Чужая жена для генерала-дракона

Глава 1

Алисия

— Хватайте ее!

Злобный голос ворвался в сон, разорвав тишину спальни на тысячи осколков. Я не успела даже глаз открыть, как вдруг чьи-то грубые руки вцепились мне в волосы. Дернули с такой силой, что перед глазами вспыхнули белые искры.

— Да что же это такое творится?!

— Вот позор-то!

Я совершенно не понимала, что происходит. Сознание цеплялось за обрывки сна. А меня уже тащили куда-то, волокли по полу. Холодный воздух щекотал кожу, проникнув сквозь тонкую сорочку.

Внезапно щеку обожгла пощечина.

На миг в комнате стало тихо. Я замерла, прижимая ладонь к горящей щеке, и наконец-то смогла сфокусировать взгляд.

Надо мной, злобно сверкая глазами, навис отец жениха. Или правильнее сказать уже мужа? Да, теперь я должна называть его так. Вчера нас обвенчали. Я стала женой Йорзеса.

— Проучить ее надо! — взвизгнула какая-то толстая тетка из толпы родственников, заполнивших спальню. — Чтоб неповадно было!

Почему родители жениха со мной так жестоки?

— На всю округу ославить! Простыни белые! Вот вам и целомудренная невеста!

Я перевела взгляд на пол. Там, в двух шагах от кровати, валялся мой новоиспеченный муж.

Йорзес.

Мужчина лежал на спине, раскинув руки, и громко храпел. Перегар, исходивший от него, мог бы свалить с ног лошадь. Но родственникам, видимо, было не важно, по какой причине супружеский долг не был исполнен.

Муж мой был мертвецки пьян. Он не то, что супружеский долг исполнить — на ногах стоять не мог. Так и провалялся здесь, на полу, даже не пошевелившись.

Всю ночь я молилась всем богам, чтобы этот человек не приблизился ко мне ночью. А сейчас пожимала плоды того, что мои мольбы были услышаны.

Неужели эта разъяренная толпа и в самом деле готова меня растерзать?

Что если они действительно сейчас меня изобьют до смерти, как предлагает свекровь?

Что же делать?

Только и хватило сил, что крикнуть, пытаясь отбиться от чужих рук, стоя посреди коридора:

— Перестаньте!

— Отец, отдай ее мне! — прозвучало прямо над ухом, чужое дыхание обдало висок. — Я этой гадине покажу, как нарушать брачные традиции.

Каюс, младший брат моего мужа. На свадьбе он все время смотрел на меня маслеными глазами и облизывал губы, будто намекая на что-то неприличное. С этого станется исполнить свои угрозы.

По коже пробежал холодок. Сердце подскочило к горлу, в висках застучало.

— Обожди, — осадил сына отец семейства. — Сначала все должны узнать, какая гулящая родственница нам досталась. Пусть соседи знают, кого мы в дом пустили.

— Я не гулящая! Вы же сами знаете! — выкрикнула я, понимая, что это бессмысленно, но не в силах молчать. — Пустите меня немедленно!

Зря я это сказала. Щеку снова обжег удар. В голове зазвенело. Во рту появился металлический привкус крови.

Толпа одобрительно загудела.

Меня подхватили под руки и потащили. Билась, пыталась вырваться, но куда там. Их было слишком много, а я одна. Сорочка затрещала и порвалась, открывая ноги аж до бедра, и я сжалась от стыда.

Тонкую, почти прозрачную сорочку подарил отчим. Не поскупился на дорогую ткань. Дабы никто не сказал, что он пожалел денег на приданое. А приданого-то и в помине не было. Одна эта сорочка да свадебное платье, тем же отчимом купленное.

Деньги. Все всегда упиралось в деньги. И в жадность отчима.

Едва мать похоронили, старый Барзес припер меня к стене и сказал:

— Лишний рот мне не нужен. Замуж пойдешь. До весны тебе крайний срок. Иначе сам жениха найду.

Я плакала, умоляла, но мужчина был неумолим. И когда сосед пришел сватать своего старшего сына, отчим ухватился за эту возможность, как утопающий за соломинку.

Все знали, что Йорзес — пропойца. Что его первая жена удавилась от такой жизни. Но кого волновала моя судьба, когда на кону стояли деньги?

Если бы мама была жива…

Меня выволокли на улицу, и мысль оборвалась. Прохладный воздух обжег кожу. Зима в этом году задержалась. Шла первая неделя весны, а снег лежал плотным настом, и ветер пронизывал до костей.

А я почти голая. И в одних домашних туфлях. Сама не пойму, как успела их нацепить в этой давке.

— Да все видели, что сын ваш напился на свадьбе! — надрывалась я, уже не надеясь, что меня услышат, но просто чтобы не молчать. — Он даже на ногах стоять не мог! Всю ночь валялся на полу в спальне! А я после этого гулящая?!

— Да она ведьма! — взвизгнула свекровь. — Опоила сыночка! Вот он до сих пор и не проснулся.

— Бей ее!

Кто-то замахнулся, но я уже не ждала. Страх придал сил. Рванула так, что ткань сорочки затрещала, оставляя в руках державших меня родственников жалкий клок, оббежала дом и кинулась прочь.

— Держи!

— Куда?!

— Стой! Не уйдешь!

Я бежала по снегу, не чувствуя холода, не ощущая ничего, кроме дикого, животного ужаса. В боку кололо, дыхание сбивалось. Казалось, сердце сейчас выпрыгнет из груди. Но я не останавливалась.

Вылетела за околицу и понеслась к лесу, покидая деревню.

Умереть, замерзнув в лесу? В любом случае это будет лучше, чем попасться в руки лютующей толпе.

— Да где она?!

— Неужели в лес кинулась пропащая?!

— Хватай ведьму!

Слышала их мерзкие голоса за спиной. Визг свекрови, бас свекра, гомон мужиков, которых еще вчера считала просто соседями.

И как все сумело докатиться до такого финала? Впереди блеснула река, скованная льдом. Ступила на него, и на миг меня парализовал страх.

Что если сейчас провалюсь, уйду под воду, и все закончится? Что тогда? И все же это казалось гораздо более достойной смертью, чем быть растерзанной без причины.

Ноги сами понесли вперед, и я помчалась дальше, слушая, как под ступнями хрустит мартовский лед.

Только бы успеть!

Сзади раздался треск, затем злобные крики. Кто-то из преследователей провалился и заорал матом. Звучали даже предположения, что вновь мне удалось перейти реку, а им нет, по причине магии. Пускай думают, как им хочется. Зато мои «палачи» наконец отстали.

Я, не оборачиваясь, влетела в лес и понеслась дальше.

Ветки хлестали по лицу, по рукам да по голым плечам, оставляя царапины. Снег с веток осыпался за шиворот, таял на спине и стекал холодными ручейками.

Так я мчалась, пока хватало сил, пока ноги не подкосились, и я не упала на снег.

Долго лежала, хватая ртом воздух.

Холодно. Как же холодно. Только сейчас, когда бешеный бег прекратился, я поняла, насколько не готова к прогулке в лесу.

Сколько времени я провела на морозе? Почему небо темнеет? Как долго я уже тут лежу?

От страха вся сжалась. Села, озираясь по сторонам. Высокие сосны, усыпанные снегом, голые кусты. Птицы щебетали где-то высоко, им не было дела до замерзающей девушки.

Волосы спутались, торчали во все стороны. Я, наверное, походила на лесное чудище. Босая, полуголая, в порванной сорочке.

Надо идти. Просто продолжать двигаться. Может, до другой деревни? Но где она, эта другая деревня? Я понятия не имела, в какую сторону бежала. Зимой в лес я не заходила, всегда боялась заблудиться.

А теперь заплутала по-настоящему.

Попыталась встать. Ноги дрожали мелкой противной дрожью. Я растирала плечи руками, пытаясь согреться, но пальцы меня не слушались. Дрожала так, что зубы выбивали дробь.

Горячка бега схлынула, и разум настигла страшная мысль.

Неужели я умру здесь? После всего того, что было?

Так не хотелось умирать. Я ведь еще даже не жила по-настоящему.

Слезы хлынули сами собой. Я споткнулась о корягу, упала в снег и зарыдала в голос, уже не скрываясь. Все равно никто не услышит.

Побрела дальше, сама не зная куда. Просто шла, проваливаясь в снег, цепляясь за стволы, падая и снова вставая.

И вдруг сквозь пелену слез увидела его.

Вдали, среди темных елей, показались очертания.

Замок.

Словно зубья дракона вдали виднелись его башни.

Остановилась, вглядываясь.

Ни один человек в здравом уме не сунется в богатое поместье. Но у меня выбора не было. Либо замерзнуть в лесу, либо попросить помощи у какого-то дворянина, что здесь живет.

Я направилась к замку. Каждый шаг давался с трудом, ноги подкашивались, перед глазами плыло. Почти не соображала, просто шла на свет, как мотылек на пламя.

Подошла к воротам. Они были на удивление приоткрыты. Кто же здесь такой живет, что не боится непрошенных гостей? И стоит ли мне идти к нему?

Проскользнула внутрь, во двор, и уперлась взглядом в каменную кладку замка. Зубчатые стены, башни, пронзающие небеса. Впечатляет.

И тем не менее для меня, как для жителя деревни, всегда было загадкой, почему аристократам так нравится жить в огромном каменном мешке?

Присмотревшись, заметила, что из нескольких окон пробивался теплый вечерний свет, освещая территорию рядом со зданием. Ободренная этим открытием, побрела к главному входу. Схватила тяжелую дверь за ручку и замерла.

За спиной раздался шорох.

Холодная сталь коснулась кожи, и я даже дернуться не успела. К горлу приставили клинок.

Властный голос с хрипотцой разрезал тишину:

— Ты еще кто такая?

Глава 2

Алисия

Я очень медленно повернулась, боясь сделать лишнее движение. Лезвие у горла не давало забыть о себе ни на секунду.

На меня сурово смотрел богато одетый мужчина.

Ночь скрывала детали, но даже в темноте этот человек казался опасным. Высокий. Широкоплечий. Он нависал надо мной, как скала, или как сама смерть, пришедшая по мою душу.

Капюшон скрывал половину лица, но кое-что разглядеть мне удалось… Темные длинные волосы. Прямой нос. Четкая линия скул. Губы красивой формы, пухлые, но сейчас сжатые в жесткую линию.

Интересно, какие у него глаза?

Даже в полумраке было видно, что передо мной — красивый мужчина. Опасный и пугающий. Но невероятно притягательный. И вполне молодой. Не старше тридцати.

— Ты еще кто такая? — строго повторил свой вопрос незнакомец, воинственно раздувая ноздри. Челюсти сжаты, шея и плечи напряжены.

Я сглотнула вязкую слюну. Лезвие царапнуло кожу.

— Я… я… Мое имя Алисия, господин.

Как ни старалась, а сдержать противную дрожь мне так и не удалось.

— И что ты делаешь, Алисия, на моей территории? — клинок даже не дрогнул. — Кто тебя прислал?

От усталости и ужаса мутило. Сохранять последние силы было все сложнее.

— Н-никто м-меня… я…

Хотела объяснить, но слова застряли в горле. Рассказывать незнакомцу, что за тобой гонится разъяренная толпа с вилами? Что сбежала от пьяного мужа? Нет, этого делать точно не стоит. Мало ли, как он отреагирует?

Казалось, я сейчас рухну на крыльцо, распластавшись у ног опасного владельца местных земель.

Мир вдруг качнулся. Темнота наползла на глаза и накрыла картинку, затягивая в воронку.

—Ты издеваешься? — голос донесся будто издалека.

Почувствовала, что падаю. Но земли не достигла. Чужие руки подхватили меня, не дав рухнуть на холодные плиты.

Сильные руки. Такие горячие, что я невольно прижалась к ним, ища источник тепла и впитывая его каждой замерзшей клеточкой тела.

— Проклятье, — вздохнул мужчина надо мной. — Только этого не хватало.

А потом мое тело куда-то понесли. Я чувствовала, как покачивается мир в такт шагам, как колотится где-то рядом чужое сердце. Или это мое собственное так стучит? Я уже не могла разобрать.

Прижалась щекой к чему-то твердому и теплому и уловила приятный запах с древесными нотками. Мышцы под моей щекой будто окаменели.

Над ухом пробурчали:

— Замерзла совсем, дуреха. В одной сорочке по лесу шастает. И что мне с тобой прикажешь делать?

Было так тепло и уютно, что хотелось просто уснуть. Впервые за этот бесконечный день я почувствовала себя в безопасности.

Наверное, потому что мозг окончательно отключился, уплывая в царство сна.

— Эй, — чья-то рука коснулась щеки. Сначала легко, потом сильнее. — Очнись давай. Не смей отключаться.

Не церемонясь, меня потрясли за плечи, потом легонько шлепнули по щеке.

Почему меня снова бьют? Кошмар не закончился?

С трудом открыла глаза.

Оказывается, меня посадили на деревянный стул с высокой спинкой. Передо мной простирался зал. Огромный, темный, освещенный лишь тусклым светом магических светильников на стенах.

Ого! Какая роскошь. Магические светильники не часто встретишь. Я замерла, разглядывая их. Очень дорогое удовольствие. В нашей деревне таких не было даже у старосты. А здесь они висели через каждый шаг.

— Если ты за подаянием, то предупреждаю сразу. Попрошаек я не терплю.

Хриплый голос вырвал меня из разглядывания обстановки. Я перевела взгляд на говорившего.

Мой спаситель стоял у камина, опершись рукой о каминную полку. В отсветах огня блеснула фибула. Знак знатного рода. Такими украшали свои одежды аристократы.

Я крепко зажмурилась, надеясь, что все это окажется сном, и я проснусь в своей постели, но мужчина никуда не исчез.

Капюшон был откинут, и я разглядела лицо богатого незнакомца полностью. Темные волосы, острый взгляд. Глаза оказались серыми. Светлыми, почти прозрачными, как лед на реке.

Красивый. Вот только настрой мужчины не назвать было дружелюбным. Хмурые глаза смотрели строго, принимая меня за диковинную зверушку, что пробралась на королевский бал.

Я поежилась под пристальным взглядом хозяина замка.

— Я милостыню не подаю, — продолжил дворянин жестко. — Приходили тут юродивые, помню. Мне нахлебников не надо.

Слова укололи прямо в сердце. Отчим тоже называл меня нахлебницей. Лишним ртом, который нужно кормить. Я вспыхнула, чувствуя, как щеки заливает краской.

— Так чего тебе надо? – вырвал из зыбких воспоминаний меня аристократ.

Как бы я ни боялась этого человека, студеной ночи страшилась того сильнее.

Я сглотнула, готовясь начать умолять мужчину не выкидывать меня за порог. Сейчас это было бы сродни смерти.

Надо что-то ответить, что-то придумать, иначе мне не жить.

— Я ищу работу, — выпрямилась на стуле, насколько позволили силы. Облизнула пересохшие губы. Сглотнула вязкую слюну.

Лорд криво усмехнулся. Глаза холодно блеснули. Кажется, только сейчас он действительно рассмотрел меня как следует. Сорочку, порванную и едва прикрывавшую тело. Ноги в царапинах. Спутанные волосы.

Скользнув по голым коленкам, взгляд мужчины потемнел, став тягучим, оценивающим. Прошелся по груди и рваной одежде.

От такого внимания внутри все сжалось. Жар прокатился по коже. Разум бессердечно подкинул напоминание о моем внешнем виде и о том, на кого я сейчас похожа.

— Что, в городе клиенты закончились? Или на аристократов потянуло? – дворянин хмыкнул, скривил губы. – Если ты из жриц любви, то я такими услугами не интересуюсь. Могла с нарядом не стараться.

— Я… Нет, что Вы! — скрестила руки на груди, прикрываясь и чувствуя, как горит лицо от стыда. — Я не… я не такая!

— Не такая? Все вы так говорите. Твои товарки тоже приходили, — пожал плечами он. — Не пойму, почему сюда всех вас тянет? Если мужчина не женат, это еще не значит, что он хочет спустить все свои богатства на проституток. Или ты в содержанки метишь?

— Я не хочу становиться Вашей любовницей! — выпалила, чувствуя, как к стыду примешивается злость. — Я всего лишь хотела помогать по хозяйству. Убирать, стирать, готовить.

— Да? — мужчина приподнял бровь недоверчиво, окидывая меня насмешливым взглядом. — А чего так вырядилась тогда?

Губы задрожали. Я не хотела плакать на глазах у жестокого аристократа, но слезы все равно застили глаза. Проморгалась. Слова застревали в горле, и пришлось выдавливать их через силу:

— Так получилось.

Я не знала этого человека, не знала, можно ли ему верить. То, что он не дал мне замерзнуть насмерть, еще ничего не значило.

Незнакомец еще раз посмотрел на меня, и в серых глазах мелькнуло недоверие, смешанное с любопытством, но вдаваться в подробности он не стал.

— Ладно, — неожиданно выдал аристократ. — Не сидеть же тебе и впрямь так.

Затем отвернулся и крикнул куда-то вглубь замка:

— Марес!

Я услышала шаркающие шаги, и через минуту в зале появился пожилой мужчина. Сухопарый, с седыми волосами, убранными в хвост, и глубокими морщинами на лице. Взгляд цепкий, недоверчивый. Смотрел на меня так, будто я уже что-то украла.

— Марес, принеси что-нибудь, во что эта… девушка могла бы одеться. — Лорд махнул рукой в мою сторону. — И плед.

Слуга кивнул и вышел так же бесшумно, как появился.

Даже не спросил, кто я. Или в замке не принято задавать хозяину вопросов?

Благодарно перевела взгляд на лорда. Он стоял ко мне вполоборота, глядя в огонь. Я разглядывала его профиль, широкие плечи, руки. Одежда натянулась на могучей груди, не скрывая внушительного рельефа. Раньше мне не приходилось встречать таких мужчин. И это пугало.

— Я правда готова работать, господин, — выпалила я с горячей готовностью приступать хоть сейчас же. — И многое умею. Вы не пожалеете, что наняли меня. И судя по пыли вон в том углу, лишние слуги Вам не помешают.

Мужчина зыркнул зло, и я тут же втянула голову в плечи, пожалев о своих словах.

— Вопрос не в том, что ты готова предложить, а в том, что нужны ли мне твои услуги.

Я хотела сказать еще что-то, лишь бы убедить дворянина в своей эффективности, но в этот момент вернулся Марес. В руках у него был шерстяной плед и платье из темной ткани. Видимо, наряд местных слуг. Он молча положил все это на стул рядом со мной.

— Прикройся, — хозяин замка подошел ко мне так близко, что я почувствовала волны жара, что исходили от него.

До чего же он высокий!

— Спасибо, — поспешно накинула плед на плечи и взяла платье.

— Ты устала и напугана, – я почувствовала, как взгляд цвета бури скользит по моему лицу, спускаясь по шее ниже. – Я позволю тебе переночевать в моем замке, но завтра ты должна покинуть это место.

