Чужак. Реквием надежды

Глава 1

Аннотация:

Что общего у наемного убийцы по прозвищу Китобой, римской монеты инезнакомца на пороге? Цепочка событий, которая забросит его из привычного настоящего в Италию XIVвека. Ему предлагают сделку, способную изменить будущее. Но для этого придётся переписать прошлое. Главное правило любого опасного приключения гласит: все начинается с малого. В это раз оно началось со звона старинной монеты.

ЧУЖАК-5 (Реквием надежды)

Константин Нормаер

Alea iacta est — Жребий брошен

Глава 1. Гость

Кошмары вернулись. Как я не пытался от них избавиться, ничего не вышло. Возможно, все дело в возрасте. Но мой психотерапевт думал и рассуждал иначе.

Я открыл глаза. Присел на кровать и покосился на бесконечные тюбики с таблетками. Забавно. Организм всего за неделю привык ко всем этим нейролептикам и антидепрессантам. Первый день у меня был прекрасный сон. Второй – тоже все прошло неплохо. А к третьему вернулось волнение. Внешне я был спокоен и старался гнать от себя тревожные мысли. Заснул под телевизионный кинотеатр, а через час проснулся в холодном поту.

Встал. Добрел до кухни и выпил теплой воды. Неприятный вкус, но именно это советовал врач помимо таблеток и электронных уколов. Сделал пару глотков. Поставил стакан возле мойки и замер. За окном мелькнула тень. Высокая, сгорбленная – и очень-очень быстрая. Панорамные окна отразили фонари на проселочной дороге, вдоль которой располагались загородные дома. Но датчики движения не сработали.

В доме у меня не было никаких умных колонок, ИИ-помощников и камер слежения. Всё это – уязвимость. Для моих соседей и просто знакомых, я обычный бизнесмен, без особых притязаний на сложность. А датчики движения – это инициатива местной управляющей компании.

Приблизившись к окну, я внимательно проследил за перелеском, куда шмыгнула тень. Никакого намека на чужое присутствие, или чего-то еще, что должно было вызвать у меня тревогу.

Понаблюдав минуту, я решил вернуться в спальню. Моя интуиция подсказывала, что переживать не стоит. У входа установлены сенсоры, которые среагируют молниеносно.

Следующие дни прошли спокойно. Сон хоть и прерывался, но ненадолго, а стакан молока, пусть и искусственного, помогал заснуть уже до самого утра.

Но сегодня многое изменилось.

День, как говорят в таких случаях, не задался с утра. Пробежка в лесу закончилась, даже не успев начаться. Мой маршрут пролегал вдоль старого заброшенного детского лагеря и проселочной дороги, соединяющий наш загородный комплекс с ближайшей деревенькой носившей гордое название Александрийская. Но не успел я выбежать за пределы КПП как стал свидетелем аварии: девушка на красном электрокаре догнала рейсовый автобус. Благо, ДТП оказалось не таким серьезным. Больше крика и ругани, как обычно это бывает. Пришлось вмешаться и успокоить разъяренных пассажиров, которые готовы были разорвать в клочья испуганную автоледи. В середине дня запоздал робот доставщик, а вечером прямо на соседней улице начались ремонтные работы. Пришлось закрывать окна, включать бризер, и забыть про ближайшие посиделки на веранде.

Вечером вновь вернулась тревожность. Дом наполнили тихие голоса, которые рождались в моей голове и медленно, странным эхом, расползались по коридорам. Закинув пару таблеток, я ненадолго почувствовал облегчение. Только волнение никуда не делось.

Оказавшись возле окна, я вновь стал следить за дорогой сквозь забор жалюзи – очень кстати удобно, ты всех видишь, а тебя – нет.

Ближе к закату загорелись огни фонарей, бесшумно подъехал автомобиль соседей. Большая семья занялась разгрузкой пакетов из супермаркета. Много еды, очень много. Хотя чему я удивляюсь с таким-то количеством детей.

Еще через полчаса проехал охранник на гольфкаре. И вновь наступила тишина – вкрадчивая, тревожная. Хотя дело наверно было все-таки во мне и прошлом, что преследовало меня по пятам.

Минуту я медлил, а потом все-таки сходил в зал и достал из сейфа пистолет. Смарт ганами я не пользовался – все достаточно обыденно: CZ-75, 16 патрон. Просто и надежно. А главное – разрешено жандармерией для защиты жилища.

Вернувшись к своему наблюдательному пункту, я замети одну странность. Самый крайний диодный фонарь, что освещал выезд на соседнюю улицу, перестал гореть. Управляющая компания обычно не допускала таких вещей. Оказание услуг в элитном поселке предполагало действовать превентивно именять то, что может сломаться заранее, не дожидаясь жалобы от жильцов.

Совершив глубокий вдох, я попытался совладать с участившимся пульсом. Неужели и правда вышли на меня? Но кто? Спецслужбы? «Деловые партнеры» тех, кого я отправил на тот свет? Нет, тут было что-то другое.

Следом начал мерцать еще один фонарь. Я улыбнулся. Возраст – как бы я не пытался сохранять бодрость духа, а все равно медленно, но верно становлюсь параноиком. Наверное – это удел любого киллера, кто отошел от дел и теперь на любой чих, нервно оборачивается, ощущая безумный страх. Такая вот пенсия! С другой стороны, большинство моих коллег заканчивают свой недолгий век либо в могиле, либо на нарах. Так что панические атаки и фобии не самый плохой исход.

Прикоснувшись к стакану, я понял, что душистый чай, который я собирался пить, уже остыл. Но я все-таки попытался: добавил в него молока, сделал глоток, поморщился и отставил чашку в сторону.

Нет, сегодня точно не усну.

Поднявшись на второй этаж, я включил кинопроектор – умный кинотеатр выбрал фильм под настроение. На моем лице возникла глупая ухмылка. Все никак не могу привыкнуть к тому, что гаджеты научились сканировать разум и предлагать варианты, которые, по их мнению, больше подходит пользователю в настоящее время. Теперь даже думать не надо. Электроника вокруг знает все за тебя: что, где и когда – вариант светлого будущего! Вернее все-таки не так: тебя заставляют не думать. Сначала это происходит на бытовом уровне, а потом распространяется на всю твою жизнь.

На экране возникла темная улица и мерцающий фонарь. Главная героиня зажалась в угол и ждала пока ужасное зло, которое медленно приближалось к ней, издавая кошмарные звуки, доберется и лишит её жизни одним росчерком пера бесталанного режиссера.

Откинувшись на диван, я стал следить за банальным сюжетом. Фонари мелькали, реагируя на неспешное движение злого духа. Одни тухли, другие загорались, когда он скользил вперед, покачиваясь то вправо, то влево. Героине оставалось жить совсем недолго. Внезапно раздался душераздирающий крик, под который я благополучно и заснул.

Сон мой был спокойным и безмятежным.

Но пробудился я не утром, а через пару часов. Причем произошло это внезапно. Схватившись за пистолет, я наставил его на белое полотно экрана, а потом, немного придя в себя, медленно перевел на соседнее кресло, где замерла огромная темная фигура. Вернее она показалась мне такой из-за широкой одежды. Но уже через пару секунд я различил балахон и глубокий капюшон. Лица видно не было.

-- Доброй ночи, -- произнес спокойный мужской голос. Был он низким и мягким. Такому бы сказки на ночь детям читать, а не пугать взрослых людей.

Я не ответил. Просто вытянул руку, продолжая держать его на прицеле. Но у незваного гостя не было никакого волнения.

-- Чего вам от меня нужно?

Мне абсолютно неважно кто проник в мой дом. Вопрос только в причине и последствиях. Именно поэтому я задал этот вопрос.

-- У меня есть желание поговорить, -- ответил незнакомец. – И я его реализую.

-- Поговорить?

-- Да, но я предпочитаю это делать на равных. Так сказать, без угрозы своей жизни и здоровью. Прошу, уберите, пожалуйста, пистолет. Я не представляю для вас никакой опасности, что нельзя сказать про ваш воинственный образ.

У меня не было привычки доверять первому встречному. Но пистолет я все-таки отложил в сторону. На расстояние вытянутой руки, чтобы в случае необходимости, у меня оставался шанс им воспользоваться.

Прагматичная оценка действительно – ничего больше. Если бы гость хотел меня убить – убил бы, а если захочет это сделать – то пока я в его власти, а не наоборот.

-- Благодарю вам. Оказывается, вы очень сговорчивый человек, -- констатировал незнакомец.

-- Это зависит от ситуации.

-- Безусловно, полностью с вами согласен.

Незнакомец немного привстал, чтобы устроиться удобнее, облокотившись на правую руку, он потянулся, охнул и откинулся назад. Скорее всего, дело было в том, что у моего собеседника больная спина. Значит возраст у него средний или ближе к пожилому – семьдесят или старше. Грыжи, протрузии и прочие проблемы с позвоночником, доставшиеся нам в наследство, за то, что мы выпрямились и стали прямоходящими.

-- Я осведомлен, что вы уже давно отошли от дел. Но у меня имеется к вам одно деликатное поручение.

-- Поручение?

Еще ни разу мои заказчики не называли убийство – поручением. Впрочем, речь могла идти и о чем-то другом.

-- У меня не было в планах входить в одну и ту же воду дважды, если вы понимаете, о чем идет речь, -- ответил я.

Незнакомец помолчал, а потом так же спокойно спросил:

-- Вы представляете, что такое неизбежность?

-- События, которые не зависят от нашей воли.

-- Интересный ответ. И надо заметить, достаточно емкий. Давайте на частоту, Китобой, сегодня с вами случилась эта самая неизбежность. Она могла произойти чуть раньше или чуть позже, но миновать её у вас бы не получилось. Потому что еще никому не удавалось уничтожить прошлое. Но вам выпал такой шанс. Не считайте это подарком. Просто неизбежность, которую необходимо воспринять с холодным сердцем и разумом.

-- Это шутка?

-- Ни в коем случае. И не торопитесь меня выгонять. Я постараюсь все объяснить более доходчиво. Вы что-нибудь слышали о проекте «Эхо»? При вашей осведомленности, думаю, слышали и не раз. Так вот. В настоящее время наша Вселенная насчитывает более 97 экзопланет, где возможна жизнь, такая же, как на земле. Имперские ученые ведут научные исследования этих миров, но ни на одной из планет людей не обнаружено. Бактерии, фитопланктоны, просто молекулы. Но ни одной из реальных форм жизни. Но самое главное, что добраться до планет на космических кораблях мы пока не в состоянии. Слишком маленький потенциал, и слишком большие преграды, которые необходимо преодолеть для того, чтобы получить информацию непосредственно на месте.

