась такой жуткой до момента, пока он не слился с ней. Оглянувшись по сторонам, будто он ожидал что-то увидеть, он не встретил ничего нового. Весь стол теперь перед ним, но кто теперь даёт разрешения? Кто теперь скажет ему, что можно, а что нельзя?

— Эй… — раздался шёпот из-за дерева, и мальчик отшатнулся от неожиданности. — Т-с-с, не бойся. Я не причиню тебе вреда.

— Кто… кто вы? — истошно выдавил из себя мальчик, прячась за другой стороной дерева. Сердце затрещало в ушах, заставляя испытывать самый настоящий страх. Но он не закричал…

— Не бойся. Я — пасхальный кролик, — прошептал голос, так и не высунувшись из своего укрытия. — Хочешь яйцо?

— Конечно! Можно? — по-детски, наивно попросил юноша, на что в ответ неизвестное существо высунулось и протянуло ему яйцо, действительно выглядевшее как пасхальное: с узорами, большое и максимально приятное глазу. Недолго думая, юноша быстро выхватил его и начал есть. «Вкусное…»

— Хочешь ещё? Я знаю, где можно достать ещё больше вкусных яиц, — всё тем же незнакомым, тихим шёпотом сказало существо в маске кролика, а затем улыбнулось. — Пойдём?

— Я… я не могу. Я жду маму, — вдруг чутье мальчика активизировалось, начиная подавать внутренние сигналы тревоги. Сомнения в том, что что-то здесь нечисто, так и кружились в голове ещё незрелого ума. Улыбка кролика постепенно исчезла.

— Ничего страшного, я знаю твою маму. Она придёт за тобой, — существо приблизилось к юноше, продолжая дьявольски нашептывать что-то под нос. — Ну же…

— Я не могу! Извините… — не договорил настороженный голос, как вдруг существо в маске схватило его за руки и прикрыло рот ладонью, продолжая что-то бормотать. Всё произошло настолько быстро, что свет в глазах мальчика во мгновение погас, оставив его сознание витать где-то в неизвестности.

— Всё будет хорошо…

— Лео…

***

— Артур?

Медленно, но неожиданно распахнутые глаза помогли юноше прояснить ситуацию. Глупое осознание пришло к нему сразу — он уснул, опершись на подоконник, после того как долго и бессмысленно смотрел на бесконечный ливень. Он бы, вероятно, так и продолжал дремать, если бы не Венди, которая разбудила его, держа в руках чашку парящего кофе. На мгновение всё показалось ему сюрреалистичным, но, быстро моргнув несколько раз, он ощутил, как реальность вернулась на своё место, на свой суровый лад.

— Что ты здесь делаешь? — осторожно, но с ноткой любопытства спросила девушка, протянув ему чашку тёплого кофе. — Видимо, совсем не выспался.

Артур, не теряя ни секунды, молча принял чашку с ароматным, тёмно-коричневым напитком и сделал глубокий глоток. Он тут же поплатился за свою поспешность: обжёг язык и губы, скривив лицо от горячей, скрывшейся боли. — С-спасибо...

Тишина снова вернулась к ним, как только они перестали поддерживать беседу. Вдруг внимание юноши привлёк внешний вид подруги: помятая рубашка — не та, что он видел пару мгновений назад, джинсы с пятнами и уставшее, серое личико — прямо как у него. «Тоже устала», — подумал он, сделав медленный, осторожный глоток напитка.

— Венди, всё в порядке? Мягко говоря, ты выглядишь... небрежно, — деликатно предупредил юноша, чувствуя особую важность этих слов, которые имели значение не только для него, но и для неё. «Когда я в последний раз так говорил кому-то?»

Девушка изумленно вздрогнула от его замечания и быстро взглянула на свои руки. Заметив то, что действительно сложно не заметить, окунуло её выражение лица в самое настоящее, девичье смущение. Вместо того, чтобы повиснуть в смертоносной гробовой тишине, она медленно создала приятную улыбку. Со стороны это, возможно, и выглядело как неловкое первое свидание подростков, ещё не познавших всех прелестей жизни, но должно ли это их волновать?

— Спасибо, — тихо произнесла девушка спустя пару секунд непрерывного взгляда, но ничего не попыталась скрыть или оправдать, выглядя чуть нелепо. Артур с недоумением косо посмотрел на неё, кажется, не совсем понимая, что она подразумевает, и вздохнул, оставив пространство между ними пустым. «Спасибо? Что она имеет в виду?»

— Так... что ты здесь делаешь? Я имею в виду, у входа, — Венди села в более открытую позу, оглядывая тусклый пейзаж за окном. Постукивая пальцами о чашку своего кофе, девушка что-то быстро напевала или, скорее, бормотала себе под нос, стараясь выглядеть довольно непринуждённо.

— Э-э… Мне кажется, что я видел кого-то на улице, — заметив вполне спокойное состояние своего собеседника, внутреннее противостояние внутри него утихомирилось, и Артур постепенно принялся попивать остаток своего кофе. — Возможно, это был Майк.

— Ты действительно думаешь, что он может прийти? — взгляд девушки завис в воздухе, внимательно перебирая варианты ответа в голове. Она будто не поверила ему, сделав монотонный глоток напитка.

Но в ответ Артур лишь вздохнул. «У меня нет доказательств…»

Время приближалось к вечеру. Сумеречные лучи света едва проносились в дом через затмившие каплями окна. Бой между серыми тонами дождя и тёплыми тонами начинающихся сумерек продолжался неравным, но время не знает границ, и постепенно тёплые тона становились доминирующими в доме, создавая невероятную атмосферу уюта и проблеска надежды на лучшее. В глазах уставшего юноши зрение постепенно сливалось в темноту, и тот быстро уснул, не заметив, как быстро пролетело время.

Но что-то было не так…

Словно чего-то не хватало… Или кого-то.

— Артур? — взволнованный, но до боли знакомый, девичий голос пронёсся сквозь упавшую на юношу пелену сна, заставляющую его хотеть спать всё больше и крепче.

— Ты не знаешь, где Александр?

Этот вопрос заставил его очнуться окончательно. Артур с усилием разлепил веки. Дождь кончился. Низкое вечернее солнце било в окна ослепительным, холодным светом, заставляя щуриться.

«И ведь правда… Где он?»

Волна переживаний и странная цепочка событий и совпадений побудили Артура немедленно встать, словно его ударило током. Он обвёл прихожую растерянным взглядом: ни звуков, намекающих на нахождение Александра, ни следов обнаружить не удалось. Тогда нарастающее чувство беспокойства ударило в самую точку — а именно в виски, и волнение за друга начало перерастать в снежный ком.

— Странно… — прошептал Артур, находясь на кухне и осматривая каждую частицу интерьера в поисках хоть каких-либо следов, намекающих на порядок действий пропавшего друга.

Тщетно. Выходя с другой стороны и не обнаружив ничего, Артур решил действовать по другой, традиционной стратегии и громко крикнул: — Александр!!!

Но в ответ… Тишина… Или нет?

За стеной послышались торопливые, сбивающиеся шаги. Чьи-то шаги… Быстрые…

«Что за…?»

— Артур! Скорее! — на лице Венди была самая настоящая паника. Ужас покрыл её дрожащее тело, и девушка, не дожидаясь Артура, сорвалась с места и бросилась к выходу на задний двор. «Что-то я не помню, что у нас был задний двор…»

Мимолётное видение. Мысли бешено запутались. Мир сузился до стука собственного сердца в ушах и спины Венди, мелькающей впереди. Он бежал, не чувствуя под ногами земли, и время, казалось, растянулось в вязкую, звенящую вечность. Время в подобные моменты вовсе покидает голову, и кажется, что время останавливается, пока бежишь. Но этот случай был особенным для него…

Каждый случай уникален, ведь он либо закрепляется в памяти, либо нет.

— Что с ним?

И в данном случае этот период его жизни запомнится навсегда. Только сейчас Артур увидел лежащего на мокрой траве Александра. Этот миг, этот образ — залитый холодным закатным солнцем неподвижный силуэт — навсегда врежется ему в память.

— Я не знаю! Помоги затащить мне его в дом! Вызови скорую. Артур! — её крик вывел его из оцепенения. Ступор, сковавший тело, сменился ледяной решимостью. Он бросился к другу, и в этот момент все отвлечённые мысли о прошлом и будущем исчезли, оставив лишь одно — суровую, пугающую реальность настоящего, и пустоту, звонко ревущую где-то из глубины сознания.