Я хотела возразить, но серые глаза лорда смотрели неумолимо.

— Марес, проводи девицу в комнату для прислуги. Пусть переночует. И принеси что-нибудь с кухни. Не хочу, чтобы наша проблемная гостья померла с голоду.

Слуга кивнул и посмотрел на меня выжидающе, как бы приглашая идти за собой.

— Могу я узнать Ваше имя, господин? – осмелилась я.

Аристократ помедлил.

— Кайден Торн.

Невольно я отпрянула от мужчины, округлив глаза, и тут же пожалела о своей резкости.

О, Боги! Кайден Торн. Тот самый проклятый дракон, о котором шептались по углам.

Алисия, дыши глубже. Нельзя показывать своего страха.

Этого просто не может быть. Из всех возможных мест я пришла в самое неподходящее.

Мурашки пробежали по коже, когда мужчина склонился ко мне и, опалив дыханием, прошептал:

— Что, еще хочешь остаться в замке Проклятого дракона?

Визуалы 1

Дорогие читатели, давайте знакомиться с героями.

Наша героиня

Алисия не стала терпеть навязанного мужа и его отвратительных родственников. И сбежала, чтобы сама выбрать свою судьбу.

Генерал-дракон

Кайден Торн не привык доверять людям и давно не верит в любовь. Однако, он не настолько жесток, чтобы бросить беззащитную девушку в беде.

Глава 3

Алисия

Свадебный перезвон колоколов. Я в белом свадебном платье. Гости пялились, перешептывались, а я стояла как истукан рядом с Йорзесом, от которого разило перегаром за версту.

А потом меня поволокли в спальню. Родственницы мужа — толстые, краснорожие бабы, которым дела не было до моего нежелания выходить замуж.

Самая старая среди женщин посоветовала не перечить мужу, все делать как он велит, тогда и тумаков не получу. И после выданного совета троица «помогальщиц» растворилась за дверью.

Оставшись одна, я села на краю кровати, обхватив колени руками, и слушала, как за стеной гуляет свадьба. Пьяные крики, громкий смех, звуки пляски. А у меня внутри все замерло в ожидании кошмара.

Дверь распахнулась, и на пороге появился Йорзес. Шатаясь, он ввалился в комнату и уставился на меня мутными глазами. Губы растянулись в пьяной улыбке.

— Не надо, — прошептала я. — Пожалуйста, не надо...

Распахнула глаза и резко села. Сердце в груди бешено колотилось, по щекам текли слезы. Провела ладонями по лицу, стирая влагу.

Огляделась. Комната была маленькой, тесной, с высоким потолком. Сквозь узкое окошко пробивался серый утренний свет. Тонкое шерстяное одеяло сползло на пол, пока я металась во сне.

Сердце болезненно сжалось от воспоминаний. Все это был не просто кошмар. Меня действительно выдали замуж против воли. И сейчас я нахожусь в самом страшном месте во всей округе.

Вчера новость о том, что я сама того не ведая, вышла к владениям Проклятого дракона, повергла меня в шок. Чего только ни рассказывали про лорда и этот замок.

В тот момент даже подумалось: «А может, лучше было бы замерзнуть в лесу?» Но потом дворецкий проводил меня в комнату, принес с кухни остатки пирога. Обманчивое чувство поселилось в душе. Надежда. А вдруг все эти россказни просто дурные слухи? Мне даже начало казаться, что жизнь налаживается.

Стоит сказать, несмотря на все слухи, в этом месте со мной ничего жуткого не случилось. Пока что.

Перед лицом возник образ лорда дракона. Сильные руки, что так крепко прижимали меня к себе, холодные серые глаза, глядящие с недоверием.

И почему в народе говорят, что он уродлив? Это ведь неправда.

Лорд Торн сказал, что сегодня я должна уйти.

А куда мне идти? Без денег, без вещей, без единой родственной души на всем белом свете? Если бы только удалось убедить его взять меня на работу служанкой...

Я нахмурилась, глядя в потолок. Наверняка, лорд позволит мне еще один разговор. Вчера он выглядел уставшим и раздраженным, но не злым. Может, если подобрать правильные слова...

— Эй, ты! Вставай!

Вздрогнула от чужого голоса и повернула голову.

В дверях стояла девушка. Молоденькая, с русыми волосами, заправленными за уши. Домотканое платье, точно такое же, какое мне дали вчера, еле сходилось на груди, обрисовывая каждый изгиб. Длинная юбка ниспадала почти до пола, скрывая ноги.

Карие глаза придирчиво оглядели меня. Девушка скривила губы.

— Как тебя там? — бросила она, недружелюбно окинув меня цепким взглядом.

Я села на кровати, поправляя сбившееся одеяло.

— Меня зовут Алисия.

— Я — Гретта. Если не хочешь остаться голодной, быстро за мной.

Девица развернулась и вышла, даже не убедившись, что я последую за ней. Пришлось быстро подниматься и бежать следом, чтобы не потеряться в коридорах.

Что я ей такого сделала? Откуда этот враждебный взгляд? Мы даже не знакомы.

Коридоры замка тянулись бесконечной чередой. В утреннем свете они казались не такими мрачными, как ночью.

Честно говоря, я еле поспевала за этой Греттой. Девушка шагала вперед чрезвычайно резво, не оборачиваясь. Гордо держала подбородок вверх, будто благородная. Отчего-то меня насмешил ее напыщенный вид.

Наконец мы вошли в просторное помещение, в котором пахло жженой кашей. Кухня.

Огромный очаг занимал почти всю стену. В углу стоял длинный деревянный стол. С потолка свисали связки сушеных трав и лука. На полках вдоль стен громоздилась глиняная посуда.

У очага возился парень. Лет двадцати пяти, не многим старше меня. Светлые вихры торчали во все стороны, на щеке след сажи. Он сосредоточенно помешивал что-то в котле, время от времени поглядывая внутрь и неприязненно морщась. Вкусным творение его не выглядело.

Гретта ткнула в меня пальцем:

— Эй, Лиам, накорми эту девицу. Хозяин велел.

Парень обернулся, расплывшись в улыбке. Зеленые глаза смотрели так дружелюбно, что я сразу перестала чувствовать себя здесь чужой.

— О, у нас гости! — он отложил длинную ложку и вытер руки о фартук. — А меня Лиам зовут. Я тут сегодня за повара. Если это можно так назвать.

Мой новый знакомый подмигнул, и я невольно улыбнулась в ответ.

— Алисия.

— Очень приятно, Алисия. Садись за стол. Изысков не обещаю, но чем богаты, тем и рады.

Гретта фыркнула и вышла, не попрощавшись. Я проводила ее взглядом, присев на лавку у стола. Лиам уже тащил миску с дымящейся едой и деревянную ложку.

— Держи.

Заглянула в посудину. Там обнаружилась та самая горелая каша, которой пахло на всю кухню.

На вкус не лучше, чем на запах. Вся в комочках. Еще и пересоленая.

Я с трудом проглотила и столкнулась взглядом с Лиамом.

— Ну как? — поинтересовался он с такой искренней надеждой, что я не решилась обидеть.

Старался же человек.

— Н-неплохо, — соврала, давясь. — Только... немного солоновато.

— Ага, — вздохнул Лиам и плюхнулся на лавку напротив. — Я сам знаю, что невкусно. А иначе не умею. Повариха сейчас в отъезде. Уехала на свадьбу к дочери, да так пока и не вернулась. Вот и мучаемся.

Я смотрела на него, размышляя... Вот она, возможность. Если лорд Торн ищет повара, а я умею готовить…

— Слушай, Лиам, а лорд Торн сейчас где? Мне нужно с ним поговорить.

— В кабинете, наверное. Он обычно по утрам там сидит. А что?

— Хочу попроситься на работу, — призналась, бесцельно гоняя кашу по тарелке. — Сказал, что сегодня я должна уйти, а мне идти-то некуда.

Парень кивнул.

— Понимаю. А ты не боишься? В смысле, что про замок и хозяина не лучшие слухи ходят.

В голове тут же промелькнули все самые страшные байки, что рассказывали про это место.

— Боюсь, — честно ответила, заправив локон за ухо. — Но на улице умру быстрее.

Не справившись с кашей, я отставила плошку, виновато глянув на повара.

— Логично, — парень встал и махнул рукой. — Пошли, провожу. Только предупреждаю: хозяин с утра бывает хмурым. Особенно, когда не выспится.

Кабинет лорда Торна находился на втором этаже, в башне. Лиам довел меня до двери и шепнул:

— Дальше сама. Удачи.

Я глубоко вздохнула, пытаясь унять бешеный стук сердца. Вытерла вспотевшие ладони об юбку и постучала.

Рука замерла в дюйме от двери.

Что если я сделаю только хуже и своими словами приведу проклятого лорда в ярость?

— Войдите, — сухо прозвучало из-за двери.

Толкнула тяжелую дубовую дверь и переступила порог, оглядываясь по сторонам.

Кабинет оказался просторным, но сумрачным. Шторы на высоких окнах были задернуты неплотно. Серый утренний свет просачивался внутрь тонкими полосками, рисуя полосы на каменном полу.

Лорд Торн сидел за массивным дубовым столом вполоборота ко мне. Волосы беспорядочно взлохмачены, скрывая лицо. Скудное освещение выхватывало из темноты лишь жесткую линию челюсти и плотно сжатые губы.

Он даже не повернул головы, продолжая что-то писать.

— Я ведь сказал: сегодня ты уходишь... как там тебя?

— Алисия, господин.

От сухого тона по моей спине пробежал холодок.

— Я помню, — сделала шаг вперед и остановилась, не решаясь подойти ближе. — Но я надеялась… уговорить Вас пересмотреть свое решение.

Перо остановилось, чиркнув по бумаге. Кайден Торн отложил перо и откинулся на спинку кресла.

— Пересмотреть? — спросил лорд с легкой насмешкой в голосе. — И с какой стати я должен это делать, Алисия?

Визуалы 2

Дорогие читатели, продолжаем знакомиться с героями истории.

Стервозная и эффектная Гретта недружелюбно встретила Алисию. Как думаете, в чем причина?

А вот и дружелюбный Лиам. Парень временно замещает повариху. Он без понятия, что приготовить, чтобы генерал-дракон не откусил ему голову. Помогите Лиаму с рецептами :)

Глава 4

Алисия

— Пересмотреть? — спросил лорд с легкой насмешкой в голосе. — И с какой стати я должен это делать, Алисия?

Его резкость задела мою гордость. Я сглотнула, чувствуя, как предательски дрожит голос, но заставила себя говорить убедительно:

— Слышала, ваша повариха уехала. Я могу занять ее место. Готовлю куда лучше Лиама. Могу мыть полы, стирать, убирать, ухаживать за скотом, если он у вас есть. Я все умею, господин. Меня не испугает никакая работа.

Говорила быстро, боясь, что аристократ прервет меня, не дослушав. Но лорд молчал.

Наконец он медленно повернул голову.

— Сколько тебе лет, Алисия?

Вопрос застал меня врасплох.

— Двадцать, господин, — ответила, теребя ткань платья.

— Двадцать, — повторил он, задумчиво постучав по подбородку. — А выглядишь на все шестнадцать. Тощая, в драной сорочке, пришла из леса. Ты правда думаешь, что я поверю в сказку про сиротку, которая просто ищет работу?

Внутри все оборвалось. Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но мужчина не дал вставить и слова.

— Я не люблю лишних людей, — отрезал Кайден Торн жестко. Холодный взгляд серых глаз будто пытался во мне пробуравить дыру. — Мне хватает тех слуг, что есть. И знаешь, что еще? Я терпеть не могу лжецов. Ты явно что-то не договариваешь, и я это чувствую. А лжецов я не прощаю никогда. Однажды уже поверил в ложь. На всю жизнь хватило.

Лорд встал из-за стола, и даже в полумраке стала видна его мощная фигура. Удивительно, но при таких габаритах мужчина двигался с грацией дикого барса, и от этого зрелища у меня мурашки бежали по коже.

— Есть только два типа людей, которых я ненавижу, — продолжил он, отвернувшись от меня к окну. — Лжецы и ведьмы. От них все зло. И тех, и этих стоило бы изничтожить.

Последние слова ударили молотом, от них внутри похолодело. Как он жесток! Но разве я лгунья? Да, я не рассказала ему всей правды. А разве должна?

— Я не лгу, господин, — прошептала, и голос предательски дрогнул.

— Но недоговариваешь. — Он резко обернулся, впился в меня взглядом. — А всю правду сказать не судьба?

Ледяной тон резанул по сердцу. Слезы защипали глаза. Я прикусила губу, сдерживаясь, и задрала подбородок вверх, чтоб не дать непрошенным каплям сорваться с ресниц.

Зачем он меня так мучит?

— Откуда ты сбежала? Из публичного дома? Я должен знать, кто ночует под моей крышей.

Внутри закипела ярость. И почему же мужчины думают о том, что каждая девушка в беде обязательно окажется особой легкого поведения?

— Я уже говорила, что не проститутка. И я не сделала ничего дурного, — почти выкрикнула я. И более мирно добавила. — Честное слово. Просто … я не могу вернуться туда, откуда пришла.

Подняла глаза, ища в драконе хоть каплю сочувствия. Но увидела лишь напряженную спину мужчины.

Кажется, он и слушать меня не хочет. Уже все решил.

— Меня это не касается.

Ноги сами понесли меня к нему. Я понимала, что трогать разгневанного лорда не лучшая затея, но не смогла остановиться.

Отступать нельзя.

— Молю, — пересекла разделяющее нас пространство. Одинокая слезинка все же скатилась по щеке, и я не сдержала всхлипа. — Мне некуда идти. Я замерзну в лесу! Вы же не можете просто вышвырнуть меня за порог, обрекая на верную смерть?!

— Перестань реветь, — рявкнул мужчина недовольно. — Я не выношу бабских слез.

Но я не могла остановиться. Уже не контролировала себя. Отчаяние захлестнуло волной. Сделав еще шаг к лорду, схватила мужчину сзади за камзол, сжав в кулаке темно-синюю ткань:

— Послушайте, если вы меня выгоните, я погибну. Пожалуйста…

— Хватит!

Кайден стремительно развернулся ко мне всем корпусом.

Я замерла, моргнув растерянно. Едва сдержалась, чтобы не охнуть и не отвести взгляда.

Отпустив его одежду, отшатнулась, но лорд теперь сам схватил меня за локти, не дав отстраниться. Сквозь ткань я ощутила обжигающий жар его ладоней.

О, боги!

Левую половину лица от виска до нижней челюсти покрывала чешуя. Она поблескивала в скупом свете и переливалась словно драгоценные камни.

По коже пробежала волна жара, окрасив щеки румянцем. Сейчас дракон был так близко, что я не понимала, какое чувство сильнее, страх или неподвластное мне волнительное чувство в груди. Все же лорд был красивым мужчиной, и даже чешуя его не уродовала.

Не могла отвести взгляд от глаз, которые притягивали меня, как магнит. А сама сгорала от любопытства.

Почему он такой? Неужели это с рождения? Да и как такое возможно?

Еще вчера я видела лицо этого человека, и ничего подобного на нем не было.

Или я не заметила по причине того, что от холода плохо соображала?

Лорд Торн смотрел на меня в упор, раздувая ноздри. Серые глаза горели ледяным бешенством.

— Ну что? — усмехнулся он зло. Лоб перечеркнула вертикальная морщина. — Не красавчик, да?

Мужчина отпустил меня.

Я попятилась, споткнувшись о край ковра, и едва не упала. Успела схватиться за спинку стула, но взгляд не отводила. Не могла.

Лорд шагнул ко мне, и я вжала голову в плечи, вцепившись в стул мертвой хваткой.

— Теперь ты понимаешь, почему я не держу лишних слуг? Не всем нравится, знаешь ли, когда люди от них шарахаются. — Мужчина повел плечом, и я с ужасом заметила, что чешуя не заканчивается на лице — она уходит за воротник, прячась под одеждой. — Я чудовище, девочка.

Кайден Торн отвернулся, и мне показалось, что в его глазах мелькнула горечь. Или это игра света?

— Проклятый дракон. Так меня называют. И знаешь что? Они правы.

Я молчала не в силах ответить что-либо.

— Я не терплю женских слез, — внезапно мужчина будто сам себя остановил и добавил устало. — Так что хватит реветь. Собирайся и уходи. Обратишься к экономке, она даст тебе еды в дорогу…

Аристократ развернулся и шагнул ко мне будто хотел сказать и что-то еще, как вдруг дверь распахнулась без стука.

На пороге стоял Марес. Дворецкий выглядел взволнованно. Насколько вообще мог выглядеть взволнованным этот невозмутимый старик.

— Господин, — начал слуга, бросив на меня быстрый взгляд. — Простите мне мое невежливое вторжение. Но к Вам пришли незваные гости.

— Кто? — произнес лорд Торн, даже не пытаясь скрыть раздражение.

— Староста ближайшей деревни. И с ним люди. Много людей. — Марес помедлил. — Они утверждают, что в замке укрывается опасная преступница, которую они намерены судить. Требуют выдать ее.

Две пары глаз уставились на меня.

Марес – с холодным любопытством, словно оценивая, сколько проблем я могу доставить.

Лорд Торн – с прищуром, в котором читалось недоверие.

Меня накрыло ледяной волной ужаса.

Нашли.

Они меня нашли.

— Ты все еще ничего не хочешь мне сказать? – шепнул аристократ над самым моим ухом.

Глава 5

Кайден

Я заметил, как девчонка сжалась. Вся превратилась в комок страха, вцепившись побелевшими пальцами в спинку стула.

Смотрела на меня своими огромными синими глазищами. В них жила надежда, борясь с ужасом, будто я уже вынес ей приговор.

Забавно. Обычно женщины смотрят на меня с вожделением или с отвращением, если видят чешую.

А пигалица глядит так, словно я ее единственная надежда. Иронично.

И все же Алисия темнит. Ни в чем не повинна? Невиновные люди так себя не ведут.

— И что же она совершила? — лениво поинтересовался я у Мареса.

Ни к чему, чтобы слуги в замке знали, что у их хозяина почему-то случился приступ добросердечия к безродной девчонке. Пусть и дальше боятся меня. Так людьми проще управлять.

Дворецкий переступил с ноги на ногу.

— Они не говорят, господин. Требуют выдачи.

Я снова посмотрел на девушку. Тонкие пальчики заправили прядь светлых волос за ухо.

Почему я вообще слежу за ее движениями?

Алисия.

Имя ей шло — какое-то… легкое, невесомое. Несмотря на всю эту дурацкую ситуацию с побегом, драной сорочкой и ночным визитом, девушка всю ночь не выходила из моей головы.

Только по одной этой причине следовало бы ее отсюда услать как можно дальше. Но выгнать ее вчера было бы слишком жестоко.

Интересно, она всегда влипает в неприятности? Или это разовая акция?

— Так в чем тебя обвиняют? — спросил, теряя терпение. Навис над бедняжкой, вдыхая будоражащий аромат ее кожи.