-- Насколько мне известно «Эхо» открывает людям путешествие не в пространстве, а во времени. Но опираясь на официальные источники, проект свернули еще пару лет назад, поскольку все запуски потерпели неудачу. И теория так и осталась теорией.

Незнакомец перестал ерзать в кресле и склонился чуть вперед, чтобы его шепот был слышан лишь мне и никому другому:

-- Вы обладаете недостоверными сведеньями. Проект функционирует до сих пор и надо заметить, довольно успешно. «Эхо» уже отправило более сотни исследовательских экспедиций, в другие ми… Нет, не так. В параллельные миры, которые существуют и развиваются вместе с нами, но в иной плоскости. Но самое удивительное, что они успешно вернул первопроходцев обратно.

-- Безумно интересно. Но причем тут я?

-- Я хочу предложить вам один Заказ. Но не за вознаграждение, а за возможность. Зачем вам деньги? Их у вас, насколько я осведомлен, предостаточно. А возможность -- это товар штучный, можно сказать на вес золота.

Разговор принимал очень странный поворот. Обычно Заказчики были предельно лаконично – устранить цель Х, вот вам предоплата и оставшаяся часть по результату. Остальная информация предоставлялась лишь после подтверждения контракта и строго через куратора или поверенного. А здесь мне предлагают нечто абстрактное, да напрямую, миную сложную цепочку доверенных лиц.

-- Это шутка? – уже второй раз за разговор уточнил я у собеседника.

Тот вновь отклонился назад. Было видно, как он покачал головой.

-- Тогда в чем моя выгода?

-- Прыгнуть выше головы.

-- Как это?

-- У вас будет не одна цель. А более сотни. Люди, и не очень хорошие надо заметить. Ко многим из них вы и вовсе испытываете личную неприязнь.

-- А вы считаете, такие существуют?

-- За последние месяцы я узнал вас так хорошо, что смогу ответить на вопросы личного характера вместо вас и справлюсь с этим более успешно, чем вы сами, -- без всякого стеснения заявил гость.

Скорее всего, это был блеф. Но отметить данный момент все-таки стоило. Собрать информацию о человеке в наш цифровой век не так-то сложно, но речь шла совсем о другом. Собеседник утверждал, что располагает моими личными данными, которые нельзя найти в общем доступе, даже если у тебя есть административный и денежный ресурс.

-- Простите, но верится с трудом, -- сказал я. И гость проглотил мою наживку. Немного помолчав, он начал говорить чуть быстрее обычного.

-- Вы холоднокровный убийца с большим послужным списком, если конечно так можно выразиться. Заказы вы тщательно выбираете и беретесь не за все. Цель не должна расходиться с вашими принципами. Невероятно, но факт. Это связано с вашим психологическим портретом. И мне это ужасно импонирует. Потому как если бы вы брались за все подряд, то я нашел бы другого исполнителя. Но вы идеально подходите на роль, которую я вам предлагаю. Вы как бы это выразиться правильнее «упорный тип». При этом ваше спокойствие -- это не признак внутреннего благополучия, а некий инструмент выполнения задачи. Эмоциональная холодность и алекситимия – позволяет вам оценить жертву как объект, а высокий самоконтроль и низкий уровень тревожности, позволяет выполнить задачу безукоризненно. Причем добились вы этого без всяких препаратов, исключительно за счет самоконтроля. Итак, поехали дальше. Рационализация и деперсонализация – тоже числится среди ваших достоинств. А теперь переходим к самому главному – ригидность. Вам ведь приходилось убивать из чувства личной неприязни? И это самый важный для нас факт номер два. Потому что новый объект входит в зону вашего повышенного внимания.

-- И вы готовы назвать его имя?

-- Готов, но не сейчас. Чуть позже. Эту часть разговора я оставил на десерт.

-- Что-то еще? – поинтересовался я.

-- Безусловно. Про ваши профессиональные достоинства, я готов говорить бесконечно. Потребность в риске при внешней пассивности. А заодно и социальная мимикрия. У вас даже кличка уникальна. Китобой. Человек, который не разменивается на мелкую рыбешку, а привык охотиться по крупному.

-- Назовите цель, -- вместо долгих разговоров и объяснений, я решил перейти от слов к делу.

-- Парламент!

Это было даже не смешно, а граничило с настоящим безумием. У меня, конечно, закралось сомнение, что ночной визит незнакомца -- это розыгрыш и наш разговор, скорее всего, закончится диким хохотом или чем-то подобным. Но тишина наполнившая спальню превратилась в болото, вязкое и очень опасное. Такое затишье способно в один миг взорваться автоматной очередью или одинокими бесшумными выстрелами.

-- Парламент, -- повторил я, переваривая слово на вкус. – Политическое убийство. Уничтожение сердца всей Империи. Разве на такое способен кто-то осмелиться?

-- Во время болезни, эпицентр вырезают полностью, а не купируют боль, оставляя опасность рецидива, -- пояснил незнакомец.

-- Я вас понял. Но повторюсь: я отошел от дел.

-- Поверьте, вы будете жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. А будет она не такой долгой, как вы того желаете.

-- Это угроза?

-- Отчего же. Просто констатирую факт. Последние принятые решения нашего многоуважаемого правительства ставят мир на край пропасти. Вы ведь слышали про экологическую блокаду? Ну, зачем я спрашиваю. Так вот, решение уже принято, отменить его нет никаких возможностей. Через пару лет сегодняшние свободы приведут к климатическому хаосу, а именно к синхронным погодным феноменам и разрушению продовольственной системы. Изволите, чтобы я продолжал?

-- Предлагаете мне стать Роб Гудом нового времени?

-- Предлагаю сделать нечто по настоящему стоящее в своей жизни. А не размышлять на бессмысленную тему истинного предназначения.

-- У меня нет уверенности, что убийство лучших деятелей Империи что-то изменит.

-- Согласен. Сама по себе расправа над Великими князьями не избавит нас от Экологической катастрофы. Но станет первым шагом в цепочки важных событий.

Я нахмурился, немного помедлил, и попросил:

-- Объясните.

Но вместо того чтобы продолжить разговор, незнакомец одернул широкий рукав. Указательный палец потянулся куда-то вверх, и в пространстве возникла яркая вспышка. А когда свет слегка затух, осталась точка, напоминающая крохотную звездочку. Дальше палец сместился чуть выше и оставил еще одну точку, которая имела несколько ответвлений. Следом появилась третья, но с еще большим количеством линий, напоминающих кровеносную систему.

-- Видите, как все просто: ты делаешь шаг, а следом возникают последствия. Так что вашим действием вы запустите целую цепочку событий, которая поможет не просто избежать катастрофы, а спасти целый мир. Миры.

-- Каким образом?

Я заметил, как медленно и неуклюже незнакомец покачал головой, словно мой вопрос окончательно разочаровал его. Тяжело вздохнув, он сложил руки лодочкой и, положив их на колени, спросил:

-- Как вы считаете, существует ли время?

-- Странный вопрос, конечно, куда уж без него. И, насколько мне известно, еще никто не смог доказать обратного.

-- А если я скажу, что прошлое, настоящее и будущее происходят одновременно.

-- То я вам не поверю.

-- Но это истина.

Слова незнакомца заставили меня окончательно запутаться. Признаюсь откровенно, человек в балахоне был самым странным из всех моих заказчиков. Я привык видеть гнев, сомнения, страх и ненависть, когда человек принимает решение заказать своего друга, брата, отца, сестру или просто конкурента. Но тут был случай не просто уникальный, а невообразимый. Словно исключение из правил, которого никогда не существовало.

Безусловно, гость заметил сомнение на моем лице и поспешил объяснить:

-- Прошу, выслушайте меня самым внимательным образом. Есть такая теория: Блок-вселенной. Считается, что время представляет собой неизменную структуру — некий четырёхмерный «блок», в котором все события «записаны» на некий носитель. А наше субъективное ощущение времени — всего лишь особенность восприятия. Но объективно, реальность совсем иная. Представьте фильм, который вы смотрите. Он записан в памяти системы, и он там записан полностью, а не частично. Зритель видит кадры последовательно, один за другим. Но по факту, они уже существуют. И мы просто ждем, когда досмотрим до конца. Понимаете о чем я?

-- Забавно.

-- Если думать про фильм, то возможно так оно и есть. Но целый мир в такой плоскости выглядит не таким уж и радужным.

-- Получается, мы все исполняем свои роли по написанному сценарию и ничего изменить невозможно.

-- Верно, поэтому мне, приятнее думать, что будущее все-таки можно изменить.

-- Чувствую, я окончательно запутался.

-- Никто не обещал, что будет просто, -- ответил незнакомец. Внезапно он дернул головой в сторону, словно услышал что-то представляющее опасность. Я настороженно посмотрел в ту же сторону. – Предлагаю, на время прервать наш разговор. Ненадолго. – Спокойным голосом сказал незнакомец, и медленно покинув свое место, направился в сторону двери.

На столике рядом с креслом осталась лежать нечто металлическое квадратной формы.

Приблизившись к окну, я застыл в ожидании, когда гость покинет мой дом. Но незнакомец так и не появился. Дверь оставалась закрыта. Выждав положенные десять минут, я спустился вниз и внимательно осмотрел дом: каждую комнату, даже подвал, где находились все коммуникации. Пусто. Гость растворился без следа. Найти рациональное объяснение этому фокусу, конечно, было несложно. Но меня больше интересовал неоконченный разговор. Мне специально предоставили пищу для ума, чтобы вызвать у меня живой интерес к этому странному заказу, где была цель, но вознаграждение представляло собой нечто абстрактное.

Вернувшись, я поднял со стола квадратную монету, на которой имелись латинский буквы. Пять строк по пять символов. Наверное, стоило бы сесть за компьютер и разузнать про этот подарок или хотя бы обратится к Национальному поисковику.

Но я решил отложить все вопросы до утра и просто выспаться.

Глава 2

Глава 2. Орган

Ночная беседа с незнакомцем в темном балахоне, что своим видом напоминал странствующего монаха, никак не выходила у меня из головы. Странный заказчик, с не менее странным заказом.

Повертев в руках монету, я еще раз внимательно ознакомился с информацией, что выдал мне поисковый чат «Ликбез».