И каждый реагирует на подобные ситуации по-разному: для кого-то это может закончиться ступором, шоком или чем-то подобным. А для кого-то подобные ситуации лишь закаляют характер, укрепляют психическое состояние, хоть и не в лучшую сторону. Каждая история в жизни человека уникальна, но когда она проходит или откладывается надолго, человек этого даже не замечает. Проходят месяцы, годы, и только потом, по стечению обстоятельств, вспоминаются те или иные моменты жизни…

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

— Так пой, солнце!

Мчись на сцену, пока не поздно

И пусть тебя встретит мой остров

На котором я всегда буду ждать тебя.

— Скажите, пожалуйста, вы знаете этого человека? — низкий, прокуренный голос худощавого мужчины в тёмно-синей форме дрогнул, словно он сам сомневался в заданном вопросе, чуть заикаясь при каждом слове. Его одежда выглядела изношенной, бледноватой и нечистой — возможно, он не стирал её несколько дней, а то и недель.

— Да… Я его знаю. Он мой друг. Почему вы мне не верите? — нагло и прямолинейно ответил юноша, проявляя классическое подростковое бунтарство. В ответ следователь лишь опустил голову, принявшись уже который раз что-то читать в своих бумагах, вытащенных из громоздкого портфеля.

Напряжённая тишина.

А затем глубокий, тягучий вздох.

— Вы и ваша напарница обвиняетесь в том, что вы нанесли серьёзный ущерб пострадавшему, — монотонно, словно заведённый механизм, ответил мужчина, не снимая взгляда со своих бумаг. Ярость Артура на повторный, но переформулированный ответ отлично отразилась на его лице. «Какого чёрта?! Что ты несёшь?!»

— Слушайте, я хочу объясниться… Я…

— Либо вы сейчас говорите всю правду, либо вам придётся отсидеть в следственном изоляторе ещё целый день, — повысил голос следователь, повышая градус давления. Затем он громко захлопнул папку, так и не дав закончить мысль взвинченной голове напротив него.

Резко встав и поправив свой пиджак, мужчина небрежно скинул документы и папки в чёрный, потёртый годами портфель и наконец направил свой взгляд на подростка: довольный, но в то же время хмурый из-за постоянства своей рутинной работы. — Выбор за вами, Артур.

***

«Дрожь в ногах.

Звон в ушах.

В ногах правды нет, ведь так?»

***

— Послушайте, я уже всё сказал вам. Я невиновен. Мы нашли его на улице вдвоём! — измождённо повторил Артур на последнем издыхании. «Я говорил ему это уже несколько раз».

— Ясно, — грубый голос поставил точку, словно завершив их первое «свидание», и следователь направился к выходу, пресекши последние попытки достичь точки соприкосновения. Ему — выгодной точки соприкосновения. — Удачи.

«Куда ты пошёл?!»

— Стойте! Вы не можете… — терпение исчезло на измождённом, молодом лице, и дверь в помещение в ответ громко захлопнулась, оставив лишь тишину и тонну скоротечных мыслей.

Серые, уставшие стены, мокрый потолок, едва живое освещение и строгий, казённый интерьер — всё это идеально описывает нынешнюю фауну местного отделения полиции, в районе которого Артур никогда не был. Всё произошло настолько быстро и внезапно с момента обнаружения Александра на улице, что только вызвало больше вопросов, чем давало ответов, которые в данный момент жизненно необходимы ему.

Дверь снова открылась, но входящим был уже не следователь…

Наручники. Снова камера изолятора.

Но среди синего пламени «правосудия» рядом с ним продолжал мерцать один проблеск надежды.

Она. Венди.

— Ты как? Что спрашивали? — она задала эти вопросы, передавая через них призму своего переживания и непонимания происходящего.

— Не верят. Ни единому слову, — сердито пробубнил Артур сквозь отяжелевшее дыхание и сел на койку, инстинктивно опустив взгляд на бетонный пол.

— Может, мне поверят, — почёсывая затылок, прошептала Венди и села рядом с ним, также наблюдая крайне неприятную, серую палитру цветов.

Такие же серые, хмурые лица и у тех, кто проходит мимо железных прутьев их камеры: пенсионеры, сотрудники и другие обитатели этого мрачного места. Быть конформистом в этом месте — традиция и закон. «Не думаю, что тебе поверят…»

— Венди Блейк? — К прутьям подошёл мужчина средних лет в форме и осмотрел камеру в поисках своей цели. Увидев девушку, мужчина ловко открыл дверь в камеру и жестом указал ей выйти из неё. Пришла и её очередь.

Последний огонёк покидает угасающее пламя. Но лишь на время…

Одинокие четыре стены и юноша, закомплексованный собственными проблемами и постоянным чувством страха и недоверия к окружающему. Оглядываясь по сторонам, ему кажется, что стены вот-вот захлопнут его, сделав из этой камеры гробницу. Ужасный запах, следы рвоты и мусор от прошлых несчастных лиц только усиливали эффект безысходности и гниения. Бежать некуда: только он, стены и бесконечно снующие вокруг да около обезличенные люди по ту сторону прутьев.

Сделав глубокий вдох и выдох, он закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на чём-то другом, но «чего-то другого» будто никогда и не существовало. Его подсознание направляло его только в одну сторону, которую теперь он боится больше всего, — он сам.

«Я схожу с ума...»

Капля за каплей — сначала около койки, но со временем барабаня прямо в уши. Стены завибрировали низким гулом, и внешний шум растаял. Свет резко потускнел, и он остался один — запертый в собственной голове, где его никто не тронет и не причинит вреда.

Или… тронет?

— Уходи отсюда… — один раз эхом прозвенел детский голос где-то вдалеке. Затем пауза…

— Уходи отсюда… — второй раз то же самое, но голос стал чуть грубее. Пауза…

— Уходи отсюда!!! — И на этот раз голос стал жёстким и громким, дьявольски напрягая все уставшие извилины Артура и пытаясь разорвать их на части.

И он очнулся. В той же камере, но уже на полу, с лёгкой испариной на лбу и сжатыми ладонями, прикрывающими бледное лицо. «Что со мной происходит?»

— Артур Клеменко? Вы меня слышите? — монотонно, но требовательно спросил мужчина в форме, накладываясь на юношу своей тенью из-за освещения.

— Да-да… Я в порядке, — Артур медленно сел на пол и слабо потянулся, пытаясь привести дыхание и сердцебиение в норму.

— Вы и ваша подруга находитесь в процессе освобождения, — продолжил сотрудник отдела, явно торопясь из-за быстрого темпа речи. — Не стоит переживать, посидите ещё немного.

— Подождите, что? — ответ сотрудника триггером заставил опущенную голову резко подняться, встречая неприятный свет лампы. Но мужчина уже стоял к нему спиной, торопясь прочь.

Заинтересовавшись надеждой в виде слов, Артур встал и медленно подошёл к двери, оглядываясь вокруг. Все куда-то шли, кто-то спал прямо на скамейках, а кого-то вовсе подталкивали, чтобы тот не отключился. Вся эта картина внутренней атмосферы заковала подростка ещё сильнее в дебри его маленькой души. Затаив дыхание, заключенный продолжил тихо сжигать свое время, ожидая свою надежду на высвобождение.

— Вот он, — со стороны входа в коридор прошли двое сотрудников и ещё один человек. Услышав это, Артур мигом открыл глаза, но не заметил выходящего из другой стороны коридора человека. — Подозревается вместе с другим лицом в совершении побоев в отношении подростка.

— Выпускайте их обоих, — приказал грубый, женский голос, и из тени других людей наконец-то появился его спаситель.

«Мать…»

— Извините, но мы… — начал рослый полицейский, как вдруг...

— Кажется, вы не совсем понимаете, с кем имеете дело, — женщина повернулась к ним, покопавшись в своей маленькой сумочке, и протянула им что-то маленькое, похожее издалека на бирюзово-белый документ или карточку.

Лица сотрудников тут же стали озабоченными, словно они превратились в послушных цепных псов в руках женщины. Недолго думая, торопясь, маленький сотрудник открыл дверцу камеры, где всю бессонную ночь находились Артур и Венди.

Женщина улыбнулась.

— Пойдём, Артур, — её строгое выражение лица сменилось поддельной улыбкой. Лицо выглядело иначе, в отличие от того, что он едва увидел в последний раз в лаборатории: заострённые скулы, отсутствие лёгких морщин и более пышные волосы заставили Артура отшатнуться.

Но в конечном счёте он вышел из камеры, встретив новые, странные ощущения.

***

Сегодняшний день напомнил ему сцену из фильма про ковбоев, который он смотрел однажды. Перекати-поле маячило из стороны в сторону на пустом тротуаре, листья тонких деревьев медленно падали с веток прямо на чужие газоны. И самое главное — никого не было: только серые дома, пустота и тишина, которую прерывают проезжающие мимо машины. В большой, но старой машине матери было довольно душно, но, кажется, что её это вовсе не волновало. Элизабет вставила ключи, и двигатель завёлся, выводя машину на дорогу.