Блондинка замотала головой, рассыпав золотистые локоны по плечам.

Еще одно оружие женщин. И зачем они вообще ходят с распущенными волосами? Это ведь нечестно! Так и хочется зарыться рукой в светлые пряди, ощутить их мягкость.

— Я ничего не делала, господин. Честное слово.

Взгляд упал на ее пухлые губы. Интересно, какие они на вкус?

В глазах девицы мелькнуло что-то похожее на мольбу. Либо она гениальная актриса, либо действительно жертва обстоятельств.

Впрочем, женщины, как я уже убедился на собственной шкуре, умеют быть виртуозными лгуньями.

Но эта… слишком молода и напугана. Хотя внешность бывает обманчива.

— Ладно, сейчас разберемся. Любопытно посмотреть, кто же так отчаянно жаждет заполучить мою нежданную гостью.

Я направился к двери, краем глаза заметив, как Алисия вздрогнула и сделала движение, будто хочет последовать за мной.

Боится, но не хочет оставаться одна?

Марес вышел следом, прикрыв дверь. Я двинулся к лестнице, ведущей во внутренний двор, и мысли сами потекли в привычном, циничном русле.

Эта девчонка не похожа на закоренелую преступницу. Слишком чистая что ли.

И почему-то при мысли, что Алисия может оказаться полна коварства, внутри шевельнулось глухое раздражение. Нет. Не раздражение. Досада. Будто я надеялся, сам не зная на что.

Тряхнул головой, отгоняя лишние мысли. Сейчас не до размышлений. Сначала надо разобраться с непрошеными гостями.

Внутренний двор замка встретил меня холодным ветром и десятками пар глаз. Морозно, наверное. Мне этого не понять. Сердце дракона гонит по венам кипящую кровь. Я никогда, в принципе, не мерзну.

Люди толпились у ворот, теснясь друг к другу, будто искали защиты в стаде. При моем появлении они дружно отшатнулись.

Я не стал накидывать капюшон. Пусть смотрят. Пусть видят, кого пришли тревожить.

По толпе прокатился сдавленный вздох. Какая-то баба в платке взвизгнула и принялась быстро осенять себя защитным знаком. Видимо, надеялась, что это отпугнет дракона.

Вот дурная! Не устаю удивляться человеческой глупости.

Мужик рядом с ней побледнел и выронил вилы, которые со звоном грохнулись.

Даже староста, стоявший впереди, заметно побледнел, но удержался на месте. Видимо, должность обязывала сохранять хоть каплю достоинства.

Я осклабился. В душе, конечно, кольнуло, как всегда, бывало, когда люди шарахались от моей внешности.

Но порой этот страх бывает полезен. Особенно в моменты, когда пора напомнить, кто здесь хозяин. Пускай трясутся от страха.

Взгляд скользнул по толпе, цепляя детали. Староста — мужик лет пятидесяти в лисьей шапке. Неплохо видать нагрел руки. Таким палец в рот не клади — сразу руку откусят и не подавятся.

Рядом с ним топтался усатый тип в красной рубахе, с наглой рожей и маслеными глазками, которые так и шныряли по сторонам. Неприятный тип.

Толстая тетка в синем шерстяном платье, подбоченившись, глядела исподлобья.

Несколько мужиков с вилами, бабы в платках, подростки. Обычная деревенская делегация, собравшаяся вершить «справедливость». Умора.

— По какому поводу вы нарушили границы моих земель? — громогласно осведомился я. Голос разнесся над двором, и толпа притихла. Даже ветер, казалось, поутих.

Староста сделал шаг вперед, униженно поклонился. Прямо артист.

— Простите великодушно, ваша милость, — заговорил он вкрадчиво. — Не по своей воле мы тут, беда у нас. Девка одна сбежала, Алисия. Наша она, крестьянская. Муж ее законный, Йорзес, — дед указал куда-то в сторону, — один мается. Мы ее ищем, ищем, а она, видать, к вам в замок подалась. Уж простите, коли не вовремя, но вернуть бы ее надо.

Я слушал и краем уха ловил звуки из замка. Слух дракона позволял различать даже тончайший шум. Девчонка не удержалась, подошла к двери подслушивать. Затаилась и дрожит.

— В чем же ее вина? — задумчиво протянул. — Что она такого нарушила? Украла что-то? Убила кого?

— Да как же, ваша милость! — всплеснул руками староста, не уловив сарказма. — Брачные обеты нарушила! От мужа законного сбежала! А жена при муже должна быть, это каждому ребенку ведомо.

— Да, жена должна быть при муже! — поддакнула толстая тетка в синем платье, выступив вперед. Голос у нее оказался под стать фигуре — басовитый. Такая если припечатает словом — мало не покажется.

Староста покосился на нее с неудовольствием. Видимо, не любил, когда его перебивают, но продолжил:

— Молодые они, только свадебку справили. Не поделили чего-то, дело житейское. А она возьми и сбеги. Мы по-соседски, по-людски хотим все уладить. Вернуть беглянку, чтоб муж с женой помирились.

Я слушал и внутренне усмехался. Льстивый тон старосты, и это его «мы по-людски» — все это было шито белыми нитками.

Знал я этого прохиндея. Не раз доходили слухи, как он обирал вдов, подсовывал невыгодные сделки сиротам. Ему бы только выслужиться перед теми, кто сильнее и богаче, а на судьбу какой-то девчонки плевать с высокой колокольни.

Я чуть повернул голову, покосившись на дверь, за которой замерла моя проблемная гостья.

Про мужа-то она не сказала ни слова.

Интересно, что этот муж сотворил, если девчонка решилась бежать в лес в одной сорочке? С ума сойти — в лес, в такую холодину, почти голая. Не от хорошей жизни так бегут.

Я покосился на толпу. На этого ее «мужа».

Бедная девочка.

Этот Йорзес, судя по всему, тот еще экземпляр. Но что именно произошло?

Мысли сами собой свернули в привычное русло размышлений о здешних порядках. В деревнях женщина существо бесправное.

Даже богатая аристократическая вдова имеет больше прав, чем крестьянка, но все равно ограничена. А уж среди бедных — полная кабала.

Девушка не может наследовать, всем распоряжается ближайший родственник-мужчина. Захочет — выдаст замуж, захочет — при себе оставит служанкой. И если выдал замуж, то все: супруг становится полным хозяином и имущества, и тела жены.

Развод? Его практически нет. Даже если муж пьет, бьет, изменяет, жена не может обратиться к королю.

А вот муж, узнай он о неверности жены, имеет полное право хоть забить ее до смерти на главной площади.

И по закону ему ничего не будет. В старину так и делали сплошь и рядом. Сейчас, правда, пореже, но случаи бывают.

Дикие традиции. И эти люди еще называют меня чудовищем.

— Так что, Ваша милость! — староста нетерпеливо переступил с ноги на ногу. — Вернете девку?

Глава 6

Кайден

Вопрос старосты вывел меня из размышлений. Я сжал кулаки, чтобы не дать волю рукам и не стукнуть эту наглую морду. С меня станется. Драконья ярость не шуточная вещь.

— И по такой ерунде ты смеешь меня беспокоить? Не знаешь, кто я такой? — рявкнул, нахмурив брови. — Нарушения я не вижу. Ваша девка не сбежала.

Староста опешил. Глазки его забегали еще быстрее, бороденка задрожала.

— Как же не сбежала? А где ж она?

— Здесь она, — спокойно ответил я. — И находится тут на совершенно законных основаниях.

— Да как же так? — встрял усатый тип в красной рубахе. Староста злобно зыркнул на него.

— Не перебивай лорда, Каюс! — прошипел он.

— Ваша пропажа, — сделал паузу, обводя взглядом толпу, — всего лишь отдавала дань традиции.

— Какой такой традиции, батюшка? — насторожился староста.

— Право первой ночи, — ответил я, глядя ему прямо в глаза. И добавил с легкой усмешкой. — Вы что, забыли, на чьих землях живете?

Толпа ахнула. Бабы зашептались, мужики переглянулись. Староста открыл рот и закрыл, не найдя нужных слов.

Я усмехнулся, довольный эффектом.

За дверью сердце Алисии забилось с такой силой, что я отчетливо услышал его даже сквозь каменные стены. Только бы глупостей не наделала.

Понимаю, что страшно ей. Со страху даже умные люди иногда такие глупости творят, что потом приходится долго разгребать.

А эта бедовая не слишком-то похожа на обстоятельную даму. Того и гляди, выкинет какой-то фортель.

— На землях нашего королевства испокон веку действует право лорда на первую брачную ночь с любой невестой, живущей на его территории, — продолжил я, наслаждаясь произведенным впечатлением. — Я как лорд имею право спросить с любой девушки, вышедшей замуж на моей территории. Вот и предъявил свое право. Невеста, как честная девушка, явилась ко мне сама. Все по закону.

— Да как же так? — выкрикнул кто-то из толпы. Я сразу выцепил взглядом говорившего — молодой мужик в свадебной рубахе, неопрятный, с опухшей рожей и мутными глазами. Муж, стало быть. Вырядился, как на праздник, хотя от него за версту разило перегаром. Даже на таком расстоянии я чувствовал этот мерзкий запах. Красавец, ничего не скажешь.

И тут меня кольнуло. Мысль, что этот… увалень мог прикасаться к Алисии, иметь на нее какие-то права, вызвала глухую волну раздражения. Я даже сам себе удивился.

С чего бы? Она мне никто. Просто случайная заноза. Но внутри уже закипало что-то собственническое.

Нет, это бред. Я не ревную. Просто презираю таких, как этот недомуж. Вот и все.

— А вернете-то ее когда? — заискивающе поинтересовался главный хитрец деревни, старательно изображая любезную улыбку. От старосты так и разило фальшью. — Девка-то нужна, хозяйство там, муж Йорзес заждался.

Я посмотрел на Йорзеса. Тот стоял, переминаясь с ноги на ногу, и, кажется, даже не вполне понимал, что происходит. Муж, называется. Да он едва на ногах держится.

— Верну, — ответил я небрежно, растягивая слова. — Как насыщусь ее телом. Не натешился еще. Так что пока она моя гостья. Придется вашему Йорзесу потерпеть. Надеюсь, он не рассыплется от воздержания?

За дверью что-то стукнуло. Кажется, беглянка Алисия отшатнулась от двери и споткнулась о что-то.

Я мысленно поморщился. Только бы не сбежала, дуреха. Но дыхание ее оставалось на месте — подслушивала дальше.

В толпе зароптали. Йорзес побагровел, сжал кулаки, но подойти не решился — правильно, боится. Толстая тетка в синем платье запричитала, заохала, прижимая руки к пышной груди.

— Это ж как же? По закону ли? — загомонили голоса.

— По закону, — отрезал я жестко. — Если сомневаетесь, можете в королевский архив за справкой обратиться. — И снисходительно добавил. — Если кто-то читать из вас умеет.

Староста замахал руками так, что лисья шапка съехала набок:

— Да что вы, что вы, ваша милость! Мы верим, верим. Дело житейское, традиция, конечно… Мы люди маленькие, нам бы по-хорошему…

— Вот и ступайте по-хорошему, — подвел черту. — Девку получите позже. Все свободны. И передайте там, в деревне. Если еще раз увижу кого на своих землях без приглашения, разговаривать буду по-другому. Огнем, например.

Толпа еще потопталась, пошумела, но стала рассасываться. Староста, отвесив еще один поклон, попятился к воротам, увлекая за собой мужиков.

Тот, что в красной рубахе, обернулся и зло зыркнул на замок, прежде чем скрыться за воротами. Я запомнил этот взгляд. Опасный тип. Нужно будет за ним приглядеть.

Когда последний крестьянин вышел за ворота, я развернулся и не спеша направился обратно в замок. Мысли роились в голове, как встревоженные пчелы.

Что я только что сделал? Прикрыл беглянку, обманул крестьян, сославшись на дурацкое право, которым никто не пользовался уже лет сто.

Зачем? Из простого упрямства? Из жалости? Или потому, что эта девчонка с испуганными глазами и дрожащими губами зацепила что-то внутри?

Вроде и не было в ней ничего такого.

Я вошел в зал. Алисия стояла у окна, вцепившись в подоконник, бледная как полотно.

Увидев меня, девчонка вздрогнула и выпрямилась, пытаясь скрыть страх. Прикусила губу.

Остановился напротив, глядя сверху вниз на это растерянное личико.

— Ну что, Алисия. Кажется, я только что спас тебя от разъяренной толпы. Ценой собственной репутации, между прочим. Теперь вся деревня будет считать меня похотливым чудовищем, которое тащит в постель первую встречную крестьянку.

Она сглотнула, молча глядя на меня. Алые губы задрожали. Глаза как два озера, темные и глубокие.

Шагнул ближе. Девица отступила, уперлась спиной в стену.

Я навис над ней, глядя в округлившиеся глаза. Руки аж закололо от желания погладить ее по щеке, почувствовать мягкость кожи, прикоснуться к волосам. Ноздрей коснулся аромат каких-то цветов.

— Так что готовься, — сделал паузу, рассматривая девчонку с притворным интересом, — приду за правом первой ночи.

Глава 7

Алисия

«Приду за правом первой ночи».

Эти слова все еще звенели в ушах. Все внутри клокотало. От стыда и злости лицо залило румянцем. В голове метались мысли. Меня опять принимают за легкодоступную.

Я смотрела в глаза цвета ненастья и не могла отыскать в них ответ. Неужели я зря поверила, что в замке безопасно? Неужели этот мужчина ничем не лучше тех, от кого я сбежала?

Дракон склонился почти к самым моим губам, будто хотел прямо сейчас воспользоваться своим правом и шепнул:

— Шутка.

Я моргнула, не веря своим ушам. Глупо похлопала глазами.

— Что?

Лорд отступил на шаг, и наваждение развеялось. Глаза мужчины насмешливо прищурились.

— Испугалась? — он расплылся в издевательской улыбке. — Расслабься. Не в моих правилах тащить в постель перепуганных девиц. Это было бы… скучно.

Облегчение нахлынуло волной, ноги подкосились. Я вжалась в стену тяжело дыша. В голове шумело. Ладони вспотели.

— Вы… вы жестокий человек, — выдохнула я, пытаясь перевести дух. Голова немного кружилась.

— Дракон, — поправил мужчина. — Возможно, жестокий. Но не настолько, чтобы воспользоваться беззащитностью. — Кайден скрестил руки на груди, прислонившись плечом к оконной раме, и многозначительно добавил. — Другое дело, если сама нырнешь в мою постель… Хотя должен признать, твое лицо в этот момент стоило того, чтобы немного поиграть. Или ты все же хочешь проверить, насколько горяча страсть дракона?

— Вот уж нет! Обойдусь, — вспыхнула я и нервно хохотнула.

Слишком много потрясений за последние дни.

«Ну и шуточки у этого аристократа!» - подумала я, но вслух, конечно, этого не сказала. Все же не стоит сильно дразнить сильных мира сего.

Лорд наблюдал за мной с любопытством, будто изучал как диковинную бабочку, прилетевшую с южного континента.

— Не каждой женщине я такое предлагаю. Впрочем, неволить не стану. Тебе не следует кого-то бояться в этом замке, но предупреждаю сразу, — серьезно заявил лорд Торн. — Лучше некоторое время не выходить за пределы поместья. Старосту Хигля я знаю — тот еще пройдоха. По хитрости он не уступит королевским советникам, а уж их я на своем веку перевидал предостаточно.

Я вздрогнула, услышав знакомое имя. Руки сжались в кулаки. Хигль. Этот человек заправлял нашей деревней, сколько я себя помнила. И всегда его решения были в пользу тех, у кого в кармане звенели монеты.

— Не стоит его недооценивать. Мало ли что старик теперь задумает, - добавил мужчина, посмотрев в окно.

— Я знаю его, — вырвалось у меня. — С детства знаю. Он никогда не решал дела по совести.

Лорд приподнял бровь. Задумчиво постучал пальцем по подбородку.

— Считай, что на ближайший месяц ты принята на работу.

Я замерла, боясь поверить.

Неужели мне улыбнулась удача?

— Будешь помогать по хозяйству. Стирать, убирать, или что там тебе поручит экономка, — продолжил Кайден Торн.

— Спасибо, — выдохнула, чувствуя, что от счастья хочется обнять моего нового работодателя. — Я правда очень благодарна. Вы не пожалеете!

Дракон решил сбавить градус моей радости, добавив:

— Однако, это лишь временное решение. Так что советую за это время придумать, куда пойдешь дальше.

— Я понимаю, — тихо ответила я. — Спасибо за то, что дали шанс.

***

Экономка, к которой меня направил проклятый лорд, оказалась сухой высокой женщиной с вытянутым строгим лицом и седыми волосами, стянутыми в пучок. Она не выказала особой радости по поводу моего появления и предупредила, что терпеть не может лентяев. А еще не любит тех, кто шашни на работе заводит. Потому не советует мне оказывать знаки внимания охране или слугам мужского пола.

Будто бы я только этим и собиралась заниматься!

Та же экономка, которая представилась как Лейра, выдала мне чистое полотенце, два комплекта платьев для слуг, постельное белье. А главное – башмаки. Ходить по полу в замке в туфельках было уж очень неудобно. Работать же в них было просто невозможно. Потому я несказанно обрадовалась обновке. Пусть и были башмаки велики.

Лейра велела аккуратно обращаться с вещами, пообещав, что вычтет из зарплаты, если я - такая раззява - что-то испорчу.

Кажется, я ей с первого мгновения не понравилась.

Половину дня мне пришлось таскать воду с ближайшего ручья для других служанок, чтобы они могли вымыть полы в замке. Работа была не пыльная, но от тяжелых ведер к середине дня руки уже отваливались. А вторую половину дня пришлось стирать белье.

Зато в голове было пусто. Всю дорогу до ручья и обратно я пыталась посвятить обдумыванию вопроса, куда податься после того, как мой договор здесь закончится. Логично было бы доехать до ближайшего города. Там должно быть много работы. Но кому я там нужна?

Да и в городе я не была ни разу. Деревенские рассказывали, что в городе все втридорога, даже разместиться в таверне и то очень дорого. Да к тому же одинокой девушке еще и небезопасно останавливаться в таких местах.

Как тогда там искать работу?

Комната для служанок, куда меня переселили, оказалась крошечной. Даже меньше той, где я ночевала прошлой ночью.

Тем не менее я так устала от первого рабочего дня, что мечтала только о том, чтоб упасть на скрипучую кровать и забыться сном.

И вот, когда я тихо кралась вечером по замку, ища куда же нести то самое белье, до моего слуха донесся чей-то стон.

У меня аж мурашки побежали по коже.

Кого здесь мучают?

Я замерла, прислушиваясь. Звук доносился из-за приоткрытой двери в конце коридора.

Кому-то плохо?

Не думаю, что стоит вмешиваться в дела, когда только устроилась на работу, но вдруг кому-то очень нужна помощь?

