Чужие тайны

Глава 1

Время после обеденного перерыва считалось в офисе тихим часом. Ни тебе громких разговоров, ни хаотичной беготни из кабинета в кабинет, ни выяснения отношений в очереди к принтеру. Лишь из-за приоткрытой двери, ведущей в кабинет директора, доносилось монотонное бубнение.

— А что насчет карандашей? Карандаши им зачем?

— Делать пометки в документах. А чтобы потом их убрать нужны ластики, — Дмитрий Григорьевич в очередной раз объяснял завхозу, казалось бы, интуитивно понятные вещи. И в очередной раз завхоз смотрела на шефа с таким выражением лица, словно подозревала обман и не желала мириться с этим.

— Бумага для принтера. Они расходуют очень много бумаги для принтера.

ДмитрийГригорьевич подпер подбородок рукой и вздохнул.

— Юлия Леонидовна, драгоценная вы наша, каждый месяц мы обсуждаем одно и то же, каждый месяц я вам повторяю, что канцтовары для того и закупаются, чтобы их использовать в процессе работы. Перед фирмой не стоит задача накопить как можно больше бумаги для принтера, мы на бумаге документы печатаем.

Юлия Леонидовна кивнула, хотя в душе была категорически не согласна с такой постановкой вопроса. В её представлении складское помещение было предназначено исключительно для складывания товарно-материальных ценностей, складывания и приумножения. Необходимость расставания с бесценными предметами, предназначенными для офисной жизнедеятельности, изрядно портила ей настроение, а с ним портились её не менее ценные нервы.

Сотрудницы секретариата вполуха прислушивались к разговору, продолжая заниматься повседневными делами. Они могли с поразительной точностью предсказать каждый следующий аргумент, который выдвинет Юлия Леонидовна, как и контраргумент, которым будет отбиваться шеф. Это давнее противостояние офиса во главе с директором и завхоза уже успело стать чем-то вроде местной традиции, даже в какой-то мере символом стабильности в границах одной фирмы.

Мелодично пиликнул телефон. Даша прочла сообщение и почти минуту сидела неподвижно, глядя на экран с гримасой отвращения. Очнувшись, она обвела взглядом кабинет, убедилась, что никто на нее не смотрел, вздохнула и вернулась к работе.

— Достали уже своими кредитами, —произнесла она куда-то в пространство.

— Ине говори, отвратительная навязчивость, —откликнулись из другого конца комнаты.

Снова повисла тишина, нарушаемая только кликами клавиатур. Даша сделала глубокий вдох, сосчитала до десяти, выдохнула. Сообщение было не от банка, но от человека,с которым она надеялась больше никогда не увидится. И ладно бы это был мужчина, один из неудачных бывших, о которых принято говорить либо плохо, либо никак. Привет из прошлого прислала Ульяна. Одно только имя заставило Дашу почувствовать, как к горлу подкатывает ярость. Даша ещё раз глубоко вдохнула.

Дверь в кабинет директора отворилась и из неё с достоинством королевской бригантины выплыла Юлия Леонидовна. Слегка покачивая бортами, она прошла мимо секретарей, оставляя за собой шлейф удушающе-дорогого аромата. Все как по команде посмотрели ей вслед. Старшее поколение во главе с директором называло Юлию Леонидовну “наш Цеппелин”. Младшее поколение прозвище подхватило, хотя далеко не все понимали его значение.

— Кажется, я вспомнила, где слышала это слово, — заявила Леана.

— Какое слово?

— Цеппелин. В древней мифологии так называли демоническую собаку, которая сторожит вход в загробный мир.

— Мне кажется, даже ворота в загробный мир так не охраняются, как наша кладовка, — заметила Диляра с неким раздражением.

Дашаи Вера Викторовна обменялись взглядами и улыбнулись друг другу, не спеша, однако, выводить Леану из заблуждения.

— Вчера я относила документы на сшив и слышала, как наш Цеппелин выясняла у Иры, зачем той новая половая тряпка. Представляете, половая тряпка! — продолжала Диляра. — Действительно, зачем уборщице новая половая тряпка, она же старой ещё сто лет пользоваться может. Ей жалко какой-то вшивой тряпки, что уж об остальном говорить. Может, конечно, она подозревает, что новыми тряпками Ира приторговывает, а пол старой мужниной майкой моет.

Даша прыснула, за ней засмеялись и все остальные.

— А Ира что? — Слегка успокоившись спросила Вера Викторовна.

— А что Ира? Думаю, новую тряпку она отвоевала, с её то характером.

— Может, нанять Иру в качестве посредника, когда нам понадобится что-нибудь из канцелярки? Шоколадку предложить или чай, — внесла предложение Даша.

— Если в следующий раз наш Цеппелин будет раненой лебедью страдать над парой шариковых ручек, то клянусь, я так и сделаю, — на удивление серьёзно ответила Вера Васильевна.

Даша сделала последнюю отчаянную попытку вернуться к работе. Почти четверть часа ей удавалось сохранять спокойствие, но предательская память ни на минуту не давала забыть о полученном сообщении. Даша сдалась. Она взяла папку с заявлениями на отпуск, укрывшись за ней как за ширмой. Перечитала сообщение ещё раз и еще раз поразилась, как, оказывается мало требовалось, чтобы вывести ее из равновесия.

К концу дня ещё и голова разболелась. И всё из-за нескольких невинных слов.

***

Поток машин двигался удручающе медленно - городские пробки вполне могли служить наглядной иллюстрацией тому, как выглядит оскорбление самому понятию скорости. На перекрестке машины встали намертво, образовав обычную для этого участка дороги патовую ситуацию.

Даша посигналила, но скорее для того, чтобы поддержать общее настроение. Всем было понятно, что стояние будет долгим. Сколько раз, стоя на вот этом перекрестке, Даша мечтала, что когда-нибудь она переберется жить поближе к центру. Столько же раз она отметала такую возможность, ведь именно отдаленность района, в котором она купила квартиру, а также не особо развитая система общественного транспорта, защищали ее от нежелательных визитов некоторых людей.

Сегодня, правда, недовольство беспардонностью родственников было полностью вытеснено давней, застарелой обидой, с которой Даша жила последние несколько лет. Много раз она корила себя за то, что переживает из-за ерунды, обещала себе же, что запишется к специалисту и поработает над проблемами, выполняла найденные в интернете духовные практики очищения. Проблема же была в том, что, по сути, не произошло ничего такого, из-за чего стоило бы переживать. Действительно, случись нечто совсем уж трагическое, она бы вообще не злилась, у нее было бы оправдание, а так… Снова и снова ее память перемалывала одни и те же события прошлого, от чего на душе становилось паршиво.

— Ну вот, снова за старое. Заткнись! — крикнула она себе, глядя в зеркало заднего вида. Автомобиль, стоявший прямо за ней,тут же перестал сигналить, поток немного сдвинулся с места. Мысленно Даша снова вернулась в то время, когда она работала в Литпроме.

Было же время!Громадный, неповоротливый Литпром, состоявший из множества отдельных фирм и предприятий, занимался всем, от торговли до пивоварения и считался синонимом успеха не только в родном регионе, но и за его пределами.Даше, можно сказать, повезло - она попала в число отличников, получивших право на прохождение производственной практики на предприятии, что значительно облегчало написание дипломной работы. Тогда же у нее появилась возможность устроиться на неполный рабочий день помощником менеджера, а после защиты диплома она сразу же попала на вакантную должность в отдел плановой документации. Целых шесть лет она проработала в Литпроме, доросла до заместителя начальника отдела, имела отличные перспективы.

Да уж, перспективы.

Ульяна пришла к ним в отдел по протекции начальства и каждому в коллективе сразу стало понятно, что сильно новый сотрудник напрягаться не будет. С обязанностями она, правда, справлялась — спасибо бдению ревизоров,вела себя прилично, никогда не опаздывала, алкоголем не злоупотребляла. Единственным существенным недостатком Ульяны был ее не в меру болтливый язык, за которым не поспевала мысль. Ульяна никак не могла понять, что и кому можно говорить, а что нельзя. Любые претензии в свою сторону она встречала искренним недоумением, так что невозможно было понять притворяется она или действительно такая дура. Даша склонялась к первому, не без основания полагая, что Ульяна за маской прямолинейной простушки успешно скрывает гадливый характер.

Инна Сергеевна — начальник отдела и негласная покровительница Ульяны — сильно не тревожилась, справедливо полагая, что раз личные отношения внутри коллектива работе не вредят, то и вмешиваться необязательно. Пару раз она, однако,объясняла Ульяне, что к чему, но та только головой кивала и понимающе-преданными глазами на Инну Сергеевну смотрела, а через несколько дней всё повторялось по новой. Так прошло несколько лет, а потом произошло нечто, положившее конец спокойным дням.

Насчет того, почему именно их отдел попал в немилость, разговоры ходили разные, но то, что от них хотят избавиться, было ясно каждому. Тактику избавления выбрали весьма специфичную: вместо угроз и предложения уволиться по собственному желанию, из отдела сделали корпоративного отщепенца. Их перестали приглашать на мероприятия, премиальные выплачивали самые минимальные, если вообще выплачивали, сотрудникам с детьми выдали сиротские новогодние подарки, и при всем при этом их нещадно гнобили за малейший промах. Тактика себя оправдала - люди начали увольняться. После очередного оскорбительного разноса уволилась и Даша, но за несколько дней до увольнения она стала невольной свидетельницей весьма неприятной сцены.

В тот день она задержалась дольше обычного, так как готовила документы для передачи дел. Здание почти опустело, по коридорам бегали уборщицы с ведрами да слонялись охранники, и только бухгалтерия сидела в кабинете в полном составе. В бухгалтерию Даша и направлялась, когда из бокового коридора донеслись громкие голоса. Впрочем, громким там был только один голос - настоящее воплощение ярости и гнева.

— Ты понимаешь, что натворила? Да сама знаешь куда засунь свои оправдания! Сколько раз я тебя просила заткнуться, а? Доигралась? Убирайся к черту! Завтра же пиши заявление и убирайся, иначе клянусь, тебя по статье уволят! — Инна Сергеевна, растеряв обычное спокойствие, вовсю поносила неизвестного собеседника, хотя Даша прекрасно понимала, на кого было направлено недовольство начальницы.

Ульяна что-то пыталась объяснить, но Инна Сергеевна слушать не желала. Она уже не кричала, но тон всё равно оставался резким. Даша прошла немного дальше и затаилась на лестничной площадке, откуда отлично просматривался весь коридор. Ей прекрасно были слышны и претензии Инны Сергеевны, и отговорки Ульяны. Так вот из-за кого все несчастья. Вот из-за кого развалился такой сплоченный, славный коллектив.

Ульяна вернулась в кабинет с видом оскорбленной невинности, а Даша услышала из тёмного закутка то, что меньше всего ожидала услышать —всхлипы.

В бухгалтерии Даша проторчала дольше, чем планировала, так как боялась встретиться на обратном пути с заплаканной Инной Сергеевной. Когда она вернулась, в отделе уже никого не было. Она не спеша спустилась по лестнице и пошла в сторону стоянки, но тут впереди мелькнуло знакомое пальто. Даша замедлила шаг. Инна Сергеевна разговаривала по телефону, причем холодность тона вполне могла соперничать с морозным февральским ветром.

— Я вам благодарна и всегда буду благодарна, но давайте начистоту: услуга, которую вы мне оказали не настолько грандиозна, чтобы жертвовать ради нее карьерой. Конечно. Я понимаю. У меня тоже дети, если вы не забыли, и я тоже хочу дать им все самое лучшее. Чем занят мой муж никого не касается.

Инна Сергеевна свернула в сторону, а Даша едва ли не бегом бросилась к своей машине. Похоже, у Ульяны имелись и более влиятельные покровители. К счастью, Дашу дальнейшая судьба Ульяны уже не заботила: всего несколько дней и их пути разойдутся навсегда.

***

Под мерное гудение, молитвы и проклятия водителей река из машин медленно, но верно, двигалась вперед. Даша свернула на проспект, где было посвободнее. Она никак не могла дождаться начала лета, когда студенты разъедутся по домам, пенсионеры отправятся на дачи,а рабочий люд - в отпуска. Летний город ей нравился. Шум листьев, запах раскаленного асфальта, внезапные грозы — знакомые вещи из далекого детства, когда приходил конец школьным страданиям и начинались каникулы. Каникул больше не было, но радостное ощущение, каждый год появлявшееся в конце весны, никуда не исчезло. Конечно, если кто-то и мог его испортить, то только Ульяна. Удивительно, как это она Дашины контакты не удалила. Наивно! Конечно же удалила. А потом, вероятно, разыскала через общих знакомых, которые ещё оставались на прежнем месте работы.

Зато сообщение от мамы было как обычно четким и лаконичным, а ровно через пять минут последовал и сам звонок.

— Дашенька, ты не за рулем?

— За рулем, но не волнуйся, я припарковалась.

— Хочу, чтобы ты заехала завтра. Где-то к восьми. Сможешь?

Мрачное предчувствие аккуратно постучалось в Дашино сердце.

— Могу, а что случилось?

— Ну почему сразу случилось? Просто поговорим. Тётя Света в гости зайдет.

Отлично, предчувствие не обмануло.

— О, нет, мама, пожалуйста. Я больше не хочу. Это невыносимо.

— Что невыносимо? Я просто прошу тебя поддержать компанию, вот и все. Это так сложно? Я часто прошу тебя о чем-либо?

— Вы снова начнете меня сватать за кого-нибудь, — простонала Даша, прикидывая пути отступления. Путей не обнаружилось.

— Обычные женские разговоры, подумаешь, большое дело. Тем более, ты ничем не занята, я знаю. Позвони, как будешь подъезжать, я разогрею бутерброды. Ну все, жду.

Даша зарычала. Видимо в ее жизни началась черная полоса, и все, что ей оставалось, так это смириться с неизбежным. Каждая встреча с тётей Светой стоила ей душевного и физического здоровья, а все из-за преклонения перед условностями. Когда Даша работала в Литпроме, ее мама смотрела на родственников, как дворянка на буржуазию, каждый раз подчеркивая мнимое превосходство. После увольнения ситуация изменилась: теперь родственники смотрели на Дашу, как на падшую женщину, растерявшую удачу и угробившую репутацию, о чем и напоминала тётя Света каждый, мать его, визит. И каждый раз Даша пыталась донести до дорогой тётушки, что смена более престижного места работы на менее престижное не делает из человека социального инвалида. Безрезультатно, но хотя бы пыталась.

Мало, однако,было им карьерного падения, так в придачу Даша не реализовалась как женщина. Испытывая к несчастью родственников искреннее сочувствие, тётя Света как могла старалась помочь. Испытывая к помощи отвращение, Даша прилагала все возможные усилия, чтобы неприятных разговоров избегать. Эх, эту бы энергию, да в созидательное русло.

Все еще чувствуя раздражение Даша ответила Ульяне. Ульяна хочет встретиться? Отлично, встретимся. Она хочет о чем-то поговорить? Поговорим! Если разговор примет нехороший оборот - отошлем Ульяну в небытие еще на несколько лет (жаль с тетей Светой такой трюк не сработает).

Лишь поздно вечером, лёжа в постели, Даша усомнилась в правильности такого решения, но к тому времени ей уже самой было любопытно, а что же приготовила судьба.

-2-

Большой, несуразного вида дом, гордо именовавший себя клубным, занимал почти всё пространство между двумя узкими улочками. Хотя и с трудом, Даше удалось припарковаться на крохотном пятачке в опасной близости от чьего-то серебристого Ауди. Искренне надеясь, что встреча окажется короткой и хозяину соседней машины не придется протискиваться в салон, максимально втянув живот, Даша отправилась на поиски входа в здание.

Ульяна встретила ее так, словно они были близкими подругами и не расставались ни на день.

— Хорошо, что зашла. Присаживайся, я сделаю кофе.

Даша огляделась, но единственное, что привлекло ее внимание — большая ваза из разноцветного стекла — единственное яркое пятно в бежево-сером интерьере. Квартира выглядела не то чтобы унылой, но какой-то нежилой. Возможно, конечно, Ульяна специально навела порядок к её приходу, а может именно так она и привыкла жить. Даша неожиданно для себя поняла, как мало она знала об Ульяне, пусть и проработала с ней в одном кабинете несколько лет.

— Ну вот, держи, — Ульяна поставила на низенький журнальный столик поднос с чашками и сахарницей. — Как твои дела? Давно виделась с нашими? — несмотря на теплую летнюю погоду она была в элегантном деловом брючном костюме и при полном макияже. Даша так и не поняла, старалась Ульяна исключительно ради нее или были другие причины для того, чтобы приодеться.

— С нашими, ты имеешь ввиду, бывшими коллегами? Ну, иногда мы поздравляем друг друга с праздниками. Кстати, интересно, как они. Чем Инна Сергеевна занимается? Вы же, насколько я понимаю, родственницы? — Даша надеялась, что упоминание бывшей начальницы заставит Ульяну нервничать, но та только рукой махнула.

— Ой нет, совсем не родственницы. А что, вы все думали, что мы — родственницы? Глупости. Наши родители долгое время жили в одном подъезде, конечно, мы хорошо знаем друг друга. Она все так же в Литпроме, старший менеджер, у неё всё хорошо.

— После начальника отдела да в старшие менеджеры, наверно не очень весело. С другой стороны,теперь ответственности меньше, а значит, жизнь спокойнее, — Даша лучезарно улыбнулась, но Ульяна на колкость никак не ответила. Может она действительно считала себя ни в чём не виноватой, а может её мысли были заняты другой проблемой.

— Аты сейчас чем занимаешься?

— Работаю. Специалист по кадрам.

— Солидная фирма?

— Средняя. Опт и мелкий опт мебельной фурнитуры, — Даша никак не могла понять цель расспросов. Неужели дела Ульяны настолько плохи, что она ищет теплое местечко по всем знакомым — близким и не очень?

— А как на личном фронте, есть кто-нибудь?

— Периодически кто-нибудь есть.

— Тебе срочно надо что-то с этим делать. Годы берут свое, ещё немного и будет поздно. Возможно, у тебя ничего с мужчинами не получается, потому что твоя настоящая вторая половиночка уже определена судьбой?

Дашу так и подмывало спросить, а не тётя ли Света стоит за всем этим балаганом. Ульяна тем временем продолжала.

— Кстати, ты слышала, что Алексей развелся?

— Нет, я давно потеряла его из вида, — ответить Даша постаралась как можно безразличнее, аккуратно поставила чашку на стол и выпрямилась.

— Ох, столько событий произошло. Я вот и подумала, что тебе будет интересно знать. Марина и Алексей развелись три года назад, но остались друзьями. Он, может и страдал, но повел себя благородно, как настоящий мужчина. Я уверена, такой человек, как он, заслуживает, чтобы в его жизни появилась настоящая любовь. Любовь к Марине тоже была настоящей, тут никаких сомнений, я много раз это говорила. Просто что-то приходит, а что-то уходит, и надо двигаться дальше к своему счастью.

Даша, сбитая с толку некой сумбурностью рассказа, молчала, Ульяна же, слегка уязвленная отсутствием ответного интереса, продолжала с ещё большим жаром.

—Марина встретила его, того самого. Совершенно случайно. Кирилл Шумилин, может слышала? Крупный бизнесмен, молод, красив. Влюбился в Марину можно сказать с первого взгляда. А как он за ней ухаживал! Как в кино, если бы ты только видела. А знаешь, что самое интересное? Это было предначертано.

Даша хранила молчание. Как же хорошо она знала эту манеру Ульяны рассказывать о чьих-то отношениях. Восторженная радость по поводу чужого счастья, напускной энтузиазм: все эти приемы были слишком хорошо знакомы, поэтому Даша не могла относиться к ним серьёзно. Она не понимала, какой реакции от неё ожидают.

Пауза затянулась.

— Значит, Марина сошлась с другим мужчиной. Понятно. А дети?

— Переехали к нему, конечно. У него дом, хотя лучше сказать — целая усадьба. А какая у них была свадьба! Я была одной из подружек невесты. Кстати, Марина уже и третьего родила.

— Всё это замечательно, спасибо, что позвала сообщить о счастливой жизни Марины, — Даша сделала вид, что собирается уходить. — Но, я тебя наверно задерживаю, не хочу показаться назойливой.

— Ты вообще слушала? — Ульяна слегка вспылила. — Алексей теперь полностью свободен.

— За Алексея я тоже рада.

— Конечно, тебе надо свыкнуться с этой мыслью, — снова заворковала Ульяна. — Столько времени прошло. Но знаешь, настоящие чувства всегда готовы вспыхнуть вновь, им нужна лишь маленькая искра.

— Некоторые чувства уже ничем не разжечь.

Ульяна казалась сбитой с толку, разговор явно пошёл не так, как она планировала. Вопреки всем её уловкам Даша оставалась холодной и безучастной, не проявляя ни малейшей радости по поводу нового холостяцкого статуса Алексея. Ульяна же сдаваться не собиралась, она слегка наклонилась вперед, голос её стал вкрадчивым.

— Давай поговорим по душам. Я не верю, что ты так просто выбросила Алексея из своего сердца. Ну, признайся, не выбросила ведь. Иначе ты бы не была до сих пор одинокой.

Даша тоже слегка подалась вперед и посмотрела Ульяне в глаза:

— Скажи, если по душам, кто в твоём сердце застрял настолько, что ты до сих пор одинока.

— Я— совсем другое дело. Моя жизнь — приключение.

— А моя жизнь — плита и пелёнки?

— Каждый создан для чего-то определенного, — в голосе Ульяны появился вызов, словно одно лишь предположение, что Даша может быть ей ровней, являлось оскорблением. Впрочем, она быстро спохватилась и на её лице заиграла самая слащавая из всех лицемерных улыбок. — Знаешь, нам надо чаще видеться. Сходим куда-нибудь, поболтаем. Договорились?

Даша поняла, что её отпускают с миром. Пообещав быть на связи, она покинула неуютную квартиру со смешанным чувством ярости и возмущения. Ну вот кто позволил Ульяне так бескомпромиссно вмешиваться в чужую жизнь? Сама же Даша и позволила, был честный ответ. Когда же она уже научиться защищаться. От мамы, от тети Светы, от людей вроде Ульяны.

Не разбирая дороги Даша мчалась к стоянке, пылая праведным гневом, а также ругая себя за то, что сразу не ответила Ульяне отказом. Она настолько потеряла чувство реальности, что едва не снесла мужчину, который стоял рядом Ауди, неудачно подпертой Дашиной машиной. Мужчина почесывал подбородок, определенно не понимая, как действовать дальше.

—Извините пожалуйста, сейчас уеду, — пробормотала Даша, стараясь не встречаться с незнакомцем взглядом, пусть внешне он и не был похож на скандалиста.

Выехатьс первого раза не удалось: Даша чудом избежала столкновенияс машиной, выехавшей из соседнего ряда. Резко сдала назад, так же резко рванула вперед, потом снова назад. Злая на себя за неуклюжесть, она весьма феерично развернулась и поехала совсем не в ту сторону, в которую собиралась. Мужчина смотрел ей вслед с задумчивым интересом.

***

Встречу с Ульяной можно было бы назвать дурацкой и забыть о ней, но то, что произошло на следующий день повергло Дашу в настоящий шок. К зданию, в котором располагался офис, она как обычно шла через небольшой рынок, не особо оглядываясь по сторонам, поэтому не сразу поняла, что зовут именно её.

— Даша! — раздалось прямо над ухом. — Ты что, не слышишь?

Словно из ниоткуда появилась мощная фигура Нины, человека, с которым Дашу когда-то связывало вообще ничего кроме встреч на корпоративных мероприятиях.

— Даш, ну ты чего? Не узнала меня? — ещё один привет из прошлого стоял прямо перед ней и улыбался так же фальшиво, как и Ульяна.

— Ну что ты, Нина, как тебя можно не узнать? Не ожидала встретить тебя здесь, это же совсем тебе не по пути.

Нина поджала губы, но быстро взяла себя в руки.

— Кое-какие дела в этом районе. Не важно. Но какая же удача, что я тебя повстречала. Мне просто необходимо сообщить тебе нечто важное.

— Я спешу…

— Да нет же, послушай. Потрясающие новости, — Нина вцепилась в Дашину руку хваткой тяжелоатлета, перегородив пути к бегству. — Ты же помнишь Алексея, одного из наших сисадминов? С которым ты постоянно на обед ходила. Так вот, он снова свободен. Если это не судьба, то что? А ты будешь настоящей дурой, если и на этот раз упустишь его. Таких мужчин разбирают быстро. Работящий, почти не пьет, компанейский, воспитанный, должность хорошая. Я тебе говорю, действуй, пока не поздно.

— Мне правда некогда…

— Чего нос вертеть, непонятно чего ждать. Ну есть у него ребёнок, ну и что? Ты тоже родишь ему, семьёй будете. По ночам в одиночестве страдать тоже ведь не дело, а ты ещё молодая, красивая, зачем жизнь губить, когда рядом такой парень есть. Да и он помнит о тебе, — Нина тараторила с такой скоростью, словно от этого зависела её собственная судьба.

— Кстати, а как там Катенька? Невеста уже наверно?

— Катенька? — от неожиданности Нина ослабила хватку и Даше удалось-таки вырваться. — А что Катенька? Тебе кто-то что-то говорил о ней?

— Да нет, просто спросила. Счастливая мать, как ты, должна гордиться ребёнком. Но мне и правда пора, пока, приятно было поболтать, — Даша махнула рукой и бросилась прочь из торговых рядов.

Философские вопросы о сущности бытия не часто посещали голову Даши, зато фраза “Что, черт возьми, происходит” гулкой барабанной дробью билась внутри её черепной коробки всю первую половину дня. На обед она ушла совершенно разбитая, внутренне готовая к любым неприятным неожиданностям, которые не заставили себя ждать. Привычным жестом Даша поднесла ключ к двери, но обычного противного писка не услышала. Она поднесла ключ еще раз, и снова никакого результата. Если еще и у пропуска истек срок…

— Может, код набрала неправильно? - подсказала стоявшая рядом Леана.

— С каких пор у нас надо код вводить?

— Меня больше интересует, с каких пор мы должны открывать холодильник с помощью электронного ключа, — совершенно невозмутимо ответила Леана.

Даша глубоко вздохнула, открыла морозилку и засунула туда голову.

— Нуи что с тобой приключилось? Не похмелье, сразу видно.

— Не знаю. Чертовщина какая-то происходит со мной, — Даша поставила обед в микроволновку. — Мало мне было вчерашнего вечера, сегодняшнего утра, так еще и тётя Света. Ладно, я преувеличиваю, тётя ни в чем не виновата. Ммм, плов?

— Вчера приготовила. А ты, когда прекратишь замороженной пиццей давиться?

— С правильным количеством соуса она очень даже ничего. К тому же готовка мне сейчас вообще не поможет.

— А разговор по душам поможет? Нет, если не хочешь, можешь не рассказывать.

Рассказывать Даше действительно не хотелось, но совсем не потому, что она боялась поделиться наболевшим. Наоборот, ей хотелось кому-нибудь рассказать. Чего она действительно опасалась, так это быть неправильно понятой. Леана же была человеком, никак не связанным с её прошлым, а значит, могла просто выслушать, не высказывая непрошенного мнения. Даша решила рискнуть.

— Когда я работала в Литпоме, то дружила с одним парнем. Нам было хорошо вместе, но за пределы дружбы дело не заходило. Не успело зайти. Мы обедали вместе, на выходных выезжали с общими знакомыми за город, ходили на концерты, когда приезжал кто-нибудь значимый. Нам нравились одни и те же вещи, мы понимали друг друга. А потом он как-то стал отдаляться. Я не понимала, что происходит, пока нас всех не просветила Ульяна.

— Угадайте, что, — зашла она в кабинет с таким видом, словно собиралась сообщить фантастическую новость. — Марина Смарицкая замуж выходит. Угадайте за кого? За Лёшу Фомина, нашего сисадмина. Свадьба в сентябре.

— Ау Марины разве нет ребёнка?

— Есть, и что? Ребёнок настоящей любви не помеха. Если два человека встретили друг друга, то они имеют право на своё тихое счастье. Они так подходят друг другу, идеальная пара. Все, кто видел их вместе, так считают.

Ульяна еще долго рассказывала историю их любви, но Даша уже не слушала. Не то, чтобы у неё было разбито сердце, но непонятная тяжесть на душе едва не заставила расплакаться. Самое же странное заключалось в том, что, как ей показалось, Ульяна во время всей всего выступления искоса поглядывала в её сторону с непонятной, торжествующей усмешкой. В конце концов, испытывая стыд за подобные мысли, Даша убедила себя, что ей это только показалось.

Вечером Даша послала Алексею сообщение с поздравлением, получила в ответ сухое “Спасибо” и больше они не общались.

История на этом не закончилась, потому как Ульяна сочла своим долгом информировать отдел обо всех событиях в жизни Марины и Алексея, щедро приправляя сухие факты рассуждениями на тему истинной, всепоглощающей любви. Конечно, она показала всем фотографии со свадьбы, рассказала в подробностях, как прошел их медовый месяц, полностью поддержала решение Марины превратить холостяцкое жилище Алексея в любовное гнёздышко. Даже после того, как Марина забеременела и ушла в декрет, Ульяна продолжала держать отдел в курсе событий, расписывая счастье молодых родителей и умиляясь милоте маленького ангелочка.

Убеждение, что торжествующая усмешка предназначалась лично ей, у Даши так и прошло, а потом на их отдел посыпались несчастья, и всё благодаря той же Ульяне.

— Но дело даже не в том, что говорила Ульяна, а в том, что чем больше она говорила, тем с большей жалостью смотрели на меня другие. Это было невыносимее всего, их жалость. Даже если бы я каждый день клялась, что со мной всё в порядке, разве они поверили бы? Они пытались заводить со мной душеспасительные беседы, искренне полагали, что их сочувствие мне поможет. Некоторые даже предлагали познакомить с холостыми друзьями и родственниками, представляешь. А вот теперь, по прошествии стольких лет, меня хотят свести с Алексеем по абсолютно непонятной причине, — закончила Даша, вкратце описав недавние события.

Леана с оценкой происходящего не спешила. Наоборот, она смотрела куда-то мимо Даши и усиленно о чём-то думала.

— Он,вообще, что из себя представляет? Интересный мужчина?

— Симпатичный, умный, характер покладистый. Вот только под чужое влияние легко попадает. Его ценят как специалиста. Переехал к нам из Омска, там у него родители остались и братья. С родителями он не сильно общается, кажется, обиду на них держит.

— По поводу?

— Точно не знаю, он не любил рассказывать о них. Из того немногого, чем он поделился, я так поняла, что он считает себя обделенным, что его братьям больше родительской любви и заботы досталось, а он всегда был как-то сам по себе.

— Тына него в соцсетях подписана?

— Нет.

— Аон на тебя?

— Нет, кажется, а что?

— Не знаю, просто подозрительно ка-кто. Ну то есть, если бы вы хотя бы знали, что друг у друга в жизни происходит, тогда это странное сватовство еще можно как-то оправдать. А ты его любила? Ну если честно?

— Любила, наверно. Скорее, что да. Но чувства как-то в прошлом остались, меня больше бесит, что они нагло в мою жизнь лезут.

— Вот, они уверены, что ты до сих пор его любишь. Почему? Значит, есть что-то, о чем ты не знаешь. Может, твой бывший что-то наговорил? Он никогда не признавался, что сожалеет и хочет всё вернуть?

Даша задумалась. Действительно, с чего Ульяна решила, что они с Алексеем в объятия друг к другу кинутся? Нину во всё это впутала. Зачем-то подробно рассказала о счастливой жизни Марины с тем миллионером, или кто он там.

— А Алексей до сих пор сисадмином в Литпроме работает?

— Скорее всего. Есть ещё кое-что: там же работает моя бывшая начальница, которая с Ульяной общается помимо работы. Значит, Ульяна может получать информацию, если ей надо, из надежного источника.

— То есть, сначала она издевается над твоими чувствами, потом из-за её поведения ты теряешь перспективную работу с хорошей зарплатой, а теперь она как ни в чем не бывало приглашает тебя в гости просто поболтать, и попутно сватает того парня? Ну, комедия. А сама Ульяна чем занимается? — Леана закончила с обедом и допивала чай.

— Понятия не имею. Представляешь, даже не догадалась спросить. Но в Литпром она больше не возвращалась, это точно. Просто не знаю, что мне теперь делать.

— А ничего. Посмотрим, какой будет их следующий шаг. Могу поспорить, они захотят устроить вам с Алексеем “случайную” встречу.

Даша не сомневалась, что так и произойдёт. Однако не встреча её беспокоила, а конечная цель представления. Чего добивалась Ульяна, каким был личный интерес? В том, что Ульяна из всей ситуации собиралась извлечь немалую выгоду, сомнений не было, но почему она выбрала именно Дашу?

Глава 2

Прошла почти неделя после тех странных событий, но ничего особенно важного больше не случилось. Даша немного успокоилась: Ульяна, казалось, полностью позабыла о ней, из бывших коллег больше никто её не донимал. В пятницу Даша пришла на работу в приподнятом и даже слегка расслабленном настроении, надеясь, что прошлое на этот раз точно осталось позади. Зато Леана появилась с таким сияющим лицом, словно собиралась поведать нечто грандиозное.

— Твой знакомый — неликвидный актив, — с порога бросила она Даше. — Нет смысла тратить на него время.

— Вы это о чём? — Диляра, отложила пудреницу и повернулась к Леане.

