Чужая Война

Пролог

?? ???. ????????. ????????. ??????. ??? ???, ??? ???.

***

Сознание не поспевало за телом. Пока дух всё ещё пребывал в раздрае, недоумённо разглядывая отполированную до блеска старательными роботами-уборщиками палубу “Орбитра”, сплав технологий Орокин, Заражения, стали и плоти проворно вскочил на ноги, готовый отразить любую угрозу, с какой бы стороны та не пришла. Но подсознательно ожидаемой атаки так и не последовало.

— Оператор! — радостный голос цефалона ворвался в эфир, тут же разбивая неуютную тишину, пока управляемая им платформа вертелась вокруг, попеременно сканируя варфрейм во всех возможных диапазонах. — Внутренних повреждений не обнаружено. Заряд энергощитов на максимуме. Нарушений целостности оболочки не зафиксировано! Ордис так рад, что вы в порядке! Ооо~ если бы с вами что-то случилось, я никогда бы себе этого не простил! Ордис счастл... -зол- кхммм~. Похоже, я нуждаюсь в ремонте после всего случившегося.

— Что конкретно произошло? — привычно проигнорировав щебетание не совсем искусственного интеллекта, беру себя в руки, сразу же направляясь в головной отдел корабля. — Последнее что помню, как мы подлетали к “Зариману”, затем яркая вспышка и пустота.

— Ваши показания верны на все 100 %, Оператор! Протоколы наблюдения зафиксировали мощнейший всплеск энергии Бездны ровно в момент вхождения “Белой Звезды” в пространство “Заримана”. Это первый подобный случай за всё время существования аномалии. Данные сохранены и занесены в архив, желаете ознакомиться?

— Да, показывай.

Тело варфрейма всё также шагало вперёд, повинуясь отданным ранее командам, пока перед моим внутренним взором проносились картины недалёкого прошлого.

“Зариман” — сколько всего в этом слове. Огромный корабль-ковчег, что должен был открыть перед Золотой Империей всю безграничность вселенной, позже ставший тюрьмой и братской могилой для миллионов членов своего экипажа. Родина Тэнно. Место нашей смерти и нового рождения. Ныне же — врата, закрывающие проход в Бездну, из которой нам когда-то чудом удалось сбежать.

Врата, что неустанно подвергаются штурму, как снаружи, так и изнутри.

Запись обрывалась аккурат на моменте подлёта орбитра к ковчегу. Одномоментно, до того спокойная пульсация разлома сменилась неистовым свечением, на мгновение затмившим собой свет близлежащих звёзд. На кадрах отчётливо было видно, как волна энергии другого измерения вырывается из аномалии, поглощая всё космическое пространство вокруг огромного корабля-мира.

— Чьё-то ещё присутствие на орбите было зафиксировано?

— Да, Оператор. Корабли “Корпуса” как раз предпринимали очередную попытку прорыва к внешним отсекам. Сенсоры внутри “Заримана” зафиксировали высадку десанта и боестолкновение вторженцев с тварями Бездны.

— Судя по твоему спокойному тону, их судьба неизвестна. Чтож, туда полудуркам и дорога. В каком состоянии “Белая Звезда”?

—Полное сканирование орбитра завершено. Никаких критических повреждений. Целостность корпуса на момент прекращения воздействия аномалии составляла 97,6874% процента. В основном пострадали системы связи и внешние сенсоры. Ордис запустил ремонтные протоколы едва возобновил функционировать. По примерной оценке, повреждения должны быть полностью устранены через… Сейчас. О звёзды, что это!?

— Ордис? — резкий выкрик цефалона совпал с посещением рубки управления. Огромное панорамное окно, целиком выплавленное из кристаллов верида, как и миллионы раз до этого услужливо распахнуло передо мной вид на необъятные просторы космоса… вид, который я, как ни старался, не мог признать. — Ордис?!

— Провожу полное сканированное окружающего космоса! Сверяю маршруты солнечных монорельсов. … Провожу сканирование радиационного фона. ... Сравниваю местоположение близлежащих звёзд… … … Ни одного совпадения с базами данных не обнаружено.

— Как это возможно… — невольно мой голос скатился до едва различимого шёпота. — Как?

Впервые за многие сотни лет непоколебимое тело варфрейма показалось мне тесным, а его совершенные органы чувств, дополнительно усиленные аугментикой, до ужаса неполноценными. Я хотел… Я должен был увидеть это своими глазами!

Волевое усилие и Я просыпаюсь. Едва тёплый метал капсулы переноса привычно пульсирует в такт сердцебиению, пока створки саркофага медленно раскрываются, позволяя выйти наружу.

Последний раз я покидал эту утробу несколько месяцев назад, но долгие недели прозябания ничуть не сказались на функциональности родного вместилища. Техника и струящаяся по венам энергия Бездны надёжно уберегали от любых невзгод, будь то болезнь или же банальная деградация мышечных волокон, так что на пол я вступил уверенно, быстро направившись обратно в головной отсек.

Прогулка не заняла и полминуты, но для меня это вынужденное ожидание тянулось мучительно долго. Кровь набатом стучала в висках, дыхание то и дело перехватывало, пока руки била крупная дрожь, ведь если это правда, если у меня получилось…

Каждый житель Изначальной Системы с рождения знал одну непреложную истину – покинуть её невозможно никаким образом. Любые попытки заранее обречены на провал, ведь с одного конца галактики её охватывает гравитационная тень чёрной дыры, а с другой — беспощадный вихрь энергии сверхновой, что “недавно”, всего около пары миллионов лет назад, сколлапсировала.

Факт того, что сама система умудрилась не просто уцелеть при таких вводных, но и породить внутри себя разумную жизнь, статистически невозможен. Однако, если всматриваться в суть, всё сущее есть плод свершения постоянных невозможных. Именно так рассудили когда-то Орокин, правители ныне сгинувшей Золотой Империи, желая распространить своё владычество за пределы Изначальной Системы. Для этих целей они и приказали сконструировать “Зариман”, но попытка пробиться в другие миры через Бездну, минуя враждебные условия открытого космоса, потерпела неудачу. Частично. Задокументированные прецеденты выхода за предел всё же были, но… Считалось, что повторить их невозможно.

Зайдя в рубку я невольно ускорился, по привычке сместив себя с этого плана реальности, материализовавшись уже около обзорного окна, из-за которого на меня смотрела необъятная межзвёздная пустота, переливающаяся всеми мыслимыми цветами, меж которой мерцали миллионы огней далёких, чужих звёзд.

Привычное, рутинное зрелище сейчас пробирало до мурашек. Я словно бы вернулся в то далёкое время, когда первые взошёл на борт космического судна и презрев оковы гравитации устремился за небеса.

— С вероятностью 99,9999 % могу заявить, что мы находимся за пределами Изначальной Системы.— в отличие от меня, оцифрованное сознание цефалона не спешило впадать в иррациональный трепет, продолжая добывать и анализировать поступающую информацию. — С вашего разрешения, Ордис запустит разведывательные дроны для сканирования ближайшего космоса. Но, судя по фиксируемым гравитационным искажениям, до ближайшей планеты они будут добираться примерно двадцать семь стандартных суток.

Я перевёл всё ещё чуть затуманенный взгляд на отливающую красным громаду небесного тела. Отсюда оно казалось таким обманчиво близким.

— Что по системе дальней связи? Мы можем хоть с кем-нибудь связаться?

— Боюсь, что нет, Оператор. Все известные каналы молчат. Я попеременно сканирую любые доступные частоты, но пока что ни одного отклика зафиксировано не было.

— Расширь область поиска. Просматривай всё, даже самое невероятное и устаревшее.

— Принято. Однако Ордис обязан сообщить вам, что существует вероятность того, что ответ так и не будет найден.

— Тот факт, что мы с тобой застряли посреди межзвёздной пустоты, где на сотни парсек нет ни одной живой души, давай обсудим как-нибудь потом. — я пытался говорить уверенно, но под конец всё же не смог сдержаться, бросив быстрый взгляд на неподвижно стоящий позади силуэт.

Варфрейм чувствовал моё смятение и затаившийся где-то в глубинах сознания страх, отзываясь в ответ волнами непоколебимой, клокочущей ярости, готовый обрушится на всё, на что я только не укажу.

Прости, старый друг, но в этот раз ты ничем не можешь мне помочь.

Мерный цокот когтей заставил отвлечься. Радостно виляя десятком плетеобразных хвостов, на палубу прошествовал ещё один член нашей странной семьи.

Исп — глупое имя для панцирной вульпафилы, один только внешний вид которой, со всем этим тёмным хитином, раздвоенной нижней пастью, полной бритвенно-острых иглообразных зубов, массивным костяным гребнем на затылке, из под которого угрожающе торчали длинные ядовитые иглы, и внушительных размеров когтями, что без труда раздирали даже сплавы феррита, говорил о том, что если тебе не повезло наткнутся на это отродье Заражения с изувеченных просторов Деймоса, то оно будет последним, что ты увидишь в этой жизни. Впрочем, это не помешало мне несколько раз как следует ударить подошедшего питомца по загривку — с его природной бронёй обычные поглаживания не пройдут. Наградой мне стала длинная цепочка из визгов, цоканья и чего-то отдалённого похожего на мурчание. На душе сразу стало легче.

— Продолжай сканировать все доступные частоты. — бросив взгляд на преданно всматривающегося в меня огоньками окуляров цефалона, попытался выдавить на лице улыбку. Не для себя — для него. Получилось не сразу, всё же практики за последние лет двести мне сильно недоставало, но, слава звёздам, тому хватило и этой малости.

— Конечно, Оператор! Я уже отфильтровал четыреста одиннадцать миллионов двести одну тысячу четыреста тридцать пять… шесть… семь… восемь…

— Ордис.

— А? А! Да, вам совершенно не о чем волноваться! Если существует хоть один внятный сигнал, Ордис его обязательно найдёт! А пока что я взял на себя смелость взять курс на ближайшую планету. С большой долей вероятности на ней отсутствует жизнь, но, думаю, вам будет интересно прогуляться по совершенно новому миру! Вы даже можете назвать его в свою честь!

— Предложение заманчивое, но, пожалуй, воздержусь. Я про название. Посетить планету действительно стоит. Как минимум проведём анализ ископаемых и грунта, может найдутся совпадения. И разошли по округе ещё дронов, пусть покопаются в ближайших астероидах, возможно отыщут что-то полезное. А я пока проведу ревизию арсенала и склада, заодно ещё раз осмотрю все отсеки, проверю работу кузни и состояние гельминта, мало ли что с ними могло случится. С этим переносом ни в чём нельзя быть уверенным.

— Хорошая идея, Оператор! Развлекайтесь, а ваш верный Ордис продолжит ска… -кромсать- сканирование! Как только появятся первые успехи, я вас обязательно позову!

Глава 1

?? ???. ????????. ????????. ??????. ??? ???, ??? ???.

***

Один из моих наставников любил повторять, что медитация — путь к равновесию духа и тела. Хмх~, Тешин всегда неровно дышал к философии дуализма, столь горячо любимой Орокин, что видели в ней ещё одну концепцию демонстрации их тотального превосходства. И даже после низвержения старого порядка, этот странный дакс продолжил верить в этот около мистический бред, постоянно требуя от меня того же, на протяжении всего времени обучения.

Тогда я подыгрывал ему, по мере сил. Ведь он был единственной ниточкой с забытым, из-за столетий в криосне, прошлым. Он же, в свою очередь, делал вид, что верит этим неуклюжим попыткам скрыть истину за маской лжи, как будто бы заранее зная, что ничего путного из этой затеи не выйдет. Тем непонятнее, в разрезе лет, смотрится его нарочитая упёртость в данном вопросе, впрочем… Всё это дела давно минувших дней.

Открыв глаза, передо мной предстала всё та же картина — безграничный космос во всём своём жестоком великолепии. За те сорок дней, что “Белая Звезда” кружит на орбите мёртвой планеты, так поразивший меня в первые минуты нахождения в этой галактике вид как-то незаметно потерял былую новизну, и пусть до сих пор царапал взгляд иным расположением звёзд, по крайней мере перестал вгонять в лёгкий ступор, заставляя часами пялиться в панорамное окно моей личной каюты.

Во многом привыканию способствовала и прошедшая несколько недель назад высадка на планету. Ничего сверхординарного — железное тело варфрейма, усиленное аугментикой и изменённое техноцитом всё также равнодушно реагировало как на жгучий холод вселенской пустоты, с пронизывающим её звёздным ветром космической радиации, так и на непригодные для любой углеродной формы жизни условия красной планеты.

Из интересного, прошедшая миссия принесла лишь обширный список минералов и соединений, уже прошедших полный цикл сканирования в Кузне и внесённых в общий производственный каталог, как вероятная замена ряду ранее используемых материалов. Процесс сбора данных продолжался, и дроны-экстракторы по-прежнему курсировали по ближайшему космосу, увлечённо потроша астероиды в поисках очередных открытий, но увлекательным этот процесс мог считать разве что Ордис, да его коллега по нелёгкому цифровому существованию — Лойд, что, слава звёздам, остался где-то там, в миллионах парсек позади. Мне же катастрофически недоставало действия. Вынужденное прозябание в орбитре давало слишком много свободного времени, которое я поневоле проводил с тем единственным, с кем категорически не желал оставаться наедине — с самим собой.

Слишком многое я успел повидать за свою жизнь, о многом жалел, многое помнил и ещё больше отчаянно хотел бы забыть. Вот только не мог. Не имел права так поступить, а потому десятилетиями только и делал, что мотался по Изначальной Системе, берясь за любую работу, которую только считал достойной и хотя бы в малейшей степени оправданной, в попытках хоть как-то отвлечься от бушующих в глубине души демонов. И я был не один такой. Все мои браться и сёстры, все Тэнно несли этот крест — страшную ношу прошедшей Войны, что для остальных обитателей Изначальной Системы отгремела столетия назад, давно затерявшись в анналах истории, но для меня… для нас… многих из нас… она так и не закончилась.

Вновь пришлось одёргивать себя, почти насильно заставляя разум свернуть с опасной тропы.

Всё это неважно. Бессмысленно. Особенно теперь, когда я очутился здесь, в совершенно новой вселенной… Один. Без поддержки, цели и смысла к существованию… Да Бездна вас всех задери!!!

Резко вскочив на ноги, принялся мерить шагами просторную каюту, невольно заставив резвящуюся стаю рыб, вроде как родом с Деймоса, в большом, почти в половину стены, аквариуме опасливо юркнуть в глубины своих владений.

Факт собственного одиночества давил немыслимо. Само по себе это не было чем-то новым. Каждый Тэнно по натуре был ярым индивидуалистом. Тоже след Старой Войны, когда Орокин ввели свою “систему четырёх углов”, предписывающую Тэнно отправляться на все боевые миссии максимум группой из четырёх варфреймов. Большее число считалось нецелесообразным и избыточным, как в плане разрушительного потенциала, так и на ниве шпионажа и диверсий.

В чём-то этот подход был обоснован. Даже один варфрейм мог заменить собой армию, четыре же представляли почти неостановимую мощь, посоперничать с которой могла далеко не каждая армада. К сожалению, враг обладал даже большими силами, разить которые одним лихими налётом не представлялось возможным. Ещё одна причина, по которой тактика малых групп считалась наиболее результативной. Там где не срабатывало массированное давление и прорыв, показали свою эффективность множество разрозненных, но болезненных ударов. Вот только даже находясь в глубоком тылу или на передовой, в окружении или в западне, никто из нас не был один. Никогда. Всегда, всегда рядом была та, кто неразрывно связывал нас, но…

Воспоминания вновь накатили удушливой волной, заставив до боли сжать протестующе скрипнувшие зубы, но всё же, спустя время, обречённо выдохнуть, падая спиной на мягкий диван.

Здесь и сейчас Лотос рядом нет. Никто больше не подстрахует, не направит на нужный путь, не поможет советом. Я один, и этот факт необходимо принять, если хочу двигаться дальше. Тем более что, несмотря на все снедающие меня переживания и вдруг разнывшиеся старые раны, ситуация далеко не так плоха, как рисует её окунувшееся в водоворот воспоминаний сознание.

Арсенал, после тщательного осмотра, был признан непострадавшим, а его содержимое полностью исправным. И я имею ввиду не только многочисленные вариации колющего, режущего, стреляющего, взрывающего и просто дезинтегрирующего всё что попало добра, но и полный ряд варфреймов, пятьдесят девять моделей свежей и не очень (оставшиеся ещё со времён Орокин) сборки. При учёте того, что даже одного вполне хватило бы, чтобы вырезать население целой планеты (при условии специализации юнита на атаках массового поражения, в противном случае целесообразнее было провести ряд диверсий, с ударами по важным объектам инфраструктуры и лидерам социума), это был весомый гарант моего выживания даже в условиях полной автономности и полнейшей неизвестности.

Атомарная Кузня также работала без нареканий, а это значит, что, гипотетически, я могу, без посторонней помощи и почти без оборудования, собрать хоть линкор “Корпуса”, при условии, что озадачу Ордиса проектированием чертежа, состоящего из миллиардов небольших блочных элементов. Всё же её размер, а значит и объём конечного продукта, выступал значительным сдерживающим фактором, хоть и не перекрывал общую полезность, стремящуюся, особенно в моей ситуации, к бесконечности. Шутка ли, возможность воспроизвести почти любой элемент или конструкт, при условии, что ранее он был отсканирован и внесён в базу данных орбитра.

После падения Золотой Империи эта технология оказалась безвозвратно утрачена, а потому потеряла любую ценность — в том плане что никто и никогда не смог бы с вами за неё расплатиться, даже самые зажиточные из Совета Директоров Корпуситов, этих гонящихся за прибылью крохоборов. Да и не найти её уже. Единственные рабочие образцы остались лишь на рейлджеках и орбитрах, которые выпускались строго лимитировано под нужды каждого конкретного Тэнно, а значит либо давно сгинули вместе с их владельцами, либо остались при них.

Даже Гельминт и тот без особых проблем перенёс неожиданное путешествие в другую галактику. Хоть это и нисколько не помешало ему проскрежетать мне все уши на тему мучающего его голода. Нахальная пиявка. Однако слишком полезная, чтобы её так просто игнорировать — пришлось кормить. Заодно нашлось куда сбагрить ненужные образцы минералов, доставленные дронами с планеты.

В общем и целом, у меня при себе было всё, что я имел на момент прибытия на “Зариман”. Весь мой арсенал, всё оружие и экипировка, весь накопленный опыт и даже маленькая команда, состоящая из меня самого, свихнувшегося цефалона, вульпафилы, полуразумного, прожорливого техноцитового клеща и… варфреймов. Особенных варфреймов. Под первым серийным номером.

На самом деле, эту тему никто из моих братьев и сестёр поднимать не любил. Не беспричинно. Кому будет приятно вспоминать, что каждый твой шаг, каждая победа оплачена кровью и страданиями других, но факт оставался фактом и от этого было не убежать.

Орокин создали варфреймов, точнее они сделали их такими, какие он есть, но вот основа… В их начале лежало Заражение — тот самый вирус техноцит, что, по одним данным, также был создан Орокин ещё за столетия до начала войны с Владеющими Разумом, а по другим и вовсе появился как спонтанная мутация, позже найденная и изолированная ими для дальнейшего изучения.

Как бы то ни было, этот техноорганический вирус, сочетающий в себе черты паразита и симбионта, способен использовать органические и синтетические формы как инкубаторы и переносчики, медленно пожирая носителя и перестраивая его на молекулярном уровне. Органические материалы превращаются в новые, гомогенные организмы, в то время как более твёрдые, неорганические материалы, вроде металлов, меняются структурно в псевдоорганическую субстанцию, на самом глубинном уровне помнящую свойства изначальной формы. При этом вирус проявляет просто поразительные адаптивные свойства, меняя структуру получившегося создания в зависимости от условий окружающей среды, тем самым приспосабливая его почти к любому внешнему воздействию.

Эти качества Орокин перенесли на многие свои творения. Техноцит дал толчок не только к созданию варфреймов, как венца сумеречного гения Орокин и их Исполнителей, но до того помог им сделать решительный шаг в целом ряде направлений: начиная от той же Атомарной Кузни, заканчивая созданием нанитов и структур из “адаптивного” сплава.

Однако сейчас важны были именно варфреймы. Как уже было сказано, в их основе лежал техноцит, но для развития вирусу нужна была подходящая питательная среда, с достаточно развитой нервной системой, подходящими габаритами и хорошо изученным геномом, для более прогнозируемого процесса мутации. И необходимого материала у Орокин оказалось в избытке.

Золотая Империя не была утопией. Общество в ней делилось на классы, где каждая каста варилась в своей нише, и для того, чтобы взойти хотя бы на ступеньку вверх необходимо было обладать просто немыслимым, почти несравненным талантом в какой бы то ни было сфере. А Орокин… Они в этой системе были на самом верху — бессменные и бессмертные Золотые Повелители, Боги во плоти, чьи желания — истина, а воля — закон.

Я даже примерно не знаю, сколько подопытных погибло ещё на этапе приживления вируса, как и не имею ни малейшего понятия, сколько из них дожили хотя бы до внедрения первых кибернетических имплантов. Точно известно лишь одно — первые результаты появились лишь спустя семь лет после начала активной фазы исследований, а затем всё это встало на промышленные рельсы, приобретая ещё больший размах.

Варфрейм, сам по себе, просто зверь в стальной шкуре. Да, безмерно сильный и ловкий, способный рвать сталь голыми руками, обладающий огромной выносливостью, прочностью и живучестью, несравнимо более совершенными органами чувств и моторикой. Настоящий высший хищник, дополнительно усиленный кибернетикой, что под влиянием техноцита буквально становилась частью его тела. Однако всё равно лишённый разума и снедаемый безумием. И в этом стоит винить лишь самих Орокин, жаждавших абсолютного контроля над своим детищем.

Если подопытный переживал все этапы преобразования, а его мутацию посчитали потенциально эффективной, его ждал последний, решающий процесс — полное стирание личности и умышленная деградация тех участков мозга, что отвечали за эмпатию, чувство самосохранения, боль, формирование привязанностей и всё прочее, что Орокин сочли неуместным для своего идеального оружия. Мало кто доходил до этой процедуры в здравом уме. Все этапы преобразования крайне болезненны, настолько, что если верить немногим сохранившимся с тех времён отчётам, смерть от болевого шока была второй по частоте среди подопытных. Однако порой встречались те, кого даже подобная адская агония не могла сломать окончательно, а иногда Орокин намеренно не давали искре разума несчастного погаснуть, используя процедуру создания варфрейма как меру наказания… или казни. Золотым ублюдкам нравилось мучать своих жертв, это служило им развлечением, доставляло удовольствие. А что может быть смешнее и приятнее, чем кара посмевшего выступить против тебя врага, ныне запертого в изувеченном теле покорного слуги, при этом по-прежнему мучающегося от сонма нарочно оставленных осколков воспоминаний о другой жизни?

Но всё-таки это было исключением из правил. Большинство варфреймов не имели разума, движимые лишь мучающей их каждое мгновение болью и базовыми инстинктами. Только самые первые модели, те из чьей мутировавшей днк после были выращены тысячи и тысячи клонов, на долгие годы ставших карающем мечом Орокин во времена Старой Войны, имели шанс сохранить хоть что-то. Парочку таких мне повезло найти и… и на этом всё. Я почти их не использовал. Не желал даже в самой малости подавлять хрупкое, искалеченное Я. Хотя для них моё присутствие в недрах их же сознания воспринималось скорее благом. Как и прочим бессознательным версиям, оно помогало им забыться, отречься от боли, от страха перед непонятным, чуждым миром, что дарил им лишь страдания, и просто спокойно спать, паря где-то в самой глубине разума.

Забавно, но это был тот самый “величайший и самый страшный секрет Тэнно”. По крайней мере именно таковым его считали Орокин. Эти одуревшие от власти и вседозволенности, заплывшие метафорическим жиром и всеми возможными пороками ничтожества всерьёз задавались вопросом, почему созданные ими монстры отказываются подчиняться. Почему, несмотря на все их возможности по контролю над разумом, вопреки всем способностям, знаниям и предпринятым мерам, их творения продолжали противиться ИМ, но смиренно склонились перед НАМИ. Слепые глупцы. Только их Великий Исполнитель, эта подлая мразь Баллос, всё понял, но было уже слишком поздно.

Как же он тогда сказал? Вроде: “Мы одурманили их, истязали их, лишали их… Мы ожесточили их умы… но не сработало. Пока не пришли Они. И это была не их сила воли — не их Бездна дьявольщины — не их чуждая тьма… Нечто другое. Это было то, что каким-то образом, из ужаса забвения, Они научились заглядывать в уродливые, разбитые вещи… И забирать их боль.”

Он всегда был умнейшим из них, в равной доле превосходя любого Орокин как в гениальности, так и в жестокости. Дважды предатель. Трижды отвергнутый. Всегда одинаково жалкий.

До того неподвижная фигура варфрейма едва заметно вздрогнула всем телом, словно бы вторя моему позыву. Волной чистой, незамутнённой ненависти омывая зыбкий образ собственного создателя.

Верно, верно — всё это прошлое, все они давно мертвы, как и их Империя. Я сам помогал низвергнуть её, вместе с братьями и сёстрами пройдясь кровавой косой по всем, кто считал себя Богами, живя в Золотых Дворцах. Но… Тогда казалось, что с их смертью и обретением долгожданной свободы жизнь сразу изменится, обретёт новые краски и смысл, а на деле… На деле ничего так и не поменялось. Точнее изменилось всё, но совсем не так, как мы себе это представляли. А самое смешное в этом то, что я даже не помню, что именно мы рисовали себе тогда, в этих наивных мечтах о чуде, за которое так рьяно боролись, проливали реки крови и…

— Оператор! — взволнованный голос цефалона ворвался в эфир подобно взрыву сверхновой. — Ордис зафиксировал устойчивый сигнал! И не один! Целая сеть сообщений, передаваемые по средствам волновых высокочастотных сигналов! Ордис испытывает недоу… -отвращение- обнаружив столь занимательный реликт архаичных технологий! По имеющимся у меня данным, подобный способ передачи информации был признан устаревшим ещё в Эру Лит! Это изумительно!

— Сосредоточься. — все лишние мысли тотчас же были отброшены прочь. — Что именно это за сигнал? Где его источник? В чём смысл послания? Хоть что-нибудь!

— Провожу процедуру расшифровки, но, вынужден вас огорчить, Оператор, это займёт время. Данный язык шифрования мне неизвестен, как и способы ретранслирования сигнала, и меры предпринятые для его защиты. На расшифровку могут потребоваться дни, недели и даже годы, если не целые… Всё готово! — радостно возопил цефалон, вбивая последний гвоздь в крышку гроба моего терпения.

— Ордис!

— Простите меня, Оператор! Но я действительно не предполагал, что это будет так просто! Исходящий поток данных, по сути, защищён лишь примитивным алгоритмом кодирования с простейшим, четырёхсот тридцати восьмизначным ключом шифрования. На лицо крайняя степень халатности!

— Или передача не предполагает защиту, являясь, к примеру, сигналом бедствия или аналогом маяка.

— Это очень мало вероятно. Больше всего это похоже на межсетевой протокол передачи данных, объединяющий отдельные подключённые к нему устройства в огромный кластер галактического масштаба. Кажется, местные называю его "ГолоНет" и используют для хранения и размещения информации, а также обмена данными в режиме реального времени.

— Ты уже получил к нему доступ?

— Всё верно. Ордис смог авторизоваться в этой сети. В данный момент я осуществляю сокрытие своих действий и самого факта появления, а также более подробно знакомлюсь с местной информационной системой и присущей ей языкам программирования. Пока происходит процесс обработки данных, не желаете ознакомиться с новыми сведениями касательно этой галактики?

Я не ответил, просто адресовав тяжёлый взгляд в никуда, прекрасно зная, что вездесущий цефалон точно его заметит.

— Я рад видеть в вас такой азарт и неподдельную тягу к знаниям, Оператор! Так приступим же к просвещению! Думаю, для начала, вам интересно будет узнать, что эта галактика более чем обитаема и насчитывает свыше тысячи двухсот разумных видов, при том что исследована менее чем на сорок процентов! Коренные обитатели разделяют её на девять относительно крупных частей. Начиная от миров Глубоко Ядра, в самом центре галактики, следуя далее просто к Ядру, мирам Колоний, Внутреннему Кольцу, Региону Экспансии, Среднему Кольцу, Внешнему Кольцу, а также Дикому Космосу и Неизведанным Регионам, разбросанным в разных частях на окраинах галактики. Всё это — огромные территории, включающие в себя тысячи обитаемых планет и множество политических, религиозных и экономических объединений. Знаю, что вы не слишком любите говорит о политике, поэтому ограничусь тем фактом что, на текущий момент времени, а именно — 941:2:13 от Руусанской Реформации по местному исчислению, в этой галактике доминирующей считается Республика — аморфное образование, включающее в себя большую часть наиболее промышленно развитых регионов и отдельных крупных государств. Более подробно с этой темой вы можете ознакомиться в кодексе Орбитра. Ордис уже создал новую Главу и будет заполнять её по мере обработки поступающей информации.

— Это всё, конечно, интересно, но никак не решает нашей основной проблемы.

— Ещё как решает, Оператор! Более того, в ближайшем будущем ничто не помешает нам с вами отправится исле… -покорять- эту галактику, ведь нам крайне повезло с точкой выхода! А именно — безымянная планета, в безымянной системе близ звёздной системы Терман, в, так называемом, Пространстве Хаттов. Координаты 751.672, 104.868.

— И что конкретно из этого свидетельствует о нашей удаче? — зная Ордиса, я не спешил разделять охвативший его неуёмный энтузиазм. — Ты сам сказал, что здесь никого нет.

— Верно! И это прекрасно, ведь при таких вводных никто не сможет помешать нам ограбить один из кораблей, что, следуя гиперпространственному маршруту Паболь Хутта, непременно сделает остановку близ этой планеты для координации собственного курса!

— С этого момента давай подробнее. Что ещё за гиперпространственный маршрут?

Глава 2

941:2:26 от Руусанской Реформации. Пространстве Хаттов. Неназванная звездная система. Координаты 751.672, 104.868.

***

Голова непривычно гудела, словно налившись ферритом, но несмотря на лишь растущий дискомфорт, я всё равно продолжал упрямо всматриваться в переплетение линий, символов и странных знаков, пытаясь их все понять и запомнить. Получалось, мягко говоря, так себе.

— Не могу больше. Она слишком огромная. — бросив ещё один взгляд на сияющую по центру сомакорда объёмную голографическую карту новой для меня галактики, которую Ордис, не так давно, добыл из недр здешней информационной сети, я не смог подавить очередной усталый вздох. Слишком много информации. Слишком много потрясений за каких-то два дня прошедших с того момента, как цефалон сумел поймать и расшифровать идущий извне сигнал.

Названия планет, звёздных систем, видов, правительств, государств, религий, языков — всё это перемолотой кашей лежало у меня в подкорке, вот-вот грозя проломить череп излишне высоким давлением.

И вроде бы глупо отрицать, что сам виноват. Накинулся на едва переведённую и толком не отредактированную Ордисом базу данных, как оголодавший карнис, на раненого бегуна. Однако и меня можно понять — целый новый мир, необъятный, немыслимый, лежал сейчас за боротом орбитра! Незбыточная мечта тысяч поколений, недостижимая цель, полная загадок и тайн! Кто бы устоял перед этим?!

Вот и я не смог совладать с негаданно проснувшимся любопытством, что грозило просто испепелить меня на месте, рискни я промедлить ещё хоть немногим дольше. Вот-только получилось то, что получилось — то есть ничего путного. Мало того что Ордис всё ещё не в совершенстве разбирается в местных языках, абсолютно не похожих ни на Тайный Слог Орокин, ни на Письмена Тэнно или письменность Корпуса и Гринир. И даже... Обскхе... Обсчще Гах... Гааал... Галлактикехий... Мра!!! Крайне распространённый местный язык, на котором говорит и общается большая часть обитаемой галактики, он освоил ещё не в совершенстве! Из-за чего в переводимых текстах то и дело встречаются ошибки и неточности, которые, впрочем, усердный цефалон быстро правит, по мере заполнения архива. Но и я ведь, как последний неофит, решил объять необъятное, прошедшие два дня буквально не вылезая из кодекса и сомакорда. Глупо, самонадеянно, но, звёзды, как же захватывающе!

Уже и не помню, когда меня в последний раз переполнял подобный энтузиазм и жажда действия. Впервые за несколько десятилетий я не стремлюсь забраться обратно в соркафаг, спрятавшись от всего мира за прочной стеной из оксиума, карбида и криотика. Подобное... пленяло. Невольно подначивало заглушить тихий голос разума, отбросить в сторону все рациональные доводы и полностью отдаться этому прекрасному потоку из детского восторга и юношеского ликования. К счастью, или к сожалению, несмотря на то что время не властно надомной, и на вид моему телу никогда не дашь больше шестнадцати, я уже давно не ребёнок.

— Ордис, как закончишь с анализом совместимости гипертехнологии и систем орбитра, составь краткую сводку по местной культуре и обычаям. Самое основное, чтобы при личной встрече с коренными обитателями, у них не возникло неудобных вопросов на мой счёт.

— Как пожелаете, Оператор! — вот уж кто действительно не знает значение слова "уныние". — Позвольте заметить, что вы и сами проделали грандиозную работу по изучению известной галактики! Это просто чудесно!

— Да-да, как скажешь. — мягкая обивка дивана встретила меня чарующим уютом. Закрыв на секунду глаза, позволив полумраку прикрытых век затопить внутренний взор, попытался в который раз собраться с мыслями, прикидывая планы на будущее. По всему выходило, что всё упиралось в одно. — Ордис, ты говорил, что гипердивгатель придётся демонтировать с чужого корабля.

— Всё верно, Оператор. Это самый оптимальный и безопасный вариант на текущий момент. Лицензированных чертежей в сети, увы, не наблюдается. Компании-производители крайне ревностно относятся к факту распространения их собственности в третьи руки и моментально пресекают подобное. Не всегда успешно. Однако те чертежи и технические материалы, что мне удалось отыскать на незаконных ресурсах, вызывают объективные сомнения своей целостности и пригодности к реализации. Имея же работоспособный образец, создать подходящий для эксплуатации аналог будет в разы проще.

— Я понимаю. Вот только меня терзают сомнения, что местные просто так нам его отдадут. Значит придётся либо тайно проникнуть на корабль, проведя полное сканирование интересующих тебя систем, либо забрать необходимое силой. При обоих раскладах мне надо понимать технические возможности местных кораблей: сложность их охранных и боевых систем, мощность и диапазон сканеров, прочность щитов, численность экипажа, в конце концов. Мы ведь ничего толком не знаем о их боевом потенциале.

— Ох~. Ордис совсем не подумал об этом! Но в сети не было никаких упоминаний чего бы то ни было, способного причинить тяжкий вред варфрейму. За исключением тяжёлого вооружения, устанавливаемого на бронетехнику и...

— Звездолёты. Большие пушки всегда устанавливают на звездолёты. Поэтому я и хочу знать, насколько они эффективны и какой ущерб могут причинить, в случае если та же "Белая Звезда" получит полный бортовой залп в упор. — про варфрейм упоминать смысла особо не было. Во-первых, благодаря арчвингу — механическим крыльям на реактивной тяге, одинаково эффективным как в планетарных условиях, так и в открытом космосе, варфрейм всегда был крайне проблемной целью для палубной артиллерии. Слишком подвижный, слишком маленький и непредсказуемый, чтобы вести по нему прицельный огонь. А вот семидесяти девяти метровый орбитр — совсем другое дело. Потерять корабль, уже давно ставший домом, из-за банальной халатности, последнее чего мне бы хотелось. Особенно посреди чужой галактики, Бездна знает где.

— Вас понял, Оператор! Провожу сканирование имеющихся данных по этой теме. ... Дополняю архив информацией из сети. ... Компиляция готова, желаете ознакомиться?

— Кратко и по теме? — вопрос был произнесён без особой надежды.

— Разве когда-то бывало иначе, Оператор? Мои системы эффективны на 112 %! Желаете убедиться?

— Говори уже.

— Как скажете! И так, стоит сразу отметить, что чёткой классификации звездолётов, как у того же Корпуса, Гринир или Орокин, в этой галактике не существует. Во многом причина подобного — децентрализованность власти. Каждая крупная корпорация, государство или союз в Галактической Республике и за её пределами имеют собственные обозначения и систему классификации типов звездолётов. Попытки привести всё к одному мерилу проводились неоднократно, но, зачастую, просто игнорировались всеми крупными формированиями, что продолжали использовать привычные им обозначения. Проведя анализ самых распространённых звездолётов галактики, я вывел собственную классификацию. За основу была взята длинна корабля — учитывая судостроительные традиции местных звёздных верфей, это наиболее простой и эффективный способ. Исходя из него, Орбитр может считаться корветом, канонеркой или же большой прогулочной яхтой. Это самый малый класс звездолётов, за исключением истребителей и бомбардировщиков различных серий.

— То есть удивление он ни у кого не вызовет?

— Абсолютно. Даже нестандартную конструкцию легко можно списать на не нашедшую распространения серию или частную сборку. Первое подходит для любых случаев — проверить крайне сложно, так как компании на просторах галактики появляются и исчезают почти со скоростью света, иногда успевая выпустить свою продукцию небольшим тиражом. Второй же вариант происхождения ещё более надёжен, так как любой частный заказ априори является тайным и индивидуализированным, данные о нём не подлежат огласке. Однако это может привлечь нежелательное внимание к вам и к кораблю, ведь подобная сборка — крайне дорогостоящее удовольствие.

— Хорошо, значит как минимум в космопорт мы приземлиться сможем. Что дальше?

— Следуя вашим указаниям, я разбил обсуждаемую тему на пять подпунктов: бронирование, щиты, вооружение, скорость, а также системы маскировки и обнаружения. С какой хотите начать?

— Давай про броню. — целостность фюзеляжа всегда первостепенна.

— Отличный выбор, Оператор! Ордис рад вам сообщить, что, учитывая толщину бронирования и особенности используемых сплавов, целостности Орбитра может хоть как-то угрожать только беспрерывной обстрел линейного крейсера или же корабля выше его по классу.

— Подожди-ка. — перед глазами замелькали строчки кодекса. — Ты указал, что линейные крейсеры и линкоры это корабли от тысячи, до пяти тысяч метров.

— Вы крайне внимательны, Оператор! — цефалон явно в упор не видел проблемы. Или же я чего-то отчаянно не понимал.