Двинулась на звук, стараясь ступать бесшумно. Простыни прижала к груди.

Заглянула в приоткрытую дверь и поняла, что зря я решила прийти на помощь неизвестному страдальцу.

К щекам прилила кровь, окрасив их румянцем. Сердце застучало так, что, казалось, выпрыгнет из груди.

Моим глазам предстала незабываемая картина.

Комната купалась в мерцающем свете магических светильников. У окна на массивном кресле, обтянутом темной кожей, сидел лорд Торн.

Темные волосы, влажные от пота, прилипли к вискам. Глаза блаженно закрыты. Рубаха распахнута до пояса, обнажая мощную грудь и накачанные мышцы пресса.

На его бедрах сидела Гретта.

Та самая служанка, что беспричинно враждебно встретила меня. Ее платье было спущено с плеч, обнажая полную грудь. Юбка задралась до пояса, открывая длинные ноги.

Мужчина под ней закатывал глава от удовольствия. Венка на лбу вздулась. Он закусил нижнюю губу, пытаясь сдержать стоны.

Это было похоже на дикий танец древних шаманов. На безумие, одержимость. Картина пугала и возбуждала одновременно.

Понимала, что мне не следует здесь оставаться, но не могла пошевелиться. Не смела вдохнуть. В животе разлился странный жар. В горле пересохло. Закрыла рот рукой, чтобы самой не вскрикнуть.

Белые женские бедра прижимались к мужским. Видимо, Гретте лекции о приличном поведении экономка не давала. Девица извивалась, запрокинув голову и не скрывая стонов страсти. Руки ее вцепились в могучие плечи любовника.

Я видела, как на бедро девушки легла мужская рука, прижимая плотнее. Дракон приник к губам партнерши, целуя ее страстно. Огладил по спине.

— Да… — выдохнула Гретта, откидываясь назад и подставляя шею под жадные поцелуи хозяина местных земель. — Еще… сильнее…

Дракон хрипло прорычал, и их тела замерли в едином порыве, содрогаясь от накатившей волны. Гретта вскрикнула, вцепившись ногтями ему в плечи.

А потом Кайден Торн открыл глаза.

И посмотрел прямо на меня.

Взгляд, затуманенный страстью, встретился с моим. На мгновение в глазах лорда мелькнуло удивление. А потом в них появилась насмешка.

И почему без штанов сейчас он, а стыдно стало мне?

Мужчина посмотрел на меня поверх плеча любовницы, и в этом развратном взгляде читалось:

«Ну что, понравилось представление? Хочешь стать следующей?»

Порочная улыбка тронула губы аристократа, и я поняла, что не только она меня смутила.

Его глаза. На меня смотрели глаза цвета расплавленного золота с вытянутым зрачком.

На меня взирал не лорд Торн, а его звериная сущность.

Дракон.

Жар обжег мое лицо. Простыни выскользнули из онемевших пальцев и упали на пол с тихим шлепком.

Я будто очнулась ото сна и как безумная бросилась прочь, забыв про белье.

А вслед мне несся хохот проклятого дракона.

Что же теперь будет? Вдруг проклятый дракон всех своих служанок так проверяет на профпригодность?

Глава 8

Алисия

Две недели прошло с того вечера, когда я стала случайным свидетелем сцены между лордом и Греттой. Все четырнадцать дней пытаюсь выкинуть из головы их пылкие стоны и не могу.

Перед глазами так и вставали могучая грудь, сильные руки, мощный пресс.

Нет, Алисия, не вспоминай.

К счастью, лорд дракон не бросился за мной той ночью.

Впрочем, с чего бы ему гоняться за служанкой? Я для него никто. Просто работница, что оказалась не в том месте не в то время. Глупо было бы думать, что он вообще обратит на меня внимание.

Он и не обращал.

За это время я видела Кайдена Торна всего несколько раз. И то мельком, в коридорах. Мужчина проходил мимо, даже не глядя в мою сторону. Будто меня не существовало.

И почему это задевает?

Не должно ведь. А все равно обидно.

Я тряхнула головой, отгоняя лишние мысли. Работы в замке было столько, что думать о лорде не оставалось времени. Мадам экономка оказалась той еще грымзой. Она строго следила, чтобы слуги усердно работали, и не прощала ни малейшей оплошности.

Вот только, как я быстро поняла, это правило распространялось не на всех.

Исключением была та самая Гретта. Ее дочь.

Лейра души в кровиночке не чаяла и спускала ей любые капризы. А Гретта пользовалась положением и ленилась от души, стараясь увильнуть от работы. Особенно когда можно было сделать это в обществе хозяина.

Стоило кому-то из служанок собраться нести ужин в кабинет лорда, как тут же возникала Гретта, оттесняя конкурентку. Мне было даже смешно, что взрослые девицы готовы друг друга за косы таскать в борьбе за внимание аристократа, который никогда их замуж не возьмет.

Это насколько же у них пусто в голове!

Я старалась держаться подальше от этих разборок. Но не услышать, как они восхваляют дракона, было просто невозможно.

О том, какой неистовый любовник их хозяин, судачили все служанки, особенно те, кто удостоился его внимания. Гретта однажды хвасталась:

— Весь день ходить нормально не могла! — похвасталась она, довольно потягиваясь. — Лейра даже выходной дала. Таким неистовым стал милорд... И раньше-то был страстным, а теперь еще горячее.

Другие служанки вздыхали, завистливо косясь на нее. А я сидела в углу с миской похлебки и чувствовала, как щеки заливает краской.

Помнила я это их свидание.

Не хотелось бы еще раз такое увидеть.

Как назло, когда Гретта рассказывала, как он... как она... внутри все переворачивалось, и я ненавидела себя за это любопытство.

Почему же сердце каждый раз заходится, когда я вспоминаю ту сцену, а в груди разливается странное томление?

И все же местные девицы не отличались умом. Вот кто же поверит в то, что это любовь? А без любви… зачем нужна такая страсть, зная, что завтра тебя сменит другая служанка?

Этих нравов мне было не понять.

Подружек среди служанок я не нашла. Из всего замка мне нравился только Лиам. Милый, простодушный парень. Если я опаздывала к ужину (а опаздывала я часто), он всегда оставлял мою порцию. Правда, есть его кулинарные эксперименты с каждым днем хотелось все меньше.

Когда уже вернется эта их повариха? Неужели лорду дракону совсем все равно, чем он питается?

***

Стирка оказалась моей основной повинностью. И самой ненавистной.

С первого же дня меня отправили к ручью. Гретта, которая инструктировала меня, объяснила, что стирают здесь именно так.

Ручей протекал за замком, в низине. Ледяной и быстрый, он не замерзал даже зимой, как говорили обитатели замка. Потому что протекал по территории древнего захоронения первых драконов. Якобы их горячие сердца жгли из-под земли, нагревая воду. Легенды легендами, а мне от этого было не легче.

Спускаться к ручью с полной корзиной белья — то еще удовольствие. Тропинка крутая, скользкая, а корзина тяжелая. Возвращаться же обратно — и того хуже.

Мокрое белье весило втрое больше. Каждый шаг вверх по склону давался с трудом.

А выбирать работу в замке у меня возможности не было.

***

В тот день погода решила надо мной поиздеваться особенно жестоко.

С утра небо затянуло свинцовыми тучами. Ветер дул пронизывающий. Забирался под платье, заставляя дрожать. Снег почти сошел — остались только грязные островки на черной от влаги земле.

Я тащила корзину к ручью, проклиная все на свете. Тропинка, размокшая после вчерашнего дождя, хлюпала под ногами, ноги скользили. Оступилась раз, другой, чудом удержав равновесие.

— Да чтоб тебя... — выдохнула, в очередной раз ловя корзину, которая норовила выскользнуть из рук.

У ручья ветер дул особенно сильно. Вода была ледяной. Руки покраснели и онемели уже через пять минут.

Наконец последняя простыня отправилась в корзину.

Я выдохнула, разогнула ноющую спину и посмотрела наверх. Тропинка, ведущая к замку, казалась бесконечной. Крутой склон, грязь, камни.

— Ну, Алисия, — подбодрила я себя вслух, — ты справлялась и не с таким. Всего-то подняться на гору с корзиной. Пустяки.

Вздохнула, подхватила корзину обеими руками и начала подъем.

Ноги скользили. Корзина тянула вниз. Я шла, осторожно переставляя ноги. Ветки хлестали по лицу, ветер трепал волосы, выбившиеся из косы.

Уже почти добралась до середины склона, когда нога поехала на мокрой глине. Я взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие, но корзина перевесила. Она выскользнула из рук, и все, что я с таким трудом стирала — полетело вниз, рассыпаясь по склону белыми пятнами.

— Нет! — отчаянно вскрикнула, пытаясь ухватить хоть что-то.

Но было поздно.

Покачнулась, пытаясь удержаться, но нога снова скользнула, и я полетела вниз.

Мелькнуло серое небо. Я больно ударилась спиной, потом плечом, пока кубарем летела по склону вниз.

А потом я угодила прямо в ручей.

Глава 9

Алисия

Вода, камни, бурный поток.

Я уже мысленно прощалась с жизнью, когда чьи-то сильные руки схватили меня за шиворот и рванули вверх с такой силой, что я едва не отправилась к праотцам.

— Ты совсем рехнулась?!

Прогремел надо мной голос подобный раскату грома.

Меня выдернули, как мокрого котенка, и бесцеремонно усадили на берегу. Я кашляла, хватала ртом воздух и тряслась. Зубы выбивали дробь.

— Жива? — грозно рявкнул лорд Торн, нависая надо мной.

Подняла голову и встретилась с серыми глазами, в которых бушевала настоящая буря. Плащ развевался на ветру, волосы растрепались и прилипли к лицу.

— Жива. И чего так кричать? — выдавила сквозь стучащие зубы.

Судорожно ощупала затылок. Голова вроде цела. А вот нога горела огнем.

Ручей не такой уж и глубокий. Наверное, утонуть я бы не смогла, а вот убиться головой о камни вполне.

— Да как тут не кричать? Если решила самоубиться, то почему на моей территории? Если так хотела уйти из моего замка, то чего же сразу на небеса-то? Могла сразу попросить до города проводить.

Я хотела ответить колкостью, но зубы стучали так, что я не могла выдавить ни слова. Только смотрела на него снизу вверх и дрожала.

Как ни странно, но на мгновение мне показалось, что в глазах лорда мелькнула тревога.

Неужели он испугался за меня?

Кажется, у этого дракона все же доброе сердце. Только он его усердно прячет.

Не дав мне предаваться мечтаниям, аристократ быстро разрушил внезапно возникшее очарование.

— И чего ты сидишь? Совсем замерзнуть решила? Вставай давай.

Я попыталась подняться, опираясь на здоровую ногу, и вскрикнула от резкой боли. Нога подкосилась, и я снова рухнула на землю.

— Я не могу, — произнесла, отводя глаза.

— Чего не можешь?

— Встать не могу.

Лорд мгновенно опустился на корточки, и горячие руки коснулись моей лодыжки.

— Где болит? — уточнил мужчина обеспокоенно. — Здесь?

Он осторожно надавил, и я вскрикнула.

Закусила губу и кивнула.

Его пальцы бережно прощупывали мою ногу, и от этих прикосновений по коже бежали мурашки, не имеющие ничего общего с холодом.

— Перелома нет, — вынес вердикт мужчина. — Но ушиб имеется.

Выдохнула с облегчением.

А потом лорд Торн удивил меня еще сильнее. Всего мгновение – и он поднял меня на руки словно пушинку.

Я замерла, боясь дышать. Руки сами собой обхватили его мощную шею. К щекам прилила кровь. Каменные мышцы и жар тела дракона я ощущала даже сквозь мокрую одежду. Значит, слухи не врут, что кровь в жилах этих существ горячее людской?

Никогда в жизни меня никто не носил на руках.

Отец умер, когда я была маленькой. Отчим не баловал. А муж, которого мне навязали, не стал бы и подавно. Насколько я знала Йорзеса, романтичным с первой супругой он не был.

— Белье... — пискнула я, глядя на некогда чистые простыни, валяющиеся внизу.

— Еще и белье я не унесу, — фыркнул аристократ, зашагав вверх по склону. — Пускай слуги вылавливают. Им за это платят. А ты лучше о себе думай.

Какая чепуха. Я же и есть служанка. Подняла глаза и увидела его лицо совсем близко. На мгновение я даже позволила себе залюбоваться точеным профилем лорда.

Тонкий прямой нос. Черные ресницы, что отбрасывали тени на скулы. Глаза цвета ненастья, в которых притаились темные крапинки. Красиво очерченные темные губы.

Все же определенно, Кайден Торн – самый красивый мужчина, что я когда-либо видела.

Все эти мысли заставляли сердце колотиться как сумасшедшее. В груди стучало так, что, наверное, лорд тоже это чувствовал.

— Долго будешь пялиться? — не глядя на меня, спросил Кайден. Уголок губ насмешливо изогнулся. Ему нравилось мое внимание.

В смущении я отвела взгляд и уткнулась носом в его плечо, чувствуя, как щеки заливает краской.

Идти вверх по склону с ношей дракону, кажется, не составляло труда. Он шагал уверенно, будто я ничего не весила.

Чувствовала, как под пальцами перекатываются мышцы мужского плеча, ощущала тепло его тела. И от этого почему-то кружилась голова.

Что со мной происходит? Я ведь не должна думать об этом мужчине. Аристократы не женятся на бедных сиротках. Этот мужчина не для меня.

Но почему тогда от его прикосновений по коже бегут мурашки? Может быть, от наивных служанок замка я немногим и отличаюсь? Так хотелось прижаться к нему покрепче и никогда не отпускать.

Как глупо. Я совсем запуталась.

***

Хозяин принес меня в замок, но не в то крыло, где жил сам, и не туда, где проживали слуги. Мы оказались в помещении, где было тепло и влажно.

Огляделась, забыв даже про боль в ноге.

Купальни.

Я никогда здесь не была. Небольшой бассейн в центре, выложенный светлым камнем. Вдоль стен тянулись каменные скамьи, на полках лежали стопки полотенец. Воздух был теплым и влажным, пахло травами.

— Опускаю, — предупредил лорд, поставив меня на ноги. — Стоять можешь?

Я осторожно перенесла вес на ушибленную ногу. Больно, но терпимо.

— Могу, — кивнула я утвердительно. — Уже лучше. Спасибо, господин.

Мужчина отошел к стене, где стояла каменная тумба, и взял с нее небольшую шкатулку. Внутри на бархатной подушке лежали темные камни, размером с мой кулак.

— Видишь эти камни? — спросил Торн, продемонстрировав мне один.

Я кивнула.

— Магические нагревательные камни. Кладешь в воду, держишь несколько минут — и вода становится теплой.

Он опустил камень в бадью, что стояла рядом, и я заметила, как вокруг него вода начала слегка светиться.

— Советую не передерживать, — предупредил аристократ. — Иначе будешь лечиться уже от ожогов.

Я смотрела на камни во все глаза. Конечно, я слышала о таких. Но в деревне магический камень был всего один. У старосты Хигля. Жадный староста купил его с рук. И весьма неудачно. Старостиха вечно ругалась, что камень работает через раз и все равно приходится стирать со всеми на речке. Не зря говорят: скупой платит дважды.

— Теперь понимаешь, — продолжил лорд, вынимая камень из воды и вытирая его полотенцем, — что можно было не устраивать этот цирк с ручьем? Обычно служанки именно здесь набирают горячую воду для стирки.

Что?

— Я не знала про купальни.

Опустила глаза, чувствуя себя полной дурой. Мысли заметались в голове. Гретта. Именно она мне сказала про ручей. Она это нарочно. Знала ведь, что есть купальни! И молча наблюдала, как я мучаюсь.

Вот же гадина!

Чем же я ей так не угодила-то?

Я заправила за ухо непослушную прядь волос, облизнула сухие губы и подняла взгляд на лорда.

Показалось? Или он действительно смотрел на мои губы?

В груди странно екнуло. Я облизнула пересохшие губы и увидела, как глаза мужчины потемнели.

— Заметно, — вдруг обронил он.

— Что заметно? — не сразу сообразила я.

— Заметно, что тебе не мешало бы искупаться, — усмехнулся лорд Торн. — Грязная вся, как чушка. Я-то думал, что все девушки чистоплотные, но, видимо, ошибался. Или это ты так усердно пытаешься быть непривлекательной? — язвительно добавил Кайден, наслаждаясь моим смущением. — Чтобы я не вздумал воспользоваться правом первой ночи?

Забыла, с кем говорю. Это же лорд дракон!

Краска залила мои щеки. Я открыла рот, чтобы ответить, но все заготовленные фразы вылетели из головы.

— Так я и не собираюсь, — глядя на меня с насмешкой продолжил Кайден. — Успокойся. С первого взгляда видно было, что ты не в моем вкусе. Я люблю девушек фигуристых. А здесь, — он обвел рукой мою фигуру, — и посмотреть не на что.

Что это было?

Лорд назвал меня непривлекательной?

И почему же мне так обидно? Я же сама хотела не привлекать внимание этого мужчины.

Глава 10

Алисия

С того дня купальни стали моим любимым местом в замке. Стоит признать, что при всей драматичности моего появления здесь, шансы мои искупаться в бассейне, выложенном мрамором, были равны нулю.

И пусть при прочих равных условиях я все же выбрала бы спокойную жизнь. Но разве не стоит использовать все, что нам подарила судьба?

Теплая вода, пар, ароматные масла в пузырьках, что стояли на полочках. Даже не верилось, что слугам можно пользоваться всем этим великолепием.

Если, конечно, здесь не занято господином. Но раз хозяин здесь был один, то и проблем с этим не возникало.

Странное дело, но чем дольше я работала в замке проклятого дракона, тем больше понимала, что мне здесь спокойнее, чем было в родном доме.

Здесь я хотя бы знала, чего ждать. Работа была тяжелая. Но я и в деревне не сидела сложа руки. Мать с утра до ночи горбатилась, я помогала ей с малых лет. Так что трудности меня не страшили.

Пугало другое - то, как сжималось сердце при взгляде на проклятого дракона. Как учащался пульс, стоило кому-то назвать его имя.

И почему я до сих пор прокручиваю в голове то, как он нес меня на руках?

«Потому что ты дура, Алисия», — отвечала я себе. — «Втрескалась в дракона, который от скуки развлекается с половиной замка. Умнее ничего не могла придумать?»

Но сердцу не прикажешь. Оно колотилось каждый раз, когда я вспоминала руки Кайдена на своей талии. И это бесило. Бесило, что я не могу управлять своими чувствами.

Определенно, для лорда дракона я лишь одна из множества служанок. Всего лишь интересная забава. Не более. Судя по его отношению к девушкам, мне точно не стоит даже думать о том, чтобы смотреть в его сторону.

***

Пускай подружиться со служанками у меня пока не выходило, зато я нашла приятной компанию улыбчивого слуги, который оказался не только дружелюбным, но и не прочь был помочь новенькой служанке.