— Даше сватают тут кое-кого.

— Опять? Тётя Света никак не угомонится?

— На этот раз обошлось без неё, — сказала Даша, гадая, что же имела ввиду Леана. Остальных этот вопрос тоже заботил.

— Почему ты так его назвала? Что значит “неликвидный актив”?

— Это значит, что он не подходит для серьезных отношений. Подождите, налью кофе и всё объясню.

Объяснение, правда, слегка задержалось. Сразу после Леаны в офис прибыл Дмитрий Григорьевич, который с важностью барина прошел по отделам, раздал ценные указания, заглянул зачем-то в подсобку и, закончив ежедневный церемониал, с чувством выполненного долга закрылся у себя в кабинете, потребовав перед тем кофе и Веру Викторовну. Пока последняя выслушивала распоряжения на предстоящий день, а Диляра занималась приготовлением напитка для шефа, Даша сгорала от любопытства. Леана же только издевательски подмигивала.

— Ну ладно, слушайте, — начала виновница беспокойства, когда все собрались. — Я провела небольшое расследование, кое с кем познакомилась через общих знакомых, кое с кем связалась лично. В общем дело обстоит так: во-первых, у Алексея после развода осталось много долгов, банковских кредитов и всё такое. Новая машина, дорогие курорты, траты на детей — на одну только его зарплату так не пошикуешь. Пока Марина работала было еще терпимо, но потом, после рождения сына, пришлось брать кредит за кредитом.

— И много у него долгов? - не вытерпела Вера Викторовна.

— По словам знающих людей — несколько миллионов.

— Ого! — почти одновременно воскликнули остальные.

— Но и это еще не всё. Алексея жестко прокатили с должностью начальника отдела. Несколько лет обещали повышение, а потом просто отдали должность сыну какой-то шишки. Парень только пару лет как из института, опыт работы всего ничего, но его отец — большой человек в каких-то силовых структурах, то ли замминистра, то ли начальник чего-то. Поэтому я и говорю, что нет смысла тратить время на этого парня. На Алексея, то есть. Куча долгов, не самая денежная должность, да еще алименты, — закончила Леана, допивая кофе.

От услышанного в Дашиной голове началась самая настоящая буря из мыслей и чувств. Теперь она уж совсем ничего не понимала. Алексея с его долгами хотят пристроить в хорошие руки? Допустим, но это не объясняет интереса Ульяны. Марина замужем за миллионером, но от алиментов не отказалась: а действительно ли у нее все хорошо? И разрешает ли она Алексею видеться с сыном? И в каких отношениях Алексей с новым мужем Марины, как там его?

Долги, бывшие мужья и жёны, несправедливость и лицемерие бурно обсуждались в секретариате до самого вечера, вполголоса, временами весьма эмоционально. Настроение у Даши значительно улучшилось, она с энтузиазмом разобралась с накопившимися делами, покинув офис в отличном расположении духа. Она почти дошла до выхода из бизнес-центра, когда путь ей преградил молодой человек атлетического сложения в деловом костюме.

— Зацерковная Дарья Андреевна?

— Да, а что?

— Меня зовут Кувлич Денис, я являюсь начальником отдела системного администрирования концерна Литпром. В силу своих обязанностей я должен заботиться об информационной безопасности работодателя, поэтому ответьте, будьте добры, на один вопрос.

— Ну, спрашивайте, —- хмыкнула Даша, которую официальный тон молодого человека скорее рассмешил, чем встревожил. Парень так старался придать своему облику значимости, что со стороны это выглядело просто нелепо.

— С какой целью вы установили слежку за одним из моих сотрудников? Я имею ввиду Алексея Фомина, если что.

Даша едва сдержалась чтобы не расхохотаться. Она недовольно поджала губы, отошла на несколько шагов назад и демонстративно оглядела г-на Кувлича с головы до ног.

— Так, так. Значит это вы тот самый любимый сын влиятельного отца, из-за которого Алексея прокатили с должностью. Как хорошо, что у вас есть подходящая легенда, а то с вашей-то внешностью я могла бы подумать, что в назначении лично заинтересован кто-то из высшего руководства Литпрома.

Денис непроизвольно сжал кулаки и нахмурился, но на откровенную провокацию отвечать не стал. Даша же с вдохновением продолжала.

— Что же касается моего интереса и так называемой слежки, то вы первые начали. Не вы лично, но кое кто из бывших и нынешних сотрудников. Они устроили настоящее преследование, спросите Нину Сахарчук, пусть даст показания. Вполне логично, что мне захотелось узнать поподробнее, кого мне сватают. Так вот, исходя из данных, полученных в процессе слежки я пришла к выводу, что интерес к ВАШЕМУ Алексею Фомину у меня полностью пропал прямо здесь и сейчас. Всего доброго, господин начальник отдела системного администрирования, — Даша кивнула головой, резко повернулась и вышла на улицу.

Уже возле стоянки ее догнала Леана.

— Это что такое сейчас было? — возмущенно воскликнула она.

— Ты всё слышала?

— Да, я стояла прям за колонной и едва сдержалась, чтобы не высказать ему кое-что. Он что о себе возомнил?

— Ничего особенного, — Даша улыбнулась. — Просто первые сорок лет — самые трудные в жизни мальчика, а этот мальчик явно пересмотрел шпионских триллеров, вот и захотелось в спецагентов поиграть. Не обращай внимания.

Леана ничего не ответила, но по ее прищуренным глазам стало понятно, что просто так она произошедшее не оставит.

Утро понедельника началось с того, что работа секретариата оказалась на время парализована. Леана с самого утра известила отдел о неподобающем поведении Дениса Кувлича, снабдив рассказ еще и собственными замечаниями, а потом последовало громкое и возмущенное обсуждение неприятного инцидента. Больше всех возмущалась Вера Викторовна, не сразу заметив шефа, стоящего в дверях кабинета.

— Извините, Дмитрий Григорьевич, — без тени смущения обратилась она к директору. - Просто некоторые мужчины, иногда, ох…

— Ну, женщины иногда тоже, знаете ли, разное выкидывают. Особенно по отношению к другим женщинам.

— Ой, как же вы правы, — подхватила Леана, украдкой поглядывая на Дашу.

— Вот моя бабушка, царство ей небесное, лет ей уже хорошо за восемьдесят было, — Дмитрий Григорьевич оперся плечом о стену и засунул руки в карманы. — Так вот, она до самой смерти обижалась на родную сестру за то, что та в молодости пошла гулять с парнем, хотя знала, что он очень нравится другой девушке, бабушкиной близкой подруге. А ведь семьдесят лет прошло. Ну вот как это назвать?

— Так ваша бабушка из-за того случая с сестрой в ссоре была?

— Нет, жили они дружно. Просто время от времени высказывали друг дружке старые обиды. Некоторые были просто отвратительно пустяковыми, но хранились в их памяти десятилетиями. Я к чему: большинство мужчин так бы мелочиться не стали, — Дмитрий Григорьевич еще немного постоял в молчании, воскрешая в памяти былые годы. Возможно, он бы еще рассказал одну-другую интересную историю, если бы его воспоминания не были прерваны появлением завхоза.

— Доброе утро, девочки. Дмитрий Григорьевич, какое счастье, что я вас застала. Уделите мне минуточку?

— Доброе утро, Юлия Леонидовна, — хором ответили “девочки”.

— Прошу, — Дмитрий Григорьевич широким жестом пригласил Юлию Леонидовну в кабинет.

— Это только подтверждает мои слова, что попытки старшего поколения убедить нас, мол в их время так себя не вели, не заслуживают никакого доверия, — Диляра посмотрела в сторону кабинета директора, надеясь, что ее слова не будут услышаны шефом.

— Да всегда оно так было. И женихов отбивали, и лгали, и друг дружку очернить пытались. Изменяли постоянно как женщины, так и мужчины, — Вера Викторовна никак не могла успокоиться. — Зато как строить из себя важных персон, так это пожалуйста. Тому нахалу из Литпрома трепку бы хорошую, чтобы сразу дурь выбить.

— Да ладно, может он не такой уж и плохой, просто дотошный, — попыталась сгладить впечатление Даша, которая уже и думать забыла о пятничном происшествии.

Ее коллеги, однако, были другого мнения.

— Дотошный или нет, надо знать границы.

— Ага, и вести себя прилично. Не такая он и важная персона. Самодовольный слишком.

— Я вот лично за ним слежку установлю, — пообещала Леана. — А потом в глаза выскажу, кто он такой и что ему следует завалить.

Искренне надеясь, что угроза Леаны только угрозой и останется, Даша переключилась на текущие дела. А вечером того же дня ей позвонила Ульяна и снова пригласила в гости. Даша согласилась сразу же, так как небольшой инцидент с г-ном Кувличем и свежие новости довели её любопытство до крайней точки.

Вот только прежде следовало выдержать атаку ближайших родственниц.

***

Все визиты тёти Светы Даша делила на официальные и полуофициальные. В случае официального визита присутствовали и другие родственники, в зале накрывался круглый обеденный стол, меню составлялось с особой тщательностью. Верховодила всеми, однако, не хозяйка дома, а именно тётя Света. Присутствующим строго настрого запрещалось ругаться, сморкаться, чавкать, икать, проявлять любые признаки неуважения. Для большинства заинтересованных лиц, включая Дашу, официальные визиты были настоящей пыткой.

Полуофициальные визиты проходили на кухне, за чашкой кофе и десертами, но по сути были не менее тягомотными. Если тётя Света требовала обязательного присутствия Даши, то мама Даши разбивалась в лепешку, но наличие на посиделках дочери обеспечивала.

Очередной полуофициальный визит пришелся на вечер вторника. Даша уныло грызла печенье, по консистенции напоминавшее гранит, тётя Света толкала пламенные речи в защиту семьи и материнства. На этот раз она решила призвать на помощь высшие силы, а также близкие им по духу потусторонние.

— Наинель не просто какая-то там гадалка, у них это во роду. Она всегда говорит так, как есть. Сколько раз я рассказывала, как точно она разобралась в ситуации с Костей. Сразу поняла, что та девица — проходимка! А с Кариной историю помните? Женой Сергея, я вам говорила. Вот она скажет наверняка, за кого и когда ты выйдешь замуж.

— Дашенька, может и правда сходишь?

— Если мне и так суждено выйти замуж, то какая разница, озвучит этот факт неподражаемая Наинель или нет.

— Тебе что, не интересно, кем будет твой будущий муж? — тётя Света начала терять терпение. — А если тебе не понравиться?

— Но высшим силам все равно, понравится мне он или нет. Если мне предназначен кто-то по судьбе, значит ему моей половинкой и быть. Это же так работает? Предполагается, что Наинель нагадает мне хорошего мужа, но что если небеса не хотят давать мне хорошего мужа? Что, если у них другие планы. Наинель ведь только посредник, не в ее власти менять волю небес.

— Да с чего ты решила, что тебе достанется плохой муж?

— Но вам же дядя Толя достался? — как можно более невинно спросила Даша.

Лицо тёти Светы тут же побагровело.

— Да гореть ему в аду, придурку гребанному.

— Вот именно. Если бы вы по молодости пошли к гадалке, а она бы вам рассказала, что супруг ваш пропьет почти всё имущество, а потом укатит с некой дамой на юга, защитило бы вас это от неудачного брака, или судьба бы вас потом все равно настигла?

Обе женщины замолчали, обдумывая ситуацию. Тётя Света нашлась первой.

— Вот поэтому тебе обязательно надо пообщаться с Наинель. Кто как не она тебе тонкости объяснит? Не будем пока трогать женихов, сделаем расклад на карьеру. Ты сама убедишься, что Наинель — самый настоящий экстрасенс. Нет, ну Даша, ну сама подумай: в твоем возрасте и до сих пор без семьи. Сейчас стало модным рожать для себя, но хотя бы для приличия замужем побывать надо.

— Ну если только для приличия, тогда кто угодно сойдёт. Но я подумаю, может в этом действительно что-то есть.

Даже таким мизерным результатом тётя Света осталась довольна. Даша же выбросила весь разговор из головы, как только вернулась домой. Теперь все её мысли были сосредоточены на очередной встрече с Ульяной. Даша прикидывала различные варианты продолжения истории, предполагая, что Ульяна могла сказать и как Даша могла бы ответить. С одной стороны, она могла раз и навсегда указать назойливой девице где её место. Дать понять, что неликвидный актив в виде Алексея со всеми его долгами её — Дашу — не интересует, даже если это судьба, вторая половиночка и прочая сопливая ересь. С другой стороны… не так всё просто.

В крайнем случае, решила Даша, она натравит на Ульяну тётю Свету. Так и скажет: вот, мол, принуждают ее повесить себе на шею парня с алиментами, долгами и прочими радостями, и это в то время, когда её — Дашин — суженный, самим небом ей предназначенный, по углам где-то щимится в ожидании встречи судьбоносной. Даша даже зажмурилась от удовольствия, представляя возможную битву титанов. Увиденное в фантазиях настолько ее развеселило, что спать она пошла в отличном настроении.

***

Ради встречи с Ульяной Даша пожертвовала второй половиной субботы. Стоянка по случаю выходного дня конечно же оказалась забитой, припарковаться удалось лишь за целый квартал от нужного адреса, из-за чего к дому Даша подошла не со стороны дворов, а с фасада. Весь первый этаж в этой части дома был отдан под офисы и магазины, что объясняло неимоверное количество стекла и искусственного мрамора в отделке.

Огибая всё это великолепие Даша вдруг поймала себя на мысли, что видит знакомое лицо. Да, верно, вон тот мужчина, что стоит рядом с хромированным поручнем с сигаретой в руке. Она точно его откуда-то знает. Вспомнить бы ещё откуда.

— Здравствуйте, — Даша вежливо улыбнулась.

— День добрый, — кивнул в ответ мужчина, не выказав ни малейшего удивления.

Весь оставшийся путь до квартиры Ульяны Даша силилась вспомнить, где они могли встречаться раньше. И ведь интересный мужчина, пускай уже не молодой. Точно не из бывших коллег. Мысль о бывших коллегах вернула Дашу в реальность, и она непроизвольно скорчила рожицу своему отражению в зеркале лифта.

— Я знала, что та наша встреча была не последней, проходи, — Ульяна распахнула дверь, едва Даша коснулась звонка. Ульяна выглядела такой же радостной, как и в прошлый раз, а вот в квартире что-то изменилось. Она выглядела иначе, вернее, ощущалась иначе. Скорее всего дело было в аромапалочках, что нещадно коптили в каждом углу. Хозяйка квартиры тоже выглядела намного более по-домашнему, хотя длинное шелковое платье-сарафан так и кричало о высоком ценнике.

— Мы здесь, правда, немного насвинячили, — Ульяна странно засмеялась. — Но ты не обращай внимания, садись.

В гостиной к запаху благовоний примешивался запах алкоголя и табака. На журнальном столике стояла бутылка вина, бокалы, везде валялись фантики от конфет, тут же была и полупустая коробка турецких сладостей. Не успела Даша расположиться, как ее передернуло, словно от разряда электрического тока. В кресле напротив, томно развалившись на подушках, сидела незнакомка в чёрном, от цепкого взгляда которой становилось не по себе. Незнакомка тоже рассмеялась.

— Ох, извини, дорогая, я должна была предвидеть такую реакцию.

— Это моя духовная наставница и одна из лучших прорицательниц города, неподражаемая Наинель, — с выражением циркового конферансье представила Ульяна.

— Кто? — Даша засомневалась, правильно ли она услышала. Не может быть, чтобы это было совпадением. Не бывает таких совпадений.

— Наинель, а что такое?

— Она француженка?

— Это родовое имя. Его давали всем женщинам нашего рода, которые рождались с особыми способностями. Но я уже собиралась уходить, так что не буду мешать вашему разговору, — Наинель начала вставать, но Ульяна её остановила.

— Нет, пожалуйста, останься ненадолго. Возможно, нам понадобится твой совет. Ради меня! — Ульяна молитвенно сложила руки.

Даша едва сдержалась, чтобы не сорваться. Перед ней разыгрывали дешёвую комедию, а она должна была делать вид, что верит во всю эту чушь.

— Я сделаю кофе. Тебе когда-нибудь гадали на кофейной гуще?

Даша отрицательно покачала головой, Ульяна быстро переглянулась с Наинель и ушла на кухню. Прорицательница молчала, Даша тоже не спешила начинать разговор. При ближайшем рассмотрении Наинель оказалась не такой уж и страшной. Если бы не убойный макияж, то её даже можно было бы назвать миловидной. Ну и отдающий театральностью наряд, который, возможно, производил сильное впечатление на слишком эмоциональных людей. В общем и целом, Наинель выглядела именно так, как в понимании тёти Светы и ей подобным должна выглядеть настоящая гадалка: ярко, загадочно, авторитетно.

От дурманящих ароматов у Даши начала кружиться голова. Наинель прикрыла глаза, уголки ее губ опустились, придавая лицу выражение брезгливости, пальцы нервно теребили металлическую подвеску с изображением какого-то мистического символа. Ульяны подозрительно долго не было. Даша всерьёз начала опасаться, что ей в кофе подмешают что-то галлюциногенное.

— Ну вот и я, — появление Ульяны в одночасье разбило общую сонливость. Кофе она сварила в большой глиняной турке и прямо из нее разлила по крохотным чашечкам. И турка, и кофейный сервиз выглядели совершенно чужеродно в окружающей обстановке, заставив Дашу задаться вопросом, а не ходит ли Наинель по гостям со своей посудой.

— Я тут кое-что узнала, — продолжала Ульяна, игриво улыбаясь. — Ты, оказывается, расспрашивала об Алексее после той нашей встречи. Нет, нет, даже не спрашивай, кто мне сказал.

“Уж точно не Алексей” — мелькнуло в голове у Даши.

— Зачем так смущаться, это же все так естественно. Наинель может подтвердить, уж сколько раз она была свидетельницей самых невероятных историй. У любви нет правил, и если в сердце живет страсть, то лучше сразу отбросить все условности. Главное, чтобы два любящих человечка были счастливы, а остальное не имеет значения. Когда люди счастливы, они преодолевают трудности легко и быстро, прошлое друг друга не может омрачить их идиллии. Простить друг другу ошибки и начать с чистого листа - это ли не главное в жизни.

“Ага, значит мои опасения по поводу его финансов до неё тоже дошли” — Даша попивала кофеек, всё больше впечатляясь абсурдом происходящего.

— Дай мне свою чашку, — наконец очнулась и Наинель. — О, как интересно. Я вижу признаки любовного кармического узла, такое не часто можно встретить. В тебе живет давняя обида, не даёт любить свободно. Ты боишься, что с тобой поступят плохо, нечестно. Ты чувствуешь себя оскорбленной из-за того, что он выбрал другую, не тебя. Это был урок для вас двоих. Ему следует освободиться от греховности собственничества и научиться отпускать то, что ему больше не принадлежит. Тебе следует избавиться от греховности исключительности и с благодарностью принимать то, что даёт судьба. Вместе, поборов греховность, вы впустите в сердце истинную любовь и будете счастливы до глубокой старости. А это что? Ребеночек. Красивый такой. Но счастье материнства возможно только после духовного очищения.

— Ну надо же! — немного наигранно воскликнула Ульяна, которая во время “гадания” не сводила с Даши глаз.

— Если тебе трудно принять то, что дано, самостоятельно, я могу провести обряд, — Наинель вещала торжественно и ровно, но как-то без огонька, как и положено человеку, работающему не за деньги, а по личной просьбе. Даша почему-то не сомневалась, что платить Ульяна за “случайный” сеанс не собиралась.

— Я думаю, вам не помешает небольшая помощь. Маленький толчок, — радушная хозяйка фонтанировала эмоциями за всех троих. — Давайте сделаем так: давайте на следующие выходные выберемся куда-нибудь, погода замечательная к тому же. Мы с Виктором поедем искать места для съемок, а вы с Алексеем к нам присоединитесь.

— С Виктором?

— Мой хороший знакомый, отличный фотограф. Ты же наверно знаешь, что я востребованный стилист, часто работаю на фотосессиях. Лишь бы пробок не было.

Дашу наконец осенило: пробки, машины, стоянки, снова машины, ага!

— Вспомнила. Это он не мог выехать со стоянки из-за моей машины, — Даша облегченно вздохнула, так как одна загадка решилась сама собой.

— Кто не смог выехать?

— Да так, мужчина один. Я его встретила, когда сюда шла. Неважно. Я принимаю приглашение, давайте куда-нибудь выберемся.

У Ульяны был такой вид, словно она была готова расцеловать Дашу. К прорицательнице она повернулась с той самой улыбкой торжествующего победителя, которая в свое время доставляла Даше так много боли.

Глава 3

Возвестив мелодичным звоночком о том, что её работа окончена, микроволновка затихла. Даша вынула тарелку и с сомнением уставилась на содержимое.

— Ты из любопытства решила проверить, что будет, если разогреть Наполеон, или снова Ульяна? — поинтересовалась Леана, наблюдая за действиями Даши.

— Конечно, Ульяна, — Даша подробно изложила события субботы. — Я вот теперь сомневаюсь, а не погорячилась ли я?

— Тогда откажись. Сегодня только понедельник.

— Ну нет, я хочу знать, что за всем этим стоит. Ульяна бы в жизнь не стала стараться ради кого-либо, если бы чего-нибудь с этого не имела, а она просто из кожи вон лезет, чтобы меня с Алексеем свести. Целое представление с гадалкой разыграла.

— Наинель так себе гадалка. Я слышала о ней. Она уже давно пытается попасть в высшее общество, чтобы найти по-настоящему богатых клиентов, но высшее общество только отмахивается от неё.

— Зато её обожествляет тётя Света. Думаю, только такую клиентуру Наинель своим маскарадным костюмом и привлекает.

— А у меня тоже новости, — Леана забарабанила пальцами по столу. — Я никому не говорила, но ты — лицо заинтересованное, поэтому тебе надо знать. Денис тебя больше не потревожит.

— Ты выследила его?

— Я же обещала. У него свои источники информации, а у меня свои.

— Ну и ну, — Даша покачала головой. Общих знаний Леане может и не доставало, но её невероятная энергия и способность всегда добиваться желаемого частенько вызывала у Даши легкую зависть.

— Я не только его выследила, я узнала его рабочий распорядок. Он обычно уходит с работы вместе с одним из директоров, которого хорошо знает мой отец, так как когда-то его лечил. Я его тоже немного знаю. Так вот, в пятницу вечером они задержались, так как кто-то уходил в отпуск и в отделе то ли передавали дела, то ли отмечали. Мне, конечно-же сообщили, я приехала к офису, а когда они вышли, то высказала Денису все, что думала о его поведении. Папин знакомый меня поддержал. Ну как?

— Подожди, ты в пятницу вечером специально поехала к офису Литпрома, чтобы объяснить г-ну Кувличу его плохое поведение?

— Ну да. Я еле удержалась, чтобы не позвонить тебе сразу же. Но это ещё не всё. Сегодня утром он встретил меня у входа в офис и попросил прощения.

— В чей офис?

— Да в наш же!

— У тебя прощения?

— Да, но чтобы я передала тебе. В общем, ему стыдно, он просит прощения и обещает, что больше это не повторится. А ты оказалась права — он дотошный. Он не только расспросил твою бывшую коллегу, с которой ты на рынке разговаривала, но разузнал кое-что об Ульяне. Правда немного. Та квартира, куда она тебя приглашала, ей не принадлежит, сдается по суткам и часам, а Ульяна только пользуется ей время от времени. На самом деле она живет с мамой, работает непонятно где, водит очень странные знакомства.

— Значит, она соврала про востребованного стилиста?

— Кто знает. Я имею в виду, что постоянного места работы у неё нет.

Дашу такой поворот совсем не удивил, показная успешность всегда была пунктиком той Ульяны, которую она когда-то знала, а за прошедшие годы, похоже, ничего не изменилось. Ульяна пыталась произвести впечатление, и значило это одно: Даша была ей нужна, от Даши зависело нечто действительно важное.

Всю неделю Даша с волнением ждала звонка Ульяны, морально готовясь к встрече с Алексеем. Вдруг это он и есть заказчик представления? Попал в нелегкую ситуацию и вспомнил о давней подруге, но позвонить лично самолюбие не позволило. Сейчас наверняка будет изображать простачка, а Ульяна будет уверять, что старается исключительно по доброте сердечной. Просто и логично и никаких глупых теорий заговора. В глубине души, однако, Даша надеялась, что ошибается: ей очень не хотелось верить, что человек, которого она когда-то любила, превратился в циничного искателя выгоды.

Проверить свое предположение Даше не удалось — Ульяна так на связь и не вышла. Выходные прошли тихо и мирно, а потом снова наступил понедельник.

***

Летним утром офис выглядит иначе, чем зимним утром, и уж совсем по-другому, чем весенним или осенним утром. Летнее утро странным образом замедляет время, а длинный световой день создает иллюзию более продуктивной работы. Летним утром никто никуда не спешит, даже живчики из сектора рекламы не напирают на секретариат с требованием что-то сделать и немедленно.

— Салфетки заканчиваются, — грустно вздохнула Диляра, закрывая шкафчик. — Придётся идти к нашему Цеппелину.

— Это же для шефа. Не будет же она спорить из-за салфеток, которыми пользуется шеф, — отозвалась Даша.

— Ещё как будет. Она же нас всех подозревает, что мы нагло пользуемся директорскими салфетками.

— А также директорским кулером и директорской туалетной бумагой, — хмыкнула Вера Викторовна. — У кого-нибудь есть лак для волос?

— У Леаны. Кстати, где она?

— Вот она я, — Леана стремительно пересекла комнату, бросила сумку, схватила кружку. — Кофе уже пила? — спросила она Дашу.

— Нет ещё…

— Идём. Хотя на кухне сейчас не протолкнуться. Спустимся в кофейню, по дороге расскажу тебе кое-что.

— О, у вас секретики, — Вера Викторовна наигранно надулась.

— Мы потом всё объясним, — Леана едва ли не силой вытолкнула Дашу из кабинета.

— И что такое невероятное случилось? — Даша едва не подвернула ногу, еле поспевая за бегущей впереди Леаной. На лестничной площадке между этажами Леана вдруг резко остановилась.

— Ульяна умерла.

— В смысле?

— В прямом. Ещё на прошлой неделе. Подробностей не знаю. Мне Денис позвонил, но подробностей он тоже не знает. Кажется, бывшая начальница Ульяны взяла несколько дней за свой счёт, чтобы помочь семье. Кажется, она им дальняя родня.

— Инна Сергеевна. Она ведь и моей начальницей когда-то была, — Даша никак не могла прийти в себя. — Её действительно что-то связывает с матерью Ульяны. Это всё, что ты знаешь?

— Все, что мне Денис рассказал. Он подписывал разрешение на временные пароли для того, кто твою бывшую начальницу замещать должен, пытался расспросить поподробнее, но она, по его словам, вела себя почти неадекватно. Он обещал перезвонить, когда появятся подробности.

— Как мило с его стороны.

Леана слегка смутилась.

— Кажется, он считает себя обязанным держать тебя в курсе, но разговаривать с тобой напрямую почему-то не решается, использует меня, как посредника. Ладно, берём кофе и возвращаемся. Остальным скажем?

— Естественно, иначе они нам не простят.

Подробности появились уже под вечер. Согласно той информации, которую удалось раздобыть, Ульяна скончалась от анафилактического шока, после того, как сделала уколы красоты препаратом, содержащим сильный аллерген.

***

Весь вечер понедельника Даша переписывалась, перезванивалась, искала старые контакты, вспоминала давних знакомых. Никто ничего не знал. По обрывочной информации Ульяна умерла в четверг вечером, но тело до сих пор в морге, мама Ульяны находится в таком шоке, что напрочь отказывается принимать участие в подготовке похорон, родня не знает, как им лучше поступить.

Странное ощущение нереальности происходящего преследовало Дашу и на следующий день; неприятные мысли и страшные подозрения мешали работать, заставляя сидеть в полу-оцепенении, подавляя чувства и эмоции. Несколько раз Даша мысленно выругала себя: ну в самом деле, кем ей была Ульяна? Родным и близким человеком? Дорогой подругой? К чему тогда все эти переживания? Однако до самого обеда ей так и не удалось заставить себя выбросить из головы и Ульяну, и всё, что было с ней связано.

— Успокоиться никак не можешь? — Леана высыпала на тарелку крекеры и пододвинула их ближе к Даше. — Забей, всё закончилось не начавшись.

— Не знаю, как объяснить, но у меня мерзкое ощущение, словно призрак Ульяны где-то поблизости затаился и смотрит, внимательно так смотрит. Может это из-за Наинель? Может быть я оказалась впечатлительнее, чем думала?

— Ерунда, нет никаких призраков. А если тебя дух Ульяны тревожит, то сходи на кладбище и убедись, что её точно закопали. Кстати, когда похороны?

— Завтра или послезавтра. Зависит от того, как её мама будет себя чувствовать.

— Да уж, никакому родителю такого не пожелаешь.

— Все произошло так неожиданно, так быстро. Жили, жили и бац!

— Ты уже никогда не узнаешь, зачем тебя Ульяна хотела свести с Алексеем, тайну она забрала в могилу. Хотя осталась же Наинель. Наверняка ей много о делах Ульяны известно. Подобраться к ней ты через тетю можешь. А иначе Ульяна будет над тобой не столько призраком виться, сколько незакрытым гештальтом, и не будет тебе покоя до конца дней твоих. Ну ладно, шучу. Я к тому, что это у тебя типа психосоматика, ничего сверхъестественного.

— Психосоматика? Ты хоть знаешь, о чем говоришь?

— Конечно знаю, я на очень хороших специалистов подписана, — Леана принялась что-то искать в телефоне. — Вот смотри, человек с многолетним опытом, прям по полочкам проблемы раскладывает. Я бы всем советовала его послушать. А всякие гадания на кофейной гуще — это от непонимания законов природы человека.

— Ты меня успокоила, — Даша завела руки за голову и потянулась. — Если проблема во мне, а не в злобном призраке, то всё в порядке. А на похороны я всё-таки схожу.

***

Новое Берёзовское кладбище, в отличие от старого, ещё не заросло деревьями и кустарником, но уже было заполнено могилами почти наполовину. Маленький экскаватор монотонно рыл землю, возле ворот стояло несколько автобусов, принадлежащих похоронным бюро, продавцы магазинчиков, предлагающих венки и памятники, сонно разглядывали проходящих мимо людей.

Оставив машину на стоянке, Даша медленно шла в сторону ворот, пытаясь понять, что делать дальше. Время погребения она знала, но вот ни с кем из родственников Ульяны знакома не была. И какая именно из процессий ей нужна?

Из большого черного автомобиля вышел священник. Несколько крепких парней, видимо работников кладбища, несли гроб, кто-то плакал, кто-то стоял в стороне и курил. Именно в этот момент небо решило сжалиться над Дашей.

— Инна Сергеевна. Инна Сергеевна! Я вас искала.

— Даша? Ты что здесь делаешь?

— Подумала, что нехорошо будет, если с Ульяной попрощаться не приду. Мы ведь часто общались, чисто по-приятельски, но всё-таки, — Даша немного приукрасила действительность, впрочем, без особых укоров совести. Она взяла бывшую начальницу под руку, демонстрируя сочувствие и желание помочь. — А как мама Ульяны? Держится? Я слышала, у неё был нервный срыв.

— Это был такой кошмар, — Инна Сергеевна покачала головой, переходя на громкий шёпот. — Я думала, что с ума сойду. Сначала она не желала слушать, что ей говорят, твердила, что Ульяна просто не могла умереть, что наши слова — очень жестокий розыгрыш. Потом отказалась от общения, перестала есть. Требовала, чтобы Ульяну хоронили только в подвенечном платье. Живёт исключительно за счёт лекарств. Да я не помню, когда сама последний раз нормально ела.

— Честно говоря, я думала будет больше людей. Ульяна была очень общительной.

— Рабочий день, не каждый смог прийти. Конечно, при данных обстоятельствах…, — Инна Сергеевна замолчала. Оправдание было хлипким, но, как она сказала, при данных обстоятельствах…, мда.

Волна злости внезапно накрыла Дашу. Уж Наинель точно не имела жесткого графика, да и фотограф, с которым постоянно работала Ульяна, не бегал по фотосессиям с утра до ночи. Неужели они не нашли полчаса времени, чтобы приехать проститься. Марина уж точно могла приехать, наверняка у жены мультимиллионера личный водитель есть. А может Марина и Ульяна не были такими уж близкими подругами? Нет, всё-таки были, иначе Ульяну не пригласили бы в качестве подружки невесты.

Пока рабочие выравнивали земляной холмик и устанавливали скромный деревянный крест, Даша успела рассмотреть тех немногих, кто всё же пришел. Одна из женщин, немолодая, по-аристократически элегантная, с безупречной осанкой, тут же привлекла её внимание.

— А это кто? — спросила Даша, указывая на элегантную даму. — Тоже родственница?

— Нет, это давняя подруга Софии — Элла Шумилина.

— София? Господи, я даже не знала, как её зовут. Для меня она всегда была мамой Ульяны.

— Увы, такова реальность. Для многих и ты навсегда останешься или чьей-то дочкой, или чьей-то внучкой.

— Главное, чтобы не кое-чьей племянницей. Кстати, Шумилина — тоже знакомо звучит.

