Чужие миры

Предисловие - Кирпич меняет судьбы

Многое в этой жизни зависит не от нас. Бывает так, что сколько бы ты ни старался, сколько бы ни прилагал усилий к достижению конкретной цели - все равно ничего не получится, ничего не изменится. А ты останешься таким же, каким и был, разве что нервов может стать намного меньше, седины больше, а желание повторить - и вовсе пропадет.

И все-таки, ведь что-то заставляет нас совершать необдуманные и опрометчивые поступки, даже если и не надеешься на счастливый исход. Что заставляет? Может быть сама жизнь? Какая-то ее часть - сторона твоей личности? Вряд ли. Может быть тогда любовь? Сомневаюсь. Сколько внимания уделяется этому явлению, а по сути - это артефакт, который сложно найти, сложно понять, и сложнее всего сохранить, не подвергнув никаким изменениям.

Так можно продолжать до бесконечности. Только нет в этом смысла. Как нет смысла, и в самой бесконечности.

Вряд ли вы найдете на земле взрослого человека, который никогда и никуда не опаздывал - всегда приходил вовремя. Даже когда вы опаздываете на встречу с мало знакомым человеком, и он говорит вам: "В отличие от некоторых, я никогда не опаздываю!", вы ему все равно не поверите. Даже если это правда. Правда, которая не может существовать.

Впрочем, человек, с которым я договорился встретиться, не отличался особой пунктуальностью, и я думал, что все же успею прийти раньше него, хоть и опаздывал уже на полчаса.

Я очень давно хотел встретиться с ним. Все-таки раньше мы были очень близки. Лучшие друзья. Не разлей вода. Интересно было бы узнать, как он изменился. Подрос ли, повзрослел ли? Может быть даже, женился, завел детей? Говорят, он стал неплохим художником. Ну, точнее, я так сам думаю. Если честно, я бы не позвонил ему и не назначил встречу, если бы не увидел его имя и фамилию под картиной, на одной выставке.

День был пасмурным, черные тучи заволокли всё небо. По предчувствиям, через несколько минут должен начаться дождь. Я поёжился от холодного ветра. Надо было куртку надеть – и от дождя бы хоть как-то помогла, и теплее было бы.

Мой шаг почти перерос в бег. Надо сказать, бегать я ненавидел. Не потому что я слабый или невыносливый, а потому что просто не любил. И все.

И все-таки я побежал. Не люблю я опаздывать, никто не любит. В принципе, можно было уже и не стараться - все равно опоздал. Но совесть-то у меня все-таки есть. Не заставлять же его ждать меня вечно, правильно?

Надо было вызвать такси, так бы я приехал вовремя, и сразу к пункту назначения. А эти автобусы - они такие непредсказуемые... Да еще и топать пешком больше километра...

Я уже был почти на месте. Оставалось только повернуть за угол и пройти вдоль двух домов.. Но вдруг случилось то, что все иногда вспоминают, в качестве примера, но редко с кем это случается. Мне на голову упал кирпич.

А кирпич ли это? Ну да, кирпич. Оранжевый такой, с дырочками, разломанный на большие и маленькие куски от встречи с моей головой. Странно, что сломался он, а не моя голова. Еще страннее было то, что я чувствовал, как с головы по плечу стекает кровь, но при этом не было боли. Наверное, это шок.

Я посмотрел наверх, прикидывая, с какого этажа этот кирпич упал. Наверное, с последнего. Девятого. Потому что кровь уже испачкала почти всю белую футболку, и стремительно пачкала джинсы. Не знал, что этой красной жидкости у меня так много.

Я с грустью подумал о том, что так и умру - стоя с остатками кирпича в руках, весь заляпанный кровью. С еще большей грустью подумал о том, что мои рассуждения слишком спокойны для раненного, возможно, даже умирающего человека. Думаю, моему хладнокровию сейчас бы позавидовал самый крутой терминатор.

Я осел на землю, потрогал рукой место на голове, куда пришелся удар. Боли по-прежнему не было. Вдруг перед глазами все поплыло, реальность потемнела, стала раскачиваться, деформироваться, приобретать зловещие формы. Пока вовсе не превратилась в черную точку, в беспросветную тьму. Я стал выскальзывать из жизни.

Внезапно на меня напала паника. Я вовсе не хотел умирать! Цепляясь за остатки жизни, я пытался встать, но не получалось. Было действительно страшно, хотелось кричать. Но я даже не мог открыть глаза.

Потом был удар. По лицу. Несколько ударов. Такое ощущение, что меня приводили в чувство. Только чувств уже не было. Не в силах, что-либо сделать, я полностью расслабился, дал разрешение смерти увести себя в другой мир. Смерть забирает без разрешения, но все-таки мне хотелось, чтобы отчасти это было мой выбор - умереть. Хотя я вовсе и не стремился к этому.

Последней мыслью было то, что, наверное, мой приятель не станет долго меня ждать, и скоро пойдет домой, хоть я и так спешил к нему на встречу. Потом я исчез.

Глава 1 Любопытным - ноги отрывают

Сон - прекрасная вещь. Сон помогает обрести новые силы. Сон - исцеляет.

Но не всегда. Бывает, ляжешь пораньше, а все равно просыпаешься с тяжелой головой, плохим настроением, и весь день потом угрюмый ходишь, печальный. Еще хуже, когда пытаешься заснуть после ссоры - когда просыпаешься, складывается ощущение, что всю ночь вагоны разгружал.

А вот просыпаться, когда уже думаешь, что умер - непередаваемое ощущение.

Я потянулся и с хрипом выдохнул. Тело свело судорогой, голова неистово заболела, глаза открылись и сразу закрылись от яркого света. Кажется, что я пролежал здесь не меньше месяца. Я снова открыл глаза и попытался сфокусировать взгляд. Не получилось. Голова заболела еще сильнее. Суставы хрустели как у старика.

Я присел, и снова упал в положение лежа. Тело не слушалось.

Тогда я решил подождать. Если я чувствую боль, то вряд ли я на том свете. Как-то это не укладывалось в мои представления о прекрасном загробном мире. Ведь на том свете обитают не тела, а души. А разве душа может болеть? Хотя.. Нет. Как говорил Рене Декарт: "Я мыслю, следовательно я существую". А значит, я существую. Вне сомнений.

Со следующей попытки мне все-таки удалось сесть на кровати и открыть глаза. Увиденное вызывало смешанные чувства.

Кажется, я находился в больнице. Да, больше всего это было похоже на больничную палату - белые гладкие стены, сероватых тонов пол, вроде как из плитки, белая со стеклянной вставкой дверь, стол, и кровать, на которой я лежал. Кстати, кровать, как ни странно, была цветной - одеяло было голубым, с рисунками белых пушистых облаков, а подушка бледно-желтая. Скорее всего, она олицетворяла солнце. Довольно оптимистично. Особенно, если учитывать, что я чуть не умер.

На столе стоял стакан воды, лежали какие-то бумажки. Мандаринок бы положили что ли. А то есть хотелось, и очень. Можно было бы позвать кого-нибудь, чтобы узнать где я нахожусь. Только вот сил встать пока еще не было. А орать хриплым голосом, еще и надеясь на то, что меня услышат - было бы глупо и не солидно.

Может еще поспать? Думаю это хорошая идея, организму нужно восстановиться после падения кирпича. Я потрогал голову, чтобы убедиться, что рана на месте и наткнулся на пушистые волосы, под которыми не было никаких повреждений.

Очень странно, не могла же рана так быстро зарасти? Наверное, я пролежал здесь действительно много времени. Может даже я был в коме. Хотя нет, когда человек уходит в кому, около него ставят жизнеподдерживающий аппарат, который противненько пикает. А может только в фильмах так. Ох, не доктор я.. не доктор.

Я снова лег, пытаясь не думать о плохом. Но вокруг было слишком ярко, чтобы заснуть. Надо для начала найти выключатель.

Стены были голыми - даже розеток не было. А на потолке не было приборов освещения. И только тогда я понял, что свет исходит от стен.

В какое же странное место я попал. Кажется, здесь что-то нечисто. Надо все-таки встать и выйти из палаты.

Около кровати обнаружились похожие на кроссовки удобные ботинки. Предусмотрительно. Только они были на шнуровке, а пальцы почему-то плохо сгибались. Бросив это бесполезное занятие - завязывание шнурков - я просто заправил их в ботинки, и встав, подошел к двери. Подергал ручку. Заперто.

И что делать? Подергал ручку сильнее. Постучал. Выругался про себя. Пнул коленкой дверь. Потер ударенную коленку. Нет, в таком состоянии я эту дверь силой не открою. Надо открыть по-умному. Нужен ключ. Было бы глупо полагать, что кто-то случайно, или не случайно, оставил здесь ключ, но все же поискать стоило.

Подойдя к столу, я потянулся к бумажкам. Пролистал их, надеясь, что там написано что-то важное. Но даже, если и так, прочесть я не сумел - язык письма был не русский. Чем-то он походил на английский, с примесью неизвестного мне языка. Хотя не факт, английский я знал очень плохо, а судить по виду букв, я думаю, не стоит.

На столе также обнаружился карандаш и ручка. И какая-то маленькая узкая карточка на цепочке. Очень похожа на брелок. На карточке был нарисован ключ и написаны буквы, тем же непонятным языком. По краю были небольшие вмятины, неестественного происхождения.

Я долго смотрел на этот брелок и понимал, что он мне нужен, а вот для чего - догадаться не мог. Прошло, наверное, минут десять, пока я ни ударил себя по лбу и не воскликнул: "Точно! Это же ключ!". Что-то я туплю сегодня.

Догадался я правильно - возле двери на стене, был едва заметный проем на уровне руки. Я просунул туда карточку и с легкостью открыл дверь. За дверью оказался коридор, довольно длинный и широкий. На стенах висели картины, явно малолетних художников: Вот разнорогая козочка щиплет травку под ясным солнышком, а вот небольшой домик с заборчиком и непременно с трубой, из которой идет дым, и конечно цветочки, которые все мы любили рисовать в детстве - непохожие ни на один существующий в мире вид цветов, но при этом все равно непременно они.

Вдоль стены также тянулись двери. Некоторые из них были такие же, как и в моей палате. Некоторые - глухими, без стекол. На одной из таких дверей висела табличка с ярко красной надписью, явно предупреждающую о чем-то. Думаю туда лучше не входить. Мало ли.

Обидно, что я не могу ничего прочесть. А сколько всего я мог бы узнать, уже по имеющимся хранителям информации! Например, по тому эвакуационному плану, висящему на стене. В нем содержалась жизненно важная информация, уверяю вас.

Голова, кстати, уже почти не болела. Но ноги все еще слегка хрустели. Не до конца видно, я их размял.

Медленным шагом я дошел до конца коридора и встал перед дверью - железной, без стекла. А жаль, хотелось бы приблизительно знать, что за ней скрывается. На стене я нашел проем для карточки. Вставил ее, услышал едва слышный "щелк" (Кстати, когда я открывал первую дверь, то никаких звуков не было) и слегка приоткрыл дверь. Посмотрел в щелочку и распахнул дверь полностью.

Коридор вел в небольшую комнату, уставленную приятными глазу бежевыми диванчиками, столиками, и опять же - картинами. В этот раз, написанные более взрослыми художниками.

Я осторожно зашагал по комнате и вдруг услышал тихое шорканье за спиной. Вздрогнув, я развернулся и увидел мужчину, сидящего на одном из диванов, который чуть вскрикнул и выставил перед собой руки в защитном жесте. У него были очень круглые глаза. Кажется, он боялся больше, чем я.

Примерно с минуту мы смотрели друг другу в глаза. За это время я отметил, что он примерно такого же возраста, как и я. Волосы у него были светлые, короткие. Лицо довольно аккуратное, телосложение ничем не выделялось. В широко распахнутых глазах угадывался серовато-голубой цвет.

Я попытался встать в максимально непринужденную позу. Дружелюбно улыбнулся, чуть взмахнул рукой. Кажется, это подействовало. Сосед тоже слегка улыбнулся и качнул головой. Я подошел к дивану, протянул руку:

- Привет, я Андрей. Будем знакомы.

Он пожал мне руку. Жестом пригласил присесть рядом. Я сел.

Кажется, он здесь тоже совсем недавно, и тоже не понимает, что происходит. Думаю, от него я много не добьюсь. Но побеседовать с братом по несчастью было бы приятно.

- А как тебя зовут? - Я попытался начать разговор.

Он посмотрел на меня, но промолчал. Может быть он меня не понимает?

- Ты говорить умеешь? Знаешь русский? - с его стороны это, наверное, походило на допрос. Он виновато пожал плечами и что-то произнес. На другом языке. Какая жалость, даже поболтать не с кем. Я вздохнул. Он развел руками.

Что ж, идеальный собеседник - молчаливый собеседник.

- Знаешь, я абсолютно не понимаю, где нахожусь. А ты? Вообще, я думаю, что это больница. Где же еще мне бы вылечили голову, правильно? Но как-то все странновато здесь. Все надписи на непонятных языках, ты вот тоже, по-русски ни бельмеса, и как я понял, тоже не можешь прочесть здешний язык. Наверное. Еще и освещение странное. Даже не понять, то ли сейчас ночь, то ли утро. И где мы вообще? На каком этаже? Может быть под землей? Думаю, последний вариант логичен, так как я еще не встретил здесь ни одного окна. Логично не делать окон под землей. Но вот больница без окон - не самая хорошая идея, да? Хотя, может это все-таки не больница. Может это лаборатория. Точно! Наверняка, здесь на нас ставят опыты! На мне, может быть какое-то сильное лекарство. Обычными лекарствами меня бы не вылечили, это точно. А вот ты. Ты как здесь оказался? Помнишь что-нибудь? Может быть маршрут, как сюда пришел? Или тебя тоже перенесли в бессознательном состоянии?

Конечно же он молчал. В разговоре с человеком, которого не понимаешь, все вопросы автоматически становятся риторическими, а значит, больше не требуют ответа. Впрочем, во время моего монолога он хотя бы кивал, что было приятно.

Потом я замолчал. Обстановка сразу стала какой-то грустной. Я встал с дивана и прошелся по комнате. Круглая, небольшая, справа имеется дверь. Я подошел к ней. Здесь щели на стене не было. Жаль. Я думал, таким образом, можно перемещаться по всему зданию. Я постучал. Звук получился гулким, как в фильмах ужасов.

За дверью послышалось шуршание, топот, и я пожалел о том, что постучал. Мало ли кто там, за этой дверью? И что мне будет за то, что я вышел из палаты? Я стремительно отошел от двери и встал напротив. Дверь открылась и в комнату вошел человек.

Высокий, в белом халате, волосы черные, один глаз скрыт за повязкой. Промелькнула ассоциация с пиратами. Он неодобрительно посмотрел на меня и моего соседа и произнес:

- Что, очухались уже? Ну подождите, сейчас еды принесу. - И сразу скрылся за дверью.

Он говорил на русском языке! Спасибо тебе господи! Я посмотрел на своего соседа, чтобы поделится новостью, но тот сидел очень мрачный. Похоже он не понял ничего, из того что произнес человек с повязкой. Даже жалко его.

Я сел за диван около столика и пригласил туда же моего соседа. Он послушно встал и сел рядом.

Дверь снова открылась, человек с повязкой на глазу снова зашел в комнату. Видно было, что он сильно болел: шаркающая походка, руки мелко трясутся, тяжелое дыхание, взгляд полный боли, да и повязка явно была не для красоты.

Странно, что несмотря на свою болезность, он казался опасным. Что в нем было такое.. нехорошее. Ощущение, будто он тебя убьет и не заметит.. Находиться с ним в одной комнате было некомфортно. И кажется не мне одному – мой сосед старался не встречаться с ним взглядом и явно нервничал.

Я почему-то сразу окрестил его доктором. Наверное, из-за белого халата. Или из-за вымученного взгляда, который обычно бывает у работников тяжелого труда. Еще от него неуловимо пахло лекарствами. Впрочем, может потому, что он их сейчас принимает. Надо же как-то лечиться?

Доктор доковылял до стола, положил на него поднос. На подносе стояли две миски с кашей, тарелки с картофельным пюре и котлетой и два стакана воды. Скромно. Очень скромно. Сосед сразу схватил ложку и начал уплетать за обе щеки. Наверное, он просидел здесь дольше, чем я.

Я решил начать с котлеты, в случае, если еду внезапно отберут, можно будет успокоить себя тем, что я съел самое вкусное из предложенного.

- Как зовут? – неожиданно спросил доктор и присел на диван напротив. Вопрос был обращен ко мне – по недовольному кряхтению соседа, я понял, что он опять ничего не понимает.

- Андрей. – Коротко ответил я

- Отлично. Андрей, хочешь остаться в здравом уме?

Какой-то странный вопрос. А кто не хочет, спрашивается?

- Хочу.

- Замечательно. Тогда мне, наверное, не стоит удалять тебе память?

- Не стоит. – Я напрягся. Этот тип мне определенно не нравится.

- Вот и хорошо, пойдем за мной. – Он встал и жестом попросил подняться и мне.

Я подчинился. Он ушел за дверь, из которой вышел изначально, я последовал за ним. Напоследок я обернулся, посмотрел на своего соседа. Он показал мне большой палец. Хороший парень. Надеюсь, с ним все будет в порядке.

Место, куда мы пришли, отличалось большим количеством предметов. Правда стены, потолок и пол, как и до этого – белые. Тоска, одним словом. В углу стоял стол, заваленный бумагами, какой-то железной мелочью, колбами, мусором. За ним был шикарный бежевый стул, явно дорогой. В другом углу был стул, который обычно используют стоматологи для клиентов. На стенах много разных шкафчиков, выдвижных ящиков, полок. Как я понял, помещение было стерильно, ну разве что кроме захламленного стола. Все вместе выглядело довольно современно, даже футуристично.

- Садись. – Доктор указал на стоматологический стул. Я вздрогнул, неприятная ассоциация с удалением зубов ярко промелькнула в голове. – Не бойся. И не задавай вопросов. Я расскажу все, что нужно. – Голос был холодным. Это пугало.

Я сел. Точнее прилег. Почувствовал, что все тело как будто связали веревками. Эй, что за дела?. Меня что, пытать будут? Я резко против! Я начал дергаться, пытаясь освободиться.

- Не нервничай. – Сказал доктор, набирая жидкость в шприц. – Это чтобы ты меня не ударил. Все паникуют, видя шприцы и разные режущие инструменты, и начинают драться. А мне лишние синяки не нужны. И так хреново, как видишь. – Едва заметным жестом он прикоснулся к повязке.

Я продолжал орать и дергаться. С детства ненавижу уколы! Он сложил руки на груди и стал сурово и пристально смотреть мне в глаза. Мне стало неловко. Я успокоился и постарался думать о хорошем.

- Уже лучше. Мне нужно сделать несколько уколов и установить переводчик, хорошо?

- А у меня есть выбор? – тихо, но желчно произнес я.

- Да, есть. Я могу стереть тебе память и вернуть тебя обратно, домой. Но ты уже отказался от этого варианта. И я тебя понимаю. Жить, не зная, как тебя зовут, не так здорово, правда?

- А ты сволочь. – Спокойно сказал я.

- Знаю. – Он наклонился и поставил укол в плечо и шею. Я дернулся. Рука онемела.

Что-то острое вонзилось в шею. Горло обдало холодом и болью. Меня тошнило, во рту стоял гадкий вкус крови с примесью медикаментов. Я закашлялся.

- Тише, скоро пройдет. – Доктор повернул мне голову и стал прикреплять острую железку за ухо. Я почувствовал, как капля крови стекает по лицу. Та же участь настигла и второе ухо. Я оглох, слышно было только глухой шум. Доктор беззвучно открывал рот, что-то говорил, но я его не слышал.

Глаза залило кровью. Резкая боль, ощущение, что внутрь каждого глаза засунули камешек. Я ослеп - все стало черным. Глаза не видели, уши не слышали, я не мог говорить. Так страшно мне никогда не было. Даже тогда, когда я чуть не умер. По мне так лучше умереть, чем лишиться всех чувств. Казалось, что я лежу в пустоте целую вечность. Если бы не бьющееся сердце, я бы подумал, что уже умер. Кто-то положил мне руку на плечо. Стало спокойнее, но не на много.

Послышалось легкое шуршание. Потом я увидел свет.

- Какое счастье! Счастье-то какое! Я вижу! – голос был на удивление слабым и то и дело пропадал.

- Такая простая истина, а приходит только тогда, когда припрет. – Философски заключил доктор. – Как тебе ощущения? Непередаваемые, не правда ли? – Он усмехнулся.

- Не то… Слово. – Раздельно сказал я.

Я понял, что меня ничего не сковывает. Невидимые ремни пропали. Доктор одел мне на руку браслет из тонкого железа и сел за стол – начал заполнять какие-то бумаги.

Странный он все-таки человек. Вроде бы не злой, но отталкивающий. Сильный. Даже когда болеет – сильный. И очень интересно, что у него под повязкой. Может быть, у него просто нет одного глаза? Возможно. Или он слепой, или у него глаз больной, и повязка для лечения нужна?

- Бери газету, читай. – Сказал доктор, не отрываясь от бумаг. – Вслух.

На полке в стене лежала газета. Я взял ее.

- Я не понимаю, что здесь написано. – Тот же странный, витиеватый язык.

- Сфокусируй взгляд на буквах. Подожди пять секунд. – Он вздохнул. Видимо уже задолбался каждому это повторять.

Буквы начали формироваться в знакомый мне русский алфавит. В газете было написано что-то о переговорах в плохо выговариваемом городе «Ахтичтилагх». О том, что они закончились успешно, и был подписан мирный договор. Еще в другой колонке, было написано о каком-то ежегодном празднике грибов. «А я бы на нем побывал..» - Подумал я. Не подумайте, что я наркоман, просто ничего лучше жареной картошечки с грибами не бывает.

- Ладно, хватит. Вроде бы, нормально читаешь. – Он встал из-за стола – Я пойду разберусь со вторым. А ты сиди здесь и ничего не трогай!.. А то руки оторву. Или ноги. – Он вернулся к двери, где ел мой сосед и обернулся. – Если что, я тебя предупреждал. – С угрозой добавил он и скрылся за дверью.

Пф. Так уж и оторвет? Хотя, наверное, может. Только вот никогда нельзя говорить русскому человеку: «Ничего не трогай! Никуда не уходи!» Обязательно все потрогает и свалит. И я был не исключением.

Я встал и решил исследовать кабинет. Из комнаты вело три двери. За одной я уже был. На второй двери висела маленькая шторка. Отодвинув ее, через прозрачную вставку в двери, я увидел комнату, в которой стояло шесть кроватей. Три у одной двери и три у другой. Две кровати были заняты. Надеюсь, что не трупами…

Я поспешно вернул шторку в прежнее состояние. А вдруг и вправду трупы? Лучше мне этого не знать.

Третья дверь была плотной. Ручки у нее не было. Я решил просто толкнуть ее. Дверь не открылась. Взглянул на стену – проема для карточки тоже не было. Хотя, я карточку все равно где-то оставил.

Потом я нагло сел за стол ( и кстати, чуть не уронил одну из колбочек), и стал читать бумаги. Некоторые из них были недоступны для прочтения – еще один непонятный язык. На этот раз буквы острые и смахивают на иероглифы. Странно, мне же установили переводчик?

Я дотронулся до горла. Ну да, железячка какая-то. Переводчик, наверное.. «Глупец, это устройство нужно для того, чтобы подчинить тебя и убить..» Что за дурацкие мысли? Я начинаю превращаться в параноика.

Некоторые из бумаг я все-таки смог прочитать. Одна из них была обо мне. Цитирую: «пациент Андрей (порядковый номер 37815) – состояние стабильное. Адаптация организма к среде – хорошая. Не агрессивен. Физически и психически здоров.»

Маловато. Как-то даже обидно. Можно было еще добавить, что я красив и чертовски обаятелен, как минимум. Тем более, что данные были не точными. Разве может психически здоровый человек сознательно не подчиняться приказам, нарываясь на отрывание ног? Сомневаюсь.

Я отложил бумаги – ничего интересного я больше не нашел. Была, конечно, еще какая-то бумажка с труднопроизносимыми терминами, и такие же небольшие отчеты о пациентах. Особенно мне понравилось: «пациент Корник (порядковый номер 37807) – состояние нестабильное. Адаптация организма к среде – заторможенная. Агрессивен. Присутствует параноидальная шизофрения. Отсутствует правая почка и правое ухо»

Шикарное описание. Думаю, этот человек лежит за дверью, на которой висела табличка с красной надписью. Вообще, я был бы очень даже на него похож, если бы тогда, пять месяцев назад, взял бы машину в кредит. И агрессия бы появилась, и шизофрения. Что уже говорить об отсутствии почки…

Я подошел к третьей двери. Как-то же все-таки можно ее открыть? Может быть ручка есть, но она спрятана в двери? Я потрогал место, где по логике, она должна быть. Никаких выступов – гладкая дверь. Тогда я дотронулся до стены рядом. Постучал ее, приложил ухо.

Из стены выехал белый брусок с верхней черной поверхностью. Я удивленно посмотрел на него – гладкий, из железа. Может быть, он считывает отпечатки пальцев? Тогда я отсюда точно не выйду. Я положил руку на брусок, в надежде, что система открытия дверей работает по-другому. В глубине бруска замерцал зеленый огонек. Браслет на моей руке позеленел, что-то пикнуло и дверь отъехала в сторону. Какой я все-таки умный и сообразительный! Сам не верю! А со стороны доктора было непредусмотрительно наделять меня ключом, и еще надеяться, что я никуда не уйду. Или это специально так задумано?

Я вышел в коридор. Стены были белыми, но не совсем – вдоль них тянулись красивым узором толстые синие полосы, из мерцающего металла. Выглядели они очень футуристично. Как будто я попал на космический корабль.

Напротив была дверь и окна, выходящие не на улицу, а в зал с круглым столом. С огромным круглым столом.

Теперь все было понятно. Я попал в космическую больницу для рыцарей круглого стола! Я усмехнулся. Все-таки шутить я совсем не умею.

Я неспешно пошел вдоль по коридору. Здесь, картин не было – вместо этого в стенах были дверцы ящиков, содержимое которых неизвестно. Если честно, не особо-то хотелось знать, что там было.

Напротив одного окна я остановился – за ним было дерево. Нет, окно вело в помещение. Но в этом помещении, пол в некоторых местах был засеян травой и огорожен камешками. И на этих травяных островках стояли маленькие березы. Целых три.

А в одном углу был размещен аквариум, в котором плавала огромная рыбина. Настолько огромная, что большой аквариум был ей тесен. Я облокотился на стекло и стал за ней наблюдать. А рыба все-таки была красивая. Страшная, но красивая. Она переливалась всеми цветами радуги, ее глаза имели ярко красный оттенок, без зрачков. А изо рта торчали клыки, чуть меньше, чем у саблезубого тигра. Если бы я ее встретил в природе, то не размышлял бы сейчас о ее страшной красоте. Я бы бежал, и очень быстро!

- Ах, ты ж мать вашу! – раздалось сзади

Я обернулся, ожидая увидеть разъяренного доктора, несущегося отрывать мне ноги, но увидел совсем другого человека.

Очень высокий мужчина, лет тридцати. Одет в разорванный, но как-то держащийся на теле комбинезон. Весь в крови. В руке меч, с которого стекает кровь…

Он обратил на меня внимание, шагнул вперед.

- Парень, ты что здесь делаешь? – он посмотрел на меня красными глазами и улыбнулся, обнажив острые клыки.

А-ах.. Кажется, я труп. Я развернулся и припустил во всю мощь, только пятки засверкали. Сзади слышался топот и звяканье.

- Стой, парень! Ты чего? Стой тебе говорят!

Беги! Беги, что есть сил! Вот уж точно гонка не на жизнь, а на смерть. Страшно-то как! Адреналин, может меня спасти, сейчас бы я мирового рекордсмена по бегу переплюнул.

Вдруг впереди замаячил черный дым, сформировался в силуэт, и превратился в человека, который за мной гнался. Я ошарашенно остановился. Что еще за магия вне Хогвартса?!

- Да, староват я стал, целых пять секунд перемещался. – Он хмыкнул и пошел навстречу.

- Живым не сдамся! – я развернулся и опять побежал

- Что, опять?.

Вдруг я поскользнулся и упал, больно ударившись головой. Это провал. Теперь я точно труп.

- Ну все, брат, хватит. – спокойно сказал он и поднял меня за руку – набегался уже. Вон, как тяжело дышишь.

Я посмотрел на свою руку. На ней остался кровавый след. Меня передернуло.

- Да ты не переживай, это не моя кровь. Эм.., так, наверное, даже страшнее стало, да?. – Он выдержал паузу. За это время я успел сто раз обругать себя за то, что не послушался доктора и вышел из кабинета. – Ты откуда? Как зовут?

- Андрей. – Голос меня подвел – с хрипотцой и дрожит. Я собрал себя в руки и продолжил. – Я из России.

- А. А ты случайно не тот паренек, которого кирпичом зашибло?

- Я. – Я удивился. – А откуда вы знаете? – Похоже убивать меня не собирались. И ноги отрывать тоже.

- Тот, кто тебя нашел - рассказал – его зовут Ювелир. Для тебя Тед Йонтер. Мой коллега. То же самое делает, что и я.

- Тоже с мечом бегает и убивает?! – Я ужаснулся.

- Нет, что ты. Он больше по мирным… И с чего ты взял, что я кого-то убиваю? – он возмутился. И сменив тон, продолжил – Нет, убиваю, да. Но не людей ведь? – он улыбнулся, и я заметил, что клыков больше не видно. Может мне тогда показалось?

Я молчал. Он вытирал лицо рукой, только больше размазывая кровь. Не самое приятное зрелище.

- Меня зовут Филорт. Если тебе интересно. Давай я отведу тебя куда-нибудь, а то так и будешь слоняться по коридорам. – Он развернул меня за плечо и повел впереди себя. Глубоко вздохнул и продолжил. – Опасно ходить здесь без оружия. Ты вообще знаешь, где находишься? Тебе рассказал кто-нибудь?

- Именно, что нет.

- Странно, тебе должны были провести инструкцию. – Он задумчиво почесал нос. – Ты встречал кого-нибудь кроме меня?

- Да, доктора. – Мне стало неловко. – Только я не знаю, как его зовут.

- Ничего. Доктор здесь только один. Я понял о ком ты. – Голос стал серьезнее. – Надеюсь, ты его не злил?

- Трудно сказать… - Я сжался и прокашлялся.

- Кхм… Ну как знаешь. Потом сам выкручиваться будешь. – Он нахмурил лицо и посмотрел на меня. Очень пронзительный взгляд. Меня аж дрожью пробрало. Да, не так я веду разговор, не так…

Мы дошли до маленькой комнаты – лифта. На одной стене были кнопки. Они были разбросаны странным образом – не по этажам, а по отделам и пунктам. Филорт нажал на кнопку, из стены вылез брусок, такой же, как и на той двери. Он прислонил к нему руку, лифт закрылся, и мы поехали. Странно, я не заметил у него на руке браслета.