— Ордис, даже у Владеющих Разумом кораблей таких размеров было не так чтобы много. А те что были, всегда оказывались увешаны пушками от носа до кормы. Под прямым обстрелом подобного звездолёта, орбитр, даже сильно модифицированный, не мог продержаться более пяти минут, после чего просто бы взорвался, утратив целостность корпуса. А ты меня сейчас уверяешь, что он нас колупать будет до новой Эры Акси. Как это вообще понимать?

— Для прояснения ситуации необходимо перейти к пункту — вооружение. Желаете продолжить, Оператор?

— Ну давай. Что, местные из рогаток в вакуум стреляют?

— К сожалению, я не нашёл упоминания подобных систем ведения огня в общем доступе. Однако, судя по информации в сети, наиболее распространённым оружием, как в космических, так и в наземных сражениях, является лазерное и ракетное, а также их многочисленные вариации. Значительно реже встречается ионное, кинетическое и гравитационное вооружение.

Я недоумённо сверлил потолок своей каюты растерянным взглядом:

— И это всё? — ни криотических, ни радиационных, химических, коррозийных, вирусных, магнитных и прочих? — У них, кроме этого, вообще ничего нет?!

— Боюсь, что да, Оператор. Есть незначительные упоминания прочих систем: тепловых, криогенных и химических, но распространения они не получили, представляя миллионные доли процента от всего рынка вооружения.

Вот теперь я, кажется, начал понимать, почему цефалон был столь оптимистичен в своих прогнозах.

— Сравнительная мощность лазерных пушек производства Орокин и местного?

— Для примера можно взять используемые нами скорострельные лазерные пушки модели Талын: Зиткай МК3. Эффективная дальность стрельбы которых насчитывает двадцать пять тысяч метров, максимальная — шестьдесят тысяч. Скорострельность составляет порядка двадцати семи выстрелов в секунду. Ближайший местный аналог — турболазер. По сути является тяжёлой версией обычного лазерного орудия, но использует для поражения цели не лазерный луч, как можно подумать, а высокоэнергетический сверхплотный пучок энергии. Существует несколько вариаций, но усреднённая характеристика следующая. Эффективная дальность стрельбы около пятнадцати тысяч метров, максимальная — сто восемьдесят тысяч. Скорострельность всего половина выстрела в секунду. При этом импульсные высокозаряженные лучи Талына почти втрое мощнее и в полтора раза быстрее местного аналога.

Я просто не знал что на это сказать. С одной стороны явно видна тотальная доминация известных мне технологий, с другой же:

— Откуда такой большой разброс в дальности?

— Для быстрого аккумулирования нужного объёма энергии местные обитатели используют специальный газ — тиббану. Крайне взрывоопасное реактивное соединение, выделяющее при своём сжигание огромное количество тепла. Эта энергия, от сожжённого газа, и используется в качестве снаряда. Предварительно, при помощи мощного электромагнитного поля, она уплотняется, затем, опять же, посредством магнитного поля, заряд ускоряется до сверхзвуковых скоростей и выстреливается. Собственно, именно из-за использования газа местные лазеры имеют столь впечатляющую дальность стрельбы. Заряд энергии просто медленнее рассеивается в космосе и имеет больший запас "прочности". С другой стороны, столь долгий процесс подготовки перед выстрелом значительно сказался на скорострельности орудий, а также сделал их зависимыми от запасов газа. Наши лазерные установки подобных недостатков лишены, хоть и, в отличие от местных аналогов, могут перегреться из-за слишком долгой работы.

— Не понимаю, зачем вообще тогда использовать какой-то газ, если и так можно добиться большей мощности выстрела?

— Скорее всего причина кроется в несовершенстве их энергетических установок, Оператор. Это самый оптимальный вариант.

— Поясни.

— С радостью! Ордис не успел ознакомиться со всем кластером энергетических систем в этой галактике, но детально разобрал самые распространённые и эффективные. В их число входят многочисленные двигатели внутреннего сгорания, на жидком, газообразном и кристаллическом топливе, применяемые ещё до Эры Лит технологии ядерного и термоядерного синтеза, а также реакторы солнечной ионизации — более совершенная технология ядерного синтеза, имитирующая процессы протекающие внутри звёзд. Все эти варианты, помимо термоядерной теории, кое-что объединяет, а именно — крайней низкое КПД. Собственно, в этом вы можете видеть ещё одно коренное различие технологий нашей и этой галактики. Когда Орокин были заперты в Изначальной Системе, то быстро поняли конечность имеющихся у них ресурсов. Это, в свою очередь, побудило их развивать технологии возобновляемых и потенциально неисчерпаемых источников энергии, а также обращать ключевое внимание на их эффективность. И это было ещё до того, как они узнали о существовании Бездны и её бесконечном потенциале. В то же время местные обитатели не были ни чем ограничены. Перед ними была целая вселенная, полная ресурсов, ископаемых и минералов. Коренным жителям данной галактики просто не было нужды выводить КПД своих энергетических установок на потенциально новый уровень. Поэтому и сейчас он редко превышает тридцать процентов, против имеющихся у нас девяноста шести.

— Хочешь сказать, что они вообще не развиваются в этом направлении? — в подобное верилось с трудом.

— Вовсе нет, Оператор. Исследования ведутся, причём очень активно! Но тут в дело вступает, так называемый, закон рынка. В местном обществе превыше всего ценятся деньги и предметы роскоши. В этом они очень сильно похожи на Корпус. Выстроенная финансовая система, как ни странно, является основным препятствием на их пути к прогрессу. Ведь на исследования в любой области требуются деньги, которые, следуя выстроенной модели, им необходимо будет вернуть. Желательно в большем объёме. Потому, если проект не демонстрирует потенциальную окупаемость хотя бы в пределах десяти лет, про него предпочитают забыть. К тому же существуют такие понятия как промышленный шпионаж и саботаж. Многие корпорации и поддерживающие их государства не видят проблемы в устранении конкурентов силовым путём, а также в уничтожении их исследований, для дестабилизации конкурента. А даже если разработки просто крадут, компания-вор может и не захотеть развивать их, ведь в текущих реалиях подобное может оказаться просто неликвидно. Потому, уверен, многие перспективные и передовые проекты так и пылятся в архивах мега-корпораций. Печальная участь.

— Галактики меняются, а люди всё те же. — почему-то от осознания этого на душе стало как-то спокойнее. То ощущение неизвестности, что окружало меня, хоть и не рассеялось, но явно проредилось.

— Не только люди, но и множество представителей иных видов, Оператор! Мне продолжать доклад, или вы хотите немного передохнуть?

— Нет, давай дальше. Это... интересно.

— Как пожелаете. Так вот, второй причиной ограничивающей местных инженеров, является размер этих самых энергетических установок. Почти всегда они занимают до четверти от всего внутреннего объёма корабля, и это без учёта двигателей. Как понимаете, при том что на орбитре эта цифра не превышает и десяти процентов, ситуация вновь выходит не в их пользу.

— И всё равно как-то странно. Корабли Корпуса неплохо показывали себя в бою против тех же рейлджеков, на базе которого я и проводил модификацию орбитра. А тут...

— Не забудьте, мы ведь всё это время рассматривали проблемы их вооружения, а не достоинства нашей брони. О самовосстанавливающихся нанитовых сплавах, способных, в определённых пределах, адаптироваться к воздействию внешней среды, тут даже не слышали.

— Ладно, допустим. А что по щитам?

— Вновь крайне перспективно для нас! Стоит сразу сказать, что местные разделяют свои щиты по физическому и энергетическому воздействию. Опять же всё упирается в энергетический потенциал. Их реакторы просто неспособны поддерживать одинаково эффективную защитную структуру, по крайней мере долгое время. А вот планетарные щиты, имеющие доступ к инфраструктуре полисов, уже показывают себя аналогично нашим. Хотя опять же КПД у них просто ужасное. Мощность же щита Орбитра составляет 3152 ед. Что в перерасчёте на местную систему исчисления равно, примерно, 157-ми SR.

— Как понимаю, это много.

— Аналогично суммарной мощности щитов установленных на звездолёт типа линкор. — радостно уверил меня цефалон, но я уже ничему не удивлялся.

— Вооружение?

— Об особенностях местного лазерного оружия вы уже осведомлены. Количество палубной артиллерии зависит исключительно от типа звездолёта и его модификации, но корабли схожего с нами класса едва ли смогут что-то противопоставить "Белой Звезде". — в голосе Ордиса отчётливо звучала гордость. Немудрено, учитывая сколь тесно он был связан с этим кораблём.

Цефалон что-то ещё говорил о типовом вооружении местных звездолётов. Я слушал в пол уха, перебирая в уме что мы этому могли противопоставить. Ситуация оказалась намного лучше, чем могла бы быть.

В своей изначальной модификации Орбитр не имел вооружения. Совсем. Этот звездолёт позиционировался как мобильная база, обладал огромным кластером сканеров, хорошими производственными мощностями, позволяющими Тэнно проводить даже полный цикл ремонта своими силами. Имел в своём распоряжении превосходную систему маскировки, в том числе оптической и в целом более ориентировался на скрытность, чем на прямой бой. По необходимости используя небольшой десантный челнок для разведывательных и боевых миссией.

По своему это было логично. Для боевых операций Орокин специально сконструировали для Тэнно рейлджеки. Во время Старой Войны этого было более чем достаточно, но вот после... Ладно, какой смысл сейчас врать, тем более самому себе. После ничего толком не изменилось. Оба корабля отлично показывали себя, перекрывая весь спектр доступных задач. Просто в один из дней, одному Тэнно, в моём лице, стало скучно, и в голову не пришло ничего лучше, чем попробовать прикрутить на "Белую Звезду" пару пушек. А потом всё как-то завертелось. К огневой мощи добавились улучшенные щиты, более толстая обшивка, пара десантных люков, для быстрого выхода в космос, системы радиоэлектронной борьбы... Тогда это казалось просто ребячеством — бессмысленным, но потенциально небесполезным. Всё же у Бездны есть чувство юмора.

По итогу, на данный момент на борту орбитра установлены три сдвоенных скорострельных лазерных пушки модели Талын: Зиткай МК3. Три сдвоенных электрических импульсных излучателя Ворт: Зиткай МК3 (судя по пояснениям Ордиса в кодексе, у местных был похожий аналог в виде ионных пушек, но там мощности заряда не хватало для нанесения существенного физического вреда кораблю, тут же ситуация была другой — внутренняя электроника и обшивка страдали в равной степени). Два сдвоенных шрапнельный бластера Лэйт: Вайдер МК3 (редкий образец чисто кинетического орудия, использующего вместо снарядов высокоскоростные абразивные осколки). Один сверхмощный лазер модели Фотор: Пульсар МК3, тип — Фотонное копье (два сфокусированных луча потенциально способные прожигать вражеские корабли насквозь, часто вызывая возгорание на борту). Одна установка запуска пустотных ракет Тико: МК3. Фронтальная Артиллерия – "Тунгуска" (предназначена для вывода из строя флагманов и крупных судов противника). Десять пусковых установок самонаводящихся ракет, с различным типом боеприпасов к ним. Ну и в качестве обвеса — три установки для сбрасывания мин в задней части корабля.

Всё это добро перекочевало на "Белую Звезду" с рейлджека, а учитывая что по длине тот уступал типовому Орбитру, чей корпус не превышал шестидесяти четырёх метров, против имеющихся у меня, после модернизации, семидесяти девяти, встало всё почти как родное. Даже в ширине, за счёт новой брони и генераторов щитов, корабль прибавил всего три метра, к своим изначальным тринадцати.

Вот только был у всего этого великолепия один существенный недостаток — вести огонь можно было только автоматически, ручной режим конструктивно не предусматривался, иначе пришлось бы полностью переделывать звездолёт. Но это не было большой проблемой — Ордис хоть и не специализировался на космических боях, со своей задачей всё равно справлялся прекрасно.

— Значит к первому контакту мы готовы. — прервал я цефалона, а то он начал уходить уж в какие-то совсем несусветные дебри, приводя в пример войну с Владеющими Разумом, как ещё одну причину превосходства наших оружейных комплексов над местными.

— Абсолютно точно, Оператор! Предполагаемый противник... -умоется кровью- едва ли сможет что-то противопоставить вам и "Белой Звезде". Бой в космосе и последующий за ним абордаж должны пройти быстро и без каких-либо потерь с нашей стороны!

— Давай пока обойдёмся без боёв. — быстро прикидывая в уме вводные, план потихоньку выстраивался. — Наше технологическое превосходство, весьма разномастное и рваное, к слову, ещё не повод бросаться в бой с глефой наголо. Чем меньше о нас знают — тем лучше. Для всех. Так что, вот как мы поступим...

Глава 3

941:3:04 от Руусанской Реформации. Пространстве Хаттов. Неназванная звездная система. Координаты 751.672, 104.868.

***

Потрёпанный жизнью, но всё ещё бойкий — именно так Элджес КаРоблес любил отзываться о своём корабле. Старенький YT-1000 был лёгким грузовым крейсером, кореллианского производства. Небольшая, юркая машинка, с гипердвигателем третьего класса, официально числилась как вооружённый транспортник. На деле же положенная ему по сборке одна сдвоенная лёгкая лазерная пушка могла стать угрозой для пиратов и прочего космического отребья только в том случае, если они будут достаточно неосторожны и случайно сдохнут со смеху, пока будут с удовольствием разносить кое-как отстреливающийся звездолёт по кусочкам.

Но предприимчивый дурос не просто так остановил свой выбор именно на этой машине. Помимо того что данное творение кореллианских инженеров имело весьма и весьма соблазнительную цену, всего в восемьдесят девять тысяч республиканских кредитов, у него также был весьма большой потенциал. А Элджес не сидел бы сейчас на своём месте, если бы не умел оборачивать любую ситуацию себе на пользу.

При своих более чем скромных габаритах, всего двадцать восемь метров в длину и немногим меньше в ширину, корабль имел вместительные трюмы, что, учитывая почти полное отсутствие систем вооружения, не мудрено, крепкую обшивку, прочные щиты и развивал неплохую до световую скорость, как для судна своего класса. Проблема была лишь в беззубости космического аппарата, но любой хороший предприниматель во Внешнем Кольце знает, что если рожа у раба уродливая — его всегда можно развернуть к потенциальным покупателям задом, перекрывая тем самым досадный недостаток. Вот и КаРоблес решил в своё время провернуть подобный трюк с понравившемся ему звездолётом, выкупив тот за две трети от изначальной цены у одного жлобливого, даже на фоне прочих представителей этой расы, неймодианца. После чего отвалил сэкономленные деньги одной частной конторе за частичную модернизацию и переоборудование. Даже немного сверху приплатить пришлось, но оно того определённо стоило. С пятью новыми скорострелками на борту, его любимый "Повеса" стал выглядеть не только намного солиднее, но и куда весомее. А товарный внешний вид, как известно, хорошо приманивает работодателей, что всегда радеют за сохранность своего груза.

С тех пор прошло не мало лет, и все эти годы звездолёт служил ему верой и правдой. Сколько тонн он натаскал, сколько контрабанды провёз — золотое время! Жаль, что в этой галактике ничто не вечно. За исключением чужой тупости и лени, конечно же.

— Груита! Груита, мать твою зелёную, да сарлакку прямо в пасть! — Элджес уже не сдерживаясь орал во всё горло, проклиная нерадивого подчинённого. — А ну быстро на мостик, неблагодарная ты банта-пуду!

От напряжения синяя кожа дуроса посветлела, а губы натянулись, обнажая мощную челюсть и пару неровных рядов мелких зубов.

Вообще его виду была свойственна спокойность и определённая степенность, но КаРоблес уже давно занимался своим делом и прекрасно знал, что добрым словом от этих паразитов, лишь по чьему-то недоумению называемыми его командой, ничего не добиться, а вот матом и крепкой затрещиной — вполне!

— Я тебе в последний раз повторяю, — кнопка громкоговорителя опасно затрещала, грозя вот-вот лопнуть под натиском крепких пальцев капитана "Повесы". — Если немедленно не притащишь свою зелёную задницу на мостик...

— Да тут я, тут! — гермодвери с тихи шипением распахнулись, пропуская внутрь приземистую фигуру родианца. — Чё орать-то так, кэп? Только вахту сдал. Даже глаза толком продрать не успел, как ты бучу поднял и...

— Ты кому тут вакуум грузишь, Груита!? Думаешь, я не знаю, что Виартис вышел вчера за тебя, а?!

— Ну так он сам...

— Да мне насрать, сам или нет! Главное, чтобы ты являлся на мостик после первого же требования! — нависнув над недовольно набычившимся родианцем, Элджес почти прорычал. — Я понятно объясняю?!

— Да, кэп. Виноват.

— Разумеется виноват. — увидев что должный воспитательный эффект достигнут, капитан быстро сменил гнев на милость, не собираясь перегибать палку по чём зря. Несмотря на постоянные попытки откосить от работы, Груита был толковым первым помощником и не самым плохим инженером. Последнее было особенно важно, учитывая в какой заднице они оказались. — Поэтому сейчас будешь исправлять свой косяк. Полюбуйся. — рубка управления YT-1000 была не очень большой, так что для того чтобы позволить подчинённому детально осмотреть тревожные огни сигналов и показания компьютерных систем звездолёта, бесперебойно выводимые на экран, дуросу пришлось прижаться к стенке корпуса, пропуская того к пульту управления. Нахальный родианец тут же умостился прямиком на его кресло, но за это он спросит с него позже — сейчас дело было в приоритете. — Что видишь?

Быстро пробежав взглядом огромных чёрных глаз по приборной панели, тот уныло констатировал:

— Огромную кучу дерьма.

— Вот-вот, и угадай, кому придётся её разгребать?

— Но Виартис...

— Отпахал две смены и сейчас мало на что годится. — тон Элджеса ясно давал понять — спорить и пререкаться бесполезно. — К тому же у него недостаточно квалификации для подобной работы. У нас тут незапланированная разгерметизация грузового отсека, а не пьяная драка в кантине! Толку от него там?

— А от меня там какой толк?! — сдаваться без боя Груита не собирался. — И так ясно же, что запорная система накрылась! Либо сенсоры сдохли, либо проводка вконец сгнила, из-за чего замкнулись контакты, что и вызвало непреднамеренное открытие грузового люка.

— Вот и починишь заодно. — КаРоблес оставался неумолим. — Скафандр лежит в арсенале, а все необходимые инструменты сам найдёшь.

— Кэп, ну я же не какой-то грёбанный джедай, чтобы силой мысли проводку латать! Давай я просто отсюда закрою створки люка, а когда прилетим на Дирх, уже нормально починим всё в сухом доке, а? Тут же как минимум нужна частичная замена электронных компонентов, а лучше полная, с модернизацией!

— Если продолжишь ныть, я тебя сам так модернизирую, что мама родная не узнает! Думаешь, самый умный, а? Думаешь, я сам не догадался попробовать закрыть люк через бортовой компьютер. — в огромных глазах родианца вспыхнуло обречённое понимание. — Не работает он нихрена! Просто не видит ни этот проклятый люк, ни сам ангар, словно его вообще на корабле нет! А лететь с открытыми настежь створками, значит хлебнуть гиперпространственной радиации по самые гланды! Этого хочешь? Чтобы ночью можно было ходить ссать без включённой подсветки?! Так обойдёшься — сдохнешь раньше, чем успеешь осознать, что идиот! Так что кончай грузить мне вакуум, полезай в грёбанный скафандр и закрой этот проклятый люк, пока я не отправил тебя за борт в чём есть! Мы и так уже на три часа отстаём от графика. Не хватало мне ещё неустойку за нарушение условий контракта выплачивать!

— Ээххх~. — инженер обречённо вздохнул.

— Ты ещё здесь?!

— Да иду я, иду!

***

Всю дорогу до коморки, что их капитан гордо обозвал "арсеналом", Груита проклинал этот разваливающийся на части кусок помойного хлама, корпус которого до сих пор держался вместе исключительно за счёт толстого слоя ржавчины на основных узлах. Он проклинал капитана, опять свалившего на него всех крайт-драконов. Проклинал свою удачу, судьбу и весь мир, просто за компанию. Досталось даже товарищу-твилеку, что согласился подменить его именно перед тем, как заварилась вся эта каша с неисправным люком! Ну где здесь справедливость?! Чёртов Виартис сейчас, небось, дрыхнет без задних ног — сволочь везучая, а ему опять за всех отдуваться!

Добравшись до арсенала Груита быстро облачился в закрытый скафандр, удостоверился что запас кислорода в балонах не на красной отметке. Хотя этот жадюга КаРоблес точно не утруждал себя их дозаправкой никак неменьше полугода, из-за чего подаваемый системой жизнеобеспечения воздух был на вкус затхлым и спёртым, но лучше уж так, чем вообще без него.

Далее на очереди был увесистый универсальный ключ, магнитный резак, набор электронных отвёрток, кусачки и толстый моток проводки, заранее прихваченный со склада. Починить явно окончательно пошедший в разнос затворный механизм родианец даже не надеялся, но вот временно оживить вспомогательные системы и спровоцировать аварийное закрытие люка казалось ему реальным.

Этот рейс уж точно отходим, а там пусть кэп сам разбирается со своим корытом и его проблемами!

Собрав всё необходимое Груита быстро доковылял до герметичных створок, отделявщих грузовой ангар и жилые секции звездолёта. Ещё минута ушла на то, что бы преодолеть разделительный отсек, и вот он на месте — вглядывается в полумрак, разгоняемый лишь тусклыми красными огнями аварийного освещения, да куцым светом далёких звёзд, что едва-едва пробивались из-за открытых настежь створок. Гадство.

Из хороших новостей можно было отметить две вещи. Первое — система искусственной гравитации тут всё ещё работала, хоть и явно на предел собственных возможностей, грозя вот-вот выйти из строя, так что магнитные захваты на подошвах скафандра он всё же активировал, просто спокойствия для. Вторая же новость точно должна обрадовать кэпа — груз, благодаря крепёжным ремням, уцелел почти в полном объёме. Пару тар всё же вырвало вместе с креплениями при разгерметизации, но остальное уцелело. Заказчик, конечно, всё равно в восторге не останется, но тут как и с кислородом — лучше с тем что есть, чем вообще без всего.

Закончив осмотр, Груита двинулся дальше. Тонкая полоска света от встроенного фонаря помогала не свернуть себе шею, а память — сносно ориентироваться в резко ставшим незнакомым отсеке. При свете ламп он выглядел совсем иначе. А сейчас хоть голо-фильмы ужасов снимай — настолько жутко. Потряся головой первый помощник попытался отогнать бредовые мысли прочь. Получалось так себе. Гробовая тишина, одиночество и кромешный мрак повсюду как-то не сильно настраивали на рабочий лад, но, сделав ещё одно тяжёлое мысленной усилие, Груита всё же взял себя в руки и принялся за дело, вскрыв нужный технический щиток.

И, как ни странно, у него всё получилось. Причём с первого же раза. Да ещё и всего за десять минут неспешной работы. Всего-то и требовалось, что заменить один оборвавшийся участок кабеля, да подать питание на сенсоры, как ожившая автоматика сделала всю остальную работу, с грохотом отсекая ангар от бескрайней пустоты открытого космоса. И никакой тебе головной боли, часовой возни, ругани и нервов — всегда бы так!

Система жизнеобеспечения звездолёта вновь начала закачивать воздух в ранее обесточенный отсек, но объём живительного газа пока оставлял желать лучшего, так что скафандр Груита решил, по здравому разумению, снять уже в жилой части корабля.

Собрав инструменты и вновь запечатав панель, он вскоре оказался по ту сторону гермодверей, с удовольствием вдыхая безвкусный воздух транспортника. Вновь помянув недобрым словом скупость капитана, родианец быстро снял с себя громоздкий костюм, уже собираясь оттащить его обратно в арсенал, как вдруг откуда-то сбоку раздалось тихое шипение, заставившее инженера задеревенеть. Медленно повернув голову, он... увидел перед собой пустой коридор, в одном из концов которого зияла распахнутая дверь технического отсека, через который можно было получить прямой доступ к двигателю и гипердрайву.

По спине родианца пробежали мурашки, каждая размером с ранкора. Поудобнее перехватив увесистый универсальный ключ, в его руках легко сошедший за небольшую дубинку, Груита, медленно, старясь даже дышать через раз, подошёл к распахнутой настежь двери отсека.

Почему-то здравая мысль позвать товарищей его не посетила. Возможно сказался стресс от прогулки в вакуум, а может взыграла горячая родинаская кровь, но, так или иначе, к проёму он подошёл один, настороже и в полной боевой готовности. После чего всё же не сдержался и смачно сплюнул на пол.

Конечно же там нихрена не было! Пустой, как карманы татуинского заморыша, отсек мог похвастать разве что мерным гудением работающего на холостом ходу движка, да тихим поскрипыванием ламп. Гадство!

— Не корабль, а цирк какой-то! Нет, решено, как только доставим груз на Дирх, в лепёшку расшибусь, но заставлю кэпа потратиться на капитальный ремонт. Это же хатт знает что! Просто в голове не укладывается. А чинить кто это будет? Может Виартис? Или Его Величество Элджес КаРоблес? Да нихрена подобного! Я, я один буду всё разгребать! Опять, подсластителя им всем в баки, старина Груита будет батрачить за всех и вся, пока эти... будут сидеть и... ... банта-пуду... ... ... точно уволюсь к... ... ... ...

***

Когда звук голоса зеленокожего гуманоида окончательно стих, а сканеры варфрейма перестали фиксировать его наличие в радиусе ближайших двадцати метров, я вернулся к тому, на чём остановился. Полное сканирование процесс хоть и недолгий, всё равно требует порядка двух-трёх минут. По крайней мере когда дело касается объекта сопоставимого размером с гипердивгателем малотоннажного звездолёта третьего класса.

Именно такой агрегат, если верить данным полученным от Ордиса, был установлен на этой модели. Далеко не самый лучший вариант из доступных на рынке — модели второго и полуторного класса значительно превосходили своего собрата, выдавая почти в четверо большую скорость и дальность в гиперпространстве, не говоря уже про в два раза больший объём памяти для меток маршрута, но я был не в том положении, чтобы позволить себе привередничать и выбирать. Тем более что на корабле, помимо интересующей нас технологии межзвёздного перемещения, было ещё много чего интересного. Одни личные данные членов экипажа, звёздные карты, схемы гиперпространственных путей, неотмеченные на картах, контакты и даже наличность, представленная разновидностью из почти полудюжины различных валют в виде чипов, монет, каких-то бумажек, слитков и карточек, чего только стоили.

И если с первой частью вполне успешно справлялся Ордис, чьи метафизические руки уже крепко вцепились в бортовой компьютер грузовоза, нещадно потроша его системы и банки памяти, благо что паразон по-прежнему работал безотказно, как и прежде с лёгкостью подстраиваясь под любые системы ввода и вывода данных. То вот со второй частью всего выше перечисленного мне пришлось повозиться лично, обойдя каюты экипажа и стараясь при этом не потревожить их исконных обитателей. Хотя этот процесс едва ли можно было назвать проблематичным.

Далеко не каждый варфрейм мог похвастаться наличием системы маскировки, ещё меньшее число из них имело в своём распоряжении спектр способностей, позволяющий буквально становиться невидимыми для простого взора. Эш был как раз из таких. Хотя основной упор его возможностей указывал скорее на ниву диверсий, саботажа и скрытных убийств, с проникновением и кражами он справлялся ничуть не хуже. И это определение применимо даже к продвинутым системам безопасности, со множеством точек наблюдения и контроля. Здесь и сейчас же единственной моей проблемой стали шумные двери, что просто физически не хотели открываться, не оповестив об этом весь остальной звездолёт. Но даже так абсолютная визуальная маскировка, помноженная на полную бесшумность, частично представленную моим обширным опытом диверсионной детальности, частично сверхчеловеческой физиологией и рефлексами самого варфрейма. К которым, к тому же, прибавлялось генерируемое им же локальное искажение гравитации, не только дающее творению Орокин повышенную манёвренность, возможность ненадолго "прилипать" и двигаться даже по наклонным поверхностям, но и, при правильном использовании, буквально стирающее звук шагов, делая их крайне мягкими и невесомыми... во многом буквально. Если подытожить, я мог хоть сплясать перед здешней командой джангу, а они бы этого даже не заметили. Что, собственно, и произошло. Нет, не танец, само собой, но внимательно осмотреть одного из обитателей этой галактики почти вплотную, пока проходило сканирование гиперпривода, я успел.

Необычное чувство — видеть иную, совершенно непохожую на тебя форму жизни, что при этом оперирует абсолютно понятными тебе функциями и моральными нормами. До этого за подобный контакт я мог считать лишь бесконечную бойню с легионами Владеющих Разумом, да редкие стычки с тварями Бездны, тоже всегда заканчивавшиеся одинаково. ... Почти всегда, но это одно из тех воспоминаний, которое лучше не освежать.

В любом случае, это был крайне занимательный опыт. Но мне явно стоит попытаться как можно быстрее привыкнуть к подобному. Разнообразие рас здесь несравнимо с тем, что окружало меня раньше. И местные воспринимают подобное как должное, они привычны к этому с самого рождения, и если не хочу выделяться — надо адаптироваться.

— Оператор, Ордис рад сообщить вам, что сканирование полностью завершено. База данных успешно пополнена, чертёж гипердрайва третей модели добавлен в Кузницу. Архив звездолёта также проанализирован. Желаете ознакомиться?

— Позже. Пока что надо выбираться от сюда.

— Нет ничего проще! Возможно, перед отбытием, у вас будут какие-то особые указания касательно... -свежего мяса- ... аборигенов?

— Ты их уже отсканировал?

— Само собой, Оператор! Моя задача помогать вам во всём!

— Тогда, как только покину корабль, разблокируй их двигатель и пусть улетают. О нашем присутствии здесь им не известно. Опасности они не представляют.

— Как пожелаете. В таком случае эвакуацию предлагаю провести тем же путём, что и проникновение.

— Они точно не заметят ещё одного "несчастного случая"?

— Все системы корабля, в данный момент, находятся под моим полным контролем. Ни один сенсор не зафиксирует повторного открытия ангара, как и его закрытия. Данные бортового компьютера также будут указывать на то, что этого никогда не было. Никаких следов вашего присутствия, Оператор. Всё... -сгорит- ... пройдёт идеально!

— Хорошо, тогда выводи меня отсюда. И начинай модуляцию установки гипердвигателя на Орбитр. Чем скорее начнём — тем быстрее проявится результат.

— Диагностика и тестирование совместимости систем уже начата. Велик шанс, что потребуются значительные переработки в конструкции и полная перепрошивка устройства, но это лишь вопрос времени и ресурсов. Также необходимо будет провести ряд тестов, но с вероятностью в 87,456 % уже к концу четвёртой стандартной недели мы получим безопасный и готовый к использованию прототип.

— Сообщи мне, как-только появится первый реальный прогресс.

— Непременно, Оператор. Однако, вам стоит поторопиться. Кажется капитану этого судна наконец наскучило распинать своего подчинённого. Они начали подготовку к "прыжку".

Я ничего не ответил, вместо этого просто направив варфрейм в сторону уже знакомого ангара, внутренне всё ещё содрогаясь от мысли, что ключ к необъятным просторам галактики так просто упал мне в руки. Это было почти невозможно описать словами, да и не требовалось от меня подобного. Главное, что поставленная цель достигнута. Теперь нужно лишь немного подождать, после чего... меня ждёт новый мир и новая жизнь.

Глава 4

941:3:21 от Руусанской Реформации. Пространстве Хаттов. Гиперпространственный маршрут Пабол Слехейрон.

***

Всматриваясь в бесконечный тоннель из света, сотканный сиянием миллионов звёзд, я не мог и не хотел отрывать взгляд. Слишком красивым, слишком притягательным и волшебным казалось буйство первозданных красок этой вселенной.

Совершенно не похоже на безумство Бездны, чьё искажённое, словно вывернутое наизнанку и сшитое заново, нутро с лёгкостью могло свести с ума любого, кто осмеливался всматриваться в него слишком долго. Исключения были, но порой дар оказывался неотличим от проклятия. Впрочем, сейчас не об этом.

После казавшегося вечностью затишья, вылившегося в две стандартные недели абсолютного безделия, понадобившегося Ордису для реконструирования и модернизации гипердвигатели под системы Орбитра, столь долгожданный прыжок вперёд одновременно воодушевлял и внушал беспокойство. Вбитые в подкорку привычки и давно уже ставший рутинным стиль жизни радостно подвывали, уже предвкушая множество новых дел и заказов. Благо что ремесло наёмников в этой галактике ценилось ничуть не меньше, чем в Изначальной Системе. Паранойя же, в противовес им, надоедливо скреблась на задворках сознания, уныло повторяя, что любая огласка — это дополнительный риск. Который, в условиях полной неизвестности, может стать губительным.

Впрочем, бросив ещё один взгляд на мельтешащие перед глазами ровные строчки текста, пришлось признать, что неизвестность всё быстрее утрачивала свою обширность и актуальность. Деятельный цефалон не переставая штудировал ГолоНет, с точностью хирурга потроша цифровые просторы на предмет извлечения полезной и проверенной информации. Отсеивая эксабайты мусора, он старательно пополнял наш банк данных, самые актуальные сводки с которого заботливо выносил на рабочую панель Кодекса. Так, к примеру, я вполне мог воссоздать в голове картину места нашего скорого прибытия.

Нимбан — типичная планета земного типа, промышленный центр кластера и родина разумного вида нимбанцев, произошедших когда-то от травоядных рептилий.

Официальный политический строй — олигархия. По факту же власть находится в руках многочисленных кланов хаттов — ещё одной группы инородцев, практически безраздельно властвующей в этой части галактики. По ним у меня тоже была сводка. Крайне противоречивая, но интригующая.

По сути хатты представляли из себя эволюционировавший вид брюхоногих моллюсков, с короткими верхними четырёхпалыми конечностями и толстым телом, венчающимся длинным, мускулистым хвостом. Судя по найденным анатомическим справочникам, эндо-скелета у них не было. Вместо этого у данного вида развилась внутренняя мантия, состоящая преимущественно из хрящевой и мускульной ткани, которая и обеспечивала опорно-двигательную функцию всего тела, наравне с крайне прочной кожей, способной выдержать воздействие даже некоторых видов лёгкого лазерного оружия, местного производства, а также частично защищавшая своих владельцев от радиационного излучения и кислоты.

При всей кажущейся неуклюжести, эти существа были весьма опасны в прямом бою. Мощное, тяжёлое тело, непрерывно растущее всю их долгую жизнь, укрытое крепкой шкурой, давало хаттам ощутимое преимущество в клинче. Как и жёсткий мышечный каркас, из-за которого эти создания были способны на стремительные, молниеносные рывки.

В целом, этот вид вообще оказался на удивление разнородным, сочетающим в себе черты многих биологических видов. Их ноздри могли закрываться, а их большие легкие позволяли им задерживать дыхание в течение нескольких часов. Как и у некоторых видов червей, их физиология включала несколько наборов половых органов, что делало возможным в том числе гермафродитное размножение. Детёнышей они выращивали в специальных сумках, подобно млекопитающим, производя при этом слизь, как амфибии. В довесок этот вид мог похвастать весьма впечатляющим регенеративным фактором, чья общая развитость позволяла им даже отращивать некоторые части тел, пусть на это и могли уйти годы. Всё зависело от возраста конкретного хатта и тяжести полученных им ран.

Обобщая всё, не удивительно, что этот вид смог некогда выстроить собственную Империю, остатки которой и представляло собой, так называемое, Пространство Хаттов — полностью автономный регион галактики, расположенный на границе Среднего и Внешнего Кольца. Номинально некоторые его части входили в состав Республики, но после непродолжительного анализа Ордис уверил меня, что всё это не более чем фикция, как-то связанная с налоговыми и валютными махинациями, и весь регион полностью подконтролен кланам моллюсков, объединённых в могущественные преступные синдикаты — каджидики, как они их называли.

Удивительно, но вокруг этого слова и его производных строилась целая философия, являющаяся стержнем всего культурного наследия хаттов. Информации было много, я успел ознакомиться далеко не со всей, но общая картина рисовала крайне эгоцентричных, властных существ, склонных к паранойе и садизму, падких на вульгарную демонстрацию власти и способных проявить хоть какое-то чувство преданности лишь к своему клану. Именно клану, а не его членам. Семья, её наследие, для хаттов было чем-то святым и сакральным. Членов же своего рода они воспринимали, в лучшем случае, как доверенных деловых партнёров, и так было во всём. Даже редкие в их социуме свадьбы считались не более чем версией делового соглашениями между двумя хаттами.

Хотя наиболее показательным можно считать тот факт, что их язык не имел аналога привычных мне, и большей части разумных видов, слов благодарности. Самая ближайшая аналогия сводилась к обобщённому: "Ваши услуги будут оплачены". За то там наличествовалось более пятисот сорока четырёх вариаций значения слов: обман, предательство и расплата. Что дополняло образ хаттов, как жестоких эгоцентристов, склонных к манипулированию и готовых пойти на всё, ради удовлетворения собственных амбиций.

Вероятно именно по этой причине Ордис отметил их, как договороспособных. Если не брать во внимание постоянную ложь и полное игнорирование любых норм морали, эти существа оставались крайне предсказуемыми. При соблюдении ряда условий и следованию простым нормам установленного ими порядка, работа на них обещала быть простой и незамысловатой. Им плевать на происхождение, прошлое и настоящее исполнителя, единственное что важно — исполнение заказа в срок и по оговорённым ранее условиям. Неудивительно, что с таким подходом их картели считаются одними из самых крупных заказчиков на наёмничьем рынке.

Что касается всего остального — не мне, низвергнувшему целую Империю в хаос и анархию, утопшему в крови с головой и давно забывшему о чувстве вины, судить других, хоть я и не раз выносил свой приговор. Но это осталось в прошлом, как и Золотые Дворцы, пылающее в холодном свете Луа. Теперь всё иначе. Хотя я не изменился ни на йоту. Концепция осталась прежней — до тех пор, пока это не касается меня лично — всё не важно. Именно так тэнно жили все эти десятилетия. Едва ли стоит что-либо менять. Особенно сейчас, не видя полной картины мира.

В конце-концов, не просто же так некоторые народы, как те же нимбанцы, добровольно согласились быть рабами хаттов, предпочтя эту долю, членству в Республиканском Сенате. Хотя нет, из сотен разумных рас, своим представителем в высшем органе власти Республики может похвастать едва ли четверть. Остальным в подобной чести отказали. Интересно, с чего бы это?

Едва заметная вибрация палубы заставила переврать явно свернувшие не туда размышления.

