Чужая невеста герцога

ПРОЛОГ

Рэйланд

Наконец со всеми хлопотами было покончено. Годы поисков, годы пустых надежд подошли к концу, и он мог позволить себе вздохнуть спокойно. Рэйланд еще раз с недоверием взглянул на бумаги в своей руке: витиеватая подпись отца Палетты украшала нижнюю часть документа и однозначно не собиралась никуда исчезать. Зачем-то потер ее пальцем, но чернила лежали плотно, уже впитавшись в бумагу. Что ж... что написано пером, не вырубишь топором, не так ли говорят в народе?

— Свадьба?! — переходя практически на ультразвук, в кабинет ввалилась Гвендолин. — Ты понимаешь, что творишь, мелкий ты негодник? — пыхтя как паровоз и подбирая целый ворох юбок, женщина плюхнулась в ближайшее кресло и воззрилась на него со всем свойственным ей негодованием.

Рэйланд даже улыбнулся, разглядывая ее раскрасневшиеся щеки.

— Ты сама сватала мне целый табор невест, чем же эта не угодила? — не без лукавства спросил он, глядя на свою уже немолодую тетку, которая только и делала, что совала нос в его дела. Однако, стоит отдать ей должное, делала это с таким непринужденным видом, будто она совсем ни при чем.

— Я?! — Гвендолин чуть не задохнулась от возмущения.

Ах да, он же еще не сказал ей, что раскусил ее затею с тайным сватовством, но теперь уже ничего не поделать.

— Не волнуйся, Джоул прекрасно посетил все эти мероприятия от моего лица. Так что, боюсь, совсем скоро к тебе придут разъяренные родственники всех незамужних дам нашего королевства! — ласковым голосом проговорил Рэй, наблюдая, как глаза тетушки с каждым его словом становятся все круглее и круглее.

Смотрелось все это еще более комично от того, что сама тетушка имела и без того круглое лицо, а в придачу — ежедневно подпитываемую пирожными и стремящуюся к идеальному шару фигуру.

— Ты... ах, ты!

Приличных слов у Гвендолин явно не нашлось, и она, насупившись, отвернулась к двери, чем вызвала у Рэйланда очередную улыбку.

Честное слово, будто это я ее опекун, а не наоборот!

— И все равно разорви этот контракт сейчас же! — женщина вернулась в боевое расположение духа. — Мало того, что тебе придется жениться на этой серой мыши, так еще и оплатить долги всех ее родственничков! Никак в толк не возьму, зачем ты на такое согласился, — она театрально схватилась за сердце, помолчала пару мгновений, ожидая реакции.

Таковой не последовало, поэтому Гвендолин приняла поспешное решение продолжить свою речь. Видимо, все же торопилась успеть с нравоучениями, пока нерадивый племянничек не вздумал в очередной раз ей перечить.

— Дай мне эту бумажку, я ее сама на кусочки порву!

— Я знал, что так будет. Именно поэтому договор скреплен магической печатью. Тетушка, смирись, но, хочешь ты того или нет, эта свадьба состоится.

Он заботливо налил ей прохладной воды из графина. Гвендолин картинно закатила глаза и в три глотка осушила стакан.

— Вот доведешь меня до могилы. Не премину рассказать твоей матери, что я померла из-за твоих выходок!

— Уж будь добра, расскажи. Но ты так пышешь здоровьем, что встретитесь вы совсем не скоро, чему я несказанно рад. А теперь прошу тебя поторопиться и организовать лучший банкет во всем Равнинном королевстве. Уже завтра я и Палетта проведем церемонию бракосочетания.

Он аккуратно поднял тетку с кресла и, мягко подталкивая ее под руки, вывел из кабинета.

Когда дверь за Гвендолин, увлеченной уже новой проблемой, закрылась, Рэй сделал глубокий вдох. Хоть он и тепло любил ее, несмотря на все явные и неявные недостатки, справляться с ней с каждым годом становилось все тяжелее.

— Палетту, конечно, жаль, — Джоул появился в углу комнаты абсолютно неожиданно.

Ох, эта его привычка возникать в любом месте и в любое время! Рэйланд устало потер глаза.

— Ну вот что ты ее жалеешь? Я далеко не урод, со статусом. Опять же, все долги ее семьи будут полностью оплачены, еще и сверху им достанется. Неужто такая каторга — выйти замуж за одного из самых завидных холостяков? Если бы не эта сделка, не уверен, что ее вообще кто-нибудь бы заметил, — он с укором воззрился на лучшего друга.

— Прошу извинить мое невежество, о добродетельный господин, — усмехнулся в рыжие усы Джоул. — Даже не знаю, Рэй. Затея, конечно, смелая, но чует мое сердце: так легко это все не пройдет.

— Я все предусмотрел. Никаких осечек нет и быть не может.

— Обычно после таких слов все и идет наперекосяк, — парень вытянул ноги на журнальный столик. — По бокальчику? Проводим, так сказать, твое холостяцкое прошлое!

— Можно, — Рэйланд откупорил новую бутылку виски.

Вот он, последний вечер перед долгожданной встречей с его новой жизнью. Но отчего на сердце действительно неспокойно? То ли прав Джоул и есть что-то, о чем он заранее не подумал, то ли все же это пустые переживания.

Нет, завтра все должно пройти четко по плану. Иначе быть просто не может.

ГЛАВА 1

Палетта

Глаза совсем не хотели открываться, но яркий солнечный свет пробивался даже через закрытые веки. В голове ужасно гудело.

Боги, неужели мы вчера так затусили в баре? Вроде даже до шотов не дошли, а чувствую себя ужасно разбитой.

Я с трудом оторвала голову от подушки и, свесив ноги с кровати, лениво пошевелила стопами в поисках домашних тапок. Тапки не нашлись, зато нашелся кто-то большой и мягкий.

— Что за…?!

Сон как рукой сняло, и я удивленно уставилась на огромный пушистый ковер, очень удачно расположившийся прямо под моими ступнями и теперь приятно щекотавший кожу. Вот только ковра у меня никогда не было. А уж тем более не было лепнины на потолке, балдахина над поистине громадной кроватью (да и кровать моя, честно говоря, была куда более скромных размеров). И позолоченных ручек на вычурном комоде не было тоже.

Может, я в поиске веселья зарулила не домой, а куда-то… куда? Разве что в Эрмитаж!

Не припомню, чтобы там стояли кровати, но обстановка в целом очень напоминала Зимний дворец. Не хватало только пары статуй без рук и смотрителя зала, сверлящего меня взглядом.

— Ладно, будем разбираться со всем по порядку, — я, кряхтя, слезла со взбитых перин.

Ну не кровать, а мечта принцессы на горошине!

— Так… зубы, вода, аспирин. Начнем с простого. Что-то похожее наверняка есть в этом дурацком дворце, иначе как они вообще живут эту жизнь…

Пока я ворчала себе под нос и пыталась найти вход в ванную, дверь в спальню распахнулась. В комнату влетела юная девица, на вид чуть младше меня, с улыбкой на пол-лица.

— Госпожа, вы проснулись! Поистине чудесное утро!

Она закружилась между сверкающим от позолоты трюмо и шкафом, то доставая какие-то наряды, то в суматохе расставляя рядом с зеркалом баночки и скляночки разных форм и размеров. Мой мозг окончательно отказался воспринимать все происходящее как реальность и, по-моему, уже просто отстраненно наблюдал за ее манипуляциями.

— Ээм… вы меня, конечно, извините… но что за ерунда здесь происходит?!

— Госпожа! — она даже попыталась топнуть своей маленькой ножкой. — Не время для шуток, сегодня важный день! Матушка уже совсем скоро придет вас проведать, а вы еще даже сон не смыли.

Она укорительно указала на мое лицо.

Да если бы я нашла, где умыться, я бы не только сон — я бы вообще все это непонятное видение смыла!

Видя мое замешательство и то и дело вздыхая, девушка повела меня в одну из соседних комнат.

Ура!

Ванная нашлась — и даже выглядела вполне реально, за исключением все тех же дизайнерских решений, которые весь дом делали похожим на музей.

— Ладно, будем считать, что все это просто похмельный сон, — я с удовольствием плеснула в лицо прохладной водой. Жить сразу стало чуть легче.

Когда минут через десять я вернулась в комнату, девчушка оглядела меня с ног до головы и увела обратно, усадив в горячую пенную ванну.

— Вам нужно привести себя в порядок! Свадьба все ж таки, хоть и без любви, — увещевала она, натирая меня какими-то благовониями.

— У кого?

Я слушала ее бормотание достаточно вяло, разомлев в теплой воде и заработав головокружение от кучи запахов, которые обрушились на меня, как только она открыла склянки.

— Так у вас же! Не говорите только, что передумали. Господин уже подписал, нельзя отказываться.

Она все щебетала и щебетала над ухом, а у меня в голове в это время со скрипом заработали шестеренки.

Какая, к черту, свадьба?! У меня? С кем?! Они тут все с ума посходили? Да ни в жизнь я ни за кого замуж не собираюсь. Подавятся пусть своим замужеством.

— Стоп, стоп, стоп! — я повысила голос, перебивая ее очередные восхищения предстоящим днем.

— Вам что-то нужно? Вода остыла? Сейчас долью.

— Да бог с ней, с водой, — я вылезла из ванны, стирая с себя полотенцем остатки пены. — Не знаю, что у вас тут происходит и о какой свадьбе ты трещишь не умолкая, но я к этому точно отношения не имею. Чтоб я согласилась выйти замуж? Да ни в жизнь!

Она побледнела, продолжая нарезать вокруг меня круги и пытаясь усадить обратно. Уже не обращая на нее внимания, я завернулась в полотенце и отправилась обратно в спальню.

Надо одеваться и сваливать из этого дурдома. Иначе и правда замуж выдадут — с них станется.

Однако в спальне меня поджидал сюрприз. Хотелось бы сказать, что приятный, но, увы, все было с точностью наоборот.

— Палетта!

Сухонькая женщина средних лет с сияющим лицом кинулась меня обнимать.

— Милая, почему ты в неглиже? А если Рэйланд бы зашел тебя проведать?

В конце каждой фразы она с нажимом повышала голос, от чего вся ее речь звучала угрожающе-удивленно.

Кто вы, вашу же мать?.. И кто такой этот ваш Рэйланд? И уж если бы он сюда зашел, ему бы мое «неглиже» однозначно понравилось больше, чем вам.

Хотелось высказать это прямо на месте, но что-то меня остановило. После секундной паузы, в которую я напряженно пыталась понять, что же меня смущает, причина все-таки обнаружилась.

Палетта! Почему она меня так назвала?!

— Палетта? — я вопросительно повторила за ней.

— Дочка, ну что за игры! Ты уже давно должна быть собрана и готова выезжать, а вместо дела начинаешь переговариваться. Это на тебя так не похоже!

Она крепко взяла меня за плечи и усадила перед зеркалом.

— Посмотри на себя. Ну что за красавица выросла. Не удивительно, что Рэйланд положил на тебя глаз!

Так-так. А девчонка-то говорила, что без любви. Ах, «матушка», врете и не краснеете.

Из зеркала на меня смотрела привычная я, только чуть худее и бледнее, чем обычно. Спорить про красавицу было бы абсурдно — внешность моя мне всегда нравилась, но, конечно, кожа видала времена и получше.

Железная хватка названной «матушки» держала меня крепко, поэтому я молча сидела и наблюдала, как подоспевшая из ванной уже знакомая мне девчушка ловко вплетает цветы в мои волосы и укладывает их в замысловатую прическу. Макияж, видимо, под стать событию, был выбран натуральный, но, как мне показалось, только добавил лицу бледности.

Напоследок, чтобы я уж точно не сбежала, а если и попыталась, то запуталась бы в куче юбок, меня чуть ли не силком впихнули в пышное свадебное платье.

— Мммхххымх…

Кажется, последний воздух вышел из легких, когда эти двое затянули на мне корсет.

Изверги!

Мои мучительницы вышли из комнаты, но звук поворачивающегося в замочной скважине ключа накрыл план побега медным тазом. Я упала на кровать в надежде, что в горизонтальном положении давление от корсета хоть немного ослабнет. Мозг отказывался работать без кислорода, а эти бесконечные завязки пережали мне все на свете.

— То ли крыша свистит у меня, то ли у них… — я пыталась уложить в голове происходящее. — Сбежать сейчас точно не выйдет. Остается надеяться, что жених окажется нормальным и сразу поймет, что вовсе я не его невеста. Тут-то мы и разойдемся, как в море корабли! Но с макияжем, конечно, нужно что-то делать…

Совесть просто не позволяла мне выйти из этой комнаты с видом блеклой моли, а такой макияж только еще больше подчеркивал следы веселой ночи — синяки под глазами.

Нет, это недоразумение требовало исправления. Срочно и безоговорочно.

Не долго думая, я добавила к образу легкие растушеванные стрелки, румянца на щеки и, провозившись без малого минут пятнадцать с помадой, наконец добилась эффекта зацелованных губ.

— Так-то лучше.

Я внимательно оглядела себя в зеркале. Бело-молочное платье с корсетом, расшитым серебряными нитями, сидело как влитое. Цветы придавали прическе изысканность, а обновленный макияж однозначно добавил образу необходимого цвета.

Если уж и быть липовой невестой в этом нелепом розыгрыше, то и выглядеть нужно соответствующе.

Однако с каждой проведенной здесь минутой вера в то, что это чей-то глупый розыгрыш, становилась все призрачнее. Последние сомнения улетучились, когда в подготовленном экипаже, что ожидал у входа в дом, оказались не обычные лошади, а самые настоящие пегасы.

ПЕГАСЫ!

От того чтобы рухнуть в обморок прямо на ступеньках меня удержали только каркасы бесчисленных юбок. Казалось, даже если оторвать обе ноги от земли, юбки без труда выдержат на себе весь мой вес и даже не шелохнутся.

На негнущихся ногах я дошла до кареты и позволила помочь мне в нее забраться.

Не может быть, чтобы все это было правдой! Ладно, свадьба. Но лошади с крыльями? Серьезно?!

Мне подурнело еще больше, когда с легким толчком экипаж поднялся в воздух. Я самолеты-то не очень жалую, а тут… такое.

Неужели мне это не снится? Тогда кто такая эта Палетта, и почему я вдруг оказалась на ее месте?

Я внимательно посмотрела на «матушку» и строгого вида молчаливого мужчину, который, по моим предположениям, являлся отцом этой неизвестной мне Палетты.

Нет, ну как может быть такое, чтобы даже родители не заметили подмены? А вдруг я и есть Палетта, всегда была, а моя прежняя жизнь — всего лишь сон, вызванный предсвадебным стрессом?

Нет… все это просто какой-то бред сумасшедшего.

Я напрягла память, пытаясь вспомнить свою жизнь до сегодняшнего утра. С трудом удалось представить лишь некоторые моменты, да и то — картинки появлялись отрывками. Лица, имена, события — все это странным образом ускользало от меня.

Имя.

Я даже не могу вспомнить свое настоящее имя…

Пришлось ненадолго оставить панику, так как мы приземлились у огромного особняка — раза в три больше того, где я проснулась этим утром. Зеленый сад раскинулся чуть в стороне, а у входа уже были припаркованы десятки экипажей разного цвета, размера и вычурности.

Я даже присвистнула от всей этой роскоши, чем заработала суровый взгляд от своего нового «папы». Может, Палетту это бы и испугало, но, к счастью, я — не она.

Пфф, да хоть обсмотритесь на меня.

— Что ж, если мне придется быть Палеттой, то вам же хуже!

Я, честно, совсем не завидовала бедному жениху, которому достанется такой подарок судьбы.

Приподняла юбки и уверенным шагом направилась к зданию.

— Да и Палетта, хоть тихоня, но далеко не дура…

Краем уха уловила голоса за дверью, мимо которой собиралась пронестись на всех порах в поисках уборной, куда меня отправили освежиться после дороги.

Так, так, так. Приватные разговоры — то, что нужно.

Я огляделась и, сделав скучающий вид, прильнула к косяку.

— …плохая затея, а теперь убеждаешь, что все получится?

Начало фразы мне не удалось расслышать — видимо, в тот момент говоривший находился далеко от двери. Собеседники еще немного попререкались; судя по голосам, в комнате их было двое.

— Ну сам посуди, зачем ей эта магия? — заговорил тот, что до этого расхаживал по комнате. — Пользоваться? Так не может! Передать потомкам? Для этого надо как минимум выйти замуж, а с такой конкуренцией… ей и это не светит. А тут и от магии избавится, и замуж выйдет. Трогать я ее не буду, обижать тоже не планирую. Будет жить ни в чем не нуждаясь, и родителям еще старость обеспечит.

Так это жених…

Я чуть было не вскрикнула от неожиданности.

Подобрал бедняжку, обогрел, как же! У Палетты есть магия?! Да что же это за место такое? Избавиться? Зачем ей избавляться от магии?

Как всегда, вопросов больше, чем ответов. Как там говорила эта девчонка — отец что-то подписал? Не иначе как продал дочку этому болвану.

Ну уж нет.

Если Палетта — это все-таки я, и у меня, судя по их словам, есть магия, то просто так я ее этому придурку точно не отдам. И уж тем более замуж за этого напыщенного индюка не выйду.

Обдумывая ситуацию, в которой Палетта, то есть в данный момент — я, оказалась, я поспешно направилась дальше по коридору.

ГЛАВА 2

Рэйланд

Они уже три минуты как должны были приехать! Рэйланд мерил комнату шагами, то и дело нервно поглядывая на стрелку часов. Та, в свою очередь, неумолимо двигалась вперед, чем еще больше его раздражала.

— Не думаю, что отец Палетты даст ей сбежать, когда на нем магические обязательства. Он не хуже нас знает, что с магией шутки плохи. Да и Палетта, хоть тихоня, но далеко не дура, — спокойно рассуждал Джоул, глядя на метания своего друга.

— Только вчера ты говорил мне, что это плохая затея, а теперь убеждаешь, что все получится? — Рэй остановился лишь для того, чтобы с сомнением посмотреть на этого рыжего лиса.

— От слов своих не отказываюсь! — тут же активно запротестовал Джоул. — Затея по-прежнему ужасная. В общем итоге. Но я никогда не говорил, что церемония не состоится.

Рэйланд фыркнул. Все же ему казалось, что он улавливает осуждение в словах друга с тех самых пор, как ввязался во всю эту авантюру.

— Ну сам посуди, зачем ей эта магия? — Рэй не оставлял попыток убедить Джоула в добрых намерениях своего плана. — Пользоваться? Так не может! Передать потомкам? Для этого надо как минимум выйти замуж, а с такой конкуренцией… ей и это не светит. А тут и от магии избавится, и замуж выйдет. Трогать я ее не буду, обижать тоже не планирую. Будет жить ни в чем не нуждаясь, и родителям еще старость обеспечит.

— Ей же потом Сивилла прохода не даст. Знаешь ведь, что она на место твоей невесты давно метит.

— Сивилла никогда меня особо не интересовала, — возмутился Рэйланд и чуть погодя добавил: — в серьезных намерениях. О чем я не раз ей говорил, но разве я виноват, что она вбила себе в голову другое?

— Хвала небесам, что моя репутация оберегает меня от невест, — хохотнул Джоул.

В дверь робко постучали, и после громкого «войдите» в комнату заглянула служанка.

— Леди Палетта с семьей прибыли, все гости уже ждут церемонию в общем зале. Прикажете начинать?

— Ну наконец-то! — Рэйланд последний час только и ждал этих слов. Взъерошил пальцами волосы, прочистил горло, посмотрел на вмиг ставшего серьезным Джоула. — Начинайте! — кивнул служанке и вышел из кабинета.

Весь высший свет Равнинного королевства, казалось, собрался в их доме, чтобы посмотреть на его бракосочетание. Тетушка никогда не шутила с приемами и из любого повода раздувала настоящее событие, даже если повод приходился ей не по душе.

Где-то в зале наверняка находилась и Сивилла, которая, прав был Джоул, несомненно будет еще долго брызгать ядом. Но Рэйланду было абсолютно все равно. Со стороны можно было подумать, что он действительно хочет жениться на Палетте, хоть многие и знали, что брак совершается по расчету. Вот только никто, кроме него и Джоула, не подозревал, что помимо денег Рэя и влияния семьи Палетты на кону стоит гораздо больше...

Музыканты заиграли торжественную мелодию, гости шептались и переглядывались, ожидая выхода невесты, Рэйланд же напряженно сверлил дверь зала взглядом.

Ужасно, ужасно медленно!

И вот, когда терпение его уже было на исходе, дверь отворилась, и он на секунду даже усомнился — Палетта ли это…

Обычно блеклые волосы сейчас словно сияли и отливали медовым цветом. Ровная осанка, вздернутый подбородок, надменный, уверенный взгляд. И эти пухлые губы, которые так и приковывали его внимание. Она шла по дорожке, почти не держась за руку отца, и ее серые глаза смотрели прямо на Рэйланда.

Палетта, которая и взгляда на него не поднимала каждый раз, когда они пересекались на званых ужинах. Которая всегда отрешенно ютилась в самом углу бального зала, будто игнорируя танцующих, сейчас просто излучала самоуверенность.

Ничего себе изменения…

— Забираю назад слова про бедняжку, — удивленно прошептал ему на ухо Джоул.

— Все после, — шикнул на него Рэй, так как девушка уже поднималась на небольшое возвышение, где священник должен был узаконить их брак.

Дряхлый старичок в бело-золотой мантии дождался, пока Палетта поправит юбки, и с напевом начал произносить речь.

Рэйланд делал вид, что слушает, но на самом деле изучал лицо своей невесты.

— Согласны ли вы, Рэйланд Виктуар Гласс, взять в жены Палетту Асторию Беннет, любить, уважать и оберегать ее до конца своих дней? — вопрошая, повернулся к нему священник.

— Да, — ответил Рэй.

Старик одобрительно кивнул и обратился к Палетте.

— Согласны ли вы, Палетта Астория Беннет, взять в мужья Рэйланда Виктуара Гласса, любить, уважать и заботиться о нем до конца своих дней?

— Нет, — ответила она громко, словно бросая ему вызов.

Священник будто не услышав ее отказа, продолжил:

— Властью дан… что?

Вот и до него дошел смысл сказанного Палеттой. По залу прокатился вздох удивления.

— Палетта! — прошипел ее отец, крепко беря дочь под локоть. — Что за цирк ты устраиваешь?

— Я сказала «НЕТ», — повторила она еще громче.

Сердце Рэйланда пропустило удар, но он не показал виду, что отказ задел его чувства.

— Дорогие гости, прошу вас насладиться фуршетом, пока мы с невестой еще раз все обсудим. Кажется, Палетта слегка переволновалась, — прищурившись от едва сдерживаемой злости, он обратился к гостям. — Передаю вас в заботливые руки Гвендолин.

Натянув улыбку и ухватив Палетту за запястье, он вытащил ее в коридор. Господин Беннет с мгновенно посеревшим лицом проследовал за ними.

— Что за театр? Решила, что я мало заплатил?! — Рэй готов был взорваться от негодования. Если бы можно было принудить ее дать положительный ответ, он бы уже давно это сделал, но, к его огромнейшему сожалению, магия не сочла бы такую церемонию легитимной.

— Плевать мне сколько ты заплатил, я не собираюсь выходить за тебя замуж!

Ох уж этот надменный тон!

Если бы не отец Палетты, маячивший рядом, и не ее магия, ради которой все и затевалось, честное слово, Рэйланд придушил бы ее сейчас собственными руками.

— Мы договорились, — прорычал он, прижав ее к стене.

Оказался достаточно близко, чтобы почувствовать сладкий цветочный аромат, исходивший от ее кожи и волос.

Ни капли страха! Знает ведь, что могу стереть ее в порошок сию же секунду, но почему-то совсем не боится.

— ВЫ договорились, — она кивнула на своего отца. — Я с тобой ни о чем не договаривалась. Хочешь жениться? Женись на нем, а от меня отвали, — сделала тщетную попытку вырваться, но Рэй удержал ее без особых усилий.

— Не строй из себя дуру! Если Беннеты не выполнят условия сделки, то твоему отцу недолго удастся избегать проклятия магической печати. Не жаль папочку?

Как знал, что нужно было и с нее брать подпись под этим договором, но кто тогда мог подумать, что Палетта учудит такое?! Она казалась абсолютно смиренной. Такие выкрутасы можно было вполне ожидать от Сивиллы, но никак не от этой серой мышки.

Черт, черт, ЧЕРТ!

— Я могу идти? Раз мы, кажется, все прояснили, — она невинно захлопала ресницами. — Или стоит отдать тебе платье, чтобы ты нашел себе новую жену?! Среди гостей наверняка найдутся желающие «жить ни в чем не нуждаясь и обеспечить родителям старость». А ты, как рыцарь на белом коне, не будешь их трогать и обижать.

Ах, вот в чем дело. Подслушала разговор? Обиделась на мои слова?

— Дочка, мы дали слово и не будем его нарушать! — Рэй уже и забыл, что мистер Беннет присутствует при их разговоре. — Как бы я ни хотел это признавать, но без Рэйланда нам грозит разорение. Поверь мне, для такого рода, как наш, быть в долгах — смерти подобно. А если не исполним договор… он прав, рано или поздно магия печати сживет меня со свету. Кто знает, может, и вас всех вместе со мной. С магией никогда нельзя быть уверенным наверняка, — голос его звучал устало, будто вся тяжесть этого мира сейчас навалилась на его плечи.

Все трое молчали.

— Ты и я, — она первой нарушила напряженную тишину и уперлась пальчиком Рэю в грудь. — Я хочу обсудить детали сделки еще раз. Наедине.

Последнее уточнение явно относилось к мистеру Беннету, который всем своим видом выказывал желание последовать за ними сейчас хоть на край света, но ни в коем случае не оставлять один на один.

Что-то внутри сжалось от ее прикосновения. Рэйланд перестал прижимать Палетту к стене и в очередной раз взъерошил пятерней волосы.

— Дамы вперед, — галантно указал ей в сторону кабинета, надеясь лишь на то, что свадьба сегодня все-таки состоится.

ГЛАВА 3

Палетта

Замуж за этого наглого богача совершенно не хотелось. Но и становиться причиной смерти Беннетов, будь они неладны, тоже перспектива так себе.

Ох, Палетта! Натворила ты дел, а мне теперь все расхлебывать… А если я до конца своих дней так и останусь в твоей шкуре, что же мне, всю жизнь прожить женой этого нахала?

Я переводила взгляд то на побледневшего и присмиревшего мистера Беннета, то на Рэйланда, который чуть ли не дышал мне в лицо, настолько был близко.

Ладно, главное — выгадать время. С остальным вполне можно разобраться и по ходу дела. Надеюсь, мне удастся найти настоящую Палетту до того, как я состарюсь и от безысходности нарожаю маленьких Рэйландов. Брр.

На удивление, Рэйланд легко согласился на повторные переговоры и провел меня к уже знакомой двери, у которой всего пару часов назад я подслушала его разговор. За дверью оказался небольшой, но уютный кабинет. Полки с книгами занимали почти все пространство у стен. У окна разместился рабочий стол, на котором педантично по стопкам были разложены бумаги. Рэй пододвинул мне большое кресло.

— Заботливо, но не наблюдательно, — я указала на пышные юбки, сидеть в которых было проблематично.

— Не думай, что твой детский шантаж удался. Я согласился на обсуждение лишь из уважения к твоей семье, — он плеснул виски в бокал.

— Разве? — я взяла бокал первой, пока он закрывал бутылку, и под недоуменный взгляд сделала пару глотков. — А мне казалось, что все дело в моей магии.

— Кажется, кто-то хорошенько погрел ушки у моего кабинета. Что ты услышала?

— Все, что мне было нужно, — блефовать, так блефовать. И не важно, что я и половины не поняла из сказанного про магию, и вообще даже не в курсе, есть ли она у меня или только у настоящей Палетты. Но раскрывать себя я не собиралась.

Рэйланд наполнил второй бокал.

— Зачем тебе моя магия? — спросила я, разглядывая корешки книг. Надеяться, что он вот так просто раскроет мне все карты, конечно, было глупо, но попытка — не пытка.

— А зачем она тебе? Ты все равно не можешь ее использовать, и никогда не сможешь, в отличие от меня. Чего ты над ней так трясешься?

— Того, что она зачем-то тебе очень сильно понадобилась. А значит, ты готов торговаться, — я улыбнулась и продолжила изучать полки.

— Палетта! — он снова подошел совсем близко. По коже от чего-то побежали мурашки.

— Рэйланд! — я обернулась и оказалась с ним лицом к лицу. Его глаза уже были немного затуманены алкоголем, но, готова поклясться, напряжение между нами было вовсе не из-за этого. — Ты нарушаешь мои личные границы!

— А ты нарушаешь наши договоренности! — он придвинулся еще ближе, если это вообще было возможно. Я вжалась в полку настолько, насколько платье позволяло это сделать, но тем не менее расстояние между нами было критически маленьким.

Что это за взгляд такой? Это однозначно брак по расчету, но в браке по расчету таких взглядов быть не должно. Нет и нет! И нравиться мне этот взгляд тоже не должен!

Дыхание обжигало, сердце колотилось как сумасшедшее. Казалось, вот-вот и оно прорвется через корсет и выпрыгнет наружу.

— Я хочу свободы, — прошептала я, когда его губы почти коснулись моих. — Забирай магию, но никакой свадьбы.

Он поднял на меня взгляд, секунду помедлил и отстранился.

Будем считать, это какое-то наваждение. Но почему тогда мне так жаль, что оно закончилось?

— Если ты забыла, то я напомню. Передача магии возможна только от матери к ребенку или от жены к мужу. Будь все так просто, мне бы и в голову не пришло на тебе жениться.

— Черт бы побрал эти ваши правила… — хотелось грязно выругаться, но я сдержалась.

— Согласен, — впервые за все время нашего короткого знакомства его губы тронула искренняя улыбка.

— Тогда поженимся через год. К чему такая спешка?

Уж за год я точно выясню, что произошло и каким образом я оказалась на месте некой Палетты Беннет, да еще и в каком-то магическом мире.

— Мы поженимся сегодня, — Рэйланд был непреклонен.

— Как вести с тобой переговоры, если ты отметаешь все предложения, даже не обдумав?

— Я давно их обдумал, и они меня не устраивают, — ответил он, то и дело поглядывая на часы. Да, видимо, счет предсвадебного ожидания шел у него в голове не то что на дни, а практически на минуты. У меня остался лишь один вариант, который я и предложила.

— Тогда дай мне месяц…

— Я уже сказал! — перебил Рэй.

— Да дослушай ты! Дай мне месяц, чтобы свыкнуться с тем, что я отдаю тебе свою магию. Не заговаривай об этом раньше срока, не пробуй отнять ее обманом. Через месяц я передам ее тебе, как и договаривались.

Если, конечно, она вообще у меня есть! Ну, а если и нет, то это уже совсем не мои проблемы. Я сделала все, что могла.

— И ты выйдешь за меня сегодня? — он недоверчиво на меня покосился.

— Да, с таким условием я выйду за тебя сегодня, Рэйланд Виктуар Гласс, — я залпом допила виски и направилась к двери, мечтая лишь о том, чтобы за этот месяц успеть разыскать настоящую Палетту и незаметно снова поменять нас местами. Рэй так и остался стоять на месте, видимо, не веря своим ушам или не доверяя моему слову. — Не тормози, пока я не передумала!

А передумать, ой, как хотелось. Но совесть бы загрызла меня сразу, как только бедным Беннетам прилетело бы по шапке от магического договора. Или магической подписи. Или печати? В общем, этой дурацкой магии, на которой все здесь поголовно помешались.

Рэйланд догнал меня в коридоре. Как раз когда из большого зала нам навстречу вырулила эффектного вида брюнетка в платье с настолько откровенным вырезом, что даже я не знала, куда деть глаза, чтобы ненароком не начать пялиться на ее грудь.

— Рэй, — она по-хозяйски взяла его под руку и снисходительно окинула меня взглядом. — Палетта, не знала, что ты умеешь разговаривать! Никогда бы не подумала, что буду так рада услышать твой прорезавшийся голосок, — на ее лице появилась омерзительно сладкая улыбочка.

Честно, у меня даже зубы свело от того, насколько наигранно и приторно выглядела сейчас эта особа. Что ж, видимо, мой публичный отказ для нее оказался очень радостным событием, а уж судя по бульдожьей хватке, она сама давно положила на Рэя глаз.

Интересно, ее магия ему не подходит? Почему не жениться на этой вот… Ай. Раз она знает меня по имени, то мы, должно быть, знакомы. Но я не имею ни малейшего понятия, как ее зовут! И у Рэя не попросить помощи, он же не знает, что я не настоящая Палетта. И не должен узнать раньше времени. Ясным кажется только одно — дружбы между нами не водилось.

— Как жаль, в мои планы не входило тебя радовать, — я улыбнулась не менее сладко. — Рэйланд?

— Да, нам уже пора. Сивилла, вернись в зал, — он высвободил руку из ее цепкой хватки, что Сивилле явно не понравилось, но перечить Рэю она не стала. Или не могла? Зато для меня, видимо, решила устроить показательное выступление.

— Тогда увидимся после всех формальностей, — она еще раз коснулась его локтя. — Не думаю, что консумация брака займет у вас много времени.

КОНСУМАЦИЯ?!

Я метнула на Рэйланда уничтожительный взгляд. Ни о какой консумации брака речи не было! И я очень, очень надеялась, что это, действительно, лишь формальности, которые нам абсолютно не обязательно соблюдать для вступления магического договора в силу. Он лишь ухмыльнулся, глядя на мою реакцию, и уже собирался что-то ответить Сивилле, но я его опередила.

Нет уж, "дорогой"! Если у нас запланирована консумация, о которой мне никто не сказал, то так легко ты не отделаешься. Пусть она тебя хоть всю ночь ждет… Будешь страдать вместе со мной на благо формальностей и липового брака. Как там ее? Сивилла, кажется.

— Сивилла, милая! — я скопировала ее противную сладкую улыбку, не без труда отцепляя ее от локтя Рэйланда. — Убери руки от моего без пяти минут мужа. И я бы не советовала тебе тратить время впустую… эту ночь, как, впрочем, и все последующие, Рэйланд проведет в более приятном месте, — я сделала небольшую паузу, наслаждаясь выражением ее лица, и, приблизившись прямо к ее уху, прошептала: — в моей постели.

Мне даже страшно было представить, какие чувства бушевали в тот момент внутри Сивиллы. Если бы взглядом можно было убивать, я бы уже пала замертво, воскресла, а потом бы еще раз умерла. И так раз десять, потому что одного моего убийства Сивилле было бы точно недостаточно.

Смотреть на Рэйланда я не рисковала, поэтому, не поднимая взгляда, одарила Сивиллу еще одной приторной улыбкой и молча направилась в зал, где все уже готовились к повтору утренней церемонии.

Рэйланд был пуленепробиваемым. Я все еще избегала встречи глазами, но его лицо никак не выдавало эмоций от нашей недавней беседы с его пассией. Он молча слушал речь священника во второй раз, а мне с каждой минутой становилось все дискомфортнее.

Боже, ну сколько еще может длиться этот монолог?

— Ваше святейшество, — я не выдержала и прервала бубнеж священника. По залу снова прокатился шепот. Рэйланд ощутимо напрягся.

Да не собираюсь я срывать свадьбу во второй раз! Расслабь булочки, муженек.

Не обращая внимания на реакцию присутствующих, я продолжила, чуть понизив голос:

— Не могли бы вы уже перейти к основной части? Мы все уже слышали вашу чудесную речь утром, гости устали, а мне до невозможности хочется снять это платье, — глядя на его округлившиеся глаза и розовеющие от смущения щеки, я поспешила добавить: — корсет очень давит!

— Что же… — священник вопросительно посмотрел на Рэя. Тот кивнул, но все еще буравил меня взглядом, полным подозрения.

— Уважаемые гости, по просьбе жениха и невесты я хочу задать влюбленным главный вопрос сегодняшней церемонии. Согласны ли вы, Рэйланд Виктуар Гласс, взять в жены Палетту Асторию Беннет, любить, уважать и оберегать ее до конца своих дней?

— Да.

— Согласны ли вы, Палетта Астория Беннет, взять в мужья Рэйланда Виктуара Гласса, любить, уважать и заботиться о нем до конца своих дней? — зал замер, ожидая моего ответа.