— Когда-то она была известной оперной певицей. Зарубежные гастроли, выступления в лучших театрах. София поддерживала её, можно сказать, с самого начала карьеры. Если бы существовал фан-клуб, София была бы председателем. Со сцены Элла рано ушла, решила посвятить себя семье. Насколько я понимаю, возможность не работать у неё была. Если бы только мой муж зарабатывал немного больше, то с какой бы радостью я посвятила себя дому и детям, — Инна Сергеевна тяжело вздохнула.

— А молодая женщина, та, что рядом — дочь Шумилиной? Они чем-то необъяснимо похожи.

— Нет, у Шумилиной два сына, это я хорошо помню. Может, одна из невесток?

Траурная процессия медленно двигалась к выходу с кладбища. Маму Ульяны, едва передвигавшую ноги, поддерживали с двух сторон внушительного размера мужчины, оба седые, оба с пышными усами. Элла Шумилина шла немного позади, за ней группами по два-три человека следовали остальные родственники, замыкала же процессию маленькая бойкая старушка, всю церемонию строго следившая за точным исполнением необходимых ритуалов. Старушка что-то недовольно выговаривала своей такой же немолодой спутнице. Инна Сергеевна нахмурилась.

— Как и сказал доктор, Мария после похорон будет полностью обессилена. Мы поэтому и поминальный обед решили не устраивать. Но кое для кого, — она кивнула в сторону старушек, — отсутствие поминального обеда - это едва ли не кощунство. Слышала, о чём они говорили? Неуважение к усопшим, понятно? Такое ощущение, что они на похороны только ради еды и ходят.

Даша повернулась, чтобы посмотреть на старушек, но тут взгляд её задержался на группе людей, выходившей из боковой аллеи. Группа как группа, ничего необычного, если бы не один человек — тот самый мужчина, которого Даша встретила у дома Ульяны. Мужчина, казалось, тоже ее заметил. Не отдавая отчета в том, что она делает, Даша кивнула, а мужчина… слегка улыбнулся и кивнул в ответ.

— Мир тесен, — пробормотала Даша.

— Что?

— Да так, ничего. Случайно встретила одного знакомого незнакомца.

За воротами они попрощались. Даша успокоилась: темная тень Ульяны если не исчезла совсем, то значительно померкла. Пройдёт всего несколько дней и события недавнего прошлого полностью сотрутся из памяти. Прости, Алексей, не в этот раз.

Образ Алексея некстати всколыхнул давно забытое и заботливо спрятанное глубоко в подсознании чувство, которое Даша волею разума тут же отправила обратно. И чувство это было весьма далеким от любви.

— Кирилл! — женщина, сопровождавшая Эллу Шумилину, кому-то махала рукой.

Даша обернулась: со стороны стоянки в их направлении шел молодой темноволосый мужчина. Шел легко, непринужденно поигрывая ключами, выглядел при этом… ну чистый Голливуд. Будь у Даши не такое строгое воспитание, она бы присвистнула. Элла Шумилина привычным жестом взяла его под руку и только теперь Даша заметила определенное фамильное сходство.

“Один из сыновей,” — подумала она, садясь в машину. — “Интересно, а второй - такой же красавчик? Вот что значит с генами повезло. Кирилл Шумилин - как звучит! Стоп! Кирилл Шумилин? Мультимиллионер, любящий муж Марины? Да ну! А где же тогда сама Марина? Итак, Ульяна - подруга Марины, а Шумилина - подруга мамы Ульяны. Как всё запутано.”

Пока Даша пыталась разобраться, кто кому кем приходится, Кирилл усадил обеих дам в машину, и они уехали. Почти сразу за ними со стоянки выехал уже знакомый Даше серебристый Ауди.

***

Рынок, через который каждое утро проходила Даша, почти вплотную примыкал к боковой стене бизнес-центра и представлял собой три крытых ряда, два продуктовых и один вещевой, да несколько забегаловок, разбросанных по периметру. Летом рынок начинал работу в восемь утра, забегаловки же открывались ещё раньше, снабжая торговцев чаем и кофе. В одной из этих кафешек, за столиком, застланным цветастой клеенкой, сидела Даша, которой пришлось встать в “несусветную рань” ради встречи с мужчиной. И ладно бы речь шла о личном интересе, но нет, встреча носила сугубо деловой характер.

Начальник отдела системного администрирования и послушный сын высокопоставленных родителей Денис Кувлич на своё счастье держался не так официально, как при их предыдущей встрече, поэтому впечатление производил на удивление приятное.

— У меня к вам несколько вопросов и одно предложение, — Денис сразу перешел к делу. — Кстати, как похороны, удачно?

— Похороны — не тема для шуток.

— Не тема, так не тема. В любом случае ваша подруга мертва и тайна осталась тайной.

— Ульяна не была моей подругой. Мы работали в одном отделе, а потом не виделись много лет.

— При этом она приложила массу усилий, чтобы свести вас с бывшим.

— Между мной и Алексеем ничего никогда не было. Я действительно испытывала к нему симпатию, но это в прошлом.

— Значит, я многого не знаю, — Денис почесал подбородок. — Я разговаривал с Фоминым, он понятия не имел о намерениях Ульяны. Я ему верю, я знаю, когда мне лгут, а Фомин лгать совсем не умеет. С Ниной Сахарчук сложнее: она что-то скрывает, что-то недоговаривает. А ещё у меня сложилось странное впечатление, что она злится на Ульяну из-за того, что та умерла.

— Наверняка ей что-то было обещано, чего она уже не получит.

— Я тоже так думаю, поэтому предлагаю продолжить расследование.

— Мне оно зачем? —изумилась Даша.

— Чтобы мысли разные странные в голову не лезли. Для успокоения души.

— Хорошо, уточню: вам оно зачем?

— Вы будете докапываться до истины, и как бы невзначай привлечёте к делу Леану. Кое-кто из её знакомых проболтался, что она любопытна и обожает приключения. Ну а я, как-бы в качестве компенсации за плохое поведение, буду вам помогать.

— А прямо сказать девушке, что она вам нравится, нельзя?

— Нельзя. А вдруг в процессе выясниться нечто такое, что станет для нас обоих препятствием. К тому же я не хочу на неё давить, подозреваю, что она до сих пор немного злиться на меня. Я звонил ей однажды, и тон её был, мягко говоря, прохладным. Лучше, если мы немного присмотримся друг к другу.

— Какие сложности.

— Пусть сложности, я не против. Кстати, предлагаю перейти на “ты”, раз уж вместе работать будем.

— Тогда можно я спрошу кое о чём? Как ты на меня вышел? С чего вдруг решил, что я — возможная угроза безопасности?

— Ну не прямо уж угроза, — Денис смущенно улыбнулся. — Я прекрасно понимаю, что люди иногда интересуются друг другом, и ты могла расспрашивать об Алексее, имела право. Только обычно, насколько мне известно, если мужчина нравится женщине, то женщина расспрашивает тех, с кем он знаком, а не привлекает совсем уж посторонних людей, которые к тому же занимают высокие должности. Один из таких людей мне и рассказал, что про Фомина расспрашивала некая дама, а особенно она хотела знать, не вспоминает ли Фомин о девушке по имени Даша.

— Чёрт, ну естественно. А ты решил, что твоего подчинённого хотят переманить, или вообще завербовать? В шпионских играх женщины часто играют роль приманки, — Даша лукаво улыбнулась.

Денис отвёл глаза.

— Мне просто это показалось странным. Теперь то я знаю, что у Леаны весьма необычные знакомства.

— Это не её знакомства, а отца. Он известный кардиохирург.

— И это я знаю. Я человек не застенчивый, но осторожный. И намерения у меня серьёзные.

— Значит, Алексей никогда не упоминал обо мне?

— Никогда, извини. Ну, мне пора. Хорошего дня, я ещё позвоню.

После ухода Дениса Даша долго пялилась в окно, обдумывая смысл разговора, пока набежавшая толпа не напомнила, что ей уже давно следовало бы быть совсем в другом месте.

Глава 4

Отчет о предыдущем дне занял у Даши ровно столько времени, сколько понадобилось сотрудницам секретариата, чтобы выпить кофе и подправить макияж. Обсуждение само собой перешло на похоронные и около кладбищенские темы, потом плавно перетекло на красивых мужчин и удачную наследственность.

— Так ты думаешь, тот парень и есть нынешний муж бывшей жены Алексея? — Вера Викторовна озвучила интересовавший всех вопрос.

— Не думаю, что в нашем городе много супербогатых людей по имени Кирилл Шумилин.

— И он прям красавец?

— Прям да. Я сама удивилась. Может, конечно, у меня извращенное представление, но мне всегда казалось, что такие мужчины женятся только на прекрасных юных девственницах, но точно не на дважды разведенных женщинах с детьми, которые к тому же выглядят обычно. Марина умела привлечь внимание, когда хотела, но всё же её внешность не идеал красоты. Может, конечно, за счет денег мужа она изменила то, что хотела изменить и исправила то, что хотела исправить.

— Предрассудки всё это, - Диляра на минуту отвлеклась от заполнения журналов. — Видимость. Я знаю женщин, которые вышли замуж за ровесников своих детей. И тоже выглядели обычно.

— У каждой из нас, я уверена, есть такие знакомые, — подтвердила Вера Викторовна.

— Тут многое от родителей зависит, — продолжила Диляра. — Если родители жениха и невесты между собой поладили, то проблем возникнуть не должно. Кто его родители?

— Об отце я ничего не знаю, а вот мать — бывшая оперная певица, богема, я имею в виду, наверняка разного насмотрелась за всю свою карьеру. Если Кирилл Шумилин вырос за кулисами театра, то не удивительно, что у него могут быть странные предпочтения. Впрочем, я несправедлива и возможно дело действительно в большой любви, — заключила Даша, но почему-то сама не верила в такой довод. Неужели она так и не смогла отпустить прошлое и преодолеть неприязнь к Марине?

Юлия Леонидовна вышла из кабинета директора как раз вовремя, чтобы её внимание зацепилось за слова “театр” и “Шумилин”.

— Вы говорили об Элле Шумилиной? Боже, какая великолепная женщина!

— А вы её знаете? — Леана спросила так, словно между Шумилиной и Юлией Леонидовной должна была существовать пространственно-временная пропасть.

— Ну конечно же я её знаю, я много лет проработала в театре. — Юлия Леонидовна тут же оказалась в центре внимания и, невероятно довольная собой, пустилась в объяснения. — Близко, мы, конечно, не общались, я ведь была всего лишь костюмером, но о жизни Шумилиной я знаю всё. Я обо всех наших артистах всё знаю. Честное слово, если бы не необходимость бегать по всем этим нескончаемым лестницам, я бы никогда не бросила театр. Но я часто захожу в гости к моим девочкам, мы до сих пор близки. И с теми, с которыми я работала когда-то, и с новенькими, что пришли уже после меня.

— А у Шумилиной оба сына — красавцы?

— У Эллы только один сын и один пасынок. Кирилл — да, красавец. Аркадий тоже хорошо выглядит, но больше за счет того, что следит за собой. Они оба обожают её, прекрасные сыновья. Но увы, даже в такой замечательной семье случаются трагедии. Бедная Элла. Все было так хорошо, а потом невестка взяла и умерла. Бедные детки. Мы очень за неё переживали.

— Жена пасынка умерла?

— Настя? Нет, с Настей всё хорошо. Я говорю о Мариночке, жене Кирилла.

— Марина умерла? Господи, когда? — Даша едва не выронила папку, которую держала в руках.

— Когда? — Юлия Леонидовна задумалась, даже не представляя, какой эффект произвели её слова. - Да уже полгода как. Верно, на зимних каникулах это и произошло. Они отдыхали в Италии, и Мариночка утонула. Такая трагедия.

В кабинете наступила тишина. Даша повернулась к Леане, которая с немым изумлением посмотрела на неё в ответ.

Первой пришла в себя Вера Викторовна.

— Юлия Леонидовна, славная вы наша, подождите минутку, мне кажется мы о разных людях говорим. Жена Кирилла Шумилина работала когда-то в Литпроме, дважды была замужем, двое детей, потом ещё один, так ведь? — она посмотрела на Дашу, та кивнула.

— Всё верно, Мариночка была замужем, и Элла Игоревна сначала протестовала против брака, но девушка попалась хорошая, характером лёгкая, мальчика Кириллу родила. Вот матери её следовало бы манерам поучиться, а то как хабалка базарная. В конце концов всё просто замечательно получилось, Элла Игоревна и саму Марину приняла как родную и деток её от других мужчин.

— Как же Кирилл за женой не уследил? — вырвалось у Леаны.

— А он в Италию не ездил. Начало года, много работы, проблемы с бизнесом. А у Марины как раз трудный психологический период был. В общем он отпустил жену одну, развеяться немного, от детей и хозяйственных дел отдохнуть. Конечно не совсем одну, с матерью и сестрой.

— И как она утонула?

— В бассейне. Подробностей я не знаю, но из того, что говорилось, выходит, будто девочки напились уж очень сильно, — Юлия Леонидовна тяжело вздохнула.

— Вот это я понимаю - ничего себе! — подытожила Диляра.

— Нам нужен Денис! — Даша вцепилась в Леану как только они оказались на кухне.

— Ну хорошо, а я при чём?

— Посредником будешь, а то у меня не получается так же легко с людьми общаться. Тебя он послушает, а меня нет.

— С чего вдруг он меня слушать будет?

— У тебя напор правильный и подход. Неважно. В этом деле просто необходимо разобраться, а у меня голова вообще не соображает. Нужна незаинтересованная сторона, а у Дениса в придачу еще и связи есть. Напиши ему.

— Ладно. Меня другое смущает: неужели Ульяна ни словом не обмолвилась о том, что ее дорогой подруги уже давно нет в живых?

— Представь себе! Я полностью была уверена, что Марина богатой жизнью наслаждается.

— Но правда бы всё равно всплыла.

— Думаю расчет был на страсти и чувства. По расчету Ульяны я должна была настолько лишиться разума от нежданного счастья, что всё остальное потеряло бы значение. Но вот зачем ей это надо было? Я должна была сделать вывод, что Марина слишком счастлива со своим миллионером, чтобы иметь виды на Алексея, а значит я могу спокойно к нему вернуться?

— Тогда имело смысл заявить о смерти Марины сразу же. Раз бывшая пассия не стоит между вами по причине отсутствия в этом мире, то и преград никаких — ни моральных, ни физических.

— И то верно. Понимаешь теперь, что это очень нечистое дело? Пахнет мошенничеством или того хуже. Во что меня хотели втянуть? Меня точно оставили в покое, или смерть Ульяны дала мне лишь временную паузу?

— Сейчас наш главный союзник — это Юлия Леонидовна, — Леана говорила и писала сообщения одновременно. — Много знает, слышит все разговоры и сплетни, общительная. Хорошо бы уговорить её познакомить нас с “девочками” из театра.

— И узнать, что твориться в семье Шумилиных?

— Ага. Собрать как можно больше информации, особенно о Марине. У Ульяны должна была быть очень веская причина держать втайне от тебя смерть бывшей жены Алексея. О, ответил. Денис согласен, собирается поговорить с Алексеем по душам, как мужчина с мужчиной.

— А мне что делать?

— Бери в охапку тётю Свету и отправляйся к Наинель.

Ублажение Юлии Леонидовны заняло несколько дней и стоило Даше просто невероятного количества чая, кофе, печенья и конфет. Цель в результате была достигнута — Юлия Леонидовна согласилась взять Дашу на театральные посиделки. С тётей Светой удалось договориться всего за один звонок, продолжавшийся не более четверти часа.

— Учти, если тётя Света действительно часто посещала Наинель, то гадалка наверняка уже много чего о тебе знает, — напутствовала Дашу Леана. — Не дай ей сбить тебя с толку.

— Меня больше интересует её реакция, — Даша хихикнула. — Как она выкрутится, если мне напророчила счастье с Алексеем, а тёте наверняка пообещала что-то более солидное. Надо знать тётю Свету, она ни за что не станет платить гадалке, которая посмеет напророчить кого-то ниже генерала или бизнесмена. Может я всего лишь и племянница, но тётя Света серьезно относится к фамильной чести, приймаки ей ни к чему.

— Кто ей ни к чему? Примак?

— Приймак. Они с мамой так называют мужчин без капитала, неликвидные активы.

— Что-то из старославянского? Ну пусть будет приймак. В любом случае не теряй бдительности, не поддавайся на провокации. Я же поболтаю с Анжелой.

— Кто это?

— Охотница за богатыми и знаменитыми, Кирилл Шумилин точно должен быть в её картотеке.

—И так, ты собираешь сплетни, Денис беседует по-мужски с Фоминым, я иду к гадалке. Но сначала я поговорю по-женски с Ниной Сахарчук. Надежды на то, что она что-то знает, немного, но вдруг что-то интересное всплывет.

***

Автобусы подъезжали с интервалом в несколько минут, но того, который ждала Даша всё не было. Она сидела на скамейке в тени раскидистой липы, раз за разом посматривая на огромные электронные часы, украшавшие вход в главное офисное здание Литпрома. Мимо проходили люди, иногда мелькали знакомые лица, кто-то даже кивал ей в знак приветствия. Даша улыбалась, кивала в ответ, но мыслями была далеко. Она придумала несколько вариантов того, как разговорить Нину, и ото всех отказалась. Даше очень не хотелось прибегать к тому единственному верному способу, который точно сработает, однако выбора не было.

Катенька, дочь Нины, была самой большой радостью и единственной слабостью, для которой любящая мать не жалела ничего и никого. Прежде всего она не жалела саму себя. Вдобавок у Нины была навязчивая идея, что Катенька обязательно должна сделать успешную карьеру в кино или на подиуме. Девочка закончила несколько модельных школ, постоянно участвовала в кастингах и конкурсах, занималась с хореографом, ежегодно обновляла портфолио, ела только здоровую пищу. Излишне говорить, что все заработанные Ниной деньги, и немалые причём, уходили на поддержание имиджа обожаемой Катеньки. Даше не очень хотелось пользоваться любовью Нины к своему ребенку, но другого пути она не видела.

Автобус с нужным номером подъехал к остановке, выпустив из чрева помимо прочих и взмокшую от духоты Нину. Уже с утра нагруженная тяжелыми пакетами она бодро мерила широкими шагами тенистую аллею. Даша бросилась на перехват.

— Ниночка, ты что же, не замечаешь меня? — Даша подхватила под руку вздрогнувшую от неожиданности Нину и как ни в чём не бывало пошла рядом. — А у меня как раз в этом районе дела были, а я смотрю — ты идешь. Вот, поздороваться решила. Кстати, я думала, что на похоронах тебя увижу.

— На чьих похоронах? — испуганный взгляд Нины предательски выдавал сильное волнение.

— Ну как же, Ульяна умерла, разве ты не знаешь?

Нина помрачнела, её дыхание стало тяжелым.

— Умерла, ну и умерла, мне какое дело.

— А мне вот дело есть. Это же Ульяна уговорила тебя принести благую весть об Алексее. Что она пообещала? Можешь не говорить, я догадываюсь. Наплела, что у неё связи и знакомства в модельном бизнесе, что сама она авторитетный стилист и к её мнению прислушиваются, обещала блестящее будущее Катеньке. Меня одно удивляет: как ты с твоим жизненным опытом, повелась на дешёвый трёп этой аферистки?

— Как повелась? — Нина резко остановилась. — А я скажу тебе, как. Много лет я бьюсь как муха в оконное стекло, да всё без толку. Еще немного и Катенька подойдет к тому возрасту, когда делать карьеру модели уже поздно. Что она имеет? Несколько показов да пару рекламных проектов. Ей нужен прорыв и чем быстрее, тем лучше. Ульяна пообещала познакомить с нужными людьми, с одним таким фотографом, который обеспечит ей контракты.

— Случайно не Виктор? Ну а потом?

— Отвратительное надувательство. Я представляла, что он действительно настоящий модный фотограф, с выставками, глянцевыми журналами, студией в центре. В итоге мы оказались в какой-то подворотне, студия в подвале, снимки отвратительные. Отвратительно.

— Это уж точно, — Даша примирительно согласилась. — Кстати говоря, Ульяна никогда не упоминала в разговоре Марину Смарицкую? Она потом замуж за Фомина вышла.

— Не упоминала, хотя я знаю, что они дружили. А Марину я хорошо помню, о ней такие разговоры ходили, что долго не забудешь.

— Какие разговоры? Что я пропустила?

— О-о-о, — глаза Нины распахнулись, голос стал тише. — Марина была интересной женщиной, не красавицей, но интересной. Ухоженная, с хорошей фигурой, одежда модная, в ушах золото, на пальцах золото. Поговаривали, что бывший муж ей хорошие алименты платит. Когда она только пришла, то сразу нацелилась на мужчин из высшего руководства, это всем понятно было. Постоянно ошивалась рядом с местом, где они курили, на корпоративах сама приглашала танцевать, старалась оказаться в лифте вместе с кем-нибудь из директоров. Не то чтобы ей нужен был кто-то определенный, думаю, она просто хотела побогаче кавалера. Мы все её выкрутасам поражались. Да, благодаря ей нам всем было, о чем поговорить. А потом ей сделали ненавязчивое внушение, и она немного успокоилась.

— Переключилась на более доступные должности?

— Вроде как. Тогда и стали ходить слухи, что она с Ульяной сдружилась и что та ей помогает личную жизнь устроить. Многие к тому времени перестали с Ульяной общаться, не то, что я, дура доверчивая. Потом Марина вышла замуж за Фомина, а ещё позже мы узнали, что ей удалось подцепить очень богатого человека.

— Как узнали?

— Ну, всем же было интересно, почему Фомин разводится. А тут такая история! Мы её еще долго обсуждали. Если бы ты только видела свадебные фотографии! Как бы я хотела, чтобы и у Катеньки такая свадьба была. Ульяна на тех фотографиях тоже была, а потом вдруг пропала. Мы думаем, что Марина зазналась и дала Ульяне отставку, потому что она не соответствовала новому статусу Марины.

— А как ты узнала, что Ульяна мертва? — Даша вернула разговор в нужное русло.

— Я ей всю неделю звонила, поговорить хотела, но она трубку не брала, — Нина вдруг как-то погрустнела, плечи опустились. — Потом Инна Сергеевна позвонила, но уже со своего телефона, она и сказала.

— И тебя не удивила такая внезапная смерть?

— А чему удивляться, такое ведь уже было.

— Что было?

— С Ульяной. Она чуть не умерла после того, как вколола себе какую-то дрянь. Всё девочкой юной хотела выглядеть, вот только природу не проведешь. У Катеньки, например, идеальные черты лица, совершенно естественные. Если бы только была мода на естественную красоту. Ну, я пойду, а то опоздаю.

Даша задерживать Нину не стала, тем более что ей самой предстояло за каких-то полчаса добраться до работы. Полностью сосредоточившись на дороге она на время выбросила Ульяну из головы, потом текущие дела захватили внимание и только поздно вечером того же дня память наконец выдала желаемую информацию.

Такое действительно уже было, теперь и Даша вспомнила. Инъекция красоты едва не стоила Ульяне жизни. Она несколько дней пролежала в больнице под капельницей, на работу вернулась опухшая, покрытая непонятными пятнами, но эксперименты с внешностью проводить не перестала.

***

Поселок имени Софьи Ковалевской, или, как его обычно называли, Ковалевский район, считался местом если не элитным, то уж точно престижным. Когда-то давно на его месте была промзона, окруженная пустырями и оврагами, заброшенная ещё во времена перестройки. В конце девяностых местность расчистили, выровняли и разделили на участки для индивидуального строительства, которые пользовались спросом у набиравшего силу среднего класса. Здесь же жил и Денис Кувлич.

Шлагбаум дернулся и поднялся, длинная вереница машин медленно потянулась через железнодорожный переезд. Следуя указаниям навигатора Даша повернула на одну из боковых улиц, вдоль дороги которой высились развесистые клёны.

— Улица вторая Кленовая, понятно, — Леана смотрела по сторонам, пытаясь разобраться в нумерации домов. — Симпатичный район, надо сказать, тихий, зелёный.

Даша кивнула. С подачи Дениса она настояла на том, чтобы устроить первое совещание именно у него дома, предложив Леане услуги личного шофёра, и теперь умирала от желания посмотреть, как Денис собирался завоёвывать внимание Леаны.

— У вас точно нет общих знакомых? — Даша аккуратно прощупывала почву. — Я имею ввиду, вне знакомств твоего отца. Приятели, у которых вы могли бы случайно встретиться.

Леана пожала плечами.

— Может и есть. Учитывая его родственные связи, он может себе позволить и хорошую работу, и избранное общество. Он не очень компанейский.

— Это ты у Анжелы разузнала?

— Ага. Заодно.

— Я вот одного не понимаю, при таких родителях тебя спокойно могли устроить в тот же Литпром, на престижную работу.

— Устраивали, вообще-то. Проблема в том, что на престижной работе почти у всех «такие родители», и каждый мнит себя наиболее привилегированным. В общем, я сбежала. Хорошо, что старший брат продолжил династию врачей, и ко мне претензий не предъявляют.

Неожиданно Даша поняла, что общеизвестная беспечность Леаны была не то чтобы показной, но скорее не самой важной чертой её характера. Возможно, Леана никогда бы не преуспела в точных науках, зато хорошо разбиралась в человеческих отношениях. В таком случае Денис выбрал правильную тактику: понимая, что простым напором и красивыми словами он благосклонность Леаны не заслужит, он решил дать ей посмотреть на себя, так сказать, в деле. И правильно решил.

Даша попыталась вспомнить, как Алексей завоёвывал её внимание, и осознала, что он вообще даже и не пытался. Даша долго ждала от него серьёзных шагов, а он по всей видимости и не подозревал, что от него чего-то ожидают. Ему и так хорошо и удобно было. Потом серьёзный шаг сделала Марина, и ему снова ничего не пришлось решать. Даша представила, что он стал бы идеальным выбором для какой-нибудь состоятельной, властной дамы, которая не стала бы требовать от него великих свершений. Они были бы счастливы, потому что им обоим было бы хорошо и удобно.

Глава 5

К нужному дому Даша подъехала как раз в тот момент, когда Денис начал названивать сам.

— Я уж подумал вы заблудились, — Денис открыл ворота, показывая Даше где лучше всего припарковаться.

— Переезд был закрыт.

— А, вечная проблема. Где устроимся, на улице или в доме? Предлагаю террасу, там не жарко и вид на сад хороший.

— Кто же занимается этим садом? — Леана с восхищением посмотрела на окружавшее дом цветущее великолепие.

— Или я, или мама. Родители в квартире живут, ко мне как на дачу приезжают. Если конечно не едут на свою собственную дачу. Сейчас принесу напитки.

Вскоре на низеньком плетеном столике появились соки, чай со льдом, минералка и большое круглое блюдо со сладостями.

— Черешня в этом году, к сожалению, припозднилась, но дней через восемь-десять будет в самый раз. Кто что будет пить? — Денис ловко управлялся со стаканами, заодно демонстрируя рельефные бицепсы.

“Вот позер,” - улыбнулась про себя Даша и мельком посмотрела на Леану, но так и не смогла определить, удалось Денису произвести на нее впечатление или нет.

— Итак к делу. Кто начнет?

— Даша пусть начинает. Мне жутко интересно, что ей гадалка нагадала, — Леана улыбнулась и забавно подергала бровями.

— Признаюсь честно, Наинель оказалась на высоте. Даже виду не подала, что мы знакомы.

— А ты?

— Ну и я хранила молчание, иначе испортила бы всё веселье. Тётя Света нас представила, сказала, что вот, мол, та самая девушка, о которой я беспокоюсь, Наинель разложила карты, и представление началось. Я ничего не понимаю в Таро, тётя Света тем более, поэтому заливала Наинель легко и вдохновенно, совсем не так как в прошлый раз.

— И что сказала?

— Сказала, что я упускаю время, что небесами мне уготована блестящая партия, но я сама же и отвергаю помощь, из-за чего потенциального мужа могут просто-напросто отдать другой, а мне останется вариант похуже. И хотя я буду счастлива, лучшего из лучших мне уже не видать, а винить я в этом должна буду только свою нерасторопность. Потом долго рассказывала, что моё непослушание и игнорирование тех, кто желает мне только добра, обернётся потерями и сожалением. Вообще-то она меня впечатлила, талант у неё всё же есть. Ну а тётя Света так в полном экстазе была. Только представьте, карты подтвердили то, что она же Наинель обо мне сама и рассказала.

— И у твоей тёти ни на минуточку не возникло подозрение, что её просто водят за нос? — искренне удивился Денис.

— Конечно же нет, такой уж она человек, любит быть всегда правой.

— Это и весь сеанс?

— Ну, я кратко изложила. Ещё она похвасталась знакомством с сильной ведьмой, но скорее это скорее так, для закрепления результата. Начала издалека, как бы между прочим посетовала на то, что кто-то украл у неё колоду карт. Потом объяснила, что над каждой колодой одна очень сильная ведьма проводит обряд. Печать показала, которую ведьма ставит на карте Верховная жрица, прямо над головой фигуры, и которая является охранной. От кражи печать как-то не защитила, но Неанель уверяет, что вора теперь семь лет будут преследовать беды и неудачи.

— Ну и ерунда, — махнула рукой Леана. - Хотя вот так наслушаешься разного и начнёшь думать, что, может, в этом действительно что-то есть.

— Игры разума, — кивнул Денис. — Мистики делают упор на человеческое буйное воображение и страх перед неизведанным. На этом же все суеверия держатся. Что-то ещё?

— Да, еще была Нина Сахарчук, — Даша пересказала разговор с бывшей коллегой.

— Вот чего не могу понять, так это её легкомыслия. Если ты один раз едва не умерла от непонятного препарата, то обратись в приличную клинику, пусть даже дорогую, зачем рисковать жизнью? Где проводили процедуру? У салона были все нужные сертификаты? — требовательно вопрошала Леана.

— Никто не знает. Кажется, Ульяна пользовалась услугами косметолога, который принимает на дому, — сказал Денис.

— Всё верно, — тут настала очередь Даши кое-что объяснить. — Ульяна считала признаком элитарности таких вот частных специалистов. Ну знаете, как семейный врач, например. Она всегда так и говорила: мой парикмахер, моя модистка, моя маникюрша. При этом такое лицо делала, словно они принадлежали лично ей.

— Телефон. В телефоне то контакты должны быть, — не унималась Леана.

— Ее книга контактов — это шпионская шифровка, по крайней мере так Инна Сергеевна утверждает. Они с мамой Ульяны потом свое собственное небольшое расследование провели, обзвонили всех, кто был в контактах, но без результата. Друзья и знакомые тоже ничего не знают, так как паролями и явками Ульяна делиться не любила.

— Что насчёт Фомина? Ты обещал поговорить с ним.

— Ничего конкретного, — Денис слегка скривился. — Клянется, что Ульяну не подговаривал, о её планах ничего не знал. Ему сейчас не до того, его бывшая тёща уговаривает ребенка забрать.

— Какого ребенка? — в один голос спросили Даша и Леана.

— Его ребенка, того, который сейчас у Шумилиных.

— Зачем?

— То есть как зачем? Он же родной отец.

— Подожди. Мама Марины уговаривает Алексея забрать у Шумилиных сына? — уточнила Даша. — А ведь действительно, что теперь будет с детьми Марины от предыдущих браков? Кстати, — повернулась она к Леане, — что там насчёт Кирилла Шумилина?

— Много всего и ничего конкретного. Во-первых, весь цветник самых завидных невест города до сих пор находится в полном афиге от выбора Кирилла. Все сошлись на том, что она ему не подходила. Не было в ней элитарности.

— Ну конечно же, — хмыкнула Даша.

— Были такие, кто выбор одобрил, но их единицы. Кто-то даже высказал мнение, что Кирилл женился на женщине, которая слишком от него зависима и не будет настаивать на том, чтобы жить своим домом. Оказывается, все Шумилины живут под одной крышей. Главная в доме — Элла, она всеми командует, сын и пасынок её во всем слушаются.

— Почему?

— Потому что это Элла Игоревна владеет всем бизнесом, а Кирилл и Аркадий им только управляют, оба в качестве директоров. Анжела говорит, что Элла не хочет их отпускать, потому что ей постоянно нужна публика. Она ушла со сцены, но давать представления не перестала, поэтому жизнерадостная и домашняя Марина её более чем устраивала. Но вот что странно, Кирилл и Марина решили пожениться всего после нескольких встреч, но свадьбу закатили грандиозную. Анжела утверждает, что по её подсчетам забеременела Марина как раз между разводом и свадьбой.

— Теперь мне совершенно ясно, что надо поговорить с родственниками Марины.

— Поддерживаю, — Леана подняла руку, словно голосуя за идею Даши.

— Почему вы решили, что смерть Ульяны связана с Шумилиными? — Денис озадаченно посмотрел на девушек.

— Предчувствие, — не моргнув глазом ответила Леана.

— Логика. А также слишком много странных совпадений. Уже одно то, что Элла дружит с мамой Ульяны и пришла на похороны о многом говорит. А Марина долго дружила с самой Ульяной, но потом вдруг перестала. В благие намерения Ульяны я не верю, она бы пальцем о палец не ударила, если бы не получила выгоду в результате своих стараний. Но какая выгода может быть от меня? От Алексея она и того меньше. Аппетиты у Ульяны немалые, а семья Шумилиных — единственная дойная корова в её окружении, с которой можно было что-то поиметь. Я уверена, что она не просто так упомянула их при нашей первой встрече. Да и вообще эти Шумилины постоянно попадают в поле зрения. Решено, после того, как наш Цеппелин устроит встречу в театре, попробуем найти подход к родителям Марины.