Мы вышли на «пятом отделе». Здесь обстановка была радужнее, наверное, потому что пятым отделом оказалась столовая. В центре помещения стоял стол, собранный из нескольких маленьких столов. У стен тоже стояли столы, но за ними никого не было. А вот за центральным было человек десять. Все болтали и ели. Идеальное место.

- Это Андрей. Проинформируйте его. А я мыться. – Филорт подтолкнул меня и ушел.

Я стоял и пытался улыбнуться. Все на меня смотрели и мне это не нравилось. Сколько раз за этот день я чувствовал себя неловко?

- Ну, садись. – Рыжеволосый парень пригласил меня сесть на место рядом с собой. Денек такой конечно… Все время садишься – встаешь, встаешь – садишься.. Причем не по своей воле.

Я сел, вздохнул, и постарался выглядеть непринужденно.

- Меня зовут Сэм. – Продолжил рыжий – Напротив Сим и Ким. Они близнецы. Ну, ты это и так видишь – Сэм активно жестикулировал – Там, на краю стола – Он указал влево. – Фирист. К нему лучше не подходи. Он недружелюбный.

- Что это я недружелюбный? – возмутился Фирист, мужчина с темно-русыми волосами и очень необычными глазами – правая часть обеих глаз была зеленой, а левая – синей. Очень странная, но притягивающая внешность. Он был одет в бело-синий набор одежды, как и большинство присутствующих. Некоторые, включая Сэма, отличались присутствием плащей и одноцветной одеждой. Вот у Сэма вся одежда была черной. Кроме, разве что, ремня и обратной стороны плаща – они были окрашены под цвет его волос.

- А ты хочешь сказать, что ты дружелюбный? – ехидно сказал один из близнецов и рассмеялся. Его брат вздохнул и опустил лицо в ладони. Похоже, он стыдился поведения своего брата.

- Ладно, проехали – примиряюще сказал Сэм – Ты дружелюбный. Так и быть. Продолжим. Рядом со мной – Хорт. Чуть дальше – Орис. Ты не удивляйся, что у нас у всех такие странные имена, привыкнешь со временем.

- Да я уже привыкаю. – Орис и Хорт помахали мне рукой. Я помахал в ответ. Довольно дружелюбные люди.

- Остальные сами представятся, если захотят. – Он наклонился к уху и прошептал – Просто, если представляешь человека, значит он готов общаться. А остальные… В общем, сегодня у них был плохой день. – Он снова сел ровно и продолжил есть.

Из соседней комнаты вышел парень со столиком на колесиках. На нем стояли дымящиеся подносы. Живот забурчал.

- Еще одна порция, обжоры. – Шутливо сказал он и поставил подносы на стол. – Будьте людьми – все булочки не съедайте. Их Алиса сама готовила.

- Вкуснятина! – Сим, или может быть Ким ( кажется, этих близнецов я буду вечно путать), загреб сразу пять булочек, за что получил от брата оплеуху и конфискацию на три булочки. А здесь весело. Прямо таки семейная обстановка.

Я решил вести себя нескромно и взял себе большую порцию картошки со стейком и лимонад. Хотя, может это не лимонад.

- Суп еще грибной возьми, вкусный. – Сказал мужчина со шрамом на пол-лица. Он был грустным. – Как тебе здесь?

- Замечательно – при виде еды я подобрел. – Только узнать бы, где я. Сначала я думал, что это больница, но сейчас как-то, не похоже.

Мужчина со шрамом рассмеялся. Приятно, что я поднял ему настроение.

- И вовсе не смешно. – Сказал человек с бинтом на голове и гипсом на руке. – Иногда я тоже так думаю. Постоянно в бинтах, постоянно больной. Когда ж это уже закончится?

- Когда уволишься. – Хмыкнул Хорт.

- Вообще, называй это место штатом. - Вовремя сменил тему Сэм. – Я потом тебе все расскажу. Ешь пока.

Надеюсь, что и вправду расскажет. А то пока все только обещают.

- ВНИМАНИЕ. – Раздалось над головой. – ПРОСЬБА ПРОЙТИ К ПЕРВОМУ ПОСТУ СЛЕДУЮЩИМ СОТРУДНИКАМ: ФИРИСТ ЗЛОБИТ, АРТЕМИЙ БАКИЛОВ, ОРИС МАРТОВ.

- Да ж то ж ты будешь делать! – зло произнес Орис. – Ладно, я пошел калечиться, всем пока. – Он бросил вилку, встал из-за стола и шурша полой плаща пошел к выходу. За ним ушел и Фирист.

- Что-то Штатор сегодня разорался. Настроение плохое что ли? – сказал Сэм.

- Да все как обычно. Ты просто слишком редко сюда приходишь. – Хмыкнул Хорт.

- Вообще-то, я не виноват, что кроме меня некому сидеть с малышами. – Зло ответил Сэм.

- Конечно. Тем более что нянька из тебя чудесная получилась. – Хорт ехидно засмеялся.

- Да я те щас!.. – Сэм приподнялся и показал кулак.

- Давай вести себя, как взрослые люди. – Хорт опешил. – Сядь обратно.

Сэм сел и скрестил руки на груди. Такое ощущение, что Сэм и Хорт живут в одном месте. Хотя, а почему бы и нет? Может они братья?

А грибной суп и вправду оказался вкусным. Да и вообще, все было вкусным. Особенно булочки, которые приготовила Алиса. Интересно, а кто эта Алиса?

Дверь открылась, в столовую вошел доктор. Лицо его было очень злым. Я вжался в стул.

- Господа, вы случайно не видели одного засранца?! Он сбежал из моего кабинета и теперь где-то… Ага. – Он заметил меня и посмотрел мне в глаза. – Ты как вообще здесь оказался? У тебя нет доступа для проезда в лифте!

- Его Филорт привел. – Сказал Сэм. – Да ты не злись так, он хорошо себя вел.

- Вот щас ноги оторву и стану добрым-добрым! – Он подошел и встал за спинкой моего стула. – Что ж вы за люди такие? Сколько ни попадалось мне перемещенцев из восемьдесят третьего мира – все как один поперечные! Хоть бы раз адекватный попался. Нет же! Почему-то мне всегда везет на придурков.

- Свинья грязь найдет. – Тихо заметил Хорт. Похоже доктор его не услышал – его удача.

- Пошли – Доктор резко выдернул меня из-за стола за плечо и подтолкнул к лифту. Я пошел. Что я, дурак, чтобы сопротивляться?

Глава 2 Прилив информации

Любой человек подсознательно боится темноты. Если поместить человека в темное помещение и оставить его там надолго – вряд ли он сохранит рассудок. Да даже, если ненадолго. Просто кроме темноты добавляешь устрашающие звуки, и любой герой на стенку полезет от страха.

Человек вообще склонен бояться. Иногда страхи бывают настолько причудливые, что даже с трудом можно поверить, что такого пустяка можно бояться.

Надо сказать, что страхи у меня были классические – боязнь высоты, замкнутого пространства и темноты, конечно же.

Поэтому когда Доктор привел меня в непроглядно-черное помещение, я начал немного паниковать. Особенно, когда он сам вышел из комнаты, сказав: «Сам разберешься».

Несколько минут я стоял в темноте. Потом послышался легкий скрежет, и передо мной появилось изображение. Судя по всему - главное меню какой-то программы.

Я подошел поближе и посмотрел внимательней. Изображение словно висело в воздухе. Хотя, может это просто экран прозрачный. На нем было написано всего несколько слов: Заголовок гласил – «Информационная программа «ИнфоЖест» приветствует вас!», под заголовком было написано – «Начать просмотр».

Я ткнул в надпись и она исчезла. Опять стало темно. Я что-то сделал не так?

Через несколько секунд раздалось:

« С давних времен люди смотрели на небо, и думали, что где-то там, на другой планете, существует жизнь».

Я чуть не упал от неожиданности. Потому что вокруг меня (не только впереди), везде было изображение. Я стоял на поляне. «Ну надо же! Даже под ногами картинка». На траве недалеко от меня лежали два человека и смотрели на звезды.

« Только жизнь была вовсе не в космосе, а в куда более сложно устроенном пространстве – за пределами междумирового континуума. Сложно представить, но не в каждое место можно проникнуть обычным способом. В некоторых случаях, крайне необходима телепортация»

Картинка сменилась. Теперь я был в помещениях, где находились люди с посохами, и разными амулетами. Все они выглядели очень торжественно, многие из них высокомерно улыбались.

«Первыми телепортацию открыли маги. Но их способ перемещения затрачивал много и магической, и жизненной энергии. Волшебники, изучавшие другие миры - очень быстро старели и умирали. Поэтому профессия «путешественник между мирами» или «Мировик» высоко оплачивалась, и считалась одной из престижнейших в нашем мире, потому что стать мировиком могли лишь избранные. Некоторые бывшие мировики, даже пробивались к власти.»

Следующая картинка, представляла из себя большое помещение. В центре стояла огромная арка, к которой были подсоединены разные провода и кабели. Рядом с ней стоял молодой парень, лет двадцати и широко улыбался. Напротив арки было множество рядов сидений, как в кинотеатре. На каждом стуле сидел человек и аплодировал.

« В 2043 году молодой специалист Джон Гениерт, открыл способ перемещения с помощью порталов – арок, который могли использовать не только маги, но и обычные люди. В следующих своих изобретениях, Джон также успешно совмещал магию и науку, за что был прозван величайшим изобретателем всех времен. В 2044 году был открыт университет для будущих путешественников между мирами. В первый же год в него желали поступить более девяноста процентов молодых людей от двадцати до тридцати лет».

От следующей картинки я слегка пошатнулся. Был показан взрыв и бегущие в разные стороны люди. У них были настолько испуганные лица, что у меня тоже появилось желание, побыстрее сбежать отсюда.

« К сожалению один из порталов-арок не выдержал напряжения и взорвался, унеся с собой одиннадцать человеческих жизней. С тех пор, требовалось усовершенствовать способ перемещения и сделать его более безопасным. Спустя некоторое время Джон Гениерт придумал переносной портал – портализатор. Он был настолько мал, что помещался в ладонь. Но один портализатор выдерживал только одного человека. Поэтому порталы-арки продолжали функционировать.»

Маленькая комнатка. Человек рисует схему. Лицо у него восторженное, увлеченное. Несмотря на то, что под глазами засели огромные темные круги. «Кажется это тот самый Джон Гениерт.» - подумал я.

« Совершенствуясь, партализаторы могли переносить из мира в мир все большее количество людей. На данный момент, одна из моделей партализатора может выдержать целых десять человек, затратив при этом минимум энергии.

В наше время известно более 500 миров, пригодных для жизни, и открытых для исследования. Еще около 1000 являются запрещенными, или охраняемыми, доступ к которым могут получить только самые лучшие из мировиков.»

Голос неожиданно замолк, изображение пропало. Я грустно вздохнул. Могли бы и побольше презентацию сделать! Что им стоило?

- Закончилось? – В комнату заглянул недовольный доктор. - Я бы еще одну часть тебе включил, но как-то не хочется. Не заслужил. – Он ехидно улыбнулся. Все-таки правильно я сказал – сволочь он! Еще какая сволочь.

- А ты этот… Мировик? – спросил я у доктора, выходя из комнаты. Я встал рядом с ним.

- Во-первых, надо было спросить: «Вы Мировик?». А во-вторых – нет. Я доктор. – Он закрыл за мной дверь и жестом попросил идти за ним. Я посмотрел на закрытую дверь, вздохнул, и пошел за доктором.

- А что мешает быть и Мировиком и доктором? – Я продолжал спрашивать.

- Ничего. Только я в другие миры не бегаю, я здесь сижу. – Он вздохнул. – И здесь работы хватает.

- А вам бы хотелось, да? – я улыбнулся и посмотрел на доктора.

- Не говори глупостей. – Он остановился и посмотрел мне в глаза. – Каждый должен быть на своем месте. А мое место здесь, ясно? – Кажется, он обиделся. Он развернулся и пошел дальше.

Ну да, ну да. Врет он все. Конечно, хотел бы. Какой нормальный человек, не захочет побывать в других мирах? Вот именно – все хотят. Это же так интересно!

- А как вас зовут? – Запоздало спросил я. Стало стыдно за то, что не спросил этого раньше.

- Зови доктор Рентген. Все так зовут. – Кажется, он уже не хотел со мной разговаривать. Тон голоса стал грубым.

- А почему Рентген? – И что же мне неймётся?

- А вот почему. – Он снял повязку с глаза и я ужаснулся. Под повязкой кожа лица была черная, с фиолетовыми прожилками. Сам глаз был абсолютным черным, только зрачок был ярко фиолетовым, с краснотой. Мне казалось, что этот глаз видит меня насквозь. Своим взглядом он лез в самую душу. Меня начало подташнивать, голову словно сдавило обручем. Я не мог отвернутся, мой взгляд был приклеен к глазу. Наконец-то доктор надел повязку. Я глубоко выдохнул и опустил лицо в ладони. Хотел узнать, что под повязкой? Получите, распишитесь!

- И давно это у вас.. Так? – Слова давались с трудом. Видно было, что доктору эта тема неприятна, но я просто не мог ни спросить.

- С войны. – Доктор нахмурился и снова пошел по коридору. Очень быстро. Наверное, чтоб я отстал от него.

- А это лечится? – Кажется, я сейчас окончательно испорчу отношения.

- Нет. – Доктор дал понять, что это конец разговора.

Я некоторое время просто шел за ним и молчал. Меня просто распирало от любопытства. И что я за человек такой? Когда мы зашли в лифт, я все-таки не выдержал:

- А как это вообще получилось?

- Если ты не заткнешься, я покажу наглядно. На тебе. – Это уже была явная угроза. Дальше спрашивать язык не поворачивался. Ничего, потом у кого-нибудь другого спрошу.

Мы вышли на первом отделе. Он ничем не отличался от отдела доктора, разве что, около стены стоял красивый белый цветок. Мне показалось, что он шевелится. Хотя, почему показалось? Я же в другом мире. Здесь и цветы шевелиться могут, сто пудово, и даже разговаривать. Хотя, насчет этого сначала надо убедиться. А то подойду к цветку, скажу: «Привет!», и все сразу будут думать, что я идиот. Только кроме доктора здесь никого нет, а он и так думает, что я идиот. И я с ним согласен.

Мы дошли до большой двери, на которой висела табличка: «Начальник штата». Под этой табличкой от руки черной краской было написано «Босс!», а еще ниже, почти на всю дверь, красивым почерком, синей краской, наискосок «Штатор!». Видно было, что последнюю надпись пытались стереть. Но из этого ничего не вышло. Надпись выглядела, как новенькая. «Наверное, легче дверь сменить, чем убрать эту надпись» - почему-то подумал я.

Доктор прикоснулся к двери – она отъехала в сторону. Он пригласил пройти впереди себя, я вошел в кабинет. Кабинет был большой, как у настоящего начальника. Стены были изрисованы красивым узором профессиональным художником. В центре, ближе к стене стоял огромный стол. Он был весь забит – в одном углу стояла различная техника, в другом – все было завалено бумагами, папками, железными пластинами. В углу кабинета лежал на полу большой железный круг, наверняка очень тяжелый. На этом кругу черными буквами было написано: «Остер». Название этой железяки?

Но что больше всего меня поразило в этом кабинете – здесь было окно. Оно выходило в лес, где росли огромные ветвистые деревья. Мне захотелось подойти поближе и получше рассмотреть природу за окном, но, скорее всего, сначала нужно было поговорить с человеком, сидящим за столом.

Это был мужчина. У него были короткие седые волосы. По которым, можно было сказать, что ему было как минимум шестьдесят. Но лицо у него выглядело намного моложе, поэтому я решил, что ему сорок. Он носил очки, на тело была надета рубашка синего цвета. Остальные предметы гардероба мешал рассмотреть стол.

- И что на этот раз, Рентген? – Голос его был хриплым. Слова он произносил без эмоций.

- Нужно сделать перемещенцу временный паспорт и приставить к сопровождающему. – Доктор посмотрел на меня и хмыкнул. Я почесал за ухом.

- К кому будем приставлять? – Начальник повернулся к компьютеру. По крайней мере, к чему-то похожему на компьютер.

- К Тэду Йонтеру. Сам его спас, сам теперь пусть и отдувается. – Мстительно произнес Рентген.

- Ты к нему уже одного приставил. Корника.

- У него высокое звание. Так что ничего, с двумя справится. – Доктор улыбнулся и сложил руки на груди.

- Это, конечно, да. Но Корник пятерых стоит. По твоему докладу у него психические отклонения и явно выраженная агрессия. – Сказал начальник и я сразу понял о ком идет речь. Тогда, в кабинете Рентгена я читал о нем доклад. У него еще почки не было. Если меня хотят сопровождать вместе с ним, то я влип, по самые уши.

- Сейчас в штате очень мало людей. – Отклонился от темы доктор. – Из всех, что сейчас здесь, и свободны от дел, я знаю только Тэда. Тем более Тэду все равно нужно в город, ведь так?

- Ладно, уговорил. – Начальник наклонился к микрофону и произнес – Внимание. Тэд Йонтер, пройдите ко второму пункту. – Из динамиков в коридорах зазвучал его голос. Получается, тогда в столовой, тоже он говорил. – Подойди сюда. – Последняя фраза была обращена ко мне. Босс указал на аппарат, по размеру не уступающий холодильнику.

Я посмотрел на доктора, он торжествовал. Таким довольным я его еще не видел. Я развернулся, зашагал по комнате и встал рядом с аппаратом.

- Положи руку в проем, смотри в объектив. – сказал Босс, копаясь в компьютере.

Я выполнил указания. Мелькнула вспышка. На секунду руку будто окунули в раскаленный металл. Я вскрикнул и отдернул руку, потер ее о штанину. Почему все процедуры здесь причиняют боль?

- Можно мне подойти к окну? – Я посмотрел на красную руку и скривился. Когда меня калечить перестанут?

- Можно. – Начальник взглянул на меня, будто только что увидел. У него был удивленный взгляд. – Быстро же ты осваиваешься. Обычно я слышу от перемещенцев: «Когда меня вернут домой?» , «Что вы делаете?!», « Кто вы вообще такой?», «Кто вам дал право на это?». А ты – «Можно подойти к окну?». Нет, ну надо же! Смышленый парень, и тактичный.

- На счет последнего, не сказал бы. – Хмыкнул доктор.

Я подошел к окну, потрогал дубовый подоконник. Странно, я еще не встречал здесь деревянных предметов. Все остальное было сделано из металла и пластика.

За окном была идиллия: зеленая короткая трава; высокие деревья, прекрасные, величественные; и самое главное сине-голубое небо, по которому плыли белые кучевые облака. Давно я не выбирался в лес, а здесь он прямо за окном. Я поймал себя на мысли, что с удовольствием работал бы здесь. Мне кажется я даже увидел белку, спрыгнувшую с дерева, и убежавшую куда-то в глубину леса.

- Держи. – Босс повернулся ко мне на стуле и дал небольшую книжечку из мягкого, но прочного материала. – Твой паспорт. Или что-то вроде того.

Оформление книжки было выполнено в синих тонах. Видно, нынешний народ питает слабость к этому цвету. В книжке было всего несколько листов.

Я открыл книжку и посмотрел на свою физиономию. Как всегда, фотография оставляла желать лучшего. Но вот как оперативно здесь все работает! Раз – и переводчик установлен. Раз – и у меня есть паспорт. А ведь он делал этот паспорт не больше двух минут! У нас бы также!

Я прочитал данные о себе и удивился.

- А откуда вы знаете, где я живу? Я вроде не говорил. – Сказал я.

- Эта страшная тайна! – Наигранно серьезным тоном сказал начальник. – Боюсь, что в этой жизни, ты это никогда не узнаешь. – Он выдержал многозначительную паузу и хихикнул – Когда тебя доставили к нам, у тебя при себе был паспорт. Оттуда и узнали. – Он посмотрел мне в глаза и улыбнулся. Хороший дядька.

- Зачем тогда Рентген спрашивал, как меня зовут? – Вдруг дошло до меня.

- Потому что, когда человек сам представляется, он чувствует себя увереннее, в отличие от ситуации, когда незнакомец уже знает твое имя. Тогда люди начинают нервничать. – Ответил доктор. – Психология. – Многозначительно добавил он.

В дверь постучали, потом она слегка приоткрылась, и в кабинет вошел человек. Кажется, ему было лет сорок. Темные с легкой сединой волосы, карие глаза, лицо правильной формы. Он выглядел красиво, возраст только добавлял ему шарма. Одет он был в металлического цвета рубашку, темно-серые штаны, такого же цвета плащ и ботинки.

- Что-то случилось, Штатор? Я уже собирался идти в город, знаете ли… - Голос звучал недовольно, но беззлобно.

- Я приставил к тебе еще одного перемещенца, Ювелир. Ты же не против? – произнес босс.

- Да даже, если и против, разве что-то изменится? – Устало ответил он и посмотрел в мою сторону. Слегка прищурил глаза и улыбнулся. – А, это ты, жертва кирпича. Я ожидал, что тебя свалят на меня. Ничего, и с двумя справлюсь, пойдем. – Сказал он и направился в сторону двери.

Он вышел за дверь. Я посмотрел в окно. На одном из деревьев сидела птичка и щебетала. Хорошо живется птичкам – захотел и улетел. Не то что людям..

- Чего стоишь-то? Пойдем уже. – Напомнил он, заглянув в кабинет.

Я неохотно отошел от окна и, пройдя через кабинет, вышел за дверь. Что я, ребенок какой, чтобы меня к кому-то приставлять? Дали бы карту, я бы и сам до города дошел! Только вот, что мне делать в этом городе? Зачем мы туда идем, мне так и не сказали.

Несколько минут мы шли молча. Я злился, непонятно на кого, и не понятно за что. Мне просто не хотелось находиться сейчас в этом помещении, сплошь состоящем из железа, пластика и камня. Мне хотелось поскорее вернуться домой. Зайти на кухню, доесть остатки пиццы и со спокойной душой сесть на диван, напротив телевизора. Сидеть, смотреть передачу, гладить засранца Барсика, который постоянно орет по ночам. И думать о том, как бы весело, и бесплатно провести выходные. Вот она – моя обычная жизнь, к которой я привык, и по которой успел соскучится всего за пол дня.

- Ну как, голова не болит? – Тэд решил начать разговор с подколок.

- Уже нет. – Мне не особо хотелось говорить, но не ответить было бы невежливо.

- Наверное, домой хочешь, да? Понимаю. Я тоже хочу домой. – Он грустно вздохнул.

- А вы тоже не отсюда? – Я заинтересовался. Мне стало интересно поболтать с ним.

- Нет, я из этого мира. Просто уже пять дней сижу в штате, в своем кабинете. Знаешь, мой кабинет на минус втором этаже, поэтому на окно можно и не надеяться… Нет, конечно за эти пять дней я выходил на улицу. Но недалеко и ненадолго. Как-то уже соскучился по родным стенам, родной улице. – Он улыбнулся и посмотрел мне в глаза.

- А зачем мне вообще в город? Почему нельзя просто вернуть меня домой? – сказал я.

- Понимаешь, тогда нам бы пришлось лишить тебя памяти, чтобы ты никому из своего мира не смог проболтаться о нашем штате. А у нас, стиратель памяти, так сказать, сломался. Он стал удалять всю память полностью, причем так, что она после этого вообще не восстанавливается. Мы решили ни калечить людей, и не стирать им память, чтобы они смогли жить полноценной жизнью. Мы стали отводить людей в город, где есть место, для завязывания языков. Завязанный язык, это когда человек просто не может рассказать о другом мире. Он о нем знает, но рассказать не может. По-моему очень гуманно, согласись? И воспоминания целы, и мы остаемся тайной. Все в выигрыше. Скоро этот завязыватель языков перевезут к нам, и тогда все станет намного проще.

- Не вижу логики. Зачем завязывать человеку язык, если он и так ничего не знает? Вы же можете просто не информировать его! – Я и правда не видел к его словах логики.

- Затем, что многие перемещенцы оказываются очень хорошими работниками, в той или иной сфере. Наше общество, может предоставить человеку свободу действий. Это нравится людям, и они остаются жить у нас. Поэтому у нас много ученых, докторов, и других полезных людей. И им хорошо, и наше государство процветает. Мы даже разрешаем им приводить семьи, чтобы им было комфортнее. – Он немножко замялся. - Если же человек оказывается бесполезным, мы просто завязываем ему язык и отправляем его обратно в мир, откуда он и прибыл. Опять же – все в плюсе.

- Зачем вам так много народу? На планете скоро места не останется. – Я возмутился.

- Это у вас так, а у нас, все как раз наоборот. Человечество гибнет. Постоянные войны, природные пагубные явления, вирусы и эпидемии. Нам пришлось дорого заплатить, чтобы контактировать с другими мирами. Из многих миров выходят невиданные ранее болезни, которые выкашивают тысячи жизней. – Это была сказано очень печально. Наверное, его тоже каким-то образом задели эти болезни.

- Тогда с чего вы взяли, что ваш мир лучше остальных? – Я сказал это несколько самодовольно.

- Я такого не говорил. Но, наверное, подразумевал, да. Сейчас, ситуация стала стабилизироваться – большой естественный прирост населения, война закончилась, вирусы и эпидемии стали уничтожать до того, как они убьют очень много людей. Жизнь налаживается.

- Получается я бесполезный человек? – Меня огорчила эта информация. - Меня ведь ведут в город, чтобы завязать язык.

- Но ты же сам хочешь домой? – Тэд чуть не засмеялся. – Конечно, если ты хочешь остаться, мы подберем тебе профессию, подыщем место проживания. Но ты ведь не хочешь, я правильно понял? Знаешь, ведь не так уж много переселенцев у нас остаются. Почти все хотят домой. Как и ты. – Он замолчал. Я задумался.

- А если я уйду в свой мир, то вернуться обратно уже не смогу? – спросил я.

- Скорее всего. – Он задумался. – Но если ты очень попросишь у Алисы, она может дать тебе специальное средство связи. Ты сможешь написать мой номер, и ты сможешь периодически звонить мне. Только, прости, следующий поход к нам будет стоить денег, бюджет не резиновый. Энергия, затраченная на портал, тоже денег стоит.

Мне понравился этот человек. Он размышлял здраво, у него приятный голос. Он, если честно, обнадежил меня своими словами. Путешествовать по мирам – несомненно, интересно. А еще при этом иметь возможность возвратиться домой – вообще чудесно. На такое развлечение – даже денег не жалко.

Но все-равно что-то в его словах мне казалось подозрительным. У нас тоже часто бывают войны и эпидемии, что уже говорить о природных явлениях! Но население все растет и растет... Я решил не спрашивать Тэда, на счет этого вопроса. Полагаю, больше информации я все равно не получу.

- А у вас в мире есть магия. – Вдруг сказал я.

- Да, есть. Ты только заметил? – Он улыбнулся.

- Нет. Просто только что спросил. Мне интересно, а магия, она как работает? – Все-таки я болтун. Нужно уже признать это.

- Ты бы еще спросил, в чем смысл жизни. – Тэд хмыкнул. – Нет, вообще, на этот вопрос есть ответ. Я могу дать тебе соответствующую литературу, и может быть, прочитав эти пятьдесят книг, ты что-нибудь поймешь. А может, и не поймешь.

Исчерпывающе. Ладно, некоторые вещи не требуют объяснения. Будем считать, что магия – в их числе.

Глава 3 "Живой уголок" и "неживой человек"

«Человек привыкает ко всему» - гласит известная фраза. Но на самом деле так ли это? Да, несомненно, вы сможете найти человека, который уже давно привык к роскоши или, наоборот – к нищете. Но разве можно найти человека, привыкшего к боли? Я думаю, что нет. Боль - слишком сильна, чтобы со временем совсем не реагировать на нее. Да, можно научиться скрывать ее. Например, утверждать, что у тебя все в порядке, когда у тебя перелом ноги в четырех местах, и ты даже уже не можешь встать. Но где-то внутри, твой собственный внутренний голос все это время будет кричать: «Как же мне больно! Как мне плохо! Спасите меня!». Так что к боли привыкнуть невозможно. Можно привыкнуть, скрывать ее.

Я стоял перед дверью, за которой истошно орал человек. Ему точно было очень больно. Еще за дверью что-то грохотало, кажется, даже, разбилось что-то стеклянное, и был слышен непрерывный мат. Из этой комнаты вышел запыхавшийся Тэд, протирая потное лицо рукой.

- Может его, по башке ударить?.. – Произнес мужчина, стоящий рядом со мной. Кажется, друг Тэда.

- Ты же знаешь, что нельзя. Давно бы уже ударил, если можно было бы. – Зло сказал он и прислонился спиной к стене. – Ничего, сейчас успокоительное начнет действовать, и мы пойдем.

«Лучше бы его здесь оставили» - подумал я. Нет, ну правда! У меня не было никакого желания путешествовать вместе с буйным психом. А вдруг он меня укусит? Я не представляю, что они там, с этим психом делали в этой комнате, но по-моему больше пострадали Доктор, и Тэд.

Вообще, зря Тэд оставил его одного в запертой комнате, чтобы пойти за мной. За то время, пока он отсутствовал, Корник успел окончательно сойти с ума.

- Может его сразу телепортануть отсюда? Вряд ли люди будут верить сумасшедшему, так что про Штат никто от него не узнает. – Предложил я.

- Понимаешь, настолько сумасшедшим его сделали мы. – Признался Тэд. – Он очень плохо воспринял перемещение и мы не можем вернуть его в таком состоянии домой. Сначала лучше посадить его в психушку, может быть, там его вылечат. Если через неделю не будет положительных сдвигов, придется вернуть. Но тогда мы уже не будем ни в чем виноваты, потому что сделали все, что могли. – Пояснил Тэд.

- Как-то вы слишком дружелюбны к перемещенцам. – С подозрением произнес я.

- По закону так положено – Вздохнул Тэд. Он порылся в кармане штанов и достал железную пуговку. – Вроде она. – Тэд подошел и прикрепил ее ко мне на браслет. Та приклеилась, словно была смазана супер клеем. – Теперь ты можешь самостоятельно перемещаться в лифте. В седьмом отделе есть выход в наш живой уголок на улице. Сходи туда, подыши свежим воздухом, пока я с Корником разбираюсь. – Он вздохнул и продолжил. – Только, пожалуйста, иди именно в живой уголок. У нас очень много опасных мест в штате, где порталы сломались. Если ты в такое место попадешь, то, вряд ли, выживешь. Поэтому послушайся меня и иди в седьмой отдел. – Он развернулся и пошел помогать доктору.

Я был не против «подышать свежим воздухом». Наоборот, только за!

С существовавшей здесь системой открывания замков я уже освоился, поэтому без труда доехал на лифте до седьмого отдела. Этот отдел представлял собой широкий коридор, вдоль которого располагались яркие зеленые диванчики, а у каждого диванчика стояло по резному деревянному столику и цветку. Стены этого коридора были разрисованы желтыми и зелеными узорами, а потолок – голубыми. Пол был оформлен под светлое дерево, хотя, может быть это и впрямь был деревянный пол.

Если сказать в целом, то помещение выглядело красочно, уютно и гармонично. Пожалуй, эта комната мне нравится даже больше, чем столовая. Из этого коридора вело всего три двери. На одной из дверей висела табличка «корм», на другой – «лаборатория». Если с первой табличкой все было понятно (Так как это живой уголок, то здесь есть животные, а их чем-то нужно кормить), то вторая табличка сюда не очень-то подходила. Что же получается, тут над животными издеваются? Опыты всякие проводят? Надеюсь, что не так.