— Алисия! — окликнул меня Лиам, когда я в очередной раз тащила ведра с водой в восточное крыло. — Давай помогу.

Я удивленно обернулась. Паренек стоял на пороге кухни и улыбался во весь рот.

— Ты чего это такой добрый? — с подозрением спросила я.

— А что, нельзя просто помочь хорошему человеку? — блондин подхватил ведра, даже не спрашивая разрешения. — Пошли, покажу короткую дорогу.

И правда, с его помощью я управилась с мытьем полов в два раза быстрее. А когда закончила, Лиам заговорщицки поманил меня на кухню.

— Слушай, — он почесал затылок, оставляя в волосах белую полосу муки. — Повариха все не едет. А я так готовлю, что самому есть страшно. Может, поможешь? Уже даже господин дракон на мою стряпню смотрит уныло. А это ведь именно он решил из меня сделать кулинарного гения, считая, что упорство и труд все перетрут.

Я фыркнула, но внутри шевельнулось что-то теплое. Неужели я наконец-то смогу поесть нормальную пищу? Ради такого стоило бы постараться.

— А мадам Лейра не будет против, что на кухне я похозяйничаю?

— Если мы ее вкусно накормим, то она может даже подобреет, — пообещал Лиам. — Давай, показывай, что умеешь.

Я оглядела запасы, что хранились в холодной кладовой. Мясо, картошка, лук, морковь... В голове сразу сложился знакомый рецепт.

— Мясо по-деревенски, — объявила я. — Мать моя так готовила. Пальчики оближешь. И, в отличие от твоей стряпни, это можно будет есть без риска для жизни.

— Ой, язва, — беззлобно отозвался Лиам, но глаза его загорелись азартом.

Мы работали вдвоем. Болтали, смеялись, поваренок рассказывал смешные истории из жизни замковых слуг. И я поймала себя на мысли, что с Лиамом легко.

Он такой простой и светлый. Не давит, не задает неудобных вопросов. С ним тепло и уютно. Будто бы не встретились мы пару недель назад, а были знакомы всю мою жизнь.

Пока мясо томилось, я успела замесить пирог с рыбой. Лиам пытался помогать, но больше отвлекал меня от процесса, развлекая.

Даже сама удивилась, как легко вспомнились все мамины уроки. Руки помнили сами.

К вечеру по кухне плыл такой аромат, что в кухню то и дело заглядывали слуги в ожидании ужина.

И только лорд ни разу так и не заглянул.

Оценит ли? Понравится ли ему моя стряпня?

«С чего это я так переживаю?» — одернула я себя. — «Подумаешь, мясо приготовила. Делов-то».

Но сердце предательски колотилось.

К ужину лорд так и не спустился. Пирог остывал на столе, мясо стояло нетронутым. Обидно. Ту часть еды, что полагалась слугам, голодная челядь смела быстрее, чем я успела моргнуть. И судя по лицам, все очень понравилось. Кое-кто даже «спасибо» сказал. А Лиам так и вовсе сиял как новенькая монета от радости.

И только Гретта все также бросала на меня злые взгляды. Словно чувствовала во мне угрозу, хотя я ровным счетом ничего ей не сделала.

За что она меня так не любит?

После ужина меня отправили домывать полы в северном крыле. В награду так сказать за мои кулинарные подвиги.

Гадкая Гретта нажаловалась, что я не успела выполнить работу, порученную мне экономкой. Ведь никто меня не заставлял ужином заниматься? Значит, и делать я этого была не должна. А моя обязанность в другом. И никто, понятное дело, за меня ее делать не станет. В общем, провозилась я до самой ночи. Так и делай добрые дела.

После работы тихо кралась по коридору, молча костеря на все лады противную служанку. Когда внезапно ночную тишину разорвал стон.

Сердце подскочило к горлу.

Что же случилось? Кто там кричит?

Потом в голову пришла мысль: а вдруг это лорд-развратник снова развлекается с очередной служанкой? И я зря беспокоюсь?

Вот неудобно же будет, если я нарушу их уединение.

Звук повторился. И было в нем столько боли, что мне подумалось – так от страсти не стонут.

Ноги сами понесли меня вперед. Звуки в замке отдавались причудливым эхом, усиливаясь кратко, но почти сразу стало понятно, что стон явно шел с мужской половины замка. Она была ближе всего.

Злобная мадам экономка раз десять сказала мне, что нельзя шататься по мужской половине замка в ночное время. А после того, как я стала нечаянной свидетельницей любовного свидания лорда, мадам Лейра еще пять раз напомнила мне это правило.

Но нельзя же стоять столбом, если кому-то так плохо! Разве человеческие правила не важнее глупого трудового распорядка?

Я преодолела лестничный пролет, выскочила в параллельный коридор и на повороте запнулась о рыцарские латы.

Вот и кто их тут поставил?!

Мир качнулся, и, не удержав равновесия, я полетела на пол. Вся сжалась, уже ожидая удара и думая о том, как буду завтра морщиться от боли.

Но внезапно меня подхватили сильные руки. Не позволили разбиться об пол, крепко прижав к телу.

Я резко впечаталась в мужскую грудь щекой, пальцы сами вцепились в ткань рубахи. Сердце колотилось как бешеное.

От неожиданности я растерялась и не поняла самого главного…

Кто это? И в чьих объятиях я нахожусь?

Глава 11

Алисия

И что это сейчас было?

Я осторожно попыталась выпутаться из хватки моего спасителя и наткнулась взглядом на удивленного Лиама.

— Алисия?

Взлохмаченный, сонный, в расстегнутой на груди рубахе. Я мгновенно закрыла лицо руками, чтобы не сгореть со стыда.

— Ты что тут делаешь? — пробурчал парень. — Ночью по замку служанкам шастать запрещено! Тем более по мужской половине! Ты вообще соображаешь, где находишься?

— Ты кричал? — перебила я нетерпеливо, не открывая глаз.

— Ничего я не кричал, — судя по звукам, парень нырнул в комнату, накинул халат и вернулся, добавив, — Открывай глаза, скромница. И давай возвращайся на женскую половину. Тебе тут делать нечего.

— Кто-то кричал, — настаивала я, хотя уже не была уверена в том, что мне не почудилось.

Не могло же дважды почудиться! Или могло?

Лиам закатил глаза.

— Ты слышал? Кому-то плохо стало!

— Сказано же тебе… — но договорить парень не успел.

Снова раздался стон. Протяжный, мучительный.

Я посмотрела вопросительно. Лиам сдался.

— Это хозяин, — признался он шепотом, доверительно посмотрев на меня.

— И часто он так?

— Нередко, — парень вздохнул, разведя руками.

— Ему же помощь нужна! — воскликнула я громче, чем следовало.

— Ш-ш-ш, — зашипел на меня Лиам, вытаращив глаза. — Тише ты!

— Почему вы не позовете лекаря? Почему никто не спешит на помощь?!

Лиам подхватил меня под руку и стал продвигаться к выходу из коридора, но я его застопорила, ухватившись за того самого железного рыцаря. Шлем упал на пол, гулко застучав.

Лиам состроил страдальческую мину, а я виновато втянула голову в плечи.

— Слушай, не стоит лезть не в свои дела, — посоветовал блондин, возвращая «голову» рыцарю.

— Это я уже поняла. Так что с лекарем? – я развернула собеседника в обратную сторону, и мы все же плавно двинулись туда, откуда шел звук.

— Милорд сам запретил, — Лиам удрученно покачал головой. Видимо, моя настойчивость его не радовала. — Хозяин никого в такие моменты к себе не пускает. Это проклятие, Алисия. Темная магия – это не шутки. Господин не хочет, чтобы его видели слабым. Уж очень гордый.

Я замерла на мгновение. Как много я знаю о магии? До сегодняшнего момента я и не думала даже, что помимо уродства у этого проклятия есть еще какие-то неприятные последствия. Хотя я вообще плохо понимала природу магии.

— Ты про то проклятие с чешуей? – решила уточнить я. Вдруг на лорде этих проклятий целый ряд.

— А ты еще какое-то знаешь? — Лиам говорил тихо, словно боялся, что нас услышат. — Говорят, проклятие должно было обратить лорда полностью в безумного дракона, без возможности стать обратно человеком. Но сейчас чешуя появляется только от зари до заката, а на ночь исчезает. Год от года... сила проклятия растет. Поток темной магии ломает волю лорда. Теперь чешуя иногда и ночами появляется.

— И это больно? — прошептала я, уже догадываясь об ответе.

— Стандартное превращение длится секунды, — ответил Лиам. — Говорят, это краткий миг боли. А теперь представь, что этот миг растянулся на несколько часов. Такую боль сложно сдерживать, — он помолчал. — Из-за этих криков ночных, кстати, все старые слуги и разбежались. Кому охота слушать, как мучается человек, если нельзя помочь? Да и страшно. Люди суеверны.

Я смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова.

В груди все сжалось. Жалость? Сострадание? Отчего-то захотелось побежать туда, к лорду Торну, и сделать хоть что-нибудь.

— Почему же ты остался? Если все разбежались, почему ты здесь?

Лиам улыбнулся грустно.

— Лорд Торн спас моего деда, — поделился со мной парень. — Я еще мальчишкой узнал об этом и напросился к нему. Хотел стать таким же сильным, как лорд Торн.

Кажется, кто-то здесь создал себе кумира из дракона.

— Могучим драконом прилетел генерал на поле боя и повернул сражение в пользу нашего короля, — продолжал повествовать мой ночной собеседник. — Если бы не господин Кайден, не было бы ни моего деда, ни отца, ни меня. А после ста лет службы... его так бесславно сослали на окраину королевства.

— Сколько-сколько лет? — переспросила я, не веря своим ушам.

— Ста лет, — кивнул Лиам с самым серьезным видом. — Генерал при дворе сто лет прослужил. Представляешь, сто лет битв, стратегий... И потом вот так.

— Но он же не выглядит старым! — вырвалось у меня.

— Ты что, не знаешь? Драконы живут гораздо дольше людей, — объяснил паренек. — Могут и все полтысячи прожить, если истинную не встретят.

— Истинную?

— Ну, истинную пару, — Лиам почесал затылок пятерней. — Понимаешь, у драконов это серьезная проблема. С одной стороны, если дракон встретит истинную, он становится сильнее. Может любой магии противостоять. А с другой — это же его слабость. Как встретит истинную, так сразу начинает стареть, как обычный человек. Природой так заведено: настоящая любовь у них может быть только раз, и после нее и жить-то смысла нет.

Я слушала, раскрыв рот.

Истинная… интересно какая она? И почему до сих пор не спасла бравого генерала? Мне даже на секунду стало обидно, что я не могу сама помочь этому несчастному дракону.

— Откуда ты столько знаешь про драконов?

— Так я почти всю жизнь тут живу, — усмехнулся Лиам. — В свободное от работы время делать нечего. Лорд научил меня читать. Из развлечений только книги и мое обучение.

Я вопросительно посмотрела на парня.

— Лорд Торн меня тренирует, к боям готовит, — парень приосанился. — Я хочу рыцарем стать. Буду таким же сильным, как…

И вот почему мужчины вечно хотят драться?

— А как возникло проклятие? — спросила я, сбивая парня с восхваления мощи драконов.

— Я многого не знаю, — вздохнул Лиам, поджав губы, — я тогда еще мелким был. Знаю лишь то, что случилось во время последней военной кампании.

— Это же было восемь лет назад?

— Ага. Что-то там случилось на границе с Арзавией. Там же вечно неспокойно. А тут в очередной раз арзавийцы напали. Королю нашему это ой как не понравилось, вот он и послал лорда Торна с войсками решать вопрос. Где уж там генерал ведьму сильную повстречал мне неведомо, вот только вернулся он уж чешуйчатым, - парень провел по лицу, имитируя уродство лорда.

— И что дальше? – меня подгоняло любопытство.

— Месяц не прожил генерал во дворце. Стали фрейлины жаловаться, что его вид их пугает, — Лиам спародировал столичную фифу, — И как бы не был дорог королю генерал, а жалобы эти не понравились сильнее. Вот монарх и наградил бравого лорда дракона этим замком. Считай, что сослал.

Почему-то сердце кольнуло. Стало обидно за генерала дракона. А где-то благодарность за годы службы?

— Сначала тут и слуг побольше было, и убранств, — сентиментально вспомнил мой собеседник, — За всем следили внимательно. Но со временем все слуги разбежались. Сейчас никто не хочет работать у проклятого Торна.

— И что совсем нельзя снять проклятие? Неужели придворные маги не нашли способ?

— Маги пробовали, — Лиам вздохнул, покачав головой. — Но говорят, проклятие с условием. Та ведьма, которая прокляла господина, что-то говорила про то, что станет он также уродлив, как и тот зверь, что в нем живет. И только истинная сила любви сможет расколдовать генерала.

— И как? — я невольно усмехнулась, вспоминая любовные похождения лорда. — Генерал, смотрю, истинную похоже не особо старательно ищет. Не вижу тут толп невест.

Лиам фыркнул, но быстро закашлялся, скрывая смех.

— Невеста у господина была. Давно. Еще при дворе. Красивая, знатная, вся из себя. Но, видно, не было там истинной любви.

Богатая невеста. Небось красивая была. И почему там любви не оказалось настоящей?

От этих мыслей мне даже стало грустно. Я на мгновение представила себе лорда дракона в обществе девушки в пышном свадебном платье. И в сердце кольнуло.

Неужели это ревность? Зависть? Обида?

— Так надо было искать дальше, — я нарочито равнодушно развела руками, делая вид, что меня несильно тронула история Кайдена Торна. — Аристократы обычно балы устраивают, в гости ездят, невест смотрят. А он тут сидит, как сыч в дупле, и удивляется, что никто его еще не расколдовал.

— Сейчас-то тут сидит, — согласился Лиам. — А поначалу чего только не устраивал. Жену искал, всех дворянок в округе... кхм, ну, проверял на истинность.

Лицо в этот момент у Лиама стало таким, что я сразу догадалась о какой такой проверке речь. И к лицу прилила кровь.

Вот развратник! То есть Кайден Торн благородных девиц в столице проверял так же, как служанок в замке?!

— Говорят, знатно повеселился наш лорд. А потом, видно, устал? —предположил парень.

— А, может, я не там искал? — за нашими спинами раскрылась дверь и оттуда послышался голос. — Что скажешь, Алисия?

Я аж подпрыгнула на месте.

Обернулась и увидела, что в проеме двери стоял Кайден Торн.

В одних легких штанах, низко сидящих на бедрах. Растрепанный, бледный, лицо в испарине. Чешуя переливалась в свете магического светильника.

Мне даже показалось, что ее было больше, чем при нашей прошлой встрече. Она змеилась не только по левой стороне лица, но спускалась по шее вниз, на мощную грудь. Перебегала по мышцам пресса и пряталась где-то под кромкой штанов.

Мужчина устало опирался плечом о косяк. Тяжело дышал. И вид у него был такой, будто он только что бился с каким-то неведомым зверем.

Видимо, мы с Лиамом слишком громко себя вели и разбудили хозяина замка.

Я поняла, что слишком долго рассматриваю полуодетого мужчину и стыдливо перевела взгляд на лицо дракона, встретившись с серыми безднами. Лорд так глянул на меня, что я почувствовала, как уши начинают гореть.

— Ну что? Пойдем, проверим? Вдруг ты моя истинная? — игриво предложил дракон.

Сердце пропустило удар и забилось втрое быстрее.

Серые глаза смотрели так странно. Голод? Страсть? Даже страшно подумать, что я в них увидела. Или, может, это просто была игра света?

— Право первой ночи, помнится, за мной, - напомнил мужчина, нависая надо мной. Он был так близко, что мне казалось я ощущаю жар, исходящий от него.

Вот стыдоба! Неужели дракон такое говорит прямо при Лиаме? Что подумает обо мне его верный ученик?

По коже пробежал жар, хотя в коридоре гуляли сквозняки. Я попыталась ответить колкостью, но на ум ничего путного не шло.

А дракон и не собирался пощадить мою стыдливость, задавая каверзные вопросы:

— Ты ведь для этой проверки под дверью стоишь, Алисия? Или что тут забыла ночью?

Кайден Торн шире распахнул дверь в комнату и сделал приглашающий жест, испытующе глядя на меня.

— Проходи, не стесняйся. Обещаю, тебе понравится.

Глава 12

Кайден

Дождь барабанил за окном. Я сидел в кресле у камина и пялился на огонь в сотый, наверное, раз, пытаясь прогнать из головы непослушное видение.

Лицо новой служанки.

Алисия.

Боги, какая же она забавная. Я усмехнулся, вспоминая, как эта пигалица вытаращилась на меня тогда, в коридоре. Глаза — размером с золотой, щеки полыхнули алым, губы маняще приоткрылись...

Я помотал головой, отгоняя соблазнительную картину.

Она ведь и правда поверила. Всерьез решила, что я сейчас схвачу ее в охапку и потащу в постель, проверять на истинность. Сжалась вся, вцепившись в это убогое платье служанки. Словно приготовившись защищать честь до последнего вздоха.

Наивная. Это же надо быть такой дремучей!

Неужели эта глупышка совсем ничего не знает о драконах? Постель — это ведь далеко не единственный способ проверить истинность. Есть и куда более простые варианты.

Впрочем, она же из деревни. Там драконов-то видят один раз за двадцать лет. И то, если повезет.

Откуда ей знать наши обычаи?

Вот и убежала от меня тогда по коридору с таким видом, будто я собираюсь взять ее прямо там.

Не такое же я прям чудовище!

Я потянулся к графину, стоящему на столике, но обнаружил, что в нем было пусто.

Почему эта девчонка застряла в моей голове, как заноза?

Ничего же в ней нет.

Ни округлостей, как у Гретты, которая специально проходила мимо меня по три раза на дню, виляя бедрами так, что юбки ходуном ходили. Ни аристократических манер, как у дражайшей бывшей невесты, что не смирилась, узнав о проклятии.

Да, несомненно, у Алисии милая мордашка. Синие глазищи, в которых можно утонуть. Алые губы. Так и хочется в них впиться. Но я видел женщин и красивее. Роскошных, ухоженных, пахнущих дорогими маслами и знающих себе цену.

Так почему же тянет именно к ней?

И почему, когда я заметил, как мой ученик смотрит вслед этой девчонке, то еле сдержался, чтоб не наподдать Лиаму? Совсем щенок еще, а туда же - на девчонок заглядывается. Ему бы тренироваться лучше.

Какой из него рыцарь? Такого в бой отпустишь — он там и помрет. Еще учить и учить.

Хотя... кого я обманываю?

Дело не в Лиаме. Дело во мне. В том, что мне не понравилось, как он смотрел на Алисию. Совсем не понравилось.

Я не имею на нее никаких прав.

Кто мне Алисия? Обычная служанка. Просто работница, которую я временно приютил.

Или не просто?