Была не была…

— Да, — ответила я тихо, встретившись взглядом с золотистыми глазами Рэйланда.

— Властью, данной мне верховным магом и властителем Равнинного королевства, Аэлмаром Кадмием Третьим, объявляю вас мужем и женой! Жених, можете поцеловать невесту.

Не успела я мысленно осыпать проклятиями священника за такое поспешное продолжение, как Рэйланд притянул меня к себе и, не дав опомниться, коснулся моих губ поцелуем.

ГЛАВА 4

Рэйланд

С каждой минутой ждал от нее подвоха все больше и больше. В голове крутились неясные мысли — то ли он совсем не знал Палетту до этого момента, то ли что-то здесь не так. Ну не могут за сутки произойти с человеком такие кардинальные изменения. Или она столько лет молча терпела все насмешки, чтобы в один момент показать свой характер?

Да нет, бред это все. Я скорее поверю, что ее подменили, но ведь нельзя же за ночь найти точь-в-точь похожего человека?!

Священник продолжал монотонное чтение речи, но Рэйланд снова умудрился не услышать и слова. Все его внимание было приковано к девушке, что стояла напротив. К той, что должна была сейчас стать его женой и через месяц добровольно передать ему свою магию. Вот только та ли она, за кого себя выдает? Червячок сомнения зашевелился где-то внутри еще тогда, в кабинете, когда ему так захотелось поцеловать ее, наплевав на все договоры, церемонии и проклятия. Палетта никогда ранее не вызывала такой бурной реакции.

А разговор с Сивиллой? Да эта девчонка краснела только от того, что кто-то смотрел в ее сторону, а сегодня выдала целую речь с сексуальным подтекстом и даже щеки не порозовели!

Нет, в этом точно надо разобраться. И как можно скорее, пока меня через месяц не обвели вокруг пальца и не оставили без магии.

Она вновь прервала речь священника, и Рэйланд готов был взвыть волком.

Эта женщина с ее выходками скоро с ума сведет!

Но на удивление Палетта сама попросила ускорить церемонию. Ее вкрадчивое "да" и испуганный взгляд заставили сердце дрогнуть.

Боится выходить за меня замуж? Сама наговорила Сивилле всякого про брачную ночь, а теперь переживает, что я ее все же трону? Неужели в ее глазах я настолько ужасен? Или дело в другом?

— ...можете поцеловать невесту! — слова священника прозвучали над самым ухом, и Рэйланд, сам того не осознавая, повиновался. Словно тело действовало отдельно от разума. Мгновение — и он притянул Палетту к себе, скользнул взглядом по пухлым манящим губам и не смог противиться порыву.

Зал, гости, священник, церемония, магия — все отошло на второй план. Сладкий цветочный аромат вскружил голову. Палетта будто не дышала, но Рэйланд продолжал сантиметр за сантиметром мягко исследовать ее губы.

— Рэйланд, не нужно, — сбивчиво прошептала.

Рэй с трудом заставил себя остановиться, но все же оторвался от Палетты и сделал глубокий вдох.

Определенно стоит выяснить, что же со мной происходит. С чего вдруг решил по-настоящему поцеловать ее? Почему так хотел, чтобы она ответила на поцелуй? После такого точно подумает, что я до нее домогаюсь!

Поискал глазами Джоула, но рыжую шевелюру нигде не было видно. Скорее всего, друг уже нашел себе компанию на вечер и под шумок удалился с мероприятия.

Как же не вовремя…

Зато взгляд выцепил Гвендолин, услужливо порхающую среди гостей. Что ж, его партия в этом спектакле на сегодня окончена и можно со спокойной душой удаляться из церемониального зала.

— Ливай! — Рэй подозвал одного из слуг. — Покажите миссис Гласс ее комнату и остальную часть дома, если она захочет. Я буду в кабинете.

Отдав указания, он двинулся прямиком на выход, не оборачиваясь и стараясь лишний раз вообще не думать о Палетте, но мысли то и дело возвращались к ее губам и вкрадчивому шепоту.

На душе было неспокойно. Рэйланд снова пересмотрел все книги по передаче магии, которые годами собирал на просторах королевства. Некоторые даже пришлось выкупить из королевской библиотеки, но деньги его волновали меньше всего.

Ни в одной из книг не было способа передать магию без надлежащей свадебной церемонии или рождения ребенка, значит, магия у Палетты все же должна была остаться. Тогда почему не покидало ощущение, что план трещит по швам?

Успокойся, Рэй. Ты продумал все варианты. Ошибки быть не может.

Но сомнение заставляло вновь и вновь пересматривать книги и манускрипты.

— Придется все же наведаться к Вернану, иначе я свихнусь от своих подозрений, — пробурчал он еще через пару часов копания в пыльных страницах.

Рэйланд не очень любил телепортацию, в отличие от того же Джоула, но отрицать удобство этого метода передвижения не мог. Накинув утепленный плащ, он на мгновение закрыл глаза и открыл их уже среди заснеженных сосен на одном из склонов Иладарских гор.

Равнинное королевство, или по-другому королевство Дорэй, начиналось у подножия этого горного хребта и простиралось далеко за линию горизонта. Сам же хребет принадлежал соседнему королевству Иладар, поэтому Рэю следовало поспешить, пока патрульные не засекли остаточную магию от телепорта.

Утопая в снегу и прикрываясь плащом от ледяного ветра, он наконец добрался до небольшой хижины.

— Рад, что ты усвоил урок, — с противоположной стороны леса к хижине вышел мужчина, таща за собой связку дров.

Рэйланд усмехнулся, вспомнив, как в свой первый визит решил телепортироваться прямо к дому Вернана и был отфутболен магической защитой в ближайшую сосну.

— Мне доходчиво объяснили, — Рэй придержал дверь, и они вместе вошли внутрь.

— Чем обязан визитом? — Вернан не стал церемониться с прелюдиями и задал вопрос в лоб, как только разжег огонь в камине.

— Сегодня я наконец женился, — Рэй снял плащ и присел на корточки у огня, грея руки. — С удовольствием позвал бы тебя на праздник, но сам понимаешь, отношения наших королевств не сильно располагают.

— Не чувствую в тебе изменений, — после небольшой паузы ответил Вернан.

— К сожалению, мой друг… К сожалению, перенос пришлось отложить на месяц. Но меня беспокоит не это, — Рэй всматривался в огонь, и языки пламени плясали в золотистых глазах. — Я пришел с просьбой проверить магию Палетты еще раз.

— Мы уже делали это дважды. Магия не меняется ни со временем, ни с возрастом. В чем смысл тратить силы?

— В том, что моя жена — не Палетта. Не может быть ею, — задумчиво произнес Рэйланд.

Вернан удивленно цокнул языком.

— Загадками говоришь. Недаром Дорэйский герцог.

— В том и дело, что это загадка и для меня самого, — Рэй поднялся и положил рядом с Вернаном прядь русых волос. — Поэтому я прошу тебя проверить еще раз: где она сейчас и есть ли у нее магия.

— Ничего не выходит, — через томительных полчаса Вернан отложил прядь в сторону. — Палетты нет в этом мире, ни живой, ни мертвой, — мужчина задумчиво пригладил пышную бороду. Рэйланд же от досады ударил кулаком по столу.

— А я ведь сразу почувствовал, что это не она! Но не мог поверить в подобное… Значит, и магия ее испарилась? — уточнил он.

— А вот это очень интересно. Магия на месте.

— То есть она в этой девушке?

— Да, но Рэй… По моим ощущениям, ее магия изменилась. А это должно быть невозможно в принципе. Либо какая-то защита сбивает мой поиск, либо все магические законы перевернулись с ног на голову.

— Но она все еще может сработать? — спросил Рэйланд с замиранием сердца, ожидая ответа. Если Вернан сейчас скажет "нет", то все было напрасно и он связал себя узами брака с самозванкой, которая более того, совершенно для него бесполезна.

— Может. Но тебе следует быть осторожным. Мы не знаем, откуда эта девушка взялась и почему магия Палетты сейчас находится у нее. А главное — как ей эту магию передали, — Вернан выглядел растерянным. Впервые на его практике он сталкивался с чем-то подобным, а уж он за свою жизнь повидал многое, причем в обоих королевствах.

— Что ж, спасибо за помощь, — Рэйланд похлопал Вернана по плечу. — Надеюсь, однажды мы сможем встретиться открыто.

Собеседник все еще пребывал в раздумьях.

— Не стоит показывать виду, что ты все знаешь, — Вернан понизил голос. — Если Иладар прознали о твоем плане, то вполне могли устроить что-то подобное. Правда, ума не приложу, где они взяли такого сумасшедшего, кроме меня, готового экспериментировать с магическими законами. Но постараюсь выяснить.

— До встречи, — ответил Рэй и вышел в вечерние сумерки.

Домой он вернулся уже затемно. Гости разошлись, тетушка, наверняка, давно посапывала в своей комнате, слуги суетились, убирая залу, чтобы успеть привести все в порядок к утру. По словам Ливая, Палетта не выходила из спальни весь вечер, отужинала там же.

Что ж…

Рэйланд принял горячую ванну, чтобы согреться после холодного ветра, но сон не шел. Одна за одной мысли проносились в голове.

Кто она? Зачем совершать подмену, если по договору он все равно получит эти силы? Да и в целом, зачем выходить за него замуж, если все-таки это не ее обязательства и даже не ее семья пострадает от нарушения договора?

Когда-нибудь я найду ответы.

Рэй откинул одеяло и в очередной раз за день воспользовался телепортом.

Лунный свет едва пробивался в комнату сквозь задернутые шторы, но этого было достаточно, чтобы разглядеть ее светлую кожу, разметавшиеся по подушке медовые волосы, приоткрытые губы.

Что же мне с тобой делать…

ГЛАВА 5

Палетта

Губы все еще горели от неожиданного поцелуя. Хоть я сама не позволила этому продолжаться, в душе зрела обида, что Рэйланд так быстро отвернулся и сделал вид, будто я предмет интерьера, который стоит передать слугам. А уж они разберутся, что же со мной делать и где в этом доме есть для меня место. И хотя такое отношение до тошноты раздражало, я была рада, что могу не оставаться в этой незнакомой толпе и побыть наедине с самой собой.

Но больше я такой вольности не позволю! Пусть только попробует дотронуться своими… своими наглыми губами!

Разжигая в себе злость на переменчивое настроение Рэя и его опрометчивые поступки, я следовала за приставленным ко мне юношей по бесконечным коридорам.

Ливай был милым и достаточно услужливым, даже несколько раз поинтересовался, какого цвета спальню мне бы хотелось и предпочитаю я восходы или закаты, но настроения выбирать комнату как-то не было.

Я только что ввязалась в невероятную авантюру и совершила поистине невозможное, чего планировала никогда и ни при каких условиях не совершать — ВЫШЛА ЗАМУЖ! Да еще и в магическом мире, где летают на пегасах, заключают магические сделки, насылают проклятия и бог знает что еще!

Чтобы поскорее избавиться от корсета и заколок в прическе, я выбрала первую спальню, до которой мы с Ливаем добрались, и наотрез отказалась смотреть остальные комнаты. Стоит отдать должное Рэйланду: дом, несмотря на невообразимый размах, был более уютным, чем особняк Беннетов. Стены в теплых тонах хорошо сочетались с текстилем и фурнитурой, массивная мебель из красного дерева не пестрела ни позолотой, ни излишней резьбой и вообще казалась практически матовой. Свежие цветы из сада стояли в коридорах и, полагаю, в каждой комнате и либо поддерживались магией, либо менялись слугами по несколько раз на дню — таким ярким был их аромат.

— Желаете позже спуститься к ужину? — Ливай вежливо поинтересовался, прежде чем оставить меня в спальне одну.

— Я бы хотела есть прямо в постели, — чуть ли не простонала от усталости, с наслаждением плюхаясь на кровать и уже мечтая переодеться.

Благо кроме слуг, принесших ужин, за весь вечер в комнату никто не ломился, иначе голова бы просто взорвалась от обилия мыслей и роившихся в ней вопросов, на решение которых у меня был всего лишь месяц.

Завернувшись в мягкие одеяла, я решила, что хорошенько выспаться и набраться сил к завтрашнему дню будет отличной идеей, поэтому с наслаждением закрыла глаза.

И как знать, может, проснусь завтра в своей квартире, и все это покажется лишь странным сном?!

Но, похоже, в этом мире мне вообще не суждено было выспаться. Как только я задремала, в голове сначала тихо, но потом все громче и отчетливее прозвучало: Палетта! Ответь мне, что произошло?! Палетта, ты здесь?

Это я разговариваю сама с собой или мой мозг свихнулся и вызывает Палетту без моего ведома? Что ни день, то какая-то чертовщина.

— С чего вдруг у моего подсознания мужской голос? — подумала я, но почему-то это прозвучало вслух.

— Потому что это я, а не твое подсознание, глупышка. Объясни, что произошло, я прождал почти сутки на нашем месте… — хоть вокруг и была полная темнота, стало очевидно, что я в своем сне не одна. И обладатель мужского голоса, который опрометчиво был принят мною за внутренний, имеет самое что ни на есть близкое отношение к настоящей Палетте. Я не знала, как поступить: продолжить притворяться Палеттой или все же объяснить этому непонятному видению, что я вовсе не его "глупышка" и знать не знаю, где находится это их место?

— Послушай… — начала я аккуратно, в надежде зайти издалека.

— У меня уже почти нет времени, я так долго пытался до тебя достучаться, — на той стороне явно торопились. — Тебе удалось использовать магию, чтобы остановить Рэйланда?

— Но… — все пыталась подобрать слова, чтобы не сдать себя с потрохами и не шокировать собеседника.

— Завтра я прибуду в Дорэй, встретимся в полночь у Черной рябины. Будь осторожна! — голос исчез, и в голове стало совсем тихо.

Ну приехали! То есть у тихони Палетты были тайные встречи с каким-то неизвестным мужчиной, и они вместе замышляли что-то против Рэйланда? А я теперь в его цепких лапах под стражей магического договора и ни сном ни духом о том, от чего его нужно останавливать.

Я ведь услышала верно, он сказал "удалось использовать магию"... Но Рэйланд наоборот твердил мне, что я, то есть Палетта, никаким образом не смогу ей воспользоваться. Что же это получается?

Неужели Палетта использовала магию против Рэя, но он оказался сильнее и для безопасности подменил ее мной, чтобы не вызвать подозрений? Я ведь не имею магии и не смогла бы ему помешать. Да и свадьба уже была назначена. А теперь играет роль жениха, которому кровь из носу необходим этот брак!

Или что-то пошло не так и магия случайно поменяла нас с Палеттой местами? Не успеваю я разобраться в одном, как этот дурацкий мир подкидывает мне все больше загадок.

Придется завтра как-то выбраться из-под надзора слуг и новоиспеченного мужа и узнать, что это за Черная рябина, у которой Палетта и ее сообщник должны были встретиться. Вот только у кого бы все выспросить и не вызвать подозрений? Что если это какое-то известное место, про которое знает каждый ребенок…

Я скорее почувствовала, чем увидела, что за мной наблюдают. Не было ни скрипа двери, ни шагов, но в комнате с закрытыми окнами вдруг на мгновение появился ветерок, а после и ощущение чужого пристального взгляда.

Кто это может быть? Незнакомец из головы? Рэйланд? Кто-то третий? Надеюсь, не какой-нибудь ассасин, который пришел меня кокнуть, чтобы Рэйланду не досталась магия Палетты.

Я старалась дышать спокойно и поддерживать безмятежный спящий вид. Наверняка смогу узнать больше, если незваный гость будет думать, что остался незамеченным.

Или все же лучше ассасин, чем Рэйланд со всякими консумациями брака.

Фантазия сразу подкрепила все яркими картинками.

Фу-фу-фу, воображение, захлопнись!

Гость выждал пару минут, видимо, проверял, не проснулась ли я от его появления, и затем подошел ближе, осторожно опустился на край кровати. Сохранять спокойствие стоило мне огромных усилий.

Рэй, — узнала по уже привычным мурашкам, которыми кожа отзывалась на каждое его прикосновение.

Явился. Пусть только попробует приставать, у меня меткие пятки!

Аккуратно, практически невесомо, дотронулся до моего лба. В глазах заплясали серебристые мерцающие нити, будто тонкие щупальца стремились пробраться в мое сознание.

Да он в мою голову лезет, не иначе! Решил играть грязно?!

Внутри начала зарождаться паника от осознания того, что мое самозванство может вскрыться в считанные минуты. С самого начала было очевидно, что по поводу магии он шутить не любил, поэтому вполне мог избавиться от обманщицы, которая этой магии не имеет. Конечно, если Рэй не причастен к ситуации с исчезновением Палетты и не в курсе всего происходящего с самого начала!

Пока я испуганно перебирала все возможные и невозможные варианты спасения от гнева Рэйланда, сияющие "щупальца" все еще метались на пороге моего сознания.

Именно на пороге. Рвались, пытались пробраться дальше, но что-то их не пускало.

Это стена!

Состоящая словно из плотного черного тумана, она преграждала им путь, не давая проникнуть в мысли. Я приняла ее за темноту, но сейчас, когда мерцание нитей подсвечивало клубы тумана, сомнений быть не могло.

Черт возьми, и вся эта хрень у меня в голове…

Радовало одно — Рэйланд не придушит меня прямо в кровати в порыве гнева. Но откуда у меня такая защита сознания, если я обычный человек, никаким боком к магии не относящийся? А даже если и относящийся, не могла же я возвести эту Китайскую стену в своих мыслях без чьей-либо помощи. Значит, эта защита была у настоящей Палетты или кто-то знает о подмене и пытается скрыть от Рэя случившееся.

— Становится все интереснее, — услышала его удивленный шепот. Зашуршала простынь, и он исчез из комнаты с тем же легким дуновением.

— В этом ты прав, — согласилась я с его выводами и провалилась в сон.

ГЛАВА 6

Палетта

Утро преподнесло еще один сюрприз, о котором Гвендолин обмолвилась за завтраком. Как только я понадеялась, что больше не придется страдать от тесных платьев и помпезных сборищ совершенно незнакомых мне людей, которые, к тому же, Палетту не очень жаловали. Король решил поздравить герцога Гласса с женитьбой, устроив «пир на весь мир».

— Бал?! — я чуть не подавилась последним лавандовым эклером, который всего минуту назад утащила прямо из-под носа тетушки Рэйланда.

— Бал, — повторила Гвендолин, гневно провожая взглядом пирожное, исчезающее в моем рту. — И не вздумай забиться в свой излюбленный угол. Ты теперь, к моему огромному сожалению, носишь фамилию Гласс, у которой есть определенная репутация.

Ох, еще чуть-чуть — и лопнет от гордости.

— Уж поверьте, я от своей новой фамилии тоже не в восторге, — я невзначай кинула взгляд на Рэйланда, но он и бровью не повел, будто разговор его совсем не касался.

— Примерка платьев после обеда, — подытожила тетка, знаком попросив слуг принести новый поднос со сладким.

— Никаких корсетов! — я с ужасом представила, что придется провести еще один день в этом орудии пыток.

— Корсеты сейчас на пике моды! — парировала Гвендолин, которая сама уже ни в один из них не влезала, но, похоже, ни капли не страдала от такого исхода.

— Или платье без корсета, или я сниму его прямо на приеме, когда мне поплохеет от нехватки кислорода. Решайте сами, какой вариант вам нравится больше, — я бы на ее месте не воспринимала это как шутку. Моя воля — нацепила бы какой-нибудь местный оверсайз, и плевать я хотела на чье-то мнение.

— За что мне такое наказание, Рэйланд? — тетушка всплеснула руками.

— Если вы не определитесь с платьем самостоятельно, его выберу я. И гарантирую, ни одной из вас этот выбор не понравится, — Рэй наконец оторвался от чашки с кофе и поднял на нас глаза. Тон, взгляд — все кричало о том, что он не в духе. Видимо, Гвендолин лучше меня знала, что в таком настроении с племянником лучше не спорить, поэтому вопрос свой повторять не стала. И бубня что-то себе под нос про нерадивую невестку, продолжила завтрак. Слуги как раз поставили перед ней поднос со свежей выпечкой.

Злится, что не получилось залезть мне в голову? Поделом. Нечего распускать свои магические щупальца! Еще этот бал совсем не кстати…

Навряд ли место встречи Палетты и незнакомца находится рядом с поместьем Глассов, но и, наверняка, не поблизости от дворца. Жаль, при попадании в другой мир не выдают путеводитель!

Задавать вопросы кому-то в доме было опасно. Слуги вполне могли донести обо всем Рэйланду. Необходимо было найти другой источник информации. Поэтому после завтрака я активно принялась за дело и попросила Ливая проводить меня в библиотеку.

Если количество книг в кабинете Рэя меня приятно удивило, то библиотека просто поразила своими размерами.

Как вообще можно тут что-то найти? Здесь же тысячи книг!

А я-то думала, что быстренько откопаю какую-нибудь карту королевства. Среди стеллажей показалась небольшая фигура. Сморщенный, словно высохший финик, мужчина катил высоченную подкатную лестницу, да так ловко, будто та была легкая как пушинка.

— Извините, вы не подскажете… — я едва просочилась между нагромождениями пыльных манускриптов и толстенных томов неизвестного содержания. Юбки так и норовили зацепиться за все вокруг и либо утащить за собой, либо лишить меня последнего достоинства.

Жаль, тут еще не родился гений, который изобрел бы джинсы, — чертыхаясь, я одернула пышную конструкцию, ореолом окружавшую мою пятую точку.

— Леди Палетта? — мужчина удивленно вскинул седые брови и расплылся в теплой приветственной улыбке. — Как всегда, входите тихо, будто мышка, — засмеялся хрипло, иногда переходя на беззвучный кашель.

Интересно, откуда библиотекарь Рэйланда так хорошо знает Палетту? Не то чтобы она была тут частой гостьей, учитывая, в каком Гвендолин «восторге».

Пока я мялась, пытаясь решить, делать мне вид, что я помню старика, или притвориться, что сегодня у меня вдруг случилась непредвиденная амнезия, вопрос решился сам собой.

— Помню вас еще малышкой, вы и тогда любили книги! — он оставил лестницу и припустился в мою сторону бодрым шагом. — Герцог, как вы видите, тоже в книгах души не чает. Присаживайтесь, — стряхнул полой сюртука пыль с сундука, примостившегося у стеллажей.

— Спасибо, — я осторожно присела на край, все же ощущая, как пыль предательски оседает и ровным слоем ложится на ткань платья.

Гвендолин меня убьет. Хотя, если повезет, корсет добьет меня раньше!

Старичок расположился рядом, прямо на нескольких огромных фолиантах, и материализовал в руках потрепанную книжонку.

— Ищете что-то конкретное, леди Палетта? Или, как в старые добрые времена, «дайте что-нибудь, где много тайн и мало принцев»? — в глазах старика плясали чертики.

От неожиданности я моргнула.

Хотя чему я удивляюсь. В тихом омуте черти водятся. Уж я за свою жизнь точно поняла: доверять тихоням — себе дороже.

— Пожалуй, второе, — улыбнулась я, принимая фолиант на колени. — Но сегодня мне нужна карта.

— Карта? — библиотекарь склонил голову, и его брови удивленно поползли вверх. — Поместья?

— Берите шире, — я растянула улыбку, показывая все свои тридцать два зуба. Зря что ли столько денег оставила в стоматологии.

— Равнинного королевства? Или… — он понизил голос до заговорщицкого шепота, — …соседей?

Или Черная рябина, или Черная рябина, скажи — Черная рябина.

— Я ищу одно место, — я старалась говорить ровно, будто спрашиваю дорогу до ближайшей булочной. — Оно называется «Черная рябина».

На морщинистых щеках тут же вспыхнул румянец. Мне показалось, у бедного дедушки даже лоб покрылся испариной. Что он и подтвердил, судорожно промокнув его бог весть откуда появившимся платочком.

— Где вы услышали это название? — голос старика дрогнул от непонятного мне волнения. Он громко сглотнул.

Черт меня побрал спрашивать про эту Рябину напрямую!

— Вчера на приеме, — было принято единственно верное решение — косить под дурочку. — Мне стало интересно.

Я смяла край юбки, выражая крайнюю степень смущения этим разговором. Уже успела надумать себе все что угодно, вплоть до пункта сбора каких-нибудь местных повстанцев, шпионов или и того хуже. Но реальность оказалась куда прозаичнее.

— Это… — он пожевал губами, будто раздумывая, стоит ли продолжать, — …не место для юной леди! Это… трактир. Особого вида, знаете ли, — он поднял на меня бегающий взгляд.

Трактир… особого вида… БОРДЕЛЬ? Действительно, чудесное место встречи для «юной леди».

— Эротического? — прошептала я одними губами, округляя глаза и изображая невероятное удивление.

Старик покраснел еще гуще. Неожиданно нахмурил брови и хлопнул себя по потному морщинистому лбу.

— Вот зараза рыжая! Только ему в голову придет ошиваться в таких местах! — разгневанный своей догадкой библиотекарь чуть не подпрыгивал на месте от негодования.

— Кому?! — игра в дурочку была в самом разгаре.

— Только Джоул может пойти туда ради утех, — он вскочил и стал взволнованно расхаживать передо мной из стороны в сторону. — Леди, необходимо доложить герцогу! — старичок резко остановился и упер в меня глаза, полные негодования. История принимала скверный оборот. Я напоролась как раз на то, чего так старалась избежать.

Доклад Рэйланду.

— Ну что вы, Джоул взрослый мужчина, не нам его судить, — я аккуратно, но цепко взяла библиотекаря за руку и усадила рядом с собой на пыльный сундук. Старичок по-детски смотрел на меня снизу вверх и сердито пыхтел в усы.

— Вы не понимаете, дело не в женщинах!

— А в чем же?

— В Рябине!

— Что же в ней такого страшного, если не женщины? — я склонила голову и перешла на драматический шепот.

— Ооооохохо, — глаза старика загорелись дьявольским огоньком. — Секреты, леди Палетта. Черная рябина стоит ровно на стыке трех королевств — Дорэй, Иладар и Безымянных земель. Ничья земля. Поэтому там можно встретить кого угодно… А если это измена? — он снова попытался вскочить. И если бы не моя крепкая хватка, наверное, за доли секунды оказался бы у Рэйланда в кабинете.

— Сначала нужно выяснить, чем Джоул там занимался! А уж после мы с вами пренепременно сообщим Рэйланду, — необходимо было срочно брать все в свои руки. В буквальном смысле. Я взяла сухонькие ладони библиотекаря в свои и крепко сжала. — Дайте мне адрес. Проверим, и при малейших сомнениях скажем герцогу!

Старик доверительно заглядывал в мои глаза. Видимо, он правда знал Палетту давно, и она ему очень симпатизировала. Потому что через несколько минут я уже держала в руке потрепанную бумажку с адресом «Черной Рябины» и слушала наставления.

— Но, леди Палетта… если герцог спросит, где вы раздобыли эту бумажку, скажите, что украли.

Я улыбнулась в ответ — впервые за день искренне, без расчета и маскировки.

— Украду обязательно. Спасибо.

Поднялась с сундука, придерживая юбки, чтобы не смести с полок очередной манускрипт. Уже у двери обернулась. С грустью посмотрела на взъерошенного доверчивого библиотекаря, фолиант, сиротливо оставленный мной на сундуке. И, крепко сжимая адрес в руке, вышла из библиотеки.

ГЛАВА 7

Палетта

Сегодня в полночь мне каким-то образом нужно оказаться у Черной рябины. А если точнее — у черта на куличках. А до этого успеть побывать на балу с Рэйландом и его расчудесной тетушкой, умудриться незаметно с этого бала удрать и добраться до перекрестка трех королевств. Или земель…

Вся информация, выданная мне стариком, уже вспоминалась смутно. Я сидела в своей комнате в ожидании обеда и примерки платьев. И так и эдак рассматривала добытый мной клочок бумаги с адресом.

Ладно, бал — моя меньшая проблема. Улизнуть от Рэйланда — вторая по сложности. А вот найти себе такси до, видимо, известного борделя и обратно… — я откинулась на мягкую перину и уставилась в потолок.

Старик, конечно, покраснел как пионер, когда я спросила про «Черную рябину». Оказалось, место то еще. Но если тайная встреча назначена именно там — значит, Палетта точно водила знакомства, о которых ее семья не догадывалась.

Работайте, мои гениальные мозги. Чем раньше мы выясним, где настоящая Палетта, тем раньше сможем поменяться с ней местами и вернуться домой.

— Домой… куда домой?

Все воспоминания о доме, о моем прошлом так и оставались мутными, ускользали, не давая мне ухватить и вспомнить. Я могла перечислить все, что здесь не так: магия, пегасы, корсеты, брак по расчету. Но если бы меня спросили, что там, дома, — я бы не вспомнила даже цвета своих стен. Ни имен, ни лиц, только образы и знание, что вот этот мир точно не имеет ко мне отношения.

Я огляделась по сторонам. Следом за летающими лошадьми и магией по уровню странности шли голоса в моей голове и передвижения Рэя в пространстве. Если он возник в моей комнате ночью из ниоткуда, то вполне может и сейчас стоять невидимкой в углу и слушать… и смотреть!

Черт!

Подскочила с кровати как ужаленная и вихрем пронеслась по спальне, осматривая все углы, заглянув под кровать и даже ощупав подоконники. Следов Рэя обнаружено не было, но спокойнее от этого не стало. Откуда мне знать, какие еще фокусы у него остались?

— Так, не отвлекаться от насущных вопросов. Добраться до Рябины…

В моем мире я бы вызвала такси. Здесь же — либо пегасы, либо ноги. А сдается мне, пегасов просто так не арендуешь, особенно ночью. Да и мне не выделяют ни жалованья, ни бюджета, на что их арендовать? На честное слово?

Вопрос с деньгами, кстати, хороший, и стоит поднять его при нашей следующей встрече с Рэйландом!

Сидеть в четырех стенах и вышивать крестиком как прилежная мужнина жена я точно не собираюсь. Раз он богатенький герцог, пусть выделяет экипаж, карманные деньги и служанку. В целом и Ливай сойдет, но лучше бы забрать мою болтушку из дома Беннетов. Все же более знакомое лицо, да и о Палетте она печется искренне.

— Да! — подтвердила я вслух, стараясь запомнить все свои выводы и планы. Память меня здесь подводила не на шутку. Как будто туман, покрывающий мое прошлое, иногда по ошибке захватывал и текущие события.

— Похоже, с транспортом придется импровизировать. Осталось определиться, как обвести Рэйланда вокруг пальца и незамеченной покинуть сие важное мероприятие.

На балу будет полно гостей. Если я правильно поняла Гвендолин, герцогская семья не может показать, что у новобрачных разлад. Значит, Рэйланду придется изображать счастливого мужа. А у счастливого мужа слишком много обязанностей перед гостями, чтобы следить за каждым шагом жены.

В дверь постучали. Я с недовольством оторвалась от составления своего грандиозного плана и крикнула «Входите». Вероятно, орать через всю комнату с кровати не входило в список добродетелей истинных леди, потому что лицо мужчины, появившегося в дверях, выражало искреннее недоумение. Рыжая кудрявая шевелюра приковывала внимание.

Шафер?

Хоть лицо я и не запомнила, но яркое рыжее пятно рядом с Рэйландом проторчало всю церемонию.

Вот зараза рыжая! — память услужливо подкинула ругательства библиотекаря.

Не тот ли это Джоул, о котором говорил старик?

— Вы ко мне? — я первой нарушила тишину.

— К вам, — задорно улыбнулся мужчина и прошел в комнату.

— За что же мне такая честь? — я внимательно следила за передвижениями Джоула. Легким уверенным шагом он как бы невзначай прошелся по спальне дугой: от двери вдоль комода, поглядел на вид из окна и только потом подошел к кровати.

Пытаясь не выдать в себе самозванку с потрохами, я, конечно же, приняла вертикальное положение. Спустила ноги с кровати, поправила юбки и воззрилась на гостя самым невинным взглядом.

— Ваш дражайший муж поручил мне провести для вас урок танцев перед балом.

Вот те на!

— А чем же занимается мой дражайший муж, что не может сделать этого сам, не постесняюсь спросить?

Прислал помощничка, а самого не видно и не слышно. Как в голову лезть, так тут ему помощники не требовались!

— Делами государственной важности, — в усы улыбнулся рыжий.

Такими вопросами его было не пронять. Ну что ж. Раз вы, Джоул, любитель развлечений погорячее — давайте развлечемся. И может, Рэйланд в следующий раз подумает дважды, перед тем как отправлять ко мне посредников!

— И какому танцу вы планируете меня научить? — я встала с перины и подошла к Джоулу почти вплотную.

— Полонез, вальс и котильон. Вы наверняка видели их не раз. Жаль, что отказывались от приглашений.

— Будто у меня их было много, — я фыркнула на его выпад, помня наставление Гвендолин про «излюбленный угол» Палетты.

— Могло быть больше, не прячьтесь вы в дальнем углу, — парировал Джоул, оценивающе проходясь по мне взглядом с ног до головы. Задержался взглядом на корсете.

— Подберите слюни, молодой человек, — я взяла его за подбородок и подняла голову. — Мои глаза здесь.

— Если бы я хотел посмотреть вам в глаза, миледи, я бы посмотрел.

Нужно отдать Джоулу должное — наглости ему было не занимать!

— Рискнете повторить это при Рэйланде?

— Никак нет, миледи, — ухмыльнулся пройдоха и принял позицию для полонеза, подав мне правую руку.

Я встала рядом, слегка касаясь его ладони пальцами левой руки. Мы медленно начали шествие. В отличие от меня — тело точно знало, что от него хотят и каким должно быть следующее движение. Но стоило мне только задуматься, я тут же терялась и не знала, куда деть руки и ноги. Джоул терпеливо поправлял, а я старалась не задумываться о процессе и довериться мышечной памяти. Хотя на балах Палетта и не плясала, но папенька и маменька наверняка вышколили ее на славу.

— Отчего ж вы отказывали кавалерам, если танцам все же научены? — Джоул уперся взглядом мне прямо в глаза, пока мы кружились в вальсе по комнате.

— А вы не думали, что мне просто никто не нравился?

— А как же Рэйланд? — рыжие брови поползли вверх.

— Негоже говорить о муже плохо, поэтому я промолчу.

— Ладно, Рэйланд, — смягчился Джоул, — но вы даже на меня ни разу не взглянули!

— Хотите послушать о себе гадости, Джоул?

— А вы хотите мне их рассказать?

О Джоуле я знала мало. Только то, что он пройдоха, который может спокойно наведываться в самые сомнительные бордели, и достаточно близок с Рэйландом, чтобы быть его шафером на свадьбе. На этом моя информация о нем иссякала. Но ставки были высоки.

— Разве вы не проводите слишком много времени в компании легкодоступных женщин?

— Миледи, как можно, — совсем натурально возмутился мужчина, умело ведя меня в танце.

— То есть не ваша рыжая шевелюра была замечена в Черной рябине?

Шаг Джоула чуть сбился, пальцы на моей талии напряглись, но я была к этому готова.

— Кто распускает обо мне такие сплетни?

— Почему же сплетни? Информация из доверенного источника.

Рука мужчины нарушила все нормы бального этикета и крепко сжалась на моей талии. Джоул наклонился к моему уху, прошептал:

— Вы слишком осведомлены для той, кто жила необщительной затворницей.

— А вы слишком наглы для того, кто учит жену друга танцам, — я отцепила его руку от своего платья и отстранилась. — Пожалуй, время перейти к котильону.

— Вы ведь не были на частных королевских приемах?

— К чему вы задаете этот вопрос?

— В таком случае, пусть котильон будет для вас сюрпризом, — он подмигнул и растворился в воздухе прямо передо мной.

Сдается мне, что весь урок танцев — сплошной фарс. Чтобы выведать у меня информацию, почему вдруг сделку пришлось изменить, а тихая и прилежная Палетта пошла на попятную.

А в Черной рябине все ж таки что-то есть…

ГЛАВА 8

Рэйланд

День не задался с самого начала. Нет, точнее не так. Все не задалось еще с того самого момента, как очевидно другая Палетта вошла в его дом и стала его женой, да еще и по закрепленному магической печатью договору.

Идеальный, выверенный до мелочей план пошел наперекосяк. И теперь впереди долгий месяц ожидания и попыток выяснить, что произошло с его "невестой" и ее родовой магией.