Это нарастающее чувство недосказанности между членами семьи не давало покоя Артуру. Мать начала вести себя так, будто ничего не произошло. Он словно в замкнутом сне, который никак не заканчивается и неизвестно, где начался.

— Ну, рассказывай, — вдруг отозвалась Элизабет, посмотрев в стекло заднего вида, чтобы проверить его. — Почему пропустил день в университете? М?

Артуру полегчало, услышав стандартное начало разговора от матери, но вопрос поставил его в тупик, заставив случайно генерировать ответ из пустых мест в голове.

— Э-э… Тяжело сказать, — всхлипнув, начал юноша, а затем прочистил горло. Заметив её пристальный взгляд в зеркале, по спине юноши пошли неприятные, пульсирующие мурашки. В который раз он уже убедился, что ведёт она себя нестандартно. — Я… Я проспал, а потом и вовсе заболел. Горло заболело, слабость появилась, и я решил позвать друзей в гости. Вот и всё.

— А как попал в участок? — быстро встретила Артура Элизабет следующим вопросом, на оправдание которого для юноши ушла бы вечность, но…

— Знал бы я сам. Как утверждали сотрудники — за причинение увечий моему другу. — В голове начали собираться кусочки пазлов прошлого дня, в которых он не помнит лишь один недостающий кусочек — он не видел лежащего Александра, точнее, его лицо. Прищурившись, это его немного смутило, но он подошёл к этому вопросу как к продолжению разговора, хоть и в глубине души ему не хотелось его продолжать…

— Кстати, ты не знаешь, что с Александром? — осторожно и вежливо спросил юноша, оглядываясь по сторонам.

— Он в больнице, наверное, — мать не стала лукавить, добавив «наверное» к окончанию холодного ответа. Она всё никак не сбивала градус со своей странной манеры речи, будто рычаг внутри неё в один момент переключился и замер.

«Хорошо…» — поставил точку юноша и, тяжело вздохнув, расслабленно установил взгляд на левое стекло. Вид родных улиц и дворов давал Артуру хоть какое-то маленькое чувство тепла на душе и покоя, особенно ему нравилось выходить в выходные дни на прогулку, даже когда было холодно.

«Интересно… О чём это граффити? И кто его оставил? Наверное, никто никогда не узнает этого…» — среди едва видимых, почти стёртых граффити на стенах старых домов его внимание привлекло текстовое граффити с надписью, нанесённой яркой, почти светящейся на фоне серого бетона жёлтой, слегка блеклой краской.

Буквы были небрежными, выведенными второпях, но с отчаянной энергией. Краска стекала вниз тонкими ручейками, словно слезами. И это была не просто фраза, а призыв, который он уже слышал в глубинах своего подсознания, в самых темных и пугающих видениях. Два слова, которые одновременно были и обещанием, и проклятием:

«ПОЙ, СОЛНЦЕ»

Буква «О» в слове «солнце» была не просто буквой, а стилизованным изображением — маленьким, лучистым светилом, из центра которого, подобно нотам, вырывались три тонкие волнистые линии. Артур замер, чувствуя, как ледяной холод скользит по спине, несмотря на духоту в машине. Это послание. Неслучайная мазня на стене, а прямое обращение к нему. Кто-то ещё знал. Кто-то ждал, когда он снова запоёт.

Или все это придумано его воображением…?

***

«В настоящее время абонент выключен или находится вне зоны действия сети. Попробуйте перезвонить позже…»

Повесив трубку, он бросил телефон на стол и со скрипом стула встал. Затем юноша подошёл к окну и всмотрелся в пейзаж с той стороны серого окна. Всё выглядело как обычно: прохожие шагали по тротуару, в основном дети, и изредка проезжали машины — всё-таки, улица не близка к центру города. Вздохнув, Артур вернулся во внутренние рассуждения, которые он начал, находясь в машине Элизабет.

— Отлично, я ещё и дозвониться до него не могу, — почесав закрытые глаза, прошептал Артур. — Что же теперь делать? Наверное…

«Нужно отдохнуть…»

Обернувшись на стены своей комнаты, навстречу его глазам вытянулись из тени его любимые кассеты, плакаты и другой винтажный хлам, который до недавнего времени был всей его жизнью, а теперь стал лишь фоном, прикрывающим пустые стены. Слегка улыбнувшись старым приятелям, к нему пришла интересная, нестандартная идея — позвонить Майку для того, чтобы…

— Майк?! — ошарашенно выпалил юноша, когда на той стороне линии взяли трубку. — Это ты? Ты меня слышишь?

— Всё в порядке! Я в норме, — сквозь гул в динамике телефона прозвучал низкокачественный голос Майка. Артур снова запустил мысленный процесс саморефлексии. Тяжело понять по голосу с таким качеством, что с ним и где он. — Артур, слушай, я вчера копался в документах своих родителей и нашёл что-то интересное.

— Это относится к делу? — такая новость вернула Артура на землю, и, сев на кровать, его взгляд остановился на двери. Нежданное чувство присутствия кого-то за дверью заставило юношу вертеться из стороны в сторону, пытаясь успокоить нервы, но это не помогло — мурашки по спине не заставили себя долго ждать. «Что за чертовщина…»

— Да. Принесу сегодня в университет, ок? Ты, кстати, придёшь?

Но Артуру полегчало, когда он понял настоящий источник своего страха: дверь слегка посвистывала и пошатывалась из-за ветра, проникающего в комнату из щелей по всему дому.

— Обязательно… До встречи, — не став томить, юноша бросил трубку, и поток самостоятельно собравшегося воздуха внутри него направился наружу.

«Дело ещё не раскрыто…»

***

«…Переходим к главной новости. Вчера вечером наш город потрясла серия загадочных исчезновений. Практически одновременно, около одиннадцати часов вечера, были похищены семеро детей в возрасте от десяти до тринадцати лет. Среди опознанных — десятилетний Лео Роман. По предварительным данным, дети пропали на соседних улицах: от Заводской до Садовой. Камеры наблюдения зафиксировали группу неизвестных в масках животных. Предполагается, что действовала хорошо организованная группа. На некоторых записях видно, что они носят маски животных, но не всегда. На место происшествия выехали оперативные группы. К расследованию, по нашим данным, уже подключились федеральные следователи. Полиция настоятельно просит родителей усилить бдительность. А теперь о других событиях дня…»

— Дела плохи, Элизабет…

***

Снова пустота. Университет вновь уходит в спячку после кишащих в нём студентов, но под пустотой и тишиной обязательно будет скрываться что-то или кто-то, и в данном случае это — волонтёры, с редким интервалом проходящие через главный вход учебного заведения. Каждый выглядит особенно отлично от своего товарища по несчастью и относится к разным слоям населения, что создаёт невидимую палитру разобщённости и напоминает о том, почему они здесь.

«Ну и где же он?» нервно постукивая пальцами о собственную коленку, задал себе вопрос Артур, оглядываясь по сторонам в панорамное окно входа, через которое прекрасно виднелась внешняя жизнь улицы. Сегодняшним днём температура заметно упала, и тёплый воздух красиво начал испаряться со всех возможных источников. Машины то подъезжали к зданию, то уезжали, оставляя после себя пустые места и придорожную пыль, но никакого, даже малейшего намёка на прибытие его друга не было. Тогда к Артуру пришла радикальная идея.

Раздались гудки. Медленные, тягучие гудки…

— Артур?

Резко повернув голову в сторону фойе, перед глазами юноши из ниоткуда появился Майк. Артур не на шутку испугался, слегка вздрогнув, из-за чего ему стало неловко среди окружающих незнакомых людей.

— Э-э… Как ты сюда попал и почему так долго? — взяв себя в руки и успокоившись, спросил он, резко вставая с лавки.

— Долго объяснять. Короче говоря — решал проблемы с успеваемостью, но это сейчас неважно, — торопливо сказал приятель и начал идти в сторону фойе. — Идём.

«Решал проблемы… бла-бла-бла», — фыркнув, Артур торопливым шагом последовал за Майком. Внутри постепенно нарастал жар и волнение от предстоящей находки, которая, возможно, раскроет все карты затянувшегося расследования компании подростков.

Но где начинается добро, там же зарождается и зло…

— Что за… ? — ошарашенно прошептал Майк, встав спиной к подходящему Артуру.