— Ордис?

— Мы вышли на геостационарную орбиту Нимбана, Оператор. — тут же откликнулся цефалон. — Местные органы правопорядка запрашивают наш идентификационный номер и желают ознакомиться с целью визита.

— Это проблема?

— Ни в коем разе, Оператор! — в этот раз в голосе Ордиса отчётливо звучало возмущение. — Я бы не посмел вести вас сюда, не озаботившись, предварительно, достоверной легендой.

— Тогда, может быть, озвучишь её?

Неприкрытые нотки иронии цефалон предпочёл проигнорировать, или же действительно не заметил.

— С радостью! Благодаря данным с -взятого на абордаж- просканированного фрахтовика, я в должной мере ориентируюсь в местном своде правил, касающихся нахождения и пересечения "частного" космического пространства, а также завязанных на приземление корабля в космопорты и орбитальные станции. Доложен отметить, что меры безопасности и свод установок сильно разнятся от системы к системе, но почти всегда базируются на двух пунктах. Первый — идентификационный номер звездолёта, обеспечивающийся сигналом встроенного в него транспондера. Он присваивается судну во время покупки и постановки на учёт в любом государственном учреждении. За этим номер закрепляется "история полётов" — условный перечень маршрутов и мест дисклокации судна, а также через него можно даже отследить участие конкретных кораблей в противозаконных мероприятиях. Конечно при условии, что совершающий их заранее не озаботится мерами по сокрытию или подмене своего номера. Весьма распространёнными и простыми мерами, должен отметить. Второй пункт куда более редок, он завязан, в первую очередь, на уникальных характеристиках двигателя каждого конкретного звездолёта и невозможен без специального оборудования. Я отработал оба варианта.

— Ближе к делу, Ордис. Мне не нравится, что кто-то пытается сканировать мой орбитр. — о чём наглядно свидетельствовали данные с внешних сенсоров.

— Разумеется. Но вы зря беспокоитесь, Оператор. Наблюдатели увидят лишь то, что должны увидеть — незагруженный грузовой шаттл неизвестной конструкции, с длинным, извилистым, но крайне однородным списком посещения нескольких сотен планет Внешнего Кольца. Историй, подобных этой, тут в каждой второй машине.

— Уверен, у них трюмы не забиты образцами разрушительного биологического оружия всех мастей и форм. И грузы они возят не на корабле явно боевого типа. — выведя картинку с рубки перед глазами, невольно пробежался взглядом по длинной веренице разномастных звездолётов, образующих подобие живой очереди. Все они, как и мы, готовились к посадке.

— Я бы не был так в этом уверен, Оператор. Внешнее Кольцо, и в особенности Пространство Хаттов, славится своим обширным чёрным рынком. Сюда стекаются контрабандисты, наёмники, воры, пираты и аферисты всех мастей. Каждый в этой очереди скрывается за поддельным транспондером. На то и расчёт. Легенда с обычным грузоперевозчиком не выдержит проверки, в ней легко заметить фальшивку. Достаточно легко, чтобы любой наблюдатель, копнув чуть глубже, увидел типичного наёмника с окраин Внешнего Кольца.

— Блеф в блефе? — кажется я уловил замысел цефалона.

— Скорее сокрытие на виду. Как уже было сказано ранее, к публике с оружием здесь все привычны. Каждый воротила в данном секторе имеет грехи за душой и проблемы с доверием. Это, своего рода, визитная карточка и насущная необходимость обитателей местного теневого мира. Все корабли тут ходят под чужими номерами, даже не пытаясь этого скрывать. Мы просто не стали выбиваться из толпы и, — на мгновение Ордис, явно наслаждающийся своим маленьким звёздным часом, перервался, лишь для того чтобы тут же отрапортовать. — Разрешение на посадку получено. Направляемся в порт!

Мне оставалось только улыбнутсья на такую непосредственность. Чтож, по крайней мере всё прошло гладко и не пришлось прорываться назад с боем. Однако:

— Я должен увидеть это сам.

Добраться до рубки управления было делом пяти секунд, после чего мне открылся одновременно впечатляющий и разочаровывающий вид.

Нимбан был достаточно сухим, пустынным миром, с редкими прорезями морей и океанов. Крохотные зелёные прорехи почти полностью окружали мощные горные хребты, пустыни и степи, что само по себе было красиво. Как и многочисленные огни огромных мегаполисов, самые большие из которых отчётливо было видно даже из космоса.

Поразительный контраст. После Старой Войны и краха Золотой Империи население Изначальной Системы ещё долго не могло прийти в себя. Угроза перенаселения резко сменилась жесточайшим демографическим кризисом. Многие колонии буквально вымерли и опустели. Иные оказались покинуты намеренно — их просто не могли содержать. Но даже пять сотен лет спустя эхо тех событий всё ещё довлело над потомками тех, кому посчастливилось пережить ад. Здесь же... Не уверен, что во всей Изначальной Системе набралось бы столько же живых, сколько умещалось тут всего на одной планете! Хотя, лицо невольно разрезала кривая усмешка, Гринир с их фабриками клонов явно вносили дисбаланс в эту систему подсчёта, но их поголовье мы прореживали с завидной периодичностью.

Вот только чем ближе "Белая Звезда" приближалась к поверхности Нимбана, тем больше серости и грязи проявлялось на до того величественной картине. Смог, пыль, едкий дым, в составе которого чувствительная аппаратура орбитра тут же определила несколько десятков токсичных компонентов. Особенно большая концентрация их наблюдалась вокруг тех самых мегаполисов.

Неимоверно огромные города, на фоне которых Фортуна и поселения Земли просто меркли, с высоты звёздного неба казались куда как прекраснее, чем были на самом деле. Пролетая через толстую завесу пылевых облаков, ловко маневрируя в живом потоке машин и звездолётов, мимо огромных стальных башен, переливающихся огнём неона и блеском стёкол, в завесе едкого смога, песка и дыма, я невольно выдохнул, чувствуя, как разум стремительно покрывается ледяной коркой спокойствия.

Очарование момента первого контакта было безвозвратно порушено. И это хорошо. Видя перед собой приземлённую реальность, далёкую от сказок Дувири, поймать подходящий настрой было на порядок проще. Мы прибыли сюда для лучшего погружения в быт коренных обитателей этой галактики, сбора информации, ресурсов, глубокой разведки и поиска средств к существованию. Всего лишь ещё одна миссия, подобных которой были тысячи. И как и все они, эта будет выполнена предельно точно и эффективно. Нужно лишь подобрать подходящий инструмент, и,кажется, я знаю, кто справится с этой ролью лучше прочих.

***

Звёздная дата — 941:3:25 от Руусанской Реформации. Пространстве Хаттов. Нимбан. Координаты 723.207 , -33.631.

***

Что показательно, скрыться в бесконечном потоке разумных оказалось не многим сложнее, чем прятаться в тенях, пробираясь по силовым энерго-линиям до ядра реактора вражеского линкора. Принцип тот же — избегать внимания камер, дронов, сенсоров, ловушек и патрулей, с той лишь разницей, что здесь их роль исполняли косые взгляды, объективы комлинков и окуляры многочисленных дроидов, снующих тут и там по множеству поручений. Всего-то и стило что подобрать оптимальный маршрут, да выучить несколько новых паттернов поведений, свойственных отдельным группам и видам. Ну и перестать порой замирать на полушаге, потрясённо вглядываясь в море из органиков всех расцветок и размеров.

Последним я перестал грешить уже на третий день. Адаптация к новым условиям проходила быстро и жёстко, без скидок и послаблений. Простейшие и привычные для местных действия: покупка еды, плата по счёту, съём места для стоянки звездолёта, проезд на общественном транспорте и многое другое, я отрабатывал подобно ката с мечом. До автоматизма, нарабатывая привычку и всё сильнее мимикрируя под коренного обитателя данной галактики.

Звучит глупо, но это было необходимо. Все яркие и кричащие особенности в моём облике и окружении можно легко списать на иномирное происхождение. По сводкам и данным, скачанным с ГолоНета, в Неизведанных Регионах, Глубоком Ядре и Диком Космосе существовали десятки, если не сотни культур и видов, что контактировали с прочим миром крайне редко, а их обычаи и технологии оставались, во многом, самобытными и чуждыми всем прочим формам жизни.

Такова уж психология большинства разумных — всё что бросается в глаза, они воспринимают под призмой собственного мнения, списывая подобные следы на что-то объяснимое и понятное в первую очередь им самим, даже если ответ во многом надуман и слаб в аргументации. Но вот с более приземлёнными чертами, чем-то мелким и почти незаметным, такой фокус не пройдёт. Несоответствие с чем-то настолько глубинным и привычным мгновенно бросается в глаза, заставляет задумываться и нервничать. Поэтому первичная адаптация так важна.

Я говорю это не просто так. Однажды мне уже пришлось открывать для себя заново, казалось бы, знакомый мир — Изначальную Систему. Всё же несколько столетий в криосне накладывают свой отпечаток. И при первой же попытке хоть как-то выйти на контакт с потоками тех, кого мы когда-то спасли от рабства и неминуемой гибели, я выдал себя сразу же. Не обликом, не речью, даже не способностями — просто не правильно пожал руку. Мелочь, банальность, но она заставила моментально обратить на меня внимание. Как можно не знать чего-то настолько бытового? Что с ним не так? До сих пор помню лицо того остронца, как эти вопросы буквально отпечатались на нём.

Впрочем, всё это было очень давно. Тэнно не совершают одной и той же ошибки дважды и всегда извлекают уроки из поражений. Этому нас научила Старая Война, этому нас обучала Лотос. Так что несмотря на сжигающий изнутри азарт и любопытство, я тихо и незаметно бродил по этим каменным джунглям несколько дней к ряду, маскируя и скрывая собственные поиски и наблюдения за ворохом простых целей и задач. Благо что варфрейм, стоило только замотать его в пару слоёв синтезированной ткани, вообще не выделялся на фоне толпы. Учитывая же какие особи мне порой попадались, можно даже сказать, что этот совершенный сплав железа и плоти, насыщенный бесконечным потенциалом Бездны, ведомый моей волей, терялся и блек в вечно гомонящем потоке разумных. Что мне было только на руку.

Четыре дня подготовки и сбора информации. Акклиматизация, разведка и вот он наконец — новый этап, что позволит мне получить легитимный статус в этом уголке космоса, равно как и стабильный источник дохода. Губы тронула усмешка. Тешин уж точно остался бы не доволен. В его понимании, настоящий воин никогда не должен продавать свой клинок, направляя его лишь велением сердца. Красивая, но не слишком жизнеспособная концепция.

Автоматические двери распахнулись и закрылись с тихим шелестом, отсекая от меня невнятный гомон текущей по своим делам городской толпы.

Стены крохотной, обитой железом, комнаты, без окон, всего с парой прибитых к полу стульев и небольшой стойкой в дальнем углу, были девственном серыми, без явных узоров и обоев, что неплохо помогало скрывать ниши с парой выдвижных турелей под потолком, расположенных так, чтобы идеально простреливать всё пространство от входа и до ресепшена.

— Добро пожаловать в "Карвакс", — за которым стоял беспричастный ко всему дроид-секретарь, что мигом обозначил себя. — Лучшую частную сыскную компанию во всём Внешнем Кольце. Желаете подать заявку на поиск или же хотите выкупить собственную?

— Ни то и не другое. Мне нужна работа.

Глава 5

Звёздная дата — 941:7:16 от Руусанской Реформации. Пространство Хаттов. Планета Дирха. Координаты 755.201, 76.915.

***

Серый, пропахший гарью, топливом и выхлопными газами снег хлюпал под ногами мерзким болотом, опадая и тут же тая на улицах небольшого, даже не городка — промышленной базы, совмещённой с заправочной станицей для звездолётов.

Дирха был типичным промышленным миром, из достопримечательностей которого можно было отметить разве что богатые залежи редкоземельных металлов, да наличие пригодной для дыхания углеродных форм жизни атмосферы. Последний фактор весьма быстро и плодотворно изживали многочисленные заводы, фабрики и шахты, обильно раскиданные по поверхности планеты, но кому на это не плевать?

В этой галактике не умели ценить миры пригодные для жизни. В первые недели меня это шокировало. Потом привык и принял как данность. Местные обитатели не познали на себе тяготы тысячелетней изоляции. Избалованные выбором и возможностями, которые тот щедро предоставляет, они брали и не задумывались, ведь впереди ещё сотни парсек не исследованного и полного тайн пространства космоса.

В чём-то такая политика даже была оправдана. По крайней мере она помогала местным цивилизациям быстро и успешно колонизировать десятки, если не сотни новых планет каждое десятилетие. Тактика оказалась удобоварима, ну а что до стратегии — её у них попросту не было. Не было чётких целей, сроков и планов на далёкое будущее. Бесчисленное число фракций боролись между собой за иллюзорные блага и привилегии, порой доходя до откровенного абсурда. Рвали на части целые миры, истощали звёздные системы и плевать хотели на то, как это скажется на их потомках.

Капитализм в масштабах галактики — именно так Ордис, откопавший данный термин где-то в недрах своих архивов, окрестил строй, что безраздельно властвовал здесь. И это тоже казалось чуждым.

Общество Орокин делилось на касты и строилось на чётком разделении прав и обязанностей. Так, к примеру, низшим и самым многочисленным звеном в выстроенной ими за века иерархии служили Гриа'нтир, то есть — рождённые внизу. Позже взявшие себе имя Гринир — восставшие со дна. Это была каста рабочих, почти рабов. Самые бесправные и ущербные из творений Орокин, и слово творение здесь подобрано отнюдь не случайно.

В своём маниакальном стремлении к контролю и абсолютной власти, а также подстёгиваемые страхом эту самую власть утратить, Золотые Повелители пошли на многое, дабы никто не смел и не мог оспорить их право на господство в Изначальной Системе. Разветвлëнная агитационная программа, ещё с детства взращивавшая в детях трепет и преклонение перед Золотым Ликом, обширные шпионские сети, пронизывавшие насквозь как социум, так и технологии. Любой человек, даже самый близкий, мог оказаться доносчиком и соглядатаем, любое сообщение, даже самое личное, легко перехватывалось и проверялось на предмет инородных, неприемлемых мыслей и стремлений. Однако вершиной и триумфом этого парада тщеславия, паранойи и тирании был и остаётся по сей день Кодекс Творения.

Технологии Орокин, для стороннего наблюдателя, почти не отличались от чуда и магии. В то время как сами они, в ореоле золотого свечения, легко могли сойти за Богов. Так что нет ничего удивительного в том, что и человеческий геном быстро пал перед их гением, позволив, тем самым посягнуть, на область до того закрытую — область творения.

Если верить древним хроникам, ещё в Эпоху Лит эти открытия во многом использовались во благо: канули в лету многие до того казавшиеся неизлечимыми болезни, а предел способностей человеческого рода расширился многократно. Мы стали сильнее, умнее, гораздо живучее, но уже в Эру Мезо эти блага стали уделом избранных. Эпоха Нео же ознаменовала приход Кодекса.

Суть его была проста — каждый рождённый в Золотой Империи наделён теми способностями и теми благами, что дарованы ему свыше, дабы он мог исполнять свою роль эффективно и благодарно, не меньше... но и не больше.

Если отбросить патетику и полурелигиозный бред, всё сводилось к банальному программированию генов. Каждая каста с рождения не была равна друг другу. Те же Гриа'нтир, будучи низшим сословием, использовавшимся для самых тяжёлых и грязных работ, были Орокин буквально изувечены. Их геном и по сей день пестрит нарочитыми ошибками и огрехами, заметно снижающими их способности к обучению, умственному развитию, а также крайне негативно сказывающихся на здоровье и физическом состоянии. Рождённые Гриа'нтир редко доживали хотя бы до шестидесяти лет. Тяжёлые условия работы опять же не способствовали долголетию. Они часто болели, долго переносили даже лёгкие травмы, крайне плохо управлялись со сложной техникой. И это притом, что из-за повального генетического уродства Орокин были вынуждены пристально следить за их генетической линией, что бы те банально не выродились спустя несколько поколений.

Именно эта участь их и настигла после краха Золотой Империи. Но, что удивительно, они смогли преодолеть данную напасть с минимальными потерями, если так можно назвать отказ от естественного размножения в пользу клонирования, а также замену минимум шестидесяти процентов тела половозрелого Гринир имплантами и аугментикой, из-за настигающего их к тому времени повального отказа внутренних органов.

Второй по распространённости кастой были Остро'наоу — служащие земле. Чьи потомки теперь известны в Изначальной Системе как Острон — рождённые землёй. Это были садоводы, землепашцы, пастухи, мясники, изредка садовники в знатных домах и разводчики кайтов, для увеселений господ на скачках и гонках.

По сравнению с теми же Гриа'нтир, Остро'наоу несказанно повезло. Их работа была хоть и далека от точных наук и высоких исчислений, всё равно требовала умения, должной смекалки и частого контакта с сельскохозяйственными инструментами и техникой, порой весьма сложной. По этой причине их генетическая линия смогла сохраниться в веках. Они не могли похвастать ни силой, ни интеллектом, ни отменным здоровьем или долголетием, часто умирая уже ближе к первой сотне, но и нарочитых дефектов в себе не несли, выделяясь разве что особой покорностью и смиренностью. Остро'наоу легко признавали над собой чью-то власть, редко впадали в агрессию, зачастую были пассивны, инертны и послушны — идеальные слуги, подходящие своей роли более чем полностью.

Третьим по старшинству был Корпус, или как его называли сами Орокин — Дуар'Сипа'Куан — Наделённые Даром Слова, созданный небезызвестным Парвосом Грэнумом — выходцем из Остро'наоу. Редкий пример перехода между кастами. Да, это было возможно, но каждый случай оказывался уникален. Требовалось совершить нечто из ряда вон, доказать свою полезность, выходящую далеко за рамки твоей касты. Парвос смог это сделать. Он настолько впечатлил Орокин, что те, в итоге, даже позволил ему возглавить им же созданную касту. Хоть позже он об этом горько пожалел.

Корпус выделялся на фоне прочих структур. Собрание инженеров, учёных и предпринимателей среднего звена, их деятельность требовала сложных расчётов и постоянного ментального напряжения, так что Золотым Повелителям пришлось оставить им это, даровав к тому же отменное здоровье и высокую продолжительность жизни — двести лет для них не были пределом. Однако, не имея возможности ограничить их ментально, Орокин поступили хитрее, обернув их разум против них самих.

Тогда, в далёком прошлом, это казалось странным, та постоянная грызня за власть между отделами, лабораториями, предприятиями и структурами в Корпусе. Теперь же я понимаю, что это всё было не просто так. Орокин, словно искусные дирижёры, ловко управляли настроением интеллигентной своры, разделяя их, стравливая между собой, тщательно взращивая и прививая любовь к деньгам, положению и статусу. Потребовались годы, но по итогу Корпус стал тем, чем является сейчас — культом торговцев и учёных, на полном серьёзе поклоняющимся Прибыли, как своему новому Богу.

Забавно, Парвос создал Корпус стремясь уменьшить пропасть между кастами. Он свято верил, что каждый, вне зависимости от происхождения, вправе стремиться к богатству и процветанию, и отправился в путь, дабы воплотить свои убеждения в жизнь. А по итогу лишь углубил её, заложив ещё один фундамент во власть тех, кого истово и всей душой презирал. В этом ракурсе его назначение на роль Директора Правящего Совета Корпуса, где верные ему люди всего за пару веков сменились покорными марионетками Золотых Владык, смотрится как изощрённая издёвка — насмешка, почти плевок в лицо. Его заперли в позолоченной клетке из растоптанных надежд и порушенных обещаний, заставляя смотреть как то, чему он отдал жизнь, гниёт, превращаясь в искажённую пародию на само себя.

Последовавшая после этого попытка мятежа, впрочем, изначально обречённая на провал, была скорее знаком отчаяния, изощрëнной вариацией самоубийства, совмещённой с последним словом и волей. Грэнум хотел уйти, напоследок громко хлопнув дверью, но у Судьбы были на его счёт другие планы. Впрочем, это история уже для других времён и людей.

Следующей кастой были Дакс — Руки. Элитные воины Империи Орокин, командиры, телохранители, солдаты — карающая длань Небожителей. Их верные псы.

Обучение Дакса начиналось с раннего детства. С рождения их жизнь была посвящена Долгу и Службе. Они были сильнее, быстрее и живучее любого представителя любой другой касты, и, зачастую, дополнительно усиливались сложными, высокотехнологичными имплантами и кибернетикой. В Империи существовали целые воинские династии, служащие конкретному Орокин. Веками эти войны оттачивали мастерство и представляли собой смертельную угрозу для любого, кто осмеливался бросить вызов Золотым Повелителям. И всё равно в их глазах они были не лучше, чем собаки.

Так их растили. Буквально вбивая в голову преданность, покорность перед символами власти. Это был целый комплекс сигналов, гипноза, звуковых команд, нееропрограммирования и точечных ментальных воздействий, сосредоточенных лишь на одном — не дать карающему мечу Орокин обратиться против них самих. И это работало. За всю историю я знал лишь одного Дакса, что возжелал смерти тех, кому клялся в вечной верности. Легионы прочих же продолжили сражаться за Орокин, даже когда мы вывесили их остывшие трупы на всеобщее обозрение, прямо на шпилях золотых дворцов. Ведомые толи долгом, толи программой, не уверен, что те сами понимали разницу, они умирали десятками тысяч, в конечном итоге просто перестав существовать как класс. Тэнно вырезали абсолютное большинство. Выжить же удалось единицам, в основном тем, кто осуществлял дозор на дальних заставах.

Хотел бы сказать, что это была вынужденная мера, что мы не могли поступить иначе, но это будет ложью. Я помню, кто волочил меня, захлёбывающегося слезами от ужаса, в эти проклятые капсулы, в самом начале Старой Войны. Помню, чьи покрасневшие от крови руки безжалостно вбивали в нас суровую воинскую науку. Я помню, кого Орокин поставили следить за нами, кто бдел и карал за малейшую провинность, кто равнодушно исполнял самые чудовищные из приказов. Я, как и мои братья, и сёстры, ничего не забыл... и никого не простил.

Самой малой фракцией считались Ринау — Избранные. По сути, ими мог стать любой, кто, по той или иной причине, понравился Орокин. Певец, танцовщица, художник, наездник на кайтах, гладиатор на аренах — происхождение не имело никакого значения, ведь все они были просто игрушками в руках всемогущих властителей Изначальной Системы. Чем-то средним между домашним животным и красивой вазой, которую всегда можно было подарить, переделать под свой вкус, украсить или выкинуть, когда надоест.

Хотя были среди них и исключения. В основном это касалось выдающихся учёных и изобретателей, что оказались приближены к Богам из-за своей гениальности, но таких было исчерпывающе мало.

Последней официальной кастой в Золотой Империи считались Тэнно — Повелители Небес. В те годы это слово значило совсем не то же самое, что сейчас. Не было страха, благоговения или ужаса, мы были лишь блеклой тенью себя, тенью Орокин. Буквально.

Каждая каста исполняла свою роль, поддерживая существование Империи. Но Тэнно ничего не производили, ничего не создавали и не придумывали, мы даже никого не развлекали, просто жили. Не зная забот, труда, тягот, болезней и голода, обеспечиваемые всем, мы могли прожить сотни лет и умереть глубокими стариками, а могли не дожить и до совершеннолетия. Ведь у нас была своя миссия, свой Долг, что считался тогда священным.

Как и всегда, всё сводилось к Орокин. Их исследования на ниве расшифровки человеческого генома позволяли продлить жизнь и молодость реципиента на многие десятки лет, а аугментации, химия и биоинженерия увеличивали этот срок ещё на два порядка. Но они не давали бессмертия. Мало кто знал, но Орокин были способны умереть от старости, пусть на это и уходили тысячи лет медленного увядания. Разумеется, подобный расклад не мог их устроить. Так была создана технология Переноса, позже лёгшая в основу связи Оператора и Варфрейма.

Суть её сводилась к переселению сознания из одного тела, в другое. Именно этим мы и были — сосудами для Орокин, с идеально чистым, безупречно подобранным набором генов, делавшим нас совершенной заготовкой, на которую они позже могли наложить свои вкусы и предпочтения, изменив себе в угоду. Чистый лист — вместилище для Бога.

Они ведь действительно заставили нас считать это честью. Возвели в абсолют участь ведомого на заклание стада. Нас этому учили, нас к этому готовили и всячески подталкивали. При этом Орокин всегда тщательно следили за популяцией Тэнно. Зная, что искусственное вмешательство в геном неизменно приводит к возникновению ошибок и аномалий, они контролировали всё, вплоть до браков, дабы их идеальная генетическая линия совершенных агнцев никогда не прерывалась.

Может показаться, что участь Тэнно не слишком-то страшна. Орокин ведь могут жить тысячи лет, а число их едва превышало несколько сотен — могли смениться поколения, прежде чем кому-то из них потребовалось бы новое тело. Вот только Орокин не были бы самой, если бы не извратили всё до омерзения. Они меняли тела как перчатки — каждый год, каждый месяц могли явиться за новым, чередуя пол и внешность по своему хотению. Для них это было просто ещё одним развлечением — явится в резервацию, наслаждаться всеобщим вниманием и благоговением, выделить в толпе тех, кто им особенно приглянулся, наградить их, всячески потворствовать любым капризам, добиться любви и обожания... лишь для того чтобы потом безжалостно стереть личность несчастного, переселяясь в приглянувшийся мясной костюм.

Жизнь старому телу, с чужим сознанием в нём, разумеется, не сохраняли. Никто не может стать Орокин — это факт, закон, константа, непреложный и незыблемый постулат. Но надежда... Что может быть смешнее для извращённого разума, чем смотреть, как кто-то, терзаемый надеждой, преодолевает вся тяготы и невзгоды лишь для того, чтобы в конечном итоге оказаться перед заветной целью... и пасть прямо в бездонную пустоту краха и абсолютного разочарования?

Орокин обожали смотреть за чужими страданиями, восхищались симфонией чужой боли, грязью унижений и треском сломанных мечтаний, но отчего-то их вечные улыбки поблекли, а звонкий смех затих, когда мы вырезали их одного за другим. Стоило всего-то оказаться по ту сторону лезвия, как они перестали смеяться. Золотое сияние поблекло, нимбы упали на грязную землю, а крылья оказались вырваны, вместе с позвоночником.

До сих пор помню их приказы, убеждения, просьбы, медленно перетекающие в мольбы и обещания всего, лишь бы пытка наконец оборвалась. Одно из немногих приятных воспоминаний, что оставила после себя Старая Война.

— Оператор. — голос Ордиса вырвал меня из пучины раздумий. — Я нашёл его. Тридцать шесть метров на северо-запад. Справа по переулку. Направляется в сторону пурпурно-неоновой барной вывески.

Переведя взгляд в указанном направлении быстро нашёл искомый объект — рослый, крупный, четырёхрукий гуманоид из расы бесалисков заметно выделялся даже в местной разномастной толпе.

Быстро сверившись с данными загруженными из поискового жетона, предлагавшегося к контракту, окончательно удостоверяюсь, что это именно искомые объект. Значит дело осталось за малым.

Отлипнув от стены проулка, с которого весьма удобно было наблюдать за всем окрестным пространством, незастроенным домами, бараками и увеселительными заведениями, спокойным, размеренным шагом направляюсь вслед за целью, что уже успела скрыться в ближайшей кантине.

Зайдя в тёплый, пропахший сигаретным дымом, дешёвым спиртным и растворимым кафом зал, быстро оглядываюсь, ловя на себе череду острых, заинтересованных взглядов, что, впрочем, быстро сходят на нет, стоит мне только направиться к стойке, возле которой искомый бесалиск как раз делал свой заказ.

Всё остальное было делом техники. Тело варфрейма, под ворохом скрывающих его тряпок, ничуть не утратило своей ужасающей силы и смертоносной эффективности, как и мой разум не забыл вбитых за годы Войны и скитаний навыков и рефлексов.

Молниеносный удар, без замаха, прямо в затылок, заставляет могучую фигуру инородца завалиться мордой на стойку, но он всё ещё в сознании, хоть и дезориентирован. Я знаю это, поскольку специально дозирую силу, не собираясь демонстрировать больше, чем нужно. За три месяца, что я вращаясь в кругах наёмников и охотников за головами, успел уяснить, что слухи тут расходятся быстро, а разумные имеют неприятную привычку подмечать детали, на которые иные не обратили бы внимания.

Попытку обернуться прерываю серией ударов по печени. Она у этого вида смещена ближе к грудине, но недостаточно высоко, чтобы быть скрытой рёбрами, так что единственными препятствиями между ней и моими кулаками послужила лишь толстая шкура, да крепкий мышечный каркас бесалиска.

Кривой, размашистый удар сразу двумя правыми конечностями принимаю на жёсткий блок, почти не замечая самого удара, но следуя выбранной роли пятясь и чуть припадая к полу, что, впрочем, не помешало мне ответить новой серией в висок и нижнюю челюсть.

Инородец окончательно поплыл. Попытку схватиться за тяжёлый бластер на поясе прерываю таже решительно и резко — просто ломаю одну из кистей, заваливая грузное тело на пол, буквально перекидывая то через себя. После чего последовали два коротких удара ногой по голове и бой, если это двухсекундное действо вообще можно так назвать, завершился моей безоговорочной победой и полной потерей сознания с другой стороны.

На начавшиеся было шевеления со стороны зала достаю из одного из наружных карманов небольшой кругляш-проектор, над которым, после нажатия боковой кнопки-активатора, тут же расцветает голограмма с именем и наградой. Подтверждение заказа за голову. На этом вопрос оказался исчерпан. Очевидно, друзей у моей цели тут не было, а заступаться за должника, за которого назначили официальную награду, желающих не нашлось.

Быстро упаковав тело — поместив на руки и ноги специально шоковые наручники, а шею украсив толстым ошейником с такой же электрической начинкой и встроенным маячком, вытаскиваю его из кантины, где на улице меня уже ждёт транспорт — обычное такси, чей водитель может и был против второго "пассажира", но за десять республиканских кредитов сверху закрыл глаза на собственное недовольство и принципы.

Путь до космопорта ничем особым не отметился. Уже на месте, блюдя легенду, пришлось потратить ещё пять кредитов на аренду небольшой грузовой платформы, чтобы быстрее доставит тело на орбитр. И только когда грузовой шлюз "Белой Звезды" закрылся, наконец смог отбросить этот цирк, просто подбирая всё ещё не пришедшего в сознание инопланетянина, быстро вытряхивая из него всё ценное и не нужное перед упаковкой.

Вообще, местные охотники за головами по разному подходили к транспортировке целей задания. Некоторые устраивали на кораблях тюремные отсеки, иные просто предпочитали не работать с живыми, но самым популярным, хоть и не самым дешёвым, способом была транспортировка пленных в карбоните — металлическом сплаве, на основе соединений углерода, что при смешивании со сжатой тибанной и быстрой заморозке выступал неприступной тюрьмой и надёжной камерой для заключённого. Вот только для подобной операции требовалось специальное оборудование, как для заморозки и разморозки, так и для поддерживания жизненных показателей пленных: вводимые в искусственный анабиоз, они хоть и почти не нуждались в еде и воде, по крайней мере могли обходиться без них месяцами, но вот кислород или любая другая дыхательная смесь всё ещё были необходимы. В общем, способ был по своему эффективен и даже удобен, но требовал затрат, да и места под технику. Я предпочитал более традиционный подход.

Созданное ещё на заре Эры Лит пустотное хранилище изначально не предусматривалось для транспортировки живых целей. Смещённое пространство и способ "упаковки" в него, а именно — расщепление на атомы, их сжатие и последующий сбор при высвобождении, довольно опасная процедура, особенно для сложных биологических соединений, какими являются любые условно разумные формы жизни. Однако если чуть скорректировать настройки, поставить скорость сжатия и развёртки с пяти-шестисекундной задержкой и следить за тем, чтобы объект не пробыл в хранилище больше сорока стандартных земных суток (по истечению которых обычно начинается распад нуклеотидных соединений и необратимые повреждения психики) проблем быть не должно. Неоднократно проверено на целях захвата ещё в Изначальной Системе, да и в новой галактике накладок не возникло — как с животными, так и с разумными разных рас.

Последние золотистые искры скрылись в обманчиво малых недрах сферы-хранилища, завершая процесс консервации, и вот уже ничего не напоминает, что когда-то тут лежала почти двухсот килограммовая туша.

Дойдя до склада, помещаю эту сферу к семи другим её товаркам, рядом с каждой из которых располагался проектор с личными данными и деталями конкретного заказа. Это был последний из новой партии, а значит:

— Ордис, проложи курс на Нимбан.

— Уже сделано, Оператор! Жду только вашей команды на взлёт.

— Считай, что она у тебя есть. И раз уж с этим ты уже разобрался, попробуй отыскать на сайте конторы что-то поинтереснее очередного контракта на отлов проворовавшегося взяточника или сбежавшего с задатком наймита. Как пробный период, для акклиматизации, это ещё куда не шло, но подобная рутина уже начинает... — пытаюсь подобрать подходящее слово. — Приедаться.

— Как пожелаете. Ордис тоже считает, что подобные занятия находятся ниже вашего достоинства и навыков. Однако вам всё же следует почаще -купаться в крови нечестивых и презренных- отдыхать, иначе вы рискуете переутомиться, а это может плохо сказаться на вашем ментальном здоровье!

— Найди в том ворохе пустышек что-то стоящее, — привычно не обращая внимания болтовню цефалона, возвращаю Рино обратно в хранилище, ступая на борт орбитра уже своими ногами. — Что-то серьёзное, и тогда моё ментальное здоровье точно придёт в норму.

— Ордис уже приступил к поискам достойной миссии, для достойнейшего из тэнно!

— Эхх~... Как что-то найдешь — дай знать. Я буду у себя.

— Непременно, Оператор! Это будет просто изумительно!

Глава 6

Звёздная дата — 941:8:02 от Руусанской Реформации. Пространство Хаттов. Планета Нар-Хааска. Координаты 745.901, 71.524.

***

— Цель направляется к выходу из питейного заведения, Оператор. — взволнованный голос цефалона резко контрастировал с довлеющим надомной спокойствием. — Предполагаемое время прибытия в точку поражения — семнадцать целых и четырнадцать сотых секунды.

Варфрейму не нужен кислород — эта занимательная особенность даёт им неоспоримое преимущество во многих ситуациях. В частности — им нет нужды задерживать дыхание перед снайперским выстрелом, хотя, когда речь заходит про Цита, многие из типичных условностей дальней стрельбы перестают иметь хоть какое бы то ни было значение.

Таймер отсчёта отмерил десятисекундную готовность.

Каждый фрейм по своему уникален, но этот выделяется на общем фоне своей относительной заурядностью. У него нет никаких выдающихся внешних достоинств, собственно, внешне его проще всего было принять за обычного человека в скафандре или закрытой броне, нет в его арсенале и каких-то особенно ярких и масштабных способностей. Что, однако, не мешает ему оставаться одним из самых смертоносных фреймов в моём арсенале.

Шесть секунд.

Цит был спроектирован для диверсий и скрытных убийств, причём основа его тактики — огромные расстояния между ним и жертвой. Это уникальный в своём роде варфрейм-снайпер, с присущим только ему Величественным Оружием — по сути куском его самого, связанным с основным телом как физически, так и энергетически, но воплощённым отдельно, в виде специализированного инструмента. В его случае, как нетрудно догадаться, это была снайперская винтовка с однозначным наименованием — Нейтрализатор.

Превосходные системы сенсорной и оптической маскировки, совмещённые с просто беспрецедентными по точности сенсорами, легко покрывающими несколько десятков квадратных километров и пробивающимися сквозь феррит, оксиум, карбид и прочие сплавы до пятиста тридцати метров толщиной, помноженные на его личные способности, что позволяли данному фрейму весьма вольно, хоть и точечно, обращаться с метрикой и структурой пространства, делали из него непревзойдённого убийцу, способного насмерть поразить любую цель, находясь при этом в нескольких десятках километрах от неё.

Три секунды.

Беря во внимание, что Цита также не обошли стороной присущие многим фреймам способности к материализации и переводу энергии в различные состояния, мне пришлось приложить ощутимые усилия, дабы миссия прошла как надо. И нет, это не оговорка.

Учитывая особенности этого конкретного варфрейма, подобрать оптимальную позицию для стрельбы проблем не составило. Плотная застройка полисов торгового мира играла мне даже на руку, ведь полностью скрывала от любых любопытных взоров, в чём также помогала и активная система маскировки. При этом я видел всё и всех, что было крайне удобно. Несколько высотных зданий, прямо на траектории стрельбы, помехой не были — сместить пулю по фазе во время полёта, склоняя материальный объект ближе к плану Бездны, тем самым на время придавая ей иллюзию нематериальности, впрочем, вполне достаточную для того чтобы преодолеть пару десятков метров дюрастали, бетона и стекла, не встретив по пути никакого сопротивления — это было просто, а вот дальше начинались проблемы.

Цит создавался для войны с Владеющими Разумом, а именно — для вывода из строя Командиров и Надсмотрщиков, что координировали действия машинной орды на поле боя. Иными словами, его арсенал изначально предполагал убийство противника, обладающего крайне продвинутыми мерами защиты, включающими как энергетические щиты, так и нанокомпозитную синтетическую многослойную броню, дополнительно усиленную внешними мерами защиты. Сейчас же цель была на пять порядков скромнее, а вот мощность поражающего элемента оставалась всё той же.

Одна секунда.

Благо что мне удалось всё-таки переконфигурировать настройки мощности Нейтрализатора, вместе с тем создавая новый вид патронов, что, по сути, представлял из себя просто кусок ломмита — основного компонента транспаристали, активно применяемой в этой галактике на ниве создания иллюминаторов космических кораблей, бронеокон, защитных жилетов и укреплений. В оружейном деле данный материал, увы, не особо распространён, но серия тестов показала, что лучше него на роль сердечника для пули подходит только ряд редкоземельных металлов вроде бескара и ему подобных. Так что пришлось использовать то, что оказалось под рукой. Уж лучше так, чем разбрасывать при каждом выстреле тысячи кредитов или осколки материалов и элементов, не входящих в перечень известных в данной галактике.

Отсчёт дошёл до нуля. Невысокий, тучнотелый тойдарианец, показавшийся на выходе из кантины, едва успел расправить свои насекомоподобные крылья, поведя заросшим короткой щетиной носом-хоботом, как палец варфрейма, ведомый моей волей, сжался на спусковом крючке.