Третья дверь была полностью прозрачная, и выходила на улицу. Я, недолго думая, направился к ней. Когда я вышел на улицу, в нос сразу ударил приятный лесной запах, настроение улучшилось. Я беззаботно зашагал по тропинке, сделанной из белых камушков, и наслаждался жизнью. Вокруг, по обе стороны от тропинки, росли различные цветы. Были здесь и статуи – девушка из белого камня, вся обвитая каким-то красивым фиолетовым растением, вместо волос у которой, росли маленькие красные цветочки. Маленький щенок, пьющий из пруда воду, причем в пруду плавали настоящие рыбки. Но больше всего мне понравился Ангел – девушка, сидящая на золотом табурете – вся одежда на ней была из тончайшей белой ткани, на которой, в некоторых местах, росли небольшие белые и желтые цветочки. На голове у нее был венок, из таких же цветов. Крылья - полупрозрачно-белые, покрытые еле заметным узором. Она выглядела очень изящно и притягивала взгляд. Кажется, эту статую лепили с определенного человека, только крылья добавили для красоты.

Дальше я встретил много маленьких загонов, в которых обитали разные животные. В одном из загонов жили привычные взгляду кролики. Все остальные зверушки, были мне не известны. Конечно, некоторое сходство было. Например: Я увидел, нечто похожее на Фенька, только немножко большего размера и фиолетово-белого цвета. Цвет был явно дан от природы, хоть в это и верилось с трудом.

Потом я увидел навес. Под ним стояло много разных аквариумов с рыбой, и другими морскими обитателями. Возле одного аквариума с маленькими рыжими рыбками стояла девушка, с кормов в руке. Она сыпала корм в аквариум, а маленькие рыбки едва не выпрыгивали из него.

Девушка заметила меня, посмотрела удивительными синими глазами, потом отвернулась и продолжила кормить рыб. Я подошел поближе и поздоровался.

- Привет. Меня зовут Андрей. – Я улыбнулся и протянул руку. Девушка не обратила на это ровно никакого внимания. Обидно. Очень обидно.

Слегка расстроенный, я подошел к аквариуму, где плавали очень маленькие осьминоги. У пары-тройки осьминогов были злые глаза и острые зубы. Интересно.

- А что это за осьминоги такие? Какие-то они странные… - Произнес я.

- А, это кракены. – Девушка подошла и встала у меня за плечом. – Уменьшенные конечно. Но не все. Видишь? – Она указала на одного из осьминогов. – У этого глаза не красные. Значит это просто миниатюрный Фирийский осьминог.

- Здорово, кракены… А они людей едят? – Меня порадовал тот факт, что девушка начала со мной говорить, поэтому я решил поддержать разговор.

- Уже нет. – Она улыбнулась. – Конкретно эти, может людей и не ели никогда. Кто знает?

- Ага, а может слопали штук десять. – Я фыркнул.

- Нет, вряд ли. Человек для них не первостепенная добыча. Есть куда более вкусные существа. Но питаются они конечно, только мясом. Хочешь покормить? – Она вопросительно на меня взглянула.

- Не против. – Сказал я и улыбнулся. Она наклонилась и достала из шкафчика, на котором стоял аквариум, небольшой сачок.

- Вот возьми. – Она протянула мне сачок. – И вылови немножко рыбок в том аквариуме – она указала вправо.

Я взял сачок, и стал играть в рыбака, пытаясь выловить хоть одну рыбу из соседнего аквариума. Кажется, это было нереально! Эти маленькие дурацкие рыбки оказались очень быстрыми, и поэтому заранее знали куда будет двигаться сачок. Я матерился про себя, и упорно пытался поймать гадскую рыбу. Пострадав так минуты две, я услышал за спиной заливистый смех. Я понял, что меня надули.

- Ой, ну ты меня и насмешил. – Она вытирала слезы, выступившие от смеха, открытой ладонью. – Это самые быстрые рыбки в мире «Пенфильные Малики». Их поймать можно, только аквариум наклонив и вылив воду вместе с ними на сеть.

- Прекрасно. – Раздраженно сказал я. – И зачем ты меня развела?

- Как зачем? Весело же! – Она хихикнула. – Надо уметь смеяться над собой. – Она помолчала и добавила – Меня Эника зовут.

- Я уже представлялся – Андрей. – Спокойно сказал я и положил сачок на стол, стоящий рядом.

- Я помню. Пойдем, Андрей, зверушек покажу. – Она ушла из под навеса, поманила меня рукой, и пошла по тропинке. Я хоть и сердился на нее немного, но все-таки пошел за ней.

А она красивая, даже очень. Правда, наверное, она постарше меня. Лет двадцать пять – двадцать семь, как-то так. Волосы рыжеватые, переливаются на свету…У нее были женственные формы и абсолютно девичье лицо, но при этом совершенно не женственное поведение – шагала как бывший солдат, носила мужские штаны и рубаху, да еще и короткие волосы носила. Но как ни странно, ей все шло. Фигура спасала положение.

Мы дошли до конца тропинки, которая ветвилась возле здания – штата. Тут я вдруг посмотрел на штат. Большое, довольно красивое здание, не просто коробка с окнами. Оно имело сложное архитектурное строение. С одной стороны оно имело крышу домиком, как деревенская изба, а с другой – крыша была ровная, и, наверное, на этой ровной поверхности находилась взлетная площадка.

В конце тропинки находились большие клетки и вольеры, в которых находились большие животные…

- Смотри, это Харг. Очень популярная сущность темного мира. Мир, куда могут путешествовать только волшебники. – Она показала на самую большую клетку, где сидело существо, чем-то напоминающее Чужого, из одноименного фильма. Только у этого еще были крылья. – Правда красавчик? Только ты его погладить не пробуй – руку съест и не подавится.

- Да я как-то и не собирался… - Если честно, я бы и под предлогом смерти руку к нему не засунул. – Очень милый зверек.

- А как же. Уродов не держим. – Она улыбнулась.

Смешная, смотрит на меня, улыбается. Прямо позитивом от нее веет, и светлая она очень. Добро излучает.

- Ты получается, за всем этим смотришь? Справляешься? – Сказал я, не переставая смотреть в ее удивительные синие глаза.

- Нет, все путешественники смотрят за этим местом. Я, Сим и Ким – за рыбами. Марк, Тэд и Алиса – за этим отделом, с большими животными. Все хоть что-то делают: кормят, поливают, оформляют, декорируют.. Это место такое красивое благодаря совместным усилиям. – Она чуть-чуть помолчала. – Сделать живой уголок придумала Алиса, и все поддержали эту идею. Мы завели специальный журнал, где отмечаем, что было сделано за сегодня. В конце дня приходит друг Алисы и делает то, что не смогли сделать другие. Например, поливает растения, которые находятся в отдалении от других, расчесывает пушистых животных, красит ограждения и ровняет дорожку. – Она вздохнула. - Тебе это интересно?

- Да-да. Продолжай. – Мне правда было интересно.

- Спустя какое-то время сюда поставили скамейки и статуи. Ты, наверное, видел, да? Когда шел сюда. Мы планируем скоро поставить сюда мальчика в кепке из Афитий, и с шариком в руках. Точнее вместо шарика будет Зердаг – воздушное растение, которое поднимается в воздух. Только вот, оно не хочет приживаться в нашем мире. Так что пока мы экспериментируем с ним в лаборатории – пытаемся создать подходящий вид почв. – Она взмахнула руками. – А я очень хочу поселить здесь таких улиток из другого мира, размером с небольшую собаку. Но все почему-то против. А вообще они очень красивые.

- Значит, поселишь потом. – Я слегка улыбнулся. Наверное, я бы тоже был против здоровенных улиток.

- Вряд ли, они требуют особого ухода. Тем более, меня поддерживают только Алиса и Тина. И то, только из женской солидарности. – Эника вздохнула.

- А сколько у вас девушек в штате? – Почему-то спросил я.

- Из мировиков – три, включая меня. А мужчин путешественников у нас около сорока. Да еще примерно столько же штатных. Вот несправедливость, правда?

Ответить я не успел. За поворотом показался Тэд, ведущий за собой на веревочке Корника, смотревшего усталыми, слипающимися глазами. Утихомирили таки буйного…

- Андрей! Так ты все-таки пошел в сад! – Издалека закричал Тэд. – А я уже думал, что мне придется тебя ловить, где-нибудь у Черняза, когда он тебе руки в кислоту опустит, ради эксперимента. – Весело произнес он.

- Здравствуй Тэд! – Эника помахала ему рукой – Твой перемещенец что ли?

- Ага, мой. – Тэд подошел к Энике и пожал ей руку. – Как он тебе? – Он взглянул на меня.

- Лучше, чем обычно. Мы даже поболтали с ним, без ругательств. – Весомо заметила Эника.

- Ах, даже так! – Искренне удивился Тэд. Он посмотрел мне в глаза и подмигнул. – Это я удачно его сюда направил. – Тэд улыбнулся. – Пойдем Андрей. Как это у вас там говорится? Родина мать зовет! – он развернулся, и поправляя веревку на руке у Корника, пошел к калитке, разделяющей штат и лес.

Я посмотрел на Энику и улыбнулся.

- Приятно было познакомиться. – Сказал я.

- Взаимно. – Ответила она и добавила. – Может быть, еще увидимся. – Она улыбнулась. – Удачи тебе.

- И тебе. – На прощание сказал я и поспешил за Тэдом и Корником. Эти двое уже далеко отошли от штата, и ждали, пока я к ним подойду. Я хотел обернуться, но вспомнил одну чудесную фразу: «Я обернулся посмотреть, не обернулась ли она, чтоб посмотреть ни обернулся ли я», и мне стало смешно. Нет уж, не буду оборачиваться.

Когда я подошел к Тэду, он одобрительно похлопал меня по плечу и мы пошли в лес. Я все-таки не удержался и посмотрел назад. Но позади вообще не было штата.

- Эм.., а где здание? – Ошарашенно спросил я.

- Это пространственная петля. Как только отходишь далеко от штата, пространство заменяется на обычный лес. Это чтобы нас враги не нашли. – Пояснил Тэд.

- А как вы сами тогда в него заходите?

- А это тайна. – Серьезно сказал он. – Пошли. – Он потянул за поводок и Корник пошел за ним. Я двинулся следом.

- Как вы его так приструнили? – Мне было страшно смотреть на Корника. Он оказался намного выше и меня, и Тэда. Правого уха у него действительно не было, глаза были серые, и на данный момент, а может и всегда, не выражающие ровным счетом ничего. Пустые. Абсолютно.

- Все-то тебе надо знать. – Наигранно строго сказал он и сразу же улыбнулся. – Ничего особенного. Просто специальное успокоительное, вот и всего делов. Нужно было просто подождать, пока оно начнет действовать.

Я не мог перестать смотреть на Корника. Прямо какая-то собачка на поводке. Сильная собачка. Способная загрызть своего хозяина.

- И долго мы будем идти? И почему пешком? – Я оторвал взгляд от Корника и посмотрел на Тэда.

- Недолго. Минут десять. И почему бы пешком не пройтись? Погода хорошая, солнце светит, как раз время для прогулки. – Он помолчал и добавил. – Ну и еще конечно, потому что я израсходовал весь свой запас транспорта.

- Как можно транспорт израсходовать? – Я чуть не засмеялся.

- Как как… Что-то сломал, что-то потерял, что-то подарил… Все как у всех. – Он посильнее потянул за веревку, потому что Корник вдруг захотел присесть. – Знаешь, меня многие в штате называют Ювелиром, потому что я якобы хорошо выполняю работу, связанную с мелкими деталями. Так вот – брехня это все. Лет десять назад, и вправду хорошо выполнял. Сейчас… - Он вздохнул и вытер лицо рукой. – Сейчас я уже слишком старый.

- Да ну? На вид вам лет сорок, не больше. Какая это старость? – Я решил поддержать его.

- Вообще-то мне сорок два. – Он усмехнулся. – А в сорок пять Мировик может со спокойной совестью идти на пенсию. Меня скорее всего продержат до пятидесяти. А дальше – гуляй, на все четыре стороны, старикашка. – Последняя фраза была сказана с горечью.

- Такой суровый отбор в путешественники? – Мне взгрустнулось.

- Да. Нужно уступать дорогу молодым, крепким и смышленным. Меня ведь не выпускают в другие миры уже больше трех месяцев. Говорят, если память подлечишь, то снова будешь на задания ходить. Только ведь как ее подлечить? – Он горько усмехнулся. – Ладно, хватит уже болтать. И без того тошно.

Он пошел быстрее, из-за чего Корник споткнулся, но удержался на ногах. Жаль, что я ничем не могу помочь моему сопровождающему. Наверное, у него нет жены и детей. Если бы были, он бы хоть раз их упомянул. Тем более он говорил, что сидел в штате целых пять дней. Разве родные допустили бы такое? Они бы попросили зайти его домой.

Хотя, может, дети все-таки есть. Но они забыли про своего отца..

С такими грустными размышлениями мы дошли до стены. До большой, крепкой стены. Она была размером, где-то с трехэтажный дом. Выглядела основательно, даже танком такую не пробьешь. Я присвистнул. Хорошая стенка. Интересно, от кого это они так огородились?

Хотя, что-то я там уже слышал про постоянные войны…

В стене оказалась дверь. Именно дверь – узкая, в которую одновременно может зайти только один человек. Ну, может два, если постараться. Я ожидал увидеть огроменные ворота, около которых стоят непоколебимые стражи, с оружием в руках, а получил какую-то маленькую дверь. Сплошное разочарование.

Когда до двери оставалось буквально пять шагов, Корник резко встал. Тэд дернул за веревку посильнее, но Корник не сдвинулся с места.

- Что за? – Тэд недоуменно посмотрел на поводок, а потом и на психа. – Может у него нога в траве запуталась? – Он осторожно подошел к Корнику и опустился перед ним на корточки, чтобы лучше рассмотреть ноги.

Я заметил, что глаза Корника, едва заметно шевельнулись и сфокусировались на Тэде. Подождика…

- Тэд, стой! – Крикнул я. – Кажется, он пришел в себя!

Тэд обернулся на мой голос и сразу получил коленом по голове, от Корника. От удара он упал на землю, и перекатился, как будто был готов к этому. К сожалению, пока он перекатывался, откуда-то из его одежды выпал странного вида пистолет. Я заметил это и кинулся вперед, чтобы успеть забрать пистолет, но не успел. Корник, даже с заторможенной реакцией, оказался быстрее, чем я.

Дальше все происходило будто в замедленной съемке. Тэд успел подняться на ноги, и в этот момент Корник направил в его сторону оружие. У меня перехватило дыхание, глаза округлились. Черт! Я вовсе не хотел становиться свидетелем чьей-то смерти!

У меня еще оставалась надежда, что пистолет оказался незаряженным, или Корник просто не умел им пользоваться, но вдруг прогремел выстрел и я зажмурил глаза. Только не это, вашу ж мать!

Я открыл глаза, выстрел пришелся вскользь – правый висок Тэда кровоточил. Он стоял непоколебимо, в его глазах не было ни тени страха. Это пугало. Я стоял слева от Тэда и справа от Корника. Образовался треугольник.

Корник собирался выстрелить еще раз, он прищурил глаз, чтобы прицелиться поточнее. Да он не псих, он маньяк! Тэд поднял левую руку, и развернул ее ладонью к стене. Что обозначает этот жест, я не знал. Правую руку он выставил вперед на уровне груди.

Я перестал смотреть на Тэда и повернулся к Корнику. Он уже готов был выстрелить. В его глазах по-прежнему не было ни капли жизни. Надо было оставить его в штате!

Я не знал, что мне делать. С одной стороны – смотреть на это было выше моих сил, с другой – я же не мог кинуться на Корника и попытаться отобрать у него пистолет?! Это безумие!

И все-таки я решился. Резко побежав в сторону Корника, я чуть не упал, сердце билось словно бешенное. Я осознавал, что прямо сейчас могу умереть. К счастью, Корник заметил, что я бегу к нему, только когда я приблизился к нему вплотную. Он хотел направить на меня пистолет, но я перехватил его за руку, пистолет поднялся, и пуля улетела куда-то в небо. По инерции, я врезался в Корника и даже сбил его с ног, что удивительно, ведь он был тяжелее меня. К сожалению инерция повалила и меня, и шмякнулся прямо на буйного психа. Над головой просвистела серебряная молния. Я окончательно перестал понимать, что происходит.

Корник зарычал, он посмотрел мне в глаза, и мне сразу стало очень страшно, хотя, казалось, что еще сильнее бояться уже невозможно. Я понял, что если сейчас кто-то не вмешается, то третья пуля попадет в меня.

Раздался легкий свист и Корник вскрикнул. Потом свист раздался еще раз, и что-то прилетело мне в ногу, со стороны стены. Я айкнул, и сполз с Корника. Потом посмотрел на ногу и увидел дротик с ярким оперением. Подтянул ногу, и вытащил его из голени. Ну и что это может быть?

Глаза начали слипаться. Ага, это снотворное. Ну прямо как будто зверушку подстрелили. Никакого уважения! Корник уже спал, я еще держался. Вообще странно, что я был способен сейчас заснуть, ведь у меня столько адреналина в крови.

Ко мне подошел Тэд ,присел передо мной на коленях, покряхтел. Потом он схватил меня за горло и нажал пальцем в левой части грудной клетки. Я вскрикнул и резко сел. Негодующе посмотрел на Тэда. Уж такой подлости я от него не ожидал.

- Успокойся. Это чтобы ты не заснул. – Спокойно сказал он и прикоснулся к кровоточащему виску. Сон и правда как рукой сняло. Интересно, если мне тоже кому-то вот так горло сдавить и в грудную клетку ткнуть, его перестанет клонить в сон? Или все же здесь нужно не только тыкать и сдавливать?

Через несколько секунд из маленькой двери выбежал небольшой десант – человек семь. Все в одинаковой сине-черной форме, с касками, и повязкой, закрывающей нижнюю часть лица. Омоновцы какие-то. Они подбежали к Корнику и стали укладывать его на носилки с колесиками, которую вез самый последний десантник.

Один из омоновцев подошел к Тэду, протянул ему руку и помог встать.

- Кто это? – Голос десантника был суровым, но не злым.

- Корник. Перемещенец. Псих. – Раздельно сказал Тэд и сморщился.

- А этот? – Он рукой указал на меня. Я слегка сжался, потер раненную ногу.

- Не опасен. – Тэд посмотрел на меня и улыбнулся, подмигнул и снова направил взгляд на десантника. – Зачем подстрелили?

- Нужно. – Он наклонился к уху Тэда и что-то прошептал, но я все равно расслышал. – Новенький занервничал.

- Ясно. Мы пройдем? – Все также короткими фразами переговаривались Тэд и десантник.

- Нет. Проход закрыт на полчаса. Ждите. – Он развернулся и пошел к остальным. Те уже увозили Корника за стену. Тэд тяжело вздохнул и выругался: «Черт бы вас всех побрал!», сел рядом со мной и стал обрабатывать рану. Я смотрел на него и радовался. Ну надо же, никто не погиб! Я живой!

Видели бы меня мои бывшие школьные друзья, когда я кинулся на маньяка с пистолетом! Вот уж тогда никто не назвал бы меня трусом! Даже, если я и отказался прыгать с гаражей в опилки.

- Ты тогда руку поднял, а вторую вперед выставил. – Вдруг неожиданно сказал я. – Это какое-то древнее боевое искусство, да?

- Да какое там искусство… - Хрипло сказал Тэд, уже заканчивая обрабатывать рану. – Руку я вверх поднял, чтобы дать понять тем, кто на стене, что я справлюсь сам, и никого убивать не нужно. – Он помолчал. – А вперед я руку выставил, чтобы молнию образовать.. Бесполезную молнию, которая просто мимо пролетела. – Он огорченно вздохнул.

- Я помешал, да? – Мне стало неловко. Получается, он бы и без меня справился.

- Нет, ты молодец. – Он широко улыбнулся и хлопнул меня по плечу. – Теперь я знаю, что тебе можно доверять. – Он замолчал, а потом добавил. – Не знал, что ты такой смелый.

- Я и сам не знал. – Абсолютно искренне сказал я. – А у Мировиков работа еще та, оказывается..

Тэд пожал плечами и улыбнулся. Я вспомнил, что он вообще не показал, что ему страшно, в том бою. Получается, для него это была рядовая ситуация? Ему ведь наверняка было больно, когда пуля вскользь порезала висок, но он на это никак не отреагировал. Может я не прав, и к боли все-таки можно привыкнуть?..

Глава 4 Нелегальный проход в город

Тэд решил не ждать полчаса. Нет, не потому что он был нетерпелив, а потому что, по его словам, они нас вообще не впустят. Говорит, что война все-таки еще не закончилась, у всех нервы шалят. И поэтому они могут подумать, что мы замаскированные враги, и под любыми предлогами не будут впускать нас в город.

Поэтому он решил пойти каким-то незаконным порталом… Я был резко против. И так день не из лучших, не хватало еще, чтобы нас поймали на использовании незаконного портала. Я лучше обратно в штат вернусь, посижу в живом уголке, мне там понравилось.

- Тебя никто не спрашивал! – Резко прикрикнул на меня Тэд, и тут же успокоился. – Прости, но ты не прав. Зачем возвращаться в штат, если все же можно пойти в город?

- Я не хочу, чтобы нас поймали и посадили в тюрьму! – Весомо сказал я. – Проблем и так хватает.

- Во-первых, нас не поймают. Во-вторых, он находится в надежном месте, в которое немногие имеют прямой доступ, поэтому, если там кто-то и будет, то он явно нас не сдаст. В-третьих если все-таки кто-то посторонний увидит, что мы им пользуемся – он просто закроет глаза на это. Некому не хочется закрывать его. – Перечислил Тэд, загибая пальцы, а потом посмотрел на меня.

- Ладно. – Сдался я. - Далеко до туда идти?

- Недалеко. Он на той горе. – Тэд указал направо от стены.

Я посмотрел на высокую большую гору, одиноко стоящую в лесу и присвистнул. Да до нее полдня переться! А еще и взбираться потом… Нетушки, я туда не пойду.

- Она слишком далеко. – Уверенно сказал я. – Давай лучше в штат пойдем, а? Посидим в седьмом отделе, бурундуков покормим? – Умоляюще сказал я.

- Да что ты в этом штате забыл. Тебе же даже мало где ходить там можно. – Он сердито взглянул на меня, помолчал, а потом улыбнулся. – Или дело в Энике, м? – Он подмигнул.

- Пошли на гору. – Сказал я и развернулся в указанном направлении. Еще не хватало, чтобы мне незнакомый человек в душу лез.

- Жаль, что у тебя ничего не получится. – Продолжал любовную тему Тэд.

- У нее кто-то есть? – Неожиданно для себя спросил я.

- Нет, и никогда не будет. Она никого не подпускает близко к себе… И у нее есть на то причины. Только не спрашивай какие!

Если честно, именно это я и хотел спросить, но раз так… Мы молча шли в сторону горы. Сначала, было довольно просто. Надо признаться, я нечасто хожу по лесу, но почему-то это оказалось не так уж и трудно. Да, пару раз я цеплялся за ветки, спотыкался об выпирающие корни, но это очень маленькие проблемы.

Примерно через три часа хотьбы, я начал уставать, ноги болели. Я тяжело дышал, еле поспевал за быстрым шагом Тэда. Рубашка вспотела и начала мерзко прилипать к телу. Я стал вечно поправлять ее, затрачивая нужную энергию, и тем самым, усугубляя свое состояние.

Мягкие кроссовки, выданные в штате, хоть и были очень удобными, оказались, непригодными для хождения по лесу. Скоро в них набилось много камней. Настолько много, что можно было сейчас сказать, что мои ноги не в ботинках, а в камнях. Я бы вытряхнул их, но тогда я бы слишком сильно отстал от Тэда, который останавливаться даже не думал. Кстати, У Тэда никаких проблем не было. Даже не смотря на то, что он почти в два раза старше меня. Он остался таким же бодрым, как и в начале пути. Черт, какой же я все-таки слабый, не приспособленный к долгим переходам…

Еще через час я с радостью выдохнул – Мы стояли на полянке около самого подножья горы. Осталось пройти всего несколько шагов. Не понятно было только, как взбираться на эту гору…

- Ну как, устал? – Спросил Тэд.

- Нисколечки. – Соврал я, вытирая пот со лба. Тэд это заметил и предложил немножко отдохнуть. Я не стал долго сопротивляться и упал на траву, переводя дыхание. Все-таки у Тэда очень быстрый шаг..

Лежа, гора казалась мне еще более отвесной. Может, там внутри есть какой-то ход? Или мы будем на канатах взбираться? Что-то я не заметил у Тэда канатов, поэтому, скорее всего первое. Он присел рядом и смотрел вперед отрешенным взглядом. Наверное, погрузился в свои невеселые мысли. Он взглянул на меня и тихо спросил:

- А ты не шибко-то скалолаз, да? – Он посмотрел в сторону горы и вздохнул.

- Ну… Я никогда по горам и не лазил, потому что высоты боюсь. – Сказал я немного со страхом. Мы что, все-таки будем как-то по ней взбираться?

- Ага, значит, еще и высоты боишься. – С грустью сказал он. – Как-то я об этом не подумал.

- А как мы вообще на нее подниматься будем? У нас же нет канатов? – С надеждой сказал я и добавил. – Или есть..?

- Канатов, действительно, нет. – Успокоил меня Тэд и помолчав, с улыбкой добавил. – Все гораздо хуже, друг мой. Придется подниматься без страховки.

- Что?! – У меня слов не хватало.

- Не бойся, мы пойдем по лестнице. Просто эта лестница очень, эм… Небезопасна. Пойдем, сейчас сам все увидишь… - Он, кряхтя, встал. Подал мне руку и помог встать мне. Потянулся, в его спине что-то хрустнуло, он тихо выругался. Со скорченным лицом потер спину и подошел к горе. Да, возраст заметен.

Он провел рукой по шершавому камню и остановился на одном выступе, положив на него ладонь. Потом он достал из кармана синий плоский камушек. Таким камушком, хорошо было бы пускать блинчики по воде. Тэд повертел камень в руках и прислонил его к выступу на горе. Камень врос в гору. Я не удивился, что-то в этом духе я и ожидал.

Неожиданностью стало то, что из горы стали выползать тяжелые каменные ступени, которые вели наверх. Между соседними ступеньками было изрядное расстояние, так что навернуться с них можно легко и просто. Нет, я не хочу идти по этим ступенькам, не хочу… За что мне это все?..

- Ну что, пошли? – Тэд оглянулся, посмотрел на меня, и пригласил пойти вперед.

- Нет уж, идите первым. – Довольно грубо сказал я.

- Не глупи. Если ты пойдешь впереди и вдруг упадешь, то я смогу тебя поймать. Если пойдешь за мной, то я могу не успеть среагировать. Иди. – Он улыбнулся, подошел ко мне, и встав за спиной, подтолкнул меня. Я шумно выдохнул, потряс головой пытаясь выбросить плохие мысли, и не торопясь подошел к лестнице. Оглянулся и посмотрел на Тэда. Тот хлопнул меня по плечу и показал большой палец. Ладно, может все не так плохо. Он же сказал, что поймает меня, если я упаду. Надо ему поверить.

Я посмотрел на лестницу. Точнее на древние каменные плиты, выступающие из стены. Они были довольно широкими, здесь вполне могли пройти бок о бок два человека. Но, если идти друг за другом, то на плите может стоять максимум один человек – размер плиты был чуть-чуть больше длинны стопы. Я долго рассматривал плиты и зрительно проверял их на прочность – искал трещины и отломанные куски. Также посмотрел на поверхность – не скользкие ли?

- Может, пойдешь уже? – Дружелюбно сказал Тэд. – Я же знаю, что ты смелый.

- Хех. – Мне стало неудобно. - Я бы не сказал, что я смелый. Просто, иногда думаю не головой, а жо… другим местом.

- Все смельчаки думают жо. На то они и смелые, что не задумываются о последствиях. – Сказал Тэд.

- Смелые просто не боятся боли и… смерти. – Почему-то сказал я.

- Все боятся и того, и другого. Просто, не в момент совершения подвигов и героических поступков. – Тэд усмехнулся. – Ты идти-то будешь?

Я опять глубоко вздохнул и наступил на первую плиту. Вроде, крепкая. Правая рука автоматически прикоснулась стены, в надежде на опору, в случае падения. Только вот стена было очень гладенькая, почти без выступов. Плохо дело. Я аккуратно наступил на вторую плиту и постоял в размышлениях.

- Так мы и к утру не доберемся. – Укоризненно произнес Тэд. – Уже четыре часа дня, давай шустрее.

- Сейчас. – Тихо сказал я. – Дайте настроиться. – Все-таки высоты я боялся, и еще как.

Я зажмурил глаза, потом открыл и пошел вверх по ступенькам, со скоростью одна ступенька в три секунды. Тэд шел позади меня и что-то насвистывал. Мне бы его беспечность. На высоте в трех этажный дом у меня стала пробуждаться паника. Ноги слегка подрагивали, сердце стало идти быстрее.

На высоте примерно в десятиэтажный дом, я вдруг оступился и шагнул мимо ступени. Я резко наклонился вниз и чудом успел ухватиться за ступеньку. Я повис на ступеньке и был готов схватить ее зубами, потому что понимал, что под ногами только воздух. Конечно, с такой высоты я мог и не убиться, но ноги сломал бы точно.

Я закричал, меня бросило в холодный пот. Тэд легко перепрыгнул на ступеньку, где я повис, и наклонившись, схватил меня под подмышками и потянул наверх. Охренеть он сильный. Я встал на ступеньку и обнял гору, боясь оторвать от нее взгляд и посмотреть назад. Сердце билось так, что аж в ушах звенело, дыхание было громким и с хрипами, я весь пропитался потом. Ноги почти не держали. Как я вообще на это согласился?! Я осторожно развернулся спиной к горе и облокотился на нее, посмотрел на Тэда. Тот спокойно стоял на ступеньке в полразворота, и смотрел мне на ноги.

- Спокойно. – Тэд подошел, положил мне руку на плечо и посмотрел в глаза. Какие у него все-таки мудрые, спокойные глаза. Взгляд дружелюбный, успокаивающий. Наверное, так и должно быть, у путешественников между мирами.

Я минуту смотрел на него и восстанавливал дыхание. Голова уже поняла, что опасность миновала, но тело еще не вернулось в привычный ритм.

- Ну что, пошли дальше? – Спросил он, когда я с шумом выдохнул и встряхнул головой.

- Может, свернем назад? – С надеждой сказал я.

- Мы прошли довольно много, почти половину. Нужно продолжить путь. Тем более, что спускаться еще страшнее. – Он показал вперед – Иди.

Я послушался и пошел вперед. Смотрел только на ноги, тщательно провожал каждое их движение, чтобы снова не наступить мимо. Через некоторое время лестница сменилась – она стала сплошная. Между ступеньками не было расстояния. Я так обрадовался, что даже позволил себе расслабиться и смотреть вперед, а не под ноги. И конечно сразу же брякнулся, успев выставить вперед руки и шмякнуться на них.