SATOR

AREPO

TENET

OPERA

ROTAS

Квадрат SATOR оказался одной из самых противоречивых загадок человечества, сохранившихся еще со времен Римской империи. Палиндромический квадрат из символов, которые можно было читать одинаково, как по горизонтали, так и по вертикали. В целом ничего интересного, если не попытаться расшифровать эти слова по отдельности или все вместе. Интерпретации перевода были различными, но все сходились к одной фразе: « PaterNoster» - Отче наш. Из общего перевода выпадали только две буквы: А и О – которым тоже нашлось применение: Альфа и Омега.

Вывод не утешителен. Ко мне в гости пожаловал либо сумасшедший, либо представитель некоего религиозного сообщества. И цель его теперь казалась не такой уж сложной, как он пытался мне внушить. Никакой катастрофы, а лишь банальное свержение власти. Ну, или цель чуть меньше – народное волнение.

Убрав монету в карман, я вышел из дома, запер ворота – послышался звук электронной сигнализации, -- и сел в свой электрокар.

Добравшись до центра, я остановился возле адвокатской палаты: «Крылов и партнеры», и предъявив на входе чип-код, прошел в уютную переговорную, оформленную в серо-рыжих тонах Имперского флага.

Анатолий Владимирович не заставил себя долго ждать. Широко улыбнувшись, он раскрыл объятия, но вместо радушного жеста, ограничился лишь похлопыванием по плечам.

-- Как твои дела Демьян? Надеюсь, просто решил меня навестить, а не грузить своими бесконечными проблемами? Знаешь, не очень-то хочется в конце недели браться за что-то серьезное.

-- Спасибо, Анатолий, дела в порядке, -- ответил я. – Но разговор не требует отлагательств. Необходимо кое-что обмозговать.

Адвокат устало вздохнул и присев за переговорный стол, пригладил свою аккуратную седую бороду. Выглядел он безукоризненно, разве что вид был слегка усталый. Оно и понятно, сюда обращались люди серьезные, а у таких клиентов простых дел не бывает. Простые дела они могут решить и сами. А вот те, что по заковыристее поручают таким людям, как мой поверенный.

-- Может быть, кофе? – предложил Анатолий.

В Империи было принято пить чай. Но мой собеседник просто обожал всегда и во всем идти против системы. Душистый аромат таволги и шалфея наполнил комнату. Анатолий мог позволить себе быть эстетом и потреблять кофе на травах, даже когда лесные просторы превратились в Резервацию.

-- Мне предложили Заказ, -- произнес я.

Чашка застыла в воздухе. Адвокат опустил её обратно на стол, так и не сделав глоток.

-- Занимательная новость. Надеюсь, ты отказался?

-- Не успел.

-- В чем причина?

-- Заказчик исчез, не успев дать все вводные. По всей видимости, перенес разговор на другое время.

Я выложил на стол монету с Римскими символами.

-- Оставил у меня на столе. Так сказать, в знак серьезности своих намерений. Я уже покопался в Сети – это называется: квадрат SATOR.

Покрутив религиозный символ в руках, поверенный нахмурился и отложил знак в сторону, задумчиво надул щеки. Недавняя легкость мгновенно испарилась с его лица, сменившись тревожностью.

-- Раньше ты никогда не получал Заказ напрямую.

-- Я не искал этой встречи.

-- Понимаю. Какую цель он назвал?

-- Парламент. И не человека. А целиком. Всех великих князей. Всех до единого.

Растерянный взгляд уставился на меня пытаясь просверлить во мне дырку. Анатолий понимал, что я не шучу. Но своим молчанием, он, по всей видимости, пытался добиться максимальной информации. Но я молчал, и поверенный подвел неутешительный итог:

-- В любом другом случае, я посчитал бы это розыгрышем.

-- Он назвал мое Профессиональное имя, -- сказал я.

Покинув свое место, адвокат прошелся вдоль стола, нервно теребя подбородок. Его голову раздирали сотни противоречивых мыслей. Никому не нравится, когда привычный мир рушится у тебя на глазах, а земля уходит из-под ног. Меня, напротив, забавляла вся эта ситуация. И в первую очередь – таинственный собеседник, который предложил мне изменить не только прошлое, но и будущее.

-- Тебя надо стереть! В самую первую очередь начать именно с этой процедуры, -- внезапно заявил адвокат. – Сегодня переночуешь здесь, а завтра решим вопрос с новыми документами и создадим новый цифровой след. Не нравится мне вся эта ситуация, хотя возможно это лишь предрассудки. Но будем разбираться во всем поэтапно. В выходные встречусь с Куратором. Попробуем выяснить, кто наведался к тебе ночью.

-- Менять жизнь? – уточнил я.

-- Безопасность в первую очередь.

-- А если все равно найдут?

Анатолий усмехнулся:

-- Не переживай, спрячем так, что ни каких следов не останется.

-- Сеятель Арепо удерживает колёса своим трудом, -- внезапно изрек я.

Поверенный раскрыл было рот, чтобы что-то ответить. Но вместо этого спросил:

-- Какой еще, к чертям собачим, Арепо? Объясни, что это значит?

-- Это означает, что тот, кто сеет (создаёт), управляет «колесом реальности»

-- Что за бред? Какие еще колеса?! Демьян с тобой все в порядке?

Я молча встал и направился к дверям. Пока шел, я хотел поблагодарить Анатолия за помощь, но вместо этого, лишь коротко бросил:

-- Не надо стирать. Постараюсь разобраться сам.

-- Погоди! Куда ты? – засуетился адвокат. – Ты что с ума сошел?!

Догнав меня, Анатолий закрыл собой раздвижные двери, расставив руки, словно недовольный украденной добычей орел. Я посмотрел на него внимательно и одновременно строго. Поверенный сразу обмяк – понял, что вставать у меня на пути не имеет никакого смысла. По негласному правилу, я должен оберегать связного. Но мне никто не запрещал поставить его на место, применив к нему немного физической силы.

-- Я должен координировать твои действия! -- напомнил поверенный.

-- Да разве я против? Координируй, выясняй. Всю необходимую информацию я тебе предоставил. Так что трудись. – Я поправил Анатолию серый платок, что торчал у него из нагрудного кармана. – А я пока отдохну. Прогуляюсь по Чертопольской и Савинноской, погода сегодня отличная, как раз располагает для променада.

Растерянно отступив в сторону, Анатолий проводил меня внимательным взглядом. Даже когда я садился в автомобиль, он продолжал наблюдать за мной через витринное окно своей адвокатской конторы.

Через полчаса я оказался на малой Грузинской, где находилась Римская Католическая церковь Пресвятой Девы Марии. Красивый, величественный собор, построенный в неоготическом стиле – серые шпили, красный кирпич, а еще витражные окна и широкий арочный вход.

У меня не было четкого плана, я действовал исключительно по наитию. Но если быть до конца честным, моя чуйка еще ни разу меня не подводила.

Слегка задержавшись на пороге, я опустил монету в медный сундучок, и еще две подал нищим у ворот. Один из них выглядел еще более менее сносно, а вот второй имел весьма отвратительный вид – изъеденное оспинами лицо, ввалившийся нос и гнилые зубы. Про грязную, источающую стойкий аромат испражнений одежду, я вообще молчу.

Империя последние годы еще пыталась бороться с бродягами и попрошайками, но после того как уровень безработицы вырос до небывалых высот, оставило это неблагодарное дело. Были выпущены соответствующие указы и от бездомных, наконец, отстали, просто позабыв об этой вселенской проблеме.

-- Благодарю, сеньор, -- пробурчал один из попрошаек, бородатый и полноватый старик.

-- Будь ты проклят мерзкое отродье! – вторил ему другой.

Подобные проявления неконтролируемой агрессии меня скорее забавляли, чем раздражали. Я отсалютовал попрошайке в ответ, улыбнулся и зашел внутрь.

Храм оказался довольно строгим, с высокими сводами и рядом колонн, которые их поддерживали. Но особую атмосферу создавали, конечно же, витражи. Они пускали внутрь, не яркий свет, а разноцветные переливы, напоминающие радугу.

Я прошел вдоль ряда деревянных скамей, к алтарю из зеленого мрамора и композиции Девы Марии и 14 барельефов «Крестного пути».Остановился и, закрыв глаза, погрузился в собственные мысли. В нынешнее время старая религия уже давно отошла на второй план. Бешеный ритм жизни вынуждал людей искать более легкие ответы на извечные вопросы. Так и появился культ трансгуманизма – цель которого, достижение вечной жизни и сохранение молодости тела. Конечно, этому в первую очередь способствовали открытия врачей: генная инженерия и передовые разработки искусственных органов при императорском дворе лейб-медиками центра имени Якова Васильевича Виллие. Человек впервые мог жить и не бояться скорой кончины. Правда продление юности и спасение тела было удовольствием не из дешевых, и для лишнего десятилетие, которое тебе подарят новые технологии, приходилось трудиться в два раза больше. Так это и действовало – долголетие двигало экономику, создавая из потребителей вечных рабов своего совершенного тела.

-- Рад видеть в нашем храме нового прихожанина, -- произнес мелодичный мужской голос.

Я обернулся, не питая иллюзий увидеть ночного гостя. Это было бы слишком просто. А меня впереди ждал длинный путь из подсказок, намеков, метафор.

Священник был одет просто. Черный костюм, такого же цвета водолазка, и ярко-желтые металлические часы на руке. Да и в целом выглядел он весьма элегантно: лысый череп, ярко выраженные скулы, острый нос и очень проницательный взгляд.

-- Что привело вас в нашу церковь, сын мой? -- поинтересовался святой отец.

Поклонившись, я еще раз яркие витражные окна и ответил:

-- Ничего особенного, простое любопытство. У вас здесь очень красиво.

-- Отдыхаешь душой, -- согласился священник и поспешил представиться. – Меня зовут, отец Дарди. А как я могу обращаться к вам?

-- Демьян.

-- Просто Демьян? – удивился священник.

Он был младше меня лет на десять или больше, и наверняка ждал услышать мое отчество. Но я ограничился лишь именем. Никогда не любил официоза, хотя в Российской Империи было принято ко всем лицам мужского пола, возрастом выше сорока пяти, обращаться именно по имени отчеству, в знак уважения к его роду.

-- Я еще слишком молод для патронима, -- улыбнулся я.

Священник кивнул, улыбнувшись в ответ.

-- Простите, вы католик? – осторожно уточнил он.

-- Нет, но я верующий, -- честно признался я. – Только мне трудно описать то, во что я верю.