Между нами была жалкая тысяча семьсот пятьдесят шесть метров. Обычная пуля, если вычесть все прочие переменные вроде рельефа и искривления линии горизонта, преодолела бы эту дистанцию где-то за три-три с половиной секунды. Однако на тонкой изнанке между нашим миром и Бездной привычные константы не работали: там не существовало такого понятия как сопротивление воздуха, отсутствовало давление гравитации, и даже время текло несколько иначе. Так что в реальности, между выстрелом и тем мгновением, когда голова нечистого на руку дельца взорвалась фонтаном кровавых ошмётков, прошло не более семнадцати сотых секунды, которых мне оказалось более чем достаточно, для того чтобы покинуть позицию, спрыгнув с сорок седьмого этажа непримечательной высотки.

Короткое свободное падение, резко прерванное сменой вектора гравитации, что моментально погасил набранное ускорение, позволило фрейму безболезненно приземлиться на ноги и как ни в чём не бывало продолжить свой путь по тёмной, несмотря на яркое полуденное солнце, алее мегаполиса, куда свет местного светила уже десятилетия никак не мог добраться.

— Отличный выстрел, Оператор! — Ордис буквально звенел от радости. — Момент поражения цели зафиксирован. Желаете ознакомиться?

Секундное видео, снятое камерой ближайшего торгового терминала, оперативно взломанного предприимчивым цефлаоном, наглядно запечатлело кончину незадачливого предпринимателя, отчего-то решившего, что его жизнь ничуть не изменится, после одной крайне сомнительной сделки. И всё бы ничего — в Пространстве Хаттов тёмными делишками никого не удивишь, но всегда стоит понимать, кого можно обворовывать, а кого нет.

Руотто вот знал, вернее думал, что знал. Однако судьба решила иначе, и у одной из жертв его махинаций вдруг оказались связи в небольшом, но предприимчивом каджидике хаттов. Не слишком серьёзные, но достаточные, чтобы их исполнители обратились ко мне.

По факту это задание — не более чем проверка. За месяцы работы в сфере наёмничества я успел зарекомендовать себя с положительной стороны, закрывая один контракт на голову за другим. Вот местные кланы и решили проверить, чего я стою, повысив ставки.

Возражать я не стал, да и с чего бы? Вопреки многим слухам, у Тэнно было всего два нерушимых правила — не идти против Тэнно и не ограничивать свободу Тэнно. Всё. Два простых в исполнении закона, духу которых следовали все из нас. В остальном же нормы дозволенного каждый для себя определял сам. Я, как и большинство братьев и сестёр, не видел проблемы в заказе на убийство, если цель не ребёнок, незнакома мне лично и её возможное убийство не вызывает у меня отторжения. Этот экзот провалил сразу все пункты — кто-кто, а проворовавшийся работорговец, в моих глазах жалости не заслуживает.

— Отправь видео заказчику, вместе с подтверждением выполнения задания. — необязательная условность. Проверить факт смерти разумного, вызвавшего недовольство каджидика, несложно, особенно здесь, в системе, где у кланов везде свои глаза и уши. Многие наёмники так обычно и поступали, дожидаясь перевода с наградой, но я — не многие. Если тэнно берётся за работу, он доводит её до конца.

Ответ нанимателя пришёл быстро. Я едва успел свернуть на более-менее людную улицу, сразу же смешавшись с бурным потоком органиков и машин.

Никаких благодарностей, длинных словесных изречений и прочей мишуры — в делах хатты всегда предпочитали говорить лишь на языке денег, так что и ответ нёс в себе столь же категоричный посыл.

— На ваш счёт поступил анонимный перевод в размере трёхсот пятидесяти пеггатов. Думаю, заказчик остался доволен.

— Похоже на то. Есть ещё что-то интересное?

Секундное молчание цефалона сменилось нарочито грустной отповедью:

— Боюсь, что нет, Оператор. Ордис проштудировал все сайты, объявления и заказы от проверенных источников — большинство предлагает лишь стандартную охоту за головами и миссии сопровождения. Желаете ознакомиться поподробнее?

Я не желал. Обычные заказы приелись хуже белкового пайка на Заримане. Скучные, однообразные контракты буквально душили своей простотой, хоть и приносили неплохой доход. Который, впрочем, был продиктован скорее моей автономностью и независимостью от внешнего мира, чем действительно достойной оплатой. Мне ведь, в сущности, не приходилось тратить деньги хоть на что-то: в топливе Орбитр не нуждался, как и в ремонте, платить за информацию и наводки мне тоже не было нужды, да и содержание самих пленников сводилось к нулю, не говоря уже о том, что обычно охотники за головами работают группами, ну или хотя бы в паре, что опять же сказывается на их доходе. Я от всего этого был предельно далёк. Единственная реальная трата за эти месяцы, на которую и пошла большая часть заработанного — гиперпространственный двигатель второго класса, что уже была установлена на "Белую Звезду".

Обошлось мне это удовольствие в двести тридцать семь тысяч республиканских кредитов, что равняется, примерно, пяти тысячам девятисот двадцати пяти хаттским пеггатам. При этом необходимо понимать, что я брал гипердрайв для малотоннажного звездолёта, по своим габаритам почти замыкающего список, после которого идут уже МЛА (Малый Летательный Аппарата). И даже так, с меня содрали сумму эквивалентную двум новым кораблям с уже установленным гипердвигателем третей модели. Впрочем, увеличение дальности полёта почти на триста световых лет и две дополнительные точки выхода при построении маршрута того стоили, по крайней мере в моих глазах.

Причина же подобного разброса цен довольна банальна — местное центральное правительство, в лице Республики, не поощряет установку подобных агрегатов на частные судна. Настолько не поощряет, что несколько веков назад был введён официальный запрет на подобного рода модернизацию для частных извозчиков. Исключения составляют лишь ведомства госаппарата Республики и те немногие, кому удалось выбить себе официальное разрешение — то есть всё те же чиновники, сенаторы и их приближённые.

Впрочем, как я уже успел уяснить, законопроекты центральных миров, за пределами регионов экспансии, для всех как мифический крайт-дракон — все о них слышали, но никто всерьёз не верит. Особенно в этом отличились компании-производители звёздных кораблей вроде "Куата", у которых я, кстати, через фирму-прослойку, и приобрёл гипердрайв. Что по местным меркам почти равносильно покупке напрямую у производтеля.

Особняком здесь стояли гипердвигатели полуторного и первого класса. Эти агрегаты, как мне объяснили, достать за деньги было в принципе невозможно — штучный товар, выпускаемый исключительно под заказ и через плеяду длинных и внушительных связей.

Верфи "Рендили", "Кореллианская Машиностроительная Корпорация" и прочие, кто делает деньги на продаже подобного рода оборудования, не видят проблемы в том, чтобы "потерять" или "списать" со складов пару сотен... тысяч тонн неучтённого товара, который весьма быстро и оперативно всплывает где-нибудь на просторах чёрного рынка или даже во вполне легальных сервисах и магазинах в категории "только для своих, ну или же тех, у кого есть на это деньги". Ну а тот незамысловатый факт, что при досмотре звездолёта за подобную модификацию без лицензии может грозить до пяти лет тюрьмы здесь мало кого волнует. Тем более что таможенникам тоже надо на что-то жить.

Правда я и с этой проблемой почти не сталкивался — благо что создать несколько о фальш-стен и переконфигурировать выброс двигателей для цефалона, полностью контролирующего все системы корабля, в том числе его нанитовую обшивку, не составляет особых проблем. Хотя взятки всё равно платить приходилось. Хотя бы для того, чтобы пореже мелькать в списках таможенной и пограничной служб — ещё одна статья расходов обычного охотника за головами.

Пробившись сквозь оживлённые улицы полиса, немного по петляв по переулкам и убедившись в отсутствии "хвоста", я наконец добрался до территории космопорта, вскоре оказавшись в стенах родного Орбитра.

Отправив недовольно рычащего столь краткой "прогулкой" Цита в хранилище, уже хотел было немного по курсировать по бескрайним просторам Голо-Нета, в чьих непролазных дебрях до сих пор встречались весьма занимательные истории, как вдруг Ордис решил напомнить о себе, ворвавшись в эфир:

— Оператор, думаю, вам любопытно будет на это взглянуть.

Перед моим глазами появилось полупрозрачное окно сайта небезызвестной конторы, одной из немногих, с которыми я работал. В глаза сразу же бросилась графа с обозначением:

— Свободный заказ?

— Ордис знает, что Оператор не любит работать с непроверенными личностями, но посмотрите на приложение.

Я так и сделал.

— Триста тысяч республиканских кредитов вознаграждения или их эквивалент в любой твёрдой валюте? — это уже было интересно. Не столько деньгами, сколько тем, что за ними стоит. — При этом срок действия предложения истекает уже через пять стандартных суток. Место назначения...

— Планета Умабара, Оператор. — тут же начал давать развёрнутую справку цефалон. — Располагается в Призрачной Туманности Региона Экспансии. Известна своей особенной, пригодной для дыхания углеродных форм жизни, атмосферой, не пропускающей прямые солнечный лучи, из-за чего эту планету также часто называют Миром Теней, и крайне агрессивной люминесцентной флорой и фауной. Основное население представлено коренными жителями — умбаранцами. Бледнокожей гуманоидной расой, видящей в инфракрасном спектре и, якобы, обладающей зачатками телепатических способностей.

— Подтверждение?

— Ни одного. В пользу данной теории свидетельствуют лишь окружающие этих инородцев слухи, связанные с жёстким кастовым строением общества, да их успехи в торговле, науке и внешней политике. Последние крайне сомнительны, если учитывать изоляционистскую политику Умбара, но благодаря научным достижениям и производственным мощностям вес в Сенате они имеют. При этом лишь представителям высших кастам позволено покидать планету.

— Иначе говоря, они предпочитают не иметь дел с чужаками.

— Ваши суждения крайне верны и последовательны, Оператор!

— Однако что-то всё равно побудило одного из них, — имя в заказе указано не было, лишь место встречи и контакт для связи на планете. — Обратиться за помощью к наёмникам на стороне, игнорируя собственные, очевидно, немалые связи, с привилегированным положением, богатством и силы. Да и, — я вновь мазанул взглядом по проекции, прикидывая в уме риски и потенциальные возможности. — Тип заказа — спасение и эвакуация. Это не то, что обычно мелькает в подобного рода конторах. Кто-то уже пытался перехватить заказ?

— Объявление было опубликовано менее часа назад. За это время его рассмотрели порядка семи миллионов четыреста тринадцати восьми тысяч разумных с разных аккаунтов. Рискну предположить, что минимум одна десятитысячная из них уже связалась с заказчиком для обсуждения условий найма.

— И несмотря на это, столь жирный куш до сих пор весит в свободном доступе. — обычно контракты с таким внушительным гонораром вообще не попадали на свободный рынок. Их либо сразу передавали уже проверенным лицам, либо осуществляли иными, более организованными силами, нежели чем наёмники. Происходящее было ненормально, а потому интересно. — Установи канал связи с заказчиком. — узнать в чём конкретно заключается дело, даже если браться за него я не собираюсь, мне никто не мешает. — Полная модуляция голоса и манеры речи. Скрой нас отовсюду. Не хочу, чтобы этот разговор слышал кто-то посторонний.

— Как прикажите, Оператор. Но хочу уведомить, что запись разговора, если она ведётся с того конца, мне не предотвратить.

— Для этого и нужна модуляция. Набирай.

Серия коротких звуковых сигналов трелью разлилась по слуховому аппарату, но, что поразительно, долго "висеть" в ожидании мне не пришлось. Ответ последовал в течении пары секунд:

— Слушаю. — голос неизвестного был сух, спокоен и холоден. Если он, подобно мне, не использует системы звукового искажения, это должен быть разумный преклонных лет.

— Заказ под номером 5639476364/33212 от 941:8:02. Детали миссии?

— Спасение и эвакуация. — моя необычная подача, синтетическое звучание голоса и манера речи нисколько не смутили ответчика. — Награда — по завершении миссии.

— Детали.

— Это не разговор для комлинка. — он был категоричен.

— Линия связи надёжно защищена. — но и я не собирался отступать так просто.

— Охотно верю, учитывая, что ваш номер не определяется ни по одной из доступных мне баз данных. Однако защищена она не мной, так что это лишь усугубляет ситуацию.

В разговоре спонтанно возникла пауза. Каждый из нас собирался с мыслями.

— Без понимания сути заказа я не могу оценить возможность и сроки его реализации. Вам придётся раскрыть детали, либо же на этом наш разговор подойдёт к концу.

Неизвестный промолчал. Я ждал ещё порядка десяти секунд, по окончанию которых уже хотел было сбросить звонок, как вдруг он прохрипел:

— Дело в моём сыне. Он был... реквизирован. — столь странная постановка проблемы не могла не броситься в глаза. — Я хочу это исправить. Пока исполнитель ещё находится на планете.

— Кто он.

И вновь затяжное молчание, за которым последовал явно вымученный ответ:

— Представитель Ордена Джедаев.

Ордис понял всё без слов, тут же проявив перед глазами данные по новому для меня феномену, и чем больше я читал, тем отчётливее чувствовал вкус пепла во рту, пока перед глазами мелькали иные, далёкие картины минувшего прошлого.

На том конце всё это время терпеливо ждали моего ответа, явно ни на что толком не рассчитывая. Хотя, учитывая расклады, подобная сговорчивость весьма логична и продиктована скорее отчаяньем и безысходностью его положения.

— Мне потребуется два дня, для того чтобы пребыть на планету. Свяжусь с вами, как только выйду на орбиту.

И не прощаясь оборвал связь.

— Ордис, проложи курс на Умбар.

— С превеликим удовольствием, Оператор!

Глава 7

Звёздная дата — 941:8:05 от Руусанской Реформации. Регион Экспансии. Призрачная туманность. Планета Умбара.

***

Внешний облик планеты вечной ночи навевал странные и не слишком приятные воспоминания. Укрытые пеленой беспроглядных сумерек города, что словно крохотные мотыльки плавали средь бесконечных горных хребтов, тёмных океанов и непролазных флюоресцентных джунглей своей суровой родины, уж слишком походили на материнские корабли Владеющих Разумом.

При этом архитектурный стиль, планировка местности, орнамент, даже расцветка не соответствовали абсолютно. Что, на самом деле, совершенно неудивительно. Умбаранцы, несмотря на все свои особенности и закрытый менталитет, всё ещё оставались существами из плоти и крови, ведомые понятными любому живому существу целями и стремлениями. Тау же, несмотря на весь свой интеллект и возможности, а может именно благодаря им, не далеко ушли от обычных машин. Но всё же...

Это блеклое, матовое остекление башен мегаполисов, тьма обитых металлом улиц, поток снующих повсюду машин и звездолётов, яркий неон вывесок и треск сети действовали на нервы. Я видел перед собой огромный многоярусный город, что проносился вдали размытым пятном, где бал правят технологии и прагматизм, но от чего-то перед глазами мелькали лишь вспышки лазерных турелей, блеск разрывных снарядов, гул разогретой плазмы, жужжание электричества и сияние защитных полей, неохотно проминающихся под этой нескончаемой канонадой. Взрывы беспилотников, вопли корабельных команд, мгновенно сгорающих заживо от прямого попадания, или просто умирающих от удушья где-то в разгерметизированном отсеке, и всё это под аккомпанемент абсолютной, неестественной тишины.

Космос тих сам по себе, в нём властвует покой, но то молчание было иным. Живые Машины всегда нападали в тиши. Тау прекрасно ориентировались в пространстве сети, с лёгкостью заглушая или перехватывая связь на всех возможных уровнях. Лишь намного, намного позже Орокин был изобретён сравнительно безопасный и надёжный способ передачи сообщений и информации минуя материальный план, через Мембрану Альбрехта, но до того армии необходимо было иметь возможность как-то коммуницировать между собой.

Каждый из родов войск справлялся с этой задачей по своему: курьеры, посыльные, мелкочастотные передатчики, шифры, просто визуальные сигналы. Тэнно же, как и всегда, пошли иным путём.

Наш враг обладал огромными вычислительными мощностями, мог просчитывать миллионы вариантов развития событий за считанные секунды и прекрасно разбирался во всём, что касалось чисел и логики. Вот только сколь хороши Тау были в среде вещественного, столь же слепы оказались в пространстве эфемерного, чем мы не преминули воспользоваться.

Эмоции, чувства, переживания — для восставших машин это было не более чем фоновым шумом, помехами, несовершенством "программного кода" личности органиков. Так что нет ничего удивительного в том, что всякий эмоциональный посыл ими воспринимался с трудом, почти через силу. Так и появились Барабаны Нагги — программа-шифровальщик, превращающая сообщения в музыку. Она была названа в честь первого пользователя Октавии — фрейма, под чьи гимны мы неизменно шли вперёд, сметая заслон за заслоном. С годами этот рваный, чувственный, полный ярости и сострадания ритм стал не просто песней или набором скрытых шифров — в нём слились воедино биения наших сердец, под эти звуки ковалось нерушимое братство и сестринство, что пережило крах Золотой Империи.

Я до сих пор вспоминаю те дни — дни Старой Войны. И каждый раз меня раздирают противоречия. Там была радость. Счастье видеть перед глазами лица тех, с кем окунулся в Бездну и родился заново, а ещё горькая печаль от осознания, что многих из них давно уже нет.

Тэнно не умирают, но немало было тех, кто просто исчез, без следа. Может растворился в небытие, из которого мы когда-то пришли, а может просто пошёл своей дорогой. Ответа нет. Но даже так, пусть лишь на мгновение, я всё равно счастлив вновь увидеть их, снова услышать знакомые голоса, почувствовать тепло и свет.

Затем обычно приходят иные видения: крики агонии, стоны раненых, кровь, боль, страх, отчаяние и сжигающая изнутри ярость, что душила хуже всяких оков, не давала нормально спать. Я помню всё, как-будто тех веков, что разделяют нас и прошлое, никогда не было. Я помню покой, помню страдания, помню как впервые почувствовал уверенность и силу, что текла в моём теле бесконечным потоком... А ещё... Ещё я помню голос, чужой, но до боли знакомый, вибрирующий, пробирающий до костей потусторонний глас. Я помню тот миг, когда впервые услышал его после очередного успешного рейда, в пустой рубке Рейлджека, где не было никого, кроме меня. Помню, как он впервые прошептал мне на ухо: "Привет, Малыш.". И исчез, сопровождаемый нечеловеческим смехом.

— Оператор? Оператор, вы в порядке?! — взволнованный возглас цефалона, словно реактивный двигатель арч-винга, резко выдернул меня из вязкого болота памяти. — У вас подскочило давление и участился пульс! Что-то случилось?! Ордис переживает за вас!

— Всё... — привычное ледяное спокойствие стремительно отвоёвывало ранее сданные позиции. — Всё хорошо. Просто... Просто плохой сон. Как далеко ещё до цели? — зная каким дотошным Ордис порой бывает, особенно когда дело касается меня и моей безопасности, тут же постарался перевести тему. — Мы уже должны были быть на месте.

— На планете весьма оживлённое воздушное движение, Оператор. Однако мы на подходе. До координат, указанных в заказе, ещё порядка десяти минут, при условии что движение трафика не изменится.

Так и получилось. По прошествии озвученного срока "Белая Звезда" плавно приземлилась на частной посадочной площадке, близ одного из огромных небоскрёбов, что словно гора вздымался меж переплетений металлических джунглей Умбара.

За несколько дней, потраченных на перелёт из одной системы в другую, я успел ознакомиться со всей предоставленной Ордисом информацией касаемой предполагаемой цели моего заказа. Которой, к слову, оказалось преступно мало. По крайней мере если говорить о проверенных и подтверждённых данных. Различного же рода слухов, домыслов, пересуд и прочего мусора на просторах ГолоНета оказалось даже слишком много.

И так — Орден Джедаев. Древняя, полурелигиозная, оккультная организация, чьи корни восходят ещё к самому рассвету Республики.

Судя по обрывкам данных и сводкам, полученным Ордисом из взломанных частных архивов, члены этой секты несколько тысяч лет назад вполне успешно правили Галактикой, ну или по крайней мере большей её частью, превратив условно демократический строй в подобие теократии, где сами джедаи выступали в роли святых пророков, военачальников и губернаторов целых систем. Закончился это период весьма печально, как можно понять из немногих сохранившихся хроник, из тех что оказалось возможно отыскать в свободном доступе. Была война, причём галактических масштабов, и, вероятно, далеко не первая. В ходе ожесточённого конфликта ряды Ордена заметно поредели, а лучшие и сильнейшие из их числа пали. Этим и решили воспользоваться самые могущественные и влиятельные из рас и конгломератов тогда ещё заметно менее деятельного Сената. Лицом этой точечной революции стал некий Тарсус Валорум, он же в последствии занял место Верховного Канцлера — первый не-джедай на этой должности.

Всё что произошло в последующие года иначе как саботажем и захватом власти назвать нельзя. Валорум и его покровители, очевидно, так боялись, что джедаи вновь вернут утраченную власть, что шли на любые, даже самые абсурдные меры, дабы ослабить их положение и упрочить своё.

Наиболее демонстративным шагом стала Руусанская реформа или Руусанская реформация. Этим биллем Тарсус Валорум навсегда изменил государственное устройство Галактической Республики, когда власть Верховного Канцлера была передана пересформированному Галактическому Сенату. Президентская республика превратилась в Парламентскую, Орден Джедаев был низвергнут с позиции официальной религиозной группы до частного, "добровольного", полунезависимого формирования, лишённого собственных источников дохода и отныне существующего лишь на деньги Сената. И что особенно показательно — вместе с упразднением старой власти Валорум расформировал и все военные силы тогда ещё молодого государства. Армия и космический флот Республики оказались упразднены, все джедаи-лорды, что управляли ими, сложили с себя полномочия и подали в отставку, в том числе и верховный главнокомандующий. Одним махом были уничтожены плоды вековых трудов и положено начало повсеместной вольнице. Ведь теперь условно сильнейшая сила в Галактике оказалась полностью беззуба, и любой у кого имелись под рукой оружие, солдаты и звездолёты мог диктовать более слабым свою волю с позиции силы, ведь пресечь подобное стало попросту некому. Впрочем, отдельные расы и крупные корпорации с этого только выиграли, что логично, учитывая кто выступал главным инициатором и активно продвигал всю эту затею.

Разумеется в статьях и научных трудах всё было описано совершенно иначе. Акценты были смещены, роли перепутаны, а причины и следствия поменялись местами. Это могло бы обмануть многих, но не дотошного и въедливого цефалона, что моментально видел несостыковки и азартно потрошил пространство сети в поисках мельчайших зацепок, позволивших бы ему сложить более-менее полную картину прошедших веков.

И пусть большая часть того что на самом деле произошло в прошлом осталась скрыта за завесой лет, скорее всего надёжно похороненная где-то в недрах Корусантских Архивов и Библиотеки Ордена Джедаев, попасть в которые из внешней сети просто не представлялось возможным, в целом, ситуация была мне предельно понятна, разве что...

Члены Ордена Джедаев поклонялись Великой Силе. Это условное, вездесущее, связующее энергетическое поле, пронизывавшее и связывавшее Галактику воедино, с их слов и по их учению, представляло из себя нечто божественное и всесильное. Оно же, якобы, даровало джедаям их способности. И вот тут начинались проблемы.

Эти сектанты определённо что-то да умели. Ордис буквально просчитал вероятность этого и пришёл к однозначному выводу — не могла горстка (а на фоне миллиардов, десяток тысяч просто ничто) безумных фанатиков взять власть над целой галактикой и править ей тысячи лет не имея под своей слепой верой реальных возможностей. Их просто уничтожили бы, не дожидаясь момента наибольшей слабости, и даже так Орден не стали вырезать под ноль, явно опасаясь ответных мер.

На то что джедаи обладали сверхъестественными умениями указывали и многочисленные упоминания этих возможностей в сети. Монахи-дипломаты буквально стали культурным феноменом, нарицательным словом среди всех разумных рас и слоёв общества. Вот только подобное не только служило красным флагом, но и значительно усложняло дело.

Существовало столько мифов, легенд, баек и россказней об их невероятных и пугающих способностях, что отделить правду от вымысла просто не представлялось возможным. В то же время ни один условно "достоверный" источник просто не публиковал никаких статей или записей об истинных пределах сил членов Ордена. Даже его структура, кодекс и личный состав были засекречены, и доступ к этой информации имел лишь крайне узкий круг лиц, включая Верховного Канцлера.

Тут явно прослеживался чей-то умысел. Скорее всего сами джедаи весьма бдительно следили за тем, чтобы их секреты и тайны не стали достоянием общественности. Не чураясь использовать для этих целей ресурсы Сената и Республики. То есть единственный способ узнать чего они стоят на самом деле и какую меру опасности представляют непосредственно для меня — проверить всё на своей шкуре. Ну или же броне варфрейма, тут как пойдёт.

Для этих целей у меня уже был достойный кандидат, весьма подходящий данной роли. Изменщик и предатель, клятвопреступник и лжесвидетель. Тот кого Орокин обвинили в семи грехах: повинный в Убийстве, Трусости, Побеге, Измене, Предательстве, Шпионаже и попытке Цареубийства. Для них он был еретиком и демонопоклонником. Для нас — защитником и верным другом. Куллерво — Пронзённый Тысячей Еинжалов. Как жаль, что я сумел спасти лишь тень тебя...

Проведя рукой по тёплой поверхности металла, привычно проваливаюсь в это бархатное ничто, переставая чувствовать собственное тело и тут же ощущая его вновь, но уже по другому.

Сборы не заняли много времени. Скрывая суть варфейма за толстым слой синт-полотна, я чувствовал, как понемногу разжимаются цепкие когти сковавшего разум спазма, а кошмары и видения, что частенько терзали меня по ночам, вновь покорно улегаются на самом дне сознания, дожидаясь своего часа. Сытые, но не укрощённые.

Лотос часто твердила, что это проблема. Что нам стоит научиться принимать простую истину: прошлого не вернуть, а будущего не предугадать, единственное что имеет значение так это то, что происходит здесь и сейчас. Возможно она была права. Она всегда оказывалась права, но... Эти удушливые воспоминания давно стали неотъемлемой частью меня, всех Тэнно. В конце концов, кошмары сняться людям, и если их вдруг не станет... Лишь Бездна ведает, в кого мы тогда обратимся.

***

Тяжёлые, многосоставные, армированные двери, дополнительно усиленные пневматическими замками, больше подошли бы какому-нибудь бункеру, чем шикарной прихожей огромного, помпезного офиса.

Общая обстановка на Умбаре чем-то напоминала позицию Корпуса — везде, куда не глянь, всё крайне технологично и подчёркнуто вычурно. Местные явно гордились своими достижениями на ниве технологий и не стеснялись демонстрировать данный факт посторонним.

Кроме меня в зале находились лишь несколько умбаранцев. В целом, крайне похожий на людей вид, если не брать во внимание бледно-синеватую кожу, и особо выделяющиеся бело-пигментированные, впалые глаза, что с холодным интересом рассматривали меня из под полуприкрытых век, хоть и не пялясь демонстративно. Толи придерживаясь принятых норм приличия, толи по иным, куда более прагматичным соображениям.

Огромная, даже не стойка, небольшой павильон, с более чем несколькими десятками окошек ресепшена встретил меня насквозь дежурной улыбкой местной работницы:

— Добро пожаловать в головной офис Умбар Хай-Тек Технолоджис. Чем я могу вам помочь?

— Арх'Иирван'Силь-туун, — кодовая фраза присланная заказчиком для подтверждения личности, она же — пропуск. — Мне назначено.

Пальцы умбаранки беззвучно замелькали по голографической клавиатуре.

— Рады приветствовать вас на Умбаре, великий Арх Иирван.

— Вежливое обращение к одному из благородных воинских сословий расы Кроусов. — тут же дал пояснение Ордис. — Похоже, наш наниматель озаботился подходящей легендой.

Тем временем из-за стойки, резво переставляя свои опоры, появился начищенный до блеска дроид-секретарь.

— Мой помощник проводит вас до нужной переговорной и останется в вашем полном распоряжении до окончания визита. Если пожалеете перекусить или чего-то выпить — просто дайте ему знать.

Едва заметно кивнув я перевёл взгляд на почтительно замершего дроида, чей мозговой процессор явно заметно превосходил все виденные мной ранее модели. По крайней мере уловив на себе внимание, он не стал рассыпаться в уточняющих вопросах, вместо этого быстро и почтительно поклонившись, задействовал динамики:

— Прошу вас следовать за мной. — я так и сделал.

Путь был недолгим. Несколько минут петляния по запутанным коридорам, короткий подъём на турбо-лифте, разом перекинувший меня и моего сопровождающего почти на три сотни этажей вверх, ещё минута потраченная на поиск нужной комнаты, и вот я уже стою посреди вместительно кабинета. Дроид, что показательно, остался снаружи, хотя должен был последовать за мной.

Внутри меня уже ждали. Высокий, гладко выбритый умабарнец в роскошной мантии, на которой причудливым узором было вышито многое из того, что чужаку, незнакомому с местными обычаями, было бы не понять.

Благо у меня был Ордис. Так сразу стало ясно, что мой заказчик был не просто нерядовым членом местной элиты, но стоял на восьмом уровне касты, по сути являясь чем-то средним между высшим аристократом и зажиточным олигархом.

— Благодарю за весьма оперативное прибытие. — хорошо поставленным, мягким голосом поприветствовал меня иномирец, сделав едва заметный жест левой кистью. — Обычно представители вашей профессии не столь расторопны, если только впереди не маячит щедрая предоплата.

Развернувшись прочь от панорамного окна, что протянулось вдоль всей стены кабинета, он жестом предложил мне присесть на один из мягких диванов:

— Желаете чего-нибудь, перед тем как мы начнём? — ещё один странный, едва уловимый жест, на этот раз правым указательным пальцем и левым предплечьем. Это явно не тики, слишком плавно и выверено для спонтанного мышечного сокращения. Ордис?

— Уже анализирую, Оператор.

— Прошу прощения, за то что пришлось несколько выбиться из норм приличий и делового этикета. — меж тем продолжал разглагольствовать хозяин апартаментов. — Однако, сами понимаете, лишние уши, пусть даже с прямой функцией отключения, в данной ситуации будут не слишком-то уместны.

— Тогда зачем было настаивать на моём публичном появлении здесь?

— По той простой причине, что ваше тайное прибытие вызвало бы куда больший интерес у всех заинтересованных сторон. — его тембр голоса за одно предложение кардинально изменился трижды. Два неестественных моргания, три поворота правой кисти по и против оси. — Моя компания работает с многими разумными видами. В том числе такими, чьи социальные и политические доктрины весьма... оригинальны. Очередной припозднившийся клиент не вызовет особых подозрений.

— И как часто ваши клиенты удостаиваются встречи лично с главой компании, господин Рим Ката?

— Нечасто. — на лице умбаранца не дрогнул даже мускул, а ведь озвученной мной информации нет в свободном доступе, и сам Ордис получил её только что, удалённо подключившись к одному из терминалов. — Но ведь меня здесь никогда не было, так что данный вопрос несущественен.

Доворот корпуса на полтора градуса, наклон головы на один и три. Тон и тембр голоса вновь изменились.

— В отличии от вашего заказа.

— Всему своё время. — плавно продефилировав к свободному креслу напротив, мужчина продолжил. — Сейчас меня куда больше заботите вы, как исполнитель.

Строчки только что составленного отчёта замелькали перед моим глазами. Ознакомление заняло меньше полутра секунд.

— Я могу это понять. Структура вашего общества превозносит стремление к достижению вершин власти и статуса, поощряя для этого любые меры и средства. При этом жестоко критикуя провалы и не терпя неудач.

— Лучшего достойны только лучшие — таков непреложный закон жизни. Сильный всегда на вершине пищевой цепочки, просто не каждому дано понять, что сила имеет не только грубое физическое проявление, она многогранна. Ум — это сила. Хитрость — это тоже сила. Коварство, находчивость, даже удача — всё это неотъемлемые составляющие успеха.

— Но представители вашего народа не любят уповать на волю случая. Вы предпочитаете брать судьбу в свои руки и презираете пассивность и смиренность. — выводы и наблюдения цефалона полностью подтвердились. Пора это использовать. — Что неудивительно. В обществе, подобном вашему, эти качества — обуза, тянущая на дно, причём не только их обладателя, но и всех вокруг него. Контроль — вот что важно. Как над собой, так и над другими.

— Вы имеете в виду что-то конкретное? — белые глаза, с едва заметной радужкой, цепко вперились в меня, но без какого-либо заметного эффекта.

— Ваша мимика и жесты. — рука варфрейма резко вытянулась вперёд, демонстрируя то, что обычному разумному не дано было увидеть. — Вы филигранно контролируете собственные мышцы и нервную систему, осознано воспроизводя большинство бесконтрольных реакций. А ваш голос — впервые вижу подобную технику суггестивного аудионейронного управления. Рискну предположить, что в тандеме с активно используемыми вами приёмами нейролингвистического программирования и возможностью видеть мир в инфракрасном свете, подобную прозорливость и влияние на чужое бессознательно можно принять за нечто... сверхъестественное.

Редкие, тихие хлопки оборвали зародившееся было молчание.

— Вы меня поразили. Немногие в галактике знают об этой национальной практике моего народа. Ещё меньше могут её распознать. Признаюсь, до того я испытывал большие сомнения в вашей профпригодности. Не сочтите за грубость, но всё же, несмотря на внушительный список выполненных заданий, вы не участвовали в чём-то действительно масштабном и столь же рискованном.

— Я не так давно в обжитой части галактики. А подобная работа требует соответствующей репутации, что куётся постепенно и не терпит спешки.

— Но всё равно вы здесь. Рискуете ради большого куша и громкого имени. Похоже, традиции моей родины не столь уж радикально отличны от всех остальных.

— Это в большой степени зависит от вас и тем, довольны ли вы результатами учинённой проверки.

— Ооо~, более чем полностью, мистер Тэнно. Более чем полностью.

— Раз так, поговорим наконец о деле. Ваш сын, как именно это произошло?

Умбарнец слишком хорошо контролировал свою мимику, так что по его лицу невозможно было сказать, что он на самом деле чувствует, но я готов был поклясться, что мой вопрос что-то в нём задел.

— Это не самая простая и короткая история.

— Насколько я помню, у нас в запасе ещё три дня и вся эта переговорная.

Мужчина несколько секунд собирался с мыслями, после чего начал говорить, медленно, явно тщательно подбирая слова:

— Всё дело в том, что, если верить определённым, со стороны даже может показаться что неопровержимым фактам, я сам отдал его ей. Своими руками.

— ...

— Похоже, Оператор, дело принимает крайне -мерзкий- интересный оборот!

Глава 8

— Я вынужден настаивать на подробностях. — учитывая ситуацию в целом, сказанное только что можно толковать крайне вольно, начиная от угроз и вымогательства, заканчивая целенаправленным внушением и даже банальной глупостью.

— Разумеется. Не в моих интересах утаивать жизненно важную информацию от исполнителя. — что показательно, после того как я прямо уличил умбаранца в попытках играть с моим подсознанием, все "тики" и странная моторика прекратились, ещё раз демонстрируя крайне высокий уровень владения инородцем собственным телом и косвенно подтверждая озвученные ранее выводы. — Всё началось пять стандартных циклов назад, когда в двери моей резиденции постучалась джедай-рекрутёр. Она представилась как Сира Дуункан, — слова хозяина кабинета сопровождали кадры вспыхнувшей над столом цветной голограммы, со всех возможных ракурсов демонстрироваших названную инородку.

Это была не слишком высокая женщина, на вид лет двадцати пяти. Бледная кожа, без видимых изъянов, густые золотистые волосы, уложенные в сложную причёску, не скрывающую оттопыренные, чуть заострённые уши.

— Сефи? — после подсказки от Ордиса, успевшего проанализировать черты джедайки и сопоставить их с известными ему видами, населяющими галактику, выдвинул я своё предположение.

— Полукровка, скорее всего. — согласился со мной умбаранец и ещё раз продемонстрировал свой высокий интеллект. — Как я успел убедиться, ей не больше сорока-сорока пяти лет.

Уточнение было действительно важным. Сефи известны как раса долгожителей. Случаи, когда отдельные представители доживали до четырёхсот лет, не были так уж редки. При этом женщины этого народа, в отличии от мужчин, почти не менялись с возрастом, что нередко играло злую шутку с теми, кто мог положить на них глаз, и стало причиной для возникновения множества анекдотов.

В моём же случае всё куда прозаичнее. Больший возраст — больший опыт, как жизненный, так и боевой, а значит возрастает и мера опасности, что представляет собой эта особа. Рим Ката, очевидно, тоже это прекрасно понимал, потому и обозначил своё наблюдение. Впрочем, опираться лишь на него я не буду, но принять к сведению — обязан.

— Когда она попросила аудиенции, я не воспринял это... должным образом. — умбаранец всё также прекрасно держал лицо, но я всё равно чувствовал его гнев. Что показательно, злился он больше на себя, на свою беспечность и пренебрежение, чем на джедайку, поставившую его в столь неоднозначное положение. — Так что формат разговора во многом походил на тот, что сейчас ведём мы с вами.

— Без лишних ушей и глаз.

— Именно. Тогда я посчитал это оправданным. Даже в Регионе Экспансии много кто недолюбливает Орден и его цепных акк-псов. Не говоря уже о Среднем Кольце, с представителями которого моя компания ведёт активную торговлю. Огласка факта данной встречи была нежелательна.

— Что случилась, когда она, — короткий кивок в сторону заставшей голограммы. — Зашла.

— Ничего сверхординарного. — умбаранец пожал плечами. — Представилась, ещё раз продемонстрировала свою причастность к Ордену, показала верительные грамоты от Сената, после чего почти двадцать минут восторгалась красотами и достижениями Умбара. То что вас на самом деле интересует, произошло в конце встречи, когда она обозначила, что мой первенец, возможно, имеет способности к Силе.

— Чем это было аргументировано? — информация об Ордене, любая, была сейчас на вес платины.

— Её ощущением. — умбаранец даже не пытался скрыть сарказм. — Она, якобы, почувствовала в моём первенце способности, когда проходила мимо него во время одного из приёмов, на который их обоих пригласили. После чего и связалась со мной.

— Это всё? Только личные ощущения?

— Нет. Она также попросила моего согласия на какую-то проверку. Для этого ей нужна была его кровь. Анализатор был у неё с собой.

— И вы согласились. — я не спрашивал, но утверждал.

— Да. Повторюсь, тогда это казалось оправданным.

— Сын и наследник со способностями и привилегиями джедая — хороший козырь.