Я откинулся на спинку кресла, провел ладонью по лицу. Чешуя на скуле отозвалась привычным жаром. Проклятие прогрессировало. С каждым месяцем дракон внутри буйствовал сильнее, требуя выхода, свободы, крови.

Не стоило все же разрешать Алисии остаться в замке. Я совсем не знаю ее. Уже одно то, что она не сказала про мужа, говорит о том, что девушка не до конца честна. О чем еще девчонка умолчала? Я не мог ей до конца доверять, но эти широко распахнутые синие глаза. Так сложно было поверить, что за ними скрывается ложь.

Надо было дать Алисии денег и проводить в город. Еще в первый же день. Послать с кем-то из слуг до безопасного места, и дело с концом. Из-за ее присутствия дракон совсем обезумел.

И как назло, стоило закрыть глаза — перед ними снова вставала та ночь. Когда она застукала меня с Греттой. Смотрела так, будто я – само воплощение греха. Когда ее испуганные глазищи встретились с моими, зверь внутри взревел так, что у меня едва череп не треснул. Только боги знают, каких усилий стоило не погнаться за ней.

Алая пелена застилала глаза, когти норовили вырваться наружу. Я сжимал подлокотники кресла с такой силой, что дерево жалобно трещало. Гретта что-то щебетала, прижималась ко мне потным телом, а я слышал только бешеный стук собственного сердца и топот маленьких ног, убегающих по коридору. Вернись.

Хотелось броситься за добычей. Схватить за бедра, прижать к стене, впиться в алые губы и делать своей до тех пор, пока девица сама не начнет стонать мое имя.

Повезло, что рассудок победил. В тот раз.

Но смогу ли я и дальше выигрывать эту битву?

Я чувствовал, как контроль ускользает. Проклятие пожирало меня изнутри, и даже ночи со служанками уже с трудом усмиряли зверя. Теперь мне казалось, что никакая страсть не способна утолить эту вечную, жгучую жажду.

Скоро я окончательно превращусь в безумного дракона. Буду вечно метаться по этим залам, пугая слуг, пока какой-нибудь храбрый дурак не прикончит меня, как бешеного пса.

Какой бесславный конец для бравого генерала. Медаль за выслугу лет в виде полной потери человеческого облика.

Я усмехнулся, глядя на свои руки. Эти руки держали клинок в сотне сражений. Эти руки вели армии на штурм. А теперь они могут покрыться чешуей, и я ничего не смогу с этим сделать.

Все из-за той твари. Азарийской ведьмы. Она действительно была могуча, если смогла сделать такое. Проклятие наложила и сдохла. А я теперь расхлебывай. И ведь могла бы снять, если бы не мой ближайший друг Сатор. Взял и убил эту гадину в ярости, даже не дав допросить. Придурок!

И что теперь мне со всем этим делать? Как снять проклятие?

Искать Истинную? Если я ее не нашел за последние десять лет, то почему она должна обнаружиться дальше? Драконы могут хоть всю жизнь ее искать. И не каждый находит. Из тех, кого знаю лично я, нашел лишь король, мой отец и тот самый Сатор.

Ну, и не мог же Сатор убить ведьму нарочно? В качестве мести мне. Нет, не мог. Пусть сейчас мы и не друзья. Пути разошлись. Он, наверное, все также проклинает мое имя. Но в тот момент это ведь было не так.

Я знал Сатора с детства. Мы вместе играли в замковом саду, рубились на деревянных мечах, прятались от нянек. Тот славный мальчишка, которого я помнил, не пал бы так низко.

Что-то здесь было не так. Но думать об этом сейчас не хотелось.

Внезапно из раздумий меня вырвал стук в дверь.

— Войдите, — бросил я, не меняя позы.

Вошел Марес. Дворецкий выглядел безупречно, как всегда. Только легкая тень на лице выдавала, что новости не из приятных.

— Господин, — поклонился он. — Прибыл гонец от вашего отца.

Я выпрямился.

— От отца?

Марес протянул мне свиток с гербовой печатью. Я сломал сургуч, развернул письмо и пробежал глазами по знакомому до боли почерку.

«Сын. Через три дня буду в твоем замке. Есть важный разговор. Помни, что я не только твой отец, но и главный советник короля. Подготовь все как полагается. Надеюсь, ты не забыл, как принимать именитых гостей. Лорд Ульрих Торн».

Я скомкал письмо и швырнул в камин. Бумага вспыхнула, на мгновение озарив комнату ярким светом.

— Готовь замок, Марес. Родитель соизволил вспомнить о моем существовании. Видимо, королю надоели его доклады, и он отправил старика развеяться в провинцию.

Дворецкий понимающе кивнул.

— Прикажете подготовить гостевые покои?

— Да. И проследи, чтобы все блестело. Его светлость не выносит небрежности.

Марес вышел, а я подошел к окну, глядя на то, как дождь хлещет, поливая брусчатку. Весна выдалась дождливая. Потоки воды стекали по стеклу, искажая очертания замкового двора, превращая реальность в зыбкое, текучее марево.

Отец.

Теплыми наши отношения с родителем было не назвать. Я не видел Ульриха Торна с тех пор, как проклятие впервые проявилось на моем лице. Он тогда смотрел на меня с таким отвращением, будто я уже не сын, а урод на ярмарке.

В славном роду Торнов все мужчины приносили пользу королевству, занимали высокие должности. Калеки и проклятые этому роду были не нужны. Это, собственно, как раз то, что отец и сказал мне в нашу последнюю встречу.

Впрочем, и до проклятия наша семья не была идеальной.

Навряд ли отец собирается приехать просто потому, что соскучился по своему первенцу. Для нежных чувств у него есть другие дети.

Тогда что же понадобилось от меня старому Торну?

Я сжал кулаки, чувствуя, как под кожей зашевелилась чешуя. Дракон реагировал на любые сильные эмоции. А воспоминания об отце всегда вызывали бурю.

Нужно остыть. Привести мысли в порядок, пока не натворил глупостей.

Я вышел из кабинета и направился вниз. Прогулка — лучшее лекарство от драконьей ярости. Но, проходя мимо кухни, я уловил запах.

Сдоба. Яблоки. Корица.

Давно в моем замке не было такого соблазнительного аромата.

Я замер на подходе, услышав смех. Легкий, заливистый.

Алисия. И почему от звука ее голоса мне становилось легче, словно дракон от чего-то внутри довольно жмурился?

Бесшумно подошел к двери, ведущей в кухню, и заглянул в щель.

То, что я увидел, заставило меня забыть, как дышать.

У большого деревянного стола стояла Алисия. Растрепанная, раскрасневшаяся. Передник развязался и висел бесполезным клочком ткани.

Белый вихрь взметнулся в воздухе и словно облаком окутал ее, оседая на волосах, плечах. Девчонка взвизгнула, зажмурилась, и расхохоталась, открыв глаза.

При мне она ни разу так не смеялась.

Лиам с глупой улыбкой подскочил к ней, начал отряхивать.

А ученику-то что от нее надо?

Я почувствовал, как руки сжимаются в кулаки, когда увидел, как парнишка смахнул сахарную пудру с ворота платья моей служанки, проведя по ее груди. Вырвать бы эту руку. Затем парень провел ладонью по рукаву, задержавшись чуть дольше, чем следовало.

Алисия не отстранилась.

Она стояла и улыбалась этому сопляку и что-то нарочито серьезно выговаривала, а в глазах плясали смешинки.

Я не слышал ни слова из их диалога. Уши словно заложило от ярости.

Внутри меня что-то сжалось в тугой узел.

Парень поднял руку и поправил выбившуюся прядь ее волос. Заправил за ухо. Алисия замерла, посмотрела на мальчишку снизу вверх. И не отодвинулась.

Дракон внутри зарычал нетерпеливо:

«Убери руки от нее, сопляк!»

А потом этот гаденыш наклонился и поцеловал Алисию, а она и не отстранилась. Стояла и позволяла этому щенку целовать себя.

Ярость ударила в голову так внезапно. Я почувствовал, как кровь стучит в ушах. В глазах потемнело. В груди словно пожар разгорелся.

Даже не почувствовал, как когти, возникшие на пальцах, поранили сжатые в кулаки ладони.

«Моя. Моя. Моя!» — рычал зверь внутри, требуя, чтобы я вошел туда немедленно и разорвал этого наглого мальчишку за одно только прикосновение к тому, что принадлежит мне.

Мысль оборвалась.

Я замер, осознавая, что только что подумал.

«Моя?»

С каких пор она моя?

Алисия не моя невеста, жена, или даже любовница. Просто служанка. Девчонка, которую я приютил из жалости.

Но дракону было плевать на доводы рассудка. Он чувствовал только одно — запах. Ее запах, смешанный с запахом другого самца. И это сводило с ума.

Я не помнил, как распахнул дверь. Дерево жалобно скрипнуло, ударившись о стену.

Парочка отпрыгнула друг от друга, будто ошпарившись. Лиам побелел, вытянулся по струнке, уставившись на меня круглыми от ужаса глазами.

Алисия вспыхнула так, что даже в полумраке кухни было видно, как краска заливает ее щеки и уши. Руки заметались, пытаясь отряхнуть платье от муки, поправить волосы, хоть чем-то заняться, лишь бы не смотреть мне в глаза.

А я не мог оторвать взгляда от ее раскрасневшихся помятых губ. И самые порочные картины приходили мне в голову. Внутри все кипело и бурлило.

— Господин... — пискнул Лиам, но я зыркнул так грозно, что мальчишка разом умолк.

Я сделал шаг вперед. Потом еще один. Подошел к столу, остановился в двух шагах от них.

Девица испуганно подняла на меня глаза. Синие-синие.

Зверь внутри взвыл. Дракону было плевать на доводы разума.

От проклятия он, видимо, совсем рассудком помутился. Вероятно, все самки в замке теперь должны принадлежать ему.

Я криво усмехнулся.

— А я смотрю, у вас тут веселье в самом разгаре, — прорычал так, что Лиам вжал голову в плечи. — Развлекаетесь?

Посмотрел на Алисию, застыв взглядом на ее дрожащих губах. Хочу ее.

В груди полыхнуло так, что захотелось разнести эту кухню в щепки.

— Только, знаешь ли, — я шагнул к ней, нависая скалой, — обычно для таких развлечений есть более подходящие места. И время.

Пигалица втянула голову в плечи. Ее ресницы задрожали.

Наклонился к самому ее уху, вдыхая манящий запах яблок и корицы, и прошептал:

— Или тебе настолько одиноко без мужика, что готова отдаться прямо на разделочном столе?

Девушка дернулась, словно от пощечины. Вскинула на меня глаза. В них плескались ненависть, обида, стыд.

— Я... мы... — залепетала она.

Я выпрямился, бросил через плечо, уже направляясь к двери:

— Кухня не место для любовных игрищ. И вообще, в рабочее время блуд запрещен. Если вы оба, конечно, не желаете уволиться в срочном порядке.

Грохот двери за моей спиной прозвучал как раскат грома.

Я шел по коридору, сжимая кулаки. Будто это могло помочь заглушить неистовый рык дракона в голове.

Глава 13

Алисия

Весь замок гудел. Еще бы — сам лорд Ульрих Торн, главный советник короля и отец нашего хозяина по совместительству, соизволил пожаловать в эту глушь.

Я тащила ведро с водой через двор и краем глаза наблюдала за суетой. Двое мужиков на лестницах драили окна. Ковры висели на всех перилах, и по ним со всей дури колотили выбивалками дородные тетки.

Специально к приезду гостя наняли целую толпу новых слуг. И теперь по коридорам шныряли стайки молоденьких девчонок в таких же платьях, как у меня.

Девицы хихикали, толкались, а завидев вдалеке фигуру молодого господина, начинали прихорашиваться и поправлять волосы так, будто одну из них Кайден Торн непременно мог взять в жены.

Вот дурехи! Шансы у них были примерно такие же, как у меня выиграть в кости целое состояние.

Мадам Лейра вся аж раздулась от важности. Теперь у нее в подчинении было раза в три больше народу, и она задирала свой длинный нос так высоко, что, казалось, сейчас запнется и шлепнется в грязь.

Кричала экономка теперь еще злее. И на всех, а не только на меня.

Из-за того, что слуг стало много, работать стало легче. С одной стороны, это было хорошо — руки меньше болели. А с другой… работа выбивала из головы ненужные мысли. И теперь, когда дел стало поменьше, эти мысли лезли в голову с утроенной силой.

Так или иначе, а думы вновь и вновь возвращались к Кайдену.

Хозяин теперь носил полумаску.

Я впервые увидела его в ней вчера, когда проходила мимо лестницы. Полоска серебристой кожи, искусно вырезанная, закрывала левую половину лица от виска до подбородка, скрывая чешую.

Маска делала лорда еще более чужим и пугающим. И почему-то это меня не радовало.

Говорят, он стал угрюмее. Появлялся в коридорах редко, только по необходимости, и тут же исчезал в своих покоях или кабинете.

«Неужели он так не рад приезду родственника?» — думала я, выливая воду в чан. — «Если бы был жив мой отец… я бы все отдала, чтобы встретиться с ним. Пусть я и не помню его совсем, но семья — это же самое важное, что есть у человека».

Наверное, у лорда с отцом какие-то сложности в отношениях. Может, тот не принял проклятия сына? Или, наоборот, хочет помочь, а лорд Торн гордость свою тешит и не принимает помощи?

Я вздохнула. Какое мне, в сущности, дело до их семейных драм? Я здесь временно.

Еще две недели — и нужно будет уходить. Куда — я понятия не имела, но от этих мыслей голова шла кругом, и я снова ныряла в работу с головой.

Но мысли все равно возвращались к дракону.

Тряхнула головой, отгоняя эти мысли. Но тело помнило жар его рук на моей талии, и от этого воспоминания по коже бегали мурашки. Вот же наказание! Привязался ко мне этот дракон, как репей к собачьему хвосту.

Как он смотрел на меня тогда, на кухне, когда увидел нас с Лиамом. Так грубо обвинил меня в том, чего не было.

И почему он вечно пытается выставить меня падшей женщиной?

«Обычно для таких развлечений есть более подходящие места. Или тебе настолько одиноко без мужика, что готова отдаться прямо на разделочном столе?»

Щеки вспыхнули даже сейчас, когда я вспомнила эти обидные слова.

Как он посмел? Как посмел так думать обо мне?

И ведь главное — дракон застал меня врасплох. Я и сама не знала, как так вышло с этим поцелуем.

Лиам просто подловил меня. А я растерялась. Не отстранилась вовремя. И теперь Кайден Торн считает меня…

Я тряхнула головой, отгоняя эти мысли. Хватит. Мне неважно его мнение. Он хозяин, я служанка. И ничего больше быть не может. Даже если бы я и хотела…

А я не хочу! Точно не хочу.

— Алисия!

Я вздрогнула, едва не выронив пустое ведро. Обернулась. В дверях кухни стоял Лиам.

Сердце ухнуло в пятки. Только его мне сейчас не хватало. Я три дня от него шкерилась. Благо теперь Лиама отстранили от кухни.

Новая повариха, которую все же наняли в честь приезда почетного гостя, сказала, что «этот увалень никогда не научится нормально готовить» и вернула его в стан рядовых слуг.

— Лиам, — я выдавила жалкую улыбку. — Я занята. Воды надо натаскать…

— Погоди, — перебил он решительно, сжимая руки в кулаки. — Насмотрелся уже, как ты от меня бегаешь. Поговорить надо.

Блондин подошел ближе. В свете масляных ламп его светлые волосы казались золотистыми. Парень похоже волновался. Зеленые глаза смотрели с такой отчаянной надеждой, что у меня внутри все перевернулось.

— Лиам, правда, не стоит… — я попятилась, но уперлась спиной в дверной косяк.

Огляделась по сторонам. Никого нет. Мы в кухне одни.

— Стоит, — он остановился в шаге от меня, руками отрезав мне путь к отступлению. — Алисия, я понимаю, что тогда, на кухне… я не должен был так торопиться.

Парень облизнул губы и продолжил.

— Прости. Но я не могу больше молчать.

Я сглотнула, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

Только не это.

— Я влюбился в тебя, — выпалил он, глядя мне прямо в глаза. — С первого дня, как ты появилась в замке.

Парень стоял так близко. Такой правильный, теплый. Его руки держали меня за плечи, но в этой хватке не было той агрессивной брутальности, что была в прикосновении дракона.

В зеленых глазах плескалась нежность, а не тот обжигающий огонь, которым опалял меня каждый взгляд лорда Торна.

«О чем ты думаешь, дура?!» — мысленно закричала я на себя. — «Перед тобой стоит хороший парень и предлагает тебе будущее, а ты... ты вспоминаешь чурбана, который только задирает тебя».

Я прослушала часть слов и снова обратила внимание на то, о чем толкует так страстно парень напротив меня.

— Я сразу понял, что ты не такая, как все эти девчонки, что хихикают и строят глазки хозяину. Настоящая. Добрая, честная, вкусно готовишь и не строишь из себя невесть что.

Я выставила руку и уперлась парню в грудь, пытаясь отодвинуть. Все же не стоило давать ему возможность сказать эти слова.

— Не стоит…

— Не перебивай, пожалуйста. Я и так с трудом набрался храбрости, — попросил мой внезапный ухажер. — Понимаю, что сейчас я всего лишь мелкий слуга. Денег особых нет, но я обещаю — стану рыцарем, у меня будет свое жалование и смогу тебя обеспечить.

— Лиам, — я положила вторую руку ему на грудь, пытаясь его остановить. — Не надо. Не говори того, о чем потом пожалеешь.

Кажется, невольно я нарвалась на объяснение в чувствах.

Как же мне его остановить? Да и надо ли?

— Надо! — зеленые глаза горели таким искренним огнем, что мне стало больно. — Я знаю, что ты замужем. Но ты же не любишь этого… Йорзеса? Говорят, ты сбежала от него. Значит, есть надежда, что когда-нибудь…

— Нет, — перебила я жестче, чем хотела. — Лиам, послушай меня.

Парень замер, возвышаясь надо мной.

— Ты замечательный. Правда. Ты единственный, кто отнесся ко мне по-человечески в этом замке. Добрый, честный, смешной. И я очень дорожу твоей дружбой. Но…

Лиам посмотрел с надеждой.

Я перевела дыхание, подбирая слова, и продолжила:

— Я замужем. И по законам нашего королевства женщина не может развестись по своему желанию. Даже если муж ее не устраивает — у нее нет права уйти.

Глаза Лиама потемнели. Он открыл рот, чтобы возразить, но я продолжила:

— Я серьезная девушка, Лиам. Ты должен был заметить, что я не из тех, кто играет в любовь. Для меня любовь — это не просто поцелуи украдкой и нежные слова. Любовь должна заканчиваться браком. Семья, дети, общий дом.

— Я дам тебе детей, — пообещал мой собеседник.

— Чем ты слушаешь? Я не могу выйти за тебя замуж. Я уже замужем! И пока этот брак существует, не имею права даже думать о другом мужчине. Это неправильно!