Впереди слышались звуки различного характера: от неприятного смеха ломающихся голосов подростков до рвания и разбрасывания бумаги и вещей. Только Артур решил выяснить, что происходит, и всё сразу встало на свои места — трое подростков выпотрошили всё содержимое сумки Майка: бумажник, фотографии и телефон, в том числе и важную находку. Увидев знакомые лица, компания обратила внимание на ребят — их намерения были явно не доброжелательными.

«Бандит…»

— Ну, привет. Я же говорил, что мы ещё встретимся, — начал свою речь бандит, пафосно сев на скамейку, на которой Майк оставил свою сумку. Двое его приятелей тоже небрежно сели, продолжая шаркать ногами по кусочкам бумаги на полу.

— Ну и зачем ты это сделал? Ты же понимаешь, что так нельзя поступать? — осторожно начал Артур, понимая, что защитником с их стороны, похоже, придётся быть именно ему. Майк был явно не в форме после увиденной картины, о чём само за себя говорило выражение его лица.

— Ты мне мораль не читай, сопляк, — чуть перебив, гордо ответил он, почесав щетину. На фоне бандита двое других юношей начали тихо перешептываться, иногда перекидывая взгляды на Артура. Сам бандит ответил: — Я всё прекрасно знаю, друг мой. Ты думаешь, я такой болван, что просто так это сделал? Наивный.

Артур слегка вздрогнул от слов бандита и вновь оказался в недоумении происходящего. «О чём он?»

— Ты всё знаешь? Расскажи, что знаешь, — не боясь дальнейших последствий, бросил вызов Артур. Майк с испугом посмотрел на своего товарища, тихо сигнализируя о том, что дела очень плохи и ему стоит быть помягче.

— Скоро всё узнаешь, а пока… — сквозь ухмылку сказал оппонент, а затем встал вместе со своей компанией. Подергав обувью о кусочки порванной бумаги, они засмеялись и принялись уходить, оставив уборку на Артура и Майка. — Уберитесь за собой, а то мало ли что. Пока-пока!

— Эй! — Успел лишь крикнуть Артур, как из другой стороны коридора, будто по вызову, пришла старая техничка, и… Началось: увидев беспорядок около двух сбитых с толку ребят, её лицо мгновенно превратилось в исчадие ада — в лицо бесконечной ненависти ко всему современному и молодому.

— Это что за безобразие?! Вы что, совсем с ума сошли? — словно по сценарию и скрипту начала разъяренная техничка, размахивая руками.

— Это…

— Не стоит, просто уберёмся, — перебил напуганный до чертиков Майк Артура, а затем принялся собирать остатки из своей помятой сумки.

Понимая, что удача и ситуация точно не на их стороне, юноша поспешно начал помогать Майку собирать остатки из сумки. Техничка же решила прокурировать их, сев на соседнюю лавочку и гневно отзываясь о них каждому встречному сотруднику университета. Кусочков было настолько много, что ребятам понадобилась лопатка для их сбора, но в один момент Артуру пришла идея.

«Господи, как я устал…» — подумал юноша, набирая в лопатку очередную кучку кусочков, но из-за скуки, обратив внимание, он заметил, что на некоторых кусочках отчетливо видны буквы и даже целые слова: «требуется», «час…», «охра…о» и многие другие, точно из какой-то газетной статьи. Это подтолкнуло его на теорию о том, что содержимое можно соединить, хоть и не в полном объёме. Артур начал отбирать кусочки с подходящим, газетным шрифтом, откладывая их либо в карманы, либо прямо в сумку Майка, настрой которого на весь день был испорчен.

— Майк… — поспешно прошептал при пересечении с другом Артур, переглянувшись с ним. — Статью можно восстановить. Собирай кусочки с газетным шрифтом.

Майк шустро кивнул товарищу, и уборка продолжилась в скоростном темпе по повторному требованию технички.

Уборка — работа монотонная и скучная, но энтузиазм ребят держался за надежду среди пустой рваной бумаги и каракулей найти тот самый, известный во всём городе газетный шрифт, который поможет им как никогда ранее узнать что-то действительно стоящее. Также поиски облегчало то, что бумага газетной статьи была чуть желтоватой из-за своего срока, поэтому отбор иногда происходил мимолетно: светлая — в мусорницу, чуть потускневшая и с видимым шрифтом — в сумку.

«Ну вот, вроде всë.»

Оценив тридцатиминутную работу ребят, техничка наградила их хмурым взглядом и поспешно ушла, бубня себе что-то под нос. За ней и они решили поспешно покинуть это беспощадное место. Их семьи явно уже забеспокоились об опаздывающих ребятах.

— Каков план? — впопыхах спросил Майк, оглянувшись на Артура, лицо которого слегка прикрывалось волосами из-за сильного ветра.

— Я думаю, нам стоит остановиться у меня, — убирая волосы в сторону, ответил юноша, смотря вдаль. Его взгляд был устремлён исключительно на тротуар и свидетельствовал о том, что он планировал. Он сконцентрировался только на этом: планирование, теории, мысли и прочие вещи, которые помогут им разузнать всё необходимое.

— Попытаемся собрать у тебя дома? — через пару секунд спросил Майк, впечатлившись серьёзным настроем Артура.

— Да. У меня в комнате много документов, которые могут быть связаны с этим. Разве ты не знаешь, что написано в этой статье? — прямо спросил юноша, сместив взгляд на Майка.

— Я только название прочитал и первое предложение… — чувство стыда так и просачивалось через эти тихие слова Майка. Он чувствует собственную вину за произошедшее. Но ведь он не виноват, это дело рук шайки бандита.

Оставшееся время они молча шли до дома Артура, забаррикадировавшись в собственных мыслях. Они бы могли и заговориться, начав вести какую-то беседу, но они не были настолько близкими друзьями, как Артур и Александр — эти двое знают друг друга со школы. «В один день мы с Александром договорились выпить пиво за школой на спор за его счёт. Кто быстрее выпьет целый стакан, тот и победил. Наградой, конечно же, были деньги, хоть и копейки. На моё удивление, я выиграл. Александр выплюнул пиво уже после второй кружки. На следующий день я не пришёл в школу, потому что моё горло заболело с такой сильной болью, что я даже говорить не мог. Мать, как всегда, спасла меня. Поковырялась там, где нужно».

— Артур? — по ту сторону разыгравшейся в воображении сцены воспоминания сказал Майк, кажется, произнося его имя уже не первый раз. — Ты что-то знаешь про моего двойника? Как вы вообще попали в ту… лабораторию?

— Э-э… — подросток, нахмурив лицо, начал вспоминать тот ужасный момент пропажи Венди и появление ненастоящего Майка. Артур так и не понял, был ли это человек или нет. Он выглядел странно, но ребята не обратили на это внимания из-за испуга: кожа блестела, глаза странно бегали по сторонам, да и в принципе он двигался и говорил дёрганно. Словно это существо и вовсе не было человеком, а лишь имитацией жизни. — Я помню, что…

В этот момент телефон в кармане Майка завибрировал, приостановив Артура. Юноша тут же достал его и, быстро прочитав имя звонящего, ответил.

— Привет. Мы в порядке. Он со мной, — начал диалог Майк. К сожалению, Артур не успел заглянуть на экран, чтобы узнать, кто звонит. Вообще, он не делает подобного просто потому, что ему кажется это вмешательством в чужую жизнь, но в этот раз юноше показалось, что он зря не сделал этого.

— Да-да. Понял. Увидимся через пару дней. Он тоже будет? Отлично. Не забудь про наш уговор, хорошо? Увидимся, — аккуратно положив в карман телефон, Майк снова обратил внимание на идущего рядом в тишине товарища, странно переглянувшись. — Так, что там насчет двойника? М? Каким он был?

— Попозже объясню… — медленно и тихо ответил Артур, почувствовав дискомфорт.

«Уговор?»

***

— Мам, да ничего такого не произошло! Мы пришли, а там бардак, и… — протораторив, остановился Артур и тяжело вздохнул под обеспокоенный взгляд матери. «Кажется, объясняться бесполезно».

— И что? — прищурившись, презрительно добавила мать, кажется, не веря в его историю.

— Ну и мы убрались. Это хулиганы какие-то были. Они ушли потом, ничего более, — закончив, Артур посмотрел на Майка, словно тот был привидением, молча стоя перед ним, и жестом пригласил его на второй этаж, начиная подниматься в свою комнату. Артур поспешно добавил: — Мы почитаем книги, и он потом уйдет. Идём.

Комната встретила их приятной прохладой, но не запахом грязной одежды, лежащей где попало: на дверце шкафа, на стуле и даже на кровати. Не став что-либо предпринимать, Артур поспешно принялся отгораживать на столе все предыдущие находки и освобождать свободное место на столе. Он понимал, что работа займет много времени: ни минуты, а часы.