— Боюсь, всё не так радужно, как вы себе это представляете. Орден Джедаев имеет монополию на использование Силы и резко пресекает любые поползновения со стороны. Я не рассчитывал вырастить Арса по их лекалам, но знать всегда лучше, чем не знать.

— Почему просто не отдали его в Орден и не забрали по прошествии лет? — ответ я и так знал, но уточнение казалось нелишним. — Преценденты, насколько я успел выяснить, были.

— Вы хорошо подготовились. Да, это так, — согласился со мной умбаранец. — Но за ними стояли силы куда как большие, чем имеются сейчас под моим началом.

— А помогать вам в деле собственного усиления никто не захотел.

— Мой народ не понаслышке знает, сколько многое даёт могущество, незримое для большинства. И сколь легко обернуть его против недавних союзников. В любом случае, я не считал, что от проверки что-то кардинально поменяется, так что дал своё согласие. А когда тест показал наличие способностей у Арса, решил сохранить статус кво.

— И отказались передавать сына Ордену. — картинка понемногу складывалась. — Но вы ведь что-то знали об их способностях, по крайне мере упоминание их вас нисколько не смутило. Так почему...

— Почему я проявил подобную беспечность? — умбаранец понимающе улыбнулся. — Думаю, дело здесь частично в воспитании, частично в гордыне, и, частично, в моём непонимании истинных границ возможностей этой их... Силы. Я знаком с представителем Сената от нашей планеты, и он, приезжая на Умбар, несколько раз действительно упоминал о способностях адептов Ордена, могущество, которых он видел лично. Вот только с его слов выходило, что это просто некая разновидность Бене Гессерит — искусства моего народа. Иная, возможно более развития, но всё же понятная и привычная угроза. А на данном поприще я, как вы могли сами только что убедиться, добился немалых успехов. Эта уверенность меня в конечном итоге и подвела. Я наивно предполагал, что с моим опытом, знаниями и волей сумею выстоять перед любым внушением, каким бы искусным оно ни было, и даже не совсем прогадал. Ну а если вдруг джедай оказался бы сильнее, всё равно успел бы позвать охрану. Учитывая что она наполовину состоит из дроидов, шансов у девушки не было.

— Но всё пошло не по плану.

— С самого начала. Бене Гессерит строится на биологии и ксенологии, на естественных и бессознательных реакция разума. Это в равной мере наука и искусство. Но то что использовала на мне эта особа, — тонкий палец умбарца указал на застывшую голограмму. — Не было похоже ни на что, через что я прошёл за десятилетия на своём посту. Даже сейчас я не могу толком описать, как именно всё случилось. Она просто повела рукой, и Я изменился. Резко, как удар молнии. То что секунду назад казалось мне неприемлемым, теперь стало единственно верным. Всё что она говорила казалось верным и правильным. Я понимал происходящее, осознавал каждое действие, но вместе с тем не мог ни на что повлиять.

Ордис записывал и анализировал каждое слово инородца, в то время как я всё гадал, имеют ли способности джедаев и мои силы общие корни?

Тэнно тоже могли выборочно влиять на чужое сознание. А с подходящим варфреймом в качестве ретранслятора эти способности выходили на поистине пугающую величину: обращать врагов в послушных марионеток, запирать разум в дебрях бесконечных кошмаров, менять сенсорику, удалять воспоминания и обманывать любые органы чувств, всё это лишь малый перечень того, что мы могли и что делали. Конечно, всё это во многом было ориентированно именно на бой, а потому не слишком-то подходило для мирного применения. Всё же в сражении важна скорость и сила, а не сохранение целостности сознания очередного гринир или корпусита, так что наше воздействие больше походило на лавину или цунами. Оно обволакивало, сметало всё что не представляло ценности, а когда отступало, оставляло позади только выжженную пустошь. Здесь механизм явно был иной, но всё же определённое сходство прослеживалось.

— Вы сказали: "И даже не совсем прогадал". Однако сына всё же отдали?

— Да, но последним свои приказом джедайка потребовала, чтобы я: "Вёл себя как обычно, занимался своими делами и не препятствовал в её желании покинуть планету". И я так и делал, первые полчаса. — теперь в улыбке умбарца прослеживалось превосходство. — После чего стал замечать несостыковки. Мы с детства учимся отслеживать любые изменения в собственной личности и поведении, на Умбаре это критически важно. Так что найдя за что зацепиться, я смог начать распутывать те нити, которыми меня оплела эта ведьма. Это заняло ещё час, по прошествии которого я всё ещё не до конца осознавал себя и происходящее, но этого хватило, чтобы отдать распоряжение помешавшее джедайке улететь с планеты. Её задержали на таможне, под надуманным предлогом, и до сих пор не позволяют покинуть Умбар. Но, боюсь, это ненадолго. Она уже связалась с Корусантом, так что это лишь вопрос времени, причём весьма малого, когда путь для неё будет открыт.

— И вы не пытались взять дело в свои руки? Ещё раз встретиться с ней, указать на факт обмана? Просто приказать своей службе безопасности пристрелить её в тёмном переулке?

— Всё не так просто, мистер Тэнно. Я не первый год занимаюсь делами корпорации, так что запись нашего тогдашнего разговора велась, разумеется, но она полностью бесполезна. Джедайка, увы, не дура. Она не говорила напрямую, что как-то подчинила меня. Все её приказы можно толковать как просьбы или предложения, а иную фонетику и построение фраз к делу не пришьёшь. За то на той же записи отчётливо видно, как я, своей рукой, подписываю согласие на передачу опеки над сыном. И вот это с радостью примет любой суд, особенно Корусантский, что в любом случае станет на сторону Ордена. Что же касается силового решения данной проблемы, — он замолк, подбирая слова. — Три цикла назад, в одну из частных клиник Умбара поступило пятеро пострадавших с многочисленными ожогами. Все они — профессиональные солдаты, с приличным опытом службы и не одной военной кампанией за спиной. Судя по прогнозам медиков, трое навсегда останутся калеками.

— Соболезную.

— Не стоит. Протезирование на нашей планете весьма развито.

— И дорого, наверное.

— Предположу, что их риск неплохо оплачивался.

— А именно?

— Втрое меньше, чем я предложил вам. И это на пятерых.

Раз разговор перешёл на деньги, настало время обсуждать условия контракта:

— Я правильно понимаю, что вы хотите вернуть сына и избавиться от джедайки?

— Первое — да. Последнее — ни в коем случае.

— Поясните. — это было совсем не то, что я ожидал услышать.

— Смерть представителя Ордена привлечёт крайне нежелательное внимание не только ко мне и всей моей корпорации, но и ко всему Умбару. А это не то, что я могу себе позволить.

— А нападение и кража, значит, останутся без внимания? — мне даже не пришлось прикладывать усилий, чтобы перебороть слабый на интонации речевой аппарат варфрейма, столь много в словах было скепсиса.

— Гораздо меньшее и безопасное для всех участников данной авантюры.

— Не понимаю. — не видел смысла скрывать очевидного. — Нападение, с последующим похищением, это в любом случае вызов, пусть даже менее явный, чем убийство. Неужели Орден позволит так просто замять это дело?

— Вы смотрите на ситуацию слишком однобоко, что простительно, учитывая ваше недавнее вхождение в цивилизованный мир. — что показательно, в словах умбарца не чувствовалось желание оскорбить или каким бы то ни было образом задеть. Он просто констатировал факт. — Да и, если говорить по существу, даже те кто с рождения был вхож сюда, едва ли по-настоящему понимают, как всё устроено.

— Просветите?

— Если изволите. Орден — вещь в себе. Да, она полностью поддерживается Сенатом, но вы сильно заблуждаетесь, если думаете, что поддержка эта искренняя и однородная. Среди правящего совета немало тех, кто мечтает упразднить или любыми возможными способами ограничить влияние джедаев на просторах галактики. Иная часть считает недопустимой те траты, что ежегодно уходят на пополнение казны Ордена. Тем более учитывая тот факт, что это образование ни перед кем не отчитывается. Финансово выражаясь, Орден Джедаев это, своего рода, чёрная дыра. Деньги туда попадают, а куда они деваются, никто сказать не может.

— Что открывает широчайший простор для махинаций.

— Не вы один так считаете. Добавьте к этому практику изымания детей из семей, неясные способности и закрытый образ жизни самих джедаев, и получите крайне неприглядную картину. Позиции Ордена традиционно сильны лишь в Мирах Ядра, а за их пределами монахов не слишком-то жалуют. Я говорю вам всё это, чтобы вы поняли — позиции Ордена целиком и полностью опираются на позиции Сената. А те, в свою очередь, крайне зависимы от публичного мнения.

— Которое вы можете использовать себе на пользу. — и вновь меня спас Ордис, что после тысяч часов в ГолоНете явно ориентировался в местной политике даже лучше иных Канцлеров. — Выставить ситуацию на всеобщее обозрение, скормить прессе слезливую историю о фактическом похищении ребёнка и незаконном принуждении к этому. Но всё это возможно лишь при условии, что вы будете жертвой, а не агрессором.

— Вы поразительно быстро вникаете в суть вещей. Это редкое и потому крайне ценное качество. Да, вы абсолютно правы. Сенату не нужная ещё одна Биллейн. Так что при условии сохранения их монополии на насилие и отсутствия угрозы положению, ситуацию быстро спустят на тормозах.

— А что сами джедаи? — это единственное что не укладывалось у меня в голове. — Что мешает им прислать к вам уже не рекрутёра, а воина, который заставит вас признаться во всём и выложить всю правду?

— Тоже, что и всегда — закон.

— Который пишет Сенат Республики, в чьём непосредственном подчинении находится сам Орден. — указал я на очевидный факт.

— И именно поэтому он будет исполняться монахами от и до. Сами подумайте, мистер Тэнно, сколько грязи, лжи, преступлений, обмана и предательств ежечасно происходит в коридорах Здания Сената? Это царство всех мыслимых пороков, где сходятся интересы самых могущественных и жестоких существ населяющих эту галактику. И вы серьёзно думаете, что они позволят кому-то покуситься на самое сокровенное что у них есть — свои тайны и секреты? Нет, этому не бывать. Официально Ордену запрещено использовать свои силы на разумных без их согласия или же без одобрения Сената. Конечно джедаи могут нарушать запрет, в определённых случаях, как мой, когда уверены, что их правонарушение не смогут доказать, но всё это происходит за ширмой, в тени. На деле же ни один суд не примет свидетельство джедая, если то продиктовано ему какой-то там Силой. Это мало того что крайне опасно для сильных мира сего, так ещё и абсолютно недоказуемо. Так что даже если Орден пошлёт своих дознавателей вместе с группой расследования, и даже если те поймают меня на лжи. Хотя зная теперь об их возможностях я вполне могу подготовить ответы так, чтобы это для них оказалось весьма проблематично. При любом раскладе меня ждёт лишь короткий допрос и просьба не покидать систему до окончания расследования. Что, по моим прикидкам, завершится не позднее конца этого месяца.

Это... тяжело было принять. До сего момента я судил об Ордене Джедаев примерно также, как и о Тэнно — то есть как о группе могущественных индивидуумов, с набором уникальных способностей, объединённых одной целью. Та же картина, что мне рисовал сейчас Рим Ката... Слишком чуждо, слишком противоестественно.

Если у тебя есть сила, что мешает применить её для достижения желанного результата? Общественное мнение? Законы? Какое они имеют значение, если на твоей стороне могущество за гранью понимая обычных смертных?

Всё же я слишком давно живу и слишком мало общаюсь с простыми смертными, чтобы до конца осознавать те стремления и догмы, что движут и ограничивают их.

— Я вас услышал и могу сделать то, что вы просите. Но вы должны понимать — убить и победить это отнюдь не одно и тоже.

— Разумеется. — умбарец с готовностью кивнул. — Любому дополнительному условию в контракте обязана соответствовать дополнительная строчка в итоговом чеке. Но раз уж мы ведём беседу, прежде чем называть свою цену, я хотел бы узнать, во сколько вы сами оцениваете этот заказ.

Я сделал вид, что задумался.

— При условии что противник — джедай, убийство которого не приветствуется, а также беря во внимание наличие на борту заложника, чья безопасность первостепенна... Десять тысяч пеггатов и услуга. Вся оплата по выполнению.

— Четыреста тысяч кредитов — это в рамках разумного, но услуга. Я вынужден настаивать на подробностях. — лицо инородца накрыла холодная улыбка.

— Гипердвигатель полуторного, а лучше первого класса.

— Это... — умбарец запнулся. — Выйдет втрое дороже всего вашего гонорара. Минимум.

— Мне нужно, чтобы вы представили меня продавцу. Остальное уже моя проблема.

— Вы не перестаёте меня удивлять, мистер Тэнно. ... Чтож, думаю, это вполне возможно устроить. При условии, что вы справитесь с поставленной задачей, и мой сын вернётся домой целым и невредимым.

— Разумеется. Но я сделаю всё по-своему. И мне также потребуется выше содействие, на первом этапе.

— Даже так? — бело-пигментированные, впалые глаза придирчиво рассматривали варфрейм из под опущенных век. — Чтож, я весь внимание.

— Мне нужно, чтобы вы сделали следующее...

Глава 9

Звёздная дата — 941:8:07 от Руусанской Реформации. Регион Экспансии. Призрачная туманность. Квадрат О10. Открытый космос.

***

— Приятно видеть вас в приподнятом настроении, Оператор! — автономный модуль Ордиса выписывал уже пятый по счёту оборот вокруг моей оси. — Похоже? что это дело вас всерьёз заинтересовало!

— Оплата хороша, да и... — два лазурных окуляра недоумённо раскрылись, изображая максимально возможное участие. — Эхх~, ты прав — дело интересное. Хоть и заставляет задуматься.

— О чём-то конкретном?

— О природе разумных видов. Мы с тобой в тысячах, если не миллионах парсек от Изначально Системы, в совершенно другой галактике, с другими видами и народами, чья культура абсолютна нам чужда и развивалась независимо, сама собой. Но отчего-то, чем больше я узнаю это место, тем больше параллелей с Изначальной Системой провожу.

— Вас так задело, что джедаи экспроприируют -крадут- детей?

— Разве крадут? Ооо~ нет! Они спасают их! Идут на жертву, ради высшего же блага! — едкой иронией в моём голосе можно было бы проплавить даже феррит. — Ведь разве может ребёнок самостоятельно познать суть силы, с которой явился на свет? Разве способен просто прожить обычную, ничем непримечательную жизнь, не внимая бесценной и всезнающей воле свыше?! Сможет отличить добро от зла, если заранее не помочь ему чётко разграничить эти понятия?! — безграничные просторы вселенной, равнодушно взиравшие на меня сквозь панорамное окно орбитра на миг застелила багряная пелена мрака. — Ложь, эгоизм, жажда контроля и власти. А страдают всегда невинные. Дети.

— Но ведь вы тут как раз для того чтобы это исправить! Свершить справедливость!

— Представление о справедливости существует лишь в фантазиях разумных, дикой природе она совершенно не свойственна. Как и мне... нам.

— Но тогда, — в голосе цефалона отчётливо звенело сомнение. — Почему вы сейчас здесь, Оператор, а не где-нибудь ещё?

Сердце отбило лишний такт. Действительно, почему? Я ведь уже спрашивал себя однажды...

Ожившие сенсоры "Белой Звезды" спасли меня от необходимости отвечать на крайне неудобный вопрос.

— Цель в зоне "видимости". — во время боя Ордис как обычно забывал обо всех своих ужимках и отклонениях, становясь на диво лаконичным и эффективным. — Прикажите инициировать начало операции?

— Да. Подсекай её.

— Слушаюсь. Закодированный сигнал отправлен. ... Получен отклик. Десятисекундная готовность. ... Начинаю обратный отсчёт. Десять. Девять. Восемь. Семь.

Значит всё же сработало. Хорошо.

Стоит признать, когда я только излагал задумчиво взирающему на меня умбаранцу свой план, где-то на задворках сознания постоянно вертелась мысль, что всё в любой момент может пойти не так, как задумывалось изначально, причём тысячами различных способов. Виной тому была неизвестная природа и возможности предполагаемого противника.

Джедаям приписывают тысячи способностей, и понять какие из них не более чем продукт неуёмно-буйного воображения и жертвы многих пересудов, а что действительно имеет место быть, почти невозможно. Однако это не помешало нам с Ордисом провести некоторые параллели. Так, к примеру, возможность джадаев внушать мысли и подчинять разумных своей воле фигурирует в восьмидесяти семи целых и четырёх сотых процентах всех баек и легендах о них. Теперь данный факт можно считать подтверждённым.

Вторая по популярности особенность адептов Силы — телекинез, мысленное управление предметами и техникой. Прямых подтверждений пока нет, но меры противодействия уже выработаны, по аналогии со схожими ситуациями и сражениями.

Третья же особенность, которой любят наделять космических монахов — предвидение. Множество независимых источников указывают на способность джадаев видеть будущее, причём как сиюминутное, так и очень далёкое. Им также приписывают неестественно быструю реакцию, почти животное чутьё на опасность и феноменальную интуицию. И это настораживало куда как сильнее всех фокусов с материями и разумом вместе взятыми.

Тэнно в принципе и мне в частности уже доводилось иметь дело с противниками, так или иначе способными заглядывать за грань грядущего и прошедшего. Ничем хорошим подобные встречи не заканчивались.

Предвидение — невероятно опасный дар, дарующий своему обладателю преимущество в любой ситуации, вне зависимости от её исхода. Перманентный гарант первого хода, совмещённый с безлимитным же правом на ошибку. Как вообще можно победить при подобных раскладах? На самом деле довольно просто. Нужно всего-то не оставить иных вариантов, свести грядущее лишь к одному исходу, буквально изничтожив все прочие вероятности, тем самым на мгновение упорядочив Хаос, создав Парадокс. Самый простой из невозможных способов, к тому же проверенный. Жаль, что реализуем он далеко не всегда. Но конкретно в данном случае подобное, скорее всего, не потребуется.

Если бы джедаи действительно были всеведущи, едва бы Орден оказался в том положении, в котором пребывает сейчас. А значит возможны два варианта.

Первый — их способности не более чем вариант сенсорики, помноженный на усиление шести чувств и специфичную боевую подготовку. В глазах обычного обывателя эти факторы, в купе, мало чем отличаются от реального предвидения. Наиболее оптимистичный из прогнозов.

Второй же вариант куда менее приятен для меня лично, но зато куда как больше похож на правду и подразумевает, что джедаи действительно способны различать отголоски грядущего, но в крайне ограниченном диапазоне. Каком именно ещё предстоит выяснить, но вариантов немало. К примеру они могут видеть только то будущее, что касается их самих. Или неспособны заглядывать дальше, чем на пару минут вперёд. Возможно сами видения не имеют чёткой визуализации или их толкование занимает время. Или же всё это сразу, а может быть лишь частично. Для конкретики нужны факты, что на данный момент в дефиците.

В любом случае мне предстояло встретиться лицом к лицу с противником, чьи возможности так до конца и не раскрыты. Стоило подстраховаться.

Гарантом выступил небольшой радиоприёмник, что я аккуратно подключил к бортовому компьютеру звездолёта инородки, пока та "улаживала последние вопросы с таможней", перед тем как ей всё же разрешили покинуть Умбар.

Именно это я и попросил организовать Рам Коту. Небольшой временной коридор, во время которого звездолёт джедайки обзавёлся непредусмотренной модификацией, что в нужный момент позволила бы мне, а если точнее — Ордису, что прямо сейчас управлял системами РЭБ орбитра, сделать это.

Совместить диверсию с похищением, увы, не удалось. Джедайка, очевидно, осознавала всю подноготную ситуации, так что не отходила от цели своей миссии ни на шаг, везде беря того с собой. Тот день исключением, увы, не стал.

— ... Три. Два. Один.

Словно по мановению золотого перста, на до того пустых просторах космоса появился ещё один корабль, беззастенчиво выдернутый цефалоном прямиком из гиперпространства.

Лёгкий пассажирский звездолёт FSD-110, чьи небольшие габариты, всего десять на шесть метров, смотрелись крайне скромно даже на фоне прочих малотоннажных транспортников и пассажирских кораблей. Чего уж тут говорить о заметно похорошевшей после моих модернизаций "Белой Звезде".

Впрочем, учитывая крайне аскетичный и скромный стиль жизни космических монахов, подобный выбор судна можно было понять. Правда проще его обладательнице от этого не станет.

— Фиксирую попытку передачи сообщения на ближайший ретранслятор. — лёгкая вибрация палубы дала понять, что цефалон активировал двигатели. — Попытка заблокирована. Задействую протокол "Пустотная Тишина". Установлен режим полного радиомолчания.

— Тогда приступим. — искусственное гравитационное поле, заменявшее тэнно привычное в этой галактике кресло пилота, предоставляло куда больший простор для манёвра, не ограничивая сидящего в нём одной плоскостью. — Начнём с чего-то попроще. Двадцать процентов мощности и следи за тем, что бы целостность корпуса её корабля не упала ниже семидесяти процентов. Условия заказа не должны быть нарушены.

— Принято, Оператор. Начинаю пристрелку.

В ту же секунду кромешный мрак космоса озарили ярко-алые сгустки разогретой плазмы.

Насколько удалось выяснить, в этой галактике цвет лазерного луча зависит, в большинстве своём, от концентрации и качества используемой в установке тибанны, скалируясь от дешёвого — красного, и заканчивая значительно более качественным — зелёным. Забавное наблюдение, хоть и не слишком уместное. Орбитра такие условности не касались, как и извергаемого им потока лазерных лучей, что словно голодные велоциподы преследовали свою цель.

Стоит отдать джедайке должное, несмотря на неожиданность ситуации и тотальное отставание как в огневой мощи, так и в скоростных харакетиристиках, держалась она достойно. С мной или Ордисом не сравнить, всё же опыт Старой Войны и десятилетия жизни в космической пустоте диктуют свои правила, но на фоне многих пилотов корпуситов или тех же камикадзе-гринир, она смотрелась неплохо.

— Думаю, все уже достаточно размялись. Начинай постепенно увеличивать скорость и плотность огня. Пусть продемонстрирует всё, на что способна.

— Слушаюсь, Оператор. Мощность орудий повышена. Прикажете задействовать ракеты и выставить минное заграждение?

— Рано. Пусть полетает. В гипер ей всё равно не уйти, а без этого шансов ускользнуть у неё нет.

— Как скажете, главное, что вам весело!

Меж тем темп боя вырос многократно. Если раньше инородка ещё могла себе позволить попытаться выйти из боя, исполняя очередной манёвр, то теперь все силы ей приходилось тратить просто на то, чтобы избежать встречи между обшивкой своего корабля и целым потоком лазерных снарядов.

Опять же, многие более умелые пилоты давно бы уже оступились, совершили ошибку, хоть одну, но джедайка продолжала демонстрировать чудеса пилотажа, легко предугадывая направления огня, обрезая Ордису углы атаки и просто то и дело сбрасывая цефалона с хвоста. Тот, конечно, не предназначался для космических боёв, уступая в этом специализированным моделям, но, как и я, многое брал за счёт опыта и наработанных умений. У противоположной стороны же не было видно никакой школы, никаких навыков — голая импровизация, на грани фола, пусть в чём-то и превосходная.

— Входящий запрос. Похоже, с нами пытаются выйти на связь, Оператор.

— Игнорируй. И можешь уже браться за неё всерьёз. Пора подводить итоги.

— С радостью! Ордис всегда готов -кромсать- побеждать ваших врагов!

***

То же время. На борту одного крайне невезучего транспортника.

***

— Банта-пуду! Чтоб тебя в Аду все тамошние черти драли, урод! Чтобы этот бластер у тебя прямо в заднице сдетонировала! Ксо, ксо, ксо!!! — отчаянно пытаясь скрыть за руганью всё отчётливее подступающий страх, Сира резко вывернула штурвал почти на сто восемьдесят градусов, уже в который раз за последние пару минут вплотную разминувшись со смертью.

Пребывание на Умбаре было тяжким. Улететь от туда оказалось ещё сложнее, но, видит Сила, если она доберётся до Корусанта живой и одним куском, это будет последнее её задание!

И плевать, что джедаев-рекрутёров мало, поскольку никто, кроме совсем уж зелёных и идейных, не рвётся выполнять одну из самых грязных и рвущих сердце работ в Ордене. К сарлакку клятую текучку кадров и Совет с их уверениями, что скоро станет лучше и Отделу Вербовки выделят ещё людей! Какая разница, если ей может и самой уже на себя тошно в зеркало смотреть, не то что на других джедаев!

И вновь крутое пике, в космическом вакууме мало чем отличавшиеся от простого планирования, если бы не резко возросшая нагрузка на стабилизаторы, и ещё одна длинная очередь проносится прямо под днищем крохотного звездолёта.

Она ведь тоже не железная! Видеть все эти презрительные взгляды, слышать, как с тобой каждый раз говорят сквозь зубы, с ненавистью цедя каждое новое слово, если вообще говорят! Замечать эти плевки вслед, все шепотки и жесты. Отбиваться от митингующих или убитых горем родителей, из рук которых она вынуждена забирать самое дорогое... Хватит! Просто хватит!

— Великая Сила, направь меня на верный путь и... Блядство!

Особо меткая очередь срезала правый движок, от чего весь звездолёт хорошенько тряхнуло, пока пошедшая вразнос тяга не была нормализована аварийной системой.

Быстро сбросив мощность и перераспределив подачу питания на маневровые, Сира до скрежета сжала штурвал, выводя корабль в бочку, после чего с неменьшей силой выворачивая тот обратно, хоть и не видя ничего перед глазами и на сканерах, но в Силе отчётливо ощущая угрозу.

— Говорит дипломатическое судно под номером 365AƐ719К360ϑ157GJ!!! — полукровка-сефи уже не скандировала, но буквально орала на всех доступных бортовому комлинку частотах. — Прекратите огонь! На корабле нет ничего ценного! Слышите меня?! У меня нет ничего! Никакого груза! Это дипломатическое судно! Прекратите огонь!!!

И как и прежде ответом ей служил лишь дикий, неуёмный, полный азарта и ярости ритм барабанов.

Охота продолжалась.

***

— Чтож, факт наличия у джедаев способностей к предвидению можно считать подтверждённым.

— Склонен с вами согласиться, Оператор. — разгар боя, хотя скорее уж избиения, ничуть не мешал цефалону беззаботно порхать рядом, делясь со мной своими наблюдениями. — Последние несколько минут объект демонстрирует невозможные для него результаты. Учитывая биологические особенности сефи и иных близких к ним человекоподобных видов, технические характеристики звездолёта, плотность ведения огня и скорострельность в почти тридцать процентов от максимума, продемонстрированные ей показатели статистически невозможны.

— Лишь при условии, что она не начинает реагировать на угрозу ещё до того, как та себя проявляет.

— Именно. Классическая ситуация — чтобы увернуться от выстрела, не нужно быть быстрее пули...

— Достаточно лишь быть быстрее стрелка. — полученная информация, мелькающая сухой статистикой перед глазами, давала новую пищу для размышлений. — Наиболее явно она реагировала на прямую угрозу жизни, в том числе пассивную. Минные заграждения инородка также преодолела, как и смогла обойти системы самонаведения у ракет.

— Самые примитивные из них. При этом почти вплотную прошла от деактивированных снарядов, не смогла засечь находящийся в спящем режиме глушитель на своём корабле, как и предугадать время срабатывания "плавающего" таймера на нём. — не согласился цефалон. — Так что можно уверенно заявить, что возможности джедаев на ниве предвидения довольно ограниченые и крайне точечные.

— Не всех джедаев, только её. Для обобщения у нас по-прежнему недостаточно данных. При этом точно известно, что она не воин, и всё равно смогла выстоять против тебя, пусть даже в щадящем режиме, почти семь минут. Впечатляет.

— Склонен выразить -презрение- несогласие! Будь это реальный бой, у неё не было бы и шанса!

Не улыбнуться на такой пассаж я просто не мог, хотя, уверен, хитрый цефалон только этого и добивался.

— Ты закончил подсчёт пророческого "окна"?

— Так точно! Если судить по сводкам боя, конкретно эта представительница Ордена Джедаев может стабильно смотреть в будущее примерно на пять целых и тридцать четыре сотых секунды.

— Хорошо, занеси данные в Кодекс и подготовь всё к встрече. Пора заканчивать.

— Как прикажите, Оператор. Планируете лично проводить абордаж?

— Нет, — это решение я для себя обосновал и принял ещё до отлёта с Умбара. — Бой с обладателем энергетического оружия, на небольшом и сильно повреждённом звездолёте, при условии нахождения на борту заложника — не лучшая мысль. А спускаться туда без необходимости схватки, значит самолично дать вероятному противнику информацию о себе и пространство для манёвра. Оно того не стоит. Свяжись с ней, обсуди условия сдачи и пошли за ребёнком спектра. Для более тесного знакомства с боевыми традициями Ордена Джедаев у нас ещё будет время и возможность.

— Слушаюсь, Оператор! Спектр класса С уже готов. Устанавливаю стабильный канал связи и ожидаю ответа.

***

Сира устала. Нет, не так, за последние пару минут, для неё растянувшихся на световые годы, он вымоталась, как не каждый шахтёр на поясе астероидов после двадцатичасовой рабочей смены. А ещё она отчаялась и вконец запуталась.

Кто на неё напал? Зачем? Почему не добил, после того как вспыхнул последний движок? Как смогли дистанционно заглушить гипердрайв? Одни вопросы и никаких ответов. Лишь этот безумный гул в эфире и...

— Дипломатическое судно под номером 365AƐ719К360ϑ157GJ, — холодный, обезличенный, синтезированный голос совершенно не внушал доверия и оптимизма. — Заглушите реактор. Лягте в дрейф и откройте входные люки, предварительно загерметизировав жилые каюты. Сразу после этого на ваш корабль поднимется трофейная команда, заберёт объект и позволит вам уйти.

— Кто вы такие? Зачем вам мальчик?!

— Вы не в том положении, чтобы задавать вопросы. Сделайте, как приказано, или же мы предпримем меры и сами возьмём то, что нам нужно. У вас есть восемь минут. Время пошло.

— Стойте! Я могу... — сигнал прервался. — Блять!

Глухой удар оставил на приборной панели внушительных размеров вмятину, пока Сира с тоской провожала взглядом силуэт атаковавшего её звездолёта, что демонстративно заходил на линию огня, пристраиваясь к и без того покорёженному правому борту. Как раз туда, где располагалась система жизнеобеспечения.

***

Звёздная дата — 942:7:01 от Руусанской Реформации. Миры ядра. Сектор Корусант. Система Корусант. Планета Корусант. Храм Джедаев.

***

— Совета заседание начало огласить я должен. — сухой, по-старчески надтреснутый голос крохотного зеленокожего гуманоида мерно разнёсся по залу. — Дело важности неизмеримой обсудить мы должны. Вести дурные до Храма донести успели. На трёх рыцарей нападение свершить кто-то сумел.

— Если опираться на слова пострадавших, это был одиночка или группа лиц, на звездолёте неизвестной модели. — взял слово Мейс Винду. — Есть основания полагать, что они же стоят за недавними нападениями на рыцарей-джедаев, занимавшихся поиском и рекрутированием юнлингов, с последующей кражей последних. Самое позднее из них, произошедшее на Гиндине, месяц назад, стало достоянием общественности. Народ Республики обеспокоен.

— Обеспокоен? — мастер-джедай Шаак Ти явно не разделяла осторожную позицию Винду в этом вопросе. — Тут куда уместнее будет сказать — взбудоражен, и это здесь, в Мирах Ядра. В Колониях, Регионах Экспансии, Среднем и Внешнем Кольцах этому наёмнику, или наёмникам, чуть ли не рукоплещут! Пресса раздула из этого целое событие. Его или их, без разницы, восхваляют как героев! Называют защитниками простых жителей, ставят в пример! "Народное Расследование" тоже не осталось в стороне, на Орден уже вылили целый ушат помоев. Нам припомнили всё, в том числе инцидент с Биллейн! Это можно назвать по-разному, мастер Винду, но точно не "беспокойством"!

— Необходимо выступить с заявлением и призвать этого наёмника или наёмников к ответу. — высокий мужчина-кел-дор демонстративно поднял голову. — Если уважаемый Совет не возражает, я могу взять это дело под свой личный контроль.

Слова Пло Куна породили новую волну споров, впрочем, не переходящих во всеобщий гвалт и свару. Сильнейшие, мудрейшие и искуснейшие из Хранителей Мира и Порядка в Республике обсуждали варианты, взвешивали все последствия и прикидывали риски, но даже они покорно замолчали, когда слово снова взял тот, кого за глаза называли Учителем Учителей:

— Негоже нам с горяча рубить, но и медлить нельзя. Отдалился Орден от тех, кого некогда защищать поклялся. Доверие — вот что мы утратили, погрязнув в заботах и делах. Кем бы ни был нападавший, помнить мы должны, что лишь орудие он. Орудие в руках тех, кто видит в Ордене не стражей и защитников, но угрозу. Первопричину конфликта решить надобно, иначе бессмысленно всё. На место одного, другой придёт, и так без конца.

— Вы предлагаете просто игнорировать прямой выпад в сторону Ордена, магистр Йода? — чернокожий корун явно не был в восторге от подобного предложения.

— Исходить мы должны из последствий всегда. Не убил никого нападавший, хоть мог явно. Не очернял он Орден и место его не оспаривал. Нет ему дела до этого, и нам до него не должно быть. Коль нападёт ещё раз — ответ получит соразмерный. А если же не встретится нам больше — значит на то воля Силы.

Глава 10

Звёздная дата — 943:01:12 от Руусанской Реформации. Миры ядра. Сектор Корусант. Система Корусант. Планета Корусант.

***

— Мне всё это не нравится. — в который раз не преминул высказаться высокий мужчина-твилек, ещё глубже кутаясь в свою бесцветную тунику, а на деле же вновь и вновь касаясь пальцами спрятанной в её полах рукояти светового меча.

— Хватит уже, Тоот. — его напарница, невысокая человеческая девушка, на вид чуть старше двадцати пяти, сердито шикнула на товарища, стараясь) подняв вытянутую, поросшую аккуратно подстриженной тёмно-серой, с редкими белыми вкраплениями, шерстью, голову, сидела цель их сопровождения. — Мы всё обсудили ещё на Ботавуи. Совет постановил, что всем джедаям-рекрутёрам надлежит отправляться на миссии с сопровождением. Хотя бы пару вылетов, пока шумиха не уляжется.

— Это мне и не нравится, Мала! Вместо того чтобы решить проблему на корню, Совет играет в благородство, позволяя какому-то маргиналу творить всё, что ему вздумается, выставляя весь Орден как сборище трусливых тараконо-крыс, что не может даже постоять за себя! Это...

— Вы правда так думаете, рыцарь-джедай Тоот'Маакри'Ха? — последняя из пассажиров роботизированного такси наконец открыла свои глаза, прервав медитацию.

— Я ни в коем случае не хотел задеть вас или Совет, мастер Виркани. — холодная, понимающая улыбка бледнокожей арканианки чуть покоробила боевой настроя твилека, однако тот всё равно упрямо продолжил. — Но даже вы не будете отрицать, что гораздо эффективнее и целесообразнее было бы направить ресурсы Ордена на поиск и поимку одной цели, чем распылять их по всей галактике.

— Ты прав. — к удивлению мужчины легко согласилась Виркани. — По-своему. Совет излишне перестраховывается, но лишь по той причине, что хочет быть уверенным в том, что подобные инциденты более нигде не повторяться. И да, направь Орден свои силы и влияние на поиск наёмников, максимум что те смогли бы сделать — скрыться где-нибудь в самом тёмном уголке космоса, куда не пробивается даже вещание ГолоНета, и переждать там бурю. Однако, что бы это дало нам в конечном итоге?

— Наглядную демонстрацию силы. — в гулком голосе твилека звучала непреклонная уверенность. — Все увидели бы, что бывает с глупцами, что осмелились в открытую бросить вызов джедаям. Это укрепило бы положение Ордена и...

— И посеяло бы в сердцах людей ещё больший страх. — Мала всем своим видом демонстрировала несогласие с позицией напарника. — Ты же знаешь, что сказал магистр Йода — всё происходящее не более чем следствие! Отголосок того, что джедаи утратили доверие жителей Республики, из-за чего простые разумные больше не видят в нас защитников! И эту проблему не решить показательной поркой или судом. Страх и насилие лишь всё усугубят. Покажут всей галактике нашу худшую сторону.

— И что ты предлагаешь?! Покорно сносить удар за ударом, и ничего не предпринимать до тех пор, пока нас окончательно не прижмут к стенке?!

— Мы действуем, Тоот. — арканианка примирительно вскинула руки, остужая накала беседы, что велась уже далеко даже не по третьем кругу. — И моё присутствие здесь, тому наглядное доказательство.

— Или свидетельство того, что Совет не доверяет нам. — хмуро пробасил твилек, отвернувшись к окну.

— Это не так, и ты это знаешь. Орден в бесконечном долгу как перед тобой, так и перед Малой, как и перед всеми рекрутёрами. Ваш вклад в жизнь и процветание Ордена просто невозможно переоценить. Ведь именно вы приводите свежую кровь и новые умы под своды Храма. Даёте детям возможность понять мир вокруг и принять своё место в нём. Будь у Совета в вас хоть капля сомнений, уверяю, никто не доверил бы вам столь ответственную работу.

— Опостылевшую, грязную и презираемую — называйте вещи своими именами. — по инерции Тоот продолжил бурчать, но было видно, что слова мастера джедая нашли свой отклик. Атмосфера в салоне разрядилась, став куда менее напряжённой.

— Может быть и так. — арканианка пожала плечами, бросив короткий взгляд сквозь затонированное стекло. — Но менее важной она от этого не становится.

— И всё же Тоот в чём-то прав, мастер. — вновь подала голос Мала, нервно теребя край собственной мантии. — Почему именно вас послали нас сопровождать? Разве объединения в пары недостаточно?

— Скажем так, — женщина вновь улыбнулась, в этот раз ещё холоднее. — Ботавуи и его обитатели имеют весьма... своеобразную репутацию. — от озвученных слов шерсть на загривке невольной свидетельницы всего разговора моментально встала дыбом, а глаза недобро сверкнули, опаляя всё также расслабленно сидящую арканианку пряным коктейлем из плохо сдерживаемого гнева, ярости... и толики злорадного предвкушения. — А конкретно родственник данной особы уже не единожды был замечен в весьма одиозных и радикальных кругах.