Итальянец вновь согласился со мной. Надо заметить, что его русский был очень даже неплох. И дело было не столько в произношении, сколько в правильности ударений и акценте, которые он расставлял в предложении. Так могут говорить лишь люди, для кого язык родной и они с детства привыкли к жаргонным выражениям и подменам.

-- Вас, как я понимаю, мучают некоторые вопросы?

-- Именно так. И связаны они с религией принадлежащей вашему народу. А точнее Латинский Римский обряд.

-- Звучит интригующе.

Теплая улыбка возникла на лице священника. Он заложил руки за спину, и мы медленно двинулись вдоль тонких, словно иглы колонн. По правую руку от нас играли радугой витражи, а слева подступала однообразная действительность насыщенного серого цвета.

-- Как вы считаете, время существует?

Отец Дарди, слегка прищурив взор, попытался быстро и довольно емко сформулировать свои мысли.

-- Знаете, это очень интересная тема для дискуссии, но я почему-то уверен, что вы пришли сюда не для этого. Давайте так, я постараюсь ответить кратко. А вы за это время сформулируете свой главный вопрос. Согласны? Вот и замечательно. Итак, в отличие от христианства, католики считают время не линейным, а supputatio temporis, простите, как бы это выразиться правильнее: полностью гибким. То есть в случае необходимости его можно растягивать, сужать и даже заменять.

-- И что же может послужить причиной?

-- Высшая необходимость. Например, спасение рода людского, то есть, всего человечества. Понимаете, это вроде как крайние меры. Линейно же можно исчислять лишь житие человека на земле и Божий суд, который неминуемо настанет в конце времен.

-- Обязательный финал, как в фильме. Только будет у нас всех хепиэнд или нет, это большой вопрос, -- добавил я.

Отец Дарди кивнул:

-- Это главный вопрос для всех католиков и не только. Но знаете, что я скажу по этому поводу: все зависит от нас – людей, только от нас и больше никого!

Мне захотелось задать следующий вопрос. Но я не успел. Зал наполнил тяжелый, оглушающий звук органа. Его невозможно было описать словом, предложением или чем-то большим, потому что звук представлял собой целую палитру всевозможных тембров, словно краски, которые одновременно вылили на холст, превратив бумагу в смешения сотни цветов и оттенков.

Глава 3

Глава 3. Гиганты

Мы оказались на улице, на узкой аллейке окруженной небольшими пихтами, хостами и папоротниками. Я остановился и, покосившись на священника, протянул ему квадратную монету.

Опустив взгляд, отец Дарди перекрестил символ, потом поднял взгляд и сказал:

-- Все как он говорил.

-- Простите? – не расслышал я его тихий голос.

-- Идем со мной, сын мой. Я передам тебе предназначенное для тебя послание, которое оставил мессия.

Мне не было смысла переспрашивать. Я уже понял, что ночной гость затеял со мной настоящую игру в угадайку. А Дарди – всего лишь звено в цепи намеченных заказчиком событий.

Мы спустились в крипту, и лишь оказавшись в узком каменном коридоре, я поинтересовался:

-- Как давно он был у вас?

-- Позавчера, -- буднично ответит священник.

-- И вы так просто согласились выполнить его просьбу?

Дарди улыбнулся:

-- Я с радостью бы разделил ваши сомнения, но разве можно отказать посланнику, который желает спасти весь наш мир?

-- Что он вам сказал?

-- Нет, вы не поняли. Мы с ним не говорили. Он буквально вложил свои мысли в мою голову и, перекрестив меня, покинул наш храм.

-- Вложил мысли? – в моем голосе скользнуло недоверие.

Священник остановился, посмотрел в мою сторону.

-- Знаете, когда я увидел вас, то сразу понял, зачем вы пришли. И лишь ждал, когда вы продемонстрируете христианский символ спасения мира.

-- Вот как. И почему же вы сделали такой вывод?

-- Вы с посланником очень похожи. Нет, конечно, вы не братья близнецы. У вас слишком большая разница в возрасте. Но глаза – это просто поразительно. Они выдают ваше родство, то есть единство. И если бы не ваша растерянность, то я решил бы, что день назад со мной разговаривал ваш родной отец.

-- Увы, но это невозможно, -- невозмутимо ответил я. – Мой отец был военным и уже давно покоится на Донском кладбище. И предвещая ваш следующий вопрос: братьев у него точно не было.

-- Тогда вероятнее всего я ошибся, прошу простить меня за излишнюю назойливость, -- согласился со мной священник.

Мы спустились в крипту и остановились возле металлической ограды, за которой возвышались четыре каменных надгробия. Таблички с именами и датами умерших были выбиты на итальянском, а цифры на римском. Впрочем, я мог ошибаться, но символы очень походили на латинский алфавит, хотя и имели более простую форму – крестики, галочки и треугольники.

Не дождавшись объяснений, я поинтересовался:

-- Скажите, здесь я так полагаю, захоронен кто-то из высшего духовенства?

-- Вовсе нет. Но была бы моя воля, я бы обязательно причислил их к лику святых.

-- За их мирские деяния?

-- Да. Но, к сожалению, я не могу вам этого раскрыть. Мои уста скреплены клятвой, которую невозможно преступить.

Я не стал настаивать, и присев на колени, попытался посчитать возраст погребенных в крипте.

-- Эти символы…какой это век?

-- Это этрусская форма исчисления. Но цифры не скажут вам ровным счетом ничего. Пять тысяч триста восемьдесят шестой год смерти, рождение на тридцать два года раньше. Только все это бесполезно, потому как неизвестно, от какой даты они вели времяисчисления.

Я удивился:

-- А что насчет имен?

-- Думаю, эта информация тоже мало чем вам поможет. Первого из мертвецов именовали не иначе как Michael Angelo.

-- Микеланджело, -- более растянуто и плавно, на свой манер, повторил я это имя.

-- Если произносить его на языке вашего народа, то получается именно так, -- согласился священник.

-- А кому принадлежит вторая могила?

-- Leonardo Liber Abaci, -- ответил Дарди. – Довольно известная личность в четырнадцатом веке. Знаменитый математик, который способствовал введению индийско-арабских чисел в Европе. Но тогда использовали совсем иные символы. И это еще одна большая загадка этого захоронения.

-- А кому принадлежат остальные две могилы? – поинтересовался я.

-- У них нет имен. Видите – фразы? Прямо над датой смерти написано послание потомкам. Она переводится примерно так: «Здесь покоится достойный человек. Почитайте его во все времена».

-- И больше никаких пояснений?

Дарди покачал головой.

-- Хорошо. Но вы говорили, что человек, приходивший к вам накануне, передал для меня некое послание. Так?

-- Да, все верно. Он попросил рассказать вам ровно то, что вы сейчас услышали. Слово в слово.

-- И все? – история с ночным гостем запутывалась все сильнее.

Священник тяжело вздохнул, отошел в сторону чуть левее захоронений и, направившись в сторону лестницы ведущей наверх, сказал:

-- Он попросил вас предупредить. Мессия сказал так: «Бойся больших людей. Они хотят помешать твоей неизбежности».

-- Больших людей?

-- Все верно. А еще добавил: «Ваша новая встреча состоится на горизонте».

Странный квест, который мне устроил Заказчик, казался игрой в поддавки. Но каждый новый ход, не приносил ясности, а лишь сильнее запутывал клубок.

Оказавшись в машине, я повторил предупреждение, медленно проговорив каждое слово.

Бо-ль-шие лю-ди.

Но кто они? Те, кто находятся у власти или те, кто имеет антропологическую особенность высокого роста? И чем они могут быть для меня опасны? Чему способны помешать? Я ведь не дал свое согласие на Заказ.

Свернув на Звенигородское шоссе, я направился в сторону Новой Риги, где располагался мой загородный поселок.

Движение сегодня было плотное. Часть улицы перекрыли в связи с забастовками рабочих с Морозовской мануфактуры. Люди двигались в окружении жандармерии, под неусыпным оком власти. Криков и недовольств не было, все выглядело чинно и благородно, словно по написанному сценарию. Я улыбнулся, сам себе, понимая, что неосознанно вновь возвращаюсь к вчерашнему разговору с незнакомцем.

На светофоре стояли долго. Пропускали пневмо-карету с охраной. Кажется, министр путей сообщения Эдуард Брониславович Войновский-Кригер спешил с докладом в Сенатский дворец.

Сделав музыку громче, я отвлекся на перекресток и бесконечный поток людей. Большинство из них – чиновники и дамы в пышных платьях. Остальные – клерки и разнорабочие. В этот самый миг в толпе мелькнуло нечто огромное и тощее, гораздо выше обычных горожан. Человек замер у чугунного столба и слегка отклонился вперед. Зачем? Чтобы удобнее наблюдать за кем-то? Я присмотрелся к его тощему скуластому лицу. Ничего особенного, но внешность и прямо отталкивающая.

В голове промелькнула прямолинейная мысль. Ну, вот и вам и Большой человек. Смешно. Неужели мой потенциальный Заказчик специально решил посеять во мне панику, всего одной фразой. Неплохая манипуляция. Да под это предостережение можно подогнать все что угодно. Пока я отвлекся, запутавшись в собственных мыслях, странный прохожий исчез, словно его и не было.

Светофор загорелся зеленым, и я, перестроившись в правый ряд, встроился в поток и переключил волну, оказавшись на Императорской Рок- станции. Бодрый барабанный драйв группы «Черносотенцы» вырвался из колонок. Вечный хит «Родной стяг» взбодрил меня, заставив немного поиграть в «шашки» с другими участниками дорожного движения.

Пробок на развязки с внешним Петровским кольцом не было. Я словно лев в клетке, наконец, вырвался на свободу Подмосковных просторов. И здесь случилось еще одно событие, которое можно было отнести к разряду странных. Съехав на проселочную дорогу, я снизил скорость, обратив внимание, что справа у перелеска, на старой автобусной остановке стоит белокурая девушка. Одета она была скромно – джинсы, блузка и матерчатый аккуратный рюкзак за спиной. Оказавшись у края дороги, она куда-то вдаль, в надежде, что скоро появится маршрутное такси. У меня редко возникает желание кого-то подвести. Не люблю случайных знакомств и говорливых попутчиков. Но тут было нечто иное. Мне показалось, что она здесь не просто так и ждет именно меня.

В этот самый момент, мой автомобиль подрезал красный спорткар. Он резко затормозил возле остановки. Наружу, как по команде, выскочили двое и, накинувшись на девушку, повалили её на асфальт. Наверное, мне не стоило бы останавливаться, но один ошеломляющий факт все-таки заставил нажать на тормоз. У молодых людей были уродливые красные лица и огромные черные рога.