Следующие несколько дней оказались на редкость напряжёнными, но вовсе не из-за расследования. Даша пришлось выдержать атаку со стороны ближайших родственников, упрашивавших и требовавших немедленно отправиться на поиски того самого лучшего варианта, о котором говорила Наинель. Больше всех постаралась тётя Света, которая, при поддержке Дашиной мамы, взбаламутила всю семью, из-за чего Даше не было покоя ни дома, ни на работе.

Леана серьезно взялась за Юлию Леонидовну, выпытывая, какой коньяк лучше всего подойдет для знакомства с её театральными друзьями. Как пообещала сама Юлия Леонидовна, на посиделки придут все, кто знал Эллу лично. Энергия, с которой действовала Леана, позволяла предположить, что у нее появился в этом деле личный интерес.

Рабочий день уже подходил к концу, когда Даше пришла в голову одна идея.

— Вера Викторовна, а у вас есть доступ к той замечательной программке, с помощью которой шеф контрагентов проверяет.

— Есть, тебе срочно?

— Нет, просто хочу узнать, насколько Шумилины богаты. Можно мне за вашим столом чуть-чуть посидеть?

— Я тебе логин и пароль перешлю, у себя и посмотришь.

— О, спасибочки, — Даша с нетерпением принялась за поиски, не понимая, чего это она так волнуется. — Да они просто бизнес-гиганты!

— Представляете, как было бы здорово жить в громадном доме, где за тебя всё делают слуги, — мечтательно протянула Диляра.

— Главное по пьяни в бассейне не купаться, — фыркнула Даша. — Хм, интересно.

— Что интересно?

— Вот если бы вы владели бизнесом, то кому отдали бы лучшие фирмы, родному сыну или пасынку?

— Странный вопрос, конечно же сыну, — откликнулась Вера Викторовна.

— Сначала так и было, но потом Элла Шумилина, а я уверена, что это была она, сделала Аркадия генеральным директором самых прибыльных фирм. Может, конечно, Кирилл так себе бизнесмен, вот она и решила не доводить предприятие до разорения, только вот финансовые показатели говорят об обратном.

— Мало ли, что там у них в семье произошло. Поссорились, помирились, опять поссорились.

— Да, возможно. И всё же, странно это как-то, — произнесла Даша в задумчивости.

Сомнения часто тревожили Дашу, не давая спокойно жить. Вдруг Денис прав, и Шумилины не при чём? Но чувство, что права была именно Леана, всегда побеждало. Предчувствие. Предчувствие и факт, что Ульяна ни словом не обмолвилась о смерти Марины, а наоборот, пыталась убедить, что у той не жизнь, а сказка. Сложная интрига со множеством неизвестных, до сути которой и пыталась докопаться Даша.

Сомнения, впрочем, не давали покоя и во многих других местах, как, например, в винном отделе супермаркета, где стройными рядами выстроились коньячные бутылки. Одну из этих бутылок и предстояло презентовать новым театральным знакомым.

Даша, как главное заинтересованное лицо, вызвалась купить алкоголь лично, но вот теперь застыла перед стеллажами, полностью потерявшись среди названий и цен. Леана предложила взять коньяк средней ценовой категории, так как слишком дорогой напиток вызовет подозрения, а дешёвый могут принять за оскорбление, вот только где она - средняя ценовая категория?

— Возьмите этот, не прогадаете. Вам же на подарок? — густой мужской голос вывел Дашу из оцепенения.

— Да, а как вы узнали?

— Ну, если бы для себя, вы бы знали, чего хотите, а не стояли бы в нерешительности.

Даша послушно взяла бутылку, повернула голову и ахнула: рядом с ней стоял тот самый мужчина, которого она видела сначала у дома Ульяны, а потом на кладбище. В его тележке лежали апельсины, сыр, чипсы — немного странный набор, как решила про себя Даша. Если он так и пойдет на кассу, то…

— Куда дальше? Шоколад? Конфеты? – мужчина, кажется, был не против поддержать компанию.

— Конфеты, пожалуй. Общество соберется может и не самое изысканное, но с претензией, — зачем-то начала объяснять Даша. — Но это я так себе представляю, на самом деле там будут люди, которых я увижу впервые, а произвести хорошее впечатление надо.

— По своему опыту скажу, что тут дело не столько от марки коньяка зависит, сколько от характера человека. Иногда приходят такие, дарят изысканный набор, всё вроде хорошо, но при этом лица у них — словно сочувствуют всем обездоленным мира и ни на минуту не забывают о своей великой миссии. А есть такие, с которыми просто пообщаться приятно, и никаких подношений не надо.

— Вам часто делают такие подарки?

— Не часто, но бывает. Люди думают, что маленький подкуп обеспечит их заказу особое внимание с моей стороны. Глупо, ведь я все заказы делаю одинаково хорошо, это часть репутации, но может они руководствуются какими-то своими представлениями. Я зануда, согласен.

— Зато не балабол. Терпеть не могу, когда люди не переставая несут забавную чушь и думают, что это делает их непревзойденными собеседниками, — Даша невольно вспомнила одного из бывших. Веселил он её постоянно, но как только надо было решить серьезный вопрос, то отшучивался, отнекивался, делал вид, что не понимает, о чём речь, а то и просто пропадал из поля зрения.

— Шучу я редко, но юмор люблю, — усмехнулся мужчина.

Они медленно шли по рядам, всё ближе подходя к кассам, за которыми их ждало расставание. Двери разъехались в стороны, в лицо пахнуло теплым летним воздухом.

— Роман, — мужчина вдруг протянул руку.

— Дарья, можно просто Даша.

— Вот, — протянул он ей визитку. — Вдруг станет скучно, или просто захотите поговорить.

Даше хотелось поговорить прямо сейчас. Неожиданно для себя она поняла, что ни секреты семьи Шумилиных, ни козни Ульяны ей больше не интересны. Но надо было идти, её ждали. И ему наверно тоже надо было идти. Возможно, его тоже ждали. Кот, например, или попугайчик. Даше очень не хотелось думать, что Романа могла ждать другая женщина.

***

В здании театра пахло стройкой. Краска, штукатурка, карбид кальция, растворитель и еще непонятно что создавали непередаваемую удушающую атмосферу, из-за чего глаза начинали слезиться, а в горле появлялось першение.

— Межсезонье — горячая пора, — объясняла Юлия Леонидовна Даше и Леане. — В этом году городские власти расщедрились и выделили деньги на замену проводки и старых труб. Обычно мы собираемся в конференц-зале, но его разломали, так что идём в хранилище.

Помещение, которое называлось хранилищем, больше напоминало старый сарай, набитый поломанным и ненужным хламом. Один из углов наспех расчистили и кое-как обустроили.

— Пристройку возвели еще в девяностые, даже не знаю, законно ли, но пока никто претензий не предъявлял. Раечка, здравствуй.

— Здравствуй, моя дорогая, — навстречу им шла женщина средних лет, такая же солидная и объемная, как и Юлия Леонидовна. Сейчас остальные подойдут.

— Кто сегодня будет?

— Пышовец, Калмыкова, Татьяна Игоревна обещалась, — Раиса посмотрела на девушек. — А это те твои знакомые, которых Элла интересует?

— Даша, Леана, познакомьтесь: душа нашего небольшого сообщества и просто замечательный человечек Раечка, — почти пропела Юлия Леонидовна.

В ответ на дружное восхищение со стороны молодежи Раиса только замахала руками.

— Ой, ну что вы, пустяки. Но угадайте, кто к нам сегодня придёт, — она лукаво улыбнулась. — Изольда!

— Не может быть! — ахнула Юлия Леонидовна. — Теперь и мне стало интересно. Изольда тоже работала в театре, — обернулась она к девушкам. — Сначала в постановках участвовала, но бедняжка совсем не чувствовала сцену. Потом перешла в администрацию помощником директора, а когда Элла ушла со сцены устроилась к ней экономкой. Но почему она придёт? Ты её пригласила?

— Вроде как. Мы же общаемся, и мне кажется, ей тоже хочется поговорить. А, вот и вы, — Раиса вихрем закружилась по комнате, знакомя коллег с Дашей и Леаной, Юлия Леонидовна принялась накрывать на стол.

Распаковывая колбасную нарезку и крекеры Даша тайком разглядывала бывших коллег Юлии Леонидовны. Все уже не молодые, но веселые и энергичные, в скромной, но добротной одежде, со старомодными массивными украшениями в ушах и на пальцах. Некоторые из дам, как она позже узнала, проработали в театре всю жизнь и даже представить не могли другой карьеры. Конечно, были и тяжёлые времена, очень тяжёлые времена, но что говорить об этом сейчас. А Эллу Шумилину они помнили хорошо, как никак звезда, да ещё такая красавица. Поклонников у нее тьма была, что в молодости, что в зрелые годы. Ну и что, что муж был и ребёнок, никого это не смущало, вот только сама Шумилина была полностью предана искусству и романов на стороне не заводила. Возможно, конечно, просто хорошо их прятала, но в это никто не верит.

Занимательную беседу прервало цоканье острых каблучков.

—Изольда, — сообщила Раиса, откупорив следующую бутылку вина.

Действительно, это была Изольда, и будь Даша чуть постарше, её бы зависть придушила прямо здесь. Высокая, стройная, подтянутая, без единой морщинки на лице, но с легким макияжем, она разительно контрастировала с остальным обществом.

— Боже, как я за вами всеми соскучилась, — Изольда раскинула руки в стороны и бросилась расцеловывать присутствующих. — Не могу поверить, что прошло больше года с нашей прошлой встречи. Вы все такие же, как же я рада.

Не без труда её усадили в кресло и сунули в руку бокал с вином.

— Так это вы Эллой интересуетесь? — Изольда ткнула пальцем в Дашу и Леану. – По какой причине?

Даша хотела было упомянуть знакомство с Мариной, но Леана ее опередила.

— У Шумилиной сын есть, красивый, богатый, одинокий.

— Кирилл — вдовец, к тому же у него трое детей, мал мала меньше.

— Ну и что? — Леана невинно захлопала ресницами, Изольда заливисто засмеялась.

— И то верно. Женщины ему всю жизнь на шею вешались, он в этом плане избалованный. Женитьба ничего не поменяла, было полно таких, кто думал, что может легко увести его из семьи, никакого стыда не знали. Смерть Марины ничего не изменила, даже наоборот, натиск усилился. Некоторые на похороны заявились, разукрашенные, как шлюхи придорожные. Дуры. Думали, что если сиськи на всеобщее обозрение выставят, то мир к их ногам ляжет, — Изольда сделала глоток, скривила губы, затем снова глотнула вина.

— А много у него романов было до женитьбы?

— Совсем почти не было. Была одна такая, Афродита, пальцем деланная, которая, после того, как Кирилл отверг её, начала слухи распускать, что он женщинами не увлекается. Но это всё от злобы, злобу ведь за хорошеньким личиком не спрячешь, хотя некоторым удаётся, но то частности. Я к тому, что и Кирилл, и Аркадий оба в отца пошли, не кобели, что за каждой юбкой бегать будут. Я имею в виду, что одной внешностью их не возьмёшь, надо что-то в голове иметь, в душе опять-таки.

— А у Марины что-то было в голове? — с сомнением спросила Даша.

— Марина была эталонной женой, если вы понимаете, о чём я. Простоватая, но никакой вульгарности, никаких ненужных сцен и истерик. Кирилл задерживается на работе? Значит так надо. Кирилл хочет отдохнуть в тишине? Значит не стоит ему мешать. Понимаете, она не требовала, чтобы он уделял всё своё внимание только ей и детям.

— А Шумилина? Как она приняла невестку? — задала Раиса вопрос, который, видимо уже давно никому не давал покоя. Дамы застыли, затаив дыхание, обратив все внимание на Изольду.

Глава 6

В повисшей тишине не было слышно ни единого шороха, ни малейшего звука. Изольда достала из сумки сигарету, закурила, откинулась назад, драматично махнув рукой.

— Элла, — начала она, растягивая буквы. — Элла гениальна. Ей не стоило так рано уходить со сцены, но у Марка начались проблемы со здоровьем, дети были еще слишком молоды, ей пришлось взять дело в свои руки. Она справилась блестяще, она со всем справляется блестяще. Анастасия, жена Аркадия, из семьи потомственных ученых, её отец возглавляет исследовательский институт, мать заведует лабораторией на одной такой крупной фабрике, но их дочь при этом совсем не избалована. На этом браке настоял Марк. Увы, он так и не увидел внуков. Что же касается Эллы, то она всю жизнь жила мечтой о большом доме, большой семье, чтобы несколько поколений жили под одной крышей. Она видела себя основательницей рода, матриархом великой фамилии. Когда Кирилл познакомил её с будущей женой, Элла долго не могла прийти в себя, но потом смирилась. Думаю, благодаря детям. У Марины было двое от предыдущего брака, и они быстро… влились в семью, так сказать. Артемчик еще совсем кроха, а вот Алина — настоящая юная леди. Думаю, Элла видит в ней юную себя. Нет, ничего не могу сказать, Элла и Марина хорошо ладили.

Весь монолог Изольда сопровождала весьма экспрессивными жестами, выдававшими нереализованную тягу к актерству. Она подала знак, чтобы ей снова наполнили бокал, закурила новую сигарету и продолжила.

— С Мариной проблем не было, вот если бы только её семейка не подкачала. Мамаша просто хабалка базарная, мужик её не лучше. Видели бы вы их на свадьбе! Приходили к нам в дом якобы внуков увидеть, но вели себя нагло. Сами в баре угощались, причем наливали себе лучший виски. Пять минут с внуками пообщаются и давай стаканы наполнять. Конечно, мне не жалко, да и Элла ничего никогда бы не сказала, но сами посудите, кто так себя ведет в чужом доме. А они считали, что им можно всё. Уж простите, что я их так, но, знаете, накипело. Пока Марина была жива я бы не посмела, но теперь это не имеет значения.

— Ничего, мы понимаем, — Юлия Леонидовна приложила руку к груди. — Ты можешь всегда можешь поделиться с нами мыслями и чувствами, ты же знаешь.

— Ах, мне уже легче. Как жаль, что я не могу видеться с вами почаще. Вы только не подумайте, я не утверждаю, что родственники Марины — плохие люди, обычные они люди, только уж очень сильно не нашего круга. А бедняжка Лариса, её мне по-настоящему жалко.

— Кто такая Лариса?

— Сестра Марины. Несчастное создание, влюбилась в Кирилла с первого взгляда. Как она на него смотрела! Может другие не замечали, но мне-то было очевидно, что к чему. Я же говорю, женщины за Кириллом толпами бегают. А она горемычная иногда придет на кухню и давай душу изливать. И что Кирилл и Марина несчастливы вместе, и что они поспешили жениться, не проверив чувства, что теперь изображают на публику влюбленность, но в действительности страдают. А что я ей могла сказать? Она видела то, что хотела видеть.

— Но как ты считаешь, любили они друг друга?

— Большой страсти между не было, это точно. С другой стороны, оно и к лучшему, страсть выгорает быстро, а тихая сердечная привязанность может жить много лет. Вы бы видели, как был шокирован Кирилл, когда узнал о смерти Марины, на него было больно смотреть. Ой, что же я сижу, — спохватилась Изольда. — Мне же в кондитерскую заехать надо. Всех целую, всем пока, ещё увидимся.

— Подожди, как ты в таком состоянии за руль сядешь?

— Я с шофёром, — донеслось уже из-за двери.

— Видали? — Раиса победоносно оглядела присутствующих. — Как она себя держит, в её то годы. А как выражается. “ Наш дом”, “наш круг”. И это при том, что она там вообще никто, всего лишь экономка, даже не член семьи.

— Преданность Элле Шумилиной делает её в её же глазах самым близким доверенным лицом. Она пластику делала?

—Не знаю, но какие-то процедуры точно делает. Слышали об одержимости азиаток вечной молодостью? Так вот ей из Китая, или Японии, я точно не помню, привозят некое чудодейственное средство, а колет она его или на лицо мажет, не скажу.

— И она не поделилась секретом?

— Да мы последний раз виделись больше года назад и то толком не поговорили, так как она тоже куда-то спешила, — Раиса призадумалась. — Помню, говорила, что средство инновационное, на рынке недавно, но уже произвело фурор. В свободной продаже его нет, так как поставляется оно только в клиники по специальному заказу, но у неё появились знакомства, благодаря которым она препарат и получает.

За обсуждением косметических процедур пролетел ещё один час. Про Эллу Шумилину больше не вспоминали, разошлись поздно.

***

Ночная летняя прохлада приятно освежала, освобождая легкие от удушающего химического послевкусия, которое оставили пары краски и лака. Голова немного прояснилась. Даша сделала глоток кофе и улыбнулась, прикрыв глаза.

— Как же хорошо на улице.

— После тех катакомб, в которых мы сидели? Конечно.

Из парка доносилась музыка, тусклые фонари освещали опустевшие аллеи, возле памятника Пушкину собиралась молодёжь. Такси приезжать не спешило.

— Я поняла, — Даша бросила пустой стаканчик в мусорку. — Я поняла мотивы Кирилла. Ему нужны были дети. Вернее, дети нужны были Элле, так как она хотела быть, как там её, матриархом? Аркадий женат, двое детей, его ранг был выше, а фирмы, которыми он управлял — лучше. Что смешного?

— Сын с высоким рангом и сын с низким рангом, — хихикала Леана.

— Кириллу срочно надо было обзавестись семьей, вот он Марину и выбрал. Только тут Изольда права, уж очень семья Марины не их круга. Марина на тот момент ещё в декрете с Артемом была, дома сидела. А раз так, то как они познакомились?

— Думаешь, Ульяна?

— Наверняка Ульяна. Кирилла она знала, в этом сомнений нет, и дело даже не в том, что их матери — подруги. Знакомство у них не поверхностное, раз Кирилл доверил ей свой секрет. Смотри, что получается: Кириллу нужна жена и дети, чтобы мамочка дала порулить солидным бизнесом. Ульяна знакомит его с Мариной, та уходит от мужа, забирает детей, выходит замуж за Шумилина. Едет на отдых в Италию, там погибает, не проходит и полгода после её смерти, как Ульяна в срочном порядке пытается свести меня и Алексея. Что это может значить?

— Полгода? Это как раз срок для оформления наследства.

— У Марины и наследство? Вот если бы Кирилл погиб, тогда да.

— Я вот мотивов матери Марины не понимаю, — Леана покачала головой. — Ей видеть внуков не запрещали, так зачем уговаривать Алексея забрать сына от Шумилиных? Если она очень любит Шумилинский виски, то с её стороны глупо так поступать.

— Внучка же останется. У Шумилиных виски, у Алексея ещё что-нибудь. Фомин вообще-то не пил, но за прошедшие годы многое могло измениться. Может ей не нравилось, как к ней в доме Эллы относились, вот и решила повредничать, бяку устроить, — Даша улыбнулась, но тут же резко выпрямилась. — Мне обязательно надо с ней переговорить.

— Под каким предлогом? И с чего ты решила, что она будет обсуждать с тобой свои дела?

— Есть одна идея. Сначала к ней пойдешь ты. С Денисом. Денис в качестве начальника Фомина может предъявить претензии, что, мол, его подчиненный из-за тревог по поводу ребёнка плохо с обязанностями справляется. В конце концов он имеет право.

— Кто имеет право, и при чем тут я?

— Ты невзначай намекнешь, что Фомин собирается сойтись с бывшей пассией, со мной, то есть. Скажешь, что я могу не одобрить чужого ребенка. Понятно?

— Не совсем.

— Бывшая тёща Алексея — женщина во всех смыслах энергичная или же я неверно понимаю выражение «базарная хабалка». Сделаем ставку на то, что она прибежит ко мне с уговорами. Ну, типа, не тот отец, кто родил, а тот, кто вырастил. В нашем случае — мать.

— Ха, может сработать. Я подумаю, чем её зацепить. О, вот и такси.

Карты не врут. Они стоят полукругом, закрытые чёрной вуалью. Наинель подходит к каждой из них и спрашивает: “Она”? Даша теряется, Даша понятия не имеет она или не она, но от ответа зависит многое, из-за чего Даше становится совсем плохо. Она не хочет опозориться, для неё важно угадать, она или не она. Карта говорит, что Леана была права. В чем права? В том, что предчувствие не подвело её? Наинель улыбается, Даша понимает, что Леана была права в чем-то другом. Правильную фразу сказала, но вот какую? Что-то про Алексея, что-то важное. “Ты на него подписана?”

Спас Дашу будильник.

—Вставай, сволочь! Бац! Вставай, тебе говорят! Бац! — вопил он на всю квартиру, прогоняя остатки сна. Даша зевнула и поплелась в душ.

Ночной кошмар кружил где-то на периферии сознания, не отпуская, но и не исчезая полностью. Завтрак, проглоченный второпях, не принес никакого удовлетворения, затор на въезде в микрорайон с приходом лета меньше не стал, зацветала амброзия. Возле поворота к промзоне снова столпились фуры, знак “Стоп” на больших железных воротах ремонтного цеха блестел свеженькой краской. Стоп!

— Я дура! — сходу заявила Даша Леане. — Я непроходимая дура. Чтобы узнать об их жизни надо прежде всего изучить соцсети.

— Их надо было в самом начале изучить, не иначе как затмение на нас нашло, — хлопнула себя по лбу Леана.

— Ты же сама эту идею подала, когда спросила, подписана ли я на Фомина. Мне бы уже тогда озаботиться, но я так разнервничалась, что остатков разума лишилась. Спрашивается, из-за чего? Силой она бы меня не заставила с ним встречаться.

— Как я поняла, Ульяна силой никогда не действовала. У неё другие методы были. Еще неплохо было бы узнать, откуда у неё деньги. Я ни за что не поверю в сказки о суперуспешном стилисте.

Даша в заоблачную прибыль от фотосессий тоже не верила. Если бы Ульяна работала на крупные издания или рекламные фирмы, тогда понятно, но нерегулярные заработки не могли обеспечить тот стиль жизни, который она вела. Богатые любовники, для которых она занималась постоянным улучшением собственной внешности? Незаконные махинации? Мошенничество? Даша снова погрузилась в воспоминания о времени, когда они с Ульяной сидели в одном кабинете. Она доставала из глубин памяти слухи, сплетни, разговоры, мнения, замечания. Она вспомнила много такого, чему в свое время не уделила должного внимания. Теперь же события тех лет начинали обретать смысл.

Ульяну не любили. От её интриг пострадала не только Даша, были и другие. Самое противное, что Ульяна получала настоящее удовольствие, наблюдая за их страданиями, Ульяна терпеть не могла, когда кто-то рядом с ней был счастлив. Ульяна была ловким провокатором. И почему она, Даша, раньше этого не замечала.

Не дожидаясь конца рабочего дня Даша приступила к изучению соцсетей. Первым открытием она поделилась с Леаной на выходе из офиса.

— Страница Ульяны — это просто гимн любви к самой себе. Там каждую фотографию можно в журнале печатать. Вот, смотри.

— Профессионально. Каким бы человеком она не была, в отсутствии вкуса её не упрекнуть.

— А теперь смотри сюда. Видишь разницу? До какого-то момента она старалась изо всех сил выглядеть модно и статустно, но ресурсов явно не хватало, некоторые фотографии просто смех. А потом что-то изменилось.

— Деньги вдруг появились, вот что изменилось.

— Мне как-то не по себе, — призналась Даша. — Такое ощущение, что на мне она тоже пыталась заработать. Продать за хороший процент.

— Только вот твой потенциальный покупатель без пяти минут как банкрот. К тому же клянётся, что не он затеял всё это.

— Верю, не он. У него другой склад характера. Он героически будет сам решать все проблемы, в конце концов он же мужчина. Вообще, странное у него воспитание. Там, где не надо - податливый, и одновременно упертый, и тоже там, где не надо.

— А мы с Денисом уже договорились, когда нанесем неожиданный визит семье Марины, так что жди скорых гостей. Господи, надо хотя бы узнать, как её мать зовут.

Даша улыбнулась. Она чувствовала себя невольной свахой и немного гордилась этим. Чем больше она узнавала Дениса, тем больше понимала, что они с Леаной отлично подходят друг к другу. Хорошо, что, хотя бы, кто-то будет счастлив.

А когда будет счастлива сама Даша? Снова она вспомнила Романа и снова почувствовала лёгкую грусть. Ей хотелось написать ему, и в то же время она не могла себя заставить. Если бы был повод, но серьёзного повода не было. Несерьёзного тоже не было. Ограничиться банальным «привет, как дела»?

Как же она завидовала тем смелым женщинам, которые спокойно делали первый шаг. Впрочем, первый шаг сделал именно Роман, там, в супермаркете, когда дал ей визитку. Даше предстояло сделать ответный ход, на который у неё никак не хватало духа.

Даша подумала, что если кто-нибудь, прямо сейчас даст ей хороший пинок, то она будет только благодарна.

***

Кто бы ни придумал устраивать выставки современного искусства летом, этот человек заслуживает самого жёсткого осуждения. Летом не до выставок. Тем более современное искусство. Фу.

Увы, ни на маму, ни тем более на тётю Свету такие слабые аргументы не подействовали.

— Ты туда идёшь не на искусство смотреть, а мужчину высматривать. Если дома только сидеть, то как ты собираешься искать того, кого Наинель нагадала? Думаешь, он сам в дверь позвонит?

— Сходи, Дашенька, вдруг и правда встретишь кого-нибудь.

— Но мама, я не хочу кого-нибудь. Неужели в ваших глазах я стала настолько бесперспективной, что вы согласны на кого-нибудь? — Даша надулась, изображая обиду.

— Скоро станешь, — тетя Света так просто сдаваться не собиралась. — Там приличные люди будут. Таня говорит, на открытии соберутся деловые и влиятельные люди из числа меценатов, знаменитости опять-таки. Что ты теряешь? Вот пригласительные, возьми подружку и идите.

— Дашенька, ну действительно, что тебе стоит. Погода такая хорошая, а ты не выходишь никуда. Так молодость и пройдёт, пролетит, оглянуться не успеешь.

— Хм, пройдет! Тебе уже за тридцатник. Как рожать собираешься?

— Вообще не собираюсь, — буркнула Даша.

— Сплюнь, что ты такое говоришь! Нет, у меня уже сил нет с тобой нянчиться. Так ты идёшь? — в голосе тёти Светы появились скандальные нотки, верный знак того, что спор пора было прекращать.

— Иду. Но ничего не обещаю. Эти деловые и влиятельные сами знаете, под прицелом молоденьких и горячих, конкуренция там слишком большая.

— Если вселенная пожелает, то никаких преград между вами не будет, — поучительно заметила тётя Света. — Таков закон взаимного притяжения: раз предназначены друг другу, то охотницы за деньгами могут идти лесом.

— Почему вы решили, что тот предназначенный именно на выставке будет?

— Ничего мы не решили, но начинать с чего-то же надо. Только принарядись. И обязательно фото пришли.

Последняя фраза полностью исключала возможность просто проигнорировать мероприятие. Если бы не она, то теоретически ещё оставался шанс не идти туда, куда идти не хотелось. Даша могла спокойно отдать пригласительные Леане и Денису и забыть о выставке. Фото коварный план испортило.

— Хорошо, пришлю.

— И улыбайся.

— Обязательно.

— Дашенька, ну что ты так смотришь, словно мы тебя на верную смерть отправляем. Мы же только добра тебе хотим.

— Да, мам, я знаю. Я в выходной отдохнуть хотела.

— А то ты прям перетрудилась, сидя в офисе и бумажки перебирая, — конечно же тётя Света не могла не намекнуть, что Дашину теперешнюю работу и работой стыдно назвать.

— Я встаю рано, ложусь поздно.

— Так ложись пораньше, а не сиди в телефоне до полуночи.

— Как вы скажете, так я и сделаю, — Даша готова была согласиться на что угодно, лишь бы этот разговор побыстрее прекратился. Уехала она только после того, как несколько раз клятвенно пообещала, что на выставку пойдёт и внимание интересным мужчинам уделит.

Уже сидя в машине она кое о чём вспомнила и достала из сумочки визитку, полученную несколько дней назад от владельца серебристого “Ауди”.

— Итак, господин Голодарский Роман Александрович, — обратилась она к картонному прямоугольнику. — Готовы ли вы выполнить данное вами обещание и спасти меня от скуки? Если да, то позвольте пригласить вас культурно провести вечер.

Глава 7

Долгое копание в соцсетях принесло и другие плоды. Даша узнала, что молодая женщина, которую она видела на кладбище и которую сначала приняла за дочь Эллы Шумилиной — это Лариса, безнадежно влюбленная в Кирилла сестра Марины. Аркадий Шумилин тоже был хорош и отличался некой интеллигентной красотой, а его жене Насте стоило бы играть в кино, а не домохозяйничать на вилле свекрови. Вообще же страница Марины более походила на старомодный семейный альбом, в котором нет ни одной случайной фотографии.

Другое дело страница Ульяны. Дорогая женщина в дорогих интерьерах, которая заслужила право смотреть на мир слегка высокомерно. Даша листала дальше и дальше, пока не дошла до ужасно знакомых видов. Точно, это они еще в Литпроме: на корпоративе, восьмое марта, коллективный поход в театр, чей-то день рождения. Казалось, всё это было целую эпоху назад, но на самом то деле прошло не так уж много времени. Однако, кое кому этого времени вполне хватило чтобы развестись, снова выйти замуж, родить еще одного ребенка и умереть.

Одна из фотографий привлекла внимание. Весь отдел на пороге музея, общий план, счастливые, улыбающиеся лица. Всего год до того, как спокойное существование закончится, и они разлетятся кто куда. Только Инна Сергеевна и останется. Та самая Инна Сергеевна, которая с яростью волчицы готова была защищать своих сотрудников от любых бед, которая старалась, чтобы в отделе не было конфликтов и обид, которая могла найти подход к каждому человеку. Увы, но и она оказалась бессильна перед жестокой корпоративной машиной.

А еще Инну Сергеевну что-то связывало с мамой Ульяны. Вот с кем стоило поговорить ещё раз. Не надеясь особо на успех Даша написала сообщение.

Теплый летний дождь, внезапный, но короткий, слегка ослабил духоту, наполнив воздух упоительной свежестью. Солнце ещё не зашло, пахло цветущей липой. Не без труда Даше удалось найти свободный столик на летней веранде. Инна Сергеевна пришла точно в назначенное время, подтверждая неофициальное звание второго самого пунктуального человека из всех существующих. Звание первого самого пунктуального носил начальник отдела внутренней безопасности.

— Добрый вечер, как хорошо, что вам удалось прийти, — Даша не скрывала радости. — Я же вас ни от каких дел не отвлекаю?

— Слава богу, отвлекаешь, — улыбнулась Инна Сергеевна. — Но я сказала домашним, что это важная встреча, поэтому лепить пельмени им придется самим. Я в них верю, они справятся. Так, о чем разговор?

— Я хочу спросить кое-что об Ульяне, вы же были хорошими знакомыми?

— Может даже слишком хорошими, — Инна Сергеевна нахмурилась. — Но о её делах мне мало что известно. Да и зачем тебе это?

— Понимаете, Ульяна была замешана в одну некрасивую историю. Конечно, смерть много меняет, но остались другие люди, замешанные в ту же историю, и им придется разобраться в проблемах, хотят они этого или нет. Среди них есть очень хорошие люди, поэтому я не могу стоять в стороне.

— Ульяна, к сожалению, постоянно была в чем-нибудь замешана. Но я действительно ничего не знаю.

— А что за история связывает вас с семьей Ульяны? Почему вы так с ними близки?

— Ну, это как раз и не секрет. Мы жили когда-то в одном подъезде. В девяностые, когда привычный мир для моих родителей рухнул, я как раз закончила школу и собиралась поступать в институт на экономический. Вот только денег у нас на коммерческое обучение не было, а все бюджетные места были распределены среди “своих”. София Михайловна задействовала знакомства, чтобы одно из бюджетных мест досталось мне. Я до сих пор благодарна ей за это. С деловой хваткой у меня плохо, я по натуре не продавец. Инженер из меня ещё хуже, так что экономика была лучшим выбором для человека без особых талантов.

— София Михайловна попросила вас взять Ульяну?

— Да, она надеялась, что её непутевая дочь наконец то возьмется за ум. Я не сильно в это верила, но на удивление Ульяна продержалась в нашем отделе достаточно долго.

— Ага, пока не развалила его. Кстати, кому она так насолила?

— Пасевунской, — Инна Сергеевна помрачнела. — Кто бы мог подумать, да? Вот и Ульяна решила, что Пасевунская — лёгкая добыча над которой можно безнаказанно издеваться. Не вышло. Моя вина тоже есть. Надо было серьёзно поговорить с Ульяной, извиниться перед Пасевунской, да кто ж знал.

Действительно, кто ж знал. Пасевунская на памяти Даши была одним из самых спокойных людей, которых она встречала. Предположить, что эта милая женщина, не моргнув глазом, может устроить прощальное турне целому отделу Даша не смогла бы в самых смелых фантазиях. Плохо она в людях разбирается, ой как плохо.

—И что Пасевунская сделала?