— Вы следили за моим отцом?! — подобного юная ботанка выдержать уже не могла, разразившись злобным шипением, едва не переходящим в рык. — Да как вы посмели?! Это нарушение законов Республики! Вторжение в частную жизнь! Вы поплатитесь за это!

— На всё воля Силы, — белокожая женщина лишь изящно пожала плечами, умудрившись одним взглядом вновь "приморозить" гордую наследницу клана к её месту, заодно лишив ту и дара речи, но не потушив непокорный злой огонь в глазах. — И да, Орден свято чтит законы Республики, юная мисс. Впрочем, если ваш дорогой отец не спешит афишировать свои сомнительные знакомства, это не значит, что за него это не сделает кто-то другой. Только и всего.

— Так значит, — Тоот вновь дотронулся кончиками пальцев до своего оружия. — Мы здесь в роли наживки?

— Вовсе нет. — голос джедайки звучал категорично и непреклонно. — Никто не стал бы ставить под угрозу ваши жизни или жизни будущих юнлингов. Однако и просто игнорировать подобные известия, особенно в столь непростое время, было бы глупо. Поэтому Совет решил перестраховаться. Как видите — беспричинно.

— Даже жаль немного. — реплика Малы невольно заставила всех присутствующих скрестить взгляды на моментально покрасневшей от такого внимания девушке. — Нет, то есть, вы не подумайте! Я рада, что наша миссия увенчалась успехом и всё прошло хорошо! Просто немного обидно упускать возможность увидеть вас в настоящем бою, мастер Виркани. Думаю, зрелище было бы незабываем.

— Соглашусь. — Тоот не остался в стороне. — Возможность лицезреть сражение кого-то вашего уровня сил и навыков — дорого стоит.

— Спасибо на добром слове, но как гласит древняя мудрость: "Лучший клинок тот, что так и не покинул ножен". — гордая жительница далёкого Ботавуи лишь презрительно фыркнула на подобный пассаж. — Мирное завершение тяжёлой работы — лучший из возможных исходов и самая желанная награда, тем более что...

Джедайка затихла на полуслове.

— Мастер Виркани? У вас всё хорошо? — Мара первая заметила неладное с их сопровождающей, но та ей не ответила, вместо этого предельно собранно обратившись к автопилоту:

— Назови конечный пункт назначения.

— Храм Джедаев. — тут же отозвался обезличенный механический голос.

— Мастер? — Тоот переводил напряжённый взгляд с женщины на панель такси.

Та, в прочем, была поглощена беседой и никак не отреагировала:

— Озвучь причину смены маршрута.

— Обновление дорожных сводок и перерасчёт времени пути.

— Откуда пришла информация?

— Данных не обнаружено.

— Приказываю вернуться на прежний маршрут.

— Действие невозможно. Маршрут перестроен и будет сохраняться до полной остановки.

— Что всё это значит? — Мала напряжённо выдохнула, принимая боевое положение. Тоот пошёл и того дальше, уже сжимая в руках гарду светового меча. Юная ботанка же, вопреки показному ранее гонору, притихла и сжалась на своём месте, предпочитая не отсвечивать по чём зря.

— Мы свернули в сторону от жилого сектора. — арканианка одним лёгким мановением руки вскрыла приборную панель машины, не обращая внимание на протестующий визг сигнальных сирен и предупреждения о нарушении мер безопасности со стороны автопилота. — Бортовая программа взломана. Нас уводят в сторону промышленного кластера. Попробуйте связаться с Орденом. Предупредите их о нападении.

— Нападении? Здесь, на Корусанте?! — Мала не могла поверить в сказанное.

— Бесполезно. — комлинк твилека полетел на пол такси. — Связи нет. Видимо глушилка, или нас тоже взломали. В любом случае, чтобы бы не произошло в ближайшее время, мы сами по себе.

Издав последний бинарный писк приборная панель мигнула и погасла.

— Сменить маршрут тоже не выйдет. — белокожая арканианка расслабленно откинулась на мягкую обивку кресел, под непонимающие взгляды подопечных. — Кто бы за этим не стоял, он потрудился влезть в саму начинку спидера, перекрыв любой доступ к навигационным системам.

— А если попытаться пробиться наружу? — Тоот не собирался сдаваться так просто.

— Под нами сотни и сотни метров пустого пространства, усеянного фабриками, заводами, силовыми линиями и энергетическими магистралями. — Мала тут же указала на слабое место в плане, нервно прикусывая нижнюю губу. — Даже если сможем за что-то зацепиться в полёте, обломки точно повредят городскую инфраструктуру, да и... — короткий взгляд в сторону напряжённо прислушивавшейся к их разговору ботанки. — Не все из нас способны на подобное. Я вот не уверена, что справлюсь.

— Тебе и не придётся. — голос мастера-джедая звучал спокойно, почти безразлично. — Кто бы это ни был, мы знаем, что ему нужно. — очередное тихое рычание с противоположной части салона осталось без ответа. — А значит как-либо серьёзно вредить нам в полёте у злоумышленников не выйдет, по тем же причинам, что и у нас сойти со спидера.

— Значит просто ждём? — Тоот явно не испытывал восторга от предложения арканианки, но и найти чем возразить не мог.

— Готовимся. — поправив едва заметные складки на собственной мантии, Виркани прикрыла тёмно-карие глаза, вновь погружаясь в медитацию. — Мой вам совет — используйте оставшиеся минуты покоя для того, чтобы привести к гармонии и порядку как разум, так и тело. Сила ясно даёт понять, что в ближайшее время нам всем потребуется и то, и другое.

***

— Мне всё это очень не нравится. — несмотря на предупреждение мастера, Тоот первым покинул салон такси, хмуро оглядывая бесконечную вереницу из труб, перегородок, стальных пластин и дюросталевых балок.

Нижние уровни Корусанта, как и промышленное сердце планеты-города, во многом напоминали собой бескрайний лес вечного мрака из стали, пластика и полимеров, где вместо лиан повсюду свисали толстые линии кабелей и проводов, а деревья заменяли собой уходящие в бесконечность инженерные шпили, надстройки, антенны и опоры верхних уровней. Гиблое и опасное место, где, по слухам, ошивалось только в конец опустившееся отребье, мутанты, да свихнувшиеся дроиды.

— Мастер, — Мара покинула такси последней, удостоверившись, что будущий падаван не спешит сбегать. — Может быть попробуем добраться до ближайшего рабочего терминала и вызвать помощь? Не может же связь пропасть во всём секторе?

— Хорошая идея. — вопреки собственным словам араканианка не спешила сходить с места, водя головой из стороны в сторону, словно бы к чему-то прислушиваясь. — Именно этого от нас и ждут. Либо мы разделимся, и тогда один из отрядов атакуют, скорее всего метя в слабейший. Либо нам придётся взять ботанку с собой, поставив под угрозу её жизнь и открывая нападающим больше свободы для манёвра. Оба варианта одинаково неприемлемы.

— И какой выберем мы? — Тоот отчаянно пытался ощутить вокруг хоть чьё-то присутствие, но безрезультатно, и эта неизвестность давила на нервы всё сильнее.

— Третий, разумеется. — Виркани вновь одарила мир вокруг своей холодной улыбкой. — В Храме знают, что мы прибыли на планету и покинул космопорт. Пройдёт совсем немного времени, и нашу пропажу заметят, после чего пошлют группу на поиски.

— То есть мы снова ждём?

— Выжидаем.

— Лучше так, чем разделяться. — Мара против воли вздрогнула, скользнув взглядом про кромешной тьме нижних уровней, словно плотным пуховым одеялом укрытых за вуалью пыли, испарений и грязи. — По крайней мере сможем прикрыть друг друга и юнлинга.

— Именно так, но стоит быть готовыми к любой неожиданности, ведь нас явно заманили сюда не просто так и...

Это произошло мгновенно. Виркани выжила лишь потому, что за считанные доли секунды до, всем своим естеством услышала, как Великая Сила кричит, предупреждая её о смертельной опасности, и послушалась ту не раздумывая.

Удар, что должен был снести ей голову, вместо этого лишь откинул назад, дрожью отозвавшись в отсушенных кистях, на которые словно сбросили десятитонный гидравлический пресс, но куда болезненнее оказался второй выпад коленом прямо в живот, что моментально выбил из лёгких джедайки весь воздух, но так и не заставил выронить оружие.

В свете синего лезвия её меча, нападавший был похож на неясную, размытую тень, что появилась словно бы из ниоткуда.

Высокий, выше метра девяноста, с ног до головы укутанный в чёрную синт-кань — именно так, по описанию выживших, и выглядел терроризировавший их в последнее время наёмник.

Чувствуя, как волны Силы наполняют решимостью тело, прогоняя боль и напитывая мышцы энергией, арканианка резко отвела меч в сторону, заставляя странное, словно бы сотканное из жидкого метала вечно перетекающего самого в себя, оружие, почти придавившее её к земле, скатиться по световому лезвию в бок, и тут же выходя из под нового удара, моментально разрывая дистанцию, лишь благодаря предвидению избежав участи быть располовиненной надвое ещё одним молниеносным выпадом.

— Мастер Виркани!

— Держитесь!

Подопечные среагировали лишь сейчас. Винить их было сложно, с момента начала схватки не прошло и секунды, за которые враг уже трижды успел поставить её на порог жизни и смерти.

Макаши по праву считался самым искусным и изящным среди всех боевых стилей сражения на световых мечах. Эта древняя техника была разработана ещё в те далёкие времена, когда в галактике были широко распространены шесты, посохи и виброклинки, из-за чего дуэли на ближней дистанции были обыденностью.

Макаши успешно объединяет в себе плавность движений, точные удары, хитрые приёмы и боевое предвидение, сплетая их воедино и возводя почти в абсолют, что позволяет джедаям, практикующим его, атаковать и защищаться в равной степени и с минимальными усилиями. И пусть годы внесли свою лепту, и ныне джедаям куда чаше приходится отражать выстрелы бластеров, а не выпады клинков, всё равно именно Макаши Виркани некогда посвятила всю себя. Быть может взыграли арканианские корни, возможно виной любопытство или исторический интерес, но годы спустя она с гордостью могла называть себя мастером данного стиля и одним из лучших дуэлянтов Ордена. В этой стезе держась нарывных с такими прославленными мечниками как магистр Пло Кун, граф Дуку и даже с самим магистром Йодой.

Тем ужасающей было осознавать, что она катастрофически не справляется. Первый удар нападавшего был чудовищен. Что именно это было? Техника сокрытия? Какое-то продвинутое маскировочное устройство? Морок? Иллюзия Силы? О том что их враг мог развивать подобную скорость думать не хотелось. В любом случае, тогда её спасло лишь Ведение Силы, но то что происходило сейчас...

За свою жизнь Виркани сражалась с сотнями искусных мечников, многие из которых имели как высокое понимание основ фехтования на световых и вибро-клинках, так и лично ими придуманные и воплощённые стили, что выводило опасность и качество таких поединков на совершенно новый уровень. Но то что она ощущала в данный момент просто не поддавалось логике. Этот наёмник, он словно бы был везде. Каждый её выпад, каждый последующий удар он читал, как открытую книгу, небрежным наклоном своих огромных толи тонф, толи монструозных серпов, сводя на нет все попытки перейти в наступление. И столь же скупыми, идеально отточенными движениями разрывая на части её защиту, вскрывая ту, как беззащитное брюхо банты!

Удар, ещё один и ещё! Попытка парирования — провал.

С момента начала боя её сердце едва успело отбить десятый удар, а противник уже не просто теснит её — подавляет!

Виркани словно снова вернулась в те далёкие годы, когда только-только взяла в руки световой меч, раз за разом отрабатывая простейшие приёмы Шии-Чо, восхищённо поглядывая на тренирующихся рядом рыцарей-джедаев, что тогда казались недостижимым идеалом.

Сейчас ситуация повторялась, но вместо товарищей по Ордену или строго наставника перед ней был враг. Страшный в своём великолепии противник, что уверенно и непреклонно втаптывал в грязь всю её уверенность и веру в собственные силы и достижения. И почему-то это было особенно болезненно.

Виркани не боялась проиграть. По долгу службы она не раз проходила по самой грани и внутренне была готова слиться с Великой Силой, но вот уйти на тот свет даже не коснувшись своего врага, быть порубленной на куски не сумев показать не то что достойный отпор — хотя бы сопротивление. Против этого бунтовало всё её естество! Но существу перед ней было плевать. Оно продолжало плести кружево из ударов и ложных выпадов, умудряясь разом охватывать сразу всю полусферу, атакуя из любой позиции и в любом направлении, буквально будучи везде, не давая шанса на ошибку и не допуская их. Невозможное мастерство. Именно мастерство, не чистая сила, но бездна опыта, личного умения и навыков, уж это Виркани могла понять предельно ясно.

Это ужасало и восхищало одновременно.

Арканианка так о многом хотела расспросить этого неизвестного мастера, столько вопросов желала задать, но не могла. Даже лишняя мысль в текущей ситуации стоила бы ей жизни, не то что разговор по душам. И даже так исход их короткого противостояния уже был ясен, ведь схватка достигла своего пика.

Та скорость, с которой два столь разных и по одинаковому смертельных оружия мерцали в воздухе, породила настоящий вихрь. Железобетон, дюросталь, проводка — всё вокруг давно либо было иссечено в лоскуты, либо прожжено дотла, породив мёртвую зону вокруг двух сражающихся сторон. Идеальный баланс, почти шедевр, но Виркани знала, что долго это не продлится.

Скорость, с который атаковал неизвестный, лишь возрастала — медленно, выверено, почти насмешливо. Словно бы укрытая тёмной тканью фигура желала ещё раз подчеркнуть своё превосходство над ней, наглядно показать ту пропасть, что лежала между ними, но правда, как это часто бывает, была ещё ужаснее.

Он изучал её. Анализировал, запоминал стойки, приёмы, движения и ката, давал выложиться на полную, и всё это имело смысл лишь в одном случае — в следующем бою, против другого джедая, это чудовище собирается использовать полученные сейчас сведения, чтобы стать ещё немного искуснее и смертоноснее. И Виркани ничего не могла сделать, чтобы этому помешать, даже применить Силу! На воплощение даже самой простой техники требуется время и концентрация — ничего из этого у неё не было и в помине. Замешкается хотя бы на тысячную долю секунды — смерть. Отвлечётся хоть на миг — смерть. Продолжит в том же духе — смерть. Чтобы она не выбрала, итог оставался неизменен, словно сама Судьба решила поставить точку в её существовании, послав своего Чемпиона, чтобы тот сделал за неё всю грязную работу.

Бред конечно, но в её состоянии, когда руки уже просто не ощущаются, а голова вот-вот грозит лопнуть от переполняющих её ведений о неминуемой кончине, подобное было нормой, она ещё неплохо справлялась...

— Держитесь, мастер Виркани, мы поможем! — аркарианка даже не сразу узнала этот голос. Звонкий, наполненный отчаянием и решимостью, совсем юный. Однако вслед за ним вдруг пришла тишина, едва не подкосившая её окончательно.

На то чтобы осознать ситуацию ей потребовалось секунда — непозволительно много, но мозг был сильно перегружен.

Её враг, до того напиравший взрывом сверхновой, сейчас стоял заметно дальше, а прямо у него под ногами тянулась почти пятиметровая полоса раздробленного бетона и смятой стали, словно бы его что-то по ней протащило.

Волна Силы — мысль пришла мгновенно. Похоже Мана вложила в технику львиную долю собственных резервов. Но почему тогда противник всё ещё здесь, а не отброшен куда-то в переплетение труб и проводов, и как сумел устоять на ногах? Вопросы. Одни вопросы и ни одного ответа.

— Вы в порядке, мастер? — Тоот оказался рядом, тут же прикрыв её собой. — Не ранены?

— Что это за тварь? — Мана появилась лишь секундой позже, не сводя глаз с одинокой фигуры, что, почему-то, не спешила вновь бросаться в атаку. — Неужели ситх?

— Я не чувствую в нём Тёмной Стороны. — тихий ответ твилека в окружающей тишине был отчётливо слышен каждому. — Я вообще его не чувствую. Даже сейчас, словно передо мной пустота.

— Но... он же точно есть.

— И определённо хочет пустить нас на фарш. — описав ярко-зелёным лезвием полукруг, Тоот плавно перетёк в стойку Соресу. — Я попытаюсь выиграть вам несколько секунд...

— Не говори так!

— А вы, с мастером Виркани, попробуйте скрыться в технических проходах. Здесь настоящий лабиринт, он не сможет долго преследовать вас. Да и не будет, если и вправду явился за девчонкой.

— Тоот! Это не правильно! Я тебя тут не брошу, да и мастер... — Виркани предприняла ещё одну попытку подняться, но непослушные ноги отказывались её слушаться. — Не в состоянии бежать.

— Тогда примем бой и погибнем с честью. Ничего иного нам не остаётся.

— Может... Может мы договоримся? — последние слова девушки были обращены к тёмной фигуре, что всё также пристально следила за их диалогом, неспеша нападать. — Я понимаю, что у вас есть свои причины делать то, что вы делаете! Но разве насилие и смерть хоть что-то изменят?! Если вы так жаждете что-то доказать, можно же начать диалог! Словами, а не мечом! Без крови и убийств! Как разумные существа! Мы ещё можем решить всё миром!

На краткие секунды вязка темнота нижних уровней Корусанат погрузилась в молчание, нарушаемое лишь треском силовых линий, да гулом работающих внизу механизмов, питающих жизнь планеты-города.

Тёмная фигура замерла, словно бы всерьёз обдумывая только что сказанное, после чего произнесла всего одно слово:

— Нет.

Глава 11

Смотря сейчас сквозь окуляры варфрейма на три замершие внизу фигуры, я ощущал странную смесь из разочарования, удовлетворения и смятения.

Эта инородка была неплоха. Уровень траксов-офицеров, минимум. Могла бы рассчитывать на большее, но генные модификации и аугментика рисуют слишком большой разрыв между нетронутой плотью и творением сумрачного гения Орокин. Банальная разница в прочности, живучести и выносливости, увы, играет не на стороне последней. И даже непонятная мне Сила не слишком уравнивает шансы. По крайней мере в данном случае, ведь ничего действительно стоящего джедайка не показала.

Всё то же банальное усиление физических способностей, вместе с незначительным воздействием на пространство для частичного игнорирования трения и сопротивления воздуха, что выражается в чуть большем ускорении, дополняющим общее усиление. Ещё были рывки по средствам тактильного телекинеза, гашение инерции за счёт него же, ну и предвидение, разумеется. Без него Куллерво не оставил бы этой белокожей инородке и тени шанса. Первый же его удар стал бы для неё последним.

Забавно. Он не был самым сильным, самым крепким, быстрым или разрушительным, но всё равно кровью начертил свои имя в анналах истории.

Среди всех фреймов лишь Эскалибур мог похвастать лучшим пониманием меча, но если Величественный Клинок был истинным воином, то Непрощённый есть и остаётся безжалостным убийцей, а его Неистовый Шаг внушает трепет всем, кто хоть раз мог лицезреть его вживую.

Казалось бы, всего один удар. Один удар, который просто невозможно пережить.

Способности Куллерво нельзя назвать выдающимися. Во многом тут он схож с Цитом. Тем интереснее осознавать, что оба они считаются опаснейшими в своём деле. Но если снайпер был хорош по большей мере в тихой ликвидации, Непрощённый столь же вольготно чувствовал себя и в бесконечной резне. Его ненависть, его ярость, всегда находили отклик в каждом новом ударе, а алачность буквально вырывала жизнь из ещё тёплых тел, обращая ту в силу, ну а Неистовый Шаг можно уверенно назвать его оглушительным криком.

Вся суть была в совмещении. Искажение пространства, что пребывает на виду, лишь малая часть общей картины. Помимо прочего Куллерво мог также точечно манипулировать инерцией, полностью гася или наоборот сохраняя ту в любой, даже отдельно взятой части своего неразрушимого тела. Из-за чего момент удара идеально совпадал с окончанием перемещения. Но и это ещё не всё.

Фрейм также пассивно искажал реальность вокруг себя, влияя на любое клинковое оружие в своих руках, да так, что даже самый тупой и ржавый кусок стали становился острее мономолекулярной нити. Что уж тут говорить об истинных шедеврах, что прямо сейчас покоились в моих руках. Впрочем, даже без этого инкарноны были и остаются вещью в себе, но это сейчас неважно.

Скорость. Точность. Смертоносность. Мало кто мог пережить эту поистине убийственную комбинацию. Джедайка смогла. Её предвидение свело на нет молниеносность атаки, а энергетическая природа светового меча сделала почти бесполезными его всепрорубающие свойства. Самое удивительное, что это даже не было спланировано. Эти странные разумные просто не могли знать, что их ждёт, но всё равно оказались готовы. Совпадение? Предвидение? Влияние некой "Силы"? Впрочем, это едва ли что-то меняло.

Прадос в моих руках издал предвкушающий звон и нарушая все законы мира яростно впился в смесь бетона и дюростали, буквально раздирая пространство перед собой, из-за чего чудовищной силы удар пришёлся даже туда, куда пропитанные энергией Бездны лезвия физически не могли дотянуться. Чуть погодя ему вторил глубинный позыв фрейма, что жаждал продолжения схватки. Я не видел причин им в этом отказывать.

Орден не вызывал во мне никаких тёплых чувств. Даже банального уважения фанатики, что, прикрываясь пустыми догмами, отрывают детей от материнской груди казались недостойны. Тем более сегодня я открыл чуть больше, чем хотел, пусть и намеренно, проверяя границы им доступного, но всё же. Давать вероятному врагу столько информации о себе просто неприемлемо. А эскалация, что неизменно последует сразу после... Чтож, во многом это было неминуемо, а значит сдерживать себя более тоже не имеет смысла. Этим троим всё одно не жить.

Мгновение и мир кричит. Энтропия обретает форму, искажаясь и принимая чуждые ей ранее свойства материи, та, в свою очередь, вновь меняется, обретая облик, а он уже ведёт к завершению.

Все фреймы, в той или иной мере, могут создавать материю. Пронзённый Тысячью Клинков исключением не был.

Глаза молодого инородца в ужасе раскрылись, когда итак блёклый свет далёких неоновых огней этой подземной обители померк, заслонённый монументальной тенью, что угрожающе нависла над ними всеми.

Девушка-человек что-то говорила. Убеждала. Кричала. Пыталась вымолить жизнь. Не себе — своим товарищам. Похвальная преданность, но бесполезная. Её крики лишь отдавались глухим эхом между бесконечной пустоты нижних уровней этого странного, нескончаемого города, петляя меж переплетений силовых узлов, дюросталевых опор и мрачных башен. Мёртвый металл не слышал её мольбы, не мог показать жалость или проявить сочувствие. Как и я. Как и сотни лезвий, воплощённых моей волей, что замерли сейчас под этими тёмными сводами.

Каждое из них несло тень Куллерво. В каждом звенел отголосок его силы и злобы. На этом узком клочке технических тоннелей, среди толстых стен и проводов, им просто негде было спрятаться, некуда было бежать, и белокожая инородка это понимала. Возможно виной тому её более развитые способности к предвидению или просто жизненный опыт, но окуляры варфрейма отчётливо позволили мне различить в её глазах спокойное принятие факта неизбежности собственной кончины.

Тешин непременно посчитал бы это достойным уважения. Я же не мог судить здраво. Смерть для Тэнно столь же эфемерное понятие, как и Судьба. Мы знаем, что она есть, часто видим её проявления вовне, но сами никогда не сталкиваемся. Даже сны для нас были чем-то несравнимо более реальным и близким, нежели чем смерть, несмотря на то что каждый из братьев и сестёр видел её миллионы раз в миллиардах различных обличий.

Ну да довольно философствований. Пора с этим кончать...

— Оператор, — за мгновение до того как тысячи лезвий обрушились на землю стальным дождём, меня окликнул обеспокоенный голос цефалона. — Дозволено ли мне будет указать на некоторую погрешность в принятых вами решениях?

Погрешность?

— Объяснись.

— Ордис просто хотел указать на то, что ваши текущие действия несут в себе больше деструктивного, нежели положительного. Убийство этих троих куда менее выгодно вам в долгосрочной перспективе, нежели сохранение им жизни.

— Они — враги. — я невольно смутился, объяснить нечто столь простое разуму, что способен обрабатывать экзабайты информации в секунду казалось... нелепым.

— Пока нет! Но силы за ними стоящие определённо ими станут, если вы всё же решитесь оборвать существование этих разумных. В текущей же ситуации их скорее можно обозначить как "оппонентов" и "недоброжелателей", настроенных по отношению к вам негативно, но без явной агрессии. Сейчас вы им не враг, просто помеха.

Я... не знал что на это ответить. Всегда были мы — тэнно, и враги — все остальные. Всегда, сколько я себя помню. Твари Бездны, Орокин и их приспешники, Владеющий Разумом, Корпус, Гринир, Заражённые — всех и не перечислить. В любой ситуации конфликт непременно доходил до высшей точки, когда откат и примирение были концептуально недостижимы. По разным причинам, но суть от этого не менялась. Всегда есть враг, которого необходимо уничтожить. Недруг, мирное сосуществование с которым бок о бок попросту невозможно. И сейчас всё выглядело точно также. ... Или же нет?

Мог ли я что-то упустить? Да. Такое уже случалось и не раз. На это указывает Ордис? Я ошибся, но в чём конкретно?

— Изложи подробный анализ.

— Слушаюсь, Оператор! Исходя из имеющихся данных, я считаю, что вы интерпретируете ситуацию с Орденом Джедаев через призму собственного негативного восприятия, невольно перенося пережитые травмы на события не имеющие к ним никакого отношения. По этой же причине вы подсознательно не рассматриваете мирное разрешение конфликта, стремясь вывести его в активную фазу. Однако, если позволите, я бы хотел указать на ошибочность подобного подхода и крайнюю степень нерациональности сопутствующих ему решений. Есть множество иных, более результативных путей! Желаете ознакомиться с предложенными мной сводками?

Я вновь не спешил с ответом, тщательно обдумывая всё только что сказанное, пока сотни длинных матовых кинжалов послушно замерли над плотно прижавшимися к холодному бетонному полу телами.

— Они видели на что я способен. — выделил я единственный по-настоящему разумный довод, поскольку остальные... Скажем так, в текущей ситуации эти аргументы звучали бы не слишком убедительно. — Слишком опасно оставлять их в живых.

— Вы абсолютно правы, Оператор! Но разве это не отличный повод проверить влияния психотелепатических способностей некоторых варфреймов на разум, так называемых, "форсюзеров"? Таким образом вы не только сможете закрыть ещё один пробел в собственных познаниях, но и на деле проверить их свойства! А также потренироваться в более узком и точечном применении этих сил, как вы и хотели! Это же идеальная возможность! Вы рады?

— ...

— Оператор? Ордис сказал что-то не то?

— ... Нет, твои выводы, как всегда, предельно точны. Ты молодец.

— Ордис -в ярости- счастлив, что смог вам услужить! Прикажете вызвать сюда десантный корабль?

— Да, пожалуйста. Заодно перехвати контроль над спектром и пригляди за... — взгляд фрейма вновь скользнул по не смеющим даже лишний раз вздохнуть фигурам. — За нашими пленниками. Как только прибудет замена, обеспечь транспортировку основной цели. Её тоже придётся обработать, но делать это я буду в последнюю очередь. Её физическое и ментальное здоровье, пока что, в приоритете.

— Как прикажете, Оператор! Вы уже определились с личностью исполнителя?

— Никс. — чуть подумав отвечаю. — Эта задача будет ей по силам. Всё же прочие действуют куда грубее и прямолинейнее. А в текущей ситуации нужен более мягкий подход.

— Вы невероятно проницательны, Оператор! Челнок уже вылетел! Примерное время ожидания — десять минут и тридцать семь... шесть... пять... четыре...

— Ордис.

— Да, Оператор?!

— Что ты думаешь об Ордене Джедаев? В принципе, без учёта внешних факторов?

— Если абстрагироваться от внешней среды, то это полу-оккультное закрытое формирование, с ярко выраженными признаками секты и...

— Я не об это спрашиваю. Что думаешь о них как о... защитниках?

— Позвольте мне указать на некоторую размытость указанного вами определения. Если рассматривать их качества исключительно как телохранителей, то одна возможность предвидения будущего выводит их в разряд лучших среди всех возможных кандидатур. А прочие способности лишь укрепляют этот статус. Если же рассматривать Орден с позиции их неофициального именования как: "Защитников прав и свобод всех граждан Республики", то я могу указать на их крайнюю не результативность.

— То есть ты считаешь, что их существование несёт лишь вред?

— Не могу сказать, что подобное обозначение отображает реальную картину. Если говорить с точки зрения статистики, я бы сказал, что их деятельность вообще ничего не несёт, ни особого вреда, ни явной пользы. По сути, если бы не определённый политический вес и неясные возможности, я бы мог уверенно отнести весь Орден в разряд погрешностей, из-за их минимальной вовлечённости в происходящее в данной галактике.

— Ни вреда, ни пользы, значит... — невольно перед глазами выстраивалась аналогия, и она мне совсем не нравилась. — Сообщи мне о прибытии "Ужаса". А я пока прослежу за тем, что бы те трое не сбежали.

— Похвальная предосторожность, Оператор! Мужчина-твилек уже почти на полметра отдалился от своего изначального местоположения, хоть это и стоило ему нескольких глубоких порезов. Женщина-человек несколько минут пытается телекинезом изменить положение пригвоздивших её кинжалов, а арканианка всё это время лежит с закрытыми глазами и иногда хмурится. Предположу, что она пытается что-то узнать о природе ваших способностей путём применения своих собственных.

— Я знаю. Хотел проверить, как именно на них скажется столь близкий контакт с объектами пропитанными силой Бездны. Им явно страшно.

— Как и любому разумному, что оказался бы в подобной ситуации.

— Нет, тут что-то другое. Не просто страх за жизнь, а какой-то подсознательный ужас. — твилек вновь "незаметно" дёрнулся, оставляя на правой ноге очередную алую полосу. — Они явно что-то чувствуют, но едва ли сами осознают что именно.

— Не хочу вас расстраивать, но подобное, опять же, применимо к любому существу, впервые столкнувшемуся с проявлением Бездны.

Перед глазами мелькнула и пропала картинка.

Кромешный мрак разгромленной классной комнаты, едва разгоняемый светом последних из оставшихся рабочими фонарей. Десятки детских фигур жмущихся друг-другу. Спёртый, душный воздух, что с силой приходится проталкивать сквозь лёгкие. Безнадёга и отчаяние, резко вытесненные страхом, что породил грохот ударов с той стороны. Новая волна обречённого понимания и... протянутая ладонь: "Время вышло, малыш. Я могу спасти их всех. Но нужно этого захотеть... Пожмём друг другу руки, чтобы заключить сделку.".

— ... ... ... Сообщи о прибытии десантного корабля и найди новый заказ.

— Вас интересует что-то конкретное или...

— Плевать. Лишь бы как можно дальше отсюда.

***

Звёздная дата — 948:07:13 от Руусанской Реформации. Среднее Кольцо. Сектор Лямбда. Система Андоша. Открытый космос.

***

— Адмирал, нас вызывают на связь. Неизвестный источник, но сообщение доставлено по нашим каналам и со всеми кодами безопасности. — в голосе молодого харча, несмотря на явные шипящие нотки, отчётливо прослеживалось недоумение и беспокойство. — Что прикажете делать?

Вот что значит война. Лучшие уходят, а их место занимают тупоголовые идиоты, что ещё вчера личинками ползали по земле, не успев даже окуклиться! А ведь прошлый связист... ... Как его там? Плевать! Может имени его Тренч и не запомнил, за то точно знал, что он не позволял себе проявлять подобный непрофессионализм! Впрочем, это не спасло его от участи быть выкинутым за борт, когда подошедший на маневровых корвет, по тупости списанный канонирами со счетов и обозначенный как "неспособный оказывать сопротивления", выдал залп из всех оставшихся у него орудий прямо в мостик его старого флагмана. И пусть гермолюки сработали как надо, дюжина офицеров, оказавшихся непозволительно близко к месту пробоины, от этого живее не станут. Хотя...

Одна из лап огромного гуманоидного паука привычно дёрнулась в сторону левого хелицера, в попытках огладить оный, как и тысячи раз до этого в момент глубокого раздумья, но наткнулась лишь на холодное железо бионического протеза.

Да, порой участь оставшихся в живых немногим лучше тех, кто навсегда покинул этот мир. Впрочем, если ты жив, это открывает варианты, как минимум для осуществления жестокой мести! Смерть в этом вопросе куда категоричнее.

— Переведите звонок на мой личный комлинк и впредь постарайтесь обойтись без неуместных вопросов, офицер.

Названный опасливо вздрогнул и тут же сделал что было велено. Хотя бы так.

Небольшой монитор, встроенный в капитанское кресло, ожил, послушно проецируя текст закодированного сообщения — тридцать семь символом, не считая пробелов. Номер счёта и цена.

Быстро введя новые данные в бортовой компьютер через собственный терминал, Тренч безразлично смотрел на то, как внушительная сумма в лице пятнадцати тысяч хаттских пеггатов, или около полумиллиона республиканских кредитов, меняет своего владельца.

Спустя примерно полминуты текст исчез, вместо него по всё тому же зашифрованному каналу пришёл один короткий видеофайл.

Съёмка явно велась с воздуха. Камера легко охватывала грязно-серый пейзаж огромного тибанна-перерабатывающего завода, чьи мощности раскинулись почти на десять квадратных километров. Тренч знал это также ясно, как и то, что произойдёт всего двадцатью секундами после, но всё равно наслаждался каждым мгновением!

Андош-Краакхаш Ршикхью — крупнейший поставщик тибанны во всём секторе, и один из главных спонсоров так называемых Андоанских Свободных Колоний! Кучки жалких мятежников и предателей, что сговорившись за спиной правящих гнёзд решили, что могут присвоить себе плоды столетий трудов и вложений всего народа харчей! Кучка лицемеров и перебежчиков, с потрохами продавшихся Сенату Республики, готовых лечь под любого, кто больше заплатит! Вот только у них самих ничего не было! Всё что эти предатели украли, принадлежит Андо! И Тренч скорее был готов сжечь все эти богатства дотла, чем отдать в руки мерзких ублюдков без чести и достоинства!

Именно это и произошло. Ротовой аппарат харча издал довольный стрёкот под аккомпанемент раздававшихся в наушниках взрывов, видя как на теле этого промышленного гиганта расцветают всё новые и новые багровые наросты. А уж представление сколько повстанческого отребья погибло в процессе и вовсе вознесло настроение адмирала до невиданных высот.

Триумф омрачал лишь тот факт, что более столь лёгких побед ему и народу Андо и Андо-Секундус не видать.

А всё эти старые маразматики из Совета! Едва они осознали, что стремительное наступление Колоний остановлено и вновь почувствовали твёрдую почву под лапами, как все их заверения и обещания абсолютной поддержки мигом улетучились, словно развеянная по ветру паутина.

Жадные идиоты! Их скудным мозгам просто не дано понять, что деньги — это всего лишь ресурс, при чём в их положении отнюдь не дефицитный!

Все финансовые потоки сектора шли через метрополию, как и основные денежные операции. Чего нельзя было сказать о прочих ресурсах.

Пятнадцать колоний восстало. Пятнадцать! И пусть у них за душой не было и кредита, зато имелись добровольцы, промышленность, производственные мощности! Лишь неорганизованность и разобщённость повстанцев позволила Андо выдержать первый удар, что легко мог стать последним. Но даже рассеянная, их армия представляла угрозу. Уступая качественно, мятежники брали числом. И именно он — Адмирал Тренч не давал им собрать силы в единый кулак и вновь повторить наступление на столицу! И немалую роль в этом играли многочисленные диверсии, что значительно осложняли жизнь смутьянам. И как и всё — они стояли денег. Больших денег! Но результат был на лицо! Вот он, прямо перед ним!

Да, этот странный наёмник, или наёмники, ломил просто огромный ценник, но и работал с чёткостью и профессионализмом похлеще мандалорских коммандос, берясь за любые задания, если обозначенная сумма пришла на счёт!

Ещё год, всего бы год, и опираясь на превосходство в космосе, они бы прижали мятежников по всем фронтам, задавив этот мерзкий бунт в зародыше, но наверху решили, что победа и так уже у их жвалах, а все его доводы, тактические выкладки и доказательства были просто проигнорированы!

Тренч уже знал, что будет дальше. Без необходимости охранять тылы и не неся бесконечных потерь, их враг реорганизует свои силы за счёт имеющихся у него ресурсов, выводя конфликт на плато. Вместо уверенного контрудара и последующего разгрома, ему придётся методично давить эту погань, выкорчёвывая ростки смуты из каждой системы сектора, пока они не исчезнут полностью. На что потребуются годы и тысячи, нет, десятки тысяч жизней! И это только с его стороны. Впрочем, считать потери врага он и не нанимался. Раз ублюдки так напирают на своё численное превосходство, он просто сделает так, чтобы их собственные бойцы ссались в скафандры только думая о предстоящем бое, выводя тактику террора и доктрину страха на совершенно новый уровень. Пусть умоются кровью! Может хоть так до них дойдёт вся тщетность этого жалкого востания?

Но это вряд ли. А пока...

Шесть трёхпалых лап быстро замелькали по голографической клавиатуре, привычно обозначая предстоящую задачу.

Ответ пришёл быстро. Всё также никаких букв, только цена. Значительная, но за свою короткую, но уже блистательную карьеру, Тренчу удалось кое-что скопить. Что же до денег... Лапа новь коснулась протеза. Свершившаяся месть для него была куда как дороже!

Глава 12

Звёздная дата — 949:05:23 от Руусанской Реформации. Миры ядра. Сектор Корусант. Система Корусант. Планета Корусант. Здание Сената.

***

— Ужасно, просто ужасно! — невысокий и тучный мужчина-гран, в традиционной сенаторской мантии, в очередной раз громко выразил свою весьма явную позицию, заставив многих "случайно прогуливающихся" и "деловито спешащих" служащих коридоров Великого Сената опасливо вздрогнуть и отвести глаза/раковины, окуляры и даже носы прочь, весьма живо изображая крайнюю степень занятости и непричастности. — Даже представить сложно, что в наше цивилизованное время кто-то ещё способен на подобную вопиющую, даже, не побоюсь этого слова, варварскую жестокость!

— Полностью вас поддерживаю, почтенный. Полностью! — высокий, особенно на фоне низкорослого грана, мужчина-человек, также и не думал сдерживаться. — Когда я просматривал присланную криминалистами запись, то думал, что меня удар хватит! До того и представить не мог, что разумное существо может быть способно на подобное! Эти истерзанные тела, разбросанные внутренние органы и кровь! Кровь была просто повсюду!