Оказавшись рядом с нападавшими, я сделал резкий выпад. Два удара по почкам одному и ногой в живот второму, тут же изменили расстановку сил.

Девушка отползла к остановке, а я уставился на резиновую маску. Мне удалось сорвать её с одного из этих парней, когда они пытались сбежать.

Оказалось, что эти отморозки не такие уж грозные ребята. Испугавшись, схватили ноги в руки, запрыгнули в свою навороченную тачку и дали по газам. Лица я их запомнил смутно, а вот татуировку на шее одного из нападавших очень даже хорошо – синие пламя и трезубец, а еще несколько символов, галочка и два икса. Вновь этрусские символы.

Подняв сумочку, принадлежащую девушке, я отряхнул её и протянул владелице. Испуганный взгляд наполнился смущением. Она коротко поблагодарила меня и, протянув руку, чтобы я помог ей подняться, представилась.

-- Меня зовут Катя, вернее Катерина. А как я могу величать моего спасителя?

-- Очень приятно. Демьян.

-- Спасибо вам за помощь, Демиан. Я просто не ожидала, что на меня могут напасть вот так прямо среди бела дня. Хорошо, что вы оказались рядом и пришли мне на помощь. – Девушка покосилась на дьявольскую маску.

Язаметил её взгляд и продемонстрировал свой трофей со всех сторон. Болтаясь на руке, маска оказалась не такой ужасной. А на лице отморозка она выглядела вполне натурально.

-- Мерзкая вещица.

-- Еще раз спасибо вам за помощь. – Девушка расплылась в улыбке. И я любезно предложил её подвезти, сославшись на безопасность. Эти уроды, на тачке ведь могли вернуться.

Мы сели в электрокар. Я переключил волну, выбрав музыку более мелодичную и спокойную. Катерина откинула голову назад и, прикрыв глаза, глубо выдохнула. Чувствовалось, что она все еще взволнована и никак не может справиться со страхом, который бушует сейчас в её теле.

-- Куда вас доставить? – поинтересовался я.

-- Новое Фрязино. Там есть гостиница, сразу при въезде. Я покажу.

Я кивнул. Навигатор отвел на дорогу тридцать пять минут.

Некоторое время мы ехали молча, а потом я осторожно спросил:

-- У вас чувствуется небольшой акцент. Вы не из Империи?

Девушка словно очнулась ото сна и, вернувшись в привычный мир, быстро кивнула.

-- Так и есть. Я родом из Италии, Неаполь. А в Империю перебралась не так давно. По делам. Бизнес.

-- И как вам у нас?

Она пожала плечами. И немного помедлив, ответила:

-- Хорошо. Но немного неуютно.

-- Вы из-за этих лиходеев? Не переживайте, обычно у нас спокойно. И то, что с вами произошло, досадная неприятность, которая точно не повторится.

-- Нет, дело не в этих, как вы выразились лиходеях, -- покачала головой Катерина. – Неуютно, потому что в вашей стране наступает хаос. А про спасение вы забыли. Церквей стало мало, верующих тоже. Все вокруг холодные, безучастные. Такое ощущение, что они смирились со своей участью. И ничего не хотят делать для своего спасения.

-- Спасения? – переспросил я.

-- Именно так. Войны, голод, насилие, катастрофы. Весь мир словно катится в Бездну. А мы и рады – думаем, что нас это не коснется. Но это не так. Как это у вас говорится: под лежачий камень вода не течет.

Странная мозаика крутилась у меня в голове, и никак не могла сложиться в единую картину. Мы остановились возле небольшого уютного кафе, с названием «Лесное подворье».

-- Вы любите чай? – поинтересовалась у меня Катя.

-- Люблю. Но только не сладкие сорта, -- ответил я, покосившись на клубнику и землянику, что распластались зеленым ковром за деревянной изгородью.

-- Тогда может быть: чабрец и мяту? А еще есть Исландский мох и бессмертник? – предложила она.

-- Лучше всего полынь.

Девушка улыбнулась и, кивнув, быстро удалилась. Через минуту она вернулась с двумя бумажными стаканчиками – один из них протянула мне.

-- Награда для моего спасителя, -- торжественно произнесла она. И тут же предложила: -- Вы не хотели бы прогуляться, я хотела бы вам показать одно интересное место.

Спешить мне было некуда, и я без лишних слов согласился.

Прямо за кафе располагалась тенистая аллея, ровным рядами здесь возвышались вечные стражи, лесные гиганты – дубы. Но были они совершенно разные, на любой вкус.

-- Мне показалось, или у вас тут разные сорта? – поинтересовался я у Кати.

Она хитро прищурилась, посмотрела на меня и быстро закивала.

-- Именно так. Более двадцати разных Quercus. Этот, например, дуб скальный – видите, какая у него ярко-красная осенняя окраска, а тот – монгольский, у него раскидистая крона и темно-зеленая листва.

Дальше Катя не останавливалась и говорила очень долго, подробно описывая каждого представителя этой удивительной аллеи, пока мы не приблизились к самому огромному экспонату лесного музея.

-- А это Спиритос, главный дух леса, -- с гордостью произнесла девушка. – Я называю его Большой человек.

-- Как? – удивившись, переспросил я, посчитав, что ослышался.

-- Большие люди! Знаете, это только с виду они деревья. А если прислушаться, то можно различить в шуме крон, слова. И я всегда отвечаю им. Вы, наверное, считаете меня немного сумасшедшей? Но поверьте, это не так. Просто деревья действительно умеют слушать и, наверное, говорить, – девушка глупо улыбнулась и замолчала.

Одиночество сильно меняет привычки, распорядок дня, восприятие реальности, но в тоже время и проводит эмоциональную регуляцию. Поэтому я не был удивлен тому, что девушка стыдилась собственных чувств. Но мне, признаться честно, это даже импонировало.

-- Вам не хватает общения? – поинтересовался я у Кати.

Она хотела что-то возразить, немного подумала, а потом все-таки согласилась, кивнула.

-- Скажите, у вас есть какие-то предположения, почему на вас напали? – Мне показалось, что сейчас уже можно обсудить недавнее происшествие.

Катя нахмурилась. Видимо, она пыталась вспомнить все необычное, что произошло с ней за последнее время.

-- Кажется, было.

-- Что именно?

-- На прошлой неделе я почувствовала себя неважно и вызвала врача на дом. Она вела как-то странно, а когда я попросила её покинуть мой дом, стала мне угрожать. Я вызвала жандарма. Между нами случился скандал. А после её визита, мне стало только хуже. И еще я заметила признаки ведьмы.

-- Признаки ведьмы? Что это значит? – не понял я.

-- Наверное, вы будете смеяться, но я по своей природе достаточно суеверна. У нас, в Италии, очень внимательно относятся к приметам и разного рода мелочам, -- начала Катя издалека. – Первое, что я заметила: начали увядать цветы. Вначале я не придала этому значение, но следом, в холодильнике скисло молоко. Понимаете? Порошковое молоко, у которого срок хранения целый год.

Я хотел найти в этом нечто рациональное и объяснить Кате, что ей не стоит волноваться. Но девушка внезапно продолжила.

-- Это еще не все. На следующий день мой любимый кот Мио почувствовал себя плохо. Я обратилась к ветеринару. К сожалению, обследование показало, что ему уже не помочь. Все внутренние органы в порядке, а вот печень истончилась, как бумага. И врач не смог найти этому никакого медицинского объяснения.

-- Прямо тридцать три несчастья, -- участливо вздохнул я. – Только в этом нет ничего необычного, или как многие привыкли думать – потустороннего. Я уверен, что это простое стечение обстоятельств. Эффект домино, кажется так это называется.

-- Вы действительно так думаете?

-- Я уверен в этом! – На моем лице возникла добродушная улыбка. – Поверьте, больше не будет никаких неприятностей. Я избавил вас от одной напасти, постараюсь избавить и от остальных.

Девушка отошла в сторону. Её лицо продолжало оставаться задумчивым. Приблизившись к Спиритусу, она осторожно прикоснулась к дубу, которого назвала Большим человеком. В кронах заиграл ветер, протяжный шелест пробежал по аллее. Я поднял взгляд – и не поверил своим глазам. Чуть выше, на уровне второго этажа, висело человеческое тело – перевернутое, с распростертыми руками. Мертвец был прикован к стволу ржавыми скобами. Кошмарное лицо – темные куски гнилой плоти кишели червями, пустые глазницы казались смоляными, а злобный оскал напоминал химеру. Одежда у распятого тоже была странной: старая холщовая мешковина с рисунком красного креста и веревочным поясом.

-- Что с вами?!

Я задумчиво повернул голову и уставился на Катю. Она встревоженно посмотрела на меня, а потом перевела взгляд на дуб. Страха в её глазах не было, лишь волнение. Значит, она не видела того, что в эту самую минуту привиделось мне.

Глава 4

Глава 4. Офтальмолог

Нарушение восприятия реальности со мной происходило впервые. Я, безусловно, мог обратиться к врачу и получить очередной неутешительный диагноз. Но был ли в том смысл? Потому как мои собственные ощущения были далеки от осознания, что это были галлюцинации. Нет, я видел то, что видел, и на дубе действительно был мертвец. Тем более, я подтвердил свои догадки простым способом, изучив «Большого человека». Где виднелись ржавые скобы, обнаружились широкие отверстия в коре.

Катерину я не стал больше мучать ненужным расспросами, а распрощавшись, отправился в ближайшую поликлинику, чтобы лично познакомится с врачом, которая со слов моей новой знакомой, оказалась ведьмой.

Возможно, я шел по ложному следу. Но лично мне казалось, что в моем случае именно такой путь единственно верный. Достаточно было принять предложенные правила игры и тогда случайные люди, превращались в путеводные нити, которые должны были привести меня к новой встрече с ночным незнакомцем. Для себя я окрестил его монахом.

Через поисковик «Лекарь» я нашел всю необходимую информацию. Оказавшись, возле кабинета номер 11, дождался своей очереди и, зайдя в кабинет, сел на стул, напротив врача.

-- Лариса Ивановна? – обратился я к женщине.

Она слегка опустила очки и внимательно посмотрела на меня подслеповатым взглядом.

-- С кем имею честь? – поинтересовалась она.

Я потянулся к внутреннему карману, чтобы достать особую монету. Но врач остановила меня.

-- Не надо. Я догадалась кто вы такой!