Кофе горчил. Слуги разговаривали и занимались делами слишком громко. Гвендолин щебетала без умолку, а Палетта перечила всему, что ей говорили. Нет, не так он представлял себе первый день после бракосочетания.

— За что мне такое наказание, Рэйланд? — тетушка всплеснула руками, повысив голос. Рэй еле сдержался, чтобы не поморщиться от головной боли, до скрипа сжал пальцами кофейную чашку. Споры о платьях сейчас волновали его меньше всего.

— Если вы не определитесь с платьем самостоятельно, его выберу я. И гарантирую, ни одной из вас этот выбор не понравится, — отрезал он, поднимая глаза на женщин. Палетта, может, и не видела его таким, но Гвендолин должна была понять с полуслова, что сегодня в дурацкие обсуждения его лучше не вовлекать.

Спустя полчаса и еще пару чашек бодрящего напитка Рэйланд ожил и обсуждал с Джоулом дальнейшие варианты.

— Палетта! Тихоня! Ха! — голос Рэя сорвался на предательски высокие нотки. — Ты бы видел... Ей слова поперек не скажи!

— Так Вернан уверен?

— Да. Это не Палетта, но магия сохранилась… в какой-то мере.

— В какой-то мере?

— Она… изменилась. Да, не делай такое лицо. Все веками твердили, что это невозможно, и вот оно! Прямо когда я был почти у цели. Интересное совпадение, правда? — герцог устало опустился в кресло.

— Иладар? — Джоул примостился рядом, задумчиво разглаживая рыжие усы.

— Кто знает? Никого нельзя списывать со счетов. Но Иладар — это худший из вариантов.

— Давай посмотрим в памяти и дело с концом. Если она — подмена, то должны остаться следы.

Рэй хмыкнул, но взгляд герцога остался напряженным.

— Я хотел. Даже телепортировался ночью к ней в спальню.

Джоул присвистнул и подался вперед.

— И?

— Там стена, блок. Не подкопаться. Чуть не полчаса проторчал над ней, и все без толку. А ведь думал, что уже сегодня это дело закроется навсегда.

— А с виду — ангел.

— Ага, когда спит зубами к стенке.

Оба мужчины задумчиво вздохнули и откинулись на спинки кресел. План-то действительно был безупречный. Найти девушку с подходящей родовой магией. Договориться о браке и обязательной передаче дара. Занять жену делами, дав ей на попечение небольшую усадьбу, слуг и жалованье. А дальше все как по маслу… С прежней Палеттой все было просто. Она не вызывала ни раздражения, ни желания. А эта… эта бесила. И притягивала. И Рэйланд не понимал, что хуже.

— Хочу сам ее проверить, — через какое-то время Джоул встрепенулся и резко сел.

— Валяй. Хочешь, представлю тебя как модельера? Ты лучше любой женщины знаешь, какие платья в Дорее сейчас в моде. А у нее примерка после обеда, — Рэй все еще полулежал, не открывая глаз.

— И увидеть твою жену в неглиже? Упаси боже! Меня потом Гвендолин выгонит поганой метлой из поместья, — друг нервно засмеялся. Рэй лениво приоткрыл один глаз. Да, Гвендолин могла. А излишнего внимания к Палетте и его делам хотелось бы избежать.

— Тогда возьми любой предлог, ради которого не нужно раздеваться, — пробурчал герцог, занятый своими мыслями.

— Танцы? — Джоул обернулся к Рэю и замер в ожидании. Герцог пожал плечами, мол, "делай что хочешь", и снова закрыл глаза. Мысли не шли. А тратить драгоценное время на развлечения с подменой ему не хотелось. Да и его подозрительно тянуло к ней, когда они были рядом. Неужели, помимо замены невесты, кто-то решился сделать на него приворот? Но зачем? Чтобы он захотел жену, которая ему не принадлежит? Глупость. Если бы хотели навредить, выбрали бы Сивиллу или кого-то, кто мог бы на него влиять. А эта… эта просто существует. И бесит. И почему-то хочется смотреть на нее, даже когда она спорит.

— Бал. Точно, бал. Кто вообще видел, чтобы Палетта хоть раз танцевала? Если она не умеет, то это опозорит герцога Гласса на приеме. Да. Я беру эту версию, — рыжеусый уже совсем разошелся, перебирая варианты, и разговаривал сам с собой. Этот, видимо, его устроил, потому что через мгновение в кабинете его и след простыл. Рэй вытянул ноги, ожидая возвращения друга.

— Если что, я собираюсь сказать, что это ты меня отправил! — заговорщицки прошипел на секунду вернувшийся Джоул над ухом, а Рэйланд чуть не дернулся от неожиданности.

— ДЖОУЛ! — рявкнул герцог в надежде, что друг еще не успел совсем раствориться в пространстве и услышит его негодование.

ГЛАВА 9

Палетта

Я спускалась по лестнице, лихорадочно прикидывая, где взять пегасов, на какие шиши их арендовать и что за сюрприз ждет меня во время котильона. До побега с бала оставалось все меньше времени, а в моем плане по-прежнему было больше дыр, чем здравого смысла. В этот момент тихая суета поместья затрещала по швам.

— Нет, я уже заметила тебя! Поэтому от обеда ты не отделаешься! — Гвендолин кого-то гневно отчитывала в столовой. Ответа было не разобрать.

— Твои дела меня не волнуют, мелкий проныра! Сначала отобедаешь с нами, а потом иди хоть на все четыре стороны. Ничего, подождут твои дамочки.

— Тетушка, ты оставишь меня одиноким затворником, — подал голос Рэйланд. — Ты указываешь виконту что делать, где это видано?

— Это он там, снаружи, виконт. А внутри моего дома он непослушный мальчишка, который отбился от рук!

Я наконец подошла к обеденной зале и увидела полную картину. Пристыженный рыжий Джоул с взъерошенными волосами сидел за столом рядом с воинственной Гвендолин, которая буквально силой заставляла его остаться на трапезу. Рэйланд же пребывал уже в более хорошем расположении духа и подкалывал тетку шутками. Невесело было лишь одному Джоулу.

— Палетта, вы ведь знакомы с виконтом Джоулом Уитфордом?

— И достаточно близко, — я улыбнулась побледневшему Джоулу и уселась за стол напротив Рэя.

— Близко? — Гвендолин вскинула брови.

— Виконт удостоил меня чести отрепетировать танцы для сегодняшнего бала. Очень заботливо с его стороны, раз уж мой супруг счел возможным поручить столь деликатное дело другому мужчине.

— Джоул? Рэйланд! — от нахлынувшего возмущения Гвендолин смотрела то на одного, то на другого, хватая ртом воздух. — Где это видано, чтобы чужой мужчина проводил такие уроки жене герцога! — наконец негодование тетушки сформировалось в слова. Я еле сдержала самодовольную улыбку.

— Все не так… — начал было виконт, но я его прервала.

— Все очень даже так, Гвендолин. Вы не представляете, как я себя чувствовала, когда мой супруг отправил ко мне другого, да еще и для такого… тесного контакта! Но что я могу… разве можно отказать герцогу на второй день после свадьбы?

Рэйланд, молчавший все это время, смотрел на меня полыхающими от гнева глазами.

Так то! Решил, что можешь расслабиться и подсылать ко мне своих дружков с целью шпионажа? Все уловки обернутся тебе головной болью, муженек.

Рэйланд медленно поставил чашку. Тишина затянулась на несколько ударов сердца.

— Виконт оказал нам обоим услугу, — голос герцога был ровным, слишком ровным. — Учитывая, что я не смог присутствовать на уроках сам.

Я хмыкнула.

— Что же, если вы не сможете присутствовать для исполнения супружеского долга, вас тоже заменит виконт?!

Гвендолин поперхнулась и чуть не отошла на тот свет раньше времени. Джоул закатил глаза и медленно повернулся к Рэйланду.

За столом повисла такая тишина, что я услышала, как где-то в коридоре звякнула посуда. Герцог не дрогнул. Только поставил чашку слишком аккуратно, слишком тихо — и пальцы, лежащие на столе, медленно сжались, будто он удерживал себя от чего-то куда более резкого. Я заметила. Он тоже понял, что его жест не остался без внимания.

— Палетта! — голос тетушки прозвучал на грани обморока. — Что за… при людях же…

Рэй перевел взгляд на друга. Тот понял все без слов.

— Впредь, — Рэйланд вернул взгляд на меня, — я буду лично следить за досугом своей жены.

Гвендолин схватилась за сердце, и я на секунду испугалась, что сейчас действительно придется отпаивать тетушку валерьянкой. Но она оказалась крепче, чем я думала.

— Джоул! — голос тетушки обрел второе дыхание. — Вон отсюда!

— Но я же ничего не… вы же сами… — начал было виконт.

— ВОН! — Гвендолин ткнула дрожащим пальцем в сторону двери. — И чтобы до бала я тебя в этом доме не видела!

Джоул поднялся с такой скоростью, словно под стулом разверзлась бездна. Уже в дверях он обернулся, бросил на меня быстрый взгляд — в котором смешалось восхищение и ужас — и испарился.

Тишина в столовой стала почти осязаемой.

— Палетта, — Гвендолин повернулась ко мне, и я приготовилась к разносу. — Вы сегодня будете танцевать на балу. С мужем. В зале. На глазах у всех. Чтобы никто не посмел подумать, что в нашей семье… что у нас…

Она не договорила. Махнула рукой и вышла, оставив нас с Рэйландом наедине.

Я медленно перевела взгляд на герцога. Он больше не сверлил меня глазами. В золотистых зрачках плясало что-то новое — я не сразу поняла, что именно.

Интерес.

Чистый, холодный, охотничий интерес.

— Ты смелее, чем я думал, — сказал он тихо.

— А ты предсказуемее, чем я надеялась.

— А где же вежливое “вы”, которое было минуту назад?

— Оно было для публики, не обольщайся.

Он усмехнулся. Не зло — скорее так, будто я только что подтвердила его догадку.

— Сегодня на балу, — Рэйланд поднялся из-за стола и обошел его, остановившись слишком близко, — ты будешь танцевать только со мной.

— Это угроза?

— Это обещание.

Сказано было тихо, почти лениво, но у меня почему-то похолодели пальцы. Он вышел, не оборачиваясь. А я осталась сидеть, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

Обещание? Интересно, он вообще понимает, что ему придется за мной побегать? Потому что в моих планах был побег с бала. И танцы с мужем туда точно не входили!

И чем увереннее звучал его голос, тем сильнее мне хотелось исчезнуть у него из-под носа.

ГЛАВА 10

Рэйланд

О, она не просто бесила. Она раздражала так, что сводило скулы. И хуже всего было то, что Рэйланд прекрасно понимал почему. Не потому, что она спорила. Не потому, что перечила. А потому, что смотрела ему в лицо без страха, ломая весь порядок, который он для нее выстроил. Как он вообще мог подумать, что это — прежняя Палетта? Все было ясно с первого взгляда, с ее первого «нет» на церемонии. Он просто не хотел замечать.

Рэйланд потирал покрасневшие костяшки. Стена в кабинете приобрела обновленный вид и разошлась сеточкой мелких трещин в том месте, куда он со всей силы зарядил кулаком сразу после обеда. Кулак вошел в стену глухо, с хрустом. Боль взорвалась в костяшках, но это была правильная боль — такая, которая не давала произнести вслух то, что он сейчас думал о новой жене.

Она сказала это при Гвендолин. При Джоуле. Смотрела прямо в глаза, ни капли стыда. И почему-то даже сейчас, глядя на разбитую стену, он вспоминал не ее слова, а то, как дрогнули ее губы — и злился уже не на нее, а на себя за то, что запомнил именно это.

Один день! Прошел всего день, а чтобы получить магию, терпеть ее выходки придется целый месяц.

Он готов был мириться с неудобствами. Но не с тем, что она заставляет его чувствовать себя… не в своей тарелке. Не с тем, что смотрит на него так, будто он — проблема, а не она.

— Как не придушить ее раньше, чем этот месяц подойдет к концу? — герцог с тяжелым вздохом посмотрел в потолок.

Где-то там наверху Палетта и Гвендолин примеряли платья для вечернего бала. А Рэйланд тем временем пытался настроиться на то, что им придется провести бок о бок целый прием и не поубивать друг друга.

Ливай спустился первым, задумчиво потупив взгляд, и сразу куда-то испарился. Рэйланд за неимением других объектов перед собой испепелял взглядом лестницу.

Пять минут.

Десять.

Тетушки и наглой самозванки все еще не было.

Кто-то из слуг закопошился рядом, зачем-то расставляя стулья.

— Палетта! — зверем взревел герцог, совершенно не терпящий опозданий. Есть план. И этому плану все должны следовать. Но Палетта умудрялась нарушать все раз за разом.

— Гвендолин, разве герцог не должен обладать терпением и благородной выдержкой? — послышалось щебетание невесты, и по лестнице неторопливо застучали каблучки.

— У его отца был такой же характер, ни минуты не мог ждать спокойно, — ворчала Гвендолин, совершенно не восприняв фразу невестки как оскорбление. Но Рэйланд — другое дело. Хотел что-то добавить, но не успел.

По ступенькам спускалась будто совершенно незнакомая ему женщина. Не та тихая, бледная девица, на которой он собирался жениться по расчету, а кто-то опасно красивый, слишком живой, слишком уверенный в себе. Сияющие медовые локоны, скрепленные по бокам аккуратными инкрустированными заколками. Нежное воздушное зелено-дымчатое платье.

— Тогда я возьму на себя ответственность за тренировку его выдержки.

Кого она там собралась…?

Под удары сердца в ушах Рэйланд наблюдал, как обнажается стройная ножка в разрезе юбки, когда Палетта делает шаг.

Это была не та женщина, с которой он собирался заключить сделку.

Это была та, с которой сделки не работают.

Если мгновение назад он хотел бросить колкость в ответ, то сейчас в голове была лишь пустота. Точнее, точеная фигурка новоиспеченной жены, ее стройные ножки, аккуратная шея, медовые волосы… Все это вытеснило из головы Рэя другие мысли.

Герцог скорее интуитивно нащупал рядом что-то твердое. Стул. Отлично. Пододвинул к себе и сел раньше, чем кто-нибудь успел заметить, что на мгновение у него действительно подкосились ноги.

Где-то над ухом пробурчал Ливай:

— Как знал, что понадобится.

Рэй с трудом оторвал взгляд от лестницы, рассеянно кивнул.

— Герцог, вас не держат ноги? — насмешливый тон Палетты привел Рэйланда в чувство. Она уже спустилась по ступенькам и стояла рядом, с ухмылкой рассматривая стул.

Рэйланд поднялся. Медленно. Чтобы она не заметила, как дрожат руки.

— Собирайся дольше, и в следующий раз обнаружишь тут ворчливого старика.

— Кажется, уже.

— Я не старик.

— Но и не так молоды, как могли бы быть, правда? То ли дело Джоул…

— Палетта, хватит!

— Ваша ошибка, герцог. Не моя.

Она прошла мимо, и запах цветов ударил в голову. Рэйланд в очередной раз сжал кулаки, сделал глубокий вдох и двинулся следом. Гвендолин уже суетилась у выхода, отдавая распоряжения слугам.

— Вы поедете вместе, — объявила она тоном, не терпящим возражений. — Чтобы к приезду уже выглядели как пара. Никаких раздоров на людях.

Палетта открыла рот, чтобы возразить, но Рэйланд опередил ее.

— Как скажете, тетушка, — он подал жене руку. — Прошу.

Она посмотрела на его ладонь так, будто там была дохлая крыса. Но руку приняла. Пальцы — холодные, тонкие. Не сжала, не отдернула. Просто положила сверху, как подают руку королю, когда делать нечего, но отказаться неудобно.

Рэйланд усмехнулся про себя.

Играй, дорогая. Я тоже умею.

Карета качнулась, и Палетта, не удержав равновесие, полетела вперед. Рэй успел подхватить ее за талию — инстинктивно, не думая. Пальцы утонули в мягкой ткани платья, и на секунду он почувствовал тепло ее тела через тонкую ткань.

— Пусти, — выдохнула она.

— Попроси вежливо, — ответил он, не разжимая рук.

— Пожалуйста, ваша светлость, — в голосе послышались язвительные нотки.

Рэйланд разжал пальцы. Она отодвинулась на свое место, поправила юбки. Щеки — чуть розовее, чем минуту назад.

— Трясет здесь как в телеге, — буркнула, отворачиваясь к окну.

— Для той, кто позорит меня на людях, телеги вполне достаточно.

— Ты опозорил меня первым, — парировала она. — Подослал ко мне шпиона под видом учителя танцев.

— Джоул — не шпион.

— А кто? Друг? Который сует нос в мои дела, а бесстыжий взгляд — в мое декольте?

— Вы не… — костяшки Рэйланда побелели.

Он сам отправил к ней Джоула. Сам позволил тому подойти близко. Но теперь одна только мысль о том, что кто-то смотрел на нее, стоял рядом, касался ее руки в танце, ударила в голову такой злостью, что на миг стало трудно дышать — и захотелось схватить ее за плечи и больше никого к ней не подпускать.

— Мы — да, герцог! Спроси у своего друга, куда смотрели его глаза, когда он учил меня танцам. И знаешь что?

— Что? — процедил Рэй сквозь зубы.

— Не успеешь оглянуться, как консумация брака пройдет без тебя. А потом по имению Глассов будут бегать рыжие отпрыски.

Герцог сжал зубы. Она права. Не нужно было отправлять к ней Джоула и пускать все на самотек.

— Чего ты хочешь, Палетта? — спросил он тихо.

— Чтобы меня оставили в покое.

— Это невозможно. Ты — моя жена.

— По договору. Который я не подписывала.

— Твой отец подписал.

— Вот пусть он и спит с тобой.

Рэйланд не сдержал усмешки. Горькой, злой. Она говорила такое, от чего у Гвендолин случился бы удар, и смотрела при этом так, будто обсуждала погоду.

— Ты невозможна.

— Это ты меня такой сделал, герцог. Не нравится — не смотри.

Она отвернулась к окну, давая понять, что разговор окончен. Мужчина смотрел на ее затылок, на локон, упавший на шею, и ненавидел себя за то, что замечает такие детали.

Карета остановилась. За окном уже слышались голоса, музыка, шелест других прибывающих экипажей.

— Мы приехали, — сказал он.

— Я заметила, — ответила она, не оборачиваясь.

Рэйланд вышел первым. Поправил манжеты, одернул сюртук. Подал руку.

Палетта высунулась из кареты, окинула взглядом его ладонь.

— Если ты сейчас же не примешь мою руку, — сказал он тихо, чтобы не слышали лакеи, — я перекину тебя через плечо и занесу так во дворец. После этого тебя ни одна живая душа на балу не оставит в покое.

— Вы не посмеете.

Ох уж эта игра на публику! Но он не собирался следовать ее правилам.

— Попробуй.

Она посмотрела в его глаза. Секунду. Две.

Потом взяла его под руку. Сама. Пальцы — ледяные.

— Вы — чудовище, — прошептала она, улыбаясь для публики.

— Твое чудовище, дорогая жена, — ответил он так же сладко. — Теперь улыбайся. На нас смотрят.

Она улыбнулась — на удивление, слишком послушно.

Они вошли в залитый светом аванзал.

ГЛАВА 11

Палетта

Аванзал тонул в мягком свете настенных бра. Лакеи в ливреях принимали у гостей плащи и шали, у зеркал поправляли прически запоздавшие дамы. Я машинально поправила выбившийся локон, но руки дрожали — не от холода. Мой план на сегодняшний вечер строился на одних лишь предположениях — и слишком большом количестве “если”.

Рядом напрягся Рэйланд. Я почувствовала это по тому, как его пальцы чуть сильнее сжали мою руку.

— Улыбайся, — напомнил он сквозь зубы.

— Вы тоже, — ответила я, натягивая светскую улыбку.

Распорядитель у входа в главный зал вытянулся, сверкнув позолоченным жезлом.

— Его светлость герцог Рэйланд Гласс с супругой!

Супруга. Даже не удостоенная имени на светском балу, созванном, вообще-то, в честь моей свадьбы тоже! Черт бы побрал этот патриархат!

Мы двинулись вперед. Зал открылся внезапно — огромный, залитый золотым светом сотен свечей, с лепными потолками и колоннами, увитыми живыми цветами. Бриллианты, шелк, кружево, обнаженные плечи. Королевство Дорэй, или иначе — Равнинное королевство, любило роскошь.

Но я смотрела не на наряды. Пока остальные любовались роскошью, я искала выходы.

Главные двери — слишком заметно. По бокам — небольшие арки, возможно, коридоры. Одна — за колонной слева, другая — справа, почти скрытая тяжелой портьерой. Если сделать круг через танцующих, можно попробовать нырнуть туда.

Но сначала надо выиграть время.

На возвышении восседал король. Аэлмар Кадмий Третий. Я ожидала увидеть грузного старика с бакенбардами, но ошиблась. Мужчина лет сорока, подтянутый, с цепким взглядом и легкой усмешкой на губах. Он не просто смотрел на гостей — он словно прикидывал, кто из них сегодня солжет, кто прогнется, а кто окажется полезен.

— Рэйланд! — король приветственно поднял бокал. — А это, надо полагать, твоя новобрачная?

Судя по тому, насколько король по-свойски обращался к Рэйланду, они были или хорошо знакомы, или родственно близки. А знаться с королем — это иногда гораздо важнее, чем просто иметь высокое положение.

— Моя жена, Палетта, — Рэйланд слегка подтолкнул меня вперед.

Я присела в вышколенном реверансе.

— Приветствую, Ваше Величество!

— Наслышан о вас, Палетта, — Аэлмар хищно улыбнулся, и мне показалось, что он имел в виду куда больше, чем просто слухи. — Бедный святой отец Иен до сих пор пребывает в шоке.

— Свадьбы такое дело, Ваше Величество, — сдерживая внутреннее волнение, я растянула подобие улыбки, — всякое бывает!

— Герцог не обижает вас? — король перевел насмешливый взгляд на Рэйланда.

— Поверьте, если он попытается, я заставлю его пожалеть о таком решении, — мой тон стал серьезным. Рэйланд напрягся. Но король лишь хмыкнул и махнул рукой:

— Вам, женщинам, палец в рот не клади, это точно! Идите, развлекайтесь. Молодым положено танцевать.

Мы отошли. Я выдохнула. А у Рэйланда так скрипнула челюсть, что мне казалось, он сотрет все зубы от напряжения.

— Ты могла быть вежливее, — прорычал он над моим ухом. Я встряхнула руками, стараясь сбросить мурашки.

— Я была вежлива, Рэйланд. И абсолютно серьезна, — повернулась к нему и посмотрела прямо в потемневшие карие глаза. — Если ты хотел легко отделаться, женившись на тихой серой мышке, — ты сильно ошибался.

— Это я уже понял, — хмыкнул герцог.

Он не успел продолжить — к нам подплыла распорядительница с подносом, на котором лежали маленькие книжечки в бархатных обложках.

— Бальные книжечки, Ваша светлость, — она протянула одну мне. — Можете записывать кавалеров на танцы.

Я взяла. Рэйланд тут же потянулся за ней.

— Дай сюда.

— Зачем?

— Я впишу себя на все.

Я отдернула руку прежде, чем он успел коснуться книжечки.

— Нет.

Если он заберет у меня все танцы, от моего плана не останется ничего — а значит, и шанса выбраться отсюда.

— Палетта! — он сдвинул брови и посмотрел на меня так, будто я только что отказалась подписать мирный договор.

— Ты получишь один танец.

— Я получу их все. Никто не будет танцевать с моей женой без моего на то разрешения.

— Вот и посмотрим, герцог Гласс. На что способны вы, и на что способна ваша жена, — я подмигнула разгневанному мужу, вписала его на полонез и, сжалившись, на один вальс. И, покачивая бедрами, двинулась в сторону фуршета, осматривая присутствующих.

Рэйланд почти догнал меня, но сзади послышался елейный голосок нашей общей знакомой, и шаги моего мужа замедлились. Я не зря выбрала направление сквозь толпу. Не заметить гневные взгляды Сивиллы мог разве что слепой, да и ее темно-бордовое платье и перетянутая корсетом грудь приковывали внимание.

Прости, Рэйланд, но стратегия живца сработала. Я делала ставки на Сивиллу, и они окупились с лихвой. Не то чтобы я была уверена наверняка — просто у женщин вроде Сивиллы ревность обычно идет впереди здравого смысла.

В другой момент он бы не выпустил меня из поля зрения, но светский этикет, Сивилла и толпа гостей дали мне те несколько секунд, которых обычно не хватает для побега.

Я заметила его у колонны раньше, чем он — меня. Статный мужчина, прямой нос, сжатые в ухмылке губы. Серые глаза смотрели на присутствующих с насмешкой и тем спокойным снисхождением человека, который слишком давно научился никого не бояться. Кем бы он ни был, он казался идеальным вариантом, чтобы завести полезное знакомство и заодно позлить Рэя на балу.

Я сделала шаг в его сторону.

— Вы не представитесь? — спросила сама, не дожидаясь, пока он подойдет.

— Граф Эдвард Норвуд к вашим услугам, миледи.

Мужчина наклонился к стоящему рядом фуршетному столику и подал мне бокал шампанского.

— Благодарю вас, — я улыбнулась и с легким кивком приняла бокал из рук графа. — Палетта… Гласс.

Я к старой-то фамилии не успела привыкнуть, а тут уже новая нарисовалась!

Граф слегка замешкался, но все же продолжил.

— Так вы супруга первого герцога, — он развернулся лицом к залу, очевидно, чтобы отыскать Рэйланда среди толпы. Я последовала его примеру, делая небольшой глоток напитка. Пузырьки щекотливо лопались на языке.

Муженек с отрешенным видом осматривал зал с повисшей на его локте воздыхательницей. Через несколько мгновений наши взгляды встретились, и Рэй мгновенно подобрался. Взгляд потемнел, плечи напряглись, как только он заметил бокал у меня в руке и примостившегося рядом графа. Который, к слову, стоял так близко, что однозначно нарушил все нормы этикета. И в этом взгляде было что-то… опасное. Как у хищника, который заметил чужака на своей территории.

Должна признаться, мне его ревность удивительно приятна… Но приятна — не значит полезна. Я не имела права забывать, зачем вообще сюда пришла.

— Вы наблюдательны, граф. И раз этот факт вас не пугает, смею предположить, еще отчаянны и смелы, — я улыбнулась, осматривая мужчину.

Граф был старше Рэйланда. Несмотря на невысокий статус, мужчина явно не лебезил перед вышестоящими и уж тем более перед молодыми герцогами.

— Тогда я позволю себе вольность и попрошу у вас танец, — Эдвард тоже заметил Рэя. Кивнул ему, показательно взял меня за кончики пальцев и наклонился, чтобы поцеловать руку. Я замерла, но не стала ему мешать. Я не ошиблась. Он — из тех мужчин, что скорее шагнут в опасную игру из любопытства, чем отступят из благоразумия.

Внутри все замерло от страха, что Рэйланд не выдержит и разнесет весь бальный зал, меня и графа за компанию. Но герцог лишь стиснул зубы и стрельнул в нас ледяным взглядом.

Эдвард взял мою книжечку и вписал себя на второй вальс.

— Я слышала, что на балу должен быть котильон, но в танцах он не указан. Вы знаете, почему? — обратилась я к нему, невинно хлопая ресницами.

— Вы впервые на королевском приеме? — сквозь улыбку спросил мужчина.

— Так уж вышло, что раньше я пренебрегала светскими мероприятиями.

— Король начинает скучать к концу вечера. Поэтому ради развлечения котильон устраивают случайным образом.

— Случайным?

— Позже к вам подойдет организатор и попросит одну из личных вещей, — граф скользнул по мне взглядом с головы до пят. — Заколку, веер, платок — что угодно. Все складывают в мешочек, а мужчины потом достают их не глядя. Кому ваша вещь выпадет — с тем вы и танцуете котильон.

— Даже если я не хочу танцевать с этим человеком?

— В этом и веселье для короля, миледи. Никто не может отказаться, — он одним махом осушил свой бокал и поставил его на поднос мимо проходящего лакея. — Запомните одно: после котильона, кем бы ни был партнер, он должен проводить вас туда, куда вы попросите. Иначе это будет считаться неуважением к даме.

Сердце на миг сбилось с ритма.

— Туда, куда попрошу?

— Обычно — к столу или к окну. Но формально — куда угодно. Романтика, знаете ли.

Романтика меня не интересовала.

А вот лазейка — очень даже.

Среди гостей промелькнула знакомая рыжая копна волос. Джоул отвлек потерявшую бдительность Сивиллу, и Рэйланд, словно танкер разрезая толпу, двигался в нашу с графом сторону.

— Вы хотите дождаться моего супруга или предпочтете удалиться? — шутливо спросила графа, ожидая, что он решит избежать конфликта. Но Эдвард ответил совершенно серьезно.

— Как я могу бросить вас здесь одну, леди Палетта? Дождемся вашего мужа вместе.

— Как пожелаете.

Я перевела взгляд на того самого мужа, от которого разве что только молнии не разлетались по сторонам.

— Граф Норвуд, — холодно поздоровался Рэй, беря меня под руку.

— Герцог Гласс, — не менее холодно ответил ему Эдвард.

— Докучаете моей супруге?

— Совсем наоборот, герцог. Составляю ей приятную компанию, пока вы отвлекаетесь на… — он нашел в зале яркое бордовое пятно и задумчиво склонил голову, — неподобающие для женатого человека связи.

— Прошу вас не делать поспешных выводов о моих связях, граф Норвуд, — процедил Рэйланд сквозь зубы, кладя руку мне на талию и притягивая к себе ближе. Эдвард только хмыкнул и взял еще один бокал с шампанским.

— Каждый раз, когда вы отвлекаетесь от супруги, знайте, что есть те, кто готов уделить ей внимание, герцог, — граф поднял бокал и, развернувшись, удалился.

Спина графа исчезла среди нарядной толпы. Рэйланд сжал мою руку, наклонился к уху так, что я снова почувствовала предательские мурашки от его близости.

— После котильона мы поговорим, Палетта.

— О чем? — голос дрогнул, и я возненавидела себя за эту дрожь.

Он наклонился чуть ближе. Слишком близко для людного зала, слишком спокойно для той злости, что темнела в его глазах.

— О том, кому ты действительно принадлежишь.

Он выпрямился, но руку не разжал. Наоборот, сжал сильнее. И в этот момент мне вдруг показалось, что он говорит это не как герцог. А как человек, который уже не собирается отпускать.

Но я смотрела на бархатный мешочек, который распорядитель устанавливал у колонны, и думала: успею ли я сделать свой ход раньше, чем он — свой?

Всего через несколько часов кто-то ждал меня в борделе на краю королевства Дорэй. И если я не успею сделать свой ход первой, Рэйланд захлопнет клетку раньше, чем я доберусь до правды.

ГЛАВА 12

Палетта

Полонез прошел в напряженном молчании. Я старалась не отвлекаться на свои мысли, чтобы не сбиться с размеренного шага. Рэйланд же прожигал взглядом спину графа Норвуда, шествующего через несколько пар впереди нас, с пожилой дамой. Иногда на глаза попадалась яркая парочка Сивиллы и Джоула. Рыжий виконт очевидно выступал сегодня в качестве отвлекающего маневра для особо настойчивых поклонниц.

Жаль, очень жаль. Я возлагала на Сивиллу большие надежды в своем побеге. Но теперь придется действовать иначе.

Пышная яркая Гвендолин словно бабочка порхала рядом с незнакомым мне мужчиной.

Хоть она не обращает на нас внимания — и слава богам!

— Не верти головой, это неприлично, — прорычал Рэйланд, не меняясь в лице.

— Неприлично оставлять свою жену и позволять другим женщинам вешаться тебе на локти! А проявлять заинтересованность танцующими — вполне нормально.

Его рука напряглась под моими пальцами, но он ничего не ответил.

На следующий танец все присутствующие молодые графы, маркизы, виконты и бароны отказались приглашать «жену первого герцога». Часом ранее этот самый герцог пригрозил им чуть ли не казнью, если кто-то коснется его супруги.

Поэтому танцевать первый вальс мне пришлось с пожилым герцогом Эверли, который уже не видел дальше своего носа и оттоптал мне все туфли. Его конкуренции Рэйланд не боялся, поэтому милостиво закрыл глаза на такую пару на танцполе.

Герцог Эверли флиртующе икал, путал шаги и источал плотный аромат одеколона вперемешку с табаком. Но тем не менее был кладезью местных сплетен.

— Так вы говорите, Сивилла уже была замужем?

— Верно, душечка! Была сосватана Рэйланду еще в детстве, да он тогда был болезненным юношей. Семья невесты отказалась от брачного предложения, да выдала ее за другого. А потом-то уж…

Он многозначительно хмыкнул.

— А потом-то уж герцог возмужал, разбогател и стал им снова интересен? — озвучила я логичное предположение.

— Так точно, милочка! — старик улыбнулся и выдохнул мне в лицо очередную порцию застарелого никотина.

— Куда же делся первый муж?

— Чего не знаю, того не знаю. Говорят, сгинул с горя, да только не искал его никто. Богатый был мальчонка, но сирота. Все приданое уже растрачено. А на остальное жена руки наложила.

— Но ведь очевидно, что он не мог просто так пропасть!

— Да ну, для вида поискали, конечно. Но семья Сивиллы богаче самого короля будет. Таким слова поперек не скажешь.

Так значит, Сивилла не так проста… Поэтому Рэйланд терпит ее приставания? От одной жены — магию. От второй — власть и богатство? Рэйланд Виктуар Гласс! Решил играть грязно?

Раскланявшись и получив от старика ароматный поцелуй руки, я наконец улизнула к фуршету. Воспользовавшись передышкой, отряхнула туфли от следов настойчивых топтаний герцога Эверли. Потом испробовала несколько причудливых тарталеток с морепродуктами и начала морально готовиться ко второму вальсу. Тому самому, который в начале бала по доброте душевной выделила для своего дражайшего супруга. После этого вальса у меня оставался вальс с Норвудом и совсем немного времени понять, какую вещицу положить в мешочек, чтобы Рэйланд точно ее не выбрал. А потом под гром и молнии станцевать котильон с новым партнером и исчезнуть в ночи.

Да… Планом это можно было назвать лишь с большой натяжкой. Но чем богаты — тем и рады, как говорится!

С возвышения отлично был виден мой новоиспеченный супруг. Он проводил Гвендолин, с которой танцевал первый вальс, к группке других таких же пышущих здоровьем дам и уже широким шагом направлялся в мою сторону.

Музыка заиграла почти сразу, как кипящий от ревности первый герцог королевства — Рэйланд Гласс — оказался рядом с фуршетом.

— Твой второй вальс, — напомнил он, протягивая руку.

— Ты так боишься, что меня пригласит кто-то другой?

— Я не боюсь. Я контролирую ситуацию.

Я вложила пальцы в его ладонь. Теплые. Сухие. Властные.

— Одно и то же, герцог.

Он не ответил. Только притянул меня непозволительно близко, и мы двинулись в круг.

На мгновение меня накрыло то же теплое чувство, что и в нашу первую встречу в кабинете. От чего-то по всему телу побежали мурашки и меня обдало жаром. В золотистых глазах пылал огонь. Гнева? Страсти? Желания?

Рэйланд вел уверенно, почти жестко, его рука на моей талии горела через тонкую ткань платья. Я чувствовала каждое его движение, каждый миллиметр соприкосновения. Слишком близко. Слишком интимно для танца, за которым смотрят сотни пар глаз.

Но он, кажется, не замечал никого вокруг.

Мы кружились, и зал превратился в размытое пятно — свечи, шелк, бриллианты, все смешалось в золотистую дымку. Остались только он и я. Его дыхание у моего виска. Запах — терпкий, с нотками кожи и дыма. Тепло его ладони на моей спине.

— Ты умудрилась излишне много улыбаться даже герцогу Эверли, — сказал он тихо, почти касаясь губами моего уха.

— Он очень забавный, — ответила я, стараясь не дрожать от его близости. — И очень разговорчивый.

— О чем вы говорили?

— О тебе, — я подняла на него глаза. — О Сивилле. О том, что она была твоей невестой, пока ты не стал ей неинтересен. А теперь, когда ты разбогател и возмужал, она снова хочет занять место рядом с тобой.

Его пальцы на моей талии дрогнули.

— Откуда ты…

— Иногда очень полезно поболтать со стариками, — я улыбнулась. — Не переживай, герцог. Твои секреты при мне.