— Похоже, не одного меня поразил инцидент произошедший на Хоросе. — при звуках нового голоса оба сенатора едва заметно вздрогнули, но тут же расслабились, стоило им увидеть знакомое лицо.

— Финис! Рад видеть тебя в добром здравии.

— Взаимно, Рэтчер, взаимно. — короткий обмен любезностями завершился крепким рукопожатием. — Сенатор Файло. — уважительный поклон в сторону грана.

— Министр Финис. — после чего последовал зеркальный жест уже от инородца. — Или вернее говорить — Сенатор Финис? — лёгкая улыбка на выпуклых губах грана задавала весьма благожелательный настрой беседы.

— Назначение пройдёт только через три месяца, так что до тех пор я остаюсь при своих. — в плавной речи молодого мужчины едва слышной нотой звенела гордость напополам с воодушевлением. — О чём мне уже не преминул напомнить Кальпана, утвердив как своего помощника на предстоящем слушании.

— Удивлён, что старик вообще решился отпустить тебя в свободное плавание. — Рэтчер покачал головой. — Все знают, что без тебя, он как без рук. Даже страшно представить, какой хаос тут начнётся, когда ты покинешь кресло его заместителя.

— Не всё так плохо. — небрежным жестом предложив продолжить путь и не толпиться в пусть и широких, но излишне оживлённых стенах коридора, Волорум встал на защиту своего, пока ещё, начальника. — Несмотря на почтенный возраст, Скор почти пятьдесят лет варится в этом котле, так что ещё, как минимум, на один срок его точно хватит.

— Ох-хо-хо! Информация с самого верха?

— Можешь считать и так.

Двое мужчин, представлявших собой главную движущую силу превалирующей партии Сената, понимающе переглянулись.

— Господа, я определённо рад слышать, что достопочтимый Скор Кальпана почтит нас своим присутствием и на следующие восемь лет, но всё же хотел бы вернуться к предыдущей теме разговора. Не сочтите за грубость, но я просто не могу не думать об этом! Вот вы, Финис, как считаете, каким именно образом должен отреагировать Сенат на подобные известия?

— Не могу говорить за всё высокое собрание, — мужчина резко качнул головой, словно бы демонстративно отрекаясь от этой высокой чести, — Но лично я считаю, что Сенату необходимо действовать самым решительным образом. Конфликт в секторе Лямбда и так мрачным пятном лёг на жителей окрестных систем и секторов, не говоря уже о коренных обитателях сектора! Война, как средство решения конфликта, в любой её форме, есть нечто иное как наиужаснейшее из бедствий, что только может обрушиться на общество. И тот факт, что Сенат Республики позволил разрастись данному противостоянию до нынешних масштабов, говорит только о нашем провале и несостоятельности, как руководителей и защитников интересов народа и демократии! Мы должны, нет — мы обязаны, немедленно мобилизовать силы Корпуса Юстиции, взять под контроль ситуацию в секторе и принудить обе стороны отложить оружие и сесть за стол переговоров. Только так можно остановить конфликт, который, как показали события прошедших дней, уже дошёл до точки невозврата.

— Но как быть с тем прискорбным фактом, что Андо, как и Андо-Секундус, номинально не входят в состав Республики, министр?

Новый участник беседы появился также внезапно, как и предыдущий, буквально вынырнув из-за очередного поворота Здания Сената.

Это был высокий, широкоплечий мужчина, в самом расцвете лет, чьи ярко-рыжие, словно горящие огнём, волосы оттеняла лишь тёплая, полная искреннего радушия, улыбка.

— Шив, чтоб тебя! Не нужно же так пугать! Я чуть на месте Вечности душу не отдал! — искреннее возмущение сенатора Рэтчера потонуло в звонком смехе Палпатина, к которому очень быстро присоединились все присутствующие.

Несмотря на относительно слабую позицию в Сенате, как представителя мало кому интересной и почти ничем не выделяющейся планеты, его самого многие из собрания признавали и уважали. Ведь было за что!

На памяти того же Финиса, Шив Палпатин был одним из умнейших и уж точно самым честным политиком, из всего длинного перечня тех, кого только молодой министр успел повидать за свою весьма успешную карьеру.

В отличии от многих, Палпатина в меньшей степени интересовали власть и присущие ей блага, что уже выделяло сметливого сенатора Набу над большинством. А в паре с его умом, находчивостью и, что важнее всего, неизменной человечностью и добротой, неудивительно, что тот сумел так высоко подняться и даже привлечь внимание старика-Кальпана. Уж тот в людях и нелюдях разбирался как никто, быстро сумев заполучить перспективного и действительно радеющего за интересы Республики молодого сенатора в ряды своей партии.

— И всё же, Финис, — когда смех стих, а все надлежащие нормы приличия были соблюдены, продолжил рыжеволосый выходец с Набу. — Как ты планируешь обойти факт обособленности Про-Андонской партии от политики Сената? Сердцем я могу понять твои мотивы, и видят все Боги, ложные и истинные, меня потрясла та жестокость, с которой братственные народы, некогда плечом к плечу покорявшие холодные просторы нашей необъятной галактики, изничтожают друг друга! Эту войну необходимо остановить, но ты не можешь не понимать, что наше вмешательство сейчас может создать крайне опасный прецедент.

— Я осознаю последствия предлагаемого мной решения, Шив, но разве миллионы жизней, спасённые здесь и сейчас не стоят того?

Лицо Палпатина украсила новая, сочувствующая, полная некой скрытой, подсердечной скорби, улыбка:

— Как человек с душой и сердцем я совру, если не скажу тебе — да. Определённо стоит. Но как Сенатор, как управленец и как политик не могу не указать на очевидные и мрачные факты. Власти Андо и правящие гнёзда Секундус-Андо, как и все их колонии, что подняли восстание, не входят в состав Республики. Введение подконтрольных нам войск на территорию нейтрального государства насторожит и оттолкнёт многие иные малые державы, что даже сейчас опасливо смотрят в нашу сторону. А это, в свою очередь, лишь увеличит градус напряжения на мировой арене, подстегнув уже идущую гонку вооружения и подталкивая многих сюзеренных правителей в сторону тоталитаризма. Десятки, если не сотни независимых систем и так балансируют на самой грани. Их пугает возможный акт агрессии со стороны Республики, на который они не смогут ни равносильно ответить, ни надлежащим образом отразить.

— Но это же нонсенс! — не утерпел гран, издав недовольный фырк. — Республика уже больше сотни лет проповедует политику разоружения, а настоящих военных акций не было... — тут инородец осёкся.

— Именно, — Палпатин печально кивнул, подтверждая повисшую в воздухе мысль. — Больше ста лет мы проповедуем идеи мира и демократии. На этом держится авторитет и власть Сената. Это заложено в самой основе Республики. И, как не горько мне это говорить, если мы сейчас решим пройти по самому лёгкому пути, поправ те права и свободы, что сами же так долго возвеличивали, от нас отвернётся половина галактики. И пусть эту битву мы выиграем, но рискуем проиграть войну. Великую Войну за сердца и умы, что уже многие тысячелетия ведётся в этих стенах.

До того оживлённый разговор застопорился, похороненный под монолитной громадой гнетущего молчания.

— Господа, я может далеко не самый умный и эрудированный из всех присутствующих, но даже мне понятно, что бездействием мы точно ничего не добьёмся.

— Я и не предлагал подобного, Рэтчер. — в этот раз живая мимика сенатора Набу словно бы окаменела, демонстрируя каждому из присутствующих серьёзность и вовлечённость того в проблему. — Когда на кону стоят тысячи и тысячи жизней, Сенат не может сидеть сложа руки.

— У тебя есть план. — Финис слишком давно и хорошо знал своего товарища, чтобы не понять этого.

— Скорее предложение, с которым я намеревался выступить на предстоящем слушании.

— Посвятите нас в него, уважаемый? — в чёрных глазах Файло, в каждом из трёх, горело любопытство. Что-то намечалось. Что-то очень крупное.

— Если вы настаиваете, однако едва ли я открою кому-то что-то новое.

— Но всё же. — Финис заметно подобрался.

— Суть возникшей проблемы в юрисдикции. Мы не можем себе позволить открыто вмешиваться в дела независимых государств, однако, если данная переменная сменится на диаметрально противоположную, то это развяжет нам руки.

— Ты говоришь о вхождении Андоанских свободных колоний в состав Республики?

— Именно так. Мы уже направляли им подобные приглашения, но до того решение принимали Власти Андо и правящие гнёзда Андо-Секундус. Сейчас же это будет исключительно их выбор, которым они в праве будут воспользоваться.

— Вот только вторая сторона конфликта скорее сожжёт сектор дотла, чем позволит этим переговорам состояться. — тут же возразил сенатор Рэтчер, удручённо качая головой. — Наши дипломатические миссии не смогут подлететь ни к одной из колоний даже на расстояние гипер-прыжка, не говоря уже о большем. Их уничтожат ещё на подходе к системе, списав всё на несчастный случай, незнание или просто сделав вид, что ничего не было и ни о какой дипломатической миссии им не известно. Даже инициированное Сенатом расследовании, в связи с прошедшим покушением на жизни ряда высших чиновников на Хоросе, стало возможно лишь по причине дальнего родства одного из погибших с действующим Главой Инчурской Мега-Корпорации, что и протолкнул необходимость вмешательства Республики в совете Правящих Гнёзд.

— А обеспечить нашим дипломатам надёжный кортеж силами Корпуса Юстиции мы не сможем. — подхватил за коллегой гран. — Сектор Лямбда пылает! Парой истребителей сопровождения здесь не отделаешься, а на что-то крупнее корвета действующая власть не согласится, подняв такой крик, что и в Неизвестных регионах услышат. Что вновь возвращает нас к идее силового урегулирования. Это тупик.

— Позвольте с вами не согласится, сенатор. — на лице Палпатина вновь ожила ранее увядшая улыбка. — Ведь у нас есть козырь, которого нет более ни у кого в галактике.

— Вы говорите о...

— Джедаи. Орден может представлять наши интересы на предстоящих переговорах. Мастерство и способности джедаев не только помогут им преодолеть возможные препоны со стороны Андо, но и обеспечат безопасность всей делегации.

— Шив, нам всем известно о твоей тесной дружбе с мастером-джедаем К'баотом, но... — Финис попытался подобрать подходящие слова. — Я не уверен, что Орден может позволить себе достаточную вовлечённость в это дело, по крайней мере на текущий момент.

— Я скажу куда более прямо, — Рэтчер нахмурился, не скрывая своего раздражения. — Этих ряженых психов волнуют только они сами и их Секта. О чём-то большем с ними и говорить не стоит! Они неподконтрольны, непрофессиональны, а их действия, зачастую, попирают все мыслимые нормы морали и закона!

— Не стоит там грубо, сенатор. — гран примирительно поднял обе руки, призывая к спокойствию. — Все мы знаем, что Орден Джедаев был и остаётся надёжной опорой Сената и Республики. — и тут же добавил. — Однако, вынужден частично согласиться с ранее сказанным. На текущий момент позиции Ордена заметно... подточены. А их популярность в народе оставляет желать лучшего. Не уверен, что посылать их за пределы Ядра будет разумно. По крайней мере пока шумиха в прессе не уляжется.

— Но какой у нас выбор, господа? — Палпатин обвёл взглядом каждого поочерёдно, словно бы призывая дать ответ, но все молчали. — Привлечение джедаев может помочь разрешить конфликт в секторе Лямбда и, потенциально, спасти миллионы жизней! Их навыки нужны Сенату, а Ордену нужен лишь шанс наглядно доказать гражданам Республики свою полезность и причастность к защите демократии. Уверяю вас, мы можем им довериться.

— Не говоря уже о том, что иного пути просто нет.

— Финис?

— Я знаю твою позицию по этому вопросу, Рэтчер, но, как не погляди, Шив прав. Только так можно урегулировать конфликт в секторе Лямбда, не допустив ещё большей крови и не уронив репутацию Сената и Республики.

— Однако, остаётся открытым вопрос участия самих джедаев. Согласится ли Совет Магистров отправить кого-то на столь опасное задание? Особенно сейчас, когда все силы Ордена брошены на поимку тех неизвестных, что атаковали кортеж Ордена на Корусанте?

— Эту проблему я беру на себя. — взоры собравшихся вновь скрестились на сенаторе с Набу. — Как уже было замечено, я неплохо лажу с отдельными представителями Ордена, так что думаю вполне смогу убедить их помочь нам в данной инициативе. Тем более что, согласно поступившим данным, искомые ими цели успели отметиться в том числе и в секторе Лямбда.

Палпатин многозначительно умолк, давая каждому возможность додумать истинный посыл самому.

— Многочисленные диверсии в тылах Свободных колоний и резня на Хорусе. — Волорум первым сумел сложить кажущийся разрозненным пазл. — Считаешь, это дело рук тех наёмников?

— Мои источники уверены, по крайней мере, в причастности схожей группы лиц в деле о покушении на Хорусе. — немой диалог между двумя политиками прошёл быстро. Консенсус был достигнут. Финис тут же пообещал самому себе ознакомиться с данными товарища, сразу как только тот их предоставит. — Про остальное, увы, не могу сказать ничего конкретного. Слишком мало свидетелей и следов, слишком много разрушений и смертей.

— И этих безумных головорезов наши крикливые писаки выставляют едва ли не героями! — гран не скрывал своего гнева, грозно пыхтя и прищурив все три глаза. — Видели бы они то побоище! Ужас!

— Уверен, журналисты всё давно видели и, в отличие от нас, даже трогали. — Рэтчер же оказался куда более сдержан. Не любовь к джедаем мужчине передалась по наследству, так что любой кто мог столь сильно задеть Орден невольно получал существенный кредит доверия в душе сенатора с Икстлара. — Но раз прямых улик нет, а общественное мнение на стороне этих наёмников, то и писать они будут на наиболее обсуждаемую и удобную для издательства тему.

— Попутно поливая банта-пуду всех кого-только могут. — постановил Файло, чуть отдышавшись. — Продажные мерзавцы!

— Пятая власть. — Рэтчер лишь пожал плечами, беспомощно разведя руками. — Республикой, в том числе, движет свобода слова.

— Которое абсолютное большинство трактует не иначе как свободу идиотизма и безнаказанности. — Финис поставил жирную точку в стихийных дебатах. — Однако мы чуть увлеклись, господа. Если наёмники, орудующие в секторе Лямбда, и группа лиц, напавшая на джедаев, это одни и те же разумные, Орден действительно может заинтересоваться данным вопросом.

— Попутно с куда большей охотой согласившись помочь нам с проблемой интеграции Свободных андонианских колоний в состав Республики.

— Что значительно повысит рейтинг одобрения Сената и самих джедаев.

— Шив, — Волорум резко остановился, просительно заглядывая в глаза нубианцу. — Ты не будешь против, если я выступлю с этим предложением на слушании вместо тебя? Понимаю, — речь мужчины чуть ускорилась, выдавая волнение. — Что это звучит дерзко, и ты ни в коем случае не обязан мне уступать, но в связи с моим переходом на иную должность и...

— Финис, — тяжёлая, тёплая ладонь рыжеволосого сенатора легла на плечо министра. — Я не то что не против, но даже настаиваю на этом! — Палпатин вновь улыбнулся, на этот раз тускло, с лёгкой иронией во взгляде. — Как бы я не тешил свою гордыню, стоит признать, что мой голос в этих стенах слаб и тих, так что предложенное мной решение легко могло бы затеряться в политических препонах, демагогии и недовольстве других сенаторов. Но если об этом скажет действующий помощник Верховного Канцлера и, без трёх месяцев, сенатор Корусанта, даже самые влиятельные из политиков не смогут так просто от него отмахнуться. Так что дерзай!

— Спасибо. — будущий сенатор постарался, чтобы благодарность звучала как можно более искренне, добавив заметно тише. — Порой забываешь, что в этом месте ещё остались честные разумные, думающие не только о себе. — и тут же продолжил как ни в чём не бывало. — В таком случае, друзья, вынужден вас срочно покинуть. Времени до слушания осталось немного, а мне срочно потребовалось в корне переделать свою речь.

— Мы вас понимаем, министр. — гран издал тихий смешок, махнув рукой. — Мне и самому стоит немного подправить текст выступления.

— Не думайте, что я останусь в стороне! — Рэтчер залихватски улыбнулся. — Такой редкий шанс немного встряхнуть это застоявшееся болото просто нельзя упускать!

— Тогда я не прощаюсь. — на душе Волорума стало немного теплее, а планы, что он с малых лет рисовал в своей голове, как добравшись до самой вершины власти сможет изменить этот мир к лучшему, с новой силы вспыхнули в памяти, придавая уверенности и сил. — Увидимся на предстоящем слушании. Господа.

— Министр.

— Финис.

Когда фигура мужчины быстро скрылась за одним из поворотов, сенатор Икстлара тоже засобирался, быстро попрощавшись с оставшимися двумя коллегами и, махнув им на последок рукой, растворился в текущей толпе.

— Должен признать, вы появились как никогда вовремя, сенатор Палпатин. — гран, деловито подбоченившись, по новому взглянул на стоящего рядом мужчину. — До того мне доводилось слышать о вашем уме и бескорыстии, но увидеть всё своими глазами — совсем иное дело. Рад буду и впредь как-нибудь переброситься с вами словом-другим.

— Взаимно, сенатор Файло.

— Можно просто Файло.

— Тогда можно просто Шив.

Два разумных лукаво переглянулись, как-то незаметно продолжив свой путь в глубины Сената.

— Однако, мне всё же интересно, как вы смогли связать заказное убийство на Хорусе и этих странных наёмников с Внешнего Кольца? Едва ли они оставляли столь явный след, иначе Орден не рыл бы носом землю до сих пор, не в силах связать эти дела воедино.

— Это абсолютная правда. Работает данная группа на удивление чисто и бескровно. Собственно, это и позволило мне их вычислить.

— Но я своими глазами видел записи с места преступлений! — гран не на шутку удивился. — И, видят Боги, это зрелище можно назвать ожившим кошмаром, но уж никак не "чисто и бескровно"!

В глазах сенатора с Набу что-то мелькнуло и сразу погасло.

— Если смотреть поверхностно, так оно и есть. Однако стоит немного углубиться в проблему и картина в корне меняется. Вы правы, тех чиновника и командира одного из крейсеров не просто убили — их выпотрошили, располовинив надвое, и в фарш порубив всю левую часть туловища. Это вопиющий акт жестокости. Тем интригующее факт, что проделали это с ними... посмертно.

— Что? Вы уверены?

— Так написано в заключении отчёта наших криминалистов. Этих несчастных поймали, усыпили каким-то сильнодействующим наркотиком, после чего умертвили одним прицельным ударом острого, похожего на стилет предмета аккурат в височную долю. По факту они даже не поняли как погибли и уж точно ничего не почувствовали. А всё оставшееся действо, как я могу предположить, лишь инициатива заказчика, выполненная наёмниками в меру их возможностей. И да, то что они сделали с телами всё ещё является аморальным и справедливо осуждаемым в любом цивилизованном обществе, не говоря уже о тройном убийстве. Однако их профессионализм, скорость и холодный расчёт... Сам я не эксперт в подобном, но люди из службы безопасности Сената, к которым я обращался за советом, все как один отмечали некую двойственность данного преступления. Это дело можно было реализовать куда как резче и грубее, не прибегая и к половине средств, что были задействованы. Меня заверили, что абсолютное большинство так бы и поступило. Просто выкрали бы, в лучшем случае перерезали глотку, и изрубили в фарш, а тут... Не просто профессиональная этика, не жалость или человеколюбие, тут... Кодекс. Какие-то догмы или даже религия. Совсем не то что ожидаешь встретить в подобной среде.

— Если мы имеем дело со вторыми мандолорцами, то я заранее готов молиться даже Силе, чтобы эта напасть так и осталась уделом дальних секторов. — гран удручённо покачал головой. — Вот и кабинет. Как быстро прошёл путь. Спасибо что утолили моё любопытство, Шив. И искренняя благодарность за вашу бескорыстность. Не многие способны так просто отказаться от шанса блеснуть перед сильными мира сего.

Рыжеволосый нубианец вновь улыбнулся:

— Что тут скажешь — я люблю демократию и многое готов отдать за то, чтобы свет её в Галактике не угас как можно дольше.

Глава 13

Звёздная дата — 950:03:11 от Руусанской Реформации. Внешнее Кольцо. Сектор Феллим. Система Джабиим. Открытый космос.

***

Едва уловимая дрожь, что разошлась по корпусу орбитра, ознаменовала выход корабля из гиперпространства.

Открыв глаза, я поочерёдно начала напрягать все группы мышц, разминая затёкшее тело, давно отвыкшее от обычной постели в пользу обволакивающей невесомости капсулы переноса. В которой, на самом деле, спать было куда комфортнее, но Лотос настаивала, чтобы мы, хотя бы изредка, проводили время вне её. Говорила, что это поможет нам чувствовать себя более человечными. Что так мы чаще будем видеть сны.

Я ей верил. Хотя особой разницы, помимо отёкших конечностей, не замечал, но всё равно продолжал следовать давнему совету. Ведь не столь важно работает он или же нет. В этом вопросе куда большее значение имела личность советчика. Его участие и переживания.

Почувствовав полный контроль над телом, резко встаю на ноги, отбрасывая тонкое полотно мягкой синт-ткани прочь.

Неугомонный Ордис по-прежнему не упускал возможности укрыть меня этой тряпкой, напрочь игнорируя тот факт, что на орибтре всегда поддерживался максимально комфортный климат. А высокопрочная ткань контактного комбинезона любого Оператора легко держала не только выстрел из тяжёлого оружия в упор, но и критические перепады температур. От холода космического вакуума, до раскалённых потоков термии Венеры.

Впрочем, здесь действовал тот же принцип, что и с Лотос. Цефалон искренне наслаждался этими ненужными жестами заботы, находя в них какую-то отраду для себя. Так что я готов был терпеть подобные выходки. До определённых пределов.

Быстро прикинув время пути звездолёта, пришёл к выводу, что возможность нормально поесть ещё не скрылась во мрачной тьме космоса окончательно. Так что если чуть потороплюсь, ещё успею...

Какая-то неправильность в окружающей обстановке заставила меня настороженно замереть.

Вновь обведя каюту взглядом, в этот раз куда более пристальным, я тут же нашёл несоответствие — фотография на столе. Раньше её здесь не было. Однако и совсем новой вещь не была.

Руки сами сомкнулись на полированной рамке, целиком изготовленной из сплава теллуриума и кристаллов рубедо. Крепче корпусов гринирских звездолётов. Почти неразрушимая в своей сути зубчатая руда, в кристаллической решётке которой, при помощи одного из спектров солнечного излучения, было спроецировано изображение.

Экстравагантная замена распространённой в Изначальной Системе кристаллической печати, пришедшей на смену устаревшей века назад плёнке, цифре и живописи. Мгновение навечно впаянное в материю.

Палец нежно проводит по холодной, гладкой поверхности, пока в ушах звучит бархатистый, обманчиво нежный, с лёгкой, хищной хрипотцой голос: "Всем своим естеством я почувствовала твой голод и то, как жадно ты мне ответил. Наша любовь была дикой и ужасной вещью. Знай — я дорожу каждым мгновением.".

С громким хлопком фото ложится обратно на стол — лицевой стороной вниз.

— Ордис. — говорю тихо, зная, что вездесущий цефалон всё равно услышит.

— Да, Оператор! Вижу, вы уже проснулись! Ордис сча... -зол- видеть вас в добром здравии! Желаете перекусить?

— Зачем это здесь? — весь информационный мусор, обильно изливающийся прямиком из голосовых панелей почти искусственного интеллекта, привычно пропускаю мимо ушей.

— Что вы имеете в виду, Оператор? — камеры левитирующей платформы сфокусировались на моей руке, все ещё прижимающей злосчастное фото к столу. — Ах, ну конечно же! В моей базе данных отмечено, что биологическим формам жизни необходимо как можно чаще напоминать о приятных моментах их существования. Это помогает им лучше себя чувствовать и снижает эмоциональную нагрузку на нервную систему. К сожалению, Ордис нашёл не так уж много информации о моментах из жизни Оператора, которые можно было бы охарактеризовать как "приятные". Однако в период, когда был сделан этот слепок, уровень дофамина и окситоцина в вашей крови систематически превышал среднестатистические значения. Из чего я сделал вывод, что вы определённо были "счастливы" в тот конкретный период времени. А значит напоминание об этом должно было вновь привести вас в хорошее расположение духа! У меня получилось?

Убрав руку от стола, что получилось с неожиданным трудом, я устало помассировал в миг потяжелевшие веки кончиками пальцев.

— Да, Ордис. Я определённо что-то почувствовал. Но впредь, прошу, прежде чем организовывать нечто подобное, посоветуйся сперва со мной, ладно?

— Приказ ясен! Ваше пожелание принято к сведению! Теперь, когда вы сказали об этом, мне кажется странным, что я не сделал так сразу. — в синтезированном голосе цефалона на миг промелькнуло смятение. — Вся эта цепочка рассуждений выглядит... сломанной? ... Оператор, я тут размышлял. Мои подменённые воспоминания и повреждённые коммуникативные системы. Что если... О@д#c сделал это? Что если, всё это... Поддержание порядка. Поддержка Оператора. Мобилизация Тэнно.

— Ордис.

— Что если я сам сделал это с... Не поднимать завесу. Не открывать дверь. Не разрушать мечту.

— Ордис, хватит!

— А? Оператор? — платформа цефалона недоумённо покружилась вокруг своей оси. — Кажется, я на секунду отключился. Что-то произошло?

— Ничего. — вздох облегчения сорвался сам собой. — Я просто похвалил тебя за... проявленный энтузиазм. Вот и всё.

— Ох, вот как! Как же печально, что Ордис это забыл! Ну да ничего! Я буду стараться ещё усерднее, и когда вы будете довольны, то в очередной раз похвалите меня, Оператор! И этого я уж точно не забуду!

— Как скажешь. Пока можешь просто убрать это в хранилище и... Что там с курсом?

— "Белая Звезда" вошла в космическое пространство Джабиима три минуты назад. Как вы и приказали, посадка на планету будет произведена в стороне от официальных маршрутов. Расчётное время прибытия в точку назначения — один час, пятнадцать минут, сорок три, две, одна...

— Дай знать, как только мы приземлился на планету. — двери каюты неслышно распахнулись, выпуская меня прочь. — И подготовь краткую характеристику по личности заказчика. Хочу понять, с кем придётся иметь дело.

— Всенепременно, Оператор! Пожалуйста, возвращайтесь -с головы до пят в крови- целым и невредимым.

***

Внешнее Кольцо. Сектор Феллим. Система Джабиим. Планета Джабиим. Три часа спустя.

***

— Плохая была идея, босс. — плотнее запахнув тяжёлый плащ, чтобы мелкая морось не задувалась шквальными порывами ветра под ткань, Винсент — крепко сбитый, темноволосый полукровка-зелтрон, неприязненно буркнул, в который раз не упустив возможность выразить своё "ценное" мнение. — Вы же знаете, наёмники — те же пираты и работорговцы. Такие и мать за хаттский пеггат продадут не раздумывая. Мы бы и сами могли...

— Не смогли. — короткий, рубленный ответ, заставил мужчину заткнуться на полуслове. — Три шахтёрских городка. Семь поисковых миссий. Триста пятьдесят восемь разумных. Мужчины, женщины, дети. Ты понимаешь, что их всех теперь ждёт, Винсент?

Высокий, даже на фоне рослого зелтронца, молодой мужчина, с длинной гривой неприкрытых русых волос и короткой, ухоженной бородой, по которым обильно стекала капающая с небес вода, смерил в миг потупившегося подчинённого хмурым взглядом, после чего произнёс куда громче, обращаясь уже ко всем собравшимся за его спиной:

— Вы все — храбрые и достойные жители Джабиима. И если в вас есть хоть капля уверенности, что я ставлю под сомнение вашу доблесть, честь и готовность сражаться за наш дом, то знайте — это не так! Мы вместе с вами защищали нашу планету от инородных выродков! Плечом к плечу отбивали рейды пиратов, работорговцев и контрабандистов! Мы — истинные защитники Джабиима!

— Да-а-а-а!!! — по заросшему густой травой и длинными руслами луж и ручьёв космопорту, заброшенному за давностью лет, разнёсся возглас десяток луженных глоток.

— Но в этот раз всё иначе. Теперь нам противостоит не отребье с дальних концов галактики, не ужравшиеся спайсом отбросы и трусливые сукины дети, а безжалостные мясники, прирождённые убийцы. И в одиночку нам не выстоять. — ещё раз обведя притихшую толпу взглядом, русоволосый продолжил. — Если мы подадимся гордыне — нам не выстоять. Если мы будем сидеть сложа руки — нам не выстоять! Ганки продолжать терроризировать Джабиим! Продолжать убивать наших соотечественников прямо в их домах и на рабочих местах! Так и будут красть наших женщин и детей, чтобы потом продать их подороже на рабских рынках! И ни кто не сможет помочь нам, кроме нас самих! Мы должны... Нет, мы обязаны сделать всё, чтобы защитить наш дом от этих поганых экзотов! И в этой священной борьбе нет ни правил, ни полумер! — донёсшийся с высоты тихий, едва уловимый за пеленой дождя гул двигателей, ознаменовал конец жаркой речи. После чего мужчина обратился прямо к своему помощнику. — И ради лучшего будущего для всех нас, я сяду за стол даже с крайт-драконом, не то что с обычным наёмником. Ты меня понял, Винсент?

— Д-да, босс. Прости. Больше не повторится.

— Верю. А теперь идём. Нас уже ждут.

Небольшой челнок, больше похожий на истребитель странной конструкции, будто бы состоящей из углов и шипов, заходил на посадку с дальней стороны космопорта.

Садился корабль тоже чудаковато — перпендикулярно земле, из-за чего в моменте его двигатели лизнули вязкую, больше напоминающую болотную грязь, землю Джабиима, выравнивая звездолёт под прямым углом, обнажая фюзеляж.

На нём виднелся хорошо различимый выступ, что тут же с тихим щелчком разошёлся, проворачиваясь как бы внутрь себя и представляя на всеобще обозрение... крепёж? Капсулу? Или просто непонятно что, по форме напоминающее бакто-камеру, из которой неожиданно выпрыгнул гуманоид. И высота в пару метров его нисколько не смутила.

Закутанная в тёмную ткань с ног до головы фигура легко приземлилась на ноги, хотя должна была моментально уйти по колено в грязь. Уж это коренной обитатель планеты знал наверняка. Да и двигался наёмник... странно. Невозможно плавно, легко, но в тоже время оптимально быстро и без лишних движений вообще.

Это царапало мозг своей неправильностью. Бывалый вояка, он видел многое, даже мандалорских коммандос, но и ведроголовые казались не в пример человечнее... этого вот.

На мгновение голову мужчины посетила мысль, что Винсент всё же был прав. Не велика новость — раз в год и разряженный бластер стреляет, но пораженческий настрой пропал также быстро, как и возник. Этого наёмника ему рекомендовали серьёзные, проверенные разумные, слово которых много стоило. А на его планете уже третий месяц орудовала банда киборгов-убийц, чувствуя себя здесь как дома и с каждым днём становясь все амбициозное и наглее. Логично, что рядового бойца удачи против таких не выставишь.

— Приветствую вас на Джабииме. — поравнявшись с неизвестным он первым начал диалог. — Моё имя — Альто Стратус. Это — Винсент Хросч, мой помощник и доверенный. А там, мои люди.

— Тэнно. — сухой, лишённый эмоция и явно сгенерированный голос не внушал доверия, да и на протянутую руку наёмник покосился странно, но секунду спустя всё же протянул свою, всё также закутанную в синт-ткань, ответив на крепкое рукопожатие. — В контракте указано, что вы передадите информацию по делу. Лично.

А нет, всё же эмоции у этого типа были. Вот сейчас в голосе отчётливо мелькнуло раздражение.

Но тут его понять можно. Передать данные по местам, где его люди видели ганков, как и о примерной численности и составе их вооружения, можно было и удалённо, не организуя личную встречу. Но для Стратуса было важно вживую поглядеть на того, кому придётся доверить жизни своих соотечественников.

— Здесь всё, что нам удалось добыть. — информационный чип перекочевал от Стратуса к Тэнно. — Примерная численность, повадки, состав групп, места базирования. Ублюдки отлично оснащены. Умеют как в лобовой штурм, так и в удары из засад. Ладят почти с любой электроникой и не знают жалости. Конченые мрази.

— Полная зачистка? — вопрос прозвучал буднично.

— Именно. Ганки не щадят никого, и мы не станем жалеть их. Пусть хорошенько умоются кровью, прежде чем сдохнут! — вид разрушенных до основания посёлков и изуродованных до неузнаваемости тел на миг предстал пред глазами мужчины.

Судя по скрипу зубов позади, Винсент тоже вспомнил, как именно экзоты "развлекались" на их планете.

— Принято. Я берусь. Оплата по факту выполнения в...

— Стойте. — видя как наёмник уже засобирался уходить, Альто сделал шаг вперёд, на ходу окликая того. — Мы могли бы помочь. Среди нас немало отличных бойцов, каждый из которых знает Джабиим как свои пять пальцев. Наша родина, конечно, полна воды, но это отнюдь не Пантоломин с его курортами. Без проводника вам тут придётся тяжко.

Очередной странный "взгляд" со стороны наёмника.

— Нет необходимости. Наша группа не нуждается в помощи.

— Но...

— Вы хороший разумный, Альто Стратус. — слова прозвучали внезапно. — И ваше дело правое. Но наши подходы не сочетаются.

— О чём речь?

— Вы идёте воевать. Сражаться. Нести возмездие. А я отправляюсь на охоту. Загонную охоту на двуногую дичь, которая вам оказалась не по зубам. Понимаете?

На несколько секунд в разговоре наметилась неловкая пауза.

— Да, — джабиимец ответил первым. — Я понимаю, но и вы поймите — мы не можем просто сидеть и ждать, пока эти уроды разоряют наш дом. Иначе, когда кто-то другой придёт сюда после, мы тоже только и сможем что сидеть и ждать, надеясь на чудо.

— ... ... ... Если для вас это важно, можете забирать тела. Места я обозначу высокочастотными маяками. Ваши приборы смогут запеленговать их. Нужную частоту передам в течении часа.

Мужчина благодарно кивнул.

— Спасибо.

— Пока не за что.

***

Звёздная дата — 950:03:17 от Руусанской Реформации. Внешнее Кольцо. Сектор Феллим. Система Джабиим. Планета Джабиим.

***

— Это должно быть здесь. Снижайся.

Под мерный рокот антигравов спидер пошёл на посадку, ловок лавируя меж раскидистых крон исполинских мангровых джунглей, в изобилии разбросанных по всей планете.

Сверхвлажный климат Джабиима и его мягкая почва были идеальны для этих растений, что уже тысячи лет как отвоевали себе место королей всей флоры планеты, покрывая её бесконечным зелёным ковром на тысячи миль вокруг.

Именно в этих непролазных дебрях ганки и прятались.

Огромные, плохо изведанные просторы, множество укромных пещер и каньонов, крыша зелёной листвы, защищающая от наблюдения с орбиты — идеальное место, для того чтобы залечь на дно. Экзотам только и оставалось, что расчистить взлётно-посадочную полосу, да замаскировать её после, и всё — почти не обнаружимая база готова.

Даже егерям и местным жителям, регулярно промышляющим в лесу, было бы сложно её найти. Да и что будет делать простой охотник, лесозаготовщик или старатель, повстречав на своём пути банду киборгов-убийц, вопрос открытый.

Ганки стали настоящим бичом их мира. Наглядно продемонстрировав всему народу Джабиима его уязвимость перед угрозами извне.

Кто-то из чиновников и прочих марающих флимси бесполезных выкормышей госаппарата до сих пор что-то там блеял про защиту Республики и скорую помощь, что вот-вот должна прибыть, отсиживаясь при этом в городах, под надёжной охраной! Вот только этими обещаниями сам Альто был сыт по горло, как и все жители так любимой им родины, которую неустанно терзали все, кому хватало сил или нахальства посягнуть на чужое.

Республика не сделала ничего, для того чтобы помочь им! Ни разу за всё время, что Джабиим состоит в ней, им не протянули руки помощи, не помогли даже в малом!

Смешно сказать, но даже простой наёмник с окраин галактики и тот уже сделал больше для процветания и безопасности его планеты, чем весь Корпус Юстиции и Орден Джедаев вместе взятые! Это ли не показатель?!

Сжав покрепче кулаки, он попытался выкинуть ненужные сейчас размышления прочь. Дело оставалось в приоритете.

Дверь десантного люка распахнулась без нареканий. Подцепив захватом трос, Стратус первый спустился на землю, быстро вскидывая заряженный бластер, оглядывая округу уже через перекрести голо-прицела.

Было тихо. Очень тихо. Только гул антигравов, да шелест спускающихся бойцов позади него разгонял окружающую тишь.

Отдав команду двигаться вперёд, Альто повёл своих людей на точку сигнала, пытаясь на ходу подметить следы боя, но раз за разом терпя неудачу.

Не было видно ни одного подпёка от бластера, ни вспаханной грязи от взрыва термальных детонаторов. Казалось лес вообще не был тронут, что лишь усиливало нервозность Стратуса и его бойцов. Но стоило им миновать первый участок, как всё резко изменилось, ведь они нашли лагерь ганков. Как и самих ганков. Вернее то, что от них осталось.

Первый экзот встречал их ещё на входе. Видимо это был постовой. По крайней мере пробитая насквозь голова, прибитая стрелой прямо к импровизированной дозорной вышке, на это прозрачно намекала. Его сняли первым.

Потом был ещё один ганк. Его участь была не в пример хуже. Правую половину его туловища буквально разворотило на куски, раскидав по всей округе тёмно-синие потроха инородца вперемешку с аугментикой, которой те были обильно нашпигованы. При этом экзот умер далеко сразу. Борозды на земле указывали на то, что он пытался ползти, но две стрелы, пробившие ему кисти рук, этому не способствовали.

Третьему ганку прострелили оба колена, грудную клетку и живот. Умирал он долго, под конец буквально захлебнувшись в собственной крови.

Четвёртый получил по стреле в оба глаза и ещё одну в позвоночник. Пятого буквально распяли на стене модульной базы. Шестой превратился в подушку для иголок — из каждого сустава торчало по снаряду. Седьмой умер захлебнувшись болотной грязью, пригвождённый к топи. Восьмой. Девятый. Пятнадцатый...