— Но это же не по-настоящему! — воскликнул он с отчаянием. — Ты же не любишь мужа!

— Не люблю, — согласилась я, отведя взгляд. — Но перед законом я его жена. И если сейчас начну с тобой отношения, а завтра приедет королевский дознаватель и скажет, что я должна вернуться к мужу… что тогда? Ты готов ждать меня годы, пока я буду пытаться выбить развод, на который у меня нет никаких прав? Ты об этом подумал?

Лиам побелел. Кулаки его сжались, на скулах заходили желваки.

— Я не о том думал… — прошептал он, искренне опечаленный моим отказом. — Я люблю тебя, Алисия. Вот и все, что у меня на душе.

Вот так сразу люблю? А понимает ли он смысл этих слов?

— Ты хороший, Лиам. Именно поэтому я не могу позволить тебе надеяться на то, чего не случится, — коснулась его руки, чувствуя, как она дрожит. — Прости. Я не хочу тебя ранить. Но честность — единственное, что я могу тебе дать.

Парень стоял, понурив голову, и молчал. Так долго, что я уже испугалась, не сказала ли лишнего. Наконец он поднял на меня глаза.

— А, может, я недостаточно родовит? — спросил он тихо. — Ты, как и другие девушки, очарована лордом?

Подлец. Я вздрогнула.

Неужели это так заметно?

— Я ничего к нему не чувствую, — ответила резко и холодно.

Лиам горько усмехнулся.

— Врешь. Я же вижу, как ты на него смотришь. Когда господин проходит мимо, ты вся замираешь, как кролик перед удавом. И глаза у тебя становятся такие… — он махнул рукой. — Ладно. Я понял.

— Лиам, ничего ты не понял!

— Все нормально, — парень отступил на шаг. — Ты права. Ты честная. Это редкость. Спасибо тебе за эту правду. Пойду я.

Молодой человек развернулся и вышел, даже не оглянувшись. А я осталась стоять, прижавшись спиной к холодному косяку, чувствуя, как по щеке ползет одинокая слеза.

Ну вот, теперь в замке одним другом меньше.

Все сделала правильно. Но почему же так горько?

Я выдохнула, собираясь уйти из кухни.

— Какая трогательная сцена, — раздался ядовитый голос за спиной.

Сердце пропустило удар. По спине пробежал холодок.

Я вздрогнула и резко обернулась, боясь увидеть того, кто со мной заговорил.

Глава 14

Алисия

В дверях, ведущих в кладовую, стояла Гретта. Сложив руки на пышной груди, она смотрела на меня с таким торжеством.

— Гретта… — начала я.

— Не трудись, — перебила служанка, подходя ближе. Губы словно тонкая линия, глаза смотрели зло, крылья носа подрагивали, словно у собаки, что загоняет дичь.

Я невольно отступила, но уперлась спиной в тот же косяк.

— Я все слышала. И про то, какая ты «серьезная девушка», и про то, как ты не смеешь думать о других мужчинах, — девица остановилась в шаге от меня, сверля глазами. В полумраке кухни ее лицо казалось сейчас похожим на хищную птицу.

— Само целомудрие. Вот только верится с трудом. Ты думаешь, я не вижу, как ты крутишься вокруг хозяина? — прошипела она, наступая. — Думаешь, он на тебя позарится, на тощую-то курицу? Я здесь пять лет, поняла? И я не позволю какой-то сбежавшей мужней жене его увести!

— Я такого и не планировала!

— Заткнись! — рявкнула Гретта. Карие глаза злобно сверкнули.

Да кто она вообще такая? Почему вечно нападает на меня?

Глаза служанки сузились, она подалась вперед, и я почувствовала запах цветочного мыла.

— Слушай меня внимательно, дешевка. Убирайся из замка по-хорошему, — девица сложила руки на груди. — И поскорее. Или я расскажу отцу милорда, кто ты такая на самом деле! Думаешь, главный советник короля потерпит под боком у своего сына беглую крестьянку? Прикажет вышвырнуть тебя вон, а то и в темницу посадит за нарушение брачных клятв.

Вот гадина! Еще и угрожает. Эту самодовольную мордашку так и хотелось расцарапать. Но мне такие проблемы не нужны.

— У тебя есть время до завтра, — закончила Гретта, отступая. — Если ты к тому моменту не исчезнешь, я лично прослежу, чтобы Ульрих Торн узнал о тебе все. В мельчайших подробностях.

Девица развернулась и выплыла из кухни, гордо вскинув подбородок. А я осталась стоять, вцепившись пальцами в деревянный косяк, чувствуя, как от ярости закипает кровь.

И чего она ко мне привязалась-то?!

А главное, что теперь делать?

Бежать? Куда? В лес, где меня сожрут волки? В деревню, где меня снова схватят эти изверги и, наверное, уже не просто изобьют, а убьют на месте?

А если остаться? Эта гадюка исполнит свою угрозу?

Как отреагирует Кайден Торн? Станет ли лорд на мою сторону?

Я не знала, сколько простояла так, в оцепенении. Очнулась оттого, что затекли ноги. Выдохнула, заставила себя отлепиться от косяка и побрела прочь.

За окнами совсем стемнело, и мой путь по коридорам освещали лишь магические светильники.

Неужели уже так поздно?

Ноги сами принесли меня в западное крыло. Я шла, не разбирая дороги, пока не оказалась у дверей кабинета проклятого дракона.

Слезы подступили к глазам. Было обидно, что жизнь вечно подсовывает мне таких коварных людей, как Гретта и отчим. Может быть, лорд поймет, если я все ему расскажу?

Внезапно открылась дверь, прежде чем я осмелилась поднять руку и постучать.

Из-за двери высунулся Кайден Торн.

— Господин, — я отвела взгляд стыдливо, и в этот момент сильные руки резко обхватили меня за талию и заволокли в комнату.

Внутри царил полумрак. Лишь одинокий огонек свечи, стоявшей на крепком дубовом столе, освещал помещение, вырывая из тьмы стол, кресло и высокий шкаф у стены.

Лорд тяжело дышал, раздувая ноздри, и смотрел так, будто один мой вид заставлял его страдать.

Что это с ним?

— Дура! – рыкнул мужчина зло.

Я потеряла дар речи.

— Ты совсем с ума сошла? — не унимался дракон.

Щеки опалил жар обиды. Я непонимающе похлопала ресницами. Близость горячего тела путала, сбивая с толку. Смущенно опустив взгляд, я уставилась в грудь дракона.

— Неужели не понимаешь, насколько опасно приходить к мужчине ночью? — серые глаза лихорадочно блестели в слабом освещении.

Я в смятении качнулась, сделав шаг назад, но мужчина не дал мне отступить. Сильные руки крепко сжали мою талию и буквально впечатали в стену.

По спине пробежали мурашки. Кажется, я раздразнила дракона. На мгновение даже стало страшно. Я едва скрыла вздох.

— Что Вы делаете, господин? Прошу, пустите! – пролепетала я, беспомощно упираясь в каменную грудь. Сердце под моей ладонью стучало как бешеное.

Лорд только сильнее прижался ко мне. Я чувствовала жар его тела сквозь ткань одежды.

— Зря ты пришла, Алисия, — Кайден Торн склонился так, что наши лица оказались на одном уровне.

— Вы пугаете меня, — прошептала я.

— Беги, пока не поздно, — он прикрыл глаза, тяжело дыша, и прислонился лбом к моему лбу.

Интересно, как я должна бежать в его понимании?

— Я больше не могу сдерживать себя. Это все проклятие! – сказал лорд.

В его глазах – золотых… Мне это точно не мерещится! Отражалось мое испуганное лицо. Почему у господина вертикальные зрачки?

Я думала мне показалось в тот раз.

И тут меня осенило. Это дракон! Не стоило мне сюда приходить.

Все еще рассчитывая на адекватность лорда Торна, я спросила шепотом:

— Вы меня отпустите? Вы хотели, чтобы ушла.

— Нет, я не этого хотел, — жарким шепотом сообщил хозяин.

После чего прижал меня к себе еще плотнее.

Твердое естество, исполненное желанием, уперлось мне куда-то в живот. По коже пробежали мурашки.

Пытаясь сохранить остатки разума, я простонала свое возражение:

— Не надо!

Но мужчина уже потерял голову.

Чувствовала его горячее дыхание на своих губах, а в следующее мгновение теплые уста коснулись моих.

Настойчивый язык мягко прошелся по нижней губе, и от этой незатейливой ласки у меня закружилась голова.

Глава 15

Кайден

Вот болван!

Я провел ладонью по лицу, пытаясь стряхнуть ночные воспоминания и нежный цветочный аромат, что всю ночь не давал мне нормально уснуть.

Совсем напугал девчонку. Убегала Алисия так, что только пятки сверкали. Хотя на мгновение мне показалось... что она ответила. Что этот испуганный взгляд, когда я прижал ее к стене, сменился интересом или даже желанием, от которого у меня самого крышу снесло.

Я откинулся на спинку кресла и уставился в потолок. Потер виски руками.

Девчонка тоже хороша! Кто приходит к мужчине ночью? Думает, я железный? Хорошо еще, что в кабинет приперлась, а не в спальню. Если бы в кабинете была постель, то даже отрезвляющая пощечина от этой малышки не смогла бы остановить моего зверя. Сдернул бы с нее это дурацкое платье, уложил бы на спину и...

— Вот же ж… — выругался я, зажмуриваясь и пытаясь отогнать картины возможного развития событий.

Все же что-то надо делать с этим проклятием. Дракон от него совсем обезумел. Таким похотливым даже в пубертате не был, когда юбка каждой служанки казалась пределом мечтаний.

И что такое срочное могло пригнать Алисию ко мне ночью? Что-то случилось? В памяти всплыли ее глаза. Красные, припухшие. Она плакала? Когда я подошел ближе, в полумраке кабинета, мне показалось, что на щеках девушки блестят дорожки от слез.

Кто же тот смертник, что посмел ее расстроить?

В голову как назло пришла гнусная картина, когда мой ученик целовал Алисию.

Я сжал подлокотники кресла с такой силой, что дерево жалобно скрипнуло.

Да нет, бред.

Я его знаю с тех пор, как он еще совсем сопляком пришел ко мне работать. Ни разу не видел, чтоб Лиам хоть кого-то оскорбил из служанок. Милее парня сложно себе представить.

Но что тогда расстроило мою ночную гостью?

За окном шумел ветер. Я сидел, развалившись в кресле, и переваривал случившееся.

— Я смотрю, ты несильно утруждал себя подготовкой к моему приезду, - раздался голос на спиной.

Вот кто так подкрадывается? Или я совсем замечтался и не заметил прихода незваного гостя?

Я резко обернулся.

В дверях стоял Ульрих Торн. Главный советник короля. Мой отец.

Все такой же подтянутый, седина лишь слегка тронула виски. И взгляд холодный, оценивающий. Ничего с годами не меняется. Только перстней на пальцах стало больше, да камзол еще более вычурный.

Отец прошел в кабинет, не спрашивая разрешения. Огляделся по сторонам и поцокал языком.

— Хорошо, что со мной не было других именитых гостей, — заметил он сухо. — Мне было бы стыдно за такой прием.

Я криво усмехнулся, закатив глаза.

Вот бы он удивился, если бы я приехал к нему без приглашения. Столичный дворец приучил родителя к богатым интерьерам и вышколенным слугам. Боюсь, увидь он мою берлогу до чудесного перевоплощения, был бы шокирован.

— А я должен был усиленно стараться? Не вижу причин. Короля нашего ты с собой не прихватил, а для тебя из кожи вон лезть никто здесь не станет.

— Одного взгляда на замок достаточно, чтобы понять уровень запустения. — Отец снял плащ, бросил на спинку стула. — А главное — ты даже не встретил меня у ворот.

— А ты даже не предупредил, что приедешь раньше, — я пожал плечами. — Письмо обещало «три дня». Сегодня только второй.

— Обстоятельства изменились. Во дворце всегда много дел, и я не выбираю свое расписание.

— Как всегда.

Мы смотрели друг на друга хмуро. Я видел, как взгляд отца задержался на моем лице — на той стороне, где чешуя поблескивала, самым ярким образом показывая, что проклятие мое никуда не делось. Он слегка поморщился.

— Мог бы и прикрыть свое уродство маской, — холодно заметил отец, поджав губы. — Все же в замке полно слуг. Не дело, чтобы они видели своего хозяина в таком виде.

— В своем кабинете я могу выглядеть как хочу, — отрезал я, чувствуя, как внутри все закипает от бешенства. — Если тебе не нравится — можешь убираться.

Ульрих Торн хмыкнул, но промолчал. Подошел к камину, протянул руки к огню. Я смотрел на его профиль и думал о том, как мы похожи. Та же линия челюсти, тот же разрез глаз.

В детстве я гордился этим сходством. Ловил каждое его слово, каждый редкий момент, когда главный королевский советник смотрел на меня с одобрением.

А потом мать умерла. И все изменилось. Отец нашел истинную и женился снова.

Истинная. Та, ради которой он забыл о существовании старшего сына.

Как меня бесило тогда, что как только появились младшие дети от любимой жены, отец сразу перестал обращать на меня внимание.

— Я приехал по делу, — вырвал меня из воспоминаний строгий голос отца. — Не для того, чтобы обсуждать твою внешность.

— Не удивлен. Ты всегда приезжаешь только по делу, — скрестил руки на груди. — Говори.

Отец затянул свою любимую песню:

— Ты плохо заботишься о достоянии нашего славного рода, Кайден. Где продолжение? Тебе давно пора жениться.

Я рассмеялся.

— Ты предлагаешь мне найти невесту? С таким-то проклятием? Ты видел, как женщины шарахаются от меня? Как шепчутся за спиной?

— Видел, — ничуть не смутился отец.

— И-и, - протянул я, как бы ожидая продолжения. Одно дело тащить в постель служанок, другое - рассчитывать на брак с равной себе по положению женщиной. Никто не станет такого терпеть в аристократической среде.

— И-и, — передразнил меня лорд советник. — Тебе повезло, что король милостив. Он все еще благоволит тебе, Кайден, несмотря ни на что.

Вот в благоволение монарха верилось как-то с трудом. Слишком быстро меня выпнули из дворца. И сдается мне, обратно не позовут, пока в новый военный конфликт страна не ввяжется.

— Король?

— Да, — Старший Торн выдержал паузу, смакуя момент. — Его величество даровал тебе невесту.

Я смотрел на отца и не верил своим ушам. Это как это даровал?

— Что ты несешь?

— Ты не ослышался. — Отец поправил манжету и продолжил. — Король счел, что род Торнов должен продолжиться, несмотря на твое... состояние. И подобрал достойную партию.

— Подожди. Это как это даровал? Она что ваза? Или земельное владение, чтобы меня ею наделить?

— Опять ты ерничаешь, - с укором посмотрели на меня серые глаза господина советника, — Я попросил его величество о милости, и Карел четвертый вспомнил, что внучатая племянница его тетки как раз на выданье. Девице замуж пора, а тебе нужна невеста.

Мне сразу представилась весьма несимпатичная престарелая Лармина Кертель, та самая тетка короля, и рядом с ней такая же с лица, но чуть моложе девушка в кричащем ярко-розовом платье.

Чур меня! Надеюсь, это лишь моя больная фантазия. Видимо, на моем лице отразились эмоции и, считав их, отец свел брови.

— Это не шутки, Кайден. Тебе выпала честь породниться с королевской семьей!

— И кто же моя суженая? Я всех племянниц старой карги не помню, — выдавил я, чувствуя, как внутри закипает ярость.

— Как грубо. А ведь леди Лармина отзывается о тебе наилучшим образом.

— Не заговаривай мне зубы! – потребовал я.

— Король договорился с родом Грейсток. Леди Элейн станет твоей женой…. Если ты, конечно, не будешь на нее вот так смотреть.

Я понял, что слишком много отразилось на моем лице.

Элейн Грейсток.

Перед глазами встал образ красавицы с черными волосами, точеной фигурой и холодным взглядом серых глаз. Я видел ее пару раз на приемах, когда еще не был проклят. Но, как назло, ничего не запомнил, кроме яркой внешности.

Но главное — она кузина Сатора.

Моего бывшего друга. Или теперь уже врага? Я даже не знал, как назвать те отношения, что были теперь между нами.

Вот Сатор уж точно будет не в восторге от того, чтобы мы породнились.

— Вероятно, ты шутишь?! — недоверчиво воскликнул я, глядя отцу в глаза.

— Я никогда не шучу, Кайден. — Отец выдержал мой взгляд. — И ты это знаешь лучше других.

— Я не могу жениться на Грейсток. Ты про Сатора забыл?

— Можешь. И женишься. — Отец сделал шаг ко мне. Его напор раздражал. — Король уже дал согласие. Леди Элейн и ее сопровождение прибудут сюда вскоре. Ты подготовишь замок, встретишь невесту как полагается и сделаешь все, чтобы она чувствовала себя желанной.

— Я не мальчишка, чтобы за меня все решали! — рявкнул я, вскакивая с кресла. Чешуя на виске запульсировала, нагреваясь. — Я не хочу жениться по чьей-то указке!

— А кто тебя спрашивает? — Старший Торн не повысил голоса. Он вообще никогда его не повышал. — Подарками короля не раскидываются.

— Тогда пусть твой любимый король сам на ней женится!

— Не глупи, — по-деловому оживился мужчина. — Элейн Грейсток — достойная партия. Знатного рода, молодая, здоровая. Она родит тебе наследников, и, возможно, связь с королевским родом возвеличит тебя.

— Возможно? — я усмехнулся.

— Послушай, Кайден, ты мой сын. Вот о тебе я и должен заботиться. А все остальные меня не касаются, - Ульрих Торн на удивление стал говорить громче и бодрее. Будто я действительно задел в кои-то веки его за живое. — Только подумай, женившись на родственнице короля, ты сможешь вернуться в столицу, вернешь себе былую славу. Будешь снова самым желанным гостем во всех домах Ривалии. И цена всего-то женитьба.

Отец посмотрел на меня внушительно.

— И не говори мне, что твое сердце без любви зачахнет. Для мужчин любовь всего лишь приятный бонус, но не самоцель.

— А если я смогу найти истинную и снять проклятие? Что тогда?

— Тогда и будем решать проблемы по мере поступления. — Отец развернулся к двери. — А пока готовься к приезду невесты. И прикрой лицо. Не пугай девушку раньше времени.

Я выругался ему вслед.

Провел ладонью по лицу, чувствуя, как чешуя царапает кожу. В висках стучало. Нужно было остыть, проветриться, выпить чего-нибудь покрепче.

Вряд ли эта Элейн настолько невыносимая особа. Хотя жениться по указке короля… Это точно не то, чего я хотел бы сейчас.

Мысль о желаниях снова привела в мою голову образ Алисии. Ее испуганные глаза, дрожащие губы, которые отвечали на мой поцелуй.

Зачем она приходила? Что хотела? И почему сегодня не вернулась со своей просьбой? Так сильно испугалась и обиделась на мою несдержанность?