— У меня нет от тебя секретов, — ответил он слишком быстро.

— Лжешь.

— Палетта.

— Рэйланд, — передразнила я.

Пальцы на талии впивались до боли. Он наклонился к моему лицу, почти прижавшись. Я чувствовала, как его щетина царапает щеку, его сердцебиение — или это мое колотилось как сумасшедшее?

— Ты невозможна, — сказал он, и в голосе не было злости. Скорее — обреченность. Что-то такое, чему он сам не мог найти имени.

— А ты — ужасный собственник.

— Я — твой муж.

— По договору!

— Не напоминай.

Мы кружились, и его рука скользнула чуть ниже, туда, где талия переходит в бедро. Пальцы вжались в ткань платья, будто он боялся, что я исчезну. Или хотел запомнить это мгновение.

Я не отстранилась. Может, потому что танец не позволял. Может, потому что не хотела.

— Зачем ты подошла к Норвуду? — стальные нотки выдавали его ревность с головой.

— Он сам подошел ко мне, — я фыркнула в ответ, стараясь сделать глубокий вдох и прийти в себя. Голова начинала кружиться от его близости или терпкого запаха одеколона. Или от того и другого вместе…

— Нет, Палетта. Это была твоя инициатива. Я видел.

— Ты следил за мной?

— Я слежу за своей женой. Это моя обязанность.

— Контролировать каждый мой шаг — не обязанность, герцог. Это уже мания.

Он ничего не ответил. Только сжал мою руку сильнее и притянул еще ближе. Теперь я чувствовала каждый изгиб его тела — твердый, горячий, опасный. Между нами не было места даже для вздоха.

— Просто помни, что после нас ждет разговор.

— Ты уже предупреждал, не стоит повторяться. У меня все прекрасно с памятью.

— Я добавлю туда новую повестку.

— Какую же?

— О том, кому ты улыбаешься. И почему твои улыбки предназначены не мне.

— Кому улыбаешься, кому принадлежишь… Герцог, да у вас все замашки маньяка на лицо. Вам бы проверить голову, а не жениться.

Вместо ответа мне был лишь обжигающий золотистый взгляд.

Я хотела сказать еще что-то колкое, что-то, что вернет его на место. Но слова застряли в горле. Потому что он смотрел на меня так, будто я — единственная женщина.

Будто Сивиллы не существовало.

Будто договора не было.

И все это — понарошку…

А по-настоящему — только мы двое, вальс и эта минута, когда время остановилось.

— Ты слишком много на себя берешь, Рэйланд, — сказала я тихо, чтобы он не услышал, как дрожит голос.

— Я только начинаю.

Музыка затихла. Он отпустил меня, но не отошел. Стоял так близко, что я чувствовала жар его тела. Смотрел так, будто хотел что-то сказать, но не решался.

— После котильона, — повторил он.

— После котильона, — согласилась я, хотя уже знала, что меня здесь не будет.

Он усмехнулся. Не зло — скорее устало. Развернулся и отошел к колонне, где его уже поджидала Сивилла.

Я перевела дух. Пальцы дрожали. Ладони вспотели.

Этот танец не должен был ничего значить.

Но значил.

И это пугало больше, чем его угрозы. Или то, что мои шансы улизнуть с бала с каждым танцем становились все призрачнее.

ГЛАВА 13

Палетта

За воротами — ветер и мрак,

Никто не подскажет ни шаг, ни знак.

Но кто-то пройдёт этот длинный путь,

Чтобы однажды понять суть:

боялась она не стен —

а того, что свободу сменит на плен.

Сразу после вальса Рэйланда увлекли в мужскую компанию разговорами. Я вздохнула, только сейчас понимая, что все это время почти не дышала. Желудок сводило. Нужно было взять себя в руки.

У окна суетились лакеи, разливая новое шампанское по бокалам. Освежиться и расслабиться пузырьками — всегда хорошая идея. Поэтому, оставив позади вдруг нахлынувшие сердечные переживания, я поспешила к окну. Искренне надеясь, что Рэй не решит в последний момент меня догнать, а блюдящая приличия Гвендолин будет занята фуршетом настолько, чтобы и дальше не обращать на меня внимания. Кажется, обеденный инцидент стоил ей немалого количества нервных клеток — поэтому на приеме она активно их восполняла, подпитывая тарталетками, нарезками и шампанским.

В нескольких шагах от окна стоял Норвуд. Мужчина смотрел на меня с ленивой усмешкой, но не подходил — ждал своего танца. Я отвернулась. Нечего ему смотреть на мои раскрасневшиеся от вальса щеки. Хоть он и подходил для моего плана — все же чутье подсказывало, что с ним нужно быть осторожной. Сложно понять, что у таких людей на уме. Он не прогибается под правила. И не станет играть по моим. Скорее, с ним можно заключить сделку. Если он этого захочет.

— Прошу вас, миледи, — лакей протянул мне бокал прохладного еще шипящего напитка.

— Благодарю!

Я углядела несколько пробок от только что открытого шампанского. Золотистые, влажные. Сделала шаг, будто поправляя платье, и незаметно взяла одну. Пробка скользнула в ладонь. Не успела я сделать и первого глотка, как рядом из ниоткуда возник распорядитель, отвечающий за котильон.

— Вашу вещицу, миледи?

Я опустила сжатую в кулак руку в бархатный мешочек.

— Прошу.

— По правилам вы должны показать мне вещицу прежде, чем положить. Чтобы отбор был честным и вы не претендовали на другого кавалера, выдавая чужую вещицу за свою.

— Поверьте, двух таких вещиц на этом балу не будет.

— И все же, миледи.

— Прошу вас. Сегодняшний бал созван в честь моей свадьбы с герцогом Глассом. Не будете же вы портить мне настроение такими мелочами? — я показательно надула губы, изображая обиду. Показывать свою вещь раньше времени мне не хотелось. Тем более, что Рэйланд знает здесь каждого из присутствующих. И уж уточнить у распорядителя, какую вещь в мешочек положила его жена, — ничего ему не стоит.

Мужчина замялся, словно решая, стоит ли настаивать.

Секунда. Две.

И все же кивнул.

Фух!

Я облегченно выдохнула и почти одним глотком опустошила бокал с игристым. Игра началась. Оставалось лишь уповать на удачу. И графа Норвуда. Наш вальс вот-вот должен был начаться.

Норвуд сделал несколько шагов ко мне, уже протягивая руку.

— Леди Палетта, я…

Он не договорил.

К нему подошла вторая распорядительница, та самая женщина, которая раздавала бальные книжечки при входе. Что-то прошептала на ухо. Граф замер. Повернул голову, посмотрел на королевское возвышение. Потом перевел взгляд на меня.

— Похоже, наш танец откладывается, миледи, — сказал он с кривой усмешкой. Пожал плечами и отошел к столику с шампанским.

На секунду мне показалось, что я ослышалась.

— Леди Палетта, — распорядительница уже склонилась передо мной. — Его Величество приглашает вас на этот танец.

У меня перехватило дыхание.

— Король?

— Именно так, миледи. Прошу.

Я машинально сделала реверанс в сторону трона, а сама искала глазами Рэйланда. Он стоял у колонны с каменным лицом. Сжимал бокал так, что я, кажется, отсюда слышала, как трескается хрусталь. И не сводил с меня взгляда. Как будто уже понял, что я что-то задумала.

Сивиллы рядом не было — видимо, он от нее избавился. Но легче ему не стало.

Он не просил короля об этом танце. Это было понятно любому в зале.

Но король приглашает. И отказать нельзя.

Я выдохнула, расправила плечи и двинулась через зал. Аэлмар уже поднялся с кресла и все с той же хищной улыбкой шел мне навстречу. Внутри клокотал страх и непонимание. Танец с королем не был запланирован ни мной, ни, очевидно, Рэйландом. Да и Палетта не была столь знатной особой, чтобы привлечь королевское внимание. Это приглашение не имело смысла.

И именно поэтому было опасно.

— Леди Гласс, — Аэлмар Кадмий Третий стоял передо мной в центре зала. Темные волосы, цепкие глаза, легкая усмешка, которая не сходила с губ. Он не просто носил корону. Он был королем каждой клеткой своего тела. Мужчина протянул руку:

— Наконец-то я могу украсть вас у вашего ревнивого супруга.

— Ваше Величество, — я старалась не смотреть на Рэя и не выдавать своего волнения перед Аэлмаром. Слишком много внимания для той, кто хотела сбежать сегодня незамеченной.

Мы кружились в танце, и король не сводил с меня глаз. Он не смотрел на декольте — в отличие от некоторых. Не пытался приблизиться — в отличие от других. Он просто… изучал. Слишком внимательно для случайного интереса.

— Рэйланд много рассказывал о вас до свадьбы, — сказал он наконец, и в голосе послышалась усмешка. — Знаете, что он говорил?

— Догадываюсь, — я невольно хмыкнула, вспоминая его описания Палетты.

— Тихая. Скромная. Застенчивая. Сидит в углу и не привлекает внимания, — продолжил мужчина, подтверждая мои догадки.

Я промолчала.

— А теперь я смотрю на вас и думаю: где та девушка, о которой он мне рассказывал? — он наклонился чуть ближе. — Потому что передо мной совсем другая женщина.

— Люди меняются, Ваше Величество, — ответила я, поднимая на него взгляд. Из нашего короткого знакомства я понимала лишь одно. Перед Аэлмаром нельзя показывать страх.

— За один день? — король недоверчиво поджал губы. — Свадьба так преображает?

Он не спрашивал. Проверял. И ждал моего ответа.

— Возможно, раньше у меня не было причин показывать свой характер, — сказала я.

— А теперь появились?

— Теперь у меня есть муж, которому мой новоявленный характер не дает заскучать.

Король рассмеялся. Громко, открыто, так что несколько пар обернулись.

— Проявили характер… что ж, — повторил он, словно пробуя слова на вкус. — Или наконец перестали притворяться?

Он не сводил с меня глаз. Цепких, холодных, изучающих.

— Я предлагал Рэйланду расторгнуть этот брак, — сказал он тихо. — До того, как увидел вас сегодня.

— А теперь?

— А теперь я хочу понять, что за женщина передо мной, — он наклонился так близко, что я почувствовала его горячее дыхание. — И стоит ли мне жалеть, что он отказался.

Я молчала. Сердце упало в пятки.

— Вы не похожи на ту, кто будет сидеть в углу, — продолжал он. — Вы — опасная. Я таких вижу сразу.

— И что вы делаете с опасными людьми, Ваше Величество?

— Слежу, — он усмехнулся. — И жду, когда они ошибутся.

Музыка затихла. Король остановился, но не отпустил мою руку. Наклонился и поцеловал — сухо, формально, как требовал этикет. Но его глаза смотрели прямо в мои, и в них не было ни капли этикетной вежливости.

— Берегите его, леди Палетта, — сказал он тихо, так чтобы слышала только я. — И себя. Потому что если с ним что-то случится, я буду искать виноватых. И обычно я их нахожу.

Я сделала реверанс.

— Благодарю за танец, Ваше Величество.

— Взаимно, — он усмехнулся и отошел, оставляя меня стоять в центре толпы.

Я медленно выдохнула.

Он ничего не знает. Только подозревает. Но этого достаточно, чтобы усложнить мне жизнь.

Главное, что танец закончился. И король остался доволен — или хотя бы сделал вид. Я перевела дух и посмотрела на распорядительницу у колонны. Та кивнула музыкантам и подняла руку.

Музыка стихла.

— Дамы и господа! — голос распорядительницы прокатился по залу. — По традиции нашего любимого короля завершает бал — котильон!

По толпе прокатился одобрительный шепот.

— Правила просты, — продолжала она. — Каждая дама заранее опустила в этот мешочек свою личную вещицу, — она указала на бархатный мешочек, который держал помощник. — Кавалеры по очереди достают одну из них. Чью вещицу вы достали — с той дамой и танцуете котильон. Уважаемые дамы! Отказы не принимаются.

Она сделала паузу.

— И помните: после котильона кавалер обязан проводить даму туда, куда она попросит. Таков обычай.

Я сжала кулак так, что ногти впились в ладонь.

Только бы Норвуд вытащил мою пробку!

Первым из толпы вышел молоденький веснушчатый юноша и выудил из мешочка небольшой носовой платок.

— Кружевной платок. Чей? — громогласно уточнила распорядительница и оглядела зал.

Из толпы вышла молоденькая девушка в розовом. Ее партнер поклонился и подал руку.

Они отошли в центр зала.

Следующий. Еще один. Еще.

Я следила за мешочком, чувствуя, как холодеют ноги.

Рэйланда не было видно в толпе, но вот вперед вышел граф Норвуд. Мужчина задумчиво пошевелил рукой внутри мешочка, перебирая вещицы. Я отсчитывала секунды. От этого мгновения зависел весь мой план. Да. От удачи. Или от неудачи графа Норвуда.

За моей спиной кто-то резко остановился.

Я не оборачивалась. Но знала — это Рэй.

— Золотистая пробка от шампанского! — объявила распорядительница, и в зале раздались удивленные смешки. Пульс сбился с ритма.

— Чья же это?

Я шагнула вперед.

— Моя.

Шепот прокатился по рядам.

Леди Гласс кладет в мешочек пробку? Это было странно. Неприлично.

Идеально!

— Палетта! — где-то в толпе Гвендолин издала протяжный стон. И в ту же секунду пальцы сомкнулись клещами на моем локте.

— Палетта, пробка? — прошелестел шепот Рэйланда над ухом. Но я смотрела лишь на спасительную фигуру Норвуда. Он улыбался своей ленивой, насмешливой улыбкой.

— Граф Эдвард Норвуд, — объявила распорядительница. — Ваша дама — леди Палетта Гласс.

Норвуд поклонился. Бросил взгляд на Рэя, за мою спину.

— Отказаться нельзя, Рэйланд. Разве ты не слышал? — я дернула локтем, вырываясь из цепкой хватки. — Или ты готов пойти против воли короля?

Рэй нехотя ослабил хватку. Норвуд поклонился.

— Я польщен, миледи.

Я сделала реверанс, чувствуя, как внутри все сжимается от облегчения и страха.

Сработало.

Музыка заиграла снова — котильон.

Норвуд медленно увел меня от герцога. Сухая уверенная рука, сжимающая мои пальцы. Никакого трепета. Никакой дрожи.

— Вы рискованная женщина, леди Палетта, — сказал он тихо, пока мы кружились. — Пробка от шампанского? Что бы сказала Гвендолин?

— Скажет, что у меня нет вкуса, — ответила я, стараясь улыбнуться. — Но мне нужна была вещица, которую Рэйланд не сможет отследить.

— Умно, — он усмехнулся. — И отчаянно.

— Вы поможете мне?

— С танцем? — он приподнял бровь. — Я уже помогаю.

— Не только с танцем.

Он посмотрел на меня внимательнее.

— Что вы задумали, леди Гласс?

Я сделала глубокий вдох.

— После котильона вы должны проводить меня туда, куда я попрошу. Это правда?

— Правда, — он кивнул. — Куда прикажете? К столу? К окну? Или, может, к выходу?

— К выходу, — сказала я. — И дальше.

Норвуд замер на мгновение. Потом усмехнулся.

— Вот оно что. — он покачал головой. — А я думал, вы просто хотите позлить мужа.

— Я хочу уйти.

Он помолчал. Музыка играла, мы кружились, и я чувствовала на себе взгляд Рэйланда.

— А если я откажусь?

— Тогда я найду другого, — ответила я. — Но вы — единственный, кто не побоится.

Норвуд усмехнулся.

— Лесть? Это низко, леди Гласс.

— Но работает?

Он задержал на мне взгляд, будто прикидывая, во что именно ввязывается.

И только потом кивнул.

— Куда проводить вас, миледи?

— К Черной рябине, — выпалила я, понимая, что времени на прелюдии у меня уже нет.

Он не удивился. Только покачал головой.

— Как знал, что с вами не будет просто.

— И все же вы здесь.

— И все же, — на меня смотрел взгляд человека, знающего, что у каждой договоренности есть цена.

Томительно долгий котильон подошел к концу. Норвуд поклонился.

— Я провожу вас, леди Гласс. Как того требует обычай.

— Поторопитесь. Пока он не остановил нас.

Мы двинулись к выходу. Мимо Рэйланда. Мимо Сивиллы. Мимо Гвендолин, которая смотрела на нас с недоумением.

Я не оборачивалась.

Выход был близко.

Экипаж ждал у ворот.

Как только мы тронулись, я откинулась на сиденье, чувствуя, как дрожат руки.

— Вы готовы, миледи? — спросил Норвуд.

— Нет, — ответила я честно.

Он кивнул.

Сзади, со стороны дворца, донесся крик:

— Черт бы вас побрал… Стоять!

Я обернулась.

Нет! Слишком быстро!

Рэйланд выбежал из ворот, что-то торопливо говоря охране. Слуги заметались. Но экипаж уже набирал скорость.

И его ругательства утонули в стуке копыт.

Норвуд усмехнулся.

— Он успеет?

Я посмотрела в темноту за окном.

— Не знаю. Но он обязательно попробует.

ГЛАВА 14

Чёрная рябина оказалась местом оживленным — и, судя по всему, не самым подходящим для тайных встреч. С порога заведение обещало каждому входящему удовольствие на любой вкус, цвет и кошелек. Мы с Норвудом почти не выделялись из общего контингента.

Точнее, выделялся только один из нас.

И это была я.

От входа начинался небольшой зал со столиками. Приглушенный свет, смех, голоса, легкая расслабляющая музыка. Справа и слева — ниши с плотными портьерами, за ними — тоже столики, но уже очевидно более приватные. Впереди — подобие сцены, на котором под ритмичную, похожую на восточную мелодию, извивалась танцовщица. Остальные девушки общались с постояльцами или неторопливо прохаживались по залу в ожидании новых гостей.

Наше появление не осталось незамеченным. Высокая статная брюнетка, облаченная в изумрудный наряд, уже направлялась в нашу сторону. Вместо юбки у нее была только струящаяся полоска ткани, спереди и сзади закрывавшая лишь середину и оголяющая бедра. Ткань покачивалась в такт ее движениям и то и дело норовила открыть взглядам постояльцев немного больше — и совершенно бесплатно.

От общего количества наготы у меня, кажется, заалели щеки.

— Вы уверены, что хотите остаться здесь одна? — слегка насмешливо спросил граф, наблюдая за приближением куртизанки.

Я озадаченно осматривала зал, пытаясь понять, как определить, кто из них был голосом в голове. Все гости, кроме меня, были мужчинами. Значит… он уже меня видит. Именно поэтому долго торчать в первом зале и привлекать лишнее внимание не хотелось.

— Женщина с женщиной всегда найдет общий язык, граф Норвуд. Хорошо проведите время, раз вы уже здесь.

— Такие места могут сказаться на моей репутации, вы так не считаете, миледи?

— Если бы вы о ней пеклись, вы бы не пошли против Рэйланда. И уж точно не привели меня сюда.

— В наблюдательности вам не откажешь, — ухмыльнулся Эдвард и, поприветствовав брюнетку коротким поклоном, удалился куда-то в сторону свободных столиков.

— Парные встречи считаются по двойному тарифу, — брюнетка перешла к делу без прелюдий, даже не взглянув мне в глаза.

— Мы по отдельности. Мне нужна спокойная комната или столик, где в ближайшие полчаса меня не потревожат, — деньгами разжиться я все еще не успела, поэтому сняла выданные еще Бенеттами инкрустированные заколки и вложила в руку девушки.

Надеюсь, я только что не отдала половину приданого!

Она с видом знатока повертела их в руках, кивнула и молча развернулась, покачивая бедрами.

— Этого хватит? — спросила я, пробираясь за ней между столиками.

Кто знает, какие тут в Дорэе расценки?!

— Вполне. Сдачу все равно не дам.

Не то чтобы я рассчитывала на сдачу, но внутренняя жаба все же возмущенно квакнула.

Тихо ты! Не обеднеем. Потом стрясем с Рэйланда за моральный ущерб и прожигающие взгляды.

Мы прошли из нижнего зала по боковой лестнице на второй этаж. Тут было тише и темнее. Длинные коридоры и многочисленные двери, из-за которых раздавался то смех, то приглушенные голоса — а иногда слишком резкая тишина или многозначительные звуки.

Слишком поздно было задаваться вопросом, зачем я сюда пришла.

Брюнетка остановилась у одной из дверей в самом конце коридора, толкнула ее плечом и жестом показала, что я могу войти. Комната оказалась небольшой, но на удивление уютной. Низкий диван, столик с графином вина, несколько подушек, тяжелые портьеры на стенах и жаровня в углу, от которой тянуло пряным сладковатым дымом. Запах густой, тягучий, будто медленно оседал на кожу.

— Полчаса, — коротко бросила брюнетка. — Если понадобится больше, доплатишь.

— Если понадобится меньше?

Она смерила меня скучающим взглядом.

— На возврат не рассчитывай. Радуйся, что живая уйдешь.

С этими ободряющими словами девушка прикрыла за собой дверь, и я осталась одна.

Несколько секунд просто стояла, прислушиваясь к гулу борделя за стенами. Где-то внизу смеялись, хлопнула дверь, протянулись чьи-то томные ноты, потом все снова смешалось в вязкий фон. В висках стучало.

Я медленно прошлась взглядом по комнате. Окна не было. Только узкая отдушина под самым потолком, через которую и мышь бы не пролезла. Значит, если разговор пойдет не так, бежать отсюда можно будет только через дверь. Очень обнадеживает.

Время тянулось мучительно медленно. Я уже начала опасаться, что попалась в нелепую ловушку, когда за спиной раздался тихий щелчок.

Дверь не открывалась.

Никто не входил.

Но в комнате явно кто-то появился.

Я резко обернулась.

Сначала увидела только тень у дальней стены. Затем мужчина сделал шаг вперед, и свет от жаровни мазнул по его лицу. Светлые серебрящиеся волосы, прямой нос, резкие скулы, холодные голубые глаза. Для дворянина он был излишне просто одет, но и не как наемник. Держался слишком уверенно для простолюдина. Спокойный взгляд, уверенное лицо.

— Ты опоздала, малышка, — произнес он мягко, как и тогда во сне. — Я уже начал думать, что брак сыграл с тобой злую шутку.

Малышка.

Я медленно выдохнула, стараясь не выдать, насколько сильно меня тряхнуло от узнавания. И от страха выдать себя с потрохами.

— А я начала думать, что ты любишь ждать, — ответила, скрестив руки на груди. — Мог бы выбрать место потише.

И поближе, — мелькнула мысль.

Его губы тронула едва заметная улыбка. Он прошелся взглядом по моему лицу, фигуре, прическе, задержался на платье.

— Потише? — переспросил он. — Ты всегда любила драму. Всю эту ложную скромность оставь для папочки, Глассов и королевского двора.

Мужчина подошел ближе, но не настолько, чтобы я могла отступить и тут же упереться в стену. Умный. Оставлял пространство, чтобы я сама не почувствовала себя загнанной. И именно поэтому настораживал еще больше.

— Свадьба, бал, герцог под боком… — продолжил незнакомец тихо. — И все же ты пришла.

— Не трать время на любезности, — я постаралась придать голосу раздраженную уверенность. — Ты сам говорил, что у нас его мало.

— У нас? — в серых глазах мелькнуло что-то насмешливое. — Как быстро ты снова заговорила о нас.

Вот скользкий гад.

Он не пытался сразу задавать вопросы. Сначала проверял. Нащупывал. Смотрел, как я отвечаю. Настоящая Палетта, видимо, знала эту игру лучше. Я — нет.

— Ты звал меня не затем, чтобы слушать, как я тебе нравлюсь, — отрезала я. — Что ты хотел?

Его улыбка стала тоньше.

— Вот именно это мне в тебе всегда и нравилось. Ты не умеешь быть покорной слишком долго.

“Всегда”, значит.

Что же между ними было? Палетта раскрывается совсем с новой стороны. И ни Беннеты, ни Глассы, судя по всему, не знали о том, какая она на самом деле.

Ладно. Продолжим делать вид, что я в курсе их великой истории.

— Брак нельзя было допустить, — сказал он уже без намеков. — Я дал тебе достаточно времени и возможностей. И все же ты позволила ему надеть тебе кольцо.

— Позволила? — я вскинула брови. — Это интересная формулировка.

— Не играй со мной, малышка, — голос его стал тише, но вместе с тем опаснее. — Я не тот человек, которого стоит вынуждать повторять один и тот же вопрос дважды.

— Тогда не заставляй меня слушать упреки и говори по делу.

Он замолчал, изучая меня так пристально, что у меня засвербило в желудке. В следующее мгновение мужчина приблизился еще на шаг и поднял руку, будто хотел коснуться моей щеки. Я дернулась раньше, чем успела подумать.

Серые глаза опасно сузились.

Вот черт.

— Ты изменилась, — произнес он почти лениво.

— Неужели? — я пожала плечами. — Это не странно. Мне казалось, после замужества меняются все.

— Не так, — отрезал незнакомец. — Не настолько.

Он обошел меня по кругу, как хищник, которому вдруг стало любопытно, не подсунули ли ему другую добычу. Я старалась стоять спокойно и не следить за каждым его шагом, но напряжение росло с каждой секундой.

— Ты долго мне не отвечала, — продолжил он. — Потом позволила этому браку случиться. Но все же пришла. А теперь смотришь на меня так, будто видишь впервые.

Я усмехнулась, хотя внутри неприятное чувство разрасталось все больше.

— Может, я просто устала от людей, которые считают, что вправе мной распоряжаться.

— О, нет, — он остановился прямо напротив. — Ты бы сказала это иначе.

Между нами повисла плотная, почти осязаемая пауза.

— Кто ты? — спросил он неожиданно спокойно.

Я почувствовала, как кожа на руках покрывается мурашками.

И вот тут уже нельзя было ошибиться.

— Та, кто еще не сошла с ума от происходящего, — ответила, глядя прямо в ледяные глаза. — И та, у кого есть к тебе вопросы.

На этот раз он молчал дольше. Потом чуть склонил голову набок, и во взгляде мелькнул не страх. Интерес. Настороженный, холодный, расчетливый.

— Хорошо, — произнес наконец. — Спросишь.

Я не поверила в такую легкость ни на секунду. Он появился из ниоткуда и явно собирался использовать Палетту в своих целях. Ничуть не удивился подмене и совершенно не расстроился исчезновением “малышки”, на которой строился его план. Ни удивления. Ни злости. И это пугало сильнее всего.

— Ты обещал помочь мне избежать брака, — начала я осторожно, примеряя каждое слово. — Но…

— Обещал? — он усмехнулся краем губ. — Нет. Я обещал дать шанс. И не тебе. Ей, — он еще раз смерил меня взглядом. — Но что делать с этим шансом — всегда решала Палетта. Нужно отдать должное, вы действительно похожи. Но только внешне.

Как удобно.

— И что теперь?

— Теперь? — мужчина задумчиво посмотрел на жаровню в углу. — Теперь все стало сложнее. Если магия уже перешла к нему, нам придется искать другой путь.

Я почти перестала дышать, боясь пропустить хоть слово.

Вот оно.

— А если не перешла? — спросила тихо.

Он резко перевел взгляд на меня.

— Значит, ты еще можешь все исправить.

— Каким образом? И что я исправляю?

— Не отдавай ее, — сказал он просто. — Тяни время. Лги. Улыбайся. Делай что угодно. Но не позволяй ему взять то, ради чего он на тебе женился.

Я похолодела вся, от макушки до кончиков пальцев.

— А ты, конечно, хочешь ему помешать из чистой, бескорыстной доброты?

На секунду в его глазах мелькнуло что-то темное. Старая обида, почти ярость — и тут же исчезло, будто мне только показалось.

— У меня есть причины желать ему провала, — ответил он. — И тебе лучше пока не знать их все.

То, как он сказал “пока”, мне очень не понравилось. Я уже открыла рот, чтобы задать еще один вопрос, но в следующее мгновение он просто… исчез, будто растворился в этом пряном дыме.

— Я найду тебя снова, малышка. Даже если ты продолжишь играть в чужую жизнь, — остался только голос из темноты. А потом не стало и его.

Не успела я прийти в себя, как за дверью кто-то выругался, потом раздались торопливые шаги по коридору и мужской голос, недовольный, резкий. Я не сразу разобрала слова, но мозг отреагировал мгновенно.

Рэйланд.

Я узнала бы этот голос даже сквозь музыку, крики и шум драки.

Я метнулась к двери — и замерла, так и не коснувшись ручки.

Сначала шаги. Потом удар. Глухой, тяжелый, от которого по стенам прошла едва заметная дрожь.

— Открывай!

Голос Рэйланда прозвучал так близко, что у меня внутри все похолодело.

Он шел по комнатам. Одна за одной.

И до этой доберется уже через считанные мгновения.

ГЛАВА 15

Рэйланд

Бал не задался с самого начала. Джоул опоздал, и отбиваться от Сивиллы пришлось в одиночку. Палетта, казалось, только и ждала момента, чтобы раствориться в толпе. Да еще и умудрилась завести знакомство ни с кем иным, как с Эдвардом Норвудом.

Внутри все вибрировало от негодования, но на людях Рэйланд мог разве что метать гневные взгляды и до хруста сжимать кулаки.

Самозванка на удивление хорошо танцевала и вообще вела себя на балу излишне общительно. Чего от прежней Палетты ожидать вовсе не приходилось. Та из бала в бал забивалась в угол залы, теребила юбки платья и неизвестно куда прятала бальную книжечку, чтобы никто из присутствующих кавалеров, не дай бог, не умудрился вписать себя на танец. У новообретенной же невесты общительность, казалось, не выключалась ни на минуту.

Всего за первый час приема она умудрилась ускользнуть из поля зрения Рэя, вписать на вальс невыносимого Норвуда и даже выудить из старого герцога Эверли подробности давней помолвки Рэя и Сивиллы.

Но если все вышеперечисленное он еще мог оставить без внимания, то приглашение на вальс от Аэлмара заставило напрячься.

Рэйланд стоял у колонны, не в силах перечить решению короля, и сжимал зубы так, что сводило челюсть.

— Что он задумал? — осторожно прошептал Джоул где-то над ухом.

— Хотел бы я знать, — почти не разжимая челюсти, процедил герцог, не сводя взгляда с Палетты и Аэлмара, которые шли к центру круга с танцующими.

Король вел ее не как монарх, решивший развлечь гостей внезапным жестом внимания к молодой герцогине, а как человек, которому вдруг стало любопытно заглянуть глубже, чем позволяли приличия. Рэйланд слишком хорошо знал этот взгляд. Аэлмар не флиртовал, не красовался и не искал легкого развлечения. Он присматривался и делал выводы.

И это нравилось Рэю меньше всего.

Палетта отвечала королю с той же уверенной легкостью, с какой чуть раньше доводила до бешенства самого Рэйланда. Со стороны это наверняка смотрелось даже эффектно: юная герцогиня, внезапно обретшая голос, характер и дерзость. Вот только он слишком хорошо помнил, какой она должна была быть.

И по какой-то причине в самый ключевой момент — перестала.

— Мне это не нравится, — пробормотал Джоул уже серьезнее, когда вальс закончился, а король не спешил отпускать Палетту. Сказал ей что-то вполголоса, задержал руку дольше положенного и только потом отошел, оставив ее посреди зала.

— Мне тоже, — сухо отозвался Рэйланд. — Но ты не хуже меня знаешь, что если Аэлмар что-то задумал, он не отступит.

А потом начался котильон.

И именно в этот момент герцог окончательно понял, что этот вечер еще преподнесет ему неприятности.

Сначала — дурацкая пробка от шампанского, которую Палетта, по-видимому, сочла прекрасной заменой любой нормальной вещи. Потом — Норвуд, вытащивший именно ее. И наконец этот ее почти торжествующий взгляд.

Рэйланд едва сдержался, чтобы не выругаться вслух, когда Норвуд, поклонившись, увел ее в танец. Если бы не Аэлмар и не весь этот фарс с традициями, он бы прервал представление немедленно. Но вмешиваться на глазах у короля означало признать, что он потерял контроль. А этого он позволить себе не мог.

— Отказаться нельзя, Рэйланд. Разве ты не слышал? — жена выдернула руку из его хватки. — Или ты готов пойти против воли короля?

Ее слова били по самому больному. Он действительно не мог. Не сейчас. Поэтому пришлось стоять и смотреть, как его жена кружится в объятиях другого мужчины, будто все происходящее совершенно в порядке вещей.

Джоул рядом выразительно молчал. И это молчание раздражало не меньше, чем любые комментарии.

— Только не говори, что я был прав, — наконец протянул рыжий виконт, не глядя на друга.

— Даже не мечтай.

— А я и не мечтаю. Я наблюдаю, как твою жену уводят у тебя из-под носа весь вечер, и она даже не краснеет.

Рэйланд медленно повернул к нему голову.

— Скажи еще слово, и я проверю, насколько далеко ты умеешь телепортироваться.

Джоул хмыкнул, но заткнулся.

Норвуд провел Палетту мимо них, провожая до места, как того требовал обычай. Рэйланд уже собирался идти к ней, не особо заботясь о том, насколько это будет выглядеть вежливо, но опоздал буквально на несколько секунд. Ее не было на том месте, где она должна была стоять после танца. Не было у колонн, у фуршета, у лестницы, среди дам, у музыкантов — нигде.

Он остановился посреди зала, впервые за вечер не скрывая раздражения.

— Джоул.

— Уже ищу, — тот мгновенно подобрался и исчез в толпе.

Рэйланд медленно обвел взглядом зал. Сивилла о чем-то шепталась с одной из своих подруг и, похоже, вообще не заметила исчезновения Палетты. Гвендолин была слишком занята тем, чтобы поддерживать беседу с какой-то пожилой баронессой. Король сидел на своем возвышении с тем самым нечитаемым выражением лица, которое раздражало Рэйланда еще с юности.

Пустота внутри становилась все холоднее.

Джоул вернулся быстро, что само по себе было дурным знаком.

— Норвуда тоже нет, — сказал он вполголоса.

Черт.

Хотя чего он ожидал от этой женщины? С самого начала от нее были только проблемы.

Рэйланд кинулся к выходу, но успел увидеть лишь, как повозка выезжает за ворота. Гнев клокотал в груди с бешеной силой. Но злиться времени не было.

— Черт бы вас побрал… Стоять! — Рэй обернулся к слугам, которые уже собирались закрывать створки. — Коня, — рявкнул так, что оба лакея подскочили на месте.

Кто-то из слуг метнулся выполнять приказ. Джоул оказался рядом почти сразу, но на этот раз даже не пытался шутить.

— Думаешь, Норвуд?

— Я не думаю, — отрезал Рэйланд. — Я вижу.

Коня подвели быстрее, чем обычно, но этого все равно оказалось недостаточно. Когда он вылетел за ворота, карета уже скрылась за поворотом.

Следов почти не было — сухая дорога не оставляла четких отпечатков, а экипажей в такую ночь хватало.

Рэйланд резко остановил коня на перекрестке, с силой натянув поводья.

Налево — тише, темнее, жилые кварталы. Направо — оживленнее, ближе к центру, где даже ночью не затихала жизнь. Прямо — торговые улицы, склады, таверны.

Он выругался еще раз. Пришлось сделать несколько остановок и спрашивать у редких прохожих, не проезжал ли по улице похожий экипаж. Через час, уже уставший и замерзший, так как плащ остался во дворце, Рэй, поигрывая желваками, остановил лошадь перед Черной рябиной. Спешился, поставил лошадь в стойло. Хотелось верить, что он ошибся и свернул не туда, но экипаж Норвуда был здесь же.

У входа горел фонарь, отбрасывая на ступени теплый желтоватый свет. Изнутри доносились музыка, смех и приглушенный гул голосов. Рэйланд задержался на мгновение, с силой сжав пальцы, будто этим мог удержать то, что рвалось наружу.

Нет, сейчас не время.

Он выдохнул и вошел внутрь.

Первый зал встретил его светом, запахами духов и сладковатого дыма. Танцовщица извивалась на чем-то вроде сцены, за столиками сидели мужчины, в нишах мелькали силуэты. Несколько девушек лениво оглянулись в его сторону, оценивающе, почти привычно.

Рэйланд скользнул по залу взглядом — быстро, цепко, не задерживаясь ни на чем лишнем. Палетты здесь не было. И это только подтверждало его догадку.