— Не обращай внимания на бардак. Тут всегда так, — торопясь сказал он, повернувшись к блуждающему взгляду Майка. — Вот место: рассыпь кусочки на левую сторону, а готовую статью собираем на правой. Идёт?

Молча кивнув, Майк аккуратно рассыпал содержимое сумки в сторонку стола, и работа по сборке началась полным ходом. «После уборки это не кажется чем-то сложным, ха-ха».

Сначала кропотливая работа пошла медленно: ребята внимательно изучали каждый взятый кусочек и складывали нужный пазл, из которого должно что-то получиться. Постепенно, спустя час, полтора, два часа статья сама начала вырисовываться: стали видны отдельные, пока ещё оторванные кусочки предложений. В некоторых отсутствовали слова, а в других всё гармонично переплеталось целыми словами.

Спустя несколько часов безостановочной работы, «бумажный пазл» был собран. В комнату даже заходили обитатели дома, но ребята старались отвлекаться на них по минимуму: и так уставшие, так ещё и отвлекают по незначительным проблемам. Хотя о предложении сделать единичный перерыв на поесть от матери ребята не смогли отказаться.

— И так… — утомительно начал речь Майк, вздыхая. Затем он повалился на кровать и закрыл глаза, перемалывая накопившуюся усталость. В момент он даже почувствовал незаинтересованность находкой. — Что у нас есть в итоге?

— Что-то действительно интересное… — пробубнил Артур, внимательно собирая глазами информацию из собранных кусочков бумаги. Им удалось выяснить название статьи. Заголовок гласил…

— «Требуется помощь…» — тихо начал Артур, медленно начав читать и остальное, что удалось собрать.

«Государственная компания ищет охранника [...] работы в ночную смену. График: с 00:00 до 06:00. Обязанности: следить за состоянием помещений по камерам, обеспечивать сохранность оборудования и [...]. Заработная плата — 110 долларов в неделю.

Комп- [...] не несет ответственности за травмы и [...].»

— Прочти-ка ещё раз, — осторожно сказал Майк, уже приняв сидячее положение на кровати. Его глаза бегали из стороны в сторону, не зная, где оставить свой взгляд в покое.

— Хм… — Артур, помассировав виски, отлучился от текста и замолчал, пытаясь соединить собранную находку с общей картиной. — Некоторых, возможно, важных слов нет… Но!

Вдруг парня будто ударило током. Он безжалостно схватился за несколько лежащих рядом документов и принялся искать отдельный, связанный документ, который точно должен расставить эти потерянные точки над «I». Взяв в трясущиеся, измождённые руки найденный отчет, его лицо побледнело, но на другой стороне медали надежда на развитие расследования загорелась, как никогда ранее.

«Всё сходится…»

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

«Я намеренно оставил эту зацепку ему для того, чтобы начать то, что нужно было начать ещё несколько лет назад, — но я не смог. Не потому, что я отступил, струсил или что-то подобное, а потому, что разумно расставил приоритеты. Их множество, они уже среди обычных людей, но никто даже не догадывается об этом, потому что определить это невозможно. Я единственный, кто успел осознать, что моя деятельность противозаконна и противоречит этике, и это главная проблема. Поэтому мне пришлось самому создавать помощь, чтобы скрытно уничтожить масштабную угрозу человечества. Но пока этого недостаточно. Нужно придумать что-то другое… Я найду способ».

Ночь… Спокойная, тихая ночь…

— Венди? — сквозь всеобъемлющую тишину прошептал Артур, сидя на собственной кровати.

— Артур? Что-то не так? — через ту сторону телефонного разговора также спокойно встречно спросила девушка, не торопя его и начавшийся личный разговор.

— Я… Всё никак не могу уснуть. Как отхожу от дел, сразу ухожу в ностальгию и рефлексию, но… — сделал паузу юноша, вздыхая. — Чувства какие-то неправильные. Я практически не помню всё.

— В смысле? Ты… не помнишь своё детство? Это нормально, не переживай, — утешила его подруга, пытаясь подобрать нужные слова, что у неё и получалось, несмотря на довольно позднее время.

— Нет, ты не поняла. Я не помню практически всё. Но, это ладно… Ничего страшного. Страшно другое — моя мать и отец. Я не знаю, кто они, Венди, — смотря на зависшую на ночном, звёздном небе луну, продолжал шептать встревоженный подросток, лихорадочно копаясь в собственных воспоминаниях, от которых остались единичные осколки, словно они сгоревшее, опустошенное здание.

Молчание. Она не ответила ему сразу, с каждой секундой продлевая растягивающуюся тишину между двух огней, один из которых постепенно угас. Ему как никогда ранее нужна поддержка, и девушка это понимала, хоть и не могла ничего сейчас сделать для него, чувствуя себя виноватой за сказанные, возможно, показавшиеся Артуру бестолковые слова.

— Артур, поверь мне. Всё будет хорошо. Нам всем нужно отдохнуть. Попробуй отпустить этот накопившийся груз, — спустя пустой, но спокойный отрезок времени нежно сказала девушка, пытаясь передать ему через низкокачественную связь собственное переживание за него.

— Спасибо, — легко выразив благодарность, Артур вздохнул и опустил взгляд на пол, потом на свою свободную руку. В конечном счёте, его взгляд остановился на настольных часах, на которых отображалось текущее время: тринадцать минут второго. — Думаю, ты права. Спокойной ночи.

Попрощавшись, подросток наконец лёг на кровать, плотно укрывшись старым пледом и предприняв очередную попытку уснуть. В одно мгновение тепло передалось к его телу, и его тревога и беспокойство постепенно начали испаряться под тьмой закрытых зрачков, оставляя лишь хрупкий уют и комфорт. «Венди, наверное, единственная девушка за всю мою жизнь, что сама позвонила мне в такой час только из-за того, что ей некому было позвонить и ей не спится. Надеюсь, завтра всё получится…»

Спустя несколько минут перед закрытыми глазами начали всплывать, словно снимки фотоаппарата, главные застывшие в памяти события его жизни, которые он запомнил навсегда: многочисленные ссоры между родителями, смерть заботливой бабушки и множество тёмных моментов, связанных с его протезом, которые заставляли его мучиться и закрываться в коконе боли раз за разом. Каждый раз ощущалось по-новому, но невыносимая боль была неизменной. «Почему большинство того, что я помню, — это негатив? Смерти, ссоры, избиения и проблемы с протезом…

«Что со мной не так?»

***

На следующий день температура заметно стала ниже. Утром на улице возник иней, а вдалеке плавал густой туман, создавая атмосферу изоляции и отчуждения. Артур начал свой день как обычно, за исключением того, что он осторожно скрыл найденные и собранные в сумку артефакты от собственной матери под кроватью. Он был уверен, что она причастна к их делу, но не как союзник, а как полная противоположность.

«Сегодня все в сборе. Всë должно пройти точно по плану».

— Удачи, Артур! — Громко попрощалась в соседней комнате Алиса, провожая Артура взглядом. Он ничего не ответил, поспешно решив покинуть собственный, но в то же время чужой для души дом.

«Пока».

Дорога до университета торжественно предстала перед юношей серыми красками: пустые деревья и холодный ветер, серый тротуар из замшевых бетонных плит, потухшие фонари и дальний туман — так выглядел его сегодняшний поход на бесплатный, принудительный, гниющий системой, труд. В один момент он вдруг осознал, что переоценил своё чутьё подбирать подходящую одежду, и ему стало холодно — особенно это было ощутимо в районе шеи, запястья и пяток. Нахмурившись от осознания собственной неудачи, он ускорил шаг в надежде, что это хоть немного придаст худому телу тепла. Но это стало ошибкой.

Не заметив собственного шага из-за учащённого дыхания, вследствие чего он начал дышать ртом, Артур поскользнулся и резко, но бесшумно упал прямо на холодную бетонную плиту. «Как же больно…»

Попытавшись немедленно встать, его продолжала преследовать неудача, покрыв зрение лёгкой пеленой и динамически появляющимися звёздами, отчего его голова закружилась. «Чёрт возьми, что происходит?!»

Его спина адски заныла, заявляя о себе как главный источник боли. Посмотрев на трясущиеся ноги, к нему пришло тревожное осознание — он вот-вот упадёт из-за слабости. Сердце бешено заколотилось и затрещало, слёзы медленно потекли из глаз, стоны беззвучно выходили из его уст, моля о помощи, которой неоткуда было взяться посреди пустой улицы.

«Нужно… нужно опереться».