Тэд прошел вперед и подал мне руку. Опершись на нее я встал и пошел дальше. Тэд ехидно заметил, что расслабляться можно, только когда путь уже пройден. Как будто я не знаю. Я нахмурился и ускорился. Тэд сзади хихикнул и чихнул.

Наконец мы вышли на площадку перед огромными дверями. Те, хоть и были в высоту в три-четыре человеческих роста, явно открывались не великаном, а человеком, потому что дверная ручка находилась на высоте вытянутой руки.

Интересно, а почему ступеньки на лестнице так далеко находились друг от друга? Неужели, тому, кто живет здесь, нравятся небезопасные пути домой? Или он идет совсем другим путем, а эта лестница специально для гостей? Тогда получается, что в гости к нему могут прийти только смелые люди. Если бы меня Тэд не заставил, я бы ни за что сюда не полез!

Тэд вежливо постучал в дверь и сел на скамейку около дверей. Я не сразу заметил эту скамейку – она слишком хорошо сливалась с интерьером. Горы были каменные и скамейка тоже. Я подошел к скамейке и сел рядом. Тэд откуда-то из-за пазухи достал маленькую книжку, карандаш и очки. Очки он нацепил на нос, книжку открыл и стал чиркать там что-то карандашом. Я заглянул ему через плечо, чтобы рассмотреть, что он там пишет. Тэд заметил это, но книжку закрывать не стал – значит, мне можно на это посмотреть.

Как оказалось, он пишет тем языком, который переводчик не признает. Я вздохнул и облокотился на спинку скамейки.

- Что это за язык? – Устало спросил я. Мне почему-то хотелось спать.

- Язык мировиков. – Коротко ответил Тэд, не отрываясь от книги.

- А такой есть? – Не особо-то удивленно спросил я.

- Он искусственный. – Тэд нарисовал в книжке цветочек. – Когда информацию потребовалось сохранять в тайне – тогда его и создали.

- А что значит этот цветочек? – С улыбкой спросил я.

- Он значит, что мне скучно. – Тэд захлопнул книжку и отправил ее обратно за пазуху, так же как очки и карандаш. Он снова встал и постучал в дверь, на этот раз более настойчиво. Подождал минуту и снова постучал в дверь, уже с небольшой агрессией.

За той стороной двери послышался шум и дверь наконец открыли.

- Я занят был, неужели непонятно? – Грубо приветствовал нас мужчина, открывший дверь. Он был высоким, лицо его было хмурое, волосы короткие, черного цвета. Глаза оранжевые, можно сказать звериные, само лицо отличалось остротой черт, но при этом все равно притягивало взгляд. Одет он был в очень красивую, и наверняка дорогую одежду, черного и темно-красного цвета. Как я заметил, здесь все очень любят плащи – у этого мужчины он тоже был.

Конечно, плащи красивые и смотрятся очень круто, но ведь это очень неудобная вещь. Плащ может запутаться в ногах, плащ сто процентов быстро пачкается, да и вообще, зачем он нужен, если можно надеть куртку? Это я, конечно, зря их критикую, просто самому всегда хотелось иметь такую деталь одежды. Мне плащи всегда казались очень стильными.

- Нам нужно пройти в город. Можно мы воспользуемся твоим порталом? – Вежливо спросил Тэд.

- Нет, нельзя. – Резко сказал мужчина и закрыл дверь. Тэд опешил. Он удивленно уставился на закрытую дверь и почесал затылок. Он снова постучал в дверь и даже пнул ее ногой. Дверь открылась, и показался кулак. Следом послышалось злобная фраза: «Совсем страх потерял!». После этого дверь намеревалась благополучно закрыться, но Тэд удержал ее и злобно посмотрел на мужчину. Если бы взглядом можно было бы убить, то они оба уже были бы мертвы. Хорошо, что взгляд не обладает такой силой.

Несколько секунд они так стояли. Один пытался закрыть дверь, другой – не дать ей закрыться. Тэд стоял молча, мужчина несколько раз выкрикнул пару злобных фраз, впрочем, не очень-то оскорбляющих. Вскоре, мужчина сдался. Вряд ли, из-за того, что у него кончились силы. Скорее наоборот – силы уже кончались у Тэда, мужчина же по-моему почти не напрягался.

- Ладно уж, глупый человек, будем считать, что ты выиграл. Можете проходить. – Спокойно сказал он и отошел от двери. Тэд шумно выдохнул и подозвал меня. Я нехотя встал со скамейки и пошел за Тэдом. По пути я споткнулся о камешек, и в проход не вошел, а упал. Прямо рядом с недружелюбным хозяином дома. Я встал, отряхнул одежду руками и посмотрел на мужчину. Тот усмехался. Видно мое падение ему очень понравилось.

- Чудесный у тебя друг Тэд, даже на ногах не держится. И как он пока поднимался, не упал? – Ехидно сказал мужчина.

- Так он падал. Только я его вовремя поймал. – Слегка с улыбкой сказал Тэд. И мне почему-то жутко захотелось на него обидеться. Ага, как я падал, это мы рассказываем, а как я без оружия кинулся на психопата, чтобы тот никого не убил – это рассказывать необязательно…

Я осмотрелся. Мы находились в большом зале, потолок которого подпирали огромные колонны. Высота здесь была, наверное, метров двадцать. Ширина – раз в десять больше. Конечно, и побольше помещения бывают, но для одного человека такое пространство – это не хило. Почему-то я был уверен, что этот мужчина живет здесь один.

- Кстати, Андрей, знакомься - это Таур – Сказал Тэд, указывая на мужчину. Потом повернулся к мужчине и произнес. – Таур, знакомься, это Андрей.

«Алиса, знакомься, это пудинг. Пудинг, знакомься, это Алиса» - вспомнилось мне. Очень похоже.

- Приятно познакомиться – сказал я и вдруг увидел что-то на стене в конце зала. Я подошел поближе, чтобы рассмотреть, что именно. Оказалось, на стене был вырезан очень красивый дракон – большой, с крыльями, из пасти которого извергался огонь. Мне он очень понравился. Скульптор-художник постарался на славу.

- Нравится? – Довольно дружелюбно спросил Таур, тоже подойдя к стене. – Это Орсинаронс, мой хороший друг.

- У вас в мире есть драконы? – Удивился я. Ух ты ж, как здорово! Интересно, они дружелюбные, или агрессивные. Таур вроде сейчас сказал, что дружит с одним из них. Значит, скорее всего, дружелюбные. А вообще, это наверное очень здорово – дружить с драконом. Кататься на нем можно, шашлыки вместе жарить…

- Еще бы. Ты сейчас дома у одного из них. – Таур улыбнулся и посмотрел мне в глаза.

- А здесь еще кто-то живет? – Почему-то до меня не сразу доходят некоторые вещи.

- Обделил тебя Бог умом. Прискорбно. – Иронично сказал он и направился к одной из каменных дверей, ведущих из залы. Он подошел к ней и сжал рукой дверную ручку. – Да и мысли у тебя детские. – Добавил, обернувшись, он. – Кататься, шашлыки вместе жарить. Пф. Да разве может самое мудрое и сильное существо на земле добровольно развлекать глупых людишек, катая их на своей спине? Ты что-то перепутал, друг мой. Не нужно равнять две кардинально различающихся расы, которые априори не могут стать лучшими друзьями. Не умно.

Он замолчал. Открыл дверь и ушел. Я посмотрел ему вслед и нахмурился. Его слова звучали довольно оскорбительно. Что такого в том, что я хочу покататься на драконе? Стоп. А как он это узнал? Я не говорил этого вслух.

- Тэд, он умеет читать мысли? – Ошарашенно спросил я, повернувшись к Тэду.

- Он вообще много чего умеет. Если не хочешь, чтобы он читал твои мысли – тебе нужно просто их закрыть. Я понимаю, что ты так не умеешь. Поэтому просто старайся думать о том, что ты можешь сказать вслух. Хорошо? – По-моему Тэд был слегка рассержен. Интересно на меня или на дракона? Он подошел ко мне и положил руку на стену, вздохнул.

- Ему две тысячи лет. – Тихо сказал он. – По человеческим меркам, это около сорока пяти. Самый молодой, из существующих драконов. – Он тяжело вздохнул. – Драконов осталось всего шесть. Один вот, живет у нас. Точнее, по его словам, он просто разрешает жить нам рядом с ним. Он очень давно здесь живет, еще до основания города. – Он протер стену с рисунком рукой. – Этот, живет рядом с Ульриком – городом, расположенном на южной границе нашей страны.

- А почему драконов так мало? Они утратили способность размножаться?

- Нет. Дело в том, что тысячу лет назад случилась жестокая война между людьми и драконами. Если бы у нас не было магии, то людей в нашем мире уже не было бы. – Сказал Тэд. – Драконов изначально было не очень много – не больше сотни. Но и этого количества было достаточно, чтобы убить треть человеческого населения. Но, в конце концов, все драконы были истреблены. Вот так вот. – Грустно завершил он.

- Не истреблены. Осталось еще шесть. – Сказал я.

- Именно, что всего шесть. И все мужчины. – Сказал Тэд и заложил руки за спину. – Через пару тысяч лет драконов совсем не останется. Это грустно, очень грустно, но только для тех, кто знает Таура. Таур – единственный дракон, который так просто общается с людьми. Мне кажется, что он самый дружелюбный дракон, за всю историю нашей Земли… Но он все-равно как и все драконы самоуверенный и недолюбливает людей. Ну и сильный очень, конечно.

- Конечно сильный, раз смог пережить такую страшную войну. – Я даже как-то проникся уважением к Тауру.

- Пережить войну ему помогла не сила, а одна уникальная способность – превращаться в человека. Остальные пять выживших драконов обладают той же способностью. – Тэд хмыкнул.

Каменная дверь открылась, за ней показался Таур. Он подозвал нас рукой и скрылся в комнате. Тэд улыбнулся и пошел к двери. Я отправился за ним, напоследок еще раз посмотрев на гравюру. Увидеть бы дракона вживую, вот такого – большого, крылатого, гордого. Как бы вежливо попросить Таура сменить свой образ?

Когда я зашел в комнату, то первое, что мне бросилось в глаза – это огромный камин, раза в два больше, чем нужно, с горящим в нем огнем. Всегда мечтал о камине в доме.

Перед камином стояло большое кресло, из красного мягкого материала. Пол в этой комнате был очень мягким и теплым. Наверное, хозяин дома и в образе дракона не прочь полежать перед камином. Сама комната была довольно большая, но конечно меньше, чем прошлая. Свет был неярким – на потолке была большая старинная люстра. У стен стояли большие закрытые шкафы, с прозрачными дверцами, полностью забитые книжками. Книги скорее всего, очень старинные, судя по возрасту хозяина дома. Эта комната мне очень понравилась – уютно, тепло, красиво. Думаю, я здесь бы жил.

- Как жаль, что здесь уже живу я. – С изрядной долей сарказма сказал Таур. Меня уже начинает злить, что он читает мои мысли. Невежливо лезть в голову чужому человеку. Таур хмыкнул, и подошел к следующей двери, ведущей из комнаты. Я недовольно поплелся за ним, также как и Тэд.

Мы вышли в весьма широкий коридор, на стенах которого висели картины. На одной было просто небо с облаками, на другой чистое поле, на третьей светлый березовый лес… Складывалось ощущение, что художник один и тот же. По обе стороны от широкого коридора располагались двери. Всего их было четыре. Что было за ними можно только догадываться. Мне вот кажется, что за какой-то из этих дверей расположен зал набитый золотом. Драконы очень любят золото, если брать за источники информации известные фильмы и книги. В действительности это может оказаться и не так, но я почему-то все равно был уверен, что уж этого дракона несколько сундучков с золотом найдется.

Таур хмыкнул. Кажется, этот негодяй опять читает мои мысли. Ну и по барабану, его проблемы. Мне не очень-то хочется ограничивать себя в мышлении, так что пусть выслушивает весь бред моих дурацких рассуждений.

- Если говорить честно, ты не далек от правды. – Спокойно, и даже дружелюбно сказал Таур. – У меня действительно есть немного золота. Но тебе лучше не знать, где оно находится. Хранилище заколдовано, и всякий кто попытается войти в него без спросу - будет убит. – Серьезно закончил он.

- Сначала говори, о чем думал Андрей, а то немножко странновато слушать ваш односторонний разговор. – Недовольно сказал Тэд. Я улыбнулся. Наверное, со стороны это и правда выглядит странно.

Таур дошел до большой железной конструкции, расположенной в конце коридора. Конструкция представляла из себя железный полый ящичек, куда может встать только один человек. Внутри этого ящичка ничего не было. Вообще ничего, даже кнопок, что опровергло мою идею о том, что это лифт.

- Заходи. – Таур пригласил меня внутрь ящичка. Я отступил назад. Я боюсь замкнутого пространства, и потому не особо хочу заходить в этот ящичек. – Ничего тебе не будет – это портал. – Весомо добавил Тэд.

Вот мы и дошли до нелегального портала. Как-то я себе его иначе представлял. Примерно, как показывали в презентации «ИнфоЖест». А оказалась просто железная бандура. Даже без знаков всяких эльфийских..

Я нехотя зашел внутрь. Таур закрыл за мной дверь и я оказался взаперти. Шов от двери расплылся и стал сплошной стеной. Прекрасно. Свет лился прямо от стен, как это было в штате.

Вдруг голова закружилась, меня начало подташнивать. Я глубоко вдохнул воздух и задержал дыхание. Зачем не знаю. В глаза ударил яркий свет и я рефлекторно закрыл их рукой. Пол под ногами зашевелился и стал мягким, но буквально через пару секунд снова затвердел.

До меня донесся легкий шум. Я открыл глаза и обнаружил, что стою на пешеходной дорожке в городе. Надо же, почти незаметное перемещение.

По широкой пешеходной дорожке, между пятиэтажными красивыми домами и однополостной дороге ходили люди. Среди них я заметил двух мужчин с чемоданами в руках, в парадных костюмах. Они шли по дороге спокойно, и, кажется, обсуждали сегодняшнюю газету. Сразу же за ними прошла прекрасная девушка в ярком цветочном платье, держа за руку маленькую девочку в майке, шортах и босоножках. Скорее всего это две сестры. С другой стороны дорожки, чуть не сбив меня, пронеслась группа мальчишек младшего школьного возраста. Один из них все-таки задел меня, но сразу развернулся и попросил прощения, после чего вновь побежал по улице.

Неподалеку сидела старушка и маленький ребенок. Ребенок постоянно что-то рассказывал, болтал ногами и теребил цветочек, который держал в руках. Бабушка кивала, и коротко отвечала внуку на его вопросы, не отрываясь от газеты. Совсем как обычные люди. Даже и не верится, что это другой мир.

Хотя нет, все-таки различия были, но они были хорошими.

Например, почти все люди улыбались. Некоторые мимоходом говорили мне «Здравствуйте» или «Добрый день». Я даже немножко удивился такому вежливому обращению. Дорога была почти полностью чистой. Разве что один раз мимо ног пролетел разноцветный фантик. Дома были небольшими, сделанными из кирпича, камня, и изредка из дерева. Все домики были цветными, с небольшим количеством украшений. На доме, стоящем на другой стороне улицы был нарисован красивый пейзаж.

Пару раз по дороге проезжали велосипедисты. Велосипеды были без спиц в колесах, с подсветкой и ехали очень плавно. Еще несколько раз проехало несколько небольших автобусов, которые передвигались почти без шума и не оставляли за собой шлейф из выхлопных газов. Машин было очень мало, но они все же были.

В целом город производил хорошее впечатление. Да что там хорошее – отличное! Только вот с трудом представляю, как они обходятся без транспорта. Может быть у них есть метро, и все люди пользуются именно им?

Вдруг мне стало некомфортно, будто я что-то забыл. Я осмотрелся по сторонам, в поисках утерянного, и понял, что рядом нет Тэда. И где он? Он все еще не переместился? Может быть. Я стоял на месте и оглядывался. Город стал казаться тревожным, неизвестным. Что я буду делать здесь без Тэда? Я же ничего здесь не знаю!

Через несколько минут я стал бродить вдоль улицы, заложив руки за спину. Люди стали обращать на меня внимание и провожать тревожным взглядом. Видимо лицо у меня не очень веселое. Потом я развернулся и стал шагать в обратную сторону. Походив так минут двадцать, мне вдруг стало страшно – А что если я так до заката бродить буду?

И тут в голову пришла тревожная мысль: А что если мы появились в разных местах?..

Глава 5 Чужой город

Не знаю как у вас, а я в своей жизни терялся два раза. Первый раз это было, когда мне было семь лет. Тогда я не глядя сел в автобус, занял удобное место и задремал. Мне нужно было ехать до конечной, поэтому я не боялся пропустить свою остановку. Меня разбудил кондуктор, сказал, что уже конечная. Я спокойно встал и вышел из автобуса, и сразу осознал, что сел не в тот автобус – место было незнакомое. Ситуацию усугублял еще тот факт, что конечной у этого автобуса являлась остановка рядом с кладбищем. Первый раз в жизни я испытал настоящий ужас. Мне казалось, что я никогда не вернусь домой, я не знал, что мне делать.

Поревев в сторонке минут пять, я решил действовать. А именно, я просто зашагал вдоль дороги, надеясь, что она приведет меня домой. Жаль, что тогда у меня еще не было телефона. Да если честно, ни у кого из моих ровесников тогда не было телефона. Не помню, сколько времени я шел вдоль дороги. Мне казалось, что целую вечность. Но в итоге я все-таки дошел до знакомого места и вернулся домой. В тот день я понял, что лучше не спать в автобусах.

Второй раз это было лет в 15-16. Я тогда со своим новым другом решил пойти в кино. После сеанса фильма друг предложил мне сходить в какое-то жутко интересное заброшенное место. Я, естественно согласился, о чем конечно пожалел. Оказывается мой друг, был там всего раз. Нет, мы дошли до той заброшенной фабрики. Только потом, когда погуляли по этому интереснейшему месту, мы забыли, откуда пришли, и не знали, куда нам идти, чтобы вернуться домой.

Мой друг тогда боялся больше, чем я. Нет, он не говорил, что ему страшно. Какой подросток это скажет? Он просто очень много болтал, часто озирался, говорил: «Прорвемся!», «Не боись!», «Да фигня это все. Вот у меня один раз такое было…». Моя реакция была совершенно иной – я молчал, и пытался найти наиболее действенный выход из ситуации. В итоге, мы конечно выбрались оттуда, правда изгваздались и пришли очень поздно вечером. Мой друг еще заболел тогда – все-таки октябрь был.

В этот же раз все было совсем по-другому. Во-первых – город мне абсолютно не знаком. Я даже не знаю, есть ли здесь полицейские, и куда мне обращаться за помощью. Во-вторых – я один, и у меня здесь нет ни одного знакомого, не считая, конечно, Тэда, если учитывать, что он все-таки здесь. В-третьих – я не знаю здешних обычаев, и потому не могу вступить с людьми в разговор – я могу их ненароком оскорбить. В-четвертых, и это самое главное – я вообще не знаю, что мне делать.

Я присел на скамеечку и крепко задумался – как мне поступить в данной ситуации? Вообще, можно просто идти вдоль дороги, но вспоминая правило по выживанию в лесу – если ты заблудился, сиди и жди, когда тебя найдут - этот вариант отпадает. Конечно, это не лес. Но и в городе человека легче найти, если он просто сидит где-нибудь на виду, а не постоянно перемещается по городу. Правда, если я буду бегать и орать, меня точно заметят, но скорее всего не Тэд, а кто-нибудь не очень дружелюбный – какие-нибудь местные полицейские. Не знаю, нужно ли мне знакомство с местными органами власти… Скорее всего – нет.

Можно попробовать заговорить с местными и спросить у них что-нибудь. Конечно, спрашивать знают ли они Тэда – это глупость. Думаю город не настолько маленький, что все знают друг друга по именам. Хотя, если предположить, что он знаменитость… Не, вряд ли.

Можно попробовать спросить, знают ли они какого-нибудь Мировика. Думаю все Мировики как-то взаимодействуют с друг другом, и они скажут где Тэд. Что за глупость! Вдруг этих Мировиков целая куча? Не должны же они знать всех своих коллег? Нет, нужно оторваться от идеи найти Тэда, и спрашивать о чем-то более глобальном. И логичном.

Например, можно спросить, где можно бесплатно переночевать. Думаю, должны быть такие места, в таком уютном городе. Еще можно спросить, где можно бесплатно покушать. Не думаю, что такие места есть в общественном доступе. Но вдруг кто-нибудь из местных знает сердобольного человека, который может подкормить несчастного нищего?

В общем, нужно как-то завести разговор с местным населением. Значит нужно найти какого-нибудь человека, который мне покажется дружелюбным и открытым. Приступим к поискам.

Я встал со скамейки и посмотрел по сторонам. Уже темнело, поэтому людей на улицах стало меньше. Рано что-то тут ночь наступает. Где же носит Тэда? Неужели нет ни одного способа, быстро найти человека? Я пошел по дорожке, мимо бесшумно проехал автобус с номером 7. Я оглянулся и увидел, что у автобуса нет выхлопной трубы. Однако..

На улице засветились фонари – и я только сейчас их заметил. Они были красивыми – сделанными под старину, и светились уютным оранжевым цветом. Небо совсем стемнело, и я увидел полную луну. Ходить в неизвестном городе в полнолуние, зная, что здесь есть магия – немножко неуютно. Да что там неуютно – стрёмно.

Мне на встречу не спеша шагал мужчина. Я решил воспользоваться случаем и начать разговор:

- Здравствуйте! – Я протянул руку и мужчина ее пожал. Я улыбнулся. – Не подскажете, который час?

- Здравствуйте. Без пяти минут семь. – Приятным голосом сообщил мужчина, посмотрев на часы на руке, и улыбнулся в ответ. Вроде дружелюбный, будем продолжать разговор.

- Вы не знаете, где здесь можно остановиться на ночь бесплатно? – Спросил я.

- Бесплатно говорите? – Сказал он и задумался. Он почесал рукой подбородок и немного нахмурил лицо. – Есть гостиница на краю города, но там всегда очень мало свободных мест. Да и чтобы попасть туда, нужно иметь определенные привилегии. Думаю, туда вы попасть не сможете.

- Какие привилегии?

- Ну, рядом с той гостиницей расположена единственная больница, специализированная на восстановлении органов и частей тела. Так что, если у вас, допустим, нет руки, и вы записаны в эту больницу на операцию – то вас пропустят без проблем. Но вижу, со здоровьем у вас все в порядке. – Он сделал паузу. – Еще туда пускают людей, оказавшихся в трудном жизненном положении – без жилья и работы. Или, например, беженцев. Но в любом случае, скорее всего, там не окажется свободных мест. Эта гостиница пользуется популярностью, сами понимаете. Вы можете попробовать зайти туда утром – в это время выписывают пациентов и некоторые места освобождаются. Следовательно, вы можете бесплатно получить ночлег.

- А что мне делать сейчас? Мне негде заночевать этой ночью. – Немного с паникой в голосе произнес я.

- Позвольте сначала спросить – как вы оказались в нашем городе? – Настойчиво спросил он. Мне стало немного некомфортно.

- Мне на голову упал кирпич. – Сказал я и удивился тому, как смешно это прозвучало. – Я потерял сознание, а когда очнулся – оказался в другом мире. Ну и в вашем городе, в частности.

- Так вы перемещенец! – Сказал мужчина и широко улыбнулся. Кажется, он перестал меня в чем-то подозревать. – Тогда я знаю для вас отличное место. Пойдемте, я вас провожу. – Мужчина развернулся и пошел вперед. Я, немного с опаской, последовал за ним.

Странно ночью идти неизвестно куда с незнакомым человеком. Но за это время, что я здесь, случилось уже столько странностей, что мне было все равно, куда я иду и с кем.

На улице стало совсем безлюдно. Но мне казалось, что за мной кто-то наблюдает. Может быть, это паранойя. А может быть, кто-то действительно наблюдает за мной из окна.

Скоро мы подошли к красивому двухэтажному дому. Рядом с ним стоял какой-то стенд объявлений, но что на нем было написано, я прочитать не смог – было слишком темно. Сопровождающий меня мужчина остановился возле двери этого дома, осторожно в нее постучал и сразу открыл.

- Алиса? Вы дома? – Спросил мужчина, зайдя внутрь дома. Я тоже пошел в дом и встал за его спиной.

- Она спит. – Ему ответил мужчина, сидящий на диване за столом. Он что-то ел и одновременно читал книгу. У него была красивая внешность, на вид ему было лет двадцать пять – тридцать.

- Так рано? – Удивленно спросил мужчина.

- Ночью работала. – Ответил хозяин дома.

Я осмотрел помещение. На столике около стены лежал округлый продолговатый предмет, из верхней части которого светилось изображение. Проектор, в общем. Такой обычно в фильмах про будущее рисуют. Только в фильмах он обычно светит только синими оттенками, или зелеными, а здесь изображение было разноцветное. Напротив стоял большой диван и стол. В одном углу помещения стояла кухонная гарнитура – холодильник, плита, стойка. В другом углу располагалась лестница на второй этаж. Неплохой домик.

- А что случилось-то? – Спросил хозяин дома и перелистнул страницу книги.

- Молодому человеку спать негде. – Он посмотрел на меня. Я преступил с ноги на ногу и уставил взгляд в потолок.

- Пусть остается. – Мужчина вздохнул и внимательно на меня посмотрел. Пронизывающий взгляд. Не люблю, когда так смотрят – сбежать охота. – К какому мировику приставлен?

- К Тэду Йонтеру… - Неуверенно сказал я. Вот откуда он знает, что я к кому-то приставлен? Он ведь даже не знает, что я перемещенец! Или у меня это на роже написано? И почему все такие внимательные, да дружелюбные? Просто мир ангелочков какой-то. Аж тошно.

- Садись. – Он указал на диван, а сам встал, положил книгу на стол и направился в сторону лестницы. – Я Тэду позвоню, он придет и заберет тебя. – Он посмотрел на мужчину, который привел меня и обратился уже к нему. – Спасибо, друг.

Мужчина слегка наклонил голову и вышел на улицу, закрыв за собой дверь. Я проводил его взглядом. В это время, хозяин дома уже поднялся по лестнице на второй этаж. Я вздохнул.

Мне захотелось немедленно уйти отсюда. Просто уже надоело, что все всё решают за меня. Такое ощущение, что у меня вообще нет выбора. Поэтому мне очень хотелось сбежать, и доказать этим, что у меня есть право выбора. Есть, черт возьми!

«Ты идиот. Ты заблудишься и умрешь.» - Сказали мне остатки здравого смысла. К сожалению, наверное, так и будет. Поэтому лучше я пока останусь здесь.

Тем более, что сейчас сюда придет Тэд, а он мне, как человек, нравится. Конечно, он мне не друг, и даже не товарищ. Но по крайней мере – хороший знакомый.

Из вредности я прошелся по чистому ковру не разуваясь (хотя следов ботинки все равно не оставили), и уселся на диван. Взял со стола оставленную книгу, в надежде прочесть здешнюю литературу. Но книга оказалась не из этого мира. Надпись на ней гласила – «Три мушкетера». Не слабо удивленный, я положил книгу обратно на стол. Похоже, литературу нашего мира здесь уважают. Или просто хозяин дома – мировик, что вполне может быть, если учесть, что он знаком с Тэдом.

На месте мировиков, я бы точно брал из каждого мира какой-нибудь сувенирчик на память. Кстати, нужно взять в этом мире что-нибудь. Какую-нибудь вещь, которой нет в нашем мире. Чтобы потом, дома, смотреть на нее, и быть уверенным, что ты был именно в другом мире. А не в коме. Или в психушке.

Я осмотрел комнату, на наличие не особо нужных, но интересных предметов. Взять вилку будет слишком мелко. Тот проектор, что вместо телевизора - явно дорогой, и его пропажу заметят. О чем я думаю? Я же хочу украсть чужую вещь! Нет, так не пойдет.

Я посмотрел на себя. Такие ботинки и у нас сделать могут, а остальная одежда моя изначально. Может браслет? Нет, он очень похож на обычный. Тем более, если рядом нет дверей, которые им открываются, то он просто часть гардероба.

Конспирация у них, однако. Нет, чтобы сделать что-нибудь выделяющееся? Например, чтобы ботинки сами шнуровались, как в фильме «Назад в будущее». Или чтобы браслет, легким движением руки превращался в летательный аппарат, телефон, фотоаппарат. Или в нож, на худой конец! Но нет же. У них ведь даже дома обычные. Ну, разве что, выглядят как новенькие, и наверняка крепче, чем кажутся.

Я подошел к стене около двери и посмотрел в окно. На улице темно, никто не ходит. Тэда не видно. Как говорил мой классный руководитель в школе: «Грусть, тоска, печаль и безнадега». Случайным движением я прикоснулся к стене. Что-то очень тихо прошуршало, и из стены выехал ящик. Я не сразу это заметил – только когда уже отошел от стены.

Ящик был длинный, почти на всю ширину стены, но узкий. Я посмотрел в него и увидел аккуратно сложенное оружие. Каждое стояло на маленькой подставке. Я с любопытством стал его разглядывать. Здесь было несколько пистолетов, странных на вид; красивый кинжал, с кожаной рукоятью; пара мечей, один из которых светился (Наверное, волшебный), и еще кое-какие вещи, которые даже не похожи на оружие. Так они опережают нас по времени, или отстают? Пистолеты – явно из будущего. Мечи – скорее из прошлого. Парадокс.

Меня привлек черный камушек, отливающий серебром. Я взял его в руки, и понял, что он очень теплый. Это явно магический предмет, если я конечно, хоть немного понимаю, что такое магия.

В моих руках предмет стал плавиться и превращаться в жидкость. От неожиданности я дернулся, и вся непонятная субстанция упала на пол, превратившись в твердую, плоскую лужу. Я посмотрел на лужу, и присев, прикоснулся к ней. Гладкая. Я попытался снова взять лужу в руки. К сожалению, взялся только кусок. Но он стал очень быстро плавиться и снова стекать с руки. Я тихо выругался и снова оторвал кусок лужи, и сжал его в кулак. Но тот, сволочь, очень сильно нагрелся, и я обжегся, автоматически разжав руку. И конечно, снова уронил жидкость. Вот же черт!

Я сходил в кухонную часть комнаты и нашел там нож. Подошел к луже и начал отковыривать ее ножом. Ножом жидкость, точнее уже твердое вещество, отковыриваться не хотела. Проковырявшись минуту, и чуть не сломав нож, я понял, что когда это вещество твердое, то оно еще и крепкое. А точнее, вообще непробиваемое.

Я повозил по луже рукой, и слегка подтаявшее вещество, все-таки подковырнул ножом. Держа его на ноже, я решил положить его обратно в ящик и столкнулся с новой проблемой. Изначально, оно было круглым, поэтому и место хранения у него круглое. А сейчас это тонкий блин, который вообще не входит в ящик.

Да что ж у меня все не как у людей, а?