Он направился к лестнице, не привлекая к себе лишнего внимания. Одна из куртизанок шагнула было ему навстречу, но он даже не посмотрел на нее — и этого оказалось достаточно, чтобы она передумала.

На ступенях мужчина замедлился. Шум зала остался внизу. Здесь было тише. Темнее. И от этого — хуже. Если Норвуд привел ее сюда…

В груди глухо, тяжело качнулось раздражение.

Коридор тянулся вперед узкой линией. Двери. Одна за другой. За некоторыми слышались голоса, за другими — смех, за третьими — тишина, подозрительно плотная.

Если он ошибся — он развернется и уйдет.

Если нет…

Рэйланд медленно двинулся вперед, шаг за шагом, не торопясь, но и не позволяя себе остановиться.

Он найдет их. И тогда уже никто никуда не исчезнет.

ГЛАВА 16

Палетта

Шаги Рэйланда неумолимо приближались к моей двери. Даже отсутствие в комнате Норвуда и других гостей не убедит герцога в том, что я сбегала сюда не ради утех на стороне. Хотя пусть лучше думает, что я пытаюсь наставить ему рога, чем то, что я затеваю против него заговор. Ну, то есть Палетта уже затеяла до меня, а я так… продолжаю начатое за неимением других вариантов.

Я судорожно пробежалась по комнате взглядом. Ни одного приличного места, чтобы спрятаться. Только жалкая ширма для переодевания, за которой Рэй обнаружит меня в два счета.

Но это лучшее, что у меня есть.

Я метнулась к ширме, лелея призрачную надежду остаться незамеченной. И уже, схватившись за нее пальцами, сообразила, что я не просто в комнате. Я в комнате борделя.

Свет падал из-за ширмы ровно таким образом, чтобы тень переодевающейся девушки была отчетливо видна посетителю. Прятаться за такой ширмой — то же самое, что поджидать Рэя на самом пороге, выкрикивая дразнилки. Взгляд выхватил яркую рубиновую ткань. Наверное, костюм для приватного танца, но мне сейчас было не до приличий. Не раздумывая ни секунды, я дрожащими пальцами уже стягивала с себя бальное платье и нательную сорочку.

Костюм был тонкий, воздушный и никак не хотел надеваться. А голос в коридоре звучал все отчетливее.

Давай же, надевайся!

Последней я надела легкую, но затемненную вуаль, завязав ее под волосами и закрепив небольшими шпильками, найденными здесь же. Разулась и наспех свернув платье, сунула его в дальний угол, прикрыв портьерой.

Наконец выпрямилась и на секунду замерла, пытаясь унять дыхание. Сердце от адреналина стучало так громко, что, казалось, должно было привести Рэйланда прямо ко мне.

Я аккуратно приоткрыла дверь, прислушиваясь к шагам. Полоса света легла на пол, выхватив край темного сапога и тень, скользнувшую по стене. Рэй стоял ко мне спиной у двери напротив.

От его размеренности холодило поджилки. Он не метался в поисках, не надеялся на удачу. Он был уверен, что найдет. А значит, времени у меня почти не осталось.

Я выскользнула из комнаты и быстро притворила за собой дверь, стараясь не издать ни звука. Вуаль приятно холодила щеки, легкая ткань костюма обволакивала тело так откровенно, что мне хотелось одновременно прикрыться руками и провалиться сквозь пол. Но выбора по-прежнему не было. Теперь оставалось только пройти мимо него так, словно я и впрямь принадлежала этому месту.

Я опустила голову и двинулась вперед, надеясь, что полумрак коридора и чужой наряд сделают свое дело.

Почти получилось.

— Эй, красавица.

Чья-то рука цепко легла мне на талию, и я едва не взвизгнула от неожиданности. Пьяный постоялец, вынырнувший из следующей двери, ухмылялся во весь рот и уже тянулся ко мне второй рукой.

— Не торопись так, я только освободился.

От него пахло вином, потом и чем-то приторно-сладким. Я дернулась, но он только сильнее прижал меня к себе, явно не собираясь выпускать.

— Мне не до вас, — прошипела я, стараясь говорить ниже и тише.

— А до кого же? — он осклабился еще шире. — Может, я заплачу побольше.

За его плечом я увидела, как Рэй остановился. Лицо его было в тени, но даже на расстоянии я почувствовала, как он подобрался, будто уловил что-то в этой нелепой сцене.

Постоялец тем временем уже потянул меня на себя, явно собираясь решить все без моего согласия. В голове мелькнула одна-единственная мысль: если я сейчас не вырвусь, то следующая встреча с Рэем случится при куда более унизительных обстоятельствах.

И тогда я выбрала меньшее из зол.

— Поздно, — громко сказала я, вырываясь из чужой хватки. — Меня уже оплатили.

Пьяный недовольно нахмурился.

— И кто же?

Я обернулась, будто только сейчас увидела Рэйланда, и, прежде чем успела испугаться собственного решения, указала прямо на него.

— Он!

На несколько мгновений в коридоре повисла такая тишина, что я услышала, как где-то внизу снова заиграла музыка. Герцог не шелохнулся от моей выходки и лишь сверлил вуаль взглядом, будто мог прожечь ткань.

Постоялец перевел взгляд с меня на него и невольно отступил.

— Твоя, значит? — буркнул мужчина уже куда менее уверенно.

— Моя, — подтвердил Рэйланд так спокойно, что у меня подкосились колени.

Я не стала ждать, пока кто-то из них передумает или начнет задавать лишние вопросы. Схватив Рэя за рукав, быстро потянула его к ближайшей двери — той самой комнате, из которой только что вышла, — и, едва мы оказались внутри, захлопнула ее за нами.

Щеколда встала на место с сухим щелчком. Только после этого я позволила себе выдохнуть, но, обернувшись, столкнулась с мужем лицом к лицу. Только вуаль между нами едва дрожала от моего дыхания. Казалось, он давно должен был меня узнать. Я сжимала скользкие от страха пальцы и не сводила взгляда с его горящих темным золотом глаз.

Пряный дым из курильницы стелился ленивыми волнами, оседал на коже, путал мысли и делал расстояние между нами почти невыносимым. Он все еще не был уверен. Я видела это по его взгляду — пристальному и медленному, будто он пытался нащупать в моем голосе, движениях, дыхании что-то знакомое, но никак не мог ухватить до конца.

— Ты странная для местной девушки, — произнес он наконец тихо, и голос его прозвучал ниже обычного. — Слишком напряженная. И молчаливая. Но я пришел сюда не за тем, что ты можешь мне предложить.

— Тогда тебе стоит уйти, — выдохнула я, надеясь, что он это сделает.

— Подними вуаль, — коротко бросил он, не прижимая меня к двери, но находясь уже в опасной близости.

— Мне не разрешено показывать лицо гостям, — я до последнего надеялась, что сейчас мы разойдемся, как в море корабли, и встретимся уже в поместье Глассов, где я со всей строгостью предъявлю ему, что вообще-то негоже подозревать жену во всяких непотребствах и сомневаться в ее морали.

— Я щедро заплачу. Раздевайся.

Ну вот, какой-то куртизанке незнамо где мы готовы щедро заплатить! А жене даже карманных денег не выделяем!

Будь вуаль прозрачнее, он бы точно увидел все, что я думаю о его щедрости.

Вот, значит, как. Искал жену по всему борделю, врывался в чужие комнаты, а теперь стоит перед первой попавшейся девицей и совершенно спокойно предлагает деньги.

Хотя нет. Не спокойно.

Внешне Рэйланда по-прежнему держала привычная сдержанность, но под ней уже трещало напряжение. Взгляд был пристальным, голос — низким, а дыхание — куда глубже, чем должно было быть. Он все еще не был уверен, кто перед ним. Но уже не мог уйти так же просто, как вошел.

Пряный дым из курильницы стал плотнее. Он будто собирался между нами, затуманивал мысли и делал все ощущения ярче. Даже воздух казался густым, горячим, почти осязаемым.

— Вы всем незнакомкам в таких местах предлагаете раздеться за деньги? — спросила я, нарочно понижая голос и стараясь говорить медленнее.

В его глазах мелькнуло раздражение.

— Не всем.

— Тогда мне, должно быть, повезло.

Я ожидала, что он вспылит, прикажет сорвать вуаль, схватит меня за плечи и наконец узнает. Но Рэйланд только придвинулся ближе — настолько, что я уже чувствовала тепло его тела сквозь тонкую ткань костюма.

— Я не в настроении для игр, — произнес он тихо.

— А мне казалось, вы как раз за этим сюда и пришли.

— Я женат.

— Здесь женат каждый второй. Вы хотели удивить меня, господин? — а у самой защемило в груди.

Пусть наш брак и был абсолютно липовым, мне было приятно, что Рэйланд все-таки считает себя женатым человеком.

Он прищурился. Золотистые глаза потемнели еще сильнее.

— Я пришел сюда не развлекаться.

— Тогда зачем?

На этот вопрос он не ответил сразу. Молчание же говорило куда больше любых слов. И, похоже, злило его не только то, что он нашел меня здесь. Куда сильнее бесило, что он до сих пор не мог доказать себе, что это действительно я.

Рука мужчины медленно поднялась к моему лицу. Я замерла, когда его пальцы коснулись края вуали. Осторожно. Почти обманчиво мягко. Он все еще давал мне шанс отшатнуться. Все еще ждал, что я сама себя выдам.

— Сними ее, — сказал Рэй уже без прежней жесткости. — И прекратим этот фарс.

Я знала, что должна сделать. Отступить. Найти какую-нибудь новую ложь. Но вместо этого вдруг поймала себя на странной, почти злорадной мысли: если уж он так уверен, что контролирует ситуацию, почему бы не проверить, насколько далеко простирается его выдержка?

Наверное, именно в эту секунду я и сломалась.

Я сама подняла руку и мягко перехватила его пальцы у края вуали. Рэйланд застыл.

— Так не терпится? — спросила я почти шепотом.

Голос предательски дрогнул в самом конце, и меня это разозлило. Но, кажется, он услышал в нем совсем не слабость.

Пряный аромат стал сильнее. Или мне только показалось. Голова кружилась все ощутимее, а кожа под тонкой тканью костюма горела так, будто каждый вдох делал ее чувствительнее.

Я медленно провела его рукой вниз — от вуали к своей шее, потом к плечу. Это было глупо. И все же именно мне сейчас было нужно сломать ритм, пока он не сорвал с меня эту тонкую маску и не заставил объяснять то, чему у меня не было ни одного убедительного объяснения.

Рэйланд шумно выдохнул, будто с силой вытолкнул воздух из легких, и я почувствовала, что он борется с чем-то другим — с собой, с этой странной смесью злости и притяжения, которая с каждой секундой становилась только сильнее.

— Ты пожалеешь, — глухо сказал он.

— Возможно, — ответила я. — Но не раньше, чем ты.

Мужчина, казалось, не мог определиться, кто из нас сошел с ума первым. А потом его ладонь легла мне на талию. Не грубо, но и не так, как касаются случайной женщины. Прикосновение было уверенным, личным.

Мне бы остановиться, но вместо этого я сделала еще одну ошибку.

Подалась к нему ближе — ровно настолько, чтобы его рука на талии сомкнулась сильнее, а взгляд окончательно потемнел.

— Кто ты? — спросил он снова, но на этот раз в голосе почти не осталось требования. Только низкое, сдерживаемое из последних сил напряжение.

Я подняла на него глаза сквозь вуаль.

— А если тебе не понравится ответ?

— Мне уже не нравится все происходящее, — признался он.

Я не успела осознать, в какой момент окончательно перестала играть. Наверное, тогда, когда сама потянулась к нему. Не к вуали, не к рукаву и не к спасению.

Сквозь тонкую ткань я почувствовала его дыхание у своих губ. Рэйланда будто качнуло от этого крошечного движения, но он не отстранился. Напротив, свободной рукой он медленно, почти недоверчиво скользнул вдоль моей спины, как будто все еще пытался убедить себя, что происходящее ему не мерещится.

И вот тогда в дверь резко постучали.

Мы оба вздрогнули.

От неожиданности Рэй буквально вжал меня в себя, и наши губы соприкоснулись, разделяемые лишь невесомой тканью. Мы замерли, не имея сил оторваться или отвести друг от друга взгляд. Так и стояли, прижавшись губами, слушая шорохи за дверью.

Стук повторился. Громче. Настойчивее.

— Господин? — послышался женский голос из коридора. — У вас все в порядке?

Рэйланд выпрямился не сразу. Его пальцы еще мгновение оставались на моей коже, и только потом он будто с усилием разжал руку. Я не могла даже шелохнуться, губы горели.

Муж перевел взгляд с двери обратно на меня. И в этом взгляде уже не было той мутной растерянности, что еще секунду назад. Теперь он снова собирал себя по частям. Возвращался в привычную оболочку холодного герцога, который все старается держать под контролем.

Рэйланд Гласс выглядел как человек, только что совершивший большую, непростительную ошибку. И теперь собирался выяснить, кто именно его к ней подтолкнул.

За дверью снова постучали.

— Господин?

Я сглотнула. Если он сейчас откроет, меня разоблачат — и все закончится. Если сорвет вуаль — тоже.

Рэйланд сделал последний шаг назад, не сводя с меня взгляда, и тихо, почти хрипло сказал:

— Не двигайся.

А в следующую секунду потянулся к щеколде.

ГЛАВА 17

Палетта

Я зажмурилась, отсчитывая в голове томительные секунды до своего разоблачения.

Как только Рэй отодвинул щеколду, с той стороны уверенно потянули дверь на себя. Опора за моей спиной исчезла — и остался только нависающий сверху Рэйланд. Казалось, я была готова к чему угодно, но когда тонкие пальцы крепко впились в мои плечи и резко потянули назад, я едва не вывалилась кубарем в коридор борделя.

— Не твоя комната. Чего прохлаждаешься? Тебя внизу ждут, — уже знакомая фигуристая брюнетка строго смерила меня взглядом и буквально вытолкнула дальше по коридору, закрывая собой выход из комнаты.

Я успела увидеть только исказившееся лицо герцога, оставшегося по ту сторону двери, — и свои заколки, блеснувшие в другой руке куртизанки. Мешкать было нельзя. Я развернулась и, повиливая бедрами — как мне казалось, делая себя неотличимой от местных танцовщиц, — поспешила к лестнице.

Сбежала вниз, нашла взглядом высокую фигуру Норвуда за столиком и, не дав ему опомниться, потащила графа к выходу.

— Простите? — Норвуд мягко высвободил руку, остановившись посреди зала.

— Что вы застыли? Нам нужно торопиться, — щеки горели. Рэйланд мог в любую минуту спуститься следом и обнаружить нас вместе. Тогда все его сомнения развеялись бы мгновенно.

— Сегодня я не заинтересован в услугах такого рода, — уже настойчивее продолжил Эдвард, сдвинув темные брови.

— Упаси господи, Эдвард! Я вам ничего не предлагаю! — я смерила его гневным взглядом и стянула вуаль, которая делала разговор в шумном зале почти невозможным.

— Палетта? — Норвуд уставился на меня так, будто увидел призрака.

— А вы думали кто?

Он взял вуаль у меня из рук, провел по ткани пальцами, присмотрелся внимательнее и хмыкнул — с какой-то странной интонацией.

— Скрывающая магия. А вы умны!

Граф вернул мне вуаль и, бросив пару монет прислуге, широким шагом направился к выходу. Я все еще держала его за рукав, но теперь он шел впереди, а я почти бежала следом, лихорадочно переваривая услышанное.

Скрывающая магия! Узнал ли меня Рэйланд… или все же нет?

Карета тронулась почти сразу, как только дверца захлопнулась за нашей спиной. Лошади рванули вперед, и только тогда я смогла сделать глубокий ровный вдох без дрожи в поджилках.

Норвуд не спешил нарушать тишину. Он сидел напротив, чуть откинувшись, и смотрел на меня так пристально, что хотелось снова натянуть вуаль — и спрятаться уже не от Рэйланда, а от него.

— Любопытно, — наконец произнес граф, лениво скользнув взглядом по моему наряду. — Вы, миледи, умеете удивлять.

— Это комплимент или упрек? — я приподняла бровь, стараясь вернуть голосу привычную уверенность.

— Пока не решил.

Мужчина подался чуть вперед, опершись локтем о колено, и снова посмотрел на вуаль в моих руках. Я скомкала полупрозрачную тряпицу и сжала в кулак. В донельзя открытый наряд даже внутри кареты задувал холодный ветер. Кожа покрылась мурашками и я заерзала на сиденье.

— Теперь понятно, почему вы так раскрепощенно вели себя на приеме, - губы Норвуда тронула легкая ироничная улыбка.

— И почему же? — я фыркнула в ответ, тщетно пытаясь согреться.

— Круг общения, знаете ли, обычно накладывает свой отпечаток.

— Круг общения? — я вскинула на него гневный взгляд. Мое недовольство можно было легко заметить даже в полумраке кареты. — Если вы считаете, что я здесь частый гость — вы глубоко ошибаетесь, граф.

— Однако ваш внешний вид говорит мне об обратном. Почему же я должен верить вам, а не собственным глазам?

— Собственные глаза не так давно обманули вас с помощью скрывающей магии и прозрачной тряпки у меня на лице! После этого я бы не доверяла вашим глазам так уверенно. Вам не кажется, что вы задаете слишком много вопросов? — я снова посмотрела на него, теперь уже прямо.

— Мне кажется, — мягко сказал он, — что я оказался втянут в историю, где мне не удосужились объяснить даже половины правил.

— Вы согласились добровольно, — напомнила я. — Этого недостаточно?

— Для приличного общества — более чем, — согласился он. — Для меня — нет.

Его взгляд потемнел.

— Вы играете в опасную игру, Палетта.

Я чуть наклонилась вперед.

— А вы?

На мгновение в его глазах мелькнуло что-то острое, почти хищное.

— Я, миледи, — спокойно ответил он, — предпочитаю хотя бы понимать, на чьей стороне нахожусь.

Карета снова качнулась, замедляясь. Мы почти приехали. Я сжала вуаль в пальцах, чувствуя, как внутри снова поднимается напряжение.

— Тогда, возможно, вам стоит определиться быстрее, — тихо сказала я. — Потому что у меня на это времени нет.

Норвуд чуть улыбнулся.

— О, я уже определяюсь.

И, прежде чем я успела спросить, что он имеет в виду, добавил:

— Просто не уверен, что вам понравится мой выбор.

Экипаж мягко остановился у дома, но я не сразу потянулась к ручке дверцы. Так и сидела, глядя в темное окно, за которым отражалось мое собственное лицо — бледное, напряженное и до нелепого чужое в этом рубиновом наряде.

Нет. Стоило мне сейчас выйти из кареты в таком виде, как уже через полчаса об этом знали бы все слуги в доме, а к утру — половина Равнинного королевства. И тогда ни одна ложь меня уже не спасет.

— Что-то не так? — спокойно спросил Норвуд, заметив, что я не двигаюсь.

— Если я войду через парадную дверь в этом, — я выразительно дернула край полупрозрачной ткани на бедре, — кто-нибудь из слуг обязательно меня увидит. А если увидит хоть один, то очень скоро об этом узнает и Рэйланд.

Норвуд еще раз оценивающе оглядел костюм и, к моему раздражению, даже не попытался скрыть легкую усмешку.

— Боюсь, в этом я с вами совершенно согласен.

— Вы можете помочь мне попасть в комнату незаметно?

Он слегка приподнял брови.

— Просите так, будто это пустяк.

— После сегодняшнего вечера у меня сместились представления о пустяках, граф.

На его лице мелькнуло что-то похожее на одобрение.

— Могу, — сказал он наконец. — Если вы готовы довериться мне еще раз.

Выбора у меня, по сути, не было.

— А у меня есть альтернатива?

— Есть. Войти через главный вход и надеяться на милосердие прислуги.

— Тогда, пожалуй, я рискну с вами.

Норвуд кивнул, словно только этого и ждал, и придвинулся чуть ближе.

— Где именно ваша комната?

Я указала на темное окно второго этажа.

— Там.

Он проследил взглядом за моей рукой и на несколько секунд задумался.

— Хорошо. Это близко.

Я уже протянула ему руку, но на полпути остановилась.

— Подождите. Если вы умеете так перемещаться, почему мы вообще добирались до Черной рябины каретой?

Норвуд посмотрел на меня с тем самым выражением, которое появлялось у него и у Рэйланда всякий раз, когда они решали, что я задала вопрос одновременно и разумный, и раздражающий.

— Потому что на дальние расстояния перемещаться сложнее, — терпеливо ответил он. — Особенно если тащишь с собой еще кого-то. И потому что в Черной рябине я прежде не бывал.

— И что?

— И то, что телепортация в незнакомое место — отличный способ оказаться в чьей-нибудь занятой комнате, в запертом шкафу или, если совсем не повезет, внутри стены.

— Внутри стены?

— Да, — невозмутимо подтвердил граф. — Поверьте, это крайне неудобно.

Я невольно передернула плечами.

— А сюда, значит, можно?

— А здесь я вижу конечную точку. Близко, ясно и без сюрпризов. Это сильно повышает шансы на удачный исход.

Норвуд протянул руку.

— Идите сюда, миледи. Если будем спорить дольше, кто-нибудь действительно заметит карету.

На этот раз я вложила пальцы в его ладонь без колебаний. Его рука оказалась теплой и сухой, хватка — уверенной, без лишней фамильярности. Второй рукой он коснулся дверцы, прикрыл глаза, будто на мгновение прислушиваясь к чему-то внутри себя.

Воздух вокруг дрогнул. В ушах неприятно заложило, желудок ухнул вниз, а сердце, кажется, и вовсе решило остаться где-то между каретой и домом. Я судорожно вдохнула — и вместо ночного холода почувствовала знакомый запах собственной комнаты: дерево, аромат свежих цветов и едва уловимый след каминного дыма.

Мы стояли внутри.

Точнее, почти стояли. Меня ощутимо качнуло, и я вцепилась в камзол Норвуда, чтобы не рухнуть прямо на ковер.

— В следующий раз предупреждайте, что меня сейчас вывернет наизнанку, — прошептала я, с трудом приходя в себя.

— В следующий раз постараюсь подобрать для вас более изящный способ спасения репутации, — так же тихо ответил граф.

Я отпустила его рукав, выпрямилась и только тогда осознала, насколько близко мы стоим посреди моей комнаты. И если в эту секунду сюда войдет хоть кто-то…

— Благодарю, — быстро сказала я, отступая на шаг. — Дальше я справлюсь сама.

Норвуд задержал на мне взгляд чуть дольше, чем было нужно.

— В этом я уже имел удовольствие убедиться. Доброй ночи, миледи.

И растворился, склонившись в едва заметном поклоне.

— И вам, граф, — произнесла я уже в пустоту, проводя ладонями по лицу.

Нужно было срочно переодеться, спрятать где-то проклятый костюм — а лучше сжечь — и привести себя в порядок. Шнуровка путалась, ткань цеплялась за кожу, а мне все время казалось, что за окном уже слышится стук копыт, лязг ворот и голоса прислуги.

Дверь открылась без стука.

Рэйланд вошел так же спокойно, как если бы это была любая другая ночь. И сразу остановился.

Я стояла посреди комнаты в полуснятом рубиновом костюме, с вуалью, зажатой в руке, и растрепанными от спешки волосами.

Секунда, две… Он не сделал ни шага, просто смотрел.

Я машинально прикрылась руками, все еще лелея нелепую надежду, что моя нагота останется незамеченной. Или, наоборот, костюм отвлечет его внимание от всего остального. В темноте спальни глаза Рэя буквально горели золотым огнем.

— Интересный у тебя вечер, дорогая, — произнес он ровным голосом. — Не находишь?

— Более чем, — ответила я, с трудом удерживая голос спокойным.

Он чуть наклонил голову.

— И, полагаю, ты не собираешься объяснять, как именно оказалась в таком виде?

— А ты собираешься слушать?

На мгновение в его глазах мелькнуло что-то острое, почти злое, но тут же исчезло. И это спокойствие пугало куда сильнее любого крика.

— Я уже начал, — спокойно ответил он. — Ты исчезаешь с бала… — продолжил Рэйланд медленно, будто раскладывая события по полочкам. — С другим мужчиной. А перед этим танцуешь с ним на глазах у всех приглашенных. Оказываешься в неподобающем месте — и, позволь повторить, снова с другим мужчиной.

Вот здесь его спокойствие дало трещину.

— Рэйланд…

— Я не закончил, — рыча отрезал он, делая шаг в мою сторону. — Смеешь морочить мне голову, бросаешь меня с проституткой… а потом возвращаешься домой так, будто ничего не произошло.

Он подошел совсем близко.

— Я ничего не упускаю, Палетта?

— Только одно, — я нервно сглотнула, сильнее обхватывая себя руками.

— И что же?

— Ты обещал дать мне время свыкнуться с потерей магии, — выдохнула я. — Это мой способ… выпустить пар. Ты ведь не хочешь нарушить нашу договоренность?

На мгновение мне показалось, что в его глазах вспыхнуло настоящее пламя. Рэйланд резко взял меня за запястья и развел руки в стороны, не обращая ни малейшего внимания на мой полураздетый вид.

— Вздумала играть со мной… самозванка?

И сердце рухнуло вниз.

ГЛАВА 18

Палетта

Рэйланд не отпустил меня сразу. Его пальцы все еще сжимали мои запястья, удерживая на месте, и в этом прикосновении не было ни растерянности, ни сомнений — только жесткий, выверенный контроль. Он смотрел прямо, не отводя взгляда, словно уже сделал вывод и теперь ждал, когда я сама его подтвержу.

— Молчишь, — тихо заметил он. — Значит, я не ошибся.

Перед глазами калейдоскопом пролетали все возможные варианты моей кончины после того, как Рэйланд все же догадается, что я вовсе не та Палетта, которая была ему так необходима. И магии у меня, возможно, нет. А если и есть, то совсем не та, которая ему нужна.

В общем — чужая, бесполезная на его взгляд женщина, да еще и устроившая ему насыщенный вечер с погоней до борделя. Ко всему прочему — полураздетая.

Хотя…

За всем его показным спокойствием и гневом, плещущимся в глазах, я отчетливо ощущала другое — сдерживаемое, плотное, почти осязаемое мужское желание. И то ли тет-а-тет с «проституткой» в дверном проеме оставил неизгладимое впечатление, то ли моя нагота все же возымела эффект.

Не такой уж ты и непоколебимый, герцог…

— Кажется, в Черной рябине моя аутентичность тебя не смущала, — я решила идти напролом и давить на самое слабое звено Рэя — неясное притяжение, которое возникло между нами еще с самой первой встречи. И которому, к сожалению, мне тоже было сложно противостоять.

Вместо того чтобы доставить ему удовольствие своими оправданиями и попыткой вырваться, я мягко улыбнулась и сделала шаг навстречу, прижимаясь грудью к темной ткани его камзола. Золотые глаза вспыхнули, и у меня по коже пробежали те самые мурашки, которые я впервые почувствовала в кабинете. Его близость была для меня опасна, но почему-то одновременно и ужасно, ужасно притягательна.

Рэйланд не отстранился. Наоборот, пальцы на моих запястьях чуть сильнее сжались, будто он на секунду позволил себе эту близость — и тут же напомнил нам обоим, кто во главе.

— В Черной рябине, — медленно повторил он, не сводя с меня взгляда, — ты была куда болтливее.

Его голос стал ниже, глуше, взгляд переместился на мои губы.

— Или ты рассчитываешь, что поцелуй и обнаженная женщина заставят меня забыть, где и в каком виде я тебя нашел? С кем ты покинула бал? И, самое главное, — что вздумала обмануть меня с самого начала?

Я чуть склонила голову, не отступая, позволяя коже и ткани костюма скользнуть по его камзолу и брюкам еще плотнее.

— Ты не выглядел человеком, который собирается что-то забывать, — тихо ответила, не отводя глаз.

На мгновение между нами повисло почти осязаемое напряжение. Мужчина замер, будто пытался поймать ту самую секунду, когда я себя окончательно выдам.

— Ты играешь, — произнес Рэйланд почти вполголоса.

— А ты? — я вздернула подбородок, стараясь не смотреть на него снизу вверх.

Это было глупо и опасно, но отступать было уже поздно.

Он сделал короткий, едва заметный вдох, и я почувствовала, как его пальцы сдвинулись выше: с запястий хватка перешла на ладони, и теперь он буквально держал мои руки в своих.

— Я не играю, — ответил он. — Я проверяю.

Под сердцем неприятно закололо.

— Тогда проверяй.

И в этот момент я сама сократила расстояние еще на долю, позволяя себе очередную ошибку, за которую, возможно, придется дорого заплатить.

Не день, а сплошные грабли!

На секунду мне показалось, что он сейчас либо оттолкнет меня — либо… Либо поцелуй, которым мы оба друг друга дразнили и одновременно так старательно избегали, вот-вот случится.

— Только не жалуйся потом на результат, самозванка, — прошептал он уже в мои губы и коснулся их жарким, требовательным поцелуем.

И я ответила.

Я ожидала грубости — наказания за дерзость и ложь. Но Рэйланд целовал так, будто хотел не сломать меня, а выжечь дотла ту фальшивую Палетту, что пряталась внутри. Его губы были горячими и настойчивыми. В этом поцелуе не было ни капли сомнений — только собственническая уверенность и жажда, которую он так долго сдерживал.

Я прикусила его нижнюю губу — несильно, но именно настолько, чтобы Рэй вздрогнул. Одобрительный хрип вырвался откуда-то из глубины его груди, и по моим рукам пробежала дрожь, которую он не мог не заметить — будто в ответ его пальцы сжались крепче.

Я скользнула языком по его губам, дразня, отстраняясь ровно настолько, насколько позволяли его же хватка и мое желание играть. Рэйланд выдохнул мне в рот короткое проклятие. Или мое имя — я не разобрала.

— Не сбежишь, — прошептал он, не отстраняя губ.

— А ты удержишь? — выдохнула я в ответ.

Он рыкнул — глухо, почти неслышно, но вибрация этого звука прошла сквозь его грудь, в которую я всем телом прижималась, и отозвалась у меня где-то под ребрами.

Поцелуй углубился, став медленнее, но от этого только острее. Он дразнил, заставлял меня тянуться за ним, а сам отстранялся ровно настолько, чтобы я почувствовала пустоту. А после мы менялись ролями.

— Ты не должна была мне нравиться, — прошептал он, почти касаясь моих губ, и обжигающая волна стыда и торжества одновременно накрыла меня с головой.

Я не нашлась, что ответить. Да и кто в такой момент способен на связные фразы?

Он остановился резко. Так, будто сам себя оборвал.

— Достаточно, — произнес Рэйланд.

Я прищурилась.

— Вот так просто? — усмехнулась, стараясь не выдать, что дыхание все еще сбито. — А я-то думала, герцоги более… выносливы.

В его глазах мелькнуло что-то острое.

— Не проверяй, — отрезал он. — Тебе не понравится результат.

— А вдруг как раз наоборот?

Он сделал шаг назад, отпуская руки и окончательно возвращая между нами дистанцию, и окинул меня взглядом.

— Сомневаюсь, — сухо сказал Рэй. — Ты и так уже заигралась.

Я скрестила руки на груди, будто это могло хоть немного прикрыть происходящее.

— Это ты так называешь попытку спасти собственную репутацию?

— Нет, — спокойно ответил он. — Я так называю безрассудство и наглую ложь.

Я вскинула подбородок.

— Если ты уже все решил, может, сразу озвучишь приговор? Или тебе нравится держать интригу?

— Не льсти себе, — губы мужчины тронула едва заметная ухмылка. — Интрига здесь только в одном: насколько далеко ты готова зайти. И почему ты оказалась на этом месте.

— А ты? — тут же парировала я. — Ты ведь тоже не особо спешил останавливаться.

На секунду Рэйланд замолчал, но этого оказалось достаточно, чтобы я поняла — моя колкость попала в цель.

— Считай, — наконец сказал он, — что это была часть оплаты.

Я медленно приподняла бровь.

— За что именно? За погоню или за Палетту?

— За вечер, за спектакль на балу и за то, что заставила меня побегать по городу, — без тени улыбки ответил он.

Я фыркнула.

— Щедро.

— Не обольщайся, — холодно отрезал он. — Это только аванс. А за Палетту плата еще впереди.

— Какая тебе разница? Подумаешь, была одна жена, стала другая. Тем более нас с Палеттой почти и не отличить внешне. В чем же проблема, герцог? — под шумок спора я старалась выяснить что-то полезное для себя.

— В тебе. Ты перевернула все с ног на голову! — голос Рэя снова начал обретать рычащие нотки.

А у меня от негодования начали отказывать тормоза…

Подождите-ка. Я перевернула с ног на голову? Да я вообще этого не просила! И я вообще-то — пострадавшая сторона! Которая почему-то в одиночку пытается не дать бедным Беннетам сгинуть от непонятной печати, ищет Палетту и магию, чтобы Рэйланд не остался без жены, и сама пытается вернуть себя обратно. И хоть бы кто-то помог в решении всей этой головоломки! Так нет же…

Все эти мысли роем обрушились на мое сознание, и… Остапа понесло.

Я вперила в Рэя не менее гневный взгляд и ткнула пальцем в плотную ткань камзола на его груди, отделяя пространство между нами.

— Да больно надо… Разве ты не помнишь, что я сказала тебе «нет»? Но ты не принял отказа и сам завязал всю эту авантюру! Ты, Рэйланд, а никто другой перевернул все с ног на голову, настояв на свадьбе! — я, похоже, забывала дышать между фразами, только говорила и говорила, продолжая давить пальцем в центр его груди. А Рэйланд, на удивление, молча слушал.

— И ты — тот, кто будет разгребать последствия и расплачиваться за мою загубленную жизнь, Рэйланд Виктуар Гласс. Потому что видят ваши боги, я не собиралась попадать в этот мир, занимать место Палетты и уж тем более не собиралась становиться твоей женой! — я почти сама сорвалась на рык.

Рэйланд не отреагировал сразу.

Моя рука все еще упиралась в его грудь, дыхание сбилось, слова повисли между нами — острые, уже невозвратные. Я сама до конца не осознала, что именно сказала, пока не увидела его взгляд.

Его пальцы снова медленно сомкнулись вокруг моего запястья, возвращая контроль над ситуацией.

— Закончила? — аккуратно спросил он.

Я дернулась, пытаясь высвободить руку, но он не отпустил, лишь чуть сильнее сжал пальцы, заставляя меня замереть.

— Повтори, — добавил он так же негромко. — Я хочу быть уверен, что ничего не упустил.

— Ты прекрасно все слышал, — ответила я, стараясь удержать прежнюю уверенность.

— Слышал, — согласился он. — Но предпочитаю убедиться дважды.

В его взгляде больше не было сомнений — только холодная сосредоточенность, словно он уже начал складывать картину из тех кусочков, которые до этого не сходились. Хотя в моей голове все происходящее до сих пор выглядело абсолютным сумбуром.

— Ты не та, — медленно проговорил герцог. — Не та, за кого тебя выдали. Не та, за кого тебя принимают. И при этом продолжаешь играть ее роль достаточно убедительно, чтобы обмануть всех вокруг.

Он сделал короткую паузу.

— Почти всех.

Я невольно усмехнулась.

— То, что ты догадался — моя ошибка, а не твоя заслуга.

В его глазах мелькнул гневный огонек.

— И все же я достаточно уверен, чтобы не отпускать тебя сейчас, — на удивление спокойно возразил Рэй. — И недостаточно, чтобы делать окончательные выводы.

Он отпустил мое запястье так же внезапно, как и взял его, и я на секунду потеряла равновесие, но удержалась.

— Потому что если ты лжешь, — продолжил он уже жестче, — я найду, в чем именно. И зачем.

Он отошел на несколько шагов, медленно прошелся по комнате, словно давая себе время упорядочить мысли. Я следила за ним, чувствуя, как напряжение внутри только нарастает.

— А если не лгу? — тихо спросила я.

Только тогда он остановился, обернулся.

— Тогда, — произнес Рэйланд, — я имею дело с чем-то, чего в этой игре быть не должно. И это уже проблема.

— Для тебя? — я вскинула бровь.

— Для всех, — отрезал он. — Но особенно для тебя.

Он остановился в шаге от меня, прошелся по мне взглядом, словно впервые видел и сравнивал меня и ту прежнюю Палетту.

— Потому что ты, похоже, до конца не понимаешь, во что ввязалась.