-- Догадались? – меня удивила подобная откровенность. – Значит, можем сразу перейти к делу.

-- Зиночка, выйди, пожалуйста, минут на десять. – Обратилась врач к медсестре.

Дождавшись, пока помощница покинет кабинет, Лариса Ивановна, медленно встала из-за стола. Была она грузная и широколицая, лет семидесяти. Но явно применяла омолаживающие комплексы, потому как кожа не имела лишних складок и морщин. Ко всему прочему свою роль играла и многочисленная косметика.

-- Хорошо, что вы хотите знать?

-- Для начала кто вы такая?

-- Как кто, Катерина же наверняка рассказала вам. Я – ведьма. Такое объяснение, надеюсь, укладывается в вашей голове? Если нет, то спешу вас разочаровать: вам еще рано двигаться дальше.

-- Хорошо, допустим, я вам верю. И что дальше? Это дает мне право перейти на следующий уровень знаний?

-- Допустим? Верю? Дальше?! Нет, уважаемый сеньор, так это не работает. В том деле, которое вам предложил человек, не имеющий лика, не бывает полумер. Если ты веришь – так верь по-настоящему. А если нет, то и об остальном говорить рановато. Можете идти. Я вас больше не задерживаю, сеньор наемный убийца.

Очень интересная позиция. Но меня явно не устраивало такое положение дел. Я задумчиво опустил голову, покидать кабинет врача я был не намерен. Выдержав паузу, я коротко кивнул, и произнес, вдумчиво с расстановкой:

-- Хорошо, я готов поверить, что мой Заказчик говорил правду. Как я должен доказать серьезность своих намерений, чтобы назначить новую встречу?

Странный разговор. Обычно, с Заказчиками я вел себя более категорично. Но сейчас все будто перевернулось с ног на голову. Вместо требований – просьбы, взамен твердости – уступчивость.

Реакции от врача не последовало: поправила очки, она продолжила заполнять медицинскую карточку.

-- Возможно, вам надо дать клятву на крови?

Резко остановившись, Лариса Ивановна вновь посмотрела на меня из-под очков. Хмыкнула. Лицо её выражало явное недовольство.

-- Изволите ерничать?

-- Просто не знаю, как найти к вам подход, -- продолжил напирать я. – Правила этой игры для меня в новинку.

-- Игры? – врач удивленно расшила глаза. Потом перелистнула страницу, отложила перьевую ручку, сняла очки и устало помяв переносицу, ответила: -- Я вижу в вас определенное легкомыслие. Видимо вы считаете, что это все розыгрыш. Но это не так. Запомните, вас поставили перед серьезным выбором. Поэтому Заказчик хочет убедиться, что он не ошибся с кандидатом.

Я хотел опять отшутиться, но понял, что все равно это никто не оценит.

-- Получается, что пациент должен довериться врачу, чтобы начать лечение? -- сказал я.

-- Именно так, -- ответила ведьма. – И это первый шаг к осознанию. Выписать вам направление?

Её глаза сверкнули: будто у кошки. Странный отблеск можно было отнести к оптическому обману. Но я решил, что для того чтобы поверить, не нужно копаться в разного рода догадках, а принять реальность такой как она есть.

-- Какое еще направление? – уточнил я.

-- Вы же хотели прозреть, я правильно поняла? А значит необходимо вмешательства врача. Специалиста широкого профиля, -- объяснила Лариса Ивановна.

-- И что же за это специалист. Надеюсь не великий Оракул?

-- Опять шутите? Нет, я говорю сейчас не про мифическое существо. Обычного офтальмолога будет вполне достаточно, -- пояснила врач.

Она передала мне клочок бумаги, исписанный кривым почерком, в котором угадывались все те же римские символы. Снизу, в правом углу, стояли две печати, синяя и красная. А прочесть написанное – не представлялось возможным.

-- Кабинет номер триста шесть. Это на третьем этаже, смотрите не заблудитесь, -- предупредила врач. – Все, можете идти, я вас больше не задерживаю.

-- Спасибо большое, Илария, -- ответил я, покидая кабинет.

Имя вырвалось случайно. Но реакция врача была красноречивей любых слов. Она расплылась в широкой улыбке, и ответила:

-- Думаю, вы на правильном пути. Ступайте. У Виктора Викторовича сейчас небольшая очередь, ожидание будет недолгим.

Офтальмолог оказался совсем молодым и немного растерянным. По всей видимости, прямо из ординатуры. С другой стороны, его профессиональные качества мне были совершенно ни к чему.

Нахмурив густые темные брови, он почесал переносицу, внимательно изучил направление выданное мне терапевтом. А затем отложил его в сторону и, сцепив пальцы в замок, произнес:

-- Ну-с, господин больной, давайте начнем. Дело нам предстоит сложное. Но как говорится: «Niente è impossibile, se lo stai per fare», «Нет ничего невозможного, если ты этого хочешь». Надеюсь, монета еще при вас?

-- Монета?

-- Да, такая квадратная медная пластина с латинскими буквами.

Я кивнул. Достал символ и положил его на стол.

Перед тем как взять её, офтальмолог долго мылил руки, подставляя их под струю с водой, потом надел перчатки. Осторожно взял за края SATOR, осмотрел монету, и, повернув её лицевой стороной, спросил:

-- Скажите, что вы видите?

-- Римские буквы.

Сделав несколько шагов назад, офтальмолог поинтересовался:

-- А теперь?

-- Тоже самое.

-- Хорошо. Назовите, пожалуйста, эти символы.

-- S,A,T,O,R.

Врач кивнул, и сделал еще один шаг назад.

Я прищурился. Не так давно, я сделал коррекцию, и мое зрение сейчас находилось в состояние приближенным к идеальному. Но расстояние уже было достаточным, чтобы изображение расплылось. Я попытался сфокусироваться на первой букве. Но офтальмолог сделал еще один шаг, упершись в стену.

-- Что-нибудь видите? – поинтересовался он. – Присмотритесь. И постарайтесь отключить сознание, это тест не для памяти. Уверены, что первая буква S?

Но как я не напрягал зрение, все было бесполезно. Тогда врач опустил руку и покачал головой.

-- Простите, но я вряд ли смогу вам быть чем-то полезным.

-- Все так плохо?

-- У вас нет даже крохотных предпосылок прозреть.

-- Творец.

-- Что? – на лице врача возникла растерянность. Он посмотрел на меня внимательным взглядом, и осторожно попросил: -- Повторите, что вы сейчас произнесли?

-- Творец.

Не знаю, откуда я взял это слово. Просто из головы. Спонтанно.

-- Что-то еще? – уточнил офтальмолог.

-- Хранит.

-- Хорошо. А теперь произнесите фразу до конца.

-- Творец хранит свои произведения.

Приблизившись ко мне, врач продемонстрировал монету, на которой больше не было римских символов, а красовались русские буквы.

-- Могу вас поздравить, сеньор Арлекино, начало положено.

Я не сразу понял, что произошло. Прищурившись, внимательно пригляделся к монете. Слова и впрямь оказались на моем родном языке. Никаких римских цифр, букв. Теперь все стало ясно и понятно.

-- И что же мне делать дальше? – уточнил я у врача.

Тот пожал плечами:

-- Прозревать дальше. Главное – начало положено. А моя помощь вам больше не нужна. Могу разве что дать вам один очень полезный совет: запомните – мир куда проще, чем вам кажется. Не бойтесь верить! Иногда проще воспринять реальность такой, какая она есть, а не такой, какой вы хотите её видеть. Разум живет стереотипами, не попадайтесь на его уловки.

Он хотел добавить еще что-то, но не стал. Улыбнувшись, Виктор Викторович, который годился мне в сыновья, присел за стол, и сделал вид, что я ему больше неинтересен.

Оказавшись в коридоре, я заметил значительные изменения: людей заметно прибавилось, и сейчас было буквально не протолкнуться. Направившись к выходу, я внезапно остановился, почувствовав что-то неладное. В противоположной части коридора возникли два высоких человека. Одеты они были строго и даже вычурно – темные брюки, водолазка, и большой белый значок с правой стороны, там, где находится сердце, словно было не разобрать, да это было и неважно.

Конечно, можно предположить, что они находятся здесь по своим делам. Но это было ошибочное суждение. И все встало на места, как наши взгляды встретились. А дальше события превратились в сценарий дешевого боевика – один из Высоких людей указал на меня, и оба резко ускорили шаг.

Развернувшись, я кинулся к пожарному выходу. Попытался заблокировать дверь – не получилось. Перешел на бег, рванул вниз. Шагов за спиной слышно не было, но я знал – они где-то рядом.

Выскочив на улицу, я увидел припаркованный возле выезда автозалог. Подбежал, обхватил ручку на двери автомобиля. Программа считала мои данные, списала начальную сумму аренды и пустила меня внутрь. Конечно, меня вычислят по данным, пусть и поддельным. Но это уже будет позже и не так критично.

В зеркало заднего вида, я, наконец, увидел преследователей. Они тоже заметили меня, но автомобиль резко рванул с места. Возвращаться сюда за своим электрокаром я уже не собирался.

Автомобиль вылетел на проселочную дорогу, а через пять километров я свернул на право к поселку. У меня была фора минут в десять. И это было прекрасно! Большего мне и не нужно. Для импровизации этого вполне достаточно.

Длинная черная машина, напоминающая катафалк остановилась возле «Лесного подворья». Первым вышел водитель – лысый, тощий мужчина с темной, едва заметной бородкой. Глаза его тоже были черны, словно смоль, отчего взгляд казался злым и требовательным.

Он внимательно осмотрелся и двинулся в сторону кафе. В этот момент из машины выбрался второй. Он оказался братом-близнецом водителя, но лишь на первый взгляд. Причина крылась в подобии: такой же лысый череп, природная худоба и рост, достойный игрока Имперской баскетбольной лиги.

Немного помедлив, он подошел к забору. Его взгляд был направлен к перекрестку, который расчерчивал поселок на равные линии. Видимо, он решил, что мой автомобиль спрятан где-то там. Рука долговязого потянулась к поясу. Я заметил кобуру. Медленным шагом он направился к повороту.

Интересно, что заставило его насторожиться?

Долговязый дошел до конца изгороди. Остановился. Медленно выглянул за угол. Из укрытия, откуда я наблюдал за моим преследователем, было видно, что улица пуста. Но он все равно кого-то остерегался.