Я не стал заморачиваться и просто положил вещество сверху на другое оружие. С трудом, но лужа вместилась. Я выдохнул, и вытер ладонью пот со лба. Потом я задвинул ящик обратно в стену, и отошел от нее на два шага. Ну, если открыть ящик, то будет заметно, что в нем кто-то ковырялся, а так… Пусть хозяин дома не знает, кто это сделал.

На полу что-то засверкало. Я наклонился и увидел стальную капельку. Блин, оказывается, я не всю жидкую сталь запихнул в ящик. Ну и ладно. Я взял эту капельку и быстро засунул в карман. Карман вроде бы не прожгло, значит, все в порядке.

Вот сувенирчик и нашелся.

В дверь деликатно постучались. Я немного вздрогнул от неожиданности. Интересно, кто это там? Не знаю, как здесь принято, а у нас по ночам все спят. Ну, не все, ладно. Но ведь большинство? Дверь приоткрылась, и в дом вошел Тэд. Я выдохнул и улыбнулся. Снова видеть Тэда оказалось довольно приятно. Я даже немного расслабился.

Тэд же выглядел уставшим. Очень уставшим. Но лицо у него было радостное. Наверное, он тоже рад видеть меня. Ну, я на это надеюсь.

- Ты не представляешь, что бы было, если бы я тебя не нашел. – С какой-то грустью сказал он, подошел ко мне и пожал руку.

- Интересно. И что бы было? – Ненавязчиво спросил я.

- Ничего хорошего. – Коротко ответил он. – Портал немного капризничает в последнее время, и никто не виноват, что мы попали в разные точки города. Почему ты не подошел к стражам и не попросил помощи? – Сказал он с неодобрением.

- Понятия не имею, кто эти стражи, но я их не видел. – Немного с обидой сказал я.

- Допустим. – Тэд явно был не в духе. – Пойдем, я отведу тебя в гостиницу.

- Но разве мне не собираются завязывать язык и отправлять домой? – Сказал я и прикусил губу. Зачем я вообще упомянул эту процедуру? Мне же лучше, чтобы ничего не завязывали!

- Завтра. Они сегодня уже не работают. – Тэд жестом пригласил выйти на улицу.

- Уже уходите? – На лестнице стоял хозяин дома и смотрел на нас. Какой бесшумный. Я даже и не заметил, как он пришел сюда.

- Да. Мало времени. – Тэд был немногословен.

- Можешь оставить его ночевать здесь. Гостиница забита. – Кажется, хозяин дома сказал это дружелюбно. Ох, знал бы он, что я тут в его вещах без спроса шарил. Точнее, в его оружейном складе.

- Нет. У тебя в гостевой комнате труп, и ты хочешь, чтобы он спал рядом с ним? – Возмущенно сказал Тэд.

Я представил себе эту ситуацию и у меня пробежали мурашки по коже. Лежишь такой на кровати, а напротив тебя, на соседней постели лежит безобразный труп, над которым витают мухи. И он смотрит на тебя пустыми глазами, в которых копошатся черви. А потом как встанет, протянет к тебе истлевшие руки… Брр. Надо что-то делать с моей фантазией. Она что-то разгулялась совсем.

Стоп. А откуда у него труп в комнате? Я немного отошел назад и схватился за ручки двери, ведущей на улицу. Психи. Вокруг одни психи. Куда я попал?

Хозяин дома молчал, а на его лице отображалась бурная мыслительная деятельность.

- Да ты про Кирю что ли? Нет, я вот вас не понимаю. Ну какой он тебе труп? Он же живой человек!

- От него пахнет мертвечиной, и еще куски мяса отваливаются. А ты говоришь, что он живой? – Иронично сказал Тэд. Меня начинало тошнить.

- У него тело мертвое, а душа живая! Скоро его вылечат, и будет как нормальный человек! – Хозяин дома был возмущен.

- Невозможно вылечить смерть. – Спокойно сказал Тэд. – До завтра.

Тэд развернулся, попросил меня открыть дверь, раз уж я схватился за ручку, и мы вышли. Я оглянулся назад и увидел злое лицо хозяина дома.

- Что за Киря? – Меня опять прорвало на вопросы.

- Не важно. Просто мальчик, которого убили, и сделали из него, ну… Зомби. – Тэду был не приятен разговор.

- Зомби это круто. – Я вспомнил несколько фильмов, и они ярко отразились в моей голове. – Тэд повернулся ко мне и очень недобро посмотрел в глаза. Мне стало не по себе. – То есть, я хотел сказать, что они отвратительны. Ужасные создания, ужасные… - Неловко произнес я.

- Не говори о том, чего не знаешь. – Сделал замечание Тэд. – Но, тебе простительно. Ты перемещенец и некоторые вещи понимаешь совсем неправильно.

Разговор закончился. Мы шли вдоль дороги, проходя мимо скамеечек и неярких фонарей. На небе светились звезды, я загляделся на них, и с радостью нашел большую медведицу.

- А здесь звезды как на Земле. – Удивленно сказал я.

- Может потому что ты на Земле? – С усмешкой сказал Тэд.

- Как это? Мы же в другом мире! – Было чувство, что меня обманули.

- В другом мире, а не на другой планете. Разве мы похоже на инопланетян, по-твоему? А солнце и луна тебя не смутили?

- Но, я думал, что в другом мире все другое…

- Ты, наверное, удивишься, но здесь даже материки одинаковые. Рельеф, правда, немного отличается. И климат тоже. И кстати, ты сейчас на том же месте на планете, где в твоем мире построен город, в котором ты живешь.

- Подожди, То есть мы в Дивногорске?

- Нет, мы в Деире. Но он находится там же, где Дивногорск, в твоем мире. – Понятно объяснил Тэд.

- Что-то я не припомню у нас таких гор. – С недоверием сказал я.

- Я же говорю, что рельеф другой немного. – Сказал Тэд - И не ври. Рядом с Дивногорском есть горы. Я видел.

- А где тогда Енисей?

- Он далеко. Отсюда не увидишь. – У Тэда поднялось настроение от этого разговора. Он улыбнулся.

Мы свернули к красивому и большому пятиэтажному дому. Похоже, это и есть гостиница. Если честно, почти не отличается от других домов на той же улице. Разве что вывеска весит: «Гостиница имени Вирта Лапека». Интересно, кто этот Лапек? Думаю, не плохой человек, раз в его честь гостиницу назвали.

Мы зашли в гостиницу. Комната, в которую мы попали, была большой, но практически пустой. Здесь было небольшое количество диванов, расставленных по углам и высокий стол, стоящий около стены, за которым сидел один человек. Больше людей видно не было. Видимо, все спали.

- Перемещенец. Поселите куда-нибудь. – Сказал Тэд, подойдя к человеку за столом. Я тоже встал там же и стал внимательно рассматривать маленький горшочек с растением, находящийся на столе. Он переливался радугой, так, как будто его полили бензином. Не очень хорошее сравнение, но ничего лучше в голову не приходит.

- Ох… - Человек страдальчески вздохнул. – Утром никак нельзя было?

- Никак.

- Есть только одно место – Сказал человек на ресепшене и посмотрел куда-то мне за спину. Я обернулся, но ничего за спиной не увидел. – Но оно не одиночное. Там уже есть один перемещенец.

- Сойдет. Сойдет? – Спросил он повернувшись ко мне. Вау, у меня спрашивают мнение, как непривычно.

- Да. – Коротко сказал я.

- Идем. – Человек встал из-за стола и направился к двери. Прежде, чем пойти за ним, было бы хорошо попрощаться с Тэдом. Я посмотрел на Тэда и помахал ему рукой. Он слегка кивнул мне и пошел к выходу.

- До завтра. – Сказал я ему вслед.

- Прощай. – Тэд обернулся. – С тобой разберутся без меня. – Он открыл дверь и вышел.

Я расстроенно посмотрел на закрытую дверь. Значит так? Не получилось дружбы, просто приятное знакомство. Да, всякое в жизни бывает. И все-таки это очень грустно. Теперь я опять в этом мире совсем один.

Я глубоко вздохнул и пошел за ресепшником. Тот ждал меня в лифте.

- Смотри, тут распределено по блокам. – Начал он таким тоном, как будто разговаривал с ребенком. – Твой блок третий. Видишь, он квадратиком обозначен? Все, что внутри этого квадратика – относится к третьему блоку - Мне захотелось дать ему в рожу. – Вот здесь, как ты видишь, написано столовая. Там едят. А здесь – спальни. Там спят. – Просто непреодолимо захотелось дать ему в рожу. – Если ты не умеешь читать, то можешь судить по картинкам, нарисованным рядом с надписями.

- Слышишь ты! – Я не выдержал. – Я не тупой. Давай по существу.

- Шестая комната. – Сказал он и вышел из лифта. – Тебя же не нужно провожать? – Добавил он обернувшись и скорчив издевательскую улыбку.

Я нажал кнопку, двери закрылись и лифт поехал. Скоро я буду спать. Наконец-то. Может быть, я даже высплюсь этой ночью. Ну, я хотя бы на это надеюсь.

Глава 6 Предатели

Как жесток этот мир! Нет, я не в том смысле, что люди злые, и потому сделали этот мир таким ужасным. Нет. Я имею в виду всем известный закон. Закон подлости.

Допустим, если ты забудешь зонт, то обязательно начнется дождь. Перед походом в кино или театр вдруг схватишь вирус, и придется сидеть дома. Светофор сменяет свой цвет на красный, как только ты к нему подходишь. И бутерброд падает маслом вниз.

Конечно, если у тебя с удачей все в порядке, то ничего из этого не случается. Наверное. Но, к большинству из нас удача не так благосклонна.

Так о чем это я? А о том, что выспаться не удалось… Как оказалось, мой сосед еще не спал. Когда я вошел в комнату, то мужчина, сидящий на кровати, слегка вздрогнул и посмотрел на меня. Я внимательно на него посмотрел. Ничем не привлекательная внешность, на глаз лет двадцать пять, может больше.

- Здравствуй. – Сказал я, вошел в комнату и закрыл за собой дверь. – Меня зовут Андрей.

- Здравствуй. – Он встал с кровати и подошел ко мне. Запахло какими-то медикаментами. – Зови Рик – Он протянул руку и я пожал ее – Будем знакомы.

- Ага. – Я окинул взглядом комнату. Просторная. И окна есть, что радует. – Ты давно здесь?

- Сегодня заселился, сегодня и уйду. – Сказал он и улыбнулся.

- Да? Тогда тебе надо поторопиться, день скоро заканчивается. – Иронично сказал я.

- Я серьезно. – Он посмотрел мне в глаза и ухмыльнулся. – Может со мной?

- Убежать? Нет, мне как-то выспаться хочется. День тяжелый был. А ты можешь уходить, если тебе хочется. – Я подошел к кровати и потрогал ее рукой. Мягкая. Удивительно, что в бесплатной гостинице такие условия.

- Как знаешь. Если ты хочешь, чтобы тебе обчистили память и домой дурачком вернули – пожалуйста. Это твой выбор. – Он подошел к своей кровати и стал собирать сумку.

- Мне просто язык завяжут. – С некоторым сомнением сказал я. – А потом вернут домой. Конечно, рассказать об этом мире вряд ли удастся, но мне бы все равно никто не поверил.

- Уверен? Кто тебе это сказал? – Его явно насмешили мои слова.

- Один из мировиков. – Спокойно сказал я.

- Нашел кому доверять. – Раздраженно ответил он. – Он тебе кто? Правильно, никто. Они всем говорят, что просто лишат возможности говорить об этом мире. А обычно, либо домой дураками возвращают, либо память деликатно обчищают, а потом на работу какую-нибудь тяжелую отправляют. Как будто ты всегда солдатом был, а потом в тебя осколок гранаты попал, и ты память потерял. Стандартная история.

- С чего бы мне тебе верить? Ты для меня тоже чужой человек. И вообще, у тебя нет доказательств. – Что-то во мне дрогнуло. Я стал ему верить. Наверное, этому как-то способствовало прощание Тэда: "С тобой разберутся без меня» - холодный тон, и никаких эмоций. Может быть, мне и правда память хотят стереть.

- У меня брат здесь был. И здесь же погиб. На войне. – Он замолчал и грустно посмотрел на меня. – Пока не поздно, давай сбежим отсюда.

- Зачем тебе мне помогать? Есть же какой-то подвох? – Я с подозрением посмотрел на него.

- Мне не унести столько вещей, а они все нужные. – Он показал на сумку и рюкзак. – Здесь всякая мелочевка из этого мира. В своем мире продам – год безбедно жить буду. – Он улыбнулся. – Могу и тебе какую-нибудь вещичку подкинуть. На вот, держи. – Он пошарился в сумке, достал мешочек и кинул его мне. Я поймал мешок и посмотрел внутрь. Там лежал красный, сверкающий камень, подвешенный на веревочку. Я вытащил его и посмотрел внимательно. Красивая вещица.

- Украл? – Спросил я.

- Нет, по связям достал. У меня здесь знакомый живет.

- Ясно. – Я не раздумывая надел камень на шею и спрятал под футболку. – Я пойду с тобой.

- Вот и хорошо. Бери рюкзак и пойдем. – Он встал, закинул сумку на плечо, и подошел к двери.

Я взял рюкзак. Тяжелый. Думаю, мою идею Тэд не одобрил бы. Хотя, какая мне разница? Мы же с ним не друзья, ведь так. Осознание от того, что сказанное Тэдом может быть неправильным – автоматически вычеркнуло его из списка хороших знакомых. Этот парень, Рик, хорошо убеждает. Не знаю, можно ли ему верить… Но в любом случае, его слова казались очень естественными и искренними.

Мы вышли из комнаты в широкий коридор. Вообще, в этом блоке было двадцать номеров. Интересно, они все двуспальные? Хотя, уже не важно. Ничего не важно. Скоро я уйду из этого мира… Кстати, как?

- А куда мы идем? – Запоздало спросил я.

- К порталу. Там мы введем координаты мира и уйдем. – Ответил Рик.

- Мы с тобой, наверное, из разных миров.

- Это не важно. Просканируем тебя и узнаем, какой номер у твоего мира. Потом введем его на панели, и ты дома.

- А где этот портал? И нас точно туда пустят? – Я как всегда задавал много вопросов.

- Не очень далеко. В переулке между улицами. Там меня, ну и тебя, ждет мой знакомый, который нас и отправит. – Логично сказал он. Хорошо, будем надеяться, что он не врет. Думаю, хуже все равно не будет. Это лучший вариант, который у меня есть.

Мы зашли в лифт и он нажал и Рик нажал на кнопку крыша.

- А разве выход не внизу? – с сарказмом спросил я.

- Нас никто не должен видеть. – Ответил он и посмотрел на меня. – Если нас увидят, то отправят обратно в номер. А сначала заберут у меня все сумки, чего я очень не хочу.

Лифт остановился, мы вышли и попали в пустую комнату, по углам которой висела паутина. По середине комнаты находилась лестница, к котором мы и пошли. Взобравшись по лестнице, мы открыли дверь и вышли на крышу. Не очень высоко, но ноги сломать – запросто. А может даже и убиться.

С противоположной от дороги стороны крыши находилась пожарная лестница. С той же стороны, кстати, располагался внутренний двор гостиницы, со спортивными площадками и парком. Наверное, для проверки заменённых органов и конечностей. Да и просто, для красоты. В то что, здесь держат людей, чтобы потом обчистить им память, верилось с трудом. Может еще не поздно вернуться в номер?

- Чего ты застыл? Пойдем уже! – Сказал Рик и стал спускаться по пожарной лестнице.

Нет, поздно. Надо идти.

Мы спустились по пожарной лестнице и куда-то пошли. В какой-то момент Рик застыл и показал вправо со словами: «Охранник. Иди как можно тише и незаметнее». Тогда я стал красться на цыпочках. Идея, линять из этого дружелюбного мира, казалась уже не такой привлекательной.

Дальше я шел за Риком, мы прошли несколько улочек и милых двориков. А мне становилось все грустнее и грустнее. Мне ведь нравится этот мир. Я бы с удовольствием остался тут жить. Вдруг, мне бы удалили память и сделали солдатом, и я смог бы жить здесь. «Отличная идея - стать пушечным мясом». - Упрекнул меня разум. Действительно, лучше просто вернуться домой. Тем более, я все-таки мало знаю об этом мире. Может быть, он совсем не такой, каким кажется на первый взгляд.

В раздумьях, я не услышал голос Рика и вдруг упал. На правой ноге висела какая-то белая штука.

- Тупица! Я же сказал, что здесь растяжка! – Заорал Рик и попытался поднять меня. Штука, которую я задел ногой, вдруг стала оплетать ногу, и мне стало реально страшно. Рик тянул меня изо всех сил, но я не сдвинулся с места. Вскоре послышался топот и чьи-то голоса. Тогда Рик словно переменился в лице. Казалось, еще чуть-чуть и он заорет от ужаса. Трясущимися руками он стал пытаться стянуть с меня рюкзак.

Топот и голоса слышались все отчетливее. Я был в ступоре и не понимал, что мне делать. Белесая паутина уже оплела мне ноги и почти оплела тело. Рик рвал на спине нитки и все также пытался стянуть рюкзак. Но из-за страха мои руки не хотели разгибаться, и снять с них лямки рюкзака можно было только отрезав руки. Похоже, Рик это понял. Он посмотрел мне в глаза, как смотрят врачи на пациентов, с неизлечимой болезнью. Я дергался как мог и пытался распутаться. Кажется, я влип по полной.

- Вот там! – Голос послышался совсем рядом. Я стал обильно потеть, и еще сильнее дергаться. Паутина уже добралась до горла. У меня началась паника. Сердце билось так, что болели ребра. Во рту пересохло. Голова болела, а на уши давил противный писк.

- Прости. – Сказал Рик, обернулся и очень быстро убежал. Я посмотрел ему вслед, не понимая происходящего. Мозг не хотел воспринимать то, что сейчас случилось. Меня предали?..

- Вот! Попался! – Ко мне подошел мужчина в форме, с полупрозрачной маской. Он наклонился ко мне и разрезал на спине паутину. Она словно перестала действовать и сразу растворилась. С меня сняли рюкзак, и откинули его в сторону. Не успел я расслабиться, как мои руки завели за спину и я почувствовал на запястьях холодный металл. Наручники. Это конец.

- Что там? – Сверху послышался еще один голос.

- Сейчас узнаем. – Еще один из людей подошел к рюкзаку и расстегнул молнию. В это же время кто-то грубо поднял меня с земли и поставил на ноги – Тут мешочки с острыми камешками. Похоже на «Акульи зубки». Наркотик.

- Это он и есть. – К рюкзаку подошел мужчина без маски, и посмотрел в него. На лице мужчины был шрам. – Отвезите рюкзак к Джону и дайте соответствующие указания. – Он посмотрел на меня. От этого взгляда мне стало плохо, и я снова начал паниковать – Его осмотрели?

- Нет. Сейчас осмотрим.

Ко мне подошли двое из их команды и быстро обшарили меня. Заглянули в карманы, ботинки, за шиворот. И нашли камень, висящий у меня на шее. Как только они увидели его, то сразу начали материться. Один из этих людей сказал: «Да чтоб ты сдох!», и по-моему, фраза была произнесена мне.

- У него персональный детонатор. – Один из моих обыскивателей подошел к мужчине со шрамом и протянул ему камень. – Такой полгорода взорвать может.

Мужчина переменился в лице. Если до этого он был злым, то сейчас он был в ярости. Мне захотелось исчезнуть отсюда. Зачем, зачем я только вышел из номера? И этот Рик, предатель! Скотина! Настоящая сволочь! Бросил меня здесь, гнида! Меня может теперь не только не вернут домой, а вообще, убьют!

- В тюрьму. – Сказал мужчина со шрамом, развернулся и медленно пошел.

- Но как так? А допрос? А..

- Видел камень? Он его. То есть, его личный. Он первый, кто к нему прикоснулся, и потому только в его руках обретает силу. А значит, именно он должен был взорвать наш город. Да, мы хотели поймать на этой операции поставщиков, но поймали одного из исполнителей. И это даже лучше. – Он обернулся. – Если бы мы устроили засаду, то поймали бы и второго. – Он сжал камень в руках и посмотрел мне в глаза. – Ведите в тюрьму эту гниду. Будьте уверены, никто не будет против.

Я стоял, и ошарашенно смотрел ему в глаза, пытаясь своим взглядом сказать, что я не виновен. Любые мои попытки что либо сказать быстро пресекались, и я хотел убедить его хотя бы взглядом. Но мои взгляд его не пронял. По-моему, только больше рассердил.

Меня толкнули в спину и велели идти, я обреченно начал перебирать ногами. Неужели, я первый раз попаду в тюрьму? Но я совершенно не хочу этого!

«Кирпич ты тоже не хотел. И в другой мир ты не хотел. Тебя никто не спрашивает, чего ты хочешь. Никогда.» - сказал внутренний голос, и он был чертовски прав.

Глава 7 Сам виноват

В городе мне всегда не хватало тишины. Постоянная суматоха, шум машин, болтовня людей. Иногда хотелось поскорее прийти домой и просто посидеть в тишине, абсолютно одному. Чтобы вообще никого не было рядом. За день иногда так устаешь от общества, что хочется сбежать в лес, поэтому одиночество и тишина – лучшие условия для хорошего отдыха. Сейчас же я сидел в самом тихом и одиноком месте на свете, но почему-то мне это не нравилось.

Я прошелся вдоль своей тюремной камеры. Очень маленькая комнатка – три шага в ширину и столько же в длину. Еще некоторое место занимала кровать. Маленькая, и с очень тонким матрасом, не то что в гостинице. Я снова мысленно упрекнул себя за свою глупость. Что мне стоило сидеть в гостинице? Ну теперь-то уж что, ничего не сделать. Что случилось, то случилось.

Стены серые и крепкие. Недавно я попытался отковырнуть кусочек стены, но ничего не получилось. Наверное, и ножом не отковырнется. Так что, убежать как в фильме «Побег из Шоушенка» не получится.

Потолок низкий. Освещение очень слабое – даже стоя под лампочкой вряд ли удастся почитать книгу. Правда, книги у меня нет. Так что, плохое освещение мне никак не помешает.

Здесь даже окна нет, потому что я в подземелье. И соседа по комнате нет, что с одной стороны грустно – потому что поболтать не с кем, но с другой хорошо – вдруг убийцу какого-нибудь подселили бы?

Что же еще есть в моей комнате? Думаю, ничего. Хотя нет, еще есть пыль и грязь. Когда меня еще не заселили сюда, я слабо утешал себя тем, что тюремная камера может быть не так уж и плоха. В Норвегии, например, тюрьмы как курорты. Но здесь тюрьма – это действительно наказание. Что конечно, хорошо. Убийцам, да насильникам лучше жить именно в таких суровых условиях. Да и остальным преступникам тоже. Но, теперь меня тоже следует относить к преступникам. А мне такие условия совсем не нравятся.

Мое спокойствие меня поражает. Еще час назад, когда меня только привели в камеру, я сразу кинулся к двери и стал стучать в нее со всей силы и орать. Тогда мне было очень плохо – уровень паники зашкаливал. Но после нескольких минут ора, в камеру вошел охранник и попытался ударить меня дубинкой по голове. Я увернулся от удара, и одновременно успокоился. Тогда я быстро отошел от двери, быстро лег на кровать и сложил руки на груди. Охранник сказал «То-то же!» и ушел.

С тех пор, а точнее уже целый час, я спокоен как слон. За время, пока я здесь, я спокойно порассуждал на тему предательства, которое и послужило причиной того, что я сейчас нахожусь здесь. Из рассуждений следовало, что Рик поступил не так уж и плохо. Конечно, он должен был предупредить меня, что в рюкзаке наркотики, а камень – это бомба. Но я бы тогда отказался. А ему нужно было, чтобы я с ним пошел. Вполне логичное поведение, по-моему. Так что по большей части в своем заточении виноват я. Во-первых, я добровольно пошел с ним. Меня никто не заставлял. Во-вторых, он не знал обо мне ничего, кроме имени, как и я о нем. А это значит, что мы не друзья, и по логике, не обязаны помогать друг другу. Тем более, он даже пытался освободить меня от той паутины. Правда, быстро сдался. В-третьих, он предупреждал, что «Там растяжка», просто я не услышал, и потому сам виноват.

Из этого всего следует вывод, что я абсолютный кретин. Как правильно сказал Таур: «Не умный». Правда, от этих мыслей легче не становилось, наверное, мне надо было просто дальше ругать Рика и выдумывать планы мести. Такое занятие хотя бы не вводило бы меня в депрессию.

Интересно, в тюрьме есть библиотека? Если есть, то нужно взять книгу. Ничего, что в камере книгу не почитаешь. Можно же и во дворе. Я видел, что там есть двор для заключенных. Только вот выпустят ли меня туда погулять?

«Нужно выбираться отсюда, а не планировать здесь жизнь» - Вновь заговорил внутренний голос. Да, нужно придумать, как сбежать отсюда. И из тюрьмы, и из этого мира. В свой, родной. Только, вряд ли все так просто. Чтобы сбежать – нужны мозги. А у меня, как выяснилось, их нет. Прискорбно, но что поделать, раз родился идиотом.

Я лег на кровать и стал смотреть в потолок. В уголке серого потолка была маленькая черная надпись. Я встал на кровать, чтобы получше рассмотреть ее. Кровать скрипнула, когда я встал на нее

Надпись была очень тонкой, скорее всего сделанной с помощью ручки. Она гласила: «Всякий пришедший сюда, знай, что отсюда можно выбраться, только умерев. Леон Квинтел». Спасибо, что поднял настроение, Леон.

Немного полежав, я подумал, что тут могут быть еще надписи. Интересно было бы их прочитать. Хотя бы узнаю, кто тут лежал до меня. Может быть некоторые будут более оптимистичные.

Я встал с кровати и стал внимательно смотреть на стены. Вторая надпись нашлась около двери, у самого пола: «Не советую попадать в карцер – сойдете с ума. Безумный». Прозвище этого человека говорило само за себя. Если честно, я и так догадывался, что в карцере не очень хорошо. И я и не собирался в него попадать.

Третья надпись была оригинальной: «В субботу привезли бананы. Лучший день, из моей жизни в тюрьме. Бил Конт». На разнообразную еду теперь можно не рассчитывать. Наверное, больше не надо читать эти надписи. Только хуже становится.

Но я все так стал дальше искать автографы. Некоторые из них были не очень содержательны – просто имя и фамилия. Одна надпись окончательно ввела меня в депрессию: «Двенадцатый год пожизненного срока. Все еще не теряю надежды сбежать отсюда. Риден Равинков». Если я узнаю, что он все-таки сбежал, то мне станет немного легче. Немного.

В своих поисках, я даже залез под кровать. Там было очень темно, но я все равно различил надпись. Правда прочитать ее было сложно. Точнее, невозможно. Нужно будет попросить фонарик, или хотя бы свечу. Кажется, там написано что-то хорошее. Но я не могу быть уверенным в этом.

Я вылез из-под кровати и вновь осмотрел комнату. Нужно тоже оставить здесь свою подпись. Обязательно.

Дверь неожиданно раскрылась, и раздался звук колокольчика. Меня чуть инфаркт не хватил. Из коридора послышался людской гул, и мне стало немного легче. Все-таки тишина – штука хорошая, только когда в меру.

Я осторожно выглянул за дверь и увидел, как не спеша и болтая, из камер выходят зэки. Вдоль коридора стояло пугающее количество охранников, из-за которых я впал в ступор. Они не смотрели на меня, но даже только их присутствие пугало. Конечно, какая тюрьма без охранников? Но не столько же много…

Я вышел из своей комнаты и пошел туда же, куда все. Я пытался идти в потоке, чтобы не привлекать внимание, и все время смотрел под ноги. Кажется, я был довольно незаметен – со мной никто не заговорил. Таких одиночек как я было немного, и они выглядели очень задумчиво.

В итоге мы пришли в столовую. Неплохо. Я получил свою порцию каши и компота и пошел к самому дальнему столу. Все было спокойно, что радовало. Я сел за стол и осмотрел столовую. Большое помещение без окон. Много столов и стульев. Все. Минимализм в чистом виде, также, как и в моей камере.

Каша оказалась неплохой. По крайней мере, ее посолили. Правда, ложка была грязной. Пришлось долго вытирать ее об свою тюремную одежду. Очень жаль, конечно, что у меня отобрали мои джинсы и рубашку. И те прекрасные мягкие кроссовки. Взамен дали дурацкие серые штаны и такого же цвета футболку. Хорошо, что на футболке оказался нагрудный карман. Я переложил в него свою каплю жидкой стали. Не знаю, как это не заметили, но я очень рад, что она у меня осталась. Будет с чем поиграть в скучные деньки.

Когда я уже доедал кашу, ко мне подсел один заключенный. Я сразу напрягся.

- Дед Кин. – Он протянул руку. Я с неохотой, но пожал ее.

- Андрей.

- Новенький? – Хриплым голосом сказал он. Думаю, ему лет шестьдесят.

- Да. – Я отложил тарелку с недоеденной кашей в сторону.

- Что-то хочешь знать? – Он взял отложенную мной тарелку каши и стал есть ее.

- Про место, где нахожусь. – Я недоуменно смотрел, как он ест остатки. Неужели, здесь мало кормят? Надо приготовиться голодать.

- Это тюрьма. – Сказал очевидное он. – Второй отсек. Не самый суровый. В первом отсеке временные. Как говорится, до выяснения обстоятельств.

- У вас садят в тюрьму, даже когда еще не доказано, что человек виновен?

- Нет, только когда виновен. Просто, когда еще неизвестно, сколько будет сидеть, то садят в первый отсек. – Он взял стакан и залпом выпил мой компот. – Во втором почти все. В третьем – серийные убийцы, насильники, изменщики родине. В четвертом – некроманты и прочие колдуны.

- Колдуны? То есть у вас и волшебники сидят? – Это было интересно.

- В другом здании. Особо укрепленном. Есть еще вопросы? – Он внимательно посмотрел на стол, но еды больше не нашел.

- Да. Отсюда можно выбраться?

- Наверняка можно. Но как – не знаю. У нас трое сбегали.

- Кто? – Сказал я, в надежде услышать знакомое имя.

- Ник Зирт. Остальных не помню, не особо общался с ними.

- И как же он сбежал?

- Не знаю. Просто пропал. Его пропажу даже не сразу заметили. А когда заметили – было уже поздно. Его не успели догнать. Да, он умел быстро бегать.

- И он не был волшебником? – Во мне загорелась надежда.

- Он – нет. Другие сбежавшие – да. Поэтому, я их и не знал. Они же в другом здании.

- А вас выпускают гулять?

- Тех, кто хорошо себя ведет. – Он встал из-за стола. – Нужно что-то достать?

- В смысле? – Я немножко не понял.

-Что-нибудь для жизни? Что-то в камеру. – Сказал он и я понял, о чем он.

- Да, мне нужен фонарик или свечка. – Я задумался. – Карандаш и бумагу еще.

- Хорошо. – Он посмотрел на пустую тарелку, развернулся и ушел.

Итак, кто-то раньше сбегал из этой тюрьмы. Значит, шанс есть! Конечно, очень маленький… Примерно одна тысячная процента. Но, хотя бы что-то. А еще, у меня будет свеча и карандаш. Если конечно дед их принесет.