—Начала присматриваться к тому, что происходит в нашем отделе. Помнишь то время? За хорошие результаты я разрешала уходить пораньше, если требовалось, отпускала на детские утренники, закрывала глаза на опоздания. Долгое время никто не обращал внимания, потому что всю ответственность несла я, а план выполнялся. Только далеко не всем это нравилось. Помнишь, был у нас такой Кельтер Антон Анатольевич, логистикой заведовал. Один из тех, кто постоянно должен быть в нескольких местах одновременно, отвечать за всё и сразу и всегда быть на связи. К нему Пасевунская и отправилась. Посетовала, что, мол, кое-кто день и ночь работает, да только выговоры получает, а кое-кто ничего не делает и премии лопатами гребет. Ну Кельтер на нервах созвонился с отделом внутренней безопасности, собрал данные с видеокамер и к генеральному. Генеральный естественно вызвал Суркову и тут нашему отделу не повезло во второй раз. Вместо того, чтобы вытянуть руки по швам и клятвенно пообещать навести порядок, Суркова ни с того ни с сего решила превратить всё в шутку и начала корчить рожи. Про рожи это не я придумала, это Кельтер потом много и бурно возмущался. В общем, не знаю точно, что там произошло, но судьба наша была предрешена. Суркову, кстати, потом сняли.

— А кто вместо нее?

— Пасевунская.

— Значит, отдела больше нет?

— Ну почему же нет, есть. Только он называется по-другому.

Даша вспомнила былые дни и по сердцу пронеслась волна ностальгии. Лишь теперь она поняла, что скучает, очень скучает и по отделу, и по самой работе. Конечно же она сразу вспомнила, кто был виновником всех потерь.

— А Ульяна? Чем она занималась после того, как из Литпрома ушла?

— Не знаю. Она только заявила матери, что больше ни за что не вернётся в офис, что личность она творческая и ей нужна свобода выражения.

— Но вы же не могли не заметить, что у неё деньги появились.

Инна Сергеевна сжала губы и долго смотрела в окно, видимо решая, стоит ли рассказывать чужие тайны. Потом всё же заговорила.

— Мне не очень приятен этот разговор. Ульяна мертва, я не хочу говорить о ней плохо.

— Хотя имеете полное право. Из-за её выходок вы потеряли больше, чем кто-либо ещё. Можете пожалеть Софию Михайловну, но жалеть её дочь, от которой всем досталось, необходимости нет. Так что с деньгами?

Инна Сергеевна молчала, внимательно рассматривая мятую бумажную салфетку. Даша не торопила, терпеливо ждала. Она прекрасно понимала, как нелегко было такому честному и ответственному человеку, как её бывшая начальница, обсуждать дела других людей, но надеялась, что здравый смысл победит соображения морали.

— Уже после похорон, когда мы немного пришли в себя и начали разбираться с делами Ульяны, выяснилось, что несколько лет назад на банковский счёт начали поступать очень крупные суммы, — Инна Сергеевна говорила медленно, совершенно потухшим голосом.

— От кого?

— Какой-то благотворительный фонд помощи малому предпринимательству.

— Много денег было?

— Много. Миллионы. Тратила она их тоже феерично.

Даша вспомнила соцсети Ульяны и кивнула.

— София Михайловна думала, что она ввязалась в афёру с отмыванием денег, — продолжала Инна Сергеевна. — К счастью никаких доказательств этому мы не нашли. Но вот за некоторое время до смерти Ульяна получила ещё несколько переводов.

Даша напряглась, непроизвольно пытаясь грызть чайную ложку. Несколько переводов и как раз тогда, когда Ульяна затеяла очередную интригу. Уж не за тело ли и душу Даши были те деньги?

— Кстати, вы результаты вскрытия видели? Почему она умерла?

— Это ещё одна загадка. Умерла она от анафилактического шока. Только Софию Михайловну такой результат не устроил, и она снова задействовала знакомства. Экспертизу провели ещё раз. Мы в свою очередь отдали все пустые упаковки от инъекций, какие только нашли в комнате Ульяны. В самом препарате ничего подозрительного нет, за исключением того, что производится он в Корее и для экспорта не предназначен. Но средство это в самой Корее популярное, с хорошей репутацией.

— Значит, заражение крови. Уколы то она делала в домашнем косметическом кабинете, — Даша почувствовала некоторое разочарование, так как налицо была обычная халатность.

— Мы сначала тоже так подумали, но потом пришли результаты повторной экспертизы. Этот корейский препарат выпускается в нескольких видах, и если подобрать подходящий и соблюдать дозировку, то ничего страшного не случится. Тот препарат, который Ульяна вколола в день смерти, не только содержал сильный аллерген, но и дозировка была превышена почти вдвое. Понимаешь, это и не понятно. Ульяна когда-то едва не умерла от похожего аллергена, она бы ни за что не стала колоть нечто подобное. Она была из тех, кто, обжёгшись раз, запоминает урок на всю жизнь.

— Значит, в день смерти Ульяна вколола не тот препарат, который колола обычно?

— Получается, что так. Она взяла из коробки две ампулы, как обычно, только препарат был другой.

— И что, она не поняла, что в упаковке другое средство?

— Все упаковки выглядят одинаково, различить их можно только по надписям, которые все сделаны на корейском языке. Даже английского не было, продукт то не экспортный. Специалист, к которому София Михайловна обратилась, сказал, что такой препарат надо колоть очень осторожно и малыми дозами, иначе можно вызвать мышечный паралич, лицо станет неподвижным.

— Ульяна сделала уколы в полной уверенности, что это её обычный, проверенный препарат. Ей и в голову не пришло перепроверить. Значит, она полностью доверяла поставщику, который вручил ей неправильную упаковку. А кто этот поставщик вы узнали?

Инна Сергеевна покачала головой.

—Мы ничего не узнали, ни кто привёз уколы, ни кто колол.

Весь вечер и половину ночи Даша прокручивала в голове разговор с Инной Сергеевной. Значит, Ульяне ошибочно отдали не ту упаковку. Трагическая случайность, а вовсе не вина человека, который делал уколы. И всё же такое простое объяснение её не устраивало, хотя ещё совсем недавно она без возражений приняла бы этот вариант. Как бы Даша не старалась, слово “случайность” никак не желало приживаться в сознании. Оно брыкалось, вырывалось из крепких рук разума, кричало: “Вы не того взяли!”

Почему? Почему? Почему?

Даша заварила травяной чай и долго вдыхала горьковатый аромат зверобоя и чабреца. Почему же она не верила в случайность? Может из-за денег? Из-за того, что резкое падение компетентности поставщика выглядело подозрительно? Или потому что в своё время были моменты, когда Даша сама с удовольствием укокошила бы Ульяну? Последнюю мысль Даша отбросила сразу же, но призналась себе, что испытывала к Алексею намного более нежные чувства, чем хотела показать. Хорошо всё-таки что она не вступила в противостояние с Мариной, а ведь могла побороться за счастье. За то самое счастье, которое теперь было и даром не нужно.

То, что ей действительно было нужно, ожидало на выставке современного искусства. Роман — сюрприз! — согласился составить компанию даже не торгуясь, словно у него никаких планов на выходной и не было. Даша жест оценила, решив, что новый знакомый нравится её всё больше и больше. Ненавязчиво появилось желание произвести на Романа впечатление, а желание — закон для фантазии. Даша бросилась к шкафу.

Вот она идёт ему навстречу, легкая белая блуза скрывает и одновременно показывает, кожаная юбка плотно облегает бёдра, в руках крохотная сумочка, волосы зачёсаны назад, взгляд прямой и уверенный. И шпилька, обязательно высокая шпилька.

Берегитесь, г-н Голодарский, так как теперь Даша точно знает, чего хочет!

***

Если человеческие эмоции — это главная цель современного искусства, то большинство творцов явно бьют мимо, иначе как объяснить стойкое нежелание среднего обывателя признавать художественную ценность серо-бурых клякс и кое-как обработанных кусков глины с претенциозными названиями. Даша конечно помнила, что она здесь не для любования экспонатами, но странным образом чувствовала себя обманутой. Ну как, скажите на милость можно восторгаться инсталляцией из кусков арматуры, плотно скрепленных между собой изолентой.

— Негативные эмоции тоже эмоции, раз они возникают, значит художник всё сделал правильно, — Роман перевел взгляд на одну из картин, вот только рассматривать на ней было нечего. — Одинокая маленькая точка посреди огромного холста. Возможно, она символизирует одиночество души в современном мире.

— Но даже если и так, негативные эмоции возникают не из-за самой картины или скульптуры, а из-за шумихи, которую разводят все эти так называемые любители прекрасного, — не сдавалась Даша. Она посмотрела в тот конец зала, где фриковатого вида мужчина с воодушевлением вещал на камеру. Роман проследил за её взглядом.

— А вдруг им действительно нравится? Эстетика уродства, игра формы и смыслов.

— Я запомню эту фразу, а то вдруг у меня захотят взять интервью. Сделаю вдохновенный вид и выдам умную мысль.

Роман улыбнулся. Он со знанием дела комментировал то, что видел, превращая унылое созерцание в весёлую прогулку, а когда Даша начала прихрамывать из-за кошмарных модельных туфель, натерших ей ногу, галантно предложил руку в качестве опоры. К сожалению, по его лицу было непонятно, находился он под впечатлением от выставки или от спутницы.

Постепенно они приближались к залу, где выставлялась приглашённая знаменитость.

Толпа здесь была гуще. Больше нарядной одежды и дорогих украшений, чаще мелькали представители прессы. На небольшом, ярко освещённом пятачке тесно прижавшись друг к другу стояли несколько человек, позируя фотографам. Даша замерла на месте, увидев знакомое лицо.

— Надо же, Кирилл Шумилин собственной персоной. Интересно, он действительно любит современное искусство или присутствует здесь только в качестве мецената с тугим кошельком?

— Ты о ком?

— Вот тот мужчина, второй слева, в льняном пиджаке.

— А, знаю его. Он иногда машину оставляет на стоянке перед офисами. Девчонки из соседних магазинов чуть ли не стекло лижут, когда его видят.

В голове у Даши щёлкнуло, она моментально забыла и про выставку, и про больные ноги.

— Рома, Ромочка, пожалуйста! Поехали к тебе в офис. Кто-то из этих девочек должен сегодня работать.

— Кто-то из них должен, - Роман выглядел немного ошарашенно.

— Мне надо их допросить. Не прямо так допросить, конечно. Задать несколько вопросов о Шумилине.

— Это личный интерес?

— В том доме жила одна моя знакомая, которая теперь мертва, и я подозреваю, что Шумилин имеет к этому отношение.

— Ведёшь частное расследование?

— Вроде того. И не я одна. Мне было бы всё равно, если бы дело не касалось и меня лично.

— Тогда едем.

Магазины, о которых говорил Роман, представляли собой ряд чередующихся модных бутиков, ювелирных брендов и салонов связи. Самые дорогие и престижные выходили витринами на улицу, из них прекрасно просматривался и тротуар, и стоянка. Покупателей было немного, не сезон. Продавцы-консультанты скучали, развалившись на предназначенных для посетителей креслах и кушетках. В крытой галерее было тихо и почти безлюдно. Роман решительно направился в один из бутиков, чей персонал выглядел словно модели с обложки модного журнала.

— Добрый день, красавицы. Что-то у вас совсем пусто, но это и хорошо. Я удачно зашел, — он обратился к одной из девушек. — Так и знал, что Карина будет сегодня на работе. Карина — тот самый человек, который знает всё о Кирилле Шумилине.

— А вам он зачем? — девушка с подозрением посмотрела на Дашу.

— Исключительно для бизнеса. Ищем подходы к перспективным инвесторам, а атаковать их в лоб предложениями — смысла нет. Хотелось бы знать чуть больше об их делах.

— У Шумилина здесь какой-то бизнес? — вступила в разговор Даша.

— Нет, не думаю. У его фирмы здесь служебные квартиры.

— И что же, глава холдинга лично следит за их состоянием?

— Мы думали, — Карина запнулась и слегка прикусила губу. — Мы сначала думали, что он встречается с любовницей. Но Маша думает, что нет.

— Кто это — Маша?

— Она уборщица. Здание обслуживает клининговая фирма, но некоторые уборщицы в частном порядке договариваются с владельцами тех квартир, что сдаются по суткам и часам. Маша как раз тот этаж убирает.

— Значит, здесь Шумилин всего лишь встречается с женщиной в одной из служебных квартир, — Даша изобразила разочарование.

— Да нет же. Встречаются они не в одной из служебных квартир, а в той, что по суткам сдается. Маша эту квартиру тоже убирает, вот она и утверждает, что любовью там и не пахнет.

— А в ту часть, где офисы, он заходит? — Роман снова перешел на деловой тон.

— Никогда. Я несколько раз его поджидала, думала, что у него могут быть деловые встречи, но он даже не смотрел в эту сторону, — Карина скривила прелестный ротик.

— Он ходит по выставкам. Без сопровождения, — Даша подмигнула девушке, но та только рукой махнула.

— Я в нем разочаровалась, слишком он какой-то неприступный. К тому же Маша говорит, что он по судьбе только с одной женщиной связан, а Маша в таких вещах разбирается.

Весь путь до стоянки Даша молчала, задумчиво теребя ремешок сумочки. Уже перед машиной она резко остановилась и снова посмотрела в сторону подъезда, в котором была интересующая её квартира.

— Хочешь с Машей поговорить? — догадался Роман.

— Это можно устроить?

— Можно попробовать. Кто-то из управляющей компании в офисе должен дежурить, а я там почти всех знаю. Идём?

Несмотря на то, что несчастные ноги уже огнем горели, Даша поплелась обратно. В офис управляющей компании она подниматься отказалась, просидев четверть часа на лавочке. Роман вернулся с хорошими новостями.

— Нам и повезло, и немного не повезло. Наша Маша сегодня работает, но в вечернюю смену, которая начнётся через час. Посидим где-нибудь?

Они устроились на открытой террасе маленького, стилизованного под итальянский, ресторанчика, заказали кофе. Даша посмотрела на Романа и все дела как-то сами собой отошли на второй план. Неожиданно ей захотелось засыпать его вопросами, начиная с возраста и семейного положения и заканчивая школой, в которой он учился, но она сдержалась. Он тоже личных вопросов не задавал, придерживался исключительно отвлеченных тем. Лишь перед тем, как покинуть ресторан, он заговорил о Шумилине.

— Такие мужчины, как этот Кирилл, способны любую женщину с ума свести.

— А женщины потом совершают ради него самые безумные поступки, — Даша нахмурилась. — Хотя, может я на него наговариваю, и ничего плохого в нём нет. Дело ведь не в самом Шумилине, а в той женщине, что связана с ним. Понимаешь, она хотела меня во что-то впутать, но умерла, а я из любопытства и пары других причин решила узнать, что за всем этим кроется. Как будто мне больше делать нечего!

— Я думаю, ты поступила правильно. Даже, если ничего не узнаешь, не беда. Есть и хорошая сторона.

— Какая, например?

Роман посмотрел ей в глаза.

— Если бы не твое расследование, мы бы сидели сейчас здесь?

— Нет, если бы не расследование, я бы лежала сейчас дома на диване, лопала чипсы и смотрела сериал.

— А я бы читал. Или футбол смотрел. Поэтому, я только за, чтобы ты продолжала расследование. Готова к разговору с Машей?

Глава 8

На их счастье уговаривать Машу поделиться информацией не пришлось, польщенная вниманием к своей персоне, Маша расставалась с ценными сведениями легко и без сожаления.

— Почему я думаю, что они не для секса встречались? Ну, я же убираюсь здесь, многое вижу. Если бы они были любовниками, то и следы после себя соответствующие оставили бы, презервативы там использованные, бельё мятое и всякое такое прочее. Цветы и алкоголь он никогда не приносил, хотя мог позволить. Только вот к той дамочке кто только не приходил. Мне один парень из охраны по дружбе записи с камер показывал. Я сначала думала, что она и тем, и этим, вроде проститутки, а потом узнала, что они здесь спиритический кружок устраивают.

— Спиритический кружок?

— Ага, собираются вместе, приглашают гадалку. Обычно приходят женщины, тот красавчик среди них только одним мужиком и был. Ну, есть же такие, которые во всякую ересь верят. А однажды я с той гадалкой в коридоре и столкнулась, решила узнать побольше. Говорю ей, мол, какой интересный мужчина сюда приходит. А она посмотрела на меня странно так и говорит, что мужчина тот уже занят, что женат счастливо и дети есть. Я ей в ответ, что кольца на пальце то нету, а она мне отвечает, что ему по гороскопу золото и жёлтые металлы нельзя носить. Я, признаюсь, обиделась немного, что меня за полную дуру принимают, спустилась вниз, туда, где золотом торгуют, и специально уточнила, что платина не в пример дороже золота и не жёлтый металл. Мы тогда хорошенько всё обсудили и решили, что ничего он не женат, а гадалка та странная врёт специально.

— Почему?

— Мы подумали, что красотка та постепенно его охмуряла, а гадалку себе в помощники взяла. Только мужчина видимо стойкий попался, за несколько лет дело до свадьбы так и не дошло.

— Карина говорит, что Шумилину только одна женщина по судьбе положена, и что это вы ей сказали.

— Не я сказала, а опять-таки та гадалка. Я только добавила, что и это было ложью. Больше вам скажу, дамочка эта в черных шмотках была ряженой, никакой силы в ней не было, точно вам говорю. Я даже когда Битву экстрасенсов смотрю, всегда угадываю, где настоящий дар, а где явное мошенничество.

Неимоверно гордая от собственной наблюдательности и прозорливости Маша, скрестив руки на груди, покровительственно смотрела на собеседников. Лишь после того, как Роман сделал несколько изящных комплиментов её талантам, она удалилась.

Даша молчала, пытаясь пристроить услышанное в уже существующую схему. Всё же у неё в голове не укладывалось, зачем Кириллу понадобились эти встречи, да ещё и тайно. Если они не были любовниками, то зачем скрывать близкое знакомство? Чтобы не вызывать ревность Марины? Глупости! Как сказала Изольда, вокруг Кирилла всегда вертелось много красивых женщин, на ревность ко всем у Марины никаких нервов не хватило бы. Если же отношения были сугубо деловыми, то к чему секретность? Даше стало дурно от одной мысли, что она едва не стала пешкой в руках таких людей как Ульяна и Кирилл.

Обратно к выставке они подъехали, когда уже почти стемнело. Из дверей картинной галереи с шумом и смехом выходили люди, рассаживались по машинам, разъезжались в разные стороны. Даша виновато посмотрела на Романа.

— Ты не обидишься, если я поеду домой? Мне о многом надо подумать.

— Но ты ещё позвонишь?

— Обязательно.

Роман махнул на прощание рукой и уехал. Даша села в машину, и, издав громкий стон, перемешанный с рычанием, стащила с себя кожаные орудия пытки, недоумевая, за что она отдала огромные деньги. Только мысль о потраченной сумме и удержала ее от того, чтобы не вышвырнуть треклятые туфли в мусорный бак. А ведь если бы не они, вечер мог завершиться совсем иначе.

***

Офис встретил Дашу непривычной тишиной, никто не суетился, никто никуда не спешил. Кабинет начальства оказался открыт настежь, а шеф, как стало известно, решил слетать на недельку на море. Отпуск директора на время приостановил кипучую деятельность фирмы, половина работников тусовалась на кухне.

— Был бы у меня свой бизнес, — вздохнула Диляра. — Захотела — полетела на море.

— А захотела — поехала в транспортную компанию ругаться из-за сорванных поставок, — улыбнулась Вера Викторовна. Диляра же настаивала на том, что преимуществ в собственном бизнесе больше, чем недостатков. Даша и Леана поддакивали то одной, то другой стороне, из-за чего спор долго не мог завершиться. Леана при этом выглядела так, словно ее вот-вот разорвет от желания поделиться новостями. Из-за того, что кухня вдруг превратилась в лобное место и поговорить спокойно всё равно не получилось бы, в обеденный перерыв Леана утащила Дашу в кафетерий.

— Мы поговорили с мамой Марины, — без лишнего вступления сообщила Леана. — Зовут её Елена Ивановна и она совсем не такая, как я себе представляла.

— А какой ты её представляла?

— Ну, такой, знаешь, разухабистой бабенцией. Она хорошо выглядит и разговаривает, как образованный человек. Энергичная очень, это правда. Думаю, Изольда была немного несправедлива. Мужа её мы не видели. Я так и не поняла, честно говоря, муж он ей или сожитель.

— И что вы ей сказали?

— Денис претензии выкатил, типа из-за глупых интриг работа отдела страдает. Фомин и так зашивается, потому что у них людей не хватает, а из-за переживаний о судьбе сына у него теперь вообще всё из рук валится.

— И что Елена Ивановна?

— Сказала, что Алексей — отец, и правильно он за ребенка своего переживает. Тогда Денис сказал, что если Алексей заберет ребенка, то ему придется всё время уделять воспитанию, уходить на больничные, постоянно отпрашиваться. Долги Фомина припомнил. В общем, спорили они долго.

— Но ты меня упомянула?

— Конечно. И знаешь, мне кажется, на Елену Ивановну мои слова подействовали. В общем, ты эту дамочку ещё увидишь. Но и это не всё, — Леана торжествующе улыбнулась. — Пока Денис с ней спорил, я увидела там кое-что. Колоду карт Таро. На подоконнике лежали. Не знаю, что меня толкнуло, но я начала их перебирать и…

— Только не говори, что это оказалась та самая колода, которая пропала у Наинель.

— Та самая, с печатью. Я её стянула.

— Что? — Даша ушам не поверила. Она ко многому была готова, то точно не к такому повороту. Леана же просто светилась и пребывала в восторге от собственной выходки.

— Я незаметно стянула всю колоду. Понимаешь, у меня уже давно насчет Наинель подозрения были, но только после того, как я карты увидела, поняла, что же меня смущало. Пока больше ничего сказать не могу, надо подождать, когда знакомый Дениса выскажет экспертное мнение.

— Насчет чего?

— Можно ли заставить карты лгать. Кстати, Денис приглашает нас на неделе заехать к нему. После работы, конечно. Ты не занята?

— Планов нет, так что можем и заехать. Тем более, что придется многое обсудить. Я тут совершенно случайно узнала, что Кирилл и Ульяна тесно контактировали.

— И что? Они же друзья детства.

— Они не просто тесно контактировали, но делали это тайно ото всех.

— Они были любовниками?

— Нет, но проворачивали какие-то тёмные делишки, я уверена.

Леана потребовала подробностей, а когда их получила, то вцепилась в Романа, наотрез отказавшись возвращаться к делам Ульяны и Даше пришлось едва ли не по минутам описать весь вчерашний день. Спасла её, как ни странно, Юлия Леонидовна. Большое ярко-белое муслиновое облако медленно лавировало между столиками в поисках свободного места.

— Юлия Леонидовна, идите к нам! — помахала рукой Леана.

Тяжело дыша муслиновое облако приземлилось на свободный стул.

— Что делается на нашей кухне! У сотрудников перерыв в разное время именно для того, чтобы они не мешали друг другу обедать, но только Дмитрий Григорьевич за порог, так сразу всей дисциплине конец. А я себе вот сырники взяла.

— Приятного аппетита.

— Спасибо. Как ваши дела? Всё ещё имеете виды на Кирилла Шумилина?

— Уже нет, — Леана передернула плечами. — Он, конечно, мужчина мечты, но нам не нравится, что он живет с мамой. Признаюсь честно, я не понимаю Эллу Шумилину. Зачем держать сыновей с семьями рядом с собой, можно ведь прекрасно быть матриархом и на расстоянии. Какими бы хорошими отношения между членами семьи ни были, много людей под одной крышей — это всегда дрязги, обиды, зависть, конкуренция. Люди ведь не идеальны, они не могут постоянно притворяться, даже имея в перспективе большие деньги. Такая жизнь утомительна, Элла, должно быть, страдает.

— Элла страдает? — великолепный перманент Юлии Леонидовны пришел в движение. — Элла наслаждается! Для нее быть в самом центре драмы — это как… как… Словно она главная героиня настоящей литературной семейной саги — вот как. Спокойная обстановка для неё губительна.

Невероятное восхищение, с которым Юлия Леонидовна описывала ситуацию, вызвало у девушек неоднозначную реакцию.

— Но как же их собственные мечты и планы. Почему они должны играть отведенную им роль? — возмутилась Даша.

— А почему нет? Они всем обязаны Элле. Это не такая уж высокая цена за всё, что они имеют. Только представьте: стиль жизни, которой они живут, единицы могут позволить себе то же самое.

Даша и Леана переглянулись. Видимо, Элла Шумилина действительно была незаурядной личностью, раз любой, кто её знал, признавал за ней право жить так, как она считала правильным, и неважно, что страдали интересы других людей. Даше на ум вдруг пришла Ульяна. Ульяна вполне могла охмурить Кирилла еще в юности, но уже тогда она понимала, что роль невестки Эллы Шумилиной — позиция, полностью проигрышная. Куда выгоднее и спокойнее быть доверенным лицом Кирилла. И всё же, к чему секретные встречи?

Нанести визит Денису решено было в среду или четверг. Леана настаивала на среде, но Даше казалось, что самая середина рабочей недели не лучшее время, чтобы ходить по гостям. Они только-только вышли из бизнес-центра, как Леана схватила Дашу за руку.

— Это она.

— Кто? — не поняла Даша.

— Елена Ивановна. Какая прыть, а? Дня не прошло, а она уже узнала, где тебя искать.

— Думаешь, она по мою душу?

— Есть варианты?

— Ну ладно, а откуда ей знать, как я выгляжу?

— Давай поспорим, что она знает.

— Теперь я понимаю, почему она тебе приглянулась, — развеселилась Даша. — Она похожа на тебя. По крайней мере в умении получать то, что ей надо, причём быстро.

— Говори, что хочешь, только не забывай, что и ты ей должна понравиться, иначе мы ничего не узнаем. Видишь, те лавочки, между остановкой и ларьком с чебуреками? Отведи её туда, а я подойду с другой стороны и спрячусь за кустами. Так я буду знать, о чём вы говорили.

— Хорошо, шпион, действуй! — Даша пошла в сторону стоянки неторопливо, давая Елене Ивановне все шансы заметить её. Леана не ошиблась: Елена Ивановна действительно знала, как выглядит потенциальная жена бывшего зятя.

— Даша, верно? Мне трудно объяснить кратко, но нам обязательно надо поговорить — стройная, моложавая женщина с модной стрижкой преградила Даше дорогу.

— Кто вы? Мы знакомы? — Даша изо всех сил старалась вести себя естественно. Ей хотелось смеяться. Пришлось прикусить губу, иначе она бы провалила всю операцию.

— Я — мама Марины. Вы имеете право обижаться на мою дочь, но ребёнок страдать не должен.

— Вот что, давайте присядем, потому что я ничего не понимаю. Вон на тех лавочках нам будет удобно, — не дожидаясь ответа Даша направилась к оговоренному месту. Как она и предполагала, Елена Ивановна пошла за ней. Рассмотрев женщину, Даша поняла, что имела ввиду Леана, когда говорила, что не так её себе представляла. Елена Ивановна была бы последним человеком, кого Даша заподозрила бы в опустошении чужого бара. Она выглядела ухоженно, говорила спокойно, вела себя совсем не вульгарно. В то же время в ней чувствовалась сила. Такая женщина, как она вполне могла убедить кого угодно в чём угодно.

— Как я уже сказала, я — мама Марины, бывшей жены Алексея Фомина. Мне пришлось потратить немало времени, чтобы понять, кто вы такая, но я разузнала достаточно, и вот я здесь. Насколько я понимаю, вы с Алексеем, возможно, снова сойдётесь. Не подумайте, я не против, но меня волнует судьба Артёма. Мальчик остался совсем один, в чужой семье. Он должен быть с родным отцом, понимаете? Вы должны меня понять.

— Даже не знаю, что ответить, — покачала головой Даша. — Я работаю, Алексей работает. К тому же он нас могут быть и свои дети. А Артём живет в богатой семье, о такой жизни можно только мечтать.

— Деньги не самое главное в жизни ребенка. Никакие дорогие игрушки не заменят родительской любви. Ну вырастет он с нянями и гувернантками, и что из него получится?

— А с чужой женщиной ему будет лучше?

— Но вы же не станете его обижать. Я вижу, что не станете, у вас лицо доброе. К тому же неизвестно, когда у вас будут свои дети. А так вы поймете, каково это — быть матерью.

Тут Елену Ивановну прорвало. Она начала жаловаться на жизнь, на то, что её устремления остались не поняты роднёй и друзьями, на трудности собственного материнства. Говорила Елена Ивановна пылко, и вроде бы искренне, но вот глаза, строгие и внимательные, ни на секунду не отрывались от лица Даши: как реагирует собеседница на душевные излияния, что может подумать, подумает ли то, что должна? Даша чувствовала, что её испытывают, Елена Ивановна тем временем продолжала горестный рассказ.

— На Марину я не жалуюсь, Марина всегда была на моей стороне. Характером в меня, внешность, дай бог каждому. Яркая, смелая. Ей мужчины вслед оборачивались. Я вообще не удивилась, когда Кирилл голову от нее потерял. Лариса — она другая, в отцовскую семью. Нет в ней огонька. Тоже и красивая, и образованная, но до сих пор одна. А ведь уже много раз могла выйти замуж за богатого мужчину, в доме Шумилиных столько перспективных холостяков было, я передать не могу. Так она вырядиться в тряпьё какое-то, смотреть страшно. Я ей говорила, что наряжаться надо, модное и сексуальное носить, тогда на тебя обращать внимание будут. Так она делала вид, что вообще не понимала, о чём это я. В молодости был у неё период увлечения театром, тоже бог знает во что рядилась и волосы в пучок на макушке собирала. Потом вроде прошло, и вот теперь опять. Ну и как мне не переживать. За дочь переживаю, за внуков переживаю, на себя вот только сил не остаётся. Три зятя и ни один ни разу не назвал меня мамой, — Елена Ивановна демонстративно поднесла платок к глазам.

Терпеливо слушавшая Даша всё же попыталась вернуться к сути вопроса.

— А если Артём ко мне привяжется, а у нас с Алексеем ничего не получится, и мы разойдемся?

— Ну и ничего. Вряд ли он будет любить вас сильнее, чем любил бы мать. Бедненький Артёмчик, — Елена Ивановна тяжело вздохнула.

— Да, бедный мальчик, — подхватила Даша. — Остаться наполовину сироткой в таком малом возрасте. Но я всё же не понимаю, как такая трагедия могла произойти в люксовом отеле. Это же Италия, Европа. Там должен быть премиальный сервис.

— Италия! — презрительно фыркнула Елена Ивановна. — Только и называется, что пять звёзд. Нет, я понимаю, древняя культура, наследие, великое искусство, но всему должен быть предел. Тур нам Лариса выбирала, она в агентстве работает, по командировкам заграничным постоянно мотается, должна бы хорошие места знать. Я ей говорила, чтобы место приличное было, так она мне говорит, что, мол, не волнуйся, выберу одно из лучших. Выбрала! Всё там старое, городок унылый, никаких развлечений. А Ларисе объяснять без толку, она упёрлась, что это, значит, памятник архитектуры и сюда вся европейская элита отдыхать съезжается. Видела я ту элиту: лица кислые, неприветливые. Ни с кем не выпьешь, не потанцуешь, по-русски никто не понимает. Скучные все донельзя. Только Марина мне компанию и составляла. Она тоже рада была ненадолго вырваться из дома. Элла — женщина хорошая, но такая же скучная, как и та элита.

— Бедная Марина. Неужели никто ничего не видел, не мог помочь? А что камеры видеонаблюдения показали, как она в бассейне оказалась?

— Так не было там камер. Я же говорю — памятник архитектуры. Удобства чуть лучше, чем в средние века. Не понимаю, почему все так восхищаются. А уж персонал! Менеджер сказал, что мы там едва ли не первые, кто до смерти напился. Не прямо так сказал, но смысл был таким. Если бы не горе, я бы рассказала ему, что о его развалинах думаю.

Даша понимающе кивнула. В этот момент в кустах позади нее началась какая-то возня, но на счастье Елена Ивановна, полностью захваченная миссией, не обратила на странные звуки никакого внимания. Она сидела, выпрямив спину, и умоляющим взглядом смотрела в глаза Даши.

— Всё же я сомневаюсь. Есть ведь и другие дети: сестра, братик маленький. Нехорошо разлучать их. Почему отец Алины не забрал дочь?

— Мишка — слюнтяй, всегда таким был, никогда мне не нравился, и толку то, что родители при деньгах. Ровней нас никогда себе не считали, хотя у меня в отличие от его матери есть высшее образование. После смерти Марины Кирилл предложил Мишке отказаться от опеки над Алиной, а тот дурак и согласился, — Елена Ивановна скривилась, словно съела что-то очень кислое. — Там, конечно, его нынешняя жена постаралась, не захотела, чтобы Алина с ними жила и забрала часть отцовской любви у её сыновей.

— Ага, значит нынешняя жена категорически против.

— Я уверена, вы так не поступите, — затараторила Елена Ивановна, осознав свой промах. — Я уверена, что вы хорошая женщина. Не будете грех на душу брать.

Она еще долго разглагольствовала на темы морали и ответственности, пожелав Даше на прощание только добра и умоляя ее подумать над тем, что в жизни самое важное.

— С ума сойти, — только и сказала Леана, выбираясь из кустов. – А-а-а-а, как же у меня ноги затекли, совсем идти не могу. Ну и как она тебе?

— Такое ощущение, что Артём ей очень нужен. Вон как старалась.

— Фигушки, внук её не интересует. Заметила, что она ни разу не предложила помощь? Предполагается, что всю заботу о ребенке возьмёте на себя вы с Алексеем.

— Тогда зачем такие старания?

— Хороший вопрос. Она же не идиотка, прекрасно понимает, что Шумилин просто так детей не отдаст. Надо поговорить с первым мужем Марины.