Собравшись с остатками сил, которых было несравнимо меньше, чем пульсирующая боль по всему телу, юноша поспешно оглянулся по сторонам, едва держа себя на ногах. Взгляд влево — пустырь и дальний забор, до которого он точно не дойдёт. Взгляд вправо дался ему сложнее — слёзы полностью затуманили ему обзор, но ему удалось разглядеть что-то. Недалеко от него, в нескольких шагах, на траве лежало что-то серое, похожее на валяющийся столб или балку.

«Моё спасение».

Недолго думая, юноша медленно зашагал в сторону объекта, постанывая от каждого, слабо даваемого ему шага. Трава под его ногами начала хрустеть, когда он пересёк едва видимую границу между заросшей тротуарной плитой и замерзшей, невысокой травой. Его нижняя часть тела и спина импульсивно ныли с каждым шагом, вынуждая его, сдерживающего слёзы, забывать о своей принципиальности и при каждом моргании выпускать поступающие капли, ухудшая и без того плохую видимость.

«Что это? Впрочем, не важно».

Как только он прошёл ужасно медленный путь, вблизи ему удалось распознать лежащую на траве палку: ей оказался столб от линии электропередачи, выполнивший свой последний долг недавно, а может, и множество лет назад. Поскольку опасности столб уже не представлял, Артур поспешно сел на него, чуть ли не в лежачее положение. «Как же всё болит… так ещё и столб из бетона. Красота».

Тяжело вздохнув между тяжелой одышкой, подросток медленно закрыл глаза и молча принялся ждать улучшения состояния. В темноте продолжали отражаться появляющиеся и мигом исчезающие звёздочки, свидетельствующие о сильном падении, о чём Артур старался забыть и не думать, ведь сейчас совсем неподходящее для этого время.

— Я так устал от всего этого, боже… — вырвалось шёпотом из уст утопающего в тишине Артура, а затем слёзы, задержавшись на несколько секунд под затихающее сердцебиение, потекли сами по себе по его щекам, медленно скапливаясь на подбородке и падая прямо на траву, создавая небольшую лужицу.

А время шло, и он вдруг вспомнил про это. Не желая подводить себя и друзей, Артур почувствовал злобу, причину возникновения которой он до конца и не установил: обида на себя или на несправедливый и лицемерный мир? Попытка доказать себе и миру, что гнуть свою линию не просто нужно, а необходимо каждому человеку? Возможно, и то, и другое…

— К чёрту. Надо идти, — прошипел он сквозь хруст травы под подошвами и направился к дороге в университет, игнорируя всякую боль благодаря терпению и наступающим на лицо слёзам. Ему повезло, что в это время очень редко кто проходит по этому пути, если вообще кто-либо на постоянной основе идёт именно по этой «джунглевой» тропе.

Дверь в университет. Коридор.

Наконец, он поднялся, преодолевая противно-пульсирующую боль в ногах, на второй этаж, где его уже ожидали ребята, опрокидывая собственные широкие тени на бетонный пол около арт-галереи. Он уже предсказывал возможные вопросы по его усталому внешнему виду, и поэтому постепенно и лихорадочно Артур придумывал ответы на них, отвечая самому себе в голове.

Щелчок двери. Актовый зал.

— Артур! Мы уж думали, что ты не придёшь, — громко поприветствовал друга Александр, спускаясь по ступенькам, ведущим на сцену. — Венди не могла дозвониться до тебя. Почему ты не берёшь с собой мобильник?

Но юноша не поспешил ответить на вопросы товарища: вместо этого он молча подошёл к свободному от учебного ширпотреба столу и разложил туда всё, что принёс с собой для дальнейших действий: фонарик, карта местности и некоторые документы.

— Понял… — подойдя к столу и всмотревшись, сказал Александр в ответ холодному молчанию, а затем посмотрел на Артура. — Всё в порядке?

— Да, всё в норме, — прокашлявшись, тихо сказал Артур, сев на стул около занятого им стола и оглядываясь по сторонам. Он сам не знал, зачем это делает, но и делать среди бардака, витающего здесь, было нечего. — Какое сегодня у нас задание?

— Куратор ещё не объяснил. Венди как раз пошла к ней, чтобы узнать, — Александр тоже сел на стул, но тот вдруг покосился, и юноша чуть не упал. Благо, трясущаяся, словно колосья пшеницы в сильный ветер, ножка магическим образом удержала его вес, и он отделался лишь лёгким испугом. Артур неконтролируемо улыбнулся в ответ на комичную ситуацию.

— Ясно, а что насчёт…

Не успел договорить Артур, как дверь в актовый зал скрипуче открылась.

— Ребят, это жесть! — торопливо выпалила на весь актовый зал зашедшая Венди и с восхищением на лице направилась к ребятам.

— Сегодня мы будем… — девушка сделала предвкушающую паузу. Её глаза блеснули смесью озорства и чего-то похожего на предвкушение приключения, которого ей так не хватало, судя по вызывающей реакции. — Разбирать старый склад подсобных помещений в другом крыле! Говорят, западную часть не открывали со времён динозавров. Куратор сказала готовиться к худшему: пыль, плесень, возможно, мумии бывших студентов! Но зато, — она понизила голос до заговорщического шёпота, — там могут быть старые архивы и ещё что-то… Так что нам это только в плюс.

— Опять таскать хлам? Да ещё и в какой-то пыльной дыре? Великолепно. Могли бы дать задание поинтереснее, раз уж мы тут бесплатно вкалываем, — застонал Александр, откинувшись на спинку стула так резко, что тот снова угрожающе скрипнул в попытке скинуть его. Венди едва сдерживала нарастающий смех в груди.

Артур ответил холодным молчанием, сливаясь с беспорядочностью места. Мысль о нетронутом заброшенном складе внутри университета неожиданно отозвалась в нём странным резонансом. Скрытые места, забытые вещи… это слишком хорошо вписывалось в канву последних событий. Он незаметно коснулся кармана, где лежал сложенный отчёт охранника Иосифа — или это был Александр Рабинович? Тот самый, что жаловался на странные звуки и пропажи.

Что, если…

— Ладно, не кисни! — Венди толкнула Александра в плечо. Её сегодняшнее настроение явно в ударе. — Может, это будет весело. К тому же, — она многозначительно посмотрела на Артура, — чем больше мы знаем об этом университете, тем лучше, верно? Пойдёмте, куратор ждёт нас у входа в западное крыло.

Западное крыло встретило их затхлым, пропитанным химией воздухом и тишиной, которая значительно отличалась от пустоты и беспорядка актового зала. Здесь тишина была густой, пыльной, словно время остановилось много лет назад и закрепилось навсегда. Коридоры постепенно заросли плесенью, свет стал тусклее, а двери выглядели старше и массивнее. Куратор, женщина со строгим лицом, которую Артур видел в первый день, уже ждала их у неприметной двери без таблички, подвесив связку старых ключей на руку и записывая себе что-то в массивный, забитый листочками блокнот.

— Вот оно, — сказала она, с трудом проворачивая ключ в ржавом замке. — Слушайте меня внимательно. Ваша задача — рассортировать коробки. То, что помечено красным, — на выброс. Зелёным — в архив на первом этаже. Остальное пока не трогать ни в коем случае, иначе последствия будут печальными. Также следите, куда идёте, пол местами прогнил. Здесь темно, вот фонари, — она протянула им три тяжёлых металлических фонаря старого образца. Все фонари выглядели ужасно: у фонаря Артура практически слезла краска, у Венди вот-вот отпадёт ручка, а у Александра были оба дефекта, но с одной неприятной особенностью — он практически не светил.

Скрипнув петлями, дверь поддалась, выпуская облако пыли и тяжёлый, спёртый запах, в котором смешались нотки плесени, старой бумаги и чего-то ещё… чего-то неопределённо-тревожного, от чего у Артура неприятно засосало под ложечкой.

Помещение оказалось больше, чем казалось снаружи. Луч фонаря выхватывал из темноты стеллажи, заваленные коробками, старую мебель под грязными чехлами, какие-то разобранные механизмы студентов-технарей, покрытые толстым слоем пыли. Воздух был настолько плотным и резким, что, казалось, его можно резать ножом.

— М-да, видок тот ещё, — пробормотал Александр, направив слабый луч фонаря вверх, где под потолком висели клочья паутины размером с небольшие гамаки. — И здесь мы должны копаться сегодня…

— Давайте разделимся, как ранее, так быстрее будет, — предложила Венди, уже направив свой фонарь на ближайший стеллаж с красными метками. — Алекс, ты бери дальний угол. Артур, ты — левую стену. Я займусь центром.