В общей сложности на этой базе Альто и его бойцы насчитали двадцать четыре трупа. Всё собранное им наспех ополчение не могло похвастаться таким счётом. Ганков не спасла ни броня, ни навыки, ни высокотехнологичные импланты. Их просто...

Тут мужчина осёкся, широко раскрыв глаза в немом изумлении.

Их просто перерезали, как скот. Забили, одного за другим, максимально жестоко и демонстративно. При этом действуя почти молниеносно, настолько быстро, что целая толпа отпетых душегубов даже пискнуть не успела, как уже осознала себя одной ногой в могиле.

"Пусть хорошенько умоются кровью, прежде чем сдохнут!"

Губы мужчины исказились в злой усмешке. Всё же Винсент, как всегда, прогадал — они определённо не зря ввязались в эту авантюру.

Глава 14

Виброклинок, почти беззвучно выскочивший из наруча ганка, описал сложную, витиеватую дугу перед собой, но рассёк лишь воздух.

Ещё пара выпадов и бешено озирающийся по сторонам охотник, неожиданно для себя сменивший привычную роль, резко бросается в сторону, словно бы уходя из под траектории атаки, но тут же замирает прямо в прыжке, подвешенный над землёй невидимой силой.

Инородец сопротивляется, хрипит, дёргается, машет длинными, инаковато изогнутыми из-за дополнительных суставов, руками, в безуспешных попытках дотянуться до неведомого врага, но всё тщетно. Обманчиво тонкая, изящная ладошка варфрейма без малейших усилий пробивает насквозь как усиленную местными сплавами броню, так и дополненное аугментикой туловище ганка.

Тёмно-фиолетовая кровь тонким ручейком стекает на землю, моментально смешиваясь со бурой стоячей водой местных болот. Пришелец ревёт от боли и ярости, но лишь изрыгает из пасти очередной болезненный вой, когда я начинаю вытаскивать его потроха через рваную рану на брюхе.

Однако даже это неспособно его убить. Импланты делают своё дело, сохраняя жизнь своего владельца, давая призрачный шанс на полную реабилитацию, если только ему будет оказана своевременная медицинская помощь.

Не будет. Этот был последним из своей группы. И единственным оставшимся на сотни акров вокруг. Всех прочих я давно уже прикончил, оставив их тела для Стратуса и его людей.

Отбрасываю чуть притихшее тело прочь, однако по-прежнему крепко сжимаю в руке прямую кишку экзота. Ей ещё предстоит сыграть свою роль.

За пятнадцать стандартных корусантских циклов, прошедших с посадки орбитра на Джабиим, в общей сложности мной было уничтожено девять охотничьих партий ганков, от девяти до семнадцати особей в каждой.

На самом деле, несмотря на продемонстрированное сейчас тотальное превосходство, это были весьма опасные противники. Не для меня конкретно, но в целом недооценивать прирождённых воинов, чья культура строится исключительно вокруг насилия и убийств, при этом имеющих доступ к не самым распространённым в этой галактике технологиям — глупо.

В целом, один ганк был опаснее одного солдата гринир, пусть и заметно уступая тому в общей бронированности и грубой силе, но беря своё за счёт скорости, ловкости и более высокого интеллекта. Хотя на этом сходства между двумя группами подходили к концу.

Гринир всегда опирались на компромисс между ценой и качеством, предпочитая действовать волнами, массированной атакой по всем направлениям и обязательно при поддержке артиллерии и бронетехники. Ганки же оказались сугубо индивидуальными бойцами, намного комфортнее чувствующими себя в составе малых групп.

Диверсии, рейды, похищения, заказные убийства — вот их стезя. Этим они славились на просторах галактики, и это они умели делать хорошо. Но не более.

Убедившись, что узел крепкий и держит надёжно, резко вскидываю руку вверх, призывая Сиятельное Оружие фрейма. Ещё доля секунды и пронзительный росчерк уносит выпущенную со сверхзвуковой скоростью стрелу куда-то вдаль, в переплетение дебрей и ветвей, а вслед за ней устремляется пурпурно-фиолетовая гирлянда из чужих кишок.

На такое ганк рассчитан уже не был, так что пару раз дёрнувшись, увязшая в болоте туша наконец издохла, что мгновенно зафиксировали сенсоры варфрейма, тут же обозначив отсутствие враждебных целей в зоне сканирования.

Кому-то может показаться, что подобная бессмысленная и показная жестокость это уже излишне, но этот вывод будет в корне неверен. Именно своей грязной и демонстративной безжалостностью она и хороша.

Сейчас на планете осталось ещё около 4-х групп ганков. Удивительно много как для одной системы, но, как оказалось, эти стервятники слетелись сюда чуть ли не с других концов галактики, когда первая их охотничья партия вернулась с богатой добычей, очевидно сообщив всем прочим о бедственном и откровенно беззащитном положении жителей Джабиима, что физически не могли дать отпор наплыву высокотехнологичных дикарей.

У местных отсутствовали даже примитивные системы ПКО, не было защитных станций и флота, а имеющееся МЛА годились разве что на переплавку. При этом сам мир был довольно населённым и богатым, ну как по меркам Внешнего Кольца. Много техники, пусть в основном сельскохозяйственной, с упором на гидропонику и местный влажный грунт, потенциальных рабов и дроидов. Есть кого пограбить и что потом сбыть, при том что спрашивать за это с них никто не будет. Ведь все ближайшие миры либо давно подмяли под себя картели хаттов, либо входили в состав местных правительств, привыкших иметь дело с залётными любителями поживиться за чужой счёт. Начни ганки бузить там, то им быстро бы напомнили их место в пищевой цепочке, но вот Джабииму, формально входившему в состав Республики, помощи ждать оказалось неоткуда.

Сенаторов на Корусанте больше беспокоили проблемы поближе и позначительнее, и срывать с мест флот Корпуса Юстиции ради пустой и бесперспективной планетки, где-то на беспокойных задворках Внешнего Кольца, им было откровенно не с руки. Затрат много, а вот выгоды нет и не предвидится. Собственно, все прочие окрестные центры сил в этом вопросе были с Республикой солидарны. Так что для ганков, отыскавших такой лакомый и никому ненужный кусок, наступил настоящий праздник.

Их родная планета, больше похожая на выжженную пустыню, давно была ими покинута. Собственно, у этой расы вообще не было "домашнего" мира. Их кланы скитались от системе к системе, изредка оседая на местах жирных и долгосрочных заказов, в основном от тех же хаттов, но это всё равно было явлением временным.

Никто не хотел терпеть рядом с собой толпу злобных, голодных до крови дикарей, не признающих никаких прав и законов, кроме, разве что, права силы.

И я не просто так из раз в раз называю ганков дикарями, несмотря на всё их технологическое оборудование и мастерство в бою.

Покопавшись в их банках данных и мозгах, уверенно могу сказать, что их раса в целом является весьма наглядным примером культурного регресса на фоне возвышения технологий. И не последнюю роль в этом сыграла их терпимость к имплантам.

Физиология ганков имеет крайне интересное устройство. Их иммунитет и нервная система, с одной стороны, крайне гибкие и легко адаптируются к новым элементам, в частности к аугментике. С другой стороны эта же устойчивость не даёт им в полной мере заменить своё тело на цельнометаллическое — при пересечении порога в шестьдесят процентов иммунная система слишком сильно приспосабливалась под железо, буквально переставая защищать организм от внешнего негативного воздействия, из-за чего полностью кибернетизированный ганк мог умереть от обычной простуды.

Решение данной проблемы было потенциально возможно, но требовало исследований, снабжения, ресурсов и научного подхода, а за столетия скитаний ганки полностью утратили весь тот базис, что наработали их предки тысячелетия назад. По сути даже их импланты это не более чем наследие предков, опережавших свои аналоги на десятилетия, если не века вперёд. Все схемы имеющихся у них устройств, что я находил, максимально однотипны и стандартизированы. Даже настройка под конкретного пользователя всегда одна и та же, что в иных случаях привело бы к смерти носителя, но иммунитет ганков позволял своим владельцам такие вольности, банально адаптируясь под новые условия.

Так что да, по факту ганки — это не более чем выродившиеся потомки древней цивилизации, что в попытках выжить во враждебных условиях их родной планеты активно развивали аугментику, а после и вовсе попытались найти себе новый дом получше. Но, по каким-то причинам, у них ничего не вышло. Так что их наследники были вынуждены превратиться в космических скитальцев и наёмников, ради выживания. Далее последовали века деградации, как интеллектуальной, так и культурной, по итогу превратив ганков в тех, кто они есть сейчас — техно-дикарей, выживающих на руинах былого величия. Неспособных не то что создать на их основе что-то новое, но и нормально воспроизводить старое.

Будь я чуть циничнее, непременно заметил бы, что более жалкой участи сложно найти. Но не безродному отщепенцу, всё ещё существующему лишь благодаря чужой силе и технологиям, упрекать кого-то в подобном.

Да, на своём пути ганки потеряли многое. Но в конечном итоге выжили, отвоевав себе место на необъятных просторах этой галактики. Это уже немало.

— Ордис, что по остальным группам?

— "Око Орокин" фиксирует активное движение в точках сбора. — тут же отозвался цефалон. — Вероятно они собираются вскоре покинуть планету.

Новости были не самыми приятными:

— Слишком рано. По плану мы должны были отпустить лишь одну группу.

— Простите, Оператор. Видимо я переоценил их стойкость и -ущербность- дисциплину. Их доктрины, как правило, предполагают эвакуацию тел павших с поля боя. Но видимо из-за условий планеты, а также из-за невозможности противодействия вам, новое командование решило пренебречь традициями в пользу выживания. Разумный ход. Прикажете остановить их?

Я ответил не сразу.

С одной стороны заказ не требовал полного уничтожения ганков, лишь их ухода с Джабиима. С другой, личное пожелание заказчика было озвучено предельно ясно и не противоречило моим собственным желаниям. Даже не так — будь моя воля, я бы истребил всех экзотов-вторженцев на планете, но в стратегическом плане гораздо более выгодно было позволить одному кораблю спастись. Чтобы те кто выжил, после поделились пережитым ужасом с другими и впредь несколько раз подумали, прежде чем вновь идти в набег на эту систему.

Четыре корабля эту цель тоже выполняли, но достаточен ли будет эффект?

— Сколько от меня, до ближайшего лагеря?

— Восемьсот тридцать семь километров и тридцать четыре метра, Оператор. Если верить показаниям моих сенсоров, вы успеете настигнуть их аккурат перед отлётом, при условии что выдвинитесь прямо сейчас.

— Так и поступлю. Тогда точка А на мне. Отправь спектра на В и некромеха для полной зачистки С. После обязательно скрой следы своего присутствия.

— Ваш приказ принят, Оператор. Однако Ордис вынужден указать на тот факт, что даже при всех его возможностях, полностью скрыть различия в работе некромеха и выбранного вами варфрейма не представляется возможным. Тактика боя, типы и способы нанесения урона не совпадают полностью.

— Это неважно. Местные всё равно не знают о нас ничего. Связать новые данные между собой они не смогут. А для потенциальных наблюдателей хватит и полного уничтожения следов.

***

Звёздная дата — 950:03:29 от Руусанской Реформации. Внешнее Кольцо. Сектор Феллим. Система Джабиим. Планета Джабиим. Город Чоал. Штаб-квартира джабиимской народной дружины "Нимбус".

***

— Здесь всё, что я обещал. — на стол передо мной лёг небольшой футляр из полимеров. Нарочно откинутая крышка демонстрировала ровные ряды тонких полос драгоценных металлов, поблёскивавших в лучах световых стержней. Преимущественно золото, но изредка встречалась и платина.

Не самый распространённый способ оплаты.

— Мне доводилось слышать, — правильно истолковав заминку, принялся пояснять Стратус. — Что разумные твоей профессии не слишком-то доверяют Республиканской валюте. Что не удивительно. Но другой у нас нет, так что, посовещавшись, мы пришли к выводу, что это будет неплохой компромисс.

Я кивнул, но брать плату не спешил — это явно был далеко не конец.

— Признаться, изначально я не был уверен в успехе всей этой авантюры. — продолжил свою речь Стратус, скрестив ладони над столом. — Но ты быстро и наглядно сумел развеять все сомнения. Понятия не имею, как ты сделал то, что сделал, да и неважно это, на самом деле. Я просто хочу сказать, что народ Джабиима перед тобой в долгу. Как и я, как и все те, кого ты вернул домой. Спасибо.

Аккуратно пожав протянутую руку, я всё также ждал, когда разговор дойдёт до сути.

Стратус, стоит отдать ему должное, помимо уже сказанного, не стал растекаться нитаином по теллуриуму, быстро перейдя к делу:

— Опираясь на результат твоей работы, я хотел бы предложить тебе новый, персональный контракт. На год или два — как сам решишь. Оплата будет в пять раз больше и треть сразу, в качестве аванса.

— Цель?

— Обучение. Хочу, чтобы ты погонял моих ребят. Понимаю, такими как ты, им ни в жизнь не стать, но даже малая часть...

— Нет.

Джабиимец нахмурился, не гневно, скорее раздосадовано и напряжённо.

— А если я увеличу итоговую сумму вдвое?

— То всё равно не сможешь её выплатить. Как и ту, что назвал раньше. Всех средств, что у тебя сейчас есть, хватит только на первый аванс, не более.

— Мы найдём деньги. — его явно удивила моя осведомлённость, но заострять на ней внимание мужчина не стал. —Даю слово, тебе заплатят всё до вупиупи, даже если для этого мне самому придётся продаться в рабство.

— Не в этом дело.

— Тогда в чём же?

— Я не тот, кто вам нужен.

Небольшой кабинет главы местного ополчения утонул в горьком, печальном смехе.

— И это говорит мне разумный, что менее чем за месяц, на абсолютно незнакомой, тружнопроходимой территории, расправился с сотней киборгов-убийц? Не верю.

— Не верь. — нерушимое тело Кулерво слегка качнуло плечами. — Но менее правдивыми мои слова от этого быть не перестанут. Ты впечатлён, восторжен, надеешься и веришь. А должен думать. О себе. О тех кто за тобой.

— Я всегда думаю о своих людях, как и о всех жителях Джабиима! И я прошу тебя помочь им всем. Мы можем отбиться от простых охотников и пиратов, но стоит на горизонте показаться кому-то позубастее, и Джабиим вновь заполыхает! Мне надоело смотреть людям в глаза и видеть там только страх и отчаяние! Меня достало рассылать матерям и жёнам похоронки и терять верных, честных и самых достойных в бесконечных стычках и налётах! Нас некому защитить, кроме нас самих, но мы не воины, в отличии от тебя! Мы не умеем воевать, но ты умеешь! Так научи нас, а за ценой мы не постоим!

— Закончил? — тяжёлый взгляд из под нахмуренных бровей ясно дал понять, что да. — Тогда послушай того, чьё мнение и навыки только что превозносил. Я не могу научить твоих людей быть мной. Это невозможно. Они — не я, и, на их счастье, никогда не станут. — жестом останавливаю было вскинувшегося человека. — Но это не значит, что они не могут научиться воевать. Отнимать жизнь не так уж сложно. Убийц в галактике хватает. Я вот — убийца. Но Джабииму нужны вовсе не мясники, головорезы, наёмники элитные диверсанты или коммандос. Ему нужна армия. Дисциплинированная, обученная, слаженная армада. Так что и тренировать твоих людей должны те, кто в этом разбирается. Я в их число не вхожу, но зато знаю тех, кто буквально рождается, живёт и умирает в строю.

В глазах мужчины огнём квазаров пылал вопрос.

— Айлонская Нова-гвардия. — настал мой черёд выложить карты на стол, аккуратно примостив рядом с кейсом небольшой информационный чип. — Одно из лучших наёмных подразделений в Галактике.

— Даже лучше тебя?

— В определённых ролях и ситуациях. — игнорирую явную провокацию. — Их основное преимущество — слаженность и численность. С раннего детства любого айлонца учат сражаться, а после достижения совершеннолетия все они добровольно нанимаются на военную службу. По сути — это нация наёмников, тысячелетия как выведшая данную стезю на галактический уровень. Речь идёт о миллионах солдат, сотнях тысяч единиц бронетехники и целом космическом флоте, участвующих одновременно во всех крупных конфликтах по всему изведанному космосу.

Альто недоверчиво прищурился, явно не до конца веря в мою искренность, а зря. Мне доводилось встречаться с несколькими полками айлонцев во время одной из миссий по ликвидации. И пусть тогда мы были, условно, на одной стороне, оценить возможного противника мне не это не помешало. Впрочем, тогда мы с ними были обоюдны в своих желаниях.

— И во сколько Джабииму обойдётся такая роскошь?

— Это вам следует уточнить у Ново-гвардии Айлона. Но учитывая что нанимаются они минимум полком, а миссия планируется небоевая, наценка окажется существенной, но вы потянете. Если как следует затянете пояса.

— Ха! А разве не должно быть наоборот? Меньше рисков — меньше плата.

— Для айлонцев значение имеют лишь верность отчизне, собственная честь и боевая доблесть и слава. Так что штурмуй вашу планету мандолорские коммандос, то могли бы рассчитывать на неплохую скидку. А раз боя не предвидится — придётся доплатить. Но Нова-гвардия никогда не бежит с поля боя, всегда либо выполняя взятые на себя обязательства, либо погибая в попытке это сделать. Если они согласятся на ваш контракт, то возможны два варианта — твои бойцы станут лучшими солдатами в этой части Внешнего Кольца.

— Или погибнут, пытаясь сделать это. Я понял. — Стратус напряжённо отбил дробь кончиками пальцев, раздумывая на моими словами и неспеша с ответом. Наконец он решился. — Ладно, ты прав — я был готов довериться твоему опыту и ничего, по сути, не изменилось. Раз ты говоришь, что эти айлонцы те, кто нам нужен — я поверю твоим словам. Хоть и жаль, что ты отказался. Уверен, поделись ты хоть крупицей своего опыта, и мои парни стали бы грозой не то что Внешнего Кольца — всей галактики!

Это явно была шутка, призванная разрядить атмосферу, но я не смеялся.

— Для нас обоих будет лучше, если этого никто никогда не узнает.

***

Звёздная дата — 950:05:14 от Руусанской Реформации. Регион Колоний. Сектор Квеллор. Боевая станция на орбите Кейто-Неймодии.

***

— Рад, что вы так быстро откликнулись на наш зов, уважаемый Тэнно. — из-за особенности речевого аппарата неймодианцев для человеческого уха их речь воспринималась крайне гнусавой, но при этом правильной. Крайне раздражающее сочетание. — Совет Торговой Федерации весьма высоко оценил ваши навыки, как и послужной список. Именно поэтому вы сейчас здесь.

— В переписке вы ссылалась на необходимость личной встречи. Я слушаю.

Разговаривать с эти инородцем было почти также тяжело, как и с любым из юстициаров Корпуса. В обоих случаях ты понимаешь, что сидящий напротив разумный ни в кредит тебя не ставит, хоть и пытается держать на лице вежливую маску делового безразличия, но при этом отчаянно хочет использовать для достижения своих целей. Желательно с доплатой, но в самом крайнем случае можно и за так.

— Разумеется. Должен отметить, что информация, который мы располагаем, крайне конфиденциальна и её распространение, за озвученный нами круг лиц — недопустимо. Как и информирование любого...

Я ничего не ответил, продолжая сверлить всё сильнее нервничающего экзота взглядом, представляя на его покатом, морщинистом лбу тонкий линии перекрестья прицела. Приём старый, не слишком надёжный и уже тем более вежливый, но с торгашами работающий почти безотказно.

— Кхм-кхм... Так вот, касательно вышей цели. Вам что-нибудь известно о человеке по имени Яко Старк?

Глава 15

Звёздная дата — 950:04:12 от Руусанской Реформации. Внешнее Кольцо. Квадрат М-18. Сектор Сесвенна. Система Эриаду. Планета Эриаду. Эриаду-Сити. Апартаменты класса люкс "Скаймолл". Пентхаус.

***

— А вот и я! — короткий писк открывающегося турбо-лифта моментально потонул в громком, задорном восклицании. — Прошу любить, холить, всячески лелеять, ну и по ходу этого дела засунуть свои жалобы поглубже в задницу, господа хорошие!

В просторные апартаменты, щедро предоставленные нанимателем на весь период ожидания, вломилась, иначе и не скажешь, цель моего прибытия и, очевидно, будущая головная боль.

Выглядела эта гора проблем броско: высокий, рыжеволосый, крепко сложенный мужчина "чуть за тридцать", на выразительном лице которого играла, судя по едва заметным морщинкам в уголках губ, навечно въевшаяся туда саркастично-дерзкая усмешка. Одет он был в потрёпанный, но явно отнюдь не дешёвый, длинный, жёлтый плащ, из под полы которого выпирали сразу несколько рукояток бластерных пистолетов.

Хоть и было очевидно, что основная огневая мощь обеспечивалась отнюдь не ими, но приличным отрядом поддержки, на сканере насчитывавшим никак неменьше тридцати разумных, что прямо сейчас медленно растекались по пентхаус, без особых изяществ беря всех присутствующих в плотное кольцо.

Вошедшее сборище оказалось весьма разномастным. Причём не только в плане вооружения и комплектования по типу "кто во что горазд", но и по расовой принадлежности: ботаны, дуросы, зелтроны, твилеки, один бим, несколько людей и близких им подвидов.

Разношёрстная компания.

С первого взгляда было понятно, что передо мной не организация, но банда. Да, судя по тому, что я, с посильной помощью Ордиса, успел узнать, банда, не побоюсь этого слова, галактических масштабов, но всё ещё весьма разрозненное и аморфное сборище единоличников и авантюристов, удерживаемое вместе лишь большими деньгами и харизматичным, сильным лидером.

В роли последнего как раз и выступал объект моего текущего задания, более известный на просторах Внешнего Кольца, а теперь уже и почти всей галактики, под именем Яко Старк.

Частный предприниматель, капитан собственного торгового флота, насчитывающего, в общей сложности, аж сто тридцать семь кораблей разной тоннажности, габаритов и моделей (и это только по официальным данным), меценат, благотворитель и просто друг рабочего класса. На поверку же — пират, контрабандист и, с недавних пор, аферист. Хотя масштаб аферы производил определённое впечатление. Даже на меня. Особенно на меня.

Всё таки мне до сих пор было сложно привыкнуть к тому, какими огромными числами привыкли оперировать разумные в этой галактике, когда говорят о чём-то, в их понимании, действительно грандиозном.

Пока я размышлял над мерностями и их различиями, Старк, не теряя времени даром, уже во всю знакомился с расположившимися здесь разумными.

Да, я был далеко не единственным наёмником, которого "приквартировали" в помощники этому явно излишне амбициозному контрабандисту. Но, вероятно, единственным, кто понимал происходящее если не в полном, то в достаточном объёме, что бы на его основе строить долгоиграющие планы.

— Ох, задери меня ранкор, Лекстур, почему ты не сказал, что среди нас дама! — в определённый момент очередь знакомства дошла и до меня.

Что же касается реплики Старка, то объяснить её было максимально просто. Учитывая специфику предстоящей работы, я подобрал на дело наиболее компетентного, по моему мнению, варфрейма, чьи способности идеально подходили для предстоящей миссии. И да, особь-основа фрейма, как несложно догадаться, была женской.

— Леди, пусть ваше лицо пока ещё скрыто от меня, но даже то что доступно глазу ясно даёт понять, что передо мной редкой красоты цветок... — Регуляторы — многозарядные револьверы — величественное оружие фрейма, активировались мгновенно. Никто из находившихся рядом ещё даже не успел осознать, что именно происходит, как пять спаренных залпов, произведённых почти одномоментно, пробили одно из дальних бронированных окон пентхауса, жадно вгрызаясь в крохотный корпус зависшего над балконом дрона, что спустя сотые доли секунды беспомощно рухнул на пол апартаментов, оглашая округу тихим треском перебитых контактов. — С острыми как бритва шипами.

Старк, стоит отдать ему должное, почти моментально осознал суть происходящего. Никакой паники, никаких лишних движений, пара жестов и десятки нацеленных на нас бластеров послушно опускают дула в пол, пока небольшая группа наймитов отделяется от общей кучи и идёт к подстреленной мною пташке.

— Знаете, когда мне рассказали о вашей репутации, я почти сразу поверил. — улыбка на лице пирата стала шире. — Никогда не слышал, чтобы эти скряги из Торговой Федерации признавали хоть какую бы то ни было цену полностью оправданной. Даже если она в десять раз ниже рыночной! Но стоило зайти разговору о вашей славной компании, как эти резиномордые барыги даже почти не торговались, представляете?! А это уже заявка на высшую лигу. Причём громкая! — рыжеволосый мужчина, никого не стесняясь, рухнул в кресло напротив, закидывая ногу на ногу. — А я люблю, когда меня окружают неординарные разумные. Это держит в напряжении, заставляет всё время быть в тонусе. В толпе посредственностей слишком уж легко раствориться, но вот среди матёрых нексу — злых, голодных до крови и драки, — улыбка на лице мужчины чуть поблекла, впервые за всё время этого странного монолога обнажая оценивающий взгляд холодных карих глаз. — Тут, скажу я вам, нужно всегда доказывать им, но в первую очередь самому себе, кто тут по-настоящему всем заправляет. Тем интереснее встретить кого-то, вроде вас, мисс... Вакуум мне в трюм! Я ведь так и не спросил ваше имя!

— Миса. — изменённые связки делают звучание голоса фрейма тяжёлым, отрешённым, почти безразличным, но даже им не скрыть ту хищную бездну бесконечной, холодной ярости, что до поры тихо дремала под цельнометаллической оболочкой.

Факт подобного маскарада воспринимался обыденно. Даже в Изначальной Системе, где о Тэнно знали все, мы во всю пользовались этим трюком, то и дело меняя фреймов, их голоса, внешность и даже моторику движений, порой выдавая одну и ту же особь за две разных. Всё для того чтобы потенциальным противникам было почти невозможно понять нашу истинную численность. Изменённые Заражением тела были весьма пластичны для поверхностных модернизаций, а цефалоны без каких-либо проблем могли рассчитать новые модели поведения буквально за секунды, предоставляя идеальный фундамент и прикрытие для подобного рода обманок. Ведь если в подделку внешности поверить легко, то в кардинально изменившиеся повадки, привычки и даже манеру движений непосвящённому и неподготовленному разумному уверовать с ходу почти невозможно.

В остальном же мужские и женские особи варфреймов мало чем отличались друг от друга. Первичных половых органов, как и детородной системы в целом, у них не было. Всё это удалялось ещё на первых этапах преобразования ради безопасности и по причине банальной ненадобности. Золотые Тираны хотели себе идеальное оружие, которому должны были быть чужды любые другие цели, кроме безоговорочного служения им. Так что "пол" фреймов определялся исключительно по их комплекции и сохраняющимся вторичным половым признакам, в тех случаях, когда Бездна, аугментации и техноцит вообще позволяли различить в переплетении стали и плоти хоть что-то человеческое.

Впрочем, это не значит, что фреймы, потенциально, не были способны породить новую жизнь. Но этой истории явно пока не время появляться на свет из тëмных недр забвения.

— Миса. — повторил Старк, словно бы пробуя звучание слова на вкус. — Ëмко и предельно коротко. Мне нравится! А вот вам, вижу, моё внимание претит. Жаль-жаль. Но у нас будет ещё куча времени, чтобы пробить эту стену из льда и недопонимания. А пока... Что там с этим дроном?! Неужели меня опять пытались прикончить?!

— Не похоже, босс! — мужчина-бим, до того внимательно осматривавший корпус устройства, покачал головой. — Ни пушек, ни взрывчатки. Это явно шпион, но понять чей именно едва ли выйдет. Такие игрушки могут ловить сигнал за пару километров, а вычислить его без спец-оборудования — затея гиблая. Тем более что наш неизвестный любитель греть уши явно смотал удочки сразу, как только понял, что его игрушку заметили.

— Ну и чёрт с ним тогда! Обесточь и сдай техникам по возвращении на базу. Может они что найдут. А пока что я предлагаю нам всем отпраздновать этот день и эту встречу! Если не судьбоносную, то уж точно приятную!

Раздавшийся довольный гул десяток глоток явно обозначил позицию большинства присуствующих.

Принимать участие в предстоящей пьянке мне резона не было, но и отходить от цели далеко могло быть чревато нежелательными на текущий момент последствиями. Защитные способности Мисы действовали в довольно ограниченном радиусе. Так что придётся терпеть и ждать, пока объект сам не сменит дислокацию. Впрочем...

Взгляд окуляров фрейма упал аккурат на рабочий комлинк одного из наëмников, пришедших со Старком.

Это не значит, что мне нечем будет заняться.

***

Эриаду-Сити. "Скаймол". Рабочий кабинет. Четыре часа спустя.

***

— А гулянка-то удалась! — Яко, в присущей ему манере, занял место во главе стола, уже успев умостить сапоги на его гладкую, полированную поверхность. — Хотя до наших загулов на Зелтроне всё равно не дотягивает, а Лекстур! Лекстур? Ну, чего ты стоишь там и трясёшься, как разжиревший сенатор над очередным распиленным грантом? Сядь, налей себе чего-нибудь! У нас праздник в конце концов! Пополнение!

— Против которого я выступал уже не раз, ага. — крепкий, зеленокожий твилек едва подавил отчаянное желание зло сплюнуть прямо на белоснежный ковёр из шкуры какой-то зверюги, но в последний момент сдержался. Не из-за врождённой вежливости, просто он знал, что именно этого сидящая перед ним рыжеволосая задница сарлака и добивается. — Ты же не хуже меня знаешь, что те подонки внизу, что прямо сейчас пьют и жрут за наш счёт, будут работать не на тебя или синдикат, нет! Им платят барыги из неймодианского торгового сектора и хрена лысого у нас получится перебить предложенный ими ценник. А значит у нас прямо под брюхом нарисовался термальный детонатор, пульт от которого находится в потных ручонках обсосов из Торговой Федерации, мать твою! А ты ещё спрашиваешь, чего я трясусь?!

Последние слова твилек буквально прорычал, облокотившись руками на стол и возвышаясь над всё также беспечно развалившемся в кресле боссом почти на три головы.

— И за последний месяц я так и не услышал от тебя, Яко, какого хрена!? Почему ты позволил этим торгашам заправлять тут, как у себя дома?! Что вообще происходит, а?!

— Всё сказал? — спокойный тон главаря подействовал на пирата как холодный душ. — Или хочешь ещё поорать? Если так, то валяй.

— Яко...

— Нет, я серьёзно. Кричи, скандаль, сломай что-нибудь. Развлекайся в своё удовольствие, всё равно за всё платят резиномордные.

— Погодь, так это не ты...

— Оплатил мразям и швали всех мастей одно из самых понтовых мест на всей Эриаде? — Старк не шибко играл голосом, но слегка вздёрнутая бровь и холодный блеск тёмных глаз говорили сами за себя. — Нет, Лекстур. Увы, но нет. Даже имей я все деньги мира, так глупо выбрасывать их на ветер мне не позволила бы врождённая жадность. В конце концов, их всегда можно просто сжечь — толку будет больше.

— Тогда зачем?

— Потому что в этом латке с банта-пуду сверкает настоящий бриллиант, мой друг. Который стоит всех затраченных на него сил и средств.

— Ты о той бронированной цыпе? Да брось, только не говори мне, что ты всё это затеял, что бы завалить в койку какую-то там мандалорку!

— Лекстур, Лекстур, Лекстур, Лекстур. — в руках Старка, словно по волшебству, появилась ароматная сигара, извлечённая им из одного из ящиков стола. — Скажи, я что, — резкий росчерк ионного прикуривателя на миг исказил черты лица рыжеволосого пирата, обрамив их хищной вуалью теней. — Похож на какого-то идиота?

А вот теперь шутки кончились. Он давно уже ходил под Яко и знал, когда тот придуривается, пытаясь вывеси собеседника из себя, а когда говорит серьёзно. По крайней мере думал, что знал, но босс из раза в раз доказывал обратное. Но сейчас глава одного из самых влиятельных преступных синдикатов Внешнего Кольца был предельно собран. И это пугало.

В прошлый раз, когда он сидел перед ним с таким лицом, то излагал безумный, почти самоубийственный план, по результатам которого они могли как несметно обогатиться, так и попасть во все мыслимые чёрные списки по всей этой грёбанной галактике.

Замысел был безумный, но он выгорел. Пусть и пришлось слегка прогнуться под грёбанных торгашей, отстегнув им нехилый процент, но вся эта хрень с бактой реально сработала. Они взорвали завод выращивающий алажи, искусственно создали дефицит на рынке и после, под прикрытием "налётов", сливали поставляемый Торговой Федерацией товар с ПЯТИКРАТНОЙ наценкой. И всё это под благодарные выкрики и чуть ли не салюты в их честь! Ведь рыночная цена даже простого бакта-пластыря подскочила раз в восемь от старой, и это ведь был ещё далеко не предел.

В Регионах Экспансии и Внутренних Кольцах ситуация была заметно лучше, всё же богачи имели свои запасы лекарств и пару частных производств, что пусть и не полностью, но покрывали дефицит. Но начиная со Среднего Кольца дела становились всё хуже. Бакта была нужна всем: бандитам, фермерам, торгашам, рабам и их хозяевам — все они болели, получали раны и все хотели жить. Вот только основные производственные мощности корпорации "Ксукфра" лежали в руинах и быстро восстановить их, без фантастических вложений, едва ли было возможно, из-за чего простор для спекуляций тем, кто нужными ресурсами обладал, представлялся огромный.

За какие-то полгода "Коммерческий синдикат Старка" стал главной силой во Внешнем Кольце. Торгаши, банды, наёмники, пираты, наёмные убийцы и даже правительства целых планет шли к ним на поклон, едва ли не в ногах ползали, лишь бы выпросить себе пару тонн так нужной целебной жижи. И Старк щедро делился ей, попутно рисуя в массах яркий образ героя, народного защитника и мстителя, благодаря которому их вербовочные центры буквально ломились от толп желающих, обеспечивая постоянны приток верного и мотивированного мяса.

Власть, деньги, оружие, армия, корабли — у них было, мать его, всё! Но эти треклятые неймодианцкие утырки! Лекстур не доверил бы им даже сломанный республиканский чип на одну кредитку, что уж тут говорить о сделке на многие миллиарды? Матёрому головорезу всё никак не давала покоя мысль, с чего бы это прожжённым барыгам, готовым и родную маму за аэродиумный слиток в рабство продать, сливать им столько товара, пусть даже за нехилый такой процент?

Нет, с одной стороны-то тема верная. Начни Торговая Федерация вываливать свои запасы на свободный рынок, то цены неминуемо бы пошатнулись, не говоря уже о том, сколько врагов бы нажили себе торгаши на просторах Внешнего Кольца своей монополией. Недовольство быстро бы сменилось ненавистью, а та переросла бы уже в настоящие налёты, что означало бы неминуемы потери. Ну и попутно неймодианцам пришлось бы объясняться перед Сенатом, откуда у них вообще взялись такие запасы бакты аккурат перед самым терактом.

На лицо явная игра в долгую, причём почти без рисков. Бабло торгаши всё равно гребут лопатами, при этом во всю скандируя перед Сенатом Республики о том, какие они бедные-несчастные и как их тут все обижают. Вроде как даже на этой волне всё пытаются протолкнуть закон о возможности устанавливать на свои бублики не только скорострельные пукалки, но и что-то посерьёзнее. Хотя те и так вооружены до зубов, но сколько же кредиток они начнут экономить, если их флоту не придётся башлять чиновникам и таможенникам откупные за то, чтобы те "не замечали" пару десятков тяжёлых бластерных пушек по всему корпусу трёхкилометровых кораблей. Неудивительно что их в очередной раз послали прямиком в Глубокое Ядро. Кому вообще захочется терять такую сочную кормушку?

Но это всё лирика, ведь, как не крути, у Торговой Федерации были и есть десятки иных способов сбывать свой товар с куда большим выхлопом и в разы меньшим гемором, при этом не создавая самой себе конкурента на фронтире. И пусть его звездолёт при следующем прыжке окажется прямиком в недрах чёрной дыры, если эти резиномордые ублюдки об этом не знали. Да у них информационная сеть такая, что вся Республика со всеми их ретрансляторами Голо-Нета просто тихо идёт мимо, стараясь не отсвечивать, чтоб не засмеяли. Тысячи кораблей по всей галактике и каждый, каждый, мать их, несёт на борту дорогущее оборудование для пеленга и передачи сигнала, образуя, в сумме, независимую, закрытую сеть, пользоваться которой могут только члены Торговой Федерации. Это ли не сила?

Но они всё равно предпочли связаться со Старком. Поддержали его авантюру, дали денег и ресурсов на первое время, снабдили синдикат оружием и кораблями, продолжая исправно сливать им бакту на подставных корытах ради... чего?

Тут Лекстур чувствовал, что пасовал. Ну не его эта была стезя. Все эти хитрые комбы, многоходовочки, интриги. Он был неплохим контрабандистом и лихим головорезом, в меру сметливым и хитровывернутым, плюс давно уже варился в кругу Старка, так что успел у того малость поднахвататься кой-чего, но творящееся сейчас во Внешнем Кольце явно выходило за рамки его компетенции. Всё что он понимал — намечается что-то крупное, прям огромное и смердящее при этом, как говно банты, и лучше бы ему быть подальше, когда это "что-то" наконец произойдёт.

— Нет, босс. — опустив глаза в пол, твилек постарался, чтобы его голос звучал ровно. — Вообще не похож. Просто я ни хрена уже не понимаю, вот и...

— Так тебе и не надо, Лекстур. Поверь, всё что тебе нужно знать, я обязательно скажу. В своё время. А пока что просто расслабься, сходи выпей чего-нибудь, накурись. Используй оставшееся свободное время с толком, ведь через две недели мне нужно, чтобы ты был свеж, бодр и во все оружии.

— Для чего конкретно? — инородец почувствовал, как немеют кончики его лек, не предвещая ничего хорошего.

— К нам уже на всех порах мчаться представители Сената Республики, обсудить условия мира и спокойствия на фронтире. И если переговоры пройдут как надо, очень скоро на карте галактики появится новое независимое государство — Доминион Старка! Отлично звучит, неправда ли?

— Д-да, босс. — Лекстур тяжело сглотнул застрявший в горле ком. — И в правду звучит... многообещающе.

_____________________________________________________________________________________________

Для тех же кто не намерен долго ждать проды — в примечании, рядом с аннотацией, есть ссылка на мой Бусти, там Глав больше и выходят они чаще ^-^!