— Это ещё зачем?

— Узнать, не пыталась ли его бывшая теща уговорить забрать дочь.

— Думаешь, она Шумилиным намеренно диверсии устраивает?

— Мало ли какие у них там взаимоотношения были. С семьёй первого зятя не заладилось, с семьей Фомина — кто знает. Она любит быть в центре внимания, но в доме Шумилиных только одна женщина может быть в центре внимания.

— И теперь Елена Ивановна мстит Элле, за то, что та не дала ей быть главной звездой вечеринок?

— Почему нет? — Леана со стоном поднялась. — Так, когда отправимся к Денису?

— Пусть он сам решит, — Даша чувствовала себя эмоционально и физически опустошённой. Если энергетические вампиры и правда существуют, то Елена Ивановна явно была одним из них. А ведь в остальном — приятная женщина.

Образ Елены Ивановны преследовал Дашу весь вечер. Он то приближался, с жаром доказывая, что поступать надо по совести, то отдалялся, напоминая, что у каждого в этом деле свои интересы. Даша понимала, что на самом деле она узнала много важных вещей, просто теперь всё услышанное необходимо было систематизировать и сделать выводы. Хотя нет, выводы пускай Денис делает, ведь это с его подачи она покоя уже несколько недель не знает. Работа Амура, соединяющего сердца, оказалась не так уж и легка. А кто позаботиться о сердце самой Даши? Сообщение от Романа пришло именно в тот момент, когда она вспоминала свои любовные неудачи. Даша и представить не могла, что простое “Как дела?” способны в одночасье поднять настроение. Вместо того, чтобы написать ответ, она нажала значок вызова.

Они проговорили почти час. Просто болтали о разных вещах, смеялись, делились впечатлениями.

— Можно тебя пригласить на ужин? — Даша удивилась собственной смелости.

— Нужно, — без колебаний ответил Роман.

Глава 9

Отчет о выставке и результатах поиска перспективного жениха мама (читай: тётя Света) потребовала дать как можно скорее, вот прямо сегодня вечером. Прикинув возможные последствия непослушания и решив, что нервотрепка того не стоила, Даша согласилась приехать. С самым серьезным выражением лица и художественным каталогом наперевес приготовилась она защищать современное искусство, несчастных богатых мужчин, на которых всё время кто-нибудь охотится, свою собственную свободу, но тётя Света первой взяла слово.

— Я нашла кое-кого. Приличный мужчина, большой человек в министерстве энергетики. Развелся несколько месяцев назад, детей нет. Действовать надо быстро, иначе упустим.

— Я не могу, я тоже кое-кого нашла, — выпалила Даша, хотя собиралась держать существование Романа в тайне хотя бы некоторое время.

— Кого? — в один голос спросили мама и тётя Света.

— Мужчину. У него своя фирма, — Даша немного смутилась, так как не была уверена насчет фирмы: о том, кем Роман работает, они не говорили.

— Что ещё?

— Ничего. Вы же не предполагаете, что я потребую все анкетные данные у незнакомого человека в первый же день?

— А что есть? Паспорт смотрела? — тётя Света была неисправима.

— Ну какой паспорт? Но мы обменялись телефонами и, возможно, поужинаем вместе. Так что ваш кандидат пока пусть подождёт, потому как за двумя зайцами…

— Что-то же у тебя на него есть?

— Визитка есть.

— Давай! — тетя Света повертела в руках картонный прямоугольник. — Позвоню Дине, пусть узнает семейное положение. Вдруг у него жена и дети. Надеюсь, нам повезёт, да и Наинель в таких вещах редко ошибается.

Упоминание гадалки сразу же испортило Даше настроение. Наинель в её понимании не заслуживала и капли доверия, неужели тётя Света этого не понимала?

— Как вы вообще с ней познакомились? Современная, образованная женщина, и вдруг увлеклись эзотерикой?

— Скептицизм — это шторы на глазах души, — важно заметила тётя Света. — Не следует отвергать то, чему суждено прийти в твою жизнь. Наинель мне Галя порекомендовала. Вы её не знаете, она консультант по красоте.

— А, та женщина, что ходит по офисам с пробниками и каталогами.

— Консультант по красоте, — с нажимом повторила тётя Света. — Это не одно и то же. Она нам и рассказала про женщину, которую знала лично. То есть это не просто слухи были, понятно? Наинель нагадала дочери той женщины богатого мужа, миллионера. И что вы думаете? Сбылось! Молодой, богатый, красивый, взял ее замуж с двумя детьми. Влюбился безумно. Об этом несколько лет назад весь водоканал только и говорил, ну и Галина подробности нам рассказала.

У Даши от волнения перехватило дыхание. Она одним большим глотком допила чай и налила ещё. Мама, увидев такую реакцию, сделала определенные выводы, ласково улыбнулась и повернулась к сестре.

— А какие там подробности были?

— Сейчас уже всего не вспомню. Сначала говорили, что он погуляет и бросит, завидовали, думаю, сильно. Потом говорили, что женится и разведётся. Но не развёлся, ребёнок общий у них. Я сама не сразу поверила, а когда о ребёнке узнала, тоже решила с Наинель познакомиться. Как видите, не зря.

— Правильно сделала, правильно, — поддержала её мама, Дашу же интересовало другое.

— А та женщина, которая всем и рассказала и про дочь, и про гадалку, что она говорила? Про гадалку, я имею ввиду. Как Наинель вообще в их жизни появилась?

Тётя Света задумалась.

— Не знаю, не помню, чтобы Галина рассказывала. Она больше над той женщиной потешалась, Еленой Перемудрой её называла.

— Почему?

— Потому что, когда её дочь за того богатого замуж вышла, то новоявленная тёща решила, что новая семья должна ей высокую должность в семейном бизнесе подарить. Она так коллегам и говорила, что, мол, я с вами ненадолго, я слишком хороша для тех грошей, что мне здесь платят. Вела себя как барыня, уже и вещи собирать начала, и деньги, ещё не заработанные, тратить, а должность ей никто не подарил и пришлось ей умерить гордыню. Перемудрила, значит. Над ней тогда многие смеялись.

Даша вдруг почувствовала срочную потребность поделиться мыслями. Леане она позвонила, как только вышла из подъезда. Сопоставив то, что рассказала тётя Света с тем, что они уже знали, обе девушки пришли к выводу, что Елена Ивановна имела веские причины обижаться на Шумилиных. Но, что боле важно, теперь они точно знали каким образом Ульяна повлияла на Марину. Прежде они полагали, что Ульяна просто познакомила подругу с богатым мужчиной и подтолкнула к отношениям, но, как оказалось, обрабатывать Марину Ульяна начала заранее.

***

Железнодорожный переезд как назло был снова закрыт.

Вереница машин терпеливо ожидала прибытия поезда, из придорожного кафе доносилась громкая музыка.

Даша почти всю дорогу молчала, Леана против обыкновения тоже была неразговорчива. С Леаной вообще творилось что-то странное. Она то смеялась намного громче, чем того стоила шутка, то подолгу смотрела в окно с несчастным выражением лица. Даша решила, что если эти двое в ближайшее время не разберутся со своими чувствами, то придется принимать меры.

Знакомый двор встретил их распахнутыми настежь воротами.

Выглядел Денис немного скромнее, чем в прошлый раз, более расслабленно, более по-домашнему. Он отдал кухню девушкам в их полное распоряжение, сам же стоял у окна со стаканом минералки и выслушивал последние новости.

— Ну вот, кажется, и всё — констатировала Леана, причем было непонятно, относятся её слова к рассказу или к тарелке с готовыми бутербродами. — А что ты узнал?

— Много всего. Я теперь ваш самый ценный источник информации. Честно говоря, мне даже нравится заниматься этим делом. Я прямо чувствую, что и от меня есть какая-то польза. Идёмте в сад, помимо прочего там вас ждет обещанная черешня.

— Ты была права, ему нравится играть в секретных агентов, — шепнула Леана Даше.

— Вижу. С ним точно не соскучишься.

Сад выглядел потрясающе, ещё лучше, чем в прошлый раз. Обе гостьи почти одновременно остановились, чтобы рассмотреть окружающую их красоту. Мама Дениса была настоящей волшебницей или цветочной феей, раз ей удалось создать настоящий живописный шедевр, используя только цветы и растения. После волны восхищенных вздохов и комплиментов Денису наконец было дозволено перейти к делу.

— Итак, с чего начать. Думаю, с фонда поддержки предпринимателей, через который Ульяна получала деньги. Очень интересная организация, должен отметить. Фонд организовали несколько крупных организаций, Шумилины тоже вложились. Теоретически, ничем противозаконным фонд не занимается, но по сути это общак, из которого дают взятки разным должностным лицам.

— Как они умудряются?

— У большинства чиновников есть родственники и знакомые, которые владеют бизнесом, а чаще всего являются только подставными лицами, потому что настоящие владельцы бизнеса — те самые чиновники. Фонд даёт предприятиям беспроцентные ссуды, так же у фонда множество программ, по которым та или иная фирма может получить помощь, ну и благотворительность конечно. Всё выглядит так, словно крупные бизнесмены оказывают поддержку своим менее удачливым коллегам.

— Разве Ульяна относилась к предпринимателям? — засомневалась Даша.

— Ульяна оказывала услуги консультанта.

— Надо же как ловко.

— Ловко, — подтвердил Денис. — Теперь мы знаем, что у Ульяны и Кирилла Шумилина были общие интересы, а если более конкретно, то они проворачивали тёмные делишки, за которые Ульяне неплохо платили. Если всё, что требовалось от Ульяны, это найти Кириллу подходящую женщину с ребёнком, то я не понимаю, за что такая сумма.

— Может, для Кирилла сумма не выглядела настолько большой? — предположила Даша. — Он же долларовый миллионер. К тому же это были деньги фонда.

— Как раз миллионеры умеют считать, — не согласилась Леана. — Денис прав, у них были темные делишки. Ульяне платили не только за участие, но и за молчание.

—Что приводит нас к пункту второму: Кирилл не был заинтересован в смерти Ульяны. Сами подумайте: найти надежного подельника — дело непростое, такими людьми, как Ульяна, обычно дорожат.

— Значит, ты тоже подозреваешь, что речь идет не о трагической случайности, — от радости, что не она одна так думает, Даша едва не подпрыгнула.

— Подозреваю, что ее убрали намеренно. За те дела, что она проворачивала с Кириллом или по другой причине, но одно точно, сделать это мог только тот, кто хорошо был осведомлен о ее жизни. Препарат, которым кололась Ульяна, производится в Корее, к ввозу не запрещен, но официального представительства у производителя в нашей стране нет. В самой Корее его используют только в солидных клиниках с обученным персоналом, так как для получения того волшебного эффекта, о котором все говорят, необходимо строгое соблюдение множества условий. Состав тоже разнится. Я не уверен, что Ульяне совершенно случайно попал препарат именно с тем компонентом, на который у нее была аллергия. Если это действительно трагическая случайность, то очень идеальная трагическая случайность. Что же касается вопроса, зачем Ульяне понадобилась Даша, то тут всё предельно ясно, — Денис замолчал и потянулся за бутербродом.

— Ясно что именно? — не выдержала Леана.

— Всё. Следите за мыслью. Элла Шумилина всю жизнь мечтала о большой семье, которой она могла бы гордиться. Аркадий и его жена полностью удовлетворяли ее эго: они - счастливая пара с детьми. А вот Кирилл предпочел свободу. Элле надоедает беззаботная жизнь сына и она весьма прозрачно намекает, что пора бы взяться за ум. Кирилл не глуп, намек понимает с первого раза и у него появляется план. Он хочет не просто женится и ждать детей, но найти женщину с уже готовыми детьми. Он хорошо знает свою мать, знает, что ей главное, чтобы народу в доме побольше было. За помощью Кирилл обращается к подруге детства, которая подбрасывает ему простоватую, легковерную Марину. С помощью Наинель ее убеждают, что Кирилл — это самая что ни на есть судьба судьбоносная. Элла смиряется, Марина рожает еще одного ребенка, всё хорошо. Но не всё хорошо у матери Марины, которая рассчитывала получить от замужества дочери намного больше, чем просто родственные связи с богатой семьей. У сестры Марины, безнадежно влюбленной в Кирилла, тоже не всё хорошо, причем настолько, что она сама попадает под чары Наинель и более того, она решается на кражу. Интересно вам знать, что не так с колодой, которую украла Лариса?

— Да ты нас в гроб вгонишь, — хлопнула по столу ладонью Леана. — Давай закончим с Дашей.

— Нет, давай про карты, я подождать могу. И почему ты думаешь, что именно Лариса украла колоду?

— Если про карты, то пусть Леана начинает, это была её идея. Что же до вопроса, кто украл колоду, ну, я видел Елену Ивановну и даже говорил с ней, так что могу с уверенностью сказать: если бы Наинель появилась перед ней в своём шутовском одеянии, то получила бы такую отповедь, что больше бы и не пыталась.

— А я просто предположила, — пожала плечами Леана. — Понимаете, меня смутили некоторые вещи. Я могу поверить, что можно смотреть на кофейную гущу и нести полную чушь, но карты - это другое. Расклады на таро разбираются в сети постоянно, не так-то просто убедить клиента, который знает хотя бы азы гадания. Тут два варианта: либо Наинель была абсолютно уверена в наивности Марины, либо она была уверена в том, что гарантировано получит необходимый ей расклад.

— Крапленые карты! — выдохнула Даша. — Крапленые гадальные карты. Ну и ну.

— Поэтому она забеспокоилась, когда колода пропала. Рассказывала направо и налево о бедах и несчастьях, которые постигнут вора, вовсе не для того, чтобы похвастаться знакомством с ведьмой. Она надеялась таким образом напугать того, кто украл колоду, так как сама жутко боялась, что ее секрет раскроют.

— Она и тетю Свету подозревала? Ой не могу. Но значит, та печать вовсе не охранная?

— Нет. По ней Наинель определяла, какая колода крапленая.

— А специалист, к которому я обратился, подтвердил подозрения Леаны, — гордо закончил Денис. Щеки Леаны покраснели, она схватила стакан с холодным лимонадом.

— Теперь понятно, почему Ульяна соловьем заливалась, рассказывая о счастье Марины, — Дашу от всего услышанного тоже в жар бросило. — Она изначально предполагала, что ей понадобится помощь Наинель и старалась изо всех сил произвести на меня впечатление. Если бы я уверовала в историю с Мариной, то приняла бы за чистую монету всё, что Наинель нагадала бы мне.

— Вот только беда, Марина к тому времени была несколько месяцев как мертва, что окрашивало историю в очень мрачные тона, поэтому Ульяне пришлось скрыть от Даши некоторые моменты и рассказать о роли Наинель в судьбе Марины только в крайнем случае, которого Ульяна, увы, не дождалась, — Денис вернулся к прерванной теме. — И мы снова обращаемся к Елене Ивановне. Как бы ни была велика ее скорбь, обида никуда не делась, поэтому она не упустила случая попортить нервы Шумилиным. С внучкой она, правда, опоздала: Михаил подписал документы об отказе от дочери до того, как бывшая теща взяла его в оборот. С Алексеем повезло больше, он полностью попал под ее влияние. Кирилл снова обратился к Ульяне. Расчет Ульяны был прост и гениален одновременно: если Даша и Алексей снова сойдутся, то Даша, так же, как жена Михаила, не захочет чужого ребенка.

— Вот и разобрались, — Даша щелкнула пальцами. — Значит, дело закрыто?

— Нет! — одновременно крикнули Денис и Леана, посмотрели друг на друга и резко отвели взгляд. Слабый росток надежды, появившийся в Дашином сердце, зачах на корню.

— Мы не знаем, кто расправился с Ульяной. Раз уж начали, надо довести дело до конца, — разумно заметил Денис.

— Тем более, что есть человек, который мог бы больше всех желать смерти Ульяны — Елена Ивановна, — предположила Леана. — А она мне симпатична. Не хочу жить с подозрением, что она могла вот так просто убить человека из-за глупой мстительности.

— В том-то и дело, что она могла. Я имею ввиду, у нее возможности были. Вспомни, она меня за один день вычислила: и кто я такая, и где работаю. Кто знает, что она обо мне еще разузнала, — парировала Даша, которой Елена Ивановна как раз-таки не очень понравилась. — Я так боялась, что она свяжется с Алексеем и узнает правду.

— Она связывалась, — кивнул Денис. — Алексей ответил ей так, как его проинструктировал я, так что всё в порядке.

—Здорово! — не удержались от восхищения его гостьи.

— И всё же мне ее немного жаль, — не унималась Леана. — Она потеряла именно ту дочь, которая была больше всего на нее похожа. И, знаете, что? Я думаю, Марине было очень трудно играть роль идеальной жены богатого бизнесмена. Из того, что я узнала, из того, что видела в соцсетях, мне кажется, Лариса намного гармоничнее влилась бы в ту среду, которую создала вокруг себя Элла Шумилина. Представьте дом, в котором на поверхности всё чинно и спокойно, но в глубине страсти кипят. Марина была слишком открытым и прямолинейным человеком для всех этих игр и интриг. Вот сколько бы она продержалась?

— Согласна, — поддержала Даша Леану. — По характеру Марина совершенно не подходила Шумилиным. Вероятно, не так она представляла замужество за мультимиллионером. Ей хотелось путешествий и развлечений в самых популярных местах мира, а пришлось изображать благопристойную и скромную жену и мать. Уверена, это Ульяна убедила ее продолжать притворяться. Господи, да с Фоминым у нее жизнь веселее была.

— Настолько веселая, что парню придется еще пару десятилетий с долгами рассчитываться, — хмыкнул Денис. — Но и Марине не позавидуешь: один раз удалось вырваться на свободу и оторваться, но вместо новомодного курорта, полного развлечений, сестрица запихнула ее в высококультурное снобское место, в котором можно было от скуки сдохнуть. Нет, Марина была для Шумилина неподходящей кандидатурой.

— Кириллу нужна была не Марина, а ее дети.

— Да, но всё же. Если только… — Денис замолчал.

— Если только что? — толкнула его Леана.

— Нет, ничего. Но нам надо решить, что делать дальше. Предлагаю Даше навестить Михаила. Я могу достать удостоверение представителя комитета по защите материнства и детства. Комитет, кстати, при губернаторе, так что звучит солидно. Фотография там будет, правда, не твоя, но вряд ли он станет сверять твое лицо с тем, которое в удостоверении.

— И что я должна сказать?

— Поинтересуйся, не было ли со стороны Шумилиных давления. Намекни, что кое-кто из родственников до правительства дошел.

— Кое-кто — это Елена Ивановна?

— Да. Как мне представляется, он даже не удивится. Узнай как можно больше и о его бывшей жене, и о бывшей теще.

— Я тоже хочу переговорить кое с кем, — Леана бросила на стол скомканную салфетку. — Вы уж извините, но у меня наша великолепная Наинель из головы не выходит. Вернее, ситуация с Мариной. Представьте, вы нагадали богатого мужа и ваше гадание сбылось. Пусть бы вся ситуация и оказалась подстроенной от начала до конца, но всё же, разве вы бы не постарались использовать историю для собственной рекламы? Да после того, как новость разлетелась бы по городу, у её дверей стояла бы очередь из наивных барышень всех возрастов. А по факту что? Об этом знают единицы. Зачем держать в тайне то, что в перспективе может хорошо окупиться?

— Что подтверждает одну мою мысль, - кивнул Денис.

— Какую мысль?

— Скажу после того, как взвешу все за и против. Мне надо подумать.

Глава 10

Даша подъехала к высоким кованым воротам, за которыми раздавался громкий лай. Звонка не было, пришлось стучать. Встретил ее высокий худощавый мужчина с простоватым лицом и уже намечающейся лысиной. Секунд десять Даша разглядывала его безо всякого стеснения, дивясь тому, насколько разными оказались мужья Марины. Михаил Смарицкий выглядел лет на десять старше Фомина и являл собой полную противоположность Кириллу Шумилину, причем настолько контрастную, что Даша с трудом подавила улыбку.

— Здравствуйте, я звонила вам по поводу передачи опекунства, — Даша ткнула удостоверением, искренне надеясь, что мужчина не успел посмотреть на фото. — Вы ведь Смарицкий Михаил Анатольевич?

— Да, это я. Но что вы хотите, какие могут быть проблемы?

— Всего несколько вопросов, я не задержу вас надолго.

— Проходите, как раз жена дома. Она лучше разбирается, она в администрации работает.

Даша занервничала: нарваться на специалиста в вопросах опекунства ей не совсем не хотелось, но отступать было поздно. В крайнем случае она могла сослаться на то, что представляет интересы Шумилина.

Дом был под стать воротам: большой, в два этажа, облицованный итальянским кирпичом. Во дворе – две машины, обе почти новые. Внутри – хороший ремонт, добротная мебель. Здесь то что Марину не устроило?

Михаил провел Дашу на кухню и представил жене.

— Вика, это тот человек из опеки, я говорил тебе, по поводу Алины.

— Здравствуйте, я не займу много времени, только уточню кое-что, — Даша протянула руку женщине, почти такой же высокой, как и ее муж. — Вы, насколько я поняла со слов вашего мужа, разбираетесь в правовых аспектах опекунства, — Даша старалась вести себя так, как в ее представлении обычно действуют официальные лица.

— Не особо, я в центре занятости работаю, но не понимаю, какие с Алиной могут быть проблемы.

Даша успокоилась. В конце концов все могло пройти не плохо.

— Никаких проблем, обычная проверка. Вы хотели забрать дочь после смерти бывшей жены?

— Забрали бы если было нужно, — ответила Вика за супруга. — Конечно, мы бы не допустили, чтобы ее в детдом отдали. Но Шумилин сказал, что хочет сам заниматься воспитанием и что не следует разлучать братьев с сестрой.

— А сама Алина никогда не просила, чтобы вы её забрали?

— Нет, никогда. Она нас толком и не знала. Мишу она только раз в год видела, на день рождения.

— Шумилин ставил какие-нибудь условия?

— Нет, никаких, — наконец вступил в разговор Михаил — Он сказал, что они теперь одна семья, что он состоятельный человек и ему мои алименты не нужны. Всё, что от меня требовалось, так это бумаги подписать. Бумагами его адвокат занимался.

— А с Алиной вы разговаривали?

— Она была на подписании, но с объятиями к отцу не бросилась, — с обидой в голосе сказала Вика. — Мы конечно понимаем, что чужие для нее, но все равно было немного неприятно. И всё же, в чем дело?

— В приемную депутата поступило письмо от кого-то из ваших родственников, что на вас было оказано давление, что девочку едва ли не насильно разлучили с родным отцом.

— Нет, ну ты посмотри, эта ненормальная и до депутата добралась! — в сердцах вскрикнула Вика.

— Ненормальная?

— Тёща моя бывшая, — фыркнул Смарицкий, а Даша удивилась тому, как точно Денис угадал с поводом. — Так-то женщина ничего, но после смерти Марины стала настырно лезть, куда ее не просили. Уж как она меня ругала из-за тех документов, какими словами обзывала. Я не обижаюсь, горе у неё как никак, мало ли, что с головой случилось. Вы извините, мне на звонок ответить надо, я на две минуты, буквально, — Михаил вышел, доставая из заднего кармана брюк мобильник.

— На две минуты, как же, — усмехнулась Вика. — Час трындеть будет. Всё у него дела какие-то.

— Ну а вы? — Даша присела к столу. - Какое у вас мнение сложилось о Кирилле Шумилине? Вы с ним встречались, думаете, он был искренен в желании оставить Алину?

— Кажется, он просто хороший человек. Да и Алина выглядела вполне довольной жизнью. Нет, не скажу, что почувствовала что-то плохое, даже наоборот, мне показалось, что Шумилин, как отец, ей больше подходит. Они выглядели как настоящая семья. Удивительно, что судьба его с Мариной свела, — Вика вдруг замолчала и покосилась на дверь, из-за которой доносился голос мужа. — О мертвых плохо не говорят, да и не была Марина плохой, — она попыталась сгладить впечатление, но получилось только хуже.

— Вот что странно, — заметила Даша. — Марина вышла замуж за мультимиллионера, а от алиментов не отказалась.

— Натура у неё такая, — Юля скривила презрительную гримасу. — Она с Мишей в одном классе училась и замуж за него выскочила едва ли не после выпускного. Родители у него бизнесом занимаются, два строительных магазина у свёкров моих, еще и точка на рынке. Марину они на дух не переносили, ко мне конечно отношение другое — я Жене сыновей родила.

— А почему они развелись?

— Свекровь сначала Мишу хотела отмазать от армии, но потом чуть ли не силой его туда отправила, пообещала за женой и ребёнком присмотреть. Марина по молодости да глупости вместо того чтобы дома сидеть мужа дожидаться постоянно на гулянки бегала, скучно ей нянчиться с Алиной было. На гулянках то может ничего такого и не было, но свекровь так это Мише преподнесла, что он сразу же на развод подал. От ребёнка он не отказывался, Марина сама настояла на том, чтобы они реже виделись. Уж не знаю, какие у нее на то причины были, от матери ей никакой помощи не было. Она потом институт заочно окончила, и это оказалось ещё одной проблемой для нас, а всё из-за Елены Ивановны, которая решила наконец воспользоваться ситуацией. Она потребовала, чтобы мои свёкры нашли Марине хорошую работу, давила на чувство вины, на всех углах рассказывала, какие они бессердечные и как сильно им наплевать на родную внучку. Спасибо знакомым, втиснули Марину на хорошее место. Нет, я конечно понимаю, что ради ребёнка можно на всё пойти, но надо же и границы знать.

— Вы не знаете, Елена Ивановна не пыталась помешать разводу?

— Не знаю, мы с Мишей тогда ещё не встречались. Честно говоря, я не представляю Марину в качестве Мишиной жены, и вовсе не от ревности. Просто не была она домашней феей, если вы понимаете, о чём я.

Даша кивнула. Она прекрасно понимала, что имела ввиду Вика. Прекрасная бабочка, на которую обращали внимание мужчины, и после замужества хотела оставаться прекрасной беззаботной бабочкой, а бытом пусть бы кто-нибудь другой занимался. Однако же прекрасные бабочки предпочитают общество себе подобных.

— Вот интересно, у Марины была закадычная подруга? Такая, которой можно было бы все тайны доверить?

Вика наморщила лоб.

— Вообще я её хорошо знала, я всего на два года младше, училась в той же школе. Припоминаю, что была девочка, с которой они постоянно вместе секретничали. Кира Люстра. Люстрой ее называли, потому что она стразы обожала и пайетки. Вся блестящая с ног до головы ходила. Замуж, по-моему, она еще раньше Марины выскочила, за сына участкового. Теперь она Кира Дубина.

— Марина с ней общалась, после того как женой Шумилина стала, или решила, что Кира больше не её круга?

— Не удивлюсь, если бывшая подруженька получила отставку, — Вика рассмеялась, представляя, видимо, ситуацию. Она собиралась что-то ещё сказать, но вернулся Михаил.

— Так у вас вопросы какие остались?

— Спасибо, я узнала всё, что необходимо. Не думаю, что вас будут тревожить в дальнейшем.

— А тёще моей бывшей передайте, если, конечно, увидите, что пускай держится подальше и от меня, и от моей семьи. В жизни от неё никакой помощи не видели, а теперь она претензии предъявлять решилась.

— Обязательно. Всего доброго.

Чувства Дашу охватили самые противоречивые. Михаил о Марине совсем не вспоминал, да и по дочери не скучал. Его можно было бы назвать чёрствым, но весёлая и всем довольная Вика полностью опровергала такое предположение. И дом, и обстановка в доме, даже настроение, которое ощущалось с самого порога, говорили о том, что Михаил — хороший и заботливый муж и отец. Неужели мать действительно могла так сильно повлиять на него, что он без сожаления расстался с первой женой?

Даше стало немного жаль Марину. Яркая и бойкая, она старалась, как могла, получить лучшее, но никогда не получала то, на что рассчитывала. А ведь и правда, сколько она ещё выдержала бы, изображая любящую жену и покладистую невестку. Дашу, однако, больше интересовало другое: какой был запасной план у Ульяны, на случай, если бы Марина сорвалась. Ну и главное: если Марина делилась секретами с Кирой, то как заставить Киру поделиться секретами с Дашей?

***

Пролетев пару метров по дуге шелковые брюки опустились аккурат на спинку кресла, дополнив художественный беспорядок в обычно аккуратной комнате. Даша никак не могла сделать выбор между удобством и красотой, и это ее сильно раздражало. Ульяна со своими интригами была на время отложена в сторону и забыта, а вот шкафу с одеждой досталось по полной.

Помня собственное фиаско с туфлями Даша решила не рисковать и выудила на свет божий проверенные временем сабо на пробковой подошве. Они смотрелись изумительно с короткими хлопковыми сарафанчиками и напрочь отказывались сотрудничать с более солидными вещами. Короткие хлопковые сарафанчики Даша решила продемонстрировать Роману чуть попозже.

Через час примерок и раздумий Даша выбрала длинное платье из светло-зеленого льна и подходящую к нему косынку. Образ ей понравился, хотя сомнения оставались, причем даже не сомнения как таковые, а некоторые опасения. Дело в том, что они договорились поехать на водохранилище покататься на лодках, и вот теперь неуемное воображение Даши выдавало одну эпичную картину за другой, причем картины были прямо противоположны по смыслу. То Даша видела себя со стороны, сидящей в лодке и похожей на романтическую героиню, то она видела себя же, потерявшую равновесие и летящую в воду. Зато если она и правда свалится за борт, а Роман бросится ее спасать, то так будет даже романтичнее.

Приключений и непредвиденных ситуаций, однако, удалось избежать. Очарованные закатом, она то подолгу молчали, то одновременно начинали говорить, перебивая друг друга. Даша не выдержала первой.

— Извини, я так давно не была на свиданиях, мне страшно всё испортить.

— Испортить? — Удивление Романа казалось совершенно искренним. — Да это одно из лучших свиданий в моей жизни. Я больше не вынесу деловых обедов, которые почему-то называют свиданиями, где стороны больше заняты анализом и дурацкими взаимными проверками. В результате свидание превращается в дуэль, где мужчина ни в коем случае не должен стать жертвой меркантильной женщины, а женщина в свою очередь считается проигравшей, если продешевит. Ну не глупость ли.

— Дуэль. Бывала я на нескольких таких дуэлях, — мечтательно протянула Даша и рассмеялась, а Роман улыбнулся и слегка покраснел. — Что? Правда. Проверки мне, к сожалению, никогда не помогали, я не умею разбираться в людях. Приходилось полностью полагаться на удачу.

— И как, часто везло?

— Скажем так, я поняла, что от казино мне лучше держаться подальше.

— А вот мне приходится разбираться в людях, иначе никак. Главное, меньше слушать разговоры и больше смотреть на поступки.

— Слова тоже много значат. Работала я с одной девушкой, которую считала просто дурой набитой. Мне казалось, что она совершенно не понимает, что и кому можно говорить. Как оказалось, всё она прекрасно понимала и получала удовольствие, видя страдания других. Мне до сих пор непонятно, зачем она так поступала. Самое странное, что до последнего времени она считала, что мной можно вертеть как угодно. Почему? У меня лицо такое доброе?

— Дело не в лице. Есть категория людей, которые уверены в собственной правоте. Если им что-то надо, то это что-то должно быть важным для всех без исключения. Доказывать таким людям, что у тебя тоже есть жизнь и интересы бессмысленно.

— Пожалуй. Но есть и другие примеры. Сейчас я работаю в одном кабинете с девушкой, которую тоже долгое время считала несерьезной и глуповатой, а она оказалась отзывчивой и чертовски сообразительной. И парень, которому она нравится. При первой встрече он мне совершенно не понравился, а теперь я вижу, что ему можно доверится. Таких людей не часто встретишь.

Даша делилась мыслями, что захватили ее голову в последние недели, Роман работал веслами, время от времени вставляя резонные замечания. Потом они молча любовались закатом и долго гуляли по берегу.

— Я обещала пригласить тебя на ужин. Если ещё не слишком поздно, то могу предложить отбивные, овощи и десерт.

— Тогда не будем медлить, я умираю, есть хочу.

Уже в машине Даша получила сообщение от мамы, в котором говорилось, что Светочка полностью одобрила кандидатуру Романа.

Исследовательскую работу Леана выполнила в рекордные сроки, и в руках у Даши оказалось целое досье на Киру Дубину. В отличие от лучшей подружки, Кира приложила немалые усилия, чтобы ее первый и пока единственный брак продлился как можно дольше. Трезво сопоставив желания с возможностями, она предпочла крепко держать в руках солидную синицу, а не мечтать о павлинах из королевского сада.

Дом супругов Дубина находился в том же районе, в котором жили Смарицкие, и пока глава семьи зарабатывал деньги где-то на севере, бывая дома лишь наездами, Кира воспитывала детей и обустраивала быт. К счастью Киры многочисленные родственники с обеих сторон не давали ей чувствовать себя одиноко в отсутствии мужа.

— И какую же причину мне придумать, чтобы заявиться к ней? — Даша задумчиво грызла карандаш, чем рисковала навлечь гнев Юлии Леонидовны не только на себя, но и на весь отдел.

— Письмо в приемную депутата тут не сработает, увы, - Леана вздохнула.

Остальные тоже молчали. Даша и Леана не делали секрета из своего расследования, поэтому весь секретариат старался хотя бы чем-то помочь коллегам, если уж не делом, то советом или идеей.

— Представься интервьюером. Ну знаешь, из тех, что постоянно проводят разные опросы, — предложила Диляра.