Вытянув голову вперед, и приклонившись, долговязый сделал шаг в сторону, и в этот самый момент на него сверху, словно куль свалился черный кот. Подпрыгнув на месте, мужчина нервно замахал руками. Было забавно наблюдать за его странным танцем, в результате которого он все-таки умудрился ухватить кота за шкирку и откинуть того в сторону.

Черный, будто уголь, представитель кошачьих выгнулся дугой, и зашипел на обидчика. Тогда долговязый махнул ногой. Коту досталось не сильно – удар пришелся по касательной, а вот мужчина едва не поскользнулся, чудом сохранив равновесие.

Донеслось странное проклятие на незнакомом мне языке. В этот момент на улицу выскочил водитель траурной машины и, подбежав к своему помощнику, указал на противоположную часть улицу. Ага, значит, мои преследователи заглотили наживку, получив от баристы нужную информацию!

Дом, в котором я устроил наблюдательный пункт, был заброшен. Окна заколочены снаружи досками, дверь на замке. У входа я специально оставил следы, чтобы облегчить поиски.

Минут через десять с наружи послышался шорох. Преследователь был уже неподалеку. Все шло четко по плану, который родился в моей голове буквально за пару минут. Бариста в кафетерии направил их на мой след. Поэтому сейчас долговязый медленно пробирался внутрь заброшенного дома, считая, что здесь найдет Катерину, а уже через нее – выйдет на меня.

Под ногами предательски скрипнули половицы, одна, вторая. Похоже, долговязый мало что слышал об осторожности, и вел себя, будто слов в посудной лавке. Раздался отчетливый щелчок затвора. Нет, этот тощий тип точно не профессионал. Если не сказать хуже. Готовясь к встрече с противником, ты должен оказаться в помещении во всеоружии. Иначе лучше вообще не соваться туда, где тебя могу ждать.

Я приготовился. Прижался к стене, стараясь не дышать. Еще три шага и цель в капкане. Один – остановка. Он немного помедлил. Ничего страшного. Такое бывает. Очень многие, в последний момент чувствуют смерть, и это сильно деморализует. Человек просто не понимает, что с ним происходит, и пугается странных чувств.

Второй шаг. И опять пауза. Я слышал тяжелое прерывистое дыхание, которое мне не нравилось. И не потому, что в нем не ощущалось страха. Вовсе не из-за этого. Дело в том, что паузы между вдохом и выдохом были слишком длительные. Но сейчас – это не столь важно. Вернее, не критично, об этом можно подумать и позже.

Тритий шаг. Щелчок. Шип ударил в ногу долговязого. Он взвыл и слегка опустился, сложив колено. Я хоть и не маленького роста, но отдавал себе отчет, что дотянутся до шеи противника, будет не так-то просто.

Стальная леска обвила длинную шею, на которой отсутствовал кадык. Протяжный хрип – и через пару секунд дело было кончено! Никаких лишних звуков и предсмертных судорог.

Но рассиживаться некогда. Я быстро обыскал труп, обратив внимание, на его неправильную форму черепа. При более близком осмотре, он оказался вытянутым и узким, словно нечто стягивало его в период роста и взросления. Я сделал несколько фотографий на телефон. Забрал пистолет, ключи с номером ячейки и пакет с какой-то травой. Точно не наркотик, по запаху нечто среднее между полынью и душицей.

Убрав все в заплечную сумку, я в спешном порядке покинул дом. На часах застыло 17:19 – а значит у меня ровно семь минут, чтобы расправиться со вторым преследователем.

Расставленные ловушки уже ждали свою жертву.

Осторожно открыв калитку, водитель зашел в тенистый сад, где произрастало множество старых кряжистых яблонь. Будка у входа была пуста. Но долговязый на всякий случай оскалился, продемонстрировав длинные заостренные зубы неведомому стражу. В руке лысого возник длинный трехгранный кинжал.

Он двигался быстро, но осторожно. Немного задержался у крыльца. Заглянул в окно, удостоверившись, что хозяйка дома на месте. По всей видимости, водитель был немного умнее своего напарника.

Тонкая, словно лапа рука коснулся ручки двери. Образовался небольшой зазор. Долговязый вытянул шею и жадно втянул носом воздух. Послышалось странное стрекотание похожее на звук цикад. Мой преследователь пребывал в прекрасном настроение.

Зазор стал чуть больше. Долговязый осторожно проскользнул внутрь, где незамедлительно угодил в расставленную мной ловушку.

Глава 5

Глава 5. Прозрение

Я продел веревку через верхнюю балку и подвесил преследователя, словно заготовленную для вертела тушку. Но у меня были на его счет совершенно иные планы. Через минут десять, я привел пленника в чувство старым добрым нашатырным спиртом.

-- Очнулся родненький? – поинтересовался я у долговязого, который сейчас больше напоминал ощипанную курицу, чем на грозного соглядатая.

Он недовольно скривился и сразу же попытался освободиться. Стандартная реакция. Она нужна в первую очередь для осознания собственной беспомощности. Я выждал несколько минут, пока прекратятся дерганья, отчаянные потуги и крики, прорывающиеся сквозь кляп, а затем задал свой первый и самый важный вопрос:

-- Кто твой Заказчик?

Злобный взгляд пронзил меня. Черные зрачки сверкнули. Возможно, это были линзы, но следом глаз долговязого скрыла прозрачная пелена, словно у ящериц.

-- Задай другой вопрос, -- прошипел в ответ пленник.

Упрямый? Замечательно. Но вся беда в том, что я тоже.

-- Кто твой Заказчик?!

Пленник запрокинул голову назад, быстро кивнул и ответил:

-- Почитатель твоего таланта.

-- Имя!

-- У него нет имени.

Я поднял с пола трехгранный кинжал, задумчиво покрутил его в руке, а затем направил острие в шею пленника.

-- Хорошо, -- сказал я. – В эту игру можно ведь играть и вдвоем.

Лезвие коснулось его кожи. Я слегка надавил, так что бы пленник почувствовал боль. Вместе укола возникла тонкая струйка крови. Но была она не бордовой, а темной, словно болотная гниль.

Долговязый стиснул зубы. И вновь глаза скрылись за прозрачной пеленой. Защитная реакция земноводной твари, но не человека. Впрочем, чему я удивляюсь: в последние годы пластическая и рациональная хирургия шагнули далеко вперед, придумав различные способы принести в жизнь человека внешнее уродство, которое выдавалось за прекрасную индивидуальность. Вполне возможно, что я сейчас стал свидетелем очередной инновационной имплантации.

Я провел лезвие чуть правее, чтобы расширить рану. На этот раз реакция пленника стала более правильной. Застонав, долговязый плюнул в меня. Но промахнулся. А я стал на шаг ближе к победе.

Следующий укол я нанес чуть выше бедра, предварительно разрезав пленнику штанину.

-- Кто твой Заказчик?

-- Очнись, я уже все сказал, слепень!

Я вернул кляп на место. И продолжил рассуждать. За свою жизнь, я не часто прибегал к помощи пыток, но небогатый опыт у меня все-таки имелся.

Но забывать, что пленник вел себя довольно странно. Впрочем, я встречал в жизни много разных чудаков, которые не дружили с головой выдавая абсолютно небывалую реакцию в период допроса. Особенно такое происходит в состоянии стресса. Поэтому вместо бесполезных уговоров, я перешел к делу. В борьбе за жизнь, обычно все человеческие принципы отходят на второй план, и обычно таким нехитрым способом и возможно получить нужную информацию.

Накинув петлю на шею пленника, я резко стянул удавку потуже. Долговязый заскрипел зубами, а потом из него вырвался крик отчаянья. Конечно, кляп его погасил, но стоило поторапливаться. Иначе кто-то из поселка, заподозрив неладное, обязательно вызовет жандармов, которые могут испортить все мои планы.

-- Отвечай, урод! – не выдержал я.

Пленник проявлял небывалую стойкость. Любой другой на его месте уже давно бы поделился со мной нужной информацией. А здесь – ни слова.

Но у любого сопротивления, как известно, существует предел прочности. Просто здесь он наступил чуть позже положенного. Захрипев, долговязый начал резко мотать головой и мычать. Наконец-то раскололся, подумал я.

Дождавшись, пока пленник успокоится, -- крики мне здесь были совершенно ни к чему, -- я осторожно снял кляп, собираясь услышать от него нечто вразумительное. Но долговязый не оправдал моих ожиданий.

Прорычав нечто невразумительное, он разразился в мой адрес ругательствами, которое казалось рыком отчаянья. А потом рассмеявшись он заявил, коротко и доходчиво:

-- Ничего-то ты не понял, слепень! Я лонгело и единственное чего ты сможешь от меня добиться, это слизь и обреченность!

Из всей тирады я почерпнул главное, и переспросил:

-- Лонгело[1], что это значит?

-- Демон тебя жги! Ты чертов слепень!

-- Отвечай!

-- Ты не поймешь, пока не проснешься!

-- Отвечай!

-- Он вырвал меня из небытия! Это он во всем виноват. Он хотел, чтобы ты... монах …

Я хотел уже задать следующий вопрос, когда послышался звук разбитого стекла, а следом протяжный свист. Стрела пронзила шею пленника, и он тут же затих. Но это было еще не все. Вслед за этим его тело внезапно вспыхнуло синим пламенем. Причем произошло это столько стремительно, будто долговязый заранее облил себя горючей смесью.

Раз, -- и от пленника остался один огарок. Упав на землю, я отполз в укрытие. Следом за первой стрелой, в дом влетела вторая и третья.

Спрятавшись за стеной, я быстро оценил ситуацию. Дом снаружи был окружен нападавшими минимум с двух сторон, и в планы у них входило выкурить меня, а не брать дом штурмом. Слишком большая пауза после того, как они проявили себя. Новый удары, следом за один окном последовали все остальные. Внутрь полетели какие-то металлические, круглые конструкции из которых тут же повалил сизый, удушающий дым. Схватив с тумбочки полотенце, я быстро прикрыл им нос, рот и рванул в соседнюю комнату, а затем на кухню. Там точно был запасной выход на улицу. Но он скорее всего тоже под прицелом. Мой спонтанный план, похоже, был известен не мне одному.

С кухни я последовал на второй этаж. За спиной свистели стрелы. Я заметил, как вспыхивают, соприкоснувшись с деревянными стенами. Значит все дело во самовоспламеняющемся составе наконечника.

Дым довольно быстро заполонил собой весь первый этаж. А еще я отметил, что серая пелена озаряется странным всполохами электрических разрядов.

Оказавшись, на втором этаже, где было всего две спальни и узкий коридор, я стал карабкаться выше по короткой лестнице. Возможно, они смогут просчитать мои действия, но пока этого не произошло у меня есть возможность выбраться.