Я прищурилась, не отступая.

— Так просвети.

— Завтра, в моем кабинете.

— Снова приказываешь?

— Нет, — спокойно ответил Рэйланд. — Предлагаю.

Он наклонился чуть ближе, и я снова почувствовала его дыхание на коже.

— От этого предложения ты не откажешься.

Я сжала кулаки, стараясь сохранить ясность ума.

— Посмотрим.

— Посмотрим, — согласился герцог.

Он уже направился к двери, но на пороге остановился и, не оборачиваясь, добавил:

— В следующий раз я буду задавать вопросы без прелюдий. И без поцелуев.

Дверь закрылась тихо. Я еще несколько секунд стояла неподвижно, будто боялась, что если сдвинусь с места, все это окажется не реальностью, а очередной ловушкой, в которую я сама себя загнала. Губы все еще горели, запястья помнили его хватку, в голове гулом отдавались его слова.

Я закрыла лицо руками, пытаясь унять жар и внутреннюю дрожь. Как бы мне ни хотелось казаться сильной и волевой, неизвестность все же пугала. Но еще сильнее меня пугал тот темный туман, который забрал все мои прежние воспоминания… а вместе с ними и мое истинное я. Я не Палетта. Но кто я?

Я сделала шаг к шкафу и уже потянулась к дверце, когда за спиной тихо скрипнула дверь.

Черт, я ведь даже не закрыла защелку…

Я резко обернулась, но никто не вошел. Лишь на мгновение показалось, что в коридоре кто-то есть.

— Я не люблю, когда мне лгут, — раздался его голос из темноты коридора, почти безэмоциональный.

Он ждал?

— Поэтому завтра давай без новых ролей, — продолжил Рэйланд все тем же ровным тоном, в котором теперь отчетливо слышалась угроза. — Как тебя зовут на самом деле?

ГЛАВА 19

Палетта

Как меня зовут на самом деле?

Этот вопрос мучил меня саму с того самого дня, как я проснулась в доме Беннетов. Кроме смутных воспоминаний о последнем вечере, в голове была только темная пустота. Ни имени, ни прошлого, ни родственных связей…

Благо Рэйланд не был намерен караулить мой ответ у двери долго, поэтому после пары минут напряженного молчания все же удалился. А я осталась стоять посреди комнаты с осознанием, что до утра мне предстоит принять одно очень важное решение.

Доверять ли мне Рэйланду.

— Палетта, очевидно, не хотела за него замуж ни за какие коврижки. Даже спуталась из-за этого с тем скользким типом из Рябины, — я покрепче завернулась в пышное одеяло, накрывшись почти с головой, и бубнила себе под нос.

— Но полагаться на одну себя и Норвуда… У меня связаны руки, у Норвуда могут быть свои интересы, о которых он не говорит. Все же ни один нормальный человек в Дорее не согласился бы перечить герцогу Глассу, даже я это понимаю. Норвуд наверняка имеет свой расчет.

Высунув макушку поверх своего укрытия, я вгляделась в темноту спальни. Каждый раз, когда где-то слышался скрип или шорох, мне казалось, что кто-то материализовался в комнате и подслушивает мои рассуждения. А рассуждать в голове тоже не самая безопасная затея. Кто знает, вдруг этот тип из борделя снова влезет в мое сознание? За этими размышлениями я не заметила, как заснула.

Утро постучалось в дверь голосом Ливая, оповещающего о завтраке. Я разлепила глаза и уставилась в балдахин над кроватью.

— Ну знает Рэйланд, что я самозванка, и что теперь? Сразу не убил, значит, мы еще побарахтаемся. А там, глядишь, и в дамки вылезем!

Убеждая себя в том, что день пройдет совершенно нормально, несмотря на вчерашние события, я сменила сорочку на простое карамельное платье без корсета, но с вырезом, собрала волосы и спустилась вниз.

В доме было на удивление тихо. Ни указаний и вздохов Гвендолин, ни мельтешения прислуги. Только я, Ливай и еще пара человек. В столовой было пусто.

— Завтрак отменяется? — осторожно поинтересовалась я у Ливая, раздающего какие-то указания.

— Завтрак пройдет в кабинете герцога. Прошу вас, пройдемте.

В кабинете, значит… Развернувшись на месте и сжав вмиг вспотевшие ладони, я зашагала к кабинету, чувствуя взгляды прислуги на затылке.

В кабинете уже был накрыт небольшой завтрак. Моя чашка с чаем была пуста, но как только дверь за спиной закрылась, Рэйланд оторвал взгляд от бумаг и потянулся к чайнику.

— Садись, а то все остынет.

Мужчина был настолько спокоен, что у меня невольно закралась мысль: не страдает ли он от потери памяти и был ли вчерашний день на самом деле. Потому что я на его месте уже учинила бы скандал, рвала, метала и выясняла, кто мне подослал. У Рэя же, наоборот, разгладилась межбровная морщинка, а лицо было свежим и отдохнувшим.

Я подобрала юбки и села в кресло напротив. Рэй аккуратно пододвинул чашку и налил чаю.

— Пей, не отравлено, — усмехнулся он, глядя, как я с недоверием разглядываю напиток.

— Это-то и странно, — я аккуратно сделала обжигающий глоток.

— Если у тебя есть хоть капля благоразумия, ты ответишь на все сама, — уверенно бросил герцог, увлеченно уплетая завтрак.

— А если нет?

— Если нет, яд тут не поможет, — миролюбиво сообщил он, но не успела я расслабиться, как Рэйланд, как ни в чем не бывало, продолжил: — Только пытки, но к ним можно приступить и после завтрака.

— Издеваешься? — пальцы похолодели от таких перспектив, но я пыталась скрыть от Рэя страх любыми способами.

— Немного, — кивнул он. — Ешь, нам предстоит долгий разговор. Не хочу разбираться с этим на голодный желудок.

— Тогда для начала я хочу гарантий, — осторожно сказала я, беря с тарелки кусочек булочки скорее для вида, чем от голода.

Рэйланд отложил нож, но выглядел так, будто услышал нечто забавное.

— Гарантий?

— Да. Что ты не сдашь меня своим магам, королю, Гвендолин или кому там у вас принято сдавать подозрительных женщин, которые внезапно оказались не теми, за кого их принимали.

— А еще?

— Не запрешь в подвале. Не отдашь на опыты. Не решишь, что меня проще тихо придушить и сказать всем, что жена трагически не пережила первый бал.

— Богатая фантазия.

— Здоровый инстинкт самосохранения.

Он усмехнулся и налил себе еще чаю.

— Пока ты полезна, ты под моей защитой.

— Какая трогательная формулировка.

— Зато честная.

— А если вдруг перестану быть полезной?

Рэйланд поднял на меня взгляд и на мгновение теплыне золотистые глаза стали ледяными.

— Тогда постарайся не переставать.

Вот и поговорили. Я резко поставила чашку обратно на блюдце, и фарфор тихо звякнул.

— Вдохновляешь на доверие, герцог. Прямо хочется раскрыть тебе душу, сердце и все тайны мироздания.

— Начни с малого. Имя.

Я замерла. Вот мы и вернулись к главному.

— Я не знаю, — проговорила тихо, сама не до конца уверенная в том, что оно вообще у меня есть.

Рэйланд и глазом не моргнул.

— Удобно.

— Мне тоже так кажется, особенно когда я просыпаюсь в чужом теле, в чужом доме и с чужими проблемами на шее. Наверное, в такие моменты лучше не помнить кто ты есть… или был. Адаптация пройдет в разы быстрее, знаете ли!

— Но внешне ты — Палетта, — заметил он.

— Утешил. Значит, я не самозванка, а просто Палетта с провалами в памяти?

— Нет, — слишком уверенно качнул головой Рэй. — Ты не она, но каким-то образом вы настолько похожи, что даже Беннеты не смогли тебя отличить.

От этих слов по спине пробежал холод.

— Тогда кто я?

— Вот это, — Рэйланд откинулся на спинку кресла, — мы и должны выяснить.

Я сжала пальцы на краю салфетки.

— И как?

— Начнем с того, что ты расскажешь мне все с самого начала. Когда очнулась, что помнила, кто знал о подмене. Почему пошла в Черную Рябину и кто тот мужчина, с которым ты там встречалась.

— Какой именно? — не удержалась я. — Их там было довольно много.

Его взгляд стал тяжелее.

— Не испытывай мое терпение с утра, дорогая.

— А ты не угрожай пытками за завтраком, дорогой.

— Я сказал «после завтрака».

— Ах, ну тогда совсем другое дело!

После обмена любезностями Рэй все же улыбнулся, но взгляд оставался внимательным и холодным. Он не верил мне. Не доверял. Но слушал — и это уже было больше, чем я имела вчера.

— Я очнулась в доме Беннетов, — начала я наконец. — В комнате Палетты. До этого помню только обрывки. Свет, шум, веселье, какой-то вечер. Дальше — уже Дорея.

— Ты знала, кто такие Беннеты?

— Нет.

— Кто такая Палетта?

— Тоже нет.

— Кто такой я?

Я хмыкнула.

— О, тебя мне объяснили довольно быстро. Правда, немного путались в показаниях.

— Кто объяснил?

— Беннеты, прислуга. Не прямо, но общий смысл я уловила.

Рэйланд молча кивнул, словно отметил что-то про себя.

— Они знали?

— Думаю, нет. Они были слишком заняты предсвадебной паникой и, вероятно, перспективой лишиться всего.

— Не говорили ничего о печати?

— Палетта ведь знала, так? Не думаю, что мистер Беннет счел нужным напоминать ей, то есть мне, об этом в день свадьбы. Он и подумать не мог, что Палетта ослушается. Так что ваши местные юридические тонкости проклятий я узнала уже по факту.

— Это не юридическая тонкость.

— Да неужели? А я-то думала, у вас тут все брачные договоры подписываются кровью, печатью и угрозой коллективной смерти.

Он посмотрел на меня так, будто хотел сделать замечание, но передумал.

— Продолжай.

— Потом свадьба, твой кабинет, а потом голос в голове.

Рэйланд перестал есть.

— Какой голос? — пальцы мужчины напряженно замерли на тонкой фарфоровой ручке.

— Если бы я знала, мне бы, наверное, не пришлось идти на назначенную им встречу в Черной Рябине, не находишь?

Герцог тщетно пытался скрыть на лице нечто похожее на удивление. Так, наверное, смотрят на умалишенного, когда он уверенно доказывает, что абсолютно здоров, бегая по комнате голышом.

— То есть ты пошла в демонову глушь, не зная, с кем и зачем ты там встречаешься?!

— Нет, я решила, что лучше проигнорировать неизвестного мужчину, который может влезать мне в голову, знает Палетту и, возможно, связан с ее исчезновением. Конечно, я пошла!

— С Норвудом, — сквозь зубы констатировал Рэйланд.

— А ты бы предпочел, чтобы я пошла одна? — уточнила я, кокетливо отправляя в рот кусочек пирожного.

— Я бы предпочел, чтобы ты пришла ко мне.

— Вчера утром ты еще считал меня своей принудительно-законной женой и источником магии, который тебе не терпится опустошить. Не самая располагающая к откровенности ситуация.

Он чуть подался вперед.

— А Норвуд, значит, располагал?

— Норвуд не пытался на мне жениться!

— Да, он просто увез тебя в бордель.

— Технически я сама попросила.

— Это должно улучшить мое мнение о нем?

— Нет. Но может еще немного испортить обо мне. Для равновесия.

Рэйланд смотрел на меня несколько секунд, и в этом взгляде было раздражение, подозрение и что-то еще — почти против воли мелькнувшее понимание.

— Норвуд не помогает без выгоды, — сказал он наконец.

— А ты?

— Я хотя бы честно говорю, что использую тебя.

— Какая редкая добродетель!

— Не спорь ради спора, Палетта.

— Не называй меня так, если уже знаешь, что я не она.

Он замолчал, и эта короткая пауза оказалась неожиданно тяжелой.

— Тогда как мне тебя называть?

Я отвела взгляд к окну, бесцельно ковыряя вилкой остатки пирожного на блюдце.

— Я же сказала, не знаю.

Впервые за весь разговор он не ответил сразу. И от этого мне стало не по себе сильнее, чем от угроз.

— Тогда пока ты останешься Палеттой, — произнес он наконец. — Для всех.

— Для всех?

— Да. И особенно для Норвуда.

Я насторожилась.

— Почему?

— Потому что если он помог тебе один раз, поможет снова. А мне нужно понять, зачем.

— Или ты просто ревнуешь? — я прищурилась, ожидая ответа.

Рэйланд медленно поставил чашку на стол.

— Осторожнее.

— Что? Слишком близко к правде?

— Слишком рано испытываешь мое хорошее настроение, — процедил он.

— У тебя оно бывает? — я с сомнением посмотрела на герцога. Он действительно подозрительно сиял, что вызывало массу вопросов после изматывающего бала, погони и не очень то приятного разговора перед снов.

— Сегодня было. До этого разговора, — сжал губы Рэйланд, отставляя чашку в сторону.

Мне же почти удалось не улыбнуться. Почти.

ГЛАВА 20

Рэйланд

Дверь в комнату борделя захлопнулась, отделяя их от суеты коридора. Только мерное потрескивание углей в жаровне, полумрак и едва заметная дымка от благовоний. Рэйланд вглядывался в лицо незнакомки, прикрытое тонкой вуалью, но никак не мог ухватить суть. Он одновременно узнавал и не узнавал ее. Такие знакомые серые глаза, распахнутые то ли в испуге, то ли в ожидании. Казалось, все тот же цветочный запах, обычно исходивший от Палетты, но то ли благовония сбивали с толку, то ли…

— Подними вуаль, — бросил мужчина коротко, надеясь, что наваждение спадет, как только эта тонкая завеса между ними исчезнет.

— Мне не разрешено показывать лицо гостям, — и снова этот знакомый голос. Нутро кричало Рэйланду, что это Палетта, но глаза все еще сомневались.

Да и разум подкидывал все больше резонных вопросов. Зачем она здесь? Почему в таком наряде? Почему с Норвудом?! Ни на один из них ответа Рэйланд не находил. А внутри тем временем все больше клокотал гнев и… ревность? Нет, нет, ревности здесь быть не могло. Ну, разве что к своей будущей магии, которую эта девчонка так бездарно таскает в себе, совершенно не заботясь о безопасности. Магия — штука тонкая. Умрет Палетта — и «пшик», магии и след простыл.

Когда ее тонкие пальчики коснулись его руки, уперлись в грудь, жар обдал герцога даже через ткань рубашки. Все тело покрылось жгучими мурашками желания, в голове помутнело. Он прикрыл глаза, стараясь вернуть концентрацию, но все, о чем мог думать, — лишь близость этой девчонки, губы, манящие через вуаль, и ее дыхание, касающееся его кожи.

— Так не терпится? — ее тихий шепот резал по самой плоти. А в следующее мгновение он уже поддался наваждению и притянул ее к себе ближе. Будь она Палетта, самозванка или вовсе местная танцовщица — все это заглушило первобытное животное желание, нарастающее где-то под солнечным сплетением.

Благовония… — мелькнула мысль где-то на задворках сознания.

Но и она была уже недостаточно отрезвляющей. А вот неожиданный стук в дверь все же заставил Рэя вздрогнуть. Инстинктивно он притянул девушку ближе, и через тонкую ткань их губы соприкоснулись. Перед глазами прошла легкая рябь от вуали, и магия развеялась, признавая их единым целым. Не будь его губы прижаты к губам Палетты, он бы уже давно выругался вслух, ведь теперь мог легко различить все ее черты, но благовония, ее запах и ощущение ее губ все еще мешали мыслить трезво.

— Господин? — женский голос из коридора вернул мысли в реальность. — У вас все в порядке?

— С кем она была здесь? — рявкнул Рэйланд, когда через несколько минут Палетта выскользнула из комнаты и исчезла в конце коридора.

— Боюсь, это не ваше дело, господин, — брюнетка, бесцеремонно прервавшая их с Палеттой близость, стояла в комнате, сложив руки на груди. Холодный взгляд скользил по герцогу без всякого узнавания или благоговения.

— На твоем месте я бы не позволял себе такой тон с первым герцогом Дорея, — отчеканил Рэй ей в ответ.

— Какое везение, что вы, первый герцог, не на моем месте, — усмехнулась брюнетка, ничуть не впечатлившись его словами. — Черная рябина стоит на пустой земле, не забывайте. В Безымянных землях ваше имя и статус — лишь пустой звук. Не стоит бахвалиться им там, где больше половины людей — не ваши подданные.

— Да будь ты хоть Иладарка, мне нужно знать, кто был в этой комнате вместе с моей женой! — желание, до этого горевшее в Рэйланде, медленно превращалось в гнев.

— Вашей женой? — брюнетка низко, заливисто засмеялась. — Удовлетворяйте жену лучше, чтобы не искать ее в борделе в следующий раз. Если вам нужна консультация…

Желваки на скулах Рэя дернулись так резко, что женщина только усмехнулась шире.

Дальше Рэйланд не слушал. Лишь хлопнул дверью и поспешил покинуть это раздражающее место. Кареты Норвуда уже не было. Будь Рэйланд без лошади, он бы телепортировался домой и разорвал самозванку сразу, как только она появилась на пороге. Но бросить коня совесть не позволяла, да и Норвуд наверняка не рискнул бы перемещаться в поместье Глассов. А значит, им предстоит еще долгий путь обратно.

Дорога обратно тянулась мучительно долго. Холодный ночной воздух должен был отрезвлять, но вместо этого только сильнее разгонял раздражение, кипящее где-то под ребрами. Конь нервно всхрапывал, чувствуя настроение хозяина, а сам Рэйланд раз за разом прокручивал в голове произошедшее в комнате Черной рябины.

Рэйланд стиснул поводья так резко, что кожаные ремни натянулись до скрипа.

Настоящая Палетта никогда не смотрела на него так. Избегала его общества, холодела при одном упоминании свадьбы и делала все, чтобы держаться на расстоянии. А эта… спорила, язвила, выводила из себя и при этом совершенно не боялась подходить вплотную. Словно специально проверяла, где именно заканчивается его терпение.

И хуже всего было то, что терпение действительно заканчивалось.

Рэйланд неожиданно поймал себя на том, что сравнивает их.

Сравнивает — и выбор оказывается совсем не в пользу настоящей Палетты.

Эта мысль разозлила его окончательно.

К моменту, когда впереди показались огни поместья, гнев в нем уже смешался с усталостью и опасным, почти болезненным желанием разобраться во всем до конца. Самозванка лгала ему с самого начала. Кто-то подменил его невесту. Одиночка Норвуд вдруг оказался замешан в происходящем. А в центре всего этого почему-то стояла девчонка, которую Рэйланд одновременно хотел встряхнуть, запереть под охраной и снова прижать к себе так же, как в комнате Черной рябины.

Последнее раздражало сильнее всего.

Поднимаясь по ступеням поместья, Рэйланд уже твердо знал, что не станет устраивать скандал при слугах. Не сейчас. Сначала он хотел услышать, что именно она скажет в свое оправдание.

А потом дверь ее спальни открылась.

И все тщательно выстроенное самообладание полетело к чертям.

Рею пришлось сжать кулаки и думать о самых отвратительных для него вещах, чтобы не поддаться соблазну. Палетта стояла напротив окна, уже наполовину сняв с себя этот дурацкий костюм танцовщицы. Лунный свет сочился из-за спины девушки, оставляя ее загадочной тенью, но совсем не скрывая аппетитных очертаний.

— Интересный у тебя вечер, дорогая, — процедил он нарочито холодно, делая шаг к ее маленькой беззащитной фигуре. — Не находишь?

Он собирался давить. Холодно, жестко, без эмоций. Вытащить из нее правду любой ценой.

А потом она посмотрела на него своими невозможными серыми глазами, начала язвить, спорить, дышать ему в лицо — и разговор очень быстро пошел совсем не туда, куда планировал Рэйланд.

И хуже всего было то, что в какой-то момент он сам перестал понимать, где пытается вывести самозванку на чистую воду, а где просто ищет повод снова к ней прикоснуться.

***

— Как твоя погоня? Удалась? — Джоул появился через долгие полчаса после «разоблачения» Палетты Рэйландом. Герцог уже успел подумать, что друг проигнорировал его вызов или действительно боится лишний раз появиться в доме и испытать гнев Гвендолин.

— Ни за что не угадаешь, где она была, — хмыкнул Рэй, садясь на кровать и стягивая сапоги. Джоул оглянулся в поисках удобного места. Рассказ обещал быть длинным и, судя по лицу герцога, очень эмоциональным.

— Очевидно, не дома. У Норвуда? — полушепотом продолжил рыжий, устраиваясь в кресле у книжной полки.

Глаза Рэйланда полыхнули от злости, как только он представил себе такую картину. Хотя… поместье Норвуда или Черная рябина — кто знает, что из этого хуже?

— В Черной рябине, — наконец процедил герцог, поднимая на друга взгляд. Джоул был в не меньшем замешательстве.

— Что она там забыла? — еще чуть-чуть — и Джоул вывалился бы из кресла, так резко он подался вперед от удивления.

— Если бы я знал…

— Хочешь, я расспрошу девочек? — подмигнул уже взявший себя под контроль виконт.

Рэйланд лишь закатил глаза.

— Эти «девочки» чуть живьем меня не съели, — проворчал он, вспоминая брюнетку.

— Ты просто не знаешь подхода к женщинам, — хохотнул Джоул и тут же осекся, снова перейдя на полушепот. — У каждой тайны есть своя цена. А проститутки знают куда больше, чем ты мог бы подумать.

— Я знаю, что они знают, Джоул. Они бы разболтали мне твою самую сокровенную тайну за пару монет. Но её секреты? Нет… Они могут сдать клиента, но женщину? Женщину они не сдадут. Ни тебе. Ни мне.

— Сивилла? — сделал слабую попытку Джоул.

Рэй только устало хмыкнул.

— У нее слишком много своих интересов. Вовлекать ее еще опаснее.

— Что предлагаешь?

— Исключить самую худшую версию… для начала.

— Иладар? — Джоул совсем перешел на шепот.

— Да.

— С чего ты взял, что она согласится? Снова сбежит — и ищи свищи…

— Да, если она все время будет сбегать из-под носа — это станет проблемой. Мне нужно, чтобы она поверила: я на ее стороне. Чтобы рассказала все, что знает, и показала, что спрятано в ее голове. Только тогда мы поймем, с кем имеем дело.

— Документы? — виконт уже понял основную часть плана.

— Да. На меня и на нее. Придется отвезти ее в Иладар, чтобы все проверить.

Чем дольше Рэйланд наблюдал за самозванкой, тем меньше был уверен, что хочет услышать правду о том, кем она является на самом деле. И оставалось только надеяться, что после поездки в Иладар они оба вернутся живыми.

ГЛАВА 21

Палетта

После того как пикировки за завтраком закончились, я все же смогла поесть и даже обсудить с Рэйландом пару вариантов моего здесь возникновения. Ни один из них, правда, не казался убедительным или хотя бы логичным.

Тем не менее на душе стало чуть спокойнее. Доверия к герцогу у меня не появилось, но, по крайней мере, я могла не тратить силы на пустое притворство и не бояться последствий. Встречу с незнакомцем в Черной рябине я все же скрыла, открестившись от герцога тем, что якобы я прождала его в назначенном месте полвечера, но никто так и не явился. А итог моего побега был известен Рэю и без моих комментариев.

— Завтра утром мы выдвигаемся в поездку. Я уже дал Ливаю указания, прислуга подберет тебе дорожную одежду и все необходимое, — закончил Рэйланд наш диалог, и я чуть не откусила край фарфоровой чашки.

— Поездку? Куда?

— Какая разница, если, по твоим же словам, ты все равно ничего не смыслишь в местной географии? — с подозрением прищурился герцог.

— Интересно, — я пожала плечами с самым невинным видом, вцепившись пальцами в сервиз. Поездка сулила длительное пребывание в карете на ужасно маленьком расстоянии друг от друга.

— Иладар, — коротко ответил Рэй, и все мои надежды на короткий визит в соседнее поместье рухнули как карточный домик.

Иладар был далеко. Даже я, “ничего не смыслящая в местной географии”, имела некое представление. Знакомая мне Черная рябина стояла на стыке трех территорий. С одной стороны от нее тянулись бескрайние степи, или Безымянные земли, а с другой расстилался, казалось, бесконечный горный хребет.

— Поедем через горы? — я обреченно вздохнула.

— Когда ты успела…

— Видела горный хребет из кареты Норвуда, когда мы подъезжали к Черной рябине. Он просил сопровождающую прислугу быть осторожнее, так как рядом граница с Иладаром.

— И что еще ты успела увидеть из кареты Норвуда? — сжал губы герцог.

— Ничего, о чем вы могли бы подумать, — съязвила я и поднялась из-за стола. — Если на этом все, я пойду собираться. Кажется, дорога будет долгой.

— Не больше недели, — Рэй неопределенно покачал головой, и я плюхнулась обратно в кресло.

— НЕДЕЛИ?!

Неделя! В карете с Рэйландом! После вчерашнего поцелуя даже один лишний взгляд в его сторону казался плохой идеей. А тут целая неделя, горная дорога и замкнутое пространство.

— Разве это долго? — удивился герцог моей реакции.

— Ужасно. Невыносимо долго, — подтвердила я, то и дело прокручивая в голове все возможные неприятные ситуации, которые могут произойти по дороге. — Разве мы не можем просто взять и переместиться туда, как делает Джоул?

Я воззрилась на Рэйланда взглядом, полным надежды. Неделя тряски в пути никоим образом не входила в мои планы. Даже если искать зацепки по исчезновению Палетты в Иладаре было неплохой идеей — тратить на это целых семь дней из месяца, оговоренного на мою свободу… настоящее кощунство!

— Гениальная идея. Давай вторгнемся в магическое пространство враждебно настроенного королевства. Это так облегчит нам жизнь, правда ведь? — Рэй снисходительно осмотрел меня с головы до ног. — Оставь свои умные мысли при себе. И возьми теплую одежду, в горах ночью достаточно холодно.

Обреченно кивнув, я вышла из кабинета, чтобы тут же попасть в руки Ливая. Весь остаток дня с меня снимали мерки, подбирали ткани, меха, наряды, обувь и украшения.

— Ты когда-нибудь был в Иладаре? — спросила я Ливая, когда прислуга закончила собирать гардероб в дорогу.

Парень многозначительно помолчал перед ответом.

— Когда я родился, Дорэй и Иладар уже враждовали, госпожа. Никто в Иладаре не ждет дорэйцев.

Тогда на кой черт мы туда вообще собираемся?!

— А герцог? Уезжал ли раньше в такие поездки?

— Господин по долгу службы бывает и в Иладаре, и в Безымянных землях, иногда и дальше, — задумчиво кивнул слуга.

— И надолго?

— Когда несколько недель, когда пару месяцев, по-разному, — пожал парень плечами, всем своим видом показывая, что больше ему сказать нечего.

На следующее утро в простую карету погрузили два небольших деревянных сундука с моим скарбом, сундук Рэйланда и провиант. Из сопровождения — только два охранника, которых я раньше не видела в поместье. Собранные, молчаливые, с военной выправкой. С каждым часом поездка все меньше походила на спокойное путешествие и все больше — на вылазку в логово врага.

— Госпожа, осторожнее, — один из охранников придержал дверцу кареты, пока я пыталась одновременно не запутаться в юбках и не свернуть шею на высокой ступеньке.

Я смерила мужчину подозрительным взглядом. За все утро он произнес едва ли больше трех слов.

— Благодарю, — пробормотала я скорее из вежливости и наконец забралась внутрь.

Карета и внутри оказалась куда менее роскошной, чем я ожидала от первого герцога Дорэя. Никаких позолоченных ручек, гербов или бархатных диванов. Простая темная обивка, дорожные подушки, узкие полки для вещей и тяжелые плотные шторы на окнах. Если бы не качество ткани и идеально подогнанные детали, я бы решила, что мы вообще едем как обычные торговцы.

Рэйланд уже сидел внутри, просматривая какие-то бумаги. Светлая рубашка без привычного камзола делала его опасно… домашним.

— А где герцог? — невинно поинтересовалась я, устраиваясь напротив.

— Остался дома, — не поднимая взгляда от бумаг, ответил Рэй.

— Какая жалость. Я уже начала привыкать к его тяжелому характеру.

— Не переживай. Тебе и без него будет достаточно проблем.

Когда карета тронулась, Рэйланд машинально придержал меня за локоть, даже не отрываясь от чтения. Я осторожно высвободила руку и отвернулась к окну.

Поместье Глассов медленно оставалось позади.

Несколько минут мы ехали молча. Снаружи тянулись еще сонные улицы, редкие лавки и укутанные утренним туманом дома. Один из охранников двигался впереди кареты, второй — чуть позади.

— И как теперь мне тебя называть? — наконец нарушила тишину я.

— А у тебя проблемы с “Рэйландом”?

— У меня проблемы с человеком, который тащит меня через половину континента в страну, где нас, как оказалось, никто не любит.

— Приятно видеть, что ты начинаешь быстро схватывать суть.

Я закатила глаза.

— Нет, серьезно. Судя по карете и скудному сопровождению — мы едем инкогнито. У нас ведь должны быть фальшивые имена?

Рэй медленно сложил бумаги и впервые за все утро посмотрел прямо на меня.

— Должны.

— И?

— Тебе не понравится.

Это уже звучало как угроза.

— Рэйланд.

— Лорд и леди Вейлор, — с подозрительным спокойствием сообщил он.

Я нахмурилась.

— И что именно мне должно не понравиться?

Вместо ответа он протянул мне сложенные документы. Я быстро пробежалась глазами по строчкам. Потом еще раз. А потом медленно подняла взгляд на Рэя.

— Кто их делал?

— Виконт Уитфорд, — устало улыбнулся герцог.

— Джоул идиот.

— Полностью согласен.

— Он мог написать что угодно! Брата и сестру. Кузенов. Случайных попутчиков. Тем более если ты уже знал, что я не Палетта!

— Мог.

— Но написал мужа и жену?!

— Видимо, решил, что так будет убедительнее.

— Для кого?!

— Для всех, кто задает слишком много вопросов на границе и постоялых дворах.

Я уставилась в бумаги так, будто они могли самовоспламениться прямо у меня в руках.

— Нет.

— Что “нет”?

— Нет. Мы не будем изображать счастливую семейную пару неделю. Мне хватило одного вечера на балу.

— Почему сразу счастливую? — невозмутимо уточнил Рэй.

Как минимум неделю быть на людях и делать вид, что нас связывает не магическая катастрофа, а нормальный брак? Это звучало как изощренное наказание.

— Сразу предупреждаю, — мрачно произнесла я, складывая документы, — если кто-нибудь спросит, насколько мы счастливы в браке, я начну плакать.

Рэй усмехнулся, забирая у меня бумаги.

— Тогда нам действительно поверят.

ГЛАВА 22

Палетта

Наша процессия двигалась совершенно неспешно, будто недели в пути Рэйланду показалось мало и он решил увеличить это время вдвое. Даже несмотря на дорожные подушки и обивку на диванах, я отбила копчик уже через пару часов поездки и теперь тщетно пыталась найти удобное положение.

— Перестань крутиться, как навозный жук, — Рэй отложил бумаги в сторону.

— Обязательно испытывать меня этими средневековыми условиями? — я воззрилась на него исподлобья, в очередной раз пытаясь уложить подушку под ягодицы.

— Средневековыми? — он поднял брови и оглядел карету так, будто впервые ее видел. — Это не лучший экипаж, но вполне добротная карета.

Хоть прошлое в моей голове и скрывалось за белесым туманом, внутри не отпускало четкое ощущение, что поездка может быть быстрее и комфортнее. И точно-преточно может не вонять конским потом и навозом.

— Ладно, — я смиренно вздохнула, припоминая, что перенестись в Иладар мы не можем по политическим причинам. — Почему хотя бы не пегасы?

Даже короткая тошнота от полета казалась более желанной, чем дни и часы с отбитыми от тряски ягодицами.

— Лорд и леди Вейлор, — Рэй на секунду задумался, пробуя на слух новые имена, и тут же поморщился. — Лорд и леди Вейлор имеют куда более скромные возможности, чем Гласс, Беннеты и первые лица королевства. Позволить себе экипаж с пегасами может не каждый.

— То есть помимо того, что мы снова поддельно женаты, мы еще и бедны? — я скорчила расстроенную гримасу.

— Почему поддельно? — герцог усмехнулся и откинулся на подушки. — В первый раз церемония была настоящей. Тот факт, что ты поддельная Палетта, не отменяет нашего бракосочетания.

Я вгляделась в лицо Рэя, но сейчас было абсолютно непонятно, злят его эти обстоятельства или он с ними уже смирился.

— Допустим, я неверно выразилась. Не поддельно, а нежеланно. А что с нашим новым финансовым положением, лорд Вейлор?

Рэй сверился с документами и добавил:

— Эмерик. На людях можешь звать меня так.

— А я? — я перегнулась через колени, чтобы заглянуть в бумаги.

Колесо кареты подскочило на кочке, отчего экипаж тряхнуло и мое равновесие, перекошенное в сторону Рэйланда, дало трещину. Ойкнув от неожиданности и ощутив толчок от колеса непосредственно под пятой точкой, я подпрыгнула на подушке и полетела прямо на расслабленно расположившегося Рэя.

В следующее мгновение я уже сидела у него на коленях, пойманная подмышки и подтянутая по инерции к нему еще ближе. Распахнув глаза то ли от негодования, то ли от благодарности, что он не дал мне впечататься лицом в его коленки и выбить парочку зубов, я пыталась подобрать подходящий комментарий. Рэйланд же действовал абсолютно спокойно: взяв меня за талию и раскрыв документы на нужной странице, продолжил как ни в чем не бывало:

— А ты, дорогая, Луэлла Вейлор.

— Луэлла? — переспросила я, пытаясь сохранить остатки достоинства. — Джоул точно хотел помочь нам незаметно пересечь границу или решил отомстить за все твои угрозы телепортировать его в стену?

— Сложно сказать. У него своеобразное чувство юмора.

— У него преступное чувство юмора.

Я попыталась сдвинуться, но карету снова качнуло, и пальцы Рэя на моей талии сомкнулись крепче.

— Сиди спокойно, — велел он.

— С огромным удовольствием, но не на тебе.

— Уверена?

Я медленно повернула голову, оказавшись с ним лицом к лицу.

— Ты сейчас серьезно? — спросила, надеясь увидеть в глазах насмешку и списать это все на его очередное издевательство.

— Я всего лишь уточняю, — невозмутимо ответил Рэйланд, будто его ничего не смущало.

Вот значит как! Стоило нам выехать из поместья, как холодный герцог Гласс, похоже, решил оставить дома не только титул, но и остатки приличий.

— Эмерик, — протянула я с самым сладким выражением лица, на какое была способна, — если ты немедленно меня не отпустишь, я начну вести себя как настоящая любящая жена.

— Угрожаешь?

— Предупреждаю.

Его взгляд на мгновение опустился к моим губам, и в тесной карете вдруг стало как-то слишком мало воздуха.

— Тогда, Луэлла, тебе стоит выбрать угрозу убедительнее.

Я набрала воздуха, чтобы выдать что-нибудь достойное и язвительное, но именно в этот момент карета снова качнулась. Рэй удержал меня уже обеими руками, притянув ближе, чем требовалось для простого спасения от падения. Несколько секунд мы оба молчали, упорно делая вид, что между нами ничего не происходит.

— Дорога ужасная, — наконец выдавила я.

— Согласен.

— И карета тесная.

— Бывает.

— И ты мог бы уже пересадить меня обратно.

— Мог бы.

Я прищурилась.

— Но?

— Но ты только что жаловалась, что там неудобно, — парировал герцог, не делая ни малейшей попытки снять меня с себя.

Это было настолько нагло, что я даже не сразу нашлась, что ответить. А Рэй, будто полностью удовлетворенный моей редкой тишиной, вновь опустил взгляд в документы.

— Итак, леди Вейлор, — продолжил он, словно я не сидела у него на коленях. — По легенде мы женаты три года, едем навестить дальнего родственника в приграничье Иладара и крайне не любим лишние вопросы.

— По легенде или на самом деле?

Он поднял взгляд.

— Что именно?

— Крайне не любим лишние вопросы.

— Это, дорогая, единственная часть легенды, которая не требует притворства.