Вскоре снова раздался звонок, и все направились к камерам. Мне снова возвращаться в камеру не хотелось, но и оставаться в столовой – тоже. Но кто же меня будет спрашивать? Поэтому, в таком же спокойно-холодном, обреченном настроении, я направился в сторону своего нового места жительства.

Когда мы спустились в подземелье, знакомый дед передал мне небольшую коробку. Я принял ее с задумчивым видом, не отвлекаясь от невеселых размышлений. В итоге, когда я подошел к своей камере, то меня остановил один из охранников. Он попросил, точнее приказал, открыть коробку и выгрузить все содержимое. Я с недоумением обнаружил, что у меня и вправду в руках находится коробка. Немного поразмыслив, я вспомнил, что сам взял ее из рук деда Кина. Я, глубоко вздохнув, наклонился и положил коробку на пол. Поочередно достал фонарик, карандаш, несколько листов не очень качественной бумаги. Охранник внимательно посмотрел на то, что я вытащил, пнул коробку, и разрешил забрать все это с собой. Я хотел съязвить, что мне «ужасно нужно» было это разрешение, но решил не шутить над человеком с дубинкой. Мало ли что.

Я вошел в комнату, дверь с грохотом закрылась. Я обернулся назад, в надежде, что дверь сейчас откроется, и меня отпустят погулять. В таком ожидании я простоял минут пять, пока до меня не дошло, что чудес не бывает.

Несколько минут я сидел один и задумчиво смотрел на стену. По ней не спеша бродил небольшой паук. Не скажу, что мне так нравится наблюдать за пауками, но никакого другого занятия я себе не нашел. В голову начали приходить странные мысли. Сначала я подумал о том, что здесь не так плохо, как могло бы быть. Так сказать, довольно приемлемые условия жизни. Потом я наоборот решил, что лучше повеситься, чем провести здесь всю оставшуюся жизнь.

Время шло очень странно, словно скачками: то замедлялось, то ускорялось. Я потерял всякое чувство времени и не знал, то ли день сейчас, то ли ночь. Если бы у меня было окно, то таких вопросов не возникало бы.

Я взял фонарик и стал включать и выключать его. «Щелк» - свет, «щелк» - нет света. В голове было абсолютно пусто, все внимание сфокусировалось на стене, которая то светлела от света фонаря, то темнела, когда я фонарь выключал. Вскоре я вспомнил азбуку Морзе и стал моргать словом SOS – три коротких, три длинных, три коротких… Через некоторое время фонарик стал моргать не так ярко, и я понял, что у него садится батарейка. Как расточительно я использую немногочисленные предметы тюремной роскоши.

Потом я вспомнил, зачем мне нужен был фонарь, и полез под кровать. Я нашел искомую надпись и посветил на нее фонариком. Надпись была очень красивой, написанной каллиграфическим почерком. Казалось, что она слегка светится, бледновато голубым цветом. Сначала я не мог сосредоточиться на словах, и просто рассматривал буквы, проводил по ним рукой. От них исходило какое-то тепло.

Через минуту я сфокусировался и прочел надпись: «Если ты невиновен, то скоро тебя заберут отсюда. Если никто не пришел тебя забрать – значит на тебе есть вина. Эрион Фикс».

Имя было незнакомым, что неудивительно. Я ведь не так много людей здесь знаю. Сама фраза мне очень понравилась, она поднимала настроение. По ней выходит, что меня заберут отсюда. Если учитывать, что я невиновный. Я ведь невиновный? Хотя… Это спорный вопрос. Тем более, никто, кроме меня, не сможет доказать мою невиновность. Поэтому, что? Правильно! Поэтому мне придется сидеть в тюрьме и не рыпаться! Вот и все дела.

О чем бы я не думал, все мысли в итоге возвращались к одной мысли – мне придется жить в тюрьме, и очень долго. Вот и сейчас мои рассуждения пришли к этому выводу. Поэтому, наверное, лучше вообще ни о чем не думать. Вот только как?

Мне нужно просто выспаться. Утро вечера мудренее, ведь так говорится?

Я вылез из-под кровати и лег на нее. Прежде, чем заснуть, мне потребовалось несколько часов утомительных размышлений о будущем. Но, в конце концов, мой мозг сдался и я уснул.

Глава 8 Когда едет крыша

«Я шел по длинному темному коридору, вокруг, на стенах, тускло горели факелы. Тени от огня принимали причудливые, зловещие формы. Казалось, что кто-то очень пристально следил за мной. Удивительно давящий взгляд.

Оглянувшись назад, я понял, что за спиной ничего нет. Пустота. Это почему-то не пугало. Наоборот, я даже с большей уверенностью зашагал дальше.

Шаги отдавались звоном в ушах. В воздухе стояла пыль, из-за которой я все время кашлял. Я остановился и посмотрел на свои желтые, сморщенные руки. На одной из рук, от запястья до локтя тянулся шрам – глубокий и почерневший. Я помнил, как я его получил. Это было давно, еще во времена красной войны. Тогда меня схватили в плен и пытали. Сначала мне порезали руку, а потом к ране приставляли раскаленное железо. Невыносимая боль. До сих пор пытаюсь понять, как я тогда не умер.

Я тяжело вздохнул, и сделал еще пару шагов. Очень болело колено, впрочем, как и всегда. Эту ногу я ломал раз пять, так что ничего удивительного, что в старости раны дают о себе знать. В подземелье было очень холодно, даже изо рта шли клубы пара.

Я дошел до каменной двери и остановился. За дверью находится то, чего я так долго ждал. Очень долго. Неужели, я наконец закончу свой путь? Я взялся за ручку двери и потянул ее на себя. Комната было очень темной. Я протянул руку, и темнота словно окружила ее, поглотила в себя. Моей руки больше не существовало. Я зашел в комнату и оказался в темноте полностью.

Холод отступил. Страх исчез. Вокруг тела разлилось тепло. Боль отступила. Ни нога, ни спина, ни голова – ничего не болело. Я с облегчением выдохнул. Посмотрел на руки и увидел, что они не сморщенные, и шрам исчез. Я улыбнулся. В первый раз за многие годы.

В темноте загорелось что-то светлое, и вскоре приобрело очертание маленькой девочки, в белоснежном платье. Она светилась, словно солнце. В руках у нее был одуванчик. Ноги были босыми, и она словно плыла по воздуху.

- Папа, ты пришел! – Девочка улыбнулась, и стала освещать тьму еще ярче.

- Да, я здесь, доченька. – Слова давались с легкостью. Голос был мелодичным, без противного старческого скрипа.

- Я ждала тебя. – Она подошла ко мне и взяла за руку. – И мама ждет. Столько людей хотят тебя увидеть! Пойдем, они здесь, рядом. – Она потянула меня вперед и я пошел за ней.

- Жаль, что ты ушла так рано, так и не узнав жизни. Но в следующий раз у тебя все будет хорошо. Обещаю.

- Я знаю, папа. Я знаю. – Она посмотрела мне в глаза, в которых бегали солнечные зайчики.

Я смотрел на ее светлые волосы, и понимал, что счастлив. Моя лапочка, моё солнышко! Наконец-то я снова увидел тебя. Теперь я с тобой. Теперь я рядом. Теперь я никогда не уйду от тебя.

Теперь я тоже умер.»

Я проснулся в холодном поту. У меня тряслись руки, и я никак не мог унять дрожь. Я резко сел на кровати, и стал себя успокаивать:

- Это сон… Это всего лишь сон… - Говорил я, и сам себе не верил. Никакой это к черту не сон! Я только что видел смерть.

Я посмотрел вокруг, и понял, что все еще нахожусь в тюрьме. Господи, какое облегчение! Я в тюрьме! Я живой! То что я видел, это не моя смерть, а чья-то чужая! Почему я видел чью-то смерть? Что за хрень только что происходила? Что это вообще такое?

Вопросов было много, а ответа ни одного. Панический страх начал потихоньку спадать. Голова же наоборот болела все сильнее и сильнее. Если я прямо сейчас не узнаю, что только что произошло, то сойду с ума. Прежде со мной ничего такого не происходило. Да что там! Мне даже цветные сны и то редко снятся! А сейчас сон был настолько пугающе реалистичен, что я даже чувствовал боль, запах, холод, прикосновение одежды к телу.

Во время сна я даже потерял самого себя. В голове крутились непривычные мысли, чужие воспоминания, которые отражались очень четко, словно они были мои. Манера речи, походка, отношение к происходящему – все было не мое. Словно меня насильно засунули в чужую душу.

Но зачем? Кто это сделал? Не могло же это произойти само по себе? Ничего никогда не бывает случайно!

«А что, если эта сама смерть?» - от таких мыслей у меня мурашки пробежали по спине. Надо меньше думать. Надо вообще не думать! Скорее бы сойти с ума, чтобы не придавать всему этому большого значения. В моем случае сойти с ума очень легко, особенно, когда ты сам хочешь этого.

Я закрыл глаза и стал глубоко дышать. Через несколько минут напряжение спало, и я слегка пришел в себя. Я посмотрел на пол и увидел карандаш. Тот самый, который вчера отдал мне дед. Я взял его и повертел в руках. Интересно, он достаточно острый, чтобы проткнуть кожу?

Я потряс головой, пытаясь выкинуть суицидальные мысли из головы. Нет, покончить жизнь самоубийством будет слишком тупо. И бессмысленно. И вообще, я еще слишком молод.

Надо оставить свою подпись на стене, пока не забыл. Все-таки, нужно обозначить, что я здесь был. И, скорее всего, проведу оставшуюся жизнь… Но это не суть.

Я подошел к стене, напротив от двери, сел на корточки и призадумался. Что бы такого написать, чтобы и смысл был, и интересно получилось? Философ из меня не очень, так что надо написать что-нибудь веселое. И абсурдное. Так, чтобы выделиться среди других подписей. О! Придумал! Я перехватил карандаш и старательно вывел на стене несколько слов. Внизу надписи, конечно написал свое имя и фамилию, как же без этого.

Да, это самое лучшее, что когда-либо было написано на этих стенах! Колоссальное значение! Потрясающий смысл и юмор! Невероятно! Просто произведение искусства! Наверное, я немного перехваливаю себя, но и вправду, остальные фразы меркли перед моей. Вот она:

«Колобок повесился»

* * *

Нас вывели на прогулку. «Нас» - это меня, и остальных заключенных. Хотя скоро, так можно будет говорить только об одном мне. Почему? Потому что в последнее время, мне кажется, что у меня раздвоение личности. Мое мнение слишком часто меняется. Например, за завтраком, который произошел час назад, я хотел проткнуть охранника вилкой. Вот просто так, ни за что. Ел спокойно гречку, как вдруг взял вилку и направился к охраннику, стоящему около выхода из столовой. Я уже подошел к нему, но вдруг разум ко мне вернулся, я развернулся, сел на место, и вернулся к поеданию каши.

Это явно какое-то психическое расстройство. Если уж не раздвоение личности, то шизофрения. Или еще что-нибудь, не очень разбираюсь в терминах, обозначающих психически больных людей.

Может быть, за последнее время у меня было слишком много стрессовых ситуаций. Думаю, это могло повлиять на мое поведение. По крайней мере, будем надеяться, что это когда-нибудь пройдет. А то я не очень-то хочу стать похожим на Корника – того психопата на веревочке.

Впрочем, сейчас, мой разум был абсолютно чист, мысли ясны, и я всей душой отдыхал. Я на улице! На свежем воздухе! Надеюсь, я буду гулять на этой площадке каждый день. Природа – помогает избавиться от дурных мыслей, расслабиться, и перестать дергаться на каждый звук и шорох, думая, что за тобой кто-то следит. То место, где я находился, с трудом можно было назвать природой, но по крайней мере это открытое пространство, без потолка над головой. Кстати, давящий взгляд чувствовался всегда. Мне даже кажется, что я слышал несколько странных фраз, словно из воздуха: «Я слежу за тобой», «Твое время скоро придет», и тому подобное. Может, это тоже связанно со стрессом.

Вокруг гуляли компашки людей, одетых также как и я. Я принципиально не пытался с кем-нибудь познакомиться, подружиться. Казалось, что это бессмысленно. И небезопасно. Я прошелся по жухлой, почти вытоптанной травке. Посмотрел на высокую решетку, разделяющую тюремный дворик, и свободные просторы. Хотя нет, за решеткой тоже находились тюремные владения. Например, слева от дворика располагалось большое, и очень укрепленное здание. Вокруг него постоянно ходили стражи. От самого здания веяло какой-то странной энергией. Наверное, это и есть тот корпус, в котором живут преступники-волшебники.

Справа от двора, находилось здание побольше, тоже укрепленное. Там, очевидно, тоже кто-то живет. А впереди находилась большая площадка, где ходили люди в форме. Все пространство окружала высокая, крепкая стена. Если смотреть направо, то из-за стены было видно немного особо высоких деревьев. А если наверх – красивое, чистое небо, по которому плыли облака.

Не задумываясь, я лег на траву и стал смотреть в небо. Некоторые заключенные тоже так делали, так почему бы и мне не последовать их примеру? Смотря ввысь, можно было представить, что я нахожусь где-то на лесной полянке. Может быть, даже в нашем мире. Счастливые воспоминания начали крутиться в голове.

Я вспомнил, как в детстве мы ходили с семьей в поход. Это было прекрасное время: Мы разжигали костер, ставили палатку, папа перед костром рассказывал нам разные истории, которые я сейчас не в силах вспомнить. Мы рыбачили, играли, пели песни. Иногда лежали на траве и придумывали, на что похожи облака. Помню, что тогда у меня с этим были проблемы – никто кроме меня, не видел чебурашку, с гитарой в руках, или ежика с конфетами вместо иголок. Все видели собачек или кошек, а я упрямо доказывал, что на кошку облако совсем не похоже, а собакой здесь даже и не пахло. Сейчас же я бы и не придумал, как назвать облака. Не хотелось, да и воображение уже не то.

Я сел, и стал смотреть на траву. Неужели, никто не пытался сделать подкоп? Хотя, может это невозможно. Мало ли какие заклинания витают в воздухе? Может, если начать копать, то тебя шибанет током. А может, здесь просто тонкая прослойка земли, под которой находится камень, который никак не пробить.

Хотя, зачем делать подкоп, если дальше идет непреодолимая стена? Все равно не выбраться. Хотя, как-то же выбрался тот счастливчик, про которого мне рассказал дед Кин? Не думаю, что если даже я узнаю, как он это сделал, то смогу выбраться тем же способом. Наверняка тюремная организация знает, как он сбежал и предотвратила следующие попытки, укрепив здания, или поставив дополнительных заклинаний.

Что я прицепился к этим заклинаниям? Может, здесь их вообще нет? И зачем я опять задаю самому себе вопросы? Мне же на них никто не ответит! Бессмыслица.

Размышления привели меня в логический тупик. Как всегда.

Вдруг я мельком заметил, что двери тюрьмы открылись. Интересно. Может, привезли новых заключенных? Хотя нет, похоже шла какая-то делегация: много людей в красивых одеждах. С плащами. Ну куда же без плаща высокопоставленному лицу? Если я выйду из тюрьмы, то обязательно куплю себе плащ. Или выкраду!

Делегация тем временем начала проходить около решетки, за которой гуляли заключенные. И я в том числе. Охранники обступили их почти со всех сторон, но я все равно сумел различить, кто сюда пришел. Среди этой компании я рассмотрел напыщенного мужчину средних лет, который с важным видом прошел около решетки, мельком глянув на меня. С презрением. Так и хотелось крикнуть ему вслед что-нибудь обидное, но я сдержался. Еще я увидел совсем молодого пацана, кажется даже младше меня. Тот был очень хмурый, и постоянно что-то говорил себе под нос.

Потом я вдруг замер. Дыхание перехватило.

- Эника?.. – Очень слабо сказал я и прижался к решетке, чтобы точно определить, что это она. Она развернулась ко мне и посмотрела в глаза. Я увидел ее прекрасные синие глаза. Да, это была она! И от этого в крови сразу разыгрался адреналин. Она выпустит меня отсюда! Она докажет всем что я невиновен!

- А.. Андрей? – С не меньшим удивлением спросила она. Она помнит мое имя! От этой новости в груди что-то защемило.

- Эника! Эника! – Я схватился за решетку и начал отчаянно сжимать ее. – Я… - Мысли перепутались. - Я очень рад тебя видеть. – Сказал я совсем не то, что хотел сказать.

- Что ты здесь делаешь?! – Она растерянно и немного зло посмотрела на меня. Я не знал что сказать. Так и стоял с открытым ртом и смотрел на нее. «Ну же! Тупица! Скажи, чтобы она вытащила тебя отсюда!» - внутренний голос старался как мог, но я не выдавил из себя не звука.

Тем временем, она уже отошла от решетки, и с взглядом непонимающего человека, направилась туда же, куда и остальная делегация. Я смотрел ей вслед, и ничего не мог сделать.

Вдруг внутри меня что-то сломалось. Меня перекосило. Сердце стало отчаянно биться об грудную клетку. Я до крови в руках сжал решетку и не то со злостью, не то с отчаяньем закричал во весь голос:

- Я не виноват!! Меня подставили! Я не должен быть здесь! Не должен! Не должен!! Не должен!!! – Еще чуть-чуть и я надорву голос. – Спаси меня!! Докажи, что я не виновен! Ты мой последний шанс! Стоооой!!! – Последнее слово я сказал уже тогда, когда она скрылась в небольшом здании. Она даже не обернулась.

Я отпустил решетку и направился к служебному выходу, где стояли охранники. В глазах горел огонь. Во мне было столько уверенности, столько целеустремленности, что я бы сейчас и убил, не моргнув и глазом. Я сжал кулаки до хруста костей и уже не шел, а бежал, не думая о том, что сейчас произойдет.

Охранники не сразу заметили моих подлых действий, похоже они наблюдали за чем то более важным, чем я. Поэтому первый удар в висок, не был отражен. Жертва удара не удержалась на ногах, и чуть ли не сбила при падении своих товарищей. Те среагировали молниеносно, но я был еще более молниеносен и успел увернуться от удара дубинкой, попутно втыкая второму охраннику вилку в руку. Откуда у меня была вилка, я сам не знал. Наверное, во мне разыгрался клептоман, и я украл ее во время завтрака.

Стражу явно было больно, но он не произнес ни звука. Разве что только крепко сжал руку, и немного отвлекся.

Дальше играть в Рембо не получилось. Неожиданный удар сзади заставил искры посыпаться из глаз. Я упал на руки, зажмурив в глаза. После этого я сразу же попытался встать, но меня пнули ногой по зубам, и я упал на бок.

Сверху посыпались ругательства. Кто-то пнул меня в живот и я скорчился от боли. Внутри со мной происходило что-то странное. Я медленно зверел. Потом меня подняли и заставили посмотреть в глаза тому, кого я ударил первым. Он смотрел на меня немного с сочувствием. Но мне хотелось плюнуть ему в рожу.

- Зачем? Зачем ты это сделал? – Спокойно спросил он. Я посмотрел на него и злорадно улыбнулся. Потом сплюнул кровь и неожиданно расхохотался. Мой хохот походил на смех обезумевшего человека. Страж немного дернулся от моей ненормальной реакции и очень странно на меня посмотрел.

- Хватит ржать! – Один из стражников ни выдержал и прикрикнул на меня. Я перестал смеяться. Выпрямился и посмотрел взглядом с такой долей высокомерия, какой не бывает даже у королей.

- Идите вы все к черту! – Четко произнес я. – Я вас всех ненавижу! Всех! Всем сердцем! Чтоб вы все сдохли! – Я не удержался и снова отчаянно засмеялся.

Вдруг кто-то ударил меня по затылку и мир погрузился в темноту. Кажется перед этим я увидел удивленное лицо деда Кина. Своим взглядом он словно говорил мне: «Ну ты даешь!».

* * *

Темнота, тишина, одиночество. Всего три слова, а сколько при этом горя они хранят в себе. Темнота может перестать казаться страшной тому, кто всю жизнь живет среди нее. Тем более, что временный мрак, даже помогает расслабиться, отдохнуть. По крайней мере, спать в темноте лучше, чем на свету. Тишина – иногда бывает полезна. Только в тишине, можно сосредоточиться на одном конкретном деле, скоординировать свои действия и привести мысли в порядок. Одиночество – тоже не такое уж и плохое явление, когда надо отдохнуть от общества.

Все эти три явления, в какой-то мере лекарство. Но каждое лекарство должно приниматься в определенное время, в определенном количестве. Иначе это будет яд. Самый сильный яд на свете.

В моем случае, время было не подходящее. Доза лекарства – давно превышена. Поэтому меня мог ждать только один исход – отравление. Правда, не в том смысле слова, который нам привычен.

Я перевернулся на левый бок, потому что от долгого лежания в одной позе у меня начали неметь руки и ноги. В карцере было сыро, и очень холодно. Поначалу, это было не так заметно, но спустя пару часов я понял, что без теплого одеяла я замерзну раньше, чем сойду с ума. Не знаю, радовало это меня или нет… По мне так нет разницы – умереть от холода, или потерять разум. Для меня и тот и тот вариант означал одно – смерть. В первом случае смерть тела, во втором – души.

Если бы в карцере было хоть немного света, немного тепла… Может быть, тогда я бы еще поборолся, попытался сбежать, или попросил бы перевести меня обратно в мою прежнюю камеру, чтобы хотя бы выжить. Но жить уже как-то не хотелось. Но и умирать тоже. Я сам не могу понять, что хочу. Интересно, в выборе между жизнью и смертью, есть какой-нибудь третий вариант? Хотя, даже если бы и был, он бы мне наверняка не понравился.

Интересно, если я сейчас умру, мою смерть хоть заметят? Или моему хладному трупу придется лежать здесь еще несколько дней, дожидаясь пока его вытащат и захоронят? Хотя, кому надо хоронить преступников? Наверняка просто сожгут, или положат в братскую могилу. Хорошо, если так. А ведь могут просто за стены выбросить, на съедение местной живности.

Периодически мне давали еду, через маленькое окошечко в двери, которое не пропускало ни капли света. Еды было очень мало, и мне едва хватало сил, чтобы встать с кровати, дойти до миски и съесть кашу. Через некоторое время я вообще перестал вставать с кровати, и тогда мне перестали давать еду. Они еще несколько раз заменяли тарелки, а потом и вовсе перестали их ставить. Так что если бы я даже захотел сейчас поесть, то не смог бы.

Хорошо, что я пока способен мыслить. Значит, я еще не до конца превратился в овощ. Значит, во мне еще сидит прежний Андрей, у которого всегда все было нормально с головой. Но это ненадолго, я думаю. Стены, окружающие меня, давят сильнее обычного. Кажется, что сразу за границей кровати, состоящей сплошь из литого куска железа, без какого-либо намека на матрас, стоят крепкие монолитные стены. Стены из мрака.

И даже на кровати, я чувствовал себя придавленным куском гранита. Меня словно сдавливало в комок, который постепенно становился все меньше и меньше. Я складывал руки вдоль тела, подгибал колени, потом руками прижимал колени к себе, и сейчас был похож на эмбрион. Кажется, когда тело уже не способно будет как-то сжаться, то в ход пойдет невидимая сила, которая будет ломать мне кости, чтобы сжать еще сильнее.

И мне становилось страшно. Если уж умирать, то быстро и безболезненно. А не так, как сейчас, медленно теряя разум, с разрастанием ноющей, непонятно из-за чего взявшейся боли.

Страх все рос и я начал потеть. Удивительно, на что способен организм человека – потеть, когда дрожишь от холода. Кажется, я раньше говорил, что мне не дают выбора? Все делают так, как я не хочу? Я врал. В безвыходную ситуацию я попал только сейчас, а до этого я еще мог что-то изменить. Я мог не напасть на охранников, и не попасть в карцер. Я мог раньше начать разговор с Эникой и убедить ее в том, что не виновен. Я мог послушать Рика, и не задеть растяжку. Я мог не пойти вместе с Риком и остаться в гостинице. Я мог все изменить. Я уже мог бы быть дома. Во всем виноват я, и только я. И если у меня сейчас нет выбора, то это только моя вина. Бессмысленно ругать кого-то. Всегда нужно надеяться только на себя.

Может быть, это судьба. Только я в нее не верю.

Время перестало существовать. Я словно плыл в космосе: бесконечном, холодном, жестоком. Не было надежды что-то изменить, ни капли. Мысли стали путаться, обрываться. В голове гулял ветер. Я понял, что уже не способен думать, как раньше. Пространство вокруг начало сжиматься. Тьма давила все сильнее и сильнее.

Сначала было очень плохо. Голова раскалилась, каждая клеточка организма пропиталась болью, я ненавидел весь мир, включая самого себя. Внутри что-то лопалось, рвалось, скручивалось. Потом все прошло. Стало спокойно, безмятежно. Я помнил свой странный сон, и я знал, что значит абсолютное спокойствие, умиротворение, тепло. Какой-то частью себя, я понимал, что умираю, и от этого было очень гадко на душе. И пока мне было гадко, я был еще жив.

Вдруг дверь карцера открылась, и из проема показалась маленькая полоска света. Свет попал на мою руку, и я увидел, какая она синяя и безжизненная, как у трупа. Я улыбнулся. Свет… Хорошо, что я снова вижу тебя. «Может быть, это еще не конец. Может, я еще смогу отсюда выбраться.» - мысли стали яснее, и перестали прерываться. Но они все еще не подчинялись мне. Их как будто думал кто-то другой, а потом перекладывал мне в голову.

- Я еще не опоздал? – В карцер зашел человек. Даже при сильном желании, я не мог сфокусировать на нем взгляд. Поэтому, я не знал, кто сейчас стоит передо мной. Но меня это не сильно волновало. У меня нет ни друзей, ни врагов в этом мире, только незнакомые, безразличные к моей жизни люди.

- Ты опоздал. – Сказал я, и удивился, что способен говорить. Голос был очень слаб и тих, но по-моему, визитер услышал его. Я услышал тихие шаги, и понял, что человек стоит очень близко ко мне. От него шло странное тепло, он словно грел окружающее меня пространство. Тьма и холод перестали давить на меня, и я выдохнул от облегчения. Кто бы ни был этот человек, но он только что спас меня. Надеюсь, он не уйдет прямо сейчас, иначе все вернется назад.

Он долго стоял рядом со мной. За это время я ни разу не открыл глаза. В карцере по-прежнему была темнота, и я не хотел на нее смотреть. Я хотел ощущать тепло. Я почувствовал, как он положил мне руку на плечо, и мне стало очень горячо. Настолько горячо, что я обжегся, и пришлось быстро скинуть его руку с плеча.

- Ты притворяешься. – Послышался грубый голос. – Ты уже можешь идти. Вставай.

Я не стал его слушаться и продолжил лежать. Мне не хотелось сейчас никуда идти. Да я и не представлял, как это сделать. Никакой силы внутри себя я не ощущал. В теле была все такая же слабость.

- Вставай, а то я уйду. – Тон голоса не менялся, словно я разговаривал с роботом.

- Ну и иди. К черту. – Тихо, но четко сказал я. Какая бы ни была вокруг ситуация, я навсегда останусь упрямым бараном.

К счастью, он не ушел. Но обиделся. Потому что через секунду я почувствовал, что меня подняли и поставили на ноги. Голова мгновенно закружилась, и я чуть не упал на пол. Я открыл глаза, и все-таки посмотрел на человека, который был рядом со мной. Это был мальчик, с меня ростом, возрастом примерно семнадцать – восемнадцать лет. Судя по тому, как он поднял меня – очень сильный. У него был удивительно серьезный и взрослый взгляд. Даже не смотря на его юное лицо, я понял, что в душе он куда старше меня. Поэтому не стал ничего говорить по поводу его возраста.

- Идти сможешь? – Сказал он, и я понял, что не меняется не только тон голоса, но и лицо. Оно оставалось все таким же нахмуренным.

Не дожидаясь ответа, он вышел из карцера и встал около двери. Мне в лицо ударил свет, который до этого закрывала спина визитера. Я зажмурился и закрыл лицо руками. Я уже отвык от света. Но попытаюсь привыкнуть.

Я вышел из карцера с ощущением приближающейся свободы. Теперь все будет хорошо. Надеюсь.

Глава 9 Чудесное спасение

На руках снова были наручники. Не понимаю, зачем нужно было вызволять меня из карцера, а потом снова ограничивать свободу? Кстати, как я понял, никто не собирался отпускать меня домой. Я все также был заключенным, разве что, теперь буду жить в обычной камере. Но и это очень радует.

В данный момент меня вел на допрос тот самый парень, который вытащил меня из карцера. За нами шло, по меньшей мере, около пяти охранников. Но они все держались на расстоянии. То ли боялись меня, то ли были уверенны, что мой сопровождающий сам со мной справится, если я вдруг снова сойду с ума.

Я вел себя спокойно, и подчинялся всему, что мне говорили. За прошедшие дни я понял, что лучше подчиняться всем, кто тебя сильнее. А то можно и в карцер попасть, а вторую такую пытку я не выдержу.

Мы зашли в небольшой кабинет, с железными стенами. Посередине кабинета стоял стол и два стула, расположенные напротив друг друга. Мне было велено сесть за один из стульев. Я был рад возможности присесть – ноги меня уже не держали. Все-таки я не ел, как мне кажется, неделю, значит и сил у меня немного. Сопровождающий сел за второй стул и внимательно посмотрел на заходящих вслед охранников.

- Выйдите. – Он сказал это все тем же бесцветным голосом. У меня по спине пробежали мурашки. Охранники, недолго думая, вышли из комнаты, и закрыли за собой дверь. Кажется, этого пацана здесь боятся. Наверное, и мне следовало бы?. Да нет, он же меня освободил. Хотя, не совсем…

- Тебя зовут Андрей? – Вопрос был обращен ко мне.

- Да. – Сказал я хриплым голосом и прокашлялся.

- Как ты сюда попал? – Кажется, в его голосе появилась некоторая заинтересованность. А я уже подумал, что это робот..

- Это долгая история… – Уклончиво ответил я.

- Я слушаю. – Он сложил руки на груди, и откинулся на спинку стула. Я понял, что нужно рассказать правду. Может быть, он поверит, и поможет мне уйти отсюда. И я рассказал. Начиная с момента, когда я попал в этот мир от удара кирпича, и до драки с охранной, которая закончилась моим пребыванием в карцере. Что именно было в карцере, я и сам особо не помнил, поэтому ничего не рассказал. Ну и еще я пропустил момент, где я разлил сталь и прикарманил кусочек себе. Этот кусочек, кстати, до сих пор лежит у меня.

- Интересный случай. – Он слегка улыбнулся. – Ты пока первый знакомый мне перемещенец, который наворотил столько дел в незнакомом мире. – Он задумался. – Хотя нет не первый.

- Есть еще такие? – Всегда приятно осознавать, что не только ты попадал в такую ситуацию.

- Которые за первый день в чужом мире, умудрялись совершить несколько преступлений и попасть в тюрьму? Нет. Таких больше нет. Можешь считать себя уникальным. – Он ухмыльнулся. Вот же мелкий засранец! – Но, как я понял, ты все это делал по незнанию.

- Именно! – Я обрадовался, что начала появляться возможность доказать свою невиновность.

- Но незнание не освобождает от ответственности. Это ты знаешь? – Сказал он. – Хотя, чисто по-человечески я тебя понимаю.