Сквозь узкое окошко на чердаке было видно лишь часть сада. Но он был пуст. Никаких человеческих силуэтов, дронов и прочей техники, которая используется при штурме. Очень странно! Потому что так никто не работает.

Я перебрался на противоположную часть чердака, но и с этой наблюдательной точки никого не обнаружил. Зато заметил над собой плотную черную ткань, которая заменяла часть черепицы. Видимо Катерина собиралась латать крышу, а это была временная мера. По крыше я перебрался к карнизу и быстро спустился вниз, затерявшись среди деревьев. Дом уже во всю полыхал – и пламя было нежно бирюзовым, словно внутри дома присутствовал сульфат меди, окрашивающий его в столь странный цвет.

Еще одна стрела ударила совсем близко. Щепка отлетела мне в лицо, едва не угодив в глаз. Но царапина лишь пробудила во мне охотничий инстинкт. Определив место нахождение стрелка, я заметил, как он умело смещается в сторону. Очередное откровение этой безумной истории было таковым: на меня напал всего один человек. Ни группа, ни штурмовой отряд, а один, мать его, человек, который пытался уничтожить меня с помощь арбалета! Да что, черт возьми, происходи?!

Я выстрелил чуть правее, так чтобы отрезать убегающего от улицы. Там мне будет тяжело схватить его, и остаться незамеченным. А если загнать его в лес, то можно будет перехватить несостоявшегося убийцу возле старого коттеджного поселка, который стал здесь местной достопримечательностью вечного недостроя.

Еще пару выстрелов заставили убегающего свернуть в лесополосу – туда, куда мне и было нужно. Двигалась она довольно проворно. Почему она? Потому что эта была женщина. Да будь эта «леди» облачена хоть в полную боевую экипировку, все равно возможно определить гендерную принадлежность.

Через минут десять преследования, я оказался возле пустых домов. Каркасы, обтянутые пленкой или обитые пластиком и штакетником, стояли ровным рядом среди густой травы.

Я опередил убийцу на два дома, и притаился. Но немного поспешил, сделав вывод, что у меня это выйдет очень легко. Она понимала: её преследуют, и всячески пыталась сбросить меня со следа. Но у нее конечно же ничего не вышло. Тогда убийца решила действовать иначе: укрывшись в доме, она устроилась на втором этаже, приготовившись встретить меня во всеоружие. А еще установила у входа растяжку.

Странное дело, женщина, судя по её действиям – была профессионалом, но при этом она не пользовалась специальными приборами и механизмами от слова совсем. Будь у нее парочка дронов, тепловизор и робот-разведчик, у меня не было бы шанса спастись. А здесь действия хоть и были грамотными, но в тоже время перемежались с некоторым безрассудством. Я как-то сталкивался с подобным лет десять назад. Тогда Заказчик обратился к одному из нашей гильдии. Назвал цель, а заодно и способ убийства. То есть никакой свободы «творчества», загнав киллера в жесткие рамки выдуманных им ограничений.

Работа в любом случае была выполнена. Но получилось как-то все топорно. Потому и последствия не заставили себя долго ждать. Киллера схватили через несколько недель после убийства. Заказчик поспешил замести следы и киллера нашли повешенным в камере, когда проводились следственные действий и он находился под особой защитой следственных приставов.

Тянуть времени не было смысла. А то еще почувствует эта дуреха, что я обскакал её на повороте. Забравшись в дом с черного входа, я медленно двинулся вперед. Растяжек в доме больше не было. Молодец, знает, что так делать категорически не стоит – взрывная волна может накрыть и установщика.

Возле проема, я остановился, выдержал немного времени. Жертва должна быть уверена, что она здесь одна. А то еще, чего доброго, получу болт прямо в лоб, не успев выскочить из засады.

Секунда – два выстрела! – и все в пустоту. Возле окна, где должна была находиться убийцы никого не было. Мою руку перехватили и выбили пистолет. А затем я включился в драку, потому что следом противница атаковала армейским ножом. Боковой удар, укол прямой в шею, потом скользящий по руке – последний удачный. Небольшая пауза—и новая атака.

Немного замешкавшись в начале, убийца изменила стойку. Но я просчитал это и осознанно пошел на сближение. Блокировав удар, я выбил нож, но большего успеха не достиг.

Следующая пауза оказалась дольше обычного. Теперь мы оказались в одинаковых условиях – кулаки и ничего лишнего.

Боковой удар ногой. Мимо. Потом несколько блоков. Удары оказались хлесткие, резкие. Причем моя противница явно изучала не просто рукопашный бой, но и борьбу. Дзюдо? Самбо? Джиу-джитсу? Да какая разница. Для меня это абсолютно не информативно, потому что тренированное тело, есть тренированное тело и справится с опытным противником, обладающим знаниями единоборство, который априори сильнее тебя, может помочь только удача.

Мы обменялись сериями ударов. Потом еще одной. Противница не пыталась сблизиться и держала меня на расстоянии. Все правильно! Я по массе килограмм на тридцать её тяжелее, и бороться со мной – значит, заранее обречь себя на проигрыш.

Пропустив мощный боковой в висок, я умудрился ухватить убийцу за шею, сблизится, ударить её коленом. Но она быстро ушла от новой атаки и отпрыгнула назад. Мы оба тяжело дышали, но сдаваться никто не собирался.

Я умудрился нанести противнице лоукик. Она поджала ногу. Попыталась увеличить расстояние, но я уже почувствовал свое преимущество. Мои движения были стремительными. Удар, еще один. Я атаковал грязно, не впопад, старясь причинить противнику как можно больше урона. Прав был тот, кто сказал: на войне все средства хороши. Тут либо ты, либо тебя. После четвертой неудачной попытки, мой удар все-таки достиг цели. Прямой ногой и боковой в голову срубил женщину с ног.

Связав женщине руки за спиной, я больше не стал совершать прежних ошибок. Перед тем как спокойно задать нужный вопросы, необходимо сменить место нахождения. Иначе стоит ждать новых неприятностей.

Погрузив обездвиженную киллершу в машину, которая дожидалась меня на выезде из поселка, я за час добрался до летнего домика, принадлежащего Анатолию. Оформлен он был на подставное лицо, а куратор следил, чтобы место это оставалось чистым от случайных интересов со стороны властей.

Сняв веревки и боевую экипировку, я положил женщину на кушетку и внимательно изучил её лицо. Темные кудрявые волосы, выразительные черты лица. При более внимательном рассмотрении я бы назвал её красавицей.

Нет, все в этой истории казалось каким-то не правильным, а лучше сказать, несоразмерным. В один момент мне и впрямь показалось, что я всю свою жизнь дремал, а теперь вот взял и внезапно проснулся. Может быть, именно поэтому мне все вокруг видится, словно в кривом зеркале.

Оставшись на едине с киллершей, я все-таки подстраховался. Пистолет я положил на стол. Во все остальном предоставил женщине полную свободу.

Она медленно открыла глаза, осмотрелась. Отсутствие наручников, стягивающих петель и веревок её явно удивило. Но она не подала вида. Привстав, она села. Посмотрела на меня, потом на пистоле. Улыбнулась.

-- Рада приветствовать тебя, Китобой, -- произнесла киллерша.

-- Здравствуй, Эсмеральда.

Я удивился в меньшей степени, чем моя партнерша.

-- Твой куратор профессионал, -- ответила она.

-- А твой заказчик нет.

-- Заказчик?

-- Подписаться на такой контракт – рискованно. Особенно, когда заказ не подразумевает убийство, -- сказал я.

Она хотела что-то возразить, но не стала. Поняла – мне известно чуть больше положенного, именно это и вызвало у нее определенный диссонанс.

Я немного помедлил.

-- Сколько тебе пообещали за мою голову?

-- А ты считаешь я пришла тебя убить?

-- Я ничего думаю, а задаю вопросы.

Она улыбнулась. Медленно покинула свое место, подошла к столу и указав на кувшин с водой, спросила:

-- Не возражаешь?

Я кивнул. Пистолет продолжал лежать на столе, так близко, что мне хватило бы одной секунды, чтобы он оказался у меня в руке. Но Эсмеральда не пыталась бежать. Она спокойно наполнила стеклянный стакан водой и выпила ровно половину.

-- Странности.

-- Что? – не понял я.

-- Говорю, много в жизни странностей, но сейчас их заметно прибавилось. Разве я не права?

-- Он тоже приходил к тебе? – уточнил я у наемницы.

-- Квадратная монета, которая считается одной из главных загадок человечества. Да, он передал мне её в качестве платы за мою работу. Но в отличие от тебя, я прозрела гораздо раньше. Уж прости Китобой, только тут я оказалась лучше.

-- Хочешь сказать, ты помогаешь мне? – удивился я.

-- Скорее корректирую. Помощь тебе не нужна. Но знания ты должен получать порциями, а не все сразу. А иначе голова лопнет!

-- Что это значит? – я не пытался анализировать, а лишь спрашивал, чтобы получить максимум информации.

Эсмеральда сделала еще один глоток и кивнула:

-- Знаешь, это как с перееданием. Пища необходима человеку, но её изобилие может привести к печальным последствиям.

Я кивнул. Потянулся к стакану и налил себе воды, тоже ровно половину. Но пить не стал, а поставил стеклянный бокал рядом. Мне нужна была небольшая пауза, чтобы задать следующий вопрос:

-- Кто такие Лонгело? Надеюсь, твой ответ не вызовет у меня переедания? – и улыбнулся.

Эсмеральда хитро прищурилась. Её взгляд наполнился странной игривостью, словно я предложил переспать прямо на первом свидании.

-- Духи, точнее демоны из другого мира. Вернее, другой реальности.

-- И чем я помешал им? – поинтересовался я.

-- Это часть пробуждения. Ты начал пробуждаться. Добровольно. Так что прими это как должное, -- на моем лице возникло недоумение, и Эсмеральда поспешила объяснять дальше: -- Знаешь, во время лечения, существуют различные побочки, вроде слабости или сыпи от лекарств. Так что представь, что это тощие и есть побочка.

-- Хорошо, -- не стал спорить я. – Но зачем ты его убила?

-- Переизбыток информации, -- напомнила Эсмеральда.

-- Хорошо, и что же дальше?

-- За следующей пилюлей выздоровления рекомендую обратиться к Катерине, -- ответила собеседница.

[1] Представитель итальянского фольклора – демон, отличительная черта, высокий и тощий.