Стоило это выяснить.

— Марес! — крикнул я, распахнув дверь кабинета.

Дворецкий поспешил в мою сторону, спешно прервав разговор с экономкой. Лейра приветливо улыбнулась, сделала книксен и поспешила по своим делам.

— Господин? – участливо обратился ко мне мужчина.

— Пришли ко мне Алисию.

Марес склонил голову, пряча виноватый взгляд, и начал осторожно:

— Господин, понимаете…

— Что? — оборвал я его, чувствуя, как внутри зашевелилось нехорошее подозрение.

— Служанки Алисии сейчас нет в замке.

Я смотрел на слугу и не мог поверить, что не ослышался.

— Как это нет? Куда она делась?

В груди все словно сжалось. Не могло же случиться что-то страшное. Алисия не должна покидать замок. Мы ведь договорились. Я вроде все доходчиво ей объяснил.

— Мадам Лейра рассчитала служанку Алисию.

Ярость закипела в крови. Как бы не прибить старика случайно. Он-то ведь не виноват.

— Это почему она увольняет слуг без моего ведома?! — рявкнул я так, что Марес едва заметно вздрогнул.

Дворецкий выдержал мой злобный взгляд и пояснил:

— По настоянию вашего отца, господин.

В груди полыхнуло. Мне показалось, что сейчас мир взорвется от того, как мне захотелось броситься вслед за родителем.

Отец. Конечно! Кто же еще?

Сжал кулаки, пытаясь успокоиться.

— И Алисия... она так быстро ушла? — спросил я, пытаясь вернуть хотя бы видимость спокойствия. Не дело на слуг кидаться средь бела дня. — Так быстро собралась и ушла? Я же дал распоряжение одну ее не отпускать. И при увольнении проводить до ближайшего города. Кто с ней поехал?

Марес втянул голову в плечи.

Первый раз его таким вижу. Это он меня что ли испугался? Я мельком глянул в зеркало на стене и сам отшатнулся. На меня смотрело отражение чудовища. Глаза горят огнем, вертикальные зрачки, золотая чешуя переползла с левой стороны на нос, лоб, покрыла весь подбородок.

Неужели это от эмоций?

Я выдохнул несколько раз, пытаясь привести мысли в порядок.

— Она ушла не одна, господин. За ней пришел муж. Алисия отправилась домой с мужем.

Слышал эти слова, но мозг отказывался их принимать. Муж. Ее муж. Тот пьяница, от которого она сбежала в лес в одной сорочке. Урод, который даже не заступился за нее.

Алисия ушла с ним. Сама? Она не могла бы.

Ведь не могла?

В голове взревел дракон. Яркая алая пелена застила глаза. Кровь застучала в висках. Я схватил со стола бокал и со всей дури бросил его в стену. Хрустальная емкость разлетелась на осколки, осыпав несчастного дворецкого.

— Господин! — Марес отступил на шаг, испуганно закрываясь руками. — Господин, успокойтесь! Умоляю Вас!

— Где она? — прорычал я голосом. — Что за деревня?

— Господин, вы не можете...

— Где?! – взревел я, уже не сдерживая своего бешенства.

Марес побелел, весь сжался:

— Да тут недалеко. Через лес да через реку. Деревня Каменный Лог. Но, господин, сейчас и ваше состояние...

Я уже ничего не слушал.

Рванул дверь и вылетел в коридор, оставляя за спиной комнату в беспорядке и испуганного слугу.

Алисия вернулась к мужу?

Я обещал ее защитить от него. И не защитил.

Бежал по коридору, и дракон внутри рычал так буйно, что я думал – оглохну.

Если с девчонкой что-то случится — я сожгу всю эту деревню дотла. Вместе со всеми, кто посмеет встать на моем пути.

Только бы успеть!

Глава 16

Алисия

Телегу трясло на ухабах так, что я боялась прикусить язык. Весенняя распутица превратила дорогу в месиво из грязи и воды, колеса то и дело проваливались, и тогда все мое тело подбрасывало на жесткой деревянной скамье.

Холод пробирал до костей. Платье на мне было то самое, замковое. Но сейчас оно казалось насмешкой. Слишком добротное для того, что меня ждет.

Вот не думаю, что навязанный отчимом муж спустит мне этот финт с побегом.

Рядом, привалившись к моему боку, сидел староста Хигль. От него разило луком и еще чем-то сладковато-прогорклым, от чего желудок угрожающе сжимался.

Мужчина то и дело поправлял свою лисью шапку, которая постоянно сползала на глаза, и довольно щурился, будто кот, обожравшийся сметаны.

Вот и зачем ему шапка-то сейчас? В ней же должно быть в такую погоду очень жарко!

На козлах правил муженек. От его спины, обтянутой простенькой рубахой, веяло такой злобой, что хотелось закрыть глаза и провалиться сквозь землю.

А уж как зыркал он порой в мою сторону на поворотах!

— Ничего, ничего, — пробормотал староста, и его пухлая ладонь накрыла мою руку. Пальцы у него были короткие, толстые.

Сразу захотелось отодвинуться.

— Не дело жене от мужа бегать, Алисия. Греховно это. Боги не любят непокорных жен, — продолжил свои увещевания Хигль.

Я вздрогнула и отдернула руку так резко. Зло зыркнула на мужчину, чувствуя, как внутри закипает злость.

— Ах, греховно? — голос мой сорвался. — А то, что родственники мужа на меня с вилами кинулись — это по-божески?

Собеседник неприязненно поморщился, но ничего не ответил.

— Грехи женщин сразу замечаете, а на мужские смотрите сквозь пальцы!

Староста нахмурился, но как-то… снисходительно улыбнулся. Будто я была несмышленым ребенком, который говорит глупости.

— Ты не ропщи на жизнь, девонька, — наставительно изрек он и почесал бороденку. — Боги не любят ропщущих. Лишь смиренный достоин благостных кущ в послесмертии.

— Да плевать мне на послесмертие! — выкрикнула я, сжимая кулаки. — Я здесь хочу пожить нормально! И не хочу я жить в семье Йорзеса! Не хочу! Слышите?

Староста вздохнул, покачал головой, и его щеки, обвисшие, как у старого пса, колыхнулись.

— Глупая ты девка, Алисия. Ой, неразумная. Счастья своего не понимаешь. Все девицы созданы для одного: семью создать, детей рожать, мужа ублажать. — Он поднял палец и назидательно помахал им перед моим носом. — Муж — он есть прообраз повелителя небесного на земле. Как перед богами трепетать должна, так и перед мужем. Покорна будь, чтоб не прогневить небеса.

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри все закипает. Хотелось закричать, выпрыгнуть из этой проклятой телеги прямо в грязь и дать деру. Но, боюсь, никто не позволил бы мне так сделать. Далеко от них все равно не скроешься.

Телега подпрыгнула на очередной кочке, и меня мотнуло в сторону. Я прикусила губу, чувствуя металлический привкус крови, и зажмурилась.

Как некстати в голову пришли события утра, когда все еще не казалось таким фатальным.

***

Лорд Ульрих был по-своему привлекателен. Те же серые глаза, что у сына, но смотрел в отличие от младшего Торна не порочно, а холодно. Будто я была тараканом, случайно заползшим на его белоснежную скатерть на званом ужине.

— Твои услуги в замке больше не требуются, — сказал он без предисловий.

Я замерла у двери, ощущая, как земля уходит из-под ног.

— Но… господин… у меня договор с лордом Торном. На месяц. Он еще не истек, я не до конца отработала…

Старший Торн едва заметно поморщился. Будто я произнесла что-то неприличное. И поманил меня пальцем. Я подошла, не чувствуя ног.

— Договор, — повторил он с легкой усмешкой. — Милая моя, договор с моим сыном… считай расторгнутым.

Он протянул руку, и по столу в мою сторону прокатился небольшой холщовый мешочек. Проехал по полированной поверхности и остановился прямо передо мной. Внутри звякнули монеты.

— Здесь твое жалование. За весь месяц.

Смотрела на мешочек и не могла пошевелиться.

— Но я не наработала на всю сумму, — выдохнула я. — Это как-то неправильно, господин.

— Не беспокойся, ты сделала даже больше, чем требовалось. — Ульрих откинулся на спинку кресла, и в его глазах мелькнуло что-то, отчего мне стало не по себе. Будто мужчина прямо сейчас хотел меня обвинить в чем-то непотребном.

Глубоко вздохнула, мельком глянув в окно, где щебетали птицы на пока еще голых ветвях. Как хорошо, должно быть, родиться такой свободной пташкой.

— Сейчас в замке более чем достаточно слуг, — продолжил лорд, постучав пальцами по столу. — Твоя помощь не требуется. Мой сын расторг договор.

— Сам лорд Кайден? — переспросила я, чувствуя, как сердце пропускает удар.

— Сам, — Ульрих выделил это слово с какой-то особенной, обидной интонацией. — Он — лорд и решает, кто на него будет… работать.

Последнее слово он будто выплюнул. Или мне показалось? В серых глазах мелькнуло такое выражение, будто мужчина имел в виду что-то совсем другое. Что-то постыдное.

Щеки вспыхнули.

Неужели… неужели Кайден так обиделся? На то, что я не уступила его желаниям? Или на пощечину?

Решил отомстить, выкинув меня, как нашкодившего котенка? Как коварно!

Мысль была горькой. Я сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони.

Но где-то в глубине души, в самом темном уголке, заскребся противный голос рассудка: «Алисия, не глупи. Кайден Торн не такой. Он не поступил бы так подло. Ты же видела его. Он другой».

— Возьмите, — Ульрих Торн подошел ближе и вложил мешочек в мою ладонь.

А мысли мои были где-то далеко.

Но если не Кайден, то кто так решил? Почему меня выгоняют?

Гретта. Вспышка озарения была такой яркой, что я даже зажмурилась. Конечно! Эта гадина. Она же угрожала мне! Говорила, чтобы я не смела смотреть в сторону ее дракона. А я… я поцеловала его той ночью. Как она узнала? Рассказала Ульриху что-то скверное?

— Вы еще молоды, — вырвал меня из мыслей голос лорда. Сейчас он прозвучал почти благодушно. — Найдете себе другую работу. Тем более женщине необязательно работать, когда у нее есть такой заботливый муж.

Я распахнула глаза.

— Кто?

— Ваш муж, моя дорогая. — Ульрих улыбнулся, обнажая ряд белоснежных зубов. — Он ужасно страдает без вас. Вместе со старостой вашей деревеньки они слезно просили отпустить вас домой. Я не мог отказать. Семья — это святое.

На мгновение показалось, что тень закрыла свет и все померло.

Я уперлась взглядом в дорогую брошь на камзоле лорда, не в силах оторвать взгляд от золотой птички с сапфировым глазом. Вот и я как эта птичка. Такая же маленькая и бессильная.

Что за жестокая шутка?

За спиной послышались скрип открывающейся двери и голос старосты.

Захотелось развернуться и убежать. Прямо сейчас. Броситься прочь из этого кабинета, из замка, в лес, куда угодно, только бы не…

Но ноги словно приросли к полу.

Этого не может быть. Этого просто не может быть!

Зачем старосте и Йорзесу я? Зачем я им сдалась?

***

— Приехали, — проскрипел голос старого Хигля, вырывая меня из воспоминаний.

Я вздрогнула и открыла глаза.

Родная деревня встретила меня запахом навоза и мокрой соломы. Серые, покосившиеся избы, грязища, тощие собаки, шарахающиеся от телеги. И люди. Много людей.

Они выходили из домов, останавливались у заборов и смотрели. Смотрели так, что хотелось провалиться сквозь землю.

Презрительно.

Вот и как я смогу тут дальше жить?

— Гулящая вернулась, — в первом ряду выдала скрюченная бабка.

— Опозорила мужа на всю округу, — поддакнула ее толстая подруга, качая головой.

Я вжала голову в плечи, чувствуя, как горят щеки. Телега остановилась у дома Йорзеса. Входная дверь распахнулась, и на пороге появился Каюс.

Его хотелось видеть не больше, чем его старшего брата.

Блондин стоял, подперев косяк, и смотрел на меня откровенно. Казалось, в мыслях уже сдирал с меня рабочее платье. Или мне только чудится похоть в его взгляде?

— А вот и невестка, — протянул мужчина, облизывая губы. — Соскучилась по родне, поди? Говорят, ты в замке многому научилась. Мы с братом не против проверить твои знания.

Это что сейчас было?

Он напрямую мне вот так предлагает…? При муже да людях?

Глава 17

Алисия

Такое ощущение, что мужа совсем не удивила фраза его брата.

Я отвернулась, стараясь не смотреть на Каюса. В горле стоял ком, который никак не получалось сглотнуть.

Я не буду показывать им своей слабости. Не дождутся!

Йорзес спрыгнул с козел и подошел ко мне. Схватил за руку больно, наверно, синяк останется, и дернул вниз.

— Вылезай давай, — гаркнул муж.

Я сползла с телеги, едва не упав в грязь. Ноги подкосились, но муж удержал, вцепившись в локоть. Притиснул к себе, и в нос дохнуло перегаром. Попыталась отстраниться, но супруг недовольно двинул бровями:

— Не позорь хоть сейчас, — прошипел он, склонившись ко мне, мазнув по виску губами. — Видишь, все смотрят?

Ухватив поудобнее под локоть, супруг потащил меня в наше семейное гнездышко, волоча будто мешок с картошкой.

На входе Каюс растянул губы в улыбке:

— Оставляю вас, голубки, — и хлопнул брата по плечу.

Внутри пахло так, словно все время моего отсутствия муж не просыхал. Впрочем, скорее всего так и было.

Йорзес развернул меня к себе лицом и впечатал в стену, рявкнув:

— Деньги давай!

Я захлопала глазами, растерявшись.

Было ужасно страшно смотреть в его разгневанное лицо. Но сдаваться вот так сразу?

Еще не хватало отдать этому забулдыге весь свой заработок!

— Какие деньги?

— Не прикидывайся! — мужчина тряхнул меня так, что зубы клацнули. — Те, что лорд тебе дал… за интимные услуги! Давай сюда!

— Не давал он мне никаких денег! — выкрикнула я, пытаясь вырваться из стальной хватки. — Ничего он не давал!

Муж только сильнее сжал меня. Смотрел, прищурив и без того маленькие глазки.

На плечах, возможно, останутся синяки.

— Пусти! Мне больно!

На глаза выступили слезы.

— Тогда сам найду, — пообещал Йорзес, и зеленые глаза нехорошо блеснули.

Толкнул меня на лавку, и я больно ударилась спиной. А потом его руки полезли под платье. Я забилась, завопила, пытаясь отпихнуть мужа, но разве мне, хрупкой девушке, сладить с таким кабаном?

— Не смей! — заорала я. — Убери руки!

Пощечина обожгла лицо.

В глазах вспыхнули искры, во рту появился металлический привкус. На мгновение я перестала соображать, а когда пришла в себя, супруг уже залез в лиф платья и вытащил оттуда тот самый мешочек с монетами, попутно облапав.

— Ах ты тварь! — прорычал он, сжимая в кулаке свою находку. Кустистые брови сошлись к переносице. — Врать мне вздумала?

Я сидела на лавке, прижимая ладонь к горящей щеке, и смотрела на супруга. И не стыдно ему, такому бугаине, применять силу к жене?

Кажется, муж еще ужаснее, чем мне показалось на свадьбе.

Слезы текли сами собой. Я провела рукой по лицу, размазывая их.

Это было так унизительно. Так гадко.

Йорзес подкинул мешочек на ладони, и лицо его преобразилось. Видимо, уже представил, что купит на вырученные барыши.

— Плохая ты женушка, Алисия. Хорошая жена должна была сразу мужу все отдать, без истерик. — Он спрятал деньги за пазуху и шагнул ко мне. — Ну да ничего. Это лечится. Сначала мы тебя отхлестаем на потеху жителям. А потом я научу тебя покорности. И заживем…

— Нет, — прошептала я, но меня уже тащили к двери. — Ты не посмеешь!

Однако, разве мои слова могли его остановить?

Серое небо низко нависало над деревней, готовое разразиться дождем. Вокруг уже собралась толпа — соседи, родственники мужа да просто зеваки.

Меня потащили к площади, к позорному столбу. Я смотрела по сторонам и пыталась вычленить из толпы хоть один сочувствующий взгляд. Но тщетно.

Мельком пробежалась по толпе и увидела отчима.

Он стоял на крыльце моего родного дома, обнимая за плечи какую-то молодку. Румяную, с толстой косой и наглым взглядом.

Неужели так быстро женился? Пока меня не было?

Хотя теперь понятно, почему так быстро меня из дома вытурил.

Барзес поймал мой взгляд и отвернулся.

Больше не было ни дома, ни надежды на спасение.

Веревки впились в запястья, приковывая меня к столбу. Стянули руки так туго, что пальцы сразу онемели. Вокруг галдела толпа, кто-то поддерживал решение Йорзеса, кто-то выкрикивал оскорбления в мой адрес.

Староста что-то вещал с помоста про то, как важно чтить традиции и уважать своих мужей.

— Смотрите, к чему может привести разнузданность! Так не повторяйте ошибок других, — завершил свою речь Хигль.

— Бей ее! — прокатилось по толпе.

— Чтоб неповадно было от мужа бегать! — поддакнул старик с куцей бороденкой.

— Подстилка драконова!

Я глянула в небо. Там вдали летела птица.

Свободная. Вот и мне бы так. Расправить крылья и улететь. Подальше от этих людей.

— Ты не пугайся, брат не будет слишком жесток, — жарко шепнул Каюс мне на ухо.

Послышался треск ткани. По спине пробежал холодок.

— Я упросил его быть помягче с тобой, невестка. Заменить плеть на стек. Чтобы шрамов не осталось. Такую нежную кожу портить грех, — теплое дыхание обожгло ухо, и ладонь провела по моем плечу. — Но и ты не забудь моей доброты.

Мужчина отошел, уступая место Йорзесу.

Я зажмурилась, молясь всем богам, чтобы скорее закончилась эта пытка. Внезапно захотелось снова оказаться в замке проклятого дракона. Вспомнилось суровое лицо лорда.

Пусть пугает меня своей страстью или язвит, но только бы подальше от этих бесчувственных змей, для которых человеческая жизнь ничего не значит.

За что они так со мной? Я ведь ничего им не сделала. Почему смотрят, ожидая моего наказания?

Тишину разорвал свист. И тело обожгло болью.

Я забилась в путах, пытаясь высвободиться. Вскрикнула. По толпе прошелся одобрительный гул.

Мир поплыл перед глазами. Осталась только одна сплошная боль, пульсирующая в такт сердцу.

Каждый удар отзывался болью во всем теле. Она словно лавиной накрыла меня целиком.

Казалось, следующего удара я уже не переживу, а супруг все не унимался.

Спасительная темнота поглотила сознание, не оставляя мне ответа на вопрос, когда же эта пытка закончится.