- Да-да – Уныло сказал я. – Понимаешь, и потому будешь сожалеть, что я здесь нахожусь. Только сбежать все равно не поможешь, да?

- Ну… - Он улыбнулся и подмигнул. Мне это показалось?

- Подожди. – Я понизил голос. – То есть ты намереваешься освободить меня отсюда?

- Возможно. – Он тоже стал тише говорить. – Я попытаюсь освободить тебя, но ты, наверное, и сам понимаешь, что это зависит не от меня. Я расскажу, что случилось на самом деле, а дальше решать будут наши судьи. – Он оглянулся на дверь и снова посмотрел на меня. – Тебе пока советую вести себя тихо, ничем не привлекать к себе внимание.

- Я постараюсь. – Сказал я, и он встал и пошел к выходу. – Подожди. Как тебя зовут?

- Стэп. – Сказал он, обернувшись. – Да, кстати, тебе привет от Эники. – Он вышел за дверь. Из-за двери послышались приказания отвести меня в свою камеру.

«Спасибо Эника. Все-таки ты решила помочь мне.» - мысли грели сердце, и я расплылся в счастливой улыбке. В комнату вскоре зашли охранники, и повели меня к камере. Наверное, они никогда не видели довольного человека, который только что был в карцере. Пусть любуются! Мне радости ни для кого не жалко.

* * *

Время – вещь непредсказуемая. То оно тянется, ползет, как черепаха, то становится мгновенным, словно скорость света. И как назло, когда происходит что-нибудь хорошее, то это проходит очень быстро. А если плохое – то может длиться целую вечность.

Вот, например, мне казалось, что я очень долго просидел в карцере. Месяц, а то и два. А на деле оказалось, что всего неделю. Мне об этом рассказал дед Кин, сам бы я ни за что не понял, сколько времени прошло. Кин на деле оказался хорошим человеком – когда меня отвели на обед, то он выпросил для меня еще одну порцию. У меня, наверное, на лице было написано, что я дико хотел есть. Я бы с ним дружил, но не надо забывать, что он совершил какое-то преступление, раз сидит здесь. Надеюсь, что это что-нибудь несерьезное. Мне очень хотелось спросить, за что он сюда сел. Но это как-то невежливо, поэтому я молчал.

Я посмотрел на стену, где сейчас висели часы. Кроме них в комнате появились еще некоторые обновления – книга и картина, на которой был изображен закат. Эти вещи я получил с помощью того же деда. Спасибо ему за это.

Книга была не очень интересной, но это неважно. Главное – хоть как-то отвлечься от скуки, которая меня постоянно преследовала. По времени, через несколько минут должен быть «выгул» заключенных. Но я эту роскошь не заслужил, поэтому придётся все также сидеть в камере.

Прошла уже неделя, после моего пребывания в карцере. Я вел себя очень хорошо: тихо сидел в камере, спокойно шел со всеми в столовую, ел, и уходил обратно. Два дня охранники с меня глаз не сводили, но потом поняли, что еще раз я на них не наброшусь, и перестали уделять мне много внимания. Но гулять вместе с остальными все еще запрещали. Наверное, в их голове уже утвердилось, что я настоящий псих, и со мной нужно быть поосторожнее. Да я и сам не уверен в своей адекватности.

Очень редко, но все же я слышал чьи-то голоса. Если честно, они меня очень пугали. Даже когда говорили что-нибудь хорошее. Например, недавно я слышал: «Скоро ты сбежишь отсюда, вот увидишь». Я тогда чуть не упал с кровати. Очень не хочется считать себя сумасшедшим, поэтому я думаю, что во всем виновата тюрьма. Может, не у меня одного такие глюки. Я замечал, что некоторые заключенные очень нервные – дергаются и постоянно смотрят по сторонам. Наверное, они тоже это слышат.

В конце концов, в мире магии и всякие приведения могут быть. Может именно они надо мной издеваются, и пытаются свести с ума. И я всегда считал, что человек, который может логично мыслить, по определению не может быть сумасшедшим, ведь так? Ну, верить в это мне никто не запрещает, поэтому будем считать, что я абсолютно нормальный, без всяких отклонений в не ту сторону.

Минутная стрелка на часах указывала на двенадцать. Значит сейчас ровно три – время прогулки. Я подошел к двери и очень грустно и жалобно начал в нее скрестись. Две недели не видеть неба – это слишком много для меня. Нервы уже не выдерживали, и мысли о побеге становились все отчетливее. Благо, я помнил о том, что сказал мне Стэп: «веди себя тихо, ничем не привлекай к себе внимание», и старался его не подвести. Потому что самому сбежать было практически нереально.

Я услышал, что двери других камер начали открываться, а моя нет. Я не сдержался

- Ну дайте погулять. Я буду вести себя хорошо, честное слово – Жалобно сказал я. Но ничего не произошло, и я сказал уже твердо. – Если бы я решил убежать, то мог бы сделать это, когда меня отводили на обед. Мне просто хочется увидеть небо.

За дверью ничего не произошло. Я вздохнул и отошел от двери. Медленно сел на кровать и загрустил. Дальше унижаться смысла не было. Но вдруг дверь открылась, и в камеру заглянул охранник. «Иди» - коротко сказал он. Я очень быстро вскочил с кровати и вышел из камеры. В два прыжка догнал остальных заключенных и слился с толпой.

Пока я бежал к остальным, у некоторых стражей сдали нервы, и они чуть не выстрелили в меня из «пистолетов». За мной снова пристально наблюдали. Но я старался не обращать на это внимания, и тихонечко напевая себе под нос песенку, с улыбкой шел во двор, расположенный под открытым небом.

Находясь во дворе, я был готов целовать землю, как моряк, плававший среди океана много лет. Но я понимал, что это не гигиенично, и поэтому просто упал на траву и лежал, вдыхая относительно чистый воздух.

- Такой радостный, что аж светишься. – Ко мне подошел мужчина, и присел рядом. – Долго взаперти сидел?

- Две недели. – Я сел, чтобы мой собеседник не смотрел на меня сверху. – Одну из них был в карцере.

- Не так уж много. – Со скучающим видом сказал он. – Видно, недавно сидишь.

- Да. Шестнадцать дней вроде. Может семнадцать, не помню.

- Да уж, совсем мало. Я-то тут уже четыре года сижу. – Грустно сказал он.

- Поздравляю. – Сказал я и прикусил язык, поняв, что сказал что-то не то.

- Осторожнее со словами. – Сказал он со злостью. – Это я такой добрый, прощу. Да и то на первый раз, понял? – Прозвучала угроза. – Ладно, бывай. – Он встал и подошел к другому человеку, также одиноко сидящему на траве.

Да, не умею я с людьми общаться. А ведь мужик просто поговорить хотел, а я сразу язвить. Нехорошо вышло. А если подумать, чего я беспокоюсь то? Он же преступник, так что я вообще не обязан с ним общаться. Хотя, я же тоже преступник. Пока не докажут, что я невиновен. Если докажут, конечно.

Даже и не верится, что всего чуть больше двух недель назад, я был совсем другим человеком. Теперь я никакой не инженер, а преступник, отбывающий свой срок в тюрьме, за терроризм и наркоторговлю. За несколько дней так все испоганить это нужно талант иметь. Точнее, вообще всего лишь за один день – когда я попал в этот мир. Очень уж я талантливый человек получается.

Интересно, удастся ли мне от всего этого отмыться? То есть, вернуться в свой мир, как будто ничего не произошло? Наверное, уже нет. Потому что я и сам изменился. Не сказать, что в лучшую сторону, но, и не в худшую. С одной стороны, я в правду начал себя вести несколько неадекватно. Зато стал храбрей, наверное. И серьезнее начал к жизни относиться. Да и как-то повзрослел, что ли. Хотя, в этом я не был уверен.

Но вот что я могу сказать точно – опыта у меня прибавилось. И он хоть и не очень хороший, но явно полезный. В жизни пригодится однозначно.

Прозвенел тихонько звоночек и все начали снова уходить в здание. Ну нет… Ну я не хочу. Я только начал отдыхать, чтоб вас всех! Но сотрясать воздух, своими злобными высказываниями было бесполезно. Поэтому я, кряхтя, встал и под взглядами вездесущих охранителей отправился в место пребывания.

«Моя цель – дождаться спасения, и не сойти к тому времени с ума.» - четко сказал мне внутренний голос и я с ним согласился.

* * *

«Звездная ночь. Тишину леса лишь изредка нарушали шорохи листьев, под дуновением легкого ветерка. Все звери попрятались в свои норки, затаились на ветках деревьев. Лишь волки бродят в столь поздний час, не теряя надежды найти свою жертву.

- Там. – У самой границы леса стояли два ребенка. Один из детей, маленькая девочка, указала пальцем в густую чащобу деревьев.

- Точно там? – спросил мальчик, со страхом глядя на высокие деревья.

- Да. Днем мы там ягоду собирали. – Девочка потрогала подол платья, опустив взгляд вниз, пряча заплаканные глаза.

- А тебе точно нужен этот браслет? – Мальчик не терял надежды избежать ночной прогулки.

- Ты же знаешь, это папин подарок. – Девочка виновато ковыряла землю мыском туфельки. – Хочешь, мы найдем его днем.

- Я найду сейчас. – Мальчик был преисполнен уверенности. – Ты же не заходила глубоко в лес? Я пройдусь по его границе, а ты иди домой. Пока тебя мама не потеряла.

Девочка кивнула, обняла мальчика и побежала в противоположную сторону от леса, по едва заметной тропинке. Мальчик еще несколько секунд стоял около леса, не решаясь идти дальше. Но потом сжал кулаки и, насупив брови, зашагал быстрым шагом внутрь чащи.

Сквозь заросли почти не проникали лунные и звездные лучи. А те, что проникали, создавали причудливые тени, которые пугали мальчика. Ребенок старался идти быстро, и смотрел под ноги, чтобы заметить утерянный браслет. Но браслета нигде не было.

Мальчик понял, что нужно зайти глубже в лес, потому что на его границе браслета не было. Он подумал, что лучше найдет его завтра днем, но потом вспомнил заплаканные глаза Оли, и решил зайти чуть дальше в лес.

И чем дальше он заходил, тем темнее и тише становилось вокруг. Вскоре, единственный звук исходил от веток, хрустевших под детскими ботинками. Но вдруг мальчику послышалось, что совсем рядом, кто-то пробежал. Он посмотрел назад и по сторонам, но никого не увидел.

Мальчик услышал еле слышимый скрежет и свист и, напугавшись, побежал вон из леса. Следом за ним метнулась зловещая черная тень, разметая за собой опавшие листья.

Мальчик бежал очень быстро, но тень была все ближе и ближе. У самого уха он почувствовал, как неведомый зверь клацнул своими зубами. Мальчик вскрикнул, споткнулся, прокатился несколько метров кувырков и приземлился носом в жухлую траву. Сверху послышалось рычание.

Мальчик перевернулся на спину, и увидел, как тьма, с двумя желтыми горящими глазами, растянулась в длинном прыжке, и вот уже скоро бросится на него. Мальчик застыл, не успев произнести ни звука.

- Подъем, пора бежать! – Прозвучало со всех сторон. Незнакомый голос эхом разлился по всей округе, и страшный зверь промахнулся, упав на землю рядом с ребенком. Он тонко взвыл и растаял, оставляя после себя лишь черные клубы дыма. Мальчик вздрогнул от удивления, и вдруг увидел, что там, где только что лежало чудовище, что-то сверкает. Это был тонкий стальной браслет.

- Вставай, говорю! Всю жизнь проспишь! – Голос прозвучал еще громче. Мир вокруг вздрогнул, качнулся и растворился. В последний миг снова сверкнул браслет, а потом…»

Я почувствовал, что меня ощутимо толкнули в бок, так, что я чуть не свалился с кровати. Удерживая равновесие, я схватил выскальзывающее одеяло и рефлекторно ругнулся себе под нос. Резко открыв глаза, я увидел, что около меня стоит человек.

- Ты кто такой? – Недовольно воскликнул я, пытаясь не сомкнуть слипающиеся глаза, и сфокусировать взгляд.

- Стэп. А кого ты ожидал увидеть? – У меня перед глазами все плыло, но я все равно сразу же вспомнил, как выглядит Стэп, и представил его у себя в голове.

- Если честно – никого. – Взяв себя в руки, я сел на кровати. – А что ты здесь делаешь, если не секрет?

- Догадайся. – Он подошел, и дернул меня за руку, заставив встать. Я недовольно крякнул, чуть не упав на пол. Резкое пробуждение посреди ночи, не способствовало появлению хорошего настроения. Поэтому я нахмурился и снова смачно выругался.

- Который час? – Чуть-чуть успокоившись, спросил я.

- Три ночи. Самое время. Если ты до сих пор не понял, то сейчас мы будем бежать из тюрьмы. – Стэп снова вернулся к своему безразлично-спокойному тону.

От такой новости я резко проснулся и с недоверием посмотрел в глаза визитеру. Похоже, он не шутил. Конечно, не шутил, ночью просто так он бы ко мне не пришел.

- Значит, законным путем не получилось?

- Не получилось. – Стэп пожал плечами. – Официально ты преступник, поэтому в город ты уже не попадешь. Кстати, по заключению суда тебе пришлось бы сидеть всего десять лет. И в документах сказано, что тебя зовут Гилин Ревеок. Не знаешь почему?

- Нет. – Ошарашенно сказал я. – Меня зовут Коротков Андрей Сергеевич, я не вру.

- Я знаю. – Он вздохнул. – Наверное, данные о тебе еще не успели попасть в общую базу, и они решили посмотреть тебя в базе розыска. Там оказался очень похожий на тебя человек. Если честно, прямо один в один. Поэтому они решили, что это ты и есть, чтобы лишний раз не заморачиваться, проводя допрос, и другие процедуры. Сейчас случается слишком много преступлений, поэтому стражи упрощают себе работу. Так как ты перемещенец, то тебя даже никто не хватился. Очень удобно, по-моему.

- Нет, неудобно. – Я разозлился. – Давайте тогда на меня вообще все преступления повесим, чтобы лишний раз не заморачиваться, а?

- Я тут ни при чем. – Он хмуро посмотрел на меня. – В твоей ситуации есть и плюсы: Если ты убежишь, и найдут того самого Гилина Ревеока, то за тобой перестанут гнаться. Потому что тебя уже не будет в базе розыска. То есть, сможешь жить спокойно. – Он замолчал. Потрогал ожерелье, висящее на шее, и продолжил. – Ты выбираться отсюда собираешься?

- Что нужно делать? – Я перестал злиться и возмущаться и приготовился к тому, что скоро уже буду жить на свободе. В предвкушении радостного события, я был весь внимание.

- Давай сюда руку. – Он протянул свою верхнюю конечность и посмотрел на меня. Я взял его за ладонь. – А теперь старайся молчать и не упирайся.

Я кивнул, ожидая, что сейчас произойдет что-то интересное. Ожидания оправдались – Мы подошли к двери. Стэп сказал глубоко вдохнуть и резко выдохнуть. Я послушался его приказа, и он стремительно шагнул вместе со мной сквозь дверь. На секунду я ощутил в себе холодный металл, и меня охватило мерзкое чувство. Потом все прекратилось, и мы уже были по ту сторону двери.

- Фигеть… - От удивления я проглотил первую букву слова.

- Я говорил молчать.

Я посмотрел себе под ноги и понял, что выгляжу как призрак – Наполовину прозрачный. Я ущипнул себя за бок и убедился, что осязаемость никуда не пропала.

- Класс… - Я попрыгал на месте, но сквозь пол не провалился. – А если мы материальные, то как через дверь прошли?

- Мне на тебя заклятье немоты наложить? – Угрожающе спросил он. Я покачал головой из стороны в сторону, и показал жест, что закрываю рот на замок. Он кивнул и мы пошли дальше. Стэп двигался довольно медленно. Наверное, такое состояние ему давалось с трудом – Он выглядел еще более нахмуренным, чем обычно. Я же искренне улыбался, едва удерживаясь от желания забурчать что-нибудь себе под нос.

Когда нам на пути попались первые охранники, я задержал дыхание, и прошел мимо них чуть ли не на цыпочках. Но они нас не увидели и не услышали. Стэп сохранял спокойствие и каменное выражение лица. Если честно, я сразу подозревал, что он волшебник. От него изначально шла какая-то странная энергия. Наверное, заклинания Стэпа очень мощные. Потому что, если бы каждый волшебник так мог сделать, то тогда бы было намного больше случаев побега из этой тюрьмы.

Когда мы в пятый раз прошли сквозь дверь, то я уже начал чувствовать себя утомленным. Стэп тоже выглядел слегка измученным. Хотя нет, не слегка. В итоге, выбравшись наконец на первый этаж, Стэп свернул за угол, где никого не было, и отпустил мою руку.

Я испугался, потому что и в закоулке могут стоять камеры.

- А нас не увидят? Через камеры? – Шепотом спросил я.

- Нет, камеры я все еще держу под контролем. – Он тяжело вздохнул и присел около стены. – Все-таки сложно отсюда сбежать. Даже я не справляюсь. Приходится заколдовывать каждую камеру и человека, встречающегося на пути. Да еще и сквозь защитные двери ходить.

- А зачем заколдовывать камеры и людей, если можно заколдовать только нас, на невидимость?

- А ты хоть что-нибудь о магии знаешь? – Он хмыкнул и закашлялся. – Только нас – недостаточно. Тут у каждого охранника специальные очки. А камеры видят сквозь любые заклинания. Конечно, кроме тех, что наложили на них самих. – Он улыбнулся. – Не продумали они, что можно заколдовать сами камеры. Хотя, только очень сильный волшебник сможет это сделать. А это вообще отдел для обычных людей.

- Зачем тогда и нас невидимыми делать?

- А я и не делал. Я просто держал нас в полу материальном состоянии, чтобы было легче переходить в нематериальное. Здесь сильно заколдованы двери. Почти все силы на них потратил. А через стены вообще пройти невозможно.

Стэп посидел еще минуту. Я в это время задумался о том, что первым делом сделаю, когда вернусь домой. Наверное, по совести, нужно будет позвонить родителям и просто поговорить с ними. Но, на работу тоже нужно будет обязательно позвонить. А то меня не было уже больше двух недель, вдруг меня уволили за это время?

- Пошли дальше. – Стэп еще раз вздохнул и встал. Я взял его за руку и снова стал призраком. Теперь мне казалось, что Стэп опирается на мою руку. Я понял, что он очень устал. Ничего, осталась всего одна дверь. Нет, две. И еще ворота.

- Ты справишься. – Я решил его приободрить. Стэп хихикнул и вздохнул. Мы вышли из-за угла, и прошли мимо большой толпы стражей. Стэп в это время напрягся и едва заметно всхлипнул. Мне стало страшно, что я не только не смогу сбежать, но еще и посажу в тюрьму Стэпа. Потому что, если сейчас у него кончатся силы, то нас обоих повяжут.

Мы с трудом, но прошли через дверь, ведущую в коридор, следующая дверь в котором ведет во двор. То есть, на свободу. Через эту дверь мы тоже смогли пройти, но задержались в ней намного дольше. Из-за этого меня затошнило. Стэпа похоже тоже.

Во внутреннем дворе было очень много камер. Стэп не удержался на ногах и упал на колени. Он очень тяжело дышал. Я уже хотел сказать: «Беги без меня. Спасайся сам!», но это звучало бы слишком пафосно. Да и тем более, я был не настолько альтруист, чтобы так жертвовать собой.

- Плевать. – Стэп отпустил мою руку и резко надел капюшон кофты, я перестал видеть его лицо. Почему-то капюшон наложил на него непроглядную тьму. Я понял, что перестал быть полупрозрачным. В ту же секунду зазвучала сирена, заморгали лампочки и послышалось:

«ВНИМАНИЕ!БЕГЛЕЦ В ПУНКТЕ ТРИ, ОТСЕК ДВА! СРОЧНО ЗАДЕРЖАТЬ!». Мгновенно сработали ребята, ничего не скажешь.

- Твою мать! – Не выдержал я. На меня медленно находила паника. – Зачем ты… - Стэп перебил меня, резко схватив за руку, встав и побежав со всех сил.

Слова «Побег из тюрьмы», говорят сами за себя. Если драпать, значит бегом, а не спокойно прохаживаясь. В крови мгновенно разыгрался адреналин, и поэтому я совсем не отставал от Стэпа. Мы бежали изо всех сил, а за нами гналось более сотни охранников. Я это понял по топоту многочисленных ног и всё разрастающемуся гулу.

Несмотря на трагизм ситуации, я ржал в голос, и не подавал никаких признаков страха. Хотя, по-настоящему мне было очень страшно.

Около самых ворот Стэп резко остановился. Из-за того что мы держались за руки, я чуть не упал носом в землю, но все же еле как устоял на ногах. Он отпустил мою руку, отвел одну ногу назад, и оттолкнул меня в сторону. В этот раз я не устоял и упал.

Пока я пытался быстро встать, Стэп нарисовал какие-то знаки в воздухе, обернулся вокруг своей оси и с силой направил их в ворота. Знаки слились воедино, окрасились в багрово-красный цвет, и оставляя за собой след из искр и красного дыма, со скоростью света врезались в ворота. Раздался очень громкий хлопок и огромные двери открылись, а стражи, стоявшие около них, разлетелись по всей окружающей местности. Наблюдая за этой живописной картиной, я понял, насколько Стэп крут, и зауважал его.

- Беги, идиот! – Стэп развернулся ко мне, и я мгновенно повинуясь, быстро выбежал из тюрьмы. Сзади прозвучал еще один хлопок и какой-то невнятный шум. Я рефлекторно пригнулся, но похоже, заклинание было направленно не в эту сторону. Легкое замешательство стало для меня огромной ошибкой – стражники, коих отбросило заклинанием, резко направились в мою сторону. Один из них схватил меня за ногу, и я снова упал. Не успев испугаться, я, резко развернувшись на спину, врезал ему ногой по морде. Это его не свалило, но пока он тер ушибленную челюсть, я успел встать и снова побежать вперед.

Никудышные здесь охранники.

Боковым зрением я заметил черную тень, несущуюся рядом. Через секунду я понял, что это был Стэп. Он быстро подбежал ко мне, схватил за рубашку на спине и прокричал:

- Телепортируемся.

Через мгновение я почувствовал, как моё тело расплющивается и удлиняется. У меня слегка закружилась голова и начало подташнивать. Живот очень сильно щекотило, и от этого мне хотелось смеяться. Потом меня словно засосало в какую-то воронку. Мир расплылся и исчез, и я потерял сознание.

Глава 10 Сны - не сны. Дом - не дом.

Серое утро. Пронзительно звенит будильник. Я машинально вытаскиваю руку из-под одеяла и выключаю адское создание. Нет, вставать совсем не охота. Полежу еще минут десять, может тридцать, может час.. Подождите. Будильник?

Я открываю глаза и смотрю на стол, стоящий рядом с моей кроватью. Это же мой стол! Я дома? Этого не может быть!

Откинув одеяло в сторону, я встаю и иду по комнате. Древний пыльный ковер заглушает мои шаги, плотные синие шторы пропускают лишь те малые крохи света, что помогают мне видеть слабые очертания предметов сквозь темноту. Я вижу свой компьютер, стоящий на столе около кровати. Он отливает еле заметным красным цветом. Странно, с чего бы?.

Стул перед компьютером едва заметно качнулся, а дверь за спиной открылась, с характерным скрипом. Я обернулся и посмотрел в дверной проем. В той комнате было еще темнее. Неужели я живу здесь? Нет, в моей квартире никогда не было так темно. Это просто какой-то дурной сон.

Словно в ответ на мои мысли, мои ноги оторвало от земли. Я повис в воздухе, как будто вся комната была залита водой. Компьютер, рыча и скрипя, оторвался от стола, и махая в воздухе черными проводами выбил одно из двух окон, находящихся в комнате.

За ним с ревом раненного мамонта прыгнул стул, по пути зацепив ножкой настольную лампу, которая вместо света излучала трехэтажный мат. От стен отрывались фотографии, картины и плакаты, и, собравшись в косяк, плавно летели в пустоту оконного провала. Люди на картинах размахивали руками и дружно кричали: «Аларм! Аларм!».

Я смотрел на все это с видом истинного ценителя всякой запрещенной травы. Настолько наркоманские сны мне еще никогда не снились. Да уж... Моя шиза всегда со мной.

Ковер поднялся с пола, и стремительно направился туда же, куда и все предметы до этого. Он образовал сильный поток воздуха, и меня тоже понесло за пределы моей квартиры. Я даже не стал цепляться за что-либо. Мне стало интересно, чем кончится весь этот бред.

Вокруг сверкали огни. Я словно оказался в космосе. Все переливалось на фоне иссиня-черного полотна, которое окружало меня со всех сторон. Пространство вокруг было густое, словно молоко. Кажется, я тонул, но страшно не было. Слишком всё было нереально, чтобы бояться.

Немного холодно и пахнет чем-то медовым, ореховым... Первый раз у меня сон с запахами. Если не считать тех двух, что снились мне совсем недавно. Но те были реальными, а этот... А этот явно не мог случится на самом деле.

Интересно, а вдруг это не сон? Может я попал в другое измерение? Если это так, то моё измерение мне нравится намного больше.

Мимо проплывало что-то большое и синее. Наверное, кит. «Один из тех трех китов, что держат землю, и плавают в бесконечном океане» - почему-то подумалось мне. Вдали показался туманный образ человека. Я медленно помахал ему рукой, разгоняя прилипающий к рукам космос, и слишком близко подплывшего кита. Человек кивнул и в одно мгновение оказался совсем рядом. У него не было лица. Это был всего лишь рисунок человека – очень схематичный и нарисованный в спешке.

- Где я? Что происходит вокруг? – Спросил я у схематичного человечка. Думаю, он сможет мне ответить.

- Здесь нет ничего, кроме мысли. Да и мысли даже нет, если нет ее создателя. – Размыто сказал он. Интересное выражение. Я смутно понял смысл сказанного, неожиданно для самого себя. Какие дурацкие у меня мысли, однако. Никогда бы не подумал, что смогу сочинить что-то подобное. – Говорить было легко, несмотря на густоту пространства.

- Создатель не ты. А ты лишь образ, в голове создателя. – Сказал силуэт человека.

- А кто же тогда создатель?

- Ты. Тот ты, который в душé.

Человек исчез, а космос завертелся и стал сужаться. Я замахал руками, и завяз в чём-то черном и давящем и больше не мог дышать. Руки онемели, а ноги закостенели. Я застрял и не мог выбраться.

***

Упав в густые зеленые заросли, я облегчено выдохнул. Эти заросли могли быть высокой травой, или каким-то неколючим кустом. Но что бы это ни было, вставать абсолютно не хотелось – тепло, уютно, сверху падают солнечные лучи...

Странный сон вертелся в голове. Прошлые сны были очень реалистичны, в отличие от этого. Но все равно чувство, что произошло что-то важное, не покидало меня. Правда, может не стоит относиться к снам так серьезно? Что бы там ни было, а явь всегда важнее каких-то там снов. Поэтому стоит узнать, где я нахожусь.

Я перевернулся на спину и посмотрел ввысь – на небе не было ни облачка, лишь ярко-голубая гладь, и солнце – очень яркое и теплое, как бывает летом. Я прикрыл глаза и стал вслушиваться в окружающие звуки.

Где-то совсем близко шуршали покачиваемые на ветру листья деревьев, со всех со сторон раздавалось многоголосое птичье пение, а совсем вдалеке, но все равно отчетливо, журчал ручей. Мир и гармония. Может лесником стать? А то в последнее время к природе тянет, как сумасшедшего. «Как...» - ехидно заметил внутренний голос. Ну и к черту его. Мне самому решать, псих я, или нет.

Я лежал еще несколько минут, как вдруг, все звуки в лесу исчезли. Вокруг нарастала мертвая тишина. Ох, опять какая-то чертовщина.. Все же хорошо было! Мне стало немного тревожно, по спине волной пробежали мурашки. Опять боюсь. Может пора уже стать храбрым? Через несколько мгновений послышались тихие шаги. Я замер, в надежде, что человек (хотя, а может и не человек?) пройдет мимо.

Шаги приближались, а потом резко затихли – существо остановилось. Я почувствовал, что рядом кто-то стоит. Кто-то, не очень хороший...

Открыв глаза, я вздрогнул, но сразу выдохнул от облегчения – на меня, с легкой ухмылкой взирал Стэп. Вот и хорошо. Ни зверь, ни враг, и вроде не дурак. И зачем я испугался?

- Вставать собираешься? – Спросил он, глядя на меня сверху вниз.

- Нет. Мне и так хорошо. Да и думать лёжа куда приятней. – Я снова посмотрел в небо и улыбнулся.

- О чем думать? – С насмешкой сказал он.

- О, да мне такой сон приснился...

- Это не сон. Просто галлюцинации во время телепортации. У меня тоже были.

- И что ты видел?

- Бред. Как всегда. Не придавай значения тому, что ты там увидел. Многие пытаются найти смысл, но его там попросту нет. – Он помолчал. – Вставай. На земле лежать вредно – простудишься.

- На такой теплой земле грех не полежать. – Я вовсе не собирался вставать. – Кстати, когда ты ко мне подходил, мне казалось, что все звуки исчезли. – Я снова прислушался и с удовлетворением услышал чириканье. – Наверное, показалось.

- Энергия. – Он немного прищурился. – Маги чувствуют ее приближение. Кому-то становится щекотно, кому-то жарко или холодно, для кого-то пропадают все звуки и запахи. По отдельности эти признаки не всегда удается ощутить. Но из-за непонятной внезапной тревоги, всегда можно понять, что источник энергии где-то рядом – человек, животное, или просто природные силы. – Он на миг замолчал. - Тебе было тревожно? – Спросил он и присел рядом.

- Немного. – Я тоже сел, и задумчиво почесал голову. – Хочешь сказать, что я волшебник?

- Не хочу. – Немного резко сказал он. – Я просканировал тебя еще при первой встрече – в тебе магии не больше, чем в таракане. – Он ухмыльнулся. Я захотел возмутиться, потому что сравнения с тараканом мне не очень приятны, но он меня перебил. – Но все же в тебе что-то есть. Не магия, нет. Что-то другое.

- Что? – Спросил я с ноткой неприязни.

- Присутствие странной силы. – Он помолчал, и добавил. – Не внутри тебя, а где-то около, снаружи. Я не знаю, умеешь ли ты пользоваться этой силой, или хотя бы контролировать ее. Возможно, она тебя вообще не касается, просто витает рядом. – Он вздохнул. – Ты сам-то ее чувствуешь? Может, сны какие-нибудь странные снятся? М?

- Нет, ничего такого. – Почему-то я решил, что правильнее всего сейчас соврать. А то бы пришлось еще рассказывать свои сны. Мало ли какие диагнозы можно по ним составить?

- Врешь. – Со злостью сказал он. – Но это не мое дело. Сам справишься. – Он встал и пошел прямиком в лес. – Если сейчас не пойдешь за мной, то ночевать будешь здесь же, на полянке.

- Ну и буду, мне-то что. После тюрьмы и так прекрасно. – Тихо сказал я, чтобы Стэп не услышал.