После того как я показательно закатила глаза, стараясь отстраниться от него как можно дальше, лишь бы не ощущать на коже его дыхание, Рэйланд продолжил:

— Тогда, дорогая, — он показательно акцентировал внимание на обращении тем самым ровным голосом, от которого мне все чаще хотелось либо спорить, либо швырнуть в него подушкой, — тебе стоит запомнить еще несколько вещей.

Герцог наконец убрал руки с моей талии, позволяя перебраться обратно на свое место. Карета тут же дернулась снова, словно намекая, что решение было ошибочным. Я демонстративно поправила юбку и подушки, стараясь не замечать, как предательски горят щеки.

— Во-первых, — невозмутимо продолжил Рэй, — в Иладаре говоришь как можно меньше.

— Боишься, что я всех очарую?

— Боюсь, что ты кого-нибудь спровоцируешь.

— Как я могу?! — я поджала губы, не желая подтверждать его правоту так быстро.

К вечеру дорога стала заметно хуже. Карету трясло на камнях так, будто возница специально выбирал самые неровные участки тракта, а холодный ветер все чаще пробирался внутрь даже через плотные занавески. Где-то впереди уже темнел горный перевал, о котором предупреждал Рэйланд, и чем ближе мы подъезжали к нему, тем менее приветливой становилась местность вокруг.

Когда карета наконец остановилась, я едва не вывалилась наружу первой.

— Мы приехали? — с надеждой спросила я, разминая затекшую спину.

— Мы остановились, — поправил Рэй, выбираясь следом.

Это уже прозвучало подозрительно, но все надежды рухнули, стоило мне осмотреться по сторонам и понять, что никакого постоялого двора или даже забытой избушки на ближайшие сотни верст не предвидится.

Сопровождающая нас “охрана” уже ставила шатер и распрягала лошадей. Шатер выглядел настолько маленьким, что внутри в лучшем случае мог поместиться один человек среднего роста. Или два очень несчастных человека.

Я поежилась от пробирающего ветра и с еще тлеющим угольком надежды в голосе спросила:

— Поблизости точно нет комнат? Горячей ванны? Или хотя бы нормальной кровати? Хоть чего-нибудь, кроме ощущения, что меня сейчас принесут в жертву горным духам?

Один из охранников едва заметно дернул плечом, пряча смешок.

— Горным духам ты вряд ли понравишься, — спокойно заметил Рэй. — Слишком шумная.

— А ты слишком довольный для человека, который добровольно решил ночевать на камнях.

Он снял перчатки и кивнул в сторону шатра:

— Лорд и леди Вейлор не могут позволить себе лучшие условия.

Я прищурилась.

— И сколько будет шатров?

— Один.

— Очень смешно.

— Я не шучу.

Несколько секунд я просто смотрела на него, ожидая, что сейчас появится второй шатер, запасная карета или хотя бы намек на здравый смысл, но ничего не произошло. Только ветер сильнее ударил холодом по щекам.

— Ты хочешь сказать, — медленно начала я, — что мы будем спать вместе?

— Мы женаты, помнишь?

— По подставным документам Джоула… — я не успела закончить.

— По подставным документам Джоула — три года счастливого брака, — невозмутимо уточнил Рэй. — А по настоящим уже почти четыре не менее счастливых дня, от которых я чуть не покрылся сединой, — скептически добавил он, смерив меня отчего-то довольным взглядом.

Я возмущенно открыла рот.

И закрыла обратно, потому что спорить с человеком, который выглядел настолько спокойным, оказалось неожиданно сложно.

— Отлично, — процедила я. — Тогда надеюсь, твоя половина этого романтичного супружеского шатра находится снаружи.

На удивление, Рэйланд не стал спорить.

— Если тебя что-то не устраивает, можешь занять шатер одна. Я останусь у костра.

Сказано это было совершенно серьезно, будто для него действительно не было проблемой провести ночь под ледяным горным ветром. Я смотрела, как он методично подкладывает дрова в разрастающийся костер, совсем не озабоченный предстоящей ночью, и, казалось, совсем отложивший беспокойства о том, что рядом с ним — чужая женщина, которую он знать не знал всего пару дней назад, а теперь она не просто его жена, но и, возможно, носитель магии, которую он жаждет заполучить.

Смотрела и не понимала — доверять ли этому спокойному Рэйланду или это лишь затишье перед бурей?

ГЛАВА 23

Палетта

Я поежилась от мурашек. Шатер спасал от пронизывающего ветра, но грел слабо, да и походное одеяло справлялось с этой задачей не лучше. Плащ, подбитый мехом, которым предполагалось накрываться сверху, остался у Рэйланда. Герцог все же сдержал слово и уже несколько часов сидел на улице у костра, пока я дрожала в этой семейной палатке.

Я поднесла к губам замерзшие пальцы и подышала на них, стараясь согреться.

— Ладно, черт с тобой, — когда подбородок начало потрясывать от холода, я завернулась в одеяло, как в кокон, и вылезла из шатра. Широкая спина Рэя, укрытая плащом, темнела на фоне небольшого костра. Сильное пламя было решено не разжигать, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

Мужчина молча смотрел на потрескивающие дрова и даже не заметил моего приближения.

— Почему не спишь? — он устало повернулся, когда я села рядом.

— Холодно, — пробурчала в ответ, вытягивая руки поближе к огню.

— Привыкай. Дальше ночи будут еще холоднее.

— Ты уже бывал в Иладаре?

— Разве ты уже не выспросила все у Ливая? — Рэйланд прищурился и повернулся ко мне.

— Вот паршивец! Когда он успел сдать меня? — удивилась я абсолютно искренне, так как весь наш отъезд произошел очень быстро.

Рэй улыбнулся и снова всмотрелся в костер.

— Не забывай, что вокруг тебя мое поместье и мои люди, — уже более серьезно добавил герцог. — Все, что ты хочешь скрыть... рано или поздно станет мне известно. Поэтому в твоих интересах быть со мной на одной стороне.

— И на чьей ты стороне, герцог Гласс?

— На своей.

Нас накрыла тяжелая тишина, и даже мне стало понятно, что правильным ответом для первого герцога Дорэя было бы «на стороне короля» или хотя бы «королевства». Но здесь нас никто не слышал... Оставалось надеяться, что Рэйланд не задумал ничего предосудительного.

— Иди внутрь, ты дрожишь, — через некоторое время Рэю, очевидно, надоели мои постукивания зубами.

— Там не сильно теплее! Неужели лорд и леди Вейлор не могут позволить себе хотя бы более теплые одеяла? — я вздохнула и зарылась в одеяло почти с головой.

— Ты взрослая женщина или маленький ребенок?! — послышался приглушенный одеялом недовольный голос герцога, а потом меня подняли в воздух, словно пушинку.

— Что ты делаешь?

Высунуться из одеяла было невозможно, потому что Рэйланд схватил меня как большой тряпичный ком, завернув в ткань еще плотнее. Он не ответил, но через пару мгновений я уже оказалась внутри шатра. Следом за мной в него забрался и Рэйланд, плотно затянув вход.

— Ну вот, теперь постель холодная, — ворчливо добавил он, ощупав тонкий матрас, который за время моего пребывания у костра стал почти ледяным.

— А я говорила, что тут не жарко!

— Все потому, что ты решила остаться тут одна. В нем слишком много места, твоего дыхания не хватает, чтобы согреть воздух.

Я недоверчиво посмотрела на герцога.

— Ты сейчас серьезно?

— Абсолютно.

— То есть проблема не в том, что в горах холодно, а в том, что я неправильно пользуюсь шатром?

— Именно это я и пытаюсь до тебя донести последние несколько минут.

Я закатила глаза, но спорить не стала. Сил на это уже не оставалось.

Рэйланд стянул плащ и расстелил его поверх матраса. После чего устроился на своей половине импровизированной постели так спокойно, будто последние несколько часов не сидел на улице под ледяным ветром.

Я тоже улеглась, натянув одеяло до подбородка.

Некоторое время мы молчали, слушая, как ветер шуршит по ткани шатра, где-то фыркают лошади, потрескивают угли в костре.

И только теперь я поняла, насколько маленьким было наше временное жилище.

Когда внутри находилась одна я, места казалось вполне достаточно. Но стоило появиться Рэйланду, и выяснилось, что между нами остается едва ли ладонь свободного пространства. Любой неловкий поворот грозил столкновением локтей, коленей или еще чего-нибудь, о чем мне совершенно не хотелось думать.

— Что там все-таки в Иладаре? — спросила я, понимая, что уснуть быстро все равно не получится.

— Горы. Камни. Люди.

— Какой подробный рассказ.

— Ты не спрашивала подробностей.

Я тихо фыркнула.

— Хорошо. Тогда подробности.

Некоторое время Рэйланд молчал, будто раздумывая, стоит ли вообще отвечать или подбирал то, что можно было рассказать, не боясь последствий.

— Красивое место, — произнес он наконец. — Особенно осенью. Но люди там не любят дорэйцев.

— А дорэйцы любят их?

— Не особенно.

— Тогда почему ты постоянно туда ездишь?

— Потому что некоторые дела не терпят посредников.

Ответ был настолько уклончивым, что я сразу поняла — продолжать расспросы бесполезно.

— А меня зачем везешь?

В этот раз он ответил быстрее:

— Затем же, зачем и еду сам.

— И что же это за повод?

— Узнать, кто ты такая.

Я перевернулась на спину и уставилась в темный потолок шатра.

— Думаешь, в Иладаре есть на это ответ?

— Надеюсь, что нет, — уже совсем серьезно ответил герцог.

От его тона по спине пробежал холодок.

Я вздрогнула, почувствовав, как он подтянул край одеяла выше, не оставляя щелей для холодного воздуха.

— Спи, Палетта. Завтра будет тяжелый день.

— Ты так говоришь уже второй день подряд, — пробурчала я в ответ, но перевернулась обратно на бок, стараясь больше не думать о том, что между нами всего ладонь свободного пространства. Любая подобная мысль все еще вызывала внутри смутные эмоции.

— Потому что каким-то образом ты постоянно находишь способ сделать его еще тяжелее, — устало вздохнул Рэй.

А я неожиданно поняла, что согрелась.

Рядом больше не гулял холодный воздух, а усталость после дороги наконец взяла свое.

Последнее, что я услышала перед тем, как провалиться в сон, был ровный голос Рэйланда:

— И в следующий раз не жди несколько часов. Стук твоих зубов было слышно даже снаружи.

ГЛАВА 24

Рэйланд

Он проснулся с рассветом, когда сопровождающая стража в очередной раз сменилась на посту. Хотел привычно потянуться и встать, но замер, почувствовав, как у плеча беспокойно завозилась Палетта. Видимо, она все же согрелась, потому что уже наполовину вылезла из одеяла и сейчас почти прижималась лбом к его предплечью.

Стараясь не дышать и не делать лишних движений, Рэйланд медленно отодвинулся в сторону, что вызвало у спящей Палетты невнятное ворчливое негодование.

Может ли шпионка спать таким беззаботным сном?

Медовые волосы рассыпались по тонкой подушке, и герцог поймал себя на мысли, что ему очень хочется их коснуться.

Идиот. Тебе нужно лишь, чтобы она поверила, что ты с ней заодно. Никаких чувств к самозванке быть не должно.

Тут же одернул он себя, но глубоко в подсознании Рэйланд знал, что опоздал с нравоучениями: чувства уже были.

Непонятные, смутные, пугающие. Они уже тянули в груди каждый раз, когда она встречалась с ним взглядом. Но герцог то и дело задвигал их обратно вглубь, делая вид, что ничего не происходит.

Через несколько минут, когда он на цыпочках, словно мышка, вылез из шатра, Пьер сообщил, что перед рассветом сокол принес письмо.

«Норвуд получил от Аэлмара разрешение на выезд в Иладар. Договор на поставку меха. Д.»

Рэйланд пробежал глазами текст записки, оглянулся на шатер и бросил бумагу в тлеющие угли.

Норвуд, желающий активно ввязаться в игру Палетты, вызывал подозрения. Норвуд, решивший посетить Иладар в то же время, что Палетта и Рэйланд, выглядел подозрительно вдвойне. Особенно учитывая, что раньше он слыл самобытным малым, о котором всем было мало что известно. Но из-за того, что Норвуд решительно придерживался нейтральной позиции при дворе, Аэлмар относился к нему уважительно и не принимал возражений от Рэйланда и других членов совета.

— Просыпайся, засоня, — герцог открыл вход в палатку, впуская туда свежий утренний ветерок.

— Я даже не буду спрашивать, который час. И без того понятно, что сейчас несусветная рань! — проворчала Палетта, которой вся эта поездка давалась с большим трудом.

Но Рэю все это доставляло особое удовольствие.

Когда через двадцать минут на завтрак достали вяленое мясо, козий сыр и фрукты, последние капли радости покинули лицо его ненаглядной супруги.

— Ешь и не вороти нос. Это питательная пища, — вздохнул герцог, протягивая ей порцию еды.

Пьер и Эльдар уже вовсю уплетали мясо, поглядывая на Рэя и Палетту. Вероятно, оба надеялись, что герцогиня откажется от жесткого вяленого мяса и им достанется добавка.

Но Палетта лишь поворчала, пару раз закатила глаза и вгрызлась в жилистый кусок без каких-либо зазрений совести.

Надежда в глазах охранников тут же потухла, отчего Рэйланд тихо усмехнулся.

— Кажется, ты не в восторге от рациона, — добавил он, когда девушка пыталась прожевать очередной кусок.

— Я могу быть недовольной, Рэйланд Гласс. Но голодной я точно не останусь. А вы, — она повернулась к двум рослым стражникам, расположившимся по другую сторону костра, — даже не думайте о моей порции. Да, да! Я видела, как вы на нее смотрели. Ешьте лучше свою, пока я до нее не добралась!

Парни заулыбались с набитыми ртами, и Рэй на секунду выдохнул.

Палетта продолжала спорить с охранниками из-за куска вяленого мяса так увлеченно, словно знала их всю жизнь. Пьер уже откровенно улыбался, а Эльдар даже попытался отстоять свою порцию.

— Милорд, вы ведь не позволите ей нас ограбить?

— Не позволю, — сухо ответил Рэйланд.

Но Палетта все равно стащила у стражника яблоко, когда они собирали лагерь и готовились выдвигаться дальше.

Эльдар возмутился так искренне, словно лишился фамильного сокровища, а сама виновница только показала ему язык и скрылась в карете.

И хуже всего было то, что вместо раздражения это почему-то вызвало у Рэйланда улыбку.

Очень плохой знак.

ГЛАВА 25

Палетта

К вечеру второго дня карета уже въехала в приграничные территории. Невысокое здание грубой постройки стояло посреди холодного горного пейзажа, лишь изредка мелькая отсветами свечей. Охрана спешилась, и Эльдар два раза коротко постучал по дверце, сообщая Рэйланду, что кони встали и подножка на месте.

— Не болтай лишнего. Хоть это еще и Дорэй, от лишних ушей никто не застрахован, — напутственно сообщил герцог, прежде чем выйти в морозные вечерние сумерки.

Не болтай лишнего! Можно подумать, я социальная бабочка по своей воле, а не по вине обстоятельств!

Поплотнее укутавшись в меховой плащ, я выглянула из кареты. Рэйланд молча протянул мне руку, помогая спуститься.

— Мы уже Вейлор? — уточнила я полушепотом, принимая помощь.

— Мы стали Вейлор, как только выехали из поместья, — сжал губы Рэйланд, вероятно удивленный моей недогадливостью.

— Разве ты не популярен среди народа? — я вскинула брови, искренне полагая, что почти половина Дорэя уж точно должна была знать его в лицо.

— Одной своей выходкой на балу ты уже привлекла больше внимания, чем я за все свое время при дворе, — процедил герцог, неторопливо беря меня под руку и направляясь ко входу в некое подобие постоялого двора. — Поэтому прошу тебя в последний раз, будь паинькой и не произноси ни звука, пока твой возлюбленный супруг Эмерик Вейлор не даст тебе слова.

Пфф. Супруг. Не даст мне слова.

Даже беря во внимание, что мы "под прикрытием", такой исход событий был крайне маловероятен.

— Милый, я видела наши бумаги. В них точно не указано, что у тебя немая жена или что у нее проблемы с речью. Поэтому Луэлла будет говорить тогда, когда ей этого захочется, — я с улыбкой ускорила шаг, чтобы оказаться впереди, и повернулась к Рэйланду. — Я не собираюсь болтать лишнего, но и молчать в тряпочку не буду.

Рэй закатил глаза, развернул меня обратно в сторону нашего ночлега и открыл тяжелую дверь.

Постоялый двор на отшибе Дорэя встретил нас запахом хвои, дров и можжевелового грога. Вытирая руки о плотный фартук, хозяйка вынырнула из-за стойки и оглядела нашу небольшую процессию. Пьер и Эльдар как раз привязали лошадей и вошли следом.

— В Иладар иль оттудова? — спросила женщина. Несмотря на суровую внешность, голос у нее оказался удивительно мягким.

— В Иладар, — коротко ответил Рэй, все еще держа меня под руку. — Две комнаты.

— Погреться желаете?

— Не...

— Желаем! — брякнула я почти одновременно с герцогом. Он предупреждающе сжал мой локоть, но, намерзшись в палатке в первую ночь, я не могла отказаться от такого предложения.

— Ну милыыый, разве ты хочешь, чтобы я замерзла? — я потянула его за рукав, недовольно надув губы. Палетта, возможно, не повела бы себя таким образом, а вот Луэлла Вейлор с этого дня точно стала настоящей занозой для своего супруга.

— Луэлла, — Рэйланд не собирался сдаваться.

— Эмерик! — если от горячей ванны меня отделяло лишь его "нет", я тоже отступать не планировала.

— Ты сама настояла, — через улыбку выдавил он и сверкнул глазами.

Пьер и Эльдар подняли наши небольшие пожитки наверх, Рэйланд рассчитался с хозяйкой, и мы наконец зашли в комнату.

Спальня оказалась неожиданно чистой, но крошечной. Узкое окно, массивный шкаф, стол, две табуретки, ширма... и одна широкая кровать, занимавшая почти половину помещения. Помимо того факта, что кровать в комнате для супругов, конечно, была одна, ванная представляла собой большое деревянное корыто на постаменте. Кроме тонкой ширмы, корыто ничем не прикрывалось и вообще стояло, казалось, на самом видном месте.

— Хотела купаться — теперь не вздумай отказываться, — усмехнулся герцог, видя мое замешательство.

Вот ведь... Иногда мечты все-таки сбываются слишком буквально.

Пальцы уже успели согреться в горячей воде, а мысли, наоборот, становились все беспокойнее.

Я осторожно выглянула из-за ширмы. Рэйланд сидел ко мне вполоборота, положив перед собой какие-то бумаги. Он действительно не пытался подсматривать. Даже голову ни разу не повернул.

Странный человек.

Еще несколько дней назад этот мужчина был готов жениться на Палетте ради магии, потом собирался вытрясти из меня всю правду, а теперь совершенно спокойно ждал, пока я закончу купаться, будто подобные вечера были для нас привычным делом.

От этой мысли стало только более неловко.

Я быстро вымыла волосы, вытерлась, натянула чистую сорочку и платье, после чего осторожно выглянула из-за ширмы.

— Можешь смотреть.

Рэй поднял голову, спокойно убрал бумаги в дорожную сумку и только теперь перевел взгляд в мою сторону.

— Полегчало?

Я нехотя кивнула.

— Намного.

— Значит, время было потрачено не зря.

Он произнес это так буднично, что я снова почувствовала себя немного глупо. Кажется, все смущение существовало исключительно у меня в голове.

Пока служанка сливала воду из корыта, мы почти не разговаривали. Но с каждой минутой все отчетливее бросалась в глаза одна неприятная деталь.

Кровать.

Герцог, кажется, вовсе не видел в этом проблемы. Он спокойно снял жилетку, поставил сапоги у стены и начал раскладывать вещи так, словно ночевать с незнакомой женщиной в одной постели было для него самым обыденным занятием на свете.

Я же поймала себя на том, что уже несколько минут без всякой цели перекладываю с места на место собственный плащ.

Нет.

Нет-нет-нет.

После поцелуя в Черной рябине и ночи в шатре лечь рядом с ним добровольно я была совершенно не готова.

— Ты собираешься просверлить в полу дыру или все-таки ляжешь? — спокойно спросил Рэйланд, не отрываясь от своих вещей.

— Я... пожалуй, немного прогуляюсь.

Он наконец посмотрел на меня.

— Куда? Прямиком к горным духам, которых ты так боялась?

— Тогда... посижу внизу.

— Палетта...

— Луэлла, — машинально поправила я.

— Луэлла, — удовлетворенно кивнул Рэй и добавил: — Не задерживайся.

Я торопливо кивнула и почти сбежала вниз, прежде чем он успел сказать что-нибудь еще.

В общем зале оказалось неожиданно тепло. В огромном камине потрескивали поленья, а хозяйка как раз снимала с огня тяжелый медный котел. Увидев меня, она сразу улыбнулась.

— Не спится?

— Пока нет.

— После дороги всегда так. Выпьешь горячего?

Я вспомнила ледяную ночь в палатке и очередной вечер в компании Рэйланда Гласса... простите, Эмерика Вейлора.

— С удовольствием.

Через минуту передо мной уже стояла тяжелая глиняная кружка, от которой поднимался густой аромат меда, можжевельника и каких-то незнакомых пряностей. Первый глоток оказался неожиданно крепким, и я даже закашлялась.

— Осторожнее, — усмехнулась хозяйка. — Горный грог только сначала кажется безобидным.

— Понимаю, — закивала я и потянулась за вторым глотком.

Но понимание меня не спасло.

После второй кружки перспектива ночевать в одной комнате с герцогом уже не казалась концом света. Мне даже начало чудиться, что он не такой уж невозможный человек. Ворчливый, самоуверенный, временами совершенно невыносимый... но все-таки вполне терпимый.

А вот третья кружка оказалась коварнее предыдущих.

Когда рядом неожиданно раздался знакомый голос, я подняла голову и несколько секунд искренне пыталась понять, почему Рэйланд Гласс вдруг выглядит настолько красивым. То ли виноват был мягкий свет свечей, то ли грог, то ли и то и другое сразу, но герцог почему-то казался почти... солнцеликим.

Нет. Скорее очень суровым ангелом, которого по ошибке отправили присматривать именно за мной.

Я честно попыталась подняться самостоятельно, чтобы доказать всем присутствующим, что чувствую себя совершенно прекрасно, но пол неожиданно решил качнуться мне навстречу. Пришлось ухватиться за край стола, после чего я с самым независимым видом объявила себе, что никуда не тороплюсь.

Хозяйка понимающе улыбнулась, а Рэйланд только устало потер переносицу.

Я смутно помнила, как он что-то говорил ей, потом помог мне подняться, а дальше события окончательно смешались в одно большое теплое пятно. Помню только, что идти самой оказалось гораздо сложнее, чем представлялось несколько минут назад, а лестница почему-то все время пыталась улизнуть из-под ног.

В какой-то момент земля исчезла вовсе.

Я удивленно приоткрыла глаза и поняла, что Рэй несет меня на руках.

Странно...

Еще вчера эта мысль заставила бы меня немедленно начать сопротивляться, требовать поставить меня на пол и доказывать, что я прекрасно справлюсь сама. Сейчас же было неожиданно спокойно.

Я только поудобнее устроила голову у него на плече, вдохнула запах морозного воздуха, хвои и дыма от костра, въевшийся в его одежду и волосы, и вдруг поймала себя на совершенно нелепой мысли.

Кажется, рядом с ним было теплее, чем где бы то ни было за последние несколько дней.

ГЛАВА 26

Рэйланд

Поясница и плечи затекли от работы за неудобным столом, но герцог не готов был сдаваться первым. Палетта, так старательно пытавшаяся выскользнуть из комнаты, до сих пор не вернулась, и это заставляло его нервничать. Несмотря на притяжение и беспокойство о своей бедовой невесте, которые он никак не мог подавить, она все еще оставалась самозванкой, ставившей под удар дело всей его жизни.

— Что можно делать почти полтора часа в богом забытом гостевом доме? — Рэй устало потер глаза и отложил дела в сторону.

Кровать оказалась на удивление удобной, когда еще через битые пятнадцать минут Рэйланд не выдержал и решил сменить положение. Он растянулся на перине, заложив руки за голову, и вгляделся в темные, подкопченные временем и свечным дымом балки на потолке.

— Подмена источника магии, — медленно проговорил он, перечисляя в голове все странности последних дней. — Блок сознания. До странного активный Норвуд и заинтересованный в моей невесте Аэлмар.

Рэй до хруста сжал кулаки. Все слишком хорошо складывалось в одну цепочку, чтобы быть совпадением.

Могла ли среди задействованных людей завестись крыса?

— Могла, — ответил сам себе уже вслух.

Наученный жизненным опытом, герцог знал, что природа человека изменчива. И даже самый преданный однажды может предать. И иногда для этого может потребоваться совсем немного.

Когда глаза стали закрываться от усталости, а Палетта все еще не появилась в комнате, он заставил себя подняться, одернул рубашку и направился вниз.

— Я ведь совсем не такая, вы знаете? — кому-то доверительно шептала Палетта.

Рэйланд замер на лестнице, как только услышал ее голос.

— Все мы не такие, милочка, — добродушно протянула ей в ответ хозяйка ночлега. — Знаешь, сколько я за свою жисть повидала?

— Вы когда-нибудь влюблялись? — задумчиво ответила ей вопросом Палетта.

— А куда ж без этого! Три счастливых брака!

— А как вы поняли, что это любовь?

Женщина, видимо, задумалась над вопросом, потому что внизу повисла тишина, нарушаемая только завыванием ветра за окном. Герцог старался не дышать, чтобы не выдать свое присутствие.

— Коли вы готовы ради друг друга всем поступиться, то энто любовь. А если что превыше друг друга ставите, то и нечего вам жизни друг с другом тратить, — наконец ворчливо ответила хозяйка и завозилась за стойкой. Не получив ответа, добавила: — Про мужа своего спрашиваешь? Отчего ж замуж выскочила, ежели без любви?

Палетта встрепенулась, зашуршав платьем по стулу.

— А если что превыше ставите... — повторила медленно, смакуя каждую букву. — Нельзя любить, получается. Для него превыше меня...

— Только наши дети, милая, — опасаясь, что Палетта в сердцах сболтнет лишнего, Рэйланд одним шагом преодолел последние ступеньки и вышел в общий зал.

Хозяйка лишь приветственно кивнула, а Палетта с недоверием моргнула пару раз, то ли не веря своим глазам, то ли в попытке сфокусировать взгляд.

— Луэлла, милая, тебе пора в постель. — Рэй попытался осторожно взять ее под локоть, но у девчонки явно были другие планы.

— Не нужно... — она насупила брови и, пододвинув кружку к хозяйке, поднялась со стула. Мир, вероятно, качнулся вместе с ней, поскольку следующие несколько мгновений она потратила на поиск равновесия. Но как только ноги нашли твердую землю, снова подняла на Рэя суровый взгляд. — Не нужно этих жестов, если это не любовь, герцог!

Рэйланд замер на секунду, пытаясь найти подвох в этих словах, но Палетта уже решила направиться в сторону лестницы. С текущими навыками координации этот подъем мог закончиться, не начавшись, поэтому, проследив за ее неровными шагами, герцог не выдержал и подхватил ее на руки.

— Тише, — прошептал почти одними губами в ответ на удивленный сонный взгляд из-под полуопущенных ресниц.

И Палетта, на удивление, послушалась, опустив голову ему на плечо.

Тише.

Мысленно повторил Рэйланд уже самому себе. Или собственному сердцу, которое начинало биться быстрее от того, как доверительно расслабились ее нахмуренные брови, как только он прижал ее к себе ближе.

Тише.

ГЛАВА 27

Палетта

Как бы мне ни хотелось избежать одной кровати с Рэйландом, выбора все равно не оставалось. Все мои попытки пока привели лишь к обратному результату, да и как строить планы, когда не знаешь, что ждет тебя за следующим поворотом? Палатка на 1,5 полурослика или купель посередине комнаты?

Когда грог начал вязать язык, а разговоры с хозяйкой постоялого двора перешли на доверительные темы семейных отношений, половицы наверху заскрипели. Меня не было довольно долго, чтобы Рэйланд не стал дожидаться и уснул первым, но, судя по движению в комнате, он еще бодрствовал.

Когда третья кружка уже не лезла в горло, а сдобренный теплом и грогом мозг то и дело норовил убедить меня, что Рэйланд заботлив, мил и добросердечен, он уже спустился вниз, подхватил меня на руки и унес из общего зала.

Я расслабилась на несколько минут, давая себе почувствовать разлившееся по телу спокойствие и тепло.

Кажется, рядом с ним было теплее, чем где бы то ни было за последние несколько дней.

Но превыше меня для него — магия.

Эта мысль вернула меня в реальность так быстро, словно сознание отвесило звонкий подзатыльник. И если этот эксперимент чему-то меня и научил, так это тому, что алкоголь — отвратительный союзник. Никогда не знаешь, кто предаст первым: собственный язык или собственные ноги. Но другого способа проверить Рэйланда и усыпить его бдительность я тогда так и не придумала.

Дверь в спальню скрипнула, и я приоткрыла ресницы, чтобы убедиться, что мы зашли в комнату.

— Стоять можешь? — бархатный голос и заботливый золотистый взгляд прямо у моего лица.

Я пробурчала что-то невнятное, надеясь, что это поможет избежать лишних расспросов. Рэй аккуратно опустил меня на кровать, и я сбросила туфли, подтянув колени к груди.

— Нужно снять платье, — неуверенно добавил он, не двинувшись с места.

— Нет сил, — выдохнула я, подавив совсем не притворный зевок. Допустим, мне удалось смириться с кроватью, но уж точно не с тем, что я буду лежать рядом с ним в одной сорочке.

— Мне не нужна твоя помощь, чтобы снять это платье. Думаешь, я не раздевал женщин? — фыркнул Рэйланд, по-своему трактовав мой ответ.

— Перечисляешь свои достижения?

— Палетта...

Чтобы понять, могу ли я доверять ему, мне пришлось сдаться. Еще раз зевнув, я притихла и уже почти натурально засопела в подушку, надеясь лишь на одно — не уснуть по-настоящему раньше самого Рэйланда.

Задув почти все свечи, он вернулся на кровать. Замешкался, но все же аккуратно развязал шнуровку. Сильные руки и ловкие пальцы освободили меня от верхнего платья в считанные минуты даже в полумраке, царившем в спальне.

Сознание почти погрузилось в сон, когда Рэй накрыл меня одеялом и лег рядом.

Неужели...?

Но через некоторое время темная пелена тумана, скрывающего мою память, вяло вспыхнула. Сухие теплые пальцы будто невзначай убрали прядь с моего лба, коснулись висков. Серебристые щупальца магии вновь растеклись в голове, пытаясь найти трещину, лазейку в защите. Но, что бы это ни было, оно держалось прочно.

Что ты хочешь найти там, Рэйланд?

Он все еще заботливо поглаживал меня по голове, а его магия тем временем искала брешь в моей защите.

ГЛАВА 28

Палетта

Я старалась держаться. Честно.

Но попытки Рэя пролезть в подсознание через некоторое время убаюкали меня монотонными всполохами и осторожными поглаживаниями по вискам.

Что бы ты ни хотел там отыскать — надеюсь, это будет способ вернуть меня обратно.

Мне бы и самой до безумия хотелось заглянуть за эту черную дымку, но блок работал против всех. Даже против своей хозяйки. Или, может, хозяйкой блока была вовсе не я?

Кто тогда наворотил дел в моей голове? Тот скользкий тип без имени и с непонятным мотивом "помочь" Палетте избежать брака, отчего-то воспылавший нелюбовью к Рэйланду? Нет, тогда он бы знал о подмене с самого начала...

Но кому это было нужно?

Сквозь наплывающий сон я перебирала варианты со смутным ощущением, что на этой доске есть скрытая фигура. О которой ни я, ни Рэйланд, и, возможно, даже Палетта совсем не подозревали.

Утро, как обычно, началось в несусветную рань и после стратегически неспокойной ночи далось особенно тяжело. Успокаивало лишь то, что герцог выглядел совсем не лучше моего.

Проснулись мы почти синхронно от нетерпеливого стука в дверь. Я втянула носом прохладный воздух и повернулась на подушке в надежде сладко потянуться, но моя щека тут же оказалась на ладони Рэя. Видимо, он так и уснул, касаясь моих висков, пока боролся с защитой сознания. Ладонь была теплой и слегка шершавой. На мгновение эта утренняя близость сбила меня с толку, и, когда я подняла взгляд, было поздно. Рэйланд проснулся и с самодовольством рассматривал мое лицо, уютно расположившееся в его руках.

— Если подушка была для тебя слишком жесткой, стоило сказать об этом раньше. Я бы договорился, и тебе принесли другую, — с улыбкой сообщил он, совсем не пытаясь что-либо сделать.

Дергаться было бы глупо, поэтому, собрав все имеющееся самообладание, я улыбнулась в ответ и неторопливо села на постели.

— В комнате довольно прохладно. Я всего лишь пыталась согреться.

— Если тебе все еще холодно, у меня есть другие способы...

— Имей совесть!

— Мы женаты, Палетта. Консумация — это лишь вопрос времени. Рано или поздно она произойдет.

Консумация!!!

Со всеми событиями я уже и забыла, что когда-то это действительно должно случиться.

А Рэйланду палец в рот не клади! Стоило мне дать небольшую слабину, как из понимающего и помогающего он снова превратился в самого себя.

Невыносимого графа Гласса, который так и норовит залезть куда-то, где его не ждут. То в голову, то в трусы... ей Богу!

Стук повторился еще громче и настойчивее. Я метнула на Рэя гневный взгляд и натянула одеяло так, чтобы закрыть верх ночной сорочки. Он с усмешкой поднялся и направился открывать дверь.

На пороге вырос один из сопровождающих охранников, Пьер, и сразу начал что-то полушепотом докладывать Рэю, но в середине монолога осекся. Заметил темные круги под глазами герцога, посмотрел на меня, полуукрытую одеялом на незаправленной кровати, и смущенно потупил взгляд.

— Господин, прошу наказать меня по справедливости, если доклад оказался не вовремя, — отчеканил мужчина, склонив голову, то ли под тяжестью своей "провинности", то ли стараясь не встретиться взглядом со мной и Рэем.

Герцог обернулся, оценил обстановку и, поняв причину смущения Пьера, вышел с ним в коридор. Ну или решил, что мои уши слишком близко, чтобы слышать дальнейшие подробности.

Когда через полчаса мы снова оказались в карете друг напротив друга, Рэйланд был по обыкновению молчалив.

— О чем задумался? — я прервала его молчание в надежде получить хоть немного новой информации.

— О будущем, — мягко улыбнулся герцог, прищурившись от острого слепящего солнца, проникающего сквозь щели в занавесках.

— И что там, в этом будущем? Магия?

Мужчина скользнул по мне внимательным взглядом, и на секунду показалось, что вопрос его насторожил, но уже в следующее мгновение Рэй моргнул и отвел глаза.

— Магия в том числе. Я шел к этой цели слишком долго, чтобы отказаться от нее из-за какой-то подмены, Палетта.

— Я все думала... Палетта ведь никогда не была в Иладаре, не так ли? Почему ты решил, что именно в Иладаре будут ответы?

— Я этого не говорил. Я подниму каждый камень и проверю каждую ниточку, которая может привести меня к ответу. И первое место, с которого я начну, — Иладар. Но если ответа там не будет...

— ...то?

— То я переверну и Дорэй. И Безымянные земли. И пойду дальше, если нужно.

Лицо его стало совершенно серьезным, и даже черты будто заострились.

— Что, если Палетта не вернется или магия не перейдет после ритуала, так как я... не та, кто должна быть?

Рэй помолчал. Отодвинул занавеску и окинул взглядом серо-синие верхушки гор, простирающиеся вокруг.

— Рэйланд, что, если? — металл в моем голосе скрывал волнение, плещущееся в груди. Я не знала, где дом, но все же надеялась туда вернуться.

— Этого не будет, — наконец ответил он коротко.

— Ты не можешь знать.

— Ты тоже.

— И все же?

Еще одна долгая пауза. После которой герцог наконец сказал то, что я так боялась услышать.

— Если Палетта не вернется или ритуал передачи магии не сработает... тебе придется стать моим магическим ресурсом.