— Не сработает. С интервьюерами не откровенничают. Я бы, например, точно не стала, — Даша оставила в покое карандаш и переключилась на колпачок от ручки.

— Я думала о том, чтобы изобразить частного детектива, но даже для него нужен весомый повод, чтобы вопросы задавать. Да и не факт, что Кира захочет с тобой разговаривать, — Леана надулась так, словно обиделась на себя же за то, что не смогла придумать ничего интересного.

— Есть вариант попроще, но тут всё зависит от актерских способностей Даши, — подала голос Вера Викторовна.

— Что за вариант?

— Раз Даша когда-то работала с Мариной в одной компании, то вполне могла быть её хорошей подругой. Представим, что Даше пришлось далеко уехать и они потеряли связь. Даша приезжает обратно в родной город, узнает о смерти Марины, хочет с кем-нибудь разделить горе, но никто не хочет поддержать ее. Конечно, Даша знает о существовании Киры, знает много о самой Кире. Это должно убедить г-жу Дубина в том, что Даша не врет и с Мариной они действительно дружили. Даша должна будет уговорить Киру помянуть дорогую подругу. Если всё получится, то за бокалом вина и в доверительной обстановке Кира сможет многое рассказать. Как вам?

— Восторг! — выразила общее мнение Леана. — Напишем ей сообщение в личку. Только его надо правильно составить. Я подумаю над этим.

— Тогда, действуйте, а я навещу пока бухгалтерию, — Вера Викторовна направилась к выходу, но по пути задержалась у Дашиного стола, взяла погрызенный карандаш и с укором посмотрела на Дашу.

— Я новый куплю, — пообещала та.

— Просто заточи его с испорченной стороны, — Вера Викторовна спокойно вернула карандаш.

— Опыт! — с придыханием прошептала Диляра, глядя вслед начальнице.

Глава 11

Вино для ответственного разговора Даша выбирала вместе с Романом. Он же объяснил, как лучше начать разговор, чтобы он не закончился не начавшись. Даша чувствовала себя шпионом, которого готовят для ответственного задания в тылу врага, так как от Дениса и Леаны она тоже получила некоторые указания. Ее никак не покидало чувство, что именно от Киры будет зависеть исход всего затеянного ими предприятия.

В назначенный день Роман сам привез Дашу на встречу, пообещав ждать столько, сколько потребуется. Даше повезло: дети Киры были у одной из бабушек, а значит ничего не могло помешать задушевной беседе.

Владения Киры выглядели ничуть не хуже усадьбы Смарицких, с той лишь разницей, что половина двора была в стадии строительства. Дом — обычная двухэтажная коробка, вызывал ассоциации со складом или ангаром. Самым же примечательным элементом дома было крыльцо: каменное, массивное, с кованными деталями, вызывающее ассоциации с чем-то сказочно-средневековым. Хозяйка дома на фоне крыльца казалась хрупкой феей.

Даша про себя отметила, что и внешне, и по характеру, закадычные подруги были полной противоположностью друг другу. По сравнению с яркой и бойкой Мариной Кира смотрелась блекло и скучно. Вероятно, и парни им нравились разные, что в итоге и стало основанием их близкой дружбы.

— Здравствуй, Кира, вот я и приехала, — Даша грустно покачала головой, передавая Кире тяжелый пакет. — Вот кто бы мог подумать, при каких обстоятельствах нам познакомиться придется.

Не дожидаясь приглашения Даша прошла в просторный коридор и сняла обувь.

— Мы же не были знакомы? — Кира, слегка щурясь, рассматривала гостью, словно решала, а правильно ли она поступила, пригласив её домой.

— Нет, но от Марины я много о тебе слышала. С Мариной мы долго проработали вместе, в соседних кабинетах сидели. Я потом заграницу уехала на работу, а она замуж вышла, так и потеряли друг друга из вида. Я только на месяц приехала, родных да друзей повидать, а тут такие новости. Марина ведь тогда единственная была, кто ко мне хорошо отнесся, — Даша сделала вид, что готова разрыдаться.

Кира вздохнула.

— Марина ведь и правда добрая была. Бесшабашная иногда, но добрая. Сюда проходи.

Они устроились на кухне. Кира открыла вино, Даша распаковала закуски.

— Мне и правда больше пойти не к кому было. Коллеги бывшие — все занятые очень, хотя я подозреваю, они о Марине и не вспоминали. Я было в семью сунулась, но и там не повезло: Елена Ивановна поплакалась, но от встречи отказалась, а Лариса даже разговаривать со мной не захотела. Что за люди!

— И не говори.

— Ну, помянем.

Они выпили, немного посидели в молчании.

— Ты молодец, — Даша снова наполнила бокалы. — Все при месте, и ты, и дети. Марине бы немного твоего благоразумия, может жизнь и по-другому сложилась. Я о том, что может и не в богатстве, зато жива-здорова. Нет, что бы кто не говорил, но семейство Шумилиных было не по ней.

— Вот это в точку. Ты Лёшу знала, её предыдущего мужа?

— Фомина то? А как же, мы же работали вместе. Нормальный парень.

— Он мне больше нравился. Они к нам несколько раз в гости приезжали, детей с собой привозили. Он хотя и не сильно компанейский, но разговор поддержать может, матом не ругается, не напивается до невменяемости. Мы и песни пели, и танцевали.

— Повеселится уж Марина любила. Как мы на корпоративах отжигали, надо было видеть.

— А что мы на дискотеках вытворяли! Молодые были, казалось, ничего плохого случиться не может. Но, вот как получилось.

— Откуда этот Шумилин вообще взялся? Кем он себя возомнил, чтобы вот так просто приличные семьи разбивать.

— Ох, не знаю, странная история, — Кира слегка наклонилась вперед и посмотрела Даше прямо в глаза. — Я никому не говорила, ну может только своим, но кажется мне там какая-то афера была. Ну вот не верю я, что всё прямо по картам вышло?

— По каким картам? — Даша тоже подалась вперед.

— Гадальным. В общем, была у Марины подруга, хотя с такими подругами и врагов не надо. Я её только раз видела, мы в кафе встретились посидеть, но она мне сразу не понравилась. Вроде и веселая, и дружелюбная, но я таких сразу чувствую: крыса крысой.

— Ульяна?

— Знаешь её?

— А то как же. Тварь! — тут Даше даже притворяться не пришлось. — В какой-то мере я по её вине с хорошей должности ушла, из-за языка её ядовитого.

— Вот, ядовитая она, — Кира откупорила следующую бутылку. — Говорила со мной так, словно я недееспособная какая-то, а Марина будто бы и не замечала этого, сидела, как заколдованная, и подхихикивала. Я уже тогда неладное почувствовала. А потом прибегает ко мне Марина и с порога заявляет, что ей богатый муж по судьбе назначен. Я подумала, что она пьяна, но оказалось похуже. Ульяна та пригласила её в гости, а там сидела какая-то то ли ведьма, то ли экстрасенс. В общем Марине на картах нагадали скорое изменение в судьбе. Только решение надо было принять сразу же, а то счастье могло упорхнуть. Я ей сказала, что бред это всё, а она мне сказала, что уже встретила этого человека.

— Какого человека?

— Да Шумилина же.

Из сумбурного и излишне эмоционального рассказа Даша поняла следующее. Через несколько дней после гадания Марина, как обычно, отвезла дочь в школу, а с младшим Артёмом решила прогуляться до магазина. Вроде много не брала, но покупок оказалось прилично. И тут к ней подходит Шумилин и предлагает помощь. Сначала он просто проводил её до дома, потом подкараулил у школы и пригласил в кафе. Марина, по её собственным словам, вообще разводиться не собиралась, и если бы речь шла о пузатом богатеньком папике, просто завела бы интрижку на стороне. Но Шумилин ухаживал так, что Марина потеряла остатки разума, по словам уже Киры, бросила мужа, забрала детей и вышла замуж за Кирилла.

— А мне она доказывала, что если что-то предназначено по судьбе, то этого уже не избежать, — Кира выразительно покрутила пальцем у виска.

— Вы потом виделись?

— Виделись. На детских площадках в основном. Она приезжала с личным шофером и телохранителями. Важная такая стала. Не скажу, что она выглядела несчастной, скорее недовольной.

— Что она сама говорила?

— Сетовала на то, что всеми делами заправляет старшая Шумилина, а сыновья и невестки должны полностью подчиняться её мнению. Внуков она, правда, никогда не обижала, даже не родных.

— А с мужем у них как было?

Кира передернула плечами, но уже видела в Даше своего человека, поэтому темнить и изворачиваться не стала.

— Как я поняла, Кирилл очень сдержанный во всём, в том числе и в проявлении чувств. Вот что-то мне подсказывало, что Марину такое положение дел даже устраивало. Ещё Марина на скуку жаловалась, говорила, что в доме Шумилиных даже вечеринки унылые, с классической музыкой и заумными разговорами. Такое только Лариска может любить.

— Лариска — снобка, — Даша дожевала сыр и принялась за оливки. Она слишком быстро опьянела и страшно боялась, что не запомнит всего, или пропустит что-то действительно важное.

— Снобка снобкой, — согласилась Кира. — Знаешь почему? В юности она влюбилась в какого-то театрала.

— Кто такой? Известное имя?

— Да не в артиста, а в того, кто от артистов с ума сходит. В фаната театрального, короче. Тот тип обожал одну оперную певицу, вот Лариске и пришло в голову, что если она будет выглядеть точь-в-точь как та самая певица, то парень на неё внимание обратит. Ну не идиотка! В общем она начала одеваться и краситься под ту артистку. Я не знаю, может на оперных певицах такой стиль и выглядит хорошо, но Лариска превратилась в пугало, честно говорю. Она работала в цветочном киоске, а её друг сердешный приходил туда за букетом каждый раз, как отправлялся на премьеру. И вот в один прекрасный момент он перестал приходить. Я даже не удивилась. А Лариска страдала нереально. Нет, ну вот скажи, что было у неё в голове? Одно дело — любовь к искусству, и другое, если тебе на до парня закадрить. Ей бы наоборот: юбку покороче да макияж поярче, может тогда что и вышло бы.

— И то верно. А Маринка Ульяну всё же раскусила? Было бы здорово, если бы дала ей от ворот поворот.

— Этого не знаю, кажется мне, они почти перестали общаться, — Кира вдруг замолчала и задумалась. — Может, конечно я не так поняла… В общем, было это незадолго до того, как Марина с роднёй в Италию поехала. Пошли мы на новогоднее представление в торговый центр, она со своими детьми, я со своими. Она тогда сказала, что Лариса тоже хочет счастья с богатеньким отхватить, поэтому Ульяну донимает. Вот я и подумала: значит это Лариса с Ульяной сдружилась. И ещё я подумала, что сразу двух крыс в своём окружении Марина не вывезет.

— Значит, Лариса начала крысятничать?

— Ещё как начала. Завидно ей стало, я так думаю. Прямо она никому ничего не говорила, но мы же почти всю жизнь в одном круге вертимся. То один общий знакомый что-то скажет, то другой: вот так общая картинка и получается.

Даша почувствовала, как к горлу подступает ком. Страшная мысль завладела её сознанием, застилая темной пеленой глаза и не давая сосредоточиться. Чтобы как-то успокоиться она завела разговор о детях и ещё примерно час выслушивала излияния Киры о тяжести материнства. Попрощались они так, словно были самыми близкими друг другу людьми.

Небо посерело от набежавших туч, накрапывал дождь. Сама природа создала идеальную атмосферу прямо под настроение Даши.

В кафе, где её ждал Роман, было людно и шумно, так как многие, кого непогода застала врасплох, увидели в неприметной забегаловке отличное временное укрытие. Кондиционер работал на полную мощность, Даша немного поёжилась.

— Позволь заметить: ты дрожишь и на тебе лица нет, — Роман набросил ей на плечи пиджак. — Узнала нечто шокирующее?

— У меня появилась навязчивая идея, которая мне не нравится. Я думаю, что одна женщина убила свою сестру. Речь не идёт о преднамеренном убийстве, скорее всего она воспользовалась ситуацией, но от этого мне не легче. Я бы сейчас выпила чего-нибудь покрепче, но боюсь, что после всего уже выпитого меня вырубит.

— Тогда я закажу кофе. Без сахара. Очень крепкое.

Даша слабо улыбнулась.

— Давай.

Она пила маленькими глотками, снова и снова прокручивая в голове навязчивую картину. Ей представлялась Лариса, отчаянно влюблённая, желающая непременно стать частью семьи Шумилиных. Она готова была на что угодно, лишь бы быть рядом с Кириллом, о котором она мечтала всю жизнь. Даша не сомневалась, что именно Кирилл был тем неизвестным театралом, перевернувшим жизнь Ларисы. Любящий сын несомненно выбирал для матери только самые лучшие букеты, а Лариса мечтала, чтобы такие же букеты он дарил ей. Что она должна была почувствовать, когда Кирилл вошёл в их семью в качестве мужа Марины, даже представить было невозможно. Но Лариса терпела, Лариса придумывала свою реальность, в которой Кирилл и Марина были несчастливы, Лариса делилась своей странной реальностью с другими и не находила поддержки.

Потом случилась Италия. Старинное палаццо, в котором, как Лариса надеялась, её мать и сестра смогут приобщиться к высокому искусству, оценить роскошь интеллигентного отдыха. Увы, она катастрофически ошиблась с выбором. Мать высказывала ей претензии, Марина высказывала ей претензии. Та самая Марина, которая отобрала у неё то, что принадлежало ей по праву. Та самая Марина, которая смотрелась исключительно чужеродно в семье Шумилиных. Марина, с которой Кирилл точно был несчастлив. Марина напивалась каждый вечер, требовала праздника и нетвёрдой походкой бродила по палаццо, в котором, как прекрасно знала Лариса, не было камер видео наблюдения, зато был огромный бассейн.

Всего один лёгкий толчок.

Даша мотнула головой, прогоняя навязчивые образы. Ей не хотелось верить, но какое-то шестое чувство убеждало её в том, что она права.

— Единственное, что хорошо: я никогда не узнаю, правдивы ли мои догадки, — Даша вылила кофейную гущу на блюдце, точно так, как это несколько недель назад это делала Наинель.

— Почему хорошо?

— Потому, что через некоторое время я просто решу, что слишком много напридумывала и престану об этом думать.

— Что ты видишь? — Роман кивнул на блюдце.

Даша с серьёзным видом изучила кофейные разводы на белоснежном фарфоре, а потом посмотрела Роману в глаза.

— Грязную посуду. Поехали домой.

***

Наполненное солнечным светом воскресное утро почти полностью сгладило неприятное послевкусие предыдущего дня. Даша потянулась и улыбнулась: сегодня она принадлежала самой себе. Она собиралась немного побездельничать, помечтать, заняться милыми глупостями. Она прекрасно понимала, что теперь, когда в её жизни снова появились отношения, таких дней будет не так уж и много. Мама и прочая родня на время оставили её в покое, дав понять, что в конфетно-букетный период серьёзных поступков от неё требовать не будут. Но только в конфетно-букетный период. Увы, как бы сильно Даша ни старалась, личные границы её жизни постоянно нарушались, а полный разрыв семейных связей в её планы не входил.

Неожиданно Даше пришло в голову, что в этом она чем-то была похожа на Эллу Шумилину: что бы ни происходило с ней и всей её роднёй, всё же находиться в центре событий её нравилось намного больше, чем быть самой по себе. Родственники могли быть шумными и назойливыми, но также понимающими и заботливыми; они могли поссориться из-за пустяка и помириться ради праздника; могли забыть о дне рождения и совершенно спокойно привезти из Марокко настоящий ковёр ручной работы в качестве сувенира. В конце концов они все были живыми людьми.

Даша поймала себя на мысли, что это из-за приятных изменений в жизни она готова была любить весь мир, ну или хотя бы большую его часть. С другой стороны, та же самая тётя Света, которая с чего-то решила, что личная жизнь Даши и её личное дело тоже, арктическим ледоколом прошлась по инстанциям, когда у Даши были проблемы с управляющей компанией, благодаря чему вопросы решались чётко и быстро. Вся семья, не только Даша, стонала от напористого желания тёти Светы вмешиваться во все дела. Вся семья боялась потерять её благосклонность, так как именно тётя Света была тем пробивным человеком, который шёл к цели не замечая препятствий.

Долгие философские размышления о роли семьи и рода в судьбе каждого человека были прерваны Леаной.

— Не спишь? — звонкий голос быстро согнал блаженное полу-оцепенение. — Привет.

— Привет, уже не сплю. Дело к обеду как ни как.

— Да кто вас там знает. У меня новости. Вообще я хотела переговорить в спокойной обстановке, но мы тут судя по всему немного ещё постоим, а мне не терпится поделиться с тобой некоторыми мыслями.

— Я бы тоже мыслями поделилась, но начинай ты, — Даша устроилась в кресле, пододвинув поближе коробку с печеньем.

— Я переговорила с Джекки, — торжественно сообщила Леана.

— С Жекой?

— Джекки. Милая девушка, только стесняется своего настоящего имени, всем представляется как Джекки. Её трудно застать летом в городе. Она только на несколько дней приехала, мне удалось её перехватить. Джекки на самом деле большая умничка: она умеет не только слушать, но и хранит в памяти нужные вещи. Но не только в этом её ценность, мама Джекки когда-то хотела выдать дочь замуж за Кирилла Шумилина, ну знаешь, что-то вроде династического брака. Джекки, кажется, тогда только школу закончила.

— Ну и ну.

— Вот и я о том же. Их семья вращается в том же круге, что и Шумилины. Так вот, Джекки вообще не удивилась, когда Кирилл женился на Марине. По её мнению, в доме Эллы не приживётся никто, у кого есть хоть малейшая тяга к самостоятельности. Марина, опять-таки, по её мнению, была тем человеком, который не хочет ничего решать, а хочет сесть кому-нибудь на шею и ножки свесить. Для Кирилла, а особенно для Эллы — идеальный вариант.

— А твоя знакомая реально очень неглупый человек.

— Поэтому я и говорю, что мне повезло встретить её. Теперь к главному. Джекки считает, что у Ларисы на почве страсти слегка поехала крыша. Лариса часто заводила странные разговоры, пытаясь найти подтверждение своим надеждам. Она словно хотела убедиться сама и убедить остальных, что брак Кирилла и Марины был ошибкой, что они страдают, особенно Кирилл, и что им обоим было бы лучше разорвать болезненные отношения. Про предсказания Наинель Джекки ничего не известно, но Лариса много раз упоминала, что если кто-то кому-то предначертан, то рано или поздно союз будет заключён. Даже после смерти Марины она несколько раз заводила разговор на эту тему. Джекки говорит, что было немного неприятно, когда Лариса пыталась доказать, что смерть сестры — это естественные последствия кармических отношений, которых изначально не должно было быть. Сейчас подумай: в доме Шумилиных Лариса такие разговоры не вела бы, так ведь?

— По любому не вела бы, — Даша застыла от напряжения.

— Тогда почему Джекки это известно? Да потому, что её мама тоже колет тот волшебный корейский препарат. А привозит его Лариса! Лариса и есть наш дилер. В их турагенстве почти все так подрабатывают.

— Твою ж налево!

— Сейчас мои мысли будут. Помнишь, я тебе говорила, что все, кто знал Шумилиных, были уверены, что брак Кирилла и Марины был нормальным. Причём даже дамочки, которые охотились на Кирилла. Все были уверены. Кроме Ларисы. Вопрос: она действительно рехнулась или кто-то её специально убеждал в обратном? Кто-то, кто любил издеваться над чувствами других людей. Ну, мне пора, поговорим завтра.

— Стой! — Даша едва не кричала от внезапно мелькнувшей мысли. — Имя. Скажи имя мамы Джекки.

— Барицкая Анна, эм, Александровна кажется.

И прежде чем звонок прекратился Даша услышала далёкий гудок электровоза.

Нескольких минут не прошло, как позвонила тётя Света. Без какого-либо приветствия или обычного «как дела» она перешла к сути, щедро сдабривая речь горестными вздохами.

— Наинель в больнице, что нам теперь делать. Кто теперь нам с тобой поможет. У меня на неё такие надежды были.

— Что-то серьёзное? — Даше стоило немалого труда побороть собственные, не самые высокоморальные надежды.

— Отравление газом. Едва не умерла. А может уже и умерла, я не знаю.

— Она счёты с жизнью хотела свести или бес попутал?

— Да что ты такое говоришь! Несчастный случай. Плита газовая у неё старая была, ручка не полностью поворачивалась. Вчера сосед с собакой возвращался, собака под дверью и начала скулить. Спасателей вызвали, еле откачали. Повезло, потому что другая женщина, что рядом живёт, сказала, что как только в квартиру зашли, пришлось срочно свечи тушить, иначе взорвалось бы и дом бы рухнул. Ну вот что нам теперь делать?

— Вы с соседями разговаривали?

— Конечно! Должна же я точно знать.

— Я завтра поеду в больницу, только скажите в какую. Прямо утром. Предупрежу на работе, что немного опоздаю, — Даша предложила помощь не только ради того, чтобы угодить тёте Свете. Подозрения, рождённые неуёмным воображением, толпились в её сознании, одно страшнее другого. Ей необходимо было переговорить с Наинель, пока та была ещё способна что-то сказать. Версию о несчастном случае Даша отбросила сразу же.

Планы на спокойный, ленивый день только рукой на прощанье помахали.

Глава 12

Итак, дело закрыто. Теперь уже точно. Даша ни на минуту не сомневалась, что Леана ехала к Денису, а значит, у них всё срослось. Ну и замечательно, ну и славно. Жизнь налаживается, впереди белая полоса, Ульяна и её интриги больше не страшны.

Даша положила голову на руки и вздохнула. Если всё хорошо, что тогда она делает у дома Шумилиных? Она сидела и бездумно смотрела на высокие ворота, а сомнения снова захлестнули сердце. Ну узнает она то, что хотела, а дальше? В одном она была уверена: Изольда скажет именно то, что Даша и собиралась услышать.

Усилием воли Даша заставила себя выйти из машины, немного помучалась с домофоном, пока не ответил охранник. В самых изысканных выражениях Даша попросила позвать экономку. Изольда вышла через несколько минут.

— Изольда, какая удача, что мне удалось вас застать. Почему-то я была уверена, что вы и в воскресенье будете здесь.

— Я почти всегда здесь, — губы Изольды сжались в тонкую линию, в глазах появилось неодобрение.

— Вообще, я к вам за советом. Вы знаете, тот препарат от морщин, корейский, вы же им тоже пользуетесь? Я хотела подарить курс маме, но было бы здорово узнать о нём побольше. Его ведь вам Лариса привозит? Я собиралась переговорить с Анной Барицкой, но её почти невозможно поймать, постоянно в разъездах. Случайно я вспомнила, что и вы делаете уколы, а значит можете дать рекомендацию.

При упоминании имени Борицкой Изольда расслабилась и даже немного улыбнулась.

— Я могу себе позволить. Вы знакомы с Барицкими? — Изольда с сомнением покосилась на Дашину машину.

— Ну не прямо там знакомы. Моя коллега и её дочь учились вместе. Так получилось, что мы сталкивались на некоторых мероприятиях.

— Ну да, вряд ли она бы вас пустила ближе. У Анны особые требования к тем, кто приходит к ней домой. Хотя, о косметологии, возможно, она бы с вами поболтала.

— Так что насчёт уколов, быстро достигается эффект?

— Зависит от того, насколько сильный препарат вы выбираете. Есть помягче, есть посильнее, но они опаснее.

— Дают осложнения? У мамы со здоровьем всё в порядке, но вдруг.

— Дело не в осложнениях, хотя дозировку необходимо соблюдать. Я пользуюсь сильным препаратом. Эффект — сами видите, только вот некоторое время после уколов лицо словно онемевшее, даже челюстью двигать трудно. Элла подшучивает надо мной из-за этого, но ей простительно. Она хороша и без хирургии, всегда естественная, всегда свежая. Я ей немного завидую.

— А тот препарат, что помягче? Им часто пользуются?

— Конечно. Если лицо ещё не очень дряблое и морщин немного, то лучше колоть его. Я последний раз пользовалась именно им.

— Правда, а что случилось? —Даша приложила немало сил, чтобы вопрос звучал как можно более невинно. Внутри же всё сжалось от накатившего волнения.

— Ничего, это всё Лариса, приняла близко к сердцу мои жалобы. Но я клянусь, я вообще не жаловалась, немного нытья, вот и всё. Да кто из нас время от времени не ноет. Она сказала, что ничего плохого не случиться, если я попробую другой препарат. Не понравиться — вернёмся к прежнему.

— И как?

— В общем неплохо, но тот вариант, которым я пользуюсь постоянно, мне нравится больше, пускай из-за него и возникают временные неудобства.

Даша рассыпалась в благодарностях, пообещала передать сердечный привет Юлии Леонидовне, согласилась с тем, что суставы дают лучший прогноз погоды, чем синоптики и совершенно обессиленная от переживаний вернулась домой.

Оставалась последняя шкатулка с секретом, которую стоило раскрыть. Даша могла лишь молиться, чтобы с этой самой «шкатулкой» до утра понедельника не произошло ничего серьёзного.

***

В больнице пахло больницей и хлоркой, причём два запаха каким-то невероятным образом сосуществовали в замкнутом пространстве длинных коридоров, не смешиваясь и не мешая друг другу.

В палате, где лежала Наинель, пахло свежим утром, во многом благодаря распахнутым настежь окнам. Сама прорицательница выглядела намного лучше, чем представляла себе Даша после истерики тёти Светы.

— Не буду ходить вокруг да около, перейду сразу к делу. Ты сама видишь, к чему привели заигрывания с потусторонними силами. Разозлились они на тебя за все проступки твои неблаговидные. Поэтому давай так: ты исповедуешься предо мной и больше плохо не поступаешь.

— Я тебе душу отрыть должна? Почему?

— Потому что это будет разумно. В конце концов перед тобой человек, который знает о краплёных гадальных картах.

Наинель сразу как-то обмякла и насупилась. Даше показалось, что сейчас начнутся рыдания. После недолгого молчания Наинель заговорила.

— Что со мной не так? Почему у других получается, а у меня нет? Я даже курсы специальные закончила.

— Чтобы гадалкой стать? Этому ещё и учат? Как мошенничать, как людей на деньги разводить.

— Вот и нет. Учат, как расклады делать, как правильно с клиентами разговаривать. Краплёные карты были моей личной находкой. Я, когда совсем молодая была, встречалась с мужчиной. Он в поездах покером зарабатывал. Мне он казался тогда опасным и притягательным, воровская романтика и всё такое. Он меня по пьяни многому учил. Потом его прирезали, — Наинель снова замолчала и прикрыла глаза.

— Меня больше интересует Ульяна.

— Я считала её подругой. Хотя она той ещё падлой была. Нам неплохо перепадало за те дела, которые мы проворачивали, но Ульяне всегда было мало. Потом появился Шумилин со своими миллионами и желанием найти жену. Я вообще не понимала, зачем Ульяна ему старинную приятельницу подсунула, если не собиралась на ней потом зарабатывать, но клиент остался доволен.

— А Лариса, сестра Марины?

— С Ларисой вообще было непонятно. Дурочка, влюбилась в Шумилина без памяти, только о нём и думать могла. Ульяна зачем-то хотела её убедить, что и у Шумилина есть ответные чувства, которые пока спят. Это я должна была Ларисе такой расклад сделать, только не прямо на Шумилина указать, а как бы косвенно, но чтобы она уверена была, что карты именно на Шумилина указывают. Не знаю, зачем. Никакой выгоды ни мне, ни Ульяне от этого не было, а Лариса совсем умом тронулась. Когда её сестра умерла, она решила, что путь открыт. Тут уж Ульяна и запаниковала, — Наинель впервые за утро улыбнулась.

— Почему?

— Кто её знает? Но испугалась она знатно. Вино стаканами пила и всё время сочиняла истории, которыми Ларису от Шумилина надо было отогнать. Думаю, Ульяна доигралась и поняла, что если Кирилл о её интригах узнает, то конец денежному потоку. В общем, мы решили сказать, что дух мёртвой сестры встал между ними и нужно время, чтобы от него избавиться. На какое-то время Лариса успокоилась.

— А потом у тебя пропала та самая колода.

— Она у меня не единственная была, но я немного разнервничалась.

— Вчера Лариса была одним из клиентов?

— Да, она приходила. Я нормальными картами расклад сделала, вышло, что ждёт её долгое путешествие и новая жизнь. Она даже не спорила. Обычно она пыталась мне что-то доказать, а вчера приняла расклад без возражений, спокойно.

— Хорошо, теперь к главному, — Даша выпрямилась, непроизвольно сжав руку в кулак. — Зачем вам я понадобилась?

— Твой бывший захотел забрать ребёнка. Кирилл пытался договориться сам, но их общая тёща взяла Алексея в тиски и продохнуть не давала. Не знаю, мстила она за что-то или по другой причине. Тогда Шумилин и предложил Ульяне решить дело: убедить Алексея, подкупить, соблазнить возможно. Он перевёл деньги на подкуп и обещал процент, если всё получится. Тогда Ульяна и вспомнила про тебя. Она сказала, что если нам удастся вас свести, то все деньги останутся нам.

— Она была уверена, что я буду категорически против ребёнка?

— Она сказала, что если бы ребёнок был от кого-то другого, то ты бы ещё подумала, но воспитывать ребёнка Марины и делать вид, что всё нормально — это уже даже для тебя было бы слишком.

Даша застонала. У неё больше не оставалось сил, чтобы со спокойным видом выслушивать, как кто-то распоряжался её жизнью ради личной финансовой выгоды. И речь шла не только о жизни Даши. Ещё был Алексей и его маленький сын. Было много других людей.

— Вот так просто? Вы так просто решили, что я поведусь на гадание и разговоры о женском счастье? Побольше кривляний и сентиментальной ерунды, и деньги ваши?

— Ульяна говорила, что почти любая женщина мечтает быть единственной и истинной любовью какого-нибудь мужчины. Надо только подтолкнуть её в правильном направлении, и она что-угодно ради мечты сделает.

— Бред!

— К тому же был запасной план. Ульяна собиралась устроить вечеринку, после которой вы с Алексеем проснулись бы в одной постели.

От негодования Дашу просто трясло. Ей хотелось закрыться в туалете и молотить кулаками стену, так же, как много лет назад ей хотелось рыдать от слащавых речей Ульяны и сочувственных взглядов коллег. К горлу подкатил ком, в глазах потемнело.

— Марина в мои расклады сразу поверила, — как ни в чём не бывало продолжала Наинель. — Кто бы не поверил в достойного, богатого мужчину. Если бы твой бывший был при деньгах, ты бы тоже не сильно сопротивлялась, так что не смотри на меня, словно я виновата в чём-то. Я сказала тебе, что счастье в принятии его таким, какой он сейчас, и ты обиделась. А если бы я сделала расклад, по которому он стал бы миллионером, бросил жену и ребёнка и вернулся к тебе на коленях, бросив всё к твоим ногам, тогда как? Так что вовсе это не бред, все женщины хотят быть истинной любовью, хотя бы из самолюбия. Ульяна знала, о чём говорила.

— Светлана Семёновна попросила передать кое-что, — Даша словно издалека услышала свой голос. — Выздоравливай скорее.

Выйдя из больницы она ещё немного покружила по утреннему скверу, избавляясь от неприятного осадка, оставшегося после разговора с Наинель. Мысленно она с жаром доказывала недогадалке, что та была неправа, Ульяна была неправа, они обе судили превратно о людях. Они смотрели на людей исключительно со своей колокольни, делая выводы, удобные только им. Только вот, что толку спорить с воображаемым собеседником. В итоге Даша клятвенно пообещала себе, что в следующий раз, когда её захотят втянуть в авантюру с гаданиями и предсказаниями, она просто… в общем, сделает такое, что мало не покажется.

Несколько глотков крепкого кофе благотворно подействовали на Дашу и придали сил. Этим утром они с Леаной остались в кабинете одни: Вера Викторовна ушла на планёрку, Диляра намертво застряла в архиве. Сообразив, что состояние Даши близко к истерике, Леана решилась на страшное: воспользовалась директорской кофемашиной, сделав фирму беднее на одну кофейную капсулу.

— Выбрось из головы немедленно, — потребовала Леана, выслушав Дашины переживания. — Наинель тебя намеренно провоцировала, а ты поддалась.

— Что насчёт всего остального? Как тебе мысль, что Лариса убила сестру, потом расправилась с Ульяной и теперь ещё едва Наинель на тот свет не отправила.

— Это только твои фантазии. Марина умерла случайно, Наинель тоже отравилась по неосторожности, совпадения бывают.

— А Ульяна?

— Мой главный подозреваемый — Кирилл Шумилин. У них были тайны, он убрал человека, который слишком много знал. С его деньгами проще простого нанять кого-то, кто мог легко подменить препарат.

— Изольда, ты забываешь про Изольду. Я бы и слова не сказала, если бы она получила свой обычный препарат, но Лариса дала ей именно тот, который должен был быть у Ульяны. Господи, нет, послушай. Лариса снабжает уколами красоты очень богатых и влиятельных клиенток, репутация для неё — не только деньги, но и гарантия безопасности, а значит она не имеет права на ошибку. Понимаешь, Лариса обязана разбираться и в самочувствии клиенток, и в дозировках, и в составе лекарства. Если она дала Изольде не тот препарат, что обычно, и предупредила об этом заранее, то и Ульяне она дала не тот препарат намеренно.