- Здесь волки иногда пробегают. – Похоже, он меня все-таки услышал. – А ночью некроманты обряды проводят. Посмотри направо и увидишь выжженный круг. Свеженький еще. – Он ускорил шаг и скрылся в лесу.

Я привстал и посмотрел направо. Действительно, примерно в десяти метрах от меня была нарисована черная пентаграмма. Я встал, и смело подошел ближе. Почувствовался легкий запах гари, и совсем неуловимый аромат гнили... Прекрасно. Наклонившись, я увидел небольшие бороздки, прокопанные в земле. В них ничего не было, но почему-то мне вдруг ярко представилось, как по ним течет кровь. Замечательно...

- Подожди! Я с тобой пойду! – Резко прокричал я в сторону, где сейчас предположительно находился Стэп, и побежал туда же. Вообще потерять мага было бы сложно. Я словно чувствовал, как бы это сказать... Магический след! Во! Но видимо я Стэпу осточертел окончательно и он от меня замаскировался. Невидимкой стал. Потому что след возникал прямо из воздуха, где наверняка Стэп и находился. Решив его не беспокоить, я просто молча зашагал рядом. Длилось это правда недолго – вскоре из воздуха послышался усталый вздох и Стэп материализовался.

- Может ты все-таки маг? Или просто я чего-то не понимаю... – Сказано это было с надеждой получить уверенный ответ, но я лишь пожал плечами. Маг я или не маг? Откуда мне знать? Я о себе вообще, оказывается, очень мало знаю.

- Куда идем? – Заговорил я.

- Ко мне. К нам. К другим таким, как я. – Отрывисто сказал он.

- Эника тоже там?

- Нет. Она в другом месте живет. У нас две «базы». – Он улыбнулся. – Хочешь с ней встретиться?

- Неплохо было бы. – Тихо и спокойно сказал я.

- Думаю, она будет теперь часто нас навещать. Из-за тебя. – Он улыбнулся еще шире. – Надо же, Эника попросила спасти мужчину. Это явно неспроста.

- Может ей просто меня жалко. – Я тоже чуть-чуть улыбнулся. – На меня же без слез не взглянешь?

- Не взглянешь. – Согласился он. - Такого уродца поискать надо... – Он резко наклонил голову, увернувшись от моего подзатыльника.

- Вообще-то, я все-таки тебя старше! – Наставительно произнес я.

- Всего на пару лет! Не такая уж большая разница в возрасте! – Он выдержал паузу. – А вот в уме разница между нами огромна! Два плюс два хоть складывать умеешь?

В этот раз от подзатыльника он не увернулся. Впрочем, не сильно это его и расстроило. Все равно улыбался и слегка хихикал. Да уж, волшебник. Не серьезно это как-то все. Волшебники должны быть мудрыми и старыми... А не вот такими вот чепушилами малолетними. Хотя, грех жаловаться, сам могу магом оказаться. И тогда в мире станет на одного придурочного мага больше.

* * *

Как оказалось, база поглощенных, так же как и штаб мировиков была скрыта пространственным заклинанием. Тэд правда, тогда так и не сказал, как перешагнуть через это заклинание. Стэп тоже – он велел мне закрыть глаза, после чего мы вместе с ним прошли пару шагов, а когда я открыл свои ясные очи, на чистом клочке земли, которого раньше не было, стоял большой деревянный дом.

Даже немного обидно. Если я отсюда сбегу, то как без помощи других потом вернусь? Хотя, наверное, на это и был расчет... Да и сбегать я отсюда не собираюсь, верно? Так что, все хорошо.

Вообще, дом выглядел довольно внушительно. Двухэтажный, с одной башней, которая, по сути, являлась третьим этажом. Вроде бы из дерева, но я уверен, что пожаром такой домик не возьмешь. Если предполагать, что здесь живет много волшебников, то защита у домика должна быть знатная – и от пожаров, и от потопов, и от всяких других разрушительных неожиданностей. Мало ли чего можно в гневе натворить? Или просто так, по незнанию..

- А сколько вас здесь живет? По размерам дома, наверное, не так уж много. – Спросил я и посмотрел в окно первого этажа. По другую его сторону стояла девочка и весело махала мне ручкой. Я улыбнулся и тоже помахал рукой.

- Ты прав. Здесь живет всего девятнадцать волшебников. Из них семь взрослых, и двенадцать детей..

- Как это, двенадцать детей? Это что, школа? – Девочка за окном улыбнулась в ответ, развернулась и скрылась где-то в глубине дома. – Какая ж это тогда база?

- Какая есть. – Стэп помолчал. – Ну мало в мире взрослых поглощенных! Зато детей – в два раза больше.

- Кого мало? – Мы почти подошли к двери.

- Поглощенных. Это такая группа магов... Редкая. Нас на эту страну всего пятьдесят. А страна большая! Население около трехсот миллионов. Представляешь, как нас мало? – Стэп открыл дверь и зашел в дом. Я зашел следом.

- А разве это плохо? Можете считать себя избранными. – Я помолчал, осматривая внутреннее устройство дома. Мы стояли в большом зале. Справа и слева от нас тянулось несколько деревянных дверей. У правой стены располагалась широкая лестница. Около неё стояло два диванчика и столик. На стенах светились уютно-желтым цветом маленькие лампочки. Выглядит уютно. – А помимо вас еще волшебники есть?

- Да. На тысячу обычных людей приходится один волшебник.

- Нормальное соотношение. – Я задумался. – А разве обычным людям не обидно, что они не умеют колдовать?

- Это долгий разговор. Давай как-нибудь потом... – Видно было, что Стэп немного занервничал. Он подошел к первой двери справа и аккуратно её приоткрыл. Осторожно посмотрел внутрь, и выдохнув, закрыл обратно. – Урок сейчас идет. Значит, все дети сейчас учатся. Ты не представляешь, насколько это хорошо.

Стэп зашагал по лестнице наверх, я спокойно пошел за ним. Наверное, на втором этаже находятся спальные комнаты. Ну, это по крайней мере логично. Мне всегда казалось, что если есть возможность спать немного выше над уровнем земли, то такой шанс упускать нельзя. Вот если бы я здесь жил, то вообще бы спал в башне. Я бы еще ее застеклил, чтобы можно было ночью на звезды смотреть.

В итоге лестница вела куда? В коридор. Сплошные коридоры у них в этом мире. Или мне просто везет, и я попадаю в строения, где одни коридоры. Вообще коридор – это хорошо. Из него ведет много разных дверей, за которыми может быть много чего интересного. Вот только я попадаю не за все эти двери, что обидно. Мало ли, что за ними скрывается? Может что-то очень хорошее, а может не очень. Ничего, если я буду долго здесь жить, то всё исследую и обойду. Правда, в этом мире я еще нигде долго не задерживался.

В одном я был прав – на втором этаже были действительно спальные помещения. Стэп как раз хотел отвести меня в свою комнату. Он открыл дверь и вдруг резко встал в проёме.

- Что это вы здесь делаете, черти? – Сказал он, опираясь рукой об косяк.

Неужели и вправду черти? Ну-ка, ну-ка, надо посмотреть! Я заглянул в комнату через плечо Стэпа. Не, не черти. Всего лишь фигура речи, а жаль. В комнате на кровати сидели два ребенка – мальчик и девочка. Мальчик, медленно прятал за спину книгу, девочка пыталась состроить наивно-непонимающий взгляд. «Как мы здесь оказались? Что-то не припомню..» - Можно было прочесть по ее глазам.

- А мы уже уходим. Комнату перепутали, ага. – Сказала девочка и вместе с мальчиком спрыгнула с кровати.

- Ну-ну. Вы почему не на уроке? – Беззлобно спросил Стэп. Похоже эти детишки постоянно что-то такое вытворяют и Стэп уже привык.

- А там сейчас урок по боевым заклинаниям. А нам ведь нет двенадцати лет, а значит еще нельзя учить никаких боевых заклинаний. – Бойко сказала девочка. Мальчик тем временем, боком-боком подходил к окну.

- Поэтому вы у меня по боевым заклинаниям книжку сперли и сами учить пытаетесь?

- Не, это книга сказок. Мы сейчас пойдем, во дворе ее почитаем. – Девочка тоже медленно приближалась к окну.

- Ага, щас! Книжку вернули, и быстро мультики смотреть! – Наигранно серьезно сказал Стэп.

Мальчик взял девочку за руку, одним движением раскрыл окно и прыгнул вместе с ней. Я охнул, отпихнул Стэпа с порога и подбежал к окну. Не разбились бы! Не, не разбились. Деру такого дали, аж пятки сверкают!

- Да ты не переживай. Они же волшебники. – Стэп махнул рукой в воздухе, и что-то шепнул под нос. Книга выскочила из рук мальчика и стремительно полетела обратно в комнату. Я наклонился, чтобы она в мой лоб не прилетела. Стэп с легкостью поймал книгу и положил на стол рядом с окном. – У мальчика хорошо с воздушной магией, летает, аки птица. Его Том зовут. Девочку – Алина.

- Алина? В моей стране тоже есть люди, с таким именем.

- Такое встречается. У нас мода на всякие имена из других миров. Это немного странно. Культура меняется.

- Да в моем мире тоже все чаще появляются всякие Ростиславы, Авдотьи, Земфиры, Августы... Скоро либо все в стране будут носить такие имена, что и не выговоришь с первого раза, либо мода пройдет, и простые имена вернутся в обиход.

- Это не важно. Имя почти не влияет на жизнь. Человек живет так, как он сам хочет, независимо от того, как его зовут. – Стэп подошел к кровати и поправил одеяло. – Вот негодяи – даже не прибрали за собой.

- Ну так дети же. – Сказал я и отошел к стене. Комната была маленькая, но уютная. Деревянный пол, деревянная мебель. Теплых тонов стены. Но на столе был бардак. Его еще называют творческим беспорядком – разбросанные карандаши, чертежи, схемы, изображения, книги. Некоторые из перечисленных вещей лежали на полу.

Я подошел к столу и протянул руку к бумажке, на которой был нарисован лук. Не, не тот который едят, а из которого стреляют. Но рисунок я взять не успел – Что-то скрипнуло у меня над ухом. Я поднял голову и посмотрел на птичку, что сидела на жердочке около стола. Ну надо же! Как это я ее сразу не заметил? Жердочка может и была, (Я промотал в голове момент, когда осматривал комнату. Да, была там эта палка.), но вот птицы на ней явно не было! Невозможно же упустить такую красоту – Красное, переливающееся оперение, ярко-оранжевый клюв, желтые, отливающие золотом глаза. Ну просто картинка, а не птичка. Правда такой презрительный взгляд я пока встречал только у людей, да и то в редких случаях.

- Красивая птица. Когда она успела прилететь? – Я хотел погладить птицу, но та отклонилась и недовольно посмотрела на меня.

- Это мой феникс Феликс. – С гордостью сказал Стэп. – Мой фамильяр. Он может телепортироваться, поэтому ты не заметил, как он здесь оказался.

- А фамильяр это...

- Это животное-спутник колдуна или ведьмы. Его делает сам колдун, если у него хватает на это сил. Хочешь узнать подробнее – библиотека на первом этаже, деревянная дверь за лестницей.

- Ага, посмотрю. – Феликс легко взмахнул крыльями и улетел в раскрытое окно. Даже не попрощался. – А меня туда пустят?

- Вообще туда могут зайти все, у кого есть способности к магии. – Стэп улыбнулся. – Ну или тот, кто как-то связан с магией.

- Это ты меня так на магические способности проверить хочешь? Или просто издеваешься, заранее зная, что я туда попасть не смогу?

- Нет, не издеваюсь. А проверять ты себя сам будешь, мне-то что? – Стэп открыл ящик в столе и достал оттуда ключ. – Пошли, посмотрим, где ты будешь жить.

Стэп вышел в коридор. Я глянул в окно – дети смирились с потерей книги и играли в догонялки. На всякий случай я закрыл окно и тоже вышел из комнаты.

Глава 11 Чужие мысли

Каждый со временем обустраивает свое жилище по собственному вкусу. Бывают, конечно, абсолютно безликие квартиры – никак невозможно понять, кто в них живет. Но обычно люди умудряются даже в очень маленькой, или старой комнате создать некий уют, отражение своего характера.

Например, у книгомана в гостиной обязательно найдется несколько внушительных книжных шкафов. У организованных книгоманов. Некоторые люди складируют книги на полу, создавая стопку, которая растет каждую неделю. Такую стопочку можно назвать: «Некогда (да и некуда) полку прибить, пусть пока тут полежат».

У человека очень опрятного и любящего чистоту – дом всегда прибран, и он может позвать к себе гостей в любой момент. У тех, кто любит поиграть в компьютерные игры, компьютер выглядит как главная достопримечательность квартиры, а кресло перед ним потертое, но удобное.

Моя комната выглядела так, как выглядит самый древний чулан, в который не входили лет сто, опасаясь, что что-нибудь свалится на голову. Начать с того, что ключ не понадобился – замок сломался, и дверь открываться никак не хотела. Стэп долго возиться не стал – выбил дверь ногой. «Буду жить без двери. Круто, блин.» - обреченно подумал я.

Пол в комнате был покрыт сантиметровым слоем пыли. Ближе к окну, которое из-за грязи света вообще не пропускало, стояла кровать. Сесть на такую кровать я бы не рискнул – сломается еще. Остальное пространство было завалено различным хламом – Какие-то палки, стулья, листы бумаги, гвозди, разные поломанные вещи. «И ходить надо осторожней, а то поцарапаюсь.» - совсем обреченно подумал я.

- Чего рожу корчишь? – Спросил Стэп. – Сейчас приберемся и жить можно будет.

- Что это вообще за помещение такое? – Я переступил через стул со сломанной ножкой, чтобы ближе продвинуться к окну.

- Когда-то давно это была спальня. Наверное. Когда Эника попросила забрать тебя из тюрьмы, я подумал, что ты наверняка будешь жить в этом доме. И я попросил у наставника какую-нибудь незанятую комнату. Тот дал мне ключи от этой комнаты. А почему здесь такая свалка я не в курсе.

- Может здесь магией прибраться? – Я добрался до окна, и с трудом открыл его. Вид на лес, что ожидаемо.

- Ну, можно. Ты только отойди в сторонку. – Стэп поддел большой кусок пыли мыском ботинка и откинул в сторону. – Знатно тут все запылилось.

- Я уже в сторонке. Давай, твори магию! – На всякий случай я ушел в самый уголок комнаты. Надеюсь, в паутину не вляпался.

Стэпан махнул рукой, пыль в комнате поднялась с поверхностей и цепочкой полетела в распахнутое окно.

- Теперь на улице будет много пыли. – Сказал я.

- На улице всегда много пыли. И если тебе не нравится, прибирайся сам. – Стэп снова махнул рукой и по комнате закружили листы бумаги, складываясь в одну стопку на кровать.

- Мне все нравится. Просто я ожидал... ну... чего-то более эффектного.

- Это бытовая магия. Она не такая красочная, как боевая. – Вслед за бумагой устремились разбросанные карандаши и ручки.

- Вот в «Гарри Поттере», один волшебник одновременно все починил, а ты по очереди. – Я проводил взглядом сломанные части стула, которые, вместе с другими непонятными палками, образовали кучку в углу комнаты.

- Я не настолько сосредоточен. Тем более я потратил все свои силы на твой побег. Их даже пришлось восстанавливать с помощью энергокристаллов, а то мы бы не смогли телепортироваться. – Ржавые гвозди и прочий не деревянный мусор улегся в немного помятое и дырявое железное ведро. – То что в ведре – выбросим в утилизатор. А эти палки отнесем во двор. Может из них можно будет что-то сделать.

- Хорошо. – Я присел на кровать и стал просматривать листы бумаги. Многие были вообще пустыми. Другие – помятые и все исписанные. Правда многие надписи были зачеркнутыми, да и в целом буквы кривые. Обычные черновики.

- Что хорошо? Иди выноси! Привыкай к труду. – Он прикрепил дверь на место и покачал ее из стороны в сторону. – Думаю, ты обойдешься без замка. Ценных вещей у тебя все равно нет, а если и были бы, то красть их некому. – Он развернулся и вышел из комнаты.

- Э... – Я прошел через комнату и выглянул за дверь – А ты мне не помо... – Но Стэпана за дверью не оказалось. Убежал уже куда-то. Интересно, он всегда так легко и непринужденно отмахивается от дополнительной работы? Мне бы так научиться.

Я взял остатки стула и пошел во двор. Когда спускался по лестнице, то чуть не упал, и обронил несколько палок. Ой, ну куда же без этого. Попытавшись их поднять, обронил все остальные, и они с шумом скатились к самому подножью.

«Криворукий идиот» - сказал голос внутри и я с ним согласился. Я спустился, решил было поднять палки, как вдруг, мне показалось, что будто бы кто-то шуршит совсем рядом. Я оглянулся по сторонам, но никого не увидел. Пожал плечами, снова наклонился и шум повторился. «Да чтож такое-то» - подумал я и прошелся вдоль стены. Когда проходил мимо двери, что-то слегка скрипнуло над головой.

Я повернулся лицом к двери, и вспомнил, что она ведет в библиотеку. Что-то меня туда зовет, или психического расстройство вновь решило себя проявить. Ну, одно другому не мешает. Если так подумать, то ничего плохого в том, что я пойду в библиотеку. Я схватился за ручку, а потом вспомнил, что оставил мусор прямо на лестнице. Вернулся, и сложил его у стенки.

Подошел к библиотеке, вытер вспотевшие ладошки и приготовился открыть дверь. Её может открыть только маг, как я понял. Смогу ли я? Сильно ли во мне то магическое, что заметил Стэпан? Ну, нужно попробовать.

«Ну ты чего мнёшься?»

«Да страшно как-то»

«Ну да, с тобой каши не сваришь»

«А не сильно ли ты обнаглел для моего внутреннего голоса?»

«Внутренний голос? Ты так себя успокаиваешь? Чудак…»

- Чего?.. – Произнес я, но больше мне никто не ответил. – Эй, что?..

Вот теперь и вправду страшно. Что происходит? Постойте-ка, так это был всё это время кто-то другой? Все эти странные мысли… Или я на новой стадии сумасшествия. Хм, это больше похоже на правду.

«Ты сам по себе не похож на правду. Ходячее недоразумение»

«Это верно… Стоп, тогда ты тоже. Ты же во мне.»

«Не думаю. Подумаю об этом на досуге»

«Тогда кто ты?»

Голос вновь пропал. Он что, издевается? Подождите, или я сам над собой издеваюсь? Как же я запутался…

Ну, если так размышлять, мысли уж больно похожи на мои собственные. Кроме некоторых исключительных реплик. Значит это мои мысли? Не, так дело не пойдет, нужно серьезно подумать.

Посмотрим, всё что он говорит, либо очевидные реплики, что сразу приходят ко мне на ум, либо что-то на вроде подсознания. То есть та мыслительная деятельность, которую я никак не могу контролировать, она сама вырывается.

Так ведь у всех людей, разве не так? Всегда такое было. Мысли легко могут напугать. Получается, в этом нет ничего странного? Но, с другой стороны, это всё те же мысли, что были со мной всегда, или кто-то незаметно внедрился в мою голову? Если и правда, что это не я, то, как давно мои мысли перестали мне принадлежать? Может с самого рождения? Может когда я начал сходить с ума? А вдруг только сейчас? Ведь до этого они не говорили со мной. Хотя, я и сам не поддерживал диалог…

«Слишком много думаешь.» - подумал я. Или уже не я?

Боже мой, когда всё это началось? Во время заключения? До него? Ну что за жизнь такая… «Не я такая, вы такие» - вспомнилась старая шутка. Шутка, а ты сама вспомнилась, или я тебя вспомнил?

Нет, нужно отвлечься, а то я так окончательно с ума сойду.

Я активно поморгал и повертел головой. Рядом стоял незнакомый мужчина и внимательно на меня смотрел. Он явно старше меня, хотя насколько точно сказать не могу. Он слегка улыбнулся мне.

- Здравсте. – Выдал я скомканное приветствие.

- И тебе здоровья. А я всё думал, насколько сильна твоя концентрация.

- Хм?

- Ты смотрел на эту стену минут семь, не меньше. Причем с такой активной мимикой на лице. Размышления не дают покоя? – Сказал он. Такой приятный голос, что-то в нем есть.

- Эм... В общем-то да…

- Если тебя беспокоит библиотека, то можешь не переживать. В нее разрешается зайти любому. Другой вопрос, сможешь ли ты это сделать. Но об этом не стоит так переживать. – Он улыбнулся. Я немного смутился.

- Да, кажется, я переживал об этом. – Я улыбнулся и подумал, что выгляжу глупо.

- Ну, не только об этом, конечно же? – Он немного помолчал. – Меня зовут Орис. Тебя как?

- Андрей. – Мы пожали руки.

- А, тогда мы заочно знакомы. Стэп уже упомянул о тебе, несколько дней назад. Сказал, что может быть приведет тебя сюда. – Он стал говорить более непринужденно. – Ничего, что я сразу начал на «ты»?

- А? Нет, я привык. Да и так комфортнее, наверное.

- Ну и хорошо. Заходи.

- А? – Растерянно сказал я.

- В библиотеку. – Он тоже растерялся и неловко показал на дверь.

- Точно. – Я снова положил руку на ручку и уже хотел потянуть ее на себя, как вдруг передумал. – Знаешь… те…знаете, наверное, потом. Сначала вот дрова отнесу…

- Куда?

- Во двор. Мне Стэп сказал. – Как всё это невозможно неловко. Вроде бы и мужик неплохой, а так стыдно перед ним, будто я совсем дурак. Хотя может потому и стыдно, что он такой неплохой. Странно, он такой… Спокойный? Хм.

- Ты его не слушай. – Орис хмыкнул. – Ему лишь бы занять тебя чем-нибудь. Сам давно убежал, чтобы с расспросами не лезли. – Он махнул в сторону дров рукой, и те исчезли.

«А что, так можно было что ли?». Теперь я тоже хочу научиться колдовать.

- Ты из не магического мира?

- Да. Наверное. Ну, у нас есть экстрасенсы…

- Это не совсем то. Если ты был рожден в не магическом мире, то шансов попасть в библиотеку у тебя немного.

«Библиотечный расизм»

- Пхф – Усмехнулся своей глупой шутке. – Я тоже так думаю. Но Стэп говорит, что у меня рядом что-то такое, магическое.

- Ну, есть. Не спорю. Только магическим это называть будет неправильно. Это в чистом виде «дар врат». Немного странный, с явной примесью со стороны смежных миров, но всё-таки он. – Немного помолчал и добавил. – Может даже и не смежных. «Дар врат» вещь странная, никогда не знаешь, на что нарвешься.

- Подождите. А что такое «дар врат»?

- Ну, во-первых, ты тоже переходи на «ты», а то я чувствую себя грубияном. А, во-вторых, «дар врат» - термин сложный. Да и тянет за собой много других вопросов. Если хочешь, то давай обсудим это. У меня есть немного свободного времени. Только для начала попробуй зайди в библиотеку.

Я сначала хотел что-то возразить, потому что уже не хотел проверять маг я там или нет, но потом подумал, что всё-таки он прав. Надо доводить дело до конца, а то я уже третий раз не могу туда зайти.

Я с силой выдохнул и резко попытался открыть дверь. Она спокойно открылась. «Иди, не стой. Это ещё не победа». «Ой, отстань. Тоже мне, знаток». Я перешагнул порог и оказался в библиотеке. Ну, значит, всё-таки чем-то магическим меня задело. Радоваться мне этому или нет? Вот в чем вопрос.

***

Когда человек проходит через портал с ним могут случиться удивительные вещи. Например, он может оказаться в другом мире с «даром врат». Но что же это такое? А дело в том, что особо никто и не знает. Есть некоторые предположения, но они все не доказаны. Однако, что известно наверняка:

Первое – «дар врат» появляется только тогда, когда человек перемещается между мирами. Логично? Вполне.

Второе – «дар врат» появляется не у всех. Здесь уже не очень понятно, потому что неизвестно из-за чего какой-то человек попадает под воздействие, а какой-то – нет.

Зато люди знают как это происходит, и это уже третье – когда кто-то проходит через портал его тело на самом деле перемещается не мгновенно. Оно проходит по крайней мере межмировое пространство, какие-то там подпространства задеть может, или вообще залететь ненароком в ближайщий мир какой-нибудь частью, развернуться и добраться до места назначения. Всё это объясняется тем, что пространство, как таковое – многослойное. Это было и так понятно, раз миров много. Но и сами миры имеют слои. Ну, и также – оно неоднородное – где-то прогибается, где-то растягивается. Невооруженным глазом это, конечно, не видно. Как это было доказано тогда? Вот уж не знаю, сначала бы с этим разобраться.

Как я понял, при перемещении тело ищет короткий путь, поэтому всё так непоследовательно происходит.

- Ты забываешь о том, что человек состоит не только из тела. Есть же еще и душа. Ну, если хочешь, можешь звать это не душой, а своей личностью. Так вот, в целом, непонятно из чего состоит душа, и как она взаимодействует с миром. Есть предположение, что она хоть сколько-то материальна, потому что иначе, она не могла бы активно взаимодействовать с нашими телами – абсолютно материальными объектами. А если она материальна, значит, имеет свой собственный путь взаимодействия с другой материей. Ведь наше тело что-то чувствует, когда находится в контакте. Ну, ест там, или слышит. Мы ведь это чувствуем? Тогда, можно сказать, что и душа наша может что-то чувствовать, но иным образом. Возможно, в этом и проявляется «дар врат» - остаточные ощущения того, что мы что-то почувствовали своей душой. – Орис замолчал и стал перебирать книги на столе.

- После того, как я что-то съем, я не чувствую вкус этой еды ещё месяц. А этот «дар врат», почему-то до сих пор чувствуется – Возразил я.

- Ну, сравнивать тело и душу не совсем корректно. Душа может испытывать довольно длительные ощущения. Например, любовь, тоску, понимание. Да, они не чувствуются постоянно, но и ты не всё время чувствуешь свой «дар». – Орис открыл одну из книг и монотонно переворачивал страницы. – Это тоже всего лишь одна из версий. Если хочешь, то вот тебе другая – когда душа проходит через миры, то на нее обрушивается нереальная нагрузка. Из-за этого, она ранится, и образуется шрам. Тебе его никак теперь не восстановить – шрам есть шрам. Он вроде есть, а вроде его и нет. Иногда он начинает болеть, но потом снова приходит в норму. Правда, боль у него совсем иная. Она проявляется в чем-то, что задевает твою мыслительную деятельность.

Я задумался. Разговор получается интересный, но всё воспринять у меня не получается. Я либо тупой, либо это и вправду сложно понять.

Тема с шрамом мне нравится больше. Задевает мыслительную деятельность? Тогда понятно, почему мне кажется, что мои мысли мне не принадлежат.

- А что, кстати, ты заметил в себе какие-то изменения? – Спросил Орис.

- Да, мне два раза снились очень правдоподобные сны. И они как будто не мне принадлежали.

- Да, такое проявление врат иногда случается. Хотя пример так сейчас и не вспомню. Если рассматривать его, то оно не опасное, ведь происходит во сне, а не во время сознательной деятельности. Шрамом его вряд ли назовешь, это скорее открытая рана.

- Почему?

- Шрам просто болит, из него кровь не течет. А вот у тебя в сны выливаются реальные воспоминания других людей. Хотя, может быть сны всё-таки ненастоящие. Просто «дар врат» повлиял на восприятие твоих снов, и они стали казаться тебе чужими.

- Я не думаю, что смог бы такое придумать. – Сказал я. Или смог бы? Я ведь себя теперь почти не знаю. Да, кстати, об этом. – Есть еще кое-что, что со мной происходит. Когда я хотел войти в библиотеку, то у меня в голове начали вертеться мысли и я решил в ними заговорить и она поддержали разговор. Причем, они сказали то, что точно моими мыслями быть не могло.

- Точно не могло? Я бы на твоем месте не был так уверен. – Орис показал мне книгу. Там был нарисован человек, борющийся со своей копией – Смотри, если твоя мыслительная деятельность была нарушена, то ты уже не можешь утверждать, где думаешь ты, а где уже не ты. Потому что ты уже не можешь отличить свои нормальные мысли от ненормальных. Если там действительно есть ненормальные. Это всё дело восприятия.

- Если честно, я ничего не понял.

- По крайней мере, что-то да усвоилось. Ладно, если говорить просто, то если ты сильно попал под воздействие во время перемещения, то твоё сознание могло расколоться надвое.

- То есть, у меня раздвоение личности? – Я хмыкнул. А ведь это похоже на правду.

- Можно и так сказать. Хотя я бы лучше назвал это избиением самого себя. Ты ведь заметил, что твои мысли как будто не принадлежат тебе, только когда начал прямо к ним обращаться. До этого они органично вписывались, ведь так? То есть, ты оказал на своё подсознание давление не только с внешней стороны, но теперь и с внутренней, и поэтому оно немного сломалось. Возможно, если ты оставишь свои мысли в покое, то они восстановятся, и ощущение, что в тебе живет кто-то другой – исчезнет. Тебе вообще стоит быть осторожнее. Психика человека не настолько пластична, как тебе кажется.

Я задумчиво почесал голову.

- То есть, мне лучше ничего не делать? Всё само пройдет?

- Да. Считай, что это просто насморк.

Я хмыкнул. С такой стороны, я может даже смогу себя убедить, что у меня всё в порядке с головой. Я еще раз посмотрел на картинку, где человек борется сам с собой и перевернул страницу. Заголовок на ней гласил: «Дар дается нам на всю жизнь, так как же использовать его продуктивно?»

- Орис, тут написано, что дар дается на всю жизнь. Это ведь значит, что ничего не пройдет!

- Ну, дары разные бывают. Тут скорее говорится о том, что дает пользу. То есть, если использовать свой дар, то он никуда не денется. Тебе нужно просто его не использовать.

- Подожди, ладно, я могу не разговаривать сам с собой, но как мне не использовать сны? Они же сами…

- Хочешь, дам тебе средство одно. Выпьешь, и сны появляться не будут. Принимать надо каждую ночь. Лучше пропить месячный курс, чтобы наверняка.

- Странное какое-то лекарство.

- Ну, оно на магической основе. Не переживай, побочных действий нет. – Орис протянул мне другую книгу. – Вот, это немного о магии, для общего развития. Я пойду, урок уже закончился, я должен сменить Хорта.

Орис встал, поправил складки на одежде и поднялся по лестнице к выходу. Читальный зал в библиотеке находился внизу, а вот если пойти справа или слева от двери, то там полукругом стоят книжные полки.

Орис вызывает доверие. Он такой обычный. Выглядит совершенно непримечательно – русые волосы, карие глаза. Не высокий, но и не низкий. Надел обычную рубашку и штаны, никаких плащей. Хотя на моём месте, верить кому-то, наверное, глупость. С кем бы я здесь не общался, они все убегают.

«Всё-таки я не главный герой этой истории, и, похоже, всё вертится вокруг кого-то другого» - Подумал я, и потом понял, что это мысль уж больно странная. Подсознание, не шали.

Я собирался почитать книгу, но как-то немного устал от размышлений, и поэтому, оставил её на столе, а сам вышел из библиотеки вслед за Орисом.