Я облизала пересохшие губы.

— Что это значит?!

— Всего лишь, что тебе придется быть со мной рядом двадцать четыре часа в сутки. Очень, очень близко, Палетта, — ответил он, чуть прищурившись. И, оценив весь спектр эмоций на моем лице, продолжил: — Поэтому в твоих интересах активно сотрудничать и пытаться вспомнить, кто ты, откуда и каким образом оказалась в Дорэе.

— Тогда держи свою консумацию при себе, чтобы я не сбежала раньше времени, — проворчала я в ответ, оценивая открывшиеся перспективы.

— Помнится, Сивилле ты сказала совсем другое, — хмыкнул Рэйланд, устраиваясь поудобнее, чтобы вновь прикрыть глаза. Все же бессонная ночь давала о себе знать.

— Герцог, я не бросаю слов на ветер. Ты можешь быть в моей постели каждую ночь, но о консумации речи не было. Все остальное — лишь плод твоих фантазий и фантазий Сивиллы. А судя по ее любвеобильному взгляду, фантазии у нее ого-го!

— Хитришь, значит? — спросил Рэйланд, даже не приоткрыв глаз.

— Учусь у лучших, — парировала я и тоже устроилась на небольших подушках, чтобы вздремнуть. Дорога предстояла долгая и однообразная, а впереди меня ждало очень ответственное дело. Во что бы то ни стало не позволить сделать из меня магический ресурс.

ГЛАВА 29

Палетта

Третья и четвертая ночь в пути почти ничем не отличались от предыдущих. Снова костер, леденящий холод и маленький, дрожащий от ветра шатер. Разве что на этот раз я больше не противилась и засыпала под теплым боком Рэйланда словно младенец.

До прибытия в Иладар, казалось, мне ничего не угрожает. Темная завеса плотно защищала воспоминания, и, если бы Рэй мог, он бы уже пробился сквозь нее за долгие часы прошлых попыток. Да и магия внутри меня была для герцога ценным и все еще недостижимым ресурсом.

На случай, если Иладар решит проявить враждебность, Пьер и Эльдар постоянно менялись в дозоре и охраняли нас буквально круглосуточно. Я же старательно делала вид, что мне интересен окружающий пейзаж, а сама смотрела во все глаза и слушала во все уши.

Каждый день мимо нашей стоянки дважды пролетал сокол. Охрана перестала уходить вперед на разведку маршрута и все время держалась в видимости кареты. Костер разжигали все меньше, магией не пользовались вовсе. Все, за исключением Рэйланда, были напряжены и словно готовы в любой момент отразить атаку.

Герцог же казался совершенно обычным, словно мы не переходили границу с недружелюбным государством, а направлялись на излюбленный дорэйцами курорт.

— Почему вокруг ни души? — на пятый день меня как обухом по голове ударило догадкой, что, кроме того постоялого двора, мы не встретили почти ни одного путника, обоза или каравана.

— Опасный маршрут. Горы непредсказуемы, да и Иладар не жалует чужаков, — ответил Эльдар, поправляя тяжелые ножны.

— Но мы ведь едем!

— Мы — другое дело, — вклинился в разговор Рэйланд, словно тень выросший у меня за спиной.

— И чем же лорд и леди Вейлор отличаются от всех других чужаков, желающих посетить Иладар? — обернулась я к нему, поджав губы.

— Верный вопрос, милая! — учтиво кивнул Рэй, за мгновение вживаясь в роль Эмерика.

— Спасибо за похвалу, дорогой. Но я все же надеюсь услышать на него ответ, — добавила я, принимая его игру.

— Лорд и леди Вейлор не просто счастливая и влюбленная семейная пара, — неторопливо начал Рэйланд. — Мы...

Но договорить ему не удалось. Пьер и Эльдар вдруг синхронно переглянулись и приняли низкие стойки, готовые в любое мгновение выхватить клинки из ножен. Следом раздался оглушительный свист, я одним движением оказалась прижата к груди герцога, а потом нас всех сбила с ног невидимая магическая волна, выбив из легких весь и без того разреженный воздух.

— Иладарцы? — все еще зажатая в его руках, я обернулась и прошептала Рэю практически в самые губы.

— Поблагодаришь потом. Эмерик и Луэлла, не забудь, — коротко бросил он, поднимая меня с земли и отряхивая плащ.

В ушах еще звенело от свиста, когда из-за валунов впереди начали появляться люди. Одинаковые темные плащи, закрытые от ветра лица, у половины уже направленные на нас арбалеты. У остальных мерцающие светлые импульсы на ладонях и кончиках пальцев. Магия. Впервые на моих глазах, помимо перемещения, применяемая так открыто.

Вот и приехали...

— Кто такие? — один из незнакомцев выступил вперед, сжимая мерцающую ладонь в кулак.

Рэйланд сделал шаг ему навстречу так спокойно, словно подобные встречи случались с ним каждую неделю.

— Торговцы. Эмерик Вейлор с супругой. Следуем в Иладар.

— Документы.

— Разумеется, — Рэйланд даже не повел бровью, неторопливо достал свиток и протянул его командиру.

— Магический ресурс? — поднял глаза на Рэя командир, придирчиво изучив документы.

— Минимальный, — без запинки ответил герцог, и я чуть не закашлялась. То есть перемещение, проникновение в голову, заключение магических печатей — это базовый минимум, получается?

— Поименно, — сухо потребовал иладарец.

Рэй на мгновение сжал губы, но ответил:

— Пьер Валуа, Эльдар Имгыз — базовая боевая магия, допустимая для охраны. Эмерик Вейлор — базовая бытовая магия, леди Луэлла Вейлор — спящая магия, без передачи.

За спиной иладарца послышались недоверчивые смешки.

— Чтобы дорэец и не опустошил жену? — насмешливо произнес еще один "пограничник", подходя ближе.

Даже я напряглась, находясь за спиной Рэйланда, но ему этот разговор будто бы не приносил и капли беспокойства.

— Любовь, — спокойно ответил Рэйланд, словно это было самым очевидным объяснением на свете, и вновь притянул меня к себе.

На несколько секунд среди людей в темных плащах повисла тишина, а потом парочка из них все же фыркнула, пряча смех за защитной балаклавой.

Командир еще раз посмотрел на документы.

— Любопытно... — произнес он наконец. — Проезжайте. Оружие останется в ножнах. Любая магия — повод вернуть вас обратно, — развернулся и махнул остальному отряду рукой.

Базовая магия?! — хотелось мне выкрикнуть почти сразу, как только иладарцы скрылись из виду, но меня опередили Пьер с Эльдаром.

— БАЗОВАЯ БОЕВАЯ МАГИЯ?! — взвыли они шепотом, мгновенно оказавшись рядом с нами. — Господин, за что вы так с нами?

— Чем выше уровень, тем больше вопросов, — коротко ответил им Рэй, поправляя ворот плаща.

— А если проверят? — недоверчиво уточнил Эльдар.

— Если проверят — увидят лишь базовую боевую магию, как и было названо. Все остальное им не по рангу и не по возможностям. Едем.

— Мы только что наврали пограничному патрулю Иладара? — уточняюще спросила я, возвращаясь к карете.

— Мы только что наврали пограничному патрулю Иладара, миледи, — с пугающей улыбкой подтвердил мои опасения Пьер.

— И какого уровня ваша боевая магия? Так, для понимания масштабов лжи, — я дернула плечами от пробежавшего меж лопаток липкого холодка.

— Обижаете, миледи, — перебил нас Эльдар, впрягая лошадей. — Мы владеем боевой магией в совершенстве, — и подмигнул наглым карим глазом.

— А ты, базовый бытовой маг? — я обернулась, ища глазами Рэя.

— А я почти не соврал, — улыбнулся герцог, подавая мне руку. — В бытовой магии я действительно на базовом уровне.

— А в остальной? — осторожно уточнила я.

— А про остальную они не спрашивали, — улыбка Рэйланда стала еще шире.

Я молча забралась в карету. Кажется, чем лучше я узнавала Рэйланда, тем меньше понимала, где заканчивается правда и начинается его очередная игра.

Карета тронулась с места, а где-то впереди, за серо-синими вершинами, уже ждал Иладар.

ГЛАВА 30

Рэйланд

— Перед рассветом отсюда ушел сокол, — тихо сообщил Пьер, едва Рэйланд прикрыл за собой тяжелую деревянную дверь. — Эльдар заметил его над конюшнями. Птица взяла на восток, прямо в сторону перевала.

Остатки тяжелого, неосвежающего сна исчезли мгновенно.

— Откуда именно? — Рэйланд почувствовал, как внутри привычно подбирается ледяная пружина контроля.

— Впотьмах не разглядели, сокол уже набирал высоту. Могли выпустить с заднего двора, из конюшен или одного из верхних окон. Кто-то из постоялого двора определенно отправил весточку, милорд. О нас или нет — неизвестно. Но мы здесь — самая очевидная причина для доноса.

Рэйланд невольно повернул голову и посмотрел на закрытую дверь, за которой осталась Палетта.

Под утро он провалился в сон слишком глубоко. Сказалась изматывающая ментальная борьба с ее блоком сознания. Если эта девчонка проснулась раньше, осторожно выскользнула из постели и вернулась обратно до рассвета — он вполне мог ничего не услышать.

Мысль укусила остро и зло, оставив на губах горький привкус.

Еще меньше Рэйланду понравилось, насколько отчаянно и быстро внутри возникло глупое, почти детское желание найти ей оправдание.

И все же кем она была на самом деле? Перепуганной самозванкой, случайно занявшей чужое тело? Или... филигранно подготовленной подсадной уткой из Иладара, разыгрывающей перед ним спектакль с потерей памяти? Для Рэйланда она с этой секунды возвращалась на роль одной из главных подозреваемых.

На той стороне гор, в туманном и суровом Иладаре, его имя и титул не значили ничего. Но Рэй не питал иллюзий — горы имели долгую память. И если сокол нес весть о том, что первый герцог Гласс находится у границы — патруль встретит их во всеоружии.

— Кто еще не спал? — спросил он, гася опасные мысли.

— Хозяйка поднималась раздуть печь, служанка выходила к колодцу, да на кухне возился мальчишка, что следит за лошадьми. Еще двое постояльцев ночевали в общем зале на лавках. Кто из них скормил птице записку — сказать не могу.

— Значит, пока подозреваем всех.

Пьер едва заметно кивнул и отступил.

Всех. Означало и её.

После Черной рябины герцог непозволительно сильно расслабился. Охотно поверил в ее растерянность, принял сказку про другой мир и почти убедил себя, что она может быть безопасна. Даже эта ночь сыграла против его здравого смысла. Она так доверчиво сопела под его боком, позволила снять это чертово платье и беззащитно подставила шею под его ладонь. Все это могло быть чистой правдой. А могло оказаться великолепной, смертоносной игрой.

— С этого момента страже вперед не уходить, — жестко распорядился Рэй, застегивая ворот жилета. — Один всегда возле кареты, второй — в пределах видимости. Никакой магии, костер ночью минимальный. Посмотрим, кто выйдет к нам на перевале.

Следующие два дня превратились в изнуряющее ожидание. Палетта вела себя безупречно: ворчала на жесткие сиденья, смешно куталась в меха и умудрялась засыпать рядом с Рэйландом без всякой неловкости. Ни одного лишнего движения, ни одной попытки выведать маршрут. Если она шпионка — ей стоило поаплодировать.

Герцог продолжал держать маску Эмерика Вейлора, но его взгляд раз за разом выхватывал серое небо над вершинами. Соколы появлялись дважды в день. Шли четко по их маршруту, почти сразу исчезая в глубине Иладара. Слишком аккуратно для обычной почты и уж очень регулярно для совпадения.

Их вели. И Рэйланд знал: вопрос лишь в том, кого именно ждут на той стороне. Эмерика и Луэллу Вейлор? Или первого герцога Дорэя, чье появление в этих краях без официального письма могло сулить большие неприятности? А может, девчонку, которая прямо сейчас забавно морщила носик во сне, даже не подозревая, что он снова считает ее врагом?

На пятый день скалы сжали тракт в узкие тиски. Эльдар и Пьер не снимали рук с эфесов с самого утра.

— Но мы ведь едем! — возмутилась Палетта, прерывая затянувшуюся тишину.

Рэйланд бесшумно шагнул к ней со спины, вдыхая ставший слишком привычным цветочный аромат ее волос.

— Мы — другое дело.

Она резко обернулась, едва не задев его плечом.

— И чем же лорд и леди Вейлор отличаются от всех других чужаков, желающих посетить Иладар?

— Верный вопрос, милая! — Рэй послушно натянул маску Эмерика и учтиво склонил голову.

Палетта предсказуемо поджала губы, но правила игры приняла сразу:

— Спасибо за похвалу, дорогой. Но я все же надеюсь услышать на него ответ.

— Лорд и леди Вейлор не просто счастливая и влюбленная семейная пара, — герцог бархатно понизил голос, заглядывая в ее серые глаза. — Мы...

Договорить он не успел. Пьер изменился в лице на долю секунды раньше, чем воздух над перевалом вспорол пронзительный, режущий свист. Рэйланд среагировал почти одновременно со стражей. Палетта оказалась у него в руках за мгновение до того, как по дороге ударила магическая волна.

И пока они падали на холодную землю, в голове мелькнула только одна мысль: их действительно ждали.

Но настоящий удар под дых настиг его, когда патрульные вышли из-за скал. Рэй безупречно отыгрывал Эмерика Вейлора, удерживая лицо каменным перед их главным. Нужно было пройти проверку документов гладко, не вызвав ни тени подозрения. И командир поверил. Почти развернулся.

Пока один из рядовых арбалетчиков, ухмыляясь, не шагнул ближе, чтобы отпустить сальную шутку про дорэйцев.

Рэйланд скользнул взглядом по его открытым глазам, приметному шраму у брови и внутри все заледенело. Калеб. Он знал этого парня. Знал слишком хорошо, пусть и при обстоятельствах, о которых сейчас не следовало вспоминать. И, судя по тому, как на мгновение расширились зрачки иладарца, Калеб тоже его узнал.

Герцог не выдал себя ни единым выдохом. Только пальцы, лежащие на талии Палетты, судорожно сжались. Калеб смолчал — то ли от шока, то ли понимая, чем грозит обоим эта встреча. Но это мимолетное пересечение взглядов дало Рэйланду четкое, пугающее понимание.

Там, за перевалом, уже точно знают, что первый герцог Дорэя пересек границу Иладара.

Раздражение вспыхнуло в груди душным пожаром, и, когда патрульный хохотнул, Рэйланд совершил вторую ошибку за минуту.

— Любовь, — слишком быстро, почти выплюнул он, даже не потрудившись придумать более логичную ложь.

Иладарцы притихли. Палетта за его спиной удивленно замерла, а командир, удовлетворенный ответом, наконец приказал проезжать.

Но как только патруль скрылся за валунами, Рэй готов был разнести карету голыми руками. Он злился на сокола, на Калеба, на Пьера с Эльдаром, но сильнее всего — на себя. Выпалить такую глупость! Оправдаться «любовью» перед иладарским патрулем! Заноза этого слова сидела в мыслях, подстегивая внутренний гнев.

— Мы только что наврали пограничному патрулю Иладара, миледи, — с пугающей улыбкой произнес Пьер, возвращая герцога к реальности.

— И какого уровня ваша боевая магия? Так, для понимания масштабов лжи, — Палетта дернула плечами, забираясь в экипаж.

— Обижаете, миледи. Мы владеем боевой магией в совершенстве, — Эльдар нагло подмигнул.

— А ты, базовый бытовой маг? — она обернулась к Рэйланду.

— А я почти не соврал, — он заставил себя улыбнуться, хотя внутри все звенело от натянутых до предела нервов. — В бытовой магии я действительно на базовом уровне.

— А в остальной?

— А про остальную они не спрашивали, — все еще удерживая улыбку отрезал герцог и закрыл дверцу.

Карета тронулась, увозя их вглубь чужого королевства. Калеб не станет молчать долго. Карты были спутаны, а время лорда Вейлора стремительно утекало сквозь пальцы.

ГЛАВА 31

Палетта

После суровой встречи с пограничниками, я ожидала, что иладарцы через одного носят за спиной арбалет, а из-за натянутого капюшона и ветрозащитных балаклав кроме глаз ничего и не разглядеть. Каково же было мое удивление, когда наш экипаж совершенно спокойно преодолел остатки горного хребта и въехал в приграничный городок.

Вирхран — гласила истертая жестким холодным ветром деревянная табличка. А после нее начинался невообразимо самобытный, пышащий жизнью город. Приземистые, но сложенные из грубого камня и дерева дома, с распахнутыми резными ставнями. Широкие каменистые улицы, по которым то и дело сновала мелюзга с раскрасневшимися от мороза щеками, торопливо прохаживались женщины, укутанные в теплые меховые накидки, и неторопливо, обычно что-то таща на широких плечах и хмуро оборачиваясь на нашу карету, ходили мужчины.

— Одна кочка, и ты пробьешь лбом окно кареты, — недовольно заметил Рэйланд, когда я прижалась к холодному стеклу, стараясь разглядеть все вокруг получше.

Мне казалось, что мы прошли границу с блеском, но почему-то настроение Рэя ухудшалось после этого в геометрической прогрессии.

— Я удовлетворяю свое любопытство, — буркнула я в ответ, не отвлекаясь от своего занятия.

— Это совсем не обязательно.

— Возможно, для тебя. Но в моем случае, если любопытство не утолить сразу, оно вылезет боком в самый неудобный момент. И вот тогда посмотрим, кто будет воротить нос и давать комментарии.

— Ты знаешь, что любопытной Кларе...

— ...на базаре нос оторвали, зна..., — я запнулась на полуслове и тут же поймала напряженный взгляд Рэя. — ...откуда-то знаю, на подсознательном уровне.

— Имени своего не помнишь, а поговорка, значит, на подсознательном уровне? — он подался вперед, сложив руки на груди и словно коршун выглядывая что-то на моем лице.

— Удивительная штука, человеческий мозг! — я быстро улыбнулась ему и, не обращая внимания на пронизывающий меня недовольный взгляд, снова уставилась в окно.

Карета тем временем замедлила ход и свернула во двор невысокого здания. Местный постоялый двор выглядел просто, но добротно, а над тяжелой дубовой дверью покачивался вырезанный из дерева горный баран. Оформление документов заняло всего пару минут. Трактирщик с цепким взглядом молча принял серебро Эмерика Вейлора и выдал ключ. Пьер и Эльдар сразу поднялись наверх, чтобы проверить комнату, а Рэйланд, даже не снимая плаща, буквально подтолкнул меня обратно к выходу. Его собранность граничила с паранойей. Он двигался так стремительно, словно за нами по пятам шла погоня, хотя уличная суета вокруг была сонной и мирной.

— Мы только приехали, — я попыталась отстоять возможность развалиться на кровати, которая манила мягкой периной.

— Идём на рынок, Луэлла. Твои зубы стучат так громко, что это выдает нас сильнее дорэйских документов. Нужно обзавестись одеждой потеплее, чтобы не выделяться среди местных, и закупить припасы.

Понимая, что переубедить Рэя не удастся, я с грустью посмотрела в сторону нашей комнаты и не стала спорить. Все же мой дорэйский плащ в этих краях действительно ощущался не плотнее рыболовной сети. Рэйланд уверенно вел меня мимо торговых рядов. Вокруг вкусно пахло дымом и солеными окороками горных яков, которые с глухим стуком вываливали на прилавки мужчины в засаленных фартуках. Я то и дело пыталась остановиться у лотков с резными костяными поделками, завороженная их грубой красотой, но Рэйланд упорно тащил меня вперед. Он постоянно оборачивался, проверяя улочки, и эта его беспричинная, нервная спешка жутко портила всё удовольствие от изучения новой страны.

— Рэйланд, помедленнее, — шикнула я, безуспешно пытаясь высвободить локоть у лавки с теплыми куртками. — Ты своим паническим видом привлекаешь больше внимания, чем если бы мы просто шли и выбирали одежду.

— Мы обычные торговцы, леди Вейлор, — отозвался он сквозь фальшивую, натянутую улыбку. — И я всего лишь забочусь о том, чтобы моя дражайшая супруга не околела в первый же день.

Дородная иладарка со шрамом на щеке, торговавшая здесь, окинула нас оценивающим взглядом и с глухим стуком бросила на прилавок куртку из плотного, зелено-дымчатого сукна, полностью подбитую густым волчьим мехом.

Стоило мне застегнуть крупные деревянные пуговицы, как по телу мгновенно разлилось долгожданное обволакивающее тепло. Волчий мех мягко коснулся подбородка, защищая от колючего горного ветра. Я посмотрела в золотистые глаза Рэя и впервые за день улыбнулась без всякой издевки:

— Идеально. Кажется, я больше никогда не надену дорэйский бархат.

Торговка довольно хмыкнула, а Рэйланд вдруг замер, на секунду задержав ладони на моих плечах. Вся его лихорадочная спешка испарилась, уступив место тёмному, тяжелому взгляду. Он смотрел на меня так пристально, словно эта простая куртка стерла фальшивую Палетту без остатка.

Но долго этот момент не продлился. Рэйланд отложил мое старое манто, расплатился и снова ухватил меня за локоть, увлекая к соседним рядам, чтобы докупить всякие дорожные мелочи.

Мы остановились у лотка с кожаными ремнями. Рэйланд на мгновение отвлекся, выпустив мою руку, чтобы проверить плотность кожи, и заговорил с продавцом на их резком, щелкающем наречии.

И именно в этот миг до моих ушей донёсся странный, вибрирующий гул.

Он шел откуда-то из глубины соседнего переулка. Сначала это был просто ритмичный стук тяжёлых колотушек, но следом раздался протяжный, тоскливый зов рогов, от которого по коже побежали мурашки. Толпа вокруг прилавка внезапно зашевелилась. Забыв про ремни и остальные покупки, люди начали теснить друг друга, подаваясь назад, к стенам домов. Из переулка, шумно дыша в морозный воздух, вывалилось диковинное местное шествие. Мужчины в тяжелых медвежьих шкурах и страшных рогатых масках несли на длинных шестах туши дичи и чучела белых барсов. За ними сплошной стеной шли музыканты, оглушительно колотя в обтянутые кожей барабаны. Я понятия не имела, что это за обряд, но зрелище завораживало до глубины души.

Засмотревшись, я сделала шаг в сторону, чтобы разглядеть маски поближе. Сильный толчок в плечо заставил меня отступить ещё на шаг, потом ещё один. Грубые суконные куртки замелькали перед глазами, лишая возможности сориентироваться.

— Рэй, смотри, там что-то... — я обернулась, раскидывая руки, чтобы удержать равновесие, но его спина в темном плаще уже скрылась за парой рослых иладарцев.

Тракт мгновенно заполнило бурлящее, плотное человеческое море. Толпа, подхваченная единым ритмом шествия, двигалась вперед, и её поток подхватил меня, увлекая за собой дальше по улочке. Меня не пытались обидеть — лавируя между широкими спинами в волчьих мехах под глухой топот сотен сапог по гладкому камню, я двигалась в общем потоке, чувствуя, как меня уносит всё дальше от рыночной площади.

Страха не было, но, обернувшись через минуту, я поняла, что окончательно потеряла Рэйланда из виду. Суровое шествие разделило рынок пополам, наглухо отрезав меня от прилавков.

Я осталась совершенно одна посреди незнакомого, шумного иладарского праздника, понятия не имея, как возвращаться к постоялому двору. Лавина из медвежьих шкур, грохота барабанов и укутанных в меха иладарцев продолжала катиться по каменистой улице, унося меня всё дальше вглубь Вирхрана.

Наконец мне удалось вырваться. Замерев у глухой стены, стараясь не мешать общему потоку, я лихорадочно соображала, что делать дальше. Новая волчья куртка грела на совесть, но в голове был полный сумбур. Как назывался тот постоялый двор? Кажется, на вывеске был горный баран. Оставалось надеяться, что это единственное подобное заведение в этой глуши.

Я сделала глубокий вдох, собираясь дождаться, пока шествие схлынет, чтобы попытаться отыскать дорогу назад к рыночной площади. И именно в этот момент сквозь оглушительный рокот обтянутых кожей барабанов и свист рогов до моего слуха донесся отчетливый звук.

— Палетта!

Голос прозвучал совсем близко, буквально в нескольких шагах от меня.

В груди мгновенно разлилась глупая, облегчённая волна тепла. «Нашёл. Нагнал-таки, параноик несчастный», — промелькнула мимолетная мысль. Сердце послушно ускорилось и я уже была готова прямо сейчас развернуться и выдать Рэю всё, что думаю о дерганой спешке, из-за которой мы умудрились потерять друг друга на ровном месте.

Я резко обернулась, натягивая на лицо самую язвительную из своих улыбок.

Но слова застряли в горле.

Позади, у самого края переулка, стоял мужчина. Высокий, незнакомый силуэт, скрытый тяжёлым дорожным плащом глубокого бордового цвета, подбитый черным волчьим мехом. Из-за низко надвинутого капюшона я не могла разглядеть его лица, но его пристальный, замерший взгляд я ощутила кожей даже сквозь морозный воздух.

И в этой чужой, суровой стране, где меня знали исключительно как Луэллу Вейлор, этот человек только что назвал меня моим настоящим именем.

ГЛАВА 32

Палетта

— Палетта... — повторил он тише, делая шаг ко мне из тени. На суровом иладарском наречии это имя прозвучало чужеродно, точно звенящая сталь.

— Вы обознались, — я расправила плечи, стараясь, чтобы на лице не дрогнул ни один мускул. Хотела отвернуться, но ледяные пальцы мертвой хваткой сомкнулись на моём запястье поверх сукна новой куртки.

— Хочешь испытать мое терпение? — прошипел мужчина, еще сильнее сжимая пальцы.

Я не успела испугаться. Внутри слишком громко взвыло упрямство.

— Еще одно касание, и я заору на весь Вирхран, что любимую жену лорда Эмерика Вейлора хотят украсть, — вскинула я подбородок, делая шаг к нему навстречу, наплевав на осторожность. — Что тогда сделает патруль, который наверняка стоит на соседней улице, а?

Губы незнакомца под капюшоном дрогнули в опасной усмешке, но стоило мне произнести эти слова, как его фигура подобралась. Воздух вокруг нас резко сгустился, зазвенел, и земля в одно мгновение ушла из-под ног.

В ушах хлопнуло так сильно, что перед глазами на секунду всё поплыло. Оглушительный рокот барабанов оборвался, сменившись звенящей, давящей тишиной какого-то заброшенного, сырого помещения.

Желудок привычно ухнул вниз. Я пошатнулась, едва не рухнув на покрытый толстым слоем пыли каменный пол, но незнакомец удержал меня, тут же грубо оттолкнув к стене.

Я судорожно вздохнула, втягивая носом затхлый, холодный воздух. Мы оказались в каком-то полуразрушенном каменном пристрое, сквозь узкие щели в кладке которого едва пробивался серый утренний свет. Но по отдаленному гулу шествия было очевидно, что мы всё ещё были в городе. И, что самое важное, этот тип только что применил телепортацию прямо в приграничном Вирхране. Спокойно, без колебаний, совершенно не опасаясь иладарских патрулей.

Он местный, — обожгло меня мгновенной догадкой. — Причем не из простых. Иладарец, который чувствует себя здесь абсолютным хозяином.

— Кто ты такой?! — я покрепче перехватила пальцами края куртки, стараясь не выдать дрожь в руках. — Откуда ты знаешь это имя?

Мужчина качнул головой, и из-под бордового капюшона на секунду блеснула прядь серебристых волос.

— На разговоры нет времени, малышка, — отрезал он, и его тон был сухим и жестким, точно удар хлыста.

Тот самый голос из Черной рябины!

— На улице нас могли услышать. Твой бдительный герцог и его ищейки уже прочесывают рыночную площадь. Слушай внимательно, если хочешь выжить.

— Я не собираюсь играть в твои игры и снова слушать загадочные бредни, — огрызнулась я, упрямо вскидывая подбородок. — Мне хватило нашей прошлой встречи.

Пусть знает, что ему не спрятаться от меня за капюшоном и северным акцентом!

— Узнала? — усмехнулся он, скидывая капюшон.

— Примитивная маскировка, — фыркнула я в ответ, еще раз окидывая взглядом мужчину и стараясь запечатлеть в памяти каждую деталь его лица. Острый нос, с широкой переносицей. Резкие скулы, очерченная линия подбородка. Два старых белесых шрама на правой брови.

— А я думал, сказывается наша связь…, — на миг его голос потеплел, но хищная ухмылка выдавала замысел с потрохами.

— Я вроде бы просила оставить бред и не тратить мое время. Часики тикают, — я неопределенно мотнула головой, предположительно в сторону рынка, где уже наверняка Рэй и охрана перевернули каждую лавку.

— Ты застрянешь в этой шкуре навсегда, если Рэйланд Гласс проведет ритуал, — незнакомец резко подался вперёд, и под тканью плаща я уловила слабое, едва заметное мерцание чужой магии.

— Пфф, скажи мне то, чего я не знаю.

— А без ритуала — чужая магия сожрет тебя изнутри, если ты не дашь ей волю.

Я дернула плечами, отгоняя липкие мурашки.

— Что значит “не дам волю”? Разве женская магия не всегда спящая?

— У урожденных дорэек — за редким исключением. Но ты не дорэйка.

— А кто же?! — я все же задала самый важный для себя вопрос.

— Это нам предстоит выяснить.

«Откуда же ты тогда знаешь, что я не дорэйка, если сам понятия не имеешь, кто я?» — хотелось бросить в ответ, но я сдержалась.

— Запомни одно — держи магию при себе. Твое тело заблокировано, и сила ведет себя странно. Он ещё не понял этого, но как только разберется — сожрет тебя досуха.

— С чего бы мне тебе верить? — процедила я, пятясь к выходу. — Ты даже не можешь вернуть мне мою память! Сними этот чертов блок с моей головы, раз ты такой всезнающий!

Незнакомец лишь безрадостно усмехнулся:

— Я не ставил этот блок, малышка. И снять его не в моих силах — тот, кто запер твои воспоминания, завязал слишком хитрый узел.

— От тебя никакой пользы, — устало выдохнула я, отпуская свою последнюю надежду восстановить память.

— Скоро герцог повезет тебя в столицу, ищи синюю печать с белым волком. Твоя задача — опередить его.

Не успела я возмутиться, как незнакомец коснулся рукой каменной кладки. Воздух снова задрожал, в ушах болезненно заложило, и пространство вокруг вывернулось наизнанку.

В следующее мгновение я с глухим стуком приземлилась сапогами на ту самую улочку, куда меня унесло шествие. Музыканты в масках уже скрылись за поворотом, оставив после себя лишь облако морозной пыли. Бордового плаща рядом не было.

— ЛУЭЛЛА! — этот яростный, оглушительный рык заставил меня вздрогнуть.

Тяжелые шаги раздались с левой стороны. Рэйланд вывалился из-за угла рыночного ряда — растрепанный, без своего дорожного плаща, с полыхающими от бешеного гнева глазами. Его грудь тяжело вздымалась, а кулаки были сжаты с такой силой, что если бы в них был зажат камень, он бы рассыпался крошкой на мостовую. Он выглядел по-настоящему напуганным. Или... взбешенным тем, что его драгоценный «ресурс» посмел исчезнуть.

— Ты хоть понимаешь, что ты натворила?! — заорал он, в два широких шага преодолевая расстояние между нами и мертвой хваткой впиваясь пальцами в мои плечи. Его взгляд скользнул по моему лицу, шее, рукам, а затем остановился где-то за моим плечом.

— Ты цела? — спросил он неожиданно тихо.

Вот опять. Сначала смотрит так, будто готов собственноручно придушить, а потом спрашивает, не случилось ли со мной чего-нибудь. И попробуй разбери, что у этого человека на уме!

— Кто был рядом с тобой?

Желудок сжался, подталкивая к горлу тошноту.

— Люди. Очень много людей. Ты сам видел, какая толпа на рынке!

Рэйланд несколько мгновений изучал мое лицо. Кажется, пытался решить, верить мне или нет. И судя по тому, как постепенно темнел его взгляд, решение складывалось не в мою пользу.

— Здесь остался след чужой магии, — произнес он, не сводя с меня глаз. — Совсем свежий. И я хочу знать, что произошло.

— А я хочу знать, почему ты разговариваешь со мной так, словно я совершила преступление!

Я посмотрела в его потемневшие глаза, чувствуя, как внутри Луэллы Вейлор привычно ворочается упрямство. Слова незнакомца попали в цель: теперь каждый жест Рэйланда казался мне подтверждением его корыстных планов.

— Отпусти меня! — дернулась, пытаясь вырваться из очередной стальной хватки, но пальцы Рэя въелись в сукно только сильнее.

— Отпустить? — его голос сорвался на опасное рычание. Он тяжело дышал, всматриваясь в мое лицо с такой яростной смесью облегчения и бешенства, что у меня на секунду перехватило дыхание. — Я оставил тебя на одну минуту. Одну чертову минуту, Палетта!

— Луэлла, — поправила я машинально.

— Заткнись, Луэлла. Просто заткнись, — процедил он сквозь зубы, резко перехватив меня за запястье. Он осекся, будто сам удивился тому, насколько резко прозвучали последние слова. Затем выдохнул и чуть ослабил хватку. Но развернувшись, буквально потащил меня за собой по каменистой мостовой обратно в сторону постоялого двора.

Я едва успевала переставлять ноги в тяжелых сапогах, сердито сопя ему в спину. Рука горела от его хватки, но перед глазами всё еще стоило лицо иладарского незнакомца.

«Скоро он повезет тебя в столицу... Твоя задача — опередить его».

Когда мы ворвались в крошечную спальню постоялого двора, Рэйланд с грохотом захлопнул за нами тяжелую дубовую дверь и резко задвинул железную щеколду, отрезая нас от всего мира.

Развернулся ко мне и тишина в комнате мгновенно стала душной до предела. Вторая волна его герцогского гнева была готова обрушиться на мою голову, но я не собиралась покорно ждать удара.

— Думаешь, если запер дверь, я испугаюсь? — я сделала шаг вперед. Сукно зашуршало, и мех щекотливо мазнул по подбородку. — Что опять изменилось? Таскаешь меня за собой как вещь, Рэйланд! Прикрутил к ноге невидимую цепь и бесишься каждый раз, когда я делаю шаг в сторону?

— Я бешусь, потому что ты абсолютно безрассудна! — он шагнул навстречу, срезая пространство между нами до критического минимума. Так близко, что его бешеное дыхание обжигало мои губы. В темноте тесной спальни его глаза переливались золотом. Каждой клеточкой я почувствовала как магия внутри него вибрирует, и что-то внутри меня откликалось на нее. — Ты понятия не имеешь, в какую бездну прыгаешь. Тебе мало было Черной рябины? Решила поиграть с иладарцами в прятки на рынке? — продолжил Рэйланд, казалось, не замечая этой связи.

— Я ни с кем не играла! — выдохнула я прямо в его наглые, полуоткрытые губы. Сердце подпрыгнуло вверх, но уже не от страха. Нас обоих несло по тому же сценарию, что и в его кабинете в день свадьбы. Гнев и недоверие никуда не исчезли. Но к ним примешалось другое чувство — безумное, первобытное притяжение, которому мы оба, кажется, больше не могли противостоять.

Рэйланд замер. Его взгляд медленно, почти осязаемо скользнул по моим растрепанным волосам, опустился к губам и зафиксировался там. Пальцы мужчины снова легли на мои плечи и дрогнули. Он сжал их сильнее, притягивая меня к себе почти вплотную. Меховая оторочка куртки смялась между нашими телами, и я даже сквозь толстую меховую подкладку ощутила, как твердеют его мышцы.

— Ты невозможна, — прошептал он слишком низко, и в его голосе обреченность смешалась с глухой, собственнической жаждой. — Невыносима. И ты никуда от меня не сбежишь, самозванка. Даже не думай.

— Проверяешь мою выдержку, герцог? — я вызывающе посмотрела его в глаза, чувствуя, как по телу прокатилась волна жгучего жара. — Или боишься, что твой магический ресурс ускользнет раньше времени?

Он прищурился, и его лицо оказалось так близко, что наши ресницы почти соприкоснулись. Рэйланд медленно перевёл руку с плеча на мою шею, заставляя меня замереть под его теплой ладонью.

— Я проверяю, насколько далеко ты готова зайти, Луэлла.