Работа медленно началась. Шуршание картона, скрип сдвигаемых ящиков, их тихие переговоры — единственные звуки, нарушавшие вековую тишину склада и создающие эхо. Артур методично перебирал коробки у левой стены: старые учебные пособия, сломанное лабораторное оборудование, папки с пожелтевшими бумагами… Ничего необычного. Но странный запах, который он почувствовал у входа, здесь ощущался сильнее. Сладковато-тошнотворный, он пробивался даже сквозь пыль.

— Фу, чем тут так воняет? Вы тоже чуете? — поморщился Александр из своего угла, громко спросив, отчего эхо волной прошлось по помещению. — Как будто кто-то сдох.

«Как будто кто-то сдох.»

Артур замер. Слова Александра будто попали в точку. Он медленно повёл лучом фонаря вдоль стены в поисках источника запаха, останавливаясь на большом деревянном шкафе, заваленном сверху пустыми коробками и макулатурой. Запах исходил именно оттуда.

— Венди? Александр? Идите сюда, — голос Артура прозвучал непривычно тихо и хрипло. Когда друзья подошли, он указал лучом на шкаф. — Запах… кажется, отсюда.

Ребята поспешно переглянулись. Лицо Венди стало серьёзным, Александр нервно сглотнул. Вместе они раскидали коробки, преграждавшие доступ к шкафу. Дверцы были старыми, рассохшимися, одна держалась на одной петле.

— Кто откроет? — прошептал Александр, отступая на шаг и оглядываясь на товарищей. Венди молча повертела головой, а Артур от непонимания и чувства беспричастности наблюдал за ней. В итоге вся компания замолчала. Юноша решился первым и единственным из поджавшей хвост компании подойти к шкафу.

Артур глубоко вздохнул, стараясь унять подступающую дурноту, и медленно потянул за ручку. Дверца с утопающим по всему помещению скрипом отворилась, и волна удушливого смрада ударила им в лица, заставив отшатнуться и закашляться. Луч фонаря Артура дрогнул от нервозности, но осветил содержимое шкафа.

На нижней полке, скрючившись в неестественной позе, лежало бездыханное тело. Одежда — тёмно-синяя форма, похожая на униформу силовых органов, — истлела и потемнела. Лицо было неузнаваемо из-за процессов разложения, но на груди, полускрытый лохмотьями рубашки, блеснул чуть бордовый металлический бейдж. Венди ахнула и прикрыла рот рукой, её глаза расширились от ужаса. Александр издал сдавленный стон и отвернулся, борясь с рвотным позывом. Артур же, парализованный шоком, не мог отвести взгляд. Он направил луч фонаря на бейдж. Сквозь грязь, пыль и тлен проступили буквы: «Александр Р…»

Охранник. Тот самый охранник из отчёта. Он не просто пропал. Его убили. И спрятали здесь.

— Нет, ну это же какое-то безумие… — со злостью выплеснул Александр, откашливаясь от доходящего к ним ранее закрытого смрада. — Мне кажется, что уже можно звонить копам.

— Подожди, — перебил его Артур, внешне демонстративно никак не отреагировав на находку. — Сначала давай осмотрим и обыщем его.

Ребята с недоумением и отвращением посмотрели на предложение Артура, не зная, куда деть себя. Юноша осторожно подошёл к телу поближе и начал разглядывать его, пока не рискуя дотрагиваться.

— Это охранник из лаборатории. Но как он сюда попал? — Артур обернулся на ребят, и те одновременно с ним нахмурились, пытаясь найти решение.

— Артур, смотри, — девушка опустила взгляд на прогнивший и пыльный деревянный пол и указала на овальные очертания, которые едва виднелись сквозь палитру беспорядка. — Похоже на следы.

— Следы? — обратив внимание и пригнувшись, его зрительная память сразу отправила его в прошлое, отматывая воспоминания до момента спуска в лабораторию. «Артур, смотри! Следы…»

«Следы».

— Мы их видели, помнишь? — возбуждённо ответил подросток, оглядываясь на ребят с загоревшейся надеждой в глазах. — Когда нашли спуск, Венди.

Но на лице девушки не было ответной реакции, как и у озадаченного Александра. Ребята глупо уставились сначала на него, на фоне которого в шкафу лежало самое что ни на есть тело человека, а потом на следы, между которыми явно была связь.

— Артур… Честно, не помню этого, — призналась девушка, опрокидывая взгляд по сторонам, пытаясь что-то вспомнить — но безрезультатно.

Подросток сморщился, а затем отпустил ситуацию. Оглянувшись на тело, он снова проанализировал его глазами с головы до ног. Вокруг шкафа летали насекомые, привлечённые запахом, что только оттолкнуло мгновенное желание Артура даже прикоснуться к нему. «Зачем они сделали это?»

— Давайте сначала пойдём по следам, — предложил Александр, брезгливо продолжая смотреть на находку. — Потом вернёмся к нему.

— Не будем терять времени, — Артур повернулся к начинающему следу, и ребята поспешно двинулись в путь, ограждённый стеллажами, беспорядком, духотой и навивающей тьмой.

***

«Когда я только вступила на эту должность, я не представляла масштаб всей работы, которую я должна буду выполнять. В последнее время я и вовсе делаю то, что не обязана, но почему-то мне это нравится… Смотреть на то, как наука, робототехника и нечто особенное, потустороннее соединяются воедино, — это нечто. После нескольких неудачных прототипов в начале получилось то, к чему мы стремились всё это время, — гармония между душой человека и модулятором, который отлично выполняет свои обязанности. К тому же поступали заказы от сторонних лиц и государства, но после случившихся событий всё ушло в подполье, но не исчезло.

Сейчас я активно слежу за действующими индивидами с новыми прототипами модуляторов в помещении под кодовым названием «ДОМ-К93» и в заброшенных секторах компании, разработанных другим, уволенным учёным, но это не важно. После того как тестирование пройдёт успешно и завершится, мы начнём наш новый план, который задействует ещё больше людей»

***

Путь был тернистым, но оно того стоило. В конечном счёте следы привели ребят к тёмному углу склада, в котором едва видимая металлическая дверь прикрывалась очередным стеллажом, истёртая временем и природой, окружающей её по сей день.

«Очередная преграда», — подумал Артур, подходя поближе к стеллажу, который намертво закрывал возможность дотянуться до дверной ручки. Решение данной проблемы пришло к Артуру сразу: нужно подвинуть стеллаж, да и сил для этого, по его приблизительным расчётам, должно хватить. Повернувшись к товарищам, Артур пояснил свою идею, и ребята приступили к освобождению намертво замурованной двери.

— На счёт три. Раз… Два… Три! — начал отсчёт юноша, и в один момент все трое потянули стеллаж в сторону, реагируя на тяжесть по-разному: Артур запыхтел, Александр что-то проворчал, а девушка закрыла глаза и выглядела так, будто изо всех сил старалась передвинуть громоздкий стеллаж в одиночку.

Громкий визг металла, из которого и делали подобного рода учебные стеллажи, заполнил всё помещение, отдаваясь всё дальше и дальше эхом. Медленно, но верно ребятам удалось сдвинуть металлическое, громоздкое создание до такой степени, чтобы они смогли протиснуться через образовавшееся свободное место, — особенно это важно для Александра: в компании из молодого, худого парнишки и стройной, маленькой девушки он был настоящим богатырём.

— Это было просто, на самом деле, — произнёс с лёгкой отдышкой Александр, проводя тыльной стороной ладони по лбу.

— Согласен, — через одышку глухо произнёс Артур, оглядываясь на ребят. Он вдруг осознал, что из всей тройни только у него был пот на лице. «Надо бы немного подкачаться потом…»

На тёмно-серой, обшарпанной двери не было никаких опознавательных знаков или табличек, указывающих на бывшее применение, — только тёмная, маленькая ручка и ничего более.

— Введём небольшой интерактив, — сказал Артур, чувствуя ослабление накопившегося напряжения в мышцах. — Откроет дверь тот, кто выиграет в «Камень, ножницы, бумага».

Ребята с искренним недоумением взглянули на юношу, одаривая странными, пересекающимися взглядами. Но когда помещение захватила гробовая, изнуряющая тишина и загадочная дверь, на фоне которой ребята выглядели как глупые дети, игра началась.

Победа, ничья и поражение — и так по кругу. Каждый то и дело выигрывал, а затем проигрывал. Ребята договорились на три попытки у каждого, поэтому игра заставляла нервничать сильнее, когда неудача брала верх и у проигрывающего оставалась единственная попытка.

— Фух, — выдохнул Артур, отрешаясь от игры первым победителем. «Кто же проиграет…?»