— Хочешь сказать, что если бы это киллер подменил препарат по указанию Шумилина, то Изольда получила бы свои обычные уколы? Но мотив?

— Вспомни, что Дмитрий Григорьевич рассказывал про свою сестру. Она обижалась на другую сестру за то, что та пошла на свидание с чужим парнем. До конца жизни обижалась. Знаешь, почему? Потому что она примерила ситуацию на себя и прочувствовала боль, которую испытала подруга, когда над её чувствами посмеялись. Никому бы такое не понравилось.

— Но убийство! У меня есть ощущение, что мы стоим совсем рядом с чем-то мерзким, но никак не можем рассмотреть, с чем именно, — Леана уставилась в стену и долго сидела неподвижно. Потом вдруг вскочила. — Идём.

— Куда?

— К нашему Цеппелину. Я теперь спать спокойно не смогу, если мы всё не выясним.

— Юлия Леонидовна нам чем поможет?

— Снова сведёт нас с её театральными девочками. Нам нужен костюм и нам нужен грим. У тебя будет миссия: ты должна будешь вывести Ларису на откровенный разговор.

То, что задумала Леана, привело Дашу в полнейшее смятение. С помощью театрального грима и правильной одежды Даша должна была превратиться в ведунью и потомственную гадалку, такую, чтобы при одном взгляде на неё было понятно: эта женщина при желании и мысли прочитает. Дальше требовалось ни много ни мало, но убедить Ларису в том, что о её прегрешениях известно, и что они не останутся без ответа. Расчёт был на то, что Лариса либо начнёт оправдываться, либо спорить. Если подозреваемая испугается слишком сильно и начнёт всё отрицать — ну что ж, они пытались.

***

Стоянка перед торговым центром, в котором располагалось туристическое агентство Ларисы была полупуста, даже несмотря на конец рабочего дня. Даша неспешно прогуливалась по близлежащим улицам, любуясь собой в отражениях витрин. Гримёр потрудилась на славу: из зеркала на Дашу смотрела незнакомая тётка с тяжёлым взглядом и губами, изогнутыми в презрительной ухмылке. Костюм тоже подобрали в соответствии с образом. Длинная тёмная юбка, сплошь состоящая из воланов, и похожий на китель пиджак не очень подходили для летнего вечера, зато прекрасно отражали «экстрасенсорную» сущность их хозяйки. Как, впрочем, и массивные украшения.

Главный страх не подтвердился: прохожие, что спешили по своим делам, почти не обращали на неё внимания. Однако, чем ближе было назначенное время, тем сильнее волновалась Даша. Только бы не забыть включить диктофон.

Лариса вышла из офиса минут через десять после окончания работы агентства. Она уже открыла дверцу машины, когда Даша подошла к ней.

— Уезжаешь уже?

Лариса оглянулась, увидела Дашу и слегка дёрнулась.

— А я вот посмотреть на тебя пришла, — Даша вцепилась в дверцу. — Сестру сгубила, ту, другую женщину сгубила, но Наинель за что? За что ты так с сестрой нашей?

— А она со мной так за что? — вспылила Лариса. — Ей можно людям жизнь портить, а её и пальцем не тронь?

— Наинель дурочка, но дурочка безвредная. У неё бы силы не хватило другому человеку вред причинить.

— Она и без силы прекрасно справлялась. Многого вы о сестре своей не знаете.

— Докажи. Убеди меня в том, что я не права и никто из нас тебе ничего плохого не сделает.

—Да с какой стати.

— С той, что ты не с сестрой за любовь свою боролась, а с матерью его. С той, для кого любящий сын покупал самые красивые букеты.

Лариса снова дернулась. Даша взяла её под локоть и увела в сторону засиженной голубями площади.

— Ты всегда старалась быть похожей на неё, верно? Ты думала, что тогда он заметит, — Даша говорила спокойно, немного нараспев, словно желая погрузить Ларису в глубины сознания.

— Кем я была? Никем. А потом появился Кирилл и мой мир перевернулся. Он был таким идеальным, таким воспитанным, таким непохожим на всех, кого я знала. Эдда тогда уже редко выступала на сцене, но всегда с аншлагами. А он приходил на каждое выступление и приносил самый красивый букет. Так я полюбила театр. Я полюбила всё, что любил он. Но Элла ушла со сцены и больше мы не виделись.

— До того момента, как Марина не представила его вам в качестве своего жениха? Тогда ты узнала о Наинель?

— Нет, не тогда. Я была слишком подавлена. Я ничего не знала о предсказании. Марина делилась всем с мамой, но мне они ничего не рассказывали. Я думала, что сплю и вижу кошмар. Они поженились, родился Родион. Я уже тогда знала, что их брак — это ошибка. То, как он смотрел на Марину, не шло ни в какое сравнение с тем, как он смотрел на Эллу.

— И ты снова решила стать похожей на неё.

— У меня всё получилось. Он вдруг стал обращать на меня внимание. Мы могли долго разговаривать об искусстве, о музыке. Это я ходила с ним на школьные представления Алины, пока Марина сидела дома с младенцем. Я ездила с ним на деловые обеды, если больше никто не мог составить ему компанию. Я ограждала его от назойливости мамы. Иногда мне казалось, что он смотрит на меня так же, как на Эллу.

— Именно тогда в твоей жизни и появилась Ульяна, — Даша не спрашивала, она утверждала.

Лариса напряглась. Даше пришлось остановиться и поискать место, где бы они могли присесть.

— Я с ней на свадьбе познакомилась. Марина называла её феей-крёстной. Ульяна казалась такой милой. Мне бы тогда почувствовать, что за приятной внешностью кроется ядовитая гадина, но я ничего не заподозрила. Потом Ульяна пропала, а когда между мной и Кириллом возникло взаимопонимание объявилась снова. Она подкупила меня тем, что знала Шумилиных много лет. Не знаю, как ей удалось, но она словно околдовала меня, я верила всему, что она говорит. Она сказала, что ошибалась, что, возможно, она рано радовалась знакомству Марины с Кириллом, что из-за детей они не могут принять удовлетворительное решение. Она стала для меня единственной родственной душой. Она свела меня с Наинель. Даже карты были на моей стороне. По крайней мере я так думала.

Даша молчала. Ей не верилось, что Ульяна вот так прямо говорила о том, что не одобряет женитьбу Кирилла. С другой стороны, всё зависело от того, чего именно хотела добиться Ульяна. Как ни старалась, Даша так и не смогла понять, в чём была конечная цель интриги. Просто поизмываться над несчастной Ларисой? Убедить её в том, чего не существовало, а потом с усмешкой наблюдать за её страданиями? Интересно, как Ульяна вообще выбирала жертв?

Даша подумала, что сейчас самое время затронуть очень опасную тему.

— Значит, ты становилась Кириллу всё ближе, Марина всё дальше, а потом случилась Италия. Ты очень старалась, верно? Ты старалась, но ни твоей матери, ни сестре не понравилось.

— О-о-о, вы, получается, знаете. Да, я старалась, я в лепёшку расшиблась, чтобы привезти их во Флоренцию, я выбрала самое престижное и изысканное место, куда не так-то легко попасть. Но им нужны были только пьянки да гулянки.

Уже на следующий день, по словам Ларисы, она поняла, какой промах совершила. Ни Марина, ни её мать совершенно не желали культурно развиваться. После первой же экскурсии они начали высказывать недовольство и требовать, чтобы их повели в ночной клуб или что-то подобное. Лариса чувствовала жгучий стыд за их поведение, но ничего не могла поделать. Ей постоянно указывали на то, что только благодаря удачному замужеству сестры она имеет возможность здесь отдыхать. Потом Марина прямо обвинила Ларису в том, что та намеренно, из зависти испоганила им отдых. В тот день Марина по обыкновению напилась и требовала включить хотя бы караоке. Не найдя поддержки у других гостей, она ушла во внутренний двор, а после отправилась к бассейну, где её и нашла Лариса.

— Она еле держалась на ногах. Я хотела отвести её в номер и уложить спать. Она не хотела уходить, она желала приключений. Я её не толкала, просто отпустила руку.

Глава 13

Дальнейшее было словно в кошмаре: Лариса стояла и смотрела, как тонет её сестра. Она была не в силах пошевелиться и только думала, что, пожалуй, так будет даже лучше. Когда стало понятно, что помогать Марине уже поздно, ушла к себе.

Панику постояльцев отеля, истерику матери, допросы полиции она помнит плохо. Единственное, что отложилось в памяти — приезд Кирилла, и то, как он на Ларису посмотрел. Неожиданно Лариса поняла, что он совсем не рад её видеть. Тогда-то она впервые забеспокоилась.

Отношение к ней Ульяны тоже изменилось. Больше не было ни поддержки, ни поощрения. В какой-то момент Ларисе стало казаться, что все вокруг знают о том, что произошло, но ждут чистосердечного признания. Самое страшное, что с Кириллом они больше не разговаривали по душам. Кирилл словно отстранился, замкнулся в себе. Лариса не понимала, почему. Не мог же он так сильно горевать, если действительно был несчастен в браке. Она прямо спросила Ульяну не следует ли сейчас открыто поговорить с Кириллом об их чувствах, но та только разозлилась.

— Жизнь ему сломать хочешь? Сама подумай: Элла никогда не простит, если траур по умершей жене будет меньше года.

Потом Наинель начала говорить странные вещи. Будто дух умершей Марины витает над семьёй Шумилиных, потому что не хочет, чтобы у детей была мачеха. Дух сильный и изгнать его можно буде только когда звёзды удачно сложатся.

Тут, как поняла Даша, Ульяна допустила досадный промах. Лариса могла признавать, что в гадании на картах таро или даже на кофейной гуще что-то такое есть, но вот в духов и призраков она не верила совершенно. Подозревая, что Наинель лукавит, Лариса стянула колоду карт. Она прошла обучение онлайн, и сама делала расклады, только вот у неё никогда не получалось то, что ей больше всего было нужно. Не стоит упоминать, что она была близка к отчаянию.

Однажды, когда Лариса делала очередной расклад, к ней подошла Елена Ивановна.

— Ну и чего ты глупостями занимаешься. Нашей семье повезло только один раз и то не до конца. Марине то настоящая гадалка богатого красавца нагадала, а ты просто любитель.

— Кто нагадал Марине богатого красавца?

— Да ты что, в пещере всё это время жила?

— Но вы никогда мне не рассказывали! — Лариса почти плакала. — Тебе трудно сказать, кто нагадал?

— Господи, не трудно. Марина с девочкой одной работала, еще до того, как за Фомина замуж выйти. Ты, конечно её не знаешь, ты вообще ничем не интересуешься. Что за натура! Девочка та, кстати, подружкой невесты на свадьбе была. Да ты должна помнить: вся такая из себя, прям как модель. Вот её знакомая и нагадала. Они просто встретились посидеть, поболтать, а у той знакомой при себе карты оказались. Надо же ведь как точно сбылось.

Лариса почти сразу же позвонила Ульяне и потребовала встречи.

— Ну Ларисочка, ты же знаешь, как сильно я занята. Давай на неделе как-нибудь. Не возражаешь, если я приглашу и Наинель тоже? — от приторного воркования Ульяны Ларисе почему-то стало тошно.

— Не возражаю. Так будет даже лучше.

К дому Ульяны Лариса подъехала раньше назначенного времени и решила немного прогуляться. Она снова и снова повторяла про себя всё, что собиралась сказать, постоянно что-то изменяя или добавляя. Ей казалось, что она не сможет правильно выразить мысли, а Ульяна снова переиначит смысл сказанного и будет отстаивать собственную правоту. Лариса злилась на себя за то, что постоянно позволяла чужим людям влиять на её мысли и чувства. Лариса злилась, и злость придавала уверенности.

Ульяну и Наинель она увидела случайно, даже не увидела, а повернулась на громкий смех. Они приехали на такси и кажется были не совсем трезвы. Лариса почти догнала их, но тут до неё донеслись отрывки разговора.

— Я всё же не понимаю, почему не таро, — обиженным голосом протянула Наинель. — Клиентка какая-то особенная? Ты мне так ничего о ней и не рассказала.

— Всё, что тебе надо знать, я рассказала. Честно говоря, я и сама знаю немного. Те, кто её хорошо знал, как-то не особо откровенничали. Странные люди. Что до карт, то мне кажется, она представляет собой сомневающийся тип личности. Кофе в данном случае лучший выбор.

— А если она и на кофе не клюнет?

— На что-нибудь клюнет. Надо только постепенно увеличивать нажим и повторять, что её счастье и судьба именно в этом человеке. Мало ли что в прошлом было, можно простить и забыть. Намекни ей на целительную силу прощения, ладно?

— Без вопросов.

Лариса шла всего в нескольких шагах позади и жадно ловила каждое слово. На её счастье беззаботно болтающие дамочки были слишком увлечены предстоящей встречей, поэтому по сторонам не оглядывались. И Ульяна, и провидица открылись Ларисе с весьма неприятной стороны, и ощущения от этого были какие-то гадкие.

Лариса не зашла в подъезд сразу же, выждала несколько минут, выровняла дыхание, успокоилась, набралась решимости, позвонила Ульяне.

В квартире нестерпимо пахло благовониями. Пока Лариса поднималась Наинель успела откупорить бутылку вина.

— Составишь нам компанию? — Ульяна кивнула в сторону журнального столика.

— Спасибо, я за рулём, — холодные нотки в голосе Ларисы заставили и Ульяну и Наинель переглянуться.

— Что- то случилось?

Лариса объяснила, что случилось. Объяснила спокойно, как и репетировала. Ульяна слушала, не перебивая, постоянно прикладываясь к бокалу с вином. Наинель опустошала коробку с шоколадными конфетами. Обе выглядели озадаченно.

— Теперь скажи, что ты не специально свела Кирилла и Марину, — закончила Лариса, пристально глядя в глаза Ульяне.

— Специально? Как ты это себе представляешь? Допустим, я могла повлиять на Марину, но что на счёт Кирилла? Хочешь сказать, что мы и на него магией воздействовали? Это смешно.

Лариса почувствовала неуверенность в собственной теории, но отступать не собиралась. Видя это Ульяна продолжала с невозмутимым видом.

— Гадали мы давно, ещё когда работали вместе. Уже тогда получалось, что у Марины по судьбе несколько браков, Фомин у неё не последний был. Да, выпал богатый мужчина, но карты фамилию не называют. Мне бы и в голову не пришло, что через несколько лет это окажется именно Кирилл.

— Что насчёт твоих постоянных уверений, что Кирилл и Марина несчастливы вместе?

— Моих уверений? — Ульяна нарочито возмущённо подняла брови. — Это были твои уверения, если ты не забыла. Я поддакивала, потому что мне было жаль тебя. Я думала, тебе будет легче.

— Поэтому придумала призрак сестры, который якобы стоит между нами?

— А что я ещё могла придумать? Ты же почему-то вбила себе в голову, что раз они не пара, то ты ему точно подходишь. Почему, Лариса? Ты вела себя так, что ему было неловко. Что тебя заставило думать, будто вы созданы друг для друга?

— Ты не видела, как он на меня смотрел, как со мной обращался. Ты не слышала наши разговоры. Ты не понимаешь, о чём говоришь, — Лариса готова была разрыдаться.

— Он со всеми так разговаривает. Это называется правильное воспитание. Ты не особенная в этом плане. Очнись уже. Мы с Наинель думали, что небольшая лесть тебе не повредит, что тебе будет приятно, но, видно, ошибались. Ты только накрепко завязла в собственных иллюзиях.

— Значит, я сама во всём виновата? А та девушка, которую вы собираетесь свести с непонятным мужиком? Та, которой вы собираетесь гадать на кофе. Она тоже жертва собственных иллюзий?

Ульяна поперхнулась и в ужасе уставилась на Ларису. Потом с отчаянием посмотрела на Наинель.

— Мы делаем это ради неё же самой, — гадалка улыбнулась, но пальцы, теребившие кулон, предательски выдавали волнение. — Просто два идиота давно любят друг друга, уже могли бы семью создать, но из-за глупой обиды не решаются признаться друг другу.

— Она скоро должна прийти, — к Ульяне вернулась былая уверенность. — Оставайся и сама увидишь. Давайте устроим совместный сеанс с гаданием на кофе.

— У меня дела, — Лариса быстро распрощалась и ушла. Она долго сидела в машине и думала. Чем больше она размышляла, тем явственнее становилась ложь Ульяны. Увы, но её подруга оказалась тварью, тут и гадать нечего.

Ульяна и Наинель потешались над её чувствами, издевались над её чистой и глубокой любовью. Лариса не понимала мотивов, стоящих за их поступками, но знала одно: такое никому нельзя спускать. Целебная сила прощения? Не в этот раз.

Лариса видела, как после «сеанса» ушла Наинель. Она хотела пойти за ней следом и как следует допросить, но сердце вдруг неистово забилось. Она увидела Кирилла.

Конечно, он вошёл в тот подъезд, в котором была квартира Ульяны, открыл дверь своим ключом. Загадка разрешилась: оказывается, Ульяна сама решила стать женой Кирилла, а Ларису специально выставила ненормальной в глазах Шумилиных.

Лариса ликовала. Теперь она могла бросить обвинение Ульяне в глаза, вскрыть всю ложь, что та лила ей в уши. Позвонить сейчас же, не дать им насладиться уединением. Как же она была слепа!

Лариса потянулась за телефоном, рука наткнулась на два свёртка — уколы красоты, новая партия, только привезли. Одна упаковка для Ульяны, другая для Изольды. С волнением Лариса смотрела на упаковки, которые выглядели практически одинаково, а маленький чёртик в голове что-то нашёптывал о сильном аллергене, и о том, что Ульяна даже проверять не будет.

Кирилл ушёл, Лариса набрала номер Ульяны.

— Я забыла тебе отдать препарат для инъекций. Да, только получили. Я завезу.

Даша слушала, затаив дыхание, периодически кивая. Площадь почти опустела, торговцы убирали товар и закрывали ларьки, вывеска над «настоящим ирландским пабом» вспыхнула яркими огоньками.

Молчание затянулось. В целом Даша узнала всё, что хотела, оставался последний пункт.

— От Наинель ты решила избавиться, когда обнаружила, что ТА самая колода пропала?

Лариса резко повернулась. Её зрачки расширились, губы дрожали. Даша подумала, что если после их встречи Лариса станет излишне суеверной, то ну и чёрт с ним.

— Откуда вы… Об этом вы знать не могли.

— Послушай, есть много любительниц непознанного, вроде Наинель. Есть те, кто знает немного больше, чем остальные. Таких как я единицы. Мне многое ведомо.

— Что именно? Что вам ведомо?

— Например то, что о Кирилле тебе лучше забыть. Есть лишь одна женщина в его жизни, которую он обожает искренне и всем сердцем. Вторая Элла ему не нужна.

Даша резко встала и зашагала прочь, не сбавляя скорости, не оборачиваясь. У входа в подземный переход её перехватила бдительная Леана и запихнула в машину. Позже они сидели на Дашиной кухне: Леана прослушивала запись разговора, Даша ревела, и сама не понимала причины своих слёз. Возможно, дело было в том, что Даша примерила на себя ситуацию Ларисы и почувствовала её боль.

***

Споры о том, что делать с признанием Ларисы, не утихали несколько дней. Даша не желала быть замешанной в возможном скандале, особенно если учитывать, что второй голос на записи принадлежал именно ей. Денис предложил компромиссный вариант: он в неофициальном порядке покажет запись кое-кому, кто может решить, стоит ли давать делу ход. Доводы его состояли в том, что признание, добытое путём обычного надувательства, могли и не принять в качестве серьёзного доказательства. Даша и Леана, пусть и с некоторыми оговорками, но всё же согласились.

Окончательного решения со стороны «кое-кого» им, однако, узнать не удалось. Как стало известно, Лариса улетела в загранкомандировку и больше не вернулась. Стала ли её новая жизнь успокоением или обернулась новым кошмаром так и осталось тайной.

Елена Ивановна после отъезда дочери как-то сразу растеряла былой энтузиазм и оставила Фомина в покое, благодаря чему Кирилл и Алексей смогли быстро договориться. Кирилл выплатил некоторые долги Алексей, который в свою очередь без особых возражений подписал бумаги об опекунстве. На этом дело не закончилось. Элла Шумилина лично предложила Фомину навещать сына как можно чаще и, более того, приезжать на все их семейные праздники. Постепенно Алексей стал в доме Шумилиных кем-то вроде любимого племянника, в какой-то мере заменив Марину.

Наинель неожиданно решилась на смелый шаг: продала квартиру и уехала в Петрозаводск. Неизвестно, открылся ли у неё третий глаз после того, как к ней слишком близко подошла смерть, или же древние камни севера повлияли на её способности, но она вдруг стала весьма популярна. Не прошло и года после переезда, как она заработала весьма неплохую репутацию и преданный круг поклонников.

Тётя Света недолго оплакивала потерю любимой гадалки. В какой-то момент она осознала, что заигрывание с потусторонними силами может негативно отразиться на жизни и здоровье, а здоровье — это самое главное. В два счёта заменив походы к экстрасенсам скандинавской ходьбой с палками, тётя Света стала ярым популяризатором здорового образа жизни.

Возле ресторана свободного места не оказалось, поэтому Роман притормозил у тротуара. Даша снова посмотрелась в зеркальце, припудрилась и поправила причёску. Она решила дать ещё один шанс ненавистным лодочкам, предусмотрительно обклеив проблемные места лейкопластырем. Конечно, она рисковала, но увы, это была единственная пара, которая подходила и к вечернему платью, и к сумочке.

— Так по какому случаю торжество? — Роман смотрел на Дашу с нескрываемым восхищением.

— Предполагаю, что сегодня состоится предложение руки и сердца. Также предполагаю, что я там буду присутствовать в качестве независимого свидетеля и почётного гостя. Они познакомились из-за меня.

— Я бы сказал, благодаря тебе.

— Ну или так. А ещё я по просьбе Дениса нагрузила Леану своими проблемами, чтобы у них было больше поводов для встреч.

— Значит, ты приложила усилия, чтобы этот день настал. Тогда ты имеешь полное право присутствовать при предложении. Позвони, когда за тобой приехать.

— Обязательно, — Даша поцеловала Романа. — О, вижу Леану. Пожелай нам удачи.

Леана выглядела какой-то излишне радостной и оживлённой. Конечно, она тоже понимала, к чему дело идёт и жутко волновалась. Часть волнения передалась и Даше, поэтому они почти не разговаривали и всё время оглядывались по сторонам.

Денис появился через несколько минут. В элегантном костюме, при галстуке, поблёскивая золотыми часами, он уверенным шагом направлялся в их сторону и, возможно, добрался бы без приключений, если бы не тротуарная плитка, предательски торчащая на полсантиметра выше, чем ей было положено. Именно об эту плитку Денис и споткнулся. Взмахнул руками, выгнулся, пытаясь сохранить равновесие, снова замахал руками, наклонился в другую сторону и в последний момент схватился за спасительные кусты. Ему удалось устоять на ногах, но всё, что он теперь мог сделать — это беспомощно смотреть на бархатный футляр, который вылетел из его кармана, пролетел по дуге и шлёпнулся прямо у ног Леаны.

— Стойте! — закричала Даша, хотя никто и не шевелился. — Стойте! Я должна запечатлеть это для истории.

Предложение руки и сердца состоялось тут же, под одобрительные возгласы немногочисленных прохожих. Когда общее возбуждение немного улеглось, и вся компания заняла место за столиком, настало время признаний и тостов.

Даша была очень довольна собой. Казалось невероятным всё то, что произошло с ней за несколько месяцев и полностью перевернуло жизнь. Ей даже не верилось, что когда-то она считала Дениса заносчивым нахалом, а Леану — глуповатой красоткой. Да что там говорить, Даша себя неудачницей считала. Злилась на окружающих, которые нахально лезли в её жизнь, а потом сунула нос в чужие тайны. Да, у неё был повод вмешаться, так как дело касалось и её тоже — но! — только касалось. Даже если бы с Ульяной ничего не произошло, Даша могла в любой момент просто прервать с ней всякое общение и свести на нет планы злосчастной парочки. А теперь получается, что они трое беспардонно покопались там, куда их вообще не приглашали. И ради чего? Ах, да, Леана и Денис.

Даша никак не могла призвать к порядку скачущие туда-сюда мысли. Она поделилась соображениями, но вышло всё равно путанно.

— Даже не смей себя винить, — Леана погрозила пальцем. — Если постоянно думать о том, где точно заканчиваются личные границы и начинаются общественные, то свихнуться можно.

— Верно, они первые начали, — поддержал невесту Денис. — Ты имела право докопаться до истины хотя бы в целях самозащиты.

— Но Шумилины мне никто.

— И ты для них никто, — кивнула Леана. — Кирилл Шумилин запросто использовал бы тебя как расходный материал, если бы была необходимость. Не забывай о том, что они с Ульяной были ещё теми махинаторами.

— Если не хуже, — добавил Денис.

— Я вот тут вспомнила, ты говорил о какой-то теории — глаза Леаны заблестели, она хитро улыбнулась.

Денис опустил глаза. На этот раз он Леану не поддержал.

— Сегодня неподходящий день для моей теории. Она может вам не понравиться. Она даже может вас расстроить. Не хочу портить настроение.

— Да ты что! — Леана легонько толкнула его под локоть. — Как раз сегодня самый подходящий день. Поставим жирную точку в деле и больше о нём и вспоминать не будем.

— Мы больше расстроимся, если ничего не узнаем, — поддакнула Даша.

— Ну хорошо, уговорили. Но я предупредил, поэтому…

— Никаких претензий!

— Да, никаких претензий. Моя теория, я повторю, что это только мои личные предположения, так вот, моя теория заключается в следующем. Я думаю, что Кирилл заплатил большую сумму Ульяне не только за то, чтобы та нашла ему подходящую жену, но и помогла овдоветь.

Денис замолчал, Даша и Леана не произнесли ни слова, переваривая услышанное.

— Ты хочешь сказать, что они изначально планировали избавиться от Марины? — Даша всё ещё сомневалась в том, правильно ли она поняла Дениса.

— Они изначально планировали найти Кириллу подходящую жену, а потом избавиться он неё. Марина не была конкретной целью, на её месте могла оказаться любая другая женщина. Возможно у них на примете было несколько кандидаток, на случай, если бы с Мариной ничего не получилось. Найти подходящую женщину, на самом деле, было не такой уж простой задачей, ведь выбрать надо было не столько жену для Кирилла, сколько невестку для Эллы, понимаете?

Даша и Леана кивнули, Денис продолжал.

— Я уверен, главную роль сыграл тот факт, что старшая дочка Марины, серьёзная и воспитанная Алина, была воплощением того, как выглядит приличная девочка из приличной семьи, а младший Артём был ещё совсем маленьким. Если бы пришлось иметь дело с двумя неуправляемыми сорвиголовами, Элла бы вряд ли обрадовалась.

— Понятно, но избавляться от Марины то зачем? Всё же хорошо шло, — Даша не могла понять мотивов Шумилина.

— Вот вы сами постоянно говорили, что Марина с трудом вписалась в образ жизни Шумилиных, что ей не хватало праздника, что с её характером строить из себя занудную, скучную жену было в тягость. Вы спрашивали, сколько бы она ещё выдержала, но задавались ли вы вопросом, а сколько бы выдержал Кирилл? Ему ведь тоже приходилось притворяться.

— Ну, мы… — Даша и Леана переглянулись.

— Сколько бы времени он не отдавал работе, от супружеских обязанностей его тоже ведь никто не освобождал. Я уже молчу про то, как нелегко было изображать довольного жизнью семьянина перед Эллой. Притворство со временем могло войти в привычку, но прикидываться до конца дней своих? Не думаю. К тому же я поинтересовался мнением противоположной стороны.

— Что за противоположная сторона?

— Вы опрашивали дамскую часть знакомых Шумилиных, что они думали о браке и о Марине, а я поговорил с кое с кем из их бизнес-партнёров. Так вот, их свидетельства сходятся в одном: Кирилл не вёл себя как женатый человек. Как заботливый отец — да, как женатый мужчина — нет.

— Он, ну, флиртовал с другими женщинами? — Даша немного растерялась.

— Нет, здесь скорее дело в вопросах тайм-менеджмента, в откровенных мужских разговорах, в привычках. Как бы это попроще объяснить, очень часто создавалось впечатление, что Кирилл вообще не помнил, что у него была жена.

— Кажется, понимаю, — кивнула Леана. — Но как они собирались от неё избавиться?

— Не знаю, — Денис покачал головой. — Как я уже сказал, это не более, чем мои догадки, вряд ли Кирилл захочет их подтвердить. Возможно они собирались подстроить несчастный случай, может ещё что-нибудь, но в результате остановились на убийстве.

Кирилл немного помолчал, сделал глоток шампанского и продолжил.

— Подстроить несчастный случай не так-то легко, особенно в доме со множеством камер, да ещё и человеку, который почти никогда не оставался в полном одиночестве. Пострадать должна была Марина, но не в коем случае не дети. Убийство было сопряжено с некоторым риском, но при правильно разыгранной мизансцене у них всё могло получиться.

— При его деньгах мог и киллера нанять, — фыркнула Леана.

— Плохая идея. Киллеров по объявлению не нанимают, нужны правильные связи, в конце концов нужен серьёзный человек, который даст гарантии. К тому же если замешан киллер, то, естественно, есть заказчик. Кирилл сразу стал бы главным подозреваемым, потому как полиция от сантиментов далека, историю большой и чистой любви им рассказывать было бы бесполезно. Но не полиция была главной проблемой. Прежде всего в их версию должна была поверить Элла. Всё, что они делали, они делали для неё. Шаг за шагом готовили кульминацию этой затянувшейся пьесы, постепенно внушая окружающим, что скоро может случиться трагедия.

— Ты как-то драматизируешь, — Даша погрозила пальцем. — Какая мизансцена, почему трагедия?

— А вы ещё не догадались? Лариса! Лариса, отчаянно влюблённая в мужа сестры. Никто не видел, как Кирилл смотрел на неё, потому что он действительно смотрел на неё по-особенному, когда рядом не было свидетелей. Ульяна и Наинель убеждали её в том, что брак Кирилла несчастен. А все вокруг искренне думали, что она совсем тронулась на почве безответной любви. Если бы в один прекрасный день произошла трагедия и на месте преступления обнаружили улики, указывающие на Ларису, никто бы особо не удивился.

— Но она же могла… — Леана не закончила, Денис тяжело вздохнул.

— Она могла исчезнуть, и никто бы никогда не узнал куда она подевалась.

— Они бы и её тоже? С ума сойти. И всё для того, чтобы история звучала убедительно для Эллы?

— Элла очень эмоциональная натура, чувственная, но при этом сильная и властная. Она прежде всего матриарх, а потом всё остальное. Она бы даже родному сыну не простила совершённого преступления. Кстати, вам будет интересно узнать: Элла через знакомства получила копии отчётов итальянской полиции. Из показаний свидетелей она помимо прочего узнала о безобразном поведении Елены Ивановны и о том, что Лариса, наоборот, старалась привить сестре хороший вкус. Мне кажется, после похорон она высказала Елене Ивановне всё, что о ней думала, а Ларису приблизила к себе.

— А Елена Ивановна в отместку начала диверсионную деятельность, в результате чего Ульяне пришлось вспомнить обо мне, — Даша скривилась, словно проглотила что-то очень кислое. — И всё же забавно, как точно сбылось последнее предсказание Наинель — Лариса действительно отправилась в длительное путешествие. Неужели разыгранная нами сценка так повлияла на неё?

— Тут я виноват, — Денис немного сконфузился. — Я отдал запись разговора одному высокому полицейскому чину, но не предусмотрел, что чин тот скорее всего захочет сначала показать улику самой Элле, а уже потом решать, стоит ли принимать меры. Элла приняла меры первой: предложила Ларисе навсегда покинуть страну, а Елену Иванову предупредила, что больше не потерпит её вмешательства в свои дела. Вот как-то так. Так что теперь Элла с полным правом может добавить очередной скелет в шкаф. Я более чем уверен, что в семье Шумилиных скелетов много.

— И все любимые, — тут же добавила Леана.

Заиграла музыка, на середину зала потянулись пары. Денис пригласил Леану и вскоре они уже кружились в упоительном танце. Глядя на них Даша чувствовала странное умиление, которое обычно чувствуют родители, когда смотрят на так быстро повзрослевших детей. Долго, впрочем, полюбоваться новоиспеченными женихом и невестой ей не удалось, мысли как-то сами собой обратились к Элле Шумилиной. Даша прогонять непрошенные мысли не стала, полностью отдаваясь во власть воображения.

Из зала ресторана она перенеслась в особняк Шумилиных. Танцующие пары померкли, вместо них появился длинный коридор со множеством дверей. По коридору шла Элла, неся в руках новенький семейный скелет. Она держала его с такой гордостью, словно он был доставшимся в тяжёлой борьбе трофеем. Лицо Эллы выражало полное удовлетворение.

В самом конце коридора находилась дверь, ключ от которой был только у главы семьи. В комнате за дверью стоял шкаф. Высокий, старинный, красного дерева со стеклянной витриной. За дверцами шкафа в ряд стояли скелеты, перед каждым была табличка с подробным описанием, при каких обстоятельствах тот или иной скелет появился. Одно место пустовало.

Элла подошла к шкафу, открыла дверцу и торжественно водрузила новый скелет, новую семейную тайну, на причитающееся ему место, снабдив соответствующей табличкой.

Как и подобает главной героине настоящей семейной саги.