Вдруг Артур осознал, что между его друзьями началась холодная, молчаливая дуэль. И решительная Венди, и осторожный Александр выглядели одинаково зажато: пальцы заметно дрожали, а взгляды следили друг за другом, пытаясь предугадать следующий ход соперника. Оба подростка не хотели открывать эту чёртову дверь, но в конечном счёте победа досталась…

Шаги.

«Что за…?!?»

По ту сторону двери отчётливо прозвучал мутный стук, а затем — последовательные приглушённые шаги. Кто-то вошёл в помещение по ту сторону стены, но кто это может быть? Здесь же никого нет уже несколько лет, территория должна быть закрыта.

— Тише… — прошипел Артур, подкрадываясь к двери на фоне ярко выраженных шагов. За ним потянулись и друзья, явно напуганные нежданным гостем, оглядываясь друг на друга в поисках возможной угрозы.

Ребята решили прижаться к стене около двери и стали ждать всего, что взбредёт на ум: от потерявшихся бомжей, хулиганов до агентов государственной службы безопасности. В один момент шаги исчезли с ушного радара, оставив их в тишине под собственным дыханием и едва слышимым ветром вдалеке.

Тяжёлый вздох. Все затаили дыхание…

— Как мне всё это надоело… — женский, грубый голос искренне и болезненно отразился от стен к ним, подслушивающим в паре метров от неё.

«Мама?»

— Эксперимент становится невыносимо тяжёлым. Кажется, испытуемый B-17 что-то намеренно скрывает. Я не вижу никакого другого решения, кроме как… — на фоне перебивающего слух сердцебиения в ушах Артура сделала паузу его собственная мать.

— Придётся уничтожить испытуемого В-17 пока он не выяснил наш план. Я подозреваю, что этим, вместе с другими испытуемыми и готовыми образцами, он и занимается, — женщина громко прокашлялась и начала движение, громко издавая шаги по бетонному полу, а затем сделала ещё одну паузу, дав ребятам переварить лихорадочно бегающие мысли и чувство шока. — Насчёт испытуемого 1202А: модулятор барахлит, но под контролем это не представляет угрозы. Всё проходит отлично, как и с испытуемым 2204A, который находится не под моим контролем…

«Все мои сомнения теперь реальность…» — не желая больше себе врать, закрепил в своей голове Артур, опустив взгляд на собственные ноги. Венди, стоявшая рядом с другом, сразу заметила моральное давление несправедливой и ужасной жизни на юношу, который снова погрузился в запутавшуюся паутину нейронных связей, умирающих с каждой секундой.

Вдруг Артур почувствовал движение около собственной руки, сжавшейся в кулак. Подняв взгляд, он увидел, как девушка взяла его за руку, медленно пытаясь разжать «кулак боли». Она смотрела на него в ответ, слабо улыбаясь.

— Всё будет хорошо… — очень тихо прошептала Венди, полностью разжав кулак юноши. Сначала Артур сопротивлялся её мотиву, но постепенно тонкая, нежная рука девушки задела его барьер, и тот позволил ей воссоединить свою накопившуюся растерянность и боль с её нежностью и теплотой.

— Надо бы проверить, где он сейчас… — слегка приглушённый голос женщины донёсся до ребят, а затем раздался какой-то тихий щелчок, который Артур ранее никогда не слышал.

«Проверить?»

— Что за… — когда до Артура и ребят доходило осознание, было поздно: ручка двери стремительно закрутилась, и огромная металлическая плита с писком открылась.

— Артур, бежим! — успел крикнуть Александр, но затем вдруг окаменел под нарастающий свист, доносящийся неизвестно откуда.

— Никуда вы уже не пойдёте, — голос женщины стал настолько строгим и низким, что по спине Артура пошли мурашки. Элизабет посмотрела на своего сына и широко улыбнулась.

— Код пурпурный. — с маниакальной насмешкой произнесла женщина, ожидая чего-то, но… ничего не произошло. Элизабет нахмурилась, недовольно вглядываясь в шею собственного сына. — Почему ты не отключаешься? А?! Ты уже пошаманила в его настройках, да!?

Венди продолжала держать руку Артура, медленно отходя назад и ведя с собой безмолвного юношу. Она что-то знала, они все что-то знают, но не он. Ничего не получив в ответ, агрессия в выражении лица Элизабет начала прогрессировать: она начала неестественно дёргать пальцами, её левый глаз неистово задергался.

— Вы серьёзно думаете, что у вас всё получится, не так ли? — через появляющийся тихий смех громко задала вопрос женщина, начав подходить к ним. — Венди! Ты была ошибкой и останешься ею навсегда!

Под громкий, маниакальный крик Элизабет бросилась на пару, без стеснения раскрыв своё настоящее обличье…

***

«Добрый день, дорогие слушатели нашего радио! Сегодняшние новости застанут вас врасплох: вчера к нам поступила информация от местных государственных органов о том, что прославившаяся среди инженеров и учёных компания «ООО МОД ИНК» была официально ликвидирована вследствие недавней проверки Государственной инспекцией по просьбам неизвестных лиц.

Напомним вам, чем занималась эта компания. «МОД ИНК» известна тем, что разрабатывала голосовые протезы для людей, потерявших голос. По слухам и словам работавших там людей, в компании происходили странные и необъяснимые вещи. Например, многие бывшие работники утверждают, что они редко или никогда не видели охранников, из-за чего кражи случались часто. Также большинство работников заявили, что они никогда не видели то, что они производили. Они видели лишь запчасти, но полноценные протезы, по словам бывших сотрудников, никогда не попадались им в глаза. Производство строго контролировалось, людям нередко не давали даже отойти в туалет.

Местные власти пообещали провести дополнительную проверку по нарушению условий труда и выплатить компенсации бывшим сотрудникам».

***

Тьма. Звон в ушах. Где-то вдалеке проносились приглушённые голоса и шум, плотно перекрывающий их. Медленно открыв глаза, подросток обнаружил себя в непонятном, тёмном помещении, в котором единственным источником света была щель, образовавшаяся из-за неплотно закрытой двери. Спустя несколько секунд после того, как он открыл тяжёлые глаза, он заметил, как из-за щели, по ту сторону двери, к нему во тьму зашёл чей-то силуэт, который сразу начал направляться к нему.

— Доктор? Его состояние постепенно ухудшается. Что мне делать? — сквозь нарастающий и неприятный звон в ушах донёсся женский голос, а затем силуэт подошёл к нему вплотную.

«Что происходит?»

В глазах Артура всё вновь потускнело, и вдруг вся мучительная боль в теле пропала. Перед глазами осталось лишь чёрное полотно и тишина, окутывающие его в неизвестности. Всё на миг стало спокойным, беззвучным и приятным — таким, каким он и хотел.

— Проснись, солнце… — тихий шёпот недалеко от его ушей заставил юношу медленно открыть глаза в полумраке неизвестной ему темноты. Он будто оказался в осознанном сне, чувствуя каждую часть тела, но не думая ни о чём, что могло бы его потревожить.

— Пой, солнце… — повторил шепотом голос, источником которого была пустота, но Артур ничего не предпринял, молча продолжая вглядываться сквозь размытое зрение вглубь темноты.

— Что ты имеешь в виду? — решил спросить юноша, но ответа не поступило. Темнота ответила ему привычной тишиной, сквозь которую едва доносились звуки из окружающей его реальности: голоса, шум и свист. — Ответь, пожалуйста!!!

Так пой, солнце!

Мчись на сцену, пока не поздно.

И пусть тебя встретит мой остров.

На котором я всегда буду ждать тебя.

— Как он?

— Все показатели в норме, не переживай.

Тяжесть. Все мышцы снова сжимались, гудело в ушах. Он снова вернулся в конфузию реальности и его больных мыслей, от которых его голова неистово болела.

— Что… происходит… — сквозь учащённое сердцебиение успел выдавить юноша, но услышал вместо привычного голоса что-то ужасающее. Его голос был чужим, до боли роботизированным и совершенно не похожим на тот, что был у него ранее.

— Не переживай, всё хорошо, — спокойно и аккуратно сказал женский, едва слышимый голос рядом с ним, а затем он почувствовал, как тоненькая ручка берёт его ладонь в свою, заставляя его боль хоть на несколько секунд перерасти в крошечное объятие.

«Венди…»

Но вместо тепла он почувствовал что-то другое… сопровождающиеся ужасной болью щелчки, которые схлопывали в агонии все внутренности его горла. Собственное тело перестало слушаться его отчаянных попыток что-либо предпринять.

Он не успел ничего сказать, но успел открыть глаза: потолок и сверкающие блики. На него смотрело бледное, круглое лицо.

Он где-то видел его… Когда-то очень давно…

«Папа?»